Владимир Тараненко

Разоблаченный логотип, или Психогеометрия

Об издании

Владимир Тараненко

Разоблаченный логотип, или Психогеометрия

Глава 1. Квадратура системы и производства

1.1. Феноменология и психология знака

Мы существуем в пространстве, и от его законов никуда не денешься.

Психологическая метафизика

Знак – тайный коллективный пропагандист, агитатор и манипулятор.

Перефразируя товарища Ленина

Если язык нам дан для того, чтобы скрывать свои мысли, то символ – для маскировки истинного смысла знака.

Козьма Прутков. Рассуждения у монумента

Уважаемые читатели! Я, автор, хочу предварить излагаемый материал одним небольшим, но принципиальным рассуждением. То, что вы прочтете далее, – психогеометрия, но никак не символизм. Я попытаюсь вместе с вами исследовать психологическое воздействие геометрических форм и пространства сугубо феноменологически (от греч. phainomenon – являющееся, данное в явлении), но опять же не символически (от греч. symbolon – условный знак). Иными словами, не через различные исторические и социокультурные установки, стереотипы, привычки, правила, вкусы и модные предпочтения, а по законам действительного психологического воздействия тех или иных форм, фигур, эмблем и т. п. Литература по символизму (энциклопедии, справочники и пр.) весьма обширна, но вот материалы по феноменальной психогеометрии крайне скудны. Для автора стартовым моментом стали крайне обрывочные переводные материалы о «пяти фигурах Сьюзен Делингер». Но как с пятью базовыми элементами можно проанализировать психологическое воздействие логотипа? Вот здесь и помогли навыки профессионального графолога. Ведь буква – это тоже конкретная графическая проекция. А еще принципы кодировки пространства в нашем мозговом восприятии (см. психоанализ визитки в книге «Непродуктивная психология, или Бомба для директора. Визитка: досье на партнера»[1]). Многолетняя практика работы с цветом по методу Люшера также оказалась отнюдь не лишней. Вот так, постепенно мозаика многообразия форм выкристаллизовалась в стройную теорию. Хотя бы на уровне базовых элементов и их пространственного взаимодействия, а также конкретной специфики психовоздействия. Может быть, мне удастся убедить читателя в том, что на первичные (и никуда затем от нас не девающиеся!) психогеометрические ощущения мы нередко старательно наслаиваем всякую бутафорию и хлам и чаще всего – не собственного изготовления. Но действительное психологическое восприятие все равно подсознательно делает свое дело. Актуальность данной проблемы не столько даже психологическая, сколько чисто житейская, т. е. насущная. Оглянитесь, нас повсюду окружает геометрическая символика. Товарные знаки, логотипы, фирменные значки, флагштоки с эмблематикой, рекламная «наружка» и рекламные видеоролики в телеэфире – все это воздействующее на нас организованное пространство тщательно подобрано и сложено из неких пространственных символов. Бизнес как всегда умнее правительства – не доверяя затертости слов, он использует для передачи «своих» сообщений информационные каналы подсознания. Так гораздо эффективнее что-либо донести до сведения. Воспринять глазом, однако, вы можете лишь пространственные явления и цвет. Все остальное расшифрует ваш мозг. Ну а носитель сознания, т. е. сам человек (он же покупатель, гражданин, избиратель, наемный персонал, деловой партнер и т. д.) по наивности решит, что это он сам, лично, так хочет и так поступает. Не будем простаками. Предлагая визитку или презентуя новую упаковку, на нас определенным образом воздействуют. Как конкретно? Для этого придется перебрать и изучить «кирпичики» из кладовой пространственных символов. Воспринять и понять, как все это воздействует на нас с вами. И лишь зная расшифровку пространственных сигналов, можно попытаться их эффективно использовать в своих целях. Есть еще один аспект: предпочтение той или иной символики может многое рассказать о человеке или фирме. В конечном счете выбор полюбившейся фигуры или композиции – не более чем психологическая проекция внутренних психологических процессов наружу. И поскольку для «передачи» выбран язык подсознания, то расшифровка может принести неожиданные сюрпризы. И тогда вы, может быть, совершенно по-иному увидите свою торговую марку. А взглянув на упаковку конкурента, поймете то, о чем лишь смутно догадывались. Итак, добро пожаловать в мастерскую психогеометрических технологий. Будет интересно и не без практической пользы. С уважением, автор.

1.2. «Квадратная» организация

На Востоке, чтобы поднять боевой дух, отжимаются, на Западе – маршируют под прямым углом.

Козьма Прутков. Мысли после передислокации

А квадратное колесо так и не придумали.

…

КВАДРАТ – это проекция чего-то надежного, устойчивого, производящего, отлаженного и систематизированного. Вспомните квадратные в плане римские военные лагеря: помимо войск там располагалось целое хозяйство – от парфюмеров до строителей и кузнецов. Такой лагерь мог без труда выдержать блокаду и производить все необходимое самостоятельно. (Именно благодаря методичности и «хозяйственности» император Адриан смог в течение двух лет держать в осаде и в конце концов взять штурмом практически неприступную крепость Бетар, расположенную в безжизненной пустыне Синая, – последний оплот зелотского предводителя Бар Кохбы. Упрямая методичность и «экономический материализм» императора-стоика оказались более действенными, нежели воля и фанатизм защитников последнего оплота зелотства. А ведь крепость Бетар тайно подготавливалась к восстанию в течение предыдущих десяти лет.) В целом вся римская цивилизация развивалась и действовала в «квадратном» стиле. На квадратных тумбах (подиумах) подпирают несущие балки римские архитектурные колонны, дошедшие в таком виде до наших дней. Имперскому сознанию римлян так больше нравилось – круглые подошвы греческих колонн им казались несолидными для «крутого» имиджа имперских храмов и государственных учреждений. Иное дело – тумба: прочная, величественная, граненая, а посему явно «по делу» занимающая свое место. Ее сложно игнорировать и мимо нее легкомысленно не пробежишь! Николай I, он же «Палкин», видимо, Россию представлял также только квадратной, в виде тотального прямоугольного плаца, где все размечено и построено. Красное здание университета на ул. Владимирской в Киеве – идеальное сочетание стиля ампир (от фр. empire – империя) и личных предпочтений царя. Плац для студентов (он же тогда и строевой), а сейчас просто внутренний дворик – там тоже квадратный.

Квадрат черпает энергию внутри себя, он ее производит и за счет этого способен к расширению своих владений. Чаще всего в поступательной, хорошо спланированной акции. Авантюрный риск – не дело квадратов: если и наступать, то только строевым шагом, в полной боевой выкладке. К обороне квадраты приспособлены еще лучше. Взять их на измор – только погубить себя, истощив в бесплодных атаках весь свой ресурс. Если на эмблеме – квадрат, то ищите источник могущества фирмы в ее действительной миссии, т. е. в секретах производства и целях, ради чего это все организовано. У квадрата обязательно имеется что-то весомое и надежное. Как у тех же римлян – технология, организация и системность. Квадрат, производя, увеличивает собственные ресурсы, методически расширяя поле захвата. И делает он это не спеша, постепенно, тщательно взвесив все «за» и «против». Угловатость квадрата не позволяет ему атаковать среду незаметно, но вот осторожно – пожалуй. Методически подминая под себя захваченную территорию, квадраты всячески пытаются обезопасить свое продвижение. Осторожность никогда их не покидает, ибо, не будучи мобильными, они не могут зазря рисковать выбранным маршрутом, будь то движение фаланги по вражеской территории или вкладывание денег в производство.

Заметьте, по своей геометричности квадрат – фигура равносторонняя. Иными словами – экспансия во всех направлениях! Без видимого предпочтения направления главного удара. Сильное качество как для войны (никто не мог предугадать, с какой стороны отворятся ворота римского лагеря и в какой бок ударит конница), так и для бизнеса. Красноармейский средний комсостав с 1919 года (полк, батальон, рота, взвод) носил в петлицах именно квадраты-«кубики». (О дальнейшей психогеометрической эволюции воинских званий уже сталинского периода читайте далее.)

Так что символ полка длительное время ассоциировался с квадратом (четыре квадрата подряд!). Полк – предельно универсальная с абсолютно автономным хозяйством боевая структурная единица вооруженных сил. Здесь – явно удачное соединение психогеометрии и символизма. В личностном психологическом плане квадрат – эмоционально беспристрастен. Деловой подход и взвешенный расчет для него куда предпочтительнее, нежели сиюминутные бури накала страстей. У квадрата (будь то человек или фирма) высшее наслаждение – то, которое достигается системностью и упорством. Еще один психологический штрих: в наличии мощная рефлексивность как способность проанализировать свои действия, но без малейших поползновений в мнительность и неуверенность. Квадраты – мощное рационализирующее и системообразующее начало – какие тут могут быть сомнения, если план действий разработан и утвержден! А если же их постигнут неудачи, то квадраты лишь сильнее углубятся в работу. Как символ трудоголического базиса они неоспоримы! Учтите еще и жесткость фигуры, а посему девиз квадратов: «Кто не работает, тот плохо живет!».

Кстати, о жесткости этой геометрической фигуры (рис. 1.1). Она сконцентрирована по углам и в гораздо меньшей степени по середине сторон, т. е. квадраты свой силовой метод на среду осуществляют посредством создания опорных узлов или направлений (углы), причем, заметьте, совершенно равноценных и поддерживающих друг друга (линии сторон). «Переть» против квадратов на их стратегическом выдвижении – дело совершенно губительное, только ресурс измотаешь, но вот если нанести неожиданный удар на второстепенном участке (середина стороны) – есть шанс проломить жесткий квадратный периметр. Учтите также, что квадрат обладает ярко выраженной центричностью[2], где точка пересечения диагоналей представляет собой «командный центр» фигуры.

Например, на языке маркетинга это, скорее всего, будет означать: единый стиль и четко выдержанная номенклатура (определенный тип товара) для всех видов рынка. Кажется, именно так нынче работает массовый «общепит». В аспекте менеджмента: строго централизованное управление и координация всего производства из единого «штаба». Хотя товары могут охватывать самые различные сегменты рынка. Если хотите, квадрат – это иерархически административное и плановое универсальное производство с отлично «выставленным» вертикальным управлением, которое не использует независимой дилерской сети и меняет номенклатуру товара лишь по команде сверху. В индивидуально-психологическом плане квадрат – это систематизирующий все и вся трудоголик и производственник, с изрядной долей самоуверенности и упрямства, но при этом всегда учитывающий степень проблем, возникающих на его пути, никогда не поступающий опрометчиво и имеющий превосходно наработанный самоменеджмент. Ну и естественный для квадрата примат рационального мышления и деловых принципов над эмоциями, особенно если последние – сиюминутные. Квадраты абсолютно не импульсивны, они не терпят эксклюзивности и спешки, но им нельзя отказать в способностях к аналитическому экстраполированию и предвидению тех или иных процессов. Еще они весьма деловиты, поскольку внутри жестких бастионов квадратного периметра необходимо создать хорошо налаженное и бесперебойное функционирование собственного производства.

Квадрат – фигура линейная и внутренне легко структурируемая по однотипному образцу (рис. 1.2). Ведь мы без труда можем представить большой квадрат, который состоит из нескольких маленьких. (Что и создавали с упоением в полуторагодовалом возрасте из набора кубиков.) Отсюда – тенденция поддерживать «на потоке» сколь угодно много однотипных линий производства или многократное применение одних и тех же методов управления. В мышлении – системно-аналитический подход с явно выраженным прагматизмом и унитарностью (фр. unitaire – стремящийся к единению). Квадраты (и фирмы, и люди) – мощные ассимиляторы окружающей среды: они все переделывают под себя, даже то, что совершенно им чужеродно. В итоге образуется нечто однотипное. Вспомните квадратов-римлян: они умудрились создать из разноэтнических лоскутов совершенно унифицированную империю с невероятно живучим и превосходно отлаженным механизмом самовоспроизводства.

Обратите особое внимание на элементы рассеченности квадрата (если таковые встречаются в изображении эмблемы, товарного знака, логотипа): в бизнесе таким образом могут неосознанно намекать на структуру управления, при которой в принципе независимые производственные подразделения формально сведены под одну крышу. Вообще любые разделительные линии внутри квадрата устраняют целостность и тотальность единой структуры (исчезает эффект доминирования диагонального «центра»), в итоге создается угроза структурного расчленения фигуры. Разделенный квадрат может в один день распасться на отдельные фрагменты, каждый из которых начнет свою биографию, впрочем, скорее всего, все тем же квадратом по стилю жизни. Римский легион (в разное время от 3 до 10 тыс. чел.), в отличие от монолитной македонской фаланги (оба квадратного построения), мог прямо на поле боя развестись на отдельные когорты (от 360 до 600 воинов) либо манипулы (60-120 чел.), которые могли вести бой как самостоятельно, так и согласованно. В этом плане гибкость тактики и стратегии квадратов, по сути, не имеет себе равных. Те же римляне, имея вооружение невероятно плохого качества (короткие мечи из мягкого железа), тем не менее за счет своего «дивизионального» управления побеждали куда более грозные армии с более технологичным оружием (например, тех же фракийцев, галлов или даков с длинными, хорошей закаленной стали мечами).

Впрочем, возьмите на заметку и следующее соображение: разделительные линии внутри квадратной фигуры могут изобличать некий напряг и какие-то трения, вплоть до возможного разрыва единой структуры. Особенно – если линии раздела квадрата кривые или, скажем, зигзагообразные, т. е. рваные и дисгармоничные по отношению к общей линейной структуре. Это наглядно продемонстрирует следующий графический пример.

Вариант на рис. 1.3 а – гармоничное, вполне естественное, эволюционное, тактическое, стратегическое или просто временное разделение квадрата (дочерние филиалы, гибкое структурирование, полуавтономные подразделения, диверсификация и т. д.).

На рис. 1.3 б представлен отдельный фрагмент квадрата, изображенного на рис. 1.3 а. Хотя он вроде бы визуально-психологически и в общем контуре большого квадрата, но фактически существует совершенно автономно. И тем не менее общая гармония не нарушена. Причина – в относительной легкости деления квадрата на такие же тождественные структуры и нежелании сие производить по каким-то не предусмотренным внутренней структурной логикой совершенно произвольным траекториям. В доказательство взгляните на фигуры, представленные на рис. 1.3 в. Совершенно другое ощущение, не правда ли? Что-то раздробленное на осколки, в которых лишь угадывается бывшая некогда целостной фигура. Тенденция распада явно доминирует над визуальным ощущением слитности. А все потому, что вариант на рис. 1.3 в – расколотый квадрат не по своей воле. Какие-то расходящиеся силы пытаются растащить дотоле монолитную квадратуру. Квадрат ну никак не может делиться на нелинейные осколки, для его рациональной логики – это сущий нонсенс, деструкция, катастрофа. Чем руководствуются дизайнеры, создавая подобного типа эмблемы (а они встречаются!), – совершенно непонятно. Квадрату вообще абсолютно чужда иррациональность в любых формах, тем более в собственных структурах. Вспомним стиль действия того же легиона: он распадается на меньшие, но такие же квадратные подразделения, а уж никак не на фрагментарные островки толпы. Для легиона это потеря управления, хаос, деструкция и гибель. Поэтому совет: не рассекайте на собственной эмблеме квадратную форму на нечто осколочное, сколь бы модернистским и продвинутым сей образ ни казался. Визуальное восприятие ведь ссылкой на моду не проведешь. Распад – он и есть распад, чего уж тут городить несуществующий огород.

Если говорить в аспекте временном, то квадрат – фигура, задающая ход времени в прошлое, к изначальной матрице, к неким принципам, законам и правилам. Будущее для квадрата – то, что изначально было заложено в прошлом как программа или бизнес-план. А настоящее – то, что реализуется «здесь и сейчас» по изначально задуманному. Отсюда – нежелание квадратов адаптироваться к сиюминутному моменту и приспосабливаться к чему бы то ни было. Может, поэтому, глядя на раздробленный квадрат на каком-нибудь торговом флагштоке, мы тут же пытаемся перевести его, слить в первичную и узнаваемую фигуру (см. рис. 1.3 в). Но разъединенность нас все равно подспудно будет раздражать и тревожить. Ведь изначальный план почему-то был разрушен! Пророк Моисей скрижали с наставлениями Господа, которые собственноручно разбил из-за непослушания своего народа (Книга Исход, гл. 32, 19), позже, раскаявшись, тем не менее склеивать не стал. По воле Господа он воссоздаст их абсолютно заново, вытесав из камня (там же, гл. 34, 1). Но перед этим перебьет со своими приспешниками порядка трех тысяч упрямцев и смутьянов.

Один из возможных выводов следующий: прошлое как программа должно быть всегда безупречным. Что следует учитывать, создавая в том числе и визуальную символику.

Коммуникация: квадраты, безусловно, предпочитают коммуникатировать по системным, аналитическим и рациональным признакам. Они – строго левополушарные субъекты, а поэтому мыслят и действуют соответствующим образом. Логика для них – основа основ. В деловом разговоре квадраты привыкли убеждать всех именно несокрушимой логикой доводов и системностью подходов к разрешению той или иной проблемы. На выпады оппонентов, особенно в эмоциональной форме, они практически не реагируют. Подобный фирменный знак – прерогатива тех, кто предпочитает твердые правила и надежные законы во всем. Иными словами, абсолютно позитивистский подход к миру: что не понято либо не может быть воспроизведено, отвергается тут же на корню. С квадратами можно общаться только на их «инженерном» языке. И еще: у квадратов нет индульгенций для личностей слишком спешащих и неосновательных. Точно так же, как и для тех, кто живет в мире грез, фантазий или мистического озарения.

1.3. Фигура и цвет

Громыхая проползли «пегие», «крапчатые» и «в яблоках» неуклюжие коробчатые танки. Под кавалерию, что ли, косят?

Солдат Швейк. Война идиотов

Внушительная квадратная кровать была цвета песчаных дюн после слива отработанного мазута.

Фень-шуй в эпоху посттехнотронного общества

Цвет и форма – это, безусловно, диалог двух сущностей. И он может быть разным: от возмущенной брани типа «нам вместе жить нельзя!» до глубинного взаимопроникновения. Тут уж как подгадаешь…

Белый квадрат, пожалуй, то же самое, что и лыжник в Сахаре. Роликовый, разумеется. Передвигаться можно, но только по плотным участкам.

Белый цвет отрицает накопленный опыт, на котором строит всю свою крепость квадрат. Как тут быть? Опять же, в белом много ожидания, но нет ни капли рассудочной логики. Только сплошная иррационалистика. Белый низводит диагональный центр и деструктурирует внутреннюю среду фигуры. Еще он заявляет слишком громко о себе. Квадраты же, как известно, предпочитают молчаливо подготавливать собственные начинания. И потом эта неопределенность будущего, когда все, как в белом тумане. «Бр-р-р!» – ответил бы на сие истовый и прагматичный квадрат, ежась как от изморози.

«Черный квадрат» прославил в свое время художника Малевича. Черный цвет придал рациональному квадрату бесконечность внутренней глубины, загадочность и предельную жесткость наружного контура. В черном все тонет, даже «квадратная» логика. Эта внутренняя экспрессия нас и очаровывает. Логик и рационалист, заглядывающий в пропасть неведомого. Барьер, который увлекает подсознание.

Алый квадрат – это война. Сочетание развернутой и динамической экспансии вкупе с методичностью и системностью подхода. Впрочем, в данном случае экспрессия все же побеждает.

Темно-красный, пурпурный, вишневый квадрат – совершенно иное дело. Агрессивность и импульсивность порыва сдерживается ради более глубокой реализации миссии. Больше продуманности и мотивированности. Весомость, значимость, респектабельность в сочетании с уверенностью системно-аналитического подхода. Получается сильно.

Серый цвет придаст квадрату динамичности и выгодно оттенит его достоинства. Логика и методичность обретут свободу полета (светлые тона). Темно-серый добавит рассудочности и непоколебимой уверенности. А вот с эмоциональной чувственностью, видимо, придется распрощаться. Серые квадраты легко наступят на горло любым сантиментам. Впрочем, они отличаются необычайной толерантностью и гибкостью к нововведениям. Правда, без ревизии основных стратегических приоритетов.

Желтый квадрат – это, наверное, кто-то пошутил. Вы можете представить чиновника, застегнутого на все пуговицы, который вдруг пустился в танец в кругу цыган? Желтый и квадрат – нечто подобное. Необязательная, расточительная экспансия вовне в стиле эксклюзива и предусмотрительная планомерность? Запрячь трепетную лань в повозку с какими-то брусками? Желтый цвет, пожалуй, низведет достоинства квадрата до балагана. Хотя иногда именно так и случается.

Оранжевый – уже легче. Добавляется экспрессия и возникает какая-то определенная цель. Пусть не по «квадратным» правилам.

Зато зеленый квадрат, особенно темных тонов, максимально усилит свою упорядоченность, методичность и пунктуальность. Зеленый цвет лишь усилит несговорчивость квадрата и его упрямство. Возникнет эффект «двойного квадратизма». Бывает так, что цвет и фигура нашли друг друга. Только вот жить от этого легче на стало.

Коричневый квадрат стремится к комфорту и достатку. Трудоголизм, деловая хватка и упрямство в достижении при этом никуда не деваются, наоборот – усиливаются. Коричневый еще более осторожен, сговорчив и готов ради благосостояния и комфорта отказаться от многого. Стареющий квадрат, мечтающий о покое и удобствах. Все мы имеем на это право.

Фиолетовый или сиреневый цвета придадут квадрату ощущение загадки. Появится что-то трансцендентное. Или глубинно-холическое. Во всяком случае, планомерный и предусмотрительный квадрат выйдет за границы себе дозволенного. Может быть, по зову чего-то иного?

Глава 2. На главном направлении, или Вытянутые квадраты на марше…

2.1. Осевой ориентир

Чтобы дотянуться до звезд, можно выложить ступени к небу.

Козьма Прутков. В тени зиккурата

Прямоугольник (в трехмерном варианте – прямоугольный параллелепипед) – это своего рода вытянутый квадрат (рис. 2.1). Самая примечательная особенность прямоугольника в аспекте психологического восприятия – наличие у него оси симметрии. Таким образом, прямоугольник – фигура, которая акцентуирована по направлению, вдоль оси симметрии (чем она и отличается от равностороннего квадрата). Казалось бы, факт очевидный и обыкновенный, но в психологическом плане он решающий: прямоугольники формируют у нас восприятие направления по линии длинной оси прямоугольника (он ведь имеет еще и вторую, короткую, поперечную).

Так вот, наше восприятие прямоугольника самопроизвольно никогда не будет следовать по короткой оси, перпендикулярно вытянутости фигуры (грубо говоря, мы будем смотреть «вдоль», но уж никак не «поперек»). В противном случае мы сталкиваемся с нонсенсом. Дизайнерам пространства, пожалуй, не стоит пытаться играть против природы. В доказательство сравните ваше психологическое восприятие фигур (рис. 2.2 а и 2.2 б).

В первом случае фигура смотрится более естественно и предпочтительнее, нежели во втором. Данный пример подтверждает тот феноменальный факт, что зоны акцента находятся по краям прямоугольника, но уж никак не посредине. Вообще-то, прямоугольник чем-то напоминает биполярную фигуру, так как у него два расходящихся окончания. Но, с другой стороны, прямоугольник легко представить также и в виде однонаправленной фигуры, у которой есть начало (обычно это левый край) и окончание (правый край). Это свойство или состояние легко можно продемонстрировать примером (рис. 2.2 в): штриховка для зрителя направлена слева направо, а не наоборот. Как бы там ни было, но мы смотрим вдоль «продольности» прямоугольника, акцентируясь, как уже было сказано, по направлению. А вот чувство центра, некой общности у прямоугольника заметно ослаблено по сравнению с тем же квадратом, т. е. идея направления явно преобладает над идеей центричности (сравните рис. 2.2 а и 2.2 б). А теперь хотите небольшую визуально-психологическую «сшибку» по методу «кашу маслом испортишь»? Сравните, какая из двух фигур (рис. 2.2 г и 2.2 в) вам покажется целостней и собранней именно в образе прямоугольника. Скорее всего, та, что имеет вертикальную штриховку. Горизонтальный контур прямоугольника, противодействуя вертикальному направлению линий, создает напряжение, которое мы и воспринимаем как усиление фигуры. Совершенно иная ситуация с вариантом на рис. 2.2 г. Горизонтальные линии настолько усиливают эффект продольного движения, что вертикальные стороны прямоугольника уже не в силах удержать единство фигуры. Еще чуть-чуть, и мы сможем убедить себя, что видим просто связку горизонтальных линий. Фигура, как говорится, несколько «поплыла» по линии продольного акцента.

Итак, что же мы имеем, сравнивая прямоугольник с квадратом? Ответ напрашивается сам собой: прямоугольник – это бывший квадрат, который почему-то перераспределился по одному направлению. Причину направляющей эволюции мы, конечно, не знаем. Но факт неравномерности перераспределения психологического восприятия налицо. Доселе собирательный центр (у квадрата он равноудаленный) явно «ангажирован» обслуживать генеральное (то бишь продольное) направление прямоугольника.

Можно сказать, что прямоугольник – типично акцентуированный и озабоченный каким-то намерением квадрат. Есть динамика и есть некая концентрация по конкретному направлению. Поэтому пространство вокруг прямоугольника (т. е. внешняя среда) также акцентуировано по продольной оси на очень значимое и представляющее несомненный интерес (туда движется вся фигура прямоугольника) и индифферентное, по направлению поперечного сечения (рис. 2.1).

Заметьте еще одну особенность геометрического психовоздействия прямоугольника: он указывает только направление, но уж никак не вектор. Иными словами, прямоугольник не выполняет функции стрелки, поскольку обе его оконечности равно акцентуированы. Прямоугольник симметричен, и этим все сказано (см. рис. 2.2 а). Чтобы преобладала какая-то сторона фигуры, нужна дополнительная визуально-образная информация, но она должна быть специально привнесенной извне. Если же таковой нет, то мы обычно воспринимаем любую продольную фигуру (не только прямоугольник, например, тот же овал) в направлении слева направо. Это обязательно нужно учитывать при дизайнерской разработке.

2.2. Прямоугольник на визуальной службе

Что лучше: тонкий и длинный или короткий и толстый?

Вопрос из серии: «А вы что подумали?»

Гранитный обелиск приковывал внимание и вызывал у «бойцовского кота» невольное уважение. Своей жесткой лаконичностью.

По мотивам повести братьев Стругацких «Парень из преисподней»

В фирменных эмблемах, товарных знаках и прочей геральдике прямоугольник, равно как и его друг – квадрат, чаще всего не висит в воздухе, а соприкасается с каким-то основанием. По своей угловато-прочной форме эти фигуры уже изначально предполагают контакт с основанием, неким базисом, фундаментом. Среда для них – всегда опора собственного существования. С психологической точки зрения весьма принципиальный момент: и фирма-прямоугольник и человек-прямоугольник попросту не мыслят себя без изначального и основательного контакта со средой, эдакого энергетического и сырьевого «заземления», точь-в-точь как у сказочных богатырей, которые черпали свою силу лишь тогда, когда твердо стояли на земле. Так вот, у прямоугольника есть две различных возможности контакта со средой (рис. 2.3 а – вертикальный прямоугольник и 2.3 б – горизонтальный прямоугольник), т. е. либо длинной, либо короткой стороной. При этом совершенно различно и визуальное психовоздействие: вариант, представленный на рис. 2.3 а, предполагает старт от среды кверху (при этом задается вектор, заметьте!), то бишь – к могуществу и неким свершениям, а в конечном счете к некоему абсолюту. А вариант, представленный на рис. 2.3 б, – наоборот, усиливает движение приземленное, преобразовательное, растянутое во времени. Если первое, образно говоря, – одномоментный толчок к совершенству, восхождение, взлет ввысь, то второе – окружающе-преобразовательное, основательное и постепенное, по плану и предначертанному направлению. Вертикальное направление – всегда риск, тяготение к одномоментному успеху и чрезмерное напряжение всех сил и ресурсов при сравнительно небольшом базисе, в то время как горизонтальное отличается осторожностью, практичностью и прагматизмом, следуя правилу «тише едешь – дальше будешь». Одна фигура, но какие совершенно различные психовоздействия обусловливают ее пространственное расположение! На примере прямоугольника мы сталкиваемся с психологическим феноменом, когда принципиально важно не только, что изображено, но и в каком пространственном направлении.

Рассуждения отнюдь не отвлеченно-теоретические. Существуют ведь два типа флагов: вертикальный (рис. 2.4 а), типа японского самурайского, и горизонтальный (рис. 2.4 б), так сказать, европейский. Согласитесь, вертикальный флаг перед иностранным торговым представительством поначалу был в диковинку, сейчас привыкли. Но мало кто задумывается о программирующей идее, которую он выражает, а именно: достичь могущества и совершенства любой ценой! Здесь, и теперь, и немедля! Сильно сказано, но особенно сильно это передается образно. Опять же, цвет и эмблема могут усилить впечатление (см. рис. 2.3 и 2.4).

Горизонтальный флаг, несомненно, уступает в харизматичности успеха и победы вертикальному, а потому в век «бизнеса как войны» он слегка сдал позиции, поскольку предлагает постепенность, осмотрительность и направленность на более прозаические вещи. В нашу стремительную эпоху сверхвысоких амбиций, скоростей и сверхтехнологий ему, пожалуй, не всегда удается резонировать с предъявляемыми ожиданиями. Сегодня – мода на направленную вертикальность, поскольку она отвечает амбициозным и честолюбивым порывам мирового постмиллениумовского бизнеса и политики (кстати, гораздо чаще стали попадаться и визитки, реализованные в вертикальном варианте). Примем также к сведению, что, чем уже вертикальный прямоугольник, тем менее основательным воспринимается его прочность и надежность, зато амбиций – хоть отбавляй. Из трех вертикально расположенных прямоугольников одинаковой площади (рис. 2.5 а, б, в) наиболее устойчивым вам покажется вариант, представленный на рис. 2.5 в, хотя наиболее симпатичным, вполне возможно, будет самый высокий. Значит, ради успеха вы готовы рискнуть и идти к своей звезде кратчайшим путем.

Предлагаем вашему вниманию маленький прямоугольный глюк из повседневной жизни. Пешеходная «зебра», как известно, состоит из белых прямоугольных полос, на которые так любят постоянно наезжать автомобили, невзирая на протесты пешеходов. Иногда подобное вторжение заканчивается для всех плачевно. А все потому, что прямоугольные полосы не так нарисованы! Они ведь вытянуты по ходу движения автомобиля, но отнюдь не пешехода! Иными словами, лежат не «поперек», а «вдоль» проезжей части, хотя почему-то считается, что «зебра» поперечная и призвана психологически тормозить водителя. Увы, визуально происходит совершенно противоположное: и потому на «зебру» так легко наехать. А вот ступать вы будете на нее с легкой опаской: белые «перекладины» прочно ассоциируются с веревочной лестницей.

2.3. Портрет в прямоугольном интерьере

Рационализм всегда прямоуголен.

Аксиома психологической геометрии

И почему это пушка не умеет стрелять из-за угла?

Козьма Прутков, фейерверкер

А теперь – еще несколько слов о психологическом портрете человека– и фирмы-прямоугольника. Индивидов-прямоугольников легко определить по особой привязанности и симпатии к своей фигуре на визуальном сигнальном уровне: оформлении визитки, фирменной или товарной эмблеме, предпочитаемом рисунке на галстуке (рис. 2.6), или бросающейся в глаза детали интерьера, в конце концов – предпочтительный выбор этой фигуры из ряда других.

Однако избегайте моделировать привязанности человека умозрительно, по-соционически, возможно, сработает ваша проекция и тогда ошибки не избежать. Как и у квадратов – алгоритмичность и системность в подходах к делу, рационалистичность в коммуникации и продуманность в действиях. В то же время и люди-, и фирмы-прямоугольники обладают одной особенностью: они обязательно акцентуированы на чем-то и пребывают в состоянии динамической целенаправленности. Иными словами, у них отчетливо выражена канализация (от лат. canalis – труба, желоб) энергии и информации по выбранным направлениям. Они концентрируют свою ударную потенцию только на главных участках и вынужденно игнорируют остальные. Часто – не от хорошей жизни. Нередко – от желания чего-то достичь более быстрыми темпами, сконцентрировав усилия. Иногда – просто от желания измениться, перестроиться, достигнуть чего-то нового. Можно также заподозрить у прямоугольников скрытое желание уйти от некой заданной схемы внутри самого себя, рационалистически построив вариант ухода или перестройки. И почти наверняка можно констатировать некую неудовлетворенность нынешним состоянием. Иначе зачем перестраиваться и выступать на марше?

Направленность прямоугольника однозначно указывает на выраженную озабоченность и некие конкретные предпочтения по ходу дела, в итоге у окружающих появляется соблазн сыграть на этом. Тем более что прямоугольник фактически сам провоцирует однозначную направленность коммуникации. На жизненном пути ведь постоянно встречаются личности, озабоченные чем-то своим, какой-то идеей, желанием, устремлением. Так вот, человек-прямоугольник – типичный рационалист, потерявший почему-то покой и устойчивость квадрата (равно как и осторожность) и двинувшийся в поход за вожделенным. «Счастливого пути!» – так и хочется пожелать ему вслед. Тем более что прямоугольники всегда уверены в правильности того, чего ищут.

Относительно фирмы-прямоугольника можно добавить, что помимо максимальной сосредоточенности на конкретном позиционировании наблюдается усиление только определенных видов деятельности в ущерб общей стратегии диверсификации. Рискованно, но зачастую только так и можно выиграть сегмент рынка. Анализируя фирменный знак с элементом прямоугольника, обратите особое внимание на зоны актуализации: то, что там находится, может предсказать, чего добивается фирма и почему она структурировала направление своей деятельности. Впрочем, для фирмы-прямоугольника существует следующая опасность: в случае выраженной разнонаправленности интересов (т. е. полярности видов деятельности) она может «развестись» на две независимые компании. Но это только в том случае, если что-то визуально указывает на полярность прямоугольника, например, как на рис. 2.7. Разности, конечно, притягиваются, но не до такой же степени, чтобы стать монолитом. А для прямоугольников, скажем, это, вообще-то, достаточно редкий случай. Чаще всего мы все же имеем дело с единством главного удара и приоритета интересов. В противном случае неизбежен распад и «девичья фамилия».

В дизайнерских разработках форма прямоугольника встречается довольно часто. Вертикально ориентированные коробочки-упаковки для сигарет, чая, парфюмерии и других изделий призваны подспудно ориентировать покупателя на успех, динамичность, деловитость и результативность. Чрезвычайно популярный ныне слоган «Стань другим!» как нельзя лучше подходит к психогеометрии прямоугольника. Вполне подойдет также и уже порядком подзабытое «Марш, марш вперед, рабочий народ!». Колонны демонстрантов тоже ведь удлиненно прямоугольны. О флагах как идее выдвижения похода уже упоминалось.

В 1924 году впервые в РККА (Рабоче-Крестьянской Красной Армии) на петлицах старшего комсостава появляются знаки различия в виде прямоугольников (на армейском жаргоне тех времен – «шпалы»). Полковник тогда имел, например, три «шпалы» в ряд (с 1939 года, когда ввели звание подполковник, – уже четыре), майор – две, капитан – всего один прямоугольничек. По должностям это были полковые и батальонные командиры и офицеры. Символика различий подобрана вполне разумно, ведь и полк, и батальон – чаще всего маршевые единицы, кроме того, им уже под силу выполнение отдельно поставленных задач. Опять же – вертикальный и узкий прямоугольники как нельзя лучше передают идею дальнейшего развития. Понятно куда – прямиком в высший комсостав, если, конечно, заслужишь и докажешь. А вот квадратики для среднего комсостава (командиры роты, взвода, т. е. от младшего лейтенанта до старшего), видимо, намекали, что придется так и засидеться на ротной должности обыкновенным «пахарем» и «хозяйственником». Шутка, конечно, но геометрический знак различия для среднего комсостава был не совсем удачен. Квадрат ближе по своей методичности и «производственности» к такой структурной единице, как полк или бригада.

Будет грубой ошибкой использовать как квадрат, так и прямоугольник в качестве запретительных или категорических знаков. Эти фигуры упрямы, методичны, но не агрессивны. Их цель – реализация плана. И при этом – никакой импульсивности и непродуманности в своих действиях. Пожалуй, идею «бесшабашного креатива», столь модного в нынешние времена, эти символы не потянут и не поднимут. С прямоугольниками вообще надо быть осторожным – слишком вытянутые и не имеющие прочной опоры вряд ли создадут у зрителя чувство стабильности и надежности. Это то же самое, что пообещать руками дотянуться до неба и попросить наперед деньги за обещанное шоу. Точно так же стенка из прямоугольных блоков («кирпичиков») не воспринимается как цельный монолит и всегда возникает подспудный соблазн: а не попытаться ли ее разобрать? Прямоугольники ведь изначально дискретны и алгоритмичны, из них легко строить различные конструкции, но также не сложно потом их и демонтировать (вспомните детские игры в кубики). Не разделяйте и не рассекайте другими элементами плоскость прямоугольника, в отличие от квадрата он этого не любит. Вспомните мудрое правило: коней на переправе не меняют. Прямоугольник целостен в своем выдвижении и направлении, и незачем его «стопорить». Тем более что угловатость фигуры явно намекает на упрямство и несговорчивость в принципиальных моментах.

2.4. Цвет и направление

Бирюзовые прямоугольники, чувствуя свою исключительность и загадочность, не спешили объединяться в блоки.

Геометрический аномалоскоп

Черные прямоугольники предельно категоричны и угловаты, с пути не сойдут и своего не пожалеют. Собственно говоря, черный прямоугольник – это проем правильных форм, затягивающий в никуда. Осевое движение напрочь уничтожено, ибо черный цвет действует, как воронка, исключительно вглубь. Ну и предельно резко очерченный контур, режущий, что называется, по живому. А в общем-то, весьма своеобразное сочетание: иррациональность черного тотально побеждает правильную рационалистику прямоугольных форм.

Впрочем, то же самое можно сказать и о белом цвете, только со знаком наоборот: здесь форма доминирует над цветом. Однако сбивает слегка с толку все та же несовместимость иррационального начала белого и жесткая конкретика прямоугольного периметра. Тем более если учесть, что белый цвет напрочь отсекает прошлое и завлекает в еще не определившееся будущее. Несколько странная получается комбинация. Паническое бегство от себя, неких правил, обязательств и пр.? Знаете, белый прямоугольник почему-то напоминает мужчину, который спешно разводится, чтобы тут же жениться. точно на такой же даме.

В гамме серых цветов прямоугольники смотрятся весьма гармонично. Угловатая прямолинейность визуально сглаживается, а вот динамичность – усиливается. Философский слоган: «Цель – ничто, движение – все» для серых прямоугольников, пожалуй, подойдет как нельзя лучше. Опять же снижается аспект озабоченности, но зато усиливается рационалистичность и беспристрастность «прямоугольного» подхода.

Зеленые прямоугольники – фигуры очень жесткие, догматичные и абсолютно застывшие. Представьте ящерицу, вмороженную в глыбу льда. Вот и здесь нечто подобное, особенно если зеленый цвет холодный (темно-зеленый, сине-зеленый, зеленовато-серый). Идеальный логотип для бюрократической канцелярии.

Вторая крайность – прямоугольник ярко-желтого цвета. Брызжущая во все стороны экспансия желтого как-то не вяжется с упорядоченной прямоугольностью. Можно, конечно, попытаться заставить ходить строевым маршем цыганское варьете, чем несказанно позабавите зрителей. Какой-то несерьезный получается прямоугольник, склонный к импровизациям и лишенный своей категоричной рациональной логики. Но, может быть, это и к лучшему: сглажены острые углы и ослаблена столь обязательная для прямоугольника однонаправленность.

Зато красный прямоугольник идет маршем прямиком на войну. И горе всем, кто не согласен с ним! Контур еще более жесткий, поэтому каждый угол – нападающий. И где окажется направление главного удара, не совсем понятно, во всяком случае осевая симметрия при красном цвете не столь доминирующая.

А вот темно-синие (либо интенсивно-синие) прямоугольники сохраняют как направленность, так и глубину проникновения в себя. Право, получается рефлексирующий прямоугольник, т. е. такой, который заставляет глубоко прочувствовать движение, намерения, целеполагание и мотивационную причину всего этого.

С голубым цветом – ничего подобного. Так, – игра, любознательность и никакой нагружаемой психологии. Представьте путешествующего и с радостью приглашающего к себе в компанию Буратино.

Коричневый (особенно темных тонов) прямоугольник совершенно лишен легкомыслия, он предельно прагматичен и стремится своим движением достигнуть материального благополучия, надежности и стабильности. Добавьте сюда упрямство и если надо, то и жесткость в отстаивании своих кровных интересов. Коричневый цвет усиливает также догматичность и самоуверенность. Ну а в итоге пострадает способность к развитию и движению. Коричневые прямоугольники чем-то напоминают вермахтовских «королевских тигров» времен Второй мировой войны: медлительные и такие же тяжеловесные, но зато способные бить в упор. Вот только колею им сложно под себя подобрать.

Ну и наконец сиреневые (либо лиловые) прямоугольники. Пожалуй, их движение и мотивы – сплошная загадка. Максимум иррациональности, которая тем не менее ими структурируется. Способность к предугадыванию событий и вообще очень неплохая стратегия продвижения. Сочетание логики, алгоритмичности и творческого подхода по принципу наития. Движение «внутрь» и «вглубь» (сиреневый цвет) при внешне экспансивном стиле поведения (прямоугольный контур). Поэтому предугадать, где окажется завтра сиреневый прямоугольник, весьма затруднительно. Пожалуй, даже для него самого.

Глава 3. Фронтальное сопротивление, или Расколите треугольник

Байдарка на порогах таки напоролась. Острый треугольный камень легко прошил дно, потом водонепроницаемые мешки, затем распорол пакет с крупой, второй – с сахаром, еще разрезал один – с чаем и уперся во флягу из нержавейки. Содержимое ее не пострадало. «А что же могло бы быть с задницей?» – уже потом на берегу как-то отвлеченно подумал капитан.

Из пережитого

Благодарю за то, что вы, сударь, приняли мой вызов. Иначе…

Из этикета дуэлянтов

3.1. Команда, чтобы поразить, или Психологический портрет треугольника

Обсидиановым треугольным скребком легко разрезались кожи и скоблились шкуры, но главное – он не тупился.

Сага о неолите

Уступи дорогу! Не то…

Правило не только уличного вождения

У треугольника три выступающих угла. Это очевидно. Углы могут оказаться разной остроты: острый, прямой, тупой. Это тоже легко определяется визуально, а значит, оказывает на нас безусловное визуальное психологическое воздействие. Острота и тупость углов могут оказаться весьма различными, но они также легко отличимы. На уровне выработанного биологического рефлекса. Сомневающимся предлагаем прогуляться босиком по каменистому берегу, где геологически сравнительно недавно случился обвал и вода еще не успела обкатать острые обломки в приятную для пяток гальку. Израненные ноги очень быстро научатся определять, где острый, а где тупой выступ того или иного камешка. Еще поучительней и значительно опасней прогулка по воде, куда скатились все те же острые камни. Иногда даже кеды с твердой подошвой и шипами не спасают. Автор, как бывалый байдарочник, порвал не одну пару обуви на речных перекатах. Но вот лодыжки и связки пытался всячески сберечь. Уж лучше поранить подошву, то бишь стопу. Наверное, это могут подтвердить и горные туристы. Для любителей сверхэкстрима еще один пример (но не совет!) – ночной променад босиком в акациевом лесу, можно – вдоль обрыва крутого яра. Треугольные шипы акации пробивают и мягкую обувь насквозь, обламываясь глубоко в стопе. Плотная ткань также не всегда спасает от подобного ранения в плечо или предплечье. Так что биологических архетипов реакции на выступающее острие в нашем подсознании более чем достаточно.

Отсюда непреложный закон психовоздействия треугольника – это всегда вызов, атака, нанесение удара или отчаянное сопротивление. Против тех, на кого направлено треугольное острие. И без всяких компромиссов. Треугольник – предельно жесткая фигура, и разрушить его структуру запросто вам вряд ли удастся. Треугольные конструкции в строительном деле очень прочны, но вот свободного люфта сторон у этой фигуры совершенно нет. Срабатывает принцип: либо все, либо ничего. Выстоять и держаться, как еще говорят, до последнего дыхания. Может, оттого алый треугольник так полюбился войсковому спецназу. Для них почти идеальный символ. В Советской Армии до 1943 года треугольники обозначали тех, кто рвет проволоку в первых эшелонах и встречает своим орудийным расчетом вражеский танковый клин, т. е. сержантский и старшинский комсостав. Лейтенанты приходили и убывали, а вот сержанты выживали. Может быть, потому, что зря не высовывались, но стояли насмерть там, где было надо. Треугольник не пытается убежать или пойти на сепаратные переговоры – он просто держит удар. Во все три стороны своих углов. То же самое и с линейным или рейдерским парусным фрегатом, который вывешивал на фок-мачте узкий треугольный стяг. Значит, если что, обязательно будет драка. Либо договор на условиях «треугольной» стороны.

В бизнесе и политике то же самое. Треугольники редко идут на компромиссы и пытаются всячески реализовать ту цель, которую они избрали. Кстати, не обязательно свою. Все-таки рейнджеры. Но вот потом переориентировать их окажется делом весьма затруднительным, если вообще возможным. Давить прессингом или шантажировать – совершенно бесполезное занятие. Как говорится, не будите спящую собаку, которая тут же намертво вцепится вам в ногу. Играть с треугольниками в подковерные игры также не рекомендуется, ковер может оказаться изодранным в клочья. Истовые треугольники обязательно завершат свое дело, и тут главное, чтобы вы были готовы принять итоговый результат. По-другому вряд ли будет.

Еще треугольники умеют драться против вся и всех. И совершенно не по причине патологической агрессии или личной деструктивности. Они – фрондеры. И потому жизнь воспринимают как вызов к борьбе – честной, но весьма жесткой. Так что треугольника лучше не дразнить и не призывать к войне, а то сразу же и откликнется. Вот только «поджигателю» может потом не поздоровиться.

Запас ресурсов у треугольника ограничен. Они не производители. Однако все, что нужно для боя или сопротивления, они имеют в двойном размере. По числу углов – шестикратное усиление. Чтобы сломать редуты треугольника, придется повозиться весьма и весьма усердно. Хотя неприступных крепостей не бывает. Равно как и непокоренных вершин. Вопрос лишь в цене жертв, принесенных на алтарь победы. За победу над треугольником придется дороговато заплатить. За игнорирование его ударной силы – тоже. Видимо, не случайно большинство предупреждающих дорожных знаков имеют треугольную форму. Можно, конечно, переть и против встречного движения, но рано или поздно напорешься. До поры до времени и дорогу можно не уступать, пока не распорют кузов пополам. Одним словом, рисковые игры с треугольниками и треугольными знаками весьма чреваты.

3.2. Где командный центр, или Геометрический психоанализ фигуры

Шпаги звон, как звон бокалов.

Из песни «Кто на новенького?»

Расчленив идею, не сохранишь команды.

Назидание командорам и команданте

Против всех! И все за одного!

Политические баталии в детском саду

С угловатостью и жесткостью сторон треугольника немного разобрались. Против очевидного трудно спорить. Теперь зададим интересный вопрос: проявлен ли визуально, т. е. феноменологически, геометрический центр у треугольника? Иными словами, треугольник центричная фигура или нет? У равностороннего треугольника (рис. 3.1) угадать, где его центр, в принципе не сложно, но вот визуально он все же никак не проявлен. Нам ведь пришлось делить углы пополам и искать точку пересечения всех трех биссектрис. Проблема становится куда более затруднительной, если у нас вытянутый с острым углом ударный треугольник (рис. 3.2). Умозрительный центр понемногу смещается в сторону вытянутого угла, но точно его рассчитывать придется строго геометрически. При максимально вытянутом сверхударном треугольнике визуально центр уже не определяется (рис. 3.3). Рискнем утверждать, что по своей природе треугольник отнюдь не центричная фигура, то бишь директивный центр как таковой проявлен у него как-то уж очень неотчетливо. Нужно прилагать специальные усилия, чтобы точно рассчитать его координаты. Чего наш мозг без особой на то мотивации как раз делать-то и не будет. Так что в виде личного штандарта для харизматического лидера треугольник вряд ли подойдет. Треугольник – это скорее «мы», нежели сплошное «я». Мушкетеры, казаки Запорожской Сечи, поморы Севера больше всего ценили идеи товарищества. Вполне возможно, так себя вели и конквистадоры. Иначе при столь малых силах они б не взяли под свой контроль добрую половину Американского континента.

Не имея единого властного центра, треугольник тем не менее обладает мощнейшими ударными качествами и максимально жесткой структурой своих сторон. И еще – он очень целостен. Вот условие одной из трех знаменитых геометрических задач еще со времен Платона: «При помощи циркуля и линейки, не привлекая никаких других геометрических инструментов, разделить данный угол на три равные части, так называемая трисекция угла». Попробуйте, насколько это легко и точно выверено получится. Не хочет угол делиться «на трое», и все тут. Все спаяно воедино.

Треугольник как нельзя лучше передает смысл единой команды. Один за всех и все за одного. Нет вождя, фюрера, какой-либо центровой или административно структурированной иерархии, но есть направление главного удара и жесткая сцепка, чтобы выстоять перед всеми невзгодами. Всем вместе. Заметьте, функциональность однозначно преобладает над чистой идейностью.

Дизайнерам на заметку. Углы всегда в этой фигуре нагляднее, нежели центр и внутреннее поле. Слабое место – средина стороны, особенно вытянутой (рис. 3.4).

В индивидуальном аспекте треугольник выдает предельно целостную личность с выраженными фрондерскими чертами характера (см. общую характеристику фигуры). Это прежде всего бескомпромиссность, жесткость, ударность, целенаправленность, если есть вытянутый угол. Отметим еще одну характерную особенность целостности и единства треугольника. В отличие от рациональной структуры квадрата вы не можете разделить внутреннее пространство треугольника на некие блоки и составные элементы. Можно, конечно, попробовать, но это уже будет некая «насильственная» геометрия. А все потому, что треугольник – фигура иррациональная. Индивидуумы подобного психологического типа к голосу своего рацио прислушиваются далеко не всегда. Фирма-треугольник также предпочитает риск и экспансию скучноватому просчету прироста дивидендов от малоприбыльных, но гарантированных инвестиций. Как уже отмечалось, собственная производственная база треугольников не самая сильная их сторона. А вот стоять на своем вопреки всему – так это запросто. Иррациональные побуждения тем и сильны, что не требуют доказательств и внутренних рациональных обоснований. На том стоим, и так будет!

Еще один интересный момент. Насколько треугольники авторитарны и деспотичны? Авторитарны – временами очень даже да, а вот деспотичны – однозначно нет. Душа и идея команды и деспотия несовместимы.

Ведь деспот (от греч. despotes) означает повелитель. Треугольники хорошо дерутся и достигают поставленных целей, но они отнюдь не повелители. Из рыцаря сановника или сатрапа никак не сделаешь. Всадник и центурион Понтий Пилат тяготился своей должностью прокуратора Иудеи. А представьте Робина Гуда царедворцем при дворе Ричарда I Львиное Сердце?

В то же время треугольники всегда потенциально авторитарны, поскольку в экстремальных ситуациях они готовы взять на себя всю полноту власти и ответственность за принимаемые решения. Вот только чаще всего не надолго. Все-таки не административная это фигура. Команданте Че Гевара так и не стал успешным министром финансов революционной Кубы.

Как и квадрат, треугольник одной своей стороной всегда может опереться на базис извне, т. е. внешнюю среду. Лучше всего, наверное, это будет получаться у равностороннего треугольника (рис. 3.5). Равносторонний треугольник наиболее толерантный к внешнему окружению и менее всего его атакует. Соответственно самодостаточность и внутренняя производительность у него также наиболее развиты. Равносторонний треугольник напоминает хорошо обеспеченный форпост, могущий длительное время противостоять внешнему давлению. Без чрезмерных атакующих контрвыпадов и лишнего риска.

Взвинченный ввысь острый угол (рис. 3.6) всегда выдает стремление достичь успеха и «вспороть небо». Неоправданный риск комплекса успеха и тенденции к мегаломании тем явственнее, чем выше устремленный вверх острый угол и уже базис, на котором он покоится (рис. 3.7). А если еще угол наклоненный, то вероятность падения или обвала возрастает. Хотя в риске и даже в какой-то отчаянной харизматичности таким людям и фирмам никак не откажешь. Прорыв в космос где-то так и происходил.

Лежащий остроконечный треугольник (см. рис. 3.3) куда более прагматичен. Его прежде всего интересует практический выход из любых предпринимаемых акций. Такой треугольник работает в зоне базиса и основных жизненных потребностей. Но здесь он действует наверняка, а если так уж надо, то и беспощадно. В рукопашной схватке «нижний проход» самый опасный и результативный. Для нападающей стороны.

Интересен психоанализ треугольника с выступающим острым углом влево назад (рис. 3.8). Нижний угол при этом оказывается тупым. Тоже символично. По сути, мы имеем дело с ретрофлексией и нападением на самого себя либо на свое прошлое, т. е. припрятанный «скелет в шкафу» не дает возможности двигаться вперед. Ударная сила треугольника направлена вспять. Также, вполне вероятно, мешают болезненные воспоминания о былых возможностях и утраченных регалиях. Может быть, борьба с неразрешенными комплексами и незавершенными гештальтами. В итоге – агрессивность и ударная озабоченность «по былому». Но время – непокорная река, которую доселе еще никому не удалось повернуть вспять. Поэтому, возвращаясь, всегда переживаешь прошедшее по-иному. Однако треугольник всегда несет одну жестко зафиксированную идею.

Самый контактный и в то же время определенно запрограммированный на один лишь способ коммуникации, наверное, треугольник с прямым углом (см. рис. 3.9). Прямой угол – это четкая рационализация и конкретные правила взаимодействия. В стиле рацио и логики. Заметим, что прямой угол совершенно лишен нападающей остроты. Он как будто воспроизводит угол квадрата. И легко соединяется с подобными себе логическими структурами. Но только с таковыми. Так что можно договориться, используя некий общий бинарный код. В противном случае всегда возможна атака поражающего угла.

3.3. Дом на ветру, или Особенности коммуникации треугольника

Форт – немецкое Fort, французское fort, латинское fortis – означает сильный.

Словарь иностранных слов

Торг не всегда уместен.

На староперсидском базаре

Ежа в задницу не укусишь!

Мнение немецких асов о бронированном штурмовике ИЛ-2

Коммуникацию между фигурами следует рассматривать как внешнюю (стыковочную), так и внутреннюю, инкорпорированную друг в друга. Итак, поскольку треугольник ударный, разрушительный, рассекающий и на все три угла сопротивляющийся, то внутри практически любой фигуры он всегда будет независимым образованием. Весьма опасным и способным фигуру, в которой он находится, привести к деструктивному расчленению.

Два треугольника, помещенных друг в друга, создают огромный саморазрушительный напряг. Но при одном условии. Если они своими вершинами не совпадают (рис. 3.10). Внутренний треугольник своими остриями и предполагаемыми траверсами просто разделяет, а то и разрушает внешний. В жизни оно так и происходит. Два жестких бескомпромиссных лидера в одной команде долго уживаться не смогут. Неизбежно произойдет раскол, разрыв, уход. О целостности объединяющей структуры речь идти уже в принципе не может. Точно так же и в супружеской паре: два треугольника по характеру рано или поздно приведут к ситуации, когда коса найдет на камень. (Автору в юношестве приходилось неоднократно держать в руках острую как бритва косу, так что здесь не просто позаимствованный образ. Приходилось потом долго отклепывать лезвие косы, но от удара могла полететь даже рукоять.) Впрочем, всегда можно добиться не компромисса, а, скорее, синергии (от греч. synergos – (syn) вместе; (ergos) действующий, действие). Два треугольника (см. рис. 3.10) – один в другом, но направления ударов совпадают. Нет конфликта на внешнем уровне, но до той поры, когда внутренний треугольник не разрастется до границ внешнего. Хотя это может и не произойти. Треугольники – фигуры отнюдь не экспансионистские. Главное, чтобы общая внутренняя идеология была едина. Тогда можно столкнуться с ситуацией, когда внутри одного «орешка» окажется другой. Лишь бы был крепче. Помещенный внутрь другой фигуры треугольник всегда остается самим собой и не очень-то гармонично коммуникатирует с окружающим его пространством. Треугольники самодостаточны, но они всегда открыты внешней среде. Увы, чаще всего для боя. Вопрос лишь в том, на чьей стороне и за какие принципы. Одним словом, удержать внутри корпорации или фирмы треугольника как послушный винтик невозможно. Об этом стоит помнить всем архитекторам административно-иерархических, а то и попросту эго-авторитарных систем и структур.

Треугольник, заметьте, действует иррационально и жестко в силу своих побуждений. Поэтому управленческие доводы линейно и структурно мыслящего квадрата для треугольника могут показаться неубедительными. Особенно в моменты повышенной опасности и психологической напряженности. Стратегия принятия решений у этих двух фигур (квадрата и треугольника) диаметрально противоположная. Проще говоря, инкорпорированный треугольник в случае чего напрочь может разнести внутренне рационализированную и так хорошо системно отлаженную среду квадрата (см. рис. 3.11). Треугольников в определенном аспекте можно продуктивно использовать в ситуациях кризис-менеджмента или реинжиниринга. Только не ждите от них безоговорочного компромисса там, где что-то пойдет не так. Обязательно столкнетесь с предельно жесткой оппозицией. Но если они взялись за дело, то обязательно его завершат. Может быть, даже вопреки установкам сверху. И это тоже в чем-то несомненный плюс. Возможно, где-то внутри фирмы и созреет способ, как выйти из кризиса. Механическое исполнение приказов только прогрессивно увеличивает возрастание ошибки. Треугольники в таком случае неизбежно начнут сопротивляться. За что им и спасибо. Кто-то должен быть бескомпромиссным пассионарием? Однако в такой жесткости и неуступчивости задекларированным принципам есть и серьезный минус. Именно в ситуациях кризиса или реинжиниринга они действуют как ледокол, выбравший один фарватер из всех возможных. Чего-чего, а гибкости и способности быстро перестраиваться и умело лавировать у треугольников как раз и нет. А вот выстоять против всех невзгод, да еще в позе «фронды» – как раз то, что у них лучше всего получается.

Поэтому зачастую гораздо безопаснее для фирмы использовать треугольника по схеме аутсорсинга, т. е. по внешнему договору. Весьма результативно, но будет дороже. Впрочем, тоже не всегда. В алчности треугольников никак не упрекнешь. Лишних процентов за свою работу они не накрутят. Но и своего не отдадут. Так что торговаться – лишь время терять.

Идею продуктивного сотрудничества треугольника и квадрата убедительно демонстрирует следующая картинка (рис. 3.12). Это. домик! Треугольник – крыша, фронтон, предоставленный солнцу, дождю и всем ветрам, а квадрат – жилище, где размеренно протекает жизнь. Треугольник принимает на себя опасности и внешние удары, но за это получает подпитку ресурсов квадрата. Воин и пахарь в одном договоре. Заметьте, и треугольник здесь отнюдь не властвует, хотя и выступает на переднем крае. Таково уж его предназначение. И обратите внимание, он никак не мешает квадрату в его функциональной структуре.

Почти идеальный симбиоз фирмы и наемника по контракту для выполнения определенной работы, но без зачисления его в штат.

Коммуникация с прямоугольником – точно по тем же принципам, что и с квадратом. Внутри прямоугольника треугольник сразу же начнет вести себя деструктивно. Треугольник ведь фигура статичная, а прямоугольник – динамичная вдоль своей оси. Ну никак не уживутся внутри одной команды. Это то же самое, что совмещать бетонированный дот и кавалерию. А вот присоедините треугольник к торцу прямоугольника, и поступательная мощь последнего возрастет многократно. Получится нечто невероятно пробивное и раскалывающее внешнюю среду (рис. 3.13). По типу хорошо бронированной колонны на марше.

Если уж очень нужно «проутюжить» среду, тогда действительно может появиться утюг (рис. 3.14). Сочетание холодной и прочной рациональности квадрата, ударной устойчивости треугольника и движущей силы прямоугольника может оказаться очень и очень опасным триумвиратом. Эти ребята могут сгрести все. Не попадитесь под режущий ковш. Сделайте вовремя нужный маневр. Удачи!

3.4. Цвет треугольника, или Алые вымпелы рейдера

Для страховки спроси у самого треугольника, как его покрасить.

Совет для имиджмейкеров

С треугольником действительно не получится тот фокус, что как покрасишь, так и поедешь. Хотя бы потому, что треугольник как фигура автономен по отношению к цвету, т. е. его геометрическая форма сильнее, нежели цвет, в который он выкрашен. Проведите визуальный эксперимент. Нарисуйте синий треугольник и синий квадрат такой же площади. И прочувствуйте разницу. Как известно, синий цвет гетерономный по отношению к восприятию человеком (терминология по Максу Люшеру). Иными словами, он податлив, адаптивен и настаивает на состоянии слияния и погружения во что-то. Так вот. Синий треугольник окажется более «треугольным», нежели квадрат «квадратным». Точно так же красный треугольник гораздо сильнее в своей «самости», нежели красный квадрат. Вообще с цветом у треугольника всегда жестко индивидуальные взаимоотношения, в которых дизайнеру или рекламисту ну никак нельзя ошибаться. Об этом поговорим немного позднее.

Белый треугольник – это сущий нонсенс. Белый цвет как минимум размывает границы, а треугольник как раз максимально пытается их усилить. Опять же, белый хоть и иррациональный, но весьма неопределенный относительно будущего, зато треугольник предпочитает сохранять и защищать принципы нажитого. Одним словом, сшибка и «непонятка», когда фигура и ее цвет иррационально находятся в диаметральных состояниях. Треугольник в итоге размывается и ослабляет свою ударную энергетику. А белый цвет так и не может выйти из четких границ жесткой треугольной формы. Треугольникам не свойственно изменяться во что-то другое, но именно белый треугольник пытается ударными методами обрести иное. Своего рода медитация, поиск и уход бойца. Как минимум уверенности в цели боя нет. Хотя треугольник всегда остается самим собой. Не забывайте.

Черный треугольник предельно жестко контурный по своим краям. Но вот что интересно – появляется втягивающая глубина фигуры, т. е. происходит экспансия не наружу, а вовнутрь, в черные глубины. Черный треугольник – фигура специфично динамичная, с мощной энергетикой. О том, что у такого треугольника иссякнут ресурсы, сломаются жесткий контур и разящие углы, а также исчезнет внутренний смысл, – об этом не стоит даже думать, и не надейтесь, что так произойдет. Предельно сильная фигура с мощнейшей аккумуляцией энергии. А вот во что втягивает бездонная глубина черного, не может до конца знать и сам треугольник.

Серый треугольник максимально толерантный, особенно если цвет нейтрально серый. Контур и углы смягчаются, появляется внутренняя динамика. Фигура сама в себе и в то же время больше открыта внешней среде.

Красный треугольник в отличие от серого сверхатакующий и сверх-экспансивный. Энергии при этом теряется чрезвычайно много. Особенно у алого треугольника. Такие треугольники абсолютно бескомпромиссные и чрезвычайно ударные. Во время боя «иррационалка» у красных треугольников просто зашкаливает. Сдаться, выдержать удар или убежать – вот что остается сделать внешней среде.

Желтый треугольник тоже сверхэкспансивный, но в отличие от красного, как говорится, по-доброму. Треугольник ярко-желтого цвета излучающий, но отнюдь не нападающий. Контуры и углы смягчены. Энергии выбрасывается много. Вовне. Жесткая принципиальность также явно смягчена. Возможен поиск альтернатив.

Темно-синий (сюда же можно отнести и темно-фиолетовый), наоборот, как и черный, весь устремлен в себя, но для среды также не замкнут. Это – завлекающий треугольник. По принципу: будь с нами, и ты будешь таким же, как мы. Сущность треугольника темно-синий цвет подчеркивает без жесткости и агрессивности. И в то же время это очень выразительный треугольник. Края и углы четко очерчены, весьма выразительна и вся треугольная структура. Отстаиваемые принципы у такого треугольника очень глубоко мотивированы.

Голубой треугольник легкий и мирный. И, наверное, наиболее дружественный. Войну ради принципов он точно вести не станет. Но учтем, что в любом цвете треугольники никогда не станут совершенно податливыми. Все же как-никак углы и жесткая сцепка трех сторон.

Зеленый треугольник представляет собой сплошную крепость и упрямство. Цвет и форма несовместимы, поскольку рациональность зеленого вступает в конфликт с иррациональностью треугольника. А вот жесткость и догматизм усилятся до дискомфортного ощущения. Темно-зеленый треугольник тем более воспринимается негативно, почти как неумолимая диктатура. Тем не менее может быть и так.

Коричневый треугольник ни за что своего не отдаст и, пожалуй, как никакой другой, нацелен на достижение материального и телесного комфорта. Ради этого он готов упираться и проявлять жесткость. Особенно если цвет темно-коричневый.

Лиловый треугольник выглядит презанятно и симпатично. Жесткая крепость треугольника размывается мягким иррациональным цветом, который призывает к комфортному слиянию даже несовместимых категорий. Одним словом, такой треугольник вместо агрессии способен к синтезу противоречий между собой и окружающей средой.

Глава 4. В круге тайном

У Котигорошко была лишь одна слабость – повышенное самомнение.

Козьма Прутков, любитель калачей

Вы когда-нибудь выбирали спелый арбуз? Вот то-то!

…

4.1. Проникнуть в круг и взорваться

Чтобы начертить круг, нужен хотя бы радиус. А чертить надо от себя.

Аксиома неизвестного геометра

Вход – рубль, выход – два.

Закон для персонала или адептов в некоторых организованных структурах

Проткните воздушный шарик и он непременно лопнет.

Из детского опыта

Круг (в трехмерном измерении – шар) прежде всего центричная фигура. Визуально это совершенно реальная точка, вокруг которой радиусом очерчена определенная окружность. И она, внутренняя область окружности, принадлежит кругу. В противном случае мы получим кольцо, обруч, о психовосприятии которых речь пойдет далее. Проще говоря, круг мы будем рассматривать как круглый диск. Да, как известно, внутри любого неполого шара давление возрастает, к чему мы также еще вернемся.

Прямоугольник и треугольник как фигуры – совершенно не центричные. У квадрата центр имеется на пересечении диагоналей, но он все же не довлеет над всей квадратной структурой. Своего рода, обычный штаб, хотя и с четкими полномочиями и возможностями. У круга совершенно иная ситуация. Здесь центр в прямом смысле слова – средоточие всего мироздания фигуры, ее сакральное ядро. Круг, а особенно шар – исключительно центростремительные фигуры. Идеология и смысл существования круга рождаются изнутри. А точнее, из с одной особой точки. Все остальное внутреннее пространство подчинено только этой абсолютно довлеющей парадигме.

Отсюда следует, что круг – совершенно самодостаточная фигура. Идеологию и смысл собственной самости круг черпает изнутри, от своей центральной сакральной точки, где сконцентрировано все и вся для круга. Именно отсюда, из ядра, происходит расширение подвластной центру окружности.

Внешняя среда для круга не актуальна. Визуальное доказательство элементарное. Круг или шар с плоскостью соприкасаются, по сути, одной лишь точкой (рис. 4.1). В противовес кругу ранее рассматриваемые фигуры – квадрат, прямоугольник, треугольник – хотя бы одной стороной, но всегда могут плотно контактировать с внешней средой. Круг в отличие от них сугубо автономен. По большому счету, во внешнем мире он не нуждается. Поверьте, весьма и весьма принципиальный психологический момент. Круг, безусловно, может оказаться со всех сторон окруженным некой средой, и все равно он окажется сам по себе, пытаясь выдержать давление извне, либо вынужденную и навязанную коммуникацию. Даже обычное присутствие как данность неким правилам и ритуалам. Но при всем этом круг, увы, закрытая с внешних сторон фигура, и тут ничего не поделаешь. Очерченная радиусом граница и есть его рубеж.

В активной нападающей экспансии круг сложно обвинить. Пожалуй, это наиболее аутическая, т. е. закрытая сама на себя фигура. Хотя с виду внешнюю коммуникацию он осуществляет довольно непринужденно, для «обтекаемого» круга это совсем не сложно, но вот в свои глубинные слои он допускает далеко не каждого. В этом аспекте круг все же необычная фигура. С виду он легко коммуникативен, пожалуй, даже доброжелателен, но чем дальше вы забираетесь в его глубины, тем жестче отбор и тяжелее индивидуальный прессинг. Поистине, вход – рубль, а выход – два. Если круг посвящает вас в свои сокровенные тайны, замыслы и чувства, вы уже ему обязаны. Так что неожиданный, но хорошо выверенный эксгибиционизм круга приносит лично ему определенные дивиденды.

И сюда же. Круг очень легко заводит знакомства. В коммуникации он подобен таинственной луне, качающейся на волнах теплой летней ночи. Ну кто откажется от такого знакомства?

Круг по своей натуре также глубоко идеологичен. С харизмой у него тоже все в порядке. Коллективистские наклонности ему далеко не чужды. Прирожденный вдохновитель и гуру как для широкого круга, так и для избранных. Допуск к истине, правда, строго разделен послойно.

Вот только проникнуть со стороны во внутреннее ядро удастся очень немногим. Круг скрытен и в чем-то даже параноидален. Чем глубже уровень допуска внутрь круга, тем тщательней перепроверка. И учтите, что вы имеете дело с иррациональной фигурой, которая склонна даже к мистическим озарениям. Так что на одну лишь логику не надейтесь. Нужна синергия, а еще лучше – тотальное слияние. С кругом лучше всего дышать в такт и одним и тем же воздухом. К слову, круги весьма ревнивы и даже намек на отступничество не прощают. Учтите, добытое доверие можно потерять в одно мгновение. Особенно если вы находитесь уже достаточно глубоко внутри круга. Другую личность круги предпочитают кардинально переделывать под себя, естественно, насколько это получится. Но ничего чуждого вблизи себя они не потерпят. Круги исключительно тотальны (от фр. total – полный, целиком), и тут уж ничего не поделаешь.

И пожалуй, самое главное в данном аспекте. Круги очень даже могут взорваться! Если вы попытаетесь кардинально переделывать их внутреннюю идеологию либо развенчивать их харизму, а то и попросту грубо вторгаться в глубины личной «ойкумены» круга. И еще. Круг никогда не потерпит даже малейшего рассечения! Это поистине сверхцелостная фигура. А потому никаких компромиссов для тех, кто так или иначе попытается каким-то образом усечь или видоизменить круг. Его надо принимать только таким, как он есть. И не забывайте, что чем глубже для вас раскрывается круг, тем большая ответственность за это налагается на вас. Своего рода бомба самораскрывания замедленного действия. Взрыв круга типичным вторжением называть как-то не хочется. Скорее катарсис путем самоликвидации, а также ликвидации тех, кто оказался вблизи эпицентра круга. Так что зазря проникать в круг совершенно не стоит. Себе обойдется весьма дорого.

4.2. Становитесь в круг! А кто же в центре?

Голова тоже круглая, но мысли в ней бывают квадратные.

Козьма Прутков, полицмейстер

Круглобокая девица всегда привлекательна.

Антропологический архетип

Круг внешне выглядит весьма коммуникативным. Но вот никакую другую фигуру он внутрь не пропустит. Только наружные контакты, и то, так сказать, весьма обтекаемые. Открытых конфликтов с иными фигурами круг всячески избегает. Попросту говоря, не впускает их в себя. Представьте хотя бы вот такую комбинацию: квадрат в круге (рис. 4.2). В итоге получилась какая-то шайба квадратного сечения, для которой важен лишь внешний контур круга. Внутри безраздельно царит системный и рациональный квадрат, облекшийся в круговую оболочку. Иными словами, снаружи мягкая скользящая иррациональная коммуникативность, а внутри – достаточно жесткая рациональная система. Как говорится, ничего личного и никаких сантиментов. Но круга и его идеологичности все равно-то в центре нет. В принципе круг удобен для квадрата как некое смягченное наружное одеяние. А то, что глубоко запрятано внутри круга, так сразу и не определишь. С треугольником, правда, получится гораздо жестче. Треугольники ведь во много раз экспансивнее и будут даже визуально стремиться разорвать оболочку круга. Плюс две идеологии или два принципа вряд ли когда-нибудь смогут ужиться внутри друг друга.

Круг внутри другой фигуры всегда пытается мягко, но настойчиво втянуть свою миссию и личную идеологию. В коллективе до поры до времени круг покажется мягким, коммуникативным и весьма доброжелательным. Отчасти ни дать ни взять Платон Каратаев из романа Льва Толстого «Война и мир». Однако не забывайтесь. Глубинное ядро круга может содержать свою особенную идеологию. Равно как и подлинную миссию. Для фирмы наличие внутри своей структуры круга (имеется в виду логотип) буквально и в прямом смысле означает, что есть особый «круг посвящения», где только и сосредоточивается настоящая, а не декларируемая миссия организации. Безусловно, фигура, в которую инкорпорирован круг, теряет свою самодостаточность (рис. 4.3), какой бы целостной и монолитной она ни была. Вся мощь углов треугольника, по сути, работает на запросы круга внутри. По ходу отметим, что круг, как максимально обтекаемая фигура, не возмущает внутреннюю среду фигуры, в которой он находится. Так и хочется сказать: работает тихой сапой. И остается, по сути, сугубо автономным включением. Вот только прорваться к кругу, который находится внутри треугольника, как вы понимаете, практически невозможно. Секреты скрытой миссии надежно защищают острые форты.

Теперь немного о цвете.

Черный круг абсолютно подтверждает астрономическое явление, именуемое черной дырой. Сжатие и вовлечение в глубины такого круга или шара максимально. Попав в черный круг, постарайтесь все же из него вернуться.

Белый цвет и форма круга усилят обоюдное психовоздействие. Тоже дыра, но в неопределенное белое безмолвие. Прошлое стерто, будущего нет, момент настоящего размыт. Переживание этого состояния и есть, по сути, миссия совершенно белого круга. Пожалуй, в белом круге вас тоже как будто нет, но что-то затем должно все же произойти? Белый круг как нельзя лучше подходит для выражения идеи реинкарнации, особенно групповой.

Темно-синий круг особенно медиативный, но, в отличие от черного, все же с надеждой на возвращение в неком новом углубленном состоянии.

4.3. Овал: динамика биполярной фигуры

Мы так и не знаем, что внутри нашего земного шарика. Приплюснут он с полюсов почему-то. Вроде бы уже как и не шарик. А геоид, приближенно трехосный эллипсоид, сфероид.

Интерпретация сведений из: Советский энциклопедический словарь. – 4-е изд. – М, 1990. – С. 464

В круге все радиусы и направления равны. А вот в овале, как и при социализме, все равны, но кто-то все равно протяженней!

Козьма Прутков. Социальная геометрия

Если круг вытянулся, значит пошел на службу. Какая уж тут самодостаточность!

Козьма Прутков, коллежский асессор

Как-то слегка опасно быть психологически амбивалентным. Вдруг растащишься сам собой в разные стороны.

Медитация на распутье

Эллипс – плоская замкнутая овальная кривая, для простоты будем говорить – овал. Ну а если мы сожмем шар (отметьте этот момент!), то получим объемное криволинейное замкнутое тело эллипсоид. Феноменально (т. е. явлено, как мы уже говорили) – ни овал, ни эллипсоид уже не круг и не шар соответственно. У овала и эллипсоида появляется осевое направление и два полюса, т. е. фигуры представляют биполярную фигуру. А вот центр – не выражен! Безусловно, он есть, но в отличие от круга вы запросто в него не ткнете. Придется поискать и прицелиться. Опять же, у овала в отличие от круга гораздо больше площадь соприкосновения со средой в положении «лежа» (ср. рис. 4.1 и 4.4). Но вот что объединяет их обоих, так это свойство округлости. Все же родственные фигуры.

Как минимум со средой они не конфликтуют. Но если круг сжимается внутрь, то овал стремится к движению и изменениям. В этом аспекте он очень напоминает прямоугольник. Тот уходит от статичной рациональности квадрата, а овал – от вовлекающей глубины круга. Где, пожалуй, выход только через иррациональное восприятие. Но у овала уже нет такой миссии. Его центр гораздо слабее выражен и, рискнем утверждать, что – ослаблен. Во всяком случае полюса или оконечности овала видятся более сильными. Заметьте, в овале вам не затруднительно увидеть два расходящихся круга (рис. 4.5). Каждый со своим локальным центром. А вот самый главный центр в овале уже под знаком вопроса. Почему так?

Вариант первый. Изначально были заложены две противоречивые тенденции или миссии. Возможно, два руководителя, которые имели диаметральные идеологии. Вот и «растянули» круг в разные стороны. Хотя в общем-то договаривались о единой концепции. Причем в стиле харизматическом – от центра круга. На практике же вышла разнополюсность идеологий и стратегий. Хотя единство, как ни странно, все же сохранилось. Овал – вполне целостная и гармоничная фигура. Совершенно не вызывающая каких-либо деструктивных противоречий. Своего рода диалектическое единство, неразрывность и гармония противоположностей. Что ж, так тому и бывать, в образе овала.

Вариант второй. Круг под давлением среды вынужден трансформироваться в овал, а шар – в эллипсоид. Так сказать, отчасти вынужденная, но уже необратимая эволюция строго центричной фигуры (рис. 4.6). Эту замечательную мысль автору подсказал его многолетний товарищ и коллега Ярослав Кореневский. Спасибо. Если круг сдавливать – он вытянется в овал. И тогда у него появится динамика. Ухода, поиска, развития.

Но движение в глубину точно приостановлено. Овал стал более практичным, нежели круг. Во всяком случае он движется в среде, максимально пытаясь ее не будоражить. Овал свои проблемы разрешает при минимальном возмущении окружающей среды. За что мы ему и благодарны.

Вариант третий – просто эволюция круга в овал. Хотя бы в силу требований внутренней метафизики. Надо почему-то выходить на дорогу, а не заниматься медитацией и самоуглублением. Процесс втягивания заменяется поиском альтернатив. Причем, заметьте, опять же без внутреннего напряжения и драматизма. В семейных разводах это называется: «давай поживем врозь, но в то же время вместе, главное – без скандалов». Глядишь, семья и сохранится. В делах бизнеса – то же самое.

Присмотритесь к конфигурации окончаний овала, то бишь его полюсов. А проще говоря, смотрите, насколько овал заостренный или округленный, притупленный. Чем острее оконечности овала, тем активнее и резче он разрезает среду в своем движении (рис. 4.7). Структура скорее бойцовская на осевом направлении, нежели адаптивная. И в то же время среда мягко разрезается, так что нет толчков и силового давления. Именно так погиб в свое время «Титаник», столкнувшись бортом с айсбергом. Уж лучше шел бы на таран. У заостренного овала лишь боковые обводы – слабое место. Поэтому вспарывать окружающую его пучину он может лишь фронтально. Но зато с поражающим эффектом, без шума и незаметно. Острие ведь отточено и закруглено.

Округленный овал (рис. 4.8) в этом плане гораздо спокойнее. Он действительно двигается так, чтобы минимизировать внешнее сопротивление. Ему нужна не атака, а, пожалуй, сохранение своей целостности. Ну и, конечно, достижение некой новой миссии, из-за которой овал трансформировался из круга.

В логотипах обращайте особое внимание на то, как расположен в пространственной плоскости собственно сам овал. Вертикально стоящий «на попа» очень рискованно неустойчив и выражает, пожалуй, мегаломанию вкупе с идеологией. Так и хочется пронести в небо свою идеологию. Лежащий в горизонтальной плоскости овал однозначно перешел в область заземленного практицизма. Полет идеи временно, а может быть, и по расчету прекратился. Либо изначально предполагалось реализовываться именно на практическом, а порой даже утилитарном уровне. Иными словами, прежде всего результат, пусть даже малый. Лежащий овал рисковать не желает. О причинах этого не трудно догадаться, лишь глядя на реальный логотип. Овал, расположенный наискось, под углом пытается за счет активного движения и развития собственных идей добиться прогрессивного успеха. Это если угол наклона направлен вправо. Наклон овала влево – возврат в прошлое, попытка вернуться к истокам и реализовать незавершенные идеи, может быть, ностальгия.

В контактах с другими фигурами овал, как и круг, весьма самодостаточен. А почему бы и нет? Своя автономная идеология, есть ось движения, ну разве что целостность центра ослаблена, зато усилены оба полюсных направления. Со статичными фигурами, как квадрат и треугольник, овал как-то не уживается. Уж слишком разные цели и ментальность. Овал будет подрывать изнутри рациональную системность квадрата и жесткое упорство треугольника. В этих фигурах словно образуются «дыры» (рис. 4.9). Возникает даже такое ощущение, что овал просто использует наружное окружение для своей самозащиты, а потому может вольготно двигать и паразитировать внутри этих фигур.

А вот с прямоугольником дело выглядит веселее. Ответ понятен. Оба ведь имеют ось и двигаются вдоль своей оси. Главное, чтобы они совпали. Овал должен быть вытянут пропорционально прямоугольнику. Учтем также, что у прямоугольника как такового центра нет, зато он более выражен у овала. Значит, целостность и внутренний смысл движения сохраняются. Здесь налицо типичный симбиоз (рис. 4.10).

Точно так же овал не потерпит внутри себя какую-либо иную фигуру. У него и так центр «расползается» в противоположные стороны, а тут внутри еще какой-то элемент со своей программой. Тогда уж точно полюса овала с прилегающими окраинами дадут деру от центра, который уже и не есть центр. Там кто-то чужой (рис. 4.11).

ЦВЕТ и ОВАЛ. Есть цвета, которые усиливают центробежные тенденции овала, а есть, наоборот, те, которые удерживают его в целостности и скрепляют. Опять же, определенным цветом можно усилить динамику овала, а можно ее заглушить. Аналогично существует возможность либо усилить, либо ослабить центр. Так что овал весьма избирательно взаимодействует с цветом. Итак.

Белый овал отчасти нонсенс. Центр заметно ослаблен, а точнее, в белом совершенно растворен. Осевое направление также не выражено. Общая динамика есть, но какая-то совершенно не определенная. Белый ищет, не знает чего. И потом, у него нет идеологии, а овал как раз обладает собственной идеей. Но она не может проявиться через белый цвет. Значит, впереди поиск чего-то нового. Может быть, именно в этом и заключается прелесть белого овала? Заметьте, поиск нового происходит без войны со средой, да и внутри нет никаких деструкций. Белый овал чего-то хочет и куда-то стремится, но делает это органично и, пожалуй, с надеждой.

У черного овала все иначе. Он тотально втягивает в себя, при этом динамика движения замедлена, хотя и не заторможена. Ось симметрии ослаблена. Черный овал движется вне логического бытия. Поэтому внутренний идеологический центр обладает притягательной и собирающей силой. Черный овал гармоничен, но он весь внутри, в себе. И куда-то вглубь устремлен. С внешней средой контакты жестко очерчены. Своего рода втягивающая полынья. Впрочем, за счет движения овала чувства обреченности не возникает.

Серый овал абсолютно толерантный в своих центростремительных направлениях. К внешней среде относится точно так же. Осевая симметрия и центр размыты, но в целом все в гармонии. Мягкое спокойное движение без внутренних противоречий. Разнонаправленность полюсов сглаживается некой уравновешенной диалектикой. Такой овал – ищущий и созерцающий. Да, идеологическая составляющая также совершенно не навязчива. У серого овала нет проекций жить за счет других и приписывать свои проблемы внешнему окружению. Он комфортен, уравновешен, толерантен и ищет свой путь не во вред остальным.

Алый и красный овалы весьма активны в своей экспансии. Такие овалы атакуют среду во имя своей идеологии. Их полюса представляют ударную силу. Центр также подобен взрыву. Овал вообще-то достаточно адаптивная и осторожная фигура, но в таком цвете он становится небезопасным. Учтите на всякий случай. Добавьте сюда внутреннее напряжение между фигурой и алым либо красным цветом, которые ему совершенно не свойственны по своей природе. Деструктивные процессы внутри овала только будут усиливаться. Интересно, как долго он просуществует в таком вот состоянии?

Пурпурный и малиновый – уже смягчены. Адаптивность возрастает, внутренняя целостность сохраняется. Это хорошие овалы. Собирательные и идущие к своей миссии. Они смогут продуктивно разрешить свои проблемы.

Синий овал очень органичен. Он удивительно собирательный. У синего (особенно темно-синего) овала нет противостояния полюсов и центра. Все слитно и едино. Опять же, такой овал больше устремлен в глубину своей сущности, нежели наружу. Его движение и развитие глубоко мотивировано. Он растет изнутри. И никакой абсолютно внешней агрессии. Мягкое продвижение и слитная без напряжения целостность.

Темно-фиолетовый овал очень глубоко мистичен. А точнее, он – синтетик. Может соединить несовместимое и открыть истину. У фиолетового овала нет внешних препятствий. Он ныряет гораздо глубже. И достигает большего. Безо всякой агрессивной экспансии. Зато то, что порождается фиолетовым овалом, порой может оказаться неоценимым.

С зеленым овалом как-то все дискомфортно, а скорее всего, даже плохо. Хотя в подлунном мире нет ничего абсолютно хорошего и абсолютно плохого. Всему есть свое применение, своя мера и своя миссия. Зеленый цвет предельно статичен и рационален, в то время как овал динамичен и иррационален по своей сути. Какая-то не совсем совместимая пара. Симбиоза и взаимодополнения здесь не происходит. Зеленый цвет явно тормозит активность овала, пытается его структурировать и рационализировать. Центр фигуры, ее полюса, ведущая ось – все тотально переделывается в единую массу зеленым цветом. Остается лишь жесткий внешний контур. И еще программа тотально зеленого цвета вопреки внутренней сущности овала. Кто-то кого-то подавил. Случается и так. Но. темно-зеленый овал, а еще лучше – немного синеватый все же сбалансирует разнополярность овала. Появляется некая собирающая стабильность, и движение происходит внутрь, а не в ширь. Что и не плохо.

Желтый овал жизнерадостно излучает энергию. Стираются противоречия, в желтом сиянии размывается центр и внешние контуры, но остается главное – движение и развитие, поиск чего-то нового. Желтый цвет снимает примат осевой линии, но предлагает множество других вариантов. Глубины нет, но зато активно заявляет о себе внешняя экспансия. Исключительно в положительном и жизнерадостном ракурсе.

Коричневый, а еще лучше золотисто-коричневый овал одновременно комфортный и престижный (если он золотистый). Мягким движением и своей идеологией он непременно достигнет благополучия. Глубокие идеи его не будут сильно волновать, но вот уют и комфорт займут первое место среди его потребностей.

ЛЮДИ-ОВАЛЫ. Они идеологичны, но противоречивы в своей глубинной сущности. Понятно почему. Идти и развиваться одновременно в диаметрально противоположных направлениях даром для психики и менталитета не обходится. Отсюда могут иногда возникать фрустрации (напряжения) и неврозы. Хотя к чести людей-овалов можно сказать, что они максимально поддерживают свою внутреннюю целостность и душевную гармонию. Несмотря на смятения и влечения души. Контактны, но до конца раскрываются очень немногим и далеко не сразу. Не агрессивны и ни в коем случае не обвиняют мир в своих проблемах. Неплохо адаптированы к внешней среде. Движение и развитие происходят в мягкой форме. Как правило, такие люди не вызывают антипатии в коллективе и среди близких. С ними легко общаться, если не касаться сугубо внутренних проблем данной личности. Хотя здесь как раз и скрывается ключик к душе. Люди-овалы очень нуждаются в том, чтобы рядом был понимающий их человек. Еще они рады спутникам. Тянутся к себе подобным, ибо кто не поймет лучше овала, как такой же овал? Могут сделать неплохую карьеру в сфере управления. Руководители из овалов получаются мягкие, толерантные, но отнюдь не безвольные и не бездеятельные. Поиск новых альтернатив в бизнесе будет осуществляться непрерывно, но не хаотично, а согласно определенным концепциям. Догматизма в принятии решений нет и в помине. Так что удачи овалам в их диалектическом развитии и движении.

Глава 5. Овоид серебристый, или Заколдованное «яйцо» Терминатора

AB OVO (лат. – букв. с яйца; т. е. с самого начала до конца; у древних римлян обед начинался с яиц и кончался фруктами).

Словарь иностранных слов. – М., 1954. – С. 840.

– Козьма, ты своей крашанкой все наши расписные яйца переколотил!

– Так оно ж страусиное.

Пасхальные забавы

– А ну-ка, срочно подсвети фонариком яйца. А то кто-то их еще раздавит.

– А чьи, капитан?

Невыдуманный диалог при разгрузке байдарок ночью

Яйцеголовые, интересно, с тупого или с острого конца?

Антропологический вопрос

– Ну, чего так стучать снаружи? Выхожу уже, выхожу!..

Цыпленок в скорлупе

Дорого яичко к Христову дню!

Неоспоримая народная мудрость

Овоид – буквально с латинского: яйцеобразная форма как трехмерная, пространственная, так и плоскостная, геометрическая. На продольном разрезе всегда сходна с линией продольного разреза яйца. С яйцом, особенно куриным, утиным, гусиным и т. д., знакомы все. Сейчас в моде перепелиные. В принципе, все они близки по форме. Но на уникальные достоинства овоида дизайнеры обратили внимание лишь в начале девяностых годов XX века. Особенно в автомобилестроении. Яйцеобразная форма кузова оказалась удивительно эргономичной по многим параметрам. Во-первых, большой внутренний объем салона при внешней компактности. Во-вторых, расход энергии на обогрев или охлаждение внутреннего пространства через кондиционер оказался куда экономичней, чем у других типов кузова. Иными словами, овоид прекрасно удерживает заданную температуру внутри своей оболочки. Термообмен с наружной средой происходит в режиме нужного оптимума. В этом легко убедиться по феноменальной способности обыкновенных яиц долго храниться, дышать и в то же время продуктивно производить цыплят в инкубаторе. Опять же, внешнее лобовое сопротивление среды при активном движении яйцеобразной формы также минимизировано. Для того же автомобиля это чрезвычайно существенно. Расход топлива снижается, опасных завихрений нет, устойчивость на скорости высокая. И что не менее важно – у овоида очень высокая прочность при лобовом столкновении и на сжатие. Раздавить обычное яйцо рукой не так-то уж и легко, особенно по его осевой линии. Кузов овоидного профиля ведет себя аналогично.

5.1. Мягкое, но неумолимое продвижение собственной миссии

– Истинные гурманы и джентльмены варят яйцо всмятку без хронометра и вскрывают его только с острого конца серебряной ложечкой.

Почти по Джерому Джерому

– Яйцо не колобок, катиться вбок ему не сподручно, но если уж сильно надо.

Заметки полярного орнитолога

ПСИХОАНАЛИЗ ОВОИДА. Его главная цель – выполнить предельно эффективно свою миссию и не погибнуть, в отличие от природного яйца, которое неизбежно будет разрушено ради рождающегося птенца. Как вы уже поняли, овоид – очень надежная структура для мягкого (обязательно мягкого) продвижения собственных идей. Внешнюю среду он никак не будоражит, но собственное «яйцо» должно реализоваться. В самой яйцевидной форме не заложено противоречий, хотя овоид далеко не однозначен по своей структуре, в чем можно визуально (и на ощупь) убедиться.

Рассмотрим геометрическую форму овоида (рис. 5.1 а, б). Вначале вариант рис. 5.1 а. Типичный профиль для овоида. Обтекаемые наружные формы, и никаких острых углов. Так что рассекать и будоражить резкими действиями окружающую среду овоид отнюдь не намерен. Обтекаемость внешнего контура дает еще один весьма весомый плюс – можно мягко и пластично, сохранив свои дивиденды, выскользнуть из сжимающих тисков. Яйцо очень не любит, чтобы на него оказывали жесткое давление. Но предпочитает ускользнуть при своей силе, а не ввязываться в драку. Заметьте, при своей силе, которую в нужный момент оно непременно пустит в дело.

У овоида четко выражена осевая линия – а значит, есть движение вперед, куда направлен более острый конец (об остроте овоида чуть далее). А вот общий центр как-то не проявлен. Не та конфигурация, видимо. Но в целом фигура смотрится целостно и весьма гармонично. А все дело в том, что у овоида все же есть центр с характерной для него вспомогательной структурой центрично-поступательного типа. На рис. 5.1 б это наглядно продемонстрировано. Даже природное яйцо, безусловно, неоднородно. В округлом тупом конце размещается желток, зародыш и воздушная камера. В переднем, заостренном, – белковая упругая масса, которая имеет свой локальный центр. Можете его назвать «оперативным штабом», в то время как желток и зародыш – «генеральным». Благодаря такой компоновке овоид обладает уникальным преимуществом в выполнении заложенной миссии. Заметьте, применительно к окружающим реалиям. Овоид обязательно достигнет своей цели и сделает это мягко. Сокровенный ларец (тот же зародыш) окажется в нужное время и в нужном месте. Опять же отметим, что у овоида нет такой цели, как саморазрушение, его задача – донести и реализовать некую миссию. С внешним перепрограммированием возникнут большие проблемы. Яйцо просто так не сдастся. Каких-либо компромиссов и сепаратных соглашений здесь быть не может. Только адаптация к внешней ситуации и не более, а вот миссия должна быть выполнимой. Вот и все.

Может быть, потому с древнейших времен живым яйцом выкатывают сглаз, порчи и всякую подобную нечисть. Зародыш жизни не так просто убить, но за попытку всегда придется расплачиваться.

Овоид может в силу ситуационных причин приземлиться и заняться насущными проблемами в сугубо прагматическом варианте. Чтобы все равно и в любом случае завершить миссию. Вот только драться приходится все больше в тоннелях и коридорах. Такой овоид не выжидает, он действует, подчас даже напролом (рис. 5.2). Он приземлен, заострен и вытянут вдоль осевой линии. Чем острее угол, тем больше сила прорыва. Главное – завершить миссию. Можете считать это целью. Просто у овоида она уже заложена изнутри. И выжидать ему почему-то не хочется. Это активный овоид. Именно в таком стиле в наше время сконструировано большинство автомобилей. Хотя есть и более мягкие яйцевидные формы. Здесь пропорции и конфигурация чрезвычайно важны. Овоид на рис. 5.3 гораздо более округлый и притупленный. Он прежде всего ориентирован на сохранение и развитие, нежели на прорыв. Это мягкий овоид, всячески беспокоящийся о жизни, заложенной внутри него.

Да, и не ставьте в своем логотипе или бренд-марке изображение овоида, что называется, «на попа» или под наклоном. В таких положениях яйцо весьма неустойчиво. Не стоит дразнить судьбу. Еще напророчишь.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Здесь все естественно и предельно ясно. Овоид чем-то напоминает сокровенный ларец и совершенно самодостаточен. Посудите сами. У него есть своя идеология и миссия, которую нужно реализовать. Он на своем исключительном пути и особо провожатых ему не требуется. Овоид хотя и пластичен, но со средой контактирует ровно столько, сколько ему нужно для реализации собственной миссии. Дороги, если нужно, не уступит. И все же контактировать приходится.

С кругом будет полное взаимопонимание, если совпадает идеология и миссия. Впрочем, нельзя исключить и внутривидовую борьбу. Все-таки родственные фигуры. Тем более что овоид менее скрытный и намного активнее. Ему нужно действовать.

С овалами нечто аналогичное. Но здесь дискомфорт коммуникации возникает из-за полярности и двойственности овала, его амбивалентных расхождений. Овоид, напротив, – целостная фигура, и здесь диалога может не получиться. Так, временное сотрудничество в одном лишь направлении. И то возможны постоянные психологические трения.

Как ни странно, с треугольником может состояться плодотворное сотрудничество. Обе ведь фигуры ударные, стремящиеся во что бы то ни стало достигнуть цели. Главное, чтобы их пути совпали. А дальше – взаимодополнение по ходу дела и симбиотическая поддержка. Треугольник очень жесткий, а овоид гораздо пластичнее, к тому же несет в себе более глубокую идею. Так что друг другу могут оказаться полезными. Главное, чтобы они не столкнулись на почве идейной нестыковки овоида и жесткой бескомпромиссности треугольника. Не расколов яйца, не изжаришь яичницу. Здесь произойдет то же самое.

С квадратом и прямоугольником, честно говоря, овоид предпочитает иметь дело опосредованно. Слишком разные фигуры. Рационализм в чистом виде овоиду совершенно не свойствен. Он действует иррационально, исходя из идеи и миссии. Овоид – все же сокровенный ларец, но отнюдь не бизнес-план в ряду однотипных скучных папок и файлов. Ему всего-то нужно реализовать свое предназначение, а не заниматься чужими идеями, да еще в чуждом для него рационалистическом формате. Калькулятор здесь может стать камнем преткновения. Фигуры просто не поймут одна другую.

ЦВЕТ ОВОИДА. Овоид ни при каких вариантах не потерпит чисто зеленой окраски. Позеленевшее яйцо и в естественной природе вызывает некое неприятие и настороженность. Застывшая форма. Движение и развитие прекратились. Но добавьте немного синего, и все изменится. Такое яйцо как будто законсервированное внутри себя, но отнюдь не замершее. То же можно сказать и о голубоватом овоиде. Появляется легкость, позитив и оптимистическая надежда на развитие. «Голубой», «голубиный» – слова как-то перекликаются, не правда ли? Миссия выполнима, а идея обретает легкость. Овоид голубой с легкими коричнево-золотистыми крапинками – еще лучше.

Темно-синий и фиолетовый овоид окажется глубоким и загадочным. Что там внутри и куда он движется? Скорее всего, в глубь самого себя, но уж никак не наружу. Так что острый угол, по сути, лишь защищает внешнюю оболочку. О нападении не может быть и речи. А в целом темно-синее или фиолетовое яйцо смотрится само по себе очень гармонично. Под рождественской елочкой в золотых звездочках особенно.

Обширная гамма коричневых и бежевых оттенков для овоида более чем естественна. Покой, уют, сохранение. Чувство внутреннего комфорта и защищенности. Главное, чтобы не было темно-коричневых либо красно-коричневых разводов. Тогда возникнет состояние тревожности. Значит, что-то яйцу угрожает и неведомо куда влечет.

Алое яйцо явно готовится к решающему бою. И чтобы реализовать свою миссию, нападет первым. Может быть, и смысл заключается именно в том, чтобы нападать? Представьте ярко-алый гоночный «феррари», и вам станет все ясно. Программа заложена, а теперь только скорость и прорыв. Однако заметьте, форма овоида все равно будет смягчать неистовое буйство алого цвета.

Темно-красный, вишневый – гораздо спокойней. Появляется глубина, но уже нет экспрессии. А в общем-то такое яйцо покажется почему-то тревожным. Оно словно пребывает в ожидании опасного грядущего для «зародыша» и реализации его миссии. Впрочем, темно-вишневый воспринимается уже менее тревожным. Для овоида цвет крови все же неестественный. Темно-вишневый меньше напоминает кровь.

Черное яйцо можно представить разве что в виде обсидианового. Глубокое магическое сочетание цвета и фигуры. Что кроется внутри и куда овоид устремлен? В отличие от темно-синего, черный овоид еще глубже и сильнее. Внешняя среда ему, пожалуй, совершенно не нужна. Она не сможет его остановить и уж тем более препятствовать реализации миссии, которую всуе лучше не поминать. Пусть черное яйцо покоится и ждет своего часа. Оно – на перекрестке миров, времени и пространства.

Белый цвет для яйца традиционен. Ну как еще лучше выразить надежду на рождение чего-то нового? И не просто рождение, но и становление. Все же овоид. Ему свойственно добиваться своего. В белом цвете не столь жестко и агрессивно, но все же. Надежда – очень не слабый стимул для продвижения вперед. Тем более если есть «зародыш» и миссия.

Желтое яйцо смотрится неестественно. Особенно если цвет – ярко-желтый. Все же овоид предпочитает сохранение и накопление, но отнюдь не безудержную эманацию всего и вся во все стороны. У овоида есть свои программа, миссия и пути ее реализации. Растрачивать себя за просто так он не будет. Единственное, что сближает желтый цвет и форму яйца, – это оптимизм, уверенность в том, что все сбудется. Просто методы достижения успеха совершенно различны.

Когда говоришь о золотистом овоиде, так и хочется воскликнуть: «Яйца Фаберже!» Яйцо, безусловно, дорогое и престижное, но отнюдь не питательное. Это к тому, что автору приходилось видеть упаковку натуральных перепелиных яиц, на которой красовался слоган с «золотыми яйцами Фаберже» во главе угла. Однако несостоявшийся бренд так и не прошел. Золото – это уже металл, хоть и очень престижный. В нем просматривается жесткость и уверенность в успехе. Овоид сам по себе более мягкий, и для него главное не чистый успех или победа, а реализация миссии. Ну если уж так нужно быть престижным и сверкать драгоценным металлом – то что поделаешь. Пусть будут «яйца Фаберже». Которые, по большому счету, счастья так никому и не принесли. Вера в успех и процветание с привкусом металла почему-то не смогли реализоваться. Золотую страну Эльдорадо до сих пор ищут. А сколько жизней положено на поиски ее, и не счесть.

Серебристый и металлический овоид впору действительно Терминатору, то бишь механизированному и наделенному интеллектом существу. У него есть своя миссия и цель, которую надо достигнуть во что бы то ни стало. Серебристо-металлический овоид очень и очень жесткий. Никаких сантиментов. Только движение и программа. Лобовое столкновение по праву сильнейшего. Предельная прочность, но уже нет пластики и адаптации. О компромиссах и речь не идет. Но рано или поздно проявляется неизбежно усталость металла. Демпфера-то нет. И тогда яйцеобразный корпус, несмотря на свои идеальные формы, все же разрушается. Внешняя среда ополчится против серебристо-металлического яйца. Миссия невыполнима?

ФИРМЫ и ЛЮДИ-ОВОИДЫ. С такими партнерами однозначно следует работать. Они как минимум имеют собственный бизнес-план. Глубокая мотивация реализовать дело. В принципе люди– и фирмы-овоиды не могут заниматься тем, что им не по душе. Но если их программы совпадают с программой партнера, то они идут рука об руку. Коммуникатировать с овоидом можно без проблем, эти люди весьма адаптивны и пластичны. Бурю в стакане точно не устроят. Правда, не ждите от них и абсолютной сговорчивости. Все-таки они изначально предполагают реализацию некой миссии, идеи, плана, программы. Это не субъективизм и уж тем более не крайний эгоизм, однако на своем человек-овоид сумеет мягко, но очень убедительно настоять. Фирма-овоид будет вести себя в спорных делах точно так же. Так что придется договариваться в принципиальных вопросах. На многие уступки овоид изначально согласен. Еще люди-овоиды (фирмы тоже) не любят излишней публичности, суетливости и ни при каких обстоятельствах не выдадут своих истинных намерений. Их открытость – не более чем тактический прием. К их чести надо сказать – без манипулирования и всяких подвохов. Овоид честен, поскольку знает, что и для чего он делает. А вот пробраться внутрь овоида, в его сокровенное, ох как нелегко. Но те, кто близки ему по духу, кто имеет сходные и задачи и миссии, могут рассчитывать на полную поддержку. Тот случай, когда своих не бросают. Измена и малодушие не прощаются тоже. А еще овоиды очень терпеливы. Они умеют ждать. У них хорошо развита интуиция, они прекрасно чувствуют процессы, время и пространство. Ведь в конечном итоге овоид должен что-то родить либо донести. Здесь нет места глупым истерикам и проекциям. Неврозы и переживания, да, могут быть. На них все же лежит ответственность за выполнение миссии. Овоиды отнюдь не деструктивны, и в них нет агрессии по отношению к окружающему миру. Равно как и обвинений, излишних притязаний, непомерного честолюбия и т. д. Так что пожелаем им удачи. Вполне может быть, что их деятельность будет во благо и другим. И это прекрасно.

5.2. Капля камень точит в отражении пламени свечи…

Долька за долькой, музыка за музыкой,

капелька за капелькой.

Затаив дыхание тихо и легко. Э-э.

Вячеслав Бутусов. Из реки

Под капельницей выживают не все. Но она дает шанс.

Мысль анестезиолога по поводу

Величественные издалека, бессмысленные вблизи,

горы есть форма поверхности, поставленной на попа,

и кажущаяся горизонтальной вьющаяся тропа

в сущности вертикальна. Лежа в горах – стоишь,

стоя – лежишь, доказывая, что лишь

падая ты независим. Так побеждают страх,

головокруженье над пропастью либо восторг в горах.

Иосиф Бродский. Назидание

Капля – явление своеобразное. Если бы в жидкостях не было поверхностного натяжения, пожалуй, капли в природе попросту бы не существовало. Капля рождается при натяжении и отрыве, а затем в свободном падении превращается в жидкостный шарик. Чтобы затем разбиться на мельчайшие брызги. Жизнь капли скоротечна, но не лишена смысла. Есть момент зарождения, точка высшего напряжения, опять же, отрыв, свобода падения и. кульминация. Удар, при котором вся энергия передается во внешнюю среду. Может быть, потому камни и не могут устоять перед каплей. Мириады капель создают водопады, и тогда скалы превращаются в бездонные каньоны.

Свеча горит все же дольше, нежели образуется капля. Но язычок ее пламени тоже каплеобразный. Может быть, более вытянутый и тоже вверх. Но если в капле это место отрыва и напряжения, то для пламени свечи, факела или костра верх язычка – наиболее высокотермальная зона (рис. 5.4). Жарче всего над верхушкой пламени, но не внутри него. Газосварщики и стеклодувы это отлично знают. И капля, и пламя концентрируют энергию напряжения в одной точке. Здесь сосредоточен весь смысл их кратковременного бытия. Разница лишь в том, что капля отрывается в свободном падении, чтобы разбиться брызгами, а пламя выгорает, не щадя себя.

ДЕЛЬНЫЙ СОВЕТ: при создании логотипа или рекламного постера обязательно учитывайте «верхушечный» момент капли и язычка пламени. Это и есть зона наибольшего внимания смотрящего. Причем на уровне безусловного рефлекса.

Капля и пламя изначально имеют свою миссию, предназначение или цели. В отличие от овоида здесь нет времени на ожидание и сохранение. По большому счету, нет и адаптации к внешней среде. Хотя ее влияние (т. е. внешней среды) овоиды очень даже ощущают. Капля может медленней или быстрей оторваться в свободное падение, а пламя свечи колеблется на ветру и очень зависимо от притока кислорода. И все же и капля, и пламя упорно продолжают жить своей жизнью. Вопреки или благодаря обстоятельствам – это уж как повезет. Но свою миссию они выполнят до конца.

Рассмотрим геометрическую форму капли и язычка пламени. Четко прослеживается вытянутость в направлении к узкому отростку. И в то же время общий контур мягкий, округленный. По сути, сочетание круга, который вытянулся для достижения цели. При отрыве капля превращается в круг. Миссия далее выполнима. Язычок пламени не округляется до последних мгновений горения. Скорее, наоборот, вытягивается в длину. Однако что-то общее в капле и язычке пламени есть. Может быть, стремление к завершению. И полная отдача себя тому, чем ты живешь. При этом фигуры пластичны и неагрессивны. Они целеустремленны. Знаете, мотылек почему-то летит на огонь; лососевые рыбы почему-то поднимаются из моря по верховьям рек, чтобы отнереститься и погибнуть, возродив после себя новую жизнь; многие птицы улетают на юг, но возвращаются снова на север, чтобы снести яйца; атлантический угорь дважды переплывает океан в сторону Европы, а затем плывет назад – в Саргассово море – для нереста. Для угря это порядка пяти с половиной тысяч километров водного океанского пути. Это так, к слову. Можно только удивляться силе биологической программы и безудержному стремлению ее реализовать. Капля обязательно пустится в свободное падение. Пламя будет гореть, пока есть, чему гореть, устремляясь ввысь. Вот только не надо ставить преград на их пути.

То же относится и к ВЗАИМОДЕЙСТВИЮ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. И капля, и язычок пламени в своем существовании весьма и весьма самодостаточны. Со средой взаимодействуют исключительно для реализации своей миссии. Пожалуй, с кругом у них наибольшее взаимопонимание и взаимопритяжение. Может быть, единство идеи. С овалом так не получится, все-таки капля и язычок пламени – однополюсно вытянутые фигуры и амбивалентность им не свойственна. С овоидом есть некоторое сходство, но капля гораздо бескомпромиссней. Язычок пламени тоже. В этих фигурах нет цели самосохранения, что свойственно овоиду в гораздо большей степени. С треугольником может быть найден общий мотив. Треугольники ведь себя тоже не жалеют. Просто они более устойчивые. Хотя как сказать. Там, где камень не раскалывает удар, капля свое дело сделает. Завершающим аккордом может снова оказаться удар острия треугольника. Пламя раскалывает валун еще быстрее. Иногда не стоит вставать этим трем фигурам на пути.

С квадратом и прямоугольником мало общего. Рациональная стабильность не свойственна тем, кто сгорает или живет в ожидании свободного падения. Уж слишком разные ментальности скоротечного бытия капли и вечности монолитов. С другой стороны, полярности всегда нуждаются друг в друге, ибо как понять свою суть, не изведав нечто совершенно иное?

ЦВЕТ И ФОРМА. Капле однозначно лучше всего быть прозрачной. Заметьте: не белой, а как алмаз, отливаясь блестками огней всех цветов радуги. Мгновение будет неповторимым. Капля упадет и разбросает вокруг себя брызги того или иного оттенка. Она заиграет всеми цветами среды, но чтобы они проявились, капля должна созреть, оторваться, упасть и. разлететься. Как те же вспыхивающие бликами осколки алмаза. Капля загадочна и привлекательна именно игрой и переливами цветовых оттенков.

Даже изумрудно-зеленый цвет, если он живой и подвижный, в капле обретет несвойственную ему динамичность рационального и благоденствие стабильности души. А вот чисто зеленая капля просто застынет. И никакие доводы рассудка здесь не помогут.

Молочно-белый цвет также не подойдет. Капля стремится к реализации своего бытия, но отнюдь не убегает в неопределенное будущее. Намного лучше жемчужный перелив. Он сияет и в то же время манит в глубину, в средоточие. А еще жемчужный оттенок пронизан светом надежды. Хороши фиолетовый и синий цвета. В их оттенках раскроется больше смысла – ведь капля – явление отнюдь не хаотичное. Она должна появиться и созреть, чтобы затем в падении переродиться.

Голубой, а особенно бледно-голубой слишком легкомысленный. Хотя если вы хотите не разбиваться обо что-либо, просто парить в легкой голубизне, то чего уж тут, пожалуйста.

Красноватые оттенки для капли все же не свойственны. Слишком драматично и тревожно. Раскаленный медно-красный уже куда лучше. Отливающая красным золотом капля восхитительно великолепна. Если драться, так драться. Даже в свободном падении.

Черный цвет – только прозрачный, обсидиановый. Главное не матовый, для капли он неприемлем. Матово-черная капля становится «медитирующей» и неподвижной. В прозрачно-черном и искристом же цвете она оживает и завораживает. Черный бриллиант привлекательней черной жемчужины, я считаю.

Капля серого цвета, скорее всего, окажется невзрачной. Время поиска для капли уже прошло. Останется разве что толерантность восприятия текущего. Хотя смысл ее жизни в отрыве и свободном падении, после которого будет столкновение и, возможно, – что-то изменится. Рефлексировать при этом не возбраняется. Как до, во время и после падения.

А вот серебристая и металлическая капли уже не рефлексируют. Они жестко закрепились и, если придет их время, ударят во всю мощь. Хотя в это и не верится. Уж очень прочно металл припаивается. А капля любит все же свободу падения и удара. Значок парашютиста и десантника – каплеобразный.

У язычка пламени немного иные приоритеты. Хотя опять же есть много схожего. Серый дым над водой вызовет тревогу, смутные предчувствия и беспокойство души о прошлом и неизбежном, но пока неведомом грядущем. Дым еще не пламя либо уже не пламя.

Альтернатива дымчато-серому – ясный огонь. Это может быть ярко-желтый либо голубовато-прозрачный цвет пламени костра, факела или свечи. Здесь нет и не может быть места для компромисса и нерешительности. Голубые звезды на ночном небе кажутся холодными, но мы еще не приблизились к ним и не дотронулись до них. Обратите внимание на интересное природное сочетание. Голубой лед и голубое пламя одинаково сильны. Заметьте: при прикосновении обжигают и очень ощутимо.

Желтые и оранжевые язычки огня гораздо уютнее. Можно согреться, не сгореть и отдохнуть. Желтый цвет эманирующий, т. е. источающий энергию вовне.

Красное и алое пламя – уже опасность. Добавьте сюда же черной копоти и получите – пожарище. Ситуация однозначная – выжить обреченным. Бывает, получается. И все же лучше – на ясный огонь. А еще – на приветливо мерцающий. И не надо бояться изумрудно-зеленого пламени. Оно очищает. Тот редкий случай, когда предельные истины становятся ясными. Ну а фиолетово-синие блики костра будут просто завораживать. От них взгляда не оторвать.

Люди, которым нравится наблюдать за каплей и смотреть на завораживающие языки пламени, обладают «собственным» характером. Во-первых, они чувственны и глубоко мотивированны в своих поступках, деяниях, мотивациях, т. е. во всех сферах жизни. Явные иррационалисты по психотипу и очень неплохие сенсорики. Обладают личной идеей и целостным взглядом на мир. А потому готовы в случае чего многое поставить на кон. Решительность и полная отдача всех сил в нужный момент – неотделимая часть их натуры. С риском также мало не покажется. Во всяком случае на попятный они не пойдут и молить о пощаде не будут. Еще один важный момент: люди-капли и люди-пламя не являются агрессорами. Личностная деструктивность также за ними не наблюдается. Но напасть первыми они все же могут. Если вы упорно стоите у них на пути. Ради реализации своей мечты они могут первыми подняться на бруствер и стать у барьера. Тогда держитесь. Еще раз напомним: капля и огонь разрушают камень, даже такой, как гранит и базальт. Поэтому не стоит перегибать палку во взаимоотношениях. Тем более что такие люди весьма терпеливы и коммуникативно пластичны. Абсолютно откровенными они бывают только с немногими близкими по духу людьми. Но это родство придется доказать практически, а не паря в абстрактных идеалах. Вода и огонь достигают своей цели, ибо упорны и готовы заплатить любую цену, отдавая себя без остатка. Не забывайте: чувство самосохранения у них может в определенные моменты быть заниженным. Без фанатизма и суицидных порывов, сутяжничества и мелочности. А так сии индивидуумы очень даже комфортны в близком общении и как деловые партнеры. Пламя свечи, огонь в камине или костре создают уют и благостное настроение. Весенняя капель зарядит энергией и оптимизмом, а даже слабая струйка родника в скале может утолить жаждущего. Ради этого капля, может быть, и пробилась к белому свету. Так что с энергетикой здесь также все в порядке. Обычно такие люди дают больше, нежели берут, и могут совладать со своим эго.

Глава 6. Ромбические генералы

Если идете в атаку ромбом, не забывайте о флангах!

Наставление рыцарям после Ледового побоища

Отступать дальше – значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам не стоило.

Из приказа Наркома обороны № 227 августа 1942 года, известного более как приказ Сталина «Ни шагу назад!»

Уметь поражать и быть в том уверенным!

Непроизнесенная фраза генерал-фельдмаршала Мольтке

Ромбовидный наконечник копья если не убьет, то обязательно опрокинет!

Из боевого опыта фаланги

Центр – он равноудаленный или все же самый главный?

Козьма Прутков. Геометрические недоумения

Ромб на внедорожнике? Тогда держитесь!

На продвинутой «стрелке»

Ромб – это жесть. Но иногда без этого никак.

Автор изречения – Олюшкин…

На штыках не усидишь, но за ними можно спрятаться.

Запоздалое откровение Наполеона

Ромб однозначно жесткая фигура. Действительно, «жесть». Правда, гораздо крепче, нежели просто жестяная оболочка. Ромб больше напоминает заостренную и прочную стальную конструкцию, у которой нет сомнений перед нанесением поражающего удара. С мотивацией нападать, самомнением и выдающимся эго также все в порядке. В общем-то, фигура чрезвычайно интересная и. очень опасная. Для окружающей среды. Игнорировать людей и фирмы, которые предпочитают ромб, ни в коем случае не стоит. Прочитав эту главу, вы поймете почему.

Итак, что прежде всего бросается в глаза при взгляде на ромб? Его углы, два из которых чаще всего более острые, и явно нацелены на удар. Либо как вспарывающие острия при фронтальном столкновении. Тупые углы отлично держат оборону. Подступиться к ромбу напрямую с четырех сторон практически невозможно. Везде наткнешься на угол, и если повезет, то хотя бы на более тупой. Отметим, что углы у ромба расположены строго симметрично от центра и диаметрально противопоставлены. Наиболее уязвимыми окажутся лишь стороны ромба, расположенные близко к средине, точно так же, как и у квадрата. Но перед квадратом у ромба есть ряд преимуществ для нападения и обороны. Он может изменять свою конфигурацию. Сравните два ромба, одинаковых по площади (рис. 6.1 и 6.2). На рис. 6.2 верхний и нижний углы явно вытянуты и заострены. Ромб действительно вытянулся вдоль своей продольной оси. Назовем это перегруппировкой и концентрацией сил для удара по определенным направлениям. Первый ромб (см. рис. 6.1) смотрится куда более «уравновешенным». Второй рискует гораздо больше, но поражающая сила двух его осевых углов несравненно мощнее. И если кто-то на них напорется. Может быть, успеет пожалеть. У ромба поистине удивительная способность концентрироваться на главном направлении поражающего удара. Такова уж его суть. А затем перестраиваться на «мирную экономику». До следующей мобилизации. Которая может оказаться очень мощной и сконцентрированной в одном направлении. Посмотрите на рис. 6.3. Здесь конфигурация ромба явно изменена в пользу нижнего ударного угла. Как говорится, «все для фронта, все для победы!». Устоять перед его натиском будет ох как тяжело. Да и в защите такие ромбы чрезвычайно сильны. А уж упрямства отстаивать свои интересы им не занимать. Упорный какой-то ромб.

В Советской Армии для солдатского и сержантского состава были введены наградные значки «Отличник ВВС», «Отличник Советской Армии», «Отличник Службы». Все они ромбовидной формы, хотя вверху слегка смягченные, закругленные (об этом далее). Но вот наградной значок «Отличный пограничник» предельно жесткой формы типа ромба на рис. 6.3. Никаких компромиссов – граница всегда на замке. В июне 1941 году погранвойска не поддадутся панике, жестко отстаивая каждую пядь охраняемой земли. Именно из уцелевших пограничников уже в первые недели войны начнут формировать боевые подразделения СМЕРШа. Плененных пограничников (если таковые попадались) немцы расстреливали на месте.

У русских тяжеловооруженных витязей были большие, выше половины роста, ромбовидные щиты, закругленные сверху (рис. 6.4). Это уже не ромб, а скорее ромбовидная фигура. Верхушка смягчена и расширена полукругом, ведь такой щит должен был прикрывать грудь максимально. Он, так сказать, более синергичен для того, кто им пользуется. Такие щиты предназначались исключительно для фронтальной обороны в пешем строю на ратном поле. Воткнутые в землю острым концом, они представляли почти несокрушимую стальную изгородь, ощетинившуюся копьями и мечами ратников. Под Грюнвальдом в 1410 году тевтонцы так и не смогли проломить и смять смоленские полки князя Витовта, стоящие в центре объединенного польско-литовско-русского войска. Что и стало роковым для ордена.

Ромб чрезвычайно центричная фигура. Вы сразу же, на вскидку, можете поставить точку центра. Рука не ошибется. «Центричность» ромба гораздо выше, нежели у квадрата, и не уступает кругу. Ежели не более, в определенных аспектах. Проведите эксперимент. Поставить точку в центре круга все же сложнее, чем внутри ромба. Все дело в том, что ромб – строго рациональная фигура, а круг – некоторая замкнутая иррациональность со своими специфическими правилами. У ромба есть четко определенные диагонали, т. е. своего рода главные магистральные пути (рис. 6.5). И если у круга центр – сакральное вместилище главной идеи, то перекрестие диагоналей ромба – скорее всего, центральный штаб. Если уж хочется поиграть в титулы, то точку центра ромба можно смело именовать главнокомандованием. Как вам собственное величие властной мегаломании? Тем не менее так оно и было (см. ниже). То, что ромб стремится к тотальной власти, проявляется в его структуре. Углы во все стороны, которые могут сразу же сконцентрироваться на ударе, единый центр, легко превращающийся в командный со стратегическими каналами управления, и дополнительно к сему – полное, если не абсолютное, пренебрежение внешней средой.

Ромб – атакующая фигура, которая не нуждается в базисе. А внешние контакты – только нападение. В крайнем случае, если не повезет, – агрессивная защита. Точка соприкосновения со средой – всегда один из углов, предпочтительнее, если он будет острым. Таков ромб по сути. Он сам по себе в своем самовластии (рис. 6.6). В таком абсолютизме фигура совершенно органична и предельно целостна, как это ни парадоксально звучит. Ромб откровенно самодостаточен и очень силен, чтобы защитить свою самость и свою идеологию принуждения к власти, которую он олицетворяет. «Кто не с нами – тот против нас!» А еще лучше, более кратко, одним словом: «Покорись!» Поэтому держите удар ромба так крепко, как только сможете. Либо примите его идеологию единоличной власти и. подчинитесь. Да, если ситуация того стоит, ромб перегруппируется. Командный центр сместится вверх, в своего рода безопасную зону, в армии обозначаемую как «запасной командный пункт», а ударный угол еще более усилится (см. рис. 6.3). Тогда уж точно можно надеяться лишь на чудо и силу своего сопротивления против такого ромба. Лучше всего, опять же, фланговые удары, выдерживая при этом натиск мощнейшего острия.

Ромб, вообще-то, не только самодостаточная, но и производительная структура. Как и квадрат, основанная на «квадратичности», то бишь системном производстве внутри самого себя. Так что выносливости и упорства до поры до времени ему хватает. Почему лишь до поры? Ромб живет за счет захваченных ресурсов, которые затем использует. Своего рода самовоспроизводящий корабль-рейдер в отрыве от своих портовых баз. Квадрат осваивает, а ромб атакует, чтобы захватить, но остаться «при себе». Добавим сюда способность ромба видоизменяться. Так что фигура не только убедительно властная, но и еще достаточно живучая. Если, конечно, успеет адекватно среагировать на сопротивление внешней среды.

В случае поражений и жесткой необходимости ромб ляжет на бок. Это компромисс и сделка ради перемирия. Связь со средой активно расширяется, властный абсолютизм временно (надолго ли?) приостанавливается. Лежащий на боку ромб – новая разновидность параллелепипеда. Потому что приходится искать опору в базисе (рис. 6.7). И все же будьте осторожны – верхний правый угол решительно направлен для будущего захвата. Впереди должны быть успех и победа. И ромб накапливает для этого силы. Лежащий лев, который зализывает свои раны. Но он может встать.

Если же ударный угол повернут вспять, влево, то здесь кардинально иные проблемы (рис. 6.8). Прежде всего личные, непосредственно касающиеся прошлого и нажитых, но так и не реализованных идеалов. Такой ромб, по сути, атакует сам себя за допущенные промахи и, может быть, неверно выбранную стратегию самореализации. Своего рода отрицательный абсолютизм. Но еще есть привязка к среде (ромб ведь лежит!). Так что сохраняется шанс понять собственную философию бытия. В конце концов, есть от чего оттолкнуться. Возможно, так происходит возврат к истокам. Пусть не в той гармонии, как бы хотелось. Бой с собственной тенью может быть очень жестким. Особенно для такой абсолютно властной фигуры.

Ромбы на левом рукаве шинелей и кителей высшего командного состава РККА появятся после их введения 16 января 1919 года. Кстати, помимо сильно остроконечных звезд вверху, но о них речь пойдет несколько дальше. И звезды, и ромбы будут ярко-алого цвета. Командир бригады – один алый ромб. Начальник дивизии – два ромба. Командующий армией – три ромба. Командующий фронтом – четыре ромба. Позже появятся изменения (после 3 декабря 1935 года, при Сталине) уже в петлицах и на обшлагах рукавов. Командарм 1-го ранга – звезда и четыре ромба. Командарм 2-го ранга – четыре ромба. Комкор (командующий корпусом) – три ромба. Комдив – два ромба. Комбриг – один ромб. Одним словом, ромбы в Рабоче-крестьянской Красной Армии высоко котировались. Поражение «белых» полководцев – адмирала Колчака, генералов Юденича и Деникина. Блестящий обход Перекопа и разгром генерала и барона Врангеля в Крыму командармом Фрунзе. Взятие в упор дальневосточного Волочаевска командармом Блюхером и подавление Кронштадского мятежа пехотой по льду командармом Тухачевским. По ходу – крайне неудачный экспорт революции в Польшу с прицелом на Берлин. Тем не менее командующие группировками тех войск командармы Буденный и Егоров станут в 1935 году одними из первых Маршалами Советского Союза. Маршал Егоров позже, в 1939 году, будет расстрелян. Еще ранее, в 1938 году – Тухачевский и Блюхер. Крах «варшавского блицкрига» для идеологии ромбов очень типичен. Отрыв от баз снабжения, уязвимые фланги, чисто фронтальное наступление в расчете, что противник всегда будет слабее. Так не получилось. В итоге большой «котел», и паническое отступление, если не бегство. Уроков не сделали. Красная Армия должна быть только наступающей и всегда побеждать. Локальная война с японцами на Халхин-Голе в 1939 году это подтвердила. Растущий в своей карьере генерал Жуков – абсолютно типичный «красноромбный командарм». Других методов управления войсками он не признавал. Тяга к власти неимоверная, абсолютизм и жестокость тоже. Что и позволило ему остаться на командных постах в отчаянно кризисные дни 1941 года. Надо было хоть как-то держаться, невзирая на потери. Удалось. Ромбы упрямы и настойчивы в своих амбициях, а у немцев сил уже не было. Но апогей истинной ромбной стратегии и тактики – это все же весна и лето 1942 года. Ни одна из предпринятых военных наступательных операций успеха так и не принесла. Поражение под Харьковом, взятие немцами Севастополя и сокрушительный разгром советских войск в районе Феодосии и Керчи, захват Тамани, неудачные бои под Ржевом и гибель 2-й ударной армии генерала Власова, неудача деблокады Ленинграда. Потери советских войск были просто сокрушительны. В итоге прорыв вермахта к Сталинграду и высотам Кавказа. Дальше теми же методами воевать было уже нельзя. Пока будет длиться Сталинградская битва, Советская Армия коренным образом реформируется и научится воевать по-новому. Что и позволит ей дойти до Берлина и взять его. Изменится и военная форма. Погоны будут узаконены в РККА указом Президиума Верховного Совета от 6 января 1943 года «О введении новых знаков различия для личного состава Красной Армии». Но еще раньше, 9 октября 1942 года, в самый разгар сталинградских боев, будет ликвидировано всевластие военных комиссаров. Армия действительно начнет жить не по-ромбовски.

Да, ромбики о высшем образовании, выдаваемые выпускникам вузов СССР еще в брежневские времена, – уже почти дань традиции. Либо рецидив. На лацканах их при «дорогом Леониде Ильиче» точно не носили. Времена генералов от производства, как было при Сталине, отживали свой исторический срок. Но еще вынашивались планы по повороту рек, да и рукотворные моря до сих пор обезрыбливают наши реки. О выселенных в приказном порядке селах и городках почему-то не принято вспоминать. Монументы ветшают, зато химии в пище становится все больше и больше. Современную рекламу гуманной тоже язык не поворачивается назвать. Хотя истинно жесткой ромбовидности у нее, к счастью, пока еще нет. Что и хорошо.

РОМБ И ДРУГИЕ ФИГУРЫ. У ромба отличная коммуникация, но только внутренняя и исключительно для собственных потребностей. Внешний мир для ромба – пространство, которое он должен подчинить своей воле и абсолютизму своих идей. Ромбы просто идеальны для начала вооруженного конфликта и предельно жесткого противостояния. В бизнесе и политике такая тактика зачастую приносит тактический выигрыш, но очень часто губительна в долгосрочной стратегической перспективе. Ромбы не слушают чужого мнения и истово веруют в свои амбициозные планы. Могут, если надо, находить слабые стороны у противника и вовремя по ним ударить. Либо быстро и мощно подавить сопротивление жесткой фронтальной атакой.

Если только ромб не встретится с треугольником. Вот уж где острие против острия. Но у треугольника шансов выиграть больше. Его стороны гораздо менее уязвимые, что очень важно при единоборстве. Также отсутствует абсолютизм, но есть сплоченный командный дух. Как лучше драться, будут решать все вместо одного, как у ромба. Всевластие идеологического фанатизма треугольнику уж точно не грозит, он просто будет выполнять работу, которую пообещал сделать. Ну и еще один решающий момент – треугольник очень и очень независимая фигура. Для властного ромба это, как красная тряпка для разъяренного быка. Так что вместо тандема стопроцентно произойдет коррида. С непредсказуемым исходом. Но лучше все же ставить не на ромб. Свободные рейнджеры, рейтары и флибустьеры разного толка уж очень не любят жесткого и самовластного диктата над собой. Если подвернется – временный договор, но искренней симпатии все равно ожидать не следует.

С квадратом совершенно иное дело. Чем-то родственные души. Так что возможно даже полное слияние. Ромб более сильный в нападении, а квадрат отлично обеспечит ресурсами. Опять же, у обоих одно и то же единоначалие. Чем не союз? Во главе с ромбом. Конфликт может быть только из-за степени риска и абсолютизма ромба. Все же квадраты срослись со средой и у них нет подобной мегаломании. Они могут уйти в пассивный саботаж, но ромбы их в покое не оставят. Надо наращивать производство и могущество ромба. Особенно опасен в плане захвата власти ромб внутри квадрата (рис. 6.9). Фактически на производственной фирме есть «наполеоновская структура» во главе со своим лидером. Переворот и захват власти неизбежен, как и последующая «милитаризация» всего и вся. Дальше уже проблема среды, которая должна как-то ответить на вызов жесткой экспансии. Хотя до того фирма была вполне мирная и доброжелательная к партнерам.

С прямоугольником у ромба, пожалуй, может возникнуть проблем больше, нежели с квадратом. Ромб статичен в своем абсолютизме, хотя и может видоизменяться. Прямоугольник все время ищет перемен и куда-то движется. Воочию не совпадение. Опять же, прямоугольник довольно-таки мирный и не предполагает боя на марше. Ромб, наоборот, раскалывает среду. Интересно, на чем они могут сойтись, чтобы договориться об обоюдной пользе?

У ромба и круга очень разный подход к идеологии. Круг уповает на харизму, а ромб – на абсолютизм власти. Круг иррационален и мистичен, ромб, наоборот, жестко логически и системно прагматичен. Соединить их трудно, но иногда получается. Это когда внутри ромба будет некий тайный центр, у которого совершенно иные закрытые от среды задачи (рис. 6.10). Ромб своими углами будет очень надежно защищать и беречь тайны круга. Так и было в гитлеровском Рейхе. Снаружи милитаристское государство, затем партия национал-социалистов, еще глубже – структуры СС, которые прикрывали мистический орден. По большому счету, средневековые ордена строились по тому же принципу. Сейчас тоже ничего не изменилось. Очень удобно создать милитаризированную структуру по типу ромба, чтобы внутри нее разместить идеологический штаб со своей тайной миссией. Все же нельзя не процитировать небольшой отрывок из известной книги «Утро магов» Жака Бержье и Луи Повеля: «Ленин сказал, что Советская власть плюс электрификация всей страны есть социализм. Нацизм в своем роде – это магия плюс танковые дивизии» (цит. по изданию: М.: Миф, 1991).

NB! К Читателю. И Автор к самому себе. Анализируя логотипы и символику, не вносите туда политику и собственные проекции. Фигура несет лишь информацию в визуальном образе. Вот это психовизуальное воздействие надо прочувствовать и расшифровать. И будьте максимально корректными с любыми аналогиями. Перепроверяйте достоверность.

Капля с ромбом вряд ли будет дружить. Слишком разные ментальности. Более того, капля для ромба попросту опасна. Она существует миг, но в него вкладывает все. Для ромба это смерть. Он по-своему верит в вечность, которую можно рационально и жестко построить. Так что озарения капли для него будут чужды. Хотя именно в этом он и нуждается. Лед и вода могут понять и принять друг друга. Так что и здесь все, вероятно, возможно.

С овалом компромисс найти легче. Хотя бы потому, что у овала нет идеологического центра. Но фигуры совершенно разной природы. А потому овал попросту убежит от ромба. А вот ромб гораздо больше нуждается в овале. В качестве компенсаторики собственного абсолютизма, неподвижности и предельной жесткости. Хотите пример из жизни? Авторитарный рациональный муж и творческая жена.

А вот с овоидом будет посложнее. Никакой совместимости. У овоида своя идеология, специфическая динамика и в наличии достаточно прочности, чтобы попытаться сохраниться при силовом давлении извне. Овоиду ромб совершенно не нужен. Для ромба овоид – неподконтрольный мир, у которого иные ценности. В лучшем случае они просто разминутся.

ЦВЕТНОЙ РОМБ

Белый ромб – сущий нонсенс, артефакт. Неопределенность белого в сочетании с категоричностью фигуры – более чем странное сочетание.

Да и центр размывается с его магистральными путями. Опять же, острота углов визуально притупляется. Одним словом, сущность ромба несколько теряется.

А вот с черным ромбом лучше не встречаться. Внешний контур чрезвычайно усиленный. Можно напороться на острия углов. А вот жесткая рациональная структура ромба поглощена иррациональным черным. Фигура тотально усилена, хотя центр как таковой визуально не проявляется. Но ромб в черном от этого не делается слабее. Наоборот, глубже и опасней. Ни перед чем не остановится и атакует весьма непредсказуемо.

Зеленый цвет, так сказать, чем-то родственный ромбу, но от этого ромб не выигрывает. Снижаются адаптивные свойства видоизменяться, зато статичность возрастает. Фигура делается совершенно неподвижной. Центр сохраняет свои властные полномочия. Контур не смягчается. Ромб становится еще более рациональным и холодным. Не совсем приятная комбинация.

Золотистый ромб соединяет в себе престижность и жесткую металлическую властность. Красивое и гармоничное соединение. За сверкающей позолотой скрывается жесткий абсолютизм ромба. Хотя внешне все выглядит очень даже гламурно. Позолота скрывает центр, но режущие кромки все же выдают себя.

Серебристый ромб также очень органичен и красив, но более откровенен в демонстрации своей силы и авторитарности. Серебристый ромб вообще-то очень жестокий. Холодная рассудочность доведена до совершенства. Нет даже намека на сантименты. Но фигура привлекает к себе внимание именно своей жесткой холодной безупречностью.

Темно-синий, а еще более темно-фиолетовый вовлекают ромб в совершенно несвойственное для него состояние внутренней медитации и даже частично рефлексивного восприятия внешней среды. Что очень хорошо и полезно для авторитарного и самоуверенного ромба. По сути, внешняя экспансия в данном случае заметно пригашена внутренней. Центр не командует, а вовлекает, равно как и вся поверхность. Контур не режет глаз своей остротой. Контур отнюдь не размыт, просто «занят» своим. Очень хорошая компенсаторная комбинация цвета и формы.

У желтого, а особенно у ярко-желтого контур как раз заметно размыт и углы не воспринимаются угрожающими. Такой ромб не опасен, хотя все равно – ромб. И все же центра как такового нет. «Магистралок» тоже. Захватническая экспансия заменена просто эманацией. Жизнерадостная фигура, что крайняя редкость для ромба.

Алый (к красному это тоже относится, но в чуть меньшей степени) ромб чрезвычайно агрессивен и опасен. Остановить его можно только встречным боем, нанося удар с флангов. На острия опереться окажется слишком дорого, если не губительно. В ярости ромб страшен. Тем более что алый цвет иррациональный, и потому у такого ромба безрассудства более чем достаточно. Директивы центра здесь не работают. Алый ромб дерется тотально. На всякий случай учтите.

Глава 7. Направление главного удара

Можно указать, предостеречь, а можно и – приказать.

Дорожная разметка

Куда ни пойдешь, все равно окажешься в трактире.

Дореволюционный «слоган»

Тонкий намек надо подкреплять веским тяжелым аргументом.

Непреложное правило коммуникации

Целеуказание лучше делать трассером из пулемета. Убедительно.

Наставления на полигоне

Вовлечь толпу в нужном направлении – и дело выиграно.

Памяти Льва Троцкого

Направление главного удара.

Операция «Багратион», лето 1944 года

Стрелы бывают разные: простые, облегченные, тяжелые бронебойные, зажигательные, тупые опрокидывающие, со свистулькой для устрашающего воя, плоские и многогранные, типа гарпуна и т. д. Арсенал велик и многообразен. То же самое и со стрелками: каждый вариант нарисованной стрелки выполняет свою строго определенную функцию. Визуальное психовоздействие будет в каждом случае индивидуальным. Почему начали со стрел? Потому что это и есть древний архетип современной стрелки. Впрочем, сюда же можно отнести копья и дротики. Дротик немногим отличается от большой длинной тяжелой бронебойной стрелы, выпускаемой из стационарного лука. Так что подсознательно на любой вид стрелки мы тотчас безусловно реагируем. Игнорировать зачастую обойдется если не затратно, то очень дорого. Не только в плане денег. Стрелки информируют, указывают, разъясняют, советуют, направляют, в конце концов – приказывают. Функций много, и потому стрелка стрелке рознь не только по назначению, но и по характеру психовизуального воздействия.

Попытаемся разобраться в этих нюансах. Просто переберем наиболее типичные варианты.

Начнем, пожалуй, с самого классического.

Вариант 1 (рис. 7.1). Достаточно жесткая и директивная (от фр. directivee < лат. dirigere – направлять) стрелка. Безусловно, приказная и предполагает только подчинение. Треугольный наконечник воедино слит с древком и достаточно жесткий для достижения некой цели. Компромиссы и отход от направления не предвидятся. Стрелка чисто рационального типа. Жесткая, но без излишней агрессии.

Вариант 2 (рис. 7.2). Откровенно говоря, стрелка не обладает убедительной приказной силой. Скорее всего, просто информирует: где, куда и что. Острие отделено от древка и не обладает достаточной жесткостью. Так что в крайнем случае можно даже проигнорировать. Ведь улицу тоже иногда перебегают там, где нет пешеходной «зебры».

Вариант 3 (рис. 7.3). Очень мощная по энергетике и убедительности стрела (слово «стрелка» тут как-то не подходит). Сила удара аккумулируется на пробивном треугольнике-острие. А энергию поставляет, по сути, вытянутый прямоугольник, который ее же по ходу и производит. Это уже не просто древко, а нечто большее. Скошенный срез прямоугольника лишь добавляет динамики в целенаправленном продвижении. Сложно идти во фронт против такой стрелы.

Вариант 4 (рис. 7.4). Стрелка состоит из пунктирных прямоугольников с треугольным острием. Хорошая стрелка. Смотрится весьма гармонично и, пожалуй, даже комфортно. А все из-за того, что само древко стрелки не цельное, а сгруппировано из отдельных прямоугольников. В итоге нет жесткого приказного диктата, зато появляется гибкость и маневренность. Стрела лишь указывает, а вот стратегию и тактику пути выбирает сам идущий по заданному направлению. Что очень неплохо. Между прочим, треугольный наконечник здесь вполне убедительный, поэтому свобода выбора лишь до определенных пределов. Демократия демократией, но анархии точно не предвидится. И в конечном счете такая стрела может постоять за себя. Чем-то напоминает римские когорты на марше.

На рис. 7.5 почти та же стрелка, только прямоугольники вертикальные. Такая стрелка менее прагматична, а больше ориентирована на достижение успеха. Как и предыдущая – логическим рациональным путем, с применением гибкости и даже интеллектуального риска. Обратите внимание на треугольник. Он удлинен и вытянут, как острие. Цель должна быть достигнута, возможно, даже с применением некоторой доли агрессии. Во всяком случае поражающий фактор просматривается.

Вариант 5 (рис. 7.6) интересен. Древко стрелки состоит из компактных ромбиков. Наконечник треугольный и довольно-таки крепкий. А ромбы добавляют толику авторитарности и независимости. Такая стрела не предполагает полемики и обсуждений указываемого направления. Во всем остальном предлагается использовать гибкую тактику. Стратегия уже изначально предрешена. Стрела довольно-таки снобистская, так что для дорожной разметки «крутой» усадьбы очень даже подойдет.

Стрелка из кружочков и треугольного наконечника (рис. 7.7) несет совершенно противоположный смысл. Считайте, что это мягкое целеуказание с обязательной саморефлексией по ходу направления. Нужно отслеживать процесс движения и при этом сохранять собственную внутреннюю целостность. Такая стрелка лишена директивности и категоричности. Выбор вариантов пути – за вами.

Вариант 6. Пожалуй, самый-самый мощный и уникальный. Это необычные стрелы. Они изначально выполняют одну важнейшую функцию, а именно – вовлечение в направлении главного удара всей массы энергии, информации, средств и сил, взятых из внешней среды. Посмотрите внимательно на рис. 7.8. В основании стрелы – дугообразная собирательная воронка. Чем она шире, тем больше охват внешней площади. Дальше происходит сужение стрелы к ее горловине, что означает высокую степень концентрации всего по ходу развития направления (это узкое место указано стрелкой на рисунке). И лишь затем происходит перегруппировка сил и переход их в стадию вытянутого сверхударного поражающего треугольника. Треугольник также вначале собирает свою мощь и затем неумолимо и жестко концентрирует ее в одном направлении. Все. Кто не в русле стрелы, тому лучше сдаться или бежать. Страшные и одновременно красивые стратегия и тактика направления главного удара. На рис. 7.9. та же стрела, но еще более мощная. Копит силы основательно, но действует потом неотвратимо. Чем-то по силе удара напоминает сталинский сверхтяжелый танк прорыва ИС-3. Знаменитые «тигры» при встрече с ним превращались в большую груду искореженного металлолома. А «королевские тигры» просто избегали таких встречи. Вот уж действительно – не стой перед стрелой!

СТРЕЛА ПРОТИВ ФИГУР. Где-то так оно и есть. Стрела, или стрелка, выполняет собственную уникальную миссию, работая с направлением. Поэтому все фигуры оказываются в фарватере ее движения. Исключение составляет лишь треугольник. Он – наконечник, ударная и пробивная сила стрелы и стрелки. Без него будет просто указание, не более. И то указание – слишком громко сказано, скорее всего – предложение, ни к чему особо не обязывающее. С треугольником во главе такой номер не пройдет.

С прямоугольником также наблюдается некий симбиоз и взаимопонимание. Все-таки общее осевое направление и движение. Почему бы и нет. Прямоугольник хоть и на марше, но все же производителен и весьма мобилен. Стрелке это очень даже кстати. Учитывая ее треугольную ударность.

Квадрат в виде древка стрелы – уже не то. Хотя как тяжелобойная машина на марше – почему бы и нет. Можете представить себе переброску осадных орудий в античные и средние века? Здесь нечто похожее (рис. 7.10). Сдвинуть квадрат тяжело. Трудно тянуть бегемота из болота, но если он все же согласен, то. можно. Квадрат рациональный, основательный, производственный, здесь уж, простите, не до полета стрелы или указующей стрелки. Зато финал вполне обоснован и, увы, скучновато предсказуем. Зато неизбежен. Что и запишем в «плюс». Медленно, но основательно.

Ромбические стрелки опасны. О них уже говорилось. Ромб ведь, как и стрела, может вытягивать свое жало на точечное поражение. Здесь они найдут общее друг в друге. Во всем остальном – жесткое конфликтное напряжение. Стрела все же вооружена треугольником, а не ромбом. Но. существуют и ромбовидные наконечники! Тогда берегитесь либо покоряйтесь перед такой стрелой (рис. 7.11).

А вот с овалом, овоидом, каплей вряд ли что-либо получится. Хоть и есть вроде бы ось направления, но уж больно разный характер движения и развития. Стрела указывает и поражает, что как раз меньше всего нужно означенным фигурам. У них есть свой внутренний смысл, и идти по чужому целеположению они попросту не захотят. Не судьба.

КАКОГО ЦВЕТА ЦЕЛЕУКАЗАНИЕ? Цвет, или окрас, стрелы или стрелки весьма немаловажен. Вспомним жуткие черные стрелы из одноименного романа Роберта Стивенсона. Разящие насмерть особо длинные черные стрелы, летящие из ниоткуда, остановили тумены Батыя на пути от Чернобыля к Мозырю. Черный цвет стрелки не требует убеждения и вашей мотивации. Либо станете на барьер, либо разворачивайтесь и уходите. Скорее всего, третьего не дано.

Алая стрелка также не оставит вас равнодушными. Впереди в любом случае – встречный бой. И вызов, который нельзя не принять. Также можно успеть сойти с дистанции и навсегда потерять свое направление. Ну это зависит от личного решения.

Белая разметка на дорогах и автобанах – очень даже хорошо. Легкий побуждающий стимул следовать стрелочному указанию, стираются ненужные установки и тяготеющее прошлое, впрочем, равно как и не тяготеющее (такое уж свойство белого – устремляться без багажа с оптимизмом в будущее). В позитивном смысле белый цвет едва ли не идеально подходит для направляющей нас куда-то стрелки. Что очень приятно – нет никакого диктата.

А вот зеленая стрела, на том же белом фоне, уже – приказ. Без агрессии, но убедительным командирским тоном. Да и слишком торопиться не следует. Короче, ждите дальнейших установок и наводок, куда укажет зеленая стрела. Выполняйте.

За синей стрелой следуешь охотно, ощущая какую-то душевную глубину. Даже если это всего лишь информационная стрелка – все равно приятно, и ей доверяешь.

Фиолетовый указатель добавит еще больше волнующего смятения. Куда-то погружаешься, но, видимо, в этом и кроется суть. Может быть, вам таким образом подсказывают ваше истинное Дао.

Золотистая стрелка обязательно принесет счастье и удачу. Последнее даже верней. Всем нам хочется, чтобы так было почаще. Ну так пусть так и будет! Фиесты и карнавалы всегда возрадуют душу. А может быть, это подсказка пути к золотому ключику для Буратино?

Глава 8. Скованные корпоративным духом

8.1. Шестиугольник

Да что там хваленый немецкий порядок. Вот у муравьев – настоящий «орднунг». И чего они не стали хозяевами планеты?

Козьма Прутков, сельский учитель, бывший фронтовик

Шестиугольная плитка крепче держится.

Мнение штукатуров

Вместе весело шагать по просторам, по просторам!

Из детской песенки

Разом нас багато, нас не подолати.

Непереводимый слоган 2004 года

Медовые соты вкуснейшая вещь, да уж слишком больно обходятся.

Медведь Мишка

Дресс-код – та же униформа, только в мирное время.

Из корпоративного этикета

Мы едины или просто все клонированы?

Открытый вопрос

ШЕСТИУГОЛЬНИК – особая фигура, аналогов у которой поистине нет. Она обладает свойством, которое нигде больше не повторяется так ярко, функционально и выразительно. А для нашей цивилизации еще и предельно актуально. На современном языке это именуется «корпоративным духом» и «корпоративной религией». Впрочем, можно додуматься и до «бренд-рая» на основе все той же корпоративной религии[3].

Но давайте вначале рассмотрим психогеометрическую сущность самого шестиугольника. Его изображение представлено на рис. 8.1. У фигуры отчетливо выражен центр. В этом аспекте шестиугольник чем-то сродни кругу. Однозначно есть своя идеология, единство и целостность. Шестиугольник обладает ярко выраженной самостью. Поэтому во внешних «варягах» совершенно не нуждается. Управление из центра идет по стратегическим радиальным каналам по направлению к углам. Административная иерархия четко прослеживается. Проще говоря, шестиугольник знает, что нужно делать, и умеет эффективно выстроить свой менеджмент.

Есть два ударных угла. Что весьма немаловажно. Можно концентрировать силы на главных направлениях. А в общем-то, в наличии еще четыре дополнительных угла по круговой обороне, потому-то и шестиугольник. Попробуй подкатись без тщательной рекогносцировки. Шестиугольник умеет очень хорошо защищать свою территорию и свои интересы вовне ее. Своего рода скрытая агрессия, неумолимая и весьма беспощадная. Железно работает правило: «кто не с нами – тот против нас». Однако авантюрного риска в этой фигуре совершенно нет. Исключено.

Обратим также внимание на внутренние производственные возможности, на рисунке зона производства заштрихована (рис. 8.2). Шестиугольник особенно удачно сочетает логику и иррациональность в своей тактике и стратегии. Где надо – работать, где надо – атаковать (углы-то выступающие). Добавьте к этому единство идеологии и диктат центра. Поистине неотразимое сочетание. И все как-то целостно объединено.

Но главная фишка все же в другом. Шестиугольник может. производить себе подобных! Скажем, для круга, треугольника либо овала это просто физически невозможно, да и немыслимо. Зато шестиугольник очень легко объединяется с себе подобными в некую ячеистую сеть, которая непрерывно множится (рис. 8.3). Такова уж его конфигурация. Она позволяет устанавливать связи в самых различных направлениях. Создавая, например, сеть однотипных филиалов. Что и есть отличительным признаком корпорации (от позднелатинского corporatio – объединение, сообщество). Впрочем, можно применять термин «множение» либо «клонирование». Наверное, это так увлекательно – бесконечно расширяться и строить мир по своему плану и подобию. Идея, многократно воспроизведенная, становится очевидным материальным и духовным могуществом. Применительно к шестиугольнику мы можем говорить об уникальной способности к самовоспроизводству. Своего рода матричная система. В естественной природе идеально применяемая некоторыми видами насекомых. Муравьи, термиты, осы, пчелы, шершни расширяют свой ареал по одному и тому же «строительному генплану». И если вы встанете у них на пути, то, скорее всего, вас заставят ретироваться. Либо придется принять вызов и приступить к активным контрмерам. Третьего, увы, не дано. Правда, в бизнесе и политике есть еще третий вариант, а именно – инкорпорироваться в множащуюся структуру. Стать ее частью, филиалом и безоговорочно принять правила игры корпорации. Тем самым получив надежную «крышу» и гарантию того, что тонуть в случае чего придется всем «титаником». У шестиугольника неважно с адаптацией к внешней среде. Это уж точно не ромб. Изменять свою структуру он никак не желает. Приходится применять иную глобальную стратегию выживания. Чтобы предвидеть будущее, его надо создать однотипным и сделать управляемым. Что шестиугольник активно и претворяет в жизнь. Зачастую в нашей цивилизации это очень даже неплохо получается. Хотя все же бывают досадные сбои. Даже идеальный план не может учесть все факторы. И уж тем более, когда имеешь дело со временем, пространством и бытием в его сущности. Хотя, все мировые религии довольно устойчиво процветают многие и многие века. Чем не удачное клонирование некой парадигмы? Современный бизнес таким устойчивым долголетием похвастаться не может. Другие темпы и другие правила эволюции. Для мощных корпоративных структур в том числе.

Да, еще несколько слов о пространственном положении фигуры. Шестиугольник весьма самодостаточен, автономен, идеологичен, он обладает собственной базой воспроизводства, и потому ему, как и ромбу, больше всего подходит вертикальное положение, когда ударные углы смотрят вверх и вниз (рис. 8.1). Но бывают ситуации, когда шестиугольник вынужден ложиться на бок (рис. 8.5). Скорее всего, из-за чисто прагматических интересов. Приоритеты экспансии оказались несколько более заземленными, нежели ожидалось. Здесь уже не до мегаломании. Приходится ближе на более понятном языке контактировать со средой обитания и как-то с ней сосуществовать. Пусть даже получая далеко не ту прибыль, которая предполагалась. В реальной жизни корпорации слишком запоздало прибегают к стратегии «перемен на понижение». Комплекс успеха не позволяет поступить иначе. Тем более что управленческий механизм корпорации-шестиугольника отлажен безупречно для исполнения единой миссии. Для отдаленных географически и этнически филиалов тоже. Хотя там могли бы действовать гораздо более продуктивно, что называется, по обстановке. Однако указания из штаб-квартиры не оспариваются. Безусловно, можно упорствовать до бесконечности, надеясь на непобедимую силу корпоративного духа. Вот только где теперь мамонты и динозавры?

ЛЮДИ И ФИРМЫ КОРПОРАТИВНОГО ДУХА. Здесь ответ однозначен – им это очень нравится. Достигать высот можно различными путями. В данном случае лучше под надежной и могущественной крышей. Сопричастность к великому делу порой захватывает дух не хуже любого индивидуального экстрима. И при этом есть масса плюсов. Прежде всего не надо терзаться со смыслом жизни, личной миссией, вечными «гамлетовскими» вопросами и прочими неврозами выбора и принятия решения. Корпоративная религия в прямом смысле даст покой душе. Что в наше время очень даже немало. Стимул к успеху также налицо. Финансовое поощрение, атрибуты власти, чувство собственной значимости мало кого оставят равнодушными. Остается лишь денно и нощно стараться не выпасть из генерального русла. Люди корпоративного духа всегда исполнительные и превосходные работники. Им нравится по утрам облачаться в «деловую униформу» и с наслаждением приступать к порученным делам. Соты множатся, и это приятно. Причитающееся вознаграждение – тем более. И после затяжных праздничных выходных опять тянет обрести привычный смысл «времяпрожития» в офисе, с которым уже почти сроднился. Тем более что преданность и деловой энтузиазм (а если он еще и сверхактивный) корпорацией только поощряются.

Никаких сомнений и только сплошной позитив в работе, общении и, безусловно, настроении. Пожалуй, по психологической атмосфере коммунистические субботники эпохи начала строительства советского социализма здесь могут и проигрывать. Для корпоративного духа важна исключительно добровольная мотивация быть сопричастным. Снова подчеркнем – не безвозмездно. Особенно для адептов (фр. adepte – сторонник, приверженец, лат. adeptus – достигший) от бизнеса.

Для фирмы, правда, очень бурный корпоративный рост может сыграть плохую шутку. Все оборотные и наличные активы окажутся втянутыми в дело. Свободные деньги иссякнут, и может возникнуть угроза локального дефолта по неотложным платежам. А если еще незаметно подкрадется более глобальный кризис мирового сообщества, тогда станет совсем плохо. Корпорации, в отличие от фирм, гораздо легче идут с молотка по столь низкой цене, о которой даже никогда и не мечталось. Работники будут несказанно шокированы. Как же так? Незыблемый дотоле муравейник вдруг разорен! Подобный суперстресс корпоративному человеку весьма трудно будет пережить. Придется стремглав подыскивать новую ячейку. А в общем-то, корпорации и их работники очень боятся любых перемен. И уж тем более непредсказуемых, а то и угрожающих вызовов внешней среды и эпохи. Как, впрочем, и любая другая империя. Но здесь стабильность и величие именно в создании сети по единому образу и подобию, исходя из первоначального эскиза. Шестиугольники (человек и фирма) терпеливы и могут долго ждать своего часа для успешного клонирования. Сотовая сеть сразу и просто так не возникает. Ей предшествует скрытый от посторонних глаз латентный период. Поэтому до конца всю правду вы так и не узнаете. Публичность и откровенность все же разные вещи.

СОТОВЫЙ КОНТАКТ, или ДЕЛОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ ШЕСТИУГОЛЬНИКА. Уже сама постановка вопроса слегка проблематична. Шестиугольнику, который сам себя воспроизводит, союзники и партнеры не особенно-то и нужны. По идее. На практике все несколько иначе. Сотовое клонирование имеет как своих союзников, так и врагов. Нейтралитет, впрочем, тоже возможен, но лишь до поры до времени. Экспансия – она и есть экспансия, даже если существует лишь в одиночном проекте.

С квадратом и прямоугольником может наблюдаться нечто вроде симбиоза. Все-таки нужда в производственном аспекте требует системности, рационального подхода и отлаженного хода воспроизводства. Главное, чтобы квадрат ни в коем случае не мешал корпоративному расширению. Сравните рис. 8.6 и 8.7. В первом случае с гармонией несколько не сложилось. Квадрат не позволяет ему вовсю клонироваться. Да и сама рациональная система квадрата серьезно подменена чужеродным корпоративным духом. Рано или поздно шестиугольник сбросит оболочку квадрата, использовав ее лишь как мимикрию. На рис. 8.7 ситуация гораздо благоприятнее. Вместо иррациональной корпоративной харизмы шестиугольника – исключительно голый расчет и строго системный подход во всех делах. Штаб-квартира в виде квадрата диктует свою волю будущему клонированию и созданию сети.

Вариант наиболее удачного симбиоза с прямоугольником уже показан на рис. 8.2. Только полное слияние и тотальное растворение прямоугольника в структуре шестиугольника. Другие варианты не рассматриваются.

С кругом у шестиугольника общая склонность к идеологическому центру. Ну а два идеолога, да еще «центровых», далеко не всегда находят общий язык. Тем более что круг иррационален и мистичен, а шестиугольник скорее рационалист и руководствуется сугубо прагматичным подходом в своих делах. Поэтому представить шестиугольник внутри круга можно (рис. 8.8), но, как и в случае с наружным квадратом, гармонии здесь нет. Круг уж больно не любит что-либо впускать внутрь себя, да еще в зоне сакральной идеи. Все, ей теперь конец. Там уже диктат идеологии шестиугольника. Хотя и шестиугольнику не совсем уютно. Из круга как-то надо будет вырваться. А круги не склонны просто за так кого-либо из своих объятий выпускать. А вдруг удастся переделать шестиугольник под себя? Все-таки некое тождество наличествует.

Но вот если круг окажется внутри шестиугольника (рис. 8.9), то можно смело предположить, что внутри корпорации имеется еще один, более закрытый идеологический центр. Корпоративный дух служит некой наружной оболочкой, что, однако, не мешает корпорации развиваться. До тех пор пока круг не начнет ради своих идей отбирать слишком много оборотных средств. А так, скорее всего, и будет. Если босс со своим ближайшим окружением вдруг увлекся религией, то менеджеры-практики начнут подыскивать другое рабочее место. Тандем «корпорация + религия» – это все же не «корпоративная религия». Но тем не менее в наше время подобное слияние только набирает обороты.

Но вот с треугольником и ромбом никакого глубокого идейного слияния у шестиугольника не предвидится. Для объяснения почему, здесь даже рисунков не требуется. Эти фигуры по своей жесткой и независимой природе не склонны куда-либо инкорпорироваться. Корпорация их может использовать только методом аутсорсинга, т. е. временные контракты для оказания определенной услуги. Шестиугольник, тем более в сотовом варианте, не любит идти на слишком большой риск. Есть, что терять. Треугольнику и ромбу это как раз не страшно, ибо они для такой работы и предназначены. Но вот с корпоративным духом будет посложней. Строптивость, видите ли. Да и нежелание годами высиживать карьеру.

С овалом, овоидом и каплей тоже судьба не сложится. Уж больно разный стиль жизни и решаемые задачи. Миссия тоже совершенно разная. Тем более что названные фигуры динамичны, а шестиугольник таковым не является. Опять же, тот же овоид имеет свою идеологию и знает, куда двигаться. Биполярный овал внесет только ненужную полярность для центричного шестиугольника. А у капли слишком короткий срок жизни. Стабильной корпорации такой сценарий и даром не нужен. Сеть должна в своем существовании стремиться к вечности.

МОНОЦВЕТИЕ КОРПОРАТИВНОЙ СТРУКТУРЫ. Пожалуй, начнем с того, что для логотипов шестиугольник очень даже подходит. Особенно если будет красиво выложен фрагмент ячеистой структуры (см. рис. 8.3). Все хотят быть стабильными и развивающимися. Да еще и согласно своему стратегическому бизнес-плану. Осталось лишь удачно выбрать корпоративный стиль. И цветовое решение логотипа, в котором шестиугольник – ключевая фигура.

Белый шестиугольник динамично стремится в будущее, легко находит альтернативы своего клонирования, привлекает партнеров и работников. Но у него «забелены» истоки и, собственно, сама корпоративная миссия. Такое ощущение, что корпорация непрерывно находится в поиске чего-то нового. Может быть, в этом и суть миссии? В любом случае сочетание цвета и формы здесь неожиданно, но может сработать.

Желтый, равно как и оранжевый, добавит позитивной активности, но внесет легкомыслие и повышенную трату ресурсов. Для корпорации не совсем подходящий вариант. Разве что она специализируется на дорожно-строительных работах. Там действительно много тратят и почти всегда не укладываются в смету.

Зато отлично подойдет глубокий золотистый цвет. Лучше без полировки, т. е. не зеркальный. Престижность и уверенность. И никаких сомнений. Успех корпорации будет всегда обеспечен!

Алый шестиугольник активный и весьма импульсивно атакующий среду. Корпоративный дух едва ли не приравнен к духу боевому. Чем-то напоминает самурайство в бизнесе. Можно и так развивать сеть. Хотя темновато-красный шестиугольник уже более глубокий и уравновешенный, при сохранении корпоративной «боевитости». Но еще лучше – вишневый и пурпурный. Поистине императорские цвета, а корпорации именно это и нужно. Глубина развертывания сотовой сети только усилится за счет чувствования внутренних и внешних процессов без ослабления мощи экспансии. Только теперь она будет более взвешенной. Малиновый еще больше усилит коммуникативные качества корпоративного духа как внутри структуры, так и с внешней средой, но слабым малиновый шестиугольник казаться не будет.

Соты черного цвета покажутся уж очень мрачными и, следовательно, потерявшими вкус к жизни. Черный сжимает и уходит вглубь, а здесь как раз и нужны активная внешняя экспансия и позитивный имидж развертывания сети. Не подойдет черный цвет для корпоративных задач.

Серый в любых оттенках, кроме очень бледного, а также серебристо-серый очень даже ничего. Хорошая динамика, отлично разработанные стратегия и тактика продвижения, внимания к внешней среде и мощная аналитика собственных проблем и задач. Полная толерантность и внимание ко всему. В сером цвете корпорацию точно лихорадить не будет. Все будет происходить без эксцессов, что для шестиугольника немаловажно.

Цвет металла шестиугольникам надо также избегать. Внешняя среда начнет более активно сопротивляться политике экспансии. И тогда сотовая сеть начнет восприниматься агрессивно. Зачем это делать?

Намного лучше темно-синий, а также фиолетовый цвет. У структуры появляется внутренняя глубина процессов и собственно самого корпоративного духа. Чувство внешней среды также усилится. Главное, чтобы корпоративный дух постепенно не подменился духом религиозным. Тогда уже будет не до дальнейшего развертывания. Зато комфортно в слитном единстве.

Хотите, чтобы в коллективах корпорации сохранялись дружелюбные отношения между коллегами и работа не воспринималась как трудовая повинность? Тогда выбирайте приятный голубой, т. е. более интенсивный и не бледный.

ПОПУТНОЕ ДОПОЛНЕНИЕ К ТЕМЕ. ВОСЬМИУГОЛЬНИКИ по своей форме начинают «округляться» и являются переходным звеном к кругу. Нет доминирующих ударных углов, а центр, в сравнении с шестиугольником, выражен еще более. Правда, внешний контур фигуры пока рациональный, хотя совершенно лишен жесткости. Так что дорожный знак «Движение без остановки запрещено» хоть и в алом цвете, но водителей не раздражает. Тем более что команда «STOP» написана белым, а значит, еще облегчает команду приоритета, психологически снимая агрессивные установки водителей, которые вынуждены остановиться. Как говорится, «стали, подождали, а дальше все опять будет». И еще один очень важный момент относительно восьмиугольника. У этой фигуры резко ослаблена тенденция создавать ячеистые структуры. Это, скорее всего, будет монофирма со своей внутренней идеологией и уравновешенной деловой коммуникацией с партнерами. Удачно для логотипа, если бы только не прочно сложившаяся ассоциация с упомянутым дорожным знаком.

8.2. Пятиугольник – выбор приоритета

По хорошему сценарию всегда можно снять слабый фильм. Но по плохому сценарию хороший фильм никогда не получится.

Правило, подзабытое кинематографом

Бренд рождается из многих идей, но концепцию надо выбрать лишь одну.

Азы современного менеджмента

– Козьма, говорят, ты в школе был «пятерочником»?

– Нет, я учился на пятерки с плюсом. Правда, по поведению ставили двойки.

Козьма Прутков. Из признаний

– Пятибалльный шторм всегда как-то приятно освежает, не подмечали?

Старый капитан яхты

Оговоримся сразу, пятиугольник с шестиугольником отнюдь не друзья и братья. Естественного перехода (скажем, рисуя) от одной фигуры к другой добиться сложно. Опять же, здесь не работает линейная арифметическая логика. В геометрии, равно как и в предложенном методе психоанализа, шесть не есть больше или лучше, нежели пять. Точно так же, как пятиугольник не есть регрессия сторон шестиугольника. У каждого своя особенная природа, своя миссия и неповторимый характер. Треугольник «арифметически» еще меньше, но попробуйте его сломать. Итак, пятиугольник. В чем его суть?

Как всегда, рассмотрим фигуру непредвзято. Все-таки помимо чистой логики у нас еще есть образное восприятие. Это не считая накопленных эволюцией пространственных и прочих архетипов. Главное, чтобы не было субъективных проекций и наших чисто личностных установок.

Итак, у пятиугольника (рис. 8.10) четко выражена вертикальная постановка (ложиться на бок он не может), и потому он имеет базис, на котором первоначально основывается. Вообще-то, фигура интересная. От базиса в обе стороны происходит расширение площади, иными словами – по возможности максимальный захват территории. Чтобы это лучше удавалось, образуются два выступающих боковых угла. Знаете, чем-то пятиугольник напоминает борца, который плечами расталкивает толпу и освобождает себе место. А дальше начинается сборка фигуры на вертикальном направлении, где находится верхний угол. Поистине это и есть тот самый пятый угол. Его приоритетность трудно переоценить. Практически основные ресурсы фигуры устремляются к нему. Пятиугольник живет своей вершиной, которая выглядит очень прочной и может раскалывать среду. Хотя назвать слишком динамичным и импульсивным пятиугольник никак нельзя. Тем не менее приоритетное вертикальное движение четко прослеживается. По сути, мы имеем дело с осевой симметрией, только, в отличие от прямоугольника и овала, здесь есть генеральное направление с вершинным углом. И при всем этом у пятиугольника довольно легко обозначается центр. В отличие от круга, магистральные направления пятиугольника идут не к центру, а от него (так называемые центробежные). Задача центра – перегруппировать ресурсы фигуры к углам с учетом приоритетности верхнего угла.

И еще один принципиальный момент. Имея под собой базу и хорошо развитую площадь, пятиугольник вполне обеспечивает себя ресурсами собственного производства. Да еще и работает на захват и расширение внутреннего пространства. Так что взять его измором очень трудно. Это защищенная своими углами мощная крепость с внутренним самовоспроизводством.

ЛЮДИ И ФИРМЫ. В общем-то, пятиугольники – неплохие люди и фирмы. Посудите сами: во-первых, хорошо развит базис со средой, значит, отрыв от реальности не предполагается. Под любое дело будет подведен надежный фундамент. Далее имеется хорошо развитое внутреннее производство. Так что отпадает необходимость у кого-то что-то постоянно заимствовать. Полная хозяйственная самодостаточность, так сказать. Единый центр как раз и курирует промышленный сектор, а еще ведает логистикой, которой система работы четко налажена. На приоритетных направлениях сбоя в поставках не будет. Партнеры могут не беспокоиться. Пятиугольники очень щепетильны в подобных вопросах. Ну а то, что они умеют активно расширять свой бизнес, так это всем позволено, да не у всех получается. Во всяком случае, подлога или коварства по отношению к другим бояться не следует. Все по-деловому честно, хотя и без излишних сантиментов. Люди– и фирмы-пятиугольники все-таки преследуют свою цель, но надо отдать должное – в открытую. Можно стать соратником, партнером, союзником, а можно оказаться перед форштевнем ударного пятого угла. Впрочем, можно просто оставаться нейтральным. Мстительности у пятиугольников и подавно нет. Точно так же, как и тотальности проповедования и внедрения своих идей. Эти люди и фирмы, по большому счету, реалисты, хотя. хотят гораздо большего. Иначе не было бы пятого, ударного, угла, устремленного ввысь. Безусловно, им хочется достигнуть того, чего до них еще никто не достигал. Либо просто сделать что-то лучше всех.

КОММУНИКАЦИЯ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Пятиугольник старается быть сам по себе. Прочный фундамент у него есть, свое производство – тоже, главные приоритеты четко распределены. Ну какие тут нужны советы со стороны? Вот союзы, пусть даже временные, всегда возможны для пользы «пятиугольной» самореализации. Например, с квадратом. Производственники «квадратного» типа всегда могут пригодиться для пятиугольника. Опять же, общая тенденция иметь прочную основу.

С треугольниками – прочные договорные взаимоотношения на основе аутсорсинга. Да и внутреннее родство наблюдается. Ударный угол пятиугольника – чем не треугольная вершина? Так что обе фигуры драться умеют и могут постоять за свои принципы. На этом и сходятся в симпатии. Но уж если не на шутку пойдут друг против друга, то лучше посторонним не вмешиваться. Уж больно мотивированной будет схватка. Ну а с ромбом в любом случае мира не будет. В силу внутреннего антагонизма, так сказать. Пятиугольник не потерпит никакого диктата над собой, поскольку отчасти и сам склонен к подобному стилю взаимоотношений. Цезарь должен быть только один, двоим на одном месте не бывать. Возможны лишь временные и скоротечные альянсы, зато непримиримое соперничество будет всегда.

С кругом тоже особо не сложится. Совершенно разная природа фигур. Устремления так же различны. Пятиугольник направлен на внешнюю экспансию. Но при этом имеет свой центр и четко выраженную миссию самобытия. Но вот мистическому кругу внешняя оболочка пятиугольника очень бы даже подошла! Что для тайных орденов и характерно. Только в таком случае пятиугольник однозначно внутренне запрограммирован кругом. Ищите ядро, господа.

Овалы, овоиды пятиугольнику также мало интересны. Он ведь радиальная структура с выраженным центром и прочным основанием. Какие тут могут быть метаморфозы?

ЦВЕТАСТЫЙ ПЯТИУГОЛЬНИК. Да уж действительно уморительно представить столь «серьезную» фигуру, раскрашенную в горошек или в стиле монпансье. Впрочем, почему бы и нет? Столь легкомысленный и даже эпатирующий антураж введет в глубокую прострацию всех тех, кто так и не понял глубинной сущности пятиугольника. Ее ну никак не закрасишь. Хотя для выразительности «пятиугольных» идей моноцвет будет все же предпочтительней.

Но только не черный и не белый. Пятиугольнику не нужен излишний мистицизм и беспредельная глубина погружения. К медитации эта фигура не очень приспособлена, иначе у нее не было бы ударного угла, да и столь прочной базы тоже. Уходить от себя ей тоже как-то не пристало. Пятиугольник не станет закрашивать белым цветом дотоле нажитое. Поиск новых вариантов лишь строго по курсу генеральной парадигмы.

Поэтому эманирующий во все стороны желтый или ярко-оранжевый пятиугольник тоже своего рода нонсенс. Теряются приоритеты, радиальные направления, базис и направление главного удара. Пятиугольник словно сам не свой, слегка навеселе.

Иное дело – темно-синий, вишневый, пурпурный, фиолетовый цвет фигуры. Глубина проникновения гармонично сочетается с радиальной упорядоченностью фигуры. Ударный угол отнюдь не ослабевает. Базис прочно покоится, но это не безжизненная монументальность.

Монументальным как раз будет зеленый или темно-зеленый пятиугольник. Направление главного удара станет еще более весомым. Базис, что называется, намертво упрочится. Попробуй-ка сдвинь.

Ну а серебристый металл сделает фигуру очень жесткой и рациональной. Поэтому выберите золотистый либо цвет меди. Тогда пятиугольник в прямом смысле слова засияет своими лучшими качествами. Ведь к этому он и стремится.

Глава 9. В нулевой точке Хроноса – спираль, пирамида, конус и… прудовик обыкновенный

Ловцы перлов где-то в глубине души романтики, а не добытчики. Ибо они всегда надеются на встречу с огромной черной жемчужиной.

По мотивам рассказа Джека Лондона «Дом Мапуи»

Проект должен быть завершен. Тогда гораздо проще определить просчеты в смете.

Мнение опытного прораба

Зачем восходить на неприступную вершину, если потом с нее все равно придется спуститься?

Недоумение обывателя

Солдаты! Сорок веков смотрят на вас сегодня с высоты этих пирамид!

Обращение Наполеона к своей армии перед решающим боем с мамелюками, Египет, 20 июля 1798 г.

9.1. Идея спирали, или Почему не стоит бесконечно совершенствовать кофемолку

Эволюция не может идти вспять. Ибо то будет называться вырождением и хаосом.

Заметки дарвиниста

Вначале основополагающая цитата из одной замечательной научной монографии, надеюсь, она читателя не утомит. Итак:

«Известная в философской науке «расширяющаяся вверх» (или «раскручивающаяся вширь») спираль развития противоречит современным естественнонаучным представлениям о характере процессов развития. Адекватным отображением процессов развития дает сходящая спираль с переменным шагом, построенная в трехмерном пространстве энтропии, в координатах информации и с введением параметров времени и прогресса»[4].

Спасибо Рифгату Фаизовичу Абдееву за авторскую основополагающую разработку теории развития как именно сходящейся спирали. В принципе – любого развития, от физических явлений в природе и космосе, эволюции творений рук человеческих, саморазвития информационных и социальных процессов вплоть до макро– и метауровня. Модель спирали действительно является общефилософской. Впрочем, почему только модель?

Понаблюдайте за вихрем, только осторожно. Это и есть сходящееся раскручивание потоков воздуха, которое втягивает в свою воронку с земли и воды все, что попадется. Недаром в глубокой древности очень мощный вихрь сравнивали со Змеем Горынычем. Заметьте: вихрь зарождается где-то в потоках воздуха вверху, но его, так сказать, финал – это втягивающая воронка, своего рода всасывающий «хобот». Все. Зарождение, эволюция и окончательный результат. Процесс завершен, и таковым он какое-то время пробудет как период жизни того же вихря. Ибо спирали – предельно динамичные структуры, стремящиеся в итоге к некой законченности в своих последних сходящихся витках.

Рассмотрим структуру сходящейся кверху спирали (рис. 9.1). Первые витки всегда большие и размашистые (литера В), затем их поперечный диаметр неизбежно будет уменьшаться, ибо в противном случае спираль не образуется. Широкий завиток поначалу – это зарождение идеи и становление процесса. Вначале он будет несколько хаотичен и недостаточно формализован, т. е. окончательно не конкретизирован. Так всегда бывает даже при наличии хорошего бизнес-плана. Все нюансы того, как оно реально будет реализовываться, никогда не удастся учесть. И тем более если затевается дело, совершенно не изведанное и не имеющее аналогов. Так что первые шаги любого становления всегда затратные во всех отношениях. Идет процесс поиска и проверки живучести идеи. Следующие завитки спирали – конкретизация задач и дальнейшее практическое развитие. Затем – оптимизация процесса. Следующий шаг завитка – максимальное усовершенствование того, что есть. Если выработаны все варианты, начинается творческий поиск новых. А теперь обратите внимание на шаг спирали, или, иными словами, величину расстояния между витками. Это нечто иное, как эволюционные скачки, т. е. переход на более качественный и прогрессивный уровень. На нижних этажах спирали расстояние между витками тоже большое. Оно и понятно, «сырой продукт» поначалу всегда легко улучшать. Если он совершенно новый – тем более. Далее будет сложнее. И чем дальше будет продолжаться эволюция процесса (читай – продукта), тем сложнее и затратнее он будет. По этому поводу есть полезный народный совет: «Лучшее – враг хорошего». Можно бесконечно совершенствовать ту же кофемолку, но она все равно останется всего лишь кофемолкой. Может быть, самой лучшей и совершенной во всем подлунном мире. Вопрос в затратах, т. е. насколько это дорого обошлось по всем аспектам издержек. И не только чисто денежных. Впрочем, дадим слово специалисту. Так, пожалуй, будет убедительней.

«Ликвидация правомерна, если жизнеспособность товара (услуги, рынка или процесса) характеризуется фразой: «несколько лет еще наверняка продержится». Потому что так говорят только об «угасающем», т. е. находящемся на последней стадии своего жизненного цикла, товаре (услуге или процессе), который всегда требует максимума внимания и самых больших расходов. Угасающий товар связывает по рукам и ногам самых способных и опытных специалистов. При этом «время жизни», оставшееся старому товару (услуге, рынку или процессу), чаще всего преувеличивается. Обычно речь идет уже не об «умирающем», а о покойнике. У врачей есть поговорка: «Самое трудное, дорогостоящее и бесполезное занятие – борьба за предохранение трупа от разложения»[5].

Спору нет, последние витки любой эволюции даются с очень и очень большим трудом. Но, может быть, в этом и есть смысл совершенства? В спорте, науке и искусстве без многолетнего напряженного труда достигнуть исключительных высот почти невозможно. Можно, конечно, рвануть благодаря дарованию, но до предела совершенства, скорее всего, не доберешься. Наверное, в этом и кроется разгадка великой японской чайной церемонии. Либо искусства дифференциального исчисления. Как, впрочем, и любого произведения человеческого таланта, которому отданы все силы и время. «Десять раз начинать все сначала». Это сказал Олег Константинович Антонов. Марку его самолетов знают во всем мире. Без преувеличения.

ЛЮДИ– И ФИРМЫ-СПИРАЛИ. Это весьма деятельные личности, для которых прежде всего важны сам процесс и этапы его становления. С творческим подходом у них все весьма продуктивно, и в принятии решения они руководствуются исключительно интересами дела. Если обстоятельства вынуждают, то достаточно жестко. Хотя диктаторами их никак не назовешь. Важна эволюция, а не принуждение и насилие. Комплекса неполноценности у них тоже нет, ибо такие люди и фирмы, ими созданные, достоверно знают, к чему стремятся. Неврозы – да, вполне естественны, ведь путь никогда не бывает гладким и всегда случаются моменты острых переживаний. Тем более что спираль не обладает жесткостью треугольника и ромба. Она ищет новые пути, но отнюдь не склонна проламывать стены. В принципе с людьми и фирмами типа спираль всегда можно договориться, если, конечно, тотально не истреблять их дело. Которое к тому же развивается совершенно нелинейно и новый виток этапов развития далеко не всегда можно просчитать. Так что лучше в данном случае быть компаньоном, а не конкурентом. До того момента, когда непрерывное совершенствование не начнет пожирать вкладываемые ресурсы. Однако люди психологического типа спираль именно этого момента могут не прочувствовать и не захотят останавливаться. Варианты дальнейшего плодотворного сотрудничества окажутся под угрозой. Но, будем надеяться, до этого не дойдет. Спирали – очень продуктивный народ.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Внутри какой-то структуры комфортное существование спирали сложно представить. Рано или поздно неизбежен конфликт между теми, кто непрерывно творит и совершенствует процесс, и более закоснелыми, статичными, а то и просто жесткими формами. Например, внутри ромба, квадрата, шестиугольника. Но вот внутри вытянутого треугольника в направлении ударного угла спираль вполне может развиваться (рис. 9.2). Статичная жесткость треугольника, безусловно, ослабляется, но зато его ударный угол в таком случае приобретает, если позволите так выразиться, необычайную творческую силу. Просчитать стратегию и глубину его ударов будет практически невозможно. Главное, чтобы развитие спирали не вышло за контур треугольника. То же характерно и для овала, если спираль сходится по оси направления. При этом полярность овала заметно сходит к минимуму (рис. 9.3). А вот моноиделогичная структура круга в принципе не позволит развиваться внутри себя какому-либо иному процессу. Так что спирали здесь ничего не светит. Зато очень легко представить небольшой шарик, резво бегущий по ее виткам (рис. 9.4). Шарик и есть та ведущая идеология, которую обслужит развивающийся процесс, но без разрушения последнего. Наоборот, здесь, скорее всего, симбиотический союз. Возможно, и сама спираль нуждается в некоторой дополнительной идее. Ведь на ее витках вряд ли будет гармонично смотреться тот же квадрат, ромб или даже, к примеру, овоид.

ЦВЕТ И СПИРАЛЬ. Для спирали цвет значимый. Как покрасишь, так витки и будут скручиваться и переходить на новые этапы.

Белая спираль попросту убегает легко и довольно стремительно к некой границе совершенства, которое ей. неведомо. Это уход и поиск чего-то нового и даже, возможно, забывание предыдущих этапов. У белой спирали нет истории собственной эволюции. Она не отягощена прошлым, которое в определенных случаях просто необходимо, чтобы жить и развиваться дальше. Неплохой символ для внутренней душевной реинкарнации. Тем более что сама по себе белая спираль весьма гармонична и смотрится целостно. Представьте серпантинную заснеженную горную дорогу, уходящую куда-то вдаль. Здесь поисковая активность очень высока. Через белую спираль можно выйти на нечто совершенно новое.

Витки черной спирали проходят свои этапы максимально глубоко, стремясь к самому непреодолимому барьеру. Действительно, только такая спираль продвинется дальше всех. Предела совершенства у нее нет. На последних этапах остановить ее уже невозможно. Это чисто метафизическая фигура. И она может бесконечно продвигать свой барьер все дальше, в глубину достижения. Причем любой ценой, ибо потенциал у нее просто громаднейший. Вот только степень риска и опасности тоже высока. Черная спираль – одна из сильнейших комбинаций фигуры и цвета, слитых воедино. Но чтобы идти дорогой черной спирали, придется платить дорогую цену. Не всякому это окажется под силу. Правда, результаты на завершающих этапах могут окупиться сторицей. Конкурентов попросту не окажется. И надолго. С метафизикой не шутят.

Красная спираль, как вы понимаете, очень активна и экспрессивна. Витки обладают большой скоростью прохождения этапов, почти на грани фола и с риском. Зато результата можно достичь в наикратчайшие сроки. Красная спираль уж точно не увязнет в длительной шлифовке качества и совершенства. Быстрее вперед, несмотря ни на что.

А вот для желтой спирали такой проблемы не существует вообще. Спираль развивается как своего рода игра, непринужденно и легко. Причем с высоким творческим и поисковым потенциалом. Желания достичь финала совершенно не наблюдается. Это легкая спираль, которая просто наслаждается этапами творения и всегда готова к импровизации.

Голубая спираль тоже легкая, но у нее занижена динамичность творческой активности.

Зеленая спираль просто статична и… планомерна. Что для спирали своего рода нонсенс. Тот случай, когда цвет и фигура находятся в психологическом противостоянии. Спираль, конечно, немножко застыла, но, может, кто-то просто устал от непрерывного бега эволюции. Почему бы и не побыть временно памятником своего личностного развивающегося потенциала?

Темно-синий и фиолетовый цвета придают спирали необычайную глубину. В отличие от глубокого втягивающего черного, эти цвета весьма чувствительны и склонны к слиянию различных факторов. Особенно фиолетовый. Спирали медитативны. Стремятся к максимальному погружению в процесс на каждом этапе. Обязательно достигают наивысшего совершенства. Это спирали – мастера высшего класса. В любой области.

Несколько слов о фигуре, внешне напоминающей ОРБИТУ, причем разомкнутую (рис. 9.5). Могут быть два варианта разомкнутой орбиты: разгон орбиты по часовой стрелке (рис. 9.5 а) и против часовой стрелки (рис. 9.5 б). Вообще-то разомкнутая, идущая на разгон орбита как символ очень красива. Звездное небо над головой, яркий след болидов, взметнувшиеся ввысь искры костра и даже фейерверки – кого они оставят равнодушными. Разгоняющаяся орбита – это движение на взлет и выход к совершенно новым, неизведанным перспективам. Эволюция процесса стремительна и красива. В отличие от спирали, здесь прорыв совершается практически в один акт. Знаете, как в игре: поставить все на одну карту или сделать один решающий ход и – выиграть. В бизнесе и политике – принятие стратегического решения с высокой долей риска и неполнотой данных. Идущая на разгон орбита отнюдь не авантюризм или волюнтаризм. У орбиты обязательно есть базис и трамплин для разгона. Это принципиально, иначе разгон и выход за пределы стереотипного не получатся. Прыжок в неизведанное, неосвоенное и непокоренное – вот миссия разгоняющейся орбиты. Кто мог поверить, что страна, пережившая чудовищную Вторую мировую войну и победившая сильнейшего врага в 1945-м, изнуренная и истощенная пережитым, уже в 1957-м первой в мире выведет искусственный спутник на околоземную орбиту и первой побывает в космосе всего лишь через четыре года. С того времени символ орбиты станет очень популярным на всей планете. Сергей Павлович Королев, наверное, наиболее яркий представитель людей, которым очень близок был символ орбиты. До него никто не рискнул совершить подобное. Но Королев мыслил и жил категориями будущего, подводя под свою мечту реальный базис. Ну а смелости и твердости характера ему было не занимать. Ума и творческого потенциала хватало для сотворения задуманного. Пожалуй, без этих составляющих орбитальный взлет не получится.

Чем отличается вариант, представленный на рис. 9.5 а, от варианта на рис. 9.5 б? С авторской теорией кодирования пространства на отдельные зоны можно подробно познакомиться в главе о крестах (Глава 14). Здесь же примем объяснение как должное. Сразу ответим кратко: вариант рис. 9.5 а идет от идеи к взлету через практический базис, вариант рис. 9.5 б – это возврат уже после того, как нажит и упрочен базис, к незавершенным идеалам и уж затем только раскручивание орбиты на разгон. Если первый вариант – это Сергей Королев, то второй – Генрих Шлиман, который на собственные деньги раскопал Трою. Открыл миру Трою он в возрасте 48 лет, а с 16 лет Шлиман упорно и неистово зарабатывал деньги для цели всей своей жизни. На себя тратил мизер, хотя был миллионером уже по тем временам. Свое дело продал и с женой приступил к осуществлению своей безумной затеи. В его успех не верил никто, а в реальность существования Трои – очень немногие. Итог – Троя явлена миру, а Гомер оказался отнюдь не поэтическим фантазером.

9.2. В нулевой точке Хроноса – пирамида

Проект должен быть завершен.

Фраза из фильма «Научная секция пилотов»

Зная идею спирали, можно провести психоанализ формы пирамиды. Рассмотрим саму фигуру (рис. 9.6). У пирамиды есть: а) основание, или подошва, которое представлено каким-либо многоугольником (квадрат, ромб, треугольник и т. д.); б) наклонные грани – всегда треугольники; в) ребра, где две грани стыкуются; г) и наконец вершина, где все грани сходятся в одну точку. Еще пирамида имеет высоту.

Раз есть подошва, т. е. базис, то можно быть совершенно уверенным, что пирамида весьма прочно обосновывается в среде, да так, что попробуй ее сдвинь. Основательность есть приметная особенность всех пирамид. И люди, и фирмы подобного склада пытаются изначально очень прочно заложить основу будущих успехов. Причем контакт со средой очень плотный и какие-либо другие варианты со стороны партнеров или конкурентов не допускаются в принципе. Что пирамида захватила – то уже ее. А дальше. Дальше начинается реализация проекта. Грани начинают расти вверх, под наклоном и навстречу друг другу, т. е. по некоему генплану. Вначале площадь обхвата будет большая, но по мере роста граней внутренний срез пирамиды начинает заметно уменьшаться. Происходит то же, что и с витками спирали по ходу ее эволюции. Проект формализуется, конкретизируется, практически отрабатывается, отметая все лишнее, но каждый следующий шаг развития будет требовать все больших усилий. Восхождение еще нигде, никогда и никому не давалось легко и даром. Отметим также, что грани треугольные и ребра острые – развитие проекта идет в очень жестком стиле. Обвинить человека-пирамиду либо фирму-пирамиду в сантиментах и эмотивности, то бишь сопереживаемости и чувственности, – просто смешно и грешно. Проект должен быть завершен. И точка. Любая пирамида строится по жестким рациональным законам и правилам. В отличие, опять же, от спирали здесь нет отступлений и кругового восходящего движения. Рост пирамиды линейный, пошаговый, с нарастающим к вершине ускорением и напряжением. Зона вершины особая. Здесь ребра жесткости очень близко сходятся. По сути, верхушечная часть пирамиды – своего рода колун, который может расколоть любое препятствие. Теперь уж точно никаких компромиссов, задержек и отступлений. Пирамида бросает вызов среде ради завершения своего проекта. Вершина и есть долгожданный выход в точку «ноль», в абсолют. Ради этой точки и выстраивалась вся пирамида. Только ради нее одной. Вдумайтесь. Вершина действительно уникальна, ибо она уже не повторяет пирамидальные срезы, а представляет собой полную и окончательную сборку всех граней и ребер жесткости. Она же проецируется в центр фигуры, лежащей в основании пирамиды. Точка вершины вобрала в себя все, что только можно. Вокруг нее – пустота. Она – абсолют. Здесь время останавливает свой бег. Проект завершен и достиг кульминационного катарсиса и покоя. А что же дальше? Ответ поразительный: строить. новую пирамиду. И выходить на новый абсолют свершения. У пирамиды нет продолжения.

Придется опять закладывать основание для роста будущих граней. Такова диалектика «пирамидального» процесса.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ ПО ХОДУ. Поражает, как точно финансовые спекуляции 90-х годов ушедшего века были названы «финансовыми пирамидами». Предельно точный образ. Посудите сами. Вначале широкомасштабная рекламная кампания для населения (плотный контакт со средой), затем скупка реальных ценностей за фиктивные акции и ваучеры (построение основания), затем бурный рост финансовых накоплений с параллельным выстраиванием внутренней структуры, цель которой – выгодное размещение и «отмыв» приобретенных капиталов. И наконец неизбежный финал – «неожиданное» закрытие проекта! Деньги уже в другом месте, и все можно начинать сначала. Либо заняться чем-либо другим. Теперь для души, поскольку средства уже имеются. Очередная «финансовая пирамида» приказала долго жить и не отчаиваться обманутым вкладчикам. Всего доброго.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ «ПИРАМИДАЛЬНОЙ» ЛИЧНОСТИ. В принципе основные черты характера уже понятны. Жесткий целевой лидер. Превосходный стратег, может всегда разработать бизнес-план под конкретную задачу. Отлично налажен поэтапный контроль за его выполнением. Умеет сконцентрироваться на главном, но то, что нужно здесь и сейчас, также не выпускает из виду. Любое дело всегда доводит до конца, даже на промежуточных этапах. Того же жестко требует и от подчиненных. Людей не боится, может приказать и заставить себе беспрекословно подчиняться. Команду формирует по принципу лидерской группировки. По натуре скрытный и недоверчивый. Своих настоящих планов никому не раскрывает. Предпочитает работать не с партнерами, а с подрядчиками. Лишен сентиментальности, к своим и чужим чувствам подходит рационально, может поступать вопреки своему сердцу ради завершения проекта. В личной жизни отсекает все лишнее. Трудоголик с маниакальным подходом к делу. В принципе гипермания изначально присуща натуре. Упрям и несговорчив, особенно когда дело идет к завершению. Тогда готов рисковать всем и ни перед чем не остановится. Сильно развитое, вплоть до гипертрофированности, личное эго. Впрочем, если надо, себя не жалеет в первую очередь. Обратная связь с внешней средой наработана слабо. Возникающие на пути препятствия сминает без объяснения и без анализа их возникновения. До последнего момента не теряет самообладания и самоуверенности. Болезненно и ранимо реагирует на неудачи, которые в конце концов могут подкосить ему жизнь. Сюда бы толику дзена да сочувствия к ближнему, и было бы просто замечательно.

ПИРАМИДА С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ предпочитает не взаимодействовать. Исключение – лишь фигура, лежащая в основании. Именно она изначально задает программу построения пирамиды. Наиболее жесткая изо всех типов пирамид, это – треугольная. К ней не подступишься ни с какой стороны. Более рациональная – квадратная. Но какой бы ни была пирамида, все иные фигуры, кроме «матричной», она будет отметать. А, скажем, с шаром и овоидом – круглая вражда. Уж больно они антагонисты. Пятиугольник тоже не впишется ни при каких обстоятельствах. Спираль внутри пирамиды окажется замкнутой и лишенной свободной внешней среды, то же самое и для орбиты. А вот пирамиду, в основе которой лежит прямоугольник, представить совсем не сложно. Получится дополнительно ориентированная по оси пирамида. Центричность ослабляется, но зато есть некое дополнительное направление. Интересно. Ну а ромбовидная пирамида приемлет только ромб. Одним словом, если вы не родственны по «матрице», в дружбу к пирамиде лучше не набивайтесь. Сэкономите деньги и время. А еще постарайтесь не стать для растущей пирамиды ее строительным материалом.

ЦВЕТ ПИРАМИДЫ. Ученые утверждают, что знаменитые египетские пирамиды были ранее облицованы белой керамической плиткой. Представляете, как они сверкали под полуденным солнцем? А теперь представьте белую гигантскую пирамиду в сумерках или ранним утром, до восхода солнца. Иррациональное, видимо, было зрелище. Белая пирамида зовет буквально в никуда. Выйти в точку «ноль» и позабыть все, что было дотоле. Застыть вне пространства и времени. Выйти даже за границы своего «я». Может быть, так ощущают нирвану?

Черная пирамида будет казаться отчасти зловещей. Это тот случай, когда мы черный цвет воспринимаем как отрицательный. Магическая сила будет проявляться очень сильно. На вершине такой пирамиды трансформация психики может оказаться непредсказуемой. Но в любом случае состояние могущества будет обеспечено. Выход к невиданным возможностям тоже. Вот только достигнуть вершины черной пирамиды окажется делом невероятно трудным. Строить ее тоже будет нелегко. Магия черного цвета и магия самой пирамиды сольются воедино и потребуют от человека максимум возможного и невозможного. Жестче и глубже барьера не придумаешь. И его придется преодолеть, чтобы стать на вершине абсолюта. Вот только у черного цвета финала никогда не бывает. Даже если это пирамида.

Для алой пирамиды важнее сам процесс, нежели его завершение. Хотя будьте уверены – финальный аккорд все равно прозвучит, да так бурно и громко, что мало не покажется. Несовместимая гремучая смесь – экспансивный атакующий алый и жесткий рациональный конструкт пирамиды. Сила, страсть и рацио. Могут привести к непредвиденным эксцессам. Большой перерасход энергии вовне. Все это может помешать поэтапной реализации проекта. Одним словом, готовьтесь к бою даже там, где он и не предвидится. Увы, алую пирамиду не переубедишь. С обратной связью у нее совсем туго. Зато проект уже в самом разгаре.

Пурпурная пирамида выглядит весьма и весьма престижно и куда сдержаннее, нежели алая. Пожалуй, свершается некий почти императорский план. С императорскими настойчивостью, величием и уравновешенностью. Проект в любом случае не покажется чем-то незначительным. Удачное сочетание цвета и фигуры. Пурпурная пирамида без труда вовлекает других в свою харизму. Так что основание будет заложено быстро и эффективно. Продвижение к высотам и вершине – аналогично.

Темно-синяя и фиолетовая пирамиды, как и спираль, очень медитативны, и даже более. Фигура и данные цвета весьма синергичны. Состояние от такой пирамиды очень глубокое, и ощущается связь не только с процессом, но и со всем окружающим миром. Высокий уровень творческого осязания. На вершине возможен катарсис. Особенно если это фиолетовая пирамида.

Красива и функциональна лиловая пирамида. Она полегче, нежели фиолетовая, но тоже несет в себе заряд творчества, слияния и синтеза. Лиловый цвет заметно смягчает жестко-ребристую структуру пирамиды. Видимо, такой оттенок на краткие мгновения окрашивал египетские пирамиды долины Гиза при восходе солнца в Сахаре. Волнующий был эффект.

Пожалуйста, не красьте пирамиды в зеленый и коричневый цвета. Получится, извините за откровенность, отвратительно. Добавьте еще цвет незрелых оливок, и все – полное отторжение. Проект может остаться незавершенным вследствие непереносимости субъектом возникающих ощущений. Пирамида, как ни странно, все же динамичная структура, стремящаяся к своему завершению, а здесь полный отстой или застой. Хорошо, что хоть нет запаха.

Серебристая пирамида выглядит контрастной, жесткой, но не тяжелой. Рациональность и структурированность усилена, ребра жесткости предельно лаконичны. Проект будет точно завершен, в нужный час и в нужном месте. На пути такой пирамиды лучше не стоять. Либо уступить, либо договариваться. Желательно без эмоциональной экспрессии. Металл – хороший конструктивный материал для пирамиды, стремящейся во что бы то ни стало к своей вершине. Без излишнего апофеоза. Главное здесь – достижение конечного результата.

Ну и, наконец, золотая пирамида. В наши дни она в фаворе рекламы. Золотой пирамиде приписывают всевозможные целебные чудеса, вплоть до кармического изменения судьбы. Само собой разумеется, только в положительную сторону. Может быть, так оно и есть. Иначе б зачем египтяне строили свои гигантские пирамиды и таскали туда несметные груды золота? Как бы то ни было, но золотая пирамида смотрится органично и очень привлекательно. Тяжесть и жесткость словно растворяется в позолоте, а вершина сродни благодатному солнцу. Удачи, могущества и счастья пребывающим там!

9.3. Конус – миссия сокрыта до ее завершения

Скользи легко и непринужденно, куда душа поет.

Блоха на поверхности зеркального конуса

Что такое конус, знают все. Геометрическое определение достаточно скучное и плохо воображаемое: «…геометрическое тело, образованное вращением прямоугольного треугольника около одного из его катетов». С изображением уже намного понятнее (рис. 9.7). Основанием, или подошвой, всегда будет круг, ребер жесткости, впрочем, как и треугольных плоскостей, нет и в помине, а вместо этого – сужающаяся к вершине, обтекаемая и совершенно гладкая цилиндрическая поверхность. Как и у пирамиды, у цилиндра есть венец всего творения – точка вершины. Далее тоже уже ничего. Как видим, общий принцип построения фигуры схож с пирамидой. Поэтому повторяться не будем. Отметим лишь принципиальные особенности конуса в аспекте визуального психоанализа.

Итак, в основании конуса лежит круг. Он, естественно, и задает матричную информацию для дальнейшего построения. Что такое круг, мы уже знаем. Скрытность, уровни допуска, тщательно сохраняемая идеологичность. Минимальный контакт со средой. Конус своим основанием, в отличие от шара, куда плотнее взаимодействует с внешней средой. Иначе нельзя заполучить необходимые ресурсы и выстроить фундамент будущего проекта. Но вот таинственность и уровни допуска еще как сохраняются. Более того, чем дальше продвигается проект – тем уже круг посвященных. Финал известен только одному. На выходе к вершине – лишь посвященные отцы-основатели. Весь конус пронизан скрытностью. Его движение в рост подчиняется все тем же линейным законам, но снаружи при контактах – сплошная обтекаемость. Вроде бы все явно и открыто, но зацепиться не за что. Конус – интересная фигура, ибо его поверхность, как и внутреннее пространство, – функции иррациональные, тогда как конструкт построен по линейным законам. Иными словами, логический план, обернутый иррациональными идеями, вплоть до харизмы и мистики. Все может быть. Конус скрывает многое, но изначальный план всегда будет. Вот только узнать его подробности почти невозможно. Когда проект завершится, конус торжественно засверкает своей вершиной. Он – законченное гармоничное творение, и теперь уже никто не в силах что-либо повернуть вспять. Выход к абсолюту осуществился. Все. Теперь, как и пирамиде, конусу остается лишь. строить очередной конус с новой матрицей-идеологией. И пусть торжествуют свершившиеся идеи!

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ ЛИЧНОСТИ, КОТОРАЯ ПРЕДПОЧИТАЕТ КОНУС ДРУГИМ ФИГУРАМ. Как вы уже, наверное, это поняли, человек предельно скрытный и внешне ведет себя осторожно и осмотрительно. Предпочитает ни в коем случае «не гнать волну». Но за внешним фасадом спокойствия ведутся активные действия. В сугубо деловом стиле и с четким тайм-менеджментом. Все технологические функции очень тщательно проработаны. И пронизаны, прошиты одной идеей. Такой индивидуум властен создавать собственную идеологию и без отдачи претворять ее в жизнь. Он фанат. А точнее, мегаломан некой доктрины или идеи. Сторонник тайных знаний, к которым никому допуска нет. Все, что он будет проповедовать (и обязательно денно и нощно делать!) своим послушникам, – лишь полуправда. Обманщиком такого человека назвать нельзя, просто он не все рассказывает. В противоположность людям-пирамидам у него сильно развиты определенные чувства, но сентиментальным его никак не назовешь. Это чувства человека, всецело поглощенного некой идеей. Ради нее, единственной, горит душа и бьется сердце. Личностные привязанности, причем глубокие и надолго, только с теми, кто разделяет и переживает точно так же его идеи. Интеллект достаточно высок, причем одинаково развито как левое, логическое, так и правое, образное, эмоциональное полушария. Только вряд ли они работают синхронно. Скорее попеременно, поэтому поведенческий стиль может быть совершенно различным и трудно предсказуемым.

Чтобы до конца понять мотивацию поступков, надо знать тайную доктрину. Воли, смелости и упорства не занимать. Чем ближе цель, тем фанатичнее продвижение. Жалеть никого не станет, равно как и себя. Однако будет все равно переживать. До крайности самоуверенный и совершенно не поддается психологической коррекции. Что при его скрытности не сразу и заметишь. Обратная связь со средой существует, но только в нужном для данного индивидуума аспекте. В общем-то превосходный кандидат на роль магистра тайного ордена. Есть все шансы далеко продвинуться на подобном поприще. Фирму сделает исключительно под себя. Марионеткой для чужих деловых интересов никогда не станет. В партнерских отношениях ведет себя корректно. Если только вы не будете без спросу лезть к нему в душу. В противном случае можете «нечаянно» пострадать. А так – все нормально. К своей абсолютной вершине он пробьется.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Конус порожден кругом и треугольником. Вероятнее всего, только с этими двумя фигурами он будет находить что-то общее и взаимоприемлемое. Но при одном обязательном условии: обе фигуры должны быть безусловно инкорпорированы во внутреннюю структуру конуса. Треугольник придаст конусу жесткость, а круг на всех уровнях будет воспроизводить тайную миссию. Со всеми другими фигурами конусу взаимодействовать проблематично. А точнее – невозможно. Ну что у него может быть общего с квадратом или прямоугольником? Разве что пресловутая квадратура круга. А попробуйте вписать в круговой конус ромб или прямоугольник. Овал с его двумя полюсами и овоид также чужды строго центричному конусу. Одним словом, конус в партнерах, помощниках и доброжелателях не нуждается. Как говорится, просьба не беспокоить.

КОНУС И ЦВЕТ: ПОКРАСЬТЕ И ОТПОЛИРУЙТЕ. Конус действительно очень любит полировку и зеркальную поверхность. Выигрышей здесь много. Поверхность еще более скользкая, при этом демонстрация силы эго самой фигуры заметно увеличивается. Что немаловажно для вербовки будущих адептов. Полированная поверхность всегда привлекательна, но вот что за ней кроется, догадаться невозможно. Глядя на остроконечную вершину такого конуса, каждый видит лишь отражение своих желаний. Даже черный цвет, если он будет зеркально отполирован, окажется весьма завлекательным для конуса. Что там такое загадочное кроется внутри? И к чему стремится обсидиановый конус? Интересно и захватывающе.

Белый конус окажется еще более неопределенным, нежели белая пирамида. Особенно если он матовый. Однако гнетущего чувства, «что нет ничего», не возникнет. Все-таки очерченный профиль конуса размыть не так-то просто. Белый цвет породит надежду, что где-то обязательно есть выход, стремление к ней. Только нужно сконцентрироваться и следовать пути. Вершина конуса его укажет.

Нейтрально-серый «размоет» контур конуса все же посильнее белого. И подскажет очень много толерантных способов достичь вершины, не скрипя зубами и без фанатичного экстаза. Поистине «выводящий» конус, позволяющий прочувствовать самого себя в реализации своей сокровенной идеи. Дающий многовариантность состояний и ощущений. В зоне вершины предельно ясно осознается истина.

Особо следует отметить хрустальный конус. Видимая прозрачность и открытость невероятно привлекают взор к этой замкнутой фигуре. Излом отраженных лучей позволяет разглядеть совершенно неожиданные перспективы. И при этом – блистательная четкость внутреннего и наружного восхождения к вершине. Где яркий блик неожиданного озарения и восторга.

Темно-синий и фиолетовый – цвета для глубочайшей медитации. Прочувствовать наяву сокрытую сущность проекта или процесса. И по ходу восхождения к вершине получить как можно больше от того, к чему стремились. Такова особенность фиолетового и темно-синего конусов.

Оранжевый конус выглядит по меньшей мере странновато. Как завлекательный пожарный стенд в зале музея классического искусства. Несовместимость формы и цвета. Оранжевый, он ведь не контурный и совершенно не целевой. Концентрироваться ему также «в облом». Да и какие там скрытые сущности в оранжевом? Весь наяву да в развлечениях. Пожалуй, с конусом о содружестве не договорятся.

Матовый зеленый также «не прокатит». Конус просто застынет в угрюмом и тяжелом оцепенении. Интерес, что там и как внутри, угаснет сам собой. На вершине будет почти как на плацу. Иное дело – изумрудный конус. Он просто заиграет всеми самыми приятными бликами яркого и загадочного зеленого. И при всем соберет и сконцентрирует все душевные и прочие силы для свершения почти невозможного и, казалось бы, дотоле несбыточного. Изумрудный конус похож на сказочный волшебный фонарь. Вот такая разительная перемена.

Коричневый также не окажется притягательным. Уж больно заземленный и сугубо прагматичный будет конус. О каком взлете может идти речь? Куда веселей каштановый оттенок. Здесь хотя бы проявляется тяга к некой престижности и комфорту. Хотя для конуса это не самое главное, но все же. Цвет кофе с молоком «разбавит» контур и миссию конуса до состояния легкого и сладкого. Такие «конусики» разве что на тортик для именин.

По возможности избегайте для конуса алого цвета. Все-таки обтекаемая фигура, у которой нет явного экспансионизма. Да и воевать конусу вроде бы ни к чему. Как и захлебываться в опьяняющей адреналиновой страсти.

Золотой конус, как и золотая пирамида, безусловно, вне конкуренции. По всем статьям и пунктам. Могущество и богатство обеспечено. Успех и счастье тоже. Матовый золотой конус будет выглядеть куда более убедительным, нежели полированный. Медно-горячий конус прибавит к уже сказанному еще хорошую толику экспрессии. Звенящей, как колокольный призыв. А пламенеющая вершина не даст шанса оставаться равнодушным. Выход к неизведанным возможностям через сверхновую? Может, и стоит рискнуть.

9.4. Комфортное убежище – раковина

Свой домик плечи не отдавит.

Улитка

Раковина (еще называют улиткой) – характерный признак для беспозвоночных класса моллюски брюхоногие. Виноградную улитку или прудовика обыкновенного хоть раз в жизни видели все. В честь раковины, а точнее – ракушки, назван стиль позднего барокко в архитектуре – рококо (от французского rocaille – осколки камней, раковин). Стиль предельно вычурный, в духе абсолютизма первой половины XVIII века. Почему именно ракушка? Как говорили тогда сами французы, наш король – это бесценная жемчужина в раковине. Ее, жемчужину-короля, надо беречь, холить и преданно восхищаться. Увы, в конце того же века абсолютистской монархии пришел смертный час, а вот стиль рококо и по сей день радует глаз. Легкий, затейливый, сверкающий позолотой пастельный орнамент. И везде главный мотив – морская раковина либо ее фрагменты.

Раковина всегда спиралевидна, имеет четко выраженные витки, сходящиеся к замкнутому концу, т. е. последний виток слегка заостренный и тупиковый (рис. 9.8). В этом принципиальное отличие от классической спирали, у которой витки могут быть бесконечными. Раковина такой роскоши себе позволить не может. У нее иные задачи и функции, а именно – спрятать тело моллюска и как можно понадежней голову со щупальцами. Мускулистой «ногой» вдобавок можно плотно прикрыть относительно широкий вход-выход раковины. А если ты в безопасности, то можно со своим домиком свободно передвигаться в поисках пищи, а может, для того, чтобы лицезреть мир. Моллюски оказались удивительно живучими созданиями на планете. Раковина – это та же спиралевидная эволюция, цель которой – реализовать проект и максимально защитить его создателя. Вместо выхода в иные возможности и новые измерения здесь все наоборот – уютно расположиться в обустроенном и совершенном собственном внутреннем мире. Только для этого изначально надо постараться и хорошо поработать.

ЛЮДИ И ФИРМЫ В СТИЛЕ НАУТИЛУСА ПОМПИЛИУСА. Для иллюстрации ничего лучше не придумаешь, чем образ капитана Немо. А еще – с огромным уважением от автора – Вячеслава Бутусова и тех, кто с ним. Итак, сборный портрет. Прежде всего уединенность и еще раз уединенность, но без синдрома аутизма, затем – независимость и автономность от окружающего мира. Не важно, хороший он или плохой. Важно, чтобы собственное жизненное пространство пребывало в гармонии и совершенстве. И безусловно, чтобы оно было прочным для отражения атак извне и пережидания полосы невзгод. Еще такие люди и фирмы тяготеют к комфорту. Как к душевному, так и к телесному. Поэтому они отличные практики и трудоголики. Ну а в умении стратегически создавать собственный проект им равных нет. В делах очень последовательны и настойчивы. Никогда не бросят начатое на полдороге. Строго придерживаются наработанных жизнью принципов и никогда им не изменяют. Не склонны к лидерству, соперничеству и захвату власти. Предпочитают уход в себя и свой уютный мир. Не честолюбивы, однако знают цену того, что они создали. За свои идеалы и творения готовы драться, но сами первыми не нападают. Обладают недюжинной выдержкой и терпением. Осторожны, но без трусости. Система обратной связи со средой налажена преотлично. Высокая чувствительность к любым сигналам, ощущениям и явлениям. Короче, сенсорики. Хороший аналитический ум. Единственный, пожалуй, минус таких людей и фирм – ни за что не захотят покинуть свою раковину. Переубеждать их бесполезно. Сила их аргументации всегда безупречна. Врожденные стилисты, как-никак. Хотя ярые приверженцы традиционализма. Бунтующего революционера из человека-раковины ну никак не получится. Что и хорошо.

В контактах с ДРУГИМИ ФИГУРАМИ раковина особо не нуждается. Такой себе пассивный нейтралитет, но с обязательным соблюдением демаркационной линии. Вот разве что с кругом или шариком возникает чувство доверия и даже близости. Жемчужины именно так и рождаются. Круг или шар приносят глубинный смысл существованию раковины, добавляют нечто особенное. Все остальное, особенно угловатое, резкое, стремящееся переделывать и вырываться наружу, для раковины просто неприемлемо. Моллюск обойдет острые выступы рифов и камней, и его не затронут шипы. Любая чужая активная программа ему также ни к чему. В аутсорсинге или помощи извне он не нуждается. Все свое ношу с собой. Что тут можно с ним поделать? По крайней мере, быть толерантным и дружелюбным к носителю собственной раковины.

ЦВЕТОВАЯ ГАММА РАКОВИНЫ строго соответствует ее предназначению. Никаких привлекающих внимание экстремальных раскрасок типа ярко-красного и алого. Перламутровый блеск, пожалуйста, но только изнутри, снаружи никакого металла, полировки и зеркального отражения. Серебристый, золотистый, цвет горячей меди не подойдут. Фиолетовый и лиловый оттенки – опять же внутри, но не на внешней стороне закрученных спиралей. По той же причине отвергается снаружи голубой цвет. Синий и темно-синий привлекает внимание к внутреннему содержанию раковины. В природе так не бывает, а для логотипа может очень даже сойти. Так же как вишневый и пурпурный окрас.

Все оттенки коричневого, зеленовато-коричневого и желто-песочного опять же с коричневатым отливом только приветствуются. Уж очень пригож для раковины глубокий золотисто-коричневый либо каштановый цвет. Здесь и престиж, и комфорт, и уют. Хороша раковина цвета морской волны со всем богатством и переливом оттенков зеленовато-серо-синего. Правда, будет смотреться немножко холодновато. К такой в гости так запросто не забредешь. Ну и ладно.

Черных и чисто белых раковин избегайте. И та и другая будут отпугивать. С черной попадешь, уже не выберешься из глубин завитков. Там конец внешней перспективе. А белая раковина не сможет долго и надежно удерживать то, что ей дано родить и сберегать. Ну уж никак не пристанище и тем более не венец проекта. Ради чего стоило создавать витки, чтобы потом от них отрекаться и убегать во что-то иное. Тогда уж лучше сразу – в белую палату. Там всегда есть надежда рано или поздно выйти и оставить все позади.

А еще раковина очень любит пеструю и жизнерадостную раскраску. Без кричащей навязчивости, но и не в пример пуританскому аскетизму. Все-таки это спираль, пусть и замкнутая, но стремящаяся к собственному благополучию и разнообразию постижения окружающего мира. Он ведь тоже пестрый.

Глава 10. В полшаге от молнии – зигзаг и руна Sol

– Безумец! -

знаю, скажут обо мне,

Когда меня уже в живых не

будет.

Хотел огня!

Вот и сгорел в огне!

Да, осторожные расчетливые

люди,

Вы, право, правы.

Алексей Труфанов

– Я слабак. Из породы тех умных слабаков, которым лучше не быть умными. Потому что ум им дан только для того, чтобы понимать свое падение и бессилие.

Савченко В. Открытие себя

Сделав неожиданное открытие, на всякий случай тут же начинай думать, как его закрыть.

Козьма Прутков, изобретатель. Мысль № 459

Правила для того и существуют, чтобы их нарушать.

Устойчивое мнение школьников младших классов

Остановись, озарение! Хочу тебя сфотографировать и разместить на своем веб-сайте.

…

И чего нельзя бурить зигзагами?

Искреннее недоумение бурильной установки

Зигзаг достоин отдельной главы. Многие, проходящие стандартный психогеометрический тест по методике Сьюзен Делингер, зигзаг даже не представляют и не принимают за фигуру. Ну что ж, будем считать зигзаг неким объективным визуальным явлением, графически легко отображаемым и встречаемым к тому же нередко в природе. Многими – не всегда с восторгами, особенно если в чистом поле или в утлой шлюпке на воде. Речь идет о молнии. Той, которая не шаровая. И порой рассекающая чернильно-синее небо напрочь пополам, с заоблачной высоты до земной тверди. Может, это наша матушка-Земля омолаживается за счет немереных энергий Вселенной? Или происходят во всех сферах планеты какие-то кардинальные изменения, нам доселе непонятные?

Молния с давнейших первобытных времен всегда завораживала человека. Было страшно и жутко красиво одновременно, необъяснимый восторг наполнял душу и заставлял трепетать сердце, дышалось очень легко и опьяняюще. Казалось, человек был приглашен на некий грандиозный пир между небом и землей. Такое уже не забудется никогда, как и рожденный молнией огонь – особое состояние вещества. От костра мы тоже порой подолгу не можем оторвать взгляд. Древнескандинавские жрецы, видимо, гораздо больше нас знали о силе и возможностях молнии, огня, камня, земли, растений и т. д. Они же придумали магические знаки – руны, дающие человеку ключ к реальному могуществу. Одна из них – руна SOL (СОЛ), и ее изображение – типичный зигзаг (рис. 10.1). Руна СОЛ является «солярным» знаком, оттуда и ее название, т. е. носителем солнечной энергии. «СОЛ – просветляющая сила, позволяющая воспринимать вещи и ситуации в их истинном виде. Она дарует внутреннее озарение, позволяющее нам заглядывать далеко вперед. Это сила, активизирующая нашу духовную энергию и высвобождающая наш внутренний потенциал»[6].

Автор с уважением относится к Кеннет Медоуз, однако визуально руна явно напоминает именно разряд молнии! Но уж никак не прямолинейные лучи от солнечного диска. Порождаются ли молнии нашим светилом, мы тоже достоверно утверждать не можем. Знаем, опять же из легенд и преданий, что древнескандинавские шаманы, а особенно кельтские друиды старались максимально приблизиться к эпицентру бушующей грозы. И там, буквально в нескольких шагах от разряда, их поджидало озарение. И обретение новых возможностей. Если, конечно, они умудрялись уцелеть и потом вернуться, дважды перешагнув барьер. Вполне осязаемый и зримый, кстати. Меняется не только химический состав, но и сама плотность воздуха. Вполне возможны аномалии любого вида, которые отнюдь не окажутся чисто психоделическим эффектом. Магия проявляется реально и де-факто. Вот только почему-то не поддается «позитивистскому» воспроизведению в научных лабораториях.

ВЫНУЖДЕННОЕ ПРИМЕЧАНИЕ ПО ХОДУ. Двойное изображение руны SOL было официальным знаком-тотемом членов СС гитлеровского Рейха.

Видимо, для более надежного обретения некой сверхсилы. Об этой тайной организации ходит ныне множество легенд, предположений, гипотез и мифов. С уверенностью можно утверждать лишь одно – элитные войска СС, по мнению фельдмаршала Эриха Манштейна (см. его мемуары «Утерянные победы»), проигрывали в боевом мастерстве лучшим частям вермахта. Зачастую несли необратимые потери и искусством маневра не отличались. Зато снабжались военной техникой по высшему разряду. И все же не победили. Двойная руна SOL так им и не помогла, хотя, вполне может быть, без нее было бы еще хуже.

Но вернемся к «классическому» зигзагу, один из вариантов которого используется в психогеометрическом тесте Сьюзен Делингер. Присмотритесь к этой фигуре (рис. 10.2). У нее предельно четкая (далее уж некуда!) траектория движения, так и кажется, что линия зигзага высечена, выжжена, начертана, но уж никак не выложена. Здесь нет мягкости и плавных обводов. Углы не просто обостренные, они режут и рассекают внешнюю среду. У зигзага, заметьте, совершенно нет законченности. То бишь бесконечный бой, ибо конечной цели никто не может предвидеть, а уж тем более ее достичь. Привязка к некоему фундаменту либо базис также отсутствует. Зигзаг, по большому счету, может разрядиться и в бесконечной пустоте. Если надо, используя энергию все той же пустоты. Пространство и информация – вот источник порождения его силы. Очень мощной и неукротимой силы. Вставать на ее пути не только чрезвычайно опасно, но зачастую и бессмысленно. Предотвратить разряд зигзага, как и молнии, вы не сможете. Для этого нужно со стопроцентной точностью знать место, время и способ, как это произойдет. По сути, наперед знать то, чего не ведает и сам зигзаг. Ибо истинное открытие всегда непредсказуемо. Но оно все же реально свершается, по образному выражению отца кибернетики Норберта Винера, «преодолением пропасти в два прыжка».

ПОРТРЕТ ЗИГЗАГА И ТЕХ, КТО ЗАВОРОЖЕН МОЛНИЕЙ. Зигзаг – воин и изобретатель одновременно. Изначальный бунтарь из глубин своей души по зову сердца. Лютый враг любых стереотипов и догм. Работающий прежде всего по наитию. Что не мешает ему четко оперировать традиционным логическим стилем мышления (прямолинейность линий!), равно как и поведения. Последнее надо подчеркнуть особо. Ибо большинство воинствующих изобретателей легко шли не только против социума, но и наперекор своей судьбе. Дух сопротивления изначально присущ такому характеру. Хотя до поры до времени он может быть латентно скрытым и вы даже не будете догадываться, с кем по-настоящему имеете дело. Но когда наступит тот высокий момент озарения – все держитесь! Щадить среду, близкое окружение и в первую очередь самого себя зигзаг не будет. Он искренний и безудержный фанатик реализации идеи. Заметьте: даже не самореализации, а именно идеи или открытия, которое он сделал. И если кто-то станет помогать такому человеку, тот в ответ не поскупится на благодарность. Зигзаги всегда верны спутникам по жизни, если те также им преданны. Предательства они не потерпят, но мстить и преследовать не станут – зачем воевать с теми, кто их бросил и остался где-то позади? Зигзагу всегда есть, чем заняться. Он устремлен исключительно к тому, что еще не реализовано. Первопроходец. Учтите, жить с ним трудно, но не скучно. Работать и сотрудничать также не легко. Резкости, вплоть до раздражительности, хватит на всех. К компромиссу по поводу отказа от реализации идеи абсолютно не склонен. Зато есть один несомненный плюс в характере и поведении зигзага. Это абсолютная толерантность и терпимость к тому, что находится вне фокуса его устремлений. К тому же в быту такой человек весьма непритязателен. Честен. Лишнего не возьмет, на чужое не позарится. Открытый, ведет себя естественно в любой ситуации. Зависти нет и в помине, и завистников зигзаг на дух не выносит. Мелочных и жадных аналогично. Не «психоманипулянт». Страшно не любит плести интриги и к подковерной «грызне» относится с равнодушным презрением. Все равно его не переиграть. До крайности смел и самоуверен в том, что считает своим призванием и своими возможностями. И при этом – никакой установочности наперед. По принципу – будет бой и там увидим. Но вот для реализации своих идей нуждается в талантливых администраторах. Сам же безоговорочный лидер в команде. Привык выигрывать, поэтому себя и своих соратников в депрессию не заведет. А выигрыш для всех может оказаться огромным. Хотя зигзаг все может попытаться сделать и в одиночку. Такая уж неуемная натура.

КОГО ПОРАЖАЕТ МОЛНИЯ, или ЗИГЗАГ И ДРУГИЕ ФИГУРЫ. Вы же понимаете – другим фигурам трудно зигзагу чем-то помочь. По большому счету, он и не нуждается в их поддержке. Его стиль, образ мыслей, методы попросту не имеют аналогов. Впрочем, единственный аналог есть – спираль. Сравните. Обе «не фигуры», без базиса, непрерывно движутся в своем развитии. Траектории только разные. У спирали они нелинейные и здесь гораздо больше иррациональности. Но самое главное: спираль имеет конечную цель и при этом не «будоражит» среду. Зигзаг, если бы и хотел, все равно так не сможет. В подобном тандеме как раз спираль формально откажется от сотрудничества с зигзагом. Зачем ей разрушительно озаряющая сила молнии? Спирали не нужна ломка стереотипов, она вместо этого предлагает собственный совершенный продукт, который вне конкуренции. Что подсознательно может не понравиться зигзагу. Как-никак конкурент в созидательных возможностях. Однако ситуация еще хитрее. Спирали весьма выгодно, чтобы ледоколом старого и всего набившего оскомину был именно зигзаг, он, может быть, даже сам того не заметив, отбросит в сторону руду с алмазами в погоне за своей фата-морганой. Вот здесь-то спираль подсуетится и начнет немедленно доводку поначалу невзрачных камней до состояния изумительных брильянтов. Для спирали ведь главное угадать, учуять и далее упорно не сходить с пути, все более совершенствуя продукт. По сути, спираль – скупщик патентов зигзага. Но чтобы работать тесно и открыто в паре, то – нет-нет. К тому же зигзаг рано или поздно обязательно перейдет к своему новому открытию. Шлифовка не его призвание. Кто-то должен разламывать стену, удел других – собирать камни и что-то из них придумывать. Зигзаг как раз и есть камнелом.

С другими фигурами зигзаг особо не церемонится. Правда, треугольник выстоит и выдержит удар. Треугольная пирамида аналогично. Легко и даже естественно представить разряд молнии на вершине пирамиды. Здесь – равное противостояние и даже взаимное уважение столь разных по своей природе фигур. Сила разряда встречает монолитную силу. Каждый проверяет на прочность себя и свои возможности. Что, несомненно, укрепляет.

С шаром взаимоотношения посложнее. Шар избегает прямого столкновения с молнией. Однако он может ее. порождать! В самом ядре, в зоне максимального сжатия, как уже говорилось, происходит трансформация энергии и информации, в результате чего может открыться выход в другое измерение. Почему бы не путем зигзага-молнии? В какой-то степени можно утверждать, что как раз внутренняя глубина шара идет навстречу зигзагу. А так, что может быть общего у идеологического института и силы, которая не признает никаких идеологий и опровергает все догмы, ища прорыв совсем не там, где указано? Зигзаг для «классического» круга и шара – опасный еретик.

Массу проблем доставляет зигзаг и квадрату. Зачем прочно обоснованной административно-иерархической структуре еще какие-то неожиданные и весьма рискованные прорывы? Квадрат не станет рисковать своими активами и нажитым положением ради опасных авантюр зигзага. Стремительно пикирующий журавль в небе ему и даром не нужен, если есть своя синица в руке. Не сойдутся во взглядах на жизнь и в характерах.

С шестиугольником еще большее отторжение. Представить зигзага в корпоративной униформе так же нелепо, как коршуна – на бройлерной фабрике, послушно склевывающего зернышки в кормушке. Однозначно враги по духу. Однако шестиугольник всегда не прочь первым завладеть секретами зигзага. Последнему нужно быть очень осторожным. Иначе он исчезнет, а его изобретения обретут гриф «допуска нет». Шестиугольнику нужна только контролируемая развивающаяся стабильность.

С ромбом бой не на жизнь, а на смерть. Без преувеличений. Зигзаг никогда не потерпит диктата над собой. Тем более там, где он всесилен. Почитайте, как расправился инженер Гарин с мультимиллионером Роллингом (роман Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина»). У последнего шансов никаких. Выигрывает не просто сильнейший, но тот, у кого впридачу более мощное оружие. Плюс бесстрашие. В век, которым правит золотой телец, чувство подзабытое. Каждому есть, что терять, но зигзаг вспять не поворачивается. Может быть, на свою беду.

НЕ ВЛЕЗАЙ – УБЬЕТ! или ЦВЕТ МОЛНИИ. К высоковольтному трансформатору и в сухую погоду неохота близко подходить. Красная молния однозначно убеждает отступить подальше. И то верно, если не хочется в одночасье превратиться в факел. С зигзагом шутки плохи. Особенно если он алого либо красного цвета.

Золотистый и желтый зигзаг обнадеживает. Природная молния именно такого цвета. Есть шанс разрешения многих проблем. Поначалу хотя бы как шаг вперед. Но в нужном направлении. Дальше будет легче. Варианты придут сами собой.

Серебристая молния слишком холодная и жесткая. Лишенная всяких переживаний. Свою цель достигнет в любом случае. Вот только радостно не будет.

Черный зигзаг слишком демоничен. Хотя в редких и крайних случаях по-другому, может быть, и не получится. Сама фигура и цвет в какой-то степени противоречивы. Зигзаг экспансивен, черный цвет тянет в глубину. Однако идея разрушить старое и выйти к барьеру неизведанного в данном случае их объединяет. Сильный и опасный тандем.

Зеленый зигзаг все же нонсенс. Как некая окаменелая рептилия, которая в свое время была эволюционным явлением. Жестко и строго по правилам – это не для зигзага. Нет главного – свободы. Без нее зигзаг себя проявить не сможет.

Интересен белый зигзаг. Он позволяет избавиться от оков и догм прошлого. Обрести хотя бы шанс или просто испытать желание вырваться навстречу неизведанному будущему. Возможно, даже с риском для сегодняшнего дня. Ну а если иначе не получается? Человека на неожиданные поступки не всегда толкает необдуманность. Пришло время что-то кардинально и быстро менять. Вряд ли будет хуже.

Фиолетовый, малиновый, пурпурный и синий зигзаги своеобразны и весьма гармоничны. Привносится что-то особенное, личностное, чувственное. Разрушающая сила изломов зигзага смягчена рефлексивностью. Появляется внутренний, более глубокий смысл. Не все, что так жестко, – однозначно. Неровен час, зигзаг в такой расцветке задумается о последствиях своих открытий. И начнет воспринимать окружающую среду. А там и до симпатии недалеко.

Теперь уместно уделить толику внимания ВОЛНИСТОМУ, или МЯГКОМУ, ЗИГЗАГУ (рис. 10.3). В отличие от классического острого зигзага, у него изгибы траектории максимально смягчены. И если острый зигзаг преодолевает пропасть в два прыжка, то волнистый словно проплывает ее по воздуху. Метод, по сути, один и тот же, а вот стиль несколько различен. Понаблюдайте за движениями ужа или гадюки, плывущих против течения в речной протоке. Красиво, грациозно и с минимальными усилиями при движении. В народе так и говорят: плывет «змейкой». Знать бы только, куда. Впрочем, конечная цель для зигзага не суть важна. Здесь смысл бытия кроется в самом движении. Ведь не каждому дано не разбиться о житейские рифы, не увлечься пенящимся прибоем, но следовать в тугих струях куда-то по зову души. Первоначальная сверхзадача – найти именно ту живительную струю, поймать «свою волну». У мягкого зигзага это как раз получается. Среди представителей подлинного искусства их немало. «Мы бродячие артисты.» К революциям и эпохальным катаклизмам такие люди не стремятся. Всегда наготове компромисс, но только не тот, на который вы рассчитываете. Все-таки зигзаг. Он сможет найти разрешение проблемы мирным и продуктивным путем. Представьте, насколько ценны мягкие зигзаги в конфликтных ситуациях! В коллективе их искренне любят. За мягкость и. талант. Банальщина к ним не пристанет. Скучно жить, господа, без добродушной иронической улыбки. Мягкий зигзаг догадывается, что будет завтра. Он как раз над этим трудится.

Глава 11. Осязаемая трансценденция – свод, арка, чаша, подкова, полумесяц

То, что неосознаваемо, – и есть наиболее действительное.

…

11.1. Под сенью арки

Кто самые лучшие альпинисты и водники? Чукчи и эскимосы. Иглу, яранги, каяки и стали прообразом современных альпинистских палаток, байдарок и прочего туристского снаряжения.

…

Под сводами эхо отзывается теплее и дружественнее.

Пометка спелеолога

Можно построить шалашик. А можно вырыть пещерку. Выбирай.

Любовное предложение времен палеолита

Перед входом во храм, пригнитесь в поклоне, чтобы потом взлететь душой под купола и узреть божественное.

Истинно для всех религий

Вначале небольшая преамбула. Сводом в архитектуре и строительстве называют выпуклое по форме перекрытие потолка. Своды могут быть различной конфигурации: цилиндрической, округлой купольной, перекрестной и т. д.

Свод как строительная конструкция известен со времен каменного века. Проведите эксперимент, правда, несколько трудоемкий для современного гомо сапиенс. Выройте собственноручно маленькую пещеру где-нибудь на приглянувшемся склоне. Получится именно сводчатая пещера. Прямой «квадратный» потолок либо обрушится, либо попросту не получится. Незаметно для его «прямолинейного» зодчего. Свод как конструкция обитаемого для человека пространства непосредственно и очень прочно записан в нашем архетипном подсознании.

Арка (от лат. arcus – дуга) – выпуклое перекрытие входа в стене, между двумя колоннами для обрамления торжественного проезда и пр. Арка – более поздний вариант свода, времен римской эпохи. Пламенеющий расцвет в готической архитектуре. Ренессанс в классицизме. И так далее, до дней сегодняшних и, весьма вероятно, грядущих.

Аркада – это ряд одинаковых арок, ведущих в определенном направлении. И арка, и аркада – весьма распространенный элемент логотипов.

Ну а купол более сферический, перекрытие в виде полукруга. Купольное пространство также почему-то необыкновенно притягивает человека, точнее, влияет на его душевное состояние. Под сводом, аркой, куполом всегда приятно находиться. Это не требует доказательств, убедитесь сами. Пойдите и постойте. И сравните с ощущением пребывания в прямоугольном пространстве с ровным потолком. Даже если, простите, это не «хрущевка», а высокопотолочная «сталинка» либо современный модерн «хатынки». Со сводом им все равно не сравниться. Так что ройте для душевного комфорта еще попутно и пещерку со сводчатым потолком в месте, где благодатная глина либо песчаник. Сгодится также известняк. Прочие породы более тяжелые для обработки и более ответственные для восприятия, что не всегда эквивалент «благодатному». Впрочем, в любом месте и из любого материала свод или арка повлияют на человека сугубо положительно. Проверено нажитым опытом человечества. Итак, в чем секрет, а лучше сказать, суть «несокрытой истины»?

Эффект кроется в организации пространства. Сводчатого, подкупольного, арочного и другого подобного, скажем, той же перевернутой чаши. Начнем с того, что перекрытие подобного типа не придавливает стоящего под ним человека. Наоборот, поднимает ввысь, влечет к чему-то. Но это точно не есть сам потолок. На нем можете смело нарисовать горнее небо, либо лики святых. В любом случае это будет некая четко очерченная граница, предел, пусть и ввысь. Впрочем, сделайте в основании купола прорези для света и сводчатое перекрытие всплывет в лучах озарения. Но в пещере или яранге свод освещается внутренним светильником. И все равно хорошо, совершенно не чувствуешь себя в замкнутом давящем пространстве. Оно, пространство, словно раздвигается в некий выход. Так оно и есть. Трансцендентальный, но вполне реальный выход. Абсолютно четкая точка в системе трехмерных координат. Парящая в пустоте под сводом. Хорошее, что бы там ни судачили кумушки, само слово «сводить». Не только скрепить камнем– замком либо другой распоркой полукруг потолка, да так, чтобы на века, а то и тысячелетия, но и привести человека к истине его возможностей, может быть, открыть доступ к самой сущности бытия. Каждый прочувствует это по-своему, но все проявится очень даже реально. Точно так же, как существует сам центр круга, вписанного в свод. Ведь сам по себе свод – это, по сути, раскрытое и очень прочное на самораспорке полукружие. Но у полукружия, как и у круга, есть свой центр. Только здесь он парит в воздухе (рис. 11.1). В пустоте. Которая более чем реальна. Как и «выход» через точку. Свод нас приводит к ней, желаем мы того или нет. Дальше, как говорится, по возможностям и по судьбе. Но «воспарить» хоть на мгновение придется. Все земное, дольное, корыстное, прагматичное, злобное, завистливое и прочие «достоинства» нашей сути вдруг куда-то денутся. Интересно, с чем приблизимся к этой вроде бы неосязаемой точке? Однозначно вернемся на грешную землю уже чуть налегке. За что и должны быть благодарны своду. Мы вышли из своего текущего суетного состояния и ощутили наяву куда более существенные явления. Так появится шанс не только изменить ход мыслей, событий, но, может быть, и саму свою судьбу. Либо неожиданно для всех хоть на время прервать кармическую цепочку. Откроется возможность ее подправить. Что во все времена дорогого стоит.

Еще один важный момент. Конфигурация свода такова, что он сохраняет. Как покрывало. Ведь все мы в детстве, а то и в житейских невзгодах непроизвольно принимаем форму зародыша и прячемся под одеяло. Свод действительно эргономичен. Он хорошо удерживает тепло, создает уют и дает чувство безопасности, в котором мы порой так нуждаемся. Но, в отличие от овоида или шара, свод не настолько замкнутый. Все-таки полусфера. И чем ниже она покоится на своем основании, тем больше защиты. Тогда точка сборки находится на уровне пола, там, где обычно разводят очаг (рис. 11.2). Человек может часами без устали и скуки смотреть на огонь. Здесь объединено и то и другое.

Своего рода антиподом является арка стреловидная, распространенная в «пламенеющей готике» (см. рис. 11.3). Своим профилем чем-то сильно напоминает ракету, устремленную ввысь. Где-то так и есть. У стреловидной арки несколько собирательных точек. Они расположены одна за другой вертикально вверх, представляя центры полукружий, и тянутся к самой вершине арки. И естественно, влекут за собой человека, шагнувшего под стреловидный свод, который к тому же прорезан цветовыми витражами и окнами. Нарастающая динамика возвышения здесь очевидна. Добавьте еще органные хоралы. Воистину: то, что ищет человек, он не обретет, потупив свой взор к одной лишь земле. «Пламенеющая готика», пожалуй, одно из самых сильных проявлений человеческого духа, устремленного ввысь. Где-то там, в вышних небесах, быть может, нам уготовано обетованное счастье и одновременно дерзновенный умиротворяющий покой. Быть может.

ЧЕЛОВЕК ПОД СВОДАМИ. Это сильная ищущая личность, стремящаяся к выходу за пределы привычного мира вещей и порядка. То, что мы обычно и называем «трансцендентным влечением». И не обязательно в виде религиозного чувства. Скорее даже наоборот. Строгая иерархия церковности с непреложными догмами вряд ли привлечет мятущуюся душу. В казарменный строй их также не загонишь. Это люди мягкие, ранимые, тонко чувствующие. Хотя не слабые и совершенно лишенные трусости. Просто свод им дает покой, умиротворение и в то же время стимулирует развитие душевных порывов. Наиболее активные и деятельные будут, конечно, тяготеть к готическому стилю. Влекомые душой и сердцем выберут купольный. А кто-то захочет спрятаться хоть на время в уютной пещерке и «не помнить про время»*. Только это не будет напоминать бегство. Наоборот, собирание патронов для будущего боя. У арки нет агрессивности, но это очень прочная конструкция, могущая постоять за свои идеалы. Ну а со «стреловидной» все же лучше по-крупному не ссориться. Люди, обретающие что-то для себя под сенью сводов, не мелочны и не мстительны. Просто вы можете их потерять для себя. Что куда больней, нежели победа или поражение. Выход за пределы нашей маленькой «ойкумены» всегда непредсказуем. Люди, стремящиеся под своды, могут позволить себе сделать шаг к точке. Они ищут ее. Это, опять же, отнюдь не фанатизм. Не попытка обвинить кого-то либо доказать что-то. Подлунный мир все равно останется прежним. Что-то произойдет лишь только с теми, кто нашел время, место и способ. Арка и свод теплые и сберегающие. Поэтому попыток и шантажа суицидом не будет в принципе. Человек попытается жить очень плодотворно. Может быть, чуть по-другому, нежели остальные. Ненаказуемое ведь не запретишь? В творческом плане эти люди действительно весьма плодотворны. Не эгоистичные и не самовлюбленные. Отдавать свою любовь близким для них самое большое благо на земле. Маргарита отчасти за то и влюбилась в Мастера. Он был всецело человеком такого типа. Под куполами иногда дарят бессмертие.

А теперь особое NB! Вы на свою беду можете столкнуться с компенсаторным явлением. В таком случае будьте очень осторожны. Жесткие и властные, деспотические натуры зачастую стремятся «под купола», чтобы красиво покаяться в содеянных грехах. В другом месте им уже просто невмоготу выносить самих себя. Вот и ищут Бога и спасения на стороне. Не попадитесь под их жесткие жернова. Делегировав свои прегрешения своду, немного отдохнув, они, скорее всего, опять примутся за старое и привычное ремесло повелевать и использовать других людей. Покалеченных судеб будет много.

ЧТО ПОД АРКОЙ, или ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Арка под свои своды может принять любую фигуру, но степень взаимной комфортности будет различной. Скажем, для стреловидной арки вытянутый по той же линии оси конус, пирамида, ромб и треугольник будут очень даже к месту (рис. 11.4). Своды арки их как будто «потянут» ввысь за собой, добавив при этом фигуре дополнительный смысл бытия. А вот квадрат, как ни старайся, увлечь запредельными высотами не получится. Трудно тянуть из болота бегемота. Квадрат будет рационализировать, сопротивляться всей своей структурой, тяготеть к базису и т. д. А что над ним свод, он не против. Есть надежная крыша. Тем более что квадрат развивается медленно и разрушит оберегающие его своды он не скоро. Вот такой односторонний прагматический «симбиоз». Шестиугольник куда более рьяно не согласится идти «под крышу». Где это видано для корпоративной структуры? Да, мозаичный пол из шестиугольников вряд ли будет гармонировать с подкупольным пространством храма. Что касается пятиугольника, то он еще более активно будет атаковать своды. У него ведь ударный угол и своя собственная идеология. Иная метафизика ему не нужна. Если вы поместите шар под арку, то получится двойственный эффект, который не суммируется, во всяком случае легко и естественно это не получится. Придется переключаться, так как у арки и шара свои центры притяжения (рис. 11.5). Тем не менее конфликт не возникает. Шару комфортно под полукруглой «крышей», а свод будет увлекать тех, кто сумел пройти и выйти из зоны притяжения шара. Пожалуй, человек обогатится уникальным опытом, вот только вернуться обратно «в шар» он уже не захочет.

Молния внутри арки или под сводами? Невероятно захватывающе и столь же, если не более, опасно. Сошлись две фигуры, которые вам не просто откроют дверь в неведомое, а зашвырнут туда, простите за выражение. Возвращение ведь совершенно не гарантированно! Что приобретете, узнаете тоже лишь по факту, когда менять что-либо будет поздно. Вы готовы?

Инкорпорируется арка в другие фигуры довольно-таки легко, но не всякие фигуры допустят, чтобы вовнутрь к ним можно было проникнуть под сводами, да еще с иной идеологией. Как ни странно это кажется на первый взгляд, но для прямоугольных фигур (квадрат, куб, прямоугольник, параллелепипед) наличие в их структуре арки почти что спасение от сухого рационализма. Появляется шанс на выход в нечто иное, более возвышенное и трансцендентное, но при этом общая господствующая геометрическая прямолинейная структура все же сохраняется и «вроде бы» доминирует. Именно по этому принципу построена римская триумфальная арка (рис. 11.6).

Арка внутри круга приоткроет вход к закрытому центру, что, несомненно, напрочь перечеркнет эту замкнутую тотальность. Но еще лучше будет смотреться анфилада арок (рис. 11.7), показывая, что достичь заветного центра можно лишь путем восхождения. Идея красивая.

Зато другие фигуры не столь радостно будут приветствовать арку внутри своей структуры. Ромб, наверное, первый из них. Не отстает от него активным неприятием арки и шестиугольник. Им и даром не надо никакого входа внутрь себя, и никакой другой трансценденции, кроме собственной, они тоже не примут. С этими фигурами никак не договоришься. А вот пятиугольник, по примеру квадрата, может приоткрыть сводчатую дверцу в зоне базиса. Если она, конечно, будет небольшой.

Треугольник арке обрадуется меньше, монолитность во все стороны все-таки есть монолитность, и она не должна нарушаться. А вот конус и пирамида с удовольствием и к месту примут сводчатый вход. Еще неизвестно, куда он приведет. Ведь вся сокрытая истина пребывает на вершине. А вот в поступлении энергии и информации пирамида и конус всегда нуждаются. Арочный вход здесь своего рода ловушка-приглашение. Может, кому-то и повезет достигнуть вершины и пережить там настоящее перерождение. Дерзновенному удачи!

ПОД ЛАЗУРНЫМ СВОДОМ, или ЦВЕТА АРКИ. Великий Тимур тяготел к голубому или ярко-синему цвету. Арки и купола мечетей и прочих зданий Самарканда, их внутренние своды в эпоху его правления обязательно отделывали бирюзой и окрашенной керамикой. Такая арка легка и привлекательна, а синий цвет умиротворяет душу и зовет ее к прекрасному, вечному, позволяет отрешиться от суетных дел, как бы соблазнительны те ни были. Своего рода чисто компенсаторный механизм для жестокой психики Тамерлана. Да и жителям столицы было не так страшно жить бок о бок со столь беспощадным и в то же время просвещенным правителем. Глубокий синий ведь добавляет мудрости, понимания и терпения. Легкий голубой настраивает на мир, дружелюбие и прощение. Примечательно, но только столица и дворцы великого хана удостоились синего цвета. Над всей остальной империей и ее соседями – занесенный карающий бич. Цвет походных шатров великого хана всех монголов, по традиции, был пурпурным. Для правителя выбор цветовой гаммы идеален. В таком шатре гости будут чувствовать себя вполне уютно и проявлять почтительность к хозяину. А тот не позволит себе необдуманных резкостей и срывов.

Как минимум выслушает, перед тем как казнить. Впрочем, есть шанс, что своды все же смягчат ситуацию и хан проявит свою милость. Иное дело в бранном поле или в тронном зале, где потолки так высоки, что их и не видно.

Тадж-Махал выстроен из белого мрамора. Ранним утром его пять белоснежных куполов окрашиваются нежно-розовым цветом. Вечером мавзолей становится на время лиловым. Белая арка словно приглашает войти под ее своды, белый цвет которых как нельзя лучше передает идею реинкарнации, состояние перехода и обретения надежды на что-то новое. Возвращаться в прошлое и даже отчасти в настоящее, пройдя белую арку, – неохота. Лиловый и розовый – цвета любви и нежности, которой в последнее время так не хватает в этом мире. Нежная любовь – чувство, которое выразимо, но до конца не может быть испито. Парящие в небе и отражающиеся в воде купола Тадж-Махала именно это и хотят нам передать. Султан Шах-Джахан отнюдь не нам, а своей рано ушедшей из жизни горячо любимой жене Мумтаз-Махал посвятил свои чувства. Он искренне жаждал встречи с любимой в любом другом месте времени и пространства. Чтобы только больше не разлучаться. Под куполом нежно-белой арки не просто веришь, но и можешь обрести другую жизнь.

Серая арка позволит войти и очень тонко прочувствовать иное состояние. «Шумовая» экспрессия чувств и порывов будет приглушена. Зато то, что идет из самых глубин души, будет услышано. И получит шанс быть реализованным.

Алая и красная арки – нонсенс, ибо это уже нечто другое. Внутреннее пространство «работать» не будет. Излучать энергию, причем крайне экспансивную, начнет внешний обод арки. Таким образом, алая арка превращается в своего рода мощный излучатель (см. рис. 11.8). Но подпитка идет как раз изнутри.

С желтым или золотистым цветом аналогично. Только экспансия вовне гораздо более жизнерадостная и благожелательная. Это уже так называемая эманация, т. е. истечение энергии без ее уменьшения. Желтая и золотая арки действительно олицетворяют успех и богатство, которое придет благодаря. вдохновению души. Пример – служители муз, которым после долгих мытарств с какого-то момента именно их творчество дало счастливую возможность более никогда не бедствовать.

Зеленый свод неподвижен. Кажется, застыла и сама пустота. Полная консервация у порога трансценденции. Чем цвет не пригож для мавзолея? Вот только живым там будет несколько дискомфортно, тоскливо и гнетуще. Тем радостней окажутся объятья мира вне «усыпальницы».

Черная арка, безусловно, магически чрезвычайно сильно притягивает. Однако здесь будет воздействовать больше сам свод, нежели «точка», парящая в воздухе. Черному своду нет сил сопротивляться, но тот, кто при этом сумеет сохранить себя, получит желанное. В принципе, сработает и сама «точка». Магия темной пустоты, заключенная под сводами, поистине беспредельна. Только не у всякого получается ее использовать. Все зависит от внутреннего мира человека.

11.2. Испить чашу до дна и прибить на счастье подкову

Что есть чаша? Это пустота в виде формы, которая временами изгоняется напитком.

…

Эх, зачерпнуть бы кружкой, да шампанского!

Гусар поутру

Меня уважают, возят и на руках носят.

Полковой котел

Завоеванные кубки на переплавку! Изгоним дух и память о враге!

Приказ античного триумфатора

Хотите полноты счастья? Купите сначала лошадь, а уж потом под нее подкову.

Цыганское кредо

По большому счету, купол – это перевернутая чаша, поскольку чаша в человеческом обиходе появилась гораздо раньше купольного перекрытия в архитектуре. Впрочем, первобытный человек эпохи палеолита одновременно сооружал примитивные сводчатые жилища и использовал скорлупу плодов в качестве посуды. Позже появится глиняная, ручной лепки. Чаша, чашка, кружка – мы не мыслим своего быта без них. Не пить же из пригоршни (хорошо хоть не лакать). Сейчас это просто «обиходная утварь», хотя во все времена чаша несла в себе более глубокий, магический смысл. Оттуда – испить чашу до дна. Хотя не в самом дне кроется истина, там, простите, как раз оседает осадок. Дно – это конечная, завершающая точка.

Классически круглая чаша – это перевернутая вверх полусфера. Сфера состоит, по сути, из ряда окружностей, у которых есть свои центры (рис. 11.9). Таким образом, чаша по строению действительно аналогична купольному своду. Эти точки (окончательная на самом дне) и содержат в себе главный смысл чаши. Они ее суть. Все, что будет в нее налито или насыпано, переструктуризируется под воздействием точек центра и стенок чаши. Так что важно не только, что налито, но и во что. Содержащее добавляет сущности содержимому. В наш век сугубо утилитарного прагматизма об этом как-то не задумываешься. Может быть, отчасти поэтому ныне в таком почете пластиковые стаканчики.

Чаша – всегда позитивное вместилище. Она максимально сохранит и усилит все индивидуальные качества того, что содержится в ней. Люди, которым нравится символ чаши, ищут более глубокий смысл в окружающем их мире. Это необязательно мистики, но что-то роднит их с врачевателями. Уловить суть и ни в коем случае не растерять ее в дрязгах и заботах обыденности. Чаша идеальный накопитель чего-то стоящего. Но заметьте – это не закрытый сосуд! Так что рано или поздно все же придется испить чашу до дна. В этом вторая миссия чаши. Подсознательно она подготавливает человека к чему-то более важному в его жизни. Потребуются поступки, действия, решающий шаг. Чаша к тому призовет. Люди, пригубившие из нее, готовы брать ответственность на себя. Без излишней патетики и совершенно без агрессивности. Но вряд ли они откажутся от толики того, во что веруют и на что полагаются. Это – как жребий, и понапрасну от него не убегают. Во всем остальном, в том числе и в делах, на них можно целиком положиться. Все, что идет от души, чувств и сердца, они сделают. Заметьте: «чаша» и «чувство» на один и тот же звук откликаются. Можете смело назвать таких индивидуумов ярыми антирационалистами. Их сейчас немного, но они живут.

Чаша приемлет внутри своего пространства любую фигуру. Ей изначально присуща глубокая толерантность. В чаше всяк может раскрыться в полноту своей сути. Но резкость, жесткость и категоричность при всем том заметно смягчается. Без размытости и расплывчатости, поскольку чаша обладает свойством сборки и сохранения. При этом не исключена некоторая метаморфоза преображения. Не в ущерб помещенной фигуре.

Изображение чаши внутри какой-либо другой фигуры всегда более желательно, нежели наоборот. Даже предельно жесткий ромб как-то «очеловечивается». Треугольник не ослабляется, а обретает дополнительно глубокий смысл – драться за идею, причем без агрессивной стойки к бою. Чаша внутри квадрата – загадка для психоанализа. Что там бережно хранится и сокрыто внутри насквозь линейно-рациональной структуры, для которой даже простые сантименты уже душевный подвиг? Чаша гуманизирует корпоративную поступь шестиугольников. А круг станет менее тотальным и тайным в своей идеологической доктрине. Чаша все-таки сосуд открытый. Испив ее до дна – только так можно достичь вершины пирамиды. Овоид свою чашу дарует отведать лишь самому достойному. И тогда сбудется предначертанное.

Цвет для чаши весьма значим, но никогда не бывает неподходящим, либо неприемлемым. Хрустальная чаша заставит напиток играть неповторимую симфонию оттенков и цветовых ощущений. Простое стекло сделает сосуд невидимым, а то, что в нем помещено, осязаемым. Белый цвет невероятно сильно актуализирует сам процесс наливания или помещения чего-то в чашу, ведь до того момента было лишь – ожидание. Бирюза привнесет щемящее чувство слияния. Просто так сойти с пути окажется душевно сложно. Придется пригубить еще не раз, чтобы прошло смятение чувств. Нефритовая чаша окажется идеальной для сохранения и оберегания, она не даст целостности распасться. А выточенная из гранита привнесет уверенное спокойствие и непредвзятость. Серебряная чаша добавит твердости духа и стойкости. Золотая – принесет удачу и успех, не требуя чрезмерной платы. Зато черная обсидиановая – мобилизует все, что только можно выставить на барьер. Черная чаша укажет путь и даст силу там, где, казалось бы, нельзя выжить. Иногда бывает и так.

ПОДКОВА своей формой напоминает арку. Фактически тот же полукруглый свод с боковыми отверстиями, чтобы можно было подковать коня. Подкова испокон веков считалась оберегом. Она приносила счастье и удачу тому, кто ее найдет или прибьет над дверью своего жилища. Вот только не стоит символ подковы, дающий надежду и опору, разрушать изображением восклицательного знака, как это в «помаранчевое время» сделал известный политический деятель в Украине (рис. 11.10). Следовало бы уже знать, что символы, подобно амулетам и талисманам, воздействуют на ход событий самым непосредственным образом. Очень опасно, будучи несведущим, заигрывать с подобными вещами. Разрушив свод подковы, в буквальном смысле, разрушаешь благоденствие и смысл своего бытия. Есть только какой-то деструктивный сигнал восклицания. Эйфория пройдет, деструкция останется и начнет свою разрушительную работу. Что и стало со страной по имени Украина. Когда пишутся эти строки, украинский народ сделал свой новый выбор. «Достопамятный» знак покамест вошел в анналы современной истории.

Перевернутая подкова напоминает чашу (рис. 11.11), только несколько более закрытую. Такую форму часто придают бокалам, чтобы подольше сохранить букет вина или другого напитка. У подковы очень хорошо получается беречь от травм и перегрузок копыто коня. А где здоровый конь, там достаток и трудолюбие. Человек живет в согласии со смыслом своего бытия. Нам бы иногда так.

Подкова традиционно серого либо даже темно-серого цвета, темная окалина железа, обогащенного углеродом, придает ей такой оттенок. Серый цвет динамичен, обладает пластичностью и в то же время достаточной стойкостью и крепостью. Именно таким должен быть охраняющий и сберегающий элемент. Серый цвет не привносит ничего от себя, но уж ничего не упустит и на все тотчас адекватно среагирует. Для демонстрации силы и имиджа, безусловно, подойдут серебряные подковы. Ну а для славы и триумфа – позолоченные. Золото – мягкий металл, быстро стирается, поэтому лавры победителя подтверждать придется снова и снова среди пыли, пота, а то и крови. Последнее менее всего желательно. Арка, чаша и подкова не тяготеют к ярко-алому цвету. Тогда уж лучше чисто черные, что, впрочем, тоже нонсенс.

11.3. Челнок в небесной сфере

Вышел месяц в фраке, острый как кинжал,

Громко, как в трубу, протрубил звезду эстрады.

Вячеслав Бутусов. Звезда поэта

Попытаемся проанализировать полумесяц чисто с психогеометрических позиций. Однако биологический архетип в любом случае отбросить не удастся. В противном случае это будет означать, что мы никогда не видели ночного небе с растущим либо убывающим рожком луны. Образная память в таких случаях также не подводит. Итак, полумесяц. Прежде всего это вогнутая фигура, чем-то напоминающая получашу или древнеегипетский челнок из папируса. Вогнутая часть – некое собирательное вместилище (рис. 11.12). В горизонтальном положении полумесяц действительно легко представить челноком с вогнутой палубой, на которой может разместиться, в принципе, что угодно. Еще есть собственно тело полумесяца, которое может как расти, так и уменьшаться. Так что полумесяц – накопительная для себя фигура, но может и потратиться, если уж приспичит.

Ну и наконец, острые, изогнутые, как турецкий ятаган, концы рожков. Если полумесяц на ночном небе движется сквозь тучи, он их словно взаправду разрезает. Шутить с его острыми, режущими краями небезопасно. Это вам не круглоликая луна. Воинствующий дух мусульманской религии, пожалуй, удачно подобрал себе соответствующий символ. Здесь и вечный бой с неверными, и религиозная нетерпимость, попутно – накопление и сохранение завоеванного и постигнутого. А еще уют и умиротворение для истинно уверовавших.

Аналогичен и психопортрет тех, кому нравится созерцать острый рожок полумесяца на ночном небе. Умеют считать деньги, но не пугливы. Однако на кон свое благосостояние все же не поставят. Обязательно сделают заначки и подберут варианты страховки. Нередко даже перестраховки. Запасы делаются для того, чтобы всегда быть независимыми и автономными. Ради этого полумесяц не будет понапрасну «бурунить» и волновать окружающую среду. Привычную осторожность он может потерять лишь в чрезвычайных обстоятельствах. В общении и деловой коммуникации такие индивидуумы весьма обходительны и располагают к себе, поскольку от природы это натуры чувственные и непосредственные.

Что, однако, не мешает им быть жесткими, а то и жестокими. Края рожков полумесяца режут очень больно. И будьте к этому готовы. Переход от мягкости к резкости может со стороны показаться очень неожиданным. Увы, такова их природа. Хотя для своих близких такой человек постарается максимально долго быть мягким и терпеливым. Что и хорошо. Есть некая отмычка и отдушина. Переубедить хоть в чем-то его вряд ли сразу удастся. Здесь мировоззрение и чувства спаяны воедино. Но челнок должен все-таки куда-то плыть. И здесь есть вторая отмычка к душе. Нас всех завораживает плывущий в облаках кораблик луны. А вот таких людей – особенно. Может быть, они так и не реализовали мечту своей жизни? Были излишне резки и, по сути, ни с кем так и не поделились? Все-таки луна – жестко стелющая хозяйка и во всем прежде всего любит счет. А при всем том еще и чувственное, так до конца и не реализованное томление. Вот такие характерологические амбивалентности спаяны воедино. Интересный психоанализ полумесяца.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Здесь можно быть кратким. Полумесяц, как уже говорилось, фигура весьма и весьма самодостаточная и автономная. Как каравелла для дальнего плавания. На своей палубе месячный челнок может поместить любую фигуру, и она не покажется лишней. Например, пятиугольник, тоже весьма высоко ценящий свою независимость и всегда могущий дать отпор (рис. 11.13). Полумесяц не только собиратель, но еще и отличный перевозчик. Пусть и не всегда делает это бесплатно. В накладе он никогда не останется. Но и конфликтов, пока вы «на борту», также не предвидится. Иное дело, если кто-то встанет на пути полумесяца. И совершенно не важно, «кто этот кто». Его встретят режущие и безжалостные острия рожков. Так что изначально договаривайтесь и путешествуйте обоюдно с миром. Но все же будет определенно лучше, если на палубе полумесяца окажутся фигуры с более пластичными контурами, та же арка, полукруг, овоид и т. д. (рис. 11.14).

ЦВЕТОВАЯ ГАММА заслуживает упоминания. Начнем с того, что лунный цвет (та же лунная дорожка на воде в полнолуние) отнюдь не мягкий и сентиментальный. Может быть, романтичный, но с привкусом стальных доспехов. Лунный цвет – это очень жесткий и контрастный металлик. В полнолуние, особенно в зимние ночи, срабатывает оптический эффект терминатора, т. е. разница между светом и тенью почти предельна. По дорогам ездить опасно – сразу не поймешь, что находится перед тобой на шоссе: обычная колдобина или, скажем, бревно, выпавшее с лесовоза. Мягкости и прорисовки нет и в помине. Сканировать поверхность, залитую контровым лунным светом, почти невозможно – многие детали будут выглядеть неестественно, а другие просто растворятся в тени. И холод. Даже в жаркие июльские ночи луна отсвечивает металлическим холодом.

Жутковато воспринимается багровый отлив полумесяца. Чисто алый цвет покажется куда более жизнерадостным. Такой челнок будет стремиться плыть навстречу жизни, а не наоборот. А вот черный полумесяц для суицидальных личностей может оказаться фатальным. Затмение луны многим лучше пережить в квартире перед экраном телевизора. И чтобы побольше рекламы. Редкий случай, когда она в тему.

Наверное, самый жизнерадостный и приятный для глаза и души полумесяц золотистый. Дарующий счастье и надежду из нашего детства. Пусть он будет таким и дальше по жизни.

Глава 12. Разорвать цепь, или Радиальное построение империи – кольцо, обод, колесо

12.1. Этап первый – кольцо и обод

Интересно, куда девается дырка от съеденного бублика?

Вечный вопрос малышей

Коты почему-то всячески избегают любого контакта с центрифугой. Даром что потом потчуют рыбой.

Личное мнение кота Снежинки

Можно начать с бублика, а можно с атолла. Либо с обода. Во всех случаях общее одно – окружность, целиком охватывающая и замыкающая некое пространство. То же самое проделывает и петля, пусть она и не всегда правильной окружности. Ну а кольцо здесь – просто само совершенство. Окольцованный или окованный – почти то же самое, что и околдованный. Пожалуй, не всегда стоит и освобождаться. Если попытаться срастись воедино с тем, что тебя окольцевало.

Означенные фигуры по-своему особо примечательные. Все они – захватчики. Термин довольно-таки точный. Есть открытое нападение, вторжение, диверсия, но захват предполагает некое охватывание, т. е. окружение. Чего никогда не сделаешь наобум, без предварительной тщательной подготовки. И чаще всего захват происходит скрытно, без всякой публичной кампании, а тем более неприкрытой агрессии. Но поначалу придется все же окружить и только затем замкнуть кольцо (рис. 12.1). Кстати, кольцо (и бублик тоже) может иметь в определенном месте утолщение, там, где возможно наибольшее напряжение на разрыв. Еще один чрезвычайно принципиальный момент. Энергия сцепления свободно протекает по всему телу кольца в различных направлениях. Поэтому так трудно выбрать слабый фрагмент для его разрыва и выхода из окружения. Теперь не менее значимый вопрос. Кого или что захватывает кольцо и ему подобные фигуры? Ответ очевиден – некую среду, которая по своей сути не является кольцом. Но тем не менее именно за счет этой чужеродной среды кольцо может наращивать свою толщину как на внешнем, так и на внутреннем ободе. Но может в принципе этого и не делать. Просто захватить территорию и дальше выдерживать лишь сопротивление на разрыв. Безусловно, такая позиция кольца менее опасна для внешней среды. Нет прямой угрозы тотального «окольцевания» всех и вся.

Но не все еще особенности кольца нами раскрыты. На вопрос: «Имеет ли центр эта фигура?» читатель ответит однозначно: «Конечно, имеет». И легко при этом его покажет, ткнув указательным пальцем в. пустое пространство. Которое формально ну никак не является самим кольцом, его структурным материалом. Центр, вот он имеется, но схватить и пощупать его мы не можем. Тем не менее вокруг этого центра зарождается и группируется само кольцо, чаще всего на равноудаленном периметре. Именно так и происходит наращивание кораллового обода атолла. Правда, там центром служит потухший кратер вулкана. У обычного кольца ситуация похитрее. Образно говоря, «штаб» фигуры вы не можете найти и разгромить. Придется крушить само кольцо по периметру на мелкие кусочки. Ведь даже полуразорванное, оно все равно будет сохранять свой центр. Парадоксально, не правда ли?

Может быть, поэтому символ кольца как нельзя лучше подходит для тайного братства. Все члены такого сообщества равны и спаяны круговой порукой, но вот отцы-основатели находятся хотя и в пределах кольца, но все же вне его. Схватить их за руку и попросить поделиться тайнами, скорее всего, не удастся. Их просто может не существовать как таковых физических лиц. Но зато окажется, что есть миф, идея, тайные знания. И некто Неуловимый, чья реальность подтверждается наличием «братства кольца».

А вообще-то будьте осторожны с теми, кому очень нравятся символы кольца в любых разновидностях. Можете в одно прекрасное утро проснуться на уже захваченной территории. И ничего не останется, как принять правила игры новых властителей. Но дотоле, как вы уже поняли, будет сохранена строжайшая тайна осуществляемого проекта или партнерской сделки. В которых, несмотря на заверения и тщательно подготовленные документы, вы далеко не «посвященное лицо». Просто кому-то окажется очень нужной ваша территория и ресурсы со всем остальным впридачу. С другой стороны, если удастся войти в структуру кольца, то вам будут гарантированы равные права и полная взаимоответственность. Вы действительно станете членом некоего «братства» и сплоченной команды в самом позитивном смысле слова. Вас «не сдадут», ибо кольцо на разрыв очень прочное. На таких людей можно положиться. Стойкости и терпимости им не занимать. Буйных истерик не предвидится. Неконтролируемой психопатии и деструктивной агрессии аналогично нет и в помине. С верностью общим идеалам тоже все понятно. Опять же, охваченная внутренняя среда кольца по возможности максимально комфортна во избежание ненужной напряженности. Так почему бы вместе не жить и не работать? Кольцо ведь долговечное.

Теперь о КОММУНИКАЦИИ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Внутрь своего пространства кольцо не желает кого-либо впускать. За исключением одного случая – колеса, о чем пойдет речь чуть ниже. А так все, что окольцовано, уже не ваше. И никто тут вас не ждет. На своем внешнем обводе кольцо всячески и категорично будет избегать контакта с фигурами, у которых есть острые углы и режущие края: треугольник, стрелы, ромб, пятиугольник, зигзаг и им подобные. Оно и понятно. Кольцо привыкло держать удар на прочность, но зачем самому себя подставлять? С кругом и шестиугольником возможны взаимовыгодные договорные отношения. Есть у них что-то общее. И каждый из них при этом будет свято беречь свою тайную стратегическую миссию. С рациональным квадратом партнерские дела сложатся менее удачно. Слишком разные структуры. Но и явной вражды они друг к другу не проявят. Здесь обводной вал, а там периметр частокола. Каждый самодостаточен и, главное, наращивает свою территорию без резких движений. Когда соприкоснутся, переместят свою экспансию в ничейное пространство.

Не будучи активным нападающим, кольцо не станет вторгаться и проникать в другую фигуру. Но вот «зародиться» там может очень даже запросто. Как особая закрытая зона. Внутренний периметр, за который проникнуть просто так не дано. И даже если очень захочется, то все равно – никак. Надо найти особый вход, некое третье измерение. Только тогда можно понять, на что именно теперь работает фигура. Хотя снаружи все будет выглядеть вполне обычно. Кольцо, а уж тем более запрятанное, ничем себя не выдаст. Феномен «внутренней партии». Чрезвычайно коварная и эффективная форма власти и правления. Будьте осторожны.

ЦВЕТ, а точнее, ОКРАС КОЛЬЦА весьма немаловажен для него самого. По аналогии с расцветкой тех же кораллов, которые затем образуют атолл. Цвет выдаст либо замаскирует истинные намерения кольца. Итак.

Самый большой нонсенс, наверное, белое кольцо. Оно завлекает, что для данной фигуры не характерно. И вы… исчезаете, пропадая в какой-то иной области. На внутреннюю окольцованную территорию в принципе проникнуть не можете. Белое кольцо – это своего рода «ловушка периметра». Вы будете бесконечно блуждать по белому кругу, испытывая состояние своеобразной нирваны. Может, так и было задумано? Во всяком случае суетное не сможет изменить состояние вашей души. Белое кольцо не позволит.

Аналогично воздействует и кольцо черное. Правда, территория, обведенная черным ободом, будет рефлекторно выделяться и визуально усилится. Таково уж свойство черного: вовлекать в себя и при этом выделять «окольцованный» цвет. Черное кольцо на светлом фоне притягивает, пожалуй, не меньше белого. И поражает своей монолитной слитностью. Сила этого кольца именно в неиссякаемой глубине черного. Предельно жесткий барьер, который не перешагнуть. Абсолютное табу на проникновение вовнутрь. Черное кольцо не экспансионистское, внутренний обод воспринимается более сильным, нежели наружный. Так что разорвать его не удастся. И белое, и черное кольца сами по себе очень динамичны. Ощущается постоянный круговорот энергии, причем у черного – на ином и гораздо более высоком энергетическом уровне. Черное кольцо вас будет подзаряжать крепостью и одновременно динамикой. Вы будете как никогда сильны и уверенны. Внутри вас – залог всего и вся. Пусть кто-либо рискнет разорвать ваше кольцо! Наружная сила окажется слабее внутренней глубокой и динамичной силы черного кольца.

Темно-серое кольцо одно из наиболее крепких на удар и разрыв. И примет вызов атакующей среды со спокойным мужеством. Безо всякого показного равнодушия. Пожалуй, именно форма кольца позволяет серому цвету раскрыть свои достоинства. Такое кольцо синергично среде и в то же время может отстаивать свою самобытность. Агрессивных выпадов по возможности не провоцирует. Напряжение внутри такого кольца отсутствует, энергия и информация движутся свободно и мощно, причем их течения предугадать трудно. Темно-серое (впрочем, как и любое серое) кольцо толерантно и чувствительно к внешним воздействиям и непредсказуемо изнутри. Наращивать свой потенциал и захватывать территории такое кольцо отнюдь не настроено. Просто у него другая миссия. Может быть, просто сохранить братство и те жизненные принципы, за которые стоит цепляться обеими руками?

Серебристое металлическое кольцо очень жесткое. У него нет пластичности, но есть твердость. И неуступчивость. Окольцованную территорию серебро и металл никогда не отдадут. Можно только разрубить извне. На разрыв, пожалуй, пробовать не стоит.

С алым либо ярко-медно-красным кольцом заводиться как-то опасно и в то же время, как ныне говорят, «стремно», то бишь азартно и увлекательно, с риском. Представьте лишь вызывающе алые браслеты на загорелой руке очаровательной девушки. Поневоле увлечетесь, хотя бы картинкой. А то и сюжетом дальнейшего развития событий. Алое кольцо захватывает интересующую территорию стремительно и без обиняков. Так что после короткого эмоционального сопротивления лучше сдавайтесь на милость победителя. Авось затем не выбросят из захваченного внутреннего пространства кольца.

А вот с густым фиолетовым и насыщенным лиловым все будет иначе. Загадочно и необъяснимо притягательно. Волнение души не утихнет, даже если вы попадете в «объятия» такого кольца. Но все равно будет очень хорошо. И вряд ли захочется выйти за наружный периметр.

Темно-синяя лагуна также глубоко манит к себе. И может быть, вы окажетесь там, куда всю жизнь стремились попасть. Территория, окольцованная темно-синим кольцом, – это счастье семьи. Свой обособленный мир, в котором много уюта и умиротворения совсем не понарошку, безо всякого расчета и установок. Просто быть «семьянином». Ну а голубое кольцо, как и голубая лагуна, – взаимная влюбленность двоих, отхватившая миг времени у вечности.

12.2. Этап второй – колесо и «колесницегонители»[7]

А вы когда-нибудь пытались вот так запросто, напрямую проехать автостопом из Запорожья в Донецк? Вот то-то же.

Оптимистам магистральных автобанов посвящается

Москва – порт пяти морей.

Из советских школьных учебников по родной географии

Если народ бедствует и голодает – пусть строит дороги. Ведущие из столицы. Но не наоборот.

Приказ неизвестного императора древнего мира пограничным провинциям

Кажется, никому не надо объяснять, что такое колесо. Хотя те же инки, далеко шагнувшие в своем космическом развитии, в доколумбовую эпоху с колесом не были знакомы. Поэтому колесо, если только оно не дисковое, – это обод со спицами и втулкой. Обод может свободно вращаться вокруг своей оси и если надо, то катиться. На примере колеса мы наглядно сталкиваемся с типичной радиальной структурой. Спицы – те же лучи, идущие от центра во всех направлениях ко внешнему краю обода (рис. 12.2), т. е. по радиусу (от лат. radius – луч). Колесо, как и обод, охватило некое внутреннее пространство, сделав его, по сути, своим. Но есть и радикальные отличия. Колесо структурно имеет центр (втулку) и радиальные направления (спицы) от центра к ободу. Спицы заметно усиливают прочность обода и надежно делят на подконтрольные секторы внутреннее пространство колеса. При этом примат центра очевиден, т. е. центробежные силы здесь важнее, нежели центростремительные (рис. 12.2).

Что же в итоге получается? Ответ может показаться несколько неожиданным.

Мы имеем дело с… моделью идеальной империи. Доказательства тому налицо. Во-первых, колесо имеет четко обособленную и контролируемую внутреннюю территорию (читай: государство и народ, его населяющий), есть внешний и внутренний периметр обода (читай: граница и приграничные войска). Внутреннее пространство структурно разделено на четкие сегменты (читай: искусственно созданная территориально-административная система провинций). Радиальные спицы выполняют роль стратегических каналов переброски любых ресурсов, в том числе и войск, по приказу центра (читай: столичного управленческого аппарата). Это и есть собственно втулка колеса, которая тоже имеет свой закрытый центр (читай: священная особа императора). Опять же, колесо, как и обод, как и, наконец, круг, имеет четкие уровни приближения к центру (читай: иерархическая структура управления, а также распределения всяческих благ). При этом, в отличие от круга и обода, колесо не скрывает своего внутреннего устройства (читай: институты империи внешне открыты и освящены). Однако за одним лишь исключением – особа Верховного Правителя всегда и везде незримо присутствует, но личный доступ к ней чрезвычайно затруднен. Внутреннее устройство втулки – своего рода сверхзакрытый дворец Верховного Правителя и его канцелярия (обод втулки). Само функционирование колеса, опять-таки, на всех уровнях и радиальных направлениях четко структуризировано (читай: унифицировано и строго регламентировано имперской идеологией со службами надзора). Все действительно безупречно отлажено. Дальше «крутиться» можно как угодно долго, почти бесконечно и вечно. Таков идеал всех реально существовавших (и могущих в любой момент возродиться) земных империй.

НЕОБХОДИМОЕ ПРИМЕЧАНИЕ. На предложенную свыше концепцию колеса автора натолкнула когда-то прочитанная книга Юрия Евгеньевича Березкина «Инки. Исторический опыт империи» (Л.: Наука, 1991. – 229 с.). Ю. Е. Березкин особо подчеркнул тот факт, что инки строили дороги, идущие от столицы к центру провинций, обязательно раздельно и никогда не прокладывали напрямик стратегических путей сообщения между двумя соседствующими областями. Любая связь только через столицу. Опять же, инки широко практиковали специальную депортацию коренного населения, чтобы административное деление империи было сугубо однородным. При этом строгая управленческая иерархия. И так далее. Но колеса инки не знали.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ «КОЛЕСНИЦЕГОНИТЕЛЯ». Человек во всех отношениях особо примечательный (не путать со словом «замечательный»). Он прежде всего чрезвычайно активный и энергичный, но лишен всякой суетливости. Натура жесткая, властная, нередко деспотичная, но без самодурства и непомерной жестокости. Если так можно выразиться, прирожденный диктатор и стратег, действующий предельно решительно, без тени сомнения и колебаний. Стратегия натиска, войны и захвата продумана до мельчайших деталей и приводится в исполнение любыми методами и средствами неукоснительно. Такого свойства, как компромисс, в характере подобного индивидуума не наблюдается. Тем не менее обратная связь с действительностью развита очень хорошо. «Колесницегонитель» должен быть в курсе того, что, где и как происходит. Осведомленность и любознательность весьма и весьма широки. А упорство и настойчивость предельно сконцентрированы. Человек смелый, однако на безрассудный риск не пойдет. Авантюризм также хорошо дозирован хладнокровным и системным расчетом. Темпераментен, и даже очень. Натура увлекающаяся, легко и быстро воспламеняющаяся чувствами и желаниями. Но рабом своих страстей такого человека не назовешь. Он умеет обуздывать даже самый дикий табун своих вожделений. Скрытный, однако по его поведению этого совершенно не скажешь. Лидер, умеющий сплотить и вести за собой группу единомышленников. Ценит в людях преданность, честность и профессионализм. Готов к возражениям, но только конструктивным и не затрагивающим основ его личного мировоззрения. Безжалостен к отщепенцам и к скрытой оппозиции. Обладает очень мощной личной харизмой. Отличный пиарщик самого себя. Реноме и паблисити безупречны. Прирожденный эстет, впрочем, при необходимости может работать и жить вне комфорта. Главное – достигать намеченной цели. И никогда не суживать свой горизонт. Такова истинная суть этого человека.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Колесо прежде всего налаживает беспроблемный, можно даже сказать, родственный контакт с кругом. И тогда образуется. диск. Фигура гораздо более закрытая, нежели колесо. И тотально однородная, можно сказать, сплошь иррациональная по своей сути и природе. Также в ней гораздо больше статичности, но если уж сдвинется с места. Это сразу же заметят все.

С другими фигурами при внешней встрече колесо далеко не так толерантно. Точнее, совсем не толерантно. Поскольку любая фигура на пути движущегося либо вращающегося колеса – это преграда. Преодолимая или нет, зависит от конкретных обстоятельств. Но никакого сотрудничества, а тем более дружбы в принципе не предвидится. Колесо – абсолютно самодостаточная фигура.

Иное дело – инкорпорирование другой фигуры в виде втулки. Мы рассматривали традиционный вариант, когда колесо имеет круглую втулку.

Но точно так же втулка колеса может быть, например, треугольной (рис. 12.3), квадратно-ромбической (рис. 12.4), шестиугольной (рис. 12.5) и т. д. Представьте самые различные вариации автомобильных рулей. Колесо с треугольной втулкой будет более жестким и категоричным по своей структуре. Радиальных направлений (спицы) немного, но они будут чрезвычайно усилены. Жесткость втулки позволяет ей перенаправлять на себя внешние удары. Это колесо-воин и лучше не вставать ему на пути. Квадратно-ромбическая втулка также имеет явно выраженные приоритетные направления спиц, но здесь четко прослеживается изначально рациональное планирование. Так сказать, мобилизационный план сверстан и приведен в исполнение согласно директивам. Каких-либо отклонений или импровизаций не предусматривается. И все та же недвусмысленная внешняя экспансивность. Колесо с втулкой шестигранного типа создает более совершенную систему внутренних и внешних стратегических коммуникаций. Категорический императив смягчен за счет большей вариантности. Адаптивные свойства также возрастают, жесткая экспансивность смягчается. Внутри создается четкая и ясная корпоративная культура иерархических взаимоотношений. Колесо устойчивое, надежное и. прогнозируемое. Успешного пути!

ЦВЕТ БОЕВОЙ КОЛЕСНИЦЫ. Цветовой окрас колесу далеко не безразличен. Хотите прикол? Покрасьте колесо в крапинку или под волнистую зебру и получите незабываемые впечатления для визуальной памяти. Во всяком случае строгую радиальность и окружность обода стопроцентно подкорректируете. Ну а что до монохромности, то…

Бронзовое колесо будет несокрушимым и престижным одновременно. Неуступчивые перед ним разойдутся и освободят дорогу, признав его главенство. Многие с воодушевлением последуют за ним. Ибо бронзовое колесо сулит успех, богатство и признание силы. В открытом и честном бою, где побеждает сильнейший!

Золотое колесо уступит бронзовому в его твердости, но затмит блеском успеха и непоколебимой уверенностью в своей исключительной избранности богиней удачи и славы. Динамичная энергия такого колеса кажется поистине неиссякаемой. Сверкающие спицы превращают обод в солнцеворот, и в их лучах теряются жесткие контуры радиальной структуры. Ведь «божественному» служить легко и радостно. Золотому колесу, кажется, путь указывает само провидение.

Серебристое колесо ускоряет свой резкий и стремительный бег. Это обоюдоострое колесо со спицами-стрелами. Цели пути нет, но есть жесткие правила Терминатора при движении, и безжалостность боя. Без сантиментов и прошлого. Только вызов неведомому. Разгоняя туман, оно искрится жемчужинами росы. И тогда стальные грани не ведающих устали ободов смогут увидеть свое отражение.

Черное колесо имеет несколько иную динамику, а именно – центростремительную, внутрь кольца по радиальным направлениям. Сам же обод выглядит статичным, представляя собой непреодолимый барьер для вторжения извне. Но внутри кольца динамика весьма мощная, глубокая и замыкается она на втулке. Собственно говоря, смысл такого кольца в нем же самом. И постижение данного смысла происходит на различных уровнях. Но внешней «ойкумены» не существует. Да и зачем она структуре, столь насыщенной самопознанием своей архитектуры? Коловорот, вращающийся вокруг своей оси в собственном же сотворенном мире. Медитация иррационального рациональным способом. Добавим – глубокая и бесконечная.

Белое колесо, по сути, никуда не бежит. Оно пытается раскрутить момент. ухода. Либо выхода, если хотите. Второе, пожалуй, вернее. Поскольку белое колесо предполагает изначально системный подход. Который разрешит назревшие порывы к чему-то иному, новому, может быть, даже неизведанному. Полезная медитация, чтобы конструктивно переделать прошлое и настоящее в перспективное будущее. Белое колесо очень деятельно и в определенный момент очень даже разбежится. А дотоле оно будет просто крутиться и накапливать кинетическую энергию. Впрочем, если убежит, его можно будет отыскать по незаметной борозде.

Серое колесо просто движется. Вокруг своей оси и во всех радиальных направлениях. Динамика везде равнонаправленная. Внешняя экспансия такого колеса мягкая, а вот структурированность очень четкая. Тем не менее колесо не агрессивное и внутри не жесткое. Наверное, в силу толерантности своего движения.

Темно-синее и фиолетовое колесо устремлено в глубь себя и в глубь любого процесса. Это в прямом смысле слова «колесо познания» и рефлексии. Захват и прирост внешних территорий не актуален. Развитие происходит за счет улучшения внутренней структуры. Колесо весьма гармонично по своей сути. Радиальная иерархия также смягчена. Для такого колеса важно прежде всего единство всей структуры.

Алое и красное колесо максимально экспансионистское. Поражающее и активно движущееся. Радиальные спицы передают взрывную энергию от втулки к ободу. Перед таким колесом благоразумнее расступиться.

Колесо пурпурное или малиновое – прерогатива императора. Воинственность уравновешена опытом и мудростью. Внутренняя структура без диктата и излишней жесткости. Гармония взаимоотношений между собственно радиальной структурой и остальным внутренним пространством. Пурпурное колесо – это всегда престиж и уверенность. Отнюдь не в статичном варианте. Динамика движения сохраняется. Однако внешняя экспансия весьма взвешенная. Пурпурное колесо далеко не всегда атакует. Оно будет реализовывать возложенную на него миссию. Колеснице предстоит путь. Лавры и почет лишь дань пути. Жизненная мудрость и глубина чувств – вот награда достойному.

Зеленому колесу лучше застыть на постаменте либо почивать под стеклом в музейном зале. Пьедестал, впрочем, подойдет лучше. Такому колесу уже не надо никуда двигаться. Конструкция незыблемая и вечная. Убедительно жесткий вариант, ибо других вариантов не предвидится. Малейших отклонений тоже. Статика, впрочем, почти совершенная и внутри колеса нет противоречивого напряжения. Действительно, прочно стабилизированная система. Зеленый цвет хоть и жесткий, но весьма устойчивый. Опять же, нет ни тени сомнения в неправоте. Такое колесо будет функционировать безупречно. До момента рокового преткновения. Чего, может быть, и не случится.

Голубому колесу легко катиться по просторам. Препятствия можно было обойти либо перепрыгнуть. Главное – делать это легко. Тогда и жизнь улыбнется в ответ. Конструкция голубого колеса прочная и одновременно легкая. Почему бы и не прокатиться? Удачи и доброго настроения!

Глава 13. Хищные вещи мироздания – звезды

Хорошо в августе смотреть на звездопад. Главное – чтобы не звездануло.

Козьма Прутков. Рассуждения на завалинке

У красной звезды багровый закат.

Мнение астрономов

Она не греет никого, она не светит никому,

Она приводит всех к заветной цели.

Вячеслав Бутусов. Моя звезда

Москва слезам не верит.

…

С неба звездочка упала, и сказала чуть дыша.

Вячеслав Бутусов. Звездочка

Ее глаза светились, как звезды Млечного Пути. «Опять хлебнула какого-то варева!» – подумал про Кэт Штирлиц.

Звезда – фигура, безусловно, магическая, мистическая, архетипная, идеологическая и заполитизированная. Но все же попытаемся, приближаясь к финалу этой книги, разобрать суть звезды методом психогеометрии. Вначале, как обычно, феноменальное восприятие, тем более что звезду многих, если не всех, учили рисовать с раннего детства. Опять же, существуют еще и морские звезды, далеко не бентосные гуманисты, так что очень маленьким детям всю жесткую правду о них сразу лучше не рассказывать. Дабы не отбить охоту рисовать веселые звездочки и снежинки. У «взрослой» звезды есть два главных составных элемента: лучи и собственно тело. Число лучей может быть различным, от трех и больше. У геометрически «правильных» звезд, служащих символами, лучи всегда одинаковой величины, как радиальные спицы у колеса, но в природе это необязательное правило. По большому счету, звезды могут иметь лучи какой угодно величины, конфигурации, симметрии и остроты вершины (рис. 13.1).

Тело звезды также может иметь различные конфигурацию, площадь и массу. На рис. 13.2 изображена четырехлучевая звезда, у которой тело гораздо менее развито и выражено, нежели сами длинные и острые лучи. На рис. 13.1 тело звезды массивное, лучи заостренные и широковатые. Главная и определяющая функция лучей – атаковать среду. Задача тела – усваивать захваченный материал, увеличивая тем самым массу и энергию звезды. У тела, безусловно, есть свой «командный центр». Откуда посылаются во всех направлениях лучей приказы. Пожалуй, наиболее жесткая звезда с явно выраженными радиальными направляющими ребрами (рис. 13.3).

У нее однозначно четкий императив – от «рта», или «зева», звезды к верхушкам лучей проводить в исполнение «генеральную директиву». Опять же, сама структура звезды становится гораздо более жесткой и совершенно бескомпромиссной в своих экспансивных и потребительских намерениях. Так и кажется, что звездный каркас отлит из стальных прутьев. Проверять на прочность и остроту как-то неохота. Если у звезды все лучи одинаковы, то ни с какого боку не подступишься. Такая звезда не имеет явно доминантного направления в тактике и стратегии нападения. Ее девиз: «Везде и всюду разить лучами!» Далее все зависит от конкретных условий окружающей среды, которая для лучевого хищника – полигон и питание одновременно. Система обратной связи с внешним миром осуществляется все теми же лучами по их боковым линиям (рис. 13.4). У звезды хорошие, если не сказать превосходные, адаптационные качества к вызову внешней среды. Лучи могут менять свою конфигурацию сообразно ситуации и на крайний случай готовы даже ретироваться. Вместе с телом, которое, собственно, и даст к тому приказ. Если все идет отлично, то лучи, несомненно, максимально вытянутся для поражающего захвата. Если лакомый участок среды имеется лишь в одном секторе, то вся экспансия звезды сконцентрируется именно там (рис. 13.5). Весьма коварная и опасная образуется «звездочка». Особенно если луч вытягивается внезапно. Что для звезды весьма характерно. Это одновременно динамичная и стационарная фигура. Тело звезды предпочитает центровое базисное состояние без каких-либо резких колебаний. А вот лучам надлежит быть предельно активными и деятельными. Что опять-таки не исключает позицию: «застыть и замереть всем вместе».

И еще один принципиальный момент, доселе не упомянутый, но который с ходу бросается в глаза при взгляде на данную фигуру. Звезде, если она расположена вертикально, базис как таковой совершенно не нужен. Проще говоря, она ни на что не опирается. Фигура откровенно самодостаточная. И совершенно не нуждается в союзниках для реализации собственной идеологии. А последняя не только имеется, она еще и атакующая. В очень жестком безапелляционном стиле. Лежащая звезда также не отличается ярко выраженным гуманизмом по отношению к среде обитания, но явно нуждается в ней. Эдакая звезда-прилипала. Исключительно интересов своих ради.

Следует также различать два типа звезд: А – поражающие, с очень острыми длинными лучами и сравнительно небольшим телом (см. рис. 13.2), и Б – амебовидные либо трофические (от греч. trophe – питание), т. е. накопительские, у которых большое тело и широкие коротковатые лучи с закругленными окончаниями (рис. 13.6). Амебовидные звезды ведут себя гораздо мягче, их главная функциональная задача – не атаковать, а питаться за счет среды, но делать это без войны и агрессии. Такая звезда вплотную контактирует с окружающим миром и не хочет, чтобы ее считали враждебно настроенной. Резких динамичных выпадов нет и в помине. Она ценит прежде всего свое благополучие.

Об атакующей звезде говорилось выше. У нее тело хоть и маленькое, но жесткое и структурированное. Лучи чрезвычайно динамичные и обоюдоострые. Аппетит к захвату и нападению у такой «милашки» просто преотменный. Да и выглядит она восхитительно. Особенно для тех, кто греется под ее лучами. На то ведь она и звезда. О том, что ее активность, образ, стиль и цель жизни могут приносить внешней среде также пользу, не стоит забывать. Звезды не только ярые энергетические «взбудораживатели» среды, под их лучами можно попытаться найти еще и определенную защиту. Опять же, приводить в пример их самоуверенную жизненную позицию. Искренне и даже эстетически восхищаться ими. «Сверхновая», например, всегда вызывает неподдельный и жгучий интерес во всех слоях общества. Поверьте, звезда в тени не останется и применение себе найдет. Главное, чтобы не испепелила и чтоб поменьше протуберанцев.

ИСТОРИЧЕСКАЯ РЕМАРКА. Головной значок-кокарда красноармейцев и командиров РККА образца 1918 года представлял собой алую пятиконечную звезду с мягкими обводами и широкими неострыми лучами. Образно говоря, звезда получилась «толстенькой и обжитой», явно накопительского, а не ударного типа. Но уже нарукавные знаки различия командного состава 1919 года убеждают своей непримиримой острой лучевидностью и «поджарым» ярко-алым пролетарским фанатизмом. Такой же остроконечной, но даже более ребристой конфигурации были нарукавные звезды сталинских маршалов и командармов, введенные в военный обиход в 1935 году. Последующий «ежовско-бериевский» период в военные знаки различия визуального гуманизма точно не добавил. И лишь после сталинской военной реформы 1943 года звезда на теперь уже погонах заметно смягчается. Эпоха тиранозаврии «остроромбных» и «острозвездных» командиров неизбежно заканчивалась.

Снежинку со звездой не перепутаешь. У снежинки нет тела, как у звезды, но зато много направлений, выходящих и сходящихся в одной точке, в самом центре. Это фигура одновременно и центростремительная, и центробежная. Весьма сложная и всегда неповторимая структура, которая не несет в себе атакующую экспансию вовне для покорения и использования среды. Чтобы лучше понять психотип снежинки, нужно знать психогеометрию перекрестков, что дает нам следующая глава.

Всем известный логотип корпорации «Мицубиси» – это тоже далеко не звезда, как, например, у автомобильной фирмы «Крайслер». Логотип «Мицубиси» представляет собой три сходящиеся в одной точке фигуры: ромб сверху и два горизонтальных остроконечных параллелепипеда слева и справа. Эта точка мощного сжатия и есть смысл логотипа, весьма жесткого по своей наружной сути. Почти как остроконечная звезда, но не одно и то же.

ЗВЕЗДА И ДРУГИЕ ФИГУРЫ. Другие фигуры для звезды необязательны. Назвать ее озабоченной в деловых и межличностных контактах будет явным преувеличением. Легче сразу определить, с кем однозначно и тотчас возникнет непримиримая конфронтация. А таких фигур много. С зигзагом, остроконечным, вытянутым по оси ромбом, ударным треугольником, пирамидой и конусом, остроносым овоидом и каплей вряд ли найдутся точки продуктивного и долговременного соприкосновения. Фигуры, которые умеют жестко отстаивать свою независимость и свою личную миссию, звезду не интересуют. До того момента, пока они не ослабнут либо не подставят под удар свое наиболее уязвимое место. Звезда ведь атакует во всех направлениях, пока не добьется своего. Опять же, монументальной статичности и терпения ей надолго хватит.

Звезда не прочь «облачить» себя кругом, пятиугольником и любым другим многоугольником, вполне комфортно она себя чувствует и под сенью арки или купола. Своего рода удобная маскировка под чужой покров. И так может продолжаться бесконечно долго, вполне в духе некоего симбиоза. На фигуру, внутри которой «горит» звезда, вряд ли кто посягнет. Но при этом звезда практически никогда не поместит в свой центр какую-либо другую фигуру. Неприкосновенность своей сути тщательно охраняется.

Будучи фигурой одиночной, звезда тем не менее может собираться с себе подобными в «созвездия». Насколько прочными окажутся подобные звездные скопления, покажут время и события. Космические «галактики» ведь тоже могут разбегаться и даже распадаться в силу каких-либо причин. Но в любом случае одна звезда в другой всегда будет видеть потенциальную соперницу. Как бы выгоден и продолжителен ни был их союз.

ЦВЕТОВОЙ СПЕКТР ЗВЕЗДЫ может быть каким угодно. В этом тоже особая прелесть данной фигуры. Ей, по сути, все к лицу. И вы увидите ее именно такой, какой она желает предстать. Радуга красок маскирует убийственную опасность сокрытой натуры. Лучи звезды играют саму королеву. И очень даже удачно.

Алая звезда предельно опасна для внешнего мира, но все найдут ее очень красивой. Живой и страстной. Рискованной и возбудимо-темпераментной. Такой звезде будут поклоняться. И поверьте: она не оставит мир без своего внимания. Экспансии и вторжения здесь будет хоть отбавляй. Одна надежда – алый цвет вкупе со звездой тратят колоссальное количество энергии. Как бы не перегореть.

Черная звезда неотразима в своей мерцающей прелести. Она завораживает, и от нее не отвести глаз. Самое магическое сочетание фигуры и цвета. Очень красивое. Глубина проникновения в такую звезду бесконечна. Она словно лучится заманчивым сверкающим мраком. Ее лучи в атаке неотразимы и в то же время притягательны. Черная звезда вызывает восторг и трепет одновременно. Ее миссия кажется непостижимой и непоколебимой. На своем пути такая звезда не ведает страха и колебаний. Однако в ее деятельности все же доминируют внутренние процессы. Черная звезда освещает путь. в глубину. Такова ее суть.

Серебристая звезда холодна и рациональна. Лучи твердые и динамичные. Серебристая звезда атакует без эмоций, но всегда ради конкретного результата. Она действительно «ведет меня к заветной цели».

Оранжевая звезда излучает тепло и оптимизм, и хочется, чтобы ее свет никогда не кончался. Ей не присуща агрессивность, но она зовет к активной деятельности. Либо к игре и к проникающему во все и вся любопытству. Что из этого получится, не знает и сама оранжевая звезда. Изначально рациональной миссии у нее нет. Вот и славно.

Изумрудная звезда приветлива и надежна. Атакующих экспансий на внешнюю среду не предвидится. Срабатывает ограничивающий и стабилизирующий фактор зеленого. В свою очередь «лучистая» форма не дает фигуре монументально замереть. Это тот случай, когда цвет и форма улучшают друг друга. Звезда семейного достатка, уюта и уверенности. Далеко за порог ей вроде бы как и светить-то незачем.

Темно-синяя звезда дарит веру. И еще зовет к постижению истины. Вот только путь придется пройти самому лично. Под знаком синей звезды.

Золотистая звезда дарит надежду, славу, успех и неиссякаемую щедрость. Она не столько атакует, сколько одаривает и стимулирует. Кажется, истощение ей на этом поприще не грозит. Во всяком случае золотистая звезда об этом не задумывается.

Глава 14. Пути и дороги – кресты, перекрестки

Лучше не знать, как идти, но знать куда, нежели знать, как идти, но не знать куда.

Житейское изречение

Как, днем и без фонарика? А если вдруг пойдет дождь?!

Памяти Снежинки…

В пути обязательно надо хотя бы несколько раз сбиться с дороги. Иначе чуда не видать.

Барон Мюнхгаузен

В прицеле главное параметры наводки. И поправки.

…

Черный ветер, желтый смерч. Вдоль дороги бродит смерть. На дороге нету смерти.

Борис Олийнык

Когда-то здесь сходились и пересекались три древних торговых пути. А теперь лишь автобан в одну сторону.

Вздох краеведа

В этой заключительной главе речь пойдет о фигурах, у которых есть только прямые линии и они обязательно будут перекрещиваться под разными углами, в том числе и прямыми. Это – самых разнообразных форм кресты и перекрестки. Древнейшие знаки в истории человечества, и об их первоначальном назначении лучше всего скажет цитата из книги Игоря Морозова «Таинственным путем Гермеса»[8]. Послушаем автора:

«…Признав пересечение неких линий своеобразным путевым знаком, мы не удивимся, обнаружив его на «жезлах» туземных вестовщиков, «переносных изваяниях» хакасов или древнерусских носах. Напрашивается вывод: условные, пиктографические изображения различных перепутий представляют собой знаки архаического алфавита. Это вполне объяснимо, ведь пересечение путей – перекрестки, перепутья до сих пор остаются наиболее значимыми, характерными и запоминающимися ориентирами дорог. Выходит, изображенные крестики между контурами животных на пещерных росписях указывали, сколько пересечений, границ, преград, разбивающих маршрут на участки, надо преодолеть, направляясь, скажем, к водопою» (С. 57).

«…Ограничение, запрещение, завершение – все эти понятия предполагают переход одного действия в другое, если, конечно, иметь в виду некое продвижение в пространстве-времени. В связи с этим и крест, в особенности его Т-образная форма, приобрел значение непреодолимой преграды или конца, последнего рубежа, предела» (С. 59).

Большое спасибо Игорю Вячеславовичу Морозову за эту информацию. Архетип креста и перекрестков объяснен предельно глубоко к первоначальной их истине. Крестовидные фигуры, по сути дела, кодировка пути во времени-пространстве. Другими словами – карта или информация о пути, переданная знаками по некой аналогии. По мнению И. Морозова, те же функции первоначально несли и знаки, впоследствии ставшие буквами алфавита.

Прямо сейчас в этой главе мы не станем анализировать психогеометрическим методом конфигурации рун, иероглифов и букв. Хотя это вполне возможно и весьма занятно. Вернемся к крестовидным фигурам. Что у них самое важное, едва ли не суть всего? Безусловно, перекрестие или перекрестия, если их будет несколько. Только пройдя нужный перекресток, вы будете уверены, что продвигаетесь туда, куда вам нужно. Перекресток – точка сборки «времени-пространства-события». В коем задействовано и ваше личное бытие, если вы в дороге, и значит, к чему-то стремитесь. Но прежде всего перекресток – это информация обо всех возможных вариантах выбора дальнейшего пути. Заметьте, не в любом произвольном направлении. Только по проложенным дорогам и тропам. Знания о них, пожалуй, трудно переоценить. Как и возможности самой дороги. По сути дела, линейные фигуры с обязательными перекрестками – это варианты поиска знаний и возможностей. Другими словами, информация плюс магизм. В самом действительном смысле. Вера в чудодейственность крестовидного талисмана все же будет вторичной, что ни в коем случае не умаляет саму веру.

Крестовидные фигуры, как только что было сказано, не могут в принципе существовать вне времени и пространства. Пожалуй, ни для одной фигуры так не важен, как здесь, фактор времени и его параметры. Автор изложил свою концепцию кодировки времени-пространства в плоскостном восприятии на примере визитки в ранее вышедшей книге «Непродуктивная психология, или Бомба для директора» в разделе 2 «Секреты картонного пиара».

Повторим лишь основные краткие тезисы. Левая сторона (с позиции смотрящего, т. е., что называется, напротив лица) будет выражать прошлое, в том числе и личное нажитое. Правая – будущее, а равно и надежды на него. Если левую сторону мы вспоминаем через призму пережитого, то правую визуально конструируем для своих чаяний и перспективного планирования. Для логотипа, соответственно, левая сторона (опять же, со стороны смотрящего) – этап формирования собственной идеологии (миссии), процесс зарождения и становления. Правая сторона – «завтрашний день», цель и смысл будущей успешной реализации. Центральная часть пространственного поля (логотипа, фигуры) отражает текущий момент, «здесь и сейчас», и является обратной проекцией эго смотрящего на объект. Проще говоря, когда вы смотрите на логотип, то воспринимаете его исходя из посылок своего личного эго. Которое, собственно, посылается «от себя», в центр рассматриваемого пространственного поля (фигуры). Представьте, что за фигурой еще стоит зеркало. Это и будет эффект проекции эго.

Нижняя часть пространственного поля (логотипа, фигуры) – зона базиса, фундамента, корней, истоков, хранилище. Нижняя часть всегда будет обозначать материальное.

Средняя часть (в горизонтальном протяжении, слева направо) – это практическая область деятельности, технологий, уже задействованных (слева) и развивающихся (справа). Еще зона повседневных деловых контактов и предложений, как наработанных, так и ожидаемых. Одним словом, все то, чем живет каждый день фирма и ее работники. Для логотипа – активно действующая на наше восприятие область, поскольку она сразу привлекает наш эго-интерес. Вот только в самом центре поля и фигуры динамики совершенно нет. Стоит иметь в виду.

Верхняя часть пространства – это стремление к вершинам, абсолюту, мегавеличию и мегаломании, разрешению честолюбия, достижению успеха и славы, обретение приза и победы. А еще – выход в трансцендентное, в область высоких идей и представлений. Горний мир, который вырос из дольнего.

Немного пройдемся по углам пространственного поля, либо логотипа (фигуры). Верхний левый угол отражает нажитую идеологию, менталитет, достигнутые успехи. Короче, место для трона и подушка для наград. Еще инкрустированная подставка для мемуаров и амвона. Почетное, прямо скажем, место. Логотип в левом верхнем углу будет представляться как регалия. То же самое относится и к верхней левой части самого логотипа.

Нижний левый угол – по сути, «корни корней», исток и заложение фундамента базиса. Все, что вверху, декларируемо, все, что внизу – тщательно охраняемо и сберегаемо. Поэтому левый нижний угол – особое место. Оно принадлежит Владельцу, фундатору, основателю. Тому, кто, собственно, и объявил миру свой логотип. Истоки бренда ищите именно там. Зародыш идей бережно хранится там же. Это отнюдь не архив, поскольку левый нижний угол – действующее начало. Как корень старой лозы, от которой пошел весь виноградник.

Верхний правый угол пространственного поля (то же – верхне-правая часть логотипа) – место для будущего приза, успехов и уверенного в своем блистательном призвании «селф-брендинга». Кажется, к сему и стремится значительная часть современного человечества. Вверх и вправо – самое прогрессирующее направление для реализации задуманных планов и ожидаемых свершений. Единственная проблема – все это должно свершиться в перспективе, пусть даже, казалось бы, такой видимой. Но все же еще не реальность.

Нижний правый угол – будущий базис, который нужно еще создать. Здесь заканчивается «сегодня» и закладывается фундамент для «завтра». Вот только ростки движения вверх окажутся вне действующего пространственного поля. А покамест это довольно-таки рутинная работа. Тем не менее ее придется обязательно делать.

А теперь на практике рассмотрим для примера несколько перекрестков и проведем их пространственно-временной психоанализ. Только предварительно обязательное ПРИМЕЧАНИЕ.

Следует учитывать следующее. Любую фигуру, знак, логотип, визитку, постер и т. п. человек обычно рассматривает слева-направо и снизу-вверх. Это, так сказать, психобиологический архетип нашего восприятия. Солнце движется по небу с востока на запад, т. е. по небосклону слева направо. Дом начинается с фундамента и заканчивается крышей с дымоходом. По дереву взгляд скользит от корней, вверх по стволу к самой кроне. И реже наоборот, хотя тоже возможно. Особенно если к тому подталкивает и направляет особо организованная пространственная композиция. Ниже мы это увидим на примере сходящихся направлений.

Итак, перед вашим взором два однотипных перекрестка, но различной пространственной конфигурации (см. рис. 14.1 и 14.2). Стрелками указаны наиболее приоритетные пути перемещения взгляда. Давайте рассмотрим, что нам предлагают оба перекрестка. Начнем с первого.

На рис. 14.1 старт задается с левого нижнего угла. То есть из начального базиса. Неплохо. Пройдя перекресток, можно рискнуть «взять небо» сразу, т. е. свершить путь АВ. Быстро, рискованно, труднодоступно. Ставка на успех в более длинной временной растяжке реальнее, чем на абсолют сразу и побыстрее. В таком случае придется выбрать путь АГ. Небо вы «не взорвете», но приз в жизни вам будет обеспечен. Заодно не будете страдать приступами мегаломании. А вот путь БВ может привести к подобному синдрому. Особенно если постигнет неудача. Подняться вот так и сразу, не наработав ранее опыта и трамплина для разгона резко вверх архисложно. Впрочем, всегда найдутся те, кто верит в самоличное произведение чуда. Дорога не заказана. Главное, лишь бы не было потом «облома».

Перекресток на рис. 14.2, казалось бы, тот же, но вот путь АГ куда менее оптимистичен. Точнее, совсем не оптимистичен. Кому хочется увидеть финиш своей дороги в депрессии и материальной озабоченности? Жизненный успех в реальных шансах заказан. Остается делать ставку лишь на чудо мгновенного свершения (БВ), либо на более пролонгированный и труднодоступный вариант пути по сценарию АВ. Выбирать только из этих двух. Риск очень высок, но если нет выбора. Сплав фортуны, высоких технологий, терпения и смелости дают надежду заполучить вожделенные «райские небеса». Лишь бы там не оказалось кислых яблочек. Но это сценария самого пути не касается. Главное, чтобы он был пройден.

Давайте рассмотрим еще два варианта крестов: прямой и перевернутый. Перевернутый именуется крестом Петра, на котором он был распят в Риме вниз головой. С него и начнем (см. рис. 14.3). У него перекресток расположен низко, т. е., по сути, почти вначале самого пути. И варианты выбора могут быть прямо противоположными. Уйти налево в прошлое, возможно, для завершения незакрытого гештальта. Можно повернуть направо, в зону технологий, которые еще только должны быть реализованы. Поскольку перекресток низкий, то из области материального, приземляемого, можно и не выбраться. Если не сворачивать никуда на перепутье, то остается только дорога к верху, к трансцендентному. Но вряд ли получится вот так сразу по ней подняться. Тогда была бы просто столбовая прямая линия, а не крест. Да еще перевернутый.

Крест с высоко поднятой горизонтальной перекладиной поначалу не оставляет никаких других приоритетов – только подъем, как бы труден он ни был. И лишь затем, в ожидаемом преддверии финала (катарсиса, свершения) есть возможность зайти в зону нажитых идеалов (вверх и влево), либо выбрать путь грядущих достижений и успеха (вверх и вправо). Можно сделать и то и другое, только не одновременно. Право приоритета за идущим. И лишь затем, после перекрестка, прямой выход к вершине. Обогащенному идеями, вооруженному опытом путнику это по силам. «Зависаний» на материальном здесь не предвидится.

Есть еще разновидность перекрестков, которые можно назвать сходящимися. У них нет перекрещивания путей, но есть место, где эти пути сходятся и можно выбрать дальнейший вариант маршрута. Покажем на примере. На рис. 14.5 сходятся два нижних базовых материальных пути, слева и справа, опыт прошлый и тот, который будет наработан в ближайшем будущем. Место соединения – в зоне действующих технологий и возможностей, т. е. здесь и теперь, в настоящем. В результате – неудержимый прорыв эго к могуществу и абсолюту, выход на высший уровень самореализации. Надо только так сделать, чтобы ваша карма нажитого прошлого и карма будущего создали магию в настоящем.

На рис. 14.6 совершенно иная картина. Здесь, что называется «высокий старт» с мощным стимулом двигаться только вверх, к вершине. Поначалу и почти до средины пути будет получаться очень даже неплохо. До встречи с «точкой схождения». После ее прохождения – неизбежная бифуркация дотоле единого пути. Причем именно бифуркация, поскольку после разделения два новых варианта уже больше не пересекутся и не соединятся, а окажутся разнонаправленными. На уровне личности человека здесь раздвоение. Направление влево-вверх будет означать возврат или даже уход в прошлые идеалы и идеализированную прожитую жизнь. Другими словами, бегство во времени назад. Второй вариант, пожалуй, лучше. Есть шанс достигнуть успеха, выбрав вариант вправо-вверх. Изменение траектории после бифуркации (т. е. раздвоения) все же не пройдет бесследно. Возможны неврозы, смятение и горечь досады, что вершина так и не покорилась. Хотя в данном случае синица в руке гораздо лучше, чем несуществующий журавль в небе. Вот только ее еще надо поймать. Дело за работой, везением и временем. Время пить шампанское еще не наступило. В настоящем – выбор пути из двух несовместимых.

О ТЕХ, «КТО НЕ МОЖЕТ ЖДАТЬ И САДИТСЯ В СЕДЛО». Поговорим о «людях пути», т. е. о тех, кто любит дороги и перекрестки, а также фигуры, их обозначающие. Из них получаются хорошие ученые, путешественники, миссионеры и профессиональные разведчики. Они до самозабвения любят информацию о чем-то новом, и в тяге к неизведанному готовы рисковать очень многим, а то и жизнью. Может быть потому, что они следуют по пути, а не действуют наобум. Поэтому риск тщательно продуман и взвешен. С прикидкой, что в дороге может случиться всякое. Вот только с самого пути сойти никак нельзя. Такие люди не собираются провести свою жизнь на обочине, пусть даже сытой и обеспеченной. Еще они умеют искать и ждать. Искать особенные, дотоле неизвестные или незамеченные проходы и тоннели. Где, куда и зачем – это уже зависит от их личной кармы и судьбы. По природе своей натуры отчасти «сталкеры», ибо умеют играть по правилам некой «зоны». С эгоизмом здесь все в порядке. В том смысле, что он контролируемый со стороны личности в интересах дальнейшего продвижения по пути. Зато деловитости и целеустремленности им не занимать. Хотя, в принципе, у настоящего пути нет окончания. И никто до конца не ведает истинного смысла пройденного. С диалектикой теории познания у таких «путников» нет конфликта. Они могут весьма успешно экстраполировать поведение систем с неполнотой данных. Попутно ясно и доходчиво формализируют возникшие проблемы. Мышление алгоритмическое, причем без всякой догматики. Тем не менее сбить их с толку почти невозможно, а переубедить может лишь тот, кто зашел дальше их в выбранном направлении. Проводников они уважают, поскольку многие из них стремятся такими же стать. Натуры скрытные для внешнего мира и вне дороги ко многим житейским эго-приоритетам относятся равнодушно. Эмоции стараются держать под контролем. Никогда не опустятся до подлости, зависти, мелкого честолюбия и прочей человеческой дребедени. Обещанное сделают, но большего от них заполучить будет весьма проблемно. Разве что вы тоже «путник». И последний штрих. В момент перехода точки «перекрестка» такие люди слегка не от мира сего. У них катарсис и волнения, которых другим не понять.

КУДА КАТИТСЯ КОЛОБОК, или ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПЕРЕКРЕСТКА С ДРУГИМИ ФИГУРАМИ. Перекресток, в принципе, весьма толерантен к другим, если только они не мешают ему на пути. И здесь не важна, по большому счету, мотивация их появления на «дороге», важно последующее развитие событий. Путь предполагает изменения сценария, и неизвестно априори, кто появился впереди – друг, враг или просто мимолетный прохожий. Но все же характер встречного не безразличен. Скажем, тот же треугольник ведет себя жестко и независимо, что похвально, но путь надо принять, а не ждать атаки со всех сторон. Впрочем, для круговой жесткой обороны на марше и для прокладывания просек треугольник почти незаменим. Вот только как быть с философией Дао? Тем не менее крест и треугольник органично поддерживают друг друга.

Взаимосвязь перекрестка с кругом, овалом, овоидом симбиотическая. Анкх, древнеегипетский магический символ жизни, тому подтверждение. Путь очень часто оканчивается глубинным постижением истин жизни и бытия. Он также может и начинаться с неких запросов «онто-бытия» (гр. ontos – сущее).

Квадрат – чисто рациональная структура, но и он может запросить некую специфическую информацию пути. Сочетание креста, квадрата и круга – не менее древний знак кельтских друидов. Иначе были бы невозможны точные астрономические расчеты святилища Стоунхенджа.

Ромб также может быть помещен в центре перекрестка, задавая тем самым весьма директивно направления. Жесткий и авторитарный получается крест, но бывают и такие.

Корпоративность шестиугольника не предполагает никаких иных путей, кроме как от его вершин. Вообще-то этой «ячеистой» фигуре перекрестия и некие специальные каналы, мягко говоря, не совсем по душе. Нет гармоничного родства и взаимовыгодного сотрудничества. Уж слишком разные менталитеты.

Пирамиду, в принципе, может увенчать крест. Но тогда, взойдя на вершину пирамиды, придется начать все сначала, только по-иному. У истинного пути ведь нет завершения. И смысл пройденного может раскрыться не сразу. Путь и проект все же вещи суть несколько разные. Поэтому перекресток внутри пирамиды также будет означать некий выход или уход в иное, за пределы пирамидальной структуры. Хотя поначалу предполагается просто раскрыть некий скрытый секрет пирамиды. Продолжение далее будет следовать.

В дорогу люди собираются до зари, чтобы встретить ее первые лучи уже в пути. Тогда будет удача. Путеводная звезда отнюдь не выдумка поэтов и романтиков. Без нее иногда никак. Ореол увенчает крест, освещая тем самым новые горизонты и воздавая дань пройденному. Схождение путей может быть звездообразным, от трех лучей и более. Придется выбирать. Звезда может породить путь. Но остановить его уже не в ее силах.

Молния озарит путь, но может и убить. Что все же по отношению к людям бывает не так уж часто. Благодаря биополю, ауре и персональной карме. Зигзаг может существенно изменить путь и поставить перед дилеммой: преодолеть пропасть в два прыжка, либо повернуть назад. Еще может быть радость озарения и возглас «Эврика!» Попутно зигзаг создает посылку для катарсиса. Дорога избавляет и дает шанс. Лишь бы только не было механического передвижения души и тела из пункта А в пункт Б.

КАКОГО ЦВЕТА ДАО? Наверное, цвета дождя, тумана, проблесков лучей солнца, запаха и шума ветра, позабытого шелеста книжных страниц и звуков современного «рингтона».

Черные кресты и перекрестки вряд ли отпугнут всех идущих. Темнее ночи в душе, в природе не бывает. Те, кто последуют далее, перешагнут некий барьер. И, может быть, воочию узрят то, что именуется как «божественный мрак». Сказывают, он видимый. А после него человек выходит иной – просветленный и могущественный. Как бы там ни было, но у черного перекрестка обочин не бывает. Это уж точно.

Синий перекресток даст счастье и успокоение мятежной душе. Дальше путник уже не будет одиноким. А это так много и так мало – чтобы кто-то тебя ждал, пусть не провожал, но почему-то вспомнился в один из моментов дороги. Самое интересное, загадочное и мистическое – это то, что сам путь физически и явственно выступает товарищем и собеседником, а может быть и сердечным другом. Он будет по-настоящему переживать за судьбу идущего. Хотя, возможно, это контакт с Предтечами. Ведь кто-то первым здесь прошел.

У фиолетового цвета гораздо больший личностный интенсив. Да и сам процесс слияния и контакта потребует глубины поступков, переживаний и постижения. Не все сущее кроется только в нас самих. Придется нечто отыскать, познать, принять, может, полюбить. Еще придется держать ответ и проявить, возможно, ярость. Главное, чтобы искренне, а не под прессингом собственного эгоизма. Драться с врагом и искренне им восхищаться, проиграв, тоже надо уметь.

У серого цвета, кроме идеи пути, собственно, другого ничего нет. Такова его цветовая динамика и миссия. Но сам путь в серой гамме нуждается в путнике. Чтобы последний в полной мере ощутил самого себя и прочувствовал смысл дороги, которую почему-то выбрал. Может быть, так, в неторопливом, спокойном и беспристрастном диалоге откроются дотоле неосознанные и не понятые истины. Чувства и ощущения путника обогатятся полутонами и прорисовкой деталей. А еще серый цвет на перекрестке сотрет как губкой изначальные жесткие установки и категоричность прошлых парадигм. Штрихи дождя и полосы тумана довершат размыв догмы. Но дорога от того не умалится, да и путник будет ей благодарен. Он ведь станет другим, как минимум мудрее и терпеливее. В сером цвете можно идти бесконечно долго. Жить дорогой и собой. А если повезет, то встретить такого же внимательного и толерантного путника. Тогда станет на душе теплее.

Красный крест даст вам еще один повод жить ярко и полнокровно. Проблемы прошлого останутся по ту сторону порога. Придется принять вызов пути и дотоле неизведанной экспрессии. Чистому рационализму здесь не всегда будет место. Дорога в красном преподнесет много неожиданностей и не все они окажутся безопасными. Но и бояться ее не стоит. Иначе откуда тогда возьмется радость от жизни? Ну не на обочине же. Да и красных перекрестков, кажется, просто нет.

У желтого креста и перекрестка контур окажется слегка размытым. Поэтому можно временно отдохнуть где-то вблизи дороги. Шагать по ней будет легко и отчасти беззаботно. Оглядываться назад также перехочется очень быстро. Счастливого пути и новых ярких свежих впечатлений! Желтый цвет обещает удачный выбор перекрестка и позитивного продолжения пути. Главное, не обременить себя тяжелой поклажей. Остальное прибудет, как-то разрешится и благополучно завершится. Чего еще раз пожелаем.

Белый путь один из самых трудных и загадочных. Белый перекресток не даст наверняка ответа на вопрос, куда идти дальше. Путнику придется решать самому. Идя по снежной целине, человек поневоле начинает теряться. Любой небелый ориентир привлечет гиперактивное внимание. Возможно, там есть выход. И тогда бесконечно-белый сменит другой цвет. Со своими указателями дальнейшего пути. Пройдя белый перекресток, путник обязательно обретет другие, «небелые» приоритеты. Возможно, даже из прошлого, от которого он уходил в неизведанное белое.

Идя по «лунному тракту», придется столкнуться с жесткими требовательными контурами и контрастами. Полутонов не будет. Луна временами равнодушно безжалостно стелет дорогу путнику. Правда, осиливший перекрестки под лунным светом обретет многое. Он станет сильным. Его увлечет холодная суровость и ясность подлунного ландшафта. И вполне возможно, он возродит в своей душе человеческие чувства. Луна учит беречь тепло солнечного дня.

Голубые дали и перекрестки успокаивают израненную душу и обещают надежду благополучного разрешения пути. Болезненная привязанность к прошлому останется позади. Отдохнув на тропах под голубым небом, можно будет начать обустраивать дальнейшую жизнь. Такая дорога часто приводит к обетованному дому.

Об авторе книги

Тараненко Владимир Иванович (13.09.1962 – 21.10.2011) – эксперт в области визуальной психодиагностики и графологического психоанализа с большим опытом работы.

Закончил в 1985 году Киевский государственный университет им. Т. Г. Шевченко, биологический факультет (кафедра физиологии человека и животных, специализация – прикладная психофизиология человека).

С 1988 г. по 2000 г. – ведущий специалист и руководитель сектора разработки программных диагностических средств отдела психофизиологического обеспечения Минтопэнерго Украины. Автор уникальных учебных прикладных курсов: графологии, физиогномики, психоанализа болезней, специальных приемов имиджа и рекламы, психогеометрии (расшифровка графических логотипов), психофонологии и психонейминга (психологическое воздействие звука и имени), корпоративного психомониторинга персонала.

Автор ряда практических работ и множества консультаций в области психоанализа бренд-марок, логотипов, психонейминга, а также прикладных разработок современных методов психодиагностики персонала и постановки задач по их программному обеспечению. Обладал определенной приоритетностью в ряде принципиальных методических подходов по актуальным вопросам психологии современного менеджмента (определение команды, лидерства, селф-бренда, непродуктивного психоманипулирования, визуального воздействия организованного пространства и т. д.).

Разработал более 50 психограмм для конкретных профессий по заказу фирм. Своими работами известен за пределами Украины. Был одним из учредителей Тренингового центра «Мастерская визуальной психодиагностики» (www.corvus.com.ua).

Примечания

1

Тараненко В. Непродуктивная психология, или Бомба для директора. Визитка: досье на партнера. – К.: Ника-Центр, 2008. – 280 с.: ил.

2

Центричность – термин, введенный автором для проведения психоанализа геометрических фигур. Означает выраженность визуального центра у фигуры.

3

Кунде Й. Корпоративная религия. – СПб.: Стокгольмская школа экономики, 2004. – С. 111.

4

Абдеев Р. Ф. Философия информационной цивилизации. – М.: Владос, 1994. – С. 114.

5

Цит. по: Друкер П. Задачи менеджмента в XXI веке. – М.: Изд. дом «Вильямс», 2001. – С. 106.

6

Здесь и далее информация о рунах приведена по источнику: Медоуз К. Магия рун. – М.: Агентство «Фаир», 1998. – 320 с.

7

«Колесницегонитель» – название песни Вячеслава Бутусова и рок-группы «Ю-Питер».

8

Цит. по: Морозов И. В. Таинственным путем Гермеса. – Мн.: Ушвератэцкае, 1994. – 303 с.

Content

Владимир Тараненко
Разоблаченный логотип, или Психогеометрия

Об издании

Глава 1. Квадратура системы и производства

1.1. Феноменология и психология знака

1.2. «Квадратная» организация

1.3. Фигура и цвет

Глава 2. На главном направлении, или Вытянутые квадраты на марше…

2.1. Осевой ориентир

2.2. Прямоугольник на визуальной службе

2.3. Портрет в прямоугольном интерьере

2.4. Цвет и направление

Глава 3. Фронтальное сопротивление, или Расколите треугольник

3.1. Команда, чтобы поразить, или Психологический портрет треугольника

3.2. Где командный центр, или Геометрический психоанализ фигуры

3.3. Дом на ветру, или Особенности коммуникации треугольника

3.4. Цвет треугольника, или Алые вымпелы рейдера

Глава 4. В круге тайном

4.1. Проникнуть в круг и взорваться

4.2. Становитесь в круг! А кто же в центре?

4.3. Овал: динамика биполярной фигуры

Глава 5. Овоид серебристый, или Заколдованное «яйцо» Терминатора

5.1. Мягкое, но неумолимое продвижение собственной миссии

5.2. Капля камень точит в отражении пламени свечи…

Глава 6. Ромбические генералы

Глава 7. Направление главного удара

Глава 8. Скованные корпоративным духом

8.1. Шестиугольник

8.2. Пятиугольник – выбор приоритета

Глава 9. В нулевой точке Хроноса – спираль, пирамида, конус и… прудовик обыкновенный

9.1. Идея спирали, или Почему не стоит бесконечно совершенствовать кофемолку

9.2. В нулевой точке Хроноса – пирамида

9.3. Конус – миссия сокрыта до ее завершения

9.4. Комфортное убежище – раковина

Глава 10. В полшаге от молнии – зигзаг и руна Sol

Глава 11. Осязаемая трансценденция – свод, арка, чаша, подкова, полумесяц

11.1. Под сенью арки

11.2. Испить чашу до дна и прибить на счастье подкову

11.3. Челнок в небесной сфере

Глава 12. Разорвать цепь, или Радиальное построение империи – кольцо, обод, колесо

12.1. Этап первый – кольцо и обод

12.2. Этап второй – колесо и «колесницегонители»

Глава 13. Хищные вещи мироздания – звезды

Глава 14. Пути и дороги – кресты, перекрестки

Об авторе книги

Примечания