Дворянская Лилия

Райская птица

Райская птица

-1-

Впервые Аня увидела его воочию на полуофициальном правительственном мероприятии, где присутствовала в составе российской делегации.

"Объект" со скучающим видом сидел за одним из столиков в окружении соратников и лениво потягивал шампанское. Его пальцы, обхватывающие ножку бокала, тихо постукивали по ней в ритм музыки.

Анна незаметно бросала на него взгляд и старалась не потерять ход беседы с видным местным политиком, председателем правления какого-то банка и японским министром, изъяснявшимся на ломанном английском.

Разговор шел о курсах валют и фондовых рынках. Тема для нее была скучна и неинтересна, но она старалась поддерживать разговор и не забывала мило улыбаться. Аня специально выбрала себе компанию серьезных мужчин с их нудными разговорами, а не общество их наряженных и благоухающих дорогими духами жен. Ее расчет был на то, что "объект", увидев их "кружок по интересам", заинтересуется, что могут так активно обсуждать три высокопоставленных лица и красивая молодая женщина, "эта русская", как она случайно услышала, ее здесь называют.

Ее ожидания оправдались. "Объект" лениво обвел зал глазами, остановил свой взгляд на ней, медленно вышел из-за стола и направился в их сторону. По пути он останавливался, перебрасывался парой фраз с некоторыми гостями, кого-то дружески хлопал по плечу и неспешно к ним приближался.

В тот момент, когда он присоединился к их компании, разговор перешел на прогноз мировых цен на нефть и "он" с интересом прислушался. Ане пришлось активизировать в памяти все свои знания, чтобы с легкостью оперировать экономическими и финансовыми терминами. Японский министр уже ничего не пытался сказать, только слушал, чуть приоткрыв рот и поблескивая золотыми очками. Местный политик все еще пытался строить умный вид, поэтому качал головой и поддакивал словам председателя банка. Анне все это уже порядком надоело, она перевела разговор на само мероприятие, его высококлассную организацию и предложила своим собеседникам выпить шампанского за "рост финансовых показателей", "развитие экономики" и "дружбу между странами". Все заулыбались, подняли бокалы, которые держали в руках, и, не чокаясь, сделали по глотку. Извинившись, она направилась к своему столику. Проходя мимо "объекта", чуть коснулась его бедром, стрельнула глазками, улыбнулась и игриво, походя, чокнулась об его бокал - "ваше здоровье".

"Объект" еще немного постоял и о чем-то поговорил с ее уже бывшими собеседниками, затем проследовал за ней, подошел и, после приглашения, опустился за ее столик.

- Вы произвели на меня неизгладимое впечатление, - начал он разговор, - Я впервые встречаю одновременно умную и привлекательную молодую женщину. Вы экономист или финансовый аналитик?

Аня смущенно улыбнулась и возразила:

- Нет, что вы, я только сотрудник пресс-службы. Работа обязывает разбираться во многом.

- Ален Блэкетт, - представился он, изящным движением доставая свою визитницу и извлекая из нее белый прямоугольник. Визитную карточку он положил на стол и подвинул к Ане. Она взяла ее в руки и постаралась выглядеть немного растерянной, прочитав текст на ней.

- Анна Воронова, - ответила она, открывая свою крошечную сумочку, и доставая ответную карточку. При этом она не стала класть ее на стол, а протянула ему. Он взял визитку из ее руки и невзначай коснулся пальцев.

Немного посидев, выпив бокал шампанского "за знакомство" и поговорив на отстраненные светские темы, Аня решила, что первый контакт с "объектом" прошел успешно и можно его на время оставить, так сказать "дозревать". Сославшись на усталость, она попрощалась с господином Блэкеттом и вернулась в свою гостиницу, где ее уже ждали с отчетом о проделанной работе.

-2-

- Ну, что? - поинтересовался у нее Макс, как только она появилась на пороге гостиничного номера.

Макс, или как его называли окружающие, Максим Сергеевич Мареев был ее начальником. Это был невзрачный худощавый невысокого роста мужчина лет сорока с редкими светло-русыми волосами и блеклыми, какими-то выцветшими глазами. При этом он обладал цепким умом, отличной памятью, потрясающей интуицией и умением сохранять хладнокровие в любых "острых" ситуациях. Макс сидел в кресле, в ее номере и выжидательно на нее смотрел.

- Ну, давай, хвастай, птица моя райская, - потребовал он.

Еще у него была забавная привычка придумывать индивидуальные обращения к людям. Анну за ее "птичью" фамилию он часто называл "райской птицей".

Аня с удовольствием скинула узкие туфли на высоком каблуке, прошлепала босыми ногами по полу и, опустившись на мягкую кровать, кокетливо произнесла:

-- На мой взгляд, "он" как минимум заинтересован.

-- А на максимум? - ухмыляясь, спросил Макс.

Аня поболтала в воздухе ногами, помолчала и добавила:

-- А на максимум - он попытается скоро со мной связаться.

- Хорошо, подождем. У нас в запасе еще три дня, - отметил Макс.

Затем пристально на нее посмотрел и спросил:

- Что ты будешь делать, если он не свяжется с тобой?

Аня достала из сумочки визитку, помахала ей и ответила:

-- Я позвоню ему сама!

- Ну, ты, птица райская, даешь! - Макс поднялся из кресла и развел руками.

- Все, отдыхай, - разрешил он, - Завтра с утра у нас запланировано несколько встреч, по результатам которых, нужно будет подготовить ряд пресс-релизов и сразу направить в центральные средства массой информации для публикаций.

Закрыв за ушедшим Максом дверь и защелкнув замок, Аня быстро скинула с себя всю одежду и направилась в ванную. Она встала под теплые водяные струи, налила немного шампуня на руку и начала втирать его в волосы, смывая лак для волос и накопившееся за день напряжение.

-3-

Закончив принимать душ и обмотавшись банным полотенцем, Аня сушила волосы феном и с любопытством разглядывала свое отражение.

Она не была классической "киношной" красавицей. Да, у нее была хорошенькая фигурка, с формами, там, где нужно, стройные ножки, изящные руки. Но нос мог бы быть чуть покороче и поаккуратнее, серые глаза побольше и поярче, а темно-русые волосы попышнее.

- Может я не красотка, но чертовски обаятельна и привлекательна, - подумала она и подмигнула своему отражению в зеркале.

И это была правда. Не обладая яркой красотой, Анна была удивительно мила. Улыбка притягательна, взгляд мягкий, голос нежный. Она была хорошо образована, тактична, имела острый ум и отличную эрудицию. Общение с ней всегда оставляло свой отпечаток в душе собеседника, как соприкосновение с чем-то теплым и светлым.

Отложив фен, Аня вышла из ванной, переоделась в пижаму и с разбега прыгнула на мягкое просторное ложе, которое спружинило под ее весом. Подпрыгнув еще разок, она забралась под одеяло и мысленно с каким-то хищным наслаждением произнесла его имя:

-- Ален Блэккет... ну держитесь, теперь, мистер Блэккет.

И, закрыв глаза, моментально провалилась в сон.

-4-

Ален Блэккет, сенатор от крупного северного штата, ярый республиканец и один из возможных претендентов в следующих президентских выборах сидел у себя в офисе и внимательно смотрел на своего помощника, полного тридцатилетнего мужчину по имени Майк, медленно соображающего, но очень исполнительного:

- Принес? - поинтересовался он.

-- Да, держите, - ответил тот и протянул тонкую папку, - Все, что нашли. Там ничего интересного.

-- Давай сюда. Сам разберусь, - потребовал Ален, забирая папку, - Присядь пока.

В то время как помощник располагался в кресле напротив стола, Блэккет открыл папку, и достал из нее бумаги. Затем взяв в руку визитную карточку Анны, лежавшую на его столе, и, машинально постукивая ее уголком об стол, погрузился в чтение.

Анна Александровна Воронова, 32 года. Не замужем. Детей нет. Родилась в Санкт-Петербурге. Отец - полковник медицинской службы в отставке. Мать - домохозяйка. Братьев, сестер нет. Училась в школе... занималась фигурным катанием...(так это неинтересно...) Два высших образования: филологическое и экономическое. Работала журналистом в газете "Экономика в жизнь", в пресс-службе администрации Невского района Санкт-Петербурга, в управлении информации Губернатора Санкт-Петербурга. В настоящее время ведущий специалист Департамента пресс-службы и информации Правительства РФ.

Проживает в Москве. Партийной принадлежности не имеет. Вредных привычек нет. Характеризуется положительно. В социальных сетях под своим именем не зарегистрирована.

- Да, не густо, - откинувшись на спинку офисного кожаного кресла, процедил Блэккет и обратился к своему помощнику, - Как ты думаешь, она может быть нам полезна?

Помощник поковырялся в ухе, подумал, покривил рот и сказал:

-- Не думаю, она мелкая сошка. Вряд ли знает больше, чем ей полагается. В решениях не самостоятельна.

-- Сколько пробудет здесь российская делегация? - поинтересовался у него Блэккет.

-- По моим сведениям еще два-три дня, - ответил Майк.

-- Будут ли у нас с ними какие-нибудь пересечения в ближайшее время?

-- Нет.

-- Ладно, можешь идти, - отпустил его Блэккет, захлопнул и убрал папку в стол.

Как только за помощником закрылась дверь, Ален в задумчивости перевел взгляд в сторону, постучал краешком визитной карточки по своим губам, затем еще раз внимательно ее прочитал.

- Надо будет поближе с тобой познакомиться, Анна Воронова, - подумал он и, отложив карточку в сторону, вернулся к своим обычным делам.

-5-

Подошел к концу очередной день командировки. Аня чувствовала, что безумно устала: большая часть дня ушла на встречи, оставшееся время на подготовку текстов по итогам этих встреч. Даже поесть по-хорошему она смогла только вечером, когда они с Максом пошли в расположенный поблизости с отелем небольшой ресторанчик.

Съев куриную грудку с цветной капустой под необычайно вкусным соусом, Аня блаженно улыбнулась и прислонилась к спинке стула.

- Я объелась, - сообщила она.

- Будешь кофе? - поинтересовался Макс.

- Фу, не могу больше, - поморщилась Аня, - Меня уже воротит от него. За целый день никакой еды, одни сплошные кофе-брейки.

- А я, пожалуй, выпью, - пожал плечами Макс, - Мне еще нужно немного поработать.

Заказав себе кофе, а Ане чашку мятного чая, Макс уточнил у нее:

-- Ты, все тексты на размещение отправила?

-- Да, конечно, - ответила она, - Я же поставила тебя в копию, чтобы ты видел.

-- Я еще не смотрел.

Официантка принесла напитки и забрала грязную посуду. Подождав пока она отойдет, Макс чуть подался вперед и, с усмешкой глядя на Аню, поинтересовался:

-- "Он" звонил?

-- Нет, пока, - помотала она головой, - Еще подожду до завтрашнего утра.

-- Ну, смотри, птица моя, - предостерег ее Макс, в три глотка осушая чашку двойного эспрессо.

-6-

После ресторана они разошлись по своим номерам. Макс, чтобы немного поработать, а Аня решила посвятить пару свободных часов нечегонеделанию.

Она залезла с ногами на кровать, села по-турецки и поставила себе на скрещенные ноги небольшой ноутбук. Включила его, нашла нужный файл, открыла и решила просмотреть содержащуюся в нем информацию еще раз, оценить ее другими глазами после личного знакомства с "объектом".

Сперва шли две фотографии: в полный рост и только лицо. На первой был изображен высокий поджарый мужчина средних лет с неприступным твердым лицом. На нем был темно-серый костюм, под которым виднелась белая рубашка и синий галстук с узкими диагональными полосками вишневого цвета. Мужчина стоял на фоне звездно-полосатого флага и динамично выступал с трибуны, поэтому корпусом он подался вперед, одна рука зажата в кулак, второй, выпрямив указательный палец, он что-то доказывает аудитории. Вторая фотография запечатлела его в более спокойной обстановке. Потому, что выражение лица было расслабленным и уголки губ приподнимались в чуть заметной улыбке. Его сняли в пол-оборота, взгляд направлен к снимающему, но чуть в сторону от объектива, видимо он не знал, что его фотографируют. Аня увеличила его второе изображение в размер экрана и, поставив ноутбук на кровать, легла на живот, положила голову на согнутые в локтях руки и стала с интересом изучать черты его лица.

У него были русые, но практически уже полностью седые волосы, зеленые глаза с прищуром под тяжелыми веками, от уголков глаз к вискам исходили лучики морщинок, широкие брови, с вертикальной морщиной между ними и гладкий высокий лоб. Широкая, длинная переносица с горбинкой, чуть крючковатый кончик носа. Не слишком широкие плотносжатые губы. Выраженные носогубные складки. Узкое лицо заканчивалось чуть выдающимся квадратным подбородком.

Он был олицетворением власти, весь его вид говорил о твердости и даже жесткости.

Вдоволь насмотревшись, Аня перевела курсор и стала перечитывать собранную на него информацию.

Основные сведения. Ален Филипп Блэккет, 63 года (ого, а ты хорошо выглядишь для своего возраста, - отметила она) родился в семье ветеринарного врача и школьной учительницы... учился... проживает... закончил Гарвардскую школу права. Служил в ВВС США. Возглавлял окружную прокуратуру, был помощником Федерального прокурора. Избран в Сенат, представляет свой штат уже 9 лет.

По результатам независимого исследования, в настоящее время лидирует в списке возможных кандидатов в президенты на очередных выборах. Республиканец, вступил в партию во время прохождения военной службы. Придерживается активной внешней политики, призывает к увеличению расходов на национальную безопасность.

Вдовец, жена, Ханна (Энни) Блэккет, погибла в автомобильной аварии шесть лет назад. Детей нет.

Дополнительные сведения. В юности увлекался орнитологией. Ведет здоровый образ жизни. Из проблем со здоровьем - аритмия. Характеризуется как властный, жесткий, решительный, уверенный в себе человек. В порочных связях замечен не был.

Прочитав последнее предложение, Аня хихикнула. Затем перевела курсор наверх и снова посмотрела на его фотографии. В этот момент где-то под подушкой раздалась мелодия входящего звонка. Пошарив рукой, она достала телефон и, не глядя, нажала кнопку принятия вызова, сказав короткое "да".

-- Добрый вечер, Анна, - раздался в трубке глубокий низкий голос, - это Ален Блэккет.

- Добрый вечер, рада слышать вас, Сенатор Блэккет, - поприветствовала его Аня и, не понятно по какой причине, ее вдруг охватило трепетное волнение.

Но она быстро взяла себя в руки и игриво добавила:

- Не поверите, но я только что вас вспоминала.

Он подхватил ее тон и проговорил:

- Возможно, я почувствовал это, поэтому решил позвонить. А что, если это незримая энергетическая связь?

(Ах ты, сукин сын, - думала Аня, - Решил со мной по заигрывать, ну-ну...) А вслух произнесла другое:

- К сожалению, Сенатор, метафизика не мой конек, поэтому просто поверю вам на слово.

- Анна, зовите меня Ален. Вы еще не уехали домой?

- Нет, Ален, мы улетаем послезавтра утром.

- В таком случае, могу я пригласить вас завтра на обед?

- Смотря в какое время вы обедаете, - отшутилась она, - я смогу освободиться только после четырех дня.

- Отлично, значит, встретимся ровно в шесть. А что это будет: поздний обед или ранний ужин мы с вами решим на месте, а заодно обсудим вопросы метафизики. Я зайду за вами. Полагаю "Джеферсон"? - уточнил он название отеля.

- Все верно, - подтвердила Аня.

- Тогда до встречи, Анна, - попрощался Блэккет.

- До встречи, Ален, - отозвалась она.

Аня отключила звонок и отложила телефон. "Черт, черт... какой у него все-таки потрясающий голос" пристукнула она кулачком подушку. Потом сказала самой себе:

- Так, дорогая, стоп! Тебе надо влюбить его в себя, а не наоборот.

Глубоко вздохнув, она снова взяла телефон и набрала Макса, сообщив ему:

-- Максим Сергеевич, не рассчитывайте завтра на меня после пяти часов, меня пригласили на обед.

Макс чуть присвистнул:

- Ты, птица моя райская, только не забудь послезавтра к самолету прилететь.

- Вот еще, - фыркнула Аня, - "руссо туристо - облико морале".

И повесила трубку.

-7-

За окном из огненного ковра тысяч фонарей стремились ввысь бездушные прямоугольные коробки зданий с ярко-горевшими желтыми окнами. Над всем этим расстилалось черное беззвездное небо. Ален Блэккет безучастно смотрел на огни ночного города из окна своей вашингтонской квартиры, расположенной на 25 этаже небоскреба и думал: Зачем он это делает? Если его электорат узнает о связи с русской, то это не только не добавит ему очков, да еще, пожалуй, снизит его политический рейтинг. А с другой стороны, да нет еще никакой связи... и не факт, что будет. Ох, Анна... у нее такие лучистые глаза и милая ямочка на щеке. У моей дорогой Энни была такая же ямочка и она также, чуть щурила свои серо-зеленые глаза, когда улыбалась. Ах, Энни, Энни, зачем ты меня так рано покинула?

Прошло шесть лет со времени той страшной аварии, которая унесла жизнь его дорогой жены. Он помнит все в мельчайших подробностях, как будто это случилось вчера. Был воскресный день, она отправилась за покупками, обещала быть дома уже к обеду. Но больше не вернулась. Вечером пришли полицейские: "Мистер Блэккет...". "Сенатор", поправил тогда он. "Сенатор Блэккет, нам очень жаль. В машину вашей жены врезался грузовик, его водитель был пьян. Мы его задержали. Тело вашей жены в Окружном морге". Вот тогда ему и поставили этот диагноз "аритмия".

Почему они с Энни не родили детей? Сначала казалось, что рано, еще можно немного подождать. А потом внезапно стало поздно, когда у Энни обнаружили хоть и доброкачественную, но опухоль.

Теперь него был только один "ребенок" - политика, которому он посвящал все свое время и всего себя. Даже не оставалось времени на женщин, да ему и не хотелось тратить на них свое время. Никто не мог заменить ему "его милую Энни". А эта русская вдруг что-то изменила в нем, что-то шевельнулось в его душе, как будто живой росток пробил толстый слой асфальта. Он вдруг ясно осознал, что Энни нет, ее не вернуть, но он-то сам жив. Анна Воронова его заинтересовала, она казалась такой светлой, такой искренней, ей хотелось верить. А еще она была Анной, даже ее имя напоминало ему имя его потерянной жены.

-8-

Аня стояла перед зеркалом и не могла решить: заколоть волосы в прическу или распустить. Покрутившись, она решила все-таки оставить их распущенными, в конце концов, она идет на неформальную встречу. Поэтому позволила себе надеть любимое темно-зеленое платье, которое выгодно оттеняло цвет ее серых глаз, придавая им зеленоватый оттенок. Брызнула напоследок себя легкими ненавязчивыми духами, накинула пальто, закрыла номер и вызвала лифт.

Ален уже ждал ее внизу, в холле. При виде Ани, он поднялся из кресла ей навстречу. На нем было темное кашемировое пальто и синий шарф, небрежно обмотанный вокруг шеи. Он шел уверенной стремительной походкой, на губах играло что-то вроде полуулыбки.

- Анна, рад вас видеть! Вы восхитительны! - он легко стиснул ее пальцы, но приложить к губам ее руку для поцелуя не решился.

(Почему-то в ее присутствии хочется совершать пошлые джентльменские штучки, - думал он про себя, - забавно, если бы я решил поцеловать руку какой-нибудь из наших когресменш или сенаторш, да они меня засудили за сексуальные домогательства).

- Добрый вечер, Ален, - приветливо улыбнулась Аня, - куда мы едем?

Блэккет жестом направил ее в сторону выхода, пропуская вперед и уже пройдя пару шагов по улице, он сообщил:

-- Я решил изменить планы, мы прогуляемся пешком до одного очень хорошего ресторана, вам там понравится.

Аня смутилась:

- Возможно, мне стоит пойти переодеться во что-то более соответствующее, пока мы далеко не ушли?

- Не волнуйтесь, Анна, это очень демократичный ресторан, - ответил он.

- Сенатор Блэккет, насколько я знаю вы республиканец. Вы можете позволить себе пойти в демократичный ресторан? - скептически произнесла Аня.

Ален внимательно посмотрел на нее своими зелеными глазами и оглушительно расхохотался.

- У вас отличное чувство юмора, дорогая Энни, - произнес он, утирая выступившие от смеха слезы в уголках глаз.

- Анна, меня зовут Анна, - поправила его она, почувствовав какой-то неприятный холодок от произнесенного им имени, ведь так звали его погибшую в аварии жену.

И уже более тепло добавила:

- Но вы можете называть Аня, так зовут меня родители и друзья.

- Анья, так? - попытался повторить Ален.

- Почти, но не так мягко, порезче - "Аня"

- Хорошо, Аня. А как еще тебя называют?

- Анюта, Анечка.

- Можно я буду называть тебя Анечка, мне так больше нравится, - спросил Блэккет.

(- А я тебя Аленчик, - хихикнула про себя Аня).

- Вот, мы уже пришли, - показал он на вывеску спустя некоторое время.

Ресторан действительно был очень хорошим: обстановка уютная, музыка приятная, еда вкусная.

Они сидели уже несколько часов и все не могли наговориться. О чем именно они разговаривали, вспомнить было сложно. Обо всем и не о чем конкретном. Он раскрывался ей с другой стороны. За фасадом жесткого, холодного, властного политика скрывался очень одинокий, тонкий и даже немного трогательный человек. Но эти качества проглядывали совсем незаметно на доли секунд и испуганно юркали обратно в свою норку. В остальном он был очень самоуверен и не терпел возражений.

Аня охнула, поглядев на часы:

- Ох, Ален, мне очень жаль, так не хочется заканчивать наш чудесный вечер, но время позднее, а у меня завтра очень ранний рейс.

- Мне очень приятно твое общество, Анечка, и очень не хочется тебя отпускать, - с грустью произнес он, - Но я тут бессилен. Хорошо, я сейчас расплачусь по счету и провожу тебя до отеля.

Когда они вышли на улицу, он предложил:

- Я бы хотел попросить тебя еще немного прогуляться со мной, но если ты против, то можем взять такси.

Аня зябко поежилась, но согласилась снова пройтись пешком.

Заметив, что ей холодно, он снял свой синий шарф, обмотал вокруг ее шеи и завязал концы. От шарфа пахло его лосьоном с какими-то пряными и цитрусовыми нотами. Аня с наслаждением вдохнула. Если бы ее спросили, чем пахнет Ален Блэккет? Она, не задумываясь, ответила - "властью". А чем пахнет власть? Аленом Блэккетом.

-9-

Уже лежа в кровати гостиничного номера, Аня пыталась мысленно повторить картину сегодняшнего вечера. Как они с Аленом встретились в холле, как неспешно шли в ресторан, как ужинали...

Когда он говорил, то посматривал на нее чуть снисходительно и свысока. Он твердо отстаивал и аргументировал свое мнение, но и ее собственное выслушивал внимательно, чуть наклонив голову и сузив глаза. Аня пыталась вести разговор так, чтобы их беседа не превратилась в спор. Потому, что спорить с ним было бессмысленно.

Ален много рассказывал о себе, своем детстве, о любви к птицам. В детские годы он проводил все свободное время на дереве с биноклем в руках, высматривая птиц и делая пометки в блокнот. Упоминал, что в юные годы у него было ручная ворона, которая в один прекрасный момент улетела и больше он ее не видел. Аня тогда пошутила, насчет своей фамилии. Он засмеялся и сказал, что как раз ее фамилия его и привлекла. Потом вдруг стал серьезным и с грустью спросил "Вы, Анечка, тоже больше не вернетесь?". На что Аня ему ответила словами вороны из мультика "Я птица вольная - куда хочу, туда лечу" и объяснила, что это значит, а потом добавила: "а еще я лечу туда, куда меня направят по работе".

Время от времени, в процессе беседы он кончиками пальцев касался ее руки, лежавшей на столе. В один из таких моментов Аня протиснула свои пальцы сквозь его и почувствовала, как он чуть стиснул их. Через пару секунд она высвободила руку и, как ни в чем не бывало, убрала ее со стола. Что-что, а флиртовать она умела, а еще видела и чувствовала его неподдельный к ней интерес.

Возвращались обратно в отель в абсолютном молчании, вдыхая свежий, ставший морозным к ночи воздух. Температура опустилась ниже нуля и асфальт местами покрылся тонкой корочкой льда. В одном таком месте Аня чуть не поскользнулась. После это Ален предложил взять его под руку. Так они и шли, держась вместе, до самого отеля. Прощаясь в холле, она напомнила, что если ему станет грустно и он решит о ней вспомнить, то на ее визитной карточке есть все ее контакты. Заверила, что при первой же возможно приедет снова. Он наблюдал, как она садится в лифт, как лифт поднимает ее на этаж.

Уже из окна номера ей было видно, что еще некоторое время он стоял на улице перед отелем, потом резко повернулся и зашагал прочь.

Сейчас она лежала и думала, что вот, она сделала, все, что было нужно - "зацепила объект". Дальше необходимо его "поддерживать" и довести до "нужного состояния". Поначалу эта игра ее только забавляла, теперь же она ей очень нравится... и "он" тоже нравится...

-10-

Возвращение домой показалось Ане очень утомительным. Москва была слякотная, серая и по-зимнему неопрятная. Она вернулась в свою квартиру, разобрала чемодан и уже возилась на кухне, собираясь приготовить что-нибудь перекусить, как раздался звонок по телефону:

- Привет, котенок, ты уже вернулась? Как долетела?

Это был ее близкий друг, или как смешно называла его одна ее коллега "бойфренд" - Вовка Решетников.

- Привет, Вовк, - тепло ответила она, - Нормально, я уже часа два, как дома.

- Анют, я вернусь через полтора часа! - заверил он.

- Хорошо. Я как раз приготовлю ужин.

- Все, жди! Уже лечу к тебе на крыльях любви на запах вкусной еды! - засмеялся он и отключился.

Через два часа Вовка влетел в квартиру, сгреб ее в охапку и сказал:

-- Извини, пробки. Как же я соскучился!

Аня, смеясь и вылезая из его объятий, уточнила:

- Меня же не было только пять дней!

- Это были очень долгие пять дней, - снимая ботинки и вешая куртку, проговорил он и прошел на кухню.

Там он осмотрел все кастрюльки, стоящие на плите, подцепил пальцем кусочек картофеля из одной и сунул в рот.

- Не хватай ничего, иди мыть руки! - остановила его Аня.

- Я голодный, как волк, - прорычал он, - И сейчас тебя съем. По пути в ванную он обнял ее и сказал в самое ухо "Ам".

Пока Вовка мыл руки, Аня накрывала на стол.

- Рассказывай, как съездила, - поинтересовался он, возвращаясь на кухню.

(- Чудесно, - подумала она)

Но, вслух, произнесла:

- Утомительно, скучно, скучно, утомительно и еще раз скучно. Встречи-релизы и так все время. У тебя что нового?

- А у меня подписали разрешение на строительство, ну помнишь, тот участок... я тебе рассказывал.

- Это чудесно, Вовка. Ну что, давай за участок? - разливая вино по бокалам, предложила Аня.

- Нет, лучше за тебя и твое возвращение, - поднял он бокал.

-11-

Они лежали после ужина сытые, довольные, приятно утомленные друг другом, тесно прижавшись. Вовка блаженно посапывал, а Аня лежала на его руке и думала, что они живут вместе уже четвертый год. У него, разумеется, есть свой дом, но он находится за городом и там сейчас живет его мама. Поэтому большую часть времени они проводят в ее собственной квартире. Хоть она и не в центре, но добираться до работы и ему, и ей значительно проще, чем из его коттеджного поселка. Они и познакомились, как раз когда Анна покупала это жилье, устав от скитаний по съемным квартирам. Он потом пошутил, что предложил лучший вариант и даже сделал скидку, потому, что как чувствовал, что будет жить здесь сам.

В его загородном коттедже они проводят выходные и праздники. Мама у него хорошая. И печет очень вкусные пирожки. Аня даже брала у нее рецепт, но сотворить что-то похожее ей так и не удалось.

Вовку она очень любит, он простой, понятный и очень "свой". До него у нее тоже были отношения, но какие-то бестолковые, которые также бестолково закончились и не оставили никаких воспоминаний, ни хороших, не плохих. А с Вовкой она чувствует себя надежно, такое впечатление, что в ее жизни он был всегда. Может выйти за него замуж и родить двух, а лучше трех детей? Ну, ее, эту работу. Буду жить за городом, на свежем воздухе, воспитывать детей и есть мамины пирожки.

- Вовк, - нежно толкнула она его, - Почему ты меня замуж не зовешь?

- А ты хочешь? - сквозь сон спросил он.

- Я не знаю, - протянула Аня.

- Ну, вот, когда определишься, дай знать, - сказал Вовка, вытащил из-под нее руку, повернулся на бок и тихо захрапел.

Аня прислонилась к его спине и тоже уснула.

Ее разбудил булькающий звук пришедшего на телефон сообщения. Вовка не слышал сигнала и крепко спал. Анна взглянула на часы:

- О Боже, - мысленно произнесла она, - Начало шестого утра. Если вам не спиться, то имейте совесть и дайте поспать другим.

Аня решила оставить чтение смс до утра и закрыла глаза в надежде заснуть, но не смогла, поэтому потянулась за телефоном, взяла его и открыла список сообщений.

Сообщений было два и оба от "него". Сон сразу сняло как рукой. Надо же, она погрузилась в свой уютный размеренный быт и совсем про "него" забыла. В первом смс было "Анечка, как добралась? Все хорошо?", второе "Прости, я забыл про разницу во времени".

Аня почувствовала, как к щекам прихлынула кровь. Она немного подумала и написала ответ: "Спасибо, Ален, добралась хорошо, правда не быстро" Потом еще подумала и дописала "И спасибо, что разбудил, теперь у меня есть время подумать о тебе до звонка будильника". И нажала "отправить". Уснуть она так больше и не смогла, лежала с закрытыми глазами и размышляла:

- Ален... он такой особенный, непонятный, как инопланетянин с другой планеты.

Так и не дождавшись звонка будильника, она вздохнула, поднялась с кровати и пошла на кухню готовить завтрак.

-12-

Ален Блэккет сидел в кровати, подложив под спину подушку, и читал "Убить пересмешника". Это была любимая книга Энни, иногда она читала ему вслух. Он с грустью посмотрел на пустующую половину кровати и снова мысленно спросил: "Энни, почему ты оставила меня одного?".

Краем глаза он увидел, как мигнул экран телефона. Ален снял очки, взял телефон. На экране был значок о поступлении нового сообщения. Прочитав текст, он помимо воли улыбнулся, а на душе разлилось волнующее тепло. Еще раз он посмотрел на другую половину кровати и произнес вслух:

- Энни, а ведь это ты оставила меня!

Затем убрал книгу, погасил свет и лег спать.

-13-

Прошло уже несколько месяцев со времени Аниной поездки в Вашингтон. Жизнь вошла в прежнее русло: работа, спокойные почти семейные вечера, поездки к Вовкиной маме за город.

С Аленом они время от времени перебрасывались сообщениями, иногда писали электронные письма и переговаривались по видеосвязи. Каждый раз он говорил, что хотел бы встретиться с ней снова.

Вовка был занят своим новым строительством и не вмешивался в ее дела. У них сразу, как только они начали встречаться, установились очень доверительные отношения. Она даже мысли не допускала проверить информацию на его телефоне и никогда не просматривала Вовкины документы, если только он сам не просил ее об этом. Точно также он знал, что если она уходит в другую комнату и садится за компьютер, то мешать ей не стоит. У нее постоянно были какие-то переговоры по сети, переписка с большим количеством людей и море "писанины": рабочие тексты, релизы, публикации. Вовка ей доверял, а она старалась не давать ему повода усомниться в ней. Но все равно, общаясь с Аленом, Аня чувствовала себя какой-то "преступницей" и уничтожала следы их "романа в письмах".

Как-то раз, после работы, когда она шла на стоянку к своей машине, к ней подбежал Макс, с просьбой подбросить его до метро, потому как его собственная машина находилась в сервисе.

- Как поживает твой американский ястреб? - поинтересовался он, как только они отъехали с парковки.

- Хорошо, - ответила Аня, выруливая на проспект, - Пишет мне трогательные сообщения.

- А ты хотела бы с ним снова увидеться? - задал Макс неожиданный вопрос.

- Как ты себе это представляешь? Пригласить его в гости? - ухмыльнулась Аня.

- Ну, сюда он точно не поедет, для этого нужна веская официальная причина. Приехать сейчас в нашу страну, в качестве туриста, ему не по статусу, это плохо отразиться на рейтинге, будущие избиратели его не поймут.

Макс помолчал, посмотрел в окно и сообщил:

- Один из министров скоро едет в Мадрид с дружественным визитом, ты могла бы к нему присоединиться. Заодно расскажешь о поездке нашему дорогому Сенатору, а также намекнешь о том, что планируешь провести в Испании еще два свободных дня.

Аня задумалась.

- А ты знаешь, - вдруг с улыбкой посмотрела она на Макса, притормозив у метро, - Я ведь никогда раньше не была в Мадриде и мне, внезапно, очень захотелось там побывать.

Макс усмехнулся, вышел из машины и исчез за дверью в метрополитен.

-14-

После московской весенней распутицы, Мадрид показался Ане настоящей сказкой. Там было солнечно, тепло, шумно и ярко. Даже работать было одно удовольствие, поэтому она решила, что обязательно должна приехать сюда снова и взять собой Вовку.

Когда она сообщила Алену, что собирается в столицу Испании, он очень воодушевился и уточнил, не будет ли она против, если он тоже туда приедет. Получив ответ, что "я буду рада встретиться с вами вновь", клятвенно пообещал, что сделает все для этого возможное.

Они договорились встретиться в парке Буэн-Ретиро у памятника Альфонсу XII. Аня шла на встречу и чувствовала, что немного нервничает. Она долго выбирала, в чем пойти и остановила свой выбор на узких джинсах, легком шифоновом топике с легкомысленным цветочным рисунком и удобных туфельках на небольшом каблучке. На плечи набросила элегантный сиреневый трикотажный кардиган. Теперь она шла и думала, не слишком ли вызывающе просвечивает топик и вообще, может, стоило одеть что-нибудь другое, поскромнее. Еще ее волновало, что сейчас она увидит его снова, проведет с ним целый день и неизвестно, чем все это может закончиться. У нее, между прочим, есть ее Вовка, которого она любит...

Подходя к месту их встречи, она сразу увидела Алена. Он стоял, облокотившись на парапет, и смотрел на катающихся в лодках по озеру туристов. И выглядел совсем не так, как раньше, более расслабленным что ли. Вместо строгого костюма, в котором Аня привыкла его видеть, он был в джинсах, светлой рубашке-поло, на спину наброшен песочного цвета свитер, завязанный рукавами на груди.

Аня подошла ближе, коснулась его плеча и поприветствовала:

-- Здравствуй, Ален.

-- Анечка, - повернулся он, и она увидела, как просветлели его зеленые глаза.

-- Да, это я. Давно меня ждешь? - поинтересовалась она.

-- С нашей первой встречи, - улыбнулся он.

-- Вы смущаете меня, Сенатор Блэккет, - отозвалась Аня, чуть потупив глаза.

-- Прости, я не хотел. Хочешь покататься на лодке?

-- Давай в другой раз.

-- А у нас будет другой раз? - недоверчиво переспросил он.

-- Все может быть, - растяжно произнесла Аня и предложила, - Прогуляемся?

-- С удовольствием, - ответил он.

Они неспешно пошли по парку и принялись непринужденно болтать.

Увидев его, Аня как будто перешла через невидимую границу параллельной реальности, где не было ни Вовки, ни работы, ни привычной жизни. С Аленом она сама была какой-то другой.

Они гуляли среди пестрой толпы туристов и чувствовали себя совершенно свободными, здесь не было ни его политики, ни опасности встретить кого-то из знакомых. Поэтому когда он осмелел и взял ее за руку, Анна не возражала.

Вечер застал их в небольшом уличном кафе, где они отдыхали после длительной прогулки и осмотра местных достопримечательностей. Ноги ныли от долгого хождения пешком, поэтому Аня незаметно сняла туфли под столом и поставила на них свои босые ступни.

- Куда отправимся завтра, Анечка? - спросил Ален, потягивая из бокала охлажденное вино.

- Не знаю, Ален, у меня глаза разбегаются, сколько здесь интересного, - пожала плечами Аня.

- Может, сходим в Королевский дворец? - предложил он.

Она посмотрела ему прямо в глаза и произнесла:

- С тобой, куда угодно!

- Теперь ты меня смущаешь, Анечка, - укоризненно сказал Ален, чуть наклонившись к ней и не сводя с нее глаз.

- Извини, - произнесла Аня с невинной улыбкой.

- Направимся в сторону отеля? - опуская пустой бокал на стол, предложил он.

- Да, пожалуй, - согласилась она, надевая под столом свои туфельки.

Ален вышел из-за стола и протянул ей свою руку, на которую Аня оперлась и поднялась из плетеного кресла.

Взявшись за руки, они медленно пошли к отелю, ничем не выделяясь из такой же толпы разномастных туристов томного и страстного Мадрида.

-15-

Ален проводил ее до дверей номера и стоял, смущенно переступая с ноги на ноги. Аня видела его замешательство и посмеивалась в душе. Суровый политик в этот момент походил на растерянного подростка.

- Твой номер выше? - спросила Аня, нарушив затянувшееся молчание.

- Да, на четвертом этаже, - ответил ей Блэккет.

Он немного помолчал и поинтересовался:

- Ты сразу ляжешь спать?

- Нет, - помотала она головой, - Еще не очень поздно, полежу, посмотрю телевизор.

- Может, сходим в бар при отеле, немного посидим и посмотрим телевизор там? - робко спросил Ален.

- Хорошо, минут через сорок, - согласила Аня, - Мне нужно переодеться.

Ален обрадовался и, уже поворачиваясь к лестнице, напомнил:

- Я зайду за тобой через сорок минут.

За сорок минут Анна умылась и заново чуть ярче накрасилась, распустила и уложила волосы, переоделась в черное коктейльное платье с эффектным декольте, брызнула на себя любимые духи и в тот момент, когда застегивала замок сережки, в дверь постучали.

- Заходи, я уже готова, - крикнула она.

Ален зашел в дверь номера и застыл на пороге. Его взгляд остановился на ней и секунд десять, он неотрывно смотрел на Аню, чуть насупив брови, отчего вертикальная морщинка между ними обозначилась резче. Затем толкнул назад дверь, захлопнув замок, стремительно подошел, с силой прижал Аню к себе и впился губами в ее чуть приоткрытые губы. От его напора у нее подкосились ноги, сказать "нет" не было сил.

Сенатор Блэккет оказался потрясающим любовником. Пусть не слишком техничным, но от его прикосновений сладкой судорогой сводило тело. Ласки доводили до умопомешательства. С ним Анна разбивалась на тысячу сверкающих осколков и собирала себя заново, но уже в какую-то новую Анну.

Не стоит говорить, что в бар они так и не пошли, как и не пошли на экскурсию на следующий день.

Так начался их непредсказуемый и противоречивый роман. Редкие встречи они компенсировали страстными безумствами. После Мадрида, были еще Рим, Вена, Берлин. Аня научилась врать, уезжая в несуществующие командировки на пару дней, чаще на выходные, но ничего не могла с собой сделать. Вовка верил, ничего не спрашивал, только отмечал, что после своих командировок она возвращается совсем чужая.

-16-

- Анют, кто такой Ален? - крикнул из ванной Вовка.

Аня в этот момент варила на кухне кофе и от неожиданного вопроса, она вздрогнула, похолодела, а кофе пролился на плиту.

- Ху из мистер Ален? - переспросил еще раз Вовка, появляясь на кухне и застегивая на ходу рубашку.

Анна мучительно соображала, откуда он мог узнать. Он, что читал ее сообщения?

- С чего вдруг такой вопрос? - осторожно поинтересовалась она.

- Слышал, как ты во сне произносила это имя, - ответил Вовка.

Аня решила обратить все в шутку:

-- Вот уж не знала, что разговариваю во сне.

Вовка молчал и выжидающе на нее смотрел.

- Да это режиссер такой, Вуди Аллен, - нашлась она, - Мне посоветовали его фильм, а я никак не посмотрю. Каждый вечер напоминаю себе, что надо не забыть приобрести и тут же забываю.

- А что за фильм? - спросил Вовка, отрезая себе хлеб и намазывая его плавленым сыром.

(- О Господи! - думала Аня, - Я не могу вспомнить ни одного его фильма! Могла же я спокойно сказать, что Ален это важный деловой партнер и только. А теперь выпутывайся, - мысленно ругала она себя).

- Ну как его... - пощелкала пальцами Аня, - Там еще такой известный актер играет...

- "Полночь в Париже", что ли? - уточнил Вовка с набитым ртом.

- Ну да, он самый, - выдохнула она.

- Хорошо, я принесу, вечером посмотрим, - пообещал Вовка, дожевывая бутерброд, - Ну все, мне некогда. Я побежал. Кофе выпью на работе.

Он чмокнул Аню в щеку, оделся и ушел, закрыв дверь ключом.

Аня без сил опустила на стул и закрыла лицо руками.

- Вот тебе и первый звоночек, - подумала она,- как меня угораздило во все это влипнуть?!

-17-

А как угораздило? Очень даже просто! Однажды ее вызвал к себе их новый начальник отдела, Максим Мареев и с ходу спросил:

- Анна Александровна, вы любите свою страну?

От неожиданного вопроса Аня опешила и не нашла, что сказать. Она лишь промямлила что-то вроде "ну да, конечно, я здесь родилась, здесь живу".

Он улыбнулся, но только губами, его глаза продолжали оставаться холодными и принизывающими насквозь.

- Аня, птица моя райская, не пугайся. Присядь. Хочешь кофе? - уже другим тоном спросил он.

И не дожидаясь ответа, налил ей и себе по чашке кофе.

Она пришла в себя, села на стул, приняла из его рук чашку и с недоумением стала ждать продолжения этого странного разговора.

- Я позвал тебя вот зачем... - продолжил он и, снизив голос, добавил, - Разговор у нас конфиденциальный, сама понимаешь, поэтому все должно остаться за этими дверями. Все! Чтобы мы не обсудили и чтобы не наговорили друг другу.

- Я понимаю, Максим Сергеевич, - заинтригованная беседой, ответила Аня.

- Ты умная, успешная, ответственная сотрудница. Поэтому, когда я соберусь сменить должность, я порекомендую тебя на свое место, - сообщил ей Максим.

- И вы ждете от меня.... некой услуги за это? - подняв бровь, спросила она.

- Ань, ты очень проницательная, у тебя острый, редко свойственный женщинам, ум. Но тут ты ошибаешься, не услуги, нет. Исполнения одной ма-а-аленькой просьбы, - протянул он.

- Какой же? - поинтересовалась Аня.

И услышала неожиданный ответ:

- Ты должна познакомиться с одним американским политиком.

Она не выдержала и расхохоталась.

- Максим Сергеевич..., - с сомнением начала она.

Максим перебил ее:

- В отсутствии других сотрудников, можешь называть меня Макс.

- Хорошо, Макс, - усмехнулась Аня, - Ты представляешь себе, где я и где эти американские политики?!

- Раз ты задаешь, вполне, логичные вопросы, я тебе отвечу, - произнес Макс спокойным, лишенным каких-либо эмоций голосом, - Интересующий нас американский политик планирует посетить одно не совсем официальное мероприятие в Вашингтоне в начале следующего года. И ты тоже посетишь это мероприятие.

- Я что, должна его соблазнить и завербовать? - веселилась Аня.

- Нет, - также спокойно ответил он, - Только заинтересовать, очаровать и.... постараться повлиять на его мировоззрение.

- Макс, ты серьезно? - недоверчиво спросила она, округлив глаза, - Я же не сказочная фея, у меня нет волшебной палочки, чтобы заколдовать этого человека. Вообще у нас с тобой какой-то... бредовый разговор.

Аня была в замешательстве, она не знала, что еще сказать, как отнестись к услышанному, и лишь разводила руками в воздухе.

- Птица моя райская, у тебя есть нечто лучше, чем волшебная палочка. У тебя есть красота, обаяние и здравый смысл.

- А если он не захочет со мной знакомиться? - продолжала спорить она.

- Ну... попытаться все равно стоит.

Аня поставила локти на стол и обхватила ладонями опущенную вниз голову, затем подняла глаза на Макса и спросила:

- Он очень старый, это политик?

Тут уж расхохотался Макс:

- Анюта, ты чудо! Все схватываешь на лету.

И добавил:

- Нет, он не старый, ему чуть за шестьдесят, но выглядит значительно моложе. Он тебе понравится.

На это Аня ответила словами песни из одного известного кинофильма про мушкетеров:

-- "Я не сказала "да", милорд".

-- "Вы не сказали "нет", - отшутился в ответ Макс.

И вот спустя некоторое время, которое ушло на подготовку документов и оформление визы, она оказалась на том самом мероприятии, где и познакомилась с Аленом. Только теперь она может с уверенностью сказать, что Макс ошибся. Нет у нее никакого здравого смысла.

-18-

Аня сидела на очередной планерке и в пол-уха выслушивала нудные сентенции вышестоящего руководства. Она заметила, как на телефоне высветился значок поступившего сообщения. Взяв в руки телефон со стола и опустив его под стол, прочитала смс. Там было следующее: "Скучаю безумно. Люблю. У меня неделя каникул. Бросай все и приезжай ко мне. Твой Ален".

И она решила все бросить, попросить у Макса пять дней отпуска и уехать к Алену. Хорошо, что Вовка был в командировке и ему ничего не пришлось объяснять. А по возвращению, она что-нибудь придумает.

Когда Аня пришла к Максу с заявлением об отпуске, он очень внимательно на нее посмотрел и задумчиво сказал:

- Меня очень пугает твое рвение. Ты, птичка, часом не влюбилась?

- Ну, если только чуть-чуть, - поиграв глазами, ответила Аня.

- Чуть-чуть не считается. Присядь, пожалуйста, - попросил он.

Аня села на стул, весело глядя на Макса.

Макс вышел из-за стола, походил немного, потом снова сел и наконец начал спокойно и размеренно говорить:

- Анна (это насторожило, потом, что обычно он ее так не называл), ты умная девушка, очень умная девушка. Уверен, ты понимаешь, что то, что ты делаешь, имеет под собой четко-определенную цель. И надеюсь, ты лишена каких-то романтических иллюзий о возможной... хм... счастливой развязке этой истории.

- Макс, я не понимаю, к чему ты клонишь, - растерянно пробормотала она.

- Птичка моя райская, подумай над всем здраво. Он - политик. А еще он очень упрямый человек. За ним стоят большие деньги, очень большие деньги. К президентским выборам он идет уже много лет и никто, и ничто не свернет его с пути. Сейчас он лидирует по многим показателям. В случае его возможного избрания, наша страна должна начать с ним сотрудничество. Мы рассчитываем на то, что он будет более к нам дружелюбнее, помня о ваших с ним прекрасных отношениях. Но при подобном исходе, он не сможет продолжить вашу связь, ни в каком виде. Потому, что это крах его карьеры. Подтверди, что ты все это понимаешь, и я подпишу твое заявление на отпуск.

Аня готова была заплакать. Да, она все это понимала, но гнала от себя подобные мысли, надеясь на какой-то "а вдруг": а вдруг его не изберут, а вдруг он бросит свою политику, а вдруг все будет хорошо.

Она молча кивнула Максу и он поставил визу на ее заявлении.

В Штаты она летела с тяжелым сердцем.

-19-

Ален встречал ее в аэропорту. Когда она подставила губы для поцелуя, он осмотрелся по сторонам и сказал: "не здесь". Только оказавшись дома, он привлек ее к себе и, покрывая поцелуями губы, щеки и шею, шептал: "Анечка, как же я соскучился". Аня с нежностью отвечала на его ласки, а ее сердце было готово разорваться на части от осознания неминуемого разрыва.

Спустя некоторое время она лежала на груди Алена и ласково гладила его руку, которой он ее обнимал.

- Анечка, ты какая-то грустная, что-то случилось? - тихо спросил он.

- Нет, Ален, все хорошо. Все так, как оно должно быть, - с грустной улыбкой ответила она.

- Я не понимаю...

- Мы все время проведем у тебя дома за закрытыми дверями и окнами? - перевела Аня разговор.

- Нет, у нас будет насыщенная культурная программа, - пообещал он, рывком оказываясь над ней и заглядывая ей в глаза, - Завтра я поведу тебя на выставку экзотических птиц.

Ощущая его каждой клеточкой тела, Аня потеряла способность думать. Она отчаянно старалась прочувствовать его насквозь, впитать в себя его дыхание, его запах, прикосновения и восполнить все, что она возьмет от него, собой, своей любовью.

- Анечка, как же я люблю тебя, - страстно говорил Ален ей в ухо, когда они обессиленные лежали в объятиях друг друга, - Ты вывернула меня наизнанку. Я не знал, что так бывает и что такое возможно со мной. Ты как райская птица, которая коснулась меня своим крылом, и мой серый мир расцвел яркими красками.

- Да вы, романтик, Сенатор Блэккет, - усмехнулась Аня.

- С тобой и для тебя. Ты особенная, - прошептал он.

- Ален..., - с тревогой в голосе внезапно обратилась к нему Анна, - Могу я задать тебе очень серьезный вопрос?

- Конечно, спрашивай, что угодно.

- Ален..., - она помолчала, чуть покусывая в волнении прядь волос и не решаясь спросить, потому что очень боялась услышать правду.

Он с тревогой на нее смотрел и ждал.

Аня вздохнула, наконец, решилась и продолжила:

- Ален, если бы тебе пришлось выбирать между мной и победой на выборах, что бы ты выбрал?

Он, задавая себе этот вопрос тысячу раз, искал возможные пути решения, но так и не пришел к удовлетворительному ответу. Потому, что он желал и того, и другого одинаково страстно. А это были две взаимоисключающие вещи.

Аня смотрела на него, ждала, что он ответит, заранее зная, каким будет ответ, и от этого было так больно, что на глаза выступили слезы.

Умиротворенное выражение его лица мгновенно сменилось суровым и жестким, как будто кто протер невидимым ластиком.

- Анечка, - начал медленно и холодно говорить он, - я неоднократно задавался этим вопросом. Ты - мое счастье. А политика - это моя жизнь. И как бы я не желал иного, в случае моей победы на выборах, меня ждет... полностью лишенная счастья жизнь.

- Я все понимаю, Ален, - проговорила она сквозь слезы.

- Анечка, милая, не плачь. Я...я что-нибудь придумаю, - он нежно гладил ее по голове и покрывал лицо поцелуями, но знал, что ничего не сможет изменить.

-20-

Выставка экзотических птиц проходила в крытой части ботанического сада. Аня с Аленом прогуливались вдоль вольеров, рассматривали птиц, читали их описание и особенности обитания. В отличие, от их европейских прогулок, Блэккет держался скованно и чуть отстраненно, как будто они не любовники, а коллеги по работе, где он занимает вышестоящую должность. Но так как в помещении стоял невообразимый птичий гомон, то, чтобы услышать друг друга, им приходилось склонять головы.

Была весна, на улице еще было прохладно, а в зале, где проводилась выставка, поддерживалась теплая температура. Поэтому Ален снял пальто и нес его, перекинутым через руку. Свой синий шарф он оставил свободно обмотанным вокруг шеи. Наклоняясь к Ане, чтобы что-то ей сказать, он обдавал ее пряно-цитрусовым запахом, так любимого ею лосьона.

- Пойдем, я покажу тебе большую райскую птицу, - сказал Ален и куда-то повел за собой.

Подойдя к одному из вольеров он указал:

- Вот она, Paradisaea apoda или Большая райская птица.

Птица не произвела на Анну большого впечатления. Она была размером с большую ворону и даже выглядела, как раскрашенная в разные цвета ворона с пучком длинных красно-желто-оранжевых перьев на хвосте.

Аня осторожно отметила:

- Мне кажется или она действительно немного напоминает ворону?

Ален усмехнулся и пояснил:

- Ты почти угадала, семейство райских птиц, как и семейство врановых относятся к одному отряду - воробьинообразных.

Анна засмеялась:

- То есть получается, что обычная ворона и райская птица близкие родственники?

- Получается, что так, - пожав плечами, подытожил Ален.

Тут птица издала какой-то звук, расправила крылья, распушила свой хвост и на некоторое время ослепила их своим огненным переливающимся оперением. Но затем сложила перья вместе и снова превратилась в разноцветную ворону.

Несколько дней отпуска пролетели незаметно. За время, проведенное вместе, они сходили в один из местных музеев и один раз поужинали в ресторане, предпочитая развлечениям быть скрытыми от чужих глаз, и изо всех сил цепляясь друг за друга, как терпящие бедствие, зная, что их время на исходе.

-21-

- Сенатор, можно к вам? - дверь приоткрылась, и в кабинет Алена заглянул его помощник Майк.

- Что там у тебя? Заходи! - махнул ему рукой, приглашая зайти Блэккет.

- Я принес отчет по последним результатам исследования общественного мнения, - сообщил помощник, бочком подбираясь к столу.

- Оставь на столе, я посмотрю позже, - ответил Блэккет, не поднимая взгляд от своих бумаг, которые он внимательно читал.

Помощник положил папку с документами на стол и остался стоять напротив Алена.

Тот оторвался от бумаг и вопросительно посмотрел на своего помощника:

-- Что-то еще, Майк?

-- Нет, нет, Сенатор, - спохватился помощник, - Просто изучите отчет самым тщательным образом.

Пятясь назад, он вышел за дверь.

За дверью его уже ждал другой сотрудник офиса.

-- Ну что, Старик уже видел? - спросил тот.

-- Нет, попросил оставить на столе, - Майк презрительно усмехнулся - Пусть почитает.

-- Как ты думаешь, он может выкинуть что-нибудь эдакое?

-- Нет, он знает, кто за ним стоит. У него нет выбора, - протянул Майк.

И приказал сослуживцу:

-- Все, иди, работай!

Ален Блэккет отложил просмотренные документы и взял принесенную Майком папку, открыв ее на первой странице. Перед скрепленными скоросшивателем листами отчета лежали распечатанные на принтере статьи различных электронных изданий.

Статей было несколько и подготовлены разными информагентствами, но суть сводилась к одному: Сенатор Ален Блэккет симпатизирует противостоящей им державе. Сенатор Ален Блэккет стал сентиментальным. Что ждать от такого президента? Русская женщина превратила ястреба в цыпленка. К статьям прилагались их с Аней фотографии с птичьей выставки.

Пробежав глазами каждый листок, Ален в ярости скомкал все разом и швырнул в мусорную корзину.

Сердце заколотилось. В последнее время оно все чаще напоминало о себе сильным сердцебиением, тяжестью и тягучей болью. Ален расстегнул ворот рубашки и достал из кармана таблетницу. Выбрав из нее удлиненную капсулу, закинул себе в рот и проглотил. Спустя некоторое время стало легче. Он облокотился локтями об стол, обхватил руками голову и мучительно закрыл глаза.

Что если все бросить, думал он. Вернуться к своей юридической деятельности. Возможно, открыть частную практику. Забрать Аню к себе, может даже завести ребенка. Он еще не такой старый и у них с Аней могут быть дети. Черт с ним, с этими выборами. "Сенатор Ален Блэккет стал сентиментальным" процитировал он фразу из статьи.

Черт, черт, черт, - рычал он, ударяя кулаками об стол, - Не могу, не могу, бросить! На меня надеются, мои избиратели верит мне. Я не могу подвести, не могу! Я столько еще могу сделать для своего народа, для своей страны!

Блэккет снова вернулся к папке с отчетом, внимательно изучил все графики и пояснения к ним. Его рейтинг, по сравнению с прошлым периодом, опустился на несколько пунктов. Незначительно. И еще оставался выше рейтинга его основного соперника.

Сенатор яростно захлопнул папку и отправил ее вслед за скомканными статьями в мусор.

- Сенатор Ален Блэккет, никому не позволит усомниться в себя, - с яростью стукнул он кулаком по столу.

-22-

С силой хлопнула входная дверь. Аня вздрогнула, опустилась в кресло и расплакалась. Впервые за все время их совместной жизни, они с Вовкой поругались так, что он собрал свои вещи и ушел. Сразу стало холодно и одиноко. Они начали ссориться из-за какой-то ерунды, наговорили друг другу много обидных слов и договорились до того, что лучше им пожить раздельно.

- Ну и фиг с ним, пусть катится, - думала Анна.

Она так устала вести двойную жизнь, что даже была немного рада, что Вовка ушел. Одной проблемой меньше.

"Вторую ее проблему" она видела теперь только по телевизору. В новостях на центральных каналах все чаще освещалась заокеанская информация о начавшейся гонке за президентское кресло.

Она видела его пламенные выступления и не узнавала в этом жестком решительном политике с яростно-горевшим взглядом своего Алена. Это был чужой, незнакомый ей человек. Их редкое в последнее время электронное общение, практически сошло на нет.

От грустных мыслей ее оторвал телефонный звонок. На экране высветилось имя "Макс".

- Привет, птица моя, что поделываешь? - весело поинтересовался он, когда Аня ответила на звонок.

- Сижу и плачу, что хотел? - схамила она.

- Не плачь, красавица, не плачь. Я с приятной новостью. Подвернулась небольшая работенка в Штатах. Нужно бы нам с тобой туда съездить.

- Куда именно? - заинтересовалась Аня.

Макс усмехнулся:

- Туда, куда нужно. Сможешь еще раз взглянуть на своего пока еще Сенатора.

- Когда? - Аня оживилась.

- Начинай паковать вещи, птица моя райская, летим через несколько дней, - сказал Макс и отключился.

Сообщать Алену, что она прилетает, Аня не стала. Решила связаться с ним по прибытию.

-23-

Все дни командировки целиком и полностью заняла работа. Аня была рассеяна и никак не могла собраться. Ее голову занимали совсем другие мысли. Каждый день она собиралась набрать знакомый номер, но никак не решалась.

За день до отлета домой Макс пригласил ее в свой номер.

Аня зашла к нему и присела на кровать.

- Что-то ты плохо выглядишь, - поинтересовался он.

- И чувствую себя так же паршиво, - призналась Аня.

Макс напомнил:

- Сегодня у тебя свободный вечер, можешь провести его как хочешь.

Затем поинтересовался:

- Он знает, что ты здесь?

- Нет, я не сообщила, - с грустью ответила она.

- Почему? - удивился Макс.

- Боюсь, - призналась Аня, - Не хочу доставлять неприятности.

- Смотри сама, - пожал плечами Макс, - Вылетаем сегодня ночью, практически уже утром. У тебя еще есть время.

Она поднялась и уже собиралась уйти к себе, но Макс остановил ее:

- Подожди! У меня к тебе предложение...

- Еще одно? - криво улыбнулась Аня.

- Все то же. Ты только послушай внимательно, без эмоций, - попросил он.

- Валяй..., - Аня вновь села на диван.

Макс пожевал губами и стал говорить:

- Представители нашей страны встречались с твоим упрямцем. Он не изменил своих убеждений ни на йоту. С ним будет тяжело работать. Для нас был бы предпочтительнее его ближайший соперник. Он демократ и придерживается более лояльных взглядов.

Макс замолчал, перевел взгляд в окно, затем очень пронзительно посмотрел на Аню и продолжил:

- Для страны и для тебя лично, было бы лучше, если он сойдет с дистанции.

Аня похолодела и безмолвно продолжала смотреть на Макса.

- Ты должна посодействовать этому, - закончил говорить он.

Аня попыталась что-то сказать, но у нее перехватило горло. Она прокашлялась и прохрипела:

- Что ты такое говоришь? На что ты меня толкаешь?

- Ничего криминального. Вот держи, - Макс порылся в кармане и достал обычную желатиновую лекарственную капсулу белого цвета.

- Это что яд? - испуганно шарахнулась в сторону Аня.

- Слушай, птичка, я не знал, что ты такая кровожадная. Ты меня пугаешь, - пошутил Макс и продолжил - Нет, это средство для увеличения мужской силы, но может чуть большая концентрация, чем обычно принимает твой Ромео.

- С чего ты взял, что он их принимает?! - удивилась она.

Макс хохотнул:

- Ань, ему же не двадцать лет. Ты была у него дома, разве никогда не видела там что-то подобного?

- Я не рылась в его вещах! - с возмущением произнесла она.

Потом задумалась:

- Хотя, может быть... я искала аспирин в аптечке за зеркалом, заметила какую-то банку с надписью "только для мужчин", но не придала этому значение.

- Вот видишь! Возьми! - Макс сунул ей в руку белую капсулу.

- И что будет, когда он примет ее? - ошарашенным голосом спросила Аня.

Макс засмеялся в голос:

- А ты не догадываешься, что может быть, наивная ты моя? Тебя ждут незабываемые счастливые моменты.

Потом разом стал серьезным и спокойно сказал:

- Скорее всего, с его здоровьем, у него случится небольшой сердечный приступ.

И поглядев, на испуганную Аню договорил:

- Но, ты же будешь рядом и поможешь ему. Вызовешь службу спасения, станешь в его глазах еще и спасительницей. Убьешь сразу двух зайцев: вернешь себе своего дорогого Сенатора и заручишься его благодарностью за чудесное спасение.

Слово "убьешь" неприятно резануло Аню по ушам.

- Нет, нет, я не буду этого делать, я не хочу причинять ему вред, - проговорила она, вскакивая и пятясь к двери.

Затем выбежала в коридор и ринулась к себе номер. Там, забравшись с ногами в кресло и свернувшись клубочком, она обнаружила, что до сих пор держит в руке лекарство. Резко скинув его с ладони на пол, она испуганно сжалась. Немного посидев и подумав, набрала номер Алена.

- Да, - раздался в трубке резкий голос.

- Ален, это Аня. Я здесь, в гостинице, ночью уже улетаю домой. Могу я к тебе приехать сегодня?

- Да, в восемь, - так же резко донеслось из трубки и раздались гудки.

Аня начала собирать сумку, решив, что поедет в аэропорт прямо от Алена. Сложив все свои вещи, она остановилась над лежащей на полу капсуле. Постояла, подумала и пошла к двери. В дверях задержалась, вернулась, подняла ее с пола и положила ее в карман брюк.

-24-

Ален запустил ее в квартиру, выглянул в холл, убедился, что по близости никого нет и, лишь потом, захлопнул дверь.

- Прости, - начала Аня, - Я знаю, что не должна была приходить. Но мне так хотелось тебя увидеть в последний раз.

Ален судорожно вздохнул и обнял ее:

-- Анечка, дорогая моя.

Аня оторвалась от него:

- Я смотрю все твои предвыборные выступления, которые показывает наше телевидение. Я скучаю по тебе, Ален, - всхлипнула она и уткнулась ему в грудь.

Он гладил ее по спине и говорил:

- Анечка, это выше моих сил. Не плачь, пожалуйста.

Затем помог снять пальто, потянул за собой в гостиную и усадил рядом на диван.

Только при ярком свете лампы, Аня увидела, какой у него замученный вид: лицо приобрело землистый оттенок, под глазами лежали темные круги.

Она залезла к нему на колени, обхватила руками за шею и, нежно поглаживая по голове, начала жарко шептать в ухо:

- Ален, милый. Я очень тебя люблю и буду любить всегда. И буду всегда ждать. Я знаю, насколько для тебя важно то, что ты делаешь, но рано или поздно, все закончится, и тогда знай, что я тебя жду.

Она прижала свое лицо к его лицу, слезы лились у нее из глаз и капали на лицо Алена. Глаза у того тоже увлажнились и по щеке текли слезы, смешиваясь со слезами Ани. Так они и просидели весь вечер, обнявшись.

Наконец Аня спохватилась, вытерла слезы, встала с его колен и сообщила:

- Еще немного и я поеду в аэропорт.

- Анечка, я люблю тебя, - охрипшим голосом проговорил Ален, - Но... не приезжай больше.

Внезапно он побелел и начал в поисках хлопать себя по карманам.

- Там, - просипел он, указывая ей в сторону ванной, - Круглая коробочка, на полке, в ней белая капсула.

- Ален, может вызвать помощь? - испугалась Аня.

- Нет, принеси лекарство, сейчас само пройдет.

Она быстро побежала в ванну, увидела на полке белую таблетницу, сняла крышку и обнаружила в ней среди нескольких разноцветных таблеток пару белых капсул. Достала одну из них, вернулась к Алену и протянула ему лекарство. Он моментально положил ее в рот и проглотил, запив водой из стакана, стоявшего рядом на журнальном столике.

Аня осторожно опустилась рядом на диван с волнением наблюдая за Аленом.

- Тебе лучше? - спросила она.

Он откинулся на спинку дивана, расстегнул верхние пуговицы рубашки, потер себе грудь и произнес "да".

- Ален, - тревожным голосом спросила Аня, - Зачем тебе все это нужно, когда можно вести спокойную жизнь и просто быть счастливым?

- Ты не понимаешь, - посмотрев ей в глаза, ответил он и повторил, - Не понимаешь...

- Никогда не пойму... - отозвалась она.

-25-

Ален привлек Аню к себе и начал медленно целовать, одновременно расстегивая ей блузку.

- Сколько у нас времени, - шепотом спросил он.

- Еще полтора часа, - выдохнула она.

- Целых полтора часа, - шептал он, поднимая ее с дивана и увлекая за собой в спальню.

Там он скинул с себя одежду, раздел Аню и, положив ее на кровать, лег сверху, продолжая ласкать и целовать ее.

Через непродолжительное время Аня услышала непонятные хрипы и поняла, что он заваливается на нее.

- Боже, Ален... - испугано вскрикнула она и перевернула его на спину.

Вскочив на ноги, она в жуткой панике начала искать телефонную трубку, чтобы позвонить в службу спасения. Нашла и дрожащими руками практически набрала номер, но взглянув на Алена, поняла, что помощь тому уже никогда не потребуется.

Аня похолодела, у нее подкосились ноги, она прислонилась к стене и медленно сползла по ней вниз. Сидя абсолютно голой на полу, она вжалась в стену спиной, зажмурилась и с силой закрыла рот руками, чтобы не заорать в голос. Ее трясло, лились слезы, рот открывался в безмолвном крике, наконец, голос прорезался:

-- А-а-а-а, - рыдала она, захлебываясь слезами, - Але-е-ен.

Аня на четвереньках приблизилась к кровати, начала гладить и покрывать поцелуями застывшее лицо Алена. Обняла его голову, прижала к себе и начала тихо ее баюкать, приговаривая:

- Ален, милый, прости. Я не хотела. Я только хотела, чтобы мы были вместе. Нам нужно быть вместе. Вместе. Прости, прости...

Внезапно из брошенной на пол трубки раздалась трель телефонного звонка. Резкий звук привел Аню в чувство. Она вскочила, заметалась по квартире в поисках своих вещей. В голове стучало "если меня увидят, могут арестовать. Я не хочу в тюрьму, мне надо в аэропорт, надо домой". Звонок несколько раз прозвучал и стих.

Аня оделась, осторожно подошла к Алену, закрыла ему глаза и накрыла одеялом. Наклонилась, поцеловала и сказала на прощание:

- Я люблю тебя, мы обязательно будем вместе.

Затем взяла свою сумку и направилась к входной двери. Немного задержалась перед вешалкой с одеждой. Надела свое пальто, немного подумала и взяла его синий шарф, обмотав вокруг шеи, вышла в холл, захлопнула дверь, спустилась на улицу и поймала такси в аэропорт.

Помощник Сенатора с раздражением выключил телефон.

- Ну что, не берет? - спросил его коллега.

- Нет, не хочет, - Майк почесал у себя в затылке и скабрезно произнес:

- Наверно наш старик сейчас вовсю "жарит" свою русскую девку.

- А что она снова приехала? - поинтересовался коллега.

- Да, я слышал, что у них было какое-то мероприятие с представителями нашей общественности. Сегодня ночью они уже улетают, - Майк отбросил трубку телефона, - Ладно, позвоню ему завтра утром.

И мстительно процедил:

- Скоро мы их всех будем "жарить".

-26-

Аня не помнила, как добралась до аэропорта, как прошла регистрацию и села в салон самолета.

Она отвернулась к окну и установилась в него невидящим взглядом, ее голова как будто была набита ватой, в которой застревали все мысли.

Пролетев в таком состоянии некоторое время, она обернулась и увидела рядом с собой Макса.

Ее вдруг охватила неистовая ярость.

- Ты, ты..., - зашипела она, - Ты использовал меня! Я ненавижу тебя! Ненавижу!

Отвернулась от него и снова уставилась в окно, из глаз бежали слезы, и она размазывала их по лицу кулаком.

- Ну-ну, - похлопал он ее по колену, - Успокойся!

И нажал кнопку вызова стюардессы, которая незамедлительно подошла.

- Вы можете принести какое-нибудь спиртное и плед, - попросил он ее, - Моя спутница плохо себя чувствует, она боится летать.

Стюардесса приветливо улыбнулась, кивнула и выполнила его просьбу.

- Возьми, выпей, полегчает, - протянул он Ане стаканчик с коричневой жидкостью.

Аня дернула плечом и жидкость из стаканчика пролилась на его брюки.

- Ну, как хочешь, - сказал Макс, стряхивая с брюк капли и залпом выпивая остатки из стакана.

Плед он заботливо накинул ей на плечи.

Аня втянула на сидение ноги, свернулась клубочком, отвернувшись от всех, и, уткнув нос в шарф, пахнущий Аленом, незаметно уснула.

-27-

Самолет остановился на взлетно-посадочной полосе и пассажиры стали потихоньку выходить из салона. Макс разбудил плохо соображающую Аню, вывел из самолета, довез до дома и оставил у дверей ее собственной квартиры.

Машинально открыв дверь ключом, Аня бросила сумку в прихожей, прямо в одежде прошла в комнату, села на диван и долго смотрела в одну точку. Какой-то дурной сон, думала она. Это все какой-то дурной сон.

В груди лежал большой холодный камень, в голове шумело, мысли появлялись односложные и сразу исчезали.

Коньяк. Аня встала, медленно прошла на кухню, наклонилась, открыла шкафчик, где у нее стояло спиртное и вытащила пузатую бутылку.

Стакан. Она выпрямилась, протянула руку и взяла кружку из сушилки над мойкой.

Налить. Открутила крышку с бутылки, налила полную кружку коричневой жидкости и долго на нее смотрела.

Пей. Прозвучало в голове через какое-то время. Аня поднесла кружку к губам и начала пить. Коньяк обжигал горло, но она не остановилась, пока не выпила все, что было в кружке.

Спиртное моментально ударило в голову. И стало легче. Нет, это все не правда, такого не могло быть. Аня села за стол и включила телевизор. Шли вечерние новости. Картинки сменялись одна за другой. Что-то бойко говорила диктор. И вдруг она увидела на экране нечто, что привлекло ее внимание. Аня прислушалась:

... Сегодня утром в своей квартире был найден мертвым кандидат в президенты от республиканской партии сенатор Ален Блэккет. По предварительной информации, смерть наступила от острой сердечной недостаточности. Сенатор Ален Блэккет был номером один в списке претендентов за президентское кресло, который сейчас достается его ближайшему сопернику - демократу....

Аня похолодела. Нет, это не сон. Это правда. Алена больше нет. Ее Алена больше нет. Это она убила его. Она убила ее Алена. Как теперь жить? Жить? А зачем жить? Зачем жить без Алена?

Последняя мысль пульсировала у нее в голове. Росла и заполняло все сознание, затуманенное спиртным. Она налила еще целую кружку коньяка и одним махом выпила половину. Ее мутило, перед глазами все плыло. Аня взяла небольшой острый ножик, шатаясь и держась на стенки, прошла в ванную. Рядом с ванной опустилась на колени, так как ноги ее не держали, дотянулась и подняла ручку крана. Закрыла сливное отверстие и, повиснув на крае ванной, наблюдала, как прибывает вода. Наконец ванна набралась, пошарив рукой, Аня закрыла воду. Вода была теплая и она долго водила в ней руками. Затем подняла с пола ножик, который принесла с кухни. Закатала левый рукав и резко полоснула себя по запястью. Боли не было. Страха не было. Вид крови веселил ее, Аня смотрела, как она вытекает из раны, красивая, алая, стекает по руке и капает в воду. Упавшие в воду капли окрашивали ее вокруг себя в розовый цвет и постепенно растворялись. Она вязла нож в другую руку и проделала тоже самое с правым запястьем. Выронила нож в воду. Погрузила руки и вода быстро стала розовой. Скоро мы будем вместе, промелькнуло в угасающем сознании. Аня уронила голову на руки, закрыла глаза и ушла в манящую темноту.

-28-

Она не слышала, как в квартиру кто-то зашел, как звал ее, не слышала крики, топот ног. Не чувствовала, как чьи-то сильные руки тащили ее куда-то, как ее погрузили на носилки и куда-то везли.

Аня шла в темноте, шла, шла и никак не могла прийти. Темнота все не кончалась и казалась бесконечной. Она сжимала ее со всех сторон и Аня не знала куда идет, но почему-то казалось, что она идет правильно. Наконец, где-то вдалеке забрезжил огонек света. И Аня направилась к нему. Чем ближе она подходила, тем отчетливее становилось ясно, что свет виднеется из открытых дверей дома. Аня подошла ближе. Дверь была открыта нараспашку, и за ней горел яркий свет. Но свет не падал полосой из распахнутой двери, а обрывался на ней, создавая четкую границу между холодной темнотой, где стояла Аня и ярким освещением внутри. Было ощущение, что там, в доме, находится тепло и счастье, но она стояла перед входом и не решалась войти.

Некоторое время она стояла и смотрела внутрь, как вдруг увидела Алена. Рядом с ним стояла невысокая полноватая женщина, она что-то рассказывала ему, и он улыбался ей в ответ. Внезапно, как будто почувствовав присутствие Ани, он повернулся и стал пристально всматриваться в темноту, где она стояла. Медленно направился в ее сторону, подошел к границе света, постоял немного на пороге, тяжело вздохнул и закрыл перед ней дверь.

Аня очнулась от собственного крика. Прибежала медсестра, пыталась ее успокоить, но Аня хватала ее за халат и твердила:

- Он не простил меня, не простил. Он не принял меня.

- Успокойся, успокойся, все хорошо. Сейчас тебе будет хорошо, - ласково говорила медсестра, делая Ане укол успокоительного лекарства.

Укол подействовал сразу. Аня расслабилась и, откинувшись на подушки, забылась лишенным сновидений сном.

Когда она проснулась, было светло и пахло цветами. Она осмотрелась и поняла, что лежит в больничной палате. На прикроватной тумбочке стоял букет роз. У окна кто-то находился. Аня чуть привстала в кровати и фигура обернулась.

- Вовка! - вскрикнула она.

Он подбежал к ней, обхватил ее руки своими и стал покрывать поцелуями.

- С возвращением! - сказал он, - Ну и напугала ты меня!

- Вовка, милый, забери меня, пожалуйста, отсюда, - молила она.

- Да, конечно! Скоро заберу! И мы переедем ко мне, - пообещал Вовка, - Бросай, Анют, свою работу, посмотри, до чего она тебя довела!

После выписки из больницы, Аня подала заявление на увольнение и вскоре переехала жить к Вовке и его маме за город.

-29-

Только через несколько лет Аня нашла в себе силы полететь за океан. Вовку пригласили принять участие в международной строительной конференции, и она напросилась сопровождать его. Его мама любезно согласилась присмотреть за малышом Ванькой, поэтому Аня решила, что может съездить на пару дней. Тем более, что интереса к ней правоохранительные органы той страны не имели, фамилию она поменяла на Вовкину и даже выглядела иначе, чем раньше. А еще ей крайне необходимо было туда съездить.

В один из дней, пока Вовка находился на своей конференции, Аня вызвала такси и попросила водителя отвезти ее по одному адресу.

Машина высадила ее у ворот центрального городского кладбища. Попросив таксиста подождать, Аня вышла и неспешно направилась по дорожке. Встретив служащего кладбища, она тихо что-то спросила у него, отчего тот замахал руками, показывая направление. Аня направилась туда, куда он показал, и вскоре подошла к двум прямоугольным надгробиям. На одном было выбито "Ханна Блэккет", на другом "Ален Филипп Блэккет" и по две даты: рождения и смерти.

Аня встала на колени перед могилой Алена, прислонилась лбом к надгробию, гладила серый камень руками и сквозь слезы твердила: "Прости, прости, прости...". Затем достала из сумки синий шарф и обвязала его вокруг основания памятника.

Поднявшись, еще раз погладила надгробие рукой и произнесла:

- Прощай Ален. Я возвращаю тебе твой шарф. Мне он больше не нужен.

И не оборачиваясь, ушла.

Служащий кладбища еще долго смотрел в след странной женщине.

Больше Анна не приезжала туда никогда.

Who is mister Alen? - англ. Кто это мистер Ален?

Content

Дворянская Лилия
Райская птица