Шерри Крейн

Мой единственный

Посвящается Стэну

Глава 1

— Удачного вам дня, — пожелал офицеру полиции Макс Кендрик.

«Надеюсь, ваша бестолковая лошадь отдавит вам ногу», — мысленно добавил он.

Вот уже в третий раз Макс Кендрик запихивал в свой кошелек пеструю бумажную салфетку — клочок бумаги с нацарапанным на нем адресом — и водительское удостоверение.

Он взглянул на часы. За последние три часа полицейские Французского квартала трижды задерживали его, а все потому, что он просто сидел на обветшалых ступеньках террасы и ждал, пока ему откроют дверь, чтобы он смог попасть в обещанную ему квартиру.

Хватит с него южного гостеприимства. Ну и что из того, что он не помнил имени риэлтора, к которому должен обратиться за ключами. Ему не нужно больше запоминать мелкие детали. Когда почти два года назад он выбросил в реку свой ежедневник, пейджер и мобильный телефон, Макс поклялся самому себе, что больше никогда не будет заложником установленных кем бы то ни было правил. И известная адвокатская контора Бостона, которой посчастливилось заполучить его в качестве партнера, вынужденно согласилась на его условия.

Не обращая внимания на настойчивое урчание в желудке, Макс заерзал на жестком каменном крыльце, пытаясь устроиться поудобнее.

* * *

После не совсем успешной трехдневной деловой поездки, связанной с организацией продаж, Ли Мэлоун менее всего желала увидеть неизвестного мужчину, растянувшегося на крыльце ее дома. Такси обогнуло припаркованный у обочины автомобиль и въехало на запрещенную для парковки зону. Остановив машину и повернувшись назад, водитель спросил:

— Сюда, леди? Там сидит ваш друг?

Ли провела рукой по аккуратно сколотым на затылке волосам.

— Нет, я не знаю сидящего мужчину.

— Хотите, я помогу вам донести вещи и прогоню парня? — Глаза таксиста заблестели в предвкушении стычки.

Сквозь запачканное окно такси Ли посмотрела на развалившегося в непринужденной позе субъекта, а затем окинула взглядом громоздящиеся возле его ног матерчатую сумку и две коробки, перевязанные бечевкой. Лицо ожидающего имело темный загар, и его покрывала двухдневная щетина. Видавшие виды джинсы и футболка дополняли его непрезентабельность.

— Что ж, почему бы вам и не помочь мне, Лютер, — произнесла Ли, прочитав имя водителя на приборной доске. — Возможно, он просто отдыхает на моих ступенях, но вы могли бы указать ему более подходящее место. Например, у реки вместе с такими же бездельниками.

— Да, мэм, я позабочусь о нем. Не забивайте свою очаровательную головку подобными пустяками. — Таксист захлопнул дверцу машины и обошел ее с другой стороны, чтобы забрать багаж.

Ли больше уже не удивляло стремление таксистов и носильщиков в аэропорту во что бы то ни стало помочь ей. Ее поведение отнюдь не напоминало поведение беззащитной женщины, ведь она достаточно поработала над созданием имиджа бизнес-леди. Возможно, виной всему ее рост — пять с небольшим футов — и легкий южный акцент.

Ли вполне могла самостоятельно прогнать бродягу со своего крыльца, но она с благодарностью приняла помощь таксиста. Выйдя из машины, Ли выпрямилась и поспешно стала поправлять короткую юбку своего темно-серого делового костюма.

Заметив приближающихся таксиста и женщину, бродяга встал.

— Ну наконец-то! — протянул он. Его голос звучал так, словно он весьма раздосадован тем, что хозяйки не оказалось дома. — Я надеюсь, вы знаете, где разыскать Ли Мэлоун.

— Что у вас за дело к Ли Мэлоун? — спросила Ли. Она по-прежнему старалась держаться от незнакомца на безопасном расстоянии.

Несмотря на то что на ногах Ли были изящные «лодочки» на двухдюймовых каблуках, ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в лицо мужчине. Она отметила, что он довольно мускулист и совсем не похож на полуголодного бродягу.

— У Мэлоун ключ от арендованной мною квартиры. Я прождал здесь целых три часа. — Мужчина махнул рукой в сторону дома. — Какой-то пес смотрел на меня из окна, словно я — бифштекс, который он никак не может достать, копы то и дело проверяли мои документы, и, наконец, я так голоден, что съел бы полицейскую лошадь вместе со сбруей, если, конечно, она не покусала бы меня первой.

— О какой квартире вы говорите? — спросила Ли.

Мужчина вытащил клочок бумаги с нацарапанным на нем адресом Ли.

— Вот адрес, по которому расположена моя квартира. Я забыл название риелторской компании, в которую должен был обратиться. А вы знаете, когда вернется Мэлоун? Вы тоже здесь живете?

— Я — Ли Мэлоун. И я арендую этот дом, — ответила Ли, делая ударение на своем имени. — Обычно меня предупреждают, что квартира сдана. Вообще-то речь идет о крошечном помещении, расположенном на внутреннем дворе.

Мужчина засунул руку в задний карман брюк, чтобы достать бумажник.

— У меня есть записка владельца дома. — Он протянул смятую салфетку из клуба «Монтего-Бей парадайз» и свое водительское удостоверение. — Вот мои документы. Можете взглянуть. Здесь, в Новом Орлеане, все хотят их видеть.

Взяв салфетку двумя пальцами, Ли принялась ее изучать. На ней почерком Джорджа Грэма, владельца дома, было нацарапано: «Ли, дай ключи от пристройки Максу. Покажи ему, где можно достать выпивку с марихуаной, поесть самых вкусных сандвичей и познакомиться с красивыми девочками. Если у него есть деньги, пусть вселяется. А если нет — забудь о моей просьбе. Спасибо, Джордж».

Таксист, стоявший за спиной Ли, прочитал записку и покачал головой:

— Эй, парень, для твоих пристрастий тебе нужен мужчина. И кто только додумался попросить очаровательную леди познакомить тебя с местными красотками? Похоже, какой-то извращенец.

— Кажется, он решил, что Ли — мужчина. — Макс сделал на имени такое же ударение, как и его обладательница. — У вас будут проблемы из-за меня, мисс Мэлоун?

Ли, запоминавшая номер его водительского удостоверения, подняла глаза, чтобы сравнить человека на фотографии с мужчиной, стоявшим перед ней. Судя по документам, мужчину звали Макс Кендрик, и он постоянно проживал в Бостоне, штат Массачусетс. Тридцать один год, рост — шесть с небольшим футов, вес — сто восемьдесят пять фунтов, каштановые волосы, правда, теперь выгоревшие от солнца и не такие темные, как на фото, карие глаза и озорная усмешка, которую можно разглядеть даже на не совсем четкой фотографии.

Эффектный высокий мужчина, живущий у нее на заднем дворе… Дьявол, проблем не избежать. Но Ли никоим образом не собиралась признаться в них незнакомцу.

— Не вижу никакой проблемы в том, что вы будете здесь жить. В том случае, конечно, если вы возьмете у меня ключи и не станете претендовать на большее, — ответила Ли тоном, не допускающим возражений. — У вас будет отдельный вход со двора. — Она указала на деревянные ворота рядом с домом. — У вас имеется машина? Во дворе есть место только для одной, и его уже использую я.

— Машины нет. Тут все мое имущество. — Мужчина жестом указал на лежащую возле него поклажу.

Ли вернула ему водительское удостоверение и салфетку. Распрямив плечи, она обратилась к таксисту:

— Спасибо за помощь, Лютер. Я думаю, что все в порядке. Оказывается, это мой новый сосед. — Ли протянула ему свернутую банкноту и улыбнулась, дав тем самым понять, что он свободен.

Лютер неуверенно посмотрел на женщину.

— Я не тороплюсь, так что могу подождать еще какое-то время. На случай, если я вам понадоблюсь.

— Я справлюсь. Во дворе у меня пес. Он меня защитит, если что. Всей своей семидесятифунтовой массой.

Ли достала из кожаного портфеля связку ключей и отперла массивную деревянную дверь, ведущую в дом. Макс тут же поспешил открыть ее перед женщиной.

Ли удивила легкость, с которой мужчина распахнул перед ней тяжеленную дверь.

— Занесите ваши вещи во внутренний двор и закройте за собой дверь, — велела она. — Стоит оставить что-нибудь на улице без присмотра на десять минут — и все сразу исчезает.

— Да, я уже понял. И почему я так проголодался? — пробормотал Макс.

Ли прошла во внутренний двор и не успела поставить свою сумку, как стремительно и радостно к ней бросилась черно-коричневая собака.

Пес сделал круг по двору и вновь подбежал к Ли, заливисто лая от радости. Ли опустилась на колени и обняла его, зарывшись лицом в густой мех. Когда Макс поставил последнюю коробку на дорожку, пес зарычал и обнажил клыки.

Ли положила руку на ошейник.

— Все в порядке, Роки, это друг, — успокоила она пса и обратилась к Кендрику: — Мистер Кендрик, Роки свободно разгуливает по всему дому и внутреннему двору. Вы должны позволить ему обнюхать вас, чтобы в дальнейшем, он воспринимал вас как друга. В противном случае могут быть неприятности.

Макс стоял абсолютно спокойно, пока внушительных размеров пес рассматривал его, все еще тихонько рыча.

— Можете называть меня просто Макс, — обратился мужчина к Ли, — я люблю собак. Какой он породы?

— Он — авиационная овчарка. — Ли нежно потрепала пса по голове.

— Авиационная овчарка? — Макс потер переносицу. — Никогда не слышал о такой породе.

— Я нашла его на дороге, ведущей в аэропорт. Ветеринар сказал, что он не больше овчарка, чем все остальные собаки. Так что теперь он авиационная овчарка.

Ли похлопала себя по бедру, подзывая собаку, и невольно внимание Макса переключилось на ее стройные красивые ноги.

— Ну же, Роки, познакомься с нашим новым жильцом.

Роки направился к Максу и его коробкам бок о бок со своей хозяйкой, а потом сел по ее сигналу.

— Роки, это Макс. Теперь он будет жить здесь. Если с ним придет какой-то человек, ты не должен его кусать, понял? — Ли заглянула псу в глаза. — А теперь пожмите друг другу руки.

Пес посмотрел на Макса и протянул ему правую лапу.

Но Макс не двинулся с места, и Ли откашлялась. Неужели ее пес оказался умнее нового жильца?

— Пожмите лапу Роки, Макс.

Мужчина пожал лапу псу, а затем протянул руку, чтобы тот ее обнюхал. Роки гавкнул и отправился изучать багаж нового знакомого.

— Надеюсь, среди ваших вещей нет никакой контрабанды. — Ли с трудом подавила смех при виде выражения лица Макса. — Если есть, Роки арестует вас. Он теперь является почетной полицейской собакой, после того как помог задержать вора прошлым летом. Ему даже выдали маленький полицейский значок.

— Как я понимаю, пес будет проверять и моих гостей?

— Да, если только вы не предупредите меня заранее об их приходе, чтобы я могла запереть его дверь. Как долго вы собираетесь жить здесь? Ничего, что я спрашиваю?

— У меня нет определенных планов.

— У вас есть работа в Новом Орлеане? — не отступала Ли. На ее лице вновь появилось деловое выражение.

Макс вздохнул.

— Послушайте, мисс Мэлоун, не успел я приземлиться сегодня в полдень в аэропорту Нового Орлеана, как меня трижды задержали полицейские для проверки документов, напугала принадлежащая одному из них лошадь, обнюхала и обыскала ваша собака. Я всего лишь писатель, пытающийся закончить книгу, а не убийца. Можно мне просто получить ключи от моего жилища? У меня был очень долгий день.

Улыбка застыла на лице Ли.

— Я дам вам ключи, мистер Кендрик. Ваша квартира располагается в пристройке. — Она указала на небольшое здание, расположенное в левой части внутреннего двора и, взяв свои сумки, направилась к себе с высоко поднятой головой.

Макс стал перетаскивать свои вещи к двери, указанной Ли.

Роки сопровождал его.

Ли вернулась со связкой ключей. В Новом Орлеане воздух пропитался липкой влажностью. Стояла вторая половина сентября, а погода скорее напоминала разгар лета.

Ли подняла вверх ключи, зажатые между двумя тонкими длинными пальцами.

— Это ключ от ворот, а это — от квартиры. — Она передала Максу ключи и продолжала, все больше входя в роль домовладелицы: — Электричество уже включено, уборщица приходит раз в две недели, и вы тоже можете воспользоваться ее услугами. В вашей квартире нет телефона, но в аптеке за углом стоит платный телефон-автомат. Если у вас есть ко мне какие-то вопросы, спрашивайте, не стесняйтесь. — Однако ее холодный тон как бы говорил, что она ничего больше не скажет этому невеже.

Приказав Роки следовать за собой, Ли развернулась и направилась к себе, не дав Максу возможности что-либо ответить.

Облокотившись о стену, Макс готов был поклясться, что она являлась кандидатом в члены совета директоров. Весь ее облик — от гладко зачесанных назад темных волос до строгого, лишенного оборок и прочих украшений серого костюма — свидетельствовал о ее принадлежности к прослойке так называемых деловых женщин.

Макс вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь.

Теплый спертый воздух ударил ему в нос. Макс долго пытался нащупать выключатель, а когда наконец нажал на него, лампа осветила крошечную квартирку. Большую часть комнаты занимала огромная уродливая кровать с пологом на четырех столбиках, судя по всему, изготовленная еще до гражданской войны. Справа от кровати располагалась крошечная кухонька, совмещенная с кладовой. В комнате еще стояли небольшой сундук, стол со стулом и старое кресло с бугорчатым сиденьем у окна. Максу приходилось видеть туалетные комнаты гораздо большие, чем нынешняя квартирка. Да, у него самого были такие туалетные комнаты! «Ты становишься восприимчивым, парень, — подумал он. — Радуйся, что у тебя есть крыша над головой, пока будешь заканчивать свою книгу. В твоем распоряжении осталось всего два месяца».

Внезапный удар грома, от которого задребезжало окно, выходящее во внутренний двор, прервал его мысли. Небеса разверзлись, и на землю потоками хлынул дождь.

Макс быстро втащил внутрь последнюю коробку.

— С мыслью об ужине в тихом местечке придется расстаться. Черт, у меня даже нет телефона, чтобы заказать пиццу на дом. Я лучше умру от голода, чем попрошу у рядом живущей Снежной королевы воспользоваться ее драгоценным телефоном. «В аптеке за углом есть платный телефон-автомат», — передразнил он свою новоиспеченную домовладелицу.

Обшарив кухню, Макс нашел лишь полбанки кофе и никакой еды. Он простонал:

— Даже теплого пива нет.

Его замечание долетело в открытую дверь до Ли, и она мгновенно пожалела о своем намерении поинтересоваться у нового соседа, не хочет ли он, чтобы она заказала кое-какие продукты на его долю. Она уже получила сообщение от риелтора о прибытии к ней постояльца и теперь чувствовала, что просто обязана показать себя радушной хозяйкой.

Ли пригладила волосы, раскрыла зонтик и пошла к дому постояльца. Быстро постучав в распахнутую дверь, она вошла внутрь.

— Сегодня вечером, мистер Кендрик, я собираюсь заказывать продукты и хочу спросить, не нужно ли заказать что-нибудь на вашу долю, коль скоро погода так изменилась. Вы сказали, что голодны.

Еще один раскат грома словно подтвердил ее слова.

— Вы можете заказать продукты? И их доставку?

— Да. У Роки почти закончился корм, поэтому я оформлю доставку на сегодня. Раз уж заказ придет на один адрес, мы могли бы разделить оплату доставки на двоих. — Ли села за стол и открыла портативный компьютер.

— Что это? — Макс обошел вокруг стола и взглянул через плечо Ли на крошечный ноутбук.

Когда он наклонился ниже, женщина ощутила слабый пряный аромат, свойственный мужчинам.

— Мой личный помощник. Я добавлю ваш заказ к своему и отправлю факс в магазин. — Она немного отодвинулась в сторону.

— Вы отправите свой заказ по факсу? В историческом Французском квартале? — Макс сел на кровать, автоматически почесывая за ухом Роки, который положил свою голову ему на колено.

— Возможно, дома здесь и выглядят очень старыми, но образ жизни вполне современный. Мой заказ доставят сюда на машине. — Ли ударила по клавишам и выжидательно посмотрела на Макса: — Что вам нужно?

— Все.

— А нельзя ли немного поконкретнее, или я напишу, чтобы прислали один пакет «всего»?

— Нет. Просто обычный набор продуктов.

Ли нервно постукивала покрытыми красным лаком ногтями по столу. Забота о новом соседе вовсе не входила в круг ее обязанностей.

— Мистер Кендрик, я не ваш секретарь. Я включу ваш заказ в свой, если вы точно скажете, что вам нужно. Иначе…

— Пиво, хлеб, молоко, кофе и продукты для бутербродов. Так вас устроит?

Ли начала печатать.

— Какой сорт пива?

Макс задумался, и она терпеливо ждала.

— Импортное, темное, сорт мне безразличен. Упаковку из шести бутылок.

— Хлеб?

— Чтобы годился для бутербродов.

Ли молча ждала.

— Ржаной, нарезка.

— Кофе?

— Послушайте, может, вы просто закажете то же, что и себе?

Ли вывела на экран список.

— Я заказала десятифунтовую упаковку каменного угля, пять фунтов рубленого филея, большую кость, три яичных бублика, дюжину коричневых яиц, полфунта сыра «моцарелла», разнообразную зелень для салата, один красный и один желтый перец и шесть бутылок диетического имбирного пива. Хотите что-нибудь еще?

Макс в ужасе смотрел на список.

Ли с трудом держала себя в руках. Ей не нравились мужчины, высказывающие свое мнение по любому поводу, как бы великолепно они ни выглядели в облегающих потертых джинсах.

— Мистер Кендрик, я пришла сюда в такой ливень не для того, чтобы обсуждать мои вкусовые пристрастия, а чтобы не показаться недружелюбной. Так вам нужны продукты или нет?

— Зовите меня просто Макс. Честно говоря, я умираю от голода. — Он провел рукой по щетине на подбородке. — Но я не собираюсь выпрашивать у вас бутерброды. С тех самых пор, как я сел в самолет на Ямайке в семь часов утра, у меня маковой росинки во рту не было.

Ли закрыла компьютер и встала. Похоже, она обзавелась еще одним голодным бездомным животным, но теперь двуногим.

— Идемте в дом, — пригласила она. — Я найду что-нибудь, чтобы накормить вас, пока вы решите, какой сорт кофе вам нужен. Только возьмите с собой деньги. Я не собираюсь платить за ваши продукты.

Макс направился к кухне Ли столь стремительно, что обогнал проворного хозяйского пса.

Наевшись, Макс выглядел таким же сытым, как и Роки. Он налил еще кофе себе и хозяйке дома и поставил кофейник на плиту.

— У вас большая кухня. Да и весь дом выглядит гораздо больше, чем кажется снаружи.

— В этом прелесть Французского квартала. Старые дома построены прямо на тротуаре, поэтому с улицы ничего не видно. Глядя на мой дом, вы не подумали бы, что внутри имеется такой чудесный внутренний двор. Здесь полно места, чтобы Роки мог бегать. Он даже не подозревает, что играет на земельном участке стоимостью в миллион долларов. Просто счастье, что я смогла арендовать такой дом.

— Вы знаете владельцев? Милая семья. Я познакомился с ними на Ямайке.

— Нет. Я какое-то время встречалась с их риелтором. Он знал, что я люблю испытывать судьбу. — Ли рассмеялась. — К счастью, я подписала договор об аренде, до того как бросила его.

— Оказался занудой?

Ли скорчила гримасу.

— Всегда им был. Я узнала о проблемах с водопроводом больше, чем мне хотелось бы.

Макс взял жестяную банку и выудил оттуда последнее печенье.

— Сами пекли?

— Нет. Купила в булочной через две улицы отсюда. Я не готовлю, но знаю, где можно купить лучшую еду. Вот увидите, в нашем квартале все очень близко находится. Он словно маленькая деревня, расположенная в центре туризма. Ну что, теперь вы готовы заказать продукты?

— Да. Возможно, теперь я не стану набрасываться на вас. — Извиняясь, Макс одарил женщину ослепительной улыбкой. — У меня в мыслях не было грубить вам.

— Все в порядке. — Ли попыталась не обращать внимания на внезапно участившийся пульс. — Я тоже несдержанна, когда голодна.

Глава 2

— Нет, я не знаю никакого Максвелла Кендрика. Наверное, вы ошиблись номером.

Ли почти уже положила трубку телефона, как вдруг ее озарило.

— Подождите! — крикнула она, узнав наконец голос своего соседа. — Макс? Какого черта вы звоните мне в… — Ли бросила взгляд на электронные часы, стоящие в изголовье кровати. На них ярко светились неоновые цифры. — В 4.46 утра в воскресенье. — Она слушала путаные объяснения Кендрика, включив свет и делая пометки в блокноте, лежащем на прикроватном столике.

Макс находился в Новом Орлеане всего два дня, а уже умудрился попасть в тюрьму за нарушение спокойствия. Ей нет никакого дела до того, что она единственная его знакомая в Новом Орлеане. Она не просила его приезжать сюда. Ее вовсе не волновало, что он истекает кровью от какой-то там раны. В ее обязанности не входило внесение залога за своего соседа.

Однако помимо своей воли она произнесла:

— Хорошо, я скоро буду. Сколько для залога нужно денег? Вас действительно ранили или вы просто пьяны?

Ли снова безжалостно прервала монолог Макса:

— Не думаю, что вы стали бы так смеяться, находясь на смертном одре. Я сейчас же вешаю трубку. О драке в баре вы расскажете по пути домой.

Сбегая вниз по ступенькам, Ли свистнула, подзывая Роки. Если уж ей придется совершить утомительную прогулку по Французскому кварталу в пять часов утра, чтобы освободить из тюрьмы своего пьяного постояльца, она обязательно возьмет с собой охрану. Ли даже не думала о том, чтобы поехать на машине. Жители квартала никогда не пользовались машинами, если можно пройти пешком.

Выходя из кухни, Роки зевнул. Макс вынудил Ли разбудить ее бедного спящего пса. Она ему припомнит!

— Хочешь вытащить Макса из тюрьмы, мальчик?

Услышав имя Макса, Роки завилял хвостом.

— Ты мог бы по крайней мере разозлиться, Роки, — укорила пса Ли, роясь в кухонном шкафу в поисках его полицейского значка, благодаря которому он смог бы беспрепятственно попасть в полицейский участок.

Пройдя шесть кварталов по темным, затянутым туманом улицам, Ли немного поостыла. Возможно, Макс ранен более серьезно, чем она думает, и в ее памяти мгновенно всплыли рассказы о жестокости полицейских.

— С собаками сюда нельзя, мадам, — уведомил Ли сержант, сидящий за столом.

— Роки — почетная полицейская собака. — Ли вытащила из кармана значок. — Я хочу внести залог за Макса Кендрика. Мне кажется, он задержан за нарушение спокойствия.

Взглянув на значок, молодой сержант ухмыльнулся:

— Хорошо, пес может остаться. Только не позволяйте ему покусать здесь кого-нибудь. Думаю, от него пахнет лучше, чем от большинства наших клиентов. Значит, нарушение спокойствия? Должно быть, чистка на Бурбон-стрит. Там арестовывали всех подряд. Ваш муж?

— Отнеси Господи! Новый постоялец. Он здесь всего пару дней, а уже успел попасть за решетку. Он ведь не ранен, нет?

Сержант пожал плечами и положил перед собой несколько бумаг.

— Ваши документы, мадам?

Ли протянула сержанту свое водительское удостоверение и кредитную карточку.

— Макс сказал, что вы принимаете кредитки.

— Мы принимаем и кредитки, и чеки, и наличные. Если вы подождете немного, я приведу вам вашего жильца.

Ранним утром в воскресенье в полицейском участке Французского квартала царило оживление. Ли отыскала свободный стул в почти до отказа заполненной комнате ожидания и сморщила нос. Сержант оказался прав. Судя по невыносимому запаху несвежих тел, окружающие Ли люди не принимали душа по крайней мере несколько дней.

Роки плюхнулся на пол у ног Ли и замер, не обращая внимания на передвижение людей в комнате ожидания. Однако он мгновенно открывал глаза, когда кто-то проходил мимо Ли.

Сержант подозвал Ли к своему столу, чтобы та подписала документы о внесении залога, а затем вернул ей кредитку и квитанцию.

— Он выйдет, как только ему вернут его вещи. Он уже почти протрезвел.

Спустя десять минут решетчатая дверь открылась, и на пороге камеры появился Макс. Его некогда зеленая рубашка была покрыта пятнами запекшейся крови. Кровоподтек под глазом выглядел довольно многообещающе, рискуя со временем превратиться в разноцветный синяк. Спутанным волосам явно требовалась расческа, а выступившая на щеках щетина придавала лицу угрожающий оттенок. На его губах блуждала глуповатая полупьяная улыбка.

Ли ощутила мощную волну сексуальности, исходившую от Макса, несмотря на его неприглядный вид. Как мог этот мужчина выглядеть таким потрепанным и привлекательным одновременно? Господи, он же просто пьяница, ввязавшийся в драку в баре.

Менее восприимчивый к подобным вещам Роки узнал своего нового друга и подбежал поприветствовать его.

— Привет, парень, ты пришел со своей хозяйкой, чтобы вызволить меня из тюрьмы? — Макс наклонился, чтобы погладить собаку, держась одной рукой за стену.

Ли подошла поближе, чтобы разглядеть, нет ли у Макса ран.

— Надеюсь, веселье стоило сотню долларов, потому что именно столько я заплатила, чтобы вытащить вас отсюда. Кроме того, мне пришлось поручиться за вас как за приличного человека.

— Готов поклясться, что подобная ложь разбила вам сердце. — Макс одарил Ли одной из своих ослепительных улыбок. — Драка стоила каждого пенни из ваших денег, заработанных тяжелым трудом, давно таких не видел. Я очень признателен вам, что вытащили меня отсюда. Но вы могли бы подождать, а не приезжать сюда в столь ранний час.

— Тогда какого черта вы позвонили мне в 4.46 утра? — Ли с трудом сдерживалась, чтобы не ударить Макса. Она волновалась, что его ранили, а он воспринимал ситуацию как веселое времяпрепровождение. — Вы что, не могли проспаться? Откуда кровь? Вы сказали, что не ранены.

Макс посмотрел на пятна крови на своей рубашке.

— Кто-то очень меткий съездил мне по носу, и у меня пошла кровь. Вы беспокоились за меня? — Он протянул руку, чтобы дотронуться до волос Ли, но отдернул ее, потому что та резко отстранилась.

— Как вы смотрите на то, чтобы отправиться домой? А свою историю расскажете мне по дороге. Роки не слишком горит желанием оставаться здесь и, честно говоря, я тоже.

— Конечно, — согласился Макс, распахивая перед Ли дверь. — Я надеялся, что вам, возможно, захочется выпить чашечку кофе в заведении на Декейтер-стрит. Один из моих сокамерников сказал, что оно открыто всю ночь и что там подают пончики, посыпанные сахарной пудрой. Я умираю от голода.

— Похоже, умирать с голоду — ваше обычное состояние, — еле слышно пробормотала Ли.

Они направились в сторону Миссисипи и Декейтер-стрит. Неяркий утренний свет делал менее заметной грязь и нищету, бросающиеся в глаза днем. Казалось, ничего здесь не изменилось с течением времени. Женщины квартала на протяжении столетий тащили своих мужей домой из баров по утрам. Над рекой поднимался туман и клубился вокруг уличных фонарей. Место было очень романтичное. Улицы квартала являлись свидетелями стольких событий.

Когда Макс взял Ли за руку, она сразу же забыла о нравоучениях, которые заготовила, сидя в комнате ожидания, и, сама того не желая, согласилась выпить чашечку кофе в кафе «Монд».

Они молча шли в тишине, которую нарушал лишь приглушенный звук их шагов по мостовой. Машин не было, и никто не прогуливался в такую рань по улице. Казалось, что на всей земле остались только они вдвоем.

На Декейтер-стрит уже появились первые автомобили, и Ли зажмурилась от внезапного шума.

— У вас не возникло проблем с такси в 4.46 утра? — спросил Макс, привлекая Ли к себе, когда они переходили через дорогу.

— Я шла пешком, — ответила она. — Всего несколько кварталов.

Макс внезапно остановился прямо посреди дороги. Не обращая внимания на проносящиеся мимо машины, он заорал:

— Вы шли пешком в одиночку среди ночи в городе, где такая преступность? Как можно быть такой глупой?

Ли высвободила руку и направилась к обочине.

— Но не настолько глупой, чтобы стоять посреди проезжей части и обсуждать, что уже сделано. Со мной был Роки. К тому же я захватила баллончик. Улицы хорошо охраняются.

— А пес мог защитить вас от бандитов? — продолжал допытываться Макс, идя рядом с Ли по тротуару.

— Пусть бы попробовали напасть. В конце концов ничего ведь не случилось. Так, может, не о чем говорить? Ну вот и кафе «Монд». Если уж мы решили спорить, то мне просто необходима чашечка кофе.

Они отыскали столик прямо у тротуара и сели. Роки забрался под стол и мгновенно задремал. Когда к ним подошел официант, Ли заказала две порции кофе с молоком и французские пончики, которыми так славилось кафе.

— Я совсем не хочу ссориться со своей спасительницей. — Макс взял руку Ли, чтобы поцеловать. — Простите, что накричал на вас. Спасибо, что вытащили меня из тюрьмы.

— Только постарайтесь, чтобы такое поведение не вошло у вас в привычку.

Когда официант принес заказ, она вытащила деньги из заднего кармана джинсов.

— Я заплачу, — предупредил Макс.

— Я думала, у вас нет денег. Ведь именно поэтому я внесла за вас залог?

— У меня не было с собой ста долларов, но чашечку кофе для вас я могу оплатить.

Ли запихнула деньги обратно в карман и взяла со стола белую с толстыми стенками чашку.

Макс жадно съел свои пончики и теперь смотрел на тот, что лежал в тарелке Ли. Она подвинула ему тарелку, еле сдерживая улыбку.

— У вас с Роки много общего, — заметила Ли. — Из-за чего в баре завязалась драка?

Макс пожал плечами.

— А черт его знает. Я спокойно выпил кружку или две пива. В бар начали ломиться два каких-то парня. Вышибала не смог с ними справиться, и я решил помочь. Я ведь работал одно время вышибалой в Кингстоне, — рассказывал Макс с набитым ртом.

Ли собрала пальцем остатки сахарной пудры с тарелки и облизала его.

— Думаю, вы достаточно подкрепились, чтобы дойти до дома?

Макс встал и потянулся.

— Думаю, да. Не могу дождаться того момента, когда упаду в кровать. Кажется, я просплю целый день. — Он отодвинул стул, чтобы Ли могла встать, и взял Роки за поводок.

— А я нет. Мне еще нужно разработать кампанию по организации сбыта до завтра, — вздохнула Ли.

— Вы завтра опять уедете? — поинтересовался Макс.

— Нет, несколько дней я буду работать дома. А в конце недели я еду в Атланту.

— Хотите, чтобы я присмотрел за Роки, пока вас не будет?

— Нет, за ним присмотрит мой друг Ларри. Я не люблю нарушать привычный распорядок дня Роки больше, чем необходимо.

Макс опустил взгляд на Роки, который шел рядом с ним.

— У собаки есть свой распорядок дня?

— Да. Почти у всех он есть, — ответила Ли. — Если вам нужна компания во время прогулок, я дам вам один из его поводков. На улице его нельзя спускать с поводка, хотя он подчиняется и голосовым командам и командам, подаваемым жестами.

— Он прошел специальное обучение?

— Нет. Он уже знал команды. Когда один из полицейских крикнул: «Взять!» — Роки сорвался с места и побежал. Он нагнал преступника уже через полквартала. — Гордость в ее голосе звучала неподдельно.

Интересно, что бы чувствовал Макс, если бы она так гордилась им, вместо того чтобы испытывать отвращение к пьянице, брошенному в тюрьму. «Стоп, приятель, — приказал он себе, — ты же не хочешь связаться с деловой женщиной. Даже если у нее такие потрясающие ноги».

— Умный пес, — произнес Макс вслух.

— Да. Думаю, его украли, а потом выбросили. У него шрам на животе. Ветеринар сказал, что похоже на след от пули.

Когда Ли остановилась у торгового автомата, чтобы купить воскресную газету, Макс опередил ее и протянул ей толстую пачку, легко поместившуюся в его большой руке.

— Собираетесь прочитать все три фунта бумаги, прежде чем отправитесь в постель?

— Нет, только заголовки и бизнес-новости. Вы уже начали писать?

Макс снова взял Ли за локоть, когда они переходили пустынную Бурбон-стрит, и уже не отпускал ее руку.

— Вообще-то я уже закончил, просто переделываю кое-что. На Ямайке я не мог сконцентрироваться на работе, слишком многое отвлекало внимание. — Он украдкой посмотрел на Ли. Интересно, губы ее такие сладкие, как кажутся?

— У вас есть издатель? — спросила Ли.

— Нет, но у меня есть агент. Он готов подыскать покупателя, как только я закончу книгу. Он говорит, что уже нашел пару издателей, которые возьмут мою книгу. Конечно, он, как продавец, заинтересован меня поддерживать, ведь иначе он не получит никакой прибыли, пока не продаст книгу.

У входной двери Ли достала из кармана ключи.

— Хотите пройти через дом?

— Конечно, если вы не боитесь, что он провоняет. Я ведь арестант.

— А вы пройдите быстро, — рассмеялась Ли, открывая дверь, отстегивая поводок Роки и бросая его на столик в холле.

Макс прошел на кухню. Когда он открыл заднюю дверь, Роки стремительно выбежал во внутренний двор.

— Я отправляюсь в постель, старина, — обратился Макс к псу, — хочешь вздремнуть у меня?

— Не думаю, что хорошая идея.

Макс повернулся к Ли, придерживая рукой дверь:

— Обиделись, что я не пригласил вас?

Щеки Ли вспыхнули, и Макс ощутил, как от нее снова повеяло холодом.

— Нисколько, — ледяным тоном ответила она. — Делайте, как вам удобно. А теперь, если вы уверены, что до конца дня снова не попадете в тюрьму, я бы поспала несколько часов, прежде чем начну готовиться к переговорам с потенциальными покупателями.

— Я буду хорошо себя вести. Уверены, что не хотите присоединиться ко мне?

— Нет, спасибо. Свою долю развлечений на сегодня я уже получила, прогулявшись в пять часов утра, чтобы вызволить из тюрьмы пьяного соседа. Спокойной ночи.

И Ли захлопнула дверь прямо перед носом Макса.

— Ну и дела, — пробормотал Макс, обращаясь к Роки по дороге к своему жилищу. — Ты хотя бы понимаешь, что за те два дня, что я нахожусь здесь, я разговаривал с собакой больше, чем за всю свою жизнь? Заходи. Мы, бродяги, должны держаться вместе.

Лениво вильнув хвостом, Роки проследовал за Максом в квартиру.

— Пойду в душ, смою с себя тюремных насекомых. Не хочу, чтобы хозяйская собака нахваталась от меня вшей. А не то Ли рассвирепеет.

Роки зевнул и улегся на коврик рядом с кроватью.

— Хорошо, парень, я все понял. Ты пытаешься сказать: «Заткнись. Я хочу спать». Вернусь через минуту. Если кто-нибудь постучится, открой.

Макс стоял под горячими струями душа и думал о Ли.

Вскоре он растянулся на кровати, прикрыв свое обнаженное тело простыней.

— Держу пари, мои сны будут приятнее, чем твои, дворняга.

Глава 3

Ли открыла дверь. Перед ней стоял Макс, одетый в полосатую рубашку для игры в регби и тщательно отглаженные брюки, с охапкой цветов в руках. На его лице играла озорная улыбка, а под глазом все еще не прошел синяк. Ли решила, что такое сочетание поистине убийственно.

Она с трудом подавила желание захлопнуть дверь, чтобы скрыть дикое влечение, мгновенно охватившее ее при виде его улыбки. Слегка улыбнувшись в ответ, она произнесла:

— Входите.

На мгновение Ли показалось, что она чувствует себя мухой наедине с пауком.

Макс с вежливым поклоном протянул ей цветы и пять хрустящих двадцатидолларовых банкнот.

— Все вам. Цветы нужно поставить в воду, а деньги убрать в бумажник, — рассуждал он, вкладывая букет в сделавшиеся ватными руки Ли. — Кроме того, я приглашаю вас пообедать со мной. Я хочу отблагодарить вас за то, что спасли меня сегодня утром.

Ли начала лихорадочно подыскивать какой-нибудь предлог, чтобы отказаться.

— В этом нет никакой необходимости, вы ведь вернули мне деньги. Я собиралась поужинать вечером дома. У меня еще куча работы. Я лучше найду вазу для цветов.

— Разве у вас не бывает выходных? — Макс последовал за Ли на кухню.

Она встала на цыпочки, чтобы достать вазу с верхней полки кухонного шкафа. Макс подошел сзади и помог ей, но назад не отступил. Взяв вазу из его рук, Ли постаралась как можно быстрее избежать волнующей близости его тела. Запах его лосьона после бритья соединился с ароматом букета, составленного из роз и гвоздик, образовав соблазнительную смесь. У нее кружилась голова.

— Обычно я не работаю по выходным. Но представившийся случай упускать нельзя.

— Вы настолько заняты, что не можете найти время для обеда?

Макс снова приблизился к Ли, стоявшей возле раковины и беспорядочно запихивающей в вазу цветы. Помимо воли с ее уст сорвались слова, которых она вовсе не хотела произносить:

— Хорошо, давайте пообедаем. Куда вы собираетесь пойти?

— Вообще-то я хотел, чтобы вы выбрали место, и надеялся, что там будет достаточно темно. Вы ведь не хотите, чтобы вас видели в обществе парня с фонарем под глазом. Как вы считаете, я слишком непригляден, чтобы появляться на публике?

Карие глаза Макса озорно блестели, ушиб на щеке выглядел скорее как боевая рана, а не результат драки в баре, под рубашкой угадывалась восхитительная мускулистая грудь, а его брюки — о! — они сидели на нем просто идеально. Ли судорожно вздохнула. Возможно, ей придется иметь дело с толпами восхищенных женщин.

— В нескольких кварталах отсюда есть чудный итальянский ресторан. Еда там недорогая, но очень вкусная. — К счастью, голос никак не отразил ее чувств. Ли подхватила вазу с цветами и поставила ее на стол.

— Дайте мне несколько минут, чтобы собраться, и я буду готова. Может, хотите посмотреть телевизор в гостиной?

Ли провела Макса в гостиную и оставила его перед телевизором просматривать объявления о найме. Она с трудом сдержалась от совета просмотреть объявления из раздела «Требуются».

Приняв душ, Ли тщательно наложила макияж и натянула нижнее белье, затем облачилась в длинную хлопчатобумажную юбку бирюзового цвета и топ. На ноги надела удобные матерчатые туфли, расчесала волосы, скрутила их и закрепила шпильками на затылке. Брызнув на себя немного духов в качестве заключительного штриха, Ли посмотрелась в зеркало и осталась вполне довольна своей внешностью.

— Веди себя хорошо, Ли, и не делай ничего, о чем можешь завтра пожалеть, — приказала она собственному отражению.

Выключив свет, она спустилась вниз, где Макс увлеченно смотрел какое-то местное ток-шоу.

— Я готова, — объявила Ли.

Встав, Макс внимательно оглядел женщину.

— Вы выглядите так хорошо, что я прямо съел бы вас. Но я уже согласился на итальянский ресторан.

— Спасибо, — натянуто ответила Ли. Она заставила себя не покраснеть от услышанного комплимента и откровенно восхищенного взгляда мужчины.

— Будь умницей, — приказала Ли псу, который пару раз ударил хвостом по полу, прежде чем закрыть глаза.

— Он ведь не расстроится из-за того, что ему придется остаться дома? — поинтересовался Макс.

— Нет, он уже набегался и поел. Давайте пройдем здесь. — Ли указала на переулок.

— Где вы гуляете с ним? — Макс взял ее руку и положил на свою.

— По всему кварталу. Он любит прогулки к реке. Особенно на открытый рынок. Однажды он съел там хот-дог у одного малыша. Малыш сам ему предложил свою сосиску, но его мать начала кричать, что злая собака украла ее у ребенка. Роки только усугубил свое положение, широко зевнув прямо в середине ее разгневанной тирады.

Макс рассмеялся, представив нарисованную Ли картину. Еще крепче сжав руку Ли, он вдохнул слабый аромат ее духов, который напоминал, насколько она женственна под своей маской бизнес-леди.

Вскоре они подошли к ресторану — небольшому итальянскому заведению, в котором царил романтичный полумрак, а в воздухе витали восхитительные ароматы. Улыбающийся официант, который, казалось, ни слова не понимал по-английски, провел их в уединенный, слабо освещенный уголок и тотчас же предложил список вин. Макс по-итальянски заказал вино, чем вызвал еще более широкую улыбку на лице официанта.

— Что его так рассмешило, ваш акцент или выбор?

— Может, цена бутылки. Думаю, он получит большой процент от стоимости. Я умираю с голоду. — Макс взял с тарелки ломтик хлеба и впился в него зубами. — Не помню, когда я последний раз полноценно питался.

— Вы что, ни разу не ели в подобных заведениях, с тех пор как приехали сюда? В Новом Орлеане самая вкусная еда в мире.

Когда принесли основное блюдо, Макс посмотрел в тарелку Ли, наполненную макаронами с креветками.

— Хотите попробовать? — спросила она.

— Думал, вы никогда не предложите. — Макс взял с вилки предложенную ему порцию макарон. — М-м, вкусно. Хотите отведать моего бифштекса?

Ли кивнула, наблюдая за движениями своего кавалера в мерцающих отблесках свечей. Макс отрезал небольшой кусочек мяса и поднес его к губам Ли. Их глаза встретились, и внезапно у Ли перехватило дыхание.

К тому времени как подали десерт, Ли уже опустошила два бокала чудесного вина, заказанного Максом, и мысли о том, чтобы отказаться от кусочка итальянского пирога с кремом, потонули в винном тумане. Ли согласилась съесть пирог и выпить кофе.

Макс заказал сырный пирог. Когда его подали, Ли посмотрела в тарелку Макса с пляшущими по ней отблесками свечей.

— Очень вкусно, — произнес мужчина. — Попробуйте. — Он поднес вилку к ее губам. Ли съела предложенный ей кусочек, после чего Макс облизал вилку.

— М-м, а теперь еще вкуснее.

Понимая, что она ведет себя крайне безрассудно, Ли не смогла удержаться, чтобы не посмотреть на Макса поверх своей чашки. Он улыбался, а синяк под глазом лишь делал его более возбуждающим и опасным.

— Гм! — промычала Ли.

— Что значит ваше «гм»?

— Я просто пожалела, что вам не сломали нос, вместо того чтобы подбить глаз. С перебитым носом вы выглядели бы гораздо менее сексуально.

Макс рассмеялся.

— Вы считаете меня сексуальным? — Макс процитировал слова из песни Рода Стюарта.

— Сумасшедшим, плохим и опасным. Все, чего не хватает, — это повязки на глаз, и вы будете выглядеть как настоящий пират. Хотя с таким синяком, как у вас, повязка не нужна. — Ли ошеломленно посмотрела на пустой бокал. — Неужели я так много выпила?

— Нет, вы просто расслабились. Расслабленная Ли больше похожа на женщину. Очаровательную. — Макс взял со стола ее руку и поднес к губам. Ее пальцы переплелись с пальцами Макса.

— Хотите еще кофе или уходим? — спросил Макс, сжимая ей руку.

— У вас есть деньги, или мне придется опять воспользоваться своей кредитной карточкой?

Лицо Макса на мгновение потемнело от гнева, заставив Ли почувствовать, что ее определение «сумасшедший и плохой» оказалось очень точным.

— Я пригласил вас, мне и платить. Когда вы меня пригласите, тогда и заплатите. — Он вытащил из кармана кредитную карточку и вставил ее в расчетный аппарат, который оставил на столе официант.

Когда официант вернул чек, Макс убрал кредитную карточку в карман, дал чаевые, подписал чек, прежде чем Ли успела дать ему совет по поводу чаевых.

— Да, я знаю, что здесь обычно дают сверху двадцать процентов, — сообщил Макс. — Один из моих сокамерников рассказал мне абсолютно все о жизни в Новом Орлеане. Я даже знаю, что верхняя часть города вовсе не верхняя.

— Полагаю, ваша тюремная беседа оказалась довольно познавательной.

Макс протянул руку и помог Ли выйти из-за стола. На улице он бережно поддерживал ее.

— Мы правильно идем? — спросил он.

— Впереди река?

— Да.

— Тогда мы идем правильно. — Ли вцепилась в руку Макса, обходя неровность на тротуаре.

Макс обхватил ее рукой за талию.

— Обхватите меня тоже, — предложил он.

— Но я могу идти самостоятельно, — запротестовала Ли.

— Конечно, можете, — миролюбиво ответил он.

Ли резко остановилась посреди тротуара и ткнула пальцем в грудь Макса.

— Я люблю, чтобы все обстояло предельно ясно с самого начала. То, что вы живете в моем доме, еще не значит, что я буду спать с вами.

— Так его, сестренка, — бросил какой-то прохожий.

Ли огляделась по сторонам, осознав, что они не одни на тротуаре.

— Я вела себя очень глупо. Почему вы не остановили меня?

Макс обнял Ли, и они снова двинулись в путь.

— Я прекрасно видел выражение лица встретившегося мужчины и все понял. Я недостаточно привлекателен для вас, чтобы завести со мной роман.

— Я так не говорила.

— Значит, я слишком привлекателен, чтобы завести со мной роман.

— Нет, мне не нужен роман. Просто я не говорила, что вы не привлекательны.

Они прошли еще один квартал. Макс крепче сжал запястье Ли, когда они переходили улицу.

— Значит, я вас не привлекаю? — спросила Ли.

— Я думал, мы все выяснили, — предположил Макс.

— Вы не ответили на вопрос.

— Вы мне его не задавали.

— Итак?

— Что именно?

— Что вы мне скажете?

— Скажу что?

Ли остановилась и топнула ногой.

— Я привлекаю вас?

Вместо ответа Макс потянул ее в темное парадное. Он приподнял лицо Ли, положил руку ей на затылок и накрыл ее рот своим в крепком требовательном поцелуе. Его язык настойчиво раздвигал ее губы, пока они не раскрылись навстречу его страсти. Руки Ли обвили его шею. Прошло несколько минут или секунд, Ли не могла сказать точно. Ей просто хотелось теснее прижаться к Максу. Его руки гладили ее спину, и Ли еле слышно застонала.

Наконец Макс осторожно высвободился из ее объятий и повел Ли прочь от полутемного парадного.

— Дорогая, если ты не хочешь быть изнасилованной прямо здесь, то лучше пойдем домой, потому что да, ты привлекаешь меня.

Глава 4

Роксана Ла Флер — очень близкая и верная подруга Ли, как и Макс, тоже была птицей свободного полета. Модель, певица, менеджер по продажам — она бралась за любую работу, чтобы только иметь возможность написать еще один научно-фантастический бестселлер.

— Ну и как развиваются отношения с Максом? — поинтересовалась она у Ли, опускаясь на кровать в спальне подруги.

Роксана вся состояла из противоречий, что придавало ей своеобразный шарм. Эффектная женщина ростом около шести футов, затянутая в облегающий комбинезон, она привлекала длинными черными как вороново крыло локонами, каскадом рассыпавшимися по спине. Но когда Роксана осторожно развернула обертку леденца на палочке и засунула его в рот, она стала очень напоминать пятилетнего ребенка. Ли, появившаяся из дверей гардеробной в бюстгальтере и крошечных трусиках «стринг», разговаривала со своей соседкой и подругой через плечо.

— Никаких отношений. Он всего лишь живет в пристройке на внутреннем дворе. Если хочешь каких-то подробностей, спроси лучше Роки. Он проводит в его квартире много времени.

Роксана облизала леденец.

— Какой мужчина пропадает. Я сама бы занялась им, если бы он не был писателем, как и я.

— Почему ты думаешь, я не обращаю на него внимания? Просто я менее всего нуждаюсь в безответственном мужчине, не имеющем постоянного заработка.

— Да, но большой беды не случится, если ты попытаешься немного развлечься. Никто же не говорит о свадебных колоколах.

— Но я не знаю, смогу ли решиться на короткий роман.

— Не узнаешь, пока не попробуешь. — Роксана посмотрела на часы, стоящие на прикроватном столике. — Ой, мне пора домой переодеваться. У меня сегодня вечером выступление. Костюм великолепный. Забегу и покажу тебе, когда наряжусь. Подумай о том, что я тебе сказала.

Ли покачала головой, наблюдая, как Роксана сбежала по лестнице и скрылась за дверью.

Постаравшись отделаться от мыслей о Максе, Ли оделась в серо-зеленый шелковый костюм, состоящий из короткой юбки и подогнанного по фигуре жакета. Она с нетерпением ждала ужина в ресторане «Коммандерс палас», атмосфера и кухня которого ей очень нравились.

Ли предвкушала свидание с Эдвардом — привлекательным мужчиной с европейским вкусом, у которого была стабильная работа в престижной адвокатской конторе. Начальник Ли представил их друг другу на благотворительном вечере несколько недель назад. Эдвард соответствовал туманным планам Ли, касающимся замужества, не то что какой-то безответственный писатель.

Когда раздался стук в заднюю дверь, Ли пошла открывать на кухню. В окне она увидела небритое улыбающееся лицо Макса. Вбежав в кухню через отверстие в двери, Роки громко залаял, извещая Ли, что Макс тоже хочет войти. Похоже, двое бродяг очень сдружились.

Ли отперла заднюю дверь.

Макс вошел и внимательно осмотрел ее с головы до ног.

— Ну и ну! Тебе не стоило так наряжаться, чтобы открыть мне дверь. Только не подумай, что я против. Наряд очень сексуальный. — Макс обошел вокруг Ли, разглядывая ее, словно новенький «порше» или корову редкой породы. — Слишком сексуально, чтобы пойти на работу. Надо что-нибудь более консервативное. Грудь слишком обнажена. — Он оценивающе посмотрел на ворот жакета.

— Тебе что-то нужно или ты из полиции нравов? — спросила Ли, непроизвольно закрывая рукой вырез жакета, который пять минут назад казался ей вполне приемлемым.

— Да. Ты не против, если я воспользуюсь твоим телефоном и, может быть, факсом, чтобы отправить моему агенту кое-какие исправления в рукописи? — Закончив рассматривать наряд Ли, Макс облокотился о кухонный шкаф, не сводя взгляда с выреза. — Я заплачу за звонки. Кстати, куда ты направляешься в таком виде?

— Вообще-то не твое дело, но я скажу: у меня свидание. Ты знаешь, как пользоваться факсом?

— Наверное, нет. Может, ты покажешь мне?

Макс последовал за Ли в библиотеку, которую она использовала под офис.

— Отличное устройство. Должно быть, стоило тебе немалых денег.

Ли показала, как включать устройство и пользоваться им.

Внимая объяснениям Ли, Макс подошел к ней ближе. — Мне нравятся твои духи. У тебя настоящее свидание или просто деловая встреча? — спросил он, втягивая носом воздух у шеи Ли. Ощутив на своей коже его дыхание, Ли захотелось придвинуться ближе к Максу. Она быстро отошла в сторону, чтобы не поддаться возникшему влечению.

— Свидание, — ответила она.

— Свидание вслепую?

— Нет. Ты что, собираешься учинить мне допрос?

— Нет. Просто любопытно. У тебя есть какая-нибудь брошь, чтобы сколоть вырез на жакете?

Ли опустила взгляд на вырез.

— А что такое? У меня под жакетом бюстгальтер.

— Да, черный кружевной. Я заметил, когда ты наклонилась. Если я его увидел, то и твой знакомый увидит. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя неправильно поняли? У меня, например, от подобного зрелища поднялось давление.

Ли ударила по столу рукой.

— А тебе-то какое дело до того, как меня поймут? — Ли подошла к зеркалу в холле.

— И все-таки сколи вырез. Если твой приятель придет, я впущу его. Ведь он на машине, не так ли? Мне не нравится, когда люди встречаются в ресторане. Твой друг должен заехать за тобой домой, как джентльмен.

Ли, поднимающаяся по лестнице, остановилась. Зная, что он снизу наблюдает за ней, она постаралась не слишком раскачивать бедрами.

— Просто не верю своим ушам. Мне дает советы мужчина с двухдневной щетиной, у которого не хватает двух пуговиц на рубашке, а на джинсах дыра.

— Я был бы рад помочь тебе с брошью, — крикнул он вслед удаляющейся Ли.

— Забудь. Звони, куда тебе надо, и уходи.

Дверь спальни громко хлопнула.

Спускаясь по лестнице, Ли услышала, как Макс разговаривал по телефону. Теперь лиф ее жакета был сколот витиеватой старинной брошью. Не останавливаясь, она прошла мимо библиотеки.

Как только в дверь позвонили, Ли бросилась в холл в надежде, что Макс не слышал звонка. Из кухни выбежал Роки и, засунув нос в прорезь для писем, принюхался. Макс вышел из библиотеки и встал в холле, скрестив руки на груди. От него исходило враждебное неодобрение.

Ли приказала Роки сидеть и не трогать гостя.

Эдвард Кортни имел французские корни, галльские черты лица, европейские манеры и мускулистое тренированное тело, облаченное в костюм от Армани и хрустящую белоснежную сорочку. На Ли он произвел потрясающее впечатление.

Макс откашлялся.

— Ну, детки, приятного вам времяпрепровождения. Не задерживайся допоздна. Мы с Роки будем беспокоиться.

Эдвард удивленно посмотрел на Макса:

— Родственник?

— Постоялец, — поспешила объяснить Ли. — В его квартире нет телефона, и он пришел воспользоваться моим. Закрой дверь, когда уйдешь, Макс.

Ли схватила свою сумочку, но потом вспомнила, что пригласила Эдварда выпить перед ужином.

Она положила сумочку и попросила войти Эдварда в дом. Макс не двинулся с места, вынудив Ли представить мужчин друг другу. Она успокаивала себя тем, что сможет убить Макса во сне и закопать в большую яму во дворе, предварительно заставив Роки ее выкопать.

По правилам хорошего тона требовалось предложить напитки и Максу. Макс с радостью откликнулся на предложение. Он даже согласился выступить в роли бармена.

— Я получил денежный приз, когда работал барменом в одном из баров Кингстона. Сделаю вам превосходную ромовую шипучку. — Макс достал лед и вопросительно посмотрел на Эдварда.

— Я буду виски со льдом, спасибо, — произнес Эдвард. — А что такое шипучка?

Макс налил для него щедрую порцию виски, Смешал виски с лимонным соком для Ли и наполнил свой стакан лучшим бренди, которое имелось у Ли в баре. Разливая напитки, Макс расписывал Эдварду процедуру приготовления ромовой шипучки.

— Туристы любят такой напиток. Он пробирает до самой задницы, — закончил он.

— Макс, — угрожающе прошипела Ли. Она предложила паштет и крекеры Эдварду, а затем Максу, жалея, что не может заткнуть ему рот целой пригоршней печенья. Ну почему он ведет себя так глупо?

Макс одарил женщину чувственной улыбкой.

— Прости, дорогая, я забыл, что мы не одни. Конечно же, я хотел сказать, повергает в крайнее изумление.

— Я так и понял, — пробормотал Эдвард. — Чем вы занимаетесь, мистер Кендрик?

— Зовите меня Макс. Пытаюсь быть писателем.

— А, еще один великий американский роман?

— Вы очень проницательны, Эдвард. Что меня выдало?

— Ваш облик, — ответил Эдвард и пожал плечами, как истинный галл. — Думаю, подобное оправдание пристрастия к выпивке ничуть не хуже другого.

Ли взглянула на Эдварда, внезапно почувствовав, насколько враждебно мужчины настроены друг к другу. Точно так же вел себя Роки, когда другой пес начинал посягать на его собственность. В дверь снова позвонили.

Ли остановилась в нерешительности. Она не знала, стоит ли ей открывать дверь, оставив мужчин наедине друг с другом.

Проблему решил Макс, который поставил стакан на стол и произнес:

— Я открою.

В гостиную вплыла Роксана, облаченная в пеструю цыганскую юбку и жилет, надетый поверх белого кружевного топа с глубоким вырезом и обнаженными плечами. Ее темные волосы, выбивающиеся из-под яркого платка, рассыпались по спине и плечам. Массивные золотые браслеты и кольца в ушах выгодно оттеняли загорелую кожу.

— Дайте догадаюсь, — произнес Макс. — Мадам Роксана, цыганская принцесса, которая гадает по руке. Что будет пить принцесса?

Роксана рассмеялась.

— Почти угадали. Мадам Анастасия. Гадаю на хрустальном шаре. Я буду пить диетическое имбирное пиво.

Ли встала и обняла подругу.

— Очень здорово. Прямо восточноевропейская Роксана.

— Я так и думала. У тебя замечательный костюм, Ли, сидит на тебе потрясающе, — произнесла Роксана, оглядев Ли. — Я ведь говорила тебе. Только вот брошь портит весь вид.

Макс протянул Роксане содовую.

— Мне кажется, что благодаря ей жакет выглядит более изысканно. Вы знаете, что у Ли свидание?

Ли быстро представила подругу Эдварду, чтобы избежать дальнейших дискуссий, касающихся выреза ее жакета. Ему и так уделили слишком много внимания.

Эдвард улыбнулся Роксане:

— Я не мог видеть вас в одном из клубов здесь в квартале? Вы не пели здесь?

Роксана широко улыбнулась.

— Да, я иногда подменяю певицу из основного состава в «Рэзл Дэзл». — Она провела рукой по своему наряду. — Но в другом наряде, конечно.

— Обтягивающий черный комбинезон из кожи подошел бы больше, — заметил Макс.

Роксана одобрительно улыбнулась.

— Да, с великолепным ремнем из колец, который Ли привезла мне из Атланты. Прямо в точку, Ли. Спасибо.

— Я рада, что завсегдатаям заведения нравится. — Ли бросила взгляд на часы.

Эдвард поставил на стол пустой стакан.

— Находиться здесь, конечно, очень приятно, но мы должны ехать, Ли, если не хотим, чтобы наш столик отдали кому-то другому.

— Да, конечно, — согласилась Ли. — Тебе что-то нужно, Роксана?

— Нет. Я просто хотела показать тебе мой новый наряд и рассказать Максу о вакансии бармена. Я останусь здесь с Максом до тех пор, пока мне не будет видения, что меня ждут на собрании.

Эдвард взял Ли за локоть, и они вышли из комнаты.

— Было приятно познакомиться с вами, Эдвард, — крикнул им вдогонку Макс, подходя к бару и наливая себе еще бренди. — Приятного вам ужина. — Макс передразнил интонацию Эдварда. — Не задерживайся долго, Ли. Завтра рабочий день.

Ли стиснула зубы.

После того как Эдвард усадил ее в свой черный «лексус» и завел мотор, Ли проговорила:

— Я должна извиниться за Макса. Он птица свободного полета, и владельцы дома сдали ему квартиру на внутреннем дворе.

— Но кажется, в твоей гостиной он чувствует себя как дома.

— Да, он так ведет себя. Он много времени проводит с моей собакой. Роки проводит в его квартире столько же времени, сколько и в моей.

— Они оба птицы свободного полета?

— Да, хотя у Роки манеры значительно лучше. Прошу прощения, если Макс обидел тебя.

— Я не обиделся. — Эдвард выехал на дорогу. — Мне кажется, что своим грубым поведением твой Макс хотел предупредить меня, чтобы я держался от тебя подальше, иначе зачем еще он так открыто давал понять, что чувствует себя как дома в твоей гостиной?

Ли вздохнула.

— Думаю, завтра мне придется просто убить его. Как думаешь, меня оправдают?

Эдвард пожал руку Ли.

— Конечно. А я почту за честь выступить в роли твоего адвоката. А теперь, может, нам стоит забыть о Максе сегодня вечером?

— Да. Что ты думаешь о нынешнем оперном сезоне? Не слишком ли много легких опер они включили в программу?

Провожая Ли домой, Эдвард спросил:

— Можно, я позвоню тебе на следующей неделе? Возможно, тебе захочется пойти на футбольный матч с участием команды Нового Орлеана. На стадионе есть места со столиками.

— Да, пожалуй.

Эдвард поцеловал ее, открыл перед ней дверь и помахал на прощание рукой.

Широко зевая, Роки вышел в холл, чтобы поприветствовать хозяйку.

— Привет, мальчик. Я вижу, ты не ждал меня.

Из дверей гостиной появился Макс, зевая так же широко, как Роки.

Он посмотрел на старинные часы в холле.

— Ты поздно.

— Не поняла? — Ли бросила сумочку на столик в холле. — Что ты здесь делаешь? Ты собирался послать факс и уйти. Ты, вероятно, забыл, что живешь во дворе?

— Нет, я ждал ответа на факс. — Макс снова зевнул. — Должно быть, заснул. Хорошо провела время?

— Очень хорошо. Хотя не твое дело. Так ты идешь домой?

— А я-то надеялся услышать рассказ о вечере в ресторане. — Макс подошел ближе и оглядел Ли с головы до ног, задержавшись на броши. — Вижу, он целовал тебя. Помада смазалась. Ты ездила к нему домой?

Но сейчас у Ли было такое настроение, что все вопросы Макса казались ей оскорбительными. Она взяла в руки статуэтку и замахнулась.

— Ты что о себе возомнил? Какое тебе дело до моих поступков?

— Просто старался быть вежливым. Мне кажется, ты выпила лишнего. — Макс с трудом забрал из рук Ли статуэтку и поставил ее назад на стол. — Я заметил, что ты стала несколько несдержанной. Что вы делали после ужина?

— Ездили в джаз-клуб. Там я еще выпила, а потом Эдвард отвез меня домой. — Ли направилась в гостиную. Обернувшись, она заметила, что Макс следует за ней. — Ты уйдешь отсюда или я разобью тебе голову? Ты гулял с собакой?

— О, конечно. Но будь уверена, сначала я сделал свои дела. Да, и твой пес выгнал меня на холод, и я погулял с собакой. Мы дошли до гастронома. Мясник узнал Роки и дал ему косточку. А когда он узнал, что я не обедал, то дал мне сандвич. Правда любезно с его стороны? Сказал, что он все равно бы его выбросил. Да, а Роксана помогла мне отправить по факсу часть моей рукописи. Ты всем позволяешь пользоваться своим оборудованием?

— По-видимому, да, коль скоро ты все еще здесь и ведешь себя как дома. Может, ты все же уберешься отсюда? — Ли огляделась в поисках какого-нибудь тяжелого предмета, чтобы запустить им в Макса.

Тот поднял руки, показывая, что сдается.

— Уже ухожу. Я ожидаю факс завтра. Я могу прийти завтра утром?

— Я оставлю заднюю дверь открытой. Уходи.

— Ты даже не поцелуешь меня на ночь? — спросил Макс.

Ли повернулась и посмотрела на него:

— А почему я должна тебя целовать?

Макс пожал плечами.

— Просто чтобы сравнить мой поцелуй с его, французским. Готов поспорить, что я целуюсь лучше.

Прежде чем Ли успела что-либо возразить, Макс притянул ее к себе и накрыл ее губы своими.

Все мысли о том, чтобы отказаться от того, чего она так хотела, мгновенно куда-то улетучились. Ли прильнула к нему, внезапно захотев большего, чем просто поцелуй. Она обвила его шею руками.

Но Макс отпустил ее так же внезапно, как и привлек к себе.

— Разве я целуюсь не лучше, чем он? Я бы не привез тебя сразу домой, как твой благонравный француз.

Макс щелкнул Ли по носу и вышел из дома через заднюю дверь.

Глава 5

Ли украдкой поглядывала на своих коллег, сидящих за столом в зале заседаний, аккуратно раскрашивая маленькое сердечко, которое она нарисовала на листке с повесткой дня.

Ли подскочила, когда президент «Хелс системс» назвал ее имя. Надеясь, что никто не заметил ее невнимательности, она посмотрела на председателя совета директоров, сидевшего рядом с президентом. На его лице запечатлелось то загадочное выражение, которое могло означать что угодно — и продвижение по службе, и постыдное увольнение. Ли не была готова ни к тому, ни к другому.

— Позвоните Мэри и запланируйте встречу со мной, когда вернетесь из Атланты, Ли, — услышала она рокочущий бас. — Я думаю, пришло время немного поговорить о вашем будущем с «Хелс системс». Я считаю, ваш успех в Атланте будет поворотным пунктом. Не подумайте, что я давлю на вас. — Он засмеялся, и остальные сотрудники, сидящие вокруг стола, покорно засмеялись с ним вместе.

Ли заставила себя изобразить на лице улыбку, подтверждая, что она непременно встретится с председателем после возвращения из Атланты. Совещание закончилось, и Ли посмотрела на остальных менеджеров по продажам, закрывающих свои ноутбуки и собирающих бумаги со стола. Конечно, они могли смеяться. Все они избежали позорного «запланируйте встречу с секретаршей».

В течение нескольких месяцев ее дела шли своим чередом.

Презентация в Атланте, конечно, жизненно важный пункт в ее пятилетнем плане, направленном на место вице-президента.

Как только Ли бросила ноутбук на стол в своем офисе и плюхнулась в кресло, ее телефон ожил.

Звонил ее непосредственный начальник Карл Кинг.

— Мои поздравления, Ли. Похоже, ты преуспела.

Ли нервно рисовала каракули на своем ежедневнике.

— Ты так думаешь? Карл, мы еще не заполучили предстоящую сделку. Когда я разговаривала с потенциальными покупателями несколько недель назад, я слышала, что по крайней мере еще одна компания претендует на то же самое. Я не нравлюсь их администратору по контрактам. Могу точно сказать, что он предпочитает не иметь дело с женщинами. Что, если они заключат сделку с другой компанией? Думаешь, это мой единственный шанс в «Хелс системе»?

— Возможно, лучший из шансов. Ты же знаешь старика, Если он открыто выделяет тебя среди остальных, значит, твои дела идут в гору. Он упоминал тебя на прошлой неделе. Я думаю, ты справишься, Ли. Знаешь что? Я постараюсь позвонить одному моему приятелю. Может, мне удастся вытянуть из него информацию, которая даст тебе небольшое преимущество. Если что-нибудь узнаю, позвоню тебе домой.

— Спасибо, Карл. Ты настоящий друг.

— Послушай, я готовлю тебя к будущему посту. Ведь и мне может кое-что перепасть. Хотелось бы поскорее увидеть тебя в кресле вице-президента. Тогда я стану старшим вице-президентом. Ты сможешь занять мой офис, а я перееду в тот, угловой.

— Первое, от чего я избавлюсь в новом кабинете, — от дурацкой головы лося.

— Нет, лось перекочует в мой новый кабинет. Ты можешь повесить какое-нибудь другое чучело. Я позвоню тебе вечером.

Ли собрала документы в портфель и отправилась домой.

Вставив ключ в замочную скважину, Ли услышала, как хлопнула дверца, и Роки выбежал, чтобы поприветствовать ее.

— Ну что, хорошо провел день со своим новым другом, Роки? — спросила Ли, гладя пса по голове.

Господи, как она устала. Она работала слишком много, чтобы заполучить предстоящий контракт. Ли помассировала затекшие мышцы шеи. Она надеялась, что Карл не узнает ничего такого, что заставит ее спешно вносить изменения в план презентации. Ведь времени почти не осталось.

Раздался стук в дверь, и Роки бросился к ней с радостным лаем.

Ли открыла дверь. Перед ней стоял Макс, гладко выбритый, причесанный и одетый в тщательно выглаженные рубашку и брюки. Забавно, но его мешковатые рубашки и обтягивающие потертые джинсы казались Ли такими же сексуальными, как и выходной наряд. Он надеялся, что они пойдут на ужин. Проклятие! Пульс Ли участился только от взгляда на него. А ей придется отказаться от ужина и остаться дома работать.

— Удачный день, дорогая? — поинтересовался Макс, целуя Ли в щеку.

— Скорее насыщенный событиями. — Ли положила руку ему на плечо. — Макс, я должна отказаться от ужина. Мне необходимо еще раз проработать свое выступление. Я улетаю рано утром.

Макс изобразил на лице кровную обиду.

— С каких пор у тебя появилась привычка приносить работу домой? Мы с малышом целый день оставались дома одни и надеялись, что ты проведешь с нами хоть немного времени. — Свою речь он сопроводил слабой улыбкой.

Ли показалось, что она тает. Он мог заставить ее сделать все, что угодно, а ведь она считалась квалифицированным менеджером по продажам. Ли не заметила, как начала извиняться:

— Я беру работу на дом не слишком часто, У меня есть две новости — хорошая и плохая.

— И какова же хорошая?

— Если презентация в Атланте пройдет удачно, я скорее всего стану вице-президентом.

— А плохая?

— Если меня постигнет неудача, мне придется искать новую работу, потому что когда президент говорит, что ты должен добиться успеха, и ты его добиваешься, то тебя продвигают по служебной лестнице. Если нет…

Макс наигранно драматично приложил руку к груди.

— О Господи, как я люблю деловую Америку. И каковы же твои шансы?

— Пятьдесят на пятьдесят. Не более того. Другая компания тоже претендует на разработанный мною контракт.

— Я голосую за тебя. Послушай, но ты по-прежнему должна питаться. Почему бы нам не выйти ненадолго и не перекусить. А когда вернемся — работай на здоровье. Не хочу тебе льстить, но выглядишь ты ужасно. Тебе просто необходимо сделать небольшой перерыв в погоне за должностью.

Ли повернулась и опустила стакан в раковину.

— «Работай на здоровье», «Погоня за должностью». Где ты набрался таких слов? — Ли повернулась к Максу и уткнулась лицом в его грудь. — Прости, Макс. День был действительно ужасный. Я жду звонка — мне должны сообщить очень важную информацию. Я не могу пропустить. Мы поужинаем с тобой, когда я вернусь из Атланты.

Макс обнял Ли и начал массировать напряженные мышцы ее шеи.

Прижавшись к его широкой груди, Ли расслабилась. Она слышала мерный стук его сердца и вдыхала исходящий от него острый мужской аромат. Его пальцы творили чудеса с ее шеей. Ли вздохнула и теснее прижалась к Максу.

— Я обещала пойти с тобой поужинать, — пробормотала она сквозь ткань его рубашки. — И вот я должна работать. И собирать чемодан.

— Значит, ужин останется за тобой. Я сбегаю за пиццей. Сколько времени тебе нужно, чтобы собрать вещи?

— Минут десять. Я так часто уезжаю, что уже довела процесс сборов до автоматизма.

— Тогда собирайся, когда я уйду. Потом отделайся от своей рабской униформы, надень что-нибудь удобное и менее пугающее, а я вернусь через некоторое время. Пицца подойдет?

— Да, пицца то, что нужно. От Мамы Розы. — Ли подняла голову. — Со всем, чем только можно.

— Даже с анчоусами? — спросил Макс, целуя Ли в нос.

— Особенно с анчоусами, — ответила Ли, целуя его в подбородок.

— Все кошки квартала будут провожать меня до дома, но я все равно закажу пиццу с анчоусами. — Макс слегка коснулся губами губ Ли и отстранился.

— Возьми с собой Роки. Он будет защищать тебя от кошек. А если ты сначала позвонишь и закажешь пиццу, тебе не придется ждать.

— Ты закажи, а мы с Роки доставим заказ.

— Договорились.

— Идем, Роки. Нам нужно забрать пиццу. — Макс подхватил поводок Роки, прицепил его к ошейнику. Подойдя к Ли и повернув ее лицо к себе, нежно поцеловал ее в губы. — Веди себя хорошо.

— Макс, — позвала Ли, когда он почти вышел из кухни.

Она открыла шкаф и достала ключ.

— Даю тебе ключ от парадного входа. Пусть он будет и у тебя.

Макс некоторое время стоял молча, а потом взял ключ. Убрав его в карман, он подхватил Ли на руки и, расцеловав ее, вновь опустил на пол.

Макс показал ключ.

— Я надеюсь, что в наших отношениях наметилось постоянство?

Но прежде чем Ли успела что-либо ответить, Макс вышел за дверь.

Спустившись вниз, она включила компьютер и, ожидая Макса, решила еще раз проверить цифры. Вскоре она закончила работу.

— Доставка пиццы, — услышала она голос Макса. — Кто-нибудь заказывал здесь пиццу?

Ли встретила его в холле.

— Как же я проголодалась. Мм-м, пахнет вкусно.

Макс положил коробку с пиццей на стол и убрал пиво в холодильник. Протянув Ли маленький букетик ароматных розовых гвоздик, он произнес:

— Для моей самой лучшей девочки. — Заключив ее в объятия, он поцеловал Ли в щеку.

Ли поднялась на цыпочки и поцеловала Макса в губы.

— Так мило с твоей стороны, что я проигнорирую слово «девочка». — Она повернулась, чтобы достать со шкафа вазу. — Надо сделать салат, — заключила Ли, ставя цветы на стол.

— Зачем? Салат не полезен. Витамины не нужны тебе. Они разрушат весь жир и соль, которыми так богата пицца.

Макс открыл две бутылки пива.

— Стаканы в шкафу, — показала Ли.

— Я смотрю, тебя нужно учить искусству сервировки стола. Никаких стаканов, ножей и вилок. Живи проще. Пей из бутылки и ешь из коробки.

Ли рассмеялась:

— Довольно радикально. Что ж! Буду наслаждаться другой стороной жизни.

— Почему бы тебе не расслабиться немного? Может, после ужина посмотришь со мной телевизор? — спросил Макс.

— Хорошо, какую развлекательную программу ты можешь предложить? — откликнулась Ли.

— Как насчет футбола?

— Футбол? — переспросила Ли. — Не люблю смотреть на парней в шортах, сталкивающихся друг с другом и отбивающих мяч головами… На мой взгляд, они просто глупые качки.

— Хорошо, выбери сама. — Макс обнял Ли за плечи, отвел ее в гостиную и опустился вместе с ней на диван. Он взял пульт дистанционного управления и, включив телевизор, начал переключать каналы. — Скажи, если что-нибудь тебя заинтересует.

Ли выхватила пульт из его рук.

— Отдай сюда, — пригрозил Макс, щекоча Ли до тех пор, пока она не уронила пульт на пол и со смехом не повалилась на диван. Макс упал сверху и уткнулся лицом в ее шею.

— Сдаешься? — прошептал он ей на ухо.

Ли схватилась руками за его рубашку и потянула ее вверх, начав щекотать его.

Макс изо всех сил сдерживался, чтобы не рассмеяться. Воспользовавшись своим преимуществом, она укусила его за шею.

— Я тебе говорила, что один из фильмов про вампиров снимался на нашей улице. Я многому у них научилась. — Ли снова укусила Макса.

— Да что ты говоришь? Зато я бывал в стране вуду. Так что у меня иммунитет к вампирам. А у тебя? — И Макс, в свою очередь, укусил Ли.

Ли резко отстранилась.

— Не делай никаких заметок на моей шее. У меня завтра презентация.

— Хорошо, — легко согласился Макс. — Надеюсь, ты не собираешься надевать один из тех сексуальных топов с большим вырезом, из-под которых виден живот? — Макс спустился ниже и, задрав кофту, обнажил плоский живот Ли. Он покрыл его поцелуями и провел языком вокруг пупка, вызывая в теле Ли сладкую дрожь. Возбужденная его прикосновениями, Ли еле сдерживалась.

Глухой стон Ли, вызванный его чувственным прикосновением, заставил Макса обнажить ее грудь, прижимаясь к ней еще крепче. Он спустился ниже.

— Какая ты красивая. — Он поднял кофту Ли еще выше, а потом снял ее совсем одним быстрым движением.

— Свою тоже, — потребовала Ли, пытаясь стащить рубашку Макса нетерпеливыми пальцами. Ей хотелось почувствовать прикосновения его кожи к своей.

Сняв рубашку, Макс снова прижался к Ли и накрыл ее губы в страстном поцелуе. Ли провела руками по его спине, ощущая пальцами крепкие мускулы. Когда нижняя часть тела Макса прижалась к бедрам Ли, она ощутила его горячее желание и напряглась, обхватив руками его упругие ягодицы.

Ли уже хотела предложить ему перейти в спальню, но раздался телефонный звонок.

Карл! Ее презентация! Опершись о Макса, Ли села и потянулась к телефонной трубке.

— Не отвечай. — Макс потянул Ли назад.

— Я не могу. Это, должно быть, Карл. — Ли села и схватила трубку, прежде чем сработал автоответчик.

Тяжело дыша, она ответила.

С минуту Ли молча слушала.

— Нет, просто бежала из другой комнаты, — объяснила Ли, пытаясь не обращать внимания на сдавленное фырканье Макса. — Ты что-нибудь разузнал?

Она вновь замолчала, внимательно слушая и шаря рукой в поисках ручки и бумаги, но не нашла ни того, ни другого.

— Подожди, Карл. Я возьму листок бумаги, чтобы записать.

Она передала телефон Максу и начала шарить в портфеле в поисках блокнота. Обнаженная по пояс, Ли даже не потрудилась разыскать свою кофту.

Возвращаясь к дивану с листком бумаги в руке, Ли видела, как Макс смотрит на нее. Его испытующий взгляд был не менее возбуждающим, чем прикосновения.

Ли взяла телефонную трубку из рук Макса и попросила Карла продолжать.

Она тщательно записывала что-то в течение нескольких минут, потом поблагодарила Карла и повесила трубку.

Ли испустила тяжелый вздох, а потом произнесла:

— Черт! Конкурент сфальсифицировал предложение цены.

Макс протянул руку и погладил обнаженную спину Ли.

— Насколько я понял, новости плохие?

— Хуже некуда. Я могу противостоять только законному предложению. Другая компания сознательно идет на убытки, чтобы заполучить контракт. Моя же компания так дела не ведет.

— Даже для того, чтобы победить конкурентов?

— Да. Наша политика состоит в том, чтобы честно добиваться поставленной цели и не давать пустых обещаний. Как правило, сотрудничество с нами никого не разочаровывает. — Ли снова посмотрела на цифры. — Мне придется выступить с альтернативным предложением. — Она огляделась в поисках кофты и наконец заметила ее на полу.

Макс взял Ли за руку.

— Может, еще один поцелуй?

Ли наклонилась к Максу.

— Один поцелуй, но только ты уберешься отсюда, приятель. Мне нужно работать, а ты отвлекаешь меня, черт бы тебя побрал. Мы должны остановиться.

Макс поднял руки вверх.

— Хорошо, я ухожу. Если только смогу идти. — Он осторожно встал и натянул рубашку через голову. — Ты знаешь, где меня найти, если захочешь продолжить.

Только через десять минут после ухода Макса Ли смогла сесть за работу.

Глава 6

— Ну же, проклятая машина. Ты не можешь сыграть со мной такую злую шутку именно сегодня. Ну напечатай хотя бы одну копию. Я знаю, что ты можешь.

Принтер безмолвствовал, не реагируя ни на мольбы Ли, ни на команды компьютера. Половина двенадцатого ночи, а Ли не хватило еще одной копии.

— Кто-то там наверху очень не хочет видеть меня вице-президентом, — произнесла Ли в пустоту. Она попыталась запустить принтер еще раз. Никакого ответа. Потерла затекшие мышцы шеи, она предположила, что сможет говорить по памяти, а копии раздаст — нет, не подходит!

— Я никогда все не запомню — уж слишком много цифр придется переписывать. — Тут Ли хлопнула себя по лбу ладонью. — Ведь у Макса есть принтер! Мне ведь не нужны цветные копии, так что я могу позаимствовать принтер у него. — Ли сохранила программу на диске, взяла его с собой и ударила по безмолвствовавшему агрегату, направляясь на кухню.

Открыв заднюю дверь, Ли заметила, что окна квартиры Макса освещены. По крайней мере ей не придется его будить.

Погруженная в мысли о предстоящей презентации, Ли не подумала о том, как Макс может расценить ее визит к нему среди ночи. Макс открыл дверь, и его лицо расплылось в широкой улыбке. Он втащил ее внутрь и крепко обнял.

— А я вот сидел и надеялся, что ты передумаешь и плюнешь на свою корпоративную чепуху, — уткнулся он носом в шею Ли.

— Макс, ужасно не хочется тебя разочаровывать, но я пришла сюда, чтобы заполучить принтер, а не твое тело, — ответила Ли, стараясь побороть слабость, которая охватила ее от его прикосновения. — По крайней мере не сейчас. Мой принтер сломался. Можно я воспользуюсь твоим?

Макс опустил руки и изобразил на лице оскорбление.

— Ты пришла к моему принтеру? У вас свидание? Я не показываю его на улице кому попало.

— Я пришла не со стороны улицы, а через внутренний двор. Ты не мог бы выйти из программы, чтобы я запустила свою? — попросила Ли, протягивая диск.

Макс посмотрел на диск в ее руке.

— Значит, тебе и впрямь нужен мой принтер.

— Да. А теперь мы можем начать?

— Господи, как я люблю, когда ты так говоришь. Так здорово находиться рядом с настоящей представительницей делового мира, да еще занимающей руководящую должность.

Ли достала из коробки инструкцию.

— Надеюсь, ты знаешь, как управляться с ним. Все, на что я способен, — включить и выключить компьютер. А принтер я вообще еще не подключил, — говорил между тем Макс.

— Это не проблема. Я могу вставить диск в дисковод и распечатать материалы прямо здесь. И нам не нужно будет переносить его ко мне в кабинет.

Макс плюхнулся на кровать.

Ли нажала на несколько клавиш, вставила диск и задала несколько команд, чтобы отпечатать пробный экземпляр.

Принтер выдал отпечатанный лист.

Ли посмотрела на него.

— Неплохо. Думаю, такое качество подойдет. Я хочу распечатать еще два экземпляра для верности. Ты не против?

— Мой принтер — твой принтер, — кивнув, ответил Макс. — Хочешь пива или чего-нибудь еще?

Ли отрицательно покачала головой:

— Нет, спасибо.

Ли наблюдала, как компьютер медленно приступил к печати.

— Если бы твой принтер работал еще медленнее, мне пришлось бы завести его с помощью рукоятки.

— Хоть медленно, но работает. А твой?

Макс подошел сзади, положил руки Ли на плечи и стал нежно массировать их.

— Эта штука может работать сама? — прошептал Макс на ухо Ли.

Принтер уже начал печатать, и Ли некоторое время наблюдала за его работой.

— Да, все в порядке.

— Тогда иди сюда. Ты сказала что-то насчет того, чтобы до тебя дотронуться.

Ли встала.

— Не думаю, что я сказала именно так.

Но Макс снова потянул ее к себе.

— Ну, почти так. Замолчи и поцелуй меня.

Ли потянулась в объятия Макса, который тут же поцеловал ее легким дразнящим поцелуем. Ли блаженствовала.

Покрыв ее шею поцелуями, Макс уткнулся в нее лицом и прижался губами к пульсирующей жилке.

— На тебе слишком много одежды, — произнес Макс, стаскивая с Ли кофту. Сбросив ее на пол, он снял рубашку с себя.

Они уже не помнили, как оказались на кровати. Все существо Ли сотрясалось от наслаждения.

— Я люблю тебя, — произнесла Ли. — Люби меня еще.

Ли слегка приподнялась, чтобы поцеловать его.

— Дорогая, я люблю тебя, — прошептал Макс в ответ.

Ли почувствовала, что новая волна наслаждения захлестывает ее, заставляя Макса двигаться быстрее и сильнее. Наконец Ли достигла пика и задрожала, ощутив, как тело Макса содрогается, вторя ей. Расслабившись, они молча откинулись на подушки.

Через некоторое время их дыхание вновь стало спокойным и размеренным.

Ли глубоко вздохнула.

Макс снова поцеловал Ли, лег рядом с ней и гладил ее спину до тех пор, пока Ли не захотелось заурчать.

В полудреме она почувствовала, что Макс встал и остановился на пути к кровати, чтобы взять из холодильника бутылку содовой. Ли открыла глаза.

— Принтер все еще работает? — спросила она, внезапно вспомнив, с какой целью она вторглась в жилище Макса.

— Похоже на то, — ответил Макс, скользнув назад в постель.

Ли передала ему бутылку с содовой и встала, чтобы проверить принтер.

— Мог бы посмотреть, как он работает. Все равно ты вставал.

— Я бы ничего не понял. Кроме того, я лучше посмотрю, как ты разгуливаешь здесь с голой попкой. У тебя самое великолепное тело, какое я когда-либо видел у будущих вице-президентов.

Ли нырнула под одеяло рядом с Максом.

— Ты собираешься все время созерцать голых вице-президентов?

— Это один из моих тайных пороков, — ответил Макс, протягивая Ли почти пустую бутылку из-под содовой. — Допей, а потом поцелуй меня снова. Теперь моя очередь выпытывать твои секреты.

— Я крепкая, и пытки мне нипочем.

— Я бы не был таким уверенным на вашем месте, мисс Голый Вице-Президент. Я сделаю так, что ты выболтаешь мне все свои корпоративные секреты, прежде чем наступит утро.

Макс наклонился и принялся ее целовать.

Когда Ли проснулась, солнечный свет пробивался из-за занавесок.

Солнце! Ли села на кровати, неистово оглядываясь в поисках часов.

Она заметила наручные часы Макса, лежащие на столе, — 7.30.

Ее самолет улетел в 7.15.

Ли вскочила с постели, схватив и накинув на себя первое, что попало ей под руку, — рубашку Макса.

— Что за спешка?

Ли посмотрела в сторону кровати. Макс сидел, и его обнаженное тело манило Ли назад, даже сейчас, когда она так спешила.

— Я опоздала на самолет. Я думала, у тебя есть будильник.

— Есть, но ты не говорила, что нужно поставить его на определенное время.

Ли швырнула Максу брюки.

— Ты знал, что мне нужно уезжать рано утром.

— Будет другой самолет. Хватит комкать свои трусики. Ой, извини. На тебе ведь нет нижнего белья, я прав?

— Просто заткнись.

Макс усмехнулся. Надевая брюки, он заметил:

— Я знал, что утром ты не будешь меня уважать.

— Макс, совсем не смешно. Мне нужно попасть в Атланту на презентацию.

— Я знаю, любимая. Послушай, позвони в аэропорт и забронируй билет на другой самолет. А я пока сделаю кофе и принесу твои вещи.

Глава 7

Погрузившись в ванну в своем номере отеля «Хилтон» в Атланте, Ли разглядывала кончики пальцев, торчащих из воды. Что за день! Утром она покинула Макса с его долгим поцелуем, от которого ее сердце колотилось на протяжении всего пути до аэропорта. Потом она представила предложение своей компании недружелюбному совету директоров, который накануне вечером отложил принятие решения по данному вопросу. И все продолжительное время Ли черпала энергию из накопившегося в ее крови адреналина.

Когда компания решила рассмотреть предложения других поставщиков, шеф сначала велел Ли возвращаться домой, а потом перезвонил и попросил остаться до тех пор, пока не будет принято окончательное решение. Он сам собирался прилететь на следующий день, чтобы присутствовать на презентации.

Ли вытащила пробку пальцем ноги и встала в полный рост, чтобы вытереться, рассматривая себя в зеркале. Еле заметная любовная отметина на ее животе напомнила о Максе, как он и предположил. Он сказал, что его отметина напомнит Ли, что отныне она принадлежит ему. После такой ночи, как прошедшая, Ли подумала, что, возможно, так оно и есть. Она заметила еще одно пятно на плече. Ли не помнила, когда Макс его сделал. Но с ним рядом она переставала мыслить здраво. Ему нравилось смотреть на ее отражение в зеркале, и Ли поняла, что ей тоже нравится. Она отложила в сторону полотенце и взяла халат. Пора заказать ужин, поесть и отправиться спать.

Ли просматривала меню, когда зазвонил телефон.

Моррис Камерон, администратор по контрактам компании, которой Ли собиралась продать партию товара, почему-то позвонил ей. Ведь на общем собрании он отнесся к ней с явным пренебрежением, после того как Ли пресекла все его попытки завязать с ней более тесные отношения, которые он предпринимал с самой первой их встречи. Обычно Ли вела с Камероном только деловые разговоры и старалась никогда не оставаться с ним наедине. От одного только его вида у нее по телу пробегала дрожь.

Едва только он начал говорить, кожа Ли покрылась мурашками.

— Все еще надеетесь заполучить контракт, Ли? — Он почти прорычал ее имя. — Я предлагаю заключить с вами небольшую сделку. Встретьтесь со мной сегодня вечером, и мы поговорим о вашем товаре с глазу на глаз. Если вы понимаете, что я имею в виду.

Ли прекрасно понимала, о чем он говорит, и без его ехидного смеха и тяжелого дыхания в трубку. Встреча не имела ничего общего с разговором о преимуществах ее компании в предстоящей сделке.

Ли и раньше приходилось сталкиваться с подобными грубыми предложениями. Но никогда они не преподносились в такой оскорбительной форме.

Ли достала свой диктофон, включила его и приложила к трубке.

— Мистер Камерон, — начала она с должной долей уважения, — президент моей компании прилетает завтра, чтобы возглавить финальную часть презентации нашего товара. Вряд ли я смогу сообщить вам что-то новое сегодня вечером.

— Хорошо, Ли, поступим следующим образом. — Его смех был настолько отвратительным, что у Ли волосы зашевелились на голове. — Если мне понравится то, что я увижу и услышу сегодня вечером, прибытие вашего шефа будет уже не нужно. Вы сможете получить контракт еще до полуночи.

— Вы уже все слышали сегодня, мистер Камерон. — Ли сделала ударение на слове «мистер». — С тех пор ничего не изменилось.

— Держу пари, что ваша речь будет звучать гораздо убедительнее, если мы с вами окажемся ближе друг к другу. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.

— Я не знаю, что вы имеете в виду.

— Да бросьте, Ли. Вы вращаетесь в мире мужчин. У привлекательной женщины есть преимущества, когда речь заходит о торговле. Вам нужно уметь ими пользоваться, если вы хотите играть с «большими мальчиками». Скажу вам, что я один из таких «больших мальчиков», особенно в некоторых областях. Понимаете, о чем я?

Ли едва не стошнило.

— Мистер Камерон, боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы говорите. Не могли бы вы выражаться яснее? Вы ведь уполномочены подписывать контракты, так?

— Конечно, именно от меня зависит последнее решение. Вам стоит лишь повести себя со мной по-умному — и контракт ваш.

— Вы хотите сказать, переспите со мной — и контракт ваш?

— Вы довольно прямолинейны. Я буду ждать вас примерно через час в баре.

— Не могу принять ваше приглашение, мистер Камерон. Вам придется судить о моей компании по ее заслугам. Мой начальник будет здесь завтра. И вы сможете внести изменения в контракт с ним вместе.

— Без моей рекомендации у вашей компании нет ни единого шанса. Если через час вы не придете в бар, уверяю, ваш шеф непременно узнает, кто виноват в том, что компания не получила контракт. — Камерон швырнул трубку, и Ли услышала короткие гудки.

Наконец она пришла в себя настолько, чтобы произнести в диктофон:

— Записано в четверг в 6.30.

Ли уронила трубку телефона и бросилась в ванную комнату, почувствовав приступ тошноты.

Когда телефон снова зазвонил, Ли долго не отвечала.

— Алло, — поколебавшись, произнесла она.

— Ли, любимая, ты в порядке? — раздался в трубке низкий голос Макса, рассеивая тошноту и неприятный осадок от предыдущего разговора.

— Макс, как ты узнал, где я остановилась? — спросила Ли, опускаясь на кровать и страстно желая, чтобы Макс оказался рядом с ней.

— Провел расследование. Мне сказал Ларри, когда пришел навестить Роки. Что с тобой, любимая? Ты заболела?

— Не совсем. Просто ощутила на себе, что такое сексуальное домогательство. Администратор по контрактам компании-покупателя позвонил мне и предложил контракт, если я пересплю с ним. Ты просто не поверишь, Макс, какие мерзости он мне говорил. Я и раньше сталкивалась с непристойными замечаниями в мой адрес, но они не идут ни в какое сравнение с тем, что говорил он. Меня даже стошнило. Я не знаю, как женщины терпят подобное из года в год.

— Тебе не придется терпеть, — обнадежил Макс. — Хочешь, я приеду и разберусь с ним?

Ли рассмеялась. Ее тревоги растворились в успокаивающих звуках голоса Макса.

— Как бы я хотела тебя видеть. Я записала разговор и смогу выдвинуть обвинение, но только ради презентации. Президент моей компании прилетает завтра по поводу моего продвижения по службе. А значит, и для того, чтобы ты мог спать с вице-президентом.

— Я все равно буду любить тебя, даже если ты не станешь вице-президентом. Я серьезно, насчет приезда в Атланту, любимая. Уверен, сегодня вечером есть рейс. Я буду у тебя в номере еще до полуночи. Как зовут президента компании? Возможно, я позвоню ему и попрошу лучше приглядывать за моей девочкой.

— Я сама могу о себе позаботиться, но все равно спасибо. Уилбур Мэдисон — президент компании и мой лучший защитник. Мы справимся. Ты что-то хотел?

— Просто услышать твой голос. И еще сказать, что мы с Роки скучаем по тебе. Сегодня после обеда мы долго гуляли вдоль реки. Потом поспали. По некоторым причинам я мало спал прошлой ночью.

— Могу представить, что за причины. — Ли захихикала в телефонную трубку. — Я спала очень хорошо. Но не переставала мечтать кое о чем.

— Ты все еще моя?

— Да, Макс.

— Хорошо. Задай им всем жару завтра. Я люблю тебя. — В телефоне что-то щелкнуло. Макс положил трубку.

Дьявол! Последнее слово вновь осталось за ним. У Макса входит в привычку ставить в конце точку.

Ли опять взяла в руки меню, чтобы заказать ужин. Ей нужно решить, как она будет разговаривать со своим начальником и решать проблему с администратором по контрактам.

Запись разговора Ли с Камероном скорее всего не будет иметь никакой силы в суде, но для нее самой она была очень важна. Если она хочет получить контракт, ей придется убрать Камерона со своего пути. Самой ей сделать подобное трудно, а вот президенту ее компании вполне под силу. И он непременно поможет ей, когда Ли представит ему факты.

На следующее утро Ли одевалась так тщательно, что казалось, будто она собирается на битву. Ей предстояло провести презентацию своего предложения, и Ли верила, что ее начальник сможет нейтрализовать все негативные высказывания Камерона в ее адрес.

Потом, когда она получит контракт, она обвинит Камерона в сексуальном домогательстве. После разговора с Максом Ли спала на удивление спокойно. Его добродушное подтрунивание вернуло ей уверенность в себе. Теперь она готова столкнуться лицом к лицу со всей мужской частью делового мира, если придется. И никому не удастся запугать ее.

Когда Ли вошла в зал заседаний, Мэдисон, президент ее компании, уже присутствовал здесь и разговаривал с членами совета директоров «Медикал продактс». Подойдя к Ли, Мэдисон пожал ей руку и предложил свою помощь.

Ли, полностью погруженная в мысли о предстоящей презентации, вдруг заметила мужчину, сидящего рядом с президентом ее компании на другом конце стола.

Макс? Ее Макс, в костюме и галстуке, с гладко выбритым лицом и аккуратно причесанными волосами, сидел и делал какие-то пометки в блокноте, словно один из членов совета директоров.

Должно быть, у нее начались галлюцинации.

Ли была профессиональным менеджером по продажам на протяжении многих лет. И ничто не могло смутить ее перед презентацией. Но молчаливое присутствие Макса странным образом подействовало на нее. Как только ему удалось попасть сюда и для чего?

Она бросила быстрый взгляд на Макса и перевела дыхание, которое задержала на несколько секунд, обдумывая причину его присутствия на заседании. Вполне очевидно, что он находится здесь с позволения и одобрения мистера Мэдисона, судя по тому как тот наклонился и что-то прошептал на ухо Максу.

Ли прекрасно знала, что делает, и не запнулась ни разу. Ее презентация привлекла внимание своей безукоризненностью. Президент «Медикал продактс» выглядел заинтересованным. Ли не хотела смотреть туда, где сидели Макс и ее босс, чтобы узнать их реакцию.

Едва только Ли села, Камерон начал говорить об ошибках в изложенных ею цифрах, сославшись на более выгодное предложение другой компании и преимущества взаимодействия с менеджером-мужчиной. Наконец председатель совета директоров предложил сделать небольшой перерыв перед окончательным голосованием.

Ли подошла к столу, чтобы налить себе кофе, и Камерон тут же оказался у нее за спиной.

— Ты не получишь контракт, сука, — прошептал он. — Тебе не работать со мной, тебе конец. — Он хотел сказать еще что-то, но внезапно Макс положил руку на плечо негодяя и нанес ему такой удар в лицо, что Камерон упал.

— Ты, что, с ума сошел, парень? — заорал Камерон, из носа которого хлестала кровь. — Кто-нибудь, позовите охрану! — Он пытался остановить кровь, приложив к лицу носовой платок.

— Вы назвали леди сукой. Думаю, вы принесете ей свои извинения, Камерон, — произнес Макс холодным и твердым как сталь голосом. — Я жду. — Он встал над Камероном, сжав кулаки.

Никто из окружающих не двинулся с места.

Макс потер костяшки пальцев.

— Не слышу извинений. Вам известно, что мисс Мэлоун записала ваши вчерашние угрозы на пленку? Своим звонком вы нарушили закон, по которому вполне достаточно улик, чтобы отправить вас за решетку.

Макс развернулся и обратился к президенту «Медикал продактс»:

— Вчера вечером он угрожал мисс Мэлоун по телефону. Думаю, вам и вашим акционерам стоит приготовиться к дорогостоящему судебному процессу, так как мы намерены выдвинуть обвинение против вашей компании и Камерона. Она сможет завладеть всей вашей компанией еще до того, как мы разберемся с вами.

— Она никогда ничего не докажет, — огрызнулся Камерон.

— О, будьте спокойны, докажет. Ведь вы позволили себе некоторые замечания в ее адрес, которые я слышал и о которых расскажу в суде. Вам грозит иск в полмиллиона долларов и тюремное заключение.

Макс бросил на Камерона взгляд, полный отвращения, и дотронулся до руки Ли.

— Соберите свои вещи, мисс Мэлоун. Мы не заинтересованы в сотрудничестве с такой компанией. Нам придется начать судебный процесс. — Макс достал из портфеля Ли диктофон. — Кассета все еще здесь? — После того как Ли кивнула, Макс протянул диктофон мистеру Мэдисону. — Я провожу мисс Мэлоун, а вы разберитесь тут, Мэдисон.

Макс взял Ли под руку и оглядел зал заседаний.

— Приятного вам дня, джентльмены. Полмиллиона — это в лучшем случае.

Макс провел Ли к выходу и закрыл за собой дверь, однако она успела заметить, как мистер Мэдисон улыбнулся Максу и поднял вверх большой палец.

Когда двери лифта закрылись, Ли вновь обрела способность говорить. Голос ее вдруг стал каким-то писклявым:

— Какого черта ты делаешь здесь, Макс Кендрик? И куда, черт тебя дери, ты меня тащишь?

— Хочу уйти отсюда побыстрее, иначе я убью сукина сына своими собственными руками, — процедил Макс сквозь зубы.

— Я… я… я… — забормотала Ли.

Внезапно Макс улыбнулся и обнял ее.

— Да, я себя чувствую точно так же. У меня нет слов. С тобой все в порядке? Должно быть, нет, потому что ты кричала на меня.

Двери лифта открылись, и Макс снова схватил Ли за руку, не давая ей никакой возможности что-либо ответить.

— Ты брала машину напрокат?

Ли кивнула.

— Где она?

Все еще ошарашенная произошедшим, Ли молча указала на парковку.

— Я спросила, куда мы идем? Я не разобралась со сделкой, — попыталась выдавить из себя Ли, пока Макс поспешно тащил ее к машине.

— Конечно, разобралась. Больше ноги твоей не будет в этой компании. Мэдисон уже отказывается от своего предложения. Он не собирается иметь с ней никаких дел. Мы привлечем адвокатов компании к обвинению в течение недели.

— Мы?

— Да. Дай мне ключи, я поведу. Тогда сможешь кричать сколько угодно.

Ли, сама того не желая, протянула Максу ключи.

Макс открыл дверь, помог Ли сесть и, прежде чем занять место шофера, положил чемоданы в багажник.

Когда он сел в машину, Ли спокойно спросила:

— Ты хотя бы представляешь, как я зла на тебя?

— Да, если у меня есть хоть немного здравого смысла, я бы проверил твою сумочку на предмет чего-нибудь острого в ней, прежде чем отвернуться, — ответил Макс. — Прости, я немного вышел из себя, но нашему делу такое поведение не повредит. Я все объясню по дороге.

В аэропорту Ли оформила документы, связанные с возвратом машины, и вернулась к Максу, ожидающему ее у входа. Он взял Ли под руку и поднял с земли ее сумку.

— Нужно узнать, сможем ли мы поменять билеты на более ранний рейс. Дай мне свой билет, и я его поменяю вместе с моим. — Макс потащил Ли к кассам.

Внезапно Ли схватила Макса за галстук, потащила его в угол и с силой усадила в кресло.

Держа его за галстук, она угрожающе проговорила:

— А теперь послушай меня, Макс Кендрик. Я не знаю, как тебе удалось получить согласие мистера Мэдисона, чтобы приехать сюда. И я даже не хочу знать, что ты ему наврал, потому что твоя миссия телохранителя закончена. Я ценю твою поддержку, но теперь я вполне могу позаботиться о себе сама. Я сама могу поменять свой билет. И в самолет я сяду тоже без твоей помощи. Если у тебя есть чувство самосохранения, то ты не станешь пытаться заговорить со мной сегодня. Если ты попытаешься завязать со мной разговор в самолете, я позову кого-нибудь из обслуживающего персонала и скажу, что ты угрожаешь угнать самолет. Тебе понятно? Можешь кивнуть.

Макс согласно кивнул головой, насколько ему позволял зажатый мертвой хваткой галстук.

— Хорошо. — Ли резко развернулась на каблуках и удалилась. Уходя, она услышала за своей спиной смех Макса, но не обернулась.

— Нам нужно поговорить, — спокойно произнесла Ли, когда они вернулись домой. И хотя у нее подламывались колени при виде Макса, в костюме и галстуке, такого делового и преуспевающего, она решила довести до его сведения несколько основных правил, иначе он попытается взять под контроль всю ее жизнь.

— Итак? — произнес Макс.

— Итак. Давай пройдем в гостиную. И не дотрагивайся до меня, — добавила Ли, заметив, что Макс собирается ее обнять.

Он опустил руку и подошел к столу с напитками.

— Хочешь стаканчик хереса?

— Нет, я хочу поговорить.

Макс налил себе в стакан напиток и сел на диван. Ли же опустилась в кресло.

— Ну, начинай, — заговорил Макс, ослабляя галстук. — Что теперь тебе во мне не нравится? Похоже, сейчас ты начнешь читать мне нотации.

— Во-первых, мне не нравится, что ты позвонил моему начальнику и вмешался в мои дела. Я ведь сказала тебе по телефону, что со своими проблемами я справлюсь сама.

— Неужели ты готова терпеть подобное обращение, чтобы заполучить контракт и кресло вице-президента? Не могу поверить, что Ли, которую я люблю, способна на такое. И я не могу отойти в сторону и спокойно смотреть, как оскорбляют мою женщину.

Макс со стуком поставил стакан на стол, встал и нервно заходил по комнате.

— Думаешь, ты первая, с кем негодяй обошелся подобным образом? У тебя великолепная фигура, но клянусь, ты не первая, кого он грязно домогался. Должно быть, раньше его тактика имела успех, иначе он не стал бы приставать к тебе. Когда же ты повзрослеешь, Ли? Есть только один способ расправиться с таким ублюдком.

— Ты грубишь.

— Однако ты не жаловалась на мою манеру выражаться той ночью, которую мы провели вместе.

— Ночь — совсем другое. Там была мимолетная страсть. Вот и все. Она не дает тебе права управлять моей жизнью.

— Мимолетная страсть… То есть я был для тебя мужчиной на одну ночь, да? — Макс остановился посреди комнаты, словно пораженный громом.

— Тебе придется признать, что у нас совершенно нет никакого будущего. Ведь у тебя даже нет настоящей работы.

— Что ж, похоже, ты тоже еще очень не скоро станешь вице-президентом, мисс Могущественная Деловая Америка. Но для меня ты всегда останешься любимой женщиной, и я никогда не скажу, что ты недостаточно хороша для меня.

— Я ничего не говорила насчет того, что ты недостаточно хорош для меня.

— Пока мы ехали домой, каждое твое слово свидетельствовало об обратном. Я для тебя оказался всего лишь легко доступным жеребцом. Если вновь почувствуешь возбуждение, ты знаешь, где меня найти.

Дом чуть не рухнул от того, с какой силой Макс захлопывал за собой двери на пути в свою квартиру.

— Роки, похоже, мы снова остались вдвоем. По крайней мере ты все еще любишь меня, — сквозь слезы сказала Ли.

Роки лениво вильнул хвостом и задремал.

— Типичный мужчина, — недовольно бросила она спящему псу. — Как ты мог заснуть во время разговора?

Опустошенная, Ли отправилась наверх, стаскивая по дороге одежду.

Зарывшись лицом в подушку, она закрыла глаза и тут же заснула.

Кто-то поглаживал Ли по спине. Она застонала от удовольствия и глубже зарылась в подушки.

Кто-то гладил ее спину! Ли открыла глаза. Рядом с ней на постели сидел Макс.

— Что ты делаешь в моей спальне? — спросила Ли, выгибаясь под его руками, которые продолжали массировать напряженные мышцы ее спины.

— Глажу твою спину.

— Как ты сюда вошел?

— Открыл заднюю дверь и поднялся по лестнице. Роки знает, что я здесь. Ты не заперла дверь.

— Зачем ты здесь?

— Я пришел, чтобы попросить прощения. Я немного вышел из себя. Меня взбесила твоя история, и я излил свою злость на тебя. Мне следовало сдержаться. Прости меня.

— Думаю, я тоже виновата, — пробормотала Ли, все еще уткнувшись лицом в подушку. — И все же я сказала то, что сказала. Я хочу сама решать свои проблемы.

Макс рассмеялся, и его низкий сексуальный смех заставил сердце Ли биться быстрее. Он поцеловал ее в плечо.

— Да, я помню, как здорово ты решаешь свои проблемы. Одна только мысль об этом сводит меня с ума.

— Тебе обязательно придавать каждой нашей беседе сексуальный оттенок? — раздался голос Ли из глубин подушки. Пальцы Макса снова начали массировать ее спину, и она закрыла глаза. На него просто невозможно злиться, когда под уверенными движениями его пальцев уходило все ее напряжение, уступая место медленно пробуждающемуся желанию.

— Коль скоро ты раскинулась на постели, прикрытая лишь двумя лоскутками кружева — чудесного кружева, должен признаться, — мне трудно думать о чем-то другом. И…

Ли тихо засмеялась и перевернулась.

— Я вижу тебе трудно не только это. Видишь, теперь я веду себя под стать тебе.

— Пока еще нет, но мне очень хотелось, чтобы было так. — К удивлению Ли, Макс встал и, подойдя к комоду, начал перебирать и нюхать флакончики с духами. — У тебя есть халат?

— Висит на двери ванной комнаты.

Макс подошел к двери и, сняв с вешалки халат, бросил его Ли и отвернулся. Ли заметила, что он снова одет в полинявшие джинсы и хлопчатобумажную рубашку. Ее прежний Макс.

Ли надела халат и завязала пояс.

— Ну вот, теперь я выгляжу вполне пристойно. О чем ты хотел поговорить?

Макс повернулся к ней лицом.

— Да так, ничего важного. Подождет. Почему бы нам не пообедать где-нибудь? Хорошая еда поднимет настроение нам обоим.

— Хорошо, только я даже не успела еще проверить свою почту.

— Забудь про почту. Надень джинсы и пойдем поедим чего-нибудь итальянского. После солидной порции макарон все проблемы предстанут совсем в другом свете. За обедом мы сможем поговорить.

— Хорошо. — Ли подошла к шкафу и достала оттуда джинсы и рубашку. — У меня есть время, чтобы принять душ?

— Сколько угодно, любимая. Иди, ополоснись. Может, тебе нужна компания?

— Проваливай. Покорми Роки, если тебе нечем заняться.

Глава 8

После того как обед, состоящий из холодной закуски, макарон с густым соусом из моллюсков и итальянского хлеба, пропитанного чесночным маслом, они запили несколькими бокалами молодого красного вина, Ли простила Максу все.

Макс отослал стоявшего у стола официанта и взял Ли за руку.

— Я гораздо ближе к раю, чем когда бы то ни было. — Он поцеловал ее пальцы. — Почему бы нам не убежать отсюда? Я знаю неплохое местечко на Монтего-Бей[1]. Мы могли бы играть в песок, заниматься любовью, есть и снова заниматься любовью…

— А где же мы возьмем деньги на еду? — спросила Ли, и ее пальцы сплелись с пальцами Макса.

— Нам не нужны деньги. Мы можем ловить рыбу, пить кокосовое молоко, залезать на пальмы, заниматься любовью…

— Постой, постой, а кто будет чистить рыбу?

Макс слегка прикусил кончики пальцев Ли зубами.

— Я буду чистить рыбу и готовить ее. А ты можешь лежать под пальмами и плести корзины для туристов.

Ли закрыла глаза. Она уже видела их, распростертых на песке и страстно целующихся. Ли вздохнула.

— Держу пари, ты отличный писатель. Я даже чувствую песок между пальцами от твоего рассказа. Я давно хотела поинтересоваться: почему у тебя на ягодице сделана татуировка в виде розы?

— Я думал, ты не заметила. А почему у тебя такой нет? — ответил Макс вопросом на вопрос.

— Потому что мои ягодицы и без татуировок очень красивые. Твою бывшую девушку звали Розой?

— Ты можешь представить меня с девушкой по имени Роза? — Макс постарался изобразить на лице шок, смешанный с удивлением.

— Я могу представить тебя с любой особой в юбке. Или что там она носит, — ответила Ли. — Ты не ответил на мой вопрос.

— А что ты спросила?

— Почему у тебя татуировка в виде розы?

— Если я отвечу на твой вопрос, ты ответишь на мой?

— Возможно. Если получу прямой ответ.

— Хорошо. — Макс снова потянулся через стол и взял Ли за руку, лаская пальцами ее ладонь. — Еще два года назад я следовал определенным правилам, получил ученую степень, старался поступать так, как нужно, и не обращал внимания на свое желание писать, потому что оно не принесло бы мне никакой прибыли. Я тогда зарабатывал большие деньги и возненавидел свою жизнь. Когда я все-таки выкроил время, для того чтобы писать, мои мозги напоминали кашу. По какой-то причине, после того как я здорово набрался на вечеринке в честь моего тридцатилетия, я решил, что раз уж мне суждено быть рабом, то пусть я и буду заклеймен как раб того, что люблю больше всего в жизни. Я отправился в местный район красных фонарей и сделал татуировку. Пребывая в пьяном ступоре, я связал воедино произведение Теннесси Уильямса «Татуированная роза» с изображением цветка, который мне показал художник. Он убедил меня, что роза будет самым подходящим знаком для начинающего писателя. — Макс замолчал. — На следующий день, когда я протрезвел и понял, что смерть от самого страшного похмелья в моей жизни мне не грозит, я сел на самолет до Нью-Йорка.

— И… — подсказала Ли, сжимая руку Макса.

— И мне было больно сидеть. А потом я понял, что писателям не по карману жить в Нью-Йорке и нанялся в команду на яхту, направляющуюся в Ки-Уэст[2]. Я остался там. Пил и писал и наконец отправился на Ямайку. Там встретил владельцев твоего дома, и они предложили мне квартиру. Остальное ты знаешь. — Макс вновь замолчал.

— И почему я решила, что здесь может быть какая-то более захватывающая история?

— Ничего существенного. Важно то, кем я являюсь сейчас. Готова к моему вопросу?

Ли отрицательно покачала головой:

— Я не хочу отвечать ни на какие вопросы. Я хочу прогуляться, а потом пойти домой и лечь с тобой в постель. И еще я хочу снова увидеть твою татуировку. Теперь, когда я знаю ее историю.

Макс рассмеялся.

— Женщина, которая знает, чего хочет. — Макс подозвал официанта, чтобы расплатиться.

Когда они подошли к дому, Макс наклонился и поцеловал Ли.

— Ко мне или к тебе?

Ли не стала делать вид, что не поняла вопроса.

— Ко мне.

Макс снова быстро поцеловал ее и открыл дверь.

— Мне нужно забежать к себе на минуту, — проговорил он. — Не начинай без меня.

— Макс, у меня в ванной комнате есть целая коробка презервативов.

Он взял руки Ли в свои.

— В ванной комнате? Мне всегда казалось, что в кровати гораздо удобнее, но если ты хочешь в ванной…

Ли, шутя, ударила Макса по животу.

— Знаешь, их можно отнести куда угодно. У меня нет ящика в прикроватном столике. Кроме того, коробка не подходит по цвету к убранству моей спальни. А теперь, может, ты замолчишь и поцелуешь меня?

— Ты такая наглая и откровенная. Должно быть, особенность представителей делового мира. — Макс прижал Ли к себе и поцеловал. — Ты такая сексуальная, Ли. Чтобы захотеть тебя, мне достаточно всего лишь прикоснуться к тебе. Хочешь, отнесу тебя наверх на руках?

— Нет. Боюсь, ты потянешь какие-нибудь жизненно важные мышцы. Может, лучше просто поднимемся наверх вместе?

Останавливаясь на каждой ступеньке, чтобы поцеловаться, Ли и Макс наконец оказались в спальне.

— Никогда не думала, что подниматься вверх по ступенькам так здорово, — произнесла женщина.

— У нас обоих такое тяжелое дыхание, а мы ведь даже не бежали. Нужно будет потренироваться.

— Пойду приму душ.

К тому времени как Макс вернулся в спальню с коробкой в руках, Ли разобрала постель и сняла с себя все, кроме черных шелковых трусиков. Она сидела, опершись спиной о подушки.

Макс опустился на постель рядом с Ли и взял ее лицо в руки.

— Ты хотя бы понимаешь, какая ты восхитительная любовница?

Ли обольстительно улыбнулась:

— Нет. Покажи мне себя. Начни с прелестной маленькой татуировки на твоей прелестной маленькой ягодице.

Макс рассмеялся, сбросил с себя остатки одежды и повернулся к Ли спиной, чтобы она смогла увидеть татуировку.

Должно быть, ночью Макс укрыл их обоих простыней, но Ли заметила это только утром. Солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы, слепил ей глаза. В голове Ли стучало, а к горлу подкатывала тошнота.

— У меня похмелье, — удивленно протянула Ли.

— Вовсе не обязательно так кричать, — проворчал Макс, протирая глаза. — Не могла бы ты что-нибудь сделать со светом? Он меня ослепляет.

Ли поцеловала обнаженное плечо Макса.

— Мне кажется, ты сам должен встать, сварить кофе и принести мне аспирин.

— Кажется, я не вынесу даже звона монеты. Может, Роки принесет нам кофе и аспирин?

Рядом с кроватью раздался стук, и Роки положил свою большую голову на живот Макса. Макс подскочил и сморщился.

— Он что, был здесь с нами всю ночь?

— Нет. По крайней мере я так не думаю. — Ли наклонилась, чтобы потрепать пса по голове. — Он пришел сюда под утро.

— Иди, Роки, свари нам кофе, — шутливо скомандовал Макс.

Пес не двинулся с места.

Макс снова открыл глаза.

— Так что, меня выбрали для такой важной миссии?

Ли снова поцеловала Макса в плечо.

— Да. И сок тоже принеси. Мне кажется, что витамин С поможет справиться с похмельем. А еще я приму аспирин.

Макс потянулся за своими шортами, валяющимися на полу.

— Проклятый пес спал на моей одежде. Теперь вся она покрыта собачьей шерстью.

— Нужно было ее повесить.

Макс сел на край кровати и, нахмурясь, посмотрел на Ли:

— Насколько я помню, кое-кто немедленно захотел увидеть мою татуировку.

— Мог бы повесить свою одежду после.

— После у меня уже не оставалось сил.

Макс наклонился и поцеловал Ли.

— Не уходи никуда.

— Я как раз там, где мне хочется быть.

Ли встала с постели и ополоснула лицо холодной водой. Однако ей не помогло. Она взяла из аптечки пузырек с аспирином и вернулась в постель.

Прежде чем лечь и положить на глаза смоченное в холодной воде полотенце, Ли надела красную сатиновую сорочку. Она не помнила, что когда-либо испытывала похмелье.

— Похмелье. Со мной такое впервые.

— Нет, просто никогда в жизни ты не поступала безрассудно.

— Мы пили вино. Молодое красное вино. Много молодого красного вина. Неудивительно, что у меня похмелье. Во мне полно антигенов, или как там называется.

Ли села, положила подушки к спинке кровати и похлопала по матрасу.

— Иди назад в постель и захвати с собой кофе, — обратилась она к Максу.

Макс сел на постель, наклонился и поцеловал ее.

— Самая чудесная фраза, какую я когда-либо слышал.

— Какая? «Принеси кофе»?

— Нет. «Иди назад в постель».

Ли потрепала Макса по щеке.

— Ужасно не хочется тебя разочаровывать, приятель, но в данный момент меня гораздо больше интересует кофе.

Макс протянул ей чашку.

— Надеюсь, это поможет тебе передумать. Только не слишком быстро, потому что у меня такое же похмелье, как и у тебя. Официант, порекомендовавший вино, будет номером один в моем черном списке.

Они молча запили аспирин соком и выпили по чашке кофе.

— Дорогая, — смиренно произнес Макс, — ты не подумаешь плохо о моих мужских качествах, если я предложу еще немного поспать?

— Не думаю, что что-то может заставить меня плохо о тебе подумать. Ты выпустил Роки?

— Да. И запер его дверь на щеколду. Когда я уходил, он спал на солнышке.

— Хорошо. Убери яркий свет, и давай поспим.

Макс прижал Ли к себе и поцеловал ее в лоб.

— Дорогая, я, конечно, могу многое, но даже я не в состоянии убрать с небес солнце. Закрывай глаза.

Солнечные лучи по-прежнему проникали в комнату сквозь шторы, когда Макс медленно открыл глаза, но смотреть на них стало уже не так больно. Он бросил взгляд на Ли, свернувшуюся калачиком возле него и на ее разметавшиеся по его руке волосы.

Даже просто смотреть на нее было удовольствием, Макс убрал с ее лба волосы. Ли вздохнула во сне и придвинулась ближе к Максу, и он непроизвольно прижал ее к себе еще крепче.

Она оставалась честной с ним, когда говорила, что любит свой деловой образ жизни. А он отплатил ей ложью.

Вообще-то не совсем ложью. Он просто не сказал всей правды. Он поступил как изворотливый адвокат, которым он когда-то работал.

А ведь ему представилась прекрасная возможность все рассказать прошлым вечером, когда Ли спросила его про татуировку. И нужно-то было сказать, что он ушел из своей адвокатской конторы с пятном на репутации. Но он уклонился от ответа и начал плести всякую чепуху о необитаемом острове.

Ли поверила, что он обманул Мэдисона, представившись адвокатом. Она руководствовалась тем, что подсказывало ей сердце, вместо того чтобы думать головой. Ли вовсе не такая хладнокровная бизнес-леди, какой хотела казаться. Она поверила ему, несмотря ни на что, и поэтому решила, что и Мэдисон поверил.

Макс должен рассказать Ли правду, пока она не узнала ее от кого-нибудь еще. Но что она подумает, когда узнает, что он добровольно отказался от вещей, столь милых ее сердцу? Нет, пусть лучше она считает его писателем, чем мужчиной, отвергающим образ жизни, к которому она стремилась.

Макс почти уверен, что не захочет снова стать частью делового мира. Даже ради Ли.

Но он совсем не уверен, что сможет расстаться с ней.

Он поцеловал Ли в лоб и встал с постели. Меньшее, что он мог сделать для нее, — накормить. Обычно Ли питалась в пунктах быстрого обслуживания. Стараясь не шуметь, Макс выскользнул за дверь и отправился в булочную за круассанами.

Когда Ли проснулась, Макса рядом не оказалось. Похмелье почти прошло, если не считать легкой ноющей головной боли. Ли с наслаждением потянулась, подумав, что ей просто необходим продолжительный горячий душ.

Ли направилась в ванную.

Макс вошел в спальню как раз в тот момент, когда Ли сушила полотенцем волосы. Он успел побриться и надеть чистую рубашку и джинсы.

— Хочешь, я помогу тебе?

— Что, просушить волосы?

— Да. — Макс встал за спиной Ли, взял из ее рук полотенце и начал осторожно массировать голову.

— Ты всегда входишь в ванные комнаты без стука?

— Ну, если дверь открыта, а за ней стоит великолепная женщина, на которой из одежды лишь полотенце, то — да. Если ты хотела уединиться, тебе стоило закрыть дверь.

Ли прильнула к Максу.

— Я запомню твои слова. Куда ты ходил?

— Мы с Роки прогулялись до булочной и принесли несколько круассанов. Голодна?

— Да.

Рука Макса скользнула под полотенце, которым была обернута Ли. Он наклонил голову, чтобы покрыть поцелуями ее плечи, а потом грудь.

— Я тоже голоден — хочу тебя. Пахнешь ты божественно.

В желудке у Ли заурчало.

Макс в последний раз поцеловал Ли.

— Похоже, что твой голод несколько иного свойства. Надень на себя что-нибудь, если хочешь получить завтрак. Ты такая соблазнительная, что я не смогу устоять, даже если попытаюсь.

И прежде чем Ли успела что-либо ответить, Макс вышел.

Ли надела красные трусики, джинсы и футболку. Собрав волосы в конский хвост, Ли сбежала по ступеням вниз.

Когда она вошла на кухню, Макс уже сварил кофе и подогрел круассаны. Роки вылизывал свою миску и, не переставая есть, приветственно завилял хвостом.

— Чем ты накормил Роки? — поинтересовалась Ли.

— Обычные подушечки с ветчиной. Мне показалось, он не хочет мясо в желе.

— Ты его избалуешь.

Макс поцеловал Ли.

— С ним легко договориться. Одно печенье с ветчиной — и он мой. А как насчет тебя? Могу я купить твою любовь за свежий круассан?

— Эй, со мной будет не так просто.

Ли откусила круассан, покрытый ежевичным джемом, и глубоко вздохнула.

— Возможно, договориться со мной будет проще, чем кажется. Круассаны — божественные. Почему ты встал?

— Потому что ты все еще спала. А поспать тебе было нужно.

Ли посмотрела на Макса:

— Ты чудесный парень, Макс. Просто динамит в постели.

— Ой, ты вогнала меня в краску. Может, прогуляемся по кварталу?

Вторую половину дня они провели, гуляя по Французскому кварталу, жуя еду, продаваемую с лотков, узнавая судьбу у гадалок и добродушно споря насчет картин, выставленных на продажу. А потом Макс предложил приготовить ужин.

— Ты и в самом деле умеешь готовить? У меня дома не так много продуктов. Я не часто готовлю.

— Да, я заметил. Вы с Роки отправитесь домой, а я зайду в бакалейный магазин и куплю все, что нужно.

— Запиши покупки на мой счет, — предложила Ли. — Ты ведь платил за все, пока мы гуляли.

На какое-то мгновение лицо Макса исказилось от гнева.

— Я могу позволить себе купить кое-какие продукты. — Макс поцеловал Ли и, развернув ее, игриво хлопнул по ягодицам. — Иди домой. Я скоро приду.

Ли улыбнулась и произнесла нараспев, на манер уроженцев южных штатов:

— Я люблю, когда ты такой властный.

Ли решила надеть к ужину что-нибудь более подходящее. В зеленой юбке в складку, топе в деревенском стиле и босоножках она выглядела гораздо более сексуальной, чем в джинсах.

Не успела Ли вдеть в уши пару больших золотых колец, как из магазина вернулся Макс с сумками и букетом цветов, которые он протянул ей с легким поклоном.

— Ты такой милый, Макс. Мне нравится, как ты преподносишь цветы. — Ли поцеловала его в губы и убежала за вазой.

Положив цветы в раковину, Ли спросила:

— Что шеф-повар Нового Орлеана собирается для нас приготовить?

Макс достал из сумки что-то завернутое в бумагу.

— Бараньи отбивные, плов и салат ассорти. Вот, положи в холодильник. — Макс протянул Ли коробку, после того как она поставила цветы на стол.

— А что в коробке?

— Десерт. Вино тоже нужно немного остудить. — Макс передал Ли шардоннэ высшего сорта. — Я купил белое вино, раз уж от красного у нас болит голова.

Ли посмотрела на этикетку.

— Оно дорогое.

— Ты что, все переводишь в доллары?

Макс увидел, как лицо Ли омрачилось, а сама она изо всех сил старалась сдержать слезы. Макс бросил на стол пакет с зеленью и стал успокаивать ее.

— Прости, дорогая. Я просто дразнил тебя. Иногда я не умею вовремя замолчать.

Ли прильнула к нему.

— Все в порядке. Я знаю свою слабость. Мне кажется, что со стороны незаметно.

— Вообще-то я сказал не подумав. Просто невежа, но я заметил, как ты хороша в деревенском наряде.

Ли поцеловала Макса в подбородок.

— Зато мне никогда не бывает с тобой скучно. Все в порядке, Макс.

— Ты права. Я достаточно повидал, чтобы научиться разрешать большинство проблем.

— Тогда почему ты попал в тюрьму в первый же день своего пребывания здесь?

— Мне показалось, что я должен привлечь твое внимание. Я поселился в доме с великолепной женщиной, для которой я был чем-то вроде не стоящего внимания клопа. Я хотел, чтобы она меня заметила.

— Вообще-то я тебя очень даже заметила, — ответила Ли, перебирая цветы, лежащие на столе. — Воспоминание о твоих обтягивающих джинсах не давало мне заснуть добрую половину ночи. А сейчас твоя работа продвигается?

— Да, все отлично. Так что я закончу роман задолго до запланированного срока. Наверное, оттого, что я дал выход накопившейся сексуальной энергии.

— Значит, ты должен посвятить свою книгу мне?

— Конечно. — Макс отвернулся от плиты, приложил руку к сердцу и торжественно произнес: — Моя книга посвящается Ли. Я говорю правду. Она настолько великолепна в постели, что я готов умереть за нее.

Ли согнулась от смеха.

— Надеюсь, ты не собираешься опубликовать сборник стихов. Придется попросить тебя не бросать работу.

Ли снова засмеялась, когда Макс махнул в ее сторону пучком зелени и обрызгал.

— Пойду накрою стол. Будем есть в гостиной из уважения к шеф-повару.

— Просто не верится. Ты действительно умеешь готовить, — одобрила Ли, глядя в свою пустую тарелку.

Бараньи отбивные оказались невероятно вкусными, плов приготовлен по всем правилам кулинарного искусства. Ли взирала на Макса с благоговением, потому что сама она с трудом могла приготовить обычный бифштекс и картошку. Макс хитро посмотрел на нее поверх трепещущего пламени свечей.

— Я обладаю многими неожиданными достоинствами. Вот подожди, ты еще не пробовала моих итальянских блюд. Я достиг кое-чего в качестве повара в череде своих беспрестанно меняющихся профессий. Еще учась в колледже, я всегда подрабатывал летом.

— Я тоже. Работала в универмаге, продавала мебель. Но ничего для себя я так и не купила. Именно тогда я поняла, что хочу работать в сфере торговли.

— Уж лучше ты, чем я. Если бы мне никогда не приходилось принимать деловых решений, я чувствовал бы себя более чем счастливым.

— В таком случае тебе лучше продать свою книгу, — поддразнила Ли. — Когда ты разрешишь мне прочитать ее?

— Не раньше, чем рукопись будет готова отправиться к издателю. Я не могу позволить тебе прочитать то, что еще не доведено до ума.

— Ага. Я знала, что в тебе есть дух соперничества.

Макс налил еще по бокалу вина и откинулся в кресле.

— Довольно обо мне, если только ты не готова заняться со мной любовью. Этот дом очень красив. Не понимаю, почему Джордж не хочет его продать.

— Он что, подумывает о продаже?

— Нет. Просто он как-то сказал, что никогда не жил здесь. Похоже, он с семейством прочно обосновался на острове.

— Надеюсь, он не передумает. Мне очень нравится жить здесь, но я никогда не смогу позволить себе купить его.

— А как ты смотришь на то, что я куплю для тебя этот дом, когда продам свою книгу и получу миллион долларов аванса?

— Звучит неплохо. И очень похоже на то, что ты выпил слишком много вина. — Ли встала. — Я уберу со стола, раз уж ты готовил.

Макс допил вино.

— Я помогу тебе с посудой. Так мы сможем скорее отправиться наверх.

Когда посуда была вымыта, Макс предложил:

— Почему бы тебе не пойти наверх и не надеть какую-нибудь очаровательную ночную сорочку? А я пока запру двери.

— Ты хочешь, чтобы я надела ночную сорочку?

— Да. Я получу огромное удовольствие, снимая ее с тебя. — Он поцеловал Ли. — Договорились?

— Думаю, я смогу найти в моем платяном шкафу что-нибудь, заинтересующее тебя.

Ли побежала в спальню и откопала среди одежды розовый кружевной пеньюар, который она привезла когда-то из Парижа. Сшитый из прозрачного кружева, мягкий и шелковистый на ощупь, он мог быть оценен только Максом. Ли еще ни разу не надевала его.

Пеньюар едва прикрывал бедра, а кружево скорее обнажало грудь, чем скрывало ее. Ли расчесала волосы, капнула на кожу немного духов, которые так нравились Максу, а потом сняла с постели покрывало и, взбив подушки, поставила их к спинке кровати. Ночник, стоявший в изголовье, отбрасывал на все убранство мягкий розовый свет.

Вскоре вошел Макс и остановился в дверях, пораженный прекрасным зрелищем. Насладившись им, он подошел к кровати.

— Ты великолепна. Даже лучше, чем я себе представлял, а у меня очень богатое воображение. Но позволь мне сначала принять душ. Никуда не уходи.

Приняв душ, Макс вышел из ванной комнаты готовый разделить с Ли постель.

Ли оглядела его с головы до ног.

— Ты тоже великолепен.

Макс скользнул в постель рядом с Ли.

— Просто ты неравнодушна к моей татуировке.

Ли подвинулась к Максу.

— И к тому обстоятельству, что ты умеешь готовить. — Она провела пальцами по его груди. — У тебя чудесное тело.

Макс погладил шелковистую ткань пеньюара.

— У тебя тоже. Поцелуй меня.

Ли склонилась над Максом и, крепко прижавшись к нему, поцеловала его. Макс приподнял ее и положил сверху, в то время как его руки скользнули под ее пеньюар и сжали ягодицы. Ли еле слышно простонала.

Через некоторое время опустошенная Ли лежала на Максе, в то время как он нежно гладил ее спину и шептал на ухо слова, которые едва доходили до ее сознания.

Ли приподнялась, чтобы поцеловать Макса. Он взял лицо Ли в свои ладони и слился с ней в жадном поцелуе.

— Это был самый восхитительный секс в моей жизни, — прошептала Ли.

— А любовь?

— Нет. Только не любовь. Ты самый потрясающий любовник из всех. Но ты не тот мужчина, с которым я могу связать свое будущее.

Макс повернул лицо Ли к себе и заглянул в ее глаза.

— Может, объяснишь мне поподробнее, прежде чем мое самолюбие съежится до крошечных размеров и исчезнет совсем?

Ли поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Мне тридцать лет. И если я хочу иметь семью, то мне нужно не мешкая найти подходящего мужчину. Я еще ни к кому не испытывала таких сильных чувств, чтобы сказать, что я не могу жить без него. И возможно, я никогда не встречу свою единственную и настоящую любовь. Но я хочу выйти замуж за мужчину, который преследует те же цели, что и я.

— Тогда подожди еще немного, чтобы понять, что я — не единственная и настоящая любовь твоей жизни.

— Такой мужчина, как ты, не подходит на роль моего мужа.

— Ты не хочешь в мужья потрясающего любовника?

— Нет. У тебя даже нет постоянной работы. Я знаю, деньги — моя навязчивая идея. Но я хочу иметь детей и воспитывать их, не переживая о своем материальном положении и не оставляя их на попечение нянек.

— Ты хочешь сидеть дома с детьми?

— Не знаю. Но мне хотелось бы иметь такую возможность.

— А что, если их будет воспитывать мужчина, за которого ты выйдешь замуж?

— Поговорим об этом как-нибудь в другой раз. Если у тебя остались еще силы, то выключи свет.

— Только для того чтобы выключить свет и остались. — Выключив свет, Макс крепче обнял Ли. — Если вдруг я проснусь ночью, можно я и тебя разбужу?

— Да. Или просто действуй. Может, мне удастся не проснуться. — Она захихикала.

Макс поцеловал ее в щеку.

— А вот насчет этого я не буду давать никаких обещаний.

* * *

В воскресенье за ужином Макс сообщил, что нашел работу.

— Работу? Я не думала, что ты занимался ее поисками. — Ли поставила чашку с кофе на стол. — Я могла бы тебе помочь.

— Вероятно, ты не очень представляешь, какая работа мне подходит, дорогая. Но все равно, спасибо за заботу.

— И что за работу ты нашел?

— Место бармена. Буду работать три ночи в неделю, с девяти часов вечера и до двух ночи.

— Барменом? Ночью?

— Да. Ночью дают хорошие чаевые.

Ли нахмурилась.

— Мог бы сказать, что у тебя денежные затруднения. Я была бы счастлива одолжить тебе небольшую сумму.

Макс с трудом подавил вспышку гнева. Ли ведь старалась помочь и вовсе не хотела его обидеть. Но ведь он должен заботиться о Ли, а не наоборот.

— Мне не нужен заем, дорогая. Я так живу. Берусь за случайную работу, когда оказываюсь на мели. Но в любом случае у меня останется достаточно времени для тебя и для того, чтобы писать. Всего три ночи в неделю.

Ли взяла Макса за руку.

— Если бы ты имел работу, а я бы не работала, ты разозлился бы, откажись я от твоей помощи?

— Я должен заботиться о своей женщине, — ответил Макс.

— Я своя, собственная, женщина. Ты не ответил на мой вопрос. Тебе не понравилось бы, если бы я отказалась от твоих денег, ведь так?

— Нет. Но сейчас у меня материальные затруднения, и я не собираюсь позволять тебе помогать мне. Я вполне трудоспособен.

— Я знаю, насколько ты трудоспособен, но я не понимаю твоего упрямства. Я могла бы открыть общий счет и класть на него деньги каждую неделю. Тогда моя помощь для тебя была бы не так очевидна. Или я могла бы класть деньги в банку из-под печенья, если тебе так больше нравится. Тебе нужно время, чтобы закончить книгу.

— Забудь, Ли. Я не нуждаюсь в твоих деньгах, потому что могу содержать себя сам. Может быть, не так, как ты ожидаешь, но мне не нужно милосердие.

— Какое милосердие, дурачок! Я лишь предлагаю тебе то, что предложил бы мне ты, если бы мы поменялись местами. Не только я перевожу все в доллары.

— Забудь, Ли. Я не привык жить за счет какой-либо женщины.

— Пять минут назад я считалась твоей женщиной, а теперь я какая-то!

Ли выскочила из-за стола и схватила поводок Роки.

— Я ухожу к Роксане. Запри дверь, когда отправишься на работу в свой кабак. — И она захлопнула дверь.

Макс взял со стола чашки и отнес в раковину. Да, он, в прошлом блестящий адвокат, зарабатывал очень приличные деньги на выигрывании дел. Но в случае с Ли он оказался не так успешен.

Максу стоило объяснить ей, что ему необходимо иногда общаться с людьми, чтобы сохранить способность творить, что он мог бы иметь хорошую, постоянную работу, если бы только захотел, что совсем недавно он являлся очень известным адвокатом, красноречие которого заставляло присяжных плакать.

Но Макс не смог воздержаться от обидных слов в адрес женщины, которую любил. Может, он вовсе не такой уж красноречивый писатель, а просто жалкий писака. Как там Ли назвала его? Бездельником, вообразившим себя писателем. Возможно, она права.

Ли в молчании проделала весь путь до дома Роксаны, и только перед ее дверью из ее глаз хлынули слезы.

Роксана втащила Ли и Роки в дом и указала подруге на заваленную софу:

— Сядь, я сделаю тебе травяной чай.

Она поставила рядом с Ли коробку с салфетками и не задавала никаких вопросов, пока Ли пила чай, постепенно успокаиваясь.

Ли посмотрела в почти пустую чашку и сморщилась.

— Никогда не понимала, что ты находишь в чае, заваренном из цветов.

— Он действительно целебный, раз уж он помог осушить твои слезы. Итак, что у вас с Максом произошло?

— Почему ты решила, что тут замешан Макс?

— Ну а кто же еще? Ты можешь справиться с любой проблемой. Но с мужчинами тебе патологически не везло.

— Ты права. Макс собрался работать барменом. Я сказала, что ему не нужно работать и что я открою общий счет, с которого он мог бы брать деньги. Его мое предложение слегка возмутило. Но если бы мы вдруг поменялись местами, он наверняка сделал бы для меня то же самое.

— Слегка возмутился, говоришь? Держу пари, он чуть не взорвался. Разве ты не знаешь, что мужчины становятся чрезвычайно обидчивыми, когда дело касается их самолюбия? Они хотят сами заботиться о женщине. Хотят быть кормильцами.

— Но он заботится обо мне. Он готовит, ходит по магазинам. За весь уик-энд я даже чашки воды сама не вскипятила. Ведь я же соглашаюсь с тем, что Макс готовит для меня. Почему он не может согласиться с тем, что я хочу помочь ему материально?

— Потому что он мужчина. А все мужчины глупцы. Он изменит свое мнение. Где он нашел работу?

— Не знаю. Я не спрашивала. Я вспылила и ушла. — Ли бросила взгляд на часы. — Он должен быть на работе в девять, так что, думаю, он уже ушел. Как ты считаешь, он вернется сегодня домой?

— Возможно. Мужчины, как коты. Все они возвращаются домой.

Ли вернулась домой и долго не ложилась спать, но все равно заснула, прежде чем Макс вернулся с работы.

Проснувшись утром от звона будильника, Ли обнаружила, что лежит в кровати одна. Макс все-таки не пришел к ней.

Когда Ли открыла дверь на кухню, в нос ей ударил аромат жареного бекона. Макс стоял у плиты, снимая со сковороды ломтики, покрытые золотистой корочкой. Он поднял глаза и посмотрел на Ли:

— Доброе утро, дорогая. Завтрак почти готов. Хочешь кофе?

Макс налил в чашку дымящийся напиток и провел Ли к столу.

— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Ли.

— Готовлю тебе завтрак.

— Но мы же поссорились.

— При чем здесь ссора, ты же регулярно должна питаться. А я знаю, что ты не будешь есть нормально, если я не приду на кухню и не приготовлю тебе еду. Наша небольшая размолвка вовсе не означает, что я буду любить тебя меньше или перестану о тебе заботиться.

— Но я ушла от тебя вчера.

— Я тоже уходил от тебя пару раз, когда мы ссорились. Какая разница? Да, мы не согласны друг с другом в каких-то вопросах, но мы все равно любим друг друга.

Макс поставил перед Ли тарелку, дал ей поджаренный гренок и велел есть.

Ли откусила кусочек.

— Почему ты вернулся?

— Потому что иногда я бываю ужасно глупым. Прошлой ночью в перерывах между прослушиванием нудных историй, рассказываемых не менее нудными пьяными посетителями, я вдруг понял, что твое предложение означает, что ты любишь меня. Мне показалось, что я должен просто принять тот факт, что ты хочешь заботиться обо мне, так же как и я о тебе.

— Значит, ты откажешься от работы?

— Нет. Но зато я все понял. Итак, если ты готова принять мое упрямство и мужскую гордость, то, возможно, я приму твои предрассудки по поводу денег. Идет? — Макс протянул руку.

Ли кивнула и пожала его руку.

— Ты уходишь на работу. Для меня есть какие-нибудь задания? — спросил Макс.

— Нет. Тебе нужно поспать. Ты ведь работал до двух часов ночи.

— Да. Но я могу поспать позже.

Снаружи послышался сигнал. Ли положила в рот последний кусок и вскочила из-за стола.

— Мое такси. Ты будешь дома после обеда?

— Меня никакой силой не вытащить из дома. — Макс поцеловал Ли в щеку. — Не волнуйся, Ли, проблемы имеют обыкновение разрешаться сами собой. Иди и заработай для нас немного денег.

Глава 9

— Я оказалась права, не так ли? — спросила Роксана, завладевая вниманием официанта одним лишь движением брови.

— Как ты сумела? — удивленно произнесла Ли, увидев, как официант бросился принести заказ.

Роксана заказала лангустов и суп из стручков бамии. Ли сморщила нос и заказала сандвич с устрицами и маленькую порцию салата.

— Сумела что? — спросила Роксана.

— Так быстро завладеть вниманием официанта. Кажется, тебе даже не приходится поднимать руку.

— С такой грудью, как у меня, несложно. Просто делаю глубокий вдох. И сразу привлекаю внимание.

Ли засмеялась. Похоже, она сама преуспела в подобном движении в последнее время.

— Ты не ответила на мой первый вопрос. Вы с Максом помирились, ведь так? Готова поклясться, он просто динамит в постели.

Ли залилась краской.

— Откуда ты знаешь, что мы спим вместе?

— Макс просто не может глаз от тебя отвести, когда ты находишься с ним в одном помещении, да и ты становишься слишком эмоциональной при упоминании его имени. Ну же, Ли, признавайся. Он уже переехал к тебе?

Ли покачала головой:

— Нет. Я не знаю, как ему предложить, да и он не заводил разговора об этом. Спит он в моем доме, а работает по-прежнему у себя. Может, ему нужно уединение.

— Должна признать, что даже мне Макс понравился. Он предложил представить меня своему агенту. У него отличный агент, который с готовностью ухватился за Макса с его книгой. Он быстро продаст роман.

Ли переменилась в лице.

— Ты так думаешь? В таком случае, думаю, он не задержится здесь надолго.

— Макс так сказал?

— Нет. Он мало говорит о своей книге. Судя по его словам, он привык, что его работа над ней всегда остается на заднем плане.

— Те отрывки, которые я успела прочитать, оказались ужасно захватывающими. Я попыталась упросить его разрешить мне прочитать все произведение. Держу пари, он продаст его первому же редактору. Не торопись свыкаться с мыслью, что Макс скоро уедет. Лучше спроси сначала у него. Если тебе интересно мое мнение, он не похож на мужчину, который может уехать без предупреждения. Он так и пожирает тебя глазами. Мне кажется, он вполне может оказаться склонным к постоянству.

— Но ведь у него нет работы, Роксана. Как я могу решиться на продолжительные отношения с мужчиной, который не работает?

— У меня тоже нет постоянной работы. Но ведь ты не осуждаешь меня?

— Конечно, нет. Здесь совсем другое.

— Что ты предпочитаешь, скучный секс с надежным человеком или секс с Максом, от которого ты получаешь все? Ты даже излучаешь свет, свидетельствующий о том, что ты удовлетворена как никогда в жизни. Ты ведь не беременна?

— О нет! Мы всегда так осторожны.

— Тогда ты можешь забеременеть и привязать Макса к себе.

— А что, если он не захочет остаться?

— Зато у тебя будет самый очаровательный малыш на свете. Живи в свое удовольствие, Ли. Время идет, а ты не становишься моложе.

— Все могло бы быть гораздо хуже, — ответила Ли. — Я бы вырастила ребенка в одиночку, если бы так сложились обстоятельства.

— Если тебе интересно мое мнение, твой план вполне может претерпеть некоторые изменения. Так мы будем есть десерт или нет?

Подруги заказали десерт. Роксана вертела в руках чашку с кофе.

— Слышно что-нибудь о судебном разбирательстве по поводу сексуального домогательства?

— Нет. Адвокаты компании взяли мое заявление и все. Макс сказал, они знают, что делают. Думаю, он позвонил им. Я пыталась разозлиться на него за то, что он вмешался в мои дела. Но с его стороны было так мило помочь мне, что я замолчала, едва начав свою тираду.

Роксана засмеялась:

— Похоже, ты и впрямь сильно влюбилась, подружка, если даже разозлиться как следует не можешь.

Ли вздохнула:

— Да, я очень счастлива.

Ли быстро привыкла к тому, что Макс регулярно готовил для нее обеды и накрывал стол. Сегодня на ужин Макс приготовил салат из креветок. Ли отодвинула от себя пустую тарелку и вздохнула:

— Салат чудесный. Вкуснее, чем у Ларри.

Макс просиял.

— Я добавил пару ингредиентов к его рецепту. Кстати, мы обменялись рецептами, попивая чай, а вовсе не кофе в его задней комнате. Мы ели печенье, вкуснее которого я еще не пробовал ни разу в своей жизни. Ларри сказал, что ты не любишь такое печенье, поэтому я доел все.

— Я все равно не собиралась есть десерт. Ведь я уже несколько дней как не делаю зарядку.

Макс хитро посмотрел на нее:

— А мне казалось, что мы очень много упражнялись последние несколько дней.

Ли почувствовала, как запылали ее щеки.

— Я совсем не то имела в виду, хотя ты прав, такого рода упражнений у нас было в избытке.

— Поверь, такая же аэробика. По крайней мере мой пульс значительно участился. В следующий раз напомни мне, чтобы я остановился и проверил твой. Если мне удастся заполучить тебя в зал для аэробики.

Ли встала и, обойдя вокруг стола, села к Максу на колени.

Тот крепко прижал Ли к себе.

— Если ты наелась, то давай попьем кофе в гостиной. Мне нужно с тобой поговорить.

— О хорошем или о плохом?

Макс поцеловал Ли и поднялся со стула.

— С какой стороны посмотреть.

Ли взяла со стола тарелки и понесла их в раковину.

— Ты готовил ужин, а я приберусь на кухне.

Макс включил кофеварку и приготовил чашки.

— Хорошо. А я на минуту схожу к себе. Мне нужно взять кое-что.

Ли поставила тарелки в посудомоечную машину, гадая, о чем же таком собирался поговорить с ней Макс. Возможно, он собирался уезжать, если его книга завершена. Он же говорил, что почти закончил. Ли вздохнула.

Кофе уже сварился, когда в кухню вошел Макс с дискетой в руке.

Ли разлила кофе, поставила чашки на поднос и направилась в гостиную, решив как можно более спокойно воспринять все, что скажет ей Макс.

Она поставила поднос на стол и выжидательно посмотрела на Макса. Он положил дискету на подлокотник дивана и взял чашку с кофе, помешивая в ней ложечкой, словно сильно нервничал.

— Помнишь, ты предложила мне распечатать рукопись на своем принтере, когда я закончу работу? — спросил Макс.

Ли кивнула.

— Так вот, я закончил. Я уже распечатывал рукопись на своем принтере и внес изменения в текст. Теперь я готов отпечатать рукопись на твоем необычном лазерном принтере.

— Здорово!

— Да, я рад, что закончил работу. Ты распечатаешь рукопись для меня?

— Конечно. Буду счастлива.

Ли взяла чашку с кофе и стала бесцельно помешивать его ложечкой.

— Значит, ты скоро уезжаешь?

Макс покачал головой:

— Нет. Я пошлю рукопись моему агенту. А он передаст ее заинтересовавшемуся редактору. Может пройти целый месяц и больше, прежде чем я получу ответ. Я подумал, что могу остаться здесь на некоторое время, если я тебе не помешаю. У меня тут возникла еще одна идея. Возможно, я начну претворять ее в жизнь.

Ли откинулась на спинку дивана, стараясь не показывать своего облегчения.

— Оставайся, сколько захочешь. Хотя мое мнение не очень-то важно, ты ведь гость Джорджа.

Макс взял руку Ли и поцеловал ее.

— Мне важно любое твое мнение. Я хотел занять такое место в твоей жизни, чтобы ты поняла, что не можешь жить без меня. Ну, знаешь, как без привычного старого шкафа.

— Ты хочешь сказать, что если вдруг надоешь мне, я могу выбросить тебя в мусорный контейнер?

Макс поморщился.

— Да. И каждый пес, проходящий мимо, будет задирать лапу, как Роки возле каждой мусорной кучи на улице. Вполне подходящий финал.

Ли взяла дискету.

— Ты уже отформатировал текст?

— Похоже на то. Мой принтер печатал так, как нужно.

— Хорошо. Я сначала отпечатаю несколько страниц, чтобы посмотреть, как будет выглядеть текст.

Они отправились в кабинет. Ли включила компьютер и принтер, не обращая внимания на мигающую красную лампочку автоответчика.

Она нажала на несколько клавиш, и принтер начал медленно распечатывать страницы. Когда он замолчал, Ли взяла в руки испещренные буквами листы.

Посмотрев на них, она передала их Максу.

— Мне кажется, что все нормально. А как ты считаешь?

Макс кивнул.

Ли нажала на несколько клавиш, и принтер заработал.

— Ну вот. Пусть принтер работает, а мы будем время от времени его проверять.

Ли встала, чтобы покинуть кабинет.

Макс обнял ее за талию, и они направились в гостиную.

— Ты знаешь, что у тебя на автоответчике сообщение?

Ли пожала плечами.

— Я не обратила внимания. Ты слушал сообщения сегодня?

— Ни в коем случае. Я не сую нос в твои личные дела.

Ли вернулась в кабинет.

— Придется прослушать сообщения. Мне кажется, что телефон вообще перестал звонить.

— На днях я выключил громкость у телефона в спальне, а потом у того, что стоит в кабинете. Я собирался снова включить громкость, но забыл.

— Зачем ты так сделал?

— Потому что я испугался, что если тебе придется выбирать между мной и телефоном, я могу проиграть.

Ли остановилась в дверях и посмотрела на Макса:

— Почему ты так подумал?

— Потому что как-то раз ты бросила меня ради телефона дважды за ночь.

— В самом деле? — Ли запнулась, вспоминая ночь, когда они с Максом впервые занимались любовью. — Ты прав. Я не могу забыть о телефоне и, похоже, становлюсь технорабыней. — Ли посмотрела на автоответчик. — Ты станешь хуже думать обо мне, если я проверю сообщения?

Макс поцеловал Ли в щеку.

— Ничто на свете не заставит меня думать о тебе хуже. Ты стала хуже думать обо мне, потому что я выключил звук у телефонов?

— Нет. Сейчас нет. Но я бы здорово разозлилась, если бы узнала тогда, когда ты это сделал.

— Знаю. Я и не собирался тебе говорить. Признание хорошо для души.

— Возможно. — Ли нажала на кнопку воспроизведения на автоответчике. Мягкий голос Эдварда приглашал ее на ужин.

— Жаль, я не услышал его сообщение первым. Непременно стер бы его, — пробормотал Макс.

Затем следовало сообщение Камерона, администратора по контрактам, который угрожал Ли на презентации.

— Думаешь, ты что-то собой представляешь, сука? У меня для тебя новость. Наслаждайся последними неделями работы в своей компании, потому что, когда я раздавлю тебя, ты уже не будешь работать нигде и никогда. Я возьму в свидетели парней из трех фирм, с которыми ты заключила контракты. И они подтвердят, что сделка состоялась только благодаря твоему белоснежному телу. Так что можешь забыть о судебном процессе. Я лишу тебя твоей работы, сука. А потом приду за тобой. — Раздался громкий щелчок — негодяй повесил трубку.

Макс с силой ударил кулаком по стене и грубо выругался. Наконец он немного успокоился и заметил, что Ли стоит посреди кабинета, не говоря ни слова, белая как мел.

— Я никогда не слышала, чтобы со мной говорили с такой ненавистью, — прошептала она. — В мой адрес, конечно, поступали подобные замечания, особенно когда я сотрудничала с мужчинами. Но чтобы такие гадости…

— Все в порядке, дорогая. У тебя есть другая кассета для автоответчика? Пленку с угрозами нужно сохранить как улику. Мы припрем мерзавца к стене. А теперь давай вызовем полицейского. Пусть он прослушает запись, прежде чем мы вынем кассету из автоответчика.

Макс подошел к телефону и, позвонив в полицию, в деталях описал произошедшее. Затем Макс попросил прислать в дом Ли офицера, чтобы тот мог прослушать запись.

Поговорив по телефону, Макс отвел Ли в гостиную.

— Я приготовлю тебе еще кофе. Роки! — Макс щелкнул пальцами, подзывая пса. — Посиди со своей хозяйкой. — Макс похлопал рукой по дивану, и Роки, прыгнув на него, лег и положил голову на колени Ли.

— Я не разрешаю ему прыгать на диван, — запротестовала Ли.

— Разреши ему сейчас. — Макс перегнулся через спинку дивана и поцеловал Ли. — Я скоро вернусь.

Макс уговорил Ли выпить кофе с коньяком, и тут раздался звонок в дверь.

Услышав его, Роки глухо зарычал.

— Все в порядке, Роки, я открою дверь.

Макс впустил полицейского в дом, объяснил причину вызова и повел его в кабинет, чтобы тот мог прослушать запись.

Ли осталась в гостиной с Роки. Она сидела, нервно теребя его шерсть.

Вскоре вернулся полицейский с кассетой, запакованной в пластиковый пакет.

— Я могу отвезти ее в полицейский участок в качестве улики, если вы желаете, мэм. Тогда никто не сможет обвинить вас в подделке кассеты. Вам нужно выдвинуть обвинение против звонившего и уведомить телефонную компанию. Вы можете сделать копию записи, однако для дела будет лучше, если вы позволите оставить нам оригинал.

Ли кивнула.

Макс проводил полицейского и вернулся к ней.

Он сел на диван рядом с ней.

— Хочешь еще чашечку кофе?

— Нет. Я так глупо себя вела. Я взрослая женщина и должна сама решать свои проблемы.

— Вовсе нет. Хочешь, я вместе с тобой схожу к твоему начальнику?

Ли отрицательно покачала головой:

— Нет, спасибо. Но я вот что подумала: а вдруг он не поверит мне?

— Тогда мы с Роки заставим его поверить.

— Варвар. — Ли улыбнулась, чего и добивался Макс.

— Послушай, почему бы нам не отправиться в постель?

— Но ведь принтер все еще работает?

— Я пойду и проверю.

Макс вернулся спустя пару минут.

— Да, он еще работает. Но нам необязательно надзирать за ним. Я проверю рукопись завтра. — Макс наклонился и помог Ли встать.

— Идем. Сегодня ляжем спать пораньше.

Ли повиновалась, когда Макс повел ее в спальню.

— Может, примешь горячую ванну, пока я буду запирать двери?

Ли согласилась. Она долго рылась в бельевом шкафу, пока не нашла ночную сорочку, которую она обычно надевала зимой. С высоким воротом и длинными рукавами. После угроз, услышанных на пленке автоответчика, Ли чувствовала себя грязной. Что бы она делала, если бы Макса не оказалось рядом?

Ли не была даже уверена, что хочет спать с Максом, но и оставаться одной ей тоже не хотелось. Поймет ли он?

Вскоре Макс вернулся, и одного взгляда на ночную сорочку Ли ему хватило, чтобы понять ее настроение.

— Я пойму, если ты не захочешь, чтобы я спал с тобой сегодня, — сказал он.

— Я хочу, чтобы ты остался, но мне не хочется заниматься любовью. Я чувствую себя такой грязной.

Макс скользнул под одеяло.

— Я понимаю. Мне хочется крепко прижать тебя к себе. Хочешь, чтобы я тебя обнял?

Ли подвинулась к Максу и положила голову ему на грудь.

— Может, мне надеть футболку? — спросил он.

— Нет.

Макс начал гладить ее волосы, изредка целуя в лоб.

Ли вздохнула и поцеловала грудь Макса.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что был со мной, когда все произошло. И за понимание.

Макс поцеловал ее в голову.

— Пожалуйста. Я тоже рад, что оказался рядом с тобой. Надеюсь, ты сможешь заснуть?

— Пожалуй. У меня слипаются глаза.

Ли вздохнула и закрыла глаза. Вскоре ее ровное дыхание известило Макса о том, что она наконец заснула.

Макс же долго лежал с открытыми глазами и думал, как защитить Ли от негодяя, оскорбившего ее.

Когда утром прозвенел будильник, Макс уже проснулся. Ли крепко проспала всю ночь. Макс спал очень чутко и открывал глаза всякий раз, когда Ли ворочалась во сне. По крайней мере ей не снились кошмары, и при свете утра все произошедшее уже казалось не таким страшным. Ни один призрак не осмелился побеспокоить ее, потому что рядом был Макс.

Ли открыла глаза и потянулась, чтобы отключить будильник, но Макс опередил ее.

Она снова упала на подушки.

— Уже утро?

— Боюсь, что да. — Макс поцеловал ее в лоб. — Хочешь остаться дома, сославшись на приступ малярии?

— Нет, лучше пойду на работу.

— Я приготовлю тебе завтрак. Надень один из твоих сногсшибательных деловых костюмов. Он поможет тебе лучше себя чувствовать.

— Ты так думаешь?

— Конечно, одежда делает человека. А я принесу тебе кофе через несколько минут.

— Тебе необязательно это делать.

— Я знаю. Но мне хочется. Мне нравится наблюдать, как моя сексуальная малышка с пухлыми губками превращается в мисс Деловую Америку прямо на глазах.

Макс принес Ли чашку кофе, в то время как та накладывала макияж.

Он вошел в ванную комнату.

Ли наносила румяна, стоя в бюстгальтере персикового цвета, темно-синих трусиках и темно-синих чулках. Ее лицо выражало готовность к бою.

Макс подошел к ней сзади.

— М-м, ты так вкусно пахнешь.

Ли закончила наносить румяна и положила кисточку.

— Кофе тоже вкусно пахнет. Так мило с твоей стороны, что ты принес его для меня.

Макс обнял ее, поглаживая живот и наблюдая за ней в зеркале.

— Тебе нравится?

— Да, — прошептала в ответ Ли.

Макс наклонил голову и поцеловал ее в плечо. Затем начал спускаться ниже, покусывая кожу.

Потом его губы снова скользнули вверх, и Макс поцеловал Ли в шею рядом с мочкой уха.

Ли вздохнула и взяла в руки губную помаду.

Когда Ли вернулась с работы домой, в доме царила зловещая тишина. Даже Роки не выбежал поприветствовать ее. Она поставила свой портфель на стол, избегая смотреть на автоответчик. Если на нем и были какие-то сообщения, Ли не хотела о них знать.

Должно быть, Роки гулял на заднем дворе с Максом. Ли переоделась и спустилась вниз, чтобы сварить себе кофе.

Дверь черного хода оказалась запертой. Странно, обычно Макс не запирал ее, потому что часто ходил из своей квартиры в дом.

Даже дверца Роки закрыта.

Должно быть, ее мальчики вышли на прогулку. В доме непривычно тихо, и Ли вдруг поняла, что она уже привыкла к тому, что Макс все время находится поблизости.

Она поняла, что скучает по нему.

Ли рассеянно налила себе чашку кофе и ушла в кабинет, чтобы поработать с личным архивом.

Она закончила отчет о телефонном разговоре и прослушала сообщения на автоответчике, когда услышала, как открылась парадная дверь. Ли сначала напряглась, но потом расслабилась, услышав стук когтей Роки по деревянному полу. Ее парни пришли домой.

Ли сохранила файл и вышла из кабинета.

Стоявший у лестницы с полными руками свертков Макс поднял голову.

— Ты сегодня рано пришла домой. Все в порядке?

— Да. Просто раз в жизни закончила работу вовремя. Что у тебя?

— Кое-какие продукты. Я отправил рукопись агенту.

Ли обняла Макса вместе со свертками.

— Прекрасно. Прошлой ночью у нас не было возможности это отпраздновать. Почему бы нам не отметить сегодня?

Макс наклонился между сумок с продуктами и поцеловал Ли.

— Мы можем пойти куда-нибудь, а можем остаться дома. Я купил продуктов, но их можно положить в холодильник.

— Давай пойдем куда-нибудь. Я угощаю. Хочешь, отправимся к «Антуану»?

— Ух ты. Похоже, ты действительно настроена праздновать.

— Ты ведь не каждый день заканчиваешь роман, не так ли?

— Нет. И даже не каждый год. Я согласен. Только вот уберу продукты.

— Я помогу тебе.

— Уверена, что готова увидеть, как выглядят сырые продукты? — поддразнил Макс.

— Да. Я уже видела их в бакалейном магазине. Просто никогда не общалась с ними близко.

— Ты обладаешь множеством других качеств, — заметил Макс, похлопав Ли по ягодицам.

Ли достала из пакета толстый лиловый баклажан.

— Что ты будешь с ним делать?

— Порежу на дольки и пожарю. Ела когда-нибудь баклажаны с пармезаном?

— Да. Просто не представляла, что они так выглядят.

Макс закончил выкладывать продукты.

— Все в порядке. Я-то знаю, как их готовить. — Макс взял баклажан из рук Ли и убрал его в холодильник.

Одеваясь для ужина, Ли заглянула в свой платяной шкаф. Там вполне достаточно места и для одежды Макса. Ли могла освободить для него несколько полок, а кое-какие коробки отнести в спальню. Стоит ли ей попросить Макса переехать к ней?

Возможно, он почувствует себя неуютно, если она выскажет ему свое предложение. Ли вздохнула. Впервые за все время она решила отступить от своего пятилетнего плана. Как могла она продолжать подыскивать подходящего мужчину на роль своего мужа, когда Макс по-прежнему рядом с ней?

Перебирая вещи, Ли вспомнила о платье, которое Роксана убедила ее купить. Блестящее черное шелковое платье с короткой, расширяющейся книзу юбкой и глубоким вырезом, который так и хотелось сколоть брошью. Роксана уговорила Ли купить его во время одного из походов по магазинам. Будучи моделью бутика «Бонтон», Роксана имела возможность первой выбрать что-нибудь из вещей, выставленных на распродажу. Ли казалось, что платье слишком открытое, но она знала, что Макс способен оценить его по достоинству.

Ли бросило в жар, когда она достала из шкафа нижнее белье, которое Роксана убедила купить ее в одном из магазинчиков на Бурбон-стрит. Черное бюстье, едва прикрывающее соски, делало грудь Ли выше. Ли надела прозрачные черные чулки, пристегнула к ним подвязки и сунула ноги в туфли-лодочки на высоком каблуке. Потом она надела платье, одернула его, чтобы вырез казался еще глубже, взбила распущенные волосы и оглядела себя в зеркале.

Повернувшись сначала одним боком, а потом другим перед высоким зеркалом, Ли пришла к выводу, что выглядит она как высокооплачиваемая девушка по вызову. Вдев в уши серьги с подвесками из горного хрусталя, Ли приподняла юбку, чтобы взору открылись подвязки и тоненькая полоска трусиков-бикини. Определенно дорогая девица по вызову. Ли надеялась, что Максу понравится ее наряд. Она положила кредитную карточку в крошечную черную сумочку, расшитую блестками, взяла ее в руку и вышла из спальни.

Перед выходом она разобрала постель, готовясь к долгой ночи с Максом. Возможно, она закажет для него две порции устриц. При такой мысли ее губы изогнулись в улыбке.

Ли спустилась вниз, таща за собой черную кружевную шаль. Из-за высоких каблуков Ли раскачивала бедрами больше, чем обычно. Макс ждал ее в конце лестницы. Он выглядел ослепительно в темном костюме, голубой рубашке, с гладко выбритыми щеками и аккуратно причесанными волосами.

При виде Ли у Макса вырвался протяжный возглас восхищения.

Ли спустилась с последней ступеньки и закружилась по холлу.

— Ну как, мистер, что-нибудь радует ваш глаз?

— Неужели передо мной деловой менеджер по продажам? Я передумал. Мы закажем пиццу домой. Не хочу, чтобы кто-то еще такое видел.

— Моя цель — доставлять удовольствие, мистер, — произнесла Ли, плавно двигаясь по холлу. — Но я надеялась, что вы закажете двойную порцию устриц «Рокфеллер» у «Антуана».

Макс засмеялся.

— Считаешь, мне они необходимы? Я думаю, что готов отнести тебя наверх и переодеть в спортивный костюм. Только тогда я смогу есть спокойно.

— Наслаждайтесь жизнью, мистер. Мне кажется, я выгляжу как дорогостоящая девушка по вызову. Как вы думаете?

— Надеюсь, ты принимаешь карточки «Амэрикен экспресс», — ответил Макс. — Сумма на моей кредитке просто астрономическая. Более сексуального наряда, чем твой, я никогда не видел.

Ли остановилась и посмотрела на свое отражение в зеркале холла.

Она еще раз поправила вырез и спросила, не оборачиваясь:

— Не слишком непристойно?

— Просто слишком сексуально. Так что даже дух захватывает. Могу представить, как яростно мне придется отбиваться от почитателей твоей красоты.

Ли повернулась и посмотрела на Макса, который по-прежнему стоял у лестницы.

— Ты уверен, что мой наряд не слишком открытый? — Ли слегка приподняла юбку, из-под которой показалось черное кружевное белье.

Макс смотрел на происходящее с открытым от удивления ртом. А Ли так же медленно опустила юбку, не сводя глаз с мужчины.

— Ты готов идти? — спросила она.

— Более чем готов, — ответил Макс.

Усевшись за столик в уединенном углу ресторана «У Антуана», Ли сняла шаль, и все внимание Макса вновь оказалось приковано к глубокому вырезу платья.

Ли сделала заказ склонившемуся над их столиком официанту. В него входило виноградное шампанское и порция устриц «Рокфеллер» для Макса.

Макс предложил устрицы Ли.

— Нет, я хочу, чтобы ты сам все съел, — ответила Ли, вылавливая сочную, мясистую креветку из своего салата и протягивая ее Максу. — Ты должен поддерживать свою мужскую силу на должном уровне.

Они поддразнивали друг друга на протяжении всего ужина. Выпив по последней чашке кофе, Ли достала свою кредитную карточку и положила ее в аппарат.

— Как тебе удалось? — спросил Макс. — Ведь официант не знал, кто платит.

Ли пожала плечами.

— Я позвонила метрдотелю и сказала, чтобы он взял на заметку, что расплачиваться буду я. Я все время так делаю, когда нужно организовать деловой обед. Я или даю им свою кредитку, когда выхожу в дамскую комнату, или звоню заранее и прошу принести счет мне. Путаницы не возникает. Сегодня мне сразу стало понятно, что ты не отпустишь меня в дамскую комнату одну.

— Истинная правда. Ни за что не отпустил бы.

Они вышли на улицу, прямо в душную ночь Нового Орлеана.

Макс наклонился и поцеловал Ли в щеку.

— Спасибо за ужин. Очень вкусно. А вид у тебя потрясающий. Ну что, возьмем экипаж?

Макс остановил экипаж и помог Ли сесть.

Он сказал вознице, что они хотят немного покататься, и обнял Ли.

— Хочешь пойти в клуб послушать музыку или поедем домой?

— Домой, — ответила Ли.

— Хорошо. Я весь вечер умирал от желания поцеловать тебя, но не хотел испортить твой наряд. Зато теперь все можно. — Макс наклонился и накрыл губы Ли в страстном, опустошающем поцелуе.

Рука Макса скользнула под ее юбку. Ли застонала, когда рука Макса коснулась кружевной ткани ее трусиков. Ли попыталась оттолкнуть Макса, но ее нога лишь двинулась в сторону, чтобы освободить место для его руки. Ли быстро теряла контроль над своими эмоциями и была готова отдаться Максу прямо здесь, в экипаже, едущем по Сент-Энн-стрит.

Макс наконец поднял голову, поцеловал Ли в нос и прошептал:

— Готова ехать домой? — Чтобы подчеркнуть значимость вопроса, он в последний раз провел пальцем под шелковой тканью трусиков Ли, прежде чем убрать руку.

— Да, — только и смогла вымолвить Ли.

Макс наклонился вперед и сообщил вознице адрес.

Когда экипаж остановился перед домом Ли, Макс расплатился и помог ей выйти. Он вытащил из кармана ключ и открыл дверь. Подхватив Ли на руки, он перенес ее через порог.

— Всегда хотел так сделать, — произнес Макс, опуская Ли на пол в холле.

— А наверх ты меня тоже понесешь?

— Нет, хочу сэкономить силы. У меня немного другие планы. Твой наряд сводил меня с ума весь вечер. Теперь ты заплатишь за то, что мучила меня.

— Не могу дождаться, — промурлыкала Ли, сбросив шаль и сжимая руками перила.

Некоторое время спустя тщательно выбранный Ли наряд валялся на полу спальни вперемешку с одеждой Макса, а Макс и Ли, удовлетворенные, отдыхали.

— Господи, как я люблю тебя, — произнес он.

Ли погладила его спину.

— В самом деле?

— Да. А ты любишь меня?

— Я люблю тебя, — прошептала Ли, удивляясь, как легко оказалось произнести слова признания.

Макс снова поцеловал ее долгим многообещающим поцелуем. Макс слышал, как Ли тихо вздохнула, засыпая.

Глава 10

Ли подняла трубку, только когда телефон зазвонил во второй раз. Сексуальный женский голос попросил к телефону Макса Кендрика.

— Извините, кто его спрашивает? — поинтересовалась Ли. Она запоздало вспомнила, что на все звонки должен отвечать автоответчик.

— Это Хитер. Где он? Вы — Ли?

Сексуальный голос и манера незнакомки, которая говорила, словно допрашивала, возмутили Ли.

— Откуда у вас мой номер?

— Конечно, мне его дал Макс. Итак, где он? Я не могу тратить на разговор с вами целый день. Мне необходимо поговорить с ним как можно скорее.

С трудом сдерживаясь, Ли ответила:

— Он в своей квартире, и там нет телефона.

— Я знаю. Не могли бы вы позвать его? Скажите ему, что звонит Хитер, и я не принимаю никаких «нет» в качестве ответа.

— Тогда вам придется подождать, пока я его позову.

Ли гордилась, что не швырнула трубку на стол. Но еще больше она гордилась тем, что не сказала Хитер, что той придется ждать до скончания века.

Она шла нарочито медленно. Дверь квартиры Макса была, как обычно, приоткрыта, поэтому Ли вошла без стука.

— Макс, некто по имени Хитер висит на телефоне, ожидая тебя. У нее сексуальный голос, и она настаивает на разговоре с тобой.

— Должно быть, что-то чрезвычайно важное. Я просил ее не звонить сюда.

Не сказав больше ни слова, Макс бросился к дому. Ли последовала за ним, но гораздо медленнее. Она не ожидала, что Макс может побежать так по чьему-то зову.

У Макса вполне могли остаться где-то бывшие подруги. Или настоящие. Ли ведь почти ничего не знала о нем, кроме той скудной информации, которой он с ней поделился. Ли очень часто повторяла себе, что у них с Максом просто кратковременный роман. Тогда почему она так расстроилась, когда Макс побежал отвечать на звонок неизвестной женщины? Хотя он и признавался Ли в любви, они не давали друг другу никаких обещаний.

Но ведь она и сама не хотела никаких обязательств, разве нет?

Вернувшись в дом, Ли прошла в библиотеку, ненамеренно стараясь прислушаться к разговору Макса с незнакомкой. Однако сквозь плотно закрытую дверь Ли не могла ничего расслышать. Она недолго думая приложила к ней ухо, старательно прислушиваясь.

Сквозь толстые стены раздавался громкий голос Макса. Казалось, он очень сердился, говорил он более резко и отрывисто, чем обычно. Почти так же, как в тот день, когда он сорвал ее презентацию в Атланте. Он то требовал, то приходил в бешенство. Макс никогда не говорил таким тоном с Ли. Она потерла руки, чтобы освободиться от неизвестно откуда взявшихся мурашек. Такого Макса Ли еще не знала. Был ли он способен на жестокость?

Ли услышала последнюю гневную тираду Макса, а потом наступила тишина. Она постучала в дверь, а потом распахнула ее.

Макс сидел за столом и смотрел в пустоту. Лицо его сохраняло жесткое выражение.

— Что-то случилось? — спросила Ли.

Макс поднял на нее удивленный взгляд, словно не ожидал увидеть здесь.

— Не знаю. Мне нужно ехать домой, чтобы уладить кое-какие дела.

— Когда? — Ли подошла к столу. — Я могу чем-то тебе помочь?

Макс потер глаза.

— Я улетаю завтра рано утром. Спасибо, но я должен сам разобраться.

— У тебя уже есть билет?

— Да, Хитер забронировала его для меня, прежде чем позвонить. Она работает очень эффективно и напоминает занозу в заднице.

Ли положила руку на плечо Макса.

— Тебе нужны деньги?

Макс потерся щекой о руку женщины.

— Что? Нет.

— Ты потом вернешься? — спокойно спросила Ли.

Макс удивленно посмотрел на нее:

— Разве ты не хочешь, чтобы я вернулся?

— Конечно, хочу.

— Тогда я вернусь. — Макс встал и обнял Ли. — Как я могу не вернуться к самому лучшему, что было у меня в жизни?

— Ты надолго уезжаешь? — спросила Ли, уткнувшись лицом ему в грудь.

Он пожал плечами.

— Пока все не улажу. Пришло время встретиться с некоторыми призраками прошлого.

— Хитер одна из них?

— Хитер? — Макс опустил голову и посмотрел на Ли. — Да ты ревнуешь! — Он крепко прижал ее к себе. — Ты в самом деле любишь меня!

Застигнутая врасплох, Ли отстранилась. Ей вовсе не хотелось признаваться в том, что она действительно ревнует.

— Хитер просто коллега, а не бывшая подруга.

— У нее очень сексуальный голос.

— Да, иногда она использует его для пользы дела. Но она очень сильная женщина. Просто кремень.

— Значит, она не бывшая подруга?

— Нет, дорогая. Ты моя единственная настоящая любовь. — Макс поцеловал женщину и ослабил объятия. — Ты сегодня придешь вовремя? Возможно, сегодня будет наша последняя ночь перед разлукой.

— Я постараюсь прийти пораньше. — Ли не хотелось думать о том, что ей предстоит последняя ночь с Максом.

Макс кивнул и направился к себе.

Во второй половине дня Ли закрывала свой портфель, намереваясь улизнуть с работы на целый час раньше, когда в офис зашел ее начальник мистер Мэдисон.

— Мне только что звонил ваш Макс. Он настоящий знаток своего дела. Он сказал, что собирается уехать на несколько дней и хотел убедиться, что компания взяла под контроль дело о домогательстве. Разговор с ним напомнил мне, что он потратил некоторую сумму денег во время нашей совместной поездки в Атланту, а я не возместил ему убытки. Раз уж он снимает квартиру в вашем доме, я подумал, что, может быть, вы захватите чек с собой. Я предложил Максу деньги за консультацию, но он сказал, что он делал все по личной инициативе. Хорошего парня вы нашли.

Мистер Мэдисон положил чек на стол Ли и вышел.

Что за аферу Макс провернул с ее начальником?

Ли следовало серьезно поговорить с ним перед его отъездом. Одно дело — сорваться и устроить драку в Атланте, но совсем другое — продолжать звонить ее начальнику, чтобы убедиться в ее безопасности. Кроме того, Ли в состоянии сама о себе позаботиться.

Ли взяла со стола чек, словно живую змею. Но что с ним делать? Она не могла позволить Максу брать деньги за выдуманные услуги.

Вошла секретарша.

— Мистер Мэдисон принес вам чек для мистера Кендрика? Я сказала ему, что мистер Кендрик снимает квартиру в вашем доме. В каталоге «Кто есть кто» дан только адрес его фирмы в Массачусетсе.

Ли резко села, боясь услышать продолжение. Ей следовало еще раньше заподозрить неладное.

— О чем вы говорите, Сью?

— Максвелл Кендрик. Первоклассный адвокат и ваш друг, тот, которого мистер Мэдисон привез с собой в Атланту. Помните, когда у вас возникли проблемы с сексуальным домогательством? Кендрик ведь ваш друг, не так ли? Я сама разговаривала с ним пару раз. Он звонил узнать, придете ли вы домой вовремя. Очень мило. Мистера Мэдисона очень впечатлили его дипломы и звания, когда я нашла информацию о нем в каталоге.

— В каком каталоге? — еле слышно спросила Ли.

— «Кто есть кто», конечно. Ли, что-то не так?

— Вы хотите сказать, что его имя действительно занесено в каталог? Он адвокат? — Голос Ли сорвался на последнем слове.

— Конечно. Я принесу вам экземпляр. Даже фотография есть. Он красавец. Неудивительно, что вы выглядите такой счастливой в последнее время.

Он адвокат, черт бы его побрал! Доктор юридических наук, магистр в области юриспруденции, магистр в области управления торгово-промышленной деятельностью. Званий и наград хватило на целый параграф. Партнер одной из главных адвокатских контор Восточного побережья. И этот человек, являющийся одним из наиболее известных адвокатов Северо-Востока, бесплатно жил на внутреннем дворе ее дома, работал барменом и рассказывал о себе всевозможные небылицы.

«Я ведь даже предложила ему ссуду! Должно быть, он потешался надо мной, пока шел до банка. Я убью его», — думала Ли.

Ли ворвалась в дом и направилась прямиком на кухню, откуда доносился стук кастрюль. Макс поднял голову от плиты, и его лицо осветила улыбка. Роки подошел к хозяйке, чтобы поприветствовать ее.

Впервые за все время, что пес жил у нее, Ли не обратила на него никакого внимания.

— Ты адвокат, черт тебя дери! — срывающимся голосом обвинила Ли Макса прямо с порога. — Конечно, лечь со мной в постель тебе ничего не стоило, а вот поделиться такой важной информацией даже не пришло в голову! Поэтому мне пришлось узнать все от моей секретарши. Даже мой начальник все знал. Он прислал тебе чек за оказанные услуги. Неужели у тебя нет ни капли совести?

— Обычно мои затраты возмещаются, — смиренно произнес Макс. — Но я не выставлял ему счет за мое потраченное время или юридическое заключение. Уверен, он считал, что провернул выгодную сделку.

Ли перестала мерить шагами кухню, внезапно вспомнив еще одну обиду.

— Вот почему я не видела тебя в самолете на обратном пути из Атланты. Ты сидел в первом классе.

— Я ведь хотел поменять твой билет, и мы могли бы сидеть вместе. Но ты запретила мне разговаривать с тобой.

— Ты лгал мне. Ты лгал с того самого момента, как появился здесь. — Ли дала волю своему гневу. Если бы не злость, она ужасно страдала бы от сознания того, что снова оказалась в дураках.

— Нет, я не лгал. У меня действительно есть степень юриста и несколько других степеней, но я больше не практикую. Я писатель. И иногда бармен. — Его голос звучал тихо и успокаивающе. — Я никогда не говорил тебе, что у меня нет денег. Просто мне нужно иногда бывать на людях и работать, чтобы писать. Я не надевал на себя никчемный наряд адвоката и не таскал за собой портфель, поэтому ты и приняла меня за бездельника. Ты не удостаивала меня вниманием до тех пор, пока тебе не захотелось немного покувыркаться в постели. Писатель — вот кто я такой, Ли. Если для тебя недостаточно хорошо, значит, я не писатель. Но если тебе нужен адвокат, то позвони Эдварду.

Макс отвернулся и начал помешивать что-то на плите.

— Ты даже не соизволил вести честную игру, — дрожащим голосом произнесла Ли.

Макс не поднял взгляда от плиты.

— Я же адвокат, ты что, забыла? Нас обучают вести нечестную игру в первом семестре обучения. И что же такого нечестного я сделал?

— Я приняла тебя, несмотря на то что считала обычным бродягой. Я хотела спасти тебя и помочь достичь успеха. Но тебе не только не нужна была моя помощь, тебе нравилась роль бродяги. Я думала, что тебя нужно только подтолкнуть и направить на правильный путь. Но все, что тебе нужно, — убежище под мостом через Миссисипи. — Ли закрыла лицо руками, не в силах больше сдерживать слез.

Макс выключил конфорку и обнял Ли, положив ее голову себе на грудь.

— Не плачь, дорогая. Я гораздо хуже, чем кажусь.

Ли почувствовала, как Макс судорожно сглотнул.

Когда он снова заговорил, его голос стал подавленным.

— Мне следовало тебе рассказать правду раньше, но я не думал, что ты меня поймешь. Потом, я не знал, как тебе сказать.

— А ты собирался когда-нибудь рассказать мне обо всем?

— Со временем. Я рассчитывал, что если буду рядом с тобой достаточно долго, тебе будет проще простить меня. Ведь ты много раз повторяла, что у нас с тобой всего лишь мимолетное увлечение, ничего серьезного и стабильного. Мне не хотелось рисковать нашими отношениями.

— Другими словами, ты не доверял мне настолько, чтобы рассказать о настоящем Максе.

— Настоящий Макс не представляет собой ничего интересного. Я слишком многого хотел от тебя, но взамен не давал почти ничего. Ты можешь простить меня?

Ли молча кивнула. Возможно, ее решение было не самым правильным и разумным, но если оно означало, что Они по-прежнему будут вместе, Ли готова простить.

Макс вздохнул и поцеловал ее в лоб.

— Я недостоин тебя, но я тебя люблю, Ли. Необязательно, чтобы все наши цели совпадали, коль скоро у нас есть одна общая цель — оставаться вместе. Я готов принять тот факт, что ты любишь деловую жизнь, но примешь ли ты то, что я ее ненавижу? Ведь у нас есть и другие общие интересы.

— Но как можно не хотеть добиться успеха?

— Я хочу добиться успеха, но как писатель, а не как адвокат, богатеющий за счет денег своих клиентов. Пока нам не нужно принимать никаких решений. Поэтому почему бы нам просто не наслаждаться тем, что мы вместе, независимо от того, сколько времени нам отведено. Ведь ты сказала, что хочешь ни к чему не обязывающего романа.

Ли шмыгнула носом и кивнула.

— До сих пор нам все удавалось. — Макс посмотрел на часы. — Я обещал поработать пару часов, раз уж я уезжаю и оставляю своих работодателей в затруднительном положении. Может, отложим разговор на время?

— Думаю, так будет лучше. — Ли вытерла глаза платком, который протянул ей Макс. — Во сколько тебе нужно быть на работе?

— В половине девятого.

— Хорошо.

Макс взял Ли за подбородок и поцеловал ее.

Ли прильнула к нему, окончательно забыв весь свой гнев. Кем бы он ни был, но когда он обнимал ее так, Ли чувствовала, что она дома.

Наконец Макс отстранился.

— Мне пора отправляться на работу. Не забудь, на чем мы остановились.

Пока Макс был на работе, Ли попробовала взглянуть на свой конфликт с ним с рациональной точки зрения. Итак, он не слишком откровенничал с ней. Но она вполне могла простить ему небольшую ложь. Ну а если бы Макс оказался ее очередным клиентом? В его рассказе она обнаружила дырок больше, чем в швейцарском сыре. Другими словами, он совсем не был с ней откровенен. Он требовал от нее лояльности и любви, заставляя Ли думать, что он всего лишь бедный бродяга. Она же стремилась ему помочь и даже пыталась изменить свой взгляд на некоторые вещи, чтобы только удержать Макса рядом с собой.

А чем он отплатил ей?

Лгал, изворачивался и, возможно, даже смеялся над ней за ее спиной. Но почему же она все еще хотела его?

Ли чуть не подскочила от неожиданности, когда зазвонил телефон. Снова звонила обладательница сексуального голоса Хитер.

— Его нет дома, Хитер, — удовлетворенно сообщила Ли. Да, она действительно немного ревновала.

— Ничего страшного. Я сообщу информацию для него вам, — ответила Хитер. — Передайте Максу, что дело будет рассматриваться послезавтра и ему непременно нужно находиться здесь. Обратного пути уже не будет. Думаю, мы сможем заключить сделку с истцом, так что Макс не предстанет перед судом, если принесет свои извинения.

— У него проблемы? — вопрос случайно сорвался с губ Ли. Она села за стол.

— А когда у Макса нет проблем? Он постоянно ввязывается в разного рода передряги и показывает свой легендарный характер, теряя контроль над собой. А потом судья налагает на него штраф, и кому-то из нас приходится вызволять его из тюрьмы. Сейчас другой адвокат грозится начать процесс исключения Макса из адвокатуры и лишения его адвокатского звания и привилегий.

— Дело очень серьезное? — Ли схватилась рукой за сердце. Макс ничего не говорил ей. — Я только один раз видела Макса вышедшим из себя, когда он ударил угрожавшего мне мужчину. Тогда он пригрозил ему судебным процессом. Но произошел инцидент не в здании суда, а на собрании.

— Что он сделал? — взвизгнула Хитер в телефонную трубку. — Предполагалось, что он не станет практиковать. Он поклялся судье, что будет воздерживаться от практики на протяжении двух лет, даже если самой матери Терезе понадобится его помощь.

— Ну, я-то уж точно не мать Тереза. Думаю, он просто дал какой-то совет моему начальнику и адвокатам компании, но он не просил денег за свои услуги.

Хитер присвистнула:

— Просто невероятно. Загребающий деньги Макс дает бесплатную консультацию крупной корпорации. Должно быть, вы какая-то необыкновенная. Вы приедете с ним завтра?

— Нет, а должна? Макс не просил меня.

— Всегда существует возможность того, что его посадят в тюрьму, но, думаю, мы сможем отделаться штрафом.

— Насколько вы в этом уверены?

— Более чем на пятьдесят процентов. Я забронирую вам билет, если вы захотите поехать с Максом. Тот факт, что с ним рядом находится респектабельная женщина, может произвести на суд благоприятное впечатление. Вы ведь респектабельная женщина, не так ли? Макс сказал, что вы просто идеальная корпоративная марионетка.

— Что он сказал?

— Он просто шутил, Ли. Когда-то он сам был таким же. Именно вы изменили его жизнь, и, что касается меня, я очень благодарна вам. Если вы заставите его задуматься о возвращении к практике, то для него будет очень хорошо.

— Не хотелось бы разочаровывать вас, Хитер, но как раз перед тем как отправиться на свою захватывающую работу в качестве бармена, он сказал мне, что теперь он писатель, а не адвокат.

— Как только я заполучу его назад в зал суда, он снова станет адвокатом. Сообщите мне, если передумаете насчет поездки. Я задействую все свои связи, чтобы достать вам билет на рейс Макса.

Хитер повесила трубку, а Ли продолжала сидеть за столом. А почему бы ей действительно не поехать с Максом и не поддержать его, как он поддержал ее? Даже если он лгал ей, она чувствовала себя обязанной помочь ему. Ли подняла трубку телефона, намереваясь позвонить Хитер, но вдруг поняла, что не знает, как с ней связаться.

Но Макс скоро придет. Он мог бы позвонить Хитер и взять Ли с собой.

Ли отправилась наверх, чтобы собрать вещи.

Они спорили за ужином, спорили, пока Макс упаковывал вещи и даже тогда, когда пошли наверх.

— Ли, дорогая, я действительно очень ценю твое желание поехать со мной. Но я должен ехать один.

— Хитер сказала, что тебе будет только на пользу, если с тобой рядом будет респектабельная женщина.

— Хитер — жадный до денег адвокат. Самый хитрый и коварный из тех, кого я знаю. Она наняла бы священника и двух монахинь, которые сидели бы рядом со мной и молились, если бы сочла необходимым. Она просто хотела убедиться в том, что я появлюсь в суде. Я знаю, как работает ее голова. Я такой же коварный адвокат, как и она. Я не хочу, чтобы ты сидела в зале суда и знала бы часть моего прошлого. Позволь мне самому уладить свои проблемы.

— Другими словами, отвяжись. Однажды ты обвинил меня в том, что я думаю о тебе лишь как о мужчине для приятного времяпрепровождения. Что ты годен лишь для кувыркания в постели, когда не пишешь или не выполняешь своих чрезвычайно важных обязанностей бармена. Ты не мог даже найти другую работу. Ведь ты по-прежнему работаешь в баре, не так ли?

Макс засмеялся и попытался обнять Ли.

— Ты тоже можешь использовать недозволенные методы в споре, да? Ведь ты хотела ни к чему не обязывающих отношений, при которых каждый живет сам по себе. Может, не будем ссориться в нашу последнюю ночь? Давай лучше займемся любовью.

Ли оттолкнула Макса.

— Я хотела помочь тебе так же, как ты помог мне. Но теперь я не нужна тебе.

Макс снова притянул ее к себе.

— Мне нужна твоя любовь, Ли. Пойдем в постель.

Макс посмотрел на спящую Ли, чтобы запечатлеть в памяти черты ее лица, а потом бесшумно выскользнул из спальни.

Свет раннего утра просачивался в окна, когда Макс, стараясь не шуметь, нес свою матерчатую сумку вниз по лестнице.

В холле его встретил Роки, тихонько скуля при виде багажа. Макс потрепал пса по голове, а потом опустился на колени, чтобы обнять его.

— Присматривай за своей хозяйкой, Роки. Я вернусь, как только смогу. Вот тогда мы и поговорим о семье.

Макс последний раз окинул взглядом дом, который привык уже считать своим, и вышел в переднюю дверь.

На протяжении всего пути до Бостона он думал о Ли, ненавидя себя за то, что не позволил ей поехать с ним. Ему необходимо раз и навсегда решить, что он намерен делать дальше. Может, Макс и ошибался, но он знал наверняка, что сначала надо закрыть одну дверь, прежде чем открыть другую.

Ли должна была его понять.

Когда прозвенел будильник, Ли подождала, пока Макс выключит его. Но будильник продолжал звонить, и Ли открыла глаза.

Макса рядом не было.

Ли выключила будильник и встала с постели. В доме царила непривычная тишина. Ли схватила халат и, натягивая его на себя, сбежала по лестнице. Роки встретил ее, тихонько скуля.

— Он уехал, да, мальчик? Даже не попрощался.

Ли бросилась к задней двери, по дороге схватив ключи от квартиры Макса. Его вещей в ней не оказалось. Квартира сразу стала одинокой и необитаемой.

Макс и в самом деле уехал.

У Ли душа ушла в пятки. Она же знала, что в конце концов так и произойдет. Несмотря на все его разговоры об обязательствах, он такой же, как и другие мужчины. Ни одному из них нельзя доверять.

Ли медленно побрела назад к дому. Роки неотступно следовал за ней. Он выглядел таким же потерянным, как и его хозяйка.

— Опять только мы с тобой, Роки. — Ли не выдержала и разразилась рыданиями. А ведь она ему поверила, когда он сказал, что вернется.

К тому времени как Ларри заехал к ней по дороге на работу, Ли уже взяла себя в руки.

— Макс звонил мне из самолета. Попросил, чтобы я заехал к тебе утром. Что происходит?

Ли была полна решимости не заплакать снова.

— Он уехал, Ларри. У него какие-то проблемы в Массачусетсе. Ты знал, что он выдающийся адвокат? Его имя даже занесли в каталог «Кто есть кто».

Ларри удивился:

— Ты не шутишь? Кто бы мог подумать? Тогда почему он жил как бродяга?

— Не знаю. Он сказал, что не хочет больше быть адвокатом. Но когда позвонила его коллега Хитер, он прыгнул в первый же самолет.

— Я привез тебе завтрак. Макс сказал, что ты не будешь питаться нормально, если кто-нибудь не поставит тебе еду под нос.

— Мне кажется, я вообще не могу ничего есть.

— Конечно, можешь. Он вернется, Ли. Готов поспорить на свой магазин. Он любит тебя.

Ли взяла круассан, который Ларри положил перед ней на стол.

— Надеюсь, Ларри, потому что, мне кажется, я действительно люблю его.

Когда Ларри уехал, Ли вывалила остатки завтрака в миску Роки.

Возможно, пес и тосковал по Максу, но на его аппетите это никак не сказалось. Он дочиста вылизал миску и уже через несколько секунд смотрел на Ли.

— Похоже, ты тоже скучаешь по стряпне Макса. — Ли потрепала Роки по большой голове. — Придется тебе опять питаться кормом для собак.

Ли работала целый день, словно ничего не произошло, и даже запланировала поездку в Мемфис, ни разу не заплакав. Ли пребывала в каком-то оцепенении. Она не знала, чему верить.

После ужина Ли попыталась смотреть телевизор. Просмотрела список необходимых для деловой поездки вещей. Но ничто не могло удержать ее внимания. Ли ждала телефонного звонка.

Телефон зазвонил только на следующее утро, но Ли была уже на пути в Мемфис, и Максу пришлось разговаривать с автоответчиком.

— Дорогая, я надеюсь, что ты нормально питаешься. Мы решили дело, не доводя его до суда, поэтому я позвонил моему агенту, чтобы узнать, как обстоят дела с продажей книги. Она велела мне приезжать прямо в Нью-Йорк. Теперь я автор, подписавший официальный контракт. Получил очень приличный аванс, но кое-что нужно переделать.

Макс немного помолчал, а потом продолжал:

— Я должен остаться в Нью-Йорке, чтобы завершить книгу. Ее хотят издать как можно скорее, потому что она очень актуальна. Или, как они сказали, на гребне волны. Думаю, это значит, что издатели хотят успеть нажиться, пока повальное увлечение подобными книгами не пошло на убыль. Если я смогу сделать все так, как они хотят, то получу заказ на продолжение и очень приличные дивиденды. Я взялся за работу серьезно. Видишь, как испортил меня деловой мир? Я проведу в Нью-Йорке неделю и поселюсь вместе со своим агентом. Я сообщу тебе номер моего телефона, как только его узнаю. У моего агента есть свободная спальня в ее доме на Лонг-Айленде. Береги себя. Я тебя люблю.

Вернувшись из Мемфиса, Ли прослушала сообщение Макса по меньшей мере десять раз и была изумлена.

Быстро же Макс нашел себе новую покровительницу. Даже его манера разговаривать изменилась: «Не звони мне, я сам тебе позвоню».

Однако на следующий день разразилась осенняя гроза, и порывы ветра оборвали телефонные провода.

В тот же вечер у дома Ли затормозил автомобиль Ларри.

— У тебя не работает телефон, и Макс просто с ума сошел от волнения. Он пытался дозвониться, но не смог. Он сказал, что ты не ответила на сообщения, которые он оставил у тебя в офисе.

— Я не была там сегодня. Провела целый день в переговорах с клиентами.

Ларри обнял ее:

— Ли, ты ужасно выглядишь. Ты что, совсем не заботишься о своем здоровье?

— Забочусь. Вообще-то я решила поехать на выходные во Флориду. У меня уже давно не было полноценного уик-энда. Я хочу погулять с Роки по пляжам и подумать о жизни.

— Лучше подумай о том, как связаться с Максом. Вот номер телефона в доме, где он остановился. Он велел, чтобы я напомнил герцогине, что за углом в аптеке есть платный телефон-автомат.

Беря из рук Ларри клочок бумаги с записанным на нем номером телефона, Ли улыбнулась:

— Позвоню ему позже. Я купила сегодня сотовый телефон.

— Тебе действительно стоит ему позвонить. Макс волнуется за тебя. Я уже устал играть роль посредника. Моя подруга нервничает из-за звонков Макса.

Ли позвонила сразу же после ухода Ларри, но услышала лишь металлический голос автоответчика. Она оставила сообщение, в котором говорилось, что ее телефон вышел из строя и что она уезжает во Флориду на выходные. Номера своего нового сотового телефона Ли не оставила.

Прошло четыре дня, прежде чем Максу удалось наконец связаться с Ли.

Когда она подняла трубку телефона, он произнес:

— Неужели я дозвонился и слышу тебя? Я знал, что так бывает: человеку звонишь, оставляешь сообщения, а он не отвечает. Но я никогда не думал, как сильно это разочаровывает. Как у тебя дела, дорогая?

Ли глубоко вздохнула и постаралась ответить как можно более небрежно:

— Все хорошо. Здорово, что у тебя все получилось с книгой.

Макс рассказал Ли подробнее о контракте и о том, что он должен переписать самую последнюю часть романа, чтобы сделать его еще более актуальным.

— Ты можешь сказать, что я продал книгу на потребу толпы. Но я думаю, что книге только на пользу, не говоря уже о моем кошельке. Ты хорошо питаешься?

— Я знаю, как о себе позаботиться, Макс. Я продала большой заказ в Мемфисе. Ты планируешь вернуться в Новый Орлеан?

— Конечно, как только закончу книгу. Я ужасно по тебе соскучился.

— Ты забрал все свои вещи.

— Вовсе нет. Несколько коробок я убрал в шкаф, который стоит в холле. Разве ты не нашла их?

— А с какой стати мне искать что-то в шкафу? Из квартиры ты забрал все.

— Знаю. Просто я подумал, что ты, возможно, пригласишь меня переехать к себе, когда я вернусь.

— А ты вернешься?

— Как только закончу свои дела здесь. Всего несколько дней. Я не могу ждать дольше. Я так скучаю по тебе, что, кажется, просто умру от тоски.

— Я тоже, — прошептала Ли.

— Мне нужно идти. Чем быстрее я закончу дела здесь, тем быстрее приеду к тебе. Я люблю тебя, — проговорил Макс и повесил трубку, прежде чем Ли успела ответить, что тоже его любит.

Глава 11

Просто невероятно.

Ни одна самостоятельная деловая женщина не могла позволить себе забеременеть случайно. Особенно если она заботилась о предохранении. Должно быть, результат теста ошибочен. А вернее, результаты обоих тестов. Два совершенно разных теста на беременность стояли на полке в ванной, и оба они показывали положительный результат, о чем свидетельствовали проявившиеся на белом фоне бледные полоски. Одна голубая и одна розовая.

Первый приступ тошноты миновал, и Ли вернулась в постель совершенно обессиленная.

Она упала на подушки, и перед ее глазами заплясали десятки крошечных Максов и Ли. Ли задумчиво погладила свой все еще плоский живот. Если судить по календарю, у нее задержка всего на семнадцать дней. Тогда почему же приступы тошноты начали мучить ее так рано?

Ли почувствовала очередной приступ и опрометью бросилась в ванную комнату. Споласкивая лицо холодной водой, она разрывалась от обуревавших ее противоречивых эмоций. С одной стороны, Ли хотелось осыпать Макса проклятиями за то, что он сотворил с ней такое, а с другой стороны, она желала, чтобы он оказался рядом и отнес ее назад в постель.

В ванную комнату протиснулся Роки и уткнулся головой в ногу Ли, словно выражая свое сочувствие.

— И почему вы, мужчины, так любите заходить в мою ванную комнату? — спросила она пса. — Господи, как же я хочу, чтобы Макс был сейчас здесь. Он принес бы мне гренки. А потом, возможно, у меня появились бы силы, чтобы убить его за то, что я попала из-за него в такую передрягу. Мы же всегда с ним соблюдали осторожность. Презервативы защищают от нежелательной беременности только на девяносто процентов, так почему именно я попала в оставшиеся десять?

Сморщившись, Ли посмотрела на себя в зеркало. Ее щеки приобрели нездоровый зеленоватый оттенок. Темные круги под глазами тоже свидетельствовали о плохом самочувствии. И кто только сказал, что беременные женщины светятся здоровьем? Вновь мысленно обругав Макса, Ли схватила косметичку. От работы ее никто не освобождал. Только вряд ли кто-нибудь станет покупать медицинские препараты у менеджера, который выглядит хуже пациента клиники.

Приступы тошноты закончились, и Ли заставила себя проглотить несколько гренков и выпить немного сока. Она пожалела, что у нее дома нет чая в пакетиках. Она могла бы взять их с собой на работу и заварить чай там.

Ли насыпала в миску Роки немного корма для собак и проверила, открыта ли его дверца.

Когда с улицы донесся сигнал автомобиля, Ли схватила свой портфель, вышла из дома и заперла дверь.

Такси уже ожидало ее.

Ли с благодарностью думала о том, что ей удалось договориться с шофером, чтобы он забирал ее из дома каждое утро, а потом привозил с работы. Если бы не он, она вряд ли пережила бы последнюю неделю. Каждое утро Ли тошнило, а после обеда ее так клонило в сон, что ей с трудом удавалось съесть свой ужин.

— Как вы себя сегодня чувствуете, мисс Мэлоун? — поинтересовался таксист.

— Хорошо, — автоматически ответила Ли, хотя было видно, что ответ совсем не соответствует правде.

— Вы еще не ходили к врачу? — спросил таксист.

— Зачем?

— Ну, чтобы он вас осмотрел и убедился, что с ребенком все в порядке.

Портфель Ли соскользнул с ее колен и упал на пол от неожиданности.

— Откуда вы знаете? — спросила она.

— Моя жена трижды была беременна. И все три раза в первый месяц беременности она выглядела так же, как вы сейчас. Ее тошнило по утрам, а после обеда она ужасно уставала. Так вы еще не посетили врача? Он мог бы прописать вам что-нибудь от тошноты.

— Я не хочу пить никакие таблетки. Неужели мое состояние так заметно? Я не хотела пока никому ничего рассказывать.

— Да нет. Если бы я не возил вас домой на протяжении нескольких недель, то скорее всего ничего не заметил бы. Но таксисты быстро начинают разбираться в людях. Моя жена велела мне не брать с собой завтрак до тех пор, пока не отвезу вас на работу, ведь для беременных по утрам запах еды кажется просто невыносимым. Я потом забираю его на обратном пути.

— Вам не стоило так беспокоиться. — Ли была тронута заботой шофера.

— Моя жена просила посоветовать вам пить горячий чай с сухариком по утрам.

— У меня кончился чай, — пожаловалась Ли.

— А когда муж вернется домой, чтобы присмотреть за вами?

— Не знаю точно, — ответила Ли. Сама того не желая, она спросила у шофера: — А как долго сохранялось у вашей жены чувство постоянной усталости?

— Пару месяцев. Она почувствовала себя лучше, когда сходила к врачу и узнала, что все в порядке. Да и витамины помогли. Вы еще не принимаете витамины?

— Единственное, что я сделала, — это купила два теста на беременность. Оба оказались положительными.

— Вам нужно внимательнее относиться к себе, потому что теперь вы должны есть за двоих. Хотите купить что-нибудь на ужин, когда будете возвращаться вечером домой? Готов поспорить, что после отъезда мужа вы питаетесь не очень хорошо.

Внезапно мысль о еде показалась Ли такой удачной, что она почти ощутила ее вкус.

— Да, жареного цыпленка со специями, — ответила Ли, едва не захлебываясь слюной.

Шофер засмеялся:

— Желания — странная штука, скажу я вам. Посмотрим, как вы будете себя чувствовать, когда я заберу вас вечером с работы и завезу в ближайшую закусочную по дороге домой.

— Хорошо. Я уже чувствую себя лучше.

До начала собрания, намеченного на десять часов, Ли нужно было закончить составление плана продаж. В течение часа она пыталась не обращать внимания на брожение в желудке, но не выдержала и, вызвав секретаршу, попросила принести чашку чаю.

Сью с озабоченным лицом принесла чай и несколько сухих печений.

— Я подумала, что вы захотите что-нибудь к чаю, — объяснила она. — Вы выглядите немного уставшей в последнее время.

Ли благодарно улыбнулась, а когда за секретаршей закрылась дверь, простонала. Как она собиралась держать свою беременность в секрете, когда окружающие ее люди постоянно сталкивались с ней лицом к лицу?

Ли три раза поднимала трубку, чтобы позвонить Максу. А потом снова клала ее, так и не набрав номер. Как она ему скажет?

— Как дела? Кстати, я беременна. Как думаешь, что нам делать?

К десяти часам все цифры она подготовила. Ли даже удалось ни разу не зевнуть во время собрания. И только когда она собралась уходить, мистер Мэдисон попросил ее остаться на несколько минут.

— Адвокаты сообщили мне, — начал он, — что на счету Камерона семь случаев сексуального домогательства. Его выпустили под залог. Думаю, что с вашими проблемами покончено, так как другие женщины его компании согласились свидетельствовать против него. Вам уже не придется с ним сталкиваться.

Ли облегченно вздохнула:

— Я рада слышать. Его угрозы пугали меня.

— Адвокаты считают, что он запугивал вас, чтобы вы не свидетельствовали против него. В Атланте он звонил еще двум секретаршам. А теперь перейдем к более приятным новостям. На следующем заседании совета директоров будет сделано несколько очень интересных объявлений.

Ли вздрогнула.

— Каких объявлений?

— Будут названы имена новых вице-президентов, людей, получивших новые должности и тому подобное.

— А, хорошо, — слабо произнесла Ли. Возможно, теперь она получит должность вице-президента.

После разговора с Мэдисоном Ли медленно брела к своему офису, жалея о том, что она не позаботилась о завтраке для себя. Внезапно она почувствовала ужасный голод.

Картофельные чипсы! Она очень хотела картофельных чипсов. Ли схватила кошелек с мелочью и бросилась к торговому автомату.

После того как Ли съела две упаковки чипсов, несколько конфет, пачку сырных крекеров и выпила пакет молока, она почувствовала себя значительно лучше.

Ли повторяла себе, что ей необходимо есть только здоровую пищу. Теперь, когда нет Макса, она должна сама о себе заботиться. Ли набрала номер своего гинеколога и записалась на прием, получив кое-какие рекомендации от медицинской сестры.

К концу рабочего дня, сев в такси, Ли снова почувствовала себя обессиленной.

— Все еще хотите жареного цыпленка? — спросил шофер.

Ли открыла глаза. Мысль о жареном цыпленке со специями и картофельном пюре с подливкой показалась ей необыкновенно чудесной. Она уже ощущала вкус еды во рту.

— Да, — улыбнулась она. — Поехали возьмем еду на вынос.

Водитель улыбнулся в ответ и свернул с главного шоссе к ближайшей закусочной, торгующей жареными цыплятами. Водитель отдал Ли бумажный пакет.

— Вот. Моя жена передала вам кофе без кофеина.

Слезы навернулись на глаза Ли.

— Как мило с ее стороны. Передайте ей мою благодарность. — Она шмыгнула носом.

Водитель рассмеялся:

— Вижу, гормоны уже бушуют. Моя жена плакала, даже читая рекламу.

Такси подъехало к переговорному устройству, и Ли наклонилась к окну, чтобы прочитать меню.

— Мне обед под номером три, пожалуйста, и шоколадный коктейль.

Получив еду, водитель развернул машину по направлению к главному шоссе, а Ли начала потягивать из трубочки коктейль.

Дома, растянувшись на диване перед телевизором, она поделилась цыпленком с Роки. Как ей сейчас не хватало Макса! Что она будет делать, если он не вернется?

На протяжении всего дня она старалась не думать о разговоре с Максом. Она должна сказать ему про ребенка. Но не сбежит ли он, как испуганный кролик? Она так хотела, чтобы он был рядом с ней.

Но больше всего на свете ей сейчас хотелось чашку чаю.

— Как мне хочется чаю, Роки.

Но пес не двинулся с места, и Ли пришлось самой разогреть чай в микроволновке. Макс ни за что не одобрил бы этого. Он считал, что для приготовления настоящего чая нужна свежая, только что вскипяченная вода.

— Что ж, Макса здесь нет, и я должна сама о себе заботиться.

Ли взяла чай с собой в гостиную, посмотрела еще одну телевизионную программу, решив позвонить Максу в восемь часов.

Заседание совета директоров состоялось в одиннадцать часов дня. Впервые за все время мистер Мэдисон улыбался чрезвычайно много. Объявление новых должностей стало кульминацией ежегодного заседания. Мистер Мэдисон начал с назначений на должность менеджера, а потом перешел к должности вице-президента.

Ли не очень внимательно слушала то, что говорил ее начальник, но в нужные моменты аплодировала вместе со всеми.

Наконец мистер Мэдисон произнес:

— Я уверен, все согласятся со мной в том, что Ли Мэлоун является самым подходящим кандидатом на должность вице-президента. Ее работа безупречна. Она проложила путь в компанию для других женщин и победила в жесточайшей борьбе. Представляю вам нашего нового вице-президента… Ли Мэлоун!

Ли встала, чтобы пожать протянутую ей руку мистера Мэдисона, и мир закружился вокруг нее.

Она поспешно села на свое место, и все вокруг засмеялись.

— Мы видим, что она ошеломлена. Давайте дадим Ли несколько минут, чтобы собраться с мыслями, а потом услышим, каково ощущать себя первой женщиной вице-президентом нашей компании. — Продолжительные овации дали Ли время прийти в себя.

Итак, она стала вице-президентом. Цель, поставленная ею пять лет назад, достигнута. Ли положила руку на живот. Теперь у нее было все, что она хотела. Кроме Макса.

Когда мистер Мэдисон дал Ли слово, Ли поблагодарила президента компании и совет директоров.

Опустившись на свой стул под громкие аплодисменты, Ли улыбнулась. Все сотрудники, получившие новые должности, должны были отправиться на торжественный обед. Но Ли извинилась и побежала в офис, чтобы сообщить новость своей секретарше.

— Мы переезжаем, Сью. Теперь вы работаете у вице-президента!

Сью обняла Ли:

— Я переезжаю с вами?

— Конечно. Я не смогла бы справиться без вашей помощи. И совсем скоро мы устроим свой собственный праздник. А сейчас мне нужно идти на обед.

— Вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы есть? — спросила Сью.

— Да, конечно, только немного нервничаю, — заикаясь, ответила Ли.

Сью похлопала женщину по руке.

— С вами все будет в порядке. Просто закажите что-нибудь легкое. Ничего страшного, если вы сделаете пару глотков шампанского. Ребенку не повредит.

Ли посмотрела на свою секретаршу:

— Все уже знают? Странно. Я сама узнала о своей беременности только на этой неделе.

— Конечно, нет. Просто я работаю с вами постоянно. Поэтому вполне естественно, что заметила в вас изменения. Макс обрадовался?

Ли побледнела.

— Он еще не знает. Его нет в городе.

Сью обняла ее.

— Он будет очень доволен, я уверена. Наслаждайтесь обедом.

Ли последовала совету Сью. Она заказала феттучино[3] и сделала два крошечных глотка шампанского в честь своих коллег, получивших новые должности. Когда официанты вынесли подносы с десертом, Ли даже выпила кофе без кофеина с шоколадно-ореховым пирожным.

Открывая дверь дома, Ли услышала, как звонит телефон, но не стала поднимать трубку, дождавшись, пока сработает автоответчик.

С тех пор как Макс уехал, Ли все время первым делом проверяла автоответчик. Он всегда оставлял небольшие сообщения.

Сначала звонивший повесил трубку, а потом в автоответчике послышался голос Макса.

— Дорогая, — обратился он к ней. — Я в аэропорту. Твоя секретарша сказала, что ты уже на пути домой. Еще она сказала, что у тебя есть для меня какие-то потрясающие новости. Я просто не могу дождаться. Не уходи никуда из дома. Я люблю тебя.

Ли резко села в кресло. Макс вернулся! Слезы непроизвольно покатились у нее по щекам.

— Черт бы побрал проклятые гормоны! — выругалась Ли, потянувшись за носовым платком. Проболталась ли ее секретарша насчет ребенка? Конечно, нет. Ли откинулась на спинку кресла, высмаркивая нос. Должность вице-президента — одна из ее новостей. А ведь Ли едва не забыла о своем назначении.

Ли побежала наверх, чтобы умыться и переодеться перед приездом Макса. Она не могла дождаться момента, когда вновь увидит его. Ли не представляла, как сказать Максу о ребенке, но знала, что новость обрадует его. Детали они смогут обсудить позже. Важно только то, что они будут вместе.

Когда Ли спустилась вниз, раздался звонок в дверь. Подбежав к двери, Ли распахнула ее, собираясь поприветствовать Макса.

— Ну вот мы и встретились, сука. — Камерон ворвался в дом, прежде чем Ли успела захлопнуть дверь у него перед носом.

Женщина бросилась к телефону, но Камерон выхватил телефонный аппарат у нее из рук и вырвал из стены шнур.

— Вот я и заполучил тебя там, где хотел, — прорычал он, ударив Ли так сильно, что та упала на пол. — На коленях, без адвокатов и начальников, которые могли бы мне помешать. Ты сделала меня посмешищем компании. Меня уволили с работы, а женщины решили раскрыть свои большие рты.

Камерон достал из кармана пистолет.

— Иди сюда. Пришло время показать тебе, на что способен настоящий мужчина. Ты сполна заплатишь за мой нос, разбитый твоим дружком.

Ли с трудом поднялась с пола и тряхнула головой, чтобы прийти в себя. Ей необходимо собраться с мыслями. Макс может прямиком попасть в засаду, и она не могла позволить Камерону убить его.

Было совершенно очевидно, что Камерон обезумел. Когда он схватил Ли за руку и потащил ее за собой, ей в нос ударил спертый запах пива и пота. Тошнота подкатила к ее горлу.

Но она не собиралась доставлять ему удовольствие и показывать свой страх. Если бы только ей удалось выиграть время и придумать что-нибудь.

Пусть сначала он начнет действовать. Ли знала, что если заговорит, то не сможет не показать своего презрения, что еще больше разозлит Камерона. Ему нравилось подчинять себе женщин. Пусть думает, что Ли его испугалась. Возможно, она сможет застать его врасплох, когда наступит подходящий момент.

Камерон плюхнулся на диван и махнул в сторону Ли пистолетом.

— Налей-ка мне виски, сука, и пошевеливайся.

Ли поспешила выполнить приказ. Возможно, в баре она найдет что-то, что можно использовать в качестве оружия. Может, ей стоит плеснуть виски ему в лицо? Нет. Она не сможет ослепить его на долгое время и окажется слишком близко, тогда он сможет причинить ей вред. Да и пистолет останется у него. Графин сможет послужить ей оружием позже. А пока она должна сделать так, чтобы он пил как можно дольше и сидел спиной к входной двери.

Стараясь держаться от Камерона на расстоянии, Ли с опаской поставила стакан с виски на стол и вернулась в свое кресло.

— Боишься подойти ближе и дотронуться до меня, да? — спросил Камерон, и на его лице появилась злобная удовлетворенная улыбка. Он взял стакан и залпом выпил содержимое. — У меня для тебя новости. Тебе придется подойти ко мне ближе. Я думаю, никто не хватится тебя до завтрашнего дня, пока ты не должна появиться на работе. Так что мы проведем с тобой чудесную ночь. Я тебя научу, как обращаться с мужчинами. И покажу тебе твое место.

Ли старалась унять бившую ее дрожь. Она слышала о мужчинах, которые, чтобы запугать женщин, бьют их.

Он не дотронется до нее. Она будет сопротивляться не на жизнь, а на смерть, если придется.

Опустив голову и вцепившись руками в колени, Ли тихо сидела, слушая разглагольствования Камерона о своих страданиях от несправедливого обращения, с тех пор как в компании начали работать женщины. Ли не могла позволить ему увидеть ее презрение, и уж наверняка она не позволит ему заметить охвативший ее страх.

— Налей-ка мне еще и захвати с собой всю бутылку, сука.

Его речь стала бессвязной или Ли только показалось?

Она вспомнила своего отца-алкоголика. Когда он бывал пьян, то не соображал, сколько пьет. Может, Камерон напьется и уснет? Но до приезда Макса едва ли он отключится.

Ли услышала, как скрипнула дверца. Роки!

В тот же самый момент входная дверь распахнулась, и до слуха Ли донесся голос Макса:

— Дорогая, я дома!

— Макс, у него пистолет! Роки, взять! — вскрикнула Ли. Она бросила графин с виски в лицо Камерона и отпрянула назад.

Роки ворвался в комнату и, не сбавляя скорости, прыгнул на Камерона. Раздался выстрел. Роки взвизгнул, но продолжал атаковать Камерона, рыча и терзая руку негодяя, сжимающую пистолет.

Ворвавшись в комнату, Макс выхватил у Камерона пистолет, перескочил через него и принялся жестоко избивать его, таская по полу.

Роки рычал и поощрительно лаял.

Побледневшая Ли опустилась в кресло. Комната закружилась вокруг нее, и она опустила голову между колен. Она не упадет в обморок, потому что ее мужчины защищали ее. Она хотела тоже помочь. С трудом Ли подползла к пистолету, отбросила его в сторону и осталась лежать на полу.

— Макс, — наконец вымолвила она, — не убивай его. Я не хочу, чтобы тебя посадили в тюрьму.

Услышав голос Ли, Макс повернулся в ее сторону. Его лицо по-прежнему искажал гнев. Он нехотя отпустил Камерона.

— С тобой все в порядке? Он не ранил тебя? Я убью его, если он причинил тебе боль.

Ли подползла к Максу, боясь, что ноги не удержат ее.

— Нет. Он просто напугал меня. Камерон стрелял в Роки.

Макс поднял Ли и уткнулся лицом в ее шею.

— Я едва не умер, когда услышал твой крик.

Ли прильнула к Максу.

— Я боялась, что ты попадешь в ловушку. Молодец, старина Роки. Застал его врасплох.

— Ты позвонила в полицию?

Ли покачала головой:

— Он оборвал телефонный провод. Я не могла уйти, не убедившись, что с тобой все в порядке.

Макс крепче прижал ее к себе.

— На мне — ни царапины, благодаря тебе и Роки. Ты можешь встать?

Ли кивнула.

— Найди свой сотовый телефон и позвони 911. А я останусь здесь и покараулю пленника.

Ли достала телефон из портфеля и позвонила в полицию.

Полицейские довольно быстро приехали и арестовали Камерона. Информации, сообщенной Максом, оказалось достаточно, чтобы держать Камерона за решеткой до приезда полицейских из Атланты. Один из офицеров докладывал о произошедшем по рации в участок, в то время как другой осматривал запястье задержанного.

— Похоже, рука сломана. Должно быть, собака поранила, когда бросилась на него. А нос он, вероятно, сломал, когда падал. Надеюсь, синяк под глазом — тоже результат неудачного падения. — Офицер взглянул на Макса, ожидая подтверждения своих слов.

Но Макс промолчал.

После того как полицейские уехали, забрав с собой Камерона, Ли принялась суетливо бегать по комнате, стараясь убрать с глаз долой свидетельства недавнего ужасного происшествия. Макс наблюдал за попытками Ли сохранить самообладание, понимая, что ей необходимо снова почувствовать себя самостоятельной. Наконец он не выдержал и заговорил, хотя обычное красноречие вдруг покинуло его:

— Ли, может, перестанешь бесцельно бродить вокруг и посмотришь на меня?

Ли остановилась посреди комнаты.

Макс с трудом проглотил комок, застрявший у него в горле.

— Я и раньше знал, что безумно люблю тебя и хочу провести с тобой остаток своей жизни. Но, увидев, что ты находишься в опасности, я убедился в этом окончательно. Ты согласна выйти за меня замуж и помочь мне начать новую жизнь? Если хочешь, я вернусь к своей юридической практике и буду работать с девяти до пяти, как все остальные мужчины. Я сделаю все для тебя. Только скажи, что выйдешь за меня.

Ли посмотрела на Макса. Ее глаза внезапно подернулись поволокой, и она медленно осела на пол.

Очнувшись, Ли обнаружила, что лежит на полу, а обезумевший Макс растирает ее руки и умоляет открыть глаза. Рядом стоял Роки и смотрел на нее с выражением собачьей любви на морде. Ли разрыдалась.

— Любимая, что случилось? Ты ранена? Ты уверена, что у тебя ничего не болит?

Ли расплакалась еще больше и отрицательно замотала головой, пытаясь сесть.

— Нет. Со мной все в порядке. Виной всему проклятые гормоны. У меня, не переставая, кружится голова, и я постоянно плачу. Ты правда вернешься к юридической практике ради меня?

— Да. Я сделаю ради тебя все. Без тебя мне не жить.

— Но я только что решила, что буду поддерживать тебя, пока ты будешь писать свои романы. Мне не нужен деловой мужчина, мне нужен ты, независимо от того, какой образ жизни ты предпочтешь. — Ли шмыгнула носом. — Ты знал о том, что я получила должность вице-президента и что я беременна?

Макс подхватил Ли на руки и крепко прижал к себе.

— Беременный вице-президент! Ура, моя мечта сбылась! Какой счастливый финал. Даже я не смог бы написать лучше.

Ли слабо улыбнулась:

— Ты и правда так считаешь?

— Слово скаута. — Макс поднял пальцы в традиционном приветствии скаутов.

— Макс… — Голос Ли замер.

— Что такое, мой ангел? — озабоченно спросил Макс.

— Я очень хочу поверить, что ты меня любишь. Но я не могу поверить в то, что ты был бойскаутом.

— Ну что ж. Я солгал тебе. Но я действительно люблю тебя и прошу выйти за меня замуж. Теперь слово за тобой.

Ли посмотрела на Макса:

— Да!

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

Знаменитый курорт на Ямайке.

2

Остров близ побережья Флориды.

3

Широкая длинная плоская вермишель.

Content

Шерри Крейн
Мой единственный

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Примечания