Ритори

Триллер

Александр Булахов

© Александр Булахов, 2015

© Наталья Викторовна Булахова, фотографии, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Ритори

Самый страшный зверь на земле – это зверь, выдающий себя за человека.

1

Михаил посмотрел с пристани на небо полное звёзд. Ощутив умиротворение, которое ему дарили и щебечущая летняя природа, и лес, полный чистого воздуха, и зеркальная поверхность озера, отражающая тысячи ярких небесных точечек, неведомых и манящих к себе, он произнёс то, что произнёсли бы многие из нас, окажись на его месте:

– Как здорово! Я бы прожил здесь всю жизнь.

Лариса взглянула на мужа и похлопала рукой по его огромному животу.

– Конечно же! Это в тебе говорит твоё пиво.

– Непр-р-равда! – шутливо зарычал в ответ Михаил и сделал большой глоток из литровой бутылки. – Пиво не может говорить.

– Нет, мой медвежонок, как раз может. Ты бы ухо приставил к своему животу, много бы чего интересного услышал!

– У меня, х-рыр, не такие лопухи, как у тебя. Я не могу их растянуть до самого пуза.

Лариса обиженно отстранилась от Михаила и вонзила палец в его мягкий пивной живот, а затем руками потрогала свои маленькие ушки, проверяя на всякий случай, а вдруг и на самом деле лопухи.

– Значит, у меня лопухи? Да, я не ослышалась?

Михаил, почесав затылок, состроил сердобольную гримасу и попытался выкрутиться из опасной ситуации:

– Ну, жто же ты?.. Сражу же жлишься…

– Ты пчёлкой не притворяйся, не прокатит!

– Што ты понимаешь? Я ш природой шливаюсь… так… на вшакий слущай…

– Беззубая пчелка тоже не прокатит! – Лариса угрожающе замахнулась кулаком.– Сейчас кому-то будет оч-чень больно!

– Стой жа! Стой жа! – закричал Михаил. – Дай, я ещё посмотрю на твои прелестные ушки… Конечно же, я ошибся! Никакие не лопухи!

– Папа, хватит обижать маму, – закричал откуда-то из темноты Артём. – Пойдёмте уже, все собрались, только вас ждут.

– Что, и дядя Иосиф собрал свои удочки?

– А ты думал, друг мой! – ответил вместо Артёма Иосиф.

– А пива, что, уже не осталось? – забеспокоился Михаил.

– Почти что нет, – вылез из темноты Андрей, которого Иосиф прозвал за его крутые бицепсы и прочие накаченные мышцы Гантелей.

– Гантеля допил последнюю, – наябедничал Иосиф.

– А что – я? Мне Ирка с Олегом сказали собираться, вот я и собрался… По-быстрому…

– Тогда и правда – пора возвращаться на базу. Там у меня ещё пара бутылочек в холодильничке осталось. – согласился с решением большинства Михаил.

2

Четверо мужчин, две женщины и трое детей собрали свои вещи, разбросанные на берегу озера, потушили костёр и направились по лесной дороге к базе отдыха. Впереди с фонариком в руке шёл Олег – толстый лысый мужичок лет сорока, очень эмоциональный и горячий по характеру. Он нёс ведро, в котором плескались два окунька и один небольшой карп.

Олег обернулся и направил свет на детей. Самому старшему из них – Артёму – исполнилось двенадцать лет, а девчонкам Оле и Маше чуток не хватало до десяти. Глаза детей были широко распахнуты, да и понятно – почему. Вокруг было темно, скрипели деревья-великаны, время от времени раздавались пугающие крики лесных птиц. Олег улыбнулся и стал подниматься в горку.

– Пойдём тут, здесь быстрее, – буркнул он себе под нос и свернул на широкую тропу.

– Куда вы торопитесь? – воскликнул Гантеля, плетущийся позади всех. – Неужели вам не в кайф прогуляться по лесу?

– Какие там, к чёрту, прогулки! – рыкнула на него Ира.– Вон, моя Машка идёт за Олегом, как зомби, ни шага вправо, ни шага влево, силенок осталось только до кровати добраться…

Тропа, прорезав лес наискосок, снова вывела путников на лесную дорогу. Дети неосознанно притормозили и нырнули за спину Иры. С правой стороны над ними нависло длинное заброшенное двухэтажное здание, когда-то бывшее базой отдыха.

Что-то в этом здании было не так, и дети это почувствовали. Серо-зелёные стены, огромные окна, множество длинных извилистых трещин и мерзкая, совершенно сухая растительность, торчащая из этих трещин, – всё это делало здание жутким и подозрительным. Но больше всего пугало то, что здание, стоявшее почти на берегу озера, было совершенно пустым. Никто из людей не желал привести его в порядок и вернуть к жизни.

Олег резко остановился и повернулся лицом к детям.

– А знаете, что этот дом пустует ещё с тех времён, когда я был такой же маленький, как и вы? – таинственным голосом произнёс он.

– Да-аа? – расширила глаза Маша и невольно втянула голову в плечи.

Но любопытство победило страх. Маша снова вытянула шею и завертела по сторонам головой в гигантской, не по размеру, кепке:

– А здесь совсем пусто? Никого-никого нету?

– А почему, дядя Олег? – присоединилась к Маше и Оля. – Что, в нём никто жить не хочет, да?

Олег посмотрел на Иру, улыбнулся и подмигнул ей. Потом медленно поднял руки с растопыренными пальцами вверх и, завывая, забормотал:

– В этом доме… Поселились… Очень… Очень… Страшные привидения!! Ой, какие страшные! У-у!

Маша и Оля схватили Артёма за руки.

– Оё-ечки, как страшно… – тихо заскулила Маша.

– Не бойтесь, дядя Олег всё придумывает, – попытался успокоить девочек Артём, которому тоже стало как-то не по себе.

– А вот и не придумывает, – подхватила Ира и достала из кармана ветровки небольшой цифровой фотоаппарат. – Между прочим, эти привидения иногда выглядывают в окна, и их можно увидеть, но только через фотоаппарат или видеокамеру.

Для убедительности мама Маши взглянула через объектив фотоаппарата на окна заброшенного дома отдыха. И сразу же из её рук фотоаппарат выхватил Андрей.

– Ты не туда смотришь! – закричал он. – Вон – я вижу её!!!

– Кого?! – испуганно вскрикнула Оля, вытянула свою ручку из руки Артёма, и схватилась за сердце, которое бешено застучало в её груди.

Андрей взглянул на Олю, а затем вновь уставился на окна через объектив фотоаппарата.

– Маленькую девочку… С клыками!!

К Андрею подскочил Иосиф, вырвал фотоаппарат из его рук и тоже взглянул через объектив на те же окна, куда смотрел Андрей.

– Ого-го, какая страшная! – завопил он и тут же получил подзатыльник от Ларисы.

– Эй, обормоты, хватит пугать детей! – воскликнула она. – Вы только посмотрите на них! Они же теперь всю ночь спать не будут. Пошутили и хватит. Знайте меру, ироды!

3

Олег, Ира и Иосиф дружно засмеялись.

– Вы бы видели их лица! – хохотал громче всех Олег.

– А я ничуточку и не испугался, – запротестовал недовольный Артём. – Я сразу понял, что вы все шутите.

Шумная компания приближалась к большому стильному двухэтажному зданию, огороженному забором и осмелившемуся расположиться недалеко от заброшенной базы отдыха.

На территории жилой базы ярко горели фонари и громко лаяли сторожевые собаки.

– Смотришь на детей и вспоминаешь себя таким, какие они сейчас, – произнёс Иосиф и вытер слёзы, выступившие на его глазах от смеха. – Так и хочется вернуть назад то беззаботное времечко… Ух, как мы пугали друг друга в пионерских лагерях! Вот эта была жуть! Не то, что сегодняшний детский лепет.

– Это верно, – согласилась Ира. – Тогда ещё было модно строить пионерские лагеря поближе к какому-нибудь кладбищу.

– Самая крутая фишка была в том, что сортиры спецом ставили где-нибудь в глубине леса, за километр от жилых корпусов, – вспомнил Олег пионерскую романтику. – Пока до них дойдёшь, можно уже и назад разворачивать. Кишечник во время этой прогулочки сам чудесным образом очищался.

Михаил обнял одной рукой Ларису и громко, так, чтоб его все слышали, произнёс:

– Вот мы все так дружно пошутили, поприкалывались, а мне вдруг на секунду стало страшно. Я представил, что вот сейчас оборачиваюсь, а через окно заброшенного здания на меня смотрит эта девочка… которую мы так дружно придумали.

Лариса зло толкнула Михаила локтём в бок.

– Ну, хватит уже, ей-Богу!

Услышав слова Михаила, Маша резко остановилась, медленно обернулась и взглянула на окна заброшенного здания.

– Я её вижу! – вскрикнула Маша. – Даже без фотоаппарата!

На миг воцарилась гробовая тишина. Даже лесные птицы, и те замолчали. Все взрослые повернулись лицом к зданию, на которое с открытым ртом смотрела Маша. У окна на втором этаже заброшенного здания стояла девочка и махала руками. Лицо у девочки было испуганное, она как бы звала: идите быстрее сюда.

Михаил вытер холодный пот, выступивший на лбу, и дрожащим голосом произнёс:

– Вы её тоже видите, как и я?

Ира схватила Машу за руку и закричала:

– Долбаный карась! Давайте быстрее отсюда! Это явно нечистая сила!

Никого не дожидаясь, Ира бросилась бежать к воротам жилой базы. Бедная Маша еле успевала переставлять ноги с той скоростью, с какой бежала её мама. За Ирой и Машей с громкими воплями бросились Оля и Артём.

Перепуганная Лариса посмотрела на растерявшихся мужиков, не отрывающих глаз от окна, в котором стояла девочка.

– Вот и дошутились, – прошептала Лариса.

Михаил повернулся к Ларисе.

– Ты тоже иди в дом… Хорошо, моя милая? А мы попробуем разобраться, в чём тут дело.

4

Мужчины – все, кроме Иосифа, – потянулись к карманам и вынули пачки с сигаретами. Первым задымил Михаил. Он открыл рот и выпустил большую струю сигаретного дыма, почесал свой красный нос и высказался:

– Сегодня на берегу отдыхало много людей. Среди них были дети. Вполне возможно, что взрослые напились и отрубились. Или же просто не заметили, что девочка пропала… А девочка заблудилась, зашла в этот дом и теперь не может выйти из него. Могло так случиться?

– Так что же мы здесь стоим?! – воскликнул Олег. – Пойдёмте, посмотрим, где она там. А то ребёнок за ночь с ума сойдёт от страха.

– А ты уверен, что там нас ждёт заблудившийся ребёнок? Может, нас там ждёт кирпич по голове… А?! – решил добавить страху Андрей.

– С каких это пор, Гантеля, твоя голова стала бояться кирпичей? – тихим голосом заговорил Иосиф. – Там ребёнок… И мы должны его оттуда вывести. Других решений я не вижу.

– Хорошо-хорошо! Только давайте отнесём все наши причиндалы в дом, – кивнул Андрей, имея в виду удочки и другие рыболовные снасти. – И возьмём фонари.

5

Олег, Иосиф, Андрей и Михаил с фонарями в руках шли быстрым шагом по лесной дороге в сторону заброшенной базы отдыха. Михаил каждые десять секунд смотрел на окно.

– Может, она уже нашла выход, а? – пробормотал Андрей. – Не видно её в окне.

Иосиф кинул на него злой взгляд:

– А если нет?

– А если там чёрт знает что? – буркнул Гантеля ему в ответ. – Что тогда?

Иосиф зарычал со злости, и Гантеля отскочил от него.

– Тихо ты! – крикнул с безопасного расстояния Андрей. – А то твоё больное сердечко может ёкнуть. Ё-ё!

– Сплюнь, дурак! – рявкнул Олег на Андрея. – Сердце Иосифа переживёт твоё безмозглое раз в сто. Понял?!

– Вон она! – заорал Михаил, указывая рукой на окно. – Она опять нам машет рукой!

Мужчины уставились на окно. Девочка отчаянно махала рукой, а потом несколько раз ударила по стеклу. Затем она провела пальцами по нему, потом ещё и ещё, будто что-то рисовала или писала. И исчезла из поля зрения так же неожиданно, как и появилась.

– О, Боже!! – крикнул Михаил и побежал в сторону серо-зелёного дома.

Остальные мужчины бросились вслед за ним.

6

Михаил потянул на себя громадную ветхую дверь, и она со скрипом открылась. Он повернулся к друзьям:

– Разбегаемся в разные стороны. Надо найти девочку как можно быстрее.

После чего исчез за дверями.

– Шустрый парень! – тяжело дыша, произнёс Иосиф и взглянул на Андрея и Олега. – А вам что, особое приглашение нужно?! На меня не смотрите. Я сейчас. Только отдышусь, как следует.

Андрей зашёл в здание вторым, вслед за ним с промежутком в несколько секунд заскочил Олег и присвистнул:

– Ёлки-палки, как же здесь темно! Андрюха, ты где? Я тебя не вижу.

А вот Иосиф в дом заходить не спешил. Он посмотрел по сторонам, отступил на шаг назад и взглянул на окна.

– Интересно, сколько ж лет этому зданию?

Словно в ответ, из трещин вдруг посыпался песок. Иосиф подошёл поближе к зданию и ударил по стене. Громадная часть стены обрушилась на его глазах, превратившись в кучу камней, песка и пыли.

– Чёрт! А здесь небезопасно, – пробормотал Иосиф, потянул на себя двери и вошёл внутрь.

7

Михаилу вдруг стало страшно. Пугал непонятный шум и треск в стенах.

Он приставил ухо к стене и услышал странное шипение. Ему показалось, как будто кто-то в стене говорил: «Тише… тишь… тише…».

Михаил направил луч фонаря на прогнивший деревянный пол, затем опять перевел его на стены. По телу побежали мурашки.

– Эй, девочка! Ты где, моя хорошая?!

«Тише, тишь… тише…», – зашелестело в ушах Михаила, и это «тише» вдруг стало нарастать и звенеть.

Михаил быстро пошёл по длинному коридору, освещая себе дорогу фонарём. Впереди него со скрипом распахнулась дверь. Он остановился и направил луч света в открывшийся проём.

В комнате, в которую осторожно заглянул Михаил, не было ничего. Ни кроватей, ни шкафов – она была пустой, как и все другие комнаты, в которые он заглядывал. И только посередине, на полу, красовалась непонятно откуда взявшаяся лужа.

Михаил подошёл к окну и выглянул во двор. Во дворе было как-то очень светло, словно где-то горели фонари. Затем всё быстро потемнело. «Тише… тишь… тише», – вновь услышал он за спиной и резко обернулся. В тот же миг его фонарик погас. Сердце Михаила громко застучало, и он почувствовал странный, леденящий душу, холод.

8

Иосиф свернул налево и пошёл по коридору вдоль открытых пустых комнат, затем свернул направо и остановился возле двустворчатых дверей с надписью: «Служебная комната». Он ещё раз осмотрелся по сторонам и понял, что находится в тупике. Иосиф осторожно нажал на ручку, приоткрыл одну из дверей и заглянул в просторное помещение, у стены которого стояли стеллажи со старыми газетами и книгами.

Он переступил порог и двинулся к стеллажам. Внезапно под ногами раздался неприятный треск. Иосиф сразу понял: пришла беда, и сейчас произойдёт что-то нехорошее. Он сделал ещё один шаг и… провалился вниз сквозь гнилые доски пола.

В считанные секунды Иосиф очутился в неприятной вонючей воде, находящейся под полом. Более того, он быстро уходил вниз, словно его тянула какая-то сила. Вода сразу же забилась ему и в нос, и в рот, и в уши.

Иосиф, заработав ногами и руками, рванул к верху. И с большой скоростью головой налетел на что-то твёрдое. Бедолага открыл глаза и с ужасом посмотрел на проклятые доски, которые, словно лёд, преграждали ему дорогу наверх. Он отчаянно стал бить руками по деревянной преграде.

В какой-то момент его внутренний голос прошептал: «Ну, вот и всё, Иосиф». Изо рта и носа вырвались пузыри воздуха, и он заскулил от отчаяния прямо под водой.

9

Михаил был уверен, что в комнате, кроме него находился кто-то ещё. И этот кто-то очень медленно приближался к нему. «Тише… тишь… тише», – шептал этот кто-то.

– Кто здесь?! – крикнул в темноту Михаил.

Скрип половицы, шорох. Какой-то подозрительный звук. Внезапно за спиной Михаила что-то звякнуло, а затем на пол посыпалось битое стекло. Он подпрыгнул от неожиданности и обернулся. Стекло продолжало падать и звенеть.

Михаил потряс фонарь и из него вырвался луч света. Он направил его на разбитое окно, после чего пробежался лучом по всем сторонам, осветил входную дверь и стены. В комнате никого не было.

– Чертовщина какая-то, – хрипло прошептал Михаил и ринулся к выходу из комнаты.

Очутившись в коридоре, он закричал:

– Мужики, будьте осторожны! Здесь есть кто-то ещё кроме нас.

Из соседней комнаты вышел Олег.

– Ты чего вопишь? Что случилось-то? Я слышал, стекло где-то разбилось.

– Не поверишь, но оно разлетелось вдребезги! Будто в него кто-то чем-то кинул. Хвась-швась, и осколки как посыпятся! – зачастил взволнованным голосом Михаил.

– Хвась! Швась! Скажешь мне тоже! – прошипел Олег. – Нам бы с тобой найти лестницу и на второй этаж подняться. Девочка со второго этажа в окно выглядывала, а мы её на первом ищем. Глупо как-то.

– Вот только вопрос: где эта лестница прячется?

– Не переживай, сейчас найдём, – заверил Михаила Олег. – Давай друг друга держаться. Так, на всякий случай.

10

Иосиф крутился под водой на одном месте, легкие пылали, темный ужас заливал мозг… Где же выход из этой чертовой ловушки?! Он неуклюже развернулся под водой и поплыл наугад. И вдруг его руки упёрлись в металлическую стену. Иосиф попытался вынырнуть, но снова больно ударился головой о доски пола. Тогда он поплыл в обратном направлении. Пузыри воздуха вырывались из его рта один за другим… И вновь уткнулся в металлическую стену.

«Должен быть выход. Должен!! Я же как-то попал сюда!! Откуда здесь железо?!», – стучали в висках обрывки мыслей. Иосиф в панике вновь рванул вверх, тут же ударился о металлический лист, взвыл и сразу же затих, ощутив, что его нос находится выше уровня воды. Втянув спасительную порцию кислорода, Иосиф попытался приподнять металлический лист, но вместо этого сам ушёл под воду. Тогда он стал бить кулаками по проклятому железу…

И вдруг сверху послышались скрип и треск досок.

11

Михаил и Олег медленно поднимались по лестнице, освещая себе дорогу фонарями. Спина Михаила покрылась холодным липким потом, сердце колотилось от предчувствия беды.

– Эй, девочка, ты где? Не бойся, мы тебя не обидим, – вновь закричал он. – Где ты, моя хорошая? Иди к нам, на свет. Мы пришли тебе помочь.

– Не кричи. Ты её ещё больше напугаешь, – прошептал Олег и первым вышел в коридор второго этажа. – Окно, в которое она выглядывала, находится в той стороне.

Олег быстрыми шагами пошёл по коридору. Михаил старался от него не отставать. Ему было стыдно признаться Олегу, что он напуган до чёртиков. Если бы кто-нибудь сейчас схватил его за плечо, то он, наверное, тут же и умер бы на месте.

Олег и Михаил наконец-то добрались до окна. Оно находилось в конце коридора. Олег выглянул в окно и заметил:

– Бабы наши не спят. Свет горит во всех окнах.

– Понятное дело, – тихо произнёс Михаил и посветил на оконное стекло, покрытое пылью. На стекле чернела надпись…

– «Ритори», – прочитал Михаил вслух. – Слово какое-то знакомое, но я не помню, что оно означает.

– Может, это её фамилия, – предположил Олег. – Девочки этой.

«Тишь… Тише … Тишь», – раздалось где-то очень близко. Олег и Михаил резко развернулись.

– Что за хрень?! – взвизгнул Олег.

– Ах-ха-ха! – откуда-то из темноты раздался звонкий смех ребёнка.

12

Металлический лист, находящийся над головой Иосифа, с шумом отползал куда-то в сторону. Точнее его кто-то оттаскивал, прикладывая к этому недюжинную силу.

– Эй, кто здесь? Иосиф, ты что ли? – раздался озабоченный голос Андрея.

– Я, Гантеля! Я! Вот уж не думал, что буду так рад тебя увидеть!

Андрей оттянул лист метра на два в сторону и осторожно опустил его на пол.

– Иосиф, ты в рубашке родился. Твоё счастье, что я услышал, как доски ломаются…

Иосиф самостоятельно вылез наверх.

– Дай мне свой фонарик! – не попросил, а рявкнул на Гантелю Иосиф. – Хочу посмотреть, где я провалился.

– Да вон там, видишь? – посветил фонариком в сторону входа Андрей.

Расстояние было солидное.

– Ладно, давай отсюда выбираться к чёртовой матери! Я чуть не обосрался! Думал всё, писец мне пришел!..

13

Все четверо мужчин выскочили из заброшенного здания практически в один и тот же момент, с разницей, может, в пять-десять секунд. Глаза у всех до одного были круглые и испуганные.

– Твою мать! – закричал Олег. – Чтоб я сюда ещё вернулся! Под прицелом автомата никто не заставит! Пошла эта девочка в жопу!

– Мужики, не спешите! – остановился Иосиф. – Давайте хоть вокруг дома обойдём. Чтоб совесть не мучила…

– Иосиф, а чего это у тебя шорты такие мокрые? Испугался, что ли? – спросил его Михаил.

– Да я… – попытался объяснить Иосиф.

– Можешь не объяснять, – отмахнулся Михаил. – Я и сам, наверное, наделал в штаны. Что-то мне всё пованивает.

Михаил, освещая фонарём дорогу, пошёл по заасфальтированной дорожке, огибающей мрачное строение. За ним нехотя двинулись остальные смельчаки. Обход территории не дал никаких результатов, и четверо друзей сошлись во мнении, что дальше продолжать поиски бессмысленно. Нет здесь никакой девочки, всё им привиделось и послышалось. У страха глаза велики. Успокоив свою совесть, они свернули на лесную дорогу и направились к своей базе отдыха.

Иосиф не выдержал первым. Обернулся и посмотрел на окна заброшенного здания… И тут же выругался матом. Остальные повторили его действия точь-в-точь.

На втором этаже у того же самого окна стояла девочка и отчаянно махала двумя руками, словно звала к себе. Михаил перекрестился и глянул на Иосифа.

Иосиф о чём-то думал, лицо его было очень серьёзным. Олег же высказался сразу:

– Я туда больше не пойду! Это бесполезно! Это явно не настоящая девочка, а какое-то паранормальное явление.

– Я тоже так думаю, – согласился Михаил.

– Ничего с ней не станет до утра. Пошлите спать, – сказал Андрей. – Утро вечера мудренее.

Олег, Михаил и Андрей – все разом – посмотрели на Иосифа. Иосиф кивнул и, не говоря ни слова, поплёлся к базе отдыха.

14

Ровно через два часа Иосиф не выдержал и встал с постели. Накинул на плечи ветровку, открыл ящик прикроватной тумбочки и достал из него запасной фонарь. Хлебнул из открытой бутылки грамм сто водки, занюхал рукавом и вышел во двор…

15

В первый же день, как приехали на базу отдыха, Михаил и Лариса договорились, что займут разные номера. Сделали они это ради своих детей, чтобы тем не было страшно ночевать в номере одним. Весёлая и дружная семья из четырёх человек заняла второй и третий номера на втором этаже, которые относились к простым номерам. Простые номера от люксов отличались раздельными полуторными кроватями (в люксах была одна двуспальная), отсутствием туалета и душевой, а также отсутствием телевизора. Но зато в простых номерах был выход на балкон, и сами номера были более просторными. Всё, что в них было из мебели – это шкаф для одежды и две прикроватные тумбочки.

Михаил проснулся от того, что кто-то ломился в его комнату. Он посмотрел на кровать сына. Артём крепко спал, натянув на голову одеяло. Это был единственный способ защиты от отцовского храпа.

– Кто там? – спросил Михаил, зевая.

– Это я, Андрей! Уже скоро девять, а ты всё ещё дрыхнешь.

– Отвали, чего тебе надо в такую рань?

– Голова трещит, – сиплым голосом прошептал Андрей. – Давай, пока твоя Лариска спит, за пивком в магаз сгоняем.

– Я потом как-нибудь сгоняю. У меня в холодильнике бутылочка осталась. Мне пока не горит.

– Уже не осталась, – еще тише сказал Андрей.

– Чего-чего?! – Михаил широко раскрыл глаза, сон как рукой сняло. – Вот же ты тварь, Гантеля! Совести в тебе ну ни грамма, как и мозгов.

– Я понимаю твою злость. Поверь, я пытался тебе оставить, но обстоятельства были выше моих сил.

– М-да, серьёзное оправдание, – Михаил встал с постели и стал надевать брюки.

– Я сегодня угощаю. С меня ящик пива, – решил сгладить свою вину Андрей.

Михаил открыл двери и посмотрел в глаза Андрея, попытался увидеть там совесть. Не увидел, расстроился окончательно и тихо заговорил:

– Умеешь ты, падла, уговаривать. Спускайся во двор и жди меня на скамейке. Сам знаешь, если Лариса проснётся и заметит тебя, пива нам с тобой до вечера не видать…

16

Они вышли за ворота и пошли по лесной дороге, которая разветвлялась: налево – к озеру, направо – к деревне. Развилка, как назло, была возле заброшенного здания, так напугавшего их минувшей ночью.

Не успев сделать и десяти шагов, Михаил заметил у злополучной бывшей базы отдыха полицейскую машину и трёх полицейских, стоящих вокруг чего-то… или кого-то? – прямо под окном, в которое ночью выглядывала странная девочка.

– Андрей, там точно что-то произошло. – воскликнул Михаил. – Неужели… эта девчонка там… лежит на земле?!

– Не кричи! – пробубнил Андрей – Мало ли что там случилось.

Однако слова Михаила быстро подтвердились. Подойдя поближе, друзья увидели лежавшую на земле девочку лет десяти. Она явно была мертва: ее голова покоилась на камне, а вокруг неё растеклось много крови. Полицейские, как по команде, мрачно глянули на подошедших Андрея и Михаила.

– Накройте её! – скомандовал коллегам один из полицейских, неприятный тип со шрамом на щеке.

Двое других полицейских подняли с земли серое покрывало и прикрыли им тело девочки. Из-под покрывала остались видны её русые, перепачканные кровью волосы.

Полицейский со шрамом резко повернулся к Михаилу и Андрею:

– Сюда нельзя! Стойте, где стоите! – гаркнул он.

Отпустив еще пару замечаний подчиненным, он снова повернулся к оцепеневшим мужчинам и стал рассматривать их с брезгливостью на лице. Затем, почесав покрасневший насморочный нос, уставился на туфли Михаила.

Михаил дрожащим голосом спросил:

– Вы не скажите, что здесь произошло?

– Девочка погибла, – буркнул полицейский и посмотрел Михаилу в глаза. – Заблудилась, наверно. Влезла в дом, а потом… – он подумал и, вздохнув, продолжил. – То ли ее кто-то напугал, то ли сама напугалась. В общем, из окна выпрыгнула.

– Ужас какой! – не потеряв самообладание, произнёс Андрей.

– Я так понимаю, вы отдыхаете на базе «Охотник и рыболов»? – спросил полицейский, цепко оглядывая Андрея и Михаила.

Михаил кивнул и невольно попытался заглянуть за плечо полицейского – лежавшее под покрывалом тело будто притягивало к себе взгляд.

– Да, так и есть, отдыхаем, – сказал Андрей.

– Что-нибудь подозрительное видели? Вчера вечером или ночью? Или чужаков каких?

Михаил и Андрей переглянулись. Полицейский это заметил и нахмурился.

– Нет, не видели, – нарочито ровно ответил Андрей. – Вообще-то мы торопимся.

– Идите, я вас не задерживаю, – хмыкнул полицейский, а потом добавил: – Пока не задерживаю.

17

К часу дня все взрослые собрались в беседке и стали обсуждать произошедшие события. На столе стояли бутылок двадцать холодного пива, лежала сушёная рыба.

Иосиф был в ярости, он стукнул кулаком по столу и закричал на Андрея:

– Гантеля, ты дурак! Почему ты не рассказал полицейскому всё, как было?

– Иди ты, знаешь куда?! – взревел в ответ Андрей. – Я бы посмотрел, что бы ты ему ответил! Умник тоже нашёлся! Ты, между прочим, тоже второй раз возвращаться не стал.

– О чём это он? – спросила Лариса.

– Да неважно, – отмахнулся Михаил.

– Давайте уедем отсюда куда-нибудь в другое место, – встряла в разговор Ира. – Что-то мне здесь не нравится.

Андрей погладил ее по спине:

– Успокойся, Ирочка. Ничего в этом нет дюже страшного. Мы же ничего плохого не сделали.

– Сделали. Оставили ребёнка в опасности, – тихо, но твердо произнёс Иосиф. – А вы знаете, что статья есть такая в уголовном кодексе: оставление в опасности?

– Твою мать! – вскрикнула Ира. – Вот же влипли!

– Ничего не влипли. Что вы выдумываете? – не согласился Олег. – Мы её не оставляли. Мы её искали, но не нашли. И, вообще, не стоит из-за этого портить свой отпуск. Впереди ещё двадцать дней отдыха – надо отрываться. Что случилось, то случилось. Это судьба, от неё никуда не денешься.

– Прав Олег, нечего паниковать раньше времени, – поддержал Андрей. – Это наше любимое место, и мы договорились раз в три года здесь собираться. Так что не будем портить себе настроение в начале отпуска. Жизнь – жестокая штука, и всех от всего не убережёшь.

– Мне плевать, что вы здесь собираетесь каждые три года, – прошипела Ира. – Я здесь в первый раз и далеко не в восторге. Идиотское место, никакого покоя нет!

Лариса косо посмотрела на Иру, и чуть было не высказала этой грубиянке все, что о ней думала. Еле сдержалась.

Внезапно в вольере громко залаяли сторожевые собаки. Причём не просто залаяли, а аж завелись от злости.

– Что это с собаками? – удивилась Лариса.

Михаил поднялся со скамейки и посмотрел в сторону самодельного вольера.

– Что, испугались? – тихо проговорила Ира. – Вы можете мне не верить, но я чувствую – здесь бродит нечистая сила!

У Михаила побежали мурашки по спине.

– Ирка, ты вечно, как ляпнешь! Молчала бы лучше, – сплюнул себе под ноги Михаил. – Иосиф, пошли, посмотрим, что там с собаками творится.

Михаил и Иосиф приблизились к вольеру, который был сделан из прочного деревянного каркаса и сварной оцинкованной сетки. В трех отделениях этого домика-клетки было по собаке. И все эти три пса – кавказские овчарки – бесновались и заливались яростным лаем, да еще бросались на деревянные дверцы вольера, обтянутые сеткой. Собаки заходились лаем, глаза их налились кровью, взгляд был бешеный, казалось, что если они вырвутся на волю – растерзают Иосифа и Михаила в одно мгновение.

– Давай откроем двери, пускай побегают! – в шутку предложил Михаил.

– Я тебе открою! Шутник хренов! Хозяин, когда уезжал, сказал вообще к ним не подходить.

– А кто же их кормит, пока его нет? – поинтересовался Михаил.

– С деревни какой-то паренёк приходит, – ответил Иосиф.

– Тихо-тихо, мои хорошие, – попытался успокоить расшумевшихся собак Михаил, но они ещё сильнее стали набрасываться на двери вольера и скалить зубы.

– Пошли отсюда, – сказал Иосиф и направился обратно к беседке. – Не стоит их лишний раз злить. Ну их к черту.

Михаил двинулся вслед за Иосифом.

– Но что с ними такое, чего они вдруг взбесились? – задумчиво проговорил Михаил.

– А я откуда знаю! – рявкнул Иосиф. – Разозлил кто-то!

– Ага, – тихо произнёс Михаил и остановился. – Прям, как я сейчас тебя.

18

Здание жилой базы отдыха представляло собой красивый двухэтажный коттедж с двумя балконами. На каждом этаже было по четыре номера (два люкса плюс два простых). Иосиф и Андрей поселились на первом этаже, заняв отдельные простые номера. Как бы Иосиф ни гавкал на Андрея, а Андрей не рычал на Иосифа, они ухитрялись оставаться хорошими друзьями, и их не угнетало соседство.

На втором этаже, кроме семьи Михаила, которая заняла два простых номера, расположились Олег, Ира и Машка, дочь Иры. Они заняли свободные номера-люксы. Причём, Олег и Ира выбрали себе первый номер, а Машке достался четвёртый, в другом конце коридора.

К девяти часам вечера настроение Иры (его у неё практически никогда не было) приблизилось к отметке «ноль», и она закатила скандал Олегу. Отправной точкой в этот раз стал Андрей («несчастное безмозглое создание с бицепсами», как она выразилась).

– Олег, ты тряпка, а не мужчина! – с маньяческим наслаждением накинулась на Олега Ира. – Этот гад сегодня весь день распускает руки, лапает меня, а ты делаешь вид, что ничего не замечаешь!

– Да, ты дура, Ирка! – взвизгнул, как закипающий электрочайник, Олег. – Из любой мухи делаешь слона! Надо уметь отличать дружеские шутки от реальных проблем.

– Ах, так! – взвыла Ира ещё громче. – Тогда я сейчас пойду и пересплю с ним – так, ради шутки!

– Делай, что хочешь! – злобно выкрикнул Олег и вскочил с кровати. – Если тебе от этого станет легче, и если ты шуток не понимаешь!

– Да мне шутки твои в горле уже стоят! Вот здесь! У каждой шутки должна быть граница! Я тебе обещаю, что, если ты в следующий раз не поставишь Андрея на место, я ему выцарапаю глаза!..

Пока Олег и Ира выясняли отношения, Михаил ухитрился скурить три сигареты подряд. Он никак не мог успокоиться из-за смерти девочки. Он пытался ещё раз проанализировать, почему они не вернулись в заброшенный дом второй раз. И каждый раз говорил себе, что всему виной был страх, который проник до самой глубины души, который просто невозможно было контролировать.

Что его так напугало? Что?

Первое, о чём он вспомнил, была леденящая кровь атмосфера, странные звуки: «тише – тишь – тише», как будто в заброшенном здании говорили стены. А потом – разлетевшееся на осколки оконное стекло на первом этаже, и этот странный смех, и топот детских ног, раздающийся в абсолютной темноте.

Лариса – она сидела у камина в каминном зале и любовалась горящим огнём – повернулась на стуле и посмотрела на Михаила, который стоял возле открытого окна.

– Что с тобой, Миша? Ты чего такой подавленный? – спросила она у мужа.

Михаил вздрогнул и повернулся лицом к Ларисе:

– Разве не понятно? – тихо произнёс он. – Мы поступили, как настоящие трусы. Мы должны были вернуться и продолжить поиски. Если бы мы вернулись, девочка осталась бы жива.

– Понятно… Чувствуешь вину? Знаешь, а я считаю, что вы и так смельчаки все. Я б вообще не пошла в тот дом. Мне было так страшно в тот момент, когда девочка резко появилась в окне и стала махать нам руками, что я чуть… не умерла на месте…

Михаил вздохнул.

– История всё-таки очень странная. Я никак не могу понять, как же получилось, что мы все дружно придумали девочку, и она сразу же, будто по волшебству, очутилась там, за окном… И именно за тем окном, за которым мы её вообразили…

– Вообще-то всё было не совсем так, – возразила Лариса. – Девочку придумал Андрей. Он сказал: смотрите, там, за окном, стоит девочка… с клыками.

19

Прежде, чем лечь спать, Михаил подошёл к двери и закрыл её на ключ. Артём открыл глаза:

– Папа, а чего ты постоянно закрываешь дверь?

Михаил пожал плечами, потушил свет, залез под своё одеяло и только тогда решил ответить:

– Это чтоб дядя Андрей не имел возможности меня разбудить ни свет, ни заря. Он у нас ранняя пташка. В пять утра ему уже не спится.

– А мне показалось, что ты чего-то боишься, – произнёс Артём и повернулся на левый бок. – Спокойной ночи, папка!

– Глупости не говори, твой отец ничего и никого не боится. И ты ничего не бойся, когда с тобой отец рядом. Понял меня?

Но Артём уже спал крепким сном и поэтому ничего не ответил. Михаил в очередной раз удивился тому, как быстро могут засыпать дети.

Спустя пару часов кто-то стал дёргать за ручку дверь. Михаил мгновенно проснулся.

– Кто там? – спросил он, прогоняя остатки сна.

Ручка дернулась ещё раз, и внезапно из-за двери раздался голос девочки:

– Открой! Это я – Ритори!

Михаил вскочил с постели и испуганно переспросил:

– Кто?

– Я! Ритори! Открывай, чего ты ждёшь?!

– Папа, кто там? – заворочался Артём, а потом со страхом посмотрел на входную дверь.

Михаил ничего не ответил и машинально потянулся к ручке. В этот же момент ручка двери бешено задёргалась.

– Открой же! – раздался настойчивый голос девочки за дверью.

– Папа, не открывай! – в панике закричал Артём.

Михаил почувствовал такой ужас, что несколько секунд простоял в шоке, с открытым ртом. Затем опомнился и сделал шаг назад.

– Я не знаю, кто ты! – заговорил он дрожащим голосом. – Уходи отсюда! Я тебе не открою!

В ответ Михаилу сильно затряслась дверь, и раздался звонкий смех девочки. Смех становился всё тише, тише, пока окончательно не растворился в ночи…

– Папа, что нам делать? – дрожащим голосом спросил Артём.

– Ложись спать, – отрешенно ответил Михаил. – Она ушла.

– Кто – она?

– Ритори.

20

Как только рассвело, Михаил тихо открыл дверь, вышел из своего номера и включил свет в каминном зале. Постучался в номер жене и спросил, всё ли у неё в порядке. Удивлённая Лариса ответила, что всё нормально. Он извинился и спустился по крутой лестнице во двор (первый и второй этаж, не имели лестницы, которая их объединяла, на каждом были свои входы и выходы).

Михаил с фонариком в руках направился к старому заброшенному зданию. Зачем это ему понадобилось, он и сам толком не мог бы объяснить. Но он дал себе слово, что не позволит больше страху сковывать его тело и сознание.

Михаил обошёл здание вокруг и не увидел в нём ничего страшного. Дом как дом. Только почему-то никому не нужный. Интересно, почему? Что в нём не так? Сделать бы ему капитальный ремонт, и здесь вполне могли бы отдыхать люди.

Он не заметил, как подошёл к входным дверям. Постоял возле них, разглядывая частично осыпавшуюся стену. Затем дотронулся рукой до стены, и она ему показалась горячей.

Михаил потянул на себя ручку двери и вошёл в здание. Несмелым шагом прошел первый этаж, поднялся на второй и приблизился к окну, на стекле которого было написано чем-то чёрным: «Ритори». Очень похоже на маркер или фломастер, отметил он про себя и внимательно осмотрелся по сторонам, осветив фонариком стены и пол.

Затем вновь повернулся к закрытому окну, посмотрел на стекло и воскликнул: «Не может быть».

«Тише – тишь – тише, – вдруг зашептали стены. – Беда». Михаил мог поклясться, что отчётливо услышал слово «Беда». «Тише – тишь – тише», – зашумели стены, заполняя всё пространство этим странным звуком. А затем, в коридоре, закричала девочка: «Папа, спаси меня! Папочка!». Знакомый голос! Он побледнел и рванулся в темноту.

– Оля! Доченька! Ты где?!

Ответа Михаил не услышал. Шёпот стен внезапно прекратился, в коридорах и комнатах посветлело… Михаил обыскал всё здание вдоль и поперёк, но Олю так и не нашёл.

Он выхватил из кармана мобильный телефон и набрал номер Ларисы.

– Миша, ты где?! – закричала Лариса. – У нас беда!

– С Олей что-то случилось?! – завопил в мобильник Михаил.

– Нет-нет… Что ты?! С Олей всё в порядке. Маша пропала! А на стене в её комнате написано «Ритори»…

21

Михаил зашёл в комнату Маши. На стене корчились черные, безобразно-корявые буквы. «Ритори».

Михаил закрыл глаза и попытался вспомнить почерк, которым было написано это же слово на окне. Он мог поклясться, что тот почерк был более аккуратным, буковки были одна в одну, ровненькие. Михаил хмыкнул, почесал бороду и вышел в каминный зал.

Ира рыдала, Иосиф пытался её успокоить:

– Ну, пожалуйста, не плачь. Мы найдём твою Машку. Не могла она никуда деться!

– Миша! – закричала Ира. – Пропала моя дочь! Нигде… Не могу найти! Я проснулась, а дверь… Дверь в её комнату была открыта…

– Зачем же Машка ей дверь открыла? – испуганно пролепетал Михаил. – Мы с Артёмкой открывать не стали…

– Кому – ей? – взвизгнула Ира.

– Ритори, – прошептал Михаил.

– Господи, что здесь творится? Кто мне объяснит? – взвыл Олег. – Надо звонить в полицию!

Андрей выхватил из кармана телефон и крикнул:

– Уже звоню! А вы не стойте, как истуканы! Собирайтесь, пойдём искать Машу!

Все взрослые, кроме Ларисы – она осталась со своими детьми, высыпали за территорию базы отдыха. И туда же вскоре прилетела с включенной «мигалкой» полицейская машина с тремя уже знакомыми полицейскими: Вадимом Дмитриевичем (полицейским со шрамом), Игорем и Антоном. Первым из машины вылез Антон – ровесник Вадима Дмитриевича – и спросил:

– Что случилось?

– Это сразу не объяснишь. Девочка у нас пропала. И на стене в её комнате написано слово «Ритори». Не могу вспомнить, что оно означает, – ответил ему Михаил.

– Сейчас это не важно! – махнул рукой Антон, – Кто-нибудь может ещё что-нибудь добавить полезное по делу?

– Да-да! – вскрикнул Олег и посмотрел на своих друзей, – Мы позапрошлой ночью ходили искать девочку в бывшем доме отдыха. Вон в том заброшенном здании! – Олег показал рукой на мрачное двухэтажное строение. Девочку мы не нашли, а вот на окне обнаружили надпись: «Ритори». Наверное, это написала девочка, которую мы искали.

Из машины вылез Вадим Дмитриевич и хлопнул дверью.

– Так-так, – произнёс он – Я носом чувствую, что здесь произошло преступление и приказываю всем задержаться до выяснения обстоятельств.

– Задержимся, не переживайте! – заорал Олег. – Только сначала Машку найдём. А потом задержимся!

– И где же вы её собираетесь искать? – поинтересовался Антон.

– Я знаю этот лес, как свои пять пальцев, – произнёс Андрей. – Давайте, его прочешем вдоль и поперёк. Может, Маша находиться где-нибудь здесь в лесу.

– В принципе, это правильное решение, – согласился с Андреем Вадим Дмитриевич, – Лес – это ограниченная территория, здесь есть смысл попытаться её поискать. Если не удастся её найти в лесу, тогда начнём прорабатывать другие варианты. Там уже, этим будут заниматься совершено другие люди.

– Так, давайте, быстрее подключайте и других людей! Чего Вы ждёте?! – не выдержал и заорал на полицейского Михаил.

– Не указывайте, что мне делать, – спокойным голосом произнёс Вадим Дмитриевич, – Я имею хороший опыт в таких делах, и знаю, что ещё рано поднимать всех на ноги.

– Эй, чего вы все стоите?! – махнул рукой Андрей и зашагал в сторону лесной развилки, – Давайте, двигайтесь за мной! От того, что мы стоим на одном месте, ничего не изменится.

22

Андрей шёл быстрым шагом. Все остальные еле поспевали за ним. Он был хмурым, раздражённым и двигался вперёд по узкой просеке, не оглядываясь по сторонам. У Михаила создалось ощущение, что Андрей будто знал, куда надо идти…

Михаил вдруг задумался, насколько хорошо знает Андрея. Он познакомился с ним в день рождения Олега (лет пятнадцать с тех пор уже пробежало) и сразу заметил, что Андрей недалёк в своём умственном развитии, с ним серьёзно можно поговорить только о футболе или хоккее. Работает охранником в каком-то большом клубе. Михаил попытался вспомнить название. В этом клубе, по рассказам Андрея, собирались все те, кого волновала политика города и государства в целом.

Михаил посмотрел Андрею в спину, ускорил шаг и крикнул:

– Эй, Андрюха! Слушай, а как называется тот клуб, в котором ты работаешь?

Гантеля притормозил, повернулся лицом к Михаилу, его рука легла на рукоятку охотничьего ножа, который висел в кожаном чехле на ремне. Михаил заметил этот жест, но не придал ему значения.

– Политический клуб «Оратор», – сказал Андрей. – Ты посмотри, Мишка, как Ирка расстроилась. Ещё чуть-чуть и у неё крыша поедет. Разве можно всё так близко к сердцу принимать?

– Ты дурак или притворяешься? – удивился Михаил. – У неё ж дочка пропала.

– Да понимаю я… Но истерить то зачем? Только делу мешает.

Михаил невольно ухмыльнулся. Все же природа на Андрюхе явно отдохнула.

– Умник какой выискался. Сказать-то легко, а попробуй успокой, она же – мать! – сказал Михаил и оглянулся на плачущую Иру и Олега, идущих позади всех. – Эй, не отставайте!

Ира громко зарыдала и уткнулась Олегу в плечо. Тот растерянно похлопал ее по спине, приговаривая: «Ну, ты чего?.. Успокойся!.. Найдем мы Машку, вот увидишь!..» Внезапно Иосиф сделал резкий шаг в их сторону и схватил Иру за локоть.

– Ира, я хочу тебе что-то сказать, – взволнованно произнёс он.

Все до одного резко остановились и уставились на Иосифа. Иосифу это не понравилось, и он рявкнул визгливым голосом:

– Что встали?! Идите, мы вас сейчас догоним!

Затем Иосиф посмотрел на Олега и тихо сказал:

– Олег, и ты отойди пока. Мне надо с Ириной кое о чём важном поговорить. Это касается только её и меня.

– Ничего себе заявочка, – буркнул Олег и нехотя отошёл в сторону.

– Иди, иди! – махнул рукой Иосиф. – Догоняй остальных. Мы быстро.

23

Через полчаса Андрей вывел всех к какому-то небольшому строению, огороженному забором, подошёл к калитке, открыл её и ступил на частную территорию. Михаил зашагал вслед за ним, стараясь двигаться как можно тише.

– Гантеля, ты это… Будь осторожен! – прошептал он в спину Андрея.

Андрей обернулся и приложил палец к губам:

– Тише… тишь… тише, – произнёс он, не заметив, как вздрогнул Михаил.

Андрей посмотрел на Ирину и Иосифа, которые прошли через калитку последними. Ира выглядела очень злой, а Иосиф – расстроенным.

Андрей почесал затылок и остановился на пороге, о чём-то задумавшись. Михаил и Олег проскочили мимо него и вошли в дом.

В коридоре лежала куча всякого хлама, среди него было много чего из пиротехники: петарды, ракетки, «салют в коробке», бенгальские огни.

Мужчины прошли мимо маленькой кухни и заглянули в единственную небольшую комнату, в которой играла тихая приятная музыка. В комнате стояли: старый диван, стол, два стула, телевизор на самодельной подставке и табуретка с игровой приставкой, подключенной к этому самому телевизору.

Михаил и Олег зашли в комнату и остановились возле стола. На столе лежала кукла Маши, а рядом – лист бумаги, на котором было написано чем-то красным: «Всем привет от Ритори».

– Вот же тварь! – завопил во весь голос Олег.

– Что же это за ерунда такая?! Ничего не понимаю! – сказал, подошедший к столу и вставший за спинами друзей, Гантеля.

Вадим Дмитриевич, Иосиф и Ира тоже вошли в дом. Полицейский начал осмотр жилища.

Ира, увидев записку, заорала, как шальная:

– Всё! С меня хватит! У меня больше нет сил, смотреть на это безобразие! Олег, отвези меня немедленно в город!

Михаил проглотил ком, подступивший к горлу, и удивленно спросил:

– А как же твоя дочь?! Ты что, не будешь её искать?!

Ира схватила Олега за рукав ветровки и потянула к двери.

– Ира, ты мне не ответила! – закричал ей вдогонку растерявшийся Михаил.

– Отвалите от меня! Я знаю, что делаю! – завизжала Ира.

24

Иосиф поменялся в лице. Как только Олег и Ира ушли, хлопнув калиткой, он схватился за сердце и вскрикнул:

– Что-то мне тяжело дышать…

Он, покачиваясь, побрел к выходу, сел прямо на ступеньки и закрыл глаза. Андрей выскочил следом за ним из дома и закричал двум полицейским, осматривавшим участок:

– Чего стоите?! Хватайте его и везите в больницу!

Те бросились к Иосифу.

– Я сам как-нибудь дойду, – произнёс слабым голосом Иосиф и попытался встать со ступенек. По его лицу потёк холодный пот.

Полицейские подхватили его под руки.

– Потерпи, слышишь, потерпи, друг! – затараторил один из них. – Ты не волнуйся, а? Дыши спокойно. Шагай к машине – и не вздумай умирать! Молодой ещё для этого!

25

Михаил и Вадим Дмитриевич вышли из лесного домика и подошли к скамейке, на которой сидел грустный Андрей и курил сигарету. Вадим Дмитриевич сел на скамейку, а Михаил прислонился к высокой берёзе.

Михаил достал свои сигареты и, молча, закурил. С каким-то душевным надрывом, он выпустил струю дыма, посмотрел в глаза Андрею и покрутил осуждающе головой.

– Скажи мне, Андрей, что означает слово Ритори?

– Это слово означает «Оратор», – со вздохом пояснил Андрей, старательно глядя вбок. – То есть тот человек, который может красноречиво распинаться перед толпой.

– И больше ты ничего не хочешь мне рассказать? – спросил Михаил после паузы.

Андрей опустил голову, лицо его стало красным.

– Ладно, давай, я сам расскажу, – заговорил Михаил. – Тебе и твоему дружку полицейскому. Про ваш идиотский розыгрыш. Как не стыдно?! Во-первых, он немилосердно затянулся, а во-вторых… Он же бесчеловечный! Вы что, совсем с дуба рухнули, а?!

– Да, перестарались мы, – криво усмехнулся Вадим Дмитриевич. – Шутка и впрямь не удалась.

26

Иосиф сел на землю возле куста «волчьей ягоды» и начал с хрипом хватать ртом воздух.

– Всё… Мужики… Не могу больше… Плохо мне…

Иосиф вдруг закатил глаза и упал головой прямо в куст. «А-а…», – простонал он и затих.

– Сердце, да?! Что делать, Антоха?! – закричал Игорь (один из полицейских).

– А я знаю?! – заорал в ответ испуганный Антон.

Он несколько раз ударил Иосифа по щекам, потом схватил его за руку и попытался прощупать пульс.

– У него пульса нет. Твою мать!!

27

– Да подожди ты, Вадя! Здесь что-то не так! – вскочил со скамейки Андрей. – Откуда взялась последняя записка?! Я ее не писал!

– Успокойся и сядь на место! Я тебе сейчас всё детально объясню, дурья твоя башка! – отрывисто произнес Михаил.

– Да, сядь ты, Андрей! – сказал Вадим Дмитриевич. – Нам, действительно, есть о чём поговорить.

Андрей расстроенным взглядом посмотрел сначала на Вадима Дмитриевича, затем на Михаила, топнул в отчаянии ногой и сел обратно на скамейку.

– Я ещё до того, как пропала Машка, понял, что всё происходящее – это чья-то злая шутка, жестокий розыгрыш, – заговорил Михаил. – Вы просчитались с закрытым окном, на котором девочка написала слово «Ритори». Как девочка смогла из него выпрыгнуть? Было только два варианта – либо она его открыла, выпрыгнула, и, пока летела вниз, кто-то опять его закрыл на защелки, либо она разбила стекло и выпрыгнула. Стекло целое. Сама она его закрыть, естественно, не могла. Я доступно объясняю?

Андрей кивнул, а Вадим Дмитриевич махнул рукой, мол, давай, продолжай, мы тебя слушаем.

– Если окно кто-то закрыл, в этом опять же нет никакого смысла. Зачем? Даже если девочку вытолкнули. Что это даст предполагаемому убийце?

– А может, он так следы путал, этот убийца! Ну, гипотетический убийца… – не согласился полицейский.

– Это не важно. Самое главное, что с того момента я стал наблюдать за всеми людьми, находящимися на базе, и анализировать их поступки, чего не делал до этого. А также обратил внимание на тот факт, что почерки, которыми написано слово «Ритори», разные. На окне написано рукой прилежной в учёбе девочки. Каждая буковка выведена очень аккуратно. А вот на стене в спальне Маши писал мужчина, у которого почерк настолько корявый, что лучше его вообще никому не показывать.

– С такой наблюдательностью тебе надо идти работать к нам в полицию. Таких, как ты, у нас очень ценят, – встрял Вадим Дмитриевич.

– И вот благодаря этой наблюдательности, я очень быстро понял, кто участвует в этом глупом розыгрыше. Когда Олег закричал, что нужно срочно звонить в полицию, Андрей настолько молниеносно среагировал на этот крик и выхватил из кармана мобильник, как ковбой пистолет из кобуры, что это сразу же бросилось мне в глаза. А затем, конечно, я уже не удивился тому факту, что вы так быстро примчались на место происшествия.

– Вот такие мы быстрые. А чего ты хотел? Умеем отлично работать, – хохотнул полицейский со шрамом на щеке.

– Ага, я ж ничего… Не спорю. Меня больше всего удивило имя якобы погибшей девочки, которая меня потом пугала ночью и смеялась, как сумасшедшая. Уж очень оно было мудрёное. И я подумал, что кому-то очень хочется доказать, что он очень умный чувак, что только очень-очень умные люди способны до такого закрученного имени додуматься. Извини меня, Андрюха, но когда мы шли по просеке, я уже ни грамма не сомневался, что этот «гений» – ты. И даже представил тебя, только-только задумывающим этот розыгрыш. «О, как я их сделаю! – думал ты. – Они наконец-то поймут, какой я прикольный и умный чувак!».

– Это точно! – согласился Вадим Дмитриевич. – Наш Андрей – мужик не промах, а мозгов маловато. Скажи мне, Андрюха, нахрена ты положил у меня в домике у всех на виду коробку с салютом и петарды? Ты же сразу выдал себя с потрохами.

– Я хотел, чтоб мы, как только розыгрыш закончится, это дело хорошенько отметили. Попили бы шампанское под звуки салюта и разрывающихся петард, – смущенно сказал Андрей.

– Вот же не человек, а сплошная умная голова. Шампанское спрятал, а петарды с салютом выставил всем на обозрение.

– Что ты понимаешь! – возмутился Андрей. – Я боялся, что Машка до шампанского доберется. Дети – они ж любопытные, всё им интересно потрогать, попробовать. Что ты, ребёнком не был?

– Был, – вздохнул Вадим Дмитриевич. – Вот из-за такого поганого любопытства шрам от петарды у меня на щеке и остался. Я зажёг её и кинул. Она упала и не бабахнула. Я её поднял и дунул в неё разочек, ну, чтоб она разгорелась…

– И что?

– И ничего хорошего…

– Ладно, проехали, – обиженно произнёс Андрей. – Вы мне объясните, кто написал записку, и куда Машка делась?

– Маша, скорее всего, давно уже сидит дома, – сказал Михаил. – И отвёз её туда Иосиф, который, каким-то образом, видать, подслушал твои разговоры с друзьями-полицейскими. И догадался про розыгрыш. Иосиф сам едва не погиб из-за этой дурацкой шутки, он же реально чуть не захлебнулся в том подвале. И поэтому, наверное, решил вас проучить и повернул этот розыгрыш против вас самих.

– Чёрт! Как я об этом не догадался! – вскрикнул Вадим Дмитриевич. – Я почему-то думал, что записка это – твоих рук дело. Ха! Получается, что этот подлец Иосиф в данный момент старательно запугивает Антона и Игоря своим больным сердцем, которое у него совершенно не болит. Вот кто умник-то настоящий!

Михаил засмеялся вместе с Вадимом Дмитриевичем. И только Андрей на это никак не среагировал.

28

Иосиф, высунув язык, лежал на земле с закрытыми глазами, по его подбородку текли слюни. Он осторожно приоткрыл один глаз и увидел следующую картину. Игорь и Антон, стоя на коленях, склонились к нему с двух сторон. В глазах Игоря плескался ужас.

– Нет!! Почему – я?! – закричал он.

– Ты, а кто же ещё?! – толкнул его в плечо Антон.

– Сам давай! – Игорь замотал головой (Иосиф к этому моменту успел закрыть свой любопытный глаз). – Не буду я ему делать искусственное дыхание, даже не проси!

– Я, как старший по званию, тебе приказываю! – заорал на Игоря Антон.

– У-у! – завыл Игорь и, не вытирая слюны с подбородка Иосифа, выдохнул воздух из своего рта в его рот. Иосиф при этом не растерялся, крепко обнял его и поцеловал в засос.

Игорь еле вырвался из крепких объятий Иосифа.

– Ты чё творишь, придурок! – всё, что успел выкрикнуть он, прежде чем его вывернуло наизнанку.

29

– Дайте кто-нибудь и мне сигарету, – попросил Вадим Дмитриевич.

Михаил, закуривший очередную сигарету, протянул пачку полицейскому. Тот вытянул сигарету и благодарно кивнул.

– И всё-таки, Михаил, никто из нас не осмелился произнести некоторые вещи, – тихо заговорил Вадим Дмитриевич и поднялся со скамейки, – про которые знаем мы все, но боимся сказать, потому что они не поддаются никакому объяснению. В этом заброшенном здании что-то не так. Помните, к примеру, громкий смех девочки? Смею всех вас заверить, что в этот момент Игорь и его дочка Света уже покинули это жуткое строение. Клянусь вам, я сам это видел.

– Я не понимаю, о чём это ты? – удивился Андрей. – Разве это не Светка смеялась? Так звонко смеётся только она, я в этом уверен на сто процентов.

– Скажи мне, Андрюха, как она могла смеяться, если я её своими глазами видел в окно. Она шла к нашей машине, а машина была с включенными фарами. Я ошибиться никак не мог, – возразил ему Вадим Дмитриевич. – Признаюсь, камень в окно кинул я. А вот смех девочки – это выходит за грань моего понимания.

– Тише… тишь… тише, – прошептал Михаил. – Такое ощущение, что в этом здании воспроизводятся звуки, которые прозвучат в скором будущем… Бред это всё, конечно… Ладно, давайте возвращаться на базу. Выпьем пару бутылочек пива за неудавшийся розыгрыш.

З0

Антон и Игорь минут десять не могли прийти в себя, после того как поняли, что Иосиф их конкретно разыграл. Антон хохотал без умолку: он катался по земле и держался за живот. Чуть-чуть успокаивался, вспоминал произошедшее, и вновь впадал в истерику. Игорь, отплёвываясь, совал Иосифу под нос кулак.

– Ах ты, гадина! – возмущался он. – Ты чего целоваться полез?! Педик, что ли?

Когда все трое мужчин успокоились, они поднялись с земли и в весёлом настроении пошли к базе отдыха.

Иосиф и два милиционера вышли на широкую лесную дорогу, идущую мимо заброшенного здания. Иосиф автоматически поднял голову и посмотрел на окно, в котором первый раз увидел «мистическую Ритори» и улыбнулся. В окне была видна девочка, она отчаянно махала руками. Иосиф повернулся к Игорю и спросил:

– Не надоело ещё твоей дочери изображать Ритори? И нечего ей там одной бродить, пол совсем прогнил, еще провалится… Папаша, тоже мне…

Полицейские остановились, как вкопанные, и, задрали головы вверх.

Девочка всё так же отчаянно махала руками, а затем принялась что-то писать на стекле.

– Светка давно уже дома. Я её сам вчера на машине отвёз, – прошептал Игорь.

– Я так понимаю, шутки ещё не закончились, – предположил Антон.

Иосиф подошёл поближе к дому и внимательно присмотрелся.

– О, Господи! – вскрикнул Иосиф. – Это ж Олька – дочка Михаила! Что она там делает?

Внезапно Оля начала лупить кулаками по стеклу. Стекло загремело. Затем бедная девочка исчезла на несколько секунд и резко появилась. Видимо, с разбегу дитё запрыгнуло на подоконник, налетело на стекло и, вместе с осколками, полетело вниз. Приземлилась Оля неудачно – она ударилась головой о камень, на котором в свое время лежала голова Светы, испачканная красной краской для пущего эффекта.

Иосиф страшно закричал и кинулся к несчастной девочке.

Вокруг Олиной головы начала растекаться кровь. Иосиф поднял её бездыханное тело с земли и побежал к полицейской машине. Игорь и Антон бросились вслед за ним.

– В больницу! – заорал Иосиф. – Срочно!!

31

Михаил почуял неладное, когда увидел свежую кровь на камне. Он сразу же побежал к их базе отдыха. Андрей и Вадим Дмитриевич рванули за ним.

Очутившись на территории жилой базы отдыха, Михаил вдруг резко остановился. У его ног, на тротуарной плитке, было выведено чем-то красным: «РИТОРИ РАЗОЗЛИЛАСЬ». Михаил быстрее реактивного самолёта взлетел на второй этаж и закричал:

– Лариса! Дети! Где вы?!

В этот момент на улице раздались два выстрела. Поняв, что в доме никого нет, Михаил выскочил во двор. Никого. Затем он бросился к сараю, в котором лежали дрова для мангалов.

В сарае, на полу, в луже крови, лежала его жена Лариса. Ее шея и руки были изорваны в клочья. Над ней, склонившись, стоял на коленях его сын Артём и громко рыдал.

32

Все друзья Михаила (кроме Иры) и трое полицейских – Вадим Дмитриевич, Антон и Игорь, молча, стояли у темных дверей в узком помещении морга. Они не смотрели друг на друга, лица их были бледны. Никакие слова не шли на ум.

Свет в коридоре неприятно мерцал. Тёмная дверь медленно, с каким-то жутким скрипом, стала открываться, и через несколько секунд на пороге появился врач-патологоанатом:

– Девочка умерла не от черепно-мозговой травмы, а от разрыва сердца, – тихо произнёс он. – Врачи пытались её спасти, но сердечко остановилось, не выдержав очередной нагрузки, и запустить его уже не смогли.

Михаил кивнул, повернулся и, так и не взглянув ни на кого, вышел. Никогда в жизни он потом не встречался ни с одним из бывших друзей.

– Как всё это могло случиться? – простонал Иосиф, постаревший, казалось, лет на двадцать.

– Как, как… Да очень просто! – громко и зло сказал Вадим Дмитриевич. – Ты, Иосиф, рассказал Ире о розыгрыше и о том, что отвёз её дочь домой. Она в бешенстве сорвалась и побежала на базу, чтоб быстро, никого не дожидаясь, собраться и вместе с Олегом уехать домой. Пока Олег ждал Иру в машине, она решила на злую шутку ответить злой шуткой и написала на плитке возле коттеджа «РИТОРИ РАЗОЗЛИЛАСЬ». Затем поставила возле забора, рядом с вольером для собак, две пустые двухсотлитровые пластиковые бочки, взяла швабру, взобралась на бочки и открыла шваброй защёлки, выпустив злых, голодных собак на волю. Перепрыгнула забор и свалила. Лариса, видно, пошла посмотреть, что происходит с собаками, и они загнали ее в сарай… А дальше… Дети заволновались, куда делась их мама. Артём пошёл её искать, да так и не вернулся. Тогда Оля вышла во двор, увидела страшную надпись и побежала за территорию, зовя мать и брата. С территории базы выскочила одна из овчарок и бросилась в погоню за Олей. Оля попыталась скрыться в заброшенном здании, но не додумалась закрыть двери, и овчарка её нашла на втором этаже… Ей ничего не оставалось, как выпрыгнуть из окна…

33

Два года спустя после описанных событий Михаил с сыном приехали к заброшенному зданию и положили цветы на тот камень, под окном. Время совершенно стерло с него следы крови.

Михаил, поседевший и постаревший, со вздохом дотронулся рукой до стены здания. Она уже не была такой горячей, какой он её помнил. Обычная дряхлая стена…

– Этот дом предупреждал меня о том, что надвигается беда, но я его не понял, – произнёс он.

А потом повернул голову и кинул взгляд на другую уже давно пустующую базу отдыха. Ту самую, где они с друзьями когда-то так весело проводили время раз в три года…

1 сентября 2012 года

Рассказы

Мне никто не поверил

1

Мне никто не поверил, что у нас в квартире появилось привидение: ни жена, ни сын, ни дочь. Ни тесть, которому я позвонил. Ни тёща, которую я встретил на рынке. Вообще, никто!

Так бывает. Когда ты придумываешь много разных историй, люди перестают серьёзно относиться к тебе и твоим рассказам, считают чудаком, живущим вне реальности.

Свои нереальные истории я придумывал на кухне, потому что специальной рабочей комнаты, у меня не было. Сочинял я с удовольствием. Только вот редко кто интересовался, о чём я пишу, не веря в мои писательские способности. Но я не отчаивался и творил, мечтая стать признанным писателем.

Представьте ночь: небо полное звезд и растущую луну. В двухкомнатной квартире на десятом этаже все спят, кроме отца семейства. Он тихо, никому не мешая, строчит свои непризнанные мемуары.

Строчка за строчкой рождается на белом листе бумаги. Я пишу долго и увлечённо, но вдруг чувствую, что кто-то на меня смотрит. Жена – кто же ещё? Пришла сказать, что я засиделся, а завтра мне на работу, и я буду опять жаловаться на головную боль и разбитость.

Я повернулся, что бы сказать ей: «Всё, я иду спать. Не волнуйся». Но осёкся на полуслове. В маленьком коридорчике за кухонной дверью кто-то или что-то дёрнулось в сторону и исчезло в районе кладовки, словно я это нечто напугал, и оно спряталось. Мне стало жутко холодно и чуточку даже затрясло.

Померещилось, решил я. Выключил свет на кухне, залез под одеяло (так, на всякий случай; с детства помню: ужастики под одеяло не залезают) и, обняв жену, захрапел, как ни в чём не бывало.

2

В следующую ночь всё повторилось. Опять я почувствовал взгляд и медленно начал поворачиваться. В доли секунды я различил за дверью ярко – мерцающий силуэт женщины: худенькой, красивой, с длинными волосами и глазами, полными отчаяния. За очень короткое (можно сказать ничтожно малое время) я запечатлел в мозгу её образ. А она, достигнув того, чего хотела, исчезла в том же направлении, что и в предыдущую ночь.

3

Сначала я рассказал обо всём жене. Она посмеялась и сказала мне, что придуманные мною страхи скоро меня доконают, и я попутаю в голове своей, где реальность, а где вымысел. Примерно то же самое сказал сын. Дочь – самая младшая в нашей семье и самая мудрая – заявила, что я сам как приведение. Не сплю и другим не даю. Хожу, брожу из угла в угол, когда все нормальные люди спят.

С логикой не поспоришь.

Тестю я позвонил на работу. Он меня выслушал и посоветовал попить валерьянки. Тёща заявила, что у неё и без моих странностей забот хватает.

4

Собрал нас вместе очень хороший праздник – день рождения сына. Засиделись мы допоздна и поняли, что пришло время для торта с ярко горящими свечами. Потушили свет и стали ждать, когда моя супруга принесёт своё чудесное творение. Она завозилась на кухне. А мы, расслабившись, продолжили о чём-то спорить. И тут мы услышали шаги: кто-то шёл в направлении стола. Туп, туп-туп, туп-туп-туп. Такое ощущение, что этот кто-то взял громадный разбег. Туп-туп закончилось тем, что с диким грохотом налетело на стену, и оттуда повалилась картина, создав этим дополнительный шум.

Все замерли. Я включил свет – никого, кто бы мог бежать и удариться так сильно об стену. Челюсть не отвисла только у меня и у моей жены, которая с тортом вышла из кухни.

– А почему до сих пор свет не выключен?– спросила она.

– А нам и со светом не плохо, – ответила тёща.

5

Когда в очередной раз я почувствовал, что она на меня смотрит, я набрался смелости и решил пойти с ней на контакт. Я спокойным голосом произнёс:

– Не уходи. Давай поговорим.

По мере того как двери на кухню начали медленно открываться, волосы на моей голове так же медленно начали подниматься. Двери открылись полностью. Я провёл рукой по черепушке, а ёжик из волос как стоял, так и продолжил стоять (плевать этому ёжику было на мою руку, когда здесь такое творится).

Туп – туп… Бац!

Стакан с водой, стоящий на столе, вдруг захотел полетать. Такое ощущение, что по нему ударили. Он слетел со стола и, набрав скорость, врезался в стенку.

Тогда это происшествие я никак не связал с поломанным и уже третий месяц не функционирующим смесителем на кухне. У меня не было денег купить новый – моя скромная зарплата инженера не предусматривала такой роскоши.

– Эй, потише, не пугай людей.

Привидение послушалось и ушло, хлопнув дверью.

6

Следующий день выдался тяжёлым. Я очень устал на работе, пришёл домой, поел и сразу лёг спать. В час ночи меня разбудила жена:

– Ты слышишь?

Я открыл глаза и увидел интересную картину. На одной половине нашей двуспальной кровати лежу я (поднял веки и увидел своё большое пузо, занимающее законную половину), а на другой – всё оставшееся моё семейство. Мало того, что они лежат вповалку на таком небольшом пространстве, так все ещё с ужасом смотрят на меня, по типу, что я здесь делаю, почему я ещё не на кухне?

– Проснись, Лёша! Ты слышишь?

В квартире, а точнее на кухне, творилось нечто страшное. Разбивалась вдребезги посуда, гремели табуретки, ходил ходуном холодильник. Стояла такая катафония звуков, будто злая жена пришла с работы, и ей никто не приготовил покушать.

– Лежите спокойно. Я разберусь, – попытался успокоить их я и неуверенно поплёлся на кухню. Честно скажу, самому было страшно.

Я открыл двери и громко крикнул:

– Прекращай истерику!

В ответ мне в лоб полетел стакан с водой. Я отмахнулся от него и заговорил, пытаясь не выдать своё волнение:

– Это не выход. Ты в отчаянии и не контролируешь себя. Но ты ни на йоту не сдвинулась. Успокойся и думай. Только ты одна можешь знать, что тебе нужно. Значит, только ты одна можешь найти выход. Не бойся здесь никого. В этом доме тебя никто не обидит.

Внезапно всё стихло. А через несколько секунд я услышал что-то похожее на всхлипы. Привидение плакало.

7

Утром я почувствовал слабость и попытался подняться с постели, но у меня так сильно закружилась голова, что я, сразу же, отказался от этой идеи.

– Ты весь горячий, – заговорила жена, проснувшись.

Я обвёл взглядом зал. Дети сидели в креслах и, по-видимому, боялись идти на кухню, несмотря на то, что я им объяснил, что приведение безобидно.

Я пошевелился и тяжело закашлял. Жена достала градусник из аптечки и протянула его мне.

– Тридцать девять и девять, – сказала она, после того как я его ей вернул, – Вот тебе и безобидное приведение.

Два дня вся моя семья боролась с напастью, которая меня душила. Я постоянно находился в каком-то бреду, и мне казалось, что я уже не поправлюсь и скоро умру.

Врачи размахивали руками. Кашель мой, говорили они, беспричинный, горло моё чистое не воспалённое, хрипов ни в бронхах, ни в лёгких не прослушивается.

Вслед за ними приехал мой друг – врач со стажем – сделал мне пару уколов и поставил диагноз: «Ты лодырь!». Уехал куда-то и вернулся через три часа с новым смесителем на кухню и сам установил его, а старый выбросил в мусоропровод.

8

Я непрерывно боролся с температурой. Совсем зачах. Жизнь мне казалась безумием. А священник, который читал надо мной молитвы – глупцом.

– Изыди, сатана, – только и слышал я, когда на какое-то время приходил в себя.

А потом я увидел её: невысокую, худенькую, с длинными волосами, очень красивую женщину. Она вытирала холодной тряпкой мне лоб и говорила:

– Не бойся, я справлюсь. Они не одолеют тебя.

– Кто они?

– Проводники. Они, как правило, забирают души тех, кто имел соприкосновение с нашим миром. Больше я о них пока что ничего не знаю. Есть предположение, что они первооткрыватели перемещений в параллельные миры.

– Кто ты?

– В вашем мире таких, как я, называют сумасшедшими учёными. Я доказала существование параллельных миров. Более того, скоро смогу доказать существование перпендикулярных миров и просто пересекающихся. Попасть в пересекающийся мир очень сложно, потому что у двух пересекающихся миров только одна точка соприкосновения.

– Ты не можешь найти выход из нашего мира в свой?

– Очень долго не могла. Но, в конце – концов, нашла.

– Тогда почему не возвращаешься в свой мир?

– Я не брошу тебя в беде. Это схватка дело чести, – она нагнулась и поцеловала меня в щёку.

– Почему у меня высокая температура?

– Я готовлю тебя к перемещению в свой мир. В этом мире тебе оставаться нельзя.

– А как же моя семья?

– Для них ты временно впадёшь в кому.

9

Я пришёл в себя на больничной койке. От жены я узнал, что ровно тридцать суток я пробыл в коме. А вывел меня из неё священник из Зельвы – батюшка Арсений.

Самое последнее, произошедшее со мной до того как я вышел из комы, что я помню, что кто-то со мной прощался и, мне было жаль расставаться с ним. Всё остальное – состоялось ли это перемещение в параллельный мир или не состоялось – покрыто мраком.

Мой друг, который установил нам новый кран на кухне, очень долго спал с включенным светом, стал верующим, каждый вечер ходил в церковь и ставил свечи за своё здравие и здравие своих близких. И однажды попросил меня, чтобы я прекратил доставать его в ночных кошмарах с просьбой о помощи.

Улыбка смерти

1

Говорят, нельзя отвечать на голоса людей, раздавшиеся за вашей спиной или где-то рядом, пока вы не убедитесь, что те принадлежат реальным людям, а не тишине и мраку. Даже, если кажутся до боли знакомыми. Нельзя, потому как зовёт сама СМЕРТЬ.

Я не раз в жизни сталкивался с подобным и не придавал значения. Случалось это неожиданно. Тихо и как-то неестественно кто-то звал меня по имени, и всегда казалось, что зовут родные или близкие. Я оборачивался, и… никого.

Иногда наша психика под воздействием различных стрессов расстраивается, и мало ли что может послышаться.

И всё-таки в этом явлении что-то есть. Я хочу рассказать несколько историй, которые остаются в моей памяти, как нечто странное и необъяснимое…

В тот мрачный день я убирался в цеху. Сперва подмёл, затем размотал резиновый шланг и включил холодную воду.

Я промыл все трещины, вычистил углы, отдраил стены, транспортёр, рабочие реакторы. И наконец-то добрался до стола, на котором стояли весы. Я выгнал сильным напором воды из-под него грязь и заметил кусок какого-то кабеля. Я потянулся, чтоб достать его и выкинуть. Мне показалось, что это какой-то обрезок, и он просто лежит на земле.

И в этот момент меня позвала мама. Я точно помню, что это был её голос. Я ещё удивился, что она делает во дворе производства. Она ведь, вроде как, и не знает, где я работаю. Я недавно сюда устроился и ей об этом ещё не сообщал.

– Мама?! – выкрикнул я и обернулся.

Ответа мне не последовало. Я так и не дотянулся до кабеля. Резко встал, выключил воду и вышел во двор. Никого. Только какая-то неприятная тишина. Такое ощущение, что я оглох. Позже, именно эту, давящую на нервы абсолютную тишину, я описал в своём романе «Молчание».

Мне в тот момент стало как-то тоскливо и холодно одновременно. Мне так захотелось увидеть свою маму, обнять её и просто сказать ей: «Мамочка, ну как ты там? Что-то я совсем соскучился по тебе».

Я достал пачку сигарет и закурил, а через неделю узнал от электрика, что это за кусок кабеля под столом. Чисто случайно у него спросил. Он, оказывается, тогда сам его увидел в первый раз.

Какое же моё удивление было, когда я разглядел, что кабель этот торчит прямо из бетона, а не просто лежит на земле. А электрик, сделав необходимые измерения, сообщил мне:

– Под напряжением…

– Двести двадцать? – спросил я у него.

– Триста шестьдесят, – ответил он.

2

У водителей, есть примета, что если им вдруг видится на дороге чёрный пёс, то надо остановиться и хорошенько отдохнуть. Это как бы последнее предупреждение. И если не остановишься – значит, беды не миновать. С чёрным псом, к счастью, мне встречаться не приходилось. И слава Богу! Но мне повезло увидеть кое-что более интересное.

В свое время я поработал водителем грузового буса. Работы было много, платили неплохо, по принципу, чем больше проедешь, тем больше получишь. Я спал по три – четыре часа в сутки. С машины практически не вылезал, мелкую нужду справлял в пластиковые баночки, которые сразу же выкидывал в окно.

Я приспособился и есть на ходу, и смотреть телесериалы. Я много курил и выпивал не меньше восьми чашек горячего кофе, который постоянно возил с собой в термосе. Знакомые и близкие стали мне говорить о том, что моё лицо опухло как у неизлечимого алкоголика, что выгляжу я совсем неважно – хуже всякого наркота. Что мне можно сниматься в фильмах про зомби без грима.

Но я никого не слушал. Я настолько привык к перенагрузкам, что просто их не ощущал. Я зарабатывал больше других водителей, и мой мозг с наслаждением подсчитывал денежки, которые накапливались из-за того, что у меня не было времени их тратить.

В тот день я почувствовал очень неприятную слабость. Не такую, как обычно. И решил так. Сегодня ещё съезжу в рейс, а на завтра обязательно возьму отгул. Мне очень тяжело далась дорога в одну сторону. А надо было ещё ехать и назад. И я тронулся в путь.

Время приближалось к семи вечера, асфальтированная дорога плавно плыла передо мной. По бокам мелькали высокие стройные сосны. И в какой-то момент я почувствовал, что усталость от меня отцепилась. На душе стало очень приятно, и хорошие мысли полезли в мою голову. Я подумал, что обязательно завтра погуляю по городу и зайду к двоюродной сестре в гости. Она моя ровесница – и мы вечно здорово проводим время. Я вспомнил, что когда в последний раз был у неё, то ухитрился переспать со случайно нагрянувшей к ней в гости её одноклассницей. Какой же я тогда был пьяный.

Я почувствовал, как красная краска разлилась по всему лицу, и обратил внимание на лыжников, одетых в светоотражающие куртки. Они передвигались с двух сторон моей машины, и их было довольно много. Я улыбнулся им и помахал рукой. Молодцы ребята! Ведут здоровый образ жизни. И тут же до меня дошла ужасная и неприятная мысль, она в буквальном смысле ворвалась в моё сознание: « Какие нахрен летом лыжники»!

Первым делом я резко нажал на тормоз. Машину хорошенько развернуло, и она замерла на одном месте. Я осторожно вышел из неё и уставился на край обрыва, с которого благодаря лыжникам мне было не суждено слететь. Спасибо Вам, лыжники! Я до него не доехал ровно два метра.

До сих пор не могу вычислить, сколько километров я проехал, отключившись от реальности. Помню, что после того, как пришёл в себя и огляделся по сторонам, я не увидел ни асфальтированной дороги, ни высоких сосен, ни лыжников, конечно же.

3

Я так и не повстречал в своей жизни никого, кто так же, как и я, видел улыбку СМЕРТИ. Может, таких людей вообще не существует, если не считать меня самого. Я один такой везунчик.

Задумайтесь, что чувствует человек, увидев её перед собой? Каково это взглянуть в глаза самой СМЕРТИ?

Лично я не мог нормально заснуть месяца три, вспоминая ЕЁ. Тогда я уже работал заведующим складом, хорошенько разжирел от булочек и крепкого сладкого кофе, без которого я просто не представлял себе существования нормальной жизни.

В тот день к нам приехала разгружаться на склад фура с сырьём. Хочу объяснить, что огромное здание, приспособленное под склад, изначально было задумано совершенно для других целей и нормального подъезда для фур к этому зданию не было. Но наши водители были ушлыми ребятами и это их не пугало. За рулём фуры, что приехала с сырьём, сидел новый водитель, и он сразу же как-то не так, как все, стал заезжать во двор склада. Для того, чтоб хорошенько завернуть в этот двор, он, сдавая назад, колёсами тягача наехал на бордюры.

– Твою мать! – выругался он.

Я ленивой походкой обошёл спереди его кабину и уставился на бордюры, которые он неплохо развалил. Вот же, блин! Теперь объясняйся директору, как это получилось. Я попытался заглянуть в саму кабину, но солнце, бьющее ярким светом мне прямо в глаза, не давало нормально рассмотреть лицо водителя. Я отошёл на несколько шагов назад, ещё раз взглянул в кабину через лобовое стекло c целью увидеть лицо виновника этого досадного происшествия и тут же увидел ЕЁ.

Я увидел лицо женщины. Не молодое и не старое. Какое-то очень уж правильное, симметричное, не сказать что красивое, но запоминающееся своим невинным и добрым выражением. И вдруг это доброе ласковое личико улыбнулось мне такой злой и неприятной улыбкой, что я мигом отвёл взгляд и посмотрел вверх. Почему вверх – не могу объяснить. И заметил летящий на меня вместе с яркими лучами солнца громадный бетонный фонарный столб. Моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я бросился в первую попавшуюся сторону, на бегу пытаясь понять, траекторию падения этого столба. Я пробежал метров пять, и фонарный столб лёг на землю рядышком со мной параллельно линии, по которой я бежал.

Только через минут пять, я понял, что случилось. Водитель фуры мало того, что наехал на бордюр, он же ещё и зацепил фонарный столб и вот почему он выругался: «Твою мать»! Действительно, «ТВОЮ МАТЬ!!!!!!!»

В трёх шагах от беды

1

Эта история произошла со мной и моей семьёй жарким августом 2010 года, когда мы отдыхали на небольшой турбазе на озере. В тот день температура воздуха превышала тридцать восемь градусов, а вода в озере была как парное молоко. На место отдыха и купания мы приплыли на лодке, которую взяли на прокат. От берега к воде вёл только один путь: по широкому мостику, так как вдоль всего берега росли камыши. Дно было илистым и вязким, ноги по щиколотку утопали в нём, но для детей, которые из-за спасательных жилетов не доставали до него, это не имело никакого значения.

Мы с детьми придумали себе развлечение под названием «бомбочка». Смысл заключался в том, что необходимо было разогнаться и прыгнуть с мостика в воду, создав этим эффект взрыва, при котором вода разлеталась на миллионы брызг в разные стороны. Три «бомбочки» – папа, дочь и сын – с глазами полными восторга летели друг за другом в воду. А мама всё снимала на видеокамеру.

Вдоволь накупавшись, мы вылезли на берег сохнуть на солнышке. Жена, обняв меня, заметила:

– Посмотри на наших детей, как мало им надо для счастья.

– Счастье – это то, что вы все у меня есть, – закричал я во весь голос, схватил младшего ребёнка на руки и подкинул высоко вверх.

– Ещё! Ещё! – вопил мой сын, а я ощущал себя самым счастливым отцом на свете.

2

Пришло время нам возвращать лодку на пристань, и мы отправились обратно. Подплывая к Г-образному причалу с двумя мостиками для прыжков в воду, мой сын попросил высадить его прямо с лодки на деревянный настил пристани и уже оттуда, состроив глазки и изображая ангелочка, которому ну просто невозможно отказать, начал умолять:

– Папочка, можно я прыгну с мостика. Я ведь умею плавать.

Мне не хотелось ему отказывать. Его защищал надёжный жилет – утонуть он никак не мог. Мостик находился в трёх метрах от меня. Вода была спокойная, но мутная. Доплыть до берега моему сынишке после прыжка ничего не стоило. Да и я, если понадобиться, в считанные секунды мог бы доплыть до малыша.

– Сынок, без папы я не разрешаю, – закричала моя жена.

– Да пускай прыгает, я рядом, – успокоил я жену, и для верности прыгнул с лодки в воду.

– Прыгай! – скомандовал я и поплыл, не торопясь, поближе к нему.

Моему сыну для прыжка оставалось три шага. Он был наготове, весь собрался и улыбался самой счастливой детской улыбкой: «Спасибо, папа, что разрешил».

Пока он настраивался для прыжка, я уже доплыл до того места, где он должен был с брызгами влететь в воду, и моё сердце ёкнуло в одно мгновение. Волосы на голове стали дыбом, и я закричал:

– Стой, где стоишь! Ни шагу!

Ребёнок испугался и замер на одном месте. Жена и дочь смотрели на меня в недоумении: что же всё-таки произошло?

А я стоял и не мог даже пошевелить губами. Сердце моё выпрыгивало из груди. А перед глазами всплывала страшная картина:

– Папочка, можно я прыгну с мостика?

– Можно, – отвечаем мы дружно с женой.

Сынуля мой, не задумываясь, разгоняется и делает последний прыжок в своей жизни.

Что же такое страшное ждало моего сына после прыжка в воду? Какую ошибку беспечно допустил я? А вот какую! Прежде чем разрешить прыгнуть, я должен был проверить то место, куда он будет прыгать.

Я с ужасом ещё раз нащупал в воде острый железный штырь, толщиной с палец. Кто его всобачил глубоко в дно и с какой целью я не знаю и не смогу узнать. Но то, что этот не очень тонкий стержень металла, торчащий чуть ли, не до самой поверхности воды, пробил бы насквозь тело моего сынишки, я даже не сомневался. Если бы не сомнения жены и её предосторожность, я бы не прыгнул в воду и не обнаружил этот стержень, а ребёнку разрешил бы прыгнуть, то штырь сделал бы своё злое дело.

Я долго, с нечеловеческими усилиями, вырывал его из илистого дна, и проклинал себя за свою безответственность и глупость.

Я на всю жизнь запомнил произошедший случай. Если б мой ребёнок сделал три шага раньше, чем я доплыл до рокового места, то никогда бы больше не увидел его живым. Я понял одну истину – счастье – это очень хрупкое создание, поэтому его нужно тщательно оберегать. Ведь тот счастливый день мог превратиться в кошмар. Как бы счастлив ты не был, а осторожность «отключать» до конца не следует.

И закрыл глаза: что будет, то будет…

Большие города всегда поражают своим ритмом жизни. Люди постоянно куда-то спешат, опасаясь потерять драгоценные капли его величества времени. Они боятся чего-то не успеть, и их нельзя винить за это, потому что жизнь настолько коротка, а надо сделать так много.

Я, сидя за рулём автомобиля и смотря в тёмную вечность, хочу сообщить, что время способно замирать, превращая реальность в один остановившийся кадр из-за того, что кто-то торопит своё время и летит по жизни, сломя голову.

Скажи, куда ты спешишь?!

Сегодня я встал очень рано с таким ощущением, как будто не сделал вчера что-то очень важное. Настроение у меня было странное, философское. Но при этом хорошее, бодрое. Я выпил чашку горячего кофе и приготовил яичницу с ветчиной для жены.

– Доброе утро, солнышко, вставай, – разбудил я её и поставил поднос с завтраком на прикроватную тумбочку.

– М-м, не охота совсем.

– Вставай-вставай, кто же согреет этот мир своими лучиками?

Она улыбнулась мне.

– Ты только сегодня не задерживайся. Хочешь посмотреть подарок, который я купила?

– Ай, главное, чтоб ей понравилось.

– Понравится, не переживай.

– Опять ей купила машинку на радиоуправлении? – спросил я, выражая своё неудовольствие.

– Милый, ты обижаешь. Нам уже восемь как никак…

– О, Боже! – не поверил я. – Разве?

Поцеловав жену в щёчку, я вышел из дома и направился в гараж. В такие дни, как сегодняшний, хочется парить в облаках, чувствовать свободу, силу и энергию. Я шёл и думал о том, какой бы мне сюрприз приготовить на день рождение дочери. В голову лезла куча первоклассных идей, и я представлял, как их осуществляю. Я видел где-то там в своём сознании счастливые улыбки моих домочадцев.

Погружённый в нежную оболочку счастья, я сел за руль автомобиля и выехал на свободную дорогу. Пробок не было, потому что город ещё полностью не ожил.

Светофор, к которому я подъезжал, не работал. Регулировщик показал мне, чтоб я остановился и пропустил пешеходов. Сначала дорогу перешли три женщины, за ними хромой мужчина и старушка, и после них на дорогу ступили две девочки. Они уже практически прошли до середины моей полосы, и до моего слуха донёсся рёв двигателя. Я повернул голову влево и внезапно увидел растерянное лицо регулировщика и его немой ужас в глазах.

Я быстро взглянул в зеркало заднего вида и понял в чём дело. По соседней полосе неслась машина с невероятной скоростью, она вот-вот должна была сравняться с моей. Девочки о чём-то весело разговаривали и не видели надвигающуюся опасность, так же, как не видел девочек из-за моей машины горе-водитель.

Решение пришло в доли секунды. Я молниеносно отпустил сцепление и нажал на газ, повернув при этом руль влево до упора, и перегородил дорогу лихачу.

«Скажи, куда ты спешишь?!», – прошептал я и закрыл глаза: что будет, то будет…

Когда я их открыл, то откуда-то сверху, сквозь прозрачные облака увидел кучу металлолома на дороге и регулировщика, крепко держащего за руки девочек. Они становились для меня всё меньше и меньше, потому что я отдалялся от них всё дальше и дальше.

Папа успел

Я хочу предупредить тебя, мой дорогой читатель, что возможно эту историю ты от кого-то уже слышал. Подобные истории люди часто рассказывают друг другу, и нет ничего удивительного в том, что кто-то поведал её тебе раньше меня.

Я собираю такие истории в свою копилку, чтоб обязательно рассказать их кому-то ещё, правда, по-своему, так, как я их вижу, ощущаю и понимаю.

Мы вечно с вами куда-то опаздываем, постоянно выходим на десять минут позже, чтоб галопом помчаться, не разбирая дороги туда, куда нам надо. Всё дело в том, что мы так устроены, и по-другому жить не можем.

О чём мы думаем, когда опаздываем? Главное успеть!

Вадим Рябиков, его жена Анжела и девятилетний сынишка Егорка действительно боялись опоздать на автобус, который должен был довести их до железнодорожного вокзала.

– Я тебе говорила, быстрей собирайся, а ты успеем… успеем, – кричала на бегу Анжела.

Две тяжёлые дорожные сумки, казалось, вот-вот оторвут от тела её руки вместе с корнями. Она зло смотрела на спину быстро идущего мужа с двумя чемоданами на колёсиках, за которым бежал с небольшим рюкзачком на спине Егорка.

– Не ной, дура, – зарычал Вадим, – я сказал, что успеем, значит успеем! Шевелите ластами!

– Сам дурак! – завизжала в ответ Анжела.– Если мы не успеем на этот автобус, мы опоздаем на поезд.

Анжела почувствовала, как внутри неё всё закипело. Если он ещё что-нибудь скажет, подумала она, то ядерного взрыва не миновать…

– Да, ё-мое, видишь, – закричал Вадим, – автобус вон ещё где!

Шумное семейство добралось до светофора быстрее автобуса. Опаздывающим осталось только перейти дорогу. И они на нужной им остановке. Только вот: красный свет – помеха всему!!!

Анжела, Вадим и Егорка молча уставились на свой автобус, который проскочил перед ними. Вадим понимал, что сейчас только от его грамотных действий зависит, успеют они на нужный им транспорт или нет.

– Не бойтесь, я его задержу, – закричал он воинственным голосом и побежал на красный свет прямо перед несущимся «КАМАЗом».

Вадим был на сто процентов уверен, что он проскочит. Он успеет!!! И он успел!

– Папочка, давай! – выкрикнул Егорка и бросился вслед за отцом… но, правда, перебежать дорогу не успел!!!!!!!!!!!!!

Content

Ритори
Триллер
Александр Булахов

Ритори

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

З0

31

32

33

Рассказы

Мне никто не поверил

1

2

3

4

5

6

7

8

9

Улыбка смерти

1

2

3

В трёх шагах от беды

1

2

И закрыл глаза: что будет, то будет…

Папа успел