Наоми ВУЛЬФ

ВАГИНА. НОВАЯ ИСТОРИЯ ЖЕНСКОЙ СЕКСУАЛЬНОСТИ

Как странно и жутко казалось стоять нагой под открытым небом! И как упоительно! Она испытывала тоже чувство, что новорожденные, когда открывают глаза в узнаваемом, но еще неизведанном мире.

— Кейт Шопен. Пробуждение

Благодарности

Эта книга не появилась бы на свет без помощи многих людей, в частности выдающихся ученых, исследователей, консультантов и врачей, у которых я брала интервью. Все они не пожалели времени на то, чтобы поделиться своими знаниями и рассказать нам, далеким от науки людям, об особенностях женского здоровья и сексуальности. Я хочу выразить свою глубокую благодарность всем этим специалистам, которых назову в порядке их появления в книге. Это Дебора Коди и Нэнси фиш из Нью-Йоркской клиники акушерства и гинекологии (Сохо); Рамеш Бабу из Нью-Йоркской университетской клиники; Джеффри Коул из Центра реабилитации Кесслера (Оранж, Нью-Джерси); Барк Ричмонд из Школы медицины и общественного здравоохранения Висконсинского университета; Кэтрин Кэйкалс из Нью-Йорка; Джим Пфаус из Университета Конкордия (Монреаль); Джулиус Гепп и Бэйзил Кокур из больницы Леннокс-Хилл (Нью-Йорк). Меня очень вдохновило общение с учеными и врачами и воодушевила их искренняя преданность делу, которым они занимаются. Многие из них прочли эту книгу в разных версиях, и я хочу еще раз поблагодарить их от всего сердца за время, которое они мне уделили, несмотря на занятость, и за те ценные замечания, которые они сделали. Любые неточности, если они встретятся в книге, разумеется, только на моей совести.

Я благодарна Кэролайн и Чарльзу Мьюир, а также Майку Лусаде, которые нашли время, чтобы посвятить меня в историю и практику тантры.

Также хочу высказать самые теплые слова благодарности людям, которые как под своими реальными именами, так и под псевдонимами поделились со мной историями из своей жизни.

Я глубоко признательна моим блестящим редакторам Либби Эдельсон и Дэниелу Халперну из HarperCollins и Ленни Гудингсу из Virago. Более восприимчивых и проницательных читателей и комментаторов невозможно представить! Также большое спасибо Майклу Маккензи и Зои Худ. Моя искренняя признательность литературному редактору Лори Макги за внимательность и терпение. Рашми Шарма оказал мне огромную помощь в исследовании материалов. Джон и Катанка Мэтсон и Рассел Вайнбергер, мои литературные агенты из Brockman, прочитали множество версий рукописи и сделали весьма ценные замечания.

И, как всегда, моя глубочайшая благодарность семье — родителям, спутнику жизни и детям.

Предисловие

ЧТО ТАКОЕ ВАГИНА?

Зачем писать книгу о вагине?

Дело в том, что я всегда интересовалась женской сексуальностью и ее историей. В частности, тем, как относятся к вагине в разных культурах — с уважением или презрением, внимательно или пренебрежительно, — ведь это демонстрирует отношение к женщине как таковой. Как выяснилось, разных взглядов на вагину — студенты-историки назвали бы их «концепциями» — существует столько же, сколько и культур. Когда я только начала свое исследование, то думала, что, рассмотрев вагину под столь разными углами зрения, смогу многое узнать о женщинах — и как о сексуальных объектах, и как о членах общества — и, кроме того, это исследование, несомненно, покажет, каково положение дел на сегодняшний день. (К тому же, поскольку я женщина и люблю получать удовольствие, мне не терпелось узнать что-то новое о женской сексуальности.) Я думала, что, изучая все эти «концепции», я узнаю правду о вагине. И рассчитывала на то, что некоторые из них окажутся верными, а другие нет. Но теперь я считаю, что все они верны лишь отчасти и некоторые концепции, включая наши собственные, субъективны и полны ложной информации.

Является ли вагина путем к просветлению, как это было для индийских практиков тантры? Или «золотым лотосом», как учит философия китайского Дао? Быть может, это просто «дыра», как считали во времена королевы Елизаветы? Или же признак женской зрелости — орган, способность которого доставлять его обладательнице удовольствие, отличает женщин от девушек, как полагал Зигмунд Фрейд? Или, напротив, это не играющий особой роли орган, второстепенный по отношению к клитору, как провозгласили американские феминистки 1970-х? А может, это то, чем ее считает современная массово производимая порнография, — «горячее», но, по сути, взаимозаменяемое «отверстие», в тысячах разных форм визуально доступное любому, у кого есть доступ к Интернету? Или то, что провозглашает современный, ориентированный на секс постфеминизм 2000-х, — средство получения удовольствия для похотливых женщин, которые требуют быстрого удовлетворения, прибегая ради этого и к смс-сообщениям случайным партнерам для секса на одну ночь, и к электронным вибраторам?

Я прочла книгу эволюционных биологов Кристофера Райана и Касильды Джета «Истоки секса» (Sex at Dawn) [1], перечитала «Доклад Хайт: Общенациональное исследование женской сексуальности» (The Hite Report: A Nationwide Study of Female Sexuality) [2] социолога Шир Хайт, ознакомилась с историческими произведениями о вагине, например такими как «История В.: Естественная история женской сексуальности» (The Story of V: A Natural History of Female Sexuality) [3], написанная историком культуры Кэтрин Блэкледж. Я изучила научные базы данных по новейшим исследованиям женского оргазма, такие как «Архивы сексуального поведения», и побывала в лабораториях, где проводятся самые передовые нейробиологиче-ские исследования роли женского сексуального удовольствия, в частности в лаборатории доктора Джима Пфауса из Университета Конкордия. Проводимые там эксперименты наглядно демонстрируют, что женское сексуальное удовольствие играет важную роль в выборе партнера даже среди низших млекопитающих. И в результате мне стало ясно, что все эти книги, статьи и концепции являются только частью головоломки.

Руководствуясь как логикой, так и личным опытом, я начала понимать, что самое главное — но об этом редко говорится за пределами узкого круга — то, что между мозгом и вагиной существует тесная связь. И мне кажется, что в этом заключается вся суть дела. Именно это приближает нас к разгадке в гораздо большей степени, чем все остальное, что я исследовала. Эта книга задумывалась как историко-культурный обзор, но он быстро перерос в очень личный акт познания. Из-за того намека на разгадку, который внезапно промелькнул передо мной, я просто обязана была узнать правду о вагине.

Благодаря болезни я обрела дающий пищу для размышлений опыт, который позволил предположить наличие важной взаимосвязи между вагиной и самосознанием женщины. Чем больше я разбиралась в этом вопросе, тем глубже понимала, каким образом влагалище связано с мозгом женщины и, более того, почему можно утверждать, что вагина является тем, что определяет творческий потенциал женщины, степень ее уверенности в себе и даже характер.

После того как я узнала, какие неврологические и физиологические процессы стоят за тем, что я испытала, связь между женским мозгом и вагиной дала мне ключ к пониманию других актуальных вопросов, с которыми сталкиваются женщины. Получив доказательства того, что эта связь реальна, я поняла, что именно она играет главную роль в том, что происходило с женщинами на протяжении всей истории, и осознала, как важно рассказать о ней самим женщинам и всем тем, кому они небезразличны. Зная об этой связи, мы можем наконец лучше понять женскую сексуальность и индивидуальность, а значит — понять и оценить себя.

В рамках этого исследования я также хотела услышать, что могут рассказать о вагине мужчины, — не принимая ту однобокую версию, которую предлагает нам наша пронизанная порнографией культура. Когда я рассказывала о теме своего исследования, многие знакомые мужчины соглашались ответить на мои вопросы об их отношении к вагине, и их ответы меня порадовали. Часто, хотя и не всегда, в их описаниях этой части женского тела сквозило что-то вроде восхищения или даже любви. В их определениях не было ничего унизительного или порнографического, хотя ни респонденты, ни их слова не были результатом случайной выборки.

К моему удивлению, многие гетеросексуальные мужчины, которые оказались готовы поговорить со мной о своих истинных чувствах, выразили своего рода благодарность вагине, и при этом они не акцентировались на получении удовольствия, а говорили о чувстве облегчения и радости по поводу того, что они полностью приняты и желанны. Эти слова — принятие и желанность — упоминались в моих беседах с гетеросексуальными мужчинами снова и снова, и я подумала о том, что представительницы моего пола недооценивают, как важно для мужчины осознание того, что он принят женщиной.

Конечно, можно предположить, что некоторые из этих ответов были обусловлены тем, что вопросы задавала женщина, но тот факт, что так много мужчин выражали схожие чувства снова и снова, заставил меня поверить в то, что в их ответах есть доля правды. Когда я описывала обнаруженные мной связи между вагиной, творческим началом и здоровьем, некоторые мужчины ответили, что эта гипотеза подтверждается их личным опытом общения с женщинами.

Эти полученные мною знания о глубинной связи между мозгом и вагиной, а также о женских эмоциональных и сексуальных реакциях изменили к лучшему мою жизнь, мои отношения с людьми и мои взгляды. Сделав эти открытия, я почувствовала (я сейчас говорю это без тени намека на неуважение к мужчинам), как мне невероятно повезло, что я — женщина. И, кроме того, я смогла понять, какое это счастье для женщин, что им дарованы их тела!

* * *

В нашей культуре для описания женского тела, и в частности вагины, используются просто отвратительные слова, и это вызывает у женщин постоянный дискомфорт. Ведь женское сексуальное удовольствие связано не только с сексом или с наслаждением. Оно также является источником женского самопознания и оптимизма, инициативности, блаженства и чувства превосходства, средством реализации женского творческого потенциала и смелости, а также выражением способности чувствовать, которая во многом ощущается как свобода.

Правильное понимание роли вагины заключается в том, что она не просто имеет тесную связь с мозгом, но и, по сути, является неотъемлемой частью женской души.

Когда я доросла до правильного понимания этой роли, я стала расспрашивать женщин и ученых, которые исследовали связь между вагиной и женским творческим потенциалом, уверенностью в себе, а также отношением к разным вещам и людям. Полученные ответы подтвердили, что я двигаюсь в верном направлении.

До того как я начала свое исследование, многое связанное с вагиной в контексте истории и восприятия обществом было мне непонятно, например почему у многих женщин-писателей и художниц наиболее плодотворный творческий период наступал после сексуального пробуждения, или почему женщины, как правило, впадают в зависимость от любви, или почему гетеросексуальные женщины так часто экзистенциально разрываются между двумя типами мужчин — «плохими парнями» и хорошими, положительными людьми. И еще — почему в западной истории на протяжении многих столетий вагина была объектом всевозможных злоупотреблений, насилия и контроля.

Чем больше я узнавала о том, как устроена вагина и какие биохимические процессы она запускает в мозге, тем больше прояснялись эти загадки, которые прежде казались мне сугубо культурологическими. Ученые, работающие в самых современных лабораториях и клиниках по всему миру, уже подтвердили: вагина и мозг женщины неразрывно связаны, это части одной системы и вагина служит своего рода связующим звеном для передачи чувства превосходства, уверенности в себе, а также способствует раскрытию творческого начала. Как только мы это понимаем, многие вещи, которые раньше казались загадочными и нелогичными, встают на свои места.

В первой части книги я исследую, почему роль вагины так долго трактовалась в корне неверно. На основе научных знаний и выводов, сделанных мною в процессе общения со многими людьми, как личного, так и по Интернету, я пришла к убеждению: все, что происходит с вагиной — на биологическом уровне, — может как повышать, так и понижать степень уверенности женщин в себе, как способствовать, так и препятствовать раскрытию их творческого потенциала. Кроме того, это может усиливать позитивное ощущение гармоничного соединения духовного и материального миров или порождать переживания по поводу утраты этой гармонии. Это может обогатить опыт женщины трансцендентным мистическим состоянием, которое повлияет на всю ее жизнь, а может оставить ее на пороге этого чувства, дав лишь намек на то, что за закрытой дверью кроется что-то «большее». Описанное в последнем случае переживание может не только стать причиной снижения ее либидо, но также привести к тому, что специалисты называют экзистенциальной депрессией или отчаянием.

Вторая часть этой книги посвящена исследованию того, как общественный контроль над вагиной и женской сексуальностью привел к контролю над умами и духовной жизнью женщин на протяжении всей истории Запада.

Третий раздел посвящен текущему положению дел и показывает, как современные отягчающие факторы, например распространение порнографии, притупляют чувственность мужчин и женщин и препятствуют полноценной жизни вагины.

Наконец, в заключительном разделе книги я рассуждаю о том, как «вернуть Богиню», — то есть как по-новому сформулировать значение вагины в наших отношениях с самими собой и с нашими любимыми в контексте ее фактической неврологической функции связующего звена и органа, отвечающего за наше счастливейшее, целостное самоощущение. Мы поговорим о том, в чем действительно нуждаются женщины, — как для счастья и удовлетворения в сексуальной жизни, так и для общего благополучия, — основываясь на последних достижениях неврологии, а также на том, что я узнала от мастеров тантры, которые проводят свои дни, исцеляя и пробуждая сексуально и эмоционально опустошенных женщин.

Большинство примеров в этой книге, в частности там, где речь идет о физиологии женского возбуждения и оргазма, будут актуальны для женщин любой сексуальной ориентации — лесбиянок, гетеросексуалок, бисексуалок и т. д. Но для меня приоритетной темой является исследование физических и эмоциональных взаимоотношений гетеросексуальных женщин с мужчинами, и некоторые из научных исследований сфокусированы на физиологии именно гетеросексуальных контактов.

Я решила уделить максимум внимания этой теме не потому, что возбуждение, оргазм, отношения или взаимосвязь между мозгом и телом лесбиянок и бисексуалок кажутся мне менее интересным предметом изучения, чем исследования гетеросексуальных пар. Просто я считаю (особенно теперь, после всего, что я узнала), что женские сексуальные реакции и связи между телом и мозгом настолько сложны и требуют настолько бережного отношения, что политкорректный подход, предполагающий объединение всего женского опыта, просто не сможет адекватно отобразить и передать все нюансы. Напротив, я уверена, что подобный анализ физиологии, чувственности, связи между мозгом и телом лесбиянок и бисексуалок, а также вопрос о роли вагины в лесбийских и бисексуальных отношениях заслуживают того, чтобы им посвятили отдельные книги.

Также хотелось бы отметить, что эти вопросы касаются не только тех женщин, которые в данный момент состоят в отношениях. Несмотря на то что, как уже отмечалось, многие примеры сконцентрированы на теме любовных ласк, эти знания применимы в первую очередь к сексуальным отношения женщины с самой собой.

ЧТО ТАКОЕ БОГИНЯ?

В этой книге я буду ссылаться на определенное состояние души или сознания, которое для удобства, а также в качестве некоего отголоска прошлого буду называть Богиня. Я ни в коем случае не хочу создать в вашей голове кашу из образов 1970-х с их языческим культом богини во всех женских пристанищах в государственных парках и не апеллирую к упрощенному, свойственному поп-культуре «самоуважению». Скорее я создаю риторическое пространство, которого пока не существует, когда мы говорим о вагине, но которое относится к чему-то очень реальному.

Психолог Уильям Джемс, автор идеи «биологического сознания», изучал, как физическое тело влияет на ход мыслей. В1902 г. он опубликовал свою знаменитую книгу «Многообразие религиозного опыта» (The Varieties of Religious Experience)[1] [4]. В этой книге, на которой основана часть моей доказательной базы, он исследует роль трансцендентного опыта, о котором большинство людей имеют лишь отрывочные представления, однако современные исследования показывают, что большинству из нас все же довелось в какой-то степени его испытать — в процессе исцеления от душевных травм и депрессий [5]. Не настаивая на божественной природе такого опыта, Джемс обратился к вопросам неврологии как к субстрату этих общих мистических переживаний. Он пришел к заключению, что, когда мозг находится в состоянии, соответствующем описанной концепции, даже если это состояние основано только на физиологии, преобразование личности возможно: «Психологами доказано, что эти мистические состояния четко выражены и обычно сильно влияют на тех, кто их испытывает» [6].

Джемс считал, что эти состояния сознания, которые он (и мы вслед за ним) называет мистическими и которые поэт Уильям Вордсворт описал как чувство, которое охватывает нас в моменты «экстаза», действительно можно испытать, проникнув в подсознание [7]. «Мистические состояния в действительности не имеют никакой силы именно потому, что они являются мистическими состояниями… они указывают на превосходство идеала, простора, согласия, безопасности и покоя. Они дают нам гипотезы, которые мы можем добровольно игнорировать, но которые, будучи философами, мы не можем опровергнуть» [8]. Эти состояния сознания кратковременны и инертны, но Джемс отметил, что после того, как человек их испытывает, его жизнь наполняют живительные силы, творчество и счастье. Действительно ли многие люди стали более счастливыми, любящими и творческими в результате мимолетно испытанного «божественного» состояния, даже если оно вызвано «простыми» биохимическими процессами? Джемс пришел к выводу, что это именно так.

Новейшие исследования в области неврологии доказали, что во время оргазма женский мозг проявляет активность, которая приводит к ощущению своего рода исчезновения границ личности. Этот мистический опыт, подобный состоянию транса, может быть и не идентичен тому, который исследовал Джемс, но по своему воздействию не сильно от него отличается. Но еще раньше ученые знали, что существует давняя связь между оргазмом и процессом высвобождение опиоидов в мозге. Опиоидные пептиды — группа нейропептидов — вызывают ощущение экстаза, блаженства. В 1930 г. Зигмунд Фрейд в своем трактате «Недовольство культурой» ссылался на то, что Ромен Роллан назвал океаническим чувством. Роллан использовал эти слова для обозначения мистических эмоций религиозного чувства, которые безграничны, как океан. Фрейд называл это стремление инфантильным [9].

Но Фрейд был мужчиной, а современная наука доказала, что, по крайней мере во время оргазма, женское ощущение этого «океанического» чувства совершенно уникально.

Последние исследования, проведенные при помощи метода магнитно-резонансной томографии Яннико Георгиадисом и его командой в 2006 г., показали, что область мозга женщины, отвечающая за подавление и поведенческий контроль, во время оргазма на несколько мгновений перестает работать [10]. Это может ощущаться женщинами как исчезновение границ личности, растворение и опьяняющее и одновременно пугающее чувство потери контроля.

За последние 30 лет многие нейробиологи подтвердили, что в целом с точки зрения биохимии Джемс был прав: изменения в головном мозге во время пребывания в состоянии «божественности» действительно происходят. Огромная польза от подобного состояния, выражающаяся во всеобъемлющем чувстве любви, сострадания, принятия себя и вовлеченности, описана в работах людей, которые культивировали такие состояния сознания; это, например, психолог Дэниел Гоулман, автор книги «Эмоциональный интеллект»[2] (Emotional Intelligence), вышедшей в 1995 г., и далай-лама с его работой, посвященной медитации. Западные исследователи также установили, что медитативные состояния блаженства влекут за собой выброс опиоидов. Как мы с вами убедимся дальше, все женщины по природе своей обладают способностью испытывать множественный оргазм, и мистический безграничный потенциал женской сексуальности, описанный выше, позволяет им часто и совершенно уникальным способом соприкасаться, пусть и всего на несколько мгновений, с «божественной» стороной своей личности (или «не-Я», как сказали бы буддисты), а также испытывать чувство всеобщей взаимосвязи явлений. Обеспечение стимуляции, необходимой для достижения этих состояний, — часть эволюционной функции вагины.

На протяжении многих веков философы говорили о страстном желании человека соединиться с чем-то большим, чем он сам, стимулирующим религиозные и духовные искания. Философ XVII в. Блез Паскаль так охарактеризовал это: «Человек скучает от всего и ищет такого множества занятий потому только, что имеет представление о потерянном им счастье; но, не находя в себе этого счастья, он тщетно ищет его в вещах внешних, ибо счастье это не в нас, не в тварях, а только в одном Боге» [11].

Ученые обнаружили, что эта тяга, стремление заполнить «бездну», вызывается врожденной способностью наших нейронов испытывать и ощущать связь с чем-то, что, по моим субъективным ощущениям, похоже на безграничность. Медитативный опыт далай-ламы, а также исследования Дэниела Гоулмана, Ламы Осера и специалистов Лаборатории им. У. М. Кека заставляют предположить, что, когда человек находится в состоянии медитации, в его мозге активизируются определенные участки. Ученые-нейробиологи из Стэнфорда также обнаружили, что счастье имеет нейробиологическую природу [12]. Как правило, в таком состоянии человек ощущает, помимо прочего, гармонию с самим собой и с Вселенной, и личность словно освобождается от раздражения и сковывавших ее ограничений. Лучшие произведения искусства появлялись на свет после того, как их авторы — музыканты, художники и поэты — пережили такой опыт.

В этой книге я докажу, что существует разновидность этой связи с «Всевышним» и, даже если она, так же как и «океаническое чувство» Роллана, всего лишь неврологическая уловка нашего хитроумного мозга, женщины могут ощущать ее, находясь на пике сексуального удовольствия, а также после этого. Я утверждаю, что это чувство зиждется на любви к себе, самоуважении, внутренней свободе и драйве. Вот почему так важен вопрос, относятся ли к женской сексуальности с любовью и уважением или нет. В такие моменты повышенной сексуальной восприимчивости женщина осознает, что она находится в состоянии совершенства и гармонии с окружающим миром. В этом состоянии сознания внутренний голос женщины, который обычно говорит ей, что она недостаточно хороша, недостаточно красива или недостаточно привлекательна для окружающих, молчит, и она может испытать потрясающее чувство, которое я буду называть, за неимением лучшего термина, универсальной или Божественной женственностью.

Большинство творческих озарений и наиболее значимые произведения искусства возникают после того, как женщина испытала это состояние безграничности. И я уверена в том, что, когда мы научимся идентифицировать и культивировать это самоощущение «Богини», наше отношение к себе и жизнь изменятся к лучшему, потому что саморазрушение, стыд и терпимость к плохому обращению не могут гармонично сочетаться с описанным выше набором позитивных чувств.

Выражаясь менее буквально, внутренняя «Богиня» — это гендерное чувство индивидуальности, которое проявляется, не причиняя вреда, не вызывая тревоги и страха. Это чувство присуще каждой из нас, и женщины обычно интуитивно понимают, когда они его видят или чувствуют. Когда женщина ощущает в себе искру «Богини», ее сексуальное поведение становится более здоровым и полным самоуважения. С точки зрения физиологии вагина служит для активации этой матрицы химических веществ, которые идентифицируются мозгом женщины как «Богиня», то есть как чувство собственного достоинства, любви к себе как к женщине, излучающей универсальную женственность.

Так что если вагина и является «отверстием», то это отверстие для связи с Богом.

Часть 1

Есть ли у вагины сознание?

1. Знакомьтесь, тазовый нерв!

Поэзия, наука, эротика — зачем воображению задумываться о том, какому хозяину оно служит?

— Иан Макьюэн. Солнечная

Весна 2009 года была прекрасна. В эмоциональном и сексуальном плане я была абсолютно счастлива, интеллектуально активна и влюблена. Но этой весной я также постепенно начала понимать, что со мной происходит что-то не то.

Мне было 46. У меня был роман с человеком, который идеально подходил мне по всем статьям. На протяжении двух лет он дарил мне огромное эмоциональное и физическое счастье. У меня никогда не было проблем в сексуальном плане, и в этом отношении все было хорошо. Но понемногу я начала замечать перемены.

Мне всегда удавалось достигать клиторального оргазма, а в 30 лет я также научилась испытывать то, что, вероятно, можно назвать «смешанным», или клиторально-вагинальным, оргазмом, который вывел мои ощущения на новый уровень. После секса я всегда испытывала прилив сил и хорошего настроения. А с годами после занятий любовью и оргазма я начала острее воспринимать красоту окружающего мира, и цвета стали казаться мне ярче. В течение нескольких часов после оргазма я отчетливо ощущала, что все в мире взаимосвязано. У меня поднималось настроение, и я становилась более раскованной и энергичной.

Но со временем я стала чувствовать, что мои ощущения меняются. Я медленно, но неумолимо теряла это волшебное чувство внутри меня. Но не это было самым страшным. К моему удивлению и ужасу, в то время как мой клиторальный оргазм был, как всегда, сильным и ярким, после секса со мной начало происходить нечто необычное.

В один прекрасный день, когда я смотрела на верхушки деревьев за окнами спальни нашего маленького коттеджа в северной части штата, я поняла, что после физического удовлетворения, которое я совершенно точно испытала, я больше не ощущаю привычного прилива энергии, чувства упоения собой и окружающим миром, не испытываю творческого подъема, как это всегда бывало прежде после секса. Я стала замечать, что секс начал все больше смещаться в сторону сугубо физического удовольствия. Он по-прежнему был очень хорош, но я больше не ощущала его эмоциональной насыщенности. Я испытывала физическое желание (как голод и насыщение), но уже не воспринимала его в поэтической плоскости, не ощущала его жизненно важной связи с другими сторонами моей жизни. Я потеряла чувство всеобщей гармонии и взаимосвязанности. Вместо этого мир казался мне разобщенным и не имеющим ко мне отношения, что для меня было совершенно нетипично. Цвета были просто цветами, они уже не становились ярче после занятия любовью. И я задала себе вопрос: что со мной происходит?

Ничего плохого в моей жизни не случалось, мои романтические отношения продолжали оставаться замечательными, но я начала впадать в депрессию, пока в конце концов не оказалась на самом дне отчаяния. Это было похоже на фильм ужасов. Мир все больше и больше терял свои краски, причем не только после занятий любовью, нет. Это происходило каждый день. Внутреннее онемение усиливалось. Я не могла даже представить себе такого! Эмоциональное оцепенение неуклонно прогрессировало. Я чувствовала, что теряю самую суть, то, что делает меня женщиной. И я не могла без страха думать о том, что мне придется пребывать в этом состоянии до конца жизни.

Я перебрала все причины и так и не сумела понять, что могло послужить причиной этой невероятной, болезненной утраты. Однажды глубокой ночью, сидя в одиночестве у холодной железной дровяной печи, обуреваемая этими вопросами и изнемогающая от безнадежности, я решила буквально заключить сделку со Вселенной, как люди делают в моменты глубочайшего кризиса. Собственно говоря, я молилась, предлагая сделку: если Бог (или тот, кто меня слушал, — я была готова пойти за любым, кто ответил бы на мой зов) каким-то чудом исцелит меня, восстановит то, что я утратила, и если я вынесу какой-то урок из этого, то я обязательно напишу об этом, даже если шансы на то, что мой опыт поможет кому-то еще, будут невелики.

С тяжелым сердцем, боясь услышать, что мне ничем нельзя помочь, я отправилась на прием к своему гинекологу, доктору Деборе Коди. Мне очень повезло, поскольку она оказалась одним из немногих врачей, которые специализируются на сигналах женского тела, и, как выяснилось, у меня были проблемы с тазовым нервом.

Доктор Коди — милейшая женщина 40 лет, с мягкими каштановыми волосами, спадающими на плечи. Ее лицо выражает усталость и сострадание. Она специализируется на женских нервных расстройствах тазовой области, и в частности на одном из самых болезненных вариантов (к счастью, это был не мой случай), который называется вульводиния. В силу своей специализации она часто видит женщин, испытывающих глубокие страдания. Это научило ее быть деликатной и сочувствовать чужой боли.

Доктор Коди осмотрела меня, тихим голосом расспросила о симптомах и наконец сообщила мне, что, по ее мнению, я страдаю от онемения из-за ущемления нерва. В тот момент я была чрезвычайно напугана тем, что столько теряю с точки зрения эмоциональной части моей жизни и сексуальности, и очень боялась, что потеряю еще больше. Поэтому доктор пригласила меня в свой личный кабинет.

Там, для того чтобы успокоить меня, она показала мне два «рисунка Неттера» — две прекрасные полноцветные анатомические иллюстрации. Фрэнк Неттер был одаренным худож-ником-иллюстратором, и его рисунки различных частей и органов человеческого тела, ставшие классикой, собирают многие невропатологи, гинекологи и другие специалисты, чтобы в доступной форме объяснять своим пациентам сложные медицинские проблемы.

Первый рисунок изображал, как нервы тазовой области у женщин разветвляются до основания спинного мозга [1]. Другой показывал, как нервные ответвления, которые берут свое начало у клитора и позвоночного нервного узла, элегантно прогибаются дугой к спинному мозгу, в то время как другие, извилисто выгибаясь, берут свое начало у вагины, а также в шейке матки. Ответвления нервов от клитора и вагины переходят в срамной нерв, а нервы, которые начинаются у шейки матки, переходят в тазовый нерв [2]. Как я узнала позже, благодаря этой сложной системе у женщин есть несколько разных зон в области таза, которые могут порождать оргазм, и все они связаны со спинным, а через него и с головным мозгом.

Доктор Коди подозревала, что моя проблема заключалась в ущемлении одной из последних ветвей. Однако она стала уверять меня в том, что благодаря физиологическим особенностям устройства женского организма я никогда не потеряю способности испытывать клиторальный оргазм, как бы плохо ни обстояло дело с ущемлением нерва, которое она у меня подозревала. Немного успокоенная, я вышла из ее кабинета с направлениями на МРТ и на прием к доктору Джеффри Коулу, главному нью-йоркскому специалисту по тазовому нерву.

* * *

Я встретилась с доктором Коулом в Институте реабилитации Кесслера, одним из руководителей которого он является, в городе Оранж, штат Нью-Джерси. Этот спокойный, немного забавный человек со старомодными ободряющими манерами изучил мой первичный рентгеновский снимок, осмотрел меня, а затем выписал мне рецепт на отвратительный черный корсет для позвоночника.

Две недели спустя я снова пришла к доктору Коулу на осмотр. Вокруг цвели азалии — по-прежнему стояла весна, — но я была в почти полуобморочном состоянии, как если бы мчалась в пригород на заднем сиденье раздолбанного такси. Я чувствовала страшный дискомфорт, поскольку на протяжении последних двух недель честно носила выписанный мне корсет. Он стягивал мое тело от бедер до начала грудной клетки, и это заставляло меня сидеть совершенно прямо.

Я очень боялась услышать вердикт доктора Коула, так как знала, что у него уже есть результат моей МРТ. Доктор Коул сообщил мне, что МРТ-исследование выявило у меня дегенеративное заболевание позвоночника в нижней части спины: мои позвонки разрушались. Я очень удивилась, поскольку никогда не испытывала никаких болей или каких-либо проблем со спиной.

Я была просто поражена, когда увидела новый рентгеновский снимок, сделанный во время последнего визита. Ошибиться было невозможно: в поясничном отделе мой позвоночник выглядел как криво сложенная башня из детских кубиков — вдоль центральной оси позвонки частично соприкасались друг с другом, но при этом половина каждого из них висела в воздухе.

После осмотра я оделась и села в кабинете доктора Коула. Вдруг он довольно резко спросил меня: «У вас были ушибы в нижней части спины? Что-нибудь когда-либо могло травмировать вас в этой области»? По его словам, у меня была серьезная травма и я должна была помнить, при каких обстоятельствах она была получена. Я повторила, что на моей памяти никаких травм спины у меня никогда не было. А когда догадалась, что именно он пытается выяснить, то подтвердила, что никто никогда не бил меня.

Однако минут через пять нашего разговора я вспомнила, что однажды действительно получила ушиб. Мне было лет 20 с небольшим, когда в универмаге я случайно оступилась на лестнице и упала на спину. Я чувствовала потрясение, но никаких болевых ощущений не испытывала. Прибывшая скорая отвезла меня в больницу Сент-Винсента, где мне сделали рентген. Никаких повреждений он не показал, и меня отпустили домой.

Доктор Коул записал эту информацию и заказал еще серию снимков, на этот раз — более подробный рентген. Он также провел неприятное исследование, в ходе которого через иглы посылал электрические импульсы в мою нервную систему, чтобы посмотреть, что «оживляется», а что угасло.

Во время третьего осмотра, который также происходил за городом, я вновь оказалась на смотровом столе. Доктор Коул пояснил, что новые рентгеновские снимки показали, в чем заключается моя проблема. По его словам, я родилась с легкой формой расщелины позвоночника, состояния, при котором позвонки никогда не развиваются до конца. Ушиб, который я получила в 20 лет, повредил и без того хрупкие и не до конца сформированные позвонки. Со временем мой позвоночник отошел далеко от эпицентра травмы, которая затем послужила причиной ущемления одного из ответвлений тазового нерва — одной из ветвей, которую доктор Коди показывала мне на рисунке Неттера. Той самой ветви, которая заканчивается в вагинальном канале.

По словам врача, мне невероятно повезло, что до сих пор я не чувствовала никаких симптомов. Учитывая серьезность моей травмы, то, что, несмотря на усиливавшееся чувство онемения, я не испытывала боли, — настоящее счастье. Я не люблю физические упражнения, но со временем, видимо, мои мышцы спины и живота окрепли достаточно для того, чтобы препятствовать проявлению неприятных симптомов. И вот возраст взял свое: тазовый нерв оказался зажат, и передача сигналов от спинного мозга к головному от одного из нескольких ответвлений тазового нерва оказалась заблокирована. Нервные импульсы от этого участка моего тела «угасли». Я задумалась о том, имеет ли это какую-то связь с тем, что я чувствовала — или не чувствовала — после секса, но постеснялась спросить. Между тем врач объяснил, что я должна подумать о возможности прибегнуть к хирургическому вмешательству, для того чтобы соединить разошедшиеся позвонки и тем самым снизить давление на нерв.

Я немного походила перед врачом, чтобы он мог по моей походке определить, не повлияло ли защемление на мои ноги. Затем он измерил мои плечи, чтобы убедиться, что они были на одном уровне. После этого я все же рискнула спросить, просто для того чтобы услышать вторую точку зрения: «Доктор Коди сказала мне, что мой клиторальный оргазм не пострадает, даже если вылечить ущемленное ответвление тазового нерва никогда не удастся». Он согласился с прогнозом доктора Коди. По его мнению, если бы из-за ущемления пострадали нервы, связанные с клитором, то к этому времени я бы уже ощутила эти симптомы. Тот факт, что эта группа нервов не пострадала, был обусловлен особенностями моей физиологии. Доктор Коул объяснил это тем, что «каждая женщина устроена по-своему. У некоторых из них большинство нервных окончаний сосредоточены в области влагалища, у других — в области клитора, у кого-то в области промежности или шейки матки. Это объясняет некоторые различия в женской сексуальной реакции».

От удивления я чуть не упала со смотрового стола. Так вот что объясняет способность женщины достигать вагинального или клиторального оргазма? Особенности строения нервной системы? Не культура, не воспитание, не патриархат, не феминизм и не Фрейд? В женских журналах описывается множество причин, объясняющих различия в типах женских сексуальных реакций: эмоции, «правильные» фантазии, ролевые игры, воспитание, наличие или отсутствие «чувства вины», «освобождение» и навыки любовника. Но я ни разу не встречала, чтобы где-нибудь было написано, что склонность к тому или иному виду оргазма объясняется строением нервной системы. Это нисколько не таинственное и не имеющее никакого отношения к жизненным и культурным ценностям объяснение означало, что тот, кто узнает больше об особенностях нервной системы — своей или партнерши, сможет затем понять, каким образом она работает лучше всего, и выбрать соответствующий подход.

«Вы понимаете, — пробормотала я, не в силах сдержаться и сообразить, что для доктора это, возможно, не имеет такого значения, как для меня, — вы только что ответили на вопрос, о котором последователи Фрейда, феминистки и сексологи спорили на протяжении десятилетий? Все они предполагали, что различия между вагинальным и клиторальным оргазмом обусловлены тем, как женщину воспитали… или тем, какая социальная роль ей отводилась… или тем, могла она свободно исследовать свое тело либо нет… или тем, должна она была подстраиваться под ожидания других во время занятий любовью или не должна. И вы утверждаете, что причина заключается в различиях между тем, как расположены нервные окончания у разных женщин? Что из-за определенного расположения нервных волокон одни женщины больше предрасположены к вагинальному оргазму, а другие — к клиторальному? И то, что некоторые женщины могут явственнее ощущать точку 0, чем другие, — все это просто физиология?»

«Строение нервных сплетений в тазовой области у всех женщин разное, — подтвердил он деликатно, как если бы обращался к человеку, который слегка не в себе. — У каждой женщины оно уникально. Вот почему женская чувственность и женские сексуальные реакции так различаются». (Позже я узнала, что в этом женщины очень сильно отличаются от мужчин, у которых нервные волокна, отвечающие за сексуальные импульсы, связаны со спинным мозгом примерно одинаково.)

Я молчала, пытаясь осмыслить то, что он сказал. У женщин так много умозаключений о самих себе, основанных на том, достигают они оргазма или нет, а если достигают, то как именно. Наши суждения о женской сексуальности, не придающие значения нейронным связям (которые, по сути, и запускают механизм женского оргазма), предполагают, что если женщины испытывают проблемы с оргазмом, то сейчас, в наше эмансипированное время, это, разумеется, их собственная вина: они, должно быть, слишком заторможенные, слишком неумелые или недостаточно раскрепощенные.

Доктор Коул тактично откашлялся, вежливо пытаясь вернуть меня к обсуждению моей собственной проблемы.

* * *

Доктор Коул направил меня к нейрохирургу из Нью-Йоркской университетской клиники Рамешу Бабу. Возможно, в этом было нечто иррациональное, но, придя к нему на прием, я сразу же успокоилась, когда увидела, что доктор Бабу, хорошо одетый обаятельный индус, держит на полке среди книг по неврологии точно такую же небольшую статуэтку Гуаньинь, китайской богини сострадания, какая была у меня дома. Доктор Бабу предложил мне яблоко, а затем сообщил, что мне нужна срочная операция. Он хотел имплантировать в нижнюю часть моей спины 36-сантиметровую металлическую пластину с целым набором металлических соединений, чтобы защитить поврежденные позвонки. И, к счастью, он сумел убедить меня.

Операция состоялась. Через четыре часа, совершенно обессиленная, я проснулась на больничной койке в новом качестве — обладательницы хитроумной металлической пластины, которая скрепляла мои позвонки четырьмя болтами. Вдоль всей спины у меня теперь был шрам, который мой бойфренд, пытаясь меня успокоить, описал как нечто в стиле индастриал-рок-группы Nine Inch Nails («Девятидюймовые гвозди»). Но все эти изменения казались совершенно незначительными по сравнению с обретенной надеждой на то, что теперь ко мне вернутся все краски интеллектуальной и творческой жизни.

Через три месяца мне разрешили снова заниматься любовью. Я чувствовала себя лучше, но не полностью восстановившейся. Я знала, что регенерация нервных волокон может занять много месяцев. И на протяжении полугода прилагала все усилия, чтобы восстановиться, со страхом и любопытством ожидая, что же произойдет (если, конечно, произойдет), когда закончится процесс реабилитации. Смогут ли нервные волокна функционировать как прежде? И что еще более важно — сможет ли полностью восстановиться мой головной мозг?

Испытаю ли я снова прежний эмоциональный подъем, почувствую ли всеобщую гармонию?

Благодаря доктору Бабу и, возможно, тому, кто услышал мой призыв во Вселенной, мои нервные окончания полностью восстановились, хотя никто не мог мне этого гарантировать. Этот конкретный вид ущемления нерва хотя и не был чем-то неслыханным, однако до сих пор оставался не вполне изученным, и я оказалась своего рода подопытным, на примере которого можно было увидеть, как влияют импульсы от нервов тазовой области на женский мозг. И поскольку на эту тему так мало информации, я чувствую, что мой долг перед женщинами изложить на бумаге все то, что произошло дальше.

Как только ко мне полностью вернулась чувствительность в области таза, вслед за ней вернулось и утраченное было состояние сознания. А затем, подобно внутреннему пробуждению, вновь появилась способность испытывать «смешанный» клиторально-вагинальный оргазм, и секс снова наполнился для меня эмоциями.

Сексуальное восстановление стало для меня чем-то вроде того перехода, который описан в книге «Волшебник страны Оз», когда Дороти из черно-белого Канзаса попадает в красочную волшебную страну Оз. Постепенно я снова стала видеть после оргазма, как свет озаряет окружающий меня мир. Я снова начала чувствовать, как после занятий любовью на меня накатывает волна общительности, хочется разговаривать и смеяться. Постепенно я заново открыла для себя чувство глубокого эмоционального единения, посткоитальной творческой эйфории, радости от себя и своего любимого, доверия и легкости, ощущения, что все вокруг прекрасно, — чувство, которое, как я думала, ушло от меня навсегда.

И снова после занятий любовью я начала испытывать чувство глубокой взаимосвязанности всего — всех предметов и явлений — вокруг, чувство, которое поэты и художники эпохи романтизма называли возвышенным. К моей безмерной радости, оно вернулось. Мне было достаточно того, что вспышки этого чувства снова озаряют меня хотя бы время от времени.

Я помню, как лежала в спальне на верхнем этаже нашего дома. Мой друг и я только что занимались любовью. Я выглянула в окно на деревья, шелестевшие молодой листвой, и смотрела, как ветер раскачивал их ветви, вздымая волны. Все это было похоже на энергичный танец, в котором все явления природы что-то выражали.

Колышущиеся травы, качающиеся ветви деревьев, пение птиц, доносящееся из невидимых мест в пятнистой тени… Казалось, все вокруг снова было в полной гармонии друг с другом. И я подумала: оно вернулось!

С этого ощущения начался мой путь к пониманию того, что произошло в моей голове, к познанию женского тела и природы женской сексуальности.

* * *

В последующие два года я узнала намного больше, чем прежде, что, впрочем, было нетрудно, поскольку, как и большинство женщин, о нервах, находящихся в тазовой области, я не знала вообще ничего. Но оказалось, что именно в них, в каком-то смысле, и заключается весь секрет самой женственности и всего, что с ней связано.

Когда в этой книге я употребляю термин вагина, я использую его несколько иначе, чем предполагает техническое определение. В медицинском смысле вагина — просто «преддверие», вход во влагалище, одно из множества не слишком подходящих слов, относящихся к этому объекту. Я использую его (кроме тех случаев, которые оговариваю отдельно) для обозначения того, для чего у нас, странным образом, нет ни одного подходящего слова, то есть для обозначения женского полового органа в целом — от половых губ до клитора, влагалища и входа в шейку матки.

Но даже в таком, более широком смысле этого слова мы по-прежнему склонны воспринимать вагину как нечто ограниченное — как часть тела между ног, которую мы можем увидеть и потрогать (вульва, малые половые губы и клитор), или как часть тела, к которой мы можем прикоснуться, когда исследуем пальцами наше тело изнутри (вагинальный канал).

Тем самым мы совершенно неверно трактуем концепцию вагины, ограничивая ее понимание только этими внешними органами и внутренними оболочками.

Все, что связано с вульвой, клитором, влагалищем, — это только часть тех процессов, которые происходят с нами. Настоящие процессы, которые скрыты под внешними оболочками, намного сложнее. Вульву, клитор и влагалище лучше всего образно представить как поверхность океана, который пронизан резонирующими сетями подводного свечения — сложными и хрупкими, индивидуально расположенными нервными путями. Все эти сети постоянно посылают свои импульсы в спинной и головной мозг, а те, в свою очередь, через другие волокна посылают обратно в те же нервные сети ответные импульсы для получения различных эффектов.

Эта плотная сеть из множества нервных путей пронизывает всю тазовую область, невидимая за внешними кожными покровами вульвы и внутренней слизистой оболочкой влагалища (слизистая оболочка, или слизистая мембрана — еще один неприятный медицинский термин, к которому мы вынуждены прибегать для описания такого прекрасного объекта).

На рисунках Неттера, которые можно найти в Интернете, видно, что ваша разветвленная, невероятно сложная сеть нервных путей связана со спинным мозгом [3]. Они постоянно «оживляются», как говорят неврологи, разными электрическими импульсами — в зависимости от того, что происходит с вашим клитором, вульвой и влагалищем.

И здесь я снова прибегну к метафоре. Представьте себе, что вы нашли на морском берегу клубок водорослей и подняли его. Самая тяжелая часть клубка состоит из водорослей, тесно переплетенных между собой, но некоторые из них свисают отдельными стеблями. Сеть нервных путей имеет схожую форму: она выглядит как запутанный клубок из ста тысяч золотистых нитей, тянущихся вверх. Большинство из них сконцентрировано в области таза, но некоторые нити из этой сети | поднимаются вверх, в спинной и головной мозг. Это наглядно | изображено на рисунке Неттера под номером 3093 [4].

В человеческом организме тазовый нерв разветвляется у крестцовых позвонков под номерами четыре и пять, или S4 и S5, которые относятся к нижнему отделу позвоночника. Оттуда он снова разделяется на три длинных нейронных пути, которые распространяются на всю тазовую область и о которых я уже писала ранее: первый связан с клитором, второй — со стенками влагалища и третий — с шейкой матки. Другая сеть нервных окончаний располагается вдоль промежности и ануса. Среди множества невероятных вещей, связанных с вашим удивительным тазовым нервом и его сложными ответвлениями, самая невероятная заключается в том, что у каждой женщины на Земле они совершенно уникальны — ни одна женщина не похожа на другую.

На рисунках Неттера видно, как сложно устроены нервные сплетения в тазовой области у женщин. Потому-то существует так много разных вариантов расположения нервных путей, влияющих на женскую сексуальность. По сравнению с этим строение нервов в тазовой области у мужчин, включающее сеть нервных путей в виде круга удовольствия вокруг пениса, кажется куда более простым. Такая сложность расположения нервных волокон, завязанных на секс, у женщин обуславливается тем, что у нас есть органы, имеющие как репродуктивные, так и сексуальные функции, такие как шейка матки и матка, которых нет у мужчин.

Нервных волокон, которые идут от женской тазовой области в спинной мозг, гораздо больше, чем нервных волокон, соединяющих со спинным мозгом пенис. Это наглядно изображено на рисунках Неттера под названиями «Иннервация наружных половых органов», «Иннервация женских половых органов» и «Иннервация мужских половых органов» [5]. Очевидно, что у женщин нейронная сеть гораздо более разветвленная, чем у мужчин, и имеет большую протяженность: у женщин есть несколько мест концентрации нервных окончаний, образующих очаги возбуждения, — в верхней части матки, на стенках влагалища, в верхней части прямой кишки, в верхней части мочевого пузыря, у клитора и вдоль промежности. У мужчин таких очагов возбуждения гораздо меньше. (Промежность — это кожный покров между анусом и влагалищем: позвольте мне еще раз подчеркнуть, что здесь, в промежности, берет начало целая сеть нервных волокон, отвечающих за сексуальные ощущения у женщин. И, как с тревогой отметил один врач, который читал этот раздел, именно эти нервы «обычно перерезают во время эпизиотомии при трудностях с родоразрешением». Как я уже писала в своей книге «Заблуждения: Правда, ложь и неожиданное на пути к материнству» (Misconceptions: Truth, Lies and the Unexpected on the Journey to Motherhood), в Америке и Западной Европе ненужные эпизиотомии выполняются в плановом порядке во время нормальных родов, в чем совершенно не было бы необходимости, если бы не острая нехватка времени у больниц и не угроза возможных судебных разбирательств. Поэтому неудивительно, что в Америке и Западной Европе многие женщины жалуются на снижение остроты ощущений во время секса после родов и особенно после проведения эпизиотомии, хотя врачи почти никогда не предупреждают рожениц о том, что во время эпизиотомии нервы, отвечающие за сексуальное удовольствие, будут рассечены [б].

Глядя на изображения нервных сетей на рисунках Неттера и на иллюстрации в этой книге, вы видите, что женщина предназначена для получения удовольствия, и точки, запускающие оргазм от умелых и ритмичных ласк, расположены во многих частях ее тела. Порнографическая модель полового акта — и даже традиционная для нашей культуры модель полового акта, которая ориентирована на быстрый результат, примитивная и направленная на стимуляцию одной или максимум двух эрогенных зон женщины, — просто не подходит для многих женщин или подходит не полностью, так как при этом задействуется далеко не весь огромный потенциал женской нервной системы в той ее части, которая отвечает за сексуальные ощущения.

У некоторых женщин большинство нервных окончаний сосредоточено в области клитора, а в области вагины их не так много. Женщинам такого типа может нравиться долгая стимуляция клитора, а непосредственно от проникновения они не получают особого удовольствия. Другая категория женщин, наоборот, отличается высокой иннервацией влагалища, и им для того, чтобы испытать оргазм, достаточно только проникновения. У третьей категории женщин нервные окончания могут быть сосредоточены в промежности или в области ануса, и такие женщины могут не только любить анальный секс, но и достигать во время него оргазма, в то время как женщин с другим типом расположения нервных окончаний он может не только не возбуждать, но и причинять им боль. Кроме того, у некоторых женщин нервные окончания расположены ближе к поверхности, поэтому они не испытывают проблем с достижением оргазма, а другим женщинам, нервные окончания которых расположены глубже, а также их сексуальным партнерам приходится проявлять терпение и изобретательность, чтобы достичь кульминации.

Культура и воспитание, безусловно, влияют на то, как вы достигаете оргазма и происходит ли это легко или с трудом, но это не основной фактор. Подобные рассуждения вызывают у миллионов женщин ненужное чувство вины и стыда или, наоборот, заставляют их чувствовать себя «извращенками». Вы боитесь показаться вашему сексуальному партнеру навязчивой, потому что вам (в отличие от его бывшей любовницы) действительно нужна «дополнительная» оральная стимуляция? Вы смущаетесь при мысли о том, что во время секса могли бы попросить его о стимуляции обоих отверстий? Бывает ли так, что иногда для достижения кульминации вам требуется больше времени, чем обычно, или испытать полноценный оргазм не удается вовсе? Так вот: эти проблемы никак не связаны с вашей бабушкой, которая следила за тем, чтобы во время сна ваши руки лежали поверх одеяла, или со строгими монахинями в средней школе. Вы отнюдь не менее — а быть может, даже и более — сексуальны, чем его бывшая. Каковы бы ни были ваши сексуальные предпочтения, вы, будучи женщиной со всем разнообразием ее неврологических особенностей, должны знать, что эти предпочтения могут быть обусловлены вашей физиологией.

2. Ваша удивительная вегетативная нервная система

… У меня при этом

Перестало сразу бы сердце биться.

Лишь тебя увижу, уж я не в силах

Вымолвить слово, вымолвить слово.

Но немеет подчас язык,

Под кожей быстро легкий жар пробегает,

Смотрят, ничего не видя, глаза,

В ушах же — звон непрерывный…

Потом жарким я обливаюсь,

Дрожью члены все охвачены,

Зеленее становлюсь травы,

И вот-вот как будто с жизнью прошусь я.

— Из Сафо, пер. В. Вересаева

Сексуальная реакция женщины подразумевает достижение измененного состояния сознания. И это обусловлено нашей невероятно сложно устроенной вегетативной нервной системой, которая контролирует все сокращения гладкой мускулатуры тела и влияет на то, что тело делает, когда выходит из-под контроля сознания. Эта система включает в себя как симпатический, так и парасимпатической отделы. Оба отдела работают вместе, в тандеме. С биологической точки зрения механизм возбуждения женщины тоньше, чем полагает большинство из нас, и в значительной степени он зависит от этой чувствительной, волшебной, медленно успокаивающейся и легко подавляемой системы.

Конечно, оргазму должно предшествовать возбуждение. Для того чтобы нервные окончания, расположенные в тазовой области, могли включиться в работу, свою функцию сначала должна выполнить вегетативная нервная система. Исследователи Синди Местон и Борис Горзалка в 1996 г. обнаружили, что симпатическая нервная система как часть вегетативной нервной системы играет решающую роль в том, будет женщина сильно возбуждена или нет и, более того, сможет ли она в принципе испытать возбуждение [1].

Вегетативная нервная система подготавливает пути для нервных импульсов, которые будут подниматься от влагалища, клитора и половых губ в мозг. Эта удивительная система регулирует реакцию женщины на расслабление и стимуляцию, обусловленные набором поведенческих приемов, которые любовник использует для возбуждения своей партнерши. Вегетативная нервная система имеет дело с реакциями, которые мы не можем сознательно контролировать. Она управляет многими физическими откликами, связанными с возбуждением и оргазмом, включая учащенное дыхание, появление румянца, прилив крови к коже, заполнение пещеристых тел — губчатой ткани влагалища. Эта губчатая ткань наполняется кровью, чтобы в клиторе возникла «эрекция», а прилив крови к стенкам, в свою очередь, обеспечивает выделение вагинальной смазки, увеличение частоты сердечных сокращений, расширение зрачков и т. д.

Мозг влияет на вегетативную нервную систему, а та влияет на вагину, поэтому если вы женщина, то при мысли о любимом вы возбуждаетесь, а ваше влагалище увлажняется. Но вагина также влияет на мозг, который, соответственно, влияет на вегетативную нервную систему. Между ними — постоянная обратная связь. Правильное прикосновение к клитору или вагине посылает сигнал вегетативной нервной системе, чтобы вызвать сложный ряд тонких изменений в теле женщины.

Одного осторожного, умелого и отзывчивого прикосновения достаточно, чтобы дыхание женщины изменилось — стало тяжелым или прерывистым. Оно увеличивает частоту сердечных сокращений и скорость циркуляции крови, из-за чего ее кожа начинает гореть, соски набухают, а все тело становится более чувствительным. Если партнер продолжает осторожно и внимательно стимулировать ее, учащенное сердцебиение женщины ритмично посылает кровь в кровеносные сосуды вагины (эта сложная разветвленная система кровоснабжения распределена по половым губам, вокруг влагалища и глубоко внутри тазовой области) и заставляет ее набухать. Прилив крови распространяется на внутренние и внешние половые губы, что делает оба слоя плоти более чувствительными к удовольствию; наполняет и расширяет клитор, что позволяет передавать чувство удовольствия гораздо более остро, чем в иных случаях, и в конечном итоге помогает увлажнить стенки влагалища с помощью естественной смазки.

Оптимальная активация вегетативной нервной системы возбуждает в женщине желание и позволяет ей испытывать сексуальное удовольствие во всех его измерениях. Но этот процесс можно назвать полноценным, только если стимуляция будет неторопливой и точно ориентированной на реакцию женщины. Этот процесс требует внимания и времени. И, как мы понимаем, состояние расслабления способствует идеальной активации вегетативной нервной системы, а состояние напряженности и негативные эмоции препятствуют ей.

Несмотря на то что наши языковые средства для обозначения женской сексуальной реакции часто неадекватны и скудны, состояние полного растворения или наивысшую форму оргазма у женщины я определила бы как вид оргазма, который погружает ее в максимально глубокий транс, вовлекая в процесс все возможные системы организма, чтобы потом она чувствовала себя предельно удовлетворенной. И все это возможно только тогда, когда вегетативная нервная система оптимально активирована. В нашей культуре все мы знаем об особо чувствительных нервных клетках паховой области, и это как раз то, что приходит на ум, когда мы говорим о «сексе» (хотя наши представления об этом предмете, как мы убедились, слишком поверхностны). Однако полная сексуальная и эмоциональная разрядка у женщин основывается на том, что мы никогда не обсуждаем, — на активации. Идеальный вариант — это активация всей женской вегетативной системы (дыхания, увлажнения и частоты сердцебиения), которая влечет за собой набухание области влагалища, мышечные сокращения и оргазм: когда женщина думает о сексе, под действием внешних раздражителей в ее организме высвобождаются опиоиды, а также гормоны допамин и окситоцин. В нашем обществе большинство людей не привыкли обращать внимание на считывание уровней «активации» женщины. Если отклики вегетативной нервной системы женщины игнорируются, она может заниматься сексом и даже достигать кульминации, но при этом она не обязательно будет чувствовать настоящую разрядку или влюбленность, поскольку в процесс занятия любовью будет вовлечена только часть ее способности реагировать.

Вегетативная нервная система также восприимчива к тому, чувствует ли себя женщина в безопасности или нет. Она посылает сигналы сначала мозгу, а затем телу о том, что угрозы нет, а значит, можно расслабиться, поесть и переварить пищу; или расслабиться и поспать; или расслабиться и заняться любовью. «Реакция релаксации», это мощное явление, на Западе впервые описанное в 1975 г. доктором Гербертом Бенсоном, но хорошо известное во многих восточных культурах, происходит тогда, когда вы расслабляетесь до такой степени, что ваш мозг облегчает благотворную работу вегетативной нервной системы и тем самым способствует эффективности тех процессов в вашем теле, которые не находятся под контролем сознания [2]. В настоящее время существуют уже сотни исследований, подтверждающих, какой огромный положительный эффект реакция релаксации оказывает на тело и ум человека. В частности, она помогает быстрее восстановиться после операций, повышает концентрацию внимания, снижает вероятность сердечных заболеваний.

Ряд новейших исследований показывает, что для женского возбуждения реакция релаксации гораздо более важна, чем предполагалось до сих пор. Как мы знаем, МРТ-исследование доктора Георгиадиса и его группы показало, что, когда женщина приближается к оргазму, центры контроля за поведением в ее мозге дезактивируются [3]. Можно сказать, что на уровне биохимических процессов она становится дикой, как вакханка, — настолько раскованной и невосприимчивой к боли, как будто находится в состоянии измененного сознания. На пике оргазма женщины погружаются в транс гораздо глубже, чем когда-либо еще. В этом состоянии рассудок временно отключается и женщины даже не чувствуют боль так, как чувствовали бы ее в нормальном состоянии.

Именно вегетативная нервная система вводит вас в это состояние. Она позволяет женщине расслабиться, дышать полной грудью, возбудиться, ощутить прилив крови во всех нужных точках организма, получить заряд концентрированной энергии, активированной допамином, и в конечном счете войти — ничем не рискуя — в ту разновидность состояния транса, которую я описала выше. Одновременно она испытывает интенсивные сокращения тазовых мышц, которые принесут ей усталость, и наслаждение от мощного выброса опиоидов и окситоцина, которые дарят ей блаженство и чувство нежности к партнеру.

Но загвоздка в том, что вегетативная нервная система не поддается управлению. Вы не можете сказать ей: «Возбуди меня». Это правило работает для всех процессов, которые ею регулируются: невозможно повлиять на процесс образования грудного молока, и это знают многие молодые матери; нельзя ускорить или замедлить пищеварительный процесс и нельзя ускорить родовую деятельность. К своему разочарованию, многие женщины (и мужчины) убеждались в том, что чем сильнее вы будете стремиться достичь оргазма, тем меньше шансов испытать его.

Для того чтобы войти в трансцендентное состояние, которое женский мозг воспринимает как мощный оргазм, вам

необходимо чувствовать себя в безопасности и в первую очередь — не опасаться «плохого» стресса. Иными словами, вы должны быть уверены в том, что входите в состояние транса в присутствии кого-то, кто при необходимости сумеет защитить вас или по крайней мере не воспользуется вашим состоянием, чтобы причинить вам вред. Очень комфортно входить в состояние транса, если вы находитесь в уютном номере суперсовременного отеля где-нибудь на Карибах, но не стоит забывать, что нашим праматерям приходилось заниматься любовью украдкой в кустарниках саванны. Понятно, что войти в это расслабляющее состояние транса в непосредственной близости от диких животных, лазутчиков из враждебного племени или других источников угрозы было бы слишком опасно, поэтому с точки зрения эволюции пользы от такой возможности не было. Значение этой биологической, обусловленной эволюцией связи между возможностью достичь оргазма и чувством безопасности для женщин трудно переоценить. Только полностью расслабившись, женщина может возбудиться по-настоящему.

В той же степени, в какой чувство собственной значимости и расслабление могут усилить чувственность, «плохой» стресс, напротив, способен серьезно нарушить все процессы, связанные с сексуальной жизнью женщины. Я заинтересовалась тем, какую роль стресс играет в «выполнении» или «невыполнении» вагиной, грудью и маткой своих задач, еще 10 лет назад, когда работала над книгой о родах. Исследования, которые я тогда провела, продемонстрировали, что при расслаблении матка, шейка матки, родовой канал, влагалище и промежность максимально эффективно выполняют свои задачи во время родов и кормления грудью. Клинические испытания показали, что обстановка, сводящая стресс к минимуму, — мягкое освещение, успокаивающая музыка, забота обслуживающего персонала и присутствие членов семьи — на самом деле помогает женскому телу произвести ребенка на свет, а затем выкормить новорожденного. Результаты целого ряда исследований | также подтвердили, что напряженная обстановка в роддоме, когда женщин в процессе родов подключают к капельницам или мониторам, постоянно отслеживающим состояние плода, вызывает у рожениц «плохой» стресс и что сам этот стресс не только психически, но и биологически тормозит схватки и снижает лактацию [4].

За те 10 лет, которые прошли с тех пор, как я впервые выявила наличие связей между мозгом и маткой, а также между мозгом и молочными железами, было проведено еще множество исследований. Стресс способен (и часто именно так и происходит) тормозить схватки, препятствовать продвижению ребенка по родовым путям во влагалище, мешать мышцам расслабиться до того состояния, которое необходимо для того, чтобы младенец вышел наружу, не травмировав промежность матери, и также может препятствовать притоку грудного молока. Айна Мэй Гаскин, известный специалист по альтернативным родам и автор бестселлера «Духовное акушерство» (Spiritual Midwifery), помогла появиться на свет более чем 500 младенцам, причем не только на дому, но даже в палатках в лесу и с очень низким процентом осложнений. Она рекомендует парам во время родов притушить свет, включить музыку, ласкать и целовать женщину, поскольку не раз убеждалась в том, что успокаивающая и даже немного романтическая обстановка способствует активной родовой деятельности и активизации лактации для последующего кормления грудью. «Акушерки могли бы дать пару советов, как целоваться более эффективно, — пишет она. — Расслабленный рот способствует расслаблению женских гениталий, что помогает ребенку легче появиться на свет». Она инструктирует своих акушерок, как научить мужей или партнеров рожениц правильно стимулировать соски женщин так, чтобы это ускорило родовую деятельность: «Наша группа акушерок знала это [о стимуляции сосков у рожениц] и уже активно применяла на практике на протяжении двух или трех лет, прежде чем мы услышали, что медицинское сообщество в ходе научных экспериментов обнаружило: мощный гормон окситоцин, который помогает вызвать схватки, вырабатывается гипофизом при стимуляции груди. Мы использовали это для запуска или ускорения родовой деятельности у женщин. Мы предпочитаем делать это более приятным способом, чем внутривенное введение препаратов через капельницу». Как говорит Мэй Гаскин, для облегчения появления ребенка на свет лучше всего использовать ту же сексуальную энергию, которая использовалась для того, чтобы зачать его [5].

Если вы посмотрите на роды и кормление грудью с точки зрения неврологии и биохимии, то увидите: в утверждении о том, что вагина посылает сигналы, которые отражаются на мыслях и эмоциях, нет ничего странного, поскольку матка во время родов и грудь во время лактации также посылают сигналы, которые отражаются на мыслях и эмоциях.

Когда ребенок проходит через родовые пути, схватки вызывают в мозге матери выработку окситоцина. Этот гормон хорошо известен благодаря той роли, которую он играет во время родов, лактации в послеродовом периоде, а также в формировании связи между матерью и младенцем. Кроме того, он вырабатывается у представителей обоих полов во время оргазма, а также действует как нейромедиатор в мозге, способствуя зарождению и укреплению чувства доверия. Такие гормоны, как окситоцин, могут снизить чувство страха или подавленности, а также стимулировать спаривание, проявление сексуального темперамента и материнских чувств. Во время экспериментов самки крыс под воздействием окситоцина начинали демонстрировать материнские чувства спустя всего 30 минут после введения препарата. При этом под воздействием антагонистов окситоцина эти чувства так же быстро исчезали [6]. А самки степных полевок, в мозг которых искусственно подавали гормон окситоцин, быстро становились готовы к спариванию и так же быстро теряли к нему интерес после того, как гормон блокировался. Примечательно, что некоторые женщины, рожавшие с помощью кесарева сечения, впоследствии с трудом налаживали связь с новорожденным. У этих новоиспеченных матерей не было возможности рожать достаточно долго для того, чтобы «материнская любовь» возникла на биохимическом уровне. Но когда младенец сосет грудь, сосательный рефлекс также вызывает выброс окситоцина в мозге матери. Таким образом, можно сказать, что ребенок биохимически создает у матери чувство привязанности и любви.

Мне довелось самой испытать своего рода «мыслительный процесс» матки. В 2000 г. я писала о том, как во время беременности под влиянием окситоцина стала более мягкой, бесконфликтной и в целом лучше, чем прежде [7]. Иногда моя матка «думала» вместо меня, вопреки моей воле, и регулировала мой обычно независимый и самоуверенный феминистский мозг. Я также испытала задержку в появлении связи мать-дитя, которую провоцирует кесарево сечение в результате нарушения процесса выработки окситоцина, предназначенного для создания этой связи. Мысль о том, что биология может влиять на сознание, не является революционной: давно известно, что матка во время родов и соски во время кормления грудью могут воздействовать на сознание женщины. Так что утверждение о том, что и вагина, в сексуальном плане, может регулировать женское сознание, также не должно удивлять.

Как убедились исследователи, «плохой» стресс крайне негативно влияет на процесс возбуждения у женщины и на саму вагину. Когда женщина испугана или не чувствует себя в безопасности, работа симпатической нервной системы — партнера парасимпатической нервной системы в вегетативной нервной системе — нарушается. Эта система регулирует реакцию «бей или беги»: когда в мозге происходит выработка адреналина и катехоламинов, второстепенные в данный момент процессы, такие как пищеварение или сексуальная реакция, тормозятся, кровообращение ухудшается и вся кровь направляется в сердце, поскольку она необходима организму, чтобы максимально эффективно бороться или бежать. Организму как бы посылается сигнал: «Спасайся!» Опираясь на результаты работы Местон и Горзалки, мы теперь знаем, что недружелюбная окружающая среда — пусть даже проявляющаяся в использовании пренебрежительной лексики в адрес вагины — может заблокировать женскую сексуальную реакцию. (О роли «хорошего» стресса мы поговорим позже.)

Можете не верить мне на слово в том, что в сфере женской сексуальности связь ума и тела играет важнейшую роль. Если у вас есть сексуальный партнер или муж, готовый поэкспериментировать, поставьте простой опыт. Пусть он (или она) скажет, как восхищается вами как женщиной. Затем позвольте ему (или ей) коснуться вашего соска. Посмотрите, как быстро ваши соски возбудятся и начнут искать новых прикосновений вашего любовника. Если он (или она) продолжает говорить о том, как восхищается вами, посмотрите, с какой готовностью откликнется на прикосновение вагина — как говорят мастера тантры, она должна буквально устремиться навстречу и открыться для рук или пениса любовника. (Подобная связь между вербальным признанием и возбуждением характерна и для мужчин: исследования показали, что в конфликтных ситуациях мужская физиология страдает меньше, если женщина произносит слова уважения и признательности.)

Попробуйте позже провести другой эксперимент. Посмотрите, что произойдет, если ваш любовник коснется ваших сосков после того, как он (или она) скажет вам что-то обидное, неуважительное или раздражающее. Маловероятно, что вы сможете терпеть его (или ее) прикосновения, не говоря уже о том, чтобы получать от этого удовольствие. Многие люди не любят прикосновения, когда они злятся. Но женщинам, если они расстроены, возбудиться гораздо сложнее, чем мужчинам.

В такие моменты различия в типах реакций наших тел может очень усложнить связь между мужчиной и женщиной: одно только это различие в женской реакции на разную интонацию при обращении к ней является причиной того, что так много сексуальных отношений между мужчинами и женщинами в долгосрочной перспективе катятся под откос к великому разочарованию обеих сторон. Часто женщина буквально не может выносить интимные прикосновения, если незадолго до этого ее любовник позволил себе неуважительное высказывание или если ему не удалось предварительно умилостивить «Богиню внутри нее», вызвав выброс окситоцина и вазопрессина в ее мозге, чтобы нервная система была готова выполнить свою чудодейственную работу.

Когда роман только начинается, мужчины обычно ведут себя со своими возлюбленными так, что те могут действительно максимально расслабиться, помогая тем самым работе вегетативной нервной системы, а она, в свою очередь, активирует нервные окончания в тазовой области и приводит к выбросу гормонов удовольствия в женском мозге. Однако со временем, когда отношения уже сложились и перешли в спокойную фазу, многие мужчины перестают уделять прелюдии должное внимание: возбуждающие слова, долгие расслабляющие ласки либо становятся редкостью, либо исчезают вовсе. Это большая ошибка, но ничего удивительного в этом нет: секс, подразумевающий долгую прелюдию, требует гораздо больше времени, чем короткий, ориентированный на быстрое достижение финала половой акт. Можно сказать, что первый вариант требует от мужчин гораздо больше «усилий»; адепты тантры, с которыми я разговаривала в ходе своего исследования, сказали бы, что это требует от мужчин гораздо больше «фокусировки». Не случайно в нашей культуре эти предварительные ласки и слова называют прелюдией к реальным действиям — идея как бы заложена в самом слове, — поэтому они рассматриваются как сексуальное «дополнение». Целый набор слов, действий и жестов, без которых женщины не могут обойтись и которые я называю «божественная матрица», принято рассматривать в нашей культуре скорее как приглашение на праздник, а не сам праздник.

Но если вы знаете, какую роль вегетативная нервная система играет в организме женщины, как важны для нее «случайные» прикосновения, возбуждающие слова и комплименты, чувство безопасности и чувство собственной уникальности и значимости, то, конечно, вы понимаете, какая это ошибка. Симпатическая нервная система не передает ощущения как таковые. Она является частью вегетативной нервной системы, которая производит эффект, противоположный реакции «бей или беги». Но она распространяет ответную реакцию женщины на ласки, нежные слова, словом, на все то, о чем я писала и что влияет на возбуждение женщины в целом.

Когда речь заходит о связи между мозгом и телом женщины, о том, что мозг управляет вегетативной нервной системой и, в свою очередь, также управляется ею, становится ясно, что эти жесты, прикосновения, поцелуи и слова — не просто «дополнение». Они совершенно необходимы для активации женской вегетативной нервной системы, и, кроме того, они как бы сигнализируют мозгу женщины о том, что вокруг безопасно и обстановка подходит для секса. Линейная, ориентированная на быстрое достижение оргазма модель секса, широко распространенная сейчас в нашей культуре, приводит к тому, что с течением времени многие женщины начинают испытывать разочарование и чувствовать себя несчастными, даже если достигают оргазма. Поскольку в нашей культуре он рассматривается как «цель» занятия любовью, это может привести к путанице. Преисполненные благими намерениями мужчины, чья модель сексуального поведения полностью соответствует общепринятой, с удивлением замечают, что их жены или подруги со временем становятся раздражительными и неудовлетворенными.

Мужчинам, которые действительно хотят понять своих жен и подруг и сделать их счастливыми, нужно просто учитывать особенности работы женской вегетативной нервной системы и вагины. Им нужно стать более «тантрическими», более чувственными и романтичными в постели, и, что не менее важно, они должны быть более внимательны к тому, чего хочет женщина в данный момент. Нужно полностью выкинуть из головы все навыки и привычки, обретенные во время прежних отношений, и начать учиться заново, с самого начала, изучая индивидуальные реакции партнерши и следуя им. Таким мужчинам придется быть гораздо более изобретательными, творческими и внимательными в постели, чем предписывает обычная гетеросексуальная модель. Иными словами, любовник мужского пола должен быть гораздо более терпеливым и ласковым и не стремиться быстрее достичь финала (даже если это именно то, чего ему хотелось бы после долгого рабочего дня). Он должен проявлять больше интереса к душевному состоянию женщины, к тому, насколько она напряжена или расслаблена. Он должен быть увлечен кожей ее тела, тем, как он дышит у ее уха, смотрит ей в глаза, как прикасается к ней, как целует ее — нежно или страстно. Он должен проявлять гораздо больше внимания к тому, чтобы дать женщине так нужную ей ласку. Ведь обычно женщины лишены всего этого, если на повестке дня у мужчины — максимально быстрый оргазм. Мужчина должен чувственно и умело стимулировать именно те зоны и их сочетания, которые приносят удовольствие именно этой женщине — клитор, вагину, точку в, половые губы, промежность, прямую кишку или шейку матки. Он должен быть очень внимателен к тому, какой стиль занятия любовью она предпочитает в данный момент — нежный и плавный, жесткий и мощный или же их различные комбинации, поскольку в разные дни цикла или в зависимости от ее настроения, которое влияет на ее тело, ее желания могут существенно различаться. Он должен понимать разницу между «плохим» и «хорошим» стрессом. И конечно, проникновение может быть частью цепочки удовольствий, но кроме него в этой цепочке должно быть еще много-много всего…

* * *

Как именно функционирует ваша нервная сеть во время секса? Если вы найдете рисунок вегетативной нервной системы Неттера, там видно, как гениталии соединяются с нижней частью спинного мозга, который, в свою очередь, соединяется с головным мозгом [8].

Крупным планом изображены спинной мозг и нервные корешки, которые передают импульсы спинного мозга во влагалище и наоборот. Эта цепочка импульсов оканчивается в головном мозге женщины. Все нервные окончания посылают сигналы от клитора, вагины, шейки матки и так далее в спинной мозг, а затем они достигают гипоталамуса и ствола головного мозга. Гипофиз находится под мозгом, а гипоталамус — прямо над ним. Гипофиз называется главной железой внутренней секреции, поскольку он регулирует выработку всех гормонов в мозге и теле и, в частности, окситоцина — этой химической «фабрики любви», на которой создается чувство привязанности, доверия, стремление создать пару. Гипофиз — это место, где происходят все эмоциональные реакции. Здесь также регулируется допаминовая система, от которой зависит степень возбуждения, а другая часть допаминовой системы, расположенная в среднем мозге, заставляет вас фокусироваться и проявлять заинтересованность до и во время секса. Допамин связан с возбуждением и желанием. Окситоцин и другие отвечающие за эмоции гормоны, которые заставляют вас считать дурные привычки вашего любовника милыми, обрабатываются в гипоталамусе. Как и пролактин, который заставляет вас наконец встать с постели, чтобы закинуть в машинку стирку или заняться какими-то еще делами. Таким образом, можно сказать, что во время занятий любовью вагина посылает в мозг сигналы, которые управляют сознанием.

Этот клубок живых нитей, тесно переплетенных и идущих от спинного мозга к головному, в котором содержится масса химических веществ, вызывает высвобождение опиоидов и окситоцина после оргазма и, как мы вскоре убедимся, заставляет нас жаждать кого-то, когда мы влюбляемся. Из-за него женщины впадают и в это необузданное, дикое состояние транса во время кульминации, когда задействуются разные части мозга.

Несмотря на свою хрупкость, эта разветвленная сеть, берущая начало внутри наших клиторов, вульв и влагалищ, обладает невероятной мощью. Именно она отвечает за возникновение чувства удовольствия от оргазма, которое посылает в наш мозг сообщения, помогающие регулировать наш менструальный цикл и гормональный фон. Эти сообщения также могут сделать нас более или менее готовыми к зачатию, успокоить нас, когда мы чувствуем запах нашего партнера, или заставить влагалище вырабатывать смазку, когда нам говорят комплименты. Кроме того, головной мозг также посылает сигналы в клитор, вульву и влагалище, определяя момент, когда нужно выработать смазку, организовать приток крови к органам, испытать оргазм и почувствовать эмоциональную привязанность. Эта сеть так влияет на все системы наших организмов, что если мы не получаем достаточно внимания к себе во время секса с партнером (или не уделяем себе достаточно сексуального внимания, если у нас нет пары), то сигналы об этом, передаваемые через спинной мозг в головной, и соответствующие гормональные реакции в мозге могут спровоцировать у нас депрессию или вызвать заболевание сердца. Эта сеть постоянно передает настроение, ощущения и эмоции в наш мозг и обратно — к кожным покровам и внутренним слизистым оболочкам. Это не сама вагина, а та сеть, которая находится внутри, позволяет нам испытывать большинство из тех ощущений, что мы чувствуем. Это из-за нее женщины по-разному реагируют на прикосновения и ласки, и это она приводит к изменениям в женском сознании, когда меняются передаваемые сигналы, — а эта изменчивость обусловлена тем, что женское сексуальное желание носит циклический характер. Если бы у женственности существовало какое-то определенное местонахождение, я бы сказала, что она сосредоточена там, в этой внутренней электрической сети, тянущейся от паховой области к мозгу.

Знание о ней, а также другие данные, которые мы рассмотрим дальше, объясняют, почему наши представления о женской сексуальности так часто далеки от истины. После того как в 1966 г. Мастерс и Джонсон выпустили свою книгу «Сексуальные реакции человека» (Human Sexual Response), написанную на основе исследования мужчин и женщин, которые испытывали оргазм в лабораторных условиях, наша культура приняла единую модель сексуальной реакции человека. Мастерс и Джонсон описали ее как возбуждение, плато, оргазм и расслабление, и, по их мнению, она практически одинакова как у женщин, так и у мужчин [9]. Исследуя роль вагины они пришли к заключению, что «вагинальная (настоящая или притворная) реакция на сексуальные стимулы развивается в рамках базовой модели», вне зависимости от происхождения этих стимулов. Это представление современная наука считает слишком упрощенным. Но даже сегодня в нашей культуре принято считать мужскую и женскую сексуальные реакции схожими, хотя и признается, что в сравнении с мужчинами некоторые женщины испытывают больше оргазмов и нуждаются в более коротком «рефрактерном периоде» — времени, которое необходимо для отдыха. Эта «единая модель» сексуальности даже рассматривается как «освобождающая», поскольку она ставит женские сексуальные потребности наравне с мужскими. Эта модель соответствует идеям второй волны феминизма и полностью отвечает «удобной» идее сексуальной революции, утверждающей, что женщины, как минимум в плане секса, «точно такие же, как мужчины».

Модель, описанная Мастерсом и Джонсон, ставится под сомнение сразу по нескольким направлениям как слишком упрощенная по отношению к женскому полу. Новейшие научные данные, полученные такими исследователями, как доктор медицинских наук Розмари Бассон из Университета Британской Колумбии, Ирва Биник из Университета Макгилла в Монреале и Барри Комисарук из Университета Рутгерса в Нью-Джерси, подтверждают, что у женщин существует множество разных типов сексуальных реакций, так что базовая модель далека от реальности [10]. Говоря конкретнее, с точки зрения современной науки женский тип сексуальности хотя и имеет некоторое поверхностное сходство с мужским, но задействует дополнительные уровни опыта и ощущений [И]. Женская сексуальность очень далека от какого-то единого усредненного варианта, который традиционно воспринимается, часто с мужской точки зрения, как «просто секс». Ученые пришли к выводу, что вагина и мозг не могут быть объективно рассмотрены по отдельности: Бассон обнаружила, что субъективное ощущение женского возбуждения нужно оценивать не только в теле, но и в мозге, а Комисарук и его группа пришли к заключению, что в мозге женщины кроются причины нарушений, связанных с возбуждением и оргазмом [12].

В конце концов предпринятое мною исследование привело меня к выводу, что ради нашего мнимого «освобождения» мы, за исключением нескольких целителей, учителей и практиков, ограничиваем себя рамками сексуальных идеологий, которые крайне далеки от реального освобождения и на самом деле являются новыми, более «продвинутыми» способами все того же старого порабощения и контроля. Иначе говоря, мы всячески игнорируем настоящую роль и возможности вагины. Я поняла, что сейчас на Западе вагина отнюдь не так свободна, как мы привыкли думать. И тому есть две причины: серьезное недопонимание ее роли, а также пренебрежительное отноше-

3. Уверенность в себе, творческий полет и взаимосвязанность явлений

Сестра даже не взяла акварели — они озадачили ее, — взглянула несколько раз — вечные сомнения — Мужчина на лошади ей понравился… Я возьму это завтра в школу — показать людям, которые не видят боли, но я все равно сделаю это — Потому что во мне больше животного начала, чем разума, — и я хочу быть рядом с тобой, чтобы сказать тебе, как я люблю это — Нет — это отнюдь не животное — это соприкосновение — Прикосновение Бога или дьявола — не знаю, кого именно —…

— Джорджия О’Кифф. Из письма Альфреду Стиглицу

Примерно в то же время, когда я решала свои проблемы со здоровьем, я вернулась в аспирантуру, чтобы получить научную степень за работу по женской литературе времен королевы Виктории и короля Эдуарда.

Готовясь к защите, я обратила внимание на то, что многие женские произведения, созданные в 1850-1920-е гг., описывают ряд аспектов женских сексуальных переживаний, которые наводят на мысль о связи между сексуальным пробуждением и творческим расцветом. Эти авторы, работавшие в период до сексуальной революции и второй волны феминизма, такие как британская лирическая поэтесса викторианской эпохи Кристина Россетти, американская новеллистка конца XIX в. Кейт Шопен и писательница Анаис Нин, в 1920-1930-е гг. жившая и работавшая во Франции, — все они характеризовали женское сексуальное влечение как могучую силу, которая подавляет волю и самообладание. Они были склонны связывать сексуальное самопознание женщины с пробуждением ее творческого начала и личностным ростом. В отличие от женщин — писателей и художников эпохи «после 1960-х», они не изображали женскую сексуальность как нечто, связанное «просто» с получением физического удовольствия.

Я обнаружила и еще одну удивительную вещь: несмотря на распространенное среди женоненавистников мнение, будто женщины блестящего ума не могут быть сексуальными (образ бесполых, заумных «синих чулок» возник чуть ли не во времена Средневековья), а у сексуальных женщин, наоборот, нет мозгов, биографии творческих людей доказывают обратное. Женщины-писатели, революционерки и художницы достигали пика своего интеллектуального и творческого расцвета после освобождающей сексуальной связи или романа (или же открытий, сделанных в результате сексуального самоисследования, если у этой женщины не было пары). И, если судить по их частным письмам, именно самые творческие и интеллектуально и психологически раскрепощенные женщины своего времени — от Кристины Россетти до Джордж Элиот, Эдит Уортон, Эммы Гольдман и Джорджии О’Кифф — были, по-видимому, невероятно сексуальными и страстными.

Джордж Элиот в романе «Мельница на Флоссе» (1860) описывала, как ее героиню Мэгги Тулливер «обуревает безграничное желание» [1]. По мнению написавшей комментарии к этой книге романистки А. Байэт, Элиот сама «опасалась того, что из-за своей страстной натуры могла становиться совершенно демонически необузданной». В письме к друзьям Элиот писала о своем страхе перед поглощавшим ее чувственным желанием: «Прошлой ночью у меня было ужасное видение, как я становлюсь земной, чувственной, демонической…» [2].

Поэтесса Кристина Россетти изысканно описала муки женских чувственных искушений в поэме «Базар гоблинов» (1859): «Миг — и девушка забылась./Стыд, смущение — долой!/Тело колотилось, билось,/Будто в лихорадке злой./Волосы лицо накрыли,/Точно всполохи огня,/Птичьи встрепанные крылья,/Грива дикого коня». Героиня поэмы Лиззи, которая добыла сок гоблинов, чтобы спасти сестру, кричит: «Что ты медлишь?../Обними же! Я /тебе добыла сок!/И подставила ей щеки:/На, целуй! И не жалей!../Крепче!.. Брось стесненье это./Ешь меня, а хочешь — пей!»[3] [3].

В 1915 г. молодая художница Джорджия О’Кифф писала своему возлюбленному Артуру Макмахону: «Это кажется таким странным — не отдаться, когда я хочу. В любви приятно отдавать…» А фотографу Полу Стрэнду, роман с которым совпал с периодом ее резкого творческого взлета, она написала, сравнив возбуждение от создания новой картины с волнением, которое возникает при мысли о поцелуях с мужчиной: «Работа — да, я люблю ее — и я люблю тебя. Я хотела обнять тебя и крепко поцеловать… Это так забавно, что я даже не прикасалась к тебе, хотя безумно этого хотела. Но теперь говорю тебе об этом… Давай проведем несколько ночей на Драйв — хочешь?» Ее биограф отмечает, что она закончила это письмо «провокационно», упомянув Риверсайд-драйв, куда влюбленные парочки отправлялись по вечерам [4].

Совершенно очевидно, что у многих представительниц творческих профессий сексуальное пробуждение и резкий творческий рост происходят одновременно, причем создается впечатление, что, сливаясь, они помогают выйти на новый уровень мастерства, когда возникает способность глубже проникать в суть вещей и наполнять произведения более мощной энергией, чем прежде, в предыдущих работах. Если отследить эти моменты творческого взлета, то наверняка подтвердится моя растущая убежденность в том, что для женщин вагина составляет неотъемлемую часть, самую суть их личности и пробуждение чувственности может счастливо объединить творческое и сексуальное начала.

Женщины-писатели часто описывают такие моменты сексуального пробуждения как состояние, когда словно туман рассеивается и они обретают способность острее чувствовать в себе женское начало. В своих личных письмах они часто описывают поразительные, опьяняющие открытия самих себя, которые испытали благодаря сексу, ставшему катализатором этого процесса. Как писала юная Ханна Арендт своему возлюбленному Эрнсту Блачеру, когда начался их роман: «Я наконец узнала, что такое счастье… Мне все еще кажется невероятным, что я сумела и испытать большую любовь, и достичь чувства гармонии с самой собой. Причем одно стало возможно только после обретения другого» [5]. Для молодой женщины, которая раньше не уделяла столько внимания физиологии, эти отношения были описаны как очень интеллектуально-насыщенные и одновременно очень эротические.

И, несмотря на то что героиням произведений часто приходится страдать за свою страсть, они нисколько не сожалеют о том, что испытали сексуальное пробуждение. В романе Кейт Шопен «Пробуждение», написанном в 1899 г., Эдна Понтелье размышляет о том, что «среди одолевавших ее противоречивых чувств не было ни стыда, ни раскаяния» [6].

Письма и особенно романы Эдит Уортон зародили во мне желание продолжить исследования в этом направлении. Большую часть своей сознательной жизни Уортон была замужем за ничем не примечательным представителем высшего класса Тедди Уортоном, человеком, которому она совершенно не подходила. По ее собственному мнению, а также по мнению других, сексуальной жизни у них почти не было. Но в 1908 г. она испытала ошеломительное сексуальное пробуждение, когда у нее завязался роман с красивым, соблазнительным бисексуалом и скандальным журналистом Мортоном Фуллертоном. В ее письмах к нему, впервые опубликованных в 1980-е гг., она пишет об этом сексуальном пробуждении как об угрозе растворения самой себя и потери самоконтроля. Переходя на французский — язык, к которому она прибегает для описания чувственных переживаний, — она признается, что от его прикосновений «теряет волю»: «je n’aisplus de volonte»[7]. О сексе с Фуллертоном она говорит как о «наркотике» — метафора, часто встречающаяся в произведениях и других женщин-писа-телей того времени. (Эдна Понтелье в «Пробуждении» также описывает прикосновения своего возлюбленного Роберта как «наркотик». Но после второй волны феминизма 1970-х гг. эта метафора почти выйдет из употребления, поскольку признаваться в такой зависимости от мужчины станет не политкорректным [8]).

В одном из писем Уортон описывает разговор с Фуллертоном, в котором она рассказала ему, как он сам и испытываемый с ним оргазм влияют на нее. Он ответил, что после этого сексуального опыта она станет писать лучше. Как оказалось, Фуллертон был прав: Эдит Уортон действительно создала свои лучшие произведения после того, как испытала сексуальное пробуждение. Интересно, что в романе «Обитель радости», опубликованном в 1905 г., она не использует никаких языковых средств для описания физической страсти в отношении своих героинь, поэтому их привязанности и мотивы поведения кажутся не вполне обоснованными [9]. Хорошо передано подавление страсти, но не ее реализация. Однако романы «Лето» (1917) и «Эпоха невинности» (1920) полны описаний различных проявлений женской сексуальной страсти.

После 1908–1910 гг. проза Уортон становится более богатой и «осязаемой», ее наполняет мир чувств и удовольствий, равно как и трагическое, что в то время было неизбежно, стремление женщины к настоящей жизни, к экстазу, к тому, чтобы любить — любой ценой. Тема женщины, которая изменилась и пробудилась в результате познания собственной сексуальности и не жалеет о последствиях, хотя и вынуждена страдать, присутствует почти во всех произведениях Уортон после 1908–1910 гг.

Я внимательно изучила биографии этих и других великих женщин — художниц, писательниц и революционерок XVIII, XIX вв. и первой половины XX в.: Мэри Уолстонкрафт, Шарлотты Бронте, Элизабет Браунинг, Жорж Санд, Кристины Россетти, Джордж Элиот, Джорджии О’Кифф, Эдит Уортон, Эммы Голь-дман, Гертруды Стайн — всех тех женщин, чья жизнь, письма и тот выбор, который они сделали, даже если он был связан с риском и потребовал от них значительных жертв, доказывают пылкость и страстность их натур [10].

В жизни этих женщин можно наблюдать все ту же схему: прилив творческой активности и полная самореализация, похоже, следуют за периодом расцвета их сексуальности. Глядя на хронологическую последовательность событий в биографиях этих писательниц, художниц и революционерок, можно заметить эти перемены: их палитра внезапно расширяется и взгляду словно открываются другие миры.

Джордж Элиот, после того как у нее возникла связь с Джорджем Льюисом, написала свое первое серьезное художественное произведение — «Сцены из жизни духовенства» (1857). Вскоре после того, как у Джорджии О’Кифф начались бурные эротические отношения с фотографом Альфредом Стиглицем, она стала проводить смелые эксперименты с формой и цветом, когда рисовала свои знаменитые цветы. Эти эксперименты для своего времени были поистине революционными. В 1917 г. О’Кифф писала Стиглицу, объединяя творческий и любовный экстаз: «Мне кажется, что мне нужно многое сделать — многое — и одну вещь нарисовать — Это трепещущий флаг, который я вижу — Темно-красный флаг — рвущийся на ветру, как мои губы, когда я собираюсь заплакать — […] Они тоже имеют четкую, ярко выраженную линию — ряд зубов — под губами —».

«Спокойной ночи — Моя грудь очень болит, и я устала — не могу ни спать, ни есть от волнения здесь, внизу — и боль — и удивление — и понимание —»[11].

Эмма Гольдман резко усилила радикальную критику существующих социальных норм после начала ее страстного романа с Беном Рейтманом в 1908 г. Протестная деятельность Эммы в конце концов привела к ее аресту. А Рейтман не просто стал любовником Гольдман, но и предоставлял ей свой «зал бродяг» для лекций, когда она не могла найти другой площадки для выступлений.

Когда Гертруда Стайн встретилась и стала жить с Алисой Токлас, с которой ей по-новому открылся ее внутренний мир

женщины, любящей женщину, ее работы с точки зрения экс-периментальности и чувственности вышли на новый уровень.

Даже современные женщины-писатели иногда демонстрируют эту связь: в интервью с Исабель Альенде, которое репортер Мелисса Блок взяла для Национального общественного радио 6 ноября 2006 г., она спрашивает писательницу о том, как ей удалось так ярко передать характер испанки XVII в. Инес Суарес, героини романа «Инес моей души». «Первое предложение буквально выскочило из моего чрева, — ответила Альенде, возможно, конечно, с целью поразить собеседницу. — Не буду говорить, что оно выскочило из головы, нет — именно из чрева. Это было так: “Я, Инес Суарес, жительница города Сантьяго де Эстремадура, что в королевстве Чили”. Вот так я чувствовала. Я чувствовала, что я — это она и что эта история может быть рассказана только ее голосом».

В биографиях, которые я читала, любовник — это часто вдохновитель, своего рода муза; персонаж, в качестве партнера пусть и не всегда положительный, часто это был человек, уважающий творчество или революционный интеллект и смешивающий это с эротикой. Создается впечатление, что для очень многих великих женщин — художниц, писательниц и революционерок сексуальное пробуждение было сопряжено с риском в других областях — социальной и профессиональной — и с другими видами пробуждения: в сфере мастерства самовыражения и творчества.

Неудивительно, что у меня возник вопрос: возможно, существует какая-то связь, которой мы не замечаем, между свободой, творчеством и пробуждением пылкого темперамента у женщин?

Я задумалась о том, что, возможно, тут кроется нечто большее?

ТОНЕНЬКАЯ КИСТОЧКА ДЛЯ КРЫСИНОГО УДОВОЛЬСТВИЯ

Перенеся операцию на позвоночнике и вновь обретя чувство радости, яркие краски, уверенность, творческие силы и ощущение взаимосвязанности всего в мире, я не могла не задуматься о том, что нарушения в моем сознании, от которых я страдала до операции, должны были быть вызваны причиной физического характера, так как они явно были связаны с травмой и восстановлением нервов тазовой области. Что со мной произошло? И что все это значило? Было это связано исключительно с особенностями моего организма или же нечто похожее может произойти с любой женщиной?

Спустя четыре месяца после того, как я в целом восстановилась после операции на позвоночнике, меня пригласили выступить перед группой молодых женщин в университете. Чтобы не раскрывать имен и названий, скажу лишь, что это был государственный университет в маленьком городке в Канаде. Студентки, многие из которых изучали биологию и неврологию, решили провести конференцию. Они хотели поговорить о проблемах, с которыми они, женщины, могут столкнуться, когда покинут учебную среду и окажутся в «реальном мире».

Был прекрасный теплый день, когда мы собрались поговорить в гостиной старого фермерского дома. Там были глубокие мягкие диваны, покрытые алой тканью, выцветшие малиновые ковры и корзины с композициями сухих цветов возле массивных каминов. Сквозь окна по комнате разливались медовые солнечные лучи. Нашим взорам открывалась лежащая перед нами темно-зеленая долина реки, за ней — синие вершины холмов.

После разговора о проектах и планах на будущее мы решили все вместе пойти на прогулку, подышать свежим теплым воздухом. Одна из девушек, которая хорошо знала эти места, повела нас коровьими тропами через живые изгороди, затем по грязным изгибам грунтовой дороги, и наконец мы поднялись на холм. Когда мы достигли вершины холма, мне показалось, что мы оказались в другой экосистеме. Умиротворение и благодать будто испарились. Со всех сторон нас окружали дикие серо-зеленые поля, дул пронизывающий ветер. Вот тогда я и решила рассказать студенткам о мучающей меня загадке.

«Я думаю, что, возможно, между вагиной и мозгом существует связь, значение которой большинство из нас не до конца понимают. И мне также кажется, что может существовать некая взаимозависимость между женским оргазмом, уверенностью в себе и творческой реализацией. Также может быть связь между вагиной — и оргазмом — и способностью видеть всеобщую взаимосвязь».

Некоторое время девушки молчали. Затем одна из них, молодая женщина-историк, заговорила. «По мне, так это абсолютно верно, — сказала она убежденно. — Когда у меня бывает действительно хороший секс, но я имею в виду на самом деле хороший секс, — уточнила она, и все засмеялись, вполне понимая разницу, — то у меня возникает чувство, будто я все могу. Я чувствую себя прекрасно. Моя уверенность в себе взлетает до небес. Но так бывает не всегда. Однако когда бывает, то это отражается и на моей работе: я вижу вещи, которых не видела прежде, и замечаю связи, которые прежде упускала из виду. Я действительно чувствую, что мое мировосприятие меняется».

Еще одна девушка, политолог, согласилась: «Это заставляет меня чувствовать себя несокрушимой. Это заставляет меня чувствовать себя так, будто я бегу марафон. Я становлюсь полностью довольна собой».

Затем мы все снова погрузились в молчание, осмысливая сказанное.

«Раньше я работала в лаборатории, где в мои обязанности входило доставлять самкам крыс сексуальное удовольствие», — сказала одна молодая женщина-ученый. Ее лицо озарилось озорной улыбкой. «Что?!» — воскликнули мы хором. «Это правда! — она рассмеялась. — У меня была тоненькая кисточка, — она сделала движение пальцами, как будто нарисовала в воздухе маленькую точку. — Но это была всего лишь часть моей работы». — «Я даже не знала, что самки крыс могут испытывать сексуальное удовольствие», — удивилась я собственному невежеству. «У всех женских особей млекопитающих есть клитор, — пояснила она спокойным тоном ученого, для которого это был любопытный, но строго научный факт. — Они все имеют клитор», — повторила она.

В это время корова наклонила голову и вопросительно посмотрела на существо, стоящее справа от нее. (В самом деле, я должна была знать, что у двух третей млекопитающих клитор находится на передней стенке влагалища, как у человека точка в, но в то время я и понятия не имела о том, что у млекопитающих вообще есть клитор.)

Это был знаменательный момент. Туман начало относить к округлым холмам, которые простирались довольно далеко от нас. Чувствовались порывы ветра. Женщины тихо разговаривали об оргазме, способности проникнуть в суть вещей и энергии. Я была поражена тем, что не знала прежде этого очевидного факта, хотя должна была бы знать. Все самки в процессе эволюции были устроены таким образом, чтобы иметь возможность испытывать сексуальное удовольствие.

«Самки крыс, когда хотят заняться сексом, делают вот так», — она подняла руки так, что они стали похожи на маленькие лапки, и выгнула спину. Мы дружно рассмеялись. Как я узнала позже, это телодвижение называют «лордоз». Она стала дальше рассказывать о лаборатории и результатах ее исследований, и мне захотелось узнать об этом побольше.

Мы еще некоторое время поговорили, но ветер все крепчал, и пора было идти обратно. Мы вернулись к камину, домашнему уюту и горячему чаю, хотя было немного жаль отпускать это неописуемое мгновение — когда у ветра, травы и животных, казалось, находишь частичку того, что мы так стремимся познать в самих себе, когда узнаешь, что мы, и наше особенное женское удовольствие, прочно занимаем свое место в естественном порядке вещей. Я сожалела о том, что это мгновение пролетело, но меня поддерживало любопытство девушек и их желание узнать, является ли то, что вдохновляет их на интеллектуальный труд, частью другого вида вдохновения — физического.

СЦЕНИЧЕСКИЙ ОРГАЗМ

На протяжении следующих нескольких месяцев другие женщины с самым разным жизненным опытом подтвердили мне, что они тоже ощущают связь между сексуальной удовлетворенностью и степенью уверенности в себе, а также творческой самореализацией.

Однажды я присутствовала на шумной многолюдной вечеринке по случаю одной премьеры в Нью-Йорке, где меня окружали кинематографисты и театралы. Шум был оглушительным. В переполненном баре я заговорила со статной женщиной лет 40 на вид, которая ждала своего напитка рядом со мной. Она была ослепительно элегантна: алая помада, жемчуга и черное коктейльное платье, словно пришедшее из эпохи флапперов[4]. Моя соседка рассказала мне, что она актриса и сыграла одну из ролей в фильме, который мы только что посмотрели, а затем, в свою очередь, спросила меня, чем я занимаюсь. Я ответила ей, что я писатель и сейчас работаю над своей следующей книгой. Она спросила, о чем будет книга. «Это книга о вагине», — ответила я. Она улыбнулась. Ее зрачки расширились.

К тому моменту мне уже не раз доводилось наблюдать, как меняется выражение лица собеседника, когда в ответ на свой вопрос он слышит от меня слово «вагина». Некоторые, как мужчины, так и женщины, сразу улыбаются: это красивые, чистосердечные улыбки. Лица других выражают испуг и отвращение, как будто внезапно посреди разговора я достала из своей сумочки сырую рыбу и положила ее перед ними на стол или предложила подключить ее к разговору. Третьи — как правило, это мужчины — начинают хохотать, грубо и насмешливо, зачастую маскируя этим смущение.

Судя по мечтательной улыбке актрисы, я могла продолжать. «На данном этапе, — призналась я, — я пытаюсь выявить возможную связь между женским оргазмом и творческой самореализацией».

Актриса немного побледнела и бросила на меня нерешительный взгляд. «Не могу поверить, что слышу это, — наконец произнесла она. — Я хочу кое-что вам рассказать. То, что я не рассказывала никогда и никому, — она сделала глубокий вдох. — Я — актриса метода».

Я знала, что актеры метода используют технику визуализации, чтобы действовать «изнутри», иными словами, они вызывают в сознании образ того, чью роль они играют, чтобы испытать и выразить характер изнутри, вместо того чтобы пытаться «играть» этого персонажа.

«Когда я начинаю репетировать роль и вникать в характер, ощущения во время оргазмов у меня меняются. Они становятся более, более…» — она жестикулировала, держа в руке бокал, словно обращаясь к воображаемому космосу, не в силах подобрать слова. «Трансцедентными?» — спросила я. «Именно так. Спросите моего друга. А потом, — она оглянулась, чтобы убедиться, что никто нас не слушает, — я считаю, что, будучи в образе, играя, я нахожусь на пике своей чувственности». Она оглянулась еще раз, но продолжила, желая, кажется, передать свои ощущения как можно точнее: «У меня был оргазм, когда я была на сцене. Просто от того, что мои творческие способности были на небывалой высоте».

Я стиснула в руке бокал. Таким образом, не только оргазм может повышать творческие способности женщин, но и творческие способности, возможно, могут усиливать оргазм!

«В самом деле?!» — воскликнула я. «В самом деле», — подтвердила она. «Невероятно! Как вы думаете, это когда-либо доводилось испытать кому-то еще?» — «Я знаю, что да. Это происходит, я уверена, с другими женщинами творческих профессий. Например, я знаю женщин, которые испытывали оргазм во время рисования. И я знаю, что эти две составляющие подпитывают друг друга: сексуальность разжигает творческие способности, а работа “заряжает” секс».

Она дала мне свою визитную карточку и пообещала познакомить меня с художницами, которые испытывали оргазм во время творческого процесса.

Я поблагодарила ее и вышла в ночь, осторожно пробираясь среди окружавших меня актрис, как если бы они были минными полями Эроса, которые могут взорваться в любой момент,

Но стоило мне увидеть звездную зимнюю нью-йоркскую ночь, как я почувствовала, что моя собственная голова начинает кружиться…

В ту ночь я начала работать над неофициальными опросами. Я создала опросник для женщин в моем сообществе на FасеЬоок, которое на тот момент насчитывало 16800 участников. В этом опроснике я спрашивала их, ощущали ли они когда-нибудь связь между сексом и творчеством; доводилось ли им когда-либо бывать в ситуации, когда их сексуальный опыт усиливал в них чувство уверенности и любви к себе; ощущали ли они когда-либо, что сексуальный опыт привел их к более глубокому пониманию связи между явлениями, и бывало ли такое, что период сексуального одиночества, депрессии и разочарования негативно влиял на их уверенность в себе, творческие силы и энергию. Их ответы подтвердили, что девушки с конференции, актриса и я не были исключениями среди других представительниц нашего пола.

Типичная анкета выглядела следующим образом.

Наоми Вульф (Н.В.): Влиял ли по-настоящему яркий и полноценный сексуальный опыт на ваше чувство уверенности в себе?

Респондент: Да.

Н. В.: Придавал ли он вам сил?

Респондент: Да.

Н. В.: Начинали ли вы больше себе нравиться?

Респондент: Да.

Н. В.: Менялись ли ваши творческие способности? Если да, то просьба указать, как именно.

Респондент: Я художница, и около года назад я в течение месяца была на этюдах в Вермонте. Тогда я была одна, вдали от мужа. Благодаря личному пространству, которое у меня появилось, я перестала копаться в [сексуальных] воспоминаниях, касающихся, в частности, прошлых отношений. Наличие отношений, которые меня полностью удовлетворяют — как в сексуальном плане, так и во всех остальных, — повышает мою уверенность в себе и стимулирует творческую работу… После того как в середине творческой командировки меня посетил муж, я вернулась [к работе], чувствуя себя более уверенно и испытывая больше любви к себе. Кто-то в нашей творческой мастерской отметил: «Отлично выглядите сегодня», — и я уверена, что это было благодаря тому, что встреча с мужем укрепила мою уверенность в себе.

Множество женщин с самым разным жизненным опытом писали мне по электронной почте. Многие говорили о необычайно глубоких оргазмах — тех, что испытываешь не каждый день, — как об опыте, который сопровождался чувством прилива невероятной силы, энергии, уверенности, любви к себе и окружающему миру.

Среди тех, кто мне написал, была Лора, англичанка 34 лет, помощник руководителя по административным вопросам: «Я встретила кое-кого на работе, — признавалась она, — и между нами очень быстро возникло взаимное притяжение. Все произошло очень быстро для меня, и я подозреваю, что уже некоторое время нравилась ему. В любом случае все случилось, и это был действительно хороший сексуальный опыт, который изменил меня до глубины души. Моя уверенность в себе мгновенно возросла, я словно стала выше, а моя походка — тверже. Больше энергии? Каждый день в течение двух месяцев я просыпалась и с удовольствием делала утреннюю зарядку. Я стала больше любить себя и даже делать педикюр, чтобы подчеркнуть это. Творчество? Каждую ночь я играла на гитаре и выучила четыре новые песни. Взаимосвязь явлений? Эти отношения “перезапустили” мои скрытые психические способности и расширили мое сознание. Но они не были продолжительными. И теперь, когда я грущу и тоскую по ним, в основном я тоскую по всему тому, что описала выше. Я чувствую, что ко мне возвращается моя прежняя низкая самооценка и чувство отверженности. Очень странно и тревожно это испытывать. Я даже пыталась спать с другими мужчинами, но не почувствовала ничего даже отдаленно похожего на этот взрыв чувств».

Лора писала, что она испытывала оргазм и с другими мужчинами, более того, даже чаще, чем с тем, кто вызвал в ней пробуждение. Многие другие женщины также говорили о том, что дело не просто в количестве оргазмов. Преобразующей силой для них становилось ощущение, когда интенсивное физическое удовлетворение соединялось со сферой эмоций и восприятия, порождая в результате чувство близости, доверия и творческий подъем.

Я задала те же вопросы моей давнишней подруге, назовем ее Патрисия, женщине примерно моего возраста, опытной бизнесвумен. Мы сидели на заднем дворе ее дома в симпатичном пригороде, и, чтобы сохранить инкогнито моей респондентки, скажу, что это было возле Энн-Арбор, штат Мичиган. Свежевыстиранное белье, развешанное на веревке, сушилось на солнце, ее шестилетний сын играл с другом в застекленной оранжерее в крошечном саду размером с почтовую марку, а мы сидели за садовым столом посреди небольшого газончика. Патрисия выглядела так, как выглядят все совершенно «обычные» 40-летние жены и матери. Мне показалось странным, что, несмотря на то что мы всегда спокойно и откровенно обсуждали нашу сексуальную жизнь на протяжении 23 лет — с тех самых пор, как впервые встретились, мы никогда не говорили о том, о чем я спрашивала ее сейчас. Просто потому, что это никогда не приходило мне в голову.

Она взглянула на меня так же, как другие женщины, с этим внезапным выражением удивления и понимания.

«Боже мой! — воскликнула она и расхохоталась. — О-о-о-о… Наоми! Ничего себе! О, разумеется! По большей части у меня прекрасный секс, отличные оргазмы, но того, о чем ты спрашиваешь, не происходит. Однако иногда, изредка, сразу после секса бывают такие удивительные моменты, когда ты чувствуешь: все вокруг буквально наэлектризовано! Появляется какое-то глубинное понимание рабочих вопросов. Такое ощущение, будто кто-то наделяет тебя сверхспособностями. Хочется пробежать марафон или написать роман. Покорить Альпы, в конце концов! — она громко рассмеялась. — Но, — предупредила она, — это не каждый раз так, ни в коем случае не каждый раз. Я имею в виду, я бы не хотела, чтобы это происходило каждый раз, ты согласна? Потому что иначе я бы просто не стала заниматься ничем другим или все время пребывала бы в творческой мании. Если бы это происходило каждый раз, мы бы никогда не вылезали из постели».

Действительно ли особенный секс, секс, в который определенным образом вовлечены вагина, эмоции и тело — когда задействованы конкретные виды активации парасимпатической нервной системы, вводит женщин в состояние эйфории, творческого подъема и любви к себе?

Лора, о которой шла речь выше, красноречиво описала эту трансформацию личности через сексуальный опыт как странные и тревожные переживания. Об этом чувстве недоумения по поводу собственных реакций женщины, которых я опрашивала, упоминали не раз. Ведь если мы не знаем, какие неврологические и биохимические процессы лежат в основе секса и любви, то наше собственное женское «Я» может показаться нам очень тревожащим.

Что же с нами происходит? Что случилось с актрисой, которая перевоплощалась на сцене в эротическом экстазе? Что случилось с женщиной-ученым, которая открыла новые связи в своей лаборатории, и с бизнесвумен, которой захотелось написать роман?

4. Допамин, опиоиды и окситоцин

Я пишу, как я люблю… Поцелуи, которые мы дарили друг другу в 10 часов вечера в субботу, 12 октября… Сколько полей пшеницы, сколько виноградников сейчас разделяют нас с тобой1Я ненавижу закон… Я хочу чувствовать — чтобы заставить чувствовать других…

— Изабель Эберхард, исследовательница. 1902 г.

А происходит с нами вот что: допамин наряду с другими веществами, такими как окситоцин и опиоиды, воздействует на нашу нервную систему до, во время и после занятия любовью. Допамин — это главное «феминистское» химическое вещество в женском мозге.

Когда система выработки и распространения допамина у женщины оптимально активирована — как это бывает в ожидании отличного секса, — эффект усиливается тем, что женщина знает, что ее по-настоящему заводит, думает об этом и позволяет себе получить желаемое. Это укрепляет ее фокусировку и мотивацию и придает ей сил в постановке целей. Все эти эффекты вызваны активацией допамина. Точнее было бы сказать, что если вы, будучи женщиной, активируете свою систему допамина в расчете на отличный секс, то ваш мозг может направить эту энергию и на другие сферы вашей жизни.

Но эти повышенные суперспособности, этот потенциал зависит от того, получите ли вы то, что хотели. Если вы разочарованы в сексуальном плане или, что еще хуже, были возбуждены, но не достигли кульминации, то со временем ваша система допамина уже не захочет работать в полную силу в предвкушении секса, и в конечном итоге вы потеряете доступ к этому кладезю энергии, которую могли бы использовать как во время секса, так и в других видах деятельности.

Вероятность того, что вы испытаете то, что ученые называют активацией — это можно перевести как «волнение», «возбуждение», — станет гораздо ниже. Вы можете быть подавлены и, вероятно, испытывать «ангедонию», что дословно означает «отсутствие удовольствия» — состояние, в котором «мир выглядит бесцветным». При низком уровне активации допамина вы будете страдать от недостатка амбиций и драйва, ваше либидо также понизится. Но если ваш уровень допамина в норме, то вы чувствуете уверенность в себе, творческий подъем, испытываете желание общаться и доверяете своему восприятию [1].

Это вещество влияет на социальные установки человека и его поведение в отношениях [2]. Концентрация и целеустремленность связаны с активностью допамина.

Оргазм провоцирует также высвобождение опиоидов — их уровень можно замерить во время сканирования мозга. У практикующих медитацию этот процесс описывается как состояние «благоговения», «блаженства» и «единения». Существуют предположения о том, что ощущения «выхода из тела и входа обратно», которые испытывают некоторые люди во время операции, и «предсмертные» ощущения, которые позволяют умирающим людям чувствовать эйфорию и блаженство, также, вероятно, связаны с допамином и опиоидами.

Стремление женщины к свободе, желание обрести ее и жить, основываясь на любви к себе, — все эти феминистские искания также усиливаются у женщин при выбросе допамина перед оргазмом и под действием оргазма на мозг. Лимбическая система головного мозга, как мы убедились, регулирует гормоны, которые получает женский мозг во время возбуждения и производит после оргазма (или его отсутствия). И, таким образом, у женщин вагина служит своеобразной системой передачи состояний освобождения, самореализации, уверенности в себе и даже мистицизма.

То, что эти состояния обусловлены химическими процессами, вовсе не означает, что это не «настоящая» любовь к себе, не «настоящее» стремление к свободе или не «настоящее» блаженство. Те из нас, кто по роду своей деятельности не является ученым, часто забывают, что химические вещества мозга являются средствами передачи очень глубоких человеческих истин. Помните, как после начала болезни я стала видеть мир плоским, менее красочным и менее интересным, чем прежде? Эти перемены в восприятии окружающего были, вероятно, связаны с дезактивацией допамина и опиоидов в моей системе, так как одна из ветвей тазового нерва, прежде возбуждавшаяся активацией допамина, была заблокирована. Из-за повреждения нервов в одной из ветвей уровень активации допамина, окситоцина и опиоидов в моем мозге был ниже, чем обычно. Я получала определенную дозу гормонов в результате клиторального оргазма, но в то же время у меня в мозге не происходило полной активации этих химических веществ, которой я привыкла ожидать. Будучи одной из немногих женщин в мире — насколько я знаю, — которые с точки зрения нейробиологии пережили разрыв этих схем и их последующее восстановление, я считаю свой опыт руководством, содержащим некоторую важную информацию: мир выглядел для меня по-другому и я сама была другой.

Как мы уже отметили, женщина с низким уровнем допамина будет иметь низкое либидо и склонность к депрессии. С другой стороны, если вы женщина и ваш уровень допамина находится на оптимальном уровне активации, вы будете чувствовать уверенность в себе, проявлять творческие способности и общительность, испытывать сильные чувства по отношению к другим людям. У вас будет твердая точка зрения, вы будете гордиться своей работой, испытывать чувство благополучия и удовлетворенности, будете целеустремленны и настойчивы в выполнении задач, и у вас будут реалистичные ожидания. Все эти качества любой руководитель перечислил бы как необходимые для того, чтобы менять правила игры и влиять на мир вокруг.

Вы чувствуете, что ваша жизнь наполнена смыслом — до тех пор, пока после сексуального возбуждения получаете награду, — и видите, как люди связаны друг с другом. Благодаря той роли, которую играет допамин, вы также можете чувствовать связь между своим телом и действиями и реакциями тел других людей. Как сказал доктор Джим Пфаус из Университета Конкордия, «допамин можно назвать причинно-следственным химическим веществом» [3]. Его выработку можно активировать разными способами: занимаясь физическими упражнениями, принимая наркотики вроде кокаина, общаясь, делая покупки, играя в азартные игры, — и в результате вы наслаждаетесь сексом.

Связь феминистских настроений и регулярного восприятия мозгом женщины прямой связи между причиной и следствием — между ее действиями и желаемым результатом — очевидна. «Оптимальная работа допамина в вашем мозге предполагает гибкость в принятии решений: это помогает вам в нужное время принять правильное решение в постоянно меняющемся мире, — отмечает доктор Пфаус. — Допамин — это химическое вещество, ответственное за принятие решений, вещество, участвующее в процессе формирования лидерских качеств и чувства уверенности в себе» [4].

Такие эксперты, как Дэвид Линден, который в своей книге «Компас удовольствия: Как наш мозг заставляет нас кайфовать от жирной пищи, оргазма, физических упражнений, марихуаны, щедрости, водки, обучения и азартных игр» (The Compass of Pleasure: How Our Brains Make Fatty Foods, Orgasm, Exercise, Marijuana, Generosity, Vodka, Learning, and Gambling Feel So Good) описывает эффект воздействия допамина, отмечает, что это вещество приносит чувство удовлетворенности собой, порождает ощущение сильного внутреннего «Я», вызывает готовность ответить на новые вызовы [5].

Доктор Хелен Фишер, антрополог и автор книги «Анатомия любви» (Anatomy of Love), обнаружила, что романтическая любовь — это не просто эмоция, а результат действия чрезвычайно мощной «системы мотивации» мозга, отвечающей за вознаграждение [6]. Доктор Фишер обнаружила, что в основе романтической любви лежат составляющие, имеющие биохимическое происхождение: вожделение, вызываемое андрогенами и эстрогенами; притяжение, управляемое высоким уровнем допамина и норадреналина и низким уровнем серотонина (это объясняет перепады настроения в начале ухаживания), и, наконец, привязанность, которую создают окситоцин и вазопрессин. Уровень этих влияющих на изменение настроения химических веществ может повышаться благодаря мультиоргазмическому потенциалу как у некоторых женщин, так и у большинства мужчин [7].

Исследователи Синди Местон и К. Макколл в своей работе 2005 г. «Реакция допамина и норадреналина на сексуальное возбуждение, вызванное просмотром видеофильмов у здоровых женщин и у женщин с сексуальной дисфункцией» (Dopamine and Norepinephrine Response to Film-Indiced Sexual Arousal in Sexually Functional and Disfunctional Women) также сообщили об обнаружении связи между нормально функционирующей системой выработки допамина (и норадреналина) и силой женской сексуальной реакции. О допамине и норадреналине авторы написали, что «эти трансмиттеры играют важнейшую роль в женской сексуальности» [8].

Французский невролог Клод де Контрекер, который отслеживал (с помощью различных препаратов) воздействие серотонина и допамина на поведение и чувства, обнаружил, что допамин оказывает эффект, противоположный тому, что имеет серотонин. Что произойдет, если вы будете стимулировать нейротрансмиссию допамина в мозге? Ваш разум станет более активным, и вам захочется двигаться. «Допамин стимулирует мотивацию и устраняет нерешительность», — считает он. Это повышает уверенность в себе, утверждает ученый. «Допамин избавляет от депрессии, оказывая стимулирующее действие, — пишет он. — Это вещество активизирует приток крови, который может играть важную роль в его антидепрессивном действии».

Однако если допамин активирован сверх меры, предупреждает он, то уверенность в себе может взлететь до маниакального уровня [9].

Не менее важно для нас изучить и роль серотонина.

Миллионам мужчин и женщин назначают селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), которые являются современной формой антидепрессантов. При этом женщинам СИОЗС прописывают гораздо чаще, чем мужчинам. Предупреждают ли миллионы этих мужчин и женщин о том, что СИОЗС могут резко понизить их либидо и способность испытывать оргазм? В связи с повышением уровня серотонина СИОЗС вызывают состояние насыщения, чувство довольства — и это приятно, но, с другой стороны, это снижает мотивацию. Де Контрекер обнаружил, что при повышенном уровне серотонина купируются эмоции, подавляется или вовсе блокируется сексуальное желание, люди становятся не просто менее агрессивными, но и сонными, у них снижается даже двигательная активность.

В то же время снижение уровня серотонина повышает активность допамина, который, как считает де Контрекер, заставляет людей испытывать «повышенную общительность, агрессивность и сексуальность» [10].

Политический подтекст этих двух настроений, или расположений духа, очевиден.

В патриархальных обществах, я уверена, давно заметили связь между сексуальной активностью женщин и их целеустремленностью, мотивированностью, энергичностью. Вот почему я называю допамин главным феминистским химическим веществом. Женщину с оптимальным уровнем допамина трудно побудить на действия, направленные против нее самой. Она не склонна к саморазрушению, плохо поддается манипуляции и контролю.

Другие ученые также подтверждают, что в мозге происходит что-то очень значимое для настроения, когда достигший пикового уровня допамин подготавливает организм к оргазму. А после оргазма начинают проявляться гендерные различия.

У мужчин в этот момент уровень допамина резко снижается, и они на время теряют интерес к сексу. У них есть рефрактерный период, в течение которого они не могут возбудиться. Но падает ли уровень допамина и в женском мозге? Подает ли пролактин женщине сигнал «уже хватит», особенно если она склонна к множественным оргазмам? Совсем необязательно. Если женщина собирается получить еще оргазм и еще, она будет продолжать получать необходимую дозу повышенного допамина. И современные исследования доказывают, что при благоприятных условиях почти все женщины способны без труда испытывать оргазм.

Почему это так важно? Потому что это показывает, что все женщины, которые испытывают оргазм (и особенно те, что могут испытывать много оргазмов), в течение действительно удачного дня имеют возможность получить намного больше допамина и опиоидов, чем мужчины, с которыми они занимались любовью, и больше, чем другие женщины, которые ничего не знают о сексуальном удовольствии.

Я спросила доктора Пфауса: «Означает ли это, что чем больше оргазмов, тем больше выбросов опиоидов»? — «Вполне может быть, — ответил он. — У женщин, которые испытывают мощный множественный оргазм, предположительно, уровень опиоидов действительно гораздо выше» [11].

Что удивительно, оргазм также повышает уровень тестостерона у женщин. И это еще одна причина того, почему женщиной, наслаждающейся отличным сексом, трудно помыкать. Писательница Мэри Роуч, обращавшаяся к этой теме, подчеркивает, что тестостерон «больше, чем любой другой гормон… влияет на либидо женщины», а также побуждает ее желать еще больше секса [12]. Таким образом, получается, что секс повышает уровень тестостерона у женщин, что, в свою очередь, повышает их либидо, а это делает их более напористыми и ориентированными на то, чтобы получить еще больше секса. Эта связь многократно доказана. Например, тестостероно-терапия, применяемая для лечения менопаузы у женщин (хотя это и спорный метод), в качестве побочного эффекта повышает их либидо, а также делает более напористыми [13]. И страх, который всегда присутствовал в патриархальных обществах, — что будет, если позволить женщинам заниматься сексом, получая от этого удовольствие, ведь это сделает их более чувственными и плохо управляемыми, — подтверждается научными фактами!

Мне не нравятся проявления феминизма, когда один пол ставится выше другого, так что, делая какие-либо оценочные суждения, я никогда ничего подобного не подразумеваю. Среди полов нет «лучшего». Просто представители одного пола теоретически способны во время секса достигать большей допаминовой и опиоидной активации, которая оказывает весьма специфическое воздействие на мозг и даже на личность в целом. Мы не можем игнорировать тот факт, что природа создала глубокое различие между полами, наделив женский организм большими возможностями, которые проявляются в процессе получения сексуального удовольствия. (Конечно, это не игра с нулевой суммой: у мужчин есть свои, другие способы получения дополнительной порции допамина.)

Это проявляется в том, что под влиянием допамина, если женщина здорова, не подавлена, не травмирована и не унижена, она испытывает больше эйфории, становится более уверенной в себе, более творческой и напористой, возможно, чуть более, чем этого хотелось бы обществу с патриархальными традициями. Феминистки постоянно взывают к «подавленному голосу» женщин. На практике серотонин действительно подавляет его, а допамин, наоборот, помогает ему выйти на свободу.

Согласно последней научной модели, допамин усиливает концентрацию и инициативность. Опиаты вызывают чувство блаженства, «океаническое чувство», трансцендентное состояние. Вы когда-нибудь видели группу людей, которые разговаривают сразу после того, как приняли кокаин? Вы не сможете заставить их замолчать. Кокаин вызывает этот эффект, стимулируя выброс допамина в мозге. Интересно, что первым кокаином начал злоупотреблять доктор Уильям Холстед в больнице им. Джона Хопкинса, потому что это вещество позволяло ему чувствовать себя непобедимым, придавало ему энергию и уверенность в своих силах, подавляло чувство усталости.

Наверняка, читая это, множество гетеросексуальных женщин вспоминают, как после занятий любовью они испытывали тягу к общению, в то время как их любовника неумолимо клонило в сон. Вы очень хотели поговорить! Вам столько всего надо было рассказать! Исследования показывают, что многие женщины, по их признанию, будят спящих партнеров-мужчин, чтобы поговорить с ними. Если вам тоже доводилось так поступать, вы знаете, кто вы, — хотя тогда, возможно, не понимали, откуда взялось необоримое желание сделать именно так. Эта общительность, остановить которую невозможно, — результат воздействия допамина в ожидании еще одного оргазма.

Еще раз повторю то, что вы уже должны были усвоить: здоровая, сексуально удовлетворенная вагина регулярно вызывает сильную активацию допамина, а также выброс окситоцина и опиоидов, которые отвечают за ощущение радости. Таким образом вагина дает женщине возможность испытать чувства, которые побуждают ее создавать, исследовать, общаться, побеждать и преодолевать. А поскольку женщины теоретически могут испытывать больше оргазмов, чем мужчины, и, опять же теоретически, во время занятий любовью у них вырабатывается больше окситоцина, они также решаются на более глубокие чувства: более сильную любовь, более сильную привязанность и более сильное влечение.

Давайте подробнее рассмотрим окситоцин — «гормон объятий». Его функция в организме человека заключается в том, чтобы связывать людей друг с другом, потому что вдвоем выжить легче. Окситоцин также позволяет людям более четко видеть взаимосвязи между явлениями и людьми. Дэвид Лин-ден сообщает, что окситоцин в форме назального спрея, который был разработан для того, чтобы помочь молодым матерям наладить лактацию, — марка называется «жидкое доверие», — также использовался и для других целей. Те, кто вдыхал спрей, стали больше доверять незнакомцам, даже после того, как их обманули в игре. Они были больше предрасположены к социальным рискам. Они также были более склонны видеть «связь между явлениями» и лучше распознавали эмоциональные состояния других людей. В известном эксперименте окси-тоцин помог испытуемым интуитивно правильно распознавать эмоции другого человека, когда испытуемым демонстрировали фотографии человеческих лиц, на которых были видны только глаза [14].

Окситоцин — это женская эмоциональная сверхспособность. Он вызывает родовые схватки и способствует выработке грудного молока. В эволюционном процессе его роль заключается в том, что он формирует у нас привязанность к нашим детям и партнерам на время, достаточное для того, чтобы успеть совместно вырастить ребенка, пока он не станет самостоятельным [15]. В экспериментах, когда ученые блокировали выработку окситоцина или допамина, самки млекопитающих игнорировали свое потомство. Такая блокировка подавляет желания [16]. Когда ученые проводили этот опыт с грызунами, которые были зависимы от кокаина, морфина или героина, крысам требовалась более низкая доза наркотиков, и в дальнейшем они демонстрировали симптомы избавления от зависимости [17]. «Окситоцин и его рецепторы продолжают удерживать лидирующие позиции среди кандидатов на звание производителей счастья», — утверждают Навнит Магон и Санджай Калра в книге «Оргазмическая история окситоцина: Любовь, страсть и роды» (The Orgasmic History of Oxytocin: Love, Lust and Labor) [18]. Окситоцин также обладает успокоительным эффектом: одна-единственная крыса, после того как ей вводили инъекцию окситоцина, могла успокоить целую клетку встревоженных грызунов [19]. Наконец, он усиливает сексуальную восприимчивость [20]. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, если нервные пути, ведущие от мозга к вагине, повреждены, женщине кажется, что жизнь утрачивает смысл. Не будет преувеличением сказать, что сексуально удовлетворенная вагина отвечает за те процессы в женском мозге, которые можно назвать биохимической составляющей смысла жизни.

ЗАВИСИМА ЛИ ВАГИНА ОТ ЛЮБВИ?

В течение месяца я была совершенно счастлива… Какое это счастье, милый, найти твое письмо… Не буду говорить, что отчаянно в этом нуждалась, поскольку это мое хроническое состояние… До этого у меня не было жизни: до тех пор, пока ты не подарил мне всю радость, какую только можно себе представить. Ничто не может отнять ее у меня сейчас или уменьшить в моих глазах… Она наполняет все мое существо свободой. Яне могу сказать это тебе, потому что, как только я собираюсь, ты обнимаешь меня et alors je n'ais plus de volonte…

— Эдит Уортон. Из письма Мортону Фуллертону [21]

Итак, допамин придает нам уверенности и одаряет нас верой, опиоиды отвечают за вызывающие привыкание приливы счастья и хорошего самочувствия, а окситоцин, уровень которого, как показали исследования, повышается при оргазме, в результате чего женщины, способные испытывать множественные оргазмы, теоретически могут производить его больше, чем мужчины, заставляет нас создавать пары, испытывать чувства любви и доверия и приводит к тому, что нам хочется больше заниматься любовью.

Может ли это объяснить, почему, несмотря на то что среди сексуально зависимых людей подавляющее большинство — мужчины, многие женщины тоже чувствуют, что время от времени они становятся «зависимы от любви»? Теоретически наши, женские, оргазмы сильнее, но, когда допамин и опиоиды покидают нервную систему, наше самочувствие теоретически становится гораздо хуже, чем у большинства мужчин, — это синдром отмены, который во многом напоминает синдром отмены у опиумных наркоманов. С точки зрения биохимии эта зависимость означает, что поскольку подъемы уровня допамина у нас выше, то и упадки гораздо более ощутимы. Поэтому женщины чаще, чем мужчины, склонны к мистике и больше рискуют впасть в зависимость от сексуальной любви (ее не следует путать с зависимостью от секса, которой чаще подвержены мужчины). Более высокий уровень окситоцина и допамина, который мы можем вырабатывать, — и теоретически больнее ощущать его снижение — опять же теоретически делает нас зависимыми от нашего объекта любви/влечения, тогда как объект не испытывает ничего подобного.

* * *

За разъяснениями я вновь обратились к ученым.

Я разговаривала на этот счет с доктором Джимом Пфаусом в его лаборатории в Университете Конкордия. Доктор Пфаус является первопроходцем в изучении новых границ женской сексуальности, и он считает, что есть все основания предполагать связь между женским оргазмом, активацией допамина и повышением степени уверенности в себе.

Мне посчастливилось присутствовать в его лаборатории при удивительном эксперименте и наблюдать, как доктор Пфаус и группа аспирантов демонстрируют роль женского сексуального удовольствия в выборе партнера. Подробности этого потрясающего эксперимента опубликованы в мартовском выпуске Archives of Sexual Behavior за 2012 г. под названием «Кто, что, где, когда (и возможно, даже почему)? Как опыт сексуального удовлетворения связан с сексуальным желанием, предпочтениями и исполнением» (Who? What? When (and Maybe Even Why)?) [22].

Сам доктор Пфаус — моложавый, энергичный ученый, который в свободное время предпочитает носить футболки, удобные ботинки и черную кожаную куртку. Лаборатория доктора Пфауса стоит во дворе кампуса Университета Конкордия, который находится в красивом, застроенном зданиями из красного кирпича пригороде спокойного Монреаля. В ярко освещенной, оживленной лаборатории вдоль стен стоят чистые пластикот вые клетки, в которых живут ухоженные самцы и самки крыс,

Когда я пришла к нему в лабораторию, доктор познакомил меня со своей группой исследователей, как минимум половину из которых составляли молодые женщины.

Тогда у меня на глазах доктор Пфаус и его группа доказали роль женского сексуального удовольствия в выборе пары среди низших млекопитающих — роль жаждущих удовольствия вагины, клитора и шейки матки в танце эволюции.

Одна из женщин-ученых осторожно подняла черно-белую самку крысы и, поглаживая ее, показала мне, как она будет делать животному инъекцию налоксона, чтобы под его воздействием та не испытывала приятных ощущений во время своего первого в жизни сексуального опыта. Я могла себе это представить, но, в то время как мы обе наблюдали за крысой-подрост-ком, которая с любопытством бегала вокруг после инъекции, от меня и от молодой женщины-ученого явно веяло тоской.

Если одной группе крысиных самок ввели налоксон, который блокирует ощущение удовольствия, то другой контрольной группе ввели физиологический раствор, который не оказывает никакого воздействия. При этом крысам в обеих группах также вводили гормоны, которые запускали овуляцию, гарантируя тем самым, что в нормальных условиях они будут очень хотеть секса.

Самок крыс помещали в клетки, разработанные женщиной-ученым: там была перегородка из оргстекла с четырьмя маленькими отверстиями. Это позволяло самкам крыс забегать и выбегать из той части клетки, где их ждали самцы (так как мужские особи заметно крупнее, они не могли пролезть вслед за самками через эти небольшие отверстия). Таким образом эти отверстия давали самкам контроль над контактом.

Самки крыс, которым ввели физиологический раствор, то есть те, что могли испытывать удовольствие, вели себя — иначе и не скажешь — невероятно кокетливо. Они забегали и выбегали из пространства самцов, многократно приставали к ним (я узнала, что самки крыс пристают к самцам, «стреляя глазками» — проникновенно смотрят им прямо в глаза, а затем убегают прочь), прыгали вокруг самцов — это еще один признак сексуального желания. Они позволяли самцам лизать и нюхать свои гениталии. Одна самка долго пыталась впихнуть самца в свою клетку — в конце концов в какой-то момент она просто начала запрыгивать ему на плечи и карабкаться на голову. И совершенно очевидно, их активность только усиливалась — после инъекции физраствора самки получали от самцов, что хотели, и это все сильнее располагало их к дальнейшему «диалогу» и все сильнее возбуждало. Для группы с физраствором это был настоящий выпускной вечер. Возбуждение, активность, взаимодействие!

В отличие от них самки под воздействием налоксона были чем-то похожи на героев пьесы Ибсена. После первоначального обнюхивания и тактильного контакта со стороны самцов они просто перестали реагировать на них. Этот момент можно было отметить очень четко. После нескольких забегов к самцам они прекратили взаимодействовать со своими партнерами: перестали забегать на мужскую территорию клеток, перестали «стрелять глазками», перестали карабкаться на особей мужского пола. Вскоре каждая самка мрачно смотрела перед собой, сидя на своей территории, куда самцы не могли попасть — хотя один самец, я никогда этого не забуду, отчаянно пытался протиснуться через слишком маленькую дырочку и в позе попрошайки пытался протащить свою подругу через крошечное отверстие за хвост зубами. Но самки постоянно находились на «своей стороне кровати». Они почти совсем перестали двигаться: не смотрели на самцов и выглядели вялыми. Сексуальное удовлетворение не придавало им сил. В этой сцене меня поразило не только то, что у этих самок сексуальное желание не усиливалось, — у них не усиливалось вообще ничего: они никак не взаимодействовали с окружающей средой.

Финал этого эксперимента оказался еще более драматическим: на тот момент ученые запустили налоксоновый эксперимент с ароматами, такими как лимон или миндаль, создав ассоциацию с самцами крыс, поскольку мех самцов был пропитан этими запахами. Позже, когда молодые самки, которым вводился налоксон, помещались в клетку с двумя самцами в качестве потенциальных сексуальных партнеров, то есть в ситуацию, когда самки могли выбирать, они избегали самцов крыс, от которых пахло знакомым им ароматом, даже если это был новый самец и даже если эти самки теперь могли испытать удовольствие. Другими словами, своим поведением самки демонстрировали, что они помнят свой негативный сексуальный опыт, и принимали решение соответственно. Доктор Пфаус отметил, что во время эксперимента они показали большую активность в префронтальной коре: он доказал, что даже у самок низших млекопитающих есть сексуальные воспоминания и они думают о том, как предотвратить повторение неудачного сексуального опыта, который не принес им удовольствия. В поразительно поэтических для научного журнала выражениях доктор Пфаус пишет, что его эксперимент доказал: «В начале сексуальной жизни индивида существует некий критический период, который определяет “любовную карту", или шаблоны функций, движений, чувств и межличностных взаимодействий, связанных с сексуальным удовольствием» [23].

В тот день я покидала лабораторию в восторге от увиденного (и радуясь тому, что после инъекции нолаксона крысам дали шанс получить инъекцию физраствора в будущем). Ведь это говорила сама природа! Во время первого эксперимента самки — группа с физраствором, так страстно желавшие сексуальных удовольствий, что даже запрыгивали на головы счастливых самцов, действовали свободно и, как отметил доктор Пфаус — и в его словах была лишь доля шутки, — в обстановке, в которой никто никогда не назвал бы их шлюхами или недостойными звания женщины. Я чувствовала себя странно освобожденной, оттого что увидела: самой природой и эволюцией устроено так, что интенсивное женское сексуальное желание прочно укоренено внутри каждой, даже самой крошечной, самки млекопитающего на Земле.

ТРЕТИЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ ЦЕНТР У ЖЕНЩИН?

Многие лаборатории занимаются изучением природы сексуальности, и эксперименты приносят много новой информации о женском возбуждении, желании и эмоциях.

Другие эксперименты доктора Пфауса показали, что самки крыс, когда им была предоставлена такая возможность, отдавали предпочтение половому контакту (то есть контакту, который они могли контролировать) с клиторальной, вагинальной и цервикальной стимуляцией, а не «кисточке», которая стимулирует только клитор.

Эксперименты с помощью метода магнитно-резонансной томографии в лаборатории доктора Барри Комисарука при Университете Рутгерса, проведенные в 2012 г., продемонстрировали, что это может быть верно и для женщин. Похоже, что влагалище и устье шейки матки эволюционно устроены таким образом, что им необходим контакт с проникновением.

Исследования доктора Комисарука выявили, что стимуляция гениталий (клиторальная, вагинальная и цервикальная) активируется разными, но в то же время соседними участками коры головного мозга и что эти области также относятся к разным функциям и эмоциональным центрам. Этот эксперимент ярко подтвердил — наряду с другими удивительными гипотезами — существование у женщин третьего сексуального центра, на этот раз в устье шейки матки [24]. (Эксперименты Беверли Уиппл заставили выдвинуть эту гипотезу еще 1980 г.)

Идея наличия еще одного сексуального центра у женщин имеет для меня глубокий смысл. Я испытала это на себе, хотя, согласно нашему пониманию анатомии женского оргазма, которое бытовало до недавнего времени, такого центра просто не должно быть. Но с точки зрения эволюции это весьма разумно, так как для женщин самое удобное — клиторальный оргазм, но для репродукции крайне важно, чтобы женщины имели возможность испытывать дополнительное сильное удовольствие от давления в самом устье шейки матки, потому что оно поощряет сексуальные контакты с проникновением и, таким образом, приводит к беременности. Со слов многих женщин я знала: когда во время секса активно задействована шейка матки, оргазм может проявляться гораздо ярче — женщина может даже расплакаться. Многие рассказывали мне, что они эмоционально «подсели» на это ощущение, которое дают им их партнеры.

В рамках группового эксперимента, когда женщин просили субъективно ранжировать оргазмы, Комисарук выявил повышенную эмоциональную субъективность по отношению к некоторым сексуальным областям по сравнению с другими.

Я думаю, что эти эксперименты должны помочь в корне изменить наши представления о том, из чего состоит наше «Я». Начиная с XVIII в. понятие «Я» определялось на Западе как независимость. Но вагина и шейка матки даже самой влиятельной женщины не могут так просто стать независимыми. Влагалища и устье шейки матки, кажется, эволюционно сконструированы таким образом, что им нужен «кто-то еще», и они бескомпромиссно ставят женский мозг в ситуацию, когда требуется связь с другим человеком.

Получается, что влагалище и шейка матки с их встроенной тягой к «другим» являются своеобразной эволюционной гарантией того, что гетеросексуальные женщины всегда будут находиться в состоянии зависимости от мужчин и должны быть готовы иметь с ними сексуальные отношения, даже несмотря на все вытекающие из этого эмоциональные и физические риски. Такая схема гарантирует, что женщины, побуждаемые сильными желаниями изнутри, будут стремиться к образованию связей с другими людьми, даже с риском потерять собственную независимость. Поэтому многие женщины считают, что использование вибраторов или мастурбация не приносят такого эмоционального удовлетворения, какое могут дать занятия любовью с партнером. Доктор Пфаус считает, что мы, возможно, «имеем жесткую ассоциативную привязку этого вида стимуляции к другому индивидууму, с которым мы должны строить отношения, и получение бестелесной стимуляции хотя и доставляет удовольствие, но совсем не в той степени, в какой мы можем его испытать при контакте с другим индивидуумом» [25].

Что ж, возможно, это не так уж плохо? Доктор Хелен Фишер утверждает, что биологически мужское и женское возбуждение находятся во взаимозависимости друг от друга: когда оба пола работают как одна команда, это максимизирует успех каждого из них. Что если для сексуальности и удовлетворения на самом деле требуются оба представителя — более независимый мужчина и более зависимая женщина? Что если это жадное желание, испытываемое вагиной, — естественный способ коррекции возможного дисбаланса, обусловленного распространенным мировоззрением, которое основывается только на мужской биологии?

«Женщина без мужчины — как рыба без велосипеда», — уверяет нас лозунг феминизма второй волны, но, может быть, на самом деле это не так. Сейчас я думаю, что отрицание этой потребности в мужчинах для сексуального удовольствия в жизни гетеросексуальной женщины не соответствует целям феминизма и в целом ничем не помогает самим женщинам. Очевидно, что гетеросексуальной женщине не нужен любой мужчина. Но для нее оскорбительно, когда отрицается ее зависимость от мужчины, который ей действительно нужен, или высмеиваются ее переживания, если он ушел. Кроме того, отрицание этого парадокса женской независимости, сосуществующей с потребностью в зависимости, не помогает лесбиянками и бисексуалкам понять, почему потребность в партнере так часто бывает столь сильна. Эта идеология никак не помогает женщинам любой сексуальной ориентации понять, почему вибратор и порция мороженого хотя и доставляют удовольствие, но при этом не делают меньше потребность в слиянии.

Мы должны уважать главный парадокс женского состояния — сексуальную и эмоциональную потребность вагины и шейки матки — и признать тот факт, что женщины в некотором смысле легче, чем мужчины, впадают в зависимость от любви и хорошего секса с человеком, который активирует всю эту пьянящую лавину химических веществ. Доктор Дэниел Амен в своей книге «Мозг и любовь» (The Brain in Love), а также многие другие нейробиологи, чьи работы до сих пор не «переведены» на язык массовой культуры, предполагают, что некоторые виды поведения женщин, которые в настоящее время трактуются как вынужденные или мазохистские, на самом деле надо рассматривать как естественную и, вероятно, обусловленную эволюцией ответную реакцию на изменения в мозге, вызванные женским оргазмом. Иными словами, для женщины хороший секс на самом деле влечет за собой биохимическое привыкание, которое происходит определенным образом, не так, как у мужчин, — и это означает, что, когда этот стимул исчезает, человек испытывает дискомфорт и стремится получить его снова. А плохой секс — с невнимательным или эгоистичным партнером — на самом деле разрушителен с точки зрения химических процессов и, кроме того, с психологической точки зрения вредит женщине, что опять же не похоже на те процессы, которые происходят у мужчин. И мы узнаем, почему так.

Нейробиолог Саймон Левэй в своей работе «Мозг и половые взаимоотношения» (The Sexual Brain) отмечает, что у представителей обоих полов оргазм вызывает к жизни тот же механизм привыкания, что и разного рода зависимости, и все подобные механизмы основываются на действии допамина. «Порно, страсть к накоплению денег, стремление к власти, азартные игры, шопоголизм, видеоигры… Если что-то повышает у вас уровень допамина, то может возникнуть привыкание».

Достигнув пиковой точки, привыкание воздействует на нашу нервную систему таким образом, что почти не оставляет нам иного выбора, кроме как стремиться снова и снова испытывать эти ощущения, даже если это приводит к страданиям. Из тысячи различных химических веществ увеличение выброса допамина вызывают всего несколько: алкоголь, кокаин, другие опиаты и наркотики. «Чрезмерные» проявления обычного поведения также способны повышать уровень допамина, поэтому физические упражнения и порнография тоже могут вызвать привыкание [26].

Но мы живем в эпоху постфеминизма, когда женщинам велят просто «трахаться, как мужчины», потому что это якобы приводит к освобождению, и поощряют их к тому, чтобы вступать с мужчинами в «дружеские» сексуальные отношения и покидать постель очередного любовника с той же легкостью и небрежностью, какую традиционно демонстрировали мужчины.

Я же утверждаю, что этот мужской подход, основанный на отсутствии привязанности, ставит перед женщинами очередные рамки, в которые они должны втиснуться, совершая насилие над самими собой и игнорируя свои истинные потребности. Ведь сексуально зависимое поведение, то есть зависимость от партнера, «подходящего» с точки зрения вегетативной нервной системы, проявляется у женщин очень ярко. И, возможно, я не открою тайны, но таковы уж мы, женщины: мы с удовольствием болтаем с потенциальными партнерами или новыми любовниками о великих личностях, интересных биографиях, общих интересах… И этот аспект ухаживания, безусловно, имеет большое значение, но куда важнее другое: если из-за него или нее в нашем теле не возникает некое особенное чувство, если он или она не пахнет так, как нам нравится, не имеет того вкуса, который нас устраивает, прикасается к нам не так, как это необходимо для удовлетворения наших потребностей, и не доставляет нам удовольствия, то нам не так уж важно, позвонит ли он или она снова. Однако если этот кто-то способен привести нашу вегетативную нервную систему в состояние повышенной готовности, если он или она вызывает всплеск допамина от предвкушения, если он доводит нас до состояния, когда весь мир вокруг светится вследствие выброса опиоидов, — этот мужчина или женщина заставляет наше сердце сжиматься от тревоги в ожидании звонка. Если этот человек сумел правильно активировать нашу уникальную нервную сеть, то мы испытываем настоящую ломку, когда его нет рядом, потому что страстно желаем повторить этот яркий опыт снова и снова. Настоящую болезненную ломку…

А когда женщина наслаждается хорошим, удовлетворяющим ее во всех смыслах сексом — полным заботы и внимания к ней сексом, который активирует всю ее тазовую нервную сеть, а также интенсивно задействует вегетативную нервную систему, — она достигает пика работы мозга.

Эти химические вещества, которые, в сущности, являются наркотиками, подготавливают женскую нервную систему к тому, чтобы преодолевать огромные препятствия на пути к обладанию любимым человеком, завоевывать его внимание эксцентричным поведением в погоне за любовью и сексуальным удовольствием и быть физически не в состоянии разложить все по полочкам, «взять себя в руки» и «забыть» его или ее. Если женщине и удастся «избавиться» от наваждения, то для этого придется приложить сверхчеловеческие усилия и пойти на огромные эмоциональные затраты. Мозг в состоянии пикового максимума может также включать гормоны, которые вызывают навязчивые мысли о любимом человеке и отвечают за заботливое и даже самоотверженное отношение. И этот пиковый максимум является движущей силой для обоих полов. Представители обоих полов испытывают страстную привязанность и страдают от неразделенной любви. И конечно, вопросы об эмоциональных и физических различиях между половым контактом и мастурбацией для мужчин, о роли привязанности для них и связи между мужской сексуальностью и сознанием заслуживают отдельной книги.

Однако женщины потенциально способны испытывать множественный оргазм, что в определенной степени меняет одну из частей уравнения «пикового максимума».

Сафо писала о ревности, которая «глубоко в моей груди, все сердце содрогается… разливая под кожей пламя… лихорадка сотрясает мое тело» [27]. Автор «Песни Песней» (многие ученые предполагают, что это была женщина) писал: «Подкрепите меня вином, освежите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви.

.. На ложе моем ночью искала я того, которого любит душа моя, искала его и не нашла его. Встану же я, пойду по городу, по улицам и площадям и буду искать того, которого любит душа моя; искала я его и не нашла его[5][28].

Скорбящая Дидона, покинутая своим возлюбленным Энеем; маленькая бедная гувернантка, которая чуть не погибла в пылающей спальне, пытаясь спасти любимого в романе Шарлотты Бронте «Джейн Эйр»; Мэгги Тулливер, героиня романа Джордж Элиот «Мельница на Флоссе», которая пренебрегла своей репутацией, ролью в обществе и общепринятыми нормами ради рокового любовного влечения; и, наконец, вы, моя дорогая читательница, которая, вероятно, — и чаще всего к собственному разочарованию — не раз проверяла, не пришел ли ответ на электронное письмо, или сидела перед молчащим телефоном, как это делала я… Кто мы все — жалкие, примитивные мазохистки? Нет, совсем наоборот. Нами движет какая-то чрезвычайно могучая сила, что-то такое, чего пока никто не может понять по-настоящему. Но я думаю, что это очень возвышенное и благородное стремление.

Парадокс заключается в том, что женщинам, чтобы стать по-настоящему свободными, надо понять, каким образом природой устроена наша зависимость от любви, привязанности, близости с тем мужчиной (или женщиной), который нам нужен.

Я убеждена в том, что мы должны с уважением относиться к женской «порабощенности» в любви и сексуальных отношениях, не подавляя это чувство и не высмеивая его, потому что только так мы можем его познать. Ведь иначе женщина, втянутая в борьбу с любовью и своими глубинными потребностями, начинает бороться сама с собой, чтобы найти способ восстановить свою независимость и в то же время не утратить тех новых свойств своей личности, которые пробудились вместе с жаждой воссоединения с возлюбленным.

Женщина, которая борется с привязанностью и потерей себя, вовлечена в борьбу за себя, как и любой человек, находящийся в поисках. Конечно, биологические реакции, о которых я здесь рассказываю, уже давно описаны в психоанализе и в художественной литературе; но только недавно наука добавила новые измерения и объяснения этого состояния ума, описанного поэтами, писателями и психологами.

Одно из моих любимых американских сленговых словечек, обозначающих вагину, — the force («сила»). Ведь это так и есть!

Женщины относятся к любви, сексу и близости так серьезно, потому что природа устроила нервные пути в их половых органах и их мозг так, что они лучше мужчин (хотя на самом деле это верно и для представителей мужского пола) осознают: потребность в душевной связи, любви, близости и эротике — одна из важнейших для человека.

Культура, которая не уважает женщин, как правило, стремится высмеять и женскую озабоченность любовью и эротикой. Но часто мы одержимы нашими возлюбленными не потому, что у нас нет своей личности, а потому, что возлюбленные физиологически разбудили новые грани личности в нас самих.

Разве мы не должны гордиться тем, что мы такие, какие есть?

По-моему, у нас есть повод для гордости.

5. Все, что мы «знаем» о женской сексуальности, безнадежно устарело

Они смеялись и занимались любовью и снова смеялись…

— Нэнси Митфорд. Стремление к любви

К моему удивлению, в процессе написания этой книги обнаружила, что хотя мы и говорим о сексе постоянно, но наши знания о женской сексуальности, как правило, являются устаревшими. Если бы женщины имели более свободный доступ к этим знаниям и могли опираться на новые научные открытия в области женской сексуальности, которые почему-то не становятся достоянием общественности, они получили бы возможность лучше понимать свои сексуальные и эмоциональные реакции и совершенно иначе воспринимали бы себя. Многие из этих новейших открытий проливают свет на наши противоречивые чувства по отношению к стремлению быть любимыми и доказывают необходимость, как для мужчин, так и для женщин, того, что я называю божественной матрицей — комплекса действий, которые активируют женскую вегетативную нервную систему.

Секс-инструктор Лиз Топп, автор книги «Вагины: Инструкция по применению» (Vaginas: An Owner’s Manual), в крайне поучительной беседе со мной назвала некоторые из этих действий тем, «в чем женщины нуждаются больше, чем мужчины» [1]. (В этой беседе она также сообщила, что даже в наш просвещенный век старшие девочки в средней школе понятия не имеют, где находится клитор, и их ровесники-мальчики тоже этого не знают.) Последние исследования подтверждают, что все эти «маленькие излишества», которые так часто относят к разряду того, что надо делать во время ухаживания и чем не стоит утруждать себя в длительных отношениях, все эти сексуальные или романтические «изыски», которые так радуют женщин, но не считаются обязательными, на самом деле физиологически и эмоционально имеют важнейшее значение для представительниц женского пола. Эти приемы резко повышают шансы женщин на яркий оргазм. И, что не менее важно, они помогают поддерживать отношения и, более того, просто необходимы женщинам для сохранения психического здоровья и душевного спокойствия. Все эти жесты и знаки внимания в комплексе и составляют то, что я называю божественной матрицей.

Но почему, спрашивается, так мало людей об этом знает? Тому есть несколько причин. Во-первых, по-прежнему существует определенное табу на то, чтобы в публичном пространстве писать и говорить о вагине, ее реальных потребностях и ощущениях в формате, отличающемся от того, который принят в традиционных женских журналах.

Во-вторых, эта информация не получает широкого распространения, потому что многое в ней звучит рискованно и ужасно неполиткорректно. Очень непросто обратиться к теме биологии женской сексуальности, не нивелируя значения предмета и не вступая в конфликт с гендерной политикой. Если мы попытаемся рассматривать основополагающее физиологическое начало женской натуры, то кому-то может показаться, что мы видим в женщинах только животное или что в женщинах больше от животного, чем в мужчинах.

Вся тонкость заключается в том, что с точки зрения современной науки в сексе женщины действительно в некотором смысле больше походят на животных, чем мужчины. Современная наука также показывает, что в сексе женщины более склонны к мистическому восприятию, чем мужчины. Безусловно, это противоречивые заявления, но как феминистка я считаю, что открытое исследование животных и мистических аспектов женской сексуальности никоим образом не отрицает наличия у женщин рационального мышления, интеллектуальных и профессиональных способностей.

И наконец, эти важные новые открытия до сих пор не получили широкого освещения в средствах массовой информации еще и потому, что «решение» многих сексуальных проблем, о которых говорят женщины, не способно принести прибыль, ведь речь, как правило, идет об изменениях в человеческих взаимоотношениях. В частности, надо радикально изменить модель поведения большинства гетеросексуальных мужчин в постели с гетеросексуальными женщинами. Крупные фармацевтические компании, которые являются основными рекламодателями в СМИ и предлагают средства для решения женских сексуальных проблем, не получат никакой прибыли от того, что миллионы мужчин просто научатся тому, как нужно правильно ласкать своих женщин, и узнают, что на них нужно дольше смотреть, нежнее обнимать и дарить им более яркие оргазмы.

Но тем не менее донести эту новую информацию до всех крайне важно, потому что наши привычные знания о женской сексуальности сильно устарели. Последним широко освещавшимся исследованием, на которое опираются наши представления о женской сексуальности, было классическое исследование 10000 циклов оргазмов, проведенное Уильямом Мастерсом и Вирджинией Джонсон («Сексуальные реакции человека» (1966) и «Сексуальная неполноценность человека» (1970)), а также исследование 3500 женщин Шир Хайт («Доклад Хайт о женской сексуальности» (1976)). Как уже упоминалось, Мастерс и Джонсон пришли к выводу, что сексуальные реакции у женщин и мужчин, в сущности, очень похожи. Они также заключили, что никакой физиологической разницы между вагинальным и клиторальным оргазмом нет.

Мастерс и Джонсон также раздражали феминисток своими утверждениями о том, что одни только поступательные движения полового члена сами по себе должны обеспечить женщинам достаточную стимуляцию для получения оргазма. В своем исследовании Шир Хайт оспаривает этот вывод. Она приводит данные о том, что примерно две трети женщин не могут испытывать оргазм во время полового акта, однако при этом часто испытывают его во время мастурбации. Это означает, что лишь около трети женщин испытывали оргазм в процессе полового акта без дополнительной стимуляции [2]. Выводы Мастерса и Джонсон о том, что реакции мужчин и женщин в основном одинаковы, стремление Хайт подчеркнуть важность клитора и принизить значение вагины, а также рассуждения других авторов, на волне феминизма присоединившихся к Хайт, в частности Анны Кедт с ее эссе «Миф о вагинальном оргазме» (1970), — все это способствовало тому, чтобы наши взгляды стали такими, какими они являются сейчас: мы все уверены в том, что женская сексуальность во многом похожа на мужскую, за исключением того, что некоторые женщины могут иметь множественные оргазмы. Кроме того, влагалище не так важно, как клитор (статьи в женских журналах продолжают ошибочно вторить эссе Анны Кедт и дезинформируют женщин, утверждая, что в вагине «находится очень мало нервных окончаний»). И наконец, со стороны мужчины это всего лишь проявление хороших манер, эдакого рыцарского отношения, если он немного «поможет» даме разогреться перед сексом с помощью стимуляции (и это по-прежнему раздражающе называется «прелюдией»). А сам процесс «секса», по существу, должен быть ориентирован на мужчин.

На самом деле все эти воззрения не соответствуют реальному положению дел. Природа мужской и женской сексуальности очень различается. Оказывается, для женщин в сексе важную роль играет клитор, важную роль играет вагина, важную роль играет точка С, важную роль играет устье шейки матки, а также промежность и анус. Недавние исследования доказали: утверждение Мастерса и Джонсон о том, что все женские оргазмы проходят через клитор, ошибочно. Согласно последним данным, точка в и клитор относятся к одной нервной структуре, а женщины обладают, как подтверждают результаты магнитно-резонансного исследования доктора Комисарука; по крайней мере тремя сексуальными центрами. Это клитор, вагина и устье шейки матки. (Доктор Комисарук добавляет и четвертый: соски.)

Впервые узнав, что современная наука доказала сексуальную восприимчивость шейки матки, я поразилась тому, что не встречала ни слова об этом в научных отчетах. (Однако встречала в художественной литературе. «Вдоль задней стенки матки находилась плоть, которая жаждала проникновения. Она изогнулась, открываясь для того, чтобы поглотить. Стенки плоти двигалась, как морские анемоны, ища, что бы вместить в себя… Она приоткрыла рот, словно демонстрируя открытость своей матки, ее голод, и только после этого он погрузился в нее до самого дна и ощутил ее сокращения», — пишет в «Дельте Венеры» (Delta of Venus) Анаис Нин, которая не стала ждать научного подтверждения своих догадок [3].) Это отсутствие информации было одним из многих странных упущений, которые я обнаружила в ходе своего исследования, натыкаясь на чрезвычайно важные научные открытия одно за другим, открытия, которые так и не стали достоянием общественности. Ведь если бы наука подтвердила существование шестого, неизвестного ранее чувства, если бы исследователи обнаружили, что у каждого человека есть спрятанный где-то дополнительный половой орган, ради Бога—разве не попало бы это в вечерние новости?

Другое исследование показало, что в целом вопрос «Клитор или вагина?» (Мастерс и Джонсон или Шир Хайт?) сам по себе поставлен неверно: точка G, которая расположена на передней стенке влагалища, в настоящее время рассматривается многими исследователями как часть внутреннего основания клитора. Как уже доказано наукой, женский половой орган устроен гораздо сложнее и чудеснее, чем считали утилитаристы вроде Мастерса и Джонсон и чем утверждает придуманная мужчинами модель женской сексуальности, ориентированная на быстрое достижение результата и до сих пор популяризируемая в рубрике «Сексуальные советы» в женских журналах от Good Housekeeping до Cosmo.

Получается, что женщины созданы так, чтобы получать много различных видов оргазма. Теоретически они могут испытывать оргазмы сколь угодно долго, пока не достигнут физического истощения. И если вы понимаете, что такое женская сексуальность, то сосредоточите на ней все свои усилия, ведь даже если это окажется «задачей повышенной сложности», вы все равно захотите ее решить, потому что при правильном подходе некоторые женщины могут эякулировать и потому что во время оргазма все женщины могут войти в уникальное состояние транса. Кроме того, у женщин оргазмы длятся дольше, чем у мужчин, и память играет у них в процессе возбуждения совершенно иную роль, и реакция женщин на возбуждение и оргазм биохимически очень отличается от мужской. Если смотреть поверхностно, то наша сексуальность ничем не отличается от мужской, но если копнуть глубже, то выяснится, что во многих вещах мы совсем не похожи на мужчин.

Может быть, одна из причин того, почему эта новая информация не получила должного освещения, связана с тревогой за мужское эго, даже если эта цензура проявилась неосознанно. Почему бы каждой газете не опубликовать результаты последних исследований, которые гласят, что теоретически женщины сексуально ненасытны? И что многие из них несчастны из-за существующей модели сексуального поведения? И что некоторые виды заигрывания и знаки внимания со стороны партнера в два или даже в четыре раза усиливают «микровольты» в шейке матки и вагине во время оргазма? Что плохого в этой информации? Разве только то, что от мужчин потребуется решать новые задачи, а большинство из них и так уже переутомлены и перегружены работой.

Однако я считаю, что не надо недооценивать стремление большинства гетеросексуальных мужчин сделать своих женщин по-настоящему счастливыми, не говоря уже о том, что мужчины сами заинтересованы в том, чтобы иметь ярких и позитивных сексуальных партнерш, которые, в свою очередь, смогут стать источником счастья для гетеросексуальных мужчин.

ЭПИДЕМИЯ ЖЕНСКОЙ ПОЛОВОЙ НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ

И вот я достигла того момента в своем исследовании, когда начала осознавать: именно наше непонимание истинных сексуальных потребностей женщин привело к тому, что многие из нас страдают от сексуальных нарушений. Цифры показывают, что на Западе в разгаре самая настоящая эпидемия среди женщин — «свободных», предположительно сексуально грамотных женщин, которые испытывают страшный сексуальный дискомфорт, хотя его легко можно было бы устранить. В Америке каждая третья женщина имеет слишком низкий уровень сексуального желания, а у каждой десятой эта проблема носит настолько серьезный характер, что ее диагностируют в клинических условиях. На самом деле низкий уровень либидо, что в медицине классифицируется как «гипоактивное сексуальное расстройство желания», является наиболее распространенной формой «женской сексуальной дисфункции», зафиксированной в Соединенных Штатах.

Статья Дж. Саймона, опубликованная в 2010 г. в издании Postgraduate Medicine под названием «Сниженное сексуальное желание — все проблемы у нее в голове? Патофизиология, диагностика и лечение гипоактивного сексуального расстройства желания» обращает внимание на то, что диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам определяет синдром женского низкого сексуального желания как

постоянный или рецидивирующий дефицит или отсутствие сексуальных фантазий и мыслей, и/или желания, или восприимчивости к сексуальной активности, что приводит к личным недомоганиям или межличностным трудностям и не обусловлено медицинским состоянием или воздействием наркотических препаратов. Сексуальная функция требует сложного взаимодействия нескольких нейромедиаторов и гормонов, как центрально, так и периферийно, а сексуальное желание рассматривается как результат сложного баланса между подавляющими и возбуждающими путями в мозге. Например, гормоны допамин, эстроген, прогестерон и тестостерон играют возбуждающую роль, в то время как серотонин и пролактин — подавляющую. Таким образом, снижение полового влечения может быть связано с пониженным уровнем возбуждающей деятельности, повышенным уровнем подавляющей или обоими факторами [4].

Эти несколько фраз являются образчиком научного преуменьшения. Нейтральный язык науки говорит, что низкое сексуальное желание женщины является результатом сбоя в выработке или дисбаланса гормонов и медиаторов. При этом совершенно игнорируется тот факт, что во время менопаузы, лекарственной терапии и под влиянием других факторов, на которые авторы указали как на могущие играть определенную роль в снижении сексуального желания, тысяча других психосексуальных, межличностных и прочих факторов, которые могут быть легко изменены в лучшую сторону, также могут играть важную роль в снижении либидо у многих женщин.

В ходе своего исследования я узнала, что утраченное женщинами сексуальное желание довольно часто можно с легкостью вернуть, но в одиночку или только с помощью врачей сделать это вряд ли удастся. Для этого их любовники и мужья должны постараться, выражаясь языком тантры, «раздуть огонь».

Удивительно, как много женщин сообщают о сексуальной неудовлетворенности, притом что сейчас «секс» буквально повсюду, а получить «информацию» сексуального характера никогда не было так просто, как сейчас.

По данным симпозиума Американской психиатрической ассоциации «Секс, сексуальность и серотонин», от 27 до 34 % женщин испытывают снижение сексуального желания. Это в два раза больше, чем среди мужчин: у них этот показатель составляет от 13 до 17 %. Невероятно много женщин — от 15 до 28 %, то есть каждая шестая — сообщили, что страдают от «расстройства оргазма». Эти процентные показатели выросли за четыре десятилетия с момента пика сексуальной революции в 1976 г., когда только около 25 % женщин жаловались на проблемы с желанием [5].

Исследование 2009 г. под названием «Здоровье нации и социальное положение», которое проводилось на базе Чикагского университета под руководством Эдварда Лауманна, показало, что 43 % женщин и только 31 % мужчин страдают от того, что было определено как «сексуальная дисфункция» [6].

Дж. Уорнок в работе «Женское гипоактивное сексуальное расстройство желания: Эпидемиология, диагностика и лечение» пишет, что подобное расстройство «может встречаться у одной трети взрослых женщин в США. Важной его особенностью является дефицит или отсутствие сексуальных фантазий и желания сексуальной активности, что вызывает выраженные страдания или нарушения межличностных взаимоотношений» [7].

И даже новейший доклад, подготовленный Индианским университетом в 2010 г., показывает, что только 64 % женщин — участниц исследования достигли оргазма в последний раз, когда занимались сексом (это означает, что 36 %, то есть почти четверо из десяти, оргазма не достигли). При этом 85 % участников мужского пола в том же исследовании сообщили, что смогли довести до оргазма партнера во время последнего полового акта. Данные были скорректированы с учетом мужчин, имеющих половые контакты с мужчинами, — и корректировка не стерла разницу между количеством женщин, которых, по мнению мужчин, им удалось довести до оргазма во время секса, и количеством женщин, которые на самом деле испытали оргазм. Последних оказалось гораздо меньше, чем первых [8].

Трудно сказать, что служит первопричиной — разочаровывающий сексуальный опыт женщин приводит к тому, что так много пар страдают от недостатка близости, или же это недостаток близости виноват в том, что так много женщин жалуются на низкое либидо, но данные свидетельствуют о том, что каждая пятая гетеросексуальная пара почти не занимается любовью.

Судя по результатам этого и других исследований, давших схожие результаты, можно сделать вывод, что западная сексуальная революция не удалась. Она не принесла женщинам желанных плодов.

В эпоху свободы, постфеминизма и свершившейся сексуальной революции, когда женщины могут делать в сексе «все» и быть «плохими девочками», не рискуя при этом покрыть себя позором, когда любая фантазия воплощается в реальность одним нажатием кнопки на пульте дистанционного управления и любой прибор для сексуальных утех доставляется после одного клика компьютерной мыши, удивительно высокий процент среднестатистических женщин — от одной из пяти до одной из трех — по-прежнему жалуются на недостаток желания, на проблемы с регулярным достижением оргазма или другие проблемы такого рода. И теперь, когда я знаю, какую тесную связь имеет вагина с настроением и сознанием женщины, я скажу, что каждая пятая женщина или даже каждая третья женщина страдает от чего-то очень похожего на вагинальную депрессию.

Как это ни странно, но наша якобы просексуальная культура вполне комфортно сочетается с этим невероятно высоким уровнем женской неудовлетворенности. И никто не призывает срочно обратить внимание на эту проблему. Но она существует. Книга австралийского сексолога Беттины Арндт «Сексуальные дневники» (The Sex Diaries) (2009) так хорошо продавалась отчасти как раз потому, что автор обратилась к теме низкого уровня желания у огромного количества женщин. Опираясь на свой клинический опыт, Арндт пишет, что довольно часто женщины хотят секса реже, чем их мужья, и именно в этом кроется причина многих разводов и измен.

Однако новейшие исследования показывают, что при благоприятных условиях почти каждая женщина может достигать оргазма. Что если так много женщин страдают от низкого либидо, от разочарования и от сексуальной ломки, потому что — и тут не остается ничего иного, как назвать вещи своими именами, — знания многих мужчин о женщинах таковы, что они действительно понятия не имеют, что с этими женщинами делать? Больше того, многие женщины не знают сами себя и не представляют, в чем они на самом деле нуждаются и чего хотят.

Если мужчина следует принятому в нашей культуре сексуальному сценарию и действует в соответствии с общедоступными знаниями о том, что представляют собой вагина, женская сексуальность и как вообще следует относиться к женщине, то, скорее всего, он, несмотря на самые лучшие намерения, так и не сделает ничего из того, что необходимо женщине для поддержания ее возбуждения. Наиболее деструктивное знание, которое есть у мужчин о женщинах, это то, что вагина — это просто половой орган и секс для женщин — это половой акт в том же смысле, что и для мужчин. Они не подозревают о существовании той тонкой связи между мозгом, сердцем и телом, которая и определяет сексуальную реакцию женщины.

Все, что я узнала о женском сексуальном и эмоциональном здоровье, которое является залогом женской страстности и наделяет способностью к ярким и мощным оргазмам, заставляет меня думать, что этот чрезвычайно низкий уровень женского сексуального счастья и желания четко показывает: что-то пошло не так. Низкий уровень женского либидо, о котором свидетельствуют все последние исследования, следует рассматривать как признак свирепствующей болезни, признак того, что в сексуальном плане происходит что-то совершенно неподходящее для миллионов женщин.

В следующей части этой книги мы узнаем, как этот разрыв между истинными потребностями женщин и реальностью увеличивался на протяжении нескольких тысячелетий, и поговорим о том, что теперь с этим делать.

Часть 2

История: покорение и контроль

6. Травмированная вагина

Переложишь вину на жертву, сказав, что именно она в ответе за сложившуюся ситуацию, необходимо… Это нечто вроде совершения ритуального жертвоприношения, когда считалось, что жертва взяла на себя все грехи мира…

— Пегги Ривс Сандэй

Если удовольствие, доставляемое вагине во время секса, является источником радости и катализатором творческого процесса для женского мозга, то верно и обратное утверждение: травмированная вагина, подвергшаяся жестокому обращению из-за насилия или эгоистичного в сексуальном плане партнера, физически не может наполнить женский мозг химическими веществами, порождающими уверенность в себе, смелость, чувство привязанности к партнеру и радость. Ведь за это отвечают те же нервные окончания.

Так что если вы хотите покорять и подчинять женщин — и речь не о том, чтобы посадить их под замок, а о том, чтобы они сами сделали это с собой, стали подавленными, утратили радость жизни и умение отвечать за себя, не получали удовольствия, разуверились в силе любви, думали, что человеческая привязанность хрупка и ненадежна, — вашей целью должна стать вагина.

Когда я узнала о невероятной связи между нервными окончаниями паховой области и женскими мыслями и эмоциями, я не могла не задуматься обо всех тех встречавшихся мне женщинах — из разных слоев общества, — которые были так сильно травмированы, что эта связь могла нарушиться. Я вспоминала их лица. Я вспоминала слова, которые они произносили, и чувства, о которых они мне рассказывали. Я задавалась вопросом: не вызваны ли их страдания утратой этой связи, о которой мы раньше даже не подозревали? Я поняла, что женщины, которых я встречала, — из разных стран и разного возраста — часто держали себя совершенно одинаково и в их глазах застыло одинаковое выражение. Я слышала, как фраза «Я чувствую себя грязной, я — как сломанная вещь» эхом звучала в устах женщин из лагеря беженцев в Сьерра-Леоне (многие из них пережили изнасилования во время войны), и в устах звонивших в кризисный центр для жертв изнасилования в Эдинбурге, и в устах посетительниц многолюдного кафе в Челси, на Манхэттене, страдавших от вульводинии — болей в области влагалища.

Возможно, мы недооцениваем значимость и последствия вагинальной травмы — так же, как недооценивали значимость сексуального удовольствия для женщин, — считая такую травму «просто» физической? Возможно, мы неверно расцениваем душевное состояние женщины после изнасилования как посттравматический синдром, развившийся после перенесенного жестокого обращения? Не упускаем ли мы из виду нечто важное — что именно нарушается, когда страдает вагина?

Узнав, что полноценно функционирующий тазовый нерв играет у женщин важную роль в выработке допамина, окситохдана и других химических веществ, отвечающих за сенсорные ощущения, уверенность в себе и темперамент, я задалась вопросом: насколько травма влагалища может препятствовать выбросу этих веществ в женском мозге? А следом возник и другой вопрос: могло ли именно это стать причиной того, что женские вагины тысячелетия за тысячелетиями подвергались насилию? Я не могу утверждать, что это была сознательная тактика. Но, может быть, так было заведено, подсознательно, потому что эта тактика оказалась эффективной? Ведь держать в подчинении большую часть человечества нелегко'. А если обнаружилось, что есть эффективный способ достижения этой цели?

Иными словами, если на заре истории мужчины на протяжении поколений наблюдали эту биологически обусловленную связь между сексуальным благополучием женщины и ее оптимизмом и уверенностью в себе, могли ли они заметить и связь между сексуальной травмой женщины и ее пониженной способностью испытывать эти чувства?

Когда ты проводишь много времени в кризисном центре по изнасилованиям, как это делала я, трудно не задаться вопросом: не чудовища ли мужчины? Почему изнасилования случаются в любом обществе?

Почему на войне всегда насилуют женщин врага? Почему столько мужчин совершают изнасилования именно во время войны? феминистка Кейт Миллет в своей работе «Политика пола» (Sexual Politics) (1970) утверждает, что «изнасилование, как правило, является результатом мужского садизма и ненависти к женщинам», а Сьюзен Браунмиллер, автор книги «Против нашей воли: Мужчины, женщины и изнасилование» (Against Our Will: Men, Women and Rape) (1975), полагает, что «война делает из мужчин извращенцев, чтобы превратить их в насильников». Но такое толкование исходит из личностного понимания сексуальности, предложенного Фрейдом. Таким образом, они стремятся дать психологическое объяснение всем изнасилованиям, что заставляет сделать тревожный вывод: мужчины как личности являются возможными садистами. Но что если некоторые изнасилования не обусловлены личностными качествами, а используются как инструмент и являются системой?

В 2004 г. я отправилась в Сьерра-Леоне, чтобы сделать доклад о массовом сексуальном насилии, происходившем во время гражданской войны, которая расколола страну надвое. Международный комитет спасения (МКС) организовал поездку для меня и нескольких других помощников и журналистов на территорию, которую еще недавно удерживали повстанцы. Там были сотни женщин, изнасилованных во время войны, а в ходе некоторых поездок нам встречались и десятки насильников. Именно тогда я убедилась в том, что западное понимание изнасилования — как результата нарушений личности, как акта агрессии или проявления извращенности — не может объяснить сексуальное насилие в контексте войны.

Мы встречались с женщинами в разных местах, но во время одной из поездок нам довелось побывать в центре для беженцев — обнесенном стеной лагере посреди бескрайней, бесплодной равнины. Там находились, казалось, тысячи женщин, жестоко изнасилованных во время недавнего военного конфликта.

Низкие незамысловатые бетонные строения, в которых жили женщины, окружали немощеный двор. Одно-единственное дерево отбрасывало небольшую тень. Это было похоже на чистилище: повсюду, насколько хватало взгляда, женщины медленно, бесцельно бродили по лагерю, и кроме одного или двух сотрудников гуманитарных служб и охранников, стоявших на входе, там не было ни одного взрослого мужчины.

Эти женщины проявили огромное мужество. Они разыграли перед нами театрализованное представление с элементами племенных танцев, которые делали его еще более драматичным. Одна женщина, изображая насильника, «атаковала» другую. Грубое насилие в этой сцене было поразительным.

После спектакля женщина-врач представила нас нескольким женщинам. Одна из них сидела в тягостном молчании, пока врач объясняла, что та страдает от вагинального свища; появившегося в результате изнасилований. «Вагинальный свищ, — объясняла доктор, — это разрыв или прокол в стенке влагалища, в результате которого оно соединяется с другим органом, например, мочевым пузырем, толстой или прямой кишкой». Эта проблема была здесь очень распространена. Поскольку в женской деревне не хватало антибиотиков, рана гноилась и плохо пахла, и из-за этого муж этой женщины отказался от нее. Такая же судьба постигла многих других женщин в лагере, страдавших от вагинальных свищей.

В другом месте мы встретили женщину, точнее еще ребенка 15 лет, которую похитили в Либерии, держали как сексуальную рабыню и неоднократно насиловали. (За время войны 15000 девушек-подростков постигла та же участь.) Ей удалось обмануть похитителя, забрать своего годовалого ребенка (которого она родила от этого человека) и сбежать. Она пробиралась через леса, питалась диким ямсом, пока не перешла границу и не добралась до лагеря МКС, где очутилась наконец в относительной безопасности.

Эти женщины отличались от других, которых мы встречали, — с ампутированными конечностями, раненых во время обстрелов, плененных и работавших в алмазных копях. С жертвами изнасилований произошло нечто такое, из-за чего в них погас огонь. Эти женщины, отвергнутые своими племенами и семьями, собирались большими группами на пыльных земляных насыпях, словно вместе плыли по течению. Несмотря на мужество каждой из них, становилось очевидно, что их души были словно опустошены. Даже в одной из таких женщин угасание жизненной силы бросалось в глаза, но когда видишь целый народ, состоящий из бесцельно бродящих женщин, это невозможно забыть. С ними сделали что-то такое, что притупило их общительность, загасило любопытство и сломило волю.

Врач объяснила, как именно травмировали этих женщин. Им намеренно наносили внутренние повреждения. Штыками, заостренными палками, разбитыми бутылками, ножами. Десятки тысяч женщин получили тяжелые ранения именно таким способом. И это были не единичные поступки, совершенные случайными извращенцами, а повсеместно распространенные во время войны действия.

Почему тысячи и тысячи солдат в условиях военного конфликта брались за острые предметы, чтобы уничтожить вагины тысяч и тысяч женщин? В этих изнасилованиях, с такими травмами, не было ничего, что казалось бы мне сексуальным или хоть как-то объяснимым с точки зрения психоанализа. Сейчас, уже зная о связи у женщин тазового нерва и чувства уверенности в себе, творческой фантазии и воли, я полагаю, что эти десятки тысяч мужчин не испытывали ни малейшего возбуждения, когда наносили тяжкие повреждения этим десяткам тысяч женщин.

Женщины подвергаются такому жестокому обращению во время военных конфликтов в Африке и во всем мире десятилетие за десятилетием. И в Сьерра-Леоне, и в Демократической Республике Конго командиры приказывали своим солдатам совершать подобные злодеяния — насиловать. Специалисты МКС разговаривали с солдатами, и те объясняли, что у них не было иного выбора, кроме как выполнять эти приказы, — иначе им пришлось бы застрелиться. Почему же отдаются подобные приказы? На чем они основываются — на многовековом опыте, который доказал, что с помощью такого зверского насилия женщин легче подчинить?

Позже я брала интервью у людей, которые работали с женщинами, подвергшимися жестоким изнасилованиям во время войны.

Джимми Бриггс, основатель Man Up — международной организации против насилия и жестокости (в 2011 г. журнал GQ назвал Бриггса за его деятельность человеком года), часто бывает в Демократической Республике Конго. По данным Организации Объединенных Наций, за время недавней гражданской войны в этой стране были изнасилованы 400000 женщин [1]. Бриггс написал на эту тему книгу. По его словам* «жертвы жестокого изнасилования отличаются от всех остальных». «Я продолжу собирать материл об этом, — говорит он. — Я опрашивал людей, которые были столь же жестоко травмированы, но другими способами и без таких последствий. И я видел, как отличаются результаты этой травмы от других. Действительно, в глазах этих женщин будто погас свет» [2].,

Я побывала и в другом лагере беженцев, очень отличавшемся от описанного ранее. В комнате с бетонными стенами, окрашенными в синий и зеленый цвета, свет лился из высоких незастекленных окон. Несколько предложений на английском языке были нацарапаны на импровизированной доске. Там я увидела некоторых из наиболее жестоких насильников из Сьерра-Леоне: это были мальчики 12,13 и 14 лет — дети-солдаты. Они проходили реабилитацию благодаря МКС, который предоставил им безопасное убежище и занимался их обученнием. В их глазах была боль, их детство омрачили наркотики и насилие. Это были просто дети, похищенные и травмированные, которым угрожали оружием и заставляли насиловать. Эти дети в рваных шортах после разговора с нами пошли играть в футбол на пыльном дворе. То, что они сделали с женщинами из другого лагеря, было совершено не из-за какой-то патологии. Фрейдистское объяснение, что жестокое изнасилование является результатом индивидуальных сексуальных отклонений, просто не применимо к изнасилованиям во время войны.

В рамках радикального феминизма изнасилование рассматривается лишь как демонстрация неравных властных отношений. Утверждается, что изнасилование связано не с сексом, а с властью. Это, как я теперь уверена, ближе к правде, но по-прежнему не дает окончательного ответа на многие вопросы. Если речь идет просто о власти, почему используется секс? Почему бы просто не бить, угрожать, морить голодом, не посадить женщину под замок? Ведь есть много способов получить власть над нею.

Да, но если вы преследуете цель сломить ее, то наиболее эффективно именно насилие над ее вагиной. Из-за связи вагины с сознанием, вы травмируете женщину куда сильнее, чем если бы просто избили ее. Насилие над вагиной оставляет глубокий след не только в теле, но и в мозге женщины.

Изнасилование входит в стандартный набор приемов геноцида. И в свете этого становится понятно, что многие мужчины — возможно, большинство мужчин, которые насилуют во время войны, — делают это не из-за нарушений личности. В таком контексте изнасилование является инструментом. Это стратегия физического и психологического контроля над женщинами, когда травма, наносимая вагине, преследует цель навсегда оставить отпечаток в мозге женщины.

Если мы поймем это, станет ясно, что происходящее с вагиной гораздо важнее — и в хорошем, и в плохом смысле, — чем мы считали прежде. Очевидно, что изнасилование — это не просто «преступление сексуального характера» или «жестокость», которые ограничены лишь продолжительностью их совершения и потом, возможно, имеют посттравматические последствия. Мы должны понимать, что, хотя исцеление возможно, пострадавшая от изнасилования никогда не восстановится полностью и никогда уже не будет такой, как раньше. Изнасилование, если понимать его правильно, это далеко не просто жестокая форма секса. Оно нацелено не только на половой орган женщины, но и на ее мозг.

ИЗНАСИЛОВАНИЕ ОСТАВЛЯЕТ СЛЕД В МОЗГЕ

По словам сотрудников гуманитарных организаций, специалистов, занимающихся различными целительными практиками, и врачей, которых я опрашивала, а также согласно результатам новых передовых исследований, изнасилование меняет мозг и организм женщины. Но обязательно ли для этого страдать так жестоко, как изнасилованные женщины в Сьерра-Леоне? Согласно исследованиям доктора Берка Ричмонда, нет, не обязательно.

Доктор Ричмонд — невропатолог в Висконсинском университете, специализируется на отоларингологии. Он изучает такие проблемы, как хроническое головокружение, вертиго (ощущение потери баланса) и хронический звон в ушах. Он также занимается клинической практикой, работает с пациентами, в основном женщинами, которые страдают от этих и похожих недугов. Его исследования доказали, что изнасилование или сексуальное насилие в детстве накладывают отпечаток на женский мозг и тело.

Я познакомилась с доктором Ричмондом летом 2010 г. на яхте нашего общего друга. Трое его детей носились по палубе. Док-: тор Ричмонд — темноволосый, остроумный, но тем не менее серьезный человек лет 40. Он рассказал мне, что многие его пациентки, страдающие от различных нарушений, подверглись изнасилованиям или жестокому обращению во время секса Зачастую после случившегося они по многу лет не могли вновь обрести душевное равновесие. И хотя его наблюдения носили эпизодический характер, он пришел к выводу, что пациентки с нарушениями и пациентки, подвергшиеся изнасилованию или жестокому сексуальному обращению, имели так много схожих симптомов, что это дало повод для проведения дополнительного исследования. Я была так заинтересована его описанием изнасилований, из-за которых многие из его пациенток буквально не могли «твердо стоять на земле», что проговорила с ним два часа, не замечая ни палящего солнца, ни живописных скал на горизонте.

Его наблюдения подтверждали то, на что я не раз обращала внимание за 10 лет преподавания техники речи в Институте этического лидерства Вудхалл для женщин-руководителей, одной из соучредительниц которого я была. Частью моего преподавания были тренинги для молодых женщин, во время которых они учились стоять в полный рост, «твердо стоять на земле», пока произносили речь на воображаемой сцене. В течение многих лет я замечала снова и снова, что некоторые молодые женщины буквально не могли устоять на ногах. Они не способны были держаться спокойно, стоять прямо, высоко подняв голову, и, как бы они ни хотели это сделать, они все равно продолжали едва заметно покачиваться из стороны в сторону.

Плечи этих молодых женщин, казалось, уступали нажиму моих рук без всякого естественного сопротивления, в отличие от других молодых женщин, осанку которых я корректировала. Кроме того, им свойственно было сдерживать свои голоса — из-за напряжения в гортани часто они звучали высоко и по-детски. А когда мы занимались расслабляющими упражнениями для постановки голоса, почти всегда происходили две вещи: их голоса начинали звучать более естественно, что вызывает большее уважение у аудитории, а вскоре после этого они заходились в судорожных рыданиях.

Но часто после таких рыданий с этими молодыми женщинами происходили удивительные превращения: они не просто успешно проходили курс публичных выступлений и благодаря расслабленной гортани и диафрагме обретали «новые» голоса, но в них появлялось свечение, внутреннее сияние и жизненная сила, словно они только сейчас начали жить. И снова и снова оказывалось, что эти молодые женщины в детстве или подростковом возрасте подвергались сексуальным домогательствам или были изнасилованы. И я заметила, что симптомы этой категории очень отличаются от поведения многих других молодых женщин, занимавшихся по нашей программе, которые пострадали от столь же жестокого обращения, но получили другие травмы, не сексуального характера.

Поэтому, когда доктор Ричмонд поделился со мной своими выводами о том, что его пациентки с нарушениями равновесия ранее подвергались сексуальным домогательствам или были изнасилованы, это приковало мое внимание.

Как рассказал доктор Ричмонд, некоторые из его пациенток пришли к нему с симптомом, который называется фобическим постуральным головокружением, означающим, что они раскачиваются во время стресса или могут легко упасть от толчка. У других наблюдаются конверсионные нарушения походки — у них словно заплетаются ноги, хотя физически с ними все в порядке. Третьи страдают от «зрительного головокружения» — это означает, что они испытывают головокружение без всякой видимой причины. С пережитым изнасилованием были связаны другие симптомы — ощущение постоянного падения или тошнота по утрам. «Тем женщинам, которые, по моим наблюдениям, легче падают, когда я толкаю их во время специального теста, я задаю вопрос о сексуальном насилии, и ответ часто бывает утвердительным. Такой вопрос я задаю не всем своим пациенткам, то есть не спрашиваю тех, у кого нет таких симптомов, подвергались ли они сексуальному насилию. Но вопрос о сексуальных домогательствах может оказаться полезным, когда такие симптомы проявляются, потому что это может помочь постановке верного диагноза».

«То есть вы в буквальном смысле можете легче сбить с ног тех, кто подвергся сексуальным домогательствам или изнасилованию?» — спросила я. «Да, — подтвердил доктор Ричмонд. — Если я попрошу этих женщин закрыть глаза и стоять, они могут слегка покачиваться. Большинство людей стоят твердо. Если вы слегка толкнете их, они будут сопротивляться. Они не сделают шаг в сторону, не упадут и не будут неловко балансировать. Но эти женщины будут. Если вы толкнете их, они начнут падать, и вам придется ловить их. Это непропорциональный физический ответ, не соответствующий их физическому состоянию. У них нормальные силы, нормальные рефлексы, нормальная работа организма: у них нет никаких расстройств неврологического свойства — ни вестибулярных нарушений, ни травм мозга, которые, в частности, могли бы объяснить такие реакции. У этих женщин отсутствуют физические причины для неврологических проблем, но их тела реагируют так, будто такие проблемы у них есть. Но как только я даю им установку сопротивляться, их можно толкать изо всех сил, и они все равно будут стоять твердо, как скала».

Это удивило меня: то есть, если сказать жертве изнасилования, что она должна сопротивлялась, ее организм будет реагировать по-другому?

«Так вот она, эта связь разума и тела?» — «Точно — вот как она проявляется. Полагаю, что мой авторитет врача “позволяет” им сопротивляться. Им “дали разрешение” стоять твердо. Но те же самые пациентки, не получив инструкций, падают, стоит их легонько толкнуть».

Слова доктора Ричмонда означали, что изнасилование выводит пострадавших из состояния равновесия.

Я задумалась над тем, как эта информация соотносится со связью «мозг — вагина»: повлияла ли травма вагины на мозг или одно не имеет отношения к другому?

«Без сомнения, когда вы получаете сильные травмы, вы можете видеть, как они отражаются на вашем теле. Я не задаю всем вопрос о сексуальном насилии, но когда наблюдаю такую модель поведения и спрашиваю о нем, то удивительно, как часто слышу утвердительный ответ. Я называю его взаимодействующей переменной. У них могут быть другие симптомы, но вопрос о сексуальном насилии обязательно должен быть задан в процессе лечения, если необходимо объяснить, почему подобное поведение наблюдается у человека именно сейчас. У них есть несколько медицинских проблем, которые накапливаются с течением времени, — от ожирения и мигрени до психических расстройств». — «Из-за сексуального насилия?» — спросила я. «Да». — «Как я понимаю, нельзя утверждать, что причина кроется в чем-то одном. Но, судя по вашим словам, влияние сексуального насилия на женский организм должно стать предметом изучения». Доктор Ричмонд согласился. «Никто до конца не понимает, что такое конверсионные расстройства, — объяснил он. — Этот термин обозначает физическую аномалию, вызванную психическим состоянием».

Распространенные определения конверсионных расстройств — это ипохондрия или фраза «это все лишь у тебя в голове». Страдая от конверсионного расстройства, человек испытывает настоящие симптомы болезни, но причины их явно не физического свойства.

«У таких пациенток нет физических проблем, — пояснил доктор Ричмонд, — но тем не менее мы должны отнестись к тому, что происходит с этими женщинами, серьезно. Эти симптомы могут вызываться неким нарушением в мозге, причиной которого стали негативные воспоминания или отклонения от нормы в работе нервной системы. Если вы неоднократно подвергались насилию, у вас может выработаться поведенческая реакция на это действие. Вы можете отстраняться и чувствовать себя так: “Кто-то что-то делает с чьим-то телом, но это не мое тело”».

По словам доктора Ричмонда, такая реакция на угрозу нападения и насилия может сохраниться на всю жизнь.

Я рассказала ему, как отразились на женщинах жестокие изнасилования в Сьерра-Леоне, и о том, что из-за подобных травм в мозг прекращает поступать допамин. Я объяснила, что хотела бы понять, оказывает ли сексуальное насилие физическое влияние на женский мозг и если да, то какое?

«Я бы поспорил, — сказал он, — с тем, что после травмы именно мозг воздействует на тело. В результате таких нападений, как в Сьерра-Леоне, происходит прямое повреждение тазового нерва от вагинальных травм, но мозг влияет на весь организм уже после этого, словно отдельно от этой основной травмы. На Западе вы можете наблюдать проявление таких же симптомов у женщин, пострадавших от сексуального насилия, но в менее выраженной форме. Поведение — ответ на все: если кто-то травмирует вас, это отражается на вашей зрительной и слуховой системах. Они взаимосвязаны, и ваш мозг постоянно вырабатывает новые реакции на полученную травму».

Я задала вопрос по-другому: «Значит, я не ошибусь, если скажу, что мозг женщины травмируется физически, если ей нанесли сексуальную травму, даже если никакого “насилия” не было?» — «Да, — ответил он. — Думаю, что-то подобное и происходит. — Он ненадолго задумался. — У меня была одна пациентка, которая подверглась сексуальному насилию в детстве. Став взрослой, она с отвращением реагировала на некоторые звуки; это состояние, которое называется мисофония — спонтанная эмоциональная реакция на определенные звуки. Представьте себе, что вы чувствуете, когда кто-то водит пальцами по школьной доске… У людей с этим расстройством щелканье, жевание или другие звуки могут вызывать невыносимые, резкие эмоции. Расстройство этой взрослой женщины может быть следствием сексуального насилия, которому ее подверг в детстве отец. Она помнит, как он стоял в углу, производя эти звуки, и они связаны у нее в памяти с жестоким обращением».

В ответ на это я рассказала ему о неразрешимой проблеме, которая беспокоила меня так долго, — о восстановлении женщин после изнасилования. Ведь очень многие из них, даже пройдя курс терапии, тяжело переживают психологические последствия изнасилования. И если раньше у них все было в порядке, то теперь даже с надежными, заботливыми, любящими партнерами они уже не могут наслаждаться сексом, как раньше.

«Итак, — спросила я доктора Ричмонда, — можно ли объяснить нарушением работы вегетативной нервной системы после сексуальной травмы то, что я наблюдала у жертв изнасилования? То, что в результате пережитого у них могут быть проблемы с сексуальным возбуждением и получением удовольствия отчасти потому, что в этой системе произошли реальные физические изменения из-за травмы?» — «Может ли изнасилование или жестокое обращение во время секса периодически вызывать изменения или стать причиной постоянных нарушений в работе вегетативной нервной системы? Возможно, да, и об этом все чаще пишут. Из-за особенностей системы некоторые люди могут быть более подвержены таким реакциям. Вполне возможно, что часть женщин и мужчин устойчивее к посттравматическому синдрому, чем другие, в ситуациях, когда возможны повреждения вегетативной нервной системы в результате сексуальных травм. Но какой бы вывод вы ни сделали, совершенно очевидно одно: когда люди попадают в экстраординарные, выходящие за обычные рамки ситуации, это сказывается на наиболее уязвимых из них и затрагивает вегетативную нервную систему».

Действительно, другие недавние исследования подтверждают, что в мозге женщин, пострадавших от изнасилования или жестокого сексуального обращения, особенно в детском возрасте, наблюдаются поразительные физически измеримые отличия по сравнению с женщинами, которые не были изнасилованы, а именно: изменение размера и функциональности гиппокампа, а также различия в уровне кортизола [3].

Другими словами, если вы изнасиловали женщину (возможно, это относится и к мужчинам, хотя в исследовании участвовали именно женщины) или надругались над ней, когда она была ребенком, вы можете изменить ответные реакции ее тела — возможно, на всю оставшуюся жизнь: поселить в ней страх, заставить острее реагировать на стресс, вызвать в ней отвращение к близким отношениям. Ее реакции на окружающий мир изменятся на уровне нейронных тканей, что в случае нарушений в гиппокампе может даже лишить ее способности управлять краткосрочной памятью.

По крайней мере у одной из пациенток доктора Ричмонда были проблемы с голосом, связанные с сексуальной травмой. «У меня был очень интересный случай, — сказал он мне. —

У пациентки наблюдались случаи “экспрессивной афазии”: в течение долгого времени она не могла говорить. Она пострадала от жесточайшего насилия в возрасте до двух лет, то есть на довербальном этапе, и, став взрослой, в состоянии стресса возвращалась к этому этапу» [4].

Масштабное исследование подтвердило, что многие проблемы со здоровьем, на первый взгляд не связанные с изнасилованием, вызываются именно его последствиями. Согласно отчету Рони Рабин, опубликованному New York Times, примерно одна из пяти американок заявила, что подвергалась сексуальному насилию. Рабин отмечает множество проблем со здоровьем, которые могут последовать за изнасилованием. В опросе, проведенном при поддержке Национального института юстиции и Министерства обороны, приняли участие 16507 человек. В трети случаев женщины говорили, что становились жертвами изнасилования, избиения, преследования. Изнасилование было определено в этом исследовании как «завершенное принудительное проникновение, принудительное проникновение под влиянием наркотиков или алкоголя или попытка принудительного проникновения». Согласно этому определению, «1,3 млн американских женщин ежегодно становятся жертвами изнасилования или попыток изнасилования» (согласно данным того же исследования, среди мужчин изнасилованию подвергается один из 71). «Подавляющее большинство женщин, которые заявили, что стали жертвами сексуального домогательства, изнасилования или преследования, сообщали о симптомах посттравматического стрессового расстройства».

Сексуальное насилие может стать причиной самых разных, даже, казалось бы, не связанных с ним проблем со здоровьем. Среди женщин, которые подвергались жестокому сексуальному обращению, более распространены астма, диабет, синдром раздраженного кишечника, головные боли, хронические боли, нарушения сна, ограниченная подвижность и плохое физическое здоровье в целом, а также чаще встречаются расстройства психики. Эта связь между сексуальным насилием и хроническими проблемами со здоровьем подтверждается и исследованием, проведенным Лизой Джеймс, которая работает в некоммерческой организации «Будущее без насилия». По ее данным, также можно предположить, что даже однажды совершенное сексуальное насилие может оказывать устойчивое влияние на жертву, вызывая, казалось бы, не связанные с ним проблемы со здоровьем [5].

Так чем же объясняются изнасилования — сексуальной агрессией или неврозом у мужчин? И может ли изнасилование как постоянная составляющая культуры на протяжении времен, в дополнение к другим способам или вместо них, использоваться для «перепрограммирования» женщин на физическом уровне, чтобы они чувствовали себя менее храбрыми, менее сильными и защищенными и не имели развитого чувства собственного достоинства?

Далее я расскажу о моем общении с гуру тантрического секса Майком Лусадой, остеопатом Кэтрин Кэйкалс, о книге целительницы Тами Кент [б] и об интервью с моим гинекологом доктором Коди. Все они будут рассказывать о сокращении мышц влагалища в результате травмы, которое доктор Коди определит как вагинизм, Лусада будет говорить об «узлах» в мышцах жертв изнасилования, а Кент отметит, что сокращения могут вызвать другие нарушения в остальных частях организма, и расскажет, что испытывающие их женщины, которые считают, что они «зажаты» эмоционально, часто в прошлом подвергались постыдным для них сексуальным действиям или жестокому обращению.

Кэтрин Кэйкалс — высококвалифицированный остеопат с Манхэттена, которая лечит женщин с помощью внутренних, не связанных с сексом вагинальных упражнений. Она убеждена в том, что эмоции влияют на чувствительность вагины и мышечный тонус и могут даже усугубить вагинальные и другие виды патологии. Она также полагает, основываясь на практическом опыте, что, «освобождая» напряженную вагину, может освободить женщин от эмоциональных проблем, которые мешают восстановлению творческого потенциала и сексуального здоровья у тех из них, кто испытывает слабый интерес к жизни.

Тами Кент, автор культового бестселлера «Дикая женственность: Поиск силы, духовного начала и радости в женском теле» (Wild Feminine: Finding Power, Spirit & Joy in the Female Body), — целительница, которая делает вагинальный массаж. Она использует техники народных целителей. По ее мнению, определенные точки в вагине отвечают за сдерживание различных эмоций, которые можно освободить благодаря воздействию изнутри.

Я брала интервью у пациенток целителей, специализирующихся на вагинальном массаже или остеопатическом лечении, и многие из них рассказали, что эти практики помогли им избавиться от эмоциональных нарушений. Еще недавно это, конечно, невозможно было рассматривать в контексте официальной медицины. Но в некоторых областях медицина и наука сближаются с остеопатией и целительством. Так, группа исследователей под руководством X. Юна, как мы увидим далее, выяснила, что стресс и травма действительно влияют на функции вагины.

В разговоре с доктором Ричмондом я заметила: «Создается впечатление, что женщин, испытывающих симптомы, которые могут возникнуть в результате сексуального насилия, большинство врачей воспринимает как истеричек, а психиатры — как ненормальных». — «Многие женщины подтвердили бы это, — ответил он. — Но женщины не хотят слышать от врачей, что “это все у них в голове”, и по той же причине боятся идти к психиатру — из страха, что их назовут сумасшедшими, тогда как сами они знают, что это не так».

Как показывают исследования в развивающейся области науки нейропсихоиммунологии, связь разума и тела вполне реальна. В настоящее время наука разрабатывает способы наглядно продемонстрировать взаимодействие между ними, которое мы начинаем все больше понимать: как работает память и какие физические реакции за этим следуют.

«Мне легко сказать: “Это все в вашей голове”, — заключил доктор Ричмонд. — Ведь вполне реальные причины неврологических нарушений могут быть именно в вашей голове».

То, что доктор Ричмонд наблюдал у своих пациенток, было отмечено и в недавних исследованиях. Появляется все больше доказательств того, что изнасилование и ранняя сексуальная травма действительно могут «остаться в теле» — даже в вагине — и изменить его на глубинном уровне. Восстановление возможно, но для этого требуется специальное лечение. Сексуальное насилие действительно может изменить работу симпатической нервной системы, столь важной для женского сексуального возбуждения. А если женщину не лечить, это может изменить ее навсегда — то, как она дышит, с какой скоростью бьется ее сердце, уровень ее кровяного давления и реакции на стресс, причем таким образом, что она не сможет их сознательно контролировать.

По крайней мере одно крупное исследование 2006 г. подтверждает, что полученная в результате сексуального насилия травма может не только нарушить работу СНС, как наблюдал доктор Ричмонд, то есть усилить реакции СНС сексуально травмированных женщин, но и ослабить реакции влагалища — снизить эффективность возбуждения и приток крови — так, что придется тренировать его и даже стимулировать с помощью эротических материалов.

Исследователи Алессандра Реллини и Синди Местон, работающие на факультете психологии Техасского университета, подтвердили, что сексуальная травма, полученная в детстве, может вызвать не только психологические нарушения, но и препятствовать женскому сексуальному возбуждению на физиологическом уровне на протяжении многих лет после травмы [7]. Они измеряли уровень кортизола в слюне женщин, усиливали реакции симпатической нервной системы с помощью упражнений, а затем показывали им эротическое видео. После этого проверяли «вагинальный пульс» — исследовали, насколько легко возбуждается вагина, измерив силу притока крови к ней. Реллини и Местон обнаружили значительные различия по этому показателю между женщинами, травмированными сексуальным насилием, и теми, кто с ним не сталкивался.

Реллини и Местон, как и доктор Ричмонд, обнаружили повышенную активность СНС у женщин, переживших сексуальное насилие. Это влияет на сексуальную жизнь женщин, поскольку сбалансированная (не чрезмерно активная) работа СНС имеет решающее значение для женского возбуждения. Как выяснили исследователи, у женщин, подвергшихся надругательству, СНС более активна по сравнению с «базовым» уровнем или не активна совсем.

Иными словами, женщины могут возбуждаться наиболее легко, когда СНС работает хорошо, а травмы после сексуального насилия, очевидно, нарушают у многих ее работу. (Интересно изучить эти данные и по многим другим причинам, например вес женщин этих двух категорий заметно различается: женщины, испытавшие сексуальное насилие с симптомами посттравматического синдрома, весят в среднем на 13 кг больше, чем женщины в контрольной группе. Такую разницу, безусловно, можно объяснить многими факторами, но это потребует дополнительных исследований.)

Как отмечают авторы, существует не так много исследований о влиянии сексуальной травмы на взаимоотношения женщин с другими людьми, а все работы в этой области, как правило, сосредоточены не на описании когнитивных проблем, а на биологических аспектах травмы. «Несмотря на негативное воздействие посттравматического синдрома на взаимоотношения женщин с другими людьми, некоторые практики были разработаны специально для пар, в которых есть проблемы с посттравматическим синдромом…» [8]. «Еще меньше существует терапевтических методов для решения проблем сексуальной дисфункции у людей этой группы» [9].

Далее исследователи объясняют способы их поиска: «Исследования поведения женщин, подвергшихся сексуальному насилию в детском возрасте и испытывающих посттравматическое стрессовое расстройство, показывают, что у них наблюдаются повышенные по сравнению с базовым уровнем реакции симпатической нервной системы. Во время стрессовой ситуации СНС активируется, высвобождаются катехоламины, такие как норадреналин, что увеличивает выработку глюкозы, повышает частоту сердечных сокращений и артериальное давление…» [10]. «После стресса нетравматического характера тело возвращается в исходное состояние. Однако в результате травмы гомеостаз человека часто меняется, и это связано с развитием посттравматического стрессового расстройства. У людей, испытывающих посттравматический синдром и подвергшихся сексуальному надругательству в детстве, уровень активности СНС выше, чем у здоровых женщин в контрольной группе» [11].

Мы все видели фильмы о ветеранах войны, которые так пугаются возгорания автомобиля, что у них учащается пульс и дыхание. У жертв изнасилования, согласно этому исследованию, наблюдаются такие же хронические нарушения работы систем, отвечающих за дыхание, частоту сердечных сокращений и артериальное давление:

«Нарушения в гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системе также встречаются у женщин с посттравматическим симптомом. К ним относится повышенный уровень адренокор-тикотропного гормона (АКТГ), более низкий уровень кортизола и пониженная регуляция рецепторов глюкокортикоидов… Более низкий уровень кортизола может привести к чрезмерной активности симпатической нервной системы, что способно вызвать перерасход энергии и неадекватную реакцию на стрессы в будущем» [12].

Это могут быть такие же нарушения и чрезмерная реакция на стресс, которые имел в виду доктор Ричмонд. Он и другие исследователи связывают повышенную активность СНС со многими проблемами со здоровьем, казалось бы, не имеющими отношения к сексуальной травме, — головокружением, потерей координации, снижением зрения, повышенным кровяным давлением и слишком сильными реакциями испуга. Иными словами, у женщин с нарушениями работы мозга, полученными в результате сексуальных травм, повреждаются те системы, которые регулируют реакции на стресс.

Как это относится к нарушению сексуальной реакции у женщин, пострадавших в результате сексуальной травмы? «СНС как считается, играет важную роль на ранней стадии женского сексуального возбуждения», — подчеркивают авторы.

«Дополнительные исследования, которые провели в 1996 г. Местон и Горзалка, подтвердили, что оптимальный уровень активности СНС позволяет легче испытывать сексуальное возбуждение, а ее избыток или недостаток могут оказать отрицательное воздействие на физиологические сексуальные реакции», — пишут они.

Иными словами, для того чтобы женщина могла испытать возбуждение, у нее должен быть оптимальный уровень активности СНС, а когда она чувствует волнение, страх или угрозу, это ослабляет ее сексуальные реакции. Поскольку активность СНС повышается естественным образом во время секса, в этом исследовании делается предположение, что у травмированных женщин с более активной СНС в процессе занятия любовью сексуальное возбуждение, наоборот, снижается.

Авторы описывают это научным языком: «Вполне возможно, что, когда женщины с посттравматическим стрессовым расстройством участвуют в сексуальном процессе, их СНС становится чрезмерно активна по сравнению с базовым уровнем… Это может оказать негативное влияние на их физиологические сексуальные реакции. Предположительно, это могло бы объяснить частоту проблем с сексуальным возбуждением у женщин, которые столкнулись в жизни с сексуальным насилием и посттравматическим стрессовым расстройством» [13]. Целью исследования была проверка этой гипотезы, и авторы пришли к выводу, что, согласно полученным ими результатам, она оказалась верна.

Значит, травмы, полученные в результате изнасилования или сексуального насилия в детстве, могут вызвать нарушения работы симпатической нервной системы, которые, в свою очередь, приводят к недееспособности вагины даже через много лет после произошедшего. Женщина будет испытывать трудности с возбуждением, потому что эти травмы способны повлиять на системы, которые в мужском организме отвечают за эрекцию.

Преступления сексуального характера могут уничтожить хрупкое физическое равновесие в женском теле, без которого невозможно возбуждение. Считается, что в результате сексуальной травмы нарушается физиология женского сексуального возбуждения, при этом в стороне остаются психологические аспекты события и множество его эмоциональных последствий.

Изнасилование принято понимать как процесс, в котором не используется оружие, не применяются другие физические приемы, отсутствуют видимые синяки и кровь. То есть словно это «просто» секс по принуждению, а не жесточайшее насильственное действие, приводящее к нанесению физических повреждений, которые сохраняются очень надолго. Но новые исследования показывают, что «просто» страх и «просто» жестокость, с которыми сталкивается жертва «ненасильственных» сексуальных посягательств, даже в результате изнасилования на свидании, могут нанести непоправимый вред ее телу и сознанию. Так, доктор Коди полагает, что сексуальное нападение и насилие могут изменить болевой порог женщины в будущем, а новые данные исследований о сексуальных травмах свидетельствуют о том, что позже у женщин начинаются, казалось бы, не связанные с этим хронические болезни. Если вы были изнасилованы или подверглись сексуальному надругательству в детстве, а позже стали испытывать «не связанные» с этим проблемы со здоровьем, вы будете чувствовать себя хуже, чем другие женщины в контрольной группе, не имевшие такого опыта. Доктор Коди полагает, что это результат подмены словом «изнасилование» слова «боль».

Эти новые научные знания должны послужить тому, чтобы помощь жертвам сексуального насилия заключалась в чем-то большем, чем просто консультации психологов, в основе которых лежат слова и эмоции. Возможно, нужно развивать практику помощи жертвам «не жестокого» изнасилования, включающую консультации специалистов, которые занимаются лечением посттравматических синдромов и поведенческих нарушений. Подобное лечение проводится, например, в отделении посттравматических синдромов в Нью-Йоркской больнице Бельвью, и оно направлено на то, чтобы восстановить нормальную работу мозга и справиться с нарушениями СНС.

Возможно также, гражданские иски потерпевших нужно составлять на основе информации о вреде здоровью или даже на основе результатов тестов на стрессовые ситуации, чтобы насильники возмещали нанесенный ущерб, — в этом отношении судебная практика пока не продвинулась далеко. Такая травма и ее физические последствия могут быть преодолены, но это требует специального лечения с учетом посттравматического синдрома.

В этом смысле изнасилование, посягательство на половую неприкосновенность и сопутствующие им травмы следует понимать не только как виды принудительного полового акта, но и как физические повреждения, наносимые телу и мозгу, и даже как своего рода кастрацию.

ВУЛЬВОДИНИЯ И ОТЧАЯНИЕ

Для того чтобы подкрепить мой тезис, необходимы исследования с участием контрольной группы. Но разумеется, было бы неэтично повредить женский тазовый нерв или сознательно помешать наступлению оргазма, чтобы посмотреть, что происходит в мозге, когда в него не поступают соответствующие химические вещества. Поэтому такие исследования не проводятся. А значит, нужно изучить, что происходит с женщинами, чьей системе «разум — тело» нанесен ущерб в результате болезни или травмы от изнасилования. Увидим ли мы, как это повлияло на их способность доверять, на творческие способности, на чувство привязанности и умение надеяться — все то, что стало предметом моего интереса? Об этом я решила поговорить с Нэнси Фиш. Она знает о вагинальных травмах все — и как пациентка, и как специалист, помогающий тем, кто страдает от вульводинии, — и понимает, что означает «вагинальная боль» и повреждение тазового нерва. Она работает терапевтом в подразделении доктора Деборы Коди в центре акушерства и гинекологии Сохо, где лечение вульводинии поставлено на самый высокий уровень в Соединенных Штатах. В этом центре Фиш возглавляет группу по поддержке страдающих от вульводинии. Вместе с доктором Коди она написала книгу «Чтобы секс не приносил боли» (Healing Painful Sex).

Вульводиния — это, в общем, плохо изученное заболевание, от которого, по данным исследования доктора Коди и Нэнси Фиш, хотя бы раз в жизни страдает 16 % женщин. (Опрос, проведенный Newsweek, показал, что боли во время секса испытывают от 8 до 23 % женщин, поэтому цифры Коди и Фиш, которые показались мне невероятно высокими, когда я впервые услышала о них, подтверждаются средним значением.)

Когда женщина страдает от вульводинии, это означает, что что-то жжет или раздражает область, где находится тазовый нерв, вызывая боль в области вульвы, влагалища или даже клитора, и это приводит к болевым ощущениям во время секса. Взяв интервью у нескольких страдающих от вульводинии, я узнала, что, когда их состояние ухудшалось, они чувствовали, будто «свет покинул их», а когда оно улучшалось, это сияние становилось ярче. Конечно, это разрозненные, не научные наблюдения, и, конечно, эти женщины, испытывая мучения, были по очевидным причинам подавлены. Но мне хотелось понять, была ли их депрессия связана прежде всего с самой болью и, соответственно, со страданиями из-за неспособности иметь нормальные сексуальные отношения, и если так — не послужило ли это причиной ослабления обратных связей между мозгом и вагиной?

Однажды майским днем 2011 г. я сидела на крыльце своего дома и беседовала с мисс Фиш. Ее голос был слаб: она восстанавливалась после операции, проведенной из-за защемления тазового нерва, но она собрала всю свою энергию и заставила свой голос звучать громче, чтобы я могла получить ответы на интересующие меня вопросы.

После окончания Колумбийского университета Фиш стала заниматься частной практикой в округе Берген, штат Нью-Джерси, консультируя женщин с вульводинией и совмещая это с работой в гинекологическом центре в Сохо.

«Я наблюдаю молодых, пожилых женщин, замужних, лесбиянок, гетеро- и бисексуалок, то есть женщин абсолютно всех типов, — рассказала она. — Моя практика очень разнообразна, и это помогает узнать, что это за заболевание, а также позволяет понять, что это отнюдь не психологическая проблема».

Фиш откровенно рассказала, что сама страдала от этого состояния многие годы. Она объяснила, что вульводиния — это также результат защемления тазового нерва, но вместо потери чувствительности женщина испытывает боль. Я поделилась с ней моей теорией о том, что благодаря нервным окончаниям, расположенным в наружных половых органах, в мозгу женщины возникает чувство радости и довольства, и таким образом влагалище отвечает за ее самоощущение.

«Есть ли в этом смысл, как вы считаете? Или это сумасшедшее заявление?» — спросила я. «О, что Вы, это совершенно нормальное предположение, — ответила она. — Каждый раз, когда возникают какие-то проблемы в вульвовагинальной области, это влияет на самоощущение в целом. Многим женщинам кажется, что они не в себе, потому что ощущают, что все их “Я” связано с вагиной, но я говорю им, что это не так. Боль или дискомфорт в этой области — вовсе не то же самое, что боль в любой другой части организма. Люди жалуются на ишиалгическую боль или мигрень и при этом чувствуют себя вполне комфортно. Но большинство женщин стыдится рассказывать о болях в области вагины. Поэтому они не только испытывают физические страдания, но и не могут даже говорить об этом». — «Вульвовагинальную боль десятилетиями рассматривали как болезнь, вызванную психологическими факторами», — сказала я. Фиш согласилась: «Женщинам часто говорят, что все это “от головы”. Тревога и депрессия, безусловно, могут усугубить боль. Но мы никогда не наблюдали ни одной женщины, у которой боли вызывались бы причинами только психологического характера. Всегда были и физиологические проблемы. При этом большинство врачей не имеют представления о том, что не так с этими женщинами. Пациентка обращается в среднем к семи специалистам, прежде чем получает точный диагноз, и ей часто говорят самые удивительные вещи. Я пошла к одному такому ненормальному доктору, которая называла себя настоящим экспертом в этой области. Она сказала, что мне не хватает витамина Д, — а ведь она даже не проводила внутреннего обследования! И ни разу не упомянула о тазовом дне! И она все еще практикует, хотя я выдвинула против нее обвинения через Управление штата» [14].

Я размышляла над тем, возникла ли эта связь между самоощущением и физическим здоровьем вагины в результате эволюции или она заложена на нейробиологическом уровне. Очень часто я слышала от женщин, живущих в совершенно различных культурных и экономических условиях, что они чувствовали себя как «сломанные вещи» когда с их вагинами жестоко обращались или травмировали.

Я продолжила: «Как часто вы слышите от своих пациенток фразу “Я чувствую себя сломанной вещью”?» — «Почти от каждой пациентки, — ответила она. — Кажется, просто невозможно не произнести в какой-то момент эти слова». — «Я полагаю, что здоровая вагина дает какое-то чувство целостности и это влияет на восприятие женщиной собственного “Я”. Это ненормальная мысль?» — «Нет, — заверила меня доктор Фиш. — Когда у вас болит нога, вы можете чувствовать себя подавленной, но это не влияет на ваше самоощущение так, как если у вас травмирована или болит вагина». — «Многие ли из ваших пациенток чувствуют себя подавленными?» — спросила я.

Мне хотелось узнать, прекратилась ли доставка допамина в мозг от нервных окончаний, расположенных в вагинах этих женщин, что могло быть причиной их подавленного состояния.

«Все они испытывают депрессию. Они все в депрессии», — подчеркнула она. «Вы думаете, что повреждение нервов в вагине может быть физиологической причиной депрессии?» — продолжила я. «При болях в вагине страдает вся ваша центральная нервная система. Я уверена, что есть биологические причины происходящего». — «Как эта депрессия проявляется у пациенток?» — «Это похоже на рассуждения на тему: “Почему я? Я же была хорошим человеком”». — «Это экзистенциальная депрессия», — заметила я. «Да. Я вижу молодых женщин, жизни которых разрушены. Это состояние возникает у них периодически. Нормальное самочувствие сменяется сильными болями. У меня была одна пациентка, — продолжала рассказывать доктор Фиш. — Она занималась бизнесом. Накануне деловой поездки в Индию ее поразила ужасная боль в клиторе. У нее воспалился пудендальный нерв. Она отправилась в поездку, но чувствовала себя так, будто вот-вот умрет. Во время встреч она старалась держаться. Но в отеле клала между ног лед и начинала пить. Она говорила, что если проведет так остаток жизни, то лучше уж покончить с собой. У большинства из моих пациенток возникали мысли о суициде». — «Так вы утверждаете, что это отличается от того, что чувствуют пациенты, испытывающие сравнимую сильную боль в других частях тела. Есть ли в вагинальной боли что-то, что толкает женщин на то, чтобы покончить с собой?» — «Неспособность иметь нормальные сексуальные отношения приводит к еще большему отчаянию, хотя я встречала потрясающих мужчин, которые оказывали своим женщинам невероятную поддержку». — «Как чувствуют себя женщины, вагины которых никогда не будут в порядке?» — «Они не чувствуют себя цельными». — «Но иначе, чем люди с ограниченными возможностями?»

Я все повторяла свой вопрос, потому что хотела быть уверена в том, что права: утрата физического здоровья вагины отличается от любой другой проблемы со здоровьем.

«Да, — подтвердила она. — Одновременно с вульводинией я перенесла мастэктомию, но это показалось мне просто цветочками. Ты чувствуешь себя непривлекательной, как будто твой партнер не желает даже прикоснуться к тебе. Бывало, что я говорила своему мужу: “Почему бы тебе просто не завести интрижку?” Я чувствовала себя так плохо, что просто не могла заниматься любовью. Мои пациентки рассказывали мне, что говорили то же самое своим партнерам. А некоторые просто по собственной инициативе расставались с ними, потому что не чувствовали себя полноценными женщинами».

Я спросила доктора Фиш, есть ли что-то, что она хотела бы, чтобы женщины прочитали об этой проблеме, дабы лучше понимать происходящее с ними.

«Женщины так мало знают о собственных телах, потому что этих знаний, насколько я понимаю, просто нет, — сказала она. — Наука этим не занимается. Если бы люди лучше понимали биологию женщин, в этой области было бы меньше безграмотности». — «Вы утверждаете, что современная наука не обладает исчерпывающими знаниями о женской вульве, вагине и тазе и поэтому женщины не понимают, что с ними происходит»? — «Да», — сказала Фиш. — «То есть, если говорить о вагине и, соответственно, о женщинах, наука находится на Средневековом уровне»? — «Да. Когда речь заходит о медицинской помощи и знаниях в этой области, выясняется, что мы живем в Средневековье». — «Я даже не знала, что у меня есть пудендальный нерв», — заметила я. «О, Боже! Когда я говорю “пудендальный нерв”, никто не понимает, о чем я. Люди, занимающиеся медициной, не представляют, что это такое! Когда женщины в первый раз приходят к доктору Коди, выясняется, что никто из них никогда не слышал о пудендальном нерве, они не знают, что есть мышцы тазового дна, которые связаны с вагиной и могут повлиять на их сексуальную жизнь… Некоторые плохо представляют где у них находятся половые губы и клитор. Деб всегда дает им зеркало». — «Что происходит, когда женщины излечиваются и их вагины начинают работать нормально?» — спросила я. «Для восстановления нужно время, — ответила доктор Фиш. — Есть женщины, которые навсегда остаются зажатыми. Некоторые из пациенток даже после излечения говорят, что их сексуальность “словно отсекли”. Они боятся и делают все с излишней осторожностью». — «Получается, что боли в вагине даже после излечения оставляют у женщины душевные шрамы: тревогу, излишнюю настороженность, чувство “отсеченного” собственного “Я”? И от них сложно избавиться, даже если устранить проблемы с вагиной?» — спросила я.

И снова подумала обо всех тех женщинах из Сьерра-Леоне, которые блуждали словно призраки в поселке призраков.

Я вспомнила всех тех женщин, которых встретила в Западной Европе и Северной Америке, — они были изнасилованы и шли по жизни опустошенными, как будто «свет», по определению Джимми Бриггса, «потух в их глазах».

Я спросила доктора Фиш, говорили ли ее пациентки о том, что утратили чувство радости, энтузиазм, что их творческие порывы иссякли?

«О да! — подтвердила она, и в ее голосе прозвучала убежденность. — Все, абсолютно все притупляется, все чувства — к друзьям, партнерам, членам семьи, работе. Их восприятие меняется из-за того, как они относятся к себе. Они начинают чувствовать себя ущербными и проецируют это на все остальное. То, о чем они говорят, это действительно отчаяние — уныние и безнадежность». — «Кто-нибудь говорил о потере вдохновения после вагинальной травмы? Вы сами испытывали это?» — спросила я. «Когда я в очень плохой форме… Да, тогда трудно делать все, — сказала она печально. — Я не чувствую вдохновения даже для общения с детьми, с друзьями». — «Чувствуют ли люди, что надежда и вдохновение возвращаются к ним по мере улучшения?» — продолжала я гнуть свою линию. «Да… чувствуют, — задумчиво ответила она. — Как и любая потеря, травма продолжает беспокоить вас даже после того, как вам становится лучше. Но надежда, уверенность, вдохновение — да, они возвращаются. Когда женщины начинают лечиться, однажды они снова обретают возможность воспринимать окружающий мир нормально».

Она замолчала, размышляя. «Надежда, вдохновение, уверенность в себе… — Нэнси говорила будто сама с собой. — Все это очень важно. Они начинают снова чувствовать себя цельным человеком, а не сломанной вещью. Становятся ли они более радостными и полными надежды? Да, определенно. Они снова могут заниматься любовью. Их уверенность в себе возвращается. А как только они восстанавливают свое чувство целостности, их ощущения снова обостряются. То, что раньше, когда они страдали, казалось незначительным, может опять стать важным — чувство привязанности к семье и друзьям». — «И это чувство связи с семьей и друзьями утрачивается или уменьшается, когда они испытывают вагинальные страдания?» — переспросила я. «Да, это так».

«Хотелось бы узнать, подтверждаются ли ваши заключения, сделанные на интуитивном уровне, какими-нибудь научными исследованиями?» — «Основываясь на своем профессиональном опыте, я думаю, что все, о чем вы говорите, имеет очень, очень веские обоснования, — сказала она. — Один из методов лечения хронической боли — назначение селективных ингибиторов обратного захвата серотонина. Конечно, выработка норадреналина и серотонина нарушается из-за боли. А их нехватка неизбежно отражается на вашем настроении. И с точки зрения психологии, и с точки зрения химии определенно так и есть: в результате травмы вагины или области вульвы наступают химические изменения, и такие же нарушения происходят в женском мозге. Все связано: вы можете испытывать боль там, потом периферийные нервные боли, и это способно привести к нарушениям во всей центральной нервной системе. Существует целая система, соединяющая ум и тело, — это словно порочный круг». — «То есть мозг связан с вагиной», — повторила я, радуясь тому, что доктор Фиш на основе своих более глубоких знаний подтвердила возможную связь, которую я исследовала. «Это, безусловно, так», — сказала она.

«Тогда, если позволите, давайте обсудим еще одну тему, — предложила я. — Есть страны, в которых все женщины систематически страдают от вульвовагинальных болей, поскольку их половые органы подвергаются клитородектомии и инфи-буляции. Можете ли вы утверждать на основании вашего клинического опыта, что большинство этих женщин постоянно находятся в состоянии подавленности, ангедонии или даже депрессии»?

«Едва ли может быть иначе. Ведь их тазовый нерв серьезно поврежден, и, кроме того, они должны были получить психологическую травму. Думаю, что они страдают от отчаяния и безнадежности». — «Это обоснованная гипотеза?» — спросила я. «О да, вполне обоснованная» [15]. — «Но если связь между мозгом и вагиной действительно существует, — задумчиво произнесла я, — это, кажется, объясняет многие странные вещи, которые творились в истории человечества».

Тазовый внутренностный нерв во влагалище — синоним, который я использую как замену термина «пудендальный нерв», — очень отличается от тазового нерва мужчины, расположенного в. прямой кишке и половом члене, из-за своей исключительной уязвимости. Он может быть поврежден во время родов, эпизиотомии и во многих других случаях. Нервная система в этой области у женщин столь чувствительна к физическому воздействию, защищена столь тонкими тканями, что, если женщина просто сидит в неправильной позе долгое время, оказывая давление на тазовый нерв, это может повредить его. Более того, доктор Коди открыла, что многие женщины страдают от повреждений тазового нерва, полученных во время растяжки на йоге или в танцевальном классе.

Из-за различий в строении мужского и женского таза нервы, находящиеся в этой области, у женщин повредить гораздо легче, в том числе и намеренно. Вам бы пришлось буквально проткнуть мужчине промежность, чтобы нанести его тазовому нерву такую же травму, какую женщина может получить во время секса или в результате изнасилования.

Мужчина, получивший повреждения тазового нерва, будет страдать от нарушений в выработке гормонов-опиатов в мозге. И он может получить такие повреждения, в частности, в тюрьме, где распространены и де-факто признаны властями жестокие изнасилования мужчин и где от заключенных хотят добиться пассивности. Но благодаря иному анатомическому строению такие травмы у мужчин встречаются гораздо реже.

Но если мы знаем о том, как повреждение тазового нерва влияет на женский мозг, должно ли это полностью изменить наше представление об изнасиловании? Конечно, должно. Ведь в ходе военных конфликтов снова и снова страдают женщины, которым в вагину засовывают тупые предметы, бутылки, штыки. Из-за групповых изнасилований они получают разрывы вагины, а там, где у мужчин располагалась бы предстательная железа, между влагалищем и анусом, находятся два из трех окончаний женского тазового нерва. Кроме того, в некоторых культурах до сих пор практикуется клитородэктомия — отсечение и травмирование окончаний женских тазовых нервов.

Долгое время это воспринималось только как преступление. Но на самом деле это инструмент воздействия.

ИЗНАСИЛОВАНИЕ ОСТАВЛЯЕТ СЛЕД В ВАГИНЕ

Майк Лусада — бывший инвестиционный банкир и, наверное, самый приятный в мире представитель этой профессии. Теперь он — целитель. Его миссия — решать женские сексуальные проблемы. Он обладает обширными познаниями и в медицине, и в тантрической практике и проводит свои занятия в Лондоне, где помогает сотням женщин вернуть или обрести сексуальность, сочетая тантрические техники и прикосновения с доставляющим оргазм массажем йони (йони обозначает на хинди вагину и переводится как «священное место»). Лусада — один из тех специалистов, которых становится все больше и которые считают, что вагина является проводником мыслей и эмоций женщины. Ему удалось решить проблемы столь многих людей, что он начал давать рекомендации в ходе британских и международных медицинских дискуссий на тему, как лечить снижение либидо и сексуальную дисфункцию у женщин. Доктор Барри Комисарук, который занимается в Университете Рутгерса исследованиями женского оргазма, решил изучать практики Лусады с помощью аппаратов МРТ.

Итак, этого человека можно считать опытным консультантом по всем вопросам, связанным с йони. Поэтому, выйдя из маленькой библиотеки средневекового английского колледжа, я связалась с Майком Лусадой по скайпу.

Я уже встречалась с ним год назад, когда брала у него интервью для одной лондонской газеты о его занятиях массажем йони, и теперь хотела узнать, что он думает о теориях доктора Ричмонда, а также о влиянии изнасилования на женский организм, о котором все чаще упоминают в новейших научных докладах. Показывает ли его опыт, что сексуальная травма оставляет отпечаток на вагине в физическом смысле? Ведь он занимался проблемами многих женщин, переживших сексуальные травмы. Что он скажет?

Я сидела на низком выступе древней стены, сохранившейся в центре колледжа. Было начало июня: розы наполняли воздух своим ароматом, роняя лепестки на дорожку, ведущую к каменному зданию библиотеки. Ягоды еще не созревшей вишни свисали с ветвей раскидистого дерева. Это были не темно-малиновые американские вишни, к которым я привыкла, а шекспировские розовые английские вишни — расхожая метафора поэтов елизаветинских времен, применявших ее для описания щечек и губ прелестных женщин.

Уже второй раз за день я общалась с гуру по вопросам, связанным с вагинами, а ведь еще даже не наступило время ланча.

Ранее этим утром я занималась в другой библиотеке. В университете, в котором я работала, десятки студентов сосредоточенно изучали Суинберна и Лоуренса. Пытаясь открыть документ на своем ноутбуке, я нечаянно включила аудиозапись интервью, которое брала у Чарльза Мьюира, американского тантрического гуру. Мьюир — это человек, который утверждает, что именно благодаря ему в Америке в 1970-е появилось понимание внутреннего «священного места» женщины. Вдруг в тишине библиотеки из моего компьютера зазвучал сочный голос с акцентом уроженца Куинс: «При каждом извержении спермы выбрасываются триллионы клеток. Обычный мужчина извергает семя с такой силой, что…» Все, кто сидел в зале, одновременно повернулись в мою сторону. Я отчаянно пыталась нажать «стоп», кликая по записи снова и снова, но уверенные модуляции голоса Мьюира становились только громче. «И каждый раз, когда он кончает…» Наконец я схватила свой компьютер и, красная как рак, выбежала из библиотеки.

Теперь на моем компьютере звучал голос Лусады, более мягкий, с лондонским произношением. Он отвечал на мой вопрос, видел ли он в своей практике какие-либо физические следы сексуальной травмы у своих пациенток. Доктор Ричмонд и другие рассказывали, как травма вагины может оставить след в мозге и нервной системе. Сейчас же я хотела узнать, может ли произойти обратное — может ли травма наложить физический отпечаток на вагину.

«По моему опыту, — сказал Лусада, — в этом есть рациональное зерно».

Прежде чем продолжить, он предупредил меня: «Когда ко мне обращается клиентка для сексуального исцеления, я рассматриваю ее на двух уровнях: физическом и духовном». Я заверила его, что поняла это.

Тогда он подтвердил, что так и есть: физические различия между женщинами, не имевшими опыта изнасилования или сексуальной жестокости, и теми, кто с этим столкнулся, существуют.

«Как такое может быть? — спросила я. — Каков механизм этого воздействия?»

Лусада ответил: «Вагина изначально предназначена, среди прочего, для получения удовольствия. В ходе жизни женщины ткани вагины впитывают эмоции, словно наполняясь ими. Из-за переживаний эмоции уплотняются, особенно если вы пережили боль. Со временем это ведет к потере чувствительности. Это очень распространенная проблема».

Я попросила его описать этот процесс.

«Когда я делаю массаж йони, в случае, если ткани вагины уже подверглись снижению чувствительности, я должен, чтобы помочь моей клиентке исцелиться, вернуть ее из этого состояния к боли, эмоциям, удовольствию».

Он рассказал о явлении, которое, по его признанию, трудно описать, — о «блокировке энергии» в телах женщин, столкнувшихся в прошлом с изнасилованием или сексуальной жестокостью. Их вагины казались «энергетически отключенными» от остальных частей тела, даже если они испытывали оргазм. (Врач, который по моей просьбе прокомментировал высказывания Лусады относительно снижения чувствительности вагины, отметил, что у ткани вагины могут отмирать некоторые клетки, тогда как «существует множество различных клеток, расположенных в различных тканях, которые и отвечают за работу органа в целом». Выделяющие слизь и очень чувствительные клетки образуют полости, поддерживаемые мощными «мышцами-сжимателями», которые находятся в постоянном контакте с поверхностью слизистой оболочки, спинным и головным мозгом. Кровообращение, проницаемость клеточной мембраны, выделение жидкости и феромонов и целый ряд других «местных» биологических процессов взаимодействуют друг с другом и с центральной нервной системой. Неудивительно, что, если в этой симфонии звучат фальшивые ноты или оркестр в какие-то моменты замолкает, орган проявляет чувствительность к этим изменениям.)

Я спросила Лусаду, насколько распространена в нашей культуре потеря чувствительности вагины. Он сказал, что такое встречается очень часто. «У некоторых женщин даже легкое прикосновение перышком может вызвать оргазм. Но большинству женщин в этой культуре нужна очень активная стимуляция посредством множества фрикций, поэтому можно предполагать, что у них снижена чувствительность».

Я напомнила ему о различиях в нервных системах женщин, но Лусада пояснил, что это снижение чувствительности, как он его называет, встречается, даже если нервная система женщины не имеет каких-то сложных особенностей. Он также рассказал, что вагинальные ощущения у этих женщин усиливаются после его работы (которая включает направленный на исцеление массаж вагины и вульвы, часто до оргазма, и другие методы, такие как медитация и визуализация). Лусада отметил, что теоретически, согласно исследованиям, почти каждая женщина может достичь оргазма, а его отсутствие — это как раз результат потери чувствительности вагины, вызванной накопленными негативными переживаниями, начиная от насмешек над ее сексуальностью в детстве до сексуального насилия как такового.

Мне стало интересно, как эти женщины рассказывают о том, что с ними происходит. Считают ли они, что их несколько притупленные ощущения нормальны? Или приходят к нему и описывают эту потерю чувствительности как проблему?

«Они, как правило, не говорят: “Я не испытываю всей полноты ощущений”, — подчеркнул он. — Они могут сказать: “Вы знаете, у меня никогда не было оргазма”. Или: “У меня вагинизм [болезненные, непроизвольные сокращения вагинальных мышц до или во время секса]”. А многие говорят так: “Я просто не получаю удовольствия от секса”».

Я подводила Лусаду к тому, чтобы он более точно описал признаки эмоционально травмированной вагины, которые он наблюдал.

«Это может быть недостаток смазки, — пояснил он. — Некоторые испытывают физическое напряжение, но не такое, как во время схваток, — скорее, сама ткань вагины становится плотнее и жестче, чем у других. Если вы массируете стенки влагалищ этих женщин, там чувствуются узлы. Вагинизм, по моему опыту, это почти всегда результат сексуальной травмы».

Я задавала все новые и новые вопросы, чтобы Лусада продолжал свой рассказ. Ведь многие женщины в нашей культуре, может быть, даже большинство, просто не испытывали всех вагинальных ощущений, которые могли бы испытать, если бы не те ужасные события, которые с ними произошли.

Работая с изнасилованными или подвергшимися жестокому сексуальному обращению женщинами, я узнала, что многим из них было трудно заниматься сексом с любимыми, заботливыми партнерами, даже если они этого хотели. Они замечали, что снова и снова оказывались за непреодолимой стеной своего упорствующего «Я», отделяющей их от сексуального удовольствия.

У них были отношения с любящими, заботливыми партнерами, которые, как могли, старались помочь им. Но им приходилось преодолевать сопротивление собственных тел, которое не прекращалось в течение многих лет или даже всю жизнь. Возможно ли, что эта эмоциональная стена для некоторых женщин была также физической — из-за сжатия или появления узлов в мышцах? Если некоторые из этих последствий эмоциональной травмы вагины на самом деле являлись физическими, то, конечно, без лечения они сохранялись навсегда и калечили жизни этих женщин.

Я попросила Майка Лусаду оценить распространенность этого явления — утраты вагинальной и клиторальной чувствительности в результате сексуальной жестокости, изнасилования или сексуального домогательства в детстве.

«Представь, — сказал он грустно, — от 25 до 35 % женщин признавали, что у них были сексуальные травмы».

Я знала, что некоторые исследования подтверждают эти данные.

«И что же — ответной реакцией на травму становится потеря чувствительности влагалища и энергетическая блокировка?» — «Бывает и по-другому: женщина может буквально состоять из оргазма, хотя в ее жизни были травмы. Это такое отношение: “Эй, я крута в сексе…” Но когда мы начинаем заниматься йони и я стимулирую вагину, она получает один или два оргазма, а затем следуют всплески отчаяния или гнева. Таким образом, тело использует оргазм, чтобы замаскировать горе и боль».

Но я по-прежнему не получила ответа на вопрос о биологическом механизме происходящего, помимо того очевидного объяснения, что мы сжимаем мышцы, когда напуганы. Но ведь это не может продолжаться долгое время?

Тогда Лусада изложил свою теорию, которая, как он сказал, была основана на работах доктора Стивена Порджиса. «Порджис предложил научное объяснение этого явления», — пояснил Лусада. Доктор Порджис, профессор психологии и биоинженерии в Университете Иллинойса и директор Центра по изучению мозга и тела, разработал метод анализа травм, который получил название «поливагусная» теория. Я ознакомилась с выводами доктора Порджиса.

Он рассматривает связь между эволюцией вегетативной нервной системы и выражением эмоций, в том числе с помощью мимики, коммуникаций и социального поведения. По его утверждению, в процессе эволюции мозг установил связь между нервами, контролирующими работу сердца и лица, и благодаря этой связи испытываемые нами физические ощущения связаны с выражением лица, голосом и даже жестами. Он учит врачей понимать, как нейроседативное нарушение оказывает влияние на вегетативное состояние и как факторы появления различных состояний (безопасность, опасность и угроза жизни) можно использовать так, как это делает Лусада в процессе лечения: цель врача в том, чтобы мозг пациента пришел в «состояние нейроседативного спокойствия» [16].

Если доктор Порджис окажется прав, а его метод получит авторитетную поддержку специалистов по лечению травм, окажется, что очень многие из этих 17–23 % женщин, которые подверглись жестокому сексуальному обращению или изнасилованию в годы взросления, реагируют так, как это распространено у женщин в нашей культуре, — находятся в состоянии постоянного беспокойства, испытывают неспособность «просто жить», борются с незащищенностью и потерей контроля, говорят скованно, то есть испытывают те ощущения, которые нехарактерны для женщин, уверенных в своей сексуальности или силе.

Проще говоря, продолжил Лусада, у нас сформировался «триединый мозг»: мозг рептилии, то есть миндалина, отвечающая за выживание, мозг млекопитающего, или эмоциональный мозг, и мозг неомлекопитающего — лобная части коры головного мозга, отвечающая, в частности, за сложные социальные функции. Когда мы чувствуем угрозу, самая старая часть мозга; миндалина, берет решение задачи на себя. Большинству из нас знакома реакция «бей или беги», которую миндалина выдает в ответ на сигнал опасности. Но Порджис определил еще два других вида реакции: «замри» — иногда, когда жертва замирав ет, ей удается выжить, так как хищник может предположить; что она уже мертва; а также «подойди и подружись», что можно описать как «если я сделаю что-то, чтобы понравиться тебе, возможно, ты не убьешь меня».

Лусада добавляет к этим реакциям на травму еще одну которую называет отделением. «Если тигр вонзил в нас зубы и мы ничего не можем поделать, мы стараемся перейти из тела в разум», — пояснил он.

Эта реакция отделения стала хорошо известна в результате исследования травм. Я, исходя из моего собственного опыта работы с травмированными женщинами, особенно пережившими сексуальное насилие в детстве, знала, как часто они «покидали» свое тело в такие моменты. Многие жертвы сексуального насилия, которым я помогала, когда была волонтером в кризисном центре по изнасилованиям, описывали, что словно бесстрастно наблюдали за насилием, особенно если оно происходило в детстве, словно в этот момент находились в другом конце комнаты. Через некоторое время ребенок уже просто знает, как оставить свое тело, если на него напали.

Влагалище «замирает» — я поняла это так, словно Лусада имел в виду распространенное выражение «застыть в ужасе», — и пострадавшая женщина отделяется психологически от «места преступления», этой части своего тела.

«Врачи скажут вам, что у вас симптомы вагинизма. Но это работает мозг, который приказывает телу, что делать. Мозг посылает сообщения в вагину, говоря: “Это небезопасно”», — объяснял Лусада.

То же сказал доктор Ричмонд, хотя и применительно к вагинальному напряжению.

«Итак, я работаю с клиентками, проводя их через все этапы получения травмы. Если травмированная женщина “отделяется” от своего тела — при этом все остается в ее голове, — у нее наступает онемение или вагинальное сжатие. Мы решаем эту проблему прикосновениями. Я работаю с теми областями вагины, которые страдают от зажатости мышц. При вагинизме могут появиться спазмы. “Ох, как же больно!” — вот, что может испытывать женщина в процессе исцеления. Так возвращается энергетический импульс. В этот момент что-то разблокируется в вагине. Но как только пациентка начинает чувствовать себя Достаточно безопасно для того, чтобы реакция “замирания” сменилась реакцией “бей или беги”, она, как правило, переходит из состояния потери чувствительности к ярости — травмирующее переживание может вернуться, но на этот раз с другим результатом. В этот раз она может кричать: “Убери от меня свои гребаные руки!” Воспоминания могут выйти на поверхность. Иногда женщины начинают невольно пинать меня ногами. А затем приходит время социальной реакции: в конце концов они получают возможность заниматься этим с кем-то в другой форме. В результате интимные отношения больше не напоминают о травме. Порджис говорит, что травма нервной системы может сильно отразиться на отношениях. В ситуациях, связанных со страхом, нейтральные реакции рассматриваются людьми как пугающие — это было научно доказано. Поэтому я продолжаю лечить их чуткими, нежными, любящими прикосновениями».

Я спросила, сталкивался ли он в своей практике с тем, что травма вагины была связана с риском развития депрессии у женщины.

Он сказал, что да, сталкивался, так как, по его мнению, депрессия — это подавленный гнев, а у сексуально пострадавших женщин реакция «бей или беги» притупилась, что могло привести к подавлению чувства гнева. Оказалось, что 10 % его клиенток принимали лекарства от депрессии. (Для сравнения: по данным центров по контролю и профилактике заболеваний, полученным в 2005–2006 гг., число людей, испытывающих депрессию и не находящихся на лечении в специальных медучреждениях, составляет 5,4 %.)

«А что с ними происходит в сексуальном плане, когда они излечиваются? — спросила я. — Изменяются ли их вагины?» — «Когда они исцеляются, изменения в этой области, безусловно, происходят, — ответил Лусада. — Ощущения в их вагинах другие: они менее зажаты, более чуткие. Они более предрасположены к оргазму или даже впервые могут позволить себе испытать оргазм. Они могут чувствовать радость от интимной близости в отношениях».

Я поблагодарила Лусаду за то, что он уделил мне время. Мы так много говорили с ним о человеческом горе и боли, но, несмотря на это, мир казался пронизанным надеждой и лучами света.

«Тантра, — сказал он в завершение интервью, снова возвращая мое внимание к тому, что является для него в его работе главным, — это духовная практика: человек может стать просветленным, просто глядя на йони. Есть тантрические ритуалы, в которых человек смотрит на йони, но не прикасается к ней. Я совершал этот ритуал много раз. И действительно испытал на себе опыт явления божественного из вагины — мне явился образ Девы Марии». Он пояснил, что не был воспитан в католической вере и вообще не был особенно религиозным, но явленный образ продемонстрировал ему «архетипическую силу матери». «В тантре йони является не только священным местом, но и вместилищем божественного» [17].

Образ, который он описал, действительно является архетипическим. У меня сохранилось поразительное воспоминание: за день до этого доктор Джеймс Уиллоуби, научный сотрудник Оксфордского университета, работающий в архиве древних сокровищ библиотеки Нового колледжа, любезно показал мне удивительную книгу — англо-нормандскую версию Откровения святого Иоанна, которая принадлежала британской аристократке Джоан де Боан [18]. Книга датируется XIV в. и оценивается в миллион фунтов стерлингов. Она была настолько прекрасна, что у меня на глазах едва не выступили слезы. Я разглядывала пергаментные страницы и в нескольких местах обнаружила, что Агнец Божий обрамлен тем, что Уиллоуби назвал «мандорл а». Мария также была изображена возведенной на престол и окруженной таким же нимбом. Ее щеки покрывал жизнерадостный румянец, ее кожа была бела, а прекрасные руки как бы раскрывали объятия. Мандорла заключала ее в овал, заостренный наверху и внизу и окрашенный в нежные радужные цвета.

Тогда я даже прикусила губу, чтобы не начать дальнейшие расспросы о мандорле, так как ее архетипическая, миндалевидная женская форма не оставляла сомнений в ее происхождении. Это и есть материнская сила, подумала я, из которой происходят все цвета.

Я встречала эту форму и в других произведениях искусства, в том числе вокруг буддийских святых. Известный образ мексиканской мадонны, Девы Марии Гваделупской, которая, как утверждается, в XVI в. явилась крестьянину-ацтеку Хуану Диего, также изображает Богородицу в похожем сияющем нимбе в форме мандорлы.

Когда я занялась изучением происхождения миндалевидной мандорлы, обнаружилось, что это действительно был вагинальный символ, появившийся еще до христианства у пифагорейцев, но использовавшийся первыми христианами. Они изображали Иисуса Христа в образе младенца в мандорле, которая символизировала чрево Девы Марии. Также она символизировала сближение небесного и земного через Иисуса — получеловека-полубога. Она — своего рода дверь, или портал, между мирами. В Средние века мандорла была частью сакральной геометрии христианства. Другие культуры также использовали этот образ. В частности, в индуистской культуре йони символизирует то же, что и мандорла: «Йони — это врата, или место пересечения двух сфер» [19].

Вы все еще можете увидеть этот символ, который теперь располагается горизонтально, в форме рыбы, на автомобильных наклейках у христиан, которые хотят продемонстрировать свою религиозную принадлежность. Без сомнения, лишь немногие понимают, что первоначально это было изображение архетипического чрева и божественного женского начала.

Пока я разговаривала с Лусадой, день начал клониться к закату. К тому моменту, когда я выключила скайп, полоска света оставалась лишь над самым горизонтом, а сверху над ней и над темным силуэтом средневековой часовни сгрудились белые облака. Они были похожи на дворцы, как те могучие белые облака, которые я видела изображенными тонкими кисточками на листах пергамента, где Агнец Божий и Дева Мария спускались с небес в обрамлении двух идеальных радужных полусфер.

7. Священное начало вагины

На вершине мира давай жизнь отцу; мое чрево посреди вод, в океане. Отсюда я простираюсь через все миры и достигаю небес во всем величии… утроба Деви (йони), иногда переводимая как «истою или «дом», — ее творческий потенциал… Из нее исходит вся Вселенная.

— Девадатта Кали. Хвала Богине: «Деви-махатмья» и его значение

Потребуется написать не один том, чтобы всесторонне рассмотреть историю вагины только на Западе. Поэтому перед вами — лишь краткий обзор, в котором освещены только самые значимые изменения в культурном значении вагины и представлениях о ней.

Вначале вагина была священной. Ее символические изображения украшали стены пещер первобытных людей. Она присутствует среди самых ранних артефактов человеческой истории. Так, статуи богини Венеры в Центральной Европе, которые, вероятно, были призваны символизировать плодовитость, часто имели гипертрофированные наружные половые органы. Мы не можем знать наверняка, какой именно смысл вкладывался в эти священные вагины, но историки феминизма, например Риан Айслер в своей книге «Чаша и клинок» (The Chalict and the Blade)[6] и другие, утверждают, что они символизировали матриархальный уклад [1]. Бесспорно одно: когда человек впервые начал создавать произведения искусства, женская сексуальность и плодовитость считались священными.

В период с XXV до XV в. до н. э. «фигурки Венеры» — символы плодовитости с ярко выраженными женскими половыми органами — из камня или слоновой кости были широко распространены в Европе. Очень похожие фигурки, слепленные из глины, археологи нашли и в Египте. Сэр Артур Эванс, открывший на рубеже XIX–XX вв. Минойскую цивилизацию, отмечал, что множество таких фигурок — символов плодовитости встречаются в разных частях света, и предполагал, что «одна и та же Великая мать, культ которой под разными именами и названиями распространился по всей Малой Азии», была почитаема «по всему миру» [2]. А некоторые историки, например Розалинда Майлз в «Женской истории мира» (The Women’s History of the World), считают, что «вначале, когда человечество только возникло из мрака предыстории, Бог был женщиной» [3].

С самого начала письменной истории каждая из древних культур имела свою богиню — от героини шумерского эпоса «Гильгамеш» Инанны до многоликой Аштарот, которой поклонялись в древней Месопотамии, и египетской богини Астарты, культ которой возник в VI в. до н. э. и вырос из культа Аштарот, а затем перешел в античную культуру Греции и Рима.

Пять тысяч лет назад на территории современного Ирака вагина Инанны почиталась в качестве святыни. Шумерские гимны восхваляли «медовый круг» богини, сравнивали ее вульву с «лодкой небес» и описывали щедроты, которые «изливались из ее чрева». Связь между ее сексуальностью и плодородием земли была настолько очевидна, что даже салат-латук описывался как волосы на лобке богини [4]. Вагина Инанны была вместилищем чистой святости: «Инанна склонилась у яблони./Когда она склонилась, можно было созерцать ее вульву./Радуясь своей чудесной вульве, молодая женщина Инанна захлопала в ладоши./Она сказала: “Я, царица небес, должна посетить Бога мудрости…”» [5].

Ядром шумерской религии был «священный брак» между богом-пастухом Таммузом и Инанной: на монетах той эпохи Инанна изображена с широко раскинутыми ногами в священном соединении с Таммузом [б]. Женский культ включал также изготовление ваз, символизирующих матку Инанны. Священный текст того периода сообщает: «Однажды Инанна омыла свое тело,/Затем она умастила себя кедровым маслом./Тогда царь гордо приблизился к ее священному кругу./Он с гордостью соединился с великолепным треугольником Инанны./И Там-муз, жених, возлег с нею,/Нежно сжимая ее красивую грудь!» «Чудесная вагина» Инанны связана с поисками мудрости. Так или иначе, все ранние культы Богини предполагали наличие мужчины-супруга, с которым богиня совокуплялась в священном браке.

Кадеш, один из вариантов архетипической Астарты, — египетская богиня природы, красоты и сексуального удовольствия, изображалась как обнаженная женщина в головном уборе в форме полумесяца, стоящая на спине у льва. В правой руке она держала змею или папирус, которые символизировали половой член, а в левой — цветы лотоса, которые обозначали вагину. Змеиные символы часто сопровождали изображения богинь секса. Так, богиня Минойской цивилизации предстает в виде женщины с обнаженной грудью, в каждой руке держащей по змее. И история Евы, которую змей-искуситель соблазнил на грехопадение, является более поздним, иудаистским негативным переосмыслением священной символики богини со змеей.

На территориях древнейших земледельческих поселений, которые стали колыбелью ассирийской, вавилонской, финикийской и шумерской цивилизаций, культ поклонения богине секса Астарте/Аштарот в период до возникновения иудаизма был универсальным. В тот период культ отождествлял Астар-ту с сексом и размножением, но, кроме того, и с мудростью космоса. Однако по мере развития иудаизма и отдаления его от шумерских истоков все аспекты поклонения богине постепенно стали трактоваться как негативные, поскольку молодая религия стремилась к тому, чтобы ее последователи уверовали в патриархального Единого бога [7]. Монотеистическая иудаистская религия развивалась на фоне культов богини с их поклонением священным жрицам. В определенные дни календаря эти жрицы должны были совокупляться с почитателями культа — мужчинами, которые приобщались таким образом к божественной женственности. Верующие относились к храмовым проституткам с благоговением. Сохранилось множество стелл, на которых эти жрицы любви изображены за занятием, которое считалось священным, — за соитием с верующими мужчинами.

Отказ иудеев от этой формы поклонения, которая снова и снова искушала колена Израилевы, их политическая борьба и конкуренция с более древней религией и, как следствие, враждебное отношение к традиции священной проституции — все это объясняет тот ужас и отвращение, с которым в Пятикнижии говорится о неограниченной женской сексуальности и особенно о «блуде». То, что прежде считалось божественным и священным, иудеи стали воспринимать как нечто отвратительное.

Поклонение священной вагине и женской сексуальности сохранилось в качестве метафоры для обозначения божественного в дохристианской Европе. В Ирландии даже и в раннюю христианскую эпоху каменщики вырезали на наружных стенах зданий изображения Шила-на-гиг. Эти скульптуры обнаженных женщин с разведенными ногами, руками раскрывающих половые губы, представляют «священных ведьм» кельтской мифологии и, как мы знаем, символизируют лиминальность [8]. Некоторые историки архитектуры считают, что даже остроконечные каменные складки, обрамляющие входы в европейские средневековые соборы, отсылают нас к вагинальным образам, пришедшим из дохристианской традиции. (И в самом деле, когда я однажды бродила по священному острову Ионы на шотландских Гебридах, я была просто поражена, когда увидела на наружной стене древнего монастыря вырезанные в камне большие и изящные половые губы.)

Но богини секса несли не только свет и радость: каждая культура, поклонявшаяся богине, наделяла ее не только созидательной силой, но и темной, потенциально разрушительной. Во многих культурах есть миф о «зубастой вагине», влагалище с зубами. Древнегреческий поэт Гесиод в своей поэме «Теогония» описывает нерожденного бога Кроноса, который тянется из чрева матери, чтобы кастрировать своего отца Урана. В индуистской мифологии у демона Ади, принявшего облик богини Парвати, есть зубы в вагине. Эрих Нойманн в своем исследовании культа поклонения богине «Великая мать»[7] обнаруживает мотив зубастой вагины и в мифологии индейцев Северной Америки, в которой описывается «плотоядная рыба, обитающая в вагине Ужасной матери» [9]. В мифологии эскимосов также есть женщины с собачьими головами в том месте, где должна располагаться вагина. Архетипические ассоциации (как правило, мужские) вагины со ртом сделали «влагалище с зубами» универсальным и вневременным символом мужского страха быть захваченным и уничтоженным грозной Матерью. Этот символ настолько универсален, что Зигмунд Фрейд описал его в своих «Трех очерках по теории сексуальности» [10]. Однако я не считаю, что эти универсальные представления о зубастой вагине свидетельствуют о неприязненном отношении человечества к этому органу. Скорее, они являются свидетельством необходимости баланса в почитании животворящей силы женщин. Обращаясь к неизбежной темной стороне богини, человечество признает, что разрушение является оборотной стороной созидания. Матка, родовые пути — это ворота в бытие, но человек смертен, и потому рождение означает и неминуемую гибель.

ВАГИНА СТАНОВИТСЯ НЕЧЕСТИВОЙ

В греческих мифах и сказаниях о женском Эросе и желании еще встречались описания силы и соблазнительности, связанные с богинями прошлого, однако подчиненное положение женщин закрепилось при создании первых греческих городов-государств. Некоторые элементы древний символики богини уцелели в классический период, например в «Метаморфозах» Овидия, в истории про Кадма и Аретузу, где Аретуза превращается в змею, которая подразумевает вульву, а мужчина — в фонтан, представляющий пенис. Еще одна история из древнегреческой мифологии, которая перекликается с символикой вагины из древнего культа богини, — это эпизод, в котором Баубо поднимает юбку и показывает свою вульву богине Деметре, потерявшей дочь Персефону, тем самым возвращая богине хорошее расположение духа и заставляя ее вновь рассмеяться. Со смехом богини природа вновь оживает, земле возвращается плодородие.

Ни один историк не смог убедительно объяснить, как случилось так, что при переходе от ранних цивилизаций к периоду античности женщины утратили свой привилегированный статус. Во времена Платона (427–347 гг. до н. э.) совершенный сексуальный союз рассматривался как союз между мужчиной и мальчиком. Жены нужны были древним грекам только для продления рода. Удовольствие стало уделом узкого круга женщин — гетер, или куртизанок, жены же жили в достатке за стенами частных домов, скованные с юридической точки зрения узами брака. Исключением была лишь поэтесса Сапфо с острова Лесбос, воспевавшая женский эротизм и подарившая нам первые яркие метафоры женского возбуждения и оргазма в западной поэтической традиции.

Даже сама природа женского желания в классический период стала оспариваться. Если Гиппократ (предположительно 460–370 гг. до н. э.) считал, что достижение оргазма необходимо как мужчинам, так и женщинам— и те и другие «выбрасывают семя» для зачатия, то Аристотель (384–322 г. до н. э.) придерживался уже другого мнения: для того чтобы зачать ребенка, женщинам совершенно не обязательно возбуждаться.

Римский врач Гален (129 — ок. 200 г. н. э.) считал, что влагалище — это изнанка пениса. (Он также рекомендовал одиноким женщинам мастурбировать для сохранения здоровья.) Томас Лакер[8] так описывает взгляды Галена: «Женщины… вывернуты наизнанку и, следовательно, менее совершенны, чем мужчины. Они имеют точно такие же органы, как и мужчины, но эти органы расположены в самых неподходящих местах» [11].

После того как в Средние века Гален был открыт заново, его воззрения вновь обрели популярность на несколько столетий. А греки придерживались концепции плавающей матки: они считали, что этот орган способен перемещаться по телу женщины и что женские неврологические расстройства и другие болезни вызываются возбуждением матки. Эти убеждения затем разделили и римляне (корень термина hysteria — hyster — происходит от греческого слова «матка»).

ИУДЕЙСКО-ХРИСТИАНСКАЯ ВАГИНА: ЭВОЛЮЦИЯ ГРЕХА

Женщина неполноценна и скверна.

— Фома Аквинский. Сумма теологии

Ветхий Завет активно осуждает «блуд» храмовых проституток, жриц политеистических религий, которые были распространены в Западной Азии, но, как мы видим, вагина почти никогда не упоминается там открыто, разве что с помощью эвфемизмов. Однако в нем есть отрывки, в которых красноречиво описывается женское сексуальное желание. Песнь Песней содержит много тонких метафор женского возбуждения и оргазма. В иудейской традиции разум не противопоставлялся телу и секс в рамках супружеских отношений все еще оставался священным: согласно раввинским экзегезам, набожный человек должен был сексуально удовлетворять свою жену минимум раз в неделю — в зависимости от рода его занятий.

Но в I в. н. э. апостол Павел, эллинизированный иудей, привнес в иудейско-христианскую и языческо-христианскую культуру по всему Средиземноморью концепцию эллинизма, которая утверждала, что ум и тело находятся в состоянии войны друг с другом. Его писание кодифицировало и закрепило на следующие два тысячелетия представление о том, что сексуальность — это стыдно и неправильно, а необузданная женская сексуальность, пусть даже в браке, особенно постыдна и греховна. По ходу становления церкви в Европе и подъема Священной Римской империи учение Павла стало синонимом христианства, а христианство — синонимом западной культуры в целом.

ОТЦЫ ЦЕРКВИ: НЕНАВИСТНАЯ ВАГИНА

На последующие четыре столетия пришелся расцвет западной идеологии, относившейся к вагине с особой ненавистью и изображавшей женскую сексуальность как отравленную приманку, ведущую к погибели. Эти воззрения распространялись вместе с учением апостола Павла и поддерживались священнослужителями. Ветхий Завет, конечно, строго осуждал женщин за сексуальные связи вне брака, например свою дочь можно было за блуд насмерть забить камнями. Но Ветхий Завет также критично относился и к мужским изменам и невоздержанности. При этом сексуальные отношения в рамках законного брака рассматривались как для мужчины, так и для женщины как благословение. В Левит, третьей книге Ветхого Завета, и в Мишне[9] вагина упоминается в связи с менструальными кровотечениями: женщины должны воздерживаться от секса, совершать омовения и, как рекомендуется в Мишне, после менструации перед сексом с помощью тряпки убедиться в том, что крови в вагине больше нет [12,13].

Но отношение к вагине как к чему-то ненавистному даже в браке и идеал женской непорочности возникли и сформировались в эти четыре столетия, прошедшие после того, как апостол Павел создал свое учение. Особое распространение они получили в Северной Африке. Священники, которые проповедовали крайние формы аскетизма в мужской среде и разными способами истязали тело, стремились превзойти друг друга в оскорблении женской плоти. Апостол Павел писал: «Мужчине во благо вовсе не касаться женщины… Но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться» (1 Кор. 7, 9). Но Тертуллиан, взяв за основу эту идею Павла, пошел гораздо дальше: теперь одобрялся только тот секс, целью которого было деторождение. Он рассматривал женщин как соблазнительниц, заманивающих мужчин в бездну сатанинских сексуальных утех [14]. Для него вагина была «храмом, построенным на выгребной яме», «вратами дьявола»: «А знаете ли вы, что каждая из вас — Ева? Приговор Бога и поныне лежит на представительницах вашего пола, также и вина лежит на вас и поныне. Вы — врата дьявола; вы первые вкусили запретный плод, вы первые нарушили Божественный закон… на вашей совести — смерть, ибо Сын Человеческий должен был умереть. И вы еще думаете о восхищении собой?» [15].

Ассоциативная связь между женской девственностью и чем-то хорошим и чистым настолько глубоко укоренилась в умах, что мы едва ли задумываемся о том, действительно ли между этими понятиями существует какая-то связь. Мы полагаем, что так повелось издревле, но на самом деле идея «чистой» христианской невинности возникла сравнительно недавно. Большинство ученых, изучающих Библию, согласны с тем, что идеология священной девственности Богородицы относится к более поздним постулатам Церкви и не находит подтверждения в исходных текстах Нового Завета, которые предполагают, что у Марии было несколько детей. Представление о девственности Марии, которого мы придерживаемся, на самом деле было закреплено через пять веков после событий, описанных в Новом Завете, — в 451 г. н. э. на Вселенском соборе в Халкидоне [16].

Сохранилось мало сведений о том, как вагина изображалась и воспринималась в Темные века[10], а то немногое, что сохранилось, исходит из медицинских текстов. Но, несмотря на убеждения священнослужителей, в первые полторы тысячи лет нашей эры на Западе по-прежнему считалось, что во время секса с целью зачатия ребенка женщины нуждаются в сексуальном удовлетворении. На протяжении 15 столетий считалось, что сексуальные расстройства вызывают у женщин болезни и душевные страдания. Еще в эпоху Гиппократа для лечения пациенток врачи практиковали массаж гениталий или поручали эту терапию акушерке. Практика назначать лечебный массаж наружных половых органов с последующим оргазмом в качестве средства от «истерии» сохранялась в Англии до эпохи Тюдоров и Стюартов.

Как уже отмечалось, Гален, взгляды которого вновь стали популярны в Средние века, считал, что модель женских половых органов — это «вывернутая наизнанку» модель гениталий мужчины. Древние греки придерживались мнения, что женщины выбрасывают сперму, которая способствует зачатию. И так как считалось, что матка перемещается по телу, они полагали, что женщины, не получающие сексуальной разрядки, рискуют пострадать от не вышедшей наружу спермы, которая разлагает их тела изнутри и посылает «вредные испарения» в мозг [17].

Итак, в Средние века положительное отношение соседствовало с официальным осуждением вагины. В позднее Средневековье к ней обратились и фольклор, и литература, например Джеффри Чосер с его рассказом батской ткачихи и рассказом мельника из поэмы «Кентерберийские рассказы», написанной в конце XIV в. [18].

Но эта эпоха, несмотря на идеалы рыцарской любви, породила также и новые способы порабощения вагины. Например, пояс верности был изобретен в начале Средневековья и использовался вплоть до XIV в. И это было отнюдь не изящное изделие, а фактически металлический замок, запирающий тело. Две полосы железа обвивали бедра той, на кого надевался пояс верности, а третья полоса проходила между ног. Муж женщины, отправляясь в путешествие или на войну, запирал этот кусок железа, а заодно и вагину своей жены на замок, а клюя забирал с собой. Такое устройство не только не давало заниматься сексом, но и затрудняло гигиену, а также приводило к появлению ссадин, поэтому правильнее всего рассматривать его как домашнее орудие пытки.

В XIV–XV вв. по Европе прокатилась волна «охоты на ведьм». Ее целью стала женская сексуальность. Инквизиторы и односельчане часто объявляли «ведьмами» тех женщин, которые считались слишком сексуальными или слишком свободными. И пытки, которым их подвергали, тоже были направлены против их сексуальности. Существовало пыточное устройство «груша страданий», которое использовалось для истязания жертв обоих полов. Это был предмет грушевидной формы, сделанный из железа, который во время пыток, когда палач закручивал винт, расширялся внутри жертвы. Если пытали мужчин, устройство вводилось им в рот. Но, когда его использовали для пыток женщин, обвиненных в колдовстве или вызывании аборта, его вводили в вагину.

В XV-ХVII вв. в Европе вагина стала объектом поисков «колдовских отметок», или «дьявольских знаков». Кроме того, инквизиторы уродовали вагины женщин, которых подозревали в еретичестве.

В эпоху Возрождения наступил расцвет в изучении анатомии, и это привело к тому, что был заново открыт клитор. В этот период считалось, что женщины сексуально неисчерпаемы, и женская сексуальность рассматривалась как более мощная, по сравнению с мужской. К тому же тогда все еще считалось, что женщины должны достигать оргазма, для того чтобы зачать ребенка.

Доктор Эмма Риз, литературовед из британского Университета Честера, которая писала о вагине в литературе елизаветинской и викторианской эпох, считает, что в елизаветинский период слова «губы» и «половые губы» намеренно обходили молчанием [19]. Она обращает внимание на сходство между двумя предметами из той эпохи — поясом верности и «уздечкой для сварливых женщин» — и утверждает, что в то время словесная и сексуальная распущенность женщин расцени-

вались одинаково. Пояс верности накрепко запирал женские наружные половые органы, принуждая женщин быть сексуально пассивными, или «тихими», и таким же образом было сконструировано устройство «уздечка для сварливых женщин», которое делалось из железа и замыкалось вокруг головы слишком разговорчивой или любящей поспорить женщины, затыкая ей рот [20].

Шекспир, непревзойденный новатор в области языка, придумал множество сленговых названий для вагины — от «черноты» в «Отелло» до «лодки» в «Короле Лире». Доктор Риз рассматривает все упоминаемые у Шекспира вагины. Она приводит цитату из «Тита Андроника»: «ненавистная, темная, пьющая кровь яма». В этой пьесе героиня, Лавиния, изнасилована, и ее насильники вырезали у нее язык. Доктор Риз утверждает, что тут образы губ и половых губ сталкиваются: и рот, и вагина Лавинии были подвергнуты насилию, чтобы подчинить их и заставить замолчать [21].

Концепция женского тела как карты местности, где вагина — либо серная яма в этом пейзаже, либо воплощение буколической весны, получила распространение в риторике эпохи Возрождения. Для знакомства с более приятной версией образа вагины можно обратиться к эротической поэме Шекспира «Венера и Адонис», где Венера предлагает себя Адонису:

Я — сад земной, во мне всего найдешь:

Мошок зеленый, хрусткий белый ягель,

Холмов и чащ моих прекрасна дрожь!

Олень, твой след здесь не сыскать собаке,

Войди в мой бурелом, как в родный дом,

И даже майской бури смолкнет гром![11] [22]

В «Короле Лире» доктор Риз интерпретирует сопротивление Корделии воле своего отца в контексте того, что слово «ничего» в елизаветинскую эпоху использовалось как сленговое для обозначения вагины. Теория доктора Риз заключается в том, что у Шекспира вагина часто становилась предметом каламбура и служила метафорой для обозначения «отличия» женственности, разнузданной природы женской сексуальности и «больной» и «грязной» природы как женского тела, так и женской речи, как это понималось в то время.

Корделия: Ничего, государь.

Лир: Ничего?

Корделия: Ничего.

Лир: Из ничего не выйдет ничего. Скажи еще раз.

Корделия: Я так несчастна. То, что в сердце есть, до губ нейдет. Люблю я вашу милость, как долг велит: не больше и не меньше [12] [23].

«Вагина, — пишет доктор Риз, — является символом хаоса, импотенции, “неспособности” (can’t — что в центральных графствах произносилось аналогично слову “влагалище” (cunt)), которая зияет в сердцевине пьесы. Ничто вынуждено принимать форму чего-то по настоянию Лира: “Из ничего не выйдет ничего”». Но что сохраняет интригу в пьесе, так это тот факт, что что-то все же может выйти из ничего: если вагина — это шифр, отсутствие, то что если она все же произведет ребенка?.. Когда Шут говорит Лиру, что «теперь ты вроде нуля без цифры», 0 может быть прочитан как символическое наименование вагины и означать усиливающееся чувство импотенции, которое испытывает Лир [24]. «Импотенция Лира, — пишет Риз, — становится причиной проклятия детородных органов одной из двух его дочерей».

Бесплодием ей чрево порази!

Производительность ты иссуши в ней.

Пусть из бесчестной плоти не выходит

Честь материнства!

В этом монологе вагина и ад становятся одним и тем же местом: «Внизу — один лишь черт./Там — ад, там мрак… воняет».

Вот дама скалит зубы:

Лицо о снеге между вил пророчит;

Качает головой, едва услышит Про наслажденье речь, — Но ни хорек, ни конь с кормов подножных Не бешеней в любви.

Что ниже пояса у них — Кентавр,

Хоть сверху женщины.

До пояса они — созданья Божьи,

Внизу — один лишь черт.

Там — ад, там мрак и серная там бездна.

Жжет, палит, воняет, пожирает! Фи, фи, фи, фуах!

Добрый аптекарь, дай мне унцию мускуса прочистить воображенье [25].

Особое свойство вагины служить объектом притяжения для одних людей и вызывать боязнь у других возникло именно в этот исторический период. В это время на Западе она стала служить символом как рая, так и ада или вообще «ничего» — предполагаемого женского экзистенциального отсутствия.

В «Короле Лире» тропы, используемые для обозначения вагины, показывают, что в елизаветинский период взгляд на вагину, подразумевающий, согласно христианской концепции Павла, безобразность и дьявольскую сущность женских половых органов и женской сексуальности в целом, нашел очень яркое отражение в культуре. Но в то же время произведения других лириков показывают, что существовало и другое, более классическое течение, которое отождествляло этот орган с пасторальным восторгом и природным обаянием. «Символическая власть вагины имеет фундаментальное значение для понимания не только произведений Шекспира, но и всего Ренессанса в более широком смысле», — пишет доктор Риз. Во времена Шекспира упоминание влагалища считалось непристойным, что вынуждало драматургов того времени использовать каламбуры и намеки. В этом каламбурном отрывке из диалога Гамлета и Офелии (акт 3, сцена 2) подтекстом является вагина Офелии. Доктор Риз отмечает, что «в елизаветинском английском языке» слово «колени» могло означать как колени в современном понимании, так и влагалище. И, как вы помните, слово «ничего» в то время также означало «вагина».

Гамлет: Сударыня, могу я прилечь к вам на колени?

(Ложится к ногам Офелии.)

Офелия: Нет, мой принц.

Гамлет: Я хочу сказать: положить голову к вам на колени?

Офелия: Да, мой принц.

Гамлет: Вы думаете, у меня были грубые мысли?

Офелия: Я ничего не думаю, мой принц.

Гамлет: Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног.

Офелия: Что, мой принц?

Гамлет: Ничего.

Офелия: Вам весело, мой принц?

Гамлет: Кому? Мне?

Офелия: Да, мой принц [26].

«Грубые мысли» для аудитории того времени означало «сексуальные», то есть «животные». Когда Гамлет спрашивает Офелию о том, что она думает, и она отвечает «Ничего», это означает, что она на самом деле не думает ни о чем, что она интеллектуально пассивна или нейтральна, но Гамлет на это отвечает, что характерно: «Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног». Наружные половые органы — «ничего» — привлекательны сами по себе, но не менее привлекательно и то, что в голове у женщины нет никаких мыслей, а у ее половых органов нет опыта, или, иначе выражаясь, нет мудрости. Когда Офелия спрашивает в ответ «Что, мой принц?», это означает вопрос: каково это — лежать между девичьих ног? Каково это — быть сексуальной женщиной? И когда Гамлет отвечает «Ничего», этим он как бы говорит, что вагина — невинная, неопытная, нетронутая вагина — это и есть то, что должно находиться между ног у девственницы. Шекспир блестяще умел создавать двойные зеркальные параллели между женским мозгом и вагиной, и в его творчестве отлично отражено то, что аудитория той эпохи понимала связь между ними. Он играет словами, подчеркивая общеизвестный факт, что нет ничего более привлекательного, чем «ничего» на уме у молодых женщин, и что с точки зрения сексуального опыта вагина, которая находится между ног невинной девушки, и есть «ничего». Кажущееся непонимание Офелией двойного смысла этой игры слов только повышает «считываемость» сообщения о привлекательности сексуального и интеллектуального невежества женщин во всех смыслах.

Для короля Лира вагина была серной ямой, а для поэта Джона Донна, который также использовал скрытые метафоры, она была благословенна и сама была благословением, природным сокровищем Нового мира, «шахтой, полной драгоценных камней». В эпоху великих географических открытий, когда путешественники находили новые земли, полезные ископаемые и драгоценные камни, Донн в своей элегии «На раздевание возлюбленной» сравнивает тело любимой и ее вагину с сокровищами недавно открытой империи:

Моим рукам-скитальцам дай патент

Обследовать весь этот континент;

Тебя я, как Америку, открою,

Смирю и заселю одним собою.

Омой трофей, награда из наград,

Империя моя, бесценный клад!

Я волен лишь в плену твоих объятий,

И ты подвластна лишь моей печати[13] [27].

Именно о вагине сказано: «Империя моя, бесценный клад! Я волен лишь в плену твоих объятий». «И ты подвластна лить моей печати» — это еще одна очень нежная метафора для вагины: хотя верно и то, что женское тело будет покорено, как со временем будут покорены и переданы Англии или Испании новые земли, на которых водрузят имперские знамена фаллической формы, тем не менее завоевание в данном случае является праздничным, полным любви деянием. Поэт ласкает рукой вагину своей возлюбленной, и, если вы понимаете, что выражение «моя печать» означало для читателя елизаветинского периода — перстень в то время вдавливался в воск для создания отпечатка, эротическое отношение Донна к вагине очевидно. Хотя Донн и называет вагину «своей», накладывая на нее метафорическую «печать», верно также и то, что воск постепенно нагревается, расплавляется, а затем сохраняет оттиск перстня.

Это противостояние, связанное с вопросом, является ли вагина раем или адом, выразилось и в том, что, когда анатомия получила в эпоху Возрождения признание, клитор как орган начал свой многовековой путь, на который обратил внимание историк Томас Лакер и о котором я писала в своей книге «Промискуитет»: его то теряли, то находили, то вновь теряли и затем снова обнаруживали. В истории западной анатомии это уникальное явление, потому что нет ни одного другого органа, о существовании, местонахождении, роли и функциях которого то «забывали», то снова вспоминали. Поджелудочная железа, не говоря уже о мошонке, когда-то была обнаружена раз и навсегда, так же как раз и навсегда были определены и их функции. И знания об этих функциях на протяжении последующих четырех столетий только углублялись, в то время как понимание роли клитора то улетучивалось, то восстанавливалось.

Эти интеллектуальные приключения клитора под лозунгами «Куда он делся?» и «Так для чего, говорите, он нужен?» должны также отражать принятое в западной культуре двойственное отношение к роли клитора, который выступает в качестве не только спускового крючка женского сексуального возбуждения, но и своего рода катализатора женского куража и уверенности. Амбивалентность относительно окончательного определения местонахождения и функций клитора отражает двойственное отношение к перспективе вручения женщинам — раз и навсегда — ключей к уверенности в себе и стремлению к свободе.

Клитор обнаруживался, «терялся» и вновь находился регулярно начиная с 1559 г. Именно в том году Реналдус Колумбус обнаружил участок тела, который он назвал «местом средоточия женского удовольствия». «Если вы коснетесь этого участка, — писал он, — то обнаружите, что он немного твердый и продолговатый до такой степени, что напоминает мужской пенис, и, поскольку никто до меня его не обнаруживал, если допустимо давать названия своим открытиям, то этот участок можно назвать любовью или сладостью Венеры». Он добавил, что «если энергично потереть этот участок пенисом или прикоснуться к нему хотя бы мизинцем, то это может вызвать очень быстрое семяизвержение благодаря полученному удовольствию… Без этих бугорков женщины не могли бы ни испытать удовольствия от любовных объятий, ни зачать ребенка».

В 1671 г. акушерка Джейн Шарп открыла клитор еще раз, отметив, что он может «стоять и падать, как пенис, делает женщин похотливыми и приносит наслаждение во время совокупления» [28].

В «Анатомии человеческого тела», медицинском учебнике, написанном Уильямом Купером в 1697 г., клитор впервые описывается в качестве отдельного органа. Кроме того, Лакер цитирует другой учебник XVII в., на этот раз французский, который указывает, что клитор является тем местом, «где Создатель Всего поставил сиденье сладострастия, где, как и в головке полового члена, находятся наиболее чувствительные участки тела и где он разместил источник непотребства в женщинах» [29].

Но эти «утраты» клитора и его повторные открытия только предвещают наиболее серьезную потерю, речь о которой пойдет дальше.

8. Вагина в викторианскую эпоху: медикализация и подчинение

Состояние возбуждения, которое возникало очень часто, после операции полностью исчезло… 6 января 1865 г.: рана полностью зажила, состояние пациентки хорошее. Сексуальное возбуждение ее также не беспокоит.

— Гинеколог Густав Браун. Ампутация клитора и малых половых губ: ВКЛАД В ЛЕЧЕНИЕ ВАГИНИЗМА, 1865 г.

Современная» принятая на Западе концепция восприятия вагины, та, которую мы унаследовали, — стыдливая, воспринимающая секс в узком, сугубо функциональном смысле, десакрализованная и разложенная учеными по полочкам, — возникла в XIX в. Как отмечает Мишель Фуко в «Истории сексуальности», это был век победы медицины над сексуальностью в целом [1]. В этот период вагина была медикализирована и подвергнута жесткому контролю с помощью весьма специфических способов, беспрецедентных для своего времени, однако она прошла через все испытания — и дошла до наших дней так и непобежденная.

Как только благодаря индустриализации и повышению уровня образования в обществе появилась широкая прослойка свободных, не желающих покоряться женщин, заработали новые средства сексуального подчинения для их подавления. Любой ценой их стремились удержать от познания собственной анатомии и сексуальных реакций, чтобы погрузить в состояние сексуальной «комы». На это были брошены все силы: газетные обозреватели, медики, составители сборников советов по вопросам семьи и брака. Гинекология начала бурно развиваться в качестве отрасли медицины.

В этот период получила распространение теория о том, что клитор является причиной нравственной распущенности, что чтение романов может привести молодых девушек в состояние неконтролируемого возбуждения и что «хорошие» женщины сексуального возбуждения (особенно клиторального) не испытывают вовсе, а «плохие» могут погибнуть из-за своих неуемных сексуальных аппетитов [2]. Как ни парадоксально, но в это же время огромную популярность обрела терапия, которая позволяла женщинам испытывать оргазм без ущерба для репутации, потому что он достигался благодаря врачебным манипуляциям. Врачи прямо-таки рекламировали «массаж матки» как способ поправить расшатанные нервы и сколотили огромные состояния, помогая своим обеспеченным клиенткам мастурбировать на смотровых кушетках. А некоторых докторов так изматывал высокий спрос на подобные услуги, что они разрабатывали электрические машинки для мастурбации, точнее для «снятия нервного напряжения». В то время было создано множество электрических фаллоимитаторов, но при этом все они рекламировались как товар для совсем других целей [3].

В то время в обществе глубоко укоренилась идея о том, что бывают «хорошие» и «плохие» вагины — первые будут защищены обществом и государством, а последних накажут по справедливости. И именно в этот период возникла наша современная подсознательная убежденность в том, что «хорошая», или порядочная, вагина благодаря этой самой порядочности может рассчитывать на определенную социальную защиту и не должна «осквернять» себя распутством, иначе обречет себя на все те наказания, которые непременно обрушиваются на «плохие» вагины. К середине викторианского периода рассуждения медиков о «порядочных» женских вагинах, о порнографии и карательных мерах против «плохих» вагин фактически остались единственным контекстом, в котором вагина в принципе упоминалась как на государственном, так и на частном уровне.

Я не могу даже передать, как много наших нынешних страхов по поводу вагины и женского сексуального удовольствия в целом возникли в обществе тогда и затем перешли к нам в формах, безошибочно указывающих на то, что они берут свое начало именно в те времена!

До середины XIX в. дьяволизм женщин, или, выражаясь менее субъективно, их вожделение, рассматривался как неотъемлемая составляющая женского начала. Но это общепринятое восприятие женской сексуальности навсегда изменилось примерно в 1857 г. До этого года, когда в Великобритании был издан первый Акт о непристойных публикациях, эротические литографии, а также сленг и сквернословие изображали вагину в похабной, но веселой традиции — как похотливую и активную. Например, именно в этой традиции в 1748 г. было написано классическое эротическое произведение XVIII в. «Фанни Хилл» (автор Джон Клиланд). Но викторианская эпоха породила двойственное отношение: медикализированные вагины «хороших» женщин и проституированные, порнографические вагины «плохих». Идеологи гендерной концепции отказались от похабного, порой склонного к обожанию и уж во всяком случае стремящегося к золотой середине отношения к вагине и клитору, что для предыдущих веков было само собой разумеющимся. Новая медицинская дисциплина гинекология переосмыслила женскую мастурбацию, на которую до того момента почти не обращали внимания и не обсуждали, и стала рассматривать ее как признак постыдной одержимости и деградации. Наконец, переосмыслено было и получение женщиной сексуального удовольствия во время полового акта, которое прежде также считалось само собой разумеющимся, но затем стало трактоваться как химера, несмываемый позор и унизительный абсурд.

Возможно, так выражалось врожденное, бессознательное понимание связи допамин — вагина — мозг, ведь в этот период женщины среднего класса начали бороться за свои права и преуспели в этом. Они лоббировали право на развод с унижающими их мужьями (Акт о Вещном праве замужних женщин, 1857), протестовали против облав на женщин, обвиняемых в занятиях проституцией, которых затем подвергали жестоким гинекологическим осмотрам (Акты об инфекционных болезнях, 1864,1866,1869), боролись за контроль над собственными доходами и наследством в браке (Закон о Вещном праве замужних женщин, 1870) и добивались права расторгать брак с сохранением собственного имущества и опеки над детьми (Акт о Вещном праве замужних женщин, 1882). К концу века они создали женские колледжи в Оксфорде и Кембридже и отстаивали право работать по профессии. Важно понять, что, учитывая связь допамин — вагина — мозг, эта идеология — подсознательно — могла возникнуть для того, чтобы удерживать этих образованных западных женщин среднего класса, которые уже завоевали так много новых прав и свобод, от понимания того, как работают их собственные вагины, и наказывать их даже за прикосновения к ним и к клиторам, которые активируют из-за этого больше неподконтрольного допамина.

К началу 1850-х гг. викторианские медицинские светила и общественные лидеры мнений утверждали, что у представителей обоих полов мастурбация может привести к «целому спектру заболеваний», которые заканчиваются безумием. Но озабоченность опасностями, которые таит в себе женская мастурбация, привела к насилию. Викторианская одержимость искоренением женской мастурбации была во многом связана со страхами перед женским образованием и нередко связывалась с изображениями девушек или женщин, соблазненных чтением. Что характерно, в XVII–XVIII вв. никакой озабоченности потенциальной связью между чтением и женской мастурбацией не наблюдалось. Ведь в довикторианском мире даже женщины из высшего общества, как правило, были необразованными и не имели никакой личной собственности, поэтому-то никому и не было дела до того, мастурбировали они или нет. Эта одержимость опасностью женской мастурбации, характерная для XIX столетия, возникла в век, в котором женщины одерживали в законодательной сфере одну победу за другой, обеспечивая себе доступ к правам, и ее следует понимать как реакцию патриархального общества на опасность женской эмансипации.

Как утверждал гинеколог Уильям Эктон в своем авторитетном трактате 1875 г. «Функции и расстройства репродуктивных органов», «мастурбацию можно охарактеризовать как привычную невоздержанность, провоцирующую заболевания». Впрочем, он также отмечал, что «большинство женщин (к счастью для них) не очень обеспокоены сексуальными чувствами какого-либо рода». Эктон также считал, что «как правило, скромная женщина редко желает какого-либо сексуального удовлетворения для себя. Она смиряется с объятиями своего мужа, но главным образом для того, чтобы удовлетворить его… Замужняя женщина не хочет быть поставлена в один ряд с любовницей» [4].

Неудивительно, что многие современные женщины воспринимают свою сексуальность как нечто отличное от остальных черт их характера и в известной степени подавляемое другими, более значимыми ролями, такими как мать, жена или работник. Некоторые женщины чувствуют себя в постели подавленными от того, что получаемое ими сексуальное удовольствие в некотором роде унижает их. Но такие убеждения присутствовали у людей не всегда. Более того, они выработались сравнительно недавно. По существу, они возникли, когда традиционное общество в Европе и Америке озаботилось тем, что женщины получили избирательные права. Именно тогда женская сексуальность была отдана на откуп представителям новой профессии — гинекологам-мужчинам. Это произошло около 160 лет назад. Мы не всегда жили под гнетом этой двойственности.

В викторианский период в отношении к женской вагине и клитору произошел сдвиг в сторону рассмотрения сугубо с медицинской точки зрения. В результате сексуальное и репродуктивное здоровье женщин среднего класса было предано из рук акушерок врачам-мужчинам. Эти врачи сформировали профессиональные организации, для того чтобы изолировать акушерок. Их роль в вопросах сексуальности и рождения детей ограничивалась тем, чтобы давать советы и поддерживать естественные процессы. Но врачи-мужчины взяли на вооружение другой метод обращения с вагиной и маткой. Их подход можно назвать чем-то из разряда «героический медицины», суть его — в нетерпеливом, иногда насильственном вмешательстве.

В Америке границы профессионализма в «мужской» гинекологии расширяли такие специалисты, как Макдауэлл, Бай-форд и Симс. В частности, Симс усовершенствовал технику лечения влагалищных свищей, однако его наследие весьма неоднозначно, поскольку своих профессиональных успехов он достиг, практикуясь на рабынях, причем без использования какой-либо анестезии. Между тем в Соединенном Королевстве первопроходцами в области «мужской» гинекологии стали Роберт Тейт и Уильям Смит.

Это господство мужчин в области медицинской помощи, которая на протяжении тысячелетий находилась в руках женщин-акушерок, не оспаривалось довольно долго — до тех пор, пока в конце 1890-х в Провиденсе не начала практиковать одна из первых женщин-гинекологов Хелен Путнэм. На протяжении двух поколений британские и американские гинекологи-мужчины преобразовывали древние и традиционно щадящие подходы акушерок. Они внедрили такие инновации, как роды в положении лежа, которые более комфортны в первую очередь для врача, в отличие от активного поведения женщины в родах, практиковавшегося ранее. Когда роженица лежит, ребенку приходится продвигаться по родовым путям вверх, преодолевая силу тяжести. Неудивительно, что роды в положении лежа не практикуются нигде, кроме как на Западе. К тому же в такой позе у женщины повышается риск разрывов промежности и травм родовых путей. И эта нездоровая традиция пришла к нам именно из тех времен, когда среди женщин среднего класса, которые могли позволить себе врачебную помощь, возрос травматизм в родах.

Викторианские мужчины-гинекологи ввели и другое правило — производить гинекологические осмотры через покрывало. Врачам было запрещено визуально осматривать вагину или шейку матки, и они должны были проводить диагностику исключительно на ощупь. В итоге выработалось новое, подкрепленное медицинскими авторитетами, стыдливое отношение к этому крайне спорному месту — вагине. Трактат Уильяма Эктона, поддерживающий идею женской фригидности, выдержал восемь переизданий за 20 лет. Историк Карл Деглер назвал его «несомненно, одной из наиболее цитируемых книг» на тему женской сексуальности «в англоязычных странах» [5].

Кроме того, во второй половине XIX в. все чаще стали возникать дискуссии о роли женщин в обществе с точки зрения того, что их потребности полностью подчинены репродуктивной системе. Распространилось мнение, что сам факт наличия матки оказывает негативное влияние как на настроение женщин, так и на их интеллектуальные способности в целом. Гинекологи публиковали в популярных журналах статьи о том, что высшее образование может навредить здоровью молодых женщин из-за того, что у них идут месячные. К 1890-м гг. укоренилось мнение, что образование влияет на женский организм, формируя тип «новой женщины». Эти женщины, которые настаивали на том, чтобы обучаться наравне с мужчинами, по мнению некоторых «экспертов», были бесплодны, по мнению других — наоборот, сексуально ненасытны, но в любом случае чрезмерно волосаты и непригодны для брака.

«Идея раздельных сфер не была изобретением XIX в., — пишут историки Эмма Хеллерштайн, Лесли Хьюм и Карен Оффен в книге «Викторианские женщины. Документальный отчет о жизни женщин в XIX столетии в Англии, Франции и Соединенных Штатах», — но навязчивая манера, с которой французская, американская и британская культуры настаивали на этом разделении, представляла собой нечто новое… Каждая женщина, которая отвергала роль, навязываемую ей викторианской культурой, рассматривалась как вредоносная, угрожающая своим современникам революционерка и анархистка» [6]. Женская сексуальность, утверждают они, рассматривалась как угроза для стабильного, упорядоченного общественного уклада наравне с терроризмом или анархизмом. «Викторианское общество хотело дать молодой женщине образовательный опыт, но не тот, который позволил бы ей стать образованным человеком. И точно так же это общество готово было позволить ей иметь сексуальный опыт (в рамках законного брака и с целью воспроизводства), но не тот опыт, который позволил бы ей почувствовать себя сексуальной личностью» [7].

В 1860-1890-е гг. жестокость и карательный характер мужской гинекологической практики достигли пика. В эти десятилетия проведение клитоодектомии стало применяться если не повсеместно, то по крайней мере очень часто для «излечения» девушек, которые продолжали предаваться этому страшному пороку — женской мастурбации. Доктор Исаак Браун познакомил Англию с клитородектомией в 1858 г. и активно практиковал ее в течение десяти лет после этого [8]. Он стал известен и популярен благодаря своему чудесному методу «лечения» — вырезанию клитора, которое превращало строптивых, непокорных девушек в послушных и кротких — эффект, который мы сегодня однозначно можем расценить как результат травмы, а также нарушения активации нейронов.

А для тех девушек, над которыми не нависала угроза удаления клитора в качестве наказания за «порок», издавались книги советов, руководства по морали и популярные журналы, которые были заполнены предупреждениями о том, что мастурбирующие женщины, совращенные «французскими романами», могут быть легко определены по их усталости, вялости, бледности, лихорадочному блеску в глазах и общей ауре скрытности и неудовлетворенности. Считалось, что мастурбация ведет девушек по наклонной — к другим, еще худшим формам проявления порочности и распущенности. Поэтому родителям советовали быть бдительными и строгими с теми девушками, которые упорствуют и продолжают предаваться пороку.

Джеффри Массон изучил три сотни европейских медицинских журналов, выходивших с 1865 по 1900 г. «Эти тексты, — пишет он, — взятые исключительно из эталонных, авторитетных и профессиональных журналов, показывают, как мужчины с позиции обладающих властью над жизнью женщин, особенно над их сексуальной жизнью, использовали эту власть для деформации, разрушения, подавления и даже уничтожения женского сексуального самосознания» [9].

Незнание женщинами собственной анатомии и связываемый с женской сексуальностью позор порой приводили к трагическим последствиям. У одного французского врача, Деметриуса Зомбако, была молодая пациентка, которая, как он считал, занималась «порочным делом» — мастурбацией, и эта привычка, как он отмечал, «укоренялась все глубже и глубже». Он сообщал, что «считает необходимым изменить тактику лечения и относиться к ней сурово, даже с жестокостью, с применением телесных наказаний, в частности кнута» [10].

Альфред Пуле, главный хирург больницы Валь-де-Грас в Париже, в 1880 г. опубликовал второй том своего «Трактата об инородных телах в хирургической практике». В этой работе он перечислил предметы, которые ему доводилось извлекать из вагин молодых женщин, а также дополнил свой доклад описаниями похожих случаев из практики английских и американских хирургов. Пуле отмечал, что ему приходилось удалять из маток, уретр и вагин пациенток самые разнообразные предметы, начиная от «катушек с нитками, коробок для игл, футляров для помады, заколок и расчесок до… таких предметов, как вагинальные суппозитории и губки». Он считал, что «злой умысел» и «безумие» побуждают женщин предаваться «уединенному пороку» и приводят к тому, что они мастурбируют с помощью этих предметов.

Пуле рассказывает ужасную историю: 28-летняя женщина использовала для мастурбации ручку расчески из кедрового дерева. Когда кто-то внезапно вошел в комнату, она быстро вскочила и присела для того, чтобы скрыть то, чем занималась, и расческа — готовьтесь — «проткнула заднюю стенку влагалища и попала в брюшную полость». Ей было очень стыдно, потому что «благопристойная женщина» викторианских времен никогда не мастурбировала, и она скрывала свою травму на протяжении восьми месяцев при том, что кусок дерева уже проник в ее кишечник. Наконец, когда терпеть боль стало невозможно, она показалась своему врачу и во всем призналась. Расческу удалили, но было уже слишком поздно — женщина умерла от перитонита на четвертый день после операции.

Пуле утверждает, что в его практике в девяти из десяти случаев, когда вагине были нанесены колото-резаные раны острыми предметами, эти предметы были введены пациенткой с целью мастурбации. Но современные ученые считают это утверждение спорным и полагают, что на самом деле такое множество случаев, когда женщины получали травмы вагины от острых предметов, было результатом их попыток самостоятельно сделать аборт. В книге «История нимфомании» (Nymphomania: A History) Кэрол Гроунеман утверждает, что «вещественные доказательства… могли бы привести к разным объяснениям случившегося — от сексуального насилия до попыток самостоятельно сделать аборт. Однако многие врачи предпочитали видеть в этих женщинах распутниц, а не жертв». Гроунеман отмечает, что врачи видят то, что хотят видеть, и Пуле видел «своеволие, порочные привычки и непристойное поведение», которые привели к этим травмам, а не страдания и отчаяние. Ведь в медицинской практике того времени не делали особых различий «между насилием, абортами и мастурбацией» [11].

По словам историка Йельского университета доктора Синтии Рассетт, на протяжении всего XIX в. было чрезвычайно распространено выпадение матки — и все из-за требований моды. В период с 1840 по 1910 г. женщины, которые хотели быть элегантными, носили корсеты из китового уса. Рассетт отмечает, что современные корсеты и пояса делаются из упругих материалов или резины, но китовый ус согнуть не так легко. Эти корсеты сжимали талию, заставляя органы брюшной полости и малого таза (тонкий кишечник, матку, мочевой пузырь) не только опускаться вниз, но и испытывать постоянное давление. Было принято, чтобы женщины туго зашнуровывались и сохраняли тонкие талии даже на поздних сроках беременности, что, конечно, заставляло растянутую матку опускаться вниз, оказывая страшное давление на мышцы тазового дна. Женщинам, страдавшим от выпадения, вводились во влагалища вагинальные суппозитории, которые представляли собой круглые металлические предметы, напоминавшие диафрагмы и призванные заменить поврежденные мышцы тазового дна и механически предотвратить выпадение матки и других органов в вагинальный канал. В своих журналистских материалах, книгах и стихах многие авторы-женщины страстно призывали к переменам в мире моды, с тем чтобы жизнь женщины не «деформировалась», как тогда писали, подстраиваясь под искусственно выработанные правила приличия. Они говорили как о физических, так и о психологических реалиях, и в том числе о моде, которая наносила тяжкий урон здоровью.

Эта эпидемия вагинальных и маточных травм и инвалидность, к которой они приводили, служили фоном, на котором великие женщины той эпохи, писательницы и поэтессы — от Шарлотты Бронте до Джордж Элиот, Элизабет Гаскелл и Элизабет Браунинг — мечтали о женской физической и эмоциональной свободе.

ГОСУДАРСТВО ПРОТИВ «ПЛОХОЙ» ВАГИНЫ

В 1857 г. в Англии был принят первый Закон об инфекционных заболеваниях, а в 1864 г. он был расширен и дополнен. Этот закон давал государству право проводить облавы на женщин, подозреваемых в занятии проституцией, и принудительно заключать их в учреждения, в которых те против воли подвергались гинекологическому осмотру, якобы для предотвращения распространения сифилиса, гонореи и других венерических заболеваний.

Закон об инфекционных заболеваниях оказал гораздо более сильное влияние на коллективное сознание женщин, чем предполагают историки. По всей Англии, особенно в тех городах, где располагались гарнизоны, женщины, которые выглядели похожими на проституток — а это определение в викторианскую эпоху было столь расплывчатым, что под него подпадала почти любая женщина, которая заботилась о своей внешности и производила впечатление особы, готовой предаться внебрачному сексу, — могли быть схвачены мужчинами-агентами, действовавшими под прикрытием. Будучи похищенными, женщины затем могли содержаться без суда и следствия в учреждениях, очень напоминавших тюрьмы и называвшихся закрытыми госпиталями. Там они удерживались и насильно подвергались медицинским обследованиям, которые проводили незнакомые им мужчины. Затем они также могли подвергнуться насильственному лечению против своей воли. В этих заведениях их могли удерживать — на законных основаниях — до восьми месяцев, вдали от их семей и работы [12].

Британское правительство планировало расширять эту программу, включив в нее всех молодых женщин, которые выглядели так, как будто могли бы быть сексуально активны. Она должна была последовательно реализовываться в каждом городе, пока не достигнет Лондона. Как пишет в своей работе «Викторианцы» британский историк А. Уилсон, грандиозный размах этих похищений и ужас, который они вызывали у женщин, привели к тому, что сами врачи выступили против того, чтобы эта программа начала действовать и в столице. Ведь если бы в Лондоне женщин начали арестовывать так же активно, как и в других городах страны, то пришлось бы открыть 12 новых больниц для того, чтобы разместить всех задержанных [13].

Ужас, который испытывали наши предшественницы, как мне кажется, глубоко запечатлен в сознании англичанок и американок, хотя мало кто из нас знаком с этими историческими фактами.

Почему сегодня на англо-американском Западе мы зачастую считаем, что если мы заявим об изнасиловании или сексуальных преступлениях против нас, то отношение к нам будет зависеть от того, каким было наше прошлое в сексуальном плане? Нам кажется, что если в ходе расследования изнасилования мы признаемся в том, что прежде занимались сексом, то за этим последует некое ужасное общественное порицание. Почему следователи, занимающиеся раскрытием сексуальных преступлений, обвинители и судьи часто также демонстрирует именное такое отношение, и сексуальное преступление осуждается тем сильнее, чем более «чистой» и «невинной» в сексуальном плане представит себя женщина — вне зависимости от контекста совершенного изнасилования? Почему мы все еще подсознательно чувствуем, что, если откроются наши сексуальные желания или действия сексуального характера, это приведет к катастрофе?

Джозефин Батлер, одна из первых феминисток, успешно выступавшая против Закона об инфекционных заболеваниях, рассматривала удерживаемых насильно женщин как «соблазненных и преданных» — они не были сексуально распущенными, их невинностью злоупотребили.

Этот опыт первых крупных политических побед феминисток привел к тому, что феминизм и женские кампании в целом очень часто формулируют свои претензии как «злоупотребление невинностью» женщин, особенно когда речь заходит о сексуальных вопросах. Эта тема в нашей истории полна нюансов. Успех оказался палкой о двух концах. Феминистки поняли, что могут завоевывать симпатии общественности, статус и правовые победы, выстраивая образы беспомощных женщин — жертв сексуальных издевательств хищных, жестоких мужчин. Но я считаю этот подход неверным. Ведь, несмотря на то что существует масса ситуаций, которые, безусловно, подходят под этот контекст, проблема для нас заключается в том, что феминисткам тогда так и не удалось сделать предметом общественного обсуждения такие аспекты, как женское сексуальное желание и действия сексуального характера.

И мы все еще испытываем на себе последствия этого. Когда в 2011 г., после выдвижения обвинения против Джулиана Ассанжа в изнасиловании, я заговорила о произошедшем в контексте сексуального согласия женщины на одном уровне и ее предполагаемого отсутствия согласия на другом, на меня напали феминистки с обвинениями в «предательстве». Проблема в том, что сегодня большинство изнасилований происходит в результате столкновения нюансов, когда женщина хочет одного, но решительно не хочет другого, чего-то большего. Но если мы не сможем говорить о действиях сексуального характера, не опасаясь, что это сделает нас ответственными за последствия, мы не добьемся адекватного судебного преследования за реальные изнасилования.

СОПРОТИВЛЕНИЕ

Несмотря на те жестокие гонения, которым вагина, матка и клитор подверглись в викторианскую эпоху, многие женщины и мужчины того времени стремились создать альтернативный образ влагалища, далекий от официально признанного. Викторианские женщины продолжали испытывать интерес к романам и произведениям искусства, в которых образы женской личности и сексуальности находили отражение в положительном свете и которые стремились рассказать правду о женском сексуальном желании и удовольствии. Правда, зачастую эти исследования и изображения были весьма метафорическими.

Героиня романа Джордж Элиот «Мельница на Флоссе» Мэгги Тулливер одинока и подавлена. Но она тайно, против воли своих родителей устремляется за своим избранником Филипом Уейкемом к месту, которое называется Красный овраг. В этом отрывке, где проводятся параллели с женскими гениталиями, женское сексуальное желание связано со стремлением к тому, чтобы увидеть мир, к познанию и силе:

В детстве Мэгги испытывала перед этим местом, прозванным Красный овраг, непреодолимый суеверный страх… в каждой ложбинке ей чудились разбойники и дикие звери. Но теперь здесь таилось для нее очарование, которое в холмистой местности, даже в самой невысокой скале или маленьком ущелье находят те, чьи глаза привыкли к равнинным ландшафтам…А в июне еще и расцветал во всем великолепии шиповник, поэтому нечего удивляться, что именно сюда, в Красный овраг, а не в какое-либо иное место, направилась Мэгги в первый же день, когда освободилась от работы и могла побродить вволю. Наслаждение, которое это ей доставляло, было столь велико, что иногда в пылу самоотречения она спрашивала себя, следует ли отдаваться ему так часто.

Элиот описывает эти «прогулки» как преисполненные удовольствия, «удовольствия, которое накатывает волнами». Мэгги считает, что ее тайна — исследования Красного оврага — связана с «духовным падением», «с чем-то, за чем она не хотела бы быть обнаруженной» — примерно так в тот период описывали и женскую мастурбацию. Но «[тем не менее] музыка нарастала снова, как и звон колоколов, приносимый набирающим силу ветром…» [14]. Здесь женское желание и стремление к самопознанию сравниваются с нарастающими звуками музыки. Как и во многих подобных сценах, женское художественное или литературное воображение, чувственный мир природы и пробуждение чувственности вульвы — все едино.

Очаровательные тайники, красивые коробочки и сундуки, полные сокровищ, появляются во всех классических женских романах середины XIX в. в строго определенном смысле. Доктор Риз в своей работе «Рассказывает викторианская вагина: Шарлотта Бронте и мастурбирующая женщина» исследует роман «Городок» (УШеИе), который рассказывает историю тихой, скромной гувернантки Люси Сноу и ее триумфа над противниками в бельгийской школе, а также о том, как в конце концов она обретает страстную сексуальную и супружескую любовь. Доктор Риз подробно рассматривает, как Шарлотта Бронте использует метафоры для обозначения вагины [15].

Доктор Джон, «неподходящий» объект любви, который обманывает Люси, прежде чем она находит надежного спутника жизни, дает ей недозволенные любовные письма, и Люси украдкой закапывает их под грушевым деревом: «И вот я отодвинула плющ и отыскала дупло; бутылка без труда помещалась в нем, и я засунула ее подальше вовнутрь». «Я надумала упокоить там не только мое сокровище, но и похоронить мое горе», — пишет Люси. «Люси тщательно скрывает предметы в коробках, ящиках и столах… Подобно пациентке доктора Пуле, она должна скрывать свои желания», — отмечает доктор Риз.

Люси Сноу подает сигнал месье Полю — «подходящему» возлюбленному — о том, что готова начать с ним романтические отношения, отдавая ему свою драгоценную шкатулку, которая «лежала наготове» у нее на коленях.

И достав из открытого стола шкатулку, я подала ее ему — Утром она лежала у меня на коленях, — продолжала я, — и если бы мосье запасся терпением, а мадемуазель Сен-Пьер не вмешивалась бы столь бесцеремонно, и, быть может, вдобавок, будь я сама спокойней и рассудительней, — я бы сразу ее подарила.

Он посмотрел на шкатулку: я видела, что ему нравится чистый теплый цвет и ярко-синий венчик. Я велела ему открыть ее.

Невозможно более ясно выразить чувство радости, которое испытывает женщина, отдаваясь любимому, даже если викторианские приличия требуют, чтобы эти сцены были переданы через метафоры и аллегории.

В середине XIX столетия появилось Братство прерафаэлитов. В 1850 г. они начали издавать свой журнал «Зародыш», развивая явную иконографию вагины. Эта тема нашла яркое выражение в популярных картинах Данте Россетти, брата Кристины Россетти. Данте Россетти часто изображал гранаты, неправильные с точки зрения ботаники, но очень напоминающие по своему строению губы и вагины: на написанном им портрете воспетая Данте Беатриче представлена как красавица, держащая один из таких гранатов — с надрезом на коже плода, и по обе стороны разреза изображены складки, напоминающие половые губы. Такие же вагиноподобные гранаты затем появились на его гравюрах по дереву, которые он сделал для своей сестры

Кристины Россетти, чтобы проиллюстрировать ее очень сексуальный эпос о женском искушении «Базар гоблинов» [16]. Прерафаэлиты позиционировали себя как ниспровергатели общественных устоев и инакомыслящие, поэтому изображение вагины — свободное от традиционного для XIX в. репрессивного контекста — было частью их устремления к социальной свободе и открытому творческому самовыражению.

В 1860-е гг. британские женщины буквально глотали книги, относившиеся к жанру так называемых «чувственных романов». В такого рода произведениях героиня не была пассивной и послушной, как в классической викторианской мужской художественной литературе, например в романах Диккенса, напротив, вместо этого она была волевой и решительной. Эти романы подарили читательницам множество описаний «сладострастных» чувств этих женщин. В рамках культуры того времени эти книги рассматривались как чрезвычайно опасные для женщин, особенно для девочек и молодых девушек, потому что они воспринимались как способствующие их сексуальному возбуждению. «Чтение романов», особенно «французских романов», которые, как правило, еще более откровенно рассказывали о женской сексуальности и желании, служило метафорой для обозначения пути к нравственному падению и описывалось в выражениях, очень похожих на те, что использовались для предупреждения молодых женщин об опасностях мастурбации. Женщины, читающие чувственные романы, и женщины, занимающиеся мастурбацией, часто характеризовались почти одинаково, и таким образом на уровне языкового восприятия они связывались воедино.

ВАГИНА В ЭПОХУ ЭСТЕТИЗМА

В 1880-1890-е гг. влиятельным передовым движением стал эстетизм, и тогда на авансцену вышла эстетическая вагина. Художник Обри Бердслей использовал схематические изображения вагины в качестве фона для литографий к сказкам и пьесам

Оскара Уайльда, в частности к запрещенной цензурой пьесе о непреодолимом и даже убийственном женском сексуальном желании «Саломея» (1892). (Но, кроме «эстетических», в тот период существовали и страшные изображения вагины: анонимные авторы, включая, возможно, и Оскара Уайльда, в 1893 г. написали эротический роман «Телени, или Оборотная сторона медали», в котором вагина изображается то восхитительной, то как нечто ядовитое, скользкое, чудовищное.)

В 1890-е гг., одновременно с колоссальными сдвигами в отношении образования и социального освобождения европейских и американских женщин, мир увидел и стилизованные изображения вагины в виде павлиньего пера и папируса, которые вошли в ключевой для модерна и ар-деко мотив перевернутого треугольника. Павлинье перо изображалось вертикально, а «сердечко» на пере символизировало раскрытую вагину.

В Европе и Америке 1880-1890-е гг. оказались поистине революционным периодом, когда ключевыми трендами стали эстетизм, а затем и декаданс — движения, стремившиеся поставить под сомнение и пересмотреть общественные и сексуальные устои. Писательницы поколения «новых женщин», такие как Кейт Шопен, Олив Шрейнер и Джордж Эджертон (оставшаяся в литературе под мужским псевдонимом), начали писать о женском сексуальном желании. Образ «новой женщины», ставший предметом бурной общественной дискуссии, рассматривался как сексуально эмансипированный и потому пугающий.

К концу XIX в. атмосфера жесткого подавления и усмирения вагины стала рассеиваться, в том числе и благодаря сексологам. Одним из таких специалистов стал Рихард фон Крафт-Эбинг. Его работа «Сексуальная психопатия» появилась в 1886 г. Правда, Крафт-Эбинг определил «чрезмерное» женское желание как «нимфоманию» и утверждал, что оптимальный уровень либидо у женщин должен быть «невысоким». «Если бы это было не так, — писал он, — весь мир превратился бы в бордель» [17]. Более либеральный подход отличал Хэвлока Эллиса, написавшего в 1889 г. «Исследование психологии секса».

ВАГИНА ПО ФРЕЙДУ

Серьезные перемены в понимании женской сексуальности и переосмыслении роли вагины произошли благодаря Зигмунду Фрейду и его последователям. В то время как викторианские консерваторы рассматривали вагину как часть механистической системы для воспроизводства потомства, клитор как источник женского порока, а матку как причину душевных болезней и невозможности для женщин получения высшего образования, Фрейд пересмотрел роль вагины с позиций психоанализа. В своей работе «Три очерка по теории сексуальности» (1905) он ввел понятие дуализма клитора и вагины, и эта идея захватила умы в 1970-е гг. и до сих пор влияет на нас. «Кто хочет понять превращение маленькой девочки в женщину, тот должен проследить дальнейшую судьбу этой возбудимости клитора», — писал Фрейд [18]. До него клитор и вагина рассматривались, пусть и не всегда с восхищением, как разные части одной половой/репродуктивной системы. Фрейд популяризировал идею о том, что с точки зрения развития женщины между ними существует некое противостояние, и, если говорить о моральной стороне, есть «лучшие» и «худшие» виды женского оргазма. В его понимании «зрелые» женщины больше склонны испытывать вагинальный, а не «незрелый» клито-ральный оргазм. Ученики Фрейда разделяли эту концепцию, благодаря чему она не теряла популярности до середины XX в. и заставляла многих женщин из поколения наших матерей и бабушек сомневаться в себе.

В своем эссе о зависти к пенису Фрейд также утверждал, что мужчины воспринимают вагину как первоначальный кастрирующий объект, а в другой работе изобразил ее как темную движущую силу психодрамы эдипова комплекса. Благодаря Фрейду восприятие пожирающей, кастрирующей вагины как источника мужских неврозов было широко распространено на протяжении всего XX в.

Другие врачи и психологи взяли на вооружение тезис о том, что вагина и клитор имеют политическое значение. В книге Вильгельма Стекелса, вышедшей в 1926 г. под называнием «Фригидность у женщин», в главе под названием «Борьба полов» говорится о том, что феминизм отрицает сексуальное удовольствие женщины. Стекелс считал, что то, что он называл женской «сексуальной анестезией», у современных женщин было связано с желанием доминировать над мужчинами. Он также видел связь между женскими эмоциональными и духовными потребностями и их сексуальной восприимчивостью. Раньше мужчина должен был обратиться к одному виду духовности женщины, писал он, прежде чем она могла достичь оргазма, в то время как «современные» женщины не могут достичь оргазма, если с ними не обращаются как с «новыми женщинами». Именно в этом, отмечал он, заключается «проблема Норы у Ибсена!» «Когда это требование выполнено, — заключает он, — любой тормозящий фактор, который стоит на пути ее сексуальности, будет отпущен» [19]. Примечательно, что в XX в. женские сложности в достижении оргазма авторитетные эксперты по-прежнему чаще объясняют эмоциональной нестабильностью женщин, вместо того чтобы признать, что дело в недостаточной мужской соблазнительности или неумелой технике.

Но пока Фрейд и другие находили новые причины — на этот раз психоаналитические, а не медицинские — для контроля над вагиной или для ее осуждения, после Первой мировой войны появились художницы, танцовщицы и певицы, которые искали способы освободить ее.

9. Модернизм: «освобожденная» вагина

Дорогая серая и белая Дженет… Благодарю Вас за букет! Удовольствие неописуемое, как и любое волшебство, но грустно оттого, что невозможно раскрыть секрет удовольствия…

— Долли Уайльд. Из письма Дженет Фланер

К концу XIX в. женщины-писательницы стали бороться за то, чтобы на страницах книг наконец появились описания женского эротического желания. И если представительницы викторианского общества обращались к теме женской сексуальности, используя намеки и метафоры, то модернистки с их стремлением нарушать правила и создавать новые, начали поднимать эту тему более откровенно.

Первые два-три десятилетия XX в. ознаменовались борьбой представительниц контркультуры за то, чтобы вернуть женщинам их сексуальность. В эпоху модернизма женщины стали делать политические, общественные и творческие заявления о своей сексуальности. Авторы книг о семейной жизни заговорили наконец о том, что секс нужен женщинам не только ради зачатия. Они начали осуждать эгоизм мужчин в сексе и писать о том, как можно доставить женщинам больше удовольствия. Теодор ван де Вельде в своем бестселлере «Идеальный брак» (1926) описал, к каким несчастьям в семейной жизни приводит незнание «азбуки секса», и полностью отрекся от викторианского кодекса замалчивания подобных вопросов. Невероятная популярность его книги, возможно, также объяснялась тем, что она встала на защиту куннилингуса и в ней было дано подробное описание техники «генитального поцелуя» [1].

Гертруда Стайн в своем поэтическом сборнике «Нежные бутоны» (1912) намекает на «нежный бутон» клитора [2]. Ее известная строка «Роза есть роза есть роза» на самом деле имеет сложный эротический подтекст. Она взята из поэмы в прозе, и ее ритм напоминает множественный оргазм, отражая прерывистое дыхание и усиливающееся, накатывающее волнами возбуждение, что так характерно для женской сексуальности и что поэтессы стремились уловить и передать со времен «тонкого пламени» Сафо:

Предположим, предположить, предположим, что роза есть роза есть роза есть роза.

Предположить, мы предполагаем, что возникло тут и там, что здесь и там возникло понимание того, что тут и там, что там есть, что они будут готовиться, что они действительно стремятся прийти снова.

Придут ли они снова.

А вот еще одна роза/вагина Стайн: «Красные розы: прохладная красная роза и розовый надрез, изнеможение и обманное отверстие, чуть менее жаркое» [3].

Танцовщица афроамериканского происхождения Жозефина Бейкер, звезда парижских ночных клубов в 1925 г., выступала в короткой юбочке из искусственных бананов — остроумный намек на ее сексуальную уверенность в себе, предполагающую, что одна «ее» равняется любому количеству «их». Ее яркий, но при этом сдержанный имидж, который демонстрировал напористую, экзотическую, «другую» женскую сексуальность, породил новый образ соблазнительницы, нисколько не жеманной и ничуть не смущающейся, демонстрирующей открытость, в том числе телесную, и уверенность в своем праве на удовольствие.

Настоящую сенсацию в Лондоне и Париже 1900-х произвел танец модерн Лои Фуллер. Она совмещала новаторскую хореографию с использованием полотен шелковой ткани. Ее экстатический танец среди развевающегося, струящегося шелка критики интерпретировали как манифест женского желания. Историк и беллетрист Ронда Гарелик пишет о том, что видели современники, когда Фуллер начинала и заканчивала свои выступления с «тем глубоко женским исступлением, что напоминает о родах»: «Она кружила в спирали кроваво-красного света и, кажется, наполняла воздух огнем, яростно раскрывая отчетливо женственный, вагинальный разрыв — кровоточащий цветок — в пространстве вокруг нее» [4].

Художник Джорджия О’Кифф оставила семейную ферму в Висконсине, чтобы отправиться в Нью-Йорк, на Манхэттен, который в 1910-е гг. в Америке был пристанищем тех, кто стремился к богемному образу жизни. Она дерзко позировала своему любовнику Альфреду Стиглицу для его геометрических, декорированных каплями воды фотографий в стиле ню, шокируя и возбуждая и зрителей, и арт-критиков. В начале 1920-х гг. появились и ее картины с изображением цветов, которые часто трактуются как исследование вагинальной эстетики. О’Кифф считали свободной духом «музой» американских модернистов и мятежников из Гринвич-Виллидж. Ее имя также ассоциировалось с интересом субкультуры к женской сексуальной свободе. Арт-критики, как мужчины, так и женщины, разглядывали ее картины с цветами затаив дыхание и утверждали, что они раскрывают правду о женской сексуальности, которую ни одна женщина не осмелилась раскрыть раньше. Правда, биограф О’Кифф Хантер Дроходжовска-Филп утверждает, что сама художница отрицала сексуальный подтекст в своих работах. О’Кифф дистанцировалась от него, потому что, по словам Дроходжовски-Филп, чувствовала, что созданный критиками сексуализированный образ мог повредить серьезному восприятию ее как художника [5].

Поэтесса Эдна Сент-Винсент Миллей, также принадлежавшая к богеме Гринвич-Виллидж 1920-х гг., сознательно позиционировала себя как сторонницу женской сексуальной свободы. Она была одной из первых женщин, подхвативших знамя освободительной сексуальной пропаганды, которое впервые было поднято Уолтом Уитменом за 60 лет до этого в его знаменитом сборнике «Листья травы», опубликованном в 1855 г. Другие писатели-мужчины, от Уолтера Патера до Оскара Уайльда, развивали эту освободительную, мистическую точку зрения на сексуальность уже вслед за Уитменом. Миллей написала замечательное четверостишие на тему освобождения женщин с игривым названием «Первая смоковница» (1922). Оно было опубликовано в сборнике «Несколько смокв с куста чертополоха»:

Моя свеча горит с обоих концов;

Это не продлится всю ночь;

Но ах, мои враги, и ах, мои друзья,

Это дает прекрасный свет! [6]

Этот образ восторженной и небрежной, сексуально свободной мятежницы, которая сама делает свой выбор и не сожалеет об ошибках, потому что ценит приобретаемый опыт, был прямым противопоставлением характерной для женской художественной литературы викторианской эпохи традиции «соблазнения и предательства», ориентированной на благопристойность и жертвенность. Героини новой литературы охотно, даже с удовольствием, отказывались от всего — поло-жения в обществе, привычных устоев, даже от самой жизни — ради открытой сексуальной страсти, которая была так далека от скромных сонетов Элизабет Браунинг, написанных 70 лет назад, когда женское желание не могло быть выражено языковыми средствами.

Эти художественные тенденции совпали с новым воплощением образа вагины в изобразительном искусстве и архитектуре: в стиле ар-деко изображение лотоса было преобразовано в орнамент из перевернутых треугольников, а эта геометрическая фигура уже на заре истории человечества использовалась для обозначения женского лобка. Эти треугольники изображались на зданиях, обоях, предметах быта и рекламных плакатах. В 1910-1920-е гг., когда «новые женщины», а затем и флапперы начали бунтовать против общественных и сексуальных нравов поколения своих матерей, разразилась настоящая египтомания, и символическое изображение лобка в виде треугольника стало появляться везде — в архитектуре, кино и дизайне мебели.

После морализма ван де Вельде и полных ошибок медицинских трактатов викторианской эпохи внезапно хлынул поток подробной и точной информации о женской сексуальности, которая преподносилась с сочувствием и благожелательностью.

Причина, по которой женщины получили возможность заниматься любовью так, как им того хотелось, была очень проста: технологии. В 1920-е гг. наконец стала доступна надежная контрацепция. Случайный секс стал гораздо менее опасен для женщин благодаря достижениям в области обработки резины: презервативы и диафрагмы стали не только более эффективны, но и подешевели. В 1921 г. Мэри Стоупс открыла свою первую клинику по контролю над рождаемостью в Лондоне, и в тот же период Маргарет Сэнгер открыла клинику на Манхэттене, в Нижнем Ист-Сайде [7]. Бестселлеры доктора Мэри Стоупс «Супружеская любовь», «Что должна знать каждая девушка» и «Что должна знать каждая мать» также появились в 1920 г. Впервые в западной истории женщины получали достоверную информацию о своих сексуальных реакциях из общественных, неподцензурных источников.

Но не все модернисты-мужчины продвигались по этому пути так же быстро. Конечно, они видели связь между сексуальностью и творчеством, но их интересовали мужская сексуальность и мужские творческие способности. Доктор Майкл Уитворт в своей лекции «Модернизм и пол», которую он читал в Оксфордском университете в 2011 г., процитировал «Постскриптум переводчика» Эзры Паунда к книге Реми де Гурмона «Естественная философия любви», изданной в 1922 г. Паунд определял творческий потенциал как нечто связанное с сексом и сугубо мужское: «Мозг сам по себе, по происхождению и развитию, является всего лишь своего рода большим сгустком генитальной жидкости в состоянии напряжения… Следы этого можно обнаружить в символике фаллических религий, человек — это действительно фаллос или сперматозоид, заряжающий женский хаос в момент столкновения… Это можно почувствовать, привнося любую новую идею в большую пассивную вульву Лондона — это ощущения, аналогичные тем, что мужчины испытывают в момент совокупления» [8].

Точно так же для Генри Миллера окружающая реальность была «маткой», в которую он вписывает себя: «Когда все снова всосется в матку времени, хаос вернется на землю, а хаос — партитура действительности… Но я сам еще жив и барахтаюсь в твоей матке, и это моя действительность»[14] [9]. Когда мужчины оплодотворяют вульву космоса своими идеями, вульва и матка рассматриваются в позитивном ключе, но когда женщины стремятся оплодотворить свои собственные вульвы и вагины своими собственными идеями, эти органы сразу принижаются. В «Тропике Рака» женщин, проявляющих творческие способности, он стремится низвести до уровня «баб» или «дырок». Эльза, работающая на вилле, где он живет, играет Шумана, и Миллер пишет: «…баба, которая играет Шумана, должна уметь не попадаться на каждый встречный под». А художниц-иностранок он описывает так: «Богатые американские дырки с этюдниками через плечо. Мало таланта и толстый кошелек» [10].

Доктор Уитворт указывает на то, что мужчины-модернисты определяли «женское как нечто подводное, а мужское как сухую землю» [11]. В противовес динамичным образам эрегированной мужской идеи Паунда и Миллера тот же Паунд, а также Томас Элиот характеризовали работы женщин-коллег как сырые, вялые или дрожащие, а также с использованием иных отрицательных вагинальных метафор. Например, Элиот обвиняет поэтессу имажинистского направления Эми Лоуэлл в «общей вялости», вялости, которая, по его мнению, с точки зрения имажинизма «зашла слишком далеко». Доктор Уитворт отмечает, что критик Конрад Айкен призывал читателей «быстрее пролистнуть… нечто дрожащее, щупальцеобразное Мины Лой» и сосредоточиться на «мужских ритмах» Элиота и Стивенса [12].

Когда мужчины-модернисты писали о женской сексуальности или о клиторе и вагине, в их текстах прослеживался новый фрейдистский дуализм: их описания варьировались от холодного благоговения, как, например, в строке Сэмюэла Беккета о «великой серой вагине Вселенной», и ошеломления трансцендентным потенциалом женского сексуального экстаза Д.Лоуренса в любовных сценах, когда Меллорс вызывает вагинальный оргазм у леди Чаттерлей, до раздраженного сопротивления, как, например, в описании Лоуренсом клиторальной «долбежки клювом» «новой женщины» в другой любовной сцене из «Любовника леди Чаттерлей» (1928). Но кроме неприязненной реакции мужчин на клитор и иногда встречавшихся восхищенных описаний вагинального экстаза в ту эпоху появляется новый взгляд, и его основоположником является Генри Миллер: он создает образ презренной, порнографической «дырки». От образа адской, греховной змеиной ямы Тертуллиана он отличается своей «незначительностью». Это — современная порнографическая вагина: что-то настолько безвкусное, что ему даже не стоит уделять внимания.

В произведениях Лоуренса сцены клиторальных ласк часто имеют угрожающий оттенок, и это связано с тем, что Лоуренс описывает как чрезмерный интеллектуализм «новых женщин», бунтарок и феминисток. «Тебе нужна жизнь, полная откровенных ощущений и “страсти”, — говорит Руперт, герой романа «Женщины в любви» (1920) «новой женщине» Гермионе. — Но страсть твоя лжива. Это даже и не страсть, это опять твоя воля. Твоя чертова воля…Ты мечтаешь вобрать все в свою чертову голову, которую следовало бы раздавить, как орех. Ты станешь другой только тогда, когда тебя, как улитку, вынут из панциря. Если размозжить твою голову, то, возможно, из тебя и получится импульсивная, страстная женщина, которая умеет чувствовать по-настоящему. А нужна-то тебе порнография, тебе нужно созерцать свое отражение, рассматривать в зеркале свои обнаженно-животные порывы, тебе нужно познавать это разумом, превращать в образ»[15] [13].

«Новая женщина» с ее освобожденной, иногда даже требовательной сексуальностью — это образ, который мужчинам-модернистам нелегко было принять.

ДУАЛИЗМ МОДЕРНИСТОВ: НЕЧТО ТРАНСЦЕНДЕНТНОЕ ИЛИ «ПРОСТО КИСКА»?

Этот дуализм — является ли вагина чем-то трансцендентным или «просто киской» — от модернистов унаследовали и мы. Но начиная с 1940-х гг. возобладал — хочется надеяться, что не навсегда, — второй подход.

В 1940-е гг. Анаис Нин, подруга Генри Миллера, работала в жанре сексуально-трансцендентального женского модернизма, который уважает творческий потенциал вагины. С точки зрения Нин, вагина делает женщину сильнее, выражает ее волю и чувства и сама по себе является объектом, связанным с любовью и нежностью. Заслуга Нин в том, что, начав писать эротические произведения, причем за огромные гонорары, она ввела тему чувственной природы женщин в англоязычную литературу и заставила ее зазвучать там в полный голос. В ее сборнике рассказов «Дельта Венеры», написанном в 1940-е гг., но опубликованном лишь посмертно, в 1978 г., она часто связывала женский эрос с сознанием и стремилась изучить все грани скрытой сексуальности женщин. Ее рассказы в деталях описывают все прелести сексуального праздника, которые и составляют «божественную матрицу» (о ней я расскажу в последнем разделе этой книги), — обмен взглядами, поглаживания, любование, увлажнение, таяние, раскрытие и т. д., — и очень сильно отличаются от работ Миллера и других мужчин — современников Нин.

В своем рассказе «Матильда» Нин рассказывает о сексуальных приключениях женщины, которая влюбляется в наркомана Мартинеса. Матильда «вспоминала Мартинеса, то, как он раскрывал ее, словно бутон, как резкие движения его быстрого языка покрывали пространство от лобковых волос до ягодиц, заканчиваясь возле углубления в конце ее позвоночника. Как он любил эту ложбинку, которая заставляла следовать его пальцы и язык по нисходящему изгибу и исчезала между двумя упругими холмами плоти». Матильда спрашивает себя о том, какой она покажется Мартинесу, сидя перед зеркалом и разводя свои ноги: «Зрелище было феерическое. Кожа была безупречной, вульва — розовой и пухлой. Она думала, что это похоже на листок гринделии с его молочком, которое появляется, если надавить пальцами, пахучая влага, от которой веет нутром морских раковин. Так Венера родилась из моря с этим маленьким ядрышком соленого меда внутри, и только ласка может вызвать его наружу из секретных тайников ее тела» [14].

Матильда меняет свое положение перед зеркалом. «Теперь она могла видеть себя с другого ракурса… Другая ее рука оказалась между ног… Эта рука гладила ее вперед и назад… Приближение оргазма волновало ее, движения стали конвульсивными, как когда ты стремишься сорвать с ветки плод и тянешь, тянешь ветку, чтобы в конце стрясти их все в диком оргазме, который наступил, когда она смотрела на себя в зеркало, видя как двигаются ее руки и как сверкает мед — блестящая влага между ног».

Отношение Нин к вагине — полное нежности и благоговения — резко контрастирует с отношением к ней Миллера. Миллер способствовал тому, что вагину заключили в «порнографические рамки», в которых она воспринимается как нечто недостойное, унижает женщину и утрачивает связь с остальными частями ее тела. Эти рамки нам хорошо знакомы, и мы принимаем их как должное, но в действительности они появились относительно недавно. Миллер создал шаблон для этих рамок в известном пассаже из «Тропика Рака», от чтения которого перехватывало дыхание не у одного поколения школьников, в описании вагины проститутки Жермен.

Жермен «подобралась ко мне неторопливо начала ласково гладить себя между ног обеими руками, точно это была драгоценная парча, которой она нежно касалась. Было что-то незабываемое в ее красноречивых движениях, когда она приблизила свой розовый куст к моему носу Она говорила о нем как о чем-то прекрасном и постороннем, о чем-то, что она приобрела за большую цену, что возросло с тех пор в цене во много раз и что сейчас для нее дороже всего на свете. Эти слова придавали ее действиям особый аромат, и казалось, это уже не просто то, что есть у всех женщин, а какое-то сокровище, созданное волшебным образом или данное Богом — и ничуть не обесцененное тем, что она продавала его каждый день по многу раз за несколько сребреников. Как только она легла на кровать, руки ее немедленно оказались между широко раздвинутыми ногами; лаская и гладя себя, она все время приговаривала своим надтреснутым хриплым голосом, какая это прелестная вещь, настоящее маленькое сокровище… И опять этот большой пушистый куст произвел на меня магическое впечатление. Для меня он тоже стал вдруг чем-то самостоятельным. Тут была Жермен, и тут был ее розовый куст. Мне они нравились по отдельности. И мне они нравились вместе… Мужчина! Она стремилась к нему. К мужчине, у которого между ногами было что-то, что могло ее щекотать, что заставляло ее стонать в экстазе, а в промежутках радостно, с какой-то хвастливой гордостью запускать обе руки между ногами и чувствовать себя принадлежащей живому потоку бытия. В том месте, куда она запускала обе руки, и была сосредоточена ее жизнь… огонь горел у нее между ног — там, где и должен он гореть у женщин. И этот огонь помогал вам снова обрести почву под ногами. Если она, лежа на кровати с раздвинутыми ногами, стонала от страсти… это было хорошо, это была настоящая демонстрация чувств» [15].

Я не собираюсь спорить о том, какой из приведенных отрывков «горячее». Некоторые женщины возбудятся от текста Нин, некоторые — от Миллера, некоторые, не сомневаюсь, от обоих или, наоборот, ни от одного. Я просто хочу показать, насколько разные взгляды на вагину они представляют. Взгляд модерни-стов-мужчин — это то, как рассказчик видит вагину Жермен. Женщина охвачена желанием и при этом не делает различий между сексом за деньги и по взаимной склонности. Она изображается как нечто неодушевленное, живое в ней — только средоточие ее сексуальной энергии. Она отождествляется с жизнью и силой, и в тексте присутствуют некоторые привлекательные метафоры, например «розовый куст» и «сокровище», но ее не существует отдельно от вагины, и она не имеет отношения к мужчине-рас-сказчику. При этом сама вагина как бы отделена от женщины, а не является ею же, но в другом измерении, как это показано в открывающих «окно в трансцендентное» рассказах Нин.

ВАГИНА В ЭПОХУ БЛЮЗА

Первые годы XX в. подготовили почву для других тенденций: расцвета регтайма на рубеже веков и затем афроамериканского джаза и блюза в 1920-1930-е гг. Эти музыкальные жанры произвели фурор в США и затем завоевали Великобританию и Западную Европу. Регтайм, джаз и блюз воспринимались как предвестники свободы и новой жизни. Непринужденный танцевальный стиль, который сопровождал эти ритмы, ассоциировался и с другими передовыми тенденциями, в том числе с бесклассовостью общества, отказом от традиций и, конечно, сексуальной свободой. Белые эстеты заслушивались непривычными негритянскими голосами и лирикой и восхищались свежими музыкальными формами.

Регтайм, а затем джаз и блюз вызвали к жизни новую откровенность в обсуждении вагины и женской сексуальности в целом. Блюзовые тексты были полны афроамериканского сленга для обозначения вагины. Этот сленг во многом способствовал возникновению открытых дискуссий на эти темы и проложил им дорогу в гостиные и салоны американского и европейского общества. Сленговые словечки обычно представляли собой метафоры: клитор — это звонок, в который нужно позвонить; вагина — горячая сковородка или маслобойка, в которой нужно взбить масло, или булочка для хот-дога, с нетерпением ожидающая свою сосиску. Благодаря этому белые мужчины и женщины, не принадлежавшие к богеме, которым общественные нормы все еще запрещали обсуждать темы, связанные с вагиной или женской сексуальностью, получили возможность петь эти песни, наслаждаться двусмысленностями и повторять их, не рискуя вызвать общественное осуждение и порицание.

Проникновение блюзовой лирики из афроамериканского сообщества в широкое культурное пространство было столь важно отчасти и потому, что в этой лирике влагалище воспринималось совсем не так, как в западной традиции. В отличие от гинекологов той эпохи, блюзовый сленг не медикализировал вагину. И, в отличие от Фрейда, он не подразделял женские оргазмы на «хорошие» и «плохие». В отличие от теории Фрейда о подсознательных мужских страхах по поводу кастрации, а также в отличие от модернистов, таких как Лоуренс, блюзовый сленг не боялся вагины. Метафоры, которые использовали исполнители блюза, как мужчины, так и женщины, для обозначения вагины, изображали женское желание скорее как нечто позитивное, как сильное, стойкое, иногда забавное — точно так же, как и мужское, — и очевидно нуждающееся в удовлетворении и заслуживающее его. Вагина в блюзе — это не нечто постыдное. И произносимые в связи с ней слова не имеют ничего общего с невротической реакцией. Вагина в блюзе почти никогда не описывается как «рана», «ничто» или источник стыда и болезней. Скорее, это что-то вкусное, привлекательное или же просто забавное. В традиции блюза метафоры для вагины включают желе, сахар и конфеты, морепродукты, сковороды, маслобойки, колокольчики, булочки и чаши. В блюзе женщины не страдают от того, что у них есть вагины. Как правило, они изображаются как полноправные хозяйки своей сексуальности, довольные своими вагинами. На протяжении четырех веков сексуальность афроамериканских женщин была предметом торга, но вопреки или, возможно, благодаря этому в блюзовых текстах она подчеркнуто обозначается как принадлежность самих женщин. Если в романах для белых женщин викторианской эпохи с их лейтмотивом «обольщения и предательства» «хорошая» женщина является пассивной жертвой и начисто отсутствует какое-либо описание женской сексуальной активности в положительном ключе, то в традиции блюза такая активность — это преобладающий сюжет. Женщины почти никогда не изображаются жертвами своего желания, хотя, конечно, любовь может разбить им сердце.

В блюзе мужская лирика, как правило, изображает женщин, у которых «эта штучка» полностью под контролем. Как правило, они — искусные мастерицы, знающие, как правильно обращаться с этой «штучкой», и мужчина — наблюдатель или рассказчик — выступает в роли благодарного «зрителя», отдающегося во власть такой женщины. При этом он вовсе не является женоненавистником. Скорее наоборот — мужчины в этих песнях, как правило, искренне любят женщин. И вообще блюзовая лирика очень женолюбива.

В лирике женщин — известных исполнительниц блюза 1920-1940-х гг. также содержатся десятки кодовых слов для обозначения вагины. Лил Джонсон пела о женском разочаровании в песне «Нажми мою кнопку (позвони в мой звоночек)», в которой она сожалеет о неспособности самоуверенного любовника найти ее клитор:

Мой мужчина думал, что он нашел Сэма.

Я сказала: «Давай, детка, ты не понимаешь,

Что делать с этой штучкой,

Что делать с этой штучкой.

Просто нажми мою кнопку, позвони в мой звоночек!»

Давай, детка, давай повеселимся,

Просто вставь свой хот-дог в мою булочку,

И я получу это.

Просто нажми мою кнопку, позвони в мой звоночек!

Мой мужчина вышел наружу, в дождь и холод,

У него был правильный ключ, но он не смог найти скважину.

Он говорит: «Где эта вещь? Эта штучка?

Я нажимал твою кнопку, но твой звоночек не зазвенел!»

[Речитативом] «Давай тут, мальчик! Давай, смажь мою кнопку! Кажется, она заржавела!»

Теперь скажи мне, папочка, что все это значит.

Пытаюсь прикурить свечи зажигания, но все бесполезно.

Я не могу ничего сделать с этой штучкой, с этой штучкой,

Я нажимал на твою кнопку, но твой звоночек не звонит!

Слушай, мой малыш, запыхался,

Работали всю ночь, но ничего не добился.

Что случилось с этой штучкой? С этой штучкой?

Я нажимал на твою кнопку, но твой звоночек не зазвонил.

Услышь меня, детка, я на коленях.

Я хочу, чтобы папочка просто услышал мою просьбу,

И дай мне эту,

Эту штучку.

Просто нажми мою кнопку, позвони в мой звоночек [16].

В песне 1936–1937 гг. «Самая горячая девчонка в городе» Лил Джонсон описывает желание при помощи очень домашних, даже «гастрономических» метафор, в которых жаждущая вагина представляется как молоко, манная каша и печенье, а вожделение сравнивается с топящейся печью. Джонсон рассказывает, каким должен быть ее идеальный любовник: красивым и хорошо сложенным, и он не будет лениться, а каждое утро станет просыпаться рано, чтобы топить печь. Он будет сбивать ее молоко, варить ее кашу и печь ее печенье. Она останавливается на его физических характеристиках — его росте и силе — и настаивает на том, чтобы он был как пушечное ядро. Она объясняет, что именно из-за всех этих качеств она хочет быть с этим мужчиной, в конце концов, она ведь самая горячая девчонка в округе. Повторение различных метафор, обозначающих обоюдное желание и сексуальное удовлетворение, подчеркивает, что для получения удовольствия главное — взаимность.

Великие исполнительницы блюза иногда оплакивали утрату сексуального удовольствия. В 1936 г. в песне «Если вы увидите моего петушка» легендарная Мемфис Минни пела:

Если вы увидите моего петушка, верните его домой.

Если вы увидите моего петушка, верните его домой.

Я перестала находить яйца в своей корзине, ох-хо-хо, потому что мой петух исчез [17].

Хит Мемфис Минни оплакивал ее «пустую корзинку». А год спустя Бесси Смит спела «Мне нужно немного сахарку в мою чашку». Ей нужен сахар, но, кроме этого, ей также нужна сосиска в ее булочку, ей нужен любовник, чтобы он немного подвигал пальцем, ей нужно кое-что, что «похоже на змею»:

Я устала быть одинокой, устала быть грустной,

Я бы хотела, чтобы со мной рядом был хороший человек, с которым я могла бы поделиться своими проблемами. Кажется, что в этом мире все стало неправильно с тех пор, как мой мужчина ушел.

Мне нужно немного сахарку в мою чашку,

Мне нужна сосиска в мой хот-дог.

Я могу выдержать немного любви, ох, как мне плохо,

Мне так весело, мне так грустно.

Мне нужно немного тепла на моем этаже.

Возможно, я смогу поправить дело.

Что случилось, папа, приди и спаси душу своей мамочки! Потому что мне нужно немного сахарку в мою чашку,

Черт возьми!

Мне нужно немного сахарку в мою чашку,

Мне нужно немного сахарку в мою чашку,

Мне нужна сосиска в мой хот-дог.

Ты становишься другим, мне сказали,

Проведи пальцем, урони что-то в мою чашку,

Мне нужно немного тепла на моем этаже,

Возможно, я смогу поправить дело.

[Речитатив] Встань с колен! Я не могу понять, куда ты клонишь!

Здесь внизу так темно!

Похоже на змею!

Давай сюда, опусти что-нибудь сюда, в мою чашку!

Перестань валять дурака и наполни мою чашку! [18]

Бо Картер пел с отсылками к этим напористым женским голосам, используя свой собственный контрапункт сексуальных метафор. В отличие от литературных произведений белых женщин викторианской эпохи, которые смотрели на секс как на «несправедливость» и «соблазнение и предательство», что предполагало мужское доминирование и женскую сдержанность, в текстах блюзовых песен пары пенис — вагина играют вместе и на равных: они взаимозависимы и действуют вместе, нуждаясь вдруг в друге. Сексуальный мир блюза подразумевает привязанность и острую взаимную физическую потребность, при которой не доминирует ни мужчина, ни женщина. В песне «Банан в твоей корзине с фруктами» Картер обращается к аудитории, умоляя женщину воспользоваться его «новой сковородкой». Он клянется, что, если женщина позволит ему положить свой «банан» в ее «корзинку с фруктами», ему этого было бы достаточно. Ряд других метафор описывает пары предметов, которые не только взаимодействуют друг с другом, но и действительно подходят друг другу. Картер говорит, у него есть стиральная доска, а у его любимой есть ванна и что, когда они соединятся, пара сможет «тереть, тереть, тереть», и, конечно, стиральная доска сама по себе, без ванны (в которой она находится), бесполезна. Похожее сравнение Картер делает и дальше, когда поет о своем «венчике» — приспособлении, которое использовалось для сбивания масла. Неудивительно, что его малышка является обладательницей маслобойки. Песня продолжается в непристойном, но при этом любовном ключе: у Картера есть игла, а у его возлюбленной — ткань, и вместе они могут делать стежки до тех пор, «пока мы оба не почувствуем это». Эти серии куплетов описывают отношения, построенные на взаимности, в которых ни одна вещь не приносит пользы в отсутствии «пары». Эти метафоры подчеркивают взаимную необходимость в сексе. Картер заканчивает песню словами о том, что в то время, как у его малышки есть «мясо», у него есть «нож» — и если она позволит ему делать «ее нарезку», это «определит» его жизнь.

В 1938 г. блюзовый музыкант Блю Лу написал и исполнил чувственную песню «Не трогай мою ногу». Песня так пылко и так откровенно рассказывала о сексуальном желании с женской точки зрения, что на время даже попала под запрет.

Не трогай мою ногу, не трогай мою ногу.

Потому что, если ты потрогаешь мою ногу, ты почувствуешь и мои бедра.

И если ты почувствуешь мое бедро, ты поднимешься выше,

Так что не надо чувствовать мое бедро.

Не покупай рожь, не покупай рожь.

Потому что, если ты купишь рожь, ты сделаешь мне приятно.

А если ты сделаешь мне приятно, ты соврешь.

Так что не делай мне приятно.

Ты говоришь, что принимаешь меня и прекрасно ко мне относишься,

Но я знаю, что у тебя есть что-то на уме.

Если ты продолжишь пить, то издергаешься,

И ты заведешься, прося сочную золотистую индейку…

Не трогай мою ногу, не трогай мою ногу… [рефрен].

Не трогай мою ногу сейчас, ты знаешь почему,

Потому что я не собираюсь позволять тебе чувствовать мое бедро.

Да, ты можешь подняться выше… [рефрен] [19].

Некоторые женщины-певицы находили еще более яркие и откровенные образы. В 1936 г. Джорджия Уайт записала песню «Я буду продолжать сидеть на нем (если я не могу продать его)». В песне используется образ «стула» для того, чтобы выразить гордость и чувство собственного достоинства в сексе, а юмор, который пронизывает эту композицию, позволил ей пройти цензуру. Песня рассказывает о женщине, которая намеревается продать стул, но только за хорошую цену. Если она не может продать свой стул, заявляет Уайт, то она будет просто продолжать сидеть на нем. Слушатель должен приобрести стул, если он так страстно желает его иметь, — Уайт не собирается отдавать его просто так, как бы ни хотел этого покупатель. Об этом не может быть и речи! Песня призывает покупателя сделать решительный шаг и показать, как он ценит этот предмет. Уайт с бравадой поет о прекрасной нижней части стула. Она отмечает, что, если покупатель желает получить нечто высокого качества, он должен хорошенько за это заплатить, и обещает, что он об этом не пожалеет. При этом она подчеркивает, что уговорить ее будет нелегко. В этом контексте идею обмена «денег» на «стул» не следует рассматривать в качестве метафоры «продажной любви». Скорее, это заявление Уайт означает, что она ценит свою сексуальность и не собирается относиться к ней так, будто она ничего не стоит.

Четыре года спустя появилась новая версия этой песни в исполнении Рут Браун, еще более откровенная:

У меня есть магазинчик подержанной мебели,

И я думаю, что мои цены справедливы.

Но однажды пришел один по-настоящему подлый парень, Увидел этот стул, захотел купить его,

Но не купил — пожаловался, что цена слишком высока.

Так что я посмотрела ему прямо в глаза,

И это был мой ответ…

Если я не могу продать его, я буду на нем сидеть.

Я не собираюсь отдавать его за просто так.

Теперь, дорогуша, если ты хочешь его иметь, тебе придется купить его.

И я имею в виду только то, что я сказала.

Теперь, как вам это понравится,

Я жду его дома каждую ночь.

На нем сидели всего один или два раза, он все еще хорош и крепок…

Вы не сможете купить лучших ножек во всем городе.

А эта спинка! Да что там — на многие мили вокруг!

Потому что он сделан для комфорта,

Он сделан для того, чтобы им пользовались.

Где еще вы найдете такой стул?

Такой мягкий, плюшевый, гладкий и изящный.

Детка, для изделия такого высокого класса любая цена будет слишком низкой…

Теперь посмотри на это отличное сиденье.

Разве оно не радует глаз?

Гарантированно выдержит

Любой вес и размер.

Если я не могу продать его… [20]

Традиции афроамериканского блюза продолжали менять американскую популярную музыку. Его наследниками стали рок-н-ролл и хип-хоп. Но откровенная и полная юмора лирика блюза с ее восприятием женского сексуального желания, увы, не выжила. Взявшись в 1950-е гг. за афроамериканскую музыку, белые продюсеры вычистили из нее все, что касалось этой темы, и ко времени, когда рок и хип-хоп захватили инициативу в исполнении песен о сексе, эта благожелательная по отношению к женскому полу лирическая традиция давно исчезла.

САМООПРЕДЕЛЯЮЩАЯСЯ ВАГИНА ВТОРОЙ ВОЛНЫ

Послевоенные годы, как отметила Бетти Фридан в своей книге 1963 г. «Тайна женственности», стали периодом регрессии [21]. В Соединенных Штатах получил широкое распространение фрейдистский психоанализ, и белые женщины из среднего класса вынуждены были буквально бороться с собой, для того чтобы «реализоваться» в семейной и сексуальной жизни согласно фрейдистской (иными словами, неклиторальной) модели «зрелости» и «перестройки». Тем не менее в 1965 г., когда были созданы противозачаточные таблетки, ситуация вновь изменилась. Это научное открытие положило начало тому, что впоследствии стали называть сексуальной революцией.

В 1976 г. Шир Хайт опубликовала свой «Доклад Хайт. Общенациональное исследование женской сексуальности» [22]. Эта работа способствовала формированию нового взгляда на проблему, радикально отличающегося от всех предшествующих, особенно от фрейдистской модели, поскольку Хайт исследовала, что женщины испытывают во время полового акта, и ее доклад содержал информацию о личном опыте женщин, который они описали своими собственными словами. Хайт не диктовала женщинам, что они должны испытывать. Она обнаружила именно то, о чем я уже говорила выше, а именно: две трети женщин не достигали оргазма от проникновения полового члена без дополнительных ласк. Этот вывод стал настоящим откровением для многих миллионов женщин, которые, начитавшись Фрейда и его последовательницы Карен Хорни, считали себя недостаточно «зрелыми» только потому, что не достигали в процессе полового акта оргазма.

Приведенные Хайт слова женщин, которые способны испытывать оргазм от полового акта, в противоположность женщинам, которые для достижения оргазма нуждаются в стимуляции клитора, и породили тот дуализм, который сохраняется до сих пор. Но, как я уже отмечала в первой части этой книги, сейчас нам нужно понять, что клитор, вагина, да и вообще все сексуальные центры в зоне чувственного удовольствия у женщин (я употребляю слово «зона» за неимением лучшего термина, ведь это больше чем «орган» и больше чем только один орган) являются частью одной и той же сложной сети нервных волокон. И последние данные показывают, что точка в, вероятно, является частью этой сети, пронизывающей клитор.

Но в 1970-е гг. в противовес Фрейду многие профеминистски настроенные эксперты рассматривали клитор так, будто это что-то оппозиционное вагине, феминистки, такие как Анна Кедт, написавшая эссе «Миф о вагинальном оргазме» (1970), стремились разрушить установленное Фрейдом главенство вагины над клитором. Вполне обоснованно отстаивая необходимость уделять внимание клитору, они, однако, делали вывод, что сама идея существования вагинального удовольствия возникла как результат зловещего мужского заговора. Его целью, по их мнению, было убедить женщин в том, что вагина является средоточием истинной женственности, а клитор не так уж и важен. Все это нужно было для того, чтобы женщины уверились в своей зависимости от мужчин и таким образом мужчины получили бы карт-бланш на то, чтобы лениться и игнорировать истинные сексуальные потребности женщин.

Своим возвращением на «первые роли» клитор был обязан не только исследованию Шир Хайт. В вышедшей в 1972 г. в книге Алекса Комфорта «Радости секса» (The Joy of Sex)[16], которая пользовалась в свое время большой популярностью, было описано множество способов возбуждения и стимулирования клитора. Все это привело к тому, что вагина утратила былое значение. С 1970-х гг. на нее стали смотреть как на что-то устаревшее, из жизни домохозяек, и так продолжалось до тех пор, пока в 1981 г. Беверли Уиппл не открыла заново точку G. (А в XXI в. подогреваемый порнографией интерес к женской эякуляции снова привлек внимание к вагине.) Эта поляризация разделила женскую сексуальную систему, которая на самом деле является единой сетью, на две части, соотносящиеся с двумя очень разными культурными идентичностями. На протяжении трех десятков лет клитор считался по-своему круче, чем вагина, и таким образом женщины вновь оказались перед ложным выбором, который предполагал слишком упрощенный подход к их сексуальности. Если ассоциировать клитор с кем-то из людей, он был бы гламурной, носящей мини-юбки Глорией Стайнем, а вагина была бы немного смешной, со старомодной прической Мирабель Морган, автором возвращающего к патриархальным устоям бестселлера «Совершенная женщина» (The Total Woman) (1970).

Итак, вторая волна феминизма избрала своей миссией научить угнетенных женщин среднего класса находить свой клитор и требовать равных с мужчинами прав на достижение оргазма и мастурбацию. В 1973 г. Бетти Додсон, активистка феминистского движения и секс-инструктор, начала проводить семинары для женщин, чтобы помочь им «оценить красоту своих гениталий, а также изучить разнообразный опыт достижения оргазма через практические навыки мастурбации» [23]. Ее целью было научить «дооргазменных» женщин мастурбировать так, чтобы получать оргазм, и она достигла в этом больших успехов. Ее семинары широко освещались в средствах массовой информации и женских журналах, побуждая женщин проникнуться идеей о том, что сидеть с раздвинутыми ногами перед зеркалом и знакомиться с собственной вульвой и вагиной — это значит расширять свои права и возможности.

Однако 1970-е ознаменовались и многочисленными попытками феминисток рассматривать вагину в ее совокупности, то есть влагалище, половые губы и клитор. Жермен Грир, прославившаяся своим яростным манифестом «Женщина-евнух» (The Female Eunuch) (1970), не сомневалась в неразрывной связи вагины со свободой. Она посвятила целую главу своей книги «Нижнее белье сумасшедшей» [24], впервые опубликованной в 1986 г., политике женской сексуальности, о которой писала в 1970 г. Речь там идет о вагине и политике ее унижения. А в эссе для Suck Magazine Грир призывала: «Дамы, любите свою вагину!»

В том же ключевом для феминизма десятилетии напористые и стремящиеся к самоопределению феминистские вагины дебютировали в литературе. В1973 г. Эрика Джонг опубликовала свой «Страх полета» [17], прославившись выражением, которое, как она шутит, будет написано на ее надгробии: «спонтанный трах». В своем романе она утверждает, что именно это — мечта каждой освобожденной женщины: горячий секс без эмоциональных барьеров и «багажа». Героиня Джонг Исидора Винг связывает пробуждение своей вагины с творческим пробуждением и своим становлением в качестве хозяйки собственной жизни, а не пассивной спутницы разных мужчин. Роман Джонг был опубликован в 14 странах. Своей невероятной популярностью он обязан именно тому, что стал первым женским романом, который провел параллель между сексуальным пробуждением женщины и ее психологическим и творческим взлетом. Доктор Винг, муж Исидоры, которому она изменяет с более чувственными любовниками, никогда, как мы понимаем, не сможет пробудить скрытый в ней потенциал писателя и авантюристки. В финальной сцене книги Исидора, теперь полностью погруженная в свой собственный сексуальный и творческий опыт, рассматривает светлые волосы на своем лобке лежа в ванне, и это служит тропом для обозначения связи вагины и воображения: «Я плескалась в глубокой ванне, чувствуя, что что-то не так, что-то показалось мне странным… Я посмотрела вниз, на свое тело. То же самое. Розовое V бедер, треугольник вьющихся волос, веревочка от тампона, закинутая в воду словно для рыбалки, как у героя Хемингуэя, белый живот, наполовину погруженная в воду грудь… красивое тело. Мое. Я решила это запомнить. Я обняла себя. Это был мой страх, который пропал… что бы ни случилось, я знала, что я это переживу. Я знала, что прежде всего я буду продолжать работать…» [25].

Освобожденная, настроенная на творчество героиня рассматривает свое тело и вагину и думает о приверженности своему творчеству. Эта сцена — метафора сексуального пробуждения, которое является творческим в той же степени, что и физиологическим, и связано как с чувствами, так и с разумом.

Что касается изобразительного искусства, то в 1974 г. Джуди Чикаго провезла по музеям США выставку своей художественной композиции «Званый ужин». Чикаго изобразила 39 вошедших в историю женщин, мифических и реальных, в виде бабочек, напоминающих вагины, которые лежат на тарелках. Эти тарелки были расставлены на треугольном обеденном столе, а треугольник является архетипическим символом женского начала. Для Джуди Чикаго образ «бабочки-вагины» — это троп женского творчества. Предполагалось, что разные изображения вагин должны были передать индивидуальность и характер каждой из женщин и представить ее деяния. В 1979 г. Чикаго издала еще и сборник фотографий этих тарелок. И выставка, и книга произвели в свое время настоящий фурор, вызвав шквал резких критических рецензий. Однако мало что могло бы передать связь вагины и творческого потенциала более точно и тонко, чем эти гипотетические вагины Мэри Уолстон-крафт и Эмили Дикинсон, даже если эта связь по-прежнему улавливалась лишь интуитивно.

Таким образом, для вагины, а значит, и для женщин, это было в целом довольно удачное десятилетие. В конце 1970-х гг. журнал Redbook опубликовал результаты опроса, которые свидетельствовали о том, что 70 % опрошенных женщин были, по их словам, «удовлетворены своим браком в сексуальном плане», 90 % сообщили о том, что принимают активное участие в сексе по крайней мере в половине случаев, и часто отвечали «всегда», а 64 % заявили, что регулярно достигают оргазма во время занятий любовью. Кроме того, большинство опрошенных сказали, что они часто сами инициируют занятия сексом и могут откровенно говорить с партнерами о своих сексуальных потребностях. (В последующие десятилетия «сексуальной революции» и распространения порнографии число женщин, которые достигают оргазма во время любовных ласк, не увеличилось, а число тех, кто может откровенно обсуждать свои сексуальные потребности с мужчинами-партнерами, даже сократилось [26].)

Задавшись целью вернуть вагине былое значение, феминистское движение не ограничилось литературой, живописью и публицистикой. Рынок также с энтузиазмом отреагировал на новые веяния, например появлением ориентированной на женщин эротики, такой как продукция Vive Productions. Эта компания снимала более романтичные и эмоциональные, с медленным развитием сюжета порнофильмы для женщин — жанр, который вскоре почти исчез, так как женщины приспособились к мастурбации под обычное порно. Кроме того, возникли ориентированные на женщин магазины секс-игрушек, например Babeland в Нью-Йорке или Good Vibrations в Сан-Франциско. (Менеджер бруклинского филиала Babeland, который раньше назывался Babes in Toyland, сообщила, что в настоящее время постоянно разрабатываются новые продукты для сексуальных игр, призванные стимулировать точку G и вызывать женскую эякуляцию, и что акции компаний взлетают все выше и выше. Я спросила, с чем связана эта тенденция. Оказалось, дело в том, что порнография начала фокусироваться на женской эякуляции, побуждая женщин изучать стимулирование их точек G.)

Однако можно заметить существенные различия между тем, как происходило возвращение женской сексуальности в 1970-е гг. и в начале XX в. Лои Фуллер, Эдна Сент-Винсент Миллей, Джорджия О'Кифф и Эдит Уортон писали, рисовали и танцевали, преподнося свое творчество как возможность рассказать правду о чувственном мире женщины, но в том, что они делали, сексуальное желание не было отделено от полета, вдохновения и радости в других сферах жизни. А после 1970-х гг. возвращение женской сексуальности, напротив, пошло сугубо механистическим путем. Здесь речь идет не о духовности, и уровень восприятия сильно снижается — здесь речь идет о том, что и каким образом вибрирует. Как я полагаю, наше восприятие исказилось под влиянием таких экспертов, как Мастерс и Джонсон, которые ограничивают женскую и мужскую сексуальность понятием «просто плоть», и под давлением порноиндустрии, которая бурно расцвела во времена сексуальной революции.

Историк секса Стивен Сейдмен отмечает, что в 1960-1970-е гг. в оборот вошло понятие «развлечение» (а не только удовольствие) как важная составляющая сексуальной жизни [27]. Особенно часто это слово встречалось в пособиях по сексу. Сейдмен приводит цитаты из книг Дэвида Рубена «Все, что вы хотели знать о сексе, но боялись спросить» (1969), Алекса Комфорта «Радость секса» и из «Чувственного мужчины» (The Sensious Man)[18] (1971), которые представляют секс по обоюдному согласию как «игру для взрослых». Все сексуальные практики, включая бичевание, жесткий секс и фетишизм, пишет Сейд-мен, в настоящее время рассматриваются как одинаково ценные, и любые фантазии, какими бы «дикими или кровавыми» они ни были, должны быть оценены и изучены. Это, конечно, принципиально иной взгляд по сравнению со взглядом эпохи Возрождения и ее воротами в рай или ад, или представлениями викторианской эпохи, когда секс воспринимался как исполнение женщинами тяжкого долга, или с концепцией соединения с Божественным началом, как предполагает эстетика секса трансценденталистов. «Эту сексуальную этику можно было бы назвать либертарианской», — заключает Сейдмен.

Такова наша сексуальная этика. Конечно, в «развлечении» нет ничего плохого, но такое понимание секса — и того, для чего нужна вагина, — оставляет за скобками много других важнейших вопросов, например о роли сексуальности в качестве средства достижения глубокой близости или глубокого изменения сознания. Кроме того, подход «секс как игра» чреват тем же, чем и любая этическая концепция, основанная на «все сойдет», — почему бы и не подсесть на порно, даже если человек находится в отношениях? Почему бы не пойти в стрип-клуб или не воспользоваться секс-чатом? Почему бы не попробовать секс втроем или не поделиться со своим партнером фантазиями с участием кого-то еще? Что в либертарианской этике секса способствует сохранению «сакрального» обмена сексуальной энергией между двумя людьми?

Это «либертарианское» восприятие секса как игры и соответствующей роли вагины — наше тяжкое наследство. Как выясняется, сексуальное либертарианство — совсем не то же самое, что подлинное сексуальное освобождение. «Эти сборники советов [такие как «Радость секса»], — продолжает Сейдмен, — побуждают читателей не сопротивляться [любым фантазиям], так как сексуальная сфера представляет собой идеальное место для изучения запретных желаний и страхов… Не ограничивайте [вашу фантазию] и не бойтесь фантазий вашего партнера; это фантазия, внутри которой вы находитесь».

В этих руководствах, отмечает Сейдмен, читателя убеждают «воспринимать все проще» и уверяют, что сексуальное поведение не является показателем истинной природы человека. Эта идеология, идущая от Уолта Уитмена и Оскара Уайльда через отчасти Фридриха Ницше, утверждает, что ощущения, даже экстремальные, хороши сами по себе. Эта сексуальная «жажда власти», сдобренная ложкой фрейдистских рассуждений о том, что человек имеет право на любую фантазию, которая рождается у него в подсознании, и не несет никакой ответственности за подсознательные желания, а следовательно, не должен чувствовать никакой вины, идеально сочетается с пьянящей, потребительской послевоенной моделью западной экономики. Она подготовила благодатную почву для закрепления порнографического опыта в сексе и соответствующего восприятия вагины. Все пришло к тому, чтобы мы думали «Это был секс», но этот подход не дает нам понять, что такой способ думать о сексе — лишь одна из множества возможных сексуальных идеологий. И эти установки на протяжении ближайших несколько десятилетий открыли путь в умах как мужчин, так и женщин для все более широкого принятия этой модели, а затем интернализации моральных установок, всеобщей растерянности и зацикленности на порнографии.

Но действительно ли то, что один человек делает в постели с другим — со всеми его надеждами, с их близостью и печалями, — на самом деле просто «фантазия, внутри которой мы находимся»? Следующие три десятилетия поставили такой взгляд под сомнение.

* * *

Таким образом, в 1970-е гг. активистки феминистского движения пытались распространить новое отношение к вагине, но оно очень быстро было извращено под влиянием массовой порнографии, пособий по сексу и ученых-сексологов. Сексуальная революция 1970-х шла полным ходом, но даже феминистские рассуждения о вагине оказались довольно бесплодными или «порнографическими», а модернистское и блюзовое восприятие женской сексуальности как отголоска тайны, значащей много больше чем просто похоть, и экстаза, который порожден чем-то большим чем физиология, было утрачено.

Оптимистичные дискуссии о женской сексуальности, вызванные к жизни работами Жермен Грир и Эрики Джонг, не продлились долго. В 1980-е положение дел стало еще хуже. В 1985 г. Андреа Дворкин обнародовала точку зрения на вагину как на объект мужского сексуального насилия — от природы. В своей аргументации, полной сексуального пессимизма, она утверждала, что гетеросексуальный половой акт всегда подразумевает мужское доминирование и женское подчинение: «Небольшое, интимное объединение, созданное для секса, однократного или постоянного, социальная ячейка, которая занимается сексом, должна быть тем, что защищает мужское доминирование… Пенис должен быть защищен законом, страхом, властью. Восстание здесь, в сексе, — это смерть системы гендерной иерархии, основанной на сексуальной победе над вагиной» [28].

К этому моменту популярные в 1930-х и 1940-х бананы и корзины фруктов, иглы и ткани, хот-доги и булочки, а также масло и маслобойки блюзовой лирики — метафоры, которые свидетельствовали о взаимной зависимости партнеров и обмене энергией между ними, а не о доминировании и подчинении, — вышли из употребления. Для Дворкин проникновение мужчины в вагину всегда было, по сути, актом агрессии. По ее мнению, женщина просто не может добровольно хотеть, чтобы в нее проникли. Если же она действительно жаждет проникновения, то это исключительно в результате того, что усвоила «ложные знания» о природе своего желания, внушенные ей угнетателями. Как ни парадоксально, но Дворкин, встав на позицию защиты женщин, делала то же самое, что и женоненавистники в эпоху Елизаветы. В работе Дворкин вагина снова, как и в те далекие времена, опускается до уровня аллегорической травмы, «раны», ожидающей мужчину, который растравит ее [29].

Но были в 1980-е и 1990-е и другие попытки выступить в поддержку вагины. В 1993 г. Джоанн Бланк подготовила к печати альбом Femalia, сборник снятых крупным планом цветных фотографий множества вагин, в том числе принадлежащих некоторым известным женщинам. (Книга была издана Down There Press.) Это стало своеобразным ремейком сборника фотографий вагин, выпущенного в 1973 г. Ти Коринн. Обе женщины-фотографа хотели передать все разнообразие различных вагин, поскольку женщины часто стыдятся формы своих половых губ и вульв.

В 1996 г. прогремела пьеса Ив Энслер «Монологи вагины» (The Vagina Monologues): драматург использовала монологи реальных женщинах о своих вагинах, чтобы обратить внимание общественности на все еще табуированные вопросы женской сексуальности и насилия.

В 1998 г. Инга Масцио написала книгу-манифест «Пизда. Декларация независимости» (Cunt: A Declaration of Independence), стремясь вернуть в обиход как само слово, так и идею и придать ему новый, положительный смысл, превратив его в символ силы.

А сегодня? Куда бы мы ни взглянули, всюду видим движение женщин — музыкантов, художников, писателей, которые рисуют, фотографируют, описывают, отстаивают и поднимают проблему вагины. Меня взбудоражило пришедшее по электронной почте сообщение о кружке вязания в Торонто, в котором молодые женщины в поисках нового восприятия вязали шерстяные вульвы. Датская художница наматывала круги по Копенгагену на велосипеде с привязанной к нему почти двухметровой гипсовой вагиной. На сайте молодых феминисток Feministing.com работает функция под названием «Я люблю свою вагину». Веб-сайт под названием vulvavelvet.com в совершенно обворожительной форме призывает посетительниц добавлять изображения своих вагин, с тем чтобы ни одна женщина не чувствовала себя «странной». Разнообразие изображений половых губ, которые отправляют на сайт, поистине поразительно, и такой широкий спектр вариантов «нормы» для женщин, безусловно, ставит под сомнение однородность, достигаемую хирургическим путем, а также жутковатую «детскость» порнографических вагин. Так же как Ти Корин и Джоанн Бланк, основатели сайта хотят, чтобы женщины осознали и приняли многообразность «нормы», сложную симметрию и асимметрию половых губ. (Vulvavelvet.com также имеет увлекательную страницу, где женщины пишут о своих «маленьких хитростях» и дают советы по мастурбации. Предложения варьируются от использования разного вида овощей — не тех, которые обычно используются для этих целей, — до креативных способов сидения на стиральных машинках и сложных комбинаций с участием насадки для душа. Принимая во внимание непринужденный, информативный тон странички — попытайтесь сделать это дома! — это воспринимается, скорее, как какие-нибудь «Полезные советы»; колонка с рекомендациями по уборке дома, нежели как форум журнала Penthouse.)

Все это выглядит так, будто у нас на глазах возникает новое общественное движение женщин разных культур за возвращение вагины — за более веселое, нежное, мягкое отношение к ней.

И это, без сомнения, хорошо. Но достаточно ли этого?

Часть 3

Как ее называть?

10. «Самое ужасное слово на свете»

— Что такое киска?.. Это когда спариваются?

— Спариваются животные. А киска — это ты. Смекаешь? Ты ведь не скотина какая-нибудь. Даже когда спариваешься. Моя киска! Любимая, одним словом.

— Дэвид Лоуренс. Любовник леди Чаттерлей

Нагие презрение к самим себе порождено гшенно этгш: пониманием того, что мы — «дырки».

— Кейт Миллет. Политика пола

Если понять связь между вагиной и мозгом, а также освобождением вагины и свободой женской души и разума, то становится очевидно, что слова, употребляемые применительно к вагине, всегда являются чем-то большим чем «просто слова». Из-за сложной взаимосвязи тела и разума они (философ Джон Остин в своей книге 1960 г. «Как совершать действия при помощи слов» (How to Do Things with Words) назвал их «перформативными высказываниями») часто используются как средство социального контроля. «Перформативное высказывание» — это слово или фраза, которое меняет что-то в реальном мире. Если судья говорит обвиняемому «виновен» или жених отвечает «согласен», слова воздействуют на материальную реальность [1].

Слова, обозначающие вагину, создают окружающую среду, непосредственно влияющую на женское тело. Все то, что женщины слышат о своих половых органах, меняет в лучшую или в худшую сторону их мысли. Из-за воздействия на женскую вегетативную нервную систему слова, обозначающие вагину, могут негативно или позитивно повлиять и на состояние женских половых органов. Недавние исследования показали, что вегетативная нервная система прекрасного пола непосредственно связана с возникновением сексуального возбуждения в тканях влагалища, усилением кровообращения, выделением смазки, а это значит, что вербальные оскорбления или вербальное выражение восхищения могут непосредственно отражаться на функционировании вагины. Еще одно исследование, о котором позже я расскажу подробнее, показало, что стрессовая обстановка может также негативно повлиять на состояние влагалища. «Плохой» стресс, отражающийся на влагалище и препятствующий возникновению оргазма, лишает женщину уверенности в себе, оптимизма и понижает ее творческий потенциал.

Именно поэтому женщины так болезненно реагируют на оскорбление вагины со стороны мужчин или скрытые угрозы изнасилования, даже если это «всего лишь шутки», хотя большинство из нас не подозревают о том, что таится за спонтанными реакциями, и не знают, что подобные оскорбления действительно могут нанести вред.

Тому есть множество примеров. Фильм «Северная страна» по книге под названием «Групповой иск. История Лоис Дженсон и прецедент в судебной практике, изменивший закон о сексуальных домогательствах» (Class Action: The Story of Lois Jenson and the Landmark Case That Changed Sexual Harassment Law) Клары Бингхэм и Лоры Генслер, описавших дело Дженсон против компании Evelet Taconite, рассказывает о жизни муж-чин-шахтеров в Пенсильвании. Они всеми силами противодействуют вторжению в их жизнь женщин-шахтеров. Однажды эти женщины, войдя в раздевалку, обнаружили, что на стенах написано много раз крупными буквами грубое слово, обозначающее женский половой орган.

В Оксфордском университете в феврале 2012 г. члены клуба колледжа придумали игру, в которой молодые люди охотились за девушками, переодетыми в лисиц (британская охота на лис заключается в том, что охотники на лошадях преследуют лису со сворой собак, а когда животное поймано, собаки разрывают его в клочья). На юмористической интернет-странице колледжа редакторы пошутили, написав, что лишь немногие насильники подвергаются наказанию за содеянное, а значит, «ваши шансы на успех весьма велики».

Как утверждают, в 1991 г. Томас Кларенс спросил Аниту Хилл[19]: «Кто оставил свои лобковые волосы на моей банке колы?» Сам он отрицал этот факт, но если это правда, то ей приходилось несладко.

Юмористка Розанн Барр так описывала поведение кол-лег-мужчин, работавших для телевидения и очень негативно относившихся к появлению в их профессии женщин: стоило ей прийти на работу, где вокруг были одни мужчины, как уже через пару минут начинались шуточки про «вонючую киску». Вообще, если женщина занимает должность, на которой мужчины ее видеть не хотят, то вокруг нее на работе часто слышатся подобные словечки или появляются картинки с оскорбительными намеками: например, фото моделей с раздвинутыми ногами.

В такого рода агрессивных проявлениях отражаются культурные и психологические аспекты. Но нельзя игнорировать попытки воздействия на вагину в целях манипулирования женщинами. Такое поведение — высмеивание вагины — отлично играет на инстинктах. Эти действия часто не направлены на какое-то конкретное лицо и оказывают на женщину давление, которое сложно понять осознанно, но можно ощутить интуитивно. Оно отражено в фольклоре и вызывает у женщин «плохой» стресс, который действительно изнуряет их.

В 2010 г. юноши-студенты Йеля пришли на акцию «Верните нам ночь», в рамках которой их сокурсницы маршировали по улице, выступая против сексуального насилия. В пику протестующим девушкам юноши выкрикивали: «“Нет” означает “да”, а “да” значит анальный секс» [2]. Несколько студенток подали на университет в суд, заявив, что толерантное отношение к подобному поведению создает неравенство в образовательной среде. И они правы как с этической, так и с нейробиологической точки зрения. Почти все молодые женщины, столкнувшись с подобными выкриками в свой адрес со стороны группы парней, инстинктивно испытывают панику. Они получают сигнал о том, что рядом с ними — потенциальные насильники. Поэтому и не могут последовать распространенному совету и просто не обращать внимания на инфантильных крикунов. В этих угрозах они ощущают риск для себя, и это не только риск сексуального насилия. Если женщины регулярно испытывают подобный стресс, нарушается тонкая и хрупкая система их нейробиологических реакций, позволяющих им чувствовать себя благополучными, счастливыми, мудрыми и уверенными в себе.

Это распространенная практика, когда в учебных заведениях и на рабочих местах объектом угроз или насмешек становится вагина. Почему же одно и то же наблюдается и в элитных университетах, и в среде «синих воротничков», невзирая ни на классовые, ни на какие-либо другие различия?

Подобные действия по отношению к женщинам так распространены, потому что они воздействуют — и не только психологически, но и физически — куда сильнее, чем любые другие виды публичных оскорблений. Как я уже рассказывала, доктор Берк Ричмонд описал механизм возникновения сексуальной травмы, когда женскому сенсорному восприятию наносится вред. Другие исследования выявили новые виды серьезных повреждений или дисфункций систем женского организма, вызванных сексуальным «плохим» стрессом. В одном из последних исследований эту недавно установленную особенность женского организма назвали мультисистемной дерегуляцией.

Тело женщины реагирует на подобный «плохой» стресс всегда одинаково, находится ли она в родильном зале, в университете или на рабочем месте. Если мозг женщины ощущает, что окружающая среда не является безопасной, стресс подавляет все ее органы и системы. Предупреждающие сигналы, снижающие половое влечение женщины, также связаны с вопросом, который так важен для женского мозга: «А безопасно ли здесь?»

Таким образом, если женщина ежедневно работает или учится в атмосфере сексуальных угроз, из-за кумулятивного долгосрочного эффекта этого «плохого» стресса реакция расслабления может не наступить даже вне стен места работы или учебы. Стресс, связанный с сексуальной угрозой, может негативно влиять и на репродуктивные функции женщины, и на ее материнство. Он подавляет не только способность женщины возбуждаться, вырабатывать смазку, достигать оргазма, но и возможность благополучно родить и выкормить ребенка. Со временем, если ее вагине угрожали в вербальной форме, женщине могут грозить различные хронические заболевания. В частности, стресс, связанный с сексуальной угрозой, приводит к выбросу в кровь кортизола, что приводит к наращиванию абдоминального жирового слоя, а это провоцирует развитие диабета и болезней сердца. «Плохой» стресс, вызванный сексуальными угрозами, также увеличивает вероятность возникновения сердечных заболеваний и инсульта.

Если женщину заставляют часто испытывать стресс, связанный с угрозами сексуального характера, то через некоторое время в ее жизни все пойдет наперекосяк. Ей будет сложно расслабиться как в постели, так и в аудитории или в офисе. В свою очередь, это будет препятствовать повышению уровня дофамина, который приводит к выбросу в мозг веществ, порождающих уверенность в себе, оптимизм, креативность, способность концентрироваться, а все это очень важно, если женщина является чьим-то конкурентом в учебе или на работе. В свете этого фраза «отымей ее» обретает новый смысл.

X.Юн и его коллеги, корейские исследователи, опубликовавшие в 2005 г. в International Journal of Impotence Research статью «Влияние стресса на половую функцию самок крыс», пришли к выводу, что «хронический физический стресс изменяет сексуальное поведение самок крыс предположительно из-за механизма, вызывающего комплексные изменения в половых гормонах, эндокринных факторах и нейротрансмиттерах» [3]. Они отмечают, что «многие женщины в состоянии стресса испытывают сексуальные проблемы, например снижение либидо, сложности с возникновением возбуждения или достижением оргазма. Никаких исследований, посвященных изменениям состояния клитора или вагины в связи с длительным стрессом, однако, не проводилось. Только ли психологический феномен возникает в отделе коры головного мозга, контролирующем сексуальную активность? Или же в вагине, клиторе и других частях половых органов происходят какие-либо существенные изменения, приводящие к сложностям с возникновением возбуждения или достижением оргазма?»

Это первое исследование влияния «плохого» стресса на возбуждение самок крыс, притом что проводилось очень много исследований, где рассматривалось, как стресс влияет на половую жизнь самцов. И оно убедительно объясняет с позиций биохимии, почему женщинам, чтобы возбудиться, нужно расслабиться. Оксид азота (NO) и синтазы оксида азота (NOS) способствуют притоку крови к вагине и клитору, помогая гладкой мускулатуре влагалища расслабиться, а его тканям набухнуть при возникновении возбуждения и оргазма. И эти вещества подавляет негативный стресс.

«В настоящем исследовании мы попытались исследовать влияние физического стресса на сексуальную функцию путем измерения изменений в сексуальном поведении, на гормональном уровне, в нейрональной синтазе оксида азота (nNOS) и в эндотелиальной синтазе оксида азота (eNOS), являющихся значимыми медиаторами расслабления гладкой мускулатуры и притока крови, а следовательно, и сексуального возбуждения», — поясняют авторы [4].

Они разделили 63 самки крыс на три равные группы. Все животные находились в состоянии течки, то есть при обычных обстоятельствах они должны были стремиться к спариванию. Со слизистой оболочки вагины каждой крысы был взят мазок. Затем в клетку осторожно запустили крысу-самца и стали наблюдать за их половым поведением. Все исследования сексуального поведения были записаны на видео, их результаты оценивали и анализировали с помощью одного наблюдателя, которому были неизвестны детали исследования. Ученые оценивали «готовность» крыс на основании «лордоза» — спинка выгнута, лапки подняты вверх, что свидетельствует о готовности к спариванию. «Любые оборонительные удары, толчки, попытки убежать или перевернуться на спину трактовались как отказ». Такая трактовка вполне очевидна.

Ученые, и в том числе группа Юна, подтвердили, что на всех ступенях «лестницы» млекопитающих создание настроения для спаривания у особей женского пола — процесс, куда более сложный с научной точки зрения и подчиняющийся более тесной связи тела и разума, чем у мужского. «В целом для сексуального возбуждения у женского пола необходимы ментальнофизические взаимные реакции, которые являются более сложными, чем у мужчин. Таким образом, психологический и физический стресс может влиять на сексуальную активность женских особей значительно сильнее, чем на активность особей мужского пола… Мы предположили, что хронический физический стресс может отразиться на женской половой функции, и попытались выявить патофизиологические изменения, вызванные хроническим стрессом. Кроме того, мы исследовали, как эти изменения могут привести к сложностям с возникновением возбуждения и оргазма» [5].

Итак, ученые нашли именно то, что искали: самки крыс, испытывавшие стресс, негативно относились к самцам и не хотели спариваться. «У женских особей при стрессе значительно снизилась восприимчивость к их партнерам-самцам», — пишут исследователи. Самки крыс также продемонстрировали заметную «агрессию» и «раздражительность». Стресс снизил и физические способности к возбуждению самок крыс — он негативно повлиял на кровоснабжение их половых органов:

Исследования на животных показали, что психологический или физический стресс повышает уровень катехоламинов в сыворотке крови, тем самым вызывая сужение сосудов, которое, в свою очередь, уменьшает приток крови и приводит к половой дисфункции… Поскольку стрессу сопутствует повышенный выброс катехоламинов в кровь, то вполне логично предположить, что приток крови к половым органам при стрессах снижается. Мы измерили уровень норадреналина как косвенный показатель уровня катехоламинов и обнаружили, что он вырос в группе, находившейся в состоянии стресса, и понизился в группе, не испытывавшей стресс. Этот результат косвенно подтверждает предположение, что стресс влияет на кровоток в женских половых органах [6].

Стресс отражается на уровне половых гормонов у самок крыс и, как предполагают авторы, создает помехи для основного функционирования вагины — нейротрансмиссии, расслабления гладкой мускулатуры, расширения кровеносных сосудов, необходимых для женского сексуального возбуждения: «Уровень эстрадиола оказался значительно ниже в группе, испытывавшей стресс. Широко известно, что половые гормоны играют важную роль в сексуальной реакции мужчин и женщин. Наши данные показывают, что уровень nNOS и eNOS в группе, испытывавшей стресс, был ниже, чем в контрольной группе. Таким образом, мы утверждаем, что сниженный уровень nNOS и eNOS негативно влияет на нейротрансмиссию, расслабление гладкой мускулатуры, расширение кровеносных сосудов, вызываемые сексуальными стимулами в вагинальной ткани. Клинически все это выражается в сложностях с возникновением возбуждения и достижением оргазма» [7].

Ученые не ограничиваются лишь констатацией того, что «плохой» стресс снижает уровень женских гормонов и препятствует возникновению возбуждения. Они прогнозируют, что такие изменения на физиологическом уровне в случае длительного стресса влияют на сами ткани влагалища. У нервных, не желавших спариваться самок крыс, а также у более склонных к спариванию крыс из контрольной группы взяли на анализ вагинальные ткани. Результаты анализа показали, что в функционировании влагалища самок крыс произошли биологически значимые изменения. Группа ученых под руководством Юна даже прогнозирует, что изменения в вагинальной ткани крыс, вызванные стрессом, со временем будут нарастать. «Если такой гормональный профиль, отличающийся от нормы, сохранится в течение длительного времени, в тканях влагалища могут произойти вторичные изменения».

Это предположение совпадает с выводами Майка Лусады и Кэтрин Кэйкалс, а также других медиков, исследовавших влагалище: «плохой» стресс, по всей видимости, может влиять на сами ткани влагалища.

Лусада не пытался объяснить природу этого воздействия. Но у ученых возникла гипотеза: «В настоящем исследовании физический стресс вызвал у самок крыс гормональные и вагинальные изменения NOS и привел к заметным изменениям сексуального поведения. Мы считаем, что эти изменения являются результатом множества факторов». Другими словами, стресс у самок крыс влияет на нейроэндокринную систему, и это вызывает различные вторичные изменения влагалища, которые отражаются на сексуальной функции. «У самок крыс при хроническом стрессе изменилось сексуальное поведение. Мы полагаем, что изменение уровня половых гормонов, катехоламинов и NOS в тканях влагалища относится к множеству факторов, повлиявших на самок крыс, находившихся в состоянии хронического стресса» [8].

Другими словами: стресс негативно влияет на самок крыс, и рано или поздно половая функция их влагалища с его способностью осуществлять выброс гормонов удовольствия в мозг млекопитающих женского пола также пострадает.

* * *

Женщины испытывают чувство, похожее на панику, когда понимают, что оказались в ловушке — в среде, где со всех сторон раздаются сексуально унижающие их замечания. Они интуитивно понимают, что будут страдать в ситуациях, когда столкнутся с такими замечаниями, а также вне этих ситуаций, когда они общаются с детьми или с друзьями, когда они находятся в постели с мужем или возлюбленным, когда они стоят за мольбертом или листают журналы. И они правы.

Как мы уже видели, у мужчин и женщин нервы тазовой области защищены неодинаково. Женщина в этом смысле — более уязвима, чем мужчина. По этой причине, а также потому, что мужчины, как правило, крупнее и сильнее, чем женщины, для мужской сексуальной функции ощущение безопасности не так важно, как для женской. На безопасную ситуацию вагина, как и другие органы, реагирует расширением кровеносных сосудов, если же женщина чувствует угрозу, кровеносные сосуды влагалища сужаются. Это может произойти, прежде чем женщина осознает наличие угрозы. Так что если вы постоянно в вербальной форме угрожаете влагалищу или оскорбляете его, будь то в университете или на рабочем месте, это значит, что вы постоянно посылаете мозгу и телу женщины сигналы о том, что она в опасности. «Плохой» стресс ежедневно повышает у нее частоту сердечных сокращений, увеличивает выброс адреналина, катехоламинов и т. д. Таким образом, словесные оскорбления действительно затрудняют для женщины выполнение стоящих перед ней профессиональных или учебных задач.

Раздел IX американского законодательства, посвященный гендерному равенству, запрещает создание «враждебной среды на рабочем месте». Когда женщины на работе или в учебном заведении сталкиваются с шутками, изображениями, оскорблениями или неявно выраженной угрозой в адрес их вагин, им действительно становится труднее сосредоточиться на работе или учебе, в отличие от их сверстников-мужчин, которые не попадают в подобные ситуации. Из-за таких угроз, затрагивающих тело и душу, женщины оказываются в невыгодном положении, страдают от дискриминации. Это настоящие «перформативные высказывания» — слова, оказывающие реальное воздействие.

Как утверждают современные нейробиологи, неоднократно повторяющиеся психологические травмы из-за вербальных угроз приводят к изменениям в мозге: он более активно реагирует на раздражение. Унижающие вагину слова вызывают реакцию на уровне мозжечковой миндалины, будучи воспринятыми как угроза сексуального насилия или иной вид опасности. Оскорбления и угрозы насилия наносят вред мозгу. Этот вред — еще одна причина, по которой негативные высказывания по поводу вагины и женской сексуальности столь опасны. Оскорблять вагину, что в нашем обществе считается дозволительным, — это способ негативно воздействовать на женский мозг. Если женщина ни разу не слышала высказываний, унижающих ее сексуальность, ее мозг не так остро реагирует на угрозы. Иными словами: если женщину не запугивают угрозами в адрес ее вагины, она не испытывает «на уровне подкорки» такого страха, как женщина, чью вагину регулярно оскорбляют.

Какое же слово считается самым уничижительным, самым обидным и оскорбительным? В английском языке это слово cunt (его аналог в русском языке — табуированное «пизда» или «дырка». — Прим. пер.). «Так или иначе, каждое унижение, от которого страдает женщина, в конечном итоге отразится на ее сексуальности, станет ее реакцией, ее стыдом. Все это можно выразить одним словом из четырех букв. И это слово не fuck, a cunt. Наше презрение к самим себе порождено именно этим: пониманием того, что мы — дырки», — пишет Кейт Миллет в «Заметках о проституции» [9]. Филолог Мэтью Хант прослеживает в своей докторской диссертации этимологию этого слова: как оно превратилось в грубое оскорбление. Он делает следующий вывод: «Отношение к слову cunt и органу, который этим словом обозначается, является отражением всеобщего страха и отвращения к вагине» [10]. Или же, думаю я, это отражение страха перед возможной женской силой. Ведь бросаясь словами, ранящими женскую гордость, заставляющими «закрыться», замкнуться внутри себя, вы блокируете выброс химических веществ, дарящих женщине оптимизм, жажду творчества и прочие качества, порождаемые открытостью миру.

Цитаты из диссертации Ханта подтверждают тот факт, что с филологической точки зрения вагина считается «самым ужасным, что только есть на свете», по крайней мере в западной традиции. «Вагина, по мнению многих феминистских авторов, настолько табуирована, что стала почти невидимой в западной культуре, — пишет исследовательница Линн Холден. — Cunt — это, вероятно, самое обидное и нецензурное ругательство в английском языке» [11]. А Рут Уайнриб в 2004 г. утверждала: «Из всех четырехбуквенных слов cunt — самое обидное». О том же писала и журналистка Зои Уильямс: «Это самое грубое слово во всем нашем языке», а обозреватель Ник Феррари подтвердил эту мысль: «[Это] худшее слово на свете… Отталкивающее слово, низкое, ужасное, отвратительное слово» [12].

В своем исследовании, посвященном граффити в австралийских тюрьмах, Жаклин Уилсон отмечает, что cunt является «словом, вызывающим наиболее сильное отторжение в австралийском английском, а также, возможно, во всех вариантах английского языка, где бы на нем ни говорили». Сара Вестлэнд называет его «худшим оскорблением на английском языке», «самым непристойным, грязным словом», «самым большим унижением», а также «самым страшным словом, которое только можно себе представить» [13]. В статье от 2011 г. «Слово на букву “с”: как одно слово из четырех букв получило такую силу» Кристина Колдуэлл называет слово cunt «мерзейшим из мерзких» [14].

Понятно? Это самое плохое слово, какое только может быть. Но слово cunt не сразу стало столь отвратительным, его восприятие, как и восприятие самой вагины, определялось контекстом и варьировалось от нейтрального до положительного или отрицательного. Как пишет лингвист Эрик Партридж, префикс си выражал «квинтэссенцию женственности»: «В неписьменных доисторических индоевропейских языках си или коо было основным словом, выражавшим понятия женственности, плодородия и другие, схожие с этими» [15].

Лингвист Томас Торн указывает на то, что «протоиндоевропейское си также родственно другим обозначениям женственности/вагины, в том числе ивритскому eus, арабскому cush, kush и khunt, ностратическому кипі («женщина»); а также ирландскому cuint (cunt). Coo и сои являются современными сленговыми обозначениями вагины, основанными на этих древних звучаниях» [16].

Это слово родственно и индоевропейскому gud, обозначающему «оболочку, огороженное пространство», тот же корень присутствует и в cucuteni — «римская ваза в форме лона». Си ассоциируется также со «знанием». Слова сап и keп, означающие «знать» (англ, to know. — Прим, пер.) или, возможно, даже «познание» (англ, cognition), по мнению Торна, связаны с соо. Секс и знание имеют четкую лингвистическую взаимосвязь: ken означает «знать» (англ, to know) и «рожать». Слово ken, имеющее отношение к древнеанглийскому суп и готскому кипі, также связано с вагиной: «Кіп обозначало не только кровное родство по материнской линии, но и расщелину, щель, половое отверстие богини» [17].

Историк Гордон Тейлор исследует связи между женственностью и знанием: «Корень си появляется в огромном количестве слов от кипрского cowrie до cow (англ, «корова». — Прим, пер.); у корня сип две линии происхождения, одна связана с матерью, а другая — со знанием: Cynthia (Синтия — женское имя, одно из имен богини Артемиды. — Прим, пер.) и cunt, с одной стороны, и cunning (англ, «знание». — Прим, пер.) — с другой» [18].

В Индии имя богини Кунти Деви дает понять, что различные варианты слова cunt изначально воспринимались не как оскорбление, а как выражение глубокого уважения. Египетский фараон Птахотеп использовал вариант слова cunt — Quefen-t, когда обращался к богине. Первое упоминание слова cunt в Оксфордском словаре английского языка встречается в названии лондонской улицы: около 1230 г. в районе Саутварк была улица Gropecuntelane, на которой работали проститутки [19].

Интересно, что многие слова, родственные cunt, изначально имели отношение к воде. Так, cundy означает «подземный водный канал», а менее приятное слово cuniculus, использовавшееся еще древними римлянами для наименования дренажной системы, означает «проход» (cunnilingus, или «облизывание вагины», разумеется, также имеет отношение к сипі). На санскрите cushi/kunthi означало и «канава», и «вагина». Однако в нашем сленге почти не сохранилось отголосков нейтральных и положительных значений cunt. Даже в греческом и латыни слова, связанные с вагиной, имели вполне нейтральное значение: «вульва» — это «форма», «вагина» — «оболочка», английское слово labia (половые губы. — Прим, пер.) — на латыни «губы» (правда, латинское слово pudendum означало как «наружные половые органы», так и «стыд»). Явное презрение и отвращение не сопутствовали словам, обозначавшим вагину, до викторианской эпохи. Только тогда они стали ассоциироваться с чем-то «самым ужасным». Негативные, как и позитивные наименования вагины существовали всегда, но ничего отвратительного в языковом обозначении женских половых органов не было.

Многих из нас начинает буквально трясти от этой постоянно встречающейся в современном языке связи между cunt и отвращением, глупостью, ненавистью или от того, что женщин называют «дырками». Нам постоянно советуют не обращать внимания на такие унизительные обращения, но мы физически не можем не переживать из-за этого, ведь такие слова несут в себе угрозу и могут довести наши организмы до «мультисистемной дерегуляции».

Я сама испытала на себе, какое мощное воздействие слова, обозначающие вагину, могут оказывать на женский мозг. Эта книга уже была одобрена издателем, и я пребывала в состоянии эйфории, предвкушая будущую работу. Но в то же время я была обеспокоена тем, что мне предстоит взяться за столь табуированную тему. И тут мой друг, назовем его Алан, — бизнесмен со своеобразным чувством юмора — предложил организовать вечеринку в честь моей книги. Вечеринка стала предметом обсуждения в кругу его друзей как нечто двусмысленное, с подвохом.

Алан сказал мне, что собирается устроить кулинарный вечер, на котором гости смогут приготовить пасту в форме вагины. Я ответила, что это забавно, отличная идея, дань теме книги и уж в любом случае в этом нет ничего ужасного, хотя я сама выбрала бы другую тематику для кулинарной вечеринки.

Когда я пришла на вечеринку, наверху, где была кухня, царило оживление. Алан был там, в окружении толпы гостей. Я подошла к ним с некоторым волнением.

По пути я прошла мимо стола, где собрались те, кто делал пасту. Группа людей стояла вокруг одного из кулинаров, лепившего вручную небольшие вагины. Фигурки были вполне милы, очень похожи на настоящие. Маленькие пасты отражали опыт каждого человека (или его тела), демонстрируя нам его интерпретацию. Это было данью уважения и даже подарком от мужчин и от женщин. Блюда с пастой на столе показались мне приготовленными с любовью: похожие на цветы или перья, рифленые или расходящиеся веером, все фигурки были выполнены с мелкими деталями и отличались друг от друга — очаровательные произведения на расписанных вручную итальянских керамических тарелках.

Алан подошел ко мне. «Я называю их “кантини” (cuntini, от англ. cunt. — Прим, пер.)», — улыбнулся он, и мое сердце сжалось. На лицах многих из присутствовавших женщин появилось напряжение. Лица мужчин, до этого открытые и даже излучавшие нежность, стали вдруг бесстрастными. Что-то милое и новое, что только что начало происходить, вдруг исчезло.

Я услышала шипящий звук, осмотрела кухню: он исходил от нескольких десятков огромных колбасок, шипевших на железных сковородках на крупной промышленной плите. Тут я поняла: ага, колбаски должны подаваться к кантини, и почувствовала, что энергетика смешанной толпы гостей стала противоречивой. В комнате повисло напряжение, с которым я уже была знакома по ситуациям, когда женщины чувствовали себя униженными, но все ожидали от них, что они стерпят это и продемонстрируют чувство юмора. Мое сердце еще больше сжалось.

Наконец, кто-то обратил мое внимание на последний пункт предложенного меню вечера. На заднем плане на другом блюде лежали несколько огромных кусков филе лосося. И снова я поняла. До меня дошел смысл шутки. Женщины воняют. Воняют рыбой. Я покраснела с ощущением отчаяния — это был, конечно же, психологический удар из-за того, что мой друг решил, будто это будет забавно, но я ощутила его и на физическом уровне.

Но и это было не самое интересное из связанного с тем вечером. Я смогла бы пережить неудачную шутку, если бы она оказалась единственной неприятностью. Однако удивительнее всего было то, что после вечеринки с кантини я полгода не могла написать ни слова для будущей книги, а ведь никогда раньше не страдала от писательского ступора. Я чувствовала — и на творческом, и на физическом уровне, — что была наказана за вторжение туда, куда женщины вторгаться не должны.

Теперь, когда я знаю о связи вербальных или визуальных оскорблений с физиологическими последствиями, я понимаю, почему не могла набрать ни одной буквы. Но тогда я не понимала, что со мной происходит.

Стремление «поставить женщину на место», выбрав в качестве мишени ее вагину, по-прежнему свойственно мужчинам как в странах развивающейся демократии, так и на «продвинутом» Западе. В Египте, бывшем некогда частью Британской империи, женский протест сыграл важную роль в «арабской весне» и восстании на площади Тахрир в 2011–2012 гг., и теперь этих «непокорных» женщин государство заставляет пройти доскональное обследование половых органов.

Двадцатипятилетняя египтянка Самира Ибрагим подала в 2011 г. в суд на военных, утверждая, что, когда ее арестовали на площади Тахрир во время акции протеста, ее заставили против воли пройти гинекологический осмотр. Правозащитники сообщают, что это системное явление: многие протестующие женщины подтверждают, что подверглись насильственному вагинальному «осмотру» под давлением со стороны египетских военных, взявших женщин под стражу. Ибрагим разместила рассказ о своих мучениях на YouTube, описав, как ее и других участниц протестов избили, оглушили током и обвинили в занятии проституцией (отголоски британских законов об инфекционных болезнях 1864–1866 гг.), а затем принудили пройти обследование — «тест на девственность», который проводил солдат в армейской одежде в присутствии десятков посторонних людей. «Мы не хотели, чтобы они заявили, будто мы подвергли их сексуальному насилию или похитили, мы хотели проверить в первую очередь девственницы ли они», — объяснил источник в вооруженных силах на новостном сайте «Аль-Джазира». «Когда я вышла оттуда, я была уничтожена физически, умственно и эмоционально», — рассказала Ибрагим [20].

Могло ли именно это быть целью военных, если учесть сложность функционирования вегетативной нервной системы у женщин и связь между вагиной и мозгом, между эмоциональными сексуальными травмами и физическими последствиями стресса? Надо ли рассматривать это не как случайную жестокость, а как средство подавления революции «в зародыше», как попытку вмешаться в сложный процесс зарождения протестных настроений?

На Западе, где насильственные сексуальные «осмотры» запрещены законом, женщины, выражающие свой протест, сталкиваются с угрозами по отношению к вагине и с вербальным насилием. (Впрочем, Соединенные Штаты, вероятно, движутся в направлении узаконивания физической агрессии со стороны государства по отношению к женщинам путем вторжения в вагину: недавно несколько штатов предложили узаконить обязательное трансвагинальное УЗИ, если женщина рассматривает возможность аборта.)

Ванесса Торп и Ричард Роджерс пишут в британской газете The Observer, что обозреватели прекрасного пола часто получают угрозы сексуального насилия. Кэролайн Фэрроу, блогер Catholic Voices, сообщает, что она получает «по крайней мере пять электронных писем в день с угрозами сексуального характера». Это результат того, что она решается высказывать свои взгляды под своим именем, разместив собственную фотографию, в связи с чем, как она считает, агрессивные читатели видят в ней «законную мишень для сексуального преследования». Она цитирует одно из последних подобных посланий: «Ты закричишь, когда получишь то, что просила, сука!»

Обозреватель газеты Guardian, писательница Линда Грант и автор документальной литературы, феминистка Наташа Уолтер говорят, что из-за подобных грубых комментариев сексуальной направленности они теперь гораздо реже пишут в Интернете. Журналистка из New Statesman Хелен Льюис-Хэстли подтверждает, что угрозы сексуального насилия являются одним из самых распространенных видов онлайн-пре-следования женщин-литераторов в Великобритании. «Я знаю, многие люди скажут, что каждый обозреватель в Интернете подвергается оскорблениям, но журналистки получают оскорбления в свой адрес именно в виде угроз сексуального насилия». «Угроза сексуального насилия — это уже, по сути, нападение» — такой вывод делается в статье The Observer [21]. И ученые теперь знают, почему это действительно так.

Страх сексуального насилия подавляет творческие способности женщины, поскольку вызывает напряжение, а наши творческие способности из-за особенностей вегетативной нервной системы больше всего нуждаются в состоянии релаксации. Когда сексуальность женщины задета, ее творческая активность страдает, поскольку она не может расслабиться и сконцентрироваться, а это одинаково необходимо ей для возбуждения и достижения оргазма, рождения детей, создания книг, картин, критических статей, музыки. Если вы с уважением относитесь к сексуальности женщины и ее половой принадлежности, то помогаете ей чувствовать себя так, как необходимо для раскрытия ее интеллектуальных и творческих способностей. Если же вы унижаете и оскорбляете ее сексуальность и ее пол, то достигаете ровно противоположных целей.

11. Насколько это забавно?

— В чем разница между «киской» и «дыркой»?

— «Киска» — это такая сладкая, сочная, влажная, теплая, приятная и полезная штука. А «дырка» — это то, что еще лучше.

— jokes4us.com. Шутки о влагалище

Чем больше я понимала, что представляет собой вагина и насколько она чувствительна к эмоциональному состоянию женщины, как влияет на творческую и интеллектуальную деятельность, тем сложнее мне было пропускать мимо ушей, не обращать внимания на случайные обиды и унижения, которые даже самые милые люди в нашем обществе считают вполне приемлемыми. После того как весной 2011 г. я побывала в Англии, провела интервью с д-ром Ричмондом, Нэнси Фиш и Майком Лусадой, ознакомилась с исследованиями X. Юна и его коллег, с работами Александры Реллини и Синди Местон о том, как сексуальные травмы отражаются на нервной системе женщин, а также с последними данными о сексуальных травмах, мультисистемной дерегуляции и ее взаимосвязи с хроническими заболеваниями, мне стало окончательно ясно, насколько эмоционально восприимчива вагина и как она влияет на физическое и душевное состояние женщины. Оказалось, что последствия сексуального насилия гораздо более тяжелы, чем я представляла раньше, и способны очень надолго или даже навсегда отравить жизнь женщины.

На меня очень сильно повлияло интервью с Лусадой по скайпу, которое я брала в старинном колледже сидя под кронами деревьев, и я почувствовала, что благодаря этому разговору во мне произошли изменения. Я вернулась в Нью-Йорк, чувствуя себя необычайно открытой и свободной. У меня не было никаких романтических чувств к Лусаде, я была влюблена в другого мужчину. Но в этом человеке, который посвятил себя тому, чтобы избавить женщин от страданий, ставших результатом сексуальных травм, было что-то, что заставило меня поверить в возможность искреннего взаимопонимания между нами, женщинами, и мужчинами в этих вопросах. Наш разговор о том, как травма «блокирует» женское тело и ум, будто разблокировал что-то во мне. К счастью, я никогда не подвергалась сексуальному насилию, но, как и большинство женщин, сталкивалась с домогательствами и пережила несколько очень неприятных ситуаций. И, как и любая женщина, я постоянно встречаюсь с проявлениями общественного презрения к женскому полу и вагине. Словом, из поездки в Англию я вернулась полная надежд, но одновременно со странным новым ощущением своей уязвимости и незащищенности.

Однажды поздно вечером я отправилась мимо Бэттери-парка к порту, чтобы встретиться с друзьями и прогуляться на той самой парусной яхте, на которой год назад брала интервью у д-ра Ричмонда. Был конец весны, свежо. На борту находились две молодые женщины, а также трое мужчин — моих друзей, постарше, чем дамы. Между присутствовавшими женщинами и мужчинами не было особых отношений, но в воздухе чувствовалось что-то такое, что намекало на возможность их возникновения. Мы отплыли с места стоянки около парка и помчались по темному Гудзону под почти полной луной. Я помню, как я себя чувствовала — обновленной, легкой, полной идей, но незащищенной.

Мы плыли мимо сияющих огней города, мимо сверкающих каньонов улиц Нижнего Манхэттена. Облака мчались, скрывая неоновое лицо луны. Я болтала с другом, которого буду называть Тревор, одним из трех мужчин на борту. Он добрый и заботливый человек, добропорядочный гражданин, у него трое детей и прекрасная жена. Мой друг Алекс управлял пару" сами. Я спросила Тревора, что он сейчас читает.

«Книги о войне. Я перестал читать фантастику, вся современная фантастика пишется только для женщин, мне она неинтересна. Мне пришлось признать, что это не для меня, что мне нравятся военные истории. Мне нравятся рассказы о сражениях и тактике, и о сексе». — «Обычно в книгах о войне нет секса», — отметил наш друг Стивен, стоявший у штурвала. «Там есть про изнасилования», — пошутили Тревор и Алекс одновременно.

Оба они хорошие люди. И внутренний голос сказал мне, как обычно: «Это была просто шутка. Не обращай внимания». Но что-то случилось со мной в Англии: там я увидела мир, в котором мужчины уважают то, что из-за отсутствия подходящих слов я стала называть священной женственностью или даже Богиней. И я поняла, какой вред наносят подобные высказывания мне и другим женщинам рядом со мной. Поэтому на этот раз я не смогла пропустить мимо ушей эту очередную шутку про изнасилования, про половые органы. Я почувствовала словно удар под дых. В горле встал комок. Я извинилась и спустилась в трюм.

Там я легла на одну из коек. Крепления качались подо мной, меня будто несло по большой темной реке. Я снова ощущала боль от слов, разрывающих, раздирающих как кинжал, то, что я могу описать только как мое энергетическое поле, боль, какой я не чувствовала ранее, когда отмахивалась от подобных слов, «соглашаясь» с шутниками. Я соприкоснулась с моими собственными «внутренними чувствами» и почувствовала жестокость этих слов — слов, которые были произнесены даже не для того, чтобы задеть, это была просто беспечность, слова, брошенные вскользь, без мысли о том, какой вред они принесут.

Я глубоко вздохнула, и тут произошло нечто странное. Из-под закрытых век по моим щекам потекли слезы. Я не рыдала. Меня просто переполняли эмоции. Я лежала совсем тихо, а слезы катились и катились из-под век, текли по шее. Такого со мной прежде никогда не бывало. Я спокойно лежала, а слезы, не переставая, лились из глаз в течение 15 или 20 минут. Я думала о женщинах на палубе, также слышавших эти слова, которые, я знала, немного изменили и их, заставили сильнее закрыться, замкнуться внутри себя. Я чувствовала, что это настоящая катастрофа.

Сексуальные угрозы, которые скрыты во враждебных словах, нацеленных на вагину, не просто запускают в нашем теле стрессовые реакции. Культурные понятия «встраиваются» в тело женщины и ее мозг на уровне восприятия. Как пишет психолог Мичиганского университета Ричард Нисбетт в своей книге «География мысли», мозг людей из разных культур благодаря повседневной практике со временем начинает кодировать культурные различия в восприятии на нейронном уровне. Так, его исследования показали, что на Западе восприятие людей, как правило, сфокусировано на отдельных объектах, в то время как на Востоке используется «широкоугольный объектив» и объекты рассматриваются в контексте.

Мнение о вагине женщины в определенной культуре также формирует ее мозг [1]. Если женщина в течение всей жизни слышит, как ее вагину называют «дыркой», нейроны кодируют это в ее мозгу, а если она слышит, к примеру, слова «нефритовые ворота», ее мозг формируется и формирует ее восприятие с учетом эмоций, вызываемых этими словами.

В Китае во времена династии Хань (206–220 гг. н. э.), или в Индии полторы тысячи лет назад, или в Японии в XIII в., когда вагина изображалась как самое священное место в священном храме священной Вселенной, женский мозг воспринимал этот орган именно так. А когда, например, в средневековой Европе в эпоху охоты на ведьм общество считало вагину местом, где правит дьявол, и воротами в ад, женщины того времени чувствовали себя средоточием греховности. Когда в культуре елизаветинской Англии вагину было принято называть дырой, женщины ощущали пустоту и собственную никчемность. А когда в Германии, Англии и Америке под влиянием Фрейда способность испытывать вагинальный оргазм воспринималась как тест на женственность, женщины, вероятно, чувствовали себя недостаточно женственными. Сейчас в западной культуре в женских журналах царит сексуальный атлетизм, и вагина подается как «аппарат» для множественных оргазмов, стоит только нажать нужную кнопку, поэтому женщины чувствуют себя так, как будто все время сдают зачет по физкультуре. Если же в массовой культуре вагина представлена лишь как одно из десяти миллионов доступных отверстий, как в современной порноиндустрии, женщина чувствует себя легко заменимой с сексуальной точки зрения, не значимой и, уж конечно, не священной.

И все это нельзя считать поверхностными ощущениями: восприятие формируется на уровне синапсов нейронов. Другими словами, с течением времени женский мозг физически изменяется в ответ на постоянно повторяющиеся триггеры во внешнем мире.

Эти триггеры также влияют на уверенность женщины в себе и ощущение оптимизма. На своих лекциях о женской сексуальности я прошу женщин в аудитории вспомнить слова, обращенные к их вагине, которые они впервые услышали в возрасте 14 или 15 лет, проходя мимо стройплощадки или во время прогулки. Я испытываю глубокий дискомфорт, когда около 800 женщин одновременно вспоминают то время, когда они только-только входили в пору женственности и впервые услышали обращенные к ним фразы типа: «Сядь-ка на меня» или «Дай потрогать твою щелку» (или, как вспомнила одна молодая женщина азиатского происхождения: «Дай погладить твою азиатскую киску»). Я спрашиваю: «И как вы себя чувствовали? Не было ли ощущения, что “это они меня так называют этим постыдным, этим вульгарным словом?”» И тогда — а эти эмоции все еще свежи, они буквально висят в воздухе аудитории — я с удовольствием зачитываю им, какие еще слова существуют для обозначения вагины в других культурах. Я произношу словосочетание «золотой лотос» из любовной поэзии времен китайских династий Хань и Минь. «Ароматная беседка». «Врата рая». «Драгоценная жемчужина». Китайские даосские термины всегда очень поэтичны: вагина называется в даосских священных текстах, таких как «Искусство опочивальни», небесными вратами, красным шаром, сокровенным местом, нефритовой дверью, нефритовыми вратами, таинственной долиной, таинственными вратами и сокровищем [2].

Можно пойти еще дальше: в священных тантрических текстах вагины классифицируются по категориям, однако все категории описаны с любовью: Читрини-йони («йони» означает «любовница») «округлая и мягкая, легко и быстро выделяет смазку, с небольшим количеством волос на лобке. Ее любовный сок, как говорят, исключительно горячий, благоухающий, с медовым вкусом». Хастини-йони — «большая и глубокая, нуждается в сильной стимуляции клитора». Йони-Падмини («женщина-лотос») «похожа на цветок, любит поглощать лучи восходящего солнца и ласки сильных рук. Ее сок имеет аромат только что распустившегося цветка лотоса». Йони-Шанкини («волшебная» или «женщина-раковина») «всегда влажная… обильно покрыта волосами и… любит, когда ее целуют и лижут» [3]. В индуистской традиции подчеркивается связь между вагиной и мозгом, которую Запад, по-видимому, попытался замолчать: одно из определений вагины в индуизме — «лотос ее мудрости».

«А если бы вы всегда слышали такие слова? Если бы самые интимные, сексуальные слова, которые вы слышали, будучи девушками и молодыми женщинами, были такими: источник мудрости, нечто драгоценное, ароматное, сокровище?» — спрашиваю я моих слушательниц. Более почтительные и полные благоговения слова, обращенные к сексуальности женщины, могли бы помочь ей раскрыться не только в сексуальном плане, но и творчески, и интеллектуально.

Я часто зачитываю женщинам в аудитории отрывок из шедевра времен китайской династии Мин «Золотой лотос», и это действительно очень эротичное произведение [4]. Но эта разновидность эротики отличается от той, к которой мы привыкли: в те времена в Древнем Китае в удовлетворенной женской сексуальности видели силу, которая сохраняет гармонию во Вселенной. Считалось, что мужское здоровье, мудрость и потенциал могут быть реализованы в высшей степени, только если мужчина достигнет мастерства в удовлетворении женщины, и это позволит ему насладиться мощной энергией инь, которая исходит только от сильно возбужденной и удовлетворенной женщины. Когда я читаю этот отрывок и моя аудитория слышит язык, которым поэты эпохи Хань описывали искусство любви, и, как кульминацию, их восхищение вагиной, на лицах всех женщин появляется восторг.

Когда слышишь, как о вагине говорят словами, полными восхищения, это не только эротично — это еще и вдохновляет. Совершив мысленное путешествие в другие эпохи, культуры и страны, в которых к женскому началу относились с благоговением, современные женщины покидают аудиторию с совсем иными чувствами. Они выходят, ощущая прилив энергии и даже с чувством легкого головокружения. Видно, что теперь они смогут принимать другие решения, чувствовать себя по-новому.

Язык — это мощная сила. Как пишет Вирджиния Вульф о другом виде возбуждения — интеллектуальном: если «пообедал плохо — плохо думается, плохо любится, не спится… в душе не затеплится свет»[20] [5]. Она имела в виду — и она права, — что тело и воображение зависят друг от друга.

В нашей культуре сексуальное воображение женщины должно воспламеняться от скудных языковых средств: само слово «вагина» произнести довольно сложно. Это антиэроти-ческое слово (с его раздражающе резким «в» и неприятным «г»). Если вы подумаете о вагине в рамках нашей культуры (или наберете это слово в поисковике Google, или посмотрите на Amazon), вам попадутся либо холодные, отпугивающие медицинские ассоциации («вагинальный герпес, вагинит»), либо же в крайнем случае имеющие отношение к здоровью («вагинальный тонус»). Другая ассоциативная группа — это просто порнография. Почти невозможно ежедневно чувствовать свою женскую сущность, быть восхитительной, таинственной, глубокой и сложной, если сокровенная сердцевина твоего существа обозначается вульгарным, или сугубо медицинским, полным враждебности, или низменно-откровенным языком.

Проведите свой собственный эксперимент, если вы женщина. Перечитайте отрывки из Анаис Нин и Генри Миллера, ранее приведенные в этой книге. Понаблюдайте за тем, что происходит внутри вас, когда вы читаете текст, даже если это, возможно, вызовет у вас стресс. Сравнив Нин и Миллера, обратите внимание, что происходит с вами: есть ли ощущение расслабления или напряжения в мышцах, понижен ваш пульс или повышен или же все осталось без изменений? Обратите внимание на свой вагинальный пульс, если вы его чувствуете, на свое дыхание и задумайтесь: чувствуете ли вы себя в целом спокойной или встревоженной?

Занимаясь исследованиями для этой книги, я заметила, что прочитанные мной различные описания вагины в разных текстах непосредственно отражались на моем ощущении внутренней энергии и общем состоянии. После того как я утром прочитала Нин, мир засиял. Но когда я как-то днем в том же кресле на солнце, под сенью тех же бугенвиллей прочитала Миллера, я почувствовала себя больной и слабой, как будто попала под ледяной дождь.

Как далеко мы ушли от «меда» и «раковин» женщин-модернистов! Сайт Onlineslangdictionary.com, содержащий сленговые выражения, перечисляет следующие современные англоязычные сленговые обозначения вагины, связанные с насилием: «рана», «открытая рана» и даже «раненый солдат» [6]. В ответ на запрос о сленговых выражениях для вагины Yahoo.com выдает грубо звучащие слова «дыра», «рана», «щель» и т. д.

Ниже приведен отрывок из интернет-форума, в котором участвовали представители обоих полов. Их попросили перечислить сленговые обозначения вагины, но при этом не сказали, что сленг должен быть грубым. Обратите внимание, какие злые и насмешливые слова приводятся!

Энди: Я видел несколько номинаций на лучшее сленговое слово, обозначающее влагалище… Лично мое любимое — дырка.

Дэвид: Отбивная.

Зои: Полсэндвича, кролик со вспоротым брюхом, солонина

в белом соусе.

Льюис: Помойка мясника.

Стив: Овальная дырка.

Стивен: Кобура для члена, пилотка, щелка.

Стив: Гнездо для петушка.

Кин: Волосатая мидия.

Дэниэл: Сэндвич с рыбой, шаурма, авоська для колбасы.

Энди: Спящая летучая мышь — это для больших, обвислых половых губ.

Эндрю: Лучше всего старые проверенные типа «киска». Еще есть неплохое выражение: «волосатый рыбный пирог».

Энди: Я нигде, кроме как здесь, не встречал слова «мохнатка». Здорово: «Покажи нам свою мохнатку, красотка!»

Я думаю, большинство женщин согласятся, что почти все эти словечки и выражения либо просто отвратительны, либо невыносимо отвратительны. Поразительно, сколько из них связаны с мясом: «отбивная», «помойка мясника», «шаурма». Это, конечно, не «шампанское» и «икра», но все же такие слова не вызывают совсем уж оскорбительных, уничижительных ассоциаций. Скорее, эти грубые выражения описывают что-то, с чем было бы неприятно заниматься сексом. Попадаются в современном сленге и другие словечки, которые не имеют ничего общего с мясом, но звучат довольно глупо: «гамбургер», «булочка» и т. д.

Немногие позитивные или забавные выражения, которые я видела на современных сайтах сленга, это «жимолость», ласковое «кукурузная оладья», «лизни-меня-пожалуйста» и экзотические «фрукт страсти» и «южная красотка». Выражение «карта Тасмании» пользуется популярностью в Австралии: по-видимому, остров Тасмания выглядит как перевернутый треугольник.

Изредка можно встретить и слова, несущие в себе явно положительную оценку. Например, на Blackchampagne.com попадаются такие прозвища для клитора, как «засахаренный миндаль» и очаровательное «жемчужный язычок» [7].

Все это позволяет предположить, что современные молодые люди на Западе никак не соотносят сленговые названия вагины с мрачными представлениями прошлого и пришедшими оттуда оскорбительными ассоциациями. Вместо этого большинство выражений означают низкосортный фастфуд и не наносят серьезного эмоционального удара. Связана ли эта тенденция с порнографией, в которой вагина представлена как «авоська для колбасы?» Связано ли это с производством порнографии — массовым, как дешевая еда, или тем, как представлен секс в порнографии — как нечто быстрое и легко заменимое? И с тем, как порнографию используют, особенно это поколение, порожденное ею, — небрежно и многократно, как фастфуд?

Демонстрирует ли сленг, что порнография добилась эффекта, противоположного тому, которого опасалась Андреа Дворкин? Многие молодые люди вместо страстного желания проникнуть в вагину рассматривают ее с расслабленной эмоциональной отстраненностью как нечто лишь немногим более привлекательное, чем шаурма или сэндвич, разогретый в микроволновке.

Женский сайт Tressugar.com перечисляет дружелюбные по отношению к женщинам обозначения вагины — и это, несомненно, попытка противостоять представленным в изобилии негативным сленговым выражениям. Сайт был создан западными женщинами в возрасте около 20 лет. На его примере видно, что эти молодые женщины, живущие в эпоху постсексуальной революции и постфеминизма, воспринимают свои вагины не как что-то темное и зловещее и не как что-то манящее, необыкновенно притягательное. Скорее, они считают их милыми и безобидными: это что-то вроде пушистой малышки Hello Kitty или сладости; метафоры сливаются, и получается коробка пастилы, завернутая в мех и украшенная блестками.

Сайт также призывает женщин присылать свои собственные слова для обозначения вагины, чтобы противостоять враждебным или неприятным сленговым словам, придуманным мужчинами. Некоторые из любимых выражений этих молодых женщин связаны с чем-то очень вкусным: «ням-ням», «горшочек меда», «вкусности». Другие обозначают меховые аксессуары или пушистых домашних животных: «муфта», «бобрик», «котенок». Есть женщины, которые называют свои влагалища как смешных маленьких сестренок, подобно тому как некоторые мужчины дают ласковые прозвища своим пенисам.

В размещенной в женском журнале рекламе вагинального дезодоранта — да, этот продукт из лихих 1960-х снова появился в продаже — улыбающаяся рыжеволосая модель в очень коротком ярко-желтом платье, подняв руки, словно в салюте, восклицает: «Вау для моей “фру-фру”…» Далее реклама продолжает: «…огонька, цветка, причуды, йони, дамского сада», а затем следует предостережение (ох, уж эти постоянные предостережения!): «Знаете ли вы, что некоторые обычные гели для душа и мыло, если они используются для интимной зоны, могут лишить ее естественной защиты, вызывая сухость и раздражение? ЕеийтевЬ с его рЬ-сбалансированной формулой, разработанной специально для кожи интимной зоны, подарит максимальной нежный уход вашей “кошечке”, “персику”, “фру-фру”! Как бы вы ее ни называли, покажите, что вы ее действительно любите!» Завершается реклама заявлением, что ЕетйгезЬ предлагает «экстрауход для того, что внизу».

«Ваше влагалище плохо пахнет — это позор!» — эту рекламу мыла 1960-х заменили искусственно созданным, нарочито веселым и раскрепощенным языком, но все эти «фру-фру» (мне сразу представляются персонажи детского телесериала «Телепузики» — плюшевые существа, которых зовут Тинки-Винки, Дипси, Ляля и По) или даже «кошечки», «муфты» и «ням-ням» — хотим ли мы прогуляться по такому «дамскому саду»?

Не так давно таблоиды и популярная пресса озвучили попытки некоторых известных женщин придумать новые прозвища для вагины. Мэриан Кайз, популярная ирландская писательница, в шутку назвала свою вагину «ворчунья». А американский таблоид сообщает, что Дженнифер Лав Хьюитт,

звезда суперпопулярного сериала «Говорящая с призраками», перед знаменательными событиями уа)агг1ез свою (ущаггХе — украшать гениталии, уа.)а.у]ау — вагина (сленг). — Прим, пер.), то есть украшает вагину кристаллами.

Почему женщины популяризуют позитивные наименования вагины через средства массовой информации и рекламу? Высказывание на публику отличается от обращения в приватной обстановке — оно приобретает политическую окраску. И если веками женщины страдали безмолвно, то теперь они, вполне естественно, хотят отстаивать право называть свои половые органы ласково и мило или хотя бы не так грубо, как было принято раньше.

В том, как эти известные женщины называют свою вагину, есть и плюсы и минусы: плюсы в том, что вагина больше не бездна и не ворота в ад, минусы же в том, что ее больше не считают чем-то могущественным и уж тем более центром мироздания.

Волнующие, раскрепощенные или пикантные, вагины теперь повсюду в западной культуре, но о какой-либо магии и силе нет и речи.

Жители Шри-Ланки верят, что призраки, которые подавали людям знаки, исчезли с появлением электрического света. Точно так же ирландцы думают, что феи с их дарами предпочли уйти из нашей сегодняшней жизни. И то же самое произошло в современном языке с вагиной: ее больше не сопровождают призраки и демоны, она лишилась своей тайны и магических чар.

12. Порнографическая вагина

Бывали дни, когда перед моими глазами проходили 300 вагин, прежде чем я вставал с постели.

— Рок-музыкант Джон Майер. Интервью для Playboy

Но не только вагина утратила магическую силу: муж-(у чины, которые зациклены на вагинах, теряют и свою магию тоже. Уже очевидно, что огромное количество «вагин по вызову» приводит некоторых мужчин к легкому помешательству, причем не в лучшем смысле этого слова — похоже, повсеместно распространившееся сегодня порно вызывает изменения в мужском мозге.

Для вагин, да и для женщин, которым принадлежат эти вагины, все более серьезной проблемой становится то, что порнография отрицательно влияет на мужчин с точки зрения неврологии. К тому же она приводит многих мужчин к тому, что им наскучивает «божественная матрица» и все те ласки, которые необходимы женщинам для активации их вегетативной нервной системы, и они привыкают к «быстрому сексу».

«Обычного» секса многим мужчинам-любителям порно уже недостаточно. В частности, они стремятся к анальным (зачастую с применением насилия) половым актам и анальному оргазму как «цели» полового сношения.

Я начала понимать, насколько это серьезно, после того как с перерывом в пару месяцев выступила в двух очень разных колледжах. В либеральном государственном колледже Массачусетса, где царит обстановка вседозволенности, после дискуссии, посвященной теме кампусной культуры анонимного секса по пьяни, так называемого «съема», консультант по вопросам здоровья студентов поднялась и спросила меня, что я могу сделать, чтобы помочь ей с ужасной проблемой: этой проблемой, самой распространенной у девушек в подведомственной ей клинике оказались, к моему удивлению, анальные трещины.

Определение «анальная трещина» на самом деле означает анальный разрыв — травму, которую молодые женщины могут получить во время неумелого, обезличенного и часто небезопасного секса на пьяную голову, который так распространен в культуре «съема». Студентки неоднократно рассказывали консультанту, что парни в колледже ориентированы именно на такой вид секса из-за порно и что они чувствовали себя обязанными согласиться на него, особенно если хотели, чтобы в дальнейшем за «съемом» последовало свидание или серьезные отношения.

В следующем месяце я выступала в консервативном, очень религиозном Мормонском университете на Среднем Западе. И еще один консультант по вопросам здоровья студентов встала и спросила меня, что я могу сделать, чтобы помочь ей с главной проблемой молодых девушек, с которой ей приходится сталкиваться в ее клинике, — с анальными трещинами. В этом университете под влиянием общественного давления девушки стремились сохранить девственность до свадьбы. И молодые люди рассматривали анальный секс с ними как способ получать удовольствие, сохраняя при этом их «девственность».

Я не собираюсь клеймить анальный секс, если он происходит по обоюдному согласию между взрослыми людьми, которые знают, на что идут (хотя разрывы в этой области одинаково вредны как для женской, так и для мужской нейронной сети). Но есть и другие доказательства того, что легкий доступ к порнографии — где нет места ласкам и стимуляции, необходимой женщинам для возбуждения, — нивелирует значимость вагины и переносит акцент на проникновение, нередко с применением насилия, а также способствует распространению таких способов занятий сексом, которые приводят лишь к растущей сексуальной и эмоциональной неудовлетворенности женщин. Об этом свидетельствуют результаты национальных опросов на эту тему 1997 и 2004 гг.

Воздействие порнографии на мужчин (а следовательно, и на женщин) усиливается так быстро, что его едва ли удавалось адекватно оценить с тех пор, как вышел «Доклад Хайт: общенациональное исследование женской сексуальности». Однако очевидно, что сексуальная удовлетворенность женщин снизилась, а правда о женских потребностях в сексе замалчивается. Есть ли между этими двумя фактами связь?

Исследование, проведенное Daily Mail, показало: в любой группе из 100 пар, в то время как 85 % мужчин считают, что их партнерша во время секса достигла оргазма, на самом деле его достигает только 61 % женщин. Означает ли это, что эксцентричное и театральное изображение женской сексуальной реакции, какой ее показывают в порно, приводит к тому, что многие мужчины неправильно считывают эмоции своих партнерш в интимных отношениях?

Но опасность кроется не только в том, что порнография влияет на восприимчивость мужчин к проявлениям женского желания, возбуждения и удовлетворения непосредственно во время полового акта. Оказывается, мастурбация на порно снижает сексуальную восприимчивость мужчин в целом. Когда женщины инстинктивно выступают против того, чтобы их партнеры-мужчины смотрели порно, им самим может казаться, что они не вполне правы, особенно в условиях, когда наша культура советует «расслабиться и получать удовольствие» и внушает, что «это безопасно» и даже «полезно: это придаст остроты вашей сексуальной жизни». Но на самом деле результаты последних исследований показывают, что дело обстоит с точностью до наоборот: порнография убивает мужскую потенцию и, как теперь подтверждено, вызывает у многих мужчин зависимость.

Очевидно, что для полноценного секса гетеросексуальной вагине нужен полный мужской силы партнер. В наше время принято считать, что все, что происходит в мозгу мужчины, когда он мастурбирует, это его личное дело и никого не касается. Но на самом деле с точки зрения неврологии то, что происходит с мозгом мужчины в этот момент, может оказать негативное влияние на его тело и, следовательно, на тело его партнерши, а в конечном итоге — и на ее мозг. Женщины не ошибаются, когда инстинктивно реагируют отрицательно — часто с ревностью — на интерес партнера к порно, так как порнография с точки зрения неврологии лишает женщину сексуальных возможностей ее мужчины. Чем сильнее мужчина привыкает к мастурбации на порно, тем меньше сексуальной энергии у него остается для себя и своей реальной партнерши.

В 2003 г. я написала для New York magazine эссе под названием «Порномиф», в котором отметила, что терапевты и консультанты в области секса видят прямую связь между увлечением порнографией и ростом импотенции, а также проблем с задержкой эякуляции у здоровых мужчин [1]. Эти молодые мужчины, у которых нет никаких органических или психологических причин для того, чтобы иметь проблемы по мужской части, испытывали, по словам их врачей и терапевтов, трудности с эрекцией и эякуляцией. Эксперты предположили, что частые просмотры порно постепенно снизили сексуальную восприимчивость этих мужчин. Однако эти неофициальные данные пока еще не получили научного подтверждения.

После публикации этой статьи я буквально утонула в тревожных — и тревожащих меня — электронных письмах от мужчин, которые сообщали, что с ними произошло именно то, о чем я писала в статье. Они писали мне, что словно сошли с ума, что со временем стали испытывать потребность смотреть все больше и больше порно для того, чтобы просто возбудиться. С каждым разом возможность выбора смотреть или не смотреть порно становилась все более призрачной: Они жаловались на то, что испытывают все больше проблем в постели с девушками или женами, которые раньше их очень привлекали. Эти мужчины были вполне обычными людьми, у них не было никаких идеологических возражений против порнографии в целом, они не собирались идти на порно «крестовым походом» — они просто страдали и были напуганы. Что действительно поразило меня в их признаниях, так это то, что многих из них преследовало чувство утраты свободы выбора. Часто это были мужчины, которые прекрасно держали под контролем почти все или даже все остальные сферы своей жизни, но они писали мне о том, что чувствуют себя во власти какой-то силы, которой не могут сопротивляться.

С тех пор как этот материал был опубликован, накопилось много новых данных о влиянии порнографии на те механизмы в мужском мозге, которые отвечают за оргазм. Эти данные более четко объясняют причины жалоб мужчин на сексуальное неблагополучие и снижение потенции. Мастурбация на порно приводит к сильному краткосрочному повышению уровня допамина в мужском мозге, который в течение часа или двух после этого поднимает настроение и обеспечивает в целом хорошее самочувствие. Этот эффект схож с тем, что производят, скажем, азартные игры или кокаин. Но точно так же, как в случае с азартными играми или наркотиками, порнография может вызвать зависимость, и тогда ее просмотр становится постоянной потребностью. Возникает то, что доктор Джим Пфаус назвал неврозом навязчивых состояний, и это, как отмечают исследователи, встречается нередко [2]. Исследователи описывают «хроническую мастурбацию по типу невроза навязчивых состояний» на порно как ситуацию, когда мужчины, чтобы добиться эякуляции, вынуждены мастурбировать много раз подряд, или они теряют интерес к другим сторонам своей жизни и не способны ограничить свои потребности в просмотре порнографии.

Доктор Пфаус объясняет порнозависимость с точки зрения нейробиологии:

После каждой эякуляции наступает снижение возбудимости после предшествовавшего возбуждения. У вас происходит выброс опиоидов, серотонина и эндоканнабиноидов. Это приводит вас в состояние экстаза, дает ощущение пресыщенности и спокойствия. С каждой новой эякуляцией у хронических мастурбаторов эта реакция подавления становится сильнее из-за увеличения количества серотонина, что значительно снижает способность к достижению следующей эрекции и тем более — следующей эякуляции. Чтобы преодолеть реакцию торможения, такие люди нуждаются в доступе к стимулам, которые будут все интенсивнее активировать их симпатическую нервную систему Вот почему люди, которые хронически мастурбируют на порно, привыкают к использованию эротических материалов и нуждаются во все более и более интенсивно стимулирующих образах, которые, в свою очередь, все меньше активируют их СНС. Причина, по которой это происходит только с некоторыми людьми, а не со всеми, кроется в частоте использования. Это как курение или употребление алкоголя: если употреблять лишь изредка, то особого вреда это не принесет; но частое или хроническое с точки зрения неврологии использование может вызвать у вас зависимость. Такой риск всегда есть. Опасность кроется в «хронике» и в самой навязчивой природе мастурбации. То есть опасность несет не порнография как таковая, а хроническая мастурбация, «зацикленность» на ней. Возникает зависимость не от порно, а от оргазма и от предсказуемости «вознаграждения» [3].

Добавьте к этой картине тот факт, что некоторые мужчины (и женщины) рождаются с тем, что специалисты называют «допаминовой дырой»: их мозг не производит «разрядку» с той же эффективностью, как у других, поэтому у них гораздо больше шансов впасть в зависимость от экстремального порно и других стимуляторов. Дисбаланс допамина может привести мужчину к половому бессилию или к проблемам с эякуляцией после регулярной мастурбации на порно или негативно повлиять на способность контролировать сексуальные импульсы.

Как и при любой другой зависимости, из-за химических процессов, происходящих в мозге, страдающему от подобных проблем очень трудно прекратить делать то, что позволяет ему в очередной раз испытать удовольствие, даже если это действует на него разрушительно. Хронически мастурбирующий на порно человек, у которого нарушена регуляция выработки допамина, может стать зависимым от секс-чатов или увлечься чем-то еще таким, чего он будет стыдиться и хотеть взять под контроль. Но в контексте темы, которую мы рассматриваем, гораздо важнее то, что мастурбация на порно в целом может привести мужчин к сексуальному «привыканию» — снижению восприимчивости, которое, в свою очередь, ведет к проблемам с эрекцией или эякуляцией. Чем больше вагин мужчина видит во время мастурбации, будь то реальность, онлайн или картинки, тем более привычным для него становится этот стимул и тем меньше он способен на терпеливое, нежное внимание к «божественной матрице», которое необходимо женщинам для достижения глубокого оргазма.

Биолог Роберт Сапольски в своей книге «Почему у зебр не бывает язвы» пишет:

Неестественно яркие вспышки синтетического опыта, ощущений и удовольствия вызывают неестественно высокую степень привыкания. Это имеет два последствия. Во-первых, в ближайшее время мы вряд ли заметим легкий шепот удовольствия от осенней листвы, или долгого взгляда подходящего человека, или возможной награды за решение долгой, трудной и достойной задачи. Во-вторых, спустя некоторое время мы привыкаем и к этим искусственным интенсивным приливам… Наша трагедия в том, что мы просто становимся ненасытнее.

Из-за принципов работы нашего мозга хроническая избыточная стимуляция не приводит к удовлетворению. Она может сделать человека практически ненасытным [для все новых уровней стимуляции]. Кто-то может поймать себя на том, что при виде буквально каждой женщины у него на автомате возникает мысль: «Согласится ли она?» Кроме того, вспышки негодования, которые возникают в результате несоответствия виртуальной и настоящей, физической, реальности, могут вызвать у человека сомнения в его партнере/ союзе, сделав его раздражительным и нехарактерно эгоцентричным. Он будет акцентировать внимание на том, чего ему не хватает в отношениях, а не на том, что он сам делает для их укрепления.

И, возможно, его недовольство этим не ограничится. Люди склонны проецировать такие чувства и на другие аспекты жизни… К сожалению, искаженное восприятие, порожденное нейрохимическими нарушениями регуляции, может сделать человека чрезвычайно невосприимчивым к пониманию того, какие мотивы в действительности им движут и что могло бы облегчить его страдания. Его лимбический мозг твердо убедил его в том, что его пристрастие — единственное средство восстановить хорошее самочувствие.

Восстановление нормального восприятия после привычки к избыточной стимуляции может продлиться один или два трудных месяца. Изголодавшимся чувствам будет легче находить удовлетворение в каждом аспекте жизни [4].

Эта усиливающаяся потребность в стимуляции для достижения того же уровня возбуждения объясняет, почему порно становится все экстремальнее. Относительно мягкое и ненасильственное освещение сексуальной тематики в фильмах для взрослых 1980-х типа саги про Эммануэль уступило место порносайтам, которые отражают всеобщую тягу к сексу с элементами насилия, сексу с участием очень юных девушек, демонстрации кровосмесительных связей или ситуаций, которые раньше считались маргинальными или фетишистскими. Отчасти эти изменения обусловлены и тем, что наша культура стала более сексуально открытой в целом и сейчас сексуальную жизнь частных лиц не принято подвергать осуждению. Но в то же время этот всплеск популярности жесткого порно, согласно науке, объясняется и снижением сексуальной восприимчивости тех, кто пристрастился к порнографии. Природа невроза навязчивого состояния — хронической мастурбации на порно — такова, что, когда человек повторно видит изображение, которое возбуждало его прежде, оно уже не заводит его так сильно, как в прошлый раз. Вот почему порнография имеет тенденцию становиться все более жесткой — переходить, так сказать, от полового акта по обоюдному согласию в миссионерской позе к грубому анальному изнасилованию или к изображениям, которые вызывают возбуждение симпатической нервной системы через нарушение табу, таких, например, как инцест или секс с несовершеннолетними.

Даже реклама стриптиз-клубов изменилась. Мужской клуб «Интимный взгляд» (Private Eyes), расположенный на Манхэттене, размещает свою рекламу на такси. Несколько лет назад женские лица на таких изображениях выглядели просто привлекательно и соблазнительно. Около года назад выражение этих лиц стало немного испуганным или сердитым, как если бы девушки столкнулись с каким-то проявлением насилия. А в последнее время я замечаю, что в этой рекламе — обратите внимание, это реклама на улицах города, а не на фетишистских веб-сайтах — на щеке прекрасной модели сверкает капля. Что это? Она плачет?

В нашем обществе принято осуждать гетеросексуальных мужчин, если они проявляют интерес к женщинам, которые не являются их партнершами. Но, согласно данным Кристофера Райана и Касильды Джета, приведенным в книге «У истоков секса» (Sex at Dawn), мужчинам приходится бороться с так называемым эффектом Кулиджа, биологическим феноменом, когда новый партнер вызывает очень сильное сексуальное возбуждение. (Женщины тоже испытывают всплеск возбуждения с новым партнером.) Эффект Кулиджа был продемонстрирован на примере самцов крыс. Ничто не воодушевляло их так, как появление в клетке незнакомой самки. И у людей, как продемонстрировала в своей книге «Анатомия любви» доктор Хелен Фишер, эротическое возбуждение взмывает вверх, когда они занимаются сексом с новым партнером, но со временем этот эффект сходит на нет [5]. (Немногие знают, что, склоняясь обычно в сторону новой партнерши, самцы крыс тем не менее, если определенный аромат ассоциируется у них с приятным посторгазменным ощущением, делают выбор в пользу своих старых, знакомых «душистых» партнерш, игнорируя и незнакомок, и более молодых «претенденток» [6].)

Проблема современных мужчин заключается в том, что эффект новизны не срабатывает в среде, в которой по сигналу возникают сотни и тысячи визуально доступных голых или совокупляющихся женщин, на которых можно смотреть и мастурбировать, пока не достигнешь оргазма. Мужской мозг развивался в среде, в которой обнаженную или совокупляющуюся женщину можно было увидеть крайне редко, и, как правило, для этого нужно было приложить много усилий, что делало это зрелище еще более увлекательным. Это возбуждение и реакция допамина были ключом к тому, чтобы заняться сексом с настоящей, реальной женщиной после ухаживания-охоты, поднимающей уровень допамина.

Сайт YourBrainOnPorn.com, который отслеживает результаты научных исследований в области порнозависимости, представляет открытия, которые доказывают, что порнография оказывает воздействие на мозг, аналогичное тому, какое оказывает на организм нездоровая пища. Эти данные также отражены в книге «Отравленная стрела Купидона» Марины Робинсон, которая руководит этим сайтом вместе с Гэри Уилсоном [7]. Кроме того, Гэри Уилсон представил подборку исследований, посвященных порнографии и мужским сексуальным проблемам на конференции «Великий порноэксперимент». Научные данные показывают, что у мужчин, которые увлекаются порно, возникает связь между активацией дофамина, выбросом опио-идов и порнографией.

Робинсон пишет: «Как рассказывает в своей книге “Пластичность мозга”[21] психиатр Норман Дойдж, взрослые даже не представляют, до какой степени порнография перекраивает их мозг. Его пациенты жалуются на все возрастающие сложности с возбуждением во время попыток заняться сексом с их настоящими сексуальными партнерами, подругами и супругами, хотя они до сих пор считают их объективно привлекательными. Они пытаются убедить своих партнерш вести себя как порнозвезды и все больше хотят “трахаться”, а не “заниматься любовью”. Человечество сейчас переживает огромный, неконтролируемый эксперимент, и мы еще не знаем, каковы будут его результаты. Однако множатся доказательства того, что за все придется платить» [8].

Предлагая множество «бесплатных образцов», порносайты намеренно стараются вызвать у потенциальных клиентов привыкание, чтобы увеличить свою прибыль. И эта тактика весьма успешна: порноиндустрия сейчас куда мощнее, чем кинобизнес, звукозаписывающая индустрия и издательское дело вместе взятые. Порнографическая «вагина массового производства» соотносится с реальной так же, как продукты питания с ГМО соотносятся с экологически чистыми продуктами, и оказывают примерно такое же негативное воздействие на потребителей.

Мы должны отнестись к проблеме современных мужчин, вовлеченных мощной индустрией в состояние зависимости от порнографии, скорее с сочувствием, нежели враждебно. Ведь никто и никогда не предупреждал их честно о тех проблемах, с которыми они могут столкнуться после того, как однажды по доброй воле поддадутся влиянию этого бесплатного потока возбуждающих картинок. Люди, которые писали мне о своей зависимости от порно и проблемах с потенцией, не были монстрами. Это были несчастные мужчины, любящие мужья и партнеры, которые ненавидели себя за ту боль, которую причиняли своим женам и подругам, и стыдились чувства собственной сексуальной неполноценности.

После того как в 2011 г. я написала новую статью на тему зависимости от порнографии, мне пришло очень много писем от консультантов из вузов и школ-интернатов. Они просили меня предоставить дополнительную информацию о программах, помогающих избавиться от такого рода проблем, поскольку им приходится иметь дело с подростками, которые к своим 16 или 17 годам настолько сильно страдают зависимостью от порно, что она мешает всему остальному в их жизни — учебе, занятиям спортом, дружбе [9]. В колледже в Вирджинии, где я выступала в 2012 г., одна студентка утверждала, что большинство молодых мужчин, которых она знала, были, по ее мнению, зависимыми от порнографии уже к моменту окончания средней школы и что на молодых девушек оказывалось сильное давление с тем, чтобы они приняли эту ситуацию как «новую норму».

На веб-сайте Reuniting.info, который предлагает пользователям, обеспокоенным своей зависимостью от порнографии, результаты последних научных исследований и другую информацию, полезную для избавления от этой зависимости, Марина Робинсон и Гэри Уилсон сообщают, подтверждая данные Роберта Сапольски, о том, что члены сообщества описывают «постепенные» и «тонкие» изменения в их восприятии, после того как они избавились от порнозависимости. Авторы статьи отмечают, что подобные изменения в восприятии могут возникнуть наряду с избавлением от эректильной дисфункции, которую они называют «весьма ощутимым симптомом, на который жалуются все больше и больше мужчин, активно использующих порноматериалы, с тех пор как около пяти лет назад бесплатное видео порнографического характера стало широко доступно в Интернете» [10].

Робинсон и Уилсон сравнили отчеты пользователей, которые на протяжении нескольких месяцев сокращали или вовсе прекратили просмотр порнографии, с отчетами тех, кто не стал от нее отказываться, чтобы увидеть, какие различия в восприятии у них существуют. После нескольких месяцев последовательной терапии, направленной на избавление от порнозависимости, многие мужчины отзывались о том порновидео, которое раньше приводило их в экстаз, как о не возбуждающем и даже неприятном.

Один мужчина отключил свой браузер и отметил такую свою эмоциональную реакцию: «Сейчас я понимаю, что большая часть порнографии, которую я смотрел, либо не очень-то увлекательна, либо это чистой воды использование. Мое отношение меняется. Раньше я предпочитал быстрый анальный секс любому вагинальному сексу или позитивному эмоциональному взаимодействию. Кроме того, я часто обижался на свою жену из-за ее нежелания подражать порно. Но сегодня мне стыдно за то, как я к ней относился, и я глубоко благодарен ей за то, что она до сих пор, кажется, безоговорочно любит меня. Ну, не безоговорочно, а, скорее, бескорыстно».

Другой мужчина, который старается избавиться от пристрастия к порно, сообщает на сайте: «До недавнего времени я считал, что никогда не смогу получить достаточно секса и что мне не повезло, потому что я женился на женщине, которая предпочитает заниматься сексом не чаще одного раза в день и не приемлет проникновений в каждое отверстие. Но затем я успешно продержался 31 день без просмотра порнографического видео, свел к минимуму мастурбацию, искренне стараюсь принимать и ценить сексуальные предпочтения своей жены, а также активно подавляю навязчивые импульсы, которые постепенно укоренились во мне за последнее десятилетие.

После того как я начал делать все это, мне стало ясно, что тот акцент, который наша культура делает на сексуальной активности, плохо влияет на мое эмоциональное развитие, на мой брак, на мое отношение к женщинам в целом и ограничивает мое мировосприятие.

Я еще не подсчитал, сколько времени я потратил на мастурбацию, порнографию, фантазии, принимая сексуальную неудовлетворенность за общую неудовлетворенность жизнью. Вероятно, я потерял не один год. Я еще не освободился от сексуальной зависимости, но действительно чувствую, возможно, впервые за последние 16 лет, что моя жизнь все еще может стать глубокой и осмысленной без этой гиперактивной сексуальной составляющей. Это чувство освобождения абсолютно ново и непривычно для меня.

Прежние фантазии и недовольство своей сексуальной жизнью больше не возвращаются. Мое восприятие жены тоже меняется. В моих глазах она выглядит все более привлекательно. Все идет как надо!» [11].

Добавьте к этому вот еще что: центры, отвечающие за агрессию и сексуальное желание, расположены в мозге довольно близко друг к другу. Многие женщины, которые писали или рассказывали мне о пристрастиях своих партнеров либо мужей к порно, были шокированы не столько наготой порноактрис, сколько теми унижениями, которым те подвергались. Эти женщины не могли поверить, что их добрые, заботливые мужчины готовы смотреть на то, как другие мужчины мочатся на женщин или унижают их различными другими способами. Когда на протяжении долгого времени мужчины видят изображения, которые соединяют секс с насилием или унижением, они могут испытывать все большее возбуждение именно от такого секса. То же самое может произойти и с женщинами. Предрасположенность к этому виду лимбического нарушения регулирования — это не экзистенциальный моральный дефект у мужчин, как считают писатели-феминистки Кэтрин Маккиннон и Андреа Дворкин. Эта склонность проявляется не потому, что большинство мужчин любит применять насилие или унижать женщин в реальной жизни. Многие мужчины, которые посещают веб-сайты «реабилитационных сообществ», пытаясь побороть свою зависимость от порнографии при поддержке других сочувствующих мужчин, далеко не в восторге от этой своей склонности. Потенциальная связь между сексуальным желанием и агрессией является неотъемлемой частью устройства мужского мозга, и новые технологии цинично манипулируют этим для получения прибыли за счет мужчин.

Гетеросексуальные женщины вынуждены адаптироваться — не без ущерба для себя и своей сексуальной жизни — к натиску порнографии, насаждаемой мужчинами. Мы видели, как мастурбация на порно может снизить способность мужчины возбуждаться на вагину. Но оказывает ли это такое же действие на женщин? Последние исследования показывают, что это действительно так. Женская мастурбация на порно может снизить восприимчивость самих женщин к их собственной вагине. Женщины, с которыми я общалась, рассказывали мне о снижении чувственности после мастурбации на порно. Они больше не возбуждались при виде простых вариантов эротических изображений. Им тоже требовался форсаж — изображение жесткого секса с элементами насилия, для того чтобы возбудиться до той степени, до которой, согласно исследованиям, женщины прошлого поколения возбуждались при виде женской наготы, сцен с поцелуями, поглаживаниями, прикосновениями к гениталиям и т. д. Женская сексуальная реакция адаптируется к стимуляции при помощи ориентированного на мужчин порно, и это грозит женщинам проблемами с либидо и возбуждением при отсутствии мощных сексуальных триггеров, а также потерей чувства взаимосвязанности у представителей обоих полов.

Марина Робинсон прислала мне комментарий, который одна читательница оставила под ее недавней публикацией на тему эректильной дисфункции:

«У меня точно такая же проблема, за исключением того, что у меня нет пениса.

Когда я прочитала статью, она заставила меня понять, что это именно то, от чего я страдаю. Я не знала, что проблема кроется в моем увлечении порнографией.

Я начала смотреть порно и пристрастилась к нему еще тогда, когда была очень-очень юной. Мне только 24, и моя личная жизнь это в лучшем случае борьба. Мой муж о чем-то догадывается, но я никогда не решалась сказать ему, в чем дело. Я не рассказывала ему о своей зависимости. Сначала все было нормально, но затем моя чувствительность к прикосновениям, с тех пор как я пристрастилась к порно, начала снижаться в геометрической прогрессии. Кроме того, как вы и пишете, порно, которое я смотрела, становилось все более жестким. Раньше я возбуждалась при виде наготы, а теперь я уже на той стадии, когда меня беспокоит мое душевное здоровье.

Я с трудом достигаю любого типа оргазма без применения стимуляции клитора и больших усилий с моей стороны. Мне очень не хватает возможности заниматься сексом и чувствовать себя хорошо без особых усилий.

Я не смотрела порно в течение длительного времени и вот недавно начала делать это снова. Со временем мое либидо не восстановилось, но теперь можно объяснить, почему у меня его не было. Когда-то у меня было очень мощное либидо, и я едва могла его контролировать, теперь же мне даже не нравится, когда ко мне прикасаются.

Я думаю, что в моем случае отказ от порно и визуальной стимуляции — это тяжелый и долгий процесс.

Я предчувствую, что пройдут годы, пока моя восприимчивость вернется. Если, конечно, вернется вообще. Я здесь за надеждой! Спасибо, что написали об этой проблеме и привлекли к ней не только мое внимание, но и внимание многих других!

Я надеюсь, что авторы понимают: женщины наряду с мужчинами тоже используют порнографию, чтобы мастурбировать. Втайне я готова держать пари, что женщины используют примерно столько же порнографии и того же характера, что и мужчины. И именно поэтому многие женщины нуждаются в некоторой стимуляции, чтобы чего-то достичь. Вибраторы — это от дьявола, и я буду избавляться от своего, это точно» [12].

Возможно, это не такая уж редкая ситуация: согласно результатам исследования, опубликованным в Journal of Adolescent Research, в использовании порнографии признаются девять из десяти молодых людей и каждая третья девушка [13].

Я спросила у доктора Пфауса, что он думает: оказывает ли использование вибраторов и порнографии влияние на сексуальную восприимчивость женщин? Он отметил, что с течением времени вибраторы снижают чувствительность женщин из-за природного феномена привыкания — нервные окончания перестают так остро реагировать на одни и те же повторяющиеся раздражители. Таким образом, действительно, для женщин порно и вибраторы не могут стать долгосрочной заменой внимательному и изобретательному любовнику или полным фантазии собственным ласкам. Технологии решают одни проблемы, но порождают другие.

Но порнография вмешивается в жизнь женщин и еще одним способом, влияя на то, как они воспринимают свои собственные вагины. Лабиопластика — хирургическая реконструкция женских половых губ — стала одним из основных новых направлений эстетической хирургии. Для женщин естественно разнообразие формы и расположения складок половых губ. Они необязательно должны быть симметричными. И уж, конечно, они не выглядят так, как в порножурналах и на порносайтах. И многие совершенно нормальные женщины, глядя на свои «слишком длинные», «слишком большие» и «слишком асимметричные» половые губы, думают, что с ними что-то не так [14].

Доктор Бэзил Кочур из больницы Ленокс-Хилл, опытный специалист, который занимается настоящей, оправданной с медицинской точки зрения вагинопластикой и решением других проблем в этой области, помогает женщинам восстанавливать нормальную работу органов (например, при ослаблении стенок влагалища после родов или при достижении определенного возраста). В интервью он объяснил, что операции такого рода — это будущее пластической хирургии: женское население стареет, и все больше и больше женщин хотят вернуть приятные сексуальные ощущения, которые они испытывали в молодости, и улучшить функционирование соответствующих органов. Это может быть достигнуто путем корректирующего укрепления стенок влагалища и поддержки тазового дна. (Он также предостерег женщин от обращения к неаккредитованным «мясникам», которые пользуются высоким спросом на такого рода процедуры.) Но он также отметил, что в последние несколько лет участились случаи, когда пациентки, которые обращаются к нему, показывают страницы из журналов Playboy или Penthouse и просят сделать пластику половых губ, чтобы они выглядели «как в журнале», притом что с их собственными половыми губами все в полном порядке. Он считает, что порнография навязала многим женщинам неверные представления о том, как должна выглядеть их вульва, так как аккуратные, симметричные половые губы порномоделей часто реконструированы хирургическим путем [15].

ПОРНОГРАФИЯ И ВАГИНАЛЬНАЯ НЕГРАМОТНОСТЬ

Во время своих лекций я разъясняю различия между вызывающей зависимость, ориентированной на мужчин порнографией и ее противоположностью — эротикой, ориентированной на то, чтобы раздразнить «божественную матрицу». Девушки и молодые мужчины очень откровенно рассказывают о том, как поток порнографии повлиял на их сексуальную и эмоциональную жизнь. И мне кажется, что из того, что я теперь знаю о женской вегетативной нервной системе, ясно, что порнография может привести к проблемам с оргазмом и у женщин.

Молодые женщины откровенно разговаривают и о том, как изображается женская сексуальность и сама вагина в порнографии. По их мнению, порнография оказала отрицательное влияние на представления мужчин о вагине и о том, что они должны делать с женщинами, занимаясь любовью. Порно делает мужчин посредственными любовниками и, в частности, учит их плохо обращаться с вагиной.

Группа молодых женщин, которые говорили со мной в одном общественном центре на Западном побережье, были еще более конкретны. «Я так злюсь», — сказала Лиза, милая молодая женщина в байкерских ботинках и обтягивающих джинсах. Мы сидели с чашками кофе за складным столиком, и, произнеся эти слова, она так сильно ударила по столику, что кофе пролился.

«У меня был любовник, — сказала она, — который мне очень нравился во всех других отношениях. Но он всегда хотел заниматься любовью под видео, и он всегда перематывал видео вперед, прямо к кульминации полового акта. А я просто хотела взять у него пульт и заставить его смотреть весь фильм до конца, то есть в том числе и прелюдию, или даже замедлить его».

Я был удивлена тем, что она, видимо, не возражала против видео в принципе. Но две другие молодые женщины за столом ничуть не удивились этому. Похоже, Лиза считала, что видео и скорость просмотра определяют то, что происходит или может произойти с ней в сексуальном плане, и ничуть не заботилась о том, что ее сексуальный пыл разжигается или, наоборот, угасает, отвлекаясь на видео. Я, конечно, будучи на два поколения старше, поразилась этому. Однако из комментариев, которые я слышала от многих молодых женщин (и молодых мужчин тоже), в настоящее время порнография, ее скорость, набор приемов и поз действительно определяют «сценарий» того, что ожидают друг от друга современные молодые любовники на Западе. Теперь у молодых людей борьба за вид порно и даже за пульт дистанционного управления часто на самом деле становится борьбой за тип сексуального поведения и вид стимуляции.

Нам говорят, что мы живем во времена сексуального раскрепощения, но это может означать только то, что стало больше секса и его изображений, однако он не стал более качественным и «свободным». На самом деле уровень мастерства в том, как доставить женщине удовольствие в постели, в целом стремительно падает из поколения в поколение. Это начало происходить с середины прошлого века, когда широко распространилась порнография и когда представления мужчины о сексуальном поведении стали складываться не на основе его собственного опыта с реальными женщинами или рассказов сверстников, а на основе модели, которая культивируется в среде массового потребления.

Роман Джона Клеланда «Фанни Хилл. Мемуары женщины для утех»[22], написанный и опубликованный как порнографическая литература в 1748 г., весь наполнен элементами «божественной матрицы». Для мужчин XVIII в. это был «путеводитель», рассказывающий, как возбудить женщину, и трудно описать вагину с большим уважением, как от лица мужчины, так и от лица женщины. «Это моя пылающая точка», — говорит Фанни Хилл, описывая свое влагалище; желание «воспламенило средоточие всех моих чувств… вьющиеся волосы, что покрывают этот восхитительный выступ… властно разделенные губы этого жаждущего удовольствия канала… такая живая часть меня… такой требовательный створ! Такая сила!.. Такой нежный обжора, мой нижний рот…»

Созерцая вагину своей любовницы, мужчина-рассказчик описывает ее так:

Эта восхитительная щель в плоти… влажный приветливый вход… деликатно мягкий и пухлый… Теперь с самым нежным вниманием, чтобы не шокировать или не испугать ее внезапным натиском, он постепенно не задрал, а поднял ее нижние юбки… Открылся при этом или, если выражаться точнее, предстал взорам не имеющий равных в природе парад женских прелестей. Вся компания… казалось, была настолько ослеплена, удивлена и восхищена, насколько это вообще возможно… Красота чрезмерная, безграничная не может не обладать привилегией вечной новизны… Нет! Не было в природе формы совершеннее и прекраснее, чем эта темная тень от нависшего над сокровенной прелестью холма, поросшего пружинящим пушком. Она всей величавой роскоши пейзажа придавала трогательную теплоту, тончайший налет нежности, не выразимые ни в словах, ни даже в фантастических красках наших представлений… Одной рукой он осторожно приоткрыл губы сладостнейших уст естества… мягкое пространство, где творится любовь… он пробудил, оживил и проник ей в самое сердце… до тех пор, пока жгучие уколы вожделения, достигнув высшей точки, не вызвали в ней прилив неистовства от невыносимости испытываемых чувств… она бессильно раскинула ноги и руки, растворяясь в сладострастном порыве… [16].

Эротика образца XVIII в. и начала викторианской эпохи, которая в то время считалась порнографией, предназначенной для мужчин без литературных или моральных претензий с целью возбудить их до оргазма, удивительна с точки зрения того, сколько элементов «божественной матрицы» вы здесь найдете. Даже при том что в общественном дискурсе роль вагины была снижена, в частной, ориентированной на мужчин эротике она по-прежнему получала массу лестного внимания. Женщин в этих анонимных, подпольно печатавшихся романах постоянно глубоко целовали, чувственно гладили и страстно ласкали. Их грудью и сосками восхищались, их вульвы трогали, ласкали руками, целовали. На них смотрели с восторгом и описывали с интонациями восхищения, за их возбуждением внимательно следили, а их оргазмы описывались с деликатностью и вниманием. Около трети всех описаний сексуальной активности в целом состоит из проявлений внимания к «божественной матрице», и это не рассматривается как часть ужасного понятия «прелюдия» — это часть самого чувственного, восхитительного сексуального праздника. Мужчины, пишет Клеланд, должны осыпать возлюбленных «тысячами маленьких знаков внимания, подарками, ласками, доверием и изматывать их своей изобретательностью… К каким только ухищрениям для усиления удовольствия они ни прибегают… когда в процессе поддразнивания, поглаживания, ухаживания, распутных игр и сладострастных движений… они… разжигают пламя в объекте своей страсти». Только после этого мужчины могут позаботиться о собственном удовлетворении. И женский голос в «Мемуарах женщины для утех» подтверждает это внимание к женскому возбуждению: «…целуя при этом меня всю с ног до головы, не пропуская ни единой частички моего тела, а самым потаенным и самым чувствительным доставалась львиная доля его дани… Прикосновения и ласки его временами становились такими утонченно похотливыми, такими потрясающе проникновенными, что он едва с ума меня не сводил пламенными своими щекотаниями» [17].

Но на веб-сайтах вроде PornHub или Porn.com встречается очень мало подобных прикосновений, которые за 260 лет до «сексуальной революции» пламенными щекотаниями приводили Фанни Хилл в «полное неистовство».

Сексуальные революционеры 1960-х гг., включая таких сторонников продукции «для взрослых», как Хью Хефнер и Эл Голдштейн, представляли порнографию как великое социальное завоевание. Но нация мастурбирующих людей, которые чаще смотрят на экраны, чем друг на друга, которые потребляют секс, как любой другой продукт, и мозг которых перестраивается таким образом, что они получают все меньше и меньше свободы и радости в объятиях друг друга и все больше и больше привязываются к пикселям, — это покоренная, а не освобожденная нация.

Нет ничего удивительного в том, что корпоративный капитализм, который на самом деле не освобождает ни мужчин, ни женщин, так благоволит порнографии и позволяет ей завоевывать общественное пространство. Изображения почти голых людей, которые в 1980-х подошли бы для журнала Playboy, теперь красуются на рекламных постерах Calvin Klein размером в пять этажей на Таймс-сквер. Подробные сексуальные сцены не вырезаются из фильмов, которые показывают в самолетах, где сидят дети, и те же дети видят порно, когда проходят мимо газетных киосков. Интернет-фильтры слишком сложны, чтобы все родители могли разобраться в них и установить их. Таким образом, порнография вторгается в воображение детей и просачивается во все популярные развлечения. А сами родители не достаточно свободны для того, чтобы привить своим детям представление о правильной модели сексуального поведения и объяснить, что это не та модель, которая постоянно маячит у них перед глазами. На карту поставлено много денег, но одна из главных причин, по которой никто не сопротивляется колонизации общественного пространства порнографией, — даром что до 1960-х гг. в результате активных общественных дебатов были установлены определенные ограничения на непристойные материалы — это та, что порнозависимость служит сохранению статус-кво. Порно заставляет людей спать — в концептуальном, политическом, а также эротическом смыслах.

Консерваторы всегда боялись настоящего сексуального пробуждения, потому что оно способно сподвигнуть людей на сопротивление всем видам политического, классового и социального притеснения. Эрос всегда вел к духовному подъему. А порнография — это наркотик, это препарат, который подавляет индивидуальность, воображение и удовольствие, а не активизирует их. В конечном итоге, как это ни дико, порнография приводит к отказу от секса.

Сексуальные революционеры 1960-х гг. позиционировали порнографию как великую освободительницу либидо — разоблачительницу того, что раньше считалось в сексуальной сфере «позорным». Но — величайший из величайших парадоксов — мы обнаруживаем, что в долгосрочной перспективе порно снижает, а не повышает либидо. Его влияние на мужскую потенцию губительно, порно буквально «выводит орудие из строя», а его воздействие на вагину уничтожает ее эротический потенциал, что означает, кроме всего прочего, уничтожение творческого потенциала, присущего каждой женщине.

Часть 4

Божественная матрица

13. «Возлюбленный — это Я»

Сидящая на лотосе, с лотосом в руке, является Лакгими, богиня… едущие на колесницах богини появляются…

— «Деви-кавача», индуистское священное писание

Ну, так что вы ответите мне, la plus belle Katharine Du Monde, топ tres cher et devin deesse[23]?

— Уильям Шекспир. Генрих V, V: 2

Давайте еще раз вернемся в 1970-е гг., когда феминизм Бетти Додсон и Шир Хайт и популяризация порнографии Хью Хефнером и его последователями создали современную западную модель женской сексуальности.

Эта феминистская модель вагины, на которую повлияла индустрия порнографии, сформировала взгляды женщин моего поколения. Вагина понималась в первую очередь как орган для получения сексуального удовольствия. Основное внимание уделялось технике мастурбации — индивидуальной, а также навыкам, которым нужно научить партнера. Именно так — с точки зрения механики оргазма — рассматривали вагину феминистки и производители порнографии.

Но при всей важности техники эта модель оставляет желать много лучшего в плане значимости вагины. Из нее исключены связь вагины с духовностью и поэзией, искусством и мистикой и контекст отношений, в которых оргазм присутствует или не присутствует. И, конечно, она оставляет в стороне более широкий вопрос о том, как мастурбирующая женщина относится сама к себе.

Модель сильной женщины по Додсон принесла много хорошего, но также и плохого. Хорошее заключается в том, что феминизм той эпохи был вынужден разорвать ассоциативную связь между сексуальным пробуждением гетеросексуальных женщин и их зависимостью от мужчины. А вред заключается в том, что в итоге эта ассоциативная связь исчезла. «Женщине нужен мужчина так же, как рыбе — велосипед», — гласила популярная наклейка на автомобиль в эпоху феминизма образца 1970-х. Феминистская модель гетеросексуальности предполагает, что женщины могут трахаться так же, как мужчины, или вообще обходиться одним большим вибратором. Это сугубо технический подход к вопросу получения удовольствия, который вызвал к жизни целый набор новых недостижимых идеалов, навязанных исходя из самых лучших побуждений — «освободить» женщин. Феминизм также уклонился от гораздо более сложных вопросов о том, какой должна быть освобожденная гетеросексуальная женщина и как признать глубокие физиологические потребности в связи с мужчинами. Природой было задумано, что в идеале у нас должен быть партнер по танцу. Если его нет, тогда мы должны сами любить себя и заботиться о себе. И если просто заявить, что отныне мы будем танцевать по-другому, это не решит экзистенциальную дилемму гетеросексуальных женщин и не снимет противоречие между нашей потребностью в зависимости и потребностью в независимости.

Вред такой модели женской сексуальности в том, что она совпадает с нездоровой тенденцией коммерческой культуры рассматривать людей, в том числе «сексуально освобожденных женщин», как изолированные, эгоцентричные единицы. При этом удовольствие воспринимается как что-то, что можно приобрести, наподобие того как мы приобретаем дизайнерские туфли, а не как средство глубокой близости с другим человеком или с самим собой и не в качестве перехода в более высокое, более творческое измерение, путь к полной самореализации, нечто, влияющее на все аспекты жизни человека.

Последние данные, собранные в 2009 г. социологом Маркусом Бакингемом и полученные в результате исследований, проведенных в разных странах мира, показывают, что женщины на Западе заявляют о постоянном снижении уровня счастья и удовлетворенности жизнью даже при том, что степень их свободы и возможностей по отношению к мужчинам возросла [1]. Представители и феминизма, и антифеминизма пытались найти решение этой проблемы. Первые пытались убедить всех в том, что причина кроется в неравенстве, разнице в заработной плате на рабочем месте и в домашней работе «во вторую смену», но исследования были скорректированы с учетом дискриминации по половому признаку, а результат остался прежним. Ну а вторые, разумеется, утверждали, что во всем виноват феминизм, который заставляет женщин вопреки их природе добиваться успеха в профессиональной сфере.

Я, однако, думаю, что, судя по огромному количеству данных о том, в чем женщины нуждаются в психологическом плане и чего они в массе своей, как правило, не получают, все дело в имеющейся модели сексуальности. Эта пост-Додсон, пост-Хефнер, постпорно модель — замужем-вечно-спеша-щая-двое-детей-карьера или молодая-одинокая-пьяная-с-незнакомецем-в-баре-или-в-комнате-в-общаге — в долгосрочной перспективе оказалась с точки зрения физиологии совершенно несостоятельной. Она сформировалась под давлением не вполне развившегося феминизма 1970-х, рынка, который предпочитает видеть нас заваленными работой и почти лишенными секса, и порнографии, навязывающей ускорение сексуальной стимуляции. В конечном итоге эта модель обрекает женщин на эмоциональную напряженность, связанную с напряженностью физиологической. Она не приносит им ни физического, ни эмоционального, ни экзистенциального удовлетворения. Больше того, она наносит ощутимый ущерб и западным гетеросексуальным мужчинам, но эта тема заслуживает отдельной книги.

Теперь, когда мы знаем, что вагина является вратами счастья и творческого расцвета женщины, мы можем создать совершенно иную модель женской сексуальности. Так появляется «божественная» модель, основанная на «божественной матрице» — наборе поведенческих приемов, которые должны предшествовать или сопровождать занятия любовью. Но где можно найти такую модель в современной жизни?

Мои поиски «божественной» модели привели меня сначала в прошлое, к историческим различиям между восточным и западным отношением к женской сексуальности. Конечно, на Востоке женщины занимали подчиненное положение так же, как и на Западе, но как минимум в двух культурах — в Индии около 1500 лет назад и во времена династии Хань в Китае около 1000 лет назад — женщины наслаждались относительной свободой. Эти две культуры считали вагину живительной и священной и полагали, что душевное равновесие и здоровье мужчины зависит от правильного и хорошего обращения с женщиной и ее вагиной. Похоже, что они понимали те принципы женской сексуальной реакции, которые современная западная наука начинает познавать только сейчас.

Тантра, которая с санскрита лучше всего переводится как «доктрина», появилась в средневековой Индии. Она рассматривает Вселенную как проявление божественного сознания в состоянии приятной игры, которая выражена через баланс женской и мужской энергий: шакти и шивы. Развиваясь, подвид тантры использовал сексуальность как путь к реализации Божественного. В тантре вагина является средоточием Божественного, и жидкость (куладравья), или нектар (куламрита), которая помогает посвященным достигать трансцендентности, воспринимается как естественно вытекающая из чрева женщины. Тантра даже рассматривает источник женской вагинальной жидкости (особенно женского эякулята, или амриты) как нечто имеющее божественное происхождение.

Со II в. н. э. и до конца 1700-х гг. в Китае развивалась даосская традиция сексуальной практики и сексуальной философии, базирующихся на внутренних связях. В Дао вагина также рассматривалась как нечто животворящее и божественное. Мужчинам рекомендовалось заботливо и с большим мастерством доводить женщину до оргазма, чтобы извлечь пользу из активизации женской энергии инь. Пенис считался средством извлечения живительных веществ из вагинального сока женщин. Мужчины изучали тексты по классической сексуальной йоге («образование для пениса»), чтобы уметь сексуально удовлетворять своих жен и наложниц при помощи длинной прелюдии и тщательно просчитанного проникновения, поскольку личная и космическая гармония, а также рождение здоровых детей были невозможны без женского сексуального экстаза.

Историк Дуглас Уайл описывает это в своей книге «Искусство в спальне: Классическая сексуальная китайская йога» (Art of the Bedchamber: The Chinese Sexual Yoga Classics) так: «В первую очередь мужчина должен отложить свой оргазм из-за различий в степени возбуждения между “огнем и водой”, а также обеспечить полное удовлетворение женщины». Дальше Уайл рассказывает о даосской философии следующее: «Женщина, как говорят, любит медлительность и продолжительность и не приемлет спешку и насилие… Женщина выражает свое желание через звуки, движения и знаки. По типу своей сексуальной реакции она относится к водной стихии, “медленно возбуждающейся и медленно остывающей”… Длительная прелюдия всегда представлена как предварительное условие достижения оргазма» [2].

Согласно даосским текстам, женская сексуальная энергия сильнее, чем мужская, и потому половое воспитание мужчин было направлено на то, чтобы преодолеть эту врожденную дисгармонию. Техники, которым их обучали, помогали контролировать себя и извлекать из женщины целебную «нефритовую жидкость».

В даосском учение о сексе считалось, что женщины способны вырабатывать и выделять целебные жидкости из разных частей тела, в том числе из-под языка, из груди и из влагалища. Целью мужчины было, ради укрепления своего здоровья, стимулировать выделение этих драгоценных жидкостей. Даосский священный текст «Великое лекарство трех вершин» объясняет, что из женской груди можно извлечь «нефритовый сок», и если мужчина будет пить его, то это благотворно подействует на его селезенку и спинной мозг. Путем сосания сосков женщины он также «расслабляет как тело женщины, так и ее разум». Это действие стимулирует и «таинственные врата», которые расположены ниже, в результате чего из тела выделяются жидкости и энергия. «Из трех объектов поглощения, — пишет автор, — этот — ваша первая задача». Во время полового контакта эмоции женщины возбуждают сексуальное желание, ее щеки становятся пунцовыми, а голос дрожит. В это время ее «врата» открываются, энергия высвобождается, и влага истекает. Мужчина должен извлечь своего «нефритового преследователя» на 2,5 см или около того и принять позу «даю и получаю» — тогда он впитывает энергию и поглощает выделения женщины, укрепляя тем самым свою «первичную энергию ян» и питая свой дух [3].

Этот подход, столь чуждый нашей культуре, дает много пищи для размышлений. Если считать, что вагина и выделения из нее во время орального секса оказывают целительное действие на партнера, если тот, в свою очередь, знает, что главная его задача во время занятий любовью — помочь партнерше полностью расслабиться, то женщина освобождается от комплексов, которыми страдают многие из нас на Западе: когда нам оказывают сексуальное внимание, мы беспокоимся о том, как много времени нам потребуется для достижения оргазма, и боимся быть обвиненными в сексуальном эгоизме. Следующая за таким актом релаксация, как мы уже знаем, является ключом к сексуальному раскрытию женщины.

Исламская культура, которая, согласно западным стереотипам, считается репрессивной по отношению к женщинам, также имеет богатую традицию эротической литературы и пристального внимания к вагине. В классическом эротическом произведении XVI в. «Ароматный сад» упоминается не менее 20 различных видов вагины: «кусачая», «большая»» «расщелина», или «тугая йони очень худой или костлявой женщины» без «признаков плоти», «красивая, белая, упругая, пухлая» и «как сводчатые купола». «Аль хеззаз», или «беспокойной», называлась та вагина, которая «в нетерпении двигается» у «женщины, изнемогающей от недостатка сексуальных игр». Кроме того, есть вагина «глубокая», всегда «с открытым зевом», есть «пухлая», есть девственная вагина, которая впервые участвует в половом акте. «Аль талеб», или «алчущая» — это вагина «женщины, которая слишком долго воздерживалась» или которая от природы желает секса больше, чем ее партнер. Наконец, там описывается «мягкий, соблазнительный, совершенный» и приятно пахнущий половой орган молодой женщины; пухлый и округлый «с длинными губами и роскошной щелью». В этой культуре увидеть во сне женскую вульву считалось хорошим предзнаменованием. Человек, который увидел такой сон, должен был знать, что:

…если он находится в затруднительном положении, Бог избавит его от трудностей; если он находится в затруднении, то скоро все разрешится, и, наконец, если он в бедности, то скоро станет богатым.

Лучше всего, если вульва приснилась раскрытой… Если она раскрыта таким образом, что туда можно заглянуть и хорошенько рассмотреть, или если она скрыта, но доступ к ней открыт, то тот, кому это приснилось, сумеет успешно завершить самые сложные дела после первых неудач, при этом ему окажет помощь человек, о котором он даже не думал.

Поскольку увидеть во сне вульву — это хороший знак, то видеть во сне соитие — это тоже хорошее предзнаменование, и того, кто видит себя участником соития, ждет успех во всех его делах… [4].

Не все эти названия поэтичны или имеют положительную окраску, но они демонстрируют незападную традицию сложного многоуровневого мужского культурного внимания к особенностям и эстетике вагин, их настроению, аппетитам и взаимосвязи с жизнью женщины и очень незападное понимание того, что вагины многообразны, индивидуальны и имеют собственную волю и желания.

На фоне множества сексуальных проблем, которые, согласно результатам исследований, до сих пор одолевают западных женщин даже после «сексуальной революции», мое внимание привлекла тантра и связанные с ней даосские традиции, которые рассматривают вагину совершенно иначе, чем принято на Западе. Мне стало ясно, что тантра может дать ответ на вопрос о том, как правильно понимать женскую сексуальность, особенно с точки зрения связи мозг — вагина. Исторический опыт, а также современные исследования нейробиологов указывают на центральную роль «точки 0», или, оперируя тантрическими терминами, «священной точки», в обеспечении связи между сексуальностью женщины и ее сознанием. В тантре понимание «священной точки» имеет фундаментальное значение для понимания природы «божественного», которое рассматривается как присущее каждой женщине.

Итак, в поисках клада тантрической мудрости я отправилась на один из самых известных и авторитетных семинаров по тантре, посвященный как раз массажу «священной точки». Этот двухдневный семинар вели Чарльз Мьюир, чей громкий голос в записи заставил вздрогнуть студентов в библиотеке колледжа, и его бывшая жена Кэролайн Мьюир (пара мирно рассталась). Они проводят семинары по массажу «священной точки» уже 25 лет.

Признаюсь, до того как я приняла участие в семинаре Мьюиров, я думала о тантре с опаской. Все сокровища, которые сулило ее изучение, обесценивались в моих глазах эзотерической тарабарщиной, произносимой ее бородатыми адептами. Я не сомневалась в том, что, изучая тантру, можно узнать что-то интересное и полезное, но меня, чрезмерно загруженную западную женщину, пугали те усилия, которых это могло потребовать и от меня, и от моего ничуть не менее загруженного делами партнера. К тому же было неясно, смогу ли я сформулировать основы того, что тантра знает о женской сексуальности, и рассказать об этом в доступной форме тем женщинам, которые не хотят тратить много времени на постижение новой жизненной философии.

* * *

В те выходные семинар проводился в центре города, в крупном отеле, который, хотя и выглядел прилично, все же явно знавал лучшие времена. За два дня 40 участникам мужского и женского пола предстояло изучить тантрические навыки, нацеленные на то, чтобы сделать женщину счастливой. В субботу вечером после целого дня разговоров и инструктажа женщины ходили среди собравшихся участников и выбирали мужчину или нескольких мужчин, которые будут ночью делать им массаж «священной точки» в номере отеля. Техника массажа была предварительно изучена мужчинами на сугубо мужском семинаре под руководством Чарльза Мьюира. Тема семинара? «Массаж священной точки — это все о женщине».

Дискуссия показала, что такая модель — когда мужчина-тантрист полностью сосредотачивается на высвобождении женской сексуальной и эмоциональной энергии, во всей ее изменчивости и дикости, а женщина получает то, что он ей дает, и не заботится о взаимообмене — перевернула представления всех участников семинара. Люди, которые прошли тренинг, описывали этот опыт как изменивший их жизнь и выходящий далеко за пределы «просто» сексуального аспекта. Похоже, это подтверждало все то, что я узнала о нейрофизиологических потребностях женщин.

В субботу, в первой половине дня я присоединился к группе участников семинара за ланчем в близлежащем вегетарианском индийском ресторане. Я увидела сообщество мужчин и женщин, среди которых были и те, кому еще не исполнилось 30, и те, кому уже перевалило за 50. Они сосредоточенно беседовали, и казалось, над столом витал дух эротизма, словно мираж, возникший в пустыне. Я включилась в их разговор с его в высшей степени возбуждающей атмосферой и попыталась понять, что же делает ситуацию такой необычной. Догадка пронзила меня словно удар молнии: все эти мужчины смотрели женщинам прямо в глаза и — по крайней мере складывалось такое впечатление — усиленно оказывали им внимание.

При этом я заметила еще кое-что: в то время как все женщины были довольно привлекательными, многие мужчины вовсе не отличались красотой. Но тем не менее они очаровывали женщин. Возможно, мужчины с непривлекательной внешностью рассчитывали на то, что дополнительные навыки, полученные на таких тренингах, как этот, дадут им дополнительные очки в завоевании женщин? Я не могла не заметить, что все эти далеко не красавцы обращались к женщинам, какими бы привлекательными те ни были, на редкость уверенно — без высокомерия, но с таким видом, будто они знают себе цену. Высокий дядька, к карману рубашки которого были прицеплены авторучки, уверенно обращался к ухоженным, холеным дамам. Седовласые пожилые мужчины смотрели в глаза женщинам всех возрастов. Мужчины всех возможных типов, разного роста и в разной физической форме — все были исключительно внимательны к женщинам и излучали спокойствие и уверенность в себе. Благодаря этому независимо от своих природных достоинств или недостатков все они казались необыкновенно обаятельными. И я подумала: поразительно, как знание техники массажа священной точки влияет на мужское чувство уверенности в себе.

У меня завязался разговор со скромным темноволосым предпринимателем из Австралии, женатым на бельгийке. Он в прямом смысле этого слова пролетел полмира, чтобы принять участие в семинаре: оказалось, его жена после 24 лет брака призналась, что больше не испытывает к нему сексуального влечения. Она, пусть и запоздало, раскрыла свою сексуальность, и это пробуждение стало катастрофой для них обоих: она томилась сексуальной жаждой, которую он не мог удовлетворить. Я была поражена тем, с какой прямотой этот человек подошел к решению проблемы, которая встала перед их парой.

«Я люблю свою жену, — сказал он, — и поэтому живу надеждой на то, что наши дела выправятся. Это было очень болезненно. Но эта поездка — уже большой шаг».

Желая спасти свой брак, этот мужчина приехал сюда, на семинар по массажу священной точки, чтобы узнать, что можно сделать для того, чтобы между ним и его супругой вновь вспыхнул огонь страсти.

Тантра, по его словам, уже помогла им. «Мы начали с исцеляющих прикосновений — это техника массажа, не имеющая отношения к сексу», — признался он, выказав поразительную готовность делиться своими соображениями: он и бровью не повел, когда я достала желтый блокнот и ручку. «Это способ взаимодействия без ожидания и требования секса. Чувствовать прикосновения, не носящие ярко выраженного сексуального характера и самому прикасаться в ответ — это очень мощная техника», — пояснил он. Тантрический подход с использованием такого «несексуального» массажа помог ему «очень сблизиться с женой». Их брак, сказал он, со временем стал просто иллюзией — «не настоящим браком в части интимной любви. Живя в соответствии с ожиданиями окружающего нас мира, мы были заняты семейными хлопотами, воспитанием детей. Я всегда был теплее, тем, кто отдает, она была холоднее. Это здорово, что тантра наконец поможет ей научиться принимать — в сексуальном плане и вообще».

«Я здесь, — продолжал он, — потому что хочу узнать больше об искусстве любви. Я хочу освоить это умение. И мальчики, и мужчины, мы больше научены тому, как достигать эякуляции, чем тому, как наслаждаться моментом. Нас учат, что чем чаще, тем лучше. Мысль о сокровенной близости возникает у нас в последнюю очередь, тогда как это именно то, к чему нужно стремиться».

Другой мужчина, у которого я брала интервью, тоже сказал, что стремится к несексуальной близости и это желание легло в основу его тантрического подхода. Мы разговорились после того, как я заметила, что он озорно улыбается, глядя на меня. Он был совершенно лысым и коренастым и в то же время отличался обезоруживающе очаровательной манерой общения. Я сложила руки на груди и сообщила о том, что я журналист — это универсальный антиафродизиак, — а потом спросила, что привело его сюда в эти выходные.

Он улыбнулся еще шире.

Оказалось, что он уже четыре раза участвовал в семинаре и пришел снова, потому что, как он сказал, «мои любовницы говорят мне, что я становлюсь все лучше и лучше».

«В чем же секрет?» — спросила я его. Трудно было удержаться от улыбки, глядя на его мальчишескую браваду.

«Я передаю энергию, любовь и привязанность через прикосновения, не делая при этом чего-то нарочито сексуального, — сказал он. — Это относится, скорее, к искусству наслаждаться моментом, чем к желанию просто “получить это”. Поддерживать и ощущать связь, а не идти запрограммированным путем, чтобы угодить той или другой или порадовать самого себя. Каждый мужчина должен еще в двадцать лет научиться тантрическому подходу».

Я спросила его, почему он начал изучать именно эти техники.

«Я понял, что сексуальная близость без любви приводит к опустошению. Я больше не хочу этого. Я открыл для себя, что суть всего вовсе не в эякуляции».

И дальше он стал объяснять мне тантрический подход к женскому желанию: «Если быть внимательным и не зацикливаться на себе — как может не получиться?» Он сказал, что мужчины часто жалуются на женскую эмоциональную неустойчивость. Но массаж священной точки помогает женщинам стабилизировать эмоциональное состояние: «Если вы помогаете женщине излить свои эмоции, как могут отношения с ней не сложиться? Женщины [которым мужчины делают массаж священной точки] лучше владеют своими чувствами, не зацикливаются и не ноют на тему вроде “Ты никогда не обращаешь на меня внимания”.

Вы максимально внимательны, спрашиваете, можно ли войти. Преподаватели тантры рассказывают о том, сколько нервных окончаний находится в вагине, большинство из них — в первых двух с половиной сантиметрах. Вы уделяете больше внимания. Это совершенно другой опыт. Вы учитесь ценить это место, а не просто пытаться проникнуть как можно быстрее и глубже… Что такое порно? Глубже, быстрее, финал. А тантра проповедует другой подход: медленно, проникновенно, изучая каждый сантиметр».

«Как вы считаете, понимают ли мужчины в нашей культуре значение вагины?» — спросила я.

«Наши мужчины не понимают значения ни пениса, ни вагины, — ответил он. — Как часто они занимаются самоиз-учением? Вошел, кончил, вышел. Большинство наших чувствительных точек тоже расположены на поверхности — в так называемой короне. Чарльз Мьюир рассказывает о семи участках пениса, каждый из которых относится к определенной чакре. Но мужчины в нашей культуре не учатся контролировать даже ту сферу, которая относится к их собственному удовольствию. Оргазм может быть более продолжительным — некоторые ощущают его в течение нескольких дней. Вы думаете, многие мужчины в нашей культуре знают о том, что стимулировать священную точку у женщин можно разными способами — круговыми движениями или под разными углами? Зачем этому учиться? — Он рассмеялся. — Угол, глубина, ритм: каждый нюанс вызывает разную реакцию. Даже тогда, когда пенис не находится в эрегированном состоянии, вы можете раздвинуть им губы. Даже если у вас нет эрекции в этот момент, вы исследуете… Это игра, и она может стать одним из самых впечатляющих и запоминающихся моментов. Тем более в наше время, когда молодые люди черпают свои знания из порно. Вы смотрите, как люди принимают разные, довольно странные позы. Под воздействием всех этих образов вы начинаете воспринимать свою партнершу как пару грудей и ног и сравнивать ее с другой грудью и другими ногами. Вы подпадаете под власть этих сравнений, а себя самого сравниваете с сотнями других парней, у которых члены по двадцать пять — тридцать сантиметров.

Мужчины не много говорят о сексе, то есть о технике, деталях, эмоциях. Ты можешь сказать “Ого, это было настоящее сумасшествие”, но ты не будешь разговаривать о том, что действительно стоит знать о женщинах. И большинство мужчин не знает об этом. Этого в нашей культуре нет».

Я спросила своего нового друга-тантриста, что приходит ему на ум, когда он думает о вагине. Как и многие другие люди, которым я задавала этот вопрос, он сначала рассмеялся. А потом сказал: «Это великолепно! Это замечательно, весело — это тайна, которую нужно раскрыть. Магическое место, которое дарит удовольствие, наслаждение, а порой заставляет смутиться, если она не достигла оргазма. Мы, ребята, очень увлекаемся процессом, и иногда получается по принципу “Но ведь в прошлый раз это сработало!” Но это замечательное место, колдовское!»

Мой собеседник продолжал размышлять: «Если бы женщины знали себя лучше, они могли бы объяснять, что с ними происходит, — самой себе или партнеру, чтобы эффект был еще сильнее. Было бы по-настоящему здорово, если бы больше женщин сообщали о том, чего они хотят, предлагая или одобряя какие-то действия».

* * *

В субботу вечером я вошла в парадный зал отеля, где происходил выбор партнеров для массажа священной точки. Мое любопытство было здорово подогрето сегодняшними разговорами с участниками семинара.

На стене у сцены висел рисунок на ткани, выполненный в тибетском стиле танка. На нем была изображена богиня Шак-ти, стоящая в перевернутом треугольнике, универсальном символе женского начала. У Шакти были длинные черные волнистые волосы, в каждой из четырех рук она держала раскрытые розовые лотосы, ее окружал нимб. Она выглядела как более земная сестра лучезарной Девы Марии из Нового колледжа.

В помпезном, но немного обшарпанном зале для торжеств, расположенном в подвале отеля, установили подиум, сам зал украсили желтыми розами, а по полу разбросали удобные подушки. Женщины и мужчины всех возрастов лежали или сидели на них, внимательно слушая. Чарльз Мьюир стоял на подиуме, читая лекцию о том, как мужчины должны обращаться с «йони». Он отметил те же общие моменты, что и Майк Лусада во время нашего разговора, и те же, что я слышала на аудиозаписи Мьюира: ласка, терпение, уважение, забота, внимание.

«Существует точка, которая называется йони-нади, — сказал он, — у женщин она находится внутри. Под лобковыми волосами расположена лобковая кость. На обратной стороне лобковой кости, если вы проникаете внутрь вагины, сделайте круговые движения пальцем — там расположена эректильная ткань, которая способна набухать. Когда эта область активирована, точка поднимается на поверхность и вызывает вагинальный оргазм. Это точка, которая соединена с вашим мозгом, — так много там нервных цепей. Это — Южный полюс клитора, который, в свою очередь, является северной стороной ее сексуальной энергии. [Я хотела бы отметить, что эта формулировка подтверждается новейшими западными анатомическими открытиями о фактическом отношении клитора к точке С — они являются Северным и Южным полюсами одной и той же анатомической структуры.] Мы останавливаемся на клиторе, потому что там сосредоточено столько точек удовольствия. Но с другой стороны клитора находится точка в».

Во время семинара я заметила, что всякий раз, когда мы обсуждали массаж священной точки, о нем говорилось скорее как о практике высвобождения эмоций, нежели как о средстве достижения удовольствия. Кэролайн Мьюир объяснила, что Чарльз будет учить мужчин, «как вести себя с женщиной, чтобы она освободилась от всего, от чего должна освободиться, и быть твердым в своей любви, даже если она злится на него и бушует… Мужчины будут обучаться этому искусству сексуального исцеления… Поощрение, разрешение и приглашение со стороны мужчины к тому, чтобы женщина выразила все, что она чувствует, — это шаг к удивительной прелюдии, потому что она будет знать, что действительно может доверять партнеру. Почти каждая женщина была когда-то так или иначе травмирована мужчиной, и ей нужно поверить в то, что мужчина может воспринимать ее тело и йони не просто как нечто, что можно отыметь. Руки, сердце, губы, душа мужчины должны принести ей исцеление».

А Чарльз Мьюир добавил, обращаясь к мужчинам: «Ваше послание таково: “Сегодня вечером я буду служить тебе. Независимо от того, как ты выглядишь и какого размера твоя грудь, я буду служить Богине внутри тебя”. А женщины должны будут задаться вопросом: “Хочет ли Богиня, чтобы я выбрала одного из этих мужчин для массажа священной точки?”» Мужчины оживились.

«Наука говорит, что мозгу требуется примерно две недели, чтобы запечатлеть новую информацию на органическом уровне и сформировать новые нервные пути. Я говорю: чушь собачья! Эта точка — место соединения огромного количества нервных окончаний, идущих в мозг. Перерастет ли это во что-то серьезное? Это целитель, а не любимый. Это рука на одну ночь![24]» В зале раздался смех.

Чарльз Мьюир вывел мужчин — они все должны были собраться в номере 1750. «Когда они вернутся, они будут знать, что к чему, — он улыбнулся остающимся в зале женщинам. — Вы сможете взглянуть на них новыми глазами».

Мужчины толпились позади Мьюира. Когда я увидела, как они выходят — группа мужчин, которые собрались, чтобы посмотреть откровенно сексуальное видео о женском теле, мне показалось, что они отличаются от любой другой группы мужчин, собравшихся поразвлечься на ночь глядя. Казалось, что они — я не знаю, как выразить это иначе, — хотят постичь женское тело, но то, как они это делают, не только сексуально, но и полно уважения.

После того как мужчины вышли, на сцену поднялась Кэролайн Мьюир — сексапильная блондинка в возрасте чуть за 40. На самом деле ей недавно перевалило за 60, и когда это выяснилось, у нашей чисто женской группы перехватило дыхание.

В тот вечер ее голова была покрыта буйными кудряшками, она была одета в свободный топ розового цвета, узкие белые джинсы и легкие босоножки. Ногти на ногах были также окрашены в розовый цвет.

«Да, мы балуем Богиню», — начала Кэролайн Мьюир и затем перешла к дискуссии о «женском эякуляте» — ужасное определение для жидкости, которая выделяется во время оргазма из уретры многих женщин. На санскрите она называется амрита. «Амрита приходит из небесных сфер, — пояснила Кэролайн в соответствии с тантрической традицией, — и через наше тело поступает во влагалище. Энергия опускается все ниже и ниже. Вы можете дать ей выход, если при вас есть полотенце. Вы можете нанести ее себе на лицо. Он может выпить ее и испытать сильное возбуждение: надо сказать, что, с точки зрения мужчины, оральный секс — не лучшая идея для позднего вечера: он будет слоняться по дому без сна, а вы — спать как ребенок».

«Почему? — спросила женщина в желтом. — Там содержится кофеин?» — «Потому что это ваша жизненная сила. Порнофильмы низвели это от священного опыта до “Я слышал, ты сквиртуешь”. Но лично я никогда не “сквиртую”, — сказала Кэролайн с некоторым высокомерием. — Я источаю много амриты, божественного нектара».

Я села на подушку и подумала, что все это выглядит все более странно и таинственно.

«Тантра, — поясняла тем временем Кэролайн, — говорит, что вы упускаете лодку любви, если живете левым полушарием головного мозга, потому что любовь — это мистический опыт, который возможен только в правом полушарии. Мы проведем ньясу в том месте нашего тела, которое называется йони-нади. Это даст нам доступ к ядру энергии второй чакры — той точке, которую тантристы-мужчины нажимают для контроля над эякуляцией. Я предположила, что у женщин есть такая же область, и в “свингующие шестидесятые” встретила своих первых женщин, способных эякулировать и испытывать множественные оргазмы.

Я наблюдала, как мои подруги просыпались! Я наблюдала за тем, как женщины оживают, как у них проявляются сумасшедшие эмоции. Я наблюдала за тем, как они переходят от онемения к пробуждению или оргазмам — к живительным оргазмам, к танцам в небесах. Когда выпускаешь энергию второй чакры, возникает эта страсть к жизни: к вашим детям, к работе — и вы обретаете способность сохранить эту страстность на всю жизнь».

Теперь, когда в зале остались только женщины, в нем возникла интимная атмосфера, подходящая для обсуждения женских секретов.

«Массаж священной точки начнет пробуждать то, что дремлет в вас, — говорила Кэролайн Мьюир женщинам, которые сидели вокруг нее на подушках, как будто на ночных посиделках. — Стимуляция клитора — это то, что люди и так обычно делают, но вместе с точкой в, или священной точкой, которая опять же тесно связана с клитором, мы погрузимся в самые глубины вашей сексуальности. Массаж священной точки, — продолжала она, — активирует вторую чакру и изгоняет наслоения сексуальных воспоминаний прошлого. Все то, что необходимо отключить — вина, страх, стыд, уйдет через эту чакру. И вы научитесь заниматься любовью у мужчин, которые никогда не учат заниматься любовью. В этом массаже главный вопрос таков: какую часть души мы будем задействовать?

25 % мужчин во время массажа священной точки, когда касаются влагалища в первый раз, не чувствуют ничего особенного. Половые губы — это как приехать в штат Юта: “Здесь ничего не происходит”. Они онемели, они спят. Но проходит полчаса, и та же йони — это Рио-де-Жанейро! Марди Гра!

Это места [влагалище, половые губы], где кроются паранойя и недоверие. Вам, девочкам, не говорят, когда вы касаетесь себя: “Вложите в вашу йони свою любовь”. Практикуя этот массаж, вы растворяете все плохое, что вобрала в себя ваша йони за всю свою жизнь».

Это было все то, о чем мне рассказывала доктор Коди: мультисистемная дисрегуляция на примере вагинальных болей; нарушение регуляции во всех системах, вызванное сексуальной травмой, стресс, который влияет на вагинальные ткани даже у самок крыс, результаты клинических исследований доктора Берка Ричмонда о том, что сексуальная травма может вызвать нарушение регуляции восприятия. Все это подтверждалось тантрическими текстами, правда, в более поэтической форме. То, что вагина обладает богатым банком памяти и, да, своей собственной телесной и эмоциональной биографией, в настоящее время подтверждено двумя различными культурными парадигмами.

А Кэролайн Мьюир продолжала: «Клитор имеет аналогичные с половым членом потребности: он хочет разрядки. После этого вы чувствуете себя лучше. Мы уже знаем, как разогреть его и по возможности достичь оргазма прежде, чем достигнет оргазма мужчина.

Раньше мне удавалось испытывать только клиторальный оргазм. Вагинальный оставался для меня загадкой, хотя подруги говорили мне: “Вау, это как День независимости!”… Мы открываем для себя сексуальное наслаждение — и чувствуем себя замечательно. Но ваша мама или религия заставляют вас стыдиться этого. Женское удовольствие не пиарят в СМИ, не пропагандируют и не учат мужчин тому, как подарить его вам.

Когда вы начинаете пробуждаться изнутри, ваше священное место открывает вам правду о вашей божественной женской природе. Когда вы узнаете и полюбите свое божественно женское “Я”, оно станет для вас дороже всего на свете. Оно уже никогда не оставит вас, оно станет сутью вашей личности. Когда священная точка и клитор пробуждаются, все сразу меняется. Это не просто помогает достигать оргазма, это показывает, что все работает хорошо. Благодаря этому массажу многие женщины испытывают намного больше вагинального удовольствия, они просыпаются. Вы видите свет более ясно, если вымоете окно. Этому не научат в Sex Ed 101: “У вас есть йони, и вы должны знать, что это — не просто киска”».

Кэролайн Мьюир демонстрировала технику массажа священной точки, делая круговые движения указательным и сред-ним пальцами левой руки. Она показывала, как правая рука работает с клитором, а левая идет внутрь, к священной точке.

«Пенис требует немного более интенсивной стимуляции, чем йони, он грубее, а мы более нежные, словно лепестки роз. — Она указала на цветы перед ней. — Вы же не хотите повредить лепестки, раскрывая бутон?

Если вы гетеросексуальны, то вы не исследовали других женщин. Но если у вас есть возможность вместе с подругой исследовать йони и убедиться в том, что ваша выглядит так же и чувствует то же, что и другие, это будет очень важным обрядом. “Ух ты, твоя действительно крошечная, я с трудом могу найти твои внутренние половые губы!” — “Ничего себе, твои внутренние половые губы такие сладострастные!” Нам нужно благословить йони с позиций женщины.

Вот что мы внушаем себе:

1. Я знаю, что не кончу.

2. У меня недостаточно смазки.

3. Ему наверняка скучно.

4. Он наверняка хочет все побыстрее закончить.

5. Я уверена, что отвратительно пахну.

6. Он считает мою йони омерзительной.

Все это мы придумали для того, чтобы убедить себя в том, что мы некрасивы и нежеланны.

Мужчины сегодня ночью не будут раздеваться. Они должны будут уйти через полтора часа. Это все для вас».

Потом Кэролайн Мьюир начала отвечать на вопросы.

Первой заговорила женщина с татуировками на бицепсах и красной банданой на шее: «У меня оргазм стал не таким, как раньше, нетрадиционного типа — не сокращения определенных мышц, а словно волны пульсаций по всему телу». Она подняла руку и сжала ее в кулак, словно желая продемонстрировать «традиционный тип».

Кэролайн Мьюир ответила: «Это волны энергии оргазма. Когда вам двадцать, у вас мощные, быстрые оргазмы. Когда вы становитесь старше, они смягчаются, но становятся интенсивнее.

За прошедшие годы нервные связи между гениталиями и мозгом окрепли. Их стало больше, и поэтому ощущения изменились». — «Но мне жаль прежних ощущений, — сказала татуированная женщина. — Я хочу испытывать оба вида оргазма». — «Происходящее с вами совершенно нормально, — успокоила ее Кэролайн. — Кроме того, у многих двадцатилетних женщин еще нет детей, поэтому их энергия не расходуется на их воспитание».

Потом слово попросила смуглая женщина с длинной косой, одетая в дорогой спортивный костюм: «Мне тридцать четыре. После двадцати пяти лет я перестала испытывать мощные оргазмы. Я была в отношениях с сексуально озабоченным… Я постоянно использовала вибраторы, в течение многих лет, каждый день. Могла я что-то повредить в себе? Ведь это длилось годами. Могу я вернуть прежние ощущения?»

Она заплакала.

Я была поражена — как раз в это время я начала получать письма по электронной почте от людей, которые знали, что я пишу о нарушениях в сексуальной сфере, возникающих в результате злоупотребления порно и вибраторами.

Кэролайн Мьюир ответила мягко: «Каждый раз, когда мы привыкаем к скорости вибратора, а затем пытаемся действовать пальцами, требуется перестройка».

Высокая блондинка погладила руку плачущей женщины.

«Вибратор — это молодая, горячая, быстрая энергия. Йони это не нравится». — «То есть вы не считаете, что я все испортила?» — спросила женщина, в глазах которой все еще стояли слезы. «Нет», — успокоила ее Кэролайн.

«А мне пятьдесят пять лет», — произнесла полная женщина с короткой стрижкой, одетая в топ с ярким цветочным принтом. Все мои стереотипы рушились: эта дама, говорившая с южным акцентом, идеально смотрелась бы на пикнике баптистской церкви. «И я не могу больше пользоваться электронным вибратором. Каждый раз, когда я предпринимаю очередную попытку, это напоминает мне поход в “Макдоналдс”… Я не хочу фастфуда».

По ее словам, после того как она начала делать массаж священной точки и практиковать тантру, ситуация стала меняться: «Качество оргазмов и разница с тем, что было раньше, просто поражает. Я даже не сразу поняла, что это было такое… Эти оргазмы так сильно отличаются от того, к чему я привыкла! Мое либидо успело затухнуть с тех пор, как я была молодой, но теперь оно снова набирает силу! Правда, мне пришлось много тренироваться. У меня маленькие руки, но я использую это — и это работает». Она достала из своей аккуратной черной сумки вибратор длиной почти 30 см, или, точнее говоря, устройство для мастурбации. Оно было из пластика, не электронное и имело форму буквы Э с ручкой на конце. Все женщины стали просить рассказать подробнее об этой штуковине, и владелица пустила ее по кругу.

Молодая женщина, которая выглядела как жена преуспевающего человека — элегантный кардиган, жемчуг, удлиненная стрижка под пажа, спросила Кэролайн Мьюир, можно ли нанять ее для сеансов массажа йони.

«Да, я делаю женщинам массаж. Сеанс продолжается два часа и стоит 250 долларов в час. Я не бисексуалка: иногда я возбуждаюсь, но не это моя цель. Моя цель — взрыв, эмоции: “О Боже, это сама нежность!” Нежность — вот чего нам не хватает.

Массаж пробуждает память. Когда я делала его в первый раз, я ощутила запах эфира при гистерэктомии, которую перенесла в двадцать шесть лет. Я вспоминала свои детские грешки, когда исследовала свое тело пальцами. Массаж священной точки приносит лавину воспоминаний».

(Кстати, Кэролайн Мьюир отметила, что мужская священная точка находится в анусе, напротив простаты, что с точки зрения анатомии делает ее как средоточие эмоциональной уязвимости труднодоступной. Это заставляет задуматься о том, почему гетеросексуальные мужчины часто питают отвращение к мысли о гомосексуализме, почему они воспринимают рецептивный гомосексуализм как феминизацию и почему на мужском языке анальное проникновение является синонимом потери главенства. Быть может, сама идея анального проникновения, ведущего к высвобождению энергии мужской священной точки, угрожает гетеросексуальным мужчинам утратой эмоционального главенства?)

Кэролайн продолжала: «Пробуждение бессознательного и освобождение потоков энергии через массаж священного места открывает ворота к новой жизни, полной радости и любви. Мы проводим этот семинар уже 25 лет, и секрет его успеха не в том, что секс становится лучше, а в сексуальном исцелении».

Я подняла руку и спросила Кэролайн о связи между пробуждением вагины и женским творческим началом — существует ли она?

«Да», — ответила Кэролайн уверенно. Из ее объяснения следовало, что женская сексуальная энергия не разжигает творческую энергию — она сама и есть творческая энергия. «Шакти, или женская сексуальная энергия, — это энергия, способная трансформироваться. Это творческая сила, способная создавать жизнь. Смысл вот в чем: это творческая жизненная сила, женственная по своей природе, и надо углублять свою способность передавать эту энергию йони в мозг. Чем больше вагинальных — не клиторальных — оргазмов у женщины, тем сильнее она будет хотеть спасти мир, спасти своих внуков, писать картины, изменить ситуацию на планете.

Пробуждение энергии необязательно должно быть связано с оргазмом. Каждый раз, когда вы получаете пробуждающую ласку, направленную на вашу вагину, вы будете пробуждаться все больше и больше. Вы можете не замечать этого в первые двенадцать раз, но затем — о, мой Бог!»

* * *

На улице смеркалось. Я оглядела комнату в последний раз: мне по-прежнему не очень-то верилось в то, что ночь в руках незнакомца может так изменить жизнь, и я не могла вообразить себя в такой ситуации, но все же я надеялась, что все эти женщины обретут в своих поисках то, чего ищут. Каждая из них по-своему, но убедительно говорила об одном и том же: всего того, что она знала о своей сути и сексуальности в рамках нашей культуры, было недостаточно для того, чтобы осознать, кто она есть.

Когда я окунулась в светящийся хаос Бродвея, слова Кэролайн Мьюир, адресованные женщинам в поиске, все еще звучали в моей голове:

«На этом пути вы постепенно, слой за слоем отбрасываете все эти “я недостаточно хороша, чтобы меня любили". Ведь Возлюбленный — это не муж или любовник. Возлюбленный — во мне. Возлюбленный — это я».

* * *

Я убедилась в том, что тантра дает ответ на вопрос о том, как можно лучше всего понять женскую сексуальность. Но, даже несмотря на мое участие в семинаре по массажу священной точки, тантра все еще пугала меня.

Я взяла интервью у нескольких тантрических «дакини» — женщин с совершенно разными судьбами, которые обучались тантрическим практикам на семинарах и практикуют тантру в повседневной жизни. Если верить им, они испытывают гораздо больше оргазмов, чем женщины из сопоставимых социальных групп. Они также кажутся необычайно счастливыми и энергичными, и не важно, как они выглядят, — как и в любой группе женщин, среди них есть и те, кто похож на моделей, и просто привлекательные. Но в отличие от теоретической контрольной группы они кажутся очень удовлетворенными своей женственностью и явно уверены в своей сексуальности.

Чем больше я узнавала о тантре, тем больше прояснялось еще кое-что: я замечала, что тантрические практики в отношении женской сексуальности интересным образом совпадают с формирующимися новыми подходами науки в области изучения мозга и эндокринологии. Казалось, что древние мастера много веков назад определили ключевые точки женского тела, которые соответствуют важнейшим нервным путям, например священная точка соответствует точке 0. Даосские тексты Древнего Китая призывали мужчин сосать женскую грудь, объясняя, что это помогает женщинам расслабить тело и мозг, а современная наука доказала, что это вызывает у женщин выброс окситоцина, гормона расслабления. Тантрические и даосские мастера открыли важность жидкостей, выделяющихся женской вагиной, и, несмотря на диковинные эзотерические названия, это соответствует недавним научным открытиям — в жидкостях организма были обнаружены следы химических элементов и гормонов. Тантрические мастера также открыли женскую эякуляцию, которая в западной науке только сейчас начала изучаться. И наконец, занятия тантрой помогают женщинам обрести ценнейший опыт и достичь впечатляющих результатов в сексуальной самореализации [5].

Мой интерес и желание разгадать секреты тантры привели меня к Майку Лусаде, человеку, которого я бы назвала своим постоянным консультантом по всем вопросам, связанным с йони, и разговоры с которым оказали на меня огромное влияние. Его веб-сайт Heartdaka.com интригует. Вверху, на главной странице написано: «Духовное целительство сексуальных проблем от Майка Лусады в Лондоне», а под этим — цитата из Руми: «Ваша задача не искать любовь, а просто найти те препятствия внутри себя, которыми вы оградились от нее».

Посетители сайта сталкиваются со множеством интимных вопросов: «Вы воздерживаетесь от того, чтобы построить отношения?», «Считаете ли вы, что это еще не секс, но не знаете точно, что же это такое?», «Считаете ли вы, что не можете наслаждаться сексом?», «Есть ли у вас трудности с тем, чтобы испытать оргазм?», «Хотите ли вы вернуть назад свою невинность в сексе?». Но экстатические отзывы — все от женщин — быстро изгоняют все страхи. «Спасибо за то, что так умело поддержали меня в моей нелегкой ситуации»; «После встречи с вами я слышу, как бьется мое сердце, и я снова чувствую себя живой — настоящей женщиной… Спасибо!»; «Спасибо, Майк! Я полна благородства, женственности, защищенности, ясности, собранности… На моем лице — безмятежная улыбка» и т. д. А внизу главной страницы — ссылка на профиль Майка Лусады в РасеЬоок и его фото: красивый мужчина с бородой, одетый в модные брюки, сидит на скале и смотрит вдаль.

Итак, после некоторых колебаний я позвонила Лусаде и договорилась о встрече. К тому времени я уже знала, что он получает 100 фунтов в час.

Он объяснил, что его миссией является расширение возможностей женщин в сексуальном плане и что он также занимается сексуальным исцелением эротически травмированных женщин — через массаж йони. Его клиентская база включала женщин из всех слоев общества и всех возрастов. Его послужной список, мягко говоря, впечатлял: он помог раскрыть сексуальные возможности сотням женщин.

«Ничего себе, — подумала я это намного более откровенно, чем расплывчатый “тренинг” или туманный “массаж”, которых я ожидала». Я объяснила, что поскольку сейчас нахожусь в отношениях, то работа с моей йони напрямую исключена. Он поспешил меня успокоить, что будет уважать мое личное пространство.

Тот факт, что я собиралась взять интервью у мужчины — сексуального целителя и йони-гуру, посеял хаос в моей феминистской системе взглядов на секс-торговлю и ее аморальность.

Я была потрясена своей собственной реакцией и реакцией знакомых женщин и коллег на мое сообщение о намерении встретиться с Лусадой. Ни одна подруга не выказала ужаса или отвращения: они либо горячо одобряли эту идею, либо переживали, что не могут пойти тоже. И., счастливая замужняя женщина, мать двоих детей, написала мне по электронной почте: «Ну что? Ты не сходила еще? Как это было?» Мы не рассуждали зрело и взвешенно, наша реакция не была продуманной и сдержанной. Скорее, мы все окунулись в подростковое состояние, что-то вроде женского эквивалента болтовни в раздевалке.

Однако же Лусада не выглядел ни жертвой, ни хищником. Какой интеллектуальной дубиной могла я побить его решение использовать сексуальность как товар в рыночной экономике? Я буквально зашла в тупик, по крайней мере касательно вопроса о проституции.

«Считаете ли вы себя секс-работником?» — так я начала нашу беседу.

Он ответил, что предпочитает термин «сексуальный целитель» (хотя сейчас, год спустя, когда он стал работать с более подкованной в медицинском плане аудиторией, он предпочитает называть себя «специалистом по соматике»). Он рассказал, что работает одетым или раздетым, по желанию клиентки. В свою очередь та тоже может быть одета или раздета. Мое воображение рисовало смелые образы — я все никак не могла поверить в то, что собираюсь встретиться со специалистом по раскрытию возможностей йони, или, как я ошибочно считала тогда, работником сексуального фронта. Действительно ли женщины, которые ищут кого-то вроде Лусады, настолько «похотливы» — отвратительное слово, но я не знаю более подходящего, — как мужчины это изображали на протяжении многих лет? Или это скорее свидетельствует о широко распространенных сексуальных нарушениях у западных женщин? Действительно ли женщины, которые могут себе это позволить, прибегают к услугам наемных секс-работников, потому что их не удовлетворяют сексуальные отношения с собственными партнерами?

«Студия» Лусады располагалась в очаровательном свеже-отремонтированном коттедже на севере Лондона. Он сам открыл мне дверь. Как и обещали фотографии, Майк оказался кудрявым, подтянутым, с золотистым загаром. Он немедленно предложил мне обняться. Должно быть, тантра действительно творит чудеса с человеческим организмом, потому в свои 43 он выглядел лет на 10 моложе. Я заметно нервничала и, сев на пол, как он указал, начала оглядываться вокруг: мы расположились в теплой гостиной с грудами красных и оранжевых подушек на полу и с небольшим алтарем индуистской богини Кали. Вокруг нас горели свечи и курился ладан. К моему ужасу, там также находился мужчина-фотограф.

Я договорилась с газетой Sunday Times о том, что напишу статью о своем визите к Лусаде. Фотограф из газеты должен был приехать в самом конце нашей встречи. Но Лусада объяснил, что специально попросил его приехать пораньше на случай, если потом я буду вести себя слишком откровенно. «Я позаботился о том, чтобы вы чувствовали себя комфортно, — пояснил он, — потому что во время сеанса у вас может возникнуть чувство подавленности из-за травмы, которую надо преодолеть для пробуждения, или вы можете впасть в экстаз, начать кричать и плакать». Я немного опешила. Не предполагается ли, что персональный сексуальный целитель должен успокаивать своих клиентов, а не заставлять их испытать стресс?

Затем Лусада проконсультировал фотографа насчет возможных кадров и предложил мне вместе с ним принять позу «яб-юм». Он указал на статую, изображавшую бога Шиву, который в экстазе слился с богиней, — ее бедра обхватывали его талию, их лобки соприкасались. «Я не собираюсь этого делать!» — выпалила я. В качестве компромисса фотосъемка закончилась на том, что Лусада и я просто сидели в позе лотоса, лицом к лицу.

Прежде чем мы начали сеанс, Лусада пояснил, что многие из его клиенток подвергались в детстве сексуальному насилию и в результате испытывают разного рода проблемы, начиная с глубинного неприятия мужчин и заканчивая неспособностью испытывать оргазм. По его словам, секс с ним — в основном он действует руками — помогал им избавиться от гнева и депрессии.

Затем Лусада начал посвящать меня в тантру. Он заставил меня сесть перед ним на подушку и заниматься дыхательными упражнениями. Мы смотрели друг на друга, нас разделяли какие-то сантиметры. Он заставил меня визуализировать каждую чакру, от головы до «коренной чакры», которая в тантре является сексуальным центром (и которая, как я теперь знаю, соответствует одной из трех ветвей женских тазовых нервов): «Почувствуй, как твоя коренная чакра простирается до земли… Почувствуй, как она крепнет… Твоя йони простирает свои корни в землю… Сейчас корни раскалывают скалу».

Я расхохоталась. Фотограф исчез.

«Нервничаешь? — спросил Лусада. — Это нормально». — «Нет, — сказала я, с трудом сдерживая себя. — Это просто смешно».

Однако почему-то образ могучей, расщепляющей земную твердь йони — в нашей ненавидящей и оскорбляющей ее культуре — был не глупым и смешным, а скорее забавным. Все еще смеясь, я представляла себе, как бы в анимационном фильме выглядел могучий супергерой йони — йони-мститель.

Затем Лусада заставил меня смотреть ему в глаза, в то время как мы с ним должны были дышать в унисон. В этот момент я попыталась понять, кто он — хам, хищный манипулятор или просто позер. Но он встретился со мной спокойным взглядом, и мне пришлось признаться самой себе в том, что я ему доверяю. Мои былые рассуждения улетучивались, и когда я обдумывала его многократно повторенное определение своей миссии — что делом его жизни стало исцеление женщин, пострадавших от травм сексуального характера, — у меня возникало все меньше желания высмеивать его работу.

После дыхательных упражнений он улыбнулся и сказал: «Добро пожаловать, Богиня!»

И я не смогла сдержать ответной улыбки. Я думала о всех тех женщинах, которые были несчастливы в браке, о женщинах, которых ежедневно унижали вербально, выказывая им неуважение или просто игнорируя их. Я думала также о стереотипе «шлюхи с золотым сердцем» и вспоминала множество историй о том, что мужчины ходят к проституткам просто для того, чтобы кто-то их выслушал или похвалил. Для многих женщин слова Лусады о том, что внутри каждой женщины находится священная женственность, с лихвой окупают стоимость консультации. Сколько измученных матерей или жен, на которых женились по расчету, устоят перед искушением услышать искреннее «Добро пожаловать, Богиня!» всего за 100 фунтов, в то время как они могли бы потратить эти деньги на новый наряд или прическу?

«Как именно, — спросила я Лусаду, — ты исцеляешь женщин сексуально?»

«Я даю йони возможность освободиться, — сказал он, имея в виду травму, память о которой сохраняется в половом органе. — По различным причинам, в частности потому, что целителям, как правило, не разрешается прикасаться к половым органам, они часто не замечают такие травмы. Но я начинаю с массажа тела… Затем перехожу к работе непосредственно с йони. Сначала работаю снаружи. Когда наступает подходящий момент, прошу разрешения ввести внутрь свои пальцы. Йони является священным местом. Это святая святых вашего тела. Никто не может войти туда без вашего согласия. Я спрашиваю: “Богиня, можно я войду?” И если получаю согласие, то проверяю готовность йони. Я помещаю свои пальцы у входа в нее. Если йони готова принять меня, она сама меня впустит. У меня нет необходимости самому вводить пальцы — она действительно впустит меня, захватив и всосав, если женщина готова к этому. Если такого не происходит, когда женщина занимается сексом, она бесчестит свою йони», — добавил Лусада. И заметил, что советует мужчинам никогда не полагаться на слова женщин об их готовности — не входить, «если йони не подтверждает свою готовность». А я подумала о том, что это хороший совет молодым людям, который должен быть частью их базового сексуального образования.

Имел ли он когда-нибудь связь с клиентками?

«Вообще-то, я не занимаюсь сексом со своими клиентками, кроме тех случаев, когда это крайне необходимо с терапевтической точки зрения». Он еще раз подчеркнул, что обычно работает руками.

Я спросила, случалось ли такое, что его клиентки впадали в зависимость от него, и он ответил, что всегда строго держит дистанцию и не выходит за рамки. Кроме того, его целью является, наоборот, освобождение женщин от зависимостей. Он подтвердил, что возможность возникновения эмоциональной привязанности существует, но в этом случае он, как любой терапевт, прибегает к технике переноса. Он добавил, что у него есть девушка, которая также занимается сексуальным целительством, и иногда они работают вместе.

«Ваши клиентки испытывают оргазм?» — «Как правило, да, — ответил он, — но это не самоцель. Ко мне на прием приходят женщины трех типов. Одни не в восторге ОТ СВОИХ отношений с партнерами. Они ждут от партнера мужественности, но не способны привлечь такого человека, поскольку сами слишком “мужественны” [находятся в такой ситуации, что вынуждены культивировать мужскую сторону своей личности]».

Лусада стал рассказывать о том, какое давление оказывает на женщин современная жизнь — как она заставляет их утрачивать внутренний баланс и препятствует их возврату к женственности. Однако после его сеансов они, по словам Лусады, восстанавливают баланс, возвращают свое женское начало и обретают способность привлекать к себе твердо стоящих на ногах, ответственных, способных защитить, мужественных мужчин. Я по-прежнему была настроена скептически, и он предложил мне связаться с некоторыми его клиентками. Лусада сказал, что задача мужчины по отношению к женщине — «удерживать ее», как бокал удерживает в себе вино. К тому времени я уже слышала различные варианты этой тантрической идеи — о том, что роль мужчины в сексе заключается в поддержании женского исступления. «Истинное положение женщины — это океаническое блаженство», — сказал он. Мужчина должен позволить женщине «двигаться и дышать» так, чтобы она могла войти в «свой поток».

Для меня это становилось немного слишком океаническим, поэтому я спросила его о втором типе клиенток.

«Это женщины, которые пережили насилие или жестокое обращение. И они хотят справиться со своей травмой, потому что она губит их жизни».

А третья категория?

«Иногда мои клиентки — это женщины, которые просто хотят испытать удовольствие». — «А что вы делаете, если они не кажутся вам привлекательными?» — спросила я. «В каждой женщине есть своя красота, — ответил Майк и пояснил, что некоторым из его клиенток по 50 и 60 лет, некоторые из них — люди с ограниченными возможностями, многие одиноки. — Но во время сеанса я всегда могу разглядеть в них что-то особенное».

По его словам, массаж йони занимает у него обычно два-три часа: он хочет показать женщинам, что не нужно никуда спешить.

Эти два-три часа поразили меня, и я вспомнила, что на семинарах Мьюиров на массаж йони тоже отводилось немало времени — полтора часа. Налицо было совсем иное представление о соотношении женского удовольствия и затраченного на это времени, чем то, которое распространено у нас, на Западе.

«А все же, не слишком ли это долго? — спросила я. — Если вы скажете среднестатистическому мужчине, что он должен уделить женщине два-три часа ради просто массажа, он тут же начнет искать пульт, чтобы нажать на кнопку быстрой перемотки». — «Именно поэтому я должен обучать мужчин», — ответил Лусада серьезно.

Его искренность подкупала, и я согласилась на сеанс массажа, вернее, на ту его часть, которая подходила мне.

Лусада повел меня наверх, в спальню с романтической обстановкой. К тому времени фотограф уже уехал. Спальню освещали только свечи. По комнате распространялся аромат благовоний. Здесь мы еще раз вступили в переговоры: он был полон решимости сделать мне массаж йони. Это была ситуация откровенно сексуального характера, непохожая на то, что я себе представляла, изучая его веб-сайт. Конечно, я предполагала, что сеанс будет включать какой-то чувственный массаж, но не могла пойти на это. Я была в постели с привлекательным незнакомцем, и не было никакой возможности сделать вид, будто то, что он мне предлагает, не имеет никакого отношения к сексу. Правильная еврейская девушка внутри меня еще раз напомнила о границах дозволенного.

«Не могли бы мы заняться лучше… моим телом?» — спросила я. Он также имел квалификацию по рейки. «Может быть, рейки?» — добавила я с надеждой.

Он выглядел оскорбленным. «Я работаю с йони», — сказал он с профессиональной гордостью.

Наконец мы сошлись на том, что он будет работать со мной при помощи несексуальных подходов, а я не буду снимать свою футболку и саронг. Ну что тут скажешь?! Через тридцать секунд я была в состоянии — да — океанического блаженства. Через пять минут я смеялась, а еще через десять пребывала в состоянии измененного сознания.

Что же он делал?

«Что ты делаешь?» — спросила я. Лусада объяснил, что благодаря серьезной подготовке и большому практическому опыту он может направить свою шакти (мужскую) энергию в любую часть своего тела, включая руки, пальцы, и именно это придавало такой эффект его прикосновениям. Кончиками пальцев он прочертил линии меридианов моего тела — линии энергии, или ци, которые восточная медицина считает сетью, соединяющей чакры. Ощущался какой-то необъяснимый кинетический заряд, и, несмотря на то что это не было сексуальным контактом, в этом процессе физического «получения», который длился час, было что-то электризующее и делающее жизнь лучше.

Когда я покинула студию Лусады, у меня, как я сейчас понимаю, был очень высокий уровень допамина. Цвета выглядели ярче, мир, казалось, был полон радости и чувственности, и друг, который встретил меня дома, сказал, что я выгляжу раскрасневшейся и сияющей.

В следующий раз я позвонила Лусаде, чтобы попытаться выяснить, как работает его метод, — особенно мне хотелось понять, видит ли он связь между исцелением женщины при помощи вагинального массажа и ее реализацией в других областях жизни, помимо сексуальной.

«Когда женщина чувствует себя в безопасности, она позволяет себе быть собой и получать удовольствие от оргазма. Мужчине в среднем требуется четыре минуты, чтобы достичь оргазма, а женщине — шестнадцать минут. Если мужчина не проявляет терпения, он придет к финишу быстрее, чем ей бы хотелось. Поэтому, когда мы говорим об “обычном сексе”, мужчина эякулирует тогда, когда женский организм еще только начинает расслабляться, открываться и входить в это прекрасное состояние… И в этот момент все кончено.

Многие женщины отказались от такого секса, решив, что им это не подходит.

Большинство мужчин тратят слишком мало времени на своих партнерш. Женщины занимаются таким видом секса и думают, что это и есть настоящий “секс”. Отчасти это связано с отсутствием знаний как у мужчин, так и у женщин. Истинная женская сексуальность в обществе подавляется. Наша культура не предоставляет женщинам те же условия, что есть у мужчин. Исследования показывают, что 29 % женщин никогда не испытывали оргазма во время полового акта. 15 % испытывают оргазм очень редко. А среди мужчин таких — всего 6 %. Исследования показали, что нет никаких физиологических причин, по которым кто-либо из женщин был бы не способен испытывать оргазм. Значит, это проблема психологическая.

Мы [мужчины] должны сделать так, чтобы женщина чувствовала себя в безопасности, если хотим, чтобы она могла испытать оргазм. Нам нужны самые базовые знания о том, где нужно трогать и как нужно трогать, — простая анатомия и чувствительность. На самом деле одна из самых важных вещей для мужчин — помнить о том, что все мы воспринимаем действия на основе наших собственных сексуальных ощущений. Поэтому мужчины действуют со своими женами и любовницами так, как было бы приятно им самим, а женщины не говорят им, что есть и другие варианты восприятия. Поэтому, когда женщины приходят ко мне и говорят “Мои любовники не доводят меня до оргазма”, они часто не берут на себя ответственность за это. Очень немногие из моих клиенток открыто выражают свои сексуальные желания. У меня были клиентки, которые говорили мне: “Я хотела бы испытывать оргазм, это был бы подарок для него” или “Будь я проклята, если я подарю ему свой оргазм!” Так что да, есть вещи, которые могут сделать мужчины, но есть и женщины, которые нуждаются в исцелении. Когда женщины входят в контакт со своим сексуальным “Я”, они становятся более творческими, духовными, артистичными. Они пробуют себя в новых профессиях! Они обретают жизненную силу».

Что ж, это было сильное заявление, которое нуждалось в том, чтобы кто-то подтвердил сказанное. Поэтому я попросила Лусаду связать меня с кем-то, кто мог бы сделать это.

Он дал мне телефон одной из своих клиенток — я буду называть ее Анжела. Она оказалась трезво мыслящей, рассудительной женщиной лет 30.

«Я прочитала вашу статью в Sunday Times и потому приняла предложение о встрече, — сказала она мне. — Моя проблема заключалась в том, что я чувствовала себя абсолютно разобщенной с мужчинами и у меня был долгий период воздержания. Мой опыт романтических отношений оказался отрицательным, кроме того, мне приходилось сталкиваться с сексуальными домогательствами. Какое-то время у меня был бойфренд, но отношения не были серьезными, и я не могла полностью раскрыться перед ним в физическом плане. Я не была готова открыться сексуально. Так обстояли дела еще недавно.

Встречи с Майком очень сильно повлияли на мой творческий потенциал. Мне было необходимо, чтобы меня исцелил мужчина. У меня было пять сеансов подряд, и до сих пор я провожу с ним сеанс каждые несколько месяцев. Первые две встречи состояли в основном из разговоров и имели терапевтический эффект. Во время третьей встречи он работал с моей йони. Во время первого занятия мы говорили, обнимались и я плакала. Я осознавала свои чувства. Задачей второго сеанса было признать, как сильно я была зла. Майк заставлял меня кричать ему “Отвали!”, чтобы выплеснуть мою ярость. Это было важно для меня — сказать это мужчине в лицо… Ведь я всегда была уверена, что если в отношениях я позволю себе разозлиться, то тут же буду послана подальше.

После этого опыта я начала писать короткие рассказы — я стала больше похожа на саму себя. Во время третьего сеанса он работал с йони. Когда я была моложе, я испытывала оргазмы, и было очень волнующе — обнаружить, что эта способность вернулась ко мне.

Все было для меня, он был заинтересован во мне, в том, чтобы я получила удовольствие, — и это очень много для меня значило. У меня было достаточно времени. Прежде во время занятий сексом я часто спешила и была сильно озабочена тем, чего хотят мужчины. Мне было очень трудно расслабиться во время секса, хотя я была в состоянии не только испытывать обычный оргазм, но даже множественный оргазм. Однако раньше я часто вроде как исчезала в то время, когда у меня был оргазм, — не в хорошем смысле, конечно. Остаться в своем теле во время оргазма было непростой задачей. Всему виной — переизбыток эмоций, прошлые травмы. Но во время сеанса я чувствовала себя комфортно: я знала, что мне не о чем волноваться, я смогла расслабиться, а он знал, что нужно делать.

У меня никогда раньше не было вагинального оргазма — только клиторальные, но с ним у меня получилось. Он нашел нужное место. Я смогла погрузиться в свою сексуальность очень глубоко, очень сильно — я злилась, плакала… Он — пример того, каким должен быть мужчина, уважающий женщин. Я хотела уважения, но не знала, на что это похоже. А теперь я могу с большей уверенностью судить о мужчинах.

У меня бывали множественные оргазмы и раньше — два или три подряд… С Майком у меня была дюжина: я могла позволить себе быть страстной. Раньше у меня был “энергетический блок”, а тут я кричала, сколько хотела. Мои прежние мужчины не давали мне выплеснуть эмоции. И в моей семье не принято было выражать чувства. Позволить себе быть эмоциональной с мужчиной… Теперь я в гораздо большей степени могу быть собой.

…Я подошла к начальнику и стала отстаивать свою точку зрения — раньше я бы никогда так не сделала. Я осознала, что всегда считала, будто другие правы, а я ошибаюсь, и начала понимать, что мне не нужно повторять за другими. Я могу быть сама собой. Я почувствовала, что стала более уверенной в себе. Я стала нравиться себе в зеркале. Мне говорили, что я уродлива. Но после работы с Лусадой мое лицо стало казаться мне более привлекательным. Я принимаю тот факт, что я колеблющийся и страстный человек. Это проявляется все больше и больше. Во время мастурбации я смогла дарить себе более мощные оргазмы. Мои сексуальные фантазии изменились… Я всегда доминировала [в своих фантазиях ранее]. Там всегда был деформированный образ отца. Теперь я могу подарить себе оргазм, даже не думая о мужчине — теперь мое тело испытывает оргазм. Таким образом, физические изменения во мне происходят одновременно с психологическими.

Еще один момент — я всегда хотела писать статьи, но вернулась к родителям и стала работать в офисе. А после работы с Лусадой нашла более творческую работу. Я всегда верила, что так и будет.

Творчество? В такие моменты я как будто таю. Я вся там. Мой ум молчит — я доверяю своему телу, я чувствую себя свободно. Я знаю, что меня поддержат и не будут прерьюать. Майк много говорит о женщинах-богинях, и я, определенно, чувствую себя богиней. Я написала рассказ о богине Персефоне. Ее муж уносит ее в царство мертвых, но это хорошо… Она выбирает его. Это все о связи с тьмой. Я вижу в себе богиню, вижу богиню в других людях, вижу бога в Майке. Я стала более сострадательной. Я вижу себя в других.

После этих сеансов с Майком во мне словно все разблокировалось. Это как запуск ракеты. Я привлекаю гораздо больше хороших мужчин в свою жизнь. Я чувствую себя способной завести романтические отношения. У меня есть свое безопасное сексуальное пространство».

«Чувствуете ли вы, что возрождение вашей сексуальности стало возрождением вашей личности?» — спросила я. «Да, — ответила она и затем добавила: — Некоторые раны женщин может исцелить только мужчина».

* * *

Слова Лусады о том, что вагина, когда она готова, сама «захватывает» и «впускает», сперва поразили меня, а потом, по мере дальнейшего изучения тантрической и даосской традиций, стали обретать все больше смысла. Восточная традиция рассматривает вагину как нечто живое, способное выражать свою волю и предпочтения, и этот в корне чуждый нам образ очень отличается от пассивной, рецептивной, безличностной и бессловесной вагины западного образца.

Само определение того, что означает для вагины «открыться», несмотря на то что это одно и то же слово, имеет две совершенно разные интерпретации в восточной и западной культурах. В восточной традиции, которая отражена, в частности, в тантре и дао, мужчина обращается, ласково и заботливо, к «привратникам» — наружной части вагины и половым губам, и ждет разрешения на дальнейшее проникновение, будь то рука, язык или пенис. «Раскрытие» вагины является сложным и постепенным процессом, который развивается неспешно и под влиянием различных проявлений внимания и просьб. На Западе же это понимается так: женщина раздвигает ноги, и мужчина проникает внутрь своим пенисом. Вагина открывается как механизм, как дверь, занавес или коробка. А восточная модель раскрытия влагалища больше похожа на «разворачивание», «оживление» или «расширение» — на покадровую съемку того, как лотос раскрывается на солнце.

Изучая тантру, я вынесла оттуда замечательную фразу. Мои подруги и я сейчас иногда шутим — или лишь наполовину шутим, — когда рассказываем друг другу о романтических приключениях: «Но что бы сказала на это йони!»

14. Безграничное наслаждение и полное пробуждение: вагина как освобождающая сила

Сегодня я хочу рисовать наготу… Хочу, чтобы ты… взял меня с собой в ночь — прочь отсюда, в темную синеву, и чтобы новый день никогда не настал…

— Джорджия О’Кифф

Чем больше я узнавала о последних научных открытиях

в области женского сексуального возбуждения и о древних практиках тантры, тем больше мне казалось, что индуистские духовные искатели еще много веков назад постигли связь разума и тела в сексуальном плане, а западная наука только сейчас начинает их догонять.

Эти две традиции — западная медицинская/сексологическая и восточная тантрическая — начинают обмениваться накопленными знаниями. С тех пор как я впервые встретилась с Лусадой, он успел усовершенствовать свой метод, почерпнув новые знания из научных работ по сексуальному здоровью и дисфункциям у женщин.

Когда Лусада смотрит своим клиенткам прямо в глаза, он стимулирует нейробиологическую реакцию, которая возникает у женщин в ответ на обмен глубокими взглядами. Этот обмен взглядами представители обоих полов совершают инстинктивно, для того чтобы по расширенным зрачкам определить степень возбуждения и состояние здоровья потенциального партнера [1]. Говоря «Добро пожаловать, Богиня», он снимает у женщины стресс, заверяя ее на уровне ее вегетативной нервной системы (ВНС) в том, что она находится в абсолютной безопасности в сексуальном плане, что ее потенциальный партнер уважает и ценит ее и считает уникально прекрасной. Это позволяет ей прийти в состояние готовности: ее соски набухают, кожа готовится к приливу крови, а вагина — к увлажнению. Поскольку в женском мозге связи между полушариями сильнее, чем в мужском, когда Лусада вербализует позитивный мысленный образ ее вагины, ум и тело женщины могут лучше подготовиться к обработке сексуальных образов и мыслей [2]. Благодаря тому, что женщины гораздо сильнее реагируют на поглаживания ласки Лусады, не направленные на достижение цели и не требующие ответных действий, способствуют полному расслаблению женщины, что, в свою очередь, способствует повышенному возбуждению. В этом смысле можно рассматривать тантру не как некое таинственное учение, а как форму прикладной неврологии, нацеленную на активацию связей мозга и половых органов.

Вегетативную нервную систему женщин — наряду с сексуальной и другими системами женского организма, работающими слаженно таким образом, что это выходит далеко за рамки того, что мы на Западе называем словом «секс», но что тем не менее жизненно важно для сексуального и эмоционального счастья женщины, — я назвала бы «божественной сетью». То, что мужчины должны делать с женщинами для того, чтобы задействовать «божественную сеть», — секс-инструктор Лиз Топп называет это тем, «что нужно женщинам, но не нужно мужчинам» — и для обозначения чего мы, что показательно, не имеем даже соответствующих названий, я называю «божественной матрицей». В частности, я отношу к «божественной матрице» те действия, жесты и ласки, эффективность которых подтверждается как тантрическими практиками, так и научными исследованиями, хотя нет никаких сомнений в том, что приведенный здесь краткий перечень нуждается в бесчисленных дополнениях и изменениях.

И восточная, и западная традиции показывают, что любой мужчина и любая женщина может с помощью «божественной матрицы» достичь того, чтобы, в идеале, удовлетворить все потребности женщины. Как выразился Лусада, «терпение и сопереживание», со стороны мужчин в частности, в проявлении внимания к женским сексуальным реакциям гораздо важнее для доведения женщин до высших форм физического экстаза и эмоциональной разрядки, чем любой поверхностный физический прием.

Но, прежде чем речь пойдет о «божественной матрице», я хочу отметить один нюанс: женщинам часто рекомендуют рассматривать публичные обсуждения их сексуальности как постановку новых целей, как нечто запрещающее или, наоборот, предписывающее. Это совсем не то, к чему стремлюсь я. Я подчеркиваю снова и снова: каждая женщина — уникальная, особенная. Я хотела бы пояснить, что предлагаю здесь только информацию — то, что применяется в тантрической практике и что подтверждено последними научными исследованиями.

Некоторым женщинам могут нравиться все составляющие «божественной матрицы». Некоторые захотят использовать только небольшую их часть, некоторые — большую. Возможно, предпочтения женщин будут меняться в зависимости от их настроения в разное время (в том числе из-за обусловленных нейробиологией изменений в разные дни месяца). Какие-то женщины вообще не будут реагировать на этот набор действий и подходов. Кому-то они могут нравиться, но в иные моменты они предпочтут быстрый анонимный секс в темном переулке. Эти действия и подходы — лишь вехи в исследовании сексуальности каждой конкретной женщины, и, обсуждая их, я просто хочу выявить связи разума и тела в женской сексуальной реакции.

В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ ЦЕНИ ЕЕ И ПОМОГАЙ ЕЙ

Доктор Хелен Фишер в своей книге «Анатомия любви» отмечает, что самой эволюцией предусмотрена потребность женщины иметь партнера, который будет помогать ей в течение самых трудных первых двух лет жизни ребенка. Это побуждает женщину придавать большое значение поведению мужчины, чтобы удостовериться в том, что он будут о ней заботиться. Я называю это «инвестиционным поведением». Это, как отмечает доктор Фишер, отличается от старой «утки» биологов-эволюционистов, которые настаивают на том, что фертильных молодых женщин сексуально возбуждают пожилые мужчины с деньгами и наделенные властью.

Убедительная теория доктора Фишер о том, что побуждаемые эволюционными механизмами женщины отдают сексуальное предпочтение мужчинам, которые показывают, что они могут быть эффективными партнерами в период, когда ребенок беззащитен, и способны обеспечить безопасность матери и ребенка, заставила меня задуматься. Учитывая, что с эволюционной точки зрения это было настолько важно для женщин, могло ли это побудить их «отмечать» или регистрировать такие действия потенциальных партнеров, прежде чем их мозг обратит на это внимание, — нечто подобное подтвержденному современной наукой принципу «положительной реакции» на других?

Как тантра, так и современная наука подтверждают наличие пульса в вагине. В ходе последних западных исследований женской сексуальной реакции его удалось измерить. Большинство женщин не обращают на него внимания, но, если вы укажете им на этот нежный, постоянный и своеобразный пульс вагины, они смогут ощущать его в большинстве случаев и не только во время секса.

Представляется весьма правдоподобным, что этот пульс может рассказать женщине многое о том, насколько безопасно она ощущает себя с точки зрения выражения эмоций и в целом.

Никто из тех, с кем я говорила, включая моих собеседников в Интернете, никогда не слышал о концепции вагинального пульса. (Как, собственно, и я, пока не начала свою исследовательскую работу для этой книги.) Исследователи женских сексуальных реакций измеряют его сейчас в стандартных единицах измерения, называемых ВАЛ — вагинальная амплитуда пульса. Она оценивается при помощи «вагинального фотометра», устройства, которое посылает световой сигнал для отслеживания вагинального кровотока. Исследователи установили важные связи между ВАЛ и женскими сексуальными реакциями [4]. И стоило женщинам узнать об этой концепции и о связи между мозгом и вагиной, у всех у них больше не возникало проблем с определением своего вагинального пульса и все они могли отвечать на мои вопросы о нем.

Я решила провести онлайн-опрос и попросила женщин обратить внимание, при каких обстоятельствах несексуального характера они ощущают свой вагинальный пульс наиболее сильно? Что происходит?

Некоторые подтвердили, что «удары» или «пульсация сильнее, чем обычно» наблюдаются при определенном поведении со стороны партнера или мужа, когда тот проявляет доброту, способность эффективно защитить или демонстрирует «инвестиционное поведение». (К сожалению, я не получила ответов от женщин, которые считают себя лесбиянками или бисексуалками. Было бы интересно увидеть исследования, которые показывают, испытывают ли женщины всех типов сексуальных предпочтений учащение вагинального пульса, когда их возлюбленные ведут себя таким образом, или же женщины с разными типами сексуальных предпочтений реагируют на разные типы поведения своих партнеров.)

«Я ощутила свой вагинальный пульс, когда мой друг и я были в продуктовом магазине и он вспомнил (в то время как я забыла), что нам нужно купить корм для моей кошки».

«Я почувствовала пульс, когда муж пригласил меня на ужин в мой день рождения и помог мне придвинуть стул».

«Мы жили в кемпинге, и я обнаружила, что моя подушка пахнет плесенью. Муж отдал мне свою, а сам остался без подушки, и ему пришлось спать, положив под голову свернутую куртку. Тогда я почувствовала пульс. Иногда пульс ощущается так сильно, что это даже причиняет неудобства. Мне хотелось заняться любовью, чтобы снять напряжение».

«Мой муж учил нашего сына, как починить его велосипед. Тогда я почувствовала пульс».

Некоторые женщины сообщили, что ощутили пульс в тот момент, когда их партнер проявил физическую силу, творческие способности, определенные виды навыков, самообладание или эмоциональную открытость.

«Я почувствовала это, когда мы были на свалке! Он наклонился, поднял старый диван, от которого мы собирались избавиться, и сбросил его с задней части грузовика».

«Когда мы были на семейном празднике и я заметила, что он тратит время на разговоры с моей пожилой бабушкой, которая требует много терпения».

«Когда у нас было первое свидание, я заметила, что он очень умело вел машину в дождливую погоду».

«Когда я впервые услышала, как он поет».

«Когда он готовил для меня завтрак».

Многие ответы показали, что способность мужчины предложить эмоциональную безопасность и заботу может оказывать эротическое воздействие на гетеросексуальных женщин. И такое же воздействие на них могут оказать творческие способности мужчины или предвкушение приключений и риска. Доктор Пфаус объясняет это кажущееся противоречие двойственной природой женской ВНС — ей нравится быть расслабленной, но иногда она требует, чтобы ее активировали. Это, безусловно, помогает объяснить, почему поколение за поколением девочки-подростки и молодые женщины кричат от сексуального возбуждения на концертах мужчин — рок-звезд: пение активизирует их ВНС. Он также отметил, что женская ВНС расслабляется лучше всего, когда она свободна от «плохого» стресса, но «хороший» стресс, такой как в опасных и захватывающих ситуациях, которые женщина все же контролирует, может быть мощным сексуальным возбудителем, особенно для женщин с низкой базовой активацией ВНС.

Но чего я, конечно, не ожидала увидеть, так это ответов, доказывающих, что женщины испытывают сильную вагинальную пульсацию в совершенно несексуальных ситуациях и даже в ситуациях, никак не связанных с отношениями, например когда они сталкиваются с эстетической красотой или красотой природы, когда они проявляют свои творческие способности или утверждают свою власть и самобытность. На основании этого можно предположить, что отношение женщины к своей собственной душе и телу носит прежде всего эротический характер и ее реакции на окружающий мир также имеют эротическую природу. Эта природа проявляется еще до того, как наступит эротическое пробуждение, вызванное «другим».

«Я почувствовала пульс однажды ночью, когда заправляла машину. Передо мной открылся вид на горную гряду, и я смотрела, как клубы тумана наползают на вершины гор. Я почувствовала пульс, когда поняла, насколько прекрасна и величественна была эта картина».

«Я слушала “Реквием” Моцарта и в какой-то момент почувствовала пульс».

Один мужчина сообщил: «У меня была подруга, которая испытала оргазм, когда мы занимались пешим туризмом, причем только от красоты деревьев и берега реки, на котором мы стояли».

Вагинальный пульс проявляется сильнее в обстановке конкуренции, при победе или подтверждении собственного эго: «Я почувствовала пульс, когда выяснилось, что коллега совершил неэтичный поступок, о котором я знала, но никто мне не верил. Я не горжусь этим, но это правда. Я почувствовала себя победителем».

«Я чувствовала его, когда я пересекла финишную черту в марафоне».

«Я чувствовала пульс на моем первом арт-шоу, когда люди хвалили мою работу».

«На гонках».

Очевидно, что вагинальный пульс не просто помогает женщине определить свое сексуальное возбуждение: с его помощью вагина рассказывает женщине о ее состоянии и на других уровнях.

ПОДАРИ ЕЙ ЦВЕТЫ, ПРИГЛУШИ СВЕТ, РАССЛАБЬ ЕЕ

В фильме Спайка Ли 1986 г. «Ей это нужно позарез» между мужчиной и женщиной, которые только что начали целоваться, происходит следующий диалог:

«Куда ты?» — спрашивает мужчина, удивленный тем, что молодая женщина Нола встает с постели. «За свечами», — отвечает она с улыбкой. «Ты уверена, что этого недостаточно?» — спрашивает он саркастически и показывает на десятки свечей позади себя. «Разве ты не чувствуешь их запах? Свечи — они душистые», — отвечает она по-прежнему тихим голосом. «Да, они хорошо пахнут, — отвечает он резко. — А теперь — почему бы тебе не раздеться?»

Это классическое недопонимание между представителями разных полов. Нола хочет не просто «зажечь свечи» — она пытается войти в измененное состояние активированной ВНС, которое повлияет на интенсивность ее оргазма. Но ее любовник думает, что она просто бессмысленно тратит время на создание атмосферы, в то время как было бы лучше употребить его на сам процесс.

Для мозга Нолы свечи являются частью ее физического желания, а не просто элементом декора. В своей книге «Женский ум» (The Female Brain) Луан Бризендин объясняет нейрохимию этого явления:

«Наконец все было на своих местах. Ее ум был спокоен. Массаж сделал свое дело. Отпуск — это всегда отлично. Нет ни работы, ни волнений, ни телефона, ни электронной почты. Марси просто нечем было занять свой ум… Она могла расслабиться и позволить вещам идти своим чередом. Центр ее мозга, отвечающий за тревогу, отключился. Пространство для сознательного принятия решений не было активно. Нейрохимические и неврологические созвездия сошлись для оргазма… Женское сексуальное возбуждение начинается, как ни иронично это звучит, с отключения мозга. Импульсы могут устремиться к центрам удовольствия и вызвать оргазм только в том случае, если мозжечковая миндалина — мозговой центр, отвечающий за страх и беспокойство, — будет деактивирована.

До этих пор любое беспокойство, даже возникшее в последний момент, может остановить наступление оргазма. Это может объяснить, почему для достижения оргазма женщинам требуется в среднем на 10 минут больше времени, чем среднестатистическому мужчине… Нервы на кончике клитора напрямую связаны с центром удовольствий в женском мозге… если страх, стресс или чувство вины мешает стимуляции, клитор замирает… Клитор — это мозг, расположенный ниже пояса» [5].

Качество женских оргазмов ощутимо зависит от освещения, уюта и красоты обстановки, в которой женщины занимаются любовью. Лусада начинает свои сеансы с того, что «богиня», кем бы она ни была, садится рядом с алтарем, украшенным цветами, перед священными изображениями танка. Он также зажигает свечи. На тантрических семинарах по массажу священной точки Чарльза и Кэролайн Мьюиров мужчин учили тому, как приготовить ванну для женщин, в паре с которыми они будут работать. Тантрические тексты всегда советуют парам сделать так, чтобы занятия любовью происходили в окружении красоты и порядка: поставить лотосы или другие цветы в воду рядом с кроватью, закурить благовония перед алтарем с прекрасными изображениями или статуэтками. Древние богини женской сексуальности и плодородия, от Инанны и Астарты до Афродиты, ассоциировались не только с сексом, но и с цветами, декоративно-прикладным искусством, украшениями и эстетикой в целом.

Конечно, западному читателю такая эстетическая подготовка может показаться чрезмерной и отнимающей слишком много времени, и, конечно, ею невозможно заниматься каждый день — тем не менее от этих советов не стоит отмахиваться.

Ведь они основаны на физиологии организма: мягкий свет, цветы, приготовленная для женщины ванна — все это с высокой вероятностью поможет ей глубоко расслабиться, что подготовит ее ВНС к сильной активации, совсем не такой, как при сексе без подобной подготовки.

Такая подготовка часто оказывает эротическое воздействие на женщину, даже если та занимается ею в одиночку. Когда она надевает красивое нижнее белье, сбрызгивает себя духами, зажигает свечи и украшает комнату цветами, это помогает ей возбудиться. Подготовительные действия меняют реакции женского тела, и расслабленное состояние позволяет женщине отдаться игре воображения.

Но, может быть, в наше время вся эта тантрическая (а также шумерская, финикийская, критская, греческая и т. д.) связь женской сексуальности с цветами и украшениями — просто чушь? Или в женской нейробиологии и в самом деле есть что-то такое, что сумели понять эти древние цивилизации? Почему во время ухаживаний мужчины дарят цветы, предпочитая всем остальным красные розы, похожие на вульву, и почему гетеросексуальные женщины в любой контрольной группе инстинктивно соглашаются с тем, что они не захотят того парня, который принесет им хризантемы или гвоздики? Почему с эротической точки зрения важно, чтобы цветы были заказаны заранее, а не куплены наспех в супермаркете по дороге и затем преподнесены прямо в полиэтиленовой упаковке?

Почему для многих женщин, состоящих в длительных отношениях, важно, чтобы их мужья дарили им цветы — на День святого Валентина и в другие дни, и почему они переживают, если те перестают делать это? Почему женщины так чувствительны, почему это имеет для них такое значение?

Возможно, потому, что в этих проявлениях заботы есть что-то — о чем частенько забывают или упускают из виду, — что необходимо женщинам для того, чтобы сохранять сильную сексуальную реакцию на своих партнеров? Да, именно так. Конечно, не каждая женщина мечтает о свечах, цветах или музыке, некоторые захотят чего-то другого, более провокационного, но почти любая женщина хочет каких-то подготовительных атрибутов или действий. И даже если она просто желает быстрого, горячего секса, она будет желать его еще больше, если ее партнер сделает что-то такое, что она сочтет романтичным. Однако мужчины часто забывают об этом или думают, что можно уже так не стараться, — ведь женщина уже замужем за ним, так зачем же заново соблазнять ее каждый раз перед занятиями любовью? Но это приводит лишь к тому, что их жены почти наверняка испытывают проблемы с желанием.

Мы уже знаем, как важна роль симпатической нервной системы (СНС), то есть расслабления, в подготовке тела женщины к возбуждению. По результатам известного исследования 1981 г. о точке в и женской эякуляции, которое провели Джон Перри и Беверли Уиппл, ученые сообщили некоторые важные подробности о том, в какой обстановке они проверяли вагинальные ощущения женщин-испытуемых [6]. Перри и Уиппл, по их словам, обнаружили разницу между вагинальным и клиторальным оргазмами. Они измеряли женскую реакцию во время стимуляции точки С, а также маточные сокращения во время оргазма и фиксировали, была ли при этом эякуляция, то есть выделялась ли из уретры прозрачная жидкость. (Исследователи до сих пор спорят, доказано существование женской эякуляции или нет, и не до конца уверены в том, из чего состоит выделяемая из уретры жидкость.)

В связи с этим Перри и Уиппл предупреждают других ученых о том, что необходимо принять во внимание ту роль, которую играет окружающая обстановка, поскольку она, вероятно, также влияет на интенсивность измеряемых оргазмов. Другими словами, Перри и Уиппл пытались изучать ощущения, возникающие при стимуляции точки в, но в процессе исследования они обнаружили, что комфорт и освещенность помещения влияют на интенсивность женских оргазмов и даже могут влиять на то, сможет женщина эякулировать или нет.

В одном случае исследователи протестировали участницу эксперимента в стерильном, ярко освещенном кабинете врача, который у многих ассоциируется с болью, болезнью и заболеваниями. Участница, недовольная своими «плохими результатами» в такой обстановке, попросила, чтобы исследование было повторено. «К счастью, — пишут авторы, — кабинет врача не был доступен для повторной процедуры оценки, поэтому ее провели в собственной гостиной участницы, в присутствии ее сексуального партнера. В этих условиях ее вагинальные измерения миографа составили 26 микровольт (по сравнению с 11,8 в кабинете), а результаты миографа в матке показали 36 микровольт (по сравнению с 6,88 несколькими днями ранее). Для самой участницы новые результаты, полученные таким образом, стали огромным облегчением, поскольку, как она чувствовала, они лучше отражали ее собственные представления о состоянии своего сексуального здоровья» [7].

Затем другая группа подтвердила значительную разницу в результатах при смене обстановки. Из-за ошибки в расписании для целой группы испытуемых также пришлось изменить место проведения повторного эксперимента. Этим местом стал медицинский кабинет, но в его оформлении были учтены биологические потребности, удовлетворение которых необходимо для того, чтобы результаты были успешными. Второй кабинет был комфортабельным, красиво оформленным, с приглушенным светом.

В этой более приятной обстановке, при приглушенном свете, показатели интенсивности оргазма у женщин резко пошли вверх. Та же группа женщин эякулировала в этой более приятной и расслабляющей обстановке чаще, чем в обстановке строгого медицинского кабинета.

Если вы прочитаете работы эти исследователей, написанные четким научным языком, то увидите: они пишут, что более «соблазнительная» обстановка позволила женщинам, которые эякулировали, получить почти в два раза больше микровольт во время вагинальных сокращений и почти в четыре раза больше маточных сокращений во время оргазма, чем тогда, когда исследования проводились при ярком свете в клинических условиях — то есть в условиях, которых женщина точно не хочет.

Существенное различие между этими показателями предполагает наличие различных объяснений, таких как присутствие партнера, усталость, день менструального цикла, окружающая обстановка во время эксперимента и эффект привычки. Единственной переменной, для которой имелись данные, была экспериментальная среда. Участницы были разделены на две группы: одна состояла из тех женщин, у которых результаты замерялись в стандартном гинекологическом кабинете или в клинике, а вторая группа состояла из женщин, результаты которых замерялись в кресле для отдыха или на диване в кабинете биоэлектронной обратной связи.

Результаты анализа, проведенного постфактум, показывают, что среда, в которой проводилось обследование, может играть важную роль. Среди тех, кто эякулировал, подтвердилась существенная разница: шесть эякулировавших женщин из группы тестируемых на гинекологическом кресле показали в среднем 8,32 мкВ (SD = 3,44) по вагинальному миографу, по сравнению с 12,95 мкВ (SD = 6,15) для остальных 19 женщин, t[16] = 2,33, р = 0,05. Миография матки тоже учитывалась. Пять эякулировавших женщин из группы тестируемых на гинекологическом кресле показали 7,38 мкВ (SD = 3,51) по сравнению с 15,88 мкВ (SD = 4,42) для 11 других эякулировавших женщин, t [10]=4,13, р < 0,01 [8].

Беверли Уиппл обнаружила нечто еще более интересное — связь между различными ощущениями, которые женщина испытывает при вагинальном оргазме, клиторальном оргазме и оргазме точки в, и разными участками головного мозга. В 2011 г. на презентации своего доклада Уиппл и ее соавторы показали, что, действительно, ощущения при клиторальном, вагинальном оргазме и оргазме точки в проявляются в разных, то есть обособленных, но взаимосвязанных участках женского мозга. Кроме того, они обнаружили, что женщины используют различные эмоциональные и сенсорные дескрипторы для клиторального оргазма, вагинального оргазма, оргазма точки в и «смешанного» оргазма (большинство женщин предпочитают «смешанный»). Эти различия настолько хорошо документально подтверждены работами Уиппл, что она называет оргазм шейки матки или оргазм точки 0> «глубоким оргазмом» и даже разработала специальный вибратор для его активации [9].

Выводы, которые Уиппл и Перри сделали в своих ранних, 1981 г., исследованиях, понятны и очень интересны: «Этот специальный постэкспериментальный анализ… позволяет предположить, что внимательное отношение к экспериментальной обстановке и ее “сексуальной” (или антисексуальной) атмосфере необходимо при будущих исследованиях сексуального функционирования» [10].

Многие женщины жаловались мне на то, что, состоя в длительных отношениях, они много потеряли в сексуальном плане. Они с горечью говорили о том, что им приходится самим бронировать столики для свиданий или нанимать няню на День святого Валентина. Эта горечь вызвана тем, что женщины помнят, как проходил период ухаживаний, когда им не надо было думать о таких вещах. В своих рассказах они делают акцент на том, что им приходится делать эту «работу» — и это воспринимается именно как работа. А их обида вызвана отчасти тем, что если они сами бронируют столик, то ночью не могут возбудиться — потому что недополучили романтики.

Когда они должны сами выполнять всю романтическую «работу», они злятся, потому что видят, что их мужчины делают самый минимум из того, что необходимо, чтобы поддерживать желание в женах. Они злятся, потому что знают, что потом мужчины захотят секса, но эти мужчины перестали стремиться возбудить своих жен. (А еще они, вероятно, предвидят, как сексуально неудовлетворенные самки крыс у доктора Пфауса, что секс будет неудачным. Возбуждение без соответствующей разрядки имеет крайне негативные физиологические последствия для самок млекопитающих, не важно, находятся ли они в лабораторной клетке или в собственной спальне в пригороде.)

Гетеросексуальным мужчинам не помешало бы спросить себя: «Кого я хочу видеть своей женой — богиню или озлобленную, недовольную тетку?» К сожалению, с физиологической точки зрения золотой середины быть не может: или женщины хорошо удовлетворены в сексуальном плане (а если женщина одинока — то она хорошо удовлетворяет сама себя), или они рискуют начать испытывать физический дискомфорт и эмоциональную раздражительность. Как показывают исследования доктора Пфауса, стресс, вызванный сексуальной неудовлетворенностью, не поддается контролю. И тантра, и современная наука настоятельно советуют мужчинам: если вам кажется, что на вашу жену или подругу что-то нашло, подарите ей букет роз, закажите столик в ресторане, наведите порядок в спальне, зажгите свечи.

ПОМОГИТЕ ЕЙ ВОЙТИ В СОСТОЯНИЕ ОРГАЗМИЧЕСКОГО ТРАНСА

Расслабление и раскрепощенность сопутствуют друг другу. Симпатическая нервная система, когда она действительно активна, лучше всего способствует тому, чтобы женщина впала в состояние сексуального транса.

Последние научные данные подтверждают то, о чем тантра заявляла всегда, и то, на что намекают все сцены в художественной литературе, в которых женщина не владеет собой: во время оргазма женщины впадают в состояние транса, отличное от того, что испытывает при оргазме мужчины. В статье «Региональные изменения мозгового кровообращения, связанные с клиторальным оргазмом у здоровых женщин» Яннико Георгиадис с коллегами описывает результаты изучения МРТ-снимков мозга женщин, которых попросили сначала подражать телесным конвульсиям, которые бывают при возбуждении и оргазме, но постараться при этом не возбуждаться, а после того как они это проделали, их попросили мастурбировать до оргазма (или получить удовлетворение при помощи партнера). МРТ показала в момент оргазма настоящий взрыв в женском мозге в виде пятен всех цветов радуги, при этом совсем не там, где ожидали исследователи, и это стало настоящим прорывом в науке: «первый подсчет областей мозга, задействованных в эксперименте по стимуляции клитора» [11].

Полученные результаты можно считать если не доказательством, то прозрачным намеком на подтверждение того, что многовековой страх перед сексом, превращающим женщин в момент оргазма в ведьм, или менад, не ведающих никаких границ, имеет под собой некоторые основания. Исследователи обнаружили «значительную деактивацию дорсомедиальной префронтальной коры», которая является тем местом в мозге, где порождаются «моральные рассуждения и социальные решения». Это открытие «подразумевает отсутствие моральных суждений и мыслей в отношении самого себя» в этой части мозга в момент оргазма. То есть, когда женщины достигают пика удовольствия, они теряют ощущение собственного «Я», самосознание и едва ли контролируют себя — именно поэтому во время занятий любовью в гостиничном номере с тонкими стенками женщина не может сдержать свои крики, даже если потом ей будет стыдно за произведенный шум. Группа Георгиадиса обнаружила «увеличение локального мозгового кровотока во время стимуляции для подавления», означающее, что мозг женщин проявляет меньше активности в области, в которой определенное поведение может быть запрещено. Это подтверждает более ранние выводы Ма и Биника, сделанные в 2001 г., о том, что определенные участки женского мозга во время оргазма задействованы в регулируемой «потере сознательного контроля» [12]. Позже исследователи также обнаружили, что женский оргазм отражается в вентральном отделе среднего мозга, который находится там, где, согласно тантре, расположен «третий глаз». (Здесь активен дофамин: вентральный отдел среднего мозга — это место, где находятся дофаминергические нейроны.)

Однако открытие этой группы ученых, заключающееся в том, что женщины впадают в состояние транса и раскрепощаются, теряя контроль над сознанием, важно и еще по одной причине. Действительно, когда Георгиадис и его коллеги обнаружили, что клиторальный оргазм активизирует часть мозга, связанную с поведенческой раскрепощенностью и отсутствием контроля, они весьма поэтически объяснили для медицинского журнала, почему французы называют женский оргазм le petit mort — «маленькая смерть». Они высказали соображение, что женщины, в отличие от мужчин, во время оргазма находятся в состоянии, в котором они ощущают потерю определенного вида контролируемого сознания или потерю определенного вида личности. Я думаю, что это открытие чрезвычайно важно для нашего понимания того, что секс имеет для женщин радикально иное значение и ассоциации, чем для мужчин. Мы должны понимать, что с точки зрения некоторых аспектов удовольствия в сексе для женщин и мужчин есть сходство, но мы ошибемся, если остановимся на этом. В определенном смысле, если принять во внимание сознание, а не удовольствие, секс для женщины — нечто совсем иное, чем для мужчины.

На мой взгляд, этот опыт растворения личности, погружения в волну силы вне собственного контроля, полного раскрепощения против своей сознательной воли сильно повлиял на воображение женщин. Женская литература изобилует описаниями разбуженной сексуальности, ведущей к растворению в чувстве утраты самоконтроля. Эдна Понтелье, героиня романа Кейт Шопен «Пробуждение», после сексуального пробуждения плывет обнаженная в море навстречу возможной гибели. Мэгги Тул-ливер в романе Джордж Элиот «Мельница на Флоссе» находит свою смерть во время наводнения. Лаура и Лиззи, героини поэмы Кристины Россетти «Базар гоблинов», попробовав соблазнительные фрукты, которыми их угостили гоблины, измучились и едва не погибли. Джейн Эйр в одноименном романе Шарлотты Брон-те, испытав сексуальное пробуждение, теряет сознание и едва не погибает на пустоши после урагана. Возможно, эти сцены описывают не наказание за «прегрешение», а скорее проблески измененного состояния, связанного с сексуальным удовлетворением. Кроме того, они отражают вполне понятную тревогу авторов, привыкших к самоконтролю, вызванную раскрепощенным состоянием сексуальной трансцендентности. Таким образом, многие писательницы, от Шарлотты Бронте до Кристины Россетти и Эдит Уортон, одновременно описывают привлекательность эротической утраты своего «Я» и самоконтроля и страшатся этого состояния. С точки зрения науки привлекательность женского оргазма и страх перед ним, поскольку он включает в себя чувство растворения себя и потерю сознательного контроля, — это две вполне объяснимые реакции со стороны женщин-писательниц и художниц, а также женщин вообще.

Нейробиологи пытаются установить, какие участки мозга могут быть связаны с описываемым некоторыми людьми чувством растворения собственной личности, даже если такой опыт был очень кратким. Кевин Нельсон, доктор медицинских наук, в своей книге «Духовный портал в мозге: Неврологические исследования для познания Бога» (The Spiritual Doorway in the Brain: A Neurologist’s Search for the God Experience) предполагает, что чувство «утраты своего “Я”» в мистическом опыте может быть связано с закрытием в определенные моменты «темпорально-париетального узла». Он отмечает, что «важные части неврологического “Я” расположены в пределах темпорально-париетального узла» и что, если мозговые центры, конструирующие «неврологическое “Я”» спокойны, люди могут чувствовать «единение с чем-то большим» [13]. Объясняет ли это выводы Георгиадиса? Помогает ли это понять, в чем привлекательность и опасность сексуального пробуждения, за описанием которого в женской художественной литературе следуют сцены, где женщины рискуют погибнуть?

Эдит Уортон писала своему любовнику Мортону Фуллертону о «золотом тумане», в который превращаются ее мысли и слова — ее сознательное «Я» — от его прикосновения, и использовала метафору сундука, полного сокровищ, чтобы описать это состояние:

Я так боюсь, что сокровища, которые я так страстно желаю показать Вам, приплывшие ко мне на волшебных кораблях с заколдованного острова, покажутся Вам всего лишь цветастым ситцем и стеклянными бусами ловкого торговца… Я так боюсь этого, что все прячу и прячу свои сокровища обратно в сундук, дабы не видеть, как Вы смеетесь над ними!

Что ж! Пусть Вы будете смеяться… Когда Вы заходите в комнату, я ощущаю обжигающее дуновение пламени, когда Вы прикасаетесь ко мне, мое сердце начинает биться сильнее, а когда Вы обнимаете меня, я молчу, потому что все слова, как мне кажется, пульсируют и все мои мысли превращаются в прекрасный золотой туман, — так почему я должна бояться Вашей улыбки, когда я могу превратить бусы и ситец в такую красоту?» [14].

В романе 1905 г. «Обитель радости» Эдит Уортон также попыталась описать это растворение собственной личности, которым грозит женщине сексуальная страсть. Изображая свою героиню Лили Барт она пишет: «Смертная девушка на берегу бессильна против сирены, которая алкает своей добычи: такие жертвы возвращаются после своего приключения мертвыми» [15].

Эта активация части мозга, отвечающей за размывание границ сознания, становится сложным испытанием для женщин-писателей или женщин-философов: их опыт ощущения границ личности, если эти женщины испытывают оргазм, в целом отличается от аналогичного опыта мужчин. Личность была представлена в мужской западной философии как нечто рациональное, сознательное, управляемое волей, образец дискретных границ и автономии, но мозг женщин во время оргазма регулярно субъективно воспринимает свое «Я» как нечто, не имеющее границ, подчиняющееся большей силе, бесконечное и не поддающееся сознательному контролю. Возможно, именно из-за этой таинственной потери самоконтроля мужчины представляют себе женщин во время секса как иррациональную силу, как ведьм или менад.

Что же происходит в этой сумасшедшей, вышедшей из-под контроля вентральной части среднего мозга женщины? Она дает экстатическую реакцию на целый ряд стимулов: «Эта группа клеток играет ключевую роль для приносящего внутреннее удовлетворение поведения [Macbride 1997; Sell et al. 1999], включая эйфорическое состояние, вызванное наркотиками [Breite et al. 1997; Sell et al. 1999], приятной музыкой [Blood and Zotorre 2001] и шоколадом [Small et al. 2001]» [16]. Эти исследователи обнаружили физический механизм, из-за которого оргазм заставляет женщин снова и снова пытаться испытать эти экстатические чувства, будто вызванные приемом героина.

«Передняя мозговая артерия положительно коррелирует с локальным кровотоком в вентральном отделе среднего мозга», что объясняет «природу женского оргазма, стремящуюся ко все большему». Это означает, что ученые наконец установили, чем вызван тысячелетний патриархальный страх перед женской сексуальностью: когда женщины испытывают оргазм, они действительно биологически стремятся усилить его, испытать еще больше ощущений. Георгиадис и его коллеги провели и другие исследования, которые показали — и феминисткам это может не понравиться, — что «для активизации женского гипоталамуса важнее стимуляция шейки, а не клитора [Komissaruk et al. 2004]». Почему это вообще имеет значение? Гипоталамус «хорошо известен своей ролью в женском репродуктивном поведении [Dr. Pfaus 1999]», и «во время женского оргазма он может вырабатывать окситоцин [Carmichael 1999]» [17]. То есть если вы состоите в гетеросексуальных отношениях, то в результате вагинального или смешанного оргазма вы забеременеете с большей вероятностью. Это, конечно, не значит, что у одного вида оргазма есть преимущество перед другим или что вы должны постараться полюбить в сексе что-то, что вам не нравится. Я просто рассказываю о том, что выяснили ученые о разных видах женских оргазмов — какие из них с большей или меньшей вероятностью приведут вас к беременности или заставят влюбиться и продолжать любить.

(Одна молодая женщина-ученый, работавшая вместе с доктором Пфаусом, объясняла мне результаты исследования. Мы встретились в одном из университетских зданий. Это была очаровательная, хорошо воспитанная девушка 20 с небольшим лет, с безукоризненной осанкой, одетая ради такого случая в длинное летнее платье. Держа тонкими пальцами бокал белого вина, она заметила: «Вот почему фермеры платят людям за фистинг своих коров».)

Женщины знают, что во время мощного секса впадают в некое подобие транса, и такое состояние — это встреча с самой собой на другом, более высоком уровне. И мы ошибемся, если будем воспринимать тягу женщин к романтике только как стремление достичь «другого» состояния. Если партнер может помочь женщине достичь этого состояния транса, то она не просто растворяется в наслаждении: через этот сексуальный опыт она пробуждается и взаимодействует с крайне важными аспектами своей личности.

ОБНИМИТЕ ЕЕ, ПРИЖМИТЕ К СЕБЕ, ДВИГАЙТЕСЬ С НЕЙ В МЕДЛЕННОМ ТАНЦЕ: ТАЙНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ МУЖСКИХ ПОДМЫШЕК

Я представляю себе, как подхожу к его комоду, открываю один из ящиков и подношу к носу сложенную футболку. Я все еще чувствую его запах в очень многих местах и думаю о том, каково это будет, когда все это тоже пройдет.

— Салли Брэди. Ящик с темнотой [18]

Когда гетеросексуальные женщины рассказывают о том, чего им не хватает в сексуальной жизни, они часто используют метафоры с участием ароматов. Одна женщина, с которой я беседовала, энергичная профессор литературы из Португалии, 30 с небольшим лет, провела несколько лет в отношениях с надежным, «безопасным» мужчиной, который теоретически подходил ей идеально, но ее постоянно мучило ощущение, что они не «сочетаются» физически. Она зациклилась на мысли, что было что-то в его запахе, что не подходило ей. «Однажды я читала роман, в котором герой сказал: “Она наполняет мою жизнь благоуханием”. Я хочу такого же, я хочу чувствовать, что мой мужчина наполняет благоуханием мою жизнь, а я — его».

Запах мужчины оказывает огромное воздействие на настроение, гормональный фон и даже фертильность гетеросексуальных женщин. Иванка Савич из Королевского Каролинского института в Стокгольме обнаружила, что, после того как женщины и мужчины-геи вдохнули гормональный компонент мужского пота, ПЭТ мозга показала освещенные районы вокруг гипоталамуса, и это позволяет предположить, что мозг женщин и геев отреагировал скорее на сексуальном, чем на обонятельном уровне [19].

Дениз Чен, психолог из Университета Райса в Хьюстоне, и ее коллеги выдвинули следующую гипотезу: если люди действительно производят феромоны и реагируют на них, то женщина должна реагировать на мужской «сексуальный» пот сильнее, чем на обычный.

Чен и ее команда попросили 20 гетеросексуальных мужчин не использовать дезодорант и другие ароматизированные продукты для ухода за кожей в течение нескольких дней. Затем исследователи положили прокладки мужчинам подмышки и подключили к ним электроды, в то время как испытуемые смотрели порнографическое видео. Ученые проанализировали мужской пот, полученный во время возбуждения, а также пот, полученный у тех же мужчин, когда они не испытывали сексуального возбуждения.

Затем 19 гетеросексуальным женщинам дали понюхать прокладки с мужским потом, выделившимся во время возбуждения и вне его, и подвергли их сканированию мозга. Реакция мозга женщин на мужской пот во время возбуждения очень сильно отличалась.

«Сексуальный» пот активирует у женщин орбитофронтальную кору и веретенообразные нейроны в правом полушарии, а пот вне возбуждения никак не повлиял на них. Это те области мозга, которые помогают нам распознавать эмоции и участвовать в восприятии. Обе области находятся в правом полушарии, отвечающем за восприятие запахов, социальную реакцию и эмоции.

Чен пришла к выводу, что ее открытия подтверждают идею, согласно которой люди общаются с помощью подсознательных химических сигналов [20]. Для меня это открытие также означает, что женские тела категорически и бескомпромиссно определяют, когда мужчины заинтересованы в сексе с ними, а когда не заинтересованы, даже если их партнеры говорят «правильные» вещи. Возможно, это было как раз то, что испытывала моя приятельница, имевшая сильное половое влечение, в то время как ее партнер не «наполнял благоуханием ее жизнь»: его сексуальный интерес к ней не был достаточно сильным для нее. Соответственно она не хотела поддерживать эти отношения всю жизнь. Она не могла пахнуть так, чтобы вызвать его возбуждение — такое, чтобы вызвать запах, который, в свою очередь, по-настоящему возбудил бы ее.

Кстати, ученые выяснили, какие конкретно ароматы вызывают вагинальный приток крови: согласно одному исследованию, запахи огурцов и лакричных конфет Good & Plenty занимают верхние строчки списка самых возбуждающих запахов (и огурцы, и конфеты — фаллической формы) [21].

Женщины могут подсознательно «унюхать» не только уровень возбуждения мужчины. Еще одно исследование показало, что женщин привлекает запах пота мужчин, чьи ДНК сильно отличаются от их собственных, и отталкивает запах мужчин с похожей ДНК. Но есть одно важное исключение: когда женщина беременна, она предпочитает запах мужчин, чья ДНК похожа на ее. По мнению ученых, это может быть связано с тем, что во время беременности женщины хотят быть рядом с родственниками.

Проведенное Випри Луммаа и Александрой Алвернье исследование на тему «Влияют ли противозачаточные таблетки на выбор партнера у людей?» должно заставить нас серьезно задуматься. Они пишут: «Женские и мужские предпочтения при выборе партнера варьируются в зависимости от менструального цикла. По сравнению с другими фазами цикла женщины предпочитают более маскулинных и генетически не близких им мужчин во время овуляции, при этом последние данные свидетельствуют о том, что и мужчины отдают предпочтение женщинам, находящимся в периоде овуляции. Такие ежемесячные изменения в предпочтениях, по мнению ученых, имеют эволюционные преимущества для рождаемости. Новые данные в настоящее время свидетельствуют о том, что прием оральных контрацептивов может существенно повлиять на выбор партнера и у мужчин, и у женщин, так как из-за них в середине цикла изменение в предпочтениях исчезает» [22]. Это исследование показывает, что, когда женщины принимают противозачаточные таблетки, они ощущают запахи мужчин иначе, чем когда не принимают, потому что таблетки заставляют женский организм считать, что беременность уже наступила. Таким образом, пока молодые женщины пьют таблетки и гормонально беременны, но еще находятся в поиске, они предпочитают запах мужчин, который похож на запах их родственников. Затем в браке они перестают пить контрацептивы, чтобы завести детей. И тогда, будучи гормонально не беременными, они возвращаются к прежним предпочтениям в запахах, и в результате брак оказывается под угрозой. Женщины, чувствуя отвращение к мужьям с сексуальной точки зрения, говорят что-то вроде «Я терпеть не могу, когда он дотрагивается до меня», — как раз в тот момент, когда молодая семья задумывается о зачатии. Примечательно, что, по словам многих терапевтов, истории, рассказанные этими молодым женщинами, идентичны: они вдруг начинают чувствовать, что оказались замужем не за тем человеком, и сообщают, что не могут выносить запах своих мужей.

Организм женщины не только может определить, устраивает ли ее мужчина в сексуальном смысле и подходит ли он ей, но и расслабиться, ощущая запах мужских подмышек и феромонов в нем. Джордж Прети и его коллеги из Центра изучения химических ощущений Монелла в Филадельфии обнаружили, что мужские феромоны влияют как на уровень спокойствия женщины, так и на ее фертильность [23]. В исследовании, отчет о котором был опубликован в журнале Biology of Reproduction, ученые помещали прокладки в подмышки мужчин. Таким образом они собрали пот группы доноров-мужчин. Затем они извлекли из него концентрированные химические соединения, замаскировали их ароматами и систематически давали понюхать женщинам-добровольцам. После шести часов опыта все женщины сообщили, что чувствуют себя более спокойными и менее напряженными.

Когда женщины, которые уже давно замужем, говорят о том, что романтика исчезла из их брака, они часто используют фразу: «Он больше не приглашает меня танцевать». Реклама британских автомобилей-слиперов показывает богатого мужчину средних лет на одной стороне страницы и его жену на другой. Под фото мужчины надпись гласит: «Обслуживание в номерах. Безделье. Гольф». Под фото женщины написано: «Ужин при свечах. Флирт. Танцы под звездами». Если такая гипотетическая пара посвящает выходные его интересам в ущерб ее, брак пострадает, даже если они оба при этом не поймут почему. Она не сможет по-настоящему расслабиться и получить сильное возбуждение, потому что у нее не будет возможности вдохнуть запах ее мужчины, который весь день провел на поле для гольфа, а ведь это важная составляющая «божественной матрицы», которую она должна испытать.

За этим женским романтическим клише — «танцы под звездами» — кроется мечта вовсе не о рок-н-ролле или хип-хопе, в которых партнеры танцуют на расстоянии друг от друга и не чувствуют феромоны друг друга. Скорее, женское воображение рисует некую версию парного танца с объятиями, например вальса, который традиционно присутствует в романтических сценах в произведениях поп-культуры, например в «Унесенных ветром», в диснеевских мультфильмах «Красавица и чудовище» и «Анастасия». Действительно, во многих классических историях любви героиня понимает, что влюблена в героя, после того как он пригласил ее на танец и она имела возможность, танцуя в его объятиях, вдохнуть его пьянящие феромоны под ритмичную мелодию, активирующую ее вегетативную нервную систему, и ощутить, что его ДНК возбуждающе непохожа на ее собственную.

«Мы больше не обнимаемся», — еще одна жалоба женщин, которым не хватает в браке секса и романтики. И опять, если задуматься, во время объятий на диване голова женщины обычно прижимается к плечу или груди мужчины, а в постели во время объятий голова женщины часто находится на груди мужа или любовника. Объятия для женщин зачастую означают вдыхание запаха.

Что же объединяет танцы и объятия и почему они так важны для гетеросексуальных женщин? Все дело в тайном назначении мужских подмышек и их связи с гетеросексуальным женским желанием.

Эта тема вызывает у людей чрезвычайно сильные эмоции. Я опубликовала неофициальный опрос о мужском поте (в объятиях и танцах) в Интернете и в течение 45 минут получила 87 развернутых ответов как от женщин, так и от мужчин. Казалось, все вокруг хотят рассказать мне о мужских подмышках.

«Когда я испытываю стресс и меня обнимает мой муж, это сразу же меня успокаивает, но только если я ощущаю его сильный запах», — написала одна женщина.

«Я сплю с футболкой моего друга, когда он находится далеко, потому что иначе не могу заснуть», — написала другая.

«Я ушла от мужчины, который был прекрасен во всех отношениях, потому что он не так пах, и это была трагедия, но я абсолютно ничего не могла с этим поделать», — рассказала третья.

Мужчины тоже были поражены тем эффектом, который производит эта сигнальная система в их подмышках. «Зимой я потею не так сильно, как летом, и потому не использую дезодоранты, и замечаю, что женщины интересуются мной гораздо сильнее», — написал один мужчина.

Но Джордж Прети и его коллеги обнаружили, что запах мужского пота влияет не только на уровень спокойствия и фертильность женщин [24]. Хотя в исследовании это и не подчеркнуто, но женщины, понюхав химические вещества мужского пота, почувствовали себя гораздо более возбужденными за счет скачков лютеинизирующего гормона в их мозге — гораздо более заметных скачков, чем в контрольной группе, не нюхавшей пот.

Лютеинизирующий гормон является ключевым строительным блоком женского сексуального желания и играет важную роль в стимуляции овуляции. На уроках полового воспитания учителя обычно не рассказывают нетерпеливым девочкам-подросткам о том, что этот гормон является также ключевым в процессе запуска и усиления женского полового влечения. Когда у женщины приближается овуляция, выбросы этого гормона в женском мозге становятся чаще и больше, поэтому женщины испытывают большее сексуальное влечение в середине цикла. В опыте Прети, когда женщины нюхали мужской экстракт пота, они также испытывали всплеск гормона женского желания.

Но если женщина весь день находится вдали от своего мужчины и ощущает его запах в основном, когда он не возбужден, потому что оба устают от работы и воспитания детей, она может слышать и воспринимать на интеллектуальном уровне его слова «Я люблю тебя» или даже «Я хочу тебя», но почувствовать это на интуитивном уровне ей гораздо сложнее.

Многие молодые пары в нашей культуре переходят от периода ухаживаний, когда они могли провести в постели все выходные и, полностью насытившись запахами друг друга, испытывать сильную страсть, к двойной нагрузке — работе и родительским обязанностям, когда они едва ли успевают провести в объятиях друг друга 20 минут за 48 часов. В такой ситуации чаще всего именно женщины, а не мужчины, начинают чувствовать себя разочарованными, пойманными в ловушку, их преследует ощущение ужасной прозаичности жизни, чувство, что чего-то не хватает.

Тут самое время вернуться к нашей отправной точке — цифрам, которые показывают, что у трети западных женщин крайне низкое либидо. Их брак начинает казаться им утомительным, мир они воспринимают как бесцветный и плоский, и они могут подумать, что все это происходит из-за стрессов взрослой жизни и навалившихся на них обязанностей. Но что если дело не только в этом? Что, если трудолюбивые женщины в нашей культуре испытывают также неврологический голод по миру запахов, по миру осязания, взглядов, поглаживаний, удовольствия и т. д. — по всему тому, чего женская природа требует, чтобы чувствовать привязанность, возбуждение, надежду и любовь?

Почему на сексуальную жизнь таких уставших пар благотворно действует отпуск? Почему многим женщинам, которые борются с бесплодием, удается забеременеть именно в отпуске? Возможно, отчасти потому, что у них наконец появляется время, чтобы вновь «познакомиться» с мужем на обонятельном уровне? Потому что его запах возбуждает и успокаивает ее, напоминая о том, что, даже если он иногда по многу раз рассказывает одно и то же, или бросает белье на пол, или начал лысеть, все равно он может сделать ее счастливой?

Причем именно гетеросексуальных женщин, а не мужчин, успокаивают феромоны противоположного пола. Если гетеросексуальные мужчины не имеют возможности часто и помногу вдыхать аромат женщины, они не могут сильно возбуждаться, но при этом не испытывают стресса. Однако, если женщины лишены возможности ощущать запах мужчины, они становятся сексуально апатичными и напряженными. А вы помните, что стресс, в свою очередь, еще сильнее снижает женское либидо.

Соединенные Штаты и Западную Европу поразила эпидемия бесплодия: в отсутствие мужского запаха уровень лютеинизирующего гормона у женщин не поднимается до уровня, необходимого для оптимальной фертильности. И если понимать истинную природу женщин, то становится ясно, что предпринимаемых для борьбы с бесплодием мер явно недостаточно. Семейные консультанты заставляют женщин и мужчин рассказывать о своих проблемах; врачи-репродуктологи отправляют мужчин в комнату мастурбировать, а затем вводят сперму в вагину женщин, страдающих от нерегулярных месячных или от низкого уровня фертильности. Однако семейные консультанты должны начинать с совета мужчинам обнимать и гладить женщин и ходить с ними, если они этого хотят, на бальные танцы. А врачи, прежде чем проводить искусственное оплодотворение, должны сперва убедиться в том, что мужчины регулярно и качественно обнимают своих женщин, а также доводят их до оргазма.

Боб Биле в ABC Science Online сообщил об исследовании Прети и привел данные другого члена исследовательской группы, доктора Чарльза Высоцки, о том, что мужской запах, возможно, является триггером женской овуляции [25]. То есть запах мужчины-партнера помогает вызвать овуляцию в идеальный момент, делая женщину более спокойной, так что она будет восприимчива к сексу в нужные для зачатия ребенка дни месяца.

Но я бы сказала, что выводы доктора Высоцки показывают, насколько даже передовым исследованиям сексуальной реакции не хватает важной информации о женском желании, в том числе, возможно, более точного определения причины и следствия. Во всех этих исследованиях неосознанно используется модель секса, в центре которой находится мужчина. Согласно выводам доктора Высоцки, незаинтересованная женщина нюхает мужчину, это вызывает у нее овуляцию, и теперь она не только фертильна, но и расслаблена и «восприимчива» к его сексуальному желанию. В этой формулировке начисто отсутствует ее сексуальная активность. Что если она нюхает его, а затем у нее происходит выброс лютеинизирующего гормона и она становится расслабленной и возбужденной? Это расслабление и возбуждение активирует ее желание секса и оргазмов (а не делает ее «восприимчивой»), она вновь вдыхает запах своего мужчины — женщины ясно ощущают запах мужских подмышек в миссионерской позе гетеросексуального секса. Новая порция аромата, в свою очередь, регулирует ее цикл, что обеспечивает ее постоянную фертильность. Другими словами, его запах вызывает у нее овуляцию, которая вынуждает ее хотеть секса, в результате она еще активнее вдыхает аромат партнера, что еще сильнее повышает ее фертильность. В этой интерпретации, которая в большей степени совпадает с прогрессивными выводами доктора Пфауса, в центре желания находится женская активность, при этом мужчины не «делают женщин способными к оплодотворению». Представители мужского пола могут сделать так, чтобы женщины захотели заниматься сексом, но именно женское желание секса поддерживает оптимальную женскую фертильность. Традиционная и несколько сексистская точка зрения эволюционной биологии состоит в том, что желающие секса самки — это фертильные самки (жесткое положение, применимое на практике, например, к лабораторной крысе); но мы должны добавить к этому данные современной неврологии: самки, желающие и активно и постоянно ищущие секса, более фертильны и эволюционно более успешны. Оптимизировать воспроизводство вашей ДНК поможет не внешняя привлекательность, а то, насколько вы сексуально активны.

Постоянная проблема понимания женской сексуальности в нашей культуре заключается в том, что все, что говорится о вагине, изображает женщину в состоянии сексуальной пассивности, а мужчину — как сексуального преследователя, вместо того чтобы показать, что вагина тоже находится в поиске. Однако в той модели, о которой рассказываю я, возбуждение женщины находится в центре повествования. Это не побочный эффект драмы и не морковка на палочке, которой матери-природе нужно только поманить мужчину, центрального игрока оплодотворения, чтобы он ловко попал «в яблочко» в самый подходящий момент. В этой интерпретации тех же данных, что является более естественной эволюционной интерпретацией, именно потребности женщины управляют сексуальным поиском. В моей интерпретации этих данных вагина с эволюционной точки зрения является «центром вселенной».

СМОТРИТЕ ЕЙ В ГЛАЗА

Когда Лусада начинает тантрический сеанс, он минут 10 (мне они показались вечностью) проводит лицом к лицу со своей клиенткой, глядя прямо и испытующе ей в глаза. Многие из его клиенток с трудом выдерживают такой взгляд и начинают смеяться или отворачиваются. Но все его клиентки, у которых я брала интервью, да и я сама, рано или поздно начинают ощущать, что этот глубокий обмен взглядами помогает создать атмосферу, поддерживающую женщину.

Почему так происходит? Доктор Дэниел Амен в своей книге «Мозг и любовь» (The Brain in Love)[25]рассказывает, что обмен взглядами помогает обнаружить сексуальное возбуждение и что взгляд участвует в поведении зеркальных нейронов, которое подает людям сигналы о том, как их воспринимают другие [26]. Дэниел Гоулман в работе «Социальный интеллект: Революционная новая наука человеческих отношений» (Social Intelligence: The Revolutionary New Science of Human Relationships) обсуждает важность взгляда глаза в глаза в интимных ситуациях с точки зрения неврологии: «Те долгие взгляды, возможно, были необходимой нейронной прелюдией к поцелую [пары]… Нервные проекции от сетчатки глаз приводят непосредственно к ключевой структуре мозга, отвечающей за сопереживание и соответствующие эмоции, орбитофронтальной зоне префронтальной коры. Взгляд глаза в глаза захватывает нас… Такая тесная связь [между орбитофронтальной зоной, корой, миндалиной и стволом мозга]… способствует мгновенной координации мысли, чувства и действия… Орбитофронтальная зона выполняет мгновенные социальные расчеты, благодаря которым мы понимаем, как относимся к человеку рядом с нами, как он относится к нам и что делать дальше» [27].

Что же удивительного, учитывая силу орбитофронтальной зоны, что женщины воспринимают долгий взгляд глаза в глаза как форму соединения? Это фактически средство связи на уровне неврологии. Женщины часто жаждут «взгляда прямо в глаза», который они постоянно получают от других женщин и маленьких детей. Они воспринимают это как укрепление связи. В отличие от них мужчины испытывают естественное отвращение к глубокому взгляду глаза в глаза. Мужчины предпочитают взаимодействие сбоку — они интерпретируют прямой взгляд как угрозу. В течение первых двух лет ухаживаний, когда, как показывают исследования, мужские нейрохимические вещества становятся более похожими на женские, и наоборот, мужчины дарят женщинам этот взгляд глаза в глаза, но после начального периода ухаживания таких взглядов, как правило, становится все меньше и меньше [28]. (Самки крыс, прежде чем оказываются готовы к спариванию, внимательно смотрят на самцов. Они пристально глядят прямо в глаза самцам, а затем убегают, чтобы инициировать секс.)

У людей прямой зрительный контакт требует доверия. В сексуальном контексте взгляд глаза в глаза с расширенными зрачками позволяет прочесть, что ваш партнер чувствует по отношению к вам, так как расширение зрачков означает сексуальное возбуждение. Неслучайно в романтических ресторанах всегда приглушенный свет — это способствует расширению зрачков, которое воспринимается как возбуждение.

Но женская жажда пристальных взглядов от возлюбленного не исчезает: большинство романтичных сцен в кино и в романах включают описания мужчины, который «проникновенно смотрит ей в глаза». В дикой природе ухаживания и секс между приматами также включают глубокий взгляд глаза в глаза. Эта острая женская жажда того, что я называю «контакт глазами» или «коммуникация взглядами», может объяснить многие тайны возникновения напряженности в супружеской жизни и в долгосрочных гетеросексуальных отношениях.

Многие женщины считают, что, когда мужчина пристально смотрит им в глаза, это сексуально. Коммуникация взглядами является частью «божественной матрицы». Сколько женщин испытывают «жажду взглядов» и пытаются неосознанно спровоцировать своих партнеров-мужчин на то, чтобы те внимательно посмотрели на них? Сколько женщин чувствуют, что их партнеры редко смотрят им внимательно в глаза, за исключением тех случаев, когда сердятся? Многим женщинам знакомо это неприятное чувство, что муж или партнер находится рядом с тобой день за днем и не смотрит тебе в глаза. Разочарованность может привести к озлоблению против мужчины, которое окажется для него полной неожиданностью. Она сама не может до конца понять, почему он вдруг стал так раздражать ее. Он не сказал ничего ужасного, не сделал ничего страшного, он просто в течение трех или четырех дней, как ей кажется, не смотрел ей в глаза. Бедная женщина, она не осознает, что лишена глубокого интерактивного взгляда, который так нужен ей! Она просто не знает об этом. И бедный мужчина — он может быть вполне доволен жизнью, а она начинает раздражаться, потому что, живя с ней бок о бок, он все время отводит глаза в сторону.

Данные показывают значительное снижение уровня удовлетворенности браком после рождения первого ребенка, — а дети эволюционно запрограммированы искать глазами родителя и фиксировать взгляд на нем [29]. Возможно, некоторые молодые мамы, которым не хватает внимательных взглядов от мужей, сильнее вовлекаются в заколдованный круг обмена взглядами со своими детьми и при этом мужья исключаются из этого круга вовсе? Сколько матерей благодаря такому взгляду глаза в глаза сделали отношения с ребенком приоритетными, оставив в стороне отцов? Этот несчастный треугольник после рождения ребенка и последующие жалобы на низкое либидо или даже на брак без секса чрезвычайно распространены в нашей культуре. Скольким женщинам в таких треугольниках не хватало внимательных взглядов?

Мужчина, желающий активизировать «божественную матрицу», знает о том, как опасно чрезмерно увлекаться дома своим смартфоном. Он постарается найти время, чтобы хотя бы иногда смотреть в глаза жене или возлюбленной, даже если это не совсем естественно для него.

ПОГОВОРИТЕ С НЕЙ, ВЫСЛУШАЙТЕ ЕЕ

Молчание — это ежедневный стресс для женщин, живущих с любимыми мужчинами. И я не имею в виду враждебное или антагонистическое молчание, речь идет о простом и старом как мир молчании — молчании мужского мозга.

Многочисленные исследования подтвердили, что существует разница между запуском вербального процесса в мужском и женском мозге: женщины обладают гораздо более высоким уровнем взаимодействия между двумя полушариями мозга, благодаря чему они гораздо больше нуждаются в общении, используют более обширный словарный запас и гораздо сильнее заинтересованы в обсуждении эмоций [30]. Но для мужчин по нейробиологическим причинам все это гораздо менее важно. Они не пытаются быть грубыми или высокомерными; их мозг просто не в состоянии так активно включаться в перечисленные виды деятельности. Добавьте к этому то, что многие мужчины приходят домой с работы, на которой они весь день разговаривали и воспринимали эмоции других людей. Дело в том, что постиндустриальная революция создала рабочие места, требующие, чтобы мозг мужчины, по сути, вел себя как мозг женщины. Многие мужчины в конце рабочего дня выходят из офиса уже неспособными на мозговую активность. Все, чего они хотят, это дать мозгу отдохнуть.

По моему мнению, это одна из причин, по которой так часто возникают семейные баталии именно тогда, когда оба партнера возвращаются домой с работы. Ее мозг активен и отчаянно пытается общаться, потому что именно так он успокаивается и чувствует себя лучше, в то время как его мозг очень хочет расслабиться на некоторое время и ничего не делать или просто побыть перед телевизором, поскольку именно это расслабляет его и приводит в нормальное состояние. Она чувствует, что ей скучно, что она расстроена, если он не хочет или не может продолжать разговаривать с ней, а он чувствует себя как в осаде из-за ее желания поговорить.

Доктор Лоан Бризендин в книге «Мужской ум» (The Male Brain) указывает на то, что мозг мужчины гораздо меньше задействован в вербальном процессе [31]. Что касается речи, женский мозг всегда включен. Так, зачастую, когда женщины спрашивают мужчин «О чем ты думаешь?», а мужчины отвечают «Ни о чем», женщины приходят к выводу, что мужчины закрывают от них доступ к своей внутренней жизни, потому что они просто не могут представить себе такое состояние мозга, когда в нем не возникает речь, по крайней мере если человек еще в сознании. Но мужской мозг и в самом деле не может так активно производить речь, и ему нужна возможность восстановить эту функцию.

Женщинам с их непрерывно активным мозгом очень трудно принять такое положение вещей.

Почти во всех культурах за пределами Запада женщины, как правило, ежедневно проводят некоторое время, общаясь только с другими женщинами и детьми. Они ходят на рынок в Западной Африке; стирают белье в реке в долине роз в Марокко; обедают в гостях друг у друга на верандах в пригороде Дели. В то время как женщины в этих обществах сталкиваются с огромными сложностями и несправедливостью, они зачастую гораздо меньше недовольны мужчинами, с которыми живут, чем женщины на Западе (я сейчас не говорю о физическом насилии). Таким образом, бремя удовлетворения этой глубокой нейронной потребности в общении перекладывается с мужа, чей мозг химически неспособен его вынести, тем более в одиночку, на кого-либо другого.

В современном западном обществе, напротив, мужчины и женщины, будучи в отношениях или в браке, обычно проводят большую часть свободного от работы времени друг с другом. Таким образом, у мужчины и женщины редко есть возможность отдохнуть (дома или на работе) от этого неизбежного нейробиологического напряжения, которое возникает от того, что ему приходится слишком много говорить, а ей — слишком много молчать.

Принятая на Западе модель общения, когда женщина должна получать большую часть необходимых ей прикосновений, взглядов и внимания в течение нескольких часов после окончания рабочего дня только от одного человека, причем от мужчины, уставшего и крайне нуждающегося в отдыхе от всего вышеперечисленного, — это верный путь к конфликтам и разочарованию.

Дэниел Гоулман в книге «Эмоциональный интеллект» и психолог Джон Готтман в книге «Семь тайн счастливого брака» (Seven Principles for Making Marriage Work) исследовали различия полов в реакции на стресс и роль стресса в семейных конфликтах. Гоулман отмечает, что мужчины являются «уязвимым полом», потому что у них «интенсивность общения в среднем ниже», чем у их жен, и «будучи вынуждены участвовать в разговоре, мужчины выделяют больше адреналина в кровь… поэтому мужья дольше восстанавливаются от общения на физиологическом уровне» [32]. Эти важные книги советуют женщинам попытаться понять мужскую реакцию на стресс: для мужчины общение является очень эмоциональным процессом, после которого ему нужно восстанавливаться и на который ему нужно настраиваться. Это очень хороший совет. Но мне кажется весьма важным, чтобы женская реакция на стресс также была понята и воспринята соответственно. Готтман считает, что женщина должна сдерживать себя при угрозе конфликта, так как с биологической точки зрения она лучше переносит стресс в конфликтных ситуациях [33]. Это верно в краткосрочной перспективе, и оба автора обоснованно дают читателям-мужчинам хорошие советы, как снизить уровень стресса своих жен или подруг и удержать их от захвата разговора. Но я думаю, что эти отличные рекомендации стоило бы дополнить обсуждением долгосрочных последствий для женщин (особенно для их сексуальности), вызванных хроническим стрессом, который может неизбежно возникнуть в результате типичного для западной модели изолированного контакта даже с самым лучшим из мужчин.

ПОГЛАЖИВАЙТЕ, А НЕ ОГРЫЗАЙТЕСЬ

Стресс влияет на мужчин и женщин по-разному. И тут мы видим трагическое несовпадение: во время конфликта мужчины, как правило, переполнены гормонами стресса, что вынуждает их закрываться, отступать, отстраняться — такова реакция «бей или беги» на выплеск адреналина, восстанавливающая нейроэндокринное равновесие. А вот женщины реагируют на тот же стресс потребностью как можно больше говорить — это реакция «проявляй заботу и оказывай помощь». Готтман и Гоулман основывали свои бестселлеры на этих данных, и оба они советуют парам адаптировать свои стили аргументации с учетом этих гендерных различий.

Научные данные также подтверждают, что женщины на нейрохимическом уровне более терпимы к трудным разговорам, чем мужчины. Джон Готтман отмечает, что именно по этой причине мужчины, как правило, превращаются в «каменную стену» во время выяснения отношений с супругой или возлюбленной. Они на самом деле не могут преодолеть это: мужскому телу требуется гораздо больше времени — целых 20 минут — для спада отрицательного возбуждения.

Данные Готтмана показывают, что, когда мужчины «каменеют», у женщин происходит всплеск гормонов стресса и они испытывают отрицательное возбуждение и состояние тревоги.

Однако доктор Готтман, книга которого в общем-то очень доброжелательна к женщинам, стремится именно на их плечи возложить сохранение отношений в семье, поскольку исследования показывают, что на них такие стрессы отражаются не столь разрушительно, как на мужчинах. Готтман отмечает, что естественный отбор благоприятствовал женщинам, умеющим сохранять спокойствие, — это способствовало повышению уровня окситоцина во время лактации — и мужчинам, у которых происходили быстрые выбросы адреналина. «По сей день, — пишет он, — мужская сердечно-сосудистая система остается более реактивной, чем женская, и медленнее восстанавливается после стресса». Доктор Готтман прав насчет различного влияния конфликтов на мужское и женское тело. Он указывает на то, что из-за медленного восстановления от стресса мужчины, как правило, стараются сопротивляться эмоциональным дискуссиям, а женщины чаще всего выступают инициаторами разговоров о проблемах пары, так как у них подобные обсуждения не вызывают столь сильных выбросов адреналина. Но он не рассматривал, каким образом мужчина может вызвать у женщины стресс в долгосрочной перспективе и не в ситуации яркого конфликта.

Женщины не испытывают во время выяснения отношений таких ощущений, как мужчины, но если не учитывать их взаимодействие в повседневной жизни, можно упустить что-то важное. В этих других, менее драматичных взаимодействиях некоторые женщины, на мой взгляд, подвергаются из-за мужчин менее сильному, но зато хроническому стрессовому воздействию. Другими словами, поведение, которое Готтман называет симптомами «переполнения» у мужчины во время ссоры — отстранение, молчание, переключение внимания на другую тему и т. д., со временем приводит к тому, что уже у женщины увеличивается частота сердечных сокращений, а в кровь начинают усиленно поступать катехоламины. В результате у нее возникает хронический стресс, хоть и на более низком уровне, и избежать этого можно, только если мужчина будет регулярно делать несколько простых вещей, чтобы успокоить ее. Причем делать это можно не во время ссоры, а после нее, так как успокаивающее поведение в разгар конфликта не характерно для мужской нейробиологии.

В исследованиях, посвященных женскому мозгу и тому, как женщины переживают стресс, есть интересные научные данные, подтверждающие, что представительницы женского пола реагируют на прикосновения иначе, чем мужчины. Роджер Добсон и Морис Читтенден в своей статье 2005 г., опубликованной в Sunday Times, «Женщинам нужны прикосновения» рассказывают о выводах психиатра Кэтлин Лайт. Она и ее коллеги по Университету Северной Каролины обнаружили, что после всего лишь 10 минут поглаживаний в организме женщины вырабатывается окситоцин — химическое вещество, которое, как вы помните, укрепляет любовь и доверие, — и понижается уровень артериального давления [34].

Лайт с коллегами поставили эксперимент на 59 гетеросексуальных парах: они попросили каждую женщину сидеть в течение 10 минут на диване, как если бы она смотрела романтический фильм. Ее муж или друг должны были поглаживать ее руку, шею или спину или любую часть ее тела по выбору. Ученые измерили уровень кровяного давления и гормональный фон женщин до и после поглаживаний. Поглаживания повысили уровень симпатии у женщин на одну пятую за этот 10-минутный отрезок времени за счет выработки гормонов. Другими словами, можно сказать, что через 10 минут они любили своих мужей и доверяли им на одну пятую больше, чем прежде. А вот анализы мужчин, напротив, после поглаживания ими своих партнерш не показали такого изменения уровня гормонов и кровяного давления.

Кэтлин Лайт рассказала в связи с исследованием: «Это важное открытие! Когда мужчина гладит или обнимает свою партнершу, он, по-видимому, стимулирует усиленную выработку окситоцина, который может снижать кровяное давление».

Исследование Лайт так важно потому, что оно посвящено людям: в других исследованиях было установлено влияние поглаживаний на уровень окситоцина у самок млекопитающих, стоящих на более низких ступеньках эволюции. Но теперь мы точно знаем: гетеросексуальным женщинам, чтобы оставаться спокойными и здоровыми, необходимо получать ласку от мужчин, причем в гораздо больших объемах, чем полагают сами мужчины, основываясь на своих собственных физиологических особенностях и потребностях.

Когда я опубликовала эти данные в Интернете и попросила женщин (и мужчин) написать, что они думают об этом, я была поражена ответами, подтвердившими, что поглаживание (мужчиной женщины) действительно очень влияет на отношения.

«Я попробовал использовать этот метод в моей практике, — написал семейный консультант, — после того, как прочел о нем здесь, и это изменило мой подход к работе. Я посоветовал мужчине поглаживать женщину, когда он говорит о чем-то, что вызывает ее беспокойство. Это оказало чудодейственный эффект: она оказалась способна выслушать его, не закрываясь, и теперь пара может разрешать конфликты гораздо проще, без эскалации».

«Мой муж массирует мне ноги, когда я устаю в конце дня или нахожусь в состоянии стресса из-за работы, — пишет Тереза из Аризоны, — и это делает меня гораздо более открытой и заинтересованной в сексе в остальное время, и наши отношения становятся более интимными».

Кристофер из Вирджинии рассказал: «Я попробовал то, что вы предложили. Теперь я могу помочь жене быстрее почувствовать себя лучше и проще относиться к вещам, которые раньше беспокоили ее. Мы перестали постоянно спорить по пустякам».

Майк из Далласа пишет: «Когда мы говорим на сложную и неприятную тему, я глажу свою подругу по волосам, и она меня слушает».

Многие мужчины, однако, отметили, что не смогли или не захотели делать это во время конфликта. «Очень сложно захотеть сделать это, после того как я наслушался, какой я плохой», — написал один мужчина. Некоторые женщины тоже сообщили, что если их пытаются погладить во время конфликта, то им кажется, что ими манипулируют [35].

Я лично могу засвидетельствовать тот факт, что мою собственную склонность к высокой тревожности и «переполнению», когда возникают сложные ситуации в отношениях, удалось обуздать благодаря этой практике. Я поделилась этой идеей с моим партнером, и теперь, когда в разговоре возникает неприятная тема, он гладит меня по волосам и шее, и это сразу же снижает у меня частоту сердечных сокращений и заставляет улыбнуться.

Мужчины рассказали, что им трудно заставить себя погладить партнершу в разгар ссоры (что вполне понятно, если учесть их повышенную восприимчивость к гормонам стресса во время конфликта), но при этом они отметили, что если бы они могли чаще поглаживать своих жен или подруг просто в течение дня, те, судя по всему, были бы гораздо счастливее и спокойнее. Многие женщины, в свою очередь, с удивлением отметили, что стали менее раздражительными по отношению к мужьям или возлюбленным и начали испытывать к ним более теплые чувства после того, как в их отношениях появились регулярные поглаживания. Да и споров по пустякам стало гораздо меньше. Это вполне логично: если Кэтлин Лайт обнаружила, что поглаживание поднимает уровень окситоцина у женщин по крайней мере на одну пятую, то благодаря ему они действительно становятся ласковее к своим мужчинам и начинают больше доверять им. Если поглаживать их каждый день или даже несколько раз в день, женщины чувствуют себя значительно более расслабленными. Более того, понижая им кровяное давление, мужские поглаживания могут таким образом защитить их от болезней сердца и инсульта!

Мы уже знаем о прямой взаимосвязи между эмоциональной расслабленностью женщины в отношениях с мужем или возлюбленным и ее способностью полностью раскрыться сексуально. С другой стороны, мы должны очень серьезно отнестись к тому, что происходит в отношениях с физиологической точки зрения, если мужчина позволяет себе регулярно или хотя бы время от времени огрызаться на жену или подругу. Множество женщин, безусловно, виноваты в том, что огрызаются или раздражаются на своих партнеров или детей, и мужчины заслуживают того, чтобы была написана книга о влиянии женской раздражительности на мужское тело. Но моя книга — о женщинах. В нашей культуре пусть неосознанно, но признается право мужчины резко отвечать или раздражаться на женщину и детей — это одна из его привилегий в семье. Конечно, общество выступает против жестокого обращения, но почти не заботится о том, чтобы призывать мужчин обуздывать свою раздражительность.

Однако, если женщина вынуждена постоянно опасаться навлечь на себя гнев мужчины, ее вегетативная нервная система закрывает каналы, которые должны быть открыты, чтобы она была сексуально активна. Связь с жестоким или пугающе непредсказуемым мужчиной плохо влияет на женщину. В силу эволюционных причин многие женщины сразу же реагируют на внезапный гнев мужчины, обращенный на них или на детей (которых они должны защищать), увеличением частоты сердечных сокращений, выбросом адреналина и т. д. Если мужчина выплескивает свой гнев регулярно, то женщина постоянно находится под воздействием «плохого» стресса, и ее сексуальная жизнь страдает. Мужчинам, желающим видеть больше страсти в своих женах или подругах, стоит попробовать в течение недели не раздражаться на свою партнершу. Тогда представители сильного пола увидят, как их возлюбленные изменятся в лучшую сторону, так как их вегетативная нервная система будет функционировать в полном объеме, находясь в нестрессовой эмоциональной среде.

НАЙДИТЕ ЕЕ СВЯЩЕННУЮ ТОЧКУ И ЗАДЕРЖИТЕСЬ НА НЕЙ ГОРАЗДО ДОЛЬШЕ, ЧЕМ ВАМ КАЖЕТСЯ НЕОБХОДИМЫМ

Я попросила Майка Лусаду дать совет гетеросексуальным мужчинам и поделиться опытом в том, как раскрепостить и разбудить женщин, даже тех, кто испытывает проблемы с достижением оргазма или имеет низкий уровень либидо.

«Все очень просто, — ответил он. — Это не наука о том, как строить космические корабли. Я могу дать мужчинам два совета. Первый: будьте терпеливыми и сочувствующими. Второе, что нужно помнить мужчинам: у женщин есть два сексуальных центра — клитор и точка О». (На самом деле их больше, как мы уже знаем, но достаточно начать хотя бы с двух.)

Мы уже говорили о том, что среднестатистический мужчина достигает оргазма за четыре минуты, тогда как женщине требуется целых 16. К такому временному различию нужно отнестись со всей серьезностью. Часто мужчины считают, что женщины должны приспосабливаться к ним в сексе, но на самом деле такие ожидания бессмысленны. Многие женщины, в свою очередь, считают само собой разумеющимся, что им нелегко достичь оргазма с мужчиной, но это слишком мрачное мнение опровергают недавние исследования. Правильная стимуляция, сочетающая стимуляцию клитора и точки в, а также других точек, почти в 90 % случаев приводит к женскому оргазму. Ученый из Университета Коменского в Братиславе, Милан Завиачич, нашел точку G у каждой из 27 женщин, которые приняли участие в его исследовании. Каждая женщина, массировавшая свою священную точку, достигла оргазма, а у 10 из них была эякуляция. В другом исследовании еще 40 % из 2350 участниц также испытали эякуляцию [36]. Таким образом, низкий уровень удовлетворенности и желания, в котором признаются американские и западноевропейские женщины, говорит о том, что они вполне могут испытывать оргазм, но их реальный опыт этого не подтверждает, так как очень далек от идеала и физически, и эмоционально.

Научная работа Хели Алзата «Вагинальная чувственность. Репликационное исследование», опубликованная в Archives of Sexual Behavior, посвящена изучению «вагинальной чувственности» у группы женщин-добровольцев [37]. Алзат и исследовательская группа занимались «систематической пальцевой стимуляцией обеих стенок влагалища». «Эрогенные зоны» были найдены по всему влагалищу, в основном они оказались расположены на передней стенке вверху и на задней внизу. Стимуляция этих зон привела к оргазму у 89 % испытуемых. Это чрезвычайно высокий показатель: достаточно вспомнить, что, согласно исследованию Университета штата Иллинойс, от трети до половины женщин испытывают проблемы с регулярным достижением сексуального удовлетворения. Когда я читала поразительные результаты этого исследования, которые повторялись в других случаях, я думала о том, что неслучайно любители тантрических практик проводят так много (с западной точки зрения) времени, лаская священную точку, — обычно они используют манящий жест «иди сюда» или же движение указательным и средним пальцами, часто в сочетании со стимуляцией клитора и другими видами стимуляции.

Исследование Алзата подтверждает сделанные ранее выводы о важности для достижения оргазма вагинальной чувственности и священной точки, или точки G, хотя он отмечает, что не нашел «обособленной анатомической структуры», называемой «точка С». По утверждению Алзата, полученные им результаты подтверждают концепцию, что существуют два вида женского оргазма, клиторальный и вагинальный, и что некоторые женщины во время оргазма выделяют жидкость из уретры.

Многие женщины, в том числе и гуру тантры, сообщают, что если клиторальный оргазм состоит из физического напряжения и расслабления (и это очень похоже на мужской оргазм), то оргазм, возникающий при стимуляции священной точки, приводит к релаксации. При этом те, кто учится получать оргазмы от точки в — эти тантрические нескончаемые оргазмы, стараясь расслабиться и потерять сознание во время стимуляции священной точки, к своему удивлению сталкиваются с тем, что они могут приходить последовательными неисчерпаемыми волнами, без напряжения и концентрации на сексуальных мыслях или фантазиях, что обычно делают женщины, чтобы достичь клиторального оргазма (и что на Западе считается образцом сексуальности).

В этой книге уже неоднократно говорилось о том, что сексуальная удовлетворенность и регулярные оргазмы являются питательной средой для творческой самореализации женщины, ее уверенности в себе и укрепления чувства собственного достоинства. Чем больше мужчин узнают о том, как довести гетеросексуальных женщин до оргазма с помощью массажа священной точки, а также всеми другими способами, тем лучше будет для внутреннего мира женщин. Как сообщают Стюарт Броди и Петр Вайс, ученые из Шотландии и Чехии обнаружили, что одновременный оргазм во время полового акта и регулярные вагинальные оргазмы способствуют удовлетворенности женщины как своей сексуальной жизнью, так и своим партнером, своей жизнью в целом, а также общему психическому здоровью. (Женщинам, конечно, легче достигать одновременного оргазма, если они осознают и контролируют свою сексуальность, а также знают, что могут открыто сообщать о своих реакциях.) Другими словами, сексуальная удовлетворенность связана с удовлетворенностью во многих других сферах женской жизни, не имеющих отношения к сексу [38].

Другие очень интересные, но не получившие широкой известности данные свидетельствуют о том, что специально обученные исследователи могут распознавать женщин, получающих вагинальные оргазмы, по походке, причем с вероятностью более 80 %. По мнению Лусады, это связано с мышцами тазового дна. Итальянские исследователи Г. Гравина и его коллеги установили, что женщинам с более широкой уретрой легче достичь вагинального оргазма, возможно потому, что в таком случае давление полового органа мужчины или иное давление на женскую тазовую сеть нейронов оказывается более сильным. В 2008 г. эти ученые обнаружили ключ к пониманию женской сексуальной реакции, когда подтвердили, изучив изменения в клиторе и точке G во время оргазма, что точка G фактически является частью клитора. Он оказался намного больше, чем считалось раньше, и уходит далеко вглубь таза [39].

Дебора Коди и Нэнси Фиш в 2011 г. в книге «Исцеление болезненного секса» (Healing Painful Sex) подтвердили это открытие, которое в настоящее время интегрировано передовыми исследователями женской сексуальности в концепцию женской анатомии: действительно, клитор и точка G являются двумя точками одной и той же нервной структуры [40].

Как пишет в статье «Сексологическая экспертиза вагинальной эротической чувствительности» ученый из Скандинавии Цви Хох, 64 % женщин, считавших, что они могут испытывать оргазм с помощью мастурбации или внешней стимуляции, но не во время полового акта, смогли научиться получать удовлетворение при сношении, когда им просто показали, как нужно ритмично надавливать на точку G [41].

Все эти исследователи также опровергли идею обособленной точки G, а кроме того, отказались от сравнения клиторального и вагинального оргазмов, обнаружив, что во время женского оргазма задействованы столь «глубоко расположенные ткани», что у нас даже нет для них конкретных названий. Оказалось, что на стимуляцию реагирует вся передняя стенка влагалища:

Вся передняя стенка влагалища, в том числе более глубоко расположенный мочевой пузырь, ткани мочеиспускательного канала и фасция Галъбана, а вовсе не одно конкретное место, оказались эротически чувствительными у большинства обследованных женщин. При этом 64 % из них узнали, как достичь оргазма прямой стимуляцией пальцами этой области и/или в ходе полового акта. Все остальные части влагалища обладают слабой эротической чувствительностью. Это подтверждает нашу теорию клиторального/вагинального ответвления рефлекса, включающего клитор, всю переднюю стенку влагалища, а также более глубоко расположенные ткани. Данная концепция, вместо того чтобы искать существенные различия между «вагинальным (коитальным) оргазмом» и «клиторальным оргазмом», рассматривает «генитальный оргазм», потенциально достижимый за счет стимуляции отдельных мест или, что более эффективно, комбинированной стимуляции полового сенсорного ответвления рефлекса оргазма.

Учитывая то, как легко достигли оргазма большинство женщин, притом что исследователи не показывали им ничего романтичнее веревки, я удивляюсь тому, что, согласно последним данным, лишь очень незначительный процент женщин счастлив в сексуальной жизни.

Не волнуйтесь: не думаю, что после такой информации мы вернемся в те времена, когда в сексуальных отношениях женщины должны были приспосабливаться к мужчинам. Приведенные выше данные об использовании различных видов стимуляции для всех женских эрогенных зон показывают, что до 90 % женщин могут иметь регулярные оргазмы, если они сами этого хотят и если их партнеры «терпеливы и сочувствующи» и хоть немного просвещены в этом вопросе. Кроме того, эти данные демонстрируют, что партнеры, внимательные к вагине своей возлюбленной и готовые подстраиваться под ее темп, вероятно, смогут регулярно доводить ее до оргазма.

И, наконец, они показывают, что наличие внимательного партнера — или самостоятельное владение нужными навыками — приводит к удовлетворенности во всех других областях жизни и дарит психическое и физическое здоровье.

ГОВОРИТЕ ЕЙ, ЧТО ОНА КРАСИВА

И это вовсе не банальность. Есть эволюционные причины, по которым, как я уже говорила, женщинам действительно нужно регулярно слышать от своих партнеров, что они красивы, что они «самые красивые», — для того чтобы быть по-настоящему сексуально раскрепощенными.

Когда я училась в колледже, моя подруга встречалась с мужчиной, который был хорош всем, кроме одного: он никогда не говорил ей, что она красива. Они часто и помногу занимались сексом, но она никогда не бывала после этого полностью расслаблена. Он уходил, а потом мы, три девушки, сидели вместе за кухонным столом, пили большими чашками кофе со сливками и слушали, как наша соседка по квартире фантазирует. Она регулярно представляла, как запрет его в нежилой комнате в квартире и, даже если ему придется голодать день или два, не отпустит его до тех пор, пока наконец не услышит, как он цедит сквозь зубы: «Ладно, хорошо. Ты — красотка».

Была ли она стервой? Или это ее вегетативная нервная система заставляла ее ощущать недовольство? Как бы то ни было, мы все трое отлично ее понимали.

Как мы уже видели, именно по эволюционным причинам женщина будет испытывать влечение к партнеру, демонстрирующему «инвестиционное» поведение — ведь это признак того, что он будет с ней долгое время. А если женщина думает, что ее партнер считает других женщин более привлекательными, она не может полностью расслабиться, потому что предвидит, что ей придется конкурировать с ними за все то, что ей может дать мужчина и в чем она нуждается для своего потомства. (Этот аспект женской сексуальности сам по себе является причиной того, что мужской интерес к порнографии часто негативно влияет на женское либидо.) Но если мужчина часто заверяет женщину в том, что она «самая красивая», ее вегетативная нервная система сообщает: здесь безопасно. Тогда она может расслабиться и не бояться потенциальных посягательств со стороны другой женщины на своего защитника.

Из-за роли вегетативной нервной системы в женском сексуальном поведении, чтобы полностью погрузиться в сексуальный транс, женщина должна чувствовать, что она имеет право на своего рода эгоцентризм, хотя нашим современницам это может показаться проявлением нарциссизма, и она должна быть полностью раскованной. Она должна не беспокоиться по поводу того, есть ли у нее целлюлит, не думать, сколько времени ей нужно, чтобы достичь оргазма, не переживать из-за своего запаха «там». Всего этого легче достичь, если женщина чувствует, что ею восхищаются, ее лелеют, и фраза «Ты такая красивая» очень в этом помогает.

В кембриджской полушуточной антологии женской порнографии «Порно для женщин» сексуальный мужчина-модель смотрит пристально в камеру, а надпись под фотографией гласит: «Ты становишься еще более красивой всякий раз, когда я смотрю на тебя» [42]. На другой странице мужчина удивляется: «Ты говоришь, что в Интернете есть порнография?» Короче говоря, чтобы вегетативная нервная система женщины была полностью активна, она в идеале должна чувствовать себя не просто красивой, а «самой красивой», и в этом случае на помощь приходит незнакомый «язык Богини».

Почему Майк Лусада и другие тантрические гуру советуют в самом начале интимных отношений с женщиной сказать: «Добро пожаловать, Богиня» — и проводить ритуалы обольщения, адресованные «богине» в женщине? Почему десятки женщин, которые на самом деле не верят в это современное шаманство, реагируют различными видами оргазмов или впервые испытывают оргазм, после того как к ним обращаются подобным образом? Какую магию порождает это возвышенное обращение, казалось бы, непонятное и немного смешное? Работает ли это, как я предполагаю, на каком-то физиологическом уровне?

Чем больше я узнавала о вегетативной нервной системе, тем больше понимала, что обращение к женщине как к богине или как к богине в ней, если первый вариант кажется чрезмерным, — это способ, позволяющий достичь трансцендентальной сексуальной реакции или даже первого оргазма.

Почему богиня? Богини обладают могуществом, которое заставляет всех вокруг относиться к ним с почтением. Богиням не нужно сомневаться в себе, в своей значимости или привлекательности — они вправе быть погруженными в себя и потому могут позволить себе совершить трансцендентальное путешествие внутрь своего «Я», согласно определению Георгиадиса и его коллег. И, наконец, богини имеют право получать внимание и удовольствие — ни о чем не беспокоясь, без чувства вины или самобичевания.

Общаясь по Интернету и лично, я с некоторым внутренним трепетом рассказала женщинам об этой гипотезе, а также о «языке Богини» Майка Лусады и снова получила удивительное подтверждение эффективности этого аспекта «божественной матрицы», связанного с почитанием и восхищением.

«Я попробовала то, что Вы предложили, — написала мне одна читательница. — Мы были в горячей ванне… Я люблю мужа, и наша интимная жизнь в целом неплоха, но из-за всей этой работы, поездок и т. д. она уже давно стала слишком прозаической. Я рассказала мужу о “Богине” и о Вашей статье. Он был удивлен, но, казалось, его это заинтересовало, по-моему, особенно в связи с перспективой возможного изменения моей реакции. Он попытался поприставать ко мне, но я была еще не в настроении, было ощущение какой-то порнографии, которое вовсе не возбуждало. Я могла заняться этим и даже достичь оргазма, но для меня это были просто движения. Я была готова к этому небольшому чувству разочарования, какое бывает в таких ситуациях. Но я как бы слегка, игриво оттолкнула его и сказала: “Тебе нужно обратиться к Богине!”

Он засмеялся и сказал неловко: “Ты милая богиня”. Это прозвучит странно, но что-то во мне словно приоткрылось. Я думаю, он понял это и поэтому добавил: “И у тебя славная йони”. Я тоже улыбнулась, так как это было очень забавно — но было в этом и что-то очень искреннее. Когда мы после этого занялись любовью, во мне как будто открылись заржавевшие ворота. Я чувствовала себя по-другому. Мои чувства к нему после этих слов также изменились. Это не фальшивая лесть. Трудно выразить это словами. Меня как будто увидели другими глазами».

Я не утверждаю, что все, кто читает это, будут или должны обращаться к своим возлюбленным, даже мимоходом, как к «богиням». Это едва ли возможно, потому что каждый из нас по-своему оценивает, нелепо это или нет. Но, как свидетельствуют последние данные о женской сексуальности, подтверждаемые тантрой, когда гетеросексуальные мужчины открыто относятся к женщинам как к богиням (по-разному, даже в повседневной жизни), просто выражая словами или жестами свое восхищение, говоря партнершам, как они неповторимы и прекрасны, — даже усталые, подавленные и больные женщины раскрываются.

НЕ БУДЬТЕ РОБКИМ, НО И НЕ БУДЬТЕ СКУЧНЫМ

В нашей культуре десятилетиями и даже веками присутствует двойственность в представлениях о том, какими хотят видеть мужчин гетеросексуальные женщины. Рассмотрим надменного и недоброго Дарси из романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение» (1813) и хорошего Дарси, показанного там же позднее. Сравним положительного Эдгара Линтона и опасного Хитклиффа в «Грозовом перевале» (1847) Эмили Бронте. Или взглянем на опасного Рочестера до пожара в «Джейн Эйр» (1847) Шарлотты Бронте, противопоставляемого безопасному и положительному Сент-Джону и такому же безопасному и во всех отношениях хорошему Рочестеру, ослепшему после пожара. Не забудем также и благородного, но скучного Эшли Уилкса из «Унесенных ветром» (1936) Маргарет Митчелл, который не выдерживает никакого сравнения с отрицательным, но неотразимым Реттом Батлером. И, наконец, сопоставим положительных ранних «битлов» и нехороших «роллингов» в 1960-е.

Это наличие двух героев — больше чем хорошая игра. На мой взгляд, эти пары противопоставляемых друг другу героев архетипичны для гетеросексуальных женщин. Любовные романы, самая продаваемая категория художественной литературы, как правило, построены как раз на этом сюжете — на противопоставлении отрицательного главного героя, который кажется неуравновешенным, или высокомерным, или опасным, тому, кто оказывается хорошим человеком и надежным, любящим, образцовым мужем. Непреходящая привлекательность этих романов с повторяющейся сюжетной линией, за развитием которой женщины-читательницы готовы следить снова и снова, возможно, связана с тем, что фантазия авторов помогает справиться, по крайней мере на время, с мучительным и неразрешимым на физиологическом уровне противоречием.

То, что женщины, чтобы быть сексуально раскрепощенными, должны чувствовать себя в безопасности, не означает, что их сексуальная жизнь должна быть скучной. Доктор Пфаус, как вы помните, подчеркнул негативную роль «плохого» стресса и эротический потенциал «хорошего». Я бы назвала это эмоциональным возбуждением и «безопасной опасностью». Серьезная дилемма, которая на первый взгляд кажется парадоксом, может быть встроена в женское сознание через нейробиологию. Вышеприведенные данные о гормональных колебаниях во время менструального цикла показывают, что во время овуляции нас привлекают мужчины с высоким уровнем тестостерона, рисковые и непредсказуемые, а вне овуляции нас тянет к воспитанным, более безопасным и надежным представителям сильного пола [43].

Этот дуализм объясним и с точки зрения эволюционной концепции доктора Хелен Фишер: она утверждает, что женщины по своей природе не моногамны. Измена может быть эволюционно ценной для женщины, потому что она получает конкуренцию спермы — так ученые называют ситуацию, в которой эякулят нескольких мужчин оказывается внутри не моногамной женщины. При этом она стремится воспитывать ребенка, по крайней мере в первые, самые сложные два года его жизни, при участии надежного помощника. Это неразрешимое, даже трагическое противоречие — подсознательное желание забеременеть от непредсказуемого чужака и не менее сильное желание «выйти замуж» за предсказуемого, воспитанного мужчину, может быть, встроено в нашу женскую эволюционную сущность и, конечно, встроено в наш ежемесячный цикл. Рочестер или Сент-Джон? Ретт или Эшли? Ответ на этот вопрос может зависеть от фазы цикла и от состояния симпатической нервной системы.

Это противоречие может также объяснить вечную проблему гетеросексуальных женщин, заставляющую нас краснеть, так что мы, как правило, уклоняемся от ее обсуждения. Это проблема очевидной и непреходящей тяги к «плохим парням», а также к ситуациям, связанным с подчинением. Слегка отдающий садомазохизмом роман Э. Джеймс «Пятьдесят оттенков серого»[26] и его продолжения разошлись миллионными тиражами. Об этой стороне женской сексуальности феминистки предпочитают не говорить. Но если вы ознакомитесь с десятками таких сцен, скажем, в сборнике Нэнси Фрайди «Мой тайный сад» или в любовных романах издательств Harlequin и Mills and Boon, то, возможно, согласитесь с тем, что может быть что-то магнетическое, нет, не в мужской силе, но в подчинении власти мужчины.

По-настоящему любимые «плохие парни» в женской литературе не запугивают героиню и не проявляют жестокости по отношению к ней, но постоянно провоцируют и дразнят ее, чтобы заставить выпустить на волю скрытую в ней «дикарку». И еще одно: романтические герои в женских романах, даже бесцеремонные и почти грубые «плохие парни», на самом деле никогда не огрызаются. Обычно, что неприятно удивляет, это делают героини — достаточно вспомнить резкие, но тем не менее уважительно-остроумные беседы Дарси и Элизабет. Почти каждый женский роман построен вокруг следующего сюжета: мужчина, который кажется плохим, бесчувственным, испорченным, распутным, вдруг оказывается хорошим. Также в них часто представлена героиня, которая сперва кажется скромной и незрелой. «Бедная, мрачная, простая и немногословная» Джейн Эйр становится самой собой, вырастает благодаря провокациям со стороны «плохого парня», который на самом деле вовсе не такой уж плохой.

Этот кажущийся парадокс или, я бы сказала, ложные фантазии являются важным архетипом женского гетеросексуального становления. Опытные, временами даже немного опасные мужчины-провокаторы могут в самом начале помочь становлению женщины. «Плохость» не является злом в буквальном смысле — это инаковость, дикость, неизвестность. Его мотоциклетные ботинки и «харлей» отражают ее тягу к приключениям, к дороге, к свободе — и с точки зрения эротики, и с точки зрения ее собственного творческого потенциала и революционного духа, который общество подавляет в ней, заставляя быть «хорошей девочкой». Его мужская «плохость» — это отражение ее внутренней сущности, скрытой стороны ее собственной натуры.

Непростой секрет кроется и в том, что есть что-то эротиче-ски-привлекательное для женщин во власти мужчины и его владении ситуацией. Возможно, из-за гормональных изменений мы становимся восприимчивы к сигналам высокого тестостерона, а также к «хорошему» стрессу, приносимому активацией симпатической нервной системы в ситуации, которую женщина в конечном итоге может контролировать. Старомодные теории, рассматривавшие мужчину как центр эволюционной биологии, например теория Ричарда Докинза, высказанная в книге «Эгоистичный ген» (The Selfish Gene)[27], популяризовали идею о том, что пожилые могущественные и богатые мужчины могут привлекать молодых, красивых женщин, ищущих безопасности, и женщины всегда будут находиться в брачных танцах в невыгодном положении, потому что они хотят обязательств, тогда как мужчины хотят распространять свое семя. Но теория доктора Хелен Фишер рассказывает совсем другую историю о мужской привлекательности для женщин: вовсе не мужчины совершают сексуальный выбор, а женщины — как это происходит у всех млекопитающих. В этом случае женщина не ищет старика с золотой MasterCard. Она ищет помощника и одновременно высококачественную сперму — двойственная задача, что может привести к женской измене в супружестве. Ее гормональные колебания, вызывающее «хороший» стресс влечение к пьяняще, но не губительно опасным мужчинам, а также стоящая перед ней двойственная задача как раз и объясняют, почему герои-мужчины в женских фильмах и книгах демонстрируют такие противоположные, даже непримиримые черты.

Я слышала разговоры женщин, бросивших своих мужей, а также жен, совершивших прелюбодеяние. И вот другой секрет: когда женщины объясняют, почему они разрушили надежный, устойчивый брак или изменили хорошим, преданным, верным мужьям, в разговорах часто всплывает один и тот же довод — скука. Наш культурный сценарий говорит нам, что женщина никогда не бросит мужа или не изменит ему, если только тот не сделает чего-нибудь ужасного по отношению к ней, но я не могу сосчитать, сколько прекрасных, разумных, здравомыслящих, чутких женщин признавались мне, что они ушли от мужа или оказались ему неверны потому, что не выдержали сексуальной скуки с хорошим, безопасным, милым, предсказуемым человеком. Они не гордятся тем, что сделали, но используют язык выживания, чтобы объяснить свой поступок. «Я думала, что умру, если больше никогда в жизни не получу этого снова», — сказала одна неверная жена, имея в виду свой роман. Другие говорили: «Я думала, что умру, если останусь с ним» и «Я умирала внутри». По ело-вам женщин, рассказывавших мне свои истории, покинутые или обманутые ими мужья были хорошими людьми, но они перестали уделять внимание развитию отношений со своими спутницами и забыли о приключениях. Они перестали соблазнять и не хотели понимать, что женщинам необходимы переживания и драма в отношениях, они стали воспринимать эти отношения как данность. Видимо, в свою очередь, и женщины перестали давать понять своим мужчинам, что им важны эмоции и новизна, и начали относиться к ним без интереса. Мне представляется, что периодически возникающая у женщин потребность в драматизации отношений приводит к тому, что, не получая желаемого от мужчин в позитивной форме, они начинают вести себя провокационно и озлобленно, чтобы в результате все-таки получить необходимую им стимуляцию, пусть даже она будет выражена в негативной форме. Став абсолютно предсказуемыми и отказавшись от роли провокатора, не делая ничего для того, чтобы зажечь воображение своих жен в те дни месяца, когда женщина жаждет приключений, «танцев» и переживаний, многие мужья обрекают себя на роль степенного и малопривлекательного с точки зрения секса кормильца семьи. Быть может, эти женщины вышли замуж за мужчин, которые могут предложить лишь половину того, что требует наша гормональная система, и игнорируют вторую половину — непредсказуемую, связанную с риском?

Есть ли в непредсказуемости «плохих парней» что-то, что активизирует женскую симпатическую нервную систему? Когда на нее воздействует «плохой» стресс, женщина испытывает тревогу, а не сексуальное возбуждение. Но, как выразился доктор Пфаус, «хороший стресс иногда может быть полезен для сексуальной жизни». Курортные романы действуют так возбуждающе как раз из-за новизны и непредсказуемости, которые активизируют нервную систему в направлении сексуальности, а не тревоги. «Некоторые женщины не могут достичь оргазма без активации симпатической нервной системы за счет, скажем, порки или таскания за волосы», — объясняет доктор Пфаус. Он отмечает, что эти желания часто истолковываются как свидетельство врожденного мазохизма этих женщин, но они могут быть просто результатом того, что базовый уровень нервной системы у них требует немного большего, чем у остальных представительниц прекрасного пола [44].

Мне кажется, что это может объяснить и интерес многих женщин к фантазиям об изнасиловании и другим видам ролевых игр, которые активизируют симпатическую нервную систему. (Но то, что эти желания не связаны с мазохизмом, по моему мнению, не означает, что можно не учитывать риск привыкания к насильственным сексуальным образам, о котором говорилось в главе 12 «Порнографическая вагина».)

Активизирующие симпатическую нервную систему азарт и непредсказуемость, способствующие возбуждению женщин, могут порождаться и приятными сюрпризами. Я знаю очень счастливую в браке пару, имеющую все те проблемы, с которыми сталкиваются семьи с большим стажем: счета, деловые поездки, работу, парочку детей, которые периодически ноют, которым нужны брекеты и которых, в конце концов, придется отдавать в колледж. Но жена искрится и пребывает в свои 40 «в состоянии богини», да и муж очень доволен жизнью. Ко дню ее рождения, когда у них было очень мало денег, муж заказал дешевые билеты на длинный уик-энд на не самом фешенебельном курорте Карибского бассейна.

Они могли бы, как и любая другая скучающая пара, отстоять в очереди на проверку багажа, в самолете вместе полистать журналы, приехать на курорт усталыми и голодными, распаковать свои вещи с привычным обменом «любезностями», свойственным давно женатым людям. Но с ними этого не произошло. Потому что муж не объяснил жене, куда они едут, он только попросил ее взять с собой что-нибудь легкое из одежды и купальник. Он обогнал ее на выходе на посадку, чтобы рассказать про сюрприз персоналу авиакомпании. Потом вернулся за ней, открыл бутылку шампанского, достал блюдо клубники, налил ей бокал, передал фрукты, а затем, с ее разрешения, повел ее с завязанными глазами в самолет. Хотя ей и развязали глаза, как только они заняли свои места, она понятия не имела, куда они летят, и узнала, только когда они приземлились и вышли из самолета. Ее муж сказал, что весь полет она улыбалась.

Его уравновешенность в сочетании с чувством юмора, тяге к риску и любовью к сюрпризам удовлетворяют оба набора ее потребностей в любые дни цикла.

Означает ли это, что милый, трудолюбивый и много работающий мужчина, читающий это, должен отчаяться или начать брать уроки обольщения и неблагородного отношения к женщине из книг, таких как «Игра» Нейла Штрауса? Нет, но это значит, что есть способ сделать женщину счастливой в браке и верной на всю жизнь своему мужу — это никогда не отказываться от роли соблазнителя и никогда не переставать расти, меняться и стараться тем или иным способом удивить ее.

Оба архетипа мужчин должны возбуждать женщину, удовлетворяя все ее сложные и переменчивые плотские и эволюционные потребности, и это может стать непростой задачей — привнести достаточно эмоций и непредсказуемости в «безопасные» отношения или обеспечить безопасность и эмоциональное постоянство в ситуациях, в которых преобладает весьма привлекательный для нее риск.

ДЕЛАЙТЕ ВСЕ, ЧТО НРАВИТСЯ ЕЕ СОСКАМ

Делайте это так, как ей это нравится, и столько, сколько ей нравится. Как уже говорилось, стимуляция сосков высвобождает окситоцин, который заставляет женщину чувствовать, что мир прекрасен, любовь существует, ее жизнь полна смысла и окружающим можно доверять. (Мужчинам также стимулируют соски во время секса, но обычно не так часто и не так подолгу.) Это также поможет ей увидеть взаимосвязи между явлениями и предметами и лучше считывать тонкие эмоциональные сигналы, сделать ее более чувствительной партнершей, более сильным и одаренным художником-творцом собственной жизни и более нежной матерью. Примечательно, что, когда я прошу женщин задуматься о том, чего они хотят, поощряя стимуляцию своих сосков, они признаются в желании, чтобы их соски трогали, зажимали или всасывали мужчины, которых они любят. Женщины могут иметь очень горячий секс с мужчинами, в которых они не влюблены, но многие рассказали мне, что для них невыносимо, когда эти партнеры ласкают их соски. Видимо, нужно доверять партнеру изначально, чтобы хотеть от него ласк, которые усиливают это доверие.

Наука доказала, что сосание младенцем материнской груди приводит к выработке у женщины окситоцина, который вызывает чувство привязанности к ребенку. Мужчина, сосущий женскую грудь, также заставляет вырабатываться оксито-цин, и это запускает в организме женщины химический процесс, в результате которого она чувствует себя расслабленной и любящей, что способствует усилению ее привязанности к этому мужчине. С учетом этого женщине не стоит допускать к своей груди мужчин или женщин, к которым она не хотела бы привязываться. Окситоцин играет важную роль в снижении «неофобии», или «страха перед всем новым», и тревоги: чем больше ваш партнер сосет вашу грудь, тем свободнее он себя с вами чувствует. Из-за окситоцина этот вид стимуляции приводит к тому, что женщина возбуждается и расслабляется. И в результате она оказывается поймана «на крючок» сексуального внимания своего возлюбленного, «на крючок» его любви.

Возможно, каждой женщине стоит знать, что, если она хочет заняться горячим анонимным сексом с мужчиной, которому она не доверяет и в которого не хотела бы влюбиться, ей лучше не позволять ему ласкать ее соски.

ЭЯКУЛИРУЙТЕ

Влияет ли мужской эякулят на чувства женщины? Доктор Хелен Фишер очень серьезно относится к психологическому влиянию секса на женщин, поэтому она предупреждает мужчин, принимающих антидепрессанты, что эти лекарства могут подавить эякуляцию и что если они будут не в состоянии эякулировать, то могут «потерять возможность посылать сигналы ухаживания» [45].

Если женщина получает во время занятий любовью эякулят, она начинает относиться к своему партнеру иначе. В сперме содержатся семенная жидкость, фруктоза, другие вещества, а также некоторые ароматические соединения. Благодаря вязкости она сексуально стимулирует те области женского влагалища и шейки матки, которые не может простимулировать половой член. Кроме того, женщина на самом деле поглощает фруктозу из эякулята через стенки влагалища. Если она чувствует себя энергичной и на подъеме после секса с эякуляцией, то, возможно, это происходит благодаря небольшому повышению уровня сахара в крови и глубокой стимуляции вагины теплой вязкой жидкостью. Синди Местон и Дэвид Басс в своей книге «Почему женщины занимаются сексом» (Why Women Have Sex) утверждают, что семя содержит некоторое количество регуляторов настроения. «Сперма содержит гормоны, в том числе тестостерон, эстроген, фолликулостимулирующий гормон, лютеинизирующий гормон, пролактин, а также несколько типов простагландинов» [46]. Все эти гормоны, по их мнению, всасываясь через стенки влагалища, способны влиять на настроение женщины. Если пара практикует защищенный секс, то отсутствие презерватива свидетельствует о том, что занятия любовью происходят в безопасных, надежных условиях, и это способствует усиленной выработке окситоцина и опиоидов у женщины. Многие женщины рассказывали, что после секса с эякуляцией они действительно начинали относиться к мужчине иначе, чем раньше, когда использовали презерватив. Они чувствовали себя ближе к нему, более удовлетворенными и радостными; мелочи, которые раздражали их прежде, казались теперь несущественными.

Общаясь с женщинами в Интернете и лично, я рассказала им о возможном воздействии спермы, а затем попросила вспомнить об отношениях, в которых они сначала добросовестно пользовались презервативами, а затем, после сдачи анализов на заболевания, передающиеся половым путем, — а это были очень ответственные в отношении к сексу женщины — перестали их использовать. Те же самые мужчины, того же сексуального типа, с тем же запахом: была ли разница?

Мои собеседницы удивились: как можно сравнивать?! «Все было совсем по-другому, — призналась Джулия, графический дизайнер. — Боже мой! Как только мы перестали пользоваться презервативами, все то, что меня раньше в нем [бойфренде] раздражало, стало казаться симпатичным. Он даже выглядеть стал лучше! А его вызывающие рубашки — они перестали злить меня! Я почувствовала, что отношения стали серьезнее и не только из-за близости, которая подразумевалась в отказе от презервативов… Я не могу это выразить!»

«После этого я почувствовала себя иначе, — подтвердила Анастасия, студентка из Нью-Йорка. — Я почувствовала себя гораздо более увлеченной им. Раньше я воспринимала его с некоторым отчуждением. Но после того как мы перестали использовать презервативы, я почувствовала, что связана с ним и гораздо больше в нем заинтересована».

«По-другому. Я почувствовала себя с ним иначе, когда мы перестали использовать презервативы, — рассказала Диана, менеджер. — Я почувствовала себя более влюбленной. Более удовлетворенной. Более счастливой. Более привязанной».

«Наши отношения значительно улучшились, когда мы перестали использовать презервативы, — сообщила Нина. — И теперь, когда я думаю об этом, я чувствую, что наши лучшие моменты были как раз после занятий любовью. Мое настроение поднималось. Раньше, с презервативами, я не чувствовала, что он — тот мужчина, который мне нужен. Но когда мы перестали использовать презервативы, возникло именно такое чувство».

Многие женщины попытались вспомнить, испытывали ли они подобные чувства после глотания спермы при оральном сексе, и некоторые сообщили, что, как им кажется, это немного влияло на их настроение, возможно, из-за подъема уровня сахара, но эффект был гораздо менее очевидным. Видимо, эякулят во влагалище способен поднимать уровень опиоидов, а возможно, есть и другие факторы, влияющие на настроение.

Я никоим образом не пытаюсь убедить вас забыть о важности безопасного секса. Но, как мне кажется, мы должны понимать, что происходит в мозге женщины, когда в ее тело вливается семя. Подумайте о том времени, когда вы были влюблены в мужчину и использовали презервативы. Затем, когда вы были уже преданы только друг другу, вы, возможно, перестали их использовать и занималиоь любовью очень часто, опьяненные близостью и запахом, а также, возможно, тем, что знали: вы для него — единственная, а это, как мы теперь знаем, усиливает женский оргазм. Подумайте об эмоциональной экзальтации после таких занятий любовью. Теперь подумайте о времени, когда, по какой бы то ни было причине, вы, как и в начале знакомства, занялись любовью снова, используя презервативы. Почувствовали ли вы разочарование, отдаление и были ли ваши эмоции совсем другими после полового акта?

Когда мужчина эякулирует в рот женщины, она может испытать прилив энергии, но когда он эякулирует в ее влагалище, она чувствует нежность, и, если Местон и Басс правы, ее настроение улучшается. Женская реакция на эякуляцию разных партнеров очень отличается, и наука до сих пор не может объяснить, почему сперма некоторых мужчин кажется женщине гораздо более «подходящей», чем других. Многие женщины говорили мне, что сперма некоторых партнеров сразу казалась им «неподходящей». От многих гетеросексуальных женщин я слышала подтверждение тому, что в любых отношениях, даже вроде бы перспективных, на их ранней стадии поворотным стал момент, когда женщины поняли, что им не нравится сперма нового любовника или даже что они не могут выносить ее. Вполне возможно, это отчасти то, что женщины имеют в виду, когда говорят о мужчине, который в остальном является хорошим потенциальным партнером, что с ним «нет искры» или «нет химии». Когда запахи вызывают отвращение, люди стремятся избежать контакта с ними. То же самое касается вкусов. Первая эякуляция без презерватива вводит в отношения пары новый запах и вкус. И в этот момент многие женщины могут почувствовать, нравится ли им эякулят (или по крайней мере его влияние на них), либо же его вкус и аромат им неприятны.

Многие из моих собеседниц задали мне такой вопрос: «Так вы считаете, что, даже когда дела идут не очень хорошо, мне нужно получить немного его спермы, чтобы почувствовать себя лучше?» Многие говорили это со смехом, но спрашивали они вполне серьезно. Похоже, что старая народная мудрость «просто занимайтесь сексом, когда вы хотите заниматься сексом» может иметь биохимическое объяснение. Дополнительный выброс опиатов (и, возможно, других регуляторов настроения) у женщин при эякуляции во влагалище действительно может помочь некоторым парам в трудные моменты.

ИГНОРИРУЯ «БОЖЕСТВЕННУЮ МАТРИЦУ», ВЫ МОЖЕТЕ ДОВЕСТИ ЕЕ ДО БЕЗУМИЯ

В нашей культуре перед женщиной поставлена задача «поддерживать огонь» в сексуальных отношениях — например, показываясь в дверном проеме обнаженной и завернутой в прозрачное покрывало, как в 1970-е советовала делать в своем бестселлере «Совершенная женщина» Мирабель Морган, или постоянно выбирая себе все новые и новые наряды, чтобы привлечь его внимание. Но практикующие тантру считают, что эта модель устарела. С их точки зрения, стремиться «поддерживать огонь» должен мужчина. Именно он, по выражению Майка Лусады, должен «удерживать» женщину. Многие западные мужчины, к сожалению, игнорируют «божественную матрицу», если они не хотят секса, а часто даже если и хотят, — и в результате то, что практикующие тантру называют «огонь», у их жен или подруг угасает. Занимаясь любовью, эти мужчины устремляются в вагины своих жен или подруг почти сразу, а не после долгого и сложного сексуального и эмоционального процесса. Стремление и готовность влагалища к любви является следствием сложного и динамичного процесса, происходящего между двумя людьми, который разворачивается в течение всего дня и всей ночи и в котором мужчина, говоря языком тантры, делает многое не связанное с сексом, чтобы «раздуть огонь».

Обычная женщина, находящаяся в тесной связи с мужчиной, который активизирует «божественную матрицу» и, невзирая на всю загруженность в повседневной жизни, не забывает обнять ее, придя вечером с работы, сказать ей, что она чудесно выглядит в новом платье, который, даже если слишком устал, находит в себе силы, чтобы погладить ее по голове, — такая женщина, даже если она просто поливает сад или читает почту, пребывает в благоприятной сексуальной и эмоциональной атмосфере, созданной для нее супругом. Из-за индивидуальных особенностей женского организма создание этой уникальной расслабляющей и стимулирующей атмосферы — задача скорее для мужчины, нежели для женщины. В такой атмосфере ее нервная система спокойна, что позволяет ее организму легко вырабатывать смазку, обеспечивать приток крови и постоянно поддерживать высокий уровень гормонов, поднимающих ее настроение и создающих уверенность в себе и привязанность к нему. Так что, когда приходит время заняться любовью, она уже хочет и готова, что у женщин не одно и то же, открыться мужу или любовнику на всех уровнях, которые у женщин тесно взаимосвязаны.

В лаборатории доктора Пфауса, проводя опыты на низших млекопитающих, нашли доказательства существования физиологической «точки невозврата» для представительниц «слабого» пола, страдающих от неудовлетворительного секса с мужскими особями, — точки, после прохождения которой последняя капля женского разочарования переполняет чашу, и положительная связь с самцом уже не может быть физиологически восстановлена. Помните эксперимент, в котором самок крыс путем инъекций гормонов привели в состояние сексуального возбуждения, и одной группе было разрешено получать удовольствие от спаривания с самцами, в то время как другой группе вводили налоксон, препятствовавший возникновению чувства удовольствия?

Негативные результаты эксперимента еще долгое время сказывались на реакциях крыс-самок, испытавших разочарование от секса. После пятого опыта неудачного секса самки крыс начали не просто игнорировать самцов — они стали активно бороться с ними. Они продолжали реагировать так же, даже если им вводили уже не налоксон, а физиологический раствор. Другими словами, они уже могли испытывать удовольствие, но все равно не хотели заниматься сексом. Доктор Пфаус объяснил: «Эти самки крыс борются с самцами, а не домогаются их, не демонстрируют полный лордоз (то есть не выгибают спинку, чтобы сигнализировать о желании секса). Налоксон больше не используется, так что же происходит? У самок крыс сформировались ожидания, что секс — это неприятно, они не могут отделаться от воспоминаний о прошлом опыте. Несмотря на присутствие гормонов, они все еще не хотят заниматься сексом! Перед этим у них пять раз был неудачный секс! Они пришли к выводу: “Это просто больно. Почему я должна снова этим заниматься?” Теперь мы изучаем, как долго может длиться этот эффект.

Итак, самки крыс могут сделать вывод: “Он — отвратительный любовник”. Они не обвиняют себя — они видят внешнюю причину своего разочарования. Каков же вывод? Существует некая точка, после которой ваша партнерша не захочет заниматься с вами сексом, если до этого у вас с ней был плохой секс» [47].

Если мужчина не хочет ничего знать о «божественной матрице», он может не задаваться вопросом, почему его подруга еще в прошлый вторник после тех же самых его прикосновений с энтузиазмом предавалась занятиям любовью, а сегодня ссылается на головную боль. Но если он понимает, как работает «божественная матрица», и находит время на то, чтобы внимательно посмотреть ей в глаза, прежде чем поцеловать ее на прощание утром перед работой, или поднять белье для стирки с пола спальни, прежде чем предложить ей заняться любовью, и даже, может быть, закинуть его в стиральную машинку, он может быть уверен в том, что всегда будет возбуждать свою жену или подругу. Если что-то вызывает у нее стресс, а он найдет способ устранить то, что ее беспокоит, то во время занятий любовью ее вагина будет лучше увлажнена, а приток крови к ее влагалищу усилится.

Я бы рискнула сказать даже так: взгляд, которым он смотрит на нее, комплименты, которые он ей говорит, и даже помощь в стирке белья — это не просто высокоэффективная прелюдия, это с точки зрения женского тела неотъемлемая часть хорошего секса.

«ЗВЕЗДОПАД»

Современная наука заинтересовалась тем фактом, что женщины сами дают некоторым видам оргазма названия, отражающие трансцендентный опыт.

Доктор Ирв Виник из Университета Макгилла в Монреале (Канада) составил список наименований женских оргазмов, состоящий из 24 пунктов. Такое количество возможных названий навело ученых на мысль о том, что существуют различные виды женского оргазма, которые женщины определяют субъективно: для одних они используют сугубо «физиологическую» терминологию, для других — более «всеобъемлющие», «оценочные», «субъективные» слова. При этом, как правило, они чаще используют физиологические обозначения для мастурбации, а эмоциональные, субъективные описания — для полового акта [48].

Беверли Уиппл и Барри Комисарук пошли еще дальше. В 2011 г. они обнаружили, что женщины используют разные языковые средства, точнее сказать, разные поэтические образы, чтобы описать по просьбе исследователей различные виды оргазма в результате стимуляции клитора, влагалища (точки Є) и шейки матки или сочетания стимуляции разных точек. Это исследование напомнило мне, как инструктор по сексу Лиз Топп сказала с сожалением о девушках, которых она консультировала и которые не понимали, как они устроены с точки зрения анатомии: «Они не знают, что у них внутри целый мир».

Примечательно, что Уиппл и Комисарук обнаружили следующее: вагинальный оргазм, как правило, связан с клитором, в этом процессе задействован срамной нерв, а мускульная реакция происходит главным образом в лобково-копчиковой мышце, тогда как оргазм матки обычно вызывается стимуляцией точки G, и основным действующим нервом при этом является тазовый, а мускульная реакция происходит в основном в матке. А «смешанный оргазм» — самый любимый у женщин— связан с участием нескольких триггерных точек, обеих основных ответвлений нерва, как срамного, так и тазового, а также с мускульной реакцией в обоих органах [49].

Вполне логично, что именно эта команда исследователей, состоящая из женщин, работающих в тандеме с мужчинами, определила еще одну категорию женского оргазма, который возвращает нас в прошлое или ведет в будущее, — к языку мистики. Гностики сказали бы, что когда опыт божественного или трансцендентного приводит в гармонию то, что мы видим снаружи, с тем, что мы чувствуем внутри, то это называется «Бог» или «Богиня».

Какое же название — среди прочих — дали несколько женщин, которых попросили придумать наименования на их родном языке, одному виду сексуального опыта?

Они назвали его «звездопад».

Заключение

Возвращение Богини

Ты чувствуешь, будто вернулась домой.

— Мадонна. Like A Prayer

Я не ожидала, что благодаря изучению неизвестных мне свойств вагины в моем мировоззрении произойдет такой сдвиг. Но я была очень увлечена темой, потому что с самого начала подозревала, что вагина окажется чем-то большим, чем «просто» половым органом. И произошедшие в моем сознании изменения коснулись представлений не только о вагине, но, кажется, и о мире в целом.

Чтобы закончить эту книгу, я в начале лета вместе с детьми и еще одной семьей отправилась на греческий остров Лесбос, чтобы пожить там в арендованном доме недалеко от города Эрессос. Мы пробыли там неделю. С тех пор прошло два года.

Несмотря на шрам через всю поясницу, я чувствовала себя хорошо. Я снова могла плавать и совершать пешие прогулки, хотя, к сожалению, мой позвоночник уже никогда не будет служить мне так, как раньше, поэтому некоторые виды спорта, например теннис, и некоторые виды танцев стали для меня недоступны. Иногда я сожалею об этом, но так благодарна судьбе за то, что не осталась в корсете и что моя нервная система снова функционирует в полную силу, что радость быстро берет верх над сожалениями. Я безгранично благодарна доктору Коди, доктору Коулу, доктору Бабу и другим врачам, которые помогли мне.

При этом я чувствую, что благодаря исследованиям, проведенным для этой книги, я нашла настоящее сокровище. И это удивительным образом проявляется в том, что я все время вижу те аспекты реальности, которые прежде были скрыты от меня.

В тот день, когда я заканчивала книгу, я положила ноутбук в рюкзак и направилась в приморскую деревню недалеко от дома, где мы жили. За день до этого я выходила в море под парусом на маленьком белом катамаране. Девушка-англичанка, которая приехала в городок, чтобы поработать там летом, взяла на морскую прогулку своего приятеля из семьи, проживавшей с нами, и меня. Утро было ясным и ярким, наполненным прозрачным теплом.

Вода была такой, какая бывает только в Эгейском море: под голубой поверхностью проступал пурпурный оттенок, что в свое время Гомер описал (и я не понимала его метафору до тех пор, пока не увидела это своими глазами) как «море темного вина». Тайное богатство, тайное сокровище, глубина под глубиной.

Девушка уверенно управляла парусом, маневрируя против ветра. Через несколько минут мы были уже в середине бухты, по форме напоминающей арфу, а берег и деревня остались далеко позади. Когда мы только приехали сюда, усталые после перелета, занятые детьми и багажом, мы не сразу осознали, где находимся — не просто в стране, называемой Греция, а в греческой культуре. Я раньше не видела такого простого дома, как тот, в котором нам предстояло жить. Он стоял у подножия низких золотистых холмов, окруженных еще более высокими холмами, за которыми, в свою очередь, вставали округлые серозолотистые горы. И вот теперь, с моря, я любовалась пейзажем: все вокруг нас было преисполнено величия. Дул мягкий ветер. Округлые холмы наводили на мысль о том, что вся земля — это плодоносное женское тело.

Оглядываясь на пейзаж во всем его величии и мягкости, я вдруг поняла, что в моем мировоззрении исчезло своего рода темное пятно, которое существовало на протяжении всей моей сознательной взрослой жизни. Этим темным пятном был стыд и неуважение, которые мы связываем с женским началом, и все это не просто сконцентрировано на вагине, хотя она и является архетипическим центром, оно охватывает весь мир, охватывает наше восприятие и бросает мрачную тень на наше к нему отношение. Но как удивительно все преобразилось, когда это пятно вдруг исчезло! Каким гармоничным стало мое отношение ко всему — и к этой земле, залитой нежным светом раннего утра.

Мы находились где-то к северу от Крита, вблизи начала пути. Ведь когда-то Крит был центром поклонения богине древней минойской цивилизации, которая предшествовала и цивилизации древних греков с их пантеоном богов и главенством мужчин и цивилизации иудеев с их жестким патриархальным укладом. На этом острове сам пейзаж был цвета глины, из которой лепили фигурки минойской богини со змеями, богини секса. В самом деле, я невольно замечала фигуры, намеки, следы этой богини повсюду вокруг — схематизированная версия минойской богини, держащей извивающихся змей, была официальным символом острова, который украшал и здание почты, и мэрию. На каждом доме я видела слепленные из красной глины изображения женского лица, заключенные в напоминающий вагину овал, очень похожий на нимб Девы Марии в рукописи из Нового колледжа. Эти лица, будто произносящие защитные заклинания, смотрели на меня с каждого угла каждой крыши. Следы признания и поклонения женскому могуществу до сих пор сохранились здесь, на этом острове.

Перед этим мы на той же неделе посетили красивый город Моливос, расположенный на склоне холма. Когда мы осматривали византийскую крепость на вершине, мой друг сказал: «Смотри!» По всей долине внизу высоко в небо взметнулись языки алого и оранжевого пламени и повалили массивные клубы белого и серо-стального дыма, в разломах которых временами был виден дым, черный, как смоль. Это был лесной пожар, угрожавший соседнему городу Петра. Мы побежали вниз к гавани, где увидели, как из самолетов льют воду на пламя, лижущее и пожирающее стены. Горожане рассказали нам, что пожары повторяются каждое лето, и с ними нелегко справиться. Прошлым летом от них погибли десятки людей. А сейчас ситуация была еще серьезнее, потому что это было самое сухое лето за последние годы.

В этот момент я внезапно поняла, что первородный грех не берет свое начало в человеческой сексуальности, как это представляет нам иудейско-христианская традиция. Первородный грех заключается в отклонении от наших ранних традиций почитания женственности и женской сексуальности и всего, чем она является для нас. Наш первородный грех заключается том, что мы в течение 5000 лет стыдились ее, клеймили позором, контролировали ее, подчиняли, отделяли от женщин, от мужчин, оскорбляли и продавали. В одно мгновение я увидела, какой это стало трагедией — для женщин, для мужчин, для нашей ограбленной цивилизации, возникшей на руинах прежней гармонии.

Я снова вспомнила Лиз Топп, которая рассказывала мне про девочек-подростков из манхэттенской школы. Эти девочки, по их словам, были сыты по горло неуважением к их полу и тем, что их держат в неведении и заставляют молчать о своих желаниях и обо всем, что с ними происходит по мере взросления. И в один прекрасный день они всей группой отправились на школьное собрание и попросили разрешения высказаться. А затем они встали и прокричали хором: «Вагина, вагина, вагина!»

Я улыбнулась, когда вспомнила эту историю и подумала о том, что двигало девочками: каким бы импульсивным ни казался их поступок, но их собственное будущее зависит от этих выкриков. Они были правы.

Итак, в последний день работы над книгой я отправилась в центр Эрессоса и дальше, вниз, к бухте. Козы мирно лежали под оливковыми деревьями, козлята бодались друг с другом в тени. Я шла вдоль моря, которое простиралось справа от меня, а слева тянулись высокие холмы. Тропинка вела меня через небольшой мостик. Десятки рыб и черепах плавали в зеленой речке, бежавшей под ним. У тропинки в изобилии цвели разноцветные цветы: яркий розовый олеандр, оранжевый кампсис, фиолетовый чертополох. Казалось, в каждом цветке деловито сновали пчелы. Цветы — это половые органы растений, и я ела мед этих пчел на завтрак каждое утро, пока мы были в Греции.

Я улыбнулась. Куда бы я ни посмотрела, вокруг себя я видела женскую силу, созидающую и дарующую. Женская сексуальность была везде, она создавала и поддерживала весь мир, в том числе и нас, людей.

«Вагина, вагина, вагина!» — подумала я с радостью.

Примечания

Введение

1. Christopher Ryan and Cacilda Jethâ, Sex at Dawn: The Prehistoric Origins of Modem Sexuality (New York: HarperCollins, 2010).

2. Shere Hite, The Hite Report: A Nationwide Study of Female Sexuality (New York: Seven Stories Press, 2004).

3. Catherine Blackledge, The Story of V: A Natural History of Female Sexuality (New Brunswick, NJ: Rutgers University Press, 2004).

4. William James, The Varieties of Religious Experience (New York: Barnes and Noble Classics, 2004), 366.

5. Там же, 329–371.

6. Там же, 366.

7. William Wordsworth, "Ode on Intimations of Immortality from Recollections of Early Childhood,” in The Major Works, Including the Prelude, Stephen Gill, ed., (New York: Oxford World Classics, 2000): “There was a time when meadow, grove, and stream/The earth, and every common sight/To me did seem/Apparelled in celestial light… trailing clouds of glory do we come/From God, who is our home.”

8. James, The Varieties of Religious Experience, 370.

9. Sigmund Freud, Civilization and Its Discontents (New York: Penguin Books, 2002).

10. Janniko R. Georgiadis and others, “Regional Cerebral Blood Flow Changes Associated with Clitorally Induced Orgasm in Healthy Women,” European Journal of Neuroscience, vol. 24, (2006): 3305–3316.

11. Blaise Pascal, Pensées (New York: Penguin Books, 1996), 148.

12. Kamil Dada, “Dalai Lama Talks Meditation with Stanford Scientists,” The Stanford Daily, www.stanforddaily.com/2010/10/18/dalai-lama-talks-meditation-with-stanford-scientists.

Часть 1. Есть ли у вагины сознание?

Глава 1. Знакомьтесь: тазовый нерв!

1. Male Reproductive Organs,” 2910, www.netterimages.com/image/2910.htm.

2. “Innervation of External Genitalia and Perineum,” там же.

3. www.netterimages.com/image/3013.htm.

4. “Innervation of Internal Genitalia,” www.netterimages.com/image/3093.htm.

5. Там же.

6. Naomi Wolf, Misconceptions: Truth, Lies and the Unexpected on the Journey to Motherhood (New York: Doubleday, 2001), 165–167.

Глава 2. Ваша удивительная вегетативная нервная система

1. Cindy М. Meston and Boris В. Gorzalka, “Differential Effects of Sympathetic Activation on Sexual Arousal in Sexually Dysfunctional and Functional Women ” Journal of Abnormal Psychology vol. 105, no. 4 (1996): 582-91.

2. Herbert Benson, M. D., The Relaxation Response (New York: Avon, 1976).

3. Janniko R. Georgiadis and others, “Regional Cerebral Blood Flow Changes Associated with Clitorally Induced Orgasm in Healthy Women,” European Journal of Neuroscience vol. 24, no. 11 (2006): 3305–3316.

4. Naomi Wolf, Misconceptions: Truth, Lies and the Unexpected on the Journey to. Motherhood (New York: Doubleday, 2001), 165–167.

5. Ina May Gaskin, Spiritual Midwifery (Nashville, TN: Book Publishing Company, 2002), 86,440–441.

6. Carter, 1998, цит. no: Mark R. Leary and Cody B. Cox, “Belongingness Motivation: A Mainspring of Social Action,” в Handbook of Motivation Science, ed. James Y. Shah and Wendi L. Gardner (New York: Guildford Press, 1998), 37.

7. Wolf, Misconceptions, 118,141.

8. Netter image 3093, www.netterimages.com/image/3093.htm.

9. William H. Masters and Virginia E. Johnson, Human Sexual Response (New York: Ishi Press, 2010), 69.

10. Rosemary Basson, “Women's Sexual Dysfunction: Revised and Expanded Definitions,” CMAJ, 172, no. 10 (May 2005): 1327–1333.

11. Нейронная структура женского таза чрезвычайно сложна, и по крайней мере одна исследовательница, Хэнни Лайтфут-Клейн, обнаружила, что некоторые суданские женщины с вырезанными клиторами или даже инфибулированные (инфибуляция — операция по зашиванию влагалища) сообщают о том, что испытывают оргазмы. Наппу Lightfoot-Klein, “The Sexual Experience and Marital Adjustment of Genitally Circumcised and Infibulated Females in the Sudan,” Journal of Sex Research, vol. 26, no. 3 (1989): 375–392.

12. Barry R. Komisaruk and others, “Brain Activation During Vagino-Cervical Self-Stimulation and Orgasm with Complete Spinal Cord Injury: fMRI Evidence of Mediation by Vagus Nerve”: “Women diagnosed with complete spinal cord injury… have been reported to perceive, and respond with orgasms to, vaginal and/or cervical mechno-stimulation.” Brain Research 1024 (2004): 77–88. www.sciencedirect.com/science/article/pii5000689930 4011461.

Глава 3. Уверенность в себе, творческий полет и взаимосвязанность явлений

1. George Eliot, The Mill on the Floss (London: Penguin Classics, 2003), 338.

2. Там же, 573.

3. Christina Rossetti, "Goblin Market,” Poems and Prose (Oxford: Oxford World's Classics), 105–119.

4. Hunter Drohojowska-Philp, Full Bloom: The Art and Life of Georgia O'Keeffe (New York: W. W. Norton, 2004), 115,135; Sarah Greenough, ed., My Faraway One: Selected Letters of Georgia O'Keeffe to Alfred Stieglitz, vol. 1,1915–1933 (New Haven, CT: Yale University Press, 2012), 127,217.

5. David Laskin, Partisans: Marriage, Politics and Betrayal among the New York Intellectuals (New York: Simon and Schuster, 2000), 151.

6. Kate Chopin, The Awakening and Other Stories (Oxford: Oxford University Press, 2000), 219.

7. Hermione Lee, Edith Wharton (New York: Alfred A. Knopf, 2007), 327.

8. Chopin, The Awakening, 82.

9. Edith Wharton, The House of Mirth (New York: Barnes and Noble Classics), 177.

10. Gordon Haight, George Eliot: A Biography (Oxford: Oxford University Press, 1978), 226–280; Greenough, My Faraway One, 216; Candace Falk, Love, Anarchy and Emma Goldman: A Biography (New Brunswick, NJ: Rutgers University Press, 1990), 66.

11. Greenough, My Faraway One, 56–57,217.

12. Isabel Allende, Inès of My Soul (New York: HarperPerennial, 2006), 8.

Глава 4. Допамин, опиоиды и окситоцин

1. См. Stanley Siegel, Your Brain on Sex: How Smarter Sex Can Change Your Life (Naperville, IL: Sourcebooks, 2011).

2. Marnia Robinson: Dopamine Chart.

3. Dr. Jim Pfaus, интервью, Университет Конкордия, Монреаль, Квебек, 29 января 2012 г.

4. Там же.

5. David J. Linden, The Compass of Pleasure: How Our Brains Make Fatty Foods, Orgasm, Exercise, Marijuana, Generosity, Vodka, Learning, and Gambling Feel So Good (New York: Viking, 2011), 94-125.

6. Dr. Helen Fisher, Anatomy of Love: A Natural History of Mating, Marriage, and Why We Stray (New York: Ballantine Books, 1992), 162.

7. Там же, 175.

8. Cindy М. Meston and К.М. McCall, “Dopamine and Norepinephrine Responses to Film-Induced Sexual Arousal in Sexually Functional and Dysfunctional WomenJournal of Sex & Marital Therapy, vol. 31 (2005): 303-17.

9. Claude de Contrecoeur, “Le Rôle de la Dopamine et de la Sérotonine dans le Système Nerveux Centralwww.bio.net/bionet/mm/neur-sci/1996-July/024549.html.

10. Там же.

11. Dr. Pfaus, интервью, 29 января 2012 г.

12. См. Mary Roach, Bonk: The Curious Coupling of Science and Sex (New York: W. W. Norton, 2008).

13. Там же, and Susan Rako, The Hormone of Desire: The Truth About Testosterone, Sexuality, and Menopause (New York: Harmony, 1996).

14. Linden, The Compass of Pleasure, 94-125.

15. Там же, 94-125.

16. Marnia Robinson and Gary Wilson, “The Big ‘O’ Isn't Orgasm," www. reuniting.info/science/oxytocin_health_bonding.

17. Там же.

18. Navneet Magon and Sanjay Kalra, “The Orgasmic History of Oxytocin: Love, Lust and Labor," Indian Journal of Endocrinology and Metabolism Supp. 3 (September 2011): 5156–5161.

19. Agren, 2002, цитируется no: Beate Ditzen, Effects of Romantic Partner Interaction on Psychological and Endocrine Stress Protection in Women (Gottingen, Germany: Cuvillier Verlag, Gottingen, 2005), 50–51.

20. C. A. Pedersen, 2002 and Arletti, 1997, цитируется no Robinson and Wilson, “The 'Big O' Isn't Orgasm," http://www.reuniting.info/science/oxytocin_ health_bonding.

21. R. W. B. Lewis and Nancy Lewis, The Letters of Edith Wharton (New York: Scribner, 1988), 324–336.

22. James G. Pfaus, and others, “Who, What, Where, When (and Maybe Even Why)? How the Experience of Sexual Reward Connects Sexual Desire, Preference, and Performance," Archives of Sexual Behavior 41 (March 9, 2012): 31–62:

Несмотря на то что сексуальное поведение контролируется гормональной и нейрохимической активностью головного мозга, сексуальный опыт способствует появлению определенной гибкости, что позволяет животным сформировать условные рефлексы, которые предсказывают результаты полового акта, управляя таким образом силой сексуальной реакции. В данном обзоре описывается, как опыт получения сексуального удовольствия усиливает развитие сексуального поведения у крыс и формирует у них сексуальные предпочтения относительно места и партнера. Как у самцов, так и у самок крыс наличие предыдущего сексуального опыта с партнерами, имевшими нейтральный или даже неприятный запах, побуждает их отдавать предпочтение «пахучим» партнерам в ходе последующих испытаний. Аналогичные предпочтения также могут быть вызваны инъекциями морфина или окситоцина во время первой встречи самцов крыс и «пахучих» самок, указывая на то, что фармакологическая активация опиоид-ных или окситоциновых рецепторов может сопутствовать также нейрохимическим процессам, связанным с сексуальным удовольствием, которые обычно активируются при сексуальной стимуляции. И наоборот, предпочтения в отношении места или партнера могут блокироваться при использовании опиоидного антагониста налоксона. Соматосенсорный сигнал (шкура грызунов) в паре с сексуальным удовольствием приводит к сексуальному возбуждению у самцов крыс, так что у крыс со сбритым мехом наблюдается серьезный дефицит совокуплений. Мы полагаем, что активация эндогенных опиоидов составляет основу сексуального удовольствия, которая также повышает чувствительность систем гипоталамуса и мезолимбического допамина при наличии сигналов, предвещающих сексуальное удовольствие. Эти системы действуют, чтобы сосредоточить внимание и активировать целенаправленное поведение по отношению к стимулам, связанным с удовольствием. Таким образом, в начале сексуальной жизни индивида существует некий критический период, который определяет «любовную карту» или шаблоны функций, движений, чувств и межличностных взаимодействий, связанных с сексуальным удовольствием.

23. www.guardian.co.uk/science/2011/nov/14/female-orgasm-recorded-brain-scans and Barry R. Komisaruk, PhD & Beverly Whipple, Ph. D., "Brain Activity During Sexual Response and Orgasm in Women: fMRI Evidence/' Presentation, International Society for the Study of Women's Sexual Health, 2011 Annual Meeting, Scottsdale, Arizona, Feb. 10–13, Program Book, pp. 173–184.

24. IanSample,“FemaleOrgasmCapturedinaSeriesofBrainScans,” TheGuardian, November 14, 2011, www.guardian.co.uk/science/2011/nov/14/female-orgasm-recorded-brain-scans.

25. Dr. Pfaus, интервью, 30 января 2012 г.

26. Simon LeVay, The Sexual Brain (Cambridge, MA: MIT Press, 1993), 71–82.

27. Sappho, “Fragment,” Sappho's Lyre: Archaic Lyric and Women Poets of Ancient Greece, trans. Diane J. Rayor (Berkeley, CA: University of California Press, 1991), 52. “Come to me now again, release me from/this pain, everything my spirit longs/to have fulfilled, fulfill…”

28. “Song of Songs,” 2:5-16, The New International Version, www.biblegateway.com.

Глава 5. Все, что мы «знаем» о женской сексуальности, безнадежно устарело

1. Liz Торр, интервью, Нью-Йорк, 15 апреля 2010 г.

2. См. Shere Hite, The Hite Report: A Nationwide Study of Female Sexuality (New York: Seven Stories Press, 2006); Shere Hite, the Shere Hite reader: New and selected writings on sex, globalism, and private life (New York Seven Stories Press, 2006).

3. Anais Nin, Delta of Venus (New York: Penguin Modem Classics, 1977), 140.

4. J.A. Simon, "Low Sexual Desire: Is It All in Her Head? Pathophysiology, Diagnosis, and Treatment of Hypoactive Sexual Desire Disorder,” Postgraduate Medicine 122, no. 6 (November 2010): 128–136.

5. Dr. Helen Fisher and J. Anderson Thompson, Jr., “Sex, Sexuality And Serotonin: Do Sexual Side Effects of Most Antidepressants Jeopardize Romantic Love and Marriage?” www.medscape.org/viewarticle/ 482059.

6. В 1992 г. исследование в области национального здравоохранения и общественной жизни установило, что распространенность низкого женского сексуального желания у населения в целом в Соединенных Штатах была крайне высока, причем это низкое желание и проблемы с возбуждением были больше всего связаны с неудовлетворенностью женщин (http://popcenter.uchicago.edu/data/nhsls.shtml). Опрос был повторно проведен в 2009 г. и снова зафиксировал, что 43 % женщин сообщили о наличии сексуальной дисфункции, в то время как среди мужчин эту проблему отметил 31 % респондентов. Edward О. Laumann, Anthony Paik, and Raymond C. Rosen, “Sexual Dysfunction in the United States: Prevalence and Predictors,” Journal of the American Medical Association, vol. 281, no. 6 (February 10,1999): 587.

7. J.J. Warnock, “Female Hypoactive Sexual Desire Disorder: Epidemiology, Diagnosis and Treatment,” CNS Drugs, 200216, no. 11 (2002) 745–753. Другие исследования показали, что треть женщин до менопаузы страдают от низкого сексуального желания. S.L. West, A. A. dAloisio, R.P. Agansi, W.D. Kalsbeek, N.N. Borisov, and J.M. Thorp, “Prevalence of Low Sexual Desire and Hypoactive Sexual Desire Disorder in a Nationally Representative Sample of US Women,” Archives of Internal Medicine 168, no. 3 (July 2008): 1441–1449.

8. Corky Siemaszko, “Sex Survey Finds U. S. Men Aren't the Lovers They Think They Are — and Women Taking It' Is to Blame,” New York Daily News, October 4,2010.

Часть 2. История: покорение и контроль

Глава 6. Травмированная вагина

1. Jonny Hogg, “400,000-plus Women Raped in Congo Yearly: Study,” Reuters, May 11,2011, цит. no The American Journal of Public Health, wwwreuters. com/article/2011/05/11 /US_congo_rape_ iDU5TRE74A79y20110511. Cm. также: Jeffrey Gettleman, “Congo Study Sets Estimate for Rapes Much Higher,” New York Times, May 11, 2011. www.NYTimes.com/2011/05/12/ world/Africa/12congo. html. Кампания конголезских женщин против сексуального насилия подтверждает снижение числа таких случаев, но отмечается, что ежедневно в Восточном Конго насилуют 40 женщин (http://www.rdc-yiol.org/site/en/node/35).

2. Jimmie Briggs, интервью, Нью-Йорк, 12 мая 2010 г.

3. Douglas Bremner, Penny Randall, Eric Vermetten, Lawrence Staib, Richard A. Bronen, Carolyn Mazure, Sandi Capelli, Gregory McCarthy, Robert B. Innis, and Dennis S. Charney, "Magnetic Resonance Imaging-Based Measurement of Hippocampal Volume in Posttraumatic Stress Disorder Related to Childhood Physical and Sexual Abuse — A Preliminary Report”,- Biological Psychiatry; 1, no. 41 (January 1997): 23–32.

4. Dr. Burke Richmond, интервью, Нью-Йорк, 20 ноября 2011 г.

5. Roni Caryn Rabin, "Nearly 1 in 5 Women in U.S. Survey Say They Have Been Sexually Assaulted,” New York Times, December 14, 2011. www. nytimes/2011/12/15/health/nearly-l-in-5-women-in-us-survey-report-sexual-assaulthtml.

6. Tami Lynn Kent, Wild Feminine: Finding Power, Spirit & Joy in the Female Body (New York: Atria Books, 2011), 51–65.

7. Alessandra H. Rellini and Cindy M. Meston, "Psychophysiological Arousal in Women with a History of Child Sexual Abuse” Journal of Sex and Marital Therapy 32 (2006): 5-22. См. также: Cindy M. Meston and Boris B. Gorzalka, "Differential Effects of Sympathetic Activation on Sexual Arousal in Sexually Dysfunctional and Functional Women,” Journal of Abnormal Psychology, vol. 105, no. 4 (1996): 582–591, и Cindy M. Meston, "Sympathetic Nervous System Activity and Female Sexual Arousal,” в "A Symposium: Sexual Activity and Cardiac Risk,” American Journal of Cardiology, vol. 86, no. 2A (July 20,2000): 30F — 34F.

Для получения дополнительной информации о связи между релаксацией и женским сексуальным возбуждением, а также о связи между тревогой и торможением женского сексуального желания см.: Andrea Bradford and Cindy M. Meston, "The Impact of Anxiety on Sexual Arousal in Women,” Behavioral Research and Therapy, vol. 44 (2006): 1067-77: "A high incidence of sexual dysfunction has been reported in women with anxiety disorders.” Hannah Gola и другие уже показывают, что женщины, которые были жестоко изнасилованы, демонстрируют изменения в своих реакциях кортизола в ответ на психологические триггеры. "Victims of Rape Show Increased Cortisol Responses to Trauma Reminders: A Study in Individuals with War- and Torture-Related PTSD,” Psychoneuroendocrinology 37 (2012): 213–220.

8. Cm. Margaret Buttenheim, A. A. Levendosky, "Couples Treatment for Incest Survivors,” Psychotherapy vol 31 (1994): 407–414. Существует множество исследований, которые подтверждают, что ущерб, который наносит сексуальное насилие, особенно в раннем возрасте, влияет на сексуальную реакцию в последующей жизни женщины. Большинство из них, однако, фокусируются на эмоциональных и психологических травмах в качестве основного ингибитора сексуальной реакции изнасилованных ранее женщин. The Abuse of Men: Trauma Begets Trauma под ред. Barbara Jo Brothers обобщает многие исследования: «Courtois (1988) сообщает, что 80 % жертв сексуального насилия в детском возрасте столкнулись впоследствии, во взрослом возрасте, с определенными трудностями при построении отношений». Becker, Skinner и Able отмечают (цитируется по: Sarwer and Durlak, 1996), что такое происходит, скорее всего, в 50 % случаев: «Трудности встречаются в диапазоне от нарушений на стадии возбуждения до неприятия половых органов и болезненного секса… Баттенхейм и Левендовски подтверждают [этот факт], когда они описывают браки без секса как еще одно проявление сексуальных сложностей у тех, кто перенес насилие» (Barbara Jo Brothers, ed., The Abuse of Men: Trauma Begets Trauma (Binghamton, NY: Haworth Press, 2001), 20). Sandra Risa Leiblum, ed., в Principles and Practice of Sex Therapy, цитирует исследование Левендовски и Баттен-хейма от 1994 г., которое утверждает, что сексуальная дисфункция в отношениях, один из участников которых стал жертвой инцеста или сексуального насилия, является «сложной взаимной реконструкцией» первоначального инцеста (Sandra Risa Leiblum, ed., Principles and Practices of Sex Therapy (New York: The Guilford Press, 2007), 361).

9. M.F. Barnes, 1995, цит. no: Abrielle Conway and Amy Smith, “Strategies for Addressing Childhood Sexual Abuse in the Hope Approach,” Regent University Hope Research Study, www.regent.edu/acad/schlou/research/ initiatives. htm#hope.

10. J. Douglas Bremner, and others, “MRI and PET Study of Deficits in Hippocampal Structure and Function in Women with Childhood Sexual Abuse and Posttraumatic Stress Disorder,” American Journal of Psychiatry 160, no. 5 (1 мая 2003 г.): 924–932. Эти исследователи обнаружили, что женщины, пережившие сексуальное насилие в детстве, демонстрируют измеримые изменения в гиппокампе: область гиппокампа у них меньше на 16–19 % и гиппокампальная активация ниже, чем у контрольной группы. Гиппокамп участвует в решении задач «словесной декларативной памяти», а также консолидации новых воспоминаний и эмоциональных реакций — и это заставляет поднять вопрос о том, прольет ли это открытие свет на то, могут ли женщины, которые пережили сексуальное насилие в детстве, обратиться к собственному «Я». Посттравматическое сексуальное расстройство (ПТСР), вызванное сексуальным насилием, может быть использовано в ходе этого эксперимента, чтобы преодолеть способность женщины «знать, что она знает» и поступательно воссоздать определенное ощущение собственного «Я».

ЦЕЛЬ: исследования на животных показали, что испытанный ранее стресс связан с изменениями в гиппокампе — области мозга, которая играет важную роль в процессе обучения и памяти. Целью данного исследования было измерить гиппокампальные структуры и функции как у женщин, испытавших насилие в детстве с диагнозом ПТСР, так и у женщин, его не испытавших.

МЕТОД: в этом исследовании участвовали 33 женщины, в том числе пережившие сексуальное насилие в раннем детстве с посттравматическим стрессовым расстройством (N = 10), пережившие насилие, но без ПТСР (N = 12) и не испытывавшие насилия и без симптомов ПТСР (N = И). Объем гиппокампа был измерен при помощи магнитно-резонансной томографии по всем пунктам; гиппокамп и его функции измерялись с помощью позитронноэмиссионной томографии во время выполнения задач, основанных на работе словесно-декларативной памяти у пострадавших женщин с и без ПТСР.

РЕЗУЛЬТАТЫ: у женщин, перенесших насилие и с ПТСР, наблюдается сбой активации гиппокампа и на 16 % меньший его объем по сравнению с женщинами, пережившими насилие, но без признаков ПТСР. У женщин, испытавших действия насильственного характера, объем гиппокампа на 19 % меньше объема гиппокампа у женщин, не сталкивавшихся с сексуальным насилием и без признаков ПТСР.

ВЫВОДЫ: полученные результаты говорят о дефиците гиппокампальных структур и функций при ПТСР — состояниях, вызванных действиями насильственного характера.

11. R. Yehuda, 2003; and S.M. Southwick and others, 1999, цит. no: Thomas Steckler, N. H. Kalin, and J. M. H. M. Reul, Handbook of Stress and the Brain: Integrative and Clinical Aspects, vol. 15, Techniques in the Behavioral and Neural Sciences (New York: Elsevier Science, 2005), 251,272.

12. S.M. Southwick, R. Yehuda, and C.A. Morgan III, "Clinical Studies of Neurotransmitter Alterations in Post-Traumatic Stress Disorder,” в Neurobiology and Clinical Consequences of Stress: From Normal Adaptation to PTSD, ed. M.J. Friedman, D.S. Charney, and A.Y. Deutch (Philadelphia, PA: Lippincott-Raven, 1995), 335–349.

13. Там же.

14. К. Stav, P.L. Dwyer, and L. Roberts, "Pudendal Neuralgia: Fact or Fiction?” make Ms. Fish's point. Obstetrical and Gynecological Survey 64, no. 3 (март 2009 г.): 190–199.

15. Nancy Fish, интервью, Коупейк, Нью-Йорк, 5 апреля 2011 г.

16. См. Stephen Porges, The Polyvagal Theory: Neuropsychological Foundations of Emotions, Attachment, Communication, and Self-Regulation (New York: W.W. Norton, 2011).

17. Mike Lousada, интервью, Лондон, Великобритания, 12 июня 2011 г.

18. Dr. James Willoughby, Faculty of History and New College, New College Archives, Оксфордский университет, интервью, И июня 2011 г.

19. Juan Eduardo Cirlot and Jack Sage, A Dictionary of Symbols (New York: Philosophical Library, Inc., 1971), 381.

Глава 7. Священное начало вагины

1. Riane Eisler, The Chalice and the Blade: Our History, Our Future (New York: HarperOne, 1988), 51.

2. См. J. A. MacGillivray, Minotaur: Sir Arthur Evans and the Archaeology of the Minoan Myth (New York: Hill and Wang, 2000).

3. Rosalind Miles, The Women's History of the World (London: Paladin Books, 1989), 34–37.

4. Asia Shepsut, Journey of the Priestess: The Priestess Traditions of the Ancient World (New York: HarperCollins, 1993), 62–79.

5. Там же, 16.

6. Там же, 72.

7. Там же, 69.

8. Catherine Blackledge, The Story of V: A Natural History of Female Sexuality (New Brunswick, NJ: Rutgers University Press, 2004), 30.

9. Erich Neumann, The Great Mother: Analysis of an Archetype (Princeton, NJ: Princeton University Press), 168.

10. Sigmund Freud, “Three Essays on the Theory of Sexuality/' The Freud Reader, ed. Peter Gay (New York: W. W. Norton, 1989), 239.

11. Thomas Laqueur, Making Sex: Body and Genderfrom the Greeks to Freud (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1990), 26.

12. Leviticus 15:19, www.come-and-hear.com/editor/america_3.html.

13. Babylonian Talmud, Tractate Kerithoth 2B Soncino 1961 Edition, 1, www. come-and-hear.com/editor/america_3.html.

14. Tertullian, “On the Apparel of Women” www.public.iastate.edu/~hist. 486x/medieval. html; см. также Kristen E. Kvam, Lina S. Schearing, and Valarie H. Ziegler, Eve and Adam: Jewish, Christian, and Muslim readings on genesis and gender (Bloomington, IN: Indiana University Press, 1999), 131.

15. Morton M. Hunt, The Natural History of Love (New York: Minerva Press, 1959), 187.

16. Там же, 207. Для получения более подробной информации см.: Jacques Delarun, “The Clerical Gaze,” A History of Women: The Silences of the Middle Ages; ed. Christiane Klapisch-Zuber (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1992), 15–36.

17. Mary Roach, Bonk: The Curious Coupling of Science and Sex (New York: W. W. Norton, 2008), 214–215.

18. Geoffrey Chaucer, The Canterbury Tales, ed. Nevill Coghill (New York: Penguin Classics, 2003), 285.

19. Dr. Emma Rees, “Cordelia's Can't: Rhetorics of Reticence and (Dis) ease in King Lear,” Rhetorics of Bodily Disease and Health in Medieval and Early Modem England, ed. Jennifer Vaught (London: Ashgate, 2010), 105–116.

20. “Case Study: The European Witch-Hunts”, c. 1450–1750, www.gendercide.org/ case_witchhunts.html.

21. Rees, “Cordelia's Can't,” 105–116.

22. William Shakespeare, The Compete Works, ed. G.B. Harrison (New York: Harcourt, Brace and World, 1958), 1546.

23. Rees, “Cordelia's Can't,” 110.

24. Там же.

25. Там же.

26. Там же.

27. John Donne, The Complete Poetry and Selected Prose of John Donne, ed. Charles M. Coffin (New York: Modern Library, 2001), 85.

28. Naomi Wolf, “Lost and Found: The Story of the Clitoris,” in Promiscuities: The Secret Struggle for Womanhood (New York: Random House, 2003), 143-53. Also Catherine Blackledge, The Story of V: A Natural History of Female Sexuality (New Brunswick, NJ: Rutgers University Press, 2004), 125.

29. Laqueur, Making Sex, 4,239.

Глава 8. Вагина в викторианскую эпоху: медикализация и подчинение

1. Michel Foucault, The History of Sexuality, vol 1, An Introduction (New York: Vintage, 1990), 12.

2. Jeffrey Moussaieff Masson, A Dark Science: Women, Sexuality, and Psychiatry in the Nineteenth Century (New York: Noonday Press, 1988), 63–65.

3. Erna Olafson Hellerstein, Leslie Parker Hume, and Karen M. Offen, eds., Victorian Women: A Documentary Account of Women's Lives in Nineteenth-Century England, France, and the United States (Palo Alto, CA: Stanford University Press, 1981), 5.

4. William Acton, A Complete Practical Treatise on Venereal Diseases (London: Ibotson and Palmer, 1866), cited in, Suffer and Be Still: Women in the Victorian Age ed. Martha Vicinus (Bloomington, IN: Indiana University Press, 1973), 82–83,84.

5. Steven Seidman, Romantic Longings: Love in America, 1830–1980 (New York: Routledge, 1993), 33.

6. Hellerstein, Hume, and Offen, Victorian Women, 3.

7. Там же, 5.

8. Там же.

9. Jeffrey Moussaief Masson, A Dark Science: Women, Sexuality, and Psychiatry in the Nineteenth Century (New York: Farrar, Straus and Giroux, 1986), 3.

10. Там же, 65–90.

11. Dr. Emma Rees, “Narrating the Victorian Vagina: Charlotte Bronte and the Masturbating Woman,” The Female Body in Medicine and Literature, ed. Andrew Maugham (Liverpool: Liverpool University Press, 2011), 119–134.

12. Peter T. Cominos, “Innocent Femina Sensualis in Unconscious Conflict,” and E.M. Sigsworth and T.J. Wyke, “A Study of Victorian Prostitution and Venereal Disease,” in Vicinus, Suffer and Be Still, 77–99,155-72. См. также A New Woman Reader, ed. Carolyn Christensen Nelson (New York: Broadview Press, 2000).

13. См. A. N. Wilson, The Victorians (New York: W. W. Norton, 2003). A History of Private Life, vol. 4, From the Fires of Revolution to the Great War, ed. Michelle Perrot (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1990), 261–337. В викторианскую эпоху и эпоху короля Эдуарда наблюдались противоречия в отношении к вагине. Так, во Франции обрученный молодой человек за несколько дней до своей свадьбы посылал невесте цветы, которые символизировали набухание вульвы: «Следуя восточным обычаям, некоторые мужчины выбирали цветы, которые постепенно становились все краснее и краснее, пока накануне свадьбы не становились совсем фиолетовыми, как символ горячей любви. Руководства этикета того времени заявляли, что эта новая мода — наихудшее проявление дурновкусия». Там же, 311.

14. George Eliot, The Mill on the Floss (London: Penguin, 1979), 318,338.

15. Rees, "Narrating the Victorian Vagina,” 119–134.

16. Christina Rossetti, Poems and Prose, ed. Simon Humphries (Oxford, UK: Oxford World Classics, 2008), 105–119.

17. Cm. Richard von Krafft-Ebing, Aberrations of Sexual Life: The Psychopathia Sexualis (London: Panther, 1951); Havelock Ellis and John Addington Symonds, Sexual Inversion (New York: Arno Press, 1975).

18. Freud on Women: A Reader, ed. Elisabeth Young-Brueitz, (New York: W.W. Norton, 1990), 137.

19. Wilhelm Stekel, Frigidity in Woman, vol. 2, The Parapathiac Disorders (New York: Liveright, 1926), 1-62.

Глава 9: Модернизм: «освобожденная» вагина

1. Steven Seidman, Romantic Longings: Love in America, 1830–1980 (New York: Routledge, 1993), 76–77.

2. Elizabeth Sprigge, Gertrude Stein: Her Life and Work (New York: Harper and Brothers, 1957), 128.

3. Там же, 94.

4. Rhonda К. Garelick, Electric Salome: Loie Fuller's Performance of Modernism (Princeton, NJ: Princeton University Press, 2007), 164–165.

5. Hunter Drohojowska-Philp, Full Bloom: The Art and Life of Georgia O'Keeffe (New York: W.W. Norton, 2004), 115,135. Sarah Greenough, ed., My Faraway One: Selected Letters of Georgia O'Keeffe and Alfred Stieglitz (New Haven, CT: Yale University Press, 2012), 127.

6. Edna St. Vincent Millay, Collected Poems of Edna St Vincent Millay, ed. Norma Millay (New York: HarperPerennial, 1981), 19.

7. Ellen Chesler, Woman of Valor: Margaret Sanger and the Birth Control Movement in America (New York: Simon and Schuster, 1992), 272,343.

8. Remy de Gourmont, The Natural Philosophy of Love, trans. Ezra Pound (London: Casanova Society, 1922), 205–206.

9. Henry Miller, Tropic of Cancer (New York: Grove Press, 1961), 2.

10. Там же, 24,31.

11. Michael Whitworth, “Modernism” (лекция, факультет английского языка и литературы, Оксфордский университет, 10 мая 2011 г.).

12. MinaLoy, The Lost Lunar Baedeker ed. Roger L. Conover (New York: Farrar, Straus and Giroux, 1997), xv.

13. D.H. Lawrence, Women in Love (New York: Penguin, 1987), 37,55–56.

14. Ana” s Nin, Delta of Venus (New York: Penguin Modem Classics, 1977), 8-19.

15. Miller, Tropic of Cancer, 31.

16. Paul Garon, Blues and the Poetic Spirit (London: Eddison Press, 1975), 69.

17. Memphis Minnie, “If You See My Rooster,” Bluesistheroots, http://www. youtube.com/watch?v=UxSjUmGweqg.

18. Bessie Smith, “I Need a Little Sugar in My Bowl,” www.lyricstime. com/bessie_smith_i_need_a_little_sug ar_in_my_bowl_lyrics. html.

19. Merline Johnson, the Yas Yas Girl, “Don't You Feel My Leg,” 1938, www. jazzdocumentation.ch/audio/rsrf/high.ram.

20. Ruth Brown, “If I Can't Sell It I'll Keep Sittin' on It (Before I Give It Away),” 1940, Essential Women of Blues, compact disc, Hill/Razaf, Joe Davis Music.

21. Cm. Betty Friedan, The Feminine Mystique (New York: W. W. Norton, 2001).

22. Cm. Shere Hite, The Hite Report: A Nationwide Study of Female Sexuality (New York: Macmillan, 1976).

23. Betty Dodson, “Getting to Know Me,” Ms. magazine, 1974, in Jeffrey Escoffier, Sexual Revolution (New York: Running Press, 2003), 698.

24. Germaine Greer, The Madwoman's Underclothes: Essays and Occasional Writings (New York: Atlantic Monthly Press, 1994), 74–89.

25. Erica Jong, Fear of Flying (New York: Signet, 1974), 310–311.

26. Seidman, Romantic Longings, 150–151.

27. Там же.

28. Andrea Dworkin, Intercourse (New York: Free Press, 1997), 188.

29. Там же.

Часть 3. Как ее называть?

Глава 10. «Самое ужасное слово на свете»

1. John Austin, How to Do Things with Words (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1975), 12.

2. Sarah Forman, “Yikes! Yale Edition,” Yale Daily Herald Blog, October 24, 2010, blog dailyherald.com/tag /у ale/.

3. H. Yoon and others, “Effects of Stress on Female Rat Sexual Function,” International Journal of Impotence Research: Journal of Sexual Medicine 17 (2005): 33–38.

4. Там же.

5. Там же.

6. Там же.

7. Там же.

8. Там же.

9. См. Kate Millett, The Prostitution Papers: A Candid Dialogue (New York: Avon Books, 1973).

10. Matthew Hunt, “Cunt: The History of the С-Word” (PhD), abstract, www.matthewhunt.com/cunt/abstract. html; см. также http://www. matthewhunt.com/cunt/references.html.

11. Там же. См. также: encyclopedia.jrank.org/articles/pages/657/Cunt.html for an additional history of the word cunt.

12. Hunt, “Cunt”.

13. Там же.

14. Christina Caldwell, “The С-Word: How One Four-Letter Word Holds So Much Power,” College Times, March 15,2011.

15. Cited in Hunt, “Cunt.” www.matthewhunt.com/cunt/abstract.html; см. также: http://www.matthewhunt.com/cunt/references. html.

16. Там же. www.matthewhunt.com/cunt/abstract. html; см. также: http:// www.matthewhunt.com/cunt/references. html.

17. Там же. www.matthewhunt.com/cunt/abstract. html; см. также: http:// www.matthewhunt.com/cunt/references. html.

18. См. Gordon Rattray Taylor, Sex in History (New York: Vanguard Press, 1954).

19. Russell Ash, цит. no Hunt, “Cunt.” www.matthewhunt.com/cunt/abstract. html; см. также http://www.matthewhunt.com/cunt/references.html.

20. “Egypt Bans Forced Virginity Tests by Military,” Al Jazeera, December 27, 2011, www.aljazeera.com/news/affica/2011/12/20111227132624606116. html.

21. Vanessa Thorpe and Richard Rogers, “Women Bloggers Call For a Stop to ‘Hateful’ Trolling by Misogynist Men,” The Observer, November 5, 2011. www.guardian.o.uk/world/2011/Nov/05/women-bloggers-hateful-trolling.

Глава 11. Насколько это забавно?

1. Richard Е. Nisbett, The Geography of Thought: How Asians and Westerners Think Differently… And Why (New York: Free Press, 2003), цит. no: Marcia Beauchamp, “Somasophy: The Relevance of Somatics to the Cultivation of Female Subjectivity” (PhD diss., California Institute of Integral Studies, San Francisco, 2011), 301–303.

2. Douglas Wile, Art of the Bedchamber: The Chinese Sexual Yoga Classics, Including Women's Solo Meditation Texts (Albany, NY: State University of New York Press, 1992), 9.

3. Sunyata Saraswati and Bodhi Avinasha Jewel in the Lotus: The Sexual Path to Higher Consciousness (San Francisco: Kriya Jyoti Tantra Society, 1987), 180–181: “Only through woman can man come to enlightenment as she is the divine principle. And so in Tantra, female energy, symbolized by the Divine Mother, is worshipped.”

4. Cm. Clement Egerton, The Golden Lotus, trans. Lanling Xiaoxiaosheng (London: Tuttle, 2011).

5. Virginia Woolf, A Room of One's Own (New York: Mariner Books, 1989), 18.

6. Onlineslangdictionary.com/thesaurus/words+meaning+vulva+ (‘vagina’),+female+genitalia.html.

7. Blackchampagne.com/wordpress/.

Глава 12. Порнографическая вагина

1. Naomi Wolf, "The Porn Myth,” New York magazine, October 20, 2003. nymetr о/news /trends / n_9437.

2. Dr. Jim Pfaus, интервью, 29–30 января 2012 г.

3. Там же.

4. См. Robert Sapolsky, Why Zebras Don't Get Ulcers: An Updated Guide to Stress, Stress-Related Diseases, and Coping (New York: W.H. Freeman, 1998).

5. Dr. Helen Fisher, The Anatomy of Love: A Natural History of Mating, Marriage and Why We Stray (New York: Ballantine Books, 1992), 182–184.

6. Dr. Jim Pfaus, интервью, 29–30 января 2012 г.

7. Marnia Robinson, Cupid's Poisoned Arrow: From Habit to Harmony in Sexual Relationships (Berkeley, CA: North Atlantic Books, 2009), 133–166.

8. Там же, 137-66. Для получения дополнительной информации о порнозависимости см.: J.M. Bostwick and J.A. Bucci, “Internet Sex Addiction Treated with Naltrexone,” Mayo Clinic Proceedings 83, no. 2 (February 2008): 226–230. См. также: Marnia Robinson and Gary Wilson, “Santorum, Porn and Addiction Neuroscience,” Psychology Today, March 26,2012, www. psychologytoday.com/blog/cupids_poisoned_arrow/201203/santorum-porn-and-addiction-neuroscience.

9. Naomi Wolf, “Is Pornography Driving Men Crazy?” Project Syndicate, June 13, 2011, www.project-syndicate.org/commentary/is-pornography-driving-men-crazy.

10. Reuniting.info/science/articles/sexual_neurochemistry#reward.

И. Там же.

12. http://www.psychologytoday.com / blog / cupids-posioned-arrow/201107/porn-induced-sexual-dysfunction-is-growing-problem.

13. Jason S. Carroll and others, “Generation XXX: Pornography Acceptance and Use Among Emerging Adults,” Journal of Adolescent Research 23, no. 1 (January 2008): 6-30.

14. В Великобритании, согласно данным Национального министерства здравоохранения, число операций по пластике половых губ в 2009 г. выросло на 70 % (http://www.guardian.co.uk/ lifeandstyle/2009/nov/20/cosmetic-vulva-surgery).

15. Dr. Basil Kocur, интервью с автором, Нью-Йорк, 26 февраля 2011 г.

16. Dr. John Cleland, Memoirs of a Woman of Pleasure (Oxford: Oxford University Press, 2008), 116–117.

17. Там же, 139.

Часть 4. Божественная матрица

Глава 13. «Любовь — это Я»

1. См. Marcus Buckingham, Find Your Strongest Life: What the Happiest and Most Successful Women Do Differently (New York: Thomas Nelson, 2009).

2. Douglas Wile, Art of the Bedchamber: The Chinese Sexual Yoga Classics, Including Women's Solo Meditation Texte (Albany: State University of New York Press, 1992), 9.

3. Там же, 140–141.

4. Richard Burton, trans., The Perfumed Garden of Cheikh NefzouvA Manual of Arabian Erotology (London, UK: Kama Shastra Society of London and Benares, 886), 129–159.

5. Лeopa Лайтвуман (Leora Lightwoman) из центра «Тантра бриллиантового света», еще один преподаватель тантры, высказывает предостережения относительно растущей популярности тантристских методов сексуального исцеления женщин. В своем электронном послании она написала:

Тантрический массаж для женщин, в том числе массаж йони, — это красивый ритуал, который приятно разделить с любимым человеком. Практики, такие как Майкл, предоставляют возможность тем, у кого нет пары или чьи партнеры не стремятся к изучению тантры, получить роскошные, священные сексуальные и эмоциональные дары. Это хорошо. Тантрический массаж может стать глубоким переживанием… Однако я очень обеспокоена репутацией всей отрасли тантрического массажа, так как совершенно очевидно, что она никак не контролируется. Любой человек может называть себя тантрическим массажистом. Различия между тантрическим и эротическим массажем могут быть весьма туманными, даже для тех, кто давно им занимается, и я хотела бы видеть его в контексте тантрического учения.

Она отмечает, что видит разницу между настоящими тантрическими сексуальными целителями и кустарями, и предупреждает, что учителя тантры должны питать уважение к клиенту и относиться к процессу «невинно».

Также: Leora Lightwoman, интервью, Лондон, Великобритания, 15 июля 2011 г.

Глава 14. Безграничное наслаждение и полное пробуждение: вагина как освобождающая сила

1. Judith Horstman, The Scientific American Book of Love, Sex and the Brain: The Neuroscience of How, When, Why and Who We Love (New York: Jossey-Bass, 2012), 85.

2. Dr. Louann Brizendine, M. D., The Female Brain (New York: Morgan Road Books, 2006), 123: "In the male brain, most emotions trigger less gut sensation and more rational thought. The typical male brain reaction to an emotion is to avoid it at all costs…”

3. Dr. Helen Fisher, The Anatomy of Love: A Natural History of Mating, Ma riage and Why We Stray (New York: Ballantine Books, 1992), 182–184.

4. Ниже приводится описание инструмента, который измеряет амплитуду вагинального импульса.

ВАГИНАЛЬНАЯ ФОТОПЛЕТИЗМОГРАФИЯ

На лицевой стороне зонда находится встроенный источник света, который освещает стенки влагалища. Свет отражается, диффундирует через ткани стенок влагалища и достигает фоточув-ствительной поверхности, установленной внутри корпуса зонда. Изменения в сопротивлении элемента соответствуют изменениям в количестве попадающего обратно рассеянного света, падающего на светочувствительную поверхность. Предполагается, что высокая интенсивность вернувшегося рассеянного света означает увеличение объема крови в вагинальных кровеносных сосудах (Levin, 1992). Хун и коллектив авторов (Hoon et al. 1976) представили усовершенствованную модель вагинального фотометра с инфракрасным светодиодом (светоизлучающим диодом) в качестве источника света для ламп накаливания и фототранзистором для фотоэлемента. Вагинальный фотометр устроен так, что он может быть легко помещен в тело испытуемого. Экран может быть размещен на кабеле зонда, так что глубина ведения и ориентация фоточувствитель-ной поверхности известна и сохраняется неизменной (Geer, 1983; Laan, Everaerd, & Evers 1995). Фотометр подает два анализируемых сигнала. Первый — сигнал постоянного тока, который, как подразумевается, должен передавать индекс общего объема крови (Hatch, 1979). Название этого показателя часто сокращают до ВОК (вагинальный объем крови). Второй сигнал — это сигнал переменного тока, часто сокращенно называемый АВП (амплитуда вагинального пульса), который, как подразумевается, отражает фазовые изменения в стенках сосудов в результате изменения давления в сосудах (Jennings et al., 1980; см. рис. 11.2). Хотя, как было установлено, оба сигнала отражают реакцию на эротические раздражители (например, Geer, Morokoff, & Greenwood, 1974. Hoon, Wincze, & Hoon, 1976), их точный характер и источник неизвестны. Хейман и др. (Heiman et al., 2004) сравнили АВП 12 женщин и изменения объема гениталий при измерении с использованием МРТ и не обнаружили никаких значимых корреляций между ними. Хейман и Маравилла (Heiman & Maravilla, 2005) предположили, что, возможно, при умеренных уровнях возбуждения вагинальный зонд может обнаружить изменения в вагинальной ткани, которые не соответствуют другим изменениям объема крови в гениталиях. Связать результаты фотометрии непосредственно с соответствующими сосудистыми механизмами мешает недостаток теоретической базы (Levin, 1992), а также отсутствие метода калибровки, который позволил бы рассматривать эти результаты в контексте известных физиологических явлений. В настоящее время большинство исследователей описывают результаты своих исследований в относительных измерениях, таких как миллиметры отклонения или изменения микровольт. Левин (Levin, 1997) указывает, что одним из основных предположений, лежащих в основе использования плетизмографа, является то, что изменения в ВОК и АВП всегда отражают локальную ситуацию в сосудах. Однако, обсуждая результаты исследований о влиянии физических упражнений и оргазма на ВОК и АВП, он предполагает, что сигналы, скорее всего, отражают довольно сложное взаимодействие между симпатическим и парасимпатическим регуляторными процессами, а также между кровообращением и вагинальным кровяным давлением. Тем не менее Праузе и соавторы (Prause et al. 2004) обнаружили, что, в то время как ВОК различается при сексуальных, сексуально-угрожающих и угрожающих визуальных стимулах, артериальное давление (которое увеличивается при всех трех видах стимулов) не различается. Конструктная валидность ВОК более надежна, чем валидность АВП. Ряд исследователей сообщили о высокой корреляции между ВОК и АВП, в частности при более сильных сексуальных стимулах, но другие их коллеги считают корреляцию между этими двумя сигналами низкой или попросту нулевой (Heiman, 1976; Meston and Gorzalka, 1995). ВОК представляется более чувствительным к изменениям в интенсивности стимула, чем АВП (Geer et al., 1974; Osborn & Pollack, 1977). ВОК также больше соотносится с субъективными сообщениями о сексуальном возбуждении, чем АВП (Heiman, 1977). Наконец, изменение АВП в ответ на общее усиление возбуждения показывает, что АВП менее характерно для сексуального возбуждения, чем ВОК (Laan, Everaerd, & Evers, 1995). Два исследования непосредственно оценивали чувствительность и специфичность ВОК (Laan et al., 1995; Prause, Сету, & Janssen, 2004). Оба исследования измеряли сексуальные функции женщин во время просмотра отрывков фильмов, носящих сексуальный характер, или вызывающих тревогу, или содержащих сексуальную угрозу, а также нейтральных по содержанию, и обнаружили, что максимальное увеличение ВОК наблюдается при сексуальных стимулах и умеренное увеличение при сексуально-угрожающих фильмах. (Участники также сообщали о среднем уровне сексуального возбуждения при сексуально-угрожающих стимулах.) В обоих исследованиях ВОК не увеличивался в ответ на угрожающие стимулы. Эти результаты показывают специфичность реакций вагинальной гиперемии на сексуальные стимулы.

См.: Е. Janssen, N. Prause, and J. Geer, "The Sexual Response,” in Handbook of Psychophysiology, eds. J.T. Cacioppo, L. G. Tassinary, and G. G. Berntson, 3rd ed. (New York: Cambridge University Press, 2007).

5. Dr. Louann Brizendine, The Female Brain, 77–86.

6. Beverly Whipple and John Delbert Perry, "Pelvic Muscle Strength of Female Ejaculators: Evidence in Support of a New Theory of OrgasmJournal of Sex Research 17, no. 1 (1981): 22–39.

7. Там же, 22–39. Уиппл и Перри также рассматривали нейронные связи в нижних отделах позвоночника, чтобы объяснить свою гипотезу. В самом деле, одна из членов исследовательской группы перенесла растяжение мышц нижней части спины, а затем обнаружила, что сила

ее маточных сокращений при упражнении стала значительно меньше, чем обычно: в данном исследовании было подтверждено, что здоровье и нормальное функционирование спинного мозга влияет на силу вагинальных сокращений.

8. Там же, 22–39.

9. Там же, 22–39.

10. Там же, 22–39.

И. Janniko R. Georgiadis and others, "Regional Cerebral Blood Flow Changes Associated with Clitorally Induced Orgasm in Healthy Women,” European Journal of Neuroscience 24, no. 11 (2006): 3305–3316.

12. K. Mah and Y.M. Binik, "The Nature of Human Orgasm: A Critical Review of Major Trends,” Clinical Psychology Review 6 (August 21,2002): 823-56. См. также R. King and others, "Are There Different Types of Female Orgasm?” Archives of Sexual Behavior 40, no. 5 (October 2010): 865–875:

Для того чтобы определить и утвердить различные типы оргазмов, которые женщины испытывают во время секса с партнером, данные, собранные Махом и Биником (2002) по измерительной феноменологии женского оргазма, подвергались типологическому анализу. В общей сложности в опросе участвовали 503 женщины. Они описывали оргазмы, полученные во время секса с партнером (п = 276) и в одиночестве (п = 227). Анализ скрытого типа показал четыре вида оргазма, которые постоянно варьировались с точки зрения удовольствия и ощущений. Два типа, которые можно объединить под названием «оргазмы при хорошем сексе», приносят больше удовольствия и больше приятных ощущений, чем мастурбация в одиночестве. А два других типа, в совокупности называемые «оргазм при недостаточно хорошем сексе», получили более низкие рейтинги. Эти две указанные выше группы отличались по ряду психологических и физических факторов и рассматривались с точки зрения проверки типологии. Были изложены дальнейшие направления исследований, в частности необходимость изучить вопрос о том, действительно ли один и тот же человек испытывает различные типы оргазмов с партнерами с различными характеристиками, как следует из эволюционной теории.

13. Kevin Nelson, М. D., The Spiritual Doorway in the Brain: A Neurologist's Search for the God Experience (New York: Penguin, 2012), 242–243.

14. R. W. B. Lewis and Nancy Lewis, The Letters of Edith Wharton (New York: Scribner, 1989), 12.

15. Edith Wharton, The House of Mirth (New York: Barnes and Noble Classics, 2003), 177.

16. Georgiadis, "Regional Cerebral Blood Flow,” 3305–3316.

17. Там же, 3305–3316.

18. Sally Ryder Brady, A Box of Darkness: The Story of a Marriage (New York: St. Martin's Press/Griffin), 114.

19. Mary Roach, Bonk: The Curious Coupling of Science and Sex (New York: W.W. Norton, 2008), 293.

20. Wen Zhou and Denise Chen, "Encoding Human Sexual Chemosensory Cues in the Orbitoff ontal and Fusiform CorticesJournal of Neuroscience 28, no. 53 (December 31,2004): 14416-21.

21. Там же, 14416-21.

22. Virpi Lummaa and Alexandra Alvergne, "Does the Contraceptive Pill Alter Mate Choice in Humans?” Trends in Ecology and Evolution 25, no. 3 (October 6,2009): 171-79.

23. George Preti and others, цит. no "Pheromones in Male Perspiration Reduce Women's Tension, Alter Hormone Response that Regulates Menstrual Cycle,” Penn News, March 14,2003. www.upenn.edu/pennnews/news/pher-omones-male-perspiration-reduce-womens-tension-alter-hormone-response- regulates-menstrual-cycle.

24. Там же.

25. Bob Beale, "What Women Need: Sweaty Male Armpits,” ABC Science Online, June 26,2003. www.abc.net.au/science/articles/2003/06/26/888984. htm.

26. Dr. Daniel G. Amen, The Brain in Love: Twelve Lessons to Enhance Your Love Life (New York: Three Rivers Press, 2009), 50–72.

27. Dr. Daniel Goleman, Social Intelligence: The Revolutionary New Science of Human Relationships (New York: Bantam Books, 2006), 63–64.

28. Cm. Naomi Wolf, Misconceptions: Truth, Lies and the Unexpected on the Journey to Motherhood (New York: Doubleday, 2000).

29. Там же.

30. Brizendine, Female Brain, 77;

31. Louann Brizendine, M. D., The Male Brain (New York: Three Rivers Press,

2010).

32. Daniel Goleman, Emotional Intelligence: Why It Can Matter More Than IQ (New York: Bantam, 1995), 129–147.

33. John M. Gottman, The Seven Principles for Making Marriage Work (New York: Three Rivers Press, 1988), 38,39.

34. Kathleen Light, цит. no Roger Dobson and Maurice Chittenden, “Women Need that Healthy Touch,” Sunday Times (London) (January 16,2005), www. thetimes.co_uk/tto/public/sitesearch. do?qugrystring=women+need+tha t+healthy+touch8p-tto8pf-all&bl-on.

35. Naomi Wolf, страница на Facebook, неофициальное онлайн-исследование, сентябрь-октябрь 2011 г.

36. См. Milan Zaviacic, The Human Female Prostate: From Vestigial Skene's Paraurethral Glands and Ducts to Woman's Functional Prostate (Bratislava: Slovak Academic Press, 1999).

37. Heli Alzate, “Vaginal Eroticism: A Replication Study,” Archives of Sexual Behavior 6 (December 14,1985): 529–537.

38. Stuart Brody and Petr Weiss, “Simultaneous Penile-Vaginal Orgasm Is Associated with Satisfaction (Sexual, Life, Partnership, and Mental Health),” Journal of Sexual Medicine 8, no. 3 (2011): 734–741:

Предыдущие многогранные исследования показали, что удовлетворение было связано с частотой специфической пенисно-вагинальной связи (ПВС в противоположность другим действиям сексуального характера), а также с вагинальным оргазмом. Вклад в получение удовлетворения от одновременного оргазма, обеспеченного ПВС, заслуживает прямого изучения в большой репрезентативной выборке.

39. G.L. Gravina and others, “Measurement of the Thickness of the Urethrovaginal Space in Women with or without Vaginal Orgasm,” Journal of Sexual Medicine 5, no. 3 (March 2008): 610–618.

40. Cm. Deborah Coady and Nancy Fish, Healing Painful Sex: A Woman's Guide to Confronting, Diagnosing, and Treating Sexual Pain (New York: Seal Press, 2011).

41. Zwi Hoch, “Vaginal Erotic Sensitivity by Sexological Examination,” Acta Obstetricia et Gynecologica Scandinavica 65, no. 7 (1986): 767–773:

Мы изучили вагинальную эротическую чувствительность посредством вагинальных сексологических осмотров в рамках оценки и лечебного процесса пар, жалующихся на женскую сексуальную аноргазмию во время полового акта, но легко достигающих оргазма при женской самостимуляции или во время стимуляции партнером ее гениталий. Существование на передней стенке влагалища анатомически четко определяемой точки эротического стимулирования, называемой точкой G, было опровергнуто результатами наших исследований.

42. Cambridge Women's Pornography Collective, Porn for Women (San Francisco: Chronicle Books, 2007).

43. Lumaa and Alvergne, “Does Contraceptive Pill Alter Mate Choice?”

44. Dr. Jim Pfaus, интервью, 29–30 января 2012 г.

45. Влияние антидепрессантов на сексуальную функцию — не просто предостережение, об этом доктора Анита Клейтон и Энджел Мон-тейо сообщают в статье «Major Depressive Disorder, Antidepressants, and Sexual Dysfunction,» Journal of Clinical Psychiatry 67, Suppl. 6 (2006): S33-S37:

Сексуальная дисфункция является распространенной проблемой и провоцируется целым рядом причин, в том числе психологическими факторами, общими соматическими заболеваниями, психическими расстройствами, а также приемом психотропных и непсихиатрических лекарственных препаратов. Эта проблема… тесно связана с антидепрессантами. Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), в частности, продемонстрировали более высокий уровень сексуальной дисфункции, чем другие антидепрессанты, которые работают через другие механизмы действия. Факт взаимосвязи между возникновением сексуальной дисфункции и принципом действия антидепрессантов подтверждается данными ряда исследований, которые показывают, что бупропион, нефазодон и миртазапин облегчают симптомы сексуальной дисфункции, а также эффективны, как и СИОЗС, при борьбе с симптомами депрессии. Несмотря на то что, помимо заместительной терапии, для лечения сексуальной дисфункции, вызванной приемом антидепрессантов, применяется целый ряд различных стратегий, многие пациенты остаются невылеченны-ми; было обнаружено, что целых 42 % пациентов пассивно ждут спонтанной ремиссии…

Сексуальная дисфункция является частой проблемой, которая встречается как у здоровых пациентов, так и пациентов, страдающих депрессией. По данным национального исследования в области здравоохранения и общественной жизни, сексуальная дисфункция чаще встречается у женщин (43 %), чем мужчин (31 %). Кроме того, сексуальная дисфункция чаще встречается у представителей обоих полов с подорванным эмоциональным здоровьем, чем у здоровых людей. Сексуальная дисфункция является своего рода побочным эффектом, который, в частности, связан с использованием антидепрессантов и представляет собой существенную проблему, особенно в связи с долгосрочными курсами лечения. Примерно 36 % пациентов считают сексуальную дисфункцию неприемлемым побочным эффектом лечения антидепрессантами, дающим основание для прекращения лечения. Данные свидетельствуют о том, что принцип действия антидепрессантов является ключевым фактором, приводящим к сексуальной дисфункции. Лучшее понимание имеющихся данных, а также физиологии и этиологии сексуальной дисфункции приведет к формированию более эффективной стратегии борьбы и, как следствие, к более эффективной терапии.

Доктор Хелен Фишер также считает, что СИОЗС являются частью собирательного портрета женщин, страдающих от снижения сексуального желания. В 2004 г. на презентации под названием «Секс, сексуальность и серотонин: действительно ли побочные эффекты от большинства антидепрессантов представляют угрозу для романтической любви и брака?» в рамках форума Американской психиатрической ассоциации она отметила, что в 2002 г. в Соединенных Штатах были выписаны миллионы рецептов на антидепрессанты. Не менее 73 % пациентов, принимающих эти препараты, могут страдать от одного или нескольких побочных эффектов.

Хорошо известно, что эти препараты могут вызвать сексуальную дисфункцию, снижение сексуального желания, задержку сексуального возбуждения и снижение интенсивности или даже полное отсутствие оргазма… Суть в том, что повышающие уровень серотонина антидепрессанты, которые негативно влияют на половое влечение, могут также, что вполне логично, негативно влиять и на структуры в мозге, связанные с романтической любовью…

С точки зрения теории Дарвина оргазм также является основным механизмом, с помощью которого женщины бессознательно оценивают брачного партнера. В течение долгого времени антропологи считали, что это плохая модель; женщины просто не испытывают оргазм каждый раз. Однако совсем недавно мы поняли, что это означает. Мы называем это «непостоянный женский оргазм» и сейчас рассматриваем его как очень серьезный адаптивный механизм, который позволяет женщинам проводить различие между теми партнерами, которые готовы тратить время и энергию на них (теми, кого мы называем подходящими мужчинами), и теми, кто нетерпелив или проявляет отсутствие эмпатии, кто не может быть хорошим мужем и отцом (тип «плохого парня»). Когда женщины принимают повышающие серотонин антидепрессанты, которые подавляют оргазм, у некоторых из них способность оценивать уровень приверженности партнера начинает страдать. Женщины также используют оргазм для оценки существующих партнерских отношений; женщины, как правило, испытывают оргазм более регулярно с долгосрочным партнером. С наступлением аноргазмии эти способности могут быть дестабилизированы.

46. Cindy М. Meston and David М. Buss, Why Women Have Sex (New York: Times Books, 2009), 252.

47. Dr. Jim Pfaus, интервью, 29–30 января 2012 г.

48. Kurt Hahlweg and Notker Klann, "The Effectiveness of Marital Counseling in Germany: A Contribution to Health Services Research,"Journal of Family Psychology 11, no. 4 (December 1997): 410–421.

49. Beverly Whipple, Barry Komisaruk, and Julie Askew, "Neuro-Bio-Experiential Evidence of the Orgasm,” доклад, представленный на ежегодном собрании Международного общества по изучению сексуального здоровья женщин, Scottsdale, AZ, February 10–13,2011, Desert Heat: International Society for the Study of Women's Sexual Health, 2011 Annual Meeting Program Book, 153–184.

Примечания

1

Джемс В. Многообразие религиозного опыта. — М.: КомКнига, 2012.

2

Гоулман Д. Эмоциональный интеллект. — М.: ACT, 2008.

3

Пер. М. Лукашкиной.

4

В 1920-е гг. в англоязычном мире флапперами называли женщин, ведущих богемный образ жизни. — Прим. ред.

5

Синодальный перевод. — Прим. ред.

6

Айслер Р. Чаша и клинок. — М.: Древо жизни, 1993.

7

Нойманн Э. Великая мать. Глубинная психология и психоанализ. — М.: Добро-свет; КДУ, 2012.

8

Томас Лакер (р. 1945) — американский историк, сексолог и писатель. — Прим. ред-

9

Мишна — первый письменный текст, содержащий в себе основополагающие религиозные предписания ортодоксального иудаизма. — Прим. ред.

10

Темные века — период европейской истории (У-Х вв.). Характерной чертой этого времени называют отставание западного региона от Византии, мусульманского мира и Китая. — Прим. пер.

11

Перевод Г.Кружкова.

12

Здесь и далее перевод Б. Пастернака.

13

Перевод Г.Кружкова.

14

Г.Миллер «Тропик Рака». Пер. Г. Егорова.

15

Пер. Е. Колтуковой.

16

Комфорт А. Радость секса. — Екатеринбург: Литур, 2002.

17

Джонг Э. Страх полета. — М.: Эксмо, 1994.

18

Эта книга была подписана псевдонимом «М», под которым скрывались Терри и Джон Гэррити. — Прим. ред.

19

В 1991 г. Анита Хилл была свидетелем на слушании против Кларенса Томаса, когда разбиралось дело о его сексуальных домогательствах к сотрудницам. На тот момент Томас баллотировался на должность верховного судьи США. — Прим. ред.

20

Перевод Н. Рейнгольд.

21

Дойдж Н. Пластичность мозга. — М.: Эксмо, 2010.

22

Клеланд Д. Фанни Хилл. Мемуары женщины для утех. — М.: Эксмо, 2012.

23

Прекраснейшая из Екатерин в мире, моя милая и обожаемая богиня (франц.).

24

Каламбур: «One night stand» — секс на одну ночь. Здесь говорящий употребляет выражение «One night hand». — Прим пер.

25

Амен Д. Мозг и любовь. — М.: Эксмо, 2011.

26

Джеймс Э. Пятьдесят оттенков серого. — М: Эксмо, 2012.

27

Докинз Р. Эгоистичный ген. — Москва: ACT: CORPUS, 2013.

Content

Наоми ВУЛЬФ
ВАГИНА. НОВАЯ ИСТОРИЯ ЖЕНСКОЙ СЕКСУАЛЬНОСТИ

Благодарности

Предисловие

ЧТО ТАКОЕ ВАГИНА?

ЧТО ТАКОЕ БОГИНЯ?

Часть 1 Есть ли у вагины сознание?

1. Знакомьтесь, тазовый нерв!

2. Ваша удивительная вегетативная нервная система

3. Уверенность в себе, творческий полет и взаимосвязанность явлений

ТОНЕНЬКАЯ КИСТОЧКА ДЛЯ КРЫСИНОГО УДОВОЛЬСТВИЯ

СЦЕНИЧЕСКИЙ ОРГАЗМ

4. Допамин, опиоиды и окситоцин

ЗАВИСИМА ЛИ ВАГИНА ОТ ЛЮБВИ?

ТРЕТИЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ ЦЕНТР У ЖЕНЩИН?

5. Все, что мы «знаем» о женской сексуальности, безнадежно устарело

ЭПИДЕМИЯ ЖЕНСКОЙ ПОЛОВОЙ НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ

Часть 2 История: покорение и контроль

6. Травмированная вагина

ИЗНАСИЛОВАНИЕ ОСТАВЛЯЕТ СЛЕД В МОЗГЕ

ВУЛЬВОДИНИЯ И ОТЧАЯНИЕ

ИЗНАСИЛОВАНИЕ ОСТАВЛЯЕТ СЛЕД В ВАГИНЕ

7. Священное начало вагины

ВАГИНА СТАНОВИТСЯ НЕЧЕСТИВОЙ

ИУДЕЙСКО-ХРИСТИАНСКАЯ ВАГИНА: ЭВОЛЮЦИЯ ГРЕХА

ОТЦЫ ЦЕРКВИ: НЕНАВИСТНАЯ ВАГИНА

8. Вагина в викторианскую эпоху: медикализация и подчинение

ГОСУДАРСТВО ПРОТИВ «ПЛОХОЙ» ВАГИНЫ

СОПРОТИВЛЕНИЕ

ВАГИНА В ЭПОХУ ЭСТЕТИЗМА

ВАГИНА ПО ФРЕЙДУ

9. Модернизм: «освобожденная» вагина

ДУАЛИЗМ МОДЕРНИСТОВ: НЕЧТО ТРАНСЦЕНДЕНТНОЕ ИЛИ «ПРОСТО КИСКА»?

ВАГИНА В ЭПОХУ БЛЮЗА

САМООПРЕДЕЛЯЮЩАЯСЯ ВАГИНА ВТОРОЙ ВОЛНЫ

Часть 3 Как ее называть?

10. «Самое ужасное слово на свете»

11. Насколько это забавно?

12. Порнографическая вагина

ПОРНОГРАФИЯ И ВАГИНАЛЬНАЯ НЕГРАМОТНОСТЬ

Часть 4 Божественная матрица

13. «Возлюбленный — это Я»

14. Безграничное наслаждение и полное пробуждение: вагина как освобождающая сила

В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ ЦЕНИ ЕЕ И ПОМОГАЙ ЕЙ

ПОДАРИ ЕЙ ЦВЕТЫ, ПРИГЛУШИ СВЕТ, РАССЛАБЬ ЕЕ

ПОМОГИТЕ ЕЙ ВОЙТИ В СОСТОЯНИЕ ОРГАЗМИЧЕСКОГО ТРАНСА

ОБНИМИТЕ ЕЕ, ПРИЖМИТЕ К СЕБЕ, ДВИГАЙТЕСЬ С НЕЙ В МЕДЛЕННОМ ТАНЦЕ: ТАЙНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ МУЖСКИХ ПОДМЫШЕК

СМОТРИТЕ ЕЙ В ГЛАЗА

ПОГОВОРИТЕ С НЕЙ, ВЫСЛУШАЙТЕ ЕЕ

ПОГЛАЖИВАЙТЕ, А НЕ ОГРЫЗАЙТЕСЬ

НАЙДИТЕ ЕЕ СВЯЩЕННУЮ ТОЧКУ И ЗАДЕРЖИТЕСЬ НА НЕЙ ГОРАЗДО ДОЛЬШЕ, ЧЕМ ВАМ КАЖЕТСЯ НЕОБХОДИМЫМ

ГОВОРИТЕ ЕЙ, ЧТО ОНА КРАСИВА

НЕ БУДЬТЕ РОБКИМ, НО И НЕ БУДЬТЕ СКУЧНЫМ

ДЕЛАЙТЕ ВСЕ, ЧТО НРАВИТСЯ ЕЕ СОСКАМ

ЭЯКУЛИРУЙТЕ

ИГНОРИРУЯ «БОЖЕСТВЕННУЮ МАТРИЦУ», ВЫ МОЖЕТЕ ДОВЕСТИ ЕЕ ДО БЕЗУМИЯ

«ЗВЕЗДОПАД»

Заключение Возвращение Богини

Примечания

Примечания