Слэйд Стивен Кинг

Slade by by Stephen King, 1970

Перевод: неизвестен

Кампус университета штата Мэн, июнь-август 1970 года. «Слэйд» является, в каком-то смысле, самым интересным неопубликованным сатирическим произведением Кинга, своеобразной вспышкой юмора, смесью литературных стилей, пародией, замаскированной под Вестерн — приключения Слэйда в его поисках мисс Полли Пичтри из Падуки. Опубликованная в отдельных летних выпусках студенческой газеты университета штата Мэн, который закончил Кинг, история показывает многогранность таланта писателя и ту радость, которую он испытывает от самого писательского мастерства.

из «Путеводителя по Стивену Кингу», с.45.

Уже стемнело, когда Слэйд въехал в Дэд Стир Спрингс. Это был высокий, угрюмый мужчина, одетый во все черное. Даже рукоятки его двух зловещих кольтов 45-го калибра, которые низко висели на его бедрах, были черного цвета. Еще вначале 1870х, когда одно только имя Слэйда стало наводить ужас на самые отважные сердца, по городам Запада поползли легенды о том, почему же он носит этот цвет. В одной из историй говорилось, что он носил черное, как эмблему вечного траура по своей возлюбленной из Иллинойса, мисс Полли Пичтри из Падуки, которая трагически ушла долиной слез, когда пылающий воздушный шар Монгольфьера упал на хлев Пичтри, в то время, как Полли доила там коров. Но некоторые говорили, что он носит черное потому, что он — агент самой Смерти на Американском Юго-западе — подручный дьявола. Но были и такие, кто думал, что он фальшивее, чем трехдолларовая купюра. Однако никто не смел высказать эту последнюю идею ему в лицо.

Слэйд остановил своего огромного черного жеребца перед салуном «Латунная Плевательница». Затем привязал лошадь, и достал из нагрудного кармана одну из своих знаменитых мексиканских сигар. Закурил и выпустил облако едкого дыма в сумеречный воздух. Из-за дверей «Латунной плевательницы», имевших форму крыльев летучей мыши, слышался шум пьяного загула. Пианино хонки тонк-бара изрыгало «Ох, их золотые туфельки».

До острого слуха Слэйда донесся какой-то слабый шум, он обернулся, и одним резким движением обнажил свои зловещие 45-е.

«Послушайте меня, мистер.»

Слэйд спрятал пистолеты обратно в кобуру с презрительным рыком. Перед ним стоял старик в потрепанной фуражке Конфедератов, пыльных джинсах и подтяжках. Городской пьяница или деревенский идиот, предположил Слэйд. Старик закашлялся, обдав Слэйда зловонным дыханием: «Я уж подумал, что вы собираетесь продырявить меня для начала, незнакомец».

Слэйд затянулся и уставился на него.

«Вы Джек Слэйд, не так ли?» — Старик растянул свой беззубый рот в улыбке. — «Ведь это мисс Сандра из бара наняла Вас? У нее появилась куча проблем с этим Сэмом Колумбайном с той поры, как ее папаша сыграл в ящик и оставил ей это место.»

Слэйд продолжал курить и смотреть на него. — Старик неожиданно закатил глаза, — «Аааа, да ты, наверное, работаешь на Сэма, ведь так? Я слышал, что он нанял целую кучу этих…настоящих плохих парней, чтобы они помогли ему оттяпать у мисс Сандры ее бар. Эт…»

«Послушай, старик» — прервал его Слэйд, — «Я надеюсь, что бегаешь ты так же быстро, как говоришь. Потому что если это не так, то я наделаю в тебе дырок 6 футов длиной и 3 шириной».

Старикан скривился от внезапного страха: «Т…т…ты н… не посмеешь…»

Слэйд достал один из своих ужасных 45-х.

Дедок развернулся и побежал от него вприпрыжку. Слэйд тщательно осмотрел ствол своего 45-го и один раз спустил курок, как говорится, наудачу. Затем опустил револьвер в кобуру, развернулся и направился прямо в «Латунную Плевательницу», широко распахнув двери в форме крыльев летучей мыши.

Весь бар уставился на него. Лица посетителей побелели. Бармен уронил нож, которым он «срезал» пену с пива. Игрок в карты за задним столом выронил из рукава три туза — два из них были крестовыми. Пианист упал со стула, резко поднялся, и выбежал через задние двери. Пес бармена, Генерал Кастер, заскулил, и заполз под стол. А у барной стойки, спокойно попивая виски, стоял Джон «Бэкшутер» Паркмен, одна из правых рук Сэма Колумбайна. По толпе прокатился ужасающий шепот:

«Слэйд!», «Это Джек Слэйд!», «Это Слэйд!»

Все внезапно рванули к дверям. Снаружи кто-то побежал вниз по улице с криками:

«Слэйд в городе! Запирайте двери! Джек Слэйд в городе и да поможет Бог тому, за кем он пришел!» «Паркмен!» — проскрипел Слэйд.

Паркмен повернулся лицом к Слэйду. Между его ужасных, кривых зубов торчала спичка, а одна рука зависла над рукояткой револьвера 41 калибра.

«Что ты забыл в Дэд Стир, Слэйд?»

«Я работаю на добрую леди Сандру Доусон» — кратко ответил он, — «А ты, Бэкшутер?»

«Работаю на Сэма Колумбайна, и пошел ты к черту, если тебе это не нравится, приятель.» «Само собой, не нравится», — прорычал Слэйд и выкинул сигару.

Бармен, который пытался прорыть дыру в полу, простонал.

«Говорят, ты быстрый, Слэйд.»

«Достаточно быстрый.»

Бэкшутер злобно ухмыльнулся. «А еще говорят, что ты фальшивее, чем трехдолларовая купюра.» «А ну-ка поработай руками, ты гнусный злобный сукин сын!» — крикнул Слэйд.

Бэкшутер метнулся за пистолетом, но прежде чем он успел дотронуться до рукоятки, оба 45-х Слэйда уже отрыгнули свинцом. Бэкшутер перелетел через барную стойку, где и затих.

Слэйд перезарядил револьверы и подошел к Паркмену, его шпоры позвякивали. Он посмотрел на тело. Где-то в глубине души Слэйд был очень миролюбивым человеком, а что может быть миролюбивее мертвого тела? Мысли наполнили его тихой радостью, и в то же время тоской по любви его молодости, мисс Полли Пичтри из Падуки, штат Иллинойс.

Бармен обошел стойку и уставился на то, что осталось от Джона «Бэкшутера» Паркмена:

«Это просто невозможно» — выдохнул он, — «Шесть выстрелов прямо в сердце, и ты сможешь закрыть все шесть дырок двадцатидолларовыми золотыми монетами».

Слэйд достал из нагрудного кармана одну из своих знаменитых мексиканских сигар и закурил:

«Лучше позовите гробовщика и уберите его отсюда, пока он не начал вонять».

Бармен нервно кивнул и выбежал за двери салуна. Слэйд обошел барную стойку, налил себе «Диггер Рай» (92 %) и подумал об одинокой жизни убийцы по найму. Каждый настроен против тебя, и не знаешь от кого ожидать пулю в спину или, того хуже, в желчный пузырь. Он был уверен, что трудно делать дела с пулей в желчном пузыре. Неожиданно двери «Латунной плевательницы» распахнулись, и Слэйд одним резким движением вновь выхватил свои револьверы. Но это была всего лишь девушка — красивая блондинка с фигурой, которая могла бы заставить даже Понсе де Леона вспомнить об источниках вечной молодости — Вот это да! — подумал про себя Слэйд. Его тонкие губы растянулись в грустной улыбке, пока он убирал в кобуру свое оружие. Такая девушка была не для него, он был верен памяти Полли Пичтри, своей единственной настоящей любви.

«Вы Джек Слэйд?» — спросила блондинка, разлепив свои очаровательные красные губы, цвета спелой вишни.

«Да, мэм», — сказал Слэйд, опрокидывая стакан «Диггер Рая», и наливая следующий.

«Я Сандра Доусон» — представилась она, подходя к стойке.

«Я догадался» — ответил Слэйд.

Сандра подошла поближе и посмотрела горящими глазами на неуклюже распластавшееся тело Джона «Бэкшутера» Паркмена: «Это один из тех, кто убил моего отца!» — со слезами сказала она, — «Один из тех грязных сволочей, которых нанял Сэм Колумбайн».

«Думаю, да» — подтвердил Слэйд.

Грудь Сандры Доусон вздымалась. Слэйд на секунду опустил на неё взгляд, только ради безопасности. «Это вы убили его, мистер Слэйд?»

«Так точно, мэм. И с большим удовольствием».

Сандра обвила руками шею Слэйда и поцеловала его, ее полные губы обжигали его. «Вы тот человек, которого я искала» — выдохнула она, ее сердце бешено колотилось. «Я сделаю для Вас все, что пожелаете. Абсолютно все»

Слэйд оттолкнул ее и глубоко затянулся своей знаменитой мексиканской сигарой для того, чтобы вернуть самообладание. «Думаю, Вы меня не правильно поняли, мэм. Я храню верность своей единственной возлюбленной, мисс Полли Пичтри из Падуки. Но если есть что-то, чем я могу помочь Вам…»

«Да, можете!» — выдохнула она, — «Поэтому я и написала Вам. Сэм Колумбайн хочет прибрать к рукам мое ранчо, Бар-Т! Он убил моего отца, и теперь он пытается выкинуть меня с этого места, чтобы выкупить его задешево, и потом продать подороже, когда люди с Великого Юго-Западного пути решат протянуть здесь железную дорогу! Он нанял свору таких сволочей, как этот» — она ткнула Бэкшутера носком своей туфли — «и пытается запугать меня!» — она умоляюще посмотрела на него. — «Вы сможете мне помочь?»

«Думаю, да» — ответил Слэйд — «Только не волнуйтесь Вы так, мэм.»

«Ах, Слэйд» — прошептала она. Она успела упасть в его объятья, когда бармен ворвался в двери салуна, притащив за собой гробовщика. К этому моменту собака бармена, Генерал Кастер, выползла из-под карточного стола и уже жевала жилет Джона «Бэкшутера» Паркмена.

«Мисс Доусон! Мисс Доусон!» — закричал бармен, — «Моисей Харт, Ваша правая рука, только что въехал в город! Он говорит, что амбар в Бар-Т горит!»

Но прежде чем Сандра смогла хоть что-нибудь ответить, Слэйд уже был в пути. Не прошло и минуты, а он уже скакал галопом к горящему ранчо мисс Доусон.

Огромный жеребец Слэйда, Стокели, нес его прямо по Уиндинг Блафф Роад к зловещему зареву на горизонте. По его телу, как мягкое масло, растекалась мрачная решимость. Найти Сэма Колумбайна и разрушить все его коварные планы!

Когда он прискакал на ранчо Сандры Доусон, амбар был полностью охвачен огнем. А перед ним стояли и злобно хохотали трое из наемников Колумбайна — Солнечный Джексон, Увертливый Джек Мьюллой и Док Логан. Док Логан, по слухам, отправил на кладбище двенадцать фермеров в кровавой битве при Абелин. Слэйд в те дни проводил время в прекрасном забвении со своей единственной любовью мисс Полли Пичтри из Падуки. Сразу после этого она погибла при ужасных обстоятельствах, и с тех пор Слэйд стал резким и вспыльчивым, не говоря уже о его шелковом белье с красивыми голубыми цветами.

Он спрыгнул со своего жеребца и достал из кармана одну из своих знаменитых мексиканских сигар: «Что вы здесь делаете, мальчики?» — спокойно спросил он.

«Устроили небольшой пикник!» — сказал Солнечный Джексон, кладя руку на рукоять своего револьвера 50 калибра. «Ха-ха-ха!»

Из мерцающей красным тени выбежал раненый ковбой: «Они открыли огонь по амбару» — сказал он, — «Этот…» — он указал на Дока Логана, — «…сказал, что они выполняют приказ этого грязного убийцы — Сэма Колумбайна!»

Док Логан выхватил револьвер и сделал три новые дыры в раненом ковбое, тот сразу же свалился. — «Я подумал, что от всего этого пожара ему стало жарко, вот и провентилировал его» — сказал Док Слэйду, рассмеявшись. «Ха-ха-ха!»

«Вы всегда можете перевести низкое убийство в якобы смешные вещи,» — сказал Слэйд, опуская руки на рукоятки своих ужасных 45-х.

«Неужели?» — говорит Док. — «Почему же тогда они все смеются?»

«Ха, ха, ха,» — прыснул в ответ Слэйд.

«Доставай стволы, республиканская дешевка!» — Увертливый Джек Маллой крикнул, и потянулся за своим оружием, Слэйд одним взмахом выхватил оба своих зловещих 45-х и расстрелял Увертливого Джека, прежде чем Маллой дотронулся до кобуры своего оружия. Солнечный Джексон выдернул свое оружие и начал палить, Слэйд почувствовал, как пуля побрила ему висок. Слэйд упал на колени и выстрелил в Джексона. Тот сделал два шага назад и упал замертво, как черепаха, пораженная оспой.

Но Дoк Логан уже сбежал. Он запрыгнул в седло индейского пони с бегающими глазками, и ударил его по бокам. Слэйд дважды выстрелил в него, но тот хитро уклонился, пони перепрыгнул через забор и Логан скрылся в темноте — без сомнения, поскакал доложить и происшедшем Сэму Колумбайну.

Слэйд подошел к Солнечному Джексону, взял его за ноги и перевернул. У Джексона обнаружилось отверстие прямо между глаз. Затем он подошел к Увертливому Джеку, который издавал свои последние вздохи.

«Ты сделал меня, дружище!» — Увертливый Джек задыхался. — «Я чувствую себя хуже черепахи, пораженной оспой»

«Ты не должен был называть меня республиканцем.» — Прорычал Слэйд, глядя сверху вниз. Он показал Увертливому Джеку свой значок Джина Маккарти и затем застрелил его.

Слэйд убрал в кобуру свои ужасные 45-е, и выбросил тлеющий окурок своей знаменитой мексиканской сигары. Он отправился по направлению к погруженному в темноту поместью, чтобы убедиться, там больше не осталось плохишей Сэма Колумбайна. Он уже почти подошел к дому, когда распахнулась входная дверь, и кто-то выбежал из неё.

Слэйд сделал одно молниеносное движение и выстрелил ему в след, вспышки из дула его ужасных 45-х осветили темноту яркими молниями. Слэйд подошел ближе и зажег спичку. На мешках лежал Сонг Лу, повар — китаец.

«Да уж,» — печально произнес Слэйд, убирая в кобуру свои пистолеты, и тут же почувствовал, как большая волна тоски по его одной истинной любви, мисс Полли Пичтри из Падуки накрывает его — «Я думаю, ты не сможешь победить их всех.»

Он потянулся за еще одной знаменитой мексиканской сигарой, но передумал и забил косяк. После того, как он перестал видеть разнообразные интересные синие и зеленые огни в небе, снова вскарабкался на своего зловещего жеребца и направился в сторону Дэд Стир Спрингс.

Когда он вернулся в салун «Латунная Плевательница», оттуда выскочил Moисей Харт, главный управляющий бара-T, держа в руке бутылку «Диггер Рая», которым он успокаивал свои расшатанные нервы.

«Слэйд!» — прокричал он. — «Мисс Доусон была похищена Сэмом Колумбайном!»

Слэйд слез со своего огромного черного жеребца, Стокели, и закурил свою знаменитую мексиканскую сигару. Он по-прежнему раздумывал над судьбой Сонг Лу, повара-китайца из бара-T, которого он застрелил по ошибке.

«Ты не отправишься на их поиски?» — спросил его Харт, закатывая глаза. — «Сэм Колумбайн может попытаться изнасиловать — или даже ограбить ее! Разве ты не собираешься выйти на их след?»

«Прямо сейчас,» — прорычал Слэйд, — «я собираюсь проверить отель Дэд Стир Спрингс и поймать хороший ночной сон. Так как за то время, что я провел в этом проклятом городе, я уже успел пристрелить троих бандитов и одного повара — китайца, и здорово устал.»

«Да,» — сказал Харт сочувствующе, — «ты действительно должен чувствовать себя ужасно, унеся четыре человеческие жизни в течение шести часов.»

«Это верно», — сказал Слэйд, привязывая Стокели к стойке у поилки, и у меня образовались волдыри на пальце от курка. Ты не знаешь, где бы я мог достать какое-нибудь обезболивающее?»

Харт покачал головой, и Слэйд пошел в сторону гостиницы, шпоры его ковбойских сапог Бонанца звенели над каблуками (они как на лифте поднимали его пятки, Слэйд был чувствителен к шуткам по поводу роста). Когда старики и беременные дамы видели его, они переходили на другую сторону улицы. Один маленький мальчик подошел и попросил у него автограф. Слэйд, которые не хотел поощрять такого рода вещи, выстрелил ему под ноги и пошел дальше.

В отеле он спросил свободный номер, дрожащий управляющий сказал, что люкс на втором этаже свободен, и Слэйд пошел наверх. Он разделся, затем снова надел сапоги, и залез в кровать. Он уснул моментально.

Около часу ночи, в то время, как Слэйд видел сладкий сон о любви его молодости мисс Полли Пичтри из Падуки, штат Иллинойс, окно в его комнате бесшумно приоткрылось, не издав даже скрипа, который бы мог оповестить о нежданном визите Слэйда, обладавшего острым слухом. Фигура, которая появилась в огне, могла навести ужас на кого угодно — если Джек Слэйд был самым лучшим стрелком на американском Юго-западе, то Горбун Фред Эгню был самым известным убийцей по найму. Это был карлик ростом два фута и три дюйма, с горбом, похожим на верблюжий, расположенном на полпути между шеей и задницей. В одной руке у него был трехфутовый арабский нож-шкуродер (и хотя Горбун Фред никогда не спускал им шкуру ни с одного араба, он был известен тем, что подпортил эти ножом шкуру трем помощникам шерифа, двум шерифам округа и старушке из Бостона, страдающую от болезни Паркинсона). В другой руке у него была большая коробка, сплетенная из речного тростника.

Он заскользил по полу в полной тишине, держа свой арабский шкуродер наготове, на случай, если Слэйд проснется. Затем он осторожно поставил коробку на стул у кровати. Мерзко ухмыляясь, он снял крышку и вытащил 12 футового питона по имени Сэди Хокинс. Сэди был компаньоном Горбуна Фреда последние двенадцать лет, и много раз спасал от смерти этого страшного маленького человека.

«Делай, что должна, дорогая» — ласково прошептал Фред. Сэди, казалось, улыбнулась ему в то время, как Горбун Фред поцеловал ее черный рот. Змея скользнула на кровать и поползла к голове Слэйда. Злорадно хихикая, Горбун Фред отступил в угол, чтобы посмотреть на веселье.

Сэди приняла соответствующую S-образную позу на кровати, и приготовилась к атаке. В этот миг, слабое шипение, словно шелест листьев, донеслось до слуха Слэйда.

Женщина в его постели! Это была его первая мысль, и тут же он скатился с кровати на пол, хватаясь за небольшой крупнокалиберный пистолет, который всегда был привязан к его правой икре. Сэди ударила в подушку, где двумя мгновениями ранее была его голова. Горбун Фред издал разочарованный крик, и тут же метнул свой арабский шкуродер, который порезав одну из мочек ушей Слэйда, со звоном встрял в пол.

Слэйд выстрелил, и Горбун Фред откинулся на стену, снеся картину с Ниагарским водопадом. Его зловещей карьере пришел конец.

Тщательно избегая питона (который, казалось, заснул на кровати), Слэйд оделся. Пришло время отправиться на ранчо Сэма Колумбайна, и раз и навсегда положить конец этому гнусному койоту.

Нацепив кобуру со своими зловещими 45-ми, Слэйд спустился вниз. Портье посмотрел на него еще более нервно, чем прежде. «Я. я слышал выстрел?» — спросил он.

«Я так не думаю,» — ответил Слэйд. — «Но вам лучше пойти наверх и закрыть окно у кровати. Я оставил его открытым — »

«Да сэр, мистер Слэйд. Конечно. Конечно.»

И затем Слэйд вышел, с мрачной решимостью найти Сэма Колумбайна и раз и навсегда поставить точку в этом деле.

Слэйд отправился в «Латунную Плевательницу», где управляющий бара-Т Сандры Доусон, Moисей Харт, склонился над стойкой бара с бутылкой «Диггер Рая» (96 %) в одной руке.

«Эй ты, гнусный пьяница,» — проскрипел Слэйд, толкнув Харта, и выдернув бутылку из его рук. — «Где находится ранчо Сэма Колумбайна? Я собираюсь поехать и вытряхнуть его гнилой ливер, он послал Горбуна Фреда Эгню, чтобы убить меня».

«Горбуна Фреда?!» — ахнул Харт, побелев как тетрадный лист. — «И вы все еще живы?»

«Я набил его свинцом,» — мрачно сказал Слэйд. — «Он должен был знать, что я не люблю спать со змеей в постели.»

«Горбун Фред Эгню,» — произнес Харт испуганным шепотом, — «поговаривали, что он может стать следующим вице-президентом американского Юго-запада.»

Слэйд издал мрачный смешок, что заставило собаку бармена, Генерала Кастера, съежиться.

«Ну, я так думаю, что теперь он может быть вице-президентом ада!» — объявил Слэйд. Он жестом подозвал бармена, который стоял у дальнего конца стойки и читал какой-то вестерн.

«Бармен! Что у тебя есть из коктейлей?»

Бармен осторожно подошел, спрятав потрепанную копию «Кровавой невесты Сидящего Быка» в свой задний карман.

«Так, мистер Слэйд, у нас все как обычно — «Джеронимо», «Форт Брэгг Спинола», «Пит Самогон», «Вонючие Подмышки» — »

«как насчет выпить «Диггер Рая» (96 %)» — произнес Моисей Харт со стеклянной улыбкой.

«Заткнись», — проворчал Слэйд. Он повернулся к бармену и извлек один из своих зловещих 45-х.

«Если ты не организуешь коктейль, который я не никогда раньше не пробовал, дружище, ты будешь нюхать ромашки со стороны корней еще до рассвета.»

Бармен побелел, «Н..Ну… у нас есть напиток моего собственного изобретения, мистер Слэйд. Но он настолько мощный, что я даже перестал его готовить. Я уже устал от того, что народ отрубается от него прямо в салуне.»

«Как он называется?»

«Мы называем его «зомби»», — сказал бармен.

«Хорошо сделай для меня три, и сделай их быстро!» — скомандовал Слэйд.

«Три зомби?» — произнес Моисей Харт, выпучив глаза. — «Боже мой, ты с ума сошел?»

Слэйд повернулся к нему и холодно произнес: «Дружище, улыбайся, когда говоришь такое.»

Харт улыбнулся и сделал еще один глоток «Диггер Рая.»

«Ладно,» — сказал Слэйд, когда коктейли были поставлены перед ним. Они были налиты в огромные пивные кружки и пахли, как гнев Божий. Он выпил первый из них за один глоток, задержав дыхание, немного пошатнулся, и подкурил одну из своих знаменитых мексиканских сигар. Затем он повернулся к Моисею.

«Ну и где находится ранчо Сэма Колумбайна?» — спросил он.

«Три мили на Запад, если через брод,» — сказал Моисей — «и называется оно Ранчо Стервятник.»

«Покажешь,» — сказал Слэйд, осушив свой второй напиток с кубиками льда. Он начал чувствовать себя немного ошалевшим. Наверное, уже поздновато для этого, подумал он, и начал работу над своим третьим напитком.

«Скажу Вам,» — произнес робко Моисей — «я не думаю, что Вы сейчас в хорошей форме, чтобы идти против Сэма Колумбайна, Слэйд. Он поставит точку в вашем деле.»

«Не указывай, что мне делать,» — самодовольно сказал Слэйд, нагнувшись, чтобы погладить Генерала Кастера. Он дыхнул в морду собаке, и Генерал Кастер тут же отрубился. «Есть одна вещь, которую я могу делать, это лизать мой держатель, я имею в виду держать мой лизатель. Ho, уйди с моей дороги, или я бле… вам на. ол.»

«Двери в другой стороне», — осторожно сказал бармен.

"Это, да. А вы думаете, куда это я сейчас иду?"

Слэйд, пошатываясь, побрел к выходу, по пути наступил на хвост Генералу Кастеру (собака даже не проснулась), сумел сделать еще пару шагов через двери в виде крыльев летучей мыши, и тут же чуть не упал на тротуар. И вот тут стальные руки схватили его за локоть. Слэйд нерешительно оглянулся.

«Я помощник шерифа Хьюго Кармайкл,» — сказал незнакомец, — «и я арестовываю Вас.»

«По какому обвинению?» — спросил Слэйд.

«Появление в общественном месте в состоянии опьянения. Теперь пойдем.»

Слэйд рыгнул. «Вы сможете помочь мне» — простонал он. И они вдвоем побрели в тюрьму Дэд Стир Спрингс.

Слэйда выпустили из тюрьмы, как только правая рука Сандры Доусон, Moисей Харт, внес за него залог. Слэйд и Харт обнявшись, вышли от помощника шерифа Хьюго Кармайкла (вините в этом свое пьянство). Затем, запрыгнув на своего огромного черного жеребца, Стокели, Слэйд отправился на Ранчо Стервятник, чтобы раз и навсегда разобраться с Сэмом Колумбайном.

Но там не было Колумбайна. Он отправился пытать пограничников, оставив Сандру Доусон под охраной трех доверенных людей — Большого Фрэнка Никсона, Быстрого Джона Митчела и Ловкого Рона Зигфельда. В итоге жаркой перестрелки, Слэйд отправил всех троих в Пустошь по скользкой дорожке и освободил добрую Сандру.

Едкий, удушливый запах сгоревшего пороха наполнил комнату, где прекрасная Сандра Доусон находилась в плену. Когда она увидела гордо стоявшего Слэйда, такого высокого и победоносного, с ужасными 45-и в руках, и знаменитой мексиканской сигарой, зажатой между зубов, ее глаза наполнились любовью и страстью.

«Слэйд!» — воскликнула она, вскочив на ноги и подбежав к нему. — «Я спасена! Слава Богу! Когда Сэм Колумбайн вернется с пыток мексиканских пограничников, он обещал скормить меня аллигаторам! Вы успели как раз вовремя!»

«Черт побери,» — проговорил Слэйд. — «Я всегда так делаю. Спросите Стива Кинга.»

Ее крепкое, податливое, шелковистое тело замерло в его объятиях, а ее пышные влажные губы страстно искали губы Слэйда. Слэйд резко стукнул ее по голове стволом одного из зловещих 45-х, и, выплюнув свою мексиканскую сигару, прорычал, вытягивая губы.

«Осторожней,» — прорычал он, — «моя мама рассказала мне о таких девушках, как Вы.»

И он отправился на поиски Сэма Колумбайна.

Слэйд вышел из двухэтажного дома, оставив Сандру Доусон в прокуренной комнате тереть шишку на голове, куда он ударил её стволом своего ужасного 45-го. Он запрыгнул на своего огромного черного жеребца, Стокели и направился к границе, где Сэм Колумбайн мучил мексиканских пограничников со своим помощником № 1 — «Розовым» Ли. Только два человека на американском Юго-западе, могли найти подход к «Розовому», это Горбун Фред Эгню (которого Слэйд застрелил недавно) и собственно Сэм Колумбайн. «Розовый» получил свое печально известную кличку во время гражданской войны, когда он ехал с капитаном Квантриллом и его солдатами. В то время как они развлекались на кухне в борделе Кровоточащее сердце, Канзас, офицер Южан по имени Рэндольф П. Соргум бросил самодельную бомбу в кухонную трубу. «Розовый» потерял все свои волосы, брови и все пальцы на левой руке, за исключением безымянного и мизинца. Его волосы и брови отросли обратно. Его пальцы — нет. Однако он был по — прежнему быстрее молнии и злее дьявола. Он поклялся найти Рэндольфа П. Соргума, и посадить его на ближайшей муравейник.

Однако Слэйда не волновал Ли, потому что его сердце было чисто, и его сила была удесятеренная.

В скором времени мучительные крики мексиканских таможенников указали ему, что он приближается к границе. Он спешился, привязал Стокели к жердине и пошел вперед через полынь бесшумно, как кошка. Ночь была темная и безлунная.

«Хватит! Амиго!» — кричал пограничник. «Я признаюсь! Я признаюсь! Это — я.»

«Ты разве не Бастид Фергетфул?» — говорит «Розовый». — «Нет, ты трус по имени Рэндольф П. Соргум, только сдулся от такой жизни на 90 %. О… моя рука…тянется к тебе еще с гражданской войны.»

«Я признаю это! Я признаю это!»

Слэйд уже подкрался достаточно близко, что бы видеть, что происходит. Ли допрашивал таможенника, привязанного к стулу с прямой спинкой, его голые ноги лежали на пуфе. Обе ноги были покрыты медом и дрессированный медведь Ли, Вумпер, слизывал его с них своим длинным языком.

«Я не могу это терпеть!» — кричал охранник. — «Я и есть этот чертов Соргум!»

«Попался, наконец!» — злорадствовал Ли. Он вытащил свой Специальный Бантлайн и был готов размазать этого бедолагу по дороге до Тринидада. Сэм Колумбайн стоял позади, в тени, и был готов пристрелить другого охранника.

Слэйд, возник внезапно. "Эй, вы, два дешевых засранца! Оставьте его в покое!»

«Розовый» Ли упал на живот, взводя ударники своего Специальный Бантлайна. Слэйд почувствовал град пуль, жужжащих вокруг него. Он выстрелил два раза, но тут, о проклятие — ударники его зловещих 45-х ударили в пустоту. Он забыл перезарядить их после того, как отправил к праотцам трех плохишей в Стервятнике.

Ли перекатился в укрытие за бочонок с приправами «Тако». Колумбайн присел за гигантскую бутыль майонеза, которая всплыла здесь через месяц после самого разрушительного наводнения в истории американского Юго-запада (почему бутыль майонеза после наводнения? Не твое собачье дело).

«Кто это там?» — крикнул Ли.

Слэйд молниеносно нашелся с ответом. «Это Рэндольф П. Соргум» — прокричал он. — «Настоящий МакКой, Ли! И на этот раз я уйду отсюда больше, чем с тремя пальцами!»

Этот хитрый прием принес желаемый эффект. «Розовый» бросился опрометчиво (или опрометчиво бросился, если вам так удобно) из укрытия со своим Специальным Бантлайном наперевес. «Я порву тебя!» — закричал он — «Я по…»

И в этот момент Слэйд аккуратно положил пулю ему в голову. «Розовый» Ли рухнул, его печальные дни закончились.

«Ли?» — отозвался Сэм Колумбайн. — «Эй «Розовый», как ты там?» Трусливые нотки закрались в его голос.

«Я прикончил его, Колумбайн!» — прокричал Слэйд. — «И теперь это только я и ты… я иду за тобой, Сэм!»

Блестящие ужасные 45-е, мексиканская сигара зажата между зубов, Слэйд начал спускаться с холма вслед за Сэмом Колумбайном.

На полпути вниз по склону, Сэм Колумбайн выдал такой залп, что Слэйду пришлось укрыться за стволом гигантского кактуса. Сам он не мог прицельно выстрелить в Колумбайна, потому что коварный злодей удобно спрятался за гигантскую бутыль с майонезом.

«Слэйд»! — прокричал Колумбайн. — «Пришло время поговорить, как мужчины! Вложим пистолеты в кобуры! Выйдем один на один! Лучший из нас уйдет отсюда живым!»

«Ладно, ты, грязь из-под ногтей!» — прокричал Слэйд в ответ. Он убрал в кобуру свои ужасные 45-е, и вышел из-за ствола кактуса. Колумбайн, вышел из-за бутыли с майонезом. Он был высокий человеком с оливковым цветом лица и зловещей ухмылкой. Его руки зависли над рукоятками Смит & Вессонов, которые висели на его бедрах.

«Ну, вот и ты, приятель!» — усмехнулся Слэйд. Так, с мексиканской сигарой, зажатой между зубов он и начал подходить к Колумбайну. — «Передай привет там всем в аду от меня, Колумбайн!»

«Еще посмотрим,» — Колумбайн усмехнулся в ответ, но его колени дрогнули, когда он остановился для выстрела.

«Вот и хорошо!» — отозвался Слэйд. — «Тащи пистолеты!»

«Подождите», — кто-то кричал. — «Подождите, подождите, подождите!»

Они оба оглянулись. Это была Сандра Доусон! Она бежала к ним со всех ног.

«Слэйд»! — Она плакала. — «Слэйд»!

«Ложись!» — закричал Слэйд. — «Это Сэм Колумбайн — …»

«Я должна сказать Вам, Слэйд! Я не могла позволить вам стреляться, ведь Вас могли убить! И Вы никогда не узнали бы!»

«Узнал что?» — спросил Слэйд.

«Что я Полли Пичтри!»

Слэйд уставился на нее.

«Но Вы не можете быть Полли Пичтри! Она была моей единственной настоящей любовью, и она была убита горящим воздушным шаром Монгольфьера во время доения коров!»

«Я своевременно убежала оттуда, но у меня было амнезия!» — она плакала. — «Память вернулась ко мне только сегодня вечером. Посмотрите!» И она сняла белокурый парик, который был одет на ней. Это была действительно красавица Полли Пичтри из Падуки, она воскресла из мертвых!

«ПОЛЛИ!!!»

«СЛЭЙД!!!»

Слэйд бросился к ней, и они обнялись, Сэм Колумбайн был забыт. Слэйд как раз собирался спросить как ее дела, когда Сэм Колумбайн, злобная крыса, подкрался сзади и три раза выстрелил Слэйду в спину.

«Слава Богу!» — прошептала Поли, и Сэм обнял ее. — «Наконец-то. Он ушел, и мы свободны, мой дорогой!»

«Да,» — прорычал Сэм. — «Как дела, Полли?»

«Вы даже не можете себе это представить,» — прорыдала она, — «он убил их всех, но он был фальшивее, чем трех долларовая купюра.»

«Все кончено,» — сказал Сэм.

«Как мило!» — произнес Слэйд. Он приподнялся и изрешетил их обоих.

«Хорошая вещь, моя пуленепробиваемая одежда,» — сказал он, закуривая новую мексиканскую сигару. Он смотрел на остывающие тела Сэма Колумбайна и Полли Пичтри, и огромная волна печали накрыла его. Он выбросил окурок и подкурил новую сигару. Затем он подошел к месту, где был привязан Стокели, его черный жеребец. Он обнял Стокели за шею и прильнул к нему.

«На конец-то, дорогая,» — прошептал Слэйд. — «мы остались одни».

Спустя некоторое время Слэйд и Стокели ускакали на закат в поисках новых приключений.

Конец

Content

Слэйд Стивен Кинг