Adrialice

Банши

Глава 1

Серая тень вся слилась с фиолетом

Клочьев тумана на камне, одетом

В мягкую шаль паутины и тлена.

Волосы светлые ей до колена.

Глаз её красных, от слёз воспалённых,

Взгляд пробуравил мне душу гвоздём, но

Что тебе надо, создание мрака?

Молча стоишь, не подашь даже знака.

Вопль прорезает молчание ночи

И повторяется вновь, чуть короче:

Это, хоть я и не понял сначала,

Горестно банши по мне закричала…

«Колокол Банши» (из цикла Сны Британских островов)

Звук будильника разорвал утреннюю тишину, заставляя меня недовольно поморщиться. Потянувшись, перевернулась на спину и открыла глаза. Комнату заливал теплый солнечный свет, проникающий сквозь кремовую органзу у окна. На часах половина десятого. Сегодня я работаю во вторую смену, что позволяет выспаться и сделать домашние дела утром. По пути в душ включаю радио, чтобы окончательно разогнать сонную негу. Из колонок льется танцевальная музыка. Холодный кафель в ванной приятно бодрит. Теплые струи воды, скользящие по коже, цитрусовый запах геля для душа, и на моем лице появляется улыбка. Дорогу из душа на кухню я преодолеваю, подпевая девушке на радио. Пока варится кофе, готовлю омлет, режу хлеб и зелень. На работу к часу, а значит, у меня еще куча времени.

За делами время летит незаметно. В половине первого выхожу из дома и сажусь в машину. Времени хватает как раз на дорогу до ресторанчика, в котором я работаю. Кэссиди’с небольшое старинное заведение, отделанное по фасаду розовым цветом. Большие окна позволяют свету беспрепятственно проходить внутрь помещения, делая интерьер светлым и уютным. А смена, заканчивающаяся в одиннадцать, позволяет не очень поздно возвращаться домой.

В ресторане мне приветственно улыбается Карла, обслуживающая в этот момент пожилого джентльмена за десятым столиком. Он, очарованный солнечной улыбкой девушки, пытается по-доброму флиртовать с ней. И не он один. Обычно, почти все мужчины за ее столиками стараются выделиться и обратить ее внимание на себя. Довольно высокая, с матовой, слегка загорелой кожей, пышными волосами шоколадного цвета и загадочными карими глазами, Карла заслуженно зовется красавицей.

Переодевшись в форму, выхожу в зал. В этот момент в ресторан входит пара и садится у окна. Подхватив со столика ресепшена меню, с улыбкой отношу им.

— Добрый день! — Довольный посетитель — щедрый посетитель, поэтому мы всегда улыбаемся, всегда вежливы и услужливы.

— Здравствуйте, — они улыбаются в ответ, принимая меню. Приятно работать с такими людьми. Никто не задумывается, как непросто бывает официанту. Все приходят с разным настроением, и общаются с нами соответственно. Кто-то улыбнется, даря тепло, а кто-то окинет холодным равнодушным взглядом. А ты все равно должен улыбаться, пропуская негативные эмоции мимо себя. За смену мимо тебя проходит целая вереница людей, и этот калейдоскоп эмоций, эти качели «вверх-вниз», утомляют. Со временем, конечно, привыкаешь, но совсем абстрагироваться не получается. Поэтому приходится, в каком-то смысле, создавать себе панцирь, чтобы не «сгореть», не вымотаться слишком быстро. Улыбка становится профессиональной, а не искренней, вежливые слова очень разнятся с теми, что крутятся в голове.

— Привет, Эни! Как настроение? — У Карлы выдалась свободная минутка, и она подошла ко мне поболтать. На самом деле, девушка была милая, не навязчивая, не болтливая, искренняя и добрая. Я надеялась, что спустя время смогу назвать ее подругой. Мы знакомы всего два месяца — столько я работаю в этом ресторане и вообще живу в этом городе, и за это время у нас сложились хорошие отношения. Несколько раз мы вместе ходили гулять, болтали за чашечкой кофе и обсуждали наше женское.

— Привет! Хорошее. Я выспалась.

— Завидую тебе!

— Ты высыпалась вчера. Выходной же был.

— Они пролетают незаметно.

— Кому ты рассказываешь!

Я отправилась к своему столику принять заказ. Затем отдала его повару и вернулась к Карле.

— Твой пожилой ухажер уже ушел?

— О, мистер Адамсон просто душка. Он сказал — будь ему годков так на сорок поменьше, он обязательно взял бы мой номер телефона, — с иронией ответила девушка.

— Не сомневаюсь, — рассмеялась я. — Ты нравишься всем мужчинам от семи до семидесяти лет.

— Это сейчас был комплимент или завуалированное оскорбление? — Хитро прищурившись, спросила она.

— Все зависит от того, как ты хочешь это воспринимать.

— Тогда это будет комплиментом.

— Так и задумывалось.

— Ну, а тебя обожают все маленькие девочки. Они считают тебя то принцессой, то Белоснежкой, то еще кем-то сказочным. Их восторженные личики и желание быть похожей на тебя тоже можно воспринять, как комплимент.

— Да, можно, — я отвернулась прежде, чем Карла увидела, как моя улыбка исчезла, а глаза потухли. Бледная кожа, снежно-белые волосы длиной до бедер и льдисто-голубые глаза. Даже розовые губы не нарушали холодную красоту лица. Принцесса? Эй, вы разве не читали сказок? Самым красивым всегда оказывается зло. Я чудовище. Ну ладно, не чудовище, но что-то рядом с ним. И это моя самая большая проблема. Из-за этого я переехала в Трали (прим. автора: Трали — город в графстве Керри, Ирландия) два месяца назад. И даже не знаю, надолго ли я тут? Как скоро мой секрет станет причиной очередного переезда? Или, правильнее будет сказать, бегства. Бегства от лишних вопросов, подозрений и косых взглядов. Обычно, я исчезаю прежде, чем подозрения превращаются в уверенность, прежде чем люди увидят то, что не должны. Иначе это грозит мне большими проблемами. Хоть я и не делаю ничего плохого, убедить других в этом нелегко. Некоторые вещи в нашей жизни мы не контролируем, и когда они происходят, злость, гнев и боль требуют выхода. Проще ненавидеть и винить кого-то конкретного, чем признать, что на это была воля судьбы, что так сложились жизненные карты. Поэтому я каждый раз сбегаю прежде, чем вся их ненависть найдет себе объект — меня. И это мой рок, мой крест, с которым приходится жить. Я уже прошла стадии своего горя. Прошла отрицание того, кто я есть, зачем я существую и почему именно мне досталась эта ноша? Прошла агрессию, когда хотелось поделиться своей злостью со всеми, когда невыносимо было видеть счастливые лица людей и знать, что отличаюсь от них, и никогда не смогу быть такой же. Никогда не смогу говорить всю правду, не смогу завести семью, не буду любима. Любой мужчина убежит, как только узнает, кто я. А он узнает, ведь я тоже не все в своей жизни могу контролировать. Прошла торги, когда хотелось заключить сделку с самим дьяволом, только бы избавиться от своей участи. Когда я обращалась с молитвами в небо, надеясь, что хоть кто-то там сверху меня услышит и поможет. Не помог. Прошла и депрессию, одолевшую в момент понимания, что я такая навсегда, что ничего не изменится. И это не ошибка, «дар» нашел своего обладателя, и пути назад нет. Это было во мне с самого начала, наверное, с рождения. Просто ожидало чего-то. Толчка? События? Возраста? Не знаю, но оно дождалось. И, наконец, пришла к принятию. Принятию того, что надо жить дальше. Смириться с этой новой действительностью и просто жить.

Сегодня в ресторане было не очень много посетителей, поэтому я не бегала савраской между столиками. Карла сегодня работала в первую смену, а, значит, поболтать мне было не с кем. Мишель, конечно милая, но дружеских отношений, как с Карлой, у нас не сложилось.

Выйдя на улицу, с наслаждением вдохнула ночной воздух. У него волшебный запах, который не разложить на составляющие, не собрать в лаборатории. Запах покоя, тайны и вечности. Эти ингредиенты не найти на прилавке. Дорога домой занимает двадцать минут. Я снимаю домик у моря, в уединении — с моей жизнью это оправдано. Домашних животных нет. Хотелось бы, но с частыми переездами… Кому я вру? Ни кошка, ни собака не будут жить рядом со мной, они убегут. Заглушив мотор, выхожу из машины и привычно оглядываюсь. Небольшой одноэтажный дом, отделанный серым камнем, серая черепица на крыше и зелень вокруг. Чуть дальше будет каменистый спуск к морю. Своеобразное жилище отшельника. Но при моей жизни — то, что надо.

Дом встречает меня тишиной и темнотой. Щелкнув выключателем, кладу ключи на полку и прохожу на кухню, а спустя пятнадцать минут держу в ладонях чашку горячего шоколада. Тянет на улицу. Там тихая ясная ночь и полная луна на небе, серебристой дорожкой, бегущая по морю. От этого ли в груди какое-то томление? Сердце начинает биться быстрее. Вдруг замечаю, что кожа стала совсем бледной. Этого не может быть! Снова? Так быстро? Зов стал сильнее и, поставив чашку на стол, выбегаю из дома, поддавшись ему. Я чувствую эти изменения каждый раз. Как будто с меня слетает шелуха, и я становлюсь настоящей, самой собой. Улучшается слух, зрение, обоняние, усиливается чувствительность кожи. Одежда на мне меняется, превращаясь в длинный свободный белый плащ с капюшоном, надвинутым на голову. Сердце бьется быстро, пока происходят изменения, но как только все закончено, сердцебиение замедляется, становясь редким, еле слышным. Все это занимает считанные минуты. Я знаю, как теперь выгляжу. Волосы развеваются из-под капюшона, глаза красные, ноги босые, но я не чувствую холода. Я даже земли под ногами не чувствую, будто не касаюсь ее. Моя фигура теперь скользит по поверхности земли, становясь еле заметной белой тенью. Так будет, пока я не достигну нужного места. Зов приводит меня к богатому старинному дому, по фасаду которого вьется зеленый куст. Я замедляюсь и впитываю в себя ощущения страха, горя и боли, которые собираются вокруг. Они ожидают своего часа, чтобы наполнить собой каждый глоток воздуха и отхлынуть, оставив после себя горечь и утрату. Мужчина. Хозяин этого дома, уже старый, но все еще полный жизни. Сегодня его жизнь оборвется вместе со звуком выстрела. Я уже слышу его эхо, гуляющее по коридорам дома. И пусть все это произойдет только через час, колесо судьбы уже не остановить, иначе я не получила бы Зов. Совсем скоро в дом залезет мужчина. Он пройдет прямиком в спальню хозяина и разбудит его ударом. Потом заставит его что-то подписать, а после, дав жертве почувствовать себя в безопасности, расслабиться, вытащит из-под одежды пистолет и выстрелит. Атмосфера вокруг с приближением смерти нагнеталась, все больше криков и плача я слышу в воздухе, все больше горя чувствую. Оно проникает в меня, наполняя до краев, позволяя почувствовать все его оттенки. Это моя доля, мой долг перед ними.

Внутри меня будто нарастает вал, который через мгновение разносится по округе отчаянным криком полным боли, полным скорби по человеку, которому этой ночью предстоит переправиться через реку Стикс. Крик все продолжается и продолжается, достигая всех уголков. Природа будто замерла, отдавая дань моей скорбной песне. Где-то вдалеке заскулили собаки.

Освободившись от этой тяжести на душе, я разворачиваюсь и ухожу оттуда. Долг отдан, жертва оплакана. То, что я знала о его смерти заранее, не значит, что в этом есть моя вина. Я не являюсь причиной этих страшных событий, я всего лишь вестник. Та, кто предупреждает о приближении костлявой. Я — банши.

Глава 2

Место преступления было оцеплено предупреждающими ленточками. Повсюду были специалисты, осматривающие предметы на наличие отпечатков пальцев или других вещественных доказательств

— Привет, Стив. Что здесь? — инспектор Джон Маккейн огляделся, отмечая для себя каждую мелочь в комнате. Его напарник, Стив Бернс, невысокий крепкий мужчина с небольшим животиком от Гиннесса, пожал ему руку и вернулся к созерцанию картины места преступления.

— Привет. Огнестрел. Выстрел в упор, судя по всему из глушителя — звука выстрела никто не слышал. Экономка утром зашла к нему проверить все ли в порядке? Парень не спустился к завтраку. Тут-то она его и нашла. Время смерти примерно полночь, точнее установят после вскрытия. Калибр получишь после заключения баллистиков.

— В доме еще кто-то живет?

— Нет, остальные приходящие — повар, садовник, горничная.

— Их уже допрашивали?

— Да. Последним уходил повар — в десять вечера. Так что никто ничего не знает.

— Что-нибудь пропало?

— Нет. Все вещи на местах, а здесь имеются довольно дорогие цацки. И следов борьбы тоже нет. Видимо жертва знала нападающего.

— Черт. Позови экономку.

— Сейчас.

Стив направился к женщине, стоящей у входа в комнату и вытирающей белым вышитым платочком слезы, беспрестанно текущие по лицу. Покивав копу, женщина пошла следом за ним.

— Джон, это миссис Симонс — экономка.

— Мои соболезнования вашей утрате. Миссис Симонс, вы не заметили ничего странного вчера вечером? Может, в настроении мистера Вайса? Он не был взволнован? Напуган? Ему не угрожали? Может, были недоброжелатели?

— Нет, что вы. Он был хорошим человеком. И вчера он вел себя, как всегда — даже пошутил за ужином. А потом поднялся к себе. Ума не приложу, как мог кто-то ночью проникнуть в дом незамеченным — все окна были закрыты!

— По предварительным данным, его убили в полночь, значит, залезть в дом могли раньше. Вы не слышали никаких посторонних звуков?

— Звуков? Ну, если можно так сказать. Даже не знаю, важно ли это?

— О чем вы? Что вы слышали?

— Где-то часов в одиннадцать на улице кто-то закричал. Я тогда так испугалась, подбежала к окну, но никого не заметила. А пока дошла до другой стороны дома, крик стих. Там тоже никого не было.

— Кричала женщина?

— Наверное, даже девушка — голос молодой.

— Понятно. Спасибо вам. Если еще что-то вспомните — позвоните мне, — Джон протянул ей карточку с номером телефона. Затем подтолкнул Стива в сторону выхода и последовал за ним на улицу.

— Как ты думаешь? Та девушка могла что-то видеть? — Стив помялся и отрицательно покачал головой.

— Сомнительно. На целый час раньше. К тому же, будь она свидетелем — сообщила бы в полицию или той же экономке. А соучастником — смысл ей тогда кричать и выдавать себя? Зачем настораживать человека перед тем, как убить?

— Но почему она тогда кричала?

— Понятия не имею. Давай пройдемся по соседям, может, еще кто-то слышал крик и заметил ее?

— Пойдем.

В первую очередь они направились в дом напротив. Судя по ухоженным клумбам, здесь живет женщина. Весь облик дома говорит о своей обитательнице — начиная от резной лавочки и заканчивая кучей цветов в горшках на подоконниках. Так и было — дверь открыла дама почтенного возраста, в сиреневом платье, со старинными перстнями на морщинистых пальцах.

— Добрый день. Я инспектор Маккейн, а это инспектор Бернс. Мы хотели бы поговорить с вами о вашем соседе — мистере Вайсе.

— Здравствуйте. Проходите, пожалуйста. — Она проводила их в гостиную. На кресле клубочком свернулась кошка, лениво поднявшая голову при виде нас, на стенах висели фотографии людей — судя по всему, семья этой женщины. Небольшой столик украшали несколько книг в потертых обложках, в шкафу за стеклом стояли статуэтки годов так семидесятых. В этом доме время будто замерло, тишину и покой можно было черпать ложкой.

— Старина Рождер умер, я права?

— Да. Откуда вы знаете?

— Ну, я не слепая, заметила толпу полицейских около его дома. И вряд ли они собрались там ради экономки. Она еще нас всех переживет.

— Раз вы не слепая, — старая перечница уже одной ногой в садах Эдема, а все еще дерзит. Хотя с таким характером ей вероятнее уже пригрели местечко пониже райских кущ, — может, поможете нам? Вы не заметили ничего странного или подозрительного вчера вечером?

— Нет.

— Экономка сказала, что часов в одиннадцать вечера на улице кричала какая-то девушка. Вы слышали?

— Слышала, я ж не глухая, — нет, она точно издевается!

— И это не показалось вам странным?

— А что тут странного? — Джон переглянулся со Стивом — тот даже не пытался сдержать удивление.

— У вас постоянно кто-то кричит на улице?

— Нет, но и умирает же не постоянно! — Кто-то из них двоих идиот, и есть сомнения в том, кто именно.

— Вы видели эту девушку?

— Нет. Мне это ни к чему.

— Простите, я не совсем вас понимаю.

— Она же пришла не ко мне, а к Рождеру. Когда придет ко мне, тогда и посмотрю.

— Почему вы думаете, что она пришла к мистеру Вайсу? И что она придет к вам? Вы знаете, кто она?

— Неважно кто она. Важно — что она! — Она сказала это так просто и убежденно, будто личность этой девушки должна быть известна всем, а Джон ее почему-то не знал! И что значит это уточнение?

— И что она? — Стив рядом тоже напрягся, ожидая ответа.

— Банши, конечно!

— Что, простите?

— Банши! Вам, молодой человек, стыдно не знать собственные легенды, учитывая вашу фамилию.

— А что с моей фамилией?

— Вы происходите от королей!

— Так, ладно, вернемся к девушке. Что означает «банши»?

— Она вестник смерти. Банши кричит по будущему покойнику.

— И с чего вы взяли, что это была она?

— А вы, если услышите ее крик, поймете. Его никогда не спутаешь.

— Хорошо. Спасибо вам за помощь.

Стив встал следом за Джоном и, попрощавшись, поспешил покинуть дом. Выглядел он при этом немного пришибленным.

— Даже не знаю, над чем смеяться в первую очередь. По-моему, у нее от одиночества немного поехала крыша.

— Или много. Все это кажется таким бредом, что специально и не выдумаешь. Поищи что-нибудь об этой «банши».

— Ты серьезно? Тратить время на эти бредни? У нас и так дел по горло.

— Ладно, займись показаниями работников нашей жертвы, а я поищу что-нибудь о нашей загадочной девушке.

— Ты спятил! — Усмехнулся Стив.

— Ты будешь выполнять мои указания или обсуждать их?

— Как вам будет угодно, ваше Величество, — расплылся парень в ехидной улыбке.

— Заткнись, — хмыкнул Джон и пошел в сторону своей машины. Вслед ему донесся смех парня. Теперь он еще долго будет припоминать другу слова о «королевском» происхождении.

* * *

Сегодня с утра я отправилась на море. Погода позволяла понежиться под теплыми солнечными лучами, наблюдая за медленными перекатами волн. Они, как усталые путники с тяжелой ношей, дошедшие до конца путешествия, сбрасывали тяжесть с плеч и с легким вздохом-шипением, отходили назад. Лениво перекатывались камушки, не успевшие, в отличие от своих собратьев, найти себе место и врасти в грунт. Море успокаивало. Успокаивал легкий ветер, дующий в сторону берега и приносящий свежий соленый запах свободы. Успокаивало бескрайнее небо над головой, с бегущими вдаль облаками. Это есть сейчас и это будет вечно. Будут сменяться поколения и эпохи, но вот это будет всегда. Облака все так же будут бежать вдаль, волны будут набегать на берег и отступать снова в глубину. И так и должно быть. Должно в нашей жизни хоть что-то оставаться постоянным, как некий якорь, позволяющий сознанию зацепиться. Будет все рушиться или создаваться, совершенствоваться или, наоборот, возвращаться к истокам. В вечной суете наших будней должно быть что-то, что не позволит нам сойти с ума в этой гонке. Место, в котором мы сможем отбросить все лишнее и услышать себя. Услышать мир вокруг и почувствовать себя частью этого мира, а не частью выдуманных систем. Как ни странно, в виде банши я была ближе к этому миру, чем в виде человека. А может, так и должно быть, ведь она следует истинным законам и не противиться своей сути. Она слышит этот мир и прислушивается к нему. Как бы то ни было, мне есть чему у нее поучиться.

Ближе к обеду, полная сил, я вернулась домой. Тело казалось отдохнувшим и обновленным, как после длительного отпуска. Быстро пообедав, я села в машину и отправилась за покупками. Оставаться дома совсем не хотелось.

Торговый центр встретил меня запахом духов и кофе. Повсюду ходила молодежь, держа в руках пакеты с названиями магазинов, заражая атмосферой шоппинга. Спустя полчаса и пять магазинов, я обзавелась модными джинсами и легкой кофтой с воздушной вязкой. А спустя еще час — коктейльным черным платьем и книгой. Закончить шоппинг хотелось на хорошей ноте. С запахом кофе и корицы. Для этого мной была выбрана небольшая кофейня, источающая божественные ароматы.

Закончился мой выходной день книгой и чашкой горячего шоколада. А засыпала я легко, с улыбкой на лице. Чтобы утром поморщиться от звука будильника — никогда не любила первую смену в ресторане. Нести ранним посетителям кофе и думать, как бы не заснуть самой прямо на ходу. К тому же, у Карлы сегодня выходной, поболтать особо не с кем. Я давно уже подумываю поменяться с кем-нибудь из девочек сменами, чтобы работать вместе с Карлой.

Ближе к обеду посетителей стало больше, и мне уже было не до скуки. Быстро перекусила и снова вернулась в зал. Конца смены ждала, как Рождества. И вот, сняв, наконец, форму, запрыгнула в машину и поехала домой. Вчерашнего прилива сил как не бывало!

Дом встретил меня тишиной и спокойствием. Разувшись, дошла до дивана и с наслаждением упала на него, а полежав минут десять и придя в себя, с тяжелым вздохом встала. Ужин никто не отменял.

За ужином последовала горячая ванна с ароматом трав, расслабившая не только мышцы, но и нервы. Жизнь сразу показалась чуть лучше, свет чуть ярче, а усталость чуть меньше. Радовало, что нелюбимая смена позади, завтра я смогу выспаться, а послезавтра снова выходной. Это было достаточной мотивацией для хорошего настроения. Вообще, жизнь в этом городе мне пока нравится. Хорошая работа, зарождающаяся дружба, милый дом на берегу, красивые пейзажи — все это было паззлами для моей картины жизни. И пока что картина выходила довольно неплохой. Может мне повезет, и я задержусь в этом городе на более или менее длительный срок? Хотелось бы.

Почитав на ночь книгу, купленную вчера в торговом центре, я собралась ложиться спать. Усталость брала свое, и глаза закрывались. Я почти успела переодеться. Почти поверила, что день прошел спокойно. Все разрушило ускоряющееся сердцебиение. Я почувствовала Зов.

На этот раз жертвой был молодой парень. Его окружат трое, начнут задавать вопросы, толкать. Он будет что-то отвечать, но его оправдания не понравятся нападающим. Они свалят его на землю и начнут бить ногами. И увлекутся. Когда они поймут это, будет уже поздно — парень будет мертв. В проулке, где все произойдет, уже нагнетается атмосфера отчаяния и смерти, становится тяжелее дышать. Ни одно животное сейчас не пройдет здесь, а случайно попав, тут же сбежит, прижимая хвост. И только я целенаправленно пришла сюда. Мой долг — оплакать того, кто так рано уйдет из жизни. Возможно, кроме меня некому будет сделать это. Собрав всю боль из воздуха, вдохнув все отчаяние, я закричала. Через мой крик выплескивались все страхи и сомнения этого парня, все забытые мечты и невыполненные обещания. Все, что он собирался сделать в своей жизни и не успел, что не прожил, не почувствовал, не оставил. Все, что так никогда и не случится.

Глава 3

Услышав душераздирающий крик, Джон резко дал ногой по тормозам. Сердце забилось, как бешеное, волосы на руках стали дыбом, как от порыва ледяного ветра. Столько боли и страдания было в этом крике, что хотелось завыть. Выбежав из машины, мужчина понесся в сторону крика. Но картина, открывшаяся в проулке, заставила его затормозить и замереть с широко открытыми глазами. Девушку в этой согнувшейся от крика фигуре выдавал только голос и длинные белые волосы, выглядывающие из-под белого плаща. Больше никого в проулке не было. В этот момент ему вспомнились слова той соседки убитого. О банши, и о том, что он никогда не спутает ее крик. И сейчас мужчине хотелось в это поверить, потому что от этого крика на коже выступал холодный пот. Как только она перестала кричать, Джон опомнился и спрятался за угол, каким-то внутренним чутьем ощущая ее приближение. Сглотнув горькую слюну, он даже задержал дыхание и постарался слиться со стеной, к которой прижимался. А фигура в белом выплыла из переулка и отправилась вниз по улице. Она двигалась не как человек, перенося вес с ноги на ногу. Она плыла над дорогой, будто тротуар под ней был чертовым горизонтальным эскалатором! Глубоко вздохнув, он попытался медленно последовать за девушкой под прикрытием темноты. И больше всего мужчина боялся, что она резко обернется, и Джон увидит… что? Обезображенное лицо? Оскаленную морду? Или вообще темноту? Как может выглядеть существо, которое издает такие крики?

Преследование длилось недолго — буквально через квартал она вдруг ускорилась и скрылась за поворотом. Когда мужчина завернул за угол, улица уже была пуста. И тут его осенило! Если верить той женщине, банши кричит перед чьей-то смертью. И она не просто так кричала в том переулке! Джон со всех ног бросился назад, надеясь увидеть по-прежнему пустой переулок. Но он уже таким не был. На асфальте лежало тело. Наверное, роль сыграло то, что такие сцены для мужчины не в новинку — он вспомнил, что он коп! Достав пистолет из кобуры, медленно подошел к телу, оглядываясь по сторонам. Это был парень, на котором не осталось живого места. Прижав пальцы к шее, убедился, что пульса нет. Черт! Это все принимает дерьмовый оборот. Вернувшись в машину, Джон достал рацию и вызвал патруль.

Спустя десять минут переулок был оцеплен. Специалисты искали любые зацепки, которые могли бы пролить свет на произошедшее здесь. Осмотрев место преступления, Стив направился прямиком к напарнику.

— Хорошенько его отделали. И совсем недавно. Как ты его нашел?

— Услышал крик, остановился. Побежал в проулок, а там…он лежит, — Джон не стал рассказывать Стиву реальную историю произошедшего. Он еще сам не знал, как к этому относиться.

— Понятно. Еще один висяк будет?

— Посмотрим.

— Парень похож на неблагополучного. Возможно, кому-то был должен бабки, или торговал наркотой.

— Пробьем по базе и посмотрим. Может, удастся что-то нарыть.

— Да. Кстати, я все же поискал тебе информацию об этой банши. — На этих словах мужчина дернулся и перевел взгляд на Стива. — Эй, ты в порядке?

— Да. Что ты нашел? — Ему было интересно, что напарник смог узнать? Хотя, он боялся, что уже знает, что тот сейчас расскажет.

— В общем, старуха была права, есть такой персонаж в легендах. Она кричит по тому, кто должен в ближайшее время умереть. Вреда, вроде как, никому не приносит. Покричит и уйдет.

— А как она выглядит? Там было что-нибудь об этом?

— Да. Но тут все пишут по-разному. Кто-то говорит, что это молодая девушка с белыми волосами, кто-то — что старуха. Не понятно, кому верить.

— Ясно, спасибо тебе.

— Да не за что. Было даже интересно. Ладно, давай по домам, поздно уже. Тут и без нас закончат.

— Да, до завтра.

Джон сел в машину, и некоторое время просто сидел, уставившись в одну точку, проигрывая в голове события этого вечера. Старался разобрать эту головоломку, разложить по полочкам всю информацию. Но она ни черта не хотела раскладываться! Дожить до тридцати двух лет и узнать, что по твоему городу бегает какая-то потусторонняя хрень, а потом умирают люди. И почему именно сейчас? Раньше такого не было. Она только появилась? Но откуда? И так ли она невиновна? Может, это ее крик что-то делает с людьми, и они кидаются друг на друга?

Так, для начала, ему нужно больше информации об этом существе. Легенды — это одно, но должны же быть живые источники информации? Может, свидетели? Та старуха же знала. И она что-то говорила о фамилии Джона, и о том, что уж он должен знать свои легенды. Что такого в его фамилии? Почему она связана с банши? Может, отец что-то знает? Ладно, так он и сделает. Сначала разузнает все, что сможет, а потом поедет к отцу.

Наметив хоть какой-то план, мужчина глубоко вздохнул, завел машину и поехал домой. Вряд ли он сегодня уснет.

* * *

Когда я приехала в ресторан, Карла стояла около стойки администратора и лениво оглядывала зал.

— Привет! Как отдохнула?

— Привет, Эния. Хорошо отдохнула, в кино была.

— Ммм, я чувствую запах свидания, — с понимающей улыбкой подмигнула я.

— А почему бы и нет? А ты чем заняла свой выходной?

— Шоппинг.

— Удачный?

— Конечно. Маленькое черное платье не бывает лишним в гардеробе.

— В этом я с тобой согласна.

В этот момент в ресторан зашли еще посетители, и Карла отправилась их устраивать. А я, тем временем, пошла в раздевалку, готовиться к смене — одеть форму, заплести волосы.

Через несколько часов Карла с довольным лицом послала мне воздушный поцелуй и пожелала удачи. Ее смена закончена. Моей еще половина. Но мысль об этом выскочила из моей головы, как только в ресторан зашла семья с двумя маленькими дочерьми. Дамы и господа, представление начинается! Заранее предвидя реакцию детей, я попыталась сдержать смех. Увидев меня у столика, девочки издали коллективный вздох.

— Добрый вечер. Есть какие-то пожелания?

— Здравствуйте, мы пока посмотрим меню, — мне с улыбкой ответила мама этих двух принцесс.

— А вы фея? — Деловито поинтересовалась старшая девочка. Младшая только любопытно поблескивала глазками.

— Да, — после моего ответа глаза девочек загорелись еще ярче, а их родители усмехнулись.

— А вы желания исполняете?

— А ты хорошо себя вела? — Переадресовала я ей вопрос. Девочка на секунду задумалась. Видимо вспоминала все свои проказы и думала, можно ли их зачесть за легкое непослушание. Терять желание из-за этого ей совсем не хотелось.

— Да, — решила рискнуть она.

— Тогда скажи мне, чего ты хочешь? Возможно, я исполню твое желание.

— Хочу мороженого! — Да малышка, ты определенно счастливая, если заветным желанием, которое ты выпрашиваешь у феи, является обычное мороженое.

— Какое?

— Шоколадное.

— Думаю, я смогу исполнить это желание. Но сначала ты должна покушать, договорились?

— Да!

Улыбнувшись родителям, посмеивающимся от наглости их чада, я направилась на кухню за мороженым. Нельзя разрушать веру детей в чудо. Когда Джо — наш повар, узнал для каких целей мороженое, то расстарался, украсив его снежинками из белого шоколада и маленькой звездочкой на вершине шарика. Теперь это маленькое желание постоит на кухне и подождет своего часа.

Спустя несколько минут родители этих малышек сделали заказ. Когда я несла им готовые блюда, девочка следила за каждым моим шагом, буквально подпрыгивая от нетерпения. Но, не увидев мороженое, перевела на меня грустный взгляд.

— Помнишь нашу договоренность? Сначала ты кушаешь, а потом я несу мороженое. И учтите, юная леди, никакого мороженого, если вы не съедите свою порцию. — В ответ девочка быстро закивала и схватила вилку.

С улыбкой я вернулась на кухню проверить готовность другого заказа. Джо уже заканчивал, поэтому я осталась подождать. Спустя пару минут, подхватив тарелки, отнесла заказ к восьмому столику. В это время за пятый столик садился мужчина. Пожелав приятного аппетита, вернулась к стойке администратора за меню. Скоро эта беготня закончится и настанет долгожданный выходной.

Мужчина за пятым столиком поднял на меня глаза и замер. Странная реакция. Конечно, многие обращают внимание на мою необычную внешность, но чтобы так… Эти мысли пронеслись в голове за доли секунды, но никак не отразились на моей улыбке. Я по-прежнему была само радушие.

— Добрый вечер, — выкладывая на стол меню, я мысленно оценивала этого мужчину. Возраст немного за тридцать, рост чуть выше среднего, короткие темные волосы, крепкая мускулатура, как от труда, а не от спортзала. Карие глаза, в ответ изучающие меня, отсутствие кольца на безымянном пальце. Не то, чтобы я рассматривала отсутствие кольца, как знак для меня. По крайней мере, не тот, о котором в таких случаях думают. Зачастую, если у мужчины в таком возрасте нет жены, значит, он женат на своей работе. А этот мужчина довольно симпатичный, что еще больше подтверждает мою догадку. Интересно только, кем он работает? Хотя, какая мне разница? Улыбнувшись напоследок, я вернулась на кухню.

* * *

От постоянных поисков и размышлений разболелась голова. Отложив кучу бумаг, Джон снял пиджак со стула и вышел из участка. Время довольно позднее, пора домой. Но вместо этого, проезжая мимо небольшого ресторанчика, он засмотрелся на людей за его окнами. Те веселились, отдыхали и не ломали голову от уравнения со всеми неизвестными. Захотелось так же, как они, просто забыть на время обо всем, дать отдых уставшей голове. Припарковавшись, он направился в этот ресторан.

Уютная обстановка, тихие разговоры, смех, звон бокалов — все это было таким нормальным. Нормальность — вот чего мужчине не хватало последние дни. Расположившись за столиком у окна, он поднял взгляд и застыл. Все мысли о нормальности вымело из головы за доли секунды. К нему шла девушка с длинными снежно белыми волосами. Можно было бы подумать, что она альбинос, но черные ресницы и темные брови, вкупе с немного матовой кожей, опровергали эту мысль. Что-то в ее облике не позволяло считать ее результатом мутации гена. Наоборот, ее необычная внешность была странно гармоничной. Но от этого не менее пугающей.

— Добрый вечер, — она открыто улыбалась ему, не догадываясь о его мыслях. Быстро обежав мужчину взглядом, девушка оставила меню и ушла. А он все никак не мог собрать разбежавшиеся мысли. Могла быть она той, кого Джон искал? Могла. Но, чтобы узнать это, сначала нужно установить ее личность.

Когда беловолосая незнакомка снова появилась в зале, мужчина уже знал, что ему делать.

— Вы готовы сделать заказ?

— Да. Мне стейк с овощами.

— Что будете пить? Может, бокал вина?

— Нет, я за рулем. Принесите лучше чашку кофе.

— Конечно, — она с улыбкой записала заказ в блокнот и ушла.

Пока девушка двигалась между столиками, взгляд Джона следовал за ней, стараясь найти хоть какую-то зацепку, знак, что она — та самая фигура в ночном переулке. Но пока она была просто официанткой и вела себя соответственно. Когда девушка принесла заказ, коп поблагодарил и решился задать вопрос.

— Скажите, это ваш настоящий цвет волос? — Мужчина знал, что это прозвучало грубо, девушка даже дернулась от его вопроса, а затем понимающе улыбнулась. Наверно, не он один интересовался этим.

— Да, настоящий.

— Сейчас редко встретишь человека с таким цветом. А вот я за несколько дней вижу уже второй раз, — он решил пойти ва-банк.

— Правда? Вы видели кого-то еще?

— Да, вчера вечером я возвращался с работы и увидел девушку в длинном плаще. У нее были такие же длинные белые волосы, — после этих слов поднос в руках девушки немного дрогнул, улыбка из искренней превратилась в натянутую. Это подвигло мужчину на следующий шаг. Обычный человек при виде копа никак не реагирует. Но тот, за кем водятся грешки, обязательно себя выдает. За десять лет работы язык тела мужчина выучил довольно неплохо. И сейчас он решил проверить это на официантке, пока она не успела взять себя в руки и уйти, сославшись на других посетителей. Небрежным жестом он поправил полы пиджака, приоткрывая значок и кобуру с пистолетом. Взгляд девушки зацепился за них, как он и рассчитывал. Затем она, будто опомнившись, поднимает глаза на Джона и возвращает на лицо улыбку. Но мужчине этого достаточно — участившееся дыхание, подрагивающие пальцы, бегающий взгляд, слишком открытая улыбка — все говорит о фальши, о попытке скрыть истинные эмоции.

— Вы полицейский? — Нарочито равнодушным голосом спрашивает она.

— Инспектор, — «добил» он. — Расследую преступления.

— Понятно. Простите, мне нужно работать.

— Конечно. Это вы простите, что задерживаю.

Развернувшись, девушка поспешила на кухню, а спустя минут пять снова вышла в зал, но уже снова собранная, уверенная, с неизменной улыбкой. Она отнесла мороженое какой-то девочке через два столика и сказала ей что-то о желании. Малышка сияла от счастья, а ее родители благодарно смотрели на официантку.

Пока Джон ужинал, его взгляд то и дело находил эту странную девушку. Если бы мужчина не знал, что она может быть той самой таинственной банши, если бы не видел ее реакции на него, никогда не выделил бы ее из толпы молодежи. Она неизменно вежливо обслуживала все столики, улыбалась, шутила. Она нравилась всем! А Джон в это время пытался решить для себя, кто она? Обычная девушка с необычной внешностью и добрым сердцем? Или древнее существо из легенд, влекущее за собой смерть? И в ближайшее время он надеется это выяснить.

Глава 4

«Вот это я вляпалась», — думала я, удерживая на лице учтивую улыбку, так и норовившую превратиться в отчаянную гримасу. Коп не просто так сказал мне о цвете волос. И оружие показал не случайно. Он наблюдал за моей реакцией. И я, как вор, которого поймали на горячем, выдала себя. Не смогла удержать невозмутимость, «спалилась». И что теперь будет? Он свяжет ее с этим преступлением? А может, он увидел ее не возле тела, а по пути назад? Но не настолько же он глуп, чтобы не связать между собой эти два события? Тогда почему сразу не предъявил ей обвинения? Не расспросил ни о чем?

От этих мыслей разболелась голова. С трудом отработав остаток смены, я быстро села в машину и поехала домой. А что, если он вызовет ее на допрос, а в этот момент она превратится в банши? Сейчас ее подозревают в … чем-то! Но тогда будет уже совсем другой разговор! Тогда она станет объектом изучения совсем других людей. Может, будет лучше сейчас собраться и уехать из этого города? Но тогда она подтвердит подозрения о ее причастности к преступлению. А ее данные есть в трудовом договоре с рестораном. Найти Энию для Гарды не составит проблем. Что же делать? Остаться. Остаться и бороться. По факту, у копа нет ничего на нее. Только подозрения, никак не подтвержденные фактически. Значит, надо быть осторожнее, и он ничего не сможет доказать. Даже предъявить.

Решив так поступить, я немного успокоилась. Дом встречал меня тишиной. Как всегда. Но сейчас я была ей рада. Обычно одинокая, сейчас тишина казалась успокаивающей. А дом стал небольшой крепостью, в которой я могу вздохнуть спокойно и расслабиться. Это моя территория. В холодильнике стояла бутылка красного вина. То, что надо сейчас. С бокалом в руке я направилась к креслу у окна. В это время через него была видна луна на небе. Первый глоток вина прокатился по горлу и уютно свернулся в желудке. Возможно, виски в данной ситуации помог бы лучше, но я не настолько отчаялась…надеюсь. Второй глоток вина я сначала покатала на языке, и только потом проглотила. Вкусное. Страх начал потихоньку проходить, уступая место спокойствию. В любом случае, мне ничего не должно грозить. Даже если коп будет абсолютно уверен в том, кто я, это ничего ему не даст. Не та информация, с которой можно обратиться к начальству. Если не хочешь встречать рассветы через решетки на окнах психбольницы. А он не захочет. Да и припугнуть его можно, если начнет сильно досаждать. Успокоенная этими мыслями, я допила вино и отправилась на кухню. Нужно поужинать и ложиться спать. Страх исчерпал все мои силы, и теперь я валилась с ног.

* * *

Джон держал перед собой досье, которое смог насобирать на эту «Белоснежку». И звали ее Эния Моррис. С фотографии на него смотрела беловолосая девушка с легкой, едва заметной улыбкой на лице. Ангел. Именно так она выглядела. Чистый невинный ангел. И, не будь Джон копом, мог бы купиться на это. Но за свою карьеру он столько всего повидал, что научился не доверять внешности. Зло зачастую скрывается за красивыми масками. И ошибиться ему не хотелось. Но, положа руку на сердце, верить, что эта девушка — зло, не хотелось еще больше. Что-то в ее взгляде не давало ему поверить в ее порочность. А глаза, как известно, зеркало души.

Ладно, выводы делать можно потом. Что еще известно о ней? Двадцать три года, не замужем, родителей нет в живых — погибли в аварии пару лет назад. Так, а это что? Эния удочеренная. Настоящие родители неизвестны — ребенка подкинули Моррисам на порог дома. И откуда же это чудо родом? Пригород Дублина, городок под названием Брей. Интересно, что заставило ее пересечь всю Ирландию поперек и поселиться на противоположном берегу? От чего ты бежала, девочка? От воспоминаний? Гибель родителей стала причиной? Тогда почему уехала не сразу? И почему сменила несколько городов?

Больше ничего интересного нет. В общем, картина вырисовывается своеобразная. Девушка никогда ни за что не привлекалась, ни в чем не участвовала. Жила себе спокойно в Брее, пока авария не унесла жизни родителей. Тогда она начала переезжать с места на место, при этом, не продавая дом, доставшийся в наследство. Надеется вернуться? Или в такой спешке уезжала, что было не до этого? И почему уехала из всех предыдущих городов? Бежала за чем-то или от чего-то? Одни загадки.

Перевернув фотографию девушки, Джон записал ее домашний адрес в Трали, а затем засунул фото в карман пиджака и вышел из участка. Прошло два дня с того вечера, когда он увидел девушку в ресторане. И все это время он пытался разгадать ее загадку. Но ответов пока не получил. Только вопросов стало больше. Об этой стороне ее жизни Джон узнал, а вот о другой, скрытой… Там досье не нароешь. Придется ехать к отцу, как он и планировал. Может, хоть он прояснит ситуацию?

Когда Джон приехал в дом отца, тот сидел с банкой пива в кресле, и смотрел футбол, сжимая свободной рукой подлокотник.

— Отец?

— Малыш Джонни, решил заглянуть к своему старику?

— Да, поболтать.

— Ты? Поболтать? Я заинтригован, — мужчина выключил футбол и поднялся из кресла. — Принести пива?

— Нет, я же за рулем.

— Как всегда, правильный, — усмехнулся старик. — Ну, пойдем тогда, присядем.

Как только они сели на диван, Джон достал фотографию девушки и протянул отцу. Тот пару секунд смотрел, а потом усмехнулся.

— Красивая. Это ты меня таким образом знакомишь со своей девушкой?

— Нет, отец, это не моя девушка. Я подозреваю, что она …только не смейся!..банши.

Никто не засмеялся. На самом деле, повисшую тишину можно было резать ножом. Улыбка с лица старика исчезла безвозвратно. Он еще раз глянул на фотографию, а затем перевел тяжелый взгляд на сына.

— Джонни, куда ты вляпался?

— О чем ты?

— Ты слышал ее крик?

— Да. И видел парня, которого убили спустя несколько минут, — на этих словах напрягшийся отец выдохнул и немного расслабился.

— А фотография откуда? И почему ты решил, что это была она?

— Я встретил ее в ресторане. Никого с такими белоснежными волосами я больше не видел. И намекнул ей о том, что все знаю. Показал значок и пистолет, будто невзначай. Она выдала себя.

— Что ты сделал??? Ты совсем из ума выжил?

— Почему? И, кстати, ты совсем не удивлен моими словами. Как будто речь не о банши, а о чем-то заурядном.

— Потому что мы старики еще верим в легенды. А вы наплевали на свою историю. За это и страдаете. Надеюсь, ты не сделал девушке ничего плохого? Я не хочу лишиться сына.

— Не сделал. Я был вежлив. Ты думаешь, она может причинить мне вред?

— Конечно, может! Она наказывает тех, кто плохо с ней обращается.

— То есть, она — зло?

— Нет. Ты ведь тоже не любишь, когда с тобой плохо обращаются. И это не делает тебя злом.

— Но я видел ее на месте преступления. Пусть и до того, как оно случилось. И ее слышали перед другим убийством.

— Ну, так на то она и банши! Джон, забудь о ней! Пока не случилось чего плохого.

— А что может случиться?

— Она может наказать тебя.

— Как?

— Не знаю, но тебе не понравится. Так что оставь это.

— Не могу. А вдруг это она первопричина этих убийств?

— Не говори глупостей! Она вестник, а не убийца.

— Но если банши — вестник, то почему раньше никто не предвещал убийства? Они просто случались.

— А ты думаешь, банши так много? Да, то, что ты ее увидел — само по себе чудо, будешь детям рассказывать! И мне теперь есть, чем гордиться. Но лучше оставить это в стороне. Не копай! Не ищи встречи.

Джон вздохнул и отвел взгляд. Пообещать этого отцу он не мог. Слишком загадочная и неоднозначная ситуация сложилась. И просто забыть об этом у него не получится. Но слова отца о том, что девушка не является злом, немного успокоили копа. Все-таки приятно знать, что ты не ошибся. А если так, то можно попробовать поговорить с ней. Ведь, если она заранее знает, где должно случиться убийство…это открывает такие возможности! Нельзя просто игнорировать такой шанс!

— Ладно, отец, я тебя понял, мне пора.

— Вижу, ты не хочешь меня слушать.

— Нет, я все понял.

Сумбурно попрощавшись, Джон вышел из дома и сел в машину. Спустя пару минут она скрылась за поворотом. А в доме остался сидеть его отец, задумчиво рассматривающий забытую фотографию девушки. Перевернув ее, мужчина наткнулся взглядом на адрес. И понял, что ему нужно делать. Он очень любил сына и не хотел рисковать им. Даже, если для этого придется рискнуть собой.

* * *

Выходной. Как много в этом слове. Особенно, когда ты устал. Сегодня не нужно было никуда торопиться, рано вставать. Можно было насладиться отдыхом, прогуляться по берегу, поваляться в кресле с книгой и чашкой кофе. За окном было немного ветрено, по небу бежали небольшие тучки. Но я любила такую погоду. Поэтому, как приготовлю обед, сразу схожу на море, прогуляюсь.

Звонок в дверь застал меня врасплох. Кто бы это мог быть? Знакомых у меня в Трали почти нет, друзей — тем более. У Карлы сейчас смена, поэтому ее кандидатуру отметаю сразу, соседей здесь тоже нет. К двери я подходила с осторожностью. За ней оказался мужчина в возрасте. Увидев меня, он немного побледнел. Я привыкла, что люди удивляются моей внешности, но здесь было что-то другое. Он будто боялся меня. Странно.

— Добрый день. Могу я вам чем-то помочь? — Мужчина тяжело сглотнул и сжал дрожащие пальцы.

— Да. Не трогайте моего сына, пожалуйста, — вот теперь мы оба смотрели друг на друга круглыми глазами. Только в моих глазах было удивление.

— Простите, я не понимаю, о чем вы.

— Мой сын, Джон. Он коп. Он разговаривал с вами в ресторане.

Оп-па! Это его отец? Как он узнал обо мне? И как нашел меня? И что значит «не трогайте моего сына»?

— Я поняла, о ком вы, но все еще не могу понять остального. Почему я не должна трогать вашего сына? И что вы подразумеваете под этим?

— Я о том, что он знает о вас. О том, кто вы.

А вот это уже становится интересно! Что он знает обо мне?

— Давайте пройдем в дом и поговорим, — мужчина от этих слов весь подобрался. — Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Мы просто попьем чай.

Пропустив гостя в дом, я пошла на кухню. Он следом. Ну что ж, значит, будем пить чай тут. Не торопясь, я набрала воды в чайник и поставила его на плиту. Достала коробку с чаем, насыпала в заварник. Все мои действия были неторопливыми, спокойными. Я давала время мужчине успокоиться. Не хватало еще, чтобы у него случился сердечный приступ на нервной почве. Его сын меня в гроб вгонит тогда.

В тишине комнаты прозвучал тихий свист чайника. Я заварила чай и достала печенье из шкафчика. Поставив чашку перед мужчиной, я сделала глоток чая из своей, и начала разговор.

— А теперь спокойно расскажите мне все с начала. Что ваш сын знает обо мне?

— О том, что вы банши.

— И с чего он взял это? — Внешне я была спокойна, а вот внутри содрогалась. Он догадался!

— Он видел вас перед одним из убийств, слышал ваш крик. А потом в ресторане увидел ваши волосы и …

— Понятно. Он говорил с вами об этом?

— Да. Приехал вчера вечером. Спрашивал о банши.

— Почему он спрашивал вас?

— Ну, я старик. А мы, старики, знаем свои легенды.

— И что же вы ему сказали?

— Что банши не убийца, а вестник. Они не зло. Попросил его оставить вас в покое.

— Он послушал? — Пожалуйста, хоть бы он послушал!!

— Нет. Он ничего не сказал, но я знаю своего сына, как облупленного. Все было написано на его лице.

— И что он будет делать с этой информацией? Не может же он пойти с этой информацией к шефу. Его, самое малое, засмеют.

— Нет, он не пойдет к шефу. Думаю, он пойдет к вам.

— Ко мне? Зачем? — Что он хочет? Будет шантажировать? Смысл? Огласить информацию он не сможет.

— Я не знаю. Он коп до мозга костей. И он это не оставит.

— Понятно. Но как вы узнали, где я живу? И что речь шла обо мне?

В ответ мужчина вытащил из кармана пиджака фотографию и протянул ее мне. На фото была я. Фотография была сделана год назад, значит, он искал информацию обо мне. Досье. На обратной стороне фотографии обнаружился мой адрес в Трали, написанный красивым почерком. Точно, досье собрал. Упертый засранец!

— Можно я оставлю ее себе?

— Да, конечно, она же ваша. Джон рассказал мне о вашей встрече в ресторане, о том, что он показал вам значок и оружие. Простите его. Не наказывайте. Он все, что есть у меня. — Так вот о чем он говорил! Старик думал, что его сын оскорбил банши! За это, действительно, наказывают.

— Не переживайте, он был вежлив. Поэтому я не собираюсь причинять ему вред…пока. Посмотрим, как он поведет себя дальше. И что ему от меня нужно.

— Спасибо. Я постараюсь вправить ему мозги, — на этих словах я улыбнулась. Странный разговор у нас получается. Впервые со мной разговаривают как с банши, а не Энией. — Знаете, а вы не такая, как я представлял.

— И кого вы представляли?

— Кого-то более мрачного. И я был бы рад услышать вас перед смертью, — а вот этого мне точно никогда не говорили!

— Лучше живите. Не люблю я покойников.

От сюрреалистичности происходящего мы оба рассмеялись. Похоже на разговор двух помешанных. Мы еще немного поболтали, допили чай, и мужчина уехал. А я еще долго улыбалась, вспоминая наш разговор. Это было странно, но довольно мило. Хороший отец достался копу. Готовый ради сына рискнуть и вызвать на себя гнев банши. С этим мужчиной мы можем и подружиться. И теперь мне стало интересно, чего хочет от меня его сын? И могу ли я ему это дать? Ведь, взамен у меня тоже есть, что попросить. Мне так надоело переезжать с места на место, убегая от слухов и домыслов. Трали мне нравится, и я хотела бы здесь остаться. И кто мне может в этом помочь, как не коп?

Глава 5

На следующий день я в первую смену пошла на работу. Сегодня на ресторанчик я посмотрела другими глазами. Возможно, у меня появится шанс остаться жить в Трали, и не придется спустя полгода сниматься и уезжать. Я смогу завести друзей. Или подругу. Карлу. Я же не так много прошу.

От этих мыслей настроение было стабильно хорошим, поэтому я птичкой летала между столиками с сонными посетителями. Повар тоже заметил такое настроение, сделав комплимент моей улыбке. День проходил незаметно, посетители не капризничали. Да, иногда они это любят. А в обед в ресторан вошел коп. Тот самый. Сел за тот же столик и посмотрел прямо на меня, ожидая моих действий. Ну что ж, поехали! Уверенной походкой подошла к его столу, положила меню и доброжелательно улыбнулась.

— Добрый день. Хотите заказать что-то сразу или пока посмотрите меню?

— Пока посмотрю. Кстати, я хотел с вами поговорить, — он выглядел довольным собой, будто я была рыбкой на крючке. Мне это не понравилось, и я решила переиграть ситуацию. Легким жестом достала из кармана ту самую фотографию с моим адресом на обороте, и положила ее на стол.

— Конечно. Кажется, это ваше? Не теряйте больше, — увидев фото, мужчина поменялся в лице. Он побледнел и поднял взгляд на меня. — Когда будете готовы сделать заказ, позовите меня.

Такой же уверенной походкой победителя я отошла от столика, возвращаясь на кухню. В последней моей фразе я говорила не только и не столько о заказе, сколько о предложении копа. Раз ему что-то нужно от меня, то пусть знает, что я тоже умею играть в игры и не надо загонять меня в угол. Когда он это поймет, найдет меня.

Спустя несколько минут я вынесла с кухни заказ для одного из столиков. Копа в зале уже не было. Интересно, почему он уехал? Обдумать?

— Эни, милая, почему мужчина сбежал от тебя? — Карла ожидала меня у стойки администратора с ироничной улыбкой.

— О чем ты?

— За пятым столиком сидел мужчина. Ты принесла ему меню, а стоило тебе скрыться в кухне, он подскочил и вылетел из ресторана. С места трогался, будто за ним гонятся.

— Не знаю. Я просто сказала, что позже подойду принять заказ, — сорвался, говоришь? Интересная реакция.

— Странный.

— Он коп. Может, вызвали по работе?

— Может. А ты откуда знаешь, что коп?

— Значок видела.

Дальше Карла пошла принимать заказ, а я ушла на кухню за готовым блюдом. Спустя пару часов моя смена закончилась. С наслаждением я стянула с себя форму и села в машину. Путь домой я провела за раздумьями. Что теперь решит этот Джон? Какой план будет у него теперь? А какой был раньше? И вообще, что ему может быть нужно от банши? Я, по сути, являюсь персонажем легенды!

Заходить в дом почему-то не захотелось. Я просто затормозила, сделав всего пару шагов по дорожке. На улице было тепло и тихо. Поставив машину на сигнализацию, я развернулась и спустилась к морю. Села на берег у воды и зачерпнула руками мелкие камни. Теплые. Так я и пересыпала их из руки в руку, глядя на горизонт. В голове не было ни единой мысли. Видимо, они не решались нарушить этот покой. Неподалеку кричали чайки.

Не знаю, сколько я так сидела, но очнулась, услышав шаги сзади. Это был Джон. Спокойный, собранный, уверенный, он шел ко мне.

— Привет, — сейчас в его взгляде не было того желания «поймать» меня. Он будто переосмыслил что-то и успокоился, придя, наконец, к решению. И простое «привет» так же говорило об этом.

— Привет. Присаживайся, — я широким жестом обвела берег. Он усмехнулся и сел рядом со мной. Пару минут мы просто молчали. Я также рассматривала горизонт, не торопя ситуацию, давая собеседнику собраться с мыслями.

— Я хотел поговорить с тобой.

— Да, ты говорил. А потом резко убежал.

— Я…испугался.

— Чего? — на этот раз я перевела взгляд на мужчину, ожидая его ответа.

— Эта фотография. Я забыл ее у отца. А тут она оказывается у тебя. У меня в голове мысли одна хуже другой пронеслись. Я позвонил отцу, а он не брал трубку. А ты все же не обычный человек…

— Ты думал, я причинила ему вред, — утвердительно произнесла я.

— Да. Или с ним что-то случилось, и ты…была рядом… — мужчина не находил правильных слов, чтобы описать свои мысли. Или не хотел говорить прямо, чтобы не обидеть.

— Была рядом? Имеешь в виду мой крик?

— Да.

— Понятно. И что сказал тебе отец?

— Что ездил к тебе. Вы поговорили, и он отдал тебе фото. В каком-то смысле, ты ему понравилась.

— Я знаю, — довольно произнесла я, — он говорил. Первый раз в жизни мне сказали, что для банши я какая-то светлая. Ожидали кого-то более мрачного. Разочарование одно.

Джон улыбнулся, слыша это. Видимо, хорошо знал своего отца, чтобы представить, что тот способен сказать.

— Прости, я повел себя не очень хорошо с тобой.

— Все в порядке. Как сказал твой отец, ты коп до мозга костей. Ты и поступил, как коп.

— Что еще он сказал? — Джон с любопытством ждал моего ответа.

— Что он попробует вправить тебе мозги, но вряд ли это получится. И что ты все равно придешь ко мне.

— Он был прав, я пришел, — мужчина больше не улыбался.

— Да. И перед тем, как ты скажешь то, зачем пришел, я хочу кое-что спросить. Ты все еще считаешь меня злом?

— Нет, — ответ прозвучал уверенно и твердо. Так, что я поверила.

— Хорошо, тогда выкладывай.

— Как ты узнаешь, что кто-то должен умереть?

— Я чувствую Зов. Точнее, его чувствует банши.

— Что ты имеешь в виду?

— Банши — это как мое второе я. В обычное время я просто Эния. Если кто-то должен умереть, в права вступает банши. Я изменяюсь и следую за зовом.

— Изменяешься?

— Да. Превращаюсь в то, что ты видел той ночью.

— На самом деле, я видел фигуру в белом плаще, из-под которого выглядывали белоснежные волосы.

— Изменяется все. Моя кожа, глаза, ощущение собственного тела, сила. Так просто не объяснить, нужно видеть.

— Ты контролируешь изменения?

— Нет. Поэтому я боялась, что ты можешь забрать меня в участок для допроса. Если бы я задержалась там допоздна, а в это время пришел зов…я бы не смогла противиться ему, и раскрыла себя.

— Я понял. За сколько времени до смерти приходит зов?

— Когда как, четкого срока нет. Но не больше пары часов. Зачем тебе все это?

— Наверное, это может показаться сумасшествием, — мужчина нервным жестом руки взлохматил волосы, — но я хочу попробовать использовать твой дар, чтобы предотвратить убийства. Если я буду знать, где они произойдут, то буду готов вмешаться в ситуацию и спасти жизни.

Вот это да! Действительно, коп до мозга костей! Я даже не знаю, как реагировать на его слова. Мне и во сне не могло присниться такого развития ситуации — использовать мою силу, чтобы спасать. Даже не знаю, возможно ли это теоретически? Можно ли помешать тому, что должно произойти? Можно ли вмешаться в Судьбу?

— Это самая сумасшедшая вещь, которую я слышала в жизни!

— Но почему не попробовать это?

— Тут есть небольшие затруднения. Совсем маленькие такие. Во-первых, когда я слышу зов, то превращения начинаются в ту же секунду. У меня не будет времени, чтобы позвонить тебе и сказать «Эй, привет, тут человек умереть должен. Не заскочишь?». Во-вторых, я никогда не знаю адреса. Я просто иду на зов, пока не почувствую, что нахожусь в нужном месте. Ты же не можешь каждый вечер дежурить у моего дома, ожидая подходящего случая.

— Ну, что касается первого пункта, можно придумать какую-то тревожную кнопку, а насчет второго — маячок. Или два в одном! Допустим, на тебе будет кулон с маячком, который активируется при нажатии. Как только ты почувствуешь зов — нажимаешь на кулон, и мне идет сигнал. Я просто еду, ориентируясь на тебя!

— Звучит, как в дешевом шпионском фильме. Но может получиться. Правда, не уверена, что это что-то изменит.

— Мы можем попробовать. Я хотя бы буду уверен, что сделал все, что мог.

— Ладно, только у меня к тебе тоже будет условие.

— Я слушаю.

— Мне нравится Трали. Я не хочу больше бегать.

— Я не совсем понимаю, причем здесь я.

— В прошлых городах я задержалась ненадолго. Зачастую, мой крик слышат люди, живущие неподалеку от места будущей гибели человека. Полиция опрашивает соседей и узнает об этом. Один-два раза можно списать на совпадение, но больше…начинаются лишние вопросы. А если еще находятся свидетели, то совсем невесело. Как ты понял, девушек с белоснежными волосами не так много. Мне приходится уезжать, пока не стало слишком поздно. Я устала от этого. Если я помогаю тебе, ты помогаешь мне. Мой крик не должен фигурировать в свидетельских показаниях. Это в твоих силах. К тому же, ты знаешь, что я не виновата в этих смертях. Так что, тебе решать, как поступить. На мой взгляд, я прошу не много.

— Я согласен на это условие. А я все голову ломал над причиной твоих переездов.

— Ты собрал досье, ведь так?

— Да, прости, мне нужно было узнать больше.

— Нашел что-нибудь интересное?

— Да. Тайну твоего рождения.

— Там и это было? Хорошо работаешь.

— Стараюсь, — усмехнулся мужчина.

— А можно вопрос? Почему ты решил, что я банши? Не просто подозрительная личность, скрывшаяся с места преступления еще до самого преступления, а именно банши?

— Убийство старика в собственном доме. Ограбленном доме. Мы опрашивали соседей, и одна из них слышала твой крик, как ты и опасалась. Она нам и сказала о тебе. Точнее, о банши. Старуха была совсем не удивлена, и говорила об этом, как о погоде. Я попросил напарника поискать информацию. Он посмеялся, но нашел. А затем я увидел тебя в том переулке, потом в ресторане. И завершал это разговор с отцом.

— Понятно. Значит, я уже успела наследить.

— Да, есть немного. Дашь мне номер телефона, я позвоню, как будет готов кулон.

— Конечно.

Мы обменялись номерами, после чего Джон попрощался и уехал, а я поднялась и направилась домой. Теперь мне самой стало интересно, к чему приведет наше сотрудничество. Одно радовало — теперь я могу не бояться и не оглядываться, моя тайна будет сохранена.

Глава 5

Через пару дней Джон приехал снова. Мне был торжественно вручен кулон с камушком, на который предполагалось нажимать в случае Зова. Мы тут же протестировали систему. Как только я нажала на камень, у Джона в телефоне включалась программа отслеживания, и я в виде красной точки двигалась по карте города. Теперь оставалось надеяться, что это приспособление нам не понадобится, как можно дольше.

Понадобилось оно через неделю. В этот момент я спокойно сидела дома с чашкой чая. В первое мгновение я даже не осознала, что почувствовала зов. А потом резко нажала на камень в кулоне, пока не поздно. Все превращение в банши занимало секунд десять, поэтому «прозевав» момент, я могла бы и не успеть нажать мою тревожную кнопку. Само превращение не было чем-то особенным. Оно почти не чувствовалось. Как прохладный ветер, пробегающий по коже. Я бы могла и не заметить происходящего, если бы не одно НО. Вместе с этим менялись твои чувства, эмоции. Такого опустошения, холода и печали, вкупе с притяжением зова, нельзя не заметить. Спустя минуту я уже скользила по улице в сторону будущего места чьей-то гибели. Хотя в этот раз все могло сложиться иначе.

В этот раз жертвой должна стать девушка. Она просто поздно будет идти домой и наткнется не на того человека. Всего лишь совпадение. Роковое совпадение, которое может забрать ее жизнь. Спустя несколько минут из-за поворота показалась машина копа. Погасли фары, заглох мотор. Джон шел в мою сторону медленно, осматриваясь по сторонам. Но я чувствовала его страх. Несмотря на наше знакомство, сейчас он боялся меня. И его можно было понять, ведь сейчас перед ним стояла не Эния. В темноте ночной улицы его ждала банши. Как только он подошел, что-то в моих ощущениях изменилось. Раньше я чувствовала атмосферу смерти, выплескивала эмоции через крик, и уходила. Но сейчас я не хотела кричать. Как будто своим появлением коп поставил судьбу в тупик. И теперь ничего не предопределено.

Под ожидающим взглядом Джона я подняла голову и медленным движение руки сняла капюшон плаща. Бледная кожа, светящиеся белым глаза, распущенные белоснежные волосы — теперь мужчина видел, что представляет собой банши. Он обежал меня взглядом, тяжело сглотнул и хриплым голосом спросил «Где?». В ответ я лишь повернулась и показала рукой в направлении места, где девушка должна встретить своего мучителя. Джон осмотрелся, достал оружие из кобуры и нашел место для засады. Я же снова накинула капюшон и скрылась в направлении, откуда приехал Джон. Зова я больше не чувствовала. Как и гнетущей атмосферы, страха, боли и всего сопутствующего убийству. Теперь это была обычная ночь и обычная улица. На сегодня смерть отменяется.

Снова стала собой я уже дома. Остывший чай отправился в раковину, вместо него заварила свежий. С чашкой и телефоном я устроилась в кресле в ожидании звонка. Он прозвучал примерно через полчаса, разрывая тишину и мои переживания.

— И? — Меня волновал только один вопрос — как все прошло?

— Все хорошо. Нападающего обвинят в попытке изнасилования. Ему светит не так много, зато девушка жива и здорова, а это главное. Спасибо тебе.

— Я рада, что все получилось. Как ты объяснил свое присутствие?

— Мимо проезжал! Почему ты ушла? Могла просто спрятаться — никто бы не увидел.

— Зов исчез. Банши не чувствовала нужды быть там. Своим намерением спасти жертву ты изменил ситуацию. Можешь гордиться собой.

— Без тебя ничего этого бы не было, поэтому мне нет смысла гордиться. Мы хорошая команда.

— Да. Спасибо, что позвонил.

— Ты должна знать. А теперь спокойной ночи…партнер, — последнее слово он сказал с усмешкой. Партнер. В каком-то смысле, так и есть, мы теперь партнеры. Команда по спасению. Супергерои, блин.

— Спокойной ночи.

* * *

За следующие два месяца мы спасли еще двух человек. И не спасли одного. Это дало нам понять, что мы тоже не всесильны. И спасенные жизни по-своему украдены у судьбы.

Сегодня я пошла на работу во вторую смену. Джон стал довольно часто заходить в ресторан, что дало Карле поводы подшучивать надо мной. А я только с улыбкой качала головой. Не могла же я сказать ей, что мы напарники в таком непростом деле, как спасение жизней. Коп и банши. Отличная компания. Как во второсортных комиксах.

Закончив работу в одиннадцать, я села в машину и поехала домой. Правда, далеко уехать не получилось — у судьбы на сегодня были другие планы. Мне пришел Зов. Черт! Нажав на кулон, я вылезла из машины и расслабилась, подчиняясь этой тяге. Она привела меня в небольшой тупик между магазинами. Обычная история. Девушка поздно возвращалась от подруги и повстречалась с компанией не совсем трезвых молодых людей. Попыталась убежать, но не вышло. Ее загнали в тупик, откуда она уже не выбралась. Они не хотели убивать — только развлечься. Но не рассчитали силу. В воздухе уже разливались эманации страха, были слышны отголоски криков. Нет, обычные люди ничего этого бы не почувствовали. Только банши. Я дышала ими, впитывала через кожу…пока в тупике не появился коп. В этот момент воздух замер. Не перестал источать сладковатый запах смерти, не очистился. А будто затаился, ожидая. Будто еще ничего не решено, и он только ждет развязки. Я знала, когда ситуация будет спасена, и банши может уйти — в такие моменты Зов исчезал. Сейчас же мне уходить не хотелось. Этот тупик не отпускал меня, но и не вынуждал оплакивать жертву. Как будто мы стоим на развилке, и наш дальнейший путь зависит от случая. От какой-нибудь мелочи, которая окончательно переведет стрелки.

Мы вышли из тупика и затаились в тени магазина. Свет фонарей сюда не попадал, создавая нам надежное укрытие. Коп стоял впереди меня, так как мой белый плащ не могла спрятать даже ночная тьма. Банши я или нет, в конце концов. За все время нашего знакомства Джон научился доверять мне, и теперь не боялся повернуться ко мне спиной.

Спустя минут десять послышался звук каблуков, стучащих по асфальту. Их обладательница явно бежала. А следом послышался топот ног и пьяные возгласы. Ее преследователи не заставили себя ждать. Девушка пробежала мимо нас и завернула в тупик. Она просто перепутала его с поворотом. Буквально следом за ней в этот тупик свернули и трое парней. Птичка в клетке. Джон шагнул из тени и медленно подошел к углу магазина. Парни окружили девушку, они смеялись, говорили, чтобы она не боялась. Коп шагнул в тупик.

— Ей действительно не нужно бояться. А вот вам стоило бы, — голос Джона был злым и угрожающим. Если бы парни не были пьяны, они бы поняли, что сейчас удача не на их стороне. Но мы играем теми картами, которые у нас есть. Они не поняли.

— А ты еще кто такой? — Один из парней сделал несколько шагов по направлению к копу. Девушка тихо всхлипывала и смотрела на Джона с надеждой.

— Я тот, кто надерет тебе и твоим друзьям задницу, если вы не уберетесь сейчас же.

— Такой крутой? Давай проверим? — он достал нож из-под куртки. И вот теперь в ситуацию решила вмешаться я. Никогда этого не делала, но сейчас чувствовала — это правильно.

Увидев меня, а точнее, неизвестную фигуру в белом, парни на пару секунд потеряли дар речи.

— А это у нас кто? — Отмер парень с ножом.

— Та, кто накажет тебя, — прошептала я, но в тишине тупика мои слова услышали все. Оставшиеся без внимания двое парней, схватили девушку, и она испуганно вскрикнула. Джон дернулся к ним, упуская из виду парня с оружием. А он уверенной походкой, с нахальной улыбкой на лице, подошел ко мне. Джон хотел вмешаться, но я показала рукой, чтобы оставался на месте. Он решил воспользоваться ситуацией и врезал по лицу одному из парней. Тот упал, зажимая окровавленный нос рукой. Второй с гневным возгласом попытался ударить копа, но тот оказался быстрее, отбивая направленный удар. Девушка забилась в угол, испуганно скуля. Видя, что ситуация, действительно, складывается не в их пользу, парень с ножом попытался напасть на меня. Зря. Напасть на банши — не лучший вариант. Я отбила его руку. Парень вскрикнул, выронив нож, и схватил ладонью пострадавшую руку. Уверенна, там появилась трещина в лучевой кости.

— Ах ты, сука! — Он попытался снова ударить меня, но я также невозмутимо отбила и вторую руку. Там теперь тоже трещина.

— А это, чтобы ты запомнил навсегда, что не стоит обижать женщин, — прошипела я и выбросила руку вперед, ударяя ладонью в его грудь. Парня отнесло метра на два. Он ударился о стену и сполз на землю, теряя сознание. Двое других парней с криками проскочили мимо меня и скрылись в темноте. Джон быстро подошел ко мне, обегая меня взглядом.

— Ты в порядке?

В ответ я просто кивнула. Тогда коп подошел к парню и увидел на его футболке, виднеющейся из-под расстегнутой куртки, след от моей ладони. Он не смог скрыть удивления, когда обернулся на меня. Затем коп медленно приподнял футболку парня. Его рука дрогнула, когда он увидел след от моей руки на бледной коже. Затем Джон взял себя в руки и подошел к девушке. Та смотрела на нас благодарно, но испуганно. Точнее, испуганно она смотрела на меня. А я, почувствовав исчезновение Зова, скользнула в темноту и направилась прочь оттуда. Добравшись до своего брошенного на обочине автомобиля, снова превратилась в обычную девушку. Теперь можно и домой. Завтра у меня выходной, а значит, Джон приедет за ответами с самого утра. Не уверена, что он заснет этой ночью. Теперь коп понял, что означало слово «наказать», и почему его отец просил меня не наказывать Джона.

* * *

После ухода банши, мужчина в переулке помог пострадавшей девушке подняться и вывел ее из тупика. Дальше они сели в машину и уехали. Один из нападающих все еще лежал на земле, но вскоре очнулся и, постанывая от боли, покинул злополучное место. И никто из участников этого инцидента не догадывался, что был еще один свидетель произошедшего. Темная фигура, наблюдающая за всем с крыши одного из магазинов. Но само нападение его мало интересовало. Все время он не сводил заинтересованного взгляда с банши. Да, он знал, что она такое. Только был не в курсе, что в его городе появилась такая интересная фигура. Поэтому, как только она покинула тупик, наблюдатель последовал за ней, находясь на приличном расстоянии. Он проследил за фигурой до машины, около которой банши вернулась в человеческий облик. Красивая. Дальше девушка завела машину и поехала. Но для него это не было проблемой — он тоже не был обычным человеком. Поэтому наблюдатель смог проследовать за девушкой до самого дома. Как только банши скрылась в доме, он усмехнулся и растворился в ночной тьме. Теперь он знает, где живет его маленькая вопелка. Отдавать такой козырь кому-то другому он не собирался. А ведь они скоро узнают о ее существовании. И каждый захочет заполучить себе такой ценный кадр. Значит, надо, как можно быстрее дать всем понять, что она уже занята. И в первую очередь, дать понять об этом ей.

* * *

Как я и предполагала, на часах еще не было десяти, когда прозвенел дверной звонок. На пороге с уставшим видом и синяками под глазами стоял Джон. Я молча отошла в сторону, показывая рукой, что он может пройти.

— Кофе? — Кажется, ему сейчас это нужно.

— Я бы выпил чего покрепче. Но я за рулем, поэтому да, кофе.

Джон сел на барный стул, молча разглядывая меня. Я же спокойно сделала ему кофе, а себе какао. Затем поставила чашки на стол и села лицом к мужчине. А он продолжал смотреть, будто пытался понять.

— Как, Эния? Как ты это сделала?

— Да просто! Насыпаешь кофе в турку… — преувеличенно легкомысленно начала я.

— Ты знаешь, о чем я, — перебил Джон.

— Знаю, — от моей легкомысленности не осталось и следа.

Сделав пару глотков какао и переведя взгляд на улицу, я начала рассказывать.

— Это просто еще одна способность банши. Мы можем наказать за неподобающее к нам отношение. Иногда мужчины думают, что могут делать все, что им заблагорассудится. С наступлением темноты в мире, у них будто темнеет в голове. Все, что происходит ночью — остается ночью. Как сон, который развеется с рассветом. Но это не сон, а такая же реальная жизнь. Видя одинокую девушку в позднее время, они почему-то думают, что могут причинить ей вред, обидеть. И, если никто этого не увидит, то вроде как, этого и не было. Но иногда котенок оказывается тигром. Они запоминают этот урок на всю жизнь. Вчерашний парень тоже его запомнит.

— А след?

— Он останется. Навсегда. А треснутые кости срастутся.

— Треснутые кости?

— Да. Он два раза пытался меня ударить. Я оба раза отбила. Две треснутые кости. Ну, еще возможны трещины в ребрах.

— Да, он впечатался в стену сильно. Что еще я о тебе не знаю?

— Есть еще гребень для волос, — неохотно ответила я.

— И что с ним?

— Он очень важен для меня. Это, как часть меня. С его помощью меня можно контролировать. Если сил хватит. А вообще, за такое банши серьезно наказывает.

— Как?

— Можно остаться седым заикой … без рук.

— Но зачем контролировать банши? Что это может дать? Ты всего лишь вестник! Или нет?

— Я сама не все знаю. Меня никто не учил. В легендах много двусмысленностей и недосказанности, к тому же отражено не все. И, честно говоря, я не горю желанием узнавать, что может дать контроль надо мной. Что меня могут заставить сделать.

— Тогда тебе нужно хорошенько спрятать свой гребень.

— Он появляется только когда я в образе банши. Поэтому он, вроде как, всегда со мной. И я всегда боюсь потерять его.

— А если ты потеряешь его, а на него наткнется обычный человек? Он поднимет его и заберет. Не подозревая, кому принадлежит эта вещь.

— Я почувствую, когда чьи-то руки коснутся гребня. И попытаюсь вернуть его.

— Ты не можешь его просто забрать?

— Могу. Но обычно люди ночами сидят дома, а выйти днем банши не может. Это тот случай, когда от моих рук может пострадать невиновный. В момент гнева мне будет все равно, кто держит в руках гребень. Я просто оторву его с руками, если отдавать гребень лично в руки.

— А как еще?

— Лучше всего выкинуть в окно или просунуть под дверью, если возможно. В гневе я могу наломать дров…или стен.

— Стен? — Джон смотрел на меня с легким ужасом. Остывший кофе был отставлен и забыт.

— Ты же видел, сколько у банши силы. Почему тебя это удивляет?

— Да уж, — он устало потер лоб. — Если когда-нибудь увижу на месте преступления гребень, оттолкну его подальше, чтоб никто не нашел.

— Уж будь добр. Не хотелось бы оторвать тебе руки.

— Да мне тоже не хотелось бы, они мне нравятся.

— Ага, ничего такие, — усмехнулась я, разряжая атмосферу. Джон рассмеялся и глянул на свой кофе. — Я приготовлю другой.

— Спасибо.

Еще один шаг по направлению к доверию и, может быть, дружбе, был проложен.

Глава 6

Следующие пару недель прошли довольно спокойно. Я не получала зов, чему была несказанно рада. Каким бы предназначением это для меня ни было, смерть всегда остается смертью. И ранит она также. Даже если я вижу этих людей первый раз.

В ресторане все тоже было хорошо. Пару раз мы с Карлой ходили вместе гулять. Кино, магазины — все это сближало нас. Начинающаяся дружба была по-своему прекрасна. Мы лучше узнавали друг друга, наши вкусы и предпочтения. Находились общие интересы, которые мы с удовольствием обсуждали. Такие дни были наполнены смехом и радостью. Все складывалось хорошо, даже очень. Но я не была приверженицей теории, что все не может быть хорошо слишком долго. Что обязательно должно что-то случиться, просто из принципа равновесия. А зря. Следующим вечером я почувствовала зов.

Привычно нажав на кулон, я отправилась навстречу своим ощущениям. Они привели меня на заброшенные склады. Отличное место для насильственной смерти. В этот раз причин смерти я не видела. Просто один мужчина убьет другого.

Джон еще не добрался сюда, поэтому я медленно шла мимо складов. Боялась ли я? Нет. И это тоже было зря. Вторая ошибка. Из темноты навстречу мне вышел тот, который должен был сегодня ночью стать убийцей. Один. Довольно высокий, блондин с крепкой подтянутой фигурой. Не сказать, чтобы под одеждой бугрились мышцы, нет. Этот мужчина был больше похож на «кота», чем на «медведя». Темные джинсы, сидящие на бедрах, серая майка, черная кожаная куртка, на ногах ботинки. Правильные черты лица, довольно симпатичные, но недостаточно мягкие, чтобы мужчина казался смазливым. Волевой подбородок, прямой нос, немного пухлые губы, густые аккуратные брови и взгляд синих глаз, просвечивающий тебя почище рентгена. И на его лице не было ни капли удивления от нашей встречи! Там играла легкая довольная улыбка. Улыбка уверенного в себе человека, который только что еще раз показал себя победителем.

— Ну, здравствуй, дорогая. Я ждал тебя. — Он остановился в паре метров от меня. И в этот момент я поняла, что зов исчез. Он, действительно, ждал меня! Все это было сделано, чтобы я пришла на зов! Но как? Откуда он знает обо мне? И почему совсем не боится? Вся эта ситуация мне совсем не нравилась, поэтому я решила уйти.

— К сожалению, ты не можешь сейчас уйти, — его голос прозвучал, как только я сделала шаг назад. И звучал абсолютно уверенно. Мужчина даже не сомневался, что сильнее меня, и сможет остановить меня в любой момент. И это заставило меня занервничать. Такая уверенность не появляется на пустом месте. Но я решила рискнуть и сделать еще один шаг. Рука мужчины сжалась на моей, чуть выше локтя. Не причиняя боль, но крепко удерживая. Я попыталась сбросить ее, но безуспешно. Тогда я резко ударила второй рукой в грудь мужчины. Он даже не пошевелился.

— Закончила проверку? Теперь мы можем поговорить? — Он говорил это таким скучающим тоном, что стало ясно, этот удар мне позволили. Мужчина мог его остановить, просто не стал этого делать, чтобы показать мне расстановку сил в данной ситуации. И чтобы показать, что ночь может стать еще хуже, на склады заехала машина Джона. Он, увидев, что меня кто-то удерживает, тут же достал пистолет из кобуры и наставил дуло на мужчину.

— А ну-ка отпусти ее.

— Девочка, скажи своему другу, что ему нужно убраться отсюда. Пока еще может. Я никого сегодня не собираюсь убивать, поэтому копу здесь делать нечего.

— Джон… — мой шепот в ночной тишине был услышан обоими мужчинами.

— Нет. Я не оставлю тебя здесь.

— Пожалуйста. Ты не сможешь помочь, — я не хотела, чтобы коп пострадал из-за меня.

— Я не брошу тебя! Я просто подстрелю сейчас этого засранца и все!

— Попробуй, — с предвкушением ответил «засранец».

— Джон, он сильнее меня. Уезжай.

— В таком случае, я тем более останусь!

— Джон! — Мой шепот перешел в гневное шипение, пряди волос начали колыхаться от напряжения, глаза угрожающе засветились.

Коп резко выдохнул и опустил пистолет.

— Если с ее головы хоть волос… Я запомнил твое лицо, — мой пленитель только усмехнулся на эти угрозы. Джон еще раз посмотрел мне в глаза, но увидев там ту же решимость, развернулся и ушел. Как только его машина скрылась с территории складов, рука на моем предплечье разжалась.

— Наконец-то. Можешь вернуть свой человеческий облик, так будет удобнее разговаривать. А то банши не очень разговорчивы — в основном только кричат.

Я расслабилась и перетекла в свой естественный вид.

— Да, именно такая, как я и запомнил.

— Что? Ты знал, как я выгляжу?

— Я еще знаю, где ты живешь и на какой машине ездишь. Но речь сейчас не об этом.

— А о чем?

— Я предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество.

— Я могу отказаться?

— Нет.

— Тогда это не предложение, а насильственное склонение.

— Да мне все равно, как ты это назовешь. Ты нужна мне, а я — тебе.

— Ты мне и даром не нужен! Я могу идти?

— Нет. Сначала ты выслушаешь меня. Я нужен тебе. Тебе еще очень повезло, что никто до тебя не добрался.

— Добрался. Ты!

— Поверь, я — это лучший вариант для тебя. Если тебя только не прельщает вариант донора. В лучшем случае.

— Донора? — Это слово мне совсем не понравилось. — Донора чего?

— Крови.

— Зачем кому-то моя кровь?

— Ты же банши! Знаешь, сколько всего можно добиться с ее помощью?

— Чего?

— Власти. Много власти. А это открывает целую кучу возможностей.

— А тебе, значит, власть не нужна?

— Нет. Во-первых, она приносит много проблем, а во-вторых, всегда есть те, кто захотят эту власть отобрать. Попутно избавившись от тебя.

— Тогда что тебе надо от меня?

— У тебя есть и другие возможности, пользование которыми не принесет тебе вреда. Мое предложение — я защищаю тебя, а ты помогаешь мне.

— Я не соглашусь, пока не буду точно знать, что именно тебе нужно.

— Скажем так, ты можешь не только чувствовать приближающуюся смерть. Еще ты можешь видеть смерть.

— Я и так вижу картины того, как кто погибнет.

— Нет, здесь немного другое. Ты можешь видеть смерть, которая уже случилась.

— Что? Но я никогда…

— Этому нужно научиться.

— И зачем тебе это?

— Я своеобразная ищейка. Я торгую информацией. Ты можешь увидеть не только картины смерти, но и убийцу. Поверь, за эту информацию некоторые готовы заплатить хорошие деньги.

— И ты научишь меня видеть уже случившееся?

— Да.

— Но откуда ты знаешь про банши столько?

— Я только что сказал, что торгую информацией. Ты даже не представляешь, сколько всего я знаю!

— А вот я про тебя ничего не знаю. Кто ты?

— Это неважно.

— Важно! Может, я сейчас продаю душу дьяволу? — В ответ на это мужчина легко рассмеялся.

— Дорогая, мы не заключаем договоров! И душа мне твоя ни к чему.

— А как же ты будешь защищать меня? Как ты узнаешь, что мне нужна помощь?

— Метка. Я поставлю на тебя свою метку. Это будет знаком, что у тебя есть защитник. Лишний раз не полезут. А если кто-то решится, я смогу найти тебя где угодно. И быстро.

— Почему я должна тебе верить? Откуда мне знать, что все сказанное тобой — правда?

— Тебе же лучше поверить мне на слово и не проверять. Это не та ситуация, в которой в случае неудачи можно сказать «ты смотри-ка, и правда!». Здесь одно неверное решение может оказаться последним. Удивительно, что тебя еще никто не нашел.

— Нашел. Ты.

— И за это ты должна поблагодарить судьбу! Поверь, по сравнению с некоторыми жителями этого города, я просто ангел. Ангел-хранитель, — он ухмыльнулся, видимо, мысль об ангеле-хранителе ему понравилась.

— Скорее демон-хранитель.

— Ну, можно и так. Ключевое слово здесь — хранитель!

Мой новоявленный хранитель стоял и ожидающе смотрел на меня. А я думала. Если ситуация, действительно, обстоит так, как он сказал, то я вляпалась по полной. Оказывается, в постоянной смене места жительства есть своя прелесть. Ты сматываешься до того, как все становится плохо. А тут решила осесть, расслабилась. И вот, получи. И что теперь делать? Отказаться? Но я хорошо уяснила, что не такая сильная, как изначально полагала, и мне есть чего бояться. И, если все рассказанное им — правда, то без его защиты мне придется туго. Согласиться? Страшно. Но опять же, оставаться в неизвестности страшнее. К тому же, у него есть информация обо мне и моих способностях. И главное — интуиция молчит. Не кричит «беги отсюда», не заставляет сердце биться чаще, а ладони — потеть. Она просто молчит. Будто все нормально, будто не решается вопрос моей жизни. Может, это и хорошо? Это и есть ответ?

— Хорошо. Я согласна.

— Молодец, значит, инстинкт самосохранения еще работает.

— Надеюсь. Если ты не хочешь говорить о том, кто ты, может, хоть скажешь, как мне тебя называть? Или предпочитаешь «эй, ты»? — Услышав такое «вежливое» обращение, он только усмехнулся.

— Можешь звать меня Дар.

— Ага, не дар, а наказание какое-то, — буркнула я тихо, но мужчина услышал и закатил глаза.

— Полное имя Хейдар. Сокращенно — Дар. Но если тебе хочется, можешь называть меня полным именем.

— Вот еще! Меня зовут Эния.

— О, поющий эльф! Надо же, какая ирония!

— Чего? Какой эльф?

— Твое имя! С кельтского оно переводится, как поющий эльф. И как тебя сокращенно называть?

— Да как хочешь!

— Хорошо эльфенок!

— Что? Не называй меня так! — Удивление во мне боролось со злостью. Какое он имеет право? И тут же понимаю — право сильного. Он может называть меня, как ему заблагорассудится, и я ничего не смогу поделать.

— Ты сама сказала, что я могу называть тебя, как хочу. Я хочу так.

Я беспомощно зарычала и развернулась, собираясь уйти оттуда. Меня догнал насмешливый голос.

— А метка тебе не нужна уже? — Черт, точно! Метка! Я остановилась, но лицом не повернулась к нему. В следующее мгновение я почувствовала прикосновение рук к моей голове. Я вздрогнула от неожиданности, ведь совсем не слышала его шагов!

— Не бойся. Это займет всего минуту.

Сначала я чувствовала только теплые пальцы, а затем появилось какое-то давление в голове. Не успела я заволноваться, как давление исчезло, а вместе с ним и руки мужчины.

— Все. Метка поставлена.

— И как она выглядит?

— Как фигурный знак на твоей ауре.

— Понятно. Теперь я могу уйти?

— Конечно. Я свяжусь с тобой.

Ничего не ответив, я снова «разбудила» банши. Не идти же мне через полгорода в человеческом виде. Пока мое тело приобретало новые очертания, Дар внимательно смотрел на меня. Будто наслаждался зрелищем. Как только изменения закончились, я развернулась и с максимальной скоростью покинула склады.

Уже на пороге своего дома я вернулась к нормальному человеческому виду. Этот вечер, наполненный событиями, как банка шпротами, вымотал меня. А еще надо позвонить Джону и успокоить его. Почему-то я была уверена, что коп не заснет, пока не будет знать, что я в порядке. Он из тех мужчин-защитников, которые остаются джентльменами до конца. Трубку подняли после первого же гудка.

— Эн? Ты в порядке? Где ты?

— Все хорошо, я дома.

— Что ему было нужно?

— Взаимовыгодное сотрудничество.

— Надеюсь, ты отказалась? — Воцарившаяся тишина ответила ему за меня. — Серьезно? На что ты согласилась?

— Ох, Джон, я со своим «даром» вляпалась в такие неприятности! Кто бы знал!

— Так, к черту! Я сейчас приеду.

— Давай, у меня как раз бутылка рома скучает.

На том конце хмыкнули и отключились. А я обняла диванную подушку и вздохнула. Надо же, моя жизнь так резко изменилась. И когда? Как только я расслабилась и поверила, что все будет хорошо. Это что, шутка такая? Насмешка судьбы? Если так, то мне совсем не смешно. Почему-то вариант, что Дар мне солгал, я отмела сразу. Интуиция? Внутренний голос? Не знаю. Но я была уверенна, что все прозвучавшее — правда. Что-то было в лице Дара, когда он говорил мне о грядущих проблемах. Он не сманивал меня выгодой — он ставил меня перед фактом. Не приукрашивая, не смягчая, не щадя. Как есть. И за это спасибо. Лучше так, чем столкнуться потом с реальностью, и понять, что все намного хуже, чем ты думал. И ты оказался совсем не готов.

А что до помощи Дару, так это в какой-то мере нужно мне самой. Узнать свои способности, научиться чему-то новому. Приняла ли я банши в себе до конца? Нет, не приняла. Но что, если информация, которой владеет Дар, поможет разобраться в себе, в ней? И, может быть, тогда я смогу вновь стать цельной. А я так давно уже не чувствовала себя такой.

Когда на подъездной дорожке послышался хруст гравия, я очнулась от раздумий. Оказывается, я просидела в этой прострации почти двадцать минут. На пороге стоял взволнованный Джон, ночь скрадывала последние отсветы фар уезжающего автомобиля. Такси. Конечно, не садиться же после рома за руль.

— Проходи. — Я отступила, пропуская копа внутрь.

— Честно говоря, ожидал увидеть тебя уже в обнимку с бокалом. Твой голос в трубке так и сочился отчаянием.

— Это искажение звука, вследствие плохого сигнала. Тебе показалось.

— Конечно.

Джон прошел вслед за мной на кухню и сел на любимый стул. Спиной к окну. Это, наверное, в полицейских генах — сесть спиной к источнику света, как на допросе. Ты видишь все, но при этом остаешься в тени сам. Только сейчас это не работало — на улице ночь, а единственный источник света — лампа на потолке. Я достала бутылку обещанного рома и бокалы. Джон забрал ром из моих рук, открыл бутылку и наполнил бокалы. Ах да, джентльмен же. Дама не должна сама наливать. Когда ром скользнул глотком тепла в желудок, я вздохнула и начала рассказ. Длился он несколько минут, но этого хватило, чтобы Джон сжал кулаки так, что побелели костяшки. Я снова наполнила бокалы, и поставила бутылку, даже не закручивая пробку. А зачем?

— Ты думаешь, он сказала правду?

— К сожалению, да.

— И что теперь будешь делать?

— То же, что и раньше — продолжать жить. Если появится опасность, позову его на помощь. У меня нет особого выбора. Даже вариант убежать больше не кажется мне хорошей идеей. Что меня ждет дальше? То же самое? Только без защиты! А бегать всю жизнь я не хочу. Поэтому придется остаться и бороться.

— Эни, если тебе будет угрожать опасность, ты же позвонишь мне? — От его внимательного взгляда я поежилась и опустила глаза. Не позвоню. И мы оба это поняли. — Почему?

— Это слишком опасно.

— Я коп! Я это «опасно» каждый день на завтрак, обед и ужин!

— Ты имеешь дело с людьми. Обычными людьми. А здесь нечто большее. Они сильнее меня, а мои силы ты видел! Тебя просто сломают и переступят. Я не хочу, чтобы твоя смерть была на моей совести.

— Эни, благодаря тебе мы спасли уже столько жизней! Ты спасла их! Почему я не могу сделать то же самое для тебя?

— Помогая тебе, я не рисковала своей жизнью. А помогая мне, ты рискнешь своей. Я не хочу так. Не приму это. Пусть рискует Дар, он сильнее, к тому же, я отработаю его защиту сполна.

— Но ты же его совсем не знаешь! Нельзя слепо доверять ему свою жизнь.

— В случае опасности у меня не будет выбора. Ладно, поживем — увидим.

Мы выпили еще по паре бокалов и разговор заглох. Как старый драндулет, который даже не заводится, не реагирует на ключ. Но тишина в комнате не давила. Просто два человека, немного загрустившие перед лицом новых препятствий. Но не сдавшиеся, решившие идти до конца. Такая своеобразная передышка с небольшой горчинкой грядущих неприятностей.

Через полчаса нашего молчания Джон вызвал такси. Напоследок он посмотрел на меня ободряющим взглядом, мол «держись, я рядом», и вышел. И вместе с ним дом покинула моя уверенность, которую я так старалась показать копу. Мне было страшно. Как страшно мышке, над которой хлопают крылья филина. Только моих «филинов» может быть много. И я даже не знаю, как они выглядят. Ждать удара со всех сторон? Как скоро я стану параноиком?

Глава 7

Но за следующие полторы недели ничего не произошло, и я немного успокоилась. Дар тоже не давал о себе знать. Только прислал сообщение со своим номером телефона. Откуда он взял мой номер, я так и не поняла. И зова я не получала. Можно было вздохнуть с облегчением. Возможно, все не так страшно, как я вообразила? Неизвестно, когда обо мне узнает кто-то еще, и узнает ли.

В эту смену я работала без Карлы. Обычный день, обычные посетители. Когда в ресторан ближе к 10 часам вечера зашел мужчина в плаще, я даже улыбнулась. Это выглядело довольно забавно, будто из фильма. Мишель уже обслуживала столик, поэтому к странному мужчине за заказом пошла я. Среднего роста, коротко стриженные темные волосы, немного грубые черты лица и небольшой шрам над правой бровью.

— Добрый вечер. Вы готовы сделать заказ? — Только большой опыт в удержании лица перед посетителями помог мне не отшатнуться, когда мужчина поднял взгляд на меня. В нем было любопытство, жадность, предвкушение, жестокость. Так смотрит маньяк на только что пойманную жертву.

— Да, но боюсь, в вашем меню нет того, что я хочу, — голос был тихим, вкрадчивым. Жутким.

— К сожалению, мы можем принести вам только те блюда, что в меню.

— Тогда мне стейк…с кровью.

— Конечно. Пить что-то будете?

— Виски. Мне есть, что отпраздновать, — все это время он смотрел мне в глаза. А я старалась не подать виду, что поняла о цели его прихода. Да, это были те самые проблемы, о которых говорил Дар. Меня нашли. И по сравнению с этим (человеком?), Дар, действительно, мог стать ангелом-хранителем. Его я так не боялась.

— Спасибо за заказ.

Я с трудом сдерживалась, чтобы не понестись со всех ног на кухню. Зайдя в царство кастрюлек, сковородок и ножей, я вздохнула с облегчением. Как приятно не чувствовать на себе этого взгляда. Как только заказ был отдан повару, я достала телефон и написала Хейдару сообщение. Не знаю, кто на самом деле сидящий в зале мужчина, поэтому лучше перестраховаться и ограничиться текстовым сообщением. Вдруг, у него супер слух? Я уже ничему не удивлюсь. Ответ пришел спустя несколько секунд. «Я буду снаружи ресторана». Это меня немного успокоило. Я не одна.

В зал я возвращалась более уверенная в себе. У меня тоже есть защитники! Хотелось ехидно рассмеяться и показать язык. Но, как только я снова увидела этого гостя, уверенность испарилась, как снег на солнце. А вдруг он сильнее Дара? Или снаружи его ждет кто-то еще? А если что-то пойдет не так, и меня все-таки заберут? Черт!

Но я могу собой гордиться — когда ставила заказанное блюдо на стол, мои руки не дрожали. Даже смогла выдавить улыбку. Он ушел перед самым закрытием. Минут за десять. Еще никогда я с таким ужасом не ждала окончания смены.

Глубоко вздохнув, я толкнула дверь служебного входа и вышла в темноту ночи. До машины дошла без приключений, при этом, все время оглядываясь по сторонам. Да и в машину села только после того, как убедилась, что буду там одна. Сердце, казалось, выскочит из груди. Ехать домой? А вдруг он последует за мной? Узнает, где живу, или там же и нападет. Все-таки, живу я довольно далеко от остальных людей, кричи-не кричи, не услышат. Но этот вопрос так и остался без ответа — через пару километров, на пустынном участке дороги в свете фар появилась уже знакомая фигура в плаще. Я ударила по тормозам и развернула машину, а затем ударила по педали газа. Но фигура снова оказалась впереди. Значит, я была права, он не человек. Ну что ж, посмотрим на его прочность. Не сбавляя скорости, я понеслась навстречу ему. В последнюю секунду он подпрыгнул вверх и, судя по грохоту, приземлился на крышу моей машины. Я снова ударила по тормозам, и мужчина скатился на землю. Газ — и он успел откатиться. А я понеслась дальше по дороге, надеясь, что он останется там, на обочине, и не станет меня преследовать. Но моим мечтам не суждено было сбыться. Стекло со стороны пассажира разбилось, и мужчина начал залезать в машину. Мне пришлось снова ударить по тормозам. Тут дверь с моей стороны резко открылась, и я попала в чьи-то руки. Крича, я начала отбиваться, что было сил.

— Тихо, это я! — О Боже, никогда не думала, что буду так рада слышать его голос. Дар вытащил меня из машины и задвинул себе за спину. Нападающий мужчина тоже заметил пополнение в нашей теплой компании и осторожно вылез из машины.

— Здравствуй, Гаррет.

— Ты! — Выплюнул тот с отвращением и злостью.

— Да, я. А ты, я смотрю, слеп стал на старости лет. Метку мою не заметил.

— Заметил. Не знал только, что твоя.

— Теперь знаешь. И думаю, даже на километр к девушке больше не подойдешь. Я ведь прав? Ты же умный. — Дар говорил с ним убедительно, такому тихому голосу я бы поверила сразу. Дар был из тех, чей шепот был похож на треск гремучей змеи. В таких случаях говорят «лучше бы кричал». Не так страшно было бы. А от этого шипения хочется забиться под веник и не дышать — вдруг хищник уйдет и не заметит.

— Я тебя понял. Но ты же знаешь, что придут другие, от всех не отобьешься. Такую жемчужину не спрячешь, и однажды ты не доглядишь.

— А это уже не твои проблемы. Еще раз увижу — убью.

Мужчина скривился и исчез. Не так, чтобы на месте, а будто убежал на сверхскорости. Сколько же в нем лошадиных сил? Глупый вопрос.

— Испугалась? — Отвлек меня от размышлений голос моего спасителя.

— Еще спрашиваешь? Да я в ресторане еще чуть стрекача не дала.

— С виду и не скажешь. Ты так профессионально пыталась его переехать на машине, что я залюбовался, — голос Хейдара снова был нормальным, живым, не пугающим. Даже шутливым.

— Я видела его взгляд на меня в ресторане, поэтому и пыталась избавиться хоть как-то. Я знала, что ждет меня в противном случае.

— Но я же сказал, что буду снаружи ресторана.

— Тогда я думала об этом меньше всего. Были только я и он.

— Ты еще научишься доверять мне.

Я ничего не ответила на эти слова. Взгляд Дара при этом был абсолютно серьезен, а я не готова обсуждать это сейчас.

— Я хочу домой.

— Я отвезу тебя.

С этим я тоже спорить не стала. Не после того, что только что произошло. Неизвестно сколько еще врагов таит ночная тьма. Поэтому молча села на пассажирское сидение и позволила Дару вести. Некоторое время мы оба молчали, думая каждый о своем. А потом я вспомнила интересующий меня вопрос.

— Как там твои заказчики? Никому не нужно письмецо с того света? — Если бы я в это время не смотрела на мужчину, то не заметила бы беглой улыбки. Не ехидной, саркастичной, а самой настоящей и искренней.

— Пока нет. А ты уже хочешь поработать почтальоном?

— Нет, но не люблю быть должна. К тому же, когда тебе понадобится моя помощь в этом, мы столкнемся с известной проблемой. Я не умею этого делать! И тебе придется еще тратить время, чтобы научить меня.

— Эльфенок рвется в бой?

— Не называй меня так, я же просила!

— Да, после того, как позволила самому решать. Я решил. Терпи. А что касается обучения, то можно начать.

— Когда?

— Завтра? Ты же выходная.

— Откуда ты знаешь? — На меня посмотрели, как на маленькую и глупенькую. В ответ я закатила глаза и отвернулась. С водительского сидения послышался тихий смех. Гад!

Уже около дома Дар вернул мне ключи от машины и посоветовал хорошенько запереть дверь. И сказано это было с сарказмом. Оба ведь знаем, что от некоторых личностей не поможет никакой замок.

— А ты домой на своих двоих? Так же, как он? — Пояснять, кто «он» не требовалось.

— Да.

— Он такой же, как ты? В смысле принадлежности.

— Нет. Он не такой. — Дар не раздражался от такого сравнения, как я боялась. Отвечал совершенно спокойно.

— Ты же сильнее его, да? Поэтому он ушел без боя?

— Да, я сильнее его.

— А есть в этом городе те, кто сильнее тебя?

— Девочка, иногда вопрос силы не главное. Важнее умение пользоваться вот этим, — он постучал меня указательным пальцем по лбу. — И, конечно, удача.

— Надеюсь, вот это, — я в ответ постучала по его лбу, — тебя не подведет. И удача будет на твоей стороне, потому как мне очень хочется жить. А теперь пока.

И не дожидаясь его ответа, я зашла в дом и заперла дверь. Такой насыщенный эмоциями вечер выпил разом все мои силы, и теперь меня хватило только на дорогу до постели. Матрац показался мягким, как облако, а руки и ноги, наоборот, свинцовыми. Сегодня я могла погибнуть. Если бы раньше Дар меня не нашел, то сегодня я бы попала в лапы этого мужчины со шрамом и безумным взглядом. И сколько их таких еще бродит в городе? Я ничего не сказала Дару, но хорошо запомнила фразу о том, что от всех Дар не отобьется. Где-то не доглядит, и меня заберут. И он прав. Пока я настолько беззащитна и уязвима перед ними, ни о какой безопасности не идет и речь. Я должна стать сильнее, ведь могу же? Обычный человек не смог бы, не против них. Но я смогу! И Дар мне в этом поможет. Он сам сказал, что обладает информацией о моем виде, значит, должен знать, как мне стать сильнее. И завтра я его об этом спрошу.

* * *

— Ты должна расслабиться и почувствовать свои силы. Почувствовать себя банши.

— Я не могу расслабиться!

— Ты мне не доверяешь, — он произнес это утвердительно.

— А должна? Я даже не знаю, кто ты? Ты не говоришь!

— Нет, ты хочешь знать не кто я, а что я, как я называюсь! Это разные вещи! У вас, людей, есть одна плохая черта — давать всему названия и штампы. Если ты вот этот, то должен быть таким, делать вот это. Но я никому ничего не должен! Я такой, какой есть, выходит это за рамки общепринятых мер или нет. Важно не как ты зовешься, а какой ты есть; не что ты можешь, а что ты делаешь! И я признаю, что я не человек, а ты нет! Когда я сказал «у вас, людей», ты не поправила меня, хотя сама человеком не являешься. Но ты примерила для себя эту роль и не хочешь с ней расставаться. А пора бы.

— Ты признаешь, что не человек? Перед кем ты это признаешь? Перед теми, кто тоже человеком не является? А ты скажи это перед людьми!

— И тогда мы снова приходим к человеческим привычкам давать всему названия. Люди решили, что все с вот таким названием плохие, а с таким — хорошие. Но Эния, не бывает абсолютно черного и абсолютно белого! В мире полно других оттенков, которые вы не хотите признавать!

— Не мы! Я признаю, я не человек! Доволен?

— Нет, Эния, не доволен, — вдруг тихо произнес Дар, будто даже с горечью. — Ты сделала мне одолжение, признав это на словах. Но на самом деле, ты по-прежнему считаешь себя человеком. Необычным, но все же человеком. Только когда ты избавишься от человеческих предрассудков и признаешь внутри себя, что ты не человек, тогда ты станешь цельной.

— С чего ты взял, что сейчас я не цельная?

— А ты ответь, хотя бы для себя — ты делишь свое время на то, когда ты в виде человека, а когда в виде банши? Считаешь, что вечер прошел хорошо, если ты не получила Зов? Называешь ли ты банши «она»?

— Да, — ответ прозвучал глухо, будто мое тело тоже не хотело признаваться.

— Правда в том, Эния, что нет никакой «она». Это ты. Банши — это не кто-то чужой в твоем теле, не захватчик, это часть тебя. Будто трансформация! Почему ты делишь себя надвое?

— Потому что раньше я была обычной девушкой, без каких-либо особенностей. А потом появилась она. И я не могла ее контролировать. Как только появлялся зов, мое тело изменялось, меня тащило в неизвестном направлении. А в довершение всего я пропускала через себя чужие боль, горе, отчаяние и много чего еще. Будто мне своих было мало. Из-за нее я была вынуждена бежать из родного города, боясь быть узнанной, — я рассказывала Дару то, что не рассказывала никому. Мне хотелось выговориться, освободиться от этого груза, и не бояться быть упрятанной в психушку.

— Милая, но это всегда было в тебе. Ты либо банши, либо нет. Этот дар — не грипп, которым можно заразиться. Просто банши в тебе спала, ждала, когда ты будешь готова к ней. Иначе ты просто сошла бы с ума.

— Я понимаю. Правда, понимаю. Я догадалась, что это было во мне всегда. И даже немного смирилась с этим, приняла. Но не полностью, как видишь.

— И что тебе мешает? Все, что произошло, уже в прошлом, и этого не изменить. Ты не можешь перестать быть банши, не можешь вернуть родителей, отмотать жизнь назад и снова стать той беззаботной девушкой. Тебе остается только принять то, что есть и двигаться дальше. Иного не дано.

— Не могу.

— Ты боишься? Боишься отпустить их, отпустить прежнюю себя. Тогда все это станет, действительно, реальным?

— Откуда… — я широко распахнутыми глазами смотрела на Дара. Откуда он знает? Я даже себе не хотела признаваться в этом.

— Девочка, я понимаю больше, чем ты думаешь. И мой тебе совет — отпусти. Ты мучаешь и себя, и их. Думаешь, им приятно было смотреть на то, что ты делаешь с собой?

— Я очень надеюсь, что они не видят меня сейчас. Не знают, кем я стала.

— Почему? Ты думаешь, они стали бы любить тебя меньше?

— А разве нет? Я — монстр какой-то! Я чувствую смерть! Разве это не признак, что со мной что-то не так?

— Эния, никогда не говори так о себе. Я видел монстров, и достаточно! Ты точно не одна из них.

— Но почему тогда…

— Почему этот дар достался тебе? Почему не кто-то другой? Что ты сделала, чтобы заслужить его? Ничего! Ты слышишь? Ты ничего не сделала! И это не наказание за грехи. Это дар, который выпал именно тебе. Так получилось. — Хейдар взял мое в лицо в ладони и, глядя в глаза, продолжил. — И ты должна принять это. Ты просто девушка с даром предсказания смерти. Этим даром ты уже спасла несколько жизней. И можешь продолжать это делать. И ты не монстр! Только по-настоящему светлая душа могла такой, казалось бы, темный дар использовать во спасение жизней! Прими ее, Эни. Отпусти прошлое и прими банши в себе! И обрети, наконец, покой в душе. Стань снова цельной!

Эти слова были тем, что я хотела слышать. Что не решалась подумать даже про себя. Я не монстр. Я не зло. Облегчение от его слов было таким сильным, что по моим щекам покатились слезы. Дар пару секунд смотрел на это, а потом тяжело вздохнул и со словами «горе ты мое», обнял. Так мы стояли некоторое время, пока слезы не высохли.

— Лучше?

— Да, спасибо.

— Тогда я тебя отпускаю.

— А как же обучение?

— Мое тебе задание на сегодня — попытайся принять себя такой, какая ты есть. Вместе с даром. Почувствуй банши. Днем ты не можешь принять этот облик, но сила никуда не девается, она здесь, внутри, под кожей. Почувствуй ее. Вечером я приду и проверю, чего ты добилась за день.

— Хорошо. И спасибо тебе за все.

— Обращайся, — он усмехнулся так знакомо, немного ехидно, с легким превосходством. Сейчас он был тот Хейдар, каким я его увидела в первый раз. Я покачала головой, села в машину и поехала домой.

Глава 8

Море было спокойным. И дарило свое спокойствие мне. Ему было неважно, кто я и откуда, оно просто успокаивало, ласково проводя шорохом маленьких волн по моему слуху, будто нежной рукой по голове. Я принимала эту ласку, позволяла себе наполниться этим умиротворением. Мне понадобятся все мои силы, чтобы сделать, зачем я здесь.

— Мама, папа, не знаю, слышите ли вы меня. Но мне нужно вам кое-что сказать. Крошка Эни оказалась не совсем такой, как вы думали. Милая солнечная девочка, которой вы меня помните, исчезла вместе с вами. Теперь я другая. Да, вы, наверное, уже заметили, что иногда я бегаю по округе в белом плаще и кричу, как резаная, — я усмехнулась своей формулировке. — Это не мой выбор. Это то, что мне было дано. Надеюсь, вы любите меня достаточно, чтобы принять такой. Ведь любите, правда? Вы же родители. Я тоже люблю вас и очень скучаю. Без вас стало так одиноко. Я уехала из дома. Не знаю, вернусь ли туда еще когда-нибудь. Наверное, вернусь. Когда буду готова снова увидеть дом, в котором я была так счастлива, и в котором вас больше нет. Без вас он остыл, погас. Даже я немного замерзла. Но теперь потихоньку отогреваюсь. Меня отогревают Карла и Джон. Ну, еще Дар немного, но он скорее обливает кипятком, чем греет. Вы же, наверно, сами видели. Сидите там, в первом ряду кинозала, на экране которого показывают мою жизнь. Иногда все-таки отворачивайтесь, или хоть глаза закрывайте. У меня тут и ужасы бывают, поэтому ты пап постарайся, чтоб мама не увидела, ладно? Она же переживать будет. А еще я хотела попросить вас кое о чем. Я тут не совсем человек. В общем, все сложно, поэтому просто спрошу: вы примите меня такой? Мне это важно. Потому что я сама не могу принять себя. Мне очень нужна ваша поддержка, чтобы справиться с этим. Можете подать мне хоть какой-то знак?

В этот момент легкий ветерок ласково растрепал мои волосы, а солнце вышло из-за облака и украсило поверхность моря сияющими бликами. И это тронуло меня. Они слышат. И они со мной.

— Спасибо вам, — второй раз за день мои щеки намокли от слез. Только теперь это были слезы радости. И если мои родители продолжают меня любить, даже зная о банши, значит, все не так страшно? Значит, это все еще я.

Вытерев слезы, я села на берег и закрыла глаза. Сейчас я была абсолютно расслаблена. Найти банши в себе? Сейчас попробую. Обратившись внутрь, я постаралась отыскать в себе дар, найти то, что делает меня не такой, как все. И искать долго мне не пришлось. Моя сила, действительно, была везде! Она пронизывала меня всю, струясь по венам, проходя под кожей, устремляясь к сердцу и голове. Она не была чужеродным комочком, спрятанным в моем теле. Все это время я отторгала себя! Как, если бы художник отказывался от желания рисовать, а поэт пытался откреститься от вдохновения. Я воевала с собой.

— Прости меня, — почему-то казалось важным сказать это вслух. — Прости, что не поняла сразу, что испугалась и отгородилась. Теперь все будет иначе. Ты — часть меня, а вместе мы целое. Наконец-то, целое.

И сила отозвалась, погладила изнутри, на миг осветив кожу белым. Стало так легко и хорошо, будто упал многотонный груз с плеч, будто перестала бежать против ветра. Плечи расправились, тревожные морщинки разгладились, появилась легкая улыбка. И захотелось взлететь! В этот момент мои волосы стали трепетать, как на ветру. Но ветра почти не было. Все это делала сила внутри меня. И я приняла ее.

* * *

Вот уже несколько минут Дар просто смотрел на меня. Не говоря ни слова, просто наблюдая. Он пришел в одиннадцать, когда я подумывала уйти спать. И теперь сидел на моем диване, внимательно глядя на меня. Когда тишина стала невыносимой, я сдалась.

— Что? Почему ты так смотришь?

— Изучаю. Нахожу изменения.

— И как? Успешно?

— Да. Это было тяжело? — Что «это» уточнять было не нужно.

— Нет. Но без слез не обошлось.

— Это нормально. Такой значимый шаг не может пройти без соответствующей эмоциональной реакции. Что ты почувствовала потом?

— Легкость. Покой.

— Превратись. — На секунду я замешкалась, но потом обратилась внутрь, к силе. Она послушно преобразовала мое тело за несколько секунд. Намного быстрее, чем раньше. Теперь, когда я не сопротивлялась, этот процесс проходил проще и легче. Мы оба понимали, что превращение — это моя проверка. И я ее прошла.

— Достаточно? — Но что осталось прежним, так это шепот. В виде банши я либо кричала, либо шептала.

— А что, хочешь вернуться назад? — Его взгляд стал пристальным, острым, как хирургический нож. — Испытываешь какой-то дискомфорт?

— Нет. Просто непривычно. Да и шептать все время не очень удобно.

Еще некоторое время он сверлил меня взглядом, а потом удовлетворенно кивнул.

— Можешь возвращать все назад. Теперь ты чувствуешь силу внутри себя?

— Да.

— Отлично, значит, мы можем перейти к следующему этапу. Обучение пользованию силой.

— А, может, отложим? Мне вообще-то вставать утром на работу. Думаю, посетители вряд ли обрадуются, если я принесу им чужое блюдо. Или переверну его на них.

— Эй, я тебе освободил весь сегодняшний день. Могла и поспать. К тому же, предупредил, что буду вечером.

— Да, но у меня вечер начинается в шесть, а не в одиннадцать!

— Ничего страшного, вернешься завтра со смены и поспишь.

— Гад.

— Пусть будет так. А теперь, вот брошь, — он достал из кармана небольшую брошь круглой формы с разноцветными камушками. Она была довольно старинной, судя по стилю. — Возьми ее в руку и, используя силу, попробуй проникнуть в брошь.

— Проникнуть?

— Да, будто погружаешься в нее.

— И что произойдет?

— Просто сделай это, а дальше решим по ситуации. В зависимости от того, что ты увидишь. Или не увидишь. Просто расслабься, почувствуй силу и действуй.

Сжав брошку в ладони, я закрыла глаза и глубоко вздохнула. А на выдохе расслабила тело и отпустила мысли. Сила банши билась под кожей в ритме пульса, и я попробовала слиться с ней, почувствовать, что могу управлять ей. А затем направила свое сознание внутрь украшения.

Спустя минуты две я открыла глаза, тяжелым выдохом признавая поражение. Я ничего не увидела.

— Может, я делаю что-то не так?

— Может. Но я не банши, поэтому не могу сказать тебе этого. Я не знаю, как выглядит твоя сила, не знаю, что ты чувствуешь. Это знаешь только ты. И справиться с этим можешь только ты.

— Но как?

— Пробовать. Ты и ходить, и говорить когда-то не умела. Научилась же. И здесь также. Я оставлю тебе брошь, а ты пробуй.

— А вдруг, у меня не получится?

— Получится.

— Откуда ты знаешь?

— Ну, должен же хоть кто-то в это верить. Если ты не веришь, то буду я.

На прощание он улыбнулся и подмигнул мне. В ответ я только фыркнула. Тоже мне…

Как только за Хейдаром закрылась дверь, я попыталась снова проникнуть в брошь. А потом еще раз. Через два часа я ее уже ненавидела. Ни о какой расслабленности и речи не шло. Казалось, будто каждый, чертов, камушек насмехался над моими попытками что-то узнать. Вот она тайна, в твоей руке. А разгадать ее ты не можешь. Она лишь загадочно поблескивает драгоценными гранями в лучах искусственного света. А темнота за окном лишь добавляет интриги. И зачем Дар принес мне ее сейчас? Я же теперь не усну! С рассерженным рыком я бросила брошь на диван, а сама ушла на кухню. Кружка молока немного примирила меня с действительностью. Ничего, я попробую завтра, с новыми силами.

По пути в спальню, мой взгляд метнулся к дивану. Не знаю почему, но брошь меня притягивала. После секундных раздумий, я подняла ее и понесла с собой.

Поздний час сказывался на мне. Я доползла до кровати и с наслаждением упала в нее, тут же закутавшись в одеяло. Хорошо как. Утомленный сегодняшними событиями мозг тоже был рад наконец-то отдохнуть. Только неугомонные пальцы все перебирали, крутили брошь. Уже на грани сна, в моей голове вдруг нарисовалась картинка. Небольшая комната, освещенная горящими в камине поленьями, пара красивых старинных кресел, полотна балдахина по сторонам от меня. И ощущение громадной усталости, приправленной ноткой облегчения. Наконец-то все закончилось. Окружающая комната вдруг начала оплывать, становиться размытой, темнеть. Я закрывала глаза. Чтобы никогда больше не открыть.

Как только видение закончилось, я хотела тут же позвонить Дару и сказать, что у меня получилось. Но не смогла. Я провалилась в сон.

* * *

На следующий день первым, что я увидела, выйдя из ресторана, был Хейдар. Он стоял, облокотившись на мою машину. Утром я позвонила ему и спросила, умерла ли владелица броши в своей постели? Пришлось рассказать все, что видела и чувствовала тогда. Почему-то слова о том, что я чувствовала ее, Дару не понравились. Хотя, если мне доведется доставать информацию из вещи, чьего владельца убили, то мне тоже это не понравится. Переживать смерть вместе с ним я не хочу.

И вот теперь Дар стоял здесь. Уверена, оставшиеся полдня мы будем экспериментировать с моим даром. И к вечеру я буду чувствовать себя, как мочалка. И выглядеть, наверное, тоже.

— Привет, эльфенок.

— Дар!

— Что? Мы это уже проходили. Садись в машину.

— Куда мы?

— Ко мне.

— Что, вот так сразу? — Съязвила я, надеясь выбить его из колеи. — Даже в ресторан не сводишь?

На его лице медленно расползлась понимающая усмешка. Взгляд заиграл бликами интриги и обещания.

— Ты только что вышла из ресторана! Так что, какие могут быть претензии? От хулигана спас, драгоценности дарил, в ресторан вообще, как на работу ходишь. И что я получаю в ответ? Меня используют, как носовой платочек, а потом хлопают по плечу и уходят. Но я же мужчина, в конце концов! Одними объятиями «сыт» не будешь.

В ответ я только возмущенно воззрилась на него! Это же надо было так перевернуть факты! И, ведь, все вроде верно! Глядя, как я покраснела от напряжения и смущения, Дар стал улыбаться еще сильнее. Улыбка гадкого мальчишки, который прекрасно осведомлен о своей неотразимости и притягательности.

— Эльфенок, смотри на дорогу! И расслабься, а то лопнешь.

— Ты просто…

— Да, я знаю. Невероятно красив, сексуален, горяч.

— Засранец! — Выпалила я, подобрав нужное слово.

— Не без того. Но, ведь, это только добавляет мне шарма, правда?

— Кривда!

— Ладно, можешь не говорить ничего. Твои глаза прекрасно справляются с этой задачей за тебя.

— Не правда! Если они что и показывают, то только мое возмущение твоим нахальством и самовлюбленностью!

— Да ладно тебе, успокойся, — примирительно улыбнулся он. — Ты как котенок, которого погладили против шерсти. Ершишься, шипишь. Почему тебя так задели мои слова?

И вот тут я задумалась. Почему я не обратила все это в шутку? Почему позволила этим словам задеть что-то во мне? Я не знаю. Дар в это время внимательно вглядывался в мое лицо, пытаясь по обрывкам эмоций угадать кружащиеся в голове мысли. И, судя по всему, он понимал что-то, чего не понимала я.

— Не знаю. Ты перекрутил все так, что я возмутилась.

— Ну да.

— Кстати, вот твоя брошь, — я достала из сумки упомянутую драгоценность и протянула ее мужчине.

— Зачем? Я же сказал, что подарил ее тебе! Пытаешься откреститься от продолжения вечера таким образом? — Ехидная усмешка тут же вернулась на его лицо.

— Да иди ты! — К моему стыду, щеки снова запылали, что вызвало смех у моего оппонента.

— Чего ты краснеешь, как девственница при малейшей двусмысленности?

— Отстань, иначе я высажу тебя прямо здесь, а потом развернусь и поеду домой. У меня заслуженный отдых.

— Все-все, молчу, — он поднял руки вверх, сдаваясь. Хотя мы оба знали, что он двигается быстрее машины, поэтому мои угрозы были чисто формальными.

Как только мы подъехали к лесу, я вспомнила мой вчерашний визит в дом Дара и первые впечатления. Дом мостился боком к скале. Небольшой, каменный, издалека он был почти незаметен. С остальных сторон подступал лес, поэтому жилище моего защитника было скрыто от лишних глаз. Можно пройти в каких-то десяти метрах и не заметить. Ничего особенного, ничего привлекательного, просто дом из серого камня. Так я думала, пока не оказалась внутри. Сразу за дверью была гостиная. Она была выполнена в желтоватых тонах, что вкупе с камином добавляло тепла обстановке. Красивая деревянная мебель, небольшой столик, бар, шкаф с книгами у стены. Все было, как в обычных гостиных, только чего-то не хватало. На задворках царапало ощущение неправильности. И я поняла, что меня смутило. Комната выглядела необжитой. Совсем. Никаких портретов или мелочей над камином, никаких фигурок за стеклом шкафа. Как будто, здесь не живут. Дар повел меня дальше. И с огромным удивлением я вошла в спальню. Не успела возмутиться цели нашего тут пребывания, как взгляд осмотрел комнату и выдал тот же вердикт — не обжита. Большая кровать аккуратно застелена покрывалом шоколадного цвета, на тумбочке у кровати журнал и часы, на полу мягкий ковер бежевого цвета с коротким ворсом. Рядом с резным шкафом висит зеркало с кованой рамой. И все стерильное. Не в смысле чистоты, хотя я уверена — проведи я рукой по любой поверхности, пыли там не окажется, а в смысле безликости. Как же так получается? Дар, глядя на мою растерянность, только усмехнулся. Преодолев тремя шагами расстояние до зеркала, он нажал на одну из загогулин, и она поддалась. И затем произошло то, что я могла увидеть раньше только в кино — один из красных камней, украшающих раму зеркала, испустил красный свет и просканировал сетчатку глаза Дара. А затем резной шкаф вдруг отъехал от стены. В этот момент моя нижняя челюсть поближе познакомилась с ворсом ковра.

— Пойдем.

Но я не могла пошевелиться от удивления, поэтому мужчине пришлось взять меня за руку и повести за собой. У прохода он притормозил и нажал на какую-то кнопочку в стене. Теперь зеленые лазеры просканировали тело мужчины. Раздался тихий щелчок и вторая преграда поехала в сторону. Из-за нее в эту спальню проник свет. Дар снова взял меня за руку и провел внутрь. Вот теперь я верила, что это дом. Эта гостиная была обжита. На самом деле, она была очень красивой! Классика с небольшим уклоном в барокко. Кто бы подумал? Мягкие диван и кресла сливочного цвета, стеклянный итальянский столик, настоящий бар (а не та пародия, что была до этого), камин (боже, как он проводил сюда вентиляцию?), картины. Видимо, Хейдар был хорошей ищейкой — все эти предметы стоили чертову кучу денег!

— Мне надо выпить, — прохрипела я. — Или прилечь.

Дар с довольным лицом проводил меня к дивану, а затем прошел к бару. Виски благородным янтарным цветом поблескивало в бокале. Несколько кубиков льда с мягким звоном опустились в напиток. Как только это успокоительное оказалось в моих руках, я сделала глоток. Огненная волна прокатилась по моему пищеводу, обосновавшись теплом в желудке.

— Хочешь посмотреть остальные комнаты?

— Не сегодня. Хватит с меня впечатлений. Зачем тебе все это? Почему не жить в обычном доме?

— Безопасность. У всех есть враги. Я не исключение. В случае нападения, они найдут вместо меня пустой дом, пока я отсижусь тут.

— Но даже я поняла, что та часть дома необитаема. Она стерильная! Как в магазине!

— Ты женщина, не забывай об этом. Мужчины думают иначе. Но если хочешь, могу отдать тебе те комнаты для создания атмосферы уюта.

— Давай лучше перейдем к делу.

Пока я вспоминала вчерашний день, успела доехать до места. Отсюда остается зайти за угол скалы, и окажешься во «дворе» дома. Если лесную поляну можно назвать двором. Пройдя все кордоны (лазеры), мы снова оказались в знакомой гостиной. И на этот раз я уже держала себя в руках, хотя и продолжала любопытно оглядываться.

— Давай, я тебе проведу экскурсию по дому.

— Да, а потом я снова буду отпаиваться виски. И ни о какой концентрации речи даже не пойдет.

— Я надеюсь, что ты просто утолишь свое любопытство и сможешь сосредоточиться на задании.

— Ты мне настолько доверяешь, что показываешь свое убежище? Почему?

— А у меня есть причины не доверять тебе? Ты собираешься предать меня?

— Нет, но все же. Почему? Если у тебя столько врагов, то ты должен быть осторожным, недоверчивым, подозрительным. А меня ты совсем не знаешь. И все же приводишь домой, показываешь систему безопасности, открываешь тайны. Я не понимаю.

— Я осторожен. А что касается подозрительного и недоверчивого. Наверное, тоже, но только там, где это нужно.

— А со мной не нужно?

— Нет. Я довольно давно живу, и научился неплохо разбираться в людях. Ты из тех, кто считает предательство недопустимым, грязным. Даже если предадут тебя, ты не ответишь тем же, потому что ты не такая. Твои моральные планки высоки, иногда даже слишком. Ты не обидишь другого человека специально, предпочтешь тактично промолчать. Твое терпение в действительно важных вопросах велико. Ты можешь злиться по мелочам, по глупости. Но так, для вида. Скрываешь истинные эмоции за сарказмом, боясь, что тебя ранят. А когда ранят, ты этого не покажешь. Твоя улыбка не дрогнет, ни один мускул на лице не выдаст, что тебя задели. Ты очень добрая. И твоя сила и слабость в этой доброте. Поэтому нет, я не боюсь, что ты меня предашь. Что бы ты ко мне не испытывала, ты не позволишь, чтобы я пострадал из-за тебя.

Дар закончил свою проникновенную речь, а я стояла, как громом пораженная. Он видит меня насквозь. Знает даже то, в чем я не признаюсь даже себе. И это смущает, сбивает с толку! Каждый раз, когда Хейдар затрагивает серьезную тему, его слова так точно находят бреши в моей защите, пробивая ее насквозь. Одним ударом сокрушая целые слои. И я не успеваю построить новые укрепления, как этот мужчина наносит новый удар. Это выбивает из колеи, обнажает душу, выдавая истинные реакции вместо четко продуманных. Зачем ему это? Какова цель?

— Кхм… — я прокашлялась, возвращая себе голос, — я хотела тебя кое о чем попросить.

Дар сделал вид, что не заметил моего ухода от темы. Спасибо ему за это.

— Я тебя слушаю.

— Ты же знаешь о банши больше, чем я. Я могу стать сильнее?

— Что ты подразумеваешь под этим словом? Физическую силу или дар?

— Наверное, и то, и другое.

— Ну, развитие дара я могу понять, но зачем тебе физическая сила? — Мужчина просветил меня своим взглядом-рентгеном. — Я же сказал, что могу тебя защитить.

— Когда на меня напал тот…я не знаю, кто он там, меня зацепила одна фраза.

— Что когда-нибудь я не досмотрю? Не успею?

— Да.

— И тут мы снова возвращаемся к вопросу о доверии.

— Нет, не возвращаемся. Дар, во время нападения я почувствовала себя слабой! Я никогда себя так не чувствовала, всегда полагалась на силу банши, а теперь поняла, что есть существа и посильнее меня. Мне не понравилось чувство беспомощности. Я не хочу так! Даже зная, что ты придешь на помощь, я должна уметь постоять за себя, хоть немного, хоть минуты. Когда-то эти минуты могут спасти мне жизнь.

— Хорошо, я могу научить тебя и тому, и другому. Только готова ли ты к этому?

— Что ты имеешь в виду?

— Эния, в честном поединке тебе не справиться ни с одним из них. Даже минуты! Это не красивый обмен ударами, как в фильмах, когда ты в последний момент уходишь от пули или лезвия ножа. Здесь грязная борьба за выживание. И в ней совсем другие правила. И первое из них — никогда не жалей врага! Или он, или ты, третьего не дано. Второе правило — находи его слабые места и бей по ним. Со всей силы! И я говорю не только о слабых местах на теле! Агрессия, шантаж, издевки — твои лучшие друзья во время боя. Выведи его из себя, пусть твой враг совершает ошибки. Третье правило похоже на первое — всегда добивай врага. Даже если он молит о пощаде. Как только ты пожалеешь его и отвернешься — он ударит тебе в спину. Запомни, он тоже знает эти правила, и он использует их! Твоя жалость и доброта в бою являются твоим слабым местом. И твой враг использует это! Он будет бить именно по ним! И если ты поддашься — ты мертва. И даже знание всех этих правил может не спасти. Огромную роль в бою играет удача. Сможешь убежать, не принимая боя? Беги! Беги, как будто за тобой гонятся все демоны преисподней! Это не люди, Эния, это другая Лига. И расстановка сил тебе пока не известна. Подумай и реши, хочешь ли ты научиться такому бою, где подлость может спасти тебе жизнь? Готова ли ты?

— Все равно научи, — заупрямилась я. — Остальное — мои проблемы.

— И почему я думаю, что ты все сделаешь по-своему?

— Возможно.

— Ладно, если таково твое желание. А сейчас, если ты не хочешь совершать круиз по дому, мы можем начать наше занятие. Вот, держи.

Хейдар протянул мне кольцо. Старинное, оно переливалось на ладони, играя искрами света. Я взяла его в руки и покрутила, изучая.

— Задание то же? Узнать о смерти владельца?

— Да. Моя гостиная в твоем распоряжении. Можешь сесть, лечь — что тебе удобнее.

Я примостилась на диване и провела рукой по мягкой ткани обивки. Такую хотелось гладить ладошкой. Но сейчас не время, есть дела поважнее. Глубокий вдох и выдох, расслабление тела, отрешение от окружающего и погружение в предмет. В этот раз у меня получилось быстрее. Но картинка оказалась той же, что и с брошью. Вынырнув из этого состояния, я спросила мужчину о хозяйке и оказалась права — та же женщина.

— Было легче во второй раз?

— Да. Я хоть немного имела понятие, в каком направлении двигаться.

— Отлично. Тогда, вот следующая вещь.

Место кольца в моей руке занял маленький кинжал. Изящное лезвие, резная рукоять, инкрустированная камнями. В этот раз перед моими глазами загадочно блестели кровавые рубины. Концентрация, погружение…И почти сразу я провалилась в новое видение. Место напоминало сырой каменный подвал. Воняло плесенью и страхом. Раздался скрежет металла и толстая деревянная дверь открылась, пропуская внутрь свет. И не только. Вместе со светом в подвале появился мужчина. Медленным уверенным шагом он пошел навстречу мне, улыбаясь так, что хотелось скулить от страха. Это конец.

— Вот видишь, как все обернулось. Ты предал меня, надеясь, что Тинарий тебя защитит. А он рассудил, что ему тоже предатели не нужны. И выбросил тебя. И кому ты нужен теперь? Правильно, никому.

Мужчина потянулся за спину. За мечом, я точно это знала. Поэтому использовала единственный шанс и резко выбросила вперед руку со сжатым кинжалом. Но мой гость отпрыгнул назад, уходя с траектории кинжала. Одним движением руки он выбил кинжал из моей руки, а затем вонзил меч мне в живот. Но я не чувствовала боли. Через несколько секунд зрение стало подводить меня, тело медленно оседало на пол. Я умерла.

И вот тут я открыла свои настоящие глаза. Вокруг та же красивая гостиная, мягкий свет ламп и почему-то встревоженный Дар.

— Ты в порядке?

— Да, все хорошо. Испугалась только. Умирать не очень приятно.

— Но умирала же не ты. Ты только свидетель.

— Да, умом я это понимаю. Но как только оказываюсь внутри видения, будто становлюсь этим умирающим человеком. В такие моменты я не наблюдатель, а действующее лицо. Я испытываю все его чувства. Почти все, — поправила я себя. — Боль от меча я не почувствовала.

— Уже хорошо. Со временем ты должна научиться дистанцироваться. Это очень важно. Что ты видела?

— Какой-то каменный подвал, вошедший мужчина, который говорил о предательстве, а затем убил меня.

— Не тебя! Хозяина кинжала!

— Да. Кстати, откуда у тебя все эти вещи?

— Не важно. Они попадают ко мне разными путями. Так, на сегодня твоя практика видения закончена. Теперь, если хочешь, можем поработать над твоей силой.

— Хорошо. Что мне делать?

— Расслабься и закрой глаза. Сосредоточься на своей силе, почувствуй ее, рассмотри. Как ты ее видишь?

— Светящиеся голубые нити, покрывающие мое тело.

— Ты видишь их концы?

— Нет. У них нет ни начала, ни конца.

— Их много? Они покрывают все тело?

— Нет, не все. Они на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.

— Попробуй вырастить новую нить. Представь, как на свободном участке появляется новая светящаяся полоса. И обязательно закольцуй ее.

— Тяжело, — я нахмурилась, мысленно пытаясь вытянуть ее. — Нить будто сопротивляется.

— Она принадлежит тебе, а не ты ей. Пробуй!

Я напряглась, стараясь протянуть новую нить по своей руке. Пусть небольшую, вокруг запястья, но новую. Как только кончик нити приблизился к началу, они притянулись и соединились, а я выдохнула с облегчением. Какая-то ниточка, а сил вытянула много.

— Получилось?

— Да. Маленькую.

— Еще одну сделаешь?

— Попробую.

С глубоким вздохом я напрягла свои мысли, пытаясь вырастить еще ниточку. Вокруг второго запястья. Когда нить сомкнулась вокруг него, я расслабилась и открыла глаза. Казалось бы, я увеличила свою силу банши. Но складывалось ощущение, что я просто трансформировала одну силу в другую, так как сейчас я не могла даже встать с дивана.

— Молодец, хорошее начало. Потом будет легче.

— Наверно. Но сейчас мне хочется просто упасть и не шевелиться еще сутки.

— Так падай! Ты и так сидишь на диване — не ушибешься.

— Но я не встану потом, — захныкала я, мысленно уговаривая свой внутренний голос заткнуться и не искушать. Он-то как раз говорил мне лечь и наплевать на весь мир.

— Ты слишком много думаешь! — Покачал головой Дар. Он подошел ко мне и надавил руками на мои плечи, заставляя меня лечь. Поскольку причина моего внутреннего конфликта исчезла, я расслабилась. Так хорошо было просто лежать и ничего не делать. Я довольно потянулась и перевернулась на бок, подкладывая ладошки под щеку. Дар, будто меня тут и не было, вернулся к своим делам. Он собрал со стола вещи, на которых я тренировала видение, а затем вышел из комнаты. Спустя пару минут я уже спала.

Глава 9

Когда мужчина вернулся в комнату, маленькая банши уже сладко спала. Он аккуратно, чтобы не разбудить, укрыл ее пледом и притушил свет в комнате. Ей нужен отдых. Утренняя смена в ресторане, а затем усердные тренировки вымотали девочку. Дар уже собрался выйти из комнаты, когда увидел, что экран телефона, лежащего на столе, засветился. Через мгновения заиграет звонок и девочка проснется. На сверхскорости мужчина метнулся к столу, схватил телефон и исчез из комнаты, закрывая дверь. Когда мелодия звонка разорвала тишину, Дар находился в своей спальне. На экране телефона высветилось имя вызывающего абонента. Джон. Сперва, мужчина хотел просто отключить звонок, но потом передумал. Ему в голову пришла идея получше. С плотоядной предвкушающей улыбкой Хейдар нажал зеленую кнопочку.

— Алло. Привет Эни. Ты дома?

— Здравствуй, Джон, — довольно протянул мужчина.

— Кто это? — Голос копа стал серьезным.

— Тот самый засранец, в которого ты хотел выпустить обойму.

— Где Эни, почему ее телефон у тебя?

— Не только телефон. Девочка тоже здесь.

— Дай ей трубку.

— Не могу. Она спит, и я не стану ее будить. — Воцарившаяся в трубке тишина заставила Дара беззвучно засмеяться. Коп сейчас усиленно думал, почему девочка спит? И почему у Хейдара?

— Почему она спит? — Ну вот, он так и думал. С еще более гадкой улыбкой Дар ответил копу.

— Она устала. Я ее вымотал.

На том конце провода тишина стала угрожающей. Но Дар только сдерживался, чтобы не расхохотаться в голос. Необходимо было немного поставить на место копа, который возомнил, что имеет какие-то права на девочку. Не имеет.

— И чем же ты ее так вымотал? — Джон почти рычал.

— А вот это уже не твое дело. Если малышка захочет, сама расскажет. Извини, мне некогда с тобой разговаривать. Пока.

Не давая копу вставить ни слова, Хейдар отключил звонок и положил телефон на кровать рядом. Определенно, это было весело. Хотелось бы посмотреть, что скажет Джон девочке, когда приедет к ней вечером. А он приедет. Дар точно знал, что коп захочет прояснить ситуацию и отговорить девушку от каких бы то ни было поспешных решений. Возможно, обвинит ее в легкомысленности. И эльфенок, обиженная на несправедливые обвинения, выставит копа вон. Ненадолго, конечно. Джон извинится, и девочка его простит, да только не забудет его слов.

С довольной улыбкой мужчина лег на кровать, протягивая руки в стороны. А день становится все лучше и лучше!

* * *

Я просыпалась медленно. И, открыв глаза, не сразу поняла, где я. Вот черт! Дара нигде не было видно. Поверх моего тела лежал мягкий плед, свет в комнате приглушен. Почему-то от мысли, что Хейдар позаботился обо мне, я смутилась. Не спасение жизни, а именно такие мелочи пробили брешь во мне, достигая потаенных уголков, затрагивая что-то внутри.

Аккуратно сложив плед, я поднялась с дивана.

— Дар?

— Я здесь. — Его голос раздавался глухо, издалека. Но спустя мгновение сам мужчина уже вошел в гостиную.

— Ты быстро двигался? Или у тебя здесь хорошая звукоизоляция?

— И то, и другое. Как спалось?

— Хорошо. Только я не должна была засыпать. Сколько времени сейчас?

— Тебе нужен был отдых, а сон восстанавливает силы лучше всего. Сейчас половина девятого.

— Мне надо домой.

Я подобрала сумочку и развернулась в сторону выхода.

— Подожди. Телефон забыла.

Дар отдал мне сотовый, проходя вперед. Решил проводить? Я послушно последовала за ним.

— До завтра? — Мужчина вопросительно смотрел на меня, стоя в дверях.

— Да, пока.

— Осторожно на дороге.

— Как скажешь, папочка, — усмехнулась я. Моя шутка понравилась мужчине. Он польщенно улыбнулся и подмигнул мне.

Я сбежала по ступенькам и села в машину. На улице уже были сумерки, а лес вокруг делал все еще темнее. Надо же, заснула на несколько часов. Отрубилась! Машина, плавно преодолевая камни и кочки, выехала из леса на дорогу. Здесь можно было и прибавить скорости.

Через пять минут начали появляться первые дома. Свет уличных фонарей добавлял какой-то загадочности, сказочности обычной улице. Так и кажется, что на этот свет из темноты вылетит маленькая крылатая фея. А по тротуару, засыпанному листвой, пройдет леприкон, бурча себе под нос что-то о кладах и радуге. Красивое место. Тихое. Или это настроение такое? Да и важно ли это сейчас? Мне просто хорошо, а это главное.

Свернув в сторону моря, я улыбалась. Дома в этом направлении быстро закончились. Интересно, все нелюди стараются селиться подальше? Дар в лесу, я на берегу моря.

Заглушив двигатель, я вышла из машины и глубоко вдохнула вечерний запах. Он, определенно, отличался от дневного. Днем воздух пахнет более ярко. Свежий, бодрящий, легкий, он чем-то напоминал мне лимонад. Вечер пахнет иначе. Как изысканные духи. Мягкий, более основательный, многогранный. Он пах тайной. И чем больше ты вдыхал, тем больше погружался в атмосферу этой тайны, желая разгадать ее, но всегда оказываясь на шаг позади.

Я покачала головой, удивляясь себе. Что это меня потянуло на романтику. На размышления. Щелкнул замок входной двери. Я дома. С легкого движения руки сумочка полетела на диван. Я же прошла в кухню и поставила на плиту чайник. Хочу горячего шоколада.

Обычно, приходя домой, я частенько включала музыку. Мне нравилось передвигаться по дому, подпевая и танцуя. Но сегодня не хотелось нарушать эту тишину. Слишком уютной она была. Но у моего телефона были свои взгляды на это — он зазвонил. На экране высветилось «Джон».

— Але! Привет.

— Привет. Ты где? — Голос копа был сухим и серьезным.

— Дома, а…

— Я сейчас приеду. — В трубке зазвучали короткие гудки, обозначающие конец разговора.

— …что ты хотел? — В тишину договорила я. Хм, странно как-то. Может, у него что-то произошло? Мои размышления прервал нетерпеливый свист чайника. Бросив телефон на диван, я галопом помчалась в кухню, пока недовольная кухонная техника не выплюнула бедный свисток в стену.

Когда прозвенел входной звонок, я сидела на диване, подобрав под себя ноги и обнимая ладошками кружку с ароматным напитком. Не столько пила, сколько дышала им. Как только я открыла дверь, первым, что бросилось мне в глаза, был напряженный изучающий взгляд Джона. Что? Захотелось подойти к зеркалу и тоже посмотреть. У меня там рога выросли? Или хвост появился? Я приглашающе махнула мужчине рукой и отошла в сторону, чтобы закрыть потом за ним дверь.

— Присаживайся. Выпьешь что-нибудь? Чай, кофе, горячий шоколад? Покрепче не предлагаю — ты за рулем.

— Нет, ничего не надо. Я приехал проверить, что с тобой все хорошо.

— А почему со мной должно что-то случиться? — Не поняла я.

— Мало ли. Ты же была с НИМ, — Джон выделил это слово интонацией, будто говорил о чем-то страшном. Кстати, откуда он знает, где и с кем я была?

— Откуда ты знаешь?

— А он не сказал тебе?

— Не сказал что?

— Я звонил тебе, и он поднял трубку.

— Дар?

— Да. Он сказал, что ты устала и спишь.

— Ну, да, я заснула. У меня, если честно, на тот момент сил не было даже пошевелить пальцем. — Почему-то при этих словах Джон буквально заскрипел зубами. Я чего-то не понимаю? — Джон, что происходит?

— Это ты мне скажи. Ты спишь с ним?

— С кем?

— С НИМ!

— С Даром? Нет, конечно, с чего ты взял? — Рассмеялась я от такой глупости.

— Он сказал мне, что ты спишь, потому что он вымотал тебя.

Вот тут я уже не выдержала и расхохоталась. До слез, до колик в животе. Ну, Дар, ну засранец. Он же специально сказал это. Хотя, по сути, все верно. Только этот мужчина умеет вложить в самую обычную фразу двойной смысл.

— Он и правда вымотал меня, — сквозь смех ответила я хмурому копу. — Только не в этом смысле. Он помогал мне развивать мою силу банши. А это выматывает очень сильно. Будто я пианино таскала.

После этих слов Джон немного оттаял и расслабился. Если бы у меня не было этим вечером хорошего настроения, я бы, наверно, разозлилась на Дара за то, что лезет, куда не надо. Или на Джона, который ведет себя, как ревнивый старший брат. Кстати, почему?

— Джон, а почему ты так отреагировал на мысль о том, что я сплю с Даром?

— Я ему не доверяю. И тебе не советую. Ты же ничего о нем не знаешь, но все равно едешь в его дом. Мало ли, что ему в голову придет.

Эти двое невзлюбили друг друга с первого взгляда. Не знаю причин этого, но факт остается фактом. Может, Джону не нравится, что кто-то может быть неуязвим для его полицейского значка и пистолета? А Дар? Обычное пренебрежение? Или просто играет, как кошка с мышкой, получая удовольствие от бессильной злобы копа? Детский сад.

— Джон, он уже спас мне жизнь один раз, поэтому…

— Когда это? — Вновь напрягся коп.

— В прошлую вечернюю смену. В ресторан пришел мужчина. Я обслуживала его столик. И он ясно дал понять, что пришел за мной. Я написала Дару о нем. Когда смена закончилась, я поехала домой. Он ждал меня посреди дороги. Тот мужчина. И он не был человеком. Я пыталась сбить его на машине, но он выдавал такие акробатические номера. Дар объяснил ему, что не стоит ко мне приближаться. Но тот мужчина перед уходом сказал одну фразу. Что придут другие. И будут приходить снова и снова, пока не поймают меня, пока Дар не просчитается. Понимаешь, почему я решила тренировать свою силу? Мне не понравилось то чувство беспомощности, которое появилось во время нападения. А так, я смогу, если не отбиться, то хотя бы выиграть фору во времени.

— Почему ты не позвонила мне?

— А зачем? Что бы ты сделал? Он не человек, Джон, а ты — человек. Он бы просто убил тебя.

Коп взлохматил волосы, отчаянным жестом, и опустил лицо. Тяжело ему дается это. Понимать, что мир не такой, каким ты всегда его считал. И на твой пистолет найдется кто-то посильнее. Кто-то, кого ты не можешь поймать и посадить за решетку. Просто потому, что ты человек. Всего лишь человек.

— Я не могу защитить тебя, — его шепот вышел горьким, как пилюля.

— Ты и не должен. Для этого есть Дар.

— А я тогда для чего?

— А с тобой мы спасаем жизни, помнишь? И это важно!

— Да, только я привык к мысли, что злодея можно поймать и наказать. Что правосудие настигнет каждого, кто нарушает законы. А здесь я ничего не могу сделать. Если это вкус бессилия, то я понимаю тебя. Понимаю, почему ты пытаешься развить силу. Только, пожалуйста, будь осторожна. Ты знаешь этого Дара всего несколько дней.

— Я буду осторожна, обещаю. И он помогает мне, Джон. Правда, помогает. Благодаря ему, я смогла отпустить мысли о родителях и принять себя, я переосмыслила многие вещи. Теперь я могу идти дальше, не оглядываясь назад.

— Хорошо, если это так. В любом случае, помни — если он обидит тебя, то пожалеет.

— Ты же не сможешь ничего ему сделать.

— А это мы еще посмотрим.

— Спасибо тебе.

— Вместо спасибо сделай-ка мне лучше чашечку кофе, — вдруг улыбнулся он.

— Без проблем.

Тягостная обстановка в комнате вдруг рассеялась и вечер снова стал уютным и спокойным.

На следующий день я буквально порхала по ресторану. Улыбалась посетителям, шутила, легко двигаясь между столиками. И в ответ ловила такие же искренние улыбки. От этого становилось тепло на душе. Дар прислал сообщение, что будет ждать меня у ресторана в конце смены. Это позволило мне расслабиться и чувствовать себя в безопасности.

Смена пролетела, на удивление, быстро. Не успела я оглянуться, посетители разошлись. Пора было закрываться. Закончив все дела, я переоделась и вышла на улицу. Тут же в мою сторону пошел знакомый силуэт. Дар. Улыбаясь, я подошла к машине. Со стороны водительского сидения. Мужчина удивленно поднял брови.

— Сегодня я за рулем.

— Почему?

— Ну, я тут подумала, ты же мой телохранитель, ты должен быть в любой момент свободен для маневров. А если в руках будет руль, то в случае опасности ты не сможешь отреагировать так быстро. Я не могу сбрасывать на тебя еще и обязанности по вождению, — притворно укоризненно покачала я головой.

— Ты издеваешься?

— А что, не заметно? — Я усмехнулась и села за руль.

В молчании мы ехали недолго — всего несколько минут.

— Как прошел вчерашний вечер?

— Отлично.

Услышав, видимо не тот ответ, который ожидал, Дар внимательно всмотрелся в мое лицо. Что? Что-то должно было случиться?

— Правда? Что ты делала?

Я уже хотела спросить, к чему эти странные вопросы, как вспомнила разговор с Джоном и его рассказ о телефонном разговоре с Даром. Так вот в чем дело? Дар провоцировал его и хотел теперь у меня узнать, к чему привели его старания? Ну-ну, поиграть решил? Отлично.

— Болтала с Джоном. Он приезжал в гости.

— Да? О чем болтали?

— Обо всем. Я даже не осознавала, как соскучилась по нему, пока не увидела. Надо видеться чаще.

— Ты уж реши, чего ты хочешь? Стать сильнее физически, усилить и развить дар? Или встречаться с копом. В сутках всего двадцать четыре часа. — В голосе Хейдара почти не проскальзывало недовольство. Ключевое слово — почти. Если он такой весь из себя опытный и невозмутимый, не смог удержать эмоции, то насколько же сильно он сейчас недоволен? Захотелось злорадно захихикать.

— Ну, я могу попросить Джона приезжать по вечерам, когда я уже дома. Так и тренироваться успею, и видеться.

Дар молчал, поэтому я быстро повернулась к нему, чтобы оценить нанесенный его самолюбию урон. Но на лице мужчины играла немного пугающая предвкушающая улыбка. Она будто говорила «Это мы еще посмотрим». И мне даже стало страшновато. Он что-то задумал, и я еще пожалею о своих словах. Досадливо поморщившись, я сосредоточилась на дороге. Она ровно стелилась под колеса моей машины, не подозревая о моих горьких думах.

Когда машина остановилась на подъездной дорожке моего дома, я думала, что Дар просто попрощается и уйдет. Ошибочка вышла. Он уверенным шагом направился прямиком к крыльцу. Ну что ж, не могу же я сказать ему уйти. Невежливо как-то. Поэтому я просто поставила машину на сигнализацию, и пошла открывать входную дверь.

— Нужно проверить дом.

— Ты думаешь, кто-то мог там побывать?

— Все возможно.

Только этого мне не хватало. Я считала свой дом крепостью, за стены которой не проникает зло. Здесь я могла быть спокойна. Но теперь не могу. Осознание того, что для некоторых существ мои двери и стены не являются серьезной преградой, обрушилось на меня ушатом ледяной воды.

— И что мне теперь делать? Как приходить домой? Как засыпать по ночам, зная, что в любой момент на меня могут напасть?

— Не паникуй раньше времени. Я поставлю тебе сигнализацию.

— Спасибо.

Пока Дар осматривал дом, я поставила на плиту чайник. Почему-то, это первое, что я делаю, когда возвращаюсь.

— Все в порядке, — от неожиданности я подпрыгнула на месте. Не слышала, когда Дар вошел в кухню. — Ты чего?

— Задумалась просто.

— О чем?

— Да так, ни о чем. Что-нибудь будешь?

— Кофе можно. Спасибо.

Я снова отвернулась к плите и нашла применение своим рукам. Интересно, во время нападения, тот мужчина испугался Хейдара. Было видно, что они знают друг друга. Другие нелюди в округе тоже его знают? И боятся? Возможно, я смогла бы предотвратить нападение, просто предупредив их о Даре? Этого было бы достаточно?

— Дар, я могу пользоваться твоим именем? — Не отвлекаясь от своих мыслей, спросила я. Но ответом мне была тишина. Я повернулась, чтобы посмотреть, почему мужчина молчит, и наткнулась взглядом на многозначительную улыбку. Так, что я опять не то сказала?

— А что, Эния Фаррис звучит!

— Что? О чем ты?

— Знаешь, я где-то слышал, что женщины втайне примеривают на себя фамилии понравившихся им мужчин. Но чтобы открыто спрашивать их об этом — это впервые. — Поняв, как прозвучал мой вопрос для него, я покраснела не хуже помидора.

— Да я же не об этом!!!

— Эльфенок, — глядя на возмущенную меня, Дар усмехнулся, — тогда говори конкретно и понятно. Я же не читаю твои мысли. Хотя не скрою, с удовольствием заглянул бы в твою прекрасную головку. Возможно, там и бродят интересные мыслишки.

— Ну, ты и гад! — Восхитилась я.

— А у тебя сейчас кофе убежит.

— Черт!

Я в последний момент успела выключить конфорку. Кофейная пенка перестала возмущенно подыматься, и опала. Как только чашка кофе оказалась на столе перед Даром, я решила пояснить ему свой вопрос об имени.

— Когда я спросила про твое имя, то думала о прошлом нападении. Я могла бы его избежать, если бы нападающий знал, что я под твоей защитой?

— Да. В этом случае, могла бы.

— В этом случае? А в каком не смогла бы?

— Если нападающий слишком глуп или слишком силен.

— Но хуже не стало бы?

— Могло бы стать. У меня, знаешь ли, тоже есть враги. И, довольно, много.

— И почему я не удивлена? С таким-то характером. — После этих слов легкая улыбка на лице мужчины исчезла. Во взгляде появился холодок.

— Ты ничего не знаешь о моем характере. И обо мне тоже. Ты видишь лишь маленькую часть, крупицы. И враги у меня не из-за характера, а из-за того, что я слишком много знаю. И я продаю эту информацию. У меня есть компроматы на многих людей и нелюдей, и они это знают. Это заставляет их нервничать. Отличный выход из этой ситуации — убить меня. Что они периодически и пытаются сделать, с переменным успехом. Такая жизнь очень меняет тебя, делая недоверчивым, подозрительным, даже жестоким. Но иначе не выжить.

— А ты не пробовал заниматься чем-то другим?

— Теперь это уже не важно. Отсюда нет выхода. Тебя убьют при первой возможности, только ради собственного успокоения. А кто-то, не получив нужную информацию за деньги, просто возьмется за каленое железо. Оно обычно развязывает язык всем. К тому же, добыча информации — то, что я умею делать лучше всего. С тобой у меня больше шансов выжить. Как и у тебя со мной. Теперь понимаешь, почему в нашем тандеме так важно доверие? А чтобы доверять, нужно лучше знать друг друга.

— Рассказать о себе? Доверить другому свои слабые места?

— В некотором смысле — да.

— Но ты уже знаешь все мои слабые места.

— Не все, но большую часть.

— А я не знаю ничего о тебе.

— А ты спрашивала?

И вот тут я задумалась. Я ведь, действительно, никогда его ни о чем не спрашивала. Только о том, кто он? Но ничего о нем самом. О его жизни, родителях, друзьях (если такие есть), о ценностях, взгляде на те, или иные вещи. Все, что я знаю, рассказал он сам. Я отгородилась от него. Пусть мы знакомы всего ничего, но с Джоном все было иначе. С ним я с самого начала шла на диалог, открыто общалась, доверяла. Доверие — удивительная вещь. Обычно, при знакомстве, мы просто дарим его. У нас нет причин сомневаться в человеке. Пусть это и не касается серьезных вещей. Но, тем не менее, мы доверяем человеку, пока не поймаем его на лжи, или не заподозрим ее. Только тогда мы отгораживаемся от человека, стараемся ограничить общение с ним. С Хейдаром же, я с самого начала, не смотря на интуицию и доверие, не шла на контакт. Как будто боялась, что это сильно изменит мою жизнь. Я приму его, и все проблемы, которые он описал мне, тут же посыплются в мою жизнь. Но они и так появляются. Не пришло ли время узнать того, кто не только спасает меня, но и учит быть собой?

— Я спрашиваю сейчас.

— Что ты хочешь знать?

— У тебя есть друзья?

— Да, есть.

— Сколько тебе лет?

— Сто семьдесят пять.

— Ты хорошо сохранился, — нервно хихикнула я. — Продал душу дьяволу?

— Никогда не шути с этим. Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Прости.

— Будь осторожна со словами. Они не просто набор букв. Каждое слово — энергия и информация, которые ты посылаешь во Вселенную. Знаешь пословицу «Как кликнется, так и аукнется»? Не стоит множить неприятности, они и сами с этим хорошо справляются.

— Да, да, прости.

— Не надо извиняться за это. Передо мной ты ни в чем не виновата.

— Можно продолжать вопросы?

— Давай.

— А ты с самого начала знал, кто ты? Или твой дар, каким бы он ни был, тоже проснулся со временем?

— Нет, я изначально был таким. Ты сейчас, наверно, подумала, что мне было легче? Нет, не было. Там, где я рос, воспитание было другим. Своеобразный естественный отбор. Слабые не выживают. А, если и выживают, то становятся собственностью кого-то более сильного. Право на свободу нужно выбивать. Я смог. И теперь живу той жизнью, которой хочу, а не той, к которой меня принуждают. Я могу делать выбор. И ценю эту возможность очень высоко.

— Как это должно быть ужасно — не иметь права выбора. У меня он был всегда, поэтому я не могу себе даже представить каково это?

— Естественно, не можешь. Имея что-то всю жизнь, мы не думаем о том, как бы нам жилось без этого? Просто принимаем все, как должное. Но, на самом деле, оно таким не является. Все, что у нас есть в этой жизни — это дар, и его надо ценить. Кто-то, приходя домой, уныло смотрит на обшарпанные стены и старую мебель. И раздражается от того, что не может позволить себе сделать ремонт. А в это время другой человек, согнувшись под козырьком разрушенного магазина, трет озябшие руки и мечтает о любом теплом и сухом помещении. Один мужчина в ресторане морщит нос от недостаточно прожаренного стейка, а другой в это время сидит в переходе и считает брошенные ему копейки, в надежде, что хватит на горячий чай и кусок хлеба. И самое удивительное — жизнь может поменять этих людей местами! Уверен, в твоей жизни тоже были маленькие временные потери.

— Но я ничего не могу вспомнить.

— Ты никогда не болела? Никогда не чувствовала слабость, с тоской вспоминая дни, когда здоровая и бодрая порхала по дому бабочкой? Или, может, никогда не простужалась? Не теряла возможность дышать носом?

— Точно!

— Вспомни, каково это — не чувствовать запахов? Терять львиную долю ощущений, получаемых от органов обоняния. И вспомни тот момент, когда снова могла сделать глубокий вдох. Почувствовать все оттенки запахов. Обычный воздух становился таким вкусным. «И как я раньше не замечал этого?». А потом время проходит, и эта восторженность стирается множеством других эмоций и впечатлений.

— Я поняла, о чем ты.

— Тогда наслаждайся тем, что у тебя есть! Цени это. И я надеюсь, ты никогда не лишишься ни одной из своих возможностей.

— Спасибо, что напомнил об этом. И, знаешь, я удивлена.

— Чем?

— Имея такое детство, как ты описал, любой мог бы стать монстром. Холодным целеустремленным убийцей, который бы шел по трупам ради своей выгоды. Но ты не такой! Эти жестокие условия отшлифовали тебя, сделав лучше. Не знаю, где прошло твое детство, что за общество тебя окружало, какими были твои родители, но я рада, что ты справился. Рада, что сейчас ты здесь. Можно еще один вопрос?

— Да. — Голос Хейдара был немного хриплым.

— Кто-нибудь вообще относился к тебе хорошо? За всю жизнь. Хоть кто-то?

— Мой друг.

— Что он тебе дал?

— Поддержку, помощь, общение, возможность расслабиться в чьем-то обществе. При моей жизни — это много.

— Верю. Но хоть один человек…или не человек, дарил тебе тепло? Простое душевное тепло.

Ответ был очевиден. Дар сжал челюсть и отвел взгляд в сторону, не желая, чтобы я прочла в нем ответ. Тот, кто умел «держать лицо» в любой ситуации, сейчас отвел глаза. Насколько тяжело это должно быть, что мужчина с вековым опытом и железной выдержкой не смог сдержать эмоции. Каждое живое существо нуждается в душевном тепле и поддержке, кем бы оно ни было. Без этого мы замерзаем. И Дар замерзал! Но я могла это исправить. Иногда нам не нужны слова, чтобы донести что-то — достаточно молчаливой поддержки, объятия, чтобы сказать «Я здесь, я с тобой. Я помогу». Не думая больше и секунды, я просто подошла к Хейдару и крепко обняла его. Мышцы под моими руками дернулись, напряглись, но спустя пару мгновений расслабились. Мужчина осторожно, будто боясь спугнуть, обнял меня в ответ. Его тело привыкло к бою, боли и, наверное, страсти. Но к простой теплоте оказалось не готово, не знало, как реагировать. Поэтому я, вселяя в него уверенность, несколько раз провела ладошкой по спине, поглаживая. Так мы стояли некоторое время. Потом Дар осторожно расцепил руки на моей спине и медленно отодвинулся. Лицо его было расслабленным, умиротворенным.

— Спасибо.

— Пожалуйста. И вообще, считаю, что по поводу нашего более близкого знакомства, нужно выпить.

— Ты пытаешься напугать меня чашкой горячего шоколада? — Передо мной снова был тот хитрый, поддразнивающий Дар, которого я знала.

— У меня есть виски!

— И как тебе его в магазине продали? Небось, поддельные документы показала?

— Эй! Ты сейчас договоришься! Налью тебе горячий шоколад, а сама буду пить виски.

— Эльфенок, женский алкоголизм — страшная вещь! Может, не надо?

— Что? Алкоголизм?

Мы не выдержали и оба расхохотались. Дальше вечер потек плавно, с шутками, смехом и ароматом шоколада. Да, мы ограничились им. Хотя, видеть такого брутального мужчину с чашкой шоколада было, мягко говоря, необычно. Это стало причиной иронии с моей стороны. Дар ответил, что брутальные мужчины тоже должны отдыхать. Крыть было нечем.

Глава 10

Хейдар был привычен ко многому. Боль, холод и жара, жестокость и равнодушие. Рассказывая свою историю девочке, он думал, что увидит в ответ шок, жалость. Он привык. Неприятно, но не смертельно. Но она снова удивила его. Вместо этого, в глазах маленькой банши светилось сочувствие и поддержка. А потом она спросила его про тепло. Вопрос прозвучал неожиданно, Дар не успел закрыться. И она увидела. И поняла. А потом вместо пустых слов утешения, просто обняла, даря ему это самое тепло. Хейдар перестал дышать, не веря происходящему. Казалось, пошевелись, нарушь дыханием этот момент, и прекрасная картина осыплется выцветшими стекляшками, насмехаясь над глупцом, посмевшим в нее поверить. Но ощущения были такими реальными, что Дар поверил, рискнул. И не прогадал. Не осыпалась. Девушка продолжала обнимать его, а потом еще погладила по спине. Как делают люди со своими близкими. Такой человеческий жест, но так много несет в себе.

Казалось, будто что-то внутри дало трещину. Какой-то из ледяных барьеров раскололся под воздействием маленького солнышка. И в эту трещину задувал южный ветер, внося за собой не только тепло, но и что-то еще. Дар пока не мог дать название этому чувству. Но одно он знал точно — отпускать девушку не хотелось. Вместо этого хотелось прижать ее посильнее. Ее прикосновения что-то делали с ним, и прекращать это не было никакого желания. К сожалению, не всегда наши желания выполнимы. Но ничего, он привезет ее завтра домой. Будут тренировки дара, потенциала, физической силы. Завтра она целый день проведет с ним. «А вечером приедет коп» — тут же подбросил мысль его разум. Эния же говорила, что вечерами хочет видеться с ним. Почему-то эта мысль вызвала глухое раздражение. Этот коп прицепился к девочке, как клещ. И Дар с огромным удовольствием избавил бы банши от него, если бы не проблемка. Девочка ему этого не простит. Значит, придется идти другим путем. И мужчина точно знает, каким. Эта мысль пришла ему еще в машине, когда они возвращались из ресторана. Загонять девочку настолько, чтобы даже мысль о встрече с кем бы то ни было, вылетела и ее головы. Жаль мучить малышку, но это для ее же блага. И его, Дара, спокойствия. Завтра, все завтра. А сегодня можно насладиться приятной беседой и чашкой горячего шоколада. Если бы кто-то из его знакомых узнал, что Дар пил горячий шоколад…хмм, да уж.

* * *

Сегодня утром меня разбудили самым наглым способом — назойливым телефонным звонком. Дар.

— Алло, — ответила я хриплым со сна голосом. Вчера мы засиделись допоздна, поэтому сегодня я хотела выспаться. Все-таки заслуженный выходной.

— Ты все еще спишь?

— А у тебя с этим какие-то проблемы?

— Да! Только проблемы у тебя!

— Нет. У меня все отлично…было пару минут назад. Но все еще может наладиться, если ты сейчас положишь трубку и дашь мне поспать.

— У тебя тренировка! Что значит — поспать?

— Дар, ты время видел? Сейчас девять, а мы с тобой разошлись только к двум часам ночи. Ты, изверг, сам-то выспался?

— Приезжай и проверь!

— Можно, я поверю тебе на слово?

— Нет! Отрывай свою попку от кровати и вези сюда. Иначе я сам приду — хуже будет. Тебе, естественно.

— Ну, хоть позавтракать можно?

— Можно. Только быстро. Через час должна быть у меня.

— Есть, сэр!

Я положила трубку и встала с постели. На улице начинался чудесный день, судя по погоде. Легкий завтрак из хлопьев с молоком, душ, и я готова. Выйдя на улицу, я подняла лицо к солнцу и довольно зажмурилась. Так хорошо. Сбежала по ступенькам, села в машину и поехала к своему учителю-мучителю. По привычке включила музыку, чтобы подпевать в дороге. Водители проезжающих мимо машин всегда улыбались, когда видели мои неуклюжие попытки потанцевать за рулем. Получалось одно дрыганье.

Лес встретил меня тишиной. Впрочем, как всегда. В лучах солнца листья горели еще ярче — желтый, красный, оранжевый, зеленый. Пахло прелой листвой, прохладой и сыростью. Осень прекрасна. Или настроение у меня хорошее? А, может, и то и другое? Да и важно ли это?

В дом Дара я заходила, как к себе. Мой хвост на макушке бодро покачивался в такт шагам. Проходить сканирование мне не пришлось — Дар сам открыл мне дверь.

— Доброе утро, соня! Хорошо, что ты в спортивном костюме — сегодня будем тренироваться.

— Я так и поняла. С чего начнем?

— С дара. У меня для тебя есть интересная вещица.

Мы прошли в гостиную, где обычно проходили мои тренировки. Диван мягко прогнулся подо мной.

— Давай свою вещицу, — Хейдар протянул мне на ладони серебряный кулон из тех, что открываются. В них обычно хранят чью-то фотографию. — Ох, Дар, опять украшение? Ты меня балуешь!

— Не язви, а то заставлю отработать каждое из них.

— Ну, во-первых, я отрабатываю — рассказываю об их владельцах. А, во-вторых, сразу отдаю тебе, так что не заставишь.

— Не отвлекайся. Я жду результатов.

Я закрыла глаза и сосредоточилась. С каждым разом сделать это было все проще. Выровняла дыхание, сердцебиение, расслабилась и погрузилась внутрь украшения.

Я бежала по лесу. Задыхалась, сжимала зубы, чтобы не скулить от боли в боку, и бежала. В сумерках было плохо видно, что под ногами, поэтому частенько цеплялась за коряги или растения. Несколько раз падала, царапая ладони, затем подскакивала и бежала дальше. Нельзя медлить, никак нельзя — они идут по следу и у них собаки. А по пути, как назло нет ни реки, ни болота. Нечем забить свой запах, нет способов сбить со своего следа. Страшно. Еще некоторое время я бежала, пока не почувствовала сильный толчок в спину. Он сбил меня с ног. В следующее мгновение я уже катилась в овраг, сбивая колени и локти. На самом дне я остановилась. Сил встать уже не было — болела подвернутая нога, саднили руки, хрипело горло. Рядом со мной кто-то был. Не из моих преследователей, другой. Но от этого было только страшнее. Вокруг царила гробовая тишина. В лесу не бывает тихо даже ночью — постоянные шорохи, треск, крики ночных птиц. А сейчас была тишина, будто все жители леса замолчали в присутствии более сильного хищника. Будто сам лес боялся того, что сейчас находилось рядом со мной. Глаза, давно привыкшие к темноте, различали фигуру напротив меня. Высокая, крепкая…мужская. А потом я увидела это — светящиеся красным глаза. И в этих глазах было столько голода, жажды, ненависти и жестокости. Никогда в жизни мне не было так страшно. И я закричала. Что было силы, в последний раз. Понимала, что не спастись от него. А затем фигура двинулась на меня и все померкло.

— Эния, да очнись же ты! — Мое лицо обожгла пощечина. Я пришла в себя и поняла, что все это время кричала. Дыхание срывалось, сердце выскакивало из груди, из глаз полились слезы. Увидев это, Дар выругался и обнял меня. А я вцепилась в него покрепче, чтобы почувствовать, что жива, что здесь, а не там, в ночном лесу. — Все, все. Это только воспоминания предмета. Ты здесь, в безопасности. Там была не ты.

— Но это было так реально. Я видела все не со стороны, а изнутри. Это я бежала и меня убили!

— Нет, убили ее. А ты только прочитала воспоминания. Тебе нужно учиться отгораживаться от носителя, иначе можно сойти с ума.

— Но как?

— Как только оказываешься внутри видения, задавай себе вопрос «кто я?». Я не жертва, я только зритель. Поняла меня?

— Постараюсь.

— Черт, ты меня напугала.

— Не надо было мне давать такой предмет! Дал бы что-то менее страшное.

— Но мне нужно было узнать именно про этот. Это был заказ.

— Уже? — Удивилась я.

— Да. Ты что-то видела?

— Немного, там было темно. Лица не видела, только мужскую фигуру и глаза.

— Глаза? В темноте?

— Да. Они светились красным. И этот взгляд…будто я заглянула в ад.

— Красным? — Напрягся Дар.

— Да. Ярко-красные. Ты знаешь, у кого такие могут быть?

— Знаю. — И это знание ему не нравилось, судя по выражению лица.

— Кому?

— Демону.

— Что? — После такого ответа мои слезы перестали течь, как по мановению волшебной палочки. — Демону? Неужели они реальны?

— Реальнее, чем ты думаешь.

Дар встал с дивана и нервно заходил по комнате. Мысли в его голове были для меня загадкой, но читать по лицу я могла. Услышанное от меня известие мужчину сильно взволновало. А если невозмутимый Дар волновался, то это поднимало меня на уровень паники. Неужели, все настолько страшно? Хотя, что я знаю о демонах? Только то, что о них писали в фантастических книгах. То есть, ничего!

— Прости, я не видела его лица. Помощи мало от моего видения.

— Не извиняйся. Ты видела то, что видела жертва. Изменить здесь ничего нельзя. К тому же, помощь есть. Знание природы этого убийцы дает мне много. Сильно сужает круг подозреваемых.

— Но ты не рад этому знанию.

— Нет, не рад. Я надеялся, что там будет кто угодно, но не демон.

— Демон — это худший вариант? — От моего вопроса Дар поморщился.

— В случае если речь идет о нападающем, то да.

— А есть случаи, когда может быть «нет»?

— Есть. Но мы сейчас не будем об этом говорить. Мне нужно позвонить, сообщить информацию. Отдохни пока.

Дар вышел из гостиной, а я откинулась на спинку дивана и вздохнула. От радостного настроения не осталось и следа. Теперь хотелось нервно оглядываться по сторонам и вздрагивать от каждого шороха. Отлично. Просто супер!

Когда мужчина вернулся в гостиную, то застал такую картину: я сидела, упершись взглядом в никуда, нервно трясла ногой, и жевала губу.

— Эния! — Окрик был довольно громким и укоризненным. — Неужели ты настолько труслива?

— Я не труслива! Я просто реально оцениваю ситуацию.

— И к каким выводам ты пришла?

— Иногда мне кажется, что лучше ничего этого не знать.

— Это не так. Всегда лучше знать, чем не знать. Когда ты знаешь, ты готова, тебя не застанут врасплох.

— Да, но теперь мне страшно. Раньше моя жизнь была кочевой, но я не боялась. Я была сильной и знала, что могу постоять за себя. Теперь этого нет.

— А вот тут ты ошибаешься. Ты думала, что можешь постоять за себя, но это было не так. Это был опасный самообман. Теперь ты знаешь правду и учишься реально оценивать свои силы и возможности. Такой вариант намного лучше и безопаснее.

— Но я не чувствую себя в безопасности. Зная, сколько существ бродит вокруг, я больше никогда не в безопасности.

— Страх перед ними абсолютно нормален и обоснован. Они могут тебя убить, и твой инстинкт самосохранения посредством страха дает тебе понять об опасности для жизни. Главное в этой ситуации, чтобы страх не тормозил тебя, не превращался в слепую панику, а активизировал твои возможности. Чтобы твой мозг прорабатывал варианты развития ситуации и выдавал тебе информацию о способах нейтрализации опасности. Проще говоря, ты не должна стоять, как олень в свете фар. Ты должна действовать быстро, четко и продуманно. Для этого нужно знать свои возможности. Расширением их границ мы сейчас и занимаемся.

— Спасибо. Мне кажется, со мной ты больше теряешь, чем обретаешь.

— Объясни. Что я теряю?

— В первую очередь время! Ты тратишь на меня так много времени, которое мог провести с большей пользой.

— Так, что еще?

— Ты вынужден меня защищать, подвергая себя опасности.

— Дальше.

— Этого мало?

— Дальше! — Выражение лица Дара нравилось мне все меньше. Там была какая-то скрытая злость.

— Ты учишь меня и помогаешь разбираться с психологическими заморочками.

— Что-то еще?

— Нет. На этом у меня все. Спасибо за внимание, — съязвила я.

— А теперь послушай меня внимательно. И запомни хорошенько, потому что говорю один раз. Моя длительность жизни позволяет мне разбрасывать время так, как я пожелаю. Я взял тебя себе потому, что могу сделать это, хочу этого. Насчет опасности я уже говорил — она и без тебя не исчезнет, а с тобой у меня больше шансов. Что касается обучения и «психологических заморочек», то это нужно не только тебе, но и мне. Я получаю свою отдачу. И если тебе этого все еще мало, то скажу вот что. Информацию, которую ты достала из этого кулона пятнадцать минут назад, я только что продал за двадцать тысяч долларов. Этого достаточно? Можешь считать, что этими деньгами ты оплатила все виды моих затрат на тебя. Еще и аванс дала. И мне его теперь нужно отработать, так что марш на улицу! Сейчас у нас будет физическая подготовка.

— Но…а как же…тренировка силы? Нити…

— Позже. Сейчас я хочу погонять тебя хорошенько, чтобы дурь из головы выветрилась.

На улице все так же ярко светило солнце. Оно не подозревало о небольшой драме, произошедшей в доме. И теперь, наверное, не понимало, почему я больше не улыбаюсь и не поднимаю лицо навстречу лучам. Ох, солнышко, сейчас мое лицо будут возить по земле.

— Так, посмотрим, что ты умеешь. Я буду нападать, а ты отбивай.

— Но так не честно! Ты же не человек! Ты можешь использовать сейчас свою силу, а я не могу.

— Эния, милая, — он снисходительно посмотрел на меня, — мне не придется использовать свою нечеловеческую силу, чтобы справиться с тобой.

С этим я не могла поспорить. Я совершенно не умела драться и никогда этого не делала, поэтому меня в тренировочном бою хватит на одну минуту.

Ошибочка. Я лежала на земле с заломленными руками уже секунд через семь. Встала, снова попробовала. Та же ситуация, то же время. Дар стоял надо мной и лучезарно улыбался. Вот, кто получал от происходящего удовольствие. Думаю, таким образом, он мстил мне за сказанные ранее слова.

— Думаю, этого было достаточно, чтобы понять мой уровень.

— Достаточно было и первого раза.

— Тогда зачем ты свалил меня второй раз?

— А вдруг? — Я закатила глаза и фыркнула, что позабавило мужчину. — Ладно, смотри. Вот так выглядит исходная стойка. Из такого положения удобнее всего переходить в нападение или защищаться.

— Но ты не стоял в такой.

— Потому что хорошо умею драться и без этого. А такая стойка сразу выдает твои намерения.

Я чуть согнула колени, ноги на ширине плеч, согнутые руки к груди. На лице полная сосредоточенность. Увидев меня, мужчина расхохотался. Отлично, выгляжу, как клоун. Я встала нормально и скрестила руки на груди, надувшись.

— Чего ты ржешь? — И уже тихо буркнула себе под нос. — Сейчас как врежу по фаберже. Мало не покажется.

Я не учла только одного — у Дара прекрасный слух. Услышав из моих уст такую угрозу, он на секунду замер удивленный, а потом захохотал еще сильнее.

— Эльфенок, они тебе еще пригодятся! — Что? Снова эта игра в двусмысленность?

— Разве что обменять на что-нибудь ценное.

— А вообще, я рад, что ты проявляешь такой интерес к моим частям тела. — Как остроумно ответить на эту фразу я не знала, поэтому поступила, как все девушки.

— Ой, да заткнись ты!

Дар победно улыбнулся. Последнее слово опять осталось за ним.

— Иди сюда. Буду учить тебя стойке.

Я сделала пару шагов к нему и остановилась. Мужчина обошел мне за спину и тоже остановился.

— Ноги чуть шире, чем раньше. Присед меньше. — Свои слова он сопровождал движениями, то есть, своей ногой отсунул мою, потом руками нажал на плечи, опуская в присед. — Корпус немного разверни, руки согни вот так, одна чуть впереди. Ты правша? Значит, правая сзади для удобства замаха. Она у тебя ударная. Левая защитная. При ударе рука делает такой вылет.

Дар стоял, почти прижавшись к моей спине. Его руки лежали поверх моих, направляя в нужную сторону. Это было странное ощущение, оно отвлекало. Тепло тела сзади меня было приятным, и я оказалась к этому не готова.

— Эния, ты где витаешь?

— Нигде.

— Ты не слушала меня. Что же такое важное заняло твои мысли? — Ага, так я тебе и сказала, сейчас прям! Я и так чувствовала себя, как школьница, застигнутая за переписками на уроке.

— Я думала о том, сколько всего нужно знать просто для того, чтобы ударить.

— Со временем это выходит автоматически. Тело само запоминает эту позицию. Запомнила удары и блоки? Теперь я медленно буду нападать, а ты ставь блок. Можешь попробовать ударить в ответ.

Дар стал впереди меня в такую же позицию. С одной стороны, стало легче — он больше не прижимается ко мне. Но с другой стороны — тяжелее. Теперь мужчина смотрит мне в лицо, а скрывать эмоции и мысли я не умею. По крайней мере, не перед ним. Дар всегда их расшифровывает без ошибки. И, не дай Бог, он сейчас догадается хоть о чем-то, я сгорю от смущения. Черт! Надо отвлечь его. Поэтому быстро делаю удар. Хейдар ставит блок.

— Хорошо, молодец. — Он тут же отвечает ударом, только медленнее. Я, с перепугу, успеваю тоже поставить блок. — Да, правильно. Нужно потренироваться над этим. Потом сможем идти дальше.

Спустя час мои руки болели от блоков, а ноги от приседа. Как только Дар сказал «достаточно», я без сил рухнула на траву и со стоном вытянулась. Может, эта борьба не так уж мне и нужна?

— Эния, а тебе нравится местная природа? — Этот вопрос застал меня врасплох. Такая резкая смена темы.

— Да. А что?

— В миле отсюда, если смотреть вдоль дороги, есть озеро, — Продолжил он, поднимая меня с земли. — Я даю тебе чудесный шанс полюбоваться им.

— О чем ты? — Все еще не поняла я.

— Бегом, Эния! Туда и назад! И я узнаю, если ты не добежишь до него.

— Ты, должно быть, шутишь!

— Нисколечко. Побежала! Время пошло!

Он не шутил! Черт возьми, он это серьезно!

— Если мне покажется, что ты бежала слишком долго, будут дополнительные отжимания.

А вот эта фраза мотивировала меня сильнее всего. Я побежала, да так, что пятки сверкали. Вспомнила, что нельзя дышать ртом, и постаралась втягивать воздух через нос. Появилось ощущение, будто таким образом я недостаточно вдыхаю, слишком медленно. Ртом проще. Не смотря на мои попытки бежать правильно, метров через сто в боку закололо, легкие горели. Хотелось остановиться. Но отжиматься совсем не хотелось, а Дар бы меня заставил. И, ведь, сама попросила! Отказаться теперь? И смотреть, как в его взгляде появляется разочарование, мол «сдулась на первой же тренировке». Слабачка. Нет! Я не такая! Я смогу, обязательно смогу. Пусть, не сразу, со временем, но я учусь, а это главное. Я стараюсь.

От этой мысли стало немного легче бежать. Правда, ненадолго. Подбегала к озеру я далеко не так быстро, как в начале. Раньше я бы восхитилась красотой этого места. Сейчас же лишь отметила для себя «в одну сторону добежала». И дар был прав, он бы понял, если бы я не добежала. Дело в том, что он сидел на поваленном дереве у озера и с легкой улыбкой наблюдал за моим приближением. Сукин сын! Я собралась остановиться, чтобы немного отдышаться и заодно высказать ему все, что думаю, но меня прервали.

— Даже не думай останавливаться! Теперь также бегом назад!

— Но…

— Никаких но! Побежала! Дорогу назад я буду контролировать.

И верно, через каждые метров триста он поджидал меня, проверяя. Поэтому я решила немного схитрить. Как только я в очередной раз пробежала мимо и исчезла за деревьями, перешла с бега на шаг.

— Почему остановилась? Бегом!

Я даже подскочила от неожиданности! Как? Как он оказался рядом? Неужели он всю дорогу наблюдает за мной, только я этого не вижу? Зарычав, я снова перешла на бег. Финишу в виде знакомой полянки у дома, я радовалась, как паломники Мекке. Теперь можно остановиться.

— Не останавливайся! Просто продолжай идти, пока не успокоится сердцебиение.

— Я сейчас упаду!

— Не упадешь. Иди!

Господи, скажи, если я убью Дара, меня ведь оправдают? Я ходила еще несколько минут, пока дыхание и сердцебиение не выровнялись.

— Хорошо, теперь можешь отдохнуть. На сегодня больше не будет физических упражнений. Если хочешь, можем сходить на озеро?

— К черту озеро! К черту все! Я хочу упасть прямо здесь и больше не вставать примерно лет пять.

— Прости, эльфенок, ты не очень вписываешься в окружающий пейзаж.

— А это уже твои проблемы. Мне все нравится.

— Ладно, пойдем в дом.

— Может, я лучше домой поеду?

— Зачем?

— Как это зачем? Я живу там!

— Мы на сегодня еще не закончили.

— Что??? Закончили! У меня больше нет сил!

— Это тебе так кажется.

— Ладно, я приму душ, переоденусь и приеду после обеда. Идет?

— Нет. Пошли в дом.

— Не пойду. — Заупрямилась я.

— Пойдешь, — с легкой улыбкой покачал головой мужчина. В его глазах зажегся огонек.

— Нет. Не пойду.

— Эльфенок, ты бросаешь мне вызов? — Огонек разгорелся сильнее. Азарт. Это был он.

— Считай, как хочешь. Я не пойду туда. Потащишь меня слой?

— С удовольствием, — почти мурлыкнул он. По губам зазмеилась хищная улыбка.

— Серьезно? Ты сделаешь это? — Не поверила я. Образ этакого средневекового мужчины, который мог утащить тебя в свое логово, никак не вязался у меня с Хейдаром. Да это даже не средневековье, а самые зачатки эволюции!

— Эх, девочка, когда дергаешь хищника за усы, будь готова познакомиться и с его клыками, — говоря это, Дар уверенно преодолел метры между нами и поднял меня на руки. А затем легко зашагал к дому.

— Эй, поставь меня на землю!

— Нет.

— Да! — Я начала брыкаться, чтобы помешать ему, но дождалась лишь того, что меня ловким движением перекинули через плечо. Теперь я точно выглядела, как добыча питекантропа.

— Хейдар Фаррис, живо поставь меня на землю, иначе…

— Иначе, что? — Спросил он, проходя в дом.

— Я тебя ударю!

— Вперед! — Честно говоря, не ожидала, что он даст мне добро на собственное избиение. Сам напросился. Мой кулак с размаху врезался в его спину. Никакой реакции. Я повторила действие. Ноль эмоций. Ах, так? Я попробовала ударить его ногой. Реакция появилась, только она мне совсем не понравилась. Мои ноги сжали, а через мгновение меня шлепнули по попе.

— Что ты себе позволяешь?

— Воспитывать тебя. Сама виновата. — В этот момент Дар уже нажимал кнопку сканера сетчатки. — А будешь дергаться, получишь еще раз.

— Только посмей!

В этот момент Дар немного расслабил руку, и мое тело стало падать. Я взвизгнула и вцепилась в мужчину покрепче. Его рука снова сжалась сильнее. Гад! Ничего, я отомщу ему за это!

Когда Хейдар ссаживал меня на диван, я напоминала грозовую тучу. Видимо, мужчина прочитал в моем взгляде тысячу и один способов своего умерщвления, потому как усмехнулся и потрепал меня по волосам. Как какого-то Тузика. Это стало последней каплей. Как только он отвернулся, я резко вскочила с дивана и прыгнула ему на спину. Дальше все произошло за секунду. Меня поймали, перевернули и уложили на пол, блокируя способность двигаться. Теперь ноги были зажаты его коленями, а руки заведены наверх и удерживались его руками. Мужчина смотрел на меня с хищным любопытством, слегка наклонив голову в сторону. При падении прядь волос легла мне на лицо, щекоча кожу. Дар, сжал мои запястья одной рукой, а второй убрал прядь с моего лица.

— Ты рассчитывала застать меня врасплох? Девочка, это бесполезно. Что ты собиралась сделать?

— Врезать тебе.

— Как? Мы оба знаем, что ударить меня всерьез ты бы даже не пыталась. Только не ты. Так зачем?

— Почему это не попыталась?

Дар резко прокрутил нас. Теперь я была сверху, мои руки свободны, но ноги по-прежнему зажаты.

— Тогда бей! Давай. Я не сопротивляюсь, у тебя свободны руки.

Дар лежал подо мной и открыто смотрел мне в глаза, ожидая, когда я выполню свои угрозы. А я не могла. Я, действительно, не могла этого сделать. Одна мысль о том, чтобы ударить его, отзывалась внутри отвращением. Это было неправильно.

— Чего ты ждешь?

— Я не могу, — хрипло призналась я. И мы снова вернулись к исходному положению, когда я снизу, а руки зажаты.

— Хорошо, в этом мы убедились. Тогда возвращаемся к исходному вопросу. Зачем?

— Я не знаю. Я не думала, просто был порыв и…

— В этом есть что-то животное, не находишь? Не ударить противника, а прыгнуть на него, свалить на землю, обездвижить. Так поступают хищники. Надо же, в эльфенке просыпается маленькая хищница, — голос Дара был низким, бархатным, он мурашками проходился по моей коже.

— Вряд ли, хищник здесь только ты, — кивнула я в сторону моих зажатых конечностей. Мужчина в ответ довольно улыбнулся.

— А я с этим и не спорю. Я хищник, который поймал добычу. И что же мне теперь с ней делать?

— Ах, добыча! Я думала, меня используют, как половую тряпку, — намекнула я на наши «покатушки» по полу. Мои чувства относительно данного положения были очень неоднозначными и сбивали с толку, поэтому я старалась перевести разговор в другое русло, чтобы меня выпустили.

— Ты боишься.

— Чего?

— Меня. Сейчас. И себя, судя по бегающим глазам. Эния, я отлично умею читать язык тела. И я получаю от тебя довольно любопытную информацию. Почему ты боишься? — Он наклонил свое лицо ниже, но не смотрел мне в глаза. Он будто осматривал всю меня. Изучал. А затем я почувствовала, как подушечка его указательного пальца скользит по моему запястью.

— Что ты делаешь? — Мой голос немного срывался.

— Получаю ответы.

— Но я молчу.

— Ты — да, но твое тело кричит.

— И что же оно кричит?

— А этого я тебе не скажу. Не сейчас. Может, позже, когда ты будешь готова услышать.

А потом он просто встал и поднял меня на ноги. Бросив мне «располагайся», он шествовал на кухню, откуда вскоре стали доноситься потрясающие запахи. Наверное, только тогда меня перестало потряхивать.

Глава 11

Хейдар понимал, что просто позорно сбежал с поля боя. Готовка еды была лишь отвлекающим маневром. У Энии появилось время немного прийти в себя, а Дар хотел немного успокоиться, остыть. Девочка не видела, что произошедшее повлияло не только на нее, но и на него. На него даже больше. Держать ее в руках, такую маленькую, теплую, мягкую — это оказалось пыткой. Точнее пыткой было то, что мужчина не имел возможности продолжить начатое. Но, видит Бог, ему этого очень хотелось! Когда мужчина неосознанно прижал ее к полу, тело отреагировало молниеносно — возбуждение нахлынуло чертовой волной! Цунами в миниатюре. Столько мыслей и фантазий пронеслось в его голове. А ответная реакция девушки порадовала его. Особенно тот факт, что она была искренней, неконтролируемой. Эния даже не поняла, насколько отреагировала на мужчину. И это хорошо! Значит, не закроется, не испугается. Дар же, в свою очередь, пока разберется в себе. То, что он почувствовал, не было просто похотью или желанием. Здесь был более глубокий коктейль из чувств. И прежде, чем совершать какие-либо действия по отношению к маленькой банши, мужчина должен разложить этот коктейль на ингредиенты. Ошибки здесь недопустимы.

* * *

Еще некоторое время я сидела на диване, собираясь с духом. Уговаривала себя, что не могу позволить какому-то недоразумению настолько выбить меня из колеи. То, что произошло, ничего не значит. Это нужно просто забыть и жить дальше.

— Дар! — Попыталась я перекричать шкворчащую плиту, не выходя из гостиной.

— Что?

— А, может, я правда домой ненадолго съезжу?

— Зачем?

— Проблема-то осталась. Мне все еще нужно в душ и переодеться!

Вместо ответа я дождалась самого мужчину. Он заглянул в гостиную и нашел меня взглядом.

— Пойдем?

— Куда? — Спрашивала, а сама уже шла.

— Я дам тебе вещи и покажу ванную.

— У тебя есть женские вещи?

— Нет. Ты оденешь мои.

И вот снова дрожь проходит по телу. Его вещи. На себя. Почему-то эта мысль вызывала необычные, но приятные ощущения где-то внутри. Пока я размышляла над этим, мы дошли до ванной, и я вдруг осознала, что не была еще в этой части дома. Эта мысль включила внутри меня режим «турист» — я стала оглядываться вокруг, подмечать мелочи.

Ванная…сколько всего в этом слове. По крайней мере, для меня. Эта была прекрасной! Темно-серая «каменная» плитка по полу и стенам, душ, огороженный стеклом со всех сторон, в другой части комнаты большая белоснежная ванна, раковина и огромное зеркало. Все было выполнено минималистично, но от этого только выигрывало, делая комнату стильной, дорогой.

— Душ? Ванна? — Он это мне? Да я бы из этой ванны не вылезала часа два! Облака пены, горячая вода, какое-нибудь эфирное масло, и вот он, рай.

— Душ! — Уверенно ответила я. Но Дар видел мой голодный взгляд в сторону ванны. Услышав совершенно другой ответ, он только понимающе улыбнулся.

Дальше он повел меня через небольшую дверь в углу комнаты. За дверью оказалась гардеробная. И тут я зависла. Здесь висело и лежало столько различной одежды! Причем, не только современной! С открытым от удивления ртом и выпученными глазами я подцепила пальцами нечто кожаное с цепями. На мой вопросительный взгляд Дар улыбнулся еще шире.

— Я был отъявленным рокером!

Следом шли камзолы и какие-то еще костюмы. Все это напоминало гримерную перед маскарадом. Так странно и непривычно. Хейдар открыл ящик и достал для меня свободные хлопковые серые штаны и белую футболку. Затем мне торжественно выдали полотенце и проводили назад.

— Я буду ждать тебя на кухне.

— Как я узнаю тебя? — решила пошутить я. От такого вопроса Дар остановился и обернулся. Затем на его лице появилась ленивая улыбка.

— Я буду в фартуке!

Тут уж я не выдержала и рассмеялась. Зрелище этого мужчины в фартуке — это что-то за гранью моей фантазии. Как только он ушел, я положила вещи на небольшой пуф и разделась. Зайдя в душ, я с удовольствием начала крутить ручку крана. Теплая вода тут же полилась на меня из широкой насадки. Это вам не кругляк сантиметров пять в диаметре! Вроде, мелочь, а насколько приятнее становится процесс. Как только моя рука дотянулась до геля и открыла крышечку, в душном воздухе появился легкий знакомый аромат. Так вот, чем пахнет Дар! С проказливой улыбкой я выдавила гель себе на ладони и взбила небольшую пену. А потом распределила ее по своему телу. В этом было что-то запретное и оттого более желанное. Пахнуть им. Не Хейдаром, конечно, но его гелем. Не знаю, почему эти мысли вообще появились в моей голове, почему они столь приятны и притягательны?

Долго купаться я не стала. Желудок напомнил мне о запахах, витающих на кухне, и я быстро вытерлась и оделась. Радует, что штаны были на резинке, иначе я бы их потеряла. В белой свободной футболке я немного походила на привидение, но это лучше, чем ничего.

Я, честно, собиралась выйти и направиться на кухню. Но любопытство оказалось сильнее. Вместо кухни, мои стопы понесли меня назад в гардеробную. Теперь я более тщательно осматривала вещи, проводила пальцами, щупала ткань. Один раз даже понюхала, к своему ужасу и радости. Здесь же стояла обувь. Кожаные классические туфли, кроссовки, ботинки, даже бутсы! Одни были с металлическими носками. Ух ты! Сейчас я была в святая святых Хейдара и чувствовала себя, как путешественник, нашедший сказочное Эльдорадо. Было ощущение какой-то магии, нереальности. Будто среди костюмов могла висеть мантия. Ага, и метла! Прощай Трали, здравствуй, Хогвардс! Я только усмехнулась такой мысли. Интересно, как долго Дар выбирает вещи по утрам? Смотрит, как сочетаются, или просто берет по настроению?

В конце гардероба была еще одна дверь. Интересно, а куда ведет она? Нет, Дар же предлагал мне недавно экскурсию по дому. Можно считать, что я провожу ее сама и с небольшим опозданием.

Успокоив себя такими мыслями, я повернула ручку и толкнула дверь. Как только я вошла, зажегся свет. И я замерла. Это была его спальня! Я даже дышать перестала, оглядываясь по сторонам. Светлая, в теплых кремовых тонах, с мебелью из темного дерева, несколькими картинами на стенах, парой коричневых кожаных кресел у камина, стеклянным столиком, витым торшером. Комната освещалась мягким светом люстры, которая, к слову сказать, была произведением хрустального искусства (как он пыль там вытирает?). На стене висели тяжелые шоколадного цвета портьеры, из-под которых была видна органза цвета сливок. А на полу лежал большой светлый ковер с длинным ворсом. На такой и наступать жалко. На нем нужно валяться! Можно даже с книгой.

Эта комната оставила неизгладимое впечатление. Когда моим взглядом была охвачена каждая мелочь, каждая фигурка или статуэтка, каждый изгиб на картине, каждая складка на покрывале, я перевела взгляд на еще одну дверь. А что там? Сокровищница? Но узнать мне это было не дано. Меня застукали на горячем!

— Что ты тут делаешь? — Дар не злился, как можно было ожидать. Ему просто было любопытно.

— Изучаю территорию.

— И как?

— Успешно!

— Я имел в виду, тебе нравится?

— Да, очень! Тут очень уютно. Обычно, от мужского жилища не ожидаешь уюта.

— Я люблю комфорт.

— Это я заметила. Здесь мягкие натуральные ткани, приятные тона. А этот ковер…

— Что с ним?

— Я даже наступить на него боюсь. Он такой пушистый.

— Тогда наступи. Можешь даже попрыгать на нем.

Я сделала пару шагов, и моя ступня утонула в ворсе. Как это было приятно! Не думая, я опустилась на пол и провела по ворсу ладонями. Это было чистое наслаждение! Поэтому я совсем обнаглела и улеглась. Несколько раз погладила ковер по ворсу-против него, улыбнулась и перевела взгляд на, замершего у входа, Хейдара. Он, не отрываясь, смотрел на меня. Я перестала улыбаться. Не потому, что Дар хмурился или что-то такое. Нет, его взгляд выражал что-то другое. Там была задумчивость. Будто он и любовался, и решал в уме задачу. Знать бы, какую? В полной тишине прошла пара минут. Затем мужчина «отмер» и подошел ко мне. И протянул руку.

— Пойдем кушать. — И я приняла ее, поднимаясь.

— Пойдем!

Хейдар, не отпуская моей руки, провел меня на кухню, где уже были расставлены тарелки и бокалы, разложены вилки. Под крышкой оказалась паста с сыром. И пахла она так, что у меня собирались слюнки! Рядом стояла бутылка красного вина.

— Я же за рулем!

— Ничего, от бокала ничего не будет.

— А если меня остановят.

— Если будут забирать права, звони мне, — усмехнулся он. Затем открыл бутылку и наполнил бокалы.

— А в честь чего пьем?

— За то, чтобы у нас все получилось.

— Отличный тост. При том количестве врагов, которые у нас сейчас есть, очень хочется, чтобы все получилось. Чтобы мы победили.

Я думала, Дар что-то добавит или поправит меня, но он только тонко улыбнулся и отвел взгляд. Мы же за победу пьем, правильно? За то, чтобы это получилось? Дар же про это говорил?

* * *

Она так гармонично и правильно смотрелась в его одежде Его одежде, его спальне, его доме. Когда Дар, заждавшийся гостью, решил пойти поторопить ее, то никак не ожидал увидеть ту в своей спальне. Девочка любопытно поглядывала в сторону двери его кабинета. Видимо, спальня уже была осмотрена. Когда он услышал ее слова о ковре, то очень удивился. Да, удобный, мягкий, но чтобы так к нему относиться? Это же просто вещь! Малышка и тут его удивила. Она опустилась на пол и с таким наслаждением гладила ворс, что мужчине хотелось поменяться с ним местами. А потом она легла на пол. Волосы, разметавшиеся по светлому ковру, стройное тело в его одежде — девочка выглядела такой домашней, более уютной, чем весь его дом вместе взятый! Маленькая банши так гармонично вписывалась в этот дом, будто он был построен для нее, а не для Дара. Сейчас мужчина не испытывал желания. Теперь внутри него играли другие чувства. Нежность. Впереди выделялась именно она. Хотелось обнять малышку, прижать к себе и просто вдыхать запах ее волос, касаясь их губами. Пальцы зудели от желания провести подушечками по ее коже, впитать эту мягкость, шелковистость. Хотелось больше не выпускать девочку отсюда! Никогда! Забрать себе и любоваться. Чтобы никто не мог причинить ей вред, даже не смел смотреть в ее сторону. Это чувство собственника тараном ударило его в грудь. Забрать! Забрать! Забрать!

Но все страсти проходили лишь внутри мужчины. Лицо при этом оставалось абсолютно спокойным. Только глаза выдавали задумчивость. И Эния ее заметила, ответно вглядываясь в него. Сейчас девочка его не боялась. Она абсолютно уверенно чувствовала себя в его одежде и доме. И это тоже говорило о многом.

И тогда Хейдар решил действовать. Он прожил слишком много, чтобы не разбираться, не знать. И пусть в его жизни не было тепла и заботы, пусть он не любил, даже не был влюблен. Лишь увлеченность, замешанная на физическом желании. У мужчины были сотни примеров перед глазами! Примеров, когда мужчины именно так застывали, глядя на женщину, испытывали те же симптомы. Та же болезнь. И он будет глупцом, если откажется. Если испугается, что девочка станет его слабостью, местом, на которое можно надавить, ударить. Она уже стала этим местом! И останется им. Но отказаться из-за этого от подарка небес? Подарка, который достается не каждому человеку, не говоря уже о таком, как Хейдар.

Когда-нибудь, Эния узнает правду о сущности мужчины. Остается надеяться, что к тому времени ей это будет уже не важно. Со своей стороны, Дар попытается сделать все для этого.

И начнет он прямо сейчас. Пусть, девочка не догадывается ни о чем, не понимает, что хищник вышел на охоту. Так она не испугается раньше времени и не сбежит. А когда поймет, будет слишком поздно — чувственная ловушка захлопнется. Улыбнувшись этим мыслям, Дар протянул девочке руку.

— Пойдем кушать. — И маленькая банши безбоязненно приняла ее.

— Пойдем.

Глава 12

До самого вечера я пробыла у Дара. Мы разговаривали, отдыхали, тренировали мою силу. Домой я ехала уставшая до невозможности. Но это была приятная усталость, как после правильного дня.

Дома первым делом приняла ванну с ароматическим маслом, расслабилась. Вот именно, расслабилась. По-другому и не скажешь. Я давно не получала Зов и забыла, насколько неожиданным он может стать. Нет, из ванной я уже вышла, дело не в этом. Просто, с Даром я совсем забыла о том, что банши — это не только сила, но и обязанность. И теперь скользила в ночь за границу города. Маячок в моем кулоне усиленно сигналил Джону, что у него есть работенка.

Это была обычная обочина дороги на границе с лесом. Остановится машина, откроется дверь, из которой выйдет мужчина. С заднего сидения он выдернет девушку и потащит ее в сторону леса. Ее криков никто не услышит — на милю вокруг нет жилья. Мужчина просто перережет ей горло и уедет. Без явных причин, молча. Девушка так и не поймет за что и почему?

Время проходило, а Джон все не приезжал. Это было странно — обычно он добирается быстро, но сейчас прошло почти двадцать минут. Я сдерживалась до последнего, ведь, если закричу — ее уже не спасти. В воздухе витали обрывки эмоций: ужас, отчаяние, безнадежность. Стандартный набор. Даже дышать становилось тяжелее, будто воздух сгущался, как перед грозой. Все, больше не могу.

Отчаянный крик разбил вдребезги ночную тишину леса. Здесь давно уже не пели ночные птицы, а теперь и подавно все живое разбежится сломя голову. Как только крик прекратился, исчез и зов. Извини, милая, мы не спасли тебя.

Я развернулась, чтобы уйти отсюда, но наткнулась взглядом на мужскую фигуру на другой стороне дороги. Как только мужчина понял, что замечен, направился в мою сторону.

— Значит, правдивы слухи. В нашем городе появилась банши. — Его голос источал довольство и скрытое торжество. Я не стала отвечать на его реплику. Не думаю, что ему нужен был ответ — все и так очевидно. — Но кто-то добрался до тебя первее, судя по метке. Кто он?

— Хейдар. — Мой ответ ему не понравился. Мужчина посмотрел по сторонам и скривился.

— И где же он?

— Откуда мне знать?

— А это даже хорошо, что его нет. У тебя есть замечательный шанс от него избавиться. Пойдем со мной.

— Неужели ты думаешь, что я такая дура?

— Не хочешь по-хорошему, пойдешь по-плохому.

Как только он поднял ногу для первого шага, я рванулась оттуда со всех сил. Но я была уставшая, да и вряд ли у меня был шанс и до этого. Через пару секунд меня сбили с ног. Что ж, у меня остается только одно оружие против него — крик. Дар как-то говорил, что для нелюдей он невыносим. Проверим. Когда мужчина схватил меня, я закричала. Он выругался и попытался зажать уши и, при этом, не выпустить меня.

— Заткнись, сука! — Он ударил меня по лицу, заставляя замолчать. Вот. Это. Был. Удар. Даже для банши это сильно. Я зажмурила глаза, пытаясь совладать с головокружением. В этот момент меня будто оторвало от мужчины. Потеряв равновесие, я упала на дорогу. В голове шумело, во рту привкус крови, губа болит. Не знаю, в какой момент я перетекла в человеческий облик. Как только все перестало плыть перед глазами, я открыла их и ужаснулась. Хейдар методично превращал мужчину в кровавое месиво. Тот Хейдар, с которым я буквально час назад мило болтала в гостиной, смеялась. Теперь он был в другой роли. Напавший на меня уже не подавал признаков жизни, его голова мотылялась при каждом ударе. Но испугало меня не это. Дар рычал, и от этого рычания хотелось забиться под ближайший куст. Как будто за твоей спиной адская гончая. Этот Дар излучал жестокость, ярость, желание причинить боль. Но дальнейшее повергло меня в ужас. Хейдар отпустил избитое тело, и оно с глухим стуком упало на асфальт, а затем он повернулся ко мне. Из темноты на меня смотрели знакомые красные глаза, как в том видении, что напугало меня. Тогда Дар сказал, что это демон. Мой ангел-хранитель, мой учитель — демон.

— Эни… — он сделал шаг по направлению ко мне. Мое тело отреагировало быстрее разума — я превратилась в банши и побежала. Как не бегала никогда, быстрее ветра. Я не думала о том, что он быстрее меня. В тот момент мой разум был занят другим — он подкидывал мне воспоминания того, как я улыбалась Дару, тренировалась с ним, обедала, носила его одежду. Тогда я не знала ничего, поэтому не боялась. Все это время рядом со мной был демон. Вспомнилось, как Хейдар не хотел говорить кто он. Теперь я понимаю, почему.

Когда я остановилась, то обнаружила себя на берегу моря. Не знаю, как далеко я убежала, будет ли меня преследовать Дар? Ничего не знаю и не хочу сейчас знать.

Море было тихим. Штиль. Глядя на идеальную гладь воды, я немного успокоилась, хотя какое-то чувство на задворках сознания продолжало попытки привлечь мое внимание. Что мне теперь делать? Как быть? Я растеряна. Утро вечера мудренее? Отложить это до утра и подумать на свежую голову? Да, наверное, так будет лучше. Только, как идти утром на работу с разбитой губой? Ладно, все потом.

Повинуясь какому-то древнему внутреннему инстинкту, я опустила руку в карман белой мантии за гребнем. Я все-таки банши. Но рука наткнулась на пустоту. Не может быть! Я судорожно начала искать гребень, ощупывая карман. Пусто. Ничего. Я потеряла его. Прислушавшись к себе, я снова наткнулась на это чувство неправильности. Только теперь я не отмахнулась. Так и есть, гребень подобрали. И я даже знаю, кто…Хейдар. Боже, помоги мне!

* * *

Чего Хейдар не ожидал, так это того, что спустя час после отъезда Энии, он услышит ее крик. Точнее, крик банши. И шел он издалека. Девочка была за городом. Дар направился к ней просто на всякий случай, чтобы быть уверенным, то с ней все будет хорошо. И не зря. Уже на подходе он снова услышал ее крик. Только теперь он был полон страха. Одновременно с этим Дар почувствовал чужую энергетику. Не человека. Но то, что он увидел, выскочив на дорогу, сорвало его ограничители. Его малышка с разбитой губой медленно сползала вниз в руках какого-то у*людка. Ярость затопила красной волной сознание мужчины. Он оторвал лича, а это был он, от девочки и начал вколачивать в него свой кулак. Дар даже думать боялся, что могло случиться, если бы он не пришел или опоздал. Хотя, он все же опоздал — девочка ранена. Когда злость и страх за маленькую банши утихли, Хейдар отпустил уже мертвое тело лича. Затем он повернулся к Энии, чтобы убедиться, что она в относительном порядке. Но дальше произошло то, чего он не ожидал. Лицо девочки было искажено ужасом. Как только мужчина сделал шаг к ней, та подскочила с земли и, за доли секунд превратившись назад в банши, убежала. Дар хотел последовать за ней, но замер, ошеломленный и напуганный. Его глаза! Он забыл о контроле и теперь его глаза пылали красным. Девочка не могла не догадаться о том, кто он. Не после того, как сегодня утром он сам сказал ей о демонах. Хотел подготовить. Подготовил, б*ядь!

Сердце в груди соревновалось с двигателем локомотива. Что же теперь делать? Как объяснить ей? Как попросить о доверии? Она теперь за мили будет обходить его стороной.

В тот момент, как мужчину затопило отчаяние, багровый свет в глазах потух. Дар скользил взглядом по месту разыгравшейся трагедии, которая отобрала у него Энию. И тут взгляд мужчины наткнулся на что-то белое в траве. Подойдя поближе, он присел и протянул руку. А в следующее мгновение в глазах вместо демонского света появился блеск надежды. В траве лежал гребень его маленькой банши. А это означало только одно — судьба дала ему еще один шанс, и на этот раз мужчина его не упустит.

* * *

Инстинкт банши — забрать гребень — бился в голове набатом. Я же сопротивлялась ему со всех сил. Не сейчас. Не могла я пока видеть Дара. Что я ему скажу? Как теперь вести себя? Он же демон! «А ты банши» — тут же ответило подсознание. Да, но банши не убивают, чего не скажешь о демонах. А о них чего только не скажешь! Неспроста же их считают… «Стоп! Ты опять возвращаешься к установившимся стереотипам? Значит, прав был Хейдар, что не говорил о себе?». Не знаю. Я уже ничего не знаю. «Знаешь. Ничего ведь не изменилось. Просто ты узнала правду». Да узнала. Но легче мне не стало. Глядя на Хейдара, я теперь буду вздрагивать, вспоминая его красные глаза и излучаемую ярость. «Нет, не будешь. Ты будешь вспоминать, что тогда он спас тебя в очередной раз». Черт! И почему мое подсознание такое умное? Но, по сути, оно говорит мне правильно. Только иногда тяжело принять это «правильно», как прожевать горькую пилюлю, не запивая ее водой.

Нам придется поговорить. И, возможно, начать все с начала. Но не сейчас. Мне нужно немного времени. Завтра.

Уже около дома я силой вернула себе человеческий облик и вошла внутрь. Здесь было все также, а вроде и не так. Тусклее что ли? А, может, это мое восприятие? Из-за него мне все кажется каким-то бесцветным, плоским, пустым? Нет, надо ложиться спать. Так нельзя. Мне утром на работу, а я измучена не только физически, но и морально. Да еще боль от удара дает о себе знать — адреналин схлынул, и губа теперь ноет. Я выпила таблетку и легла спать. Но сон не шел. Голова была забита мыслями, которые никак не хотели подождать до утра. Захотелось закричать в третий раз за эту ночь. Только это не поможет.

И, в довершение всего, на улице пошел дождь. Отлично!

За всю ночь я почти не спала. То и дело выныривала из полудремы и проваливалась назад. В итоге утром я была похожа на свеженького зомби. Губа немного зажила, отек исчез. Если затонировать, то будет почти не видно. Только что сделать с головой, которая по ощущениям, была набита ватой? Может, чашка кофе поможет?

Помогла. Правда, я сильно ругалась, когда горячая вода обожгла разбитую губу. Зато на работу я приехала почти нормальная. Заказы не должна перепутать.

Мой вид естественно стал причиной вопросов, на которые я все отвечала — я в порядке! Вскоре они отстали. А часов в десять в ресторан приехал Джон. Увидев мое лицо и разбитую губу, он весь подобрался, брови нахмурились, кулаки сжались.

— Откуда это у тебя?

— И тебе доброе утро.

— Судя по тебе Эни, никакого доброго утра у тебя не было. Рассказывай.

— Почему ты вчера не приехал? — Перевела я тему. Джон сразу сник.

— Не мог. В это время я был в другой части города, на другом месте преступления. Там был мой шеф, поэтому сорваться и уехать мне никто бы не дал.

— Девушку нашли?

— Девушку?

— Да. За городом, в лесу.

— Еще нет. Покажешь?

— После работы. Если девушка там лежит, то ей уже все равно.

— Хорошо. Я приеду за тобой. А теперь скажи, откуда у тебя на лице эта «красота»? Это Хейдар?

— Нет. Это тот, кто ждал меня около будущего места преступления. Это все было подстроено. Дар вчера спас мне жизнь. — Не смотря ни на что, я не хотела говорить копу о своем открытии.

— Это его обязанность!

— Принести тебе кофе? Или еще что-нибудь?

— Да. Кофе подойдет. Спасибо.

Джон тоже выглядел уставшим. Наверно, осмотр места преступления продлился долго и коп поздно вернулся домой. Кофе ему сейчас будет как раз.

Сегодня посетителей было немного. Будто они знали, что мне не до них, и не заходили. Поэтому смена прошла спокойно. Как только я вышла из ресторана, увидела машину Джона на парковке. Он уже ждал меня.

— Поехали?

— Да.

Я села в свою машину и выехала, коп последовал за мной. На машине мы преодолели расстояние до места вчерашней трагедии быстро. В глубине души я боялась, что увижу там, на дороге окровавленный труп напавшего на меня мужчины. Но дорога, как и обочина, были пусты. Я вылезла и безошибочно направилась в нужную сторону. Через десять метров на пожухшей осенней траве лежало тело молодой девушки. Перерезано горло. Но мне в память отпечатался этот взгляд — напуганный и непонимающий. Джон за моей спиной выругался.

— И как мне объяснить, что я забыл в лесу? Как нашел тело?

— Анонимный звонок? Или записка? Я не знаю, ты же коп.

— Да. И иногда я это ненавижу. Спасибо, что помогла найти. Жаль, что я не смог ее спасти.

— Это жизнь. Не всегда все выходит так, как мы хотим. И здесь нет нашей вины.

— Но если бы я вчера был здесь, то она осталась бы жива, а ты не ходила с разбитым лицом.

— Или вместо нее сейчас там лежал ты. Джон, я говорила тебе, что ты не должен вмешиваться в мои проблемы. На моей войне ты не солдат.

— Да, я пушечное мясо.

И что ему ответить? Ведь, это так и есть. И мы оба это понимаем. Поэтому я просто пожала плечами, извиняясь.

— Да все в порядке, Эни, я понимаю. Тебе сейчас лучше уехать отсюда. Я вызову группу.

— Хорошо. Потом скажешь, как все прошло.

— Конечно.

Я вышла из леса и села в машину. Домой.

Остаток дня я потратила на домашние заботы, стараясь отвлечь себя от мыслей. Готовила, убирала, делала хоть что-нибудь! Чем ниже солнце садилось за горизонт, тем страшнее мне было. Умом я понимала, что это все тот же Дар, но ничего не могла с собой поделать. Я хотела пойти к нему в облике банши, хоть немного обезопасить себя. Хотя, это и был самообман. Против Дара я не выстою и минуты.

В одиннадцать часов я вышла из дома и направилась к его дому. Быстро, не оставляя себе возможности передумать. Уже на знакомой поляне, где недавно валялась на земле, уставшая, я остановилась. И громко позвала Дара. Он вышел из дома через несколько секунд, будто ждал меня.

— Банши? — Невесело хмыкнул он, намекая на мой выбор облика.

— Демон, — просто ответила я.

— Может, зайдем в дом и поговорим?

— Нет. Мы будем говорить здесь.

— Почему? Какая разница? Ты чувствуешь себя так безопаснее? Но ты ведь знаешь, что я могу поймать тебя в любую секунду?

— Знаю. Но ты этого не сделаешь. Иначе больше никогда меня не увидишь.

— Эния, — устало позвал он, — хватит. Давай войдем и спокойно поговорим. Я не буду силой удерживать тебя. Захочешь уйти — уйдешь, только дай мне объяснить все. Пожалуйста.

Это «пожалуйста» далось ему очень тяжело. Я видела это. Интересно, он когда-нибудь вообще говорил его? Не уверена. Но, наверное, именно поэтому плавно перетекла назад в человеческий образ и сделала первый шаг по направлению к дому. Дар спокойно следовал за мной, открыл тайную дверь и пропустил в знакомую гостиную. Все такую же теплую и уютную. Это резануло меня еще сильнее. Я старалась найти какие-то незамеченные ранее признаки темной стороны хозяина этого дома. И не находила. Все та же мягкая светлая мебель, те же светильники, шкафы и столик. Тот же бар и камин. Все осталось прежним. Кроме меня.

— Присаживайся.

Я заняла свое обычное место на диване, а Дар сел на противоположный подлокотник. Недалеко, но и не близко. Он не знал, с чего начать разговор. У меня этих проблем не было.

— Ты солгал мне.

— Нет. Я бы солгал, если бы назвал себя тем, кем не являюсь. Но я вообще не сказал о своем виде. Это разные вещи. Я не вводил тебя в заблуждение.

— Нет? Но ты же демон!

— И что? Что из этого следует? Что я априори являюсь злом? Что я тварь, подлежащая уничтожению и мне нельзя доверять? Что ж, очень жаль, если ты так думаешь.

— Не думаю. Но я теперь не знаю, чего от тебя ожидать?

— А чего ты ждала раньше? Ничего не изменилось!

— Для меня изменилось. Черт! — Я нервно кусала губы и забыла, что нижняя была разбита. Теперь зажившая ранка открылась. Я прикоснулась пальцем к губе, а затем посмотрела на него — подушечка была вымазана кровью. Ну вот. Подняв взгляд на Дара я осеклась. Он с таким гневом смотрел на мою губу, сжимая руки в кулаки, почти скрипя зубами.

— Он ударил тебя, — прохрипел мужчина и неосознанно протянул руку ко мне. А я настолько же неосознанно отшатнулась. Протянутая рука упала. В глазах Дара появилась боль. — Ты боишься меня.

— Да.

— Эния, я никогда не причиню тебе вреда!

— Может быть, но перед моими глазами все еще стоит сцена, когда ты этими самыми руками превращаешь живое существо в кровавое месиво.

— Когда я увидел, как ты оседаешь в его руках, я сорвался. Да, я хотел причинить ему боль. Хотел оторвать ему руки, которыми он прикасался к тебе. Никому это не позволено.

— Кроме тебя? — Слова Дара говорили намного больше, чем он рассчитывал. Никому нельзя ко мне прикасаться?

— На тебе моя метка.

— И что? Мы оба знаем, для чего она была поставлена. У нас соглашение, я не принадлежу тебе.

Дар рвано выдохнул и отвернулся. Странное направление принимает наш разговор. Совсем не то, из-за чего я сюда пришла. Кстати!

— Ты вернешь мне гребень?

— И ты уйдешь?

— Мне нужно домой. Я пришла поговорить, и мы поговорили.

— Да ни хрена мы не поговорили! — Бросил Дар и стал нервно расхаживать по гостиной туда-обратно. — Эния, я планировал рассказать тебе о своем виде позже. Я надеялся, что узнав меня лучше, эта информация воспримется тобой спокойнее. Что ты будешь судить обо мне не по «обертке». Но все произошло слишком рано и изменить этого я не могу, поэтому прошу тебя не делать поспешных выводов. То, каким ты меня узнала — это настоящий я! Не маска, не личина! Это я! И я ни разу не солгал тебе. Пусть, ты многого еще не знаешь, не видела меня в других ситуациях. Но я никогда не претворялся с тобой, не пытался приукрасить себя, пустить тебе пыль в глаза. Не отказывайся от меня только потому, что я демон. Да, я могу быть жестким и жестоким. Но я рассказывал тебе о своей жизни и ты должна понять, что иного выхода у меня нет. Я просто выживаю!

— Я понимаю. — И я, правда, понимала.

— Так ты дашь нам шанс?

— Вернуть дружеские отношения? Да, я попробую.

— Я говорил не только о дружеских отношениях.

— Дар, я… — не знаю, что сказать на это.

— Эльфенок, тогда лежа на полу, я чувствовал ответ твоего тела. Ты хотела меня! И я хотел тебя!

И это не просто физика! С моей стороны это намного больше. Я никогда еще не чувствовал одновременно столько всего! Ни к кому! Желание обладать, забрать себе и защищать, заботиться, просто прикасаться или смотреть. Но впереди всего этого — нежность. Вот она является абсолютно новым и ошеломительным чувством для меня. И я не всегда могу справиться с этим бурным коктейлем, не знаю как. У меня нет опыта в этом. Но я знаю, что буду последним идиотом, если проигнорирую эти чувства, отпущу их. Я не буду давить на тебя или влиять на твои решения. Просто дай нам шанс. Не бойся меня.

Оглушенная услышанным, я не знала, что сказать Дару. В голове мелькали тысячи мыслей. Как? Почему? Я верила его словам — видела его отчаянный взгляд, поэтому даже не сомневалась. Но не была готова к этому. Второе потрясение подряд выбило меня из колеи, сорвало меня с привычной и понятной орбиты. Теперь я болталась в воздухе, не имея возможности зацепиться хоть за что-то. Не могла найти якорь.

Что мне ответить Хейдару? Что я чувствую? Я не знаю, не сейчас. Мне нужно побыть одной, осознать, принять услышанное, и тогда уже думать о том, хочу ли я этого.

— Дай мне время, — хрипло попросила я. — Сейчас я ничего не могу тебе сказать.

— Хорошо. Спасибо, что не отказалась сразу.

— Только верни, пожалуйста, гребень. — При этих словах, расслабившийся немного мужчина, снова напрягся и подозрительно посмотрел на меня. — Я не сбегу, не исчезну. Мне без него плохо, я не могу спать.

Усталой походкой Дар подошел к шкафу и достал из него мой гребень. Когда он снова повернулся ко мне, я уже была в виде банши. Мой напряженный взгляд был сосредоточен на гребне. Дар не стал мучить меня и отдал его. Это напомнило мне легкую волну, которая смывает с тебя всю усталость. Стало легче дышать, стало спокойнее.

— Спасибо. Мне пора.

— Ты придешь завтра на тренировку?

— Не уверена.

— Тебе надо тренироваться.

— Я знаю, но не готова к этому. Когда в моей душе наступит хоть какой-то порядок, покой, я приду.

— Ладно. Если что — звони.

— Конечно. Пока.

Я вышла из дома и медленно пошла через лес. Бежать не хотелось. Хотелось вот так, просто идти, без направления, без мыслей. Просто отдохнуть. Тишину ночного леса нарушал только треск веточек, шелест листьев и редкие крики птиц. Так хорошо, спокойно. Лес гостеприимен, он не отказывает никому, щедро делится своей мудростью и покоем. Я шла, касаясь ладонями деревьев, проводя пальцами по веточкам, вдыхала неповторимый запах прелых листьев и остывающей земли. Не знаю, сколько времени я провела здесь, но в очередной момент вдруг поняла — я спокойна. Теперь могу выйти из леса, и эта внутренняя тишина останется со мной. Мысли улеглись и больше не потревожат меня сегодня.

— Спасибо, — прошептала я и сорвалась на бег. Домой.

Глава 13

Следующую неделю я посвятила себе. Нет, я все так же ходила на работу, только тренировки больше не посещала. Иногда тренировалась сама. Бегала по берегу моря, училась быстро отрешаться от мыслей и концентрироваться, выращивала новые нити силы. И думала. Размышляла о произошедшем, о словах Дара, о его поступках и поведении, о своем отношении к нему. Сколько споров за это время произошло в моей голове, сколько доводов приведено и разрушено, сколько причин отметено. Не сосчитать. Голова спорила с сердцем и победа доставалась то одной стороне, то другой. А я наблюдала за этим, как преданный зритель. Что мне делать? Что выбрать — сердце или голову? Отказаться от шансов найти того мужчину, который не испугается при виде моего второго облика, которому не надо будет объяснять, что со мной происходит и куда я ухожу? Сделать это ради безопасности? Или рискнуть всем и довериться? Да, велик шанс обжечься, сделать только хуже, да и вообще не выжить! Но без Дара мой шанс остаться в живых стремительно несется в минус. Значит, рискует только мое сердце? Готова ли я пойти на это? А, если нет — не стану ли потом гадать, как бы все сложилось, дай я другой ответ? Не буду ли жалеть? Когда ты сделаешь, а потом жалеешь — это со временем забывается, проходит. А несделанное преследует тебя всю жизнь. Десятки маленьких призраков в виде забытой мечты, несбывшегося желания, упущенного шанса. Жить и делать вид, что не замечаешь их, улыбаться, будто не витают они рядом, не жалят одним своим молчаливым присутствием. Жизнь только одна. И, с учетом нападений и охоты на меня, неизвестно, сколько мне доведется прожить. Может, рискнуть? Пойти, сделать, согласиться, попробовать! Не торопясь, не прыгая с места в карьер, просто сделать первый шаг по новой дороге и посмотреть, что она покажет в ответ. Эта мысль отозвалась где-то глубоко во мне умиротворением и немым одобрением. Большего мне и не нужно. Я в гармонии с собой, значит, все правильно. Завтра у меня вторая смена, а затем выходной. Вот, его я и назначу днем икс. А пока можно просто расслабиться и отдохнуть. Наконец-то в моей голове прекратились мысленные бои, и воцарился мир.

На следующий день смена в ресторане пролетела незаметно. Меня не терзали нерешенные вопросы или проблемы. Я была спокойна, улыбалась и порхала между столиками. Посетители улыбались и оставляли хорошие чаевые.

— Ты сегодня какая-то легкая и воздушная, — нас с Карлой поставили в одну смену, поэтому мы стали чаще видеться. — Ты не влюбилась часом?

— Нет. Просто настроение хорошее.

— Настолько? Должны же быть причины! Это мужчина? Ну, скажи! Я же воя подруга!

В ответ я только загадочно улыбнулась. Но Карле и этого хватило, чтобы понять.

— Точно! Это мужчина! Расскажи мне о нем! Это тот коп? Он часто приезжает к тебе.

— Нет, это не Джон. Он просто друг, которому я иногда помогаю.

— Зря, хороший мужчина. Сильный, красивый, может защитить в любой ситуации.

— Не в любой. А вот, мой мужчина, действительно, защитит в любой ситуации!

— Он круче копа? Судья что ли? Или генерал какой? Нет, нет, боксер? — Я расхохоталась от ее предположений. Хорошо, что она не знает правды. Боюсь, тогда бы я потеряла подругу.

— Нет, ты не права. Но дерется он, и правда, хорошо, — при этих словах моя улыбка немного подувяла. Карла это заметила.

— Что-то случилось? Кто-то приставал к тебе? Поэтому ты ходила с разбитой губой?

— Можно сказать и так. Ты заметила.

— Да, только не стала ничего спрашивать. Решила, ты сама расскажешь, если захочешь. И что, твой мужчина тебя защитил, правильно?

— Да. Сказал — никто не имеет права прикасаться ко мне.

— Ух! А он собственник.

— Не представляешь какой.

— И у вас сегодня свидание? Поэтому ты тут сияешь?

— Нет. Мы не вместе пока. И не знаю, будем ли. Но он предложил попробовать, и я решила согласиться. Завтра хочу поговорить с ним.

— Почему не сегодня?

— Завтра пойду к нему на тренировку и там поговорим.

— На тренировку? Я многого не знаю! Он спортсмен?

— Нет. Тренировки только для меня. Я попросила.

— Класс! А кто он тогда? Кем работает? — Вот и что ей ответить на это? Ищейка? Информатор? Собирает компроматы?

— Эни, подойди на секунду, — позвала меня администратор. Спасибо ей огромное! Она буквально спасла меня. Извинившись перед Карлой, я отошла к стойке. Когда вопрос с администратором был улажен, Карлы уже не было. Смена закончилась, и подруга ушла домой. Вот и хорошо. Есть время до следующего раза придумать Дару работу.

Легкой походкой я вышла из ресторана и села в машину. Но на полпути домой я почувствовала зов. Черт! Ну почему? А ведь такой хороший день был! Я отправила Джону сигнал и вылезла из машины. Банши за рулем автомобиля — то еще зрелище.

Обычный проулок, ничем не отличается от других. Ничем, кроме того, что через полчаса здесь произойдет убийство. Опять девушка. Опять просто и жестоко. Совпадение? Или снова ловят меня? Додумать я не успела — из темноты мне навстречу вышел мужчина.

— Ну, здравствуй. — Это было произнесено таким обозленным голосом, будто мне пожелали не здоровья, а сдохнуть в муках. Думаю, именно об этом он и мечтает. Только почему? Приглядевшись к нему получше, поняла — это тот самый мужчина, который убил девушку в лесу. Он был заодно с тем, уже мертвым, нападавшим? И теперь хочет отомстить за его смерть? Тогда мне совсем скоро не поздоровится. И тут, как апофеоз вечера — в проулок заехала машина копа. Черт! Я совсем забыла про него! Ему нельзя быть здесь! Увидев, что я не одна здесь, Джон напрягся и достал оружие. Пока Джон отвлек внимание мужчины на себя, я махала копу, чтобы убирался отсюда, но тот только покачал головой и вышел из машины. Идиот, он же погибнет.

— Так-так, кто тут у нас? — Мужчина стал медленно обходить копа, рассматривая его со всех сторон, как неведомую зверушку. — Помощь пришла? А вы нашли мой маленький сюрприз в лесу?

— Нашли, — сурово ответил ему Джон.

— Понравилось? Я могу еще! Вот ее, — и он показал пальцем на меня.

— Только прикоснись к ней, и я понаделаю в тебе столько дырок, что можно будет лапшу откидывать. Специально для таких, как ты, я припас калибр посерьезнее.

— О, ты мне угрожаешь? Ты всего лишь человечишка, не успеешь и моргнуть, как твое сердце будет биться у меня в руке.

— Попробуй, — ответил Джон, и снял пушку с предохранителя. Щелчок разнесся в тишине, как знак подготовиться к атаке. Напряжение в воздухе можно было ощутить физически.

— Тебе лучше уйти отсюда, — псевдо уверенно произнесла я. Мне было страшно, но нельзя дать понять это, иначе проиграю сразу же. — В любую секунду здесь может появиться Хейдар.

— Так это его метка на тебе? — Презрительно ответил мужчина. — Пронырливый сукин сын. Нигде без него не обходится. Но ничего, когда мне еще представится шанс так отомстить ему. Забрать у него такой козырь, такую игрушку.

— Значит, по-хорошему ты не уйдешь? — Я понимала, что сейчас начнется бойня. Точнее, избиение младенцев. Мы с Джоном мало что можем противопоставить.

— Издеваешься? Конечно, нет! Но я не буду убивать тебя. Сначала я оглушу тебя, а пока ты будешь валяться, убью твоего копа. А потом я зашью тебе рот, чтобы не орала. И воспользуюсь твоей кровью. А, может, продам тебя Талосу. За банши он хорошо заплатит. Но тогда даже я тебе не завидую!

Он говорил, а я холодела от ужаса. Зашьет рот? Продаст какому-то Талосу? Почему-то я была уверенна, что нельзя мне к нему попадать, совсем нельзя. Наверное, он сильный и богатый. И не человек. А значит, все складывается как нельзя хуже. Почему-то в этот момент я подумала о Даре. И я боялась его? Глупая! Демон? Ну и пускай! Сейчас передо мной стоял кто-то намного ужаснее, и не важно, к какому виду он принадлежит. Дело не в видовой принадлежности, а в том какой ты? Теперь я это четко поняла. Только поздно, наверно. Но я не сдамся, буду биться до последнего. Я приготовилась кричать, мужчина напротив меня тоже напрягся, Джон прицелился. И тут в самый центр нашей компании с крыши спрыгнул Хейдар. Теперь, чтобы моему персональному кошмару добраться до меня, нужно справиться сначала с Даром.

— Какие нелюди! Бастиан! — Голос Дара был ленивым, но каждый из нас понял, насколько напускной была эта лень, насколько опасной.

— Ты! Пришел-таки!

— Как видишь. А ты, погляжу, все на чужое заришься. Вот, на мою девочку глаз положил. Даже зная, что она принадлежит мне. Смелый? Или глупый? Думаю, второе, иначе не грозил бы ей Талосом. И да, я все слышал — от начала до конца. Коп, садись на свою пукалку и езжай отсюда, — не отрывая взгляда от Бастиана, сказал Хейдар. И Джон послушался, за что ему огромное спасибо.

— Ты убил Чака. Из-за нее.

— Того лича? Да, он причинил боль моей банши, за что и заплатил.

— Что, теперь и меня убьешь?

— А ты хочешь, чтобы я отпустил тебя после всего, что ты ей сказал? И ведь ты бы выполнил все это! А может, и больше. Так почему я должен оставить тебя в живых?

— Ты же знаешь, что придут другие? Один ты не справишься, ее все равно заберут.

— Я уже слышал это. Не впечатляет. Скажи что-нибудь новенькое. — Бастиан зарычал, глаза засветились желтым. А затем он попытался сбежать. Но Дар был быстрее. На этот раз не было крови — Хейдар просто сломал ему шею. Услышав противный хруст, я поморщилась и отвернулась. Все тело было в каком-то оцепенении. Я только что избежала участи страшнее, чем смерть.

— Эния? Ты в порядке? — Дар осторожно подходил ко мне, будто боялся, что я убегу. Хотя я могла. В прошлый раз я именно так и сделала. Но не теперь. Все изменилось.

— У меня машина тут недалеко. Пойдем.

Я повела его к брошенному у обочины автомобилю. Уже на подходе снова вернула человеческий облик и дрожащими пальцами отдала Хейдару ключи.

— Эй, все закончилось, он больше не потревожит тебя.

— Да, я знаю. Но придут другие. Снова. Кто этот Талос? — Дар завел машину и тронулся.

— Ты уверена, что хочешь знать?

— Да, раз меня обещали ему продать.

— Он демон. Сильный, опасный. И у него есть свои помощники.

— Он сильнее тебя?

— В честном бою, может быть. Но он никогда не дерется честно. У него всегда есть план Б, запасные ходы и козыри в рукаве. Поэтому он до сих пор живой, не смотря на то, что многим перешел дорогу.

— И если я к нему попаду, то…

— Лучше не попадать.

— Дар, он хотел зашить мне рот, — адреналин уходил из крови, и меня начинало трясти, на глазах закипали слезы.

— Я бы не позволил, я был рядом.

— Но я этого не знала.

— Я всегда рядом, Эния. Я же обещал тебе защиту. Ты должна мне доверять.

— Да, но сейчас мне страшно, он хотел… — слезы перелились через край и заскользили по щекам. Дар свернул на обочину и остановил машину, а затем перетянул меня к себе на колени и обнял.

— Все, все, я рядом, не бойся. Страшное позади.

А я все плакала, выплескивая стресс. Сжимала Дара, боясь отпустить и снова остаться одной, без защиты. В его руках было тепло и безопасно. Это все, что мне сейчас было нужно. Я проплакала минут десять, а затем успокоилась и вернулась на свое сидение. Дар завел машину, и мы поехали дальше. Как мне теперь остаться одной в пустом доме? Вздрагивать от каждого шороха и бояться, что это очередной желающий навредить мне. За окном ночь, которая таит в себе кучу опасностей. И я не готова к ним. Не готова одна встретиться с ними лицом к лицу. Мне нужен он, хотя бы сегодня — отогнать кошмары.

— Дар, можно тебя попросить кое о чем?

— Проси все, что хочешь, малышка.

— Можно сегодня переночевать у тебя? Я боюсь оставаться одна.

— Конечно.

На следующем повороте он свернул к лесу. А я смотрела в окно невидящим взглядом и думала о том, как перевернулась моя жизнь за последний месяц. Сколько я потеряла и приобрела. Сколько узнала полезного, и сколько того, чего предпочитала бы не знать никогда. Но жизнь не дает нам события на выбор — она поставляет их комплектом. Надеюсь, в моем комплекте хорошего больше. От плохого уже хочется выть. А день так хорошо начинался.

* * *

Утро наступило быстро. Ночью мне ничего не снилось, поэтому кажется, будто я только что легла. Но, что странно, я чувствовала себя отдохнувшей. Физически. В душе же было как на арене на следующий день после боя. Только вчера тут были крики, эмоции, а сегодня пусто, только уборщица приводит все в порядок к следующему бою. Так и я собирала себя заново. Впускала свежий воздух, чтобы прогнать эту затхлость.

Ночевала я на диване. Он почему-то ассоциируется у меня с безопасностью, стабильностью. Может, потому, что я тренировалась, сидя на нем, когда все еще было хорошо?

Я приняла душ и пошла на кухню. Дар был там, судя по звукам и запахам. Так и есть, мужчина готовил омлет, жарил бекон и варил кофе.

— Привет, — говоря это, он даже не обернулся.

— Как ты узнал, что я здесь стою?

— Почувствовал тебя.

— Как?

— Это не описать словами. Просто чувствовал и все. Иди завтракать.

Я тихо прошла к столу и села. Напряжения между нами не было, но и легкости, как раньше тоже.

— Как спалось? — Спросил Дар, ставя передо мной тарелку.

— Хорошо, спасибо. И за завтрак тоже спасибо. Давно мне никто не готовил.

— Обращайся.

— Диван, на котором можно переночевать, кухня, на которой можно поесть, плечо, чтобы поплакать. Да? — Улыбнулась я.

— Именно так. А теперь ешь.

Разговор прервался до тех пор, пока мы не закончили завтракать. Дар не позволил мне вымыть посуду — забрал прямо из рук, и поставил в машинку.

— Но мне не сложно, — запротестовала я.

— Ей тоже. Это ее работа. Если хочешь чем-нибудь заняться, могу показать тебе оставшуюся часть дома. А точнее, мой кабинет. Тебе понравится.

— Пойдем!

Дар проводил меня по небольшому коридору, идущему из гостиной, к дальней двери. Внутрь я входила, как в страну чудес. Почему-то казалось, что кабинет должен быть чем-то необычным. Так и было. Стол с несколькими мониторами, на которые транслируется запись с разных видеокамер вокруг дома (никогда их не видела) и внутри фальшивой части дома (их, кстати, тоже). Куча сигналов, кнопочек и лампочек.

— Что это?

— Система безопасности. Отсюда я могу управлять всем. Сигнализация, сканеры, потайные двери, камеры, ловушки. Здесь же хранится информация. Отсюда я могу передавать ее и получать деньги — не со всеми сделки проходят лично.

— Напоминает борт космического корабля.

— Я так и знал, что тебе понравится, — рассмеялся он.

— Да. А ловушки? Они тоже есть? А где?

— Несколько на улице, парочка в той части дома, еще парочка на входе в эту.

— Они опасные?

— Конечно! Это же ловушки! Они и предназначены для того, чтобы не дать постороннему проникнуть в дом. А ко мне обычные люди в гости не ходят. Для моих посетителей нужно что-то посерьезнее.

— А я в них не попаду?

— Нет. Они включаются, когда меня нет дома. Или, когда я сам их включаю.

— А если ты не дома, сможешь узнать, что к тебе вломились «гости»?

— Конечно. Мне придет сигнал на телефон.

— Круто! — Восхищенно выдохнула я. — Пентагон в мини-версии. А потайные ходы есть? Ты можешь выбраться из дома в случае чего? Ты же внутри скалы!

— Могу.

— Но как?

— У меня всегда есть запасной план и запасной ход.

— Это хорошо. — Я подошла к рабочему креслу и провела ладонью по кожаной обивке. — Можно?

— Конечно.

В кресло я садилась с каким-то восторгом и удовольствием. Мягкое, оно будто обхватывало мое тело со всех сторон, позволяя удобно устроиться. Да, в таком спина болеть не будет. Тут вообще спать можно! Я с любопытством рассмотрела так называемую «панель управления», записи с камер, прикидывая, где они расположены. Потом крутанулась в кресле, подобрав ноги. Кресло остановилось лицом к Дару, и я посмотрела на мужчину. Он с легкой улыбкой наблюдал за мной, как за ребенком, который увидел интересные игрушки. Сейчас он не был похож на демона. Нет. Это был просто мужчина. Тут я вспомнила, что хотела поговорить с ним. Откладывать разговор не имело смысла.

— Дар, я думала о том, что ты сказал тогда…о нас. И приняла решение. Еще до того, как произошел вчерашний инцидент. В любом случае, я хотела сегодня обо всем тебе рассказать.

— Что ты решила? — Внешне мужчина оставался таким же спокойным и расслабленным, но я видела, как напряглись его скулы, как сжались пальцы, во взгляде появилась напряженность.

— Ты был прав, когда говорил о стереотипности мышления. Даже узнав тебя довольно неплохо, я все равно убежала. Но потом вспоминала твое поведение по отношению ко мне, все твои слова и действия. Не могу сказать, что решение далось мне легко, но приняв его, я почувствовала правильность. Я дам тебе шанс. Дам шанс нам.

Услышав это, мужчина облегченно выдохнул и улыбнулся. Потом медленно подошел ко мне и погладил меня по волосам. Пропустил пряди сквозь пальцы, провел подушечками по щеке, подбородку.

— Только не торопи меня, ладно? Мне нужно заново привыкнуть к тебе.

— Конечно. А можно обнять тебя? — Я хмыкнула. Да, он не будет торопить.

— Можно.

Меня тут же заключили в мягкие, но крепкие объятия. Дар прижимал мою голову к своей груди, вдыхал запах моих волос (я это чувствовала), проводил по ним губами. Другая его рука держала меня за талию, легко поглаживая теплыми пальцами по пояснице. От этих пальцев тепло распространялось по всему телу маленькими мурашками. Приятно. От Дара пахло гелем для душа и одеколоном. Этот запах хотелось вдыхать и вдыхать, впитывать в себя каждой клеточкой, втереть в свою кожу. Я просила его не торопить меня? Теперь я не уверена, что сама не буду торопиться. Как только я оказываюсь в такой опасной близости от этого мужчины, то разумные мысли вылетают из моей головы, как по мановению волшебной палочки.

— Что мы будем сегодня делать? Тренироваться?

— Да, но тренироваться ты будешь без моего чуткого руководства. Я в это время буду занят установкой сигнализации в твоем доме. Сейчас я возьму вещи и поедем.

— Ладно.

Я с сожалением расцепила его объятия и вернулась в гостиную. Дар пришел туда спустя несколько минут, держа в руках какие-то коробки. Мы покинули дом и сели в машину. За рулем был снова Дар. Так меня скоро выселят из собственной машины.

В моем доме было пусто. В том смысле, что никого и ничего лишнего, все вещи на своих местах. Хотя, чего я ожидала? Все, кто знал обо мне, уже не числятся в живых. Дар сгрузил коробки на пол и осмотрелся.

— Так, думаю, ты знаешь, чем тебе заняться. А я осмотрю дом и решу, куда устанавливать датчики.

— Идет.

Я оставила мужчину в гостиной, а сама пошла в спальню. Мне нужно было переодеться для пробежки. Когда я спустилась вниз, мужчины уже нигде не было видно. Я нашла его, когда вышла на улицу. Дар разглядывал окно и что-то прикидывал в уме. Можно быть уверенной — сигнализация у меня будет хорошей! Стоит только вспомнить неприступную крепость Дара, и понимаешь — он ничего не делает вполсилы. Эта мысль меня успокоила, и я побежала вниз к морю. Мне очень понравилось бегать по берегу. Это было тяжелее, чем по утоптанной дороге или асфальту, а значит, эффективнее. К тому же, морской воздух, которым я наполняла легкие, был очень полезен. В ушах играла бодрая мелодия, даря дополнительный заряд энергии.

Когда мой пульсометр оповестил меня о конце тренировки, я пробежала примерно три мили. Ноги были, как ватные, но ощущалось это приятно. Закончила тренировку растяжкой и успокаивающими медленными упражнениями на баланс. А затем, уставшая, но довольная, пошла в душ. Дар возился с кухонным окном.

Душ частично избавил меня от усталости, в гостиную я спускалась веселее, чем поднималась. Устроившись в кресле, я закрыла глаза и расслабилась. Натруженные мышцы с восторгом приняли эту идею. Сейчас концентрация давалась мне легче. Вот они, мои нити силы; уже на шесть больше, чем было изначально. Хочу попробовать вырастить новую линию вокруг груди.

Ниточка сопротивлялась, старалась втянуться назад, но я не позволяла. Лишь глубоко дышала и продолжала тянуть. Начиналась она в районе сердца, и вернуться должна сюда же. Когда я обернула ее вокруг спины и вывела вперед, вдруг стало легче, будто почувствовав «дом», она перестала сопротивляться и ускорилась. На последних дюймах она будто выстрелила и быстро достигла нужного места. Я вздохнула, мысленно провела ладонью по лбу, стирая невидимый пот, и открыла глаза. И вскрикнула. Передо мной на журнальном столике сидел Дар, изучая меня.

— Господи, Иисусе! Ты же меня в гроб вгонишь! Разве можно так пугать?

— Ты не слышала, как я подошел, хотя я не старался быть тише.

— Ты и так ходишь, как кот! К тому же, я была немножко не здесь.

— И как успехи?

— Хорошо. Новая нить. Вокруг груди.

— Да, ее стоит защищать, — одобрительно покачал головой Дар, только вот блеск в глазах и изгиб губ показали, что он имел в виду нечто другое. Я тут же прикрыла руками грудь, давая понять, что разгадала его тайный смысл, на что мужчина только тихо рассмеялся.

— А как у тебя успехи?

— Пойдем, покажу.

Дар взял меня за руку и повел за собой наружу. Выйдя за дверь, мы остановились и развернулись.

— Вот, здесь стоит датчик открывания. На окнах тоже стоят такие датчики. Как только ты отключаешь сигнализацию, чтобы войти, перестает работать только этот датчик и датчики инфракрасного движения, установленные в комнатах. Датчики открытия на окнах по-прежнему будут работать. Сейчас осень, не настолько тепло, чтобы ты открыла проветрить и забыла про них. Но, если тебе все же понадобится открыть окно, нажмешь на вот эту кнопку (в моих руках появился маленький пульт) и снимется сигнализация с ближайшего окна. Не забудь потом снова включить ее. И еще не забывай на ночь включать всю сигнализацию. А вообще, лучше вновь включать ее, как только вошла в дом. Если в твое отсутствие сработает сигнализация, то тебе на телефон придет уведомление об этом. И мне. Если система сработает, когда ты рядом — допустим, ты забыла что-то отключить, и открыла дверь, то наберешь на табло цифровую комбинацию, и сигнализация выключится. Все понятно?

— Вроде да. Если что, позвоню тебе.

— Звони. Я тебе еще оставлю руководство к сигнализации, общие вопросы ты найдешь там.

— Хорошо, спасибо огромное. Чувствую себя, как в Белом Доме! Или в каком-нибудь охраняемом объекте.

— Так и нужно. Ты должна быть в безопасности.

Он сказал это так обыденно и просто, будто никогда даже не допускал иного варианта. Я улыбнулась и чмокнула его в щеку. Да, по-детски, но именно этого мне и хотелось. Ощущения, как у первоклассницы, которой понравился мальчик. Дар только улыбнулся и легонько потрепал меня по волосам.

— Я должна тебе ужин!

— Ничего не имею против.

— Как ты относишься к мясу на гриле?

— Эльфенок, я — мужчина! Как я могу относиться к мясу?

— Вопрос исчерпан, — я усмехнулась и пошла на кухню.

Спустя час я сервировала стол, а Дар открывал бутылку красного вина. Мясо на гриле, овощи и закуски стояли на столе, мороженое ожидало своего часа в холодильнике. Готовить вдвоем оказалось довольно интересно. Мы шутили, смеялись, брызгали друг на друга водой. Теперь же атмосфера изменилась, стала более загадочной, таинственной, тягучей. Это походило на свидание. Наше первое свидание. Черт, эта мысль заставила меня немного понервничать. Пока я была в своих мыслях, Дар разлил вино по бокалам и молча смотрел на меня. Я нервно облизнула губы, что не уклонилось от внимания мужчины. Уверена, мои щеки в этот момент стали на пару тонов краснее.

— Давай выпьем за то, чтобы эта сигнализация мне никогда не пригодилась, — решила я направить беседу в безопасное русло.

— Нет, это не тот тост, за который я хотел бы выпить. — Черт, не прокатило. — Давай выпьем за нас. Чтобы наше сотрудничество было долгим и плодотворным.

Мое дыхание немного сорвалось. О чем он сейчас? Если судить по словам — о нашей взаимопомощи и взаимовыгоде. Но, если смотреть в его глаза…они говорили совсем о другом сотрудничестве. Пока я размышляла над этим, Дар медленно поднес свой бокал к моему, раздался тоненький «дзинь». Потом губы Дара приоткрылись, встречая кромку бокала. Да, я отмечала для себя все это, так как смотрела именно на его губы и не могла оторваться. И, вероятно, Дар понял это. И кто бы не понял? Даже температура в комнате, кажется, поднялась на несколько градусов. Я немного резко поднесла свой бокал и выпила вино. А затем с трудом отвела взгляд и принялась за еду. Это отвлекло меня на некоторое время и помогло вновь собраться с мыслями. Дар, как и обещал, не торопил меня. Нет, он играл намного тоньше и незаметнее. Он собирался вынудить меня делать шаги навстречу. Хитрый, да? Что ж, я принимаю твои условия игры.

Я легким движением закинула ногу на ногу, приняла более расслабленную позу, аккуратно отрезала кусочек мяса и поднесла его к губам. Немного приоткрыла губы, а потом провела ими по вилке. Взгляд мужчины залип на этом жесте, сделался тяжелее. Я видела это боковым зрением, но желания рассмеяться не было — я играла хорошо. Поднесла бокал вина и немного отпила, а затем слизнула капельку вина с губ. У Дара дрогнули ноздри — дыхание стало тяжелее и чаще, пальцы сильнее сжались на вилке. Ох, милый, а ведь, впереди еще мороженое. Ты сполна заплатишь за свою игру.

Дальше мы ели молча, Дар пару раз пытался меня отвлечь тостами и поглаживаниями пальца по бокалу. Но куда ему до меня? Я женщина! Искусство обольщения у меня в крови и мужчине не справиться со мной в этом.

Когда с основным блюдом было покончено, я забрала тарелки и принесла мороженое. Дар усмехнулся, увидев вишенку наверху. Спустя мгновение ему было не смешно. Я подняла свою вишенку за хвостик и аккуратно взяла ее губами. Дар тяжело сглотнул. Его глаза горели! Затем вишенка исчезла во рту, а через секунду на хвостике осталась только косточка. Я с невинным видом отложила ее в сторону и взялась за ложечку. Зачерпнула немного мороженого и отправила в рот, предварительно перевернув ложечку мороженым вниз. Когда я вытаскивала ложечку изо рта — провела по ней языком. Дар рвано выдохнул и опустил взгляд в свою вазочку с мороженым. Он был полностью и абсолютно повержен.

Дальше я решила не мучить Дара и нормально доела мороженое. Как только ужин закончился, мужчина сказал, что не может дольше остаться — ему очень нужно уйти по делам. И под этим предлогом быстренько исчез. Я терпела почти минуту, а потом расхохоталась. До слез! Просто сползла на пол, держась за живот. Когда приступ смеха утих, встала и поставила дом на сигнализацию.

Глава 14

Это утро для Дара отличалось от других. Сегодня в его доме ночевала Эния. Конечно, не так, как мужчине хотелось бы, но и это уже много. Поэтому, ожидая ее пробуждения, мужчина готовил завтрак.

После еды был осмотр дома — хотелось отвлечь девушку от тяжелых мыслей, позволить расслабиться. Кабинет впечатлил ее, Эния так мило смотрелась в его кресле, так хорошо туда вписывалась.

А затем разговор и долгожданный ответ — да, у него есть шанс. Желание обнять малышку было сильнее, чем что бы то ни было, поэтому мужчина прижал ее к себе. И это было так хорошо — просто стоять и держать ее в руках. Такую мягкую, нежную, ласковую.

Поездка к ней домой, установка сигнализации; не смотря на занятость, мужчина постоянно отслеживал местоположение девочки. А когда закончил, пришел к ней в гостиную. Эния сидела с закрытыми глазами, погруженная в себя, расслабленная, будто спала. Хотелось прикоснуться к ней, перетащить к себе на руки и не выпускать. Не сейчас, еще будет время. Как она вскрикнула, увидев его. Но сразу расслабилась, не боялась, не испытывала неловкости. А потом был осмотр результатов. Дар объяснял девушке, как пользоваться своей системой безопасности. Конечно, он не сказал малышке, что установил еще несколько скрытых камер на улице — по стенам и на крыше. Теперь изображение с них будет идти Дару на монитор. Как только кто-то приблизиться к дому на расстояние нескольких метров, у мужчины в кабинете сработает сигнал. Так он сможет отследить посетителей. Возможно, кто-то будет присматриваться к дому, но не подойдет близко, не попробует вскрыть. Слишком много врагов, чтобы оставлять хоть какую-то лазейку.

Ужин. Это был его персональный ад. Дар видел, как взгляд девочки задержался на его губах — именно та реакция, на которую мужчина рассчитывал. Но его раскрыли. Иного просто не могло быть. Малышка моментально изменилась, стала более соблазнительной. Все движения были женственными, грациозными…провоцирующими. Дару стало тяжело дышать, когда он видел эти губы, обхватывающие вилку. Но хуже всего стало, когда эта маленькая бестия принесла мороженое. Мужчина хотел вырвать эту чертову вишенку, и заменить ее своими губами. А как она облизывала ложку. Дар едва сдерживал стон. В штанах давным-давно было тесно и неспокойно. Но приходилось сидеть и терпеть, делая вид, что не замечает ее игры. И, ведь, сам виноват! И теперь расплачивается. Видимо, девочка пожалела его, и остаток мороженого был съеден обычным способом. Как только позволили приличия, Дар сослался на срочные дела и дал деру. Он боялся, что не выдержит. Его самоконтроль трещал по швам, грозя рассыпаться на мелкие кусочки. Тогда он просто выдернет девчонку из-за стола и заткнет ей рот поцелуем. И им все не ограничится! А делать этого сейчас никак нельзя, еще один шанс ему никто не даст. Черт!

Холодный вечерний воздух немного привел в себя мужчину. Но окончательно его спасти может только холодный дух. Правда, благими намерениями, как говорится… Расслабиться не получилось. Точнее, не так, как он изначально планировал. Как только мужчина снял одежду и залез в душ, картинки совместного ужина снова наполнили голову. И, утихшее было, возбуждение вернулось снова. Да твою же мать! И Дар сделал то, чего не делал, кажется, с подросткового возраста — обхватил рукой член и начал двигать. В голове мелькали воспоминания о губах и языке маленькой чертовки, от этого возбуждение скручивалось еще сильнее. Разрядка была близко, но не наступала. И тогда мужчина закрыл глаза, представив рядом Энию. Что это не он сам, а она касается напряженной плоти. Этого хватило, чтобы наслаждение взорвалось внутри. Дар со стоном прижался к холодной стене, сильнее сжимая плоть, усиливая удовольствие. Когда ощущения утихли, мужчина вернулся под струи воды и усмехнулся. В тишине ванной комнаты его голос прозвучал многообещающе.

— Малышка, ты за это заплатишь.

* * *

Сегодня утром я шла на работу в прекрасном настроении. Благодаря охранной системе, я чувствовала себя снова в безопасности и не боялась заснуть. В ресторане меня ждала любопытная Карла, которая не могла не заметить мою улыбку.

— Ну, как все прошло?

— Хорошо.

— И все? А где подробности?

— Вчера у нас было свидание. Мы ужинали.

— Где?

— У меня дома.

— Интересный выбор места. Ты сама пригласила его?

— Ну, у меня была тренировка, а потом я оставила его поужинать.

— И как?

— Весело.

— Весело? Почему весело?

— Скажем так, я проверяла его выдержку. Но он сам виноват. Нечего было так сексуально пить вино! — С Карлой я могла поболтать обо всем, не боясь, что меня поймут неправильно. Обо всем, кроме моей второй сущности, конечно.

— Точно! Вообще сволочь! — Возмутилась она, и мы обе рассмеялись.

Сегодня завтракать в ресторан пришло довольно много людей, поэтому поболтать времени не хватало — лишь обменивались фразами, когда встречались на кухне, или пересекались в зале. Время летело незаметно, столики занимались и пустели, мелькали люди, улыбки, слова. Затем количество посетителей уменьшилось, а к концу смены (позднему обеду) снова возросло. Боковым взглядом заметила, что за один из «моих» столиков сел мужчина. Но как только я увидела его лицо — замерла. Я знала его! Попросив Карлу принять заказ с его столика, я написала Дару сообщение — «в ресторане сейчас сидит мужчина из моего видения». Пока я занималась другими столиками, относила заказы, не заметила, как в ресторан вошел Дар. Не колеблясь и секунды, он подошел к тому мужчине и сел за столик. Боже, а если он сейчас что-то сделает прямо здесь? Как раз в этот момент Карла вынесла заказ.

— Карла, это на восьмой столик?

— Да, тому мужчине, а что?

— Дай, я отнесу? Я потом тебе объясню.

— Конечно, бери!

Она отдала мне поднос с блюдом и пошла за другим заказом. Я же направилась к злополучному столику. Поставив тарелку на стол, перевела взгляд на Дара.

— Чарльз, будь добр, больше не пугай мою девочку, — услышав это, я чуть не выронила поднос. И среагировала я не на «мою девочку» — пусть называет, в таких случаях принадлежность спасала мне жизнь. Я удивилась легкомысленному голосу Дара. Он разговаривал с этим Чарльзом свободно, без потаенных угроз и намеков. Мужчина же среагировал именно на эту принадлежность! Он перевел на меня изучающий взгляд, от которого я поежилась, а потом сильно удивился. Очень сильно.

— Я всегда знал, что ты везучий сукин сын, но чтоб настолько? Где отхапал себе такую жемчужину?

— Нечаянно натолкнулся.

— Да ладно? Заливаешь!

— Серьезно! Стал случайным свидетелем.

— А другой такой в городе нет? Я бы пригрел.

— Никто и не сомневается в тебе и твоих согревательных способностях. — Я стояла и хлопала глазами, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Что здесь вообще происходит?

— Малышка, а может, ты уйдешь ко мне? Я лучше него! — Не успела я ответить, как услышала рычание со стороны Дара. А вот теперь мы с Чарльзом смотрели во все глаза на Дара. — Да чтоб у меня глаза повыпадали! Поверить не могу! Кто ты и что сделал с моим другом?

Другом? Так они друзья? Вот, как тот кинжал попал в руки Дару. Он же говорил, что у него есть друзья, хоть мне и не особо верилось в это. И теперь этот друг сидел перед нами и ошеломленно взирал на Дара.

— Лучше не надо, — ответила я Чарльзу.

— Что не надо? — Не понял он.

— Глаза. Это не добавит аппетита посетителям за соседними столиками. А если они убегут, то я не получу чаевых.

— Я сам заплачу тебе. — Мне одной кажется, что у нас разговор двух умалишенных? — Когда еще я увижу этого заносчивого засранца в таком положении? Вот это у меня поводов для смеха! На ближайший год хватит! Демон втрескался в банши по самые яйца!

Теперь у меня глаза чуть не повыпадали. За соседним столиком закашлялись. Блин, у него совсем нет фильтра между головой и языком? Я обернулась к девятому столику и увидела женщину, глядящую на нас с испугом.

— Компьютерные игры, — сказала я первое, что пришло в голову. — Фэнтези. Он играет за демона, я за банши.

Женщина выдохнула и расслабилась, а затем укоряюще покачала головой, мол, молодежь дурная пошла. Я пожала плечами и повернулась назад к нашему столику. Дар сверлил взглядом ухмыляющегося Чарльза. Так, вроде здесь все в порядке, можно вернуться к делам. Зря я это подумала.

— Кстати, а где та девушка, что приняла у меня заказ? Я бы продолжил с ней знакомство в другом месте. — А вот тут уж я не выдержала.

— Только прикоснись пальцем, и я его тебе сломаю! А затем оторву все, что болтается и мешает думать.

Теперь мужчины удивленно уставились на меня. Дар рассмеялся, а Чарльз инстинктивно прикрыл руками то, что «болталось».

— Дар, ты ее не удовлетворяешь что ли? Чего она такая злая?

— И почему я тебе в стейк не плюнула? — Сокрушительно покачала я головой. Мужчина отодвинул тарелку с мясом подальше от меня, вызвав смех Дара.

— Милая, у тебя еще не кончилась смена, — подтолкнула меня в сторону кухни проходящая мимо Карла. Черт, я совсем забыла!

Я обслужила еще несколько столиков, а затем выдалась свободная минутка. Карла тут же ей воспользовалась.

— Я, конечно, понимаю, что мужское внимание приятно каждой женщине, но ты вроде уже занята? — При этих словах Чарльз заинтересованно посмотрел в нашу сторону. Судя по напрягшимся плечам Дара, он тоже слушал, хоть до них и было несколько метров. Нелюди, чтоб их с таким слухом! Подслушиваете? Получите!

— Ага, и мой арендатор как раз сидит за тем столиком.

— Да ладно? Тот, который пришел позже?

— Да. — Главное, чтобы Карла не сказала ничего такого, что заставило бы меня краснеть. Она же не знает, что мужчины внимательно нас слушают.

— Красавец, поздравляю! А как он в постели? — Чееееерт! Ну и что мне ответить? Тем более, мой ответ слушают с повышенным вниманием.

— Ты не захочешь знать, — Дар немного вздрогнул, Чарльз перевел взгляд на друга — в его глазах начинали проскакивать смешинки.

— Что, все так плохо?

— Вообще печаль! — Я с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Чарльз откровенно издевательски и одновременно сочувственно смотрел на Дара. А Дар сжимал кулаки. Я же его только что опустила ниже плинтуса. Как мужчину. — Да шучу я!

Я, наконец, дала волю себе и рассмеялась. Лицо Карлы отразило возмущение, она слегка ударила меня по руке.

— Я же серьезно!

— Мы с тобой потом поговорим об этом, если хочешь.

— Ладно. А второй кто?

— Его друг.

— Ничего такой друг. — «Друг» при этих словах даже приосанился. Ничего, и тебя поставим на место.

— Не советую!

— Почему? — На лице Чарльза тоже был написан этот вопрос. Большими буквами. Вместе с возмущением.

— Он тот еще бабник! Не мужчина — мечта венеролога! — Карла с ужасом посмотрела на Чарльза, который пытался справиться с шоком от такой характеристики. И только Дар мстительно хихикал.

Так закончилась наша смена. Карла стороной обошла Чарльза и скрылась в машине, помахав мне на прощание. Я же теперь должна была встретиться с двумя «обласканными» мной мужчинами.

— Это почему я мечта венеролога? — Таким вопросом меня встретил разгневанный и обиженный мужчина.

— Да, мне тоже хотелось бы узнать про печаль, — добавил Дар.

— А нечего подслушивать чужие разговоры! Кто подслушивает, тот хорошего о себе никогда не услышит!

— Что же нам делать? Мы не можем выключить слух, как тумблер.

— Хотя бы сделать вид. Вы же открыто слушали и не скрывали этого.

— Жестокая ты. Точно Дар не справляется.

— Ничего, мы с ней поговорим потом на эту тему. И, если понадобится, обновим воспоминания. Чтобы не было недопониманий, так сказать. — Кажется, я попала.

— Ладно, мальчики, развлекайтесь, а я поехала домой. У меня еще тренировки.

* * *

На следующее утро мой сон прервал звонок. Дар. На часах была половина девятого. Не даст поспать нормально.

— Да? — Мой хриплый голос ясно давал понять, что мужчина мне очень помешал. Я какой-то сон видела интересный, только не помню, о чем он.

— Вставай, у нас тренировка.

— Я вчера тренировалась.

— То было вчера. А это сегодня. Подымайся и приезжай, я засекаю время.

Изверг! Со стоном я поднялась с постели и потянулась. Быстрый душ, яблоко, чтобы съесть по дороге, и я уже готова ехать.

Мужчина ждал меня у своего дома. На нем были серые спортивные штаны и обтягивающая майка. Она не скрывала рельеф мышц Дара. Совсем. Это дало мне лишний повод пройтись глазами по его фигуре. И как ему не холодно?

— Так, начнем с приемов и стоек. Поехали!

И мои муки вернулись. Я по-прежнему не могла устоять на ногах дольше двадцати секунд, правда блоки ставила исправно. Не всегда только их хватало. После четырех укладываний на спину я попросила пощады. Дар подал мне руку и поднял. А затем отряхнул от налипшей травы и листьев. Но как он это сделал! Несколько раз проведя ладонью по моей попе! Но лицо оставалось абсолютно невозмутимым при этом. Может, я просто выдумываю, и он сделал это без заднего умысла? Затем пошло повторение стоек и ударов. Хейдар учил меня новым движениям, направляя, помогая принять правильное положение тела. И постоянно трогал меня. Вроде, ничего лишнего не позволял, но не покидало ощущение, что со мной играют. Во время очередного нападения он резко развернул меня и прижал спиной к своему животу. При этом руки мои были зажаты таким образом, что я сама себя обнимала. В таком положении я прочувствовала спиной все мышцы живота Дара. Но не это самое страшное. Дар упирался пахом в мою попу. И вот это не давало мне покоя. Хотелось отодвинуться, но это было невозможно.

— Ты захвачена врагом. Твои дальнейшие действия? Как освободишься? — Говоря это, Дар цеплял губами мочку моего уха, что посылало мурашки по всему телу. Я попробовала ударить его ногой назад — не вышло, укусить тоже не получилось — мужчина просто сместил руки ниже к животу. Я попробовала ударить затылком назад — он просто отвел свою голову в сторону. Черт! В отчаянии я просто забилась в его руках, пытаясь сделать хоть что-то. От этого движения я только сильнее потерлась о Дара своим телом. Включая попу. Блин! Что же мне делать? Запах мужчины окутывал меня со всех сторон, заполняя легкие, мешая рационально думать.

— Я не могу, — мой голос оказался хриплым.

— Что не можешь? — Выдыхаемый мне в шею воздух порождал еще больше мурашек по телу.

— Освободиться.

— Ты еще не пробовала.

— Пробовала. Не получается.

— Когда на кону будет твоя жизнь, ты тоже так сдашься?

— Нет.

— Тогда, в чем дело? Бейся так, будто на кону твоя жизнь. Или что-то другое очень ценное.

В ответ я резко подняла ноги, повиснув в его руках. Дар не ожидал этого, что позволило мне немного спуститься вниз в его руках. Затем, я резко отвела ногу назад, подставляя мужчине подножку, и встала, отталкивая его назад. Хейдар попытался сделать шаг назад, чтобы удержать равновесие, но споткнулся о мою ногу и мы упали. На земле произошла небольшая потасовка, когда я пыталась освободиться, но меня подгребли назад. Теперь я лежала на животе, а Дар удерживал мои руки над головой, прижимая меня к земле собой.

— Хорошая попытка. А как ты поступишь теперь?

Я уткнулась лбом в землю, пытаясь отдышаться. Трение о тело этого мужчины не оставило меня равнодушной. Где-то внутри проснулось желание. Уже хотелось самой прогнуться и потереться об него, но я сжимала зубы и терпела.

— Ты выиграл. Я ничего не могу сделать.

— И попыток больше не будет?

— Нет. Не могу.

— Что ж, на сегодня достаточно. Ты молодец.

Он поднялся и помог встать мне. В его глазах блестело удовольствие от происходящего. Да, я получила сдачи. Ну что, Хейдар, один-один, ничья.

— А теперь пробежка. Ты как раз достаточно согрелась.

— Издеваешься?

— Ничуть. Я побегу с тобой до озера.

— Изверг.

Не дожидаясь его ответа, я побежала. Дар подстроился под мой бег и не торопил меня, за что ему спасибо. В этот раз бежалось намного легче. К тому же, дистанция здесь меньше, чем я бегала по берегу. Вернулись мы довольно быстро.

— Что теперь? — Я пыталась отдышаться, уперев руки в бока.

— Душ, а затем будешь дальше выращивать силу.

— Пойдем.

Дар, как джентльмен, пропустил меня в душ первую. Одела я снова его штаны с футболкой. Пока он принимал душ, я выпила воды и устроилась на диване. Уже хотела начать концентрацию, когда мужчина вошел в гостиную и непринужденной походкой прошел на кухню. И все бы ничего, если бы он не был в одних штанах, а по груди не катились капельки воды. Вся расслабленность исчезла из меня в ту же секунду. Взгляд против воли проследил мокрые дорожки на торсе, оценил рельеф. Черт, я боялась закапать слюнями весь диван. Тело Хейдара было настолько совершенным, натренированным и соблазнительным, что хотелось провести пальцами по нему…и не только пальцами.

Пока я приходила в себя, мужчина вернулся ко мне со стаканом молока, и сел рядом. Мышцы торса играли при движении, заставляя отвлекаться на них.

— Почему сидим без дела?

Сказала бы я, каким делом сейчас занялась бы с удовольствием. Но не могу. Поэтому с глубоким вдохом закрываю глаза и пытаюсь выбросить из головы увиденные картины. Получается не очень, концентрация дается тяжело, нить выскальзывает.

— Не могу, я устала.

— Сейчас ты используешь то, что не использовала во время тренировки — голову. Она не могла устать. Давай, помогу. — Он поставил пустой стакан на столик и поднялся с дивана. Обойдя его, Дар распустил мой хвостик и пропустил пряди волос сквозь пальцы. А затем начал делать массаж головы. Вот тут я еле сдержала стон. О какой концентрации может идти речь? Его пальцы медленно проводили по коже, слегка нажимая, перебирая волосы. И это было настолько приятно, что хотелось мурлыкать. Затем руки стали разминать шею и плечи.

— Ты такая напряженная. Расслабься.

Легко ему сказать! Я бы посмотрела на него в этой ситуации. Удивляюсь, как я еще не потерлась о его руки. Они дарили такое наслаждение, что не хотелось ни о чем думать, ничего не контролировать и не скрывать. И пусть делает, что хочет. Но, опять же, нельзя. От которого я скоро буду скрипеть зубами.

— Так легче? — Он провел по голове, приглаживая волосы, а затем вернулся на диван.

— Да, спасибо. Не пробовал работать массажистом? Заработал бы кучу денег.

— О, мои таланты признали? Обращайся, когда нужно будет еще что-нибудь помять, — он подмигнул мне, ухмыляясь. В этом весь Дар.

— Спасибо, буду иметь в виду.

Теперь, когда я закрыла глаза, концентрация, действительно, далась намного легче. Я буквально скользнула в нужное состояние. Теперь все получалось. Нити слушались, охотнее тянулись. Я сделала новый круг вокруг груди, а затем снова открыла глаза. Дар все так же сидел на диване и смотрел на меня. Даже когда я поймала его на этом, он не отвел взгляд.

— Что?

— Я вот думаю.

— О чем?

— Что хочу кое-что сделать.

— Что?

— Вот это.

Он наклонился и поцеловал меня. Легко, чуть разжимая губы, но этого хватило, чтобы меня прошибло желанием от макушки до кончиков пальцев. Дар поглаживал ладонью мою щеку, а потом зарылся пальцами в мои волосы. Его губы были мягкими, вкусными, поцелуй хотелось продолжать бесконечно. Но мужчина первым оторвался от меня и уткнулся лбом в мой лоб, возвращая дыхание. Только сейчас я поняла, что мои руки обнимают его за шею. Когда я успела?

Когда Дар отстранился, на его лице играла легкая улыбка. Без сарказма, усмешек, хитрости — чистая радость. В ответ я тоже улыбнулась. Это было своеобразное перемирие. Не знаю, надолго ли, но сейчас мы выкинули белые флаги. Возможно, завтра будет новый бой, но пока мы могли расслабиться.

* * *

На следующий день у меня был выходной, в который мне все так же не дали выспаться. Ровно в половине девятого Дар позвонил снова.

— Чего тебе, изверг?

— У тебя тренировки, помнишь?

— Дай мне выспаться, я позже приеду.

— Нет, сейчас. Иначе я приду и вытащу тебя из постели в чем есть.

— Ты чего злой такой по утрам?

— Я совсем не злой, я волнуюсь о тебе, твоей безопасности.

— Ага, я так и подумала. Скоро приеду.

Ну, ты сам напросился! За окном была удивительно теплая погода, светило солнце, щебетали птицы. Отличный день для маленькой мести. Вчера Хейдар издевался надо мной, а сегодня мы поменяемся ролями. Перемирие окончено. Второй раунд.

Я достала из шкафа короткие шорты «а ля трусы», топ, майку, завязала волосы в хвостик. Моим быстрым завтраком по-прежнему было яблоко. В машине громче включила ритмичную музыку и поехала, подпевая и немного подтанцовывая.

Дар все так же ждал меня на лужайке у дома. Но он никак не ожидал, что я выйду в таком виде! На миг он застыл, оглядывая мои ноги пристальным изучающим взглядом. Я сделала вид, что ничего не замечаю.

— Доброе утро, бука.

— Кто? — Удивился мужчина.

— Бука. Тот, кто бурчит с самого утра.

— Но я не бурчал.

— Еще как бурчал. Но я, наверное, тоже бурчала, если бы мне нечем было заняться ранним утром. Какая скука.

— А чем же ты занималась? От чего я тебя оторвал? — Он подошел ближе ко мне. Между нами оставался лишь шаг. Я преодолела этот шаг и наклонилась губами к уху мужчины. Дар замер.

— Я сладко спала, — прошептала я. И потом вернулась в нормальное положение и сказала обычным голосом. — С чего начнем?

— С бега. Потом будут стойки и приемы.

— Надо хоть размяться, а то мышцы деревянные.

— Вперед!

Дар даже не подозревал, на что только что дал согласие. Сначала все было невинно — шея, голова, руки. Потом пошли движения грудью и бедрами, прогибы и приседания, наклоны и выпады. Вот тут Хейдар залип. Мои шорты ничего не скрывали. Все изгибы были прекрасно видны его глазам, и я отчетливо ощущала взгляд мужчины на себе. Там, где он задерживался, кожу покалывало. И Дар не стеснялся в осмотре. Когда разминка была окончена, я позвала Дара бежать. К моему удивлению, он отказался. Сказал, что ему нужно кое-что сделать в доме. Он будет ждать меня тут. Хм, ну ладно.

Вернулась я мокрая и запыхавшаяся. Дар, как и обещал, ждал меня на поляне.

— Становись в стойку.

— Сейчас. — Внимание, второй шаг! Медленным движением я взялась за низ майки и потянула ее вверх, снимая. — Так жарко сегодня.

Я стала в нужное положение, ожидая, когда Дар сделает свой ход. Прокашлявшись, мужчина подошел ко мне. А дальше было форменное издевательство друг над другом. Мужчина пытался заблокировать меня, проводя руками по голой коже, в отместку я иногда терлась об него. В эти моменты он резко втягивал воздух сквозь зубы. Что, не по себе твое же оружие? Закончили мы тренировку в известном положении — я лежала на земле, руки и ноги удерживались мужчиной. Но я не чувствовала себя проигравшей. Мы с Даром оба тяжело дышали, и неизвестно от чего больше — от усталости или возбуждения. В этой игре у нас постоянно была ничья.

Глава 15

Еще две недели прошло в режиме тренировки-соблазнение-перемирие. Дар забирал меня после поздних смен и провожал домой. Иногда мы сидели и смотрели фильм, как обычная парочка. Все было тихо и спокойно. Я привыкала к Дару, к его рукам, его вниманию и улыбкам. Начинала воспринимать его своим. В это было трудно поверить, но я старалась.

Сегодня же у меня была утренняя смена, и мы с Карлой решили прогуляться. Чисто женский вечер, состоящий из шоппинга, кино и кафе. Приятно было для разнообразия побыть посетителем, а не официантом. С первыми двумя пунктами программы было покончено, и сейчас мы заканчивали третий — выходили из кафе. За ужином мы поболтали о женском, обсудили мужчин — все, как всегда. Обычная женская посиделка, но такая важная. Мы с Карлой становились хорошими подругами, и это было очень ценно для меня.

На часах уже была половина двенадцатого, поэтому мы уставшие медленно шли к парковке. Кафе, в котором мы отдыхали, находилось внутри сквера, поэтому машина осталась у ворот. В сквере в такое время уже никого не было, только мы, шагающие по аллее в свете вечерних фонарей. Я никак не ожидала того, что произошло дальше. Я почувствовала зов. А рядом Карла! И все бы ничего, я бы придумала что-то, отдала бы ключи от машины, но…зов был связан с ней. Умереть должна была моя подруга. Я перевела отчаянный взгляд на ничего не подозревающую девушку, а затем достала из кармана телефон и нажала тревожную кнопку. Дар специально для непредвиденных случаев сделал смс-вариант просьбы о помощи. Дальше все произошло так быстро, что я не сразу поняла произошедшее. Карлу буквально снесло с тротуара неизвестной силой. Точнее, так выглядело для обычных людей. Я же знала, что ее забрали. Еще никогда я не перетекала во второй свой образ так быстро. И происходило это уже на бегу. След привел меня в дальнюю часть сквера, куда не доставал свет фонарей. Меня ждали. Снова чья-то жизнь была под угрозой только ради того, чтобы поймать меня. На поляне стоял мужчина в плаще, прижимающий испуганную Карлу спиной к себе, и зажимая ей рот. Высокий, темноволосый, с короткой стрижкой и перебитым носом — этот мужчина был мне не знаком. На его лице было написано такое удовольствие от происходящего. Чего нельзя было сказать о моей подруге. Она расширенными от ужаса глазами смотрела на меня. Узнавание и шок. Неизвестно, кого она теперь боялась больше. Прости меня, подружка, я не могла тебе сказать.

— Ну, здравствуй, девочка.

— Отпусти ее и сможешь уйти отсюда живым, — я говорила серьезно. Уверенна, Дар скоро будет здесь, да и я слишком зла, чтобы щадить этого мужчину. Когда дело касается дорогих мне людей, я буду бороться до последнего, вгрызаться во врага, если нужно. Мужчина в ответ на мои угрозы лишь расхохотался.

— Что ты мне можешь сделать?

— Ты думаешь, что первый такой умный, кто хотел заполучить меня себе? Нет, ты третий! А знаешь, где предыдущие двое? И в каком виде они туда отправились? — Мужчина лишь недовольно сморщился, а Карла готова была от ужаса упасть в обморок. Ее кожа была землистого цвета. Это я видела даже в темноте.

— Видимо, я оказался умнее. Ты ничего не сможешь сделать мне, пока у меня в руках твоя подружка. Один шаг и я сломаю ее прекрасную шейку.

— Что тебе нужно?

— Ты. — При этих словах Карла почему-то замычала в его руку и задергалась. А в следующий момент меня сзади схватили и зажали рот. Мужчина напротив лишь счастливо рассмеялся. Я дергалась, пытаясь выбраться, но ничего не получалось. Одни руки держали меня, а другие заклеили рот скотчем, после чего я почувствовала на запястьях веревку. Сейчас меня поймают, Карлу убьют, а Дар не успеет добраться сюда и спасти нас. В этот момент все зависит от меня. Я вспомнила все, чему меня учил Дар, и начала действовать. Удар затылком в чье-то лицо, затем упасть, сделать подсечку, подняться и ударить ближайшего нападающего между ног. Пока один мужчина держался за разбитый нос, а другой сжимал пах, я напряглась и попробовала расслабить или разорвать веревку. Мне повезло, меня не успели завязать крепко, веревка была затянута не туго, что позволило ее расслабить. Воспользовавшись этим, я из положения лежа провела связанные руки за бедрами и ногами. В итоге мои руки оказались впереди. Тут же я сорвала с лица скотч и закричала со всей силы. Мужчины на земле зажали уши и попытались встать, чтобы заткнуть меня. Но им не пришлось это делать. Услышав сдавленный крик Карлы, я замолчала сама.

— Еще раз откроешь рот, я убью ее, поняла?

В ответ я зарычала. Да, это было в первый раз, но никто и никогда еще меня так не выводил. Мои нападающие попытались снова поймать меня, но я успевала сменить положение или отбить удары. Дар, где же ты? В этот момент один из мужчин смог зайти мне за спину и схватил со спины. Второй попытался подбежать спереди, но я резко подняла ноги и оттолкнула его. Затем схватилась за удерживающие меня руки и провернулась в них, оказываясь лицом к мужчине. Он не ожидал от меня такого, поэтому был не готов к тому, что я со всей силы укушу его за шею. С криком меня оттолкнули. Сзади послышались другие крики и бульканье. Я резко обернулась, страшась увидеть оседающую Карлу и ее пустые мертвые глаза. Никогда себе этого не прощу. Но вместо этого там бушевал мой личный демон. Девушка лежала около дерева и, по виду, на ней не было травм. Наверное, потеряла сознание от переизбытка эмоций. Дар быстро разобрался с нападавшими, и повернулся ко мне. Его глаза снова горели красным, но теперь я не боялась. Я видела в его взгляде страх за меня и заботу. Мужчина подбежал ко мне и упал на колени.

— Ты в порядке? Цела?

— Да, все хорошо, ты вовремя.

— Не совсем. — Он с отвращением глянул на висящие веревки на моих запястьях, и осторожно развязал их.

— Как Карла? Она в порядке?

— Да, только без сознания. — Дар прижал меня к себе и немного покачал. Сердце в его груди отбивало дроби. — Ну и напугала ты меня.

— Да я как-то тоже испугалась, — меня начинало потряхивать от осознания, что все позади.

— Шшш…все хорошо, все в порядке. Вы живы.

Я вцепилась в Дара, и уткнулась носом ему в шею. Вдыхая его запах, я успокаивалась. Пока не услышала испуганный возглас. Тут же оторвалась от мужчины и подошла к Карле. Она при виде меня отползла назад.

— Это я, Карла, я не причиню тебе вреда.

— Я видела тебя, — ее шепот сочился страхом. — Кто ты?

— Банши. — Мой ответ только сильнее напугал ее. Девушка начала всхлипывать. — Не плачь, пожалуйста. Ты в безопасности.

— Вы убили их. — Пояснять, кого «их» не нужно было. Тела до сих пор лежали среди деревьев.

— Милая, иначе они убили бы нас.

— Они не люди? Меня так быстро…

— Нет, не люди.

— Я должна идти, — девушка поднялась и осмотрелась в поисках сумочки.

— Я отвезу тебя домой, — Дар в этот момент принес ей сумочку, которая валялась неподалеку. Карла, конечно, узнала его.

— Нет! Не надо! Я сама.

— Карла, пожалуйста, позволь мне, — мой голос дрожал. Сейчас я теряла подругу.

— Нет. Я…я…доберусь на такси.

Не сказав больше ни слова, она развернулась и быстрым шагом отправилась в сторону аллеи. А там уже сорвалась на бег, набирая на телефоне номер.

— Поехали домой, — Дар обнял меня со спины. — Сегодня ночуешь у меня.

— Хорошо. — Мой голос был бесцветным, что не укрылось от мужчины.

Дар уже привычно сел за руль и тронулся с парковки. За всю дорогу мы не обменялись и словом. Разговаривать не хотелось. Думать тоже, но мысли жалили рассерженными пчелами. Когда заходила в дом, то буквально волочила ноги по полу. Дошла до любимого дивана и упала на него. Дар молча подошел, сел рядом и обнял меня. Почему-то только в его объятиях я осознала, что могу больше не увидеть Карлу. Что, если она просто уволится? Или попросит перевести ее в другую смену, чтобы не встречаться со мной? Или придет на работу и будет сторониться меня, сделает вид, что мы совсем чужие. Вероятнее всего, я потеряла ее сегодня. Радует только то, что смогла спасти ей жизнь. Только вот этой радости для меня было мало, слезы все равно полились из глаз.

— Она больше и не посмотрит в мою сторону. — Услышав шмыганье моего носа, Дар крепче прижал меня.

— Посмотрит. Дай ей время.

— Ты видел ее лицо? Теперь она боится меня.

— Ее можно понять, девушка никогда не сталкивалась с таким. Неизвестное всегда страшно, а про банши ходит много легенд. Если бы ты встретила призрака, испугалась бы?

— Да.

— А он мог быть совсем безвредным. Но тебе все равно было бы страшно. Потому, что это неизвестно для тебя. Но дай тебе время, ты бы поняла, что он не несет тебе угрозы. Так и с Карлой. Ей просто нужно время.

— Ты думаешь? Намного проще отказаться от этого неизвестного, чем смиряться с ним. Особенно, если это неизвестное не является обязательной частью твоей жизни. Раз, и не надо ни к чему привыкать, менять мировоззрение.

— Тогда это не твоя подруга.

— Но другой у меня нет. Карла мне нравится, у нас много общего, нам легко вместе…было.

— Просто подожди. Потерпи, и все разрешится. Сейчас ты ничего не можешь с этим поделать.

— Ты прав. Спасибо. За то, что спас нас, и за это.

— Не нужно благодарить.

— И все равно, спасибо.

Еще некоторое время мы продолжали сидеть на диване. Дар поглаживал ладонью мою руку, прижимался щекой к моим волосам. А я была в каком-то сонном оцепенении. Без мыслей, будто зависла.

— Пора спать. Ты устала.

— Да.

Я двигалась, как робот, от чего Дар хмурился. Посмотрев на такую меня еще пару минут, он покачал головой.

— Давай, ты сегодня будешь спать рядом со мной. Просто поспишь в моих руках.

— Зачем?

— Мне это нужно. Хочу быть уверен, что с тобой все в порядке, что я успел.

— Ладно.

Я покорно пошла за мужчиной в его комнату. Пока он готовил постель, я сходила в душ и одела чистую футболку, в которой всегда тут ходила. Когда я залезла в постель, Дар выключил свет. Через несколько мгновений матрац прогнулся, а потом меня обняли теплые руки. Дар притянул меня поближе и расслабился. Я же положила свою руку поверх его и только тогда смогла закрыть глаза и заснуть.

* * *

На вечернюю смену я шла, как на расстрел. Что меня там ждет? Придет ли Карла? Какой она будет по отношению ко мне? Даст возможность объяснить, поговорить, или выкинет меня из своей жизни?

Надежда мигнула и погасла, когда вместо Карлы я увидела в зале Мишель. С дрожащим сердцем спросила у администратора, почему нет Карлы. «Отпросилась, плохо себя чувствует». Понятно. Не уволилась, и то радость.

Посреди смены мне позвонил Дар и сказал, что не сможет меня сегодня забрать после работы — у него назначена встреча по поводу передачи информации. Ну вот, день стал еще хуже. Смена тянулась, как жвачка. Казалось, она никогда не закончится. Но время не стоит на месте, и долгожданный конец рабочего дня все-таки наступил. Думала, выйду и вздохну с облегчением…не вышло. Облегчения не чувствовалось, даже наоборот — все больше меня что-то тяготило. Ощущения, будто ждешь диагноза врача, и понимаешь, что он перевернет всю твою жизнь. Неприятно. Выматывающе. Тоскливо.

Музыка в машине тоже не справилась с ситуацией, она не могла поднять настроение — только больше раздражала. На месте не сиделось, тянуло выйти на улицу и ходить взад-вперед. Хотелось рычать от бессилия, бить кулаками…хотелось кричать. И тут я замерла. Кричать? Неужели, снова зов? Но почему так? Раньше я не чувствовала ничего похожего. В чем разница? Прислушалась к себе и с ужасом поняла — я знаю, на чью смерть меня зовет инстинкт. Нет…нет, только не это! Я ударила по тормозам и полезла к телефону. Трубку подняли после второго гудка.

— Эльфенок, я занят, у меня сейчас встреча. Давай, я …

— Нет! Дар, где бы ты ни был, не ходи на склад. Я думаю, это склад. — На том конце затихли. — Дар?

— Эния, я сейчас на складе.

— Что? Уходи! Скорее! Убирайся оттуда!

— Что происходит? Ты что-то видела?

— Да, тебя там убьют! Двое нападут открыто, а еще двое будут прятаться за стеллажами справа от тебя. Уходи, пожалуйста.

— Уже поздно. Малышка, не приходи сюда, слышишь? Ни в коем случае! Мне пора. — И он отключился. А меня прошибло холодным потом. Не приходить? Но его же там…

А в это время я почувствовала уже настоящий зов. Не приходить? Оставить одного там? Плохо ты меня знаешь! Я встретила обращение с радостью, с наслаждением перетекла в новый образ и на максимальной скорости последовала за зовом. Далеко, но я постараюсь успеть.

Около склада я хотела затаиться и разузнать ситуацию. Хотела, пока не услышала звук драки. Плевать! На всех парах я влетела внутрь и снесла ближайшего мужчину, а затем закричала. Нет, не затем, чтобы оплакать, а чтобы оглушить, отвлечь. Дать Дару шанс ударить. Он ударил! Он так разозлился! Не смотря на то, что был весь выпачкан в крови, он накинулся на ближайшего врага с новыми силами. Я же попыталась внести свою лепту. Пусть, я не хороший боец, но мешать я умею хорошо. Что я и постаралась сделать. Меня пытались поймать, а я бросала им под ноги ящики, доски. Кроме нас с Даром, на складе были в сознании двое. Другие два мужчины изломанными куклами валялись на бетонном полу. Осталось немного, Эни, борись, помоги ему. С рычанием я запрыгнула на спину одному из мужчин и закричала прямо в ухо. Он упал и начал кататься по полу, руками отбиваясь от меня. Да, мне доставалось, но я не замечала боли — адреналин в моей крови превышал все допустимые нормы. Тут мужчина зарычал и оттолкнул меня. Я хотела прыгнуть на него снова, но не учла, что у него опыта и силы намного больше. В следующую секунду меня схватили за руку и, прокрутив, отбросили на стену. Удар запомнился вспышкой боли. А затем меня поглотила темнота.

* * *

Дар, конечно, полагал, что встреча пройдет напряженно. Заказчик был тем еще засранцем. Но он не ожидал, что его все-таки решат убрать. И об этом ему сказала его малышка. Четверо, значит? Придется попотеть, но зная, что его ждет засада, Дар заранее пересмотрит свои действия. Девочке он сказал, чтобы не смела соваться сюда — слишком опасно. Он лишь надеялся, что она послушает.

Не послушала. Маленькая банши вихрем влетела в это адово пекло, и закричала. Дар воспользовался моментом шока нападавших, и смог избавиться еще от одного. Осталось двое. Девочка накинулась на второго, а Дар занялся самым главным и сильным противником. Следующим криком малышка свалила с ног своего соперника. Дар старался постоянно бросать взгляд в ее сторону, чтобы защитить в случае чего. И все равно пропустил этот момент. Эния влетела в стену на высоте около полутора метров и упала. Увидев ее, лежащую без сознания, поцарапанную, посреди бетонной крошки, Дар озверел. Изнутри поднялась волна гнева и дикой ярости. Больше он не контролировал себя. Его тело пошло рябью, а через секунду мужчина стал демоном. Более высокий, мускулистый, с красноватой кожей, красными светящимися глазами и клыками. Демон зарычал и поймал ближайшего мужчину. Клыками он разорвал жертве горло, а затем легким движением рук сломал хребет. Отбросив тело, он схватил второго — тот не успел прийти в себя от шока и убежать — и его голова с хрустом прокрутилась вокруг своей оси. Мужчина упал на пол, а его пустые глаза по-прежнему удивленно смотрели теперь уже вникуда. Демон подошел к лежащей девушке и, опустившись на одно колено, поднял ее с земли. Прижав к себе драгоценную ношу, он побежал домой.

Уже в доме, он сгрузил девушку на диван. Не успел Дар успокоиться и вернуть человеческий облик, как Эния открыла глаза. И замерла. Глаза девушки испуганно смотрели на боевую форму демона, и только спустя несколько мгновений пришло узнавание.

— Дар?

В ответ мужчина только рыкнул и опустил голову, глубоко дыша. Через пять вдохов тело снова пошло рябью, возвращая человеческую форму.

— О чем ты думала? — Сдерживая гнев, почти прокричал мужчина. Девушка только вздрогнула и осмотрела его лицо. Привкус крови во рту подсказал мужчине, что привлекло ее пристальное внимание. — Я же просил не приходить туда!

Но Эния молчала и смотрела. Ее взгляд оббежал всю его фигуру, отмечая каждую мелочь, каждую рану, разорванную одежду. А потом она неожиданно кинулась к нему и крепко обняла.

— Ты жив! Господи, спасибо! Ты жив! — Она гладила ладонями его спину, плечи, голову, лицо; смотрела сияющим взглядом, будто не могла насмотреться. Злиться дальше Дар не смог. Он тоже облегченно выдохнул — жива — и прижал девушку к себе.

— Почему ты меня не послушала?

— Тебя должны были убить. Я не могла оставить тебя там одного.

— А если бы тебя убили? Ты об этом подумала?

— Нет. Да, и какой смысл? Без тебя я бы долго не прожила в любом случае.

— Так, ты поэтому пришла меня спасать? Потому что без моей защиты тебе не выжить?

— Дурак! Какой же ты дурак!

— Тогда, почему?

— Вот поэтому! — Эния прижалась губами к его губам и поцеловала. Не обращая внимание на то, что он сам в крови, что у него во рту все еще остался привкус крови врага. Целовала, отдавая всю нежность, весь испытанный страх, переживания за его жизнь. Не скрывая ни одного чувства от него. И мужчина ответил, обнимая девушку еще крепче. Принимая ее дар, и даря свои чувства в ответ.

Глава 16

Эту ночь я снова провела у Дара. Только теперь я спала, вцепившись в него, теперь мне нужно было знать, что я успела. Как быстро и кардинально меняется наша жизнь.

Утром мы никуда не торопились. Тренировок сегодня не предполагалось. Сегодня только отдых и восстановление, причем, как физическое, так и душевное. За последнее время нервы потрепались знатно, хотелось побыть рядом друг с другом, в тишине и покое. Чем мы и занялись. Ночью, когда я спала, Дар уходил, чтобы пригнать мою машину, брошенную на обочине. За что я была отдельно благодарна.

В районе обеда наше сонное царство потревожил телефонный звонок. Глянув на экран, я замерла. Это не укрылось от Дара.

— Кто это?

— Карла.

— Тогда чего ты ждешь? Ответь.

— Мне страшно.

— Хочешь, я отвечу? — Это была шутка, и мы оба это знали. Но, если бы я ответила «да», Дар взял бы трубку вместо меня.

— Я сама. — Глубоко вздохнув, я ответила на звонок. — Алло?

— Здравствуй, Эния.

— Здравствуй.

— Я тебя не отвлекаю? Ты не занята?

— Нет, все в порядке. Ты что-то хотела?

— Да. Мы…можем встретиться и поговорить?

— Конечно. Где и во сколько?

— Через час на набережной у арки.

— Хорошо, я приду.

— До встречи.

Когда в трубке зазвучали гудки, я положила телефон и перевела просветлевший взгляд на Дара. Он все слышал, поэтому повторять мне было не нужно.

— Вот видишь, не все так страшно, — он обнял меня и отвел упавшую прядь с лица.

— Да. — Я уткнулась носом в пуловер мужчины и вдохнула его запах. А затем крепко обняла в ответ.

По пути на набережную, я хотела заскочить домой и переодеться. Поэтому попрощалась с Даром, обещая позвонить, как только поговорю с Карлой.

Дома все было так, будто я ушла отсюда только час назад. Хотя, как тут еще могло быть? Переодевшись, я снова села за руль и поехала. Чем ближе было место встречи, тем больше я волновалась. Понимала, что ничего сейчас не могу изменить, и все равно продолжала нервно сжимать руль. Карла уже ждала меня. Глядя на темные круги под ее глазами и закушенную губу, я поняла, что она волновалась тоже. И все эти события не дались ей легко. Но она все же решила со мной поговорить. От этой мысли я получила такой прилив тепла и радости, что большая часть моей нервозности исчезли. И даже когда Карла невольно обежала меня взглядом, видимо, вспоминая, как я выглядела в прошлый раз, я осталась спокойной.

— Привет, — я мягко улыбнулась ей, показывая, что расположена к дружественной беседе.

— Привет. Пройдемся?

— Конечно.

Мы молча пошли вдоль моря. Я не торопила Карлу, пусть соберется с мыслями и начнет разговор тогда, когда будет готова. Пусть все будет на ее условиях, это даст некоторую уверенность, ощущение контроля. Всем нам это нужно.

— Так, ты — банши?

— Да.

— Всегда думала, что это только легенды, выдумка.

— Я тоже, пока не столкнулась.

— Ты не всегда была такой? — Удивилась она.

— Наверное, всегда, просто до определенного момента этот дар спал внутри меня.

— Должно быть, ты испугалась, когда это случилось?

— Я была в ужасе. Причиной пробуждения дара была гибель моих родителей. Сама понимаешь, тогда я чувствовала много всего; банши стала еще одним гвоздем в моем сердце.

— Как же ты справилась?

— Тяжело. Это была черная полоса моей жизни. Я отказывалась принимать этот дар, боролась с ним. Но он побеждал. Это заставило меня бежать. Пока никто не заметил, не узнал меня в этой фигуре. Так я бегала некоторое время, пока не приехала сюда.

— Что изменилось здесь?

— Меня раскрыли. Джон.

— Коп? — Карла шокировано смотрела на меня, забыв обо всем. — И что он сделал?

— Поговорил со мной. Поверил, что я не зло. Теперь мы с ним иногда спасаем жизни. Я привожу Джона на будущее место трагедии, а он пытается ее предупредить. Иногда получается.

— А твой мужчина, он кто?

— Я не знаю, могу ли говорить об этом? Наша жизнь очень опасна, поэтому не хочется лишний раз произносить такую информацию. Никогда не знаешь, кто может тебя услышать.

— Но рядом никого нет.

— У них отличный слух.

— Них? У кого?

— От Дара я узнала, что существует еще множество других видов. Я не знаю основной их части, да и не старалась узнать. Мне еще хочется спать ночами. Прости, что из-за меня ты чуть не стала жертвой одного из таких чудовищ.

— Ты знаешь, кто он?

— Нет. Но не человек — это точно.

— А зачем ему нужна была ты?

— Потому что банши можно использовать. Кровь банши помогает предсказывать будущее. И это далеко не все, что можно сделать благодаря мне. Дар меня защищает.

— Почему?

— Изначально мы заключили с ним сделку — я помогаю ему, а он защищает меня. Прошлой ночью я спасла ему жизнь.

— Ты? Но как?

— У меня было что-то вроде видения о его смерти, и я предупредила его, а потом помогла справиться с врагами. Правда, Дар был зол — он просил меня не приходить туда, слишком опасно. Но я все равно пришла, а в итоге меня хорошенько двинули о стену. Пришла в себя уже дома.

— Но если тут так опасно, почему ты не уедешь?

— Куда? Для меня нет такого места, где я была бы в безопасности. Раньше на меня не нападали только потому, что не успевали узнать обо мне, как я уже исчезала. А бегать всю жизнь я не хочу.

— И теперь живешь, каждый день, ожидая нападения, и надеясь, что твой Дар успеет тебя спасти?

— Что-то вроде того.

— Но почему ты ему так доверяешь? Вдруг, он просто втирается к тебе в доверие?

— Нет. Это не так. Я много раз видела его взгляд, направленный на меня. Глаза не лгут.

— То есть, у вас с ним отношения?

— Да, потихоньку двигаемся к этому.

— Боже, у меня сейчас голова лопнет.

— Я понимаю. Узнать, что окружающий тебя мир совсем не такой, каким ты его себе представлял. Не такой нормальный, безопасный и понятный. Как будто сняла очки, да?

— Да. Как бы их теперь назад одеть?

— Я однажды сказала Дару нечто похожее. На что он ответил, что всегда лучше знать, чем не знать. Незнание не уничтожит твои кошмары, лишь сделает тебя более уязвимой. Легкой добычей.

— Наверное, он прав, только как теперь жить с этим знанием? Как уложить его в голове и принять?

— Со временем. Как я приняла свою сущность. Мне стало легче, я перестала разрываться, стала более цельной, самой собой. И у меня появился шанс быть счастливой.

— А с обычным человеком ты не могла стать счастливой?

— А как? Как объяснить, куда я сорвалась посреди ночи, и что произошло с моей внешностью? Когда я получаю зов, у меня в запасе только секунды, до того, как образ банши займет место привычного человеческого.

— Может, если бы ты рассказала ему о том, кто ты, то он…

— Что? Понял? Принял? Нет, Карла, я — диковинка, причем не в хорошем смысле этого слова. Ни один обычный мужчина не стал бы строить со мной серьезные отношения. Это может быть интересно, пока молодой, а потом ему захотелось бы стабильности, нормальной женщины, которая не бегала бы по ночам на места будущих преступлений и не кричала.

— Ты права. Поэтому ты не говорила мне ничего? Думала, что я отвернусь?

— Знаешь, я только сейчас поняла, что поступила так же, как Дар. Он тоже сначала не говорил мне о себе. Не о том, кем является. Он сказал, что хочет показать какой он, а не кто. Чтобы я судила о нем по его поступкам, а не согласно стереотипам. Но я нечаянно узнала правду и сбежала. Мне понадобилось время, чтобы понять, что он был прав. И тогда я последовала его словам — отбросила предрассудки и взглянула правде в глаза. Теперь судьба поставила меня на его место. И уже ты узнала правду намного раньше и совсем не тем образом, которым я хотела. И мне ничего не оставалось, как дать тебе время, чтобы разобраться. Я надеялась, что ты тоже попробуешь понять меня. И ты пришла.

— Пришла. Я тогда дико испугалась. Но потом долго думала и вспоминала о тебе. Ты никогда никому и слова плохого не сказала, всегда была искренней, доброй. И это важнее, чем то, что иногда ты превращаешься в потустороннее существо. Я хочу остаться твоей подругой. Не смотря на то, что это может быть опасно. Друзья ведь познаются в беде, да?

В ответ я просто обняла ее.

— Спасибо. Ты не представляешь, как много это значит для меня.

— Представляю. Небось, с друзьями туговато?

Мы обе рассмеялись, вытирая выступившие слезы. Мое сердце разрывалось от радости — она поняла! Я не потеряла подругу!

— Боюсь, в ближайшее время у меня появится куча вопросов о тебе.

— Спрашивай, я отвечу.

— Хорошо. Кстати, когда я позвонила, ты была дома?

— Нет, у Дара.

— Оу, тогда отпускаю тебя! Увидимся завтра на работе. Я как раз успею подготовить список вопросов.

— Идет! До завтра!

* * *

Но после разговора с Карлой я поехала домой, не к Дару. Ему я позвонила и предупредила, что разговор состоялся, дружба восстановлена. Он был рад за меня и не удержался от фразы «Я же говорил!».

Дома накопились дела, которыми я и собиралась заняться в оставшееся время. К тому же, хотелось немного побыть одной, посвятить время себе. Убирать в доме я не очень любила, поэтому решено было начать именно с этого — быстрее сделаю, быстрее перейду к более приятным вещам. Настроение было отличным, поэтому я включила танцевальную музыку на достаточную громкость, благо соседей не было. Теперь же я могла петь и танцевать, прямо со шваброй, и никто мне при этом не помешает. Свидетелями моего прыганья по диванам и бешеных танцев были только статуэтки в шкафу. Благо, они не могли ничего сказать, только молча взирали на это безобразие. В таком ритме уборка пошла веселее, хоть и не быстрее. Как только с наведением чистоты было покончено, я перешла на кухню. В моем холодильнике отыскались продукты для мясного рагу, которым я и решила побаловать себя. Теперь я уже скользила носками по кафелю, пела в деревянную лопаточку и танцевала на стуле. Пока рагу томилось на плите, я собрала вещи в стирку и включила машинку. Естественно, по пути к машинке сделала несколько танцевальных движений с чулками в руках. И еще раз порадовалась отсутствию соседей, иначе уже через несколько минут была бы на YouTube. Интересно, сколько бы просмотров набрал мой ролик?

И вот, дом убран, ужин приготовлен, вещи постираны. И у меня свободный вечер! Может, сделать себе маску для лица? Поваляться в теплой ванной, наполненной пеной с запахом иланг-иланга? А потом почитать книгу и выпить чашку горячего шоколада?

Но выбирать мне не пришлось, выбор сделали за меня. В промежутке между двумя песнями я услышала звонок своего телефона. Джон. Кажется, сто лет не видела его и не разговаривала.

— Привет, Джон!

— Привет, Эни. Как дела?

— Все хорошо.

— Да, это слышно по твоему голосу. Рад за тебя. Ты дома?

— Да.

— Не занята?

— Нет, ты хочешь приехать?

— Да, хотел увидеться.

— Приезжай. Я тебя ужином накормлю.

— Идет, я как раз с работы только выхожу. Через двадцать минут буду у тебя.

— Давай, жду.

Эния, планы на вечер меняются; маска, ванна и книга подождут до лучших времен. К моменту приезда копа, я накрыла на стол. Почувствовав мясной запах, мужчина расплылся в улыбке. Вымыв руки, мы сели за стол.

— Так, разговоры все потом, сначала ешь.

— Да, сэр, — Джон даже руку к голове приложил, отдавая честь старшему по званию. Хм, я — сэр! Эта мысль заставила меня усмехнуться и задрать нос, что вызвало смех у копа.

Когда мы поужинали, я поставила на плиту чайник и убрала посуду в раковину. Не люблю моечные машины, предпочитаю вручную мыть посуду. Джон порывался помочь, но я уговорила его только вытирать полотенцем чистые тарелки.

— Давненько не видел тебя. Даже непривычно, что все так тихо.

— Да. Теперь нападают не на обычных людей.

— О чем ты?

— Позавчера я гуляла с Карлой, и ее сперли у меня из-под носа. Пока она была у них, я не могла сопротивляться, не могла уйти. Дар подоспел вовремя и спас нас. А вчера ночью напали на Дара. Уже я помогала спасти его.

— Оказывается, буря была, только в другом месте. А что Карла? Она же узнала о тебе, да?

— Да, узнала. Испугалась, конечно, убежала. Но сегодня позвонила, и мы встретились, поговорили. Она поняла.

— Это хорошо. Настоящий друг.

— Да, мне с ней повезло.

— А как у тебя с Хейдаром?

— Все хорошо. Он так разозлился и испугался, когда я прибежала его спасать. Там было очень опасно, и он просил не соваться, а я все равно пришла.

— Ты не пострадала?

— В общем, нет. Приложили об стену хорошенько, я только дома пришла в себя, а так все нормально.

— Тогда я понимаю, почему он злился. Я бы тоже злился, если бы моя женщина так рисковала собой.

— А мы — женщины — такие! За любимых и в огонь, и в воду, и на край света.

— Ты любишь его?

— Не знаю, это сложно. Я столько всего чувствую. Когда у меня было видение о его смерти, я так испугалась! Могла думать только об одном — только не он! Мне тогда было все равно, чем я рискую, отправляясь его спасать. В приоритете была его жизнь.

— Что ж, он счастливчик.

В ответ я просто благодарно улыбнулась Джону, и начала заваривать чай.

* * *

Хейдар был рад слышать, что Эния уладила все вопросы с подругой. Девочка так переживала по поводу их дружбы, что было больно видеть эти грустные глазки. Когда малышка сказала, что поедет домой, мужчина испытал досаду. Ему хотелось, чтобы маленькая банши вернулась к нему.

А через пару часов, услышав писк с камеры наблюдения на ее доме, Дар заволновался. Кто-то был рядом с ее домом. Но, когда мужчина увидел посетителя, испытал глухую злобу и ревность. Коп! Что ему нужно? Малышка впустила его в дом, а Хейдар по эту сторону экрана заскрежетал зубами. Зачем он приехал? Эния знала об этом? Поэтому поехала домой? Но, почему ничего не сказала ему? Теперь Дар познал новую грань чувств. Раньше он никогда не ревновал — некого было! А теперь эта ядовитая зараза застилала ему глаза. Не выдержав, мужчина отправился к дому девушки.

Благодаря хорошему слуху, ему не нужно было подходить близко, чтобы услышать, о чем идет разговор в доме. Дар очень удивился, когда понял, что речь шла о нем! Девочка рассказала копу о нападениях, о своем легкомысленном поступке (который она таковым не считала). Но когда коп задал вопрос о любви, Хейдар даже дышать перестал, в ожидании ответа. Малышка не сказала конкретного «да», но это было вполне естественно и понятно. Демон бы засомневался, если бы она ответила, даже не раздумывая. Нет, его девочка немного растерянным голосом рассказала о своих мыслях и ощущениях, и это говорило намного больше, чем обычное признание. «В приоритете была его жизнь». Эта фраза заставила сердце мужчины на миг сбиться с ритма. Еще никто не ставил его жизнь выше своей. Рискнул бы он своей жизнью ради этой девочки? Да, безусловно! Но она была такой хорошей, доброй и светлой. Поэтому он ни разу не колебался с ответом на этот вопрос — девочка должна жить! А он? Демон, который сделал в своей жизни много такого, чем не гордится. Порождение тьмы. Достоин ли он такого дара? Она считала его достойным. Этот маленький крикливый ангел готов был рискнуть собой, чтобы спасти Дара. И это обезоруживало мужчину! Просто ломало все барьеры и срывало замки! Ему даже на мгновение стало стыдно, что он подозревал ее в чем-то, подслушивал. Но, если бы он не пришел, это простое и важное признание осталось бы неуслышанным. Так и растворилось бы в тишине дома. А теперь Дар будет вспоминать его, и смаковать, как выдержанное вино. «Что ж, он счастливчик». Да, именно таким он себя и считал. И Хейдар все сделает, чтобы эта девочка принадлежала ему. Чтобы жила и улыбалась, дарила ему вот такие моменты счастья. Ради этого он сметет всех ее врагов, принесет ей их головы на блюдечке! В переносном смысле, конечно, иначе его девочка от ужаса потеряет сознание. Его девочка…Это звучало так правильно, так естественно. Скоро она сама это поймет.

Глава 17

На следующий день утренняя смена в ресторане прошла легко. Мы с Карлой шутили, смеялись, шушукались, вызывая подозрение администратора. Мужчины в зале только улыбались, глядя на нас, и оставляли хорошие чаевые. Теперь, когда между нами больше не было тайны, я могла не бояться потерять подругу, не оглядываться на свои слова, не придумывать прикрытие. Я могла говорить правду! И это стало глотком свежего воздуха для меня. Только сейчас я поняла, как гнетет постоянное утаивание и увиливание. Во время работы Карла несколько раз подходила ко мне и задавала вопросы о банши. Некоторые из них были довольно серьезными, а некоторые смешными и глупыми. Но это только сближало нас. Общая тайна.

Когда смена закончилась, мы вышли на улицу, обсуждая какую-то очередную мелочь. Около моей машины, прислонившись бедрами к крылу, стоял Дар. Карла проследила за моим взглядом и тоже увидела его. Улыбка немного померкла — она все еще побаивалась его — но потом подруга повернулась ко мне и, подмигнув, пожелала удачи.

— Привет! — Он промурлыкал приветствие, и обнял меня. Кого-то на нежности потянуло? Мне это нравится. В этих руках я таю.

— Привет! Почему ты здесь?

— Решил тебя встретить. Ты против?

— Нет, очень даже за! У нас какие-то планы?

— Ничего конкретного. Просто отвезу тебя к себе.

— Даже так?

— Ага. Я решил накормить тебя обедом.

— Сам приготовил?

— А ты думаешь, я не умею готовить? Ты еще продашь себя мне в рабство за добавку!

— Может, мне тогда не стоит так рисковать?

— Стоит!

— Тогда поехали!

Он привычно сел за руль и завел машину. Я так привыкла к тому, что даже в моей машине он уже чувствует себя хозяином. А я только беру ее покататься. Наверное, дело в том, как он смотрится за рулем. Уверенный в себе мужчина, контролирующий каждый жест, каждый взгляд. Сильный и мужественный, даже опасный.

Дар поймал меня на рассматривании и улыбнулся. И это была улыбка котяры! Довольная, понимающая. Я закусила губу и отвернулась к окну. Нельзя мне видеть эту улыбку — она что-то переворачивает во мне, пробуждает какое-то томление внутри, заставляет кровь бежать быстрее.

Как только мы оказались дома, Дар усадил меня на барный стульчик и вручил коктейль. Чего это он?

— Эмм…мы что-то празднуем?

— Нет. Это просто коктейль.

— На голодный желудок?

— Он почти безалкогольный, не бойся.

Я попробовала напиток и замычала от восторга. Он был цитрусовым, бодрящим и очень вкусным! Если Дар готовит блюда так же, как коктейли, то я готова пересмотреть свое легкомысленное отношение к фразе о рабстве. Теперь эта фраза приобретала вполне реальные основания под собой.

— Нравится?

— Безумно!

— Пей, я пока разогрею обед.

Как только еда начала греться, по кухне поплыли такие умопомрачительные запахи, что я готова была съесть все холодным, только бы скорее! Дар, глядя на мою страдающую мордашку с голодными глазами, только посмеивался. Он сам сервировал стол и расставил блюда. Мне сказали просто посидеть тихонько и позволить ему поухаживать за мной. Боже, чем я заслужила такого мужчину? Он, кажется, ничего не делает плохо, вполсилы.

Попробовав блюдо, я с трудом сдержалась, чтобы не наброситься на еду. Это было нереально вкусно!

— Дар, можно нанять тебя личным поваром?

— Нравится?

— Ты еще спрашиваешь? Это божественно! Я не знала, что из продуктов можно сделать что-то подобное!

— Я рад. Ешь.

Вот так, уминая эту вкуснятину, мы вели обычную, ничего не значащую беседу. И было так спокойно, хорошо и тепло. Просто обед с мужчиной. Обед, который он приготовил для тебя!

— Чем займемся? — Я лежала в кресле, лениво болтая ногами, свисающими с подлокотника. Было такое благодушное, расслабленное состояние. Дар только посмеивался, глядя на меня.

— Хочу предложить тебе авантюру.

— Какую? — Я даже немного приподнялась в кресле.

— Сегодня вечером состоится аукцион. И мне нужно узнать, будет ли одна любопытная вещица на нем, или нет. И доставить эту информацию до начала аукциона.

— Но как ты собираешься это сделать?

— Проникнуть в хранилище, конечно! Хочешь со мной?

— Я? Но как же…я же ничего не умею, только мешать тебе буду.

— Не будешь. Если бы задание было сложным или опасным, я бы не взял тебя с собой. Не бойся, нас не поймают.

— Хорошо, я с тобой.

От одной мысли, что мы собираемся пролезть куда-то тайком, нарушить закон, сердце начинало стучать быстрее. Адреналин вырабатывался уже сейчас. Что же будет, когда мы прибудем на место? Надеюсь, я не упаду в обморок, не разобью там ничего, и никак не выдам нас. Не хотелось бы по собственной неуклюжести «запороть» все дело. Боже, я уже и говорю, как уголовница.

— Я должна одеть что-то особенное? Или еще что-то предпринять?

— Нет, только волосы заколи наверх. Не нужно нам оставлять следы в хранилище.

Точно! Если хоть одна волосинка упадет, это может выдать нас. Уж анализ ДНК сделать сейчас не составит никакого труда.

К шести часам я была одета в джинсы, кроссовки, футболку и кожаную куртку. Волосы заплетены в косу и убраны наверх. Дар осмотрел мой внешний вид, удовлетворительно кивнул и попросил попрыгать на месте.

— Зачем?

— Просто сделай.

Я несколько раз прыгнула. При этом зазвенела пара замочков на моей куртке. Дар тут же застегнул их и попросил попрыгать еще. Так вот оно что! Я прыгнула еще несколько раз — тишина.

— Теперь хорошо.

Сам мужчина красовался черными штанами, военными бутсами (которые оказались удивительно тихими при ходьбе) и застегнутой доверху курткой.

— Пойдем.

До нужного района мы добрались на моей машине. Бросив ее на стоянке у одного из магазинов, мы вышли и прогулочным шагом направились по улице. Я то и дело оглядывалась по сторонам. Почему-то казалось, что все на нас сморят.

— Успокойся, все хорошо.

— Мне кажется, все знают, куда и зачем мы идем. — Дар тихо рассмеялся и сжал мою ладошку сильнее.

— Это с непривычки. Своей нервозностью ты только привлекаешь внимание. Представь, что мы просто гуляем.

Тут он потянул меня в сторону кофейной лавки и спустя пару минут, я уже шла по тротуару со стаканчиком латте. Ничего не происходило. Мы просто шли и болтали. Это успокоило меня, ослабило напряжение в теле и в мыслях. Я перестала оглядываться и просто шла, покачивая нашими руками. Поэтому для меня стало неожиданностью, когда повернув за угол, Дар резко дернул меня к себе и мы на его демонской скорости помчались куда-то. В такие моменты я закрывала глаза, мой мозжечок был благодарен за это. Несколько раз мы прыгали, и довольно высоко, желудок успел прочувствовать все прелести такого передвижения. И вот, мы стоим на крыше какого-то здания. Дар достал из ботинка какую-то железяку и вскрывает замок. А я на шухере что ли? На всякий случай, осмотрела окрестности на наличие нерегламентированных свидетелей. Таковые отсутствовали. Ну, и, слава Богу! С тихим щелчком замок открылся, и Дар первый вошел внутрь. Я тенью следовала за ним, закрыв за собой дверь чердака. Мы спустились по небольшой лестнице к следующей двери. Дар прислушался, а потом открыл ее. Все чисто. За ней оказался коридор второго этажа, который был тускло освещен светом заходящего солнца. Мы тихо прошли по ковру в конец коридора и повернули к очередной лестнице. По пути я отмечала для себя все места, где, в случае чего, можно спрятаться. Таких было мало, особенно учитывая свет. В темноте еще куда ни шло. Кстати, на наличие камер я тоже осмотрела коридор — либо их не было, либо они были хорошо спрятаны. Но во втором случае уже поднялась бы тревога, верно? Дар не мог не учесть этого.

Мы спустились по лестнице на первый этаж и тут же завернули в сторону подвала. И почему я не сомневалась, что именно подвал нам будет нужен? Иначе это было бы слишком просто для хранения дорогих вещей.

А вот у подвальной двери Дар замер. Пару минут он просто осматривал ее. Я просто молчала, боясь даже шепотом выдать нас — может, и здесь нелюди бродят? Хейдар тем временем расстегнул куртку, под которой оказалось что-то типа жилета с кармашками и петлями. В них были вставлены и прицеплены различные вещи. Понятия не имею, для чего они были нужны, но выглядело внушительно. Как набор опытного вора-домушника. Я с удивлением и какой-то гордостью смотрела, как он вскрыл замок буквально за минуту. За дверью снова оказалась лестница. Спустившись вниз, я увидела стеллажи и коробки, но Дар взял меня за руку и повел мимо них в дальний угол. Подвал оказался довольно большим и немного захламленным, к тому же горело только аварийное освещение, которое почти не давало света. Точнее, давало, но в основном проходе. Мы же шли у стены за стеллажами. Несколько раз я чуть не спотыкалась через вещи, но Дар успевал меня остановить. Я с ужасом понимала, что могла наделать прилично грохота. Они специально это раскидали?

Мы, наконец, дошли до конца подвала и выглянули из-за стеллажа. Вот это да! Там стоял стол со стеклянным колпаком, под которым были драгоценности и древности. Даже по виду они стоили баснословные суммы. Рядом в подставках стояли картины, но они не привлекли мое внимание. Вот здесь под стеклом были настоящие исторические ценности, которые, вероятно, считались утерянными или украденными. Дар показал мне стоять на месте, а сам медленно и осторожно пошел к этому столу. Мое сердце от страха и выброшенного в кровь адреналина, билось где-то в горле. Дар же просто стоял и смотрел на вещи под стеклом, изучая, запоминая. Потом он так же медленно подошел ко мне и повел назад. Сделав буквально через несколько шагов, мы услышали приближающиеся голоса. Я испуганно вцепилась в Дара, а он только замер и прислушался. Голоса принадлежали двум мужчинам. Только шли они будто с другой стороны. Мы замерли в тени стеллажа и ждали дальнейшего развития событий. Мужчины прошли по главному проходу в сторону стола, переговариваясь о предстоящем аукционе и количестве денег, которое хозяин должен будет получить за лоты. Слушая эти цифры, я все больше округляла глаза. Ничего себе! И есть же у кого-то такие деньги!

У стола они пробыли совсем недолго, затем ушли тем же путем, унося что-то с собой. Мы подождали, пока стихнут их шаги и продолжили путь. Я была так рада выбраться из этого подвала! Когда мы поднялись на второй этаж, я почти вздохнула с облегчением. Немного осталось. И снова шаги. Дар схватил меня и втащил в ближайшую нишу, которую я отметила, когда мы шли в первый раз. Мимо нас стремительно прошел еще один мужчина и скрылся на лестнице. Как только все стихло, мы возобновили движение. Заветная дверь на чердак, лестница, еще одна дверь, и свобода! Никогда еще свежий воздух не казался мне таким вкусным! Легкий прохладный ветерок овевал лицо, играл с прядями. Солнце село, сумерки медленно превращались в ночь. Теперь нас еще сложнее заметить, чем на закате. Дар взял меня на руки и снова включил свою суперскорость. Прыжок, бег, прыжок. И вот снова можно открывать глаза. Дар осторожно поставил меня на землю, поправил одежду и, улыбнувшись, взял за руку. Так мы и вышли на уже знакомую улицу. Снова прогулочный шаг, расслабленное тело, будто не было этого проникновения, не было замков, ценностей и людей. Некоторое время я продолжала идти молча, не в силах ни о чем говорить. Я просто успокаивалась, выдыхала из себя всю нервозность и страх, заменяла их покоем и ощущением безопасности. Дар только посматривал на меня и понимающе улыбался. Но молчал. Когда мы подошли к моей машине, демон привычно скользнул за руль.

— И как тебе? — Он с любопытством смотрел на меня, заводя машину.

— Я еще не могу сказать, понравилось мне или нет. Было страшно. У меня только перестали трястись руки.

— Я же сказал, что все будет хорошо. Не стоило так бояться. Это всего лишь авантюра. Тебе ничего не угрожало.

— А если бы они нас заметили? Понимаю, что это не было серьезным делом, и они всего лишь люди, но что бы ты делал, если бы нас увидели?

— Нас бы не увидели. Я могу передвигаться быстрее, помнишь? В любой момент я бы перенес тебя в другое место, и они ничего бы не заметили.

— Понимаю, но все равно страшно. Щекочет нервы. Я не привыкла к такому.

— Но ты не можешь сказать, что не понравилось?

— Не могу. Это было довольно интересно. Возможно, я захочу еще раз попробовать.

— Я так и думал. Ты у меня не трусиха.

— Надеюсь. — Я усмехнулась и откинулась на спинку сиденья. За окном мелькал ночной пейзаж, а во мне усталость смешивалась с восторгом от произошедшего. Запретность только добавляла некой романтики. Бонни и Клайд. Не совсем, но что-то вроде. И с каждой минутой мне все больше нравилось чувство азарта, которое затапливало меня. Это была игра. Сегодня простая, но бывают и сложнее. Когда не втихаря, не украдкой, а под самым носом, в открытую. И я хотела бы так сыграть. Провернуть сложную, многоходовую партию. И я могу это сделать. Я хочу стать достойным игроком. Хочу видеть гордость и восхищение в глазах Дара. Быть не просто женщиной, а напарницей, той, которой он может доверить спину. И я добьюсь этого.

Глава 18

А следующее утро началось с тренировки. Снова бег, рукопашный бой, выращивание нитей силы. Я даже отвыкла от этого. Теперь приходилось вспоминать, напрягать ментальные мышцы. Мои нити светились, оплетая тело, оберегая его. Хотелось любовно погладить их. Мои защитники. В такие моменты расслабления, я будто становилась цельной, латала дыры, появляющиеся время от времени. В душе появлялся покой и легкость. Когда я открывала глаза, частенько ловила на себе взгляд Дара. Понимающий взгляд.

После тренировки чувствовала себя уставшей, но это была приятная усталость. Она отнимала физические силы и прибавляла душевные. Поэтому на работе я снова улыбалась посетителям, была радушной, вежливой. Они это чувствовали и улыбались в ответ. Такая отдача грела меня. Было приятно видеть счастливые лица людей, слышать их искреннюю благодарность. Знать, что это ты подарил им минуты радости.

— Ты постигла дзен, или мне нужно волноваться о наркотиках? — усмехнулась Карла, глядя на меня.

— О чем ты?

— Ты видела свою улыбку? Она всю смену не сходит с лица. Нет, я, конечно, рада, но это вызывает подозрения.

— У меня просто хорошее настроение.

— Настолько? Это что же должно было случиться, чтобы ты улыбалась всю смену?

— Так и скажи, что завидуешь! — Усмехнулась я.

— Я завидую! Теперь расскажешь?

— У меня утром просто была тренировка.

— Ты тренировалась улыбаться, и тебя заклинило? — С притворным ужасом спросила она.

— Нет! Просто часть тренировок я провожу в медитативном состоянии.

— Значит, про дзен я была не так уж не права?

— Точно!

Мы рассмеялись и разошлись к столикам. Смена пролетела быстро. Дар снова ждал меня у машины. Карла только покачала головой на это и улыбнулась мне.

— Привет! — Дар притянул меня к себе и поцеловал. Мысли тут же разбежались в разные стороны, уступая место удовольствию от прикосновения его губ. Разрывать поцелуй не хотелось, но Дар сделал это первым.

— Какие планы на вечер?

— Вообще-то, я хотела поехать домой и просто отдохнуть. Поваляться в горячей воде, почитать книгу.

— Хмм…мне не нравится.

— Почему?

— Потому что это не предполагает моего участия.

Мы сели в машину, и Дар выехал со стоянки. Обратную дорогу провели молча. Я просто смотрела на пролетающие мимо пейзажи, дома, огни. На душе было спокойно. Ночь была тихая и безветренная, что только добавляло умиротворения. Когда машина остановилась около моего дома, я легко выпрыгнула и повернулась к Дару. И только теперь заметила, что спокойной здесь была только я. Между бровей Дара залегла складка — он думал о чем-то, что ему не нравилось.

— Эй, ты чего?

— Ты о чем?

— Ты грустный какой-то? Тебя что-то тревожит?

— Нет, все в порядке. — Он протянул мне ключ от машины. Я бросила его в сумочку и снова перевела взгляд на мужчину, провела пальцем по его лбу. — Почему ты не хочешь провести этот вечер со мной?

— Потому что я и так почти все время провожу у тебя. Иногда мне хочется побыть дома, одной. Я все-таки живу здесь.

— Одной?

— Ну да, а что? — Дар смотрел на меня и…будто не на меня. Странно.

— А прошлого раза тебе не хватило?

— Прошлый раз мне не удалось побыть одной. Позвонил Джон, хотел поболтать. Так что, он приехал в гости.

— Понятно. — Я ожидала какой угодно реакции, но не такой. Обычно Дар фыркает при упоминании копа, морщится, выдает шуточки. А сейчас ничего. Даже отвернулся. Будто, здесь нет ничего необычного, будто он …не удивлен.

— Дар, посмотри на меня. — Уловив изменения в моем голосе, мужчина повернулся. И я увидела это в его глазах. Он, действительно, знал о Джоне. — Ты, ведь, знал, что Джон приезжал, да? Поэтому ты и спросил, буду ли я сегодня одна?

В ответ мужчина только вздохнул и опустил глаза, признавая мою правоту.

— Как? Как ты узнал? Ты следил за мной?

— Нет, не следил.

— Тогда как? Вряд ли ты следил за Джоном. Значит, что-то другое дало тебе знать, что я не одна. И это не сигнализация. Должно быть что-то еще. Что?

— Эния, я просто беспокоюсь о твоей безопасности.

— Что это, Дар?

— Камеры.

— Камеры? — Внутри меня что-то дрогнуло. — В моем доме?

— Нет, не внутри. Они снаружи. Когда кто-то приближается к твоему дому, я могу увидеть его на экране. Это ради твоей безопасности.

— Я могу это понять. Но почему ты сразу не сказал мне об этом?

— А что бы это изменило? Ты бы не виделась с ним дома? Или тщательнее выбирала темы для разговора? — Я видела, что последняя фраза вырвалась у него случайно, и он очень жалел о ней. Ведь, она говорила о многом.

— Ты знаешь, о чем мы говорили? В моем доме жучки? Или еще что-то? Ради моей же безопасности?

— Нет, там ничего нет.

— Тогда как ты узнал? — И тут меня осенило! — Ты приходил! Ты увидел, что приехал Джон, и пришел! Я права?

— Да.

— Почему, Дар? Ты же знаешь, что он не причинит мне вреда! — Но ответ мне не понадобился — сжатые челюсти и убийственный взгляд говорил обо всем. — Ты ревнуешь! Думаешь, он пытается отобрать меня? Поэтому ты пришел. А благодаря отличному слуху, ты слышал, о чем мы говорили.

— Прости.

— За что? За то, что ты не доверяешь мне?

— Я доверяю тебе! Я не доверял ему!

— Не доверял? А, услышав наш разговор о тебе, стал доверять?

— Эни…

— Что?

— Я демон! Мы собственники. Не представляешь, как мне хотелось врезать ему только за то, что он рядом с тобой. Это инстинкт!

— Это должно было меня успокоить? Примирить с тем, что ты подслушивал? Ты знаешь, что я сильнее его, я бы справилась и сама, если бы понадобилось. Но ты все равно пришел. Это недоверие ко мне Дар, даже если ты не хочешь это признать. И это больно. Я давала тебе повод для этого?

— Нет.

— Тогда я не понимаю. О каких отношениях может идти речь, если с твоей стороны нет доверия? Я ни разу не спросила, где ты был, с кем. Это твое дело, если захочешь — расскажешь. Я доверяю тебе. Но не получаю этого в ответ.

Я покачала головой и отступила назад. Дар попытался сократить это расстояние, но я выставила руку, не позволяя это сделать. Он смотрел на меня с сожалением, сжимал в бессилии кулаки, хотел что-то сделать, попытаться объяснить. Но все это разбивалось о разочарование в моих глазах. Дару было больно его видеть. Но он понимал, что сам все испортил.

— Эни, прости меня…

— Прощу. Но мне нужно время на это. И все уже не будет как раньше.

— Черт, Эни! — Он сорвался на крик.

— Прости, я хочу побыть одна. Тебе нужно уйти.

Он зарычал, схватился за волосы и…исчез. А я поплелась домой. Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной и сползла на пол.

Вот и второй вечер, когда мои планы срываются. Только, тогда была дружеская беседа, тепло и уют. А сейчас звенящая тишина дома, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. Грустная тишина. Просидев у двери минут пять, я поднялась и перешла на диван. Но и там долго не задержалась. На автопилоте дошла до бара и достала бутылку виски, налила половину бокала и убрала бутылку назад. Я же не хочу напиться. По этой же причине я ушла наверх в спальню. Подальше от бара. Включать свет в комнате не стала, просто залезла с ногами на подоконник. Света луны мне хватало.

Эмоции вспыхнули и осыпались конфетти. Теперь внутри было тихо. Мысли лениво перекатывались в голове, как маленькие волны, палец очерчивал край бокала. Я даже не думала ни о чем — не видела смысла. Принимать решения нужно на трезвую голову. Трезвую во всех смыслах. Сейчас же я была обижена, и немного пьяна — не лучшее время для обдумывания. Нужное время придет завтра, а сейчас я просто посижу в тишине, послушаю ночь, посмотрю на далекие звезды. Это успокаивает. Ночь вообще такое время, когда хочется просто быть, просто смотреть вокруг. Днем мы куда-то бежим, что-то делаем. День — это энергичный ребенок, полный сил и желания играть, бегать, смеяться и всячески путаться под ногами у взрослых.

Ночь — совсем другое дело. Она — женщина, уверенная в себе и в своей красоте, ценности, мудрости, и поэтому спокойная. Ей не нужно торопиться, куда-то бежать, что-то доказывать. Она мягко шествует по земле, даря людям свой покой. Щедро делясь простой красотой окружающего мира. Ночью ничего не видно? Глупости! Видно все, что нужно! Только ночью мы можем часами смотреть на звездное небо, мечтать и воображать, что где-то там во Вселенной могут быть другие разумные существа. Они также живут, радуются и страдают, смеются и грустят, ищут свою любовь, свое место в мире. А, может, у них все совсем по-другому. Но у вас есть кое-что общее — это звездное небо, эта удивительная Вселенная.

Перед этой величественной красотой тушуются все страхи и проблемы, прячутся в закутках разума, облетают, как осенние листья. Остается только покой и умиротворение. И ощущение того, что, действительно, ценно, а что глупо и надуманно, от чего можно избавиться, как от старого хлама. И я избавлялась, отпускала все пустое и ненужное. Наполняла себя звездным светом…и больше не грустила — я улыбалась.

* * *

Море. Сегодня оно не было спокойным. Ветер гнал волны, образовывал барашки на гребнях, бросал в лицо соленые брызги. Потоки воздуха трепали полы моего пальто, путали волосы…и прекрасно прочищали голову. Свинцовые тучи над головой не добавляли мрачности, скорее красоты. Природа прекрасна во всех проявлениях, и сегодня она была одета в грозу. На горизонте сверкали молнии, но это было еще очень далеко. Может, ближе к обеду гроза придет и к нам, а может и уйдет на много миль в сторону. Не важно, я буду рада любому исходу. Гроза меня никогда не пугала. Наоборот, в такие моменты дышалось легче, будто у меня появлялась еще одна пара легких. А вид молний, расчерчивающих небо неровными яркими линиями, только вызывал благоговение. Какая мощь в этом сокрыта, какая безграничная сила!

Но я пришла на берег не ради любования. Здесь мне лучше думалось. Вчерашняя ситуация с Даром уже не казалась мне такой страшной. Да, он поступил некрасиво по отношению ко мне, но я могла его понять. Нет, не недоверие, а страх потерять. Для демона, который первый раз в жизни столкнулся с такими чувствами, как нежность, ревность, желание полного обладания — справиться с эмоциями может быть тяжело. Я видела по его взгляду, что он чувствует, как пытается справиться…и не может. Мой слабый сильный демон. На самом деле, Дар не уверен не во мне, а в себе. Здесь есть и моя вина. Мужчинам тоже важно слышать, что они самые любимые и единственные, что другой не нужен. Демоны, ведь тоже мужчины. Перед лицом чувств видовая принадлежность теряет свою значимость.

Я простила Дара. Пережив все «горячие» эмоции, сегодня я взглянула на все иначе, и вопрос о дальнейших действиях даже не стоял. Я точно знала, что мне делать, и ни секунды не сомневалась.

Дорога легко ложилась под колеса автомобиля. Машин в этом направлении было не много, поэтому до поворота к лесу я доехала минут за десять. Под сенью деревьев было довольно темно. Лес стал загадочным, таинственным. В другое время я бы наслаждалась этим зрелищем, но не сейчас. Сейчас меня ждал Дар. Как только я подъехала к его дому, убедилась, что, действительно, ждал. Увидел на камерах? Услышал шум двигателя? Какая разница, главное, что вот он, стоит у лестницы, опершись о перила. И смотрит на меня, не сводя глаз. И взгляд такой ожидающий, настороженный. Я заглушила двигатель, вылезла из машины, закрыла ее и молча пошла навстречу мужчине. Он не сдвинулся с места. Ну и пусть. Подошла и без предупреждения поднялась на носочки и поцеловала. Вот тут он отреагировал! С облегченным рычанием притянул меня ближе и впился в губы голодным поцелуем. Я обвила руками его шею и буквально повисла на мужчине. Через поцелуй Дар извинялся передо мной, говорил, как сожалеет о своем поступке, как боялся потерять меня, и как рад, что я приехала. Я на том же языке поцелуя отвечала, что поняла его и простила, что не сержусь и никуда не уйду. Он поверил. Слова были не нужны. Сейчас они были бы лишь пустым набором звуков.

Дар прервал поцелуй только когда воздуха уже совсем не хватало. Уткнулся носом в мои волосы и продолжил обнимать меня. Мы стояли молча и впитывали тепло друг друга, вдыхали запах кожи. Потом я высвободилась и потянула его в сторону дома. Внутри гостиной увидела бутылку виски на столе и понимающе хмыкнула. Ему тоже не далась легко эта ссора. Проводила Дара к дивану и усадила, а сама села ему на колени. Руки мужчины тут же обвили меня, притягивая ближе. Ему такое положение понравилось. Я проводила пальцами по его лицу, шее, плечам. Дар терся лицом о мою руку, иногда пытался в шутку поймать зубами мой палец. Я отдергивала его, а потом возвращала назад. Рука мужчины мягко поглаживала мою спину. И было так спокойно, так хорошо и правильно.

А через час за окном пошел дождь. Как-то резко и сильно, стеной. Но это только добавило уюта в доме. Дар проводил носом по моей скуле, щеке, а затем нашел губами мои губы. Поцелуй был медленным, нежным, сладким. Мы прерывались на дыхание и снова целовались. Для удобства я перекинула одну ногу через колени мужчины и села лицом к нему. Дар задышал чаще и притянул меня ближе. Я почувствовала весь рельеф под собой. И мужчина не остался равнодушен. Впрочем, как и я — изнутри поднималась волна желания. Невинный поцелуй перерастал в нечто большее. Я хотела Дара, а он меня. В подтверждение своего желания, стянула блузку через голову. Дар меня понял.

— Ты уверена?

— Да.

Мужчина подхватил меня под бедра и встал, держа меня на руках. Дорога до спальни была преодолена в рекордные сроки. Хейдар поставил меня около постели и начал расстегивать ремень джинсов. Я не осталась безучастной, попутно стягивая с мужчины пуловер, проводя пальцами по его обнаженной коже. Дар вздрагивал и прикрывал глаза. Это заводило меня еще больше. Его реакция на меня — такая открытая, естественная, яркая. Со штанами мужчины мы справились так же быстро. Точнее, Дар просто сдернул их и отбросил в сторону. А потом меня аккуратно уложили на кровать и осмотрели горячим взглядом. Не знаю, как подо мной не занялась простынь, учитывая, что Дар — демон. Его губы начали путешествие с моей лодыжки, медленно поднимаясь выше. Иногда он слегка кусал мою кожу, заставляя меня вздрагивать, а потом зализывал «обиженные» места. Когда Дар провел языком по моему животу, я не сдержала стона. Затем была шея, которая оказалась моим слабым местом. Здесь я уже не могла сдерживать себя, чему мужчина был только рад. Это было ясно по его низкому рычанию. Не знала, что он так умеет.

Пока Дар искал мои чувствительные места, я нашла его слабости. Когда я провела ногтями по его спине, мужчина застонал. Так, да? Буду знать.

Я не заметила, когда Дар успел расстегнуть мой бюстгальтер и отбросить его в сторону. Почувствовала только горячие губы и язык, накрывшие мою грудь. От этого меня выгнуло дугой. Дар переплел свои пальцы с моими, и завел мои руки наверх за голову. Это положение не давало мне возможности пошевелиться, что мужчине и было нужно. Дальнейшее превратилось в чувственную пытку. Я стонала, царапалась, пыталась потереться о Дара, чтобы избавиться хоть от капли напряжения в теле. Мое белье полетело в сторону, белье Хейдара присоединилось к нему спустя секунду. Пальцы мужчины скользнули вниз, прикасаясь к нежной коже. В ответ я всхлипнула и подалась вперед.

— Девочка моя, маленькая, нежная, — он шептал мне это на ухо, закидывая мою ногу к себе на бедро. Вторая присоединилась к ней без подсказки. Когда его губы прикоснулись к моим, я почувствовала, что он медленно входит в меня. Потом резкий толчок, отозвавшийся болью.

— Шшш…все хорошо, — он продолжил меня целовать, отвлекая, давая привыкнуть к ощущениям. Первые несколько толчков были немного болезненными, но потом боль ушла, а на смену ей пришло удовольствие. Теперь хотелось ближе, сильнее, больше. Напряжение в теле нарастало медленно, но неукоснительно. Я двигалась вместе с Даром, притягивала его ближе, царапала. В какой-то момент я увидела его глаза — в них почти не было видно радужки, зрачок расширился и занял ее место. Но это было не все — в глазах проскакивали алые всполохи. Это не напугало меня, как раньше, а только сильнее возбудило. Как же тяжело ему сейчас сдерживаться, если прорывается демонская сущность?

— Дааар…не сдерживай себя, — он посмотрел мне в глаза и понял о чем я, — пожалуйста…

Мужчина сильнее сжал челюсть и закрыл глаза, а когда открыл — они светились красным. Дар ожидал моей реакции, и она не заставила себя ждать — я притянула его ближе и поцеловала. С громким рыком мужчина начал двигаться снова. Только теперь резче, быстрее. Чуть спавшее возбуждение взвилось снова, еще сильнее. Кожу начало покалывать, дыхание участилось. Мне хватило нескольких толчков — нервные окончания буквально взорвались, вырывая из меня крик. Не осознавая, что делаю, я впилась зубами в ключицу Дара. Этого было достаточно, чтобы мужчина последовал за мной. Хейдар упал на меня и хотел перекатиться, но я не позволила.

— Я тяжелый, — его дыхание все еще срывалось.

— Ну и что. Мне хорошо так.

— Ты как?

— Хорошо, — рассмеялась я такому вопросу. — Это мне надо спрашивать, как ты? Я же тебя укусила! Честно, само собой получилось.

— Мне понравилось. Можешь кусать меня почаще, — он потерся носом о мою шею.

— Хорошо, я запомню.

Мышцы были такими слабыми, руки неподъемными, по телу гуляли остатки пережитого наслаждения. Я закрыла глаза и растворилась в этих ощущениях. И не заметила, как заснула. Только на грани сна почувствовала, как Дар перекатился, укладывая меня себе на грудь и укрывая сверху одеялом. А дальше я провалилась в сон без сновидений.

Глава 20

Утро началось со звонка. Пока я пыталась проснуться, Дар забрал телефон и вышел из комнаты. Я воспользовалась этим временем, чтобы принять душ. Когда я вышла из душа, мужчина сидел на краю постели и взгляд его не предвещал ничего хорошего.

— Что?

— Кое-кому нужна твоя помощь. У одного из влиятельных вампиров убили первого помощника. Если виноваты те, на кого он думает, начнется война между группами.

— Хорошо, пусть передадут какую-нибудь его вещь, я посмотрю. Может, удастся что-то увидеть.

— В этом все и дело. Они хотят, чтобы сам процесс проходил при них. Слишком важный вопрос, и слишком многое зависит от ответа. В свою очередь они обещают полную безопасность для нас.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Проблемы нам не нужны, поэтому придется сделать так, как они хотят.

— Этому главному вампиру можно доверять?

— Арий сильный, древний вампир, который чтит традиции и держит слово. Для него обещание — не пустой звук. С теми, кто переходит ему дорогу, он довольно жесток, но справедлив. Арий бережет свою репутацию.

— А что будет после того, как мы дадим ему ответ? Вдруг, те, кто виновен в смерти его помощника, решат нас убрать в отместку?

— Думаю, они будут слишком заняты, спасая свои шкуры. Арий действует быстро и решительно.

— Хорошо, когда они хотят нас видеть?

— Сейчас.

— Но сейчас же день!

— Малышка, именно поэтому нам придется ехать на их территорию.

— Ладно, я буду готова через пятнадцать минут.

— Может, перекусишь?

— Думаешь, мне сейчас кусок в горло полезет?

— Ладно, буду ждать тебя в гостиной.

Дар вышел из комнаты, а я глубоко вздохнула и начала одеваться. Надеюсь, Дар прав, и этот Арий не причинит нам вреда. Вдвоем против них нам не справиться. Полагаю, вампиров там будет много. Интересно, что из известного о них, правда, а что вымысел?

Как только я вошла в гостиную, Хейдар поднялся и обнял меня.

— Все будет хорошо, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Веришь?

— Верю. — И я, правда, верила. Мужчина говорил это очень убедительно.

— Спасибо.

За руль сел Дар. Логично, я не знала, куда ехать, к тому же волновалась. Мы доехали до центра города, на одной из улиц припарковались и вышли. Никогда не думала, что вампиры будут жить в самом центре у всех под носом. Я ожидала дом за городом, в лесу, у моря, да где угодно, только не в самом центре! Или это по принципу «хочешь спрятать — положи на видное место»? Дар повел меня за руку в проулок, где мы подошли к небольшой металлической двери. Черный ход? Только для своих? Нам открыл мужчина, по виду — обычный человек. Хотя он и должен быть человеком, иначе, как открыть дверь днем? Гости-то приезжают круглые сутки. Обслуга, вероятно, вся состояла из людей. Только охрана — вампиры.

Нас проводили вниз по лестнице к следующей двери. На ней был кодовый замок и система распознавания лиц. Черт, а тут неплохая охрана. Я тут же вспомнила всю систему безопасности в доме Дара. Прибамбасов не меньше, чем здесь. Только Дар там живет один, а этих тут целая куча, судя по всему.

За дверью был коридор, по которому нас проводили дальше. По пути нам встретились несколько человек из обслуги (об этом говорила их униформа) и парочка вампиров из охраны, на которых я старалась даже не смотреть. Мы остановились около больших двустворчатых дверей из красного дерева. Наш сопровождающий постучал, и после короткого «войдите», нас впустили внутрь. Передо мной открылась большая комната, обставленная в бордово-коричневых тонах. Диваны, кресла, стеклянный столик, шкафы с книгами, на стене картины, оружие. На одной из стен тяжелые портьеры, хотя я уверенна, что за ними нет окна. Пол в комнате из какого-то непонятного материала, без ковра и даже коврика. Это чтобы кровь смывать легче было?

— Здравствуй, Хейдар.

Мой взгляд метнулся к креслу, в котором сидел вампир. По его уверенному положению и выражению лица можно было понять, что это и есть Арий. Темноволосый, восточные черты лица. Я бы сказала, что он выходец из Саудовской Аравии, или откуда-то с тех земель. Вокруг него стояли несколько вампиров, с любопытством разглядывающие почему-то меня. От этого я невольно прижалась к Дару. Он, почуяв мою реакцию, ободряюще сжал мою ладошку.

— Здравствуй, Арий. Мы прибыли.

— Это и есть та девочка, которая может мне помочь?

— Да.

— Как тебя зовут, дитя? — Его глаза смотрели на меня без агрессии — чистое любопытство.

— Эния.

— Прекрасное имя. И так подходит тебе. Этот демон сказал, что ты можешь мне помочь. Это так?

— Я постараюсь.

— Постарайся. От тебя многое зависит.

— Я понимаю.

— Отлично. Тебе нужна личная вещь убитого?

— Да.

— Держи. Что-то еще? — Вампир протянул мне шкатулку. Я медленно подошла и взяла ее. Внутри оказалась серьга.

— Нет. Мне нужно сосредоточиться.

Дар проводил меня к дивану и уложил. Сам он сидел, держа мою голову на своих коленях.

Я закрыла глаза и постаралась нырнуть в серьгу, увидеть остаточную информацию. Медленно мое сознание заволакивала тьма, потом появилось подобие дыма, смутные крики. Я была ранена, старалась пробраться к выходу, вокруг все горело. Тут ко мне подбежал один из своих.

— Чейз, ты узнал?

— Да, они сказали правду. Они не причем. — Я была удивлена. Босс должен узнать эту информацию как можно быстрее.

— А кто виноват?

— Кто-то из своих! Фарид должен знать!

И тут произошло то, чего я не ожидала. Мой сопровождающий развернулся и воткнул мне в сердце нож.

— Прости. Никто не должен об этом узнать.

Я пыталась сопротивляться, но тьма наползала и через несколько секунд я умерла. И тут я уже в своем теле вскочила на диване.

— Ты в порядке? Ты видела? — Дар обеспокоенно наблюдал за мной.

— Да, я видела.

От этих слов все вампиры подобрались и еще пристальнее посмотрели на меня. Я хотела повернуться к Арию и рассказать ему об увиденном, но не успела. Мой взгляд наткнулся на вампира. Это был тот самый, который убил этого Чейза.

И по моему взгляду он понял, что я все знаю.

— Что ты видела? — Не терпеливо спросил Арий. А я ответила, не отводя взгляд от убийцы.

— Его. Это он убил.

Ответом мне был коллективный вздох. На всех лицах было написано удивление, и только на одном — желание убить.

— А откуда нам знать, что ты не лжешь? — Это был один из вампиров, стоящих рядом со мной.

— Это серьезные обвинения. Ты можешь как-то доказать? — Это уже был Арий.

— Владелец этой сережки был ранен, он пытался выбраться с какого-то пожара. Он раздобыл информацию.

Далее я пересказала все видение. По мере рассказа лица вампиров становились все серьезнее. Все понимали, что узнать эту информацию я не могла. Только увидеть. И в завершении всего этот самый убийца бросился на меня. Но я даже испугаться не успела. Его поймали свои же вампиры.

— В подвал его. И найдите Фарида, — приказал Арий. Как только убийцу вывели, Арий повернулся к нам. В комнате помимо нас троих оставалось еще два вампира из охраны.

— Эния, я благодарю тебя за помощь. Хейдар, нужную сумму я переведу на твой счет. И хочу сказать вам еще кое-что. В городе намечается заварушка. И связана она с вами. Точнее, с тобой девочка.

— Ты что-то знаешь? — Напрягся Дар.

— Почти ничего. Так, краем уха слышал. Талос в городе, и он собирает своих. Будьте осторожны.

— Спасибо.

— Вас проводить домой?

— Нет, мы сами.

— Ваше право. До встречи, Хейдар. До встречи, Эния. Не хотелось бы, чтобы ты попала в руки Талосу.

— Да, мне тоже, — мой хриплый напуганный голос прозвучал, как скрежет.

— Уже наслышана о нем?

— Да.

— Предупрежден, значит, вооружен. Удачи вам.

— Спасибо.

За дверью стоял наш провожатый, который теми же коридорами вывел нас на улицу и попрощался. Мы сели в машину и поехали домой. На улице светило солнышко, была прекрасная погода, но внутри меня все выло и плакало. Талос. Мы с Даром вдвоем против всей его банды. Что же будет? Внутри меня разливалось предчувствие, что надвигается что-то плохое. И наступит оно совсем скоро.

Когда я напряглась, словно тетива, моя ладонь вдруг оказалась в теплой ладони Дара.

— Мы прорвемся, Эни, слышишь? Ты будешь жить. Веришь мне?

— Верю.

Тогда я еще не подозревала, что самое страшное намного ближе, чем я думала.

* * *

Расслабиться я смогла только тогда, когда пересекла порог дома Дара. Напряжение немного отпустило, взгляд перестал метаться по сторонам в поисках возможной опасности.

— Что мы будем делать? — Мой голос был тихим и усталым. Слишком много всего произошло за последнюю пару часов.

— Бороться, Эни. Для начала, тебе необходимо взять на работе отпуск. Если не отпустят — увольняйся.

— Думаешь, могут напасть днем?

— Да. Днем ты не можешь воспользоваться силой банши. Если меня не будет рядом, ты останешься беззащитна.

— Но ты же будешь?

— Буду, только это не помешает им напасть. В любом случае, днем ты не боец, не сможешь оказать сопротивления. Ни секунды. Поэтому нападать будут именно днем.

— Но что нам делать? Бороться с ними мы не можем — их слишком много. Может, мне уехать?

— Снова бежать? Это не выход. Даже если нас не поймают в первую же ночь, что маловероятно, они пойдут по следу. А бегать все время невозможно. Избавиться от Талоса можно только убив его.

— Вдвоем против всех? Дар, их могут быть десятки!

— В основном, это будут пешки, пушечное мясо. По-настоящему сильных противников на стороне Талоса будет мало. Да и мы, надеюсь, будем не вдвоем.

— А кто еще?

— Знаешь, малышка, этот демон стал занозой не в одной заднице, поэтому желающих расправиться с ним будет достаточно. Все вместе мы составим достаточную для войны силу.

— Войны?

— Да, Эни, войны. Небольшой и, надеюсь, не длительной, но войны. Талос владеет территориями, некоторым бизнесом, людьми и не только. Это все не останется бесхозным. Найдутся желающие растащить добро. И это дополнительная мотивация для сбора союзников.

— А эти союзники не захотят потом прибрать к рукам меня?

— Нет. Не захотят ссориться из-за этого со мной. Я тоже могу быть большой занозой, а терять все по глупости — нет, они не рискнут.

— Понятно. Что я должна делать?

— Ничего. Только взять отпуск, желательно на месяц. Мы перевезем твои вещи сюда, и в ближайшее время ты не выйдешь из дома. Не без меня.

— А если я услышу Зов?

— Придется терпеть. Когда наши противники поймут, что я спрятал тебя, они попробуют выманить тебя Зовом. Поэтому можешь предупредить копа, что скоро в городе станет неспокойно. Лучше ему не попадаться.

— Черт! Джон! Я совсем забыла о нем.

— И правильно. Теперь тебе не до него будет.

— А ты? Они могут напасть на тебя?

— Могут попробовать. И очень пожалеют об этом. Я сообщу всем заинтересованным лицам о намечающейся заварушке. Нужно будет составить план действий.

— Мне страшно. Только сегодня утром все было хорошо, и вот, спустя несколько часов, мой мир осыпался, как карточный домик.

— Малышка, — Дар обнял меня и стал поглаживать ладонью по спине. — Все будет хорошо. Мы справимся с этим. И ты будешь в безопасности.

— У меня плохое предчувствие.

— Потому, что ты боишься. Твой мозг, — мужчина слегка постучал пальцем по моему лбу, — пытается просчитать все возможные варианты развития событий. И не может. Не имеет для этого достаточно достоверной информации. Отсюда и страх. Мы справимся со всем. Главное, чтобы ты находилась в безопасности. Пока я знаю, что ты защищена, я могу драться, как берсерк. Но если только ты попадешь к ним в руки, они получат полную власть надо мной.

— Не говори так. Более того, если я попаду к ним в руки, и ты не сможешь меня спасти без вреда для себя… ты должен будешь убить меня.

— Что? — Дар схватил меня за плечи и посмотрел с гневом. — О чем ты говоришь? Я никогда не сделаю этого.

— Дар. Я догадываюсь, какая участь меня ждет у Талоса. Но я не хочу, чтобы ты жертвовал собой ради меня. Я не приму эту жертву.

— Ты совсем не понимаешь, да? Эния, я люблю тебя! Я не смогу причинить тебе вред! Более того, я позволю резать себя на ленточки, только бы с тобой ничего не случилось.

— Я понимаю, Дар, слишком хорошо понимаю. Поэтому и говорю это. Думаешь, я смогу смотреть, как тебе причиняют боль? Зная, что это из-за меня, что я твое слабое звено. Я никогда себе этого не прощу.

— Давай не будем об этом? Все будет хорошо! Мы со всем справимся, и никто не пострадает. Я даже думать не хочу о том, что могу потерять тебя.

Мужчина прижал меня крепче, будто боялся, что отберут. И я ответила тем же. В этих руках я чувствовала себя в безопасности. И не хотела, чтобы меня выпускали из них, желательно, никогда. Здесь не было существ, желающих моей смерти, не было проблем, не было ничего плохого. Только тепло и любовь.

Глава 21

Об отпуске я договорилась. В ресторане, конечно, этому не обрадовались, слишком неожиданно. Из-за меня пришлось делать много перестановок, вырывать людей с выходного. Мы с Даром поехали ко мне домой, собрали необходимые вещи и перевезли к нему. Так странно, в моем доме будто остановилось время. Будто хозяйка вышла на пару минут и не вернулась больше. Раскрытая книга на диване, яблоко на столике, продукты в холодильнике, вещи в стирке. Я так часто и подолгу была у Хейдара, что не могу уже точно сказать, где мой дом. Если все хорошо закончится, не представляю, как буду возвращаться сюда. И буду ли? Или останусь жить у Дара? Такие неуместные сейчас вопросы. Здесь выжить бы, а потом уже решать, что делать дальше.

Я позвонила Карле и предупредила, чтобы она не приезжала ко мне домой — меня там не будет. Я, как могла, объяснила ей, что сейчас слишком опасно связываться со мной. Подруга попросила быть осторожной и звонить по мере возможности. И ни в коем случае, не рисковать понапрасну. Я на это только улыбнулась. Ее переживания и забота были приятны мне.

Также я позвонила Джону. Ему пришлось рассказать всю ситуацию, как есть. Он высказался намного красочнее Карлы. Коп все рвался присоединиться к нашему «полку», но довольно быстро был осажен Даром, который прекрасно слышал наш телефонный разговор, даже находясь в соседней комнате. Мой демон пообещал вырвать копу все, что возможно, если я из-за него буду переживать и наделаю глупостей. Джону ничего не оставалось, как пообещать не лезть в гущу событий и вообще держаться подальше.

В следующие несколько дней Дар обзванивал кого-то, назначал встречи, договаривался. Пару раз привез полный багажник продуктов «на всякий случай». Его почти никогда не было дома. Но когда Дар приходил…мы старались не упустить ни минуты. Иногда он был нежным, в его глазах проскакивала тревога и переживания. Иногда становился страстным, прижимая меня сильнее, будто старался впитать, защитить. В такие моменты его глаза горели не только желанием, но и решимостью. Мой любимый демон.

Я же только наслаждалась каждым мгновением, проведенным с ним. Запоминала каждое прикосновение, каждую эмоцию, каждый взгляд. С каждым днем я все меньше боялась за себя и больше за него. Я здесь, в безопасности, а он пропадает в городе, там, где на него может напасть любой! Хейдар очень сильный! Я знала и видела это! Но я ничего не знала о его противниках, и в этом была проблема. Талос физически сильнее Дара, древнее. А сколько еще у него помощников? Какие по силе они? Вот это мучало меня. Это, и ожидание. Время тянулось медленно, доставляя мне почти физические муки. Поскольку дел у меня не было, моя голова была забита мыслями. Однажды мне это надоело и я начала тренироваться. Обматывала себя нитями силы, как котенок, запутавшийся в клубке. Изматывала до тех пор, пока сил не оставалось ни на что.

Дар научил меня пользоваться его компьютером, а точнее разбираться в системе безопасности, в ловушках, камерах и сканерах. Я увидела свой дом с тех самых камер наблюдения, по которым Дар тогда узнал о приезде Джона. Казалось, будто это произошло в прошлой жизни. Теперь, пока Дар отсутствовал, я проверяла камеры наблюдения, следила за домом. И однажды это дало результаты. Чтобы не пропустить ничего, я оставляла дверь в кабинет Дара открытой. Было чуть за полдень, я сидела на диване, пытаясь вырастить еще хоть одну нить вокруг головы. Тишину комнаты нарушил писк. Я сначала не поняла, что это, звук был слышим мной впервые. Но то, что он раздавался из кабинета, заставило меня нахмуриться и собраться. Я вошла в кабинет и увидела мигающую сигнальную лампочку — датчик с моих камер наблюдения. Переключив на экране изображение на нужные камеры, я довольно быстро нашла причину срабатывания сигнала. Одна из камер засекла, как к моему дому со «слепой» стороны подходит какой-то мужчина. Слепой она была потому, как рядом не было окон, а с дальних ничего нельзя было бы увидеть — мешали деревья. Мужчина шел медленно, осторожно ступая и оглядываясь. Около самой стены он остановился и будто прислушался к тому, что происходит в доме. Обычный человек никогда не смог бы услышать ничего с такого расстояния. Даже, если бы я ходила по дому и занималась обычными делами. Это, и его странные движения натолкнули меня на мысль — он не человек. Я приблизила изображение, чтобы запомнить, как он выглядит, и проследить за его дальнейшими действиями. Тут мужчина выпрямился и немного расслабился, будто понял, что дом пуст. А потом резко развернулся в сторону камеры, смотря прямо в нее. Я от испуга чуть не упала со стула. Сердце стучало, как сумасшедшее. А мужчина улыбнулся. Но от этой улыбки хотелось забиться в угол и не дышать. С такой улыбкой маньяки мучают своих жертв. И, будто этого было мало, он поднял руку и провел большим пальцем по шее. Тебе конец. А потом он просто развернулся и исчез из поля зрения камеры. И тут меня пробило. Тело совершенно не слушалось, зубы стучали, руки тряслись, по щекам текли слезы. Я с трудом смогла взять телефон и набрать номер Дара. Он поднял трубку после первого гудка.

— Эни?

— Дар, — прошептала я сквозь слезы. На большее меня просто не хватило, слова не складывались, язык не слушался.

— Эни, что с тобой? Ты где?

— До. дома. У тттебя.

— Что случилось?

— Кам. меры…мои. А там… приходил.

— Я сейчас буду дома, слышишь? Я сейчас приду!

Он положил трубку, а я сползла на пол там же, у стола, и обхватила себя руками. Это был Талос? Или кто-то из его приспешников? А вдруг он еще хуже? Через пару минут я услышала писк разблокированной двери и испугалась. А если это не Дар? Но мои сомнения рассеялись через секунду. Мой демон, сейчас испуганный до чертиков, влетел в комнату и, увидев меня, схватил в охапку. А я смогла, наконец, расслабиться. Слезы полились еще сильнее. Дар сначала пытался что-то спросить, но потом понял, что это бесполезно, пока я не успокоюсь, поэтому просто обнимал и тихонько укачивал, говоря, что все в порядке и он рядом. Помогло. Минут через десять я смогла полностью прийти в себя и внятно ответить на вопросы.

— Что произошло?

— Я была в гостиной, когда услышала сигнал с моих камер наблюдения. Я пришла сюда и вывела изображение на экран. И увидела его.

Дар тут же подошел к монитору, где все еще были выведены изображения моего дома. Я показала, какая камера засекла посетителя. Демон отмотал запись на несколько минут назад и посмотрел то, что так меня напугало. Я в это время стояла рядом и сжимала его руку. Но, когда мужчина в записи резко повернулся, я снова вздрогнула. Досмотрев запись, Дар выругался и прижал меня к себе.

— Сукин сын, он услышал камеру.

— Значит, я была права, он не человек.

— Нет, малышка. И еще это значит, что они начали действовать.

— И что нам делать?

— Тебе все также оставаться в безопасности, а я уже действую. Только теперь придется активироваться. Они уже поняли, что на работе ты не появляешься, дома тебя тоже нет, значит, я тебя спрятал. Теперь они попробуют выманить тебя. Мне придется на ночь оставаться здесь.

— Почему?

— Зов. Они попытаются воздействовать на тебя им. Тебе тяжело будет удержаться, я помогу.

— А они не смогут проследить за тобой до дома?

— Возможно. Но пробраться сюда — нет. Поэтому днем тебе нужно будет чаще следить за камерами. Если что — звони мне. Попробуем переловить часть противников.

— Началось.

— Да. Но мы справимся, помнишь?

— Помню. Будь осторожен, ладно?

— Конечно! Я только нашел тебя и не собираюсь отказываться от этого.

От его улыбки мне стало легче, и страх немного отступил.

— От чего я тебя оторвала?

— Прочесывал территорию. Ничего серьезного.

— А ты можешь побыть немного со мной, или тебе надо возвращаться?

— Побуду с тобой.

— Спасибо.

Я поцеловала его, медленно, нежно, наслаждаясь каждым мгновением. Мужчина ответил мне тем же, слегка покусывая мои губы, даря себя в ответ.

— Ты мне нужен, — прошептала я. — Сейчас. Весь.

— Как захочет моя принцесса, — с игривой улыбкой ответил он.

В ответ я только хмыкнула. Кот! Не демон — истинный кот. Его ладони ласково гладили меня, попутно избавляя от одежды, губы скользили по моей шее. Я не горела — медленно таяла, плавилась от его прикосновений. Мой любимый диван в гостиной оказался кстати, дальше мы идти не стали. Сегодня Дар не мучил меня, не заставлял тянуться за каждым прикосновением, просить о большем. Сегодня он дарил, отдавал мне всю нежность, заботился каждым жестом. Поцелуи, легкие, как лепестки, покрывали всю мою кожу. Мягкие толчки медленно подводили меня к краю. И даже разрядка была не крик — стон. И столько было во всем этом любви. Не страсть с ее острым удовольствием, пламенем, бушующем в крови, и ногтями, впивающимися в спину. Нет, сейчас наше единение было наполнено любовью, заботой и лаской.

И я понимала, что для этого мужчины я сделаю все, что угодно. Если надо, даже отдам жизнь.

* * *

А ночью я почувствовала Зов. С каждой секундой он становился сильнее, и сопротивляться ему было тяжело.

— Дар, — позвала я мужчину, и он все понял по моему отчаянному голосу.

— Ты должна удерживать себя от перехода во второй облик.

— Это тяжело, тело само пытается поменяться.

— Ты же не зря столько концентрировалась и сосредотачивалась на своей силе. Сопротивляйся до последнего, дыши глубоко, отвлекайся от Зова.

— Это все равно, что держать плотину своими руками. Лишь вопрос времени.

— А тебе и не надо всю ночь сопротивляться. Они убьют жертву и Зов пройдет.

— Ты так об этом говоришь! Это же человек! — Я понимала, что зря срываюсь на Даре, но вся выдержка уходила на сопротивление.

— Но ты все равно не можешь ему помочь. Поэтому терпи и сопротивляйся! Можешь вспоминать какие-то приятные моменты, которые успокоят тебя.

— Какие к черту моменты? — Дар уже сидел сверху на моих бедрах, удерживая мои руки и ноги. И спасибо ему за это, иначе я уже моталась бы по всему дому и методично била все, что может разбиться. Или сделала еще что похуже. Например, выбралась на улицу.

— Любые! Можешь даже просто злиться на меня! Главное — отвлекись.

— А может, ты просто вырубишь меня? Ты же должен знать как — пережать там что-то и я потеряю сознание.

— Тебе нельзя сейчас терять сознание, иначе контроль над телом возьмет подсознание — банши. И тогда мне будет намного труднее. Если хочешь, можешь покричать.

— Больше всего я сейчас хочу побить тебя! — Дар только усмехнулся на это.

— Это не ты, это банши в тебе хочет этого.

— Тогда припугни ее! Ты же демон! Ты сильнее ее!

— Я не хочу, чтобы ты меня боялась, — серьезно произнес он.

— Дааар, так тяжело ее держать. Я больше не могу.

— Тогда будем вместе.

И тут он сделал то, что я меньше всего ожидала — поцеловал меня. А я взяла, да и укусила его в ответ. Не знаю, кто из нас злился, банши или я, не могу различить. Дар на укус отреагировал странно — хмыкнул, а потом укусил меня за шею. Не больно. Но заставило меня просто взвиться. В какой-то момент я заметила красные искорки, проскакивающие в глазах демона. Да, это становилось больше похоже не на Дара и Эни, а на демона и банши. Он мог поцеловать меня, укусить, делать все, что захочет. А я не могла ответить — крепкие руки хорошо удерживали меня. И это злило еще больше. Но я продолжала сопротивляться, пыталась достать до него, выбраться. Но выбраться не за тем, чтобы отправиться на Зов, я его почти не замечала. Теперь моей целью было побороть демона, победить его. Рычание (непонятно чье), одни светящиеся глаза напротив других, борьба двух сильных существ, противостояние мужчины и женщины. Я не заметила, когда Зов пропал, слишком занята была для этого. И в этот раз не было нежности, была сила, ярость и желание. И было двое проигравших. Или, может быть, победивших?

Глава 22

Сегодня Дар ушел рано утром. Вроде бы, появились зацепки о возможном местонахождении Талоса. С одной стороны, я боялась, что это окажется правдой, а с другой, надеялась на это. Так хотелось, чтобы ушла эта тяжесть на душе, этот Дамоклов меч. Чтобы снова можно было выходить на улицу, гулять, не боясь быть убитой. Дар рассказал, что желающих расправиться с Талосом собралось достаточно. Это давало надежду на благополучный исход дела. Неужели, пройдет еще немного времени, и я буду вспоминать это, как страшный сон? Хотелось бы.

Время до вечера прошло в наблюдении за камерами. Но все было тихо. Когда зазвонил мой телефон, я даже подскочила от неожиданности. На экране горело имя «Карла». Эх, подружка, не вовремя ты, немного. Но трубку я все же взяла…чтобы услышать там мужской голос.

— Ну, здравствуй, беглянка, — от этого тихого вкрадчивого голоса у меня волосинки на теле стали дыбом.

— Кто это?

— Важно не это, важно — кто у меня? — Меня охватил ужас. Карла, моя подруга, добрая и, к сожалению, уязвимая, у него.

— Откуда мне знать, что это правда? — Мой голос не выдал ту бурю эмоций, которая бушевала во мне.

— Да легко! Детка, скажи пару слов своей подруге. — На том конце послышалась возня, но голос так и не прозвучал. — Надо же, упертая! Бережет тебя. Ничего, кричать-то она не разучилась еще.

И в следующее мгновение я услышала это. Крик боли. Это, действительно, была Карла.

— Хватит! Я поняла.

— Отлично, значит, понимаешь, что мне нужно?

— Обмен? Меня на нее?

— Умница.

— Но откуда мне знать, что ты не убьешь ее, как только получишь меня?

— Ниоткуда. Но если ты не придешь, она точно умрет. Она мне и даром не нужна, но она нужна тебе, поэтому решай.

— Куда мне прийти?

— Эни, не приходи! — Крик Карлы был мне, как нож в сердце. Она готова была рискнуть собой, чтобы спасти меня.

— Думаешь, я скажу тебе адрес? Нет, выходи из дома, тебя уже ждут и проводят ко мне. И не вздумай никому звонить — твой телефон прослушивается. Один звонок, и твоя подружка пойдет кормить рыбок.

Я перевела взгляд на монитор и увидела его. Тот самый мужчина, который был около моего дома, теперь здесь, ждет у выхода. Господи, что же мне делать? Дар, где ты?

— Хорошо.

— Буду с нетерпением ждать.

Я положила трубку и закрыла глаза. Прости меня, Дар, я не могу поступить иначе. Она не должна страдать из-за меня. А позвать тебя я никак не могу. Он услышит и Карла умрет. Машинальным жестом я начала теребить цепочку на шее. И тут мне пришла в голову идея. На цепочке висел тот самый кулон с маяком, по которому меня находил Джон. Коп знает, что я заперта и не выхожу на улицу, поэтому, увидев сигнал, поймет, что что-то не так. Я трубку не подниму, и он позвонит Дару! А Дар найдет меня по маяку! Не медля ни минуты, я нажала скрытую кнопку в кулоне, засунула нож под куртку и вышла из защищенной части дома. Дверь на улицу я открывала дрожащей рукой.

Он стоял там, мой кошмар. Стоял и улыбался той самой улыбкой. В моем кармане завибрировал телефон и мужчина нахмурился. Он подошел и достал телефон, после чего зашвырнул его в кусты, а меня резко поднял на руки и побежал. Да, теперь я убедилась в том, что он не человек. Люди с такой скоростью бегать не могут.

На землю меня опустили спустя минут десять. Это было какое-то большое заброшенное здание. Вокруг строительный мусор, трубы, доски. Да, не очень приятное местечко для смерти. Хотя, о чем это я? Убивать меня как раз и не собираются. Для меня припасли участь похуже.

Пройдя по лестнице, затем через несколько дверных проемов, мы пришли на место. Первое, что бросилось мне в глаза — связанная Карла, сидящая на пыльном бетонном полу. На щеках дорожки слез, волосы растрепались, колготки на ногах порваны, сквозь них видны ссадины. Сзади девушки стоит один охранник, а сбоку еще с десяток. И впереди них стоит один мужчина. От него веет такой аурой силы и безумия, что у меня нет сомнений — передо мной Талос.

— А, вот и наша гостья! — Радостно произнес он. Карла, увидев меня, расплакалась сильнее.

— Отпусти ее, — потребовала я.

— Шон, развяжи девчонку, — приказал Талос. Стоящий сзади подруги мужчина, наклонился и развязал ее. Карла встала, потирая саднящие запястья. — Свободна!

Карла оглянулась на меня, будто спрашивая меня, что ей делать?

— Иди. А лучше беги. Как можно дальше.

— А ты?

— А я останусь поговорить. — Услышав это, мужчины рассмеялись. Подруга вздрогнула и подошла ко мне. Я обняла ее на прощанье. Она хотела еще что-то сказать, но я не позволила. — Уходи!

Она провела ладошкой по моему лицу и убежала. Ну что ж, теперь мне нужно потянуть время до тех пор, пока придет Дар. Я верила в это.

— Я так понимаю, ты — Талос.

— Правильно понимаешь. А знаешь, зачем ты мне?

— Да уж догадываюсь. Ты хочешь сделать меня овощем.

— Ну, зачем сразу так? — Он медленно стал подходить ко мне. — Хотя, по сути, верно. Ты очень ценный кадр. С тобой я могу добиться многого! И мне так хочется посмотреть на тебя в образе банши.

— Прости, не могу удовлетворить твое любопытство — еще слишком рано, солнце только село. Вот через несколько часиков — пожалуйста.

— Ничего, у нас с тобой еще столько впереди! Успею насмотреться…наиграться, — он пропустил прядь моих волос между пальцами, а я еле сдерживала себя, чтобы не отшатнуться. — Ты так мило боишься. Твое сердечко стучит так быстро! Как у пойманной птички, коей ты и являешься.

— Будешь ломать птичке крылышки?

— Не сейчас. Сначала я начну выдергивать перышки. — Он наклонился к моему уху и прошептал. — По одному, мееееедленно.

Я сглотнула от страха, но продолжила стоять ровно. Не сгибаться перед ним. Талос обошел вокруг меня, вдохнул запах моих волос, кожи.

— Ммм…ты пахнешь страхом. Так вкусно, — от удовольствия он закрыл глаза. — Кожа такая ровная, гладкая…идеальная. И такие красивые губы.

— Был уже один такой, хотел зашить мне рот и продать меня тебе.

— Надеюсь, он мертв?

— Конечно.

— И правильно! Зашивать такой рот? Это кощунство! Я люблю слушать крики, а с зашитым ртом это было бы проблематично. — Его голос был низким, бархатным, мужчина почти шептал. В совокупности со словами, которые он говорил, это звучало особенно жутко. Вспоминались фильмы ужасов, которые я когда-то смотрела. Талос был бы отличным героем для одного из них. Только вот я не хотела бы быть героиней.

— Ты же понимаешь, что Хейдар найдет тебя.

— Твой ручной демон? Детка, он сейчас слишком занят. А к тому моменту, как он освободится, мы будем уже далеко отсюда. Пусть ищет! У меня достаточно охраны, чтобы развлечь его. Так что, надеюсь, ты успела попрощаться с ним? Другого шанса не выпадет. Кстати, я думал, ты будешь угрожать мне, кричать, сопротивляться. А ты просто стоишь. Почему?

— А почему ты пришел с кучей охраны на встречу с беззащитной мной? Боишься?

— Тебя? — Он рассмеялся моему предположению. — Нет, конечно! Просто я всегда предпочитаю подстраховку. У меня, знаешь ли, много врагов.

— Да уж догадываюсь. С таким-то характером.

— Девочка, ты еще не знаешь моего характера! Я ведь тебя еще не тронул.

— Аппетит нагуливаешь?

— Да, наслаждаюсь победой.

— Не радуйся раньше времени. Может, я тебе поперек горла стану.

— А ты мне нравишься. Острая на язычок. Такую будет интересно ломать. Ладно, я хочу посмотреть поближе на то, что мне досталось. А на тебе слишком много одежды. Сними куртку.

Я понимала — если не сниму ее сама, ее снимет он. Поэтому медленно расстегнула замок и сняла куртку.

— Нож? Против меня? Мне даже немного обидно. Ты считаешь, что можешь справиться со мной ножом?

— Нет. Но мало ли для чего он может мне пригодиться.

— И то верно. Я пока даже не стану забирать его у тебя. А это у нас что? — Он подцепил одним пальцем кулон с маячком. Хорошо, что с виду он был самым обычным.

— Кулон. Или у тебя какие-то проблемы с украшениями? Думаешь, я пронесла в нем яд? Так у меня еще есть кольцо на пальце — вдруг там бомба? — Я говорила это с таким ехидством, буквально выплевывая слова. А в следующую секунду мою щеку обожгла боль. Талос залепил мне такую пощечину, от которой я упала на пол. На губах чувствовался вкус крови. Взглянув в глаза демона, я увидела там сдерживаемые красные искорки. Он был разозлен. Я выставила Талоса перед его людьми параноиком.

— Поднимайся, — бросил он мне. Можно подумать, я собиралась и дальше сидеть тут. Но не успела я встать — над головой что-то просвистело. Талос успел дернуться в сторону, а стоящий за ним мужчина упал на пол, в его голове торчал обломок трубы. В ту же секунду все вокруг пришло в движение. Помещение наполнилось какими-то людьми, послышались крики, звуки борьбы. Меня резко подняли и оттащили назад. Я попыталась вырваться, но меня развернули и на мгновение прижали к себе. Дар, он пришел за мной.

— На улицу, быстро!

— Но…

— Быстро! Мы справимся тут.

И я поняла его. Сейчас я буду только мешаться под ногами. Никаких сил у меня пока нет, поэтому помочь я не смогу. А вот подставить Дара — легко! Поэтому я развернулась и побежала вон из этого помещения, а затем вниз по лестнице. На улице меня ждал Джон. Он снял куртку и укутал меня в нее.

— Ты в порядке?

— Да, все хорошо. Спасибо тебе.

— Ты напугала нас, девочка! Почему ты вышла? Почему не позвонила мне или своему демону?

— Не могла. Телефон прослушивали. Если бы я только попыталась, Карлу бы убили.

— С ней все в порядке. Мы встретили ее по дороге. Я поймал ей машину — девочку довезут домой.

— Слава Богу!

Теперь я с переживанием поглядывала в сторону здания, ожидая, когда появится Дар. С ним пришло вроде бы достаточно помощи, чтобы справиться с охраной Талоса.

— Джон, что это за здание?

— Заброшенная газовая станция.

— Там же нет уже газа? — Утихшее немного волнение вспыхнуло с новой силой.

— Я не знаю, Эни.

— Черт!

С третьего этажа здания доносились крики и грохот. Каждый раз я вздрагивала от страха. А если там еще остался газ? Ведь в том помещении, где я была, осталась куча труб. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Вдруг из оконного проема третьего этажа вылетел мужчина. Он упал всего в нескольких метрах от нас. Но не успел он встать, из того же окна выпрыгнул друг Хейдара — Чарльз, кажется. Он накинулся на первого и сломал ему шею. Услышав хруст, я только поморщилась и отвернулась. Меня столько раз уже пытались убить, что зрелище сломанной шеи больше не пугало. И как только я отвернулась, в здании раздался противный металлический скрежет, а потом какой-то низкий гул. У меня все внутри замерло от ужаса. В следующую секунду раздался взрыв. Меня снесло с места. Кто-то прижал меня к земле. Когда жар спал, я попыталась встать, руку мне подал Чарльз. Он был тем, кто укрыл меня от взрыва. Словно в жуткой картине, передо мной открылось зрелище обгорелого здания, которое натужно скрипело и начинало складываться, будто карточный домик. Дар!

— Дар! — Я попыталась подбежать ближе, но Чарльз схватил меня и удержал.

— Ты не поможешь ему. Стой, глупая, погибнешь же.

— Там Дар!

— Если он не появится сам, то ты ничем не сможешь ему помочь!

— Сюда едут спасатели, пожарный отряд и копы. — Джон стоял с рацией и выглядел таким же шокированным. — Вам лучше убраться отсюда, чтобы не возникло лишних вопросов.

— Я не сдвинусь с места, пока не узнаю, что с Даром!

— Милая, ты не сможешь помочь ему. Спасатели разберут завалы. Если кто-то выжил…В любом случае, я узнаю результаты и скажу тебе.

— Я не могу его бросить, — по моим щекам потекли слезы, я оседала в руках Чарльза.

— Пойдем, Эни. Нужно уходить.

Вдалеке послышались сирены. Чарльз просто поднял меня на руки и побежал.

— Куда тебя? Домой?

— К Дару.

— Я могу оставить тебя одну? Я хотел бы прочесать территорию вокруг того здания.

— Да. Я хочу побыть одна.

— Не наделаешь глупостей?

— Нет.

Чарльз оставил меня у входа в дом Дара, и проследил до тех пор, пока я вошла и заперлась.

Я двигалась, как во сне. Все казалось сюрреалистичным. По пути в гостиную я натыкалась на предметы, спотыкалась, роняла вещи. Но ничего из этого не волновало меня. Добравшись до спальни, я залезла на кровать, закуталась в покрывало, обняла подушку Дара и закрыла глаза.

Глава 23

Следующие три дня прошли, словно мимо меня. Я передвигалась по дому, проводила руками по предметам, будто запоминая. И ждала. Ждала звонка Джона, и одновременно боялась его. Один раз звонила Карла. Она приезжала к моему дому, но не нашла меня там и тогда позвонила копу. Он сказал, где я, и что добраться ко мне невозможно. Спасибо ему за это. Я не в том состоянии, чтобы принимать гостей. Карла плакала в трубку, говорила, что ей очень жаль, винила во всем себя.

— Если бы меня не поймали, тебе бы не пришлось приходить туда. И все были бы в порядке.

— Карла, милая, здесь нет твоей вины. Только моя. Ты ведь попала туда из-за меня. И Дар пришел за мной.

— Он пришел потому, что любит тебя.

— Да. И потому, что я дала подсказку, где меня искать. Если бы не она, сейчас Дар был бы здесь.

— А где была бы ты?

— Неважно.

— Важно, Эния. Виноваты те, кто хотел причинить тебе вред, и только они. Не вини себя за то, кто ты есть. Ты не выбирала это. И ты не виновата в этом.

— Да.

— Милая, я переживаю за тебя. Может, приедешь ко мне?

— Нет. Я сейчас хочу побыть одна. Со мной все будет хорошо.

— Уверена?

— Да.

— Ладно, я завтра позвоню тебе еще. Держись.

— До завтра.

Я положила трубку и сила на кровать. Сколько еще продлится это ожидание? И что будет в конце? Надежда или приговор? Я боялась даже думать о том, что Дара больше нет.

Ближе к полуночи телефон зазвонил снова. Джон. Мое сердце сделало кувырок в груди. Дрожащей рукой я подняла телефон.

— Джон?

— Да. Я только что узнал последнюю информацию. Разбор завалов окончен. Техника уехала.

— И?

— Мне очень жаль.

Во мне что-то оборвалось.

— Они нашли его тело? — Голос хрипел, будто сорванный.

— Найдено несколько обгоревших тел. Опознать их нет возможности. Они сохранились только потому, что были закрыты бетонной плитой от остального взрыва. А так, найдены несколько частей тел. Взрыв был слишком сильным.

— Он мог успеть скрыться оттуда до взрыва?

— Я разговаривал с Чарльзом. Он прочесал территорию вокруг здания. Никаких следов. Никто не выходил оттуда.

— Я поняла.

— Эни, может, мне приехать?

— Нет.

— Ты уверена?

— Да. Пока.

— Пока.

Все переживания последних дней, все отчаяние, страх и боль скручивались во мне в большой клубок. И им просто не хватало места. Когда я уже не могла сдерживаться, тело приняло более удобную для него форму — банши. И ей не хватало места в этом доме, нечем было дышать. Открыв замки, я выскочила на улицу и сделала то, что умела лучше всего — закричала. Я была уверена — этот крик слышали все!

До самого утра я гуляла по лесу в образе банши. Не могла вернуться к человеческому. Утром я вернулась в дом и начала собирать вещи. Оставаться здесь я больше не могла.

Закинув вещи в багажник, я вернулась в дом, чтобы попрощаться с местом, в котором была так счастлива. Отключила мониторы, камеры — все равно они уже не нужны. Только ловушки и сканеры снимать не стала. Не хочу, чтобы кто-то забрался сюда. Это только Его дом. Повинуясь какому-то чувству, достала из сумочки помаду и подошла к зеркалу. Через минуту на нем появилась надпись «Я буду любить тебя всегда. Прости, что не уберегла».

Вышла на улицу, заперла дверь, села в машину и не обернулась уезжая.

Следующим пунктом моего пути был ресторан. Никто не ожидал увидеть меня там, у меня была еще неделя отпуска. Но еще больше никто не ожидал, что я уволюсь. Карла работала в зале, когда увидела меня. Она тут же подошла ко мне и обняла.

— Милая, что ты тут делаешь?

— Увольняюсь.

— Что?

— Я уезжаю, Карла.

— Куда?

— Домой.

— Насовсем?

— Еще не знаю. Посмотрим.

— Я буду скучать по тебе. Ты будешь звонить мне? — По щекам девушки текли слезы.

— Да. Но не обещаю, что это произойдет в ближайшее время. Мне нужно прийти в себя.

— Я понимаю. Будь осторожна. И знай, тебе всегда здесь рады. Спасибо за все, что сделала для меня. Ты моя самая близкая подруга.

— Пока, — я погладила ее по руке, успокаивая.

— Пока. Я буду ждать звонка.

Я вышла из ресторана и села в машину. Теперь нужно заехать к арендодателю, отдать ключи от дома.

Каждым пунктом поездки, я будто зачеркивала все, что появилось в моей жизни в последнее время. По иронии, зачеркивала все хорошее. Плохое же останется со мной.

Последним пунктом была Гарда. Я хотела попрощаться с Джоном. Увидев меня, он подскочил со стула.

— Эни, что ты тут делаешь? — Коп обнял меня. От его взгляда не укрылись темные круги под моими глазами, бледность кожи.

— Пришла попрощаться.

— Ты…

— Да, уезжаю. Пришла пора вернуться домой.

— Ты уверена? Тебя там кто-нибудь ждет?

— Нет. Но мне это нужно.

— Зачем?

— Потому что это мой дом. Когда-то я сбежала оттуда. Пора возвращаться.

— Навсегда?

— Возможно. Не знаю еще.

— Есть шанс, что ты вернешься сюда?

— Вряд ли.

— Черт, Эни…

— Я знаю, Джон. Ты можешь ничего не говорить, я все знаю, вижу в твоих глазах.

— Я все равно буду ждать тебя.

— Будь осторожен. Береги себя.

— Ты тоже.

— Пока.

— Я провожу тебя.

— Не надо.

Я провела ладошкой по его щеке, а затем молча развернулась и вышла. Все, больше меня здесь ничего не держит. Пора домой.

* * *

Такие знакомые места. Чем ближе я была к дому, тем больше воспоминаний поднималось в моей голове. Они отодвигали на задворки новую драму, позволяя мне в подробностях вспомнить старую. Потерю родителей. Но она больше не доставляла мне той боли, что раньше. Только глухая тоска.

К своему дому я подъехала, когда уже было за полночь. Но это даже к лучшему. Хочу, чтобы как можно меньше людей знало о том, что я вернулась. Не готова я их видеть. Не хочу.

Я загнала машину в гараж, поднялась по лестнице, нашла спрятанный мною ключ от двери. Здравствуй, дом. Дверь открылась с тихим скрипом. Внутри было темно, но включать свет я не хотела. Вместо этого перетекла в образ банши. Сразу обострились все чувства, в том числе и зрение. Первым, что я увидела, была мебель, накрытая тканью. Я сама ее накрывала, когда уезжала. А точнее, убегала. Ничего, завтра все сниму, выветрю запах затхлости и пыли, куплю продукты. А пока… Я прошла по лестнице на второй этаж. Заглянула в комнату родителей, немного постояла в дверях, оглядывая знакомый с детства интерьер, вспоминая, сколько всего здесь произошло.

Дальше я заглянула в гостевую комнату. И только потом подошла к моей спальне. Было страшновато открывать эту дверь. Ведь она вела не только в мою комнату, но и в мое прошлое. Готова ли я встретиться с ним? Да, наверное, готова.

Первый взгляд на знакомые вещи буквально выбил из меня дух. Кровать, застеленная мягким плюшевым покрывалом, стол с кучей журналов, ручек, парой бутыльков с духами и косметичкой. Шкаф с книгами у окна и цветная подушка на подоконнике — именно там я читала книги. На стенах кремовые обои, в которых кое-где видны маленькие дырочки — следы от кнопок. Когда-то там висели плакаты, но потом я выросла и сняла их. Теперь на стене висела картина — грозовое море. В гардеробе старые цветные блузки и юбки, раньше я их любила. В углу кресло с плюшевым медведем, через подлокотник свисают наушники. Господи, будто вчера все это было.

Я прошла к кровати, разулась и легла. И тут же заметила несколько неоновых звездочек на потолке. Я приклеила их туда, когда мне было двенадцать. Это было последней каплей. По моим щекам заскользили слезы. Я снова осталась одна.

Проплакав минут десять, я заснула.

Когда я открыла глаза, на улице было светло. Часы на столе показывали два. Хорошо, что я загнала машину в гараж, иначе с самого утра трезвонили бы в дверь. А так, у меня есть некоторое время, пока соседи заметят, что дом снова обитаем.

Первым делом я спустилась на кухню и заварила кофе. Как хорошо, что он не портится. Старый, конечно, но пить можно. В шкафчиках нашла консервы. Ничего, на сегодня еда есть, а ночью съезжу в круглосуточный магазин за городом.

Оставшееся до ночи время я снимала с мебели ткань, вытирала пыль, мыла полы. Механические действия позволяли отвлечься и не думать ни о чем. Было ощущение, будто я под анестезией. Только не тело — душа.

С наступлением темноты я сходила в душ, переоделась и стала ждать. Вечером можно было встретить гуляющую молодежь, моих старых знакомых, поэтому я предпочитала переждать пару часов. В час ночи я вывела машину из гаража, благо мотор работал тихо, и поехала в магазин. Там, к моей радости, никого, кроме продавца не оказалось. Набрав полную тележку продуктов, я остановилась около стеклянного шкафа. В нем стояли живые цветы. К кассе я подошла уже с цветами. Если кассир и удивился необычному покупателю, то не подал вида. Спасибо ему за это.

По приезду я разложила продукты в холодильнике, снова загнала машину. А затем взяла цветы и вышла из дому. Отойдя на приличное расстояние от жилья, я перетекла в образ банши и отправилась на кладбище.

Здесь было тихо и спокойно. Дойдя до нужного места, я вернула себе человеческий облик.

— Здравствуй, мама. Здравствуй, папа. Вот я и вернулась. Цветы вам принесла. Простите, что так долго не приходила, мне нужно было время. Но теперь я часто буду приходить. Вы же знаете, что произошло, да? Вам оттуда все видно. Что мне теперь делать, мам? Как жить? Без него все вдруг стало таким пустым, чужим, ненужным. Зачем мне вставать по утрам? Ради чего? Куда идти, чем заниматься? Для чего вообще жить? Я потеряла свою цель. Дар заплатил слишком большую цену за мою жизнь, поэтому я должна жить за нас обоих, чтобы эта жертва была не напрасной. Но как мне это сделать? Найти кого-то другого? Попытаться снова стать счастливой с другим мужчиной? Но я не смогу. Я всегда буду сравнивать, и сравнение это будет ясно в чью пользу. Тем более, кого найти? Обычного человека? Мы обе понимаем, к чему это может привести. Да, я помню, Джон понял и принял меня такой, какая я есть. С ним мне повезло, но, сколько же мне может везти? Не уверена, что найдется еще один такой, кто не будет бояться. Да и не нужен мне человек. С ним я никогда не буду чувствовать себя в безопасности, не смогу расслабиться. А искать не человека? Я всегда буду бояться, что он меня использует. Что ему нужна не я, а мой дар. Слишком много всего я видела, чтобы доверять. И как мне тогда быть? Не торопиться? Жить пока, как получается? Наверное, ты права. Может, спустя время я смогу посмотреть на все иначе. Спасибо, мам. За все спасибо. Я очень люблю вас с папой. И я буду беречь себя, обещаю.

Обратный путь занял несколько минут. Физическая усталость брала свое. Я еще не перешла на ночной образ жизни, поэтому глаза уже закрывались. Я не стала мучить себя и легла спать.

Глава 24

В таком полуночном ритме я прожила еще две недели. До сих пор никто из соседей так и не заметил, что дом снова стал обитаем. И я была рада этой отсрочке. Не хотелось выслушивать вопросы о том, почему я уехала, почему вернулась. Это моя жизнь, мой выбор, и отчитываться я не обязана ни перед кем.

Сегодня я встала снова после полудня. Запас денег позволял мне пока не искать работу. У меня было время прийти в себя, обжиться, и начать поиски работы, когда буду к этому готова. Свободное время я посвящала книгам. Они позволяли мне на время сбежать из этой реальности. Иногда продолжала свои тренировки, выращивала новые нити силы, один раз рискнула, взяла вещи родителей и попыталась погрузиться в их память. А потом долго плакала, увидев аварию «изнутри». Джону и Карле я пока не звонила. Отправила сообщения, что со мной все в порядке, я жива и здорова.

Сейчас я снова устроилась в кресле с одной из книжек. Рядом со мной на столике была неизменная кружка с горячим шоколадом. За окном уже смеркалось, людей становилось меньше. Я успела прочитать около пяти страниц, когда в дверь позвонили. Черт, неужели все-таки заметили меня? Когда я успела проколоться? Мысль не открывать, я отвергла. Когда-нибудь придется, почему не сейчас? Глубоко вдохнув, я взялась за ручку и потянула дверь на себя. Когда я увидела, кто стоял на пороге, перед глазами потемнело, и я потеряла сознание.

В себя приходила, лежа на чем-то мягком. Этим оказался диван в гостиной. На столике стоял стакан с водой. Вспомнив, почему я потеряла сознание, я подскочила на месте и стала оглядываться.

— Тише, тише, не волнуйся, — он вошел в гостиную, улыбаясь такой знакомой и любимой улыбкой.

— Дар, — со всхлипом я подскочила с дивана и кинулась к мужчине. Он поймал меня и прижал к себе. А я снова разревелась. Пора прекращать эту тенденцию. Мужчина поднял меня на руки и сел на диван, устроив меня на коленях. Когда мои слезы закончились, я взглянула на Дара, а затем подняла руку и стала проводить пальцами по лицу, волосам, шее. Убеждаясь, что он живой, что, правда, сидит сейчас рядом, и это не сон.

— Ты жив. Боже мой, ты жив! Я думала…

— Я знаю.

— Но как? Там же никто не выжил, а вокруг не было следов. Я ждала до последнего, но мне сказали, что…

— Но ты кое-что забыла. Я демон, меня так просто не убить.

— Просто? Да там так рвануло, а потом все обрушилось.

— Я помню, я был там.

— Да, а я стояла и смотрела. Это было самое ужасное, что я видела в своей жизни. После взрыва я попыталась пробраться в здание, но Чарльз не пустил меня.

— И правильно! Ты бы там погибла.

— Но как ты спасся?

— Там было что-то типа подвального помещения. В то время я бился с Талосом уже на первом этаже. Он пытался сбежать. Как только я услышал скрежет труб и почувствовал запах газа, рванулся в сторону подвала и закрыл дверь. На улицу выбраться я не успевал. Здание сотряс взрыв. Но только я собрался выбраться, послышался гул. Я знал, что он означает. Если бы я вышел — меня тут же убило бы плитами. А так, я оказался заперт. Первое время я восстанавливал силы, заращивал раны. Как только более или менее пришел в форму, начал выкапываться. Благодаря тому, что спасатели разобрали основные завалы, мне было легче. Выкапывался я несколько дней. Все-таки, обломки были довольно тяжелыми. Когда я выбрался, была ночь. Я добрался до дома, открыл дверь…и не нашел тебя. Знаешь, как я испугался? А потом увидел твое послание на зеркале. Я связался с копом. Он крепко выругался, помолился, и только потом смог внятно сказать мне, где ты. Я встретился с Чарльзом, он убедил меня, что все наши враги покоятся с миром. Конечно, после того, как чуть не прибил по тихой грусти. Он тоже поверил в то, что я погиб. Теперь придется заново восстанавливать свои связи и убеждать всех, что я жив. Слухи в моей среде распространяются быстро. Не успеешь умереть, твою территорию уже поделили.

Он говорил, а я слушала и впитывала в себя каждый звук. Я отогревалась, отходила после наркоза. Снова появилось желание жить, встрепенулась радость, подставила лицо солнышку любовь. А тем временем мои пальцы крепко сжимали демона. Главной их целью было — не выпустить. Пока они держат, пока чувствуют тепло, все хорошо.

— Эни, ты меня слышишь?

— А?

— Понятно. — Дар по-доброму усмехнулся.

— Я пытаюсь насмотреться на тебя. Поверить, что это реальность, не сон. Я снова учусь дышать.

— Малышка, я представляю, через что ты прошла. И мне очень жаль.

— Прости меня.

— За что?

— За то, что ты из-за меня чуть не погиб. Знаешь, как я жалела о том маячке? Я мечтала отмотать время назад и не включать его.

— Не смей так говорить! Когда коп позвонил мне и сказал, что ты движешься, причем быстро, я понял, что пришла беда. И я был безумно рад тому, что у тебя был маяк, и мне не надо было прочесывать весь город в поисках тебя. И все равно я боялся не успеть.

— Талос позвонил мне и сказал, что Карла умрет, если я попробую набрать тебя. Мой телефон был на прослушке. И маяк — это единственное, что я могла сделать, чтобы ты нашел меня. И там, в здании, я тянула время.

— Умница!

— Да, только вот, когда мне сказали, что тебя больше нет…Я хотела вернуть все назад. Пусть бы Талос забрал меня, но ты бы остался жив.

— Даже думать не смей об этом, слышишь? Ты ни в чем не виновата. Ты — самое дорогое, что есть у меня. И я не жалею ни о чем! Я прошел бы через это снова, если бы было нужно.

— Не надо! Лучше не надо! Еще один раз я просто не переживу.

— Хорошо, давай теперь просто жить?

— Давай. Только ты не против, если я ближайшие несколько дней не отпущу тебя ни на секунду?

— Против? Я сам хотел предложить это!

* * *

Следующие несколько дней мы постоянно были вместе. Действительно, не отходили друг от друга. Дар изучал мой дом, смотрел мои книги, расспрашивал о моей жизни здесь. Один раз мы даже сходили на могилы родителей вместе. Там он поблагодарил их за меня. А я просто молча стояла и улыбалась. Он был рядом, и больше мне ничего не нужно в жизни.

Эпилог

Я стояла на кухне со стаканом сока и смотрела в окно. Днем. Дар заставил меня показаться людям, причем все время был рядом и иногда отвечал на вопросы вместо меня, когда видел, что я нуждаюсь в помощи. Довольно быстро люди отстали, и мы снова могли жить спокойно.

— Эни?

— Ммм? — Дар вошел на кухню и остановился, опершись плечом о шкаф.

— Не хочу давить на тебя, но ты планируешь возвращаться назад?

— А я уж думала, когда ты спросишь? — Усмехнулась я.

— Спрашиваю.

— Да, в принципе, в любое время.

— Правда?

— Конечно.

— И тебе не жалко будет покидать дом?

— Мой дом теперь там, где ты.

— Рад это слышать. Тогда у меня к тебе еще один вопрос.

— Давай.

— Ты выйдешь за меня?

Стакан сока выскользнул из моих рук и со звоном разбился об пол. А я не замечая этого, продолжала шокировано смотреть на Дара. Мужчина улыбнулся такой моей реакции, подошел ближе и достал из кармана коробочку. Когда он открыл ее, я увидела на белой подушечке кольцо с крупным бриллиантом. Но оно совсем не смотрелось вульгарно. Оно было удивительно прекрасным!

— Пожалуйста, — прошептал Дар.

А я в ответ не смогла промолвить и слова, поэтому просто закивала, как китайский болванчик. Кольцо скользнуло мне на палец, а я снова расплакалась. Только теперь сквозь мои слезы доносился радостный смех. Больше мне не надо думать, как жить дальше и для чего? Теперь я была абсолютно счастлива. У меня был дом, был любимый мужчина, и были верные друзья. Впервые, за последние годы я не боялась, не бежала. Я нашла свой дом, свое место в жизни. И оно было в объятиях моего любимого демона.

Content

Adrialice
Банши

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог