Буря

Трагедия в четырех действиях

Аркадий Застырец

© Аркадий Застырец, 2015

© Аркадий Застырец, дизайн обложки, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Действующие лица и исполнители

А л о н с о, король Неаполя, изображаемый Просперо

С е б а с т ь я н, его брат, изображаемый Мирандой

П р о с п е р о, считающий себя законным герцогом Милана

А н т о н и о, его брат, самозванный герцог Милана, изображаемый Просперо

Ф е р д и н а н д, сын королю Неаполя, изображаемый Просперо

Г о н з а л о, честный старый советник, изображаемый Мирандой

К а л и б а н, освобожденный и уродливый раб, изображаемый Просперо

Т р и н к у л о, шут, изображаемый Мирандой

С т е ф а н о, дворецкий-пропойца, изображаемый Тринкуло

Капитан корабля, боцман, матросы, изображаемые Просперо и Мирандой

М и р а н д а, которую Просперо считает своей дочерью

А р и э л ь, воздушный дух, изображаемый Мирандой

Доктор

Место действия обитаемо.

Действие первое

Сцена 1

Сквозь треск оголенных проводов, из темноты, изредка освещаемой синими искрами, доносятся голоса капитана, боцмана, матросов и пассажиров, изображаемых Просперо и Мирандой.

Капитан, изображаемый Просперо

Боцман!

Боцман, изображаемый Мирандой

Здесь, капитан. Что скажете?

Капитан, изображаемый Просперо

Что тут сказать… Передай матросам, чтоб навалились покрепче, не то мы себя в такую щель загоним… Живей, живей!

Боцман, изображаемый Мирандой

Шевелись, сердечные! Бодрей, бодрей, ребята! Двигай, двигай! Надави на марсель! Дружно по свистку! И дуй тогда себе твой ветер, сколько влезет, пока небеса не лопнут.

Алонсо, изображаемый Просперо

Боцман? За работу! Где капитан? Подбодри-ка людей.

Боцман, изображаемый Мирандой

Опять повылезли? Сказано ведь – оставайтесь внизу.

Антонио, изображаемый Просперо

Где капитан, боцман?

Боцман, изображаемый Мирандой

Где, где… Вы что, плохо слышите? Чем лезть нам под руку, сидите по каютам. Здесь вы только шторму помогаете!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Ну-ну, спокойно… От имени короля…

Боцман, изображаемый Мирандой

Какое дело этой свистопляске до имени короля? Тоже мне – волшебное слово! Сказано – по каютам, сидите и не мешайте работать!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Ладно. Только не забывай при этом, кто у тебя на борту.

Боцман, изображаемый Мирандой

Никого, кто был бы мне себя дороже. Вот ты – королевский советник, государственный муж, начальник долбанный… Скомандуй-ка этим стихиям, чтоб утихли, и сделай полный штиль за бортом, а мы тогда канаты побросаем! Используй свой авторитет! Какое там! Небось обоссался со страху, благо – в такой ливень никто не заметит. Ну, так скажи спасибо, что дожил до седин, и в своей каюте приготовься к несчастному случаю: его тут, по всему, недолго ждать. Бодрей, бодрей, сердечные! А вы все – вон отсюда!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Рядом с этим парнем на сердце теплее: кому суждено быть повешенным – не утонет! О, Господи, сделай его пеньковую судьбу нашим якорным канатом! Настоящий-то теперь ни к черту не годится. Клянусь, если малый рожден не для виселицы, наше дело – дрянь!

Боцман, изображаемый Мирандой

Рубите мачту, дармоеды!

(Сквозь рев шторма доносится истошный вопль.)

Чума им в глотку! Как завывают! Почище бури и всей нашей братии! Опять? Чего вам здесь еще? Вот все сейчас побросаем – и разом на дно! Так, что ли? Твердо решили утопиться?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Да чтоб тебе, пес ты безжалостный, холерой поперхнуться!

Боцман, изображаемый Мирандой

Охотно. А вы тогда работайте за меня!

Антонио, изображаемый Просперо

Издеваешься, сукин сын? Да ни один из нас в жизни горшка за собою не вынес! Лучше смерть! Зато храбрости нам не занимать и потонуть мы не боимся. Не то, что ты – дерешь себе горло, чтобы поджилки меньше тряслись?

Гонзало, изображаемый Мирандой

Нет, ручаюсь вам, с этим висельником на борту корабль ни за что не потонет, будь он даже слабее ореховой скорлупы и с такой же пробоиной, как у шлюхи распоследней!

Боцман, изображаемый Мирандой

На бок ее положи! На бок! К морю задом! Еще на две! Перекладывай суку! Разворачивай!

Матросы, изображаемые Просперо и Мирандой

Все кончено! Молитесь. Мы погибли!

Боцман, изображаемый Мирандой

Холодное нам, значит, на десерт?

Гонзало, изображаемый Мирандой

Король и принц уж молятся усердно.

Давайте тоже, ибо мы на сцене

И в пьесе той же самой, что они.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Я не в себе…

Антонио, изображаемый Просперо

Мы все там скоро будем

По милости вот этой банды пьяниц!

Из-за твоей халтуры, негодяй!

Эй, слышишь, боцман? Чтоб ты захлебнулся

И вынырнул! И так двенадцать раз!

А после все же насмерть!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Невозможно.

Его повесят, я вам говорю.

Повесят точно, даже вопреки

Любой из миллиардов горьких капель,

Что нас теперь готовы поглотить.

Просперо и Миранда, другими голосами

Помилуй, Бог. Мы тонем, тонем, тонем!

Прощай, жена! Навек прощайте, дети!

Прощай, мой брат! Ко дну, ко дну идем.

Антонио, изображаемый Просперо

Ко дну идем, но вместе с королем.

Себастьян, изображаемый Мирандой

А стало быть, пора и с ним проститься.

Гонзало, изображаемый Мирандой

С какой охотой я теперь обменял бы тысячу фарлонгов моря на единственный акр негодной землицы, вересковой пустоши, или там поросшей бурым дроком… Будь что будет, а лучше бы умереть сухой смертью.

Сцена 2

Миранда будто бы пытается удавиться, пристроив веревочную петлю на крюк в стене. В «последний момент» Просперо, обхватив ее за ноги, не дает свершиться «самоубийству».

Миранда

Оставь меня! Когда своим искусством

Ты в море поднял хладные валы,

Подобно перевернутому небу,

На землю низвергающему огнь,

Штурмующие небо в страшном реве, —

О, Господи! моя не меньше боль,

Чем тех существ, что правя расторопно,

В борьбе за жизнь – на смерть вели корабль

И с воплем разом канули в пучину,

Отчаяньем мне сердце надорвав, —

Когда все это ты сейчас устроил,

Не в силах я на белом свете жить,

Лишенная единственной опоры…

Пусти меня, чудовище!

(Из последних сил пытается оттолкнуть Просперо.)

Просперо

Уймись!

И передай чувствительному сердцу,

Что смерти нет и зло – лишь тень добра.

Миранда

О, скорбный день!

Просперо

Я злого ничего

Не сделал – все одной тебя лишь ради,

Тебя, моя кровиночка, которой

Неведомо, кто я на самом деле,

Кому я – просто Просперо, отец,

Пещеры жалкой чокнутый хозяин…

Миранда

О чем ты? Кто ты? Большего вместить

Мой ум не мо…

Просперо

Теперь настало время

Открыть тебе всю правду. Помоги

Тебя из этой вынуть передряги!

(Просперо поднимается и, продолжая удерживать Миранду, перерезает веревку. Оба падают и продолжают разговор, лежа на полу. Просперо осторожно снимает петлю с шеи Миранды и с отвращением кидает от себя веревку.)

Ползи, змея, укройся в подлый мрак!

Пока я жив, твоя бессильна хватка.

А ты, мой ангел, слезы осуши:

Тебя так поразившее крушенье —

Иллюзия, что вызвал волшебством

Я из кристаллов натрия и йода.

Все спасены. Никто не утонул.

Ни волоса с голов их не упало.

Сядь, девочка, и выслушай меня.

Узнаешь ныне все.

Миранда

Но ты и прежде

Не раз хотел раздернуть предо мной

Завесу тайн… Да только не решался,

Пробормотав: «Не время…»

Просперо

Пробил час.

Приблизилась для истины минута.

Будь осторожна! Помнишь времена

До нашего пришествия в пещеру?

Да нет, едва ли! Не было тебе

Трех лет, когда…

Миранда

Конечно же, я помню.

Просперо

Но что? Иные стены? Голоса?

Что именно, скажи мне…

Миранда

Сладкой дреме

Подобны этой памяти шаги

В густых и теплых сумерках былого,

Где нежат и баюкают меня

Четыре или пять надежных женщин…

Просперо

Их было больше, милая… Но как

В младенческой душе ты удержала

Извне в нее упавшее зерно

Несуетных и блеклых впечатлений?

Быть может, память девичья хранит

И наш с тобой приезд на этот остров?

Миранда

Мне кажется… Нет, дальше – тишина.

Просперо

Двенадцать лет назад, моя Миранда,

Отец твой был миланский герцог и…

Миранда

Что значит был? А ты отцом мне не был?

Просперо

Не думаю, чтоб матушка твоя,

Покойница, живая добродетель,

Лгала мне в том, что ты – мое дитя,

А мне она была супругой верной,

А твой отец был герцогом миланским,

А ты принцессой…

Миранда

Ах ты, Боже мой!

Какою же мы кривдой или правдой

Здесь очутились?

Просперо

Вместе то и то:

Оттуда были изгнаны неправдой,

Но правдою сюда водворены.

Миранда

Вновь сердце сжалось – от одной лишь мысли,

Что боль тебе былое причинит,

Которое в моем сознаньи стерто…

Но что же делать… Ладно, продолжай!

Просперо

Антонио, мой брат родной, твой дядя

Мне вероломным сделался врагом,

Невероятно – тот, кого любил я

Всех в мире крепче, кроме лишь тебя,

Кому доверил дело управленья

И высшие политики ходы,

Меж тем как сам в науку погрузился,

Ища ответа в тайных письменах

На самые заветные вопросы

Измученной незнанием души,

Твой лживый дядя… Слушаешь?

Миранда

Конечно!

Блуждает взор, но слух мой – на посту.

Просперо

Твой дядя наловчился в совершенстве

Капризным просьбам подданных внимать,

А после их обкладывать за это

Колодками немыслимых долгов,

Себе служить вменяя за проценты.

Он вовремя и точно выбирал,

Кого предать лишениям и казни,

Кого вдруг одарить и приласкать,

И сворою, себе послушной, сделал

Меня боготворивших всех моих

Сотрудников в любви и процветаньи.

Подобно ядовитому плющу,

Обвил он цепко ствол моей державы

И высосал… Миранда, ты не спишь?

Миранда

Я слушаю.

Просперо

Внемли мне, умоляю!

В ту пору я зарылся с головой

В науку многих сотен поколений,

Уверенный, что так увижу свет

В конце земного страшного туннеля

И стану чем-то вроде божества

На пике совершенства, и блаженство,

Немыслимое прежде, снизойдет

На жизнь мою из выси беспредельной…

А все свои житейские дела

Препоручил я брату, вероломство

В нем породив доверием своим,

И вырастил, как ласковая мать,

Не зрящая причины омерзенья,

Что всем вокруг уродливый приплод

Внушает, я на собственной груди,

Предательство, чьи тайные масштабы

Доверчивости были сообразны,

Воистину не знающей границ!

Беспутная слепая вера в брата

Его столкнула с разума скалы

В трясину забродившего тщеславья,

И он решил, там совесть утопив,

Что герцог – он, а я – ему помеха,

Не более… Но ты опять меня

Не слушаешь!

Миранда

Да нет же, ты сказал,

Что герцог – он, а ты – ему помеха.

Могла бы излечить и глухоту

История твоя…

Просперо

Так вот, однажды

Уж брату показалась жалкой роль,

Что я ему назначил благосклонно.

Он жаждал полновластья, и Милан

Как девку сутенер, бесстыдно продал,

Неаполя поклявшись королю

Служить мечом и данью ежегодной

Его казну усердно пополнять,

Отечество до нитки обирая.

Миранда

О, Господи!

Просперо

Я сам не знаю, как

Так брат мог далеко упасть от брата,

А стало быть…

Миранда

Я к бабушке моей

С почтением – обязана отметить,

Что чрево доброе рождает иногда

Уродов…

Просперо

И к тому ж еще добавим:

Неаполя помянутый король

Милану был всегда врагом заклятым.

Не мудрено, что с радостью он внял

Антонио предательскому плану —

И тот в глухую полночь отворил

Врагу Милана крепкие ворота…

Была недолгой битва, оттого

Что можно было счесть уже по пальцам

Одной руки сторонников моих,

Стоявших насмерть с наспех обнаженной

Каленой сталью верных мне клинков.

Своим числом легко побив героев,

Предатели изгнали нас с тобой

Оплакивать судьбу свою в чужбине.

Миранда

Увы, не помню тех моих я слез,

Зато теперь я плачу непритворно

В тени твоих речей…

Просперо

Но я еще

Не все тебе открыл и от событий

Былых тебя обязан привести

К сегодняшнему делу, а иначе

К чему все муки?..

Миранда

Если было так,

Скажи мне, почему нас не убили?

Просперо

Вопрос отличный! Что ж, отвечу так:

Убить нас не посмели, ибо знали

Что может всенародная любовь

Ко мне – жестоким бунтом обернуться

И кровью их заставить заплатить

За нашу кровь, пролитую безвинно.

Вот почему поспешно и тайком

От берега отплыв миль семь иль восемь,

Нас на воду спустили с корабля,

Со скарбом погрузив в худую шлюпку

Без паруса и весел, и судьбе

В одной упряжке с дикими волнами

И буйным ветром, плачущим навзрыд

В ответ на наши жалобы и вздохи,

Доверили…

Миранда

Наверно, я тебе

В том плаваньи, увы, была обузой?

Просперо

Нет, ангелом, о девочка моя,

Хранителем моей несчастной жизни.

Улыбкой изумительной своей

Ты чудом шторм и тучи разгоняла

И на море, и на сердце моем,

Легко внушая мужество и веру

В спасение…

Миранда

В спасение? Но как?!

Просперо

По воле Божьей, добрым провиденьем…

Был хлеб у нас и пресная вода

Щедротами советника Гонзало,

Что был своим назначен королем

Отправку нашу по морю устроить

И нас холстом и спичками снабдил,

Бельем и… словом, всем необходимым,

К тому ж, из человечности своей

И зная, как люблю свои я книги,

Он передал мне лучшие тома,

Те самые, что более ценю я,

Чем герцогство…

Миранда

Ах, если б увидать

Того Гонзало…

Просперо

Может, и увидишь.

Итак, в итоге горестей морских

Мы прибыли на этот злачный остров,

Где я тебя прилежно воспитал

И обучил старательно наукам,

От коих избалованных принцесс,

В любом краю приваженных к безделью,

Пожалуй, затошнило бы…

Миранда

За все

Благодарю, а все же объясни мне,

Зачем на бедных странников наслал

Ты эту бурю?

Просперо

Я тебе отвечу.

Причудливый Фортуны поворот,

Ко мне теперь, как видно, благосклонной,

Привел на счастье к этим берегам

Всех недругов моих одновременно.

В зените став, зеленая звезда

Вчерашним утром путь мне осветила,

И голос был пророческий: «Ступай

И действуй, не колеблясь, ибо ныне

Твоею волей сбудутся мечты,

А если этот случай ты упустишь,

Кляни потом себя». Ну, вот и все.

Теперь усни, усни, моя Миранда,

Глубоким и целебным будет сон.

(Миранда закрывает глаза и делает вид, что заснула.)

Эй, Ариэль, ко мне, ко мне скорее,

Сюда, слуга мой ветреный, сюда!

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Привет тебе, могучий повелитель!

Я здесь, и я готов тебе служить —

Лететь и плыть, в огонь нырять и мчаться

На облаках: послушен Ариэль

Во всей красе – любым твоим приказам.

Лишь намекни.

Просперо

Скажи-ка, шустрый дух,

Ты сделал бурю точно, как велел я?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

По всем статьям!

Корабль атаковал я королевский —

Сначала на нос, с носа – на шкафут,

На палубу, на мостик, по каютам,

Тут – пламенем, там – искрами взорвусь,

А то рассыплюсь сотней головешек

И полыхаю в сотне разных мест —

На мачте, на нок-рее, на бушприте,

Юпитеровых молний, чьи броски

Предвестьем грома вспарывают небо,

Проворнее. Куда там! Пламя, треск,

Звериным рыком серные потоки

Нептуна всполошили самого,

Валы его в позорный ввергнув трепет!

Трезубец-то его, и то дрожал

От ужаса…

Просперо

Мой храбрый дух, скажи-ка,

Кто был на корабле в несчастье тверд

Настолько, чтобы слушаться рассудка

И действовать спокойно?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Ни один.

Объятые безумья лихорадкой,

Послушные отчаянья толчкам,

Все, кроме моряков, кидались в пропасть

Соленой пены за борт корабля!

А прежде всех пошел вниз головою

Сын короля красавец Фердинанд

С лицом, гримасой страха искаженным,

И с волосами дыбом, будто дым,

Вопя истошно: «Пусто в преисподней!

Все черти здесь!»

Просперо

Отлично, дух мой верный!

Но берег близко был?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Да в двух моих шагах!

Просперо

И все спаслись?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Живехоньки, хозяин!

И даже в платье чистом и сухом

И несколько, пожалуй, посвежевшем.

Я порознь их на кучки раскидал

По острову, а принца Фердинанда,

Как ты велел, оставил одного —

На берегу оплакивать пустынном

Неаполя несчастную судьбу.

Он, кстати, тут сидит неподалеку,

Вот так лицо руками обхватив.

Просперо

А сам корабль и вся его команда?

Как поступил ты с ними и куда

Послал остатки флота?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Судно в гавань

В сохранности завел глубокой ночью

И скрыл от взоров смертных, окропив

Бермудскою волшебною росою,

А всю команду в трюмах усыпил:

Пускай вдали от страхов пограничных

И рабских выживания забот

Вкусят эфир заоблачных видений,

В то время как, пройдя сквозь бурю, флот

Без флагмана плывет домой в Неаполь

С печальным заблужденьем, что король

В утопленники намертво зачислен

Фортуною…

Просперо

Отлично, Ариэль!

Но я тебе еще задам работу.

Который час?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

К полудню, может быть…

Просперо

Уж три часа наверно пополудни!

Мы бережно использовать должны

До вечера отпущенное время!

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Опять труды? Позволь мне, господин,

Пока еще задачу не назначил,

Напомнить обещание твое…

Просперо

Опять капризы! Что ж ты у меня

Потребовать иль выпросить намерен?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Свободу.

Просперо

Раньше срока? Ни за что.

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

О, умоляю, вспомни, разве я

Плохим слугою был? Движеньям воли

Твоей послушен, всюду успевал,

Не прятался, не лгал, не ошибался,

Ни ропота, ни жалоб! Так убавь,

Как обещал, мой срок…

Просперо

Забыл ты, видно,

Чем вечно мне обязан будешь…

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Нет.

Просперо

Забыл, забыл. И кажется чрезмерно

За то великой платой – иногда

Моим веленьем прянуть в стратосферу,

Взболтать на дне морском летучий ил,

Наперекор полярным резким вихрям

Промчаться вкруг земли иль, будто нож,

В ее вонзиться чрево ледяное?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Да нет же…

Просперо

Да, конечно, ты забыл

Вонючую колдунью Сикораксу,

Что скрючилась в уродливый овал

От старости и злости…

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Помню, помню!

Просперо

А вот скажи, к примеру, мне тогда,

Где ведьма родилась? Ну, что?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

В Алжире.

Просперо

В Алжире? Да. Я должен каждый раз

Тебе напоминать, как Сикораксу

За козни мерзкие и злую ворожбу,

Во вред невинным, с треском из Алжира

Изгнали, непонятно для чего

При том в живых оставив?

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Помню, хватит.

Просперо

Сюда ее спустили моряки,

Каргу голубоглазую с ублюдком,

А ты ходил в невольниках у ней,

Но, будучи созданьем деликатным,

Не мог ее приказы выполнять,

Исполненные вони, грязи, крови,

Пропитанные желчью низких душ

И подлыми животными страстями.

Колдунье гнусной преданно служа,

Тебя другие духи засадили

За это в расщепленную сосну,

Где ты был обречен стенать от боли

Двенадцать лет. Но скоро, как назло,

Колдунья сдохла. Опустел сей остров.

И тщетно ты на помощь звал и выл

Под пыткой нескончаемой, как воют

На мельнице с чертями жернова.

Никто не слышал, кроме…

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Калибана.

Просперо

Да, ведьминого выблядка, того,

Что ныне мне покорен, злобный дурень!

Твоим мученьям был он только рад.

Ты позабыл в каком тебя я виде

Тогда нашел? Ты сутками стонал

Так жалобно, что волки и медведи

Поджав хвосты попрятались и лишь

Пытались подвывать тебе ночами.

Я расколол заклятую сосну

И выпустил…

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

О, добрый мой спаситель!

Просперо

А станешь мне перечить, загоню

В дуб вековой, и в нем еще двенадцать

Провоешь зим!

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

Хозяин, пощади!

Любой приказ послушно я исполню.

Просперо

Исполни – и с вечернею зарей

Лети на волю!

Ариэль, изображаемый Мирандой, делающей вид, что спит

О, великодушный!

Что сделать мне? Скажи, что сделать мне?

Просперо

Морской дебелой нимфой обернувшись,

Явись опять, но мне лишь на глаза,

Невидимый профанам. Живо, живо!

(Обращается к Миранде, перестающей изображать Ариэля.)

Пора моя красавица, восстань

От сладких снов!

Миранда

Меня рассказ твой дивный

Как тяжестью, приятно придавил.

Просперо

Скорее скинь ее! Зову я Калибана.

Миранда

Уже? Опять! Ты знаешь ведь, что мне

Противно видеть этого…

Просперо

Что делать!

Он нужен нам. Таскает он дрова,

В остывшем очаге огонь разводит…

Да мало ли… Эй, слышишь? Калибан!

Ничтожество! Говна кусок! В молчанку

Задумал что ли с нами ты играть?

Просперо, голосом Калибана

И без меня там дров у вас хватает!

Просперо

Добром не хочешь – силой притащу!

Идешь иль нет?

(вдруг увидав в Миранде Ариэля, преобразившегося в морскую нимфу)

Мой нежный Ариэль,

О, нимфа! Дай тебя я поцелую…

Нет, лишь приказ мой на ухо шепну.

Ариэль в образе морской нимфы, изображаемый Мирандой

Все в точности исполню, повелитель.

Просперо

Эй, гнусный раб! Эй, ведьмино отродье,

Засеянное дьяволом самим

В срам, устали не знающий, иди же,

Сюда сию секунду, а не то…

Выражение лица, осанка и характер движений Просперо меняются на глазах.

Калибан, изображаемый Просперо

Да чтоб роса поганая, что мать

Пером вороньим с топи собирала,

На вас обоих пала и в лицо

Вам с падали бы дунул южный ветер

И разукрасил сотней волдырей!

Просперо

За эту речь, ты можешь быть уверен,

К тебе я нынче ночью подпущу

Свирепых духов слаженную свору,

Зудящих, как осиное гнездо,

Безжалостно язвящих все живое,

А ты, замечу, все еще живой!

Калибан, изображаемый Просперо

Я есмь и должен чем-нибудь кормиться

На острове, что честно получил

От матери моей, от Сикораксы,

А вы его украли у меня!

Сперва меня ласкали и кормили,

Водой поили сладенькою, ну,

Зачем-то научили, как зовется

Большой огонь, горящий в небе днем,

И как – поменьше, тот, что светит ночью.

Я сдуру полюбил вас и открыл

Свои богатства – копи соляные,

Поляны ягод, свежие ключи, —

Все отобрали, сделав подчиненным

Того, кто сам себе тут был король!

От острова всего мне уделили

Один холодный камень…

Просперо

Лживый раб!

Тебе добро не внятно – только порка!

Тебя в свое жилище я пустил

С сердечностью… А чем ты мне ответил?

Попыткой обесчестить дочь мою!

Калибан, изображаемый Просперо

Ох, ох, ох, ох! Да жалко, что не вышло!

Чего такого? Трахались бы с ней

Мы каждый день и быстро б населили

Весь остров Калибанами.

Миранда

Подлец!

Тебя я привечала, как родного,

Работать научила, говорить

Взамен тупого дикого мычанья.

Теперь ты мог бы пользу приносить

И ясно выражать, чего желаешь,

Людским благопристойным языком.

Так нет же, нет! Бессильно воспитанье!

Природы злой ему не изменить.

Вот почему держать тебя на скалах

Приходится, подальше от жилья,

Лишь изредка…

Калибан, изображаемый Просперо

И что, что научила

По-вашему меня ты говорить?

К чему мне это? Разве что проклятья

Вам посылать на вашем языке!

И то паршиво! Слов-то не хватает.

Вот, как, скажи к примеру, называть

Мне эту штуку? Морщишься? Краснеешь?

А это что? А это? Это – как?

Ну, умники!

Просперо

Ты кончил? За работу!

А я тебе всегда ее найду.

И если не послушаешься, станешь

Испорченную волю проявлять,

Тебя вгоню я в старческие спазмы,

В тиски, в тиски, в бессилия загон,

Раскаяньем, постом и средним родом…

Цикорием!

Калибан, изображаемый Просперо

Не надо, пощади!

Я поневоле должен подчиниться

Тому, при ком и бог мой Сетебос,

Могучий бог, вассалом робко служит.

Просперо

Бери бревно и вон отсюда, раб!

Просперо перестает изображать Калибана. Миранда изображает Ариэля.

Ариэль, изображаемый Мирандой

(поет)

Шагом, с пятки на носок,

Выходите на песок —

Целоваться-обниматься,

С милкой миленькой милок.

Волны в море улеглись,

Вот и ты со мной ложись,

Поваляемся часок…

Слышишь феи голосок?

Просперо

(подпевает эльфийским голосом)

Всюду только: гав-гав-гав! —

Лают псы сторожевые. —

У-у! У-у! Гав-гав-гав!

Ариэль, изображаемый Мирандой

Тише, тише! Слышишь? Вот

Кукареку! – петух поет.

Фердинанд, изображаемый Просперо

Откуда музыка? С высот? Из глубины?

Теперь утихла. Зазвучит ли снова?

Похоже, это гимны божеству

Какому-нибудь здешнему. Сидел я

И плакал на пустынном берегу

О короле, отце моем, погибшем

В свирепых и прожорливых волнах,

Как вдруг раздался этот странный голос

И в сердце мне, как лезвие, проник

И вырезал из боли наслажденье,

И, зацепив бесхитростным крючком,

Повлек сюда. И смолк… Но вот он, снова!

Ариэль, изображаемый Мирандой

(поет)

Отец твой в темной глубине

И день, и ночь лежит на дне,

И соль из вод в себя впитал

И стал скелет его – коралл;

Сожрав жемчужные белки,

В глазницах мечутся мальки;

По капле в час, по волоску

Добычей станет он песку.

Твой плач и тихий звон – о ком?

Динь-дон! – о чудище морском.

В непостижимой глубине

Король уснул – динь-дон – на дне.

Во сне, увы, не слышит он

Тритонов похоронный звон:

Динь-дон, динь-дон, динь-дон, динь-дон…

Фердинанд, изображаемый Просперо

Об утонувшем песенка отце

Напомнила. Нет, это не земные —

Скорей потусторонние дела!

Пожалуй, я во власти фей и духов…

Просперо

(Миранде)

Разуй свои прекрасные глаза!

Смелей, смелей! Кого теперь ты видишь?

Миранда

Еще один. И взор его горяч,

И тело складное! Но он – бесплотный призрак.

Просперо

А вот и нет! Во всем подобен нам,

Он ест и спит и… прочее. Он смертен,

А значит, жив, не хуже нас с тобой.

Когда бы не ужасное крушенье,

Что пережить бедняге довелось,

Когда б не скорби тягостные тени,

Лежащие на лбу и на щеках,

Его ты без раздумий назвала бы

Красавцем…

Миранда

Я и так могу, поверь,

Сказать во всеуслышанье что это —

Божественно прекрасный человек

И прежде я такого не видала!

Просперо

(вдруг увидав в Миранде Ариэля)

Ты все исполнил, дух, мой славный дух,

Как я задумал. Вечером – свобода!

Фердинанд, изображаемый Просперо

А, ясно, ясно! Вот богиня та,

Кому здесь гимны только что звучали!

Готов повиноваться и служить

Любым твоим капризам!

Миранда

Неужели?

Фердинанд, изображаемый Просперо

Но прежде, умоляю, объясни,

Как я попал на этот дивный остров?

Нет-нет, отставить! Есть вопрос больней:

Ответь мне, кто ты, диво иль девица?

Миранда

Кому-то это чудом из чудес

Покажется… Что делать, я – девица,

Когда тебе угодно…

Фердинанд, изображаемый Просперо

Мой язык?

Я – первый среди тех, кому понятна

С рожденья эта речь. Но где же я?

Где я теперь, о Боже?

Просперо

Как? Ты – первый?

А если бы Неаполя король

Тебя услышал, стал бы ты которым?

Фердинанд, изображаемый Просперо

Хотел бы – третьим, пятым, сто вторым!

Но остаюсь все тем же я к несчастью —

И странно слышать здесь о короле…

Увы, король теперь нас тоже слышит,

Но ничего не в силах изменить.

Он утонул. Я – сын его, и ныне

Не он, а я – Неаполя король.

Миранда

Какое горе!

Фердинанд, изображаемый Просперо

Да, и вместе с ним

Пошли на дно придворные и герцог

Миланский, и отважный капитан,

и боцман, безобразный матерщинник,

и все матросы, сто семнадцать душ:

Джузеппе, Боб, Джованни, Бьенвенутто,

Рене, Хосе, Уильям, Адриан,

Юсуф, Су Ань…

Просперо

Достаточно! Довольно!

Сказал бы я тебе, чего ты сто…

Но после, после… С первого же взгляда

Как вспыхнули они! Мой Ариэль,

Свобода близко. Сэр, всего два слова:

Боюсь, что самозванец ты и лжец!

Миранда

Зачем ты так? Ах, если бы остался,

Кого ты в самозванцы записал,

Со мной на час, его бы я сумела

К себе навек любовью привязать,

Мне кажется…

Фердинанд, изображаемый Просперо

О, если ты – девица

И до сих пор у нежности твоей

Предмета нет, законной королевой

Неаполя я сделаю тебя!

Просперо

Ну-ну полегче! Сэр, еще два слова.

(Натянем-ка потуже свежий лук

Их обоюдной страсти, чтобы дальше

Ушла любви горящая стрела.

Запретом подсластим итог желаний

И сдобрим вожделение борьбой.)

Еще два слова: я вполне уверен,

Что прикрываясь именем чужим,

Ты как шпион проник на этот остров,

Меня сместить надеясь!

Фердинанд, изображаемый Просперо

Нет, клянусь!

Миранда

Как может зло гнездиться в этом храме?

Ну, разве что и вправду от добра

Его ничто уже не отличает!

Просперо

Пошли со мной! А ты меня не смей

Еще просить за этого каналью!

Ему я к шее ноги прикую,

Заставлю пить одну морскую воду,

А есть – траву и мидии сырые,

И скорлупу изгнивших желудей.

Идем же!

Фердинанд, изображаемый Просперо

Нет, так просто я не дамся!

Врагу придется силой доказать,

Что он, что я…

(Делает такое движение, будто приставляет к горлу Просперо меч.)

Миранда

(хватая его за руку)

Отец, я умоляю!

Он выдержал вполне экзамен твой

И доказал, что смел и простодушен.

Просперо

Что слышу я? Меня моя нога

Учить решила? Спрячь свой меч, изменник!

Ударить смело совесть не дает?

Я прутиком тебя обезоружу

В два счета!

Миранда

Пощади его, отец!

Просперо

Да отпусти же ты мою штанину!

Миранда

Тебе порукой стану за него!

Просперо

Молчать, негодница! Еще хотя бы слово,

И ненависть во мне ты разожжешь

Из искры гнева. Тоже мне, нашелся

Для негодяя – в юбке адвокат!

Подумай-ка, ты в жизни не видала

Других людей: лишь он да Калибан.

Так он, поверь, не краше Калибана

На фоне прочих, ангелов пред ним.

Миранда

Мне ангелов не надо, я согласна

Его уродство взять за красоту.

Просперо

Пойдем, смирись. Теперь ты – как младенец:

Хоть заорись, а драться – слишком слаб.

Пойдем, пойдем!

Фердинанд, изображаемый Просперо

И правда что, бессилен!

Как будто сплю, иль в теле я чужом…

Но это наваждение и горе

Всех давешних потерь моих – пустяк!

В тюрьму? Пойду охотно, если только

Надежда есть, что буду каждый день

Я видеть эту девушку сквозь прутья,

И мне дороже всех красот Земли

Тюрьма такая.

Просперо

Все идет по плану!

Иди за мной! Отлично, Ариэль!

Склонись, еще чего тебе шепну я…

Идем, подлец!

Миранда

Ты слышишь ли меня?

Стой на своем! Отец по жизни мягче.

Не знаю, что напало на него…

Просперо

Как горный ветер, будешь ты свободен,

Когда исправно выполнишь мои…

Ариэль, изображаемый Мирандой

Все сделаю.

Просперо

Просить за негодяя

Бессмысленно. Все кончено. Идем.

Действие второе

Сцена 1

Просперо и Миранда изображают Алонсо, Себастьяна, Антонио и Гонзало.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Взбодритесь, я прошу вас, государь!

Для радости в любой беде причину

Возможно отыскать. Ведь живы мы,

И это ли не чудо? Ежедневно

В морской пучине сотни моряков

Находят смерть, и только единицы

Похвастать могут, кое-как доплыв

До берега какого-никакого,

Что их, как видно, буря не берет,

А их тела глубинам не по вкусу.

Мы – из таких!

Алонсо, изображаемый Просперо

Помилуй, замолчи.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Ему теперь утешения – все равно что холодная овсянка.

Антонио, изображаемый Просперо

Однако старик, похоже, не отвяжется от короля, пока у него эта каша из ушей не полезет.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Гляньте-ка, чего это он так часто вздыхает? Будто заводит куранты своего остроумия… Вот-вот – или бить начнут, или пружина лопнет!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Государь…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Раз! Не сбиться бы со счету.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Если всякому горю так отдаваться, то отдающийся рискует получить…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Мешок овсяной муки.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Не муки, а муки. Если не считать мешка и ударения, вы выразились точнее, чем рассчитывали.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Нет, это вы погрузились глубже, чем я копал.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Таким образом, государь…

Антонио, изображаемый Просперо

Как образно он выражается.

Алонсо, изображаемый Просперо

Оставь меня!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Если угодно, я умолкаю. А все-таки…

Себастьян, изображаемый Мирандой

А все-таки он будет говорить.

Антонио, изображаемый Просперо

Держу пари, что выдержит в тишине минуту.

Себастьян, изображаемый Мирандой

А я верю в невоздержанность старого петуха.

Антонио, изображаемый Просперо

А я – в его петушиную, то есть нечеловеческую выдержку. К тому же старый – значит выдержанный.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Так бьемся об заклад?

Антонио, изображаемый Просперо

Вот умора! Ладно, по рукам.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Засекаю.

Гонзало, изображаемый Мирандой

К тому же, хотя на первый взгляд этот остров кажется пустынным…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Ха-ха-ха!

Антонио, изображаемый Просперо

Ты выиграл, получай.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Необитаемым и даже неприступным…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Тем не менее…

Гонзало, изображаемый Мирандой

Тем не менее…

Антонио, изображаемый Просперо

У него этих «тем не менее» так много, что льются через край.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Здесь повсюду ощущается едва уловимая, утонченная и нежная умеренность…

Антонио, изображаемый Просперо

Умеренность была девахой нежной.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Да, и притом утонченной, как нам, неучам, только что ученый доложил.

Гонзало, изображаемый Мирандой

В дыхании ветерка ощущается сладость…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Оттого, что легкие у него сгнили.

Антонио, изображаемый Просперо

Или он обрызгал себе усы туалетной, то есть болотной водой.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Здесь имеется все для того, чтобы выжить…

Антонио, изображаемый Просперо

И ничего для того, чтобы жить.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Какая пышная и крепкая трава! Какая зеленая!

Антонио, изображаемый Просперо

На трупах и говне всегда такая.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Ну, это суть, а явление выражено точно: какая зеленая… тоска!

Антонио, изображаемый Просперо

Да, он не вполне заблуждается.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Не вполне, не вполне. Заблуждается он по частям. А вполне – полную чепуху городит.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Но самая удивительная вещь, то, что кажется почти невероятным…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Как большинство удивительных вещей.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Так это наши одежды! Они не только не испорчены морской водой, но выглядят с иголочки, будто и не бывало этой ужасной бури.

Антонио, изображаемый Просперо

Вот если бы эту речь его карман произнес, я, пожалуй, поверил бы ему.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Кому? Карману? Впрочем, неважно. Оба могут оказаться лгунами.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Платья словно вернулись в тот день, когда мы в них первый раз нарядились – в Африке, собираясь на свадьбу дочери нашего короля принцессы Кларибели с королем Туниса.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Свадьба была что надо! И возвращение вполне благополучно!

Гонзало, изображаемый Мирандой

На что это вы намекаете? Тунис никогда прежде не видывал в роли своей королевы такого совершенства, как наша Кларибель. Никогда, со времен вдовствующей Дидоны.

Антонио, изображаемый Просперо

Вдовствующей – кого? И почему вдовствующей? Вдовствующая Дидона! Вот это номер.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Обыкновенное дело. Вдовствующая Дидона, вдовствующий Эней… Какая вам разница, ей-богу!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Погодите, погодите… Я и впрямь, кажется, напутал. Дидона, она ведь была из Карфагена, а не из Туниса.

Антонио, изображаемый Просперо

Да что вы говорите! Из Карфагена? Ой-ой-ой!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Да, вроде бы из Карфагена. Точно! Из Карфагена!

Антонио, изображаемый Просперо

Так я вам доложу, сэр: этот самый Тунис в древности был Карфагеном.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Вот оно что! А не ошибаетесь ли вы?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Можете вполне доверять его слову, сэр. Его слово сильнее волшебной арфы. Не только стены рушит, но и дома строит, и даже целые города и страны.

Антонио, изображаемый Просперо

Карфаген, он ведь что? Правильно, должен быть разрушен. А на его месте должен быть построен… кто?

Гонзало, изображаемый Мирандой

Тунис?

Антонио, изображаемый Просперо

Вот. А вы боялись…

Гонзало, изображаемый Мирандой

Совсем запутали старика! (К Алонсо) Ваше величество! Мы тут только что говорили о том, что наши одеяния удивительным образом свежи, как в день свадьбы вашей дочери, ныне королевы Туниса.

Антонио, изображаемый Просперо

Причем прекраснейшей изо всех когда-либо там правивших королев.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Умоляю вас, исключите вдовствующую Дидону!

Антонио, изображаемый Просперо

О, да, разумеется, за исключением вдовствующей Дидоны.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Не правда ли, мой камзол столь же свеж, как и в тот день, когда я впервые его надел… некоторым образом…

Антонио, изображаемый Просперо

Как удачно вынырнул этот некоторый образ!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Надел его в день свадьбы вашей дочери…

Алонсо, изображаемый Просперо

Как много слов вы сыплете мне в уши,

Уму невмочь их все переварить!

О свадьбе что-то… Лучше б этой свадьбы

Не затевал я! Все из-за нее!

Лишился я и дочери, и сына.

Она теперь ужасно далеко —

Пока я жив, навряд ли снова ступит

На улицы Неаполя. А сын…

Какой теперь диковинной он рыбе,

Кто скажет мне, достался на обед?

Гонзало, изображаемый Мирандой

Мой государь, он жив еще, возможно!

Его я видел в яростных волнах.

Принц не сдавался, крепкими руками

Уверенно он воду разгребал

И голову держал над шумной пеной,

А берег между тем уж близко был

И как бы выбегал ему навстречу

Пологою песчаною косой…

Он выбрался!

Алонсо, изображаемый Просперо

Да нет же, он погиб!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Себя благодарите за потери.

Вы дочерью Европу одарить

Не захотели, ради африканца,

Отправили ее подальше с глаз,

Которым в горе слезы лить осталось

До самой смерти.

Алонсо, изображаемый Просперо

Хватит. Замолчи.

Себастьян, изображаемый Мирандой

А как мы все в слезах вас умоляли

И на коленях ползали, прося:

Оставьте нам смазливую принцессу!

Оставьте Кларибель! Она сама

Тайком до рвоты, бедная, рыдала,

Измученная поиском пути

Меж Сциллою дочернего смиренья

И гнусною Харибдой жениха!

Теперь ваш сын, по-видимому, тоже…

Не в Африке, а в смысле – утонул,

И кажется, в Неаполе с Миланом

Теперь не меньше мертвых мужиков,

Чем женщин, чтобы всех путем оплакать.

За это вам спасибо, государь!

Алонсо, изображаемый Просперо

Пожалуйста.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Послушайте, любезный

И столь красноречивый Себастьян,

Мне кажется, могли бы вы помягче

Всю правду королю сказать в глаза,

Ему не растравляя ею рану,

А как целебный пластырь наложив.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Вот сказанул-то!

Антонио, изображаемый Просперо

Очень хирургично.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Вы пасмурны, и все мы, государь

В сердцах имеем скверную погоду.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Ты чувствуешь?

Антонио, изображаемый Просперо

Да, вспучило живот.

Того гляди, подует сильный ветер.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Будь остров мой…

Антонио, изображаемый Просперо

Он всюду б тут посеял…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Просвирник и щавель.

Гонзало, изображаемый Мирандой

О, если б я

Был королем на острове, чего бы

Я не устроил!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Все, но не попойку:

Вина здесь нет.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Урезал бы налоги,

Чтоб сельское хозяйство развивать,

И накормил бы хлебом всю планету.

А там и вовсе б деньги отменил —

И золото, и ценные бумаги.

Что золото? Ему ведь грош цена

На деле-то. Из золота сортиры

Я строил бы. Вот было б хорошо!

Ну что еще? Да все я упразднил бы —

Металлы, масло, хлопок, керосин,

Аренду, ренту, собственность, наследство…

И самый труд! Будь проклят он! А что?

Пускай бы здесь всегда царила праздность!

Себастьян, изображаемый Мирандой

И ты б на пару с праздностью царил?

Антонио, изображаемый Просперо

Конец его утопии не помнит,

Как водится, с чего все началось.

Гонзало, изображаемый Мирандой

В избытке все потребное природа

Давала бы народу моему.

Трудиться вредно. Труд ведет к богатству,

Богатство же – причина вечных войн.

Я запретил бы всякое оружье —

Не только пушки, пики и мечи,

Но даже грабли, вилы и мотыги.

Зачем это? Лежи себе в тени

И дуновеньем ветра наслаждайся.

Захочешь есть – вот спелый ананас,

Наелся – из ручья попей водицы…

Себастьян, изображаемый Мирандой

А узы брачные?

Антонио, изображаемый Просперо

Ну, вот еще! К чему

Они в стране блядей и лоботрясов?

Гонзало, изображаемый Мирандой

История правленья моего

Дала бы фору Золотому Веку!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Откуда бы она ее взяла?

О чем это я? Слава королеве!

Антонио, изображаемый Просперо

Да здравствует ГонзалО! О! Не А!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Ну как вам, государь?

Алонсо, изображаемый Просперо

Дурная шутка.

А впрочем, я не слушал ничего.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Если угодно, я верю вашему величеству, и мне остается утешать себя тем, что послужил этим господам, чьи легкие настолько чувствительны и проворны, что в любую минуту способны заставить своих хозяев смеяться над чем попало и даже вовсе над ничем.

Антонио, изображаемый Просперо

Да мы же над вами смеялись!

Гонзало, изображаемый Мирандой

А я по части дурацких шуток полное ничто перед вами. Так что можете продолжать смеяться над ничем.

Антонио, изображаемый Просперо

Удар ниже пояса!

Себастьян, изображаемый Мирандой

И отнюдь не плашмя!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Вы – господа изумительно резвые, вам нипочем и Луну с орбиты сдернуть, если она вдруг застрянет на недельку-другую.

Ариэль, изображаемый Мирандой, исполняет торжественный гимн.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Это мы запросто: сдернем – и пойдем с фонарем дроздов палками сшибать.

Антонио, изображаемый Просперо

Да ладно, старина, не сердитесь.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Сердиться? Ни в коем случае. Я не намерен рисковать своим и без того болезненным благоразумием. Не отпустите ли еще пару шуточек, чтобы мне заснуть поскорей? Что-то я утомился.

Антонио, изображаемый Просперо

Ложитесь и слушайте.

Алонсо, изображаемый Просперо

Что? Спать в такую рань? А хорошо бы…

Сомкнуть глаза и медленно упасть

Во тьму благословенную, где нету

Ни горести, ни мысли…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Государь,

Не отвергайте сна тяжелой службы,

И сделается легче на душе,

Как только он на время перевесит

Все ваши скорби.

Антонио, изображаемый Просперо

Мы вдвоем, милорд,

Тем временем, покой ваш охраняя,

Бессонно постоим здесь на часах.

Алонсо, изображаемый Просперо

И правда, клонит в сон. Благодарю вас.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Что за дремота странная нашла

На них обоих?

Антонио, изображаемый Просперо

Климата проделки.

Себастьян, изображаемый Мирандой

На нас, однако, он не повлиял…

Я спать не расположен.

Антонио, изображаемый Просперо

Я подавно.

Мой дух бодрей, чем на море рассвет.

А эти двое разом повалились,

Как будто гром с небес их поразил.

Всего лишь спят, а я уже читаю

В картинке этой знаменье судьбы,

И мне воображение рисует

Тебя, достопочтенный Себастьян,

С короной на затылке.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Ты не спишь ли?

Антонио, изображаемый Просперо

А кто с тобой, не спящим, говорит?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Не знаю, но такое ощущенье,

Что мы с тобою грезим наяву.

Иль вот еще, я слышал, так бывает:

С открытыми глазами люди спят,

Притом и говорят они, и ходят,

А все во сне…

Антонио, изображаемый Просперо

Судьба твоя во сне!

А вот теперь бы ей и пробудиться!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Как сильно и как складно ты храпишь…

Антонио, изображаемый Просперо

Я более серьезен, чем обычно,

И если ты без шуток все поймешь,

В моих глазах ты станешь выше втрое.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Прости, но я – стоячая вода.

Антонио, изображаемый Просперо

Ну что ж, я научу тебя теченью.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Давай, учи, а то одни отливы

Внушает мне наследственная лень.

Антонио, изображаемый Просперо

Когда б ты знал, как умысел лелеют —

Смеясь над ним, невидимо дрожат

От вожделенья, как его срывают,

Едва примерив, чтобы вновь тайком

Надеть и вдруг понять: он стал как кожа —

Хорош иль плох, а заживо не снять!

Ты что-то бормотал там про отливы?

Пойди отлей и – баиньки, мозгляк!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Я не стараюсь выглядеть умнее,

Чем есть, и не умею я читать

Чужие мысли в стадии рожденья,

Верней, когда лишь воды отошли.

Нет, правда, объяснись, я умоляю,

Нормальным языком.

Антонио, изображаемый Просперо

Ну, хорошо.

Хотя старик, чья сбивчивая память

Слабей, чем будут помнить про него,

Когда зароют, – только что, ты помнишь,

Едва не убедил тут короля

(То был всего лишь призрак убежденья),

Что сын его до берега доплыл, —

Он мог доплыть (мы оба это знаем),

Как спящие вот эти могут плыть.

Себастьян, изображаемый Мирандой

На то, что выжил принц, я не надеюсь.

Антонио, изображаемый Просперо

О, это «не надеюсь» говорит,

О том, что есть великая надежда,

Которой раньше не было пути,

И в почве самых радужных мечтаний

Не расцвела б. Согласен ты со мной,

Что Фердинанд – покойник?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Да, согласен.

Антонио, изображаемый Просперо

И кто теперь наследник?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Кларибель.

Антонио, изображаемый Просперо

Она ж теперь Туниса королева!

Покуда из Неаполя дойдет

Туда письмо с трагическою вестью,

Успеет солнце двадцать восемь раз

Сгореть дотла, погаснуть и остынуть.

Что солнце! Человеку на луне

Придется слезть по лестнице оттуда,

Которую построить из песка

Пигмеи, ныне дикие, успеют,

Усвоив космогонию и сдав

По высшей математике экзамен,

Который примет, может быть, у них

Великий теософ сэр Айзек Ньютон,

Родившийся семь лет тому назад

И даже бороды себе не бривший…

О парике и вовсе я молчу!

Себастьян, изображаемый Мирандой

О чем ты это? Что за плеоназмы…

Однако да, дочь брата моего —

Действительно Туниса королева,

А собственный наш опыт говорит

О том, что до Туниса путь не близкий.

Антонио, изображаемый Просперо

Не близкий, ох, не близкий! И вопит

Того пути буквально каждый локоть:

«Куда ты, дура, прешься сгоряча?

Одумайся! Сиди себе в Тунисе!»

А я тебе тем более кричу:

Эй, Себастьян, пора тебе проснуться!

Представь, что эти двое здесь не спят,

Но умерли… Им – все по барабану.

А нам с тобой… По чести рассуди

И, если я не прав, скажи мне прямо, —

Вот ты, к примеру, чем ты не король?

А я? Неужто хуже, чем Гонзало?

Язык подвешен так…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Что не сорвать.

Антонио, изображаемый Просперо

И я о том же. Оба мы годами

Под сорок – для политика расцвет!

Ну, ты проникся? Чувствуешь, как строго

Родной Неаполь смотрит на тебя

И требует: «Пора! Пора, товарищ!

Избавь меня от этих недотеп!»

Готов ли ты трудиться беззаветно

Отечеству на благо своему?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Да вроде бы…

Антонио, изображаемый Просперо

Точнее!

Себастьян, изображаемый Мирандой

А в Милане

Ты так же скинул брата своего?

Антонио, изображаемый Просперо

Да! Так! И что? Милану стало хуже?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Не знаю, как-то совестно…

Антонио, изображаемый Просперо

Ах, так!

А где, скажи, мы все бы нынче были,

Будь с совестью всегда и все в ладу?

Вот взял и устыдился твой папаша

Твоей мамаше… Ап! И нет тебя!

Посовестился пахарь в тучном поле

Стегнуть кобылку… Оп! И что нам жрать?

Вдруг убивать солдаты постеснялись —

И нет войны? И денежки тю-тю?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Пожалуй, что…

Антонио, изображаемый Просперо

Пожалуйста! Пожалуй

Три дюйма стали братцу своему,

А я всучу подарок тот же самый

Болтливому советнику, чтоб он

Потом нам под ногами не мешался,

Правозащитник, знаю я его!

Когда ж мы до Европы доберемся,

Эпический изложим вариант —

Как вчетвером мы храбро тут сражались

С оравою свирепых дикарей,

Как пал в сраженьи старец благородный,

Закрыв отважно грудью короля,

Как сам король, отравленной стрелою

Сраженный все же после наповал,

Успел-таки тебе Неаполь вверить,

А мы над ним, рыдая…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Хорошо!

По-моему, Неаполь все проглотит!

Как только отымею я его,

Как ты – Милан когда-то, друг мой верный,

Освобожу от дани я тебя

И сделаю великим фаворитом

С почетным правом, скажем, не вставать,

Пока нужду великую справляю.

Достань свой меч!

Антонио, изображаемый Просперо

О, только после вас!

Ударить лучше нам одновременно,

Чтоб разговоров не было потом,

Кто сомневался, кто не сомневался,

Кто первый, кто второй…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Понятно. Что ж?

Готов ты?

Антонио, изображаемый Просперо

Да.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Но что ж ты рукоятку

Совсем не держишь? Пальчиками взял,

Как ручку детскую…

Антонио, изображаемый Просперо

Ты сам держи покрепче!

По счету три мы оба достаем.

По счету пять, прицелившись, вонзаем.

Идет?

Себастьян, изображаемый Мирандой

Идет. Хотя… постой-постой.

Считать начнешь ты по моей команде.

Не ты, а я тут будущий король.

На старт! Внимание…

Ариэль, изображаемый Мирандой

Предвидел мой хозяин,

Что друг его рискует жертвой стать

Расчетливых убийц. И вот я послан

Предотвратить подкравшуюся смерть,

Подставив неожиданно ей ножку.

Себастьян, изображаемый Мирандой

Считай же!

Антонио, изображаемый Просперо

Раз! Два! Три!

Антонио, изображаемый Просперо хватает за горло Гонзало, изображаемого Мирандой, а Себастьян, изображаемый Мирандой, хватает за горло Алонсо, изображаемого Просперо.

Ариэль, изображаемый Мирандой

(поет)

Проснись и пой, проснись и пой!

Попробуй в жизни хоть раз…

(придушенным голосом)

Вставай, проклятьем заклейменный!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Святые ангелы, спасите короля!

Алонсо, изображаемый Просперо

Кого? Подъем? Всем смирно! Что случилось?

Зачем у вас мечи обнажены?

Чего вы, как еноты на оленя,

Уставились?

Гонзало, изображаемый Мирандой

Да что тут…

Антонио, изображаемый Просперо

Значит, так.

Мы на посту стояли по уставу

И чутко охраняли ваш покой,

Как вдруг раздался рев, или точнее

Ужасный рык…

Алонсо, изображаемый Просперо

Гонзало, ты слыхал?

Антонио, изображаемый Просперо

Да как же, блин, тут было не услышать?

Да, Себастьян? Аж почва затряслась,

И трещины – вот тут – образовались,

Внезапно угрожая разрастись

И всех нас прямиком отправить…

Гонзало, изображаемый Мирандой

Странно.

Мне кажется, я только легкий звон

Слыхал во сне… Но где он был, откуда?

Потом проснулся, глядь – а тут они

Вдвоем нависли с голыми мечами…

Нечисто здесь… А может, нам уйти

Куда-нибудь подальше?

Алонсо, изображаемый Просперо

Все за мною!

Должны мы Фердинанда отыскать.

Вдруг парень жив и с дикими зверями

Вступил в неравный бой…

Гонзало, изображаемый Мирандой

Я ж говорил!

Он жив, как пить дать!

Алонсо, изображаемый Просперо

Ладно. Все мы живы.

Ариэль, изображаемый Мирандой

Раз!

Два!

Три!

Четыре!

Пять!

Принца

все

идут

искать.

Сцена 2

Калибан, изображаемый Просперо

Вся дрянь, что солнце в силах отсосать

Из ям и дыр, болотной полных жижи,

Пускай падет на Проспера, вся мразь

И гнусная зараза! Как приятно

Его мне проклинать, но он за это,

Колдун гадливый, знаю, подошлет

Визгливых духов, чтобы, как стемнеет,

Меня кусать, щипать и щекотить,

Пока я не свихнусь или не сдохну.

Упырь! Убийца! Буду все равно

На голову твою я тьму болячек

До смерти призывать!

(Миранда изображает Тринкуло.)

Ой, ой, идет!

Уже послал какого-то вампира!

Не надо, нет! Не трогайте меня!

(Прячет голову под одеялом.)

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Нету здесь ни деревца, ни кустика, чтобы укрыться от непогоды, а ведь новая буря уже не за горами. Поглядите только на эту тучу: это настоящая бомба, а не туча, бомба с полным зарядом! Того и гляди, взорвется – и вся эта гадость посыплется на мою бедную ничем не прикрытую макушку. Ладно там дождь или даже снег… А если град с голубиное яйцо? А гром и молнии? Ой-ой-ой! Где бы спрятаться-то? Где бы… А это что еще такое, человек или рыба? Пахнет, как рыба, но очень древняя, практически гриб. Да, пахнет скорее, как гриб. И внешне похоже на что-то среднее между рыбой, грибом и человеком. Эх, будь я теперь в Америке (а я там однажды уже побывал), за такое чудо, хотя бы намалеванное на холсте, можно было бы немалые деньги просить в любой галерее. Там ведь как? Нищему в праздник ни цента не подадут, а за поглазеть на, допустим, гранитную бабу с восемнадцатью сиськами или рыцаря из консервных банок и бритвенных лезвий – платят чистоганом. А уж на мертвого индейца – и вовсе с особым смаком пялятся. Но кто ж это на самом деле? Ноги вроде бы человеческие, не хвост, по крайней мере. Да и остальные конечности напоминают скорее руки, чем плавники. Совсем я что-то плохо соображаю… Да и не мудрено, такого страха натерпевшись, рассудок потерять! Нет, это не гриб и не рыба – это островитянин, которого только что молнией убило! А гроза-то снова надвигается! Лучше всего мне залезть под покрывало к этому мертвому бедолаге: молния ведь, как известно, в одно место дважды не попадает. В чью только постель не заводит доброго человека хитросплетение обстоятельств! А что делать, жить-то охота… Ну, так и запах – не беда, и в тесноте – не в обиде.

Тринкуло, изображаемый Мирандой, влезает под одеяло к Калибану, изображаемому Просперо, однако тут же выбирается из-под одеяла и начинает изображать Стефано.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

(поет)

Я от моря убегу, я от бури убегу,

Буду жить, пока могу, и помру на берегу!

Слишком пошлый мотивчик, чтоб человека отпевать. Ну, да вот мое утешение…

(прикладывается к бутылке и вновь принимается петь)

Эй, моряк, ты слишком долго плавал!

Я тебя успела позабыть.

Мне теперь морской по нраву дьявол.

Его хочу любить!

Тоже песенка не ахти. Ну, да вот мое утешение!

(опять прикладывается к бутылке и ныряет под одеяло)

Калибан, изображаемый Просперо

Не мучай меня, о, не мучай!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

(выскочив из-под одеяла)

Что такое? Допился, кажется, до чертиков… Не то до голых дикарей и раскрашенных индейцев. Ха! После того, что со мной только что было, мне и море по колено! Неужто я забоюсь какого-то четверонагого или… как правильно-то? Четвероногого? Недаром про таких, как я, говорят: хоть на четыре ноги опирайся, а на землю не свалишь. И всегда говорили! И будут говорить, пока у меня, как говорится, дух из носу не вышибет!

Калибан, изображаемый Просперо

Дух мучает меня! Ох-о-хо!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Это, видать, какое-то местное чудище о четырех ногах… И, ух ты, эк его колотит! Но – какого черта?! – где это он выучился по-нашему говорить? Вот бы его приголубить, приручить, подлечить как следует, увезти с собой в Неаполь, а там подарить кому-нибудь… Да хоть императору там или президенту – и то не стыдно. Или продать?

Калибан, изображаемый Просперо

Не терзай меня, умоляю. Наломаю я дров, натаскаю!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Бредит, бедолага… У-у-у, какой жар! Дам-ка я ему хлебнуть из моей бутылочки – может, полегчает. Уж если я его вылечу и приручу, кто-то мне за это заплатит! И заплатит сполна!

Калибан, изображаемый Просперо

Пока что ты за меня как следует не взялся, но вот-вот примешься… Вон ты как дрожишь! Это Просперо в тебя входит, чуешь? Чуешь?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Давай, давай полегоньку. Котик, открой ротик… Сейчас ты у меня запоешь от удовольствия! Весь твой жар в момент отжарит. Ну же, не бойся, раздвинь пошире!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Я узнаю этот голос! Но нет, не может быть! Он утонул, а это черти меня морочат, Господи помилуй!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ой, что-то… Четыре ноги, два голоса… Какое деликатное устройство! Передний голос – для задушевной дружеской беседы, а задний – чтобы обложить кого-нибудь с головы до ног! Да я ему всю бутылку споить готов, лишь бы помогло. Аминь. Давай, теперь подставляй другой свой рот.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Стефано…

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Что это? Другой рот зовет меня по имени? Да это не просто чудище – сущий дьявол! Того и гляди, утащит меня в преисподнюю. Ну, я, пожалуй, пойду… Извините, если что не так, не обессудьте и лихом не поминайте.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Стефано, если ты Стефано, потрогай меня и скажи что-нибудь мне, твоему старому другу Тринкуло.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ух, ты! Не может быть. Ну, если ты Тринкуло, тогда вылезай оттуда. Погоди, я тебе помогу – потяну за те ноги, что поменьше. Если какие-нибудь из этих ног – ноги Тринкуло, то это они. И вправду Тринкуло! Очень даже Тринкуло! Как же тебя угораздило влипнуть в этого идиота? Или он что, умеет вот так запросто пускать из себя Тринкулов?

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Да нет, это я тут решил, что его громом поразило. Но сдается мне, ты не утонул, Стефано. Начинаю надеяться, что не утонул. Буря, значит, утихла? А я спрятался под боком у этого мертвого болвана, грозы испугался… Так ты, стало быть, живой, Стефано? Получается, нас двое спаслось и оба неаполитанцы?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Да не крути ты меня! Докрутишься – вырвет…

Калибан, изображаемый Просперо

Прелестные существа, не чета тутошним феям! И это славное божество с небесным нектаром… Стану-ка я перед ним на колени.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Да как же ты спасся? Как тебя сюда занесло? Клянись на этой бутылке, что расскажешь, как тебя сюда занесло, а я ее своими руками из коры смастерил, как только доплыл до берега на бочке с хером – тьфу! – с хересом!

Калибан, изображаемый Просперо

Клянусь на этой бутылке быть тебе верным рабом, потому что в ней – неземной напиток!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Заметано. Теперь ты клянись и рассказывай без утайки, как тебя сюда занесло!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Как? Ну, как… Поплыл себе, поплыл, да и доплыл до берега, как утка. Я ведь плаваю, как утка, провалиться мне на этом месте!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ладно, целуй фигу. Тьфу ты, книгу… То есть бутылку! И все равно ты врешь! Не можешь ты плавать, как утка, потому что на самом деле плаваешь, как гусь.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

О, Стефано, а у тебя еще есть?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Все под контролем. Целая бочка, там… в пещере у моря. Ну, что ты, чувырло? Как оно? Больше не лихорадит, а?

Калибан, изображаемый Просперо

О, не с Небес ли ты сошел?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

А откуда же еще! Прямиком с луны. Я там раньше был… Ну, этим… селадоном?.. сателлитом?.. Короче, лунатиком.

Калибан, изображаемый Просперо

Я тебя на ней видел и с самого начала обожал. Хозяйка мне показывала и тебя, и собаку твою, и кустик.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Да ну? Поклянись! Целуй книгу. Не стесняйся, скоро мы в нее добавим нового содержания.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Ей-богу, это какой-то чудила, а не чудище. И я его боялся? Слабоумный какой-то. Человек с луны… Простота! Верит во что ни попадя.

Калибан, изображаемый Просперо

Я тебе покажу самые укромные земляничные полянки на этом острове, я тебе ноги буду целовать. Умоляю, будь моим богом!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Помяни мое слово, это просто охочий до выпивки дикарь. И притом, конечно, вероломный! Стоит его богу задремать, и он тут же стырит бутылку.

Калибан, изображаемый Просперо

Ноги мыть и воду пить! Клянусь, до гроба рабом тебе буду!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ладно, давай кланяйся и клянись, как полагается, клянись и кланяйся.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Ой, я со смеху подохну над этим недоумком! Кретин раболепный! Так бы и поколотил его, от души бы поколотил!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Давай, целуй!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Теперь можно уверенно сказать: нализался! Фу, противный какой!

Калибан, изображаемый Просперо

Под сумерки загадочной чащобы,

Куда пути скрывает бурелом,

До сердцевины леса, до утробы,

В кипучей жизни пропасть, гроб и дом

Тебя я поведу змеиным лазом,

В пещеру, где рубиновый сполох

Руководит сжимающимся глазом,

Как мною ты, мой новый добрый бог!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Уморительный неандерталец! Сделал себе доброго бога из пьянчуги несчастного.

Калибан, изображаемый Просперо

На острые, как лезвия, откосы,

Где только птичьи гнезда и звезда

Рассветная на все мои вопросы

Подарят мне решительное «да!»,

За шумную завесу водопада,

Туда, где в необъятной тишине

Поет от счастья пьяная цикада,

Как ты, мой новый бог, поешь во мне!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Чего языком попусту молоть! Давай, веди, показывай! Слышь, Тринкуло? Если все наши начальнички потонули, отчего нам не воцариться на этом острове? На-ка, понесешь мою бутылку. Скоро мы ее опять наполним, и не раз.

Калибан, изображаемый Просперо

(пьяным голосом орет)

Эх, раз, еще раз, еще много, много раз!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Вот так орало у чудилы! Не хуже хлебала.

Калибан, изображаемый Просперо

Прощай, метла, прощай, топор,

Прощай, унылый разговор!

Прощай, осел, прощай, свинья,

Прощай, проклятая семья!

Сестра-сова, отец-шакал,

Меня зовут от слова «кал»!

Мученьям юности – звездец!

Ура! Свободен наконец!

Кака-либан, какал-ибан,

Ка-ка, ка-кал, как-кал-ибан!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Давай, давай, чудище косолапое, показывай свои потайные тропки.

Действие третье

Сцена 1

Фердинанд, изображаемый Просперо, взвалившим на плечи подушку, завернутую в одеяло

И в муках есть спортивный интерес,

И в праведных трудах порою можно

Увидеть смысл и сладостную цель…

Отец велел мне тысячу поленьев

Сюда снести и штабелем сложить,

А дочь в слезах заметила на это,

Что не управлюсь я и надорвусь.

И мне теперь горбатиться приятно,

Чтоб девушке прелестной доказать

Выносливость мужского организма

И силу ног…

Миранда

О, полно, перестань

Переводить энергию и соли

В запальчивости юной на дрова.

Оставь труды бессмысленные. Буря,

Быть может, скоро, вняв моей мольбе,

Все эти бревна по лесу раздует

Иль молнии ударом подпалит,

И в пламени оплачет древесина,

В песок пролив кипящую смолу,

Твои страданья. Просперо тут нету.

Он погружен в науку с головой.

Ты временно свободен!

Фердинанд, изображаемый Просперо

До заката

Я выполнить обязан, госпожа,

Мою задачу.

Миранда

Сядь и успокойся.

Я натаскаю бревен за тебя.

Фердинанд, изображаемый Просперо

Нет! Ни за что! Порву себе я жилы,

Сломаю спину, лишь бы не видать,

Без дела сидя, в каторжных работах

Тебя, моя красавица!

Миранда

Ну, вот!

По-твоему, я хуже? Я слабее?

Отдай бревно! Увидим, кто кого…

Просперо

Итак понятно: птичке всей пропасть,

Раз коготок увяз, отхватит руку,

Когда такой положишь палец в рот,

Мол, дай попить, а то так жрать охота,

Что негде ночевать…

Миранда

Ты не устал?

Фердинанд, изображаемый Просперо

Нисколько, госпожа! Я ощущаю

Рассвета бриз в полночной духоте,

Когда ты рядом! Но, прошу, скорее,

Чтоб знать, кого в молитвах поминать,

Открой мне имя! Имя! Имя! Имя!

Миранда

Мое? Миранда. Будто ты не знал…

Фердинанд, изображаемый Просперо

Миранда? О! Надмирная Миранда!

Не скрою, многих женщин я… видал,

И кое-кто за кое-что мне даже

По нраву приходился, но всегда

Какой-нибудь уродский недостаток

Все портил… А иное дело – ты!

Ты лучше всех! Ты больше всех, ты слаще,

Ты выше, ты…

Миранда

Оно тебе видней.

Что ж до меня, во всем подлунном мире

Других я не желаю знать мужчин!

Один лишь ты, и нет ни Калибана,

Ни Просперо, ни прочих, ни-ко-го!

Пожалуйста, прошу тебя, на этом

Останови безумную игру

Попавшего в грозу воображенья!

Кто ты?

Фердинанд, изображаемый Просперо

Кто я? Возможно, я – король…

Скорей всего! Но бревна я таскаю

С крестьянскою покорностью судьбе.

Нет, не судьбе! Тебе, тебе, Миранда!

Король попал в невольники твои.

Приказывай! Что хочешь, я исполню!

Миранда

Скажи, что любишь. Просто.

Фердинанд, изображаемый Просперо

Небеса

И Землю я готов призвать бесстрашно

В свидетели тому, что если я

Теперь, клянясь, солгу, вернее, правду

Открою подноготную тебе,

То будет в высшем смысле справедливо,

Коль, поощряя искренность мою,

Они (я разумею Землю с Небом),

Исполнят все заветные мечты

Мои, а я о том лишь и мечтаю —

Любить тебя, ценить и…

Миранда

Дура я,

Что слушаю, сдержать не в силах слезы,

Всю эту чушь.

Просперо

Да здравствует союз,

Рожденный юной страстью неофитов

У Афродиты в капище!

Фердинанд, изображаемый Просперо

О чем

Ты плачешь?

Миранда

Я-то? Просто от бессилья.

Поскольку не способна ни прервать,

Ни продолжать без боли это… Ладно!

Чему б ни быть, того не миновать.

Захочешь – и женой тебе я стану.

А нет – так буду дочерью, слугой,

Шутом, мужчиной, женщиной, собакой,

Змеей…

Фердинанд, изображаемый Просперо

Нет! Венценосной госпожой,

А я – рабом.

Миранда

Ты – муж мне? Мы – супруги?

Фердинанд, изображаемый Просперо

Ну, да, и это делает меня

Счастливым, будто каторжник галерный,

Надсмотрщиками кинутый за борт,

Поскольку умер…

Миранда

Умер? До свиданья.

До скорого, я думаю. Прости.

(Отходит в сторону.)

Фердинанд, изображаемый Просперо

О, десять тысяч раз тебя прощаю!

Просперо

Конечно, мне уж вдоль и поперек

Знакомо то, в чем видят эти двое

Большую неожиданность, но им

Сочувствую и счастлив безгранично!

Однако с тем пора и за труды:

Иначе до заката не управлюсь

И пьесу не успею дочитать.

(Уходит с головой в науку.)

Сцена 2

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Даже не заикайся! Когда бочка опустеет, станем пить воду, а до тех пор – ни капли. Так что давай, опрокидывай, соси веселее! Выпей за меня, чудище на букву «м».

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Чудище на букву «м»? Да, на придурковатый мы все-таки попали островок… Говорят, тут населения – всего пятеро, на этом островке. Мы – трое из них, и если остальные двое такие же башковитые, отечество в опасности!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Пей, чудило-мудило! Пей, пока дают! Пей, пока шары на лоб не полезут!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

А с другой стороны, куда ж им еще лезть? Вот уж действительно будет чудило-мудило, если у него шары на задницу полезут!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Похоже, мой чудик-мудик, язык с хером… тьфу, с хересом перепутал! А мне херес нипочем! Я никогда не пьянею. Мне и море нипочем! Я знаете как? Нырнул и – поплыл, поплыл, одна лига, другая, пятьдесят проплыл и еще тридцать на спине, гляжу – ба! а я уже на берегу! Смирно, чувырло! Будешь при мне лейтенантом! Или нет, прапорщиком!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Если уж тебе так приспичило, можешь произвести его в лейтенанты, но на прапорщика он явно не тянет.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Уж мы с поля боя не побежим, да, лейтенант Чувырло?

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Где уж вам! Еще немного и уже идти-то не сможете. Ляжете там, где стоите, по-собачьи – и молчок.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ну что ж ты молчишь, идиотина? Все понимаешь, а сказать не можешь? Скажи хоть слово – озолотимся!

Калибан, изображаемый Просперо

Так это… Как это? Дать ножку, ваше святейшество, чтобы Калибана башмачок лизать. А того, второго, Калибана не любить, он мало-мало достоин, он – не герой!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Что ты врешь, лахудра недоделанная! Это я-то не герой? Да я бы не побоялся сейчас и констебля в бок пихнуть! Как, окунь ты похотливый, может не быть героем человек, выдувший столько хересу, сколько я сегодня? Нет, ты все-таки чудовище! Чудовище! А значит, все, что ты говоришь, – чудовищная ложь!

Калибан, изображаемый Просперо

Он Калибана дразнить! Бог с луны, не вели плохой человек эта делать!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Фу ты, ну ты, бог с луны! Даже не верится, что такое чмо – и настоящее! Нарочно такого не придумаешь!

Калибан, изображаемый Просперо

Во! Во! Опять! Укусить его до смерти, Калибан тебя молить!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

А ну-ка, Тринкуло, попридержи язык. Размитинговался тут! Если ты – мятежник, я велю тебя на первом же дереве вздернуть. Лейтенант Чувырло – мой подчиненный, и я не потерплю по отношению к нему неуставных отношений!

Калибан, изображаемый Просперо

Калибана благодарить бог с луны. Умолять снова сказывать свое прошение, чтобы бог с луны его слушать!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Валяй, чего там! На колени – и начинай! А я вот так встану. А Тринкуло – вот эдак.

Калибан, изображаемый Просперо

Калибана уже раньше говорить: Калибана обижать злой тиран, колдун! Она хитрый-хитрый, обманула Калибана, отняла вся остров!

Ариэль, невидимый, изображаемый Мирандой

Ты врешь!

Калибан, изображаемый Просперо

Калибана нет врешь! Это ты врешь, паршивый обезьянка! Калибан сказать бог с луны, бог с луны тебя вздернуть на первом дереве! Я нет врешь!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Тринкуло, еще раз вякнешь, я тебе зуб выбью!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

За что?! Я даже не пукнул, то есть не пикнул!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

И не пикай. Что дальше?

Калибан, изображаемый Просперо

Злой колдун забрал Калибана вся остров. Бог с луны, отомстить ему! Калибана знать, бог это уметь, а второй человек не уметь.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Так, правильно.

Калибан, изображаемый Просперо

Ты здесь господин будь, а Калибан тебе служить.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ладно, ладно. Ты только дорогу покажи к старикану этому. Ну, к тирану-то своему!

Калибан, изображаемый Просперо

Ну! Ну! Калибана дорога знать! Калибана дорога покажи! Колдун теперь спать! Х-р-р! Х-р-р! Бог с луны теперь колдун голова гвоздь забивать!

Ариэль, изображаемый Мирандой

Вранье! Он по гвоздю не попадет!

Калибан, изображаемый Просперо

Опять! Опять шут Калибана дразнить! Бог с луны, не давать больше Дринкуля бутылка! Калибан не показать Дринкуля свежий вода в ручей. Дринкуля подыхать от засуха!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Тринкуло! Мое терпение лопнет, наконец, и если ты еще хоть раз перебьешь моего чудика, клянусь, я пинками вышибу за дверь мое милосердие и отделаю тебя, как вяленую рыбу!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

За что?! Да я даже не вздохнул ни разу, пока он говорил! Ну вас к черту, отойду от греха подальше…

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Да все слышали, как ты только что сказал: «Вранье!»

Ариэль, изображаемый Мирандой

Вранье!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Ах, так! Получай! Получай! Если тебе понравилось, вякни еще разок что-нибудь насчет вранья!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Да я и не вякал, сколько раз повторять! Мозги, видать, с ушами пропил! Лопни твоя бутылка, к херам собачьим твой херес, чума на твоего чудика, и чтоб твои кулаки окуклились!

Калибан, изображаемый Просперо

Ха-ха-ха!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Валяй дальше. А ты держись от меня подальше!

Калибан, изображаемый Просперо

Лупить его вволю! Погодить немного, Калибан тоже будет лупить дурак.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Я говорю, валяй! А ты – вали отсюда!

Калибан, изображаемый Просперо

Как только что тебе поведал я,

Мой супостат ложится, отобедав,

И дремлет ежедневно три часа.

К нему войди походкой леопарда

И хрупкий череп камнем раздроби!

Нет, лучше нож вонзи ему под ребра

И выпусти на свет его кишки!

Нет, в сердце кол осиновый… Но что я!

О главном-то едва не позабыл!

Сперва в его пещере надо книги

Найти и до единой все спалить!

В них сила колдуна, без них и духи,

Что служат ныне нехотя ему,

Немедленно по свету разлетятся,

И вот тогда… О, Просперо богат!

В его дому есть пышное убранство,

Одежды золоченые, горшки,

Топор и грабли, но всего дороже

Конечно, дочь-красавица. Видал

Из женщин лишь ее да Сикораксу,

Мою мамашу. Ну так вот, она

Гораздо Сикораксы симпатичней,

Раз в пять иль шесть…

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Настолько хороша?

Калибан, изображаемый Просперо

Истина, истина, бог с луны! Она придет твой постель и нанесет много мало-мало, хорошая детеныш.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Чувырло, я убью этого мужика. Мы с его дочерью станем королем и королевой, Боже, храни нас обоих! А Тринкуло и ты станете вице-королями. Как тебе такой сюжетец, а, Тринкуло?

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Усраться можно.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Дай руку, друг! Мне искренне жаль, конечно, что пришлось тебя поколотить… Не, честно… Но, пока жив, скотина, лучше держи свой поганый язык за зубами!

Калибан, изображаемый Просперо

По моим часам выходит, он отойдет ко сну примерно через полчаса. Ты убьешь его?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Сказал, убью, – значит, убью.

Ариэль, изображаемый Мирандой

Предупрежу хозяина об этом.

Он будет невредим, не будь я Ариэль!

Калибан, изображаемый Просперо

Калибан много радовать! Сильно счастлив! Бог с луны будет петь Калибана песня про морской дьявол? Калибан хочет подпевать!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Все твои просьбы, Чудище неотесанное, я нахожу исполненными смысла, в некотором смысле… Эй, Тринкуло! Споем что ли?

(Пытаются петь. Но Ариэль аккомпанирует им похоронным маршем Шопена.)

Калибан, изображаемый Просперо

Музыка другой! Музыка совсем плохой!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Что за чепуха? Тринкуло, ты слышал? Что это было?

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Это мотив нашей песенки, которая спета, в исполнении некой тени никого.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

А ну! Если ты человек, покажись нам в своем настоящем виде, а если не человек, лучше уж вообще не показывайся!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Да простятся мне мои бессмысленные прегрешения!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Двум смертям не бывать, а одной не миновать… Иду на вы, Господи, помилуй!

Калибан, изображаемый Просперо

Ты не боишься?

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Нет, Чудик, нет. С чего ты взял?

Калибан, изображаемый Просперо

Не бойся! Этот остров был всегда

Убежищем таинственного звука:

То слышен ход лесного перестука,

То – гуд огня, то мертвая вода

Бурлит в подземной полости, то треском

Прозрачных крыл ночную тишину

Рвут бесы-невидимки, то в плену

Слепящих дольний мир ужасным блеском

Гранитных скал – завоет снежный гад,

И эхо – следом, двадцать раз подряд…

Но иногда бывает по-другому:

С прохладою вдыхаешь легкий сон

И слышишь голос. Кажется, что он

Принадлежит кому-нибудь родному,

Любимому и любящему… Вдруг

Петух некстати ввысь швырнет руладу —

И тает сон, и ты навстречу аду

Идешь в слезах и ярости…

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Вот оно что! Оказывается, вместе с королевством я еще и музыку халявную получу!

Калибан, изображаемый Просперо

Как только уничтожишь Просперо!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

А уничтожу я его, как только он уснет, а уснет он, как только отобедает, а отобедает… Да помню, помню я всю эту историю!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Звук удаляется. Была, не была, последуем за ним! Глядишь, и сами целы будем, и с трудами нашими скорбными управимся…

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Чувырло, вперед! Барабанщика не видать, но барабанит он забористо. Я преисполнен боевого духа.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Если ты идешь, Стефано, я – за тобой.

Идут.

Сцена 3

Гонзало, изображаемый Мирандой

Я больше не могу, прошу пощады!

Прошли насквозь мы целый лабиринт,

И все постыло мне, и свет полудня

В глазах померк…

Алонсо, изображаемый Просперо

Ты думаешь, меня

Метания впотьмах не утомили?

Я так устал, что кажется, готов

В невежестве и тупости спасенья

И тихого убежища искать.

Кто про надежду ляпнул, что она

Последней умирает? Уж наверно

Я час назад ее похоронил

И все еще живу, хотя уверен:

Мой сын погиб.

Антонио, изображаемый Просперо

(тихо Себастьяну, изображаемому Мирандой)

А ты свою надежду

Не схоронил, достойный Себастьян?

Себастьян, изображаемый Мирандой

(так же тихо, в ответ)

Лишь усыпил на время, чтобы кровью

При случае удобном напоить!

Антонио, изображаемый Просперо

(так же)

Я думаю, он скоро подвернется,

И ночь близка, и свалит крепкий сон

Обоих…

Себастьян, изображаемый Мирандой

(так же)

И во сне мы их зарежем.

Ни слова больше. Ночью будь готов.

Звучат торжественные завораживающие звуки.

Алонсо, изображаемый Просперо

Что за мелодия? Вы слышите?

Гонзало, изображаемый Мирандой

О, да!

Какая музыка! Какое наслажденье!

Просперо и Миранда двигаются так, будто видят таинственных существ и летающие в воздухе предметы, они в восторге сторонятся их.

Алонсо, изображаемый Просперо

Да что же это? Господи спаси!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Какой-то балаган… Теперь поверить

Я поневоле в призраков готов

И в то, что где-то есть единороги,

А в аравийской пустоши живет

На дереве волшебном примостившись

И феникс несгораемый!

Антонио, изображаемый Просперо

И я,

Поскольку наши взгляды совпадают,

Отныне верю россказням любым,

Которыми торговцы и матросы

Сидящих сиднем дома дураков

Так щедро потчуют…

Гонзало, изображаемый Мирандой

Ведь если я об этом

В Неаполе, вернувшись, расскажу,

Кто мне безоговорочно поверит,

Что где-то в море люди-дикари

Гостей встречают вежливым поклоном

И щедро сервированным столом?

Просперо

Да, старина, еще трудней поверить,

Что среди вас найдутся господа,

Как говорится, самых честных правил,

Готовые, чуть брат родной зевнет,

Зарезать и сожрать его без хлеба!

Алонсо, изображаемый Просперо

Я очарован! Им, не говоря

Ни слова, только жестами и в танце,

Здоровых тел роскошным языком

Доступно выражать такую правду,

Которой в умных книгах не найдешь!

Просперо

По осени цыплят моих похвалишь!

Антонио, изображаемый Просперо

Глядите-ка, исчезли!

Себастьян, изображаемый Мирандой

Как туман,

Растаяли, оставив угощенье!

Наверно, чтобы нас не отвлекать

От трапезы. Приступим?

Алонсо, изображаемый Просперо

Я не стану.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Пустые страхи, добрый государь!

Одно из двух: весь мир вокруг свихнулся

И нам уж все равно в нем не прожить,

Или напротив – кто-то вывих вправил,

Что с детства в головах у нас царил,

И значит, все, чем няньки нас пугали —

Щекотка-тетка, серенький волчок,

Бульон премордиальный – существует

В реальности, а стало быть, чего

Бояться-то? Хоть так оно, хоть эдак…

А кушать хочется.

Алонсо, изображаемый Просперо

Старик, ты жутко прав!

Мне стыдно за минутное сомненье.

Давайте жрать подряд все без опаски

И пить вино! Подай-ка мне стакан…

И будь, что будет, все одно – постыла

Такая жизнь!

Гром и молния. Миранда начинает изображать Ариэля, изображающего Гарпию.

Ариэль, изображаемый Мирандой, в образе Гарпии

Вы, трое подлецов…

Да, да! Вы, вы! Четвертый тут случайно.

Вы сделались орудием судьбы,

Сумевшей из огня его в полымя,

Как стрелки на часах, перевести

И в груде раскаленных обстоятельств,

Облив морской водою, закалить,

А после в вас решительно направить

Опасное, как бритва, острие!

Но вам теперь, пропащие вы души,

О чем базар, понятно, невдомек,

Конечно, каждый мнит себя четвертым,

Себя любимого, а вспомните-ка все,

Что с вами было с самого рожденья,

И сколько натворили гадких дел

В младенчестве неопытные ручки,

Признайтесь честно, каждый сам себе,

Какую тьму вы каверз учудили,

Наставников и менторов срамя

И мучая еще в начальной школе!

А что потом вам университет?

Да ничего! Зато ему исправно

Платили вы пять лет за доброту

Позорищем своей безбрежной пьянки

Да надписью на весь его фасад,

Наискосок, аршинными: «КРАМОЛА».

А сколько добрых девок через вас…

А старичков, обиженных словесно

И действием? А кошек? А собак?

И, наконец, не вписан разве в небо

Стыда остатком, будто нефтяной

Фонтан, вернее факел, самый лютый

Ваш грех? Припоминаете? Милан…

Двенадцать лет назад… Законный герцог

С дочуркой на руках… Худая лодка…

Цыгане, спички, бабушка с моста…

Не стыдно? Нет? Так вот, я вам открою.

Случившееся с вами – неспроста,

А за грехи и низость воздаянье!

Твой сын, Алонсо, уплатил сполна

Своей едва зацветшей юной жизнью

За подвиги папашины. Никшни!

Теперь одно вам только остается,

Одно из двух – раскаяться иль нет,

И так до смерти.

(Гром и молнии.)

Просперо

Какой успех, искусный Ариэль!

Ты – гарпия почище многих гарпий.

И остальные духи – молодцы,

Сыграли представление на славу.

И кто теперь осмелиться назвать

Меня безумцем? Всем должно быть ясно,

Не я – мои враги сошли с ума!

И я теперь намерен милосердно

Их в чувство привести. А ты – герой!

Еще чуть-чуть – и взмоешь в поднебесье!

Пойду-ка справлюсь, как там Фердинанд,

А за одно проведаю Миранду.

Гонзало, изображаемый Мирандой

Что вы? Куда? Что с вами, государь?

Алонсо, изображаемый Просперо

Чудовищно! Чудовищно! Я слышал

О смерти сына кто-то мне сказал

Уверенно и бодро! Будто с неба,

Свалился этот голос на меня,

А может, и не с неба… Точно, с моря!

Ведь он теперь на дне лежит, бедняга,

И в рот ему набился донный ил…

Сыночек! Потерпи, тебе недолго

Там одному осталось…

Себастьян, изображаемый Мирандой

Всех убью!

За брата я сражусь и с легионом!

Антонио, изображаемый Просперо

Не бойся! Двое нас!

Гонзало, изображаемый Мирандой

Куда же вы?

Все трое окончательно свихнулись

От воздуха морского, от скорбей,

И главное, конечно, с голодухи.

Пойду за ними, чтоб не допустить

Ненужных никому кровопролитий.

Действие четвертое

Сцена 1

Просперо

Тебя я подвергал дурацкой пытке,

Зато уж и в награду за ущерб,

Моральный и физический, вручаю

Великий дар, – фактически моей

Беспутной жизни тоненькую нитку…

Чего осклабился? Вручаю и прошу:

Сучи ее с любовью, осторожно

Она – определенно лучший приз

Из тех призов, что девственным героям

За подвиги вручают…

Фердинанд, изображаемый Просперо

Верю, верю!

Рассудку и закону вопреки.

Просперо

Бери, ты заслужил ее, отныне

Она твоя навек. Но берегись!

Не вздумай раньше времени нарушить

Невинности простецкий узелок!

Пока священным правильным порядком,

Как водится у этих или тех,

Мы не заверим эту передачу,

Ни рук, ни прочих штук не распускай!

А то падет ужасное проклятье

На весь твой род, и смрадный выест мор

Его дотла, до пятого колена,

И век тебе ни воли не видать,

Ни света белого, ни радости, ни правды!

Фердинанд, изображаемый Просперо

Как верят бабки в черного кота,

Так ты поверь, что я смогу на время

Железной воле – страсти подчинить.

Ни сумрачный вертеп, ни злобный гений,

Ни место подходящее меня

Заставить не сумеют как попало

Войти туда, куда я заходить

Намерен с чувством, с толком, с расстановкой,

Неврозов и эксцессов не боясь.

Просперо

Ну, постарайся. Где ты, Ариэль?

Приди, слуга мой, преданный свободе!

Ариэль, изображаемый Мирандой

Приказывай, хозяин. Вот он я.

Просперо

На славу ты управился с дружками,

Мой выполняя давешний приказ.

Теперь прошу еще одну проделку

Устроить здесь и зрелищем отвлечь

На час-другой Миранда с Фердинандой,

От ЭТОГО. Притом играйте так,

Чтоб зрителям невинным показалось,

Что это мой талант всему виной,

Я – как бы жрец высокого искусства,

А вы, актеры, – замыслов моих

Покорные орудия.

Ариэль, изображаемый Мирандой

Как хочешь.

И все, что хочешь, сделать я могу,

Теперь и здесь.

Просперо

Ты только что мне клялся,

Своим инстинктам воли не давать!

Эй, Фердинанд! Я слова не нарушу!

Я вас водой холодной разолью!

Фердинанд, изображаемый Просперо

Да что я сделал-то? Уже нельзя и тронуть!

Как жарко в целомудрия снегу!

Просперо

Ну-ну. Эй, Ариэль! Давай скорее

Веди на сцену духов хоровод,

Теперь молчок! Внимайте и глядите!

(Ничего не происходит.)

Меркурий, изображаемый Ариэлем, изображаемым Мирандой

Цереры благороднейшей приход

Я возвестить немедленно намерен

И более того, ее позвать…

Приди, богиня неба, моря, леса,

Полян, ручьев, лужаек и болот,

Луны и солнца, первой брачной ночи,

А если все получится, – второй

И третьей, и с четвертой по восьмую!

Приди скорей, предчувствие не лжет,

Подсказывая шепотом природе,

Что ты близка, что ты уже вот-вот…

Прохладный ветерок играет рожью,

Волна с разбегу мечется на брег,

Ширяет ворон в синем поднебесье,

И кроликов стремительный косяк

Влетает мелкой рысью на дорогу…

Ну, словом, по всему, пришла пора

Всеобщего обильного ношенья

Набухших и развесистых плодов —

Ужасный август. По полю гуляют

С серпами и корзинами яиц

Усердные жнецы, а также нимфы

Из множества окрестных деревень.

Явись, богиня!

Церера, изображаемая Просперо

Здрасьте. Вот и я.

Зачем ты разбудил меня, плутишка?

Хотя… люблю и шапочку твою

И тапочки с проворными крылами,

И все, что между ними. Ну, так что?

Меркурий, изображаемый Ариэлем, изображаемым Мирандой

Я звал тебя в свидетельницы брака.

Владычица, овей и осени,

И одари своим благословеньем

Двух юных душ, погрязших в чистоте,

Счастливое слиянье!

Церера, изображаемая Просперо

Ради бога.

Готова я на свадьбе погулять…

Но нет ли тут по близости Венеры

С ее сопливым пакостным стрелком

И стайкой голубей?

Меркурий, изображаемый Ариэлем, изображаемым Мирандой

Да нету, нету!

Была, как говорится, и сплыла.

Уж как бедняжка только не пыталась

Ввести в соблазн с невестой жениха!

И взглядом, и улыбкою, и кстати

Некстати выпирающим соском,

И ветерка порывом… Все напрасно!

Ребята – лед. Ничем не растопить.

Венера чуть не лопнула от злости

И, погоняя плеткой голубей,

Умчалась прочь, амура взяв подмышку,

Ему особой трепкой пригрозив.

Церера, изображаемая Просперо

Прекрасно! Без нее мы обойдемся!

На свадьбах нам Венеры не нужны,

А лучше позову-ка я Юнону…

Меркурий, изображаемый Ариэлем, изображаемым Мирандой

Авось, Юнона нам не повредит.

Церера, изображаемая Просперо

Юнона, эй! Сестра!

Юнона, изображаемая Ариэлем, изображаемым Мирандой

Да, знаю, знаю.

И я пришла сюда благословить

Влюбленных новоявленную пару

На жизнь, любовь и добрые плоды,

Et cetera, et cetera. Короче,

Сестренка, запевай!

Церера, изображаемая Просперо, и Юнона, изображаемая Ариэлем, изображаемым Мирандой

(поют дуэтом)

Мы желаем счастья вам,

Счастья в этом мире большом… и т. д.

Фердинанд, изображаемый Просперо

О, где я? На Земле или на Небе?

Неужто так и жить теперь – в раю,

С такой женой, с таким премудрым тестем…

Но это не взаправду?

Просперо

Пустяки!

Лишь видимость и духов представленье,

Фантазии моей покорных слуг.

(в сторону)

Совсем забыл я в этом балагане

О злобном и коварном Калибане

С сообщниками. Хватит! Разойдись!

(машет руками, отгоняя невидимых духов)

Фердинанд, изображаемый Просперо

Похоже, твой папаша озабочен…

Миранда

О, Господи! Он в ярости, и я

Доднесь его такого не видала,

А впрочем…

Просперо

Ничего. Не бойтесь, дети.

Окончен бал. Развеян смрад свечной.

И духи, развлекавшие нас пеньем,

Исчезли, будто утренний туман

Иль стайка саранчи с полей ячменных.

Не так же ли исчезнет наша жизнь?

Нам кажется, что в ней борьбы и смысла,

И действующих лиц полным-полно…

А что на деле? Может оказаться,

Мы вымыслом своим увлечены

И – тщательно – разрозненные части,

Обрывки электрических толчков,

Течений и дрожания в нейронах,

Соединяем в буйной голове…

Иль где там? – будто пуговку с петлей.

В плену иллюзий ловко подгоняем

Фантазии, как гайки и болты,

И радуемся сложности конструкций

У моря, в час отлива, из песка…

Ступайте в дом, в пещеру, отдохните,

А я покуда берегом пройдусь

И выветрю нелепые постройки

Из пожилого вялого ума

И – вероятно! Если не подохну.

Миранда

А все равно – нам снится лишь покой.

(Просперо и Миранда расходятся и вновь кидаются друг к другу.)

Просперо

Скорее! Где ты, где ты, Ариэль?

Ариэль, изображаемый Мирандой

Я даже мысль твою опережаю.

Опять приказ?

Просперо

Нет, просьба. Помоги

Моей победе в схватке с Калибаном.

Ариэль, изображаемый Мирандой

Тебе о нем напомнить я хотел,

Юнону только что изображая,

Но вдруг, решил, разгневаешься ты…

Просперо

Куда девал ты этих негодяев?

Ариэль, изображаемый Мирандой

В трясину! В топь! Куда же их еще?

Сперва я похоронным барабаном

Очаровал в минуту всех троих

И сквозь кусты завел по горло в слякоть.

Мечтали ведь они – не просыхать?

Пожалуйста, теперь им не просохнуть,

Наверно, до рассвета.

Просперо

Хорошо!

Иди ко мне, возлюбленная птичка,

Тебя я… Нет! Слетай-ка, принеси

Побольше ярких тряпок из пещеры,

Чтоб кровожадных дурней заманить

В ловушку.

Ариэль, изображаемый Мирандой

Ухожу. Меня здесь нету.

Просперо

Ты настоящий дьявол, Калибан,

От дьявола рожденный дьяволицей!

Я с болью наблюдал за годом год,

Твое движенье в качестве урода —

Как поредели волосы твои

И, цвет теряя, прочь повыпадали,

Как сетка отвратительных морщин

Избороздила лоб тебе и щеки,

Пороки все на них изобразив,

Обжившие твою больную душу,

Объятую негреющим огнем

Хотений грязных…

Калибан, изображаемый Просперо

Тише, тише, тише!

Вот Просперо пещера, дом и храм.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Нет, вот скажи-ка мне, лейтенант Чувырло, и это теперь называется – фея? Вот это, которое своим замогильным барабаном приманило, приманило и в болото завело? Это по-твоему фея? Которая такая маленькая, голенькая и крылышками бяк-бяк-бяк? Ну, в таком случае я – пьяный ежик. Нет, трезвый! Я – трезвый ежик!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

В таком случае мы – два трезвых ежика, насквозь провонявших какой-то конской мочой!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Вот так, Чувырло. Погляди, что ты наделал! Объежил до нитки двух достопочтенных джентльменов! Ох, гляди у меня!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Уж он, если рассердится, разукрасит тебя так, что будешь причислен к отряду чертей полосатых.

Калибан, изображаемый Просперо

Еще чуть-чуть, прошу, еще немного!

Добыча все убытки возместит,

И мне, мой бог, воздашь ты по заслугам

Питьем небесным!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Кстати, о питье!

Это самое поганое из всего, что с нами случилось! Утопили бутылку-то!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Да, Чувырло, это не только позорище и полное раззвездяйство, все равно что знамя полка потерять, но и… Ай, да что говорить! Фея, фея…

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Лучше бы мы все утонули, а бутылочка была бы цела!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Клянусь тебе, старый товарищ, я ее достану! Буду нырять в болото солдатиком… нет, лучше ласточкой. Буду нырять, нырять, нырять…

Калибан, изображаемый Просперо

Не плачь, не плачь, мой добрый повелитель.

Ты видишь вход? На цыпочках – туда

И соверши скорей благую мерзость,

И остров будет полностью твоим.

А Калибан тебе за это ноги

Оближет и авансом и в расчет.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Дай-ка руку, чудовище. Кажется, во мне зарождаются кровавые помыслы.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

О, ваше величество! О, король Стефано! Поглядите, какой вам тут уготовлен роскошный гардероб!

Калибан, изображаемый Просперо

Тупица, брось! Это же просто куча тряпья!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Ты еще нас будешь учить в секонд-хэнде рыться? А, чудило? О, ваше величество! Какая красота! И главное – сухо!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Подай-ка мне вон ту мантию, братец!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Извольте. Вот так. Только плечики поправим… О! Какое величие! Какая пышность! Пышностью вы затмите саму Королеву-Девственницу!

Калибан, изображаемый Просперо

Великий замысел в тряпье негодном тонет!

Да брось ты их! Убей сперва! Убей!

Убей… Ведь он того гляди проснется

И вмиг одним щелчком нас превратит

В ничто! В навоз для следующих бредней!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Заткнись, лейтенант недоделанный! Эй, госпожа вешалка, не мой ли это сюртучок на вас повесился? Иди сюда, красавец! Ишь, чего удумал! Сейчас мы тебя снимем и дадим долгую счастливую жизнь, к концу которой у тебя ворсу-то поубавится, особенно на самых выдающихся местах.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

Бери, бери, не стесняйся. Будем брать и то, что плохо лежит, и то, что хорошо висит.

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Метко сказано! Вот тебе за это штаны с кантом – на редкость плохо лежат. И вот тебе еще безрукавка – уж больно хорошо висит! Пока я на острове главный, воровать мы с тобой можем без последствий, а шутки, даже самые суконные, не останутся без соответствующего вознаграждения.

Тринкуло, изображаемый Мирандой

А ты чего стоишь, чудик? Окуни свои пальцы в смолу и тащи остальное!

Калибан, изображаемый Просперо

Пока мы тратим время на ремки,

Над нами нависают злые чары,

И скоро превратимся мы в хорьков

Иль, в лучшем случае, в мартышек низколобых!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

Разговорчики в строю! Ну-ка, живо подставляй свои лапы. Поможешь нам отнести все это добро туда, где у меня припрятана бочка с хересом. А не то вышвырну тебя с острова, и иди себе на все четыре стороны по воде, яко посуху! Ха-ха-ха!

Тринкуло, изображаемый Мирандой

И вот это не забудь!

Стефано, изображаемый Тринкуло, изображаемым Мирандой

И эти полосатые подштанники!

Просперо и Ариэль, изображаемый Мирандой, производят звуки, напоминающие шум охоты – рожок, лай гончих псов, – и гоняются друг за другом.

Просперо

Ату их, Пегий!

Ариэль, изображаемый Мирандой

Взять их, Догоняй!

Просперо

Ко мне, Мухтар!

Ариэль, изображаемый Мирандой

Джульбарс, куси его!

Просперо

Приказ мой своре духов передай:

Пускай им не дают они покоя,

Кусают икры, в клочья рвут зады,

Впиваются в затылки и загривки!

И днем и ночью!

(Просперо и Миранда изо всех сил кричат.)

Ариэль, изображаемый Мирандой

Здорово орут?

Просперо

Настал мой час! Пришла пора отмщенья!

И полностью теперь в моих руках

Мои враги! Не будет им пощады!

А может всех… Да ну их! Всех прощу,

И дам тебе желанную свободу,

Прекрасный мой, любимый Ариэль!

Сцена 2

Просперо (завернувшийся в одеяло, наподобие плаща)

Итак, дела приблизились к итогу,

Всевластны чары, духи мне верны,

Свой груз уносит время, будто ветер…

Который час?

Ариэль, изображаемый Мирандой

Уж около шести.

Ты обещал мне… Помнишь, повелитель?

Смеркается. Расстаться нам пора.

Просперо

Сдержу я слово… Погоди немного!

Скажи мне прежде, что там с королем

И прочими?

Ариэль, изображаемый Мирандой

Все четверо тут рядом,

В твоем саду, куда я их завел.

Король и братья, твой и королевский,

Лишились напрочь воли и ума —

Стоят в кустах шиповника, как рыбы,

Губами шлепают, пускают пузыри

И глазки пучат. А старик Гонзало,

Кого от этих чар ты оградил,

Хлопочет возле, бегая кругами,

Гоняет мух, снимает пауков

И бабочек, которых так и тянет

Влезть корою за шкирку или в рот,

И по усам советниковым слезы

Текут, как дождь с повети травяной.

Так действует на них твое искусство,

Что увидав, ты сжалился бы…

Просперо

Да?

Ты думаешь?

Ариэль, изображаемый Мирандой

Да будь я человеком,

Я б разрыдался.

Просперо

Ладно. Поглядим.

А впрочем, что-то правда защемило.

Уж если даже ты, бесплотный дух,

Происходящим несколько растроган,

Что должен я почувствовать? Лети —

И всех сюда. Я мигом расколдую

Моих врагов. Надеюсь, что они

Раскаялись и полностью готовы

Послушать проповедь…

Ариэль, изображаемый Мирандой

Прощай же! Я лечу…

(Миранда отходит в сторону. Теперь ее словно бы отделяет от Просперо невидимая линия. Слева показывается высокая решетка. Она очень медленно двигается, постепенно делая зримой границу, разделяющую Просперо и Миранду.)

Просперо

Прощайте, духи рек, лесов, полей,

Пустынных скал и шумных водопадов!

Прощайте все, в чьих маленьких руках

От смертных глаз укрытые процессы

Идут, бегут, торопятся, летят,

Рождаются, пылают, затухают

И вспыхивают вновь. На первый взгляд

Ничтожны и бессильны ваши роли,

Но сложенные вместе, несть числа,

Как нити, образующие парус,

Как реки, приносящие в моря,

Как мытари монеты в кладовую,

Энергию и массу бурных вод,

Вы двигаетесь парами, рядами,

В шеренгу и нестройною толпой,

Сметающей витрины и заборы,

Сливаетесь вкруг солнечных костров

В гармонию овальных хороводов,

Вращающих галактики своим

Звучащим и светящим шевеленьем!

А значит, вы и я, кому служить,

Пред мудростью склоняясь, вы согласны,

Мы вместе можем… если… то есть… Да!

Мы можем все! Но вот беда – не знаем,

Что нужно-то! Чего нам надо всем?!

Прощайте. Баста. Вон! Я отрекаюсь

От чар, заполонивших естество!

Довольно откровений и открытий,

Проектов смелых, опытов и проб!

Угасни в сердце, жажда совершенства!

С дороги, ожиданье перемен!

Заглохни, любопытства сладкий голос!

Во впадине морской, чьей глубины

И самым длинным лотом не измерить,

Я книгу заклинаний утоплю.

Вот только… Слышишь? Музыка! Нет лучше

Лекарства для расстроенной души.

Она в твоей башке мозги остудит,

Как горный ключ… Гонзало! Ты – святой!

Дай мне поцеловать твои седины!

Ты спас меня и дочь мою. А ты,

Чье имя выговаривать мне тошно,

Антонио… Помилую тебя,

Но братом называть уж впредь не стану.

Ступай, покуда цел, а мне оставь

Мои права на герцогство в Милане.

Ну, что ты смотришь, жалкий Себастьян?

Я знаю все. Вы в заговоре оба.

И ты готов был брата погубить.

Стыдись. Стыдись! И ты стыдись, Алонсо!

Двенадцать лет назад, войдя в Милан,

Ты герцога законного в изгнанье

Отправил силой. А теперь пришла

Пора за преступления расплаты.

Твой сын пошел топориком на дно.

Ты плачешь? Как мне боль твоя понятна!

Свое дитя я тоже потерял —

Единственную доченьку, Миранду…

Что ты сказал? О, да! Согласен, да.

Кто-кто, а я не стал бы упираться

И наших деток брак благословил,

Чтоб их правленье вновь объединило

Неаполь и Милан, а мы с тобой

От дел бы отошли для рыбной ловли,

Для сада, огорода… Что? Простить?

Конечно. Я за все тебя прощаю.

Обнимемся. Что с дочерью моей?

Ее я потерял во время бури.

Но полно, полно. Хватит о плохом.

Друзья, прошу в мой дом, в мою пещеру,

Где годы я за книгами провел

И слуг себе невидимых привадил,

Способных на любые чудеса.

Ан главное теперь свершится чудо

И будет лучшим даром королю.

Протри глаза! Гляди, гляди, Алонсо!

Ручаюсь! Нет, не призрак. Фердинанд.

Наследник твой, а с ним играет в шашки

Миранда невредимая моя.

Ну, что ж ты? Обними скорей обоих!

И счастья нашим детям пожелай!

Признай Миранду дочерью родною,

Как принц признал меня своим отцом,

Когда я внял его сердечной просьбе

И согласился дочь ему отдать,

Хотя душе отцовской не смириться

С такой потерей, видно, никогда!

Гонзало! Эй! О чем теперь ты плачешь?

Слез радости и мне не удержать…

Мой Ариэль! Ты справился с задачей.

Лети на волю, птенчик мой, лети!

И знай, что без тебя мне будет грустно…

(Решетка уже более, чем на половину, перегораживает зеркало сцены. Теперь видно, что ее толкает Доктор в стерильно-белом халате. Просперо продолжает говорить и кричать, вцепившись в прутья и время от времени вплотную прижимая к ним лицо.)

Нет, погоди! Опять мы позабыли

Про негодяев пьяных! Тех троих —

Дворецкого, шута и Калибана!

Король, Гонзало, помните шута?

Да, Тринкуло! И Стефано, пропойцу.

Стакнулся с ними мой неверный раб,

Сын дьявола и ведьмы! Сговорились

Они втроем убить меня во сне.

Да жадность их на нет свела коварство.

А, вот они! Не стыдно, Калибан?

Свинья ты после этого под дубом!

И как за божество ты мог принять

Какого-то тупого забулдыгу!

Да ладно уж! Не хнычь. И так сполна

За подлости свои ты натерпелся.

Прощаю всех! Могущество свое

Я добровольно с плеч моих слагаю.

Клянусь, не будет больше волшебства,

Ни призраков, ни духов, ни фантазий!

Что вам угодно, делайте со мной,

Но я бы не хотел здесь оставаться…

Пожалуйста! Ведь герцогство мое

Ко мне вернулось! Я вас умоляю!

Я больше здесь не выдержу ни дня

Во тьме, наедине с самим собою!

Заберите меня! Куда угодно – в Милан, Неаполь, Тунис… Гонзало, скажи им, они тебя послушают. Все-таки ты – советник! Миранда, не отталкивай отца, как бы ни противна была старость! Простите меня! Простите! Я знаю, что все это безумие! Грех! Великий грех! Я бы давно уже считал свою душу погибшей, если бы не сила молитвы… Она взлетает в самое небо, легко, как безымянная белая птица, достигает Престола Всевышнего и на обратном пути смывает все мерзости с наших лиц белым своим крылом… Простите меня! Ведь и вы все не без греха, и вам нужно прощение. Простите…

Доктор

(вежливо взяв Миранду за локоть)

Пойдемте. Вашему мужу пора отдохнуть. Вы здесь уже больше двух часов. Видите, как он возбужден? Опять всю ночь кричать будет. Пойдемте, пойдемте.

(Доктор и Миранда уходят.)

Просперо

(судорожно вцепившись в решетку)

Постойте! Ариэль, ты должен слетать за боцманом и матросами. Помнишь боцмана-то? А? Кому суждено быть повешенным… Как же мы без них отсюда выберемся?

Ничего не происходит. Сгущается темнота. Шум ветра перерастает в настоящую бурю.

Просперо

(дергает решетку и кричит)

Боцман!

Боцман!

Боцман!

Боцман!

Бо-о-оцман!

Никто не отзывается.

Content

Буря
Трагедия в четырех действиях
Аркадий Застырец

Действующие лица и исполнители

Действие первое

Сцена 1

Сцена 2

Действие второе

Сцена 1

Сцена 2

Действие третье

Сцена 1

Сцена 2

Сцена 3

Действие четвертое

Сцена 1

Сцена 2