Ольга Тимошина

Теперь буду жить как хочу!

В парикмахерском кресле было тепло и уютно. Мастер ловко нанес краску на волосы, нежно помассировал голову и удалился. Из приемника лилась грустная песня про осень. С ней всегда случалось это осенью: то жутко хотелось жить, веселиться, любить, особенно любить, то вдруг хотелось умереть.

Когда ей было 16 лет, она считала себя уродиной. И вот сейчас, спустя годы, она смотрела на себя в зеркало и улыбалась. Голубые глаза, такие огромные, с огоньком где-то внутри. Ну может нос и не шедевр, но зато губы и улыбка: добрая и открытая, такая же как ее душа. А в душе боль и тоска. Боль живет в ней так давно, что кажется, будто ей не 35 лет, а все 100. Улыбка вдруг исчезла, сердце облило кипятком и бросило вниз. «Опять началось…» – подумала Танюша.

Теперь-то она точно уверена, что во всем виновата мать. В какой-то умной книге было написано, что характер ребенка и его отношение к жизни формируют родители в возрасте от 5 до 9 лет. Вот в этой книге Танюша и нашла ответы на вопросы, которые сама себе задавала: «Почему же я такая?» Она хорошо помнит то время, когда безумно боялась мать, боялась расстроить, рассердить, сделать что-то не так, как та хотела. Нет, мать не била ее, не кричала. Но под ее взглядом Танюша чувствовала себя ничтожеством. Ее жестокие и обидные слова с болью проникали в детское сердце. И хотелось провалиться сквозь землю, только бы не видеть этот испепеляющий взгляд. Мать все время говорила о других детях, о том какие они хорошие и умные, красивые и воспитанные. И, в конце-концов, к 7 годам у Танюши развился жуткий комплекс. Она твердо считала себя уродливой, глупой и виноватой неизвестно в чем. Мать все время вспоминала о цене каждой купленной для Танюши вещи и постоянно перечисляла все, что та для нее сделала. Из чего Танюша усвоила, что она находится в неоплатном долгу, вела себя тише воды и была бесконечно за все всем благодарна. Быть кому-то должной – вот то, что она ненавидела с детства. С того времени, всю свою последующую жизнь она стремилась освободиться от этой зависимости. Но самое главное: она ни одной секунды с тех пор, не чувствовала, что ее любили…

В школе Танюша училась только на 5. Мать считала это своей заслугой. Грамоты и медали она хранила и не упускала случая похвастаться тем, какого человека она растила. Боязнь расстроить мать была столь велика, что когда Танюша получила первую в своей жизни 4, ее охватила истерика. После уроков она умоляла учительницу изменить оценку. Но та отказалась, и Танюша решила не возвращаться домой. Ее нашли на другом конце поселка, в чужом доме, едва живую от страха перед матерью.

Танюша имела четкую грань во всем: черное или белое, да или нет, хорошо или плохо. Серединка на половинку ее никогда не устраивала. Так она решила для себя еще в детстве, и с этого начались ее взрослые проблемы.

Танюша жила в маленьком военном городке под Москвой, училась в сельской школе, и каждая поездка в столицу была для нее событием. В 12 лет она записалась в спортивную школу в центре Москвы и каждый день ездила на тренировки, тратя на дорогу по пол дня. С тех пор ее городок стал для нее тюрьмой, в которую она вынуждена была возвращаться каждый вечер.

Будущее его жителей было серым и для всех одинаковым. Оставшись жить там, все, на что она могла рассчитывать – провинциальная бытовуха. Для Танюши жизнь текла там, в Москве. Ежедневные поездки на холодных электричках, грязное бездорожье и скука по вечерам – все это убивало ее. А вливаться в компанию своих одноклассников и тискаться в вонючих подъездах под скуление «ласкового мая», ей было не интересно.

Все ее новые знакомые из спортивного клуба были москвичами, которые вели абсолютно отличную от ее одноклассников жизнь.

Танюша любила душевные посиделки на их больших, уютных московских кухнях, окна которых выходили на стены Кремля, а не на помойку, поездки на чистом и теплом метро, а не на вонючих и разваливающихся электричках, походы за покупками в большие и красивые магазина, а не на грязные рынки с бродячими собаками и воришками.

Они подолгу болтали о будущем, мечтали, сплетничали, обсуждали книги и фильмы, о существовании которых, ее сельские одноклассники даже и не подозревали. Она не верила своему счастью, не верила, что все эти современные и красивые люди приняли ее, провинциалку, в свою компанию, что доверяют ей свои секреты и мечты. Она хотела сама, как они, строить свою жизнь, выбирать свою дорогу, а не реализовать несбывшиеся мечты своей матери. Она видела как жили ее новые подруги, и страстно желала хоть денек побыть на их месте.

Там в Москве появилась ее первая, настоящая подруга Лерочка, которая была той самой москвичкой, и сыграла огромную роль в Танюшиной жизни. Танюша и не знала, что макияж так может изменить человека, что существует другая одежда кроме джинсов. Лерочка показывала ей московскую ночную жизнь, рассказывала о фильмах, музыке и о моде. Танюша не просто любила, она обожала Лерочку. Боготворила. Та же, длинноногая красавица, душа всех компаний, тоже как ни странно, потянулась к ней, и через несколько лет они стали похожими друг на друга даже внешне. Так случается с людьми, которые живут одними мыслями. Дружба вообще-то странная штука, которая иногда может так сплотить людей, что даже семья отходит на второй план. Так случилось и с ними. Танюша и Лерочка стали не разлей вода. После тренировок они часами болтали в Лерочкином дворе, и когда до последней электрички оставалось меньше часа, Танюша, спохватившись неслась через всю Москву, перескакивая из автобуса в метро, и бегом на платформу. Часто по выходным она оставалась с ночевкой у Лерочки, они спали в одной кровати, болтали до рассвета, хохотали, а с утра мама Лерочки кормила их душистыми и теплыми ватрушками с изюмом.

Лерочка познакомила ее с одним из своих друзей. Артем сначала не нравился Танюше, но он был первый парень в ее жизни, который очень серьезно ей заинтересовался. И к тому же, в отличии от парней из ее городка, был интересным собеседником. В общем то все, что тогда происходило с ней, было дня нее впервые. Она каждый день открывала для себя новую и интересную жизнь и понимала, что уже никогда не вернется в свое село, не выйдет замуж за военного, и не родит кучу сопливых ребятишек в маленькой казенной квартирке, проживая на зарплату прапорщика. То есть никогда не сделает того, что планировала ее мать.

Как ни странно, но страха перед ней испытывала все меньше и меньше. В школе она твердо съехала на 3 и 4, иногда не возвращалась домой, ночуя у новых друзей, часто встречалась с Артемом. Жить в родительском доме стало невыносимо: постоянные упреки, скандалы и оскорбления. Один раз мать ударила Танюшу, но в ответ получила такой взгляд полный ярости и ненависти, что та тут же отступила. Танюша старалась избегать ее истерик и ругани, не шла на конфликты, и впервые в жизни делала то, что хотела. Наконец-то мать поняла, что ее дочь тоже личность, к тому же сильная и гордая, но смириться с этим, и принять ее такой она не смогла. И вот, в холодный осенний вечер, с паспортом в кармане и с собакой на поводке, Танюша оказалась выставленной за дверь. Ей было 17.

Артем повсюду следовал за ней. Несколько месяцев они жили его машине, квартирах друзей и даже в гараже, а потом переехали к родителям Антона. Танюша работала в ресторане, училась на курсах, ходила на тренировки. Она была так вымотана от постоянного недосыпа и голода, что засыпала прямо в спортивном зале и на уроках. О самих тренировках речи уже и не было. Она просто приходила на спортивные корты, чтобы спокойно принять душ и подремать в раздевалке.

Жить у Артема было тяжело: во первых, из-за своих комплексов, Танюша все время боялась помешать. Во вторых, родители Артема были, мягко говоря, не в восторге от присутствия «деревенщины в интеллигентной семье». Так выразилась мать Артема в телефонном разговоре со своей приятельницей. Артем же стойко переносил с Танюшей все скитания и, наконец, снял подходящую квартиру. Он был ее первым мужчиной, но это была не любовь. Танюша была благодарна за все, что он для нее сделал, и вскоре поговорка стерпится-слюбится оправдала себя в жизни. Когда ей исполнилось 18 лет они поженились.

Выживать в Москве было не легко. Она была белой вороной в этом огромном городе, среди большого количества новых людей. Она не боялась трудностей, бралась за любую работу, все делала по высшему классу, и начатое дело доводила до конца.

К 22 годам она уже училась в престижном вузе, неплохо владела английским, и быстро поднималась по карьерной лестнице. Бесконечная благодарность Артему за то, что был рядом в трудные минуты, постепенно переросла в любовь. Она смотрела на него с обожанием, не замечала недостатков, и порой, даже ревновала.

Артем же, покупавшись в море ее обожания, начал как говорится, садиться на голову. Он перестал следить за собой, часто предпочитал компании пьяных одноклассников семейному ужину, подолгу уезжал в какие-то непонятные командировки в Питер.

Знаки внимания, цветы, прогулки совсем исчезли из их жизни. Это был самый обыкновенный семейный быт. Он ходил по квартире в обвисшей майке, постоянно прося Танюшу, то что-то подать, то принести. Телевизор стал его лучшим собеседником и другом, пропала та душевность и откровенность, которая была в начале.

Кто-то закрывает на это глаза и живет дальше, кто-то борется или уходит. Танюша не знала как быть. Не для этого она приехала в Москву, это уж точно! Спросить было не у кого. Артем совершенно перестал реагировать на нее, иногда хамил, часто совершал обидные поступки, приговаривая: «Куда ты денешься, обратно в свое село?». Исчезло внимание, забота, но главное пропало уважение. Их брак умер. Последней каплей, переполнивший чашу Танюшиного терпения стали его слова: «Это я вытащил тебя из гавна, кем ты была и кем ты стала бы без меня?». И Танюша возненавидела его.

Ей было больно и обидно, ведь это она сама стремилась улучшить свою жизнь, занимаясь по ночам до рассвета, с утра несясь в институт, потом тренировка и ночная работа. Это она заканчивала одни курсы за другими, сдавая экзамены, и продвигаясь по служебным лестницам. И это она вела домашнее хозяйство, успевая жонглировать делами дома и на работе. В общем, вся их жизнь покатилась к черту. Она часто плакала, устраивала истерики, но не из желания досадить Артему, а от одиночества и безысходности. Он уходил, приходил, то дарил ей цветы, то хамил… Танюша угодила в больницу, в к клинику неврозов. Артем ни разу не навестил ее. Она хотела позвонить маме, но испугалась. Одним словом, она снова оказалась в какой то зависимости, и убегать уже не было ни сил, ни желания. Они меняли квартиру за квартирой на все худшую и худшую, каждый жил своей жизнью, и не спрашивали друг друга ни о чем…

Под Новый год Танюша не выдержала, она собрала вещи Артема и выставила их за дверь. Он с радостью вернулся к родителям. Собирал у них на квартире шумные компании, водил женщин, и раскатывал на отцовской машине по району, демонстрируя свою крутость.

А Танюша осталась в чужой квартире, арендованной еще на месяц, без копейки в кармане, с кучей неоплаченных счетов. Она неделю сидела на полу и смотрела в никуда. Она ждала, что он придет и извинится. И все будет хорошо. Голодная, наревевшаяся, она часами лежала, уставившись в потолок, прислушиваясь к шагам на лестнице, вскакивая от каждого телефонного звонка. Но звонила только Лерочка, с жаром рассказывал об очередном новом парне, призывала плюнуть на Артема.

Сейчас спустя много лет она снова и снова благодарит судьбу за эту дружбу. За дружбу, которая тогда дала ей силы выдержать и подняться. И в один яркий зимний день, Танюша проснулась с желанием жить дальше. Она вдруг поняла, что она не брошенная, а свободная. Она сможет встать на ноги, не прибегая к помощи мужчины. Она лишь будет владеть ими, не забывая унижение и боль. Она не нуждается в их покровительстве и не даст себя в обиду.

Переступив через себя, используя все женские хитрости и уловки, которым обучила ее Лерочка, Танюша нашла в себе силы двигаться дальше. Она буквально нацепила на себя улыбку и вернулась к нормальной жизни. Еще больше работы, еще больше общения, зло на то, как с ней обошлись, с невероятной силой заставляло двигаться вперед. Довольно скоро Артем сам попросился обратно. Он буквально влюбился в нее заново, моля простить и забыть все плохое. Она сделала вид, что забыла.

«Играть в любовь, когда на душе ненависть и презрение: как же это мерзко!» – думала она. Сейчас уже, она понимает, что если бы ее тогда так не унизили, не бросили, если бы не родилась та злость и ярость, то ничего бы и не изменилось в ее жизни. Не стала бы она тем, кто она есть сейчас. Не поднялась бы с колен и не боролась. Сытое благополучие убило бы в ней, в бунтарке по характеру, желание двигаться и расти. Потому, временами у нее появлялось желание простить Артема, просыпалась старая любовь… Но доказать самой себе, что сможет, выстоит, что способна на большее-было важнее.

Нужна была работа, интересная перспективная, а главное денежная. Цель была поставлена, и путь к ней предстоял сложный. Еще несколько лет прошли в притворстве и лжи, только теперь все силы были положены на учебу. Она сидела с книжками по ночам, много встречалась с разными людьми, не упуская возможности чему-то учиться, меняла одну работу за другой, выбирая что-то действительно стоящее. Учеба поглощала все ее время, а работа силы. Танюша отчаянно стремилась вырваться из бедности и зависимости. Она крутилась как белка в колесе, и временами даже путала куда ей надо сейчас ехать: учиться ил в офис? Приходилось заглядывать в дневник, в котором она стала писать себе: «Не забыть поесть перед сном».

Все это время она сильно страдала от одиночества. Артем, конечно же, не поддерживал ее рвения ни в одном начинании, он работал на своей, как он говорил, не пыльной работенке, и не понимал ее желания расти. Засыпая с учебниками, Танюша плакала каждую ночь. Болели глаза, спина, ныли ноги, адской и нестерпимой болью ныли простуженные на заснеженных платформах яичники. Она страдала от одиночества, и как ни странно, очень скучала по родителям. Она часто приходила в дом к Лерочке и с завистью наблюдала за ее семьей. Как же нужен был ей дом, с запахом пирогов из кухни, дом, где тебя любят и ждут просто за то, что ты есть, где искренне о тебе заботятся и волнуются самые дорогие люди в мире – твои мама и папа. Как часто хотелось Танюше все бросить, приехать к ним, разрыдаться, рассказать всю правду о себе, и начать все сначала без вранья и притворства. Но она думала, что мать никогда не поймет ее такую и не примет. Отец к тому моменту почти спился, и вряд ли даже вспоминал о существовании единственной дочери.

Время от времени в ее жизни появлялись мужчины, всегда обеспеченные и, в основном, женатые. Они не двусмысленно интересовались Танюшей, но она лишь использовала их связи, морочила им голову, и ловко выкручивалась из неловких ситуаций. Все, как учила Лерочка. Они устраивали ее на работу в лучшие фирмы, отправляли учить языки заграницу, помогали со стажировкой и практикой в престижных компаниях. Многие из них сейчас уже стали Танюшиными партнерами по бизнесу. Одним словом, она всегда была занята делами: вертелась как юла поспевая повсюду, но боль и одиночество никогда не отпускали. «Я все выдержу, я достойна большего», – говорила она себе каждый раз, бросая взгляд на кровать с чужим человеком.

Тогда же пришли еще одна беда. Погибли родители… Впервые за много лет Танюша навестила дом детства, но он был уже совершенно пустой. Это была абсолютно случайная, глупая и обидная смерть. «Нелепость, стечение обстоятельств», – как сказал толстый следователь. Они не успели ни понять, ни простить друг друга.

«Горя нахлебаться» – теперь она знала, что значила эта фраза… Все дни стали черными, боль душила ее, воспоминания из детства проносились в ее голове как вспышки. Она постарела и осунулась. На год, а может и на больше, Танюша совершенно выбыла из жизни. И если бы кто-то спросил ее: «Где ты была в таком то году, что делала?». Она не смогла бы ничего ответить. Она попросту ничего не помнила. Может это была какая то защитная реакция на горе, или она и в правду не жила… Она не знала. Но однажды, когда кто-то в разговоре на работе, упомянул число и дату, она, вдруг, с удивлением подняла глаза и спросила: «А какой сегодня год?». И получив ответ, обнаружила, что прошло уже несколько лет с того самого черного дня… Этот урок жизни она усвоила точно: если ты кого то действительно любишь – не молчи об этом, иначе может быть поздно…

С Лерочкой же произошла следующая история. У нее появился новый парень, обеспеченный, красивый и очень интересный молодой человек. Просто мечта. Он ввел Лерочку в свое общество, в мир больших денег и светских мероприятий.

Появились новые друзья, новые ориентиры. Мир шоу бизнеса в котором крутился Николай, показался Танюше очень грязным, но однозначно веселым и беззаботным. По выходным, они все, огромной компанией выезжали на шикарную дачу, где сутками плясали и веселились. В один из таких выездов Николай изрядно выпил и начал приставать к Танюше. Она в шоке вырвалась, и поймав машину, умчала в город никому ничего не сказав. Всю дорогу она размышляла о том, как рассказать обо всем Лерочке, но ничего говорить не пришлось. Вернувшись домой, она нашла у себя на автоответчике сообщение от подруги, которая обвинила ее в предательстве. Кто-то из доброжелателей видел как Николай навис над Танюшей, и в исковерканной форме, все конечно было представлено перед Лерочкой. Сколько Танюша ни пыталась поговорить с ней – все было бесполезно. И не было еще в Танюшиной жизни несправедливости сильнее этой. Пожалуй это была самая жестокая потеря, после потери мамы.

Сейчас, спустя много лет, она до сих пор переживает этот разрыв, и потом пустота подолгу сидит внутри. С тех пор у нее нет ни одной подруги. И вовсе не потому, что люди не хотят с ней дружить. Ей не нужна их дружба. Не нужно очередное разочарование и потеря. До сих пор доходящие до нее слухи о Лерочкиной жизни, заставляют ныть сердце. «Это какой-то рок, – думала Танюша, – я всех теряю, кого люблю».

Женатые мужчины, как ни странно, липли к Танюше как мотыльки. Может из-за легкости отношений, ведь она ничего не просила и не требовала, может из-за элемента интриги, ведь она тоже была замужем, и никто никому ничего не был должен, и не обещал. Все было просто, легко и беззаботно. Позже, как будто-бы из за нее, распалась еще одна пара, потом еще. Танюшу обвиняли во всех грехах. А ей было уже наплевать. Она устала оправдываться в том, что не делала, и все эти связи были ей совсем не нужны, и не важны. Она считала, что те женщины, чьи мужья изменяют им с ней, сами виноваты в этом. Если бы они любили друг друга – не было бы измен. А нет любви – нет и доверия. Она совершенно потеряла веру в людей, тем более в мужчин, она просто шла к своей цели, что бы быть свободной и независимой.

И вот ей 35, она в большом бизнесе, частые поездки за границу, дорогая машина, своя квартира с видом, как мечталось… Артем все так же работает на своей непыльной работе, и Танюше не мешает. Он сделался настоящим семейным человеком, надежным и спокойным, нагулялся, осел, отрастил брюшко, за таких любая мать отдаст свою дочь: и гвоздь прибьет и с детьми посидит. Все стабильно и бесперспективно, как на кладбище. Но ей он был уже совершенно не нужен, ей вообще было все равно: есть он или нет. Ей просто было жалко выгонять его обратно к его матери, в маленькую и старую квартирку в спальном районе. Иногда она вспоминала все те оскорбления и обиды, которые терпела от него в то время, когда только приехала в Москву, без денег, жилья и друзей. Вспоминала его слова: «Никуда не денешься», и ненависть волной накрывала ее. Она помнила, как просила приехать его в больницу, он пообещал и не приехал. Пропуск выписать было не возможно. И она в ожидании него провела под ноябрьским дождем целый час, карауля калитку госпиталя. Потом было воспаление легких, транквилизаторы, полное забытье. Она знала, что значит быть выброшенной, и поэтому никак не решалась сказать Артему всего одно единственное слово: «Уходи». Ее спасала другая жизнь, полная забот на работе, каких то встреч, служебных поездок, случайных связей… Но как же хотелось любить и кому то быть нужной, как воздух, как вода, как жизнь. Так шли год за годом, полные одиночества и разочарований. Детей у них с Артемом не получалось. «И слава богу», – думала она, – значит так тому и быть». Тут уже сил бороться у нее не было.

Мастер вернулся в салон и закончил с ее волосами. Пушистая соломенная копна раскинулись по плечам. Танюша улыбнулась себе в зеркало, но вышло как-то грустно.

Вот уже 10 дней как она в отпуске. Проклятом и ненужном отпуске. Скорее бы на работу. Танюша завела машину, включила радио. «Осень, осень», – понеслась из динамиков грустная песня и она разревелась.

Оставаться дом было невыносимо. Еще один пустой день совершенно никчемного отпуска. Все как всегда. Артем придет с работы, поцелует, спросит как дела, и не выслушав, включит телевизор, потом наденет любимую растянутую майку, ляжет на диван и уставится в экран. Якубович будет принимать в подарок банки с солеными огурцами, а он гоготать во весь голос: «Тань, иди, посмотри какие лохи!».

Так пройдет вечер. «Нет, только не сегодня, я этого не перенесу», – решила Танюша. Она поспешила вернуться домой до Артема, быстро собрала сумку и поехала в аэропорт. Проблем с выездом не было, и уже через несколько часов она была в Каунасе.

Сорваться с места, плюнуть на все и начать заново – это было в ее характере. Именно это она подразумевала под словом жить. Поймав такси, Танюша добралась до Ритаваса, небольшого и безумно красивого сказочного городка.

Для нее Ритавас – это осенние улицы, усыпанные желтыми и красными листьями, вымощенные древними булыжниками дороги, старинные дома и соборы. Это маленькие, уютны бары и рестораны, кленовые аллей, с проезжающими по ним запряженными повозками, множество уютных кафе с запахом свежей выпечки, пламенно красные шары осенних георгинов, тишина и спокойствие. Она оказалась в этом городе случайно много лет назад, и полюбила его навсегда. Всего на 2–3 дня, подумала она, а Артему потом позвоню, придумаю что-нибудь!

Она накупила журналов, жареных каштанов и села в парке, на скамейке с видом на реку. Как же хорошо, телефон молчит, ты никого не знаешь, и никому нет дела до тебя. Из журнала выпал рекламный проспект нового отеля в центре города. Он был шикарный: с садами, ресторанами, сауной и даже бассейном на крыше. Вот где она отдохнет.

Большая комната с мягким светом, дорогая, но в то же время уютная по-домашнему мебель, букет ее любимых подсолнухов на столе – произвели впечатление даже на Танюшу, облетевшую весь мир. Она разобрала чемодан, и накинув пушистый махровый халат поднялась в сауну.

Было поздно, бассейн пустовал. В сауне пахло эвкалиптом и еще чем-то дурманящим. Танюша легла на огромное белое полотенце и прикрыла глаза. Тепло окутало ее тело и блаженная улыбка, улыбка спокойствия и умиротворения проступила на ее лице. Как долго она так лежала, Танюша не помнила. Она открыла глаза и увидела мужчину. Он тихо наблюдал за ней. «Ой, я тут всю лежанку заняла», – засмущалась она и села на краюшек, обхватив колени руками. Он встал: высоки, стройный, лет 35–40, светлые волосы и такие же, как у нее, голубые глаза. Было ужасно обидно, что он рассматривал ее, а она об этом не знала.

– Роман.

– Таня.

Он сел рядом, и Танюша ощутила тепло его тела. Все поплыло перед глазами. «Это по тому, что у меня давно никого не было», – успокоила она себя. Дверь в сауну открылась, и вошли еще двое. Все мужчины были знакомы между собой, и из их разговора Танюша поняла, что все они москвичи, и завтра возвращаются домой.

Она расстроилась: «Жаль, – этот человек ей понравился. – Не стоит искать в каждом мужчине любовь». Она обернулась в полотенце и вышла из сауны, унеся с собой в памяти его голубые глаза. Потом погрузилась в лазурную воду бассейна и решила ни о чем вообще не думать.

Роман снова наблюдал за ней. Она опять не заметила его, разозлилась, потом улыбнулась, посмотрела в его глаза, и решительно направилась в сауну. «Ну что ж, я знаю эту игру, я в ней мастер, давай поиграем», – решила она и приготовилась флиртовать.

Он появился сразу же, сел рядом. Они немного поболтали.

– Ты очень красивая, – Вдруг сказал Роман – И очень несчастная.

– А что так заметно?

– Я вижу, – улыбнулся он.

«Что за бред, – подумала она, – Неужели я произвожу впечатление несчастной женщины.?». Она подняла глаза, кривляться расхотелось.

– Ты знаешь, у нас с тобой совершенно одинаковые глаза, – усмехнулась Танюша.

– А я об этом же думал, – сказал он.

Они молча смотрели друг на друга. Танюша встала: «Я пойду…»

Она брела по коридору гостиницы, когда услышала за спиной его голос: «Давай поужинаем?»

О господи, он опять появился незаметно. Она не нашла, а если честно, то даже не захотела поискать причины, чтобы ему отказать.

За стеной в раздевалке были слышны отрывки разговоров между мужчинами.

– Ты уже пригласил ее? – спросил кто-то.

– Да, – коротко ответил Роман.

– Повезло! Какое тело, да? – мужчины зацокали языками. Роман не ответил.

«Ну здорово, – рассмеялась Танюша, – еще один любитель развлечься в свободное от жены время. Ну и ладно, какая разница… В конце концов, именно это мне сейчас и надо. Легкий ужин, вино и мужчина».

Она поднялась в номер, уложила волосы, сделала макияж. Потом натянула любимое платье, накинула свое любимое кашемировое пальто, пушистые перчатки из ангоры, шелковый шарф. Получилось очень элегантно и романтично. И вновь направилась искать приключений на свою голову.

Роман ждал в холле, сидя в глубоком кресле. Свет от лампы падал на его лицо: черты мягкие, добрые, глаза конечно хитрые и игривые, а от улыбки можно было растопить лед. Она с трудом представляла себе женщину, способную устоять перед такой вызывающей привлекательностью. «Повезло же мне на этот раз», – подумала Танюша. Они поймали такси и поехали в милый ресторанчик, который Танюша знала и любила.

Там подавали прекрасный джаз на, пожалуй, лучшей в мире террасе, с видом на старую площадь. Укутавшись в теплые пледы, они сели на улице под желтеющим высоким кленом. Музыка, свечи, прекрасное вино, и необыкновенный голос этого мужчины. Танюша ощутила в себе потребность хоть на этот вечер, но в кого-то влюбиться. И это чувство было так прекрасно. Она слушала его, прикрыв глаза, и хотелось, что бы этот теплый осенний вечер никогда не кончался. Голос у Романа был мягкий, успокаивающий, она почти дремала, положив голову на свою ладонь. Разговор был ни о чем: ничего о семье или работе. Никаких деталей и подробностей. Танюша и не спрашивала. А зачем, они ведь больше никогда не увидятся. И они говорили, говорили, говорили… Потом он нежно взял ее за руку.

– Ну а теперь ты расскажи мне.

– А что рассказывать то? – улыбнулась она. – Мне 35 лет. У меня есть деньги, работа, связи враги, муж, есть все то, что должно быть у мужчины. У меня нет семьи, друзей, любви, всего того, о чем мечтает и к чему стремится каждая женщина. Забавно?

– Нет, ты мне все расскажи, – попросил Роман. – С самого начала.

И Танюша вдруг заговорила. Про родителей, про мужа, про подругу. Все с самого детства до сегодняшнего дня. Иногда она умолкала, прикуривала сигарету, как будто глотала комок боли. Она никогда никому не рассказывала о своих чувствах. И не по тому, что не хотела, а потому, что просто было некому. Просто никто не спрашивал. Ведь для всех она была сильной и независимой. Кто-то считал ее железной леди, кто-то даже сукой, но никто не подозревал о живущем внутри нее маленьком, ранимом ребенке, так отчаянно нуждающемся в любви и ласке, не полученной в детстве.

– В общем, где мой принц на белом коне я не знаю, и потому оказалась здесь, – закончила она, прижавшись к нему.

Официанты намеренно громко сдвигали бокалы, намекая им, что они были последними клиентами. Свеча на столе догорела и погасла.

– Поехали домой, – прошептал Роман.

Потом была безумная ночь полная нежности и страсти. Никаких вопросов, никаких обещаний. Только в эту ночь ей показалось, нет, она скорее почувствовала себя, кому то по-настоящему необходимой. Наутро Роман улетал.

– Как мне найти тебя? – спросил он одеваясь.

– Меня не надо искать, мы больше не увидимся, – ответила Танюша. Она открыла ему свою душу и теперь чувствовала себя слабой и беззащитной перед этим мужчиной. Она уже давно имела привычку ни от кого не зависеть, и не хотела ничего менять. Танюша жила настоящим и прошлым, ничего не забывая, храня в памяти людей и события. А все ее мужчины всегда уходили в новую жизнь, оставляя ее одну там, где они когда то были вместе. Она не могла допустить, что бы ее использовали, и никогда даже не пыталась их удержать. Она не хотела чувствовать себя ненужной, забытой и не способной оставить след. Пусть он лучше помнит этот город, эту ночь, эту осень. Она твердо верила, что заслуживает, и что найдет настоящую любовь, и поэтому обрывала такие связи, как бы не было больно на тот момент. Потом боль проходила, и порой она даже не могла вспомнить имени.

– Мы больше не встретимся, – повторила она.

Роман закурил сигарету. Танюша сидела посередине огромной кровать, со смятыми одеялами, закутавшись в белый, махровый халат. Лучи солнца настойчиво проникали сквозь задернутые шторы. За окном был новый день и старая жизнь. Без него. Она пыталась запомнить его лицо, жесты, вдыхала его запах.

– Когда ты возвращаешься? – вдруг спросил он.

– Через 2 дня.

– Мы встретимся, – он быстро встал и вышел, больше не сказав не слова.

Вот и все. Танюша набрала ванну и погрузилась в душистую пену. Она вспоминала все события этой ночи и улыбалась. «Никаких слез, впереди только радость», – почему-то подумала она и впервые поверила в это.

Все следующие дни она гуляла по городу или валялась с книжкой в кровати. Она съездила загород, покаталась верхом по осеннему лесу, подолгу сидела в маленьких уличных кафе, вдыхая запах горячего шоколада с коньяком, толкалась на местных маленьких рынках, покупая яблоки и всякие безделушки.

Артему она так и не позвонила. Она все решила. Пришло время его отпустить. Она вдруг поняла, что жалея его, и оттягивая неизбежный момент их развода, тем самым она лишает его шанса найти свою половину, найти женщину, для которой он, Артем, может будет самым лучшим и единственным. Теперь у нее будут силы поговорить с ним.

Только все это время, каждую секунду, она думала о том, с кем провела всего одну единственную короткую ночь, всего несколько часов… Она не знала о нем ни-че-го. Она просто очень скучала по нему, и такое чувство к мужчине у нее было впервые.

В первом классе Боинга 737 было очень уютно. По салону плыл запах свежезаваренного кофе и булочек. Стюардесса принесла бокал шампанского. Возвращаться не хотелось, но отпуск подходил к концу, да и к тому же: бегством не спасешься.

Посадка закончилась, легко закрылась дверь, и самолет покатил на взлетную полосу. Все дни ее отдыха светило солнце, а сегодня льет как из ведра. Танюша с тоской смотрела на капли дождя катящиеся по стеклу, и из ее глаз потекли горячие и соленые слезы. Вот и все… Она улетала, оставляя в чужом городе часть своей жизни, где она была самой собой, где она была счастлива, и где она впервые влюбилась в голубые глаза. Осень и она плакали.

«Дамы и господа, командир корабля и экипаж рады приветствовать вас на борту нашей авиакомпании!» – донеслось из динамиков. Она не могла пошевелиться, сердце застучало, так громко, что казалось, заглушало работу двигателей, рука с бокалом застыла в воздухе… «Пристегните ремни и приятного вам полета!».

Взлет… самолет прорвался сквозь густой слой облаков, табло погасло, и яркие лучи солнца заглянули в салон вместе с улыбающимся Романом. Танюша дрожала как осенний листок. «Боже мой, боже мой, боже мой…», – шептала она самой себе, смотря на погоны и насечки его летного кителя. Она вдруг поняла, что сейчас произойдет что-то очень важное, что изменит ее жизнь. То, что она так ждала, о чем мечтала, и во что до конца не верила.

– Все ждут принца на белом коне, а я прилетел за тобой на белом самолете…, – с улыбкой прошептал Роман, целуя ее слезы.

Content

Ольга Тимошина
Теперь буду жить как хочу!