А. МЕРЕДИТ УОЛТЕРС

НАЙДУ ТЕБЯ В ТЕМНОТЕ

ПРОЛОГ

Как я сюда попала? Когда моя жизнь пошла по этому безумному курсу к этому громадному беспорядку, который я сейчас увидела, взглянув в зеркало? Конечно, все началось очень просто. Взгляд, прикосновение, поцелуй. Первая любовь должна была быть красивой, не так ли?

А может быть, она по-прежнему такая. Не знаю. Все, что я действительно знаю, так это то, что я стою на коленях на этом противном полу в ванной комнате какого-то грязного мотеля, стирая кровь моего парня с шершавой плитки. Кожа на моих коленях размокла и саднит. Жгучие слезы обжигают мои глаза, но я чувствую, что готова следовать за ним хоть на край света.

Вытереть, помыть, подмести. Вот что я делаю. Вытираю в суматохе наши отношения. Сметаю куда подальше гнев, боль и страх. Смываю все прочь, пытаясь понять, как мне взять себя в руки.

И потом я вспоминаю те неуловимые моменты. Крошечные осколки времени, которые помогают мне признать, что все было не так уж и плохо. Ведь я люблю его, и он любит меня. Любит так, как может. Возможно, моя единственная ошибка заключалась в том, что я вовремя не смогла понять, что не в состоянии ему помочь.

Но я не из тех, кто легко сдается или все забывает. Многие хотели, чтоб я была именно такой, но нет. Были мгновения, когда он был моим миром. Моей целью, всей моей жизнью. И мне тяжело даже думать о том, что сейчас я лишилась всего этого. Возможно, те несколько блаженных месяцев, что мы провели вместе, были поистине прекрасными. Сумасшедше прекрасными. А может и просто сумасшедшими.

Кто знает. Я была испуганная, уставшая и одинокая; потерявшая жизненно важную часть себя, благодаря которой когда-то чувствовала себя цельной и полной. Сейчас же я была грустной и опустошенной. Вытереть, помыть, подмести.

Дыры заполняться. Шрамы затянутся. Но я никогда уже не буду такой, как прежде. Той, кем была до него. Моя сумасшедшая, прекрасная любовь.

ГЛАВА 1

— Нет, вы, должно быть, разыгрываете меня, — стонала я, пиная шину своей подержанной «Тайота королла», которая категорически отказывалась заводиться. Стоя на подъездной дорожке рядом с домом, я успела вспомнить все ругательства, какие только можно себе представить, пока минуты медленно приближали мое неизбежное опоздание.

— Мэгги, девочка, неужели она снова не хочет заводиться? — Мой отец высунул голову, приоткрыв входную дверь. Скорее всего, он был послан кем-то знающим о моем затруднительном положении.

Вздохнув, я с силой захлопнула дверцу автомобиля и подняла свою сумку. — Нееет, — устало протянула я. Мой папа держал дверь открытой на протяжении всего времени, пока я шла обратно в дом. — Разве ты не забрала её из салона две недели назад? — спросил он, когда я, войдя в дом, бросила сумку на кухонный стол, а сама уселась на стул. Разочарованно убрав челку со лба, я так и не удосужилась ему ответить.

Этот день не задался с самого утра. Мне не стоило вылезать из кровати. Может, я должна была изобразить кашель или нечто подобное, чтобы убедить папу в том, что сегодня мне лучше остаться дома.

Мой отец откусил кусок от тоста, и крошки посыпались, застряв в его аккуратно подстриженной бороде. — Я отвезу тебя в школу. Ты же не можешь пропустить важный тест по химии. — Он ухмыльнулся, глядя на меня, словно прочитал мой замысел о прогуле школы.

Я застонала, наверное, в миллионный раза это утро. Черт, я совсем забыла об этом тесте, но мой отец, конечно же, прекрасно помнил о нем. Отлично. Теперь не осталось ни одного шанса на то, что сегодняшний день еще может стать хорошим. Долбанный понедельник.

— Мэгги Мей, что ты все еще здесь делаешь? Последний звонок прозвенел 10 минут назад. — Моя мама быстро вошла на кухню и, налив себе чашку кофе, взглянула на часы, убеждаясь, что не ошиблась со временем. Глядя на мою очень серьезную, деловую и превосходно выглядящую мать, я задалась вопросом, причем уже не впервые, как я могу быть носителем её ДНК, ведь она моя полная противоположность. В то время как она - блондинка с прекрасной, модной прической, я являюсь обладательницей мышино-серых, с легким коричневым оттенком волос, которые напрочь отказываются укладываться во что-либо, хоть отдаленно напоминающее стильную прическу. У моей мамы прекрасная фигура, да и вообще она не выглядит на свой возраст. Я же была «поздней пташкой». Мой не приводящий в восторг размер груди и отсутствующие напрочь бедра едва ли свидетельствовали о женственности.

Но у меня были её глаза. И я скажу, позабыв про скромность, что они просто удивительные. Мне нравится, что у меня точно такие же блестящие зеленые глаза и густые черные ресницы. Они – лучшее во мне (ну, хорошо, за исключением моего поразительного остроумия и прекрасной индивидуальности, конечно), и я выслушала массу комплементов в их адрес. Нет, конечно же, я не уродина, просто, как и большинство подростков, не в восторге от своей внешности.

— Её машина не заводится. Я как раз собираюсь подбросить её до школы, — мой папа заговорил прежде, чем я смогла ответить. Мама сочувствующе улыбнулась мне, прежде чем подарить своему мужу вызывающе сладкий, утренний поцелуй. Порой они по-настоящему тошнотворны, особенно когда демонстрируют, как сильно влюблены друг в друга. Хотя, в глубине души я просто хотела того же и тратила массу времени, думая о том, что уже никогда не смогу найти свою любовь.

— На этот раз, мы можем помочь тебе с ней, ты же знаешь. Ты очень усердно работала этим летом, чтобы купить её, да и все было бы нормально, если б ты не припарковала её на подъездной дорожке. — Моя мама, несмотря на свою прекрасную внешность Барби и сугубо деловую индивидуальность бухгалтера, была довольно удивительной. Я взяла рогалик, который она мне протянула, и слизнула сливочный сыр сверху.

— Спасибо, но у меня еще остались сэкономленные деньги. Давайте, будем просто надеяться, что мне не нужен новый двигатель, — пробормотала я. Мама взъерошила мне волосы, словно мне все еще 5 лет, а затем взяла свой портфель. — Ну, Марти, раз у вас есть под контролем, то мне пора отправляться в офис. Я, скорее всего, буду поздно вечером. — Она управляла своей собственной бухгалтерской фирмой в городе, поэтому приходилось много работать.

Наклонившись, мама быстро поцеловала в лоб меня, потом отца, а затем ушла. Я засунула остаток рогалика в рот и вытерла губы тыльной стороной ладони. Салфетка моментально оказалась у меня под носом. — Мне кажется, ты выросла не в сарае, Мэгги, — пошутил отец. Я слегка прикоснулась салфеткой к своим, давно уже чистым, губам, и то только для того, чтобы сделать его чуточку счастливее.

— Ты уже можешь идти к машине. Я подойду туда. И набери гараж Берта сегодня, они приедут и отбуксируют автомобиль. Мама и я заплатим за буксировку, а ты - за ремонт, согласна? — Папа поставил свою чашку в раковину, заполняя её водой. Я почувствовала себя виноватой. Мне не нравится, что родители платят за мою машину, в какой бы форме это не выражалось.

Именно я была той, кто настоял на покупке подержанного автомобиля. Мой отец хотел, чтобы я получила больше информации в салоне, сделала отчет CARFAX[1] и вообще более осмысленно подошла к покупке транспортного средства. Конечно же, я его не послушала, ведь мне уже семнадцать лет и я знаю гораздо больше об этом, нежели мои родители. Ну, теперь-то я извлекла урок из своего горького опыта.

Но я знаю, что у меня не хватит денег, чтобы оплатить и буксировку, и ремонт. Сбережения, которые мне удалось накопить, работая все лето в ларьке, специализирующемся на продаже мороженого, были почти истощены, и вскоре мне придется очень туго, если я не найду новый источник заработка.

Я пробормотала что-то неразборчивое, не потрудившись даже сформулировать внятно предложения. — Пожалуй, я расценю это как «спасибо», — усмехнулся отец, прогоняя меня с кухни. Я вышла к нашему семейному минивэну[2], стараясь не думать о том унижении, которое смогу испытать, когда отец-библиотекарь подвезет меня сегодня к школе. Если бы я не чувствовала себя настолько расстроенной, то оценила бы, насколько внимательным был мой отец.

Вообще, мне очень повезло с родителями. Мои мама и папа, казалось, моментально понимали перепады моего настроения. Не сказать, конечно, что я трепала им нервы. Не думаю, что сильно раздражала их на протяжении семнадцати лет своей жизни.

Вот здесь и протекает моя жизнь. Я была типичной девочкой-подростком, живущей в небольшом городке в Америке (Дэвидсон, штат Виргиния, если вы и правда хотите это знать), на пересечении клише и стереотипов. Моя жизнь была обычной и без приключений. Я росла, будучи единственным ребенком местной королевы красоты и книжного червя, которого она полюбила. Наша жизнь была полна яблочного пирога, семейных обедов и игр в «Монополию» по четвергам (по средам, если маме удавалось сжульничать на неделе).

Мои лучшие друзья – Рэйчел Бредфилд и Дэниел Лоу – были моими партнерами в несуществующих преступлениях еще с утробы. Наши матери росли вместе и абсолютно естественно, что мы стали настолько же близки, как и они.

Являясь довольно умной (мой средний бал – четыре с плюсом), я мечтала поступить в колледж, как и мои друзья. Я постоянно делала домашнее задание, соблюдала все правила, и в, основном, смертельно скучала. Печально быть старшеклассницей средней школы, и уже устать от всего, связанного с ней, а ведь год только начался! Сейчас шла всего лишь третья неделя сентября. Тот факт, что моя машина отказывалась заводиться этим утром, только прибавил пару позиций к моему общему недовольству.

Я уселась на пассажирское сиденье и начала терпеливо дожидаться отца, выстукивая пальцами на приборной панели какой-то непонятный ритм. — Ладно, Мэгги, девочка, пристегивайся, давай. — Мой отец постоянно использовал сокращенное имя (и это было менее неприятно, если бы не тот факт, что я была названа так в честь популярной в 70-е годы песни[3], исполненной парнем с ужасной прической и склонностью к супер-моделям). Мне кажется, отец все еще не успел осознать, что мне уже не десять. Вообще, мои родители с трудом воспринимают тот факт, что я практически взрослая. Хотя, если честно, то большинство дней (включая сегодняшний), я поневоле играю эту роль.

Вытащив свой телефон, я послала СМС-ки Рэйчел и Дэниелю, сообщая им, что опаздываю. Судя по времени, я как минимум пропустила утреннее объявление мистера Кейна - нашего заместителя директора, который всегда звучал так, словно у него заложен нос и ему не помешало бы высморкаться.

Так может быть, день еще можно было спасти. Я попыталась свести разговор к минимуму, пока папа лениво плыл через наш крохотный городок в сторону школы. Он подпевал дуэту «The Righteous Brothers», и причем довольно громко, своим не скрывающим тревогу фальцетом. Покачивая плечами в такт музыке, он выглядел настолько глупо, что я с трудом сдерживала улыбку, и все-таки, как я не старалась, едва заметный намек на неё появился на моем лице. Конечно же, отец это заметил и произнес: — А вот и улыбка моей девочки! Я знал, что она где-то скрывается. — Мой папа протянул руку и ткнул меня в бок, заставив корчиться и неохотно рассмеяться.

— Ты такой придурок, пап. — Сказала я ему, не без удовольствия. Отец лишь усмехнулся и сделал радио погромче. Эта звуковая пытка продлилась недолго, ведь вскоре мы начали останавливаться перед входом в Старшую школу Джексон. Не дождавшись полной остановки машины, я выпрыгнула из неё.

— Не забудь во время обеда позвонить в гараж, — напомнил мне отец. Я иронически отсалютировала ему рукой и повернулась, чтобы направиться в здание школы. Приятно было осознавать, что я не единственная опоздавшая сегодня, были и другие ребята, спешившие с автостоянки.

На ходу, я пыталась достать телефон из кармана пиджака, чтобы послать друзьям сообщение о том, что наконец-то смогла добраться до школы. Достать его оказалось не так-то просто, и я, сконцентрировавшись на телефоне, совсем забыла одновременно поглядывать по сторонам, из-за чего врезалась в спину кого-то, остановившегося посреди тротуара.

— Эй, — завопила я, когда столкнулась с очень крепким телом. Мой телефон выпал у меня из рук, а батарейка с треском улетела прочь. Парень выронил бумаги, которые теперь рассыпались у его ног.

Мы одновременно выругались парочкой слов, за которые бы мне сулило мыло во рту, если бы все это услышала моя мама. — Какого черта!? — ворчал парень, наклонившись, чтобы собрать бумаги, разлетевшиеся после нашего телесного контакта. Ладно, я и так была в дерьмовоподобном настроении, так что его противный тон был всего лишь глазурью, покрывшей уже готовый торт. Да, возможно, я и была слегка неуклюжей, но уж точно не нуждалась в каком-то случайном парне, убеждающим меня в моей никчемности. — Ой, мне очень жаль, но неужели я проглядела знак «стоп»? — выпалила я, пока пыталась присоединить отлетевшую заднюю панель к телефону, так и не потрудившись даже взглянуть на этого осла.

Раздался скрежет зубов. — Полагаю, что хочу от тебя слишком много, ожидая извинений. — Его сарказм был явным, а слова, очевидно, были произнесены сквозь сжатые зубы. — Скорее всего, — язвительно заметила я, встретившись взглядом с самой удивительной парой карих глаз, которую когда-либо видела.

Чертовски горяч. Этот парень просто великолепен. И мы стоим так близко друг к другу. Если бы он не источал неприкрытый гнев, направленный прямиком на меня, то я могла бы даже сказать, что он довольно романтичный.

Кстати, добавьте заблуждение в растущий список моих проблем.

Мистер Милашка стоял там по-настоящему злой. Его идеально симметричное лицо (к слову, покрытое восхитительными веснушками) приобрело слегка красноватый оттенок. Те удивительные карие глаза, о которых я уже говорила, загорелись убийственный светом. Он был немного выше меня ростом, с темными волосами, которые вились в районе лба и ушей. Такое ощущение, будто парень не подстригался уже какое-то время. У него была ямочка на подбородке и крошечный шрам под правым глазом. И, несмотря на его очевидную симпатичную внешность, он, казалось, окончательно вышел из себя. Ну, ничего себе, а ведь это были всего лишь какие-то бумаги!

Милый паренек глубоко вздохнул и закрыл глаза. Я же засунула руки в карманы и приняла, пожалуй, самое верное решение – поскорее свалить оттуда. Я начала отходить, увеличивая пространство между нами, но его голос, на этот раз более спокойный, остановил меня. — Ну, ты могла бы, по крайней мере, сказать мне, где здесь находится главный офис. Ты ж понимаешь, что это меньшее, что можешь сделать для меня сейчас.

Если бы его тон был игривым, то я могла бы сделать вид, что этот парень флиртует со мной. Но нет, он был краток, раздражен и в очень плохом настроении. Да и у меня было уже достаточно проблем для одного утра, так что в сторону остроумие, этот парень может пойти и поискать себе другую жертву.

— Ты уже большой мальчик, и я уверена, что ты самостоятельно справишься с этим, — сказала я и, развернувшись, быстро зашагала прочь. — Спасибо за ничего, — крикнул он мне вслед.

Да, горячий мальчик пришел с плохим отношением. Совсем не так я хотела провести время, но большое ему «спасибо», ведь именно благодаря этому парню я все еще опаздывала.

ГЛАВА 2

— Вот и все! Я готов поклясться перед каждым представителем женской части населения, что ухожу в монастырь. Они ведь все еще есть существуют? Уверен, причина, по которой большинство обрекает себя на жизнь полную молитв и ужасных причесок, заключается в их девушках и устраиваемых ими долбанных скандалах, — обеденный поднос Дэниеля с громким лязгом приземлился на стол.

Рэйчел и я в унисон закатили глаза и повернулись к еще одному члену нашего трио для того, чтобы, как мы надеялись, выслушать, понять и поддержать. — Что на этот раз сделала Кайли? — спросила Рэйчел, засовывая в рот чито[4]. Дэниел провел рукой по своей светловолосой голове, явно чем-то очень взволнованный. Но, честно говоря, когда он не был взволнован? Дэниел - истинная королева драмы (ну, ладно король), прям, как и любая девчонка.

Он издал долгий, измученный вздох и оперся подбородком на руку. Рэйчел окинула его своим сентиментальным взглядом, и я заметила, как признаки её неразделенных чувств напомнили о своем существовании. Глядя на нашего лучшего друга, очень легко было понять, почему она испытывала подобные чувства к нему. Дэниел с легкостью можно назвать самым красивым парнем в Старшей школе Джексона. Не будь он мне как брат, я бы присоединилась к Рэйчел в её воздыханиях. Его щенячьи глазки и великолепные губы, о которых мечтали многие девушки, определенно добавляли ему популярности. Рэйчел и я, будучи его лучшими друзьями, завоевали популярность благодаря ассоциации с ним. Не то, чтоб я очень переживала по этому поводу.

Дэниел в очередной раз был в отношениях с Кайли Гуд – бойкой девчонкой и по совместительству капитаном девчачьей команды по хоккею на траве. Она настолько мила, что порой ей хочется дать пощечину. Ко всему прочему она является источником их бесконечной драмы. Честно говоря, даже наблюдать со стороны за их отношениями было очень утомительно. Кайли была милой, но при этом очень фальшивой. По-моему, именно её безумная неуверенность и еще более безумная ревность сделали её поистине невыносимой и очень хреновой подружкой.

Лично я думаю, что Дэниел сходит с ума по таким отношениям. Встречаются ведь такие люди, которые получаются удовольствие от постоянной ругани и суматохи. В противном случае, я просто не могу представить, почему Дэниел терпит всю эту ерунду в течение последних полутора лет.

— Я остался после школы помочь с тригонометрией Лауре Джонсон. Вот дерьмо, это просто школьная работа! И эта чертова Лаура-бабушкины труселя-Джонсон! Это не должно было выглядеть так, будто я тайно приударил за ней, пока она шептала мне на ухо математические задачки или что в этом роде. — Рэйчел и я постарались подавить смешок. Дэниел встряхнул бутылку шоколадного молока - свою признанную слабость - а затем открыл её. Он приподнял брови, когда мы попытались прекратить смеяться. Я сменила выражение лица на «вся во внимании».

— Получается, Кайли думает, что ты с Лаурой…? В самом деле? Неужели она потеряла то немногое, что осталось от её мозга после многочисленных ударов хоккейной клюшки по голове? — спросила я, открывая свою банку с содовой. Дэниел нахмурился и решил проигнорировать мой комментарий. Рэйчел подпрыгнула, став воплощением понимания и поддержки. — Так что случилось, Дэни? Вы что, ребята, поссорились? — Выражение лица Дэниела изменилось, и он вздохнул. Да, истинная королева драмы.

— Да, Кайли просто ушла от меня, сказав, что я не должен проводить так много времени с другими девчонками. Черт, она абсолютно невыносима.

— А что насчет нас? Ты проводишь уйму времени с нами. Последний раз, когда я проверяла, мы были обладательницами вагин, — заметила я. Дэниел поперхнулся своим молоком. Рэйчел фыркнула.

Дэниел откашлялся. — Вы действительно не в счет. Я имею ввиду, что касается тебя Рэйчел и тебя Мэгс, то Кайли знает, что у вас, ребята, могли бы быть пенисы. — Ну, это больше, чем требовалось, свидетельствовало о наступлении. Рэйчел переместила руки на колени, явно уязвленная словами Дэниела. Он был слишком грубым. Нежели он не подумал о том, что подобные слова могут ранить чьи-то чувства?

Взглянув на наши лица, он покраснел. — Нет, я не имел ввиду, что так оно и есть на самом деле. Конечно, я знаю, что вы – девчонки… просто вы мои друзья, и…черт, я не хотел быть таким грубым. — Хорошо, возможно, он и не такой уж болван. Я пожала плечами, давая ему понять, что он может не беспокоиться, по крайней мере, за меня. Рэйчел старалась не смотреть на него. — Рэйчел, мне очень жаль. Не злись. Ты ведь знаешь, что это просто мой словесный понос, вызванный тяжелым случаем тоски по Кайли. Прости меня, дорогая. — Дэниел взглянул на неё, и Рэйчел просто не смогла устоять перед его очаровательным взглядом.

— Я понимаю, — улыбнулась она ему. Как только Рэйчел это произнесла, я поняла, что с удовольствием запихнула бы ей в рот кляп, чтобы прекратить этот поток сюсюканья. Не поймите меня превратно, я люблю Рэйчел. Но я хочу, чтобы она нашла себе пару прежде, чем дело дойдет до Дэниела. Он бессознательно держал её на поводу. Дэниел не был козлом по своей натуре, просто он очень эгоистичен и эгоцентричен. Он действительно был очень хорошим другом, отчаянно защищал Рэйчел и меня, поэтому-то мы так легко прощали ему минуты придурковатости.

Но для Рэйчел все это было настолько плохо, что я чувствовала себя просто ужасно. Она любила Дэниела настолько, что мне довольно сложно это выразить словами. Для неё он был неким образом идеального парня. Она никогда ни с кем не встречалась, надеясь, на счастливый финал своей сказки. Бедная девочка. У Дэниела не было подсказки. Ладно, повторюсь, он болван, поскольку Рэйчел была просто ошеломляющей. Её каштановые волосы были прекрасного насыщенного цвета (не то, что мои мышинно-серые) и очень мило вились. Я всегда завидовала её волосам. Рэйчел была ниже меня ростом, но обладала потрясающей фигурой, которая так и кричала: «Я девушка, услышь мое рычанье». Она и Дэниел были бы идеальной парой, если б он только смог разглядеть её среди своего идиотизма.

— Я не могу больше терпеть все это дерьмо, — стонал Дэниел, возвращая беседу к своей персоне. Рэйчел, принимая на себя роль матери-кормилицы, погладила тыльную сторону его ладони. — Дэни, тебе всего лишь семнадцать лет. Ты действительно не заслуживаешь всех этих разборок, — сказала она, будто бы я не видела истинного контекста всех этих её слов.

Ну, я была менее дипломатичной. Я наклонилась и схватила жаркое с подноса Дэниела. — Брось ты её, Дэнни. Она реально неадекватная. Однажды ты придешь домой, а она вскипятит твою морскую свинку. — Дэниел раздраженно изогнул бровь и взглянул в моем направлении, прекратив есть свой гамбургер.

Рэйчел хмуро посмотрела на меня, явно недовольная отсутствием у меня всякого сочувствия. Извините меня, если я не понимаю, почему люди тратят впустую так много энергии на отношения, которые сделали их несчастными. У меня есть удивительный пример того, как в моем представлении должна выглядеть любовь, и поверьте мне, все, что я видела вокруг себя, было отнюдь не тем, что я ожидала. Ничто не соответствует тому, что я себе представляю. Вот почему я никогда не утруждала себя всеми этими глупыми знакомствами.

Уверена, целоваться было весело, но это все шло в комплекте с другими грязными штучками, сопровождающими подростковые знакомства, без которых, думаю, я смогла бы обойтись.

У меня никогда не было «бойфренда» как такового. Я была на нескольких свиданиях, и однажды даже обжималась с парнем, чуть не дойдя до второй базы, на одной из вечеринок, проводимых после футбольного матча (но это не значит, что я шлюха. Мои рамки дозволенного строго соблюдались). Все было здорово, но я просто не видела необходимости в создании пары, которая присуща Дэниелу и Рэйчел.

Рэйчел вообще была безнадежным романтиком, а её чувства к Дэниелу – истинным подтверждением этого. Она жаждала большой и безумной любви на всю жизнь, прям как у Ромео и Джульетты. Рэйчел не раз говорила мне, что с моей двойной Х-хромосомой что-то не в порядке, иначе как бы я могла так спокойно относиться ко всем этим женским штучкам. Не то чтобы я была сорванцом, просто у меня был более мужской подход к знакомствам и отношениям.

— У тебя это звучит так легко, Мэгги. В один прекрасный день так и произойдет, — пробормотал Дэниел. Я просто пожала плечами, сосредоточившись на своем обеде, позволяя Рэйчел в очередной раз его утешить и дать совет. Так или иначе, а в этом она была лучшей.

В то время как друзья размышляли о бедственном состоянии личной жизни Дэниела, мои глаза осматривали кафетерий. Все было так, как и должно быть. Ученики старшей школы Джексона отлично поживали в давно сформировавшихся группах. Спортсмены ели за своим столом, стоящим посреди зала, делая наводящие на размышления комментарии черлидершам, и подтрунивая над вундеркиндами. Готы сидели позади, строча плохие стишки или подводя свои глаза еще сильнее черным лайнером. Социальные изгои сидели с краю, избегая зрительного контакта. Ничего не изменилось. Все было так предсказуемо и скучно, что мне захотелось, чтоб мои глаза меня обманули.

И тут мои взгляд задержался на нем. Эти знакомые черные волосы и армейский жакет. Это был тот самый не очень приятный парень, с которым я столкнулась утром. Теперь же, перед нами предстал интересный, но слегка скучающий, даже не смотря на свой психически агрессивный темперамент, парень.

Он пробивался сквозь очередь, кидая случайные продукты на свой поднос. Очевидно, он не особо заботился о том, что собирается съесть. Со стороны казалось, что парень просто пробирается через толпу людей.

Даже отсюда его, в хорошем смысле, смешная внешность казалась просто потрясающей. Он, несомненно, привлек внимание большинства людей, находящихся в этом зале. Девушки перешептывались друг с другом, не забывая стрелять в его сторону своими глазками, обильно прокрашенными Mabelline’овской тушью. Спортсмены смотрели на него настороженно, ощущая вторжение чужого тестостерона на их территорию.

Но самым забавным во всем этом было то, что парню все это нафиг не было нужно. По правде сказать, язык его тела практически кричал: «Оставьте меня в покое!». Он стоял, сведя плечи вперед, и опустив подбородок к груди. Его лохматые волосы свисали на лицо, скрывая глаза. Парень протискивался вперед так, словно старался привлечь как можно меньше внимания к своей персоне.

Удачи тебе, приятель. Дэвидсон был небольшим городком, и прибытие нового студента походило на бросание кровавого стейка в резервуар с акулами. Он будет съеден в мгновение ока.

Я наблюдала за тем, как он заплатил за свой обед, ни слова не сказав кассирше. Взяв свой поднос, парень направился в заднюю часть зала. В зону отверженных. Вот это уже интересно. Этот парень с легкостью мог бы сесть где угодно. Он мог занять любое место в пределах той группы, которую бы выбрал. Но вместо этого он сел один одинешенька за стол, убив всякую надежду на зрительный контакт с кем бы то ни было. Вытащив мр3-плеер из кармана своего армейского жакета, он вставил вакуумные наушники в уши. Его посыл был громок и ясен: не приближайся ко мне под страхом смерти!

— Хэй, Земля вызывает Мэгги! — Рэйчел махала рукой перед моим лицом, стараясь отвлечь мое внимание от того единственного, кто им завладел – от мрачного мистера Милашка. Проследив за моим взглядом, Рэйчел ухмыльнулась. — Ах, наблюдаешь за новым малышом, да? — Что-то буркнув себе под нос, я повернулась спиной к одиноко сидящему в задней части кафетерия парню. Взглянув на Рэйчел и Дэниела, я заметила одинаковые усмешки на их лицах. — Что? — спросила я, защищаясь.

— Оу, оу, походу наша Мэгги влюбляется потихоньку, — Дэниел неприятно взъерошил мои волосы. Шлепнув его по руке, я поправила выбившиеся пряди. — Ты такой же ненормальный, как и твоя сумасшедшая подружка. Я познакомилась с ним сегодня утром, и поверьте мне, он - полный осел, ни капельки не достойный нашего внимания, — лгала я, жуя свой «Сникерс» и пытаясь закончить этот разговор.

Рэйчел рассмеялась. — Ну, кем бы там ни был этот парень, он чертовски горяч, хотя и немного странноватый. Этот парень был сегодня утром в моем классе по творческому письму. Его зовут Клэйтон Рид, и он только на прошлой неделе переехал сюда из Флориды. Этот парень в некотором роде социофоб[5] что-ли. Он не стал ни с кем разговаривать и в значительной степени проигнорировал всех, кто пытался завязать с ним разговор. И, видит Господь, девчонки пытались.

— Ну, он вроде не испытывал никаких затруднений, когда доканывал меня этим утром, — сказала я, оглянувшись через плечо на Клэйтона. — Что? Что значит «доканывал»? Ты разговаривала с этим парнем? — спросил Даниэль, готовый по-братски броситься на мою защиту. Дэнни серьезно относился к своей роли псевдо-брата. Никто не мог обидеть Рэйчел или меня, не нажив при этом себе врага в его лице. Приятно осознавать, что кто-то вроде Дэниела стоит у тебя за спиной. Этот парень имел неплохое влияние в нашей маленькой экосистеме, и я чувствовала себя абсолютно спокойно, осознавая, что нахожусь под его защитой. Но сейчас я заметила в его глазах блеск, свойственный мамочке-медведице, и мне пришлось его нейтрализовать как можно быстрее, пока это не привело к разрастанию конфликта и дальнейшему проявлению унижения и стыда.

— Какой же ты подкаблучник, Дэни. Я уже взрослая девочка и сама могу о себе позаботиться. К тому же, я никогда не была Сьюзи Саншайн[6], — призналась я. Рэйчел засмеялась. — Вот это больше похоже на правду. Наша Мэгги не позволит ругаться на неё, хорошенько при этом не ответив оппоненту. — Я запульнула в неё комком бумаги. — Заткнись, Рэйчел. Я милейший человек из всех, кого ты когда-либо знала, — произнесла я с ложным негодованием. Рэйчел скомкала лист бумаги и бросила его обратно в мою сторону.

— Пожалуй, ты права, Мэгс. Не то чтобы ты имела репутацию девушки, которая заставляет людей становиться перед ней на колени….. — пошутил Дэниел, тыкая вилкой в свой фруктовый салат. Отлично. Признаю, порой, а если быть совсем честной, то большую часть времени, я не самый хороший человек для дружбы и общения. Я привыкла говорить все, что думаю, рассказывать чистую правду, при этом не задумываясь о возможных последствиях. У меня нет времени на подбор правильных фраз, так что я особо не беспокоюсь по этому поводу.

— Просто у меня низкий уровень терпимости всякой фигни, и я, например, считаю, что это отличная черта, — отрезала я, слегка раздраженная тем, в каком свете видят меня мои друзья. Дэниел, заметив мой мрачный взгляд, погладил мою руку. — Ты права. Я с большим удовольствием буду проводить время с тем, кто говорит мне правду, какова бы она не была, нежели с тем, кто обдумывает, как бы покрасивее преподнести мне ложь. Думаю, ты сильно выделяешься на фоне всех остальных овец в этой школе. — Рэйчел улыбнулась мне. — Полностью согласна, — произнесла она, потянувшись ко мне, чтобы обнять.

У меня просто потрясающие друзья, которые могут в любой момент поднять твою самооценку. Пожалуй, это одна из причин, по которой я с ними дружила.

Вдруг мое внимание вновь привлек столик, за которым сидел Клэйтон Рид. Я услышала громкие голоса и застонала, увидев бритоголового Пола Делоудера, держащего мр3-плеер Клэйтона. Пол был настоящим бунтарем. Похоже, он сделал миссией всей своей жизни – насмешки, терроризирование и оскорбление большей части учеников. Пол пропускал школу как минимум три раза в неделю. Его уже пару раз оставляли на второй год, благодаря чему он был самым взрослым парнем в нашем классе - ему было девятнадцать. Однажды ему удалось побывать в камере предварительного заключения, и теперь он не упускал возможности похвастаться этим. Этот мерзкий идиот, жаждущий нарушать все возможные правила, определенно был не самым любимым человеком для меня. Мы довольно много проучились вместе с ним, и я довольно часто была объектом его преследований. Мои кулаки сжались, пока я наблюдала за школьным хулиганом и его новой жертвой.

Пол перегнулся через весь стол и устремил свой взгляд прямо в лицо Клэйтона, который по-прежнему не смотрел на него: глаза Клэя все также были прикрыты волосами, но я заметила некоторую напряженность в его плечах. Клэйтон не был маленьким пареньком: грудь его была довольно широкой, а руки - накаченными. Держу пари, что он, возможно, одержал верх над Полом, если б только захотел. Но вместо этого, все, что он делал, так это продолжал сидеть там, отказываясь реагировать на происходящее.

— Однажды кто-нибудь заедет этому лузеру кулаком прямо в лицо, — пробормотала Рэйчел, отводя взгляд от этой душераздирающей сцены. Я хотела бы, чтоб этим человеком был Клэйтон. Не знаю почему, но я чувствую обеспокоенность за этого парня, который повел себя сегодня со мной как полный придурок. Может быть, все это из-за того, что было в Клэйтоне Риде нечто такое, что, казалось, источало уязвимость. Сгорбленные плечи. Нежелание взглянуть на окружающих. Словно он не хотел, чтобы кто-то заметил его, тем самым заставив меня сделать именно это.

Никогда я еще не увлекалась кем-то так, как увлеклась Клэйтоном. Я даже не знаю его, лишь общие сведения (и не очень-то хорошие), но я хотела сказать больше, услышать больше. И наблюдая за тем, как Пол сделал из Клэйтона свою новую словесную грушу, проявилась моя другая, сочувствующая сторона, о существовании которой я раньше и не догадывалась.

Когда Пол бросил мр3-плеер на пол и начал топать по нему ногой, я поняла, что больше не выдержу. Не раздумывая, я встала со своего места и направилась к ним. Едва заметив на лицах мои друзей выражения а-ля «вот дерьмо», я поняла, что стою за спиной Пола. Этот придурок так сильно был сосредоточен на своей добыче, что даже не услышал, как я подошла.

— Посмотри на меня, ты - маленький педик. Ты такой жалкий, что даже не можешь мне ничего ответить. Ты умственно отсталый? — Клэйтон продолжал сидеть, смотря на столешницу, но я заметила некоторую дрожь в его руках. Не представляю, как он может вот так сидеть тут и выслушивать все это дерьмо. Лично я этого делать не собираюсь.

— Заткнись, Пол! Нет ли у тебя где-нибудь на примете туалета, из которого ты бы мог попить? — произнесла я, толкая старшего и более сильного парня, стоявшего на моем пути. Пол посмотрел сверху вниз на меня слегка удивленным взглядом, а потом рассмеялся. — Ты тоже хочешь принять в этом участие, сучка? — Пол сделал угрожающий выпад в мою сторону. И вдруг краем глаза я заметила движение. Клэйтон встал на ноги. Его лицо пылало. Он выглядел так, словно собирался убить кого-то. Увидев выражение его лица, я вздрогнула. Пол сделал шаг вперед и я инстинктивно ударила его в пах, заставив свалиться на пол, словно мешок с камнями.

Я услышала, как засмеялись все сидящие за столами вокруг нас. Типичное поведение стада баранов. Они готовы часами смотреть на происходящее, но не готовы пошевелить и пальцем, чтобы помочь. Отказываются раскачивать пресловутую лодку. Придурки.

И тут я слышу голос быстро приближающего к нам заместителя директора: — Что здесь происходит? — Боже мой, кто его одевает. Он всегда похож на чучело. Мистер Кейн, нахмурившись, взглянул сначала на меня, а затем на Пола, все еще лежавшего на полу с руками сложенными на самом интересном месте своего тела.

Пол с трудом поднялся на ноги. Его лицо побагровело от едва сдерживаемой ярости. Я улыбнулась. — Ничего, мистер Кейн. Думаю, Полу нездоровится. Я просто хотела убедиться, что с ним все в порядке.

Пол посмотрел на меня таким взглядом, который мог бы убить мертвого. Но он доказал, что был не полным придурком. Кивнув, он смог даже тяжело улыбнуться. — Со мной все в порядке. Эта девушка (он даже не может вспомнить мое имя, вот осел) просто хотела убедиться, что со мной все хорошо. — Мистер Кейн бросил на него суровый взгляд. Уверена, наша едва скрываемая ложь его не впечатлила. — Ну, раз ты болен, то тебе лучше навестить медсестру. — Пол не двигался, не желая покидать место своего неудавшегося преступления.

Мистер Кейн начал прогонять его, махая руками. — Идите, мистер Делоудер. Я провожу вас, чтобы убедиться, что вы дошли именно туда, куда планировалось. — Затем заместитель директора повернулся ко мне. — А ты можешь идти в свой класс. — Я встретилась взглядом с Полом, когда он покидал кафетерий. Одними губами он повторял поистине ужасные слова.

Наконец, когда все было решено, и разговоры вокруг нас возобновились, я повернулась, чтобы посмотреть на Клэйтона. Я твердо намеревалась спросить все ли с ним в порядке, но с удивлением обнаружила, что он смотрит на меня глазами полными гнева.

Подняв с пола свой разбитый мр3-плеер, Клэй сунул его в карман. Затем он медленно закинул сумку на плечо и встретился со мной взглядом холодным, как лед. — На будущее, не лезь не в свое дело, — сказал он мне. На этот раз я уставилась на него, разинув рот. Дар речи ко мне так и не вернулся.

Серьезно? Я только что спасла его от травли главного придурка нашей школы, и взамен получила такую благодарность?

Прежде чем я снова смогла проронить хоть слово, Клэйтон Рид повернулся и ушел прочь, оставив меня оцепеневшую и, как ни странно, заинтригованную новым таинственным учеником. Вот так я официально лишилась рассудка.

ГЛАВА 3

— Ты великолепно прошлась по его мужскому достоинству своими разноцветными вьетнамками, Мэгс. Ни одному парню не понравиться быть спасенным цыпочкой. Это мы должны защищать вас. Подобное есть в кодексе истинного мужчины, ну, или где-то там еще. — Дэниел сказал мне это после школы, спустя четыре дня после того позорного побега Клэйтона Рида. Четыре дня, а я все еще раздражена его отношением и отсутствием благодарности.

Хорошо, по правде говоря, меня это больше не разрежало. Я сильнее переживала из-за того, что больше не видела его с тех пор. Клэйтон, казалось, поставил перед собой цель - держаться подальше от меня и всех остальных. Поэтому я все рассуждала о нашей перепалке в отчаянной попытке сохранить ей значимость, найти оправдание; в основном потому, что не могла прекратить говорить о нем. Или думать.

Но слова Дэниела просто были совершенно глупыми. Нахмурившись, я посмотрела на лучшего друга под номером «два». — Это ж так глупо. Что будет с правом голоса и всем этим равенством полов, если мы все еще по-прежнему должны поклоняться стереотипам? — спросила я своим лучшим надменным тоном. Рэйчел, которая стояла около меня и искала ключи от машины в своей сумочке, подняла руку, чтобы похлопать меня по спине. — Знаю, что это глупо, но все парни те еще пещерные люди в глубине души, - размышляла она, пока мы втроем шли к автостоянке.

— Пожалуйста, только не говори мне, что ты купилась на эти выкрутасы в стиле «мачо», Рэйч. Моя внутренняя феминистка не выдержит этого. — Пробормотала я, стащив с запястья резинку и начав собирать волосы в тугой конский хвост. Рэйчел только улыбнулась и потянула за резинку, ослабляя хвост. — Ты перекроешь кровоток к мозгу, если будешь так сильно затягивать хвост, — сказала она. Рэйчел уговаривает меня в течение уже нескольких лет позволить ей подстричь мои волосы, но мне нравятся длинные. Это как личная гарантия безопасности.

Я поворчала себе под нос, разочарованная своим раздражением. Оно не связно с моими друзьями, ведь кто-кто, а они не заслуживали попасть под мое плохое настроение. Рэйчел, включив свои экстрасенсорные способности, подтолкнула мое плечо своим. — Я его тоже почти не вижу, ты ж знаешь. Он сидит в конце класса и ни с кем не разговаривает. Поэтому, дело совсем не в тебе. Он просто груб.

Я старалась не смотреть ей в глаза. Не могу позволить ей узнать, что ее слова каким-то странным образом успокоили меня. Нужно перестать думать об этом. Очевидно, что мне не суждено стать лучшей подругой Клэйтона Рида, в ближайшее время уж точно. Он был социальным отбросом, изгоем и, очевидно, не имел никакого желания взаимодействовать с миром вообще. И хотя я была довольно интересным человеком по сравнению с другими, но даже я не могла очаровать того, кто не хотел иметь ничего общего со мной.

Дэниел перепрыгнул через последние три ступеньки школьного крыльца, приземлившись на ноги с театральным поклоном. Рэйчел и я захлопали в ладоши. Порой, он был таким выпендрежником. — Если серьезно, то, Мэгс, так или иначе, но этот чувак чересчур странный. Думаю, тебе лучше держаться от него подальше. По слухам, он поступил сюда потому, что был исключен из своей последней школы из-за звонка об угрозе взрыва или чего-то подобного. Если вы спросите мое мнение, то этот парень, похоже, неуравновешенный. — Подметил Дэниел, пятясь.

— Ты вновь собираешься шлепнуться на задницу, Дэнни, — рассмеялась я, когда он, споткнувшись, сошел с тротуара и вышел на дорогу. Дэниел выпрямился и бегло оглянулся вокруг, чтобы увидеть, стал ли кто свидетелем его минутного фиаско.

Но слова моего друга заинтересовали меня. Угроза взрыва, да ладно? Хотя я не была той, кто придает большое значение слухам. В прошлом году я сломала руку при падении с лестницы у себя дома посреди ночи, когда хотела перекусить. Я никогда не говорила никому, кроме Рэйчел и Дэниела, как это произошло, но так или иначе история начала распространяться, да причем в таком свете, будто я сломала свою руку в городе в схватке с грабителем. Скорее всего, я сопротивлялась и ударилась рукой о припаркованный автомобиль, когда злодей попытался скрыться с моим кошельком. История была настолько детализирована, что я сама почти поверила в неё. И как люди только придумывают такие вещи? Хотя я никогда не поправляла никого, ведь придуманная история была куда лучше правды.

Мы добрались до чрезмерно «мужественного» дизельного грузовика Дэниела, и он одарил меня спешным объятием. — Как я уже говорил, не переживай по поводу парня, игнорирующего тебя. Я всегда готов уделить тебе все свое внимание. — Он небрежно поцеловал меня в лоб, засмеялся и запрыгнул на водительское сиденье прежде, чем я успела чмокнуть его в ответ. На прощание махнув мне с Рэйчел, он рванул прочь с парковки. Рэйчел вздохнула, как только он скрылся. Я мягко толкнула ее локтем. — Он дуралей, Рэйч. Конечно, мы любим его и такого, но это Дэниел, и он никогда не изменится, — попробовала сказать я ободряюще. Рэйчел нерешительно улыбнулась мне. Становилось все тяжелее наблюдать за ее безответным влечением. А ей - труднее притворяться, что недооцененное отношение Дэниела не причиняет ей боль.

— Ты домой? — спросила я у нее, стараясь сменить тему. Рэйчел покачала головой. — Не-а. Мне нужно быть на работе через пятнадцать минут. Я еще хочу переодеться, когда туда доберусь. Прости. А ты остаешься на кросс-кантри?[7] — спросила она, вытаскивая ключи из переднего кармана своей сумки. — Нет, тренировку отменили. Я надеялась, ты убережешь меня от чувства социального лузера и придумаешь, чем мне заняться, — шутливо надулась я. Рэйчел засмеялась. — Хочешь провести вместе все выходные? Можем посмотреть фильм или еще что? — спросила она меня, а потом уставилась на свою обувь, неожиданно найдя ее очень интересной. — Уверена, Дэниел будет с Кэйли, так что не стоит беспокоить его предложением о времяпровождении, — добавила она; ее голос дрогнул, когда она озвучила имя нашего друга. Я не хотела снова разбирать эту проблему, поэтому ослепительно ей улыбнулась.

— Звучит здорово. Позвони мне, как только доберешься вечером домой, и мы обсудим предстоящие планы. — Рэйчел кивнула, и мы разошлись – каждая к своей машине. Было приятно получить свои колеса обратно. Два дня без них были мукой. Мне повезло, что я нуждалась лишь в новом аккумуляторе, так что я была в состоянии заплатить за него и буксировку, обходясь без растранжиривания родительских денег. Однако, это не исключало моей отчаянной нужды в работе как можно скорее.

Я думала о том, чтобы отправиться домой и просмотреть в интернете оплачиваемые вакансии, когда увидела его. Клэйтона Рида. Сейчас парковка казалась достаточно пустой, и все выглядело так, будто он ждал момента, когда сможет незаметно пересечь ее, но я-то заметила.

Одна вещь была определенно ясна. Клэйтон прилагал все возможные усилия, чтобы избежать контакта с человеческим родом. Так что неудивительно, что летающие вокруг него слухи настолько безумны. Помимо того, что рассказал мне Дэниел, я еще слышала, что Рид входит в программу защиты свидетелей. Также я слышала от девчонок в моем классе английской литературы, что до них донеслась сплетня о том, будто у Клэйтона опухоль мозга, и он переехал в Дэвидсон, чтобы проходить лечение в отделении Университета Вирджинии, который в двадцати минутах езды отсюда. Но на это я лишь закатывала глаза. Еще был слух, что он на самом деле звезда инди-рока и врет, выжидая, когда поутихнет умопомрачительная слава. На самом деле, рассказываемая история зависела от рассказчика, которого ты слушал. Я уверена – ни один из этих «сценариев» даже отдаленно не был правдив, но никаких сомнений: есть что-то таинственное в этом Клэйтоне.

Почему же я испытывала эту упрямую нужду увидеть его? Говорить с ним, понять его? Наверное, было что-то близкое мне по духу в том, как он избегает всего и всех в школе: может быть то, как он замкнулся от всех остальных, но при разговоре со мной – пылал. Да уж, он был тем еще козлом во время нашего второго взаимодействия, но там он хотя бы вспылил и разъярился, отчего очень странно видеть его замкнутую персону, которую он показывал девяносто девять процентов всего времени.

Поэтому, когда я увидела его, пересекающего парковку, то ощутила поднимающийся инстинкт и устремилась к нему. Его голова была опущена, а руки в карманах армейской куртки, зеленовато-природной расцветки. Он, видимо, добыл новый mp3-плеер, поскольку я могла видеть проводки наушников, тянущихся из-под воротника.

Он ни на что не обращал внимания и не замечал меня до тех пор, пока я ни зашагала рядом. — Ух ты. Все преследуешь? — спросил он, раздраженно выдергивая наушник из уха. Что вызвало у него такую реакцию на меня? Он никогда не игнорировал меня. Нет, он вел себя так, как будто моей единственной целью на этой планете было надоедать ему. Он был вспыльчивым и немногословным, и показывал в школе свое отвращение к социальным взаимоотношениям. И мне нравилось это. Я была чертовой извращенной.

Но я подумала, что пришло время разобраться с ним. Нет смысла в том, чтобы позволять ему думать, что он может сначала обращаться со мной так и уходить, не зависимо от того, как сильно мне нравился его бунтарский характер в стиле Джеймса Дина[8]. — В чем проблема? Разве я стала, не зная этого, твоим щенком или еще чем-то? — я отступила немного назад, складывая руки на груди, пытаясь выглядеть непринужденной и даже немного пугающей.

М-да, не сработало. Клэйтон фыркнул, и - я клянусь, — с его стороны появился намек на улыбку. Я вскинула руки ладонями вверх. - Придержи коней! Что за выражение, и где же те раздражительные и презрительные? — саркастично спросила я. Клэйтон ухмыльнулся, слегка приподнимая уголки губ. На самом деле, на мгновение он показался даже довольным.

— Так ты пытаешься сказать, что мое главное прозвище «Мистер конгениальность» под угрозой? — открыто улыбаясь, спросил он. Его лицо будто посветлело, когда он так сделал; мое горло болезненно сжалось. Если я думала, что раньше он был горяч, то это НИЧТО в сравнении с тем, каким он был, когда улыбался – вот как сейчас. Я почувствовала себя разбитой, и расслабилась на миг, воспользовавшись изменением в его поведении. Приятно осознавать, что мы не собираемся устроить войну, пока обмениваемся этим словесным подтруниванием. Я убрала челку с глаз, стараясь получше разглядеть его. К моему большому разочарованию, он поменял стрижку. Его неопрятные волосы были куда привлекательнее, и я поняла, что скучаю по его завиткам вокруг ушей и основания шеи. Кажется, я маньячка.

— Что ж, ты повысил себе репутацию за свое остроумное поддразнивание, мистер Болтун, — ответно парировала я, не осознавая прекращения прогулки до тех пор, пока не услышала щелчок открываемого замка машины. Мы встали у черной БМВ. Мои глаза расширились. — Твоя машина? — спросила я, разглядывая сквозь стекла гладкий кожаный салон автомобиля. Клэйтон кивнул, открывая дверь и бросая свой рюкзак на пассажирское сиденье. — Классные колеса, — прокомментировала я, не в силах дождаться, когда смогу сделать пару важных заметок на своем чертовом телефоне с двумя оставшимися полосками зарядки.

Между нами повисла неловкая тишина. По-видимому, он не был заинтересован в обсуждении собственной машины. У меня же не было идей, о чем можно говорить дальше. Я пинала частички гравия, баламутя парковочный песок и рисуя разные узоры носком ботинка. — Ну, так что: я убила твою собаку или сделала нечто подобное? — спросила я, пытаясь продолжить нашу дискуссию в подстрекательной атмосфере. Я не хотела, чтобы он ушел. Хотела его удержать, смотреть на него без этой холодной ярости в его глазах.

— Никакого убийства животных, насколько я знаю, — коротко ответил он, прислоняясь к БМВ. Я с облегчением наблюдала, как он не делал попыток уйти. Так может, после всего он перестал ненавидеть мою храбрость? — Что это за реакция, когда я говорю с тобой? Понимаю, если бы я как-нибудь стащила кредитную карточку твоего друга, но тогда я действительно не подразумевала ничего плохого. Просто Пол - такая задница, и я ненавижу, когда он раскрывает свой рот для подобных дел. Я, правда, пыталась лишь помочь... — слова стихли, и я поняла, что по большей части говорила бессвязно.

Я взглянула на Клэйтона, который смотрел точно перед собой. Эта напряженность вернулась в его плечи, и мне необъяснимым образом захотелось размять их для него. Спустя пять секунд он заговорил. — Я знаю, ты просто пыталась быть милой. Понимаю, что ты делала. Думаю, я просто «отключился». Или, лучше будет сказать, растерялся, а потом ты - там, да и я – злой, ну и сорвался на тебе. Ты и вправду не заслужила этого. Прости. — Он, наконец, посмотрел на меня. Я была покорена глубиной его карих глаз. Она глядел так, будто я – единственная на свете. Такое опьяняющее чувство...

И мне следовало испортить этот момент. Я испугалась, когда мой рот открылся, потому что появилось такое чувство, будто перед этим зарождалось что-то, к чему я не была готова. — А что на счет первого утра? За него ты тоже извиняешься? — шутливо спросила я. Клэйтон вскинул бровь. Проклятие, как он сексуален. — Хм, нет. Ты была той, кто походил на богиню разрушения, и я не хотел нарываться. — Я хихикнула. Было приятно осознавать, что у мистера Сердитость все же имелось чувство юмора.

Я протянула руку, и он так посмотрел на меня, будто у меня выросло три головы. — Давай попробуем заново. Привет, меня зовут Мэгги Янг. В свои семнадцать лет открыто признаю, что я самый что ни на есть эскимо-голик среди существующих людей. Рада познакомиться. — Клэйтон медленно протянул ладонь и пожал мою. Рукопожатие было крепким, и это заставило тех противных бабочек в животе отправиться в полет из-за ощущения его теплой кожи на моей. Его улыбка была широкой и искренней, заставив карие глаза сиять. — Клэйтон Рид, но ты можешь называть меня Клэем. Семнадцатилетний сеньор и бессовестный мизантроп. — Он отпустил мою руку и неловко застыл.

— Мизантроп, говоришь? Так ты человеконенавистник? Что ж, ты и в самом деле не очень-то веселый. — Я прислонилась к автомобилю рядом с ним.

Мы стояли так близко, что наши плечи соприкасались. Я не могла определить дразнящий запах его одеколона: что-то цитрусовое с частичкой мускуса. Клэй передвинулся так, что ни одна часть тела больше не соприкасалась. Я пыталась подавить разочарование. Тайно - я надеюсь, - понюхала себя. Все нормально, дезодорант действует.

— Не скажу, что в последнее время мог бы себя охарактеризовать словом «веселый». Возможно, раньше... — слова Клэйтона стихли, и он опустил ресницы, будто смутившись из-за разглашения чего-то личного о себе.

— Ну, должно быть трудно переезжать в последнем учебном году. Я имею в виду - покинуть друзей, девушку, и все тому подобное. — М-да, не осторожно. Я поежилась из-за своего очевидного добывания информации. Мне не хотелось выглядеть откровенно выпытывающей, но ничего не могла поделать с собой.

Слабая улыбка Клэйтона возникла снова, дав понять, что его не одурачишь моей «конспирацией».

— Не такое уж и большое дело. Друзей для общения не было, да и девушки тоже, — ухмыльнулся он, и посмотрел вдаль.

Как бы там ни было, его ответ заставил меня погрустнеть. Насколько же это удручающе – не иметь товарищей, вообще ничего, что могло бы тебя привязать к месту, делая его особенным. — Ну, может быть, здесь все изменится, — сказала я. Клэйтон вопросительно посмотрел на меня, и я поняла, что моя фраза походила на «скромное» предложение. — Я лишь имею в виду, что можно завести друзей, — неуклюже выкрутилась я.

— Вполне возможно, — прозвучало так, будто я его не убедила.

— Твои родители получили новую работу или как? Поэтому вы и переехали? — спросила я. Кажется, дискомфорт Клэйтона возрос от моего вопроса. Я думала, что проявила невинный интерес, никак не провоцирующий полученный эффект. Клэйтон отошел на целый шаг и засунул руки глубоко в карманы, отвернув лицо.

— Эм, нет. Просто... м-м-м, были обстоятельства, которые вынудили меня переехать, — тон его голоса дал мне понять, что данная тема закрыта.

— Но ты ведь не в программе защиты свидетелей, правда? — пошутила я, желая сохранить беседу. Я хотела знать все о Клэйтоне Риде. Он станет моим другом, хочет того он или нет.

Клэй рассмеялся. — Уж точно нет. Такого я не могу о себе сказать.

— Тогда рок-звезда.

Он покачал головой.

— Пожалуйста, скажи мне, что у тебя нет опухоли мозга!

От этого предположения смех Клэйтона стал только заразительнее.

— Опухоль мозга? В самом деле? Откуда ты, черт побери, набралась такого? — спросил он, вытирая слезы с глаз после того, как перестал хохотать.

Я пожала плечами.

— О-о, ты, должно быть, слышала все эти слухи обо мне, витающие вокруг! — простонал Клэй. Я игриво толкнула его в плечо. Он казался пораженным физическим контактом, но, как это было в первый раз, - не отпрянул.

— Вот это-то и делает твою новоприбывшую персону поистине таинственной, дружок, — сказала я ему.

— Да я всего лишь не хочу, чтобы люди лезли в мои дела, вот и все. Не собираюсь говорить, куда иду, если ты не в силах держать это при себе, — признал Клэй, на мгновение взглянув так, будто я – одна из тех людей, которых он не хотел вовлекать в свои дела.

Что ж, очень плохо, Клэйтон Рид, потому что уж я-то точно буду в твоих делах. Этот парень был слишком замкнутым, и куда больше, чем просто грустный. Я не думаю, что кто-то сможет выжить хотя бы без доли личной жизни. Возможно, я слишком давила, но что-то подсказывало мне: частичка Клэя нуждается в подобном. В ком-то, кто не торопится и узнает, в конце концов, всю его подноготную.

После пятиминутной неловкой тишины, Клэй развернулся к своему «Бумеру».

— Ладно, мне пора домой. Приятно познакомиться, Мэгги. — Он открыл дверь и замер на мгновение, будто пытаясь решить, действительно ли ему хочется уехать или же нет.

Я отошла от машины, закинув свой рюкзак на плечо, и слегка помахала ему. — Конечно. Мне тоже было приятно познакомиться. Может быть, стану видеть тебя чаще, — уклончиво сказала я, абсолютно точно зная, что утром следующего понедельника буду первой, кто начнет выслеживать его в коридорах.

Клэй снова мне ухмыльнулся, будто прочтя мысли. — Уверен, что станешь. — Он завел двигатель и тронулся с места.

Немного отсалютовал и выехал с парковки. Я молча стояла, наблюдая за его отъездом. Очень надеялась, что он не посмотрел в зеркало заднего вида и не увидел меня, замершую там в таком состоянии и провожающую его взглядом; но я не могла заставить себя двинуться. Удалось только тогда, когда он давным-давно скрылся из вида.

* * *

— Подожди! Ты действительно разговаривала с ним? Почему ты тянула с тем, чтобы сказать мне об этом? Тебе следовало сообщить нечто подобное незамедлительно! Это важно! Ну и каков он? — Рэйчел стреляла своими вопросами подобно огнеметной очереди, пока мы сидели на моей кухне субботним днем.

Мы только что покончили с действительно ужасно-романтичной комедией и пытались разобраться, что бы еще поделать в наш выходной. Я случайно упомянула о своем разговоре с Клэем, и она набросилась на меня из-за этого.

Подойдя к холодильнику, я достала себе содовую, кинув Рэйчел бутылку воды, которую она не поймала, и та ударилась о плитку пола с громким стуком.

— Хорошо поймано, Ди Маджо, — саркастично сказала я.

Рэйчел показала мне средний палец и нагнулась, чтобы поднять бутылку. Выпрямившись, она толкнула ее на барную стойку и подарила взгляд, который дал понять: мне предстоит многое объяснить.

— Не увиливай, Мэгги Мэй Янг! Отвечай на мои вопросы! Я должна знать все о твоей очередной перебранке с мистером Клэйтоном Ридом.

Я взгромоздилась на стул рядом с подругой и как можно медленнее открыла содовую. Затем, оттягивая время, сделала долгий глоток, прежде чем поставить ее на стойку.

Рэйчел была готова взорваться.

— Ну же! Хватит тормозить! Расскажи мне о нем!

И именно этот момент моя мама выбрала для своего появления.

— Рассказать тебе о ком? — легкомысленно спросила она, пока брала стакан из настенного шкафчика.

Мое лицо запылало красным. Я абсолютно НЕ хотела обсуждать Клэйтона Рида при матери. Как бы сильно я ни любила своих родителей, есть предел того, о чем я хотела бы, чтобы они знали. Я перестала говорить родителям о моих увлечениях примерно с того времени, как начала брить ноги. Это не значит, что они чудны́е или чрезмерно опекают меня, ну и все в том же духе, просто это очень неловко.

— Клэ-э-йтон Ри-и-и-д, — сказала ей Рэйчел певучим голосом.

Я стрельнула в нее мрачным взглядом, а она высунула язык, прошептав «сама виновата». Закатив глаза, я вздохнула. Мама подошла со стаканом какой-то отвратной травяной микстуры, которая – как она клялась, - поддерживала ее здоровье.

— Клэйтон Рид? Кто это такой? — спросила мама, садясь на стул по другую сторону от меня.

Отлично, она приготовилась к настоящему фестивалю болтовни. Это займет некоторое время. Я хотела задушить Рэйчел.

— Никто, — уклончиво сказала я, допивая содовую и поднимаясь, чтобы выбросить пустую банку в мусорную корзину.

— Никто, да как же! Он – новый горячий парень в школе, вот кто, — пылко вызвалась объяснять маме Рэйчел, при этом театрально вскидывая брови.

— О-о! Давай рассказывай, Мэгги Мэй! Я хочу услышать о нем все! – Моя мама пришла в восторг, действительно желая влиться в девчачий разговор.

— Да, рассказывай, Мэгс, — согласилась Рэйчел, ухмыльнувшись мне.

Я повернулась к ним спиной, пока старательно обыскивала шкафчики с продуктами, стараясь отыскать, чем бы перекусить. На самом деле я не была голодна, просто не хотела смотреть на них, бессмысленно стараясь предотвратить распространение яркого розового румянца, который ощущала на лице.

— Действительно нечего рассказывать. Я говорила с ним вчера перед тем, как покинуть школу. Он достаточно забавен, несмотря на то, что не особо общителен, — сказала я, вытаскивая коробку «Oreos» и запихнув немного в рот.

Да, такой вот защитный механизм у моего организма - есть, если не хочу говорить. Поразительно, как я еще не весила девяносто килограмм.

— И все? Ну, давай же, Мэгги, о чем вы говорили? Как он выглядит? — спросила мама.

— О, он очень хорош, миссис Янг. У него темные волосы и глаза, к тому же он еще и довольно высокий. Этот парень – обладатель внушительно широких плеч и чертовски милых веснушек на носу и щеках.

Я была несколько удивлена тем, как сильно Рэйчел была осведомлена на счет Клэйтона. Учитывая, что он не Дэниел Лоу, я не рассчитывала, что она придаст его персоне хоть какое-то значение.

— Он звучит как мечта, — сказала мама.

Я подавилась своим печеньем. Прочистила горло.

— «Как мечта»? Серьезно, мам? Мы что, попали во временной разрыв и очутились в 50-х? — саркастично спросила я ее.

Мама закатила глаза. Хм-м, вот интересно, откуда же я взяла это специфическое выражение эмоций?

— Ну, хорошо, он хоть пригласил тебя на свидание? Собирается ли он стать твоим парнем? — поднявшись, сострила мама и обернула руку вокруг моих плеч, слегка сжав. Я вывернулась.

— Эм, нет. Я даже не уверена, собираюсь ли стать его другом. Он слишком скованный.

— Мэгги обзавелась парнем, — подразнила Рэйчел.

Я кинула в нее свою скомканную салфетку.

— Ты совсем не помогаешь, Рэйч, — пробормотала я.

Мама рассмеялась.

— Я всего лишь дразню, Мэгги. Но, если этот мальчик когда-нибудь станет чем-то большим, ты знаешь – мы захотим познакомиться с ним, — серьезно сказала мне мама.

Я сжала зубы. Да, я прекрасно знаю это. Как бы сильно я ни желала, чтобы Клэйтон был чем-то большим, я не хотела проходить через эту смертельно унизительную церемонию, иначе известную как знакомство с родителями.

— Конечно, — пренебрежительно сказала я.

Рэйчел изо всех сил старалась не смеяться над моим дискомфортом. Она получит в ухо, как только моя мама решит покинуть кухню.

— Что ж, наслаждайтесь вашим выходным, девочки. Папа и я собираемся в Фермерский магазин в Шарлотсвилле. Если вы выберетесь на улицу, не забудьте запереть дом. — Я кивнула и расслабилась, когда она ушла, после чего резко развернулась к Рэйчел, которая тут же подняла руки в капитулирующем жесте.

— Не произноси этого. Ты заслужила подобное, вынудив получать детали таким образом, — сказала она.

Я неодобрительно смотрела на нее.

— Использовать мою мать в качестве своего оружия – удар ниже пояса, и ты знаешь это, — резко возразила я.

Рэйчел лишь ухмыльнулась, незаинтересованная моим раздражением.

В этот момент телефон Рэйчел ожил, вибрируя на столешнице. Она успела его схватить до того, как он свалил с края.

— Что случилось, мам? — спросила она, отвечая на звонок.

Я снова заняла место на стуле и принялась разглядывать свой переливающийся голубой маникюр, ожидая, когда она закончит разговаривать.

— Серьезно? А должна? — Я подняла глаза. Рэйчел не выглядела счастливой.

Она тяжело вздохнула.

— Ладно, я буду там в десять, — разъединившись, Рэйчел посмотрела на меня извиняющимся взглядом.

— Ты покидаешь меня? — жалобно спросила я.

Рэйч поднялась и схватила свою сумку.

— Прости, Мэгс, но моей маме нужно, чтобы я отвезла Кэйтлин на какую-то тупую вечеринку по случаю дня Рождения. Она звонила с работы под официальным предлогом.

Кэйтлин – восьмилетняя сводная сестра Рэйчел и постоянная заноза в заднице. Раньше Рэйчел жила со своей мамой и сестрой, т. к. ее отец исчез с горизонта, когда Рэйч было пять, и лишь спустя некоторое время папа Кэйтлин поручился за нее. Её мама работает медсестрой в городской больнице и часто звонит, оставляя Рэйчел в роли мамочки.

— Все отлично. Просто позвони мне попозже, — сказала я ей, не желая, чтобы она чувствовала вину за вынужденную отмену нашего послеполуденного отдыха.

Рэйчел обняла меня.

— Я еще хочу услышать все о твоем столкновении с Клэйтоном. Я знаю, там было нечто большее, чем просто разговор, о которым ты талдычишь, — она погрозила мне пальцем, и я негромко засмеялась.

— Конечно, как скажешь, — произнесла я, провожая ее до ее машины.

Я махала, пока она выезжала с подъездной дорожки. Мама с папой уже уехали, и я застряла в одиночестве в своем тихом доме. На самом деле мне не хотелось оставаться наедине с собой, поэтому я попыталась дозвониться до Дэниела. Я попала на его голосовую почту и не хотела его беспокоить, оставляя голосовое сообщение. Что ж, на этом мой социальный круг был исчерпан; как печально. Так что я осталась тет-а-тет с остатком дня, не зная, что делать.

Хватая ключи и убеждаясь, что ключ от дома висит на кольце для успокоения матери, я села в машину, не зная, что на повестке дня. Я держала курс на Фейетвилл – соседний город. Будучи там, я направилась в старую часть города, устремившись прямиком на небольшую парковочную площадку. Посмотрев на избитый знак перед крошечным кирпичным зданием, я улыбнулась. «Книжная полка Руби» - мой излюбленный магазин. Я не была здесь месяцы, и это казалось отличной идеей, чтобы провести остаток дня.

Дверь зазвонила колокольчиками, когда я вошла; повсюду знакомый запах ладана и старых книг. У владельца лучшая коллекция электронных и поддержанных книг. В передней части магазина были стеклянные ящики, полные кристаллов и ювелирных изделий нового поколения. На полках у стен были выстроены колоды карт «Таро» и рунические комплекты.

Я проделала путь в конец магазина, где было отведено специальное место для поддержанных книг. Сначала я остановилась у небольшой тележки около самого порога, просматривая «новые» вещи, заполученные Руби. Взяв сборник очерков Уильяма Фолкнера, я уселась в потертое кресло в углу.

Я была так поглощена чтением, что даже не заметила, что он был там, до тех пор, пока не ощутила присутствие кого-то около себя. Посмотрев вверх, я увидела Клэйтона Рида, стоявшего рядом с креслом. Его руки были нагружены книгами. Один уголок его губ был приподнят в полуулыбке.

— Привет, Мэгги, — негромко сказал он, не глядя на меня.

Я ощутила безумное желание пригладить волосы, но засопротивлялась, не желая становиться похожей на полоумную.

— Привет, — сказала я в ответ, закрывая книгу Фолкнера и вставая, чтобы вернуть ее в остальную кучу.

— И что ты здесь делаешь? — спросил он, теребя книгу в руке.

Я огляделась вокруг и вскинула руки.

— Ой, я даже не знаю, пеку торт, например? Учу ЦПР, выбирай что хочешь, — саркастично высказалась я.

Клэй улыбнулся, несомненно, высоко оценив мой сухой юмор. Поставив стопку книг на соседний стол, он стал прохаживаться между рядами, тщательно проверяя книги, выбирая некоторые и ставя их на соответствующее им место на полке.

Я прошлась и взяла потрепанную копию Курта Воннегута «Малый не промах». Клэй оказался на моей стороне и через плечо взглянул на книгу.

— Ты когда-нибудь читала это? — спросил он.

Я потрясла головой и посмотрела на него. Лучше бы я этого не делала. Потому что, находясь так близко к нему, я буквально начала задыхаться. Почему он такой притягательный? И пахнет так здорово? Это сбивает с толку, и мне трудно соблюдать тот договор, в котором я старалась держать все под контролем.

— А следует. Это одна из моих любимых. — Я начала передавать ее ему, но он мягко толкнул её обратно в мою руку. — Нет, бери ты. Прочти, когда найдешь время.

— Эм, спасибо, — пробормотала я, кладя книгу в мешок.

Я следовала по проходам за Клэем, пока он продолжал расставлять книги на полки.

— Так ты здесь работаешь или что? — спросила я его.

Клэй изогнул бровь.

— Нет, я здесь, чтобы рыбачить или учиться, как ходить по подвесному канату. Выбирай, что лучше, — перефразировал он мой же сарказм, отчего я ухмыльнулась.

— Туше́, мистер Рид. Туше́[9]. — Он усмехнулся и дал мне подержать груду книг, пока бережно расставлял их на предназначенные им места.

Спустя пять минут Клэйтон, наконец, ответил мне.

— Я начал работать здесь на прошлой неделе. Ну, знаешь, после того, как переехал сюда. Моя тетя Руби владеет этим магазином, — смущенно сказал он.

И снова он выглядел испытывающим дискомфорт, словно рассказывал что-то очень личное.

— В самом деле, твоя тетя владеет этим местом? Честно говоря, это мой любимый магазин, —сказала я ему, искренне придя в восторг.

Клэй улыбнулся.

— Я передам ей твой отзыв. Думаю, она будет довольна.

— Так твоя тетя… ты живешь с ней? — спросила я, снова выкапывая мельчайшие кусочки незначительной информации.

Клэй вернулся назад к расстановке книг. Его плечи внезапно сильно напряглись.

— Да, — сказал он коротко.

Парень однозначно начал идти на контакт, и ясно, что он не хотел говорить об этом. Очень плохо для него, потому что я не прочь послушать.

— Тогда где твои родители? — спросила я, снова следуя за ним, пока он двигался между книжных рядов.

— Они во Флориде. Откуда я родом, — ответил он.

Ладно, у него не очень-то хорошо обстоят дела с деталями.

— Так ты не остался с ними жить, потому что..? — уцепилась я.

Клэй развернулся и посмотрел на меня. На его щеках пылали два красных пятна. Он выглядел недовольным.

— Слушай, я не стараюсь быть грубым, но я совсем не знаю тебя. Я не один из тех, кто рассказывает историю своей жизни первому встречному.

Я ощутила, как внутри все перевернулось. Делая вид, что его слова меня не задели, я, в конце концов, поняла, что он прав: Клэй совсем не знал меня, а я настойчиво допрашивала его о жизни. Я была той, кто вел себя невоспитанно и навязчиво.

— Прости, Клэй. Я не хочу быть надоедливой. Просто, мне хочется узнать тебя, — честно сказала я ему.

Напряжение покинуло плечи Клэйтона, и, кажется, он расслабился, вернувшись к распределению книг по полкам.

— Почему ты так заинтересована во мне? — негромко спросил он.

Хм-м. Как бы на это ответить? Я не хотела говорить ему, что считаю его самым великолепным созданием, какое когда-либо видела и от которого хотела иметь детей. Это было б чересчур. Поэтому я сказала то, что пришло на ум следующим.

— Я хотела бы стать твоим другом. Если с этим нет никаких проблем.

Клэй как-то странно на меня посмотрел. Я не могла прочитать выражение, появившееся на его лице, а он застыл на мгновение, изучая меня.

— Да, это было бы круто, — сказал он спустя пару минут.

Я неуверенно улыбнулась ему. Клэй ответил мне улыбкой на свой манер.

Продолжая следовать за ним по пятам в задней части магазина следующие пятнадцать минут, увлекшись непринужденной беседой, я, наконец, набралась храбрости задать ему вопрос, на который действительно хотела получить ответ.

— Так, когда ты заканчиваешь работу? Не хочешь перехватить по чашке кофе или еще чего-нибудь? — Я приготовила себя к его возможной реакции.

Что-то сегодня я очень уж напориста.

Клэйтон взглянул на настенный часы.

— Вообще-то, технически я не работаю сегодня. Просто пришел помочь Тилли с расстановкой книг по полкам, — сказал он, указывая на девушку лет двадцати, которая управлялась с кассовым аппаратом. Она подняла взгляд, когда услышала свое имя. Тилли была милой, одной из этих хиппи, с длинными красными волосами и в яркой цыганской юбке.

Я старалась не быть заживо поглощенной ревностью, когда она подарила Клэю ослепительную улыбку, которая ясно говорила – ей нравился парень, произнесший ее имя.

— Тилли, я уже закругляюсь. Справишься? — спросил он, подойдя к ней, чтобы забрать свою куртку. Тилли же перекинула свои волосы на плечо и поправила свою свободную кофточку, которая была украшена крошечными колокольчиками.

— Конечно, Клэй. Будешь завтра? — спросила она со скрытой надеждой в голосе.

Клэй наградил ее красивой улыбкой, и ревность яростно забилась в моем желудке. Я хотела, чтобы это улыбка адресовалась мне, черт побери!

— Не-а, я свободен до вторника. — Улыбка Тилли исчезла.

— О, ну тогда, полагаю, увижу тебя на следующей неделе, — разочаровано сказала она.

Наконец девушка посмотрела на меня, и я могла видеть вспышку ревности в ее глазах, когда она представила, что Клэйтон уходит со мной.

«Выкуси, стерва!» — недоброжелательно подумала я. Ого, откуда появилась эта гарпия? Я становилась похожа на ревнующую ведьму, а ведь он даже не мой парень.

Клэй напоследок помахал Тилли и сопроводил меня до двери магазина. Когда мы вышли наружу, я сняла свою флисовую кофту и обернула ее вокруг талии. Выглянуло солнце, и я согрелась, пока находилась внутри. Мы замерли на тротуаре, глядя друг на друга.

— Значит, кофе? — спросил Клэйтон.

Я кивнула.

— Да, вперед. Ниже по улице есть прекрасное место. У них самое лучшее бискотти[10], — предложила я.

Клэй потер свой живот.

— М-м-м-м. Бискотти. Мое любимое, — он облизал губы, и я подавила стон. Парень собрался прикончить меня.

Пока мы шли вниз по тротуару, особо не разговаривая, мое сердце учащенно забилось, и ладони вспотели. Каждую из них я вытерла о джинсы. Находясь рядом с Клэйтоном, я дико нервничала и порой даже испытывала головокружение. И мне это нравилось.

Когда мы дошли до кафе, то оба взялись за ручку. Тусклое освещение вкупе с мягкими сиденьями выглядели уютно и интимно.

— Что бы ты хотел? — спросила я его.

Клэй покачал головой.

— Нет уж, я разберусь с этим сам, а ты пока займи нам места.

Я сильно взволновалась из-за его слов. Он купит мне кофе! Это уже почти похоже на свидание. Я гордилась тем, насколько твердым был мой голос, когда я озвучила ему свой обычный заказ: моккачи́но с двойными взбитыми сливками и ломтиком ванильного бискотти.

Наблюдая за тем, как Клэй шел к барной стойке, я не могла отвести глаз от его массивных плеч. Он действительно был большим парнем. Его с легкостью могли бы случайно выбрать на роль футбольного игрока[11]. Так же я заметила, что и другие смотрят на него так, словно они осведомлены, каким особенным он был. Сегодня его плечи менее сутулы, и он держится более уверенно, чем когда я видела его в школе.

Спустя некоторое время он вернулся с моим заказом.

— Я вижу, ты взял во внимание мои слова насчет бискотти, — сказала я, указывая на его тарелку с тремя кусками.

Клэй смущенно улыбнулся.

— Да, я слегка проголодался. м Он сел рядом со мной на диванчик и осторожно отпил свой напиток.

Подняв свой стакан с мокко, я сделала глоток, убеждаясь в том, что на моих губах не остался взбитый крем, когда закончила. Тишина вокруг нас стала более дружелюбная, нежели раньше. Чуток неловкости еще просачивался, но уже не привлекал особого внимания.

— Итак, что ты чувствуешь, находясь так далеко от Джексона? Оправданы ли все твои представления о средней школе? — спросила я, пока мешала свой кофе, макая в него бискотти.

Клэй очаровательно фыркнул и поставил кружку, потянувшись за своим печеньем.

— Я весь в ожидании флэш-мобов, а все остальное лучше, чем просто «нормально», — ответил он.

Я снова отпила кофе, оттягивая время, чтобы понаблюдать, как он держит еду своими длинными, бережными пальцами.

— Нормально? И все? Больше не имеется веских определений? — спросила я.

Клэй встретился со мной глазами, и я снова оказалась в плену из-за того, какими темными они были. Такие коричневые, что практически черные.

Он пожал плечами.

— Все школы на самом деле одинаковые. Эта не лучше и не хуже тех, в которых я бывал раньше.

В его ответах всегда дается достаточная информация, чтобы заинтересовать, но никогда не раскрывается полностью суть того, о чем он говорит. После его внезапного недавнего замыкания, я не решалась затрагивать какую-либо тему, которую он мог считать слишком личной. Но я сказала ему, что хотела бы стать его другом. Он пришел сюда со мной, ведь так? Так что это показывало: он тоже хотел, как мне кажется, быть моим другом, а друзья должны знать друг друга. В этом и есть смысл дружбы. Так что, не дав себе поразмышлять еще, я погрузилась в это.

— Значит, ты живешь со своей тетей Руби. Тебе, эм... нравится жить с ней? Какая она? — Я ждала его злости, но расслабилась, когда ее не последовало.

— А ты так просто не сдаешься, правда? Мы не можем просто сидеть здесь и разговаривать о погоде? — беспечно спросил он.

Я покачала головой.

— Нет, я хочу узнать тебя. Это то, что делают друзья.

— А мы теперь друзья? — спросил он меня.

Его глаза, казалось, спрашивали что-то еще, но я не знала, что именно. Поэтому я просто кивнула.

— Как бы там ни было, я все равно хочу им быть, — сказала я.

Клэй улыбнулся.

— Значит, друзья.

Я улыбнулась в ответ.

— Итак, твоя тетя...? — напомнила я.

— Да, моя тетя. Ну, Руби просто потрясающая. Она – старшая сестра моей мамы, и они определенно не уживаются: различный образ жизни и все такое. Мама не одобряет сожительницуРуби, Лиссу.

— О-о, — понимающе сказала я.

Клэй макнул свое бискотти в кофе и откусил.

— Но Руби всегда была рядом. Она всегда помогала, когда я нуждался в ней. Так что я благодарен ей за то, что она позволила мне остаться с ней и Лиссой. На самом деле, её приглашение было моим спасительным кругом.

То, как он говорит о своей тете, разъясняло, как сильно он любил ее. Мое сердце сжалось из-за чувствующейся уязвимости, которую я слышала.

— Создается впечатление, что она потрясающая, — негромко сказала я ему, не желая упустить его настрой на сближение, которое сейчас окружало нас.

Клэй слегка испугался, видно представив, насколько он, в действительности, открылся.

— Да, она просто фантастична, — тоскливо сказал он, — а вот Лисса шумная. Она похожа на этих байкерских, хардкоровских чик и определённо может надрать мне зад, если я перейду черту, —засмеялся он.

Я рассмеялась вместе с ним, представив подружку его тети - байкерскую леди.

Покончив с кофе, он оставил пустые стаканчики на прилавке. Мы покинули кафе и встали на тротуаре. Никто из нас не желал идти своей дорогой.

— Итак, — высказалась я в тот самый момент, когда он сказал «Ну что ж».

Мы неловко рассмеялись.

— Спасибо за кофе, — сказала я, пряча руки в карманах своих джинс.

— Конечно, в любое время. Я получил настоящее удовольствие. Мне бы хотелось как-нибудь это повторить, — признал он, глядя на меня сквозь свои густые ресницы.

Я посмаковала его слова, ощущая радость от того, что ему понравилось проводить время со мной.

— Да, мне тоже, — сказала я ему.

Мы возвращались обратно к «Книжной полке Руби», и я заметила, что его машина была припаркована за моей. Как я не заметила ее там, когда выскочила из своей?

— Так... увидимся в понедельник? — его слова звучали как вопрос.

— Определенно, — ответила я, когда села в машину.

Клэй оперся руками на дверцу, склонился к открытому окну, и я невольно на мгновение представила его прекрасные губы на своих.

— Пока, Мэгги, — мягко произнес он, прежде чем оттолкнуться назад.

Я развернула машину и покинула парковочное место.

Теперь была моя очередь глядеть в зеркало заднего вида. И я наслаждалась, видя его, стоящего там и наблюдающего, как я уезжаю.

ГЛАВА 4

— Проклятие! — прорычала я, когда осознала, что оставила свою гимнастическую сумку в шкафчике.

Это было после школы, и я уже была в пути на тренировку. Это мой третий год в команде и я гордилась тем фактом, что для стремления возглавить ее шла в нужном направлении. Тренер Кляйн уверял, что я смогу сорвать несколько рекордов в течение сезона.

Да, я действительно хороша. И настолько же скромна.

И сейчас я действительно сильно опаздывала. Тренер Кляйн заставит меня пробежать дополнительное время, если я не перекрещу пальцы. Рысью, я вернулась обратно в коридор, где размещен шкафчик и столкнулась с кем-то выходящим с противоположной стороны.

Я рефлекторно схватилась за руку человека, чтобы удержаться самой.

— Извините, — выдохнула я, чувствуя смущение.

В голове взорвался хриплый смех. В глазах Клэя сверкал озорной огонек, пока он удерживал меня за запястье.

— Нам следует прекратить встречаться подобным образом, — сказал он, веселясь.

Я тяжело сглотнула и ощутила глухие удары своего сердца о грудную клетку.

Весь день я разыскивала его по школе. Прошло всего два дня с нашего импровизационного «кофейного» субботнего свидания, но мне странным образом не хватало его. Я имею в виду, что, хоть я и не знала парня, но хотела быть рядом с ним куда больше, чем следовало.

А он будто неуловим. Он не пришел в кафетерий, и я ни разу не видела его в коридорах. Меня даже посетила идея подождать его у класса искусств, где, как я знала, он был с Рэйчел, но каким-то образом ему удалось выскользнуть незамеченным. Окей, признаю, я становлюсь чуточку одержимой.

Так что встреча с ним здесь после восьми часовых поисков несколько шокировала.

— Я думаю, нам стоит начать носить неоновые жилетки безопасности или нечто похожее, — пошутила я, твердо становясь на ноги.

Я поняла, что мы все еще держимся за руки друг друга. Я ощутила повсюду покалывание, когда осознала, насколько мы близко. Я как бы, между прочим, опустила руки вдоль тела, почувствовав неловкость.

Клэй отпустил меня и закинул на плечо свой тяжелый рюкзак с книгами.

— В общем-то, не такая уж это и плохая идея, ведь ты - вариант летального исхода. Это предостережет меня в следующий раз, когда ты придешь вызвериться на мне. — Его улыбка привела меня в трепет.

Эффект, который он производил на меня, был просто сумасшедший.

Мгновение мы стояли в тишине. У меня внезапно отнялся язык, что, определенно, не являлось для меня нормой.

— Ты собрался домой? — спросила я его с запинкой.

Было 15:30, ну, конечно же, он уходил. Что за тупой вопрос. Если бы я могла хлопнуть себя по лбу, я бы так и поступила.

— Эм… ну, я думал проехаться, провести небольшие исследования. Я все еще не очень хорошо знаю здешние места. — Он посмотрел на меня и вскинул бровь: — Хочешь со мной? Тогда я провел бы «локальную экспертизу».

Ох, черт. Клэй и я. Вместе в машине. Одни. Это звучало как самый настоящий рай. Или источник проблем.

Я открыла рот, не уверенная, что именно сказать. Глянула на часы. Я абсолютно точно опоздала на кросс-кантри.

Я снова посмотрела на Клэя, ожидающего ответ.

— Давай же, Мэгги. Пожалуйста. Прояви сострадание к новоприбывшему парню, — подразнил он. Не дожидаясь ответа, он снял с моего плеча рюкзак. — Ну же. — Он качнул головой по направлению выхода.

Снова мельком взглянув на часы, я пожала плечами. К черту. Одно пропущенное занятие не убьет меня.

— Конечно, почему бы и нет. Не могу допустить твои бессмысленные скитания в никуда. Ведь местность может сожрать тебя.

Клэй засмеялся. Я последовала за ним к выходу из школы, стараясь не испытывать чувства вины из-за прогоревшей тренировки. Но все дольше наблюдая за его фантастической задницей в этих темных джинсах, я забыла о вине, и теперь уже стремилась превозмочь неукротимые гормоны.

Клэй слегка придержал меня за спину и направил в сторону своей машины. Я постаралась не вздохнуть от прикосновения. Сквозь топ просачивалось тепло его пальцев, и разум унесло течением грязных мыслей, в которых эти пальцы касаются меня и в других местах. Ух ты, я становилась уличной девкой.

Он щелчком разблокировал замки и открыл для меня дверь. Я посмотрела на него и излучила самодовольную улыбку.

— Какой джентльмен, — похлопала я ресницами.

Клэй опять рассмеялся и после того, как я забралась внутрь, покачал головой.

— Ну, я стараюсь. Бессмысленно обнажать мою дьявольской натуру, когда я уже встал на правильный путь. — В его глазах тлели угольки, пока он смотрел на меня, и я старалась не сглотнуть.

Клэй закрыл дверь с моей стороны и быстро сел на водительское место. Он завел «BMW», и я получила удовольствие от ровного урчания двигателя.

— Что за машина! Я постараюсь не возненавидеть тебя, когда в следующий раз буду пытаться завести свою рухлядь.

Клэй лишь натянуто улыбнулся, но не ответил. Для кого-то его машина – точно объект раздражения. Он рванул с парковочного места на главную дорогу.

— Не возражаешь? — спросила я, указывая на радио.

— Вперед, в бардачке есть несколько компакт-дисков.

Я вытащила порцию CD и удивилась, увидев часть моих любимцев.

— Тебе нравится «Placebo»? — спросила я, держа «Sleeping With Ghosts».

— О да, черт побери. Я был на их концерте в Майами пять лет назад. Они потрясны.

— Счастливчик, — проворчала я с белой завистью в голосе.

Я с щелчком открыла крышку и вставила диск в проигрыватель.

Мы несколько минут сидели в тишине, а потом альтернативный рок заполнил пространство машины. Я была загипнотизирована, когда увидела длинные пальцы Клэя, отбивающие ритм на руле. Как ему удавалось переделывать настолько обычные вещи во что-то захватывающее? Заявляю официально, я была тронута.

— Так куда мы, о наизамечательнейший гид? — спросил Клэй.

Я задумалась на мгновение, но под конец урчание желудка сделало выбор за меня. Я указала на дальний уличный знак.

— Сверни на Крэйн-авеню, а потом первый поворот налево, — проинструктировала я.

Клэй последовал моим указаниям.

— А теперь заезжай на парковку, — сказала ему я, указывая на стоянку слева.

— Мороженное в шариках? — в голосе Клэя определенно был вопрос.

Он недоверчиво посмотрел на огромного розового жирафа на фоне сверкающего желтого здания.

— Серьезно? Это место выглядит так, словно построено лет пятьдесят назад, — сказал он, когда мы вышли из машины.

Я игриво ударила его в руку.

— Не будь таким критичным. Потерпи до тех пор, пока не получишь «банановый сплит» в шариках. Ты умрешь счастливым человеком, зная, что довелось его попробовать, — уверяла я его, таща за руку.

К моему огромному удовольствию, Клэй переплел пальцы с моими и сжал. Мое сердце до боли затрепетало в груди.

— Верю тебе на слово, Мэгс. — Я удивленно посмотрела на него, ведь он так привычно использовал прозвище, данное моими близкими друзьями и семьей.

Мое имя, слетевшее с его губ, звучало очень чувственно. Подобно обещанию.

Мы добрели до главного помещения, колокольчики зазвенели, когда мы прошли через двери. Пока мы продвигались к единственной свободной кабинке, Клэй не отпускал моей руки. Плавно скользнув на потрескавшиеся виниловые сиденья, он огляделся.

— Это место битком набито, — отметил он.

Я схватила два меню рядом с пластиковыми бутылками кетчупа и горчицы.

— «Шарики» - разномастное заведение. У них самое лучшее мороженное и гамбургеры в стране. Ты еще не видел их сырного оформления, — заверила я его.

Клэй поднял керамического пингвина-солонку и посмотрел на нее так, будто она вот-вот укусит его.

— Оке-е-е-й, — медленно произнес он, ставя ее обратно.

Мы изучали наши меню. Есть что выбрать. Клэй выглядел так, будто все не мог определиться с заказом.

— Верь мне, просто закажи «банановый сплит». Ты еще поблагодаришь за него, — сказала я ему, когда прибыла официантка.

— Ладно, почему нет, ведь мы живем лишь раз. Два банановых сплита и две колы, пожалуйста, — сообщил он официантке.

Она бегло набросала наш заказ и ушла.

— Итак, значит, ты не объяснишь, что заставило тебя ранее наскочить на меня, — сказал оживленно Клэй.

— Ой, ничто, я просто вечно занятая персона, — соврала я, не желая признавать, что пропустила занятие по кросс-кантри ради того, чтобы потусоваться с ним. Это будет выглядеть уже слишком. — Ну а ты где сегодня прятался весь день? Тебя не было видно, — заметила я, кромсая свою салфетку на тоненькие полосочки.

Боже, я нервничала.

Клэй ухмыльнулся.

— А что? Ты искала меня? — подразнил он.

Если бы он только знал. Я подперла подбородок и встретилась с ним глазами.

— Не-а. Я просто случайно отметила, что уровень посещаемости сегодня был удивительно низким, — сказала я.

Клэй рассмеялся.

— У меня была наитупейшая консультация по физике. Она надрала мне задницу. Я и не думал, что насколько сильно отстал по некоторым предметам, пока не переехал сюда, — сказал он, отпив колы, которую только что принесла официантка.

Отбросив салфетку, я положила нервные пальцы на колени.

— Почему ты так отстал? Ты смахиваешь за умного парня, — заметила я.

Лицо Клэя потемнело, и он посмотрел в окно. Прочистил горло.

— Школа кое-что… м-м… сломала во мне. Не так уж и важно. Я просто рвал задницу для того, чтобы очутиться там, где мне и следует быть.

Я отметила, что он не смотрит на меня. Значит, ему нужно было на некоторое время отлучиться из школы. Я изумлялась, почему. Но так же я знала, если спрошу, он не расскажет мне. Клэйтон Рид был закрытой книгой. Пока что.

— Ну а ты уже много людей встретил? — спросила я, переходя на другую тему.

Глаза Клэя переместились обратно на меня, и я слегка вздрогнула. Что-то было в нем особенное. Я действительно надеялась, что смогу выяснить, что в нем такого необычного, что заставляет чувствовать меня так, словно я вот-вот кинусь к его ногам.

— Парочку. Не много. Я не, как бы ты это назвала, «общительный человек», — он использовал воздушные кавычки, и я засмеялась.

— М-да, я произвожу такое впечатление. Но не все из нас плохие, ты же понимаешь. Ты должен дать «людям», — я спародировала его, используя кавычки, — шанс, ведь ты не можешь знать заранее, будет ли это хорошо или плохо, — несколько насмешливо заметила я.

Клэй смотрел на меня, выражение его лица было нечитаемым. Почему-то я не хотела знать, что происходит на данный момент в его голове.

— Есть некоторые люди, которых я хотел бы узнать, — сказал он мягко, не отводя своих глаз от меня.

Неожиданно мне стало жарко, и я сделала большой глоток содовой.

Прибытием нашего сливочного мороженного я была спасена, чтобы не сболтнуть что-нибудь глупое.

— Господи. Я не смогу все это съесть. Ты пытаешься убить меня, женщина? — Клэй разинул рот при виде огромной порции мороженного со взбитым кремом и бананами.

Я передала ему ложку.

— Приступай, — распорядилась я, сама нагружая полный рот.

Следующие десять минут висела тишина, прерываемая лишь клацаньем ложек, пока мы прибавляли себе вес поеданием мороженного.

Клэй наконец оттолкнул от себя чашку.

— Если я съем еще хоть чуть-чуть, тебе придется выкатывать меня отсюда, — простонал он, но я была счастлива видеть его улыбку.

Его лицо преобразовывалось, когда он улыбался подобным образом. Он обычно задумчивый, а когда счастлив, кажется моложе.

— Ого, поразительно. Не ожидала, что ты съешь все. Я впечатлена. — Я указала на его пустую чашку. Свою я смогла опустошить лишь на треть, а уже объелась. — Так ты пришел к согласию со мной? — спросила я, акцентируя внимание на его съеденном сливочном мороженном.

— Ну что ж, думаю, я определенно умру счастливым человеком, — признал он, глядя на меня.

И эти глупые бабочки в моем животе появились снова. Хотела бы я их удавить.

Я подчеркнуто откашлялась и стала вставать из кабинки. Клэй протянул руку.

— Я думаю, ты должна помочь мне, — пошутил он.

Я рассмеялась и рванула его на себя, ставя на ноги. Он обернул руку вокруг моей талии и притянул к себе.

— Благодарю, Мэгс, — нежно произнес он мне в ухо и отнял руку.

Я споткнулась на секунду, когда он отпустил меня. Я по-настоящему взволновалась.

Клэй настоял на оплате, и я заспорила.

— Ни за что. Ты уже заплатил в прошлый раз! — Я попыталась впихнуть наличку ему обратно в ладонь.

Клэй взял деньги и засунул в мой передний карман. Это показалось очень интимным жестом. Я постаралась не слишком сильно сосредоточиться на ощущении его пальцев - так близко к чувствительным местам моего тела.

— Заплатишь в следующий раз, — сказал он, глядя на меня сверху вниз.

Следующий раз? Будет следующий раз?

Я не могла остановить маленький радостный танец, давший себе волю в желудке.

— Привет, Мэгги, — произнес голос сзади, пока Клэй расплачивался у кассы.

Я развернулась, чтобы увидеть «не опять, а снова» - девушку Дэниела, Кайли.

— Привет, Кайли. Дана, Маккена. — Пришлось с неохотой признать присутствие других девочек.

Я реально не одобряла подружек Кайли. Они противные и надоедливые. Я ненавидела каждый раз, когда была вынуждена находиться с ними в одном социальном круге. Они просто не мой тип людей.

Маккена одарила меня фальшивой улыбкой, а Дана даже не удосужилась взглянуть на меня. Она была слишком занята разглядыванием спины Клэя. Я тут же разозлилась. У Даны типичная красота: блондинистая бомба. И уж поверьте, она знает об этом.

Клэй обернулся и удивленно моргнул при виде неожиданной компании.

— Привет? — вопросительно произнес он Кайли и ее подругам.

Я наблюдала «эффект Клэйтона Рида» в полной мере. Улыбка Кайли расширилась, и я клянусь - она облизала свои губы, по-видимому забыв о факте, что она вроде как влюблена в Дэнни. Просто суперская подружка. Дана выпятила грудь, а Маккена взмахнула волосами.

О боже. Как будто следишь за ритуалом спаривания на канале «Дискавери».

Выброшенные этими девчонками феромоны могли бы свалить буйвола. Может, я повела себя грубо, но на самом деле мне не хотелось представлять их друг другу.

Клэй вопросительно посмотрел на меня и, в конце концов, протянул руку.

— Привет, меня зовут Клэй, — натянуто произнес он.

Скажу, что ему было неудобно, и я почувствовала себя ослицей, потому что не стремилась все упростить для него. Зато я старалась удержать желание нанести физические травмы тупым бимбочкам, стоящим напротив нас.

Дана первой рванула вперед и обхватила его рукой, становясь настолько близко к нему, что это выходило за рамки того, что требовало общественное место.

— Меня - Дана. Ты ведь новенький, да? — ее голос упал на несколько октав, и я знала, что она очень сильно старается выглядеть соблазнительно.

Я увидела приоткрывшего рот Клэя, когда она обвилась вокруг его руки. Он выглядел несколько растеряно. Я поклялась, что, если он падет перед этой стервозной бомбой, я заставлю его тут же отвезти меня домой.

Наконец, ему удалось вырвать руку из ее железной хватки.

— Эм, ну да. Это я. — Он провел рукой по волосам.

— Меня зовут Кайли, а это – Маккена. Мы так взволнованы от встречи с тобой. — Кэйли вытеснила Дану и оказалась на переднем плане, и теперь возмутительно близко стояла к Клэю.

Я даже и не подумала скрыть тот факт, что закатила глаза. Они это серьезно?

Клэй выглядел несколько охреневшим.

— Взволнованы встречей со мной? Почему? — Его глаза метнулись ко мне, и я лишь пожала плечами.

Кайли положила свою ладонь на его предплечье. У этих девчонок вообще нет стыда? Она же встречается с моим лучшим другом и сейчас вешается на кого-то другого. Прямо у меня на глазах!

— Только о тебе и идут все разговоры. Ты очень таинственен, —– промурлыкала она.

Вот сейчас точно вырвет. Ну все, достаточно.

Я расположилась между ними и мягко толкнула Клэя в сторону выхода.

— Что ж, было прикольно встретить вас, девчонки, но нам нужно бежать. До встречи! — окликнула я их через плечо, проталкиваясь с ним наружу через толпу.

— Эти девочки были… эм… — начал было Клэй.

— Властолюбивы? Дрянными? — докончила я, забираясь в машину.

Клэй стрельнул в меня взглядом. Окей, я должна нормализовать свой приступ ревности.

— Я собирался сказать, что они выглядели милыми.

Я снова закатила глаза.

— Похоже, это зависит от твоего понимания «милости», — пробормотала я, пристегивая ремень безопасности.

Клэй приземлился на свое место и посмотрел на меня. Я не собиралась поворачиваться к нему и пристально смотрела вперед. Я вела себя очень по-ребячески и определенно разрушала все шансы, какие только могла иметь с этим парнем, сидящим рядом. Но Клэй заставлял меня терять контроль, и меня сильнее сбивало это с толку, чем могло бы.

— Ну, я считаю милой тебя. — Это все, что сказал Клэй, после чего повернул ключ зажигания.

Я не смогла удержать улыбку, расплывающуюся на лице.

— Куда следуем теперь в нашем грандиозном туре по Дэвидсону? — спросил Клэй прежде, чем покинуть парковку.

Внутри было по-настоящему тепло. День был куда более жарким, чем следовало в середине сентября. Я ухмыльнулась ему.

— Не хочешь поплавать? — Не знаю, как образом это вырвалось из меня. Спонтанность, так несвойственная мне.

Клэй ухмыльнулся в ответ.

— О да, черт возьми! Показывай дорогу!

Я рассмеялась и дала ему указания местоположения бассейна.

Мы выбрались на нечищеную дорогу, ведущую из города и заканчивающуюся большим полем. Клэй выбрался из машины и огляделся.

— Мэгс, я не вижу никакой воды, — сказал он.

Я прогуливалась между высокой травой. Клэй слегка придержал меня. Наконец, мы прорвались между деревьев и отыскали реку. Она была действительно прелестна. Обычно я любила приходить в это особенное место с родителями, когда была моложе.

— А вот это уже чудесно! — Клэй был полон энтузиазма.

Я оглянулась на Клэя, который стянул майку через голову. Во рту пересохло, когда меня привлек его превосходно очерченный живот. Вот черт. Я не подумала, в чем мы будем плавать.

Я посмотрела на свою джинсовую юбку и голубой топ с короткими рукавами, ощущая себя точно примороженной к месту. Стоит ли мне прыгнуть в одежде? Не думаю, что это такая уж хорошая идея.

Клэй скинул штаны и стоял передо мной в своих боксерах. Твою мать! Он был таким аппетитным! Я честно пыталась не пялиться, но было очень сложно. Он просто потрясающ.

Клэй заметил, что я не двигалась.

— Я думал, ты хотела поплавать, — нахмурил он брови.

— Ну-у, у меня нет ничего… ну, ты знаешь… в чем бы поплавать. — Я показала на свою одежду.

Клэй рассмеялся. Он так отличался от того Клэя, которым был в школе. Как будто в нем умещалось две личности. Этот Клэй был беззаботным и веселым. И такой он очень мне нравился. Не то, чтобы тот задумчивый, беспокойный Клэй не был горяч. Но эта его сторона была более подходящей для данного окружения.

— Ты видишь меня в нижнем белье. Думаю, твоя очередь.

Моя челюсть отвисла.

— Я не собираюсь обнажаться перед тобой! — задохнулась я.

Я знаю, что звучала как ханжа. Но я просто не могла этого сделать. Я едва знала его. Черт, да даже Дэниел ни разу не видел меня без верхней одежды.

Хотя, если быть честной с собой, мысль об одном из нас с таким малым количеством одежды заставляет кипеть кровь. Клэй вскинул бровь, что, как я выучила, было типичным для него выражением.

— Обещаю, я не буду смотреть. Я пошел в воду и жду тебя там.

Я смотрела на него с недоверием. Он поднял ладони.

— Обещаю, — после чего он отвернулся и стал пробираться к реке. — Твою ж мать, как холодно! — возопил он, когда нырнул.

Я стояла несколько минут, не уверенная, что делать.

— А-ай, к черту, — пробормотала я (видимо, это стало моей сегодняшней мантрой) и кинула юбку на землю.

Затем сняла через голову топ. Я обрадовалась, что решилась носить очаровательный военно-морской голубой бюстгальтер и трусики в тон… и побежала к воде. Я взвизгнула, когда коснулась ледяной воды пальцем ноги. Клэй все еще стоял ко мне спиной.

— Давай же, если я смог сделать это, сможешь и ты, — позвал он меня.

Я втянула воздух и прыгнула. Холод воды выбил воздух из легких, и я ударилась о ее поверхность. Действительно глубоко. Пять шагов от берега – и ты больше не чувствуешь нижней части тела.

— Могу я теперь смотреть? — спросил Клэй.

Я следила за тем, чтобы большая часть тела была погружена в воду.

— Объявляю отбой, — сказала я.

Клэй развернулся, и я брызнула его в лицо. Он отплевался и протер глаза от воды.

— О, вот оно как, значит. Получи, засранка, — рыкнул он и сделал выпад ко мне.

Я завизжала и поплыла от него прочь, смеясь так громко, что наглоталась отвратительной речной воды.

Клэй наконец поймал меня, его руки обернулись вокруг талии. Прежде чем я успела получить наслаждение от ощущения его обнаженной кожи к моей, он вытянул меня из воды и бросил. Я шмякнулась с огромным всплеском.

—Ах, ты паразит! — крикнула я и последовала за ним.

Я окунала его, он кидал меня. Я обрызгивала его, он тащил под воду. Я чувствовала себя маленьким ребенком. Я не могла вспомнить последний раз, когда так сильно радовалась. Да и Клэй смеялся и улыбался все время.

После принятия перемирия в нашем водном поединке, Клэй и я со спокойной душой поплавали некоторое время.

— Это так весело, Клэй. Спасибо тебе за то, что отрываешься со мной. — Я оглянулась на него.

Он улыбнулся, но продолжил смотреть вверх, на облака.

— Так, значит, спонтанное плаванье не является тем, что ты обычно делаешь? — пошутил он.

Я фыркнула.

— Конечно, нет. Самая спонтанная вещь, которую я когда-либо делала, это ношение распущенных волос вместо конского хвоста. — Я не могла скрыть крошечную часть сожаления, сочащуюся в голосе.

Клэй наконец посмотрел на меня.

— Ну, может нам следует исправить это, — предложил он, слегка улыбаясь.

Желудок снова свело.

— Мне просто… я даже не знаю… скучно, наверное. Каждый день все одно и то же. Это становится утомительным. — Я скорчила рожицу, и Клэй рассмеялся.

— Ну не знаю. Я бы нашел применение однообразности в своей жизни. Спонтанность изнурительна. – Он слегка обрызгал меня, и я предостерегающе посмотрела на него.

Он засмеялся тем глубоким тембром, заставляющим мое дыхание сбиться.

— Разве ты не развлекаешься со своими друзьями? Я имею в виду, что вижу тебя, зависающей с людьми. Ты всегда кажешься той, кто смеется и хорошо проводит время, когда ты с ними, — сказал Клэй.

Он только что признал, что наблюдает за мной. О МОЙ БОГ! Мне захотелось плясать, настолько я была довольна. Я посмотрела на него, и он со смущением быстро опустил голову, как если бы только что осознал, что сболтнул. Боже, я до одурения желала коснуться его, но не знала, могла ли.

— Я люблю своих друзей. Я знаю Дэнни и Рэйчел всю свою жизнь. Наши матери были лучшими подругами, пока росли вместе. Пусть это и выглядит слегка банально.

Клэй приподнял бровь.

— Банально?

Я кивнула, подплывая ближе к берегу, чтобы сесть на грязное дно реки; вода плескалась о мой подбородок и сохраняла меня в тепле от быстро понижающейся температуры в воздухе.

— Ну, знаешь: наши родители были лучшими друзьями, так что понятное дело, что мы – тоже лучшие друзья. И у нас райская жизнь с райским общением и время от времени с райскими вечеринками по выходным. Ничего сумасшедшего. Ничего, что может раскачать лодку. Я чувствую, будто делаю одно и то же уже настолько долго, что не знаю, как оно может быть по-другому. Как я и сказала, я просто заскучала. И каждый раз, когда я пытаюсь поговорить с Рэйчел и Дэнни об этом, я не уверена, слушают ли они меня вообще. Я чувствую практически… удрученность из-за этого. А хочу ощущать энергичность, страсть к чему-нибудь. Чему угодно.

Или кому угодно.

Я погрузилась в мысли, наблюдая за Клэем, который находился в воде в нескольких шагах от меня. Я сообщила ему о своих чувствах больше, чем за долгое время любому другому. И Клэй не смотрел на меня, как на спятившую. Вообще-то, он выглядел тем, кто воспринял мои слова очень даже серьезно. И клянусь: именно в этот момент я начала в него влюбляться.

Он слушал меня и на самом деле слышал меня. И то, что я сказала, не было глупым. Во всяком случае, не для него.

Он кивнул.

— Я понимаю. Честно. Но поверь мне, ты какая угодно, но только не скучающая.

Я, не веря ему, фыркнула.

— О да, я такая интересная. Мэгги Янг с ее счастливыми в браке родителями и средней оценкой «А» минус GPA, средней оценкой послешкольных занятий, говорящая о посредственных темах каждый день с ее посредственными друзьями. Как это может не быть скучным? — вздохнула я с разочарованием.

Как я могла считать, что у меня есть, что предложить этому интересному и потрясному парню? Я сильно заблуждалась.

Клэй подплыл ко мне и сел рядом. Наши руки столкнулись под водой, и так и остались, соприкасающиеся, как если бы наша кожа порознь не могла быть полноценной.

— Мэгги. То, что ты только что описала мне, звучит великолепно. — Я закатила глаза, и Клэй схватил мою руку. — Нет, послушай меня. Ты красивая и умная, и вокруг тебя есть эта фантастическая жизнь. Ты добрая и отзывчивая, но к тому же еще язвительная и чертовски сексуальная.

Я не смогла не улыбнуться при образе девушки, которую он описывал. Я сексуальная? Я никогда не думала о себе в этом смысле.

— Я бы отдал все, чтобы иметь то, что есть у тебя. Родители и друзья, которые любят. Знать, что есть подобная безоговорочная любовь – невероятно. Ты не представляешь, насколько тебе повезло. — Он звучал грустно, и я склонилась к его плечу.

— А у тебя нет этого, Клэй? — спросила я его мягко.

Клэй посмотрел на меня сверху вниз своими глубокими темными глазами, и все, что я увидела – это болезненное одиночество, которое разрывало мое сердце. Ему не нужно было говорить мне, я итак понимала, что его жизнь была одной из наитруднейших. И это - неважно, что именно произошло - вынудило его воздвигнуть эту огромную стену, которая прочно держала всех на расстоянии. Как если бы он не мог больше выдержать личного вторжения, Клэй внезапно рванул обратно в воду, запирая дверь нашего доверия.

Я была больше, чем просто разочарована. Я ощущала, что только начала понимать его, и в следующий момент он уже ушел и воздвиг обратно стену. Но после его игривости, через некоторое время я забыла, почему была раздражена.

Должно быть, мы были здесь уже достаточно долго, потому что я внезапно сообразила, что темнело, и воздух холодел. Не думая о том, что я лишь в бюстгальтере и трусиках, я вышла из воды и добралась до мобильного, который оставила у пенька.

— Черт, уже 18:30. Мне нужно добраться до дома.

Теперь, когда я не была в воде, я замерзла. И как у последних идиотов, у нас не было полотенец. Я услышала, как Клэй покинул воду. Я не хотела смотреть на него, вдруг ощутив смущение из-за того, что я практически обнажена перед ним. Я собрала свою одежду и прикрыла ею грудь.

Вдруг я ощутила руки Клэя на плечах, он двигал ими вверх и вниз, стараясь создать чуть-чуть тепла. Я развернулась и посмотрела на него. Что-то вспыхнуло в его глазах, и я осознала происходящий момент. Мы на протяжении всего дня медленно воздвигали это, и я знала, что что-то, но должно было произойти так или иначе.

Он чуть приблизился. Его руки замерли, но остались на моей мокрой коже. Медленно, он убрал влажную челку с моего лица и посмотрел с пылкостью, которую я видела впервые. Я стояла как вкопанная, думая лишь о том, насколько близко друг к другу наши тела. Он хотел поцеловать меня. Я ручаюсь. Его глаза скользнули на мой рот, когда я нервным движением облизнула губы.

Выражение его лица свидетельствовало о заинтересованности, и он пробежался подушечкой пальца вдоль моей нижней губы. Притяжение между нами нарастало, и я ощутила, что меня затаскивает под его влияние.

И тут зазвонил телефон.

Звонок, убивший настроение.

— Прости, — пробормотала я, взглянув на дисплей телефона, и увидела номер мамы. Я торопливо ответила на звонок. — Да, мам. — Я посмотрела на Клэя, но он уже отошел и поднимал свои джинсы.

— Где ты, Мэгги? Мы ждем тебя к ужину целых сорок пять минут.

Я не могла не уставиться на подтянутый живот Клэя, когда он натягивал майку через голову. Во рту пересохло, и мне понадобилось время, чтобы отойти.

— Мэгги! — потребовала мама на том конце, и я сообразила, что не ответила ей.

— Прости, мама. Я встретилась с другом. Я только доберусь до машины, оставленной у школы, и сразу буду дома, — сказала я ей.

Я молилась, что моя мама будет умницей и придержит тысячи вопросом до того момента, как я доберусь домой.

Но настолько мне не повезло.

— Другом? Каким другом? — спросила она.

Я чуть отошла и понизила голос.

— Клэйтоном Ридом. Я показывала ему окрестности города, — негромко произнесла я в трубку.

Я слышала, как мама на том конце постучала пальцами. Отлично, она недовольна.

— Мне не нравится вариант, что ты где-то с парнем, которого мы не знаем. Я хотела бы познакомиться с ним. Особенно, если ты собираешься куда-то выбираться с ним.

Я удержалась, чтобы не застонать в трубку.

— Мы просто друзья, мам. Ничего особенного. — Я попыталась унять ее.

Но мама не купилась на это.

— И что с того. Ты знаешь, что мы испытываем относительно того, когда ты в машине с парнями, которых мы не знаем. Я должна узнать его. — Она была непрошибаема.

Вот так фанта-ахренеть-как-стично.

— Ладно, — резко сказала я.

Я услышала вздох мамы. Она знала, что разозлила меня.

— Просто мы волнуемся. Ведь снаружи мир, полный жути для девочек. — Я промолчала. —Просто доберись до дома. Но будь осторожна. Мы поговорим, когда ты прибудешь сюда, — сказала мама и отключилась.

Я развернулась и увидела, стоящего и смотрящего на меня Клэя.

— Твоя мама? — спросил он.

Я кивнула и поняла, что до сих пор в бюстгальтере и трусиках. Если бы мама увидела меня сейчас, то получила бы сердечный приступ. Я попробовала беззаботно потянуться за юбкой и отметила, что Клэй вежливо посмотрел в сторону.

После того, как я оделась, мы последовали обратно к его машине. Я скрутила волосы в кольцо, но из-за дрожи после воды они упали обратно на спину. Клэй потянулся и уложил тяжелые, влажные волосы по плечам, его пальцы скользнули по шее.

— Она разозлилась на тебя, что ты еще не дома? — спросил он после того, как мы залезли внутрь и стали покидать поле.

— Она просто постоянно меня от всего ограждает, — сказала я, наблюдая, как он меняет переключатели на коробке передач.

Определенно, что-то делало его пальцы очень сексуальными.

— Понятное дело. Я бы тоже сильно опекал, если бы ты была моей дочерью, — он ухмыльнулся мне, и я ответила тем же.

Окей, как бы начать разговор о том, что родители хотят узнать его, не выглядя при этом не уязвленной?

— Эм-м, Клэй. Они хотели бы встретиться с тобой. — Клэй поднял бровь и быстро взглянул на меня.

— Хорошо, — медленно произнес он.

Я заторопилась.

— Просто они переживают по поводу моего присутствия в машинах с парнями. Я сказала ей, что мы лишь друзья, но она все же хочет увидеть тебя, и я обещаю, это будет прикольно. Просто они хотят убедиться, что ты не серийный убийца или кто-то подобный, — несвязно говорила я, и, в конце концов, закончила со смирением.

Клэй потянулся, и я сжала свою ладонь, которой предварительно вцепилась в подол.

— Мэгс. Все хорошо. Я понимаю. Я хочу, чтобы они одобряли наши вылазки, поэтому встречусь с ними, — заверил он меня.

И я позволила себе вздохнуть с облегчением. Он заставлял меня чувствовать себя спокойнее, и я ценила это.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Клэй улыбнулся.

— Нет, это тебе спасибо, Мэгги. За сегодня. Я не могу вспомнить, когда последний раз так веселился.

Мне стало тепло от его комплимента. Он сделал глубокий вздох.

— Последние несколько месяцев были действительно тяжелыми, и я забыл, что иногда неплохо позволить себе расслабиться и просто пожить, ну, ты понимаешь. У меня предчувствие, что ты сможешь очень даже хорошо повлиять на меня. — Взгляд, которым он одарил меня, заставил покалывать кончики пальцев.

— Я надеюсь на это, — произнесла я.

Клэй скованно улыбнулся.

— О, не сомневаюсь в этом, — ответил он.

ГЛАВА 5

Если бы я могла отрезать себе ноги, то сделала бы это.

Каждая мышца, начиная с талии и ниже болела, и я не сдержала стона, когда садилась за свой обеденный стол. Рэйчел оторвалась от своего телефона и попыталась спрятать улыбку на лице.

— Что? — прорычала я, медленно кладя ногу на ногу, усаживалась очень осторожно. Рэйчел положила небольшое количество пудинга в рот и покачала головой.

— Ничего, — пробубнила она с набитым ртом.

Я сердито смотрела на нее. Дэниел был более многословен.

— Почему ты передвигаешься как старуха, Мэгс? Ты выглядишь смешной.

Я взяла картофельные чипсы и швырнула их в него.

— Этим утром тренер Кляйн заставил меня бегать, потому что на этой неделе я не показывалась на тренировках несколько дней подряд. Он немного разозлен. — Я наклонилась и потерла мышцы икр, пытаясь смягчить жгучее ощущение.

Понимаю, почему тренер сердился. Я - его звезда, и разочаровала его. В пятницу у нас первое соревнование, а я пропустила уже три тренировки на неделе. Я испытывала вину из-за отлынивания от своих обязанностей. Но я не ощущаю огорчения из-за того, что использовала это время, чтобы узнать Клэя поближе.

Мы ходили на «исследования» еще несколько раз. Мы были на экскурсии в национальном парке Крукт-Ран, играли в мини-гольф в Уарминстере и смотрели кино в IMAX-кинотеатре в Шарлоттсвилле. Я любила проводить время с Клэем. В первый раз моя жизнь казалась интересней и даже волнующей.

Я обнаружила, что делаю и пробую вещи, которые прежде никогда бы не сделала. Такие как поедание тайской еды и просмотр иностранных фильмов с субтитрами. Окей, может это не так уж и много… но мне бы никогда не пришло в голову творить подобное до встречи с Клэем.

— Ты срывалась с тренировок? Серьезно? — недоверчиво спросил Дэниел.

Рэйчел посмотрела в окно за своей спиной.

— Не начался ли снегопад? — спросила она, притворно удивляясь.

— Ой, полегче, полегче, шутники, ха-ха-ха. — Но я поняла, что они имели в виду.

Я, творящая что-то за пределами своих норм – да это просто неслыханно. Я стремлюсь вперед, делая все до конца, никогда не отклоняясь от курса. Именно из-за подобного три недели назад я была так безнадежна и скучна.

А теперь… ну, а теперь я каждое утро поднимаюсь из постели в нетерпении.

— И где, черт побери, ты тогда пряталась? — Дэниел действительно выглядел озадаченным.

Я понимала его удивление. Как правило, если я не была а) в школе или б) дома, я была с ним и Рэйчел. Я, проживающая свою жизнь вдали от них – это очень даже странно. Как будто Земля сошла со своей орбиты.

— Ну, я…— начала я, но была прервана голосом позади себя.

— Не возражаете, если я сяду с вами, ребята?

Я обернулась (конечно же, очень осторожно из-за боли в мышцах) и увидела Клэя, стоящего с подносом. Он слегка улыбнулся мне, его глаза переключились на Рэйчел и Дэниела.

Первый раз, когда я увидела его в кафетерии после инцидента с Полом Делоудером. Я быстро посмотрела на своих друзей. Рэйчел я обнаружила с открытым ртом, а Дэниел хмурился. Ни один из них не заговорил. Господи. Не слишком ли они грубы?

Я выставила стул рядом с собой.

— Сюда, пожалуйста.

Клэй сел и поставил свой поднос на стол. Он посмотрел на меня. Так же, как и в любой другой раз, когда наши глаза встречались, я ощутила, что лицо заливает краской. Я сглотнула и повернулась к Рэйчел и Дэниелу.

— Рэйчел, Дэниел, это - Клэй. Клэй, это мои друзья - Рэйчел Брэдфилд и Дэниел Лоу.

Клэй робко улыбнулся им.

— Привет.

Ни один из моих друзей не проронил ни слова. Они, казалось, были немного озадачены появлением Клэя за нашим столом. Как же унизительно!

— Вам двоим следует сказать «приве-е-т»! Или он решит, что вы не умеете говорить. — Я закатила глаза, и Клэй натянуто улыбнулся. Ручаюсь, ему не по себе.

Рэйчел быстро заморгала. Она всегда это делает, когда попадает в неловкое положение.

— Извини, Клэй. Приятно познакомиться с тобой, — она улыбнулась ему очень уж ослепительно.

Я от этого нахмурилась, и молча попросила ее перестать стараться так сильно. Дэниел смотрел на Клэя так, будто изучал его.

— Привет, — отозвался он.

Ладно, кажется, Дэниел так легко не сдастся. Иногда он жуткий собственник. Клэй откашлялся и начал есть свой обед. Атмосфера вокруг нашего стола стала по-настоящему напряженной.

— Ну, как прошел твой день? — спросила я Клэя, пытаясь разорвать угнетающую тишину.

Не глядя на меня, Клэй пожал плечами.

— Всего лишь еще один день, — сказал он, прежде чем вернулся к поеданию обеда.

Ничего себе, дела быстро ухудшались. Если он не хочет разговаривать, то почему, черт возьми, сел к нам? Конечно, не помогало и то, что Дэниел глядел на него, пока тот ел. Я метала молнии в своих лучших друзей, глазами призывая их немедленно прекратить все это.

Рэйчел выпрямилась и посмотрела на меня с расширенными глазами.

— Извини, — проговорила она одними губами.

Я многозначительно посмотрела на Клэя, который запихивал кусок мяса себе в рот.

— Итак, Клэй. Ты уже закончил свое задание по писательскому искусству? У меня чертовски мало времени для написания своего рассказа. Думаю, я написала целый абзац, прежде чем сдаться, — сказала Рэйчел, притворно смеясь, как могла только она.

Ну, хотя бы она старалась.

Клэй снова пожал плечами. И это все, в этом весь его ответ? Он вел себя очень грубо. Не так, как тот Клэй, которого я узнала за последнюю неделю. Я почувствовала комок в животе из-за его подобного отношения. Он был таким чопорным, сидя на своем месте, как если бы он хотел быть где угодно, только не за нашим столом. Я просто не могла понять: что он надумал сделать? Я имею в виду, что это именно он подошел к нам. Но теперь он выглядел так, словно не мог дождаться, когда доест.

Может, это я? Я сделала что-то не так? Может, я должна была быть более многословна со своими друзьями по поводу того, как странно они ведут себя рядом с ним? Почему я так переживаю из-за того, что сделала? И сделала ли вообще?

Затем, после нескольких минут полнейшей тишины, Клэй поднялся. Я с удивлением посмотрела на него. Что, черт возьми, происходит?

Он, наконец, посмотрел на меня, и я увидела, что его лицо немного смягчилось.

— Спасибо, что разрешили мне сесть с вами. Увидимся позже. — Он кривовато улыбнулся мне, а потом развернулся и ушел.

— Что, твою мать, это было? — спросил Дэниел после ухода Клэя.

Я все еще наблюдала за тем, как он удалялся из столовой, его плечи и голова были опущены. Я понятия не имела, как ответить на вопрос Дэниела. Потому что я и сама не знала, что это было.

— Может он просто стесняется, — предположила Рэйчел.

Дэниел фыркнул.

— Или его хорошенько шмякнули головой. Ты не думаешь, что он ведет себя как тот школьный стрелок?[12]

Окей, эта фраза заставила потерять контроль.

— Ты его даже не знаешь, Дэниел! Так что перестань быть таким чертовски критикующим умником! Может быть, он вел себя странно, потому что вы оба были ослами! Ты не задумывался об этом? — Мой голос был громким, и мне следует постараться успокоиться.

Дэниел посмотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Я никогда не кричала на него. Никогда.

— А в чем проблема, Мэгс? — спросил он у меня.

— Ай! – я собрала свой мусор. — Проблема в том, что Клэй - мой друг. И ты тоже мой друг. Так что начинай привыкать к нему. И, может быть, в следующий раз поучаствуй в небольшом разговоре. Покажи людям, что у тебя существует больше социальных навыков, чем у проклятых первоклассников!

— Мэгги! Остынь! — настояла Рэйчел, пытаясь сгладить ситуацию, которая начала накалятся.

Я только покачала головой и поднялась, чтобы уйти. Забыв, что у меня очень болели ноги, я застонала, когда встала так быстро.

Рэйчел вскочила и сделала шаг в мою сторону, чтобы предотвратить мой уход.

— Мы просим прощений, ладно? Мы не хотели, чтобы он чувствовал себя неудобно. Просто эта история потрясла нас, понимаешь? — она использовала свой успокоительный тон, который обычно приберегала для Дэниела.

Что со мной случилось? Почему я так огорчена из-за них? Я никогда не срывалась подобным образом. Мне нужно успокоиться.

Вздохнув, я быстро обняла Рэйчел.

— Я знаю. Спасибо. Но я лучше пойду и догоню Клэя - убедится, что он в порядке. — Я улыбнулась своим друзьям и направилась вон из кафетерия.

Взглянув вдаль коридора, я увидела на другом конце Клэя.

— Клэй! — позвала я, быстро направляясь к нему.

Он не обернулся. Он не услышал меня или игнорирует?

Я догнала его и схватила за руку, чтобы остановить. Я почувствовала, как под моей ладонью напряглись его мышцы. Я двинулась так, чтобы встать перед ним. Его челюсть была сжата, и он не смотрел на меня.

— Почему ты ушел так быстро? — спросила я у него.

Он пожал плечами (я действительно начинала ненавидеть, когда он делал так).

— Не очень хочу быть с людьми, которые не хотят быть со мной, — холодно сказал он, обойдя меня, чтобы направиться дальше по коридору.

— Подожди секунду, Клэй. Ты смешон. — Я недоверчиво засмеялась.

Хорошо, может, мои друзья и были несколько неприветливы вначале, но мне показалось, что он несколько перегибал со своей реакцией на это происшествие.

От взгляда Клэя, направленного на меня, застыла кровь. Было ясно, что он не считал себя смешным. Не говоря ни слова, он оставил меня стоять одну в коридоре. В этот раз я не пошла за ним. Существует не так уж и много отказов, которые девчонка может выдержать.

Я протопала обратно к своему шкафчику, так резко открыв дверцу, что она отскочила, ударившись о соседний металл.

— Видя тебя в дерьмовом настроении, смею предположить, что твой возлюбленный был еще той задницей, когда ты погналась за ним, как влюбленный щеночек? — поглумился Дэниел, прислоняясь к соседнему шкафчику.

Я выхватила свои книги с верхней полки, предназначенные для второй половины дня, и уставилась на друга.

— А что за проблемы с ним у тебя, Дэниел? Это не похоже на тебя – быть таким придурком по отношению к кому-то, кого ты даже не знаешь.

Я не смогла скрыть боли, сочащейся в голосе. Я старалась держаться возмущенной и самоуверенной, но слышала уязвимость в своих словах.

Дэниел тут же смягчился и положил руки мне на плечи, сжав их.

— Извини, Мэгс. Я знаю, ты хочешь подружиться с чуваком. Но просто в нем есть что-то такое, что заставляет меня вступать на не ту дорогу. Но я буду надевать счастливую маску, только ради тебя.

Я улыбнулась ему и наклонилась, чтобы обнять. Дэниел неуклюже похлопал меня по спине, не привыкший к проявлению подобных чувств с моей стороны.

Он отстранился и посмотрел на меня со странным выражением на лице.

— Что? — спросила я у него, нахмурившись.

Дэниел лишь покачал головой.

— Тебе на самом деле нравиться этот парень? Я имею в виду, по-настоящему? — он казался не верящим в это.

Почему Дэниелю так сложно было в это поверить?

— Да, Дэнни. Он действительно мне очень, очень нравится. — Я не смогла скрыть мечтательного тона, — Дэниел закатил глаза.

— Почему? У него личность мятежника. Не понимаю. — Кажется, Дэниел искренне озадачен.

И, похоже, не мне винить его за это. Он не видел того Клэя, которого видела я. Клэя, который заставил меня забыть любого и все вокруг происходящее.

— Нет, он не такой. Он очень даже веселый. Я могу разговаривать с ним о таких вещах, которые не могу обсуждать ни с кем другим. У него есть та сумасшедшая спонтанная сторона, которая заставляет всех нас веселиться. Он милый, и умный, и…— Дэниел поднял руку.

— Ладно, хватит уже. Думаю, меня сейчас чуток вырвет. Неважно. Просто будь осторожна. Я волнуюсь.

Теперь была моя очередь закатывать глаза. Сколько раз я говорила ему те же вещи о Кайли или других девчонках, на которых он пускал слюни. Теперь же, я надеюсь, он понимает, как я себя чувствую каждый раз при разговоре с ним.

А, может быть, и нет.

— … И я буду милым. Для твоего же блага. Но это не значит, что я доверяю ему… или что он нравится мне. — Дэниел бросил на меня тяжелый взгляд, и я постаралась не накричать на него снова.

Я хотела хорошенько встряхнуть своего лучшего друга.

Не желая начинать очередные препирания, я предпочла сохранить тишину. Улыбнувшись в его сторону, я оставила Дэнни и направилась в класс.

* * *

Я ненавидела признавать то, что искала Клэя весь день, но он успешно избегал меня. Невольно, но я разрушила нашу дружбу? Или я слишком крепко старалась удержаться за то, что едва ли началось? Я была жалкой. Я должна была сконцентрироваться на том, чтобы порвать всех в своем выпускном классе. Думать о том, куда я поеду на обучение в колледж. Работать, не покладая рук, чтобы попасть в национальную сборную по кросс-кантри. У меня хватало других тысячи и одного дела, происходящих в жизни, но единственное, о чем я могла думать - это он.

Клэйтон, черт его возьми, Рид.

Он с легкостью заморочил мне голову за тот месяц, что я его знаю. И я даже не могу утверждать, так ли хорошо его знаю. Я действительно думала, что у нас что-то начинается. Но будь я прокляла, если вложу силы в то, что не получу ответно.

Я стала работать над собой, чтобы вернуть решимость. Не позволю себе мучиться из-за какого-то мальчишки. Я выше этого. Следует больше уделять внимание себе, а не быть глупой девчонкой, которая зациклена на парне, на том, когда же это он соизволит выкроить для нее свое время. Я была не таким человеком.

Мой внутренний монолог разжег меня. Я могла практически слышать в голове персональное музыкальное сопровождение. Я напевала мелодию с грозными наступлениями все дорогу к своему шкафчику. Я чувствовала себя сильной и неприкосновенной.

А затем клочок бумажки упал к моим ногам. Он была запихан между отверстиями шкафчика, и упал, когда я открыла. Очевидно, еще одна листовка с предматчевыми распоряжениями. Я собралась скомкать его и выкинуть, когда глаза зацепились за собственное имя.

Мэгги.

Почерк не был мне знаком, но каким-то образом я знала, что это от него. И вот так вот просто моя новоприобретенная сила отправились прямиком в ад.

Я развернула сложенный лист и разгладила его. Это был потрясающий, сложный рисунок готической бабочки, сделанный углем. Детали были невероятны. Он был похож на одну из этих крутейших татуировок. Он был резко очерченным, но в то же время - утонченным. Я не могла поверить в то, что Клэй был способен нарисовать такое красивое произведение искусства. Его холодная сторона затмевает чувствительную душу, которая так много говорила за себя на рисунке. И потом я заметила внизу надпись. Тонким, наклонным почерком там было написано:

«Доброта – ваше достоинство. Неброская красота - ваше оружие».

Я почти перестала дышать. Звучание слов походили на любовную поэму. Что этим он подразумевал? И почему он вел себя так, как будто в одно мгновение он не хотел иметь ничего общего со мной, а затем практически клал передо мной на стол свое сердце? Это не имело никакого смысла.

Я подняла глаза и увидела Клэя, стоявшего немного дальше по коридору и наблюдающего за мной. Наши глаза встретились, и явно ощутимый ток прошел между нами. Чувствовал ли он то же самое, что и я? Что значит этот рисунок? Он пытается что-то сказать мне им? Я подняла свою сумку с книгами и обувью для кросс-кантри, и направилась к нему.

Все это время он смотрел на меня с колеблющимся выражением лица. Я остановилась перед ним и подняла рисунок.

— Ты это сделал? — спросила я его, хотя уже знала ответ.

Клэй кивнул.

— Я не знала, что ты художник. Это… просто…вау, — невразумительно сказала я.

Боже, почему у меня получилось выглядеть такой идиоткой?

Губы Клэя сложились в подобии улыбки.

— Спасибо, — просто сказал он, по-прежнему напряженно наблюдая за мной, делая это своим особенным образом.

— И слова внизу листка? Их тоже ты написал? — спросила я, пытаясь пробиться к нему, вызывать на откровенность.

Чтобы он смог рассказать мне, о чем думает.

Клэй оттолкнулся от шкафчика и начал идти вместе со мной по коридору.

— Нет. Это японский поэт, который мне действительно нравится. Именно эта поэма заставляет меня думать о тебе. Тебе следует прочесть ее.

Японская поэзия, значит? Глубокая вещь.

Он процитировал для меня прекрасную японскую поэзию. Парни ведь не делают такие вещи, если им не нравится девушка, правильно? То есть, это единственное, что выглядит вразумительным. Но тогда что это за арктическая мерзлота была ранее?

Ай! Снова эта маниакальная неуверенность. Это должно прекратиться!

— Что ж, спасибо, — я заставила себя говорить с прохладцей.

Я ни в коем случае не позволю Клэю узнать, что он сделал мне. Все это становится немного запутанным.

Клэй взял меня за руку и потянул, останавливая. Вероятно, мне следует вырваться из его хватки. Это будет правильным поступком. А не бросаться с головой в этот сумасшедший вихрь, который, казалось, поглощал меня и отказывался отпускать. Но мне слишком нравилось то, как его рука ощущалась на моей, чтобы сделать это. Так что я посмотрела на свои ботинки, находя их вдруг очень интересными.

— Мэгс. Посмотри на меня, — мягко сказал Клэй.

То, как он произнес мое имя, заставило меня чувствовать внутри себя трепет. Как та красивая бабочка, которую он нарисовал для меня. Черт его побери.

Я посмотрела на Клэя. Его темно-карие глаза были полны раскаяния, и я поняла, что не смогу дальше быть на дистанции и замкнутой.

— Я очень сожалею о том, как вел себя раньше. Я был ослом. Ты прощаешь меня?

Прощу ли я его? Хм, да, конечно прощу. Но я должна была оставаться невозмутимой.

— Что за дело у тебя было? Я имею в виду, почему ты прямо-таки вылетел из кафетерия? — Клэй вздохнул и отпустил мою руку.

Я сразу же почувствовала потерю его тепла.

— Я чувствовал себя неудобно и неуверенно. Я знаю, твои друзья не были мне рады. И во мне поднялась злость. У меня плохая привычка направлять его на людей, которые больше других близки со мной. Я не всегда хороший парень, Мэгги. У меня много безумного багажа за плечами, который тебе не нужен или который ты не заслуживаешь.

И снова немного личного признания. Которое дало мне лишь крошечное представление о том, что происходит у него внутри, за его непоколебимым видом. Но этого для меня недостаточно, чтобы понять его. Я знаю, что в его словах подразумевалось дать мне передышку. Подумать, что это значит - быть рядом с ним. Я взглянула на красивый рисунок, который он подарил мне, и мне не захотелось размышлять о его багаже или о его безумных изменениях в настроении. Я просто хотела быть рядом с ним.

— Просто пообещай, что будешь говорить со мной, когда ты снова почувствуешь себя так. Знаешь, я ведь могу помочь тебе с этим багажом.

О чем это я говорю? Я никогда не имела дела ни с чьим багажом! Я даже и не знала, что это такое! Моя жизнь и жизнь моих друзей были предсказуемы и скучны. Я не могла представить, что он подразумевал. Но мне нужно, чтобы он знал - я могу помочь ему. Неважно с чем.

Клэй снова посмотрел на меня, и я почувствовала, что мой желудок превратился в желе.

— Ты невероятно удивительная. Знаешь это? — спросил он меня с улыбкой в глазах.

Я расцвела от его комплимента.

— Спасибо. Я тоже так считаю, — пошутила я.

Клэй, наконец, засмеялся, серьезность нашего разговора немного смягчилось.

— Ты тоже освободилась? Хочешь пойти куда-нибудь перекусить? — спросил Клэй, глядя на кроссовки в моих руках.

Черт. У меня сейчас кросс-кантри. Я не могу пропустить еще одну тренировку; если я сделаю это, то наверняка буду отстранена от соревнования. Тренер Кляйн убьет меня!

И знаете, что я сказала?

— Звучит здорово.

ГЛАВА 6

— Что ты думаешь насчет того, чтобы пойти на вечеринку Мелиссы Джеймс сегодня вечером? Это отличный шанс для тебя познакомиться с людьми и хорошо провести время, — сказала я Клэю, пока он заставлял товарами одну из стеклянных витрин в магазине его тети. Клэй нахмурился, раскладывая куски аметиста и кварца на полку. — Вечеринка? Я не уверен на счет этого, — нерешительно ответил он.

Клэй и я проводили большинство вечеров вместе. Я могу прийти после практики по кросс – кантри и застать его на работе. Теперь я пытаюсь совмещать свои дела, ведь после того, как я пропустила практику на прошлой неделе, тренер Кляйн принял меры в осуществлении своей угрозы и отстранил меня от соревнований на этих выходных. И это было плохо. Я ненавидела разочаровывать его. Еще хуже, я знала, что позволила себе опуститься.

Тренер втащил меня к себе в офис после ленча в понедельник. Я избегала этого разговора неделями. Тренер Кляйн был похож на большого мишку Тедди. Он был популярен среди детей, потому что к нему всегда было можно обратиться, да и с ним было легко в общении. Его вера в студентов была непоколебимой. Но я знала, что потеряла его доверие. И это больно.

— Закрой дверь, Мэгги, и сядь. — Указал мне тренер после того, как проследовала за ним в его офис. Я чувствовала, как мои руки начали потеть. Ненавижу конфронтацию на любом уровне. Тренер Кляйн сел за свой стол и смотрел на меня. — С тобой происходит что-то, о чем я должен знать?

Я не знала, что сказать, поэтому решила, что игра в игнорирование – это хорошее начало. — Эм, ничего, о чем я знаю. — Я не могла смотреть на тренера. Я чувствовала себя такой виноватой. Я слышала, как он вздохнул. — Мэгги, ты лучший бегун в команде. Я действительно думал, что это был твой год, но теперь я чувствую, что твое сердце больше не здесь. Ты знаешь, если есть что-то, о чем ты хочешь поговорить, то я здесь. Моя дверь всегда открыта и то, что мы обсуждаем – конфиденциально.

Я хотела закрыть лицо руками. Боже, что он думал о том, что происходит? Это была моя собственная ошибка. Моя непривычная чешуйчатость выставила миллион красных флагов. Но я не могла принять то, что не было ничего более безобидного, чем я, проводящая свои вечера, страстно желая нового парня. Вероятно, это не могло пройти слишком хорошо.

— Все хорошо, тренер. Думаю, что со мной сейчас просто происходят другие вещи. — Что ж, это была своего рода правда. Я слышала, как тренер щелкал своей ручкой снова и снова. Посмотрев на него, я поняла, что не могу уклоняться от своих обязанностей. Это было несправедливо по отношению к тренеру и к команде.

Тренер Кляйн посмотрел на меня и нахмурился. — Что ж, мне не надо говорить тебе, что ты пропустила еще одну тренировку, и у меня нет выбора, кроме как отстранить тебя до конца сезона. Это школьная политика. Мне не нравится тот факт, что я теряю тебя. Есть стипендия, которая ждет тебя за пределами школы. С твоими результатами, ты точно ее получишь. Не отбрасывай это в сторону. Ты будешь жалеть об этом. — Я знала, что он был прав

— Не буду тренер. Я обещаю. — В тот момент я действительно это и имела ввиду. Я хотела стипендию и блестящее, милое будущее. Я хотела, чтобы моя семья и школа гордились мной. Это были все рациональные мысли.

Но когда я увидела Клэйтона, ждущего меня после школы, все рациональные мысли вылетели в окно. Было так легко потерять себя в его компании. Он был как наркотик, и я безнадежно зависела от него.

Урезать наши послеобеденные встречи, это как походить на холодную индейку. Это было действительно отстойно. Вместо этого я начала преследовать его в «Книги Руби». Я знала, он помогал там после школы. Я просто не могла провести весь день без того, чтобы хоть какое-то время не побыть наедине с ним. К тому же я ненавидела признавать, что мною руководила моя ужасная ревность к слишком красивой, чтобы чувствовать комфорт, Тилли. Ее влюбленность в Клэя становилась все более и более очевидной. К счастью, Клэй не обращал на это внимание, иначе я бы устроила кошачью драку на кулаках.

Клэй всегда выглядел счастливым, когда видел меня, так что это стало нашей фишкой. Я хотела помогать ему в магазине и, в конце концов, получить своего исправленного Клэйтона Рида. Конечно, теперь вместо расстраивания моего тренера, я расстраивала своих родителей, в результате того, что пропускала большинство обедов в неделю.

Но я нуждалась в этом времени с Клэем. Потому что когда мы были сами по себе, я видела ту его часть, которая так отличалась от того парня, которого он преподносил школе. После нашего бедственного совместного ленча пару недель назад, Клэй присоединялся к нам еще пару раз. Рэйчел очень сильно старалась быть милой с Клэем и порой даже были времена, когда я думала, что эти две части моей жизни могли бы сосуществовать. Клэй мог быть общительным и вежливым с моими друзьями, когда настроение посещало его. Я любила наблюдать, как он прикалывался с Рэйчел и говорил с Дэниелем (который по крайней мере прилагал усилия) о футболе. Клэй делал меня безгранично счастливой, когда он был таким.

Но потом были дни, когда Клэй мог пропасть, не показываться на ленче и снова становиться тенью в коридорах. Если я приближалась к нему, он либо отталкивал меня, либо вел себя так, будто зол на меня. Его настроения были непостоянны. Время от времени он так сильно закрывался в себе, что это делало меня больной до колик в животе. Однажды я спросила его об этом, и он притворился, что не знает, о чем я говорила, что мне все это показалось

Но потом все было хорошо. Было фантастично. Он был такой забавный, находясь рядом. Он заставлял меня смеяться и делать такие вещи, которые я никогда не делала раньше. Он делал самые простые вещи захватывающими и интересными. Было в Клэйтоне Риде что-то магнетическое, что делало невозможным для меня держаться от него подальше.

Технически мы до сих пор были «друзьями». Хотя наша дружба танцевала на очень тонкой грани чего-то другого. Я чувствовала это. Знаю, Клэй тоже чувствовал. Но также я знала, что Клэй сдерживался по какой-то причине, и прямо сейчас я была не против, чтобы мы перешли на его шаг. Потому что я знала, это приведет к тому, что жизнь изменится. Даже если это сведет меня с ума.

Тем более Клэй продолжал привлекать много внимания девушек из Старшей Школы Джексона. Я ненавидела болезненную ревность, которую чувствовала всякий раз, когда видела, как какая-то глупая чирлидерша или раздражающе кокетливая девчонка пытается привлечь его внимание. Я была собственницей в моих отношениях с Клэем, таким образом, что это даже удивило меня. Но я заметила, к моему большому облегчению, что он казался довольным, проводя время в моем узком кругу.

Я осознала, каким потрясающим был Клэйтон Рид и не хотела им делиться.

— Что плохого в том, чтобы пойти на вечеринку? — Спросила я невинно, на самом деле не замечая его настороженности. Я протянула ему несколько оловянных статуэток, и он аккуратно поставил их на вершину полки. Я наблюдала за его целенаправленными деликатными движениями и думала об этих руках, трогающих меня с такой же мягкостью.

Клэйтон, казалось, взвешивал свои слова, прежде чем ответить мне. — Просто я теперь не фанат вечеринок. — Теперь? Раньше ты был им? — Спросила я его. Клэйтон сел на стул, находящийся позади него и начал копаться в коробке на полу у его ног. Он до сих пор был привередлив в информации, которую он открывал о себе. За последние пару неделей я узнала, что он чувствовал, словно его родители не могли больше «мириться» с ним, и поэтому сейчас он жил со своей тетей. Клэй признался в существовании многих «проблем» и это было слишком для его мамы и папы, которым было струдно со всем этим «справиться». Его тетя видимо была более терпеливой и поддерживала его, и в ее доме он чувствовал себя более расслабленным, чем когда - либо с его родителями.

— Да, вечеринки были частью моих проблем во Флориде. — Сказал он, вставая и относя коробку в заднюю комнату. Тилли послала ему улыбку, когда он проходил мимо нее. Ее улыбка для меня была гораздо жестче, и я знала, что взрослую девушку беспокоил тот факт, что я проводила время с Клэйтоном в магазине, который она считала своей территорией.

Хорошо, может быть моя улыбка была немного самодовольной, когда я следовала за Клэйтоном с другой коробкой, но я не могла ничего с собой поделать. — Тебе нужна какая-нибудь помощь, Клэй? — крикнула Тилли. Она была упрямой. — Мы в порядке, Тили, но все равно спасибо. — Ответил ей Клэй через плечо, даже не смотря в ее направлении (заработал Тилли еще одну самодовольную улыбку от вашего покорного слуги).

Я бросила коробку на пол внутри темной комнаты хранения. — Будь осторожна, Мэгс. Руби снимет мне голову, если ты разобьешь хрустальные шары, лежащие в коробке. — Сказал он резко, быстро просматривая коробку, чтобы убедиться, что всё было в порядке. Не смотря не его тон, я была взволнована тем, что он использовал мое прозвище. Я любила, когда он называл меня Мэгс вместо Мэгги, думая, что это намекало на близость, которой я отчаянно ждала.

— Извини, Клэй. — Сказала я, садясь на металлический стул. Я растянула спину из-за того, что несла тяжелую коробку. — Итак, у тебя были проблемы с вечеринками во Флориде? Какие проблемы? — Спросила я, пока он перебирал поздравительные открытки в своей коробке. Клэй посмотрел на меня с этим нечитаемым выражением, которое он частенько использовал.

— Ну, я тяжело увяз с наркотиками и прочей гадостью. Зависал с плохой компанией и все в этом же роде. На некоторое время все вышло из-под контроля. Но я полагаю, это были лишь симптомы всего остального. — Его голос был скрытным, всегда осознающим, как много он раскрывает о себе.

— Вау, Клэй, ты даже не выглядишь как такой тип парней. Я немного удивлена. — Сказала я, внимательно наблюдая за ним. Клэйтон вздохнул. — Я точно такой тип парней. Ты даже не представляешь насколько. — Пробормотал он. Я хотела спросить его еще. Узнать, насколько все вышло «из-под контроля». Я хотела знать все о моем загадочном друге, но он все еще колебался и опасался. Несмотря на то, какими близкими были наши отношения, там была очень значительная линия, которую я не могла переступать. Пока.

— Тогда никакой вечеринки? — спросила я его. Плечи Клэя опустились, когда он поднялся. Он выглядел неуверенным в себе, и из-за этого я хотела его обнять. — Мы пойдем туда вместе? — спросил он. Можем пойти вместе! Я бы не спускала с него глаз, если бы это могло помочь. Но я ответила воздушно, — Конечно, если ты хочешь.

Клэй, казалось, размышлял над своим ответом. Как школьная вечеринка может быть вопросом жизни и смерти, было выше моего понимания. — Рэйчел и Дэниел идут? — прояснил он. Конечно, ему нужна сила в количестве или иная поддержка подобного рода. Я кивнула. — Тогда хорошо. Я думаю, что пойду. Если ты этого хочешь. — Он смотрел на меня, ожидая моего подтверждения

— Я рада, что ты пойдешь. — Произнесла я, успокаиваясь от того, что он будет со мной в социальной среде. Это было первым пунктом, чтобы пометить его как моего. Чтобы все эти идиоты в школе поняли, что он принадлежит мне. Вау, неужели начало положено? — Там будет, ну ты знаешь, выпивка и остальное? Потому что это тяжело для меня. — Признался он мягко. Вдруг он стал выглядеть таким грустным. Внезапное изменение в нем застало меня врасплох. Его настроение поднималось и падало: с ним было трудно идти в ногу.

— Вечеринки Мелиссы не такие. Обычно где-то там присутствуют ее родители, и вечеринка представляет собой костер на заднем дворе и музыка, слушая которую люди просто развлекаются. Это здоровское время. — Клэй все еще выглядел неуверенным, но поймал меня на слово. — Окей, звучит отлично. — Сказал он и впервые улыбнулся с тех пор, как я завела тему о вечеринке.

— Великолепно! — сказала я немного громче и вздрогнула от моего зашкаливающего энтузиазма. Клэй подошел ко мне и сжал мою руку. Я поразилась физическому контакту. Он не был парнем, который любил прикосновения, поэтому я была ошеломлена. — Ты такая милая, когда взволнована. — Сказал он, смотря на меня так, что можно охарактеризовать только как «с нежностью».

Я знаю, что перестала дышать. Он думал, что я милая? Наши глаза уставились друг на друга, не отрываясь. Начался этотмомент, и Клэй резко втянул воздух. Его взгляд опустился на мои губы, и я могла поклясться, он хотел меня поцеловать. Я облизнула языком внезапно пересохшие губы и заметила, как его глаза проследили за моими движениями.

Воздух потрескивал от напряжения. Глаза Клэя с интенсивностью горели. Мне казалось, что мы попали в ловушку замедленной съемки. Его рука поднялась и легко коснулась моего лица. Я прижалась щекой к его ладони и закрыла глаза. — Мэгги. — Прошептал он, его дыхание было на моем лице, когда он придвинулся ближе.

И мой телефон начал жужжать в кармане. Почему это всегда происходит?! Клэй немедленно отскочил назад, образуя расстояние между нами. Он вдруг сосредоточился на завершении его задачи по разгрузке коробок на полу. Дерьмо! Кому-то лучше быть мертвым. Я взглянула на экран своего телефона и увидела на нем имя Рэйчел

— Что? — рявкнула я после того, как ответила. — Черт побери. Кто отравил твои хлопья? —спросил меня вспыльчивый голос Рэйчел на другом конце. Я сделала вздох и попыталась успокоить бешенный ритм своего сердца. Я оглянулась назад на Клэя, но он отвернулся от меня.

— Извини, Рэйч. Что ты хотела? — Я успокоилась, стараясь не звучать так взволновано, как себя чувствовала. — Я звонила просто, чтобы узнать, во сколько забрать тебя сегодня вечером. — Сказала она, по-прежнему звуча раздраженно из-за моего раннего отношения. — Ты не идешь с Дэниелем? Я думала, вы ребята собирались ехать вместе. — Спросила я, уже боясь ответа. Дэниел должно быть забил на нее, поэтому она такая колючая. Подтверждая мои мысли, Рэйчел рассказала мне, что он позвонил час назад и сказал, что подвезет Кайли на вечеринку. Рэйчел звучала так удрученно, что мне захотелось позвонить Дэниелю и рассверлить его. Я устала от него, поступающего так с ней. Даже если он был другим моим лучшим другом, это не значит, что я буду сидеть и смотреть, какой он безрассудный все время.

Я не стала комментировать задницо–отношения Дэниела, зная, то это не поможет Рэйчел чувствовать себя лучше. — Подожди. — Сказала я ей, закрывая микрофон рукой. — Эй, Клэй, —прошептала я. Клэй обернулся, не встречаясь со мной глазами. Выражение его лица было холодным. Великолепно, он точно сожалел о нашем маленьком моменте ранее. Все равно, я могу играть в Мне-все-равно игру с лучшим из них.

— Ты хочешь поехать со мной и Рэйчел? — Клэй пожал плечами. — Я могу встретить вас там. Не беспокойся обо мне. — Сказал он, разворачиваясь обратно. Его нервы, из-за ситуации раннее, казалось отошли на задний план в его желании держаться от меня подальше. Я подавила вздох и вернулась к моему разговору с Рэйчел. — 8.30 нормально для тебя? — Спросила я ее, стараясь звучать более оптимистично. Правда была в том, что я расстроилась из-за того, что Клэй не пойдет со мной на вечеринку. Конечно, он сказал, что встретит нас там, но это не то же самое, что приехать вместе с ним.

— Звучит потрясающе. Тогда увидимся. — И с этим Рэйчел повесила трубку. Я положила телефон на стол и взяла свою куртку. Сунув руки в рукава, я резко дернула молнию с раздражающим звуком. Клэй обернулся на звук и посмотрел на меня с удивлением. — Ты уже уходишь? — спросил он меня. Я вызывающе встретилась с его взглядом. Я была ранена его отношением после нашего почти поцелуя минуту назад. Может быть, я поставила все мои надежды на что-то, что, конечно, не случится. Но это не остановило остановку жала. Я просто хотела уйти отсюда, проложить расстояние между мной и этим капризным парнем, которого, как я чувствовала, никогда не пойму.

Лицо Клэя смягчилось, будто он прочитал мои мысли. — Тогда хорошо, — произнес он тихо, делая маленький шаг ко мне. Я стояла на своем, не двигаясь на встречу или от него. — Думаю, я увижу тебя вечером. Ты же не собираешься струсить в последнюю минуту? — спросила я его, разочарованная жалобной нотой в моем голосе. — Нет, я буду там. Дикие лошади не смогут удержать меня. — Сказал он с иронической улыбкой. Я не улыбнулась в ответ, моим чувствам все еще было больно.

Я отвернулась и пошла к двери. — Увидимся тогда там. — Сказала я через плечо, не желая показать ему, как ужасно я хотела, чтобы этот момент произошел. Как сильно я хотела, чтобы он вернул меня назад, заключил меня в свои объятия и безумно поцеловал. Когда я стала такой сладко романтичной? Когда я стала помешанной Рэйчел? Я вздрогнула.

— Мэгги. — Он остановил меня звуком моего имени на его губах. Я не обернулась, и он не сделал ни одного движения, чтобы подойти ближе. Каждая проходящая секунда подогревала уровень тоски на невыносимую ступень. Понимал ли он, как сильно я его хотела? Нуждалась в нем со страстью, которая разрывала меня? Или он был болваном, как и Дэниел?

Клэй откашлялся. — Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя сегодня вечером, — сказал он. Слова душили его. Мои щеки вспыхнули. Я кивнула снова, все еще стоя к нему спиной и ушла.

Он был болваном.

Оказавшись на улице, с плотно закрытой за мной дверью, я осела. Я не знала точно, как долго смогу поддерживать эту «дружбу». Не тогда, когда я хотела так много. Я никогда не чувствовала таких сумасшедших чувств, которые Клэйтон всколыхнул во мне, и я не знала, что с этим делать. Было лишь тридцать секунд, когда я знала, что он хочет точно того же, перед тем, как окно захлопнулось.

Ожидала ли я многого и слишком быстро? Может быть, я была настойчивой и невнимательной к чувствам и нуждам Клэя? Должна ли я отступить и позволить ему прийти ко мне, когда он будет готов? Как же хорошо и заманчиво это звучало, но это была не я. Я была не из тех, кто сидит сзади и ждет, когда вещи случаются сами по себе. Так что все эти хотят-они-или-нет вещи были утомительны. Но я не хотела сдаваться. Клэй стоит больше, чем все это. Наша дружба была чем-то особенным, и я не могла это разрушить.

Я усмехнулась про себя и отправилась домой. Черт возьми, если Дэниел не был прав (не то, что я когда–нибудь скажу ему об этом). Однажды он сказал мне, что я захочу получить то, из-за чего была вся эта суета, и этот день только что настал.

ГЛАВА 7

— Всё занято! Я даже не знаю и половины из этих людей, — заскулила я, как обычно любит это делать Рэйчел, припарковывая свою «Короллу» в ряд за домом Мелиссы Джеймс. Рэйчел опустила козырек, дотронулась блеском до своих губ и взбила волосы. — Потрясающе! Я готова к сегодняшней встрече с новыми людьми, — произнесла Рэйчел, натягивая свой розовый кардиган.

Я же, выходя из машины, была менее восторженна. Что мне всегда нравилось в вечеринках Мелиссы - они всегда были маленькими (18 человек не более) и проходили под родительским контролем. На них я могла расслабиться и развлечься без встречи с пьяными идиотами, пытающимися подцепить тебя. Если меня и собирались потрогать, то только на моих условиях.

Но эта вечеринка была огромной. На лугу было припарковано около ста машин, и толпы людей танцевали и пили из одноразовых стаканчиков вокруг огромного костра. — Вылезай из машины, Мэгс. Пойдем смешаемся с толпой. — Я прошлась расческой по своим слабым волосам и, наконец, сдалась, собрав их обратно в хвост. — Уу, — сказала Рэйчел, стягивая резинку. Она ненавидела, когда я собирала свои волосы, говоря мне, что я была намного милее с распущенными. Именно поэтому сейчас она выбросила резинку для волос из окна. — Рэйчел! — крикнула я. Но она уже уходила в направлении огромного костра, прыгающего на фоне темного неба.

Я быстро осмотрелась кругом, пытаясь увидеть «BMW» Клэя в толпе автомобилей. Не сумев найти ее, я неохотно последовала за подругой. — Эй, Мэгги, — невнятно пробормотал парень, когда я приблизилась к вечеринке. Прищурившись в темноте, я узнала Рэймонда Льюиса - парня из моего класса, который был другом Дэниела и часто зависал в нашем кругу. Я была подругой его девушки Клэр, которая состояла во французском клубе на первом году обучения.

Было очевидно, что Рэй уже порядочно выпил, когда облокотился на меня в поисках поддержки. Черт побери, я сказала Клэю, что эта вечеринка не будет такой. Я солгала, и это выводило меня из себя.

— Отвали, Рэй. — Я поиграла плечом, стараясь освободиться. Рэймонд неловко обернул свою руку вокруг моей талии, немного сильнее, чем это было необходимо для того, чтобы остаться в вертикальном положении. В любом случае это выглядело как проявление дружеской привязанности.

— Я думаю, тебе надо выпить, Мэгги. Идем. — Я вывернулась из его хватки и не последовала за ним, пока он, шатаясь, шел по направлению к дому Мелиссы.

Я нашла Рэйчел, уже державшей в руке красный стакан, которую перехватили Иеремия Хиггинс и Лила Кастил. Когда я приблизилась, Рэйчел послала мне улыбку, после чего вернулась обратно к разговору с Иеремией и Лилой. Они определенно старались затащить ее в гуманитарный клуб или во что-то настолько же скучное. Я стояла там, не особо слушая, постукивая ногой и оглядывая вечеринку.

Люди были действительно пьяны. Я успела увидеть нескольких девушек, которых уже тошнило в кустах. Пары терлись друг о друга, отчаянно танцуя под техно, вырывающееся из дома. Люди уходили делать Бог знает что в лесу. Оу, это было поистине ужасно, и я не могла поверить, что действительно хотела прийти сюда. Теперь я надеялась, что Клэйтон решил забить на эту вечеринку вопреки тому, что я просила его этого не делать.

Но не тут-то было. Как только эта мысль мелькнула у меня в голове, появился и он. Клэй только подходил к костру, когда Кайли (в очередной раз девушка Дэниела) и ее отряд сучек остановили его. Я не была уверена, говорил ли Клэй с одной из них с того странного знакомства в «Шариках». Но вон они разговаривают так, будто успели стать лучшими друзьями.

Грр, эта сумасшедшая ревность снова прорезалась во мне. Дана и МакКена смеялись над чем-то, что сказал Клэй. Дана с ее блестящим блондинистым великолепием отбросила свои глупые, идеальные кудри назад и положила свою руку на плечо моего Клэя. Ок, я должна проверить себя. Он не был моим Клэем. Он был лишь моим другом, который, как я думала, мог поцеловать меня сегодня. Это не значит, что у меня есть претензии.

Несмотря на мой рационализм, я все еще была раздражена очевидным флиртом, который происходил на другой стороне костра. Это как наблюдать за автомобильной аварией. Мои глаза были прикованы к ужасу, происходящему напротив меня. Через несколько минут я успокоилась, так как Кайли и шлюшки начали двигаться в сторону дома. Клэйтон стоял там в мерцающей тени костра и выглядел словно модель в своих темных джинсах и зеленой рубашке «Хэнли». Он впервые был без полинялой армейской куртки и выглядел без нее слегка обнаженным.

Я подтолкнула Рэйчел в сторону и склонила голову в направлении Клэя, давая ей знать, что я направляюсь к нему. — Буду здесь, — сказала она, а я пошла к Клэю. Он увидел меня. Ну и момент. Это было похоже на один из тех супер драматических моментов, когда парень и девушка видят друг друга через переполненную комнату, их глаза не замечают ничего, кроме друг друга. Они медленно двигаются друг к другу, будто бы их притягивает невидимая сила. Затем они бросаются в объятия друг друга, страстно целуются и заявляют о своей вечной любви.

Что ж, моя сцена шла не совсем по этому пути. Мы с Клэем встретились на полпути. Он держал свои руки в карманах джинс, кивая головой в мою сторону и посылая мне ужасно милую улыбку. — Эй, Мэгс. Бешенная вечеринка. Не совсем то, что я ожидал здесь увидеть, — в шутку произнес он, пока юнец в десяти футах позади нас выворачивал свои внутренности в грязь.

Я съежилась. — Да, мне очень жаль, Клэй. Обычно все происходит не так. Видимо, родители Мелиссы загородом, поэтому здесь огромный кеггер[13]. — Клэйтон пожал плечами, стараясь вести себя так, будто бы сумасшедший разврат вокруг нас не волновал его. Я мягко дотронулась до его руки, а он посмотрел вниз на мои пальцы и затем вверх, в мои глаза. — Если это слишком для тебя, мы можем уйти. Ты знаешь, давай пойдем чего-нибудь съедим, посмотрим фильм. Да что угодно. — Предложила я, надеясь, что он скажет «да», и мы сможем уйти отсюда.

Клэй огляделся, отбрасывая свои темные волосы с глаз. — Нет, все в порядке. Я имею ввиду, я ведь уже здесь, верно? — Я вытащила свою руку из его руки. Мы оказались в нашем обычном молчании, наблюдая за ребятами из нашей школы и соседнего городка, веселящихся так, будто это был 1999-й.

— Привет ребята! Клэй, так здорово, что ты сделал это! — Рэйчел крепко обняла Клэя. Клэйтон посмотрел на меня через ее плечо. На его лице было очевидное удивление, потому что он и Рэйчел определенно были не на «обнимающейся» ступени их знакомства. Я старалась не засмеяться. Не могло такого быть, чтобы она выпила больше одного стакана, но вела она себя так, будто употребляла водку всю ночь. Она мало весила. Смотря на Клэйтона, я указала на то, что Рэйчел уже была под счастливым напитком.

Клэй ухмыльнулся и одними губами произнес с сарказмом: «Да ладно, без шуток?». Рэйчел отстранилась, а затем заключила меня в такие же бурные объятия. Я не могла не смеяться над ней. Она определенно перешла из «счастливой» в «счастливо пьяную». Ну, пока она не вынуждена была общаться с Дэниелем, у которого была привычка опускать ее на землю, когда она была такой, как сейчас. Я продумывала план того, как удержать их подальше друг от друга на остаток вечера, когда заметила его, идущего к нам с Кайли, прочно приклеенной к нему.

Я вздохнула и молилась, чтобы Рэйчел не слишком набралась, чтобы удержать крышку драмы. — Мэгс! Рэйч! Вот ты где! Я везде вас ищу! — Дэниел подарил мне пахнущие объятия «Polo Sport», и я почти задохнулась. Он побрызгался туалетной водой слишком сильно, и запах застрял у меня в носу. Потом он повернулся и поцеловал Рэйчел в лоб. Рэйчел нахмурилась на него. — Я сильно сомневаюсь, что ты искал нас, Дэниел. Ты выглядишь довольно занятым. — Кайли подтянулась на кусающий комментарий Рэйчел и переплела свои пальцы с пальцами Дэниела в «территориальном» жесте.

Дэниел нахмарился на Рэйчел, но предпочел игнорировать ее слова, что было, вероятно, умно с его стороны. Он обернулся к Клэю. — Эй, Клэйтон, рад, что ты сделал это. — Ничего не могла с собой поделать, но улыбнулась усилиям Дэниела быть милым. Они сделали этот странный мужской удар кулаками, пожали друг другу руки и полу-обнялись. В общем, сделали то, что делают все парни. Клэй послал ему маленькую улыбку. — Эй, Дэниел. Как дела? — Дэниел пожал плечами, и бросил осторожный взгляд на Рэйчел, которая сейчас фокусировалась на чем угодно, только не на нем и Кайли. Она определенно завалила искусство отвлечения этим вечером.

— Ты знаешь, все по-старому. — Рэйчел повернула голову и послала ему злобную улыбку. — Да, все по-старому. Не так ли Дэни? Я не могу понять, почему ты продолжаешь возвращаться к старой и угнетающей вещи, вместо того, чтобы найти что-то новое. — Лицо Кайли покраснело, и я знала, что должна вмешаться раньше, чем здесь начнется кошачья драка.

— Рэйчел, достаточно. — Прошипела я себе под нос. Дэниел выглядел расстроенным. — В чем твоя проблема, Рэйчел? Если я чем-то обидел тебя, просто скажи мне. — Бедный, бредовый Дэниел. Он серьезно намеревался открыть этот ящик Пандоры и понятия не имел, к чему это может привести.

— Рэйчел просто слишком много выпила. Она будет в полном порядке завтра. Не слушай ее…— Рэйчел толкнула меня в грудь, чтобы она могла пройти мимо меня. Она остановилась прямо у лица Дэниела. Выражение ее лица было просто убийственным. К счастью, Клэйтон понял, что что-то должно было произойти, и встал между ними. — Рэйчел, можешь помочь мне найти кег? Меня мучает жажда. — Попросил он ее, отталкивая Дэниела в сторону.

Рэйчел моргнула несколько раз, но смена темы сработала, и она послала Клэю смутную улыбку. — Конечно, Клэйтон. Я буду рада показать тебе, где он находится. Я все равно должна уйти от всей этой ерунды. — Послав последний убийственный взгляд в сторону Дэниела, она повела Клэя в сторону дома. Клэй посмотрел на меня и последовал за ней. — Найди нас, когда закончишь тут. Мне, вероятно понадобится твоя помощь. — Он посмотрел на быстро удаляющуюся фигуру Рэйчел. — Конечно, просто дай мне минутку, — ответила я. Клэйтон кивнул перед тем, как поспеть за Рэйчел.

— В чем проблема этой сучки? — Зарычала Кайли. Моя спина напряглась. Да, Рэйчел немного переступила черту, но никто не мог называть мою лучшую подругу сучкой, кроме меня. — Следи за своим ртом, Кайли, не говори такую ерунду о ней. — Мой голос был твердым, и я послала этой мелкой стерве стальной взгляд. Кайли немного отступила под моим взглядом.

Я повернулась к Дэниелю. — Дэни, могу я поговорить с тобой минутку? — Я многозначительно посмотрела на Кайли. — Наедине, пожалуйста. — Лицо Кайли снова покраснело. Кажется, сегодня таков настоящий цвет ее лица. Она издала драматический рык и затопала прочь. Кайли не скоро присоединится к фан-клубу Мэгги Янг, это уж точно.

Дэниел провел рукой по своему лицу. — Серьезно, Мэгс? Я получу кучу криков из-за этого. Мне, правда, не нужна вся эта драма. Я думал, вы, девчонки, намного лучше и выше всего этого. — Плечи Дэниела поникли, и на секунду мне стало плохо за него. Он был моим другом, и я любила его. — Извини, Дэни, но Кайли действует мне на нервы. — Я села напротив него на большой валун на краю костра.

— Не принимай сказанное Рэйчел близко к сердцу. Она болтала ерунду. — Но Дэниел, как и я, знал, что Рэйчел не просто «болтала ерунду». Когда она говорила, она говорила то, что у нее на уме. —Я не думал, что вы, ребята, так не любите Кайли. — Пробормотал он, опуская голову. Его локти уперлись в колени. — Скорее нам не нравится не Кайли, а ее отношение к тебе. — Дэниел только покачал головой. Он посмотрел на меня, и я почувствовала себя плохо от того, какой он несчастный. Он ненавидел ругаться с Рэйчел, так же, как и я. — Здесь что-то большее? Есть что-то, о чем ты мне не рассказываешь? — Спросил он меня, нахмурившись.

Когда Дэниел стал таким проницательным? Но я не собиралась говорить ему о влюбленности Рэйчел. Это будет губительно для доверия, и если она хочет, чтобы он узнал, то сама скажет ему. Я просто пожала плечами. — Нет, насколько я знаю. — Но потом я добавила. — Просто будь мягким с ней, Дэни. Ты знаешь, какой чувствительной может быть Рэйчел. Ее чувства очень легко ранить. Просто следи за тем, что ты говоришь, и как это влияет на других, хорошо? — Я положила руки на его плечи и любяще сжала их.

Дэниел прижался своей щекой к моей. — Я люблю тебя, Мэгс. — Он похлопал меня по колену и встал. — Ок, достаточно всего этого женского дерьма. Пойдем, найдем Рэйчел и Клэя, чтоб я смог все исправить. — Я встала, готовая следовать за ним, но потом остановилась. — А что на счет Кайли? —Спросила я удивленная, что он сначала не решил пойти искать свою девушку.

Дэниел фыркнул. — Мне кажется, что я не хочу слушать ее дерьмо прямо сейчас. Кроме того, Рэйчел всегда на первом месте. — Я усмехнулась. У Дэниела было доброе сердце. Возможно, я никогда достаточно ему не доверяла. — Пойдем выпьем и найдем наших друзей. — Дэниел взял меня за руку, и я рассмеялась, когда он потянул меня за собой. Мое сердце согрелось от того, что он включил Клэйтона в круг наших друзей, несмотря на беспокойство из-за него. Дэниел был хорошим парнем.

Мы прошли через задний двор. Мне казалось, будто мы пытаемся перейти красное море: люди были везде. Завтра утром у Мелиссы на руках будет ужасный беспорядок. Я была бы слишком параноидной, чтобы устроить такую вечеринку у себя дома. Хотя, глядя на огромный дом, я поняла, что у нее были средства, чтобы заказать уборщиц, которые и позаботятся об этом для нее.

Дэниел прокладывал путь, и мы уже прошли через кухню. Несколько ребят смешивали напитки их ликера родителей Мелиссы, выплескивая жидкость на стол. — Эй, Дэниел! Мэгги! Хотите холодного «Лонг Айленда»? — спросил Джейк Фицпатрик, толкая полный стакан в нашем направлении. Дэниел взял стакан и понюхал. — Черт! Что ты туда добавил? Пахнет как кошачье дерьмо. — Дэниел фыркнкул и передал напиток обратно. Джейк рассмеялся. — Немного того, немного этого. Ты и сам знаешь. — Я покачала головой из-за этих пьяных идиотов.

— Ты хочешь чего-нибудь? — спросил Дэниел, пока мы направлялись по коридору в сторону гаража. — Да, я возьму себе пива. Но я сегодня выступаю в качестве водителя, так что не могу много пить. — Мы следовали за волной голосов, которые раздавались с конца коридора. Это точно была дорога к кегу.

Толпа народа собралась около входа в гараж. Дэниел схватил меня за руку и протащил через дверь. — Да ладно?! — Пробормотал Дэниел с очевидным развлечением. Он остановился недалеко от кега, и я врезалась в его спину. — Дэни! Что ты там делаешь? — позвала я его. — Наблюдаю за твоим хорошим приятелем Клэйтоном Ридом, — сказал Дэниел, указывая прямо перед собой. Я обошла Дэниела и была ошеломлена, увидев Клэя, которого держали вверх ногами двое футболистов. Его рот был на кране кега.

Именно тогда я заметила, что люди окружили его, скандируя: «Давай, давай, давай!». Рэйчел прыгала вверх и вниз, хлопая в ладоши, и подбадривала его громче остальных. — Что за черт? — спросила я, не забавляясь так, как Дэни. — Мы должны остановить его, Дэниел! — я потянула его за руку. Дэниел вопросительно посмотрел на меня. — Почему? Такое ощущение, словно ты сама не висела пару раз над кегом в свое время, Мисс Субъективность. Позволь парню немного повеселиться, он может немного попользоваться свободой.

Я застонала. — Ты не понимаешь, Дэни. У Клэя есть...эмм… неприятная история с выпивкой. Это плохо закончится. — У меня началась паника. Казалось, что стойка на кеге никогда не закончится. Дэниел посмотрел на меня, нахмурившись. — Ну, если ты так говоришь. Я думаю, ты можешь зайти слишком далеко, но все равно. Ты позаботься о Клэе, а я займусь Рэйчел. — Я улыбнулась с облегчением, ценя его помощь. Дэниел и я разделились. Он направился к Рэйчел, которая пыталась оттолкнуть его, когда он обнял ее за плечи и повел к выходу из гаража. Дэниел прочно удерживал ее за плечи и вел наружу.

Я развернулась к Клэю, который только что встал на ноги. Он споткнулся, и один из футболистов протянул руку, чтобы поддержать его. — Ты в порядке, парень? — спросил он, смеясь над нетрезвым состоянием моего друга. Клэйтон показал ему большой палец. — Фантастично. — Пробормотал он. Боже мой, это было просто супер.

Прежде, чем я добралась до Клэя, Мелисса - экстраординарная хозяйка, устремилась к нему и обернулась вокруг него как вторая кожа. — Это было потрясающе, Клэй. — Проворковала она ему на ухо. Вот черт. Я схватила руку Клэя и сжала. — Какого черты ты делаешь? — тихо спросила я его. Он посмотрел на меня, только сейчас осознавая, что я стояла рядом.

Он улыбнулся мне и потянул меня в свои объятия. Рене выглядела расстроенной из-за того, что была отброшена. — Мэгс, я так рад, что ты здесь. Ты видела это? Это было эпично! — сказал он мне, до смешного довольный собой. Я потянула его, и мы направились к двери. — Да, я видела. Мне казалось, ты сказал, что не хочешь делать подобные вещи, — ответила я, глядя на него с беспокойством

Мрачный взгляд пересек лицо Клэя, и он выдернул свою руку из моей. — Кто ты? Полиция вечеринок? Я веселюсь. Мне казалось это то, чего ты хотела. Встретить новых людей и, ты знаешь, общаться. — Я ничего не сказала. Конечно, Клэйтон был недружелюбным пьяницей. — Я хотела этого, но именно ты был тем, кто сказал, что у тебя была неприятная история с этими вещами. Выпивка – негативно влияет на тебя. — Я попыталась снова схватить его за руку и вывести из гаража.

Может, если бы я смогла вывести его отсюда, то смогла бы помочь ему увидеть причину. Ну, я выдавала желаемое за действительное. Клэйтон Рид пошел против разума и опасно погрузился в сумасшедшие земли. Он оттолкнул мою руку прочь. — Отвали, Мэгги! Я не нуждаюсь в тебе, говорящей мне, что я должен и что не должен делать. Я просто веселился, перед тем как ты пришла поучать меня.

Мой рот открылся, чтобы ответить, но я сразу же закрыла его. Я не буду грушей для битья этого парня. Пить или нет. Любовь моей жизни или нет. Я не буду мириться с таким дерьмом. Поэтому я толкнула его в центр груди, заставив отступить на несколько шагов.

— Ну, извини меня за то, что я беспокоюсь о тебе. Просто беспокоюсь. Но если ты хочешь вести себя как пьяный мудак, прекрасно! Но я не хочу быть рядом и наблюдать за этим! — Я захлопнула дверь, выйдя на холодный ночной воздух.

Прислонившись спиной к холодному металлу гаражной двери, я стараясь успокоить свое дыхание. Все прошло хорошо. Я сползла вниз по стене, пока не села на дорожку. Прислонившись своим лбом к коленям, я обхватила ноги руками.

Дверь открылась возле меня, и я подняла голову, увидев выходящего наружу Клэя. Он оглянулся и потом заметил меня, одиноко сидящую на холодной дорожке в темноте. Клэй опустился на землю рядом со мной, сохраняя осторожное расстояние между нами. Я ничего не сказала. Мне нечего было сказать. — Мне жаль. Это было совсем неуместно, — сказал Клэй мягко. Хотя его слова были невнятными, он, по крайней мере, казалось, обладал некоторым понимаем того, как ужасно он себя вел. И он казался искренне раскаивающимся.

— Да, ты такой придурок сейчас. — Заметила я, отказываясь смотреть на него. Пальцы Клэя коснулись моего подбородка и развернули мое лицо так, чтобы я смотрела на него. — Пожалуйста, не злись на меня. Я этого терпеть не могу. Ты нужна мне так сильно, как и все то, что происходит между нами. — Его слова были отчаянными, и я была немного шокирована тем, что он только что произнес.

Он нуждался во мне? С каких пор? И пока мое сердце волновалось, что-то внутри меня колебалось, не зная, как реагировать. Его пальцы скользнули в мои волосы, и Клэй начал притягивать меня к себе. Точнее мой рот к своему. До того, как наши губы соприкоснулись, я остановила его. Я положила свои руки на его, останавливая действия. — Что это, Клэй? Что ты делаешь? — пробормотала я. Кожа наших губ касалась друг друга.

Клэй пристально посмотрел мне в глаза, и теплый омут затопил мой живот. Почему я разговаривала? Почему я просто не позволила ему поцеловать меня? Как долго я хотела этого и теперь заставила его остановиться? Я была чокнутой?

Но сейчас это не казалось правильным: позволить сделать ему это, когда он был пьян. Я хотела, чтобы он был в правильном настроении, когда целовал меня. Я не хотела, чтобы это был какой-то небрежный момент снаружи гаража Мелиссы Джеймс. Клэй отодвинулся. — Я думал, ты хотела этого. Ты посылала сигналы как сумасшедшая. — Клэй выглядел злым. Даже смущенным. Я перехватила его мужскую карту…снова.

Я дотронулась до его лица, но он отстранился от меня. Уважаемые господа, его настроение сейчас было повсюду. — Я хочу поцеловать тебя, но не так. Сейчас ты слишком потерянный. Это точно не романтично. — Я нервно рассмеялась. Клэй покачал головой. — Кто сказал, что я ищу романтику? Разве мы не можем просто отключиться, и сделать все это не серьезным? — Вау. Ок, это больно. Приятно знать, что наш поцелуй не будет значить для него того же самого, что для меня. Хотя он только что сказал, что нуждается во мне. Он выглядел абсолютно несчастным, когда думал о том, что я была зла на него. Он был таким горячим и холодным одновременно, что я просто не могу понять его.

— Отлично. Этого явно не случится, так что я отправлюсь на поиски Дэниела и Рэйчел. — Я поднялась. Клэй встал позади меня. Его лицо было нечитаемым, но по языку его тела было ясно, что он не рад. — Вперед. Я собираюсь развлекаться. Ты знаешь…общаться и все такое. — Сказал он мерзко, развернулся и вернулся обратно в гараж.

Мой желудок упал, и я сморгнула слезы. Ты, должно быть, шутишь. Я надеялась, что сегодня будет весело. Но между драмой Рэйчел и пьяным сумасшествием Клэя, эта ночь быстро превращалась в катастрофу.

Я обнаружила Рэйчел и Дэниела, которые качались на качелях на заднем дворе Мелиссы. Рэйчел выглядела протрезвевшей и на самом деле улыбалась. Это не могло не радовать. — Привет, ребята. —Позвала я, когда подошла к ним поближе. Они оба посмотрела на меня и улыбнулись. — Привет. Где Клэй? — спросил Дэни, отталкиваясь ногами, чтобы раскачаться.

— Да…он воистину королевская задница. Я действительно не хочу говорить об этом, если ты понимаешь, о чем я? — Я села на качели и оттолкнулась ногами, качаясь взад и вперед. Рэйчел сдула волосы с лица и замедлила качели, пока не стала медленно качаться туда и сюда. Она смущенно посмотрела на меня.

— Сожалею об устроенной раннее самодеятельности. Официально: я точно не могу переваривать алкоголь. — Я послала ей взгляд, говорящий, что я согласна с ее утверждением. — Да, я думаю, мы выучили урок. В следующий раз ты водитель. — Рэйчел рассмеялась. — Идет, — согласилась она.

— Я понятия не имела, что у Клэя проблемы с выпивкой, иначе я бы не предложила ему подняться на кег. Но он никогда не упоминал об этом, — виновато сказала Рэйчел.

Я снова оттолкнулась ногами, раскачиваясь на качелях. — Ты не приставляла пистолет к его голове, Рэйч. Ему не нужны наши материнские наставления. — Повторила я его слова, чувствуя пустоту внутри. Ненавижу спорить с Клэем. Всегда чувствую себя хреново.

Дэниел спрыгнул с качелей и стряхнул траву со своих штанов. — Хватит хандрить, вы - обе. Пойдемте устроим свою вечеринку. — Дэниел стащил Рэйчел с качелей и схватил меня за руку. Мы захихикали и последовали за ним, обходя дом сзади, к бассейну. Было так хорошо видеть Дэниела и Рэйчел такими нормальными по отношению друг к другу. Рэйчел выглядела спокойной, и сейчас ничто не говорило об обычной существовавшей неловкости между ними.

Бассейн видно был с подогревом, так как я заметила пар, поднимающийся вверх с поверхности воды. Люди плавали. Некоторые без одежды. Я посмотрела в сторону, как Джулианна Мартин из моего класса испанского поднялась вверх по лестнице во всей своей натуральной красоте. Глаза Дэниела выскакивали из орбит, и Рэйчел ударила его по ноге, хихикая.

Дэниел присоединился к своим друзьям из футбольной команды, пока Рэйчел и я искали пару шезлонгов, чтобы сесть на них поближе к домику у бассейна. — Вот то, о чем я говорю, — простонала я, откидывая назад голову. Рэйчел сделала то же самое. — Я могла бы привыкнуть к этому, — сказала она, ее руки свисали по бокам шезлонга.

— Это позволяет легче переносить эту сумасшедшую оргию, — произнесла я, отмечая несколько парочек резвившихся у бассейна. Рэйчел рассмеялась и мгновенно протрезвела. — Насколько ужасной я была? По психошкале от нуля до десяти? — Я посмотрела на подругу и заметила, какой обеспокоенной она была. Я потянулась и сжала ее руку. — Очень мало, около двух или трех. Могло быть хуже. — Рэйчел вздохнула с облегчением. Она откинула голову и снова посмотрела на меня. — Так что же случилось с Клэем?

Я начала отвечать ей, когда меня отвлек шум со стороны ворот бассейна. Вошла большая группа ребят, которыми руководил никто иной, как Клэй. Очевидно, он выпил намного больше с тех пор, как я видела его в последний раз, и теперь был сердцем вечеринки. Спортсмены шутили с ним, девушки флиртовали. Он был солнцем популярной солнечной системы.

Я поняла, какой легкой для него может быть жизнь. Со своей внешностью он мог быть суперпопулярным парнем с валяющимися у его ног девчонками. Но вместо этого он выбрал общение со мной. Не то, чтобы я была непопулярной, но я точно была не его уровня.

— Что с ним такое? Он очень странный, — сказала Рэйчел, смотря как Клэй прыгает в бассейн во всей своей одежде. Он схватил лодыжку Лидии Тёрнер - чирлидирши, и дернул ее к себе. Она кричала, падая в воду. Всплыв на поверхность, она обвила руками шею Клэя и уткнулась в нее носом.

Я посмотрела в сторону, чувствуя себя больной. Клэй как-то уговорил других ребят прыгнуть в бассейн и скоро они уже валяли дурака и топили друг друга. Дэниел и его приятели присоединились к ним, пока Рэйчел и я сидели в стороне, незаметные для других.

Я обняла себя руками, вдруг почувствовав холод. Я не любила эту сторону Клэя. Он действовал так, будто был на амфитаминах или под чем-то подобном. Он был словно кролик-энерджайзер: разговаривал слишком громко, действовал беспорядочно, но самое главное – не хотел останавливаться. Люди вокруг него выглядели так же, но его поведение беспокоило меня. Он был сам не свой. Не тем парнем, с которым я провела почти каждый день за последний месяц. Это был не мой друг.

— Что он делает? — ахнула Рэйчел рядом со мной. Я отключилась на мгновение и пропустила, как Клэй вышел из воды. Прямо сейчас он взбирался на дерево, которое росло рядом с бассейном. Он взбирался и взбирался, пока не оказался почти на вершине. Клэй был уже в двадцати футах над землей. Сомнительно балансируя, он двигался, пока не оказался над водой.

— Он ведь не собирается прыгать оттуда в бассейн? — спросила Рэйчел в ужасе. Я только покачала головой, мое сердце остановилось в груди. Он, черт возьми, собирался убить себя.

— Чувак, это, кажется, не очень умно. — Крикнул ему один из спортсменов. Знаете, это должно быть действительно страшно, раз один из стада его последователей сказал что-то против. Никто не скандировал ему в этот раз. Все выглядели некомфортно из-за того, что Клэйтон, очевидно, уже был готов сделать.

— Вы куча неудачников! Это все фигня! — крикнул Клэй вниз. Вдруг он, взгромоздившись на ветку, увидел меня. Я не могла понять, как он выделил меня во всей этой толпе. — Проверь в это, Мэгс! Я умею летать! — Я начала подниматься, устремляясь прямиком к дереву, когда он слетел с ветки. Я затаила дыхание, когда его тело летело в бассейн.

Ребята в воде быстро двинулись в сторону, и он с громким хлопком ударился о поверхность, опустившись прямо на дно. — Черт возьми! — Крикнул Дэниел, ныряя под воду. Рэйчел и я поспешили к краю бассейна, всматриваясь в воду. Я думала, у меня будет гипервентиляция, ожидая пока Дэниел и Клэй не всплывут. Почему он сделал это? Это было просто сумасшествие! Не что-то нормальное, что может сделать здравомыслящий человек. Я была так напугана! Что, если он был ранен? Или мертв?

Секунды ожидания были самыми долгими в моей жизни. Наконец, Дэниел и Клэй всплыли. Я могла видеть кровь, текущую по лицу Клэйтона из пореза на линии волос, но кроме этого он казался в порядке. Пара доплыла до мелководья, и Дэниел откинул голову Клэя назад. — Это была, пожалуй, самая идиотская вещь, которую ты только мог сделать, Клэй. Соберись уже. — Злобно сказал Дэниел и отплыл, слишком рассерженный, чтобы сказать нечто большее.

Больше никто не подошел. Очевидно, даже для этой восхищенной толпы, трюк Клэя – это уже слишком. Клэй взобрался по лестнице туда, где я стояла со скрещенными руками. Его глаза были немного несфокусированными, и я подумала о том, было ли у него сотрясение мозга.

Он поморщился. — Только не ты, Мэгги. Это была фигня. — Он вылез из бассейна и пошел к стулу, чтобы взять полотенце. Я последовала за ним. — Ты должно быть шутишь. Это было полное безумие. Ты мог убить себя! — прокричала я. Клэй сушил свои волосы, вытряхивая воду из ушей.

Он протянул руку, коснулся пореза у себя на лбу и поморщился. — Возможно, тебе предется накладывать швы. — Сказала я, медленно подходя, чтобы взглянуть. Клэй позволил мне прикоснуться к ссадине. — Я в порядке, — произнес Клэй. Вдруг он стал звучать устало. Это было похоже на то, что щелкнули переключателем света и сейчас энергетика, захлёстывавшая парня пятнадцать минут назад, испарилась. Он тяжело опустился на стул и тупо уставился перед собой.

Я села рядом с ним, не уверенная, как действовать дальше. — Зачем ты сделал это? Это было действительно страшно. — Клэй продолжал смотреть перед собой. — Просто хотел узнать, каково это – летать, — сказал он бесстрастно. Что? — Клэй, я думаю, мы должны выбираться отсюда. Ты сам не свой сегодня. Ты действительно сумасшедший, — промолвила я. Клэй фыркнул, будто мои слова забавляли его.

— Чего смешного? — спросила я его. Клэй, наконец, посмотрел на меня, странная ухмылка танцевала на его губах. — Просто подходящий выбор слов. — Что? — Его слова не имели никакого смысла, и очевидно было, что Клэй продолжал думать и вести себя истерично. Он снова рассмеялся, на этот раз громче. И вот так он отскочил назад и его настроение просветлело.

— Ты хочешь уйти? Поехали! — Он схватил меня за руку и поставил на ноги. Клэй потянул меня через ворота бассейна. — Подожди секунду, Клэй. Я должна предупредить Дэниела и Рэйчел, что ухожу. — Я потянула его за руку. Клэй не позволил мне уйти. Он посмотрел на меня через плечо. — Они поймут, что ты ушла со мной. Все будет в порядке. — Мы быстро двигались сквозь вечеринку в сторону автостоянки.

Я была так смущена внезапным изменением его настроения. Я думала, он был зол на меня, но сейчас он хотел покинуть вечеринку со мной. Я не знала, что думать. Мы остановились перед его автомобилем, и он полез в карман за ключами. — Ты не поведешь, — сказала я ему. Клэй вытащил подкладку своего кармана и рассмеялся. У него в глазах был странный блеск. — Ну, я все равно не смогу, даже если очень захочу, потому что, кажется, я потерял свои ключи. — Клэйтон пожал плечами и потянул меня в направлении моей машины.

— Мы просто возьмем твою. — Вдруг я начала сомневаться, что хочу прямо сейчас куда-то ехать с Клэем. Его поведение пугало меня. Я топнула ногой грязь и отказалась двигаться дальше. Моя внезапная остановка остановила Клэя. Он обернулся, чтобы посмотреть на меня и нахмурился. — Что? — спросил он.

— Куда мы собираемся? Что вообще происходит? — Клэй подошел ко мне и обнял меня за талию. Он наклонился ко мне и прошептал на ухо. — Я думал, ты хотела уйти. Это мы и делаем. Поехали ко мне. Руби и Лиса уехали на выходные. — Его дыхание послало мурашки по моей спине. Черт, и снова мы наблюдаем за перепадами его настроения. Разве у нас не было этого разговора полтора часа назад? Я немного прижалась к нему, Клэй коснулся губами моей шеи, и я вздрогнула.

Почему я вдруг должна проявлять здравомыслие? Я отстранилась. — Мы уже говорили об этом, Клэй. Этого не произойдет. — Клэй отшатнулся, будто я ударила его. — Прекрасно. Какая разница. Просто, к черту, отвези меня домой. — Он потопал прочь, словно избалованный ребенок, ожидая меня у пассажирской стороны моей машины.

Я разблокировала двери, и Клэй забрался внутрь, прислонившись своей мокрой головой к стеклу, и выглядел так, будто мог прямо сейчас рухнуть в обморок. Я завела двигатель и вытащила свой телефон с центральной консоли. Быстро послала смски Дэниелю и Рэйчел, давай им знать, что я уехала, и Рэйчел, чтобы она ехала с Дэниелем, после чего выехала со двора.

Клэй все время был молчаливым, кроме моментов, когда давал инструкции, как доехать до его дома. Когда я остановилась перед указателем «Кейп-Код[14]», то переключила машину на нейтральную передачу. До того, как я что-либо успела сказать, Клэйтон распахнул дверь и, захлопнув ее, побежал к входной двери. Не могу поверить, что он ничего не сказал мне. Никаких извинений за то, что он был придурком. Никаких объяснений о его изматывающем поведении. Знаю, он был пьян, но это не извиняет его за то, как он вел себя.

Может быть, я была необычайно глупой, но я развернула машину и последовала за ним в дом. Клэй оставил входную дверь открытой настежь, пара обуви валялась прямо в проходе. Дом был темным, и в нем слегка пахло пачули.

Неожиданно послышался треск, исходящий со второго этажа. Я могла разглядеть лестницу напротив меня, поэтому начала медленно подниматься. Я могла слышать крики и удары, доносившиеся с конца коридора. Что делал Клэй? И действительно ли я хотела следовать за ним, когда это звучало так, будто у него там был бокс с самим собой.

Но я не могла оставить все так, как есть. Я не понимала, почему он злился на меня. Почему он решил выпить, после того как рассказал мне, что это было огромное «НЕТ» для него. Сегодня он был разным, и если быть честной с самой собой, он напугал меня.

Тем не менее, я глупо игнорировала инстинкт, который твердил мне убираться оттуда к черту, и повернула ручку, как и предполагала, двери его спальни. Моя челюсть упала к ногам, когда я увидела повсюду мусор. Он вытряхнул свой комод, и одежда валялась по всему полу. Клэй сбросил картины со стены, и в которой была дыра с размером в кулак. Ок, он на 100 процентов сошел с ума.

Я почти закрыла дверь и ушла, желая того, чтобы поскорее забыть об этом изменчивом парне, который прямо сейчас уничтожал свое имущество. Это было бы правильно и безопасно. Но если и было что-то, что я узнала о Клэйтоне Риде, так это то, что я не испытывала к нему здравомыслящих чувств. Эти безумные чувства заставили меня испытывать такие вещи и действовать так, как я бы никогда прежде не поступила, ведь это было абсолютно не в моем характере. Таким образом, вместо того, чтобы идти к входной двери, я сделала шаг внутрь и мягко закрыла за собой дверь.

Тихий щелчок, казалось, прорвался сквозь марафон разрушений, и Клэй посмотрел вверх. Он будто удивился, увидев меня. Множество эмоций отразились на его лице. Удивление, злость, стыд и, наконец, душераздирающая грусть. — Почему ты здесь? — Его слова затихли, и он запустил свои руки в волосы, оставляя их позади. — Я беспокоилась о тебе, не могла просто так уйти. Я точно нужна здесь. — Я указала на беспорядок, окружающий нас.

Вдруг Клэй рухнул на пол. Он прижал колени к груди и начал раскачиваться. Хм. Ок. Я понятия не имела, как справиться с его реакцией. С его криками и воплем я еще смогла бы справиться, но сейчас Клэй лежал в позе эмбриона на полу, будто пытался удержать себя в руках…это было нечто новое.

Я была действительно напугана. Что бы не происходило с этим парнем, это было за пределами моих ожиданий. Ему нужно было нечто большее, чем то, что я могла предложить. Тем не менее, я осталась. У меня, правда, не было выхода. Снова, это мои безумные чувства.

Может быть, я была идиоткой или мазохистской. Или я наивно подписалась на глупое понятие о том, что моя любовь сможет спасти его. Какой бы не была причина, я зашла в комнату и опустилась на ковер рядом с этим грустным, разбитым парнем.

Я дотронулась до его руки, и он вздрогнул. — Нет, Мэгги. Я не хочу, чтобы ты видела меня таким. — Он спрятал свое лицо, продолжая раскачиваться. Его тело сотрясали рыдания. Каждый горловой звук разрывал мое сердце, и я хотела прижать его к своей груди и раскачиваться вместе с ним.

— Я не знаю, что происходит с тобой, но я никуда не уйду. — Заверила я его, говоря мягко, будто с диким животным, которое может убежать в любой момент. Я потянулась и снова коснулась его руки. В этот раз он не отшатнулся. Я восприняла это как обнадеживающий знак, поэтому подползла поближе к нему. — Клэйтон, посмотри на меня, пожалуйста, — пробормотала я. Я нежно приподняла его лицо. Его глаза были красными и налились кровью, его щеки покраснели. Порез у линии его волос снова открылся, и тоненькая струйка крови потекла по его лбу. Казалось, он немного протрезвел, его глаза были не такими затуманенными, но там было что-то, что до сих пор волновало меня.

Нерешительно я вытерла кровь с его лица и оставила пальцы на его щеке. Клэй закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он казался таким замученным. Что так беспокоило его? — Что происходит с тобой? — Спросила я, не совсем уверенная, что он ответит мне. Клэй покачал головой. — Ты должна идти. Я не хочу втягивать тебя в мое дерьмо. Ты заслуживаешь лучшего, чем это. Лучшего, нежели я. — Я скользнула пальцами ниже, пока они не остановились на его шее. Мы были так близко, наше дыхание перемешалось. Каждый из нас вторгался в личное пространство другого. Но на этот раз, Клэйтон не отшатнулся. Вместо этого, он, казалось, отчаянно нуждался в моих прикосновениях, и я хотела дать ему это.

— Почему ты не позволяешь мне решать, чего я заслуживаю. Сейчас, скажи мне, что с тобой происходит. Очевидно, ты прошел через что-то, и я хотела бы помочь, если ты мне позволишь. — Клэй прерывисто вздохнул. — Я просто хотел быть нормальным. Хотя бы раз, я хотел быть нормальным. Это плохо? — Прошептал он. Я понятия не имела, о чем он говорил. Я послала ему маленькую улыбку.

— Эх, нормальность переоценивают, — беспечно произнесла я. Я хотела увидеть ответную улыбку Клэя. Вместо этого мои слова, казалось, причиняли ему боль. Он слегка вздрогнул и снова закрыл глаза. — Ты просто не понимаешь, Мэгги. Ты действительно должна уйти. Пожалуйста, — глухо сказал он, хотя я могу поклясться, действительно он не хотел, чтобы я уходила. Он просто говорил то, что должен был сказать, даже не имея этого ввиду.

— Нет. Ты застрял тут со мной, ведь друзья не бросают друг друга, когда они в них нуждаются. — Клэй посмотрел на меня с абсолютной безнадежностью, которая напугала меня больше, чем все случившиеся. Что в мире могло заставить его чувствовать себя так?

Медленно он лег на пол, уткнувшись подбородком в грудь, и уставился в стену, погружаясь в себя. Было ясно, наш разговор закончился. Поэтому я сделала единственную возможную вещь. Я стащила плед с его кровати и накинула его на нас, устраиваясь на полу рядом с ним. Я осторожно положила руку на его талию и прижалась к его спине. Его одежда до сих пор была влажной, и мне стало немного прохладно, но я все равно держалась.

Клэйтон напрягся на мгновение, но потом расслабился в моих руках, потянулся и переплел свои пальцы с моими. Мне казалось, мы пролежали так вечность. Я свернулась около парня, которого любила, пока мы дрейфовали в прерывистом сне.

ГЛАВА 8

Следующим утром из сна меня выдернул звук моего телефона. Я проснулась в незнакомой кровати в чужой комнате. Запутавшись на мгновение, я села, и плед упал с меня. Затем воспоминания нахлынули на меня разом: вечеринка, прыгающий с дерева Клэй, его сумасшествие после того, как я привезла его домой. И, наконец, мы, заснувшие вместе на полу.

Я была одна в спальне Клэя. В доме было тихо, и я произнесла быстрое «спасибо» за то, что мои родители думали, что я провожу ночь с Рэйчел. Достав телефон из кармана, я увидела, что у меня пятнадцать новых сообщений.

Прокручивая их, я увидела, что большинство из них от Рэйчел, которая требовала ответить, где я была. Также было несколько от Дэниела. Последнее пришло десять минут назад. Это снова была Рэйчел, которая угрожала позвонить моим родителям, если я не перезвоню ей через пятнадцать минут.

Черт! Я быстро набрала ее номер, и она ответила после первого же гудка. — ГДЕ ТЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ?!?? — провизжала она в трубку. Я убрала трубку от уха. — Боже, успокойся, Рэйчел, —сказала я. — Успокоиться!?! УСПОКОИТЬСЯ?!? Я волновалась! Ты исчезла с вечеринки! Я получила смс, в которой говорилось, что ты ушла с Клэем. Я пыталась дозвониться тебе миллиарды раз, и никакого ответа. Ты никогда не делала такого в моем доме! И я должна УСПОКОИТЬСЯ?!?!?!?

Вау, она, правда, была зла. — Мне жаль, но Клэю сейчас проходится нелегко. Я закончила тем, что осталась с ним прошлой ночью. — На том конце была мертвая тишина. — Ты осталась с Клэем? —переспросила она. Тон её голоса изменился. Она хотела грязные подробности и хотела их прямо сейчас.

— Все не так. Ему просто нужен был друг. — Я пробежалась пальцами по своим волосам и языком по зубам. Ужас. Утреннее дыхание.

— Так ты говоришь, что провела всю ночь с Клэйтоном Ридом и НИЧЕГО не случилось? Я называю это брехней. — Рэйчел была как собака в поисках кости, и она не собиралась сдаваться. Слава Богу, я была спасена внезапным появлением Клэя в дверном проеме. Он уже проснулся, принял душ и выглядел потрясающе с утра. Его глаза встретились с моими, и мое сердце болезненно заколотилось. — Эм, Рэйч, я должна идти. Я перезвоню тебе немного позже.

— Эм …ты говоришь мне…— Я повесила трубку. Да, позже я получу за это разнос, но сейчас мне было все равно. Я скинула ноги с кровати и встала. Внезапно я стала очень застенчивой из-за моего несвежего утреннего лица. Я надеялась, что хоть моя тушь не размазалась по лицу во сне.

— Привет, — сказала я. Клэй просто стоял там, наблюдая за мной. — Привет. — Ответил он мягко. Ок. Я подняла плед и сложила его, положив обратно на край кровати. — Как я оказалась в постели? — Спросила я после того, как закончила разглаживать плед.

Клэй все еще стоял в дверном проеме, его глаза пристально следили за мной. — Я переложил тебя после того, как ты уснула. — А ты спал…? — Мои слова затихли. Спал ли он в кровати со мной? Клэй послал мне маленькую улыбку. Я была так рада увидеть ее после драмы, произошедшей прошлой ночью. — Я спал на диване. — Ох, — произнесла я, не уверенная, что сказать, да и расстроенная тем, что мы не провели всю ночь вместе.

Я была разочарована тем, что чувствовала возвращение старой неловкости, которая пропала из наших отношений за последний месяц. Это как надевать туфли, из которых ты выросла: не правильно. Но наша дружба сделала резкий поворот прошлой ночью, и я не знала, куда мы отсюда придем. У Клэя было несколько больших демонов, и я понятия не имела, что они значат для него или нас. — Ванная? —спросила я, мой голос скрипел из-за того, что я мало спала.

Клэй продолжал смотреть на меня своим нечитаемым взглядом. — Вниз по коридору и направо. Там есть дополнительная зубная щетка в шкафу и полотенце на полке. — Я выбежала из комнаты, проскальзывая мимо Клэйтона, который до сих пор не двигался. Я заперлась в яркой ванной. Она была декорирована морской тематикой с лодками и рыбками, нарисованными на стенах. Немного веселья для моего сознания не повредит, если вы спросите меня.

Мне действительно нужен душ. Поэтому я пустила воду, разделась, и встала под горячие брызги. Я стояла там очень долго, позволяя каплям падать на мое тело. Я закрыла глаза и воспроизводила в своей голове мою ночь с Клэем снова и снова. Что с ним случилось? Что с ним происходит? Наконец, я выключила душ, схватила пушистое желтое полотенце и вытерлась. Ненавижу одевать снова грязную одежду, но учитывая, что моя сумка для ночёвки была у Рэйчел, у меня не было выбора. Я нашла расческу и дополнительную зубную щетку все еще в упаковке под раковиной. Я потратила уйму времени на распутывание своих волос, после чего снова собрала их в ужасный хвостик. Если бы Рэйчел увидела это, она бы убила меня.

Почистив зубы, я снова почувствовала себя почти человеком. Смотря в зеркало, я едва себя узнала. Я выглядела измученной, с темными кругами под глазами и бледной кожей. Я сделала глубокий вздох и, наконец, вышла из ванной, медленно идя по коридору.

Я тихо зашла в комнату Клэя и нашла его, сидящим на кровати. Его руки безвольно висели между коленями. Он посмотрел вверх, когда я подошла к нему: его глаза выглядели уставшими, как и у меня. — Мне жаль. — Сказал он, наконец. Я села рядом с ним на кровать и ничего не ответила. Руки Клэя дрожали, и он сложил их вместе перед собой. — Я не знаю, что ответить тебе прямо сейчас. —Пожалуйста, скажи мне, как я могу все исправить. — Умолял он. Я села прямо, нуждаясь во всей своей силе, чтобы противостоять ему.

— Как на счет правды? Достаточно уклончивого дерьма. Просто скажи мне, что с тобой происходит. — Клэй глубоко вздохнул. — Да, думаю, я задолжал тебе правду, — произнес он. — Ты думаешь? — Заметила я едко и почувствовала себя плохо, когда увидела боль, отразившуюся на его лице. — Мэгс, ты самый лучший друг, который у меня когда-либо был. Я не знаю таких людей, которые остались бы после всего, что случилось прошлой ночью, особенно после того, как я отнесся к тебе на вечеринке. Ты слишком хороша для меня. — Он звучал так грустно, что я возненавидела это. Я взяла его левую руку в свою и легко сжала ее, не желая напугать его.

— Я даже не знаю, с чего начать. — Пробормотал Клэй, переворачивая свою руку, пока его пальцы не переплелись с моими. Прямо так, как они были сплетены прошлой ночью, когда я держала его. — Как на счет начала? Обычно это хорошее место, чтобы начать. — Предложила я, подбадривая его. — Конечно. Начало. — Он резко встал и подошел к окну, выглянув наружу.

— Что ж, думаю, я должен рассказать тебе о настоящей причине, почему я живу здесь, в Вирджинии, а не во Флориде с родителями. У нас были, мягко говоря, не лучшие отношения. Они довольно богаты. Мой отец - окружной прокурор в Майами-Дейд, а мама - координатор вечеринок, носит жемчужные серьги, попивает джин с тоником в 9 утра, и делает вид, будто наслаждается светской жизнью. Они крутятся внутри светской жизни Майами. Я вырос с политиками и звездами, приходящими в мой дом, пожалуй, только ради выпивки. Они никогда не были, как бы ты сказала, хорошими родителями. По большей части меня вырастили няни, которые появлялись в моей жизни и исчезали из нее, словно вращающиеся двери.

Я пыталась представить маленького Клэя, всегда одинокого в большом доме, и рядом никого, кто бы заботился о нем. Какая грустная и одинокая жизнь. Клэй обернулся, чтобы посмотреть на меня, и я могла заметить, как маленькие кусочки его идеально выстроенной стены начали падать.

— Когда мне было десять, у меня начались…проблемы. Я становился диким и злым. В порывах злости я переворачивал свою спальню, разбивал окна, угрожал родителям. — Его слова мгновенно довели до ума его поступки прошлой ночью. То, что он описывал, было абсолютной копией того, чему я стала свидетелем прошлой ночью в его спальне.

— Я хотел бы пройти через периоды, где все было хорошо. Я был идеальным сыном, учился на одни пятерки. Я был на вершине, играя в команде по лакроссу. Все было потрясающе. Потом все резко изменилось, и я стал злым, депрессивным. — Я вздрогнула, когда представила то, что он описал. Я сама была свидетелем его неустойчивых перепадов настроения. Сегодня Клэй был моим лучшим другом, завтра же он полностью меня игнорировал. Потом была самая сумасшедшая ночь из всех.

— Я запирался в своей комнате на несколько дней и начинал …ранить себя. — Эти слова заставили мой желудок сжаться. — Ранить себя? Как? — Я в страхе ожидала его ответа, не уверенная, что действительно хочу услышать его, но не могла остановить его сейчас, когда он действительно открылся мне.

— Когда мне было тринадцать, я обнаружил, что когда я режу себя или жгу себя зажигалкой… то начинаю чувствовать себя лучше. Это останавливало сумасшествия в моей голове и помогало мне сфокусироваться. Это стало своего рода зависимостью. Мне нужна боль, чтобы чувствовать себя немного нормальным, как бы ужасно это не звучало. — Клэй медленно стянул свою футболку через голову и стоял обнаженный по пояс там, возле окна. У меня перехватило дыхание от чистой красоты, которая была передо мной. Но потом, при близком рассмотрении я заметила кое-что еще.

Я встала, подошла к нему и увидела белые шрамы, пересекающие его грудь и спускающиеся к его рукам. Как я раньше этого не замечала? Я потянулась и дотронулась кончиками пальцев до самого большого шрама, который тянулся от одной стороны груди к другой. — Как ты это сделал? —Прошептала я, трогая обновленную кожу.

Клэй задрожал от моих прикосновений, но не двинулся. Он закрыл глаза, когда я продолжила изучать карту шрамов на его теле глазами и пальцами. — Этот был сделан осколком стекла. Я был на кокаине и нуждался в боли, чтобы опуститься на землю. Порезы были не единственной моей зависимостью. Я уже говорил тебе об этом.

Я опустила руку и сделала шаг назад. Боже мой, как он мог так себя разрушать? Я просто не могла понять, как кто-то мог причинять себе боль таким способом. Это было абсолютно за пределами моего опыта.

Клэй вернул свою футболку на место и отвернулся от меня. — Когда мне было четырнадцать, я сильно подсел на наркотики и выпивку. Не проходило и дня, чтобы я не накачивался…или не начал резаться. Я был очень глубоко погружен в саморазрушение. Меня ничего не волновало. Моих родителей никогда не было рядом. Мои так называемые друзья были рядом только ради наркотиков, которые я мог приобрести на деньги моих родителей. У меня действительно не было кого-то, кто волновался о том, что я медленно убиваю себя. И я ненавидел себя, Мэгги. Я имею в виду….действительно ненавидел. Я каждый день думал о самоубийстве. Я хотел умереть, но во мне было слишком много трусости, чтобы сделать это.

Мучительная боль в его голосе была невыносима. Не раздумывая, я обняла его и прижалась щекой к его спине, чувствуя, как его грудь поднимается и опадает при дыхании. — Ты не был слабаком из-за того, что не мог убить себя. Думаю, гораздо храбрее - оставаться в живых, не смотря на все трудности жизни. — Сказала я искренне.

Клэй накрыл мои руки своими, удерживая. Он твердо стоял напротив меня. — Так как же ты оказался здесь, с Руби? — Спросила я после паузы. Клэй прижался лбом к оконному стеклу. — Это пришло мне в голову полгода назад. Я очень много тусовался, гулял с группой друзей наркоманов и был в бессознательном состоянии из-за героина и ликера, что даже понятия не имел, что делал. Я знал, что у родителей был праздничный обед с несколькими избирателями моего отца, но мне было все равно. Из-за этого, мои родители выставили меня из главного дома. Они устали видеть меня пьяным и под дозой все время, поэтому я жил в комнате над гаражом.

— Твои родители знали, что у тебя были проблемы? И они не пытались тебе помочь? — Прервала я его в ужасе от отсутствия любви, которую он получал от людей, которые безоговорочно должны были давать ее ему. Клэй рассмеялся: звук обиды и юмора, почти рычание. — О, они заботились о том, что я был под кайфом, но только когда это было выгодно им. Знаешь, как будто я должен был работать с ними, но был слишком пуст, чтобы появляться на банкетах. Потом уже они были разочарованы. Но, кроме этого, их решение было направлено на то, чтобы я перестал их раздражать. Думаю, в их понимании, если они этого не замечают, этого не происходит.

— Боже, Клэй, это так ужасно. — Я не могла ничего поделать. Я думала о собственных родителях и знала, что, если бы я была в таком темном месте, они бы сделали все что в их силах, чтобы помочь мне. Я чувствовала новую признательность к моим родителям за то, что они делали для меня.

— Да, что ж, они все равно не скоро выиграют награду «Родители года». — Он сжал мои руки и убрал их от себя, снова прокладывая между нами расстояние.

— Ну, я привел к себе на квартиру ту девушку, Лэйси. — О нет, ревность снова вернулась. Я с усилием запихнула ее назад. — Лэйси входила в компанию моих друзей и была такой же наркоманкой, как и я. Мы только сделали линию из кокса в клубе, в центре Майами, как нам захотелось побыть…ну одним. — Он посмотрел на меня, будто замер, ожидая моей реакции. Я просто кивнула, призывая его продолжать.

— Мы занимались сексом, делали больше дорожек и, в конце концов, отломили горлышко бутылки из-под джина, которую я хранил на кухне. Я понятия не имею, что произошло дальше, но следующее, что знаю - я сошел с ума. — Клэй сделал еще один глубокий вдох, пробегая руками снова и снова по своим темным волосам.

— Я помню, как разбивал зеркало в ванне, а Лэйси просто сидела там в своем нижнем белье, на моем диване, делая дорожки из кокса, пока я разламывал все в квартире. Потом ураган в моей голове просто прекратился. Следующее, что я знаю, у меня в руке кусок стекла от зеркала, и я режу свои руки. Потом грудь. Потом запястья. — Он перевернул руки и показал мне два глубоких шрама, по одному на каждой руке

— Лэйси должно быть зашла в ванную и увидела всю эту кровь. Я слышал, как она начала кричать, но я был уже на пути в забытье. Следующее, что я помню, я проснулся в палате госпиталя, мои руки были привязаны к кровати, и родители смотрели на меня с абсолютным отвращением. Ты видишь, мой маленький вопрос разрушил их праздничный банкет, что стало очередным небольшим смущением для них.

Меня затрясло, когда он закончил рассказывать. У меня были свои версии того, что происходит с Клэем, но правда была гораздо ужаснее. Это парень прошел через ад и вернулся.

Клэй открыл ящик своей тумбочки и достал оттуда таблетки, бросая их мне. Я поймала их и прочитала название. «Литий». Я встряхнула баночку. — Ты принимаешь их? — Спросила я. Клэй кивнул. — Я был госпитализирован в психологический блок Майами Дженерал на девяносто дней. После этого, мои родители отправили меня сюда, чтобы я остался с сестрой моей матери, Руби. За эти годы я не виделся с матерью. С тех пор как Руби уехала и поселилась со своей девушкой Лисой, она перестала общаться с моей матерью. Вообще, Руби совершенно противоположна моим родителям. Её действительно волновало то, что происходит со мной, поэтому она и приютила меня. Она и Лиса очень близки к тому, чтобы быть родителями, которых я всегда мечтал иметь.

Для меня было облегчением услышать, что хоть кто-то заботился о нем.

— Когда я был в госпитале, легион психиатров диагностировал у меня биполярное расстройство и пограничное расстройство личности. Они прописали мне «Литий». Это должно помочь мне…с перепадами. Но терапия – это единственное, что может помочь мне с другими проблемами. — Усмехнулся Клэй, очевидно не совсем уверенный, что это именно то, что ему нужно. Я проигнорировала это минное поле и сфокусировалась на другой части его рассказа.

— Перепады? — Я понятия не имела, о чем он говорил. Биполярное расстройство? Пограничное расстройство личности? — Да, мои маниакальные перепады. Я прохожу через очень экстремальные грани в моем настроении. Ты знаешь, в одну минуту я счастливый, но уже депрессивный и суицидальный в другую. Это словно быстрая езда на велосипеде. Мои перепады настроения тяжелые и их очень трудно контролировать. Она действительно существуют слишком близко друг к другу. Но многое из этого связано с пограничным расстройством. Химический дисбаланс в моем мозге - это одно, но сумасшедшее экстремальное поведение – это совсем другое. Именно поэтому я подсел на наркотики, которые помогали мне хоть как-то справляться с моими состоянием. Я хотел иметь хоть какой-то контроль над тем, что чувствовал все это время. Так же, это еще и причина полосования вен. Так странно знать, что есть книжное объяснение тому, почему я делал все эти вещи, но при этом не имел контроля над тем, что делал.

Я положила таблетки на тумбочку и скрестила руки на груди. Слишком много всего, чтобы так быстро все это переварить. У меня была информационная перегрузка. Если я и хотела убежать отсюда прошлой ночью, то это не сравнится с тем, как я хотела убраться отсюда к черту прямо сейчас.

Но каким другом это делает меня, если я умываю руки, когда он, наконец, поделился стольким со мной, даже если его откровение было таким страшным и темным? Если бы это была Рэйчел или Дэниел, повернулась бы я к ним спиной? Я знала точно, что не сделала бы этого. И когда я смотрю на Клэя, мое сердце наполняется любовью к нему. Потому что, не смотря на то, что он только что рассказал мне, это не изменило моих чувств к нему. Даже немного. Я останусь здесь, я буду рядом и я стану убегать, как трусиха.

— «Литий» помогает? — Спросила я, подходя, чтобы сесть рядом с ним на кровать. Давая ему понять языком тела, что не собираюсь уходить, только потому, что он вылил немного дерьма мне на колени. Кроме того, я сама просила его об этом. — Думаю, помогает, но я ненавижу принимать его. Из-за них я чувствую себя чертовым зомби. Из-за них я ничего не могу чувствовать. Я просто оцепенелый. Думаю, что предпочел бы быть сумасшедшим, чем вообще ничего не чувствовать, — сказал он. Его ответ напугал меня. Он не принимал свои лекарства? Именно это вызвало его псих прошлой ночью?

— Но не принимать лекарство опасно, правда? Я имею ввиду, поэтому же…ну, ты знаешь…все случилось прошлой ночью? — Я не знала, как выразить то, что я хотела сказать. Здесь я плавала в очень глубоких водах.

— Я это знаю, Мэгс. Знаю, что должен принимать их. Я просто хотел хоть раз почувствовать себя нормальным. Быть нормальным подростком. Веселиться. Проводить время с людьми, которые ничего не знают обо мне и которые не хотят использовать меня ради того, что я могу им дать. Я хотел почувствовать, какого это - поцеловать тебя в первый раз, не застряв в лекарственном тумане.

Оу. — Но они нужны тебе. Прошлая ночь была ужасной. Я не могу стоять и наблюдать, как ты делаешь это с собой, — произнесла я тихо. Я повернулась на кровати, чтобы быть лицом к нему. Он смотрел на меня и прижался лбом к моему. — И я тоже хочу поцеловать тебя, больше чем что-либо. Но не тогда, когда ты такой. — Я наблюдала, как опали плечи Клэя из-за правоты моих слов.

Потому что так же сильно, как я хотела сделать этот шаг вперед в наших отношения, также сильно он сейчас нуждался во мне как в друге. Так сильно, что это было чертовым сумасшествием. Клэй прижал свою руку к моей щеке. — Я так устал быть таким. Я хочу, чтобы это прекратилось. Я хочу быть парнем, с которым ты не будешь бояться находиться рядом.

Я наклонилась к его руке и поцеловала его ладонь. — Тогда прими свое лекарство, Клэй. Я не хочу смотреть, как ты разрушаешь себя из-за нелепой идеи, что эти таблетки делают тебя другим. Тебе они нужны. А мне нужен ты…как друг.

Это было очень трудно сказать, потому что это была ложь. Но ему не нужно было осложнять свою жизнь новыми отношениями. Ему нужна была моя поддержка без дополнительных вещей связанных с вещами, а-ля девушка/парень. А мне нужно было переварить все, что он только что рассказал, и подумать над тем, что это потенциально значит для будущего между нами.

Один уголок рта Клэя приподнялся в полу улыбке — Как друг, ха? — Сказал он, его глаза спрашивали меня. Я кивнула, отклонившись немного назад. — Да, как друг. Потому что ты стал одним из моих лучших друзей, Клэй. — Быть бескорыстной действительно трудно.

— Тогда, ок. — Клэй поднялся и взял бутылочку, вытряхнул две таблетки, положил их в рот и проглотил без воды. — Вот. Проблема решена. — Сказал он беспечно, открыв рот, чтобы показать мне, что он действительно принял таблетки.

Я нерешительно улыбнулась. Я, правда, надеялась, что несколько маленьких таблеток смогут решить его проблемы. Но это было только начало.

ГЛАВА 9

Недели, прошедшие после вечеринки Мелиссы Джеймс были довольно беспрецедентные. Мои друзья и я погрязли в школьной рутине. Дэниел снова был в ссоре с Кайли, так что был рядом чаще, чем должен, к радости Рэйчел. Я тоже была счастлива видеть, что они оба прекратили вражду. После пьяной словесной рвоты Рэйчел и моего совета - быть осторожным и чувствительным - Дэниел делал именно это. Он был задумчивым и вежливым, то есть не таким как всегда.

Я заметила изменения в Клэе почти мгновенно. В понедельник, после его достойного Оскара разоблачения, он был подавленным и невыразительным. Он мало общался, был постоянно каким-то отстраненным, к чему было довольно трудно привыкнуть.

Я чувствовала себя виноватой из-за того, что мне больше нравился Клэй без лекарств, но потом я вспоминала его, лежащего на полу спальни и безудержно рыдающего, и твердо отодвигала эти мысли прочь.

Препараты так же сделали его сонным. Ему было тяжело оставаться бодрым на уроках и во время ленча. Вместо еды, он обычно клал голову на стол и дремал, натягивая на себя свою армейскую куртку.

Во время одной из таких сонных процедур, Рэйчел ткнула его в руку, не получив ответа. — Я никогда не видела, чтобы кто-то так спал. У него какие-то проблемы? — Я посмотрела на него. Он не притронулся к пицце. Он больше не ест, и я заметила, что он похудел.

— Он просто устал. Оставь его в покое, — цыкнула я на нее. Рэйчел выглядела обиженной из-за моего тона. — Я просто спросила. Не надо кусать меня за голову. Что ж, пока мы говорим на эту тему. Что с тобой происходит в последнее время?

— Хм? — Спросила я, действительно озадаченная тем, что она имела ввиду. Рэйчел откусила салат от своего куриного сэндвича, затем аккуратно протерла свои губа салфеткой. — Ты не хмыкай мне тут. Я говорю о твоем проявлении супер-стервы. Ну, по крайней мере, Дэнни и я беспокоимся о тебе, в то время как Клэй получает все славу и розы. — Я посмотрела на Дэниела, который просто пожал плечами и вернулся к чтению своего спортивного журнала.

— Я не всегда ворчливая. Извини, если я была не такой веселой, как обычно, — пошутила я. Рэйчел фыркнула в раздражении. — Хорошо, все равно, просто не переноси свое ужасное настроение на нас двоих. Ты же знаешь, если с тобой что-то происходит, ты можешь поговорить с нами. — Рэйчел многозначительно посмотрела на Клэя, который начал шевелиться. Я проигнорировала ее замечание, отказываясь признаться даже ей, что здесь были какие-то проблемы.

Клэй медленно сел, вытянув руки над головой, в результате чего его футболка приподнялась, обнажая плоский живот. Мои внутренности сделали этот смешной легкий переворот, который всегда случается, когда я позволяю себе сосредоточиться на том, каким красивым он был. Зачем я затеяла это «давай будем друзьями»? Потому что, смотря, как Клэйтон протирает глаза и пробегает пальцами сквозь свои великолепные волосы, я осознала, что это действительно наболевший вопрос для моего здравого ума.

Клэй протер свой рот. — Я ведь не пускал слюни, правда? — улыбнулся он сонно. Я протерла его нижнюю губу большим пальцем, наслаждаясь ощущением его рта. Боже, я хотела поцеловать его. Клэйтон послал мне слабую, сексуальную улыбку, будто читал мои мысли, и я опустила руку. — Нет, не было никаких слюней, — сказала я ему. Мне было чертовски трудно дышать.

— Вот, ребята. Не забудьте, что в течение всей этой недели после занятий вы можете приобрести билеты. — Лила - подруга Рэйчел, появилась возле нашего стола, положив яркий, цветной флайер в самый центр. — Что это? — Спросил Клэй, поднимая розовый листок. — Это «Осенний бал». Мы проводим его в последние выходные октября. Ты должен прийти: это очень весело. — Лила захлопала ресницами Клэю, который не обращал внимания на ее флирт. Он пристально изучал информацию на флайере.

Лила, разочарованная отсутствием его интереса, послала нам полусердечную волну и направилась к следующему столу. Я наклонилась к Клэю, чтобы поближе рассмотреть бумагу. Я позволила себе коснуться его руки своей: чувствуя небольшие покалывания от осознания, что наша кожа соприкасается.

— Вы, ребята, идете? — Спросил Клэй. Дэниел и Рэйчел посмотрели друг на друга, потом снова на нас. — Ну, обычно мы ходим на «Осенний Бал» все вместе. Мы приберегаем парные походы для выпускного. Намного веселее ходить в компании друзей. Мы идем куда-нибудь, чтобы съесть что-то реально сырное, например, в «Пицца Хат», специально надевая ужасные костюмы: мы покупаем самые страшные корсажи, которые только можем найти. Это очень весело. — Сказала ему Рэйчел, выглядя взволнованной.

Клэй посмотрел на меня. Я поняла, как близко были наши лица, и немного отодвинулась. — Ты пойдешь туда? Я не представляю тебя, занимающейся всеми эти вещами с переодеванием, — сказал Клэй. Я нахмурилась. Мне не нравилось, что ему было трудно представить меня, делающей все эти девчачьи дела. Я не была девочкой-сорванцом. Может я и не уделяла этому столько времени и внимания, сколько Рэйчел и другие девушки в школе, но это не значит, что у меня не было женских хромосом, которые бы позволяли мне наслаждаться этим.

Клэй понял, что должно быть сказал что-то не то и стал давать задний ход. — Нет, я лишь имел ввиду, что это кажется немного неправильным. Я просто не могу представить тебя, делающей подобное. Знаешь, ты слишком классная для школьных танцев. — Он сжал мое колено под столом в немом извинении. Я накрыла его руку своей и сжала. — Отлично выкрутился. — Прошептала я, и он усмехнулся.

— Но я хожу на «Осенний Бал». Я, Дэнни, Рэйчел, Рэй и Клэр - когда они решают присоединиться, - ну и какие-нибудь еще люди. Мы все идем вместе, и здорово проводим время. Обычно после всего мы устраиваем где-нибудь вечеринку. — Я осознала свою ошибку, как только слова вылетели из моего рта. Рот Клэя сжался при слове «вечеринка», и мы оба вспомнили его ужасное поведение на прошлых выходных. — Или нет. — Сказала я тихо, давая ему знать, что вечеринка не стоит на повестке дня. Клэй слабо улыбнулся. — Что ж, могу я пойти с вами, ребята? — робко спросил он. Рэйчел хихикнула. — Конечно. Ты не должен спрашивать разрешения, чтобы присоединиться. —Дэниел кивнул в знак согласия. — Да, парень, чем больше народу, тем лучше. Эти девушки могут быть довольно сумасшедшими. — Он улыбнулся Рэйчел, которая покраснела.

Клэй улыбнулся мне, положив флайер в карман. — Звучит здорово. Мой живот сжался при мысли о том, чтобы пойти с ним на танцы. Но я применила свою лучшую беспечную улыбку. — Да, клево. — Повторила я.

* * *

— Так ты хочешь увидеть платье, которое я выбрала для бала? — спросила я Клэя через две недели, когда мы сидели на моей кухне после школы. Клэй лениво листал журнал моего отца, «Библиотекарь Сегодня», притворяясь читающим, в чем я была абсолютно уверена.

Он посмотрел на меня и приподнял свои потрясающие брови. — Разве это не плохая примета? —спросил он. Я рассмеялась. — Оно ж не свадебное, идиот. Это жених не должен видеть невесту в ее свадебном платье перед свадьбой. Я не думаю, что есть какие-то суеверия, связанные с формальной одеждой. — Он усмехнулся и закрыл журнал, положив его обратно в кучу на столе.

Мне нравилось, когда он был у меня дома. В конце концов, я поддалась давлению родителей полторы недели назад и пригласила Клэя на ужин. Так что мои родители могли допросить, точнее, встретиться с ним. Началось все довольно хорошо. Клэй пришел на ужин ровно в 6:30. Я открыла дверь и постаралась удержать свою челюсть, чтобы она не ударилась об пол.

Он был одет в потрясающие брюки цвета хаки и расстёгнутую снизу голубую рубашку. Его черные волосы были зачесаны назад, демонстрируя его невероятно красивое лицо. Клэй держал букет потрясающих цветов, которые выглядели так, будто стоили как маленькая деревня.

— Привет, Мэгги, — тихо сказал он после того, как я впустила его. Он, правда, выглядел нервным. Не то, чтобы я винила его, ведь от всей этой ситуации разило неловкостью. — Они прекрасны. — Прокомментировала я, указывая на смехотворно большой букет.

— Они для твоей мамы. Ну, ты знаешь, чтобы подмаслить ее. Я полагал, что мне понадобиться любая помощь для этого. Бог знает, вдруг я не смогу впечатлить ее лишь своим удивительным шармом, — самоуничижительно съязвил Клэй. Я легко толкнула его в руку. — Они полюбят тебя так же, как и я, — сказала я ему, и почти проглотила свой язык.

Я серьезно только что призналась, что люблю его? Боже мой, я хотела убежать из дома подальше от этого унизительного момента. Но к счастью, Клэй был слишком нервным, чтобы заметить мою ошибку сопоставимую по размаху с концом света. Он лишь послал мне слабую улыбку и последовал за мной на кухню, где мама заканчивала чили, которое делала.

Мой отец доставал тарелки и стаканы из шкафов. Он оглянулся, когда мы зашли в комнату. — Мам, пап, это Клэйтон Рид. Клэй, это мои мама и папа. — Я мягко потянула Клэя в комнату за рукав его рубашки.

Он не то, чтобы застыл на месте, но мне пришлось приложить немного силы, чтобы заставить его двигаться. Моя мама обернулась и подарила ему ослепительную улыбку. Она вытерла руки полотенцем и подошла, чтобы поприветствовать его. — Рада познакомиться с тобой, Клэйтон. Мы много о тебе слышали. — Клэй пожал ее руку и взглянул на меня.

— Боже, я не говорю о тебе так много. — Смущенно пробормотала я. — Рад познакомиться с вами, Миссис Янг. Спасибо за приглашение на обед. — Он протянул ей букет цветов. — Это для вас. —Глаза моей мамы засияли. Она была помешана на них. Не зная, Клэй сделал прекрасный жест. — Это так мило, Клэйтон. Спасибо большое. Дай, я поставлю их в воду.

Моя мама ушла искать вазу, оставляя нас с моим обычно мягким, хорошо воспитанным отцом, который сейчас выглядел не очень-то мягким. Он смотрел на Клэя так, будто тот был под микроскопом. — Как ты, Клэй? — спросил отец, пожимая его руку. Клэй вздрогнул, когда вытащил свою руку из захвата моего отца. Мой отец серьезно только что сжал пальцы Клэй вместе? Он притворяется Арнольдом Шварценеггером?

Черт, это будет хуже, чем я думала. — Хорошо, сэр. — Ответил Клэй, засовывая руки в карманы. — Мэгги рассказывала нам, что ты только что переехал жить к своей тете. Где твои родители? — Я хотела ударить папу. Он не мог дорасти до больших вопросов, как нормальный человек. Нет, он сразу направляется к яремной вене.

Клэй неловко переступил с ноги на ногу. Он ненавидит говорить о своих родителях, но сейчас он посмотрел в глаза моему отцу и честно ответил. — Мои родители и я не ладим, сэр. Поэтому они отправили меня жить с сестрой моей мамы, Руби. В Вирджинии мне нравится намного больше.

Мой отец удивленно заморгал на откровенность Клэя, и некоторая жестокость, кажется, растаяла. Я хотела ухмыльнуться на неловкость моего отца. Могу сказать, что он точно не знал, что на это ответить. Что ж, получи, папа.

— Ну, приятно слышать, что тебе нравится Вирджиния. Это милое местечко для жизни. Эм, я думаю, твоя мама закончила с чили. Почему бы нам не сесть за стол? — Папа указал нам на места. Клэй посмотрел на меня и поморщился в извинении. Я сжала его руку, давая понять, что это было нормально.

Мама вернулась с вазой цветов и поставила их на стол. Она хлопотала над ними и расставляла, чтобы они были идеальными. Мы с Клэем сели рядом, мама и папа напротив нас. Мама подала нам тарелки с чили и домашним кукурузным хлебом.

— Очень вкусно, Миссис Янг, — сказал Клэй между глотками. Моя мама засветилась от комплимента. Для того, кто еще недавно утверждал, что не обаятельный, Клэй довольно рьяно переубеждал мою маму в обратном. Мой отец ослабил свое холодное отношение, но продолжал пристально наблюдать за Клэем.

— Спасибо, Клэйтон. Что ж, мы пригласили тебя потому, что хотели познакомиться с тобой. Нам не нравится, что Мэгги Мэй ездит по округе с парнем, которого мы не знаем, — сказала мама, передавая Клэю корзину с хлебом.

Мой отец подался вперед на локтях и уставился на Клэя. — Мы ничего о тебе не знаем, да и родители не могут быть слишком осторожными на сегодняшний день. Слишком много сумасшедших вокруг. — Я закрыла глаза и подавила вздох. Это было оскорбительно.

Клэй проглотил еду и посмотрел на моих родителей. — Я все прекрасно понимаю. Вы не можете быть слишком осторожными из-за сумасшедших. — Его слова были саркастичными, и я послала ему взгляд, спрашивающий, какого черта он делает.

Мама прочистила горло. — Ну, расскажи мне, Клэй. Ты ведь из Флориды, да? — Спросила она, стараясь перевести разговор в другое русло. Клэй застыл рядом со мной, его поведение изменилось. Если бы мама знала, что это была последняя тема, о которой хотел говорить Клэй.

— Да, он из Флориды, но ему очень нравится Вирджиния. На открытом рынке в Шарлотсвилле был взрыв в минувшие выходные. Помните этого сумасшедшего поставщика с кормушками для птиц, сделанными из тыквы. Они были такими смешными, — заговорила я отчаянно.

Мама вопросительно посмотрела на меня, но отец не отрывал глаз от Клэя. Я толкнула Клэя локтем, пытаясь заставить его говорить, но он стоически молчал. — Я люблю открытый рынок! Твой отец и я должны выбраться туда. — Мама начала рассказывать мне об этой леди, которая делает домашнее варенье, и я старалась уделять ей внимание.

Но я слишком беспокоилась о Клэе. Он больше ничего не сказал. Остаток обеда прошел за нелепыми историями, рассказываемыми моей мамой и мною, пока Клэй смотрел на свою тарелку, а мой отец смотрел на него. Когда Клэй все-таки поднялся, чтобы помочь маме убрать грязную посуду, я послала папе смертельный взгляд.

— В чем твоя проблема, пап? Ты заставляешь его чувствовать себя неудобно! — прошипела я. Мой отец ровно посмотрел на меня. — Я просто хочу его узнать. — Это все, что он сказал. Я приподняла бровь. — Узнать его? Ты просверливаешь дыры в его голове, вот что ты делаешь. Просто перестань, хорошо? Клэй - мой друг, и я хочу, чтобы тут он чувствовал себя комфортно.

Отец нахмурился. — Я просто слежу за тобой, Мэгги Мэй. Ты мой единственный ребенок. Как много ты знаешь об этом парне? — спросил он меня тихо. Я посмотрела на Клэя, пока он помогал маме с десертом. Он все еще выглядел закрытым и отстраненным, но он хотя бы разговаривал с моей мамой.

— Я многое знаю о Клэе. Возможно, даже больше, чем другие. И он мне нравится, так что просто отстань от него, — убеждала я, смотря на отца умоляющими глазами, глядя на которые он никогда не мог ответить мне нет. Папа немного смягчился, но не отпустил тему.

— Что-то с ним не то. Я не продаюсь, Мэгги. Просто не забывай об этом. — Посоветовал он, когда Клэй и мама вернулись к столу с шоколадным тортом и тарелками.

Клэй ушел сразу же после обеда не смотря на то, что я просила его остаться и посмотреть фильм. Думаю, он хотел убежать от орлинного взгляда моего отца. Я проводила его до машины и встала на дороге, обхватив себя руками. Было холодно, и я могла видеть свое дыхание.

— Извини, если это было странно, — сказала я, пока он садился в машину.

Клэй пожал плечами. — Все было хорошо, Мэгги. Поговорим позже. — И с этими словами он уехал. Я не слышала ничего от него до конца выходных. Я пыталась дозвониться до него все воскресенье, но его телефон продолжал переводить меня на голосовую почту.

Но в понедельник утром, Клэй был у моего шкафчика, будто ничего не произошло. Мы больше никогда не упоминали о том обеде. Мама сказала, что Клэю рады в нашем доме. Папа оставался абсолютно молчаливым.

Но я была рада тому, что Клэй приходит, когда папа на работе. Клэй никогда не спрашивал, почему я была так специфична из-за времени, в которое он мог прийти ко мне. Не думаю, что он хотел повторить столкновение с моим отцом.

Клэй начал ждать меня после занятий по кросс-кантри, когда не работал в магазине Руби, чтобы отвезти меня домой. Сегодня, он принес свою домашнюю работу по математике и пытался закончить ее, пока я готовила обед. Мама будет поздно, да и отец все еще был в библиотеке.

Клэй пытался подавить огромный зевок. Сегодня он выглядел изможденным. Я протянула руку и взъерошила его волосы, он улыбнулся мне. — Ты выглядишь усталым, — прокомментировала я. Клэй протер глаза тыльной стороной ладони и сел прямо, пытаясь разбудить себя. — Это один из побочных эффектов от моих лекарств. Крайняя апатия. Уверен, я могу проспать весь день. — Он посмотрел на меня, будто хотел сказать: «Видишь, почему я ненавижу лекарства».

Желая сменить тему, я положила мелко нарубленные овощи в кастрюлю на плите и зажгла маленький огонь. — Пошли в мою комнату. Я хочу показать тебе свое платье. Оно ужасно прикольное! — Клэй встал на ноги и обнял меня рукой, притягивая к себе. Мое дыхание застряло в горле. Я всегда так себя чувствовала, когда он прикасался ко мне. Сейчас он делал это чаще, заметила я с головокружением

— В твою спальню, да? Ты уверена, что хочешь, чтобы я поднялся туда? — Его голос был хриплым, и я с трудом удержала свою дрожь. Я очень сильно хотела увидеть его в своей спальне. Я хотела видеть его там, причем желательно голым и лежащим в моей постели.

Я покраснела от своих мыслей с рейтингом R[15] и игриво толкнула его. — Просто пойдем, — я старалась поддерживать игривый тон, пока вела его к лестнице. Клэй никогда не был наверху в моем доме. Может быть потому, что его нахождение в моей комнате ощущалось слишком интимно. Это была невысказанная линия между Клэем и мной, которую мы оба так и не решались переступить.

Конечно, мы были близки: он стал одним из моих лучших друзей. Но это не останавливало меня от того, что я по-прежнему хотела его и вопреки нашей договоренности желала большего. И некоторые инстинкты подсказывали мне, что он чувствовал то же самое, ведь даже когда он мог заполучить любую девушку в школе, Клэй предпочитал проводить время со мной.

Но мы все еще сдерживались. Клэй пытался держать себя в руках, борясь со своими проблемами и стараясь делать то, что должен был, чтобы оставаться здоровым. Были дни, когда он все еще впадал в депрессию, времена, когда он полностью закрывался от меня, и тут даже лекарства не помогали. Я говорила с ним о том, чтобы он посетил терапевта. Я знала, он нуждается в большем, нежели лекарства, чтобы держать себя в руках.

Сказать, что Клэй был против этого, было небольшим преуменьшением. Он решительно сказал мне, что ему досыта хватило «мозгоправов», когда он был госпитализирован. Я старалась не разочаровываться из-за того, каким упрямым он был, когда дело касалось его психического здоровья. Но он был настойчив, заявляя, что сам знает, что ему нужно, и уверяя меня в том, что лекарств ему будет достаточно.

Я не верила ему и порой даже подозревала, что были дни, когда он их не принимал. Я ненавидела тот факт, что не доверяла ему в чем-то столь важном, но понимала, что у него до сих пор еще было много тайн от меня.

— Это твоя комната? — спросил он с удивлением. — Да, — ответила я, защищаясь. Теперь я вспомнила другую причину, почему никогда не позволяла ему подниматься сюда - изобилие розового, которое отсталость еще от моего глубокого детства. И это было более чем унизительно.

Клэй подошел к сиденью, расположенному у моего окна, и поднял Мистера Приклса - игрушечного дикобраза. — Мило, — сказал он. Я забрала Мистера Приклса из его рук и прижала к груди. — Не смейся над Мистером Приклсом. Он бесценный, — я положила дикобраза на тумбочку и повернулась к своему шкафу. — Я и не думал смеяться над Мистером Приклсом, — пошутил он, двигаясь к моей кровати.

Я была благодарна себе за то, что не поленилась сегодня утром и убрала свои трусики и лифчики с пола перед тем, как пойти в школу. — Сядь, — сказала я ему. У меня образовался ком в горле, при виде его на моей кровати. Да уж, это будет главная картинка в числе моих фантазий. Хотя, одежды на нем будет меньше.

Боже, я превращалась в грязную королеву. Сосредоточься, Мэгги. Сосредоточься!

Клэй откинулся на мои подушки. Его взгляд был тяжелым. — Показывай, давай, мне свое платье, — произнес он сонно. — Ну, я не хочу, чтобы ты заснул, — саркастически сказала я. Клэй открыл свои глаза пальцами. — Я не сплю, клянусь! — Я рассмеялась. — Не обязательно из-за этого быть заводным апельсином. — Я полезла в шкаф и достала оттуда платье, висящее в целлофановом чехле.

— Ты к этому готов? — Клэй поднял большие пальцы. — Я родился подготовленным. — С драматическим взмахом я раскрыла чехол, чтобы показать ярко-бирюзовое платье до колен с обнаженным плечом и с огромным бантом на спине. Другое плечо украшал большой белый плюмаж[16]. Клэй прикрыл свой рот, пытаясь не смеяться. — Серьезно? Ты собираешься надеть это? — Он посмотрел на меня так, будто я шутила.

Я засмеялась. — Мы говорили тебе, девушки надевают самые ужасающие платья, которые только смогут найти. Мы любим устраивать конкурсы на самый оригинальный костюм. — Клэй сдался и рассмеялся. — Ну, я не могу представить, чтобы кто-то выглядел... оригинальнее, чем ты.

Я приняла его комментарий за комплимент и быстро убрала платье. — Ты должен увидеть платье Рэйчел. Оно ярко-розовое с распутным разрезом на бедре и покрыто такими ужасными блестками. Она купила к нему в пару эти противные велюровые туфли на шпильках. — Рэйчел и я собираемся пойти вместе на танцы. Тот факт, что мы не воспринимали все это всерьез, делало все еще более смешным.

Я подошла, чтобы сесть в его ногах, предварительно игриво сжав его ногу. — Это лишь означает, что твоему костюму лучше быть эпичным. — Клэй усмехнулся. — Я планировал отправиться на его поиски в ближайшие выходные. Сейчас, когда я увидел твой шедевр, то понял, что мне нужно. — Он снова зевнул.

Клэй похлопал по кровати рядом с собой. — Ложись со мной, Мэгс. Ненадолго. — Я оглянулась на свой будильник. — Папа скоро будет дома, и он взбесится, если застанет парня у меня в комнате, — беспокойно сказала я. Мне показалось, что возникнет небольшое недопонимание, учитывая отношение отца к Клэю. Но больше всего я была взволнована тем, что буду лежать рядом с ним, буду так близко к нему. Иногда, находясь рядом с ним, я начинала чувствовать себя такой глупой девчонкой.

Он снова похлопал по кровати. — Лишь на минуту. Пожалуйста. Я хочу, чтобы твой отец поймал меня здесь не больше, чем ты. Я лишь хочу полежать с тобой чуть-чуть, — сказал он мягко. Его голос был скрипучим из-за усталости. И вот снова он стирает эту черту, которую мы нарисовали. Его карие глаза отяжелели, и он так посмотрел на меня, что мои ноги подкосились. Мне никогда не удавалось сопротивляться тому, в чем Клэй был заинтересован. Он был всем, чего я хотела, но в тоже время я понимала, что так не должно быть. Хотя ничто из этого сейчас не имело никакого значения. Важен был лишь тот факт, что он хотел, чтобы я была рядом так же сильно, как и я.

Поэтому я подползла к нему и легла рядом. Клэй подсунул руку под меня и потянул меня ближе к себе. Я легла рядом с ним, положив голову ему на грудь, а рукой слегка коснувшись его живота. Внезапно мои ноги переплелись с его, и я поняла, что мне необычайно комфортно.

Клэй поднял мою руку со своего живота и обнял ею себя за талию так, что я практически слилась с ним. Пригладив мои волосы на лбу, он прижался к нему щекой. Мне было интересно, мог ли он чувствовать безумные удары моего сердца, пока я лежала, прижавшись к нему.

Он глубоко вздохнул и расслабился рядом со мной. — Так здорово, — пробормотал он, пока другая его рука медленно пробегала вверх и вниз по моей спине. Вау. Лежа вот так с ним, я забывала о всех своих причинах не прыгать во все это двумя ногами. Я имею ввиду, что люблю его. Полностью. Думаю, он, по крайней мере, заботился обо мне. Так зачем ждать?

Рука Клэя постепенно замедлялась, пока не остановилась прямо на обнаженной коже под рубашкой в районе поясницы. Тепло его пальцев, казалось, посылало покалывания по всему моему телу. Я могла слышать его глубокое дыхание. Рискнув приподняться над ним, я увидела, что он почти спит. Я пыталась выскользнуть из его объятий, но его руки еще крепче сжались вокруг меня. — Не уходи. Пожалуйста, останься. Я люблю, когда ты рядом, — прошептал он сонно. Поэтому я легла назад и быстро заснула.

ГЛАВА 10

— Какого черта тут происходит? — Я резко села, чувствуя слабость из-за того, что меня внезапно вытащили из глубокого сна. Я осмотрелась. Клэй открыл глаза, выглядя немного смущенным. Я обернулась к дверному проходу и почувствовала, как краска заливает мое лицо. Папа.

Скинув ноги с кровати, я встала. — Это совсем не то, чем кажется, пап, — попыталась я объяснить. Отец выглядел взбешенным. Не думаю, что видела его когда-либо таким злым, по крайней мере, из-за меня. Он поднял руку, останавливая меня. — Я ничего не хочу слышать, Мэгги. Ты знаешь правила. — Мой папа посмотрел стальным взглядом на Клэя, который все еще пытался проснуться.

К счастью, он понял, что мы в беде, поэтому слетел с кровати так быстро, как только мог. Подойдя к отцу, он протянул ему руку. — Здравствуйте, мистер Янг. — Папа посмотрел на руку Клэя, словно это была змея, которая в любой момент могла укусить его. Он не пожал ее. Я не могла поверить, что папа был таким грубым.

— Клэй, у нас в доме есть определенные правила, и самое главное из них - парни не могут находиться в её спальне, когда нас нет дома, я уже не говорю о том, что дверь обязательно должна оставаться открытой. — Папа открыл дверь так широко, насколько это только возможно.

Клэй опустил руку и прочистил горло. — Извините, мистер Янг. Мэгги просто показывала свое платье для бала, и мы заснули. Вот и все. — Я гордилась тем, как Клэй настаивал на своем, стоя рядом с моим отцом. Многие парни убежали бы отсюда, поджав хвост, но Клэй был почтительным, и старался показать моему отцу, что не был одним из озабоченных парней-подростков, желающих лишить его дочь девственности.

Однако, это тоже было бы мило.

Я прервала холодный взгляд моего отца. — Пап, серьезно, мы не занимались тут сумасшедшим сексом или тем, о чем ты там еще подумал. Остынь. — Согласна, плохой выбор слов. Клэй стал ярко-красным и выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю. Глаза отца почти выскочили из орбит, и он запнулся на несколько секунд прежде, чем, наконец, смог сказать: — Что ж, чем бы это ни было, ты знаешь, мама и я этого не одобряем. Вы, ребята, будете оставаться внизу, пока нас нет дома. Все понятно? — Мы с Клэем закивали. — Сейчас, Клэй, я думаю, тебе лучше уйти.

Папа развернулся и пошел вниз, и я, наконец, снова смогла дышать. Клэй схватил свой книжный рюкзак с моего туалетного столика. — Тебе обязательно надо было использовать слово «секс»? Серьезно? Я знаю, твой отец итак ненавидит меня, а тут еще и это. — Клэй посмотрел на меня так, словно хотел задушить. Мне было плохо из-за того, что я смутила его. — Прости, — пробормотала я, следуя за ним по коридору.

Как только мы спустились, Клэй уважительно попрощался с моим отцом, в то время как я послала ему убийственный взгляд, воспользовавшись моментом, когда Клэй отвернулся. Папа ласково посмотрел на меня, и я пошла проводить Клэя до машины.

Забросив сумку в машину, он повернулся ко мне лицом. — Ну, это было немного грубоватое пробуждение, верно? — Я с облегчением заметила легкую улыбку на его губах. — Да уж, меня чуть не хватил сердечный приступ, — пошутила я. Клэй усмехнулся и взял меня за руку, притягивая ближе к себе. — И еще.. я очень хорошо поспал, — сказал он, углубляя свой голос.

Я сглотнула. Потом посмотрела на кухонное окно и увидела отца, стоящего, словно он был одним из этих чертовых вуайеристов[17], и тут же отстранилась.

— Извини за отца. Он был немного...эмм...сверх опекающим. — Клэй открыл дверь машины. — Я понимаю, откуда это идет. Если бы ты была моей дочерью, я определенно хотел бы защитить тебя от таких парней, как я. — Он выглядел немного грустным, произнося это. Я дотронулась до его плеча. —Мне не нужна защита от тебя, Клэй, — мягко сказала я.

Клэй даже не посмотрел на меня, вместо этого он просто сел в машину и завел ее. Не ответив на мое заявление, он всего лишь произнес: — Увидимся завтра в школе, — и уехал. Сейчас я чувствовала пустоту, возникшую после исчезновения всех тех прекрасных ощущений, которые испытывала всего лишь час назад. Я могла бы убить отца.

Войдя в дом, я хлопнула дверью. Папа все еще был на кухне, притворяясь, будто бы читал книгу все это время и даже не пытался шпионить за мной. — Что только что произошло? — гневно спросила я его. Папа удивленно посмотрел на меня. Он не привык к такому отношению с моей стороны. — Подожди-ка минутку. Я пришел домой, нашел тебя в твоей комнате за закрытой дверью, спящую в постели с парнем, которого я, кстати, плохо знаю. Я ничего не забыл? И какая по-твоему у меня должна быть реакция при виде всего этого? — вполне разумно спросил отец. Ненавижу, когда он так делает. Остается спокойным и логичным. Это заставляло меня чувствовать себя довольно глупо.

— Мы просто друзья, пап. Клэй уснул, и я заснула рядом с ним. Вот и все. Но ты сделал все, чтобы унизить меня. — Я ненавидела ощущение слез, собравшихся в уголках моих глаз, поэтому быстро вытерла их рукой. Лицо отца немного смягчилось. — Я не хотел унизить тебя, Мэгги, девочка. — Я знала, он испытывал чувство вины, и поэтому использовал мое прозвище. — Но Клэй – парень, а ты моя маленькая девочка. И по звуку твоего голоса, у меня сложилось впечатление, что между вами нечто большее, чем просто дружба. — Я начала протестовать, но потом остановилась. Какой смысл лгать об этом?

Мой отец понимающе кивнул. — Поэтому, я думаю, что все мои условия очень даже разумны. Клэй не заходит в твою комнату, когда никого нет дома. Надеюсь, мы поняли друг друга? — Я пожала плечами, не желая больше говорить об этом. — Хорошо, как скажешь. Но такое ощущение, словно мне нет и семнадцати лет, хотя через четыре месяца мне уже исполняется восемнадцать. Я почти взрослая, пап, а ты обращаешься со мной как с маленьким ребенком, — заскулила я. Знаю, что звучала по-детски, пытаясь убедить его в том, что уже им не была. Я использовала не очень хороший аргумент.

— Мне все равно, пусть тебе хоть 102 года. Пока ты живешь в этом доме, ты следуешь нашим с мамой правилам. Вот так вот. Раньше это никогда не было проблемой, так в чем же сейчас дело? — многозначительно спросил меня папа, давая ясно понять, что он знал о том, кто или что являлось сейчас проблемой, и его имя начиналось с «К» и заканчивалось на «Й».

Казалось, я вот-вот заплачу. Я никогда раньше не боролась со своим отцом, и от этого ситуация была еще более ужасной. Но сейчас я чувствовала, что внутри меня что-то изменилось. Я устала от того, что меня все считали маленькой девочкой. Я, наконец, становилась женщиной: с желаниями и потребностями, присущими ей, а мои родители пытались всячески сдерживать это.

Но, даже несмотря на это, я больше не спорила. Я просто покинула кухню, поднялась к себе в комнату и закрыла дверь. Я гордилась тем, что не хлопнула ею, как изначально хотела. Бросившись на кровать, я прижала подушку к груди и уткнулась лицом в ткань.

Я все еще могла вдыхать аромат его одеколона, благодаря чему почувствовала новую волну возбуждения. Этот момент, когда я лежала рядом с ним, был удивительным. Осознание этого заставило меня переосмыслить множество предостережений в наших отношениях. Потому что я хотела его, отчаянно хотела, и думаю, хотя нет, я вполне уверенна, что пора покончить с ожиданием.

Конечно, кое-какие вопросы все еще оставались, но, возможно, любить его – это и есть лучший способ помочь ему. Да, мой мозг только что пришел вот к такому восхитительному умазаключению. Я хотела, чтобы Клэйтон Рид был моим парнем. Я любила его и не хотела больше находиться вдали от него. Пусть будут прокляты мои родители и мои собственные страхи.

И если он снова погрузится во тьму, то на этот раз я буду там вместе с ним, чтобы найти его, чтобы следовать за ним. Ведь я думаю, возможно, вполне наивно, что моя любовь сможет помочь ему. Возможно, наша любовь сможет сделать нечто большее, чем просто помочь – возможно, она сможет исцелить его. Исправить его. Исправить все.

* * *

— Ты выглядишь потрясающе ужасно, — завизжала Рэйчел, заставляя меня крутиться перед ней в миллионный раз в моем отвратительном вечернем платье. Я собрала волосы так, как делали в восьмидесятых, закончив образ пышной челкой и вьющимися кудрями. Хоть я и выглядела довольно забавно, но с удовольствием отметила, что это платье стройнило меня и создавало иллюзию удивительных изгибов. Поэтому, не смотря на противные, пышные рукава и ужасный цвет, я выглядела не так уж и плохо.

И это было здорово, потому что сегодня я была готова рассказать Клэю о своих чувствах. Да, я собиралась сделать решительный шаг. Клэй не появлялся в моем доме уже более чем полторы недели, предшествующие танцам. Он придумывал миллион отговорок, когда я предлагала ему прийти после школы. Я знала, что папа чертовски напугал его, к тому же Клэй старался проявлять уважение к его желаниям. Но к сожалению, это означает, что мы не оставались одни с того момента, как заснули вместе в моей кровати, и это было отстойно. Руби начала закрывать магазин во второй половине дня, поэтому мы могли сидеть в гостиной Клэя, смотря телевизор и делая домашнее задание, пока она угощала нас новым травяным чаем.

Я, правда, любила его тетю и ее девушку. Они сразу же радушно меня приняли (в отличие от того, как папа принял Клэя), и было понятно, что они очень рады тому, что Клэй и я проводим время вместе. Я замечала беспокойство в глазах Руби, когда она смотрела на своего племянника. Оно было сродни тому самому беспокойству, которое я испытывала из-за расцветающего ожидания, которое росло во мне, когда мы с ним были вместе.

Сексуальное напряжение угрожало задушить меня. Оно становилось таким плотным. Клэй и я использовали каждый предлог, чтобы прикасаться друг к другу, якобы платонически. Клэй убирал волосы с моего лица. Я убирала воображаемые соринки с его руки. Это был красивый танец, в который мы были вовлечены, и иллюзии о нем были такими же восхитительным, как и мои представления о его воплощении в реальности.

— Не могу дождаться, когда увижу, что надели парни, — визжала Рэйчел. Она выглядела фантастично в своем ярко-розовом платье. Она собрала свои темно-коричневые волосы наверх, оставив локонами, обрамляющие ее лицо. Если ее сегодняшний вид не заставит Дэниела проглотить свой язык, то тогда я не знаю, что сможет.

— Да, Клэй был очень скрытным в отношении своего наряда, поэтому мне тоже быть интересно, — сказала я, поправляя свой макияж. Я была накрашена сильнее, чем обычно, но результат мне все равно нравился. Мои голубые глаза были подведены темными тенями, создавая дымчатый взгляд. Мои губы были накрашены ярко-красным, и мне нравилось, что это делало мои тонкие губы полнее. В целом, я выглядела не так уж и плохо.

— Ты выглядишь так мило, Мэгс, даже в этом, раздражающем глаза, цвете, — сказала Рэйчел, обнимая меня за плечо, и мы смогли встать вместе напротив моего зеркала в полный рост. — Давай сделаем это. Дэниел и Клэй должны появиться в любую минуту. — Рэйчел схватила свой клатч, обшитый бисером, а я взяла свою сумочку. Рэйч остановила меня, перед тем, как я покинула комнату. — Ты не возьмешь ее с собой? Это же разрушит весь твой образ. — Она вернулась к моему шкафу и взяла черный атласный клатч, который мама купила мне для выпускного в прошлом году. Рэйчэл вытащила мой бумажник, расческу и жвачку из сумки, и переложила все это в маленький клатч.

— Вот, намного лучше, — сказала она после того, как я повесила ее на плечо. Я лишь потрясла головой, не желая спорить с ней об этом. Мы только спустились по лестнице, когда зазвенел дверной звонок.

Мама сразу же оказалась там. Она, должно быть, лежала и ждала, когда парни приедут сюда - вооруженная тяжелой камерой «Нокиа». Я закатила глаза, при мысли о следующих десяти минутах фотографирования.

— Что ж, привет Дэниел. Клэй, — сказала мама. Она отошла в сторону, чтобы парни могли войти в фойе. Я прикрыла рот рукой, стараясь не расхохотаться. Они выглядели нелепо. Ребята неосознанно одели похожие костюмы. Каждый одел очень официальный костюм. Костюм Дэниела был темно-бордовый, а Клэя - устрашающе сливовый. Каждый из них надел голубой галстук и лазурного цвета рубашку. Это была ужасная комбинация, но как-то они заставили её работать.

Я задержалась на мгновение, чтобы подумать о том, какими разными они были, но в равной степени хорошо выглядели. Дэниел отращивал свои светлые волосы, и они выглядели почти неряшливо, свисая вокруг его лица. Его сильные руки едва уместились в узкие рукава пиджака. Я услышала, как вздохнула Рэйчел, когда увидела Дэниела.

Сейчас Клэй был действительно великолепен. Даже в ужасном костюме, он выглядел привлекательно. Его волосы, тоже уже немного отросшие, с этими кудрями, которые я так любила, свисали чуть выше глаз. Он выглядел взволнованно, я бы даже сказала жизнерадостно. Его энергия была очевидна, когда он взял мою руку и положил ее на сгиб своего локтя. — Моя леди. Ты словно видение, — сказал он, разглядывая меня сверху вниз. Я толкнула его локтем и рассмеялась. — И вы, сэр, выглядите ослепительно в своем сливовом костюме. — Он пригладил пиджак спереди. — Это не сливовый, а очень милый оттенок красно-коричневого, думаю я.

— Ну, все равно, ты выглядишь потрясающе, — сказала я, затаив дыхание. Клэй улыбнулся мне, улавливая дрожь моего голоса, когда он взял меня за руку.

— Посмотрите на себя, ребята. Вот это зрелище, — произнесла мама, подталкивая нас четверых в гостиную, чтобы она могла сделать фото. Мой отец оторвался от газеты, которую читал на диване. Его глаза слегка потемнели, при виде того, как Клэй держит мою руку, и я впилась в него взглядом. Поймав мой взгляд, папа смягчил свое выражение и послал мне улыбку. — Ты замечательно выглядишь, —сказал он вежливо. — Спасибо, мистер Янг, — разумно ответил Клэй, стараясь сделать все менее болезненным. Учитывая, что он не видел моего отца со своего побега неделю назад, думаю, это делало ситуацию менее неловкой.

Через пятнадцать минут фотографирования, мы, наконец, вышли за дверь. — Комендантский час - час ночи, — крикнул папа, когда мы вышли на пешеходную дорожку. Я знала, когда у меня комендантский час, но была уверена, что он сказал это для Клэя, а не для меня. — Да, сэр, ни минутой позже. Я обещаю, — подтвердил Клэй, показывая свою лучшую «родительскую» улыбку.

Наконец, мы были в «BМW» Клэя и направлялись к «Красному Лобстеру», где должны были встретить друга Дэниела - Рэймонда, и его девушку Клэр. — Вы ребята выглядите потрясающе! Даже в этих ужасных цветах, — заявила Рэйчел с интузиазмом. Дэниел усмехнулся. — Да, ты не знаешь, как тяжело найти страшный прикид. — Я засмеялась. — Я только не уверен, что этот цвет подходит к цвету моего лица, — прокомментировал Клэй. Мы вчетвером вместе рассмеялись. Я чувствовала себя на вершине мира. Сегодняшний день должен быть замечательным. Я просто знала это.

Клэй обернулся ко мне и усмехнулся. Сегодня он был в отличном настроении. Смеялся и шутил со всеми. Он не выглядел уставшим. Я была рада видеть это. Может быть, лекарства, наконец, начали действовать так, как должны были. Как бы там ни было, я не собиралась сильно фокусироваться на этом. Я собиралась хорошо провести время с друзьями, и может быть, парнем.

Наш обед был взрывом в «Красном Лобстере». Дэниел, Клэй и Рэй настаивали на примерке этих глупых, пластиковых нагрудников, и все мы заказывали ножки крабов, стараясь не облить маслом наши липкие костюмы. Было круто тусоваться с Клэр. Я не часто видела ее с момента начала занятий.

К тому моменту, как мы приехали в школу, танцы были в самом разгаре. Спортзал был украшен в цвета осени, повсюду висели искусственными листьями. Мерцающие огни свисали с балок и стенд для фото был установлен возле двери в мужскую раздевалку.

Наша группа пробралась к столику в конце тренажерного зала. DJ играл современные поп-хиты, и куча ребят танцевала напротив сцены. Клэй взял мою куртку и пошел, чтобы сдать ее в гардероб в коридоре.

Дэниел и Рэй пошли за напитками, Клэр заметила группу своих друзей и пошла к ним. Рэйчел наклонилась ко мне. — И так, я думаю, тебе надо проявить себя как девушка и пометить Клэя, прежде чем он ускользнет у тебя из-под носа. — Я моргнула в притворном удивлении. Хотя, я была больше чем немного удивлена ее неожиданным утверждением о наших с Клэем отношениях. — Что ты имеешь в виду?

Рэйчел закатила глаза. — Вы, ребята, крутитесь вокруг друг друга в течение нескольких месяцев. Давайте же, забудьте уже о своих страданиях и будьте, наконец, вместе. Потому что, если ты не прыгнешь в это, то можешь обнаружить, что уже слишком поздно. — Ее глаза стрельнули в сторону входа в спортзал, где Клэя остановила подруга Кайли - Дана

Дана просто не хотела сдаваться. Она преследовала Клэя так же, как и я. Постоянно появлялась на его пути, придумывала оправдания, чтобы поговорить с ним. Мне пришлось подавить желание, повредить маленько её тело. Но я должна была признать, Дана сегодня выглядела горячо. Она одела обтягивающее красное платье с глубоким вырезом, и ее грудь выглядела так, будто готова вырваться на свободу. Ее блондинистые волосы были массой кудрей, спускающихся вниз по спине, и многие парни пускали по ней слюни.

Мое лицо покраснело, когда я увидела, как близко она придвинулась к Клэю, смеясь над чем-то, что он сказал. Он улыбался ей в ответ, и я могла видеть, что ему было трудно удерживать взгляд на ее лице. Неожиданно я почувствовала себя очень по-дурацки в своем глупом бирюзовом платье и с начесом.

Я отвернулась от них, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. — Ну, если это то, в чем он заинтересован, тогда почему я должна беспокоиться? — Я почти не обманывала Рэйчел. Она ударила меня по руке. — Не будь идиоткой. Ты нравишься Клэю. Очень. И хоть я и не полностью поддалась его влиянию, я вижу, что вы ребята чувствуете к друг другу. И я не собираюсь вставать на пути у молодой любви. Поэтому, думаю, ты должна перестать быть идиоткой и пойти, наконец, на это.

Я оглянулась на Клэя и Дану. Она тянула его к танцевальной площадке. Он следовал за ней, смеясь. Неожиданно он посмотрел на меня, и я опустила глаза на свои колени. Злой ревнивый монстр поднимал свою страшную голову. Я сморгнула слезы, которые неожиданно появились в глазах.

Дэниел вернулся к столу и попытался уговорить Рэйчел потанцевать с ним. — Давай же, Рэйч. Давай покажем им. — Он танцевал напротив нее. Глаза Рэйчел засветились, и она поднялась на ноги. — Ты в порядке? — Спросила она меня, но не дождавшись ответа, последовала за Дэниелом на танцплощадку.

Я посмотрела на Клэя, который танцевал с Даной, на мой взгляд, слишком близко. Я хотела хорошо провести время, а не хандрить из-за этого глупого парня, который, как я наивно думала, будет проводить со мной время.

Но вот осталась я, сидящая в одиночестве, как жалкий цветок на стене. Песня закончилась и началась другая, а Клэй все еще не вернулся к столу. Вот снова, он был жизнью вечеринки. Он танцевал с группой ребят в центре танцпола, и Дана крутилась рядом с ним. Я с облегчением заметила, что он не сделал ни одного движения, чтобы прикоснуться к ней, но это не значит, что она не трогала его. Потому что ее руки были на нем везде.

Фу. Я притворялась, что искала что-то в сумке, чтобы не чувствовать себя лузером, сидя здесь в одиночестве. — Никто не заставит сидеть нашу детку в углу, — сказал голос рядом со мной. Я посмотрела на Дэниела, который стоял там и ухмылялся. Я улыбнулась в ответ. — Боже, ты такой придурок, — ответила я ему. Дэниел рассмеялся и потянул меня на ноги. — Давай же, пойдем, грязные танцы ждут нас. — Господи, спасибо за моих друзей, иначе я бы прямо сейчас выбежала из комнаты, рыдая.

Скоро мы танцевали с Рэйчел, Рэем и Клэр. Я потеряла Клэя из виду, и это больно. Я, правда, думала, что он будет тусоваться с нами. Я думала, в этом и была вся прелесть того, чтобы идти группой. Может, я ждала слишком долго. Может, мы играли в друзей, потому что он думал, что это все, кем мы можем быть. Будьте прокляты смешанные сигналы. Поэтому сейчас я танцевала, стараясь выбросить свои страдания из-за него из своей головы.

После нескольких быстрых песен, заиграла медленная. Дэниел притянул Рэйчел в свои объятия, и они начали танцевать вместе. Я ничего не могла с собой поделать, и просто улыбнулась на счастливое выражение ее лица. Наши глаза встретились, и я подняла вверх большие пальцы. Она улыбнулась и закрыла глаза, положив щеку на плечо Дэниела.

Я снова осталась сама с собой и пошла обратно к столу. — О, нет, ты этого не сделаешь, — сказал Клэй за моей спиной, приобнимая меня руками за талию. Я оглянулась через плечо. Он стоял там, его лицо блестело от пота из-за танцев. Он ухмыльнулся и развернул меня.

— Что, никто не хочет танцевать с тобой? Где Дана? — Я притворилась, будто осматриваю комнату. Я не могла прикрыть очевидную ревность, которая сквозила в моих словах. Клэйтон обнял меня и повел назад, пока мы не оказались в центре танцующей толпы. — Не будь такой, Мэгс. Я хочу танцевать только с тобой, — прошептал он мне на ухо. — Лжец, — прошептала я в ответ, прижавшись щекой к его плечу, и обняла его.

Клэй ничего не говорил, пока мы двигались под музыку. Было восхитительно ощущать, как его тело прижималось к моему. Я чувствовала себя полностью живой. Музыка будто проплывала над нами, и казалось, будто мы одни в комнате. Я чувствовала пальцы Клэя в своих волосах, которые нежно поглаживали меня, и вздохнула от удовольствия.

Вот как все должно было быть. Сегодня были только он и я. Вместе. — Мэгги, — пробормотал он в мои волосы, и я отодвинулась, чтобы посмотреть на него. Он смотрел на меня сверху вниз, будто медленно ласкал мое лицо. Клэй умел превратить меня в лужицу. Он хоть представлял, что делал со мной? Мы смотрели друг на друга бесконечно. Я замерла на месте.

Мы перестали танцевать и просто держали друг друга, когда песня подошла к концу. И когда я думала, что наш момент пришел, что мы не будем больше ждать, все закончилось. — Клэй. Я хочу следующий танец. Пошли. — Вдруг тут появилась Дана и повисла на его руке. Клэй не отрывал своих глаз от моих, словно спрашивая меня. Он хотел, чтобы я остановила его? Чего он ожидал от меня?

Но эта порочная эмоция, называемая ревностью, делала меня плохой. — Пожалуйста, не позволяй мне задерживать тебя, — сказала я едко, выбираясь из рук Клэя. Могу поклясться, я видела вспышку боли в его глазах. Но он убрал руку с моей талии и позволил Дане увести его. Прочь от меня и от того, чтобы там не происходило между нами всего секунду назад.

Я не могла помочь себе, поэтому пошла прочь с танцплощадки и рухнула на металлический стул за нашим солом. Рэйчел сидела там одна, выглядя такой же несчастной, как и я. — Где Дэниел? —спросила я ее. Рэйчел указала пальцем в направлении стола с пуншем, где Дэниел был вовлечен в очень горячую дискуссию с Кайли.

Великолепно, мы обе были брошены. Так много для фантастического вечера. — Где Клэй? —спросила она меня в ответ. Я указала пальцем в направлении танцплощадки, где Дана обернула себя вокруг него. Я ничего не могла с собой поделать, получая садистское удовольствие от того факта, что он не наслаждался этим.

Рэйчел тяжело вздохнула. — Что такое происходит с этими глупыми парнями? — спросила она. Я облокотилась на стол, подперев подбородок рукой. — Это парни, Рэйч. Они - идиоты. — Мы сидели там и хандрили еще несколько минут, но топом Рэйчел быстро встала на ноги.

— Довольно этого дерьма. Мы не собираемся плакать из-за них. Мы здесь для того, чтобы веселиться и к черту все, ведь именно это мы собираемся делать. — Она подняла меня на ноги, и я смеялась, пока мы продвигались к танцплощадке.

Рэйчел ткнула незнакомого парня в плечо. Он обернулся и удивленно уставился на нее. Он был милым, в каком-то странном понимании, но выглядел довольным от ее внимания. Она указала на него и друга, стоящего позади него. — Вы двое сейчас потанцуете с нами. — Она взяла парня за руку и притянула его к себе. Второй парень выглядел неуверенным в том, что ему делать. Я улыбнулась ему, и это было тем поощрением, в котором он нуждался.

Скоро он зажал меня в очень тесные объятия, пока мы танцевали под техно музыку. Мой партнер очень сильно старался быть клёвым и пытался тереться об меня. Я старалась создать между нами хоть какое-то пространство, но он продолжал притягивать меня к себе.

К счастью, вскоре после этого, песня закончилась, и мы с Рэйчел обнаружили, что танцуем уже с другими парнями. Тридцать минут спустя мы пять раз меняли партнеров и действительно наслаждались происходящим. Я не думала о Клэе, и было очевидно, что Рэйчел не думала о Дэниеле.

Снова началась медленная песня, и парень, с которым я танцевала, Люк Тайлер, который был в футбольной команде, спросил, хотела ли я потанцевать и этот танец с ним. Я согласилась, и мы начали двигаться под музыку. Я не смогла расслабиться с ним так, как когда танцевала с Клэем. Но он был уважительным, и я не передвигала его руки оттуда, где они не должны были находиться.

Мы были на середине песни, когда кто-то прервал нас. — Я вас разобью. — Я подняла глаза и увидела Клэя, который стоял здесь и выглядел, очень, очень расстроенным. Люк нахмурился. — Чувак, мы тут танцуем. — Люк развернул нас от Клэя, который следовал за нами. Что за черт?

— Я сказал, что разобью вас. — Шея и лицо Клэя становились тревожно-красного оттенка. Люк выпрямился и был раздражен агрессивным отношением Клэя. — А я сказал тебе, что мы танцуем. Так что отвали. — Клэй сдернул руку Люка с моей талии и толкнул его назад.

— Клэй. Остановись! — Закричала я. Люк был злым. — В чем твоя проблема, парень? — Клэй снова толкнул его на другого парня с такой агрессией, которая напугала меня. Я сжала руку Клэя, чтобы остановить его. — Что ты делаешь? Тебя выгонят отсюда! — Крикнула я. Клэй забрал свою руку из моей, пытаясь ринуться на Люка. Его трясло, и он выглядел так, будто сейчас взорвется. — К черту это. Я ухожу, — сказал он сквозь сжатые зубы и начал прокладывать себе путь через толпу, которая уже успела образоваться.

Я стояла там, совершенно пораженная его поведением. Я развернулась к Люку, который старался успокоиться. — Это был твой парень что ли? — спросил он. Я покачала головой. Я не знала, кто это был. — Прости, — пробормотала я, покидая танцплощадку.

Рэйчел перехватила меня, когда я направилась за своим клатчем. — Что это было? Клэй только что вылетел отсюда так, будто его задница в огне. — Я не знала, как ей ответить, и мне надо было найти Клэя. — Куда он пошел? — Спросила я ее. — Ни в коем случае. Он выглядел очень злым. Дай ему время успокоиться, — обосновала Рэйчел. Она выглядела обеспокоенной.

Я взяла свой клатч и пошла к выходу. — Я иду за ним, Рэйч. Мне нужно поговорить с ним. —Рэйчел отпустила меня, качая головой. — Мне это не нравится, Мэгги. Он казался странным. Я, правда, думаю, что ты должна оставить это на потом. — Я не хотела слышать ее совет. Моей единственной целью было найти Клэя.

Я протиснулась мимо Рэйчел, вышла через двери спортзала и осмотрела темный коридор. Клэя не было. Выйдя из здания, я оказалась на прохладном ночном воздухе. — Клэй? — крикнула я. Осмотрев парковку, я никого не увидела. Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, я обошла школу, идя к футбольному полю и трибунам.

Я услышала громкий удар, последовавший за яростным ревом. Черт, думаю, я нашла его. Повернув за угол, я увидела Клэя, стоящего под металлическими трибунами и держащего руку на груди. Он тяжело дышал. — Клэй? — позвала я его. Он поднял глаза и отвернулся от меня.

— Уходи, Мэгги. Серьезно. Я не могу быть сейчас рядом с тобой. — Он был очень злым, и я просто не понимала, откуда это идет. Но он не мог говорить мне, что делать, поэтому я продолжила приближаться к нему.

Заметив, что я подхожу, Клэй закричал на всю силу своих легких. — Я сказал, уходи отсюда к чертовой матери. — Я остановилась. Хорошо, сейчас он пугал меня. — Почему ты так зол на меня? Что я сделала? — спросила я его, стоя на расстоянии в пятнадцати футов от него.

Клэй покачал головой и послышался булькающий крик, когда он ударил рукой по балке. Черт. Я бросилась к нему и взяла его раненую руку в свою. Выглядело так, будто он сломал две костяшки пальцев. Они были неприятного фиолетового цвета, и там проглядывался желтый цвет кости. — Что ты делаешь? — плакала я.

Дрожь в теле Клэя встряхнула и меня. — Я просто хочу побыть один. Пожалуйста, уходи. —Злость ушла из его голоса, и он звучал очень устало. Я вытащила платок из своего клатча, и вытерла тыльную сторону его ладони, где начала сочиться кровь.

— Нет, пока ты не скажешь мне, почему ты такой злой. — Настаивала я на своем. Клэй пытался выдернуть свою руку, но я отказалась отпустить его. — Перестань закрываться от меня, Клэй, —предупредила я его. Клэй опустил голову, борьба покинула его. — Ты перестал принимать их, не так ли, — сказала я больше утвердительно, чем вопросительно.

Клэй опустился на землю, не беспокоясь о том, что запачкает пылью и грязью свою одежду. — Да, хорошо. Я перестал принимать их три дня назад. Счастлива? — едко спросил он меня. Хорошо, вот сейчас я была расстроена. — Счастлива? Счастлива!?! — кричала я на него. — О, я просто в восторге от того, что ты не принимаешь лекарства, которые останавливают тебя от того, чтобы ты стал бушующим сумасшедшим. Я здесь на седьмом небе от счастья, — саркастически сказала я и повернулась, чтобы уйти, уставшая от его драмы. Моя ночь была разрушена им по нескольким фронтам, и я была готова отправиться домой.

Я начала уходить, когда услышала, что он поднялся на ноги и побежал за мной. — Не уходи, Мэгги. Пожалуйста. Ты нужна мне здесь, — умолял он меня. Снова это слово. Нужда. Он нуждался во мне. И какая-то раздражающая девчачья часть меня была в восторге от его слов, когда рациональная была от них в шоке.

— Ты только что сказал мне уйти, Клэй. — сказала я, не позволяя ему потянуть меня назад. Он вздохнул. — Я знаю, что сказал это. Я просто не хотел, чтобы ты видела меня таким...снова. — Тогда прими свое лекарство, Клэй, и у нас не будет этих проблем, — сказала я жестко. Я попыталась уйти от него, но он схватил меня за руку. — Останься со мной. Пожалуйста. — Он звучал так разбито, и я ненавидела то, как он влиял на меня, даже когда знала, что должна убираться к черту отсюда.

— Почему ты вел себя так? Это было унизительно, — сказала я ему, все еще отказываясь смотреть на него. — Посмотри на меня, — умолял он, потянув меня за плечи, пока я не оказалась к нему лицом. Глаза у него были безумные, и он быстро дышал, словно у него была паника. — Я не мог стоять и смотреть, как ты танцевала с тем парнем. Его руки были на тебе, и я думал, что могу потерять тебя. Ну, я предполагаю, что потерял. — Он невесело усмехнулся.

Его слова расстроили меня. — Кем ты себя возомнил? Ты провел целый вечер, танцуя с другими девушками! Но мне не позволяется танцевать с другими парнями? Что за тупые двойные стандарты? —Он вздрогнул от моего гнева. Боже. Он свел меня с ума и должен увидеть это.

— Ты права, но я не хотел танцевать с этими девушка. Ты думаешь, меня волнует Дана или кто-то еще? Потому что меня они не волнуют! Я никогда не беспокоился о них, потому что они - не ты! Но ты постоянно бросаешь меня в дружескую зону. Мне казалось, ты не хочешь быть со мной! Я что-то неправильно понял? — Он звучал отчаянно. Где, черт возьми, он взял идею о том, что я хочу, чтобы он был с другими девушками? Разве было не очевидно за последние несколько месяцев, что я схожу по нему с ума? Может, он был более сумасшедший, чем я думала.

Я покачала головой, мои мысли запутались, и моя грудь сжалась. Мы должны были остановить эти американские горки. Я вырвалась из захвата Клэя. Клэй выглядел испуганно и снова попытался поймать меня. Я покачала головой, и он опустил руки. Он смотрел на меня так, будто я разбивала его сердце, что было сумасшествием, потому что я даже не знала, что оно было моим. — Когда ты в комнате, Мэгги, все, что я вижу, это ты. Ты делаешь все лучше. Яснее. Ты останавливаешь сумасшедший шум в моей голове. Я могу думать, черт возьми, могу дышать, когда мы вместе. То, что ты заставляешь меня чувствовать, это самая невероятная и ужасная вещь, которую я когда-либо чувствовал. — Мои глаза распахнулись от этого признания. Я ничего не хотела говорить, не хотела разрушать чары, которые мы создали.

— Я никогда не думал, что заслуживаю быть счастливым. Со всем этим дерьмом, которое творилось во Флориде, было ощущение, что моя жизнь закончилась. Переезд сюда, в Вирджинию, мог стать смертным приговором. Но потом ты буквально налетела на меня. — Мы оба рассмеялись над выбором его слов, ослабляя напряжение между нами.

Клэй взял мои руки и положил их себе на сердце. Я могла чувствовать неустойчивое биение под своей ладонью. — Ты ворвалась в мою жизнь, такая красивая, потрясающая девушка, которая изменила все. Я, наконец, увидел, каким может быть мой мир. Почувствовал какого это, быть нормальным и счастливым. Ты давала мне все, чего я уже и не думал, что смогу иметь. Меня пугает мысль о жизни без тебя. О том, что я не смогу видеть твою улыбку или слышать твой голос. И когда ты не остановила меня, когда появилась Дана, а потом пошла танцевать с этим придурком, я думал, ты громко и ясно даешь мне понять, что у меня нет с тобой шанса. И все что я мог видеть в тот момент - свою жизни без тебя. И она была чертовски темной и ужасной.

Я закрыла глаза, чувствуя уколы слез в своих глазах. Как я могу оставаться злой, когда он говорил все, что я хотела услышать с тех пор, как его встретила? Даже в разгар этого вихря, он заставил меня чувствовать себя живой и обожаемой. Какая девушка может устоять перед такой комбинацией?

И это было время, когда я раскрыла собственную истину.

— Это так смешно. Я с ума схожу по тебе. Я хотела быть с тобой с тех пор, как ворвалась в твою жизнь, в буквальном смысле этого слова. Даже когда ты был самой большой колючкой на планете, я хотела тебя, но думала, что быть твоим другом - это все, с чем ты сможешь справиться. Ну, ты знаешь, со всем, что происходит с тобой... — Я посмотрела на свои ноги. Не хотела, чтобы он видел мою собственную уязвимость.

Я слышала, как Клэй резко вздохнул, и почувствовала его пальцы на своей щеке. — Мэгс, я хочу того же. Ты понятия не имеешь, как сильно. Но ты все говорила и говорила, что я просто твой чертов друг, — сказал он отчаянно. Я покачала головой, мои волосы безвольно упали на плечи. Лак для волос и начес уже опали.

— Ты болен, Клэй. Я не хотела все чрезмерно усложнять, — оправдывалась я. Клэй притянул меня к себе в объятия, а и я не сопротивлялась. — Нет, Мэгги! Нет, нет, нет! Я не могу быть просто твоим другом. Меня сводит с ума одна мысль о том, что сдерживать все то, что я действительно хочу сказать. Я должен быть с тобой! Это единственное, что имеет смысл в моей безумной, чертовой жизни. — Он был таким страстным в своем высказывании.

Я застыла в его руках, не уверенная, что делать. Он зарылся лицом в мои волосы. — Я не в порядке. Если бы я был менее эгоистичным, то позволил бы тебе уйти. Знаю, что у меня куча проблем, я никогда не был близок к восстановлению. Но я не лгал, когда говорил, что ты заставляешь меня чувствовать, что я могу справиться с этим.

— Так мы можем попробовать? Даже если это продлиться час? — фыркнула я. Он цитировал мне Yo La Tengo[18] после всего, через что он провел меня? Сначала японская поэзия, теперь инди-рок. Что дальше? Споет мне под окном серенаду Depeche Mode[19]?

Но если и была вещь, которую я выучила о Клэйтоне Риде, так это то, что я не могла противостоять ему. Он мог очаровать трусики монашки, если бы захотел этого.

Медленно я подняла руки вверх, пока мы не обняли друг друга. Даже в туманном свечении удовлетворенности, я беспокоилась, что мною он пытался заменить потребность в лекарствах. Я не хотела стать его опорой. Я хотела, чтобы он был здоровым и сделал это для себя.

Все эти опасения крутились в моей голове, делая решение очень трудным. А потом он прижался своими губами к моим. Шепот мягкого прикосновения его губ, и все - мои опасения, мои проблемы, мои сомнения насчет нашего будущего - потерялось в потрясающем ощущении его рта, его языка и легких укусов его зубов на моей нижней губе.

Мы целовались некоторое время. Его руки запутались в моих волосах. Мои пальцы забрались под его пиджак, прикасаясь к его коже. Я тяжело дышала, осознавая, что погибла. Меня затягивал вниз сильный прибой. Внутрь чего-то, что выглядело прекрасной темнотой. И я была рада потерять себя в этом.

ГЛАВА 11

Просто удивительно, как нечто, по замыслу, настолько незначительное в моей жизни, сейчас стало для меня целым миром. Через три недели после «Осеннего Бала» я парила. Если раньше я думала, что мне было недостаточно Клэя, когда мы были просто друзьями, то теперь я осознала, что это было ничто по сравнению с ненасытной потребностью, которую я обнаружила, когда он стал моим парнем.

Мой парень.

Кто мог подумать?

— Тьфу. Может, вы ребята уже снимите комнату? — Дэниел издал тошнотворный звук с другой стороны стола во время ленча. Я рассмеялась, а Клэй тем временем целовал мягкое местечко у меня за ухом. Он уткнулся носом мне в шею, и я наклонилась в сторону его прикосновения.

— О, Дэниел, замолчи. Ты просто ревнуешь, а все потому, что Кайли рассталась с тобой...снова, — с ненавистью сказала Рэйчел. Двое моих лучших друзей были единственным темным пятном в моем эйфорическом состоянии, которое вызвал Клэй. С той ночи на танцах, после того, как Дэниел бессердечно бросил Рэйчел для того, чтобы наладить отношения с Кайли (которая, к слову, бросила его через три дня), они встали друг у друга поперек горла.

Лично я была полностью на стороне Рэйчел, хотя обычно я старалась быть между ними незаинтересованной Швейцарией. Но то, что сделал Дэниел, было мерзко, поэтому он заслуживал каждую унцию абсолютно стервозного к нему отношения со стороны Рэйчел.

Дэниел скривил губы на Рэйчел, но ничего не ответил, сердито перемешивая пюре на своем подносе. Напряженность между ними была очевидной. Клэй откашлялся, чувствуя себя немного неуверенно.

— И так, ребята, какие у вас планы на выходные в честь Дня Благодарения? — спросил Клэй, стараясь разрушить напряженную тишину, которая окружила наш стол. Рэйчел покачала головой, и Дэниел проворчал что-то невнятное себе под нос.

Я прижалась к груди Клэя. — Мне следует расценить это как... «может быть»? — Я предложила утверждение, преподнеся его как вопрос, стараясь выпросить хоть немного уважения от моих убогих друзей. — Ну, у меня есть идея, — заговорил Клэй, привлекая всеобщее внимание.

Дэниел перестал перемешивать свой картофель, и Рэйчел, наконец, оторвалась от своего журнала «Космо». — Да? И что же это за идея? — спросила я его. Клэй улыбнулся мне и поцеловал кончик моего носа. Я любила, когда он делал подобные вещи. Он всегда мог заставить меня чувствовать себя бесконечно ценной. Будто я была самой драгоценной вещью в его вселенной.

— Ну, у девушки Руби - Лисы, есть домик на озере Франклина. Может быть, мы могли бы поехать туда с ночевкой. Скажем, например, в субботу, после Дня Благодарения? Там очень хорошо: спутниковое ТВ, огромное джакузи…. Это должно быть очень весело, — Клэйтон звучал взволновано.

Я была рада видеть эту добродушную сторону Клэя. Он снова начал принимать литий, начиная с той ночи после бала. Несмотря на мое счастье по этому поводу, я продолжала наблюдать за ним. Искала любой знак, который бы мог свидетельствовать о том, что он лгал мне о лекарствах и перестал их принимать.

Глубоко в душе я понимала, что моя осторожность, когда он был обеспокоен, была не очень хорошим знаком для долгосрочности наших отношений. Но прямо сейчас Клэй принимал свои лекарства, и, казалось, они уравновешивают его. Он все еще сильно уставал, и у него по-прежнему не было аппетита, но теперь он был менее зомбирован, чем в прошлый раз, когда был на таблетках. Клэй сказал, что они, должно быть, акклиматизировались в его организме, ведь он принимал их уже довольно длительное время.

Ну, что бы там ни было, я была рада видеть его таким.

— И что вы думаете об этом? — спросил Клэй у всех, сидящих за столом, вырывая меня из моих мыслей. Я ценила то, что Клэй пытался войти в наш круг. Он боролся с отчужденностью моих друзей. Большую часть он и я продолжали жить в нашем изолированном пузыре. Я знала, что если буду проводить почти все свое время с ним, забыв про своих друзей, то это негативно повлияет на нашу дружбу. Но я была в блаженных муках брачного периода. Я не могла в этом ошибаться, правда?

По большей части, Рэйчел старалась быть приятной, хотя и смотрела на нас настороженно. Я знала, что она беспокоится обо мне после того эпизода на танцах, где Клэй проявил себя как Халк. Что же касается Дэниела, то он по-прежнему удерживал Клэя на расстоянии вытянутой руки. Но было заметно, что он очень старался ради меня. И поэтому, приглашение на прогулку, адресованное им Клэем, было прекрасной возможностью для всех нас. Я надеялась, что это был отличный шаг в правильном направлении, который позволит объединить эти части моей жизни.

Сжав руку Клэя, я показала, насколько признательна за этот его жест. Клэй послал мне застенчивую улыбку. Я потянулась и смахнула выбившийся локон с его глаз, позволяя пальцам задержаться на его коже. Его взгляд смягчился, и я задрожала от головокружения.

Дэниел закатил на нас глаза, и я опустила руку на колени. Посмотрев на друга, я увидела, что он приподнял брови, глядя прямо на меня. — Мне кажется, звучит очень здорово, — сказала я, посылая Дэниелу многозначительный взгляд.

Рэйчел не подняла глаз и только пожала плечами. — Не знаю. Все будет зависеть от того, какие планы у моей семьи. — Я вздохнула в отчаянии. Я знала, что Рэйчел не хотела проводить много времени со своей расширенной семьей. Ее дедушка и бабушка выводили ее из себя, а её тети и дяди, по большей части, были кучей придурков. Нет, она просто была упрямой.

— Ну, я думаю, звучит клёво, — пропищал Дэниел, удивляя меня. Рэйчел застыла рядом с ним. Я знала, он терзал ее. Чтобы не отстать, Рэйчел села прямо. — Ну, я тоже думаю, что это звучит круто. Я «за», — сказала она сквозь стиснутые зубы. Великолепно. Может, это была не такая уж и хорошая идея.

— Фантастика. Значит, мы все едем, — коротко сказал Дэниел, засовывая вилку в горох. Клэй вопросительно посмотрел на меня. Я подняла плечи в смирении. — Вы двое должны быть милыми, или мы оставим ваши задницы здесь. Вот такое вот справедливое предупреждение, — сказала я, грозя им двоим пальцем.

Дэниел и Рэйчел быстро переглянулись, а потом также быстро отвели друг от друга взгляд. Рэйчел неуверенно улыбнулась Клэю. — Спасибо, что пригласил нас. — Всегда пожалуйста, — ответил Клэй, все еще чувствуя себя неловко из-за антагонистической атмосферы, которую излучали мои друзья.

— Я пойду возьму себе содовую. Хочешь что-нибудь? — спросил меня Клэй. — Я тоже хочу содовую. — Я откопала пару монет в своем кошельке и попыталась дать их ему. Клэй оттолкнул мою руку и улыбнулся. — У меня есть деньги, малыш, — сказал он мягко, и я засветилась от его ласки.

Клэй поднялся и пошел за нашими напитками. Я обернулась на своих друзей и послала им смертельный взгляд. — Вы двое должны уладить все свои проблемы. Клэй прилагает огромные усилия, чтобы быть милым. По крайней мере, вы могли бы уладить королевскую битву между вами хотя бы на какое-то время. Знаете, вы не должны делать несчастными и всех остальных. — Рэйчел и Дэниел заворчали, но холод между ними немного растаял. — Привет, ребята, — я почувствовала, что скамейка прогнулась, когда кто-то сел рядом со мной. Посмотрев в сторону, я увидела Джейка Фитцсиммонса, который ухмылялся, тыря кусочек брауни с моей тарелки.

— Возьми свой собственный брауни, Джейк. Руки прочь от моего, — я ударила его по руке, посылая ему маленькую улыбку. Мы втроем знали Джейка еще с детского садика. Он был очень милым, но никогда не был искусным в проявлении своей влюбленности по отношению ко мне.

Я посмотрела на Клэя, но он все еще стоял в очереди к торговому автомату. — Дэниел, тренер просил передать тебе, что сегодня тренировка отменяется, — сказал Джейк, забирая еще больше моего брауни. Я отодвинула свой поднос подальше от него.

Джейк и Дэниел вместе были в баскетбольной команде, а весной еще и в команде по футболу. — Спасибо, что предупредил, чувак. Теперь у меня есть свободное послеобеденное время, что очень здорово, потому что у меня чертова куча домашней работы, которую еще надо закончить.

— Что ты делаешь сегодня днем, Мэгги? Тебе не кажется, что твое времяпрепровождение будет связанно со мной? — Джек пошевелил бровями, и я ухмыльнулась. Он был просто ужасен в плане флирта. Парень снова потянулся за моей едой, и я схватила его за руку. — Еще один кусочек и я ударю тебя, — предупредила я его, обхватив пальцами его запястье.

Джейк засмеялся и притворился, что снова тянется за моим ленчем. Я оттолкнула его назад, все еще держа его за руку, что, думаю, выглядело не очень хорошо, потому что в этот самый момент Клэй, наконец, вернулся. — Свали к черту с моего места, — Клэй злобно сказал позади меня. Я заметила, как глаза Рэйчел округлились, когда она посмотрела мне за плечо.

Я отбросила руку Джейка, словно она была в огне. Улыбка пропала с его лица, и он, нахмурившись, посмотрел на Клэя. — Извини, чувак. Я просто поздоровался. Я уже собирался уходить. — Джейк звучал нервно. Когда я посмотрела на потемневшее лицо Клэя, то поняла почему. Он выглядел смертоносно.

— Убери свои руки от моей девушки, до того, как я сломаю твои чертовы пальцы. — Зарычал Клэй, придвигаясь агрессивно. Джек поднялся и выставил руки перед собой. — Слушай, парень. Я не знаю, в чем твоя проблема, но я просто поздоровался. Нет нужды злиться. — Лицо Клэя стало красным, и я подумала, что он вот-вот схватит Джейка.

Я встала между ними лицом к лицу с Клэем. — Остынь, Клэй. Он уже уходил. — Я обернулась на Джейка и многозначительно сказала: — Пока, Джейк. — Джейк смотрел на меня и Клэя с беспокойством. — Ты уверена, что все хорошо? — спросил он меня мягко. Клэй снова двинулся вперед, и я не была уверена, что смогу остановить его от усложнения ситуации, если Джейк не уйдет.

— Все хорошо, — сказала я. Мои глаза умоляли Джейка свалить отсюда к черту. Джейк нахмурился, посмотрев на Клэя. — Ок. Ну, тогда еще увидимся. — Он помахал Рэйчел, Дэниелу и умчался отсюда.

— В чем твоя проблема? — спросил Дэниел, расстроенный отношением Клэя к своему другу. Клэй проигнорировал вопрос, направляя свой гнев на меня. — Что, черт возьми, это было? — зашипел он на меня. Его глаза были полны гнева и обвинения.

— Ничего. Он просто друг. Успокойся, хорошо? Ты создаешь сцену. — Я оглядела столы вокруг нас и поняла, что все наблюдали за нашей ситуацией, словно это было, черт возьми, «Шоу Джерри Спрингера».

Я попыталась положить руку на Клэя, надеясь, что физический контакт прорвется сквозь его ярость. Он попятился от меня, будто у меня заразная болезнь. — Ты позволила ему трогать себя! Ты, черт возьми, позволила ему трогать себя, — заорал он мне в лицо. Я покраснела от смущения. Боже, можно подумать, меня поймали за занятием секса с другим парнем или нечто подобное! Реакция Клэя была нелепой!

— Достаточно, Клэй. Отвали! — Рэйчел обошла стол и оттащила меня от моего парня. Клэй посмотрел на Рэйчел. Его темные глаза горели. — Отлично. Я отваливаю, отваливаю к черту отсюда. — Он схватил свою сумку и вылетел из кафетерия.

Я болезненно ощущала тишину вокруг нас. Я хотела свернуться в крошечный комочек унижения. — Что это было за дерьмо, Мэгс? Я надеру ему задницу за то, как он к тебе относится, —рассердился Дэниел. — Нет, Дэнни. У него просто стресс. Все будет нормально. Не настраивайся против него. Пожалуйста! — умоляла я. Дэниел уставился на меня, будто я говорила на другом языке.

Рэйчел обеспокоенно посмотрела на меня. — Мне это не нравится, Мэгги. То, как Клэй себя вел - это не нормально. — Нормально. Ха! Если бы Рэйчел знала хоть половину. Я слабо улыбнулась, надеясь успокоить их. — Нет, все будет хорошо. Ладно вам, вы тоже расстроитесь, если увидите, как кто-то флиртует с вашим парнем или девушкой. Он просто был удивлен, — неубедительно рассуждала я.

Дэниел выглядел так, словно не купился на мои слова. — Нет, я не могу сказать, чтобы у меня когда-либо была такая реакция. Клянусь, если он когда-либо поднимет на тебя руку... — Я прервала его. — Довольно, Дэнни. Клэй никогда не сделает мне больно, клянусь. — Есть очень много случаев обидеть кого-то, Мэгс, — сказала тихо Рэйчел, когда прозвенел звонок, сигнализируя о том, что ленч закончился. Я чувствовала боль в животе, потому что знала, что она права.

* * *

Я не была уверена в том, что Клэй будет ждать меня после пар, чтобы отвезти домой. Я не видела его весь оставшийся день, и мое сердце болело, когда я думала о том, каким злым он был. Рэйчел попыталась несколько раз заговорить со мной об этом, но я обрывала ее, отказываясь обсуждать это с ней.

Я понимала, что она и Дэниел просто заботятся обо мне, но их переживания раздражали меня. Они понятия не имели, через что проходит Клэй каждый день. Как тяжело ему было держать себя в руках. Они не видели, как красивы и идеальны мы были вместе.

Они просто не понимали.

— Ты хочешь, чтобы я отвез тебя домой? — спросил меня Дэнни, поджидая меня у моего шкафчика в конце учебного дня. Я все еще не видела Клэя, но не хотела проводить следующие пятнадцать минут, пересказывая состояние наших отношений одному из своих друзей.

— Не-а. Я уверена, Клэй ждет у машины, — сказала я ему, хлопнув дверцей шкафчика. Дэниел взял меня за руку и сжал ее. — Я не уверен, что тебе следует ехать с ним. Я знаю, что был прав, когда думал о том, что он нестабилен. Думаю, тебе надо держаться от него подальше.

Я вырвала свою руку. — Заткнись, Дэнни. Он не нестабилен. Он просто немного приревновал. Это не большое дело! Не смей стоять здесь и судить его! Я видела, как ты делал глупые вещи из-за Кайли. Так что дай ему время, — холодно сказала я. Дэниел посмотрел на меня так, будто я ударила его. Я никогда не повышала на него голос, при этом все время с ним огрызаясь.

Я чувствовала напряжение в нашей дружбе и ненавидела это. Но будь я проклята, если позволю себе стоять там и оправдываться за мои чувства к Клэю перед ним или кем-то еще. — Это не справедливо. Я никогда так не взрывался, и ты знаешь это, — рассуждал Дэниел.

Я вздохнула, позволяя моим плечам упасть. — Может ты просто никогда так сильно не заботился о ком-то, чтобы испытывать то, что Клэй чувствует ко мне. — Я звучала, как идиотка, и я сама это понимала. Клэй заботился обо мне так сильно, что даже я знала, на каком-то интуитивном уровне, что это не оправдывало то, как он поступил.

— Ну, если ты спросишь меня, то это дерьмовый способ показать кому-то свою заботу, — пошутил Дэниел, выходя следом за мной через за калитку на тротуар за пределами школы. Я остановилась и обернулась, обнимая Дэнни. — Я ценю твое беспокойство. Я так сильно тебя люблю. Но поверь мне, все будет хорошо. Клэй и я будем работать над этим, и я не хочу, чтобы ты, большой братик, всегда был рядом. Я хочу, чтобы вы оба поладили. Вы самые важные люди в моей жизни. Так что, пожалуйста, для меня... просто отпусти это, — просила я.

Дэниел выглядел разорванным. Я знаю, это шло вразрез с его защитными инстинктами. Мы дошли до стоянки, и я посмотрела туда, где стояла машина Клэя. Мое сердце учащенно забилось, когда я увидела его, стоящего там и прислонившегося к «BMW». Его руки были погружены в карманы куртки. Он смотрел на меня с опаской.

Дэниел проследил за моим взглядом. — Мне это не нравится, Мэгс. Я серьезно. Просто будь осторожна. — Я кивнула, подходя к Клэю. Дэнни следовал за мной, и мы оба остановились, когда оказались у машины. Клэй смотрел на меня так, будто думал, что я могу убежать. Его глаза были грустными, и я испытала угрызения совести за то, что заставила его так себя чувствовать.

Почему я испытывала чувство вины, было выше моего понимания. Но, тем не менее, я чувствовала ее. — Привет, Мэгги, — сказал он тихо. Мое имя было вздохом на его губах. — Привет, —ответила я, тоже тихо. — Послушай, Клэй. Я понятия не имею, что с тобой было на ленче. Но я не хочу видеть это дерьмо снова. Мэгги - особенная, и я переломаю тебе ноги, если ты обидишь ее, — прервал резко Дэниел.

Я хотела толкнуть его. Разве я не сказала ему только что, чтобы он угомонил немного свою защиту?

Клэй не отрывал своих глаз от моих, даже когда отвечал Дэниелю. — Понимаю. Я был ужасен. Мне очень жаль. Если я обижу ее, то я сам бы хотел, чтобы ты сломал мне ноги, клянусь. — Мое горло сжалось.

Дэниел заворчал рядом со мной, но ни я, ни Клэй не отвели взгляда. — Что ж, пока мы понимаем друг друга, и это здорово. Увидимся тогда позже, ребята, — неохотно сказал Дэниел. Я быстро посмотрела на него. — Спасибо, Дэнни. Я позвоню тебе позже, — убеждала я. Дэниел улыбнулся мне. — Ок, тогда и поговорим. Дэниел снова посмотрел на Клэя и пошел прочь.

Клэй потянулся и взял свою руку в мою. Он притянул меня ближе, и я охотно подошла. — Мне так жаль, Мэгги. Ты понятия не имеешь, как сильно, — прошептал он, обнимая меня и прижимая к груди. Я положила щеку на грубую ткань его куртки и закрыла глаза.

— Я просто не понимаю, что я сделала? — спросила я мягко. Я чувствовала, как Клэй вздрогнул. — Это не ты! Это я и моя глупая неуверенность. Я увидел, как ты разговариваешь...трогаешь другого парня, и просто забылся. Я так боюсь потерять тебя, что это просто сводит меня с ума! — сказал он быстро. Его пальцы массировали заднюю часть моей шеи, и я чувствовала, как он зарылся лицом в мои волосы.

Я отстранилась и посмотрела на него. Он выглядел несчастным, а я ненавидела подобное. — Ты не можешь все время вести себя так, когда я разговариваю с другими парнями, Клэй. Это иррационально и немного пугающе. Я с тобой! Только ты! Я не знаю, как заставить тебя увидеть это! —умоляла я, взяв его лицо в ладони.

Клэй закрыл глаза, накрыл одну мою руку своей и, поднеся ее к своим губам, поцеловал ладонь. — Я знаю это! Я никогда не хотел, чтобы ты боялась меня. Никогда, — выдавил он. Он выглядел так, будто еле выдерживает все это.

Я терпеть не могла видеть его таким разбитым. Я наклонилась и мягко поцеловала его в губы. — Я люблю тебя, Клэй, — пробормотала я ему в губы. Его глаза расширились в удивлении. Потом счастливое удовольствие сменило тоску на его лице. Он обрушил свои губы на мои, его руки отчаянно обхватили мое тело.

— Я тоже люблю тебя, Мэгги. Я так сильно люблю тебя! — он обнял меня очень сильно. Мы прижались друг к другу, стараясь быть настолько близко, насколько это возможно. — Я твоя, Клэй, —сказала я мягко, и он начал одаривать поцелуями мои щеки, мою шею, волосы. — Моя, — прорычал он, перед тем, как снова захватить мои губы.

ГЛАВА 12

Сказать, что следующие несколько дней были напряженными, значит, ничего не сказать. Клэй снова присоединился к Рэйчел, Дэниелю и ко мне за ленчем. На следующий день, после его кризиса с Джейком, он неуклюже извинился перед моими друзьями за свое поведение. Рэйчел приняла его извинения, по большей части, из-за уважения ко мне. Дэниел же все еще прохладно относился к Клэю, но через неделю, он стал менее отчужденным. Иллюзия «мира» опустилась на наш маленький круг, и я, наконец-таки, могла спокойно вздохнуть.

Клэй немного перебарщивал с тем, чтобы доказать всем, что он добрый и любящий парень. Он почти каждый день оставлял красивые рисунки в моем шкафчике. На каждом из них была изображена бабочка в различной степени детализации. Каждое последующее было более невероятным, чем предыдущее.

Когда я спросила его, почему он рисует бабочек, он мягко поцеловал меня в губы. — Потому что ты заставляешь меня чувствовать себя свободным. — Просто ответил он. Мое сердце растаяло и стекло в лужицу у моих ног. Он мог говорить и делать очень романтичные вещи.

Клэй снова затронул тему домика Лисы за ленчем. Я знала, он очень сильно старается изменить мнение Рэйчел и Дэниеля о себе. Мои друзья проявляли меньше энтузиазма, чем раньше. Но после того, как я немного поумоляла, они согласились, что это может быть весело.

Так что, мы строили планы о том, как проведем ночь в домике Лисы на каникулы в День Благодарения. Я отчаянно надеялась, что это сможет уничтожить пропасть, которую я чувствовала между моими друзьями и мной. Я знала, что они не одобряют мои отношения с Клэем. Я знала, они волновались из-за того, что мы погрузились в них слишком глубоко и слишком быстро. И я знала, они ни на минуту не забыли, на что был способен Клэй в гневе.

И это расстраивало меня. Потому что я чувствовала - и не важно, как сильно Клэй старался изменить их представления о нем, - их мнение оставалось неизменным. Несмотря на то, какими искренними они были перед ним.

Я стала защищать свои отношения с Клэем. Мне не хотелось, чтобы кто-то или что-то испортило то, что у нас есть. Я чувствовала, будто пытаюсь удержать кубик льда, который таял сквозь пальцы. Я не могла сдержать счастье, которое чувствовала в те моменты, когда все было хорошо. Потому что плохое маячило неподалеку, и только и ожидало момента, чтобы показаться и все испортить.

Мои надежды о том, чтобы изменить это, были связаны с поездкой загород. Клэй выглядел взволнованным этой поездкой, а мне нравилось видеть, с каким нетерпением он ждет этого. Видеть, как тягостная темнота стиралась настоящим и правдивым счастьем.

— Вау, ты действительно взволнован этой поездкой, да? — спросила я Клэя после школы. Мы лежали на кровати в моей спальне. Пришлось очень долго умолять Клэя, чтобы он снова вернулся в мой дом. И да, я знала, что нарушила одну из десяти заповедей моих родителей, но также я прекрасно понимала, что их не будут здесь еще около двух часов. Давая Клэю и мне достаточно времени, чтобы побыть вместе, до того, как он свалит отсюда к черту. Правда была в том, что даже гнев моих родителей не остановит меня от того, чтобы быть с ним. Я так отчаянно пыталась улучшить происходящее между нами, чтобы была готова рисковать.

Клэй перевернулся на бок, его ноги переплелись с моими, пока мы лежали вместе, обнимаясь. Он подпер голову рукой и посмотрел на меня. Погладив пальцами кожу на моем животе, он заставил меня начать извиваться.

— Да. Я действительно жду этого с нетерпением. Я очень рад, что все согласились приехать, —мягко сказал Клэй, и я почувствовала угрызения совести за сожаление, появившееся в его голосе. Я знала, что мои друзья думали о нем. Да и Клэй был не глуп. Я ненавидела, что он переживал это. Мы переживали это. Это не делало ситуацию проще, но ведь и мы сами никогда не делали её легкой.

Я внезапно села, удивив Клэя своим движением. Оседлав его бедра, я наклонилась к нему. Он откинулся на подушки. Его взгляд мгновенно изменился с грустного на тот, в котором читалось расплавленное желание. — Ты начинаешь вытворять такое, что очень быстро может выйти из-под контроля, — подразнил он меня, пробегая руками вверх по моим бокам. — Прекрати же это. — Я засмеялась. Клэй хихикнул и потянул мое лицо к себе для поцелуя. — Ммм… Ты на вкус, словно вишня, — пробормотал он напротив моих губ.

Я причмокнула губами. — Ты можешь поблагодарить за это «Lip Smackers». — Клэй снова засмеялся, и мое сердце сжалось от этого звука, а затем он поцеловал меня еще раз, но теперь уже дольше и глубже. — Спасибо тебе, «Lip Smackers», — произнес он хрипло, прежде чем прижаться губами к основанию моей шеи. Клэй сел, мои ноги обвились вокруг него, и он крепко прижал меня к своей груди.

— Просто подумай, Мэгс. Всю ночь вместе. Я так долго этого хотел, — прошептал он, задыхаясь, поцелуями прокладывая след от ключицы к моему уху. — Типичный парень, думаешь только пенисом, — грубо сказала я. Отличный способ испортить момент, Мэгги! Кажется, я наказываю саму себя.

Клэй ухмыльнулся, не отвлекаясь на выбор терминологии. — О нет, думаю я другими местами. Такими, как, например, мои руки,… — он положил руки на мою рубашку, и я ахнула, когда его ладони обхватили мою грудь. — …мои пальцы,…— прошептал он мне на ухо, пока его пальцы начали поглаживать мои соски, вызывая тепло в моем животе. — … мои губы. — Он пососал мочку моего уха, и я застонала. Клянусь, если бы он захотел, то мог бы взять меня прямо здесь и сейчас.

— О Боже, и что же мне с тобой делать? — весело произнес он, пока я становилась яростной под его губами. Я лихорадочно начала стягивать его одежду, стараясь побыстрее его раздеть. — Ну, знаешь, ты мог бы мне помочь, — надулась я, когда снова попыталась снять его рубашку через голову. Клэй только засмеялся и отстранился, громко меня целуя. — Помедленнее, тигрица. Не здесь, особенно после того раза, когда я был застукан в твоей комнате, и твой отец чуть не линчевал меня. И в тот раз мы ведь просто спали.

Я не собиралась отпускать его так легко. Я ловко расстегнула пуговицу на его джинсах, запуская руку ему за пояс. — Ты уверен в этом, Клэйтон? Ты, правда, хочешь, чтобы я остановилась? — Моя рука спускалась ниже и ниже, и я использовала другую руку, чтобы потянуть вниз его молнию.

Клэй глубоко застонал, его голова откинулась назад, когда я нашла то, что искала. Мои пальцы предварительно коснулись его, и ондернулся. Ничего не могла с собой поделать, но я улыбнулась своей победе. Потом он схватил мою руку и вытащил ее из штанов. — Ты злая, очень злая женщина, Мэгги Янг. Стараться соблазнить меня таким образом…. — легко сказал он, осторожно приподняв меня с колен и застегнув джинсы.

Я перевернулась на кровати и схватила подушку, бросив ее в него. — Ну, ты и гад, — пошутила я. Клэй поймал подушку и бросил ее обратно в меня. — Нет, я просто не хочу быть таким парнем, — объяснил он. Я в замешательстве нахмурилась. — Каким «таким парнем»? — спросила я.

Клэй вздохнул и сел. — Ну, знаешь, таким парнем, который выжидает момент, когда твоих родителей не будет дома, чтобы лишить девственности их дочь в кровати, в которой она спала с самого детства. Знаешь, таким парнем, который ищет любую возможность, чтобы раздеть тебя. Я был таким парнем раньше и больше не хочу.

Ок. Так, я логически оценила то, что он сказал. Я знала, он говорил мне, что достаточно заботится обо мне, чтобы не проявлять неуважение к моим родителям и их дому, занимаясь со мной сексом. Но дело в том, что из всего им сказанного, я зациклилась на том, что он проделывал все это с другими девушками (до меня), и не собирался делать это со мной! И это расстраивало меня. Что было не так со мной? Я не была достаточно хороша, чтобы разделить с ним такую близость? Я имею ввиду, было очевидно, что в прошлом он был менее разборчивым.

Я повернулась к нему спиной и поправила одежду, опустив бра на место, и собирала волосы в хвост. — Мэгс, — сказал тихо Клэй позади меня. Я наклонилась, подняла книгу по испанскому с пола и открыла ее. Клэй сел за мной. — Мэгги. Не расстраивайся, ну давай же, — он забрал книгу с моих колен, и я начала просто сидеть там, смотря на свои руки.

Я была смущена и, самое худшее, чувствовала себя отвергнутой.

— Посмотри на меня. — Я подняла свои глаза и посмотрела в его, которые были очень обеспокоенные. — Что я такого сказал? Из-за чего ты начала чувствовать себя так? — спросил он. Глупый, рассеянный парень. Мое лицо покраснело. — Итак, раньше у тебя было много секса. Ты занимался им со всеми этими левыми девушками, но сейчас ты не хочешь делать это со мной - твоей девушкой. Неужели я это заслужила? — спросила я глухо. Клэй убрал волосы с моего лица. — Ты глупая, очень глупая девочка. Откуда идет вся эта неуверенность? — Я начала вырываться, раздраженная тем, что он может бросить мою неуверенность мне в лицо, когда сам был причиной всего этого! Но он быстро схватил меня, держа меня за руки и заставляя смотреть прямо на него.

— То, что я делал раньше - было в другой жизни. Тогда я был другим человеком. Я не был тем, с кем бы ты захотела быть рядом, не говоря уже о том, чтобы встречаться. — Я начала протестовать против того, что он говорил. Начала утверждать, что я бы любила его независимо от того, каким он был, но он заставил меня замолчать.

— Нет, послушай, Мэгги. Я был нехорошим человеком. Я был болен и пристрастился к пагубным вещам. Так что да, у меня был секс. Я дурачился с различными девушками, но ни одна из них для меня ничего не значила. Эти девушки использовали меня, и я использовал их, чтобы попробовать и почувствовать хотя бы что-нибудь. Но все это было ложью. Потому что я ненавидел их. Ненавидел себя. Ничто не имело значение, пока я не встретил тебя. — Его взгляд был напряженным, пока он смотрел в мои глаза. Я задержала дыхание.

— Мэгги. Когда мы будем заниматься любовью, я хочу, чтобы это было нечто особенное. Не что-то по-быстрому в твоей спальне до того, как домой вернутся твои родители. Я хочу для нас большего. Я хочу обнимать тебя всю ночь и чувствовать тебя рядом, когда я засыпаю. Я хочу, чтобы у нас все было идеально. — Боже, его слова воспламенили меня. Существовала ли еще пара людей, которые любили друг друга так же сильно, как и мы? Я не могу выразить словами то, что мы чувствовали к друг другу.

— Я люблю тебя, — выдохнула я. С того момента, как я произнесла это в первый раз, я обнаружила, что просто не могу остановиться. Я хотела, чтобы он знал каждую секунду каждого дня, как много он значит для меня. — Боже, Мэгги, — прошептал он, наклонившись вперед и захватив мой рот. — Я люблю тебя больше всего на свете. Каждой клеточкой того, кто я есть, — ответил он мне. Ок, я была готова. Я снова врезалась в него. Наши рты захватили друг друга, наше дыхание участилось. — Только немножечко. Пожалуйста, просто дай мне что-нибудь, — умоляла я в его губы. Сердце Клэя билось хаотично под моей рукой, когда я повалилась на него.

Беспомощный против моей женской хитрости, Клэй скользнул своими руками под мою блузку и прижал руки к моей груди. Он потер мои соски пальцами, посылая волны электроэнергии в чувствительное место прямо между моими бедрами. Я застонала ему в губы, и, казалось, его это погубило. Он завел руки мне за спину и расстегнул мой лифчик. Затем с легкостью, на которой я не хотела сильно фокусироваться, он стянул мою блузку, вместе с ней снимая и лифчик. Я чувствовала себя немного неловко от того, как быстро была обнажена. Я пыталась прикрыться, не зная, как вести себя.

Клэй остановил меня и убрал мои руки от груди. Его глаза блестели. — Ты такая красивая, — прохрипел он, приближая свой рот к моей груди, медленно облизывая и целуя ее, пока я не начала думать, что умру от удовольствия из-за его прикосновений.

Дрожащими пальцами, я расстегнула пуговицы на его рубашке и стянула ее с него. Рот Клэя вернулся к моему, когда мы прижались нашими обнаженными телами к друг другу. — Я так сильно хочу тебя, Клэй. Пожалуйста. Мне нужно это, — хрипло прошептала я, когда его рот вернулся обратно к моим ноющим соскам.

На мгновение я подумала, что выиграла. Клэй медленно расстегнул мои джинсы, и я приподняла свои бедра, чтобы облегчить ему доступ. Он запустил свою руку внутрь поверх моего белья и прижал ладонь к моему влажному теплу. Раньше ко мне никто так интимно не прикасался. Я быстро дышала, беспокоясь о том, что у меня может случиться гипервентиляция.

Его пальцы начали двигаться над краем моих трусиков. Так близко от того места, где я отчаянно нуждалась, чтобы он был. Его рот был твердым и влажным на моих губах, когда он, кажется, боролся с самим собой за контроль.

И затем, я услышала самый ужасный из всех возможных звуков. Входная дверь захлопнулась. Черт! Мои родители были дома. Я посмотрела на часы, шокировано увидев, что два часа уже прошли. — Господи! Ты должен убираться отсюда! Мои родители поджарят тебя на вертеле, если застукают здесь. — Я поспешно вернула свой лифчик назад, уверена, что наизнанку, и натянула блузку через голову. Клэй быстро застегнул свою рубашку и обулся.

— Как я должен свалить отсюда? — сказал он, уже приближаясь к панике. Я посмотрела из окна. Единственный способ - это взобраться на крышу и спуститься вниз по старому дубу. Я указала на улицу. — Туда! — прошипела я, стараясь прогнать его в этом направлении.

Клэй, казалось, застыл на месте. Я могла слышать, как мои родители копаются на кухне, мама смеется над чем-то, что сказал папа. Пройдет всего пара минут, перед тем как они поднимутся сюда, в поисках меня.

— Поторопись! — прошептала я неистово. Его глаза стали большими, словно блюдца. — Что такое? — спросила я его наспех. Что задерживало его здесь? — Я смертельно боюсь высоты, —прошептал он в ответ. Я закрыла глаза и постаралась не застонать из-за разочаровании. И он говорит мне об этом прямо сейчас?

Я вернулась к своему столу и опустилась в кресло. Клэй смотрел на меня, будто я ненормальная. — Что ты делаешь? Я должен выбраться отсюда! Твой отец убьет меня! — Он был близок к потери контроля. Я подняла руки, сигнализируя о поражении. — Если ты не можешь уйти через окно, то у меня нет никакого другого способа провести тебя мимо них к входной двери. Поэтому, мы должны сделать так, чтобы им показалось, будто мы делаем здесь что-нибудь невинное. Я готова принять все, что они выплеснут. — Я вытащила свою книгу по испанскому обратно и открыла ее на странице, которую задали на дом.

Мельком увидев мое покрасневшее лицо и слишком яркие глаза, отразившиеся в зеркале в полный рост через плечо, я поняла, что у родителей точно не будет сомнений в том, чем мы тут занимались. Но что еще я могла сделать?

Клэй тяжело опустился на пол. — Твой отец итак уже ненавидит меня. Давай дадим ему еще одну причину. — Он звучал так смиренно и грустно, что мне захотелось шлепнуть своего отца за то, что он заставил его так себя чувствовать. Я послала ему обнадеживающую улыбку. — Он не ненавидит тебя, — лгала я. Клэй выгнул бровь, давай мне понять, что он понимает, что я вру. — Ну, может, ты ему немного не нравишься. Ненависть - это сильно сказано, — уступила я. Мне хотелось бы сказать что-нибудь другое, чтобы он почувствовал себя лучше.

В этот момент я услышала шаги, поднимающиеся по лестнице. — Мэгги Мэй? Ты здесь? — Я вздохнула с облегчением. По крайней мере, это была мама, а не папа. — Здесь, — ответила я, бросив взгляд на Клэя, который говорил ему оставаться спокойным. Он положил подушку на колени и уже на нее книгу по Американской истории. Я должна была скрыть свою улыбку, которая выдавала, как рада я была, что так на него влияла.

— У нас есть китайская еда, если ты хочешь немного... — Моя мама затихла, когда заглянула в мою комнату и увидела Клэя, сидящего на полу. Он посмотрел вверх, послал ей робкую улыбку и маленький взмах. — Здравствуйте, Миссис Янг.

— Здравствуй, Клэйтон. — Ее тон был холодным, и она послала мне взгляд, который может убить маленького человека. Она до сих пор была милой с Клэем. Но я знала по выражению ее лица, что сейчас мы перегнули палку. — Я думаю, вы оба знаете правила о нахождении Клэя в этой комнате, когда нас нет дома, — сказала она, давая понять, что в будущем меня ждут серьезные последствия.

Был момент тишины, который кричал «ПОПАЛИСЬ!» — Прости, мам, я знаю. Мне нужен был компьютер для задания по испанскому. Мы здесь всего лишь несколько минут. Никакого вреда, никаких нарушений, — апатично сказала я. От части меня беспокоило то, как легко сейчас я лгала своим родителям. Раньше такого никогда не было. Вина затаилась у меня в желудке, угрожая прожечь во мне дыру.

Но я посмотрела маме прямо в глаза, пытаясь заставить ее поверить мне. Клэй очень тихо сидел на полу, пропищав лишь извинение после того, как я закончила свое объяснение.

Мама выглядела так, словно разрывалась. Могу сказать, ей хотелось поверить в то, что я ей наговорила, но необходимо придерживаться ее правил. — Хорошо. Я не довольна этим. Клэйтон, я не хочу, чтобы ты был здесь, когда нет ее отца или меня. Это ясно? — сказала она ему. Я могла видеть, как Клэй сглотнул и кивнул. — Да, мэм.

Я надеялась, что пол откроется и проглотит меня, но мама еще не закончила. — Я не знаю, какие правила в твоем доме, но в здесь мы не миримся с тем, чтобы двое молодых людей, особенно, когда они встречаются, оставались одни в комнате. Я помню, какого это, быть в вашем возрасте. Гормоны порхают, и из-за этого вы не всегда знаете, когда надо остановиться. — О, Господи! Мам! — в унижении вскрикнула я.

Мама перевела свой суровый взгляд на меня. — А ты, юная леди, будешь пожинать плоды от того, что откровенного проигнорировала наши правила, независимо от причин для этого. — Она смотрела между мною и Клэем. — Твой отец и я будем есть на кухне. Я предлагаю тебе вывести Клэйтона отсюда, до того, как твой отец увидит его. — Я осела в кресле с облегчением. Моя мама была не рада, но уверена, она не хочет быть в одной команде с отцом.

— И потом ты придешь прямо на кухню. — Чувство вины снова вспыхнуло, когда я услышала злое разочарование в ее голосе. После прощального взгляда на Клэя, она спустилась вниз по лестнице. Клэй поднялся на ноги и положил книгу в свою сумку. — Могло быть хуже, — рассмеялась я, стараясь облегчить настроение.

Клэй посмотрел на меня сквозь волосы. — Ну, это было довольно ужасно, — сказал он мрачно. Я ненавидела, когда он говорил таким тоном. Он разрывал мое сердце. Я подошла к нему и обняла, потеревшись своим носом об его. — Не переживай об этом. Они всё не одобряют, — пробормотала я, стараясь сделать ситуацию более дружелюбной.

Клэй обнял меня в ответ, легко целуя в губы. — Нет, теперь и твоя мама ненавидит меня. Я снова сделал это. Я продолжаю все разрушать. — Он отстранился и перебросил свою сумку для книг через плечо. Я дотронулась до его руки. — Не уходи таким расстроенным, Клэй. Давай же. Мы хорошо проводили время. Не позволяй им разрушить это. — Я звучала немного отчаянно, но я ненавидела темные мысли, посетившие его. Они беспокоили меня.

Услышав озабоченность в моем голосе, он улыбнулся мне. Маленькая, но, тем не менее, улыбка. — Я просто хочу, чтоб у нас с тобой все было правильно, Мэгс. Я хочу быть идеальным парнем. Хочу нравиться твоим родителям и не выводить их из себя тем фактом, что мы проводим вместе время. — Я хотела расплакаться от отчаяния в его словах. — Я не хочу, чтоб было идеально, Клэй. Я хочу тебя. —Клэй прижался своим лбом к моему, медленно целуя меня. — Я очень сильно люблю тебя и хочу быть всем, что ты заслуживаешь.

Мой желудок сжался от его слов. — Ты и есть все. Для меня - ты целый мир, — прошептала я напротив его губ. В тот момент, я знала, что это была правда. Я бы последовала за Клэйтоном Ридом на край света, если бы он попросил меня. На мгновение мы застыли там, впитывая тепло и уют, которые только мы можем дать друг другу.

Но потом очень быстро, Клэй отстранился. — Ок, вытащи меня отсюда, и я позвоню тебе позже. — Я взяла его за руку, и мы быстро спустились по лестнице. Мое сердце грозило взорваться с каждым скрипом половых досок.

Я могла слышать непонятный шепот голосов моих родителей на кухне, и знала, что путь был свободен. Аккуратно открыв дверь, я вывела Клэя наружу. Я послала ему воздушный поцелуй, и он притворился, что поймал его. Я хихикнула и закрыла дверь, убедившись, что он был уже на дороге. Затем я пошла на кухню. Проход по коридору был словно прогулка по трапу.

ГЛАВА 13

Когда я зашла на кухню, родительские взгляды были обращены на меня. Папа тепло улыбнулся мне. — Привет, моя девочка Мэгги. — Я посмотрела на маму и постаралась не съежиться под темным взглядом, который она послала мне. Итак, она не собирается рассказывать отцу, что Клэй был в моей комнате, но полагаю, это не значит, что я не буду наказана каким-нибудь другими способом. Например, она будет мучить меня своим злым взглядом.

— Возьми тарелку и положи себе немного сырных вонтонов[20] до того, как мама все съест, —пошутил мой отец, заслужив щипок в руку от мамы. — Ты так говоришь, словно я прожорливая свинья, Мартин. — В её голосе слышалось раздражение. Хотя я прекрасно понимала, что ее плохое настроение не имеет ничего общего с папой, а напрямую связано со мной.

Я открыла холодильник и достала содовую. — Почему бы тебе не выпить немного молока или воды, вместо этой приторной жижи? — резко спросила мама. Я видела взгляд, которой папа послал ей. Он был смущен ее очевидным гневом ко мне. Обычно, я бы поспорила, но сейчас я понимала, что это будет неправильно. Поэтому я просто поставила содовую назад и взяла стакан из шкафа. Наполнив его водой из-под крана, я села за кухонный стол.

Мой отец передвинул коробки с «Lo Mein»[21] и кисло-сладким цыпленком, освобождая место для моей тарелки. — Как пошел сегодняшний день в школе? — доброжелательно спросил папа. Я посмотрела на маму, но она смотрела на свой телефон, проверяя почту.

— Хорошо. Я получила 5 с минусом по английской литературе за свой проект, — рассказала я, пытаясь ослабить напряжение в комнате. Мой отец погладил меня по руке. — Замечательно, Мэгги. Ты взяла от своего отца все: и ум, и красоту… — Я ничего не могла с собой поделать и улыбнулась папиному комплименту, но это заставило меня чувствовать себя еще хуже из-за своей лжи. Мама оторвалась от телефона. — Да, но книжный ум не заменяет здравый смысл, не так ли? Правильно принятое решение имеет важное значение, правильно, Мэгги? — многозначительно спросила она.

Великолепно. Мне предстояло страдать от разговора, перегруженного двойными значениями, и надеяться, что папа ничего не поймает. Я только кивнула и набила свой рот куском цыпленка. Папа наложил побольше лапши на свою тарелку и попытался забрать вонтон с маминой. Она отодвинула их от него и улыбнулась. Мама никогда долго не могла сердиться на моего отца. Они были такими милыми.

— Хорошая попытка, Мартин, — сказала она. Папа рассмеялся и вернулся к своей еде. Некоторое время мы ели в тишине. Это было неловко, но все лучше, чем фальшивая милая беседа. Наконец, папа спросил меня:

— У тебя уже есть какие-нибудь заманчивые планы на выходные в честь Дня Благодарения? Ты с командой планируешь сделать что-нибудь эпичное? — Я подавилась рисом. — Заманчивые планы? Команда? Эпичное? Ты снова читал городской словарь, пап? Опять старался войти в контакт с молодежью? — поддразнила я. Папа усмехнулся. — Эй, я моднявый. Я такой же, как и вы, молодежь. — Он попытался сделать поистине ужасные хип-хоп движения руками. У меня началась истерика. — Достаточно! Я не могу больше смотреть на это!

Папа выглядел довольным тем, что прорвался через невыносимое напряжение между нами. Даже мама смеялась. Все немного расслабились, и я абстрактно ответила на папин вопрос. Я знала, что никогда не смогу сказать им, что мы все планируем поехать в домик Клэя с ночевкой. Поэтому мне быстро пришлось придумать историю, которая прикрыла бы мои следы. Что-то такое, что они никогда не поставят под сомнение.

— Ну, Рэйчел пригласила меня переночевать у неё в ночь на субботу. Она хочет устроить своеобразный девичник только между нами, девочками. Ну, вы знаете, сделать педикюр, посмотреть новый фильм с Брэдом Питом... В последнее время мы мало времени проводили вместе… — Папа проглотил еду и кивнул. — Звучит весело. Могу я тоже прийти? Мне бы не помешал новый слой лака на пальцах ног. — Я лишь покачала головой и улыбнулась ему. Мама оставалась тихой. До этого момента. — Я не часто видела Рэйчел и Дэниела в последнее время. Ты так много времени проводишь с Клэем. Я скучаю по тем временам, когда могла видеть их у нас. — О, черт, началось. Папа выглядел задумчивым, а это не хороший знак. — Это правда, Мэгги. Ты уже довольно давно не гуляла ни с кем из своих друзей. Знаешь, это не очень хорошо, проводить все свое свободное время с Клэем. Нет ничего крутого в том, чтобы так себя изолировать, — прокомментировал папа.

Я почувствовала, как у меня начало подниматься давление, и я сразу же стала оборонительной. — Я вижу их каждый день, пап! К тому же мы с Клэем не изолировали себя, мы общаемся с ребятами. Господи! — Мой голос был довольно громким, и я увидела удивленное выражение на лице моего отца. Но защищая наши с Клеем отношения, я быстро устала.

— Мы всего лишь переживаем, сладкая, — мягко сказал папа. Я подняла руки в воздух. — Ради Бога, о чем вы переживаете? Мои оценки по-прежнему хорошие, я еще ни разу не нарушала комендантский час. Не думаю, что я такой уж плохой ребенок. — Я смотрела прямо на маму, когда отважно произносила свою речь, ожидая, что она начнет опровергать мои слова. Она нахмурилась. — Никто не говорит, что ты - плохой ребенок, Мэгги. Успокойся. — Есть что-то в слове «успокойся», но сейчас оно возымело обратный эффект. Моя злость усилилась еще сильнее. — Черт, это так нелепо, — пробормотала я, опуская свою вилку.

— Вот именно об этом мы и говорим! Ты совершенно иррациональна, когда дело касается этого парня. Ты полностью фокусируешься на нем и гораздо меньше на других аспектах своей жизни, — рявкнула мама, заставляя тем самым меня встать на ноги. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Я люблю его! Нам хорошо вместе.

Лицо моего отца приняло смешной оттенок фиолетового. — Любишь его? Тебе семнадцать! Ты еще не знаешь, что такое любовь! — Великолепно, теперь мой отец стал безумным. Я сделала еще хуже. Мама положила руку на плечо отца. — Это не любовь, Мэгги Мэй, а одержимость. И это совсем не хорошо. Вы усердно выстраиваете отношения в старшей школе, которые, скорее всего, не продляться дольше нескольких месяцев. Не будь такой незрелой, — сказала мама, причиняя мне боль. Вау, она бьет в самую суть. Я никогда не слышала, чтобы она была такой суровой.

— Спасибо, мам. Ты заставляешь меня чувствовать себя маленькой и пушистой, — ответила я, скрестив руки на груди. Мама положила руки на колени и подняла взгляд на меня. — Думаю, ты должна сделать пару шагов назад от этого парня. Тебе нужно реально смотреть на то, что он делает для тебя, и как это влияет на твои отношения с другими. Не думаю, что сейчас это влияние плодотворное.

Самое забавное в родительском неодобрении то, что оно заставляет меня хотеть быть с Клэем еще больше. Мои родители были поистине глупыми, когда дело касалось подростковой психологии. Мне надо выбираться отсюда. Я выбежала с кухни, выбирая кратчайший путь к моему кошельку, который висел рядом с дверью. Мама следовала за мной по пятам. — Куда, думаешь, ты собираешься? — спросила она. Гнев исчез из ее глаз, и сейчас она выглядела обеспокоенной.

Я немного смягчилась и обернулась, чтобы быстро обнять ее. — Знаю, вы с папой любите меня, и хотите для меня лучшего. Но наступает момент, когда вы должны начать доверять моему мнению. — Мама потерла виски, словно из-за меня у нее мигрень.

— Я всегда доверяла твоему мнению, Мэгги. До этого момента. Он изменил тебя. Я чувствую, будто ты отстраняешься от всего, кроме Клэя. Меня пугает, что я вижу от тебя такую сильную самоотдачу. — Я потянулась и снова обняла маму. Она держала меня, поглаживая мои волосы.

Я ничего не произнесла, просто позволяя ей держать меня так, как она всегда делала. Через мгновение, я освободилась из ее объятий. — Пожалуйста, не переживай обо мне. Клянусь, я в порядке. Ты не можешь во всем винить Клэя. Сейчас он довольно важная часть моей жизни. Я хочу, чтобы вы оба приняли это. Ты же раньше принимала это, — напомнила я ей. — Но это было до того, как я поняла, как старательно ты нарушаешь наши правила ради него.

— Ты не думаешь, что слишком сильно реагируешь на ситуацию? — спросила я, надеясь на ее рассудительность. Мама покачала головой. — Я пытаюсь смириться с твоими отношениями. Знаю, твой папа был недоволен ими, я же хочу быть на вашей стороне. Но я знаю, что происходило наверху до того, как мы пришли домой. Я же не глупая. — Я покраснела в смущении, и мама внимательно посмотрела на меня.

— Папа сказал тебе, что Клэй не должен подниматься наверх. Раньше ты всегда уважала нас и наши правила. Но сейчас... все изменилось. Ты пропускаешь семейные ужины, игнорируешь друзей, пренебрегаешь словами отца, ведь именно он просил тебя не пускать Клэйтона в твою комнату, когда нас нет дома. Все выходит из-под контроля, и я лишь хочу, чтобы ты понимала, во что прыгаешь. — Я ненавидела моменты, когда на глаза моей мамы наворачивались слезы, но сейчас я не могла дать ей уверенности, которую она хотела.

— Пожалуйста, мам. Просто верь мне. Попробуй применить ко мне презумпцию невиновности, которая всегда была у тебя, — умоляла я. Мама вздохнула и заправила прядь волос мне за ухо, как всегда делала, когда я была маленькой. — Я постараюсь. Ради тебя. Просто не принимай поспешных решений, которые могут повлиять на всю оставшуюся жизнь. Подростковая беременность - это очень реальная вещь. — Я съежилась. — Мам, серьезно. Мы можем не говорить об этом сейчас? — Мама послала мне свое лучшее серьезное выражение лица. — Мэгги Мэй Янг, я знаю, что подростки занимаются сексом. Я видела вас с Клэйтоном. Поверь мне, я узнаю сексуальную химию, когда вижу ее. У нас с твоим отцом тоже была сильная химия, когда мы впервые встретились. — Я издала рвотный звук. — Фу, мам. Ты пытаешься убить меня прямо здесь и прямо сейчас?

Мама провела по моей щеке пальцами. — Просто не делай ничего глупого, и я постараюсь поверить тебе, — ее слова отозвались зловещим эхом в моих ушах. И почему я чувствую зловещее предостережение в ее словах?

Выпрямив спину, я улыбнулась своей лучшей улыбкой. — Не буду. Сейчас я просто пойду прогуляться. Может быть, заодно повидаюсь с Дэниелем. — Хорошо, только возьми с собой телефон и будь дома не позже 9.30. Не забывай, завтра в школу. — Я схватила свой кошелек и быстро поцеловала ее в щеку. — Я скоро буду дома. Люблю тебя.

Я поспешила к машине. Покатавшись по округе около десяти минут, слушая свой ожесточенный индии-рок на полную громкость, я, в конечном итоге, остановилась там, где, как мне казалось, я и должна была быть. Возле дома Клэя.

Я слегка постучала в дверь и была поражена, когда тетя Клэя - Руби открыла дверь. — Мэгги! — весело сказала она, заключая меня в душистые лавандовые объятия. Она была одета в свой обычный цыгано-хиппский прикид: светлую блузку с рукавами колокольчиками и длинную, разрисованную листьями, юбку, которая прикрывала ее босые ноги. Ее ярко-красные волосы были распущены, и ее зеленые глаза сияли. Она была одной из самых искренних людей, которых я когда-либо встречала. Я обожала ее за то, что она так сильно любила Клэя.

— Заходи, лапочка,— она закрыла за мной дверь и провела меня в гостиную. Девушка Руби, которую звали Лиса, сидела за компьютером. Пара черных очков сидела на ее прямом и тяжелом носу. У Лисы была так называемая «стрижка под мальчика», да и одета она была по-мужски. Она казалась немного пугающей, если вы еще не знали ее. Но улыбка, которую она мне послала, когда я вошла, превратила ее лицо в нечто прекрасное.

— Мы не знали, что ты придешь, Мэгги. Рада видеть тебя, — сказала Лиса грубым голосом. Я улыбнулась ей и уронила кошелек на кресло. — Я просто каталась, и мне захотелось прийти и увидеть Клэя. — Руби сжала мое плечо. — Разве он не покинул твой дом всего лишь час назад? — подразнила она. Я рассмеялась. — Да, покинул, — сказала я застенчиво.

Лиса усмехнулась. — Ах, юная любовь. Помнишь, как это было, Руби? — Руби пересекла комнату, наклонилась и с любовью поцеловала свою девушку в губы. — Я все еще помню, Лиса, — пробормотала она ей на ушко.

Они были такими милыми. Их любовь друг к другу очевидна. Руби выпрямилась. — Могу я сделать тебе чай? Я приготовила восхитительный чай из малины, который замечательно очистит твою ауру. — Лиса покачала головой за спиной Руби. — Не соглашайся! — пробормотала она губами, давая понять, чтобы я не принимала предложение Руби.

Я старалась не захихикать. — Эм, с моей аурой все в порядке, Руби. Думаю, я просто поднимусь в комнату Клэя, если можно? — Руби махнула рукой. — Вперед. Просто следуй за депрессивным готическим роком, — рассмеялась она. Я снова обняла ее, после чего поднялась наверх. Мне нравилось то, как они с Лиса относились к этому. Никаких глупых правил насчет девушек в комнате Клэя. И я чертовски уверена, их вообще не волнует, что происходит за закрытой дверью. Хорошо, когда тебя воспринимают, как взрослую.

Я слышала Thirty Seconds to Mars, орущих из комнаты в конце коридора. Похоже, Клэй слушал свою музыку на максимальной громкости. Тот факт, что он еще не оглох, был выше моего понимания. Мне очень хотелось увидеть его, убедиться, что с ним все хорошо, после эпизода, произошедшего в моем доме. Больше всего я хотела поцеловать его и прикоснуться к нему.

Слегка толкнув дверь его спальни, я вошла внутрь. Постепенно мои глаза привыкали к темноте. Единственный свет исходил от тусклого светильника. Клэй сидел за своим столом, спиной ко мне.

Он понятия не имел, что я стояла здесь. Не удивительно, что он ничего не услышал, когда вокруг него было такое музыкальное эхо. Он сидел сгорбившись, голова опущена. Я осмотрела его комнату. Вот он весь Клэй. Как и он сам, комната почти ничего не рассказывала о его личности. Обычные серые стены и темно голубое одеяло на кровати. Телевизор на дубовом комоде. Никаких фотографий или безделушек, которые могли бы помочь узнать, что он за человек.

Но там, на другой стороне комнаты, прямо над его столом была небольшая полоска стены, которая была вся завешана листами бумаги. Я знала, что это были различные рисунки Клэя. Некоторые нарисованы карандашом, другие – ручкой или углем. Большинство из них изображали животных или случайные мосты. Были и такие маленькие, на которых были нарисованы крошечные цветочки. На других же были изображены люди, которых он видел в городе. А потом были десятки картин, нарисованных с меня.

Я была очень смущена, когда в первый раз увидела рисунок своего профиля, нарисованный им. А все потому, что не было ни единого шанса, что я была настоль же прекрасна, какой он меня изображал. Хотя, я ничего не могла с собой поделать и была очень польщена тем, что он видел меня именно такой.

Каждый из этих рисунков был сделан его страстной, но точной рукой. Они могли сказать намного больше о том, кем он был, чем любой постер или предмет, находящийся в его комнате. Словно он уместил все то, кем являлся на самом деле, в это крошечное пространство.

Я подошла к его стерео и снизила громкость. Клэй подпрыгнул и быстро опустил рукава своей рубашки вниз. Он посмотрел через плечо, и я увидела странное выражение паники на его лице. — Мэгс! Что ты здесь делаешь? — он прокашлялся, пытаясь вернуть свой голос. Я наблюдала, как он схватил кусок ткани и намотал его на что-то. Я нахмурилась, став подозрительной.

— Я просто хотела увидеть тебя. — Меня удивил тот факт, что Клэй не сделал никаких движений в мою сторону, что было очень необычно. Первое, что он обычно делал, так это спешил ко мне и безумно целовал. У меня было стойкое ощущение, что я прервала что-то, что не должна была увидеть.

— Ты видела меня всего лишь час назад. Ты могла просто позвонить, ты ведь знаешь, — сказал он с псевдо-беззаботностью. Последующий смех был абсолютно фальшивым. — О, извини. Я не знала, что должна назначать встречу, чтобы увидеть тебя, — вежливо сказала я, приближаясь к нему. Клэй быстро поднялся на ноги, закрывая крышку маленькой деревянной коробки. — Я прервала тебя? — спросила я его, пытаясь разглядеть его стол.

Клэй обнял меня за талию и потянул к кровати. — Конечно, нет. Я просто слушал музыку. — Он выглядел нервно, и это заставляло мои подозрения уже переливаться через край. Он неуклюже застегнул рукава своей хлопковой рубашки. Он сделал то, чего никогда раньше не делал.

Что он скрывает?

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила я его, недовольная его отношением. Выражение лица Клэя изменилось, и он нежно посмотрел на меня. — Нет, не уходи. Я всегда хочу видеть тебя, — мягко сказал он, потянулся и обнял меня.

Я позволила ему прижать себя к груди, когда он уткнулся носом в мои волосы. — Ты так хорошо пахнешь. Ммм, словно яблочный пирог, — Клэй прижался носом к нежному местечку у меня за ухом, нежно целуя кожу. Мое тело ответило мгновенно, как это было всегда, но я с трудом подавила желание затеряться в нем.

— Да, это мой шампунь. И так, ты лишь слушал музыку? — Мой вопрос повис в воздухе. Я отстранилась от него и подошла к столу, где он сидел. Я старалась незаметно просмотреть вещи, которые там лежали. Все что я видела, это его школьные учебники и куча бумаг. И эта маленькая деревянная коробочка. Я положила руку на крышку, и Клэй сразу же оказался рядом.

Он положил свою руку на мою, заканчивая мои расследования. Клэй притянул мои руки к своей груди. Я чувствовала биение его сердца под своей ладонью. Татуировка на моей коже. — Да, я взял небольшой перерыв от своей домашней работы по математике, — сказал он мне, потянув пальцами мой подбородок. Я отклонилась, не позволяя ему поцеловать себя. Он не будет отвлекать меня своим мучительным ртом.

— Ну, ты ведешь себя странно. Так, словно что-то прячешь, — сказала я, дойдя до точки кипения. Я не была тем, кто ходил вокруг да около. Я почувствовала, как он немного напрягся и потом заставил себя расслабиться. Клэй потянул меня за руку к кровати и сел. Отклонившись, он прислонился к подушкам. Клэй поманил меня пальцем и послал мне свою лучшую «иди-ко-мне» улыбку.

— Ложись со мной, Мэгги, — промурлыкал он. О, он чертовски грязно играл, используя свое сексуальное мастерство, чтобы я перестала задавать вопросы. Ну, он не одурачил меня ни на минуту. Я закатила глаза, но легла рядом с ним. Я была такой слабой.

— Не думай, что я не вижу твою тактику, мистер Рид, — сказала я, когда он поцеловал меня в макушку. — Я настолько прозрачен, да? Извини меня за то, что не могу думать о чем-то, кроме того, чтобы снять с тебя эту блузку, — сказал он хрипло, играя с кромкой. Я шлепнула его по руке. — Остановись, — хихикнула я, когда его пальцы забрались мне под блузку.

Я игриво толкнула его в руку и заметила, как он вздрогнул. Клэй быстро скрыл свои эмоции, но я успела увидеть их. — Ты в порядке? — спросила я, садясь. Присмотревшись к нему, я заметила, что он немного бледнее, чем обычно, и в его глазах определенно было напряжение. — Я в порядке, — сказал он, беззаботно потянувшись ко мне.

И тогда я заметила красное пятно на внутренней стороне его рукава. — Что это? — спросила я, трогая пятно кончиком пальца. Оно было влажное. Клэй посмотрел на рукав и убрал руку.

— Эмм, ничего. Может быть, краска или еще что. — Он отодвинулся на другую сторону кровати. Краска?! Я так не думаю. — Не очень похоже на краску, — заявила я, пытаясь притянуть его руку обратно, чтобы я смогла разглядеть получше. Клэй нахмурился и снова дернул свою руку обратно, на этот раз грубее. — Что происходит? Испанская Инквизиция? Я же сказал, что в порядке. Ты знаешь, у меня куча домашней работы, почему бы нам не увидеться утром? — он сел за стол и вытащил свой учебник по математике, эффектно заканчивая наш разговор.

Я забрала у него книгу, и он посмотрел на меня с явной злостью на лице. — Какого черта? У меня куча дел, почему бы тебе не пойти домой? — Я покачала головой. Он не прогонит меня своей злостью. — Нечего не поделать, Клэй. Ты расскажешь мне, что ты скрываешь, и сделаешь ты это прямо сейчас. — Мой тон был жестким. Я видела, что это только еще больше злит Клэя.

— Я ничего не скрываю. Не будь смешной! — непочтительно сказал он, стараясь забрать назад свой учебник. Я заметила небольшое движение в тусклом свете. Приглядевшись, я увидела капли крови, капающие с его правой руки.

Я ахнула. — Ты, черт возьми, кровоточишь! Посмотри на меня! — До того, как он успел отреагировать, я наклонила его настольную лампу и смогла дернуть вверх рукав его рубашки. Я была в ужасе, увидев устойчивый поток крови, капающий с его руки.

— Ничего страшного, Мэгги. — Он попытался натянуть рукав назад, и я узнала панику в его голосе. — Это море крови, Клэй. Я должна посмотреть. Возможно, тебе даже надо в больницу. — Я стала расстегивать пуговицы на его рубашке и стягивать ее с него, ударяя его в процессе.

Я не могла контролировать свой взгляд, полный ужаса, когда увидела очень глубокие и точные порезы на верхней части его правой руки. — О Боже! — вздохнула я. Схватив несколько бумажных салфеток, я приложила их к ранам. Быстро выйдя из состояния кризиса, я пошла по коридору в ванную, где схватила марлю, спирт и бинты, и снова вернулась в комнату Клэя.

Он не двигался. Сидел как вкопанный. Кровь стала идти сильнее. — Черт, Клэй, это выглядит очень плохо. Возможно, тебе нужно накладывать швы. Я должна пойти к Руби, — сказала я и двинулась в сторону двери. — Нет, Мэгги. Не зови ее, пожалуйста, — умолял он меня. Я повернулась к нему. — Ты должен встретиться с доктором. Серьезно. — Клэй поднял марлю и прижал ее к порезам. Затем, используя бинты, он закрепил марлю на руке.

— Все будет хорошо. Кровь, в конце концов, остановится, — сказал он, словно сталкивался с таким и раньше. Я почувствовала боль в животе. — Ты сам сделал это с собой, правда? — Клэй ничего не сказал. Он даже не смотрел на меня. Я повысила голос. — Ответь мне, черт возьми! Ты сделал это?! — Клэй вздрогнул. — Тише, — он обошел меня и закрыл дверь.

— Чем ты пользовался, Клэй? — мой голос стал холодным. Клэй вздохнул со смирением. Он открыл крышку деревянной коробки, стоящей на столе, и вытащил бритву. Я увидела его кровь на лезвии и вздрогнула от отвращения. Забрав у него лезвие, я открыла окно и выбросила его. Я была так зла, расстроена и напугана. Как он мог с собой такое сделать?

Клэй выглядел на удивление спокойным, будто я одна переживала об этом. Я подошла к нему, положив пальцы на кожу на его груди. Он резко вдохнул сквозь зубы, когда я прикоснулась к шрамам, пересекающим его кожу. На раны, которые он наносил себе, было трудно смотреть.

— Почему ты делаешь это? Я думала, ты принимаешь лекарства, — прошептала я, отходя от него. Клэй закрыл глаза. — До сих пор больно, Мэгс. Все время. Даже с лекарствами. Ты знаешь, это не волшебное исцеление, — сказал он, резко открывая глаза. — Это пугает, Клэй. Я не знаю, что нужно делать. — Я была в полной растерянности. Было нечто большее в этом, нежели просто боль. В этом было что-то действительно эгоистичное.

Я думала, что он был счастлив. Думала, что делаю его счастливым. Но было очевидно, что меня было недостаточно, чтобы помочь ему. И это разбило мне сердце.

— Тебе нужна помощь, — сказала я, чувствуя себя очень усталой. Смех Клэйтона в ответ был горьким. — Быть там, делать, что говорят и в итоге получить сертификат о выздоровлении. — Клэй грубо натянул рубашку назад. Его пальцы дрожали, когда он застегивал пуговицы.

— Ну, ты должен что-то сделать. Руби и Лиса знают, что ты снова это делаешь? — спросила я его. Лицо Клэя стало темным. — Нет, и не смей им говорить об этом, — угроза ясно слышалась в его голосе. Я выпрямилась. — Не используй со мной этот тон, Клэй. Я всего лишь переживаю о тебе. Может, им лучше узнать об этом? — Клэй покачал головой. — Они ничего не смогут сделать, — пробормотал он, с все той же больной грустью в голосе.

Он звучал так беспомощно. Так крайне разрушительно. Как я могла подумать, что помогу ему? Что я смогу сделать это сама? Его проблемы, то, в чем он нуждается, были за гранью того, что я могла сделать. — Я не могу справиться с этим сама. Я не знаю, что сделать или что сказать. Я не могу помочь тебе, если ты сам не хочешь себе помочь, — сказала я сухо.

Клэй с секунду смотрел на меня, затем пересек комнату и подошел ко мне. — Вот здесь ты не права. Ты спасаешь меня каждый день. Ты единственная, кто делает меня счастливым. Ты единственная, кто мне нужен, — его слова были такими страстными, и я почувствовала, как меня тянет вдоль его убеждений. — Но ты все еще режешь себя, — ответила я, борясь с туманом Клэя, который угрожал затмить мой лучший аргумент.

— Это было всего лишь один раз. Клянусь. Я был расстроен тем, что случилось с твоими родителями. Что я не тот парень, каким мне следует быть. У меня была депрессия. Но сейчас, когда ты здесь, я в порядке. Мы в порядке. Я обещаю, — снова эти слова. «Я обещаю».

Те же самые слова я сказала маме, уверяя ее, что буду в порядке. Что у нас с Клэем все в порядке. Какая ужасная ложь.

И сейчас Клэй говорит мне те же самые слова. Он тоже лгал? Какая польза в этих словах, когда они так часто не содержат в себе правды?

Я знала, что не должна была этого допустить. Клэй был болен. Ему нужно с кем-нибудь обсудить это. Руби должна знать, через что он проходит. Но вместо того, чтобы поступить правильно, я позволила ему обнять себя. Его дыхание дразнило мои губы, когда он наклонился ко мне. Я так сильно любила его. Но было ли этого достаточно? — Я люблю тебя, Мэгги. Ты все, что мне нужно, — пробормотал он, захватывая мои губы своими, и я забыла обо всем остальном. Глупая, глупая девочка.

ГЛАВА 14

Полторы недели, предшествовавшие каникулам на День Благодарения, я провела, застряв в странном балансировании. Я продолжала проводить все свое свободное время с Клэем, который неоднократно заставлял меня лгать родителям о том, что я делала и с кем я это делала. Они продолжали очень ясно выражать свою неприязнь к Клэю и, что бы я ни говорила, это не могла изменить ситуацию.

Я чувствовала себя так, словно проживала свою жизнь под всеобщим неодобрением. Родителей, Рэйчел и Дэниеля. Я видела это, когда они смотрели на меня. Слышала это между строк их слов. Они могли замаскировать под заботу все, что угодно, но это не меняло того факта, что они хотели, чтобы я забыла Клэя и наши отношения. Чтобы нашла дорогу обратно к человеку, которым я была раньше.

Ну, этого не произойдет. Потому что сейчас я была другой, и не хотела снова быть девушкой, которой была до Клэя. Она была скучной. Незаинтересованной в жизни. Эта девушка никогда не знала, что такое любить кого-то больше, чем себя.

Мне больше не нравилась эта девушка. Она была моим прошлым.

И Клэй, со всеми его недостатками, был моим будущим. Согласны с этим моя семья и друзья или нет. И честно, мне было все равно.

Но я не могла игнорировать огромного слона в комнате. Рука Клэя уже зажила после того, как я обнаружила его режущим себя. Я старалась не прикасаться к грубым рубцам, когда он держал меня. Я избегала напоминаний о том пугающем месте, в котором обнаружила себя с Клэем.

Мы никогда больше не говорили об этом. Ни разу. Были времена, когда это находилось на кончике моего языка, и мне очень хотелось спросить его о порезах. Узнать больше о том, что толкает его на это. Я хотела понять его темную сторону. Потому что, если я любила его, я должна была любить каждую часть того, кем он был. Но я была занудой. Вместо того, чтобы выяснить все это, я прятала голову в общеизвестный песок, как чертов страус.

Однажды вечером, пока я ждала звонка Клэя, я решила поискать о биполярном расстройстве и пограничном расстройстве личности в интернете. Я практически ничего не знала о психических заболеваниях, ведь раньше, до Клэя, я не знала никого, кто бы страдал этим.

Когда он бросал слова, такие как «циклы» и «мания», я понятия не имела, о чем он говорит. Поэтому я уселась за компьютер, нацелившись на разгадку, по крайней мере, части тайны, которая окутывала моего парня.

После нескольких кликов слова начали плавать у меня перед глазами. Маниакальные и депрессивные эпизоды. Перепады настроения. Гипомания[22].

Окей, изучив достаточного много материала о биполярном расстройстве, я двинулась к пограничному расстройству личности[23]. Это было не лучше. Я пропустила сквозь себя прочитанные отчеты, примеры нестабильности и напряженности в межличностных отношениях, отчаянные попытки избегания отказа. Неуместную злость. Суицидальное поведение.

Я закрыла браузер. Не могу больше читать. Снова страусиное мышление. Чем меньше я знаю, тем лучше.

С того момента, я стойко избегала всевозможных обсуждений о порезах Клэя и его психическом здоровье. Но, даже учитывая, что я не говорила об этом, это не останавливало меня от того, что я все время об этом думала. Но, Клэй хотел нормальности, что ж, к черту, я дам ему нормальность. И это значило, что я отказывалась жить в черноте, угрожавшей поглотить нас.

Клэй же, в свою очередь, старался держать все под контролем. Он водил меня в кино, каждое утро приносил мой любимый кофе. Красивые рисунки и чувственные стихи заполнили мой шкафчик. Он был образцом внимательного и вдумчивого парня. Мы стали более зацикленными друг на друге. Физическая потребность утопить свои страхи друг в друге была подавляющей.

Наши поцелуи стали почти отчаянными, наши руки были все менее терпеливые, пока мы стремились стереть мучительные сомнения, которые щекотали наши разумы в часы, которые мы проводили вместе. Но ничто не могло стереть правду, которая укоренилась в моей голове. Все это отразится на моем лице самым мучительно возможным способом. Я понимала, что моя жизнь была бомбой замедленного действия с часовым механизмом, способной взорваться в любой момент.

Я начала просыпаться в середине ночи, вырванная из сна ужасными ночными кошмарами. Но я никогда не могла их вспомнить, о чем они были. Помню только, что Клэй бросал меня, и я ничего не могла с этим поделать. Я была натянута туго, словно струна скрипки. Эти темные часы, до того, как я снова увижу Клэя, были самыми худшими. Я не могла спать, беспокоясь о том, что он делал.

Я знала, это плохо для меня. Я понимала, что, возможно, мои родители правы. Но я нуждалась в Клэе так же сильно, как он во мне. Мы существовали в этих симбиотических отношениях, где наши сердца бились, а легкие дышали только друг для друга.

У всех ли первая любовь такая интенсивная? Я помню, как наблюдала за Дэниелем и Кайли, когда они проходили через свои отношения, смеясь над тем, какими нелепыми они были. Если бы я только понимала, как трудно держать голову, когда ты глубоко похоронена в эти чувства.

Я убедила Рэйчел прикрыть меня. Она не была рада тому, что придется лгать моим родителям. Рэйчел чувствовала свою вину слишком сильно, и я беспокоилась, что она никогда не сможет поддержать меня в моих играх. Но после нескольких дней уговоров, наконец, она согласилась. Я прекрасно понимала, что это еще одно число в колонке против Клэя, но я должна была быть там с ним. Только мы двое. Всю ночь, которую мы могли бы провести вместе. Это звучало как блаженство.

Поскольку приближались дни отъезда, даже мои сопротивляющиеся друзья не могли отрицать волнение по поводу выезда загород. Дэниел спрашивал Клэя, может ли он пригласить Рэя и Клэр, и Клэй согласился, к моему облегчению. Я надеялась, присутствие Рэя и Клэр поможет нейтрализовать напряжение, которое, я знала, обязательно будет присутствовать. Так что, пока каждый из нас планировал нашу совместную сумасшедшую ночь, я упивалась новым уровнем товарищества между Клэем и моими друзьями.

День Благодарения пришел и быстро ушел, но я успела насладиться тихой трапезой с родителями. Я даже храбро отправилась на шоппинг в торговый центр в Черную Пятницу[24]. Я позволила маме уговорить себя купить новую одежду. Приобрела несколько новых женственных брюк и блузок, позволяя себе включить свою девчачью сторону.

Пока мама была занята, выбирая новые бра и нижнее белье от «Виктории Сикрет», я воспользовалась возможностью выбрать что-нибудь для себя. Я должна была убедиться, что мама не видела меня, выбирающей несколько кружевных пар трусиков и соответствующие лифчики с эффектом «push up». Держа прозрачную пару нижнего белья, я представила, как Клэй снимает его с меня, и моя кровь воспламенилась. Да, я точно возьму эти. Я тайком заплатила за вещи и спрятала яркую розовую упаковку в сумку.

В субботу утром пришла Рэйчел и помогла мне собраться для нашей ночи. Она охала и ахала на всю мою новую одежду, особенно восхищаясь милым черным топиком через одно плечо, который подобрала для меня мама. Это был первый раз за все эти недели, когда я почувствовала прежнюю легкость и нормальность в наших отношениях. Я была убеждена, что сегодня все будет так, как надо. Не только потому, что я проведу время с Клэем. Думая, я смогу еще и восстановить отношения с моими друзьями.

— У твоей мамы деловой стиль, Мэгс, — прокомментировала Рэйчел, укладывая мой черный топ в сумку для ночевки. Я нашла свои супер удобные обтягивающие джинсы и тоже положила их в сумку. — Да уж, она одевается лучше меня, — признала я, роясь в своем ящике с нижним бельем, после чего вытащила оттуда несколько бра и трусиков, которые выбрала вчера.

— Вау, значит ты и Клэй. Всю ночь. Ты готова к этому? — спросила Рэйчел, покусывая верхнюю губу, что указывало на то, что она нервничает. — Тшшш, — зашипела я, закрывая дверь спальни. —Извини, — сказала Рэйчел, понижая голос.

— Я не знаю, Рэйч. Я знаю, то люблю его, а он любит меня. И все что должно случиться, обязательно случится, — сказала я решительно. Рэйчел уставилась на ногти. — Ну, ты не должна делать то, что не хочешь. Не позволяй парню заставлять тебя чувствовать себя так, словно ты ему должна, ты ведь знаешь это? — Я знала, к чему она ведет. Не надо быть ракетостроителем, чтобы понять, что она говорила о том, что беспокоится насчет того, что меня принуждают к сексу. Если бы она только знала, как много раз именно Клэй был тем, кто все останавливал.

— Я знаю это. Я не собираюсь делать то, что не хочу, — заверила я. Рэйчел кивнула, по-видимому, пытаясь поймать меня на слове. Почему у меня такое чувство, что она мне не верит?

— Это правда, Рэйч. Я люблю его, — сказала я, садясь на кровать. Рэйчел села рядом со мной, обняв меня рукой и положив голову мне на плечо. — Я знаю, ты любишь, Мэгги. И я рада, что ты нашла его. — Рэйчел звучала искренне, и я почувствовала, как мой желудок разжимается с облегчением. Я наклонилась к ней. — Спасибо, — сказала я, и около секунды мы молчали. — Что насчет тебя и Дэниела? Ты собираешься быть милой на выходных? — спросила я, слегка подталкивая ее плечом.

Рэйчел хрюкнула. — Если он будет милым, то и я буду, — сказала она кратко. Я ущипнула ее за руку. — Я знаю, ты зла на него. Он ранил тебя. Я понимаю, как тяжело раскрыть кому-то эту часть себя. Но Дэниел заботится о тебе. Возможно, просто еще не время. Не отталкивай его. Вы, ребята, созданы друг для друга. — Рэйчел пожала плечами. — Не знаю. Если бы он смог забыть о Кайли больше, чем на две минуты, может ты и была бы права. — Мне было обидно за нее, потому что она говорила правду. — Кроме того, хоть между нами и происходит что-то странное сейчас, он все равно один из моих лучших друзей. И несмотря на то, что я фантазирую о том, что мы все-таки станем чем-то большим, я действительно не хочу разрушить нашу дружбу, — сказала она задумчиво.

— Знаю, но лучшие отношения вырастают из дружбы, — сказала я, застегивая сумку. Рэйчел снова пожала плечами. — Честно, я сомневаюсь, что Дэниел видит меня кем-то, кроме друга. Черт, он думает, что у нас есть пенисы! — Я рассмеялась, прекрасно вспомнив этот разговор. Но я, например, знала, что Дэниел не совсем равнодушен к Рэйчел. Я заметила, как он смотрел на Рэйчел, когда впервые увидел её в этом розовом блестящем платье, которое она надела на бал. Я видела, каким расстроенным он был, когда она злилась на него. У него уже были чувства к ней. Но настоящим вопросом было то, будет ли он действовать.

— Я лишь думаю, что жизнь слишком коротка, чтобы размениваться на «может быть», - просто сказала я ей. Рэйчел закатила на меня глаза.

— Ну, ты как-то неожиданно стала философом. Любовь превратила тебя в Ганди. — Я рассмеялась, подняв свою выпуклую спортивную сумку на плечо, и направилась вниз по лестнице.

Мы все еще смеялись, завернув за угол на кухню. Мама сидела на табуретке, стуча пальцами по лэптопу. — Над чем смеетесь, девчонки? — спросила она, улыбаясь нам. Я покачала головой. — Ни о чем, мам, — сказала я небрежно. — Здравствуй, Рэйчел! У вас, девчонки, много веселых планов на вечер, не так ли? — спросила мама, смотря на Рэйчел.

Рэйчел сглотнула и закивала, словно щенок. — Да, мы собираемся посмотреть фильм, который будет идти в 8 часов. Вы знаете, ну тот, что недавно вышел. Тот, что с Брэдом Питтом. Он такой горячий. Даже не смотря на то, что он немного стар. Я имею ввиду, кого волнует возраст, когда ты так выглядишь. Он и Анджелина Джоли - самая потрясающая пара. — Я толкнула локтем Рэйчел в ребра, чтобы она прекратила свое нервное бормотание. Рэйчел закрыла рот и послала маме страдальческую улыбку. Мама не купится на это! Было слишком очевидно, что мы лгали!

Но подростковые Боги улыбались нам. Мама лишь странно посмотрела на Рэйчел, а потом кивнула головой. — Ок, веселитесь. У тебя с собой телефон, Мэгги? — спросила она меня. Я вытащила его из своей куртки и помахала им перед ней. — Люблю тебя. Увидимся завтра, — сказала она, возвращая внимание на экран лэптопа, что бы там не было. Да! Свобода! Я постаралась не вылететь с кухни в своем порыве вырваться из дома, пока она не изменила свое мнение.

После, в машине, когда мы уже направлялись вниз по дороге, Рэйчел издала громкий вздох. — Черт, на секунду я подумала, что мы попались. — Знаю. Особенно после твоего фантастичного монолога о чудесах Брэда Питта. Ты самый худший лгун! — Рэйчел сдула челку со лба. — Ну, может, тогда ты не должна была возлагать это на меня, — отрезала она. Наступило время поблагодарить её за все. — Спасибо тебе, Рэйчел, за все, что бы там ни было. Ты действительно лучшая подруга, о которой девушка только может мечтать. — Я хлопала ресницами, смотря в её сторону.

Рэйчел неохотно рассмеялась. — О, ты можешь просто заткнуться? — Она включила радио, заканчивая наш разговор.

Через десять минут мы подъехали к дому Клэя. Дэниел, Рэй и Клэр уже были здесь. Руби и Лиса разговаривали с ними на крыльце. Клэр махнула нам, когда мы появились на дороге. Мы припарковались и вышли из машины. — Все готовы? — спросила я, почти не в состоянии скрыть волнение. Я пошла к Клэю и быстро обняла его, перед тем как поприветствовать Руби и Лису.

Лиса помотала ключами перед собой. — Ну, вот, ребята. Веселитесь. Там должны быть нарубленные дрова и небольшой продуктовый магазин в пяти минутах езды. Веселитесь и будьте осторожны. — Клэй взял ключи и обнял Лису. — Спасибо, Лис. Ты - лучшая.

Мы все выкрикнули наши благодарности, рассаживаясь в отдельные автомобили. Рэйчел, Клэй, Дэниел и я сели в машину Рэйчел, пока Рэй и Клэр в его «SUV».

Я прижалась к Клэю, сидящему со мной на заднем сидении, и положила голову ему на плечо. Он поцеловал меня в макушку и сплел свои пальцы с моими. Я вздохнула с удовольствием. Это было самое расслабленное место, где я была за эти недели.

Озеро Франклина было всего в сорока пяти минутах езды. Довольно близко, чтобы не тратить весь день на поездку, но достаточно далеко, чтобы почувствовать, что ты можешь вкрыться от всего и от всех. Поначалу, в машине царила довольно неловкая атмосфера. Но, наконец, спустя некоторое время, все начали чувствовать себя комфортно, и мы учавствовали в беседе, которая была довольно естественной.

Вокруг Рэйчел и Дэниела все еще было напряжение, но даже они прикладывали усилия, чтобы повеселиться. И могу поклясться, один раз я даже видела улыбку Дэниела. Клэй и Рэйчел разговаривали об их совместном предмете, под названием «креативная письменность». Дэниел бесконечно говорил о своей баскетбольной команде. Впервые за много недель, я чувствовала, своего рода вежливую благодарность к моим друзьям и себе, и с болью поняла, как скучала по ним. Я не заметила, как сильно оттолкнула их в погоне за своими отношениями с Клэем. Когда в последний раз я говорила с Дэниелем о чем-то, что не связанно с горками в моей личной жизни? Я не могла вспомнить. И это было грустно. Я была полна решимости исправить все этим же вечером.

Клэй не отпускал мою руку всю дорогу. Большой палец ласкал чувствительную кожу моей ладони. Искры взрывались прямо в моем животе. Проведя носом по моей шее, он пробормотал мне на ухо, — Я люблю тебя, малыш. — Я сжала его руку в ответ, мои внутренности извивались в его присутствии.

Наконец, Клэй посмотрел в окно и указал на поворот впереди. — Ты сможешь свернуть на эту дорогу? — спросил Клэй Рэйчел, указывая на узкую тропу справа. — Ты уверен, что моя машина сможет проехать здесь? — спросила Рэйчел нерешительно. Клэй усмехнулся. — С твоей машиной все будет хорошо. Будет немного тяжело первые пятьдесят ярдов, но остальная часть пути будет полегче.

Рэйчел повернула. — Хорошо, но если я не смогу, ты оплатишь ремонт, — проворчала она. —Перестань волноваться, — сказала я, поддаваясь вперед и сжимая ее плечо. Конечно же, первое, что она сделала, так это ужасно ударилась о кратер размером с горшок, опасно наклоняя автомобиль.

— Чеееерт! — завизжала она, после возвращения на твердую дорогу. Дэниел смеялся на переднем сидении. — Тебе нужно было видеть свое лицо, Рэйч! Это был бесценный момент. — Рэйчел ударила его по руке. — Заткнись, Дэниел, или ты вылетишь из салона.

Дэниел фыркнул. — Пофиг, — пробормотал он, и больше ничего не сказал. Мы проехали еще две мили до того, как закончился лес, и мы выехали на поляну. На холме находился самый фантастический дом, который я когда-либо видела.

— Черт, чувак, это вообще не то, что я ожидал увидеть, когда ты сказал, что мы остановимся в домике, — сказал Дэниел, присвистывая. Деревянный дом был построен в виде швейцарского коттеджа. Вся передняя стена состояла из окон, и там была не одна, а две большие каменные трубы которые выступали с крыши.

— Подождите, пока не попадете внутрь. Там невероятно, — пообещал Клэй, пока Рэйчел парковалась в гараже на две машины, который был пристроен к дому. — Я понятия не имела, что у Лисы есть деньги на что-то подобное, — сказала я Клэю, немного благоговейно. Клэй полез в багажник и вытащил наши сумки. — Вообще-то этот дом принадлежит родителям Лисы. У ее семьи есть деньги, но никто не бывает в этом доме, кроме Лисы. Большая часть ее семьи переехала, поэтому, бывая тут, она убеждается в том, что с домом все в порядке.

Рэй и Клэр как раз только вышли из машины. — Черт...это потрясающе! — заметил Рэймонд. Клэр выглядела такой же пораженной, как и остальные. Я все еще не могла поверить, что мы проведем здесь ночь.

Клэй вставил ключ и открыл дверь, ведущую в дом из гаража. Он быстро ввел код на панели сигнализации на стене, после чего она пискнула. — Будьте осторожны, здесь очень темно, поэтому давайте просто пойдем в гостиную. — Клэй взял меня за руку, и я последовала за ним через темный коридор.

Он прошел через вращающуюся дверь и включил свет, который полностью меня ослепил. Гостиная, кухня и обеденная зона не были отделены друг от друга стенами. Большой секционный диван стоял напротив огромных окон, с видом на лес. Красивый каменный камин находился справа. В левой части гостиной была огромная кухня c приборами из нержавеющей стали, гранитными столешницами, и великолепным островком с газовой плитой.

Столовая была поистине впечатляющей. Великолепный обеденный стол из вишневого дерева стоял в алькове[25] кухни, у стены было одно большое окно с видом на озеро. Стеклянная люстра висела над столом. Деревянные полы перемежаются с ковриками спускающимися вниз.

Я подошла к окну в обеденной зоне и посмотрела наружу. Был солнечный день и озеро блестело. Я видела беседку, стоящую ниже, со вшитыми экранами. Клэй встал за мной и обнял руками за талию, оперевшись подбородком о мое плечо. Он указал на беседку. — Там джакузи. Мы насладимся им позже, — он прикусил мочку моего уха, заставив меня хихикать.

— Так, кто какую комнату займет, чувак? — спросил Рэй. Клэй отпустил меня и обернулся. Он указал на коридор, ведущий из кухни. — Там дальше две спальни. У каждой своя собственная ванная. Вы ребята можете решить, кто какую возьмет. — Он дернул меня за руку, и я последовала за ним по винтовой лестнице скрытой справа за столовым уголком.

Он озорно посмотрел на меня. — Наша с тобой комната здесь, — я последовала за ним по лестнице, которая вела на чердак. Комната была размером с целый этаж. — О Боже, Клэй! — сказала я, затаив дыхание. Снова, эти окна. Была только одна деревянная стена, другие три - ничего, кроме стекла. Будто ты находишься снаружи. В стороне были ступеньки, которые вели в углубленную область с джакузи и двумя пьедестальными раковинами.

— Мы будем тут спать? Ты шутишь? — спросила я недоверчиво. Подбежав ближе, я прыгнула на кровать, смеясь, пока та подпрыгивала. Клэй последовал за мной и сделал целое шоу из этого: полз ко мне по кровати, пока не оказался на мне. Я посмотрела ему в лицо и улыбнулась. Я была так счастлива.

Он прижался своими губами к моим, его язык вторгался и завоевывал. Я застонала, когда он лизнул мою нижнюю губу, дразня ее зубами. — Все только самое лучшее для тебя, Мэгги, — сказал он мягко в кожу на моей шее, уткнувшись туда носом. Я запустила пальцы в его волосы и прижала свое тело к нему. Клэй оставлял легкие поцелуи вдоль одной стороны моего лица, переплетая свои пальцы с моими.

— Это место просто невероятное. Спасибо большое за то, что пригласил нас, — сказала я ему, притягивая его крепче к себе. Пробегая пальцами по моему лицу, Клэй рассмеялся. — Я знаю, в последнее время все было довольно напряженным. Я не давал тебе поводов улыбаться. — Я начала протестовать, но он прижал палец к моим губам.

— Я не слепой. Я знаю, какого это - быть со мной, и что это делает с твоей жизнью. Вижу, как твои друзья, родители, да черт, как все, смотрят на тебя из-за того, что ты со мной. Я немного сделал для того, чтобы произвести позитивное впечатление на них. Сейчас я лишь хочу получить шанс, чтобы доказать, что я не плохой парень. Чтобы твои друзья увидели, как много ты значишь для меня, и что я сделаю буквально все в мире ради тебя. Тогда, может быть, ты не будешь смотреть на нас так, будто мы не должны быть вместе.

Я ненавидела ту часть отношений, где мы сейчас находились. Ненавидела, что он был в курсе того, что никто не понимал наших отношений и того, что мы значим друг для друга. Я не была уверена, что одна ночь с друзьями сотрет месяцы нервотрепок. Но я хотела быть такой же позитивной, как и он.

— Я люблю тебя, — прошептала я перед тем, как снова поцеловать его. Мне хотелось забрать всю его грусть и боль, которая кажется никогда не покинет лицо Клэя.

— Эм, ребят, у нас тут проблема, — я услышала, как Рэйчел крикнула снизу. Клэй вздохнул и уперся лбом в мою грудь. — Звучит не очень хорошо, — прокомментировал Клэй. Я усмехнулась и встала. — Давай же. Пойдем и посмотрим, какой монументальный кризис мы должны предотвратить, — я расправила свою помятую блузку и пригладила волосы перед тем, как последовать вниз за Клэем.

Рэй и Клэр ушли, когда мы вошли на кухню. Дэниел сидел на одном из стульев за островком, подперев голову рукой, и выглядел раздраженным. — Что случилось? — спросила я, смотря на Дэниела, который, как я знала из опыта, обычно был источником проблем Рэйчел.

Дэниел закатил глаза — Вам следует спросить ее. Я не вижу здесь никакой проблемы, — я посмотрела на Рэйчел, ожидая объяснения. — Я скажу тебе, в чем проблема. Здесь только одна дополнительная комната! И только одна кровать королевского размера! Я сказала Дэниелю, если он джентельмен, то будет спать на диване, но он отказывается. Он сказал, что я смешна! Ты можешь поверить? Он называет меня смешной? Это слишком! — Рэйчел стрельнула кинжальным взглядом на Дэниеля, который выглядел скучающим из-за всех этих дебатов.

— Эм, Рэйч, ты и раньше делила кровать с Дэниелем, — напомнила я ей. Рэйчел разбушевалась. — Нам было 8. Это не в счет, ок. Скажи ему, чтобы он спал на диване, Клэй. — Рэйчел повернулась к моему парню, втягивая его прямо в середину своего аргумента. Клэй выглядел возбужденно, и его глаза нашли мои в немом обращении. Я знала, он волновался, что сделает Рэйчел еще злее. Но я не знала, как помочь ему, поэтому я просто пожала плечами.

Клэй запустил руку в волосы слегка взволнованным жестом. — Ну, Рэйчел. Я действительно не могу решить, кто получит спальню. Я о том, что вы вдвоем должны сами решить эту проблему. — Рэйчел выглядела так, будто хотела что-то бросить.

— Ну, я не буду спать на диване. Если делить со мной кровать для тебя так противно, тогда ты спи на нем, — заметил сварливо Дэниел. Он слез со стула и схватил свою сумку. — Куда, ты думаешь, ты направляешься? — злобно спросила Рэйчел. Он пошел в коридор. — Несу сумку в свою комнату. Поговорим позже, — бросил он через плечо.

Рэйчел развернулась, послала мне и Клэю стальной взгляд. — Что я, черт возьми, должна думать? Я не должна спать на диване только потому, что он козел. — Я похлопала лучшую подругу по спине. — У меня есть решение для тебя, — прошептала я слегка заговорщицки. Рэйчел посмотрела на меня заинтересованно. — Да? — спросила она. — Почему бы тебе не перестать быть упрямой занозой в заднице и не отнести свои вещи в спальню. Одна ночь в одной постели тебя не убьет.

Рэйчел хмыкнула, подняла свою розовую сумку и потопала вслед за Дэниелем. — Тебе лучше оставаться на своей половине кровати, или я отрежу твои яйца, пока ты спишь, — услышала я ее крик. Но не услышала ответ Дэниеля.

Клэй выглядел смущенным. — Она устрашающая, когда злится. Не хотел бы я сейчас быть Дэниелем, — сказал он, подходя к холодильнику и доставая пиво. Я приподняла бровь. Он посмотрел на банку. — Ок, может это и не очень хорошая идея, — он улыбнулся мне и поставил ее обратно, взяв взамен бутылку воды.

Час спустя, Рэймонд и Клэр вышли из своей комнаты, выглядя так, будто только что проснулись. Дэниел и Рэйчел немного позже присоединились к нам в гостиной. Выглядели они менее раздраженными. Рэйчел перестала щетиниться каждый раз, когда Дэниел открывал рот.

— Разве Лиса не говорила, что здесь в пяти минутах есть продуктовый магазин? — спросил Раймонд. — Да, если вы вернетесь на дорогу и повернете вправо, то он будет меньш, чем в миле слева. Это просто маленькое местечко для мам и пап. Там вы можете найти предметы первой необходимости, — сказал им Клэй.

— Круто, ты хочешь пойти, Дэни? — Дэниел подскочил, радуясь возможности убраться от все еще дымящейся Рэйчел. — Клэй? — спросил Рэймонд. Клэй посмотрел на меня, и я кивнула. — Иди, повеселись с ребятами. — Клэй усмехнулся, и я видела, как он был счастлив из-за того, что вовлечен во все это.

— Ух! Мне серьезно надо расслабиться. Разве Клэй не говорил, что здесь есть джакузи? — спросила Рэйчел. Я подняла наши пустые банки из-под содовой и выбросила их в урну. — Да, оно снаружи в беседке. Хотите проверить его? — спросила я. Клэр подскочила с дивана. — Черт, да, вперед!

Рэйчел, Клэр и я отправились в наши комнаты, чтобы переодеться в купальники. Было сумасшествием надевать его, когда на улице почти декабрь. Мы втроем собрались в гостиной. Я начала надевать, свой пуховый халат, когда Рэйчел тихо присвистнула. — Что? — спросила я ее.

Рэйчел выглядела фантастично в слитном красном купальнике с высокими вырезами на бедрах. Она оглядела меня. — Когда ты приобрела его? — спросила она, указывая на мое черное бикини. Я осмотрела себя и покраснела. Да, он был немного более открытым, чем моя типичная одежда.

Я прикрылась, чувствуя себя застенчиво. — Я купила его прошлым летом, просто еще не одевала, — сказала я ей, скользнув в пару вьетнамок, которые взяла с собой. — Ну, ты выглядишь горячо. Где ты прятала это убийственное тело? — присвистнула Рэйчел, заставляя меня краснеть. Клэр хихикнула, одевая шорты и майку. Я взяла несколько бутылок воды из холодильника, кидая их друзьям и игнорируя комментарий Рэйчел. — Давайте быстрее, нужно успеть до того, как парни вернутся, и мы потеряем любой шанс расслабиться, — сказала я им, выходя наружу.

Когда мы вышли через заднюю дверь, мы втроем начали дрожать. — Черт. Здесь холодно, — Рэйчел запахнула свою куртку сильнее, но ее голые ноги уже покрылись мурашками.

Температура упала на 15 градусов, пока мы добирались до домика. Глядя на небо, меня бы не удивило, если бы пошел снег. Побежав так быстро, как могли, мы направились к беседке. Я открыла дверь и завела их внутрь. — Поторопитесь, чтобы я смогла закрыть дверь.

Внутри, я с облегчением увидела плинтус с отоплением по всей длине двух стен. Я нашла термостат и включила его. Рэйчел подошла к насосу джакузи и включила его. Вода начала пузыриться и булькать.

Мы сидя ютились вместе, пока она нагревалась. В беседке были окна, но я была уверена, что они надежно зафиксированы, чтобы не впускать холодный воздуха. Наконец, стало тепло и уютно, и мы втроем скинули нашу верхнюю одежду, сняли обувь и медленно погрузились в воду.

Джакузи было огромным. В него легко поместилось бы 8 человек. — Ах, вот это жизнь, — вздохнула Клэр с удовольствием, откидывая голову. Вода доходила до наших плеч и восхитительно окутывала мою кожу.

— Это то, в чем я так сильно нуждалась, — сказала Рэйчел после долгого молчания. Она закрыла глаза и погрузилась ниже, пока вода не заплескалась у ее подбородка. Клэр и я пробормотали свое согласие. Никто из нас не произнес и слова еще долгое время.

— И так, Рэй сказал мне по пути сюда, что Кайли пытается вернуть Дэниела, — сказала Клэр, разрушая расслабляющую тишину. Я быстро посмотрела на Рэйчел, оценивая ее реакцию. Рэйчел не открыла глаза, но я видела, как ее челюсть сжалась.

— Правда? Дэнни ничего не говорил, — отважилась я, неуверенная, что хочу обсуждать Дэниела и Кайли, пока Рэйчел казалась довольно сдержанной. Клэр кивнула. — Да, видимо, это так, потому что она тусуется рядом все время. Я видела её на их баскетбольной тренировке после школы. Думаю, она болталась там с другим парнем, чтобы зацепить Дэниела, но это не сработало, и теперь она пытается поймать Дэнни на крючок.

Неожиданно Рэйчел вылезла из джакузи и обернулась в полотенце. Я пригляделась к ней. Я знала, тема о Кайли Гуд расстроила ее.

Я пыталась послать Клэр взгляд, говорящий о том, чтобы она сменила тему, но видимо она не попалась на мою уловку. — Ну, Рэй сказал, что Дэниел отшил ее. Кажется, он наконец увидел свет и понял, что Кайли - наркотик. — Мои глаза удивленно распахнулись.

Если у Дэниела и была слабость, то это всегда была Кайли. Казалось бы, он никогда не мог сказать ей «нет». Поэтому, тот факт, что он не побежал обратно к ней так быстро, как только мог, было удивительно. Рэйчел удивленно сушила волосы, стараясь выглядеть незатронутой этой новостью.

— Вау. Это здорово! — воодушевилась я, по-настоящему счастливая, что Дэниел занял упрямую позицию в этот раз. Клэр направила свой взгляд на Рэйчел. — Да, возможно он готов двигаться дальше с кем-то другим, — Клэр многозначительно приподняла брови.

Я закатила глаза, оценив такой «утонченный» метод Клэр. — Ну, честно говоря, я сомневаюсь. Голова Дэниеля слишком далека от его задницы, чтобы что-нибудь заметить. Не говоря уже о том, чтобы заметить кого-то, стоящего прямо перед ним. — Прохрипела Рэйчел, ее голос сорвался.

Я и Клэр посмотрели друг на друга. — Рэйч, — начала я, когда дверь в беседку распахнулась, принося с собой порыв холодного воздуха и едва одетых парней. — Черт, подмораживает, — Рэймонд запер за нами дверь беседки, когда он, Дэниел и Клэй проскользнули внутрь.

— Ахх, — вздохнул Дэниел, погружаясь в джакузи. — Подвинься, Клэр, — Дэниел подтолкнул локтем миниатюрную девушку, располагаясь напротив одной из струй. Вода всколыхнулась, когда Рэймонд и Клэй последовали за Дэнни в воду.

— Я направляюсь внутрь. Увидимся ребята немного позже, — сказала Рэйчел хладнокровно, выходя. Дэниел нахмурился. — Я что-то сказал, — спросил он, выглядя смущенным. Я посмотрела на него, а затем пожала плечами. — Она просто устала. Оставь ее, — сказала я ему. Дэниел выглядел обеспокоенным из-за неожиданного ухода Рэйчел, но я больше ничего об этом не сказала.

— Эй, ты, — сказала я, когда Клэй положил руку на мое обнаженное бедро. Клэй наклонился и подарил мне затяжной поцелуй в губы. — Скучала по мне? — Его глаза издевались, пока он смотрел вниз на мой купальник. Его глаза бродили по моей, едва прикрытой груди.

— Всегда, — ответила я ему. Он поцеловал мое плечо и вытянул ноги перед собой. — Можем мы еще посидеть тут, Клэй? Не думаю, что не когда-либо захочется отсюда вылезать, — застонала Клэр, погружаясь глубже в теплую воду. — Да, парень, это невероятно. Большое спасибо, что позволил нам приехать, — искренне добавил Дэниел.

Очевидно, время, проведенное с парнями, сотворило чудеса и изменило отношение Дэниела к Клэю. Они казались почти цивильными. Было облегчением увидеть это. — Я рад, что вы здесь, ребята, — сказал Клэй искренне. Я почувствовала, как тепло распространилось по моему телу, и это не имело ничего общего с водой. Я почти могла видеть, как эти отдельные части моей жизни медленно собирались вместе. Наконец-то!

Рэй неожиданно затянул свою девушку под воду. Клэр вынырнула на поверхность и протерла глаза. — Ты такой придурок, Рэй! — заорала она, брызгая ему в лицо. Они вдвоем, следуя примеру Дэниела, стали разбрызгивать повсюду воду, брызгаясь друг в друга.

После того, как вода попала мне в лицо, я решила, что мне пора уходить. — Ок, я выхожу, — сказала я, выбираясь из джакузи. Клэй вылез вместе со мной. — Мы возвращаемся обратно в дом. Просто выключите насос, когда закончите, — сказал Клэй остальным перед тем, как мы ушли. Я засунула руки в рукава своего халата, пока Клэй надевал свою куртку. Он взял меня за руку. — Готова? На счет три, выбегаем отсюда. — Он положил руку на дверную ручку. — Один. Два. Три! — Он распахнул дверь беседки, и мы побежали так быстро, как только могли прямиком до домика.

Пошел снег, и падал он маленькими комками, садясь на мои волосы и ресницы, пока мы пытались вернуться в тепло. — Скорее, Мэгс! — Клэй рассмеялся, толкая кухонную дверь. Я забежала внутрь, и Клэй закрыл за нами дверь. Я запыхалась, и меня всю трясло, но я не смогла сдержать глупую улыбку на своем лице.

Чувствовалось так, будто мои волосы замерзли. — Ух, мне нужен душ, чтобы согреться. Я словно сосулька, — я затянула пояс своего халата, все еще дрожа, даже в тепле дома. — Я поднимусь наверх переодеться. Вернусь через минуту, — сказала я Клэю, когда он сел на диван, переключая на ESPN. — Хорошо, малыш, — крикнул он мне, когда я покинула комнату.

Наверху, я подошла к душевой кабинке, находящейся за японским экраном в углу комнаты. Я немного колебалась, раздеваясь, когда поняла снова, что окружена окнами. Но предполагала, что никто не увидит меня с этой высоты, поэтому я, наконец, запрыгнула под струи воды.

После, переодевшись в пару темных джинсов и в новый, серый кашемировый свитер, который опоясывался вокруг, я высушила свои длинные, каштановые волосы и закрепила их подальше от лица. Потратив немного времени на макияж, я была довольна тем, как выглядела. Осмелюсь сказать, что выглядела я мило. Я хотела, чтобы сегодня все было идеально. Я лишь надеялась, что так и будет.

ГЛАВА 15

Клэй пришел, когда я уже закончила. — Оу, ты уже оделась, — надулся он, притягивая меня к себе. — Уходи! — завизжала я, когда он оставил мокрые следы от своих влажных плавок на моих джинсах. Он послал мне громкий чмок губами и начал копаться в своей сумке в поисках сухой одежды. — Я тоже приму душ. Дэниел, Рэй и Клэр только пришли. — Ты видел Рэйчел? — спросила я, когда он направился к душу.

Клэй покачал головой. — Нет, думаю, она вернулась в свою комнату. Она в порядке? — спросил он. — Не уверена, — ответила я правдиво. Клэй подошел и захватил меня в теплое объятие, целуя в макушку. — Я буду внизу через секунду, — сказал он, покидая меня и направляясь в душ.

Я присоединилась к остальным внизу. Клэр все еще была завернута в полотенце, сидя за кухонным островком, пока Дэниел делал ей какой-то напиток. — Что ты делаешь? — спросила я, пока Дэниел наливал клюквенный сок в стакан и украшал его ломтиком лимона. — Клэй сказал, мы можем покопаться в ликере. Поэтому, я сделал Клэр «Клюквенный всплеск»: клюквенный сок, водка, и немного содовой. Ты хочешь один?

Мой желудок сжался. Идея о том, чтобы люди рядом с Клэем пили, пробуждая его историю, казалась мне не очень хорошей. Я покачала головой. — Только давайте полегче, ребята. Мы здесь, чтобы хорошо провести время, а не набраться и не отходить от унитаза всю ночь, — предупредила я. Дэниел закатил на меня глаза. — Когда ты стала нацистской партией? — пошутил он, вручая напиток Клэр. Она взяла напиток и состроила мне гримасу. — Боже, Дэни. Сколько водки ты добавил сюда? — спросила она, понюхав стакан.

Дэниел пожал плечами. — Достаточно. Теперь, просто выпьем, — он повернулся, чтобы сделать себе напиток. У меня плохое предчувствие. Мне хотелось найти Рэйчел. Я беспокоилась о ней. Поэтому я отправилась вниз по коридору в спальню, которую она делила с Дэниелем.

Я неуверенно постучала с дверь и услышала приглушенное «входи». Открыв дверь, я обнаружила Рэйчел, сидящей на кровати и красящей ногти на ногах. Признаю, я ожидала, что Рэйчел свернулась клубочком и хандрила. Поэтому, видеть, как она делает что-то настолько обыденное, как педикюр, было приятным сюрпризом.

— Хэй, — сказала я, шлепнувшись рядом с ней. — Хэй, — ответила она, не поднимая взгляда. —Клевый цвет, — прокомментировала я, наблюдая за слоем лака красного цвета, напоминавшего цвет пожарной машины, на ногтях. Рэйчел пошевелила пальцами. — Да, они будут здорово смотреться с моим красным платьем в полоску.

Рэйчел закрыла крышку лака и поставила его на ночной столик, после чего вытянула ноги, ожидая, когда ногти высохнут. Я легла на кровать и положила подушку под голову. — Почему ты прячешься здесь? — безучастно спросила я ее.

Рэйчел наклонилась вперед, чтобы подуть на свои ногти. — Я не прячусь. — Я посмотрела на нее насмешливо. Кого она обманывала? — Окей, возможно, я и прячусь. Я не могу мириться с его дерьмом. Все, что он говорит и делает сейчас, меня раздражает. Он даже не хотел причинить мне боль, что делает все намного хуже. Знаю, я капризная сучка. Просто оставь меня с моим ПМС, пожалуйста. Я обещаю стать веселой и счастливой чуть позже. Но сейчас, я чувствую невыносимую тяжесть, — Рэйчел поднялась и заковыляла в ванную, убедившись, что не испортила ногти.

— Хорошо. Но я очень жду от тебя веселых и счастливых событий. Потому что мрачное эмо-шоу, которое ты здесь устроила, действительно отстой. — Я показала ей язык, когда она закрыла дверь. Но я была рада увидеть ее маленькую улыбку, до того как дверь окончательно закрылась.

Я покинула комнату и вернулась в гостиную. — Ее величество соизволит почтить нас своим присутствием? — спросил Дэниел, когда я села с Клэем на диван. — Заткнись, Дэниел! Если бы ты не был таким эгоцентричным придурком, ты бы понял 99% ее проблем, — рявкнула я. Это заткнуло Дэни. Рэй хихикнул с другого конца комнаты, и глаза Клэр расширились от моей вспышки.

— Остынь, малыш, — сказал Клэй, поглаживая мою руку. Я утонула в его прикосновениях, желая игнорировать неизбежную драму между моими лучшими друзьями. Когда все стало таким сложным? Я ненавидела эту странность, существующую между Рэйчел и Дэниелем. Даже хуже, я фокусировалась на их дерьме, а не на том, что происходило между мной и моим парнем.

Немного позже Рэйчел вышла из спальни. — Посмотрите на снег, — сказала она, указывая на окно. Уровень снега значительно поднялся с тех пор, как мы зашли внутрь, и теперь уже полдюйма белого снега лежало на земле. — Ох, надеюсь, мы застрянем здесь, — Клэр взволновано хлопнула в ладоши.

— Да, — сказала я вяло. Этот маленький сценарий не слишком хорош для меня, учитывая то, что родители понятия не имели, где я действительно находилась. Я наблюдала, как снежинки падали с неба. Рука Клэя тепло лежала на моем плече, и я опустила голову, уткнувшись ему в плечо. Прямо сейчас все было так, как я и хотела.

Я, должно быть, задремала, потому что следующим, что я увидела, была попытка Клэя разбудить меня. — Привет, соня. Время вставать. Нам надо начинать готовить обед, — прошептал он в мое ухо, мягко целуя его и посылая дрожь по моей спине.

Я потянулась и попыталась зарыться обратно в диванные подушки. — Нет, я хочу спать, —пожаловалась я, снова закрывая глаза. — Просыпайся, Мэгс! — кричал Дэниел, перед тем, как запрыгнуть на меня. Он щекотал меня, пока я не начала задыхаться. — Встала, встала! — завизжала я, откидывая его руки. Сбросив с себя Дэниела, я поднялась.

Я встретилась взглядом с Клэем. Его лицо было темным, и я невольно вздрогнула. Мне не нравилось то, что я видела. Не может быть, чтобы он ревновал к Дэниелю. Это было просто смешно. Но смотря на него и видя, как расстроен он был, я точно знала, что он чувствовал.

Я пересекла комнату к островку, где стоял Клэй. Скользнув руками, я обняла его за талию. —Привет тебе, — сказала я мягко, целуя его спину через футболку. Я пыталась дать ему понять языком тела, что я больше никого не хотела.

— Скоро будет готов обед. Так что просто отстань, — Клэй убрал мои руки от себя и отошел. Вау, это больно. — Клэй..., — начала я, но осознала, что он уже не слушал меня. Он пошел туда, где Рэйчел измельчала овощи. Я наблюдала, как он засмеялся над чем-то, что она сказала. Он помогал ей вместе делать салат, полностью игнорируя меня.

Рэйчел встретилась с моими глазами из-за внезапной болтливости Клэя. Я послала ей маленькую улыбку и отвернулась. Если он хочет притворяться, что меня здесь нет, я пойду в другую чертову комнату. К черту это!

Я схватила пиво из холодильника и злобно открыла крышку. Закинув бутылку вверх дном, я выпила половину ее содержимого. Вернувшись в гостиную, я села рядом с Клэр, которая смотрела «Отчаянных Домохозяек».

Обед был неловким. Еда была фантастической, но я не могла ничего съесть из-за огромного кома, который поселился в моем животе. Дэниел сел рядом со мной, когда Клэй принес блюдо со стейками. Увидев это, Клэй уронил тарелку на стол и обошел его, сев на противоположном от меня конце стола.

Он не смотрел на меня во время еды, вместо чего громко смеялся с Рэйем и даже флиртовал с Клэр (что, на мой взгляд, было совершенно неуместно). Все было так, будто меня не существует. — Проблемы в раю? — спросил Дэниел между укусами салата.

Я послала ему испепеляющий взгляд и проигнорировала подстрекателя. Рэйчел сидела напротив меня и посылала мне взволнованные взгляды весь обед. Не так я представляла себе этот вечер. Рэйчел и Дэниел едва разговаривали, и Клэй отказывался признавать меня. Неужели могло стать еще хуже?

После того, как мы закончили, я решила взять быка за рога и начать бороться со льдом, который сформировался между Клэем и мною. Взяв кучу тарелок, я последовала за Клэем на кухню, где он начал загружать посудомоечную машинку.

Я бросила посуду на стойку и схватила Клэя за руку. — Посмотри на меня! — сказала я громко, стараясь привлечь его внимание. Он попытался встряхнуть меня, но я не колебалась. — Черт побери, Клэй! Просто скажи мне, что я сделала, чтобы заслужить молчаливое обхождение! — я ненавидела то, как шатко звучал мой голос. Клэй должно быть тоже услышал это, потому что он, наконец, посмотрел на меня.

Видя, как мне было больно, он вздохнул, и холодность растаяла с его лица. — Ничего, Мэгс. Я не знаю. Я снова был иррациональным. — Клэй заполнил раковину водой и начал очищать кастрюли, по-видимому, пытаясь избежать разговора.

Я погрузила руки в мыльную воду и взяла его руки в свои. Почувствовала, как его пальцы захватили мои. — Я не понимаю, что происходит. Я не читаю мысли, Клэй. Ты должен помочь мне немного с этим, — умоляла я, прижимаясь лбом к его груди. Клэй обнял меня, его мокрые руки обхватили мою спину.

— Можем ли мы просто забыть об этом, пожалуйста. — Он звучал устало, и мне хотелось оттолкнуть его. Но я инстинктивно знала, что станет только хуже. Так что я пошла против моего лучшего суждения и позволила вопросу остаться без ответа. Я решила двигаться обратно в страну отрицания, что было моим лучшим вариантом.

Я поднялась на носочки, целуя Клэя в губы. — Я люблю тебя. Ты знаешь это, верно? — Клэй послал мне слабую улыбку. — Конечно, — сказал он, возвращаясь к посуде в раковине. Больше он ничего мне не сказал. Еще немного я постояла рядом с ним, потом покинула кухню. Его арктический взрыв следовал за мной в гостиную.

Рэй вопил на телевидение, пока Дэниел играл в какую-то стрелялку на X-box. Клэр пила другую смесь приправленную алкоголем, а Рэйчел свернулась под одеялом. Я плюхнулась рядом с Рэйчел. — Итак, ребята, что хотите сделать?

— Стрип-покер? — спросил Рэй, его глаза засветились. Клэр кинула в него подушку. — Заткнись, извращенец, — кричала она на него. Остальные из нас рассмеялись. Клэй зашел в комнату и сел рядом с Клэр. Мог ли он сделать еще более очевидным тот факт, что он отмахивался от меня?

— В кабинете есть куча настольных игр. Мы могли бы сыграть в одну из них, — предложил он. — Звучит весело. Идем, поможешь мне найти что-нибудь, — сказала Клэр, спрыгивая с дивана и таща Клэя за руку.

Я пыталась побороть ревность, которая вырывалась из меня. Это была Клэр! Моя подруга! Ее парень был в трех футах. Не было никаких причин, чтобы чувствовать странность их взаимодействия. Но наблюдать за тем, как Клэй стоит так близко к другой девушке, заставляло меня захотеть вырвать волосы с головы моей «подруги».

Но вместо всей этот территориальщины, я решила остаться там, где была, маринуясь в своих страшных эмоциях. Клэй и Клэр остановились на «Trivial Pursuit» («Обычное Преследование»). После того, как Рэй и Дэниел закончили играть в X-Box, мы разложили игру на кофейный столик. Мы решили играть парни против девушек, но с прокручиванием. Рэй и Дэниел хотели превратить все в игру на выпивку, так что за каждый неправильный ответ команда должна выпить.

Я нервничала из-за этого. Посмотрев на Клэя, я убедилась, что он согласен с этим. Он вызывающе посмотрел на меня и сделал глоток пива. Казалось, он ставит точку. Все равно, я не собиралась пилить его из-за этого. Если он хочет вести себя как идиот, пусть так и будет.

После нескольких поворотов, стало очевидно, Клэй доминирует в игре. Мои беспокойства о том, что он будет пить были необоснованными, потому что пропустил только несколько вопросов. — Самое быстрое морское млекопитающее? — спросила Рэйчел. — Касатка, — ответил Клэй без колебания. Рэйчел бросила в него карту. — Ты запомнил эти карточки или что? Не может быть, чтобы ты знал так много бесполезных вещей! — Вцепилась она. Клэй засмеялся. — Давайте просто скажем, что у меня было на руках много времени, и все что я делал, так это читал, — признался он, вручая ей карту.

Я ответила на добрую часть вопросов и превосходство Клэя значительно уменьшилась, когда игра взяла новый виток. — Сколько фильмов о Рокки было снято до 1990 года? — спросил Клэй, когда была наша очередь. — О! Я знаю ответ! Было снято 5 фильмов! — сказала я, ухмыляясь, потому что знала, что была права. Клэй посмотрел на карточку. — Верно, ответ 5. Видишь, я не единственный, у кого голова забита всякими бесполезными знаниями. Отлично сыграно, малыш, — он улыбнулся мне, вручая розовый клин для нашего колеса.

Мое тело гудело, когда его пальцы обхватили мои, передавая кусочек игры. Наши глаза встретились, и я почувствовала, что, возможно он, наконец, пережил наше раннее недопонимание. Я ненавидела признавать, что становилась очень, очень пьяной. Клэр и Рэйчел хихикали рядом со мной, а Рэй уже почти потерял сознание на диване.

Через несколько раундов парни заявили о своей победе, и мы, девушки, должны были выпить остатки напитков. Моя голова гудела, да и Рэйчел уже смеялась не понятно над чем. Покончив с этой игрой, мы решили поиграть в «Scategories». Для этой игры Дэниел и Рэйчел решили объединиться в команду. Рэй и Клэр были в другой команде, оставив меня вместе с Клэем.

Вдруг зазвонил телефон Дэниела. Он посмотрел на экран и быстро встал, чтобы ответить. — Алло? — произнес он тихо и вышел из комнаты. — Кто это был? — спросила я. — Бьюсь об заклад, это Кайли. Она названивает ему весь день, — беспечно сказал Рэй, начиная просыпаться, чтобы приобнять Клэр.

— Кайли? Я думала, они расстались, — тихо сказала Рэйчел. — Да, расстались, но это не помешало им встретиться на прошлой неделе. Думаю, она хочет еще один шанс. — Рэй мог быть такой свиньей. Клэр ударила своего парня.— Заткнись, Рэй! — зашипела она на него.

Рэйчел посмотрела на меня. Я понимала, что ей больно. — Видишь, Мэгс. Именно поэтому я не хочу ничего говорить или делать. Она ведь всегда будет на картинке. — Рэйчел бросила карты на стол и немного нетвердо встала на ноги.

Как раз тогда Дэниел вернулся в комнату и в замешательстве посмотрел на Рэйчел. — Куда ты собралась? Нам еще предстоит выиграть. — Он засунул телефон обратно в карман. Рэйчел слегка пошатывалась на ногах, по-видимому, алкоголь уже давал о себе знать. — Знаешь что, Дэниел, да пошел ты к черту.

Я поднялась, готовая вмешаться.

— Рэйчел, думаю, уже настало время для того, чтобы пойти в кровать, — сказала я тихо, вставая рядом. Я взяла ее за руку и попыталась отвести, но Дэниел остановил нас. — Нет, Мэгги, позволь ей высказаться. Очевидно, я снова ее расстроил, — выплюнул он мерзко. Мы все были ошарашено происходящим и прекрасно понимали, что хорошо это не закончится.

Лицо Рэйчел покраснело. — Да, черт побери, ты меня расстроил! Я устала наблюдать за твоими качелями с этой сучкой! — вскрикнула она. Клэй встал с другой стороны от Рэйчел, и мы попытались вывести ее в коридор.

Она высвободила руки из нашего захвата и повернулась к Дэниелю, который был трупно-бледного цвета. — Что, черт возьми, с тобой такое? — зарычал он, подходя к Рэйчел. Я положила руку на грудь Дэниела. — Отвали, Дэни. Ты же знаешь, какая она, когда выпьет. Дай ей проспаться, - умоляла я.

Я подняла взгляд на Рэя и Клэр, надеясь на некоторую помощь с их стороны, но они уже вырубились.

— Нет, Мэгги! Меня тошнит от того, что он так поступает со мной! — кричала Рэйчел. Дэниел нахмурился, вены на его шее вздулись. — Так поступаю с тобой? О чем ты говоришь? Мы друзья, Рэйчел! Мы всегда были друзьями, но в последнее время все, что мы делаем, так это ругаемся. Только вся херня в том, я не могу вспомнить ни одной чертовой вещи, которую сделал тебе, — кричал он, и его лицо было в дюйме от лица Рэйчел.

— Просто прекрати, — сказал Клэй, оттаскивая Дэниела назад. Рэйчел начала плакать. — Да, мы друзья. Но, черт возьми, Дэниел! Я люблю тебя! Я устала от того, что ты причиняешь мне боль! — рыдала она. Я притянула ее в свои объятия, позволяя плакать в мою футболку.

Дэниел выглядел ошарашено. Он в замешательстве посмотрел на меня. — Она любит меня? Какого черта она несет? — Я лишь покачала головой. Рэйчел выкрутилась из моих рук и побежала по коридору, хлопая дверью своей комнаты.

— Какого хрена? — крикнул Дэниел и повернулся, ударяя кулаком в стену. — Твою мать, Дэниел, прекрати! — взревел Клэй, потянув за спину парня. Дэниел толкнул Клэя и меня, после чего хлопнул кухонной дверью. — Вот дерьмо, — устало произнесла я. Пялясь в окно, я пыталась найти Дэниела в темноте ночи. — Думаю, мне следует найти его, — сказала я, надевая пальто и обувь.

— Просто оставь его. Он успокоится, — сказал Клэй, потянув меня подальше от двери. Я повернулась к нему и послала темный взгляд. — Слушай, Клэй, Дэниел мой друг. Он расстроен и пьян. Сейчас он нуждается во мне. — Я нашла свои перчатки в карманах пальто и надела их.

Клэй схватил мои руки. — Ну, я тоже нуждаюсь в тебе. Разве это не считается? — спросил он меня злобно. Он серьезно? Как он может делать это? Я отошла в сторону от него. — Перестань быть эгоистичным ничтожеством. Мои друзья сейчас нуждаются во мне. Хотела бы я надеяться, что ты поймешь это. Но если нет, иди ты…. — высказалась я, прежде чем оставить его и найти Дэниела.

ГЛАВА 16

Я нашла Дэниела сидящим на скамейке у озера, пока снег хлопьями падал вокруг него. Он не надел пальто, поэтому дрожал от холода. — Ты замерзнешь здесь, идиот, — сказала я, подходя и садясь рядом.

Дэниел все еще немного пошатывался, но подвинулся на скамейке, чтобы дать мне больше места. — Что только что нафиг произошло? Она серьезно? Потому что я понятия не имел, что она испытывает ко мне нечто подобное, — сердито съязвил он. Я коснулась его плеча в поддержке и взяла за руку. — Дэнни, Рэйчел любит тебя. Я имею ввиду, любит по-настоящему. Не уверена, что должна говорить тебе это, но я не могу стоять в стороне и наблюдать, как вы оба раните друг друга снова и снова. Теперь ты знаешь, что она чувствует. Что ты собираешься с этим делать? — спросила я его.

Дэниел опустил голову. — Не знаю. Это какое-то безумие. Я знаю Рэйчел еще с тех пор, как мы были детьми. Я никогда не думал, что она испытывает ко мне подобные чувства. — Он покачал головой. — Ну, думаю вопрос в том, чувствуешь ли ты по отношению к ней нечто подобное? Знаю, она твой друг. Мы втроем дружим уже очень долгое время, но иногда наступает момент, когда все меняется. И это может быть действительно здорово, Дэниел. — Я обвила его руками и притянула ближе.

— Я, правда, запутался. Не могу сейчас ни о чем думать. — Он схватился за голову руками так, словно она болела. — Наша дружба очень важна для меня. Не знаю, смогу ли я разрушить ее. — Он звучал так уязвлено, что я наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку.

— Ну, возможно, сейчас тебе стоит пойти туда и поговорить с ней. Нужно разобраться со всем этим дерьмом, потому что я не могу больше играть посредника между вами двумя. Это изрядно выматывает, — я потерла его затылок, пытаясь успокоить.

— Ты чертовски фантастическая, Мэгс, — сказал Дэниел, улыбаясь своей грустной, пьяной улыбкой. — Да, я знаю, — пошутила я, позволяя затянуть себя в крепкие объятия. Его руки гладили мои волосы. Мы стояли так некоторое время, обнимая друг друга. Дэниел, кажется, цеплялся за меня, как за жизненную линию. Наконец, он отстранился и похлопал меня по щеке. — Ты права. Я должен пойти и поговорить с ней. Это вышло из-под контроля. — Я взяла другую его руку и сжала её.

Затем я подтолкнула Дэниела. — Окей, тогда иди, — подбодрила я. Дэниел поднялся на ноги. —Пожелай мне удачи. Если услышишь мой крик, знай, она пытается убить меня, поэтому срочно приходи мне на помощь. Договорились? — ясное дело, Дэниел шутил, но было заметно, как он нервничает. — Конечно, — сказала я, улыбаясь.

После того, как Дэниел ушел, я еще немного посидела на лавочке. И тогда я почувствовала странное покалывание на шее. Обернувшись, я увидела темное очертание Клэя в тени деревьев. — Клэй? — позвала я. Он не ответил мне, просто стоял там и наблюдал. Я поднялась и пошла к нему, мой желудок упал при виде его лица.

Великолепно, он снова зол.

— Как долго ты здесь был? — спросила я, засовывая руки в карманы. Его глаза встретились с моими. — Достаточно долго, чтобы увидеть вашу маленькую интерлюдию прикосновений, — выплюнул он с отвращением. Я вскинула руки в воздух и фыркнула. — Конечно же, ты скажешь именно это. Потому что, по-видимому, все, что я делаю, это встречаюсь с другими парнями за твоей спиной. Ведь именно в этом ты меня обвиняешь, да? — с горечью сказала я, обходя его и возвращаясь в дом.

Клэй схватил меня за руку. — Но, если все выглядит именно так, — холодно сказал он. Я развернулась и оказалась с ним лицом к лицу. — Ну, не я здесь проклятый сталкер! Дэниел мой друг, а ты - идиот!

Я забежала в дом и пошла прямо наверх.

Клэй наступал мне на пятки. — Мэгги, остановись. Пожалуйста. — Я слышала изменения в его голосе. Он звучал обеспокоенно, даже слегка панически. — Если бы не снегопад, я бы попросила тебя отвести меня домой. Клэй, это смешно! Ты был козлом весь вечер. Мне достаточно твоей иррациональной неуверенности, — кричала я на него, снимая пальто и бросая его на пол.

— Мэгги! Господи! Ты же знаешь, какой я! Как это тяжело... — Я прервала его. — Заканчивай с проклятыми оправданиями! Я не делала ничего плохого, всего лишь любила и поддерживала тебя. Но твое дерьмо погубит нас. Ты должен научиться держать это под контролем! — Могу сказать, что с моей стороны было не правильно произносить все это. Глаза Клэя загорелись внезапным гневом.

— Как же это мило, просто бросить мне мои проблемы в лицо, почему бы и нет?! Я стараюсь. Что еще я могу сказать? Думаю, ты просто ищешь оправдание, чтобы избавиться от меня. Ну, отлично. Я сделаю тебе одолжение. Отвали! — кричал он на меня. — Какой же ты ублюдок, — выдохнула я, с трудом веря в то, что он только что сказал. После всего, через что мы прошли. После всех тех раз, когда я показывала ему, как сильно люблю его. Ну, если он хочет вести себя как ребенок, то я ухожу с этих горок.

Глаза Клэя вспыхнули. Я толкнула Клэя прямо в грудь. Он не ожидал этого и споткнулся, немного удивленный. — Отлично. К черту тебя! — Я запыхалась, проходя мимо него.

Ярость схлынула с лица Клэя, и он выглядел пострадавшим. Осознание того, то я покидаю его, пришло тяжело и быстро. В этот момент я прекрасно понимала, он не имел ввиду то, что сказал. Клэй лишь пытался ранить меня. Но кто так делает? Я не собираюсь и дальше стоять здесь и выполнять роль его груши для битья. — Мэгс, прости меня. Не знаю, что я сказал. — Он попытался дотронуться до меня, и я ударила его по лицу. Жестко.

Его лицо качнулось от силы моей пощечины, и красное пятно расцвело на щеке. Он приложил руку к своему лицу, ошеломленный от моего поступка. — Ты не можешь говорить со мной подобным образом! — Я подлетела к кровати, сорвала с нее одеяло, взяла подушку и покинула комнату.

Клэй следовал за мной. — Что ты делаешь? Мэгги, остановись, пожалуйста. Мне жаль! — умолял он меня, пытаясь предотвратить мой уход. Я обернулась. — Я буду спать на диване. Предпочитаю спать одна, чем делить кровать с тем, кто не уважает меня! — Лицо Клэя сморщилось, пока он пытался поймать меня за руку. — Пожалуйста, Мэгги! Я уважаю тебя! Очень! Я был глупым. Я испугался, что ты бросаешь меня. Думаю, что отталкиваю тебя, чтобы убедиться в том, что я прав, и ты, в конечном итоге, уйдешь от меня. Я произнес эти ужасные слова, чтобы узнать, как ты примешь их. Будешь ли со мной, не смотря ни на что. Но я ошибался! Я не должен был так относиться к тебе лишь ради того, чтобы доказать больную и закрученную теорию в своей голове. Пожалуйста, не оставляй меня! Я не могу жить без тебя! — Это было самое честное признание о его чувствах за все эти недели. Но в этот момент, это было немного поздновато. Мне было больно, я была зла, и мне нужно было немного пространства.

— Тогда, думаю, ты должен разобраться со всем этим, прежде чем так обижать меня, поступая со мной так, будто я твой эмоциональный мешок для наказаний, а? — Я оставила его стоять там одного и спустилась вниз. В доме было тихо, и я быстро соорудила свое гнездо на диване. Я легла, стараясь успокоить бешеное биение моего сердца. Я ожидала увидеть, что Клэй последует за мной, но он не пошел.

Я была свободна и сильно разочарована происходящим, , что раздражало меня сильнее всего. Его эмоциональные взлеты и падения становились более и более болезненными. И это еще раз подтверждало тот факт, что я любила его какой-то нерациональной любовью. Но, когда же я остановлю эти постоянные перевороты и защищу себя? Я начала рыдать в подушку, вспоминая, как холодно он смотрел на меня, когда говорил уйти. Всегда ли так будет? В данный момент все идеально, но потом, спустя буквально мгновение, крики и ор? Не думаю, что справлюсь с этим.

Сейчас я пребывала в состоянии постоянной тревоги, снова ожидая очередного пинка.

Но думать о жизни, в которой нет его, было чересчур. Я не могла переварить перспективу, что проведу хотя бы день, не видя его. Я была между молотом и наковальней. До смерти напуганная тем, что наши отношения делают со мной, но еще больше испуганная тем, что они прекратятся. Моя любовь к нему была могущественной, подавляющей вещи, которые не имели рационально смысла. Но где мне провести черту?

Мой нос был забит из-за слез, которые я вытирала постоянно с лица. Я так устала плакать. Я ненавидела это. Поэтому, я постаралась уснуть, но мой мозг не останавливался. Дома было слишком тихо, и это сводило меня с ума. Я ворочалась. Каким бы милым не был диван, спать на нем было неудобно. Наконец, около часа ночи я заснула, чтобы проснуться через час.

— Мэгги, пожалуйста, пошли в кровать, — уговаривал меня Клэй, произнося все это в мое ухо. Я обернулась и увидела его, стоящего на коленях рядом со мной. Я снова отвернулась, отказываясь с ним говорить. Я все еще была больше, чем немного зла, и очень, очень сильно обижена. — И, если я услышу «пожалуйста Мэгги» еще хоть раз, я закричу.

Я почувствовала, как лоб Клэя уткнулся в мою спину. — Я не могу спать. Мне нужно сделать все правильно, — умолял он меня. Его голос надломился, и я услышала скрип от его плача. Не осознавая, что делаю, я обернулась, чтобы увидеть его. Он выглядел ужасно. Его волосы встали дыбом, будто он проводил сквозь них пальцами снова и снова. Его глаза были кроваво-красными в лучах умирающего огня, и он выглядел ужасно бледным.

Черт побери, я почувствовала слабость при виде его, и заерзала на подушке. — Мне хорошо и здесь. Просто иди в постель, — сказала я ему, протирая сонные глаза. Клэй выглядел отчаянно. — Нет. Я не хочу спать в этой кровати без тебя. Я останусь с тобой на диване. — Он пошел в другой конец секции и лег.

Клэй ворочался, потратив много времени, как и я, чтобы устроиться комфортно. Он свернул, а затем взбил подушку под головой. Через несколько минут я поднялась. — Это смешно. Просто иди наверх, Клэй. Ты не будешь спать на диване рядом со мной. — Клэй посмотрел на меня. — Я не могу находиться далеко от тебя. Знаю, я облажался. Я заслуживаю твой гнев, но ты нужна мне, Мэгги, и ты знаешь это. Все такое темное без тебя. — Я понимала отчаяние в его голосе, потому что оно было близко к тому, что чувствовала я. Я так же осознала, что он разрывался между линиями. Чувствовал себя так, как и в те времена, когда резался.

Мой желудок упал. — Ты не делал этого? — спросила я шепотом в ужасе. Клэй покачал головой. — Нет, но я хотел, — признал он. Я была рада, что он не поранил себя. — Ты полностью пересек черту, Клэй. То, что ты сказал мне, было действительно больно. — Я могла слышать колебание своего тела, когда снова начала плакать.

Клэй моментально оказался возле меня и стер слезы большим пальцем. — Не плачь, малыш. Я не могу жить, зная, что обидел тебя. — Он мучился. Я отстранилась от него, не готовая к его прикосновениям. Он опустил руки.

— Ты не можешь вести себя со мной так, как человек из Неолита. Ты не можешь бить меня по голове своей дубинкой и тащить обратно в свою пещеру, когда тебя расстраивает то, что я делаю. И перестань пытаться оттолкнуть меня в своем странном испытании моей преданности. Потому что ты действительно оттолкнешь меня, Клэй. Уверена, что уже в следующий раз, — пригрозила я. Клэй отпустил голову от стыда. — Я знаю. Мне очень жаль. Не могу сказать тебе насколько, — прошептал он, пока падали его собственные слезы. Я была расстроена. Одна часть меня, та, что была пожестче, не хотела позволять всему этому продолжаться. Я боялась, что, если позволю, то открою дверь, которую уже никогда не смогу закрыть.

Я наблюдала, как мой бедный, сломанный мальчик плачет, и это причиняло мне еще больше боли. Я начинала чувствовать себя невероятно разорванной. Мне хотелось простить его, но я не была уверена, должна ли.

Я осторожно толкнула плечо Клэя так, чтобы он посмотрел на меня. — Разве ты не видишь, как все испортилось, Клэй? — Он нахмурился, глядя на меня. — Знаю, то, что я сделал, было неправильно. Я ненавижу себя за это, — сказал Клэй, пытаясь схватить меня за руку.

Я отстранилась, оказывая ему в прикосновении. — Что, если бы это стало, я не знаю...системой или еще чем в роде того. То, как ты повел себя, было отстойно, — сказал я резко, желая ясно обозначить свою позицию.

Клэй кивнул. — Знаю. Я не могу. Это было так глупо. Я не могу извинить свое поведение. У меня есть ужасная привычка переносить свою небезопасную фигню на людей, которых я люблю больше всего. — Клэй убрал волосы с глаз и напряженно посмотрел на меня. Мой желудок подпрыгнул, как и всегда, когда он так на меня смотрел. Будто я была центром его вселенной.

— Я люблю тебя больше, чем кого-либо. А это значит, что ты единственный человек, к которому я не должен так относиться. Но я говорил тебе, я опасен. Ужасно опасен, — признал он. — Ты великолепен, Клэй. Ты можешь иметь все, что захочешь. В тебе нет ничего опасного, — усмехнулась я, прекрасно понимая, почему он так себя чувствовал. Его проблемы с психическим здоровьем осложняли для него видение реальных вещей. Он жил в этом темном мире, в котором не мог никому ничего дать, кроме боли. Я очень пыталась изменить его видение себя самого. Но не думаю, что у меня это получилось.

Клэй невесело засмеялся. — Я ходячий хаос. Ты лучше других знаешь все, что я делал или сделаю, но я так сильно хочу измениться. Хочу быть уверенным, что этот парень никогда не появится снова. Но иногда борьба становится действительно трудной. Но сейчас, когда я встретил тебя, начал чувствовать вещи, которые не чувствовал раньше. Вещи, которые я даже не думал, что когда-либо смогу испытать. Когда я нахожусь рядом с тобой, то чувствую, словно выхожу из-под контроля. Словно я голый, и кто-то видит все, что есть внутри меня... хорошее и поистине ужасное, — он звучал так уязвимо. Я хотела обнять его, но не была уверена, что готова преодолеть разрыв.

— Я боюсь, что все мои ужасы оттолкнут тебя. Потому что знаю, во мне много всякого дерьма. Я не могу управлять своим сумасшествием, да и какое-то противоречивое дерьмо постоянно происходит во мне, — он сделал глубокий вдох. — Но Мэгги, я хочу пытаться. И я пытаюсь. Правда, бывают времена, когда я понимаю, что тебе будет намного лучше без меня. Когда я вижу тебя с этими парнями - Джейком, Дэниелом, да или любым другим парнем - это убивает меня. Потому что каждый из них может дать тебе что-то, что не могу я. Нормальность. — Я начала протестовать этому идиотизму, но он поднял руку.

— Знаю, между тобой и Дэниелом нет абсолютно ничего, или тобой и Джейком, или тобой и чертовым почтальоном. Я пытаюсь сказать, что не имеет значения, кто это будет. Факт в том, что кто-то может быть этим парнем, ведь любой другой парень будет гораздо лучше для тебя, нежели я.

Его глаза были мрачными, и он отвернулся от меня. Его самооценка была ужасной. Почему он не видел себя таким, каким его видела я? Как Клэй не может понять, какой полной он делает мою жизнь, только присутствуя в ней? Конечно, то, что с ним происходит, тяжело и запутано, но несмотря на все это, происходящее между нами очень страстное и удивительное. В моей жизни больше не будет кого-то, кто повлияет на меня так, как он. Я в этом абсолютно уверена.

Дело было в том, что я была ошеломлена тем, как сильно плохое перевешивает хорошее. С чем мы останемся, если я не смогу и дальше заставлять Клэя видеть все, что было в нем замечательного, и всю прелесть того, что происходит между нами? Что произойдет тогда? И когда мой гнев выдохся, он сменился лишь грустью.

И это было гораздо тяжелее для моего желудка.

— Я не знаю, что сказать. Я не хочу, чтобы ты так себя чувствовал. Я люблю тебя. Чертовски сильно люблю. Но я не могу заставить тебя чувствовать себя лучше ни в отношении самого себя, ни в отношении нас. Потому что это подвластно только тебе. — Я подняла руки в усталом поражении.

Клэй опустил голову. — Я действительно стараюсь, — сказал он тихо. Конечно,

вечер был испорчен, и не было шанса, что я забуду о том, что он сделал, но видя его таким отчаянным, во мне проснулась моя заботливая сторону, которая развилась с момента первой встречи с Клэем.

Может мне не стоит так легко прощать его после того, как он так сильно меня обидел. За то, что не доверял. Сомневался в моей любви к нему. И возможно, чуть позже я снова начну испытывать из-за этого злость. Но сейчас, я хотела стереть это отчаяние с его красивого лица. Отчаяние, которое было вызвано чем-то более глубоким, чем наш спор.

Мы сидели в тишине, напряжение было ощутимо. Я была туго натянута и не знала, что сделать, чтобы исправить ситуацию к лучшему. Прежде чем я смогла принять решение, Клэй встал на ноги.

— Я оставлю тебя одну. Мне так жаль, Мэгс, — прошептал Клэй. Я наблюдала, как он уходил обратно к лестнице, и ничего не сказала, чтобы его остановить.

Я полежала немного в темноте. Нет никаких шансов, что я опять смогу заснуть. Поэтому я дотошно переваривала наш разговор. Порой, терпеть Клэя было немного трудно. Я знала, он любит меня. Но могла ли я примириться с такой любовью? Не разорвет ли эта любовь меня на части?

Я не могла перестать думать о словах, сказанных им о том, что он опасен и как сильно он старается измениться. И пока я верила ему, все же существовало маленькое сомнение. Сомнение насчет того, что он старается недостаточно сильно. И потом я подумала о том, что, возможно, мне не стоит так сильно давить на Клэя, ведь я сама была пронизана своими собственными сомнениями.

Я перекатилась на свою сторону дивана и прижала подушку к щеке. Сегодняшний вечер должен был быть особенным. Я долгое время мечтала об этом. Мои мысли вернулись к Клэю, который, как я знала, не спал, также как и я.

Пойти ли мне к нему? Позволить ли всему этому уйти и попытаться найти некое подобие счастья, в котором мы оба нуждались? Или занять твердую позицию и не отступать?

Я хмыкнула и забормотала, не уверенная, что делать. С волнением я убрала волосы с лица. На сердце было тяжело. Я скучала по нему. Мне хотелось, чтобы он обнимал меня, заставляя верить, что все будет хорошо. Мне нужна эта фантазия, даже если это всего лишь моя фантазия.

Вдруг я поняла, что стою на ногах, зажав подушку и одеяло рукой, и осознала, что поднимаюсь по спиральной лестнице на верхний этаж, идя прямо к Клэю, при этом не издавая ни звука.

Я остановилась в дверном проеме и посмотрела на него, находящегося в мрачной темноте. Я могла представить его очертания под одеялом. Бросив свои вещи на пол, я откинула покрывало с кровати и легла рядом с ним.

Клэй перевернулся, и я могла увидеть его глаза, сияющие в темноте. — Что ты делаешь? — выдохнул он, его тело вытянулось рядом со мной. Я перекатилась на свою сторону и потянулась, чтобы погладить его лицо. — Я зла на тебя прямо сейчас. Зла и расстроена, — мой голос дрожал. Клэй положил свою руку на мою и прижал ее к щеке.

— Мэгги... — начал он, но я прижала палец к его губам, останавливая. — Просто заткнись, хорошо? — Клэй закрыл рот и позволил мне продолжить. — Я расстроена. Ты не первый раз говоришь мне о том, что твое поведение ужасное и неприемлемое. Я надеялась, что больше такое не повторится. Но ты снова это сделал. Часть меня хочет собрать вещи и уехать. Забыть всю эту идиотскую драму... забыть тебя. — Из моих глаз потекли слезы, но я смогла удержать свой взгляд на нем. Его дыхание стало тяжелым, и я поняла, что мои слова влияют на него.

— Но я не могу сейчас этого сделать, Клэй. Потому что верю в то, что ты пытаешься измениться. Верю в то, что ты любишь меня. Но ты должен знать, что произошедшее здесь раннее должно прекратиться. Я не шучу, когда говорю, что это разрушит наши отношения. То, что у нас есть, что мы чувствуем по отношению друг к другу, слишком особенное, чтобы вот так это убивать, — выговорила я. Клэй покачал головой и убрал мою руку со своих губ.

— Это НИКОГДА больше не повторится. Клянусь тебе! — признал он, потянув меня за руки так, что я прижалась к нему. Наши носы слегка касались друг друга, и я закрыла глаза, прижавшись своим лбом к его.

Но потом я просто подалась вперед, без мыслей о каких-либо последствиях. Я даже не задумалась о том, к чему все это может привести это прямо сейчас, после эмоционального смятения, которое мы пережили за последние несколько часов. Я поцеловала его, прижимаясь губами к его губам и пробегая языком по его нижней губе.

Клэй отклонился и посмотрел на меня. Я знала, что сбила его с толку. Черт, я и себя сбила с толку. Но мне нужно было потеряться в нем. Почувствовать это ощущение мира, которое приходит, только когда мы вместе.

Я должна была почувствовать его любовь. Не ревность, гнев или опасность, а любовь.

Мое тело проснулось от его близости. Физическое влечение, которое я испытывала, запутало мой мозг окончательно, и теперь мне стало трудно думать о чем-либо другом. Я чувствовала, как мое сердце бьется о грудную клетку, и как тяжело мне приходилось дышать, пока мы лежали так близко, что наши ноги задевали друг друга. Его грудь задевала мою. Шепот сливался воедино.

Я обняла его за шею и притянула ближе к себе. На этот раз он сопротивлялся. — Я не знаю, Мэгги. Мне не нравится это делать, когда у нас все еще столько проблем, которые необходимо разрешить. — Он вздохнул, когда я поцеловала его подбородок, покусывая кожу.

— Клэй. Я знаю, ты любишь меня. Я тоже люблю тебя. Давай просто забудем о проблемах. Пожалуйста, — пробормотала я в его кожу. Я не была полностью уверена в том, что захватило меня. Но я хотела, чтобы конфликт закончился. Я хотела видеть красивый блеск в глазах своего парня. И да, может я и правда использовала свое тело, чтобы немного манипулировать ситуацией. Но в этот момент мне было все равно.

Я потерялась в его поцелуях. Во вкусе его губ и шеи. Пробежала руками вверх и вниз по его спине, прижимаясь грудью к нему. Я чувствовала медленное, головокружительное тепло возбуждения, когда он поцеловал меня в ответ с таким же пылом.

Я стянула его футболку через голову и провела руками по его голой груди, царапая ногтями так, что он вздрогнул. Я поцеловала впадинку на его груди, дразня своим языком.

Медленно, будто ожидая, что я остановлю его, Клэй приподнял подол моей рубашки и снял ее через голову. Он смотрел на меня, его глаза тлели с желанием и болезненной нежностью, и это сбило мое дыхание. — Ты такая красивая, — прошептал он, его пальцы едва касались ткани, которая все еще прикрывала мою грудь.

Не ожидая, пока он это сделает, я потянулась и расстегнула свой бра, освобождаясь из него и кидая его на пол. Глаза Клэя стали больше и потом, с мучительной медлительностью, он опустил свои губы к моим ждущим соскам. Его язык танцевал и дразнил меня.

В этот момент я поняла, что, не смотря на его заскоки, не смотря на всю эту сумасшедшую драму, которую он создал, я всегда буду любить его. Клэй был моим точно так же, как и я была его. Наши жизни необъяснимо переплелись, и не было нужды отрицать интенсивную связь, которую мы с ним разделяли. Я хотела отдать ему все, чтобы он чувствовал себя целым, любимым и достойным.

Он прижал меня к себе, наша голая кожа отлично сочеталась вместе, когда он снова захватил мои губы. Его руки лакали мое тело, и мне казалось, что я сгораю изнутри.

Наконец, после этого, я расстегнула пуговицу на его джинсах и потянула молнию. Клэй втянул воздух сквозь зубы и глубоко застонал, когда я запустила руку внутрь и нашла его. Мы никогда раньше не заходили так далеко, ограничиваясь лишь небольшими исследованиями тела руками. Никогда раньше я не оказывалась под его одеждой. Поэтому это было в новинку для меня. Он застонал мне в губы, когда я потерла его неуверенными пальцами. Я действительно не знала, что делала, но ощутив его реакцию, я поняла, что, по-видимому, делала все правильно. Моя рука скользила вверх и вниз по всей егодлине, чувствуя его содрогания.

— Боже мой, Мэгги! — застонал он мне в рот, когда движения моей руки стали увереннее. Я улыбнулась напротив его губ, когда его руки гладили мою грудь, и подушечки больших пальцев грубо потирали мои соски, заставляя меня дрожать.

Клэй убрал мои руки от своей разгоряченной плоти и улыбнулся мне. — Ты должна перестать так делать, иначе мы закончим даже не успев начать, — подразнил он, расстегивая мои штаны. Ловкими пальцами Клэй потянул мои джинсы вниз и спустил их к моим щиколоткам, оставляя меня лишь в трусиках. Он оказался надо мной, ощущение его веса посылало восхитительные мурашки по моему телу. Клэй провел рукой по моему боку, опускаясь вниз и целуя мой живот, внутреннюю сторону бедра, грудь и снова губы. — Ты самая великолепная женщина, которую я когда-либо видел. Я так сильно люблю тебя. — Его слова были тихими, ведь он обожал меня своим ртом.

Я покраснела от комплимента. — Я тоже люблю тебя, Клэй, — сказала я в ответ, зажимая его волосы в руке, когда он провел язык линию выше моего колена. Я тяжело сглотнула, пока ждала, что бы он поцеловал меня... ну, вы знаете, там. И я была действительно разочарована, когда он остановился и неожиданно склонился надо мной. — Уверена, что хочешь этого? — спросил он. Он выглядел неуверенным, хотя я могла чувствовать, как сильно он меня хочет, так как его тело прижималось к моему. Сначала я хотела схватить его за волосы и направить обратно между моих бедер. Я собиралась действовать примитивно, пока интенсивные волны эйфории охватывали меня от прикосновений его пальцев и языка. Но потом я немного пришла в чувства и действительно подумала над тем, о чем он меня спрашивал.

Был ли сейчас подходящий момент, чтобы совершить наш прыжок в интимность? После всего, что случилось этим вечером? Я смотрела в его карие глаза и невероятная глубина эмоций, которые я в них увидела, заставили мое сердце барабанить.

Я хотела это сделать. Хорошо, может я и не могла нормально мыслить из-за пульсации между ног. Желание в моем теле забирало любое сомнение, которое в противном случае я должна была испытывать. Поэтому я приняла вот такое решение.

— Займись со мной любовью, Клэй, — прошептала я, после чего запустила руки обратно в его боксеры и спустила их вниз по его бедрам. После этого ему уже не нужны были мои поощрения. Он зацепил мои трусики большими пальцами и спустил их вниз, снимая и бросая на пол. Мы были обнажены, и вдруг я почувствовала себя крайне нервно.

Клэй, почувствовав это, поцеловал чувствительную кожу за моим ушком, пока его рука ласкала меня между моими ногами. Я задохнулась, когда он скользнул в меня пальцем. Дрожь удовольствия снова пронеслась сквозь меня, когда он потирал, скользил пальцем туда и обратно в идеальном ритме. Я забыла о беспокойстве по поводу своей неопытности. Я просто позволила себе нестись за этой волной, которая угрожала накрыть меня с головой.

Наконец, Клэй потянулся и вытащил презерватив из сумки. Разорвав упаковку, он надел его, пристраиваясь между моих ног. Клэй положил руки под мои коленки и поднял их так, чтоб они обхватывали его талию. Он снова глубоко меня поцеловал, и я почувствовала, что он прижался ко мне, ожидая.

— Мэгги, — сказал он хрипло. Я открыла глаза и посмотрела на него. — Я люблю тебя. — Он сглотнул и вошел в меня. Мое дыхание перехватило от пронзительной боли. — Навсегда. — Он задохнулся, продвинувшись вперед. Моя спина выгнулась. Мускулы напряглись и растянулись, обхватывая его...

Клэй резко втянул воздух с неожиданным ощущением. Он все еще жил тем моментом. Он посмотрел на меня. — Ты в порядке? — спросил он, целуя мою бровь, щеку, нос…. Я кивнула, сжимая ноги вокруг его бедер, притягивая его глубже в себя.

И потом он начал двигаться, и я подумала, что могла бы умереть от удовольствия. Я чувствовала, как он скользит в меня и обратно из моего тела, и это был единственный, наиболее интенсивный опыт в моей жизни. Я начала двигаться вместе в ним в этом чувственном танце.

Движения Клэя все нарастали и нарастали, с каждым толчком он погружался все глубже в мое тело. Его руки трогали меня везде. Я остро осознавала, как наше дыхание смешивалось вместе, когда он ласкал самую сокровенную часть меня. Ощущение его бедер под моими. Щетина на его щеке, когда он целовал меня.

Я откинула голову назад, и Клэй начал посасывать мою шею, издавая звуки в глубине своего горла. В этот момент его движения стали более яростными. Я чувствовала странное жгучее тепло внизу живота. Вцепилась пальцами в его лопатки, и он выкрикнул мое имя, когда мы вместе взорвались.

Клэй рухнул на мою грудь. Его потные, влажные волосы прилипли к моей коже. Я убрала пряди с его лба. Он поцеловал впадинку у моей шеи, его губы задержались на бешеном пульсе, который здесь бился. Мы не разговаривали, каждый из нас был слишком истощен, слишком эмоционален. Я чувствовала, как слезы жгли мои глаза, и была полностью поражена тем, что мы только что разделили.

Клэй всегда будет частью меня. Никто не сможет заменить этот первый раз для меня и, не смотря на все, я была так рада, что он был именно с ним. Он провел кончиками пальцев по моему животу, щекоча его и заставляя меня хихикать. Медленно он вышел из меня и пошел в ванную.

Я натянула простынь до подбородка, вдруг почувствовав стеснительность от того, что лежала здесь обнаженная. Клэй вернулся явно не скромно и улыбнулся мне, после чего мягко убрал простынь. — Не прикрывайся, малыш. Ты изумительна. — Он лег рядом со мной, притянув меня к себе.

Мы лежали вместе, переплетенные. Он уткнулся носом в мои волосы. — Это то, чего я хотел, Мэгс. Заснуть, держа тебя. Не знаю, что буду делать, если ты не простишь меня. Мне очень, очень жаль. — Я прижалась к нему так близко, как только могла. Клэй натянул на нас одеяло, и я почувствовала себя в тепле и безопасности в нашем коконе. Наша ранняя ссора все еще не забыта, но воспоминания о ней теперь уже не совсем уместны.

Мои веки начали закрываться, и, когда я уже собиралась уснуть, Клэй прошептал. — Это навсегда, Мэгги. Если придется, я последую за тобой в ад. — Его дыхание щекотало мою кожу. Он поцеловал меня в висок. — Ты все, в чем я нуждаюсь до конца моих дней.

Я так устала, что не была уверена в том, что правильно его расслышала. Но я знала, его любовь была глубокой и очень голодной. На секунду я забеспокоилась, когда засыпала, что его любовь съест меня живьем.

ГЛАВА 17

Я проснулась на следующее утро от яркого света, который освещал комнату. Складывалось ощущение, словно я проснулась на поверхности солнца. Было все еще очень рано. Вывод об этом я сделала по оставшейся темноте в углах комнаты и границе неба. Клэй плотно обернулся вокруг меня, и я едва могла двигаться. Его лицо уткнулось в мою шею, а его руки прижимали меня к нему. Я чувствовала жар и пот от тепла его тела.

Мне надо было в ванную. Отчаянно. Я попыталась вывернуться из-под него, но это лишь заставило его притянуть меня к себе еще ближе. Хорошо, у меня началась клаустрофобия. Я лежала так, пока не почувствовала, что его объятие ослабло, и теперь я могла медленно убрать его руку со своей груди и мягко положить ее рядом с ним.

После этого я была в состоянии отцепить свои ноги от его и скатиться с кровати. Я поднялась на ноги, чувствуя себя гимнасткой, совершающей сумасшедшие маневры, чтобы выбраться из кровати. Я посмотрела на Клэя и увидела, что он все еще спал. Мне было не совсем комфортно, когда он был так близко. Было несколько вещей, которые я не была готова разделить с ним.

Быстро почистив зубы, я собрала волосы в хвостик. Посмотрев в зеркало над раковиной, я уставилась на себя. Я не выглядела другой, но мое тело ощущалось по-другому. Я чувствовала болезненные ощущения, когда шевелила некоторыми мускулами, которые раньше не использовала. Я чувствовала себя все больше женщиной, и все меньше маленькой девочкой.

Я вернулась мыслями к прошлой ночи. Смотря на свои действия в зеркале, я задавалась вопросом, правильное ли решение я приняла. В тот момент это имело значение. Тогда ссора была далеким воспоминанием. Но сейчас, в холодном свете утра, я вспомнила, как ужасно все было. Бросилась ли я в секс, чтобы попытаться заблокировать ощущение того, как сильно он ранил меня?

Качая головой, я попыталась игнорировать ворчливые вопросы, которые угрожали испортить мое хорошее настроение.

Найдя чистую пару нижнего белья, которую я, конечно же, надела, я забиралась в свои любимые штаны для йоги и белый топик. Выглянув наружу, я опешила от белого снега.

Вероятно, вчера вечером снега выпало на пять дюймов, и сейчас на улице было действительно красиво. Я надеялась, что мы сможем сегодня выбраться отсюда, или мне придется серьезно объясняться со своими родителями. Я съежилась, от одной мысли об этом.

Я услышала, что Клэй шевелится в постели, и посмотрела через плечо. Он сонно моргал. — Возвращайся в постель, я скучаю по тебе. — Его голос был хриплым, и я улыбнулась тому, как удивительно он выглядел спросонья.

Я медленно пересекла комнату, чувствуя себя с ним необычно стеснительно. Я заползла назад в кровать, не зная, что делать. Теперь все было иначе. Клэй улыбнулся мне. — Мне нравится просыпаться с тобой, — сказал он хрипло, наблюдая за мной сонными глазами.

Мои внутренности сжались, когда его пальцы медленно двинулись ко мне и мягко погладили мою руку. — Что случилось? — спросил он меня. Я наклонила голову в сторону и посмотрела на него. Сейчас он уже не выглядел таким сонным, и я заметила беспокойство на его лице. — Ты жалеешь об этом? — спросил он, ужас проявился в его тоне.

Жалела ли я? Его пальцы прекратили свой танец на моей коже, и я посмотрела на своего парня. Его любовь ко мне была поразительно ясна, и я видела, как мысль обо мне, жалеющей о нашей интимной близости, могла разрушить его.

Я не могла сказать ему, что переживала о том, что вчера я просто смела наши проблемы под ковер. Сказать о том, что мы просто не обратили внимания на его проблемы. Со всей нашей близостью, он все еще очень много утаивал от меня. Я не чувствовала себя комфортно, высказывая ему кое-какие вещи. Что это говорит о наших отношениях?

— Мэгги, — выдохнул он, оказавшись рядом. Он положил руку на мой живот. Его лицо было так близко к моему, что я чувствовала его дыхание на щеке. Я поняла, что молчала довольно долго. Но, черт возьми, по моему телу пробежала волна возбуждения, когда его пальцы забрались под мою футболку и легли на голую кожу.

Жалела ли я? Я закрыла глаза, когда он уткнулся носом в мою щеку. Нет. Не жалела. Потому что даже со всем нашим дерьмом, я все еще любила его. Даже больше, чем возможно, должна была.

— Нет, Клэй. Я никогда не буду сожалеть о том, что я с тобой, — сказала я правдиво. Принимая это как приглашение, он перекатился на меня и целовал мой подбородок. Я ничего не могла поделать и рассмеялась над неожиданной переменой в нем. От грусти и беспокойства к восторгу и головокружению за секунду.

— Ты напугала меня, любимая, — пробормотал он, прикусив мою нижнюю губу. Я пробежалась руками по его спине, наслаждаясь ощущением его тела под своими пальцами. — Ты не должен быть напуган моими маленькими заскокам, — пошутила я, обхватывая ногами его бедра. Я была мгновенно извещена о том, что он все еще был очень голым. И очень счастлив, видеть меня.

Клэй отклонился назад. — Ты пугаешь меня больше, чем что-либо, — сказал он мне тихо, интенсивно смотря в мои глаза. Мне показалось, что я стала воздухом, которым он дышит. — Если ты оставишь меня, я буду сломлен. Не думаю, что смогу снова стать нормальным. — Его ранимость разбивала мое сердце. Как такая сильная нужда во мне может быть полезна для него?

Вдруг Клэй перевернулся на другую сторону кровати и начал копаться в своей сумке. Через несколько секунд он выпрямился и вытянул свою руку передо мной, зажатую в кулак. Он выглядел немного застенчиво, волосы спадали на его глаза, когда он смотрел на меня.

— Что у тебя здесь? — дразнила я его, пытаясь разогнуть его пальцы. Клэй очаровательно рассмеялся и отклонился назад, падая на свою половину кровати рядом со мной. Он оперся на локоть, рукой поддерживая голову. Клэй пристально смотрел на меня. Медленно он раскрыл свою руку и уронил серебряную цепочку мерцающей лужицей на мой живот.

Я села, пытаясь уложить украшение в свою ладонь, пока не потеряла его в простынях. Это было ожерелье. Тонкая серебряная цепочка просочилась между моими пальцами, когда я держала ее. На ней висела красивая бабочка, сделанная из тонкого серебра и крошечных осколков, которые выглядели как бриллианты.

Это была самая удивительная вещь, которую я когда-либо видела. У меня перехватило дыхание, когда я смотрела на нее. Взглянув на Клэя, я заметила, как нервно он наблюдает за мной. — Я хотел отдать ее тебе прошлой ночью. В любом случае, планировал это сделать. Но потом, после всего что случилось, я не чувствовал, что это подходящий момент. — Я сглотнула ком, который образовался у меня в горле.

Я ничего не сказала, потому что была слишком охвачена глубиной эмоций, которые у меня были к парню, который лежал рядом со мной. Приняв мое молчание за недовольство, Клэй быстро продолжил. — Оно у меня уже некоторое время. Я сделал его для тебя у леди по имени Руби, которая знает, как делать подобные украшения.

Его забота потрясла меня. Что такого было в бабочках? Однажды, он сказал, что выбрал бабочку потому, что я заставляю его чувствовать себя свободным. Желая большего в ответ, я все же спросила его об этом еще раз.

— Я был грустным и одиноким созданием до того, как ты появилась в моей жизни. И потом, когда я с тобой, зная, что ты тоже любишь меня, я меняюсь. Теперь вся моя жизнь превратилась в нечто прекрасное, нечто счастливое. Я говорил тебе раньше, что ты освободила меня. Ты напомнила мне о том, что значит верить и надеяться.

Слезы собрались в моих глазах и полились ручьем. Видя это, Клэй провел большим пальцем под моим глазом, стирая влагу. — Не плачь. Мне жаль, что я расстроил тебя. Я лишь хотел дать тебе нечто настолько такое же красивое, как все то, что ты даешь мне. Я заберу его назад. Забудь об этом, — сказал он, абсолютно неправильно понимая мое молчание. Я слышала боль в его голосе, когда он пытался забрать ожерелье из моей руки.

Я сжала пальцы и отодвинула их. — Нет, Клэй. Мне очень понравилось оно. Я просто.. не знаю что... — Слова полностью подвели меня, так что вместо этого, я захватила его губы своими, глубоко целуя его. Я позволила своему языку захватить его рот, пробуя его на вкус. Я не могла остановить стон, который вырвался из глубины моего горла. — Боже, я так сильно люблю тебя, — прошептал Клэй рядом с моими губами, пока я пробегала пальцами в его волосах.

— Я тоже люблю тебя. Больше всего на свете, — сказала я мягко в ответ, когда он потянул мою майку через голову. И мы потеряли себя друг в друге снова и снова.

Казалось, будто прошли часы, прежде чем мы покинули лофт. Ожерелье Клэя покоилось на моей груди. У Клэя была довольная улыбка, и я знала, что светилась. Я качалась на блаженной волне эйфории. Произошедшее с утра стерло все недоразумения и сомнения, напоминая о том, почему я так сильно влюблена в своего парня. Клэй наблюдал, как я дотрагивалась до бабочки на моей шее, после чего послал мне эту прекрасную улыбку, которая сказала, что я была единственной вещью, которая имела для него значение.

— Доброе утро, — сказала я Рэю и Клэр, которые пили кофе. Их глаза выглядели немного мутными. — Слишком громко, Мэгги. Шшш. — Рэй приложил палец к губам. — Упс, прости, —извинилась я, наполняя свою кружку.

— Ребята, вы выглядите ужасно, — прокомментировал Клэй, открывая упаковку круассанов. Клэр состроила рожицу. — Спасибо, Клэй. — Он выглядел смущенным. — Я лишь имел ввиду, что вы выглядите так, будто почти не спали. — Клэр обернулась. — Ну, мой очаровательный парень почти всю ночь выворачивал свои внутренности.

— Фу. Извини, Клэр. — Я послала Рэю взгляд и повернулась к холодильнику, чтобы взять молока для моего кофе. — Дэниел и Рэйчел уже проснулись? — спросила я. Рэй покачал головой. — Я так не думаю, не видел их. — Я переживала о том, как все прошло между двумя моими лучшими друзьями прошлой ночью. Мне до смерти хотелось поговорить с Рэйчел и узнать все новости.

Клэй подошел ко мне сзади и обнял за талию, мягко целуя меня в шею. Он толкнул ко мне булочку, намазанную маслом. Я взяла одну и начала ее есть. Рэй наблюдал за мной мгновение, а потом принял тревожный оттенок серого. — Меня сейчас стошнит, — сказал он, прежде чем побежать по коридору.

Клэр вздохнула, прежде чем поднялась со своего места и пошла за ним. Клэй и я усмехнулись. — Отстойно им сейчас приходится, — заметил Клэй, поворачивая меня в своих руках так, чтобы он мог меня как следует поцеловать. Клэй прижал меня спиной к островку, когда его руки крепко сжали мои бедра.

Кто-то прочистил горло позади нас, заставляя меня оторваться. Посмотрев через плечо, я увидела как Рэйчел и Дэниел заходят на кухню. — Доброе утро вам двоим, — сказала я, отходя от Клэя, чтобы сделать кофе своим друзьям.

Я поближе присмотрелась к ним, пытаясь оценить текущее состояние их отношений. Они не прикасались друг к другу, и ничего не указывало на то, что между ними что-то изменилось. Но я просто знала. Была разница в том, как они смотрели друг на друга. Воздух вокруг них, казалось, потрескивал химией, которую я не замечала раньше.

Я протянула Рэйчел кофе и приподняла брови. Она ласково посмотрела на меня. — Ну, как остаток ночи? — спросила я их многозначительно. Дэниел приподнялся на стуле и схватил круассан. —Нормально. Спали как убитые. — Это было все, что он сказал.

Я посмотрела на Клэя, но он ушел в другую комнату, чтобы убрать диван после прошлой ночи. Хорошо, мне надо было остаться с Рэйчел один на один, чтобы получить ответы. — Мне нужно закончить упаковку своих вещей. Рэйчел, ты можешь помочь мне? — спросила я, потянув ее за руку.

Дэниел лишь на секунду посмотрел на нее, и именно тогда я увидела то, что так было необходимо. То, как его взгляд остановился на Рэйчел, сказал мне все, что мне нужно было знать. Они точно вышли из своего тупика. И я хотела деталей!

— Думаю, да, — сказала Рэйчел без большого энтузиазма. Она, должно быть, почувствовала, что моя кобра готовится к удару. Я пошла по лестнице наверх и услышала, как Рэйчел задохнулась, когда зашла в гигантскую комнату. — Ты здесь спала? Господи Иисусе, — сказала она, оглядываясь. Она прошла в углубленную область с массажным бассейном. — Я чувствую себя немного жалко, —пошутила она, перед тем как сесть на край ванной. Рэйчел посмотрела на меня и приподняла брови. — Хмм. В тебе что-то изменилось, — сказала она скромно.

Я стала глубоко и яростно краснеть. Вот дерьмо. Она переведет этот разговор на меня. Черт бы ее побрал! Рэйчел задумчиво постучала пальцем по своему подбородку. — Да, что-то определенно изменилось, но я не могу точно сказать, что именно. — Рэйчел склонила голову в сторону и затем подло мне улыбнулась.

— Ты и Клэй наконец сделали это! — завизжала Рэйчел. Я закатила глаза, пытаясь скрыть свое смущение. — Эм, да, — сказала я. Мое лицо горело! Конечно, я хотела поделиться этим важным кусочком информации со своей лучшей подругой. Но я чувствовала себя немного странно, говоря об этом.

— И...как это было? — побуждала она. Рэйчел была печально известна тем, что нуждалась в грязных деталях, и я собиралась полностью разочаровать ее. — Ну, он подвесил меня голой на стропилах на некоторое время... и потом я решила использовать конец своей расчески и...

— Ты такая смешная, Мэгги, — возразила Рэйчел, прерывая меня, после чего она ущипнула меня за руку. — Ты ничего не собираешься мне рассказывать, да? — Моя подруга слишком хорошо меня знала. Я покачала головой. — Ничего, — усмехнулась я, скрестив руки на груди.

Переводя разговор в нужное русло, я посмотрела на подругу и послала ей взгляд. — И так, ты и Дэниел... — Я замолчала, надеясь, что она восполнит пробелы.

Рэйчел покраснела и отвернулась от меня, что удивило. Рэйчел не была той, кто скрывает информацию. Поэтому ее внезапная нерешительность поговорить привела меня в замешательство. — Что случилось прошлой ночью? Вы ребята поговорили? — Подсказала я, призывая ее рассказать мне.

Рэйчел спрятала лицо в ладонях и застонала. — Нууу, я не знаю. Думаю, мы поработали над некоторыми вещами. Мы разговаривали, — сказала она сквозь пальцы. Я потянулась к ней и опустила ее руки вниз. — Почему тебе так стыдно? Это не похоже на тебя. Я имею в виду, все в порядке? — спросила я, немного беспокоясь.

И потом я увидела огромную улыбку на лице Рэйчел и расслабилась. Она на секунду закрыла глаза и коснулась моей руки. — У нас все более чем в порядке. — Ну, это уже было хорошо. Но она все еще не объяснила многого. Должно быть, она заметила разочарование на моем лице, потому что Рэйчел вдруг рассмеялась.

— Досадно, не так ли? Хочешь что-то знать, и твоя лучшая подруга не открывается ни на дюйм? — Она преднамеренно приподняла брови. — Да, да. Я понимаю твою точку зрения. Поэтому теперь просто выкладывай, что произошло, — я игриво ударила ее по руке.

Рэйчел плюхнулась обратно на кровать, потянув меня за собой так, что мы теперь лежали рядом друг с другом. Она уставилась на сводчатый потолок на минуту, после чего, наконец, ответила мне. —Ну, я была зла. Нет, беру свои слова назад. Я была на грани убийственной ярости, когда Дэниел пришел после разговора с тобой. — Я фыркнула, зная, как правдивы были ее слова. Никто не мог быть таким мстительно злым, как Рэйчел. — И... — сказала я, подталкивая ее.

— … он извинился. Конечно, я еще немного покричала на него, после чего он снова извинился. И где-то посредине всего этого он поцеловал меня. — Я села и посмотрела на свою подругу, спрашивая, правильно ли я ее услышала. Я не ожидала, что Дэниел предпримет подобный шаг. По-крайней мере не сейчас.

— Он поцеловал тебя? По настоящему? — спросила я ее, все еще не веря своим глазам. Рэйчел кивнула. — Да. И это было восхитительно. Знаю, о чем ты думаешь. Ты считаешь, что мне будет больно. Поверь, я сказала ему об этом. Но мы вроде как все уладили.

— Включая и тот момент, где Кайли вторгается в эту маленькую счастливую картинку? — спросила я немного более резко, чем хотела. Я лишь беспокоилась о том, что Дэниел обидит Рэйчел и тогда наша тройка будет безвозвратно разрушена. Но я хотела этого. Хотела, чтобы они был вместе. Мне хотелось знать, что между ними существует нечто большее, чем просто дружба. Но сейчас, когда это, наконец, случилось, меня пугали изменения. И эгоистично я беспокоилась о том, как все это скажется на мне.

Сейчас Рэйчел выглядела слегка раненой моим упоминанием о бывшей Дэни. — Да, мы говорили о Кайли. И Дэниел признал, что она, как плохая привычка, от которой он просто не может избавиться. Но он хочет, чтобы мы попытались. И, не смотря на все свои сомнения и тревоги, я тоже этого хочу.

Я плюхнулась рядом с Рэйчел и взяла ее за руку. — Если он обидит тебя, Рэйчел, я сорву его яйца и затолкну их ему в ухо. Я люблю его. Я, правда, люблю. Но мы, девушки, должны держаться вместе, — пообещала я ей, когда она засмеялась.

— Он знает это, Мэгги. Поверь мне. Твоя реакция была источником некоторого серьезного беспокойства с его стороны прошлой ночью. — Я фыркнула на это, зная, что Дэниел впадет в бредовое состояние от того, как я приму все это. Хорошо, заставим его попотеть.

— Ну, до тех пор, пока ты хочешь этого, так оно и будет. Просто не позволяй всему этому разрушить нашу дружбу. Пообещай мне это, — попросила я, сжимая ее руку. Рэйчел наклонила голову на бок, чтобы посмотреть на меня. — Обещаю. Я не позволю этому произойти. — Обещания всегда было легко давать, но гораздо легче их нарушить, подумала я, пока мы вместе сидели здесь в тишине.

Мы все еще лежали так, когда Клэй зашел в комнату. Он увидел нас и начал пятиться назад. — Простите. Я просто зашел посмотреть, почему вы так надолго здесь задержались. Но я вижу, что вы все еще разговариваете, поэтому я дам вам немного пространства. — Рэйчел села, после чего мигом поднялась на ноги. — Нет, Клэй. Все в порядке. Спасибо, Мэгги. — Она наклонилась и громко поцеловала меня в щеку.

Она ухмыльнулась Клэю, прежде чем исчезнуть вниз по лестнице. Клэй подошел и поцеловал меня, садясь на кровать рядом со мной. — Все в порядке? — спросил он, обнимая меня и прижимая к себе.

Я прижалась ближе, зарываясь носом в мягкую ткань его рубашки, и потратила несколько секунд, просто наслаждаясь его запахом. — Она в порядке. Я думаю, она и Дэниел, наконец, вместе разобрались со своим дерьмом, — сказала я ему, когда он положил подбородок мне на макушку.

— Это замечательно. — Это было все, что он сказал, наклоняясь, чтобы поцеловать кожу под моим ухом. Я чувствовала, как жар прорывается из меня, и я тихо вздохнула. — Я бы хотела, чтобы мы остались здесь. Ты знаешь, в нашем маленьком пузыре, — сказала я печально, пока Клэй оставлял маленькие, вызывающие дрожь поцелуи под моей челюстью.

Он уткнулся носом в мою шею, когда говорил. Я чувствовала его теплое дыхание на своей коже и щекотание его губ.

— Мы просто должны взять наш пузырь обратно в Дэвидсон, — сказал Клэй уверенно. — Но пузыри имеют неприятную особенность лопаться. — Я была действительно угрюмой, но ничего не могла с этим сделать. Хорошее не продлится вечно.

— Тогда мы надуем новый пузырь, — пробормотал Клэй, затягивая меня в другой сногсшибательный поцелуй. И я позволила своим пессимистическим мыслям уйти, когда думала, что мое «навсегда» начинается прямо сейчас.

ГЛАВА 18

Но я была права. Пузырь лопнул, и это было громко и болезненно. Началось все с месячного запрета выходить из дома от моих любезных и очень расстроенных родителей. Я была так безумно рада своей ночи с Клэем, что не заметила 20 сообщений, которые получила за последние 24 часа от моих родителей.

Оказывается, мама звонила Рэйчел домой, искала меня, после того как я не ответила на ее звонки и сообщения. Она хотела обсудить со мной рецепты блинчиков или нечто столь же глупое. Конечно же, меня там не было. И миссис Брэдфилд (которой Рэйчел, оказывается, сказала правду) рассказала ей о нашем прекрасном вечере далеко-далеко в лесу. Сказать, что родители были злы, было бы явным преуменьшением. Я удивлена, что пережила эпический крик, который сопровождал мое возвращение домой.

Папа запер меня в моей комнате до утра понедельника, позволяя покинуть ее лишь для того, чтобы воспользоваться ванной и поесть. Я была наказана на месяц, и мне не позволялось ни при каких условиях видеть Клэя за пределами школы.

Конечно, они полностью его винили в том, что он поощрял мое вранье родителям и поездку с ним с ночевкой. (Факт того, что там были мои друзья оказался для них несущественным). Даже когда я, могу добавить, очень зрело, попыталась взять ответственность за свой выбор, мои родители настаивали на том, что Клэй - злодей.

Я была в состоянии отправить Клэю несколько быстрых сообщений, прежде чем они конфисковали мой телефон. «Попалась. Заперта до тех пор, пока мне стукнет 50. Люблю тебя».Я получила его ответ менее чем за 30 секунд. «Мне так жаль, малыш. В любом случае, могу ли я похитить тебя из Алькатраса? Стоит ли мне послать тебе пирог с напильником внутри, чтобы ты могла выбраться через окна своей спальни?:-) Люблю тебя!»

Я рассмеялась и неистово печатала ответ, стараясь скрываться, чтобы родители снова не психанули. «Увидимся завтра. Встретимся в школе. Папа подвезет меня. Напильник не нужен, хотя, возможно придется прибегнуть к таблетке цианида от скуки. ХОХО».

Я быстро отключила телефон. Папа взял телефон, отключил интернет в моей комнате и конфисковал ключи от машины. Да, я стала пленницей. И я также получала молчаливое наказание. Мама еле признавала мое присутствие, а папа стрелял в меня взглядами обиды и разочарования. Разочарование было в 100 раз хуже.

Они были чемпионами в том, чтобы заставить меня испытать чувство вины. Поэтому я весь вечер воскресенья просидела в своей комнате, чередуя работу над домашним заданием с тупыми гляделками на стенку в своей комнате. И все, о чем я могла думать, так это о прошлой ночи и обо всем, что произошло между Клэем и мной.

Я не снимала ожерелье с бабочкой, которое он дал мне. Я чувствовала, как оно тепло лежало над моей грудью. Будто его пальцы прикасались ко мне. Я все еще была сильно впечатлена его заботливостью. И словами, которые он сказал мне. Он открылся мне и раскрыл некоторые нюансы о себе, которые хоть были болезненными, но заставляли меня любить его еще сильнее.

Я старалась не позволить нашей ранней ссоре испортить мои воспоминания о нашем совместном вечере. Но не имело значения, как сильно я заталкивала ее назад, она просто выскакивала обратно, принося воспоминания о его злости и моей боли.

Но, не смотря на болезненное начало, ночь закончилась самым романтичным способом и поджимающимися пальчиками. Я прижала подушку к груди и позволила восхитительным воспоминаниям о нас вместе затопить меня. Я вздрогнула, когда вспомнила, как его руки прикасались ко мне и ощущение его, когда он вошел в меня. Я перекатилась на спину и застонала. Черт, если бы я знала, когда у нас появится шанс снова быть вместе в интимном плане. Может быть я под замком, пока не начну собирать социальное обеспечение.

Я думала о Клэе, шепчущем мне, как сильно он любит меня и как он хочет всегда быть со мной. И я в своей наивности, своим молодым ум, думала, что это когда-нибудь произойдет. Конечно, Клэй и я сможем преодолеть все, чтобы последовать друг за другом в закат.

Я игнорировала ворчливый голос в своей голове, который шептал о сомнениях и озабоченности по поводу интенсивной потребности Клэя быть рядом со мной. Он использовал меня в качестве лекарства от всех своих проблем. Я отодвинула раздражающие осознание мысли о том, что, возможно, это был не совсем здоровый способ существования... что я не могла все изменить в лучшую для него сторону. Я не могла быть ему так сильно нужной, как он об этом говорил мне.

Вместо этого, я сконцентрировалась на своих воспоминаниях о том, как мы занимались с ним любовью, и я обнимала его всю ночь. О чувстве безопасности и защищенности, которое я испытывала, когда его руки обернулись вокруг меня, целенаправленно игнорируя любые мысли о том, что произошло до этого. Дело в том, что я не могла представить, чтобы любила кого-то так, как я люблю его. И клянусь, никогда не буду.

* * *

— Вау, наказана на месяц без телефона или машины! При таком раскладе ты могла бы быть уже мертвой, Мэгс, — сказала Рэйчел сочувственно, когда мы садились за столик во время ленча, горюя над моей ужасной судьбой. Клэй крепко сжал мою руку, прижимаясь ко мне. Казалось, что прошла неделя с тех пор, как я видела его, хотя прошел всего лишь один день.

Я повернула голову и встретилась с его губами, глубоко целуя его, не беспокоясь о том, что кто-то увидит это. Отстранившись от губ Клэя со стоном, который вызвал у него улыбку, я обратила свое внимание снова на Рэйчел, которая сегодня сидела ближе к Дэниелю, чем обычно. Дэниел, когда думал, что никто не смотрит в их сторону, легко касался ее спины, а потом убирал свою руку обратно. У меня не было шанса поговорить с Дэниелем обо всем произошедшем (ну, вы знаете, со всем этим наказанием, которое продлится до тех пор, пока я не умру), но вы должны быть слепым, чтобы не увидеть изменения в их отношениях. Я ничего не могла с собой поделать, никак не могла скрыть улыбку, адресованную им. Поэтому я просто разделяла счастье своих друзей.

— Знаю, они становятся слегка взрывоопасными, — сказала я, хрустя своей морковкой. Клэй положил руку мне на поясницу. — Мы найдем способ обойти эти запреты. Может, мне начать пробираться в твою комнату, когда твои родители отправятся в кровать, — дразнил меня Клэй. Хотя, глядя в его глаза, я понимала, что он был серьезен.

— Я думала, ты боишься высоты, — напомнила я ему, легко сжимая его ногу. Клэй пожал плечами. — Если это необходимо сделать для того, чтобы застать тебя одну, тогда я заберусь на даже на гребаный Эверест. — Я ощутила возмущение. Действительно ощутила. Но я знала, сделай я нечто подобное, учитывая сомнительное состояние моих отношений с родителями, произойдет нечто катастрофическое.

— Не думаю, что проникновение в мою комнату - великолепная идея, — сказала я, пытаясь отговорить его от этой идеи. Клэй нахмурился. — Ну, если ты не хочешь, чтобы я приходил, тогда я не буду беспокоиться по этому поводу. — Его настроение мгновенно изменилось, и он отвернулся от меня. Убирав руку с моей талии, он начал есть свой обед.

Рэйчел приподняла свою бровь на него, а затем посмотрела на меня. Я закатила глаза, стараясь не придавать большого значения всему этому, но, признаюсь, я ненавидела, когда он так делал. Когда становился расстроенным или злым, он закрывался. Я наблюдала за Клэем уголком глаза и видела, что сейчас он делает то же самое. Язык его тела был жестким, и он ни с кем не встречался глазами. Рэйчел и Дэниел тихо говорили друг с другом, показывая, что игнорируют сцену, которая назревала между мной и Клэем.

Я не могла принять эту глупую стену, которая вдруг выросла между нами, поэтому я придвинулась ближе к нему и положила руку ему на бедро. Наклонившись, я потерлась носом о его подбородок. — Не будь таким, Клэй. Пожалуйста, — прошептала я. Я почувствовала, что он немного отстранился, но я не сдавалась. — Ты же знаешь, что я хочу быть с тобой все время, — настаивала я, целуя уголок его опущенного рта.

Я почувствовала, как он смягчился и накрыл мою руку своей. — Я просто не могу принять, что не смогу увидеть тебя или поговаривать с тобой перед сном. Ты нужна мне, — сказал он мне немедленно. Его глаза встретились с моими. — Мы что-нибудь придумаем. Ты тоже мне нужен, — заверила я его, нежно целуя.

Казалось это успокоило его, и я почувствовала, как его тело расслабилось рядом с моим. — Я сказала родителям, что останусь после школы, чтобы позаниматься дополнительно по химии. Почему бы мне не забить на мою исследовательскую группу, чтобы мы смогли поехать к тебе домой, — предложила я, снова целуя его.

Клэй положил свою руку на мое лицо, потирая своим носом мой, и в этот момент мне показалось, что мое сердце вот-вот растает. Я видела, как тлели его глаза, когда он размышлял над тем, что я предложила. — Ммм, а мне нравится эта идея, — пробормотал он, снова обнимая меня руками и прижимаясь лицом к моим волосам. В этот момент решил появиться наш завуч, мистер Кейн. — Вы, двое. Достаточно уже. У нас есть школьные правила о ПВП[26]. Вам надо пойти в мой кабинет, чтобы еще раз ознакомиться с ними? — Он скрестил волосатые руки на своей груди и строго посмотрел на нас.

Клэй и я отстранились, после чего я взяла свою сумку и поднос. Последнее, что мне нужно было сейчас, так это чтобы мистер Кейн позвонил моим родителям и рассказал о том, что я не могу держать свои руки подальше от своего парня даже в школе. От этого они бы еще больше полюбили его. — Нет, сэр. Мы приносим свои извинения, — заикалась я, не в силах смотреть на завуча. Я слышала, как Дэниел и Рэйчел пытаются сдержать свой смех, пока уходил мистер Кейн, пытающийся найти других подростков, которых можно было бы начать терроризировать.

— Ну, это было чертовски здорово. — Я встала из-за стола и пошла выбросить свой поднос. Мое лицо жгло от обиды. Клэй подошел ко мне сзади. — Не заводись, Мэгс. Что в этом такого? — Клэй смеялся, и это раздражало меня до чертиков. — Ну, я не люблю получать выговоры от нашего завуча о том, как веду себя со своим парнем. Мне сейчас очень стыдно. К тому же, мне не нужно сейчас давать моим родителям еще больше снарядов. — Клэй попытался схватить меня за талию, чтобы снова притянуть меня поближе к себе. Я оттолкнула его. — Прекрати это, Клэй. Давай передохнем. Я не хочу попасть в неприятности.

Лицо Клэя потемнело. — Хорошо, увидимся после школы. — С этими словами он отвернулся и покинул кафетерий. Я вздохнула и не потрудилась даже позвать его, чувствуя, как меня покидает весь мой запас энергии.

Клэй стоял у моего шкафчика после школы с тем выражением раскаяния на лице, которое уже становилось мне хорошо знакомым. — Прости меня, — сказал он, когда я открыла шкафчик, чтобы вытащить свои книги. Мне хотелось удариться головой о стену. Я так устала слышать «ПРОСТИ МЕНЯ»!

Я сделала глубокий вдох. — Ты когда-нибудь устаешь от извинений? — прохладно спросила я Клэя. Клэй нахмурился. — Что это должно означать? Я лишь хотел, чтобы ты знала, что я понимаю, каким был дураком, и поэтому я извиняюсь. Я ведь люблю тебя. Почему ты устраиваешь из этого такую драму? — спросил он меня с явным раздражением.

Я грубо рассмеялась и захлопнула дверь шкафчика. — Я? Драму? Слышать это из твоих уст, просто нечто! — Я фыркнула, начиная идти по коридору. Клэй догнал меня и схватил за руку, заставляя остановиться. — Ты серьезно так сильно расстроена? То есть, я понимаю, что был задницей, но не думаю, что заслуживаю такую реакцию. — Вау, он действительно не понимает наши отношения. Как сильно мне не хотелось это отрицать, но сейчас они падали под его сумасшедшую схему: сначала вести себя как придурок, а потом извиняться за это. Сначала расстраивать меня, но затем успокаиваться и пытаться успокоить меня.

— Ты разве не видишь, что пятьдесят процентов наших взаимоотношений это выслушивание твоих извинений за то, что ты сказал или сделал? Что мы тратим большую часть нашего времени будучи расстроенными друг из-за друга? Это становится нелепым! — сказала я раздраженно.

Клэй потянул меня за руку и обнял мое жесткое тело. — Я знаю, малыш, но я очень стараюсь. Правда. Пожалуйста, попытайся быть потерпеливее со мной, — признал он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня. Я хотела сказать, что его «попыток» уже недостаточно. Что я эмоционально подавлена и хочу вернуться к тому парню и той девушке, которые вместе плавали в реке несколько месяцев назад.

Но я почувствовала отчаяние в его объятиях. Печаль окрасила его поцелуй. Я знала, он любит меня. И я так хотела, чтобы это осознание было тем, что мне так необходимо, чтобы быть счастливой. — Мы можем поехать ко мне домой? Думаю, нам надо провести немного времени вместе. Только мы вдвоем вместе с тем, что сейчас происходит. Мы оба на взводе, — рассуждал Клэй. Я чувствовала себя слабой и похороненной в нем. — Да. Пошли. — Клэй послал мне самую ослепительную улыбку и приподнял меня над землей, кружа.

— У меня самая красивая и удивительная девушка в мире! — крикнул он, покрывая мое лицо поцелуями после того, как поставил меня обратно на землю. Я в смущении спрятала лицо от его проявления любви. Я чувствовала улыбку Клэя рядом со своей щекой, пока он вел меня к машине.

Когда я села внутрь, на секунду у меня проснулось чувство вины из-за того, что я снова лгу своим родителям. Хотя, когда Клэй наклонился и любяще поцеловал меня в губы, тепло поселилось в моем животе, делая это чувство вины мимолетным.

Клэй рванул со стоянки, визжа шинами, чтобы скорее покинуть школу. — Успокойся, Клэй, или мы никогда не доберемся до твоего дома. — Клэй усмехнулся своей сумасшедшей, счастливой улыбкой и потянулся, чтобы взять меня за руку. Он поцеловал мои пальцы, по одному за раз, когда мы подъехали к стоп сигналу. — Я люблю тебя, Мэгги. — Я улыбнулась. Ничего не могла поделать, но я всегда забыла обо всем остальном, когда он говорил мне такие слова.

Я пригнулась на сиденье, когда мы проезжали библиотеку, где работал мой отец. Клэй снова рассмеялся надо мной, рассказывая мне, какой же глупенькой я была. — Да, отлично, смейся, смейся. Но, если я хочу еще увидеть дневной свет, то не могу позволить ему поймать меня, — проворчала я.

Это отрезвило Клэя. — Они так сильно ненавидят меня? — Он звучал разочарованно, и я сразу почувствовала себя ужасно за то, что не выбираю слова более тщательно. — Не то, чтобы они ненавидят тебя, они просто переживают, что у нас все зашло слишком серьезно. Что я слишком много времени провожу с тобой, — сказала я. Клэй послал мне легкую улыбку. — Переживают, что мы занимаемся сексом? — спросил он.

Я ударила его по руке. — Ну, очевидно, их проблемы основаны и на этом,— пошутила я. Клэй заехал на свою подъездную дорожку и выключил двигатель. И сразу же оказался на центральной консоли, целуя меня как сумасшедший.

— Клэй. Тебе не кажется, что нам лучше пойти внутрь? — засмеялась я, когда он запустил свои руки мне под рубашку. Клэй простонал что-то невнятное. — Клэй. Ну, давай же. У тебя ведь есть соседи, — я ахнула, когда его пальцы нашли мою грудь и начали мягко ее потирать.

Он снова поцеловал меня и отклонился, светясь своей сексуальной улыбкой. — Ну, уговорила, пошли. — Клэй выпрыгнул из машины. Я улыбнулась в ответ, качая головой, когда выбиралась наружу. Клэй снова обнял меня, пока мы шли к его передней двери.

И тогда-то я заметила черный Мерседес припаркованный на улице перед домом. Я остановилась. Клэй в замешательстве посмотрел на меня. — Что? — Я указала на машину. — Кажется, у тебя гости.

Кровь отхлынула от его лица, и он выглядел так, словно его сейчас вырвет. Он стиснул зубы. —Нет, они должно быть издеваются надо мной, — зарычал он. Его внезапный и резкий гнев напугал меня. Я схватила его за руку. — Что такое, Клэй? Чья это машина?

Клэй не ответил и пошел к входной двери. Ярость проявлялась в каждом его шаге. Я поспешила, чтобы догнать его. Дернула его за руку перед тем, как он смог зайти внутрь. — Ты пугаешь меня, Клэй. Кто здесь? — Я услышала дрожь в своем голосе, пока я пыталась дотянуться до парня, который вдруг исчез внутри самого себя.

Он не смотрел на меня, его тело было жестким. — Думаю, сегодня ты познакомишься с моими родителями, — холодно сказал он. Чувствовалось, будто я погружаюсь в холодную воду. Его родители? О, черт. Клэй распахнул входную дверь, хлопнув ею об стену.

Я стояла на крыльце, не зная, что делать. Он кипел от гнева, и я не была уверена, что хотела стать свидетелем того, что должно было случиться. Но я не могла покинуть его. Сейчас он нуждался во мне больше, чем когда-либо. Поэтому я нерешительно зашла в дом.

Я почувствовала облегчение, когда Лиса вышла из гостиной и послала Клэю строгий взгляд. — Не заходи в дом, как слон. Закрывай дверь так, словно в этом есть какой-то смысл для тебя. — Она посмотрела на меня. Я знала, что была бледна, и она, должно быть, почувствовала напряжение, исходящее от Клэя. — Эй, Мэгги. Рада видеть тебя. — Ее улыбка была доброй, и я постаралась улыбнуться в ответ. Уверена, моя улыбка была немного дрожащей.

Клэй захлопнул дверь и бросил сумку с книгами. — И где же они? — Рявкнул он. Лиса нахмурилась. — Соберись, Клэй. Они приехали только полчаса назад. Руби выбежала, чтобы купить что-нибудь для ужина. — Клэй повернул свой злой взгляд к Лисе, которая, не дрогнув, твердо стояла на прежнем месте. Я бы высохла под этим взглядом.

— Ты знала, что они едут? — Обвинал он. Лиса положила пальцы на его щеку. — Сейчас, послушай меня, Клэйтон Рид. Не перекладывай на меня свое чертово настроение. Их визит был таким же сюрпризом для Руби и меня, каким стал и для тебя. Но не иди туда, словно слон в посудной лавке. Нравится тебе это или нет, они все еще твои родители и имеют право голоса касательно того, что происходит с тобой. Помни об этом.

Ее предупреждение было рациональным, но Клэй был немного за гранью рациональности по этому вопросу. Лиса посмотрела на меня, чтобы я помогла ей. Я попыталась снова взять Клэя за руку. Он позволил мне переплести его пальцы со своими, но не сжал их в ответ. — Клэй, ну давай же. Ведя себя таким образом, ты сделаешь все только хуже. Пожалуйста. — Я подвинулась так, чтобы встать напротив него и опустила его лицо, чтобы он смотрел прямо на меня.

Его глаза метались, чтобы не встречаться с моими. — Черт побери, Клэй! — умоляла я. Наконец, он посмотрел на меня и смягчился, заметив мою обеспокоенность. — Господи Иесусе! Я снова это делаю. Мне жаль, — прошептал он, и я была рада видеть, что напряжение немного покинуло его плечи. Но он все еще выглядел свирепым.

— Ну, пойдем, увидимся с дорогими мамочкой и папочкой, — сказал он саркастично. Лиса кивнула и сделала шаг в сторону, чтобы мы могли пройти по коридору. Она не пошла за нами, по-видимому, желая дать Клэю немного приватности. Я стояла позади него, стараясь оказать ему поддержку.

Было устрашающе тихо. Заходя на кухню, я впервые увидела мистера и миссии Рид. Мистер Рид сидел за маленьким кухонным столом, печатая на своем ноутбуке. Он был небрежно одет в черные брюки и голубую рубашку, хотя его одежда, вероятнее всего, стоила больше, чем весь мой гардероб.

Клэй был вылитый отец. Увидеть мистера Рида было чем-то вроде того, как увидеть проблеск Клэя лет на 30 вперед. Мистер Рид был красивым мужчиной с темными волосами, посыпанными легкой сединой. Кожа вокруг его глаз только сейчас начинала показывать признаки гусиных лапок. Он казался очень жестким, его лицо было пустым, когда он читал что-то на экране ноутбука.

Мама Клэя пыталась заставить работать древнюю кофеварку, стоящую на стойке. Она была наряжена в серую юбку-карандаш, гофрированную блузку и каблуки. Ее рыжие волосы, такого же оттенка, как у ее сестры Руби, были убраны с лица в тяжелый пучок.

Клэй прочистил горло. Его отец не признавал его, но мама обернулась, чтобы посмотреть на сына и её идеальные губы озарились фальшивой улыбкой. Ее глаза были ярко-голубыми и ледянисто-холодными. — А вот и мой мальчик, — проворковала она, но не сделала и движения, чтобы обнять или поцеловать его.

Боже, Клэй был прав, когда описывал их как холодных и нелюбящих. Не могу себе представить, какого расти с этой парочкой в роли моих родителей. И я снова почувствовала вину, думая о своих собственных теплых и любящих родителях, которые, со всей их защищенностью, хотели лишь лучшего для меня.

— Кофе? — спросила миссис Рид, после того как нашла фильтры и дно. Клэй и я покачали головами. — Почему вы здесь? — потребовал Клэй, целясь прямо в суть происходящего. Я съежилась, чувствуя себя некомфортно, будучи участницей в этого семейного обмена любезностями. Его пальцы так сильно сжали мои, что перекрыли циркуляцию крови.

— Мы хотела увидеть тебя, Клэй. Убедиться, что все так, как и должно быть, — сдержанно сказала его мама. Ее глаза передвинулись на наши соединенные руки, и она оценивающе рассматривала меня. — И это..? — Миссис Рид многозначительно посмотрела на меня.

Клэй выпрямился. — Это моя девушка, Мэгги Янг, — сказал он ей. Его голос был сильным и твердым. Я вытянула свою свободную руку в попытке вежливости, хотя миссис Рид не сделала и движения в мою сторону. — Рада познакомиться с вами, миссис Рид. — Она посмотрела на мою протянутую руку и снова на мое лицо. Мгновение она с подозрением смотрела на меня, но это выражение исчезло, сменившись поддельной вежливостью. Она взяла мою руку в свою и слегка сжала ее. — И я с тобой, Мэгги. Это папа Клэйтона, Николас. Ник, поздоровайся, — скомандовала она, словно ее муж был глупым ребенком.

Ник Рид, наконец, оторвал глаза от своего ноутбука. Его взгляд проскользил по мне с ног до головы, словно он оценивал, как обычно оценивают лошадей. Ни разу не встретившись со мною взглядом, он вернулся к работе. — Здравствуй, — незаинтересованно сказал он. Клэй застыл рядом со мной из-за грубости отца.

Ситуация становилось все более неловкой из-за растягивающейся тишины. — Девушка? Ну, разве это не...мило, — прокомментировала миссис Рид, хотя в ее тоне замечалась некоторое отвращение. — То есть вы просто заехали, верно? Я хотел сказать, вы же видите, что здесь все хорошо, — сказал Клэй. Он становился все более возбужденным, если такое вообще было возможно. Я сжала его руку, чтобы попытаться помочь ему успокоиться.

Мама посмотрела на него, давая понять, что не верит его утверждению о том, что все было в порядке. — Все хорошо, Клэйтон? Думаю, что об этом еще рано говорить. — Вот сука! Казалось, словно она специально хотела, чтобы с Клэем что-то было не так. Миссис Рид налила себе чашку кофе и села за кухонный стол, скрестив ноги.

Смотря на Клэя спокойными ледяными глазами, она отпила свой напиток. Я чувствовала себя букашкой под увеличительным стеклом, которую разбирали по кусочкам. Я старалась не извиваться под ее стальным взглядом. — Я не знаю, насколько мы здесь останемся. Мы остановились в Хоят, в Рокбридже. Твой отец оказывает помощь в одном деле в Шарлоттсвилле. Из-за большой значимости дела ему уделяется очень много государственного внимания. Я решила приехать в гости и убедиться, что с тобой все хорошо, — сказала она снисходительно.

Губы Клэя свернулись в усмешке. — Уверяю тебя, мама, что я прекрасно справляюсь без тебя. Не хотела бы ты удалиться или еще чего-нибудь? — Горечь в его голосе заставила меня чувствовать грусть. Я вижу, как сильно он хочет, чтобы эти люди любили его по-настоящему. И вижу так же ясно, что его родители совершенно не в силах полюбить его так, как ему это было нужно. Или полюбить вообще.

Неудивительно, что сейчас он прижался ко мне, как обычно делал. Бедный, потерянный мальчик, находящийся рядом со мной, никогда не знал безусловную любовь и поддержку. Он был воспитан самыми холодными людьми, которых я когда-либо встречала. Его мать не ответила на его вопиющий удар. — Ну, думаю, будет лучше, если мы останемся ненадолго. Более того, дело твоего отца может занять недели. Возможно, месяцы. — Ее слова казались почти угрожающими. Она смотрела на сына без каких-либо эмоций в голосе или лице.

Месяцы? По тому, как Клэй начал дрожать, я поняла, что это будет чертовски плохо для него. Эти люди пробуждали нечто темное в нем, и их присутствие может означать катастрофу для его и без того нестандартного психического здоровья. Клэй издал сдавленный звук в глубине своего горла. Я с удивлением посмотрела на него. Он выдернул свою руку из моей и убежал с кухни. Клэй оставил меня одну в логове львов. Я слышала, как миссис Рид точит свои ногти, пока я стою здесь, как вкопанная.

Наконец, я заставила свои ноги начать двигаться, после чего я сразу же повернулась, чтобы последовать за своим парнем. — Мэгги, — позвала миссис Рид, останавливая меня. Я обернулась лицом к ней, стараясь не быть запуганной все еще холодной, но это этого не менее красивой, мамой Клэя.

— Почему бы тебе не присесть. Я хочу немного поболтать с тобой. — Она не спрашивала меня, она указывала мне. Указывала на место рядом с ней. Я снова посмотрела на мистера Рида, но он не обращал никакого внимание на то, что происходило за пределами экрана его компьютера.

Миссис Рид наблюдала за мной, пока я медленно приближалась к стулу и садилась. Положив руки на колени, я вежливо посмотрела на нее. — Как долго ты встречаешься с моим сыном? — спросила она меня, потягивая свое кофе. Я прочистила горло, чувствуя себя немного странно. Я не хотела делиться чем-либо с ней.

— Почти три месяца, мэм. — Я заерзала на своем месте под ее непоколебимым взглядом. — И то, что происходит между вами двумя, серьезно? — спросила она небрежно. Почему она спрашивала об этом? Какое ей дело? Это было жутко. — Я думаю, что да, — неохотно ответила я.

Миссис Рид наклонилась вперед, пытаясь выглядеть так, будто мы две девочки, делящиеся секретами. От этого по моей коже побежали мурашки. — И ты в курсе всех...проблем Клэйтона? — сказала она так, словно у него была какая-то заразная болезнь. Ее губы скривились, и я могла видеть, как противно ей осознавать психическое здоровье своего сына.

— Я в курсе всех его качеств, хороших и плохих, миссис Рид. Клэй был очень честен насчет своих проблем с психическим здоровьем, — сказала я, вызывающе держа свой подбородок. Я увидела вспышку разочарования, как если бы она хотела быть тем, кто расскажет мне об этом. Возможно, что именно этой информацией она хотела вбить клин между мной и Клэем. Но почему?

— Мой сын очень больной мальчик. Он был на саморазрушающем пути очень долгое время. Он ранил тех, кто был рядом с ним, испытывая недостаток внимания во всем, кроме своих собственных чувств. Его доктор во Флориде очень обеспокоен тем, что возможен рецидив. Они позвали нас, чтобы мы уговорили его на реадмиссию[27] для длительного лечения в стационаре. Он представляет опасность для себя и окружающих. — Ее глаза вспыхнули на меня. Она наблюдала за тем, как я перевариваю ее слова.

Они хотят поместить его обратно в больницу? Они не могут так поступить с ним! Единственное, в чем Клэй нуждался, так это в любви и поддержке, а не в отправке в учреждение без возможности какого-либо выхода оттуда. Уже тогда я осознала, что ненавижу эту женщину и ее полное игнорирование Клэя и всего того, что действительно было для него лучше.

— Я не замечала, чтобы он был опасен для себя и других миссис Рид, — лгала я без особых усилий. Я не могла сказать ей, как переживала за Клэя и как часто думала, что ему нужна более интенсивная помощь, чем та, которую способна дать ему я. Но ей не нужно знать об этом. Она не заслуживает знать правду. Ведь она - женщина, которая бросила своего сына потому, что его проблемы стали неудобством в ее жизни.

Миссис Рид внимательно наблюдала за мной, и, я клянусь, она видела всю мою ложь насквозь. — Ну, это хорошо, — сказала она своим фальшивым, сладко-сиропным голосом. — Но, чтобы убедиться в этом, отец Клэя и я останемся здесь ненадолго. У нас серьезные опасения относительно него. Поэтому, если ты заметишь что-нибудь беспокойное и странное в Клэе, пожалуйста, дай мне знать, чтобы мы смогли оказать ему помощь, в которой он так отчаянно нуждается.

Я хотела заткнуть ей рот. Нет, она просто хотела закрыть Клэя подальше, как страшный семейный секрет. Я видела правду, и она знала об этом. — Не обижайтесь, миссис Рид, но я чувствую себя неуютно, обсуждая Клэя за его спиной. Мы с ним очень открыты и честны друг с другом. — Я начала подниматься. Я не могла больше сидеть здесь с этой женщиной.

Глаза миссис Рид стали холодными. — Честность - это замечательно. Но ты уверена, что он был полностью честен с тобой? — спросила она, давая понять, что не ожидает от меня ответа. Она хотела, чтобы ее слова ползали в моей голове, как паразит, питаясь моими сомнениями относительно него, сомнениями относительно нас. Она была очень злым и манипулирующим человеком.

Поговорим о попытке саботировать счастье Клэя? Эта женщина может наврать обо всем, что было хорошего в ее сыне, и это было ясно до боли. Не говоря больше ни слова, я повернулась спиной к ужасным родителям Клэя и ушла.

Я искала Клэя в гостиной, но нашла только Лису за ее компьютером. Она посмотрела на меня, когда я зашла. — Думаю, он пошел в свою комнату, — сказала она. Я кивнула и повернулась, чтобы уйти. — Мэгги, — позвала она. — Пожалуйста, присмотри за ним. Я беспокоюсь о нем, когда они здесь. Для него это будет очень непростое время. Если бы ты видела его, когда он приехал к нам... Ее слова затихли, и я смогла увидеть, как сильно она заботится о племяннике своей девушки. Клэю очень повезло иметь ее и Руби на своей стороне.

— Он очень любит тебя и, думаю, слушает больше, чем кого-либо другого. Руби и я знаем, как тяжело для него все это. Мы пытались подтолкнуть его к тому, чтобы найти какого-нибудь специалиста в этом городе, но он упрям. И Руби, и я сомневаемся в каждом новом шаге. Не то, чтобы мы не беспокоимся, но отношения между Клэем и его родителями, а также между Руби и ее сестрой чрезвычайно сложны, — сказала она грустно. Ее слова шокировали меня. Я понятия не имела, что Руби и Лиса пытались вмешаться. Клэй всегда говорил, что они не знали о том, что с ним происходит.

— Клэй ведет себя так, словно вы с Руби ничего не знаете, — сказала я тихо. Лиса покачала головой. — Мы знаем, Мэгги. Мы видели порезы и эти сумасшедшие перепады настроения. Мы слышим, как он ломает предметы в своей комнате. Руби боится за него, но еще страшнее ей вовлекать во все это его родителей. Потому что у них до сих пор полная опека над Клэем, и у Руби нет никакого права голоса в вопросах его лечения, хотя он и живет здесь. Его отец позаботился об этом, —выплюнула Лиса с отвращением.

— Ему сейчас очень тяжело, и мы знаем это. Но ему стало намного лучше с тех пор, как вы двое стали проводить время вместе. Так что просто люби и поддерживай его. И, если тебя когда-либо будет беспокоить то, что с ним происходит, не иди к ним. — Глаза Лисы в отчаянии метнулись в сторону кухни. — Приходи к Руби или ко мне. Мы постараемся помочь.

Я улыбнулась ей, но, думаю, это не коснулось моих глаз. Я знала, она старалась быть вежливой, но ее слова только заставили меня чувствовать холод внутри. Потому что, правда была в том, что его родители выглядят так, словно все контролируют. И, уже не в первый раз, я почувствовала себя чертовски одинокой.

Я продолжила путь к спальне Клэя. Мой живот сжался в узел. Я не была уверена, что мне предстоит увидеть, когда открывала дверь. Я не стучала. Я просто вошла.

Клэй сидел на кровати, оперевшись локтями о колени, голова свисала. Правая рука была сжата в кулак. Я села рядом с ним, не решаясь прикоснуться к нему. — Ты в порядке? — спросила я, осознавая, каким глупым был вопрос. Конечно, он был не в порядке. Ничего в языке его тела не говорило о том, что он в порядке. Его руки дрожали, и он медленно открыл сжатый кулак. — Вот, — прохрипел он, роняя лезвие в мою руку.

Я дрожала, когда взяла маленький кусочек металла и быстро завернула его в небольшой кусочек ткани, прежде чем положить в карман. Я ничего не сказала, напуганная тем, что сделаю все еще хуже. — Не знаю, если смогу выдержать все это, Мэгги. Не тогда, когда они рядом. Их близость заставляет меня хотеть провести этим чертовым лезвием по своей коже, просто чтобы остановить чувство ненависти, которое я к ним испытываю здесь. — Клэй потянул за футболку в области груди. Его дыхание стало быстрым. Я знала, что прямо сейчас он сражается за свой контроль.

Я сильно сжала руки, стараясь остановить дрожь. — Я чувствую, как теряюсь! Я не могу сдерживать себя, зная, что они могут показаться в этом доме и зайти в мою комнату тогда, когда захотят! Я хочу просто покончить со всем этим дерьмом! Его голос повысился, и он начал тянуть себя за волосы. Потом он начал раскачиваться, как с ту первую ночь, когда я нашла его сходящим с ума после костра. Он издавал ужасный причитающий звук в своем горле. Его тонкое здравомыслие быстро ускользало.

Я схватила его за плечи, заставляя остановить непрекращающиеся движения. — Останови это, Клэй. Сейчас! — сказала я ему твердо. Клэй покачал головой. — Нет. Ты не понимаешь. Я ненавижу их! И что еще хуже, они заставляют меня ненавидеть себя. Они напоминают мне о каждой ужасной и глупой вещи, которую я когда-либо делал! Они никогда не теряют возможность вставить тот факт, что я стыд и провал их семьи! — выплевывает он. Его слова режут без ножа.

Я хлопнула в ладоши. Он пугал меня. Создалось впечатление, будто он уже сдался. И я не хотела принимать факт того, что это случится. Я схватила его лицо и сжала между своих рук. Я немного встряхнула его. — Довольно! Ты даешь им здесь всю власть! Это именно то, чего они хотят. Они хотят видеть тебя сломленным. Хотят видеть не человека, а лишь оболочку. И ты идешь им прямо в руки, — прошипела я.

— Но у них вся власть. У меня ничего нет, — прошептал он, и я могла видеть, как он разламывается. Я мягко провела по его щеке. — Как ты можешь говорить такое, Клэй? У тебя есть Руби и Лиса. У тебя есть я! У тебя мое сердце и моя душа, которая живет внутри тебя каждую секунду каждого дня, — сказала я, целуя его в губы, пытаясь победить тьму, которая овладела им.

Выражение его лица исказилось. — Я не заслуживаю твое сердце, Мэгги. Я никогда не должен был затягивать тебя в ад, в котором я живу. Какое будущее я могу тебе дать, когда не знаю, есть ли оно у меня вообще? — отчаялся он, закрыв глаза. Я почувствовала, как слезы потекли из моих глаз, забирая его боль.

— Я люблю тебя, Клэй. Я люблю каждую частичку тебя. Мне нужно, чтобы ты держался! Пожалуйста! Сделай это для меня, не для себя! — Я играла грязно. Используя его любовь ко мне в качестве рычага давления.

Глаза Клэя умоляли меня. — Не знаю, смогу ли я. Я ненавижу это чувство потерянности. — Его голос дрожал. Я мягко потерла его щеку, пальцами откидывая волосы с его лица. — Если ты чувствуешь себя потерянным, хорошо, я просто найду тебя, — сказала я с еще большей убежденностью, нежели чувствовала на самом деле.

Клэй наклонился вперед и прижался своим лбом к моему, наши носы терлись друг о друга. — Я не смогу сделать это без тебя, — пробормотал он. Я закрыла глаза в ответ на грубую тоску, которую слышала в его голосе. Было ли меня достаточно, чтобы поддерживать его?

— Я здесь, Клэй. Всегда, — сказала я, когда наши губы нашли друг друга в отчаянной нужде. Будто мы пытались утопить все наши страхи в ощущении наших ртов и любви, которую мы испытываем друг к другу.

ГЛАВА 19

Дела шли все хуже и хуже. Приезд родителей Клэя, вызвал эффект накрывающей волны, который охватил всех. Я все еще была наказана, поэтому не могла проводить время с Клэем после школы. И вот тогда-то он и начал пропадать. Он уходил сразу после звонка, часто даже не дожидаясь меня после уроков, как он это обычно делал.

Как правило, мы пытались проводить вместе хотя бы несколько минут, прежде чем я возвращалась домой в полную изоляцию. Но он уходил от меня почти каждый день. Я не знала, куда он ходил или что делал. Не иметь возможности присматривать за ним, особенно когда все стало так плохо для него, было невыносимо. И мне было обидно. Действительно обидно. Я знала, что он закрывается от меня. Скрывает что-то от меня. И когда я спрашивала о его поведении, он становился злым и обороняющимся, отказываясь разговаривать со мной.

Настроение Клэя менялось как сумасшедшее. Я спрашивала его, более чем один раз, принимал ли он все еще свои лекарства, но он просто игнорировал меня, будто я вообще ничего не говорила. Это было почти, как если бы он нарочно самоуничтожался. Как будто он давал родителям причину, чтобы запереть его.

Это то, чего он хотел? Потому что он, уверенный как черт, вел себя именно так.

Когда одним утром Клэй показался у моего шкафчика, через неделю после приезда его родителей, я заметила свежий порез на его запястье. — Что это такое? — зашипела я, хватая его за руку и поднимая его рукав. Клэй вырвал свою руку и прижался лбом к моему шкафчику над моей головой, склонившись к моему лицу.

— Ничего. Оставь это, — сказал он вполголоса. Взгляд в его глазах напугал меня. Он не дразнил. Он действительно говорил мне отвалить. — Нет. — Я оттолкнула его, не давая закрыть меня. — Я расскажу Лисе и Руби, если ты продолжишь всю эту игру, — пригрозила я, прижимая книгу по английскому крепче к своей груди.

Лицо Клэя покраснело, и он отшатнулся, словно я влепила ему пощечину. Он ударил металл шкафчика рядом с моей головой, заставляя меня вздрогнуть. — Не угрожай мне, Мэгги. Глупо с твоей стороны делать это. — Он снова ударил шкафчик и умчался в бешенстве, оставляя меня потрясенной и сбитой с толку.

Его настроение и поведение становились все более и более неустойчивыми. Я чувствовала как контроль, который раньше был у меня над ситуацией, исчезал каждый день. Складывалось ощущение, словно он восстанавливал назад стену, по одному злому кирпичу за раз.

И я не могла найти способ прорваться через эту стену. Ни под ней, ни над ней. Он был на одной стороне, и я твердо стояла на другой. Вскоре Клэй начал покидать школу все раньше и раньше. А ведь поначалу было так, что он оставался до конца дня.

И это было только начало. Я спросила его об уходе из школы, и Клэй снова послал мне этот злой взгляд, сказав, чтобы я перестала вести себя так, словно я его мать. Его слова были как нож в мой желудок. Я была не в состоянии остановить слезы, которые образовывались в моих глазах. В последнее время он был таким кратким и немногословным со мной. Я чувствовала, как мы отдаляемся все дальше и дальше друг от друга.

Я ненавидела плакать, но это было все, что я делала в последнее время. Я была одной большой кучей страдания. И у этого страдания было имя - Клэйтон Рид.

Я серьезно рассматривала поход к Руби и Лисе. Я хотела сказать им, что происходит с Клэем. Я отчаянно нуждалась в чьей-то помощи. Но что действительно они могли сделать? Лиса ясно дала понять, что все карты у его родителей. Так что я наблюдала, как он все дальше отдаляется от меня, и я была не в силах остановить это. Мои слова больше ничего не значили для него. Тот факт, что он делал мне больно каждый день, не имел значения.

Я теряла его. И это ужасало меня.

После полного игнорирования в течение нескольких дней, я, в конце концов, потеряла его во время обеда. Я кричала на Клэя и затем, к моему крайнему унижению, начала рыдать. Рэйчел и Дэниел застыли, полностью парализованные моими внезапно сумасшедшими эмоциями. Это была не Мэгги Мэй Янг, к которой они привыкли.

Клэй начал злиться, но когда я заплакала, случилось так, словно щелкнули выключателем света. Клэй смягчился, видя, как сильно он обидел меня. Он обнял меня и говорил, что любит, извиняясь за свое отношение. Я растворилась в его руках так, как делала всегда, отчаянно нуждаясь в том, чтобы вещи были такими как раньше.

Но они не были такими. Никоим образом. Клэй был безумен все время, и у меня не было никаких мыслей о том, как помочь ему. В конце концов, Клэй перестал приходить на обед, покидая школу в середине дня. Я не знала, куда он ходил. Он никогда не говорил. Он только говорил мне не беспокоиться так сильно. Но, конечно же, я беспокоилась. Это все, что я теперь делала. Беспокоилась. И плакала. Потом снова беспокоилась.

Я бросила вызов наказанию моих родителей после нескольких дней этого жалкого существования. Я решила отправиться в дом Клэя после школы. Мое сердце упало, когда я увидела машину его родителей на дорожке. Мои ладони начали потеть, когда я направилась к входной двери.

Я постучала и ждала. Снова постучала. Наконец Клэй открыл дверь. Он выглядел как черт. Под его глазами были темные круги, его кожа была бледной, а одежда помятой, словно он спал в ней.

Хуже всего было то, что он выглядел менее взволнованным, при виде меня. — Что ты здесь делаешь? — выплюнул он, оглядываясь через плечо. Я попыталась заглянуть за него, чтобы посмотреть, что его так пугает, но он преградил мне путь.

— Я беспокоилась о тебе. Хотела убедиться, что ты в порядке, — сказала я мягко. Я попыталась потянуться и коснуться его, но он отодвинулся от меня.

— Ну, я просто чертов денди[28]. Сейчас ты можешь уйти. — Он попытался закрыть дверь перед моим лицом, но я поставила свою ногу, чтобы остановить его. — Клэй. Перестань отталкивать меня! Как ты можешь так со мной обращаться после всего, через что мы прошли? — умоляла я, чувствуя эти надоедливые слезы, снова скатывающиеся по моему лицу.

Я увидела мгновенную трещину в его холодном фасаде. Его глаза смягчились, и я подумала, что может быть, мне удалось достучаться до него. Но он обратно воздвиг стену, и его лицо застыло. — Я устал от твоей поддержки, — выплюнул он, смотря на меня с презрением. — Перестань беспокоиться обо мне. Мне не нужна твоя жалость или беспокойство.

Я открыла рот, чтобы поспорить с ним. Я не могла позволить ему оттолкнуть меня. Но потом я увидела миссис Рид, идущую по коридору. Она встала позади Клэя и положила руки на его плечи. Он напрягся, словно ожидая удара. — Разве ты не собираешься пригласить свою подругу внутрь, Клэйтон? Это Марсиа, не так ли? — сказала она снисходительно. Она знала мое имя, просто была сучкой.

У меня не было шанса исправить ее, прежде чем Клэй вытолкнул мою ногу из дверного проема. — Нет, она уже уходит. Думаю, мы закончили. — Он посмотрел на меня, и я не могла проглотить ком, который образовался в моем горле.

Он закончил? Означало ли это, то, что я думала, это означало? — Клэй. Что ты говоришь? — голос покинул меня, и все, что я могла сделать, так это шептать. Боль прошла сквозь мое тело. Я ненавидела то, что мы вели этот разговор в двух шагах от его злой мамы-гарпии. Она наблюдала за нами все время, и я не пропустила ехидный триумф на ее лице.

— Именно то, что я сказал, Мэгги. Я закончил. Так что не приходи сюда больше! — сказал он мне решительно. Он, правда, только что порвал со мной? На виду его чертовой матери? Потом я стала злой. — Ты мудак! — выдохнула я, сжимая кулаки.

— Клэй, пора ужинать. Поторопись с Марси и иди есть. — Миссис Рид послала мне холодную улыбку и вернулась обратно в коридор. Клэй смотрел на меня. — Ты просто не могла оставить все в покое. Теперь ты счастлива? — он закипел.

— Пошел ты, Клэй! Я ничего не сделала, только любила тебя! Но ты действительно эгоистичный придурок. Разрушаешь мои чувства, да? Это самоуничтожающее шоу Клэйтона Рида. И ты прав. Мы закончили. Мне больше не нужно твоих оскорблений! — Я повернулась на каблуках и ушла, чувствуя, будто мое сердце только что вырвали из груди.

Гнев довел меня до дома, но потом превратился в мучительную депрессию. Клэй и я расстались, и у меня не было ни одной реальной причины «почему?». Действительность того, что произошло, дошла до меня, и я рыдала до того, как уснуть.

После этого я стала оболочкой человека, которым я была. Я едва ела и почти не спала. Никогда не разговаривала с друзьями. Отказалась от приглашения Рэйчел и Дэниела собраться вместе, когда мое наказание закончилось. Я едва слушала их разговоры за обеденным столом. Я перестала ждать их после школы, вместо этого садилась в машину как можно быстрее, чтобы попасть домой и запереться в своей комнате.

— Ты расскажешь мне, что происходит и сделаешь это сейчас же! — сказала Рэйчел сердито, хватая меня за руку, когда я пыталась незаметно прокрасться по коридору к своему шкафчику. Прошло пять дней с тех пор, как я была у дома Клэя. Пять дней с тех пор, как я разговаривала или видела его в последний раз. Я даже не знала, появлялся ли он в школе. И чувствовала, что жить становилось все труднее. Как кто-то может вытерпеть эту боль и выжить?

— Ничего не происходит, — пробормотала я, стараясь вырваться из ее захвата.

— Да, верно! Ты стала ходячим мертвецом! Таким образом, если твой мозг не был съеден зомби, то уверен что-то, черт возьми, происходит, и ты собираешься пролить на это свет! — сказал Дэниел, вставая с другой стороны от меня. Они оба взяли меня за руки и почти потащили в библиотеку.

Я услышала, как прозвенел звонок, сигнализирующий об окончании обеда. Я ела в женском туалете, желая избежать этого разговора. Я должна была знать, что они найдут меня. Я не могла даже оценить, как сильно они заботятся обо мне. Потому что прямо тогда я была не в состоянии даже думать о чем-то, кроме зияющей дыры в моей груди.

— Мы должна идти в класс. Мы опоздаем, — утверждала я слабо. Дэниел затолкал меня в библиотеку, двигая к задней части книгохранилища, где у нас было немного приватности.

— К черту учебу. Наша лучшая подруга скоро полностью расплавится. Это превосходит географию по всем параметрам, — ответила Рэйчел, сажая меня в кресло и занимая место рядом со мной.

Дэниел сел за стол и смотрел на меня. — Мы знаем, что это имеет отношение к Клэю. Он сейчас пропадает без вести, и ты выглядишь так, будто кто-то переехал твоего кота. Просто скажи мне, если я должен надрать ему задницу. Я все равно давно хотел это сделать. — Я закрыла глаза и старалась держать их такими.

— Мы расстались, — призналась я, кладя голову на стол.

— Ой, милая. Почему ты не сказала нам? — спросила Рэйчел успокаивающе, потирая мою спину, когда меня начало трясти. Я не могла ей ответить, поэтому они просто дали мне время постараться взять себя в руки. Я не могла плакать, не осталось слез. Я сидела здесь, стараясь дышать, не смотря на боль в груди. Наконец, я успокоилась. Сидя, я взяла платок, протянутый Рэйчел, и высморкала нос. — Что случилось? — спросила Рэйчел, все еще мягко кругами поглаживая мою спину.

— Он изменился. Мы изменились. Он не хочет посвящать меня в свои дела. Здесь не о чем больше говорить, — ответила я уклончиво. Я не хотела погружаться в проблему наших отношений. Их было слишком много, чтобы перечислять.

— Так лучше, Мэгс. Поверь мне. Тебе не нужно все это дерьмо, — сказал Дэниел, потянувшись, чтобы сжать мою руку.

Я отстранилась. — Ты не понимаешь, мне не лучше! Я скучаю по нему!

Рэйчел и Дэниел молчали мгновение, когда я начала плакать. Так много для той, у кого больше нет слез. Когда я покончу с этим дерьмом? Через несколько минут терпения моего страдания, Рэйчел вытерла мои щеки и щелкнула пальцами напротив моего лица. — Проснись, Мэгги! Он делает тебя несчастной! Не валяйся перед тем, кому лучше без тебя. Поольше самоуважения, нежели в тебе есть сейчас, — сказала она строго.

Дэниел кивнул в знак согласия. — Это не Мэгги Янг, которую мы знаем и любим. Я не уверен, кто этот ноющий и жалкий цыпленок, но я вроде как ненавижу ее, — пошутил Дэниел, приподнимая свои брови в мою сторону. Я всхлипнула и снова высморкалась.

— Знаю, ты прав. Но тяжело игнорировать свои собственные чувства. Я так сильно люблю его, — посетовала я, чувствуя зачатки головной боли.

— Любишь? Действительно? Не уверена, что это та любовь, которую я бы хотела испытать, Мэгги. — прокомментировала Рэйчел, протягивая остальную часть салфеток мне. Я не ответила на ее заявление. Я не хотела пытаться оправдать наши отношения с Клэем. Потому что это будет звучать убого и грустно, и только усилит ее дальнейшие аргументы.

Но я должна взять себя в руки. Я должна попытаться двигаться дальше, мимо душевной боли. Я должна постараться и забыть о том факте, что не важно, как сильно мне больно, глубоко внутри я знаю, что Клэй был в своем собственном аду. Я так сильно хотела спасти его, и это был инстинкт, который трудно выключить.

— Давай, пошли в класс. И после школы, я поеду с тобой домой. Бьюсь об заклад, я смогу уговорить твоих родителей ослабить это нелепое наказание, — сказала уверенно Рэйчел.

Я послала ей слабую улыбку. — Спасибо, ребята. Вы действительно лучшие, — сказала я тихо, не чувствуя абсолютно никакой энергии. Я всю ее выплакала.

Так что я приняла решение отпустить Клэйтона Рида. Но, он так глубоко укоренился в моем сердце и моей жизни, что отдаление от него было похоже на удаление конечности. Как вы попытаетесь забыть о ком-то, кого вы любили как другую часть себя?

Помогло то, что я больше не видела Клэя. Будто он пропал. Или умер.

Мои родители, наконец, согласились прекратить мое глупое наказание. Вероятно, помогло то, что причина моего наказания больше не маячила на горизонте. Я знала, Рэйчел поговорила с моей мамой о том, что происходило между Клэем и мною. Поскольку морозный климат в моем доме значительно оттаивал.

Я старалась быть довольной возобновлением отношений с моими родителями. Они перестали смотреть на меня так, будто я была мутантом, который взял контроль над телом их драгоценной дочери. И я действительно работала над преодолением желания свернуться в клубок и так там и оставаться. Я заставляла себя делать домашнюю работу. Я заставляла себя гулять с Рэйчел и Дэниелем после школы, хотя я оказалась идти в «Шарики», когда Рэйчел предложила банановый сплит. Каждый раз, когда я проезжала это место, я думала, что мир переворачивается.

Я обнаружила себя, пытающуюся побороть нужду позвонить Клэю. Даже если прошли две недели с тех пор как мы расстались, ничто не заглушило боль. Я так сильно хотела увидеть его, что, наконец, заставила Рэйчел стереть его номер из моего телефона.

Поскольку душераздирающая правда была в том, что если Клэй хотел увидеть меня, он бы это сделал. Тот факт, что он не приложил ни единого усилия, подтвердил все мои глубочайшие страхи. Что он не любит меня так сильно, как он говорил. В противном случае, как он мог оставаться вдали от меня?

Были дни, когда я беспокоилась, что с ним что-то случилось. Что, если он ранил себя? Я разговаривала сама с собой, словно какой-то чертов уродец, убеждая себя в том, что Руби или Лиса известят меня, если что-то случится. Несмотря на то, что Клэй полностью выбросил меня из своей жизни, они должны понимать, что мне хотелось бы об этом знать.

Хорошо, в конечном итоге, я уступила и однажды в пятницу проехала мимо дома Клэя. Я просто хотела убедиться, что он в порядке. Я была рада, когда увидела машину Клэя на подъездной дорожке, а так же тот факт, что там была только она. Он должно быть один дома.

Я замедлилась, проезжая, мои глаза всматривались в его окно на втором этаже. Конечно, я ничего не могла увидеть, но я и ничего не могла с собой поделать и думала о том, что он делал. Я должна была отогнать страшные мысли о том, что он режет себя или что-то хуже.

Я нажала на педаль газа и уехала так быстро, как только смогла.

И подумала, вот оно. Я решила, что с этого момента должна оставить Клэя и наши разрушительные отношения позади. Я чувствовала твердость в своем решении.

А потом все вокруг меня рухнуло.

ГЛАВА 20

Дни сливались один в другой. Скука, одолевавшая меня до появления Клэя, вернулась с ошеломляющей быстротой. Снова началась моя старая рутина, и волнение о том, как начнется очередной день, растаяло в небытие.

Я старалась не думать о нем. Но это было тяжело. Казалось, все несет память о нашем совместно проведенном времени. Мы были парой не долго. Время, когда я только встретила Клэя Рида и до момента нашего расставания, было вспышкой в великой схеме моей жизни. Или, по крайней мере, я пыталась убедить себя в этом.

Но правда была в том, что он расчистил себе путь в мою жизнь и не вернулся. Хотя я упорно трудилась, чтобы убедить себя, что окончание наших отношений (хорошо, хотя мне и не стоит говорить об этом, но удивительно, как ты можешь искажать вещи в своем уме, чтобы сделать их очевидными) было правильным решением, но это не меняло того, какой неполной я чувствовала себя без него.

Я думала, что проделала практически безупречную работу в притворстве и что сейчас со мной все хорошо, пока не открыла свой шкафчик после школы в понедельник (спустя три недели после разрыва). Кусочек бумаги приземлился у моих ног. Мое сердце замерло, мой желудок упал на пол. Я была сбита волной дежавю.

Трясущимися руками, я подняла бумагу с пола и развернула ее. Бабочки. Ну, конечно. Что еще это могло быть? И внизу, безумной рукой Клэя были выведены слова: « Я узнал, что иногда "прости" не достаточно. Иногда тебе на самом деле надо измениться».

Что я должна с этим делать? Мои глаза осматривали пустой коридор, в поисках его. Но его нигде не было видно. Должна ли я позвонить ему? Должна ли я смять рисунок и забыть об этом? Я застряла в неопределенности и неуверенности.

В итоге, я аккуратно сложила листок и положила в сумку. Когда я пришла домой, то не могла сопротивляться желанию вытащить рисунок и прикрепить его к зеркалу. Я долго смотрела на него. Лед вокруг моего сердца немного рухнул. Но я не позвонила ему. Я просто не могла.

На следующий день я нашла другой рисунок в своем шкафчике. На этот раз там было изображено мое лицо. Я понятия не имела, когда он нарисовал его. Я его не узнала. Мои волосы были перекинуты через одно плечо, и я смотрела вдаль с мечтательным выражением на лице. От этой красоты у меня перехватило дыхание. На нем ничего не было написано. Я чувствовала грусть и разочарование.

Каждый день были разные рисунки. На некоторых было что-то сказано, на некоторых нет. Но каждое передавало тоску Клэя, которая останавливала сердце. В пятницу, я нашла рисунок, который мог быть только той самой рекой, где мы были в первый день. Клэй написал: «Самыми замечательными воспоминаниями являются те, которые слишком болезненно забыть».

Я не слышала, как Рэйчел подошла сзади. Она выхватила листок из моих рук, прежде чем я смогла спрятать его. Я сглотнула, пока она рассматривала его, ее брови взлетели. — Это от него? —спросила она, прежде чем отдать его.

Я кивнула. — Да, — ответила я, пряча его в свою сумку.

— Что это такое? — спросила она меня, когда мы покидали школу. Я пожала плечами, не утруждая себя словесным ответом. — Мэгс, это выглядит так, будто он пытается вернуть тебя. Ты ведь не собираешься сделать это? — спросила она меня сердито.

Я остановилась в центре тротуара и столкнулась со своей лучшей подругой. — Я не знаю, Рэйчел! Единственное, что я знаю так это то, что не могу дышать! Я несчастна без него! — сказала я, пытаясь заставить ее понять, что он значит для меня.

Рэйчел вздохнула. — Знаю, но ты не можешь забыть, какой несчастной ты была рядом с ним, — сказала она. Я знала, она была права. Но это не остановило мое сердце от волнения при мысли, что он хочет вернуть меня.

Да, я была идиоткой.

Я собиралась предложить Рэйчел пойти и посмотреть фильм, да все что угодно, лишь бы отвлечь свой мозг от моей драмы, когда телефон запищал в моем кармане. Я достала его. Даже несмотря на то, что я удалила его номер, я сразу узнала его.

В сообщение было написано: «Встретишься со мной у реки? Мне надо увидеть тебя. Твою мать. Что я делаю?»

— Кто это? — подозрительно спросила Рэйчел. Я засунула телефон обратно в карман и послала ей самую фальшивую улыбку, которую только могла.

— Моя мама. Она просто хотела узнать, что я хочу на ужин, — лгала я. Рэйчел посмотрела на меня взглядом, который говорил «ты врунья».

— Тогда почему ты не ответила? — спросила меня Рэйчел. Я рассмеялась самым возможным неискренним смехом.

— О, да. Тупица! — Я вытащила телефон и притворилась, что посылаю ответ.

— Мммм. Китайская кухня, — неуверенно сказала я. Рэйчел нахмурилась, но не стала развивать проблему.

— Тогда думаю, у тебя планы на этот вечер с родителями?

Да, я не обманула ее. Я прочистила горло. — Ум, да, похоже на то. Я позвоню тебе позже, —сказала я, направляясь к машине. Мое сердце колотилось в груди.

— Эй, Мэгс, — крикнула Рэйчел, когда я села в машину. Я обернулась, натягивая улыбку на лицо. — Да? — крикнула я в ответ.

— Просто будь осторожна. Ну, ты знаешь, с родителями, — сказала она и повернулась к своей машине.

Я забралась на водительское сидение и просидела там некоторое время, делая глубокие, успокаивающие вдохи. Когда это не сработало, я включила радио, чтобы успокоить расшатанные нервы. Я вытащила телефон и набрала быстрый ответ на вопрос Клэя.

«Конечно. Буду в 10».

Я подождала немного, чтобы посмотреть, напишет ли Клэй что-нибудь в ответ, но телефон молчал. Хорошо. Ну, думаю, он просто встретит меня там. Я выехала с парковки и доехала до реки. Чего Клэй хочет? Миллионы разных сценариев пролетели в моей голове. Я не была уверена, что была эмоционально сильна, чтобы сопротивляться ему, если он скажет, что хочет вернуть меня.

Я так сильно скучала по нему. Я буквально жаждала его, как жажду кофеина по утрам. Но я заставила себя вспомнить то, как он относился ко мне, когда я видела его в последний раз. Я также думала о том, как, в сущности, он закрылся от меня, когда я не хотела ничего большего, нежели просто помочь ему.

Рэйчел сказала, что никогда не захочет такой любви. Но хотела ли я?

Я въехала на поле у реки и припарковалась рядом с «BMW» Клэя. Он уже здесь. Конечно, он был здесь. Я выбралась из машины и сделала глубокий вдох. Ну вот, ничего не выходит.

Я прошла через высокую траву и оказалась в лесу. Через несколько минут я подошла к реке и увидела Клэя, сидящего на камне у воды. Он посмотрел вверх, когда я подошла, и мне пришлось подавить вздох на его внешний вид.

Он выглядел ужасно. Он, кажется, потерял много в весе, и цвет его лица был пепельным. Передо мной был человек, который отправился в ад и вернулся назад. Все, что я представляла, что скажу ему, ускользнуло из моего мозга, и я была в недоумении.

— Мэгги, — сказал он тихо, вставая на ноги. Я не двигалась к нему. Я начала чувствовать признаки слабости и старалась держаться твердо. Поэтому я не пошла к нему даже несмотря на то, что фантазировала о том, как брошусь в его объятия. Этот парень ранил меня. Сильно. Я должна сохранить немного контроля. Некое, как это называется? О, да. Самоуважение.

— Привет, Клэй, — сказала я и гордилась тем, как холодно прозвучал мой голос. Клэй вздрогнул от холодного приветствия. Он запустил руку в волосы. Они выросли за те три недели, что я не видела его, кудри касались его воротника.

— Ты выглядишь прекрасно, — сказал он нежно, давая мне намек на улыбку, которую я любила. Я воздержалась от того, чтобы поправить волосы, как идиотка, и вместо этого холодно смотрела на него. — А ты выглядишь как дерьмо, — сказала я ему жестко. Вау, это было злобно. Сука была в силе!

— Прямолинейна, как всегда, — ответил он, нервозно потирая шею.

— Чего ты хочешь, Клэй? Потому что мне уже скоро нужно оказаться дома, — заявила я, ставя точку. Клэй вздохнул и начал идти ко мне. Но потом, будто поняв, что мне нужно физическое пространство, он остановился.

— Мне надо было увидеть тебя. Я скучал по тебе. Очень сильно, — сказал он мне, его глаза встретились с моими.

— Да, ну, твои чувства увидеть меня были довольно очевидны, — выплюнула я. Я ненавидела дрожь в своем голосе и упорно трудилась, чтобы подавить слезы, которые угрожали хлынуть из глаз. Клэй в волнении потер руками лицо. — Я был идиотом. Без тебя я был в аду.

Затем, не давая мне времени отреагировать, он встал рядом со мной. Дыхание перехватило от того, как близко он находился. Он потянулся, чтобы погладить меня по щеке, и я отступила назад. Клэй уронил руку, словно она была в огне. Я увидела вспышку боли на его лице, и мне захотелось закричать на него.

У него не было права чувствовать себя обиженным! Он был тем, кто отверг меня! — Клэй, ты сам оттолкнул меня. Я старалась быть рядом с тобой, но ты не позволял мне! Я не могу так дальше продолжать, не зная, ухожу я или остаюсь! Перестань издеваться над моей головой! — Я не могла удержать себя от мольбы.

Клэй закрыл глаза. Когда он снова открыл их, они были яркими от сдерживаемых слез. Черт. Слезы Клэя были моим криптонитом[29]! Я должна убираться отсюда и быстро, или я перестану быть достаточно сильной, чтобы сопротивляться ему. — Я никогда не хотел издеваться над твоей головой, Мэгс! Ты - единственное, что удержало меня от падения. Знаю, я был абсолютной задницей. Мои родители приехали в город, и это привело меня в замешательство. Я начал возвращаться к своему прежнему, разрушительному состоянию. Я был в ужасе от того, что ты увидишь меня таким, поэтому я и оттолкнул тебя.

Он остановился и сделал глубокий вдох. Я стояла совершенно неподвижно, не желая двигаться, но слишком напуганная, чтобы пойти к нему. — Я был не прав. Я был в самом ужасном аду все эти три недели. Ты так сильно нужна мне! Я не смогу выжить без тебя! Пожалуйста, Мэгги! Пожалуйста, скажи мне, что ты даешь мне еще один шанс! — умолял он, наконец, взяв меня за руку и приложив ее к своей щеке. Он снова закрыл глаза от прикосновения моей кожи к его. Будто это было все, что ему нужно, чтобы быть в порядке.

Боже, я бы хотела, чтобы это была правда.

— Ты уничтожил меня, Клэй. Я была несчастной без тебя, — призналась я спокойно. Клэй открыл глаза, и я увидела в них надежду. — Но, Клэй. Я не могу так. Я так устала от переживаний о тебе. Я боялась засыпать, потому что ты мог сделать что-то с собой. Ты убиваешь меня, — слова вылились из меня, и я могла чувствовать свою усталость.

Клэй прижал меня ближе, пока наши грудные клетки не коснулись друг друга, и я подняла взгляд, чтобы смотреть на него. Он потянулся и убрал челку с моего лица. Я растаяла, когда его пальцы заскользили по моей коже. — Я никогда не обижу тебя. До тех пор, пока мы вместе, у меня есть то, за что бороться, — прошептал он.

Мне хотелось накричать на него за то, что он ранил меня итак уже миллион раз. Что он не боролся за нас, или за себя, несмотря на то, что я отдала ему любовь, что у меня была. Но он делал меня слабой. Я ненавидела себя за то, что была не в состоянии выразить словами мысли и сомнения, которые проплывали в моей голове. Почему я просто не могу сказать, что чувствую? Почему я позволяю себе погрузиться в него снова и снова?

— Я люблю тебя. Ты моя жизнь. — Он положил мою руку себе на сердце. Я чувствовала, как оно хаотично бьется под моей ладонью. — Чувствуешь это? Оно твое. Сейчас и всегда! — решительно сказал он, прежде чем обвить меня своими руками.

Он наклонился и оставил мягкий поцелуй на моем плече, пока мы держали друг друга. — Я люблю тебя, — прошептал он снова, прежде чем уткнуться лицом в мою шею. Я позволила ему немного подержать себя, прежде чем отстранилась. Он в замешательстве посмотрел на меня, когда я отступила назад, стараясь дать себе немного пространства.

— Клэй. Я тоже тебя люблю... — начала я, но он перебил меня. — И это все, что имеет значения! Мы любим друг друга! Это все, что нам нужно! — Он выглядел таким уверенным. Но опять же, он всегда таким был. Но в этот раз, я не была. — Нет, Клэй. Это не все, что нам нужно. Тебе нужна помощь! — сказала я ему.

Я наблюдала за тем, как лицо Клэя потемнело. — Не надо этого снова. Мы говорили об этом. Ты - это все! Если мы вместе, я в порядке!

Я подняла руку, чтобы остановить его. — Этого слишком много, чтобы я смогла это принять. Мне нужно время. Мне надо подумать. Пожалуйста, просто перестань, — умоляла я, уходя еще дальше. Я старалась не спорить с ним о его нелепом заявлении. Мне просто надо остановить этот разговор прежде, чем я полностью уступлю.

Клэй снова подошел ко мне, выглядя разбитым. — Мэгги, я был не прав! Пожалуйста, не оставляй меня! — Он плакал, снова протягивая ко мне руку. Я отодвинулась от его рук. — Я должна идти, — сказала я и повернулась, чтобы уйти.

Я бросилась бежать через деревья. Я не далеко убежала, прежде чем руки Клэя снова схватили меня сзади. Я споткнулась, когда он потянул меня, чтобы остановить. Он прижался своей грудью к моей спине и уткнулся лицом в шею. — Я не могу снова тебя потерять! Я сделаю все! Только не уходи от меня! — умолял он. Я чувствовала, как трясется его тело, когда он схватил меня. Его горячие слезы жгли мою плоть, скользя по моей шее. Я потянулась к его рукам, пытаясь отцепить их от меня. — Тогда позволь мне уйти. Просто дай мне время подумать. Я не могу это делать, когда мы вместе, — настаивала я, не оборачиваясь, чтобы не посмотреть на него. Я знала, если увижу его убитое горем лицо, то стану обреченным человеком. И я должна была решить, будет ли жизнь с ним тем, чего я хочу. Будет ли жизнь без него тем, что я смогу выдержать.

Клэй молчал в течение несколько минут. Я чувствовала его неровные вдохи рядом со своей спиной, тепло от его слез на своем плече, когда он прижимался ко мне так, словно его жизнь зависела от этого. Потом без единого звука он убрал свои руки, и я почувствовала холодный воздух нашего разделения, когда он отошел от меня, позволяя мне уйти.

* * *

Я была потрясена от времени, проведенного с Клэем. Я приехала домой практически в слезах и еще более запутанной, нежели была раньше. Мой мозг кипел, и я боролась с необходимостью побежать обратно к нему. Я не лгала, когда сказала, что мне нужно время. Но что-то подсказывало мне, что время ничего не решит.

Как я смирилась с тем фактом, что просто ушла от своей любви? Особенно тогда, когда он больше всего во мне нуждался. Каким это делает меня человеком? Во мне пробудилось отчаянное чувство самосохранения, когда оставила его стоять одного в лесу. Я была напугана и запутана, но не могла не думать о том, что он любит меня и хочет, чтобы мы были вместе.

И почему этого не может быть достаточно?

Я была сложной смесью страха и злости. Я будто пробивала стену или дергала себя за волосы. К сожалению, для моей мамы, которая вошла в мою комнату в разгар моего реального сумасшествия.

Я сидела за своим столом и крутилась на стуле, надеясь, что у меня появится пара крыльев, и я вылечу со второго этажа из своего окна. Я быстро грызла свои ногти и в настоящее время уже перешла на кожу своих пальцев.

Я услышала легкий стук в дверь, после чего, не дожидаясь разрешения, мама открыла ее, держа в руках охапку чистого белья. Она раздражающе весело улыбалась и все еще была одета в рабочую одежду. Она, должно быть, только что вернулась домой с работы.

Мама уронила кучу белья на мою кровать. — Как дела в школе? — спросила она у меня. Я пожала плечами, не глядя на нее. Я просто хотела, чтобы она ушла. Я все еще по большей части винила ее и отца в сложившейся ситуации. Может быть, если бы они принимали Клэя, все было бы по-другому. Или выпал бы снег в июле. Ну, все равно мне надо было кого-то винить, а именно они отвечают всем требованиям.

— Это хорошее или плохое пожатие плечами? — легко спросила она. Я снова пожала плечами. Мама была тихой, и потом я услышала скрип пружин моей кровати и подавила вздох. Великолепно, она хочет поговорить. Я повернулась на своем кресле и послала ей свой лучший взгляд. — Да? — раздраженно спросила я.

Мама нахмурилась. — А что с отношением? Я лишь хотела узнать, как поживает мой единственный ребенок. Неужели, неправильно для матери заботиться о благополучии ее дочери? — Хорошо, вот оно что. Я устала от их беспокойства. Устала до смерти от чрезмерной заботы мамы и медвежьей ерунды папы.

Я смотрела на маму - женщину, которая была моей лучшей подругой и огромной поддержкой всю мою жизнь. Но в тот момент я забыла обо всем этом. Вместо этого, все, что я видела, когда смотрела на нее, это врага.

— Знаешь что, мам? Если ты беспокоишься о моем благополучии, ты отступишь и позволишь мне жить своей жизнью с тем, с кем я хочу ее прожить. — Глаза моей мамы в шоке расширились на мою вспышку.

Да, это была уже не та маленькая девочка, которую она знала. Это была какая-то сумасшедшая женщина, которая была одета в кожу Мэгги Янг. Мама выпрямилась, и на ее лице появился строгий взгляд. — Не смей так разговаривать со мной. Твой отец и я всегда делали то, что лучше для тебя. — Я прервала ее маниакальным смехом. — Что лучше для меня? Ты шутишь? Вы запретили мне видеться с единственным парнем, которого я когда-либо любила! И как это может быть хорошо для меня? — взвизгнула я.

Мама вздохнула и посмотрела на меня терпеливым взглядом. — Не будь такой драматичной. Я старалась полюбить Клэйтона, если ты помнишь. Это не меняет того факта, что пока ты была с ним, ты принимала ужасные решения и вела себя предосудительно. Ты начала лгать, прогуливать, закрываться от своих друзей. Любовь не должна заставлять так себя вести, Мэгги. Неважно, во что ты веришь, — сказала она с раздражением.

— Ты не знаешь абсолютно ничего о Клэе и обо мне. И никогда не узнаешь! — кричала я, протирая руками глаза. Я чувствовала себя так, словно моя кожа собиралась вот-вот вспыхнуть. Я так завелась из-за Клэя и всего остального, прямо сейчас я просто не могла разбираться с родителями.

Мама посмотрела на меня заинтересованным взглядом. — Что происходит, Мэгги? Ты всегда была в состоянии все рассказывать мне. Ты знаешь, я бы выслушала. — На мгновение я смягчилась. Я хотела все ей рассказать. Я хотела вернуться в то время, когда я чувствовала, что моя мама выслушает меня без неодобрения и осуждения.

Может быть, я смогу поделиться с ней всем, что происходит с Клэем, и она даст мне совет, предложение или даже два. И я не буду чувствовать себя настолько чертовски одинокой во всем этом беспорядке.

Но ее следующее заявление сдуло мою маленькую фантазию в воду.

— Но ты должна перестать добиваться этого мальчика. Он - проблема. Посмотри на себя, Мэгги Мэй. Посмотри, кем ты стала. Думаю, ты должна реально подумать о том, что он полностью захватил твою жизнь. Те вещи, которые происходят между вами, действительно стоят спасения? — Из-за ее сумасшедшего трепа мне захотелось выколоть свои глаза. Или ее. Те, которые подвернутся первыми.

Я закрыла лицо руками и закричала в разочаровании. — Ты серьезно? — завизжала я и поднялась на ноги. — Это полная фигня! Никто не забирал мою жизнь. Твоя паранойя из-за Клэя нелепа! Ты когда-нибудь думала о том, что я просто меняюсь? Боже упаси, ведь я уже не твоя идеальная маленькая девочка. У меня есть ощущения, у меня есть чувства, которые не имеют абсолютно НИЧЕГО общего с твоими или папиными. Это моя жизнь! И я устала от вашей безумной нужды контролировать ее! — Мама открыла рот, чтобы что-то сказать. Скорее всего, чтобы отругать меня за проклятия, но я продолжала.

— Ты единственная, кто сводит меня с ума и создает всю эту драму. Так что, пожалуйста, просто забудь об этом. — Моя злость рассеялась, и осталось только истощение. Итогом этого маленького обсуждения стало то, что решение касательно Клэя стало чертовски кристально ясным.

Я не повернусь к нему спиной так, как сделали все остальные. Он нуждается во мне, и это было гораздо важнее, чем гнев моих родителей и их разочарование. Но я больше не могу спорить с ними из-за этого. С меня достаточно. Это больше не будет темой для обсуждения между нами.

Рот моей мамы открылся, и она впервые была в недоумении от моих слов. Она сделала глубокий вдох и посмотрела на меня так, словно я превратилась в мутанта. Она встала и смотрела на меня, стараясь увидеть дочь, которую она знала, где-то внутри меня.

— Я даже не знаю человека, которым ты стала, Мэгги Мэй. Этого человека. — Она махнула рукой в мою сторону. — Ты злая, жестокая, и слишком вкладывающаяся в какой-то школьный роман, который никак не определяет всю твою оставшуюся жизнь. Проснись! Возьми себя в руки, — сказала мама прохладно. Я знаю, это была ее идея о «жестокой любви», но, на мой взгляд, моя любовь не была такой.

Я рухнула на пол, мои ноги не могли больше выдержать мой вес. Мне нечего было сказать. Все слова пропали. Я не могу никого убедить в том, что это мой путь, который я обязательно пройду. Мама направилась к двери и развернулась, чтобы снова посмотреть на меня. Ее выражение сменилось на обеспокоенное. И я видела, как сильно она переживала за мою боль. Но я также видела ее мрачную решимость, ведь по ее мнению, она действительно знала, что лучше для меня.

— Клэй – не лучший вариант для тебя, Мэгги. Я знаю, он не плохой ребенок. И я вижу многое из того, что ты в нем любишь. Но он усердно тащит тебя на самое дно, туда, откуда ты можешь и не вернуться. Порой случается так, что любовь не способна изменить все к лучшему, и для всех правильнее будет уйти. Не важно, как сильно это ранит.

Мое сердце сжалось от ее слов. Они откликнулись во мне, и мне было тяжело восстановить свое дыхание. Но, когда моя злость снова нахлынула, я посмотрела на нее со всей яростью, которую испытывала. — Что ты знаешь обо мне и Клэе? Ты НИЧЕГО не знаешь! — ненавистно сказала я.

Мама вздрогнула от яда, который я вылила сейчас на нее. Я была неблагодарной маленькой сукой, и я знала это. Но мои жизненные приоритеты значительно изменились, и мои родители с их желанием держать меня в безопасности не были одним из них.

Не говоря ни слова, моя мама ушла, выглядя разбитой. И я испытывала необъяснимое чувство вины за все произошедшее. Плюхнувшись обратно на свою кровать, я отчаянно хотела заснуть. Но сон обходил меня стороной, и я лежала там, уставившись на потолок и размышляя о том, как же моя жизнь могла стать такой запутанной.

ГЛАВА 21

Я не спустилась на ужин, отказываясь покидать свою комнату даже после того, как пришел папа и предложил принести мне немного еды. Я не хотела спускаться вниз и притворяться, что жизнь была безоблачной, когда это было совсем не так. Поэтому я отсиживалась в своей комнате, слушая депрессивный инди-рок и смотря на рисунки Клэя, которые он подарил мне за последние пару месяцев.

Слова, которые он написал, отпечатались в моей голове, и я почувствовала жжение от слез в своих глазах. Я думала снова и снова о выражении его лица, когда я оставила его днем. Он выглядел так, словно я убиваю его.

Почему все вышло из-под контроля? Я переиграла происходящее между нами непрерывным циклом в своей голове. Первый раз, когда я встретила Клэя. Осенний бал. То, как он держал меня, когда мы впервые сказали друг другу «я люблю тебя». Как я засыпала в его руках в загородном доме.

Но потом эти теплые воспоминания пропитались темными. Вечеринка Мелиссы. Его мучения на полу в его спальне. Его постоянный гнев и ревность. Вспомнила, как обнаружила его режущего себя.

Хотя ничего из этого не изменило то, что я чувствовала. Я любила его всеми фибрами своей души. И было ощущение, что я подвела его. Он предупреждал, что оттолкнет, и оттолкнул, чтобы увидеть, останусь ли я. И я не осталась. Без борьбы я позволила ему выбросить меня из его жизни.

И в чем Клэй нуждался, так это в том, чтобы кто-то боролся за него.

Я ждала до тех пор, пока родители уйдут спать, после чего покинула свою комнату, чтобы принять душ. Я хотела избежать любых возможных столкновений. Вернувшись в свою комнату, я переоделась в свою любимую фланелевую пижаму и включила «Pink Floyd». Мне нужно что-то такое, что способно успокоить мои измотанные нервы.

Я легла на кровать и уснула через пять минут.

Я не была точно уверена в том, что именно разбудило меня. В одну минуту я глубоко спала, в другую же - резко проснулась. Комната была черной, как смоль, и освещалась лишь мягким светом уличного фонаря. Музыка была выключена, и все вокруг было подозрительно тихо.

Когда мои глаза привыкли к темноте, сердце остановилось в груди. Клэй сидел на краю моей кровати. Я протерла глаза и снова посмотрела. Я должна была убедиться, что мои глаза не врут. — Клэй? — прошептала я, все еще не веря, что он здесь.

— Привет, Мэгги, — сказал он мягко. Я едва видела его лицо в тени. Я села и переместилась на своей кровати, пока не оказалась рядом с ним. Я пристально рассмотрела его, заметив, что его глаза были налитыми кровью и уставшими.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я его осторожно, чтобы голос оставался тихим, ведь мне не хотелось разбудить родителей. Клэй ничего не ответил. Он сидел здесь, смотря на меня, словно старался запомнить мое лицо. Словно боялся забыть меня. — Что происходит? Ты пугаешь меня, —сказала я ему с нервным смешком.

Клэй потянулся и накрутил локон моих волос себе на палец, после чего сразу же опустил его. — Я просто хотел увидеть тебя в последний раз, — прошептал он.

В последний раз? Мой желудок перевернулся. — Что ты имеешь в виду? Ты куда-то уезжаешь? — спросила я, наблюдая, как он берет мою руку в свою и переплетает наши пальцы.

Клэй проигнорировал мой вопрос и снова посмотрел мне глаза — Я люблю тебя. Я так сожалею обо всем, через что заставил тебя пройти. Ты никогда этого не заслуживала. Я просто хочу, чтобы ты знала, как сильно я ненавижу себя за все то дерьмо, через которое я заставил тебя пройти. Ты ничего не делала, просто любила и поддерживала меня. Господи, я люблю тебя. Люблю больше всего на свете! Я говорил тебе это и раньше, но хочу повторить, что ты - моя вечность. И буду еще столько же любить тебя. Обещаю. — Его слова звучали подозрительно, словно прощание.

Я была смущена и даже немного онемела. Клэй наклонился, и я почувствовала его губы на своих. Он запустил руки мне в волосы и прижал меня к себе с такой силой, которая удивила меня. Его поцелуй был голодным, словно он поедал меня.

Наши языки скользили вместе, а руки Клэя ощущались теплом на моей спине. Наконец, Клэй отодвинулся и взял мое лицо в ладони. — Мне нужно идти, — пробормотал он, наклоняясь снова, чтобы поцеловать уголок моего рта.

Мои глаза закрылись, когда он целовал мою шею и плечо. — Идти? Куда идти? — спросила я, задыхаясь. Клэй перестал целовать меня и уткнулся лбом в мою ключицу. — После того, как ты оставила меня этим вечером, я вернулся домой, — начал он. Я слышала боль в его голосе и почувствовала потребность обнять его.

Клэй прерывисто вздохнул и продолжил. — Они были там. Они всегда там. Но сегодняшний вечер стал последней каплей. Я просто не мог иметь дело со всем их дерьмом. Лиса и Руби тоже там были, но это не важно. Они начали отчитывать меня, стоило мне только открыть дверь. Говорили о том, что получили звонок из школы, в котором им поведали обо всех моих отсутствиях без уважительной причины. Что я могу провалить три предмета. Потом она начала кричать на меня, что я всегда был для них обузой. — Я слышала боль в голосе Клэя.

Мне захотелось убить его родителей. Его мама была бессердечной сукой. Как она может так бессердечно ранить своего сына? Все его проблемы, все его вопросы и переживания были из-за них. Во всем, что происходило с ним, были виноваты они, и никто другой.

Клэй сел, и безнадежность в его глазах испугала меня. Он схватил меня за руки, словно боясь исчезнуть. — А что делали Лиса и Руби? Они позволили им так кричать на тебя? — спросила я. Я вдруг почувствовала злость на его тетю и ее девушку. Они по-прежнему позволяли этим ужасным людям обходиться с Клэем так, словно он был мусором. Почему, черт возьми, они не вмешались?

Клэй покачал головой, будто прочитал мои мысли. — Руби пыталась остановить ее. Правда, пыталась. Лиса спорила с ними. Руби угрожала позвонить в полицию, чтобы они приехали и выгнали их из дома. Они рассмеялись. Моя мама просто сказала, что заберет меня с собой, и это довольно быстро успокоило Руби, — вздохнул Клэй.

— Потом мама сказала мне упаковать свои вещи, — сказал он, все эмоции покинули его голос.

Я замерла. — Упаковать вещи? Зачем? — спрашиваю я. Клэй смотрит на меня с душераздирающей печалью. — Потому что она пообщалась с моим доктором во Флориде, и они решили, что мне нужно еще раз провериться в лечебном учреждении. Они снова хотят меня запереть там. Но в этот раз это не будет девятнадцатимесячная программа. Нет. На этот раз это будет долгосрочная проверка. Они планируют увезти меня сегодня вечером.

Я думала, меня вырвет у него на коленях. Он уезжал. Ради своего блага. Вдруг, моя необходимость во времени и пространстве показалась глупой. Я теряю его.

— О Боже, — сказала я приглушенным голосом. Клэй снова взял мое лицо и притянул меня ближе. Он поцеловал меня снова с болезненной нежностью. — Я не поеду, — категорически заявляет он.

Я моргнула в замешательстве. — Не поедешь? Но я думала, твои родители контролируют происходящее. Разве у тебя есть выбор? — спросила я его.

Клэй запутался пальцами в моих волосах. — Я не поеду с ними. Я не позволю им запереть меня словно чертову собачонку. Я уезжаю. Сегодня, — сказал он, и я замерла.

— Куда ты отправишься? — спросила я, чувствуя, как меня крепко захватила паника из-за происходящего.

— Не знаю. Я только знаю, что должен убраться отсюда. Но перед отъездом мне хотелось снова увидеть тебя. Я хотел, чтобы ты знала, что я люблю тебя. Не было никакого шанса, что я уеду, не увидев снова твоего лица, и не дам тебе знать, что мое сердце - твое. Навсегда.

Он уезжает. Это случилось. Все, что у нас с ним есть, заканчивается в моей спальне. Кто знает, когда я снова увижу его? И увижу ли вообще.

Клэй мягко прикоснулся к бабочке, которую я все еще носила на шее. — Ты моя бабочка, малыш, — прошептал он, прежде чем притянуть меня назад в свои объятья. Я чувствовала его напряжение, когда он держал меня. Я пришла в панику из-за мыслей о том, что он оставляет меня позади. Как я могу продолжать жить без него? Это невозможно.

Поэтому я моментально приняла решение.

— Я с тобой, — сказала я, отстраняясь. Клэй нахмурился и покачал головой. — Ни в коем случаем, Мэгги. У тебя есть друзья и семья, которые любят тебя. Ты не можешь отказываться от своей жизни из-за меня. Я итак уже многое забрал у тебя. Не делай этого! Я никогда не прощу себя. — Клэй ласкал мое лицо пальцами. Я потянулась, чтобы удержать его руку у своего лица.

— Я не могу жить здесь без тебя! Я ни от чего не отказываюсь, потому что ты моя жизнь! Ты не можешь сделать этот выбор за меня. Я выбираю - быть рядом с тобой. Ты всегда будешь моим выбором! — сказала я решительно, пытаясь заставить его увидеть причину.

Клэй снова покачал головой. — Нет! Ты не поедешь со мной. — Он начал подниматься на ноги. Я вскочила после него и схватила его за руки. — Если ты оставишь меня здесь, Клэй, я никогда тебя не прощу! Ты только докажешь мне, что все, что ты говорил, было ложью. Ты сказал, что я была твоим всем! Теперь докажи это! — отчаянно умоляла я.

Клэй выглядел так, словно разрывался на части. Я знала, он хотел сделать так, как будет лучше для меня. Но я также знала, как ужасно он нуждался во мне. — Не важно, что ты скажешь, я еду, —сказала я, когда он мне не ответил. Я подошла к шкафу и вытащила свою сумку. Отправляясь к своим ящикам, я схватила горсть нижнего белья. Рубашки, джинсы, пижамы.

Когда я закончила, то натянула пару джинсов, теплую толстовку и схватила свою куртку со стула. После того как я оделась, я повернулась, чтобы посмотреть на Клэя. — Как я могу позволить тебе отказаться от всего ради меня? Это неправильно! — Он звучал печально, но уже немного смирившимся. Я подошла и обвила его руками.

Я смотрю в его великолепное лицо и знаю, моя жизнь началась с ним. И закончится она тоже с ним. — Я ничего не бросаю. Я беру то, что хочу, с тех пор, как врезалась в тебя в твой первый день в нашей школе. — Рот Клэя растягивается в улыбку от воспоминаний. — Я выбираю жизнь с тобой. Это именно то, чего я хочу. Ничего больше, — заверила я его.

Клэй крепко меня обнял. — Я люблю тебя, — прошептал он в мои волосы. Я высвободилась и потянула его за руку. — Нам нужно идти, — сказала я, и Клэй заколебался. — Ты собираешься оставить записку? Твои родители ведь будут сильно переживать.

Я почувствовала укол вины, думая о том, что мои родители обнаружат утром лишь пустую кровать. Меня опустошало осознание того, что я так их ранила. Я посмотрела на своего красивого парня, и все сомнения покинули мою голову. Он нуждается во мне и это все, что сейчас важно.

— Я позвоню им. — Клэй выгнул бровь. — Позвоню. Обещаю. — Я схватила телефон, чтобы поставить точку. Клэй глубоко вздохнул и взял меня за руку. — Хорошо, давай сделаем это. — Мы тихо покинули мою комнату и спустились по лестнице.

Как только мы оказались снаружи, я остановилась и вопросительно посмотрела на него. — Как ты попал в мою комнату? — спросила я. Клэй смущенно посмотрел на меня. — Я.. эм... ну, я забрался по дереву. — Я посмотрела в сторону дома на огромный клен, который рос рядом с моим окном. — Но ты ненавидишь высоту, — сказала я, немного в страхе.

Клэй пожал плечами, пока мы шли к моей машине. — Ну, давай скажем так, мне понадобилось некоторое время, чтобы забраться туда. Но оно того стоило. — Он посмотрел на меня боковым зрением, и мое сердце учащенно забилось в груди. — Да, однозначно стоило, — согласилась я, улыбаясь.

Я думала о том, чтобы послать сообщение Рэйчел и Дэниелу. Я чувствовала, что должна рассказать им, что происходит. Они будут в ярости. Но сейчас я не могла ничего изменить. Я молчала, пока Клэй ехал к темной границе между штатами. Он сказал, что мы просто пересечем границу Северной Каролины, а потом остановимся где-нибудь поспать.

Чем дальше мы ехали, тем более страшные сомнения закрадывались в мой мозг. Я посмотрела вниз на наши сплетенные руки и почувствовала электрическое покалывание там, где соприкасалась наша кожа. Нет, я приняла правильное решение. Этот парень был моим миром.

— Ты собираешься написать Рэйчел или Дэниелу? — неожиданно спросил меня Клэй. Я сначала посмотрела на него, потерянная в моих сказочных мыслях о долгой и счастливой жизни с ним. — Хм, не знаю, — ответила я немного неуверенно.

Клэй хмыкнул, внезапно съехав с дороги, и поставил машину на обочине. — Что ты делаешь? — спросила я его в замешательстве. Клэй расстегнул ремень безопасности и перелез на мое сидение. Он притянул меня в свои руки и поцеловал все мое лицо, прежде чем остановился на губах.

— Я понимаю, что ты отказываешься от всего. Я так сильно тебя люблю, Мэгги. У тебя самое большое сердце из всех, что я встречал, и я благодарю Бога каждый день, что он привел тебя в мою жизнь. — Его губы задержались на моих, пробуя меня.

— Но, пожалуйста, не отказывайся больше ни от чего из-за меня. Твои друзья заслуживают знать, что с тобой все хорошо. Я не хочу, чтобы ты проснулась завтра утром, думая о том, что это худшая ошибка, которую ты совершила.

— Ты не рад, что я поехала с тобой? — спросила я тихо, переживая, что он жалеет о том, что взял меня с собой. Клэй поцеловал мой рот, его губы задержались на моих. — Боже, конечно, я рад, что ты поехала. Но я просто не хочу, чтобы ты думала, что должна выбросить всех из своей жизни из-за этого. Я хочу, чтобы ты была счастлива, — сказал он мне. Его глаза никогда не покидали мои, и я могу сказать, что он, правда, имел в виду именно то, что говорил.

Клэй потянулся в карман моей куртки и достал телефон, после чего положил его в мою руку. — Напиши Рэйчел и Дэниелю. Пожалуйста. — Я посмотрела на него, кивнула, наклонилась и поцеловала его в щеку. — Люблю тебя, — сказала я ему снова, прежде чем пролистала свои контакты, пока не нашла номер Рэйчел

Я послала ей быстрое сообщение о том, что уехала с Клэем. Написала о том, что с его семьей все плохо, и он нуждается в небольшой передышке. Я попросила ее сказать моим родителям, что я сожалею о случившимся, что со мной все в порядке, и я скоро с ними свяжусь. Я понимала, что она не сразу ответит на сообщение, ведь сейчас на часах было 2:30 ночи. Нажатие кнопки отправить заставило меня почувствовать себя лучше.

Клэй снова направился к границе, когда я убрала телефон. — Спасибо, что заставил меня это сделать, — сказала я.

Клэй покачал головой. — Ты не должна благодарить меня за это. Ты делаешь то, что хочешь делать, Мэгги. Я поддерживаю тебя так, как ты всегда поддерживала меня. Мы в этом завязли навсегда, — заявил он с такой уверенностью, что и я поверила в это, во все это... Я знала, он любит меня и, возможно, этого будет достаточно.

Мы проехали еще около двух с половиной часов, прежде чем заехали в маленький городок, прямо за границей Северной Каролины. Клэй увидел знак «Мотель №6» на шоссе. Мы оба уже были обессилевшие, и я отчаянно хотела забраться в кровать, чтобы заснуть крепким восьмичасовым сном.

Клэй заехал на темную парковку. Мигал знак, оповещающий о наличии свободных номеров, и все это походило на дрянной фильм ужасов. Снаружи мотеля была припаркована всего лишь одна машина.

— Ты точно знаешь, как угодить девушке, — подразнила я, пока мы вылезали из машины. Я была рада размять ноги. Клэй улыбнулся. — В следующий раз мы найдем что-нибудь получше. Обещаю. — Я обвила руками его талию. — Это не важно, Клэй. До тех пор, пока мы вместе. — Он сладко поцеловал меня, прежде чем мы зашли в холл, чтобы снять комнату.

Парень за стойкой регистрации выглядел совершенно равнодушным к тому, что два подростка хотят снять комнату в мотеле в 5 утра. Он ни разу не посмотрел нам в глаза, пока Клэй платил ему наличкой и брал ключи от комнаты. — Машина для льда и торговые автоматы снаружи, — сказал парень автоматически. Мы кивнули в знак благодарности и вышли из темного холла.

Мы довольно быстро нашли нашу комнату, и я постаралась не задрожать, когда наступила на потертый грязный ковер, который мог быть зеленым, когда еще был новым. В номере была одна кровать королевского размера с одеялом, которое было прожжено сигаретами, и двумя плоскими подушками.

Клэй положил свою сумку на стул, который выглядел так, словно был спасен из мусорного контейнера. — Извини малыш. Я знаю, что это не «Ритц»[30]. — Я улыбнулась. — Я просто не буду снимать одежду, и все будет в порядке.

Клэй надулся. — Ну, это не совсем то, что было у меня на уме. — Я игриво толкнула его. — Ты такой плохой парень, Клэйтон Рид. — Он звучно меня поцеловал и шлепнул по заднице, когда я направилась в ванную комнату, чтобы помыться. Я была рада, что она оказалась чистой. Ванна была в пятнах, но там висели полотенца и маленькая, полупустая бутылочка шампуня «Suave». Я порылась в своей сумке, чтобы найти свою фланелевую пижаму. Да, она была не самой сексуальной из тех, что у меня были, но я надеялась, что надев ее, мне станет лучше.

Я включила воду, горячую настолько, насколько смогу выдержать, и встала под струи. Я использовала шампунь, чтобы помыть волосы и тело. Когда я вышла, кожа была розовой от пара, и я чувствовала себя немного лучше. Потом я вспомнила, что в спешке покидая дом, я не взяла с собой никаких туалетных принадлежностей. Ни расчески, ни зубной пасты. После всего, что происходило вокруг, именно из-за этой крошечной детали мне захотелось расплакаться.

Я схватилась за край раковины и сделала глубокий вдох, глотая воздух и стараясь взять себя в руки. Через несколько минут я смогла успокоиться. Используя свои пальцы, я провела ими сквозь свои мокрые волосы, а затем прополоскала под водой. Надев свою теплую пижаму, я покинула ванну.

Клэй облокотился на спинку кровати, переключая каналы на древнем телевизоре. Он посмотрел вверх, когда я зашла, и его глаза смягчились при виде меня, готовой лечь в постель. — Чувствуешь себя лучше? — спрашивает он, наблюдая за мной, когда я кладу свою грязную одежду в угол комнаты.

— Да. Но нам нужно купить утром зубную пасту и еще кое-какие вещи, которые я забыла прихватить с собой. — Я подошла к одной из сторон кровати, до конца не уверенная, хочу ли спать под грубым одеялом. Клэй, понимая мое колебание, убрал покрывало. — По крайней мере, простыни выглядят чистыми, — отметил он.

— Клопы ведь не съедят нас живьем? — спросила я нерешительно, прежде чем забраться в постель. Клэй посмотрел под одеяло. — Ну, я, надеюсь, что нет. — Я кинула в него подушку. — Это не утешает, — вежливо сказала я. Клэй улыбнулся мне. — Давай, иди сюда, эта комната такая ледяная. — Я забралась в постель, вздыхая от удовольствия и сворачиваясь калачиком на простынях. В этот момент, меня не волновало, съедят ли меня заживо, пока я сплю, потому что я была чертовски уставшей.

Клэй выключил телевизор и встал. Он медленно разделся, его одежда образовала кучу рядом с кроватью. Только в боксерах он забрался в кровать рядом со мной. Некоторое время мы лежали на наших сторонах, просто смотря друг на друга.

— Мило, — ухмыльнулся Клэй, теребя воротник моей пижамы. Я закатила глаза. — К сожалению, я оставила свою «Frederick’s of Hollywood»[31] дома. Я захвачу ее в следующий раз, когда мы решим сбежать посреди ночи, — ответила я саркастически. При упоминании о том, что мы сделали, мы с Клэем затихли.

Единственным звуком в темной комнате было наше дыхание. Очень медленно, как если бы я могла остановить его, Клэй потянулся, чтобы коснуться моего лица. Он осторожно обвел мои брови пальцем, трогая мои веки, потом пробежался пальцами по моим губам. Его глаза ожили внезапным голодом и желанием, но больше всего любовью. Мое сердце забилось, когда его рука дошла до моей ключицы, и он провел пальцем от одной стороны к другой.

Я была такой тихой, что, клянусь, он мог слышать, как бьется мое сердце. Клэй опустил руку ниже, под верхний край моей рубашки и обхватил мою грудь. Он закрыл глаза, когда его большой палец потер мой твердый сосок, и прошипел сквозь губы, когда почувствовал мою гладкую кожу. Я застонала в ответ.

Клэй открыл глаза. — Мэгги? — произнес он вопросительно мое имя, и я знала, что он хотел убедиться, что я была не против. Я кивнула и наклонилась, чтобы поцеловать его. Первое прикосновение его языка в паре с моим было всем, что мне было нужно, чтобы потеряться в пьянящем чувстве, которое он разжег во мне.

Уверенными пальцами Клэй расстегнул верх пижамы и аккуратно снял его с моего тела. Он продолжал благоговейно трогать мою грудь, его дыхание стало поверхностным, когда я выгнулась к нему. Клэй наклонил голову, чтобы взять в рот мой сосок. Его язык танцевал над чувствительной плотью. Я вцепилась в его затылок, когда он передвинулся к другой моей груди.

Рука Клэя двинулась к моей талии, прямиком к шнурку на моих штанах. Он скользнул пальцами под резинку, заставляя меня дрожать внутри. Мягко, он потянул мои штаны вниз, с любовью снимая их с моих бедер. Его рот проследил свой путь вниз по моему телу, снимая одежду.

Начиная с моей лодыжки, Клэй целовал внутреннюю часть моей ноги, облизывая ее языком, словно смаковал меня. Он издавал тихие стоны, продолжая свое мучительное восхождение. Целуя внутреннюю поверхность моих бедер, в то время как, мои пальцы оказались запутанными в его волосах.

— О Боже, Клэй! — прохрипела я, когда он двигался своими губами, пока не задышал напротив моей разгоряченной плоти. С медлительной точностью, он облизнул меня по всей длине, доведя до того, что я забыла собственное имя. — Ты удивительна на вкус, — пробормотал он рядом с моей плотью, пока его язык двигался во мне. Я никогда не испытывала ничего подобного. Пожар глубоко в моем животе распространил огонь по всему моему телу. Рот Клэя ни разу не остановился, когда я начала извиваться под ним. С силой, которая удивила меня, я взорвалась от его языка.

Я лежала на кровати истощенная, а Клэй целовал свой путь обратно по моему телу, пока снова не нашел мои губы. Я могла почувствовать свой вкус на его губах, и это было странно и одновременно очень эротично. Я думала, что это будет ужасно, но обнаружила, что это довольно странный, но очень приятный способ владения. Словно я пометила его как своего.

Руки Клэя опустились между моих бедер. Он потирал и ласкал чувствительные складки, пока я снова не начала задыхаться. Он скользнул в меня двумя пальцами. И согнул их, пока они не разбудили пожар, который угрожал уничтожить меня. Язык Клэя танцевал у меня во рту, пробуя каждым дюйм, пока его пальцы раздували другой сокрушительный оргазм в моем уже дрожащем теле. Сразу после этого Клэй перевернул меня на себя, пока я не оказалась сверху. Мои ноги обхватывали его, когда я почувствовала его твердость рядом с собой.

Порывшись в кармане своих штанов на полу, он вытащил презерватив и протянул его мне. Я приподняла бровь, и он страстно улыбнулся. Я открыла упаковку зубами, заставляя Клэя смеяться. Затем медленно, с аккуратной точностью, я раскатала его по всей длине. Клэй застонал и откинул голову назад, когда мои пальцы касались и ласкали его.

Когда я закончила, Клэй бережно приподнял меня, и я наклонилась так, что смогла скользнуть на него. Клэй снова захватил мой рот, как только вошел в меня. Не разрывая наш поцелуй, Клэй передвинул свои руки, чтобы держать меня за бедра, и я начала двигаться вверх и вниз, наслаждаясь контролем, который имела.

— Мне нравится то, как я ощущаю себя в тебе, — прошептал он рядом с моими губами, когда я прижалась к нему, принимая его так глубоко, как он только мог войти. — Ты моя. Навеки, — застонал он, когда я начала ускорять темп. Я разорвала наш поцелуй и откинуть голову назад, опираясь на его грудь.

Неожиданно, Клэй подхватил меня и перевернул на спину, толкаясь в меня, будто утверждая. Я громко застонала, обвивая ногами его талию в попытке похоронить его в себе. — Я так сильно тебя люблю…. — задыхалась я, когда наши тела двигались вместе. После недели безумия и разлуки, мы кончили в прекрасной какофонии нужды и желания.

Вместе, как сейчас, мне показалось, что мы можем все преодолеть. Клэй стонал, когда я сжалась вокруг него, и поцеловал меня, входя так глубоко в мое тело, как только мог. Я открыла глаза и увидела, что Клэй наблюдает за мной с такой нежной грустью, что у меня перехватило дыхание.

Я потянулась, чтобы пробежать пальцами по его лицу. — Что такое? — спросила я, задыхаясь и ни на секунду не останавливая идеальный ритм наших движений. Клэй улыбнулся настоящей, великолепной улыбкой. — Просто я так сильно тебя люблю, что иногда это ранит.

— Я не хочу, чтобы это ранило тебя, Клэй. Наша любовь должна заставлять тебя чувствовать себя замечательно, — сказала я ему, а ведь мне хотелось рассмеяться над тем, как убого я звучала.

Клэй больше ничего не сказал, каждый из нас двигался в сторону всепоглощающего пожара. Клэй обвил меня руками, зарываясь лицом в мои волосы, когда я взорвалась вокруг него. Наконец, он в последний раз вошел в меня и кончил, после чего мы лежали рядом друг с другом, слишком уставшие, чтобы двигаться. Клэй поднялся на локтях и откинул мои влажные волосы со лба. Поцеловав мои веки, он потерся о мой нос. Я рассмеялась над его ласковым жестом.

Клэй взял мою руку и положил ее себе на сердце. Сильный, безумный ритм рядом с моей ладонью. — Это все, что мне нужно. Ты. Я. Вместе, — сказал он, все еще немного задыхаясь. Я подняла его руку и поцеловала ладонь. Клэй скатился с меня, и мы оказались на наших сторонах таким образом, что моя спина была рядом с его грудью.

— Поспи немного, малыш, — прошептал в мое ухо, целуя мою шею. Мы заснули, обвившись вокруг друг друга, не желая больше думать о реальности, в которой окажемся, когда проснемся.

ГЛАВА 22

На следующее утро я проснулась от писка своего телефона. У меня был момент дезориентации, когда я пыталась понять, где нахожусь. Потом воспоминания нахлынули на меня. Я перевернулась и обнаружила Клэя, крепко спящего рядом со мной. Его рука потянулась, словно он искал меня во сне.

Я выбралась из постели и осмотрела себя с ног до головы, осознавая, что я голая. Я пошла в ванную и переоделась в чистую пару джинсов и футболку. Я спорила с собой на счет того, стоит ли мне помыть рот шампунем, но передумала. Вместо этого, я прополоскала рот водой и выплюнула. У меня все еще был отвратительный запах изо рта, но придется смириться с этим, пока мы не купим зубную пасту.

Мой телефон снова пискнул. Я посмотрела на Клэя. Он не шевелился. Он выглядел таким молодым во сне. Напряжение на его лице расслабилось. Я улыбнулась тому, как хорошо он выглядел, лежа здесь в кровати. Я нашла свой телефон на тумбочке и включила его.

Меня ждало новое сообщение:

«Ты где?!?! Твои родители сходят с ума! Тебе лучше позвонить мне как можно скорее!»

Я вздохнула и тихо вышла из комнаты мотеля. Как только я оказалась снаружи, то сразу же набрала номер Рэйчел. Она ответила после первого гудка.

— ЧТО ПРОИСХОДИТ, МЭГГИ?! — закричала она в телефон. Я убрала телефон от уха. —Успокойся, Рэйч, иначе ты взорвешь мою барабанную перепонку, — сказала я легко.

— Вот только не надо мне твоего безразличного дерьма. Почему вы с Клэем сбежали? Твои родители позвонили мне в 5 утра, и они чертовски злы! Надеюсь, у тебя есть хорошая причина для объяснения всего этого. — Могу сказать, что она была зла. Я бы чувствовала то же самое, если бы мы поменялись ролями. Я знала, что задолжала ей объяснение.

Я села на бордюр снаружи нашей комнаты. — У Клэя сейчас большие проблемы, а мои родители были не очень неблагоразумны. Он нуждается во мне. — Она фыркнула на другом конце провода. — Не достаточно хорошо, Мэгс. А теперь заканчивай с этим дерьмом и признавайся. Потому что клянусь, если ты будешь и дальше кормить меня этой глупой песней и танцевать под фразочки о молодой любви, то я поколочу тебя, как только увижу в следующий раз, — кипела Рэйчел.

— Отлично, хочешь знать правду? У Клэя биполярное расстройство, которое иначе еще называют пограничное расстройство личности. Не спрашивай меня, что это значит, потому что я и сама, правда, не знаю. В любом случае, он только вышел из клиники перед тем, как переехал сюда, а теперь его родители приехали в город и угрожают снова запереть его там. Его ужасное поведение, сумасшедшее настроение и сложный характер вызваны тем, что он то принимает, то не принимает лекарства. Плюс, ему и правда нужно лечение, но он до сих пор отказывается. Мы просто пытаемся сейчас все понять, окей? Он нуждается во мне! И мне надо, чтобы он был здоров. — Я закончила свое хаотичное объяснение и ожидала ответа своей подруги.

— Рэйчел? — позвала я в пустоту. — Я здесь, — ответила она тихо. Мне не нравился тон ее голоса. — Я и понятия не имела, что происходит на самом деле. Почему ты ничего не сказала раньше? — спросила она меня.

— Это не моя история, поэтому не мне про неё и рассказывать, — просто ответила я. Я слышала, как Рэйчел цокнула языком. — Но ты знаешь, что не можешь спасти его. Ему нужна серьезная помощь. Помощь от людей, которые знают, что делают, когда происходит подобное. Если он не принимает свои лекарства, как ты говоришь, то ты ничего не можешь сделать. — Она замолчала. — Может, его родители правы. Может ему надо отправиться куда-то, где он сможет получить хорошее лечение.

Я была шокирована и глубоко ранена ее реакцией. Как она могла принять сторону этих ужасных людей? Она должна быть моей лучшей подругой. — Нет. Я не могу позволить им так поступить с ним, — выплюнула я холодно. Рэйчел вздохнула. Я представила раздраженное выражение на её лице.

— Как ты можешь так поступать со своими родителями? Ты не думаешь, что они бы поняли, если бы ты просто все сказала им? Они любят тебя и переживают. — Я почувствовала виноватое сальто в своем желудке. Я ненавидела то, что она напоминала мне о том, как я поступила с людьми, которых любила.

— Ты просто не понимаешь, — надулась я.

— О, я отлично понимаю. Ты пытаешься выполнить одну из женских миссий по спасению Клэя Рида от самого себя. Я знаю, ты любишь его. Но бывают времена, дорогая, когда одной любви недостаточно, и у меня есть очень плохое предчувствие, что он просто будет продолжать тянуть тебя вниз за собой. Не то, чтобы он хотел этого. Но именно это и происходит. — Казалось, она говорила опираясь на собственный опыт.

— Что ты знаешь обо всем этом? Что ты знаешь о Клэе, и о том, через что он проходит? — ненавистно спросила я.

— Послушай, если ты хочешь знать, то моя бабушка страдала от биполярного расстройства и множества других психических заболеваний. Я видела весь кошмар, через который она провела дедушку и маму. Картина не из приятных. Она тоже отказывалась от помощи. И знаешь, что случилось? — рявкнула она на меня. Я была в шоке от услышанного. Я понятия не имела, что ее бабушка страдала от какого-либо психического расстройства. Рэйчел никогда не упоминала об этом.

— Что? — тихо спросила я.

— Она покончила с собой, когда не было 10. Вот что случилось. И все потому, что она клялась, что с ней все в порядке, а мой дедушка безоговорочно верил ей, — голос Рэйчел треснул. Я слышала холод в ее словах. — Разве ты не видишь? Ты не помогаешь Клэю, позволяя ему проделывать все это! Ты должна вернуть свою задницу обратно и позволить людям, в чьи обязанности это входит, помочь ему. Да, его родители хоть и не лучшие на свете, но в конечном итоге именно они знают, что лучше для него. Они, а не ты. — Она была резкой, и мне хотелось проигнорировать то, что она мне говорила. Но во мне все еще была маленькая частица здравомыслия, которая услышала ее и поняла, что совет, который она дала мне правильный.

— И ты должна позвонить своим родителям. Услышать от меня, что с тобой все в порядке - не равносильно тому, чтобы услышать это от тебя. У тебя замечательные родители. Не разрушай ваши отношения из-за плохо спланированного синдрома Флоренса Найтингейла[32].

Я слышала, как дверь мотеля открылась позади меня. — Мэгги? Почему ты снаружи? — спросил Клэй, показываясь в дверном проеме. Я посмотрела на него через плечо. Он надел штаны, но не потрудился надеть футболку. Его волосы были помяты, когда он прищурился в утреннем свете.

— Мне нужно идти, Рэйч. Я позвоню тебе, когда узнаю, куда мы отправляемся, — заверила я ее.

— Мэгги. Серьезно. Возвращайся домой. Это безумие, — умоляла она. Я не ответила ей, вместо этого я просто сбросила разговор.

Встав, я засунула телефон в карман. — Рэйчел? — спросил он. Я кивнула, следуя за ним в комнату и закрывая за нами дверь. — Что ты сказала ей? — Он посмотрел на меня с опаской.

— Я сказала ей, что у тебя кое-какие проблемы, и нам нужно уехать на некоторое время, —соврала я. Я ни в коем случае не могла сказать ему, что рассказала ей всю его безумную историю. Я сомневалась в том, что он захотел бы, чтобы она узнала обо всем этом безобразии.

Клэй притянул меня ближе и поцеловал. — Я был напуган, когда проснулся и не увидел тебя рядом. Я подумал... что ты уехала. — Он посмотрел на меня с уязвимостью в глазах, которая пугала меня. Я крепко обняла его. — Никогда, Клэй. Я никогда никуда не уеду без тебя, — сказала я ему, и он расслабился в моих руках.

Клэй принял душ, и мы просмотрели телефонный справочник, чтобы раздобыть немного еды. Через два города отсюда был «Таргет»[33]. Поэтому мы сели в машину Клэя и поехали в «Брукертон»[34]. Мы закупили шампунь, мыло, зубные щетки и пасту. Я немного потратилась, купив себе утюжок для волос и фен. Я была рада, что додумалась захватить банковскую карточку, прежде чем покинула Дэвидсон.

Мы вернулись в комнату мотеля, и я чистила зубы около 15 минут. Я никогда в жизни не была так благодарна за зубную пасту. Я потратила немного времени и завила волосы, и теперь они ложились красивыми волнами мне на плечи. Только из-за того, что мы в пути, не значит, что я не могу хорошо выглядеть. Когда я закончила, то села рядом с Клэем на кровать. Он пролистывал сообщения на телефоне. Клэй посмотрел на меня и нежно улыбнулся, после чего коснулся моего локона. — Ты выглядишь великолепно, — тихо сказал он. Я наклонилась и поцеловала его, чувствуя себя в тот момент наполненной любовью.

Его внимание снова вернулось к телефону. — Что это? — спросила я его, заглядывая ему через плечо.

— Руби написала мне прошлой ночью, — сказал он, выключая экран.

— Что она написала? — спросила я его.

— Она хочет знать, где я.

— Ты ответил ей? — спросила я.

Клэй покачал головой. — Еще нет. Я не уверен в том, стоит ли ей говорить об этом.

Мы молчали некоторое время. Бремя нашего решения тягостно проигрывалось в наших умах. —Что мы собираемся делать? Я имею в виду, мы не можем навсегда остаться в этой комнате мотеля, —рассуждала я, ковыряя кожу вокруг пальца. Клэй улыбнулся. — Почему бы и нет? Это неимоверно высокий показатель уровня жизни, — пошутил он. Я легко шлепнула его по руке.

Он очнулся. — Я знаю, что ты права. Просто я не могу вернуться туда. Моя жизнь закончится, если я вернусь. Может, мы сможем найти тихий маленький городок, чтобы остаться жить там. Мы могли бы устроиться на работу и найти местечко, где будем жить. Действительно, мы можем начать нашу совместную жизнь. — Клэй звучал обнадеживающе. Я, конечно, знала, что такое принятие желаемого за действительное. Понимала, что этого никогда не случится. Мне все еще надо закончить школу. И что насчет колледжа? Да, я не подумала о многом, когда убегала с Клэем.

В свете дня происходящее казалось не таким уж и простым, и все более походило на огромный беспорядок. Я не ответила на его заявление. Не уверена, что могу согласиться с его безоблачным взглядом на будущее. — Почему бы нам не остаться здесь на день или два. Нам хватит денег для этого денег, а потом мы уже сможем во всем разобраться, — сказал Клэй, беря мою руку в свою.

День или два, кажется мне вполне нормальным. Возможно, немного времени, чтобы расслабиться и посмотреть на вещи в перспективе, именно то, что нужно Клэю, чтобы принять разумное решение. Я могу дать ему это. — Хорошо, — согласилась я, прижимаясь к нему. Клэй обвил меня рукам и поцеловал в макушку.

— Это все что мне нужно, Мэгс. Только ты и я, вместе, — пробормотал он, пока я слушала звук его сердцебиения под моим ухом. Из его уст это звучало так идеально. Но я знала, что жизнь, которую мы создали для себя, была совсем не такой.

* * *

— Ты привез свои лекарства, Клэй? — спросила я после того, как проснулась после нашего послеобеденного сна. Клэй замер на минуту, прежде чем отстранится. Затем он встал с кровати и пошел в ванную. Я последовала за ним, наблюдая из двери, как он налил себе стакан воды и сделал глоток.

— Ты не привез их, — заявила я вместо вопроса. Клэй улыбнулся мне, своей лучшей чарующей улыбкой. — Я буду в порядке и без них. Я все равно не принимал их уже некоторое время. Вот увидишь. Сейчас, когда мы вдали от всего этого стресса, все будет не так как раньше. Обещаю. — Не могу поверить, что он неделями лгал мне. Я думала, что он все еще принимает литий. Теперь было больше смысла в его сумасшедших перепадах настроения.

— Некоторое время? — спросила я его.

Клэй нахмурился. — Ну, не знаю. Думаю, с начала ноября. Не беспокойся об этом. — Начало ноября! Я знаю, что мой рот открылся. Не могу поверить, что он скрывал это.

Я почувствовала себя такой дурой. Я пыталась рационализировать все, найти всему оправдания, думая о том, что он просто ревновал или у него был сильный стресс. Но нет, это все потому, что он не делал того, что должен был, чтобы держать себя в руках, позаботиться о себе. Я хотела ударить его или накричать на него. Но знала, все станет только хуже.

Черт! Рэйчел была права. Я не могу этого сделать. Я должна вернуть Клэя назад в Дэвидсон. Это была прогулка по канату, и я знала, что это дело времени, когда он упадет и утянет меня за собой. Мое лицо, должно быть, побледнело, потому что Клэй схватил меня за плечи.

— Перестань, Мэгги. Не начинай беспокоиться обо мне. Я буду в порядке. Все будет отлично. Так, как мы хотели, чтобы все было. Мне не нужны эти глупые таблетки, пока у меня есть ты. — Его слова охладили меня. Он, правда, кажется, верит в это.

Когда я стала его новым лекарством? И когда я начала позволять ему это? Я так сильно любила Клэя, но это было неправильно. Он не мог заменить свое лекарство мною и думать, что все будет хорошо. Он серьезно заблуждался.

— Клэй, тебе нужны твои лекарства, — прошептала я, пытаясь скрыть, как я была потрясена отсутствием его ответственности и зрелости. Лицо Клэя потемнело. — Не начинай опять, Мэгги. Я сказал тебе, что в порядке. — Он прошел мимо меня в комнату.

Я должна что-то придумать. Но я не была уверена, как я могла убедить Клэя вернуться домой. Он был уверен, что если находится вдали от Дэвидсона и своих родителей, то все будет в порядке. Он был чертовски не прав.

— Я боюсь за тебя, — сказала я, наблюдая за тем, как он вытаскивает новую футболку из сумки и надевает ее.

Плечи Клэя напряглись. — Ну, не бойся. Ты снова все преувеличиваешь, — легкомысленно заявил он. Я хотела рассердиться на него за то, что он поставил нас в такую ситуацию. За то, что делал такое с собой. Но, когда он надевал футболку через голову, я мельком увидела на его груди и руках заживающие порезы, от чего еще сильнее расстроилась. Я хотела, чтобы он был счастлив и здоров. Думаю, я смогу дать ему пару дней, о которых он просил. И потом убедить его вернуться домой. Он ведь послушает меня, верно? Он ведь любит меня.

Я подошла к нему сзади и, обвив руками его грудь, уткнулась лицом в его спину, вдыхая его удивительный запах. — Я люблю тебя. Ты знаешь это? — заявила я.

Он развернулся в моих руках и сжал меня. — Конечно, знаю, Мэгс. Я тоже тебя люблю. — Я поднялась на носочки и прижалась губами к его губам. Его вкус вызвал бабочек в моем животе, как в общем-то и всегда.

Клэй разорвал поцелуй и усмехнулся. — Давай выбираться из этой депрессивной комнаты. Я хочу сводить тебя на обед. На свидание.

Я рассмеялась над легкостью в его голосе. — Свидание, ха? — Я приподняла брови.

— Да, пойдем уйдем в загул, малыш. — Он взял меня за руку и повел к двери. Клэй вытащил свой бумажник из кармана и достал ключи от машины. Я позволила ему вывести меня наружу.

Вскоре мы проезжали через крошечный городок под названием «Стеклянное Озеро». Здесь почти ничего не было. Но нам удалось найти ресторан на севере города, который назывался «Гриль-бар Горного Лося». Смешное название, учитывая, что в Северной Каролине не было лосей.

Я заказала стейк и картофель, а Клэй - курицу «Альфредо»[35]. Мы ели до тех пор, пока не объелись. Мы смеялись и разговаривали. Мне нравилось быть с ним сейчас. Это был Клэй, которого я любила больше всего.

Пока я ждала, когда Клэй вернется из уборной, мой телефон пискнул в кармане. Я сомневалась, проверять ли его. Я не хотела, чтобы что-то разрушило наш великолепный вечер. Но любопытство победило.

Смотря в направлении уборной, наблюдая за Клэем, я быстро достала телефон. Меня ждало сообщение от Рэйчел. « Вы, ребята, в серьезном дерьме. Клэй сказал тебе, что произошло, когда он ушел из дома прошлой ночью?»Чувствуя резкое нетерпение, я быстро написала: « Что ты имеешь в виду?».Я топала ногой в нетерпении, пока ждала ответного сообщения. Через две минуты снова пикнул телефон. Читая то, что написала подруга, я подумала, что мне будет плохо. « Ну, видимо, он угрожал родителям ножом. Сломал мебель, украл кучу денег из бумажника отца и сбежал. Полиция ищет вас, ребята. Его родители угрожают выдвинуть против него обвинение. Вам срочно нужно вернуться. В противном случае, все будет гораздо хуже».

Почему Клэй не рассказал мне, что произошло? У него снова появились от меня секреты. Единственный человек, который клялся, что будет честен со мной! Я спрятала телефон обратно в карман и налепила улыбку на лицо, когда Клэй вернулся к столу.

— Готова? — спросил он. Я кивнула, не доверяя собственному голосу. Клэй оставил деньги на столе, деньги, которые, я уверена, принадлежали его родителям, и протянул мне свою руку. Я переплела свои пальцы с его, и он поднял меня на ноги. Потом обнял меня и поцеловал в кончик носа. — Спасибо, что согласилась стать моей спутницей, — сказал он с улыбкой.

Я ничего не смогла поделать и улыбнулась в ответ, несмотря на то, что только что узнала. —Спасибо за то, что попросил быть твоей спутницей, — ответила я, сжимая его талию. Когда мы выходили из ресторана, наши руки были переплетены.

Как только мы оказались на холодном, ночном воздухе я почувствовала себя гораздо увереннее. Я должна поговорить с Клэем о том, что узнала. Но как я могу обсуждать эту тему? Его родители были камнем преткновения, и я знала, что эта тема приведет к спору.

Но я должна знать, почему он снова секретничал. Почему он не сказал мне правду, когда забрался прошлой ночью в мою комнату? Хотя, часть меня не желала ничего большего, кроме как притворяться, что все это ошибка. То, что сказала мне Рэйчел, не могло оказаться правдой.

Мы шли дальше по улице, пока не нашли небольшой парк, где мы сели на маленькую скамейку, расположенную в тенистой роще. Воздух был свежим и холодным, и я еще сильнее закуталась в куртку. Клэй обнял меня за плечи и теснее прижал к себе. Он поцеловал меня в макушку, и я попыталась расслабиться рядом с ним.

Я не смогла одурачить Клэя. Он слишком хорошо знал меня. — Что случилось, малыш? —спросил он меня мягко, накручивая прядь моих волос на палец. Я немного отстранилась, чтобы смотреть на него.

— Мне пришло сообщение от Рэйчел, пока ты был в уборной, — заявила я.

Клэй нахмурился. — Хорошо. Она написала что-то, что расстроило тебя? — спросил он, поглаживая пальцем мою нижнюю губу.

Я прочистила горло, стараясь игнорировать жар желания, который разгорелся от его прикосновения. — Ну, она сказал, что нас ищет полиция. — Клэй застыл, его палец остановил свою медленную ласку на моей коже.

— Ну, я ожидал этого, — признался он, опустив руки на колени.

— Ну, они ищут нас из-за того, что произошло в твоем доме. Ну, ты знаешь. — Я многозначительно посмотрела на него, наблюдая за тем, как его лицо охладело.

— В моем доме, — повторил он. Я кивнула. Я чувствовала, что сердилась вместе с ним.

— Есть что-то, что ты должен рассказать мне? О том, что произошло с твоими родителями? —предложила я, отодвигаясь и образуя расстояние между нами.

Клэй сердито вздохнул и поднялся на ноги. Он начал ходить. — Я все тебе рассказал, — жестко настаивал он. — Я спрыгнула со скамейки и схватила его за руку. Я развернула его, чтобы он смотрел на меня. — Нет, не рассказал! Я чертовски уверена, что ты не рассказал мне о том, что вытащил нож! На своих родителей! Ты совсем с ума сошел? — взвизгнула я на него.

Хорошо, это не очень удачный выбор слов. Клэй вырвал свою руку. — Да, Мэгги! Я СОВСЕМ СОШЕЛ С УМА! Если все так думают, тогда, наверное, это правда, — кричал он в ответ. Я побледнела от его слов и начала отступать назад. Его голова наклонилась вниз, и он в волнении запустил пальцы в волосы. — Я хочу домой, Клэй. Все так запуталось. Мы не должны делать все это! — умоляла я, падая на скамейку в парке и закрывая лицо руками.

Клэй подошел, сел рядом со мной и взял меня за руки. Он крепко сжал их в своих руках и посмотрел на меня с самым отчаянным выражением, которое я когда-либо видела. — Я не могу поехать домой. Не сейчас. Знаю, я облажался. Все вышло из-под контроля. Но они не слушали меня! Они НИКОГДА не слушают меня! Дело не во мне. Все дело в моих родителях и в том, какой большой помехой я для них был, — его голос дрогнул.

Я смягчилась, увидев его таким. Я потянулась и, задерживаясь, коснулась его щеки. — Что насчет Руби и Лисы? Они не могут помочь? — спросила я отчаянно. Клэй нервно засмеялся. Смех был почти маниакальным. — Эм, нет. Мои родители угрожали Руби, что обвинят её в укрывательстве малолетнего преступника или в каком-то подобном дерьме. Не уверен, что они смогут обвинить ее в чем-то, но, если кто и знает, как использовать закон, чтобы получить желаемое, то это мои родители.

Боже, я ненавидела этих людей. Клэй цеплялся за мою руку. — Они не остановятся. Они сказали, что я бесполезная обуза. Что я был... невменяемым. Что я не гожусь для нормального общества, —заявил Клэй с прерывистым дыханием. Его родители сломали его. Как они могли говорить такие ужасные вещи своему сыну, когда он заслуживает намного больше?

— Поэтому да, я был зол. Я почувствовал себя в ловушке, и мне захотелось выбираться оттуда. Поэтому я схватил нож со стойки, направил его в их сторону и сказал, чтоб они уезжали. — Я ахнула. Клэй приподнял бровь. — Нож для масла, Мэгги. Это был чертов нож для масла. — Нож для масла? Правда? Они выдвигали обвинение против ножа для масла? Это было смешно!

Я не могла остановить смех, который подкрался к моему горлу. И вдруг я рассмеялась. Истерическим смехом. Я не могла остановиться. Когда оцепенение спало, Клэй присоединился ко мне, и мы вдвоем смеялись над этой абсурдностью.

Наконец мы смогли успокоиться, и Клэй немного пришел в чувства. — Видишь, почему я не могу вернуться туда? Они не оставят меня в покое! У меня никогда не будет нормальной жизни. Они хотят сбить меня с пути. И сейчас, когда они привлекли полицию, меня точно упекут в психушку. И тут уже никто: ни ты, ни я, ни кто-либо другой ничего не сможет сделать. Мне нужно исчезнуть. — Он казался таким уверенным, и у меня появился соблазн попасть под влияние его логики.

Клэй поцеловал уголок моего рта. — Я пойму, если это окажется слишком тяжело для тебя. Если ты хочешь отправиться домой, я не буду тебя останавливать. Ты должна делать то, что считаешь нужным для себя. Не для меня, — сказал он нежно, его глаза были полны грусти и любви ко мне.

Он давал мне уйти. Я ценила то, как он пытался быть бескорыстным. Но после всего, чем я пожертвовала, чтобы быть с ним, не было ни малейшего шанса, что я позволю кому-то забрать его у меня. Не смотря на мои опасения и красные флаги, которые продолжали подниматься повсеместно, я была тверда в своем решении, остаться с ним.

— Я не могу оставить тебя. Не сейчас. Никогда, — прошептала я, мои глаза никогда не покидали его. Так или иначе, я сделаю все необходимое для него. У меня не было никакого плана. Был лишь один, который заключался в том, чтобы уехать отсюда. Еще несколько дней, и я что-нибудь придумаю.

— Боже, я так сильно нуждаюсь в тебе, — голос Клэя надломился, он притянул меня к себе и посадил на скамейку, взяв меня так, что я обхватила его ногами. Его рот прижался к моему, и он безжалостно покусывал мою нижнюю губу. Я застонала ему в рот, прижимаясь теснее.

— Твою мать, Мэгги, — прошептал он, выдергивая мою рубашку из штанов и двигая руками по моему телу. Я обвила ногами его талию и поцеловала со всей болью и желанием, которое испытывала. Его руки обхватили мою грудь и грубо стали мять кожу.

Холодный ночной воздух хлестал нас, но все, что я могла чувствовать - это жар, который вырабатывался между нами, ощущение его твердости под джинсами. — Мне надо быть в тебе. Сейчас! — выдохнул он, потирая мои соски между пальцами.

— Но мы на улице, в парке. Не знаю... — Вдруг я почувствовала себя застенчивой. Любой мог прийти и увидеть нас. Хотя, парк и казался пустынным. И мы были защищены деревьями от подглядывания.

— Никто не увидит. Пожалуйста, — умолял он, расстегивая молнию моих штанов, и его пальцы скользнули под край моих трусиков. Я была мокрой и готовой.

— Клэй, — простонала я, когда пальцы вошли в меня, мучительно дразня. Я лихорадочно расстегнула его джинсы, стягивая их вниз, чтобы освободить его. Клэй втянул воздух и спустил штаны по моим бедрам.

Он был грубым и отчаянным. Совсем не то нежное занятие любовью, которое у нас было раньше. Его губы были горячими и прижатыми к моей шее, когда я переступила через свои штаны. Холод вокруг нас вызывал мурашки на моих голых ногах.

Но я больше не думала об этом, когда Клэй приподнял меня и откинул мои трусики в сторону, сажая меня на себя, погружаясь глубоко в мое тело. Я задохнулась от неожиданности. — Больше. Мне нужно больше тебя, — признал Клэй, дернув бедрами вверх, в то время как тянул меня вниз, сильно сжимая мои бедра. Его пальцы впились в мою плоть, пока он поднимал и опускал меня на себя, проникая глубже и глубже.

— О Боже! — простонала я, обхватывая его сильнее ногами, притягивая нас так близко друг к другу, как только возможно. Клэй еще сильнее притянул меня к себе. Его губы оставляли влажные следы на моей шее и плечах. Он прикусил мою кожу, когда я приземлилась рядом с ним. Ощущение его глубоко во мне вызывало знакомое жжение в моем животе.

— Не оставляй меня! Никогда! — прохрипел он мне в ухо, посасывая мочку, пока мы вбивались друг в друга бешеным темпом. Это пугало и волновало меня. Мои колени врезались в металл скамейки, и я едва замечала боль, распадаясь вокруг него. Через несколько минут суровых толчков, я почувствовала, как Клэй кончил в меня.

Это был момент, когда я поняла, что мы наделали. Я не могла поверить, что позволила нам заниматься сексом в парке. В центре города. Без презерватива. Это была одна из самых глупых и рискованных вещей, которые я когда-либо делала.

Я рухнула на Клэя, и он крепко сжал меня, пробегая пальцами по моим волосам, пока мы пытались восстановить наше дыхание. Мы все еще были соединены, никто из нас не сделал ни малейшего усилия, чтобы сдвинуться. Несмотря на то, что мое тело было обессилено, мой мозг все еще усердно работал. Я быстро сделала подсчеты в голове и расслабилась, когда поняла, что незащищенный секс не должен стать проблемой.

Холодный ветер, наконец, прорвался сквозь дымку секса, и я поднялась с коленей Клэя, чувствуя его влажность между ног. Я подняла свои сброшенные штаны и поспешно натянула их. — Ну, это было в новинку, — пошутила я, все еще запыхавшаяся. Клэй ухмыльнулся, застегиваясь сам. Он вернул меня обратно на свои колени. — Мне просто надо было быть ближе к тебе. К сожалению, место не очень романтичное, — извинился Клэй, целуя меня в висок, когда я прижалась к его груди.

Я вздохнула и положила голову на его сердце. Устойчивые удары успокаивали и умиротворяли меня. Клэй погладил меня по спине и проследил линию моих лопаток пальцами. — Ты все, что у меня есть, — сказал он тихо, целуя меня в макушку. Я позволила ему держать меня и пыталась убедить себя, что все будет в порядке. Но я знала, что сейчас жила очередной ложью.

ГЛАВА 23

Забавно, как два дня могут все изменить. Даже мой стойкий отказ позволить чему-то встать между мной и парнем, которого я люблю. Моя картина мира перевернулась с ног на голову, и теперь я жила в постоянном состоянии растерянности. Я жила на грани паники.

Мы затаились, подозревая, что кто-то может узнать, что мы подростки, сбежавшие из Вирджинии. Машина, которая принадлежала родителям Клэя, явно была в угоне. Однажды вечером мы смотрели местные новости, и вдруг Клэй увидел свое лицо на экране.

— Что за... — выплюнул Клэй, увеличивая звук. Клэй и я замерли, наблюдая, как ведущий новостей рассказывал историю о психически неуравновешенном молодом парне, который похитил свою девушку и сбежал. Клэя описали как опасного и просили немедленно уведомить власти, если кто-нибудь его увидит. Затем они показали мою фотографию, и я думала, что меня сейчас вырвет.

В ту ночь мы легли спать, свернувшись калачиком рядом друг с другом. Мы ничего не говорили, слова были не нужны. Клэй цеплялся за меня, словно я могла исчезнуть. Мы неистово и отчаянно занимались любовью, будто старались удержать что-то, что могли вырвать у нас в любой момент. Но я не могла делать вид, что все это и дальше будет работать. Найти нас - было лишь вопросом времени.

Рэйчел писала мне, не переставая и побуждая вернуться домой. Она беспокоилась, что все будет становиться только хуже, чем дольше нас не будет. И я знала, она права. Я не хотела думать о том, что ждет Клэя, если он вернется в Дэвидсон. Но с каждым прошедшим часом я видела только ухудшения в эмоциональном здоровье Клэя. Он становился параноиком и гипербдительным. Он не разрешал мне выходить одной. Он отключил телефон в номере и всегда ставил стулья к двери, когда мы спали.

Он был колючим и злым, срываясь на меня без причины, а потом сразу же умолял меня простить его. Он снова начал резать себя. Я видела следы на его коже, несмотря на то, что он и пытался спрятать их. Я хотела противостоять ему, но передумала, зная, что он был опасно близок к потере того небольшого подобия здравомыслия, которое у него осталось.

Все вышло из-под контроля не только у Клэя, но и у меня. Я все время была напугана. Я едва могла спать и не могла просто сидеть и наблюдать, как парень, которого я люблю, медленно ускользает в темноту своего сознания.

Я нуждалась в родителях и друзьях. Я нуждалась в их поддержке и в безопасности своего дома. Я хотела, чтобы Клэю оказали какую-нибудь помощь, потому что с каждым прошедшим днем, я не могла отрицать того, что ему она просто необходима. Ему не надо притворяться передо мной, будто мы галопом помчимся в закат, словно в какой-то сказке. Потому что это была не наша история. Далеко не наша.

Увидев новости, я знала, что должна позвонить родителям. Они, вероятно, сходят с ума, если думают, что Клэй похитил меня. Кто знал, какое дерьмо родители Клэя вылили на них.

Я ждала до тех пор, пока Клэй не уснул, после чего тихо оделась и вышла наружу, сжимая телефон в руке. Дрожащими пальцами я набрала номер мамы. Я не сразу поняла, что было поздно, почти одиннадцать тридцать вечера. Но мне надо было услышать ее. — Алло? — Я услышала мамин дрожащий голос на другом конце.

Я почти повесила трубку, чертовски боясь сказать что-либо. — Мэгги! Это ты? — умоляла мама. Я сделала глубокий вдох. — Да, мам, это я, — прошептала я. Я слышала, как она подавила рыдание. — О Боже, ты в порядке? Где ты? — спросила она меня.

— Я в порядке, мам. Мы с Клэем в Северной Каролине... — В Северной Каролине!? Что ты там делаешь? — Я не ответила ей, будучи не уверенной, что сказать. Мама, казалось, делала усилие, чтобы держать себя в руках. — Пожалуйста, скажи мне, что он не удерживает тебя там против воли, —спросила мама настолько спокойно, насколько могла.

— Нет, я поехала с ним добровольно, — заверила я ее. Мама вздохнула с облегчением. — Хорошо. Ну, это именно то, что я и предполагала. Родители Клэя поделились некоторой информацией о Клэе, и это заставило нас с твоим отцом ужасно волноваться. Он не делает тебе больно, так ведь? — спросила мама, и я могла слышать, как она плачет.

— Боже, нет мам. Клэй никогда не обидит меня! Что родители Клэя сказали тебе? — спросила я холодно.

— Что у Клэя есть история с насилием и суицидальным поведением. Его мать сказала, что он должен возобновить лечение, но он отказывается ехать. Потом она рассказала нам, что он... что он пытался ударить их.

Я выдохнула. — Все было не так, мам. Пожалуйста, не верь всему, что они говорят тебе, — призвала я.

— Так ты говоришь, что в этой истории нет ничего из того, что они нам рассказали? Что они все преувеличивают? — недоверчиво спросила мама. Это был момент правды. Солгу ли я, как делала месяцами? Или, наконец, скажу правду?

Я молчала некоторое время, побуждая маму снова повторить мое имя. — Мэгги? Что такое? — спросила она. Я чувствовала, что слезы вот-вот потекут по моим щекам. И вдруг я зарыдала. Я плакала и плакала, пока ничего не осталось. И потом я все рассказала маме. Каждый кусочек истории Клэя. Это был второй раз за столько дней, когда я поделилась тем, что происходит. И я чувствовала, что поступаю правильно, сделав это. Я слишком долго держала все в себе. Я больше так не могла.

— Боже мой, Мэгги Мэй. Почему ты ничего не рассказала раньше? — спросила она, ее голос был тихий и обиженный. Я вздохнула, после того как успокоилась.

— Вы бы просто сказали мне держаться от него подальше. Я знаю, что вы думаете о нем. Вы даже не пытались скрывать этого. А он нуждается во мне. Я не могла повернуться к нему спиной, когда все это произошло. Я люблю его! — Я изо всех сил пыталась говорить тихо, не желая разбудить Клэя.

Мама молчала некоторое время. — Ты права. Мы бы осудили его. Я бы сказала тебе никогда с ним больше не разговаривать. И это неправильно. Мне очень жаль. — Слова мамы удивили меня. — Тебе жаль? — спросила я, нуждаясь в пояснении.

— Да, Мэгги. Потому что если бы мы с твоим папой не были такими мелочными, ты бы чувствовала, что можешь обо всем с нами поговорить. Потому что мы знаем, Клэй не плохой ребенок. Но он нуждается в помощи. И мы бы хотели помочь вам обоим. Если ты нам позволишь.

Она сказала именно то, что мне надо было услышать. Я нуждалась в своих родителях. Мне нужна была их помощь, чтобы понять, что делать с Клэем. — Я тоже хочу вернуться домой. Я беспокоюсь о нем. Но что насчет его родителей? Они выдвинули обвинение? Я не могу привезти его в гущу всего этого, — утверждала я. Я посмотрела назад на дверь мотеля, чтобы убедиться, что я все еще одна.

Мама снова вздохнула. — Понимаю, дорогая. Я не знаю, что случится. Но что я знаю наверняка, так это то, что бороться со всем этим в одиночку - не лучший способ справиться с этим. Клэй нуждается в помощи, серьезной помощи. Я боюсь за тебя. И за него. Я знаю, ты любишь его, но здесь нет другого выбора, кроме как вернуться домой и столкнуться лицом к лицу с происходящим. И я клянусь, милая, мы с твоим папой поможем вам в любом случае.

Моя мама официально пробилась сквозь все мои аргументы. Я устала от борьбы с родителями и со всем остальным. Мое сердце болело от мысли о том, что станет с Клэем. Но что произойдет, если мы останемся в бегах? Он продолжит угасать. Что тогда с ним станет? Или со мной? Будет ужасно, если мы это сделаем, и не менее ужасно, если не изменим ситуацию. Но одно я знала точно, мне нужна была моя семья. Может даже больше, чем мне нужен был Клэй в данный момент. И это было выше моего понимания. Я была до смерти напугана тем, что могу сделать неправильный выбор.

— Хорошо, мам. Я знаю, что ты права. Клэй нуждается в помощи. В любом случае я привезу его домой. Я дам тебе знать, когда мы будем в пути, — сказала я. Я слышала облегчение моей мамы. — О, слава Богу! Пожалуйста, будь осторожна. И обязательно позвони нам! — Я сказала, что люблю ее и повесила трубку.

— Я не собираюсь возвращаться туда, — прорычал Клэй позади меня. Я обернулась, и увидела, что он стоит в дверном проеме. Как много он слышал? Как я могла не услышать, что он открыл дверь?

Он смотрел на меня с яростью. — Как ты могла так поступить со мной? Я доверял тебе! — кричал он на меня. Предательство, отразившееся на его лице, уязвляло меня. — Клэй, пожалуйста. Просто выслушай! — умоляла я. Глаза Клэя вспыхнули на меня, и я увидела, как больно ему было.

— И это после всего, что я говорил тебе. Ты знаешь, что они сделают со мной, если я вернусь. И ты пытаешься сдать меня, словно проклятый рождественский подарок! Они запрут меня! Я думал, ты любишь меня! Чертова лгунья! — Его голос стал опасно тихим.

Я попыталась дотянуться до него, но он отдернул руку. — Я люблю тебя, Клэй! Я просто беспокоюсь о тебе! Я думаю, тебе нужна помощь... — горький смех Клэя прервал меня. — Помощь? Помощь? — Он повысил голос. — Ты ни черта не знаешь о том, что мне нужно! Ты такая же ужасная, как и они. Нет, вообще-то ты хуже, потому что, по крайней мере, мои родители не притворялись, что любят меня. Я знал, на что они способны. — Мой рот раскрылся, не в состоянии поверить в омерзительность, извергающуюся изо рта моего парня.

Клэй схватился за волосы руками, словно собирался вырвать их. Было понятно, что что-то в нем сломалось. Я толкнула его через край. — Но ты! Я думал, что в безопасности с тобой! Но ты лишь выжидала время, не так ли, Мэгги? Пока не сможешь избавиться от меня, как и все они. Ну, надеюсь, ты счастлива, потому что ты добилась исполнения своего гребаного желания! — заорал на меня Клэй, заставляя меня вздрогнуть. Он был совершенно иррационален. Как он мог верить в то, что говорил мне? Разве я не доказывала снова и снова, что была готова пожертвовать всем ради него? Если бы я не была так сильно напугана из-за него, я бы, вероятнее всего, была бы очень зла.

Я не ответила, предпочитая, молча позволить ему вымещать на меня свое дерьмо. Когда он не получил реакцию, которую очевидно ожидал, то отвернулся от меня. Я снова попыталась схватить его, но он сбросил мои руки с силой достаточной, чтобы я упала на задницу. Боль в ягодицах была мгновенной, и у меня перехватило дыхание. — Клэй! — ахнула я.

Он остановился на мгновение, но не обернулся. Он понимал, что только что сделал? Ну, если и да, его это не заботило, потому что он исчез в комнате, захлопнув за собой дверь. Черт! Я вскочила на ноги и попыталась открыть дверь, но он запер ее.

Я постучала в дверь. — Впусти меня, Клэй! Пожалуйста! Можешь просто выслушать? — умоляла я, ударяя рукой по твердой древесине.

— Убирайся! Ты чертова лгунья! Мы закончили! Ты все разрушила! — кричал он с другой стороны. Я услышала грохот и начала отчаянно бить в дверь.

— Клэй!!! Сейчас же открой эту дверь! — Ответом был звук еще большего разрушения по ту сторону двери. Я услышала крик Клэя и звук разбитого стекла. Ужасный шум тирады Клэя, казалось, длился вечность. Я продолжала стучать в дверь руками, пока на них не появились синяки и ссадины. Затем все остановилось. Стало устрашающе тихо. — Клэй! — кричала я в толстое дерево, которое разделяло нас, но ничего не услышала в ответ. Потом я почувствовала страх.

Я побежала по дорожке в холл. Заставила себя замедлиться и действовать беспечно. Тот же парень, что зарегистрировал нас с Клэем сидел за столом. — Эй, извините, я заперла дверь снаружи, а ключи остались в номере. Не могли бы вы дать мне запасной ключ? — Прыщавый парень едва смотрел на меня. — Номер комнаты? — спросил он. — Сорок третья комната, — сказала я ему. Он лениво тыкал что-то на компьютере.

Я стояла здесь пятнадцать минут, пока парень делал необходимые действия со скоростью улитки. Я пыталась контролировать желание перебраться через стойку и сделать все самой. Иисусе! Как много времени нужно, чтобы дать новый ключ? Моя кожа покрылась мурашками от желания вернуться обратно к Клэю. — Вот. Тебе понадобился еще один ключ, и стоит он двадцать пять баксов, — сказал парень, отпуская меня и поворачиваясь обратно к маленькому, размытому экрану ТВ, стоявшего позади него.

Я схватила ключи и направилась обратно к нашей комнате. Слишком много времени ушло на то, чтобы вернуться. Я быстро засунула ключ в дверь и толкнула ее. Мне пришлось использовать всю свою силу, потому что что-то блокировало дверь изнутри.

После четырех или пяти хороших толчков, я пробилась через дверь и ахнула от ужаса. Здесь будто взорвалась бомба. Клэй сбросил телевизор, разбитый экран валялся на полу. Он скинул матрац с кровати, разорвал и измельчил почти всю нашу одежду.

То, чем была заблокирована дверь, оказалось древнего вида креслом. Клэй сломал одну из деревянных ножек, и она лежала в стороне. Как один человек мог сотворить столько разрушений? —Клэй? — крикнула я, молясь услышать ответ. Но, конечно же, его не последовало.

Дверь ванной была закрыта, но я заметила свет, сочившийся из щели. Мой желудок стал тяжелым из-за страха. Ледяные пальцы ужаса распространились по всему телу. Я повернула ручку двери в ванной, медленно открывая ее. Затем я громко закричала.

Клэй разбил зеркало. Стекло валялось в раковине и по всему полу. Но не это заставило меня кричать, а Клэй, лежавший в позе эмбриона на грязном кафельном полу. Медленно увеличивающаяся лужа крови расплывалась вокруг его поверженного тела.

Я поспешила к нему, скользя в его крови и тяжело падая на колени. Я перевернула его на спину. Его стеклянные и несфокусированные глаза были широко открыты. Его кожа была мертвенно-бледной, и мне пришлось проглотить рвоту, которая поднималась к моему горлу, когда я увидела его запястья.

Он использовал стекло разбитого зеркала, чтобы глубоко полоснуть кожу вертикальной линией ниже ладони почти до локтя. Кровь текла из ран со скоростью, которая ужаснула меня.

— Нет, Клэй! Нет, нет, нет! — плакала я, срывая полотенце с крючка на стене и обматывая его руки. Мои слезы смешивались с его кровью на полу. Я вытащила телефон Клэя из своего кармана и набрала 9 - 1 - 1. Ответил диспетчер и попросил меня рассказать о своей чрезвычайной ситуации. —Пожалуйста! Мой парень пытался покончить с собой! Мы в «Мотеле, 6 миль» на окраине «Стеклянного озера», рядом с шоссе. Комната №43. — Я выдохнула, пытаясь остановить кровь, которая не переставала течь.

— Мэм. Как он пытался покончить с собой? — Женщина на другом конце провода была спокойной. Я подняла зазубренный кусок стекла с пола ванной. Он был покрыт кровью Клэя. — Он перерезал себе вены куском стекла. — Диспетчер начала быстро рассказывать совет, как замедлить потеряю крови. Сдавить вены выше ран и попытаться держать его в сознании, постоянно разговаривая с ним. Она заверила меня, что медики уже были в пути.

— Клэй! Пожалуйста! Говори со мной! — Его глаза медленно двинулись к моему лицу, но я не была уверена, что он узнает меня. Их выражение было унылым и практически безжизненным. Я прижала ладонями его травмированные запястья, пытаясь игнорировать тот факт, что полотенца медленно промокали от его крови. Я обвязала его руки другим полотенцем.

— Не смей оставлять меня, Клэйтон Рид! Не после всего, через что мы прошли! Как ты мог так поступить со мной? — рыдала я, прижимая его тело к своей груди. Мои волосы упали ему на лицо, создавая занавес.

Я чувствовала, как его губы шевелятся рядом с моей щекой, когда он пытался говорить. Я наклонилась ниже и поднесла ухо прямо к его губам. — Мне жаль. Очень жаль, — говорил он, снова и снова.

Его слова только заставили мои слезы течь быстрее. Я сидела там, на грязном полу в центре ванной комнаты, держа своего умирающего парня и неоднократно говоря ему, как сильно я его люблю и нуждаюсь в нем.

ГЛАВА 24

Наконец, приехала скорая помощь, и дальше все происходило очень быстро. Меня вытолкали из ванной, когда медицинские работники занялись делом. Они заставили меня покинуть комнату мотеля и ждать снаружи, пока они осматривали Клэя. Я грызла кожу своих губ и ходила взад и вперед перед дверью.

Через пять минут или около того, трое медиков вышли с Клэем на носилках. Я заметила, что они перевязали его вены марлей. Могу сказать, что он потерял сознание. Двое медиков грузили Клэя в машину скорой помощи, а третий повернулся ко мне.

—Вы его девушка? — спросил он. Он был крупным парнем с добрыми глазами. Я кивнула. — Ты можешь ехать сзади вместе с ним. Мне надо получить кое-какую информацию по пути в больницу. — Я запрыгнула назад и села рядом с неподвижным телом Клэя. Он был очень бледный и все еще выглядел мертвым. — С ним все будет в порядке? — спросила я медиков, пока они подключали Клэя к куче мониторов и озвучивали данные, которые для меня не имели никакого смысла.

Я слышала, что включилась сирена, и мы умчались со скоростью молнии. Медик с добрыми глазами сочувственно посмотрел на меня. — Слишком рано говорить. Он потерял много крови. Как это произошло? — И я просто рассказала все. Рассказала медикам всю историю Клэя. Его прежнюю госпитализацию, а так же его нежелание принимать медикаменты. Я рассказала им о его неустойчивом настроении и даже о жизни его семьи. Я хотела, чтобы у них была полная история. Черт, я рассказала им о его детской боязни темноты и о том, что он ненавидел брюссельскую капусту, ведь я думала, что это поможет. Мужчина и женщина чередовали вопросы, относящиеся к лекарственным препаратам Клэя, спрашивали, как долго он их не принимал. Они просто слушали.

Как только мы оказались в отделении неотложной помощи местной больницы, все было как в тумане. Доктора и медсестры пришли сразу же, как только мы приехали, и быстро увезли Клэя. Я попыталась последовать за ними, но, так как я не была членом семьи, то мне не разрешили пойти с ним. Медсестра принесла мне мыло с полотенцем и показала, где находятся ванная. Мне казалось это странным до тех пор, пока я не увидела себя в зеркале. О Боже, я выглядела так, словно только что пережила техасскую резню бензопилой[36].

Кровь спеклась на моем лице и шее. Мои джинсы были почти черными ниже колен из-за засохшей крови. Мои руки были покрыты липкой, странной дрянью, и мне нужно было вытащить ее из-под ногтей. Я использовала мыло, чтобы отмыть кожу, а затем пыталась удержать голову под краном, чтобы помыть волосы. Я чувствовала себя плохо от вида розовой воды, которая смывалась вниз. Думая, что жизнь Клэя вместе с ней утекала вниз по трубам.

Когда я закончила, то вернулась назад к ресепшену, где меня направили в комнату ожидания. Я присоединилась к другим людям, сидящим в своем собственном аду. Я чередовала ходьбу по комнате с травлей медсестер о том, как обстоят дела у Клэя. Они почти ничего мне не говорили.

Наконец, где-то в пять тридцать утра медсестра зашла и назвала мое имя. Последний час я сидела, сжимаясь, на самом неудобном стуле на планете, и думала, что моя спина сломается от сумасшедших поз, в которых я сидела. Я подпрыгнула на ноги и бросилась к ней.

— Меня зовут Мэгги Янг, — сказала я, немного задыхаясь. Медсестра посмотрела на меня. — Вы девушка Клэйтона Рида? — спросила она. — Да, это я. — Медсестра положила руку мне на плечо и потянула наружу. — Нам надо связаться с родителями Клэя. Они должны быть уведомлены. Ты знаешь, как связаться с ними? — Я начала протестовать, зная, что Клэю это не понравится. Но медсестра, чье имя на бэйджике значилось как «Келли Бёрк», прервала меня.

— Мэгги. Он несовершеннолетний. Мы должны уведомить его семью о его состоянии. — Я чувствовала, как слезы стекали по моим щекам. — Вы можете просто сказать мне, как он? Я дам вам номер. Я просто должна знать, что происходит. Пожалуйста, скажите мне, что он будет в порядке, — умоляла я ее. Я видела колебание медсестры Бёрк. — Мне нельзя делиться медицинской информацией о несовершеннолетних с кем-то либо, кроме его семьи. Но... — Она осмотрелась вокруг и потом снова на меня. — Ты спасла ему жизнь, — сказала она тихо.

Я прижала руку ко рту и попыталась подавить всхлип, который постепенно рос в горле. Келли Бёрк похлопала меня по спине. — Клэй находится в отделении интенсивной терапии. Его внесли в список людей, находящихся в критическом состоянии. Он потерял очень много крови. Нам нужно перелить ему три пинты. Он все еще без сознания, но мы ожидаем, что он очнется в ближайшее время. Мы не узнаем, как потеря крови повлияет на остальные его органы, и не узнаем, пока он не проснется. — Она прочистила горло и еще понизила голос.

— Кроме физических последствий, есть еще психологические. Психиатр был уведомлен и придет, чтобы увидеть его, как только Клэй придет в сознание. Не думаю, что его выпустят в общество в ближайшее время.

Я пыталась устоять на ногах, но чувствовала, что меня шатает. Я была истощена. Не ела почти двенадцать часов. Я больше не могла ничего воспринимать. Медсестра Бёрк должно быть увидела выражение моего лица, потому что она схватила меня за руку и повела к стулу. — Давай, я принесу тебе сока. Ты выглядишь так, словно вот-вот упадешь в обморок.

Медсестра Бёрк вернулась через несколько минут с покрытым фольгой стаканчиком сока и соломкой, обернутой в бумагу. Я взяла стаканчик, сделала пару глотков и почувствовала себя лучше. Вытащив телефон Клэя, который схватила, прежде чем покинуть номер в отеле, я пролистала контакты, пока не нашла номер его родителей. Затем я дала его медсестре. Она поблагодарила меня и ушла, чтобы позвонить им.

Я сидела там, оцепенев. Чувствовала себя полностью опустошенной. Еще через час, медсестра Бёрк вернулась, чтобы дать мне знать, что родители Клэя в пути. Я просто кивнула и поблагодарила ее. Я вытащила свой телефон и позвонила маме. — Мэгги? Вы уже едите домой? — спросила она сразу же, как только ответила. Я сделала дрожащий вдох и почувствовала, что снова начались непрошеные слезы. — Нет, мам. Мы в больнице.

— О Боже! Ты в порядке? — потребовала она паническим голосом. — Я в порядке, мам. Проблемы у Клэя. Он пытался покончить с собой.

— Ох, Мэгги! Где ты? Мы приедем забрать тебя! — Я сказала ей название больницы, и она заверила меня, что они с папой будут здесь так скоро, как только это возможно.

Я повесила трубку и бросила телефон на столик перед собой. Я тупо уставилась в телевизор, установленный на стене, не в состоянии двигаться. Как все так быстро изменилось в худшую сторону? Как я мгла позволить происходящему выйти из-под контроля? Я полностью винила себя за то, что случилось с Клэем.

Я должна была остановить его от побега из города. Должна была заставить его столкнуться лицом с тем, что происходило с его родителями. Но в большей степени, я никогда не должна была игнорировать тот факт, что он сильно нуждался в помощи. Я была самым большим виновником. Моя «любовь» сделала только хуже. Потому что я не хотела замечать того, что было прямо перед моим лицом. Мое отрицание сломило Клэя. Я спрятала лицо в ладони и заплакала.

Через некоторое время я почувствовала прикосновение на своем плече и села прямо. Медсестра Бёрк стояла надо мной с добрым выражением на лице. — Он проснулся и зовет тебя. Вообще, мне не стоит позволять тебе увидеться с ним, но он был очень возбуждён, требуя встречи с тобой. Мы должны были вколоть ему успокоительное, но я могу дать вам пару минут. — Я встала на ноги. — Спасибо большое, — прошептала я, когда она провела меня через запертые двери. Запах больницы заставлял меня испытывать головокружение, и я старалась сохранять свое дыхание спокойным, твердо стоя на ногах. Медсестра отодвинула занавеску и провела меня внутрь.

Клэй лежал в кровати. Куча проводов были подключены к его телу. Пиканье машин отзывалось слишком громким эхом в таком маленьком пространстве. — У вас только несколько минут. Я скоро вернусь, — сказала медсестра Бёрк, прежде чем дать нам немного приватности.

Клэй заметил, что я была там, и наблюдал за мной, пока я подходила к нему. Его глаза были тяжелыми и затуманенными успокоительным. Белый цвет его забинтованных запястий выделялся на фоне голубых одеял больницы. Когда я мягко взяла его руку в свою, он был смертельно бледен и смотрел на меня с нечитаемыми эмоциями.

— Мэгги, — сказал он. Его голос звучал так, словно он жевал разбитое стекло. Мое имя грубо скатилось с его языка. Я аккуратно села на край его кровати. — Привет, — ответила я, пытаясь улыбнуться. Клэй закрыл глаза. — Мне так жаль. Не могу поверить, что заставил тебя пройти через это. Я очень сильно сожалею. — Я ничего не сказала, просто наклонилась и прижалась губами к его щеке. Его кожа отдавала холодом на моих губах.

— Твои родители едут сюда, — сказала я ему, а он только кивнул в ответ. Медсестра, наверное, уже сказала ему.

— Они собираются забрать меня, — сказал он сухо.

— Знаю. — Это все, что я могла ответить. Клэй открыл глаза, и я смогла увидеть там искру старого Клэя, спрятанную далеко в глубинах.

— Они собираются увезти меня от тебя. Я не хочу, чтобы это произошло, — заявил он мне категорично. Я видела, как он борется с действием успокоительного.

Он потянулся, чтобы коснуться моего лица, но его пальцы упали на кровать еще до того, как он смог дотянуться. — Ты выглядишь такой грустной. Это из-за меня. Я ненавижу себя за то, что заставил тебя чувствовать себя подобным образом. Я все разрушил. Я всегда все разрушаю, — сказал он, но его голос был заглушен препаратами. Я покачала головой.

— Нет! Не говори так. Это не правда. — Клэй закрыл глаза и облокотился на подушку, словно ему было больно смотреть на меня.

— Я не могу и дальше так поступать с тобой, — прошептал он, закрывая лицо ладонями. Я должна была положить конец его горькой ненависти к себе, но не знала как.

— Остановись, Клэй. Ты должен переживать только о том, чтобы тебе стало лучше. Ни о чем больше, — сказала я с большей убежденностью, чем чувствовала на самом деле. Я потянулась и опустила его руки. — Пожалуйста, просто поправляйся, — умоляла я. Он накрыл мою руку своей и поднес к лицу.

— Я люблю тебя, Мэгги. И всегда буду любить. Я был эгоистом, думая лишь о себе. Я должен был всегда ставить тебя на первое место. — Он мучился, показывая больше чувств и эмоций, нежели тогда, когда я только вошла. Я больше ничего не сказала. Я легла на кровать, прижалась своим телом к нему и обнимала его до тех пор, пока не вернулась медсестра Бёрк.

Когда я была вынуждена его покинуть, то повернулась, чтобы еще раз взглянуть на него. Кто знал, когда я снова смогу увидеть его? Его глаза встретились с моими, и он выглядел целиком и полностью разрушенным, сломленным. Выражение его лица было призрачным, и выжглось в моей голове.

Как только я оказалась в комнате ожидания, меня встретила очень злая миссис Рид. Мистер Рид стоял позади нее, выглядя кротким и безучастным, словно он был бы рад быть на встрече, на работе, да где угодно, лишь бы не в больничной комнате ожидания. Несмотря на то, что его сын пытался покончить с собой.

Миссис Рид сделала два шага и наклонилась очень близко ко мне. — Что ты с ним сделала? —зашипела она. Я отшатнулась в удивлении. Она серьезно? Я почти рассмеялась над абсолютным абсурдом ее вопроса. Неужели эта сука с самомнением может стоять здесь и перекладывать вину за состояние Клэя прямо на мои плечи? Особенно, когда корень многих его проблем лежит исключительно на этих двух людях, которые сейчас стояли прямо передо мной.

— Это веселит тебя? А вот я подумала, что ты и мой сын были влюблены друг в друга. В действительности же ты маленькая бездельница. Ты уговорила его уехать с тобой? Он увез тебя на наши деньги? — плюнула она на меня всем ядом, на который только была способна.

В этот раз я рассмеялась. — О да, потому что «Мотель №6» - пик прекрасной жизни, — сказала я саркастически. Миссис Рид выглядела так, будто хотела ударить меня. Ее рука напряглась.

— Мой сын - очень больной мальчик. Ему не нужно, чтобы его сбивала с жизненного пути маленькая эгоистичная сучка, вроде тебя. — Ненависть в ее голосе испугала меня. Что я такого сделала, чтобы заслужить такую сильную неприязнь этой женщины?

Хотя, если подумать об этом, я знала, проблема миссис Рид была в том, что она хотела перекинуть вину на любого, лишь бы не признаваться, что на самом деле виноваты в происходящем только двое: она и ее муж. Она не могла разглядеть свои собственные недостатки как родителя, поэтому плохой сразу же стала я.

Ну, к черту это!

Я встала прямо перед ее противным, самодовольным лицом и ткнула ее пальцем в грудь. — Прекратите, миссис Рид. Ваш сын лежит на больничной койке после того, как порезал вены. Причиной такого поступка стало то, что вы оба были больше сосредоточены на том, как вы выглядите в глазах окружающих, нежели на том, что происходит с вашим сыном. — Лицо миссис Рид побагровело, а челюсть сжалась.

И это я еще не была даже близко к высказыванию всего того, что было у меня на уме. — Уверена, если бы вы тратили больше времени на то, чтобы быть ему хорошими родителями, то он бы не был сейчас здесь. В палате интенсивной терапии! После попытки суицида! Я люблю вашего сына. Больше чем кого-либо на этом свете. И именно потому, что я люблю его, я могу понять, что лучшее для него сейчас - это помощь. Даже если это и означит, что ему придется уехать далеко отсюда. Я достаточно сильно люблю его, чтобы понять, что мое желание быть с ним - не обязательно будет лучшим решением для него. И надеюсь, что вы сможете вспомнить, что он ваш сын. Ваша плоть и кровь! И что ему нужны от вас любовь и поддержка. Не осуждение и порицание. И я чертовски уверена, что ему не нужны ваши настойчивые фиктивные обвинения против него! Поэтому, надеюсь, что хотя бы сейчас вы сможете сделать то, что нужно ему, а не вам.

Мой гнев сошел на нет, и единственным, что я испытывала сейчас, была печаль. Мне очень хотелось продолжать выбрасывать свой гнев на этих ужасных людей, но я испытывала чувство подавленности. Озлобленность не изменит того, что случилось или поможет Клэю.

Миссис Рид выпрямилась настолько, насколько ей позволяла ее спина. Ее красное лицо и ледяные глаза выглядели так, словно она снова собиралась сорваться на меня, но в этот момент медсестра Бёрк прервала нас. — Вы мистер и миссис Рид?

Миссис Рид отвлеклась. — Да, я Саманта Рид, а это отец Клэйтона - Николас. Где мой сын? — потребовала она. Серьезное лицо медсестры Бёрк не дрогнуло. Она, вероятно, привыкла иметь дело с подобными людьми целыми днями.

— Я отведу вас к нему. Но вы должны знать, что ему сейчас нельзя волноваться. Прямо сейчас он находится в очень тяжелом состоянии, и ему необходимо спокойствие. Персональный психолог, - доктор Лэнг ожидает вас, чтобы обсудить возможные варианты продолжения лечения. Следуйте за мной. — Миссис Рид подняла свою сумочку и, взглянув на меня на последок, последовала за медсестрой Бёрк, которая послала мне небольшой сочувственный кивок. Я без энтузиазма улыбнулась в ответ, надеясь, что она понимает мою признательность за ее вмешательство.

После того как родители Клэя исчезли, я свалилась в кресло. Я, должно быть, задремала, потому что следующее, что я знаю, как Рэйчел трясет меня. — Мэгги! О Боже, Мэгги! — Я открыла глаза, чтобы увидеть Рэйчел, Дэниела и своих родителей, толпившихся вокруг меня. Дэниел поднял меня на ноги, и они с Рэйчел обняли меня. — Ты напугала меня до смерти! Я могу отшлепать тебя, — сказал Дэниел нахмурившись, но ни разу не выпустил меня. Рэйчел просто начала плакать, прижимаясь ко мне, словно была вдали от меня несколько месяцев вместо пары дней.

Я оторвалась от своих друзей и встала перед родителями. Они крепко прижали меня к себе, и каждый из них говорил снова и снова, что они любят меня. Я была им очень благодарна, особенно после того, как подверглась холодной и эгоистичной семье Клэя.

— Мне так жаль, — повторяла я шепотом.

— Шшш. Не волнуйся. Теперь все закончилось. Давай просто поедем домой. — Я колебалась. Я разрывалась из-за того, что мне придется покинуть Клэя. Как я могла вернуться в Дэвидсон и оставить его здесь на милость его родителей?

Как по команде, миссис Рид вышла из дверей палаты интенсивной терапии, разговаривая с высоким бородатым человеком, на больничном бэйдже которого было написано «доктор Лэнг» - местный психолог.

Осознавая, что это бесполезно, я все же подошла к ней после того, как она закончила разговаривать с доктором. — Клэй в порядке? Вы заберете его домой?

Миссис Рид посмотрела на меня холодными, бесчувственными глазами. — Мы забираем его назад во Флориду, где он получит помощь, в которой нуждается. — Это было все, что она мне сказала, после чего начала отворачиваться от меня, чтобы заполнить документы, которые ей вручил доктор Лэнг.

Я приподнялась, чтобы увидеть форму, которую она подписывает и заметила, что это была бумага о переводе. Мое горло сжалось. Они, правда, забирали его. Мама встала позади меня. — Миссис Рид, меня зовут Элизабет Янг и мама Мэгги. Знаю, моя дочь будет сильно переживать о Клэйтоне. Может существует какой-нибудь способ, чтобы дать ей знать о его прогрессе? Может, позволить им общаться, пока он на лечении?

Я старалась контролировать свое потрясенное выражение. Я не могла поверить, что мама на самом деле выступает за мою возможность общаться с Клэем. Я сжала ее руку в благодарность. Миссис Рид даже не потрудилась посмотреть на мою маму. Грубая сука.

— Не думаю, что это было бы уместно. Ваша дочь была причиной многих проблем моего сына, пока он был в Вирджинии. Думаю, для Клэя будет лучше, если он будет находиться как можно дальше от нее. — Я почувствовала, как моя мама напряглась позади меня, и ожидала, когда она выпустит свою материнскую «суперсилу».

— Извините меня, миссис Рид, но думаю, вы немного заблуждаетесь. — Миссис Рид посмотрела на мою маму, выглядя скучающей от этого разговора. Мама продолжила. — Мэгги ничего плохого не делала, она лишь поддерживала вашего сына даже тогда, когда он плохо к ней относился. Возможно, вам следует хорошенько посмотреть в зеркало и увидеть, почему у вашего сына столько проблем. Потому что, судя по моему опыту, проблемы обычно лежат немного ближе к дому. — Миссис Рид просто приподняла свою бровь, что было так похоже на Клэя, и даже не потрудилась ответить. Она развернулась на каблуках и вернулась обратно в ПИТ[37].

И, как и дверь, мои отношения с Клэем захлопнулись прямо перед моим носом. Я была раздавлена, и мое тело буквально ослабело в поражении, чувствуя неизмеримый вес, давивший на меня. — Спасибо за попытку мам, — сказала я, когда она прижала меня к себе.

— Какая ужасная женщина. Бедный Клэйтон. Не удивительно, что он так боролся. — Это была самая милая вещь, которую моя мама когда-либо говорила о Клэе. Она держала меня рядом, когда мы покинули больницу. Папа шел с другой стороны, а мои лучшие друзья следовали прямо за нами. Мы все забрались в наш семейным минивэн, и я пыталась остановить слезы, когда наблюдала за тем, как больница и Клэй исчезают позади меня.

— Мне надо вернуться в мотель и забрать наши с Клэем вещи, — сказала я, когда папа вывернул на дорогу.

— Не знаю, хорошая ли это идея. — Мама звучала обеспокоено. Я наклонилась вперед и схватила сидение.

— Пожалуйста, мам. Мне нужно это сделать. — Мама с папой больше не выдвигали никаких аргументов. И когда мы подъехали к «Мотелю №6», мои родители и друзья проводили меня в крошечную комнату, которая содержала последние хорошие воспоминания обо мне и Клэе.

Мне показалось, что он умер, потому что я знала, что не буду разговаривать или видеться с ним очень долгое время. По крайней мере, пока Клэй не сможет принимать решения сам за себя. Мне хотелось верить, что он свяжется со мной так скоро, как только сможет. Но я не могла быть уверена в этом, и это сделало пустоту чувств, которая росла в моей груди, почти невыносимой. Клэй выглядел таким сломленным, когда я уходила. Я не была уверена, что он когда-нибудь снова будет частью моей жизни.

— Черт, — выдохнула Рэйчел, заходя в разрушенную комнату. Никто ничего не говорил, пока я вытаскивала сумку Клэя и собирала нашу одежду, которую он разорвал. Я зашла в ванную и чуть не потеряла сознание от вида засохшей на полу крови. Я закрыла дверь и упала на колени, освобождая свою боль. Я плакала за Клэя, за себя, за наше совместное будущее, которого у нас никогда не будет. Я подставила чистое полотенце под кран, после чего встала на колени и начала тереть. Я хотела оттереть все (до последней) капли его крови; будто это ослабит ужасные воспоминания о том, как он неподвижно лежал в моих руках, а я изо всех сил пыталась удержать его с собой, сохранить ему жизнь.

Я, должно быть, сидела там довольно долго, потому что мама зашла внутрь и нашла меня, яростно вытирающей пол. — Милая, оставь это. Достаточно, — сказала она мягко, но я все еще не могла остановиться. Я снова намочила полотенце и села обратно на колени, стараясь оттереть еще немного. — Мэгги. Пожалуйста, просто оставь это. — Она опустилась на пол рядом со мной и положила свои руки на мои. Я посмотрела в ее глаза, которые были переполнены любовью и заботой. — Ты не должна этого делать. Оставь все здесь. — Я знала, она имела в виду гораздо больше, чем просто кровь. Я откинула полотенце и позволила ей вывести меня из ванной. Дэниел поднял сумку, и мы закрыли дверь комнаты мотеля. Я оставила ключ снаружи на крыльце.

Рэйчел ехала рядом со мной домой, очень сильно сжимая мою руку. Я уронила голову ей на плечо, и моя лучшая подруга гладила меня по волосам, пока мы, наконец-то, ехали домой.

ЭПИЛОГ

— Мэгги, можешь принести мне мешок соли из гаража? — кричит мама, стоя у входной двери. Я встала с дивана и направилась в холл. Мама была покрыта свежим снегом, и я могла видеть, как он падает с неба позади нее. На дворе стоял конец января. — Думаю, твой отец положил его на полку. Поспеши, этот снег не разгребет себя сам. — Я натянула сапоги и толстое шерстяное пальто. Надела на руки перчатки и вышла на улицу, направляясь вокруг дома в сторону гаража.

Прошло два месяца, и я все еще пытаюсь чувствовать себя нормально, словно я все еще в той жизни, которую когда-то называла своей. Родители всегда меня чем-то занимают. Мои выходные сейчас наполнены походами по магазинам и в кино. Мои родители решили попробовать свои силы в обустройстве дома и включили сюда мою помощь, которая заключалась в том, чтобы прикрепить гипсокартон и использовать древнюю швейную машинку моей мамы, чтобы сшить шторы.

Рождество было тяжелым. Я ожидала услышать какие-нибудь новости от Клэя, но праздники пришли и ушли. Ничего. Лишь тишина. Я пыталась спрятать боль, которую чувствовала, но не могла одурачить себя. Рэйчел и Дэниел были приклеены ко мне все зимние каникулы. Несмотря на то, что порой они были немного удушливыми, я ценила их присутствие.

Теперь, когда я вернулась в школу, Рэйчел уговорила меня записаться в школьный мюзикл. Я помогала с декорациями, и это занимало большую часть моего свободного времени по вечерам. Время, которое, в противном случае, я бы проводила дома, хандря в своей комнате.

Все вокруг пытались делать вид, словно ничего не произошло, так почему я не могу?! Большую часть времени я устраивала прекрасное шоу. Я хорошо притворялась, что не была сломлена внутри. Притворялась, что часть меня не осталась в той крошечной комнате, в отделении интенсивной терапии, где мы с Клэемй были вместе в последний раз.

— Тебе нужна помощь? — спросил папа, когда я изо всех сил пыталась достать мешок с солью с полки. Я сдалась и позволила ему помочь мне снять мешок. — Вау, а он тяжелее, чем я думал. Хочешь, чтобы я отнес его маме? — спросил он.

Я рассмеялась. — Ты совсем вышел из формы, пап. Мы составим тебе план тренировок, как только станет теплее, — пригрозила я ему. Папа симулировал возмущение. — Я в хорошей форме. — Конечно Вы в форме, Мистер. «Я ем четыре пончика на завтрак и упаковку «Доритос»[38] на ланч». Иди внутрь и позволь нам, молодым и здоровым людям носить тяжести, — пошутила я. Папа хмыкнул, но оставил выбор за мной.

Это хорошо, что мои отношения с родителями стали налаживаться. Но они все еще внимательно за мной наблюдали. Но я, конечно, не могу их винить. Я протащила их через ад и обратно. Я заслужила их бдительность, несмотря на то, как сильно она душила меня время от времени.

Хотя я все еще не была полностью уверена в том, из-за чего они наблюдают за мной. Клэй ушел. Я не слышала о нем или его родителях с того самого дня в комнате ожидания в больнице. Не то чтобы я была удивлена. Его мать ясно дала мне понять, что хочет, чтобы у меня не было абсолютно ничего общего с ее сыном. Но я боролась с предательством, которое пронзало мою грудь, когда я думала о том, почему Клэй не пытался сильнее удержать меня. Я, признаюсь, думала, что его любовь ко мне сильнее всего этого. Если бы все можно было изменить, я бы пошла на все, чтобы снова с ним поговорить.

Но я пыталась сосредоточиться на счастье, которое испытывала, осознавая, что несмотря на то, что я ничего о нем сейчас не слышу, где-то ему оказывают необходимую помощь. Даже если это было далеко от меня. Да, у меня была не очень хорошая самоотверженность.

И каждый раз, когда я думала о нем, что-то болело внутри, и мне становилось трудно дышать.

Я в миллионный раз задавалась вопросом, как я могу продолжать жить, когда мое сердце пропало? Как это возможно, что оно до сих пор бьется в моей груди, в то время как там ощущается пустота?

— Вот, пожалуйста, мам, — сказала я, уронив мешок на землю.

Мама перестала разгребать снег и наклонилась, чтобы открыть мешок. — Спасибо Мэгги Мэй, — сказала она, перед тем как бросить немного соли на тротуар.

— Не знаю, почему ты беспокоишься об этом. Просто подожди, пока снег не перестанет идти. Ты же понимаешь, что тебе придется повторить все это утром, — сказал я ей, глядя, как свежая тропинка исчезает под одеялом снега.

— Потому что утром будет намного хуже, если я не сделаю что-то сейчас, — сказала она, возвращаясь к своей задаче.

Я просто покачала головой и направилась обратно в дом. Я остановилась на мгновение, охваченная каким-то детским импульсом. Я подняла лицо к небу и высунула язык, позволяя холодным снежинкам таять у меня во рту. Я люблю снег, и это, почти, как и все остальное, напоминало мне о Клэе. Я вспомнила о нашем совместно проведенном времени в загородном доме, когда мы лежали вместе на верхнем этаже, пока снаружи шел снег, и я думала о том, что никогда не буду счастливее, чем была в тот момент. Я вздохнула. Эти воспоминания были счастьем и одновременно проклятием. Я была благодарна за то, что они у меня были, но в то же время они так сильно ранили. В конечном итоге, должно же стать лучше, не так ли? Я спрашиваю себя об этом каждый день. Медленно я побрела вперед. Мои шаги ощущались тяжелее, чем прежде.

Я старалась взять себя в руки. Хотела быть дочерью, которую заслуживали мои родители, и другом, в котором, как мне казалось, Рэйчел и Дэнни сейчас очень нуждались. Но иногда было тяжело быть такой девушкой. Возможно, это был недостаток неосведомленности. Было тяжело не знать, что делает Клэй, или что происходит в его жизни. Затем появились сомнения, которые кровоточили, словно раны, в моем мозгу. Иногда я думала о том, что, возможно, он понял, что без меня ему было бы лучше. Порой мне казалось, что его жизнь не изменилась так сильно, как моя. Возможно, я была одинока в любви, которую все еще испытывала. Настолько глубокой любви, какой она должна была быть с самого начала. Я старалась отталкивать свои мрачные мысли. Старалась каждый день. Я не могла позволить себе увязнуть в них или найти себя в той же депрессии, в которой я утонула надолго, после того, как оставила Клэя лежать в больнице. Я решила, что должна двигаться дальше, идти вперед, жить своей жизнью, и быть настолько счастливой, насколько это возможно… без него. Несмотря на то, какой сложной и невозможной казалась задача.

Я увидела почтовый грузовик, который притормозил у нашего дома. Не знаю, почему он заставил меня остановиться, но я это сделала. Я вышла, чтобы встретить почтальона. — Я возьму это, — сказала я, заставляя себя улыбнуться и забрать у него кучу конвертов. — Аккуратней на дороге, — напутствовала я его, когда он вернулся обратно в грузовик. Он поблагодарил меня и уехал.

Мои руки начали трястись, когда я просматривал кучу счетов и прочей нежелательной почтовой корреспонденции. Моя реакция всегда была одинаковой, когда приходила почта. Я всегда хотела, на самом деле просто жаждала, чтобы хоть раз там было письмо, адресованное мне. Я ненавидела, что постоянно увеличивала свои надежды, но так ничего и не получила.

Но в этот раз, я нашла то, что искала. На дне кучи был маленький конверт. Вытаскивая его, я почувствовала, как мое сердце запнулось от моего имени, написанного на конверте знакомой, наклонной рукой. Забавно, что просто вид его почерка имеет власть, достаточную для уничтожения моих внутренностей.

Стоя там по лодыжки в снегу, я не знала, что мне делать. Часть меня хотела разорвать письмо на кусочки, испуганная разрушающей болью, которая будет неизбежно сопровождать его слова. Но это была лишь маленькая часть урагана эмоций, которые я чувствовала, поэтому я поспешно спрятала его. Конечно, я прочитаю его. Я должна. Я должна сделать это, не думая об эмоциональном крушении, которое может вызвать его прочтение. Варианты перестали существовать. Я определенно должна прочитать его. Просто не сейчас.

Я сложила письмо и положила в карман джинсов, после чего отправилась дальше проводить свой день несмотря на то, что письмо тянуло меня вниз, словно камень на шее.

Я провела остаток утра, перелистывая каналы и наслаждаясь снежным днем. Рэйчел и Дэниел появились во второй половине дня. Рэйчел настаивала на том, чтобы подстричь меня. Обычно я бы не позволила ножницам находиться рядом со мной, но с конвертом Клэя, лежащим глубоко в моем кармане, я почувствовала внезапную, подавляющую необходимость в переменах. Дэниел плюхнулся на мою кровать и принялся листать журнал, пока Рэйчел отрезала, отмеряла и снова отрезала мои волосы. — Не могу поверить, что ты читаешь это барахло, — фыркнул Дэниел. Рэйчел держала мою голову прямо, пока я пыталась увидеть статью, которую он читал, — «Как заставить парня заметить вас». — Если не хочешь побрить свою голову, то сиди смирно. — Я незамедлительно села прямо.

Когда Рэйчел закончила, она принесла зеркало. — Ну, что ты думаешь? — спросила она. Я повертела головой из стороны в сторону и усмехнулась. Она проделала отличную работу. Мои обычно длинные каштановые волосы были обрезаны выше плеч. Рэйчел сделала свободную лесенку вокруг моего лица, благодаря чему прическа выглядела невероятно стильно. Я слегка взбила волосы. — У тебя дар, подруга, — похвалила я, очень довольная конечным результатом. Дэниел поднял взгляд и тихо присвистнул. — Ты выглядишь горячо, Мэгс. — Мы с Рэйчел улыбнулись.

— Итак, Мэгги... — начал Дэниел. Я мгновенно стала подозрительной, потому что он никогда не использовал мое полное имя. Я лукаво посмотрела на него.

— Да, — подбодрила я его.

— Я разговаривал с Джейком Фитцпатриком на днях, и он спрашивал о тебе. — Я отвела взгляд от своих лучших друзей. Я знала, они пытались помочь, хотели, чтобы я двигалась дальше. Пытались повторно акклиматизировать меня к жизни, которую я вела до того, как в ней появился Клэй. Но Джейк Фитцпатрик, да вообще-то любой парень, не имели никакого шанса, пока Клэй все еще удерживал мое сердце.

— Не думаю, что это хорошая идея, Дэнни, — легко сказала я, пытаясь спрятать страдание, которые вызывают мысли о свиданиях с другими парнями.

— Джейк горячий парень. Ты ведь не умрешь, если сходишь с ним на свидание? Мы можем пойти все вместе, чтобы было легче. Это не будет изменой. Я хотела сказать... ты знаешь, я не думаю, что Клэй... эмм... ну... ты знаешь. — Рэйчел не закончила свою мысль, позволяя своему предложению улететь прочь, в эту, ставшую такой неловкой, тишину.

Ее воодушевление благими намерениями вывело меня из себя, и я покраснела от гнева. — Ну, я не могу этого сделать, окей. Я люблю Клэя, и это будет неправильно. Поэтому просто выбросьте подобные мысли из головы, пожалуйста, — сказала я им коротко. Я не пропустила взгляда, который прошел между ними. И тема была закрыта.

Дэниел и Рэйчел пробыли у меня не долго, и, как бы ужасно это не звучало, но я была рада, когда они ушли. Натянуть сегодня свое счастливое лицо было действительно трудно. Особенно с тех пор, как я отчаянно ждала момента, чтобы прочитать письмо Клэя.

Наконец, после ужина, я извинилась и пошла в свою комнату. Мои родители не спрашивали о подобном поведении, ведь оно стало моей обычной рутиной. Я закрыла за собой дверь и села на кровать. Я медленно вытащила скомканное письмо и некоторое время просто держала его, чувствуя его теплоту, возникшую от того, что оно было прижато ко мне весь день.

Я осмотрела конверт и обнаружила, что на нем не было никакого обратного адреса. Это, казалось, кричало довольно громко о том, что Клэйтон Рид хотел сказать мне, что ответа не требуется. Я ничего не могла с собой поделать, но почувствовала невероятную злость и боль из-за этого.

Разорвав конверт, я аккуратно развернула бумагу. Мое имя сразу же попалось на глаза. Я заметила углубления в тех местах, где Клэй сильно прижимал ручку к бумаге. Я почти могла чувствовать его беспокойство. Его страх. Его горе. Несомненно, ведь это было именно то, что чувствовала и я. Я закрыла глаза, подбадривая себя и подготавливая свои нервы. Потом я начала читать. Его любовь ко мне сразу же прыгнула со страницы. Волна облегчения окатила меня. И тогда я поняла, как сильно напугана была тем, что он перестал любить меня. Что он пошел дальше, начал жить своей жизнь и забыл обо мне. Но, предполагаю, мне нужно было сильнее в него верить.

Мэгги,

Не уверен, что мне вообще следует писать это. Чувствую, что невероятно эгоистично с моей стороны нуждаться в написании этих слов, но мне нужно, чтобы ты их прочла, нужно, чтобы ты знала, что все это правда. Кажется, словно у меня больше прав на эти чувства, нежели у тебя, но, на самом деле, это не так. Твои мысли, твои чувства, все о тебе, значит для меня очень многое, именно поэтому, полагаю, я и пишу тебе все это. Не прошло ни секунды, чтобы я не думал о тебе. Ты повсюду. Я все еще чувствую запах твоих волос, слышу, как ты проклинаешь меня, когда я еду слишком быстро, и чувствую твое дыхание, когда засыпаю.

Мне больно вспоминать тебя. Но меня пугает сама вероятность того, что я могу забыть тебя. Помню, ты говорила мне, что моя любовь к тебе не должна никого ранить, что она должна быть чем-то прекрасным. И это действительно так. Любовь - самая прекрасная вещь, которая у меня когда-либо была. Но правда в том, что она ранит. Моя любовь к тебе уничтожила все вокруг нас. Она почти уничтожила тебя, и я ненавижу себя за это.

Ты заслуживаешь того, кто будет гораздо лучше меня. Всегда заслуживала. Надеюсь, однажды ты найдешь то, что заслуживаешь. Кого-то, кто будет беззаветно и безоговорочно любить тебя. Того, у кого не будет багажа за спиной. Того, кто не будет вечно лгать. Того, кто не позволит тебе оставить свою семью позади. Кого-то, за кем тебе не придется следовать в ад.

Я эгоистичный человек, Мэгс. А все потому, что я все еще люблю тебя и знаю, что буду любить до конца своих дней. И даже, если я скажу тебе двигаться дальше и жить своей жизнью, найти кого-то другого, то всегда буду молиться, чтобы ты этого не делала. Потому что я не могу смириться с мыслью, что кто-то еще будет держать тебя в своих руках, кто-то другой будет прикасаться к тебе, кто-то другой будет испытывать твою любовь на себе, как это делал я.

Веришь, я не знаю, что пытаюсь сказать тебе этим письмом. Я вижу хмурый взгляд на твоем лице, пока ты читаешь это, и слышу, как ты говоришь мне выкинуть все это из головы, смириться и жить дальше. (Я улыбнулась глазами, полными слез, читая этот комментарий. Клэй слишком хорошо знал меня).

Полагаю, единственное, что я действительно хочу сказать тебе, так это «спасибо». Спасибо, за самые прекрасные и удивительные месяцы в моей жизни. Спасибо, что любила меня, несмотря ни на что. Спасибо что давала мне надежду и свет, даже если это и было ненадолго. И я снова хочу сказать тебе, что мне жаль. Я должен был быть сильнее и позволить тебе опереться на меня, вместо того чтобы взвалить на твои плечи бремя за нас обоих.

Я понимаю, что моя любовь к тебе искалечила нас обоих.

Но твоя любовь спасла меня.

Именно поэтому, это письмо должно стать прощанием. Я не могу переварить мысль о том, что ты ждешь меня, человека, которым я, возможно, никогда не буду. Я пытаюсь стать лучше. Но это тяжелая и горькая дорога, и я не знаю, когда это случится и случится ли вообще.

Я хочу, чтобы ты двигалась дальше. Жила своей жизнью даже несмотря на то, что перспектива не жить ею вместе с тобой разрывает меня на части.. Я даже не могу дать тебе надежду, что в конце всего этого есть иллюзорное «может быть». Потому что я не хочу снова убить эту надежду.

Просто знай, что ты есть и всегда будешь моим миром. Ты нашла меня в темноте и спасла от самого себя. Ты показала мне человека, которым я хочу быть, и я стремлюсь быть им. Ради тебя и ради себя.

Я буду любить тебя вечно,

Всегда,

Клэй

Вау. Я уронила письмо на ноги и не предприняла ни малейшей попытки вытереть слезы, которые катились по моему лицу. Чего я только не ожидала прочитать, но это было явно не то.

Чертов Клэйтон Рид и его глупые «качели»! Как это свойственно ему. Говорить мне, как сильно он меня любит и почти сразу отталкивать меня. Он фактически выкинул меня из своей жизни. Снова. Он хотел, чтобы я двигалась дальше. Жила своей жизнью. Он говорил мне не ждать его, что он не вернется ко мне.

Мне было трудно дышать, когда я столкнулась с финалом его слов. С нами покончено. Нас больше не было. Я ничего не могла с собой поделать, но испытывала злость и предательство от того, как легко он сдался. Как он взял и просто отпустил все, что было между нами.

Я подняла письмо с пола и сжала его в кулаке, планируя выбросить. Но остановила себя. Я положила бумагу на стол и разгладила ее. Я не могу избавиться от него. Это была моя последняя связь с ним, и она нужна мне.

Поэтому я положила его на самый низ ящика своего рабочего стола. Я не хотела снова его видеть, но я также не могла его отпустить. Я не могла перечитывать заново его прощание, но я знала, что оно все еще было здесь. Знала, что его любовь была реальной. Что я не вообразила ее.

Я чувствовала себя старше, и может быть, даже немного мудрее. У меня был собственный багаж за спиной, приправленный ложью. Понадобиться некоторое время, чтобы облегчить мой груз. Но я это сделаю.

Потому что я была Мэгги Янг. И с этого момента я поклялась оставаться за пределами темноты.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Примечания

[1] CARFAX – база данных, предоставляющая по VIN номеру автомобилей и других транспортных средств, прошедших регистрацию в США и Канаде, следующую информацию о них: дата производства средства передвижения, вид кузова, вид мотора, страна производства, базовая комплектация, состояние подушек безопасности, число хозяев, продолжительность владения ТС любым собственником, приблизительный пробег.

[2] Минивэн (англ. minivan - «небольшой фургон») - легковой автомобиль с однообъемным кузовом бескапотной (реже - вагонной) или полутораобъёмной (полукапотной) компоновки, обычно - с тремя рядами сидений.

[3] Maggie May - песня Рода Стюарта, написанная им в соавторстве с Мартином Квиттентоном, записанная в 1971 году и включённая в альбом Every Picture Tells a Story. Сингл Maggie May, выпущенный в сентябре 1971 года, стал чарт-топпером как в Британии, так и в США, продержавшись по 5 недель на #1 в обоих списках.

[4] Прим. редактора: по-русски говоря, закуска, т.е. еда, которая подается перед основными блюдами либо в качестве отдельной лёгкой трапезы.

[5] Социофобия - упорная иррациональная боязнь исполнения каких-либо общественных действий (например, публичных выступлений), либо действий, сопровождаемых вниманием со стороны посторонних лиц (боязнь находиться на улице, когда на тебя смотрят, невозможность заниматься чем-либо при наблюдении со стороны и т. п.), либо даже просто встречаться и разговаривать с незнакомыми людьми.

[6] Сьюзи Саншайн (англ. Suzy Sunshine) – название популярной в Канаде куклы.

[7] Кросс-ка́нтри (англ. cross-country) - одна из спортивных дисциплин, представляющая собой бег по пересеченной местности со спусками, затяжными подъемами как естественными, так и искусственными.

[8] Джеймс Байрон Дин - американский актёр. В трех картинах («К востоку от рая», «Бунтовщик без причины» и «Гигант») представил сложный образ молодого человека с душевными терзаниями, запинающейся речью и пробуждающейся чувственностью.

[9] Спокойнее, мистер Рид. Спокойнее.

[10] Бискотти - итальянское твердое печенье, которое принято обмакивать в кофе или сладкое белое вино.

[11] Прим.: имеется в виду американский футбол.

[12] тут имеется в виду случай, когда американский подросток устроил стрельбу в школьной столовой.

[13] Кеггер (амер. Kegger) – это вечеринка в американском стиле: громкая музыка, много людей, много веселья и главное очень много пива в кегах (металлические бочки с пивом).

[14] Кейп-Код (англ. Cape Cod - «мыс трески») - полуостров на северо-востоке США в 120 км от Бостона, самая восточная точка штата Массачусетс

[15] R (restricted) – разрешено лицам от 17 и старше.

[16] Плюма́ж (от фр. plumage - «оперение»; фр. plume - «перо») - украшение из перьев типа веера.

[17] Вуайери́зм (фр. voyeurisme от фр. voir - видеть или визионизм) - сексуальная девиация, характеризуемая побуждением подглядывать за занимающимися сексом людьми или «интимными» процессами: раздевание, принятие ванной или душа, мочеиспускание. Вуайер (вуайерист) - человек, который этим занимается. Вуайеризм в большинстве случаев связан с тайным наблюдением за человеком.

[18] Yo La Tengo - американская инди-рок-группа, образованная в Хобокене (штат Нью-Джерси) в 1984 году. На сегодняшний день коллектив выпустил 13 студийных альбомов и стал важной частью истории независимой музыки.

[19] Depeche Mode (рус. Депе́ш мод, в переводе с фр. «Вестник моды») — британский музыкальный коллектив, образовавшийся в 1980 году в городе Базилдон (графство Эссекс). Эта группа создала собственный стиль в жанрах электронной и рок-музыки и является одной из наиболее успешных и долгоживущих групп мира.

[20] Вонтоны – своеобразные китайские пельмени, обычно их лепят в форме узелка или открытого кувшинчика.

[21] Lo Mein – лапша из пшеничной муки.

[22] Гипомания – психическое состояние, характеризующееся душевным подъемом, приподнятым настроением, повышенной активностью, которые в действительности не соответствуют реальным ситуациям и обстоятельства жизни человека.

[23] Пограничное расстройство личности (эмоционально неустойчивое расстройство личности, пограничный тип) - расстройство личности, характеризующееся импульсивностью, низким самоконтролем, эмоциональной неустойчивостью, нестабильной связью с реальностью, высокой тревожностью и сильным уровнем десоциализации.

[24] Чёрная пятница - пятница после Дня благодарения в США. С нее начинается традиционный рождественский сезон распродаж.

[25] Альков - углубление, ниша в стене.

[26] ПВП - публичное выражение привязанности.

[27] В данном случае под реадмиссией понимается повторное помещение Клэя в больницу для длительного наблюдения и лечения.

[28] Денди – социально-культурный тип XIX века: мужчина, подчёркнуто следящий за эстетикой внешнего вида и поведения, изысканностью речи, что впоследствии развивается в культ собственной личности. Здесь А.Мередит Уолтерс употребляет слово «денди», чтобы подчеркнуть концентрацию Клэя вокруг исключительно своей личности.

[29] Криптонит (англ. Kryptonite) - вымышленное кристаллическое радиоактивное вещество, фигурирующее во вселенной DC Comics и возникшее в результате разрушения планеты Криптон. Криптонит знаменит благодаря тому, что является единственной слабостью Супермена и других криптонцев.

[30] Ritz-Carlton - международная сеть отелей класса «люкс». Сеть находится в собственности и управляется компанией Ritz-Carlton Hotel Company, дочерней компанией крупнейшего в мире гостиничного холдинга Marriott International.

[31] Frederick’s of Hollywood - компания-производитель сексуального женского нижнего белья.

[32] Синдром Флоренс Найтингель (англ. Florence Nightingale effect), проявляется, когда врач или медсестра, ухаживающие за больным, начинают испытывать к нему чувства, которые могут перерасти в любовь.

[33] Таргет (англ. Target) - американская компания, управляющая сетью магазинов розничной торговли, работающих под марками Target и SuperTarget. Является шестым крупнейшим ритейлером в США и занимает 106-е место в списке крупнейших компаний.

[34] Брукертон (англ. Brookerton) – местный супермаркет.

[35] Курица «Альфредо» – курица по итальянскому рецепту.

[36] Техасская резня бензопилой (англ. The Texas Chainsaw Massacre) - американский фильм ужасов 2003 года, ремейк классического фильма Тоба Хупера

[37] ПИТ - палата интенсивной терапии.

[38] «Доритос» (англ. Doritos) – американская марка чипсов.

Content

А. МЕРЕДИТ УОЛТЕРС
НАЙДУ ТЕБЯ В ТЕМНОТЕ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ЭПИЛОГ

Примечания