Роман Романов

НОВЫЙ ТАЛАНТ

Пролог

В 3096 году, стартовал проект «СверхНова», предназначенный исключительно, для мирных целей.

Ученые смогли создать уникальный искусственный разум. Воссоздав орган ЦНС (центральной нервной системы), то есть мозг живого человека. Получивший название СВН.

У искусственного разума, был один, но очень большой изъян.

Он мог бесконечно функционировать, только находясь в квардонической емкости. В противном случае клетки мозга гибли в течение двух суток.

Впервые сутки, разрушались синоптические связи, СВН, переставал формировать биохимические импульсы. К концу вторых суток, погибали нейроны.

В процессе исследований, практиковалась селекция СВН, с живыми носителями. Продолжительность жизненного цикла, увеличилась до одного месяца, но не более того. Заменить квардоний, оказалось невозможно.

Квардоний — сверхпрочный металл, добываемый на планете Квитрок. Особенный химический состав квардонического элемента, по достоинству оценили военные. Сверхпрочный металл стали использовать, для создания боевых имперских истребителей.

Таким образом, доступ к квардонию был закрыт для всех, кроме военного производства. Можно было достать немного квардония на черном рынке. Цена, правда, зашкальная. Ситуация патовая.

И так, у создателей «СверхНова» было всего два варианта, либо продолжать исследования с тем, что есть. Либо передать свой проект, под власть военных.

Ричард Гардиан, один из основателей и глава проекта, выбрал второй вариант. Он убедил своих коллег, что так будет лучше.

При переводе сотрудников проекта, под военную юрисдикцию, было выдвинуто одно условие. Искусственный интеллект, будет внедрен в боевые истребители имперских ВВС.

Военные потребовали создать боевой истребитель-пилот БЛА (беспилотные летающие аппараты), без дистанционного управления с базы.

Гардиан дал своё согласие. Проект, стартовал под кодовым название ИПБЛА. Начались разработки. Но желаемая цель ускользала.

Как выяснилось позже, без участия живого пилота, новое поколение ИП, ничем не отличалось, от простых дронов. Проект «ИПБЛА» был заморожен.

Ученую группу Гардиана, временно перекинули на внедрение СВН в гражданские корабли. Выделили подопытную группу из 8 летчиков-испытателей гражданской авиации.

У пилота и корабля должно быть стопроцентное слияние сознаний. Пилот, управляет СВН, а СВН, управляет кораблем.

После двухмесячной подготовки испытуемых, был проведен удачный старт. Так появились первые сознатели.

Термин сознатель, стал определением человека, который сливается с сознанием корабля (ССК). Но возникли и первые сложности. Препараты, которые позволяли пилотам сливаться сознанием с СВН корабля, изнашивали организм на пятьдесят процентов. ССК забирало все оставшиеся силы. Как не бились ученые, над изменением формулы препаратов, как ни старались сократить нагрузку, срок жизни первых сознателей не превышал и двух лет. Износ организма был колоссальным.

И тогда Бредфорд, на тот момент, молодой ученый, недавно вступивший в группу Гардиана, предложил принципиально новый подход, готовить тело пилота, задолго, до первого ССК.

Показав Гардиану, наброски формул, новых стимуляторов.

Вместе, они разработали и создали такие препараты, как метрадонол и пситоркан. Это был прорыв, но подготовка тела сознателя, требовала времени.

Пять лет, три раза в сутки, в тело будущего сознателя, вводят по 3 кубика метрадонола и 2 кубика пситоркана. Метрадонол перестраивает тело. Физические параметры объекта перестройки, относятся к показателям сверхчеловека и выдерживают сверхнагрузки. Пситоркан, расширяет грани разума, что дает семидесяти процентную связь, с СВН. Путем опытных испытаний, ученые выявили, что сознателем может быть только мужчина.

Женщина не в состоянии выдержать перестройку организма, под действием метрадонола и пситоркана. Чаще всего, через два месяца, подопытные женщины, умирали. Поэтому в опытные группы, для женщин набор, был закрыт.

Обратив внимание на успехи группы Гардиана, военный проект «ИПБЛА», был разморожен.

* * *

Уровень образования зависел от цвета школы. Красный цвет — лучшая школа, оранжевый — хорошая, желтый — среднестатистическая (уравниловка), синий — плохая (ниже ожидаемого).

Школы начали делить на цвета, в 3015 году. Показатель ученика, делился на ступени. Полная ступень — высший бал в сто процентов, отличник. Средняя ступень — восемьдесят пять процентов, хорошист. Промежуточная ступень — семьдесят процентов, троечник. Нижняя ступень — пятьдесят / шестьдесят процентов, не способен к обучению и развитию.

Глава 1

Я стою в актовом зале школы. На мне красная мантия выпускника.

За мной, в два ряда, стоят одноклассники. Я слышу подбадривающие крики родных.

— Моя детка, это моя девочка! Молодец! Умница! — папа подскакивает на месте.

Мама прижимает руки к губам.

Брат ведет запись. Лера радостно хлопает в ладоши.

Бабушки и дедушки, чуть позади, утирают платочками слезы умиления.

— Какая идиллическая картина. — усмехаясь, думаю я.

К трибуне выходит толстый, лысый коротышка в деловом костюме. Он громко откашливается в спикер, чем вызывает гримасы собравшихся, и говорит.

— В этом году, пожалуй, у нас лучший выпуск, за последние десять лет. — он монотонно бубнит, перечисляя успехи учеников и преподавателей. Расписывает будущее, в ярких красках. Уверенный в том, как мы, выпуск 3415 года, преобразим империю.

Наконец-то, его речь подходит к концу. Настает время вручения аттестатов.

— И так, с гордостью сообщаю вам, что сегодняшний выпуск, золотые самородки, которым, мы, как ювелиры, придали форму. — директор школы, радостно улыбаясь, сверкает лысиной. — Лучшая выпускница 3415 года. Прошу подняться за своим дипломом, Марию Штерн.

Раздается грохот аплодисментов, я поднимаюсь к трибуне.

Краем глаза, замечаю в первых рядах, человека в военной форме.

— Сотрудник ИСБ. Что ему здесь нужно?

* * *

Мне исполнилось четырнадцать, когда я закончила, школу «Красные грани», причем с полным, красным отличием.

Впервые за двести восемьдесят три года, я превзошла рекорд, установленный одним из ее бывших выпускников. На данный момент, самым, знаменитым нейробиологом, планеты Земля.

Андрей Яковлевич, по совместительству мой дедушка. Талантливый человек, но весьма замкнутый тип, как впрочем, и все гениальные люди. Если бы не инициатива моей бабушки, то думаю, мамы не было бы на свете. Поэтому бабушке Сандре, отдельное спасибо.

Так получилось, что не только дедушка снискал славу в научной среде. Члены нашей семьи по разным веткам, в той или иной степени, отличились своими достижениями.

Бабушка Сандра, научный руководитель в НИИ репродуктивных и регенерационных исследований. Сто восемьдесят лет назад, благодаря ее исследованиям, мы продлили срок своей жизни.

Ранее ученые, с переменным успехом, продвинулись к тремстам годам. Процесс омоложения клеток, работал не стабильно. Бабушка скорректировала, предыдущие наработки. Теперь мы можем жить, плюс-минус восемьсот пятьдесят лет. И это без преждевременного старения!

Возможно когда-нибудь, мы станем бессмертными, хотя восемьсот пятьдесят лет, ну разве это не бессмертие!

Сейчас, люди выглядят не старше пятидесяти — шестидесяти.

Конечно, полностью процесс старения остановить нельзя, организм каждого человека индивидуален. В зависимости от сферы работы, структуры и массы тела, врожденных заболеваний и иммунной системы, клетки регенерируют с разной скоростью. От скорости регенерации зависит внешний вид человека. Чаще всего после тридцати, процесс старения замедляется настолько, что каждые сто лет, приравниваются к пяти прожитым годам жизни. Но это только в теории, пока никто не доживал. Слишком большой процент самоубийств.

Как это удивительно, люди мечтали о бессмертии, фактически его получили, но не знают, что с ним делать. После ста-ста пятидесяти, многие, начинают пускаться во все тяжкие.

В итоге, средняя продолжительность жизни, все еще восемьдесят лет.

Хотя, моей бабуле, исполнилось двести девять, этой зимой.

Мама и папа, простые люди. Когда-то, они мечтали изменить этот мир. Но появился Стен, а затем я. И они посвятили свою жизнь, нам.

Я поздний ребенок, ну если можно так сказать, значительно позже брата. Стен, на сорок два года, старше меня. К тому моменту, когда я родилась, он уже успел совершить парочку, значимых, астрофизических открытий, открыв шесть пригодных, для проживания планет. Скоро он женится.

Умеют мужчины, нашей семьи, выбирать себе достойную пару. Лера, замечательный человек, она очень отзывчивая и добрая. Не могу вспомнить случая, чтобы она отказала мне в помощи.

Удивляюсь, как так вышло, что Стен встретил ее на Зекте 2, лишь в момент, когда научная экспедиция была полностью завершена.

Куда глаза его смотрели, раз ее не замечал? Загадка.

Хотя, если учесть, что странности и прочая наследственность, передается, через поколение. В общем, он копия дедушки.

Родители, по папиной линии, межзвездные геологи и вижу я их, вживую, крайне редко. В остальное время я общаюсь с ними по «Корике». За последние сто пятьдесят лет, этот вид связи не теряет своего качества и популярности. Наверное, потому, что связь самая стабильная и не дает сбоев в 99 %.

Оля и Саша, люди конечно талантливые и, безусловно занятые, но почаще бы их видеть на Земле. Мы договорились, что в пятнадцать лет, я полечу к ним на все лето, будет весело. Столько всего нового увижу. Новая планета, новая жизнь, скорее бы!

— Интересно, какая в этот раз планета? — эти мысли пролетают в моей голове, как сравнительный анализ, пока директор читает свою речь. Я не замечаю, как он называет мое имя. Кто-то, дергает меня за косу, чтобы я очнулась и шепчет.

— Твой выход. Тебя хоббит вызвал. — я иду к трибуне, поднимаюсь по ступенькам и наступаю на свою длинную, красную мантию. Спотыкаюсь и лечу навстречу удивленному лицу директора и смеху толпы.

Вот так, я получила свой диплом отличницы!

* * *

— Ни минуты не можешь прожить без шоу. — мы стоим на улице. Мама отчитывает меня, отряхивая подол мантии.

— У тебя еще общее фото. А подбородок расцарапан, руки в ссадинах, мантия грязная!

— Зато будет, что вспомнить. — смеется Стен, подходя к нам.

— Я заснял твой кульбит. Мы с Лерой, уже раз пять его пересмотрели.

— Маша, скорей, ваши, уже собрались.

Лера, мне машет, указывая на моих бывших одноклассников.

Я улыбаюсь, машу ей в ответ и иду делать фото.

Проходя мимо дедушки Андрея, слышу.

— Только не упади малышка. — мои родные, начали смеяться.

Через неделю, Оля с Сашей улетели. Перед отъездом, они многозначительно на меня смотрели и говорили, что скоро увидимся.

* * *

Как я уже сказала, мне исполнилось четырнадцать, когда я закончила одну из лучших земных школ.

Родители, после двух семейных советов и постоянных споров, решили отправить меня к Оле с Сашей, на год раньше. И не на лето, как было оговорено ранее. А на целый земной год.

— Это, в качестве поощрения, за хорошие результаты в учебе. — объяснила мама.

Хозяин — барин, меня решили премировать поездкой на другую планету. Я была только за!

Моему счастью не было предела. Я бегала за покупками с Лерой. Иногда с нами ходила мама и бабушка Сандра.

— Стен последнее время, пропадает в своей лаборатории и совсем не помогает мне с подготовкой к свадьбе.

— Это нормально, все мужчины не любят этой кутерьмы. В свое время, Андрей, потребовал, чтобы я его разбудила, перед фразой — Да, согласен. — Ох, и поругались же мы тогда. Поэтому, хочу дать тебе совет. Если он прячется от всей этой суеты, не нужно его дергать. Себе дороже. — нравоучительно проговорила бабушка Сандра.

Я влетела в прозрачную витрину магазина нижнего белья. До меня только сейчас дошло, я же пропущу их свадьбу.

— Ты чего? — спросила Лера.

Мама стала ворчать, что я когда — нибудь сломаю себе шею, вечно витаю в облаках.

* * *

За два дня до моего отъезда, разгорелась жаркая ссора.

Родные думали, что я ушла плавать на озеро, и никто не знал, что я в доме. Я как раз спускалась по лестнице, когда услышала голос дедушки.

— Зачем нам отправлять ее на Тиару? Неужели мы не сможем уберечь ее здесь, на Земле?

Вы уверены, что мы поступаем правильно? Она будет совсем одна, так далеко от родного дома.

— Андрей, она едет к моим родителям. — отец вскочил и начал ходить из угла в угол. От раздражения, он засунул руки в карманы. Он всегда так поступал, когда злился.

— Отец, успокойся. Дедушка, ты не прав. Она там будет не одна. К тому же, я не вижу ничего, в том, что она отдохнет. А то уже сливается со своими учебниками. — сказал Стен, устраиваясь поудобнее и, взял в руки чашку кофе, с подноса, который только, что внесла в комнату Лера.

— Я считаю, нам всем нужно успокоиться. Не зачем устраивать трагедии от приглашения в А.П.Т.Н… Маша все равно о нем не знает.

Лера поставила поднос и присела рядом со Стеном.

— А.П.Т.Н.?! Да они шутят. Вот почему, они постоянно шушукаются по углам, а завидев меня, делают вид, что ни о чем не говорили. Военная академия пилотов и тактиков, господи боже…. Там же лучшие из лучших учатся, поступить туда нереально. Для доступа к вступительным экзаменам, требуется приглашение. Стоп! Так вот, почему там был этот… — я не успела додумать.

Голос мамы отвлек меня от размышлений.

— Я бы убила Тома, проклятый директор. Кто, без согласия родителей…

— Наташа, успокойся немедленно. — голос бабушки был холодным, как сталь.

— Приглашение еще ни о чем не говорит. Кто сказал, что Маша, сможет пройти вступительные экзамены. Там требуются не только знания, но и физическая подготовка, сила, выносливость.

— Сандра права. Может у нас и умная внучка. Но она никогда не увлекалась спортом. Ей это просто не интересно. Вряд ли стоить прятать ее от А.П.Т.Н. и ИСБ, на Тиаре.

— Вы забываете, что она постоянно таскает килограммы учебников. Чем, вам не спорт, а какая физическая подготовка!

Стен засмеялся, встал с дивана и изобразил мою походку, когда я с тяжеленным школьным рюкзаком, поднимаюсь по лестнице, в свою комнату.

— Стен, это не смешно. Сядь на место. Нам сейчас, не до твоей клоунады.

Мама недовольно посмотрела на него и продолжила.

— Мы все прекрасно понимаем, что, через год, приглашение может повториться. Давайте, на минуту представим, что она пройдет вступительные экзамены. — и тут она схватилась за голову и начала теребить волосы. — Нет, я не могу, просто не могу. Моя маленькая девочка, в обществе людей, которые, как минимум на шесть лет старше. Они ее испортят, научат плохому. Они, они… — и она разрыдалась.

Папа подошел к ней и стал успокаивающе гладить по спине.

— Наталка, ты преувеличиваешь?! Конечно они старше, но в наше время, кто смотрит на возраст?

— К тому же никто не знает, может это она научит их плохому.

— Стен! — в этот раз, на него закричали все собравшиеся.

Наступил день отъезда. Я сидела в своей комнате и смотрела в одну точку. В комнату зашла Лера.

— Твоя мама совсем извелась.

— Ага.

— Может тебе помочь собраться?

— Нет, спасибо. Два дня назад, я отправила свой багаж, межпланетной почтой.

— Мы будем по тебе очень скучать. — я не ответила.

Лера сидела на моей кровати и молчала. Через пять минут, она больше ничего не прибавив, вышла.

Через, час, в комнату заглянул дедушка.

— Маша, спускайся, пора выезжать.

Глава 2

И так, мы едем в космопорт. За два километра, до него, я почувствовала внутри тепло и что-то такое зовущее, манящее.

— Странное ощущение, никак не классифицируется. Манящезовущее! — передразнила я саму себя.

— Что ты говоришь? — папа отвлекся от дороги и посмотрел в мою сторону.

— Володя, следи за дорогой! — мама нервничала. У нее всегда так. Стоит, кому-то собраться в дорогу, она начинает переживать, беспокойно спит. Поездки, для нее стресс.

Космопорт, воздушная гавань. Внутри терминалы, очереди на посадку, обслуживающий персонал бегающий туда и сюда.

Люди в зоне отдыха и ожидания, в магазинчиках и ресторанах. Стюардессы и стюарды, с идеальной походкой, в подогнанных, сидящих по фигуре костюмах. Командиры судов, проходящие с важным видом. Внутри море людей и машин.

А за прозрачными стенами, стальные птицы, зовущие в полет.

Суда, в окружении капониров, перронов и ВВП.

Наша первая встреча. С этой минуты, моя жизнь изменилась навсегда. И именно с этой встречи, начались все мои неприятности.

— Маша, очнись? — мама не сводила с меня глаз.

— Что с ней, ей плохо, может позвать доктора? — засуетился папа.

В каждом их жесте, сквозила настороженность.

— Вы чего застряли?

— Стен, господи, как хорошо. — взмахнула рукой мама. — Мы с отцом, ничего сделать не можем. Она встала и стоит, не отвечает, никаких признаков жизни не подает. Может ты, сможешь до нее достучаться.

— Может, я, все-таки за доктором схожу? — не выдержал отец.

— Подожди дорогой.

— Ну, я слышала, иногда так бывает в первый раз. Она ведь первый раз в космопорт попала. Закладывает уши и все такое. — неуверенно протянула Лера.

— Все такое, только подумайте, все такое. Если она не очнется, то опоздает. — запричитала мама.

Стен подошел ко мне, потрогал лоб, проверил пульс, даже за косу дернул. Лера проверила регуляцию диаметра зрачка, посветив мне в глаза фонариком. И тут я очнулась.

— Вы еще пробы на кал возьмите.

— Ты что, издеваешься над нами? — хором спросили все.

Мама схватилась за сердце, отец сунул руки в карманы брюк. Лера и Стен, одновременно дали мне подзатыльники.

— Ну, и что это было? — спросил отец.

— Не знаю. — честно ответила я.

— Еще одна такая выходка и ты никуда не полетишь.

— Папа, пора, началась регистрация. — отвлек его Стен и наша процессия двинулась к терминалу С, двенадцатой секции.

— Володя, может, повременим с поездкой? Смотри, какая у нее странная реакция!

— Да брось Наталка, девочка решила, над нами поиздеваться! У нее, это прекрасно получилось. — он строго взглянул на меня. Я сделала вид, что ничего не заметила.

— Володя, она на посадку не опоздает?

— Нет. У нас в запасе еще час, ну все, пошли.

Я прошла регистрацию, мне выдали посадочный талон.

— Запомни, тебе нужно пройти контроль, после этого, ты сможешь пойти в зал ожидания. Нас с тобой не пустят, поэтому будь поаккуратнее, я тебя очень прошу. Если, что, обращайся к сотруднику зала ожидания. — в который раз, повторяла мама.

— Хорошо, я все поняла. Я, пожалуй, пойду, время. — и взглянула на часы. До вылета, оставалось полчаса.

Мое семейство, смотрело, как я поднимаюсь к таможенному контролю. Я помахал им рукой на прощанье, и вошла внутрь.

— А действительно, что это было? — присаживаясь на стул, в зале ожидания, подумала я.

— Так, начнем по порядку. Все началось еще на подъезде. Меня окружил гул голосов, внутри нарастала горящая волна. В здании космопорта я выпала в осадок и не могла пошевелиться. При этом я все видела, слышала и отдавала себе отчет, в том, где я и с кем.

Хм, гул голосов — слышу, но не понимаю. Говорят в разнобой и одновременно. Горящая волна — напоминает, будто я выпила стопку текилы. Которую стащила с новогоднего стола, в тайне от родных. Тепло, хорошо и хочется повторить. И самый главный вопрос, почему это началось и как это закончилось. Может я съела, что-то не то, на завтрак? Нет, это чушь. Ела то же самое, что и остальные.

Вокруг забегали служащие космопорта. У одного, на спине, была надпись, инженер СВН.

— Где-то, я уже видела, эту аббревиатуру. — достав планшет, я подключались к бесплатному wi-fi. — И так, что нам скажет поисковик?

— Ага.

«СВН — искусственный разум. Проект «СверхНова» Гардиана и Бредфорда. Используется, на боевых истребителях, класса Ф.И.П., и в гражданской авиации, межпланетные конкорды класса С.П.К.».

Оторвавшись от планшета, я с интересом наблюдала за кутерьмой, которую устроили сотрудники коспорта. Краем уха, услышала, что час назад, техника сошла с ума, СВН не принимает командира судна.

— Странно, почему другие не замечает беготни вокруг? Сидят себе спокойно и ждут вылета. Может, это частое явление?

Пожав плечами, я огляделась по сторонам и решила пройтись.

Подойдя, к прозрачной стене-окну комнаты ожидания, я взглянула, на серебристое судно, которое, на два ближайших месяца перелета, станет моим домом. Я разглядывала конусовидный обтекатель, на носовой части фюзеляжа. Остекление иллюминаторов и кабины пилотов. Размах крыльев, высоту и длину тела корабля.

— Какой же ты красавец! — подумала я.

И именно в этот момент, меня накрыла вторая волна. Только теперь, я была охвачена жаром. Капли пота стекали по вискам и лбу, попадая в глаза и слегка приоткрытый рот. Попытка поднять руку и утереть пот, отдалась болью во всем теле. В этот раз, не было шумного гула, и я услышала.

— Спасибо!

* * *

— Девушка, девушка! — кто-то с силой, тряс меня за плечо. Перед глазами все поплыло, ноги подкосились, я осела на пол.

— Леня, срочно врача!

Меня не решились передвигать, не зная, что со мной.

Молодой стюард, который пытался до меня докричаться, сидел рядом и гладил по голове. Говорил, что-то успокаивающее. Невдалеке стояла полная дама и протягивала мне стакан воды.

Я прикрыла глаза. Спустя какое-то время, подошел врач.

— Что случилось? Рассказывай. — врач присел рядом, открывая черный портфель.

— Не знаю, стояла, себе стояла, смотрела в окно. А потом смотрю, ее шатать начало. Я подхожу, спрашиваю, все ли с ней в порядке. А она замерла и молчит. Руки сжимают поручень, что пальцы побелели, глаза пустые и пот льет градом. Я ее за плечо потряс, а он бац и на пол упала.

— Ну и зачем ты ее тряс? — строго спросил врач. — Сейчас привезут кресло-каталку, поможешь отвезти ее в медблок.

Стюард усиленно закивал головой в знак согласия.

Подвезли кресло-каталку. Врач, стюард и санитар, аккуратно подняли меня и усадили в кресло, стараясь, лишний раз не тревожить.

— Зачем втроем-то? Я же совсем не тяжелая. — невесело подумала я.

Меня ввезли в помещение. В медблоке, сидели две медсестры.

Ко мне, подступал легкий приступ дурноты.

— И что со мной творится? — пробормотала я.

— Док, она кажется, очнулась. Что-то бормочет. — громко сказал санитар.

— Вот и отлично, тогда, приступим к осмотру. Девушки, ваш перерыв не затянулся?

Медсестры вскочили и подбежали к врачу. Он дал им распоряжения, которые те пулей бросились выполнять.

— Видимо у них тут строго с дисциплиной. — пронеслось в моей голове.

Врач взглянул на меня и спросил.

— И так барышня, сколько вам лет и где ваши родители?

— Четырнадцать, родители дома, я лечу одна.

— Прекрасно. Какие идиоты! Начнем сбор анамнеза. — сказал он, протирая руки, какой-то вонючей дрянью. — Жалобы?

— Жар, потливость, слабость, легкая дурнота.

— Прекрасно, прекрасно. Раньше, что-то подобное было?

— Нет.

— Хронические заболевания, аллергии?

— Нет.

— Ну что ж, тогда приступим к осмотру.

Для начала, он сделал аускультацию легких и сердца, измерил артериальное давление и пульс. Потом взял кровь на анализ и отправил одну из медсестер в лабораторию.

Через десять минут, та вернулась с результатом.

Врач взял в руки бланк анализа крови и пробежал его глазами. Потом, хмурясь, взглянул на меня, затем обратно на бланк. Все больше хмурясь, он еще раз пробежал результат анализа глазами и сказал готовить пронген. Медсестра удивленно на него взглянула, но пошла, выполнять указание.

— Что за пронген? — подумала я.

— Сейчас, Вас отвезут в аппарат, который проверит общение характеристики ваших жизненных показателей и выявит…. - тут он замялся, к нему подошла вторая медсестра, и что-то прошептала на ухо. Врач жестом подозвал санитара.

— Отвези ее в пронген. — указав на меня пальцем, сказал он.

Санитар кивнул и подошел ко мне. Меня повезли к неизвестному аппарату. Я так и не узнала, что же должен был выявить этот таинственный пронген.

Не знаю, что показал пронген, но лицо у врача, было мрачнее тучи. Он сказал стюарду, что со мной все в порядке и через пять минут, я буду, как огурчик. Вколол мне два кубика, неизвестного желтого раствора и отпустил. Перед уходом, дал тюбик с таблетками, которые приказал принимать три раза в сутки, в течение всего полета. Название таблеток, он не сказал. На тюбике, тоже, ничего не было.

Стюард вышел, поддерживая меня под руку. Мы вернулись в зал ожидания. Меня оставили, под присмотром полной дамы и ее супруга.

Через двадцать минут, объявили посадку. Корабль стартовал.

Меня проводили в мою каюту. Я бросила свою сумку на кровать и огляделась.

Каюта была оформлена в пастельные тона. Одноместная кровать, встроенный стенной шкаф. Литая полка, заменяющая стол, на полке лежит сложенный стул. Выдвижная душевая и туалет. Очень мило, каюта, по размеру больше напоминает совмещенный санузел. В целом, жить можно.

Общее самочувствие, после посещения медблока космопорта, было в норме. Разобрав вещи, я решила прогуляться по кораблю.

Трехъярусное судно «Алонзо», класса «Буря», рассчитанное на 3576 пассажиров. Один из лучших межпланетных конкордов последнего десятилетия. Первый ярус исключительно VIP люксы, для очень богатых граждан империи, закрытый для всех, кроме его обитателей. Второй ярус, в котором находилась моя каюта, для обеспеченной прослойки среднего класса. И государственные или в народе «студенческие» полулюксы на третьем ярусе.

Людей на борту, было не более ста, с учетом персонала.

Рейс на Тиару, был дорогостоящим удовольствием. К тому же планета была закрыта, для туристов, пока.

Изнутри, конкорд мало чем отличался от трансатлантического лайнера. Все было предназначено, для комфортного пребывания на борту, пассажиров. Магазинчики и сувенирные лавки, пять ресторанов и десять круглосуточных баров. Два спортзала и три бассейна, по одному на каждом ярусе. Три общих гостиных, библиотека и многое, многое другое.

Прогуливаясь по первому ярусу, я восхищалась дизайном.

Талантливый мастер, сочетал лепнину и дубовые панели, резные с золотом анфилады и мраморные арки. Церковные витражи и гобелены со сценами кровавых битв. Было жаль, топтать подошвами кед, прекрасную напольную мозаику. Атмосфера первого яруса была преисполнена величия и вселяла уважение. От окружающего меня великолепия, кружилась голова.

В голове все время крутилась мысль. — Такое ощущение, что я попала в палаццо Альтемпс. Не хватает только театра.

Спустившись по ступенькам, я проскочила второй ярус, и сразу отправилась вниз, продолжив свою экскурсию.

— Приятная атмосфера, приглушенный свет, располагающая обстановка.

Мне понравился конкорд «Алонзо».

Глаза начали слипаться, меня слегка пошатывало.

— Что происходит?

Взглянув на часы, я увидела, что гуляла по «Алонзо», три часа. Придерживаясь за настенные поручни, я направилась к лифту. Очень хотелось спать.

Зевая, я открывала дверь в свою каюту.

* * *

«Бортовой дневник Марии Штерн».

Первые сутки полета. Сплю в своей каюте, просыпаюсь только от звуков таймера, чтобы принять таблетку.

Вторые сутки полета. Встретила пару из космопорта.

Вечером играли в триктрак. Принимаю таблетки. Мало ем.

С 3 по 20 день полета.

Принимаю таблетки. По-прежнему мало ем. Начался легкий тремор конечностей. Самочувствие в норме. Каждый день общаюсь с Ритой и Грегом, по вечерам играем в триктрак в общей каюте.

Оказалось, они владельцы отеля на Тиаре. Рассказали, что планета, в будущем, превосходный курорт. Показывали слайды. Планета очень красивая. Хочу увидеть ее вживую.

С 21 по 30 день полета.

Принимаю таблетки. Я осунулась от недоедания. Общалась с родителями по «Корике». Предупредили, что до конца полета связи не будет.

31 день полета.

Принимаю таблетки. Началась тошнота с приступами рвоты.

Не могу есть. Целый день сплю. Рита с Грегом звали играть в триктрак. Не пошла.

32 день полета.

Принимаю таблетки. К тошноте и рвоте прибавилось кровотечение. Плохо слышу. Сходила в больничный отсек.

Врач, который меня осматривал, сказал, что все нормально.

Реакция, была такой же, как у врача космпорта!

К таблеткам, добавили каждодневные инъекции. Названия мне не говорят, хотя, я спрашиваю.

С 33 по 45 день полета.

Принимаю таблетки, каждый вечер, приходит судовой врач.

Вводит мне инъекции. Тошнота и кровотечения прошли, слух вернулся. Появилась сонливость. Большую часть времени, провожу в своей каюте.

Рита с Грегом бьют тревогу. Судовой врач, убеждает их, что все нормально. По-прежнему мало ем.

С 46 по 47 день полета.

Сократила прием таблеток, до одной в сутки. Каждый вечер, приходит судовой врач. Вводит мне инъекции.

К тремору от недоедания, прибавилось головокружения.

Вернулся аппетит.

С 48 по 49 день полета.

Не принимала таблетки. Чувствую себя хорошо. Аппетит отличный. Блокирую дверь, чтобы не вошел судовой врач. Наблюдаю за космосом. Головокружение и тремор прошли, не уверена, что это связано с едой.

50 день полета.

Не принимала таблетки. Аппетит в норме.

Во второй половине дня, меня опять накрыла волна жара. Приступ, такой же, как в комнате ожидания. Не знаю, сколько провела в таком состоянии. Со мной разговаривает корабль. Кажется, я брежу. Приходил стюард, рассказал, что командир потерял управление СВН. Вызвал ко мне врача.

Судовой врач, ввел мне инъекцию, приказал принимать таблетки, как и раньше. Откуда он узнал, что я их не пила?

С 51 по 55 день полета.

Принимаю таблетки. Аппетит пропал. Кажется, что судовой врач, за мной следит.

Началось нарушение аффекта, проявилась ангедония. Перестала выходить из каюты. Два дня, отказывалась от еды. Судовой врач, начал вводить мне кломипрамин.

С 55 по 59 день полета.

Принимаю таблетки. Врач приходит каждый вечер, в девять часов.

Почти все время сплю. Не ем. Перевели на трубочное питание.

Рита с Грегом навещают меня каждый день. Иногда приходит стюард, наконец-то спросила, как его зовут. Играем с Девидом в подкидного.

60 день полета.

Рита помогает мне, собирать вещи. Нашла мои таблетки.

Их, осталось не меньше половина тюбика.

Вошли в атмосферу Тиары. Скоро я увижу бабушку с дедушкой.

* * *

Конкорд приземлился.

На выходе из здания космпорта, меня ждал дедушка. Взмахнув руками, я побежала к Саше. После радостного приветствия, мы сели в карт. По дороге я увлеченно разглядывала пейзаж.

Глава 3

— Вот и твоя комната. Мы ее как на Земле, обставили. Нравится?

Я огляделась. Вдоль стен, стеллажи с книгами, флаг веселого Роджера, над кроватью. Деревянный стол с горой тетрадок, на этот раз, аккуратно сложенных. Большое зеленое кожаное кресло, перед столом. Красный пушистый ковер под ногами. Действительно, как дома.

— Очень нравится, спасибо дедуль. А где бабушка?

— Она сейчас в лаборатории, петрографией занимается. Эти идиоты, опять перепутали даты, и потребовала отчет о новых породах к двадцать девятому. Как можно требовать отчет, образцы, только вчера доставили. Вот мы и кинули жребий, кто сидит в лаборатории, а кто тебя едет встречать. Ну, пойдем, я тебе тут все покажу.

Мы вышли из комнаты, дедушка устроил мне экскурсию по дому. Небольшой коттедж, с большими окнами. Мало мебели и много света. Выглядит уютно, но не обжито.

— Что скажешь?

— Уютно, но выглядит… — я замялась, подбирая слова.

Дедушка улыбнулся и ответил за меня.

— Немного, не жилым? — я кивнула. — Понимаешь, мы большую часть времени проводим с породами и минералами в лаборатории. Сюда только поспать приходим. Поэтому… Ты уж извини. — он развел руками и виновато посмотрел на меня.

— Ну что ты, все просто замечательно.

— Ну, вот и отлично. Тогда пойдем, осмотрим, это райский уголок. — и подмигнув, направился к выходу. Я последовала за ним.

Вечером, мы собрались на кухне.

— Ты представляешь, она всю поездку провела, с открытым ртом. Как села в карт, открыла рот и все, ни гугу. — дедушка изобразил, мой открытый от изумления рот. Бабушка прыснув, рассмеялась. Я немного покраснела от смущения.

— Дорогая, тут первое время, со всеми так. Привыкнешь. Кстати, много членистоногих залетело в твой открытый рот? Может тебя ужином не кормить? — лукаво посмотрев на меня, спросила бабушка. Дедушка подошел к ней и приобняв за талию, стащил дольку огурца.

— Перестань кусочничать, ужин скоро будет готов. — она хлопнула его по руке, которая тянулась за очередной долькой.

— Вот, какая строгая у меня жена. Маша, я тебя умоляю, никогда так не поступай, с голодным мужчиной. — дедушка, улыбаясь, посмотрел в мою сторону и опять протянул руку к еде.

— Ты чему ребенка учишь! Не слушай его деточка, дедушка старенький, он уже не понимает, кому и что, следует говорить. — она строго взглянула на дедушку и опять хлопнула его по руке.

— Кто старый, я старый. Да я вот как могу. — он подхватил бабушку на руки и закружил по кухне.

После ужина, дедушка спешно собрался и уехал.

— Куда это он? — удивленно спросила я.

— В лабораторию, нас сроки поджимают. Нужно, как можно быстрее закончить анализ.

— Аааа. — протянула я, вспомнив, что днем говорил дедушка.

— Маша, помоги мне с посудой. На Тиару, достаточно проблематично доставить бытовую технику, поэтому пока обходимся без посудомойки.

Бабушка составляла тарелки. Я подошла к ней и забрала часть приборов, поставив их в раковину. Включив горячую воду, залила посуду и потянулась за моющим средством.

— Бабуль, а где у вас губки, для мытья? — я растерянно шарила взглядом по раковине.

— Верхний левый шкафчик, вторая полка.

— Ага. — проследовав в указанном направлении, я достала закрытую пачку. Зашуршав полиэтиленом, вскрыла упаковку.

— Ну-с, приступим. — подмигнув бабушке, я приступила к столь ненавидимой мной процедуре.

— Ты не устала? — бабушка подошла и, погладив меня по спине, внимательно посмотрела мне в глаза.

— Если только чуть-чуть.

— Хорошо, заканчивай с этим. — она указала пальцем на грязную посуду. — И ложись.

Выйдя из кухни, я направилась к лестнице на второй этаж.

В коридоре стояла бабушка, придирчиво разглядывая цветастую кофту.

— Думаю, сойдет. — задумчиво пробормотала она, потирая подбородок.

— Спокойной ночи бабуль.

Оля обернулась. — Машенька, уже закончила?

— Угу.

Бабушка натянула кофту и покрутилась перед зеркалом.

— Уже уходишь?

— Да, пора. Надо же Саше помочь. Чем быстрее закончим, тем больше времени с тобой проведем. — погладив меня по щеке, она пожелала спокойной ночи и вышла.

И вот, я совершенно одна, в новом доме, на другой планете. Хихикнув, я побежала по лестнице в свою комнату и с разбегу прыгнула на кровать.

— Свобода! — радостно закричала я, подпрыгивая на матрасе.

Ноги приятно щекотал плед.

Спрыгнув с кровати, я подбежала к своему рюкзаку и достала планшет.

— Музыкальный час. — выбрав интересующий меня плей-лист, я нажала на воспроизведение. Раздался дикий рев, и я отплясывая в танце святого Вита, закружилась по комнате.

«Два года назад, Стен увидел меня танцующей под дарк-метал «Бешеных Псов». Он, не прерывая меня, позвал маму. Когда она зашла в гостиную, Стен многозначительно заявил.

— У твоей дочери, синдром Хорея Хантингтона. Советую отправить ее на обследование.

Мама открыла рот от удивления, переводя взгляд на меня. Некоторое время она смотрела на мои пляски, а потом, схватив Стена за ухо, наклонила пониже его голову и отвесила весомый подзатыльник».

* * *

Тиара, прекрасная планета, просто потрясающая. Яркая и живописная.

Световой день, здесь длиться двадцать четыре часа. Два солнца, освещают планету.

Размер Тиары, превышает размер Земли в полтора раза. Но повышенная скорость вращения планеты, приравнивает планетарные сутки Тиары к земным.

Мягкий климат способствует плавному протеканию акклиматизации.

Здесь не бывает муссонов, сезонов дождей или смены времен года. На Тиаре всегда царит лето. Температура воздуха, всегда +35 по? С. Температура морской и океанической воды +22 по? С.

Природа изобилует красками. Смешанные леса, экзотические растения и вода. Очень много воды. Озера, ручьи, три океана, четыре моря.

По содержанию катионов кальция и магния, пресная вода относится к мягкой, до 2 ®Ж.

Воды Тиары переливаются всеми цветами радуги.

Большинство деревьев, напоминают пушистые ели. Только ветки растут вверх, под углом в 45 градусов и хвоя ярко-салатового цвета. Из веток спадают трехметровые серебристые отростки усыпанные красными, желтыми и лиловыми цветками. Из-за этого, складывается впечатление, что «ели», украшены гирляндами из диких вьюнков.

Травы, как таковой нет. Под ногами либо мелкая красная галька, которая в неимоверных количествах разбросана рядом с любым водоемом. Либо оранжевые стебли «кашки», с зелеными цветками.

На суше, нет хищников. Птицы и фитофаги, очень дружелюбны. Вода, тоже не представляет опасности.

Единственный минус, это кровососы, мерзкая смесь мошки и москита, размером не больше двух миллиметров.

Они появляются после семи вечера. В течение двух часов, насекомые одолевают все движущиеся объекты. Потом они пропадают, до следующего вечера.

Их укусы, такие же чесучие, как и от земных комаров.

Дедушка рассказал, что жизненный цикл «камосов», так их назвали первые поселенцы, составляет 36 часов.

В целом, окружающая среда, действительно, прекрасно подходит, для отдыха и туризма.

— Мы не обнаружили здесь, ценных пород. Поэтому, через год, нас перекидывают, на другую планету. А жаль, мне здесь очень понравилось. — грустно сказала бабушка, пока мы ехали на карте, изучая транспортные сообщения.

Три недели, мы составляли маршруты, по которым я смогу передвигаться самостоятельно, без сопровождения. Сегодня вечером, мне вручат ключи, от второго карта и я буду предоставлена самой себе.

Моих ровесников, на Тиаре не было. Моим кругом общения стали родные и пара с конкорда.

Иногда я навещала Риту и Грега.

Мы обменялись адресами, когда покидали здание космопорта.

— Я бы так хотела познакомить тебя с внуком. Такая милая девочка. К сожалению, он уже уехал.

— Рита, перестань заниматься сводничеством. Им, всего по четырнадцать. — возмутился Грег. — Ждем тебя в гости. Прихвати своих родственников и приезжай. Очень хочу познакомиться с твоим дедом. Подумать только, геолог и столько знает о рыбалке.

На корабле, я рассказывала ему про увлечения дедушки, за триктраком.

— Хорошо. — сказала я и мы распрощались.

Пока, людей на планете почти не было. В основном первые поселенцы, количеством не более пяти тысяч. Работники строительных компаний. А также ученые, штатом не превышающие ста человек.

Активная разработка планеты, под курорт начнется после полного завершения исследования местных пород.

Исходя из того, что сказала бабушка — через год, не раньше.

Бабушка часто пропадала в закрытой исследовательской зоне.

Дедушка ворчал, жалуясь на то, что она мало уделяет внимания внучке. Он учил меня рыбачить. На первый взгляд занятие интересное, но ждать по два часа, когда дернется поплавок, это не для меня.

Мне нравилось, воровать рыбу из сетей, местных. Когда я лезла за рыбой, представляла себя пиратом. Благородным флибустьером, который бороздит просторы морей, в поисках очередного испанского судна, чье брюхо, набито золотом и специями.

— Тыловые крысы, к бою! — кричала я и бросалась в воду.

Один раз меня поймали, когда я плыла к берегу с огромной рыбиной в руках. Ох, и влетело же мне тогда. Бабушка прочла мне целую лекцию о вреде воровства, о принципах нашей семьи. Я кивала, в знак согласия. С меня взяли клятвенное обещание, ешь мух, что больше я так не поступлю.

В один из дней, разбирая стол в своей комнате, я наткнулась на бортовой журнал, который вела во время перелета. Еще раз, перечитав свои записи, я покрутила в руках пузырек с таблетками.

— Что вы мне подсунули? — я откинулась на кресле, продолжая крутить пузырек в руке. — А вы нейтропные! — я посмотрела на маленькие белые таблетки. Они пичкали меня психотропными препаратами, а инъекции, плюс ко всему, были седативного свойства.

— Узнать бы, чем меня травили. И зачем? Здесь же есть лаборатория, нужно вечером, поговорить с дедушкой. Может, кто-нибудь из их состава, сможет выяснить, что это за дрянь?

Я услышала, как внизу хлопнула входная дверь.

— Что-то они рано. Говорили же, что будут, не раньше семи.

Я услышала голос бабушки.

— И что за спешка. Почему мы не могли поговорить там?

Она явно была недовольна, что ее раньше времени оторвали от работы.

— Не знаю, Володя попросил связаться, как можно скорее и без свидетелей. А где мы еще можем поговорить без свидетелей.

Дедушка, был обеспокоен, голос его подрагивал. Они прошли в гостиную и заказали закрытый канал связи по «Корике». В течение минуты шли гудки, потом на экране появилось лицо отца. Волосы у него были всклокочены, под глазами залегли круги. Бабушка ахнула.

— Володя, ты почему в таком виде?

— Мама, не сейчас. Маша, поблизости?

Оля с Сашей переглянулись. Они так торопились, что даже не успели узнать, дома ли я.

— Оля, сходи, проверь.

Бабушка прошла в коридор и позвала меня. Я замерла в тени разлапистой полутораметровой пальмы, на площадке второго этажа, стараясь не дышать. Бабушка вернулась в гостиную.

— Да нет ее дома, слышишь, как тихо. Она же вечно врубает музыку на всю катушку. Так, что ты хотел нам сказать?

Отец вздохнул, а потом заговорил.

— Неделю назад, нам пришло извещение, о том, что все члены семьи обязаны пройти обследование в имперском институте здравоохранения. Причины не указали. Через два дня, после обследования, к нам пришли сотрудники ИСБ и потребовали немедленно вернуть Машу на Землю. В случае отказа, обещали устроить нам массу неприятностей. В общем, ничего хорошего не сулили. — тут он замолчал, в комнате повисла напряженная пауза. Переждав пару минут, он продолжил.

— Андрей и Сандра, задействовали свои связи. Попытались выяснить, в чем дело, но безрезультатно. А когда ИСБ обнаружило активность с их стороны, пригрозила лишить всех регалий и заблокировать счета. Андрей с Сандрой очень сильно негодовали, связались с другом из галактического парламента империи. Этот друг, сообщил, что все их заслуги нивелируются за давностью лет и идти против ИСБ не имеет смысла. Последнее время, служба имперской безопасности набрала обороты и имеет очень серьезное прикрыте. Мы должны дать ответ, завтра.

Дедушка встал и прошелся по комнате.

— Парламентский друг, объяснил, зачем ИСБ нужна Маша?

— В том-то и дело, объяснять ничего не стал. Только догадки….

Отец заговорил тише. Я не могла разобрать его слов и спустилась по лестнице. Начала красться к гостиной. В этот момент, бабушка обернулась и увидела меня.

— Дорогая, ты уже пришла, как хорошо. Скоро будем ужинать. Иди пока в свою комнату.

— Привет пап.

— Привет малышка.

— Ба, я тут хотела…

— Потом Маша, иди в свою комнату. — строго сказала она, выставляя меня из гостиной и закрывая дверь. Я медленно пошла наверх, прислушиваясь к разговору. Но тщетно, они включили звуковую заслонку.

В комнате я взяла блокнот и ручку, периодически поглядывая в записи бортового журнала.

— И так, что мы имеем? — я начала писать.

П.1 Три приступа, с ярко выраженной симптоматикой.

А) 1 приступ — временная параплегия.

Б) 2–3 приступы — жар, повышенная потливость, общая слабость, слуховые галлюцинации.

П.2 Врущие врачи, пичкающие меня, возможно — нейролептиками?

П.3 Потеря управления СВН. Время, совпадает с приступами.

П.4 Странный разговор родных. Зачем я нужна ИСБ?

Пробежавшись, глазами по записям, вернулась к первому пункту, параграф Б.

— Посмотрим, что скажет поисковик. — я потянулась за планшетом.

— Белая горячка! Да вы издеваетесь! Попробуем иначе. — я изменила запрос, посмотрев на третий пункт.

— Что за «настоящие сознатели»? — я уставилась на результат поиска и начала читать.

«Настоящий сознатель — пилот СВН, со 100 % ССК. Перестройка тела и ЦНС не требуется. Врожденная аномалия генома, сдвоенное сознание. До конца не исследовано, в процессе изучения.»

— Ага, знаю я эти, до конца не исследовано. Бабушка Сандра, рассказывала. Найти нашли, а как работает, понять не могут. — выдав эту фразу, продолжила читать.

«Аномалия генома сдвоенного сознания, впервые обнаружена в 3281 году, профессором Фросом. В процессе оценки, клинического анализа крови, показатели по: WBC / RBC / HGB / HCT / PLT / MCV / MCH / MCHC / MPV / PDW / PCT / LYM% (LY%) / LYM# (LY#) / MXD% / MXD# / NEUT% (NE%) / NEUT (NE#) MON% (MO%) / MON# (MO#) / EO% / EO#./ BA% /BA#./ IMM% / IMM# / ATL% / ATL# / GR% /GR# / HCT /RBC / HGB/RBC /.HGB/HCT / RDW / RDW — SD / RDW — CV / P — LCR ESR (СОЭ), были равны нулю.

В настоящий момент, выявлено всего шесть случаев 100 % ССК. Носители сдвоенного сознания: вид рода — люди, неоантропы. Семья Харди, военные. Винсент Харди — военный, генерал ВВС пятнадцати секторов, 164 года, настоящий сознатель. Брюс Харди (сын В.Харди) — военный, генерал-майор, 72 года, настоящий сознатель. Данбар Харди — (сын В.Харди) — военный, генерал — майор, 72 года, настоящий сознатель. Кайл Харди (сын В.Харди) — настоящий сознатель, погиб. Александр Харди (сын Б.Харди, внук В.Харди) — военный, бригадный генерал, 41 год, настоящий сознатель. Том Харди (сын К.Харди, внук В.Харди) — военный, полковник, 32 год, настоящий сознатель».

— Маша, ты меня слышишь?

Голос бабушки, прозвучал, как гром, среди ясного неба.

Я подскочила на кресле, чуть не выронив планшет.

— Что тебя так увлекло? — она, подошла ко мне и взглянула на экран.

— Да так, ничего особенного. — я нажала на блокировку.

— Спускайся вниз. Нам нужно поговорить. — бабушка подошла к двери и выжидательно посмотрела на меня. С неохотой я поднялась и последовала за ней.

В кухне шумела вода, дедушка звякал посудой.

— Саша, иди в гостиную.

— Сейчас, только чай приготовлю.

— Посиди пока тут, я его потороплю.

Через пять минут, они вошли в гостиную. Дедушка заказал еще один сеанс закрытой связи, на этот раз, присутствовали все, члены нашей семьи.

Разговор, выдался долгим и малоприятным. По сути, мне устроили допрос с пристрастием. Я рассказала обо всем, что случилось, зачитала им бортовой журнал.

Меня решили отправить домой, через два дня.

* * *

Мы сидели на кухне, до вылета оставалось три часа. Обсуждали огромную рыбину, которую недавно, поймал один из местных. Все делали вид, что увлечены беседой. Бабушка встала, чтобы набрать чайник. Подойдя к раковине, Оля включила холодную воду, подставив под нее чайник.

Она посмотрела в окно.

— Бабушка, очнись. — сказала я.

Вода переливала, через край чайника, заливая раковину и брызгая во все стороны.

— Они приехали. — печально сказала она, нажав на кнопку крана.

Дедушка замер, его глаза остекленели.

— Кто приехал? — спросила я.

Мне не ответили. Со скрипом отодвинув стул, я поднялась и подошла к окну. У дома, стояла черная машина. К двери подходил высокий, угловатый мужчина, в синем костюме. Раздалась трель звонка, никто не пошевелился. Мужчина позвонил еще раз.

— Пойду, открою. — я направилась в прихожую и открыла дверь.

— Добрый день. — сказал звонивший.

— Добрый — отозвалась я.

— Ты готова? — мужчина, посмотрел на часы.

— Готова к чему?! — удивилась я.

— Маша, впусти человека, не вежливо держать его на пороге.

За моей спиной стояла бабушка. Посторонившись, я впустила, странного гостя. Какое-то время мы разглядывали друг друга, потом он спросил.

— Ольга, где ее вещи?

— В гостиной. — она махнула рукой, указывая направление. Не глядя по сторонам, мужчина прошел в гостиную. Я, проводила его взглядом и спросила.

— А, это, собственно говоря, кто?

— Лейтенант ИСБ, Саливан. — задумчиво ответила она.

В этот момент, из кухни выглянул дедушка и жестом подозвал нас к себе. Когда мы подошли, он втянул меня в кухню, бабушка закрыла дверь. Активировав звуковую заслонку, он заговорил.

— Эти люди, будут сопровождать тебя, на обратном пути. Мы не сможем проводить тебя в космопорт.

— Не сможете? Почему?

Дедушка отвел глаза и опустив плечи, грустно ответил.

— Нам нельзя, точнее нам не разрешили. На Земле, тебя тоже никто не встретит.

— Почему? Когда, вы, собирались мне об этом сказать? Что, черт возьми, происходит?

— Следите за выражениями, юная леди! — воскликнула бабушка.

Дедушка положил руку ей на плечо, призывая к молчанию.

— Потому, что… — он не успел договорить, в дверь постучали.

Бабушка открыла дверь. На проходе, стоял тот самый угловатый мужчина.

— Пора. — только и сказал он.

Схватив меня за левый рукав рубашки, он потянул меня на выход. Я тормозила, оборачиваясь на родных. Вскинув правую руку, я протянула ее к дедушке.

— Деее-дууу-ляяя. — растягивая слоги, растерянно пробормотала я.

Дедушка отвернулся, утыкаясь лицом в плечо Оли. Я перевела взгляд на бабушку, та старалась на меня не смотреть и уставилась себе под ноги.

Нам даже не дали попрощаться.

Саливан, довел меня до машины и посадил внутрь. В машине, сидело еще трое, одеты в штатское, а выправка и стрижка, военные. Ни к кому конкретно не обращаясь, я спросила.

— Тоже сотрудники ИСБ?

За всех, ответил Саливан.

— Допустим. — больше он ничего не прибавил.

Я с тоской, посмотрела в окно, силуэты родных расплывались, в глазах стояли злые слезы, начала хлюпать носом. Мне протянули платок.

Почти всю дорогу, мы ехали молча. Когда вдали, замаячило, здание космопорта, Саливан, сказал.

— Вот, прими это. — он протягивал, так хорошо знакомый мне, пузырек. Из подлокотника, появился стакан воды.

Не сопротивляясь и не возражая, я взяла в руки пузырек и достала таблетку. Приняв, запила ее водой. Выхода не было, если мои подозрения верны, я все равно не попаду на Землю без этих таблеток.

Мы подъехали, выйдя из машина, вся четверка двинулась к боковому входу. На двери висели табличка, только для персонала. Меня опять придерживали за руку.

— Зачем меня держать? Они же не думают, что я собираюсь устроить гонки с препятствиями! — пронеслось в моей голове.

Внутри, ждал сотрудник космопорта.

— Частный рейс, стоянка 28. - бросил на ходу Саливан.

Сотрудник засуетился и повел нас, бесконечно петляющими переходами.

Через десять минут, мы подошли к массивной железной двери. Сотрудник достал пропуск и приложил к датчику контроля. В этот момент, меня с силой, хлопнули по плечу.

— Эй! — возмущенно выкрикнула я, оборачиваясь, и отключилась.

Очнулась, уже в каюте.

— Где я. — в голове шумело, мысли расползались, никак не удавалось сосредоточиться.

Дверь в каюту открылась. На пороге стоял плотно сбитый коротышка. В руках он держал поднос с едой. По каюте разнесся аромат картофельного пюре и жареного мяса. У меня потекли слюнки, в животе забурчало.

— Сколько же я была в отключке? — пронеслось в голове. Разглядывая коротышку, я следила за каждым его движением.

— Я видела тебя в машине. — сказала я.

Коротышка поставил поднос с едой на стол и обернулся ко мне.

— Меня зовут Эдвард. Я и лейтенант Саливан, будем приносить тебе еду. Если вдруг тебе станет плохо, нажимай на эту кнопку.

Эдвард, бросил на мою кровать небольшую золотистую эллипсоидную капсулу, размеров 2 сантиметра на 2, по центру располагалась красная кнопка.

Покрутив ее в руках, я отбросила ее в сторону.

Эдвард выше из каюты. Я поднялась с кровати и подошла к подносу с едой.

* * *

За два месяца полета, мне ни разу, не разрешили выйти из каюты. Не знаю, сколько людей, было на корабле, ко мне, почти никого не пускали. Моими посетителями были, судовой врач, и четверка из ИСБ. Еду, по очереди приносили Саливан и плотно сбитый коротышка Эд.

Врача, всегда сопровождала молчаливая двойка. Их имен, я так и не узнала.

На обратном пути, мне исполнилось пятнадцать. Я встретила свой день рождения в одиночестве.

Глава 4

— Подъем салага, подлетаем. — в дверях стоял Эд. — Собирай вещи, все, что забудешь, останется здесь или пойдет в мусор. На все, про все, тридцать минут, время пошло!

Я с ненавистью, посмотрела на него и встала с кровати. Собирать особо было нечего. Мой основной багаж, был неизвестно где. А то, что принесли мне в каюту после вылета, умещалось, в заплечную торбу.

Корабль приземлился. И так, мы на Земле.

В этот раз, меня вырубать не стали.

— На выход! — в каюту заходит Эд, одет в форму ИСБ.

Мы проходим короткий коридор и выходим к трапу. Внизу ждут Саливан и молчаливая двойка. Одеты, как Эд. Пока спускаемся, к трапу подъезжает машина. Не дожидаясь нас, троица забирается в машину.

Эдвард открывает заднюю дверь, указательным жестом, требуя, чтобы я залезла внутрь.

Минут пять, мы едем молча, потом я решаюсь задать вопрос.

— Когда я увижу родных?

Молчание. Я повторяю вопрос. Опять тишина.

— Перестаньте делать вид, что не слышите! — кричу я.

— Успокойся, приедем и все узнаешь. — с раздражением, говорит Саливан, сидящий напротив, и отворачивается к окну. Впервые, за все время нашего знакомства, у него на лице, отражаются эмоции.

Эд, потягиваясь, будто бы невзначай, наклоняется к нему и шепчет.

— У девчонки, первый раз, за два месяца, сдали нервы. Из нее выйдет толк!

— Помолчи, она может нас услышать! — шепчет Саливан.

Они, с минуту, увлеченно разглядывают пейзаж за окном, затем, Эд отстраняется.

Я делаю вид, что ничего не слышала.

— Что ж, зато теперь я знаю, что меня не убьют! Возможно, я даже увижу родных! — облегчено вздохнув, я откидываюсь на сиденье и засыпаю.

— Просыпайся, приехали.

Я повернула голову к окну и приоткрыла один глаз. Машина остановилась, перед высотным зданием, без опознавательных знаков. Глаз, сам собой закрылся.

— Да что ты будешь делать, то к ней в каюту бесшумно не войдешь, то глаз продрать не может. — возмущенно бормочет Эд.

— Да проснись же ты! — он грубо меня трясет, пока я не прихожу в себя.

— Вот ведь, су… — не успев договорить, осекаю себя. Брови Эда, ползут вверх.

— Черт, я почти это сказала. — думаю я. — Всегда держи себя в руках и никогда не позволяй себе ругаться! — говорила бабушка Сандра. — все это, проносится в моей голове, пока я выхожу из машины.

* * *

Комната, размером три на три, одна стена зеркальная. По центру, матовый стол и два стула, расставленные, друг напротив друга. Я стою у зеркальной стены и поглядываю на дверь. Заходит мужчина лет сорока, в руках он держит папку. Его длинные, густые усы, почти закрывают губы. Маленькие, глубоко посаженные глаза, смотрят буравчиками. На ходу открывая папку, он кладет ее на стол. Затем, садится, и с легким кряхтением говорит.

— Присаживайтесь. — указывая мне на стул, он ждет пока я займу место напротив.

— И так, Мария, Вас, без объяснений увезли с Тиары. Не давали общаться с родными. Держали в запертой каюте два месяца. Кажется, я ничего не упустил?

Наклонив голову к папке, он листает страницы.

Я не отвечаю и зло ухмыляясь, жду продолжения.

— Не буду Вас мучить, наводящими вопросами. Я думаю, Вы и сами догадываетесь, почему это произошло? — оторвавшись от, судя по всему, моего досье, мужчина поднимает голову и внимательно смотрит на меня, ожидая ответа.

Я молчу, играя с ним, в гляделки. Он откидывается на спинку стула, закидывая руки за голову, и улыбается.

— Ну что ж, разумно. Тогда я продолжу. Восемь месяцев назад, один из врачей, борта 2719, передал профессору Фросу очень любопытную информацию, об одном из пассажиров. Точнее, об одной из пассажирок. В сводке, которую получил профессор, была информация о клиническом анализе крови и результат обследования с пронгена. — он замолчал. У меня внутри, все похолодело. В голове затикали шестеренки.

— Вы знаете, а мы ведь совершенно случайно узнали об этом. Фрос проговорился о Вас, одному из коллег, который работает на меня. Подумать только, столько месяцев потеряно. — вздохнул он, а потом продолжил. — Мы проверили историю запросов, с вашего планшета. А когда, Вы летели на Землю, один из моих людей, нашел вот это. — он достает пару листов из папки и протягивает мне. На одном, отсканированные записи, моего бортового журнала. На другом, выводы, из блокнота. Я замираю и начинаю судорожно сгибать и разгибать пальцы. На столе, остаются, мокрые разводы. Не отрываясь, смотрю на разводы, которые истаивают на матовом столе и спрашиваю.

— Когда я увижу родных?

— Думаю, это будет зависеть от вашего поведения! — отвечает мучжина.

Шестеренки в моей голове, громко щелкнув, остановились.

— Моего поведения. — эхом повторяю я.

Последующие две недели, я провела в карцере. Не стоило кидаться на подполковника ИСБ, с целью членовредительства, убийства?

Спустя две недели, меня с сопровождением отправили в ИИЗ, к профессору Фросу.

Два дня, его научные сотрудники, задавали мне вопросы, заставляли, проходит тесты, брали анализы, сканировали в пронгене, и много-много, чего еще. Фрос, руководил ими, как дирижер оркестром.

Когда, все закончилось, меня отвезли к родным. На общение, нам ответил три часа. Один из сопровождающих, все время присутствовал в комнате. Приходилось говорить на нейтральные темы. Если, кто-то сбивался и спрашивал у меня о самочувствие или как проходил обратный перелет, того на время выводили из комнаты.

— Просто проветрится! — говорил сотрудник ИСБ и выводил сбившегося под руку.

Через пять минут, целым и невредимым, тот возвращался в гостиную.

К концу встречи, приехал тот самый подполковник. Усы он сбрил. Видимо ему не очень понравилось, что я выдрала ему целый клок. Мстительно глядя мне в глаза, он заставил родителей подписать бумаги, о передаче временной опеки надо мной в пользу империи.

— Мы не будем ничего подписывать! Только попробуйте нас заставить, у Вас будут крупные неприятности! — возмущенно закричал дедушка Андрей.

Я с надеждой посмотрела на него. Может он и бабушка Сандра, смогут меня избавить от ИСБ. У них же должны быть связи по всей империи.

Не изменившись в лице, подполковник посмотрел на дедушку и сказал.

— Неужели Вы думаете, что сможете воспрепятствовать службе безопасности империи?

— Но….- протянул Андрей.

— Ха, как я вижу, Вы сами не уверены в своих силах. Мы прекрасно знаем обо всех ваших действиях. Все ваши слова, лишь пустые угрозы. Ваши связи, пшик. Вам никто не поможет, все ваши достижения остались в прошлом. Никому не нужна, кучка выдающихся ученных, которые только и делают, что корпят над диссертациями.

Подполковник ИСБ замолчал, переводя взгляд с одного члена моей семьи, на другого. Выдержав пятиминутную паузу, подполковник сказал, смотря на моих родителей.

— Вы подпишите документ временной опеки, если хотите увидеть свою дочь, хотя бы еще раз в жизни. Все будет хорошо, если будете делать, как я говорю! В случае отказа, вас либо убьют, либо Машу навсегда запрут, в каком-нибудь исследовательском центре. И она будет служить подопытным кроликом, прыщавому лаборанту! В случае передачи опеки империи, мы — то есть ИСБ, как ее представители, берем на себя обязательства по полному обеспечению Марии всем необходимым. Начиная от одежды, заканчивая образованием. Полная дотация и безопасность. В конце документа, есть параграф, о том, что вы можете видеться раз в месяц, в течение суток. Ну, разве не здорово! — и он растянул свои губы в улыбке.

Родители, подписали договор опеки.

Через пятнадцать минут мы уехали.

И так, до 18 лет, я полностью перехожу под контроль ИСБ. Меня принудительно зачисляют в А.П.Т.Н, на курс будущих сознателей.

Вздохнув, я прикрыла глаза рукой.

— Думаешь о чем-то приятном? — я посмотрела на подполковника, сквозь пальцы. Гаденько ухмыляясь, он убирал в кожаную папку, документ об опеке.

— Да вот, подумываю отрастить усы. Не посоветуете с чего начать? — его рука, непроизвольно дернулась к верхней губы. Взгляд стал холодным.

— Маленькая сучка, советую тебе следить, за тем, что и кому, ты говоришь. Не то, это плохо, для тебя закончится! — я улыбнулась.

— Неужели, Вы, опять посадите меня в карцер?

— О нет, есть вещи гораздо хуже, гораздо! — мы замолчали.

На следующий день, я приступала к обучению в А.П.Т.Н.

В академию меня вез Саливан.

— Ты начинаешь обучение, на три месяца позже. Тебе будет нелегко наверстать упущенное. Если справишься, увидишься с родными. Если нет, ну сама понимаешь. — он посмотрел на пассажирское сиденье, проверяя, не заснула ли я.

За все время поездки, я не проронила ни звука. Увидев, что я не сплю, Саливан продолжил.

— На твоем курсе, учатся только мужчины. Жить будешь в кампусе, выход за территорию — запрещен. Тебе выделят отдельную комнату, в здании, рядом с казармой курсантов-сознателей. Так, что заранее предупреждаю, без глупостей. — я не выдержав, хмыкнула и спросила.

— О каких глупостях идет речь?

— Мужчины, влюбленности, секс, беременность.

Он так строго посмотрел на меня, будто уже видел, как я стою на проходной академии, с огромным животом и караулю отца ребенка, в надежде призвать его к ответственности.

— Он, что, издевается? — пронеслось в моей голове.

Мы подъехали к академии. Саливан провел меня внутрь, показав свой пропуск на проходной. Не пройдя со мной и пяти метров по территории кампуса, он развернулся к выходу и сказал.

— Расписание получишь у ректора. Его подкорректировали, в соответствии с… — он замялся, подбирая слова.

— В соответствии со мной? — подсказала я.

— Нууууу, да. В случае необходимости, выходи на связь, через ректора. — отчеканив последнюю фразу, он ушел.

— Спасибо, что пожелал удачи и сказал пока! — сказала я вслед.

— И как мне искать ректора академии? Ни указателей, ни людей. Хотя бы таблички на здания вешали. Маразм!

Уже час, я бродила по внутренней территории кампуса, переходя от здания к зданию. В конец измотанная, я бросила сумки и села на скамейку. Пошел мокрый снег.

— Встать! — над моим ухом, прогремел громовой голос. Я подскочила и обернулась. На меня смотрел огромный, злобный великан, с лицом, напоминавшим бульдога. В тот день, я все-таки добралась до ректора А.П.Т.Н., предварительно заработав, четыре наряда вне очереди.

* * *

Размышляя над событиями последних месяцев, я сидела в пустой аудитории. Прозвенел первый звонок, комнату стали заполнять мужчины, от двадцати до тридцати лет. Они удивленно поглядывали в мою сторону, занимая свои места. Кто-то прошептал.

— Наверное дочь Карена.

Прозвенел третий звонок, зашел преподаватель. Все встали.

— Садитесь, садитесь, дорогие мои. У меня для Вас, две просто потрясающих новости. Сегодня мы начнем изучать графологический анализ. Это очень увлекательный предмет. Вы, даже представить себе не можете, насколько в почерке, отражается ваша личность.

Он мечтательно закатил глаза и пустился в длительное описание, предыстории графологии. Минут двадцать, его никто не перебивал. Затем, один из курсантов, спросил.

— Профессор, а вторая новость?

— Ох, и правда, совсем забыл. С этого дня, в ваших рядах прибыло. Теперь с вами будет учиться, юная девушка, которая, по счастливому стечению обстоятельств, присутствует в этой аудитории. — он указал на меня.

Все посмотрели в мою сторону. Курсант, перебивший профессора, сказал.

— Видимо, в нашей академии открыли ясли.

* * *

С этого дня, начался мой личный ад. Преподаватели были мной крайне недовольны. Сидя на лекциях или пытаясь разобраться в выполнение заданий, я впадала в тихое уныние и хваталась за голову. Пробелы в знаниях, меня просто убивали. Наверстать их, было почти нереально. У меня складывалось ощущение, что я сразу приступила к курсу квантовой физики, забыв предварительно посетить, общеобразовательный школьный курс по физике.

Социальное общение, было на том же уровне, что и обучение.

Курсанты либо игнорировали, что в целом меня устраивало. Либо, подстрекаемые заводилами, изводили меня злыми шутками.

Но худшим из всех зол, был мой личный инструктор по боевым искусствам. Тот самый великан, с лицом бульдога. Обучать меня, он предпочитал по вечерам, когда в конец измотанная, я хотела только одного. Лечь в постель и поскорее уснуть. В итоге, на сон, мне оставалось не больше четырех часов. И это в лучшем случае, при условии, что Реджинальд Сватовски, не вручал мне очередное количество нарядов вне очереди.

Все свое время, я проводила в стенах кампуса, не видя и не общаясь с родными.

Саливан, лично приезжал, чтобы проверить мои успехи, только разводил руками. В документе на опеку, были четко прописаны условия, при которых я могу поехать и навестить своих.

Интенсивный ритм обучения и тренировок, не оставлял времени, на жалость к себе. Заползая в свою комнату, я падала на кровать и отключалась. Так прошло полгода, я не заметила, как наступило лето и начались каникулы.

— Черт, я пропустила сигнал подъема! — часы на моей руке, показывали 6:20. Построение, всегда было в 6:30. Расстояние от моей комнаты до плаца, занимало двадцать минут, бешеного бега.

— Бульдог, будет долго и с удовольствием подметать мной плац у всех на глазах, а потом кинет на наряд. Как же я могла не услышать сигнал?

Я вылетела в коридор, на ходу надевая ботинок, и поняла, что вокруг никого нет. В здании стояла гробовая тишина.

— Что за? — оглядевшись, я подошла к окну.

Тишина, не было обычных криков, мельтешения и рева моторов. Ни одного звука, привычного, в эти утренние часы. Внезапно меня осенило. Я стукнула ладонью по лбу.

— Сегодня же первый день каникул! Получается, я могу пойти и лечь спать?! Пролежать весь день в постели или просто пойти погулять?! — я уже собиралась вернуться в свою комнату, когда решила поступить иначе.

У меня есть три месяца, чтобы подтянуть свои знания. Я побежала в библиотеку.

* * *

— Значит, ты хочешь продолжить занятия и даже увеличить нагрузку?

Бульдог, был крайне удивлен. Он с недоверием посмотрел на меня, ища подвох.

— Да, сэр! — я козырнула рукой, отдавая честь.

— Штерн, к пустой голове руку не прикладывают! Или решила показать, насколько ты меня не уважаешь?

Я только сейчас вспомнила, что на голове не было фуражки.

— Ну, все, сейчас меня будут убивать! — я начала пятиться к стене.

Неожиданно, бульдог улыбнулся.

— Расслабься, я понял, что ты сделала это случайно. Но на будущее запомни, если нет фуражки, то козырек, делаешь рукой и только после этого, отдаешь честь.

Глава 5

— А ты молодец! — бульдог хлопнул мне по спине. — Поначалу я не думал, что из тебя выйдет толк, но ты молодец! — он еще раз бухнул мне по спине.

Такая похвала от Реджа, дорогого стоила.

— Пойдем, сделаем очередное фото на память. Бери грамоту и двинули. Эй, крошка Сали, ты с нами?

Саливан, терпеть не мог, когда Редж к нему так обращался. Именно поэтому, единственной формой обращения, стала эта. Ну что поделать, любит бульдог людей побесить.

Прошел двадцать один месяц с момента моего поступления в академию.

Я до сих пор, хвалила себя за то, что решила пойти и продолжить занятия у Реджа, в тот первый день каникул, наступления которых я не заметила.

Бульдог оказал мне огромную, просто неоценимую услугу, помог мне с учебой.

Он подсказал мне лазейки, для решения слишком трудных или не понятных задач. Дал совет по списку литературы, с которой стоит ознакомиться. Рассказал о принципах обучения преподавателей академии.

Подумать только, человек, благодаря которому, я с трудом окончила первый курс, помог мне. Я до сих пор не знаю, чем заслужила его расположение. Но я его получила и узнала об этом, примерно в такой форме.

«Я всю ночь провела в библиотечном архиве, разыскивая отчет 3045 года, о строении гипердвигателя ВО45. Вернувшись наверх с пустыми руками, я села и начала биться головой о гладкую поверхность стола. В этот момент, я услышала голос бульдога.

— Ты, кусок залежалого экскремента, опять всю ночь провела в архиве! Ну и какой ценный документ ты пачкала своими руками, на этот раз?

Я не стала отвечать, просто уткнулась головой в стол и молчала.

Редж с тихим вздохом присел рядом, слегка прикоснулся к моей голове и сказал.

— Пойдем. — с этого все и началось. Не то, чтобы мы сразу стали друзьями, он поведал мне все свои секреты, и мы обменялись дневниками, с нашими самыми сокровенными тайнами.

— Но, лед тронулся, господа присяжные заседатели! — как говорилось в одной очень старой-старой книжке, которую мне когда-то читала бабушка Сандра».

В один из летних дней, на очередную проверку, приехал Саливан. Обливаясь потом, он скинул китель и начал меня отчитывать, сейчас я даже не помню за что. Как раз, в этот момент, появился Редж. Ох, и намяли же они тогда друг другу бока!

После этого, крошка Сали, стал частым гостем кампуса академии.

И вот я стою и принимаю поздравления с переходом на четвертый курс, от Бульдога и Саливана.

Три курса за полтора года. Мне самой иногда кажется, что так не бывает. Точнее бывает, но не в военной академии. Но вот она грамота от ректора академии. А рядом люди, которые помогли мне, добиться успеха.

— Как думаешь, сможешь за год, еще два сделать?

Я молчу, бульдог ждет моего ответа.

— Не знаю, можно попробовать.

— Да ты не переживай, мы тебе поможем! — Салливан запихивает в рот слишком большой кусок бургера и начинает кашлять. Часть еды попала на нас с бульдогом.

— Вот так всегда. — думаю я и тянусь за салфеткой.

— Эй, пацан. — Редж заревел на весь ресторан, обращаюсь к тощему официанту, который проходит мимо.

— Принеси-ка мне и моей подружке Сали, водки! Грамм эдак 900, для начала. А девочке. — бульдог положил руку, мне на голову. — Еще лимонада.

Официант кивнув, побежал выполнять заказ. Реджа здесь знали, никто не хотел, заставлять его ждать.

Перебрав, они с Саливаном, решили приударить за барменшей. С полчаса понаблюдав за их ухаживаниями, я пожелала им удачи и пошла к себе.

Я открыла дверь своей комнаты и включила свет, когда меня позвали.

— Эй, Штерн, как насчет, тебя, меня и незабываемого вечера вдвоем? — из темноты коридора вышел Ден. Тот самый курсант, который на первом курсе, больше всех изводил меня, своими подначками.

— Я смотрю, тебя совсем не беспокоит, что мне всего шестнадцать. — я вошла к себе в комнату.

Ден закрыл собой проход, придерживая дверь рукой, не давая мне ее закрыть.

— Ну, что ты. Как раз очень беспокоит. Такой цветок распустился на нашем отделении. Пора бы тобой заняться. Или опылять тебя, может только Редж и этот длинный, как его там зовут? — от него разило перегаром. Он двинулся ко мне, пытаясь схватить.

— Следи за своим языком! — я пнула его в щиколотку, окованным в железо, носком ботинка. Подарок Реджа, в честь перехода на четвертый курс.

Ден согнулся от боли. В этот момент, я дважды ударила его кулаком, выше сустава, по средней линии, между лучевой и локтевой костью правой руки. Два точных, сильных удара и он временно парализован. Тело Дена, падает в мою комнату. Какое-то время, я разглядываю его. Красивый парень, но полная скотина. Вытолкав его в коридор, говорю.

— Учи матчасть, сынок. А еще раз ко мне подойдешь, скажу Бульдогу и Длинному! — и захлопываю дверь.

* * *

На четвертом курсе, ввели систему накопительных баллов. Если, курсант набирал 200 баллов, ему давали, три суточных отгула. За полгода, я набрала 400 баллов. У меня появилась возможность, на неделю, поехать к своей семье. Я так редко их видела! Из-за поставленной задачи, за год окончить 4 и 5 курсы, я пять месяцев, пропускала свои законные сутки, общения с родными.

Иногда, втайне от начальства, Саливан, давал добро на закрытые сеансы связи. Но сеанс связи, это не личное общение!

И вот, после долгих уговоров, Сали сказал, что попытается, достать разрешение, на мое недельное пребыванье с родителями и остальными родственниками. Не знаю сколько порогов он обил, прежде чем ему дали согласие отпустить меня к родным на неделю. Но дело сделано.

За день, до выезда, в мою комнату пришел Бульдог.

— Мне только, что звонил крошка Сали, — он замолчал.

— Ну, Редж, не тяни!

— Дело в том, что подполковник, запрещает отпускать тебя одну, без сопровождения.

У меня внутри, все опало. Я вспомнила, как проходили встречи с семьей, когда люди ИСБ, присутствовали в доме. Этот гад, явно мстит мне, за то, что я выдрала ему часть уса. Все никак забыть не может.

— Не грусти малышка, Сали договорился, что сопровождать тебя будем мы. Ну, то есть, я и он.

От радости, я подскочила и бросилась обнимать Реджа.

И вот, я засыпаю на заднем сиденье, автомобиля Бульдога, а пьяный Сали, говорит, что мы его единственные друзья. Меня везут к семье.

— Сали, заткнись, а то не выпущу тебя из машины. Ты решил напугать ее родителей?

— Ну, простите, что у меня такое хорошее настроение. Меня просто тянет спеть. Помнишь, как мы с тобой пели, этой барменше?

— Да помню, помню. — Редж прерывает его, до того, как Саливан, успевает начать петь серенаду. Он, помогает мне выгрузить вещи и садится в машину.

— Вы куда? — растерянно спросила я.

— Эту ночь, мы проведем в каком-нибудь пабе. А ты пообщайся с семьей, без свидетелей. — он заводит мотор и уезжает. Я беру сумки и иду к дому.

— Володя, сынок, мне кажется она приехала.

На порог вылетает Оля. Увидев меня, она кричит, что это действительно я и вся семья, высыпает во двор, чтобы меня встретить. Мама скачет вокруг, не давая никому подойти близко. Отец оттаскивает ее, пытаясь пробиться ко мне. В этот момент, с двух сторон, меня обнимают бабушки и дедушки. Стен с Лерой стоят в сторонке, ждут, когда первая волна эмоций схлынет, и они смогут нормально, поздороваться. Счастливая, я захожу домой.

— Ешь, ешь. Клади побольше! Тебя совсем не кормят в твоей академии. — мама садиться рядом и нежно гладит меня по голове.

— Машенька, моя хорошая. — у нее на глаза наворачиваются слезы.

— Мамуль, ну что ты. — я пытаюсь ее успокоить, хотя сама готова разреветься.

И так каждый раз, когда я приезжаю домой.

Неделя выдалась, просто замечательной. Правда, Редж с Сали, немного напугали моих по началу. Но в целом все прошло хорошо. Саша, даже согласился научить Сали, ловить щуку. Время пролетело незаметно, пора ехать обратно. Мама, как обычно переживает, из-за дороги. Отец ее успокаивает.

Редж, снял, коллективное фото, перед отъездом.

— На память. — говорит он.

Глава 6

Я смогла пройти на пятый курс.

— И как тебе это удается. С кем ты еще спишь? — бросает мне Ден, когда я прохожу мимо. Я слишком тороплюсь в аудиторию. А то напомнила бы ему, как его вырубила девчонка.

— До чего мерзкий тип. И почему курсантки, за ним так бегают? — смотрю на часы, уже 12:20. Я опаздываю. На всех парах бегу по коридору и залетаю в аудиторию. У меня на пути, стоит преподаватель. По инерции, я влетаю в него.

Крякнув, он говорит.

— Штерн, я конечно понимаю, сила притяжения и все такое. Но нужно быть аккуратнее. Идите, садитесь, пока Вы еще кого-нибудь не сбили.

Я перевожу дыхание, успела. Под смешки аудитории, я занимаю свое место. Звенит, третий звонок.

— И так господа, сегодня мы начнем проходить, экспериментальную методику ментального блока. Хочу сразу сказать, это сложно, получится далеко не сразу. Поэтому не расстраивайтесь и тренируйтесь. Для начала, изучим теорию. Берем ручки и записываем. Ментальный блок, это защитная стена, которую может выстраивать сознатель, в случае воздействия на его разум или разум СВН, извне. — тут он останавливается и пристально смотрит на одного из курсантов.

— Юноша, вам еще экзамен сдавать. Я бы советовал отвлечься от разглядывания посторонних предметов, какими бы привлекательными, они вам не казались.

* * *

Год закончился. Меня включили в список выпускников.

На выпуск, приехала отборочная комиссия. Лучших, сразу пригласят, в один из секторов Винсента Харди. Остальные разлетятся по всему галактическому союзу.

Курсанты стоят на плацу. Ректор, зачитывает торжественную речь. Ребята, его почти не слушают. Они переживают и поглядывают на кураторов. Все хотят попасть в один из секторов Харди. Никто не знает, кого выберут.

Мои мысли, занимает совсем другое.

— Через десять месяцев, я буду свободна. Они сами прописали, это в документе. Я смогу жить, где захочу. И смогу, делать, что захочу. Не выйду из дома, года два. Буду, есть, мамины фирменные блюда. Смотреть, как бабушка Сандра, ворчит на дедушку. Как Лера, встречает Стена с работы. Как папа с Сашей, возвращаются с рыбалки. Как Оля, опять бежит в сарай, потому, что у нее там уникальная магниевая порода, в которой, она чего-то не дорассмотрела. И никаких ИСБ, учебы, ничего. — потом я вспоминаю, как первый раз в академии, слилась с СВН. Потрясающее чувство. Свобода и полет. Мне становится грустно. Но даже полеты, не стоят того, что я пережила, за последние три года. Я пахала на результат, не ради приглашений и званий, я хотела вырваться из-под контроля ИСБ. И я это сделаю.

Я смотрю вперед, вижу Сали и Реджа в первых рядах. За ними моя семья, которой впервые удалось попасть в кампус академии. Все они, смотрят на меня с гордостью. Начинают вызывать выпускников.

Моя фамилия, звучит одной из последних. Я поднимаюсь на трибуну, ректор вручает мне регалии выпускника.

— Лучшие показатели, за последние тринадцать лет! Поздравляю!

— Где-то я уже это слышала. — усмехаюсь я про себя, пока мы пожимаем, друг другу руки. Получив регалии, я возвращаюсь в строй выпускников.

Заиграл марш. После завершения торжественной части, нам дают команду.

— Вольно!

Мы расходимся.

Я иду к своим друзьям и близким, которые отошли в сторону, от общей толпы. Мне на встречу, движется один из кураторов.

— Штерн, разрешите Вас ненадолго отвлечь. — он подзывает меня к себе.

— Сэр! — вытягиваясь во фрунт, я отдаю честь.

— Подполковник Робертсон, скинул информацию о перспективном сознателе. Мне понравились ваши характеристики. Я опросил преподавателей и курсантов. О Вас только положительные отзывы. Факт того, что Вы закончили академию, за два с половиной года, вместо пяти лет, тоже говорит за себя. И так, я хочу предложить вам место сознателя, в группе Тома Харди, шестого корпуса, десятого сектора.

Я молчу. В голове проносятся мысли.

— Сознатель шестого корпуса, чертов подполковник Роберстон. Если бы я попала в академию по своей воле, если бы не было, этих жестких ограничений, я бы сама мечтала попасть в группу Тома Харди. Но только не сейчас.

Я прикрывая глаза, подставляя лицо солнцу и прохладному весеннему ветру.

— Мне нужно подумать. — отвечаю я.

— Подумать?

Удивление, которое сквозит в голосе куратора, нельзя передать. Не думаю, что кто-нибудь, говорил ему такую фразу, после приглашения в лучшую группу сознателей империи.

— Да, подумать.

— Хорошо, жду вашего ответа до завтра. — он протягивает мне свою визитку и уходит.

Я смотрю на визитку. Мик Стоун, шестой корпус, десятый сектор. Заместитель Тома Харди. Контактные данные +7 84395 215 93 57.

Ко мне подходит Саливан.

— Мик приглашал?

— Да, а ты откуда знаешь?

— Ну, как, я все-таки подчиненный Себастьяна Робертсона. Да и знать, все, что связано с тобой, моя прямая обязанность. Что ты ему ответила?

— Что мне нужно подумать. Скажи мне честно Сали, я могу отказаться?

Саливан внимательно смотрит на меня. Потом задумчиво покопавшись в кармане кителя, отвечает.

— Нет. Робертсон заставит тебя отработать оставшиеся месяцы, до твоего совершеннолетия.

Впервые, у меня появляется желание напиться.

* * *

В трубке раздаются длинные гудки.

— Слушаю.

— Добрый день, сэр! Вас беспокоит Мария Штерн. Я готова дать ответ.

На другом конце линии тишина.

— Я согласна.

— Отлично. Мария, только я хотел Вас предупредить. Официально, в группу Тома, может набирать только он. В данный момент его нет в стране. Он доверил это дело мне. Поэтому до возвращения полковника Харди, Вы будете работать в отсеке инженеров. У Вас же тройной профиль, если я не ошибаюсь.

— Не ошибаетесь. Профиль инженера, тактика и сознателя.

Когда я разъединяюсь, слышу, как тихо говорит Стоун.

— Удивительно, женщина-сознатель.

* * *

Мне отвели неделю на сборы.

Сали и Редж, ходили хмурые.

Редж, один из немногих, вне ИСБ, знал о документе опеки.

Из-за того, что Сали, выбил, для моих родных приглашение на выпуск, сгорели ежемесячные сутки, оговоренные в документе. В следующий раз, я увижу их, только через месяц. Редж, обещал передавать родным информацию обо мне, если я выйду на связь. За Саливаном следили, ИСБ узнало о моих закрытых сеансах по «Корике». Теперь только этот великан, мог подать весточку обо мне, моей семье.

За два дня, до отъезда, я собрала друзей, в хорошо знакомом нам ресторане кампуса.

— Ребята, я ведь могу вас попросить об одолжении?

Они переглянулись, Сали ответил за двоих.

— Конечно.

Я собралась с духом и выпалила.

— Давайте сегодня напьемся.

— Что? — в один голос вскрикнули они.

— Я говорю, давайте напьемся!

Редж, сдулся на глазах. Сали побледнел, а потом спросил.

— А, что ты хочешь пить?

— Ром! Я буду ром!

Они явно не ожидали такого ответа. После долгих препирательств, мы сторговались на одной стопке рома и паре слабоалкогольных коктейлей. Потом ребята перебрали и отвлеклись на барменшу.

Я заказывала себе спиртное, без ограничений, мешая все подряд, пока не перестала держаться на ногах. На следующее утро, меня встретило, мое первое похмелье.

Глава 7

— Тома не будет, до конца месяца. Поэтому сейчас, я отведу тебя к Агнессе. Твой временный начальник. Про профили тактика и сознателя, молчи.

Мы с Миком шли по шестому корпусу.

— Я, запросил твое полное досье. Мне стало интересно, как это вдруг женщина, смогла стать сознателем. Подполковник Робертсон еще тот плут. Скрывает половину информации. В деле было несколько интересных моментов, которые привлекли мое внимание. А кто-то забыл вычеркнуть фамилии, которые могут навести на след. Не буду ходить вокруг да около. Я общался с профессором Фросом. Чуешь, к чему клоню?

Я остановилась и посмотрела Мику в глаза.

— И? — спросила я, забыв добавить приставку сэр.

— Не стоит попадаться пилотам на глаза. Тем более в лётный период. Твое время, как инженера, за два часа до и за два часа после полётов. Мне не нужны жертвы. Только в крайнем случае, ты можешь находиться рядом с кораблем в период вылета. Вас же учили ментальным блокам?

— Учили.

— Ну вот и отлично.

Дальше, мы шли молча.

Дойдя до отсека инженеров, Мик заглянул внутрь общей комнаты.

— Агнесса? — позвал он.

Я выглянула из-за спины Мика. В инженерном отсеке находилось три человека. Мик осмотрел собравшихся и спросил.

— Ребята, где ваша начальница?

Ему ответил седой мужчина, который сидел, согнувшись в три погибели, и изучал что-то на полу.

— Да, как обычно. Кто-то из твоих, пожаловался на то, что СВН сегодня барахлит. Она побежала разбираться.

Мик хмурясь, взглянул на меня. Наклонившись, он прошептал.

— Штерн, выставляй блок.

Мик вышел и поманил меня за собой.

Мы шли петляя коридорами. Дойдя до указателя ЖБУ N2, остановились. Мик опять заглянул внутрь. В этот раз, он нашел, ту, которую искал.

Красивая, статная женщина, сидела в компании молодых ребят и о чем-то весело болтала.

— Агнесса, вот ты где. Иди-ка сюда. У меня к тебе дело. — Мик позвал ее от входа, прикрывая меня собой. Агнесса обернулась, медленно поднялась и пошла навстречу Мику.

Мы втроем, вышли из ЖБУ.

— Познакомься, твой новый сотрудник, Мария Штерн.

Агнесса вскинула брови, но ничего не сказала, просто кивнула и пошла обратно к пилотам.

Я посмотрела на заместителя Тома Харди. Тот почесывал висок, провожая главу инженеров взглядом. Посмотрев на меня, он полез в карман брюк.

— Вот, чуть не забыл, браслет внутренней связи. — он протянул мне небольшой светлый полукруг.

Когда я приложила его к руке, браслет обхватил всю окружность запястья.

— Ну все, иди в отсек инженеров и жди Агнессу. Если понадобишься, я сообщу.

— Есть, сэр!

Собираясь отдать честь, я уже подняла руку, когда Мик резко остановил меня, перехватив мою руку.

— Штерн, инженеры себя так не ведут. Они гражданские. Поэтому на время, забудь о военной выправке. Все, вольно.

* * *

Месяц протекал бурно. Нас постоянно вызывали разобраться с техникой в медблоке, ангаре, ЖБУ, на проходных. В общем, где была хоть какая-то машина — техника, там всегда требовался инженер.

С кораблями работали только Агнесса и седой мужчина, по имени Герхард. Другие были, либо слишком неопытны, либо им просто не доверяли. Сознатели, были очень суеверны и считали, что до своих птичек, можно допускать только этих двоих.

Все было хорошо. И только одна проблема беспокоила меня. Организм никак не мог привыкнуть к семи часам сна. Бешеный темп военной академии давал о себе знать.

Я плюнула и решила спать, как раньше. Все равно уже привыкла.

Как-то Агнесса меня застукала за ранним блужданием по коридорам корпуса и расценила мои действия, как излишнюю инициативность. Она была только за. Меня нагрузили работой по самое некуда.

Тайком, от остальных, Агнесса и Герхард, начали брать меня с собой к истребителям сознателей, когда требовалась помощь инженеров.

— Сознателям знать не нужно, а мы проверим твои навыки. — сказала она, пока мы шли в один из ангаров.

Результат им понравился, если не сказать больше.

Две недели спустя, мы выходили из ЖБУ N 5, в этот раз, проверяли боевой «Клин» самого Тома Харди. Говорили, что он скоро вернется. С каждым таким разговором, мое сердце уходило все глубже в пятки.

Я боялась встречи с Томом Харди.

Еще в академии, про него слагали легенды. Считалось, что он самый выдающийся из настоящих сознателей.

— У полковника Харди, есть одна забавная привычка — весело улыбаясь, заметила Агнесса. — По возвращению в корпус, сделать пробный полет на своей птичке. Я слышала, это как-то связано с гибелью его отца.

— А, Кайла Харди. — задумчиво протянула я.

— Ага, Кайла. Говорят он погиб во время учений, а все потому, что его истребитель не проверили перед вылетом.

В разговор вклинился Герхард.

— Ты не права, я слышал другое объяснение. Что-то типа того, что настоящий сознатель не может без своего корабля. И ему, чуть ли не каждый день нужно сливаться с ним.

СВН, наркотик, для них!

Агнесса фыркнула.

— Не говори ерунды.

Герхард не унимался.

— А почему тогда, он так часто летает?

— Да откуда мне знать. Может ему нравится.

Тут, Герхард обернулся ко мне и добавил.

— А еще, говорят «Бог Неба» гоняет своих так, что те еле ноги таскают.

— Да, что ты ей заливаешь. Ты сам-то, хоть раз видел, чтобы Том, измывался хоть над кем-то из своих ребят?

Герхард хихикнул.

— Ну, я видел парочку медсестер, которые уходили от него, еле волоча ноги.

Агнесса ахнула.

— Побойся бога Герхард. Говоришь такое при новенькой, да про главу шестого корпуса.

Все свободное время, я изучала тестируемые модели новых истребителей.

По ночам, пока никто не видит, прокрадывалась тайком в семнадцатый ангар и общалась с ними. Было ощущение, что вокруг меня большая стальная семья. Это помогало мне не сдохнуть от одиночества и тоски по дому. А также, сократить томительный период ожидания главы корпуса.

Корабли были мне рады. Они любили меня!

В какой-то степени, я была согласна с Герхардом. СВН, наркотик, для настоящего сознателя.

Чем дольше я работала в инженерном отсеке, тем больше узнавала про шестой корпус.

Все началось с Кайла Харди.

Винсент Харди, основал корпус, чтобы создать костяк ВВС.

Предполагалось, что именно Кайл, возглавит его. Но, через полгода после основания корпуса, Кайл погиб.

Винсент Харди, заморозил проект.

Потом подрос Том, он оказался копией отца и дед разморозил проект корпуса. Все считали, что старый генерал души не чает в своем внуке.

Агнесса рассказала мне, что была знакома с Томом задолго до того, как у него проявились способности настоящего сознателя.

— Он был очень милым и отзывчивым пареньком. Мы вместе учились в школе, в одном классе. Всегда всех выручал. За два года до выпускного класса, Том влюбился в девушку. У них были такие прочные отношения, что все кругом завидовали. Когда Тому исполнилось семнадцать, погиб его отец. В итоге все разладилось. Том стал замкнутым, нелюдимым, бросил девушку. В общем, всех избегал и смотрел волком. Подолгу не появлялся в школе. Том был очень близок с отцом, он очень тяжело переживал его потерю. В итоге Винсент Харди, его дед, взялся за него. Заставил окончить школу и поступить в А.П.Т.Н… После окончания А.П.Т.Н., Винсент назначил Тома главой десятого сектора. Представляешь, стал главой сектора ВВС в 22 года! За весь период существования шестого корпуса, Том, принял всего 26 пилотов-сознателей. Он тщательно отбирает людей, которые будут работать под его началом. Я иногда ловлю отголоски того отзывчивого паренька, которого когда-то знала. Но это бывает крайне редко. В основном, он холодный, как айсберг и жуткий бабник.

Глава 8

Мой браслет, замигал синим огоньком. Активировав внутреннюю связь, я услышала голос Мика.

— Маша, беги в седьмой ангар, перрон двадцать семь, боевой «Клин» шестнадцать. Надень гравикостюм. У тебя, десять минут на все!

Я добралась за шесть минут. В ангаре было пусто, или мне так показалось.

В любом случае, людей я не слышала.

Меня ждал мой «Клин».

— Сейчас полетаем малыш, сейчас полетаем!

Тело было заковано в двадцать килограммов живой черной массы гравикостюма, которая обтекала меня с головы до ног, скрывая все гендерные признаки.

В принципе «настоящим сознателям, эта оболочка была не нужна. Нам не требовалось сохранять энергию при полете или после него, как остальным сознателям или простым пилотам. Но в целях безопасности, имперский военный совет предписал надевать его всем. Так-как в случае боевых действий или аварии, гравикостюм служил коконом, который мобилизировал организм. Костюм ускорял регенерацию клеток на 50 % в случае ранений. Давал возможность выживать в самых сложных условиях, до трех суток, в том числе и открытом космосе. Каждый гравикостюм имел свой маячок, который никогда не выходил из строя и по нему всегда могли найти носителя.

Надевать костюм самостоятельно, а тем более ходить в нем, для этого требовалась большая практика.

— Спасибо альма-матер. — подумала я в очередной раз.

Если бы в меня не вбивали, как правильно надеть, как правильно идти, как правильно залезать в корабль, я бы растянулась, до того, как дошла до своего «Клина».

И вот я в кокпите, сливаюсь с СВН.

По телу пробегает дрожь, СВН запускает проверку корабля.

Включаю датчики контроля, сообщаю о готовности к полету.

В ухе пищит передатчик.

— Даю команду на старт! Отсчет от четырех. Четыре, три, два, один, расстыковка. — диспетчер ведет отсчет. — Подключаю общую связь. — говорит он.

Я чувствую жар двигателя, чувствую, как выдвигаются закрылки, и мы резко увеличиваем подъемную силу. И вот я в небе, по фюзеляжу бьет порыв холодного ветра. Мне в лицо, бьет порыв холодного ветра.

Я «Клин», «Клин» — это я, симбиоз.

Вдруг, где-то на задворках сознания я слышу голос Мика.

Так было всегда, когда я выходила в полет. Мой разум, не был моим, и все что я слышала, было вне меня. Я растворялась в полете и сознании СВН. Это идеальный момент. Зачем в него кому-то вторгаться?!

— Пилот испытатель номер двадцать восемь, в вашу задачу входит вираж, двойная петля и маневрирование по указанным параметрам. Передаю информацию для предельного виража. Фаза семь, фаза четыре, фаза девять. Двойная петля над базой одиннадцать, маневрирование в фазе пятнадцать. Исходное время три часа тридцать четыре минуты, время завершения и стыковки три часа сорок пять минут. Тишина в эфире.

Понятно, почему Мик потребовал тишины. Никто не должен мне помогать. Меня хотят посмотреть в деле. В тоже время, я сама должна молчать, не давая повода усомнится в своих способностях.

— Тишина, так тишина.

Передаю данные маршрута в FMS СВН, и мы летим.

У меня каждый раз захватывает дух, будто это мой самый первый полет.

Завершив программу полета, задаю вектор начального этапа захода на посадку и приземляюсь.

Слышу голос диспетчера.

— Стыковочное время три часа срок пять минут, пилот номер двадцать восемь, пройдите в центр управления полетами.

Отключив датчики, я вылезаю из кокпита и выхожу из корабля.

Через три минуты, я стояла в ЦУПе. Мне хотелось осмотреться, но в помещении было слишком много людей. Поэтому я зацепилась взглядом за знакомое мне лицо Мика, и сосредоточилась на нем.

— Даю разрешение снять костюм.

Голос говорившего был холодным и властным.

Я не стала искать его обладателя, было понятно, что говорит полковник Харди. По телу пробежали мурашки.

Мысли сбиваются, я снимаю костюм.

Одна беда, пилот надевают костюм на минимальное количество одежды. Зачем перегружать себя дополнительным, даже незначительным весом? Чаще всего, это тонкая кофта три четверти и бриджи. Специальная полетная модель, под гравикостюм. Но меня так срочно вызвали, что не осталось времени переодеться. Поэтому под костюмом у меня спортивное нижнее белье.

Коса болталась между лопатками, щекоча поясницу.

Даже в академии, я отказалась её отстричь, она никогда мне не мешала. Хотя по правилам, длина волос не больше четырех дюймов.

— К черту правила! — сказала я тогда.

И вот, я стою в одном белье, а на меня смотрит толпа мужиков. Кто же думал, что меня заставят снимать костюм перед ними.

Пока я снимала гравикостюм, кто-то беззлобно усмехнулся и сказал.

— Какой маленький, малыша нужно откормить и дать витамин роста.

Ну еще бы, во мне всего 1,63, на их фоне я гном.

Я стою без костюма, в рубке тишина. Обвожу всех спокойным взглядом. На лицах этих людей отражается крайнее изумление.

На всех, кроме двух. На лице Мика играет улыбка, на лице Тома Харди ничего. Каменное изваяние. Он выглядит так же, как на плакатах в столовой. Весь корпус, был обклеен ими, как обоями.

Кто-то неровно выдыхает и говорит.

— Мне кажется или это девушка?

— Не кажется, самая настоящая девушка!

Ко мне протягивают руки, чтобы проверить, не мираж ли я. Я пячусь к двери и слышу голос Мика.

— Эй, эй, потише ребята. Руками не трогать! — он смеется.

Я перевожу взгляд на полковника Харди. Он смотрит на меня своими холодными серыми глазами и обращается к Мику.

— Когда ты прислал мне утвержденное дело курсанта ХХХ, забыл упомянуть, что это девушка!

Голос звучит спокойно, но в нем столько стали, что я понимаю.

— Всё, не быть мне сознателем шестого корпуса.

Мик открывает рот для ответа, в этот момент полковник чеканит.

— Все вон, пилот двадцать восемь остается. Мик, ждешь за дверью!

Все выходят, сочувственно поглядывая на меня. Последним идет Мик, он довольно улыбается и подмигивает мне на выходе. Дверь закрывается. Мы остаемся наедине. Глава десятого сектора, полковник Том Харди, смотрит на меня не моргая. Как ястреб смотрит на жертву и молчит. Браслет связи на его руке, замигал синим огоньком.

— Да, понял, отбой! — он отворачивается, выводя какие-то данные на монитор.

— За вами свободный отсек для гравикостюма.

Я оборачиваюсь и вижу четыре ячейки, в трех костюмы, в одном пусто. Пока я размещаю свой костюм в свободную ячейку, начинается печать. Полковник разворачивается, мельком смотрит на меня и берет эколисты в руки.

— И так, временный инженер Штерн, Вы закончили имперскую академию А.П.Т.Н… Отделение сознателей, тройной профиль. Вам семнадцать лет и три месяца. Лучший результат на курсе, срок обучения два с половиной года. Седьмая, по результатам настоящих сознателей. За весь пилотный выпуск.

Мне не по себе от его голоса, по коже бегают ледяные мурашки.

Полковник смотрит мне в глаза. Он застучал пальцами по столу, выбивая ритм выпускного марша нашей академии.

Я, на автомате начиню выбивать такт босой ступней.

— Почему в личном деле не указано, что Вы «настоящий сознатель»?

— ИСБ, сочла эту информацию лишней. Закрытый доступ для всех. Поэтому… — я замолчала, не зная, что еще прибавить.

Если бы я сама знала, почему, это так тщательно скрывается!

Он продолжает отбивать выпускной марш академии. С каждым ударом, мое сердце скачет все быстрей и быстрей. В такт с ритмом выбиваемым его пальцами.

— Вы приняты, с этого момента я ваш царь и бог! Вы попадаете только под мою юрисдикцию. В шестом корпусе действует негласный свод правил. Их немного, но за нарушение последует увольнение, с позором. В случае увольнения, Вы не сможете работать в армии. Вас лишат пилотной практики, даже в гражданской авиации. Я думаю, последствия поняты. — он вопросительно смотрит на меня, приподняв левую бровь.

Я нервно сглатываю и утвердительно киваю.

— Правило первое, никто кроме меня, не отдает вам приказы. Даже генерал ВВС пятнадцати секторов. Если вам отдал приказ, кто-либо кроме меня, Вы его не выполняете. Это ясно?

— Да, сэр!

— Мои приказы, выполняются незамедлительно. Это ясно?

— Да, сэр!

— Правило второе, не опаздывать. График меняется только в том случае, если я так решу. Информация о смене графика, поступает на браслет внутренней связи. Следовательно, без опозданий и послаблений. Отмазки, типа я ничего не получил, в вашем случае, не получила, не сработают. Это ясно?

— Да, сэр!

— С этого дня я ввожу третье правило. Между вами и пилотами шестого корпуса не будет отношений. Мне не нужны проблемы с законом. Ваша личная жизнь может протекать вне базы. На базе, Вы, существо без гендерных признаков. После исполнения вашего совершеннолетия, я пересмотрю последнее правило. — он замолчал, прикрыв глаза, а потом продолжил.

— До ребят, новое правило, я донесу сам. В целях соблюдения приличий и третьего правила, ваша комната будет напротив моей. На этом все. Вы свободны.

— Есть, сэр! — я развернулась, чтобы выйти. За моей спиной, он вызывал всех пилотов и Мика, по внутренней связи.

* * *

Я стояла в своей бывшей комнате и собирала вещи. Замигал синий маячок внутренней связи.

— Штерн, это полковник Харди. Жду Вас, через двадцать минут на плацу. Вещи возьмите с собой. Рекомендую одеться, если Вы еще этого не сделали! Время пошло. — он отключился.

За месяц, я обследовала шестой корпус вдоль и поперек. Самый короткий путь до плаца был, через коридор прикладных тестировщиков. Прошло шесть минут из отведенного времени. Я надела рюкзак, взяла сумку и побежала к плацу.

Через семнадцать минут, я стояла на плацу напротив полковника Харди, Мика и команды пилотов-сознателей шестого корпуса. Ребята приветливо мне улыбались, Мик опять подмигнул.

Полковник Харди заговорил.

— Пилоты, это новый член нашей команды. Пилот двадцать восемь, представьтесь команде.

— Пилот двадцать восемь, Мария Штерн, семнадцать лет. Приступила к службе в качестве пилота-сознателя, имперских ВВС, шестого корпуса, десятого сектора. Прошу принять меня в команду!

Сознатели отсалютовали мне, приложив сложенный кулак правой руки к сердцу. Я ответила тем же.

— Приветствуем пилота-сознателя, номер двадцать восемь в нашей команде!

Хором прокричали двадцать шесть сознателей, полковник Харди и Мик.

— Вольно! — дал команду, полковник Харди.

Ребята приняли положение вольно.

Том Харди заговорил.

— С этой минуты, ты наша семья. С этой минуты, мы твоя семья! Через полчаса, у всех будет время познакомиться в столовой. А пока, всем пора заниматься своим делом. Разойтись.

Полковник развернулся и направился в коридор, я последовала за ним.

— Интересно, как он относится к тому культу, который вокруг него создали? Наверное, это сложно. Я бы не хотела, чтобы за мной закрепилась столь безупречная слава. Слишком тяжело нести ее на своих плечах. Хотя, какой смысл думать о тяжести на его плечах. У меня своих проблем полно. Может новая семья, если они действительно захотят и смогут ей стать, мне поможет?

Полковник повернул направо. Мы оказались в узком коридоре. Всего две двери, друг напротив друга.

— Твоя комната. — кивком указав мне налево, он протянул электронный ключ.

— Дубликат есть только у меня, дверь блокируется из нутрии, это при необходимости. Штерн, ты всегда должны быть на связи. Никогда не снимай браслет. А теперь иди, устраивайся. Через двадцать минут, нас ждут в столовой.

Я уже почти зашла в свою комнату, когда голос полковника остановил меня.

— Штерн, с восьми утра начинается тренировка. Надеюсь, за месяц работы инженером, ты не забыли уроков Реджинальда Сватовски?

Улыбнувшись, я подумала о Бульдоге. Вряд ли, есть хотя бы один человек, который смог забыть его уроки.

— Нет, не забыла. Он так славно подметал мной мат на первом курсе, что я запомнила его уроки — навсегда.

Полковник улыбнулся.

— Надо же, он умеет улыбаться. — пронеслось в моей голове.

— До встречи в столовой.

Полковник Харди ушел.

Комната оказалась довольно просторной и на удивление уютной.

У левой стены отдвижная деревянная панель, внутри душевая кабина и туалет. Справой стороны полутороспальная кровать. Внизу, два встроенных выдвижных ящика. Пол ничем не застелен, да это и лишнее. Мне понравились широкие, темно-коричневые с красноватым отливом полированные доски. По таким, приятно ходить босой.

У небольшого окна, большой письменный стол, в него задвинут стул с высокой спинкой. Все остальное пространство комнаты, занимали шкаф и книжные стеллажи.

— Для начала, совсем неплохо. Осталось, только, добавить немножко себя.

Я распаковывала вещи, в дверь постучали.

В проеме, стояли двое сознателей.

— Привет. Я Алекс, а это Джош.

Высокий, улыбчивый брюнет, дотронулся до плеча, слегка смущенного, изящного блондина.

— Ты уже устроилась? Может вещи помочь разобрать? — спросил Алекс.

Полгода, я жила в академии под гнетом издевок или тотального игнорирования. Курсанты, не желали принимать в свой стан девушку. А тут, с первого дня официального знакомства, такое радушие. Не зря, Том Харди, лично отбирал людей под свою руку.

— Почему нет. Проходите. — я пропустила их внутрь.

— Кстати, полковник просил тебе передать вот это.

Джош, держал в руках форму пилота-сознателя шестого корпуса.

— Спасибо.

Через пять минут, мои вещи были разобраны, рассортированы и уложены.

— Ну, как-то так. — потирая руки, сказал Джош. Я ему улыбнулась и посмотрела на Алекса. Тот, строя смешные гримасы Джошу, сказал.

— Ну, раз всё готово, то пойдемте обедать.

Мы с Джошем переглянулись.

— Вы чего застыли? Пошли обедать, ребята ждут! А по корпусу уже слухи ходят.

Алекс закатил глаза и причмокнул, будто бы показывая, какие вкусные эти слухи.

Наша троица направилась в столовую.

В столовой, проходя мимо одного из столиков, за которым сидели две медсестры, я услышала, как одна из них сказала.

— Видишь. — говорящая, указала на меня пальцем. — Рядом с Алексом девочка идет. Она и есть тот самый пилот-сознатель. Инженеры говорят, что она сегодня бежала голой, до своей комнаты.

— Да ты что? Не может быть.

— Может, может. У меня проверенные источники.

Джош с Алексом переглянулись и хором спросили.

— Ты что, в одном белье бежала до своей бывшей комнаты?

— Ну, да, пришлось. Кстати, хорошо освежает. Советую попробовать. — улыбнувшись сказала я.

Мы подошли к столу пилотов-сознателей.

В центре, сидел полковник Харди. Мика нигде не было.

— Штерн, садись сюда.

Харди, указал на место рядом с ним. Я обошла стол и села.

Все молчали.

— Пора познакомиться. — подытожил Том. — Ребята, представьтесь.

Пилоты вставали по очереди и называли имена. Я кивала, запоминая.

Когда последний из присутствующих за столом представился, Том сказал, ни к кому не обращаясь.

— Сейчас Мик подойдет.

Все приступили к еде, в этот момент, в столовую ворвался ураган по имени Агнесса Вульф.

— Уважаемый, полковник Харди. — прокричала она от входа и грозной поступью, направилась к нашему столу.

— Почему, моего инженера, вызвали неизвестно куда. Меня не предупредили. Ее, бог знает сколько, нет на рабочем месте. И что здесь, собственно говоря, происходит?

Последний вопрос, она адресовала уже мне, взглядом прожигая во мне дыру.

Видимо глава инженеров, как всегда увлеченная очередной задачей, единственная в шестом корпусе, не знала о новом пилоте-сознателе. И что этим пилотом, была я.

— Агнесса, потише!

Алекс, в успокаивающем жесте, приподнялся со скамейки, перекрывая ей дорогу.

— Тебя, в данный момент, никто не спрашивал. — зло, сказала она и ткнула ему в грудь, указательным пальцем. Алекс покачнулся, теряя равновесие, и плюхнулся обратно на скамейку. Она прошла дальше и поравнялась с полковником и мной.

— Я жду объяснений. — грозно нависнув над нами, потребовала она.

Я первый раз, видела Агнессу в гневе. Но больше меня поразило, то, как она говорила с главой десятого сектора.

— Гражданские! — пронеслось в голове.

В академии, из меня очень быстро выбили панибратское или неуважительное обращение к старшему по званию.

Полковник Харди, строго взглянул на нее и сказал.

— Ты подаешь дурной пример служащим корпуса. Советую тебе успокоиться. — больше он ничего не прибавил и продолжил есть.

Глава инженеров, резко задышав, покраснела от гнева. Полковник ел, а все остальные ждали, чем это закончиться.

Минуты две, Агнесса постояла рядом, потом резко развернулась и ушла. В столовой зашептались и зашумели приборами. Шоу закончилось.

Глава 9

Для меня начались рядовые будни пилота-сознателя.

Ежедневно, в восемь утра, проходили боевые практики.

Моим спарринг партнером, всегда был полковник.

Харди, швырял меня по залу, не хуже, чем Бульдог.

— Надо рассказать Реджу. Конечно, он придет в бешенство, но может, что подскажет.

Каждый раз, думала я, после очередного проигранного полковнику Харди спарринга.

Реджу, я так ничего и не рассказала. Было слишком стыдно признаться.

Команда привыкала ко мне, я к команде.

Агнесса, продолжала злиться! Завидев кого-нибудь из наших, она резко меняла направление и скрывалась из виду. Вместо себя, присылала Герхарда.

Недавно, Джош видел, как Харди отзывает ее в сторонку и что-то говорит. Не знаю, что сказал ей полковник, но, она успокоилась, стала мила и приветлива со всеми, как раньше.

Отношения с ребятами складывались очень хорошо. Только с полковником Харди, всегда присутствовала некоторая напряженность. Рядом с командиром, меня не покидало ощущение постоянной оценки моих навыков настоящего сознателя. Командир, просил называть его Томом, я сбивалась и обращалась либо по званию, либо сэр.

До встречи с родными, оставалась неделя.

* * *

Я направлялась к себе в комнату, когда на повороте столкнулась с Томом.

— Штерн, ты уже три недели на базе.

— Да, сэр!

— Мик, говорит, что за все это время, ты не брала еженедельных отгулов. Почему? — он смотрел на меня, ожидая ответа.

— Какое ему дело? — подумала я.

Не дождавшись ответа, Том продолжил.

— По правилам, у тебя есть два выходных дня в неделю. Говорю на тот случай, если ты не в курсе.

— Агнесса, проинформировала меня об этом в первый же день.

— Тогда почему, ты торчишь на базе? Здесь не действует система накопительных выходных. Если ты ими не пользуешься, то они просто сгорают. В твоем деле есть информация о родных….

Перебив, я спросила.

— Простите полковник, но я не понимаю, какое вам до этого дело?

— Мне есть дело, до каждого моего сознателя. Твое поведение, не вписывается в общую норму. Ни один из моих пилотов, еще не отказался от своих выходных, добровольно. Поэтому, в чем дело?

Я замялась, не зная, как объяснить, что не могу поехать к себе домой. А до друзей, слишком далеко ехать и я не успею вернуться на базу к утру понедельника.

— Пошли ко мне. — он взял меня за рукав, и потянул за собой по коридору.

Когда мы вошли к нему в комнату, он активировал звуковую заслонку.

— И так, я жду твоих объяснений.

— Почему бы вам не узнать об этом у подполковника Робертсона.

— Причем здесь Робертсон, ты мой сотрудник. ИСБ не имеет к тебе никакого отношения.

— Это Вы так думаете.

Том нахмурился и потер подбородок.

— Значит ИСБ, опять лезет в дела сознателей. Хорошо, я поговорю с Робертсоном. Только сомневаюсь, что он мне расскажет.

Полковник замолчал, потом внимательно посмотрел на меня. Минут пять, он стоял с остекленевшим взглядом. Явно прибывая мыслями, где-то не здесь. Потом кивнул, соглашаясь сам с собой, и сказал.

— Откровенность за откровенность. Я поделюсь с тобой своими мыслями, а ты мне скажешь, почему торчишь на базе и, причем тут ИСБ. Договорились?

Я кивнула.

— Ну, что ж. Как ты уже знаешь, на данный момент в империи выявили всего семь настоящих сознателей. Шесть — это я и члены моей семьи, один из которых погиб. И седьмой — это ты. Перед твоим выпуском из академии, мне скинули личное дело одного из курсантов. По всем характеристикам, талантливый курсант идеально подходил, для работы в моем корпусе. Только нигде не было сказано, что курсант, настоящий сознатель. И что, пожалуй, важнее, настоящий сознатель — девушка. Не мне тебе рассказывать, что женщин сознателей никогда не было. Я уверен, что Робертсон, собирался фальсифицировать факты, если всплывут вопросы о том, как ты смогла стать сознателем.

Видимо он считает, что тут работают идиоты, и никто не догадается о твоих врожденных способностях. И так, теперь твоя очередь. Какое отношение к тебе имеет ИСБ?

Какое-то время, я стояла молча. Потом подошла к креслу, рядом с кроватью Тома и, не спрашивая разрешения, села.

— Мне исполнилось четырнадцать, я на три года раньше закончила школу. Директор школы, не спросив разрешения моих родителей, сообщил обо мне в ИСБ. Те, устроили мне приглашение в А.П.Т.Н… Когда родители об этом узнали, было принято решение отправить меня с Земли на Тиару. Мои дедушка с бабушкой, по отцовской линии, там работали. — я замолчала, собираясь с мыслями.

Том не перебивал, ожидая продолжения.

— В комнате ожидания космопорта, мне стало плохо. Дежурный врач мне помог, но вел себя странно. Спустя десять месяцев, я подслушала разговор родных по закрытому каналу связи. Их, без объяснения причин, вызвали на обследование в ИИЗ. Потом потребовали вернуть меня на Землю. В день отправления, за мной приехали сотрудники ИСБ. На Земле, меня обследовал профессор Фрос. После этого, подполковник Робертсон, угрозами, заставил моих родителей подписать документ о временной опеке надо мной империи. Роль опекуна, выполняет ИСБ. До восемнадцати лет, я под их полным контролем. Раз в месяц, мне на сутки, разрешают увидеться с семьей. — я перевела дыхание и посмотрела на Харди.

— Когда наступают следующие сутки? — только и спросил он.

— В следующие выходные.

— Понятно. Я хочу ознакомиться с этим документом. Запрошу его по своим каналам. Возможно, я смогу тебе помочь. Мне надоело, что ИСБ вечно сует нос в мой корпус.

Я тихо сказала.

— Прошу Вас этого не делать.

Том вопросительно посмотрел на меня, приподнимая левую бровь.

— Почему?

— Если Робертсон узнает, он сделает мою жизнь еще более невыносимой, чем она была до этого.

— Зачем бы ему?

— Наша первая встреча была не совсем удачной.

— Это как? Ты, что-то натворила?

— Можно сказать и так. Два месяца обратного пути, я провела взаперти. Мне закрыли доступ к любому общению, не только с родными. Когда меня привезли в ИСБ, мои нервы, были на пределе. Когда я спросила подполковника, о встрече с родными, он заявил, что все зависит от моего поведения. Я пришла в такое бешенство, что кинулась на него и пока меня оттаскивали, выдрала ему часть уса.

— Выдрала часть уса? Робертсона подранила пятнадцатилетняя девчонка.

За все время разговора, Харди впервые рассмеялся. Я улыбнулась в ответ.

— Теперь понятно, почему он их сбрил два года назад. Да, ты задела его за живое. Он был очень привязан к лохматой щетке под своим носом. Как жаль, что я этого не видел. Идея обучения в А.П.Т.Н., тоже его?

— Да.

— А бешеный темп обучения и скачки с курса на курс?

— Частично моя.

— То есть?

— Первые полгода в академии, дались очень тяжело. Мне запретили видеться с родными, пока я не улучшу свои результаты.

— Это не объясняет, зачем такая спешка.

— Я думала, чем быстрее закончу, тем быстрее вернусь в семью и меня наконец-то, оставят в покое.

— Сомневаюсь, что тебя оставили бы в покое. — хмуро сказал он.

Мы проговорили почти всю ночь. Под утро, он сказал.

— Ладно, иди к себе в комнату. Сегодня даю тебе отгул.

Лежа в кровати, я думала, что впервые, без опасений, рассказала все, что со мной произошло.

С Сали и Реджем, мы старались избегать этих тем.

С родными, я просто боялась говорить об этом, опасаясь за их жизнь. Кто бы мог подумать, что моим исповедником окажется именно Том Харди.

Легче дышать мне не стало, и груз не упал с моих плеч.

Но я выплеснула эмоции, которые держала в себе почти три года. И вдалеке, передо мной замаячила надежда.

— Надежда на то, что есть человек, который возможно сможет мне помочь.

Эта мысль, подарила мне немного покоя.

* * *

Через три недели, после моих откровений, мы с Джошем болтали в ЖБУ N5, после учебного вылета. В ангар зашел Том и подозвал меня к себе.

— Теперь, ты можешь видеться с семьей каждые выходные. Три раза в неделю, тебе разрешен закрытый сеанс связи.

— Спасибо сэр, но как… — я хотела спросить, как ему это удалось.

Он жестом, остановил меня и ничего не добавив, ушел по своим делам.

Наступила пятница. Я решила не говорить своим. Устрою им сюрприз и лично расскажу, что теперь буду видеть их намного чаще.

Когда я подъехала к дому, во дворе был Стен. Он нес кадку с пионами, к выкопанной яме.

— Тебя опять заставили высаживать цветы?

Стен, чуть не выронил кадку, услышав мой голос. Он аккуратно поставил цветы на землю и протер глаза.

— Мне кажется или это и в самом деле ты? — он еще раз протер глаза.

— Не кажется, в самом деле я. — улыбаясь, я пошла ему навстречу.

Тут до него наконец-то дошло, что я не мираж. Он с диким воплем, кинулся ко мне на встречу и сжал в своих объятьях, продолжая кричать.

— Мама, папа, идите скорее сюда, вам нужно это увидеть.

Во двор выбежали родители, за ними с перемазанным в муке лицом, Лера.

Она ахнула и спросила. — Ты сбежала?

Посыпался град вопросов. Я рассказала, что теперь буду приезжать каждую субботу и воскресенье. Мои, радостно загомонили.

— Каждые выходные, подумать только. — повторял отец.

— Кажется, жизнь налаживается. — подумала я.

Вернувшись на базу в воскресенье вечером, я связалась с Саливаном. На экране появилась его заспанное лицо.

— Который час? — вместо приветствия спросил он.

Я взглянула на часы.

— Девять вечера. Опять кутил с Реджем, все выходные?

— Что-то вроде того. — он ухмыльнулся. — Я тебе потом расскажу.

— Кстати о рассказах, нам бы встретиться. Надо, поговорить с глазу на глаз.

Лицо Сали, стало серьезным.

— У тебя все в порядке?

— Да, все нормально. Даже лучше, чем ты можешь себе представить.

— Ну и славно. Тогда заскочу к тебе на неделе.

— Договорились. — я дала отбой.

На следующее утро, я проснулась от громкого стука в дверь.

— Эй, открывай. Это я. — прокричала Агнесса.

Я села в кровати, пытаясь разлепить глаза.

— Ну, где ты там застряла?

— Сейчас. — крикнула я и пошла открывать.

Бурлящая энергией, глава инженеров, ворвалась в мою комнату. Часы показывали пять утра. — Ты видела, который час? — зевая, спросила я.

— Конечно, видела. Я думала, ты не спишь. Ты ж у нас ранняя пташка. — она подмигнула мне и плюхнулась на кровать.

С начала моей службы, в корпусе, в качестве инженера, мы с Агнессой, проводили много времени вместе и как следствие, хорошо сошлись.

Агнесса уважала лишь тех, кто разбирается в машинах. Остальных, она за людей не считала. Неудивительно, что круг ее общения, составляли только сознатели и инженеры. А это, были сплошь мужчины. Поэтому, врываться в такую рань, в случае чего, она предпочитала ко мне.

— Может и ранняя, но только не сегодня. — почесывая бок, я двинулась в ванную.

Плеснув холодной водой в лицо, я выключила кран.

— Ты слышала, что я сказала? — Агнесса, зашла ко мне.

— Неа, вода шумела. — вытерев лицо, я вернулась в комнату.

Агнесса шла следом.

— Что там у тебя стряслось, что не могло подождать до завтрака?

— Слушай, я тебе такое расскажу. — она сделала огромные глаза и выпалила. — Иду я, значит, из седьмого сектора. Представляешь, заманили меня под видом консультации, а сами! — она возмущенно затрясла кулаком над головой, грозя, судя по всему, сотрудникам седьмого сектора.

— Один из отладчиков напутал в коде, и у них встала… — что там у них встало, я так и не узнала. — А, не важно. Отвлеклась я что-то. Так вот, иду, а на площадку, перед нашим сектором Х-430В садиться. Из него такой мужик вышел, ты бы его видела. — она мечтательно закатила глаза. — Вот я и решила тебе рассказать.

Я замерла у шкафа и приостановила поиски полотенца.

— Я не поняла, ты разбудила меня, ради того, чтобы рассказать про супер мужика?

— Ну да.

— И это все? Ты с ним не поговорила, ничего? Просто посмотрела и пулей полетела ко мне?

— Ну да.

Я закрыла глаза и потрясла головой.

— Я ее убью. — пронеслось в голове.

— Так, что думаешь? — спросила Агнесса.

— О чем? — не поняла я.

— Ну, о мужике. — пояснила она.

— Совет да любовь. — издевательски сказала я.

— Я тебе это припомню. — в мою голову полетела подушка.

— Ну, а что еще ты ожидала услышать. В следующий раз, вместо того, чтобы бежать сюда и сидя на моей кровати пускать слюни о незнакомце, советую с ним поговорить. Например, можешь поразить его рассказом, про вставшие у отладчиков… — я наклонилась, чтобы подобрать подушку и не успела продолжить.

Агнесса со смехом, покатилась на пол. Замигал синий индикатор внутренней связи.

— Слушаю. — сказала я.

— Штерн, тут тебя на шестой проходной ждут. — настороженно сказал диспетчер. — Просили, чтобы ты поторопилась.

— Хорошо, через пять минут буду.

— Что там? — спросила Агнесса.

— Меня на проходную вызвали.

— Я с тобой!

— Зачем?

— Ну, мало ли что. Посетители в такую рань.

Мы вышли из моей комнаты и заспешили к лифту.

На проходной, меня поджидал Саливан. Да не один, а в компании Реджа. Мои губы растянулись в улыбке.

— Слушай, это он. — она ткнула меня локтем в бок.

— Который из двух? — спросила я.

— Здоровяк справа. — она говорила про Реджа. — Ты его знаешь?

— А то, как же. Очень даже знаю. Редж Сватовски, характер скверный, не женат. Слушай, давай я вас, потом представлю друг другу.

— Вижу, ты хочешь от меня избавиться. Запомни, ты обещала нас познакомить. — она взмахнула рукой и пошла в направлении отсека инженеров.

Я вышла к ребятам.

— Слушай, ты посмотри, какая женщина. Кто это? — восхищенно сказал Редж.

— Глава инженеров Агнесса Вульф. Я тоже рада тебя видеть. Какими судьбами?

— Да Сали проговорился, что к тебе едет. Вот я и напросился. Давно не виделись и все такое. Я малость переживал, как ты тут. Ты последнее время, редко выходила на связь. — он немного смущенно потупил глаза.

— Я тоже скучала Редж. — улыбаясь, сказала я.

Мы вышли на улицу.

— Не думала, что ты заскочишь так скоро. Значит, это вы прилетели на четыреста трехсотом.

Саливан взглянул на меня. — Откуда знаешь?

— Ну, помимо того, что с такой скоростью, вы могли добраться сюда, только на подобном самолете, у меня плюс ко всему, везде есть глаза и уши! — я загадочно посмотрела на него.

— Так о чем ты хотела поговорить? — спросил Саливан.

— Тут такое дело. Неделю назад, мне дали добро, на еженедельное посещение родных. Плюс ко всему, три раза в неделю, я могу выходить с ними на связь, по закрытому каналу. Ты, что-нибудь об этом знаешь?

Озадаченный взгляд Сали, был ответом на мой вопрос.

— Нет, но я постараюсь все выяснить. Как только будет информация, я с тобой свяжусь.

В наш разговор, вмешался Бульдог.

— Ребята, раз так вышло, что все мы собрались. Давайте сходим, куда-нибудь пожрать, а то у меня кишки уже сводит. Заодно, ты нам расскажешь, как протекают твои рядовые будни.

Через неделю, Саливан, скинул мне информацию о том, что смог выяснить. Подполковника Робертсона, прижал кто-то сверху. Ему дали понять, что с сознателя Штерн, нужно снять колпак и открыть свободный доступ к общению с семьей. Так же, потребовали снять слежку с дома семьи Штерн. И деликатно намекнули, не лезть в дела десятого сектора и его корпусов. Кто прижал, выяснить не удалось, но Робертсон ходит дерганный.

— Спасибо Том. — в очередной раз, с благодарностью подумала я.

Глава 10

Посреди ночи раздался звонок.

— Ну, это просто невыносимо. Взбесились они все, что ли! — мое возмущение было оправдано. Мне, которую неделю, не давали нормально спать. То цикл полетов менялся и мне забывали об этом сказать. А потом будили в два часа ночи и требовали срочно бежать на предполетный брифинг, потому, что ждут только меня.

То у кого-нибудь из ребят, случался резкий приступ бессонницы и мне звонили поболтать. На вопрос, почему я? Ответ был простой.

— Ну, ты же девочка, а вы любите болтать ни о чем!

Как же я бесилась. На предложение пойти к черту или побеспокоить кого — нибудь из сотрудниц шестого корпуса, я слышала смех и минут двадцать, пыталась отпращаться от шутливой болтовни.

Про Агнессу я вообще молчу.

— Интересно, кто на этот раз? — я нажала на «ответ».

На меня смотрело грустное лицо Сали.

— Что случилось? — встревожено спросила я. Этот человек, никогда не беспокоил меня, по ерунде. Видимо, что-то очень серьезное, раз он звонит в такое время.

— Маша, скажи мне честно, я же твой друг? — заплетающимся языком, спросил Сали.

— Твою мать. Он охренел, твою мать! — я задохнулась от бешенства и не успела ничего ответить и Сали продолжил.

— Ну, вот и ты! — он замолчал.

— Что я, Сали?

— Ты тоже меня бросила?

— Сали, как друг, я даю тебе пять минут «на поговорить» и после этого отключаюсь.

— Редж… — тоскливо протянул он. Теперь все стало на свои места.

Редж, зачастил к нам на базу, после того, как я познакомила его с Агнессой. Последнее время, он ходит задумчивый, с глупой улыбкой на лице.

— Ну, бывает, влюбился человек.

— А как же я?

— А что ты? Тоже можешь влюбиться. Сали, не страдай ерундой, тебя никто не бросал.

После очередной встречи с Реджем, счастливая Агнесса ворвалась в столовую. Не обращая внимания на приветствия, она неслась на всех парах к столу сознателей.

— Кажется, по твою душу. — шутливо заметил Алекс.

Я тоскливо на него посмотрела, думая о том, куда бы спрятаться.

— Скорее, ну же. — подлетев ко мне, она схватила меня за руку и с силой потянула со скамьи.

— Да, что же ты расселась. Вставай скорее. — продолжая тянуть, не унималась она.

— Агнесса, ты мне руку вывихнешь. — я попыталась вырвать руку. Но было бесполезно. Она вцепилась в нее, как клещ. Когда она в таком состоянии, проще уступить и следовать за этим бурлящим комком энергии.

И вот мы бежим, петляя коридорами, в ушах свистит ветер, в стороны разбегаются люди. В двух метрах от моей комнаты, Агнесса, как ледокол разбивает целующуюся парочку.

Я вижу, испуганное лицо новенькой медсестры и более чем недовольное лицо полковника Харди. Открыв дверь, мы залетаем внутрь.

Теперь моя рука, свободна!

— Он, что, весь медперсонал решил переметить? — недовольно спрашивает она, глядя в мою сторону.

— Ну откуда же мне знать. — я развожу руками, думая при этом, что в постели Тома, побывали почти все женщины нашего сектора, не только медсестры.

— В прочем, это не важно, я тебе сейчас про Реджа расскажу…

* * *

Прошло четыре месяца. В корпусе была традиция, каждый второй четверг месяца, выезжать с базы и устраивать «пьянку», в одном из ресторанчиков, местного городка.

В один из таких четвергов, ребята, позвали меня с собой.

— Ну, теперь ты одна из нас. Поэтому отказываться не имеешь права. — сказал тогда Алекс.

— Традиция! — подтвердил Мик и, сделав многозначительное лицо, возвел палец к небу.

В этот раз, место, выбирал полковник. Его выбор, пал на ирландский паб, со смешанной кухней.

— Ребята, кто, что будет пить? — спросил Мик, когда мы уселись за стол. Все наперебой начали выбирать спиртное. Выбрали текилу.

Полковник, внимательно посмотрел на меня и сказал.

— Текила коварна, много не пей! — я кивнула. Мне вспомнилось, как я перебрала, когда развела Реджа с Сали на спиртное.

Принесли три бутылки и рюмки.

— Сколько лет девушке? — спросил официант.

— Она не девушка, она сознатель ВВС, шестого корпуса! — крикнул Джош.

Официант глупо посмотрел в его сторону, не понимая ответа. Ребята заржали.

Полковник поднял глаза на Джоша, призывая к порядку, и мрачно ответил.

— Семнадцать.

Больше официант ничего не спросил, поставил на стол 28 рюмок и удалился.

Ребята недовольно заворчали. Одной рюмки не хватало. Алекс сходил в бар, за рюмкой, для меня. И веселье потекло рекой.

Осмелев от выпитого, я спросила Мика, как так вышло, что замом Харди, является обычный пилот, а не сознатель. Мик немного помолчал и ответил.

— Не все могут стать сознателями.

Его голос прозвучал так грустно, что я заткнулась и уставилась себе в тарелку.

— Не переживай, я не обиделся. — он пощекотал мой бок и протянул мне рюмку.

Зазвучала музыка, ребята огляделись вокруг и разбежались. Через минуту, на танцполе, весело отплясывала шумная толпа. Девушки, польщенные вниманием симпатичных ребят, полыхали румянцем и застенчиво хихикали, отвечая на их комплименты. За столом осталось трое. Я, Мик и полковник Харди.

Мик, ткнул меня локтем под ребра и спросил.

— А ты чего сидишь?

— Танцевать не умею. — соврала я.

— Том, мне кажется, тебе стоит ей заняться. — он весело подмигнул Тому, намекая, чтобы тот меня пригласил.

Полковник Харди, встал со своего стула и протянул мне руку.

В этот момент, мое сердце почему-то бешено забилось. Судорожно втянув в себя воздух, я сидела, замерев, не решаясь встать и подать ему руку.

— Штерн, мне долго тебя ждать?

— Я, пожалуй, откажусь. Не хочу отдавить вам ноги, сэр.

— Не говори ерунды. — он наклонился, схватил меня за руку и выдернул со стула. Пока мы шли, заиграл медленный танец.

Полковник притянул меня к себе.

Сейчас, он был таким живым. Пропала холодная отстраненность, так свойственная ему на базе. Я откинула голову и посмотрела на него. В уголках серых миндалевидных глаза, появились морщинки. Пухлый, четко очерченный рот, расплывался широкой улыбкой, обнажая ровные белые зубы. Мой взгляд бродил по его лицо, перескакивая с длинных пушистых ресниц, на высокие скулы. Со слегка заостренного носа, на заросший короткой светлой щетиной подбородок.

Музыка остановилась, я начала отстраняться. И именно в этот момент, я споткнулась о чью-то ногу. Пытаясь удержать равновесие, я взмахнула руками и полетела на пол. Сильные руки Тома, подхватили меня и поставили на место. Мы вернулись за стол.

— Ну как полетала? — иронично спросил Мик.

— Ты, что, издеваешься? — возмущенно пробормотала я.

— Ну, что ты, ни в коем разе! — вполне серьезно ответил он.

Я потянулась к полной стопке. Том перехватил мою руку и отрицательно покачал головой.

— Тебе немного будет? Мне кажется, ты слишком много выпила.

— Пять стопок за вечер, это уже много? — задала я вопрос про себя.

Ну, что поделать, с начальством не спорят. Я убрала руку от текилы.

Вернулись ребята.

В пабе, мы просидели еще час. На обратном пути, я заснула. Проснулась от улюлюканья кого-то из ребят. Полковник, нес меня на руках. Наши взгляды встретились.

— Ты так крепко спала, что мы не могли добудиться. Не оставлять же тебя в машине. — сказал он останавливаясь и опуская меня.

Зайдя в свою комнату, я стянула одежду и рухнула на кровать.

Наутро я не услышала будильник, проспала общий сигнал подъема по сектору.

Я мирно спала, когда на меня полилась холодная вода. В ужасе проснувшись, я подскочила и вылетела из кровати. Пытаясь прийти в себя, задержала дыхание. По мне сбегали холодные капли, вызывая волну мурашек.

Я уставилась на полковника. В его руках была пустая кружка, а взгляд блуждал по моему телу, остановившись на груди.

— Чего он так вылупился? — я проследила за его взглядом.

И тут до меня дошло, что на мне из одежды, только трусы. Полковник перевел взгляд с моей груди на лицо, потом опять медленно прошелся телу. Зрачки его расширились, а серые глаза потемнели.

— Всегда спишь в таком виде? — прохрипел он.

— Нет. — полковник прокашлялся.

Я нервно облизала губы.

— Почему ты проспала?

Потупив взгляд, я молчала. Том резко подошел ко мне, на ходу отбрасывая кружку и толкнув, прижал стене. Он смотрел на меня сверху вниз, прижимаясь бедрами к моему животу.

— Он хочет меня? — удивленный вопрос пронесся в голове.

Мой взгляд упал на его губы и все мысли разом померкли. Он наклонился к моему лицу и…

Я услышала сигнал будильника. Открыв глаза, я поняла, что лежу в своей кровати. В комнате никого нет. А это был всего лишь сон. С протяжным стоном я села, и схватилась за голову.

— Этот пубертатный период меня просто убивает! — я откинула одеяло и встала с кровати. Алкогольные пары, навеяли эротический сон.

— Твою мать! Твою мать! Твою мать! — не знаю, сколько раз, я повторила эту фразу, стоя под холодным душем.

Выходя из комнаты, я столкнулась с полковником Харди.

— Жду тебя на спарринге. — бросил он и пошел дальше.

Глава 11

Навстречу шли Алекс с Миком. Они, кивнув, улыбнулись мне, проходя мимо. Я механически улыбнулась в ответ и ускорила шаг. Опустив голову, я смотрела себе под ноги. Стало вдруг стыдно, казалось, что они знают, что мне снилось.

— Эй! Смотри куда летишь.

Я врезалась в Ренда. Одного из инженеров Агнессы.

— Прости, не заметила.

— Оно и видно. — потирая ушибленное плечо, проворчал он.

Я двинулась дальше. В этот момент, под ногами задрожал пол.

— Что происходит? — оглядевшись, я увидела, что люди вокруг замерли в растерянности. И тут весь корпус оглушила сирена тревоги.

— Это не учебная тревога. Просьба всех присутствующих, собраться в зале 25, отсек сознателей! Повторяю, это не учебная тревога….

Голос диспетчера дрожал, сирена надрывалась. Все бросились в наш отсек, расталкивая друг друга на ходу. Я отскочила к стене, уступая дорогу бегущей толпе. Переждав, когда волна схлынет, побежала следом за всеми.

— Это, первый боевой сигнал тревоги, с момента основания корпуса! — поравнявшись со мной, крикнул на ходу Джош.

— Есть повод задуматься, да! — улыбаясь, он летел на всех парах, заставляя меня ускориться и не отставать. Мы вбежали внутрь.

— Какого черта они творят? Разве, не знают схему построения при боевой тревоге? — шепотом спрашивает Алекс.

Мы давно выстроились в шеренгу, дожидаясь Тома. Пилоты недовольно поглядывают на мельтешение в зале.

В зал, входит полковник, за ним следует Мик. Все замерли.

— По сводкам командования, на одну из планет, в составе империи, совершено нападение. Противник, ранее вступивший с нами в дружественный контакт, раса инкриптов. Инкрипты, атаковали военные базы. Противник уничтожает не только боевые активы, но и мирных жителей. Часть людей, захватывают на свои корабли.

Сознатели готовятся к немедленному вылету. В вашу задачу, входит прикрывать гражданские корабли-эвакуаторы. Подробная информация отправлена вам, на браслеты связи. Инженерам, врачам и остальному персоналу десятого сектора, занять свои позиции в соответствии с военным предписанием. Выполнять!

— Есть, сэр! — дружно заревел весь зал и люди бросились выполнять приказ.

Мы бежим к ангарам боевых истребителей.

* * *

Прыжок сквозь световой переход, отнимает слишком много энергии. Пять минут перехода, вместо годового полета. Только война может быть причиной такой спешки.

Армада противника у спутника Бенты 2. Сегодня, в мою обязанность входит прикрытие боевых кораблей империи, в этом участке галактики. Простые пилоты, с поддержкой сознателей. В наши задачи входит, подбить корабли противника, до входа в атмосферу. Инкрипты, не ведут бои в открытом космосе. Предпочитают вступать в них, проходя линию Кармана.

Много гражданских жертв, слишком много.

За три недели, восемьдесят четыре боевых вылета. По четыре вылета в сутки. Глаза, воспаленные красные яблоки. Тело ломит от перегрузок. Бой может длиться часами. Нет времени на отдых. Никакие стимуляторы, не спасают. Погибло трое из наших. Полковник, молча, подсчитывает потери. Нас осталось всего двадцать пять. Ярость застилает разум. Мы стали дьяволами. Мы ослепляем, наносим удар, убиваем. Черт, в академии этому не учили. Никто не учит убивать! Есть только теория, только грёбаная теория. Откуда им знать, как выглядит настоящая кровь. Как выглядит сознатель, которого сломал корабль.

Проклятая война!

— Маша, лети обратно на базу.

— Есть, Мик!

— Какое сегодня пекло, это просто мясорубка какая-то! Хорошо поработала! — Мик умеет поднять настроение.

Лечу на базу. Световой туннель закрывается, когда я выхожу на околоземную орбиту.

На выделенной мне ВВП меня ждет Харди.

У него под глазами залегли круги, губы потрескались, форма измята.

Но он все равно, встречает каждого своего сознателя, если находится на базе.

— У тебя вылет, через четыре часа, иди, отдохни, инженеры подготовят корабль.

— Есть сэр!

Устало плетусь до своей комнаты. На ощупь нахожу кровать, падаю и отрубаюсь. Через три с половиной часа, меня будет полковник Харди.

— Твой вылет, иди, корабль уже готов.

— Есть сэр! — сползаю с кровати, встаю во фрунт и отдаю честь.

Полковник понимает, всю иронию моих действий.

Как говорил, когда-то Редж. — К пустой голове, руку не прикладывают!

Я только что, проявила неуважение к старшему по званию.

До чертиков хочется курить, где бы достать сигарету. Но перед вылетом курить нельзя. Ах, послать бы эти правила, куда подальше.

Сажусь в корабль, время застыло, сейчас начнется очередной бой. Прыжок сквозь световой туннель. Как я это ненавижу. Корабль разделяет мои чувства.

Впереди противник. Стреляю, один есть! Нацеливаюсь на второй.

Включается внутренняя связь, полковник Харди кричит.

— Штерн, что ты делаешь? Тебя подобьют, бери курс на северо-запад, квадрант 15.

Не успеваю ответить, чувствую, как боль пронзает тело.

СВН сходит с ума. Его нейромедиаторы болевых импульсов, передаются мне.

Меня подбили. Меняя направление, я подставила себя под удар. Белая вспышка и крыло моего «Клина» плавится. Теряю управление. СВН ведет отсчет. До взрыва истребителя остается одна минута. Я катапультируюсь.

— Прощай друг! — кричу я кораблю, вылетая из кокпита.

Вижу, как Алекс летит навстречу, чтобы подобрать. Его корабль, трудно не узнать.

Он не успевает, надо мной нарисовался линкор инкриптов. Они выпускают луч.

— Это же гравитационный луч. — думаю я отстраненно.

Линкор противника затягивает меня в свое нутро.

Стою, озираясь, меня окружили десять инкриптов. Впервые вижу их так близко. Пока меня не трогают, есть возможность, рассмотреть их получше.

— Может, будет шанс, рассказать полковнику.

Чувствую давление, выстраиваю ментальный блок. Они переговариваются. Не понимаю их языка. Даже странно, что они так похожи и не похожи на нас.

Навскидку, все ростом, под два с половиной метра. Два десятка черных глаз смотрят, на меня, не моргая. Нет ни белка, ни радужки, сплошная чернота. Некоторые хищно улыбаются. Зубы заостренны. Смотрят на меня плотоядно. Не знаю почему, но в голове вспыхнули исторические рассказы о племени каннибалов мамбила. На вид, они без оружия.

— Может у меня есть шанс? — я принимаю защитную стойку и жду атаки. Теперь весь десяток плотоядно ухмыляется. Видимо им нравится эта забава, но я не сдамся им так легко. Мы стоим и смотрим друг на друга. Никто не пытается сделать первый выпад.

Появляется смог луч и бьёт в меня. Я застываю, мое тело парализовано. Ко мне подходит один из инкриптов и бьет в висок ребром ладони. Сознание меркнет.

Глава 12

Меня приводят в чувство разрядом тока. Я бьюсь в конвульсиях, выгибаясь на стуле.

Руки и ноги, прикованы. Сквозь пелену боли, до меня доносится легкое позвякивание металлических тросов, которыми скованы мои конечности.

— Как они сняли костюм? — проносится в голове.

В этот раз, передо мной, только один инкрипт. Сейчас я в черной камере, такой же черной, как и глаза инкрипта, стоящего напротив. Его волосы, белые, как снег, создают мощный контраст, с цветом камеры. Я получаю, еще один разряд.

— Посадить бы тебя на мое место. — хриплю я ему.

Опять чувствую давление, ментальный блок пока держится. Давление усиливается.

— Что, выкусил, не можешь пробить? — смеюсь я.

Выражение его, допустим лица, не сулит ничего хорошего. Из-за спины инкрипта, появляется поднос, на нем лежат инструменты. Они жутко поблескивают в этой черной комнате.

— Сейчас начнут пытать! — с ужасом думаю я. Мне впервые так страшно.

Белоголовый, берет блестящий предмет, чем-то похожий на скальпель.

Сердце бешено бьется, отсчитывая секунды.

Меняются инструменты, я смотрю на свои изуродованные ноги, сознание начинает меркнуть. Белоголовый, не даёт мне уйти в забытье. Он знает свое дело. Я кричу и корчусь от боли.

— Когда-нибудь, все это закончится. Когда-нибудь закончитсяааа.

Пять минут передышки.

— Что тебе нужно?

В ответ тишина.

И тут до меня доходит. Он ломает мой блок. Ему нужна информация, но мой разум, для него закрыт. Белоголовый, переходит к рукам. Куски моего мяса валяются на полу. Я плачу, проклиная все на свете. В моей голове, раздается треск стекла, наконец-то я отключаюсь.

Когда прихожу в себя, вокруг все та же черная пыточная. В руках белоголового, шприц.

— Что он мне вколол?

По телу струится жидкий огонь. И вдруг, все заканчивается. Боль уходит. В этот момент, в камеру заходят двое. Белоголовый, что-то говорит им и кивает в мою сторону.

Меня волокут по слабоосвещенному коридору.

Инкрипты остановились, перед прозрачной стеной. Яркий свет помещения, бьет мне в глаза. Я жмурюсь. Перед глазами мелькают мошки. Смутно различаю силуэты внутри.

Меня заносят и кидают на пол. Осматриваюсь, какое огромное помещение.

— Да здесь полно людей!

В большинстве своем, это женщины и дети. До меня доносится вонь. Вижу две огромных светлых тары, видимо, они заменяют туалет. Я пытаюсь повернуться и лечь поудобней.

Ко мне подходит белоголовый. Он присаживается рядом и говорит.

— В течение двух дней, все заживет. Скоро увидимся!

— Он знает наш язык. Зачем же тогда это все? — устало думаю я. Сил на эмоции, не осталось.

Инкрипт, разворачивается и выходит.

В дальнем углу начинается движение. Я вижу, как в мою сторону ползет женщина лет сорока.

— Помоги мне. — говорит она кому-то за спиной.

Я закрываю глаза. В этот момент меня начинаются крутить, как детскую куклу.

— Какого черта вы творите? — шиплю я.

— Тише деточка, тише. Сейчас мы положим тебя поудобней. — мужской голос говорит успокаивающе.

Открываю глаза, на меня смотрит мужчина с окладистой черной бородкой. Вижу на нем имперскую форму гражданской авиации.

— Пилот. — проносится в голове.

Не знаю, как должен работать препарат инкриптов, но меня клонит в сон. Уже засыпая, слышу, как к нам подходят еще люди.

— Господи, совсем ребенок. — нервно шепчет кто-то.

— Как же так можно?

Голоса затихают, я засыпаю.

Я сижу в пыточной, белоголовый перебирает инструменты.

Мне ломают, ментальный блок. Со мной говорят, но я не понимаю ни слова. В голове проносятся образы. В одном из них, я узнаю корабль, который видела, когда меня затянуло лучом. Почему-то голос и корабль, сливаются в одно. Теперь я говорю с кораблем. Он пытается мне что-то объяснить. Но мои мысли плывут. Все превращается в белый шум. Белоголовый выбрал инструмент и наклоняется ко мне.

Я просыпаюсь от собственного крика. Сердце бешено бьется, никак не могу успокоить дыхание. Пытаюсь приподняться, с удивлением замечаю, что руки и ноги почти слушаются. Меня удерживают.

— Успокойся, все хорошо.

Я лежу на полу камеры. Моя голова покоится на коленях какой-то женщины.

Приглядываюсь, та самая, что просила ей помочь. Она гладит меня по голове. Пытается успокоить, что-то говорит. Я не слушаю. Вижу, только, что её глаза расширенны от ужаса. Но она делает вид, что все хорошо и ободряюще мне улыбается.

— Карл, она пришла в себя. Иди скорее сюда.

— Очнулась, ну вот и молодец. — рядом садится мужчина-пилот и глядя на меня, начинает нервно потирать руки. Видно, что ему не по себе.

— Как же меня изуродовали. — проносится в голове.

— Ну, давай знакомится. Женщина, которая охраняла твой сон, Анна. Меня, как ты уже слышала, зовут Карл.

— Маша.

— Рады знакомству. — в один голос говорят они.

— Как вы здесь оказались? — спрашиваю я.

Повисла продолжительная пауза. Потом Карл заговорил.

— Я пилот гражданской авиации, с планеты Зарния. Пять дней назад, нам дали приказ на эвакуацию мирного населения. В наши обязанности, входило вывезти на орбиту, как можно больше людей и передать их на «Арнилы». - он опять замолчал, по лицу пробежала судорога. Пока он молчал, я пыталась вспомнить.

— Арнилы, Арнилы…. Знакомое название. Где-то я его уже слышала.

Меня осенило.

«Перед одним из боевых вылетов, полковник собрал команду из пяти человек и велел им ознакомиться с информацией, по новому, сверхгигантскому гражданскому конкорду. Меня включили в группу, как наблюдателя.

— Это на тот случай, если тебе придется заменить, кого-то из них. — хмуро сказал полковник и вывел информацию по конкорду.

— Проект «Арнил». Разработка Саливана. Служит, для перевоза гражданских лиц, сквозь световые туннели. Машина, вместительностью до шестисот тысяч человек. Шесть опытных образцов. Пилот испытатель — Харди, Том. Первые пять испытаний пр ошли успешно.

Дальше я погружаюсь в изучение характеристик корабля».

От размышлений меня отвлекает Карл.

— Почти все население планеты, было вывезено за четыре дня. Слава создателю. — Карл перекрестился. — В последнем вылете, нас ожидала засада. На орбите выстроилась флотилия инкриптов. Большую часть гражданских, удалось спасти. У нас на прикрытие были сознатели Харди. Меня подбили и те, кого я вывозил, попали в плен. — Карл мрачно хмыкнул.

— Скольких людей, ты вез в последний вылет?

— Десять тысяч. — он обводит взглядом помещение.

— Заметила, что их меньше? Каждые три часа, приходят инкрипты и забирают двоих, троих. Больше они не возвращаются. — он с силой сжимает кулаки, костяшки пальцев белеют.

Я встречаюсь взглядом, с мальчиком лет десяти. Он испуганно смотрит на меня, а потом начинает плакать. Русоволосая женщина кидается к нему и обнимает. Мальчик не успокаивается. Женщина в отчаянье смотрит на меня.

— Да, что же со мной сделали? — я отворачиваюсь.

— Помогите мне сесть.

Анна придерживает мне голову, пока Карл сажает меня, прислоняя к стене. В этот момент к нам подходит агрессивного вида троица. Двое мужчин и женщина с перекошенным от злобы лицом. Она, брезгливо морщась, смотрит на меня и говорит.

— Привет. Принимаете новичка?

— Что тебе нужно Сара? — устало, спрашивает Анна.

— Да так, ничего. Просто решила посмотреть, с кем это вы тут возитесь. Мне кажется, не стоит тратить на нее свои силы. Брось этот кусок мяса, где-нибудь в углу. Чтобы не портить настроение добрым людям.

— Уйди прочь! — вскакивает Карл. Он все еще сжимает кулаки.

Двое мужчин выходят вперед, прикрывая собой Сару.

— Да брось ты, Карл. Сара ничего такого не сказала. Просто выразила мнение большинства. Смотри, эта девчонка пугает своим видом детей. Макс, до сих пор успокоиться не может.

— Если бы моя воля, я бы отдал тебя под трибунал, как трусливую крысу, Тед!

— Ах, значит под трибунал. Так, что же ты всех нас подставил. Это из-за тебя мы сидим в этой вонючей клетке. — Тед кидается на Карла, но его вовремя оттаскивают Сара и второй мужчина. Вся троица с ненавистью смотрит на нас.

— Вернитесь туда, откуда пришли. — говорит Анна, вставая рядом с Карлом.

Я наблюдаю за ними, прислонившись к стене. Внутри по-прежнему ни одной эмоции.

В коридоре раздаются шаги. Мы, молча, поворачиваем головы и смотрим, как в камеру заходят двое инкриптов. Карл с Анной, садятся рядом со мной. Троицу начинает бить мелкая дрожь, и они пулей бегут в дальний угол камеры.

Инкрипты осматривают помещение и идут к мальчику, который до сих пор плачет. Его мать кидается им на встречу, пытаясь прикрыть собой ребенка. Неожиданно, ее руки опадают по швам, она замирает. Макс, так назвал его Тед, встаёт рядом с матерью. Они, следуют за инкриптами на выход. В камере наступает гробовая тишина.

Через два часа, в камеру заводят человека. Он стоит и оглядывается. На теле пара ссадин, но не более того.

Приглядевшись, я узнаю Алекса.

— Алекс, Алекс! — я встаю, опираясь на стену. Карл удивленно смотрит. Анна, что-то бормочет.

— Ну, привет! — говорю я ему, подходя ближе. Алекс мрачно смотрит в мою сторону, вдруг по его лицу пробегает волна узнавания. Она меняется на злость. Он подходит ко мне и кладет руки на плечи. Алекс старается смотреть мне в глаза, ни говоря при этом, ни слова. Так мы и стоим. Пока я не решаюсь заговорить.

— Я смотрю, покрошили на салат, только меня?

— Видимо так, меня оставили на десерт, а может на закуску. — улыбается он. Улыбка выходит натянутой. Мы опять молчим, и тут он выдает.

— Животные, проклятые людоеды! — его лицо, опять искажается от злости. Потом он берет себя в руки и нежно гладит меня по щеке.

— Как ты попался и сколько из наших уцелело?

— Все, кроме нас с тобой, насколько мне известно?

— Это хорошо, очень хорошо. Пойдем, присядем, я еще не успела восстановить силы. — он поддерживает меня, пока мы направляемся к Карлу и Анне.

— Как ты допустила, чтобы тебя сбили? Как, черт возьми, ты это допустила? — указывает он на мое тело. — И как, черт возьми, на тебе, все так быстро заживает? — Алекс, злобно смотрит на меня, будто я причина всех бед, навалившихся на галактический союз.

— Баш на баш. Рассказывай первый.

— Я пошел за тобой на перехват и меня слегка подбили, дальше нас с кораблем, захватил их луч.

— Так корабль цел и у них на стоянке.

— Да, а ты, что не чувствуешь?

— Если честно, сейчас я ничего не чувствую. Они, ввели мне какой-то препарат. От него все быстро заживает, но я теперь, обычный человек, почти…. Почему тебя не пытали?

— Не знаю. Когда, я в итоге вышел, они провели меня в одну из закрытых кают, где я и просидел все это время. Черт возьми, я не знаю! — закричал Алекс и ударил себя по колену.

В этот момент кто-то из пленных закашлялся. Я обратила внимание, что Анна и Карл смотрят на нас, открыв рты, ловя каждое слово. Карл, начал шептать Анне. Она не расслышала и наклонилась ближе. Тот ей прошептал, громче, чем того требовалось, что на руке Алекса татуировка шестого корпуса Харди. Анна непонимающе посмотрела на Карла. Тот начал объяснять, что это значит.

— Значит, мы, для них еда? — спрашиваю я, глядя на Алекса.

— Да.

В моей голове пролетают образы, как пленных выводят из камеры. Я представила, как людей разделывают на филе и прочую вырезку.

— Мы для них мясо. Они считают нас скотиной. Твари! — в моих глазах, задрожали злые слёзы. — Я не дам им сожрать нас! Надо бежать. — мой поток сознания, прерывает Алекс.

— О чем думаешь? — меланхолично спрашивает он. Спросил так, будто мы сидим в столовой нашего корпуса, и обсуждаем очередную неудачу инженеров или подопытной группы.

— О побеге.

— Излагай, у меня тоже есть парочка мыслей, объединим усилия.

— Белоголовый, который меня пытал, сказал, что я восстановлюсь, через два дня. Потом он вернется. Значит, у нас есть меньше суток на план. И сутки на побег.

— Значит, побег. — задумчиво тянет он, а потом резко меняет тему.

— Баш на баш, теперь твоя очередь. Ты должна мне рассказать, что случилось. Как тебя подбили, зачем пытали? Что они хотели узнать?

Я вкратце описываю Алексу, что со мной случилось. Он слушает не перебивая.

Краем глаза, замечаю движение справа. Тед, Сара и третий мужчина, двигаются в нашу сторону.

— О чем шепчетесь, голубки? — спрашивает третий.

— Сэм, погоди. Может они обсуждают, что-то интересное. Может, и с нами поделитесь?

Я мрачно смотрю на Теда.

— Какого…. — Алекс недоговаривает. Кажется, сейчас он кинется на этих двоих. У них, нет шансов, но все же.

— Тише, побереги силы. — я кладу свою ладонь ему на грудь, удерживая от броска.

— Эй, эй. Ну, что ты, малый. Мы же просто шутим. — говорит Сэм, гаденько улыбаясь. Сара с Тедом переглянулись и захихикали.

— Карл, ты нас не представишь? — Сара, игнорируя Анну и меня, в упор смотрит на Алекса.

— Сара, это Алекс. Алекс, это Сара, Тед и Сэм. — по очереди представляет троицу Карл.

— На самом деле, я сам не был представлен новоприбывшему. Так что… — Карл разводит руками и замолкает.

Алекс, устраивается поудобней.

— Так о чем болтаете, бойцы?

— Сэм, ну кто же так спрашивает. Надо повежливей. — Тед, улыбаясь, смотрит на нас.

— Не твое дело! — говорю я.

— О, глядите-ка, наша уродина заговорила.

— Тед! — охнула Анна.

— Что ты сказал, ублюдок?

Карл с Алексом, вскакивают одновременно.

— А что, я не прав? Просто констатирую факт. — Тед, хлопает Сэма по спине.

— Пошли вон, шакалы. А не то, я отделаю вас так, что мама родная не узнает! — Алекс угрожающе идет на них.

— А я ему помогу. — двигаясь за Алексом, говорит Карл.

— Мне кажется, нам лучше подойти попозже. — Сара взглянула на Сэма и Теда, и двинулась в противоположный угол камеры.

Когда они отошли, Алекс с Карлом вернулись назад.

— И что же ты предлагаешь? — Алекс, выжидающе смотрит на меня.

— Мне нужно подумать!

— Думай, только поскорее, до конца первых суток… — он замолчал, взглянув на часы, выставляя таймер. Потом продолжил.

— И так, до конца первых суток, осталось шесть часов. У тебя два часа, на размышления.

Я сидела в ярко освещенной, душной камере. Ужасно воняло испражнениями. Рядом, лежал Алекс, положив голову, мне на колени. Карл с Анной, заснули рядом, прижавшись, друг к другу. Вокруг была толпа женщин и детей. Я напряженно думала, анализируя все, что увидела на корабле инкриптов. Таймер на руках Алекса запищал.

Пора действовать.

* * *

— Алекс, твою мать, проснись уже. — я в который раз, ударила его по щеке, но Алекс упорно отказывался просыпаться. Растянувшись на полу, нашего славного каземата.

— Алекс! — я пнула его в щиколотку. И тут, он наконец-то очнулся.

— Доброе утро, малыш. Какого черта, ты так долго спишь?

— Какого черта, ты меня пнула? — потирая ушибленную конечность, спросил он.

— Люблю садомазо игры, на рассвете.

Алекс хмыкнул, потянулся и сел.

Наша возня, не осталась без внимания. Тед, Сэм и Сара, оказались рядом с нами. Мы с Алексом сделали вид, что их не заметили.

— Чтож, если ты проснулся, я оглашу тебе план действий на будущие сутки. Как ты уже, наверное, заметил, инкрипты ходят по своему кораблю без оружия. Я видела, как они выводят пленников, те не оказывают никакого сопротивления. Скорее всего, применяют, что-то сродни гипнозу. Люди просто впадают в транс и следуют за ними без сопротивления. Как я поняла, только у сознателей, есть возможность им сопротивляться. Когда меня пытали, белоголовый, пытался пробить мой ментальный блок.

— Пытки не пошли тебе не пользу, растекаешься мыслью по древу. — съязвил Тед.

— Что еще за ментальный блок? — удивился Сэм.

— Ты, что, в школе ничему не учился? — ткнув его локтем в бок, сказала Сара. Тот дернулся, задев Карла и Анну, от чего они проснулись.

Я продолжила, игнорируя всю троицу.

— Охранники придут за очередной жертвой, через час. Кто-нибудь спровоцирует драку, а когда инкрипты бросятся разнимать драчунов, в дело вступим мы с тобой и вырубим их. Думаю, Тед и Сэм, выступят в роли провокаторов. — я посмотрела на них, ожидая возражений. Они молчали.

— После этого, ты Алекс, расчищаешь нам дорогу. Я вывожу пленников. Корабли, в метрах десяти от нас. Поэтому….

— Откуда ты знаешь, что в десяти метрах? — перебила меня Анна.

— Знаю и все, придется поверить мне на слово.

Алекс, все это время молчавший, сказал.

— Мы не можем взять с собой всех пленных. Если допустить вариант, что мы берем их с собой. — он замолчал, обдумывая, что сказать дальше. — В общем, мы подвергаем себя, вводу в минус. Фактическая смерть.

— Мне плевать. Бежим либо все, либо никто. Я не хочу, чтобы они сожрали этих. — я мотнула головой, в сторону людей.

— Ты дура, мы не сможем сбежать, если они будут с нами. — закричала Сара. Анна, отвесила ей пощечину.

— Возьми себя в руки. Сейчас нет времени на истерики.

Сара отползла подальше от Анны, потирая щеку.

Я посмотрела на Алекса и сказала.

— Значит грош нам цена, как тактикам. Если мы не сможем всех спасти.

— Этого не может быть, я сижу с самой больной в мире пацифисткой в галактике. Похоже, они изуродовали не только твое тело, но и мозги. — закатив глаза, Сэм прикрыл их, рукой.

Я схватила подбородок Сэма и повернула в сторону кучки отчаявшихся людей.

— Посмотри на них и скажи, что мы постараемся сбежать, а их оставим здесь. Твоя совесть молчит? Ты сможешь оставить их здесь. Отличный ужин, будет у инкриптов. — я тыкала пальцем, по очереди перечисляя мясные достоинства того или иного человека. Алекс мрачно посмотрел на Сэма, потом на меня и сказал.

— Отличный план, тактик. Нужно обсудить детали и приступаем, через сорок минут. — посмотрев мне в глаза, он спросил.

— К тебе вернулись способности?

— Похоже на то.

— Ты чувствуешь мой корабль?

— Да, с ним все в порядке. У нас будет два корабля для побега, и мы сможем вывезти всех.

— Два корабля, откуда второй? Я же видел, как твой взорвался.

— Потом объясню.

Алекс приступил к инструктажу. Анне и Карлу было поручено, предупредить, всех.

— Люди должны быть готовы к выходу из камеры, а не жаться в страхе, как стадо баранов, не зная, что делать. Когда всем нужно будет уходить. — так сказал, Алекс, глядя на Карла. Потом он обратился к Теду.

— Все достаточно просто, у них всего один пост. Они настолько не ожидают нашего побега, что даже не выставляют дополнительной охраны. В охране всего два инкрипта.

Вы с Сэмом, изображаете драку. Мы с Машей, их вырубаем, когда они попытаются вас разнять. Напоминаю, оружия, у охранников нет. Они будут, использовать ментальное давление или гипноз. После того, как мы вырубим охранников, вы остаетесь здесь, я иду на расчистку дороги. Дальше мы проберемся в корабельный отсек, он недалеко. — тут он взглянул на меня, ожидая подтверждения. Я кивнула.

— Садимся на корабли и ходу. Вопросы есть? — все молчали.

Я встала, решив поразмяться. Ко мне подошел Алекс.

— Нервничаешь? — спросил он.

— А ты?

— Есть немного. — потирая шею, ответил он.

Я спросила.

— Может убить Теда? По-моему он паук. Не отходит ни на шаг, с момента нашего появления в камере. Все пытается подслушать.

— Согласен. Но нет, слишком поздно, иначе, не сможем сбежать. Все уже спланировано. — он замолчал.

— Хорошо. — я посмотрела на дверь. В коридоре послышались шаги.

— Если ты готов, то нам пора начинать наше шоу.

— Я готов.

И началось….

Нам нужен был фарс, и мы его получили. Тед с Сэмом, валяли друг друга по полу. Иногда брызгая слюной и пуская немного крови, для убедительности. Остальные пленники, не зная, об этой части плана, начали кричать. Кто-то, даже попытался разнять драку. Но был безжалостно отброшен в сторону. Охранники, увидев, что твориться в камере, позабыв обо всем, кинулись к дерущимся. И тут, в дело вступили мы. После короткой, но жестокой схватки, инкрипты, грудой мусора, валялись на полу. Алекс переоделся в одежду одного из охранников, Та утянулась, подгоняясь под фигуру.

— Ну, надо же, как удобно. — хмыкнув себе под нос, Алекс выскользнул из приоткрытой двери.

Дорога, до корабельного отсека, была расчищена, за пять минут. Он вернулся за нами.

Дальше мы вывели пленников из камеры, и двинулись к кораблям.

Истребитель Алекса был готов, как говорится, рычаги на старте.

— И где же второй корабль? — озираясь по сторонам, спросил Алекс.

— А вот он! — я махнула рукой, в сторону белой, эллипсоидной капсулы.

— Твою мать, как ты планируешь увезти пять тысяч человек, на этом? — он смотрел в сторону корабля инкриптов. Лицо его потемнело от гнева. — В мой корабль, от силы, четыре человека влезут, и то, если сильно трамбовать. Ты подставила всех нас!

— Успокойся, тут есть два стыковочных отсека. — я показала в сторону черных кубов, которые стояли в сторонке.

— Откуда ты знаешь, что это?

— Черт, Алекс, нет времени это обсуждать, садись и выпускай на тросе АЗ-23. Я пока заведу людей в кубы.

Бежавший рядом Сэм, спросил.

— Что за АЗ-23?

Мы с Алексом ответили хором. — Аппарат зацепления.

Кубы распахнули двери, людей разделили поровну и завели внутрь. Мы с Алексом, остались снаружи. Каждый пошел к своему кораблю.

— Осталось всего-ничего. — пробормотала я, залезая в рубку корабля инкриптов.

Глава 13

Такого корабля я еще не встречала. Он был уникален и в своем роде прекрасен. От него, волнами исходила энергия покоя и уверенности. Необычный корабль.

Я вспомнила, как мы первый раз слились. Я сидела и разглядывала свою кровь на полу пыточной. Белоголовый сделал перерыв. И тут в мое сознание, сознание закрытое ментальным блоком, постучали.

Кто-то просился войти, как гость ждет, когда его впустит хозяин. Это было сродни, моей первой встрече с кораблями космопорта. Отдаленно, но похоже. И я подумала, а что я, собственно говоря, теряю, и рискнула. Сознания слились. Мы изучали друг друга.

— Что ты такое? — спросил меня холодный голос.

— Человек.

— Как интересно. Какого ты пола?

— Женщина.

— Еще интереснее. Кстати, меня зовут Хатер.

Беседа прервалась, белоголовый, снова приступил к процессу. Пока меня пытали, я постоянно чувствовала присутствие чужого сознания.

— Боишься? — спросил голос, в очередной перерыв между пытками.

— А ты?

— У меня нет для этого оснований. Я далеко и мне не причиняют боль. Странно, что твоё тело, выдерживает наши пытки! — голос выражал такой восторг, будто впервые ощущал эманации боли. Он опять замолчал. А меня поволокли в камеру.

Когда я обдумывала план побега, Хатер заговорил снова.

— Могу предложить идеальный вариант?

— Откуда мне знать, что это не ловушка? — устало, спросила я.

* * *

— Осталось всего-ничего. — я прошла в рубку корабля. Ни одной знакомой приборной панели, ничего. Горящие точки в пустоте и все.

— И как тобой управлять?

— А никак. Я сам поведу. Задавай курс.

— Все будет хорошо, все будет хорошо. — повторяла я себе.

— Меня так умиляет, как ты себя успокаиваешь. Есть в этом, что-то человеческое.

— Ты забыл, что я и есть человек!

Хатер засмеялся. — Задавай курс.

Я продиктовала навигационные параметры.

— Готово, камрад.

Удивительный корабль. — И у кого только слов таких нахватался?

— Ну, уж точно, не у тебя. — холодно ответил Хатер.

Я наблюдала затем, как Алекс, присоединяет один из кубов.

В этот момент, в отсек забежало инкриптов двадцать, во главе был белоголовый. Они были вооружены. Я вспомнила, одну из сводок полковника, с характеристиками оружия противника. В руках инкриптов, были квартоны.

— Опасные штучки у них в руках. Уничтожат мое тело, за три наносекунды. Не останется даже пыли. Хатер, сможешь связаться с кораблем Алекса?

— Секундочку. Готово.

— Алекс, прием, слышишь меня?

— Маша, прием, как ты? Готова к взлету?

Проигнорировав его вопросы, я сказала.

— Посмотри влево. Там пасется стадо инкриптов. У них в руках квартоны. Скорее пробивай обшивку! — я не поняла, что он мне сказал. Ответ сопровождали помехи. Сплошные хрипы и трески.

— Повтори, я не слышу.

— СВН не справляется, система перегружена. Мне нужно пять минут. — прокричал Алекс.

— Я что-нибудь придумаю. Постараюсь выиграть время. — отключив связь, я обратилась к кораблю.

— Хатер, у тебя есть оружие?

— Есть, но его использование, противоречит моим принципам. Я не могу действовать во вред своим.

— Ты уже начал действовать им во вред, помогая мне.

— Ох, и умная же ты баба, умеешь уговаривать. — корабль, дал залп. Белая вспышка, пронеслась в сторону белоголового и его сопровождения. Корабль содрогнулся от выстрела, меня подбросило на метр вверх. Приземлившись на пятую точку, я попыталась проанализировать травмы. Выходило не очень. В голове всё гудело, копчик дико болел.

— Хатер, потише ты, не дрова везешь. — простонала я.

— Дрова, что это? — спросил корабль, в этот момент в нас полетели ответные выстрелы.

— Потом объяснишь. Пристегнись, сейчас пойдет потеха.

У приборной панели, появилось кресло. Потирая ушибленные конечности, я забралась в него.

— Ну и где здесь ремни? — из-под сиденья и спинки кресла, вылезли прозрачные пластины.

— Эй, Кхан, посмотри, что у меня, для тебя есть. — весело крикнул Хатер. Белоголовый, окутанный золотистым защитным полем, посмотрел в сторону корабля-капсулы.

— Так вот, как его зовут. Если эта тварь выживет… — я не успела додумать, что будет если. Раздался оглушительный треск, Алекс пробил обшивку линкора, нарушив герметичность отсека, и стартовал. Мы последовали за ним. Погони не было. Хатер молчал. Через час, я отстегнула пластины безопасности и встала. Побродив по кокпиту, я нашла некое подобие зеркала. Одна из боковых панелей, имела отражающую, серебристую поверхность. Скинув одежду, я с ужасом, осмотрела себя.

Все тело, исполосовано жуткими шрамами. Нос перебит в двух местах. Нет левого уха. На правой ноге, не хватает трех пальцев. Смотрю на себя в зеркало и не верю, что это я.

— Не хочу в это верить. Просто не хочу. — обхватив плечи руками, я села на пол и завыла. Меня трясло. Не знаю, сколько я так просидела. Раздалось тихое покашливание.

— Ну что тебе? — с ненавистью выкрикнула я.

— Хочу заметить, что ты в гораздо лучшем состоянии, чем была в момент нашего первого общения. Поэтому не вижу, особых причин, для такой истерики. Могла бы быть и повежливей, я все таки спас твою жизнь. А если углубиться в детали, не только твою.

В конце концов, я могу тебя починить, придать исходную форму, так сказать.

— Что?!

— Я говорю, могу тебя восстановить.

— Как?

— О, это достаточно просто. Суть в том, что я оснащен самыми передовыми технологиями нашей расы. В медблоке, есть восстановитель. Грубо говоря, с тебя снимают слепок. Этот слепок, анализирует система и выявляет все недостатки. Далее, задаются параметры восстановления и вуаля.

— Я поняла, трансдукция, репликация и все такое.

— В целом да. Рад, что ты знакома с этими понятиями. Откуда знаешь?

— Да так, в школе проходили, в общем курсе ДНК.

— Занятно.

— Ага. Почему, ты мне помогаешь?

— Мне просто скучно, я подумал, что это будет интересно.

— Прости и спасибо! — буркнула я, смотря себе под ноги.

— За чтооо? — наводяще, спросил он.

— Я была не права, когда кричала на тебя. И ты действительно, всех нас спас. Я проявила неуважение и очень об этом сожалею.

— Ладно, забыли. Ну что старушка, пойдем тебя лечить?

— Пошли старичок. Только, мне бы путь к медблоку указать. — сказала я одеваясь.

— Ну конечно. Следуй за волшебным клубочком.

— Ты издеваешься?!

— Я пошутил. Иди прямо, потом налево. Затем два поворота направо и перед тобой желтая дверь. Это и есть медблок. Встретимся там.

— Встретимся? Как мы встретимся? — я вышла из рубки управления.

— Кто проектировал этот корабль? — ни одной комнаты, сплошные коридоры, повороты и все. Я подошла к желтой двери, та плавно отъехала в сторону. Внутри ничего нет, пустая белая комната, обитая мягким волокном. Больше похожа, на комнату, для буйнопомешанных.

— Ну, наконец-то. А я уже заждался. Раздевайся и ложись на эту плоскость.

Пока я снимала с себя одежду, из стены выехала поверхность размером два на два. В правом углу, появилась огромная зеленая колба, похожая на душевую кабину.

— Ты что, издеваешься? — голос Хатера, задрожал от возмущения.

Я остановилась, растерянно глядя по сторонам, пытаясь понять, что же я сделала не так.

— Снимай одежду полностью. Честное слово, и как вас лечат?!

— Ну, знаешь! Я тебе потом расскажу. И даже покажу, если захочешь.

— Очень захочу, очень. Такой материал, для исследований. Давай, пошевеливайся.

Кинув свое белье, к валяющейся на полу полетной форме, я легла.

В течение минуты ничего не происходило. Как-то не по себе, лежать вот так, голой, на прозрачном столе или что, это такое. Потом раздалось жужжание и мое тело, от кончиков пальцев, до корней волос, покрылось тягучей, желеобразной массой.

— Не шевелись! — строго сказал Хатер.

— Да где уж мне. Странно, что я еще дышать могу. Эта слизь затекла мне в ноздри.

— Не переживай, это особое углеродное волокно. Ты в нем не только дышать, ты в нем, все что угодно делать сможешь. При желании, можешь даже в туалет сходить.

— Нет, спасибо, я, пожалуй, воздержусь.

— От дыхания?

— От туалета! — хотя про туалет, стоит уточнить, попозже.

— Начинаю сканирование. Пять, четыре, три, два, один. Готово. Вылезай и иди в гарнтун.

Желе, покрывавшее мое тело, начало испаряться. Я слезла, прозрачный стол, уходил в стену.

— Куда идти?

— В зеленую душевую кабину. — весело ответил Хатер.

— Вот скажи, ты хоть на какое-то время, вылезаешь из моей головы? — спросила я, идя к гарнтуну.

— Неа, и пока не планирую.

— Мда. Тогда, устраивайся поудобней, и чувствуй себя, как дома!

— Почему, как дома? Твой мозг, по определению не может быть моим домом. И я бы не сказал, что в нем может быть удобно. — голос Хатера, стал серьезным.

— Это была шутка. Меня, ты, под целой лавиной своих погреб.

— Шутка. — передразнил он меня. — Топай уже.

— Да топаю, топаю. — я залезла в гарнтун. Появился желтоватый дым.

— Начинаю процесс восстановления. Восстанавливаю костные ткани. Четыре, три, два, один. Готово. Восстанавливаю дерму. Три, два, один. Готово. Восстанавливаю эпидермис. Пять, четыре, три, два, один. Готово.

Дым исчез, я вышла. Взглянула на свои руки, никаких шрамов. Взглянула на ноги, все пальцы на месте.

— Можно тебя попросить?

— Да, конечно. Все, что пожелаешь, в пределах разумного. Но планеты я не уничтожаю.

— Остряк. Есть зеркало?

— Секундочку. Вот. Любуйся. Как по мне, так славная работа. Хотя, я бы убрал с тебя, эту наскальную живопись. Но, думаю, ты была бы не очень довольна.

— Ты прав. Была бы не очень… — я не закончила свою фразу. Из противоположной стены, появилась зеркало. Я шла к нему не торопясь. Было страшновато, мало ли, что во мне наменял, этот чудо корабль.

— Да ничего я не менял. Так, улучшил жизненные показатели и привел твое тело в норму.

— Ты перестанешь?

— Сама разрешила быть, как дома и чем-то недовольна.

— Это была шутка. — я стояла перед зеркалом и не могла поверить своим глазам. Ничего, никаких шрамов и увечий. Все на месте. Даже татуировки целы.

— И ни какая, не наскальная живопись. Чудо, просто чудо! — я крутилась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон.

— Не чудо, а наука. Да хороша, хороша. Может, уже оденешься?

— То раздевайся, то одевайся. Вам, мужикам, не угодишь.

— Откуда знаешь, у тебя даже парня не было. — ядовито заметил Хатер. — К тому же, на мой вкус, ты больно тощая.

— Как-то плотоядно, ты это говоришь. — я поежилась, вспоминая сказанное Алексом в камере. Хатер, подтвердил это, в одну из наших первых бесед. Решила не развивать темы.

— Ты сам сказал, хороша. К тому же, парень, рано или поздно появится. Если мы, конечно, доберемся, до своих. — сказала я и пошла одеваться.

— Поправочка, до твоих. С кем связался! Не понимаю, как тебя допустили до боевых вылетов. Твой гормональный фон, просто зашкаливает. Тебе о парнях, думать, в последнюю очередь нужно!

— Ты случайно с моей бабулей не знаком?

— Нет. А в чем дело?

— Да так. Очень похоже на нее. — я изобразила голос бабушки и процитировала. — Маша, запомни, вначале учеба, потом мальчики. Вначале полеты, потом мальчики. Вначале бла-бла-бла, а потом уже мальчики.

— Что такое бла-бла-бла?

— Художественный прием, который в данном случае, служит аллегорией. Просто забыла, что она мне еще перечисляла, что следует делать, прежде чем….

Хатер меня перебил.

— Да-да, я понял. Можешь не уточнять. Я считаю, что твоя бабушка была права.

— Ой, только не надо нотаций. Жить мне тоже, когда-то нужно. Я с двух лет, только и делаю, что учусь. Хотелось бы, побыть обычным подростком, хоть раз в жизни.

— Знаешь, я тут читаю отчет по твоему восстановлению. Это дурдом какой-то! Дольше всех, восстанавливается эпидермис. Прихожу к выводу, что у людей, очень атавистичное строение.

— Мне казалось, у нас с вами, схоже физическое строение.

— Только в плане репродуктивного цикла. В остальном, мы совершеннее. Мне пришлось ускорить твое восстановление и повысить болевой порог, в пять тысяч раз. Иначе, на все, ушло бы не менее двух суток. Кстати, пока тебя сканировал, взял на анализы парочку твоих генов. Ты же не возражаешь? Заодно выясним, почему только ты, можешь сливаться с моим сознанием. Удивительная аномалия, просто удивительная.

— То есть, а Алекс и остальные люди?

— Я могу их считывать, но вот сливаться, нет. Любая попытка, причиняет им, нестерпимую головную боль. В общем, сплошные страдания и никакого толку. С тобой иначе, с тобой у нас симбиоз. Так, что насчет анализа твоих генов, ты не возражаешь?

— Будто тебе есть дело, до моих возражений. Низшая форма жизни, не проявляет протеста. — я изобразила поклон и продолжила одеваться.

— В целом, ты конечно права. Я из вежливости спросил.

— Мог бы из вежливости спросить, до того, как взял парочку моих генов на анализ. — съязвила я, натягивая кофту. — Да и толку тебе от моих генов. Наши ученые, так и не выявили, какие пептиды, отвечают за мои способности.

— Лабухи, ваши ученые. Иди в рубку.

— Ага.

Я вошла в кокпит. — Хотела спросить. — сказала я, присаживаясь в кресло. — А куда можно, эм, вырабатывать отходы моей жизнедеятельности? Да и помыться хотелось бы. У меня до сих пор, ощущение желе на теле.

— Это невозможно, углеродное волокно, испаряется за минуту. Санузел, вторая дверь, справа по коридору. Не хочешь, сменить свои лохмотья?

— Если есть такая возможность, то, да. Только не подглядывай за мной, пока я в душе!

— Ты шутишь? Что может быть интересного в примате, семейства гоминид?

— Вообще-то, это была ирония. Но Вы сударь, говорите обидно. — и я пошла на поиски санузла.

* * *

— Вторая дверь, ага. Все-таки интересно, кто проектировал этот корабль. Двери появляются из ниоткуда. Коридоры меняют цвет. Кто бы говорил, про дурдом! — войдя в комнату, я увидела, ванну, больше похожую на маленький бассейн. Душевую кабину и туалет.

— Первым делом, туалет!

Сделав свое черное дело, я встала и уставилась на унитаз, как баран, на новые ворота.

— Ну и где тут слив? — осмотрев бачок, вдоль и поперек, нашла прозрачный рычажок спуска, на задней стенке.

Раздевшись, я прошла в душевую кабину.

— Как он включается? — передо мной появилась выдвижная панель, с тремя цветными кнопками.

— Хорошо, что их всего три! — нажала на красную, появился душевой кран, и пошла горячая вода. Нажала на синюю, напор стал сильнее, а вода прохладнее. Отлично, красная, синяя, все понятно.

— Какая ирония, красная — горячая, синяя — холодная, Хатер, точно из моей головы это взял. Так, а за что, у нас отвечает желтая? — нажав на желтую, я заорала, подпрыгнула и пулей вылетела из кабины.

Чуть не растянувшись на полу, я посмотрела назад. Вода заливала пол, переливаясь, через низкий порог душевой. Внутри, со всех сторон, били струи воды, радиусом в шесть сантиметров каждая.

— Сука, лупит, как из брансбойта! — потирая занывший бок, выдала я.

— Точно проделка Хатера! — я нырнула обратно в кабину, избиваемая жесткими струями воды и нажала на желтую кнопку. Все прекратилось. Теперь, вода шла, только из душевого крана. Справа появилась панель с двумя тюбиками и зубная щетка.

— Надеюсь это шампунь и зубная паста, а не взрывчатка или еще, какая-нибудь хрень!

* * *

— Как помылась?

— Твоими молитвами! В целом, отлично. Спасибо за костюмчик.

— Рад, что пришелся впору. Хочу заметить, что ничего нового я не увидел. Твое тело, не изменилось, после восстановления. Все, что можно и нужно, я разглядел, когда ты крутилась перед зеркалом. Хотя, процесс испражнения…. - и он заржал.

— Ну, это уже слишком. Знать бы, где его рожа… — не закончив мысль, я сказала.

— Кстати, спасибо тебе за незабываемый водный массаж!

— А, это. Всегда, пожалуйста. Так и знал, что тебе понравится. Я был уверен, что ты нажмешь на желтую кнопку.

— Проверяешь мои рефлексы, как на собаке Павлова? — потирая урчащий живот, я подумала, есть ли еда, на этом «гостеприимном» корабле.

— Вот чего нет, того нет. Сядь на кресло, я вколю тебе тепловые калории. Конечно не еда, но чувства голода пройдет. Одна доза, действует в течение трех суток.

— Опять копаешься в моей голове.

Хатер не ответил.

Я прошла и села на кресло. Из боковой ручки, показался ряд десятимиллиметровых иголок. Закатав рукав, я поморщившись, положила на них руку.

— Хм, надо же, совсем не больно. Как там поживают мои аборигены?

— Ты о ком? — непонимающе спросил Хатер.

— Я про пленных в кубе.

— А, сейчас покажу. — он вывел на экран пространство куба. Оно делилось на три помещения. Общая спальня с трехъярусными кроватями, столовая и совмещенный санузел человек на двадцать. Перед глазами вспыхнул второй экран, отражая пространство другого куба.

В большинстве своем люди спали, кто-то находился в душевой, некоторые были в столовой.

— А неплохо у вас все устроено. — наблюдая за людьми, заметила я.

— Ага, специальная разработка, для переброса наших войск, через гипертуннель. Предусмотрено все, что необходимо.

— А у них, как я погляжу и еда есть. — задумчиво пробормотала я.

— Пойми, этот корабль, рассчитан, только на одного. И это, я. Меня вполне устраивают тепловые калории. Нет распада, нет необходимости в выводе отходов пищеварительного тракта.

— Ладно, ладно, я просто заметила. Никаких претензий, я все понимаю. — мой взгляд, привлекло движение в одной из столовых. Знакомая троица, окружила стол с двумя молодыми женщинами и что-то им говорила. Выражение их лиц, не предвещало, ничего хорошего.

— Звук включить сможешь? — обратилась я к Хатеру.

— Конечно, сейчас.

Рубку заполнил общий гул голосов, спящего дыхания, струй воды.

— Хатер, как вывести звук, в районе нужного мне объекта?

— Погоди, сейчас настрою.

Пока Хатер, колдовал со звуком, я смотрела, как Сара, приставила нож, к лопатке одной из сидящих женщин. Лицо женщины выражало испуг, вторая старалась ни на кого не смотреть, уткнувшись в поднос с едой. Сэм и Тед, довольно ухмылялись, периодически оглядываясь по сторонам.

— Немного изменил настройки, теперь все просто, даже, для человека. — весело сказал Хатер.

— Ну, совсем идиотами, нас тоже считать не стоит. Помнится, ты сам сказал, что вы, уже год победить нас не можете. Твои шуточки, на тему нашего происхождения и общего развития, начинают приедаться. Советую разнообразить свой репертуар.

— Ну не год, а одиннадцать месяцев и четыре недели. К тому же, мы вполне удачно, скрывали от людей, свои нападения, до последнего момента. Ладно, постараюсь сдерживать, мое растущее чувство юмор. Подумать только, мне указывает примат! — голос Хатера, стал трагическим. Я рассмеялась.

— Понравилась шутка? — радостно спросил он.

— Да, иногда у тебя есть очень удачные. Надо взять на вооружение. Мы отвлеклись. И так, звук?

— Точно, в общем, выдели и увеличь объект до необходимого предела, обведя радиус и нажми на центр.

Выделив столовую второго куба, я увеличила изображение и нажала на центр. То, что я услышала, мне совсем не понравилось.

— Разве я тебе не говорила, что едой нужно делиться? Отвечай.

Сара дернула женщину за волосы. Отчего, шея той выгнулась, а голова дернулась из стороны в сторону.

— Прости, я больше так не буду. — проблеяла она.

В разговор, вступил Тед.

— Ну конечно не будешь. — ласково сказал он. — Если не хочешь, чтобы ночью тебя порезали. А может отдать тебя Сэму или еще кому? Сэм, как она тебе?

— Ничего так. — мерзко ухмыляясь и пристально разглядывая женщину, сказал он.

— Пожалуйста, не нужно. Я обещаю, я больше так не буду.

Я отключила звук. Задумчиво постукивая указательным пальцем правой руки, по верхней губе.

— О чем думаешь?

— Ты и так знаешь?

— Ну… — Хатер замялся и замолчал.

— Ну?

— Тебе так не нравилось, что я копаюсь у тебя в голове. Что я решил пока оставить твои мозги в покое. К тому же, ты иногда закрываешься.

— Закрываюсь?

— Я еще на линкоре заметил, что стоит тебе сосредоточиться, я не могу тебя читать. Связь неполная. Эмоции чувствую, а в остальном…

— В остальном?

— Только когда расслабляешься. В эти моменты, твое сознание, полностью открыто, для меня. Я пока не разобрался, как ты это делаешь. У тебя, что-то вроде природного защитного поля, ты экранируешься. Тебе, по сути, даже не нужен ментальный блок. Исходя из того, что я уже исследовал, это врожденная способность. Только пока, ты не умеешь ею пользоваться. Защитные механизмы включаются рандомно.

— Вах-вах-вах, так это не ты оставил мои мозги в покое. Это они, тебя выкинули. — довольно сказала я и потянулась.

— Получается, что так. Я смотрю, ты довольна.

— Ага, очень.

— Так о чем думаешь.

— Я думала об устройстве куба. Там же должен быть карцер?

— Карцер есть. — подтвердил Хатер.

— Есть шанс, поместить туда этих. — я кивнула в сторону изображения выведенного на экран.

— Гипотетически, есть. Практически, нет.

— Поясни.

— Дело в том, что куб был рассчитан на внутреннее управление, без любого внешнего вмешательства. Это военная разработка. Предполагалось, что в случае проблем, старший по званию, сам урезонит кого нужно. Свои, то есть наша раса, могут их видеть, слышать, но не более того. Защита, от любого нападения или вторжения. По факту, существа находящие в кубе, могут автономно жить в нем, без опасности, для себя, в течение трех лет.

— Значит, без приглашения, нам не войти?

— Нет.

— Печально.

— У нас никогда не наблюдалось проблем с дисциплиной. Слишком серьезные за этим следуют наказания. Никто из инкриптов, не будет рисковать своей сохранностью, ради бессмысленного бунта.

— Зачем же тогда карцер?

Хатер не ответил.

— А как же ты? Рискуешь собой ради человека, логике не следуешь.

— Я ученый, мне можно. К тому же, от меня никто этого не ожидал. Видимо я бунтарь.

Меня позабавили его слова и я улыбнулась. Потом перевела взгляд на изображение столовой и спросила.

— Если жизнеобеспечение куба рассчитано на три года, какого черта они творят?

— Ты у меня спрашиваешь?

— Нет, мысли вслух.

— Многие у вас к этому склонны?

— К чему?

— Вслух размышлять. Это опасная привычка!

— Не знаю, не проводила сравнительного анализа. Надо было этих тварей убить еще до побега.

— Какая ты кровожадная.

— Что поделать. — я развела руками. — Впитала с молоком матери.

— Ты меня умиляешь. Такая лапочка, когда думаешь об убийствах.

— А ты меня. Скажи, ты всего-этого, понахватался, пока изучал мозги пленных?

— Всего-этого, это чего?

— Ну, слов, шуток, общих выражений.

— Я изучил ваш язык и знания, впитал мыслеобразы и чувства. Все проанализировал и вывел производную, допустимую, для оптимального общения.

— Понятно. Свяжи меня с Алексом, пожалуйста.

— Будет сделано, камрад. Алекс на связи.

— Алекс, привет. Как ты там?

— Отлично, сама как?

— Неплохо. — в этот раз, связь была, почти идеальной. Никаких помех.

— Маша, ты обещала рассказать про кубы и откуда все узнала. Как мы смогли сбежать? Что с людьми в кубах?

Я открыла рот, чтобы рассказать Алексу о произошедшем с момента нашего побега. И в этот момент, вклинился Хатер.

— Если хочешь услышать мое мнение, я бы ему ничего не говорил. Исходя из того, как функционирует мозг вашей расы, у тебя возникнет много проблем.

— Хм, возможно ты прав. Пожалуй, преподнесу ему, упрощенную версию.

— Маша, ты меня слышишь? Маша? Прием!

— Прием, Алекс. Видимо связь пропадала.

Хатер весело заметил. — А врать не хорошо.

— Слушай, будь другом, помолчи.

— Ладно, ладно. Ври дальше.

Я исказила большинство фактов и преподнесла их Алексу. Тот сделал вид, что принял, все за чистую монету.

— И так. В сухом остатке, люди живы, мы целы, почти. — Алекс замолчал, видимо вспоминая меня. Чтобы не возникло, еще больше вопросов, я решила повременить с радостным известием, о восстановлении моего облика.

— Следуем заданному курсу? — спросил он.

— Да, следуем в квадрант пять, седьмого сектора. Наши, должны патрулировать там, в течение трех недель. К тому же, у нас не хватит топлива, добраться куда-либо еще.

— Согласен. Выходим на связь раз в сутки.

— Принято.

— Маша?

— Да.

— Я рад, что ты жива!

— Спасибо.

Алекс отключился.

* * *

Шла вторая неделя полета.

Я периодически наблюдала за происходящим в кубах. Бесчинства Теда и Сэма, вызывали волну отвращения. Руки так и чесались, чтобы задать им хорошенькую трепку.

Но я была бессильна, что-либо сделать. Оставалось, только смотреть.

— Хатер, ты записал?

— Да, как ты и просила.

— Отлично. Надеюсь, эти трое, попадут под военный трибунал.

— Ты же говорила, они гражданские.

— Гражданские. — подтвердила я. — Но в случае военных действий, они попадают под седьмой указ, пункта D, общего свода правил при атаке противника.

— Можно поподробнее?

— Что, опять закрылась?

— Ага.

— Суть в том, что гражданские, находящиеся в открытом космосе, на военном корабле, считаются автоматически принятыми в ряды нашей славной и великой. То есть, каждый, кто находится в кубе, по факту военнослужащий. А тот, кто подрывает дисциплину….

— Хочу обратить твое внимание, что куб, боевая единица вашего фактического противника.

— А вот про это, в указе, ничего не сказано. Так, что сам понимаешь.

— А то!

Глава 14

— Маша, проснись. Мои радары засекли ваши патрульные катера. Находятся в десяти километрах от нас. Кстати, ваши катера, нас тоже засекли и берут меня под прицел.

Потирая глаза, я спросила.

— Ты можешь с ними связаться?

— Могу, и уже передал информацию, что я мирный корабль. Сигнал приняли, но ответа не последовало, после этого меня и взяли на прицел. Кажется, будут стрелять. — весело заметил Хатер.

— Не вижу повода, для веселья. Они разнесут нас на куски. Свяжи меня с Алексом.

— Сейчас. Алекс на связи.

— Спасибо. — поблагодарила я корабль и обратилась к Алексу.

— Алекс, наши патрули, в десяти километрах. Попробуй с ними связаться. Объясни, что мы везем гражданских. Они не отвечают на сигналы, с моего корабля.

— Сейчас свяжусь. Как хорошо, а то у меня горючее на исходе. — Алекс отключился.

— Хатер, свяжи меня с патрулем.

— Связь установлена, можешь пообщаться.

В этот момент, в нас полетели залпы боевых орудий.

— Я конечно выставил силовое поле, но если они и дальше так продолжат, то долго мы не продержимся.

— Учту. — только и сказала я.

Рубку корабля заполнил треск и шум голосов.

— Прекратить огонь, прекратить огонь. На корабле гражданские с Зарнии-2. Кораблем управляет Мария Штерн, пилот номер двадцать восемь, шестой корпус имперских ВВС, сектор десять. Нахожусь под командованием Тома Харди.

— Ваш корабль, находится в зоне боевых действий. По всем параметрам, это корабль инкриптов. Мы передавали вам сигнал, Вы обязаны сменить маршрут. Почему Вы ему не последовали?

— Прекратить огонь. — услышала я голос полковника.

Связь прервалась, толи Хатер отключил, толи наши заблокировали.

— Слушай, а они злые, смотри, как по нам стреляли. — Хатеру было весело. Видимо он ничего всерьез не воспринимает. Хотя чему удивляться, он же просто машина.

— Стреляли по тебе! Считают, что мы их атаковали. Ты же не прислушался, когда они сказали следовать их командам и сменить маршрут.

— Никакой атаки не было, мы просто летели заданным курсом. Не вижу причин его менять или выполнять бессмысленные требования.

— Я тебя умоляю, перестань, нам еще предстоит стыковка. Если нас не уничтожат раньше. Они еще могут передумать!

— Будь со мной нежнее. — только и ответил Хатер.

— Куда уж нежнее, ты не вылезая, торчишь в моей голове. Знала бы, как тебя выгнать, давно бы это сделала. Да еще и под удар подставил.

— Ошибаешься, а про голову, так могу научить. — хмыкнул Хатер и замолчал.

— Ты разобрался, как выставлять защиту?

Но он ничего не ответил. Остаток пути, мы провели в тишине.

Боевые корабли галактического союза, сопровождали нас до Земли.

* * *

— Швартовка завершена.

— Нужно объяснить людям, как открыть кубы.

— Сейчас. — неохотно отозвался Хатер.

— Понимаю его, мне бы тоже не понравилось, открывать военные секреты своей империи, в случае союза с другой расой.

Я наблюдала, как нас окружают инженеры, пилоты, военные.

Все с интересом разглядывали кубы и корабль-капсулу инкриптов.

Двери кубов, открылись одновременно. Находящие снаружи люди напряглись, возводя стволы к верху. Кто-то дал команду отбоя, стволы опустились вниз. Все с облегчением вздохнули, увидев первых простых людей. Гражданских, выходящих из открытых дверей.

Их выстраивали в шеренгу по трое. В первых рядах, я увидела Карла и Анну. Он радостно улыбался, смотря на своих. Пилот гражданской авиации, сбежал из плена и вернулся на родину. Его окружают люди. Похожие эмоции, читались на лицах, всех выстраиваемых.

В течение двадцати минут, всех построили и вывели из ангара.

— Оперативно работают. — заметил Хатер.

— Угу.

— Ты так и будешь здесь сидеть?

— Не хочу затеряться в толпе. — буркнула я.

— Ага, ну понятноооо. — протянул Хатер. — Ты просто боишься. Можешь не отрицать, я чувствую твои эмоции. К тому же, наблюдается легкий тремор конечностей, ускоренное сердцебиение. Мне продолжать?

— Может и боюсь, если только чуть-чуть. — признала я.

— Ну, да, только чуть-чуть. — передразнил он меня. — Толпу, только что вывели. И все выжидающе смотрят на корабль. У меня ощущение, что они раздевают меня глазами. — Хатер засмеялся. Я улыбнулась.

— Умеешь ты подбодрить.

— Ну, да, для чего же я тогда тебя спас. Моя цель, подбадривать и….

Я не дала ему закончить фразу. — Хватит издеваться!

— Тогда вылезай! Сколько можно тут сидеть и трястись, как мышь под стеклом.

— Как мышь под метлой. — поправила я.

— Учту. Вылезай! О, смотри, справа по курсу, твой друг Алекс.

Я посмотрела вправо и увидела Алекса, рядом с ним стоял Том.

Алекс, что-то говорил, полковнику, бурно жестикулируя, указывая на корабль-капсулу.

Лицо полковника Харди, мрачнело с каждой секундой.

— Говорят о тебе. Хочешь, включу звук?

— Нет, спасибо. Я примерно, догадываюсь, о чем идет речь.

— Тогда вылезай!

— Ладно, ладно. Не ори. Открывай. — я вышла. В этот момент, наша связь прервалась. Все оставшиеся в ангаре, уставились на меня. Повисла гробовая тишина.

Алекс, взглянул в мою сторону. Его глаза расширились от удивления. Он судорожно вздохнул и забыл выдохнуть. По лицу полковника пробежала рябь. Он вопросительно приподнял левую бровь, и посмотрела на Алекса. Тот ничего не замечая, не сводил с меня глаз. Наконец, он выдохнул, и вскинув руки прошептал.

— Святый боже, как? — Алекс перекрестился. Его шепот, прозвучал, как гром, среди ясного неба, на фоне гробовой тишины ангара. Люди вышли из ступора и начали переглядываться. Они не понимали, что так поразило Алекса.

— Тебя же изуродовали до неузнаваемости! Как? — на этот раз, он говорил в полный голос. Полковник ткнул его под ребра, чтобы Алекс замолчал.

— Чудеса науки! — вырвалось у меня. Я подошла к полковнику и вытянувшись во фрунт, отдала честь.

— Пойдем! — Том кивнул мне и развернулся, предлагая следовать за ним.

— Вот тебе и радостная встреча! — подумала я.

Алекс, шел рядом со мной. Он не сводил с меня изумленных глаз.

— Дыру протрешь! — не выдержала и сказала я.

— Что? Ох, прости. — он рассеянно потер лоб. — Просто, еще три минуты назад, я описывал полковнику, что с тобой сделали. А тут ты, цела и невредима. — Алекс замолчал, а потом продолжил. — Он, наверное, думает, что я спятил!

В этот момент, за нашими спинами, раздался странный жужжащий, с присвистами шум. Мы остановились и, переглянувшись с Алексом, обернулись.

— Кто думает? — рассеяно спросила я.

— Полковник. — также рассеяно ответил Алекс.

Что думал полковник в этот момент, нам неизвестно. Так-как представшая нашим взорам картина, не давала отвести от себя глаз.

Я увидела, как корабль-капсулу окутал светящийся серый туман. Он нарастал и становился, все плотнее. Закрывая какую-либо видимость в двух метрах от себя. Шум, издаваемый внутри тумана, становился, все громче и громче. Он почти заглушил все звуки в ангаре. Краем глаза, я увидела, как из левого бокового отсека ангара, выбегают вооруженные люди в черном и следуют к туману. Я повернула голову в их сторону и пригляделась. На черной форме, выделяется золотая эмблема форме химеры на груди.

— Это еще кто? — одновременно, спросили мы с Алексом.

Туман, начали прорезать белые вспышки. Алекс упал ничком, прикрыв голову руками. Я в ступоре, смотрела на вспышки света в сером тумане, завороженная этим зрелищем.

Меня с силой толкнули в бок. Удар, болью отозвался в ребрах, у меня перехватило дыхание и я начала падать. Перегруппировавших, я выставила руки вперед и посмотрела влево. Полковник Харди, ползком приближался к Алексу. Поравнявшись с ним, перекатился на спину. Он резко выбросил руку вверх, схватил меня за правую ладонь, и потянул вниз. Тем самым ускоряя мое падение. Все происходило, как в замедленной съемке.

Я лежала, уткнувшись лицом в грудь полковника Харди. Он прикрывал мою голову, своими руками. Пытаясь, при этом, перевернуть меня на спину. В этот момент шум стих.

Полковник замер.

Все еще лежа на нем, я приподнялась на локтях и посмотрела вперед. Туман исчез, на месте корабля, стоял человек.

— Человек? — мне захотелось повторить слова Алекса, когда он увидел меня целой и невредимой.

Я опять опустила голову вниз и посмотрела на полковника. Наши взгляды встретились и он сказал.

— Не хочешь с меня слезть?

— Да, сэр.

Уткнувшись взглядом ему в переносицу, я попыталась слезть и одновременно отдать часть. Не получилось. Я опять растянулась на полковнике Харди, поцарапав подбородок о молнию его куртки. А про себя подумала.

— С превеликой радостью, заносчивый ты ублюдок! Разыграл, у всех на глазах, целое представление. Тоже мне, спасти рядового…. Как же было, в этом старинном фильме. Спасти рядового…. Да какая разница, разве так встречают своего человека, благополучно сбежавшего из плена врага?

В этот момент, меня поддерживая за подмышки, приподняли и поставили на ноги.

— Кажется, тебе нужна помощь! — Алекс, улыбаясь, подмигнул мне. Я улыбнулась в ответ. Он все еще держал меня, когда раздался голос, заполнивший собой весь ангар.

— Эй, эй. Руки прочь, от моей малышки!

Все застыли на месте.

— Чтоб я сдох! — выдал Алекс, от удивления разжимая руки.

Бойцы в черном, вскинули автоматы, готовясь в стрельбе.

— Хатер? Хатер, это ты? — мой изумленный возглас, разнесся по ангару не хуже голоса корабля-капсулы.

— А кто, по-твоему? Ну, конечно же, я! — он сделал шаг навстречу, раздался предупредительный выстрел. Хатер замер и пристально посмотрел в сторону стрелявшего.

Тот отпустил оружие.

Я двинулась в сторону Хатера. Тут, полковник схватил меня за плечо, и сжал так, что я услышала, как хрустит моя ключица.

— Стой на месте. — тихо сказал он.

— Полковник, это корабль, точнее был им. Это он спас всех нас. Прикажите не стрелять.

Я вкратце объяснила, кто такой Хатер, как он помог нам с Алексом сбежать и спасти людей. Служащие шестого корпуса, стоявшие рядом, недоверчиво переглядывались.

Полковник молчал, все еще сжимая мое плечо.

— Сэр, вы не могли бы отпустить меня? — прошептала я полковнику, поморщившись. Тот разжал пальцы и медленно убрал руку. Он внимательно посмотрел на Хатера. После чего бросил в сторону.

— Не стрелять. Все, кроме этого… — он мотнул головой в сторону Хатера. — И Марии, уходят!

Мы стояли и ждали, когда люди покинут ангар. Когда за дверью, скрылся последний человек, полковник сказал.

— Можешь подойти к нам. Но учти, одно неверное движение и ты покойник.

— Учту. — скалясь во весь рот, Хатер двинулся нам на встречу. Когда он поравнялся с полковником, с интересом крутя головой во все стороны, я разглядела его как следует. Он был ниже всех остальных инкриптов. Рост метр девяносто, не больше. Фигура поджарая. Волосы светло серые, со стальным отливом, длиной до лопаток. Собраны в хвост, по бокам выстрижены виски. Кожа смуглая. Римский, прямой нос. Губы тонкие, едва припухлые. Верхняя губа, слегка больше нижней. Лицо овальное, подбородок и углы челюсти, немного заострены. Зубы обычные, ровные, никаких заострений, как у остальных инкриптов. Глаза большие и абсолютно черные, как у представителей его расы. Остальное, я просто отказываюсь описывать.

Потому, что, этот идиот, был, абсолютно, мать его за ногу, голый!

— Я не идиот! Но мне приятна твоя оценка, моей внешности. — прозвучал голос в моей голове.

— Не льсти себе! Никакой оценки я не давала.

— Давала, давала. Ты забыла, я ловлю каждую твою эмоцию, даже когда ты закрыта. К тому же последние мысли, про то, что ты отказываешься описывать, я прочел. — он засмеялся, таким заливистым смехом. Что мне самой стало весело.

— Вот гад! — улыбаясь, подумала я.

— Да ладно, я тебя видел, теперь ты меня. Мы квиты.

— Хм, так-то, да. Я только одного не пойму, ты не мог на себя, что-нибудь накинуть? Чисто, для приличия? Чтобы соблюсти формальности?

— Мог. Но я подумал, что всем будет спокойнее, видя, что я не вооружен и ничего не прячу в карманах.

Нда, мой воспаленный мозг, еще долго будет помнить этот образ.

Самое поразительное, что меня не настолько впечатлило его преображение из корабля в инкрипта, сколько поразила его нагота. Видимо подсознательно, я ожидала от Хатера, чего-то в этом духе.

В смысле трансформации, а не наготы.

— Подростки, подростки! Мы, это еще обсудим. — хихикнув, сказал Хатер.

— Штерн, долго ты еще будешь пялиться, на него? — голос полковника, вывел меня из ступора.

— Простите сэр. — смутившись сказала я.

Полковник холодно взглянул на меня. Я вытянулась во фрунт, в очередной раз, отдавая часть.

— Сэр!

— Следуйте за мной. — Том, приложил браслет внутренней связи к губам и быстро заговорил. Я хотела вслушаться, но меня опять отвлек голос Хатера, прозвучавший в моей голове.

— Мрачный тип. — я не успела ответить. Мы вышли из ангара. К нам на встречу, неслись Мик и Гарольд. Мик запыхался, видимо бежал издалека, когда его вызвал полковник Харди. В руках Гарольда, туда-сюда, болталась наша пилотная форма. Они поравнялись с нами, пытаясь отдышаться. Хатер с интересом наблюдал за происходящим, комментируя увиденное.

— Прекрати эту трансляцию. — попросила я его. — Мне нужно сосредоточиться.

— Конечно, конечно. — издевательски ответил он и замолчал.

— Надолго ли? — подумала я.

Пока Мик, переводил дыхание, полковник взглядом, указал Гарольду на Хатера. Протянув вперед форму, Гарольд с опаской взглянул на странного гостя. Он предпочитал, не разглядывать его. Видимо не только меня, смущала нагота инкрипта. Гарольд знал, кто перед ним. Слухи в корпусе распространяются быстро!

— Прошу Вас одеть форму. Не зачем разгуливать в таком виде, по моему корпусу. — не сводя глаз с Хатера, сказал Том.

Хатер улыбнулся и начала одеваться. Мик, переводил взгляд с меня на Хатера, затем на полковника, потом опять на Хатера.

В какой-то момент, его взгляд задержался на мне, чуть дольше, чем того требовала ситуация. Он внимательно изучал мое лицо, будто пытаясь, найти что-то и этим себя выдал.

— Мда, слухи в нашем корпусе, распространяются очень быстро! — в очередной раз, подумала я. К нам подошли двое, опять люди в черном. Я их уже видела в ангаре.

— Кто же это такие? — пронеслось в голове.

— Мик, Гарольд, отведите его в пятую допросную. Там его уже ждут. Предупредите Майка, что он будет не один.

Мик с Гарольдом кивнули. Хатер весело подмигнул мне. Гарольд растерянно уставился на него, и вся пятерка удалилась в направлении допросной. Я смотрела в след удаляющейся группы.

— Значит Майк.

Мне стало жаль инкрипта. Мне бы не хотелось оказаться на месте Хатера, если допрос будет вести Майк. Начальник отдела внутренних расследований пятнадцати секторов, еще тот тип. Вцепиться в тебя, как клещ и не слезет, пока не выпьет всю кровь. Я замечала, что без опаски, с ним общаются только полковник Харди, Агнесса и пожалуй всё. Остальные служащие десятого сектора, старались его избегать, когда он появлялся у нас.

— Пошли в медблок. Тебя осмотрят. — почти ласково сказал Том.

— Это не к добру! — подумала я. Полковник, никогда, не был со мной мил. Он всегда относился нейтрально, ко всем сознателям, никого в особенности не выделяя.

— Это его почти ласковое обращение!!! — я содрогнулась, как от порыва холодного ветра.

Том, плавно развернул меня, и мы пошли в другую сторону.

Проходя по плацу, я ловила на себе заинтересованные взгляды.

Здесь явно прибавилось народу, новые лица.

— Сэр, медблок корпуса, в другой стороне.

— Мы идем в медблок двенадцатого сектора. — он вывел меня на улицу и подвел к карту. Ребята, не очень уважали, эту двухместную машину, работающую, на солнечной батарее.

— Залезай. — сказал полковник.

Пока я влезала на пассажирское сиденье, он обошел карт и сел на место водителя. Я увидела, как из корпуса, выбежали Сали, Редж и Агнесса. Провожая их взглядом, я поехала к двенадцатому сектору. Сидя рядом с полковником Харди, я не решилась им помахать или даже слегка кивнуть.

— Прежде, чем тебя отведут в медблок. Ты предстанешь перед главой контрразведки О'Генри и главой всех секторов, генералом ВВС Харди. Советую тебе, следить, за тем, что ты говоришь, но и ничего не умалчивать. Разговор будет под запись.

— Хорошо, сэр.

Дальше, мы ехали молча. Я смотрела, как мимо проносятся, так хорошо знакомые мне здания. Настроение все больше и больше портилось. Чем ближе мы подъезжали, тем мрачнее становилось лицо полковника.

И вот мы на месте. Перед нами вход в двенадцатый сектор.

Полковник прикладывает пропуск, заходим внутрь. Мы идем не спеша. На нас почти никто не обращает внимания или только делают вид. Все торопятся по своим делам.

Полковник проводит меня на третий этаж. Впереди лежит, очень длинный коридор. Раньше я не бывала на этом этаже. Допуск сюда, есть лишь у командующих секторов. Доходим почти до конца. Том останавливает меня перед дверью, на проходе стоят два охранника в черном. Опять эти золотые гербы с химерой. Полковник Харди, показывает свои документы. Люди в черном, внимательно разглядывают документы, потом отходят в сторону, открывая доступ к двери.

— Твою мать да, кто же вы, такие? — проносится в моей голове.

— Заходи. — полковник подталкивает меня к двери. Я оборачиваюсь к нему и спрашиваю.

— А Вы, сэр?

— Я остаюсь здесь.

В каком-то безумном порыве, я цепляюсь за него и с надеждой смотрю в глаза.

— Может он не отдаст меня? Скажет, что все хорошо и не надо ни с кем говорить. Я сделаю сводный отчет на камеру, и его покажут, кому нужно? — эти мысли, скачут в моей голове, одна за другой. Том, на долю секунды, крепко сжимает мою руку и очень тихо говорит.

— Ступай, все будет хорошо!

Я разжимаю руки и, разворачиваясь, вхожу в дверь.

Внутри, сидят трое. Дед полковника Харди, главнокомандующий пятнадцати секторов, Винсент Харди. Мужчина в черной форме, с золотым гербом химеры на груди. Видимо, это и есть, глава контрразведки.

— Теперь понятно….

Третий, мужчина в коричневом штатском костюме. Взгляд его, совсем не колючий, как у этих двоих. Скорее всего секретарь.

Они сидят в ряд, за большим деревянным столом. Напротив, стоит один единственный стул. Мне жестом, указывают на него.

Винсент Харди, смотрит на меня, пока я занимаю место напротив. Сейчас, он выглядит глубоким стариком. Я видела, его всего три раза, до этой встречи. Он никогда не казался мне таким уставшим и старым. Всегда такой бодрый и улыбчивый. Я перевожу взгляд на главу контрразведки, золотой герб химеры, ярко поблескивает на его груди. В мою сторону, он уже не смотрит. Его взгляд, прикован к секретарю. Съеживаясь под холодным взглядом главы контрразведки, секретарь достает приборы стенографирования и говорит.

— Запись допроса Марии Штерн.

В основном, спрашивает О'Генри. Генерал ВВС, только молча, слушает мои ответы.

Через три часа, допрос останавливается. Я выжата, как лимон.

Винсент Харди, прикладывает браслет внутренней связи к губам.

— Том, можешь уводить ее.

Заходит полковник, я встаю, и он жестом показывает следовать за ним.

— С тобой поговорит Майк, после этого пойдем в медблок.

Рано я посочувствовала Хатеру. Сейчас, в пору, пожалеть себя.

Полковник выводит меня из двенадцатого сектора, мы садимся в карт и едем к шестому корпусу.

Меня заводят в седьмую допросную. В этот раз, полковник Харди, заходит вместе со мной. Он садится рядом, мы ждем появления Майка.

Начальник отдела внутренних расследований, заставляет себя подождать.

Полчаса, я сижу, уставившись в противоположную стену. Чем дольше нет Майка, тем больше я нервничаю.

Дверь открывается, в помещение заходит Майк, он входит в сопровождении двух подчиненных.

— Мальчики, тут слишком тесно, подождите за дверью. — говорит он. Люди Майка выходят. Дверь закрывается.

— И так, Мария, поговорим? — Майк улыбается, но глаза холодные.

Я киваю, сил на разговоры, больше не осталось.

Майк, продержал меня в допросной, два с половиной часа. Не знаю, кто хуже, он или О'Генри. Том ни разу не прервал допрос. Просто сидел рядом и молчал.

— И зачем он здесь?

Хотя я понимаю, что не будь полковника Харди рядом, Майк мог применить и силовые методы допроса.

Глава 15

Голова Мика, просунулась в дверной проем.

— Привет. Как ты тут?

— Даже не знаю, что тебе на это ответить.

— Все так плохо?

— Ну, это, как посмотреть.

Я задумчиво почесала ноющую ключицу.

— Два дня меня не кормят, почти не дают воды. Вводят лошадиные дозы каких-то инъекций. Просветили уже всю. Скоро буду в темноте гореть, как лампочка. Раз в два часа, приходит особист. Наверное, меня скоро объявят английским шпионом и расстреляют. Хорошо, что Майк больше не появлялся. А так, все нормально.

— Кто приходит? Кем объявят?

— Особист, сотрудник контрразведки 1930–1940 годов, периода СССР. Это еще до появления галактической империи, когда люди жили только на Земле. И было разделение, на города и страны.

— Аааа. Прости детка, я совсем историю подзабыл. Годы. — Мик, нервно, провел рукой по волосам. — Кстати, ребята передают тебе привет.

— Им тоже привет. Пусть заглядывают.

— Они сейчас не могут, заняты. А я вот, выбил себе разрешение не твое посещение. Полковник постарался. Ладно, пора мне. — он развернулся.

— Мик?

— Да?

— Мои родные, знают, что я жива?

— Прости детка, мне очень жаль. — Мик, виновато смотрит мне в глаза и торопливо уходит. Я прилегла на койку и посмотрела на часы. Через тридцать минут придет «особист», и начнет снова, и снова, задавать одни и те же вопросы.

— Сколько еще это продлится? — особист запаздывал. Через сорок минут, появился санитар, в его руках была раскладушка и комплект постельного белья.

Еще, через час, в сопровождении охранников, в палату вводят Хатера. На нем ни царапины. Одет в больничное, как и я. Мы смотрим, друг на друга и молчим. Охрана выходит. Я облегченно вздыхаю, хотя, меньше всех, я ожидала увидеть инкрипта.

— Смотрю твое настроение, не такое радужное, как обычно. Что, не дают спать, допрашивают и все такое?

— Угу. Покараулишь мой сон? — с иронией, спрашиваю я.

— А то. Зачем еще нужен друг?!

— Друг?

— Ну, да. Мы с тобой прошли огонь, воду и медные трубы. Или, как это у вас там говорится?

— Уже не помню. Расскажешь мне подробности своего допроса? Так сказать, сказка перед сном. — я еле ворочаю языком, глаза слипаются. Он пристально смотрит на меня и возможно впервые, за все наше общение, говорит, абсолютно серьезно.

— Поспи. Я посторожу твой сон.

— Мой принц. — саркастически говорю я. Не зная, как реагировать, на его доброту и засыпаю.

Я просыпаюсь ни от толчков санитара, ни от громкого голоса особиста. А от полного ощущения того, что выспалась. Потягиваясь, смотрю в сторону раскладушки.

— Привет красавица, проснулась? — Хатер, улыбается.

— А то сам не видишь.

— Да вижу, вижу. Вот теперь ты, снова ты. А не кто-то там еще. Хочешь тепловых калорий? Твоих любимых?

— Как ты их пронес сюда? — удивленно спрашиваю я.

— Ты что забыла, я из корабля превратился в инкрипта. Мне не нужно ничего, никуда проносить. Я сам себе повар, ну и все такое… — он стучит себе полбу, напоминая, что мне нужно пораскинуть мозгами и вспомнить кто он.

— Давай. — желудок сводит от голода. Еда бы мне сейчас, совсем не помешала.

Хатер встает и подходит ко мне. Он, изучающе смотрит на меня, и в его руках материализуется два шприца. Чувствую, как наши сознания сливаются. В голове раздается голос.

— А они конкретно так, тебя подвыжали. Чуточку восстановителя не желаешь?

— Не знала, что он есть и в жидком виде.

— Да ты многого еще не знаешь. Ну, так как, полечимся?

— А то! — передразнивая его манеру, говорю я. — Почему ты ко мне так добр?

— Не люблю, когда мой объект исследования, калечат другие. Потерпи, сейчас будет больно.

— Хатер, ты ведь знаешь, что они за нами наблюдают?!

— Псс. — фыркает он. — Ну конечно знаю! Кстати, пока поговорим вслух. Зачем вызывать к нам еще больше интереса. Правда. — он подмигивает, его явно забавляет эта ситуация.

— Давай, ложись на спину и приспускай штанишки. Сейчас, добрый инкрипт, сделает Маше укольчики. — уже вслух говорит он.

— Может не надо. С детства не люблю уколы.

— Надо, надо. Давай, поворачивайся ко мне задом и спускай штаны.

— Знаешь, факт того, что все происходящее здесь, идет под запись, оказывается еще более унизительным, чем был. Особенно с учетом, того….

Тут он с силой вгоняет мне первый укол, в левую ягодицу.

— Ой, нельзя ли поаккуратней. Живого человека колешь!

То же самое, повторяется с правой.

— Сссс. Твою дивизию! — я с шипением, втягиваю в себя воздух.

— Да ладно, не ной. Сейчас, все пройдет. Кажется, родители вашей расы, успокаивают своих детей… — он задумался, что-то вспоминая. — Да, точно. Хочешь поцелую тебя в попку? — сказал и заржал.

— Себя поцелуй! — я резко натянула штаны и встала с кровати.

Хатер довольно ухмыляясь, сел на раскладушку.

— Знаешь, мне кажется или ты ловишь кайф, издеваясь надо мной? — я взглянула на него и мой рот открылся от удивления.

— Я бы не сказал, что это кайф. Но определенное удовольствие, мне это доставляет. Ты чего так смотришь?

Я хватала ртом воздух и пыталась сказать, тыкая в него пальцем. Получались одни нечленораздельные хрипы. Наконец-то я смогла задать, некое подобие вопроса.

— Ты, у тебя, твои глаза?

— Мои глаза, чтооо?

— Вот жеж, да они обычные. Что за?

— Только сейчас заметила? Я уже вчера был с такими, но тебя так вымотали, что ты, ну сама понимаешь.

— Так, что за хрень у тебя с глазами?

— Да они всегда такие. Видимо ты не отстанешь, пока не объясню.

Утвердительно киваю головой.

— Это защитная функция организма, на манер вашего ментального блока. Закрывает мой разум от воздействия извне.

— И снял ты ее потому….?

— Потому, что пока не встретил среди вас людей с такими способностями, как у меня или Кхана.

Услышав это имя, меня передернуло.

— Значит и среди вас, ею не все обладают? — подытожила я.

— Не все. — неохотно ответил он.

— А как же охранники, что забирали людей из камеры?

— Вот пристала. Если коротко, то у них специальный прибор, на основе моей разработки. Нажал на кнопочку и готово, контролируешь более слабый разум.

Минут десять мы молчали. Я прошлась по комнате, нарезая круги. Потом подошла к Хатеру и присела на краешек его раскладушки.

— Как прошел допрос?

— Вполне заурядно. Вначале пытались вытянуть из меня информацию уговорами, потом грозили пытками и убийством, в итоге договорились о сотрудничестве. Я согласился рассказать немного о себе. Способности, все такое. В обмен, на мою любезность, я потребовал твоего постоянного присутствия рядом. А иначе, никакого сотрудничества не будет. В общем, твоя раса, охотно сдала тебя, мне в аренду. — он подмигнул мне и положил руки под голову.

— И зачем тебе это?

Хатер не успел ответить.

Дверь в палату открылась, в проеме стоял полковник Харди.

— Вы двое, на выход.

Мы с Хатером, вышли из палаты, следуя за полковником.

Том провел краткий инструктаж.

— Штерн, ты поступаешь в полное распоряжение, нашего инопланетного гостя. Вас разместят в твоей комнате. Так, что не удивляйся наличию еще одной кровати. Доступ к вылетам, тебе закрыли. Скажем так, ты работаешь эскортом инкрипта. Раз в сутки, вас будут сопровождать в лабораторию двенадцатого сектора, для активного исследования. Каждый вечер, ты обязана формировать отчет, об истекшем дне. Направлять отчет, будешь мне. На этом, пока все. — он говорил так, будто я совершенно посторонний человек и мы не проработали вместе, бок о бок столько месяцев. С момента моего возвращения, нас накрыла волна холодного отчуждения. Я расценила поведение и действия полковника, как предательство. Меньше всего, я ожидала этого, именно от него.

Том препроводил меня с инкриптом, до моей комнаты и ушел не оглядываясь. Я с тоской посмотрела ему вслед и зашла внутрь.

Спустя час, в мою комнату ворвались Сали, Агнесса и Редж.

Хатер, с интересом разглядывающий мои вещи, даже не повернулся в их сторону. В комнате повисла напряженная пауза, которую прервал Бульдог.

— А этот, что здесь делает? — он двинулся в сторону Хатера, видимо намереваясь, вышвырнуть его из комнаты. Я перекрыла ему дорогу.

— Редж, это теперь и его комната.

Мои друзья, с удивлением уставились на меня. До них с трудом доходил смысл сказанного.

— Как его? Почему? Кто отдал такое распоряжение?

Посыпался град вопросов. Оставив их без ответа, я пошла в ванную. Мне срочно требовалось умыться. Друзья, последовали за мной.

— Вам не кажется, что это помещение, несколько тесновато, для четверых?

— Маша, перестань! Что происходит? Алекс, сказал, что тебя пытали и изуродовали до неузнаваемости на корабле инкриптов. Но сейчас ты цела. А теперь в твоей комнате, живет один из них. — в мою сторону двинулась Агнесса. Сали с Реджем, настороженно ждали ответа.

— И давно, он вам это рассказал? — Агнесса, медлила с ответом.

— Ну! — не выдержала я.

— В первый же вечер, после вашего возвращения. Были только свои, полковник, сознатели и я с Реджем и Саливаном. Поэтому я и спрашиваю, что происходит?

— Мне самой, интересно знать, что происходит. Я сбегаю с Алексом от инкриптов, спасаю пленных, а на базе меня встречают, как врага. И почему-то только меня, допрашивают, а потом изучают врачи. Том ведет себя так, будто я тут случайный гость и мы не знакомы. Ребята избегают, только Мик один раз навестил меня в больничном карцере. Даже вы… — я осуждающе посмотрела на них.

— Даже вы, появились только сейчас. Поэтому, это я должна спрашивать, что происходит?

Ребята растерянно переглядывались. Я, растолкав их, вышла из ванной. На моей кровати, сидел Хатер. Он чему-то, довольно улыбался.

— Ну и чем, на этот раз, вызвано твое хорошее настроение? Смотрю, ни дня без улыбки!

— А то. — только и ответил он.

В комнату по очереди вернулись Агнесса, Редж и Сали.

— Маша. — протянул Бульдог. Я сделала вид, что не слышу.

— Маша, пойми, нас не пускали к тебе. Никого не пускали. Даже полковнику запретили к тебе приходить. Сали пытался использовать свои связи, но даже ИСБ, уступает контрразведке. Тебя спрятали ото всех. Мы отвлекли охрану и медперсонал, чтобы Мик смог тебя проведать.

Я хмуро взглянула на Реджа и сказала.

— Мне Мик сказал, что ему полковник выбил посещение.

Бульдог молчал, разглядывая ботинки.

— Ну, а что еще он мог сказать? — развел руками Сали. — Ты считаешь, было бы лучше, расскажи он правду?

— Да, я так считаю. Мой опыт, подсказывает, что так намного лучше. Чем терзаться в догадках, почему твои друзья не приходит. Почему твой командир, предал тебя и отдал на растерзание контрразведке и врачам. — я выпалила эту фразу, на одном дыхание и замолчала.

Сали внимательно посмотрел на меня.

— Нам нужно, тебе кое-что показать. — он засуетился, активируя заслонку и покосившись на Хатера, спросил.

— Мы можем ему доверять?

— Он спас меня и Алекса. Поэтому да, вы можете ему доверять.

Взгляды друзей, выразили недоверие, но они промолчали.

Сали вывел голографическое изображение и запустил воспроизведение.

В небольшом, уютном кабинете, находилось двое. За столом сидел Винсент Харди, напротив, стоял Том.

— Безопасность империи, важнее твоих прихотей и одного пилота-сознателя. — Винсент Харди, отложил сигару, внимательно глядя на внука.

Полковник заиграл желваками и медленно проговорил.

— Ты забываешь, что она настоящий сознатель!

— Сейчас, это не имеет никакого значения. — Винсент резко ударил по столешнице. — Жизнь одного настоящего сознателя, ничто на фоне наших потерь. И мне плевать, что в последние две с половиной недели, инкрипты затихли. Я отдам ее людям О'Генри. Сейчас, залогом успеха, является информация. А если она будет молчать, я разрешу Робертсону с ней пообщаться. Он давно точит на нее зуб. Думаю не нужно тебе напоминать, что он делает с женщинами! — неожиданно, он сменил тему.

— Скажи, она все такая же? — взяв в руки сигару, он затянулся, выпуская дымок.

В комнате повисла тишина, бежали минуты. Винсент посмотрел на Тома, ожидая ответа.

— Не понимаю, о чем ты? — изобразив на лице искреннее недоумение, спросил полковник.

— Не строй из себя дурачка, Том! Тебе это плохо удается, по крайней мере со мной. — генерал ВВС с гневом отбросил сигару в дальний угол комнаты. Он явно потерял терпение. Сигара зашипела, разбрызгивая искры, и осталась лежать на пушистом ковре, прожигая в нем дыру. Том с Винсентом Харди, не обратили на это, никакого внимания.

— Я спрашиваю, про твою девчонку сознателя. Она все такая же скрытная.

Полковник повел плечами и ответил.

— Да. — больше он ничего не прибавил.

Винсент, помолчав, пододвинул к себе деревянный кейс и открыв его, взял в руки новую сигару. Он потянулся за каттером.

— Знаешь, в молодости, я ездил с друзьями на охоту. Мы загоняли стаю волков. Это очень опасный хищник и при этом необыкновенно умный. Когда мы подвели стаю под флажки, я встретился взглядом с вожаком. В его глазах читалось, что он дорого продаст свою жизнь, прежде, чем погибнет. То же самое, было и у всех остальных. Они, скалясь, стояли на месте, ожидая нападения. Так вот, я это к тому, что во взгляде этой девчонки, на допросе, было то же самое. Мне бы не хотелось, подводить ее под флажки, но если потребуется. — Винсент Харди, замолчал, отрезая кончик сигары.

Том направился к выходу.

— Том. — окликнул его генерал ВВС, когда тот уже выходил из кабинета.

Полковник обернулся.

— Мне жаль. Я хотел бы пойти тебе навстречу. Но… — он развел руками. Разговор был окончен. Том вышел.

Саливан, остановил запись. Я сидела на своей кровати, размышляя над увиденным.

— Значит, полковник меня не предал! Он пытался мне помочь. — на меня накатила волна раскаянья.

— О чем задумалась? — Хатер вывел меня из ступора.

— Да так. Не важно. — я посмотрела на друзей, потом на Хатера и сказала.

— Сали, откуда у тебя эта запись?

— Эм, ну, ты понимаешь… — Саливан замялся.

— Понятно, можешь не объяснять. Выпить бы! — протянула я.

Бульдог усмехнулся, доставая три бутылки рома из рюкзака, который он все это время, держал на коленях.

— Я знал, что ты это скажешь!

Инкрипт с интересом принюхался к разливаемой жидкости.

— Будешь? — хмуро спросил Редж.

— А то. — улыбаясь ответил Хатер. Ему все было в новинку, в нашем мире. И он как ребенок, хотел все узнать и попробовать. Перебрав, я отрубилась.

Наутро проснулась с ужасной головной болью.

Надо мной стоял Хатер, в комнате кроме нас, никого не было.

— Проснулась. — ухмыляясь констатировал он.

— Угу. — хватаясь за голову, промычала я.

— Ну, давай лечиться. — сказал инкрипт.

— Что, опять будешь колоть меня всякой дрянью и предлагать поцелуи в попку?

— О, да я смотрю, у нас есть силы, чтобы подхамливать. Может тебе не так плохо, как мне показалось?!

Я не ответила. В мою задачу, входило шевелиться, как можно меньше. В противном случае, в моей голове бил гонг и к горлу подступала волна дурноты.

Глава 16

И так, моим соседом по комнате, стал ироничный инкрипт.

Нам разрешили открыто передвигаться, в пределах десятого сектора. Иногда, мы с Хатером, могли выезжать за территорию, в сопровождении охраны. Кажется, ему нравился наш мир, хотя мы этого не обсуждали. Как впрочем, и то, зачем он меня спас или что он такое. Пару раз, я пробовала узнать, но он притворялся глухим и не отвечал. Оставив свои попытки, выяснить кто он и зачем здесь, я махнула рукой.

Хатеру очень понравились трава и деревья, за территорией базы. Скинув обувь, инкрипт долго гулял босиком.

Он с интересом разглядывал все, что попадалось ему на пути. Подолгу зависая над тем или иным предметом. У меня складывалось впечатление, что он сканирует, все заинтересовавшие его объекты.

Сознатели, меня избегали. Они с ненавистью смотрели на Хатера, и даже факт того, что он спас меня, Алекса и пленных, не умалял их неприязни к нему. Мик, завидев меня, взмахивал руками, смотрел на часы, делая вид, что очень торопиться и едва кивая, пробегал мимо. Полковника я вообще не видела. Он не ночевал в своей комнате.

К полетам, меня не допускали. Мои родные, до сих пор не знали, что я жива. Значит наверху, не решили, что со мной делать.

Изредка, приходили Сали, Редж и Агнесса. После нашей пьянки, им запретили видеть меня, чаще, чем раз в две недели.

Несмотря на все минусы моего положения, были и положительные моменты, в сложившейся ситуации. Меня не дергали по учебе, работе и бог знает еще чему. Наконец-то, появилась возможность, уделить внимание себе. Я читала книги, смотрела кино, спала, просто гуляла, открывая для себя заново, прелести ничего неделанья.

* * *

— И чего ты так переживаешь? Наверное, твой драгоценный Харди, шляется по бабам. — со злостью сказал инкрипт.

— Тебе-то откуда знать? Сам признался, что не можешь его прочесть. Как, же тебе объяснить. Я с четырнадцати лет, жила в аду. Только попав сюда, моя жизнь начала меняться к лучшему. А теперь, все опять катится в тартарары. Ребята игнорируют, Мик прячется. Мне нужно, пообщаться с главой корпуса!

— Не согласен. — он задумался, а потом добавил, меняя тему. — Между прочим, нам скоро идти в исследовательскую лабораторию. Где нас будут увлеченно тыкать иголками, брать пробы, анализы, и много чего еще. — Хатер, улыбаясь, потянулся, лежа на кровати.

— Тебя веселит то, что мы стали объектом пристального изучения?! Ты ведешь себя, как маленький ребенок!

— Поправка, как маленький инкрипт. Ты забыла, что я не твоей расы? Примат! — фыркнув, он закинул руки за голову и прикрыл глаза. — К тому же, я просто позитивно смотрю на эту ситуацию. Хочу заметить, что последние два дня, ты ведешь себя, как ворчливая старуха. Начинаю подозревать, что тебя клонировали и подменили.

— Когда бы это? — присев на стул, задумчиво протянула я.

— Ну, не знаю. Может пока я мылся, например.

— Ну да, конечно. Именно в этот момент, в комнату ворвались особисты, накинули мне наголову мешок и уволокли в пыточные казематы. А вместо меня, подсунули клон, который должен вытянуть из тебя, всю информацию. У меня есть более разумное объяснение, моему ворчанию. Это все потому, что кто-то, не дает мне спать по ночам!

Он повернулся на бок, подперев голову рукой, во взгляде сверкнули бесенята.

— О, детка! Ты мне льстишь!

— Хватит издеваться, сволочь инопланетная. Ты прекрасно понял, о чем я! — я закатила глаза к верху. Мне вспомнилось, как последнюю неделю, инкрипт будил меня среди ночи, требуя разъяснений по всякой ерунде. — Вникал в культуру, блин! — в отличие от меня, ему требовалось, всего три часа на сон.

Хатер хмыкнул, принимая исходное положение, лег на спину и положил руки под голову, прикрыв глаза.

— Ты знаешь, комната полна жучков и камер. — сказал Хатер, пока мы шли в лабораторию.

— Этого следовало ожидать. Давно? — меня уже не удивляли его таланты. Я просто приняла их как данность.

— Вчера, еще ничего не было. Думаю, сегодня утром поставили, пока мы были в столовой.

— Оперативно сработали. Странно, что раньше этого не сделали. — заметила я.

— Надо будет устроить потеху, когда вернемся. — Хатер загадочно улыбнулся. Дальше мы шли молча.

* * *

— Ну, что, устроим проверку на местах?

Я удивленно взглянула на инкрипта. Тот весело мне подмигнул, но объяснять ничего не стал.

Я пожала плечами и пошла к книжному стеллажу. В этот момент, в дверь постучали.

— Немедленно откройте. Это приказ! — донеслось из-за двери.

Мы с Хатером переглянулись. Он просто засветился от радости.

— Ну и что, ты сделал на этот раз?

— Да так, ничего особенного, включил заглушку, теперь нас и не видно, и не слышно. Решил проверить, как быстро они среагируют.

— Играешь с огнем! — покачав головой, я пошла, открывать дверь.

В коридоре, стояло двое, оба в спецовках инженеров шестого корпуса.

— Не припомню, чтобы хоть раз, видела этих товарищей у Агнессы. Кем бы вы ни были, зря оделись под инженеров. — подумала я.

Они уже собирались пройти внутрь, когда я встала на проходе.

— Я вам разрешила войти?

Псевдоинженеры остановились и удивленно переглянулись. Тем временем, я продолжила.

— Давно, это гражданские, отдают приказы? Вы, что себе позволяете?! Кто разрешил простым инженерам, так себя вести в присутствии сознателя? — сложив руки на груди, я мрачно на них смотрела, и мой взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Ну, и долго будем в молчанку играть? — рявкнул Хатер.

Ребята, совсем растерялись, не зная, что ответить.

— Не ожидали, что вас встретит такой прием. Чтобы не было проколов, нужно учить матчасть! — весело подумала я, а вслух сказала. — Руки в ноги и живо отсюда, учить табель о рангах и правила субординации в корпусе! — и захлопнула дверь.

— Думаю, они вернуться минут, через десять. — я вернулась к книжному стеллажу и продолжила выбирать себе чтиво.

Теперь, Хатер регулярно развлекался тем, что глушил сигналы и наблюдение за нами, становилось невозможным. Его забавляла реакция сотрудников контрразведки. Те, под разными предлогами, пытались проникнуть в теперь уже нашу комнату, выдавая себя за служащих шестого корпуса. А, как они пытались выявить неполадки в нашем присутствии, и были уверены, что мы ничего не подозреваем. Это просто песня! Судя по всему, они принимали меня с инкриптом, за полных идиотов. Подыгрывая этому фарсу, мы искренне наслаждались. Развлечение было на славу!

Глава 17

— Просыпайся. — меня беспощадно трясли. — Да очнись же ты! — Хатер не унимался.

— Отстань! — продрав глаза, я взглянула на часы. — Сейчас два часа ночи! — прорычала я.

— Я сказала подъем. — заорал Хатер мне на ухо и начал стягивать с кровати.

Я попыталась пнуть его ногой, но промазала.

— Увертливый гад! — пронеслось в голове.

— Просыпайся!

Понимая, что он не отстанет, я села и недовольно пробурчала себе под нос.

— О боги, боги, за что мне все это?! Чего тебе?

— Хватит ворчать. Ты говорила, что у тебя есть манга Суарнамале. Я не нашел, выдай ее мне и ложись себе спи дальше.

— Ты так добр! — вылезая из-под одеяла, я поежилась. В комнате было прохладно.

— Да, я такой.

Впотьмах, я пробралась к одному из книжных стеллажей, по дороге, чуть не навернувшись.

— Включи свет, ничего не видно. — обратилась я к Хатеру.

Найдя искомое, вручила ему мангу. И побрела к кровати, мечтая поскорее зарыться в теплое одеяло, и уснуть.

Меня разбудил звук воды в душевой, часы показывали восемь утра. Я лежала на кровати, положив руки под голову, и смотрела на пылинки, парящие в воздухе.

— Давай, сегодня закажем, ваши земные комиксы. — предложил Хатер, выходя из ванной.

— Зачем? — я повернула к нему голову. — Перестань шляться без одежды!

— Ой, в «нас» проснулась возмущенная девственница. Хочешь, помогу избавиться? — засмеявшись, Хатер плюхнулся на мою кровать. От чего та прогнулась и заскрипела.

Я закрыла глаза, чтобы не смотреть на него и ответила.

— Очень смешно! Помнишь, ты говорил, что у меня гормоны скачут. Что будешь делать, если я соглашусь?

— Возможно, я не шутил. — вполне серьезно ответил он. — А насчет твоего согласия, посмотрим. До этого еще дожить нужно. — я перевела тему в безопасное русло.

— Серьезно, перестань шляться без одежды и слезь с моей кровати!

— Ладно, ладно. Так, что насчет комиксов?

— Может, почитаешь из сети? У тебя все равно открытый доступ. Пока, его никто не обнаружил.

— Не, я хочу держать в руках, живую книгу.

— Это не книга. В любом случае, если тебе нужно, заказывай.

Хлопнув меня по бедру, Хатер встал, кровать заскрипела, распрямляясь.

— Какого черта, здесь происходит? — холодный голос Тома, прозвучал в тишине комнаты.

Я открыла глаза и посмотрела в сторону двери. Полковник, в бешенстве смотрел на нас. Рядом с полковником Харди, Мик, рот его открыт, от изумления. За ним, с похожим выражением лица, Алекс.

— Целое паломничество. И почему никто не спрашивает моего разрешения, чтобы войти. Какой-то проходной двор. — пробормотала я.

Хатер спокойно посмотрел на полковника и улыбнувшись заметил.

— Тут все очевидно. — он развел руками, как бы подтверждая этим, очевидность происходящего. Затем, взглянув на меня, подмигнул и сказал.

— Дорогая, к нам гости. Господа, вы не могли бы нас покинуть? Нам следует одеться, прежде, чем кого-то принимать. — сказав это, он подошел к полковнику, указывая ему на выход. Тот попятился, не сводя с меня бешеных глаз. Следом за ним, попятились Мик и Алекс. Хатер закрыл дверь у них перед носом.

— Скажи, а он когда-нибудь улыбается?

— Вот шут! Что они подумали?! — хотя, что тут можно подумать. Хатер голый, я в кровати. — Какой маразм! Может, ты оденешься, пока еще кто-нибудь не зашел.

— Будет забавно, скомпрометировать тебя дважды. После этого, как порядочный инкрипт, я буду должен, заплести косы.

— Что сделать?

— Если по вашему, то жениться на тебе.

Подушка с силой врезалась ему голову.

— Эй, ну я же пошутил. — кинув подушку обратно, он пошел одеваться.

— И надо им было заявиться именно сейчас? — спросила я саму себя и слезла с кровати.

* * *

Мы с Хатером сидели у стола и спорили о достоинствах аниме «Пираты черной лагуны».

В дверь постучали. Я пошла открывать. На пороге стоял полковник Харди.

Откашлявшись, он сказал.

— Штерн, зайди ко мне, нужно поговорить.

За моей спиной вырос Хатер.

— Зачем?

Том проигнорировал его вопрос, развернулся и пошел к себе. Я собиралась следовать за ним, когда меня удержал Хатер.

— Не ходи!

Я удивленно посмотрела на инкрипта.

— Почему?

Он молчал. Мне надоело ждать, я вырвала свою руку, из его цепких пальцев и пошла в комнату полковника.

— Штерн, ты прошла проверку, на благонадежность. Империя официально признала, что в твоих действиях, не было… — он замялся, сам понимаю, нелепость того, что говорит.

— В общем, с этого дня, тебе возвращают доступ к полетам. Ты возвращаешься в стан сознателей. Все ограничения, в том числе и на свободу передвижения, сняты. Вчера, твоих родных, известили, о том, что ты жива. Можешь связаться с ними.

От радости, у меня заклокотало внутри.

— Спасибо сэр. — я развернулась и побежала к себе в комнату. Мне хотелось поскорей увидеть лица родных, услышать их голоса.

На выходе, меня остановил голос Тома.

— Маша, хочу дать тебе один совет. Не стоит никому рассказывать о своей связи с инкриптом. Ребята этого не поймут.

— Но, сэр…

Полковник меня перебил.

— Алекс с Миком будут молчать! Я приказал сохранить в тайне, утреннюю сцену в твоей комнате.

— Но, сэр, Вы все неправильно поняли.

Том отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Его не интересовали мои объяснения. В растерянности, я направилась к себе. В комнате, меня ждал, мрачный Хатер.

— Как поболтали? — спросил он.

— Да, что с ним такое? — пронеслось в голове.

— В целом, неплохо. Вернули все мои права и свободы. Но деликатно намекнули молчать, о том, что я с тобой сплю. — ответила я.

— Было бы, о чем молчать. А с чем связано, столь великодушное решение? — весело спросил инкрипт. Быстро к нему вернулось, хорошее настроение.

— Я не спрашивала. Вернули и вернули. Правды все равно не скажут. Узнаю потом у Сали. — пробормотала я, настраивая закрытый канал связи.

— Чем занимаешься? — он подошел поближе, чтобы посмотреть.

— А то, сам не видишь. Родным собираюсь позвонить. Заглушка, все еще работает?

— Конечно, пока ты общалась с полковником Харди, меня навестили наши «друзья».

— Опять ушли, задумчиво почесывая затылок.

— Ага. Может тебе помочь?

— Неа, уже готово. У меня к тебе просьба, посиди пока там. — я махнула рукой в сторону душевой.

— Зачем? — удивленно спросил инкрипт.

— Я хочу пообщаться с родными, без свидетелей.

— Так я же, все равно, буду слышать, о чем ты говоришь.

— Это не важно.

Я начала заталкивать его в ванную. Хатер упирался.

— Слушай, ну что тебе стоит. — пыхтя, я пыталась сдвинуть его с места.

— Ладно, ладно. Хватить пыжиться. — он вошел в ванную.

Я нажала на связь с домом. После второго гудка, мне ответили.

На экране появились лица родных. Вся моя семья сидела в гостиной.

К горлу подступил комок, я не могла выдавить из себя ни звука.

Сколько раз, я представляла себе, как это будет, если останусь жива. И вот теперь, я застыла и молчу. Они тоже молчат. Столько всего произошло за последние четыре года. Я так часто, заставляла их нервничать. Не знаю, сколько еще они выдержат.

Я перевожу взгляд с одного лица на другое. В центре сидит мама, глаза у нее припухли и покраснели. Значит, она много плакала. У отца под глазами залегли круги, лицо осунулось. На лицах дедушек и бабушек, мертвенная бледность. Стен с Лерой, сидят окаменевшие.

Все смотрят так, будто не верят своим глазам.

— Маша… — мама нерешительно заговорила, папа с силой сжимает ее руку. Я выдавила из себя улыбку.

— Внученька. — дедушка Андрей, приподнялся и протянул руку к моему изображению.

— Ты жива. — медленно проговорила Лера.

И опять молчание. Нет, совсем не так я представляла себе эту минуту. Совсем не так.

— Да, я жива. — немота наконец-то спала и я нервно сглатываю.

— Но как? — только и спрашивает отец.

— Почти два месяца. — шепчет бабушка Оля. Саша обнимает ее.

— Два месяца назад, нам пришла похоронка. — говорит Стен и вскакивает с дивана. Подходя ближе, он продолжает.

— В ней написали всего одну строчку. Сознатель Штерн, погибла в боевом вылете. Никто из нас, не поверил, но время шло. Все потеряли надежду. Мы решили не хоронить пустой гроб. — он замолчал. Было видно, как тяжело ему говорить.

— А вчера, нам позвонил твой полковник и сказал, что ты жива. — сказала Лера, подходя к Стену. — Мы так боялись, что они опять, что-то перепутали. Что на самом деле это ошибка, и мы тебя больше никогда не увидим. И вот, ты сама с нами связалась.

Мы проговорили полчаса. Понемногу, мои пришли в себя.

— Ты, правда, сможешь приехать в эти выходные? — напоследок спросила мама.

— Да, обязательно приеду. — ответила я и отключила связь. Откинувшись на стуле, я смотрела в потолок. Из ванной вышел Хатер.

— Трогательное воссоединение семейства! — иронично заметил он, подходя ближе. Меня охватила ярость.

— Да пошел ты. — с ненавистью бросила я в лицо инкрипта и вылетела из комнаты.

Все это время, я старалась не думать о своей семье. О том, что с ними происходит, что они чувствуют, от того, что я не выхожу на связь. Знают ли они про плен? Знают ли, что спаслась и вернулась?

А их обманули, сказали, что меня больше нет. Разговор с родными оказался слишком трудным испытанием. Нервы сдали, я сорвалась.

Зря, так обошлась с Хатером. Уж кто-кто, а он точно ни в чем не виноват. Он один из немногих, кто помогал и поддерживал меня. Хотя делает он это своеобразно, но какая разница.

* * *

Я бесцельно брела по коридору, погруженная в свои мысли, рандомно выбирая направление. И сама не заметила, как оказалась в отсеке инженеров. Мне навстречу шла Агнесса. Увидев меня, она заулыбалась.

— Маша, ну наконец-то. А я тебя везде ищу. Побывала в твоей комнате. Хатер сказал, что ты ушла прогуляться. — затараторила она и потянула меня к себе в комнату.

— Я недавно видела Тома, он рассказал о том, что тебя оставили в покое. И ты сможешь вернуться к полноценной жизни.

— Полноценной. — эхом откликнулась я. Мы вошли к Агнессе.

— Я уже позвонила Реджу. Он с Саливаном, скоро приедут. Точнее не скоро, а завтра. Думаю, что Сали, одолжит один из скоростных самолетов ИСБ.

— Угу.

— Да ты чего? — она внимательно посмотрела на меня. — Будто и не рада вовсе.

— Ну что ты. Просто пытаюсь переварить эту радость. — хмурясь, ответила я.

— Аааа, ну ладно, переваривай. Кстати, все хотела тебе сказать, Хатер такой красавчик. Если бы не Редж, я бы ух? — она игриво засмеялась. — Везет тебе, живешь с ним в одной комнате. Про вас такие сплетни ходят, закачаешься. А я даже поделиться ими не могла, из-за запрета на посещения.

Я прервала Агнессу.

— Мне нужно вернуться к себе, у меня есть дела. Давай завтра встретимся и поговорим. — я направилась к выходу.

Хатер сидел в комнате и читал очередной комикс. Он улыбнулся мне, как ни в чем не бывало.

— Отошла?

— Немного. Извини, что я так с тобой… — я не договорила.

— Я тебе потом за это страшно отомщу. — состроив страшную гримасу, сказал он.

— Ну, коли так, то договорились. Что читаешь?

— Да, мура какая-то. Решил добить это чтиво из принципа. — он показал мне обложку, на которой было изображение Флэша.

Глава 18

Проснувшись от общего сигнала подъема по корпусу, я вскочила с кровати и начала носиться по комнате в поисках своего спортивного костюма.

— Ты не могла бы потише. Я только лег. — проворчал Хатер, накрываясь с головой.

Ничего не ответив, я оделась и пулей выбежала из комнаты. В коридоре я столкнулась с полковником и кивнув побежала в зал.

— Ну, надо же, после стольких недель отсутствия, глава корпуса, решил вернуться к себе.

Я бежала по коридору и думала, что возвращаюсь к той жизни, к которой привыкла и без которой уже не могла. У меня было время, это понять, пока я была привязана к инкрипту и страдала от безделья.

В зале все разбивались на пары. Когда ребята меня увидели, повисла тишина. Все остановились. В зал вошел полковник и поманил меня за собой. Мы встали друг напротив друга. Я приняла защитную стойку. На меня давила тишина. Обернувшись, я взглянула на сознателей за моей спиной. Этим воспользовался полковник Харди. Пропахав носом пару метров, я встала, потирая ушибленные конечности. Ребята начали усмехаться.

— Штерн, я сколько раз тебе говорил, будь внимательней! Недели без тренировок, не пошли тебе на пользу! — передо мной возник Том. После пяти минут отчитывания, мы вернулись в исходные позиции.

Когда тренировка закончилась, меня окружили со всех сторон, и я заработала пару здоровых синяков, от дружеских похлопываний по спине.

— Мы рады, что все обошлось, и ты к нам вернулась. Было тяжело проходить мимо и делать вид, что тебя нет! — сказал Джош, остальные поддержали его дружными киваниями.

— О чем ты? — непонимающе спросила я.

— Ну. — Джош кинул настороженный взгляд на Тома, но тот молчал. Расценив его молчание, как разрешение, Джош продолжил.

— Полковник собрал нас после твоего побега из плена и сообщил, что тебя временно отстраняют от работы, в связи с травмами. И запретил тебя беспокоить. В случае нарушения этого правила, он пригрозил увольнением.

— Ясно. — только и сказала я. Теперь все стало, на свои места. И почему они меня избегали, и поведение Мика, и даже исчезновение полковника Харди из его комнаты. Сверху пришло распоряжение, и нарушить его не мог даже Том.

Наступило время завтрака. Мы шумной толпой ворвались в столовую. Веселые и голодные. Будто и не было плена, допросов, социального вакуума.

Все как раньше! Почти, как раньше. Только за нашим столом, теперь не хватает троих.

Пока мы ели, в столовую вошел Хатер и направился к нам. Джош толкнул меня локтем в бок.

— Смотри, твой сосед появился. — ребята приветливо кивали ему. Меня это удивило, особенно если вспомнить их поведение, при предыдущих встречах.

— Это ведь он спас вас с Алексом?

— Угу. — промычала я, пытаясь проживать кусок мяса.

— Нам только вчера рассказали. — извиняющимся тоном, пояснил Джош. Так вот куда подевалась неприязнь во взглядах.

За Хатером, шел Алекс. Увидев меня, он замер побледнев, а потом сел, как можно дальше.

— Эй, Алекс, ты чего так далеко? Иди к нам с Машей. — освобождая место, для друга, крикнул Джош. В этот момент, ко мне подошел Хатер.

— Я думаю, Алекс не будет против, если сегодня, это место займу я. — не дожидаясь разрешения, инкрипт сел на освободившее пространство общей скамьи.

Мы с Джошем переглянулись, потом я взглянула на Алекса. Он сделал вид, что не замечает меня. И стал увлеченно разглядывать содержимое своей тарелки.

— Что за хрень?!

Полковник Харди, сидевший напротив, задумчиво посмотрел на меня. Но оставил мою реплику без комментария.

Во второй половине дня, приехали Редж с Сали. Агнесса скинула информацию на браслет связи. Они ждут, в ее комнате.

У меня, как раз появилось окно в расписании. Я поспешила навстречу с друзьями.

— Я смотрю, вы в корпус, ходите, как к себе домой. — приветливо улыбаясь сказала я, заходя к Агнессе.

— Ну, так, Сали постарался. Теперь мы можем находиться здесь на вполне законных основаниях, не дожидаясь кое-кого на проходной. Я рад, что сегодня ты, без этого хмыря. — бульдог хохотнул.

— Редж, хватит. Я устала от того, что вы собачитесь каждый раз, как видите друг друга. Хотя бы, когда его нет, воздержись от… — я не стала договаривать.

— Не злись, детка. Лучше расскажи, как дела? Нам тут птичка на хвосте, новость принесла. — бульдог шлепнул Агнессу по заднице. От чего та смутилась и отошла подальше. В разговор вступил Саливан.

— Я тут выяснил по своим каналам, оказывается, тебя сняли с крючка контрразведки. Поговаривают, что это работа Винсента Харди.

— Надо же. Интересно, что его заставило изменить свое решение, а точнее кто? — Агнесса взглянула на меня.

— Том постарался, больше некому. Повезло мне с начальником! Сали, а ты случайно не знаешь, кто прислал похоронку моей семье?

— Инициатива была со стороны подполковника Робертсона. После того, как он узнал, что ты попала к инкриптам, заставил одного из наших, отправить «радостную» новость твоей семье.

— Вот сука! Все никак успокоиться не может. Когда-нибудь, я доберусь до этой твари! — меня затрясло от гнева.

— Успокойся, в ближайшее время, ты все равно ничего с ним сделать не сможешь. Поэтому возьми себя в руки.

— Тебе легко говорить, Редж. Ты хоть представляешь, что они пережили, когда получили это извещение?

— Представь себе, я прекрасно понимаю, что они чувствовали, когда думали, что ты мертва. Меня с крошкой Сали, это тоже не обошло стороной. — в комнате повисла напряженная пауза.

— Прости Редж.

Бульдог отвернулся, не желая смотреть в мою сторону.

— Ну, хватит, она же извинилась. Перестань дуться. — Агнесса подошла к нему и погладила по плечу. Когда он поднял голову и посмотрел на нее, его лицо, озарила улыбка.

— Мда, это любовь. — прошептал Сали.

— Ребята, не хочется прерывать вашу идиллию, но мне пора возвращаться. В эти выходные, я еду домой и приглашаю вас с собой. Скиньте мне информацию о том, кто поедет, на браслет. Ну, все, труба зовет, я побежала! — помахав им на прощанье, я вышла и направилась к пятому ЖБУ.

— Значит полковник, смог прогнуть деда. Очень интересно! Хотелось бы узнать, как он его уломал и во что, это выльется, для меня. — эти мысли не оставляли меня в покое, до самого вечера.

Я устало, плелась до своей комнаты. Хатер стоял в коридоре.

— Ты чего тут?

— Да вот, решил выйти, встретить. Поддержать твою тушку, в случае чего.

— Все шутишь. Тебе кстати не пора съезжать?

— Неа, у меня договор с вашим генералом ВВС. Могу жить тут, сколько мне влезет, ну или пока не захочу улететь на свою родную планету.

— А счастье было так близко. — я прошла в комнату и упала на кровать. — И когда же ты заключил сей славный пакт?

— Сегодня, после завтрака.

— Огласите весь список, пожалуйста.

— Да, собственно там очень мало пунктов. Я буду приносить пользу вам, вы мне. Так сказать, обмен опытом. Начинаю с завтрашнего дня. Так что поприветствуй нового члена, группы сознателей.

— О боги. — даже представить страшно, что теперь будет твориться в группе. — Я тебя раньше никогда об этом не спрашивала, но видимо пришел час. Зачем тебе это нужно? Почему не улетаешь к своим? Что ты вообще такое?

— Все очень просто. Мне там скучно. Я инкрипт.

— Инкрипт трансформер тогда уж. С тобой всегда так, один и тот же ответ на все. Мне скучно. Это все о чем вы договорились?

— Да. Хотя погоди, мне предлагали отдельную жилплощадь.

— Что? И ты молчал.

— А что говорить, я отказался.

— Почему? — простонала я, утыкаясь лицом в подушку. В этот момент, мне очень хотелось придушить Хатера.

— Ну, а что мне делать одному. К тому же, люблю твою компанию.

— Издеваешься?

— Нет. — его лицо было абсолютно серьезным. — Я не понимаю, чем тебе так мешает мое соседство. Я умный, веселый, красивый, чистоплотный. Даже за тобой навожу порядок!

— Портрет идеальной жены. — саркастически заметила я.

Глава 19

Утром, полковник Харди, отменил тренировку, велев всем сознателям собраться в 211 комнате. Мы с Хатером, пришли одними из последних.

По дороге, встретилась, так хорошо знакомая мне троица. Тед и Сэм, сопровождали подполковника Робертсона. Завидев нас, они дружно остановились, наглые ухмылки бывших пленников, вывели меня из равновесия.

Я совсем забыла о том, что собиралась показать заснятое видео, с одного из кубов инкриптов.

— А, Штерн, рад тебя видеть! — подполковник Робертсон попытался изобразить искреннюю улыбку. Вышло плохо, его выдавали глаза. Кроме злобы, в них ничего не было.

— Подполковник, вы кажется, ошиблись. Здание ИСБ находится совсем в другой стороне. Может вам помочь настроить навигатор? А то опять залетите не туда.

— Да, как ты смеешь! — он грозно двинулся на меня. Хатер, вышел вперед, перекрыв ему дорогу.

— Еще одного защитника нашла. Смотри, тебе не всегда будут помогать! — он развернулся и направился к выходу из корпуса.

— Ненавижу эту тварь, когда-нибудь я убью его! Интересно, зачем ему эта падаль? — я смотрела вслед Робертсону и его сопровождению. Хатер, сказал.

— Идем, а то опоздаем.

В центре комнаты, стоял Том, сознатели рассаживались. Когда прибыли последние, полковник заговорил.

— С этого дня, в нашу группу, входит инкрипт. Командование заключило договор с Хатером, в целях обмена опытом. Есть вопросы?

— Сэр, а как же быть, в случае боевых вылетов? На чьей он стороне? — Мик задал вопрос, за всех. Ребята дружно закивали.

— На чьей стороне выступает инкрипт, лучше спросить у него! Относительно боевых вылетов. С момента побега Алекса и Маши, с линкора противника, все нападения на наши планеты прекратились. — полковник обвел взглядом присутствующих. Все молчали. Алекс, встал и направился к Хатеру.

— Так и на чьей же ты стороне? — ткнув пальцем в инкрипта, гневно спросил он.

— Алекс. — предупреждающе произнесла я.

— Что? Разве тебя не волнует, кому в случае чего, он будет помогать?

— Нет, не волнует. У меня нет причин сомневаться в Хатере, после того, как он спас меня. Если мне не изменяет память, то он спас и тебя. Поэтому объясни, какого черта, ты так себя ведешь? — я встала напротив Алекса и выжидающе смотрела, ожидая ответа.

Никто не торопился, вмешаться в нашу перепалку. Все ждали, чем это закончится. Алекс, потупил взгляд. Молчание затянулось.

— Время, пора приступать к учениям. — сказал полковник, глядя на часы. Не дожидаясь остальных, он вышел. Сознатели потянулись вслед за ним, поглядывая на нас с Алексом. Хатер продолжал сидеть, глупо улыбаясь. Его забавляла эта ситуация.

— Давай отойдем. — посмотрев на инкрипта, предложил Алекс.

Отойдя метра на три, я спросила. — Ну?

— Я прекрасно помню, кто всех нас спас. Но я не понимаю, что он до сих пор тут делает? Почему он живет в твоей комнате? Что между вами происходит?

— Тебя это не касается. — отрезала я.

— Касается, еще как. Я имею право знать. Ты, ты, ты….

— Что я? Алекс, пойми, то, что вы увидели тем утром, в общем, это не то, чем кажется. Мы просто соседи по комнате. — ничего больше не объясняя, я пошла к выходу. Меня догнал Хатер.

— Не злись на него, ты ему не безразлична. — сказал он.

— Все сознатели, хорошо ко мне относятся. Мы одна команда. Только другие, не лезут ко мне, с нелепыми вопросами.

— Ты не поняла, он испытывает к тебе чувства, как к девушке. — я остановилась.

— Не говори ерунды, если бы это было так, я бы заметила!

— Ну-ну. — усмехнувшись, инкрипт посмотрел на меня и двинулся в сторону ангара с истребителями.

В центре управления полетами столпились сознатели. Полковник раздавал приказы. Когда мы вошли, он обратился к Хатеру.

— Мне нужно, чтобы ты описал и продемонстрировал тактические приемы, ваших пилотов. После этого, сознатели разбиваются на две группы. Первая группа будет возглавляться инкриптом и выступит в роли противника. Вторая группа в обороне, отражает атаку.

Хатер кивнул в знак согласия и приступил к инструктажу. Когда он закончил, нас отправили переодеваться к вылету.

* * *

Заняв место в кокпите «Клина», я запустила проверку системы. СВН выдал отчет, никаких сбоев или неполадок, можно стартовать.

— Как мне этого не хватало! — моя кровь кипела, в предвкушении полета.

Я вошла в группу обороны, которую возглавил полковник Харди.

Стояла сплошная низкая облачность. Зона видимости нулевая. Радар обнаружил группу Хатера, направление юго-восток, высота 5000 метров.

— Стоп, а где остальные истребители? — я активировала общую связь.

— Полковник, на юго-востоке всего шесть кораблей противника!

Кто-нибудь засек остальных? — мне не успели ответить, недостающая семерка пошла на нас в лобовую атаку. Расстояние в 500 метров, я открыла огонь по одному из кораблей. Подбив его, вывела «Клин» в закритический угол скольжения, выходя в штопор.

— Аха-ха-ха, промазали! — ответный огнь не задел меня. Погода улучшилась, стало видно, как одного из наших, атакуют трое сверху в хвост. Полковник пошел на перехват и подбил одного.

Двое ушли со снижением в море и скрылись в облаках.

Я вышла из штопора и полетела за ними, набирая скорость. В этот момент, мне на хвост упал один из атакующих.

— Надо поскорее тебя сбросить. — я повернулась вокруг продольной оси на 180®, делая обратный иммельман.

— Ну, ты и лихачишь! — выстраиваясь рядом, сказал Джош.

— А то! Как наши дела?

— Пока ничья. Трое сбиты, один ранен, с нашей стороны тоже самое.

— Нужно это исправить. Как думаешь? — Джош засмеялся.

— Обязательно. Я беру на себя четверку на расстоянии 4000 метров, ты на прикрытии.

— Хорошо, поехали!

Так прошел весь день. Полковник, остался очень доволен, результатами учебного вылета. Его впечатлила призрачная защита Хатера, которой тот накрыл свою группу, перед лобовой атакой.

Он договорился с инкриптом о внедрении такой же, на наших истребителях. Весь вечер, они провели у инженеров. А мы отмывали корабли от краски, которую использовали вместо боевых снарядов, во время стрельбы.

— Классно получилось. — Алекс, подошел ко мне.

— Угу. — усиленно работая тряпкой, согласилась я.

— Тебе помочь?

— Неа, я почти закончила.

Закончив отмывать «Клин», я бросила тряпку в ведро и направилась к выходу. Алекс, все это время, стоявший рядом, пошел за мной.

— Вот ведь прилип. — подумала я, пока мы шли по коридору.

— Алекс, ты решил проводить меня до комнаты?

— Если ты не против, я бы хотел поговорить наедине.

— А что тебе мешало, это сделать в ангаре? Там кроме нас с тобой никого не было.

Он не ответил, так мы и шли, Алекс всю дорогу молчал.

В комнате было пусто, Хатер еще не вернулся от инженеров. Присаживаясь на кровать, я спросила.

— Так, что ты хотел обсудить?

— Понимаешь, я хотел извиниться за сегодняшнее утро. — он замолчал.

— Если это все, то я тебя прощаю, можешь идти. — подождав какое-то время, сказала я.

— Это не все. — сказал он и опять замолчал.

— Тогда не молчи. Я не умею читать чужих мыслей.

— Ты пойдешь с нами в четверг?

— Традиционный четверг, как же, как же, пойду, конечно.

— А инкрипта с собой возьмешь?

— Это не мне решать. Если ребята его позовут и если он захочет пойти, то. — я посмотрела на Алекса.

— Ладно, я пойду.

— Ага, пока. — Алекс вышел.

— Чудной какой-то, и зачем приходил? — переодеваясь, подумала я.

* * *

На следующий день, мы поменялись местами. Теперь группа Хатера была обороняющей, а группа Тома, была атакующей.

За ночь, инженеры поставили первые образцы призрачной защиты на наши истребители. Агнесса сильно ворчала, ей пришлось работать всю ночь, без перерывов на сон. Хотя ее недовольство смягчал факт того, что инкрипт ей помогал.

— Он такой умный. Оказывается, был у них там ученым изобретателем. Ты знала? — Агнесса мечтательно закатила глаза, пока мы шли к моему «Клину».

— Нет, мы с ним не обсуждали, кем он был.

— Да ладно, как такое может быть?! Вы столько времени проводите вместе и ты о нем ничего не знаешь.

— Ну, видимо может. — улыбнувшись ответила я и залезла в истребитель.

Агнесса, растерянно стояла рядом с кораблем.

Возможно, она не зря удивилась, но не буду, же я клещами вытягивать информацию, если со мной не хотят ей делиться.

Наступил четверг, весь день, опять прошел в полетах. Полковник вместе с Хатером, спускали с нас по семь потов. Вечером того же дня, к Хатеру подошли ребята и позвали с нами в ресторан.

Он согласился. Когда сознатели отошли, он спросил.

— Почему ты мне раньше об этом не рассказала?

— О чем? — я изобразила непонимание.

— Ой, не крути. Ты прекрасно поняла, о чем. Почему не рассказала о ваших традиционных четвергах?

— А почему ты не рассказал, что был ученым изобретателем?

— Какая-то еврейская черта, отвечать вопросом на вопрос. — выдал Хатер.

— Научила на свою голову. — хмыкнула я. Оставив его вопрос без ответа и пошла в душевую.

Общий выезд с базы, был назначен на 19–30. Заскочив в свою комнату переодеться, я обнаружила, что Хатера опять нет. Выходя к стоянке, я увидела его в толпе ребят. Они приветственно помахали мне руками, когда я подошла ближе.

— Вы с Хатером поедите со мной. — сказал полковник Харди.

Залезая в машину, я спросила.

— Куда на этот раз?

— Китайский ресторанчик. — ответил полковник, садясь за руль.

Ресторанчик оказался небольшим, неуютным и грязным. Посетителей не было, в зале было пусто.

— Эээ, а кто выбирал место? — растерянно спросил Мик, обводя помещение взглядом.

— Право выбора было за Хатером. Ребята решили отблагодарить его, таким образом, за обучение приемам противника и призрачную защиту. — хмурясь ответил полковник. Ему здесь тоже не понравилось. Остальные стояли в неменьшей растерянности, чем Мик.

У меня, выбранное место, не вызвало никаких эмоций. От Хатера, можно ждать чего угодно. Его извращенное чувство юмора, стало, для меня привычным.

— Ты знала? — спросил Джош, посмотрев на меня.

— Откуда? С момента вашего приглашения, мы с ним не пересекались.

— Я снял весь ресторан, на вечер. Чего вы скисли, сейчас начнется веселье. — задорно сказал Хатер и подошел к барной стойке. Слегка ударив по настольному звонку, он ждал, когда кто-нибудь из обслуги появиться в зале. Из боковой двери, вышла хрупкая девушка.

— Слушаю Вас. — обратилась она к инкрипту.

— У нас заказ на фамилию Штерн.

— А, да-да. Мистер Штерн, секундочку. Сейчас все будет готово. Вы не могли бы подождать десять минут снаружи. Мы еще не успели привести помещение в порядок, после предыдущей компании.

Хатер утвердительно кивнул и направился к выходу.

Мы последовали за ним.

— Мистер Штерн? Ты совсем уже? — прошипела я, поравнявшись с ним.

— Не шуми. Они спросили фамилию, а мою трудно выговорить на вашем языке. Использовал твою.

— Мог бы использовать свое имя.

— Это нелепица. Они просили фамилию, а не имя.

— Я его придушу, он как раз заснет. Я положу подушку ему на лицо и буду с наслаждением смотреть, как он задыхается. — мрачно улыбаясь, подумала я.

— Я все слышу. — сказал Хатер.

— Да, пожалуйста, я не возражаю. — ответила я.

Через десять минут, девушка позвала нас обратно. Ресторан разительно преобразился. Все сверкало чистотой, в центре зала стоял столик на двадцать семь человек. Вокруг постелены мягкие ковры, в хаотичном порядке разбросаны большие шелковые подушки, с цветастой вышивкой.

— Совсем другое дело.

— Вот, это я понимаю. — загудели сознатели и двинулись к столу.

Пока мы рассаживались поудобней, кому, где нравится, появились официанты с подносами. Расставив на столе еду и напитки, они, поклонившись, ушли. Из динамиков, зазвучала приятная тихая музыка.

— Отличное место выбрал. — похвалил Мик, наливая себе маотай.

— А это еще не все. — в глазах инкрипта сверкнули бесенята.

— Началось. — с тоской подумала я.

— То есть? — застыв, спросил Мик.

— Я заказал, для нас танцовщиц. Минут, через тридцать они появятся.

Я залпом выпила двойную стопку байцзю.

— Тебе плохо не станет? — обеспокоенно спросил Алекс.

— Нашел о чем волноваться. Интересно, на этом сюрпризы от Хатера закончились. — подумала я, а вслух ответила.

— Нет, все будет отлично. Нальешь? — я протянула ему пустую рюмку. Алекс взял бутылку и наполнил мою рюмку до краев.

К появлению танцовщиц, я порядочно захмелела. В правом углу зала рассаживались музыканты, запела арфа гучжэн. Ее резковатое соло, звучало необычно, но по-своему красиво. В мелодию вплелись звуки аккомпанирующих цитры и костяных флейт. Музыка захватила меня, я заворожено смотрела на танцовщиц. Плавные изгибы рук, ритмичные движения тел, все напоминало гипнотический танец кобр.

Резкий толчок в бок, вывел меня из транса.

— Нравится? — спросил Хатер.

— Да. — потирая ребра, я посмотрела на сознателей. Ребята не сводили глаз с танцовщиц, их околдовал танец. Музыка закончилась, танцовщицы замерли. Они напоминали прекрасные фарфоровые статуэтки.

— Не хочешь составить им компанию? — инкрипт кивнул в сторону девушек.

— Ага, безумно хочу, ноги сами в пляс идут! — язык слегка заплетался.

— О, да ты напилась!

— Пока нет, но еще не вечер! — весело ответила я, встряхнув волосами. По венам, разливался жидкий огонь. Хмель ударил в голову. Хотелось продлить, это ощущение, как можно дольше.

Пока мы говорили, зал успел взорваться шумными аплодисментами, танцовщицы подошли к столу и рассаживались между сознателями. Официанты принесли дополнительные приборы. По рюмкам разливалось спиртное. Весело чокаясь, девушки строили глазки, ребята отвечали им тем же.

Я потянулась за своей стопкой, поймав недовольный взгляд полковника Харди.

— Какой славный сегодня вечер. Мы, в окружении прекрасных дам, отмечаем традиционные четверг, спустя долгое время. Но среди нас, не хватает троих. Помянем их! — поднимаясь, произнес Мик. Все, погрустнев, замолчали, вспоминая тех, кто погиб. Мы встали и выпили за павших сознателей. Я встретилась взглядом с Джошем.

— Я хочу кое-что добавить к словам Мика. — сказал он.

— Наших друзей не вернуть, мы всегда будем помнить о них! Но потерь могло быть, гораздо больше. Алекс с Машей, побывали в плену, и никто не думал, что они смогут вернуться. Так давайте же выпьем, не только за павших, но и за тех, кто смог выжить и вернулся к нам. Давайте же выпьем за нового друга, который им помог!

Глава 20

— Бросаю пить! Хатер, ты здесь? — постанывая, спросила я, лежа в кровати. Моя голова раскалывалась, солнечный свет, нестерпимо бил в глаза.

— Ага, я уж думал, что ты не проснешься сама. Совершенно не умеешь пить! Пора бы уже знать свою норму.

— Сказал инкрипт — мрачно подытожила я. Говорить получалось с трудом.

— Будь милосерднее, это моя шестая серьезная встреча с алкоголем. Полечишь? — с надеждой спросила я.

— Куда деваться, нам еще работать сегодня. Лежи и не дергайся. — он подошел и положил руки мне на голову. Боль утихла, озноб спал, по телу разлилось тепло. Я прикрыла глаза.

Через пять минут, я была, как огурчик.

— И чтобы я без тебя делала? — довольно улыбаясь, я направилась в душ.

— Страдала бы от страшного похмелья и проклинала свою невоздержанность. — сказал Хатер, менторским тоном.

— Не ворчи, дедуля! — показав ему язык, я закрыла дверь ванной комнаты.

Прохладные струи, били по телу, я с наслаждением подставила голову, наблюдая, как капли воды сбегают по волосам.

— Какое блаженство.

Вытираясь, я крикнула через дверь.

— А что было после тоста Джоша? А то у меня какие-то хаотичные картины, и никаких связных воспоминаний о конце вечера.

— Да, ничего особенного. Мы продолжили пить. Все протекало достаточно мирно, пока Алекс не спровоцировал тебя на слабо. — инкрипт, продолжил, но я не разобрала, через дверь.

— Я не расслышала, повтори. — выходя, сказала я.

— Говорю, ты заявила, что сможешь станцевать не хуже китаянок. Заставила музыкантов сыграть ирландскую джигу и дико отплясывая, кружилась по ресторану. Вышло эффектно, особенно с учетом того, что на гучжэне и цитре, сыграть джигу достаточно проблематично. Потом, ты улеглась на ковер и, положив под голову подушку, разглядывала потолок, рассказывая, какие видишь картинки. Хочу заметить, что с таким ярким воображением, тебе стоит научиться рисовать. Алекс с Джошем попытались тебя поднять, ты их сбила с ног и обездвижила. Мне особенно понравилось, как ты, сидя на Алексе, говорила им с Джошем учить матчасть и вовсю славила бульдога. Сознатели покатывались со смеху, уговаривая тебя отпустить поверженных. А когда попробовали оттащить, ты расшвыряла их, как котят. Полковнику Харди, пришлось постараться, чтобы подобраться и отключить тебя. Он недоумевал, почему ты настолько рассеяна на тренировках. Никогда бы не подумал, что после такого количества выпитого, ты настолько опасный противник. — инкрипт замолчал, улыбаясь смотря на меня.

— На этом все? — от стыда я готова была провалиться сквозь землю.

— Ну, да. Потом мы вернулись на базу. Мы с Томом, дотащили твое пьяное тело до комнаты и уложили в кровать.

— Интересно, почему вам пришлось тащить меня вдвоем!

— Ты дико брыкалась. Кстати, ты разговаривала во сне.

— И что же я говорила? — роясь в шкафу, пробормотала я.

— Да, мычала что-то неразборчивое.

— Что, даже не смог покопаться в моей голове?

— Нет, ты, когда выпьешь, включаешь блок и закрываешься. Удивительная сила алкоголя! — засмеялся Хатер.

— Отвернись. — держа в руках спортивный костюм, я посмотрела на инкрипта.

— Да чего я там не видел! — возмущенно проговорил Хатер, отворачиваясь.

— Кстати, ты как-то говорил, что сможешь меня научить пользоваться природным щитом. — натягивая штаны, сказала я.

— Говорил, можем на выходных потренироваться.

— На выходных не могу, еду к родным.

— Меня не берешь?

— Не планировала. Все, можешь поворачиваться.

* * *

Как выяснилось, я зря заливалась удушливой волной стыда. Ребята радостно меня приветствовали в спортзале. Никто не держал обиды, за прошлый вечер. Полковник, устроил мне спарринги со всеми присутствующими сознателями. Он удовлетворенно кивал, когда, один за другим, ребята летели на мат. В конце тренировки, он вышел против меня.

— Штерн, опять? — покачав головой, сказал Том. Я поднялась с мата, отряхивая костюм, и развела руками.

За свои семнадцать лет, я встретила двух людей и одного инопланетянина, которых никак не могла победить в рукопашной. Бульдог и полковник, без эмоций подметали мной любую тренировочную поверхность, а Хатер, еще и издевательски насмехаясь. Какие бы усилия я не прикладывала, все равно оставалась в проигрыше.

— Надеюсь, что когда-нибудь, я с ними справлюсь!

После завтрака, мы отправились на учебный вылет. В этот раз, меня поставили, во главе нападающей группы. Собрав свою чертову дюжину в ЦУП, я расписала, тактику сражения.

— И так, против нас полковник Харди и Хатер. Нам будет тяжело, так-как они работают в паре. Поднимаемся построением «свинья», на высоту 10000 метров, северо-запад базы, точка координат V12. Я во главе построения. Брэд, ты с правой стороны фланга, Чарли с левой. Мы остаемся открытыми, остальные закрываются призрачным щитом и включают групповое поле защиты. Выманиваем противника. Как только группа Хатера-Харди появится, наша тройка, активирует призрачное поле и все включают «отражатели». Снижаемся «коброй», на высоту 7000 метров. Идем в атаку под брюхо истребителей. Наносим максимально возможное число поражений, и в рассыпную. Девять кораблей отключают «отражатели» и призрачную защиту, разбиваясь на тройки. В вашу задачу входит провокация и разделение противника. Я и Бред с Чарли, остаемся невидимками, прикрывая всех. Как только группа Хатера-Харди разделится в погоне, все активируют «отражатели» и призрачное поле. По возможности, тройки, берут истребители противника в треугольник. Ведете обстрел из всех орудий. Дальше по ситуации.

— Маша, на «Клинах» нет «отражателей». Ими уже лет двадцать никто не пользуется. Ты забыла, что в соответствии со 125 указом, кодекса ВВС, их запретили?

— Я помню. Агнесса и ее инженеры, поставили на все истребители, зеркальные ящики, по моей просьбе. СВН, активирует их, после кодового слова — СТЕНА. Прошу всех запомнить! В данный момент у нас есть преимущество, о котором не знают во второй группе.

— Но, это бесчестно!

— Брэд, в нашу задачу входит победить противника. Идет война, думаешь, инкриптам есть дело, до честного боя? Или ты забыл, как они ведут себя в атмосферах планет, нашей галактики? Мне плевать, что нас не видно ни на радарах, ни глазом. Если, моя стратегия сработает, «отражатели» поставят на все корабли нашего флота. У империи появится грандиозный шанс, и мы сможем выиграть в этой проклятой войне. Возможно! Вылет назначен на 10–30, прошу всех переодеться, жду вас на взлетной полосе. — я развернулась и направилась к выходу. Меня раздражало, это внутреннее колебание сознателей.

— Неужели им хочется проиграть в войне с инкриптами? Да, сейчас мы вступаем против своих, но рано или поздно, эти учения обернуться против врага. А мы должны победить любой ценой! — я вспомнила Кхана и его пытки.

— Любой ценой! — подумала я и ускорила шаг.

Отражатели оправдали себя, тактика была более чем удачна. Даже безумный инкрипт и гениальный Том Харди, не смогли предугадать наши действия. Из тринадцати атакующих истребителей, был подбит только один. Потери обороняющихся, десять из тринадцати. Уцелели только полковник Харди, Джош и Хатер.

В конце дня, Том, похвалил меня и внес корректировки в работу зеркальных ящиков. Хатер составил план улучшения работы аппаратуры. За выходные, инженеры должны обновить программное обеспеченье, системы «отражателей», на всех истребителях сознателей. Поэтому, Агнесса не смогла поехать к моим родственникам. Она с Хатером, занялась внедрением обновления, по приказу полковника Харди.

* * *

Бульдог, ужасно разозлился, когда узнал с кем глава инженеров, проведет все выходные.

— Я проломлю ему череп. — бушевал Редж в моей комнате, пока я собирала вещи. Саливан пытался его успокоить.

— Послушай, ну, это же по работе!

— Мне наплевать, я убью его.

— Редж, он в отсеке инженеров, если тебе так не терпится убить инкрипта, то иди туда. Только перестань крушить мои вещи. — сказала я, закрывая чемодан. Сомневаюсь, что бульдог сможет победить Хатера, в любом случае, будет ничья. Но это лучше, чем отдать свою комнату, на растерзание взбешенного Реджа.

— Вещи она пожалела. — бульдог гневно посмотрел в мою сторону.

— Мне не вещи жалко, а память, которую они хранят. Это подарки моей семьи и друзей. Поэтому перестань сеять вокруг себя хаос. Иди и разберись с Хатером, если настолько не доверяешь Агнессе.

Бульдог замер.

— С чего ты взяла, что я ей не доверяю?

— Ну, даже не знаю. Может с того, что ты бесишься от одной мысли о том, что она проведет выходные с инкриптом?

— Черт! — больше он ничего не прибавил.

Мы едем по пустынному шоссе, друзья везут меня домой. Засыпая на заднем сиденье, я слушаю их перебранку и улыбаюсь.

— Все, как всегда. — а это значит, что жизнь возвращается в свою прежнюю колею.

— Они приехали! — Лера кричит в открытую дверь прихожей.

Вся семья, высыпает на порог. Отец и дедушки, радостно приветствуют Сали и Реджа. Я стою, чуть позади.

— И когда это, вы успели так сдружиться?

— Пока тебя не было, мы частенько сюда наведывались. — оборачиваясь, отвечает за двоих, Саливан. Обойдя друзей, я иду к родным. Они нерешительно делают шаг навстречу. Волна отчуждения еще не спала. Им сложно привыкнуть к мысли, что я жива!

— Маша. — мама раскрывает руки и я погружаюсь в ее теплые объятия. Вроде все, как всегда, но чего-то не хватает.

— Ублюдок Робертсон! — со злостью думаю я.

Выходные прошли неплохо. Хотя лед общения, так и не треснул. Все время чувствовалась напряженность во взглядах, жестах, во всем.

Глава 21

— Может проблема не в семье? Может проблема во мне?

— Ты это о чем? — спрашивает бульдог, приоткрывая правый глаз.

На обратном пути к базе, ведет Сали.

— Ты же сам заметил, как вели себя родители и остальные члены семьи. Вот я и подумала, что проблема не в них, а во мне. Может у меня посттравматический стрессовый синдром, после плена?

— Одно словоблудие! — замечает Саливан. — Просто ты с ними очень долго не общалась, вот и результат.

— Когда в четырнадцать, ты вез меня на Землю, период не общения, длился столько же. А в академии, еще дольше!

— Ну, ты и сравнила. Одно дело простой перелет и обучение, совсем другое, думать, что ты умерла. К такому не сразу привыкаешь, а уж отвыкаешь еще дольше.

— Думаешь?

Мы переглянулись с Сали, в зеркало заднего вида.

— Угу.

— Ну ладно, посмотрим, что будет в следующие выходные.

К шести вечера, мы подъехали к корпусу. Хатер сидел в комнате и читал очередной комикс про Флэша.

— Я думала, ты уже добил эту серию.

— Пока нет, это последний и перехожу к разделу классической прозы двадцатого века. Как поездка?

— Не очень. — я бросила чемодан с вещами на пол, рядом с кроватью.

— Что так? — отложив комикс, Хатер заинтересованно смотрит в мою сторону.

— Не хочу об этом говорить.

— Перестань строить страшные планы мести подполковнику ИСБ.

— Пора уже научиться пользоваться защитой. И когда я перестала замечать, наши слияния? — устало вздыхаю и ложусь на кровать.

— Вещи разобрать не хочешь? — наклонившись к моему чемодану, спрашивает инкрипт.

— Неа. Мне лень, завтра этим займусь. И не смей их трогать. — строго смотрю я на Хатера. Мне надоело, его маниакальное стремление поддерживать порядок. В конце концов, это моя комната, мои вещи и его соседство меня чаще утомляет, чем наоборот.

— Какая злючка. Но, чтобы завтра привела все в порядок. Пока я здесь живу, придерживайся… — он не успел договорить.

— Если тебе, что-то не нравится, проваливай. Ты несказанно обрадуешь меня этим! — перебила я, отворачиваясь к стене.

— Ох уж этот переходный возраст! — вздыхает инкрипт.

— И что он прицепился к моему возрасту. Я просто хочу побыть одна. — засыпая думаю я.

* * *

— Сэр, это сознатель Штерн. — я постучала в комнату Тома.

— Входи. — полковник Харди, разглядывает какие-то документы. Когда я подхожу ближе, он убирает их в ящик стола.

— Я хотела поговорить о Хатере.

— Слушаю. — Том внимательно смотрит на меня, ожидая продолжения.

— Я знаю, что он заключил соглашение с вашим дедушкой. И что ему предлагали отдельную комнату. Так вот, я хотела спросить, не могла бы я воспользоваться этой комнатой, пока инкрипт находится в шестом корпусе?

— Что-то случилось?

— Нет, но просто, я ведь имею право на личное пространство. А с момента своего возращения, я постоянно нахожусь…. - я задумалась. — В общем, мне нужно жить отдельно.

— Странно, что ты только сейчас об этом заговорила. Почему не обратилась раньше?

— А разве у меня был шанс? Нас ведь намеренно поселили вместе, понатыкали камер и прослушивающей аппаратуры. Люди О'Генри постоянно наблюдали за нами. Вам и ребятам, запретили ко мне приближаться. Так что. — пожимая плечами, я посмотрела на полковника.

— Присядь. — он указал мне на стул. — Видишь ли, пока тебе придется смириться с твоим вынужденным подселением. Сейчас в корпусе нет свободных комнат.

— Но как же? Ведь Хатеру предлагали! Да и как это нет, а три комнаты, погибших сознателей? Я знаю, что они никем не заняты.

— Штерн, тебе не дадут другой комнаты.

— Почему?

Полковник молчал, пауза слишком затянулась.

— Видимо ответа, я так и не получу. Тоже мне тайны мадридского двора! — зло подумала я и, козырнув, вышла.

Направляясь в отсек инженеров, я опять столкнулась с Робертсоном. В этот раз, он было один.

— Приветствую тебя, Штерн!

— Подполковник. — кивнув ему я уже собиралась пройти дальше.

— Тебе ведь скоро исполнится восемнадцать. Ждешь этого дня с нетерпением?

— Допустим.

— Только ты не особо рассчитывай на то, что так легко со мной распрощаешься. — гаденькая улыбка, расползлась по его лицу.

— Опять строите каверзы за моей спиной? Какой вам от меня прок, ведь ни один из ваших планов не оправдался?

— Ты это о чем? — изображая удивление, спросил Робертсон.

— У Вас нет контроля над настоящим сознателем. Вы не получили паука из шестого корпуса. Даже информация о моем пребывании у инкриптов, обошла Вас стороной. Так, почему бы не смириться и не уползти в темную нору, из которой Вы выползаете, чтобы портить другим жизнь?

— Аха-ха-ха, ничего не меняется. Ты все такая же маленькая, мстительная сучка! Думаешь, я не смогу до тебя добраться?

— Думаю, что не сможете. Иначе бы, я уже давно сидела в ИСБ и пускала слюни от дерьма, которым меня напичкали, вытягивая информацию.

— Не стоит меня дразнить, девочка! — он сверкнул глазами и наши взгляды встретились, как две скрещенные рапиры.

— Подполковник Робертсон, что-то Вы к нам зачастили!

Я с облегчением услышала голоса Тома. Не появись он, неизвестно, чем бы закончилась эта встреча.

— А, Том, рад тебя видеть. Как поживаешь?

— Прекрасно. Так чем обязан вашему визиту?

— Да вот, решил навестить старых друзей.

— Не знал, что в нашем корпусе, у Вас есть друзья! — холодный тон полковника Харди, не оставлял сомнений о его отношении к сотруднику ИСБ.

— Том, Том, все также неприветлив. Пойдем, нужно поговорить с глазу на глаз. Я как раз направлялся к тебе, но встретил сознателя Штерн. — Робертсон бросил на меня, полный неприязни взгляд и поравнялся с полковником Харди.

Остаток пути, до комнаты Агнессы, я пребывала в задумчивости.

— Маша, как хорошо, что ты пришла. А я хотела к тебе бежать. У меня проблемы, нужна твоя помощь. — глава инженеров, удрученно посмотрела себе под ноги.

— О чем речь? — присаживаясь рядом, спросила я.

— С эмулятором FMS беда. Вот решила покопаться и исправить. А тут. — она всплеснула руками.

— Аааа. — вглядываясь в монитор, протянула я. Строчки коды, рябили в глазах. — Ну, что ж, давай разбираться.

Остаток вечера, прошел в корректировках кода эмулятора системы управления полетами.

Вернувшись к себе, я позвонила родным, а потом связалась с Саливаном.

— Привет. Ты один?

— Да. А ты чего-то другого ожидала?

— Ну, мало ли. Я второй раз, за последние семь дней, наталкиваюсь на Робертсона. Ты случайно не в курсе, что он забыл в шестом корпусе?

— Тебе, это не понравится. — Сали замолчал.

— Друг мой, прошу тебя, не тяни кота за причинное….

Меня перебил Саливан.

— Он пытается застолбить место, для парочки своих сотрудников в вашем корпусе. Возможно, ты их помнишь, они вместе с тобой сбежали из плена.

— Тед и Сэм?

— Да. Мутные типы.

— Понятно. А что на счет документа временной опеки?

— А что с ним?

— Я у тебя хотела спросить. Может в него внесли дополнительные пункты или продлили?

— Не слышал об этом, но, насколько мне известно, как с тебя сняли колпак ИСБ, так он и лежит. Могу поузнавать, если нужно.

— Нужно, очень даже нужно. Если что выяснишь, скинь мне информацию.

— Договорились. А в целом, как дела?

— Потихоньку. Сам как, как Редж?

— Я отлично, Редж ногу сломал, сегодня днем. Неудачно закрутил одного из курсантов и сам растянулся. Я как раз от него. Через две недели, будет бегать. — улыбнулся Сали.

— Ясно. Реджу привет. Пока, до связи. — я отключилась.

— Значит, Робертсон пытается внедрить к нам своих пауков. Пора показать Тому запись перелета, с куба инкриптов. Больше тянуть с этим нельзя. — откинувшись на спинку стула, я завела руки за голову и слегка покачиваясь, погрузилась в размышления.

— Привет старушка, как жизнь молодая? Где пропадала весь вечер? — ворвавшись в комнату, весело прокричал Хатер. Его появление, было для меня настолько неожиданным, что я, потеряв равновесие, упала на пол.

— Черт, Хатер, ты не мог бы потише врываться в комнату. — лежа на полу, пробурчала я. Подскочив ко мне, он поднял меня на ноги и поставил стул в исходное положение.

— Не ворчи. Лучше скажи, почему ты просила выделить тебе отдельную комнату? Я думал, мы уже решили этот вопрос.

— Ничего мы не решали. Ты просто поставил меня перед фактом, что не съедешь, вынуждая терпеть твое присутствие. Последние месяцы, я только и делаю, что работаю нянькой, при инопланетянине. А мне необходимо бывать одной. В любом случае, можешь радоваться, мне все равно не выделят отдельной комнаты.

— Не пыли, детка. Я тоже многим пожертвовал, помогая тебе.

— Да, кто бы спорил. Я благодарна тебе, только я ни о чем не просила. Поэтому не нужно ставить мне в вину свои действия.

Инкрипт ничего не ответив, развернулся и вышел из комнаты.

— Ну вот, обиделся. А еще говорит, что он из расы существ не склонных к эмоциям. Ну-ну, брехло! — мне захотелось сплюнуть на пол. Но я удержалась.

Меня достала, вся эта кутерьма, которая творилась после моего возращения с линкора инкриптов.

Глава 22

Хатер, так и не вернулся. Утром, по дороге в зал, я увидела, как инкрипт выходит от новенькой, из отдела прикладных тестировщиков. Девушка сияла, как бриллиант, прижимаясь к дверному косяку.

— Огранил землянку! Даже инопланетянин наладил свою личную жизнь. Только моя, на нулевом уровне! — невесело подумала я.

Пробегая мимо, я сделала вид, что не заметила их.

— Эй, Маша, куда так несешься? — догнав меня, спросил Хатер.

— На тренировку опаздываю.

— Полковник Харди, будет недоволен. — многозначительно сказал инкрипт. — Предлагаю, начать ежевечернюю практику твоих природных способностей.

— Хорошо. — Хатер сменил направление, а я побежала в зал.

Полковник и впрямь, метал молнии, распиная меня, за опоздание.

— Штерн, сколько можно. Постоянно опаздываешь на утренние тренировки. Может тебе сменить будильник или увеличить громкость общего сигнала подъема?!

— Простите сэр! Больше этого не повторится. — и чего он так бесится, я за все время работы в корпусе, опоздала всего три раза, и то, на четыре минуты. Ребята порой и на полчаса позже, приходили.

Но с командиром не спорят!

Сегодня, полковник Харди, разошелся не на шутку. Он вывихнул мне плечо, во время одного из захватов и даже не разрешил никому, его вправить. А после этого, старался ронять меня именно, на него.

— Вот ведь! — я в который раз, поднималась с мата. Сознатели замерли, наблюдая за нами.

— Сэр! Ведь у нее правая сторона не работает. Можно и полегче.

— Джош осекся, под холодным взглядом Тома. Ребята неодобрительно поглядывали на полковника, но больше никто не решился открыть рот. По спине стекал пот, плечо стреляло от ноющей боли.

— Кажется, он сломал мне ключицу! Вот черт! — я увернулась от броска Тома, и быстро упав на левый бок, перекатилась на спину.

Повторную атаку полковника, я встретила ударом обеих ног, ему под ребра. Удар оказался настолько сильным, что Том отлетел на метр назад, приземлившись на спину. Опираясь на левую руку, я подскочила с мата и кинулась к Тому. Опережая его на долю секунды, я ударила ребром ладони, по адамову яблоку.

Он замер от болевого шока, в положении полулежа. Том пытался вздохнуть и открывал рот, как рыба на льду. Возвышаясь над ним, я толкнула его ногой в плечо, придавив к полу. Запищал таймер. Я отошла от полковника.

* * *

— Чистая победа. — потирая горло, Том вел меня в медблок.

— Спасибо, сэр!

— Что у вас? — спросил врач, когда мы зашли.

— Вывихнутое плечо, возможно сломанная ключица, а также пара ребер. — сказал полковник Харди.

— И все у одного человека? — уточнил врач.

— Нет. Плечо и ключица у нее. — Том кивнул в мою сторону. — Ребра у меня.

— Ну-с, приступим к осмотру. — потирая руки, подытожил врач.

Моя ключица оказалась цела. Мне вправили плечо и отпустили с миром. Как выяснилось позже, крепкие ребра полковника Харди, выдержали удар. Кроме синяков и пары трещин, с ним все было в порядке. За два дня, благодаря лечению, у него все пройдет.

Мик довольно осклабился, встретив меня в столовой.

— Маша, ты в следующий раз полегче. Ведь могла и убить полковника!

— Его убьешь! — ответив ему улыбкой, сказала я.

Проходя к столу сознателей, я увидела Агнессу. Та махала мне руками, подзывая к себе, бросив пару коротких взглядов, на своих сотрудников. Пока я шла к ней, они, поднялись с подносами, и пересели за соседний столик.

— Ты чего? — я посмотрела на пустое пространство, вокруг главы инженеров.

— Ну, как же, сегодня великий день. За много-много лет, Тома, хоть кто-то уложил на лопатки. Обычно все бывает наоборот. — улыбаясь заметила она.

— Уже вкурсе!

— Ага, Джош шепнул по секрету. И как тебе это удалось?

— Сама не знаю. — задумчиво протянула я. — Видимо фортуна, сегодня на моей стороне. — подмигнув ей, я пошла завтракать.

Минут, через десять, в столовую вошел Том.

* * *

Мы с Хатером, приступили к моему обучению.

— Ты опять, все делаешь не так!

— Ну что на этот раз?

— Я тебе уже в десятый раз объясняю, твоя природная защита, как золотистый щит. Тебе нужно, только представить, как он расползается внутри тебя, окутывая тело. Сосредоточься и выпусти его.

— У меня не получается. Как я могу сосредоточиться, когда ты постоянно орешь!

— А ты не тупи, и я не буду орать. Я же говорил, что щит, работает по принципу ментального блока. Тебе нужно научиться, постоянно находиться в этом цикле. Между прочим, твой полковник, всегда закрыт природным щитом. Поэтому я не могу его считать.

— И почему, я узнаю об этом только сейчас?

Которые сутки, Хатер мучает меня, заставляя снова и снова активировать природный щит. Он будит меня среди ночи, посылая кошмарные образы пыток Кхана. Я просыпаюсь от крика, обливаясь холодным потом.

— Я предупреждал! Чем быстрее научишься, тем быстрее, оставлю тебя в покое.

— Это какое-то безумие. — откидываясь на подушку, ворчу я.

Но стоит мне только прикрыть глаза, как все повторяется снова.

— Послушай, а разве тебе не пора, к одной из своих пассий? — спросила я в один из вечеров, в надежде на спокойный сон.

Последнее время, Хатер завел привычку, обхаживать землянок. Даже странно, что он так себя ведет только сейчас. Раньше за ним такого не наблюдалось.

— Жаждешь от меня избавиться?

— Типа того.

— Не сегодня. Земные женщины, довольно навязчивы.

— А как ведут себя самки вашей расы? — начиная злиться, спросила я.

— Самки. — фыркнул Хатер. — Если честно, то так же.

— Ты меня несказанно успокоил этим фактом. Ты пользуешь наших женщин, как расходный материал, удовлетворяя свои нужды. И так неуважительно отзываешься, в итоге. Хатер, ты просто скотина! — я набросилась на него, в удушающем захвате. Захрипев, он ударил меня локтями под дых, отбрасывая назад. В падении, я выпустила правую руку и вцепилась ему в волосы, наматывая их на кулак. Наклонившись, чтобы высвободить хвост, Хатер с силой сжал мне запястье и надавил на срединный нерв. В этот момент, я нанесла ему удар по верхней губе, под небольшим углом вверх, «малым кулаком» левой руки. И нацелилась основанием ладони на подбородок. Но он вовремя отшатнулся, прикрыв лицо в защитном блоке.

— Да успокойся ты, бешеная. Я не хочу тебя калечить.

— Еще неизвестно, кто кого покалечит.

Так мы и застыли. Инкрипт прикрываясь, я полулежа, вцепившись мертвой хваткой в его волосы.

— Вы чего творите?

Мы одновременно посмотрели в сторону двери. На входе стоял Мик, за ним, полковник Харди.

— Да когда же они научаться спрашивать разрешение, чтобы войти! — с силой дернув Хатера за хвост, я попыталась встать, используя его, как опору.

— Отпусти уже! — злобно зашипел инкрипт.

— Ага, сейчас. Только встану.

— Штерн, Хатер, смирно. Если так не терпится выпустить пар, можете пройти в тренировочный зал. — ледяным тоном, сказал полковник Харди. Я поднялась, отпуская инкрипта.

Мы оба, встали по стойке смирно.

— Сейчас я вас позабавлю, ребятки. — проходя внутрь, начал Том.

— Идем мы с Миком по коридору, направляясь в мою комнату.

И тут раздаются крики, хрипы и звуки борьбы. Недолго думая, мы открываем дверь и наблюдаем эту картину. Стоит ли мне знать причину, такого поведения? — он грозно посмотрел на меня, а затем на Хатера. Ничего не ответив, мы в упор смотрим на него.

— Угу, молчите! — подытожил Том. — Я предупреждаю первый и последний раз, здесь, должны бить тишина и покой. В противном случае….

Его перебил Хатер.

— Полковник Харди, все, что происходит в этой комнате, Вас не касается. — в голосе инкрипта, засквозило угрозой.

— Меня касается все, что происходит в шестом корпусе десятого сектора. А если ты забыл, то спешу напомнить, ты находишься в моем подчинении. И пока главой корпуса являюсь я, мои приказы будут выполняться беспрекословно.

В комнате повисла напряженная пауза. Казалось еще чуть-чуть и Хатер с полковником набросятся друг на друга. Но ничего не произошло. Полковник развернулся и вышел, за ним Мик, дверь закрылась. Мы остались одни.

Переглянувшись, я сказала.

— Мда, что-то мы и впрямь разошлись.

— Угу. — потирая затылок промычал Хатер.

— Мир? — протягивая руку, спросил он.

— Мир! — ответила я, пожимая ему руку.

Глава 23

Я рассказала о случившемся Агнессе, сидя у нее в комнате, на следующий вечер.

— Тебе просто мужика нужно найти!

— Опять двадцать пять. У тебя на все проблемы, одно решение.

— Не на все, но мужик, то нужен.

— Угу.

— Что угу. Я устала с тобой биться на эту тему. Тебе, через две недели исполниться восемнадцать. Сколько можно с этим тянуть?

— Слышали бы тебя Редж с Сали.

— А зачем им об этом знать. Ты, для них по-прежнему ребенок. Думаешь, почему Редж так беситься, когда видит Хатера.

— Вот только не нужно. Уж не думает ли он….

Агнесса меня перебила.

— Именно, это он и думает. Впрочем, как и весь шестой корпус. Говорю, найди себе кого-то.

— Кого, например?

— Да хоть кого. На базе полно народу, на любой вкус и цвет, выбирай любого.

— Все, я не хочу об этом больше говорить. Давай сменим тему.

По дороге к себе, я думала над словами Агнессы.

— Может Алекс? Хотя нет, правило полковника. А может полковник? Нет, тут точно без шансов. Остается Хатер! А если он шутил. Черт, одна морока, и зачем мне все это?

В комнате было темно, инкрипта не было. Я зажгла свет и села за стол. Замигал браслет связи, пришло сообщение.

«Я тебе один ролик скинула, посмотри. Агнесса».

Я вывела голографическое изображение и включила воспроизведение. Комнату заполнили характерные хлюпающие звуки и стоны.

— Твою мать, Агнесса! — я отключила звук.

Через десять минут, «пленка» закончилась.

— Мда, такого жесткого хардкора я еще не видела. Я убью Агнессу! — перед глазами все еще мелькали образы, сношающейся парочки.

— Как же, это из головы то выкинуть? — я опустила голову на стол, зажав ее руками.

— С кем воюешь? — в комнату вошел Хатер.

Я подскочила, выставляя ментальный блок, и пулей вылетела в коридор.

* * *

— Он считал или я успела вовремя?

Полтора часа, я слонялась по корпусу, не решаясь вернуться.

— Маша, ты чего тут бродишь после отбоя? — голос Мика, вывел меня из раздумий. Я ляпнула в ответ, первое, что в голову пришло.

— Заблудилась!

— А? — Мик от удивления открыл рот.

Не дожидаясь дальнейших расспросов, я глупо улыбнувшись, развернулась и побежала к себе.

— Странная ты какая-то! — подозрительно глядя на меня, сказал Хатер. Когда я ворвалась внутрь. — Ты случайно не заболела?

— Нет, а что, похоже?

— Ну, есть такое впечатление. Из комнаты вылетела, будто за тобой тысяча чертей гналась. А вернулась примерно так же. — инкрипт изобразил меня, носясь по комнате.

Я засмеялась.

— Фух, не считал. — с облегчением подумала я.

— Ладно, пошли, посмотрим кинцо. Я тут один фильм скачал.

— Надеюсь, не по совету Агнессы?! — я вспомнила ролик, который она скинула мне, для «ознакомления».

— Что? — удивленно, спросил Хатер.

— Да, так, забей.

— Захватывающий триллер. — заметила я, в конце просмотра.

— Да, фильм оказался на удивление удачным.

— Хатер, послушай, я хотела с тобой поговорить. Помнишь, ты когда-то предлагал…. - сердце бешено колотилось, руки вспотели от волнения. Я никак не могла себя заставить, закончить фразу.

— Ммм. — подбадривающе, кивнул инкрипт.

— Да, господи боже. Не могу я этого вслух сказать. На вот, сам прочти. — я сняла блок.

Хатер дико заржал, хватаясь за живот.

Этого я ожидала меньше всего.

— Ну, надо же, а мне покажешь?

— Че? — возмущенно глядя на него, воскликнула я.

— Ролик, который скинула тебе Агнесса. Впечатляюще! Теперь понятно, почему ты убежала с такой скоростью.

— Это все, что ли? Ты, что, больше ничего не считал?

— У тебя мысли так быстро меняют ход, что я просто за ними не поспеваю. В твоей голове сплошной сумбур.

Я активировала природный щит.

— Эй, ты чего? Я же так и не понял, что ты сказать хотела. Давай, открывайся!

— Идея была неудачной. Надо просто сказать. Что в этом такого? — подумала я.

Набрав побольше воздуха в грудь, я выпалила на одном дыхании.

— Ты предлагал мне помочь с моей девственностью. Я согласна.

— Ты сейчас серьезно говоришь?

— Да. У тебя есть опыт, и мы неплохо друг друга знаем. Идет война, нет гарантий, что я выживу. И я… — мне было стыдно посмотреть на инкрипта. Я замерла в центре комнаты и уткнулась взглядом в пол.

Хатер, подошел ко мне и встал напротив.

— Почему же он молчит? — я нерешительно посмотрела на него.

В этот момент, он меня поцеловал.

— Мой первый поцелуй. Кто бы мог подумать… — я выкинула из головы все мысли, сосредоточившись на своих ощущениях.

— Тебе было очень больно? — мы лежали на его кровати. Он перевернулся на бок и посмотрел на меня.

— Угу. — сонно промычала я, закрывая глаза.

— Спи. — Хатер накрыл нас одеялом.

Я проснулась от того, что мне стало трудно дышать. Что-то давило на грудь. Открыв глаза, я увидела руку инкрипта, на своей грудной клетке. Его горячее дыхание, щекотало мне шею.

— Какого черта, он лежит в моей кровати? — я огляделась. Кровать была не моя. Хатер пошевелился, прижимаясь ближе. Туман в голове рассеивался, я вспомнила вчерашнюю ночь. Стряхнув с себя руку Хатера, я села.

— Ну что ж, меня можно поздравить. Одной проблемой меньше. — аккуратно перелезая, через инкрипта, я старалась его не разбудить.

Одевшись, я как можно тише, крадусь к двери. Оказавшись в коридоре, перевожу дыхание и бегу в отсек инженеров.

* * *

— Да открой же ты. — я долбила в дверь главы инженеров.

— Какого лешего! Кто там? — раздались возмущенные крики.

— Агнесса, это я. Ты, что спишь?!

— Маша! Погоди секундочку. Который час? — открывая дверь, спросила она.

— Без четверти шесть. — проходя внутрь, ответила я.

— Аааа, ну коли так, проходи. С чем пожаловала? — кутаясь в одеяло, Агнесса села на кровать.

— Можно я у тебя душ приму? — ее лицо вытянулось от изумления.

— Ты с ума сошла, будить меня в такую рань, ради душа?

— Эм. — потирая запястье, я заискивающе улыбнулась.

— Ну, иди, раз так нужно. А что, в вашей комнате, сломался?

— Типа того! — проходя в ванную, ответила я.

— Что-то ты темнишь. — сказала она в закрывающуюся дверь.

Раздевшись, я залезла в кабину и включила воду.

— А действительно, почему я у себя не могла помыться? — я вышла из душевой.

Агнесса сонно клевала носом. Услышав мои шаги, она подняла голову и прищурилась.

— Я, пожалуй, пойду, спасибо. — улыбнувшись, я иду к выходу.

— Хорошо, увидимся в столовой. — растерянно, говорит глава инженеров. Я выхожу.

В моей комнате по-прежнему было темно.

— Вернулась? — голос Хатера, застал меня в врасплох.

Я замерла на проходе. — Ага, вернулась.

Раздался общий сигнал подъема по базе. Я кинулась к шкафу, за спортивным костюмом.

— Блин. — я зашипела от боли.

— Ты чего? — Хатер включил свет.

— Я в темноте, об ножку стула ударилась. Гребаная мебель. Кто додумался так поставить стул? — потирая большой палец, спросила я. — Это ужасно бесит, столько нервных окончаний, в какой-то жалкой фаланге.

Инкрипт засмеялся, с интересом наблюдая за мной. Посмотрев на часы, я вскочила с пола.

— Том, меня покалечит. Даже не хочу думать, что он сделает в этот раз. — натянув костюм, я провела рукой по волосам.

— Конечно, это хороший способ борьбы с опозданиями, но испытывать его методы на себе, мало приятного. — бегая по комнате, в поисках расчески, думала я.

Приведя себя в порядок, я выбежала в коридор, сбила с ног какую-то девушку, выходившую из комнаты полковника Харди. Она, крякнув, отлетела к стене. На ходу извинившись, я побежала в зал.

— Хо-хо, сегодня кто-то развлекался!

Почему-то, меня до колик рассмешила эта мысль. Наступив на развязавшийся шнурок, я полетела носом в пол.

— Не стоило злорадствовать, меня наказывает мировая справедливость! Мама была права, я когда-нибудь себе шею сломаю. Надо быть внимательней! — поднимаясь, пробормотал я.

— Штерн, опять в своем репертуаре? — голос полковника, заставил меня ускориться. Резко поднявшись, я треснулась затылком обо что-то твердое. Из глаз посыпались искры.

— Черт, что за день такой, сегодня! — я потерла ушибленную кость и, не оборачиваясь, скрылась с места позорного происшествия.

— И почему, я вечно попадаю в нелепые ситуации, именно в его присутствии?

Всю дорогу до зала, перед глазами всплывали картины прошлого.

«Вот я вылила кофе себе на форму, зазевавшись, пронеся мимо рта, слушая Агнессу. На встречу по коридору, идет Том и неодобрительно качает головой. По груди расползается горячее пятно, больно обжигая кожу.

Вот я просчитываю задницей ступеньки, поскользнувшись на мокром полу. Внизу меня встречает ироничный взгляд полковника.

Вот я вбегаю в брифинг зал, сбивая выставленные стулья, и влетаю головой в плечо Мика».

— И это только начало! — мрачно думаю я, забегая внутрь.

Ребята разминаются, перед тренировкой. Приветливо помахав им, я приступаю к разогреву мышц. В зал входит полковник Харди.

— Сэр, что с вами? — оборачиваясь, я вижу, как Джош двигается навстречу полковнику. У того, из носа хлещет кровь, он шарит по карманам, в поисках платка.

— Все в порядке Джош, продолжай разминку. — Том улыбается ему и очень нехорошо глядит в мою сторону.

— Лучше бы я опоздала! — внутри все опадает от дурных предчувствий.

— Нет, сегодня определенно не мой день. — я падаю на кровать и прикрываю голову подушкой. Тренировка и учебный вылет, прошли просто ужасно. В зале я в очередной раз проиграла Тому, хотя тут, как раз ничего удивительного. Но вот, так лихо мазать по цели, такого еще никогда не было! Да еще СВН капризничал.

Пребывая в «цикле», я перестала чувствовать корабль, как раньше. Хатер объяснил, как сливаться с СВН, не снимая защиту, но….

Я слышала корабль, управляла им, но не чувствовала. Симбиоза не было.

Подавленная от неудач сегодняшнего дня, постепенно я засыпаю.

— Маша, очнись. — меня трясет Хатер. Разлепляю глаза и смотрю на инкрипта.

— Что тебе нужно? — вяло, говорю я, растягивая слова, приподнимаясь на локтях. Глаза сами собой слипаются.

— Ты забыла, что мы собирались показать Тому запись перелета?

— Точно, запись. — я откидываюсь на спину и бью себя рукой по лбу.

— Ты случайно не знаешь, он у себя?

— Я видел, как он заходил с какой-то девицей свою комнату.

— С девицей. — эхом повторяю я. — Давно?

— Что давно? — переспрашивает Хатер.

— Видел, говорю, давно?

— Ах, это. Минут двадцать назад.

— Нет, нам это не подходит. Нужно пообщаться без свидетелей. А если у них там, все в самом разгаре. Не думаю, что он будет рад, нашему приходу. И точно не скажет спасибо, за испорченный вечер.

Инкрипт ухмыляется, слушая мою тираду.

— Слушай, давай завтра к нему подойдем. Он все равно, сейчас занят. — я вытягиваюсь на кровати.

— И это все? — инкрипт опять тормошит меня, не давая заснуть.

— О боги. — протяжный стон, вырывается из моего горла. — Ну что еще? Я спать хочу!

— Давай развлечемся, можем почитать, кино посмотреть, сыграть в карты, поболтать, повторить вчерашний вечер.

— У меня нет сил, ни на что из перечисленного. Развлеки себя сам. — сонно говорю я, приоткрывая левый глаз.

— Подумать только, меня отверг примат. — изображая вселенскую скорбь, Хатер хитро смотрит в мою сторону.

— Считай, что я мщу тебе за всех женщин разом. — закрывая глаза, я слышу, как он выходит из комнаты.

Утром, Саливан, скинул мне запрашиваемую информацию.

«Робертсон договорился о внедрении своих сотрудников. Через два дня, они приступят к работе в корпусе, в качестве военной охраны базы.

Меня передернуло от мысли, что я буду видеть мерзкие рожи Теда и Сэма.

Договор опеки остался неизменным. Значит, скоро я действительно избавлюсь от подполковника ИСБ».

— Что же задумал Робертсон?

— Опять размышляешь вслух? — Хатер вышел из душевой.

— Одевайся, нам нужно к Тому.

— Какая спешка, не то, что вчера! — усмехнулся инкрипт.

— Давай, пошевеливайся. — сказала я, сохраняя запись перелета, на браслет связи.

— Есть, камрад.

Глава 24

Мы стояли перед дверью полковника Харди.

— И чего он так возится? — я нервно выстукивала ногой.

— Прячет труп. — таинственно сказал Хатер.

Дверь открылась, раздраженно поглядывая, Том спросил, пропуская нас.

— Чем обязан?

Проходя внутрь, я огляделась. Никого кроме полковника, в комнате не было. Только кровать в диком беспорядке. В этот момент, в ванной, раздался звон. Мы с Хатером переглянулись.

Сохраняя невозмутимость, полковник сказал. — У меня гости.

— Сэр, дело срочное и желательно обсудить его без свидетелей.

— Штерн, если без свидетелей, то зайдите ко мне, через десять минут.

Мы вернулись к себе в комнату. Я все время поглядывала на часы. Минуты тянулись бесконечно долго.

— Какой он милашка. — потягиваясь сказал Хатер.

— Ты это к чему?

— Ну, как, меня ты осуждаешь. А у твоего командира, целый гарем. По сравнению с ним, я просто ангелочек.

— Да мне плевать с кем вы спите и в каком количестве меняете партнеров. Это личное дело каждого. Просто не люблю потребительский подход к людям. Вот и все.

— Потребительский, потребление, ммм.

— Пошути мне еще тут.

— А что не так?

— А то, завязывай с этими плотоядными шуточками.

— Все никак Кхана забыть не можешь?

— Нет, его гостеприимство, навсегда впечаталось в мою память. — в очередной раз посмотрев на часы, я сказала. — Время, пойдем.

* * *

— Так, я все понял, останови воспроизведение.

В комнате полковника Харди, застыло изображение Теда, насилующего молодую девушку. Сэм стоит на стреме, у двери туалета.

— Почему раньше этого не показала?

— Сэр, кхм. — я откашлялась. — Мне было не до этого.

— А до чего тебе было? Ты, что не понимаешь, что их действия остались безнаказанными. Теперь, будет очень трудно их прижать. ИСБ заключило договор с Винсентом Харди, мы не можем пустить ход делу. Сейчас, нам просто не выгодно с ними ссориться. Особенно в период военного положения.

— Полегче амиго. Не стоит так кричать.

— А ты не лезь. — гневно сверкнув взглядом, Том посмотрел на Хатера. — Значит так, снимаете копию с записи полета, скидываете мне. Как только появится благоприятный момент, я передам информацию в коллегию судей, военного трибунала. А пока, никому ни слова. И Штерн, будь полюбезней с нашими гостями, иначе посажу в карцер. Мне не нужны конфликты.

— Это он о чем? — спросил инкрипт в коридоре.

— Робертсон подсадил своих людей, в шестой корпус. Тед и Сэм, появятся здесь, через два дня.

— В качестве кого? — он замер, в ожидании ответа.

— Пойдем, дам тебе почитать, что мне Саливан прислал. — я потянула Хатера в комнату.

— Хэ, весело. — оторвавшись от чтения, Хатер внимательно посмотрел на меня.

— Слушай, а твой друг не боится, что рано или поздно, его сольют, за раскрытие служебной информации? Тем более не кому-то там, а тебе.

— Я стараюсь не злоупотреблять его доверием. Плюс ко всему, мы используем одноразовые каналы, которые нельзя отследить. Еще в академии, я написала программу защиты связи и передачи данных, ее пока не обошел ни один декодер. Даже если допустить возможность перехвата, хакер не увидит ничего, кроме бессмысленного набора точек и запятых. Да еще и вирусов к себе в сеть запустит. Пока будет с дешифратором возиться, полетит вся система. В общем, сто процентное самоуничтожение, без возможности восстановления.

— А это. — инкрипт кивнул в сторону выведенного на экран документа.

— Тоже под защитой, к тому же сейчас удалится. А потом все следы присутствия затрет, моя программка.

— Неплохо придумано, покажешь код?

— Потом, может вечером. Все, я побежала на тренировку. Увидимся на учениях.

— Ага, давай. Маша.

Я остановилась и посмотрела в его сторону.

— Ты сейчас все время в цикле защиты. Хотел еще вчера тебя похвалить, но ты была невменяема, в своем полусонном состоянии. Так, что, молодец!

— Спасибо. — от радости я бросилась к нему и поцеловав в щеку, выбежала в коридор.

* * *

— Наконец-то получилось. Ура, ура, ура! — я ловила на себе заинтересованные взгляды сотрудников корпуса, но мне было наплевать. Меня переполняли эмоции. Ну и что, что я говорю вслух, вырванные из контекста слова, сложно понять.

— С кем болтаешь? — со мной поравнялся Алекс.

Растянувшись в улыбке, я ответила. — Сама с собой.

Он улыбнулся в ответ.

— Любишь поговорить с умным человеком?!

— Да, ежедневно практикую это общение! Советую попробовать.

Пока мы шли и болтали, мимо пробежал Мик с горящими глазами. Вид его, оставлял желать лучшего. Китель расстегнут, по белоснежной сорочке, расползается пятно пота, лицо в испарине, рот приоткрыт, волосы растрепаны.

— Эй, ты, куда так несешься? — крикнули мы с Алексом хором.

— Не сейчас ребятки, не сейчас! — сбив дыхание в ответе, он схватился за бок и побежал дальше.

— Что это с ним? — мы переглянулись.

— Не знаю, никогда его таким не видел. Может, приехал кто-то важный?

— Важнее Винсента Харди? Сомневаюсь, а он даже из-за него, так не бегает. Только полковник Харди, может быть, для него, причинной такой спешки. — задумчиво протянула я.

— Полковник! — мы опять, воскликнули хором и помчались вслед за Миком, снося все, на своем пути.

Мимо пролетали знакомые и незнакомые лица, служащих корпуса. Уборщик попрощался с ведром воды, которое я сшибла, огибая Герхарда. Кто-то упал, поскользнувшись на мокром. Раздался протяжный стон, с подвываниями.

— Аааа. — Герхард так растерялся, что застыл на месте, боясь пошевелиться. Кажется ему в рот, залетела муха, пока он провожал нас взглядом.

Я услышала, как он злобно ругаясь, сплевывает на пол. На него накинулся уборщик, проклиная грязных свиней инженеров и проклятых сознателей, которые носятся, не глядя под ноги, и портят честным людям жизнь.

— А я ведь так старался. Придется опять робота вызывать. — запричитал он.

Но эти причитания остались далеко позади. Нам на встречу шли Джош, Бред и Чарли.

Увидев наши дикие скачки и бешеный бег, они не спрашивая, кинулись вдогонку. Им не нужно объяснять, что такая скорость может быть вызвана чем-то срочным. По пути, мы подобрали еще шесть сознателей. Впереди показалась спина Мика.

Услышав топот ног, за своей спиной, он обернулся, потом прибавил ходу и скрылся за поворотом.

— Ребята, уходит!

— Скорее, а то упустим.

Наша погоня, превращалась в охоту. Не знаю, что думали сотрудники корпуса, наблюдая за нами со стороны, но выглядело это все, крайне странно. Мик, бегущий от толпы сознателей. Сознатели, подстегивающие себя, криками, как плетью.

Свернув, Алекс, резко остановился, я тоже. Мне в спину, влетел кто-то из ребят. Я, крякнув, упала на четвереньки, перед моим носом, оказались ботинки полковника Харди.

— Вы, что здесь делаете? Почему не в зале? Я разве отменял тренировку? Что это за дикие вопли и беготня по корпусу? — строго спросил он.

Мы с Алексом растерянно смотрели на него. Весь этот бег, был вызван переживаниями за командира, но вот он стоит целый и невредимый и закипает от гнева. А мы молчим и смотрим на него, как последние идиоты, не зная, что ответить.

Остальные сознатели, за нашими спинами, только тихо сопят, приводя дыхание в порядок. Они тем более не знают, почему была эта дикая гонка и что отвечать Тому.

— Мы, эээ, там Мик пробегал, и мы подумали, что с вами что-то… — начал, было, Алекс, но замолчал.

Я поднялась и, переводя взгляд с Алекса на полковника, и наоборот, решила добавить.

— Да, и мы побежали, а там ребята по пути, и они тоже. Поэтому…

Вот… — я тоже замолчала, осекаясь, под холодным взглядом Тома. Осмысленного объяснения, а тем более связной речи, не выходило.

Сбоку раздалось шуршание, открывающейся двери. Я посмотрела направо и увидела Мика, выходившего из туалета.

— Туалета? — мне захотелось провалиться сквозь землю.

Лицо Алекса побледнело. За нашими спинами, зашептались ребята. Я обернулись, они растерянно смотрели на меня, ожидая разумных объяснений, всему произошедшему.

— Вы чего тут? — спросил Мик, подходя ближе.

— Мы за тобой бежали, думали, что с полковником, что-то случилось. А ты оказывается, бежал. — я мотнула головой в сторону туалета.

Мик, слегка смутился под нашими взглядами, но ответил.

— Да, вот, что-то живот прихватило. И я… — он не успел закончить.

Меня накрыл истерический смех, Алекса тоже.

Мы согнулись, схватившись за животы, и не могли успокоиться.

— Ты, мы, а он… — тыча в меня пальцем, пытался выговорить Алекс.

— Ага, а потом они… — не успокаиваясь, вторила ему я.

— Значит так, резко взяли себя в руки, и пошли на тренировку. Я приду, через пять минут. — холодный голос полковника, привел нас в чувство. — А с вами двумя, мы поговорим позже. — его тон, не предвещал ничего хорошего.

После тренировки и учебного вылета, полковник Харди, подвел нас к тому самому уборщику, чье ведро я снесла. Приказав вручить нам ведра и тряпки, он указал фронт работ. В нашу задачу, входило отмыть все туалеты шестого корпуса. А если не управимся до часа ночи, то и всего десятого сектора. Мы, как угорелые, носились по базе, до двенадцати ночи. С задачей мы справились, но вот отделаться от злобных подначек, сотрудников других корпусов, смогли еще не скоро.

Вся в пене, я вернулась в свою комнату. Инкрипт лежал на кровати и читал книгу.

— Черт бы побрал этого Мика. И надо было ему… — в меня уперся смеющийся взгляд Хатера.

— Что, уже все знаешь?

— Конечно. О вашем грандиозном забеге, только слепой и глухой не болтает. Я так и представляю, как вы гнали бедного Мика, а он все равно оконфузился и не смог скрыться от банды бешеных сознателей. Представляю его чувства, когда он вышел из туалета. Вроде бы все, оторвался, ан нет, вы тут как тут, да еще и полковник Харди с вами. Бедняга!

— Нашел, кого жалеть. Это же не он, весь вечер, толчки драил.

— Ну, что я могу сказать. Надо было думать, прежде чем бросаться в погоню. Зачем тебе нужны серые клеточки? — он постучал по своей голове.

— Да ну тебя. Я упахалась, как лошадь. Пойду смывать с себя трудовой пот.

— Спинку помылить? — приподнимаясь на локтях, спросил инкрипт.

— Помыль. — обреченно ответила я.

За последние дни, Хатер просто извел меня намеками и прямыми предложениями, заняться сексом.

— Могла бы и порадостней ответить. Я же привнес в твою жизнь, столько всего нового. А какой опыт!

— Я просто горю от нетерпения! Так устроит?

— Вполне. Ну, что встала, пойдем. — он шлепнул меня по заднице и потянул в ванную комнату.

— Слушай, а у тебя талант. Можно свой бизнес открывать. Список клиенток, у меня уже есть. Составишь здоровую конкуренцию Тому. — выходя из душевой, с иронией сказала я.

— Ревновать не будешь?

— Нет, у меня свободные взгляды. Вот поднаторею и сама пущусь во все тяжкие.

— А ты язва! — Хатер быстро оделся и вышел из комнаты.

— Будто он раньше, этого не знал. Подумаешь, какая цаца. — хмыкнув, я легла спать.

* * *

Ночью, я проснулась от ощущения опасности. Открыв глаза, я зашарила рукой в поисках ножа. Почему-то из всех видов оружия, я предпочитала именно сталь. Холод клинка, успокаивал, оказавшись в моей руке.

— Свет. — комната осветилась ярким светом флоксоламп.

На меня смотрел Хатер, сидя в углу моей кровати. Глаза его были черными, в такие моменты, я не могла на 100 % слиться с его сознанием. Ловила только отголоски эмоций. Каждый раз, смотря в эту черноту, я переносилась в пыточную комнату линкора инкриптов и вспоминала Кхана. Еще в медблоке, мы договорились, что Хатер, не будет использовать защитную пленку, в моем присутствии.

Но последние недели, он часто нарушал наш уговор.

— Хатер, ты чего? — сонно спросила я, содрогаясь от неприятных воспоминаний.

Инкрипт молчал. Казалось, он находится в каком-то трансе и ничего не замечает вокруг. Просто сидит и смотрит своими пустыми, черными глазами, куда-то вдаль.

— Хатер? — я подползла к нему поближе и протянула руку, чтобы потрясти за плечо.

Он перехватил ее, до того, как я успела до него дотронуться. Инкрипт с такой силой сжал мне ладонь, что я вскрикнула от боли.

— Отпусти, да, что с тобой! Отпусти, ты делаешь мне больно. — я попыталась высвободиться из захвата. Ничего не вышло. Было ощущение, что моя рука, попала в каменные тиски. Хатер, продолжал сжимать и сжимать, на глаза навернулись слезы. Я услышала хруст ломаемых костей. Тело пронзила острая боль.

Дыхание перехватило, я застыла с открытым ртом.

Мой взгляд упал ну другую руку, все еще державшую нож. Подарок Сали, на выпуск из академии. Необычайно ценный штык нож КВ-45 из квардония. Пробивает любую защиту, от него нет обороны. Он просто режет все, как масло. Я с силой ударила Хатеру в плечо, нанося проникающий укол. Резко выдернув нож, я приставила его к горлу инкрипта. Ниже кадыка, выступила кровь. Стоит чуть-чуть надавить и резко рвануть вправо….

— Я не хочу тебя убивать. Но если ты не отпустишь, я не моргнув глазом, это сделаю. Даю тебе пять секунд. А потом… — его ладонь разжалась. Я взглянула на свою смятую кисть…

Хлесткий удар по щеке, привел меня в чувство. Надо мной навис Том.

— Полковник, сэр! — я не могла понять, что происходит. Только, что тут сидел Хатер, а теперь надо мной нависает полковник Харди. Я ошалело вращала головой, в поисках инкрипта. Взгляд упал на руки. В правой, я по-прежнему сжимала нож, но на нем не было крови. Левая кисть была цела и совсем не болела.

— Еле добудился. Штерн, ты весь корпус своими криками разбудишь!

— Что, какими криками?

— Не знаю, что тебе приснилось, но ты кричала так, что я тебя услышал, за пятнадцать метров, до своей комнаты. Подумал, тебя инкрипт убивает. — потирая лоб, сказал Том.

— Забежал к тебе, а ты лежишь и орешь, размахивая во сне ножом. Кстати, убери эту штуку от моих гениталий, они мне еще пригодятся.

Я убрала нож.

— Так это был сон. — облегченно протянула я и села. Уткнувшись головой в колени, я пыталась прийти в себя. Кошмар был так реален.

Полковник, вопросительно приподнял левую бровь.

— Маша. — он присел на кровать. — Что происходит?

— Вы о чем?

— Вначале ты просишь выделить тебе отдельную комнату. Потом мы с Миком застаем вашу драку с Хатером. Теперь, этот кошмар, в котором ты крошишь кого-то на салат. Кстати, где Хатер?

— Не знаю, он мне не отчитывается.

— Умерь свой тон, ты разговариваешь с главой сектора!

— Простите сэр. Я не знаю, где Хатер. Он ушел в час, куда, не сказал.

— Ладно, проехали. Судя по всему, ты так и не скажешь мне, что происходит. — полковник Харди встал, тихо вздохнул, и слегка похлопав меня по плечу, вышел.

Я посмотрела на время, до общего подъема, оставалось полтора часа. Спать больше не хотелось. Я встала, прошлась по комнате, потом надела спортивный костюм и вышла. Захватив с собой пропуск, я направилась к третей проходной.

На улице было пасмурно. Небо заволокло грозовыми тучами. Порывы холодного ветра, били в лицо. Прикурив, я с наслаждением затянулась. Никотин обжег горло, принося умиротворение. С каждой затяжкой, мне становилось все лучше. Дурной сон, постепенно развеивался.

— Интересно, как сегодня пройдет учебный вылет? Погодка-то, грозовая. — вслух спросила я. В темноте площадки, мне послышалось движение.

Я нервно вздрогнув, протянула ладонь к ножнам. Стоя в свете уличного фонаря, я замерла, ожидая….

— А чего я собственно говоря жду? — так и не ответив на свою мысль, я крикнула в темноту.

— Кто здесь? — ответом мне, была тишина.

— Совсем нервы сдали. — бросив в ноги бычок, я затушила его носком ботинка и двинулась ко входу.

Войдя в корпус, я пошла в сторону столовой. Дико захотелось кофе. А там как раз, недавно поставили автомат, с неплохим выбором, дерьмового быстрорастворимого напитка.

— На безрыбье, и рак рыба! — ждать, до начала работы столовой, сил не было.

Внутри столовой, горел свет.

— Странно, в такое время, здесь никого нет. — пройдя внутрь, я увидела Хатера, сидевшего за столом сознателей. Он уткнулся в книжный переплет и лениво перелистывал страницу.

— Вот ты где. Полковник тебя искал. — инкрипт поднял голову и посмотрел на меня. Глаза были черными.

— Черные глаза в кошмаре, черные глаза на яву. — пронеслось в голове. Подойдя к Хатеру, я положила руку, ему на плечо. Он молчал, я стояла рядом и не двигалась.

— Послушай, если я тебя чем-то обидела, то прости. — становясь ему за спину, я наклонилась и обняла инкрипта.

— Мир?

— Мир. — ответил Хатер.

Глава 25

Наступил день икс. В корпусе появились пауки Робертсона.

Сам подполковник ИСБ, на базе больше не появлялся.

Полковник не поставил в известность Мика и сознателей, о том, кем являются новые сотрудники службы безопасности базы, и под чей юрисдикцией находятся. Не знаю, на что он рассчитывал, умалчивая эту информацию. Может, доверял своим людям, может, привык, что ребята не общаются с охраной. А может, не хотел обострять отношения ВВС и ИСБ.

— Интересно, что Том сказал Алексу? Ведь он их видел на линкоре.

Алекс, сделал вид, что не узнал новых сотрудников охраны.

Следуя строгому правилу полковника, я не замечала пауков. Каждый раз, проходя мимо, я смотрела на Теда и Сэма, как на порожнее место. Они отвечали тем же. Мы соблюдали видимость паритета.

Никто, кроме меня, Тома и Хатера, не знал о записи перелета и ее содержимом.

Тед и Сэм, были так милы и обходительны со всеми, что если бы я своими глазами не видела, что они вытворяли в кубе…

В общем, о чем говорить, бывшие пленники, меняли свои личины, как перчатки. Они мне напоминали Дена, того самого курсанта из академии А.П.Т.Н., за приятной внешностью, скрывается гниющая натура.

Полковник старался их избегать, но если сталкивался, был с ними предельно вежлив.

Знай, Тед с Сэмом про запись с куба, они ни за чтобы не догадались, что ее видел Том.

Хатеру было наплевать почти на всех землян, поэтому и двум паукам, он не уделил особого внимания.

Я попросила Агнессу, держаться от них подальше. Так-как даже она, попала под их мнимое очарование. И была благодарна подруге, за то, что та не спрашивала о причинах. Просто последовала моему совету и все.

До других сотрудниц корпуса, мне дела не было. Больше, никого, я предупреждать или просить, не собиралась. Мне было противно, что они сами не могут понять, кто перед ними. Ведясь на красивую обертку, они забывали, что с лица воды не пить.

* * *

Спустя три недели, после их появления, наступил традиционный четверг. Мы уже собирались выезжать с базы, когда пауки, вышли к стоянке автомобилей.

— Ребята, а можно с вами? У нас, как раз выдался свободный вечер. Ну, если вы конечно не против?!

— Почему нет. Залезайте, у меня, есть два свободных места. — Мик приветливо им кивнул и указал на свою машину.

— Спасибо Мик. — дружно сказали фиктивные охранники.

— Запрыгивайте ребята и поедем, столик заказан на восемь. Не хочу опаздывать. Меня ждет встреча с текилой. — засмеялся Джош.

Сознатели заулыбались. Я посмотрела на полковника Харди. Он стоял, поигрывая желваками, но в разговор не вмешивался.

— Что, выкусил?! Надо было предупреждать своих людей, чтобы они знали, с кем имеют дело. А теперь смотри на это все, со стороны и терпи. Вот, как это бывает, когда сталкиваешься с ИСБ. Ешь дерьмо ложками.

Ко мне наклонился Хатер, стоявший рядом. И зашептал на ухо.

— Не знаю о чем ты думаешь, но от тебя так и прёт негативом. Не хочешь открыться?

— Хочешь прочитать, мои кровожадные мыслишки?

— Безумно, обожаю, когда ты такая!

— Остряк. Хотя почему нет, читай на здоровье. — я сняла защиту.

Убрав золотистый щит, я почувствовала себя голой. Стало так неуютно, что захотелось прикрыться руками. Казалось, что весь мир, видит меня, читает мысли, знает чувства.

Теперь понятно, почему Том, никогда его не убирает. Это, как слияние с СВН, без него уже не можешь. Очередной наркотик, настоящего сознателя.

Я стояла, задумчиво глядя под ноги, и решала, закрыть ли доступ инкрипту. Но тут меня отвлек голос Сэма.

— Эй, сладкая парочка, хорош шептаться, поехали!

Я подняла голову и увидела, как все собравшиеся смотрят на нас, привлеченные окриком Сэма. В глазах большинства, читалось неодобрение. Алекс отвернулся, Джош сжал его за руку, подбадривая.

— Ах ты гнойный ублюдок! Только дай мне до тебя добраться, я устрою тебе такое развлечение! — дальше пошел отборный поток трехэтажного мата и образы пыток. Парочку я позаимствовала у Кхана.

Ко мне подошел полковник Харди и потянул в свою машину. Ребята заулюлюкали. Напряжение в атмосфере, спало. Хатер сел в машину к Чарли. Мы с Томом, поехали вдвоем. Залезая внутрь, я услышала голос Хатера, в своей голове.

— Вот это да. Не знал, что ты так можешь. Даже я почерпнул, для себя много нового!

— Каждый порядочный интеллигент, знает все, что знает любое быдло. И даже более того! — я активировала защиту. Сразу стало спокойно, ощущение незащищенности, исчезло.

— Штерн, успокойся! — Том, неодобрительно покачал головой.

— О чем вы, сэр?

— Ты забыла о моем приказе? Если бы я тебя не утащил в свою машину, ты бы бросилась на Сэма. — строго сказал он. — Тебя выдают глаза, научись прятать свои эмоции!

— Вы ошибаетесь сэр!

Безусловно, я была в бешенстве. Так-как Сэм, намеренно привлек внимание ко мне и инкрипту. Но я еще не разучилась себя контролировать. А выставлять свои чувства, на глазах у других, я никогда не любила.

— Хорошо, если так. Но не забывай про карцер.

Я кивнула, дальше мы ехали молча.

В пабе все проходило мирно, я не пила. Помня о своем поведении, в прошлый традиционный четверг. Стоит только принять на грудь, и я точно не буду сдерживаться. Брошусь с ножом, на новых членов, нашей компании, забыв о карцере. Меня не успеют остановить ни сознатели, ни полковник, ни Хатер. Хотя Хатер, точно этого делать не будет.

Изображая радость и веселье, я выливала свое спиртное в кадку с тропическим растением. Которая, так удачно стояла рядом. Если, экзотическая агава выживет, то честь ей и хвала, а так же, мои искренние извинения.

Часть вечера, Тед строил мне глазки, а Сэм постоянно улыбался и подмигивал. Алекс с Джошем, проявляли недовольство, постоянно осекая их. Им не нравилось, что со мной заигрывают. Почему не нравилось Алексу, мне было понятно. Но Джошу?

— Видимо из солидарности с другом. — подумала я.

— Ребята, оставьте ее в покое, в пабе полно других девушек. — Алекс все больше и больше злился.

— Не кипятись, при-я-те-ль. — растягивая последнее слово, саркастично сказал Сэм.

— Он тебе не приятель. А от Маши отстаньте. — встрял Джош.

— Да, мы и не лезем. Но, я не пойму, почему мы не можем пофлиртовать с красивой девушкой. — заявил Тед.

Большинство сознателей, разошлись по пабу, в поисках подружки на вечер. Почти никто не слышал этой перепалки. Хатер с полковником не вмешивались. Они заняли выжидательную позицию и наблюдали.

— Маша, а давай выпьем на брудершафт! — перебравший Тед, начал пробираться поближе ко мне, не обращая внимания на ребят, сидевших рядом. Он расталкивал их, расчищая себе дорогу и на ходу, расплескал половину содержимого своей рюмки.

Меня передернуло от отвращения. Я опустила руки под стол, сжимая их в кулаки. Сидевший рядом Том, накрыл их, в успокаивающем жесте.

В начале вечера, полковник Харди, специально сел рядом со мной. Хотя, обычно он предпочитал сидеть во главе стола, где открывался наилучший обзор на всех сознателей.

— Это, чтобы у тебя не возникло желания, совершить глупость! — наклоняясь, прошептал он, отвечая на мой удивленный взгляд.

Сэм, последовал за Тедом, идя проторенной тропой.

— Маша, смотри с каким трудом, мы пробираемся к тебе. Иди к нам навстречу, встретимся на середине.

Хатер перекрыл им дорогу и закричал на весь паб.

— Эй, сознатели, у полковника Харди созрел тост. Скорее возвращайтесь за стол. — таким образом, ситуация была бесконфликтно урегулирована. Тед с Сэмом предпочли ретироваться и вернулись на свои места, злобно поглядывая на Хатера. Их провокация, не удалась.

Подтянулись ребята, Том, вынужденный придумывать тост, натянуто улыбался, ожидая, пока все займут свои места. Увидев затруднение главы корпуса, который не любил привлекать к себе внимание, Мик пришел ему на выручку.

— Надеюсь, никто не будет против, если я скажу первым. — он посмотрел на Тома, тот утвердительно кивнул. Уступая ему очередность.

— Я поднимаю этот бокал, за нашего командира. Том, собрал под своим крылом… — он не успел договорить.

— Сэр, а когда вы пересмотрите третье правило? — вмешался Алекс.

За столом повисла тишина, все удивленно посмотрели на него. Джош попытался зажать ему рот рукой.

— Что за правило? — Сэм посмотрел на Бреда, ища ответа. Тед затих, внимательно вслушиваясь в каждый шорох.

— Алекс, если тебя так беспокоит данный вопрос, то советую обсудить его на трезвую голову. Я думаю пора сворачиваться. — полковник поднялся и направился к официанту, прося счет.

* * *

— Ты уверена?

— Нет, но мне кажется, что стоит попробовать.

— Не согласен!

— Разве ты сам не понимаешь, что они не оставят в покое ребят.

Алекс с Джошем сильно подставились, теперь ИСБ знает, чем зацепить этих двоих. Нужно вывести их из-под удара.

— Я бы на твоем месте, побеспокоился о себе. А этим, только на пользу пойдет, если их немного ИСБ покрутит. Это полностью ошибка главы корпуса. Нельзя держать людей столько лет, в тепличных условиях. Вот они и отвыкли, как и с кем себя вести, где можно говорить, а где лучше помолчать. В данном случае, при ком.

— Хатер…

— Что Хатер? И не нужно на меня смотреть такими глазами, я на это не пойду. Если Харди, не счел нужным проинформировать своих сотрудников, почему ты, берешь на себя такую ответственность? Полковник, сознательно допустил людей Робертсона в свой корпус. Он прекрасно знал, с кем имеет дело, но пошел на риск. Значит, у него есть план. Не нужно лететь впереди паровоза!

— Мы одна команда, я должна…

— Я сказала, баста. Больше мы не будем этого обсуждать. Я этого не сделаю и тебе не позволю.

— Возможно, он и прав, но ведь эти проклятые пауки, продолжат стравливать сознателей. Они успешно справились со своей задачей сегодня. — мои раздумья, прервал недовольный голос инкрипта.

— Я очень жалею, что научил тебя выставлять природный щит. Теперь, пока не спрошу, не знаю, о чем ты думаешь.

— Ну, что я могу сказать, сам виноват. — я развела руками.

— Мне нужно срочно пообщаться с Сали.

— Мне опять спрятаться в ванной? — тоскливо спросила Хатер.

— Зачем, это же не разговор с родителями. Оставайся.

— Не забудь активировать свою программку.

— За кого ты меня принимаешь, этим я сейчас и занимаюсь. — закончив с «арго», так я назвала свое творение, я позвонила Саливану. После пяти минут ожидания, он наконец-то ответил.

— Маша, ты хоть знаешь, от чего меня сейчас оторвала?

— Нет, но если ты расскажешь, то буду. — улыбаясь ответила я.

— Эта информация не для подростков!

— Ты забыл, что мне уже исполнилось 18?

В разговор вмешался Хатер.

— Эй, голубки, может, уже о деле поговорите.

— И этот здесь. — протянул Сали.

— А где мне по твоему быть. Я здесь живу. — хмурясь сказал инкрипт.

— Сали, ты ведь помнишь, что в шестом корпусе, работают люди Робертсона?

— Конечно, помню. А что?

— Выясни, пожалуйста, кем они были, до того, как попали к нему.

Очень уже профессионально работают. Таких грамотных провокаторов, еще поискать.

— Не выйдет. Уже пробовал, оба досье, засекречены. Почему думаешь, мы с Реджем, не появляемся в шестом корпусе. Кем бы они ни были, но держись от них подальше.

На следующий день, Алекса на тренировке не было. В столовой он не появился, учебный вылет пропустил. Все вопросы на тему своего друга, Джош игнорировал. К полковнику Харди, никто подойти не решился. Мы терялись в догадках, одна была мрачнее другой.

— Не мог же он его уволить? — эта мысль, терзала меня весь день.

После вылета, я задержалась в ангаре. Истребитель, слушался очень плохо, СВН ничего не выявил.

— Нужно срочно решить этот вопрос, иначе завтра я окажусь не у дел. Проблема со слиянием и симбиозом, в цикле постоянной защиты, давно решена. Малыш, почему ты себя так ведешь сегодня? — нежно погладив приборную панель, я вывела статистику журнала полетов, на внешний дисплей. Пробежала глазами, по анализу данных FMA и АТ. Режимы полета и режимы работы автомата тяги, в норме.

— Может проверить корректировки систем истребителя. Хотя, я ничего не меняла, за последние две недели. Но… — брови поползли вверх от удивления. Утром, Герхард химичил с бортовым компьютером «Клина».

— Он смерти себе ищет? Без моего ведома, даже Агнесса не трогает мой корабль! — от бешенства, запульсировала кровь. Задержав дыхание, я сосчитала до десяти. Немного успокоившись, прочла об изменениях в FMC.

— И кто просил этого идиота, лезть в систему управления полетами СВН? Мы с Агнессой, столько бились с кодом эмулятора FMS, а он необкатанный дистрибутив имитатора, на боевую машину поставил. — я запричитала, схватившись за голову.

Постепенно, сознателей в помещении убывало, в итоге все разошлись. День перешел в вечер, а вечер уже близился к ночи.

Завершив настройку FMS СВН, я прошла в хвост истребителя. На полу валялся гравикостюм. С трудом, закинув его на плечо, я уже собиралась выйти, когда раздался звук шагов. Он, эхом отозвался в пустом помещении. Затем, повисла тишина. Подождав какое-то время, я пожала плечами. — Показалось. — и выбралась из корабля.

В ангаре было темно.

— Блин, зачем они выключили свет? Ведь предупреждала, что еще побуду здесь.

Сбросив костюм, я начала пробираться к выключателям. Тащить в кромешной темноте такую тяжесть, было не разумно.

— Давно пора перевести свет, на голосовое управление. Нужно поговорить с Агнессой.

Медленно продвигаясь вперед, я споткнулась, зацепившись ногой, за ящик с инструментами. Они жалобно звякнули в темноте, а я, полетела вниз, выставив вперед руки. Что меня и спасло! За спиной раздался шум и чертыхания.

— Врубай!

Я перекатилась на спину, выхватывая нож левой рукой.

Помещение ярко осветилось, резанув по глазам. Над моей головой пронеслась рука с кастетом.

С хватом ножа клинком вниз, в сторону от мизинца, я приняла фронтальную стойку и встретилась взглядом с Тедом.

— Я же говорил, что нужно было раньше нападать. — голос Сэма, зазвучал в отдалении справа. Теперь понятно, кто включил свет.

— Давно хотел тебе сказать, что мне нравится, как тебя починили. После работы инкриптов, ты представляла собой плачевное зрелище. Не переживай, я слегка собью с тебя спесь и все. Даже ломать ничего не буду. Никто не узнает. Ты почти целой, доползешь до своей комнатки. — Тед попытался зайти слева, отвлекая меня разговором.

Не вышло, я переместилась, не сводя глаз с противника. Его выдал взгляд, он на секунду посмотрел мне за спину. Этого хватило, я пригнувшись, отскочила в бок, выставляя подножку. Сэм пролетел мимо, растянувшись, справа от Теда.

— Вставай уже. — злобно сказал ему Тед.

Теперь оба, были в моем поле зрения. Нас разделяло полметра, между нападавшими, столько же. Тед замер, решая, как поступить дальше, Сэм полез в карман брюк.

Воспользовавшись заминкой, я сделала резкий выпад вперед и нырнула под занесенную в ударе, руку Теда. Схватив его правой рукой за локоть, рванула на себя и нанесла колющий удар в почку.

Оттолкнув падающее тело, подскочила и кинулась Сэму за спину.

Он не успел развернуться. Я схватила его за воротник, и резко дернув назад, нанесла удар в шею.

— Штерн!

В ангар забегают полковник Харди, Мик и Хатер. Полковник, на бегу, приложил браслет связи к губам.

— Срочно врачей, два умирающих в ангаре 17. Ножевые раны.

Дальше я не слушала.

Сэм завалился на бок, зажимая рукой шею. Между пальцев вытекает кровь. Она струится по его спецовке, падая на пол. Тед, лежит без движения, вдоль корпуса расползается багровое пятно.

Я опустила голову и посмотрела на руки. В левой, до сих пор зажат нож. Он был красным от крови. Зашарив по карманам, я достала носовой платок. Тщательно вытерев лезвие, бросила платок под ноги и убрала подарок Сали, в ножны.

В ангаре появились врачи, медсестры и санитары с носилками. Не желая смотреть на эту возню, я отошла к стене и присев, закрыла глаза.

— Впервые перешла на поражение. Не думала, что будет так легко переступить эту грань. — резкий толчок в плечо, заставил меня очнуться. Открыв глаза, я увидела перед собой полковника. За его спиной стояли Мик и Хатер.

— Встать! — заорал он.

Я поднялась. Том схватил меня за руку и потащил на выход. Мы почти бежали. Сотрудники корпуса, загулявшиеся после отбоя, разлетались в стороны. Спеша поскорей убраться с дороги полковника Харди.

— Никогда не видела его в такой ярости. — по спине пробежал холодок.

Том открыл дверь в свою комнату и втолкнул меня внутрь. Я залетела в нее с такой скоростью, будто получила приличного пинка под зад, для ускорения. Затормозив на середине, обернулась.

Мик и Хатер зашли за полковником.

— Какого черта, ты творишь? Я же предупреждал!

— Они напали на меня. Я защищалась.

— Ты убила двух сотрудников ИСБ, это не самозащита. Ты пойдешь под трибунал и в этот раз, я не буду тебе помогать. Рисковать корпусом из-за тебя, я не стану.

— Том, успокойся, может все обойдется.

— Мик, ты ослеп? Она на наших глазах всадила нож, в шею одного из этих. — полковник не стал договаривать, у него замигал браслет связи.

— Слушаю, понял. — хмурясь, Том, посмотрел поверх моей головы и сказал. — Мы подоспели вовремя, врачи смогли их откачать.

Мик, облегченно вздохнул.

— Два месяца карцера. А теперь, пошла вон! — покачиваясь с мыска на пятку, полковник Харди, ждал пока я выйду. Хатер последовал за мной. Все это время, инкрипт молчал.

Зайдя в нашу комнату, я подошла к кровати и села. Уставившись в дверь ванной пустым взглядом. Через две минуты, во входную дверь постучали. Хатер открыл, на проходе стояли два сотрудника охраны.

— Сознатель Штерн, снимите с себя оружие, браслет связи, все украшения, часы, ремень, из ботинок вытащите шнурки.

Выполнив их действия, я сложила все в изголовье кровати. Меня вывели из комнаты и препроводили в карцер.

Глава 26

Стандартный размер карцера три на два, окна нет. На противоположной от двери стене, унитаз без сиденья. Немного левее унитаза, раковина. У левой стены подвесная кровать, у правой подвесной столик. На кровати лежит матрас, белья нет.

— Кто бы удивлялся, ничем от ИСБешного не отличается. — хмыкнув, я еще раз оглядела свои хоромы.

Развернув матрас и стянув обувь, я вытянулась на кровати. Ближайшие два месяца, я проведу в этой одиночке.

— Интересно, что скажут ребятам?

* * *

Неделя прошла сносно, хотя дико хотелось есть. Полковник Харди, так сильно разозлился, что еду приносили всего два раза.

Хорошо, что ограничения в воде не было. Большую часть времени, я предпочитала спать. Когда тело окончательно затекло, я откидывала кровать к стене и разминалась. Очень не хватало книг. Чтобы себя как-то занять, я снимала защиту и пыталась связаться с Хатером. Ответа не было. СВН, я тоже не чувствовала.

Со второй недели, еду начали приносить раз в день. На мои вопросы, никто не отвечал. Значит, общение со мной было строго под запретом. Инкрипт по-прежнему молчал.

Попытка почувствовать и слиться с СВН, потерпела крах. Не знаю, из чего сделаны стены этого карцера, но он явно заточен под сознателей.

Неделя проходила за неделей. Не видя дневного света, я не знала что сейчас, день или ночь. Проходящие сутки, я отсчитывала от приносимой еды.

К концу третей недели, сломался кран.

Звук, капающий воды, отражается от стен. Даже во сне, я вижу только капли, бьющие по раковине. Попытки починить, ни к чему не привели. Прокладка порвалась в лоскуты.

Просьбы, исправить сантехнику или прислать необходимую замену, для самостоятельной починки — тоже.

В древней Греции, была такая пытка, узников сажали в каменную пещеру и заваливали вход. Мерно капающие капли, постепенно сводили заключенных с ума.

У меня началась СВНовая ломка. Я не могла найти себе места.

Начался озноб, периодически появлялась «гусиная кожа». Аппетит пропал. Я заставляла себя есть. Состояние беспокойства и тревоги усиливалось с каждым днем. Начались проблемы со сном. Теперь я почти не спала, а если даже и хотела, не могла заснуть. Озноб сменялся жаром, приступами слабости и потливостью. В мышцах спины, шеи, рук и ног, появилось ощущения неудобства. Когда слабость отступала, все время хотелось потянуться и размять мышцы. Две недели, я провела в этом полубредовом-полусонном состоянии. Капли воды и отсутствие слияния с кораблем, сводили с ума.

В конце второй недели, второго месяца, Хатер вышел на связь. Оказывается, его все это время, не было в корпусе. Полковник отправил его к генералу ВВС.

Зачем? Инкрипт сам этого не понимал. Он не общался с Винсентом Харди, бесцельно слонялся по пятнадцатому сектору. Никакой работы, ему не поручали.

— Холла, как поживаешь?

— У меня теперь и слуховые галлюцинации. Я окончательно сошла с ума.

— Я смотрю, карцер не идет на пользу, твоему разуму.

— Смешная галлюцинация.

— Ууу, как все запущенно-то. Погоди, сейчас поправим.

Через десять минут, я понемногу пришла в себя. Осознав, что действительно говорю с Хатером. Абстинентный синдром психического расстройства, стараниями инкрипта, был задавлен.

— Спасибо, если бы не ты… — я замолчала минут на пять, а потом продолжила. — Не хочу думать, что было бы.

— А ты у нас слабенькая. Не ожидал, что каких-то два месяца, так на тебе скажутся. Разочаровываешь меня.

— Это все проклятая вода. Она не перестает капать, ни на минуту.

А потом все попытки связаться с тобой и слиться с СВН. - мне вдруг стало, нестерпимо жаль себя. Я не заслужила такого. Ведь именно пауки напали на меня. Я просто защищалась.

— Ну-ну, не стоит. Все будет хорошо.

— Не уверена. У меня, как началась в четырнадцать лет черная полоса, так и не прекращается.

— А как же я?

— А что ты?

— Я твоя белая полоса. — засмеялся Хатер.

— Наверное. — тоскливо протянула я. — Что в корпусе творится?

Хатер, как вернулся в шестой корпус, ходит на утренние тренировки. Каждый день, проводит учебные вылеты. Часто зависает в инженерном отсеке. Рассказал и про сознателей.

Алекса не уволили. Про меня думают, что я уехала в отпуск к родным. А когда полковник Харди, слышит мое имя или фамилию, его лицо передергивает от злобных гримас.

— Отличный отпуск! Значит Том, до сих пор злится на меня.

— Я считаю, что он злится на себя. Как бы полковник не разозлился в тот вечер, но он бы не отдал тебя под трибунал. Мик тоже так думает. Ему пришлось засадить тебя в карцер, иначе Робертсон устроил бы ужасную бучу. В общем, тебя спасли от батхерта и холивара с ИСБ. Кстати, я тут недавно узнал, что подполковник ИСБ, пытался вытащить тебя из карцера и забрать в свою контору. Но ему не позволили. Сказали, что провокация была со стороны его сотрудников. Они сами виноваты, что напали на тренированного сознателя. Должны были понимать, на что идут. И пусть благодарят небеса, что выжили. А сознателя Штерн, уже наказал за необдуманную выходку, ее командир.

— А что с ними? — мне не хотелось, произносит имена этих подонков.

— С Тедом и Сэмом. Ничего, врачи их за месяц подняли. Сейчас бегают, как новенькие и несут свою службу в корпусе. Полковник им пригрозил большими неприятностями, если хоть кому-то расскажут, что произошло на самом деле. Сейчас, все думают, что это было нападение неизвестных. С целью похищения одного из боевых «Клинов». Слухи, конечно, ходят, умные приматы, умеют складывать два и два. Но Харди их пресекает на корню.

— Живучие твари. Еще и героями стали.

— Не без этого.

Остаток последних недель заключения, я провела за общением с Хатером. Он читал мне книги, даже транслировал радиопостановки спектаклей. Когда я оставалась одна, все пыталась представить, какой бы я вышла, не свяжись он со мной тогда.

— Ведь я провела две недели в карцере ИСБ, а до этого, был двухмесячный перелет на Землю. Почему именно в этот раз, я так сдала?

К моему сожалению, я оказалась намного слабее духом, чем думала про себя раньше.

Было очевидно, что тогда у меня было хоть какое-то общение. Честно призналась я самой себе. Карцер, на то и карцер…

— Сознатель Штерн, на выход.

Я вышла. Служба безопасности приказала расписаться в журнале.

Поставив свой автограф в журнале, я направилась к себе в комнату.

* * *

Оказавшись в своей комнате, я огляделась. Хатера не было.

— Значит у инженеров, все вылеты уже завершены. — посмотрев на часы, подытожила я.

Мои вещи, лежали там же, где я их оставила. Посмотрев на них, я кинулась в душ.

— Как же от меня воняет!

Я с наслаждением натирала себя мыльной губкой, не жалея скребла кожу. Раза три, вымыла голову. Через два часа, я вышла из ванной. Распаренная и довольная, залезла под одеяло и заснула.

— Штерн, Штерн. Да очнись же ты! — с меня стянули одеяло, поежившись, я попыталась вернуть его на место.

— Подъем сознатель!

Не открывая глаз, я пробормотала.

— Хатер, давай отложим радостную встречу на утро.

— Штерн, ты за два месяца карцера, забыла голос главы корпуса?

Я открыла глаза. На меня смотрел улыбающийся Том.

— Улыбается? — от удивления, я открыла рот и не могла выговорить ни слова.

— Так и будешь лежать? — продолжая улыбаться, спросил полковник Харди.

— Простите сэр. — я вскочила с кровати.

— Одевайся, нас ребята ждут. Хатер уже с ними. — он двинулся к шкафу. Открыв его, придирчиво перебрал мои вещи и кинул мне платье.

— Зайду, через пять минут.

Посмотрев на белый сарафан, я задумчиво почесала голову. В календаре на стене увидела число и день.

— Традиционный четверг. — я в спешке оделась.

Встреча с ребятами прошла бурно. В ресторанчике, мы закатили грандиозное пиршество и вернулись в корпус на рогах.

— Твои родные, думают, что ты тестируешь новую модель гражданского перевозчика, на закрытой базе. Я предупредил, что связи с тобой не будет. Каждую неделю, они получали от меня твои сообщения. — доверительным шепотом сказал полковник в ресторации.

— Том, ты такой хороший! — я полезла к нему обниматься.

— Штерн, первый раз слышу от тебя такое панибратское обращение. Так держать. А то сэр, да полковник. — он приобнял меня за талию и потащил танцевать.

Вернувшись в корпус, я заявила, что мне срочно нужно связаться с родителями. Во мне проснулась сильная тяга к дому. Хатер наотрез отказался прятаться, махнув рукой, я позвонила домой.

Никого кроме бабушки Сандры, не было. Все уехали в консерваторию, на ежегодное выступление оркестра Ипроди. В этом году, они исполняли Штрауса. Бабушка терпеть не могла этих «пиликаний», как выразилась она и осталась дома.

— Маша, ты что пьяна? — глаза бабушки Сандры, расширились от возмущения.

— Если только чуть-чуть, бабуль. — я попыталась сфокусироваться на ее лице.

— Не надо мне врать, юная леди. Только вернулась с закрытой базы и сразу напилась. Чем ты вообще там занимаешься. Куда только твой полковник смотрит. Я все расскажу остальным.

Я пьяно икнула и засмеялась. Бабушка долго меня отчитывала, но неожиданно прервалась.

— Кто это у тебя в комнате?

— Где?

— Да вон там, на кресле. Сидит и нагло улыбается, как кот сожравший сметаны.

Я обернулась и посмотрела на Хатера. И правда, нагло улыбается.

Мысли растекались, объект терял фокус.

— Это мой, мой… — я задумалась. — А что сказать бабушке?

— Я ее молодой человек.

Я замерла, боясь пошевелиться. Инкрипт поднялся и подошел ко мне, положив руку на плечо.

— Мы завтра приедем к вам. Маша давно хотела нас познакомить, но никак не решалась.

— К нам, завтра, хорошо. — только и сказала бабушка и отключилась.

Я пошатываясь встала и толкнула Хатера в плечо.

— Ты с ума сошел, я не собираюсь представлять тебя родным.

— Ну, теперь у тебя нет выхода. Если ты приедешь одна, будет еще больше вопросов.

— Их могло и не быть. Я собиралась сказать правду, что ты мой коллега и зашел, за чем-то там.

— Например?

— Например, за книгой.

— Ну-ну.

— Ты меня просто убиваешь.

* * *

— Ужасные выходные, просто ужасные. — я со злостью швырнула вещи на пол.

— Как по мне, так все было очень мило.

— Издеваешься? Они устроили нам, форменный допрос. За мной следили почище сотрудников ИСБ.

— Зато я им понравился.

— Ты всем нравишься, кто тебя мало знает.

— Язва!

Сказать, что думаю про инкрипта, я не успела. Дверь в нашу комнату открылась, на пороге стоял запыхавшийся Мик.

— Ребята, срочно в 211, там уже все собрались.

— Ты ради этого бежал? Мог бы скинуть на браслет связи. — я озадаченно посмотрела на Мика.

— Я его в комнате забыл, пока одевался.

— Аааа. — протянула я.

Мы направились в 211 комнату. У главного стенда, стоял полковник Харди.

— И так, все уже в сборе. — посмотрев на нас, сказал Том. Дождавшись пока мы сядем, он вывел изображение. Четыре линкора инкриптов, в окружении малого флота. И все, на околоземной орбите.

— Да этого хватит, чтобы уничтожить половину населения планеты. — с ужасом пронеслось в голове. Даже один линкор инопланетян, представлял сокрушительную мощь.

Я еще никогда не сталкивалась с четырьмя. В том сражении, когда я попала в плен, было два. Всего два линкора, без поддержки, разнесли нашу защиту в пух и прах.

— Этот снимок с одного из спутников, поступил к нам десять минут назад. Думаю, мне не стоит объяснять, что враг решил проявиться, спустя три месяца тишины.

Все посмотрели на Хатера. Он только пожал плечами.

— Выступаем немедленно. Мы примем на себя основной удар. Пока наш флот готовиться к обороне. Делимся на две группы, как на учениях. Используем смешанную тактику нападения.

Я во главе первой группы, в нее войдут: Питер, Алекс, Джош, Чарли, Бред, Роберт, Джим, Герман, Антон, Стас, Андрей и Уолтер.

Остальные поступают под командование Хатера. Все, кроме Маши.

Штерн, ты управляешь крейсером. Я знаю, что вы с Агнессой внедрили на него отражатели, усилили защитное поле внешней оболочки и установили плазменные пушки 5 класса. — полковник посмотрел на удивленных сознателей и пояснил свой выбор. — Маша, последняя работала с усовершенствованной моделью «Тайфуна». У нас с Хатером, не хватит времени объездить корабль, поэтому за штурвалом Штерн.

Я сидела оглушенная выпавшей мне ответственностью.

В свое время, когда к нам привезли крейсер «Тайфун», полковник строго на строго запретил к нему приближаться. Слишком ценная разработка и в единственном экземпляре. Том Харди, всегда первый испытывал новые модели боевых кораблей. После двух недель испытаний, он вызвал меня с Хатером к себе и приказал опробовать крейсер. Получив наши отзывы, он сообщил общий вывод троих сознателей, ученым. «Тайфун» поставили на конвейер.

Базовая модель, осталась в шестом корпусе. Какое-то время, «Тайфун» никто не трогал, пока я, не указала на него Агнессе. Выпросив разрешение у полковника, она в нем основательно покопалась. После тщательного исследования, вызвала меня к себе в комнату. Устроив совет, мы решили усовершенствовать попавшую к нам в руки птичку. Только этого я и ждала. Насев на Тома с двух сторон, мы выбили себе «добро», на доработку «Тайфуна».

И вот теперь, я совершу свой первый боевой вылет не на истребителе, а на крейсере «Тайфун».

От предвкушения, у меня свело скулы, кровь застучала в ушах, сердце бешено забилось.

— Штерн, ты все поняла?

— Простите сэр?

— Я только, что описал схему нашего вылета.

— Да, я все поняла. — поглядев на Хатера, я сняла природный щит.

— О чем он говорил?

— Опять витала в облаках?

— Типа того. Так о чем он говорил?

— Моя группа выстраивается в пятиугольник, основанием на атаку. Два сознателя слева, два справа, один по центру. Я, крайний слева. В меньшем пентагоне три сознателя выстраивают треугольник, расстояние между ними, три метра. Таким образом, закрывают брешь первой колонны и прикрывают центрового. Два сознателя по флангам, два в вершине пятиугольника.

С протяженностью в сто метров от нас группа Харди. В центре построения «свинья», в вершине один сознатель, четыре в основании. Ниже основания еще шесть. На метр выше вершины, по два сознателя, с каждой стороны. Харди, крайний справа.

Мы с ним в роли маневренной группы и на твоем прикрытии. Ты занимаешь коридор, между нашими группами, чуть позади.

Все включают отражатели и общее защитное поле, подходим, как можно ближе к линкорам и начинаем атаку. Дальше все просто, целишься, пробиваешь защитную оболочку, мы их добиваем.

— Ясно. Только не уверена, что пушки пробьют их защиту.

— Ты смеешься, я сам с этими пушками возился. Они пробьют любую защиту, как твой квардониевый нож.

— Даже твою?

— Даже мою.

После брифинга, все разбежались по ангарам. Я влезла в гравикостюм и села за «штурвал».

Пройдя линию Кармана, мы заняли свои позиции в соответствии со схемой Харди. Надвигались на инкриптов в полной тишине, ретротранслятор внутренней связи могли запеленговать. Зайдя в хвост, я сделала два залпа, по центральным линкорам. Группы Том и Хатера, общим огнем пробили корму правого центрального. Хатер вылетел из пентагона, прицеливаясь в левый центральный. Залп и двигатели линкора взрываются, как фейерверк. Хатер, вернулся в строй. Малый флот инкриптов, кружил вокруг подбитых, как мухи. Нас не засекли. Сменив позицию, я пробила обшивку третьего линкора.

— Молодец. — Алекс активировал внутреннюю связь. В этот момент, уцелевший линкор и малый флот взяли нас под прицел, ударив залпом из всех орудий. Общее силовое поле лопнуло, как мыльный пузырь.

— Алекс, идиот, ты выдал наше расположение. В рассыпную. — прокричал Том.

Отражатели, пока работали. Радар показал, как обе группы, выстроились полукругом.

«Агнесса с Хатером, провозились тогда все выходные, выполняя приказ полковника Харди.

— Отражатели, должны быть видны на радарах боевых кораблей землян! — именно в те выходные Редж крушил мою комнату, а меня и мою семью разбил лед отчуждения».

Я сижу в рубке крейсера и вспоминаю прошлое, а по «Тайфуну» бьет огонь линкора. Скорость крейсера, выше, чем у линкора инкриптов, но с маневренностью «Клинов», ему не тягаться. Мне только и остается, сидеть и надеяться, что силовое поле, выдержит удар.

* * *

— Поздравляю с победой! — Винсент Харди, поднимает бокал в нашу честь.

Мы сидим в торжественном зале парламента империи.

Аакеш Гуатама 3, из благородного рода Шакьямуни, правитель империи и глава галактического союза, чинно похлопывает нам, склонив голову в легком поклоне.

— Сегодня, знаменательный день. Мы разгромили врага империи и захватили в плен, не без участия нашего славного Тома Харди и его сознателей, главнокомандующего инкриптского флота. — поднимаясь говорит Аакеш. — Прошу всех, чествовать наших героев!

Зал разражается аплодисментами.

Я вспоминаю последние минуты боя.

«Меня атакуют со всех сторон. Правое крыло дымится, три пушки выведены из строя. Если они устроят еще один массовый залп, я сгорю внутри «Тайфуна». Гравии костюм, просто не выдержит нейтронного взрыва двигателей крейсера. Меня расплавит вместе с защитой.

Отвлекая огонь на себя, я целюсь в брюхо последнего линкора инкриптов и стреляю.

— Попала!

Удар, мой корабль сотрясается. Последняя плазменная пушка, выведена из строя. Сознатели не успевают воспользоваться моментом, сдерживая малый флот инкриптов. Их линкор в безопасности.

— Кажется, мне пришел конец. В этот раз, Робертсон не ошибется.

Отрешенно смотрю на приборную панель. На радаре отражается не меньше ста точек. Они приближаются к нам на бешеной скорости.

— Подкрепление инкриптов? Корабли, идущие на гипер тяге, стоп, а почему их не видно? — точки давно миновали обтекатель «Тайфуна».

— Наши. — радостно проносится в голове. Невидимки стреляют по линкору противника. Тот взрывается. Малый флот, окружают».

В зале собралась элита парламента, высшие чины армии и спецслужб империи. Кто-то с женами и детьми, кто-то с любовницами, кто-то один.

Сознатели в белых мундирах. Хатер полдня отказывался надевать мундир и только после длительных уговоров со стороны Мика и меня, а также после приказа Тома, согласился.

Нас поочередно вызывает Аакеш Гуатама 3 и вручает каждому именную медаль за победу и громовое колесо за отвагу.

Гордые мы принимаем награды и поздравления.

После завершения торжественной части, начался банкет. Сознателям все нипочем. Была бы выпивка и красивая девушка. Сегодня жены, дочки и любовницы в опасности. Когда ты так часто бываешь на волосок от гибели, всерьез воспринимаешь только того, кому доверяешь. А это только свои, твоя команда и командир. Ребятам плевать на штабных и прочую парламентскую шушеру. Полковник Харди не торопиться отозвать сознателей и призвать их к порядку.

— Пусть развлекутся. — мы смеемся. К нам направляется генерал ВВС.

— Пора бежать. Штерн, потанцуем?

— Конечно сэр!

Том кружит меня по залу, тем самым обезопасив себя от гневливых речей деда. Я смеюсь над его шутками. В этот вечер, мне легко и весело. Винсент Харди, выходит на бальную площадку, решительно направляясь к нам.

— Разрешите Вас пригласить? — он сурово смотрит на Тома, протягивая мне руку. — Мой внук, слишком увлекся, заставив других дожидаться в очереди на танец.

Полковник нехотя отпускает меня и отходит.

Вернувшись на базу, заместитель Харди, манит нас в столовую. Мик достает три бутылки односолодовых Yamazaki 1984 года.

— Вот, берег, для особо торжественного случая. Приятель лет пятьдесят назад, достал по блату.

— Я сбегаю за колой. — Чарли подрывается к автомату, но останавливается на полпути, после окрика Джоша.

— Это же лучший виски в мире. Мы не будем его разбавлять, как какую-то сивуху.

Про себя я думаю, что виски в любом случае сивуха, самогонка чистой воды, только с дорогим лейблом. Полковник Харди, идет к выходу, нажав на рычаг, двери в столовую закрываются.

— Вот теперь, можно пить! — довольно потирая руки, говорит он.

* * *

— Не стаскивай с меня одеяло. — сонно бормочу я.

— В дверь сучат. — слова Хатера, сработали не хуже, общего сигнала подъема.

Я резко поднимаюсь и, подбираю разбросанную на полу одежду.

— Все, можешь открывать. — говорю я, застегивая олимпийку.

В комнату заходит Алекс.

— Чего так долго, я минут пять долбил, прежде чем вы открыли.

— Спали.

Я строго смотрю на инкрипта, который начинает самодовольно ухмыляться.

— Аааа.

— Ты чего так рано?

— Маша, так мы же вчера договорились, что с Кханом, ты будешь общаться.

— Я помню. Это не объясняет, почему ты так рано пришел?

— Так, это. Полковник приказал. Ладно, жду тебя на выходе.

Алекс, насвистывая, выходит.

— В этом корпусе, все забыли про браслеты связи! — возмущенно говорю я и выхожу вслед за Алексом. Хатер запрыгивает обратно в кровать и укрывается одеялом. Это выглядит так уютно, что я завидую ему черной завистью. Ужасно хочется спать. Зевая, иду по коридору в пятую допросную.

Чем ближе подхожу к допросной, тем больше меня охватывает мандраж.

У двери, меня ждет полковник. Я останавливаюсь и смотрю на него, ожидая объяснений.

— Приехали люди О'Генри.

Кивая, я прохожу внутрь.

Зеркальная стена, стол и два стула, друг напротив друга. Скованный Кхан сидит на одном. Я подхожу к столу и сажусь.

— Ну, вот и встретились, белоголовый. — я смотрю в его черные глаза.

Он улыбается, показывая заостренные зубы. Ни капли страха.

— Ты ведь знаешь наш язык. Поговорим?

— Почему нет? — пожимает плечами. — Снимешь? — он кивком указывает на оковы.

Я достаю свой нож и режу цепи. Теперь он свободен. Потягиваясь, Кхан говорит.

— Не припомню у тебя этой штучки, когда ты была у нас в гостях.

Он смотрит, на нож, не отрываясь. Поигрывая ножом, я начинаю пенспиннинг. С каждой секундой ускоряя и ускоряя контактное манипулирование. Не уменьшая скорости, перебрасываю нож в другую руку и повторяю. Потом с грохотом кладу нож на стол, придерживая левой рукой, и говорю.

— Подарок, не хотела рисковать, мало ли что.

— Впечатляет. Пэн маваси ронинов, молодец.

— Знаешь нашу историю. — киваю я. — Так зачем вы здесь? Почему напали на планеты входящие в галактический союз? Что вам нужно?

— Где наш корабль?

— Какой корабль?

— Не строй из себя дурочку. — злобно говорит Кхан, показывая зубы.

— Ты уверен, что хочешь мне хамить? — в моих руках заблестел КВ-45.

Кхан откидывается назад, отодвигая стул подальше.

— Умный инкрипт! Так какой корабль?

— Который ты украла, сбежав с линкора.

— Ах, этот. Как долетела, мы его уничтожили. — лицо инкрипта побледнело. Он заиграл желваками и кинулся, через стол на меня.

Ожидая такой реакции, я отскочила, с мерзким скрипом отодвигая стул. Мой нож, оказался в запястье инкрипта, раньше, чем он успел почувствовать боль. Я быстро вынула его и отошла в дальний угол комнаты. Пошарив в карманах, нашла платок и вытерла кровь инопланетянина с лезвия.

— Такая же красная, как у меня. — удовлетворенно хмыкнула я. Во мне ничего не содрогнулось, когда я ударила его ножом.

Я так часто представляла, что буду с ним делать…

Кхан захрипел, перехватывая запястье, здоровой рукой.

— Друг мой, это только начало, если ты не начнешь говорить или еще раз попробуешь на меня напасть. Теперь мы поменялись местами. — кровожадно улыбаясь, сказала я.

— Тебе больно? — изображая сочувствие, я села на стул, придвигаясь к столу.

Кхан не ответил, баюкая руку.

— На, перевяжи. — я бросила ему окровавленный платок.

Какое-то время мы молчим. Я наблюдаю за тем, как он перетягивает рану.

— Так на чем мы остановились. Ах, да, ты расстроился из-за вашего корабля. Неужели он такой ценный?

— Ты даже не можешь представить себе, насколько.

— Ну, что ж поделать, теперь его нет. Так зачем вы здесь? Почему три месяца не объявлялись? Что вам нужно от нашей империи?

— Империи, ха. Вы, люди, такая мелкая сошка. Только-только, начали осознавать масштабы веселенной. Нам от вас, ничего не нужно.

— Тогда зачем напали?

Кхан молчит.

— Попробую ответить на часть вопросов сама. Считая людей легкой добычей, ваша раса напала на нас. Но оказалось, что все не так просто. Легкая победа от вас ускользнула. Не достигнув желаемой цели, вы продолжили атаки. Хотели вывести из строя боевые единицы, которые могут дать вам отпор. Но и тут неудача. А потом, к вам на линкор попадают два ценных экземпляра из семейства гоминид. Одного вы пытаете, одного держите про запас.

Пытки не помогли и информация о расположении наших сил, и каким оружием мы обладаем, осталась, для вас закрытой. Не прошло и двух дней, а люди каким-то чудом сбежали, да еще и ценный корабль похитили. Вы решили переждать. Надеялись, что корабль вернется? — я выжидательно посмотрела на инкрипта. Тот продолжал молчать и смотрел на свою руку. — В итоге, вы пошли в атаку на главную планету галактического союза. И чего же вы добились, полного разгрома.

Я встала и прошлась по комнате.

Кхан следил за мной, как хищник в засаде. От броска, его останавливал нож, который я держала в правой руке.

— Аджосси, ну зачем эти игры в молчанку?

Инкрипт злобно оскалился и откинулся на спинку стула.

— В целом, ты конечно права. Только вы уничтожили не корабль, а инкрипта правящего рода. Второй наследник в династии Чжун. Мальчик заигрался, экспериментируя с трансформацией, и поплатился за это. Теперь, ваш галактический союз, подписал себе смертный приговор. Когда я выберусь, а это будет довольно скоро, одну за другой, мы уничтожим ваши планеты и все население.

— Как уничтожите?

— Тебе так интересно, как ты умрешь?

— Очень.

— Не буду томить, сочту это за последнее желание обреченного на смерть. Мы сбросим на каждую планету по изотермической бомбе.

— Я знакома с термодинамикой, не надо мне лить в уши. Такая бомба, не может уничтожить планету.

— Аха-ха-ха, приматы! Как мало вы еще знаете. Изотермический процесс распада, при нестабильной температуре, будет поглощать все вокруг себя, для стабилизации. Процессу необходимо находиться в тепловом равновесии, как в термостате.

— Ты не сможешь выбраться!

— А это уже не важно. Вас продолжат атаковать, а когда поймут, что принц мертв, уничтожат галактику. — он жутко рассмеялся.

— Сомневаюсь. — я направилась к выходу.

— Эй, примат. — я остановилась, не оборачиваясь. — А тебя хорошо починили.

— Я уже это слышала. — сказала я выходя из допросной.

В коридоре стояли О'Генри, Винсент Харди и Том.

— Хорошо раскрутила. — похвалил О'Генри.

Кивнув, я направилась к своей комнате. Хатеру придется многое мне объяснить.

Я шла, никого не замечая на своем пути. Агнесса с Герхардом, просто отлетели к стене, когда я проходила мимо. Лиц остальных, я даже не пыталась идентифицировать.

* * *

— Просыпайтесь принц, пора вставать!

Хатер открыл глаза и замер. Я нависала над ним, уперев руки в бока.

— Я тут поболтала с твоим другом Кханом.

— Он мне не друг! — грозно ответил Хатер, приподнимаясь на локтях.

— А мне плевать! Из-за тебя, всей галактике грозит уничтожение. Кхан мне напел про изотермические бомбы. Представляешь, как я удивилась, узнав, про процесс стабилизации тепла?

Хатер не двигался, глаза его чернели. Закрывается, чтобы я не прочла его.

— Молчишь. — подытожила я.

Сдернув с него одеяло, я закричала.

— Одевайся и убирайся из моей комнаты. Лети на свою планету. Пусть узнают, что ты жив.

— Маша…

Я села на кресло и закрыла глаза.

— Маша…

Я посмотрела на удрученного инкрипта.

— Я пытаюсь понять, но не могу. Пришло время, раскрыть карты.

— Я не могу. — Хатер развел руками.

— Тебе пора домой.

— Я не хочу. — он присел рядом.

Дверь в комнату открылась, зашел полковник Харди.

— Да, твою ж мать!

— Что ты сказала Штерн?

— Ничего. — козырнув, я пошла в ванную.

— Ходят, как к себе домой, им точно тут медом помазано. Буду блокировать дверь.

Плеснув холодной водой в лицо, я застыла, вглядываясь в свое отражение.

Выключив воду, я услышала хрипение и возню. В комнате раздался жуткий грохот и шелестение страниц.

— Стеллаж с книгами. — покачав головой, я вышла.

На полу валялись книги, часть книжных полок сломалась, разлетевшись по углам. В центре комнаты не двигаясь, лежали Хатер и Том. Оба держали друг друга в удушающем захвате.

На лицах обоих, ссадины и кровоподтеки. Переступив через них, я села на кровать, подперев подбородок.

— Рано или поздно, это должно было произойти. — философски подумала я.

Активировав браслет внутренней связи, набрала сообщение Мику. Через две минуты, он были у меня.

Мы молча наблюдали все туже картину. Я, сидя на кровати, Мик, стоя в дверях. Никто не вмешивался. Набрав Мику еще одно сообщение, мы переглянулись, и он утвердительно кивнул.

Я встала с кровати и присела рядом с Томом и Хатером.

Мик подошел к нам.

— Прекратить не хотите?

Мне не ответили, эти двое, не собирались уступать друг другу.

— Понятно. — кивнув Мику, я ударила Хатера кулаком в висок, Мик сделал тоже самое с полковником. Два обмякших тела, валялось на полу.

— Ох и влетит нам, когда Том очнется. — потирая шею, сказал Мик.

— Посмотрим. Пошли в столовую, позавтракаем. Эти двое, раньше, чем через полчаса, не придут в себя. — пробираясь к выходу, сказала я.

Во время завтрака, Мик сидел, как на иголках. Все время крутился и поглядывал на выход. Я спокойно ела.

К тому моменту, когда мы вернулись в комнату, Том и Хатер, очнулись. Они сидели друг напротив друга, потирая виски.

— Лихо вы нас! — заметил полковник Харди.

— Угу. — хором отозвались мы с Миком.

Том взглянул на Хатера и спросил.

— Так ты расскажешь или как?

Инкрипт откинулся, прижимаясь к кровати спиной и ни на кого не глядя, заговорил.

— Триста пятьдесят лет назад, в квадранте 153, сектор омега, наша исследовательская экспедиция обнаружила планету с очень ценным минералом. Информацию о ней, добавили в базы. «Перспективная, для разработки», так значилось в досье. Его засекретили, информация была доступна только членам правящей династии и первому советнику. Мне было полтора года, брату три, естественно нам не рассказали. Два года назад, родители погибли. Брат взошел на престол. Первый советник, открыл ему доступ, ко всем секретным досье. Как новый король, брат поручил собрать экспедицию и направить на добычу минерала. Но к этому моменту, планету уже заняли люди. — он замолчал, переводя дыхание.

— Мы мало вами интересовались. Наши интересы, никогда не пересекались. Вы же, настолько увлеченные собой, не замечали разумной жизни, по другую сторону галактики. Нас, это вполне устраивало.

Прислушавшись к совету первого министра, мы вступили с вами в дружественный контакт. Наши дипломаты, договорились о постройке посольств, на всех планетах союза. Через полгода, триста инкриптов, отправились на столь интересующую нас планету. Когда ваша разведка, обнаружила наш повышенный интерес, всех инкриптов перебели. Брат пришел в бешенство.

Мы стали похищать людей, чтобы выяснить, что они знают о минерале. Но люди такие хрупкие, они ломались, не успевая нам ничего рассказать. Дальше вы знаете.

— Квитрок. — я ошарашено посмотрела на полковника и Мика.

Все учили историю и географию, что находится в квадранте 153, сектора омега, знал любой школьник.

Я вспомнила лицо Кхана, когда тот смотрел на мой нож.

— Так значит, вас интересует квардоний. И ради этого, вы устроили такую бойню?

— Все слишком запутанно, началось с квардония, но смерть наших сородичей, послужила причиной к войне.

— А ваши плотоядные привычки, тоже причина к войне?

— Мы не едим приматов. — фыркнул Хатер. — Инкрипты, в большинстве своем, очень уважают жизнь, любого разумного существа. Это всего лишь тактический прием, люди очень внушаемы.

— А как же зубы и пленники, не вернувшиеся в камеру? И Кхан пытающий меня?

— Заостренные зубы — иллюзия. Я разработал ее, для устрашения противника. Люди, как я уже сказал, вы очень хрупкие, не выдерживаете ментального давления. Кто не умирал, сходил с ума.

Их мы помещали в отдельные камеры. Поэтому, когда ты оказалась на нашем корабле, так меня заинтересовала. Твой ментальный блок, его никому не удалось пробить. А Кхан, это его работа, вытягивать информацию.

Больше мне не хотелось спрашивать.

— Он мог, все это остановить. Прекратить войну, пытки, убийства, все!

Я закусила нижнюю губу, прокусив до крови. Кровь сбегала по подбородку, капая на грудь.

— Ты мог, все прекратить!

Хатер ничего не ответил.

— Штерн, вытри кровь и подбери сопли. Иди, умойся и живо на тренировку. Ее никто не отменял.

Полковник поднялся, отряхнув форму.

— Сэр, так ведь уже десять. Три часа прошло.

— Плевать. Мик, сообщи сознателям, чтобы собрались в зале.

Маша, если опоздаешь, пожалеешь. — он вышел.

* * *

— Непробиваемый человек. Подрался с инкриптом, а виновата я.

Как так выходит? — я плелась до зала, меня нагнал Алекс.

— Привет.

— Угу.

— Устала после вчерашнего?

— Угу.

— Я хотел тебя спросить…

Я перебила его. — Давай не сегодня! — Алекс смутился и приотстал.

— Неженка блин. — зло подумала я.

Конечно, Алекс ни в чем не виноват, но мне было совсем не до него. Я поймала себя на мысли, что веду себя, как Том. Который срывает свое дурное настроение на мне.

В зал полковник Харди, так и не пришел. Мик сказал всем тренироваться без него. Учебный вылет, на сегодня отменили.

Четыре дня, прошли в таком же режиме. Хатер, в комнате не появлялся. В корпусе, я с ним не сталкивалась. Судя по всему, инкрипт старался меня избегать. Собственно говоря, мне было наплевать, где он. Узнав про то, что пытки, были инициированы с его одобрения, мне захотелось его убить. Только приказ полковника, остановил меня в тот момент.

* * *

На неделе, встретила сотрудников Робертсона.

Проголодавшись, я решила пойти в столовую. Заходя в помещение, увидела Теда и Сэма. Они сидели в правом ряду, за угловым столиком. Я ни разу их не видела, с момента нашей драки. Остановившись на полпути, я внимательно разглядывала их.

Почувствовав чужой взгляд, Тед поднял голову. Увидев меня, поперхнувшись, он закашлялся. Сэм приподнялся, чтобы постучать ему по хребту, но обернувшись, замер с вытянутой рукой. На шее Сэма белел шрам, выглядывая из под воротника спецовки. Его рука, непроизвольно дернулась к шраму.

Наши взгляды встретились, каждый был полон ненависти. Никто не старался скрывать, своего отношения. Паритет, давно остался в прошлом.

Эти с позволения сказать люди, хотели меня избить, по наущению подполковника ИСБ. А я их почти убила.

Откашлявшись, Тед что-то прошептал Сэму, и они спешно вышли из столовой.

* * *

В пятницу вечером, нас собрал Том. В брифинг зале собрались только свои. Хатер стоял рядом с полковником Харди. Глаза у него были черными, он активировал защитную пленку.

Я прошла мимо, сделав вид, что не заметила его.

— В среду, мы заключили мир с инкриптами.

Ребята радостно заухали.

— Тишина! — потребовал Том.

Все затихли.

— В процессе переговоров, было принято решение отдать половину планеты Квитрок, расе инкриптов.

Джош поднял руку, полковник Харди, утвердительно кивнул, разрешая задать вопрос.

— Сэр, а как же квардоний?

— На наш век, его хватит. К тому же будущие союзники, научат нас использовать его не только в оборонной промышленности. Как выяснилось, это не только сверхпрочный метал. Квардоний, уникальное энергетическое топливо, которое может до тысячи лет, снабжать энергией любую планету. Четыре грана квардония, обеспечат ей население, одной только Земли на пять тысяч лет.

В понедельник, мы вылетаем, на подписание мирного пакта.

Правитель империи Аакеш Гуатама 3, генерал ВВС Винсент Харди, глава контрразведки О'Генри и я с Миком, будем представителями галактического союза. Хатер, выступит в роли гаранта.

— Почему Хатер? — спросил Чарли.

— Он дольше всех общался с людьми и знает, чего от нас ожидать.

Я поднялась и, глядя в глаза инкрипту, обратилась к полковнику Харди.

— Как он может выступать в роли гаранта? Хатер сражался против своих. Уничтожил часть флота противника на стороне землян. Это ловушка!

Голова инкрипта, дернулось, как от пощечины, по лицу пробежала судорога.

— Штерн, сядь на место. — полковник хмурясь посмотрел на меня, ожидая выполнения приказа.

— Том, они имеют право знать. — Мик посмотрел на сознателей, задерживая свой взгляд на каждом из присутствующих в зале.

Вздохнув, Том провел рукой по затылку и сказал.

— Мы скрыли эту информацию. Кроме собравшихся здесь, о том, что Хатер инкрипт, знают лишь О'Генри и мой дед. Остальным стерли память, не без участия… — полковник Харди кивнул в сторону Хатера. — Теперь все считают его рядовым сознателем, под моим командованием. Поэтому, я приказываю молчать о том, кем на самом деле является Хатер. О последнем боевом вылете, тоже.

Теперь о самом главном. Захваченный нами инкрипт Кхан, остается в шестом корпусе. Вам следует относиться к нему, как к гостю. После заключения мирного договора, ему предоставят корабль и он уберется восвояси. До этого момента, чтобы ни одного косого взгляда. Все должно быть тихо и мирно. — он дольше, чем того следовало, задержал свой взгляд на мне.

У нас с Кханом свои счеты, но если я и в этот раз подведу полковника, двумя месяцами карцера, явно не отделаюсь.

По залу пробежала волна возмущения. Сознатели начали недовольно роптать. Том поднял руки, в успокаивающем жесте.

— Я все прекрасно понимаю. Но на кону, судьба всего галактического союза. Не будем ставить под угрозу, подписание мирного договора. Как я уже говорил, Мик полетит со мной. Я хотел назначить своим временным замом, одного из вас, но…

К сожалению, все предложенные мною кандидатуры исполняющего обязанности главы десятого сектора, были забракованы. У вас слишком мало опыта и по званиям пока не дотягиваете. В корпус пришлют… — полковник Харди замолчал.

Он задумчиво посмотрел в потолок, потом пробежался взглядом по собравшимся.

— Собственно, я пока сам не в курсе, кого пришлют на замену. Но прошу, соблюдать устав и слушаться временного зама, как меня. Еще раз повторяю, в корпусе в мое отсутствие, должны быть тишина и покой. Список требований, расписание и план учений, я вышлю каждому в отдельности. Вернусь, проверю! На этом все, можете расходиться.

Мы встали и направились к выходу.

— Штерн, задержись! — окрик полковника, приморозил меня к полу.

Подождав, пока ребята выйдут, я развернулась и подошла к Тому.

— К тебе будет отдельное, кхм-кхм. — Том откашлялся. — Скажем так, «поручение». Считай это моим непреложным правилом. Кхана избегай. Чем меньше вы контактируете, тем мне спокойнее. В случае ваших встреч, ты будешь с ним общаться, как с лучшим другом или любимым членом семьи. И никаких возражений! Теперь о сотрудниках Робертсона. Линию поведения, выбирай сама, но чтобы никаких, даже малейших эксцессов. Ты меня поняла?

— Да сэр.

— Запомни, я буду далеко и в случае чего, помочь тебе некому. Поэтому, будь паинькой. И вот еще что. Свой ножик, спрячь подальше, чтобы не было соблазна его применить, как в прошлый раз в ангаре. Все, свободна. — кивнув, я козырнула и направилась в свою комнату.

В комнате царил хаос. Я огляделась вокруг, вспоминая, как в ночь, после откровений инкрипта, крушила все подряд. Добавляя к последствиям той утренней драки Хатера и полковника, еще больше беспорядка.

На полу, по прежнему валялись книги, страницы порваны. Часть переплетов, вырвана с мясом. Сломанные полки, разлетевшиеся по углам. Скомканная одежда, испачканная в земле. Разбитые цветочные горшки, с увядшими растениями. Изрезанный матрас с торчащими пружинами, оторванная спинка кровати. Разбитый ночник, осколки ламп. Под ногами противно поскрипывает грунт.

— Пора навести порядок в этом славном жилище! — иронично подумала я и приступила к уборке.

Покрутив туда-сюда спинку кровати Хатера, хмыкнула.

— И откуда, только силы взялись?

В дверь постучали. Пробираясь к выходу, я выбирала куда бы наступить. Свободного места на полу, почти не было. Чтобы не навернуться, я встала на четвереньки и медленно поползла. Успешно миновав все препятствия, выпрямилась, отряхнула руки и открыла.

На пороге стоял Хатер. Не выражая эмоций, он осмотрел помещение и, не дожидаясь приглашения, вошел внутрь. Закрыв дверь, я вернулась к прерванному занятию. Присев рядом с погибшим цветком гибискуса, стала аккуратно складывать глиняные осколки. Бросив взгляд на инкрипта, убрала разбитый горшок и остатки цветка, в мусорный пакет. Я молча передвигалась по комнате, периодически поглядывая на инкрипта. Тот сидел на уцелевшем кресле и наблюдал за мной. Потом встал и подошел к разбросанным книгам. Наклонившись, взял одну из них в руки, отряхнул от земли, вставил в оторванный переплет и положил на стол. Проделал то же самое с другой. На столе, росла стопка книг.

Два мусорных пакета, заполненные до краев, стояли прислоненные к стене.

Через два часа, я вызвала уборщика с малым отходным контейнером.

Сгрузила в контейнер мусорные пакеты, сломанные книжные полки, матрас и остатки каркаса кровати Хатера.

Уборщик тихо ворчал и сонно позевывал. Когда он ушел, я связалась с младшим дежурным сотрудником хозяйственного обеспечения.

— Добрый вечер. Сознатель Мария Штерн беспокоит. У меня тут инцидент произошел, теперь нужно книжный стеллаж заменить. — про кровать инкрипта, я разумно умолчала. Решив, что ей не место в моей комнате. К тому же, Хатер все равно улетает, и надеюсь больше, никогда не вернется. Простить ему, одобрения на мои пытки, я так и не смогла.

— Да, конечно. Серийный номер? — продиктовав серийник, я ждала ответа дежурного. Тот, пыхтя, поглядывал на монитор. — Когда требуется замена?

— Сейчас.

Дежурный замялся.

— Эм, но сейчас никого нет. Вам не смогут собрать стеллаж.

— Я сама с этим прекрасно справлюсь.

— Да? — с сомнением, дежурный окинул меня взглядом. — Ну, если так, то конечно. Через двадцать минут привезу. Мария, а где старый стеллаж? — я приподняла, правую бровь и вопросительно взглянула.

— Имущество подотчетное. — пояснил сотрудник хозяйственного отдела.

— Часть в мусорном контейнере, часть в моей комнате.

— Как же я буду искать сломанную часть? — озадаченно спросил он.

— Хорошо, до вашего появления, я верну в комнату сломанные детали. Устроит?

Радостно улыбнувшись, сотрудник хозяйственного обеспечения кивнул и отключился.

Я спешно побежала к уборщику. Узнав, куда тот вывез контейнер, помчалась в отсек с мусором. Пятнадцать минут спустя, я ворвалась в свою комнату, таща на спине сломанные книжные полки. Сбросив их в свободном углу, села отдышаться.

Хатер, все еще был здесь. Снимая книги с уцелевших полок, я дожидалась появления сотрудника хозотдела.

— Что же у Вас произошло? — охая над сломанной конструкцией и двумя уцелевшими полками, спросил дежурный сотрудник.

Не ответив, я ждала, когда он занесет в комнату детали нового стеллажа.

— Бюрократ! — сказала я, закрыв дверь.

— Помочь? — подал голос Хатер.

Проигнорировав его вопрос, развернула схему сборки, которую вручил мне служащий хозотдела.

— Вдвоем быстрее управимся. Давай помогу?!

Фыркнув, я отложила схему и начала распаковывать первую коробку. Больше ничего не спрашивая, Хатер подошел и принялся за вторую.

Пять минут ушло на распаковку всех деталей, десять на сборку и закрепление нового стеллажа.

— Может, поговорим?

— Ну?

— Не очень-то ты дружелюбна к будущему союзнику. И где я буду спать, мою кровать ты сломала? — улыбаясь, спросил инкрипт.

— На полу или там, где обитал, всю эту неделю. О чем ты хочешь поговорить?

— Жестокая. — Хатер схватился за сердце. Я отвернулась.

Прекратив паясничать, он сказал.

— Возможно, ты не поверишь, но меня самого коробит от воспоминаний, что я так поступил. Именно поэтому, я ничего не рассказывал. — он схватил меня за руку, развернув к себе. Кончиками пальцев приподнял мое лицо, заставляя тем самым, посмотреть на себя.

— Ты должна меня простить, я давно искупил свою вину.

Вырвав руку, я отступила на шаг назад, и спросила.

— Ты ведь помнишь, что я тогда испытывала?

Инкрипт молчал.

— Ты помнишь? Отвечай!

— Помню. — Хатер нахмурился.

— Мы ведь тогда первый раз слились. — присаживаясь на кровать, я наблюдала за тем, как чернеют его глаза. — Ты чувствовал как мне больно. Знал, как мне страшно.

— Я ведь спас тебя, восстановил твой облик.

— О да, кто бы спорил. Принц, пожалел о принятом решении и все исправил. Ты молодец! Втерся ко мне в доверие, как змея. Я прекрасно помню, как ты мне помогал. Как спас от нахлынувшего безумия. Вот только простить тебя, Кхана и всю вашу поганую расу… — я замолчала, обдумывая, что сказать дальше. Хатер ждал.

— Нет, этого не будет! Между нами кровь. Моя кровь, кровь людей, кровь погибших сознателей. Я всю неделю, думала над тем, что произошло с момента плена. Ты ничем не отличаешься от Робертсона. Методы другие, но суть та же. Я устала, что меня используют. Лети на свою планету принц и больше не возвращайся на Землю.

Встав, я направилась к выходу. Открывая дверь, я не глядя, бросила назад.

— Знаешь, что самое обидное. Ты стал мне другом. — больше ничего не прибавив, я вышла.

* * *

В растрепанным чувствах, я шла к Агнессе. На душе скребли кошки. Мне было так погано, что хотелось завыть.

— Привет. А я уже к тебе собиралась. Ты, что, меня избегаешь? — пропуская меня в комнату, спросила Агнесса.

— Нет. С чего ты взяла?

— Я тебя всю неделю, поймать не могу. После того, как ты пронеслась, как метеор, едва не сбив меня с Герхардом.

— Ох, прости. Дело было безотлагательное. Я тогда многих снесла на своем пути. — извиняющимся тоном, сказала я.

— Аааа, тогда ладно. Какие планы на выходные?

— К родным поеду. Не хочешь со мной?

— Хочу, конечно. Я так ни разу у тебя и не побывала. Все дела, да дела. Нет, погоди, не могу. А как же Редж?

— Я с ним уже договорилась. Они с Сали будут ждать нас у моих.

— Как здорово. Я его так давно не видела. Ужасно по нему соскучилась. Он последнее время в корпус не приезжал, а я…

Ну, ты сама знаешь. Эх, мне бы один из самолетов ИСБ.

— Угу, только у тебя нет лицензии на вождение.

— В этом и беда. Когда выезжаем?

— За сколько успеешь собраться?

— За час.

— Тогда, через час, жду тебя на стоянке.

— Договорились.

Я с неохотой пошла к себе. Встречаться с Хатером, не хотелось. Мы уже все выяснили, говорить больше не о чем. Открыв дверь, я с облегчением вздохнула. Инкрипта не было. Быстренько собрав вещи, я взяла пропуск и пошла ко второй проходной. На посту стоял Тед. Сэм копался в будке. Проходя мимо, я задержала дыхание, считая до десяти.

— Разрешение на выход. — перекрыв мне дорогу, потребовал Тед.

Губы его слились в тонкую линию. Глаза сузились, по левому виску заскользила капля пота.

— Нервничает. — удовлетворенно подумала я.

Молча достав разрешение из нагрудного кармана, показала ему. Тед кивнул, отходя с дороги.

Эта формальная проверка, была лишней. Он прекрасно знал о еженедельных отгулах сознателей.

Приложив пропуск к датчику контроля, я вышла на улицу.

Вещи были давно загружены в багажник. Шум двигателя, разносился по пустой стоянке. Я нетерпеливо поглядывала на часы, затягиваясь сигаретой. Агнесса опаздывала. Прошло уже двадцать минут, с истечения оговоренного срока. Возвращаться на проходную и смотреть на мерзкие рожи ИСБешников, в и без того дурном настроении, это уже слишком.

Прошло еще десять минут, вздохнув, я двинулась к входу в корпус. В этот момент, появилась Агнесса.

— Где тебя черти носят?

— Прости. Честное слово, я не специально. Меня Тед задержал. Я свое разрешение на выход потеряла. Точнее, я так думала. А он уперся и ни в какую без него не выпускал. Первый раз с таким сталкиваюсь. Заладил, что военный объект, только по разрешению. Пришлось бежать в комнату и искать. У меня там такой бардак теперь. Ну, что, поехали?

— Угу. Закидывай вещи в багажник.

Я залезла в машину и включила музыку, поймав любимую радиоволну. Агнесса хлопнула багажником и влезла на пассажирское сиденье. Минут десять, она болтала без умолку, а потом замолчала, глядя на шоссе. Посмотрев в ее сторону, я улыбнулась.

— Заснула.

Остаток пути, меня сопровождала только музыка. Агнесса всю дорогу проспала.

В три утра, мы въехали на подъездную дорожку к дому. Растолкав Агнессу, я выключила мотор и вылезла из машины. Доставая наши вещи из багажника, я смотрела на веранду. Тихий джаз и горящие огни. Мои еще не спали. Я услышала громовые раскаты, смеялся Редж.

Я взглянула на Агнессу, приложив палец к губам. В темноте, мы подкрадывались к веранде.

— Тихо. — замахал руками Саливан.

Глава инженеров, наступила на ветку, которая громко хрустнула, ломаясь под ее ногой. Мы с Агнессой замерли.

— Мне показалось, я что-то слышал.

— Да брось ты. — сказал дедушка Саша, отмахиваясь.

— Да говорю же, слышал.

— Мне тоже, показалось, что в темноте, кто-то крадется. — поддержал его Стен.

— Маша приехала? — радостно спросила мама.

— Будто ты ее не знаешь. Будет она красться. — не согласилась бабушка Сандра.

Я засмеялась и прокричала. — Конечно, буду!

Дверь распахнулась и мы с Агнессой, влетели внутрь.

— Всем привет. Знакомьтесь, это моя подруга, Агнесса. Я вам много про нее рассказывала. А вот теперь и показываю.

Вся компания на веранде, приветливо заухала. Я бросила сумку на пол и пошла обниматься с семьей.

Когда первая горячая волна приветствий спала, мама спросила.

— А где Хатер? — выставляя приборы, для меня и Агнессы.

— У него дела, в этот раз, я без него. — заиграв желваками ответила я. Это не укрылось от внимательных взглядов Реджа и Сали.

— Интересно, им тоже память стерли? — пронеслось в голове.

— Как жаль, такой милый мальчик. В следующий раз, обязательно привози его с собой. — Оля потянулась к бокалу с вином.

— Ладно, давайте за встречу. — поднимая бокал, встал папа. — Хочу произнести тост. За нашу дочь и ее славных друзей.

Все чокнулись. Я выпила шампанское залпом. Пузырьки ударили в нос, я закашлялась.

— Да тише ты. На вот, вытрись. — протянула салфетку мама.

Полтора часа веселой болтовни в кругу семьи и друзей. Разговор с Хатером затирался в моей голове. Меня начало клонить в сон. Потихоньку, мы стали расходиться. Мама ушла показывать Реджу с Агнессой их комнату. Сали последовал за ними. Его разместили по соседству от пары.

— Я рад, что ты приехала. Завтра шашлыков нажарим. — Стен придержал мне дверь, на кухню. Пока мы заносили посуду.

— Лера уже спит?

— Ага. — выставляя тарелки в раковину, он улыбнулся.

— Рановато что-то. Вы же раньше пяти, по выходным не ложитесь. А ее за столом не было. Колись.

— О, это отдельная новость. Собирались рассказать тебе в субботу. Но раз ты заметила. В общем, мы ждем прибавления. Можешь поздравить будущего папашу.

— Здорово, поздравляю. Уже знаете пол ребенка?

— Мальчик.

В семь, меня разбудил Саша. Включив свет и распахнув шторы, он сказал.

— Просыпайся. Пора на рыбалку.

— Дедуль, я пас. Возьми лучше Сали.

— Давай, поднимайся. Порадуй деда. Мы так давно не рыбачили вместе.

— Ага, с самой Тиары. Чего это ты вдруг? — я открыла глаза и внимательно посмотрела на дедушку. Он уже был одет в рыболовный костюм. В руках зажат спиннинг.

— Не артачься. Жду тебя внизу. Твой костюм, висит на стуле.

* * *

— Здорово, просто здорово. У вас просто потрясающий дом. А какая у тебя семья. Мне очень понравились твои родные.

— Ты им тоже.

На обратном пути к базе, Агнесса не спала. Меня немного утомила ее постоянная болтовня. Но, что ж поделать, если она не сосредоточена на работе, то очень разговорчива.

Она мне как-то призналась, что первое время моей работы в корпусе, под ее началом, очень злилась. Если меня утомляла ее чрезмерная общительность, то ее наоборот.

— Из тебя же слова не вытянешь. Все время молчишь, думаешь о своем. Ужасно раздражало.

— Привычка. — ответила я тогда. А что еще я могла сказать? Жизнь научила помалкивать и наблюдать. Из-за этого я тяжело сходилась с людьми. Многие думали, что я слишком высоко задираю нос, считая всех ниже себя. Что было крайне неверно.

В девять вечера, мы вернулись на базу.

Пока я разбирала вещи, на браслет связи, пришло сообщение от полковника Харди. Он прислал расписание учебных вылетов, тренировок и общие правила поведения в его отсутствие.

На следующее утро, мы выстроились на плацу, прощаясь с командиром, Миком и Хатером. Инкрипт, старался на меня не смотреть. Мы весело попрощались, призывая поскорей вернуться, и пошли на тренировку. Как сказал полковник Харди.

— Ее никто не отменял. Живо в зал!

Глава 27

Шестой корпус, погрузился в рядовые будни. Все занимались своими делами.

Только сознатели ходили мрачными. Нам было непривычно и неуютно без Мика и командира. Мы ждали, когда появится временный исполняющий обязанности главы десятого сектора. Прошла неделя, а от полковника Харди, не приходило никаких вестей. Все извелись в томительном ожидании. Каждый вечер, мы собирались в брифинг зале и валяли дурака, убивая свободное время до отбоя.

Пару раз, я видела Кхана. Его мощная фигура и белые волосы, были видны издалека. Он выделялся на фоне сотрудников корпуса.

Только ребята из группы сознателей, могли выступать с ним наравне. Остальные казались гномами, оказавшись в орбите инкрипта. Кхан поглядывал свысока на землян. Как в прямом, так и в переносном смысле. Следуя непреложному приказу полковника Харди, я старалась избегать встреч с инкриптом. Общаться с ним, как с другом, а тем более, как с родственником, было выше моих сил. Завидев его, я резко меняла направление. Его лицо, каждый раз кривилось в презрительной усмешке. Желание стереть ее, накрывало меня с головой. Я в спешке ретировалась, во избежание глупостей.

Наступили выходные, я поехала к родным.

Погруженная в теплую семейную атмосферу, я оттягивала момент выезда. В итоге, вернулась на базу в два ночи воскресенья. Точнее, в два утра понедельника.

Часы показывали пять утра. Я ворочалась с боку на бок и не могла заснуть. Внутри все снедало от нехороших предчувствий.

— Да, что это со мной?

Так и не заснув, я пролежала с открытыми глазами, до общего сигнала подъема. На браслет связи, пришло сообщение от Агнессы.

«Нужно срочно поговорить. Успеешь забежать до тренировки?».

«Да».

«Приходи ко мне, поторопись!».

Одевшись, я выскочила из комнаты, налетев на Кхана. Он стоял на проходе с занесенной вверх рукой. Разбившись об него, как прибой о волнорез, я отлетела назад в комнату. И застыла, согнувшись в метре от выхода, хватая ртом воздух. От резкого удара, перехватило дыхание и потемнело в глазах. Попытка вдохнуть и распрямиться, болью отзывалась в ребрах и левой руке.

— А я как раз постучать собирался. — мило улыбаясь, в комнату зашел инкрипт.

— Я тебя не приглашала!

— Ну, что ты. Какие глупости. — Кхан отмахнулся. — Давай без этих церемоний. Ведь мы теперь союзники.

— Я тороплюсь. Если у тебя, что-то срочное, то говори поскорей. — я хотела прибавить «и проваливай», но удержалась. Вовремя прикусив язык.

— Нет, ничего срочного. Просто поболтать зашел. Ты же избегаешь меня.

— Не рановато ли в гости заглянул?

— Не думаю. Ведь ты не спала.

— Ну что ж, раз у тебя ничего срочного, то я пошла. — выйдя из комнаты, я выжидательно смотрела на Кхана. Он, не торопясь, вышел следом. Я закрыла дверь и побежала к Агнессе, хватаясь целой рукой за ребра. Дыхание сбивалось. Нужно будет заглянуть в медблок, до начала тренировки.

— А ты хорошо меня провела, сказав, что принц умер. — крикнул мне вслед, Кхан. Не оборачиваясь, я свернула за угол.

Постучав в дверь главы инженеров, я согнулась, переводя дыхание.

— Ты чего так дышишь? — открывая дверь, удивленно спросила Агнесса.

— К тебе торопилась. — ей незачем знать о моей утренней встрече с Кханом.

— Так, что там у тебя? — вползая внутрь, я аккуратно присела на кресло, стараясь не потревожить ребра и левую руку. Боль усилилась.

— Сегодня приедет временный исполняющий обязанности.

Внутри все опало. — Значит сегодня. — пронеслось в голове.

— Кто?

— Не знаю, Редж не сказал.

— Зачем тогда вообще говорить, раз не знает кто. — подумала я.

— А почему на браслет не скинула?

— Так я не поэтому тебя вызвала. Полковник сегодня вышел на связь. Просил передать, что они еще три недели, как минимум, пробудут в гостях у инкриптов. В целом, у них все хорошо. Мирный договор подписали. Мы официально, союзники.

— Понятно.

Том предупреждал, что в случае чего, будет звонить именно Агнессе. Он доверял главе инженеров и что самое важное, за ней никто не следил. Хотя Агнесса и болтушка, но тайне хранить умеет.

— Если, полковник Харди, не сообщил нам, значит, информацию от сотрудников корпуса скрывают. Зачем? — я выбивала хаотичный ритм, на колене, погруженная в раздумья.

— О чем думаешь?

— Да, так. — я отмахнулась и медленно встала. — Ладно, пойду. Спасибо за информацию. Ребятам не говори.

— Ага. Хотя могла и не предупреждать. Том разрешил рассказать только тебе.

Кивнув, я вышла и направилась к врачу.

В медблоке было пусто.

— Эй, есть кто-нибудь? — тишина.

Какое-то время постояв, я подошла к кушетке и присела. Минут, через пять, появился врач в сопровождении медсестры. Вид у них был растрепанный. Халаты расстегнуты, волосы взъерошены. У врача, на левой щеке отпечатался смазанный след помады. Рубашка была застегнута неправильно. Юбка медсестры одета наизнанку.

Увидев меня, они застыли в немом изумлении.

— Что у Вас? — растерянно спросила медсестра. Не ответив, я указала ей взглядом на юбку. Проследив за ним, она охнув, побежала в другую комнату. Врач заискивающе улыбнулся.

— Доктор, у Вас след не левой щеке и рубашка неправильно застегнута.

Покраснев, врач отвернулся. Зашуршала ткань. Перестегнув рубашку, он подошел к зеркалу и стал усиленно оттирать помаду.

Показалась медсестра. Переглянувшись с врачом, она еще раз спросила.

— Так, что у Вас?

— Острая боль в области ребер. Сильная боль в левом запястье, с деформацией сустава.

— Снимайте олимпийку.

Осмотрев руку, врач обратился к сестре.

— Холодный компресс и эластичный бинт. Сознатель, задержите дыхание.

С хрустом кости встали в свое естественное положение. В глазах замелькали мошки.

Врач отошел к одной из тумбочек. Присев, открыл крышку и достал две ампулы с белесой жидкостью.

— Олкирнол. — прочитала я. Отложив ампулы, он выдвинул первый ящик и достал пластиковый контейнер, с одноразовым шприцом. Ко мне подошла медсестра, накладывая холодный компресс.

Когда руку зафиксировали, сестра отошла, уступая место врачу. Он вколол мне в плечо два кубика олкирнола. Обезболивающее, начало действовать, через двадцать секунд.

— К утру, запястье пройдет. Теперь раздевайтесь, посмотрим, что с вашими ребрами.

Попытка снять майку здоровой рукой, провалилась.

— Аманда, помоги.

Медсестра подошла ко мне и аккуратно сняла майку.

— Отек и припухлость в районе…. Так, все понятно. Вначале рентген. Аманда, когда заведешь сознателя в рентген аппарат, сними с нее лифчик и украшения.

Взглянув на мою правую руку, он добавил.

— Часы тоже сними.

Кивнув, Аманда провела меня в аппарат.

Сняв с меня остатки верхней одежды, она принялась за сережки.

— Ну и понатыкали Вы у себя дырок в ушах. — улыбаясь, заметила она.

— Угу.

— Я думаю, это можно оставить. — указала она на веревочку с куриным богом и браслет связи. — А вот часы, придется снять. — расстегнув ремень часов, она вышла, держа в руках мои вещи.

— Не дышите. — приказал врач. Я замерла, задержав дыхание.

— Все, можно одеваться. Аманда, помоги сознателю.

В аппарат вернулась Аманда, я благодарно ей улыбнулась за помощь. Надев на меня лифчик и майку, она застегнула часы на правой руке и вставила пусеты в уши.

— У Вас трещина пятого правого ребра. Внутренние органы, не повреждены. Сейчас я надену на Вас фиксирующий корсет и вколю три кубика старкена. Он ускорит процесс сращивания. Через два дня, жду Вас на прием. В течение этих дней, воздержитесь от любых физических нагрузок.

Кивнув врачу, я вышла из медблока и направилась в зал.

— Сегодня и завтра, не смогу заниматься. — показывая руку и корсет, объяснила я ребятам.

— Что случилось? — мрачнея, спросил Алекс.

— Ничего, в стену влетела, заскользив на мокром полу.

— Ох уж эти уборщики. — весело подмигнул мне Джош.

— Ну, раз ты все равно не можешь заниматься, посиди пока на скамейке запасных. — подытожил Чарли. Все приступили к занятиям.

— Два дня, псу под хвост. Ни учений, ни полетов. И правда, скамейка запасных. — грустно думала я. Рядом плюхнулся Бред.

— Скучаешь? — вытирая пот, он посмотрел на швыряющих друг друга на маты сознателей.

— Угу.

— Маша, что на самом деле произошло?

— Я уже сказала.

— Ты серьезно думаешь, что мы поверим в мокрый пол и стену?

— А какие у тебя основания, для сомнений?

— Конечно, у тебя талант все сносить на своем пути. Но, ни разу не было травм. Даже после того, как ты два лестничных пролета, попой просчитала.

— Одна была. — возразила я.

— Это ты про вывих плеча?

Я кивнула.

— Тренировка с полковником, в счет не идет. Говори правду! — громче, чем следовало, сказал Бред. Возня на матах затихла. Сознателя поглядывали в нашу сторону.

— Сговорились. — подумала я и ничего не ответив, ушла с тренировки.

Замигал браслет связи. Диспетчер скинул общую рассылку.

«Всем собраться в зале мероприятий, до 11–05».

— Значит приехал. Посмотрим, кого нам прислали на замену полковника Харди.

Я пришла одной из последних. Подходя к общему строю сознателей, поймала на себе взгляд Сэма. Как-то уж очень гаденько он улыбался. Переведя взгляд на Теда, увидела отголосок того же выражения.

— Смирно! — по залу прокатился рев, усиленный динамиками. Вставая по стойке смирно, я посмотрела на трибуну.

— Робертсон. — сквозь зубы прошипела я. Наши взгляды встретились, и он победоносно улыбнулся.

— Добрый день. Себастьян Робертсон, подполковник ИСБ. С этого дня, меня назначили главой десятого сектора. Временно конечно. До возвращения полковника Харди. Сразу хочу уточнить, пока я исполняющий обязанности главы десятого сектора, Вы будете жить по моим правилам. Как мне кажется, полковник распустил свой сектор, а в частности шестой корпус. Придется, это исправить. Теперь, еженедельные отгулы и выезды с базы, запрещаются. Только в случае успехов или особых достижений, я подпишу разрешение на отгул. Время завтрака, обеда и ужина будет сокращено, до двадцати минут. Кто не успел, как говорится, тот опоздал. Общий сигнал подъема, переносится на пять утра.

Отбой на девять вечера. Все, кто будет замечен вне своих комнат после отбоя, подвергаются дисциплинарному взысканию. В случае трех нарушений, двухдневный карцер.

Теперь, что касается сознателей. Традиционный четверг — отменяется. Учебные вылеты строго по графику. Утренние тренировки — отменяются. Занятия строго по графику. Время вашего посещения столовой, смещается.

Завтрак в 10–00, обед в 15–00, ужин в 20–00. На этом все, вольно!

Чарли вышел из строя. — Разрешите обратиться, подполковник Робертсон?

— Разрешаю.

— В договоре каждого сотрудника корпуса, четко прописаны условия функционирования на базе ВВС. Вы не имеете права, перекраивать распорядок корпуса, на свое усмотрение. Точно так же, как и лишать выходных людей работающих на базе.

— Сынок, первое дисциплинарное взыскание и три дня карцера. А теперь ответ на твою пылкую речь. С особого разрешения парламента, подписанного самим Аакеши Гуатами 3, я могу принимать любое решение, если это пойдет на благо десятого сектора. Охрана, вывести сознателя из зала и препроводить в карцер. Еды не давать.

Тед с Сэмом, подошли к Чарли. Мы выступили вперед, оттесняя их от своего товарища. Я услышала, как Робертсон прокричал.

— Еще охраны в зал. Служащие корпуса могут разойтись и приступить к своим прямым обязанностям. Расписание придет к каждому на браслет связи.

Люди, нестройной толпой вышли. Робертсон наблюдал за нами с трибуны. Тед с Сэмом злобно поглядывали.

— Если ты возьмешь шокер, я сломаю твою клешню. — Алекс, злобно поглядывал на Теда, который тянул руку к поясу.

По правилам пятнадцати секторов, огнестрельное и плазменное оружие, носить запрещено. Боевое оружие, хранится в специальном сейфе и выдается только под роспись в случае стрельбищ или экстренных выездов — вылетов.

Охрана использует дубинки «скорпионы-550АЦ». Остальным сотрудникам можно носить холодное оружие, с личного разрешения главы сектора или корпуса.

— Сутки карцера. — сказал с трибуны Робертсон.

— Он к тебе обращается, Алекс. — весело сказал Джош.

— Сутки карцера. — глядя на Джоша, повторил подполковник.

— А теперь ко мне.

Забежала охрана при полном параде. Каски, с опущенными щитками, у каждого руке по силовому щиту. Активированные скорпионы, светящие на нас лазерными указками.

— Стоило быть полюбезнее с охраной корпуса. — засмеявшись заметил Бред.

Нас взяли в двойное кольцо.

— Ребята, если вы сейчас примите свое наказание без драки, обещаю, последствий не будет.

Никто не прислушался. Смяв первое кольцо охраны, мы кинулись на второе, перелетая, через завалившиеся друг на друга тела охранников.

— Чего вы ждете, стреляйте. — прокричал Робертсон.

Первый залп, прошел мимо целей.

— В рассыпную идиоты, стреляйте в спины. — надрывался подполковник.

Ребята еще яростнее бросились в атаку. Окрики подполковника, только подстегивали нас. Тренированные тела, змеями скользили по полу, уворачиваясь от выстрелов. Из вбежавшей в зал охраны, уцелела треть. Оставалось еще чуть-чуть, и победа будет за нами.

Но сегодня, удача отвернулась от сознателей шестого корпуса. В зал ворвалось подкрепление, издалека целясь в нас. Близко они не подходили, кружась в полутора метрах вокруг. После четвертого выстрела, последний держащийся на ногах сознатель, упал, обездвиженный током.

Разряд «скорпиона», валит с ног быка, сознателям потребовалось по четыре на брата.

В карцер попали все, перед этим, прилично потрепав силы охраны.

Каждому влепили по неделе карцера и лишили нагрудных знаков отличия.

Еду, по приказу Робертсона, нам не приносили. По прошествии семи суток, нас выпустили, вернув отобранные вещи.

На вторые сутки пребывания в карцере, меня навестил Тед.

Я лежала, уставившись пустым взглядом в потолок. Сон не шел. Дверь с легким скрипом отъехала в сторону. В камеру вошел Тед.

— Не спишь. — довольно заметил он. — Я тебе должок пришел вернуть. — поигрывая дубинкой, усмехнулся он.

— Ой ли. — принимая защитную стойку, сказала я.

Увернувшись от выстрела электорошокера, я отскочила к правой стене. Не рассчитав расстояния, врезавшись в нее со всего размаху.

Коварство «скорпионов» охраны, заключалось в том, что дубинки не только стреляли, но были и контактными.

Подскочив ко мне, он дотронулся до меня дубинкой, активируя средний заряд. Я рухнула на пол, как подкошенная, сотрясаясь от удара тока. Убрав дубинку, Тед какое-то время наблюдал за мной.

Потом еще раз приложил ко мне дубинку, повторив разряд.

Про себя, я сильно жалела, что моему телу не требовалась перестройка. Ребят бы такой разряд не взял.

После этого, Тед отделал меня так, что я неделю кровью ходила.

На седьмой день, я вышла из карцера, отекшая и сине-желтая от синяков. Правый глаз заплыл. Ковыляя из карцера, я встретила Герхарда.

— Господи боже, что с тобой?

— Ничего, помоги дойти до медблока.

— Конечно, конечно.

Пока мы шли, он связался с Агнессой.

* * *

— Мария, я же вам говорил, два дня без физических нагрузок. — врач строго пенял мне, за нарушение режима. — Запястье прошло, а вот с ребрами…. У Вас же теперь две трещины. Нужно быть аккуратнее.

— Я знаю док. Постараюсь.

— Ох уж эти сознатели. — развел руками врач.

— Восстановителя бы. — протянула я.

— Что?

— Да, так. Это я о своем. Док, а что там с моими почками?

— Все в порядке. Кроме заплывшего глаза, синяков и пары трещин, ничего нет. Внутренние органы целы. Сейчас я поставлю вам капельницу. Отек, синяки и глаз, пройдут, через два дня. Но с ребрами…

— Помню, неделя. — перебила я врача.

Агнесса поджидала меня коридоре.

— Только не говори мне, что это результат вашего дебоша в общем зале.

— Да я и не говорю.

— Я все расскажу Реджу.

— И что он сделает? — я улыбнулось.

— Когда у тебя лицо такого цвета и этот глаз, твоя улыбка выглядит устрашающе. Тобой можно детей пугать.

— Ну, спасибо.

— Ребята уже видели?

— Нет. Да я сама их не видела. Может они в таком же состоянии, если не хуже.

— Алекс с Джошем и Бредом, да. Остальные с виду целы.

— Когда ты успела всех повидать.

— Их на два часа раньше, чем тебя выпустили.

— Ясно. И где они сейчас.

— У Робертсона. Подвергаются профилактической беседе. Кстати, пока я ждала, мимо проходил Сэм. Просил передать тебе привет и проводить до кабинета подполковника.

— Аааа. — протянула я.

В голове стоял трехэтажный мат.

— Сали, хотел с тобой связаться. Когда не смог, мне позвонил. Я ему все рассказала. Он очень разозлился. Ты в эту пятницу поедешь к родным?

— Ты забыла, что выезд с базы закрыт, без разрешения Робертсона.

— Точно, а я и впрямь забыла.

Мы подошли к кабинету подполковника. Точнее к кабинету Тома Харди.

— Иди, вечером увидимся.

— Ага. — глава инженеров взмахнула на прощанье рукой и ушла покачивая бедрами.

Я постучала в дверь.

— Войдите.

Дверь с тихим шелестом уехала внутрь стены. За столом Тома, сидел Робертсон. Закинув ноги на полированную столешницу из красного дерева. Он вольготно откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. В пепельнице дымилась сигара.

Ребята выстроились полукругом, никто не обернулся, посмотреть на вошедшего.

— А, Штерн, проходи. — в этот момент, сознатели посмотрели назад, проследив за взглядом подполковника.

Никто не проронил ни звука, но на их лицах, застыли гримасы бешенства. Агнесса была права, трое выглядят, как я. Остальные целы.

— Печально наблюдать молодую девушку, в таком виде. — Робертсон сочувственно посмотрел на меня и удрученно закивал головой из стороны в сторону.

— Лживая мразь. — пронеслось в голове.

— Что Вы подполковник, со мной все в порядке. — улыбнувшись сказала я, подходя к ребятам и вставая в общий полукруг. Стараясь не смотреть на товарищей, я сконцентрировалась на Робертсоне.

— Раз уж все в сборе, можно приступать. За то, что вы, проявили неуважение к старшему по званию, а тем более своему командиру я отлучаю вас от вылетов на две недели. Режим питания тоже сокращаю, до одного раза в день. Собираться вы можете в группы, не более трех человек. В противном случае, повториться инцидент с охраной и карцером. Общение друг с другом, вне столовой, строго запрещено. Перемещение по сектору, ограничивается пределами шестого корпуса. Каждого сознателя, будет сопровождать по три сотрудника охраны. Под мою личную ответственность, им выделены плазменные пистолеты. В случае неповиновения или попыток нападения, им разрешено стрелять. Не на поражение конечно, но койки в больничном отсеке, вам обеспечены. Ваши комнаты обыщут на предмет оружия или намека на него. Любое устройство, представляющее опасность в ваших руках, будет изъято. — он злорадно уставился на нас.

По сути, мы должны ходить голыми. Со скованными за спиной руками. Ногами в оковах, соединенных короткой цепью. И спать на полу, в пустой комнате. Тренированный сознатель, сам по себе оружие.

— Я предупреждал сдаться без боя, вы меня не послушали. Теперь, пожинайте плоды своих необдуманных действий.

— Подполковник, а Вы уверены, что вам это не аукнется после возвращения генерала ВВС и его внука?

— Штерн, у тебя еще остались силы на хамство после карцера?! К тому же, кто сказал, что они вернутся?

Сознатели растерянно переглянулись.

— Правитель империи, тоже не вернется?

Подполковник Робертсон, скинул ноги со столешницы и резко выпрямившись, сел. Ему нечего было ответить на мой вопрос.

Он злобно буравил меня своими маленькими глазками и молчал.

Попытка посеять зерно сомнений, отравляющее наши мысли, не удалась. Его задумка, сломать волю сознателей, рассыпалась, как карточный домик.

— Будете вести себя хорошо, сниму наказание. Плохо, продлю.

Браслеты внутренней связи, изымаются. Любые контакты с внешним миром, закрыты. Охрана! — позвал он.

Дверь в кабинет открылась, в коридоре, с двух сторон стояли охранники. У каждого, бедро охватывала сбруя с плазменным стволом, в руках по «скорпиону».

— Семьдесят два человека, по три на каждого. — присвистнул Алекс.

Пока мы выходили, рядом пристроился Чарли.

— Только скажи кто?

— Ты ничего не сможешь сделать. Потом, если все это закончится.

— Хорошо.

Как и обещал Робертсон, браслеты внутренней связи, с нас сняли. После выхода из его кабинета, каждого проводили в его комнату и устроили обыск. Планшеты, стационарные ПК и ноутбуки, все изъяли.

Моими сопровождающими были Тед, Сэм и один новенький охранник. Всю дорогу, они изгалялись в остроумии, пытаясь перещеголять друг друга и уязвить меня посильнее. Всячески провоцируя на ответную реакцию. Видимо, у них так и чесались руки, пустить в ход оружие.

А мне что? С меня, что с гуся вода. После первого полугодия в академии, на любые издевки, я прикидывалась мебелью. В такие моменты, я просто становилась глухой.

— Ну, и где же твой ножик?

— Сэм, ты бы зубы почаще чистил. — я поморщилась.

— Ах ты. — Сэм замахнулся, целясь меня ударить. Я увернулась и кулак ИСБешника, с силой врезался в стену.

— Сэм, немедленно прекрати! И хватит стонать, как баба. Лучше посмотри, что я нашел.

Мой взгляд, метнулся в сторону Теда. В руках он держал мой КВ-45. Внутри все болезненно сжалось.

— Обыщи тут все. — сказал он новичку, выходя из комнаты. Тот, козырнув, кинулся исполнять приказ.

Ручки, карандаши, линейки, даже книги, в твердом переплете, все забрали.

— И чем это хуже плена у инкриптов? — подумала я, садясь на кровать.

* * *

Что происходит в десятом секторе, не знал никто. Подполковник, приказал молчать обо всем произошедшем.

Сотрудники десятого сектора, страшась его гнева и возможных наказаний, не обсуждали со служащими других секторов, репрессий Робертсона. На вопросы о новом заме Харди, все старались отвечать односложно, выдавливая вымученную улыбку.

— Все хорошо. — или — Отличный зам, всем бы такого.

Сознателей сопровождали, как тени, по трое охранников. Служащие корпуса, шарахались от нас, как черт от ладана.

Иногда, проходя мимо своих товарищей и только приветственно кивая, я вспоминала строчки Марины Цветаевой.

«Посмотрим, что ныне творится

Под пологом вражеской тьмы?

Темнее, чем прежде, их лица,

Опять победители мы!

Мы цепи таинственной звенья,

Нам духом в борьбе не упасть,

Последнее близко сраженье,

И темных окончится власть»

Хитрый Себастьян Робертсон, не проявлял открыто, своей особой не любви ко мне. Поэтому охранники чередовались. Но тем, кому доставались люди подполковника, очень сильно доставалось.

Мы сидели в столовой. Чарли поморщился, когда острая специя, попала на рассеченную губу.

— Так на чем я остановился? — прожевав, задумался он. — Аааа, точно. Я как раз заснул. В общем, вырубили меня со спины шокерами и пинали, пока не надоело. Больше всего бесит, что Тед сообразил, через сколько, разряд ослабевает. Каждые пять минут повторяли по тройному. — ухмыльнулся Чарли.

Я присвистнула. — По шесть ударов на максимуме, каждые пять минут. Лихо! Странно, что ты не запекся!

— А я толстокожий. Меня дольше жарить нужно.

— Чья завтра очередь, принимать этих «добрых» людей. — спросил Джош, оглядывая столики, за которыми по трое сидели сознатели.

Кроме нас и охранников, никого в столовой не было.

— Моя. — хмурясь ответила я.

— Черт. — хором отозвали ребята.

— Да ладно. — отмахнулась я.

После карцера, сотрудники Робертсона меня не трогали. Видимо подполковник был недоволен столь явным проявлением побоев.

А если я постоянно буду ходить в том же виде, что вышла из карцера, ребята поднимут бунт. Понять, кто и по чьей указке избивает сознателя Штерн не сложно. Лишний раз, провоцировать моих товарищей, он не собирался. Пока Себастьян Робертсон держал нас хоть под каким-то контролем. Но в случае чего, даже плазменные пушки не помогут. Действующих сотрудников охраны осталось немного, после драки в общем зале. Та часть, что была выведена нами из строя, до сих пор лежала в госпитале. И в ближайшее время, врачи не планировали их выписывать.

— Интересно, как он стал главой десятого сектора? — поинтересовался Джош.

— Мда, выяснить бы. — протянула я.

— Обед заканчивается. — предупредил один из охранников, проходя мимо.

— Какой любезный. Меня удивляет, что они не пытаются отыграться, за своих коллег. Вы заметили, что по собственной инициативе нас не трогают?

— Джош, а зачем им? Это сотрудники десятого сектора, они нас хорошо знают, многие не раз обращались за помощью. Думаешь им по душе, что творит Робертсон и его шакалы? Пораскинь мозгами. — я постучала пальцем по лбу.

— Хм, я об этом не подумал. Но будь я на их месте…

Его перебил Бред.

— Они люди подневольные, делают, что приказали. Поэтому будь ты на их месте, вел бы себя так же. Или ты думаешь, что их не посадят в карцер в случае нарушения приказа?

Главу инженеров, допускали ко мне, как и меня к ней, без лишних вопросов. Она выбирала дни, когда меня сопровождали сотрудники корпуса. ИСБешников, Агнесса старалась избегать.

Никто не догадывался обыскать ее при входе. Или обыскать ее комнату, когда я приходила к ней. Да и приказа не было.

— И эти люди, еще на что-то надеются. Я им поражаюсь. — говорила она, активируя звуковую заслонку.

Пока, подполковник не запретил личное общение с глазу на глаз.

Охрана, оставалась за дверью.

— Ты спросила?

— Да. — глава инженеров замялась.

— Агнесса, в самом деле. — я в нетерпении, стукнула руками по коленям. — Что выяснил Сали?

— Ничего. Только слухи. Поговаривают, что Робертсон, через одну из парламентских подстилок, вышел на ее папика. После этого, его дела пошли в гору. Кто именно в парламенте ему помогает, неизвестно. Сали роет землю, чтобы выяснить. Но пока глухо.

Ситуацию смог бы прояснить этот документ, о котором Робертсон говорил. Помнишь, тогда, в общем зале.

Я кивнула, подтверждая, что помню.

— Особое разрешение парламента, завизированное правителем империи.

— Ага. Кроме его автографа, там стоит еще три подписи. Один из этих трех и есть, крыша Робертсона. Только доступ к документу закрыт. Засекречен под каким-то особым грифом. Ты прости, но я забыла. А записывать Сали не разрешил.

Ох уж эта дырявая голова Агнессы. Ее во сне разбуди и задай любой вопрос по структуре светового туннеля или сборке гипердвигателя, ответит без запинки. Но запомнить простейшую информацию, не может. Я тихо вздохнула, и благодарно кивнув Агнессе, направилась к себе.

— Не светись какое-то время. — на выходе сказала я.

— Ты это о чем?

— Пару дней, со мной лучше не общаться.

— Аааа, хорошо.

Глава 28

Прошло три недели, с момента появления Себастьяна Робертсона на базе.

Сознатели по-прежнему были в опале. Но вот остальные служащие, вдруг резко зажили припеваючи. Будто и не было ничего.

* * *

Во вторник вечером, ко мне зашла глава инженеров.

— Я заметила, что жесткие меры подполковника, минуют стороной всех сотрудников десятого сектора. Кроме сознателей, разумеется. Ты случайно не знаешь, что происходит?

— Знаю, сейчас расскажу и даже покажу.

Она полезла в боковой карман спецовки и достала портативный голограф. Установив его на письменном столе, Агнесса обернулась ко мне.

— Небольшая предыстория. Позавчера, на браслеты связи, пришла рассылка по сектору. К трем часам, нам приказали явиться в общий зал. Робертсон устраивал собрание. Вот, сама посмотри.

Подполковник поднялся на трибуну.

— Добрый день, друзья. Наша предыдущая встреча, прошла не совсем по плану. Я понимаю, что первое впечатление обо мне, у вас не самое лучшее. У меня было достаточно времени, чтобы поразмыслить над необходимостью тех мер, которые я к вам применил. Прихожу к выводу, что принял поспешное решение.

С этого момента, все возвращается в прежнюю колею. Ваш график работ, приема пищи, а так же еженедельные отгулы. Вы все, продолжите работать в том же режиме, как и при полковнике Харди.

Зал взорвался аплодисментами и радостными вскриками.

— Возможно, всех интересует судьба сознателей. К сожалению, пока они не начнут, с должным уважением относится ко мне, как к главе десятого сектора, их положение не изменится. Спасибо за внимание, все свободны.

Запись остановилась.

— Как мало этим людям нужно, для счастья. Вначале их безосновательно лишили всех прав и свобод. Спустя три недели, погладили по шерстке и позволили жить, как раньше. Мда. Надо ребятам рассказать. — подумала я.

— Какие из этого можно сделать выводы? Ну, и чего молчишь? Эй, Маша, очнись.

Агнесса помахала рукой перед моим лицом. Я задумчиво посмотрела на нее и спросила.

— Давно ты этим увлекаешься?

— Чем? — непонимающе спросила она.

— Скрытой съемкой.

— Ах, этим. Последние три недели. Как подполковник ИСБ, встал во главе десятого сектора. У меня вошло в привычку, постоянно носить камеру. Чуть что, сразу включаю.

— Рискуешь!

— Да брось. — отмахнулась Агнесса.

— В ИСБ тоже не идиоты работают. Кто тебя просил, это делать? Если узнают, то мало не покажется.

— Меня Саливан попросил. После того, как узнал, что все сознатели в карцере.

— Что ты успела заснять?

— Вас, после карцера. Ваш график, сопровождение, передвижения по корпусу. Ну, и последнее собрание.

— На этом остановись. Материала, более, чем достаточно. Сали уже скидывала.

— Нет, вот как раз с этим, у меня проблема.

— Понятно. Тогда поступим так. У тебя ведь много неотгуленных отпусков.

— Да.

— Отлично. Сейчас пойдешь в медблок и попросишь выдать тебе справку о плохом самочувствии. Что-нибудь связанное с общим тонусом и физическим недомоганием. Завтра напишешь заявление на трехнедельный отпуск и завизируешь у Робертсона. После этого, дуешь к Реджу и сидишь эти три недели у него. Чтобы рядом с шестым корпусом, тебя и близко не было. Заодно захватишь свои записи и покажешь Сали.

— Эээ, а зачем справка и отпуск?

— Чтобы не сказал подполковник на общем собрании, просто так, никого с базы не выпустят. Найдут предлог, чтобы задержать, отложить, не пустить. Сали, рассказывал, что Робертсон терпеть не может больных. У него пунктик на этот счет. Чувствую, здесь скоро такая каша заварится, что тебе лучше быть подальше.

— Мне никто не выдаст липовой справки.

— Не переживай, она не будет липовой. На вот, прими.

Я протянула Агнессе таблетку «фантома».

— Что это? — она нерешительно протянула руку и взяла таблетку, не торопясь положить ее в рот.

— В свое время, в академии, у нас был курс по нейтронным стимуляторам. У тебя в руках — «фантом». Вызывает ложный импульс в коре головного мозга. Вследствие чего, общая слабость, потливость, повышенная температура. Действует в течение трех часов, потом полностью выводится из организма, естественным путем. Так что, никаких последствий. Давай принимай и направляйся в медблок. Будет неплохо, если по дороге, попадешься на глаза Теду или Сэму. Кстати, твои девайсы, остаются у меня.

— А как скоро твой «фантом» начнет действовать? Зачем он нужен? И откуда у тебя это?

— Зачем и откуда, не важно. Подействует, через две минуты, после приема.

— Ясно. — Агнесса с тоской посмотрела на меня и приняла таблетку. — Ну, все, я пошла.

— Угу, давай.

На следующий день, я рассказала Бреду и Уолтеру о записи общего собрания.

— Он, по сути нас лицом ткнул в это. В пику нашему поведению.

А если мы попробуем взбрыкнуть, пострадают служащие сектора.

Подытожил Бред.

— Чередует кнут и пряник. — хмыкнул Уолтер.

— Не иначе. — согласилась я с ним.

— По идее, через два дня, с нас снимают все ограничения и возвращают к прежнему графику.

— Уолтер, можешь на это даже не рассчитывать. Робертсон намеренно вывел из строя сильную боевую единицу. Если мы под контролем, остальные ведут себя смирно. Он построил здесь, свое маленькое царство. И правит им жестко. В других секторах, до сих пор не знают, что на самом деле творится в десятом секторе.

— Потише Бред, тебя может Тед услышать. Не стоит проявлять осведомленность, раньше времени.

— Извини, ты права. Просто меня достала эта ситуация.

— Добро пожаловать в мой мир. — иронично сказала я.

— Ты это к чему?

— Да так, не важно.

— Надо рассказать остальным. Завтра разбиваемся по другим столам.

— Договорились. — хором отозвались мы с Уолтером.

Как я и предполагала, Робертсон, без вопросов подписал Агнессе заявление на отпуск. Вечером того же дня, она выехала к Реджу на моей машине. Мне она все равно в ближайшее время не пригодится.

— Только не лихач! — напутствовала я.

— Постараюсь.

* * *

— Сознатель Штерн, Вас вызывает к себе глава сектора. Прошу следовать за мной.

В проходе стоял Тед.

— С чего бы такой официальный тон? — подумала я и направилась в кабинет Тома Харди. — Когда же они вернуться?

Я остановилась, как вкопанная, увидев КВ-45 на ремне Теда. Тот обернулся, посмотреть, чем вызвана заминка. Проследив за моим взглядом, он сказал елейным голосом.

— Что заметила? А все ждал, когда же ты обратишь внимание. Ну, и как тебе?

— Советую вернуть мой нож в хранилище.

— Уже не твой. У меня недавно был день рождения, я себе решил сделать подарок.

Он достал КВ-45 из ножен и, поигрывая им, завертел перед моим носом. Не сводя глаз с лезвия, я прошипела.

— По-хорошему предупреждаю, верни нож в хранилище.

— А то, что?

— В противном случае, я завершу то, чего не успела в ангаре. — меланхолично сказала я, взяв себя в руки.

Зрачки Теда расширились, верхняя губа нервно дернулась. Рука с ножом, слегка задрожала. Судорожно вдохнув, он задержал дыхание.

— Я прирежу тебя твоим же ножом. — брызжа слюной от бешенства он двинулся на меня. Лицо исказила гримаса ненависти.

— От тебя за милю, страхом смердит. Ты не сможешь. — не двигаясь с места, я посмотрела ему в глаза. На моих губах, блуждала улыбка. Выбить нож из его рук, когда он в таком состоянии, не составит труда. Один неверный шаг и я сломаю ему руку. А потом загоню лезвие в его гнилую черепушку, по самую рукоятку.

Тед замер, его смутила моя реакция. Он ожидал отступления или панического бегства. В этот момент, на его руке замигал браслет внутренней связи.

— Слушаю. Простите сэр, мы уже идем. Через две минуты будем у Вас. — отключив связь, он убрал нож. — Считай, что тебе повезло.

— Ну-ну. — усмехнулась я.

Пройдя два лестничных пролета, мы подошли к кабинету полковника Харди. Тед постучал, дверь открылась. Он отошел, подтолкнув меня в спину, заставляя войти внутрь.

В полумраке комнаты, был отчетливо виден, только силуэт Робертсона, сидевшего на кресле, с закинутыми на столешницу ногами. На лицо ему падала тень. В кабинете стоял дымный смрад, хоть топор вешай. У меня заслезились глаза и я чихнула.

— Будь здорова Штерн. Присаживайся.

Я подошла к столу и села напротив. Рука Робертсона потянулась к настольной лампе. Щелкнул рычажок выключателя, кабинет осветился. Мы молча смотрели друг на друга. Я замерла в напряжении, Робертсон в расслабленной позе, напротив. Тишину кабинета развеял звук боя, напольных часов. Зашуршал механический трос, опуская одну из гирь.

— Раздражает, не правда ли? — подполковник ИСБ посмотрел на часы. — Все порываюсь выкинуть, этот хлам, но пока рано.

Я ничего не ответила, ожидая, что он скажет дальше.

— Маша, Маша, как всегда неразговорчива. Я ведь тебе не враг. Почему ты не хочешь жить со мной в мире?

Он поставил ноги на пол и, облокотившись на руки, привстал, наклоняясь над столешницей.

— Молчишь. Что ж, посмотрим, как тебе понравится мой сюрприз.

Робертсон взглянул мне за спину и губы его расползлись в улыбке.

— Думаю, вас не нужно представлять.

Все это время, в кабинете кто-то был. А я этого не заметила. Такая невнимательность стоит жизни. Не поворачиваясь, я ждала, когда неизвестный подойдет к столу. Рядом со мной заскрипел стул. Я повернула голову. В глазах зарябило от белого.

— Кхан. — я кивнула в знак приветствия, принимая расслабленную позу. Инкрипт ответил тем же.

Робертсон переводил взгляд с меня на Кхана.

— Так зачем я здесь, подполковник?

Садясь обратно на кресло, он потянулся к сигаре. Затянувшись, выпустил дымок и втянул его ноздрями.

— Наш инопланетный друг, изъявил желание поближе познакомиться с культурой землян. Я его понемногу просвещаю. Но он, малость заскучал и вспомнил о тебе. Говорит, что вы весело провели время на линкоре, хочет повторить.

Внутри все похолодело, жуткие сцены поочередно всплывали в памяти. С виду я оставалась спокойна, не смотря на внутренний мандраж.

— А что происходило на линкоре? Кхан, Вы обещали рассказать только в присутствии Марии. Я заинтригован. — вопросительно глядя на инкрипта сказала Робертсон.

Кхан посмотрел на свои ногти и, улыбнувшись, ответил.

— Пускай, это останется, для Вас тайной. К сожалению, должного эффекта, на который я рассчитывал, не было. Мария, неужели ты не помнишь?

Я не ответила, не решаясь, подать голос. Он мог выдать меня.

— Если бы не природный щит. — подумала я.

— Что-то сознатель Штерн, сегодня совсем не хочет общаться. — развел руками подполковник ИСБ. — Ладно, иди. А то еще большую тоску на нашего гостя нагонишь.

Я вышла из кабинета, так ничего и не сказав. Дойдя до своей комнаты, остановилась. Опираясь о дверь, я искала ключ. Пошарив по карманам, бессильно опустила руки и сползла вниз. Ноги дрожали. Минут двадцать я сидела безвольной куклой, опираясь спиной на дверь. Заставив себя подняться, я достала ключ из нагрудного кармана и вошла в комнату. Не раздеваясь, рухнула на кровать и закрыла глаза. Пять минут спустя, я забылась мятежным сном.

Меня разбудило легкое поглаживание по запястью. Я открыла глаза, в темноте привиделся Хатер. Его светлая голова склонилась надо мной. От этого видения, я окончательно проснулась.

— Свет. — комната ярко осветилась.

На кровати сидел Кхан. Он продолжал гладить мое левое запястье, выводя большим пальцем окружность.

— У тебя такая нежная кожа.

В голове лихорадочно метались мысли.

— Это сон? А если нет? Надо бежать! Как он попал сюда? — я вспомнила, что не заблокировала дверь.

— Думаешь, что я морок? — он с силой надавил пальцем, на центр запястья. — Это не так! О чем ты думаешь, что твориться в этой маленькой голове? — Кхан постучал мне по лбу указательным пальцем.

— Вот, что странно. На линкоре, ты закрылась ментальным блоком. Но я ловил отголоски твоих эмоций. А теперь ничего, пустота. Кто научил тебя выставлять природный щит? — обхватив мое запястье, он наклонился так низко, что его горячее дыхание обжигало кожу.

— Убирайся из моей комнаты!

— Ты сейчас не в том положении, чтобы командовать. Я могу сделать с тобой, все, что захочу. — он выпрямился, залезая в карман свободной рукой. Я с ужасом уставилась на предмет, который он вытащил. В руке инкрипта сверкал скальпель, отражая свет ламп.

— Ты ведь помнишь, как это было. Я не чувствую тебя, но твои расширенные зрачки и испарина выступившая над верхней губой, говорят об этом. — он провел тупой стороной скальпеля по моей щеке. — Думаешь, кто-нибудь поможет тебе? Или глава сектора остановит меня? — Кхан засмеялся. Его жуткий смех парализовал меня. Я сжалась, желая исчезнуть, испариться из этой комнаты, оказаться подальше от проклятого инкрипта. Тело забила, мелькая дрожь. Кхан замолчал, с интересом наблюдая за мной, а потом продолжил.

— Он сам вручил мне дубликат ключа. Полковник Харди, услужливо забыл его в верхнем ящике своего стола. Даже подписал от чьей комнаты ключ. Наивный Робертсон думает, что я тебя изнасиловал. Твой командир, не видит ничего плохого в том, чтобы я с тобой поразвлекся. Добрый малый, так заботится о своих людях.

— Он не глава десятого сектора. А моим командиром всегда будет только Том Харди. Не смей равнять эту ИСБешную мразь, с настоящим сознателем. — яростно выкрикнула я.

Волна бешенства вытесняла страх.

В голове всплыла фраза Реджа, которую он сказал мне на втором курсе.

— Страх и ярость, твои злейшие враги. Покой, вот удел воина. Холодный разум, всегда поможет победить. Никогда не забывай этого!

Кхан, продолжал говорить, но я уже не слушала его.

Мое сознание погружалось в «ши». Грудь мерно поднималась и опадала. «Дыхание воина, перед атакой».

Резко ударив инкрипта основанием правой ладони в подбородок, я выкрутила руку. Большой палец Кхана оказался на узком крае моего запястья. Захват инкрипта ослаб. Круговым движением, я притянула руку к центру тела и рванула вверх, до уровня плеча. Затем наружу и вниз направо, левая рука теперь свободна. Не теряя времени, нанесла двойной удар, раскрытыми ладонями, по ушам Кхана.

Я выхватила скальпель из руки оглушенного инкрипта и вскочила с кровати. Кхан сидел на кровати и мотал головой из стороны в сторону.

— Отдай дубль ключа и убирайся из моей комнаты. Предупреждаю Кхан, скальпелем я орудую не хуже чем своим ножом.

— Ты серьезно думаешь, что меня это остановит? — усмехнулся он.

— Уже остановило. Я жду.

Кхан вытащил ключ из кармана брюк и, бросив на подушку, встал с кровати. Не сводя с меня своих черных глаз, он медленно двигался спиной к выходу. Подойдя к стене, он нажал на рычаг, дверь отъехала, открывая проход.

— Считай сегодняшнюю ночь, моим подарком! — бросила я.

— Не понял? — на лице инкрипта отразилось изумление.

— Я тебя не убила.

Глаза Кхана сузились, лицо исказилось от злости.

— Я убью тебя, сознатель Штерн. — прошипел он в ответ и вышел.

Я заблокировала дверь и посмотрела на свои трясущиеся руки.

— И когда это закончится?

Последнее время, я только и делаю, что пытаюсь выжить. Мне это порядком надоело. Должна же когда-то начаться спокойная жизнь.

Прошло полчаса, с момента ухода инкрипта. Я выглянула за дверь. Как я и предполагала, охрану на ночь сняли. Коридор был пуст. Беспрепятственно пробравшись в отсек инженеров, я постучала в дверь Герхарда.

— Кто там? — раздался сонный голос старшего инженера.

— Это я, открывай скорее. — я озиралась по сторонам, про себя торопя помощника Агнессы.

Дверь отъехала в сторону, в коридор вышел Герхард. Он уже открывал рот, для вопроса, когда я бесцеремонно затолкала его обратно в комнату.

— Ты что творишь? — возмущенно воскликнул он.

— Тише ты. — шикнула я на него, закрывая дверь. — Нас могут услышать.

Тут до него наконец-то дошло, кто стоит перед ним, в такой поздний час. Сознателям было запрещено покидать свои комнаты после отбоя. А без сопровождения охраны, последние три недели, нас никто не видел.

— Маша, как ты…

Я замахала на него руками, прерывая вопрос. Не успев договорить, Герхард замолчал.

— Слушай внимательно. — я достала дубликат ключа и протянула ему. — Этот ключ, нужно уничтожить. Только никто не должен знать. Сможешь?

— Спрашиваешь. — Герхард выпятил грудь, на лице заиграла самодовольная улыбка. — Конечно, смогу.

Он взял дубликат и подошел к своему столу. Положив ключ на столешницу заваленную инструментами, чертежами и прочим хламом, Герхард присел и зашарил рукой по днищу.

— Да где же ты? Ага, вот. — раздался щелчок. Из правой задней ножки, выехала небольшая коробочка, размером 10х15. Запыхтев, залезая под стол, старший инженер взял ее и вылез обратно. Он поставил ее на стол и открыл.

Мои глаза расширились от изумления. Дезинтегратор Z101 третьего поколения, на основе бериллиевого сплава.

В народе — «Разрушитель». Их запретили, после гражданской войны 2789 года. Считалось, что последний был уничтожен в 2905 году.

— И давно ты хранишь у себя «разрушитель»?

— Лет двадцать, незаменимая вещь. В правительстве работают идиоты. Запретить такой аппарат. — он любовно погладил дезинтегратор. — Достался мне от отца, а ему от деда.

— Стабилен?

— Конечно.

— Смотри, в случае чего, все пятнадцать секторов на воздух взлетят.

— А то я не знаю. — недовольно пробурчал Герхард. — Ну-с, приступим.

Z101 уничтожил дубликат, не оставив и следа.

— Спасибо тебе.

— Да какие вопросы. Поаккуратнее там, на обратном пути.

— Ага. Если что, ты меня не видел. Пока.

Герхард кивнул, так и не попросив молчать про «разрушитель». Если узнают, что он хранит у себя запрещенный по всему галактическому союзу дезинтегратор, посадят лет на пятьдесят. И то, в случае смягчения приговора.

Глава 28

— День ото дня не легче. Эта штабная крыса, решил взять под свое крыло всех подонков с линкора инкриптов. — возмущался Алекс.

— Маша, ты уже видела подружку Теда и Сэма?

— Угу. — я ковырялась в тарелке с едой. Кусок не лез в горло.

— И это вся твоя реакция?

— А чего ты ожидал? Хочешь, чтобы я изрыгала потоки ругательств и проклинала тот день, когда нога Сары ступила в святая святых десятого сектора?

— Ну, не совсем так. — Алекс замолчал, не зная, что добавить.

Ребята заинтересованно поглядывали на нас, но, ни о чем не спрашивали. Мы обедали в столовой, за столом сознателей. Мимо проходили сотрудники шестого корпуса, приветливо нам улыбаясь.

Второй день, как подполковник Робертсон снял с нас все ограничения и вернул нагрудные знаки отличия.

— Пора закругляться, скоро учебный вылет. — поднимаясь сказал Чарли. Мы встали из-за стола и направились в семнадцатый ангар.

В центре управления полетами, сидел Робертсон. Он поигрывал пластиковой указкой, расписывая план полета.

— Все понятно?

— Да сэр. — хором ответили сознатели.

— Отлично, приступайте.

Вечером, того же дня, мы собрались в брифинг зале. Активировав звуковую заслонку, Бред заговорил.

— Никого не удивляет произошедшее? — он обвел взглядом, всех собравшихся.

— Есть идеи? — спросил Чарли.

— Только одна. Подполковник, задумал, что-то похуже. Как иначе, объяснить его поведение?

— Понял и простил. — засмеявшись выдал Джош.

— Будь, посерьезней. — строго сказал Бред. — Да, нам вернули знаки отличия, вылеты и свободное передвижение по десятому сектору. Но, как бы с остальным? В другие сектора нам доступ закрыт. Утренние тренировки, выезд с базы, общение с внешним миром — под запретом. Сопровождение сняли, а следить продолжают. Личные вещи и оружие, не вернули. — замолчав, Бред пустым взглядом уставился в потолок.

— Ты забыл одну очень важную деталь. Робертсон стягивает своих людей в сектор. В разных отделах по три-четыре новых человека. У всех холодное и плазменное оружие. — добавила я.

— С чего ты решила, что это люди Робертсона? Я не видел ни у кого плазмы.

— Алекс, а ты глаза разуй. У них кобура из-под спецовок выпирает. Портупею, даже не стараются скрывать. С чего, якобы гражданским служащим сектора, носить с собой оружие? Кто-нибудь видел, чтобы, к примеру, инженеры, умели обращаться с пистолетами или ножами? А тестировщики, программисты, врачи и медперсонал?

— Маша права. — согласился со мной Чарли. — Я тоже обратил внимание на новеньких. У всех военная выправка, да и оружие.

— Что будем делать?

— Бред, а что мы можем. Пока будем сидеть и не рыпаться. Дальше посмотрим по ситуации. — Джош, развел руками.

— Не согласна. Если сидеть, сложа руки и ждать, огребем так, что мало не покажется. ИСБ давно пытается взять под контроль Винсента Харди и его сектора. До этого момента, им не удавалось. Генерал ВВС очень не вовремя уехал. Они воспользовались шансом. Десятый сектор, это только начало.

— И что ты предлагаешь?

Чарли внимательно посмотрел на меня, ожидая ответа. Сознатели начали перешептываться.

Я перевела дыхание, собираясь с мыслями.

— Первое — нужно выяснить, что задумал Робертсон. Второе — у него есть покровитель в парламенте, который прикрывает тылы ИСБ. Узнаем кто он. В документе особого разрешения, о котором говорил подполковник в первый день появления в шестом корпусе, есть подпись этого покровителя. Я думаю, что лучше всего вытянуть информацию о планах Робертсона, у Сары. Она еще на линкоре положила глаз на Алекса. Судя по всему, ее чувства не остыли. Поэтому первый пункт плана, на тебе Алекс.

Все, кроме Алекса одобрительно закивали. Он сидел мрачнее тучи. Сара ему не нравилась во всех смыслах.

— А вот второй пункт, я беру на себя. Подполковник «во мне души не чает». Напрошусь к нему на встречу и спровоцирую показать документ.

— Это слишком опасно. Мы не позволим тебе. То же самое, может сделать любой из нас.

Ребята согласно зашумели. Я усмехнулась.

— Чарли, подполковник избегает сознателей. Все приказы передает, через шестерок. Как вы планируете принудить его к встрече? Даже если допустить, что кто-нибудь из вас попадет к нему в кабинет, вокруг будет полно охраны. Не будет он при них показывать документ. А провокация вызовет лишь гнев и наказание в виде карцера.

— Тогда ты в одинаковом с нами положении.

— Не думаю. — я посмотрела Чарли в глаза.

— Маша, тебе придется объяснить. В противном случае, мы будем следовать за тобой по пятам. А это вызовет подозрение, и тогда ты точно не сможешь встретиться с подполковником.

Протяжно вздохнув, я сказала.

— Я давно знакома с Себастьяном Робертсоном.

Ребята затихли, переглядываясь. Еще раз все обдумав, я решила рассказать им правду. Рано или поздно, они бы все равно узнали. Пусть уже лучше от меня, чем от кого-то другого.

— В четырнадцать, у меня проявилась аномалия генома сдвоенного сознания. Я настоящий сознатель. Такая же, как Том и его родственники.

В брифинг зале повисла гробовая тишина. Напряженное молчание прервал Джош. Его веселый голос прокатился по сводам помещения.

— А я то все думал, как такое возможно, чтобы женщина…. Все оказалось так просто. И почему мы сами до этого не додумались?

Никто не торопился ответить на его вопрос.

— Том с нас шкуру спустит, если мы позволим совершить ей эту глупость. — ни на кого не глядя, сказал Бред.

В дверь затарабанили с такой силой, будто снаружи пожар, а мы задерживаем план эвакуации.

— Немедленно откройте. — закричали с той стороны двери.

Все остались сидеть на своих местах, даже не шелохнувшись.

— Ладно, делай, как решила. Пусть будет так. Начнем, через неделю. Раньше, будет подозрительно.

Сказал за всех Чарли, остальные молчали. Им не нравился план, но другого выхода не было.

Стук в дверь не прекращался, она начала подрагивать.

— Еще чуть-чуть, и будут ломать. — подумала я.

— Я повторяю, немедленно откройте.

— Кто же там такой нетерпеливый. Давайте посмотрим. — подмигнул нам Джош.

Ближе всех к выходу, сидел Уолтер. Он плавно встал и медленно пошел открывать.

— Что это вы за посиделки здесь устроили? — в комнату с горящими глазами, ворвался Тед. За ним следовали его приспешники и два десятка охранников.

— Тебя это, каким боком касается? Твое место на проходной, вот и вали туда.

Тед так резко остановился, будто слова Алекса возвели перед ним непроходимое препятствие.

— Ребята, вы чувствуете? Тут падалью завоняло. Пойдемте, а то вечеринка становится слишком шумной.

Мы встали и, расталкивая вошедших, вышли в коридор.

* * *

Каждый вечер, я блокировала дверь.

Подолгу лежа без сна, я все вслушивалась в ночные шорохи. Мне мерещилось, что Кхан пытается войти. Когда, вконец измученная бредовыми иллюзиями, я все таки засыпала, мне снились кошмары.

Я бежала по длинному черному коридору, пытаясь скрыться от погони. Они были совсем близко, я слышала их дыхание, топот ног. Но каждый раз оборачиваясь, видела лишь пустоту. Все время один и тот же сон.

Просыпаясь в холодном поту, я включала свет и оставшееся до подъема время, бесцельно бродила по комнате.

После той ночи, я почти не видела инкрипта. Лишь изредка встречала его в коридорах корпуса или на выходе из столовой. Каждый раз, он брезгливо морщил нос и отворачивался.

* * *

Появление Сары в шестом корпусе, сказалось почти на всех привлекательных сотрудницах. Она изводила их придирками, насмешками, иногда угрозами. Меня Сара попросту не замечала.

Наблюдая за ее действиями, я пыталась понять причину такого поведения. Сара, была не дурна собой. Высокая и стройная, с копной черных длинных волос и жгучими карими глазами. Она могла успешно составить конкуренцию любой из сотрудниц десятого сектора. Видимых причин, так доставать других, у нее не было.

Мужчины наоборот, пользовались ее благосклонностью. С ними она была мила и кокетлива. А когда видела Алекса, всячески старалась привлечь его внимание. То громким заливистым смехом, то шутливыми диалогами, то просто проходила мимо, зазывно покачивая бердами. Алекс не обращал на нее, ровным счетом никакого внимания. Умный парень, выбрал тактику игнорирования. Чем активнее становилась Сара, тем холоднее был Алекс.

Таким образом, он отвел от себя любые подозрения, в случае дальнейшего развития событий, в соответствии с нашим планом.

С совета в брифинг зале, прошло десять дней.

Настало время действовать. Сегодня вечером, я пойду к Робертсону.

Весь день я провела, как на иголках. Не могла найти себе места, все валилось из рук. Один за другим, я отметала возможные планы действий. В семь вечера, решила зайти в столовую перекусить, так ничего и не придумав.

Дверь была заперта, внутри раздавались звуки возни. Прислушавшись, я услышала голоса.

— Сара, отойди.

— Ну, Алекс, не будь таким злюкой. Я ведь знаю, что ты хочешь.

Я видела, как ты иногда смотришь на меня. Я просто таю от этих взглядов.

— Сара, последний раз повторяю, отойди.

— Не понимаю, почему ты себя так ведешь? Разве я тебе совсем не нравлюсь?

— Какое это имеет значение?! Отношения между сотрудниками шестого корпуса невозможны. Я прошу тебя, отойди от двери.

— Значит вся проблема только в этом?

— Возможно.

— Я никому не скажу. Честное слово не скажу. Это будет нашей тайной, маленьким секретом.

— У меня нет оснований, доверять тебе. А у тебя нет причин, доверять мне.

— Алекс, я тебе доверяю. Ну что мне сделать, чтобы ты поверил?

— Даже не знаю. Открой мне какую-нибудь тайну, которую никто не должен знать.

— Какую?

— Сара, ты знаешь так много тайн?

— Нет, ну что ты. Всего одну. Только это не тайна. Все сотрудники Робертсона ее знают. Хотя вас в нее посвящать нельзя. Может, я расскажу тебе про план Робертсона?

— Нет, я не могу. Ведь у тебя будут неприятности, если он узнают.

— Так если ты им не расскажешь, откуда они узнают? Я уж им точно говорить не собираюсь. Если я поделюсь с тобой планом Робертсона, ты сможешь мне доверять? Ты поймешь, что я не расскажу никому про нашу связь. И у тебя не будет неприятностей по службе.

Я тихонько отошла от двери столовой.

— Как он ее развел. Вот молодец. А чего я, собственно говоря, жду?

Пулей, пролетев коридор, я поднялась на два пролета наверх, к кабинету Тома Харди. Добравшись до желанной цели, я остановилась перевести дыхание.

Через две минуты я постучала в дверь кабинета.

— Кого там черти принесли? Я же сказал, сегодня меня не беспокоить.

— Сэр, это сознатель Штерн.

— Штерн. — минутная заминка. — Проходи.

Дверь отъехала в сторону. Все тот же вонючий сигарный смрад и полумрак. В этот раз я хорошенько осмотрела каждый угол, прежде, чем подойти к столу подполковника.

— Кхана ищешь? — засмеялась он. — Сегодня его нет. Мы одни. Присаживайся. — он указал мне на стул напротив.

— Зачем пришла? Только не тяни, я действительно занят.

Я замялась, не зная с чего начать. По лицу Робертсона пробежала гримаса раздражения.

— Штерн, если пришла в молчанку играть, то убирайся. У меня нет времени на строптивых девчонок.

— Простите сэр. Я просто задумалась. Понимаете, меня очень беспокоит моя дальнейшая судьба. За последние недели, я очень многое переосмыслила.

— И? — подполковник ИСБ, растянул губы в самодовольной улыбке.

— Что я должна сделать, чтобы вырваться из этого ада?

— Хочешь пойти на мировую?

— Да.

— Даже согласишься продлить опеку ИСБ над собой?

— Но я совершеннолетняя.

— Это не важно, можно внести дополнительный пункт. Например, до двадцати пяти.

— Каковы условия?

— Пока не придумал. Не уверен, что мне теперь нужен настоящий сознатель. Хотя… — он задумчиво пожевал нижнюю губу.

Меня передернуло от этого жеста. Сдержавшись, я изобразила полное надежды лицо.

— Ладно, посмотрим. Хорошие сотрудники нужны и в ИСБ.

— Вы хотите лишить меня полетов?

— Нет, ну что ты. Просто переведу тебя под свой патронаж.

— Хорошо.

В этот момент он зло рассмеялся. Я удивленно вскинула брови.

— Ты серьезно думаешь, что я купился? Наивная девочка, решила провести меня.

Я изобразила недоумение. — Но сэр…

— Не изображай невинность. Если бы ты хотела работать на меня, то давно бы это сделала. Я раскусил тебя, ты ведь будешь упираться до последнего. Зачем ты пришла на самом деле?

Робертсон достал «шершень».

— Мда, на такое быстрое развитие событий я не рассчитывала. Хотя так даже лучше. — подумала я.

— Сэр, Вы все неправильно поняли.

— О нет. Подумала, придешь, наврешь с три короба, вотрешься в доверие, и я растаю. Я еще не выжил из ума, чтобы довериться хоть кому-то из подчиненных полковника Харди. Этот гаденыш, всегда нос воротит. Думает он лучше меня. А кто теперь лучше, а?

Он скинул пистолет со столешницы, резким взмахом руки. Нагнувшись, долго искал «шершень».

— Идиот, хотя бы настольную лампу включил. — презрительно подумала я.

Рассчитав момент, когда он вылезет из-под стола, я вскочила со стула. Сделав вид, что собираюсь кинуться на него.

— Сидеть тварь! Я могу тебя пристрелить прямо сейчас, в этом самом кабинете.

— Не имеете права, Вас посадят. У меня нет оружия, как Вы обоснуете мое убийство?

— У меня есть вот это. — он зашарил внутри первого ящика стола, что-то нащупывая рукой. — С этим, я могу делать все, что захочу.

Он ткнул мне в нос бумажный лист формата А4.

— Читай, читай внимательно. Видишь, кто подписал?

Посмотрев на подписи, я откинулась назад. Четыре визы с расшифровкой: П.Дональдсон, М.О'Генри, С.Брайтон, А.-Г. Шакьямуни.

— Дело сделано, надо выбираться отсюда, а то он и правда меня пристрелит. — пронеслось в голове.

— Сэр, я пожалуй пойду. — я приподнялась со стула.

— Сидеть! — заорал подполковник. — Пойдешь, когда я разрешу.

Приложив браслет внутренней связи к губам, он опять заорал.

— Тед, живо ко мне.

Робертсон сверлил меня злобным взглядом. Даже в полумраке, было видно, как он взбешен. На виске пульсировала жилка, ноздри раздулись и вибрировали. Он дышал, как загнанный конь.

В дверь постучали.

— Входи. — крикнул Робертсон.

В кабинет зашел Тед. Он был один. Увидев в руке подполковника пистолет, остановился на середине комнаты.

— Чего замер, идиот? Выведи сознателя Штерн из моего кабинет и посади ее в карцер.

Тед облегченно вздохнул, увидев меня.

— Есть.

Я встала и подошла к Теду. Уже на выходе тот спросил.

— А насколько сажать то?

— Сутки карцера.

* * *

— И как ему доверили такой пост? Он же совершенно не владеет собой. Слетает с катушек с пол оборота.

Я лежала на кровати и разглядывала узоры от потеков на потолке.

— Интересно, что выяснил Алекс?

Если бы не опасность быть застигнутой за подслушиванием, я бы уже все знала. В принципе, стоять перед столовой не преступление.

Но вот закрытая дверь и приложенное к ней ухо, вызовет подозрение у любого здравомыслящего человека.

Прошло двадцать два часа, до истечения суток оставалось всего два. Я встала поразмяться, мышцы свело судорогой от лежания.

Прижав кровать и столик к стенкам, я приняла позу «чжань». Мышцы расслабились, сознание прояснилось.

Дверь карцера открылась.

— Не рановато ли? — я открыла глаза.

На меня смотрела Сара. На ее лице блуждала мечтательная улыбка.

— Ты пропустила часы посещения. Сходи в приемную, тебя проинформируют, когда меня можно навещать.

— Очень смешно. — улыбка пропала. — А я поболтать зашла.

— Не припомню, чтобы мы стали подругами.

— Даже не хочешь узнать?

— Нет. Общение с тобой, вызывает оскомину.

— Да как ты смеешь? — она грозно двинулась на меня.

— Еще один шаг и ты пожалеешь. — предупредила я.

Сара остановилась в метре от меня. Дверь в карцер по-прежнему оставалась открытой. В коридоре было тихо. Значит это не мирный визит.

— Мне Алекс проговорился, что ты ему когда-то нравилась.

— И что?

— А то, что теперь он мой.

— Да забирай наздоровье. От меня ты ждешь напутствия, одобрения и советов?

— Какие советы может дать мне такое ничтожество как ты?

— Тогда зачем пришла? — засмеявшись, спросила я.

Сара растерялась, она не ожидала такой реакции.

— Сара, уходи. Я не хочу об тебя мараться.

— А ты и не сможешь. — она потянулась к «скорпиону».

Время, отведенное на разговор, истекло.

— Слишком долго возишься. Нужно быть быстрее. — я держала ее в удушающем захвате, свободной рукой забирая электрошокер.

— Отпусти. — прохрипела она.

— Хорошо. — оттолкнув ее, я развернулась спиной к раковине.

— Тед, Сэм, помогите. — истошно завопила она.

Я поморщилась, крик резанул по ушам. Сара так орала, будто ее убивают. Подумаешь, немного придушили и дубинку отобрали.

В карцере было слишком мало места. Тед сориентировался быстрее остальных.

— Сэм, Сара, выходите. Втроем мы не развернемся и будем друг другу мешать. Прикроете меня.

Сэм попятился назад, выходя в коридор. Сара была ближе всех ко мне. Когда она развернулась чтобы выйти, Тед отошел в бок.

Я бросилась вперед и дернула на себя Сару, за воротник спецовки. Потеряв равновесие, она стала падать назад. Выпустив левую руку над ее плечом, я зажала ей шею, согнув руку в локте. Тело Сары выгнулось дугой, зависнув над полом. Она больше не падала. Схватив мою руку ниже локтя, она попыталась ослабить захват.

Ничего не вышло. Сара задыхалась, колени ее прогнулись сильнее, чем раньше. Тело слегка обмякло. Если сжать горло еще сильнее, станет трудно ее удерживать. Она обмякнет, как мешок и будет только мешать.

— Не делай резких движений Тед. Сэм, даже не пытайся зайти. — я неотрывно следила за ними.

— Отпусти ее, и мы уйдем. Тебя никто не тронет.

— Я не верю обещаниям сотрудников ИСБ. Проваливай и закрой дверь в карцер, тогда отпущу.

Сэм не выдержал и забежал внутрь, кинувшись к Саре.

— Сэм, стой. — закричал Тед.

Минуты замедлили свой ход. Я подняла правую руку и нажала на пуск. «Скорпион» выпустил тросы, воткнувшись в грудь Сэма. Его тело затряслось и упало на пол. В области паха, расползалось пятно.

— Ну надо же, обмочился. — засмеялась я. — А Сэм то слабачек.

Тед наклонился, чтобы подобрать его. Пока он с ним возился, я отвлеклась, нажимая на кнопку возврата тросов. Рядом с моей головой сверкнула вспышка. Я вскинула глаза на Теда, он прицелился и нажал на курок еще раз.

Разжав левую руку, я толкнула Сару вперед и вверх. Карцер огласил душераздирающий вопль. Вначале я даже не поняла, что кричит Тед. Его руки опали по швам, открытый рот искривился. Лицо побледнело, а глаза расширились от ужаса. Я посмотрела вниз, на тело Сары, в грудной клетке зияла дыра. Присев, я дотронулась до ее горла. Пульса не было.

— Мертва. — поднимаясь сказала я.

Пистолет выпал из рук Теда. Ноги подкосились и он осел на пол.

— Это ты убила ее. — заскулил он.

— Нет, Тед. Убил ее ты. — я оторвала рукав своей формы. Подойдя к Теду, наклонилась и подобрала пистолет. Пока он не очнулся, нужно забрать оружие. Лишняя дырка в теле, мне нужна меньше всего.

— Что ты делаешь? — всхлипывая, спросил он.

— Обезопашиваю себя. Не хочу повторения стрельбы. Заодно, сохраняю твои пальчики на стволе, чтобы тебе не пришло в голову списать ее убийство на меня. — я указала пальцем, на тело Сары.

— Тед, вызови людей. Нужно сообщить об убийстве.

Смысл моих слов не доходил до него. Если бы у меня был браслет связи, я бы сама все сделала.

— Тед. — я щелкнула пальцами рядом с его правым ухом. — Очнись.

Он испуганно посмотрел в мою сторону, отведя взгляд от Сары.

— Я не сяду в тюрьму, я не хочу. Нееет. — завыл он.

— Возьми себя в руки. За это убийство, тебя никто не посадит. Так что хватит выть. Вызывай Робертсона, следователя, судмедэксперта и парочку сотрудников медперсонала.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем медперсонал? Она же мертва.

— По-твоему тело на своем хребте понесут в морг?

— Аааа. — он приложил браслет связи к губам.

— Что же теперь будет? — тоскливо протянул он, отключив связь.

— Ничего, недельку посидишь в карцере. Теперь ты знаешь, каково это, исполнять приказы Робертсона. Урок на будущее.

Через двадцать минут, все были в сборе.

Следователь пришел в сопровождении двух подчиненных. Сотрудники отдела внутренних расследований, относились ко всем пятнадцати секторам.

При них, Робертсон не решился, открыто обвинить меня в убийстве.

Я со злорадством наблюдала, как его лицо меняло цвета, от мертвенно бледного, до ярко-алого. Думаю, он костерил Теда на все лады, за то, что тот вызвал следователя. По-тихому замять убийство Сары, не удастся.

— Привет Майк. — поздоровалась я с начальником отдела внутренних расселдований.

— Ооо, Маша, давненько не виделись и тебе не хворать. — улыбнулся он мне. — Что тут у вас?

— Несчастный случай. — я протянула пистолет, завернутый в рукав.

— Очень интересно. А откуда здесь «оскал»? — он вопросительно взглянул на меня, развернув ткань.

— Лучше спроси у временного главы сектора. — я мотнула головой в сторону Робертсона.

— У нас последнее время, охрана не только со «скорпионами» ходит.

— Даже так. — Майк вскинул брови и перевел взгляд на Робертсона.

— Подполковник, не хотите объясниться?

— Да-да, конечно. Дело в том, что я счел необходимым усилить вооружение сотрудников безопасности. Все-таки война с инкриптами.

— Империя заключила с ними мирный союз.

— Да, конечно, но мало ли что.

— Значит на основании ваших дурных предчувствий, Вы вручили каждому охраннику десятого сектора, плазменный пистолет? Я правильно понимаю.

— Да. — понуро ответил Робертсон.

— Саша, ты записываешь? — Майк повернулся к одному из подчиненных.

— Да босс.

— Хорошо. Подполковник, а Вы вкурсе, почему на территории базы, никто не носит огнестрельного и плазменного оружия?

— Конечно. В соответствии со статьей 253, пункт Д.

— Прекрасно, я рад, что Вы так хорошо осведомлены. Надеюсь, Вы понимаете, что смерть женщины, произошла по вашей вине.

— По моей?

— Да, по вашей. Разрешение на ношение, в данном случае «оскалов», всегда идет под ответственность командующего корпуса или сектора. В рапорте я укажу все подробности. Ребята, приступайте.

Защелкали вспышки, подчиненные Майка кружили вокруг трупа.

— Маша, пойдем, пообщаемся, расскажешь подробности.

— Сознатель Штерн под арестом. — хватая меня за уцелевший рукав, выкрикнул Робертсон.

— Сэр, сутки ареста истекли полчаса назад. — выдернув руку, я пошла за Майком.

— Саша, чуть не забыл. Этого — Майк указал на Теда. — В камеру. А этот кусок мяса, — он указал носком ботинка, на до сих пор не пришедшего в себя Сэма — В больничный отсек. Не забудь пристегнуть, мало ли что.

— Хорошо босс.

* * *

Майк в течение трех дней не покидал шестой корпус.

Весь личный состав десятого сектора допросили, обыскали и разоружили. А сотрудников безопасности, отправили блюсти порядок с одними «скорпионами».

Воспользовавшись послаблением дисциплины ИСБешников, в связи с постоянными проверками, я передала, через Герхарда информацию о подписях.

— Герхард, а я тебя ищу.

Помахав ему рукой, я поманила его за собой.

— Что-то случилось?

— Да, мне опять нужна твоя помощь. Сможешь связать мне с Агнессой?

— Без свидетелей и прослушки?

— Ага.

— О чем речь. Пойдем в мою комнату, я все устрою.

Мы зашли к Герхарду. С прошлого раза, бардак на его столе усилился.

— Ты когда-нибудь разбираешь этот хлам?

Я перебирала пыльные чертежи.

— Изредка. — копаясь в настройках сети, ответил Герхард.

— Тебе помочь?

— Неа, я уже все сделал.

— Отлично. — потирая руки, я подошла к нему.

— Все, можешь говорить. Я в коридоре подожду.

— Спасибо. — благодарно кивнув, я нажала на вызов.

— Маша, как хорошо. А то я уже начала переживать. Как дела? Я уже могу вернуться в корпус?

— Дела отлично, можешь. Агнесса, Редж далеко?

— На кухне, они с Сали, готовят какой-то термоядерный коктейль.

Говорят, от него башню срывает на раз — два.

— Сали у вас, да это же отлично. Позови его.

— Сали, тут Маша на связи, иди скорее сюда. — закричала глава инженеров, во всю мощь своих легких. Я поморщилась. Ее крик, болезненно отозвался в перепонках.

— Привет детка, рад видеть тебя в здравии.

— Взаимно Сали. Помнишь, говорили о подписях. Я узнала, записывай.

Сали зашарил по столу, в поисках ручки и бумаги.

— Черт, Редж, где у тебя все письменные принадлежности?

В комнату вошел Бульдог.

— Привет малышка. Как жизнь молодая?

Протягивая Саливану блокнот и карандаш, спросил Редж.

— Все путем Редж.

— Маша, диктуй.

— Опять перебиваешь меня. Дай нам пообщаться.

— Редж, сейчас не до этого. Потом почешите языками.

Агнесса оттащила бульдога в сторону.

— П.Дональдсон, М.О'Генри, С.Брайтон, А.-Г. Шакьямуни.

Думаю последняя, тебе ни к чему.

* * *

Майк посадил Теда в камеру предварительного заключения, на неделю. Сэм, все это время не вылезавший из допросных, отделался подпиской о невыезде. Покидать десятый сектор, ему запретили. А так же вручили бланк, со строгим ограничением на передвижение в пределах шестого корпуса.

Подполковник Робертсон, смотрел на всех затравленным зверем. Он старался не покидать кабинета Тома Харди, после смерти Сары.

Кхана, я почти не видела. Инкрипт, загадочным образом исчез из поля зрения всех сознателей шестого корпуса.

Глава 29

Мы сидели в столовой и обсуждали произошедшее за последнюю неделю.

— Ты видела его рожу? Я просто со смеху умирал. — хватаясь за живот, сказал Джош.

— Да видела, видела. На самом деле, в этом нет ничего смешного.

— Я тебя умоляю. Как он тогда выразился — Пожинаете плоды своего поведения — ну-ну. Кто теперь, что пожинает?

— Джош, умерь свое злорадство. А то уши закладывает.

— Хорошо дружище. — Джош схватил Алекса за голову и костяшками пальцем зачесал ему черепушку. — Колись, что ты делал с умершей?

— Джош, это действительно не смешно. Смерть человека, не повод, для шуток. — возмутился Алекс.

— Так я не над Сарой смеюсь, а над тобой. Ты так и не рассказал, что сделал, после ее откровений в столовой.

— Да ничего я не делал. Пару раз поцеловались и все. Убери руки. — Алекс начинал злиться.

— Да ладно, ладно, не заводись. Просто меня распирает от радости, что мы с Робертсоном поменялись местами. — Джош отпустил Алекса и сел на место.

— Схожу за добавкой. — сказала я поднимаясь.

— Маша, захвати мне бургер. — крикнул вслед Чарли.

Я подошла к стойке с едой, выбирая, чтобы положить в тарелку.

По спине пробежали ледяные мурашки. Обернувшись, увидела Кхана у себя за спиной.

— Привет, давно не виделись. — наклонившись, прошептал он мне в ухо. — Хочешь, посоветую, что выбрать?

Я отрицательно замотала головой. Внутри все просто бурлило, от чувства опасности.

— Не может же он в столовой? — пронеслось в голове.

— Боишься. — удовлетворенно хмыкнул Кхан. — Это правильно.

Я поставила тарелку на подставку и плавно повернулась к инкрипту. Стараясь не совершать резких движений, приподняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Как думаешь, что будет, если ты умрешь? — он поднес руку к моему лицо, проводя костяшкой указательного пальца по щеке.

— Что станет с этой нежной кожей? С этим закрытым, для меня разумом? — Кхан направил руку вверх, задержав палец у моего виска. — Может, для тебя было бы лучше, умереть на моем корабле?

Заворожено глядя ему в глаза, я не замечала ничего вокруг. Ярость, страх, ненависть, смерть, все перемешалось во мне. Я не знала, как поступить. Драться или отступить, промолчать или ответить.

Я слышу, как яростно закричал мой «Клин». Другие корабли вторят ему.

— Спасайся, спасайся, спасайся!

Острая боль пронзила все тело. Дыхание перехватило. Я отступила на шаг назад, пытаясь найти источник.

Кхан, стоял улыбаясь. Он давно опустил руки и держал их в карманах.

Я удивленно хлопала глазами, приоткрыв рот.

— Ничего, откуда же такая боль? — опустив голову, я разглядывала свою форму.

Наконец, я посмотрела себе под ноги. На полу образовалась целая лужа крови.

— Откуда? — прошептала я.

Правая нога задрожала и подогнулась, теряя равновесие, я схватилась за стойку с едой, смахнув свою тарелку с подставки. Раздался звук, разбивающийся посуды. Осколки жалобно зазвенели.

Заваливаясь на бок, я пыталась удержать равновесие. Из-за моей спины, вышел Сэм.

— Сдохни сука!

Он протянул Кхану мой нож и быстро направился к выходу из столовой.

Я наблюдала за ним, как во сне. Перед глазами все плыло.

— Кхан, только отвлекал.

— Оглянись вокруг. Твои товарищи ничего не замечают. Ты чувствуешь, как жизнь вытекает из тебя по капле?

Кхан вытер рукоятку и вложил нож, в мою руку. Не удержав его, я смотрела, как КВ-45 падает. Лезвие вошло в кафель, рядом с моей ногой.

— Том.

Оседая на пол, я все цеплялась за подставку.

— Здесь нет твоего командира. — засмеялся Кхан. — Ты ведь помнишь, что я обещал убить тебя?

Я попыталась сфокусироваться на его лице.

Кхан смотрит на меня не мигая. Его глаза светлеют. Он улыбается.

— Как много ты не знаешь. Природный щит, это только вершина айсберга. Я накрыл нас ментальным полем. Твои друзья не спасут тебя. Я досмотрю до конца. Наблюдать за тем, как ты умираешь, доставляет мне особое удовольствие!

В мой затуманенный разум ворвался громкий сигнал тревоги.

— Атака? — пронеслось в голове.

Рука совсем ослабла. Не в силах больше держаться за подставку, я разжала ладонь и завалилась на бок.

Голос диспетчера прокатился по столовой.

— Просьба всех собраться в общем зале. Повторяю, просьба всех собраться в общем зале. Вернулся глава десятого сектора. Повторяю, вернулся глава десятого сектора.

Радостный голос диспетчера, подрагивал от возбуждения.

Тома Харди, все любили.

Я смотрела, как мои товарищи оборачиваются по сторонам.

— Наверное, ищут меня.

Перед моим носом, оказались ботинки инкрипта.

— Жаль, очень жаль. Не успею досмотреть.

Разворачиваясь на спину, я посмотрела наверх. Свет ламп, резанул по глазам. Все завертелось, закружилось. Веки опустились, и меня унес безумный хоровод. Сознание померкло.

* * *

Я бегу по черному коридору. В этот раз погони нет. Мне легко и спокойно. Слышу вокруг знакомые голоса, но не могу вспомнить чьи. А впереди сверкает белая молния. Раздаются громовые раскаты. Коридор озаряют вспышки света.

Я стремлюсь к грозе, лечу со скоростью света. Вижу, как с одной стороны выстраивается в колонну по двое, молодые мужчины. Их ровно двадцать шесть.

— Кто вы?

Они молчат, протягивая ко мне руки. Я пытаюсь дотронуться в ответ, но не могу.

С другой стороны выстраиваются женщины и мужчины. Среди них выделяются здоровяк с лицом бульдога и высокий угловатый мужчина. Красивая статная женщина смеется, пытаясь удержать меня.

Их лица мне хорошо знакомы, но я не помню их.

— Кто вы?

Я верчу головой из стороны в сторону.

— Двадцать шесть справа, одиннадцать слева. К чему бы это?

Я продолжаю полет. Порывы ветра ударяют мне по лицу. Они не пускают меня к грозе.

Я смеюсь, ускоряясь. Ничто не может меня остановить.

Вдруг, на проходе оказывается красивый сероволосый мужчина. Он мешает мне лететь вперед. В попытках его обогнуть, я врезаюсь в стену.

— Может, хватит дурачиться? — спрашивает сероволосый.

— Отойди, не мешай. Меня зовет гроза!

Не знаю почему, но мне нужно попасть туда, иначе…

Я опять взлетаю и парю рядом с незнакомцем.

— Хватит, очнись. — говорит он.

Я открываю глаза, надо мной мелькают лампы. Слышу скрип колес по кафелю. Справа раздается голос.

— Док, она очнулась.

С трудом повернув голову, вижу бледное лицо Алекса.

— Какой странный сон. — шепчу я.

— Том, я не могу разобрать, что она говорит.

Голос Мика звучит где-то сзади. Я пытаюсь приподняться, чтобы посмотреть. Меня удерживают. Поворачиваю голову влево и вижу лицо полковника Харди.

— Командир.

— Тише, молчи.

На мой лоб ложиться рука. Ее прохлада успокаивает. Я закрываю глаза.

— Не давайте ей отключиться. Через две минут будем в операционной.

— Штерн, посмотри на меня.

Я приподнимаю веки. Серые глаза полковника, смотрят на меня в упор.

— Приехали. Вы, откройте двери. — распоряжается все тот же строгий голос. — Перекладываем на стол.

Меня подхватывают руки и поднимают с каталки. Какое-то время, я парю над землей. Потом меня кладут на твердую поверхность.

— Помогите ее перевернуть. Да аккуратнее вы.

Меня опять приподнимают и кладут животом вниз. Лицо не попадает в круглое отверстие посередине. Я ударяюсь носом о край. Но мне не больно, я совсем ничего не чувствую. Слышу голос врача.

— Всем кроме медперсонала, покинуть помещение.

Топот ног, а потом тишина.

* * *

Я очнулась в больничной палате. Открыв глаза, увидела над собой серый потолок. Минут пять я разглядывала узоры, переплетающие из оттенков серого, потом попробовала оглядеться.

Справа два пустых кресла со смятыми пледами. Опущенные жалюзи и аппараты искусственного жизнеобеспечения вдоль стены.

Часы показывают полдень.

С трудом повернув голову в другую сторону, я посмотрела в окно.

Огромный дуб, покачивал разлапистыми ветвями, шелестя зеленой листвой. Ветки отбрасывали тень, защищая палату от яркого полуденного солнца. В трансе, я следила за игрой света и тени. Солнечный зайчик, проскользнул в окно и прыгнул на стену.

Последив за ним взглядом, я прикрыла глаза и заснула.

— Мария, просыпайтесь.

Знакомый голос, я открыла глаза. Надо мной склонилось лицо того самого врача, который в свое время лечил мое запястье и треснувшие ребра.

Посветив мне фонариком в глаза, он сказал.

— Регуляция зрачков в норме. Попробуйте пошевелить пальцами правой руки.

Я выполнила его просьбу.

— Хорошо, теперь левой. Отлично. Пальцами обеих ног одновременно.

Сделав все, что он просил, я перевела дыхание. Любое движение, отдавалось неприятным гудением в голове и покалыванием в мышцах.

Врач отошел к входной двери, приоткрыв ее, он обратился к кому-то в коридоре.

— Можете зайти. Только не дольше, чем на пять минут. Стойте, стойте. — замахал он руками. — Не такой же толпой, максимум по трое.

— Док, ты смеешься? Она же не на карантине.

Я услышала возмущенный голос Джоша. Улыбнувшись, я ждала, когда войдут ребята.

Больше не слушая никаких возражений, толпа сознателей смела врача и ворвалась в мою палату. Они выстроились полукругом у моей кровати, нерешительно поглядывая на меня.

Я переводила взгляд от одного лица к другому, задержавшись на полковнике Харди.

— Командир. — прохрипела я, приподнимаясь на локтях.

Голос плохо слушался, в горле пересохло.

Том подошел ко мне и остановился около тумбочки, на которой стоял графин с водой. Наполнив стакан, он поднес его к моим губам. Отпив несколько глотков, я откинулась на подушки. Поясницу дико тянуло. Запустив руки под одеяло, я ощупала левый бок. Кончиками пальцев, почувствовала бугорок.

Проведя верхи и вниз, поняла, что это шрам.

Том уже собирался отойти, когда я схватила его за руку. Мои ослабшие пальцы, едва держались на его запястье.

— Сэр, как хорошо, что Вы вернулись.

— Штерн. — улыбнулся он, погладив меня по голове.

Рука соскользнула вниз и свесилась над кроватью. Аккуратно придерживая ее, Том положил мою руку вдоль тела.

— Побереги силы.

Все это время, ребята молчали.

— Время посещения — истекло. Прошу покинуть палату и в следующий раз, приходить по одному, максимум по трое. Никаких толп, пока я отвечаю за пациентку.

Зашикав на моих товарищей и командира, врач погнал их к выходу. Те даже не пытались сопротивляться.

Выпроводив всех вон, врач подошел ко мне со шприцом в руках. Задрав рукав, он вколол мне содержимое шприца в левое предплечье. Не прошло и минуты, как я опять заснула.

Эпилог

Себастьяна Робертсона, освободили от занимаемой должности, досрочно отправив на пенсию, без возможности восстановления.

Связи экс подполковника, помогли ему избежать наказания.

Теда и Сэма отдали под трибунал, присудив два пожизненных срока.

Всех сотрудников ИСБ, тайно проникших в десятый сектор понизили в должности.

O'Генри, потерял свое место в парламенте. Но он по-прежнему занимает должность главы контрразведки. Именно он, прикрывал Себастьяна Робертсона. Что понадобилось главе контрразведки в секторах ВВС Винсента Харди, не знает даже сам генерал ВВС. Когда-то, он считал его другом. Оказалось, что дед полковника Харди, ошибался.

Винсент Харди, наградил всех сознателей за храбрость. Вручил грамоты и приличные премиальные.

К сожалению, меня не было на торжественном вручении наград, я все еще лежала в госпитале. Мои регалии, принес мне полковник Харди, в сопровождении Мика.

Остальных, дежурный врач, просто отказался пустить. Хотя ребята подняли большой шум. Пришлось их выпроваживать службе безопасности, чтобы не тревожили покой других пациентов.

Особый документ парламента, висит в кабинете Винсента Харди, напоминая о временной потере контроля над десятым сектором. Больше генерал ВВС не допустит такой ошибки. Доступ всем спецслужбам на территорию базы — навсегда закрыт.

Саливана повысили, теперь он подполковник ИСБ.

Редж уволился из А.П.Т.Н. и поступил под командование Тома Харди. Теперь он муштрует сотрудников десятого сектора, вбивая в их головы науку боя и тактической разведки.

Пару раз, он приходил с Агнессой и Сали. Бульдог шумно вздыхал, поглядывая на меня, но от комментариев воздерживался.

Думаю, постаралась Агнесса. Она знала, как меня утомили охи и ахи.

Хатера я не видела, хотя знала, что он вернулся в сектор, вместе с полковником Харди, Миком и генералом ВВС.

После выписки из госпиталя, полковник Харди отправил меня в принудительный отпуск. Чему я, если признаться честно, была очень рада. Два месяца в кругу семьи. Для виду поотказывавшись, я согласилась.

Опираясь на трость, я забросила свои вещи в багажник и, взяв ключи у Агнессы, поехала к родным.

Приходилось часто делать остановки. Мое тело, никак не хотело оправляться от удара ножом.

* * *

Я сидела на веранде и покачивалась в кресле-качалке, подставляя лицо солнечному свету. Ветер играл в волосах. На веранде было тихо.

Мама готовила ужин в доме, папа ей помогал. Иногда, из открытого окна второго этажа, раздавался смех Леры.

Оля и Саша ушли на рыбалку. Дедушка поставил себе задачу, наловить два ведра карасей и потребовал помощи от бабушки.

Дедушка Андрей уехал по делам в город, прихватив с собой бабушку Сандру.

— Опять витаешь в облаках.

Я открыла глаза и посмотрела на Хатера. Инкрипт улыбался.

— Давно тут стоишь?

— Минут пятнадцать.

— Я так и не поблагодарила тебя.

— За чтооо?

— Ты спас мне жизнь. Врач который меня оперировал, сказал, что я чудом вернулась с того света.

Хатер пожал плечами.

— Что стало с Кханом?

— Аааа, случайно сломал ему шею. Пройдемся?

— Давай.

Я поднялась с кресла, опираясь на трость, и подошла к Хатеру.

— Я рада, что ты вернулся. Надолго на Землю?

Моя рука, коснулась его лица.

— Я тебе потом расскажу.

Он поцеловал меня в лоб.

Content

Роман Романов
НОВЫЙ ТАЛАНТ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 28

Глава 29

Эпилог