Глайнс Эбби

Когда я уйду (ЛП)

Эбби Глайнс

Когда я уйду

Моему сыну Остину. Стань таким мужчиной, который будет мудрым, добрым, внимательным, преданным и знающим, как по настоящему кого-то любить. Таких мужчин тяжело найти. Надеюсь, я воспитываю одного из них.

Пролог

Риз

Иди сюда, девочка! - голос моего отчима прогремел на весь дом.

Моментально, у меня скрутило кишки. Узел боли, который образовался оттого, что я была рядом с ним и знала, что он собирался сделать, был моим постоянным спутником.

Я медленно встала со своей кровати и аккуратно отложила книгу, которую читала — или пыталась читать. Моя мать еще не пришла с работы. Она уже должна была быть дома. Мне не следовало так рано возвращаться из библиотеки. Мужчина и его маленькая дочка подошли ко мне, когда я просматривала детские иллюстрированные книги. Он начал со мной разговаривать и спросил мое имя. Он хотел знать, покупала ли я книгу для своей младшей сестры. Смущение, которое меня охватило при этом вопросе, как всегда напомнило мне о моей глупости.

- Девчонка! - проревел мой отчим.

Теперь он был зол. Глаза мои кололо от не пролитых слез. Если бы он только бил меня, как делал это раньше. Когда я была помладше и приносила со школы плохие оценки. Если бы он только обозвал меня, и сказал насколько я была бесполезной … но он не будет это делать. Когда-то я желала больше чем что-либо, чтобы он прекратил бить меня. Я ненавидела ремень, и рубцы, которые он оставлял на моих ногах и ягодицах так, что мне даже было больно сидеть.

Затем, однажды он прекратил. И я мгновенно пожелала, чтобы он снова начал меня бить. Раны от ремня были лучше, чем это. Все было лучше, чем это. Даже смерть.

Я открыла дверь моей спальни и сделала глубокий вдох, напоминая себе, что я смогу пережить все, чтобы он не сделал. Я откладывала деньги за уборку, которой занималась, и собиралась скоро отсюда уехать. Моя мать будет рада, что я ушла. Она ненавидела меня. Она ненавидела меня годами.

Для нее я была обузой.

Я потянула вниз рубашку и заправила в шорты, которые были на мне надеты. Затем я потянула шорты вниз, чтобы они как можно больше прикрывали мои ноги. На самом деле это было бессмысленно. У меня были длинные ноги, которые трудно было скрыть. В магазинах секонд-хэнда никогда не было достаточно длинных шорт.

Это было за час до того, как моя мать должна была прийти домой. Он бы не стал делать что-то, на что она могла напороться. Даже если бы это и произошло, интересно, обвинила бы она меня, сказав, что это все по моей вине. Она и так винила меня за то, как изменилось мое тело четыре года назад. Моя грудь слишком сильно выросла, и она сказала, что мне надо прекратить есть, потому что моя задница стала толстой. Я пыталась не есть, но это не помогло моей попе. Мой живот стал плоским, но от этого мои груди выглядели еще больше. Она ненавидела это. Так что я снова начала есть, но мой живот так и не стал больше. Как-то вечером, я зашла в гостиную одетая в короткие спортивные штаны и футболку, чтобы налить себе немного молока, перед тем как пойти спать. Она ударила меня и сказала, что я выгляжу как шлюха. Она много раз называла меня глупой шлюхой, у которой нет ничего кроме внешнего вида, чтобы добиться чего-то в жизни.

Теперь я шагнула в гостиную, чтобы встретиться с Марко, моим отчимом, сидящим в кресле у телевизора и с пивом в руке. Домой с работы он вернулся рано.

Его взгляд переместился на меня и медленно последовал по моему телу, заставляя меня дрожать от отвращения. Чтобы я только не отдала, ради того чтобы быть умной и с плоской грудью. Если бы мои ноги были короткими и толстыми, то моя жизнь была бы идеальной. Мое лицо не особо привлекало Марко. Оно было достаточно обычным. Я ненавидела свое тело. Я так сильно его ненавидела.

- Иди, сядь мне на колени, - приказал он.

Я не могла это сделать. У меня получалось неделями избегать его, находясь как можно дальше от дома. Ужас, оттого что он снова может забраться мне под рубашку или в трусы, был слишком сильным. Лучше бы он убил меня. Что угодно, но не это.

Когда я не двинулась, его лицо исказилось от злой ухмылки. - Веди сюда свою глупую, распутную задницу, и сядь на мои проклятые колени!

Я закрыла глаза, потому что из них лились слезы. Я должна была их остановить. Если он снова ударит меня, я стерплю это. Я просто не могла выдержать, что он трогал меня. Я ненавидела звуки, которые он издавал и слова, которые он говорил. Это был нескончаемый кошмар.

Каждая секунда моего отступления, приближала на секунду приход моей матери. Когда она была здесь, он обзывал меня, но никогда не трогал. Наверно ей бы хотелось, чтобы меня не существовало, но она была моим единственным спасением от этого.

Давай - давай плачь, мне это нравится, - сказал он насмехаясь.

Его стул заскрипел, а затем я услышала, как он встает на ноги. Я широко раскрыла глаза и увидела, что он уже стоит. Не хорошо. Если бы я побежала, то только не мимо него. Другим и единственным выходом был задний двор, но там был его питбуль. Три года назад он укусил меня, и мне нужно было наложить швы, но он не позволил отвезти меня к врачу. Он сказал мне перевязать рану, и что он не собирается терять свою собаку из-за моей глупой задницы.

От зубов его собаки на моем бедре был уродливый шрам.

Я больше никогда не выходила на задний двор.

Но, наблюдая за тем, как он шел прямо на меня, я задумалась, что быть съеденной его собакой, возможно лучше, чем это. Это было способом достигнуть цели: смерть. Что казалось не так уж и плохо.

Прямо перед тем как он достиг меня, я решила, что, чтобы его собака не сделала, будет лучше чем все это. И я побежала.

Он закашлял от смеха за моей спиной, но я не позволила этому замедлить меня. Он не думал, что я выйду через заднюю дверь. Как же он ошибался. Я была готова столкнуться с этой проклятой собакой, лишь бы убежать от него.

Но дверь была заперта. Чтобы открыть ее, мне нужны ключи. Нет. Нет.

Его руки схватили меня за талию и потянули назад, и я почувствовала, как он прижимается ко мне своей твердостью. Кислый привкус рвоты обжог заднюю часть моего горла, когда я отпрянула от него. - Нет! - закричала я.

Его руки двинулись выше и, схватив меня за грудь, больно сжали. - Глупая шлюха. Это все на что ты способна. Не смогла окончить старшую школу, потому что ты чертовски тупая. Но это тело создано, чтобы радовать мужчин. Прими это, сука.

Слезы текли по моему лицу. Я не могла их остановить. Он знал, как ранить меня словами. - Нет.- снова выкрикнула я, но на этот раз боль была в моем голосе. Он надломился. - Борись со мной Риз. Мне нравится, когда ты со мной борешься, - прошипел он мне в ухо.

Как могла моя мать оставаться замужем за этим человеком? Был ли мой отец хуже него. Она никогда не была за ним замужем. Она никогда не говорила со мной о нем. Я даже не знала его имени. Но никто не мог быть хуже этого отвратительного человека.

Я не могла снова сделать это. Мне надоело бояться. Либо он будет бить меня, пока не убьет, либо выгонит меня. И так долго боялась и того и другого. Как-то раз моя мать сказала мне, что любой мужчина, на свете посмотрев на меня, будет думать о сексе. И что всю мою жизнь мужчины будут использовать меня. Она всегда говорила мне, что бы я ушла.

Сегодня я была готова это сделать. Я смогла накопить только восемьсот пятьдесят пять долларов, но я могла бы купить билет на автобус, куда нибудь в другую сторону страны и найти там работу. Если я смогу покинуть этот дом живой, это именно то, что я сделаю.

Рука Марко скользнула к центру моих шорт, и я закричала сопротивляясь. Я не хотела, чтобы его рука была там. - Отпусти меня! - кричала я, достаточно громко, чтобы меня услышали соседи.

Он вынул руку и крутанув, дернул меня за руку, так сильно что она хрустнула. Затем он ударил меня об дверь. Его рука с треском обрушилась на мое лицо. Мое зрение помутнело, и я почувствовала слабость в коленях. - Заткнись сука и прими это.

Его руки схватили мою рубашку и задрали ее наверх, затем стянули вниз мой лифчик. Я зарыдала, потому что не могла остановить этот ужас. Он собирался сделать это и, я не могла остановить его.

Отойди от моего мужа, ты шлюха, и покинь мой дом! Я больше никогда не хочу видеть твое лицо! - голос моей матери остановил Марко, и он убрал руки от моей груди. Я спустила рубашку вниз.

Мое лицо горело от удара, и я почувствовала на губах вкус крови, когда ноющая рана под моим языком начал опухать.

Вон, ты тупая, не способная ни на что шлюха! - закричала моя мать.

Этот момент все изменил.

Мэйс

Два года спустя.

Твою мать. Что это за шум? Я моргнул глазами открывая их, пока сон медленно исчезал из моего мозга, и я начал понимать, что меня разбудило.

Пылесос? И … чье то пение? Какого хрена?

Я потер глаза и застонал от отчаяния, когда шум стал громче. Теперь я был уверен, что это пылесос. И звучал он как неудачная версия “Gunpowder & Lead” (Порох и свинец) Миранды Ламберт.

Мой телефон говорил, что сейчас только восемь часов. Я спал всего два часа. И после тридцати часов на ногах и без сна, я был разбужен плохим пением и мать его, пылесосом?

Когда она пропела первые две строчки припева, я вздрогнул. По мере ее пения, она звучала громче и громче. И она ужасно фальшивила. Это была хорошая песня, которую она искажала. Разве это женщина не знает, что нельзя приходить к кому-то домой в восемь часов гребанного утра и петь верхними октавами?

После такого грохота, я, наверное, уже не смогу уснуть.

Наннетта наверное наняла эту идиотку убирать ее чертов дом. Но, все же, зная Наннетт, я был уверен, она была зла, что я был здесь и, она ничего не могла с этим поделать. Вероятно, она заплатила женщине, чтобы та визжала под дверью моей спальни. Дом не принадлежал Наннетт, он принадлежал Киро, нашему отцу. Он сказал, что пока Наннетт в Париже, я могу пожить в доме и провести больше времени с нашей другой сестрой, Харлоу, которая жила в Розмари Бич с ее мужем Грантом и их малышкой.

Это должно быть были проделки этой сучки, чтобы достать меня за то, что я остановился в ее доме. Теперь она снова и снова пела куплет в верхней октаве. Боже, я как будто оказался в ночном кошмаре. Этой женщине просто необходимо заткнуться. Мне нужно немного поспать, прежде чем я пойду навещать Харлоу и ее семью. Она была так взволнована, что я еду к ней из Техаса. Но эта идиотка очень эффективно испортила мой сон.

Я откинул одеяло, встал и направился к двери, прежде чем понял, что я был голый.

В голове стучало от недостатка сна, и я становился еще злее, пока шарил по комнате в поисках чертовых джинс, которые снял, когда добрался сюда. Зрение мое было мутным, и темные шторы были закрыты. Хрен с ними. Я дотянулся до простыни и, обмотав ее вокруг талии, направился к двери.

Я распахнул дверь, как раз когда она начала петь вступление к следующей песне. Черт возьми. Только не еще одна песня. На этот раз она убивала “Cruise” Флориды Джорджии Лайн.

От яркого света я моргнул и потер глаза, зрение по-прежнему было размытым. Дерьмо, неужели женщина не видит, что я стою здесь?

Через пару секунд я наконец-то прищурившись смог открыть глаза и увидел шевелящуюся круглую маленькую попку, пока женщина стояла наклонившись. Мои глаза медленно распахнулись, когда взгляд мой остановился на самых длинных чертовых ногах, которые я когда-либо видел. И срань господня, это ее попка. Это что родинка, под ее левой ягодицей?

Она встала и благодаря ее тонкой талии, ее задница выглядела еще лучше. Она продолжала трясти своей попкой, пока фальшиво пела. Я вздрогнул, когда она взяла очень высокую ноту. Проклятие, девочка не умела петь.

Затем она повернулась, и у меня едва хватило времени оценить ее вид спереди, до того, как она вскрикнула и уронила пылесос, вытаскивая из ушей наушники. Огромные, круглые светло-голубые глаза с ужасом смотрели на меня, пока она пару раз открывала и закрывала рот, словно пыталась заговорить.

Воспользовавшись моментом молчания, я пробежался взглядом по ее полным розовым губкам и совершенной форме лица. Ее волосы были подняты в пучок наверх, и они были цвета полуночи. Мне стало интересно, насколько длинными они были.

- Мне жаль, - ей удалось пропищать, и мои глаза снова вернулись к ее лицу. Она действительно была чем-то удивительным. В ней было что-то экзотическое. Словно Бог выбрал самые лучшие кусочки, чтобы создать ее.

А мне нет, - ответил я. Больше не жаль. Кому нахер нужен сон? Ох, да, мне.

Я не знала, ух … Я думала что дом по-прежнему пустует. Я имею ввиду, что не знала, что кто-то здесь живет. Снаружи не было машины, и я позвонила, но мне никто не ответил, и поэтому я воспользовалась кодом и вошла, - она была не с юга. Возможно со среднего запада. Я просто знал, что она не отсюда. Ей не хватало протяжного звука местного диалекта. В ее голосе была мягкость.

Я только прилетел. Меня подбросили на машине, -сказал я.

Она кивнула и затем снова опустила глаза. - Я буду работать тихо. Я могу вернуться и прибрать здесь позже. Я пойду вниз, и сегодня начну оттуда.

Я кивнул

— Спасибо.

Ее щечки покраснели, когда ее взгляд остановился на моей голой груди. Затем она развернулась и поспешила уйти, оставляя позади пылесос. Я наблюдал, наслаждаясь тем, как тряслась ее попка. Черт, надеюсь, она убирается несколько раз в неделю. В следующий раз, я не буду так измотан. В следующий раз я узнаю, как ее зовут.

Как только она скрылась из виду, я вернулся в комнату и закрыл дверь. Мои губы растянулись в улыбке, когда я подумал о ее лице, когда она поняла что на мне только простыня. Как могла Нан нанять домработницу, которая вот так выглядела? Девочка была великолепна.

Я лег на спину и закрыл глаза. В голове всплыл образ той родинки, расположенной прямо там, под ее попкой. Мне действительно захотелось лизнуть эту родинку. Самая милая чертова родинка, которую я когда-либо видел.

Риз

- Ох, боже, ох боже, ох боже, ох боже, - повторяла я садясь на ближайший диван и закрывая лицо руками.

Я даже не поняла, что кто-то остановился здесь. Я разбудила его. Мне показалось, что он был раздражен. Ох, Боже, я не смогла говорить. Я так нервничала, что он уволит меня. Это было место, где мне лучше всего платили, но я никогда не встречалась с хозяином. Я работала на агентство по уборке, и они нашли мне эту работу. Это был самым большим домом, который я обслуживала, и уборка в нем один раз в неделю, покрывала мою ежемесячную аренду жилья, коммунальные услуги и продукты. Другие дома, в которых я убиралась, были поменьше, поэтому если я потеряю этот дом, то все деньги, заработанные за уборку остальных домов, будут уходить на покрытие моих счетов. Я не смогу ничего отложить. У меня не будет личных сбережений.

Образ его обнаженной груди дразнил меня, и крепко закрыв глаза, я попыталась вытолкнуть его из моей головы. Я не доверяла мужчинам. Ну, кроме моего соседа Джими. Он был тем, кто устроил меня в агентство по уборке. Ему нравились мужчины, не женщины, поэтому с ним я чувствовала себя в безопасности.

И также я обычно не наслаждалась видом мужской груди. Но эта грудь … ну она была по настоящему хороша. Его руки были мощными и покрытые мышцами. О чем я только думаю? Да, у него было красивое тело, но мужчины как он, которые живут в таких домах, не хотят кого-то как я больше чем на один раз.

Мужчина был богат и великолепен, и возможно в его постели уже была женщина, такая же богатая и великолепная. Вообще-то я была уверена, что у него все это было. В огромной спальне наверху была гардеробная комната, полная самой красивой одежды, которую я когда-либо видела. Я решила, что здесь живет женщина, и этот молодой человек, возможно, ее парень. Я только не совсем поняла, почему он остановился в другой комнате. Но это не мое дело. Поэтому, не важно насколько хороши были эти руки эта грудь, или насколько точенным было его лицо с этой не однодневной щетиной, думать о нем было совсем не безопасно.

Я должна была удостовериться, что не потеряю эту работу. Обычно в доме было достаточно чисто, потому что за то время что я работаю здесь месяцами никто не жил, но я, как положено, убирала его каждую неделю. Ни где не было пыли, и я даже занялась порядком в кладовой, уборкой шкафов, оттиранием дверей шкафчиков и выбрасыванием просроченных продуктов.

Встав, я стряхнула свое унижение оттого, что разбудила клиента, бог знает насколько громким пением и шумом пылесоса у его двери. Когда он увидит насколько все чисто, возможно он пересмотрит мою ошибку.

Три часа спустя нижний этаж был безупречен. Я даже заново полностью вытерла холодильник и морозильную камеру, давая клиенту, достаточно времени, чтобы выспаться. Я пошла на второй этаж и прибралась в каждой комнате, пока не осталось ничего, что можно было еще почистить. После этого я наконец-то остановилась у начала лестницы и посмотрела в сторону на третьего этажа. Было уже час дня, а он по-прежнему был в кровати. Мне нужно было убрать три спальни и три ванные комнаты, плюс комнату с домашним кинотеатром и комнату отдыха с полным баром. Комната отдыха была достаточна далеко от его комнаты, поэтому если я буду тихо работать, у меня получится убрать ее, не разбудив его.

Я на цыпочках поднялась наверх и тихо проскользнула мимо его комнаты. Когда я благополучно добралась до комнаты отдыха, я облегченно вздохнула. Я закрыла за собой дверь и повернулась посмотреть на большую не тронутую комнату. Бар был укомплектован всеми возможными видами алкоголя и большим количеством разнообразных бокалов, что я даже не могла представить, что для чего нужно. Я пересекла комнату и поставила мою корзину с моющими средствами на пол. Я решила, что сегодня потрачу дополнительное время на мытье окон. Я взяла стул и накрыла его чистой тряпкой, перед тем как на него встать. Потолок был не меньше двенадцати футов в высоту, из-за чего было тяжело добраться до окон. Иногда я приносила сюда лестницу, но сегодня это создало бы слишком много шума, если бы я попыталась ее поднять.

Я поднялась наверх с тряпкой, чтобы начать сверху донизу протирать окна, когда зазвонил мой мобильный телефон. Дерьмо! Я всегда ставила громкий звонок, когда работала, чтобы услышать его в любой части дома. Я наклонилась, чтобы спуститься вниз, но подвернула ногу. Я поморщилась от боли, прямо перед тем, как перевернулся стул, и я вытянула руку чтобы ухватиться за ближайшую от меня вещь. Массивное, богато украшенное зеркало.

Звук разбивающегося стекла раздался прямо перед тем, как моя задница с громким стуком ударилась об пол.

И мой глупый телефон все еще громко звонил.

Я повернулась и отчаянно попыталась дотянуться до телефона, но не смогла его схватить. Громкий звонок продолжался, пока я пыталась доползти со скрюченными ногами. Дверь распахнулась и, я застыла на месте.

Я сидела здесь, с осколками стекла по всюду вокруг меня, и перевернутым стулом. Единственным светлым пятном во всем этом, было то, что мой телефон наконец-то перестал звонить.

- Какого черта здесь произошло? Ты в порядке? - спросил он, гордо шагнув ко мне в паре белых трусов-боксеров. Ну, он хотя бы не был полностью голым. Я оторвала свои глаза от него и его почти обнаженного тела и глубоко вздохнула. Я разбила его зеркало и снова его разбудила.

Мне так жаль. Я заплачу вам за зеркало. Я знаю, оно, наверное, очень дорого стоит, но вам не надо платить мне, пока я не покрою его стоимость. Я даже буду бесплатно приходить несколько раз в неделю.

Он нахмурился и, у меня скрутило живот. Он не был доволен.

- У тебя что кровотечение? Черт, дай мне свою руку.

Он встал на колени и взял мою левую руку. И, конечно же, в ней был кусок стекла, и кровь медленно сочилась вокруг осколка.

Тебе нужно наложить швы. Позволь мне одеться и, я отвезу тебя в больницу, - сказал он, вставая и направляясь в комнату.

Я посмотрела на осколок и снова на дверь. Он собирался повезти меня наложить швы. Из-за этого? Если в агентстве узнают, они сами уволят меня. Я не могла позволить ему делать из мухи слона. Мне просто нужно немного перекиси и что-то чтобы перевязать рану. Затем я уберу весь беспорядок, который натворила.

Я встала и сморщилась от боли в спине. Там точно будет синяк. Я стряхнула пару осколков стекла, все еще цеплявшихся за мою одежду, но из-за этого на моих пальцах появились маленькие порезы. Кровь, которой были измазаны мои ноги, выставляла все в худшем свете, чем было на самом деле.

Я вылезла из обломков, созданного мной беспорядка. После того как я убедилась, что не оставлю за собой разбросанное стекло, я нашла в своей корзине чистую тряпку. Затем я направилась в ближайшую ванную, справа от комнаты отдыха, намочила тряпку и вытерла ноги.

- Что ты делаешь? - его голос звучал раздраженно.

Я вздернула голову и попятилась назад, когда он заполнил собой дверной проем ванной комнаты. Моя нога была на закрытой крышке унитаза, и я мгновенно опустила ее на пол.

Простите, я босыми ногами. Я собиралась протереть крышку, как только закончу.

Он еще сильнее нахмурился. Черт. Я делала только хуже.

- Меня не заботит этот чертов туалет. Почему ты не дождалась меня, чтобы я мог помочь? Ты могла наступить на стекло.

Что? На этот раз я нахмурилась. Я не понимала его. - Я была осторожна, - ответила я, все еще не уверена в том, что его так расстроило.

Идем. Я собираюсь вынуть это стекло, прочистить и перевязать рану, прежде чем мы уйдем. Ты не можешь оставить его там. Это может инфицировать рану.

Хорошо, - ответила я, боясь сказать ему нет. Было очевидно, он был намерен помочь мне.

Он повернулся и направился к выходу, так что я последовала за ним. Я только разок посмотрела на его ягодицы, и это было только потому, что мне было любопытно, как его задница выглядела в джинсах надетых на нем. Это было также впечатляюще, как и спереди. Джинсы очень хорошо сидели на нем.

Мой взгляд поднялся по его спине, и я впервые заметила, что у него был хвостик. Его волосы были не очень длинными, но казалась, что они достигают его плеч. Я не позволила себе рассматривать его, поэтому не все заметила. Его глаза и четкая линия подбородка завладели всем моим вниманием.

Мы дошли до его спальни и, отступив, он махнул, чтобы я прошла внутрь.

- Я понятия не имею где у Нан аптечка, но у меня есть кое-что в моей сумке. Я оказываю помощь при падении с лошадей, которых объезжаю, так что я приехал подготовленный.

Нан? Кто такая, Нан?

- Разве вы не живете здесь? - спросила я.

Он вытащил маленькую синюю сумочку из своей камуфляжной спортивной сумки и повернулся посмотреть на меня. Улыбка приподняла уголки его рта, и его глаза заплясали весельем.

- Черт нет, - усмехнулся он. - Ты не встречалась с Наннетт? Никто не будет жить с ней по собственному желанию. Но так как наш отец владеет этим домом, я могу останавливаться здесь, когда захочу. Я просто решил сделать это, когда Нан уехала.

Ох. До вас я никогда никого здесь не видела, - сказала я.

Это многое объясняет, - пробормотал он, затем усмехнулся, словно знал шутку, о которой не знала я. Он протянул свою руку. - Так, дай мне свою руку. Я буду нежен насколько смогу, но будет жечь.

Я не позволяла мужчинам прикасаться ко мне. Но то, как он сосредоточенно изучал мою ладонь, заставило меня довериться ему. Он был хорошим парнем, или он казался хорошим парнем. Он не смотрел на меня так, чтобы это заставило меня занервничать.

Я положила ладонь в его руку, и он виновато посмотрел на меня, словно в этом была его вина. Я смотрела, как он медленно вытянул стекло из моей ладони, и затем начал прижимать ватным тампоном, смоченным в перекиси. Да, сильно жгло, но я проходила через вещи намного хуже.

Он наклонил голову и стал осторожно дуть на мою рану, как только очистил ее. Ощущение его холодного дыхания на моей коже, облегчало боль, и я была очарованна тем, как его губы сложились трубочкой. Был ли он реальным? Ударилась ли я головой, когда упала? Было ли это каким-то странным сном?

Пальцем он крепко прижал ватный тампон к моей ране, пока доставал новый тампон и перевязочный бинт. Мне бы хотелось наложить мазь, но я редко пользуюсь ей, и не привез с собой. Но у меня есть Тайлинол, ты можешь принять его, чтобы облегчить боль, пока мы не доставили тебя в больницу.

Я просто кивнула. Я не знала, что мне еще сделать. Никого никогда не интересовало, что у меня были травмы. А их у меня было много.

Кстати, меня зовут Мейс, - сказал он, посмотрев на меня, пока перевязывал мою руку.

Мне нравиться это имя. Я никогда его не слышала, - он усмехнулся.

Спасибо. А у тебя есть имя?

Ох. Он спрашивал мое имя. Никто из тех на кого я работала, никогда не спрашивал мое имя, за исключением одной клиентки. Но она отличалась от других клиентов, у которых я работала. - Да есть. Мое имя Риз.

Мейс

Она пахла, как чертова булочка с корицей. Это сладкая сахарная глазурь и запах корицы, от которого во рту собиралась слюна. Было сложно не вдыхать слишком глубоко, когда ее запах окутал меня. Но я решил не вести себя как псих, не притягивать ее к себе, чтобы уткнуться лицом в ее шею и просто вдыхать ее запах. Я никогда не знал женщин, которые бы пахли как булочка с корицей, но, черт возьми, это возбуждало.

Я перевязал ее руку и затем, повел ее вниз по лестнице. Казалось, она была чем-то озадаченна, но она мало что сказала. Я спросил, была ли у нее сумочка, и она, кивнув, пошла и взяла ее со столика у двери. Это было не то, что большинство женщин могло бы назвать сумочкой, это был выцветший синий рюкзак. Она повесила его на плечо и обеспокоено оглядела дом.

Я не закончила уборку, - сказала она, затем снова посмотрела на меня.

Ты не можешь убираться с открытой раной на руке, - сказал я ей, не в силах подавить улыбку.

Она нахмурилась и, ее лоб сморщился.

- Все не так плохо. Я могу работать в таком состоянии, - сказала она, подняв перевязанную руку.

Я покачал головой и открыл дверь. - Нет, не можешь.

Мы вышли на улицу и, я увидел, что мне доставили мой грузовик. Я ждал, что кто нибудь привезет его. Отлично, я могу поехать на нем, вместо ее машины.

Где твоя машина? - спросил я ее.

У меня ее нет.

Тебя кто-то привез? - спросил я, заранее зная, что она ответит, что ее привез ее парень. Черт.

Мой сосед работает в загородном клубе Керрингтон. Я приезжаю с ним, а потом иду пешком.

Сосед. - Он не довозит тебя досюда?

Она покачала головой и посмотрела на меня, как будто я был сумасшедшим. - Нет. Это всего в мили отсюда. И мне нравиться ходить пешком.

Кто твой сосед? - спросил я.

Его зовут Джимми.

Я собирался поговорить с Джимми. Для того, кто выглядел, как она было совсем не безопасно ходить пешком одной. Розмари Бич было безопасным местом, но здесь были и другие люди, которые были в городе проездом, следуя из одного города в другой. - Джимми отвозит тебя домой?

Она неуверенно посмотрела на меня. Словно была не совсем уверенна, стоит ли мне отвечать. - Иногда — да, частенько, да.

Почему у нее не было машины? Ей должно быть двадцать один или двадцать два года. Она не была ребенком. Я предполагал, у нее была работа и квартира.

- Как ты добираешься до дома, когда Джимми не подвозит тебя? - спросил я, придерживая для нее открытую дверь грузовика. Я протянул руку, чтобы она взялась за нее здоровой рукой, и помог сесть в машину.

Я иду пешком, - она ответила, не смотря на меня.

Твою мать.

Посмотрев вниз на ее дешевые сланцы, я заметил, что у нее были идеальные маленькие, розовые пальчики. Неужели даже ее ступни должны быть такими сексуальными? Черт.

Она спрятала ступни, и я знал, она заметила, что я смотрел на них. Я закрыл дверь грузовика, растягивая время, пока шел к водительскому месту. Этой девочке необходима помощь, но я не мог спасать ее. Я приехал сюда на неделю, может две, перед тем как снова вернуться в Техас. Было глупо начинать задумываться над проблемами этой девочки.

В моем кармане зазвонил мобильник прежде чем я включил зажигание, и знал это была Харлоу. Она ждала меня к двум часам. Посмотрев на часы, я увидел, что сейчас было почти два часа.

Эй, - сказал я в телефон, развернув грузовик и направляясь к главной дороге.

Тебе удалось немного поспать? - спросила она. Я слышал как ее малышка, Лила Кейт издавала звуки на заднем фоне.

Ух, ага, - ответил я. Я не мог сказать ей, как мало я спал, потому что причина этого сидела возле меня.

Ты же приедешь к двум? Грант сказал, что дает нам только час, а затем к трем часам он вернется.

Я посмотрел на раненную руку Риз. Это займет время. В комнате ожидания скорой помощи никогда ничего не делалось быстро. - Утром произошел несчастный случай. Девочка, которая убирает дом Нан, упала и поранила руку. Я везу ее наложить швы. Пройдет время, пока я туда доберусь.

Ох, нет! -сказала Харлоу, и ее голос был полон беспокойства. Одна из многих причин, почему я предпочитал Харлоу Нан. - Она в порядке?

Она даже не вздрогнула, когда я обрабатывал рану перекисью. Черт, даже я не молчал, когда у меня были такие порезы. – Похоже, что в порядке. Просто противный порез. У нее нет машины, и после всего мне будет нужно отвести ее домой. Возможно, пока я доберусь, будет уже поздно. Но всю оставшуюся неделю я в твоем полном распоряжении. До воскресенья ты устанешь лицезреть мое лицо, - заверил я ее.

Харлоу засмеялась. - Сомневаюсь, что это так. Не торопись. Отвези ее в больницу, а потом благополучно домой. Я прилягу с Лилой Кейт. Прошлой ночью она много просыпалась. У нее режутся зубки.

Тогда поспи немного милая. Увидимся вечером, - ответил я, перед тем как закончить звонок.

Тебе не нужно оставаться со мной. Я возьму такси, чтобы доехать домой, - сказала Риз.

Я не собирался оставлять ее одну накладывать швы, а потом на такси ехать домой. Я что был похож на ублюдка, способного сделать это? - Я останусь с тобой, - твердо сказал я.

Это действительно мило с твоей стороны отвести меня в больницу. Но у меня раньше были порезы на много хуже этого. Мне даже не нужно накладывать швы. Я могла бы просто закончить уборку и пойти домой.

Что? Она что серьезно? - Тебе наложат швы, и я отвезу тебя домой, - я был расстроен и начинал раздражаться. Не на нее. Боже, кто вообще мог разозлиться на кого-то похожего, на нее? Но я злился на то, что она считала, что не было никакой необходимости накладывать швы.

На этот раз она не стала спорить. Я посмотрел на нее, она сидела прямо и, ее тело облокотилось на дверь, словно она пыталась отгородиться от меня. Я напугал ее?

Послушай Риз, ты убирала дом моей сестры и получила травму. Это наша обязанность удостовериться, что ты получишь правильный уход. Я не позволю тебе закончить уборку ни сегодня, ни завтра. Ты можешь вернуться, когда твоей руке станет лучше, и она не будет болеть. Я буду здесь всю неделю, и я убираю за собой, не то, что моя сестра. Мне не нужна домработница.

Она не посмотрела на меня, но кивнула.

Казалось, что это был единственный ответ, на который я мог рассчитывать. Прекрасно. Она могла дуться на это, но серьезно, все, что я сделал, это потребовал чтобы она позволила мне позаботиться о ней. В чем была ее проблема?

Риз

Этот день не мог стать еще более унизительным. Мейс включил радио, и мы ехали так всю дорогу до больницы. Он больше не сказал ни слова. Я знала, он был либо расстроен, либо зол. Я задерживала его от встречи с женщиной, но я пыталась его отпустить. Он просто не стал меня слушать.

Когда мы приехали в отделение скорой, он взял мне содовой, пока мы ждали очереди, хотя я и сказала, что не хочу. К тому времени, как меня забрали наложить швы, мы сказали друг другу не больше пяти слов. Я снова хотела сказать ему, чтобы он уходил и что я возьму такси, но я боялась, что он начнет ругаться со мной. Я не знала этого мужчину. Я понятие не имела, на что он был способен.

Когда они делали мне укол, Мейс взял мою вторую руку и сказал, что я могу сжать ее, если мне будет нужно. Что это вообще значило? Он пытался облегчить мою боль? Это был всего лишь укол. Когда они начали зашивать мою рану, которой понадобилось пять швов, он продолжал держать мою руку.

Он рассказывал мне анекдоты. Они были банальными, но я смеялась. Не думаю, что кто-то раньше пытался рассмешить меня. Я знала, это было впервые, когда кто-то рассказывал шутку и, она была не обо мне. В школе я наслушалась шуточек, но там я была мишенью для насмешек.

Теперь он подъезжал к моему дому. Он не говорил со мной в течение всей поездки. Несколько раз он выглядел так, словно собирался, что-то сказать, но останавливал себя. В итоге он снова включил радио, и я поняла, что на этом он закончил со мной все разговоры.

Я не могла обижаться на его молчание. Он отложил встречу или свидание с девушкой, чтобы отвести меня в больницу и наложить швы. В течение всего времени он был так мил, - более того, он был добр ко мне. Но сейчас, его мысли были заняты, его «милой» девушкой, которая его ждала.

В прошлом меня называли «малышка», «сладкая» или «горячая штучка», что до сих пор заставляло меня передергиваться. Меня также называли другими, менее лесными именами, но никогда «милой». Мне было интересно, каково это чувствовать такое обращение. Когда кто-то говорит тебе это и действительно имеет это в виду. Знать, что он не причинит мне боль.

Когда он припарковал грузовик, я знала, что должна снова поблагодарить его и отпустить.

Спасибо еще раз за то что свозил меня, и за содовую, и за … за, хм, за то что держал меня за руку. Я действительно ценю это. Мне очень жаль, что я испортила твой день. И я вернусь убраться в воскресенье. В этот день у меня нет других домов. И к тому времени ты уже уедешь … так?

Мейс вздохнул и посмотрел на меня. - Да, я отправлюсь домой в воскресенье. Во всякм случае, пока планы именно такие. Но не беспокойся о доме, пока твоей руке не станет лучше. Нан не будет еще месяц. Она в Париже.

Париж. Вау. Я не могла даже представить, чтобы поехать в такой город, как Париж. Мне было интересно, как выглядела эта Нан. Если она была его сестрой. Я думаю, она была красивой.

Хорошо, спасибо, - снова сказала я, не в силах перестать благодарить его. Я схватила рюкзак и открыла дверь грузовика.

Подожди. Позволь мне помочь тебе спуститься, - сказал Мейс, останавливая меня. Он делал это каждый раз, когда я спускалась или залезала в грузовик. Это было так, словно он думал, что я не могла сама спрыгнуть при этом, не навредив себе. Но опять же после того как он стал свидетелем сегодняшнего происшествия, он, скорее всего, считал меня недотепой.

Он стоял напротив меня и держал протянутую руку, чтобы помочь мне. Я позволила ему помочь мне, потому что не была уверенна, что когда нибудь снова встречу этого мужчину. Он не осознавал этого, но он давал мне надежду. И он показал мне, что не все мужчины были злом.

Я прикусила язык, чтобы снова не начать благодарить его. Вместо этого я просто кивнула и направилась к квартире 1C.

Риз, - позвал Мейс, останавливая мое движение.

Я повернулась посмотреть на него. Солнце за ним садилось, и я была уверена, никто и никогда не был столь совершенен.

Ты не испортила мой день, - было все, что он сказал, прежде чем открыть дверь своего грузовика и забраться внутрь.

Я хотела посмотреть, как он уезжал. Но не стала.

На следующее утро моя рука сильно пульсировала. Но я приняла антибиотики и обезболивающее, которые прописал мне врач, и собралась на работу. Был еще один дом в Розмари Бич, который я должна была убрать. Джимми нашел его, потому что он дружил с хозяевами. Я не собиралась подводить его, звонить и говорить, что я больна.

Джимми улыбаясь, стоял у моей двери с двумя готовыми чашками каппучино. Он был не просто хорош, он был великолепен. И он знал это. Однако, было странно что я не смотрела на него как на обычного парня. Скорее он был моей самой первой подружкой. Как-то раз, я сказала ему об этом и, он кудахтал от смеха.

В его квартире также была машина для приготовления каппучино. Я начинала влюбляться в эту машину.

Доброе утро, великолепная. Вот твой сок, чтобы проснуться, - сказал он, протягивая мне чашку. Я начала протягивать к нему свою больную руку и остановилась. Я взяла его здоровой рукой, но глаза Джимми уже сосредоточились на той, что была перевязана. - Девочка, какого черта с тобой произошло?

Я вздохнула, не желая вспоминать сотворенный мной беспорядок. - Я упала пока мыла окно, и когда падала, разбила зеркало, которое порезало мою руку, я не хотела вдаваться в подробности. Я подняла перевязанную руку. - Пять швов. Брат хозяйки дома свозил меня в больницу.

Джимми вздрогнул. - Ой. Ты уверена, что сможешь сегодня убирать дом? Это будет болеть.

Я в порядке. Я буду делать уборку медленнее, но ты можешь быть уверен, что я больше не стану вставать на стул и мыть окна, - пошутила я.

Он не улыбнулся, только покачал головой. - Риз Эллис, ты одна сплошная работа. Пошли, доставим твою горячую попку в дом Картеров. Кстати, для тебя у мене есть еще один номер. Блэр Финли, мой близкий друг, и она заинтересована в найме новой домработницы. Та, что у них сейчас работает, собирается выйти на пенсию, и она хочет кого-то помоложе. У нее озорной малыш. Их домработнице стало тяжело убирать его беспорядок. Малыш, просто милашка, - я взяла номер, который он мне протянул. - Позвони ей. Она куколка. Ты полюбишь ее.

Еще одна работа, которую я собиралась получить без агентства. Это хорошо. Все средства, что я зарабатывала с клиентов, которых находила сама, оставались мне. - Спасибо Джимми, - сказала я, засовывая номер в свой карман. - Я позвоню ей, как только моей руке станет лучше. Я не хочу показаться в ее доме с перевязанной рукой.

Джимми улыбнулся и, его ангельское лицо стало еще светлее.

- Вообще то она невестка Харлоу Картер, во всех смыслах этого слова.(в англ. языке слова невестка, золовка и свояченица обозначаются одним понятием sister-in-law. Блэр является и невесткой и свояченицей Харлоу)

В этом на самом деле не было никакого смысла. Что он имел в виду, во всех смыслах? Я решила, что это не имеет значения. Кроме того, мне очень нравилась миссис Картер. Она всегда дома, когда я убиралась, потому что у нее был маленький ребенок, и мы пару раз разговаривали. Она всегда пытается остановить меня и заставить пообедать с ней. Я уверенна, что мне будет приятно работать на ее невестку.

Сегодня я должен работать на благотворительном вечере в клубе. Я не освобожусь до часу ночи. Мне бы хотелось, чтобы ты взяла такси до дому. Особенно с твоей больной рукой. После уборки у картеров ты будешь уставшей. И возможно у тебя будет болеть рука.

Этот разговор был у нас постоянно в те дни, когда ему приходилось работать допоздна. Он всегда хотел, чтобы я взяла такси, но мы жили в восьми милях от загородного клуба, прям за пределами Розмари Бич. Мне приходилось ходить пешком в школу, библиотеку и в продуктовый магазин всю мою жизнь. Я привыкла много ходить. Чтобы куда нибудь попасть, мне приходилось идти пешком.

Сейчас, возможно я могла позволить себе машину, но я не могла пройти письменный тест. Однажды я попросила мать помочь мне, и это было ужасной ошибкой. Я удостоверилась, чтобы я поняла, что ленивые и глупые люди не должны водить машины. Это было опасно для всех остальных. Я дважды пыталась прочесть учебное руководство к письменному тесту, но это было бесполезно. Буквы и слова никогда не имели для меня смысла. Что как я знала со слов моей матери, отчима и всех детей в школе — было глупо. Я была глупой. Мои мозги работали не так, как у всех. Мне было двадцать два года, и я по прежнему ходила в библиотеку, брала иллюстрированные книжки и пыталась их прочитать.

Уверен, Харлоу подвезет тебя после работы, конечно, если ты попросишь. Черт, я сам попрошу ее. Нет человека милее, чем Харлоу Картер

Я не собиралась просить ее подвозить меня домой. - Все в порядке. Я подумаю над тем, чтобы вызвать такси, обещаю, - сказала я ему, зная, что подумаю об этом, но не стану это делать.

Мейс

Прошлым вечером я так и не поехал к Харлоу. Я вернулся домой и убрал стекла, затем позвонил и объяснил что вымотался. Мне по-прежнему было необходимо выспаться. Нескольких часов, которые у меня были тем утром, было недостаточно.

Когда сегодня утром я проснулся в тишине, у меня было странное чувство утраты. Что было очень странно, учитывая, что Риз на хрен не умела петь. Я не планировал снова встретиться с этой девочкой. Даже если я не уеду в воскресенье, меня не будет здесь, когда она придет. У меня было желание помочь решить ее проблемы. Что было глупо. Она прекрасно справлялась без меня. Но в этих глазах было что то такое … и черт, кого я пытаюсь обмануть? У нее не было ни одной части тела, которое бы не кричала о внимании. И я хотел дать ей это внимание.

У такой женщины должен быть мужчина. Не было никакого смысла в том, что у нее этого не было.

Я подъехал к дому Харлоу и выкинул из головы все мысли о Риз, чтобы я мог забыть вчерашний день. Да, я считаю, что заслужил, мать вашу трофей, за то, что не поцеловал эти пухлые губы, но теперь с этим было покончено.

Входная дверь открылась и оттуда выбежала Харлоу, улыбаясь, как маленькая девочка. Для меня она всегда будет маленькой сестричкой. Я по прежнему помнил ее косички и щель между ее передними зубами, когда она мне улыбалась. Тогда на ее носу были еще и веснушки. Долгое время она нуждалась во мне, и я заботился о ней. Но теперь это делал Грант Картер.

Ты здесь! - завизжала она и бросилась в мои объятия.

Я усмехнулся ее энтузиазму и обнял ее, когда она поцеловала меня в щеку. - Прости, что вчера не получилось. Был тяжелый день, - сказал я, чувствуя вину за то, что не пришел вчера.

Все в порядке. Я запланировала для нас весь день. Лила Кейт спит внутри, а домработница, на которой настоял Грант, убирается наверху. Что кстати не было моей идеей. Ему не нравилось, что я убиралась пока Лила Кейт спала, он считает что я должна спать вместе с ней и побольше отдыхать. Он не хочет, чтобы я убирала дом, - она закатила глаза, словно он был смешон. Но я был согласен с ним. У Харлоу было больное сердце, которое почти лишило нас ее. Память что мы почти потеряли ее во время родов, была по-прежнему слишком свежа. Прошло несколько дней после рождения Лилы Кейт, прежде чем Харлоу открыла глаза.

Он прав, - просто ответил я, и Харлоу засмеялась надо мной.

Идем в дом. У меня готов перекус. Ночью я смотрю канал по приготовлению пищи, пока даю Лиле Кейт ее бутылочку, так что в последнее время я много готовлю. Это словно зуд.

Я последовал за Харлоу в дом, пока она радостно болтала. Слышать радость в ее голосе и видеть, как в ее глаза сияют любовью, заставляло по настоящему уважать Гранта Картера. Он мне нравился. В начале я не был уверен в этом, но чувак убедил меня. Он сделал мою сестренку счастливой. Он обожал ее так, как нужно было обожать Харлоу.

Я вернулась в дом Риз. Тебе не нужно приглядывать за Лилой Кейт. У меня с собой радио няня. Спасибо! - сказала Харлоу у лестницы.

Как только прозвучало имя «Риз», я посмотрел наверх и увидел эти светло голубые глаза, широко раскрытые и удивленно смотрящие на меня вниз. Вот дерьмо. Это слишком для того, кто не собирался с ней сново встречаться.

Риз, это Мейс, мой брат. Мейс, это Риз. Она самая лучшая домработница в мире. Я должна поблагодарить Джимми, за то что он привел ее ко мне.

Я увидел, как она прячет перевязанную руку здоровой рукой, когда она вымучила напряженную и нервную улыбку. Она работала с такой рукой. Проклятие. Она что вообще не слушала, о чем я ей говорил? Она была так чертовски упряма. Ее швы, должно быть ныли, твою мать.

Она еще и очень преданная, так как убирает твой дом с пятью свежими швами на ладони. Твоя терпимость к боли действительно впечатляет Риз, - сказал я.

Что? - выдохнула Харлоу, - Ох! Риз убирается и у Нан? - Харлоу переметнула взгляд на Риз. - Ты убираешься, после того как вчера получила открытую рану? Почему ты мне не сказала? Я бы ни за что не стала бы ждать тебя сегодня. Твоя рука должна отдыхать. У тебя могли разойтись швы, - отругала ее Харлоу.

Я наблюдал, как Риз расправила плечи и спрятала перевязанную руку за спину, словно это помогло бы все забыть. - Я в порядке. Правда. Сегодня утром я проснулась и, рука совсем не болела. Ну, возможно совсем немного, но я приняла лекарство и, ей стало лучше. Я почти закончила убираться наверху. Я не задержусь больше чем на три часа.

Харлоу покачала головой. - Точно не задержишься. Идем, перекусишь с нами, а потом Мейс может отвести тебя домой. Я не хочу, чтобы ты возвращалась сюда раньше следующей недели. Ты не можешь работать с такой рукой.

Я видел разочарование на лице Риз, но она не собиралась спорить с Харлоу. - Хорошо. Позвольте мне положить сложенные полотенца в вашу ванную комнату, и затем я спущусь.

Черт, женщина. - Полотенцам хорошо там, где они сейчас находятся. Харлоу может сама разложить свои полотенца. Идем вниз, - это звучало как приказ. Но она давила на мое терпение.

Она натянуто кивнула и медленно спустилась по лестнице. Сегодня она не надела шорты. Вместо этого, на ней были леггинсы, которые заканчивались чуть ниже колена. Они обтягивали ее как перчатка. Мне бы хотелось, чтобы ее чертова майка не была такой большой, чтобы я мог увидеть ее попку в этих вещах.

Мне жаль, что он говорит, как командует. Он всегда был властным. Это альфа-самец, которым он и стал, - сказала Харлоу, когда Риз остановилась напротив нас. - Идемте, давайте поедим. Я приготовила несколько блюд, которые делала впервые. Не могу дождаться, чтобы узнать, что вы об этом думаете.

Я смотрел, как Харлоу пошла на кухню, и дождался пока она будет достаточно далеко, прежде чем посмотреть на Риз. - Позволь мне осмотреть твою руку, - мягко сказал я, пытаясь облегчить ее напряжение. Было понятно, что я заставлял ее нервничать, когда злился.

Она собиралась начать спорить. Я видел это в ее глазах, но она смягчилась и протянула руку. Я аккуратно разбинтовал ее и посмотрел на сморщенную розовую кожу. Рана не была инфицирована, но была повреждена из-за уборки. Ей нужно было поставить немного льда и мази на руку.

Я принесу немного льда. Идем, - сказал я ей, держа ее за запястье и притягивая, чтобы она шла впереди меня.

Мне бы не хотелось, чтобы ты делал это. Харлоу будет не по себе из-за того, что я убирала ее дом.

Она беспокоилась о Харлоу. Почему меня это не удивляет? - Все в порядке. Харлоу бы хотелось, чтобы ты позаботилась о себе.

Она прошла в кухню и подошла к столу, где Харлоу жестом указала ей сесть.

Мой расслабляющий визит к Харлоу, только что стал чем-то совсем другим. Я подошел к морозильнику и сделал мешочек из за льда. Харлоу села за стол напротив Риз, но я мог чувствовать на себе ее взгляд. Моя сестричка видела в этом больше, чем было на самом деле.

Риз

Это было так неловко.

Харлоу была «милой», с которой он вчера разговаривал. Это то, что мне пока удалось выяснить. Она упоминала, что он не смог встретиться с ней вчера. Из-за чего я себя ужасно чувствовала. И теперь, я снова прерывала их встречу. Было очевидно, что Мейс обожал сестру, и она так же относилась к нему. У меня не было ни сестер, ни братьев, и я понятие не имела, каково это ощущение.

Киро звонил тебе? - спросил Мейс, посмотрев на сестру, прежде чем откусить лежащий на его тарелке сандвич.

Она напряженно улыбнулась и кивнула. - Да. Ему тяжело находиться так далеко.

Я удивлен, что он так надолго уехал. Ты собираешься навестить свою маму?

Харлоу нахмурилась и уставилась на свою тарелку. Что-то однозначно было не так. Были ли у нее проблемы с мамой, как были у меня? И он сказал « свою маму». У них были разные матери? - Он беспокоиться, что я могу ее расстроить, если его не будет рядом. Он считает, что для меня будет лучше дождаться его возвращения.

Мейс рассерженно проворчал. Ему не понравился ее ответ. Он перевел взгляд на меня. - Тебе лучше? Лед помогает?

Я кивнула.

Давай не будем сейчас говорить о папе. Это грубо говорить о семейных делах, когда у нас гость, - сказала Харлоу с улыбкой, которая не коснулась ее глаз. Что-то из того, что сказал Мейс, ее тревожило.

У вашего отца крутое имя, - сказала я, надеясь слегка разрядить внезапно возникшее в комнате напряжение. - Единственный Киро о котором я слышала, это Киро Меннинг. Я никогда не слышала ни о ком другом с таким именем.

Харлоу и Мейс переглянулись, и затем настоящая улыбка растянулась на лице Харлоу и в ее глазах заплясали смешинки. - Я тоже никогда не слышала ни о ком другом с таким именем. За исключением, конечно же, Киро Меннинга.

Я начала вежливо соглашаться, когда до меня медленно дошел смысл ее слов. Нет … стоп. Нет …

Я так думаю, я не сказал тебе своего полного имени, когда представился, - с улыбкой сказал Мейс.

Ладно, постойте. Мои мозги полностью разрушились. В то время когда я уходила из дома, как раз появились новости о жене Киро Меннинга и его дочери. Тогда у меня не всегда получалось посмотреть телевизор.

Ты редко смотришь телевизор, не так ли? - с дразнящей улыбкой сказал Мейс, делая глоток своей содовой.

Я не собиралась ему объяснять, почему я редко смотрела телевизор. Я просто кивнула головой. - Да, очень редко.

Харлоу вздохнула, а затем тихо рассмеялась. - Это кто то, кто не знал, кем я являюсь, и теперь Мейс ты все испортил.

Я поняла, что она шутит. Я улыбнулась и попыталась осознать тот факт, что я сижу за столом с детьми Киро Меннинга. В какой вселенной это происходит? Чувство неловкости поглотило меня, и мне не хотелось ничего больше, как просто отсюда сбежать. Я не просто прерывала семейную встречу. Я прерывала встречу легендарной рок семьи. Ох, боже, мне было так стыдно.

Я посмотрела на них обоих, сидящих здесь, таких милых, с такими спокойными улыбками. Они выглядели как любая обычная, счастливая семья. Они не вели себя так, как вы ожидали, будут вести себя дети рок легенды.

Мне нужно идти. Я … моя рука начинает меня беспокоить, а я забыла свои лекарства дома. Спасибо большое за перекус, и я обещаю поработать сверхурочно на следующей неделе. Вы наслаждайтесь своей едой, я сама найду выход, быстро сказала я, пока никто из них меня не перебил. Затем я встала, улыбнулась им еще раз, перед тем как покинуть комнату как можно спокойнее и тише.

Я только успела переступить через порог, когда почувствовала, как большая рука обернулась вокруг верхней части моей руки. - Не так быстро. Ты хочешь уйти, я тебя отвезу. Ты не пойдешь пешком.

Мейс не очень крепко держал мою руку, чтобы я могла запаниковать, но крепкая хватка заставила ускориться мое сердцебиение. Я не любила, когда меня хватали. Мне удалось взять под контроль свою реакцию. - Я, ух … ладно. Хорошо. Спасибо. - Спорить с этим мужчиной было изматывающим делом. Он все равно победит. Так что я просто могла сдаться.

Казалось, что он был доволен тем, что я не собиралась поднимать шум. Он опустил руку и положил ее мне на спину, словно направляя меня к своему грузовику. Я прошла вперед него достаточно быстро, чтобы его рука не могла касаться меня. Мне не нравилось, когда меня трогали. Не так в частности. Даже напоминая себе, как мне не нравятся когда ко мне прикасаются, я не могла не чувствовать тепла оставленного там, где была его рука. Это не было неприятным ощущением, просто новым. Чем-то очень новым. Словно до настоящего момента такого никогда не происходило.

Мейс открыл дверь грузовика, прежде чем я смогла дотянуться до ручки, и он взял меня за руку, чтобы помочь. Снова. Я была в его грузовике, но на этот раз я знала о нем побольше. Что он был хорошим, любящим братом. Что он обожал свою сестру. Что он был сыном Киро

мать его Меннинга.

Святое дерьмо, это было безумием.

Когда он сел за руль, я посмотрела на него. Его высокое, мускулистое тело было прикрыто фланелевой рубашкой и потертыми, изношенными джинсами. Его бедра были обтянуты джинсами, и я могла видеть движение его мышц.

Когда придешь домой, наложи немного той мази, которую мы вчера купили. Она смягчит кожу вокруг раны и уменьшит боль.

Я так и сделаю, - заверила я его.

Он кивнул и потянулся за очками, которые он держал в кармашке для очков, и надел их.

Как может кто-то выглядеть так сексуально, пока надевает очки? До этого момента, я не думала что такое возможно.

Тебе нужно позвонить Джимми и предупредить его, что тебя подвезут до дома?

Я покачала головой. - Нет, я бы в любом случае пошла домой пешком. Ему сегодня вечером надо работать.

Мейс нахмурился. - Знаешь ли, здесь есть служба такси.

Я посмотрела на перевязанную руку и опустила глаза. Я не хотела рассказывать этому мужчине историю своей жизни, чтобы объяснить, что такси были бесполезны. Я любила ходить пешком. Это было то, что я всегда и делала.

Мейс вздохнул, когда я не ответила.

- Ты работаешь завтра? - спросил он.

На завтра у меня не было домов требующих уборки. Это был день, когда я ходила в библиотеку и меняла книги. Прогуливалась по пляжу, убирала свою квартиру и покупала продукты. Это было мое время. - Нет. Завтра я не работаю.

Хорошо.

Мейс

Спустя два дня, как я отвез Риз домой от Харлоу, я по-прежнему интересовался ей. Беспокоясь за ее проклятую руку и за ее пешие прогулки повсюду. Я как черт пытался выкинуть это из головы. Она не была моей ответственностью.

Харлоу вручила мне Лилу Кейт, после того как вынула ее из автокресла. Я крепко держал маленького чудо ребенка в своих руках, потому что она все еще была ужасно маленькой. И то, как Грант порхал над ней, словно она могла сломаться, заставляло меня думать, что в принципе такое возможно. Я был осторожен.

Ты неси ее. Я возьму сумку с ее вещами, - сказала Харлоу, дотягиваясь до огромной сумки Лилы Кейт, полной вещей для прогулки. Сумка была больше, чем ребенок.

Мы собираемся только на ланч с семьей Финли. Ей что действительно необходимы все эти вещи в течении двух часов пока мы будем там? - спросил я, удивляясь как Лиле Кейт может пригодиться такая большая сумка.

Харлоу просто улыбнулась и перекинула ремень сумки через руку, затем закрыла дорогущий

SUV, который подарил им наш отец когда родилась Лила Кейт, - Пошли.

Я последовал за Харлоу ко входу.

-Почему мы просто не воспользовались услугой швейцара? - сказал я подумав, что так было бы легче.

Потому что требуется время, чтобы достать Лилу Кейт и выгрузить ее вещи. Я ненавижу занимать дорогу.

Я посмотрел на швейцара, и рядом с ним не было ни души. Все же я не стал это комментировать.

Добрый день миссис Картер, мистер Меннинг, - сказал парень у входа, широко раскрывая для нас дверь.

Я не был членом загородного клуба Керрингтон, но Харлоу, Раш, мой отец, отец Раша и конечно же Нан, все были членами клуба. Думаю, люди были уверены что я также был членом клуба.

Миссис Картер, мистер Финли и его жена уже сидят в задней комнате. Вам предоставлено уединение, - сказала администратор, раньше, чем мы успели к ней подойти. Мы проследовали за ней через обеденный зал в комнату с тремя стеклянными стенами, с видом на залив и теннисные корты.

Блэр моментально встала и подошла ко мне. Хотя она шла совсем не ко мне. Это я знал.

Дай мне ее, - завизжав Блэр протянула руки, чтобы взять Лилу Кейт.

Эй Мейс! - сказал Нейт Финли, вставая со своего стульчика и махая мне рукой. Каждый раз как я его видел, малыш все больше и больше становился похож на своего отца.

Эй, малыш, - я подошел к нему, чтобы стукнуться кулачками.

Держи его выше. Вот так, -сказал Нейт. Затем он издал ртом такой звук, словно и в самом деле, что-то взорвалось и, разжал кулачок.

Так делает дядя Грант, - смеясь, сказала Блэр.

Я удостоверился, чтобы мой кулак тоже взорвался и занял место напротив Нейта и Раша.

Раш улыбался так, словно Нейт был самой интересной вещью в мире. - Сядь на сидение. Не вставать. Помнишь, - поправил он его. Нейт плюхнулся вниз и Раш потрепал его волосы, затем посмотрел на меня. - Наслаждаешься визитом?

Ага. Приятно видеть, что у Харлоу все хорошо. И что она счастлива.

Раш кивнул в знак согласия. - И Гран такой же. Теперь он постоянно улыбается.

- Рад чтоя здесь не живу. Вы, конечно же, ребята выглядите счастливыми и все такое, но вы падаете как домино. Ты, Вудс, Грант теперь и Трипп, - я откинулся назад и улыбнулся. - Здесь это в воде, так что мне не нужно здесь долго задерживаться. Я пока не готов к такому.

Раш усмехнулся и посмотрел на Блэр, которая ворковала с Лилой Кейт. Блэр была красавицей. Без сомнений это было так. Когда Раш решил остепениться, он вытянул выигрышный билет. Но по-прежнему, это не было тем, что я хотел. Во всяком случае, пока не хотел. Мне было только двадцать пять. Семейная жизнь не может быть постоянно гребанным цветником, как могло показаться, смотря на эти парочки.

Ты просто пока не встретил ее, — сказал Раш, смотря на Блэр. - Когда встретишь, будет не важно то, о чем ты сейчас думаешь. Она будет всем, что ты хочешь в этой жизни.

Я был уверен, что он именно так и чувствовал, но я целый день работал с лошадьми на ранчо. У меня не было много времени на женщин или на отношения с женским полом. Я был слишком занят построением и благоустройством собственной земли. Конечно же, у меня были определенные нужды. Я мужчина. Но у меня была подруга, которая помогала мне избавиться от этой нужды, без какой либо связи. Нас обоих это устраивало. Корделия жила на соседнем ранчо почти всю мою жизнь. Она и я понимали друг друга.

Ох, Раш, она идеальна. Думаю я хочу девочку. Не уверенна как долго я смогу ждать, - сказала Блэр, целуя носик Лилы Кейт.

Детка, когда ты будешь готова к еще одному ребенку, я сделаю это целью номер один и сделаю все чтобы это произошло, - сказал он, подмигнув жене.

Щеки Блэр порозовели, и она попыталась нахмуриться, но не смогла.

Ну, вы только посмотрите, кого сегодня я должен обслуживать. Я так и подумал, что это должен быть кто-то важный, поскольку именно мне поручили эту работу, - сказал мужской голос. Я повернулся и увидел, что он улыбается Блэр. Он склонился над Лилой Кейт. – Привет сладкая. С тобой сегодня нет твоего жадного папочки. Возможно, до меня дойдет очередь подержать тебя, - сказал он.

Эй, Джимми, - позвал Нейт и помахал ручкой. Затем он вытянул свою маленькую ручку и зажал ее в кулачок.

Джимми знал что делать, и стукнулся с ним кулачком. - Ты хочешь ванильный колы бро? (братан) — спросил он Нейта, который кивнул ему. - Что я могу принести для всех остальных? - спросил Джимми. Он вернулся к Блэр, чтобы принять ее заказ, затем обошел стол.

Когда он развернулся чтобы выйти, Харлоу позвала его. - Джимми ты же дружишь с Риз, не так ли?

Я перевел внимание на сестру, чтобы посмотреть, что она собиралась сказать. Она как бы невзначай спросила у меня о Риз, и я знал что она ищет причину, по которой я помогаю Риз. Но я покончил с этим. Или думал что покончил.

Джимми широко улыбнулся. - Она моя соседка и мой новый друг по просмотру «Игр престола»

Это не та девушка, о которой ты упоминал на счет уборки дома? - спросила Блэр.

Ага. Именно она, - ответил он.

Харлоу посмотрела на Блэр. - Она замечательная. Ты будешь ей довольна, - затем моя сестра посмотрела на Джимми. - Я беспокоилась о ее руке. У нее все хорошо?

Улыбка исчезла с лица Джимми. - У нее все хорошо. Хотя, сегодня она пошла на работу. Я мог бы отшлепать ее сексуальную задницу. Но она так упряма. Не думаю, что у нее есть семья. Черт, думаю, у нее даже нет друзей. Пару недель назад она сказала мне, что я ее первая подружка. Но тогда мы разделили бутылочку Шардоннэ, так что возможно в ней говорило вино. Несмотря на это, она хорошая девочка. Милая штучка. Не могу понять, почему она одна. Бог знает, каждый горячий мужчина в нашем здании пытался к ней подкатить. Даже женатые, - он недовольно покачал головой.

Это так печально, - сказала Блэр, выглядя удрученной. - Быть одной совсем не легко. Я рада, что у нее есть ты.

Джимми подмигнул Блэр, прежде чем развернуться и выйти из комнаты.

Тяжелое чувство сдавило грудь. Я попытался отмахнуться от нее и сосредоточиться на разговоре. Но мысли что Риз одинока и то, что у нее нет семьи, беспокоили меня. Никто кроме Джимми не интересовался ей. Как такое возможно? Женщина могла остановить движение, даже не пытаясь это сделать. Черт, женатые мужчины заглядывались на нее.

Я бы подумал, возможно, она больше предпочитает женщин, но я видел, как она смотрела на мою обнаженную грудь. Я хорошо знал этот взгляд. Она не хотела смотреть, но все равно смотрела.

Когда Джимми пришел, чтобы убрать наши тарелки, я заметил, что Харлоу над чем-то размышляла. Она тоже беспокоилась за Риз. - Ты знаешь, как Риз собирается сегодня добраться до дома? Ты заберешь ее? - Харлоу спросила Джимми.

Он нахмурился и взял еще одну тарелку в руки. - Нет. Сегодня она убирает дом поменьше. Возможно, она уже закончила и сейчас направляется домой.

Харлоу повернулась посмотреть на меня, - Ты не мог бы пойти и найти ее, а потом отвезти домой? Я могу остаться здесь с Лилой Кейт и попробовать десерт.

Я встал прежде, чем она закончила просить.

Риз не ладит с мужчинами. Они заставляют ее нервничать. Это мило с твоей стороны отправить Мейса, но она не станет прыгать к нему в машину, - сказал Джимми, настороженно посмотрев на меня.

С этим нет проблем. Она знает Мейса. Он отвез ее наложить швы, а потом подбросил до дома, и на следующий день тоже, когда она работала у меня, - заверила его Харлоу.

Я наблюдал за лицом Джимми, когда он перевел на меня свой взгляд. Его глаза стали шире и, он улыбнулся. - Ну, по крайней мере, у нее хороший вкус. По поводу того, как хорошо провести чертово время, - пробормотал он.

- Не обращай внимания на Джимми. Он романтик. Он и из мухи сделает слона. Просто иди и отвези ее домой. Пожалуйста. - попросила Харлоу. Она волновалась, что я не пойду после комментария Джимми.

Я посмотрел на Джимми. - Я хочу поговорить с тобой о ее прогулках. Это нужно прекратить. Отвози ее на работу. Не заставляй ее идти пешком от клуба.

Глаза Джимми стали еще больше, но я не стал дожидаться ответа. Я знал, что все остальные тоже слышали меня, и я знал, о чем они подумали. Но мне было все равно. Это не остановит меня пойти и снова встретиться с Риз. Она нуждалась во мне. Проклятье, ей просто был нужен хоть кто-нибудь. И черт меня дери, если я не хотел быть там и помочь ей.

Это была вина моей матери. Она воспитала меня таким. И это было единственным оправданием, которое у меня было.

Риз

Я не заметила подъехавший ко мне дорогой внедорожник, пока знакомый глубокий голос не позвал меня. Я остановилась и оглянулась, когда Мейс остановил машину позади меня. Я не ожидала его снова увидеть.

То как мое сердце ускорило темп и дико забилось в моей груди, поразило меня. Что было в этом мужчине такого, что заставляло меня испытывать чувства, которые я считала невозможными?

Садись, - сказал Мейс, обходя машину и открывая дверь со стороны пассажирского сидения.

Правда была в том, что я не хотела с ним спорить. Он был здесь, и у меня был шанс побыть с ним пару минут. И я собиралась воспользоваться этим шансом.

Я позволила своим глазам быстро скользнуть по его обтянутым джинсами ягодицам, и тому, как его темно синяя футболка обтягивала его, не скрывая его мышцы. Его волосы были откинуты назад, но завивающиеся концы создавали беспорядок и манили их потрогать.

Когда он повернулся и посмотрел на меня, я переключила внимание и поспешила к нему.

Спасибо, - сказала я, залезая в машину. В этот раз он не стал мне помогать, но и машина не была такой высокой, как его грузовик. Это была машина Харлоу. Я знала это, выглядела она знакомой, а детское авто-кресло сзади однозначно принадлежало Лиле Кейт. Раньше я его уже видела.

Мейс закрыл мою дверь и, я наблюдала за ним, признавая его мужскую красоту, пока он обходил машину спереди, заправляя свободную прядь волос за ухо. На его лицо снова вернулась щетина, и я решила, что небритым он нравится мне больше.

Ты сегодня работала, - сказал он, посмотрев на мою руку. - Твоей руке лучше?

Так и было. Намного лучше. Сегодня она меня особо не беспокоила. Я надела резиновые перчатки, и смогла быстро убраться ,не замедляясь из-за руки. - Да, - ответила я. - Ты куда то ехал?

Он покачал головой и выехал на дорогу. - Нет. Только закончил ланч в клубе. Джимми упомянул, что ты сегодня работаешь и что домой вернешься пешком, - объяснил он.

Так Мейс сбежал оттуда, чтобы найти меня? Если бы он ехал к Картерам, ему пришлось бы свернуть еще пару кварталом назад. В моем животе, что-то запорхало.

Прежде чем я смогла на это что-то сказать, зазвонил телефон. Мейс отклонился назад и достал из кармана плоский смартфон.

Эй, все в порядке? - сказал он, ответив на звонок, выглядя при этом озадаченным. - Конечно. К тому времени я вернусь. Думаю я смогу это устроить. Они сказали, сколько им потребуется времени, чтобы отправить? - я старалась не смотреть на его лицо, пока он концентрировался на дороге и на разговоре. - Да, дай мне его, - сказал он, затем потянулся и открыл бардачок. - Риз посмотри, есть ли там ручка?

Я быстро сделала, как он просил и, нашла черную ручку, затем протянула ее ему. Он вернул ее мне и взял листок бумаги, торчащей между сидениями. - Вот, запиши кое-что, - сказал он мне.

Ох, нет. Только не это.

Он увидит, что я напишу. И для меня было сложно писать под диктовку. Мне необходимо сконцентрироваться. Мои буквы начинали расходиться в разные стороны и, у меня всегда начиналась паника, когда мне не давали достаточно времени. Я должна была быть одна и сосредоточенна на этом.

Три -три-три, - начал он, и я быстро написала цифры. Это я могла сделать. Это было не сложно. - Берклей Роуд, - добавил он, и мое сердце стало биться так громко, что я больше ничего не слышала. - Форт-Уорт, - сказал он, прежде чем я смогла написать Б, или то, что как я думала было Б. У меня так сильно тряслись руки, я не была уверенна что у меня получится написать еще что-нибудь.

Я сделала глубокий вдох и из всех сил постаралась взять себя в руки. Берклей. Я написала Б. За ним шло Е. Я начала писать Е, и она была похожа на цифру 3, которую я написала раньше. Я остановилась и посмотрела на тройки. Почему они были так похожи?

Его взгляд был на мне. Холодный пот покрыл мое тело, и я заставила себя продолжить писать. Следующая была Р. Я быстро моргнула, когда буквы, что я написала, смешались и, моя голова стала сильно пульсировать.

Отправь мне сообщением, - я услышала, как он это сказал.

Я крепко зажмурила глаза, мне хотелось лишь одного, выпрыгнуть из движущегося транспорта. Со мной не могло такое произойти. Я жила здесь почти год, не позволяя никому узнать, как я глупа. Это клеймо я оставило позади. Я воспользовалась программой по проверки орфографии на компьютере Джимми, когда заполняла заявление в агентство по уборке.

Я так крепко сжимала ручку, что у меня побелели костяшки пальцев, и я смотрела на них сквозь слезы отчаяния, которые застилали мои глаза. Теперь Мейс Меннинг знал, насколько я была глупа. Почему из всех людей, которые могли узнать об этом, узнал именно он? Вселеная ненавидела меня. Большая рука Мейса дотянулась до меня и забрала из моих рук ручку. Я позволила ему это сделать. Затем он бросил ее в бардачок и закрыл его. Я не могла на него смотреть. Он ничего не говорил, и я отказывалась встретиться с ним взглядом. В нем я увижу жалость, или еще хуже, отвращение.

Машина остановилась, и я глубоко втянула воздух, затем потянулась к дверной ручке. Я просто сбегу. Шансы снова увидеть этого человека были маловероятны. Он не сказал ничего, когда я выбралась из машины. Мне было больно, хотя я и была благодарна за это. Он не открыл мне дверь и не попрощался со мной. Он просто позволял мне сбежать, как идиотке, которой я была.

Я не смотрела на него, пока рылась в своем рюкзаке, ища ключ от квартиры.

У меня так сильно тряслись руки, я не могла засунуть ключ в замок. Слезы размывали мое зрение, и из меня вырвалось разочарованное рыдание, прежде чем я снова попыталась открыть мою входную дверь.

Внезапно, его рука накрыла мою, и я смотрела, как он выдернул ключ из моей слабой хватки. Я стояла в ужасе и смятении, когда он открыл мою дверь. Почему он вышел из машины?

Я не двигалась. Я застыла на одном месте. Затем его рука прикоснулась к моей спине, и мягко толкнула внутрь. Я была не способна о чем-то думать и, просто пошла. Он держал свою руку на моей пояснице, пока мы оба не оказались внутри, и за нами тихо не закрылась дверь. Он прошел со мной внутрь. Он собирался задавать мне вопросы. Вопросы, на которые он уже знал ответ. Я доказала в машине, что мои мозги работали не так как надо. Он лично видел это. Мне просто нужно чтобы он ушел.

Что произошло?- Его голос был мягким и ласковым. В его вопросе не было отвращения. Я почти чувствовала себя в безопасности. Почти.

Мейс

Мои мысли были повсюду, пока я пытался понять, какого черта произошло в машине. Я никогда никого не видел в таком состоянии. Было тяжело вести машину, наблюдая, как Риз мучалась с написанием простого адреса. Я не осознавал, что у нее была с этим проблема, пока она не издала панический горловой звук, словно она не может дышать.

Мой взгляд переместился на ее лицо, и я заметил, что она побледнела. Посмотрев вниз на лист бумаги я также увидел три буквы Е вместо трех троек. Ее перевернутой Б было достаточно, чтобы я понял что, что то было не так. У нее должно быть объяснение. Такое, которое имело бы смысл.

Я глупая … Я … мои мозги работают не правильно. Я ходила в школу двенадцать лет и по-прежнему не получила аттестат. Я не могу сдать письменный тест. Я не могу … Я даже не могу читать. Совсем немного.

Святое дерьмо.

Она подняла руку, чтобы вытереть слезы, и ее полные губки надулись. Когда она плакала, она была еще более великолепной.

Ты не глупая, - твердо сказал я. Мне было ненавистно слышать, что она так себя называет. С ней было что-то не так, но глупой она не была.

Она издала грустный смешок и продолжила вытирать свои слезы. - Ты возможно первый, кто знает об этом и не считает меня глупой.

Мое тело напряглось, и злость крепко сковала мою грудь. – Кто-то сказал тебе, что ты глупая? - спросил я, не в состоянии спрятать эмоции в голосе. Я был так зол.

Она напряглась, затем с опаской посмотрела на меня. - Да, - тихо ответила она.

Кто?

Минуту она изучала меня. По крайней мере, моя реакция остановила ее слезы.

Эти большие глаза поглощали меня, но мокрые и красные из-за слез, они стали просто убийственными. Тебе захотелось бы, черт возьми, сделать, все что угодно, чтобы заставить их святиться радостью.

Мои родители, учителя, другие дети … все, - ответила она. - Но так оно и есть. Ты просто не знаешь … - она замолчала, выглядя такой несчастной и сломленной. Ее тон сказал мне, что для нее это было не легко. Я задумался, знал ли об этом хоть кто-нибудь в ее жизни.

Тогда все они идиоты. Я был рядом достаточно, чтобы понять, что ты умна. Ты живешь самостоятельно и у тебя есть работа. Глупый человек не смог бы сделать все это.

Она снова нахмурилась, затем скрестила руки на груди, словно защищала себя.

Какие родители могли сделать такое со своим ребенком? Должно быть, она была прекрасным ребенком. Таким ребенком, за которым люди наблюдали просто, чтобы увидеть ее улыбку. Черт. Мне она нравилась даже тогда, когда дулась.

Не говори никому, пожалуйста, - посмотрев на меня, прошептала она.

Неужели она, в самом деле, думала, что я сделаю это? Расстроенный я провел рукой по волосам, забыв, что они были собраны в хвост.

Я должен был ей помочь. Я не был уверен, как я собирался сделать это, учитывая то, что через два дня я должен был вернуться в Техас. Звонивший человек, был моим отчимом. Я собирался приобрести больше лошадей. И мне был нужен доход. Я не мог не поехать домой, чтобы справиться с этой проблемой.

Я бы никогда так не поступил. Но я хочу помочь тебе, - сказал я ей, ожидая, что она скажет мне нет и, попытается заставить меня уйти. Вместо этого ее губки снова надулись, словно она вот-вот заплачет. Вот дерьмо, что теперь я сделал не так?

Ты такой … хороший. Почему ты такой хороший? Я убираю дома твоих сестер. Ты не знаешь меня, совсем не знаешь. Но ты открываешь для меня двери, и ты не ведешь себя так, как будто я идиотка, и ты … ты хочешь мне помочь? - последнюю часть она произнесла со сдавленным рыданием. - Никто не может мне помочь. Ты не можешь исправить то, чего нет. А мои мозги не на месте.

Твою мать. - Больше никогда не говори так, - предупредил я ее. Мне надоело слышать, как она унижает себя. Я видел, как интеллект святился в ее глазах. - С твоими мозгами все в порядке.

Что-то вспыхнуло в глазах Риз, что-то, что я пока не понял, а затем маленькая улыбка коснулась ее губ, и она всхлипнула. - Ты и в правду хороший человек Мейс Меннинг. Обычно мне не нравятся мужчины. Они … заставляют меня нервничать. Но ты другой.

Мои собственные долбаные эмоции были слишком оголены для этого, я не позволил себе спросить, почему она не доверяла мужчинам и не любила их. Тревожный взгляд ее глаз, когда она признала это, послал мне предупреждение, которое я не пропустил. У нее было намного больше секретов — я бы мог поставить на это мою жизнь.

Это был просто факт, девочки, выглядевшие как Риз, хорошо знали мужчин. Они контролировали их, начиная с периода полового созревания. Мужчины не пугали их. Они владели мужчинами. Если только … Нет. Я не позволил своим мыслям углубиться в это прямо сейчас. Но боже, я надеялся, что я был не прав.

Через два дня мне надо уехать. Я возвращаюсь в Техас. Мне нужно заняться делами. Но я собираюсь помочь тебе. Когда я уеду, ты можешь звонить мне, и я всегда буду там чтобы выслушать тебя. Я очень хороший друг. Но мне нужно чтобы ты пообещала мне, что ты сделаешь все, что я организую для того, чтобы помочь тебе. Ты доверишься мне и позволишь передать тебя в хорошие руки. Я никому не позволю обидеть тебя. Я буду на расстоянии одного телефонного звонка.

Я не знал, что вашу мать я собирался сделать за два дня, но у меня были связи. Я был сыном Киро Меннинга, и иногда это что-то значило. Я никогда не пользовался этим в своих целях, но я должен воспользоваться этим, чтобы помочь Риз. Киро мог требовать лучшее, и Риз получит лучшее.

Риз склонила голову набок и, я снова задумался над тем, какой длины ее волосы. Как они выглядели распущенными на ее плечах. Эти локоны были естественными или у нее были прямые волосы.

Почему, - спросила она.

Что почему?

Почему ты хочешь мне помочь?

Я даже не задумался. - Потому что ты стоишь того, чтобы тебе помочь.

Риз

После того как ушел Мейс, я еще долго стояла и задумавшись смотрела на дверь.

Я не понимала, почему он думал, что я заслуживаю помощи, но он так считал. Незнакомое чувство теплоты растеклось во мне. Я боялась пошевелиться. Я не хотела, чтобы это чувство исчезло. Мне оно слишком сильно нравилось. Так что, я стояла абсолютно не двигаясь и наслаждалась им.

Я все еще сжимала в руках свой телефон. Он взял его у меня и внес свой номер в мои контакты. Он даже сделал фото ботинок, которые были надеты на нем, так что они будут появляться на экране, когда он позвонит. Я не буду беспокоиться, пытаясь прочесть его имя. Я буду знать кто, звонит

Улыбаясь, я подумала о селфи снятом Джимми, когда он добавил свой номер в мой телефон. Ему очень нравилось снимать самого себя. Его фото так отличалось от фото ботинок Макса. Я не могла представить, чтобы Мейс когда нибудь делал селфи.

Мне нравился Мейс Меннинг. Очень сильно нравился. Даже больше чем Джимми. Совсем по другому. И я знала, что это было не хорошо. Мейс был мил со мной, но я не нравилась ему так, как он нравился мне. Я могла судить об этом по тому, как он ко мне относился. Может, поэтому с ним я чувствовала себя в безопасности, поэтому он мне так нравился. Я знала, что мне никогда не придется беспокоиться, что у него ко мне появятся такие же чувства. В конце концов, он даже не жил здесь.

У меня сжалось сердце.

Встряхнув голову чтобы очистить мысли, я положила телефон на диван и прошла на кухню. Пытаться переосмыслить все это, было глупо. Мейс собирался попытаться помочь мне, и не смотря на то что я беспокоилась, что это не сработает, я должна была надеяться. Что, если кто-то мог мне помочь? Я хотела в это верить. Это все изменит. Я бы могла сделать намного больше. Смогла бы получить аттестат о среднем образовании, и возможно я смогла бы даже пойти в колледж.

С новоприобретенной решимостью, и взяла свою новую иллюстрированную книгу и пошла, прилечь на диван. Когда нибудь я смогу через это пройти. Я смогу это сделать. Мейс верил в меня. Мне просто необходимо самой чуть больше верить в себя.

*

Три часа спустя, я почти закончила со своей книжкой. У меня болела голова, и мои глаза от напряжения стали красными и раздраженными. Стук в мою дверь был сопровожден следующем :

- Ю — Ху, детка, это я. У меня с собой фисташковое мороженое и две ложки.

Улыбаясь, я сунула книгу под диван и пошла, впустить Джимми.

Он улыбался слишком широко, когда я открыла дверь. Держа две ложки, он продефилировал в комнату так, как мог сделать только Джимми и при этом по-прежнему выглядеть прекрасно.

Я закрыла дверь и повернулась на него посмотреть.

Я сразу признаюсь, - сказал он, -Это взятка. Я хочу знать все о твоей связи с Мейсом Колтом Меннингом. Все до последней восхитительной детали. Побалуй меня, пожалуйста. Этот мужчина присутствует в нескольких моих фантазиях.

Я разразилась смехом. Джимми подмигнул и сел на диван.

Выкладывай, женщина, - призвал он.

Я подошла ближе, чтобы присоединиться к нему. – Боюсь, ты ищешь сочную информацию, которой у меня нет. Мейс был хорошим парнем. Боюсь, ничего, чем можно было бы подпитывать твои фантазии.

Джимми приподнял бровь. - В самом деле? Ни одного маленького поцелуя?

Э — э , нет, - бессвязно сказала я, удивившись что он вообще спросил меня об этом.

Он ковырнул мороженое. - В этом нет никакого смысла. Он настоящий мужик. Я бы знал, если бы он не был им. И любой настоящий холостой мужчина запал бы на тебя, это однозначно как и то что рис белый. - он сделал паузу и вздохнул. - Черт. Вот в чем дело. Он не холост. Я не подумал об этом. Вот дерьмо. Я так надеялся, что ты что-нибудь замутишь с этим куском мясо высшей пробы.

Я съежилась и засмеялась одновременно, но моему животу было не до смеха. Я чувствовала себя слегка больной. Или опустошенной. Мысль о том, что у Мейса есть девушка, не особо мне нравилась. Не то, что я думала, что у меня есть шанс, или что я бы хотела иметь такой шанс. Но он заставлял меня чувствовать себя нормальной и в безопасности.

Я думал ты ни с кем не встречаешься, потому что ты придирчива, и никто не подходил тебе по вкусу. Мейс подходит по вкусу абсолютно всем, так что я думал, ты вытянула выигрышный билет. Хреново понимать, что это не так. Выбор вокруг не велик. Самые горячие быстро покидают список. - Джимми взял большой кусок мороженого, словно он был один, кто разочаровался в этой ситуации.

У меня пропал аппетит.

Я был так в этом уверен. Он вскочил раньше, чем Харлоу успела попросить его найти тебя и отвезти домой. Парень даже ни с кем не попрощался. Он только успел сказать мне, что он хочет, чтобы я возил тебя к твоим клиентам. Кажется, ему не нравится, что ты ходишь пешком. Затем он убежал. - Джимми помахал своей ложкой. - Я бы поспорил на свое левое яйцо, что он запал на твою задницу. И я реально охрененно счастлив, что мои яйца там, где они должны быть.

На этой ноте я решила взять немного мороженого.

Давай — давай. Съешь сливочной добродетели, и давай поговорим о возможном двойном свидании со мной. У моего мужчины есть кузен, который нормальный. Он живет в часе езды, но он чертовски близок к высшей пробе. - Я уж было открыла рот, чтобы остановить его, но он поднял руку и цыкнул на меня. - Не так быстро. Позволь мне закончить распродажу. Он хороший парень. Я знаю его и, я буду там с тобой. Я не позволю произойти чему-либо, с чем ты не будешь полностью согласна. Он утонченный. Думаю, он тебе понравится. Сейчас он занят клинической работой, и у него едва хватает времени для жизни вне больницы. Ему по-прежнему сложно выходить и встречаться с женщинами. Он старается держать работу подальше от личной жизни. Так что ему необходимо свидание.

Врач? Никаким образом я не смогла бы встречаться с человеком, который был так умен. Я даже не смогла бы прочитать обеденное меню. Мои руки вспотели бы, и зрение стало размытым из-за паники. Нет, я не смогу. Но Джимми смотрел с такой надеждой. Мне было это ненавистно. Мне было ненавистно, что я не могла сказать «да». Что не могла встречаться с новыми людьми и верить, что если они узнают, они не станут судить меня или смеяться надо мной.

Тебе нужно сделать это, и я буду там, рядом с тобой. Я не хочу знать что-то, чем ты не готова поделиться со мной, но я знаю, что в твоем прошлом было кое -какое плохое дерьмо. Я вижу это в том образе жизни, который ты ведешь. Я был достаточно близко, и достаточно наблюдал. Каждый чертов мужик, в этом жилом комплексе пытался привлечь твое внимание. Ты бежишь так, словно тебе на пятки наступают адские летучие мыши. Так что не скрывай это от меня. Я вижу тебя. И я считаю, чтобы там не было в твоем прошлом, что мешает твоим желания в настоящем, должно отступить. Я твой друг, Риз. Давай сделаем это вместе.

Это было слишком. Двое людей, в один день захотели мне помочь. И они оба мужчины. Пол, которому я думала никогда не смогу доверять.

Ладно, - сказала я, подумав, что смогу с этим что-нибудь придумать. Сегодня Мейс сделал меня храброй. Возможно, он не знал, но его слова были бальзамом для моей израненной души. - Но я должна знать, где мы будем, есть до того, как туда пойдем. - Я не собиралась объяснять почему. Я не могла сейчас сделать это. Пока нет.

Джимми улыбнулся мне и кивнул. - Я могу это устроить. Черт, ты даже можешь сама выбрать место. Главное чтобы ты пошла.

Я бы могла просмотреть вебсайты ресторанов и распечатать их меню. Затем я могла бы подумать над тем, что заказать. Если я уединюсь в своей квартире, я смогу сосредоточиться. Может быть.

Мейс

Один звонок Киро, и у меня была назначена встреча с психологом, имеющим степень доктора медицинских наук в изучении такого рода нарушений, всего в полутора часах езды от Розмари Бич. Мужчина встал из за своего широкого, загруженного стола, поправляя соскользнувшие на нос очки, чтобы пожать мне руку. Он казалось, не был в восторге от нашей встречи. Борозда раздраженности, залегшая между его белых бровей, создавала измученный вид.

Наверное, вы знаете людей, занимающих большие посты, мистер Меннинг. Я, как вы видите, очень занятой человек, и мои занятия подходят к концу семестра.

Как я и думал, он был не рад этой встрече. Зная Киро, он просто позвонил президенту университета, где преподавал этот парень и приказал ему, чтобы доктор Генри Хорнбрекер встретился со мной сегодня.

Прошу прощение, что пришел не в лучшее для вас время. Завтра я уезжаю из города, и есть кое какие дела, которые я должен решить до того, как вернусь в Техас.

Время этого мужчины явно было очень важным, так что я не собирался его тратить. Я вытащил лист бумаги , который Риз скомкав оставила на дне мерседеса Харлоу, когда пыталась выйти из состояния паники. Каждый раз, когда я смотрел на листок, я вспоминал ее внутреннюю борьбу, и это заставляло что-то внутри меня болеть.

Я протянул ему листок. - Я попросил человека, который написал это, написать «Три три три Берклей Роуд». Если это взрослый человек, в возрасте около двадцати двух лет, и чтобы написать это ему пришлось приложить все свои силы, как вы думаете, что это может значить? Почему она написала это? И почему для нее это оказалось настолько сложным, что она запаниковала?

Доктор хмуро посмотрел на бумагу. - Вы сказали двадцать два года? - спросил он.

Да, сэр, - ответил я.

Вы спрашиваете ради нее или ради себя? Естественно, что двадцати двухлетний человек, который так мучается, уже прошел диагностику в школе или еще в детстве и знает в чем ее проблема.

Он знал, в чем была проблема. Мое сердцебиение ускорилось. - Нет, она не знает. Она не может окончить среднюю школу. Не может пройти письменный экзамен. Ей сказали что она … глупа. Но это не так. Совсем не так.

Доктор пробормотал проклятие и снова сел в кресло, смотря на листок бумаги, который я ему дал. - Я думал, что в наши дни, система наших государственных школ более приспособлена к выявлению и изучению такого рода нарушений и проблем. Особенно с таким частым, как Дисклексия. Скажите мне, она умеет читать?

Дисклексия. Твою мать.

В школе я знал одного парня с дисклексией. У него были специальные уроки и учитель, который каждый день помогал ему. Он с отличием окончил школу. Никто не помог Риз, а это было так просто. В горле у меня образовался комок, и я прижал к бедрам кулаки. Злость, облегчение и разочарование, одновременно поглотили меня.

Нет, она не умеет читать, - ответил я. - Она пытается, но у нее не получается. Я должен найти кого-то, кто может ей помочь. Кто-то, кто может помочь ей научится писать и читать. Она каждый день борется с вещами, которые даются так легко всем остальным, и она думает, что это из за того, что ее мозги не в порядке. Я заплачу любую цену, - Б**ть, я хотел зарычать в знак протеста. Это была чистой воды несправедливость. И пренебрежение.

Я знаю профессора в Панама-Сити. Он молод, но это проблема, которая близка и дорогая его сердцу. Его отец страдал из-за такого же недуга, и не научился читать и писать, пока ему не исполнилось пятьдесят лет. Эстор Манро провел несколько курсов для взрослых, которые успешно закончились. Несколько раз в неделю он работает в школе находящейся в неблагоприятном районе с больными дисклексией. Я позвоню ему и попрошу его как можно скорее связаться с вами.

Мужчина. Риз не особо ладит с мужчинами. - Если женщина, которая может заняться такой же проблемой? Мужчины заставляют ее нервничать.

Генри нахмурился. - Я даже навскидку не знаю женщину в этом районе, которая могла бы помочь кому-то, кто так же сильно страдал, как ваша подруга, или кем так же сильно пренебрегали. Но я вас уверяю, доктор Манро хороший человек. Он найдет к ней подход.

Возможно, она позволит Джимми сопровождать ее. Она доверяет ему. Черт, я должен остаться. Но я не могу. Моя жизнь и ответственность были в Техасе. Я сделал что мог. Теперь Риз должна была сделать следующий шаг. Я не мог заставить ее.

Хорошо, - сказал я. - Спасибо сэр. Я благодарен, что вы нашли время встретиться со мной.

Он кивнул, теперь он не выглядел таким раздраженным, каким был, когда я приехал. - Ее надо протестировать, чтобы подтвердить мой диагноз, но из того, что вы мне рассказали, и из того, что здесь написано, - он поднял листок, - я скажу ему что это — Дисклексия. - Он дотянулся до планшета и ручки и передал их мне. - Оставьте мне ее и свои контакты. Я попрошу доктора Манро связаться с вами либо сегодня вечером, либо завтра, зависит от его расписания.

У Риз появиться шанс. Я собирался дать ей шанс.

Я ждал, чтобы позвонить Риз, пока не переговорил с Эстор Манро. Дважды, я порывался написать ей сообщение, пока не осознал, что она не сможет прочесть его или ответить мне, так что я остановил себя. Вместо этого я провел оставшуюся часть дня и вечер на пляже с Харлоу, Грантом и Лилой Кейт, затем вернулся в дом Нан, чтобы собрать вещи. Я должен был уехать, как только профессор позвонит мне.

Эстор Манро позвонил мне до десяти часов утра, следующим утром, и сказал, что он очень заинтересован в оказании помощи Риз. Он даже казался взволнованным и заинтригованным ее ситуацией. Его цена была не из дешевых, но он объяснил, что он выделил ей место в очень плотном графике. Он задавал мне вопросы, ответы на которые я не знал. Она совсем мало рассказала мне о своем прошлом. Я дал ему ее контакты и сказал, что сегодня переговорю с ней. Я надеялся что, когда я уеду, она сам позвонит профессору, он заверил меня , что если в течение двух дней не дождется ее звонка, то он сам ей позвонит. Риз была дома, когда я позвонил и спросил, могу ли я заехать и поговорить. Теперь я снова был здесь у двери ее квартиры, надеясь, что она примет этот шанс и воспользуется им. Я не могу сделать больше, чем это. Даже если я и хотел остаться и держать ее за руку, это было невозможно. Дома меня ждали лошади и мое ранчо.

Риз открыла мне дверь после первого стука, и застенчиво улыбнулась мне, прежде чем отступить и позволить мне пройти внутрь. Сегодня ее волосы были распущены. Длинные, темные, шелковые пряди мягкими волнами доходили до поясницы. Они завивались. Черт, это было лучше, чем я себе представлял. Мне пришлось прочистить горло, чтобы успокоить мое мгновенное возбуждение.

Мне нравятся твои распущенные волосы, - выпалил я прежде, чем смог себя остановить.

Щечки Риз порозовели, и довольная улыбка коснулась ее губ. Кто-то раньше, наверное, говорил ей об этом. - Спасибо, - тихо ответила она.

Я шагнул внутрь и оторвал глаза от ее длинных ног, которые полностью демонстрировали ее шорты. Даже ярко полосатые носки, доходившие до половины ее икр, не отвлекали от ее прекрасных ног.

Могу я предложить тебе, что-нибудь выпить? - ее голос дрогнул, словно она нервничала.

Ух, да, спасибо, - ответил я, зная, что у меня не было времени, чтобы, что-то выпить. Я должен был рассказать ей детали и поехать в аэропорт.

Она прошла в уголок комнаты, где была ее кухня. - У меня есть апельсиновый сок, и я только что сделала немного лимонада. Прости, но у меня не большой выбор, - сказала она, оглядываясь на меня.

Лимонад, звучит отлично.

Она просияла, словно ей доставило удовольствие, что я хотел попробовать ее лимонад. Я наблюдал, как она достала стакан с открытой полки, вместо настоящего кухонного шкафчика. Все было аккуратно организованно. Даже полки с едой были аккуратными. Мне нужно было, чтобы она приехала ко мне домой и привела в порядок мои шкафы. Найти в них, что-то было сущим кошмаром.

В стакане зазвенел лед, и я снова вернул к ней свой взгляд. Она налила мне лимонад, затем положила кувшин обратно в узкий холодильник. В нем не могло быть много места.

Когда ты была в школе, кто-нибудь говорил о том, что у тебя возможно дисклексия? - спросил я, когда она несла мне напиток.

Она остановилась на пол пути. Затем продолжила идти ко мне. - Нет, но я слышала о ней. Я просто не знаю, что это конкретно значит.

Я взял стакан и сел на кресло напротив дивана. – Специалист, с которым я вчера встречался, считает, что это именно то, чем ты страдаешь. Дисклексия не значит, что ты, каким то образом менее интеллектуальна, чем другие. Меня связали с профессором, имеющим докторскую степень в изучении таких расстройств. Он специализируется на дисклексии. Услышав о твоей проблеме, он готов работать с тобой бесплатно. Его отца никогда не диагностировали, и он не мог научиться писать и читать до пятидесяти лет. Сейчас это его страсть. Он хочет помогать людям. Он хочет помочь тебе.

Риз села на диван, смотря на меня с огромным количеством эмоций на лице. Но самым главным был страх. Я не хотел, чтобы она боялась этого. Я хотел дать ей надежду.

Скажи мне, что ты об этом думаешь, - подбодрил я ее.

Она крепко стиснула руки на своих коленях. - Что … что если мы узнаем, что это не дисклексия, и ты потратил на это столько сил. Возможно, я просто глу -

Не заставляй меня снова слышать, что ты себя так называешь. Это приводит меня в бешенство, Риз. Я серьезно говорю. Ты далеко не такая, обещаю тебя. И если твоя проблема не в дисклексии, доктор Манро выяснит что это такое. Это проблема связанна с обучением. Ее можно решить.

Он крепко зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. Я видел, что она хотела в это верить. Я просто должен был убедить ее, принять это. - Он сможет выяснить, в чем моя проблема, если окажется что это не дисклексия? - спросила она, смотря на меня этими огромными светло голубыми глазами, из-за которых у меня сжималась грудь.

Да. Он сможет.

Она издала тихий смешок, затем прикрыла рот, когда из него вырвался всхлип. Я не был уверен, стоит ли мне успокоить ее, или подождать, но затем она встала и бросилась ко мне. Ее руки обхватили мою шею, когда она прижалась ко мне. Сладость корицы захлестнула все мои чувства. - Спасибо тебе … Я даже не знала … даже этого не достаточно. Я не могу подобрать правильные слова. Просто … спасибо тебе, - сказала она, когда она испустила еще один всхлип, все еще крепко прижимаясь ко мне.

Я нежно обхватил ее руками и чертовски пытался не думать о том, насколько приятно было ощущать ее грудь, прижатую ко мне. Она была переполнена эмоциями и благодарила меня. Я не собирался этим воспользоваться. - Пожалуйста. Я рад, что ты готова это сделать. Думаю, ты создана для великих дел, Риз. Просто тебе нужен был кто-то, кто смог бы подтолкнуть тебя.

Она отстранилась посмотреть на меня и улыбнулась мне мокрыми от слез губами, затем уткнулась своим лбом в мою грудь. - Я не могу тебе поверить. Я не знаю, почему ты хочешь помочь мне, или что я сделала, чтобы заслужить это. Я разбудила тебя, распевая песни, и я знаю, что пела я ужасно и возможно очень громко. И я разбила твое зеркало и развела беспорядок, который даже не убрала, и я перепачкала тебя кровью. Я просто не знаю, почему все это подтолкнуло тебя сделать, что-то вроде этого для меня. Но, спасибо тебе, - она еле остановилась, чтобы сделать вдох, после того как излила все свои чувства на моей груди.

Улыбаясь, я дотянулся и прикоснулся к ее волосам. Я боролся с этим желанием с тех пор как пришел и увидел их распущенными. Как я и представлял, они были шелковистыми. - Ты разбило зеркало моей сестры, а я не особо беспокоюсь о Нан. Кроме того, она может себе позволить заменить его. Ты никогда не пачкала меня кровью, только пол, и я убрал этот беспорядок. Это все прошло. Что насчет твоего пения, да, оно ужасно. Но в тебе Риз есть что-то, что заставляет меня хотеть сменить этот потерянный взгляд, когда я смотрю в твои глаза.

Она застыла в моих руках, затем ослабила свою хватку и отклонилась посмотреть на меня, перед тем как убрать руки с моей шеи и отойти, но только на пару дюймов. Ее губы расплылись в улыбке. - Мое пение ужасно, не так ли? - затем она рассмеялась. - Боже, мне было так стыдно, когда я развернулась и увидела, что ты стоял там, - она покачала головой. - Готовлю я лучше, чем пою. Я обещаю. Могу я сегодня приготовить для тебя ужин? Мне хочется что-нибудь сделать для тебя.

Никогда еще я не был так расстроен из-за приобретения новых лошадей. Мне нравились деньги, и мне нужны были лошади, чтобы и дальше развивать ранчо. Но, проклятие, если бы только мне не нужно было их переправлять прямо сейчас. - Мне нужно идти, - сказал я ей.

Свет в ее глазах погас, но только на мгновение. - Верно. Тебе нужно вернуться в Техас. Я забыла.

Я кивнул. - Мне уже нужно ехать в аэропорт.

Я встал и, она отступила назад, давая нам больше пространства. Я не хотел, чтобы она отступала. Она забрала с собой этот запах корицы и сахара.

У доктора Манро есть твой номер, но вот здесь есть его контактная информация. Позвони ему. Он ждет твоего звонка. Он позвонит тебе в том случае, если ты сама не сделаешь это.

Она взяла бумагу из моих рук и кивнула. - Я позвоню. Сегодня, - ответила она.

Хорошо, - мне было необходимо уйти, но я стоял здесь и смотрел на нее.

Еще раз спасибо. Серьезно. Я могу сказать это еще миллион раз, - ее глаза блестели от не пролитых слез.

Ты не должна этого делать. Но я хочу, чтобы ты мне позвонила, после того как встретишься с ним. Мне будет интересно, как идут дела. Держи меня в курсе.

Она лучезарно улыбнулась мне. - Да, я так и сделаю.

В последний раз, посмотрев на нее, я направился к двери. Мне нужно уйти, пока я не дотянулся и не прижал к себе эти блестящие волосы, так чтобы я мог вдыхать ее запах корицы и запутаться в этих шелковистых локонах.

Будь осторожен, - сказала она.

Я открыл дверь, затем оглянулся на нее и подмигнул — Всегда.

Риз

Мое двойное свидание пришлось отложить. Мы договорились на четверг, но в четверг был первый вечер, когда я могла встретиться с доктором Манро. Но думала о том, чтобы позвонить Мейсу и сказать ему, что я звонила профессору и договорилась о первой встрече, но он сказал, чтобы я позвонила ему после встречи. Я не хотела доставать его.

Так что вместо этого, я подолгу смотрела на фото его ботинок на моем телефоне.

Я влюблялась в Мейса Меннинга. Со мной это было не в первый раз. Пару раз мне нравились мальчики в школе, но я быстро узнала, что эти парни флиртовали со мной только тогда, когда никого не было поблизости. Когда они видели меня в холе школы, они игнорировали меня. Я была невидимо для них пока мы не оставались одни. Эта влюбленность быстро проподала, и я перестала обращать внимание на симпатичных парней. В последний год старший школы, капитан чирлидеров застукала своего парня прижимающимся ко мне и впала в бешенство. Он больше никогда со мной не разговаривал, что было облегчением, но вскоре после этого вся школа заговорила о том, что я лесбиянка.

Не думаю, что это было настолько плохо. Я не интересовалась девочками. Особенно теми гадюками, с которыми я ходила в школу, но я уверена, что и парни мне также не нравились. Так что я позволила им обзывать меня, и просто игнорировала их. В конце концов, они переключались на тех, кто реагировал на их нападки.

Излишне говорить, что прошло много времени с тех пор как я — клянусь — богом, влюблялась в парня. Мой отчим позаботился о том, что бы я держала мужчин на расстоянии равное размеру футбольного поля. Я съежилась, подумав о человеке, который забрал мою невинность и запятнал меня на всю жизнь.

Отбросив в сторону все мысли о Мейсе, я пошла принять душ. Воспоминания о том, как мой отчим всегда заставлял меня мыть дочиста тело под очень горячей водой, которую я только могла выдержать, всплыли в моей голове, но меня хотя бы больше не вырывало, когда я думала о нем. Я отдалялась от своего ужасного прошлого. Мне становилось лучше.

В среду вечером мой телефон зазвонил, как только я достала лазанью из духовки. Я сделала целую сковородку, надеясь, что Джимми возможно захочет зайти и поесть. Но он позвонил мне около трех и дал мне знать, что вечером он будет гулять, так как я отменила наше двойное свидание. Он настаивал чтобы я выбрала другой день, когда мы сможем все устроить, но меня это никак не интересовало. Прямо сейчас, я была очень сосредоточена научиться читать.

Так что я продолжала искать оправдание, почему я не могла пойти.

Я бросила рукавичку и пошла, поднять телефон. Мое сердце забилось сильнее, когда на экране я увидела ковбойские сапоги. Это был Мейс.

Привет, - сказала я, ответив после третьего звонка.

Эй. Ты мне не позвонила, - в телефоне раздался его глубокий голос и, пальчики на моих ногах вжались в ковер.

Ох, да, я пойду на первую встречу только в четверг, - объяснила я, очень благодарная за то, что сейчас, он не может видеть глупую улыбку на моем лице.

Хорошо. У тебя уже есть расписание. Он понравился тебе, когда ты говорила с ним по телефону?

Я прошла и села в кресло, в котором сидел он, перед тем как уехал, и подогнула под себя ноги. - Да. Он был очень мил. Кажется, он горит желанием встретиться со мной. Он задал мне несколько вопросов, и услышав мои ответы сказал, что уверен в том, что у меня и в самом деле дисклексия. - Когда он это сказал, мне захотелось танцевать и прыгать от радости.

Завтра вечером я буду свободен. Позвони мне, когда закончишь. Я хочу обо всем услышать.

Тот факт, что он так заботится, заставил мою слабую влюбленность разгореться и стать больше. Влюбиться в кого-то в роде Мейса Меннинга было глупо и смешно. Скорее всего у него была целая вселенная женщин влюбленных в него. Он помогал мне, и я поставлю его в неудобное положение, если он узнает, что я к нему чувствую.

Хорошо. Я позвоню, - заверила я его.

Отлично. Мне надо идти. У меня ужин с родителями. Поговорим с тобой завтра вечером.

Ладно, пока, - ответила я.

Бросая телефон на колени, мне хотелось кричать и визжать. Но вместо этого, я встала и пошла насладиться лазаньей.

Эстор Манро, был не тем, кого я ожидала увидеть. Когда я думала о профессоре, я представляла себе мужчину с сединой волосах и возможно в очках. Может быть даже с пузом, под накрахмаленной рубашкой.

Чего я не ожидала, это мужчины около тридцати пяти лет, с высоким, стройным телом, одетым в пару голубых джинс, кроссовки Nike и рубашку поло с коротким рукавом. Но не был красавцем, хотя, я сравнивала с Мейсом, а это было не честно. Мне бы не хотелось, чтобы меня сравнивали с Харлоу. Они были красивыми людьми. Так что я должна была поступать так и с доктором Манро.

У него были добрые светло карие глаза. Он совсем не заставлял меня нервничать. Как только я вошла к нему в офис, он встал, улыбнулся и предложил мне присесть. После каждого вопроса и просьбы, он заверял меня, что это все, для того чтобы помочь мне научиться. Было очевидно, что моя проблема взволновала его. Он поделился историей о страданиях своего отца, и я с благоговением слушала, как двадцати однолетний доктор Манро учил своего отца бороться с тем, с чем он жил всю свою жизнь.

Но когда я встала, чтобы уйти, он сделал замечание, которое я не поняла. Я думала о нем в такси по дороге домой, пока водитель женщина рассказывала о своих внуках, и насколько вкусными были ее курица и пельмени.

Когда я поблагодарила его за то, что он так быстро нашел для меня время в своем расписании, он сказал, что за это я должна благодарить мистера Меннинга.

Вопрос был в том, что это могло значить? Сделал ли Мейс что-то, что заставило его так быстро действовать? И если так, что именно он сделал?

Мейс

В следующий раз, когда кто-то постучит в мою дверь, я собирался сначала посмотреть в окно, а уж потом идти открывать. Я ждал звонка от Риз, когда совершил ошибку, открыв дверь. Корделия, моя «подружка по интересам», с самодовольным видом, одетая в облегающие джинсы и блузку на бретельках. Ее ботинки застучали по деревянному полу, и она усмехнулась мне, направляясь в мою спальню.

Ты не позвонил, а мне нужно хорошо потрахаться, - крикнула она через плечо, перед тем как стянуть блузку и, смеясь бросить в меня.

Мой член даже не дернулся. Дерьмо.

Я надеялся, что … то что я чувствую к Риз не выходит за рамки дружбы. Но черт меня дери, все, о чем я мог думать это, что не так с Корделией. Во-первых у нее на пупке был пирсинг. Раньше мне казалось это сексуальным, но сейчас было ощущение, что она перегибает палку. И ее бедра не были выпуклыми. Когда она покачивала своими несуществующими боками, ее попка не округлялась. Ее почти не было.

У нас ничего не получится. Я дружил с Корделией годами. Два года назад мы вместе напились и переспали, и вместо того чтобы посчитать ситуацию неловкой, мы решили, что все в порядке. Мы удовлетворяли потребности друг друга, когда в этом была необходимость. Лишь однажды мы прекратили делать это, когда у нее на четыре месяца завязались серьезные отношения с парнем, который, как оказалось, был женат. Она покончила с ним, и мы вернулись к нашим старым взаимоотношениям.

Я не часто ходил на свидания. Я не был достаточно доступен для женщин. Они слишком много требовали, и после парочки неудачных отношений, я решил, что секс с Корделией, меня более чем устраивал. Но кажется, сейчас это все закончилось. Что-то изменилось.

И это что-то — Я.

Проклятье. У меня на это не было времени.

Тебе надо было позвонить, - сказал я ей, бросая обратно ее блузку.

Она не поймала ее и позволила ей упасть на пол у ее ног. Озадаченное выражение ее лица, не предвещало ничего хорошего. - Я никогда не звоню. Я просто прихожу. Так же как и ты, - напомнила она мне.

Я жду телефонного звонка. Это важно. Сегодня я не могу.

Она руками обхватила свои сиськи и, ущипнула розовые соски.

- Ты хочешь сказать мне, что телефонный звонок лучше этого?

Я слишком хорошо знал женщин, чтобы не говорить ей правды. Так что я пожал плечами.

- Сегодня ничего не получится. Я не уверен, когда получится. Впереди у меня очень занятая неделя. - В случае если эти чувства, играющие моей головой, где Риз, была заинтересована мной, исчезнут, мне бы не хотелось заканчивать свои дела с Корделией. Она также была моим другом.

Она дотянулась, схватила и дернула вверх свою блузку. - Прекрасно. Будь задницей. Я не вернусь, так что если ты захочешь меня, тебе придется прийти и взять, - сердито сказала она.

Ох, боже. Я не поэтому крутился возле нее. Корделия не разыгрывала драм. С ней было легко общаться. А это была драма. Я ненавидел драмы.

Прости Корд. Я и в правду занят. У меня многое поставлено на карту. Просто сейчас для меня не самое лучшее время. Мысленно, я не в игре.

Она посмотрела на меня, а захлопнул за собой дверь.

Если повезет, она проспится и завтра придет в себя. Мне нравилась Корделия. Просто она никогда не нравилась мне больше чем друг. Периодический секс был лучше, чем мастурбировать в одиночку. Я должен был перед ней извиниться, но прямо сейчас, я был рад, что она ушла без лишнего шума.

Мой телефон зазвонил. Внезапно, я перестал думать о Корделии.

Эй, - сказал я, когда поднес трубку к уху, желая услышать, как Риз расскажет мне о своей встрече.

Я надеюсь еще не очень поздно. На Тридцать Первой А случилась авария, и образовалась пробка. - Ее мягкий голос согрел меня через телефон.

Нет, еще не так поздно. Кто свозил тебя?

Я взяла такси. Эта женщина, знакомая Джимми, которая живет недалеко от Панама Сити. Она работает на этой полосе пляжа почти двадцать лет. У нас здесь не так много такси.

Она ездила с женщиной. Это заставило меня чувствовать себя лучше. Если бы ее отвез незнакомый мужчина, это заставило бы ее ощутить дискомфорт. Я не подумал об этом. Я продолжал забывать, что у нее нет машины.

Постойте … - Риз, ты умеешь водить машину? - если она не могла читать, у нее не было возможности пройти письменный тест и получить права.

Нет , - ответила она.

Еще одна вещь, усложнявшая ее жизнь. - В следующий раз, когда я буду в городе, мы поедим за город и я дам тебе пару уроков. Мы также начнем изучать письменный тест.

Несколько секунд она молчала. Я задумался, возможно, она боялась сесть за руль. Затем, я наконец то услышал звук ее движений. - Хорошо. Мне бы этого хотелось.

Мне бы тоже. - Расскажи мне о своей встрече.

- Доктор Манро был мил. Он очень взволнован идеей помочь мне. Я прошла пару тестов, и у меня определенно дисклексия. Вот и все. Это единственная проблема, которая у меня есть. Он сказал что мои учителя или родители должны были понять это, когда я была ребенком, но каким то образом это недоглядели или неправильно диагностировали … - Она замолчала. Я не хотел, чтобы она об этом думала. Кто-то сказал ей, что она глупая, и я знал ее родители были частью этого.

Когда ты начнешь с ним работать?

По понедельникам после обеда он приезжает в Грейтон Бич, что не так далеко отсюда. Там живет его мать, и он приезжает поужинать с ней. Он сказал, что мы могли бы встретиться в городской библиотеке. Затем после обеда по четвергам, я должна приезжать к нему в офис и делать уроки. Он сказал, что я быстро начну читать, как только он научит меня, как концентрироваться на слове. Никто раньше не работал со мной так, как мне было необходимо.

Она была взволнованна. Пока она продолжала говорить, ее голос становился громче и быстрее. Это было так мило. Я мог представить ее голубые глаза, светящиеся счастьем.

К тому времени как ты вернешься, возможно, я уже смогу почитать тебе, - сказала она, и затем я услышал ее нервный смех, словно она не собиралась говорить это вслух.

Зачем ждать пока я приеду? Ты можешь читать мне по телефону, когда будешь звонить, чтобы рассказать, как прошли уроки.

Она снова притихла, и я позволил ей пару секунд обдумать эту идею. Я не хотел ее пугать. Но мне хотелось, чтобы со мной ей было комфортно. Даже по телефону. - Ты хочешь, чтобы я звонила после своих уроков? - спросила она.

Конечно же, хочу. Если с этим нет проблем. Мне бы хотелось быть в курсе, как идут дела.

Да, с этим нет никаких проблем. Я … Я так и сделаю. И когда я буду достаточно храбра, я почитаю тебе.

Риз

Две недели я ходила на занятия и после звонила Мейсу. К четвертому уроку я осознала, что я больше взволнована услышать голос Мейса, чем от самого предстоящего урока. И это говорило о многом, потому что я любила свои уроки. Я любила насколько сильной я себя чувствовала, когда научилась концентрироваться на словах и расшифровывать то, о чем говорилось.

Я никогда не стану быстрым или заядлым читателем. Доктор Манро сказал мне, не позволять этому сломать меня.

Чтение никогда не будет моей сильной стороной, но я буду иметь возможность просто читать. Это больше не помещает мне научиться водить машину, пойти в колледж, или заполнить заявление на работу.

В начале третей недели, я была готова встретиться с доктором Манро в библиотеке города. Он собирался дать мне домой книгу, с которой я смогу практиковать свое чтение. Две последние книги, которые он мне дал, были очень легкими, иллюстрированные книги с одним или двумя словами на странице. На следующем уроке я прочитала каждое из них за пять минут. Сегодня он собирался дать мне что-нибудь посложнее. Я готовила себя к этому. Я могу это сделать.

Затем, после всего я позвоню Мейсу и расскажу о моих занятиях.

Лила Кейт проснулась после дневного сна и заплакала, и я передвинулась с лестницы, где вытирала пыль, чтобы позвать Харлоу, но она уже бежала из-за угла с улыбкой на лице. Когда ее не было рядом с Лилой Кейт, с ней всегда была радио-няня. Я забыла об этом.

Она позволила мне закончить печенье, которое я делала для Гранта, сказала Харлоу, когда проходила мимо меня по лестнице. - Почему бы тебе не взять перерыв и не поесть со мной печенье с молоком, когда они остынут?

Харлоу всегда просила меня о таких вещах. Она не игнорировала меня, как это делали другие клиенты, и она не смотрела на меня свысока, когда разговаривала со мной. Вместо этого она обращалась со мной на равных. Она была благодарна мне за помощь, даже, несмотря на то, что она платила мне за это.

Мне бы хотелось и, спасибо что спросили, но вечером у меня встреча. Я должна закончить все и пойти домой, чтобы привести себя в порядок, прежде чем пойду на встречу, - хотелось бы мне не отказываться от такого предложения. Я пропустила завтрак и была голодна.

Харлоу улыбнулась мне. - Я могу тебе в этом помочь. Ты поешь со мной печенье с молоком, а я отвезу тебя домой. Если я тебя подвезу, ты будешь дома гораздо раньше. И не говори мне нет. Ты отказала мне на прошлой неделе , а мой брат позвонил чтобы удостовериться, что я тебя отвезла. Я объяснила, что ты не позволила мне, а он обвинил меня. Так что начиная с сегодняшнего дня, я тебя отвожу. Никаких возражений. - Она развернулась и поспешила к Лиле Кейт, которая как только услышала голос Харлоу, заплакала намного громче.

У меня заняло несколько секунд, чтобы успокоиться. Я прижала руки к своим щекам, мне бы очень хотелось не краснеть. Мейс звонил, чтобы проверить отвезла ли она меня домой. Он думал обо мне, помимо тех моментов, когда мы с ним разговаривали. Сумасшедшая улыбка, которая расплывалась на моем лице, каждый раз, как я думала о Мейсе, снова вернулась.

Когда я снова начала вытирать пыль со ступень, у начала лестницы снова появилась Харлоу, держа в руках широко раскрывшую глаза и улыбающуюся Лилу Кейт. Теперь она была счастлива, что с ней была ее мамочка. Малышка могла осветить комнату.

Лила Кейт тоже ждет тебя на печенье с молоком. Так что ты не можешь ей отказать. Никому не разрешается говорить ей нет. Спроси об этом ее папочку. - Сказала Харлоу, спускаясь по ступенькам. - Давай пойдем и насладимся нашим перерывом.

Я не собиралась спорить. Это было бы невежливо, и потом, раз Мейс так сильно хотел, чтобы она подбросила меня, что даже позвонил, чтобы проверить ее, я не собиралась говорить ей нет. Кроме того, я была действительно голодна.

Кухня в доме Картеров напоминала мне сцену из ситкома. Она была обжитой и теплой, но не было ничего лишнего. Харлоу посадила Лилу Кейт в подвесные качели, которые были расположены в нише окна, выходящего на задний двор. - Ты катайся и смотри на птичек, а я приготовлю твою бутылочку. - Сказала она своей дочери, словно малышка понимала, что ей сказала мать. Затем она повернулась ко мне. - Если ты предпочитаешь кофе, я могу тебе его приготовить. Я не могу пить кофе, только если оно без кофеина, и даже в этом случае мне можно только чуть-чуть. Но у меня оно есть. Грант пьет кофе.

Мне было достаточно и молока. - Я люблю молоко, - ответила я. - Я могу вам помочь?

Просто сядь и передохни. Ты без остановки работала часами. Ты должна прерываться на ланч.

По контракту с агентством, я не должна была прерваться больше,чем на пятнадцать минут каждые два час. И я поняла, что многим людям, у которых я убиралась, не нравились мои перерывы. Если они были дома, они хотели, чтобы я работала, пока все не закончу. Так что я так и делала.

В доме Картеров многое было по-другому. Данный перерыв, также относился к этому. Это также был мой любимый дом, потому что мне удавалась понаблюдать за нормальной, счастливой семьей. Такого я раньше никогда не видела. То как Харлоу обожала свою дочь, заставляло меня улыбаться, но в моей груди также была боль, за то, что у меня никогда не было. То, что моя мать решила мне никогда не давать. Любовь.

От Гранта Картера держащего свою дочь захватывало дыхание. Даже, когда он смотрел на нее через комнату. Его лицо полностью излучало любовь и абсолютную преданность. Ни у кого не вызывало вопросов то, что он защитит свою маленькую девочку любой ценой. Я не раз ловила себя на мысли, был бы таким мой настоящий отец. Знал ли он вообще о моем существовании?

Я прогнала эти мысли и сосредоточилась на Картерах. Я не буду думать о своей семье или о моем прошлом. Это лишь приведет меня в подавленное состояние. Я упорно старалась не думать и не останавливаться на мыслях об этом.

Этот дом, был настоящим домом. Это было счастливое и безопасное место. Даже не смотря на то, что он был самым маленьким из домов, что я убирала, он по прежнему был тем местом, куда я стремилась каждую неделю.

Харлоу поставила стакан молока и тарелку с двумя большими печеньями с шоколадной крошкой передо мной. - Давай начинай, - сказала она, и поставила такую же тарелку перед стулом напротив меня. - Я попробую перекусить, пока Лила Кейт не вспомнила, что пришло время поесть. В любом случае ее бутылочка будет готова через пару минут. Она должна согреться, - она присела.

Они восхитительно пахнут, - сказал я ей, надеясь, что это было хорошим поводом начать их поглощать. Я была голоднее, чем думала, и чудесный запах усложнял задачу, есть помедленнее, культурно маленькими кусочками.

Такими они и должны быть. Это рецепт моей бабушки. Она делала лучшее печенье, - ответила Харлоу. - Грант их обожает.

Как я и предвидела, я закончила первое печенья за три прикуса. Харлоу улыбалась, наблюдая за мной. Она тоже радостно жевала, поэтому мне было не так неловко. Но эти печенья были действительно очень вкусными.

Ты разговаривала с моим братом, с тех пор как он вернулся в Техас? - спросила Харлоу, удивив меня.

Я кивнула, раздумывая, должна ли я дать ей больше информации. Хотел ли Мейс чтобы она знала, что мы общались? Возможно, она думала, что здесь есть, что то еще и все неправильно понимала. С Харлоу я чувствовала себя комфортно, но сказать ей, что у меня дисклексия было совсем другое дело. Как я смогу объяснить, что до сих пор не могла читать и писать, не вдаваясь в детали своего прошлого.

Он кажется … беспокоится за тебя. Мейс из типа защитников, но я не припомню, чтобы он так о ком-то заботился, кто не был частью семьи. До тебя. – Улыбка коснулась уголков ее губ.

Ох, нет. Она строила неправильные предположения. Если я не объясню ей все, она может сказать что-нибудь Мейсу, а мне бы этого не хотелось. Он мне так помогал, и я была обязана ему. Кроме того, это не было чем-то, чего следовало бы стыдиться. Эстор несколько раз говорил мне об этом. Он даже заставил меня повторять за ним, «Я не хуже других. Мне нечего стыдиться. Я умный и способный человек».

Вспомнив эти слова, я положила второе печенье обратно на маленькую фарфоровую тарелочку. Я встретилась глазами с любопытным взглядом Харлоу. - Я звоню Мейсу после моих занятий с доктором Манро, - я сделала паузу чтобы успокоиться, - Я … У меня дисклексия, и пока Мейс не нашел доктора Манро, я не знала почему я не могла читать и писать. Мне было очень сложно с буквами и словами. Ваш брат сделал первый шаг и нашел специалиста, который направил меня в правильное русло. Он просто помогает мне, потому что он хороший человек.

Взгляд Харлоу задержался на мне на пару секунд, и мне пришлось опустить глаза на лежащее передо мной печенье. Я не хотела, чтобы она прочла на моем лице то, что я не могу скрыть.

Мейс

Это женщина, - сказал Мэйор, открывая мой холодильник и хватая пиво. - Я знаю все признаки. Ты можешь попробовать обмануть меня каким нибудь дерьмом, неся при этом полную чушь, но я проходил через это, чувак.

Мэйор становился занозой в моей заднице. Он был племянником моего отчима и я вырос воспринимая его, как кузена. И то, что мы не были родственниками по крови, не имело никакого значения. Сегодня я нуждался в его помощи с лошадьми, но прям сейчас был готов к тому, чтобы он ушел. Скоро должна позвонить Риз. И Мэйор был последним, кого я хотел видеть здесь, когда она позвонит.

На сегодня мы закончили. Бери пиво и иди домой. Я приму душ, затем лягу спать. Я очень устал. - Я прошел через кухню и направился к своей спальне.

Прямо сейчас. Это. Дерьмо. Собачье, - прокричал он мне вслед. - Женщины дерьмо. Видел. Знаю.

Я ненавидел то, как близко он был к правде. Большую часть дня я думал о Риз, каждый чертов день. Я ждал ее звонков больше, чем должен был. Но, проклятье, ее голос заставлял меня улыбаться. Слышать, какой взволнованной она была по поводу своего прогресса, заставляло меня чувствовать тоже самое. - Уходи, - крикнул я в ответ, и закрыл за собой дверь спальни.

Я стал стягивать ботинки, когда мой кузен решил ударить мою дверь.

- Кто она? Это не может быть Корделия. Если бы ты хотел ее, ты бы давным-давно сделал бы что-то больше, что-то кроме того как трахать ее. Постой … Розмари Бич. Ты встретил там кого-то, не так ли? Богатую крошку? Есть деньги? Есть сестра? Нет, стой, я не хочу ее сестру. Я все еще хочу замутить с твоей горячей незамужней сестричкой.

Боже, он может быть не таким раздражающим? - Продолжай Мэйор. Я не собираюсь тебе, что либо рассказывать. Нет там никакой женщины. Уходи и позволь мне спокойно принять душ. Чертова зануда.

Смех Мэйора прошел сквозь дверь.

- Ты слишком сильно протестуешь. - Он еще раз ударил дверь. - Прекрасно. Будь таким. Но достаточно скоро ты сам признаешь это. Или я сам разберусь в этом дерьме.

Я не ответил ему. Я подождал, пока его шаги не направились к входной двери. Когда дверь открылась и закрылась, я выпустил вздох облегчения. Посмотрев на часы, я увидел, что у меня было сорок пять минут, прежде чем она позвонит. Я мог принять душ и перехватить, что-нибудь перекусить.

Если бы Мэйор узнал что-нибудь о Риз, он сказал бы моей матери. И тогда бы это никогда не закончилось. Я любил свою маму, но она бы стала задавать вопросы. Я был не готов отвечать на вопросы. Я даже не был уверен, куда это все приведет меня и Риз. Отрицать то, что я был увлечен ей, было бесполезно. Мне пришлось признаться в этом самому себе.

Черт, я думал о родинке под ее попкой, с того момента, как впервые увидел ее. Но теперь это было чем-то большим, чем просто вожделением. Мне нравилась Риз. Мне нравилась женщина, которая была внутри нее. Сначала я боялся, что это жалость, и мои эмоции были пропитаны сожалением к ней и желанием помочь ей.

Больше, я так не думал. Риз не хотела жалости. Ей она не требовалась. Она была крепкой. Намного крепче, чем я думал, она была. Я уважал ее способность принимать удары судьбы и продолжать бороться. С таким телом как у нее, она запросто могла избрать другой путь и использовать свои активы. Тот путь, где ее внешность оплачивала бы ее счета. Но она не стала этого делать. Вместо этого, она усердно работала, убирая дома, и она гордилась своей работой.

В Риз было намного больше, чем я предполагал с самого начала. Намного больше, чем я мог ожидать. И она покоряла меня, медленно привязывая к себе, и она даже не знала об этом. Но я должен был иметь ввиду тот факт, что возможно она не хочет этого. Вполне вероятно, в отношении меня Риз не интересовалась ни чем, кроме дружбы.

Возможно, это было к лучшему. Во -первых мы жили через несколько штатов друг от друга. Это само по себе было проблемой. И это не было так, что она готова взять и переехать, чтобы встречаться со мной, а перенести мое ранчо в Розмари Бич было невозможно. Моя работа и будущее были здесь.

Войдя в душ, я решил, что пока не буду думать об этом. В этом не было смысла. Необходимо было медленно продвигаться дальше. Мои фантазии о ней, будут включать только это.

Тридцать минут спустя у меня зазвонил телефон, когда я стоял на крыльце, добивая свое пиво и все еще думая о ней.

Эй, - сказал я, ответив на первый же звонок.

Эй. Я раньше, чем обычно. Надеюсь это не проблема, - у нее был взволнованный голос.

Я улыбнулся. - Нет не проблема. Все в порядке. Я ничего не делал, кроме как ждал твоего звонка.

Ох, - все, что она сказала в ответ.

Как все прошло сегодня вечером? - спросил я. Эстор Манро также еженедельно отсылал мне отчет через электронную почту. Он согласился не афишировать тот факт, что я платил ему за помощь Риз. Я не думаю, что она будет готова работать с ним, если узнает. Я хотел, чтобы ее разум был свободен от любых беспокойств и полностью сосредоточен на занятиях.

Замечательно. Я прочитала ему главу из книги, которую он дал мне на прошлой неделе. Это была не иллюстрированная книжка. Это была моя первая настоящая книга. Я не сделала это быстро или еще что-то, но я читала без паники и, не путая слова. Также у меня был тест по правописанию. Первый в моей жизни, который я смогла пройти, - добавила она, звуча головокружительно. Мысль о том, что у нее никогда не было возможности пройти тест по правописанию, резала меня изнутри. Мне было ненавистно думать о маленькой девочке, которая так боролась и которую игнорировали.

Это восхитительно. Я так тобой горжусь, хотя я знал, ты сможешь это сделать. Никогда в тебе не сомневался, - заверил я ее. - Я все еще жду, когда ты будешь достаточно храбра, чтобы почитать мне.

Это всегда заставляло ее притихнуть. Она все еще боялась читать для меня, но, черт возьми, я хотел, чтобы она мне доверяла. Я хотел, чтобы со мной она чувствовала себя комфортно. Зная, что она читает для Эстора, заставляло меня ревновать ее к нему. Что было смешно, но правдиво.

Я почти начал убеждать ее, что ей не надо делать этого, если она не хочет, но она заговорила первой.

Ладо. Хмм, позволь мне пойти и взять книгу, которую я сегодня читала, - тихо сказала она.

Возможно, это было эгоистично, заставлять ее делать это, когда она, очевидно, нервничала, но я так сильно этого хотел, - Это честь для меня, - заверил я.

Мягкий смех донесся из телефона. - Я продолжаю говорить себе, что ты слышал, как я пела, а читаю я не так плохо, как пою, так что я смогу сделать это.

Только эта женщина могла заставить меня улыбаться как дурак чертову телефону. - Это правда, - согласился я, дразня ее.

Она снова рассмеялась. - Это не какое-то серьезное чтиво. Скажи мне, когда будет достаточно. Ты не заденешь мои чувства. Это может до смерти наскучить.

Если бы она захотела, я позволил бы ей прочитать всю книгу целиком, - Скажу. Почитай мне.

Следующие тридцать минут я сидел в кресле — качалке на моем крыльце, положив ноги на перила и слушая, как сладкий голос Риз читал мне по телефону. Она запнулась лишь пару раз, и я быстро помог ей, чтобы она не занервничала и не остановилась.

За всю неделю, это были лучшие тридцать минут.

Риз

После того, как я в первый раз читала для Мейса, наши разговоры два-раза-в-неделю, стали ежедневными. В те дни, когда я не ходила на занятия, Мейс сам звонил мне. Он хотел, чтобы я почитала ему, перед тем как он ляжет спать. Мне было интересно, в действительности насколько сильно он хотел слушать мое чтение. У меня было чувство, что он пытался заставить меня практиковаться с ним. Это был его способ удостовериться, что мне будет комфортно читать перед другими людьми.

Слышать его голос по ночам, перед перед снов, успокаивало. Было странно, насколько легко я засыпала, поговорив с ним. Он всегда заканчивал наш разговор словами: « Спокойной ночи и сладких снов». И словно мое тело подчинялось его команде, именно так я и делала. Каждая ночь была спокойной, а мои сны были всегда о нем. Так что они были сладкими.

Взять под контроль мою растущую привязанность к этому мужчине, было то, что мне было необходимо сделать, и быстро. Мейс был другом. Лучший из тех, который мог бы быть у девушки. Я не хотела разрушить это чем бы то ни было. И если я поставлю его в неудобное положение, это все может закончиться. Это слишком угнетающим, чтобы думать об этом.

Планета Земля вызывает Риз. Я задал тебе вопрос. Где ты витаешь? - Джимми сел напротив меня на диван.

Его визит был неожиданным, но он снова пришел с мороженым, и я не могла прогнать его.

Но скоро зазвонит мой телефон, и я хотела, чтобы к тому времени Джимми ушел. Я не хотела говорить Мейсу, что не смогу с ним поговорить.

Прости, я думала о делах. Не обращай внимание. Я устала.

Джимми приподнял бровь, словно не поверил мне. - В самом деле? Слишком устала для шоколадного мороженого с орехами?

Нет. Я не была слишком уставшей для шоколадного мороженого с орехами. Я была слишком взволнована услышать голос Мейса, поедая мороженое. – Конечно, нет. - Я взяла ложку, которую он воткнул для меня в контейнер и, зачерпнула большой кусок.

Полегче, девочка. Переохлаждение мозга, еще та сука, - предупредил Джимми.

Улыбаясь, я молча согласилась и немного подождала, прежде чем снова преступить к мороженому.

На следующей неделе. Я больше не собираюсь ждать. Ты идешь на свидание с доктором. Это двойное свидание. Ты выбирай, в какой вечер. Пятница или суббота. Потому что это произойдет. Я устал тебя ждать.

Черт. Он не собирался отступать. Он напоминал мне об этом, по меньшей мере, раз в неделю. Я избегала отвечать на его вопрос.

Но возможно, это было не так плохо. Я так зациклилась на Мейсе, и это могло быть хорошей идеей. Если я пойду на свидание, возможно, я смогу себя отвлечь. Это мне совсем не нравилось, но, по крайней мере, если Мейс и подозревал, что у меня к нему есть интерес, это изменит его мнение. Он не будет беспокоиться о моем влечении к нему. А это значит, он не перестанет мне звонить.

Вечером в пятницу, было бы лучше всего.

Джимми заулыбался и рассек кулаками воздух. - Да! Победа! Гол!

Прежде чем я смогла ответить, у меня зазвонил телефон, и, посмотрев на экран, я увидела ковбойские ботинки. Я подняла его, прежде чем Джимми смог увидеть. - Это важно. Это насчет курсов, на которые я хочу пойти. Мы можем закончить это завтра?

Он смотрел с любопытством, но я знала, что моего умоляющего взгляда будет достаточно, чтобы он ушел. Телефон перестал звонить, но тут же сново зазвонил, и я ответила, пока он не отключился. - Эй, дай мне минутку, - сказала я Мейсу, затем встала, чтобы открыть дверь для Джимми, теперь наблюдал за мной с открытым любопытством.

Я не верю тебе, но я позволю этому остаться незамеченным, прошептал Джимми, тыкая в меня пальцем.

Я закрыла дверь и с облегчением выдохнула. - Прости. Джимми был здесь. Теперь он ушел, - объяснила я.

Я что-то прервал?

Только поедание шоколадного мороженого и шумного друга.

Он усмехнулся. - Ты могла бы мне сказать, что наслаждаешься с ним мороженым. Я бы перезвонил позже.

Ох, нет, я не смогла бы так сделать. Не тогда, когда мой день вращался вокруг этих телефонных звонков. - Все в порядке. Мы закончили, - солгала я.

Звук от сорвавшихся с места шин, сотряс квартиру, и прежде чем я смогла понять, что случилось на улице, раздался выстрел. Я замерла. Я не могла пошевелиться. Конечно же, это не то, что я услышала. Возможно, это был выхлопной звук автомобиля. Это был безопасный район, именно поэтому я выбрала эту квартиру.

Раздалась серия выстрелов и, я упала на колени, за кресло стоящее передо мной. Крики эхом разнеслись по улице, и впервые я пожалела, что живу на первом этаже. Я чувствовала себя абсолютно доступной и уязвимой, не в состоянии обезопасить себя.

Риз ты в порядке? - Мейс прокричал в телефон. Я осознала, что он спрашивал меня снова и снова, но я была слишком шокирована его голосом, чтобы сконцентрироваться.

Моя рука прикрывала мой рот, и я задумалась, не кричала ли я. Мои глаза были прикованы к окну, пока снаружи продолжались крики. Кому-то нужно было позвонить в полицию. Мне. Мне нужно было позвонить. О Боже.

Мне нужно позвонить в полицию. Снаружи крики и выстрелы. Я должна позвонить и попросить помощи, - сказала я ему, не желая вешать трубку. Я была напугана, и зная что Мейс был со мной на телефоне, немного успокаивало меня. Даже учитывая, что он ни чем не мог помочь.

Твою мать! На пол. Ляг прямо за свой диван. Не двигайся и не открывай дверь. Позвони в полицию, сейчас же. Затем перезвони мне, - приказал Мейс, затем закончил разговор.

Мои руки тряслись, когда прогремел еще один выстрел. Голоса выкрикивали непонятные слова, наряду с воплями и визгами. Я подползла к дивану и легла за него, затем попыталась позвонить в 911, когда меня охватила паника. Цифры на моем телефоне стали смещаться и мутнеть. Мои глаза наполнились слезами разочарования.

Мое тело дернулось, когда я зарыдала, пытаясь понять, где была цифра 9, но затем к шуму на улице присоединилась полицейская сирена, и голубые огни мелькнули у меня в окне. Я уронила телефон на ковер и закрыла лицо руками.

Делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться, я услышала, как полицейских сирен стало больше, к ним присоединилась сирена скорой помощи. Но я не шевельнулась. Ни разу.

Я лежала там, пока не прекратились крики, но снаружи по-прежнему доносились вопли и плач людей. Я боялась пошевелиться, даже не смотря на то, что я знала, что снаружи была полиция.

Раздался стук в дверь, и я замерла.

- Полиция, - раздался громкий голос.

Полиция. У моих дверей. О, Боже. Я должна была встать. Мои ноги ужасно тряслись, и у меня по-прежнему было сильное сердцебиение.

Снова раздался стук.

- Полиция! - снова крикнул он.

Я схватила ручку двери и посмотрела в глазок. За моей дверью и вправду стоял офицер полиции. Его явная хмурость еще больше пугала меня, если конечно такое было возможно.

Открыв дверь, я уставилась на мужчину.

Он сверкнул своим значком.

- Офицер Милтон, мэм. Я должен задать вам пару вопросов.

Мне? Почему мне? Я кивнула и заставила себя сделать вдох.

Вы видели что-нибудь? - спросил он, стоя там, пока за ним мигали огни и выли сирены. Кто-то был прикрыт пластиковым покрывалом. Желчь поднялась в моем горле, и я сжала дверную ручку, чтобы не упасть, когда у меня подкосились колени.

О Боже, - смогла прошептать я.

Вы знаете Мелани и Джейкоба Сандерс? Они живут тремя дверьми ниже вас.

Я отрицательно покачала головой. Я не была знакома ни с кем из живущих по соседству. Кроме Джимми. От всех остальных я держалась подальше. Но тремя дверьми ниже жила женатая пара. Я встречала мужа, к сожалению. От него у меня кожа покрывалась мурашками. Как-то я шла к машине, и он присвистнув, назвал мою задницу «сочной».

Я не знаю их. Я знаю только Джимми … Джимми Моррисона. Он живет в квартире два D. Он был здесь прям перед тем как … О, Боже! Джимми был здесь. Чтобы вернуться в квартиру, ему пришлось бы дойти до лестницы. Это произошло сразу после его ухода.

Выражение лица полицейского смягчилось. - Джимми Моррисон в порядке. Он один из тех, кто сообщил о преступлении. Он видел большую часть произошедшего и в данный момент дает показания. Он знал жертву.

У меня зазвонил телефон. Мейс перезванивал мне.

Если вы вспомните что-нибудь, пожалуйста, позвоните в участок. Джимми должен подтвердить, что только что покинул вашу квартиру. Если он этого не сделает, мы вернемся с вами поговорить. Мне нужно ваше имя для протокола.

Риз Эллис, - ответила я, в то время как мой телефон перестав звонить, снова зазвонил.

Спасибо, мисс Эллис.

Я кивнула и закрыла дверь, когда полицейский прошел к следующей двери. Я закрыла дверь на замок, прежде чем ответить на звонок. - Здесь была полиция, - сказала я Мейсу. - Они задали мне несколько вопросов.

С тобой все хорошо, - он выпустил вздох облегчения.

Да. Джимми все видел. Сейчас он с полицией, дает свои показания. Я не совсем уверенна, что произошло, полицейские даже не сказали, кто жертва. Но супружеская пара, которая живет тремя дверьми ниже, как-то замешана в этом. Я слышала только выстрелы и крики. Ничего больше. Но Джимми был там. Его могли застрелить.

Но не застрелили. Не думай об этом, - твердо сказал Мейс.

Я кивнула, даже не смотря на то, что он не мог меня видеть. Он был прав. Мне не нужно переживать о чем-то, что не произошло.

Ты заперла дверь? - спросил он.

Да она заперта на ключ.

Когда Джимми закончит с полицией, он придет к тебе и расскажет, что случилось. Просто сядь и расслабься. Я уду говорить с тобой, пока он не придет. С тобой все будет в порядке. Я знаю, что ты расстроена и напугана.

Просто слышать его голос, уже успокаивало меня. Я села на диван и смотрела, как снаружи по-прежнему мигают огни.

Почитай мне Риз. Это поможет тебе забыться.

Я была не уверенна, что смогу. Раньше мое зрение полностью мутнело, стоило мне расстроиться. Концентрация не помогала, когда ты была в панике. - Не знаю, смогу ли я, - призналась я.

Просто попробуй, - сказал он ласково.

Только потому, что я хотела ему угодить. Я попыталась.

Мейс

Слышать ее мягкий голос было единственное, что могло меня успокоить. Я стоял на своем переднем крыльце, с надетыми ботинками и ключами в руках. Когда она не перезвонила мне и не ответила на мой звонок, я собирался ехать к ней.

Если бы она не ответила на мой последний звонок, я собирался позвонить Гранту и Рашу, что бы они проведали ее, и затем я собирался попросить отца немедленно предоставить мне частный самолет, чтобы отправить мою задницу в Розмари Бич. Черт, мои колени почти подогнулись от облегчения, когда она, наконец-то ответила на мой звонок. Я хотел, чтобы Джимми притащил к ней свою задницу, и рассказал ей, что произошло, чтобы она могла обо всем узнать. И так она не будет одна.

Но до того момента, я не собирался отпускать ее. Твою мать, я не оставлю ее даже когда придет Джимми. Я был очень близок к тому, чтобы позвонить Рашу и Гранту и попросить их остаться с ней, пока я не приеду.

Сегодня она запиналась больше, чем за все те недели, что читала мне. Я ненавидел мысль, что она находится там, в одиночестве и страхе. Мне так же было ненавистно, что она жила в той квартире совсем одна. Это не было безопасно. Произошедшее только доказывало это.

Джимми у моих дверей, - сказала она.

Я хочу услышать все, что он скажет, - сказал я ее. Я не хотел, чтобы она вешала трубку.

Ладно, я только, хмм, переверну телефон.

Я ждал, пока она открывала дверь. Джимми спросил в порядке ли она, и звучала так, словно он обнимал ее. Она испустила слабое рыдание и спросила, был ли он сам в порядке. Затем он заверил ее, что с ним все хорошо.

Что случилось? - спросила его Риз.

Я не знаю всей истории. Когда я направлялся к лестнице, я услышал визг колес, а затем услышал как Джейкоб орал на Мелани, что она шлюха. Мелани тоже стала обзывать его, и затем он просто вынул пистолет из-за пояса и стрельнул в нее. Она начала убегать и кричать, я отчаянно пытался набрать 911, когда раздался второй выстрел. Я видел … - Джимми сделал паузу. - Мне нужно сесть. Вот дерьмо, сегодня мне понадобится крепкий напиток.

Ты не должен быть один, - сказала ему Риз.

Мой мальчик едет ко мне. Он будет обнимать меня всю ночь, - ответил Джимми.

Хорошо.

Это никак мне не помогало. Мне не нравилась мысль, что Риз сегодня ночью будет одна. Я так же, мать вашу, ненавидел то, что она жила на первом этаже. Там было опастно.

Я видел, как она падала. Она просто рухнула на землю. Вокруг нее была лужа крови, и она не двигалась. Это было глупо, но я подбежал к ней. И тогда, этот ублюдок стрельнул в меня. Он промахнулся и сбежал, но я не знаю смогу ли я когда-нибудь выкинуть этот образ из своей головы, образ направленного на меня пистолета.

Дерьмо.

О нет, Джимми!

Парень в ее квартире, с которым у нее был роман, убежал в одних трусах, грязножопый. Хотя, полиция поймала его. Он не смог далеко убежать. Он был напуган до смерти. Они поймали и Джейкоба. Он слишком надолго здесь задержался, затем направил свой автомобиль в сторону кювета, при этом он слишком быстро ехал. Полицейские поймали его, когда бросив машину он попытался сбежать. Это место превратилось в гребанный цирк. Люди открывали свои двери и вопили и кричали. Никто не пытался помочь, они просто паниковали. А он просто … убил ее. Пристрелил ее. Чертов псих. Они были женаты три года.

Это ужасно, - еле слышно сказала Риз. Она была расстроена. И он, вашу мать, собирался оставить ее совсем одну, пока будет кувыркаться со своим парнем?

Мне нужно принять душ и выпить немного текилы. Что угодно, лишь бы стереть это дерьмо у меня из головы. Ты закройся, как следует. Хотя ты и так в безопасности. Большую часть ночи, полицейские будут здесь и не покинут место преступления. Так что все в порядке. Но если я тебе буду нужен, просто позвони.

Я слышал, как Риз встала и проводила его до двери. - Я рада, что ты в порядке, - сказала она, и ее голос дрогнул.

Ах, девочка моя. Я в полном порядке, - он заверил ее. - Просто в голове полная неразбериха, после всего увиденного. Я не был близок с Мелани. Едва знал ее, но черт, это не имеет значения. Трагедия видеть, как умирает человек. Такая гребаная трагедия.

Они попрощались, и я мог услышать, как Риз закрывала дверь, когда щелкнул замок.

Эй. Ты все расслышал? - спросила она у меня. Было в ее голосе какое-то напряжение, словно она пыталась не заплакать.

Да уж. Все так запутанно. Но это не был случайный акт насилия. Так что никто не вернется, и больше не будет никаких выстрелов. Ты в безопасности, - заверил я ее.

Она не стала отвечать мне сразу. И я подумал, не боится ли она теперь спать. После все случившегося, она нуждалась в том, чтобы рядом с ней кто то был и обнимал ее.

Иди, приготовься ко сну. Отложи пока телефон. Я подожду. Потом я буду с тобой, когда ты ляжешь в постель. Я буду прямо здесь, у твоего уха. Мы можем говорить, пока ты не уснешь. Хорошо?

Хорошо … ты не против сделать это?

Не думаю, что сегодня мне удастся заснуть. Я буду беспокоиться о ней. Но ей нет необходимости знать об этом. - Я хочу этого. Теперь иди и приготовься ко сну. Я буду ждать.

Спасибо, - прошептала она.

Пока она готовилась, я включил громкую связь и сунул телефон в карман, затем зашел в дом. Я бросил банку от пива в мусор и помыл кое-какую посуду в раковине.

Как только я закончил делать это, я направился в свою комнату. Я почистил зубы и, сложил одежду, которую я разбросал, когда я был напуган из-за Риз и, был готов ехать к ней. Затем я забрался в кровать. Через несколько минут, ее голос вернулся на линию.

Я вернулась, - сказала она, и я мог услышать шелест покрывала.

Я положил одну руку за голову и лег на спину, уставившись в потолочный вентилятор моей комнаты. Образы Риз в ее постели увлекли меня. Мне следовало чувствовать себя чертовски виноватым из-за этого, но я ничего не мог с собой поделать.

Хочешь еще немного мне почитать? Спросил я, пытаясь спросить о чем угодно, лишь бы выкинуть из головы навязчивую идею узнать, что было на ней надето.

Нет … не совсем. Мой мозг слишком устал, чтобы что-то читать, - сказала она. Она снова двигалась по комнате, я слышал приглушенные звуки ее простыней.

Что ты одеваешь на ночь? - спросил я ее, прежде чем смог себя остановить. Мне было нужно знать это. Это сводило меня с ума.

Она слегка рассмеялась.

- Ничего особенного. Всего лишь короткие спортивные штаны и майка. Они старые и мягкие, и мне нравится в них спать.

Мне очень хотелось увидеть эту мягкую, старую майку на ней. Картинки в моей голове, приводили в хаус мой член. Он пытался жить своей жизнью. Но это я спросил у нее, что на ней надето, так что я сам привел себя в такое состояние. - Какого она цвета? - спросил я, морщась от собственных слов. Проклятье, что я делал?

Розовая … или была такой. Сейчас она выцвела. Больше не такая розовая, - нерешительно ответила она.

Звучит, очень удобно.

Ммм-хмм, - был ее единственный ответ, ради себя самого я хотел поменять тему разговора, но у меня не было не единого шанса.

- А ты спишь в нижнем белье? - спросила она, так тихо, что я едва услышал ее вопрос.

Я думал, что она знала, насколько голым я сплю, после того, как во время нашей первой встречи я появился в холле, обернутый в простыню.

- Нет, - ответил я, удивляясь, что она спросила меня об этом.

Ох. Я просто решила что так, потому что ты прибежал в комнату отдыха в своих боксерах, в тот день, когда я порезала свою руку, должно быть тогда ты спал в них.

Мои губы растянулись в улыбке. Я выхватил их из спортивной сумки и натянул их пока бежал к ней по коридору в то утро.

Я надел их перед тем, как выйти и проверить все ли у тебя в порядке, - объяснил я.

Быстрый вдох был ее единственным ответом.

Спать обнаженным не так плохо. Тебе надо как нибудь это попробовать, - подразнил я, пытаясь поднять ей настроение, так как казалось, что она не могла найти слов.

Затем она захихикала. Миссия выполнена. - Не уверенна, что смогу сделать это, - сказала она веселым тоном.

Я был уверен, что она могла. Мой разум играл со всевозможными картинками, ее, делающую именно это. Затем, в моих фантазиях я присоединялся к ней, и становилось еще интереснее. Эти длинные ноги и эта маленькая родинка, скрытая прямо под ее попкой, были бы первой вещью, которые я исследовал бы. Образ ее в моей постели, с приподнятой вверх попкой, так чтобы я мог уткнуться и поцеловать эту родинку, послал импульс моему члену и, он стал твердым.

Я обхватил его рукой и сжал, пытаясь успокоить его. Он был горячим, при прикосновении к нему, и он не собирался остывать в ближайшее время. Особенно с возбуждающим меня голосом Риз.

Риз, дай мне минутку. Я сейчас вернусь, - сказал я ей.

Ох, Конечно, - ответила она

Я ненавидел то, что был настолько слаб, но сейчас я должен был начать себя контролировать, если собирался говорить с ней, пока она не уснет. Мне нужно было либо запрыгнуть в ледяной душ, или покончить с этой фантазией, уединившись в моей ванной комнате. Я спешил, и образ Риз в моей постели, с приподнятой сочной попкой, дразнил меня.

Я закрыл дверь ванной, прошел к стене и прислонился к ней, затем снова взял свой пульсирующий член в руки. Медленно, я гладил его, пока представлял, как облизываю попку Риз и ее родинку, затем раздвигаю в стороны ее ноги и чувствую, как ее горячая киска становиться скользкой от моего прикосновения. Моя другая рука ласкает ее попку, затем движется вверх, пока не касается твердых сосков и тяжести ее груди, прижатых к матрасу.

Она бы вскрикнула, когда я просунул свой язык в ее нежную плоть, а ее груди качались бы и подпрыгивали в моих руках. Твою мать, этого было достаточно. Я закричал, когда мое высвобождение брызнуло из меня, покрыв мою руку, которая по-прежнему крепко сжимала в кулаке мой член.

С тех пор, как я встретил Риз, я все чаще и чаще делал это. Я пробовал пару раз холодный душ, но твою мать, я ненавидел их. Это было решением полегче. И менее болезненным. Плюс ко всему, мои фантазии о Риз, становились все лучше и лучше.

Риз

Следующим утром пришел Джимми, и сказал, что он взял больничный до конца недели, и уезжает в мини-отпуск чтобы отойти от всего произошедшего. Прошлой ночью он не спал и сегодня был немного сентиментальным. Его главной заботой было то, как я буду добираться до работы. Не смотря на то, что я заверила его, что могу ходить пешком, он сказал, что он не сможет расслабиться и от всего отдохнуть, если будет переживать по поводу того, что я хожу пешком. Так что, он сказал, что у него есть парень, которому он доверил отвозить и привозить меня в те дни, когда я буду работать. Он заверил меня, что знает этого парня целую вечность, и что он был близким другом мистера Керрингтона. Перед его отъездом, мне пришлось пообещать, что я буду ездить с его другом Тэдом. Из-за того, что я беспокоилась о нем, я согласилась. Но это было совсем не то, что мне хотелось бы делать. Я бы лучше вызывала такси. Но Джимми отказался принять это.

Так что сейчас, я стояла у своего дома, ожидая, когда подъедет «черный BMW с блестящими серебряными колесами, который ты не сможешь не заметить». Джимми также сказал, что у Тэда были длинные светлые волосы и, он выглядел так, словно был рожден для серфинга.

Желтой полицейской лентой была обклеена дверь и тротуар, находившиеся тремя дверями ниже. Я съежилась от мысли об ужасе, который произошел. Джимми все это видел. О нем я тоже беспокоилась. Как он сможет выкинуть все это из головы и жить дальше?

Прошлой ночью я уснула, пока Мейс разговаривал со мной. Это по настоящему удивило меня. Просто знать, что он там и не оставит меня одну, было достаточно чтобы расслабить меня. Затем была странная беседа о том, в чем каждый из нас спал. Он спал голым. Образ этого мужчины нагишом взволновал меня. Что заставит меня чувствовать себя неловко, когда я снова увижу его лицо.

Было сложно не заметить гладкий черный BMW, когда он заехал на парковку. Даже не смотря на колеса или светловолосого парня, сидящего на водительском месте. Я знала, это был он. Никто в этом жилом комплексе не водил машину похожую на эту. Я повесила рюкзак на плечо и сделала глубокий вдох. Джимми не послал бы кого-то, кто был бы опасен. Я могла сделать это. Могла.

Дверь со стороны водителя открылась, и высокий парень со светлыми волосами, которые завивались у него под ушами, улыбнулся мне. На нем были темные солнцезащитные очки, так что я не могла разглядеть его глаза. Тем не менее, он казался надежным. У него была дружелюбная улыбка, и еще раз, Джимми доверял ему.

Ты Риз? - спросил он.

Я кивнула и шагнула с тротуара к его машине.

Только Джимми, - сказал Тэд, и усмехаясь встряхнул головой.

Я не стала спрашивать, что он имел ввиду. - Спасибо что будешь возить меня, я заплачу за бензин, - сказала я ему, садясь в машину.

Тэд нахмурился. - Ну уж, нет, ты не станешь это делать. Я могу отвезти и привезти с работы красивую девушку.

Я не напряглась, когда он назвал меня красивой. Это было хорошим знаком. Я делала прогресс. Не мужчины были плохими. Джимми, Мейс и доктор Манро научили меня этому. Потом было и то, как Грант Картер обожал свою жену и ребенка. Мое мнение о мужчинах менялось. Чем дольше я жила в Розмари Бич, тем больше я видела положительную сторону человеческой личности.

Джимми сказал, что ты можешь оставить меня у загородного клуба Кэррингтон? Оттуда я могу дойти до работы. - В последнее время Джимми подвозил меня до домов, где я работала, вместо того, чтобы позволить мне идти пешком. Как я знала, это было то, о чем просил его Мейс.

Мне сказали, что сегодня тебя необходимо отвести к Нан. Я слышал она собирается вернуться в ближайшие две недели. Вот же радость, - сказал Тэд, посмотрев на меня так, словно я поняла, о чем он говорил.

Я никогда не встречалась с Нан, но учитывая то что говорили о ней все вокруг, включая ее брата, не уверенна что хотела с ней встретиться. Мне нравилось убирать ее дом. Мне была необходима эта работа. Но она начинала пугать меня. Когда она вернется, мне придется рассказать ей о зеркале. Я боялась этого. - Не думаю, что жду с нетерпением встречи с ней, - призналась я Тэду. - Кажется, никто особо не любит ее.

Тэд выпустил смешок. - Преуменьшение года.

Ох, вот это да. Хотелось бы мне, чтобы она могла просто остаться в Париже.

Ты слышала выстрелы прошлой ночью? - спросил Тэд, меняя тему. - Видеть место преступления, то еще дерьмо.

Я кивнула и вытолкнула воспоминания о прошлой ночи из своей головы. - Да уж, - был мой единственный ответ.

Затем я сосредоточила свое внимание на вид из окна. Я не хотела говорить о вчерашней стрельбе.

Сожалею, если она была твоей подругой или чем-то в этом роде. Я не хотел показаться непочтительным.

Я продолжала смотреть в окно. - Я не знала ее, - ответила я ему.

После этого он замолчал. Наверное, я должна была начать говорить, и не создавать эту неловкость, но я не была уверенна, что сказать.

Когда он подъехал к воротам Нан и поехал к ее подъездной дорожке, мне стало легче. Я с нетерпением ждала уборки и возможностью насладиться тишиной в одиночестве.

Я заберу тебя отсюда около трех.

Да, спасибо, - какой бы странной не была эта поездка с незнакомцем, было приятно побыстрее добраться до работы.

Тэд криво улыбнулся — Никаких проблем.

Тем вечером я рассказала Мейсу об отъезде Джимми и о том, что меня возит Тэд. Казалось, он не был в восторге от этого, но я не стала его об этом спрашивать. Мы были друзьями, ничего больше. Вместо этого я прочитала ему две главы. Прям перед тем, как я положила трубку, он спросил, была ли я по-прежнему в пижаме.

Да, - ответила я, посмотрев на спортивные штаны и майку.

Он вздохнул, затем усмехнулся. - Прости, Ничего не мог с собой поделать. Спокойной ночи Риз.

Спокойной ночи Мейс.

Сладких снов.

Он даже представить себе не мог, насколько они собирались быть сладкими.

Мейс

Мой кофе был почти готов, и на мне не было ничего кроме пары джинс, когда стук в дверь нарушил мою утреннюю рутину.

Раздраженный, думая, что это Мэйор пришел на час раньше, я подошел и дернул дверь, готовый бросить на него сердитый взгляд. Вместо него, там стояла Корделия.

Она не звонила и не появлялась с тех пор, как я отправил ее домой почти месяц назад. Я не стал отступать и пропускать ее внутрь, потому что в прошлом все наши дела сводились к сексу, и я не собирался снова этим заниматься. Не тогда, когда с каждым днем я становился ближе к Риз.

Я влюблена в тебя, - выпалила она, и ее глаза наполнились слезами.

Твою мать. Сегодня мне это было не нужно. Или в любой другой день. Корделия никогда не должна была влюбляться в меня. У нас был секс. Вот и все. Никогда никаких объятий или поцелуев, просто трах.

Черт возьми.

Корделия, мне очень жаль. Но мы пошли на эти отношения, зная, что они подразумевают только секс. Я не знал, что у тебя были глубокие чувства или что они начали появляться. Я бы давно положил этому конец.

Она всхлипнула и ее плечи опустились в знак поражения. - Так ты действительного ничего не чувствуешь? Совсем ничего?

Дерьмо, я чувствовал оргазм, когда кончал. И да, у нее было хорошее тело, и оно было приятное на ощупь, и я наслаждался им, но это все. Никаких эмоций. Я встряхнул головой, ненавидя то, что раню ее.

- Нет. Для меня это был только секс. Я думал, что и для тебя это было тоже самое.

У тебя кто-то есть? - спросила она. - Поэтому ты прекратил со мной все отношения?

Я не знал, как на это ответить. Риз не ее дело, но она была причиной, почему все закончилось.

Да, у меня есть чувства к другому человеку , - ну вот, я это сказал.

Рыдая, она прикрыла рот.

- Ты завязал отношения с кем-то другим, в то время пока трахал меня?

Покачав головой, я испустил разочарованный стон. Я просто хотел немного кофе. Не этого.

- Я не в отношениях … пока нет, - сказал я ей. - Но это не имеет значения. Я хочу эти отношения. Я жду, пока она согласится.

Корделия издала жесткий смех и вытерла слезы, текущие по ее лицу.

- Значит, женщина готовая отдать тебе все, не так хороша. Ты хочешь ту, которая сдерживается, не так ли? Боже, я ненавижу мужчин! Вы все ублюдки! - в последний раз выкрикнула Корделия. Она указала на меня. - Ты пожалеешь об этом. Когда ты будешь нуждаться во мне, ты пожалеешь об этом. Весь этот секс, что был у нас, был фантастикой, и ты знаешь это. Ты снова захочешь мою киску и мою попку, и я не дам их тебе. Вот и все, Мейс. Это был твой последний шанс.

На это у меня не было ответа. Я наблюдал, как она развернулась, проследовала к своему грузовику и забралась внутрь. Я закрыл дверь, надеясь, что она сдержит слово, и что это действительно будет так. Я не мог больше делать это, и нормально к этому относиться. Мне было ненавистно обижать ее, но она давила на меня.

У меня зазвонил телефон, и я с тоской посмотрел на кофе. Я очень хотел этот кофе. Разочарованный, я потянулся к своему телефону. Почему бы всем не оставить меня в покое? Проклятье, я хотел тихого утра.

На экране горело имя Харлоу.

Ты в порядке, - спросил я, беспокоясь, что что-то было не так. Она никогда так рано не звонила.

Я подумала, ты уже встал. Грант только что, сказал мне кое-что, перед тем как уйти на работу. Он услышал об этом вчера, и я думаю это интересная новость, которой я хочу поделиться с тобой.

Я почти боялся ее слушать. Она на что-то намекала. Я мог услышать это в ее голосе. Какой бы информацией она не владела, она слишком сильно наслаждалась ей. - Сейчас семь часов утра, Харлоу. Я только встал, и мне нужен кофе, - проворчал я, направляясь налить себе чашку кофе.

Пей свой кофе, ворчун. Я могу рассказать тебе все новости, пока ты будешь пить.

Ага, - согласился я, только частично слушая ее. Я был больше сконцентрирован на горячей жидкости в кружке напротив меня.

Тэд — ты же знаешь друга Вудса Керрингтона — возил Риз всю неделю с работы и на работу.

Это было ее новостью? Закатив глаза, я вышел наружу, насладиться моим кофе.

- Я уже в курсе этого, - сообщил я ей.

Ох. Хорошо, а знаешь ли ты, что вчера он пригласил на свидание на эти выходные, и она сказала «да»?

Моя рука замерла на полпути в воздухе, кружка остановилась у моих губ. Какого хрена? - Риз идет на свидание с Тэдом? - спросил я, опуская кружку, по-прежнему не уверенный в том, что только что услышал.

Риз нервничал,а находясь рядом с мужчиной. Тэд был игроком. Я видел чувака в действии. Он был именно из того типа парней, которых, как я знал, Риз не хотела видеть рядом с собой. Так какого черта?

- Кто сказал об этом Гранту? - спросил я, ожидая подвоха. Это должно быть была чертова шутка.

Тэд. Он спросил ее об этом, когда вчера утром вез на работу, и она согласилась. Грант сказал, что он выглядел, как маленький мальчик, которому дали блестящую новую игрушку. Он хотел, чтобы я поговорила с Риз о Тэде. Он что-то вроде мужчины-шлюхи, ну знаешь ли, и Грант не хочет чтобы он обидел Риз. Но я решила позвонить тебе. Так как вы друзья, может, ты мог бы позвонить ей и предостеречь ее.

Она говорила чепуху. Она прекрасно знала, что это взбесит меня. Харлоу слишком хорошо меня знала. Риз не пойдет ни на какое нахер свидание с Тэдом. Если она хочет пойти на свидание, тогда, клянусь Богом, она пойдет на свидание со мной.

- Спасибо. Мне нужно идти. Поговорим позже.

Ладно, ну, ты же поговоришь с ней, не так ли?

Я чуть было не засмеялся над ее поддельным беспокойством. Она прекрасно знала, что я не позволю этому свиданию произойти.

- Я поговорю с ней, - сказал я, перед тем как положить трубку.

Я залпом выпил кофе и позволил ему обжечь мое горло. Мне нужно было сделать звонок, и достать билет на рейс, затем позвонить Мэйору, чтобы он занялся делами, которые я бросаю, чтобы удостовериться, что Тэд будет держать свои плэйбойские руки подальше от того, что было моим.

Риз

Почему я сказала Тэду -да? Конечно, он заставлял меня смеяться, и он был мил, но я не хотела идти с ним на свидание. Но я и не знала, как сказать нет. Я не хотела быть грубой. Всю неделю он был таким полезным, и после первого неловкого дня, мы казалось, нашли легкий способ общения.

К счастью, сегодня мне не нужно было идти на работу, так что и с ним мне не нужно было видеться. Но мне придется увидеться с ним завтра вечером, когда он появится, чтобы забрать меня на свидание. Вчера вечером эта новость крутилась на кончике моего языка, и я чуть не сказала Мейсу, но что-то удержало меня от этого. Только потому, что я была влюблена в Мейса, не значило, что чувства были взаимны. Даже если ему и нравилось знать, когда я была в своей пижаме, это не означало, что он хотел меня в ней видеть.

Мысль об этом заставило мои щеки покраснеть.

Прекрати, ругала я себя. Мне нужно было подумать, о том, на что я согласилась с Тэдом. Свидание. Настоящее свидание. С богатым, привлекательным парнем. О, нет. Что я наделала? Я не могла это сделать.

До стрельбы, на сегодня у нас с Джимми было запланировано двойное свидание. Затем он уехал, и теперь вернется не раньше воскресенья. Два дня назад я разговаривала с ним. Когда я осознала, что он не вернется для двойного свидания, я почувствовало облегчение оттого, что мне удалось выкрутиться из этого. А теперь произошло это.

Вечером позвонит Мейс. Должна ли я об этом сказать? Наверное, нет. Он не говорит мне, когда ходит на свидания. А ходит ли он на свидания? Что если он и в последнее время ходил на свидания? Если он и ходил на свидание, то рано возвращался домой, потому что каждый вечер мы начинали разговор около десяти часов.

Я посмотрела вниз на свою майку и спортивные штаны, и вздохнула. Они и в правду были изношены, но они были мягкими и удобными. Женщины в мире Мейса носили дорогие шелка и кружева. У меня не было ничего даже отдалено сексуального, в чем можно было бы спать. До Мейса мне и не хотелось ничего такого. Он многое изменил. Возможно, он и был причиной, почему я сказала Тэду да.

Громкий, резкий стук в дверь испугал меня, положив телефон на диван, я встала и пошла, посмотреть, кто был снаружи. Я никого не ждала, и очень надеялась, что Тэд не вернулся навестить меня. Не тогда, когда я планировала поговорить с Мейсом по телефону.

Я посмотрела в глазок и ахнула.

Как в моих мечтах, он стоял там, за дверью. У него было решительное выражение лица, и его волосы были отведены назад так, что я могла видеть его крепкую челюсть. Он был здесь. Беспокойство сменило шок, пока я отперла дверь и раскрыла ее.

Мейс, все в порядке? - спросила я.

Он уставился на меня. Он начал двигаться на меня, но затем остановился. - Нет. Я могу войти? - жестко спросил он.

Я кивнула и отступила, позволяя ему пройти внутрь. - Что случилось? - спросила я, боясь услышать ответ. Я нервничала.

Мейс прошел внутрь и его взгляд медленно двинулся вниз по моему телу, а затем снова наверх. Медленно как никогда. Когда его взгляд вернулся к моему лицу, в нем горел огонь, от чего меня бросило в дрожь.

Это выглядит еще лучше, чем я представлял. И поверь мне детка, я очень много раз представлял тебя в этой одежде.

Голос его звучал так, словно он ласкал слова, а не произносил их. Т его голоса, снова заставил меня вздрогнуть. Я не могла говорить. Не сейчас. Этим своим взглядом он лишил меня всех слов.

Я не хочу, чтобы ты шла на свидание с Тэдом, - твердо сказал он, выхватывая меня из моего странного тумана в голове. Его челюсть снова плотно сжалась, и в его глаза вернулся этот странный огонь.

Как ты узнал? - спросила я его. И почему тебя это интересует? Молча подумала я.

Он сказал Гранту, - ответил он. Этого ответа было достаточно. - Я дал тебе время. Ты казалась напуганной. Я не хотел на тебя давить. Но если ты собралась с кем-то на свидание, им буду я Риз. Не гребаный плейбой Тэд.

Последнюю часть он произнес с рычанием, которое заставило меня подскочить.

Он ничего не знает о тебе. Он не будет знать, как прочитать твое выражение лица, когда тебе что-то нравиться или нет. Он не будет знать, когда будет знать, когда тебе не комфорта или когда тебе понадобиться помощь что-то прочесть. Он не будет знать, что у тебя два разных вида смеха. Один настоящий, а другой означает, что ты нервничаешь. Он не хрена не знает. Но я знаю все.

Мейс Меннинг действительно пытается убедить меня пойти с ним на свидание? Неужели он думает, что должен все преподнести в таком свете, чтобы я купилась?

И он допустит ошибку. Он сделает что-нибудь, что причинит тебе боль, и я убью его. Я не жестокий человек, но будь я проклят, если он причинит тебя боль, я допущу это. Я не могу так, детка. Я схожу с ума. Так что единственный выход, который я вижу, ты должна отменить это свидание с ним и построить новые планы. Со мной.

Прежде чем он снова начал пытаться убедить меня, я улыбнулась.

- Хорошо.

Он открыл свой рот, затем закрыл его. В его глазах что-то вспыхнуло, что могло означать только радость, и он сделал шаг ко мне.

- Хорошо? - спросил он.

Я кивнула.

— Да. Хорошо, - повторила я.

Улыбка приподняла один уголок его красивого рта. - Хорошо, означает, что ты отменишь свидание с Тэдом и построишь новые планы со мной? На все выходные?

Все выходные. Он был здесь на все выходные? Я кивнула, будучи не в состоянии не улыбаться. Я собиралась получить возможность провести все выходные с Мейсом. Он приехал сюда, чтобы встретиться со мной.

Со мной!

Мейс сократил расстояние между нами, и его руки дотянувшись, обхватили мое лицо. Мое тело напряглось, но почти моментально расслабилось. Его запах коснулся моего носа, и я успокоилась.

Сейчас я собираюсь тебя поцеловать, Риз. Больше не могу себя сдерживать, - сказал он, его дыхание, шепотом прошлось по моим губам, прежде чем его полные губы коснулись моих.

Он был таким нежным, оставляя поцелуи в каждом уголке моего рта, прежде чем кончик его языка скользнул по моей нижней губе, словно прося меня открыться. Я видела, как люди целуются. Я знала, что ты открываешь свой рот, но это казалось таким интимным. Я не была уверенна, готова ли я к этому. Или что у меня что-то получится.

Пожалуйста, откройся для меня, - попросил он у моих губ, и я осознала, что наверное сделаю все что угодно, о чем бы он меня не попросил.

Я открыла свой рот — и ахнула, когда его язык проскользнул внутрь и погладил мой язык, словно приглашая поиграть. На вкус он был, как перечная мята. Тихий стон вырвался из его груди, и одна из его рук спустившись ко мне на поясницу, прижала ближе к нему, пока он скользнул другой рукой в мои волосы и обхватил мой затылок. Он обнимал меня по-другому. Он был со мной очень аккуратен.

Его язык продолжал дразнить мой, так что я пробежав по его языку своим языком, стала исследовать мятный вкус его рта. Когда мой язык пробежался по его нижней губе, его рука на моей пояснице сжалась в кулак. Он резко вздохнул и, его тело задрожало.

Поэтому я снова сделало это.

На этот раз, он издал горлом довольный звук, затем прервал поцелуй и прижался лбом к моему лбу. - Я знал, что ты будешь сладкой. Но черт, детка, на вкус ты как мой персональный маленький рай.

Моя грудь приподнялась и я улыбнулась. Я не сделала ничего неправильного. Он наслаждался этим так же, как и я.

Мы можем снова сделать это? - спросила я его, положим руки на его бицепсы.

Тихий смех завибрировал в его груди.

- Да. Мы можем целовать все, что тебе захочется.

Его губы снова гладили мои, прежде чем прижаться ближе и открыть их. Я наслаждалась ощущением прикасаться к нему таким интимным способом. Его руки лежали на моей талии, и каждый раз, как я лизала его нёбо или пробовала его губы, он крепче сжимал руки вокруг меня.

Все мое тело покалывало, и мне хотелось забраться к нему на колени и заниматься этим всю ночь. Я получала наслаждение, и я была потрясена, что получаю такое сильное наслаждение. Моя грудь ныла, и мое тело инстинктивно прижималось к его телу в поиске облегчения.

В тот момент, как моя грудь прижалась к нему, он оттолкнул меня на некоторое расстояние. Поцелуи закончились.

Мейс смотрел на меня, словно не был уверен, как справиться со мной. Он держал меня на расстоянии вытянутой руки. В буквальном смысле.

Мне нужно знать, что я могу трогать, а что нет, - сказал он, тяжело дыша. - Я знаю, есть вещи, заставляющие тебя насторожиться и нервничать. Я наблюдал за тобой, и хорошо читаю язык тела. Но ты запутала меня, Риз.

Не спрашивая меня о моем прошлом, он дал мне знать, что он знает, что в нем что-то скрывалось. Что-то преследовало меня. И он был осторожен, чтобы не напугать меня. Маленький кусочек сердца, которым я думала по-прежнему владею, покинул меня. Теперь всем моим сердцем владел Мейс Меннинг.

Мне понравилось то, что мы делали. - Сказала я ему, надеясь, что вся любовь, которую я испытывала к этому мужчине не светилась на моем лице, словно яркий луч солнечного света, который согревал все внутри меня, все, что так долго чувствовало лишь холод.

Мейс усмехнулся, затем покачал головой. - Да, я понял, что тебе понравилось целоваться. Но прижиматься и ощущать эти сладкие … - он замолчал, когда его взгляд метнулся к моей груди, и он испустил маленький стон, прежде чем снова посмотреть мне в лицо. - Моим рукам хочется исследовать. Уже какое-то время я фантазирую о твоем теле. Я должен знать, где мои руки могут быть, а где нет.

Он фантазировал обо мне? О, мой бог.

Где он мог меня трогать? Мое сердце хотело его везде, но я знала, мой разум может с этим не согласиться. Проблема была в том, что я сама была не уверенна, что может меня спровоцировать. До сих пор все, что мы делали, не имело ничего общего с ночным кошмаром, который я пережила. Это было чудесно. Это помогало сдерживать уродливые воспоминания. Я хотела больше таких моментов, надеясь, что они смогут заглушить мое прошлое.

Какую часть меня, ты хочешь потрогать? - спросила я.

Его глаза вернулись к моей груди.

- Мне бы хотелось начать отсюда, - сказал он хриплым шепотом.

Моя грудь стала покалывать и ныть в области сосков, словно они знали, что получат внимание от этого прекрасного мужчины, и им это нравилось. Они были также бесстыдны, как и я. Я кивнула и, его ресницы опустились, когда его горящий взгляд остановился на моей вздымающейся груди. Мне было тяжело дышать, потому что я была взволнована почувствовать на себе руки Мейса.

Он сделал ко мне шаг и его затуманенный взгляд снова встретился с моим. Мне кажется, в тот момент я перестала дышать, когда его рука поднялась и, я почувствовала теплоту его кожи, пока он располагал свою ладонь на моей нуждающейся груди.

Я сделала резкий вдох, а он с осторожностью наблюдал за мной. Он не двигался, пока мое дыхание не нормализовалось. Ну, или стало нормальным, на сколько это было возможно, когда вашу грудь ласкает человек, в которого вы влюблены. Его большой палец задел мой сосок и я вцепилась в его бицепсы, чтобы не упасть. Его глаза были прикованы к моей груди. Подушечкой большого пальца, он кружил и дразнил мой сосок, заставляя меня издавать звуки, которые я никогда раньше не издавала.

Когда его другая рука поползла по мне, мне пришлось закрыть глаза и сделать глубокий вдох из-за боязни упасть в обморок. Так же, как он делал это с другой грудью, он нежно обхватил ее, затем начал уделять пристальное внимание соску. Я внезапно возненавидела майку, в которой так любила спать. Она мешала. Но мысль о том, как Мейс снимает с меня майку и смотрит на мою обнаженную грудь, ужасала меня ровно настолько, насколько завораживала.

Так хорошо? - прошептал он почти благоговейно.

Да, - ответила я.

Я хочу снова тебя поцеловать, пока буду трогать тебя, - сказал он, изучая мои губы. - Мы можем лечь на твою кровать?

Моя кровать. Это было что-то больше. Намного больше.

Но Мейс был со мной в постели каждую ночь. Даже если это и было только по телефону.

Да, - сказал я ему, прежде чем испугаться и передумать.

Его левая рука скользнула по моему животу и бедру, и затем он взял мою руку в свою. Он не сказал ни слова, пока вел меня к дверям в спальню. Лампа на прикроватном столике была единственным источником света в комнате.

Его рука отпустила мою руку и, он сел на край кровати. Разинув рот, я наблюдала, как он стянул ботинки и поставил их на пол, его взгляд не покидал меня.

Иди сюда, - сказал он, маня меня длинным пальцем.

В данный момент, этот мужчина мог попросить меня спрыгнуть с моста, и я была абсолютно уверена, что просто спросила бы с какого именно.

Он взял мои обе руки и притянул меня к себе на колени.

Мне пришлось оседлать его на кровати. Он приблизил свой рот, чтобы быть на одном уровне с моим, и затем, все мысли о нервозности исчезли, когда он снова поцеловал меня. Этих чудес он смог достичь скольжением своего языка. Я обхватила руками его шею и села на него … пока твердость, которую я помнила из своего прошлого не прижалась ко мне. В этот момент я застыла.

Без предупреждения, воспоминания вернулись и отравили меня. Я вздрогнула, отскочила от него и попятилась назад, боясь, что он увидит ужас в моих глазах. Что он узнает, насколько грязной я была. Я не хотела пачкать его этой грязью. О чем я только думала? Я не могла это сделать. Мейс был таким хорошим, добрым и милым. Он не знал меня. Думал, что знал. Но он и понятия не имел.

Вернись ко мне Риз. Не смей уходить туда, - сказал он, его руки держали мои и обнимали меня. - Детка, посмотри на меня.

Мейс

Сломленное, испуганное выражение ее лица, доставляло мне физическую боль. Я никогда не хотел стать причиной, из-за которой ее поглотила тьма. - Пожалуйста, Риз, посмотри на меня. Посмотри мне в глаза. Сосредоточься на мне. Ни на чем другом. - Я подбадривал ее, крепко сжимая ее руки в своих руках, позволяя ей сохранять немного пространства между нами. Первой моей реакцией было, крепко сжать ее в своих объятиях и обнимать ее. Но ее глаза остановили меня.

Она моргнула несколько раз, и ее взгляд прояснился, когда она сделала так, как я просил. Она вернулась ко мне. Демоны, которые мучили ее, были изгнаны еще раз. - Мне жаль, - прошептала она, голос ее был тонким от волнения.

Нет. Никогда не сожалей. В этом нет твоей вины. Со мной тебе никогда не придется извиняться, - сказал я.

Сдаваясь, ее плечи опустились, и она выглядела так, словно была готова расплакаться. Я не собирался позволять ей делать это. Не сейчас. Ни тогда, когда она так много позволила мне.

Можно мне просто обнять тебя? Ничего больше. Просто позволь мне обнять тебя. - Это должен был быть вопрос, но он превратился в мольбу.

Она кивнула и шагнула мне навстречу. Я притянул ее к себе в объятия и обвил вокруг нее руки. Медленно, ее руки скользнул вдоль моей талии, и она также отчаянно прильнула ко мне.

Мы не говорили и не двигались. Мы просто стояли там, обнимая друг друга несколько минут. Я успокоил себя тем, что она была рядом и с ней все будет в порядке. Я буду здесь, рядом с ней, проходя через все это. Чем бы это не было.

Я прижался поцелуем к ее макушке, затем прижался щекой к шелковым локонам. Сладкий запах корицы со сливками, который я любил, окутал меня, и я закрыл глаза, желая стереть все плохое, что с ней произошло.

Я ненавижу его. Я не знаю, кто он, но я ненавижу его всеми фибрами своей души, - прошептал я в ее волосы.

На мгновение она напряглась в моих руках, затем ее тело расслабилось, ее руки крепче сжались вокруг меня, словно она искала безопасность и комфорт во мне. Даже если она была не готова открыться мне, я мог дать ей покой.

Уже поздно. Тебе надо ложиться спать, - сказал я ей, не желая ничего больше, чем лечь с ней в постель. Даже если просто поспать.

Ты … ты останешься на ночь? - спросила она у моей груди.

Больше нигде я не предпочел бы быть.

Она отстранилась от меня, и я позволил ей отойти. Она подошла к кровати, откинула одеяло и забралась под него. Затем она указала на место рядом с ней. - Спи здесь. Рядом со мной.

Ее желание было для меня приказом. Я лег рядом с ней, но остался поверх одеяла. Я был полностью одет, так что мне в любом случае не было необходимости в одеяле. Вытянув руку, я посмотрел на нее, свернувшуюся калачиком со своей стороны и наблюдающей за мной. - Иди сюда, - сказал я, и она мгновенно подвинулась, располагаясь на сгибе моей руки и плече. Я обхватил ее рукой и обнял.

Глядя в потолок, я думал, как я смогу вернуться домой в воскресенье утром. Оставить ее будет не легко. Мне не нравилось думать о том, что она будет здесь одна.

Необходимость защитить ее, переросла внутри меня во что-то крепкое и собственническое. Я все время думал о ней, и все о чем я мог думать, было желание обезопасить ее. Я хотел, чтобы она была со мной. Я не хотел, чтобы кто-то другой прикасался к ней или утешал ее. Только я.

Я должен был решить ее проблемы. Я был тем, кто должен обнимать ее, когда она плакала. Меня сводили с ума мысли о том, что кто-то другой делает для нее то, что должен делать я.

Девочка сводила меня с ума. С ней я ощущал всю глубину чувств. Я не знал, почему у меня было это безумное желание схватить ее и сбежать. Совсем не здоровое желание. Я всегда защищал Харлоу и мою мать. Но кроме этих двух женщин, никто и никогда не был для меня столь важен.

До настоящего времени. И эти отношения были уникальны.

Почему она? Почему она на меня так влияла? Я и раньше видел горячие тела и великолепные улыбки. В этом было намного больше, чем ее внешний вид. Красивые женщины интересовали меня только по одной причине. Риз смогла достичь чего-то большего внутри меня, и крепко держала за это, с того самого дня, как я вбежал в комнату и нашел ее сидящей на полу в окружении разбитого стекла.

На самом деле я был чертовски зол на зеркало, за то, что оно поранило ее. Кто твою мать, злиться на предмет?

Мейс? - сказала она мягким голосом у моей груди.

Кровь в моих венах потеплела и побежала быстрее от звука моего имени на ее губах. Ну, по крайней мере, ощущал я это именно так. Все мое тело реагировало на нее.

- Да, - ответила я, нежно наматывая на палец шелковый локон ее волос.

Это был мой отчим, - сказала она так тихо, я почти не слышал ее.

Я почувствовал, что все в моей груди скрутилось в жесткий узел. От этого стало тяжело дышать. Святое дерьмо, это причиняло такую боль. Мне пришлось протолкнуть кислород в мои легкие, когда реальность того, в чем она только что призналась, осела во мне. Ярость, не похожая ни на что когда-либо испытанное мной, охватила меня, и в первые в жизни мне захотелось убить другого человека. Нет, сначала я хотел медленно мучить его. Слышать, как он кричит в агонии. Затем, я хотел наблюдать за тем, как он умрет.

Мейс? - голос Риз снова позвала меня, и я резко вдохнул, убирая в сторону жажду мести и ненависть к человеку, которого не знал. Сейчас моя девочка нуждалась во мне. Ей не нужно было видеть все дерьмо кипящее во мне по этому поводу. Рассказав об этом, она доверилась мне.

Да, детка, - ответил я.

Я тоже ненавижу его.

Эти четыре слова чуть не добили меня.

- Я собираюсь стереть это все. Клянусь богом, я это сделаю Риз. Однажды, все, что ты будешь видеть или помнить буду я, и то, что мы чувствуем, когда мы вместе. Я клянусь.

Она повернула голову и поцеловала мою грудь, затем прижалась ко мне.

- Я верю тебе.

Риз

У меня заняло пару секунд, чтобы полностью проснуться и вспомнить, что в своей квартире я была не одна. Мне не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что в постели я была одна. Я чувствовала отсутствие Мейса. Его тепло ушло.

Но он был в соседней комнате. Запах кофе наполнил маленькую квартиру. И голос Мейса, не смотря на то, что он говорил тихо, пробивался через закрытую дверь.

Я быстро привела себя в порядок, почистив зубы и расчесав волосы, перед тем как направиться в гостиную и встретиться с ним после прошедшей ночи. Тот факт, что он до сих пор был здесь, поражал меня. Он приехал, чтобы не дать мне пойти на свидание с Тэдом. А взамен, я до смерти испугала его, пока мы делали такие простые вещи, как поцелуи и прикосновения.

Я открыла дверь и шагнула в комнату, и мои глаза моментально направились на высокое совершенство, стоящее у окна, спиной ко мне. Он разговаривал по телефону. На нем по-прежнему были джинсы и футболка со вчерашнего вечера, но его спортивная сумка лежала на диване. Он приехал подготовленный.

- Я предпочитаю не идти, Харлоу. Мне нравиться Трипп и все остальные, но я не планировал быть здесь в эти выходные, и я приехал не потому, что он устраивает вечеринку. Есть другие вещи, которыми я с удовольствием займусь сегодня вечером, сказал он немного раздраженным тоном, не смотря на то, что он по-прежнему говорил тихим голосом.

Его челюсть двигалась, пока он слушал, что бы там не говорила его сестра. Похоже, она очень хотела, чтобы вечером он пошел на эту вечеринку. Я хотела заговорить и сказать ему, что он должен идти.

Отлично. Я пойду, если Риз захочет пойти. Но если она не захочет, мы займемся чем-нибудь другим. Конец дискуссии. А теперь, я люблю тебя, но я должен идти. Я хотел попытаться приготовить завтрак, пока она не проснулась.

Я закрыла рот и в удивлении уставилась на его спину. Он хотел взять меня с собой? На вечеринку в свою компанию? И он собирался сделать мне завтрак? Не проболтаться, что я люблю его, было тяжело, потому что после услышанного разговора, мне хотелось открыть окно и растрезвонить всем соседям, что я влюблена в этого мужчину.

Он повернулся и его взгляд остановился на мне. Медленная, сексуальная улыбка коснулась его губ, и я была уверена, что могла бы упасть в обморок, прям здесь на этом самом месте. - Я должен идти. Она проснулась, - сказал он в телефон и закончил свой разговор.

Я стояла не в состоянии двигаться от этого блеска в его глазах и тепла его взгляда следующего по моему телу вниз, а затем обратно вверх.

Ты великолепна даже, когда только проснулась, - сказал нежным голосом.

Спасибо, - был мой глупый ответ. Я не знала, что еще сказать.

Голодна? Я собирался посмотреть, что есть, и приготовить нам завтрак, - сказал он, направляясь на кухню, - Я уже приготовил кофе.

Да, но я могу приготовить завтрак. Я делаю очень вкусные домашние вафли, - я последовала за ним на маленькую кухню.

Он посмотрел на меня через плечо.

- Домашние вафли? Согласен. Все что я могу сделать это яйца и тосты.

Тогда иди, посиди вон там, потому что мы оба не поместимся на этой кухне.

Он налил кофе в чашку. Затем развернулся и вышел из угла выделенного мной для кухни. Я смотрела или не смотрела на его задницу в этих джинсах. Но мне пришлось вздернуть голову, когда он повернулся ко мне.

Знающая улыбка осветила его лицо, и он сделал несколько шагов назад ко мне и поставил чашку с кофе на бар.

- Я собираюсь признаться в кое-чем, что я думаю ты должна знать. Я немного пещерный человек. Мысль о том, что ты готовишь для меня, заводит. - На последнем слове его голос упал, затем он наклонил голову и прижался теплым поцелуем к моим губам.

Я была готова к еще одному раунду поцелуев, если он тоже был готов. С нетерпением я поднялась на цыпочки. Рост у меня был пять футов девять дюймов (176 см), но рост Мейса был, по крайней мере, шесть футов и три или четыре дюйма (191-192 см). Он заставлял меня чувствовать себя низкорослой.

Его рука скользнула на мою поясницу и прижала меня ближе к нему, прямо перед тем, как его рот открылся и, я получила восхитительный вкус мяты. Я передвинула руки с его рук на его шею, чтобы привстать еще выше на кончики пальцев.

Мейс передвинул руки на мои ягодицы, схватил их, и на секунду мы оба застыли. Когда чувство паники прошло, я сильнее прильнула к нему и, Мейс резко вздохнул, затем, держа меня за ягодицы, приподнял вверх по своему телу.

Когда я уже была готова и дальше исследовать его рот, он прервал поцелуй и сделал глубокий вдох. - Риз, детка, у меня пунктик по поводу твоей попки. У меня этот пунктик с первого дня, как я увидел тебя. И теперь, когда мои руки добрались до нее, мне нужна минутка, чтобы успокоиться, без твоего маленького ротика так чертовски возбуждающего меня, - сказал он хриплым голосом, от которого я задрожала.

Я наклонила голову, чтобы спрятать улыбку. Ему нравилась моя попа. Она была слишком жирная, но она ему нравилась. Я не могла сдержать улыбку.

Я вижу эту улыбку, - сказал он, подразнивая, пока сжимал мои ягодицы в своих руках, а затем застонал. - Черт … это так хорошо, сказал он мне в ухо. - Либо я несу тебя на диван и продолжаю ласкать самую прекрасную попку на свете, пока я буду целовать тебя, либо позволю тебе уйти и, тогда ты сможешь приготовить вафли. Тебе выбирать. Я хочу делать только то, что будет приятно тебе.

Этот мужчина и его слова заставляли меня внутри чувствовать такую сладость. Я становилась такой слабой и размякшей. Кому вообще нужен завтрак?

- Диван, - прошептала я, и он издал удовлетворенный рык отрывая меня от пола. Под ягодицами я почувствовала твердость и он замер.

Я не буду паниковать. Это был Мейс. Это был Мейс.

Я не отрывала глаз от его прекрасного лица и с восхищением наблюдала, как его глаза мерцали чем-то таким сексуальным и конечно желанием, от чего у меня заныло между ног.

Ты можешь расставить ноги в стороны и держать себя над моими коленями, если ощущение того, что ты со мной делаешь, заставляет тебя нервничать. - Его голос был напряженным, словно что-то доставляло ему боль.

Я передвинулась так, что мои ноги расположились с двух сторон от его ног, и я оседлала его. Так же, как прошлой ночью. Если я снова опущусь на него, я почувствую его эрекцию. Но «там» я чувствовала ноющее покалывание, которого никогда раньше не было. Мысль о любом давлении на эту точку возбуждала меня.

Руки Мейса обхватили мои ягодицы, и он тяжело выдохнул через нос, пока мы не отрывая глаз, смотрели друг на друга. Медленно, я позволила себе опуститься на его колени. Твердая выпуклость его члена уткнулась прямо в щель между моих ног, и я громко выдохнула, когда искры, которые были такими приятными, пронзили мое тело от контакта между моих ног.

Мейс так тяжело сглотнул, что я смогла услышать его. Сейчас его дыхание было тяжелее, и его руки усилили хватку на моем заду. - Ты в порядке? - спросил он таким голосом, словно ему было больно.

Я причиняю тебе боль? - спросила я ужаснувшись. Я даже не подумала о том, как он мог себя при этом почувствовать. Я начала вставать, и его руки моментально передвинулись на мои бедра и, он опустил меня.

Нет Нет. Не вставай. Это … черт, детка. У меня нет слов, описать на что это похоже, - сказал он, затем у него вырвался жесткий смех, когда, откинув голову на спинку дивана, он уставился в потолок. - Мне нужна минутка.

Его руки сжимали мои бедра, пока он сидел в таком положении. Меня восхитила толщина его горла. Она казалась такой мускулистой. Разве в шее есть мускулы?

Чувствуя себя смелой, я наклонилась вперед и поцеловала его шею. Его руки обхватили мои бедра, и это было единственное сделанное им движение. Так что я снова поцеловала его и вдохнула его запах. Он напомнил мне о запахе кожи и свежем воздухе. Должно быть, моему телу нравились оба этих запаха, потому что мне пришлось прижаться к его твердости, чтобы хоть как-то облегчить пульсирующую боль между ног.

Детка, - нежно сказал он.

Да? - спросила я, пробуя его кожу кончиком языка.

Черт, - прорычал он, и затем он снял меня с себя. Его руки были на моей талии и, он переместил меня на диван, быстро поднимаясь и отходя от меня.

Я настолько потерялась в нем, что не поняла что происходит, пока не увидела, как он остановился и положил руки на свои колени. Я наблюдала, как он несколько раз глубоко вздохнул, прежде чем снова выпрямиться. Я боялась его о чем-то спрашивать. Я ждала, пока он первый что-нибудь скажет.

Казалось, прошла вечность, прежде чем он, наконец-то повернулся и посмотрел на меня. Я подняла ноги согнутые в коленях и обхватила их руками. Что-то было не так. Я ждала, что он скажет мне, что именно было не так.

Прости. Я … ты … - он остановился и засмеялся над собой, затем в отчаянье встряхнул головой. Я хочу тебя голой, Риз. Хочу, чтобы мои руки и рот были везде на твоем сладком маленьком теле. Я хочу наклонить тебя и целовать родинку, которая я знаю, находится прямо под твоей левой ягодицей, та, которую я увидел, когда мы впервые встретились. Меня тогда встретила твоя идеальная попка, когда ты наклонилась что-то вытирая, и с тех пор я мечтаю об этой попке. Но больше, чем это, я хочу, чтобы со мной ты всегда чувствовала себя в безопасности. С тобой я хочу продвигаться спокойно и медленно, чтобы мне никогда не пришлось снова увидеть твой испуганный взгляд или выражение ужаса на твоем лице. Так что у нас может быть больше моментов, когда ты прижимаешься к — он закрыл глаза и тяжело вздохнул носом, - когда ты прижимаешься ко мне и трогаешь меня способом, который сводит меня с ума, я боюсь что сорвусь и трону тебя там, где ты еще не готова почувствовать мое прикосновение.

Слышать, как он говорит мне, что хочет трогать и целовать мое голое тело, ускорило мое сердцебиение. Это рождало во мне и страх и желание. Между ног по-прежнему было странное чувство. Там была боль от желания большего, которая напомнила мне о времени, когда я была намного младше и мальчик, в которого я была влюблена в школе, зажал меня в углу и трогал, называя меня красивой.

Когда на следующий день он проигнорировал меня и позволил своей подружке обзывать меня ужасными словами, это желание больше никогда не возвращалось. Затем произошли другие вещи, заставившие умереть любое волнение в той части моего тела. Одно только воспоминание о прошлом, оставило позади чувства и ощущения от пребывания в руках Мейса.

Мне стало легче оттого, что ноющая боль прошла, и грустно оттого, что этот раунд поцелуев с Мейсом был закончен, как только я встала.

- Тогда, я думаю, пришло время для завтрака, - сказала я, заставив себя улыбнуться.

Мейс внимательно изучал меня, и я не хотела, чтобы он хотя бы на минуту подумал, что я обиделась на него. Он делал это ради меня. Он заботился обо мне настолько, что отложил свои нужды в сторону и был нежен со мной. Это заставило меня любить его еще больше.

Ты понимаешь? - спросил он, его голос был полон беспокойства.

Настоящая улыбка появилась на моем лице, когда я посмотрела на него.

- Я понимаю. Спасибо тебе. Такие вещи, как это заставляют меня еще больше доверять тебе.

Мейс

Не так я хотел провести свой последний вечер с Риз. Я не знал, когда мне удастся выкроить еще одни выходные, чтобы приехать и побыть с ней. Большую часть утра я провел, уставившись в потолок, пока обнимал ее и думал о способах, как уговорить ее поехать со мной в Техас. Я был готов, чтобы она переехала в мой дом. Вот как далеко я зашел, а мы еще даже не занимались сексом.

К счастью, невеста Триппа Ньюарка-Монтгомери, Бети, не была одной из чопорных женщин Розмари Бич, у которых все должно было быть по протоколу. Она долгие годы работала вместе с тетей в загородном клубе Керрингтонов. Это вечеринка была спланирована под ее руководством, так что мы все были одеты для вечеринки на пляже.

Я взглянул на Риз, которая крепко держала мою руку. Она надела бикини под свой сарафанчик, и я видел завязочки выглядывающие из-под него. Купальники были основным выбранным нарядом этой вечеринки. После церемонии закладки фундамента нового пятизвездочного отеля Триппа, все направились к бассейну клуба Керрингтон, который больше походил на тропический остров, с водопадами и пальмами.

Похоже, моя жена и тебя может заставить исполнять ее требования, - с ухмылкой сказал Грант Картер, подходя к нам. - Привет Риз. Рад видеть, что у моего шурина хороший вкус.

Привет, мистер Картер, - сказала она, ее голос выдавал, насколько она нервничала.

Грант нахмурился.

- Ты встречаешься с Мейсом и с моей женой вы устраиваете перерывы с печеньем. Ты можешь называть меня Грантом. Пожалуйста, Риз. - он снова перевел на меня свое внимание. - Ты надолго в городе?

Риз напряглась рядом со мной, но лишь на секунду. Если бы я не так сильно обращал на нее внимание, я бы не заметил этого. - Завтра я должен уехать. Я оставил дела в небольшом беспорядке. - признался я.

Грант усмехнулся и его глаза посмотрели куда-то левее меня.

- Да уж, я слышал, как ты налетел и украл у Тэда его свидание. В настоящий момент он сильно пьет и у него на каждой руке по женщине. Так что он восстанавливается.

Я даже не потрудился посмотреть. Я не на секунду не сомневался в словах Гранта. - Где Харлоу? - спросил я, меняя тему.

Она кормит Лилу Кейт. Я предложил сделать это, но она сказала, что не она, а я один из тех, кто должен засветить здесь свое лицо.

Должен сказать мне нравиться расслабляющая атмосфера. Думаю, что Харлоу не смогла бы заставить меня прийти сюда, если бы это был официальный прием.

Грант усмехнулся, как будто не поверил мне.

Появился официант с подносом бокалов с шампанским. Я взял два бокала и протянул один Риз. - Хочешь выпить?

Она улыбнулась и посмотрела на бокал, затем на меня. -Что это?

-Шампанское, - ответил я, не в силах перестать смотреть на нее. Каждое выражение, которое появлялось на ее лице, я хотел запечатлеть в своей памяти.

Я никогда раньше не пила шампанское, - тихо сказала она.

Думаю тебе оно понравиться. Пей небольшими глотками.

Она поднесла бокал к своим губам, и ее глаза были сосредоточены на мне, пока она пробовала розоватый напиток. Ее глаза загорелись наслаждением и волнением. Ей понравилось. И наблюдать за ее первым опытом было чертовски восхитительно. Это был всего лишь напиток, но она из всего делала приключение. - Это действительно вкусно. Оно щекочет мне нос.

У нее было несколько мест, которые я хотел бы пощекотать. Но я держал эту мысль при себе. Оглянувшись, я вспомнил, что забыл о Гранте, но он в любом случае уже отошел от нас.

Привет, я Делла. Ты должно быть Риз.

Я повернулся и увидел Деллу Керрингтон, жену Вудса, которая улыбалась Риз. Делла была хорошим человеком. Мне было спокойно, когда она приблизилась к Риз. Она тоже была не из этого круга, несмотря на то, что теперь она была женой владельца загородного клуба Керрингтон.

Да, это я. Рада с вами познакомиться, - сказала Риз, намного меньше нервничая. Похоже, только мужчины приводили ее в паническое состояние.

И мне тоже очень приятно с тобой познакомиться. Харлоу столько хорошего говорила о тебе.

Глаза Риз широко открылись, и она быстро взглянула на меня, прежде чем снова улыбнуться Делле.

Ох, Да, мне нравиться работать у миссис Картер. У них действительно прекрасная семья.

Харлоу бы разозлилась, что Риз по-прежнему чувствовала, что должна называть ее миссис Картер. Я не стал ее исправлять, но все же увидел вспышку недопонимания в глазах Деллы. Она не ожидала, что Риз будет так официально говорить об отношениях с моей сестрой.

Да, они прекрасная семья, - улыбаясь, сказала Делла. - Я с нетерпением буду ждать встречи с вами обоими в будущем, - сказала она, бросая на меня знающий взгляд. - Наслаждайтесь вечеринкой. А мне надо идти спасать моего мужа от мистера Хобса. Прошу меня простить. - Она поспешила к Вудсу, который слушал, что ему говорил пожилой мужчина, и выглядел так, словно предпочитал быть где-нибудь в другом месте.

Она очень красивая, - сказала Риз, наблюдая, как уходит Делла.

Я не заметил, ответил я, затем прижал ее ближе к себе. Тэд шел к нам с двумя спутницами, по одной с каждой стороны. Я не был уверен в его планах, но я не собирался позволить ему сказать или сделать что-то, что смутит Риз.

Ему также было необходимо понять: она моя.

Волосы Тэда были заправлены за уши, а его глаза не остекленели и не стали красными от большого количества алкоголи. Девочки рядом с ним были уже в бикини. Они не стали надевать платья или сарафаны, как все остальные.

Рука Риз напряглась в моей руке, как только она заметила его. Я поставил ее перед собой и бросил на Тэда предупреждающий взгляд. Он просто улыбался мне, словно я слишком бурно реагировал.

Риз, Мейс, надеюсь, вы наслаждаетесь вечеринкой, - сказал Тэд, сияя глупой улыбкой с ямочками на щеках. Надеюсь, у Риз не было пунктика насчет ямочек.

Да, спасибо. Это прекрасное место для отеля, - искренне сказала Риз.

Я не планировал приходить, но с тех пор как мои планы на вечер провалились, я решил привести парочку спутниц, чтобы они развлекли меня, - сказал он, подмигивая, затем сделал что-то девушке справа, что заставило ее визжать и хихикать.

Я вижу, ты очень расстроен из-за проваленных планов. Если ты простишь нас, я хотел бы познакомить Риз с Блэр и Рашем, - сказал я, по-хозяйски положив руку на ее поясницу. Я не стал ждать, пока он скажет что-нибудь еще. Я видел, как пару минут назад приехали Раш и Блэр, и я знал, что с Блэр приятно общаться. Плюс ко всему, Блэр была частью моей семьи, так к слову. Наши с Рашем отцы были членами рок группы Slacker Demon. Не смотря на то, что Раш больше жил той жизнью, чем я, мы оба знали каково это иметь отцов, которые для всего остального мира были кумирами.

И Раш не будет смотреть на Риз так, словно хочет попробовать ее. Потому что я собирался придушить Тэда, если бы мне пришлось еще хоть секунду наблюдать за тем, как он вожделеет Риз.

Риз

Когда Мейс познакомил меня с Рашем Финли, все встало на свои места. Меннинг и Финли. Раш был сыном Дина Финли. Вот откуда его знал Мейс. Их отцы. Вот это да.

В то время как Мейс абсолютно не был похож на сына бога рока, Раш безусловно соответствовал этому образу. Начиная с пирсинга в языке, который блестел, когда он говорил, до татуировок на его руках и шее, до манеры общения, которой он придерживался, все в Раше Финли кричало о том, что он потомок Slacker Demon.

Его жена Блэр обладала такой красотой, которая на мгновение заставляла тебя потерять дар речи, потому что невозможно было понять, была ли она настоящей. Ее светлые волосы придавали ей почти ангельский вид. В ее улыбке была доброта, что делала ее красоту еще более небесной, но затем она заговорила, и я услышала сильный южный акцент, сильнее, чем у Харлоу. Я не смогла сдержать улыбку. Она не была моделью или кинозвездой, это был совсем не тот тип девушки, вокруг которой я ожидала увидеть собственническую руку Раша Финли. Но опять же, она была великолепна, чтобы быть и тем и другим, так что я не стала подвергать это сомнению.

Она полностью соответствовала ему. Я думаю больше чем кто-либо другой.

Я разговаривала с Блэр о Харлоу и Лиле Кейт. Она также спросила меня о Джимми, так как именно он дал мне ее номер, после того как ее помощница уволилась, но она ни разу не приглашала меня убрать ее дом. С одной стороны я была рада, потому что это только напомнило бы мне, насколько я не вписываюсь в этот мир. С другой стороны, мне было интересно, наняла ли она кого-то другого. Мне бы пригодилась эта работа.

Еще кое-что, что становилось сложно игнорировать, были женщины, которые флиртовали с Мейсом. Казалось, он не замечал, но даже официантки бросали на него взгляды, говорящие, что они доступны.

Если для Мейса было так легко заполучить любую женщину … почему он был со мной?

Два часа спустя, церемония закладки фундамента закончилась и, вечеринка переместилась в загородный клуб Керрингтон. И к сожалению, теперь когда все женщины вокруг были в бикини, они еще больше флиртовали с Мейсом. Несколько из них в открытую подошли к нему и спросили, не хочет ли он поплавать или потанцевать. Он спокойно отклонял их предложения, и это было так, словно я не стояла рядом с ним. Я пока не сняла свой сарафан, потому что мне было не комфортно ходить в купальнике перед всеми этими людьми. Но я стала думать о том, что возможно я должна сделать это, если я хотела сохранить внимание Мейса.

На другой стороне бассейна я заметила Блэр, и на ней по-прежнему была надета блузка и короткая летняя юбка. Она не щеголяла вокруг в своем купальнике. Ее также, казалось, совсем не волновали женщины, которые бросали корыстные взгляды на ее мужа.

Но она была замужем за Рашем.

А я была на моем первом свидании с Мейсом.

Хочешь что-нибудь выпить? - спросил меня Мейс. Его рука скользнула вокруг моей талии, когда она наклонился и прошептал мне на ухо.

Да, пожалуйста, - сказала я, нуждаясь в чем-то, что сможет меня отвлечь.

Постой здесь. Я схожу в бар. Еще шампанского? Или чего-нибудь другого?

Я не хотела стоять здесь. Разве мы не могли подождать одного из официантов с подносом? Но потом, я подумала, что возможно он хотел что-то из фруктовых напитков, которые подавались у бара. - Шампанское, было бы замечательно, - ответила я.

Он прижался ко мне.

- Я сейчас вернусь.

Как я и боялась, женщины воспользовались возможностью и поспешили к нему, как только он от меня отошел. Он был вежлив и не выглядел заинтересованным, но на это по-прежнему было тяжело смотреть. Потому что, те девушки не стали бы нервничать, если бы он прикоснулся к ним. Если бы он захотел, они бы занялись с ним сексом, прям здесь за пальмовым деревом. Это то с чем я должна была конкурировать.

Кроме того, мое прошлое окутывала темнота, то о чем я никогда не смогу рассказать Мейсу. У них не было таких проблем. Они были свободны, чтобы наслаждаться своим телом и делать мужчин счастливыми. Мне стало плохо.

Блондинка обхватила руками Мейса и поцеловала его в щеку. Он аккуратно отстранился, но продолжал говорить с ней, пока брал наши напитки. Я постаралась переключить внимание на что-нибудь другое. Харлоу и Грант уже уехали с Лилой Кейт, они не стали задерживаться на вечеринке. Больше не было никого, из тех, кого я знала. Мейс познакомил меня с несколькими людьми, но я не знала их.

Я не стала оглядываться на Мейса. Я также задумалась о том, чтобы снять сарафан. Но тела этих женщин, были намного привлекательнее, чем моё. Они были стройными, без лишнего жира на ягодицах. И их сиськи были красивыми и круглыми, идеально расположенными в районе их груди. Не слишком большими и не слишком маленькими.

Возможно, снять сарафан было плохой идеей. По крайней мере, Мейс не сможет увидеть насколько не совершенно мое тело. Боже, я ненавидела это чувство. Я никогда не сравнивала себя с другими женщинами. Во всяком случае, в прошлом. Сейчас, здесь, я именно этим и занималась.

Мой взгляд вернулся к Мейсу. Теперь он направлялся ко мне, держа в руках два напитка. Блондинка ушла. Он казался раздраженным. Я надеялась, что это было не потому, что он был здесь со мной, хотя мог бы прям сейчас заниматься сексом с кучей готовых и красивых женщин.

Я могла потерять его.

Так легко.

А я только нашла его.

Когда он, наконец, дошел до меня, он протянул мне бокал с шампанским.

- Когда ты допьешь его, будешь ли ты готова уйти? Я хочу побыть с тобой наедине. Я выполнил свои обязанности и засветил здесь свое лицо.

У меня появилось желание опрокинуть бокал с розовым шипучим напитком. Я тоже была готова уйти — до того, как Мейс получит предложение, от которого не сможет отказаться. Я была благодарна, что его ранчо находится в Техасе. Я не думаю, что там были великолепные с модельной внешностью наследницы, которые бросались ему на шею.

Да, я готова уйти, когда ты будешь готов, - призналась я.

Мейс несколько секунд изучал мое лицо, затем забрал из моих рук шампанское. - Если ты хочешь еще, я куплю тебе бутылку в магазине. Пошли, - сказал он, ставя бокал на ближайший от нас стол, и оставляя там же свой маленький нетронутый стакан с янтарной жидкостью.

Его рука расположилась на моей пояснице, и он повел меня через толпу, туда, где ждал швейцар.

Как только мы оказались в грузовике, Мейс дотянулся и взял мою руку, переплетая наши пальцы.

- Спасибо, что пришла сегодня со мной. Я пошел только потому, что Харлоу считает, что я должен был показаться здесь, раз я был в городе. Она дружит с Триппом и Бети. Я был рад, что ты была со мной. И сделала этот вечер сносным.

Этот мужчина и его слова. Это почти заставило меня забыть, насколько тяжело было смотреть на женщин, флиртовавшим с ним на каждом шагу. Не смотря на то, что он не отвечал на их флирт. Но я и не видела в Мейсе любителя пофлиртовать. Это было не в его стиле. Это не означало, что ему не нравилось внимание. Как это могло ему не нравиться? Они были красивыми и готовыми.

Мне было приятно познакомиться с твоими друзьями, сказала я ему.

Он сжал мою руку.

- А им было приятно познакомиться с тобой.

Я хотела спросить его, откуда он знал ту блондинку, которая обняла и поцеловала его. Но не стала. Я держала свой рот закрытым.

Ты хочешь, чтобы я остановился и купил еще шампанского? - спросил он с оттенком юмора в голосе.

Я отрицательно покачала головой и рассмеялась.

Мне нравится слышать твой смех. Этим вечером ты мало смеялась, - сказал он, большим пальцем лаская мою руку. - Сегодня ты смеялась больше, когда мы были одни.

Я была слишком занята, пытаясь во все вникнуть.

Спасибо, что не сняла с себя это маленькое платьице.

Почему он так говорит? Он что беспокоился о том, как я бы выглядела без него?

Если бы ты его сняла, я боюсь, нам пришлось бы уйти еще раньше, потому что я бы взбесился. Мне не нравится мысль о том, что другие мужчины смотрят на то, что принадлежит мне.

Вау. Ладно. Я была его? Ох … Вот это да.

Я все думал о том, как бы я отреагировал, если бы тебе захотелось поплавать. Я собирался найти причину, чтобы держать эту сладкую попку прикрытой.

У меня снова заныло между ног. По-видимому меня взволновало то, что он назвал мою задницу — сладкой попкой. Мне нравились эти ощущения, когда он касался моей задницы. Я сжалась на сидении, и его рука укрепила хватку на моей руке.

Я больше ничего не сказала. К тому моменту, как он припарковал грузовик у моего дома, воздух стал горячим и, я тяжело дышала. Взглянув на Мейса, я увидела, что он плотно сжал челюсть. Его рука по-прежнему крепко сжимала мою.

Когда он выключил зажигание и, наконец-то отпустил мою руку, он дернул дверцу и так быстро покинул машину, словно она была объята огнем. Я наблюдала за ним, пока он широкими шагами обогнул машину и, подойдя к моей дверце, открыл ее. Я начала спускаться, но он, удержав меня на месте, прижался ко мне. Его ноздри раздулись, когда он приблизился ко мне, и в его глазах вспыхнула хорошо знакомое мне желание. Все мое тело зазнобило, но его руки прикасались только к моим бедрам. Его голова склонилась к моему уху, и он пробежал носов вверх и вниз по моей шее.

- Боже, ты так изумительно пахнешь. Я могу нюхать тебя долбанную вечность и быть счастливым.

Я схватила его за плечи и обняла. Такие слова, исходящие от Мейса Меннинга, заставляли голову девушки кружиться.

Когда мы войдем внутрь, я хочу снять с тебя это платье. Позволь мне увидеть тебя в этом купальнике. Пожалуйста. Я больше ни о чем не попрошу. Просто позволь мне смотреть на тебя и прикасаться … Немного.

Мое тело так лихорадило, что я была готова сорвать все с себя в ту же секунду, но я знала, как только я это сделаю, я запаникую. Реальность не отпустит меня. Мне удалось кивнуть и позволить ему спустить меня с грузовика. Он прижался горячим, жестким поцелуем к моим губам, более агрессивным, чем те, что были раньше. Я обняла его, пока он целовал меня. Это не был один из его нежных, сладких поцелуев, но это было восхитительно. Когда он оторвал от меня свой рот, он пробормотал проклятие, затем проводил меня до двери в квартиру, и открыв ее, быстро повел меня внутрь.

Прежде чем я смогла восстановить дыхание, его руки схватили подол моего сарафана.

Я просто собираюсь снять его. И все. Мне просто нужно увидеть тебя, - прошептал он мне в ухо, но он не стал двигаться дальше, пока я не кивнула ему.

Когда я дала разрешение, он медленно поднял платье. Как только оно оказалось над моими ягодицами, он застонал. Я подняла руки, и он, до конца подняв платье, снял его. Я не двигалась. Я знала, на что он смотрит и, крепко зажмурила глаза. Я давно не разглядывала свою задницу в зеркале. Была большая вероятность, что она покрыта целлюлитом. Я очень надеялась, что это не так. Я по-прежнему много ходила пешком. Я была уверенна, что именно потому, что всю свою жизнь я ходила пешком, моя задница не стала огромной.

Его пальцы погладили под моей левой ягодицей, и я ахнула, но не двинулась. Он едва прикасался ко мне.

Прямо здесь, есть родинка. Я люблю эту родинку. Лучшая чертова родинка в мире, - сказал он тяжелым, глубоким голосом.

Затем я услышала что он двинулся дальше, и оглянувшись, я увидела как он встает на колени. Я стала поворачиваться, и его руки схватив меня за талию, заставили меня замереть.

Пожалуйста, Риз. Не поворачивайся. Пока нет, - взмолился он. Так что я застыла в этом положении.

Его теплое дыхание обдувало мою кожу и, я задрожала. Осознание того, что его лицо было так близко к любой части моего тела, возбуждало, но также это было чересчур для меня. Затем его губы прикоснулись к тому же месту, где были его пальцы, и я выпустила сдавленный крик от шока и наслаждения.

Я просто должен был поцеловать ее, - сказал он, снова касаясь губами той точки. Затем его руки скользнули на мою попку и, он нежно сжал ее. - Клянусь, Риз, эта попка само совершенство, - сказал он с благоговением в голосе. - Я так чертовски рад, что ты не ходила в этом купальнике перед другими мужчинами сегодня вечером. Это моя попка. Я не хочу, чтобы кто-нибудь еще видел этот сочный маленький кусочек рая.

Я крепко закрыла глаза. Неужели я и вправду позволила ему стоять сзади меня на коленях и играть с моей задницей? Мое сердце скакало как сумасшедшее, а температура тела стала выше, чем когда-либо.

Мейс слегка задрал покрывающий мой зад купальник, пока не открыл большую часть моих ягодиц, и снова прижался к ним поцелуем. О, Боже, он целовал мою попку.

Ты даже здесь великолепно пахнешь. Я могу чувствовать, как это возбуждает тебя. Этот запах приятно смешивается со сладким запахом корицы, который обволакивает тебя.

Мне было необходимо за что-нибудь ухватиться, пока я не растеклась лужицей на полу. Мои колени слегка подогнулись, и руки Мейса укрепили хватку на моей талии, когда он встал позади меня. Он больше не обхватывал мои обнаженные ягодицы, а просто скользил своим телом по моему телу.

Он поцеловал мое плечо, затем убрал мои волосы с шеи и пробежался носом по изгибу моего уха.

- Я не хочу делать что-то, к чему ты не готова. Но я хочу прикасаться к тебе. Только это. Больше ничего. Ты готова к этому? Если нет, то все в порядке. Я могу просто посмотреть, - звучало так, словно последние слова неохотно вырвались из него.

Все эти красивые женщины бросались на него, а он хотел меня. Он выбрал меня. Я могла позволить ему немного потрогать меня. Я пока не паниковала, и прямо сейчас все о чем я могла думать это Мейс и то, что он чувствовал. Как он заставлял чувствовать меня.

- Да, - сказала я, звуча так, словно совсем не могла дышать.

Он пробежался пальцами вниз, по моей шее и намотал на них локон моих волос.

- Спасибо тебе. За то, что доверяешь мне. Ты не обязана это делать, и осознание того, что тебе нравятся мои прикосновения, самая красивая чертова вещь, которую кто-либо когда-либо мне преподносил.

Он не стал щупать мое тело. Вместо этого, мы стояли там, пока он играл с моими волосами и продолжал касаться губами и носом моей шеи и уха. Я медленно откинулась на него, когда мое тело расслабилось под его нежными ласками.

Твои волосы, это словно играть с шелком, - прошептал он. - И твоя кожа. - Он провел рукой по моей обнаженной руке, и этой же рукой скользнул и обхватил ягодицу, которую обнажил ранее. - Я решил, что я одержим шелком, - добавил он.

Я стала извиваться, когда его рука заскользила обратно по моему телу, переместившись и остановившись на моем животе. - Повернись и позволь мне посмотреть на тебя, - сказал он, отступая от меня.

Я тяжело дышала, и я знала, что он видел это. Но смотреть ему в лицо, делало это все более реальным. Я смогу увидеть, как он будет смотреть на меня.

Его взгляд медленно прошелся вниз по моему телу, затем снова вверх. Его взгляд был полон поклонения, и это заставляло меня чувствовать себя желанной. Важной. Защищенной.

Это было три вещи, которые я никогда не чувствовала.

Я не стану плакать.

Он подошел ближе и положил кончики пальцев на мой живот, очерчивая мой пупок. Затем обе руки были на мне, он медленно двигал их по телу, пока они не достигли линии моей груди.

- Я хочу, чтобы они были обнаженными и в моих руках, - сказал он, поднимая глаза и встречаясь с моими в молчаливой просьбе.

Я резко вздохнула, но не от страха. Я тоже хотела этого. Ореолы вокруг моих сосков горели от боли, они так сильно ныли.

- Хорошо, - сказала я, зная, что он не сделает ничего, пока я не скажу что он может это сделать.

Он скользнул рукой вокруг меня и развязал верх моего купальника. Он скользнул в сторону и упал на пол, и мои груди свободно подпрыгнули.

Черт, они восхитительны, - выдохнул он, его руки обхватили их и его большие пальцы стали играть с моими сосками.

- Могу я их попробовать? - его голос звучал так, словно он спрашивает, а снова умоляет.

Да, - сказала я еле дыша, вытянув руки и схватив его за предплечья, на случай если мои колени не выдержат.

Мейс зарычал и опустил голову. Затем его язык лизнул мою правую грудь. Он издал довольный звук в груди, перед тем как взять сосок полностью и засосать его.

Мои ноги ослабели, и я закричала от удовольствия, пронзившее мое тело.

Мейс поднял меня, прежде чем я рухнула на пол, и отнес меня на диван, садясь со мной на своих коленях. Он поцеловал мои губы, а я задыхалась, все еще не придя в себя после его рта на моей груди.

Одна из его рук по-прежнему гладила мою грудь, и я хотела, чтобы его рот снова вернулся туда.

- Могу я снова попробовать их?

Я кивнула, желая засунуть его голову между моими грудями и никогда не отпускать.

Теплый рот Мейса всосал другой сосок, и я снова закричала, сжимая его волосы в кулаках. Я беспокоилась, что могла сделать ему больно, но мне было необходимо за что-то держаться. Его руки держали мои груди пока, он целовал и даже покусывал их. Я всхлипывала и выкрикивала его имя, пока удерживала его голову. Я хотела, чтобы это длилось вечность.

Теперь эта боль между моих ног была такой сильной, что мне приходилось извиваться и сжимать ноги вместе. Что-нибудь, чтобы остановить боль. Мне нужно было остановить ее.

Раздвинь ноги, я сделаю сделаю тебе нечто большее, - Мейс произнес это требовательным тоном, и это испугало меня.

Я не знала, что мне делать. Если я раздвину ноги, я знала, он станет трогать меня там. Мое тело говорило «да», оно нуждалось в этом, но мой разум говорил мне, что это причинит мне боль. Там я была грязной.

Пожалуйста, детка. Позволь мне позаботиться об этой киске. Она такая мокрая, я могу почувствовать тебя Риз. Это сводит меня с ума. Я даже поцелую ее, если ты мне позволишь. Что угодно, детка. Я сделаю что угодно для тебя. На хрен все что угодно, - он говорил так отчаянно.

Я любила его.

Я не хотела потерять его из-за какой-то женщины, которую не надо умолять.

Я хотела сделать его счастливым.

Я оттолкнула страх и раскрыла ноги, достаточно для того, чтобы его рука могла проскользнуть между ними.

Он осторожно раскрыл мои ноги еще шире, и я затаила дыхание, когда его рука скользнула по моему бедру.

Я боролась с паникой. Я старалась сдержать ее. Это был Мейс. Он был добр со мной. Я любила его.

Затем палец скользнул внутрь моих трусиков-бикини, и боль исчезла, как только на меня обрушились воспоминания. Мне становилось плохо.

Я не могла это сделать. О Боже, я не могла это сделать.

Я убрала его руку в сторону, вскочила и побежала в ванную. Я не могла позволить, чтобы мне стало плохо.

Включив кран, я несколько раз плеснула в лицо холодной водой, снова и снова повторяя себе, что со мной все в порядке.

Мейс

Я никогда не ненавидел кого-то также сильно, как я ненавидел себя в этот момент. Единственный человек, которого я ненавидел больше, был ее проклятый отчим. Боясь прикоснуться к ней, я стоял позади нее, пока она плескала в лицо холодной водой и тихо повторяла: «Ты в порядке. Все хорошо. Ты в порядке. Все хорошо.»

С каждым «все хорошо», я чувствовал, как моя грудь разрывается пополам.

Мой разум говорил мне остановиться. Я слишком давил на нее. Но я не мог остановиться касаться ее. Она так чертовски хорошо ощущалась. Видеть ее лицо, когда я доставлял, удовольствие было, как наркотик. Я хотел получить больше и больше.

В конце, я напугал ее. Я попросил слишком много.

Но я не был готов потерять ее. Я сделаю все, что она захочет, вашу мать. Я просто не хочу ее потерять.

Спустя, казалось бы, целую вечность, она выключила воду и потянулась за полотенцем, что обсушить свое лицо. Она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем положить полотенце и повернуться ко мне.

Я почти начал извиняться, когда ее губы надулись, задрожали и, она разрыдалась. Дерьмо!

Не дожидаясь ее, я притянул ее в свои объятия. Я не знал что сказать. Я не знал, плакала она из-за меня или из-за того, что я сделал, или она плакала из-за своей собственной реакции.

Все хорошо милая. Я с тобой. Все в порядке, - сказал я, пытаясь успокоить ее. Я ненавидел рыдания, которые заставляли ее трястись в моих руках.

Мне так жа-а-а-аль, - громко рыдала она.

Пошло все на хер. Я поднял ее на руки, подошел к кровати и сел по-прежнему держа ее в руках. Я облокотился на изголовье кровати, и качал ее как ребенка, прижав к своей груди.

- Я говорил тебе, чтобы ты не извинялась передо мной. Никогда. Это я, кто должен извиняться, Риз.

Она сжала в своих кулачках мою футболку, и зарыдала сильнее.

Я сло-омле-ена, испо-оо-орче-ена - рыдала она. - Ты не до-олже-ен быть со сло-омле-еной, - из нее вырвался громкий вопль, словно она оплакивала смерть.

Боже, клянусь, если я когда-нибудь найду того человека, кто сделал это с ней, он заплатит мне.

Я прижал ее голову подбородком и крепче обнял ее.

- Ты идеальная. Настолько идеальная, что я забываю, как дышать, когда вижу тебя. Я полностью одержим тобой. Кроме тебя я ничего не вижу, Риз. В тебе нет ничего сломленного или испорченного. Пожалуйста, я больше никогда не хочу слышать, как ты говоришь такое про себя. Я хочу, чтобы ты увидела себя моими глазами. Эта завораживающая красота, которая полностью очаровала меня. Она борец. Она сильная. Она веселая, очень добрая и честная. Она не судит других. Она принимает людей такими, какие они есть. Она ничего не ждет, легко дарит красоту этому миру. Это то, что я вижу, Риз. Вот кто ты. Увидь это тоже милая. Пожалуйста, увидь это тоже.

Ее плач перешел в слабую икоту, но ее хватка на моей футболке только усилилась. Я наблюдал, как она наконец-то отклонила голову назад и посмотрела на меня красными, опухшими глазами. Даже сейчас она была восхитительна.

Ты такого мнения … обо мне?

Я прижался поцелуем к ее лбу.

- Да.

Она начала что-то говорить и ее тело напряглось. Я знал, она только сейчас осознала, что была до сих пор топлесс, я быстро передвинулся, стянул с себя футболку и надел на нее. Я не хотел, чтобы она двигалась. Пока не хотел.

Она помогла мне, просовывая руки в рукава. Футболка была слишком велика для нее, но когда я увидел ее прикрытой моей футболкой, зверь-собственник во мне успокоился.

Спасибо, - сказала она, обхватывая руками себя, словно она обнималась с моей футболкой. Это мне тоже понравилось.

Сегодня вечером я попросил слишком много. Это была моя вина. В будущем я буду более осторожен. Я клянусь. Пожалуйста, не переставай доверять мне, - сказал я нуждаясь чтобы она поверила мне.

Она нахмурилась. - Ты всегда спрашиваешь меня. Я могла сказать нет. Это не твоя вина.

Но это была моя вина. - В следующий раз, когда тебе захочется чего-то большего, тебе самой придется попросить об этом. Я больше не стану на тебя давить. Клянусь тебе. - Тогда мы оба будем знать, что она хочет этого.

Она вздохнула и закрыла лицо двумя руками. - Как бы мне хотелось не быть такой.

Мне бы тоже этого хотелось. Но по другой причине. Мне бы хотелось, чтобы в ее прошлом не было кошмаров. Мне было ненавистно, что она страдала от чего-то столь ужасного. Черт, мне было ненавистно, что она вообще страдала.

Ты будешь меня обнимать сегодня, когда мы будем спать?

Тебе никогда не надо просить об этом, Риз. Ответ всегда будет — да.

Поздним утром следующего дня, я оставил Риз стоящую в моей футболке в дверях. Это было самое сложное из того, что мне приходилась делать. Мне не нравилось покидать ее. Я хотел, чтобы она была со мной.

Надевай мою футболку на ночь. Мне нравится, что на тебе будет что-то мое, когда я уйду.

Она кивнула и позволила мне поцеловать ее перед тем, как я взял свою спортивную сумку и направился в Техас.

Риз

В понедельник утром, Джимми с двумя чашками каппучино стоял у моей двери. Я была так рада видеть его, так что я крепко обняла его, прежде чем забрать у него мое кофейное совершенство. - Ты вернулся. Тебе лучше? Нет проблем со сном?

Он широко улыбнулся мне. Ему нравилось внимание. - Да, я в полном порядке. У меня была парочка тяжелых ночей, но мне лучше. Смотрю, они убрали ленты с места преступления.

Я кивнула. Я старалась не думать о стрельбе. Из того малого, что я видела по новостям, я знала, что Джейкоб был задержан без права выйти под залог. Его будут судить за убийство. А родители Мелани приехали, чтобы забрать ее тело назад в Айову, где ее похоронят.

Я рада, что ты вернулся.

Скучала по мне, не так ли? Хорошо. Я слышал, ты разбила сердце Тэду, пока меня не было. Но так, как это было из-за Мейса Меннинга, должен сказать это был умный ход, сахарок. Тэд возможно очень симпатичный, и его попка самая упругая из тех, что я когда-либо видел, но ему нравится совать свой член в новую женщину, каждую чертову ночь. Совсем не твой тип.

Я нахмурилась, потом рассмеялась над его описанием Тэда.

- Больше информации, чем мне нужно, ну да ладно.

Пей это каппучино дорогуша, потому что тебе понадобится доза кофеина. Я слышал, что злая ведьма побережья вернулась. Вчера поздно вечером она прилетела из Парижа. Подготовь себя к этому. Наннетт это зло, злостная сука. Ей также хватит одного взгляда на тебя, чтобы взбеситься. Она не может совладать с собой, когда рядом женщина горячее, чем она, а ты детка, супер горячая штучка.

Я бы солгала, если бы сказала, что меня не мучило любопытство по поводу Нан. Она была сестрой Мейса. Но я так должна сказать ей о ее зеркале. Мейс больше не говорил об этом, но я знала, что мне придется рассказать Нан, как все это произошло. Каждый раз, убирая ту комнату, я видела пустое пространство вместо зеркала, и боялась того, что мне придется рассказать ей, что я сделала.

Была высокая вероятность того, что она меня уволит. Я готовила себя и к такому развитию событий. Но сегодня днем я собиралась позвонить Блэр Финли по поводу уборки ее дома. Если меня уволят от Нан, то на мне хотя бы не отразиться урезание моей зарплаты.

Я схватила свой рюкзак, повесила его на плечо и пошла за Джимми к его машине.

- Как ты узнал о Тэде? - спросила я.

Джимми улыбнулся так, словно знал лучший в мире секрет.

- Прошлой ночью мне позвонил Мейс. Он хотел удостовериться, что я дома и, что я буду возить тебя на работу. Он также объяснил мне, что ему необходимо знать, когда в следующий раз меня не будет в городе, или когда я не смогу отвезти тебя на работу. Он не хочет, чтобы я звонил Тэду. Он сказал, что он сам все организует, - Джимми поиграл бровями. - Поэтому, естественно, после такого очень пугающего звонка, я позвонил Блэр и спросил ее из-за чего этот сыр бор. Она не знала все детали, так что она позвонила Харлоу, которая, конечно же была в курсе. Затем Блэр перезвонила мне и все рассказала.

Я не смогла сдержать смех.

- Не могу поверить, что ты позвонил Блэр Финли и спрашивал у нее, что она знает.

Джимми засмеялся и завел машину.

- Блэр была моей девочкой еще до того, как стала Финли. Даже будучи замужем за горячем, сексуальным-как-черт, величественным Рашем Финли, она по-прежнему моя девочка.

Зная как Раш смотрел на свою жену, я не могла представить, что ему понравится, если кто-нибудь будет называть Блэр — «моя девочка» - даже Джимми, который явно вожделел тело Раша, независимо оттого, что его подруга была за ним замужем.

Теперь расскажи мне все вкусные подробности о Мейсе, которыми ты можешь поделиться.

Я подумала о прошлой ночи и о том, как замечательно он заставил меня чувствовать. Даже когда я потерялась и испортила весь момент, он был таким нежным и милым.

Я люблю его, - вот я и сказала. Я должна была сказать об этом кому-нибудь.

Джимми ударил по тормозам и посмотрел на меня. Слава богу, мы пока не покинули парковку.

- Ты только что не говорила этого.

Я пожала плечами.

- Я не могу с этим ничего поделать. Я не скажу ему. Но его не возможно не любить. Он просто … просто тот, о ком мечтает каждая девушка. Он делает все таким правильным, когда все кажется совсем не таким.

Джимми откинул голову на спинку сидения и разочарованно застонал. - Девочка, о чем ты думаешь? Ты не можешь влюбиться в Мейса Меннинга. Для начала, он даже не живет здесь. Отношения на расстоянии не работают. Он взрослый и очень здоровый мужчина. Ему необходимо получать наслаждение, и женщины вокруг него бросаются на него в Техасе. Ты не можешь любить его. Он тот тип мужчин, которыми ты наслаждаешься и ценишь. Но не любишь.

Мое хорошее настроение испарилось. Болезненный узел сформировался в моем животе.

Был ли Джимми прав? Возможно. Об отношениях он знал намного больше меня.

Приходилось ли Мейсу заниматься сексом? У нас с ним не было секса. О Боже.

Вероятно, в Техасе у него есть женщина, возможно, даже парочка, от которых он получает свое лакомство. Ты должна это знать, сладкая. И я готов поспорить ты не занималась с ним сексом, не так ли? Можешь не отвечать, я знаю, что секса не было. Если бы это произошло, я смог бы понять это по выражению твоего лица. Это значит, что он вернулся в Техас неудовлетворенным. Он получит это от кого-то другого, Риз. Это факт и я не хочу, чтобы тебе было больно.

Больно? Я была опустошена.

- Но я люблю его, - все, что я смогла сказать.

Джимми дотянулся и сжал мое бедро.

- Мне жаль. Я не хочу тебя расстраивать. Но ты не должна быть слепа. Он сказал тебе, что любит тебя?

Я покачала головой.

Джимми вздохнул.

- Девочка, что мне с тобой делать? Любовь такая штука, с которой тебе надо быть очень осторожной. Защищай себя. У меня по-прежнему есть друг, с которым мы можем пойти на двойное свидание.

Мейс сказал, что я принадлежу ему. Он не хотел, чтобы кто-нибудь видел меня в том купальнике. Я не знаю, означает ли это, что мы были парой, потому что, как видно в этом я мало чего понимала. Но я не хотела идти с кем-то другим на свидание. И я не думаю, что Мейс хотел, чтобы я это сделала.

Если я была его, он бы не стал спать с кем то еще … не так ли?

Мейс, которого я знала, не сделал бы этого. Я не верила, что он занимался сексом с кем-то другим. Он не сказал, что любит меня, но он говорил такие вещи, которые заставили меня думать, что я принадлежу ему … так же как он принадлежит мне. Словно он хотел быть моим.

Он сказал, что я принадлежу ему, - сказала я Джимми.

Брови Джимми взлетели вверх.

- В самом деле? Он это сказал? Как он это сказал? Перескажи мне слово в слово. Я имею в виду, я знаю, что он не хотел, чтобы Тэд куда-либо водил тебя, но я думал он защищал тебя от мужчины-шлюхи, который положил на тебя глаз. Я не думал, что он уже претендует на тебя.

Я не хотела делиться о времени, проведенном наедине с Мейсом. Но я также не хотела совершить ошибку, и в конце быть такой сломленной, что меня будет не возможно восстановить.

- Он сказал, что рад тому, что на вечеринке я не ходила в купальнике перед всеми, потому что он не хотел, чтобы другие мужчины смотрели на то, что принадлежит ему.

Джимми тихо присвистнул.

- Возможно, тебе не стоит сейчас с кем-то встречаться. Возможно, я ошибся в этом. Я не хочу, чтобы разъяренный ковбой примчался в Розмари Бич, готовый кого-нибудь убить. Просто будь поосторожнее, хорошо? Постарайся не влюбляться в него слишком сильно. Если можешь, защити свое сердце.

Я уже отдала свое сердце Мейсу Меннингу. У меня не осталось ничего, что я смогла бы защитить. Но я не стала говорить об этом Джимми.

Мейс

Грузовик Корделии стоял на моей подъездной дорожке, когда я вернулся после ланча с родителями. Это не то чем я хотел заняться сегодня, или вообще когда-нибудь. Мне нужно было взять бумажник и поспешить на скотный двор. Я уже опаздывал.

Я открыл дверь в дом и поругал себя за то, что оставил ее открытой. Судя по всему, мне придется запирать дверь, потому что моя соседка отказывается прислушаться ко мне и отвалить.

Корд, где ты? - позвал я, открыв, дверь в пустую гостиную.

Иди и найди меня, - выкрикнула она, дразня меня.

Дерьмо. Это плохо.

Я снял рабочие перчатки и стянул ботинки, чтобы не испачкать дом грязью. Затем направился в спальню, чтобы выгнать моего незваного посетителя.

Естественно она была здесь, голая и в моей постели. Мне придется постирать простыни, чтобы убрать с них ее запах. Я устал и меня уже достало это дерьмо. На этот раз она зашла слишком далеко.

Одевайся и уходи.

Не надо Мейс. Посмотри на меня. Когда-то ты хотел этого. Нам было так хорошо вместе. Я хочу тебя. Ужасно хочу, - сказала она, раскрывая ноги и скользя между ними рукой, играя с собой.

Ты зашла слишком далеко, Корделия. Я хочу, чтобы ты убралась из моего дома. Если мне придется позвонить матери, чтобы она пришла и заставила тебя уйти, я сделаю это, - предупредил я. Я подумал, что мысль о том, что моя мать найдет ее голой в моей постели, должна была заставить любую женщину вскочить и двигаться.

Мейс, не делай этого. Пожалуйста. Я скучаю по тебе. Ты мне так сильно нужен. Я хочу, чтобы ты трахнул меня, любым способом, каким пожелаешь. Я дам тебе все, что ты захочешь. Позволь мне отсосать твой член. Ты можешь заткнуть им мой рот, как ты всегда любил делать.

Стоп! - мой рассерженный крик, наконец-то заставил ее замолчать. - Я кое-кого люблю. Она все, что я хочу. Все, что я когда-либо захочу. Поэтому мне нужно чтобы ты оделась и убралась из моего дома, Корд. Сейчас же, - я развернулся и вышел, оставив ее там, мне не нравилась она в моей постели. Там должна быть только Риз. Сладкая, сексуальная Риз.

Мне нужно будет приобрести новые простыни и матрас прежде, чем я привезу сюда Риз. Нужно избавиться от того, на чем я трахал Корделию и еще нескольких женщин. Она была особенной.

Шаги Корделии сказали мне, что она наконец-то сдалась. Когда я посмотрел наверх, она абсолютно голая шла по моему дому, неся в руках одежду. Проклятье, у нее вообще осталась хоть капля стыда? Я повернулся к ней спиной, чтобы она не думала, что я рассматриваю ее, и наслаждаюсь этим дерьмом.

Когда за ней закрылась дверь и я услышал как она завела свой грузовик, я наконец-то вздохнул с облегчением и поспешил в спальню, чтобы сменить мои чертовы простыни. К счастью моя мама позаботилась о том, чтобы у меня всегда было два комплекта постельного белья. Она говорит, что у меня всегда должен быть запасной комплект. Как всегда, моя мама оказалась права.

Когда я закончил, я знал что потерял слишком много времени. Завтра первым делом мне придется идти на скотный двор. В четыре час должен был приехать человек, который хотел посмотреть на продаваемых мною лошадей. Мне надо разобраться со всеми утренними делами, прежде чем он сюда приедет.

Мэйор шел к моему дому из дома моих родителей, когда я снова вышел на улицу.

- Ты не едешь на скотный двор? - выкрикнул он со склона внизу.

Нет, я подожду до завтрашнего утра. Нужно вымыть ту четверку, которую я продаю, после их утренней пробежки.

Мэйор кивнул.

- Тогда я поехал. Завтра мне нужно быть в Сан Антонио. Папа хочет встретиться со мной.

Я не завидовал ему. Его отношения с отцом были дерьмовыми с тех пор, как в прошлом году он переспал со своей мачехой.

- Удачи, - был мой единственный ответ.

Он махнул мне рукой, и направился обратно к дому моих родителей.

Улыбаясь, я подошел к своему грузовику и забрался внутрь.

Я до сих пор не мог поверить, что этот придурок переспал со своей мачехой. Не смотря на то, что она была старше его всего на три года. Последнее, что я слышал, она больше не была его мачехой. И брачный договор, который она подписала, оставил ее ни с чем.

Риз

Я была очень аккуратна, пока оставалась внизу и тихо убиралась. Я не хотела разбудить женщину, которую я благодаря всем в Розмари Бич научилась бояться. Но сегодня у меня действительно было что прибрать, она была грязнулей.

Я потратила больше часа, оттирая, что-то похожее на бутылку вина, которая была разлита по всему полу кухни. Осколки стекла валялись на полу, и повсюду был высохший, сладкий напиток. На дверцах шкафов, на полу, столешнице — везде. Как только я закончила очищать всю эту грязь, я вымыла посуду и стаканы, разбросанные по всему первому этажу.

Затем я нашла груду одежды на полу прачечной. Большая часть выглядела чистой, и я уверена, большая часть одежды нуждалась только в химчистке. Казалось, она просто вытряхнула содержимое своего багажа на пол. Еще час ушел на то, что бы пересортировать вещи на нуждающиеся в сухой чистке и обычную стирку, затем, я поставила стирать белое белье.

Когда первый этаж блестел чистотой и, стирка была под контролем, было больше полудня. Я решила, что могу тихо продолжить работу в комнатах, находившихся подальше от ее комнаты на втором этаже. Она должна была спать на третьем этаже. Я знала, которая из комнат принадлежала ей.

Было просто наводить порядок в спальнях, которые оставались не тронутыми. Я просто должна была вытереть пыль и вымыть полы. Все то же самое. Когда я добралась до комнаты отдыха, я съежилась, думая о зеркале, о котором должна была ей рассказать. Здесь тоже были пустые стаканы. Возможно, она уже заметила, что ее зеркало пропало. Наверное, и здесь она встречала гостей. Остатки еды были разбросаны по тарелкам, а в стаканах остались остатки различных алкогольных напитков. На полу валялся мусор.

Противнее всего был использованный презерватив, валявшийся в углу за кожаным диваном. Фу, какая гадость. Я надела перчатки, которые купила, когда обрезала руку, и намотала большое количество туалетной бумаги прежде, чем поднять, и выкинуть презерватив. По крайней мере, тот, кто пользовался, завязал его.

К тому времени, как я закончила с комнатой отдыха, было почти три часа. Обычно в три я уже заканчивала, но сегодня у меня еще оставался последний этаж. И она по-прежнему спала.

Я вернулась вниз, вынесла весь мусор и разложила его по контейнерам, затем вернулась внутрь и собиралась перебрать в ее кладовой, когда услышала шаги на лестнице. Наконец то.

Я поправила одежду и заправила за уши мои распущенные волосы. Когда Наннетт зашла на кухню, она увидела меня и нахмурилась, затем перебросила волосы через плечо. Как я и ожидала, она была потрясающей. Длинные светлые волосы струились по ее спине. Она была едва прикрыта короткой, черной ночной рубашкой, демонстрирующей ее идеальную, бледную кожу.

Ты домработница? - раздраженно спросила она.

Да, мэм, - ответила я.

Почему ты до сих пор здесь? Уже больше трех. Ты всегда так чертовски долго убираешь?

Я везде закончила, кроме верхнего этажа. Я ждала, пока вы проснетесь.

Она скривила нос.

- Ну, иди, уберись там. Я проснулась. Прекращай стоять здесь и таращиться на меня.

Мне нужно было сказать ей про зеркало, но было не похоже, что она хотела поговорить. Так что я быстро поспешила наверх и сосредоточилась, чтобы убрать все что могла. Я не хотела, чтобы у нее появилась хоть одна жалоба. Кроме того зеркала.

Уборка наверху заняла еще два часа. Ее комната была словно после катастрофы. На фоне ее, весь оставшейся дом выглядел безупречно.

Когда я была удовлетворена уборкой я, вернулась вниз, и увидела ее свернувшуюся на диване с пультом в руке и чашкой кофе на столике возле нее. Сейчас она была более проснувшейся.

У тебя это заняло слишком много времени. Ты медлительна. Ускорься или проваливай, - отрезала она.

Простите. Я так и сделаю, - ответила я, думая о том, что это несправедливо, что она считала меня медлительной.

Она закатила глаза и отпустила меня взмахом руки. Я должна была сказать ей о зеркале. Это заставит меня переживать по ночам, пока я не сделаю этого.

Пока вас не было, случился несчастный случай, когда я мыла окна в комнате отдыха. Я упала и, зеркало рядом с окном выходящем на залив упало вместе со мной. Оно разбилось и, рамка сломалась. Я буду платить за него из своей зарплаты, пока полностью не покрою его стоимость. Мне очень жаль —

Не хрена ты не будешь. Ты заплатишь мне прямо сейчас. Это зеркало стоит больше пяти тысяч долларов. Оно было доставлено из Парижа, как и многие другие предметы мебели в этом доме.

У меня не было пяти тысяч долларов. На сегодняшний день мне удалось отложить две тысячи, но это все что было.

Как могло одно зеркало столько стоить? Я не ожидала такого.

- Простите. У меня нет такой суммы. Сейчас я могу дать вам две тысячи, а затем работать пока не отработаю все остальное. Это лучшее, что я могу сделать, - объяснила я, надеясь, что в этой женщине, есть хоть какая-то форма сочувствия.

Она посмотрела на меня, да уж, эти зеленые глаза не берут пленных. У меня были неприятности. Серьезные неприятности.

Нет, ты не будешь этого делать. Я свяжусь с твоим агентством и заставлю их заплатить. Они послали ко мне дуру, так что они обязаны заплатить.

Когда я устраивалась на работу, мне пришлось подписать форму согласия, что любой причиненный ущерб — был полностью моей ответственностью. Я просто никогда не представляла, что сломаю пятитысячное зеркало.

- Они не станут покрывать ущерб. Они заставят меня покрыть его. Это моя ответственность. Все что у меня есть —

Даже не половина. Я услышала тебя и в первый раз. Иди, хнычь кому-нибудь другому. Я хочу мои деньги, так что разберись с этим или я позвоню в полицию, и позволю им самим разобраться с твоей воровской задницей.

Полиция. О Боже, из-за этого я попаду в тюрьму.

- Я не крала его. Оно разбилось, - я начала объяснять.

Заткнись! Убирайся из моего дома. Нет никаких доказательств, что оно разбилось. Его здесь нет. Я хочу за него свои пять тысяч, или ты можешь сказать полицейским, что ты его не крала. А теперь, пошла вон из моего дома.

Я больше ничего не сказала. Она выглядела так, словно была готова взорваться, если я еще что-нибудь скажу. Это не то, что я себе представляла. Совсем не то. Я думала, она будет злиться, но я надеялась, что она хотя бы позволит мне расплатиться с ней.

Я поспешила к двери и схватила свой рюкзак прежде, чем побежать к основной дороге. Подальше из ее владений. Сегодня вечером у меня был урок с доктором Манро, но я не смогу пойти. Мне нужно добраться домой и решить, что мне делать. Я позвонила профессору и сказала ему, что плохо себя чувствую, затем медленно пошла домой.

Мейс

Было уже десять тридцать, а Риз так и не позвонила мне, и я решил позвонить сам.

Что-то было не так. Она бы уже позвонила, если бы все было хорошо. Я слушал гудок, пока звонок не перенаправили на голосовую почту. Я сбросил и попробовал набрать еще раз. То же самое.

Я попытался успокоить себя и не паниковать, и набрал номер Джимми.

Он ответил после третьего гудка. - Какого черта —

Ты видел Риз? - спросил я, не позволив ему закончить его приветствие.

Да, она шла домой позже, чем обычно, и я подвез ее. Она сказала, что у нее болит голова, собиралась принять душ и лечь спать.

Головная боль, это в порядке вещей. Мне не нужно было паниковать, но проклятье, я хотел знать, что с ней все хорошо. То, что я не услышал ее голос, плохо влияло на меня. – Иди, проверь как она. Она не поднимает телефон, и мне нужно знать, что с ней все в порядке. Она могла заболеть.

Джимми вздохнул.

- Я предполагаю, эта команда также означает, что ты будешь оставаться на телефоне, пока я исполняю твое распоряжение.

Меня даже не волновало, что он был не глупой задницей. Я просто хотел знать, что с Риз все в порядке.

- Ага, именно это и значит.

Прекрасно. Но если она спит, это разбудит ее.

Я думал об этом, но я не мог оставаться в неведение. Я представлял ее больной в ванной, слишком слабой, чтобы кому то позвонить, или что она упала в обморок. С каждой секундой мои страхи становились сильнее.

Ты слишком защищаешь ее. Можно подумать, что вы двое состоите в серьезных отношениях, - сказал он веселым тоном.

Мы состоим в серьезных, очень близких отношениях. Разве она тебе об этом не сказала?

Джимми откашлялся.

- Она не уверенна, как ты к ней относишься. Но она сказала мне, что не сможет пойти со мной на двойное свидание, потому что она думает, что тебе это не понравится.

Черт, так и есть, мне бы не понравилось. Тогда, что она думала по поводу всего произошедшего на выходных? Я приехал в город только для того, чтобы не дать ей пойти на свидание с кем-то другим. Я очень ясно дал понять, что интересуюсь ей, и делал это снова и снова.

- Она правильно думает, - был мой единственный ответ. Это не тот разговор, который должен был быть у нас с Джимми.

Я просто думаю, если у тебя нет ничего на стороне, тогда —

Джимми, ты пытаешься узнать трахаюсь ли я с женщинами, пока нахожусь в Техасе? Потому что если это так, и ты пытаешься защитить Риз, тогда пойми кое-что: Я не хочу никого кроме Риз. Никогда. Так что прекращай пытаться меня разозлить, и иди проверь мою женщину. Сейчас же.

Джимми усмехнулся.

- Ну ладно, думаю теперь я могу это сделать.

Я вздохнул с облегчением. Она не думала о свиданиях с другими. Джимми просто хотел узнать, думал ли я об этом. Я бы разозлился на него, если бы это было не по причине того, что он заботиться о ней. Он просто пытался приглядывать за ней. Мне это нравилось.

Я ждал пока Джимми шел к квартире Риз и стучал в ее дверь.

- Риз, сладкая. Если ты не спишь, можешь открыть дверь? У меня здесь на телефоне злой ковбой, который прерывает мой сериал.

Я ждал, пока Джимми снова стучал в дверь.

Я слышу звук защелки, - сказал Джимми, и паника стала медленно угасать.

Эй, - ее мягкий голос раздался из ее квартиры.

Хочешь с ним поговорить? - спросил Джимми.

Я слышал приглушенный звук и их шептания через руку прикрывающую ресивер. Мне было ненавистно это. Что-то было не так. Мне снова придется все здесь бросить и отправиться в Розмари Бич.

Привет, прости. Я уснула. Был тяжелый день, - раздался в телефоне сонный голос Риз. Она не лгала. Она спала. И с ней все было в порядке.

Ты плохо себя чувствуешь? Джимми проверял твою температуру, - сказал я, чувствуя беспокойство, из-за всего происходящего.

Я в порядке. У меня нет температуры, уверяю тебя. Я позвоню тебе завтра. Сегодня мне нужно поспать. Но я не больна. И я хорошо себя чувствую.

Что-то было не так. Я чувствовал это. - Хорошо. Тогда спи детка. Но я хочу услышать твой голос утром. Я не смогу сосредоточиться на работе, пока не узнаю что тебе лучше.

Я позвоню тебе, - заверила меня Риз.

Спокойной ночи. Сладких снов, - прошептал я, перед тем как закончить разговор.

Черт, теперь я не смогу уснуть. Что-то произошло, и она не собиралась рассказать мне что именно. Сегодня я продал четверку лошадей, но завтра я должен быть здесь, когда покупатель приедет забирать их. Он так же привезет чек, и мы сможем закончить бумажную работу. Потом мне надо поехать на скотный двор, и приобрести кое-какой скот. Я должен был пойти туда вчера. Как и было задумано, а теперь я запаздывал со всем этим дерьмом.

Но Риз нуждалась во мне, а я не мог быть рядом с ней. Еще одна причина, по которой я хотел, чтобы она была здесь. Черт, я пока не мог ей об этом сказать. Она даже не была готова позволить мне прикоснуться к своей киске.

Положив телефон, я направился к холодильнику взять пива. Впереди меня ждала долгая ночь, и если я начал думать о киске Риз, она станет еще дольше.

Риз

После того, как Джимми постучал в мою дверь, я не сомкнула глаз. Голос Мейса и то, что он беспокоился обо мне, заставило меня расплакаться. Затем я села, и обдумала любую возможность быстро заработать деньги. Оплата за эту неделю и все мои сбережения составляли две тысячи восемьсот долларов на моем счету. Мне по-прежнему было нужно две тысячи двести долларов.

Я боялась пойти работать, обслуживая столики в ночную смену. У меня были по-прежнему проблемы со словами, когда я паниковала или испытывала стресс. И все еще плохо писала. Я сомневалась, что когда-нибудь вообще смогу заполнить заявление. Я наблюдала за восходом солнца зная, что мне просто придется столкнуться с этой ситуацией и выкручиваться из нее. Если она заявит о краже зеркала, они не смогут арестовать меня без доказательств. А у меня было доказательство в виде пореза на моей руке, чтобы доказать свою правоту в этой истории.

Самое большее, что могли сделать присяжные, это заставить меня заплатить ей, что было именно тем, о чем я ей уже сказала. Я знала, что сегодня утром должна позвонить Мейсу. Прошлой ночью он беспокоился обо мне, но просто сейчас я была не готова с ним говорить.

Весь этот бардак слишком расстраивал. Если бы я сказала, чем именно угрожала мне его сестра, я боялась, что он мог подумать, что я хочу, чтобы он расплатился с ней вместо меня. Я не могла позволить ему сделать это или подумать, что я хочу, чтобы он сделал это. Это была моя проблема, с которой мне придется иметь дело, не его.

Я нажала на его номер и, он ответил после первого гудка.

Доброе утро. Чувствуешь себя лучше? - его голос заставил исчезнуть все плохие мысли преследующие меня. Я скучала по нему. Я любила наш ночные разговоры. Прошлой ночью я хотела поговорить с ним, но знала, что не смогу. Он мог понять, что я расстроена, а я бы не смогла скрыть это от него.

Да, мне намного лучше. Спасибо. Прости за прошлую ночь, - ответила я.

Ты в порядке, это все за что я беспокоился. Тем ни менее не буду лгать, прошлой ночью я скучал по твоему голосу, который читал мне вечерами. Мне тяжело засыпать без него.

Я улыбнулась в первый раз после вчерашней ужасной встречи с Нан. Он делал меня счастливой, даже когда дела шли совсем плохо.

- Обычно со мной такого не бывает. Но если такое еще когда-либо произойдет, обещаю позвонить тебе, прежде чем лечь спать. Я должна была подумать о том, что бы позвонить тебе и дать тебе знать, - пытаться нормально говорить, было сложно. Но я делала все что могла.

Иди, собирайся на работу. Хорошего дня, детка.

Я попрощалась и повесила трубку, позволяя теплому чувству появившемуся , когда он назвал меня «детка», оставаться со мной все утро.

Был почти полдень, когда мне позвонили из агентства и сказали, что я уволена. Нан позвонила им, и они не хотели больше связываться со мной. Я должна была прийти забрать свой чек и также больше не ходить в те дома, которые были запланированы у меня на эту неделю. Я решила убрать оставшуюся часть дома Картеров, не говоря им о своем увольнении.

Я собиралась быть в порядке. Я позвоню Блэр Финли. Расчет за два дома позволит мне платить по счетам. У меня ничего не останется, чтобы отложить, и расплачиваться с Нан будет очень трудно. Я должна найти еще хотя бы один дом для уборки, или другую работу.

Прежде чем вернуться домой, я собиралась отнести Нан чек на две тысячи четыреста долларов. Это все что у меня было на данный момент. Я пока не буду думать об уплате арендной платы, об этом я буду волноваться на следующей неделе. Сейчас мне было необходимо показать, что я пытаюсь заплатить за зеркало. Я не хотела, чтобы за мной пришла полиция.

Мысль снова столкнуться с Нан, пугала меня. Однако, когда я наконец-то добралась до ее дома, возле него было припарковано две машины. Дорогая спортивная машина Нан и черный Мерседес SUV. То, что она была не одна, могло облегчить мне задачу. Конечно, она не станет вести себя некультурно перед гостями.

После того как я подбодрила себя, я поднялась по ступенькам и нажала на звонок. Я отдам ей чек, еще раз извинюсь, и пообещаю вернуть остальные деньги так скоро, как смогу. Затем я уйду. Я могу это сделать.

Дверь распахнулась быстрее, чем я ожидала, и на лице Нан мгновенно появилось отвращение.

- Что ты здесь делаешь? Я позвонила в агентство и уволила тебя. Мне что нужно также позвонить в полицию?

Я решила действовать так, как уже проиграла в своей голове.

- Вот чек, со всем что у меня есть на данный момент. Как только я смогу, я верну остальное. Я действительно сожалею о зеркале, - сказала я, и мой голос только один раз дрогнул из-за нервов.

Раш Финли подошел сзади Нан. Он не улыбался. Что он здесь делал?

Нан? Что происходит? Ты только что сказала, что —, он остановился и посмотрел на меня. - Риз, правильно? - Я кивнула. - Ты уволила Риз?

Она украла из моего дома пяти-тысячи-долларовое зеркало! И да, я уволила ее. Это чек даже не на половину суммы, и она думает, что это что-то исправит, - выплюнула Нан.

Казалось, Раш не поверил ей. Он повернулся ко мне.

- Риз ты украла зеркало?

Я покачала головой.

- Нет, не крала. Я разбила его. Я упала. Это был несчастный случай. Я все объяснила но — ,

Она лжет! Она уборщица Раш! Боже! Ты что всегда должен вставать на чью-то сторону, вместо того чтобы принять мою? Меня не было несколько месяцев, и это то, что я получаю как приветственную встречу? Воровка уборщица и мой брат, который встает на сторону других людей против меня? - теперь она кричала. Но меня смутило то, что она назвала Раша своим братом. Каким образом Раш был ее братом? Мейс был ее братом, но Раш и Мейс не были братьями.

Она принесла тебе чек и обещает принести больше, когда сможет. Это похоже на человека, который украл твое зеркало? Нет не похоже. Так что успокойся, черт тебя дери, и подумай об этом дерьме прежде, чем так реагировать. Тебе черт, уже не десять лет, Нан. Повзрослей, - Раш был явно раздражен.

Я ухожу. Я вернусь с оставшейся суммой, как только смогу, - снова сказала я и поспешила вниз по лестнице.

Возможно, мне стоило остаться и продолжить защищать себя. Но был шанс, что Раш мог начать верить ей и тогда, я бы не смогла получить работу в его доме. Мне придется подождать прежде, чем звонить Блэр насчет работы. У меня хотя бы был свидетель, который видел, что я отдала какую-то часть денег за зеркало и пообещала в скором времени заплатить еще.

Отсюда до дома было восемь миль пешком (почти 13км). У меня будет достаточно времени подумать над тем, чем я буду заниматься оставшуюся неделю, учитывая, что теперь у меня не было работы.

Мейс

Мой телефон зазвонил, когда я заходил в дом после долгого дня, проведенного на скотном дворе.

Это был Раш.

Привет, - сказал я, не привыкший к его звонкам.

Нан вернулась домой, - сказал он, не особо счастливый по этому поводу. Не могу сказать, что винил его, но я все же думал, что он любил свою сестру.

Да уж, - сказал я, думая о том, как это дерьмо касается меня.

Ты что-нибудь знаешь о зеркале в доме Нан?

Дерьмо! Я забыл о зеркале. И Нан вернулась домой. Твою мать. Вчера Риз должна была убираться там. Внезапно, ее головная боль стала иметь долбанный смысл.

В то первое утро, когда я встретил Риз, она упала, вытирая окно, и чертово зеркало разбилось рядом с ней. Оно глубоко порезало ей руку. Мне пришлось везти ее накладывать швы. Я забыл об этой проклятой вещи. Я думал Нан даже не заметит, - но я знал, что она заметила. Поэтому Раш звонил мне. Если она была груба с Риз, я навещу ее и, это не будет гребанным желанным визитом.

Она бы и не заметила . Если бы Риз не сказала ей и не пообещала заплатить, - сказал Раш по-прежнему чем то раздраженный.

Вот дерьмо! Я должен был заменить проклятую вещицу. Я просто … я был занят делами и забыл.

Да, ты должен был сделать это. Сегодня она принесла Нан чек на две тысячи четыреста долларов, после того как Нан уволила ее из агентства. Я так думаю, она потеряла и другие рабочие места. И она чертовски разбита. Я собирался забрать у Нан чек, но я боялся, что она примет меры против Риз, или сделает какую нибудь глупость. Думаю сейчас Риз нужно немного помочь.

Две тысячи? Какого черта! Сколько Нан хочет за свое долбанное зеркало?

Она была самой подлой и мстительной сукой, которую я когда-либо встречал. Когда она предложила помочь Харлоу с переливанием крови, после рождения Лилы Кейт, я на мгновение подумал, что у нее есть сердце. Но видимо его нет.

Она утверждает, что оно стоит пять тысяч и привезено из Парижа. Я считаю это полной чушью, но она решила получить за него свои деньги. Я подумал, что остановлю это, если ты сам не сделаешь этого. Просто я знаю, если бы Блэр столкнулась с этим дерьмом, я бы хотел быть тем, кто все исправит. А не чтобы это сделал кто-то другой.

Я буду там утром. Не позволяй Нан снова приближаться к Риз. Я приеду разобраться с этим дерьмом и заберу Риз с собой. Я не могу сосредоточиться на работе, потому что мои мысли всегда с ней. Я хочу, чтобы она была здесь.

Нан пока будет держаться подальше. Я не был рад этому, и она знает, что я разозлился. Я так же поставил ее в известность, что она наехала на твою девушку. Она не очень хорошо восприняла эту новость. Когда я уходил, она говорила что-то вроде « я не верю в это гребанное дерьмо», - усмехнулся Раш. Но мои мысли были уже в другом месте. У меня были планы, которые я должен был выполнить, и девушка, которую я должен был убедить переехать ко мне в Техас.

После того, как я закончил разговор с Рашем, я начал собираться, а также звонить отчиму и Мэйору. Я сказал им, что мне нужно уладить кое-какие дела за пределами города, и что я оставляю им список дел, в которых мне понадобится их помощь, пока меня не будет.

Затем я направился в аэропорт и взял первый рейс, на который смог попасть.

Сразу же не поехать к Риз, было достаточно тяжело. Но сначала я хотел все уладить с моей «дорогой сестричкой». Самолет приземлился ближе к полуночи. Я попросил Раша прислать в аэропорт грузовик, который я обычно одалживал, когда был в городе.

Было немного за два часа ночи, когда я подъехал к воротам Нан, и набрал код на панели системы безопасности. В доме все еще горел свет. Она пока не спала. Отлично. Мне не придется будить ее.

Я не стал беспокоиться о звонке, я просто воспользовался кодом и прошел внутрь. Я слышал звук телевизора и смех из комнаты отдыха. Я прошел через холл и направился в сторону шума.

Нан была на диване с бокалом вина в руке, рассказывая другой девушке, сидящей напротив нее, о чем-то очень веселом. Я никогда не думал о Нан, как о веселом человеке. Или как о хорошем рассказчике.

Ее глаза остановились на мне и, она дернулась, прежде чем злость сверкнула в ее глазах.

- Ты не можешь вот так врываться в мой дом, Мейс. Я звоню в полицию, - отрезала она.

Пожалуйста, сделай это. Я просто позвоню нашему отцу, и позволю ему решить эту проблему, так как, в конце концов, это его дом. Он мне несколько раз дал понять, что я могу пользоваться домом, когда захочу.

Как я и предполагал, мои слова охладили ее. Она ненавидела любую причину, которая могла привлечь в ее жизнь Киро. И она также знала, что я был прав. Это был не ее дом. Она не платила за него или за какую-нибудь чертову вещь в этом доме. Я узнал об этом немного, когда позвонил Киро, пока ждал свой рейс. Он заплатил за дом вместе с мебелью. Она даже не покупала это зеркало. Сука.

Настоящая сука.

Не могу поверить, что ты здесь из-за нее. Она была моей домработницей, Мейс. Уверена ты можешь позволить себе, что-нибудь получше. Это как-то низко для сына Киро. Дорогой папочка знает, что ты трахал прислугу пока был здесь? - в Нан была такая озлобленность, какую я не видел ни в ком из людей ее возраста. Она пожирала ее. Делала ее жестокой и бессердечной. И такой чертовски мелочной.

Это единственное предупреждение сестренка. Скажешь еще хоть одно плохое слово о Риз, и сделаю, так что ты будешь годами жалеть об этом. Ты меня поняла? Потому что, клянусь Богом, я чертовски серьезен.

Она зарычала и повернулась к своей подруге.

- Лэни прости за это. Я уверена, он уйдет, как только перестанет скулить.

Я едва взглянул на рыжую, но этого было достаточно, чтобы понять, она заинтересована в моем присутствии здесь больше чем Нан.

- Я звонил Киро. Этот дом купили вместе с мебелью. То проклятое зеркало не стоит пяти тысяч. Кроме того, я провел кое какие исследования. Риз упала и получила открытую рану на руке в твоем доме, из-за твоих вещей, пока работала здесь. Затем, за это ее уволили. Я ее свидетель, потому что я был здесь и был тем, кто повез ее в больницу наложить швы. Об этом есть медицинская запись. Я вижу, что Риз нужен адвокат, потому что у нее в руках возможность возбудить дело. Это ситуация, одно большое хреново судебное дело, которое ждет случая начаться. Она была травмирована на работе и затем уволена. Она может засудить агентство, и она, твою мать, может засудить тебя. Разве это не станет сенсацией?

Нан выпучила глаза, и я наслаждался каждой чертовой минутой, пока смысл моих слов доходил до нее.

Я даже собираюсь предложить ей засудить тебя за те деньги, что она уже отдала тебе, плюс потребовать миллион долларов за боль и страдания. В конце концов, ты же дочь Киро Меннинга. Возможно, она даже потребует что-то большее. Ты можешь себе это позволить.

Нан засмеялась, но смех был вымученным.

- Она не может позволить себе чертового адвоката. Такое не может произойти.

Ей не придется ни за кого платить. Я уже позвонил своему юристу.

Нан поставила свой бокал и встала.

- В самом деле, Мейс? Ты тоже? Вся проклятая семейка ненавидит меня. Теперь ты примешь сторону какой-то девчонки, которую трахаешь?

Я сделал шаг в ее сторону, напоминая себе, что я не бью женщин. Но проклятье, это было тяжело, я хотел свернуть ей шею.

- Никогда. Не смей. Снова. Говорить. Такое. О Риз. Она намного больше, чем ты когда-либо могла себе представить. Она даже не знает, что я здесь, потому что она не рассказала мне обо всем этом дерьме с тобой. Это сдела Раш, - я позволил ей осмыслить мои слова. Затем еще кое-что добавил. - Ты заставляешь себя ненавидеть, Нан. Прекрати быть сукой.

Я сказал все, что хотел сказать. Развернувшись, я направился к двери.

Раш позвонил тебе? - ее голос звучал намного тише. Даже брат, которого она обожала, который любил ее, когда никто этого не делал, устал от ее заскоков. Наконец-то она поняла это.

Ага. Он позвонил. Ему тоже было ненавистно смотреть, как Риз страдает от твоих злых рук, - сказал я, обернувшись к ней.

Она больше не выглядела злой. «Павшая духом» больше подходило под описание. Было стыдно, но не одна даже мелкая частичка меня не беспокоилась об этом. У нас был общий отец, но я ненавидел эту женщину. Ни только за то, как она поступила с Риз, но и за то, как она издевалась над Харлоу, когда та впервые приехала в Розмари Бич. Меня тяжело заставить ненавидеть, но Нан прилагала все усилия, чтобы вызывать в людях именно такие эмоции.

Постой. Вот, забери этот проклятый чек. Мне больше не нужны деньги. Но я не хочу когда-либо снова видеть ее. Она не получит назад свою работу.

Я повернулся и взял чек из ее вытянутой руки. Она просто оставила все сбережения Риз здесь на кофейном столике под вазой с фруктами, словно это была салфетка.

Аккуратно сложив его в карман, я в последний раз с жалостью посмотрел на Нан.

- Надеюсь когда-нибудь ты поймешь, что злоба и противный характер совсем непривлекательны. Через какое-то время ты можешь заставить всех отвернуться от тебя. Выбрось это дерьмо, которое управляет твоей головой и изменись. Потому что ты уже практически всех потеряла. Не потеряй и Раша.

Боли отраженной в выражении ее лица, было достаточно. Я ушел.

Я был готов пойти и позаботиться о мой девочке.

Риз

Что-то звонившее на расстоянии прервало мой сон, и я покрутилась по кругу в поисках источника звука. Я не увидела ничего кроме облаков вокруг меня. Звонок прекратился, но затем снова зазвонил. Разочарованно я топнула ногой, но потом до меня дошло. Это был сон.

Мои глаза открылись, а звонил мой сотовый телефон. Потирая глаза, я села и начала его искать, все еще не много дезориентированная. Солнце еще не взошло, и на улице было по-прежнему очень темно. У меня ушла целая вечность, чтобы заснуть.

Мой телефон продолжал звонить, пока я наконец-то не увидела его экран, светящейся в темноте. Я вылезла из постели его с того места на полу, где он валялся. Ковбойские ботинки. Мейс.

Привет, - сказала я хриплым шепотом.

Кое-кто стоит у твоей двери. Не могла бы ты открыть ее, тогда вы двое сможете залезть в кровать и уснуть? - сказал он своим глубоким, сексуальным голосом на том конце линии.

Я нахмурилась, а затем услышала стук. Мне понадобилось пару секунд, чтобы понять, что Мейс был у моей двери. Я бросила телефон на кровать и побежала открывать дверь. Почему он был здесь? Его вечерний звонок был слишком коротким, это заставило меня волноваться. Он даже не попросил меня почитать ему.

Вот почему. Он ехал увидеть меня.

Я распахнула дверь, и он вошел в квартиру, выглядя как всегда идеально. Потом я вдруг поняла, что мои волосы, должно быть, торчали во все стороны. Я даже не посмотрела в зеркало.

Но он был здесь. Больше меня ничего не беспокоило.

Прости, я разбудил тебя, но я не хотел спать всю ночь в грузовике, когда я могу забраться в кровать и спать с тобой в моих объятиях.

Полный экстаз. Этот мужчина и его слова.

Я улыбнулась. Я была так счастлива, видеть его и ничего не могла с этим поделать. Я знала, что на моем лице была глупая улыбка, которая всегда появлялась, когда у меня кружилась голова. А оттого что Мейс был здесь, у меня кружилась голова. Я не ожидала увидеть его так скоро, и после такой неприятной недели, мне было это необходимо.

Просто то, что он был рядом, исправляло все.

Он сократил между нами расстояние и с веселой ухмылкой провел рукой по моим волосам. - Мне это нравится. Видеть тебя такой.

Мне хотелось раствориться в нем.

- Ты здесь, - все, что я смогла сказать.

Он кивнул.

- Я здесь. Мы можем поговорить об этом завтра. Давай отведем тебя обратно в кровать.

Он собирался лечь со мной. Это было … ох, черт. Мне это снилось. Я бы поспорила, что это сон. Только так все имело смысл. Я не хотела, чтобы это было сном. Я хотела, чтобы он был здесь, черт возьми.

Ущипни меня, - сказала я ему, когда его рука скользнула на мою поясницу.

Он нахмурился.

- Зачем мне это делать?

Чтобы доказать, что я не сплю, - объяснила я.

От его глубокого смеха все внутри меня покалывало.

- Как насчет того, чтобы я сделал это? - сказал он, прежде чем его губы накрыли мои.

Я начала открываться для него, когда он нежно захватил мою нижнюю губу и слегка прикусил ее, заставив меня подпрыгнуть.

- Видишь малышка? Ты не спишь, - сказал он, скользя рукой вниз к моим ягодицам и сжимая их еще раз, прежде чем переместить руки на мою поясницу.

Я хотела еще большего, но он снова повел меня в спальню.

Почему ты здесь? - спросила я, когда он расправил помятое одеяло и расстелил его для меня. Я послушно залезла под него.

Потому что мне было необходимо увидеть тебя, - сказал он просто.

Я наблюдала, как он стянул свои ботинки и расстегнул фланелевую рубашку, бросая ее на стул. На нем была майка, которая так сильно обтягивало его тело, что я могла разглядеть каждую красивую линию на его груди и спине. Когда он повернулся чтобы лечь в постель рядом со мной, я отогнула для него одеяло. Я не хотела, чтобы он думал, что ему по-прежнему нужно спать поверх него. На нем все еще были его джинсы. Они не могли быть настолько удобными.

Ты можешь снять свои джинсы. Так ты будешь спать лучше, - сказала я ему, прежде чем он сел на кровать рядом со мной.

Он замер на несколько секунд, а потом начал расстегивать свои джинсы. Я чувствовала его взгляд на мне пока он это делал, но я была слишком скованна, чтобы смотреть ему в лицо. Его большие руки быстро расстегнули джинсы, и они соскользнули с его крепких, мускулистых бедер. Мне пришлось глотнуть воздух. Я забыла, как дышать.

Ты уверенна, что это нормально для тебя? Детка, я могу спать и в джинсах.

Он беспокоился, что я разволнуюсь, если он будет в нижнем белье. Ну, я была взволнована, правда по другой причине. Мейс Меннинг в белых боксерах был действительно очень хорош. Я паниковала после того как разбила зеркало, так что любоваться им в тот день не входило в мои планы, но в данный момент …

Со мной все хорошо. То есть я имею ввиду, ты хорош. То есть, я в порядке и … ох, просто ложись в кровать, - пробормотала я.

В этот раз Мейс ухмыльнулся. Затем лег рядом со мной, но он старался не касаться меня. В прошлый раз я так плохо отреагировала на ласки и прикосновения, что теперь он стеснялся тронуть меня. Но я не уверена, что смогла бы сама придвинуться к нему или попросить его об этом. Мысль об этом вгоняла меня в стрессовое состояние.

Это не имеет никакого значения. Не сейчас. По какой то причине, сегодня ночью Мейс был здесь. Я свернулась калачиком рядом с ним и он притянул меня ближе, но больше он ничего не сделал. Посмотрев на него, я увидела, как его длинные ресницы коснулись его щек. Он уже закрыл глаза. Довольно улыбнувшись, я тоже закрыла глаза.

В следующий раз, когда я открыла глаза, солнце пробивалась сквозь жалюзи, а Мейс лежал на своей стороне кровати со мной в своих объятиях. Я отклонила голову, чтобы посмотреть проснулся ли он. Его глаза были по-прежнему закрыты, но его руки крепче сжали меня, когда его губы растянулись в улыбке.

Ты проснулась? - спросил он неуверенно, затем медленно открыл глаза и встретил мой взгляд.

Да, - ответила я, чувствуя себя слишком возвышенной в жизни, для девушки у которой нет ни работы, ни денег.

Хмм … хочешь рассказать мне все о прошедшей неделе сейчас или за кофе с вафлями?

Улыбаясь, я поцеловала его руку.

- Это твой способ попросить меня приготовить тебе вафли?

Он, улыбаясь, пожал плечами, словно знал, что может заставить меня сделать все что угодно.

Возможно.

Я снова поцеловала его руку.

- Тогда ты должен позволить мне встать, чтобы я могла приготовить их.

Он наклонил голову, и его губы нежно скользнули по моему лбу.

- Но мне с тобой так хорошо, ты такая мягкая и свернувшаяся в моих руках.

Я должна согласиться, это было моим самым любимым местом на свете.

Почему бы тебе сейчас не рассказать мне о своей недели? - сказал он, более серьезным тоном.

Он спрашивал меня об этой недели, словно он уже все знал.

- Я разговаривала с тобой прошлым вечером по телефону. Ты знаешь, как прошла эта неделя, - сказала я, проверяя его.

Нет … я знаю только то, что ты мне сказала. Я хочу знать всю историю. Без упущений. - Из его голоса пропало поддразнивание. Он знал. Вот почему сейчас он был здесь.

Кто тебе сказал? - спросила я, отстраняясь от него или хотя бы пытаясь это сделать. Но он продолжал крепко держать меня.

Ты должна была сделать это, - был его ответ.

Это не твоя проблема.

Это привлекло его внимание. Его глаза широко распахнулись и, он быстро передвинулся. На секунду я подумала, что он собирался встать, но он перевернул меня на спину и, расположив руки по сторонам от моей головы, навис надо мной.

- Все что тебя касается, моя проблема. Ты моя. Даже если бы я не знал, что случилось в тот день. Даже если бы Нан не была моей сестрой. Это моя проблема, потому что это ранит тебя. Это приносит тебе боль. - Его голос смягчился на последнем предложении. Он опустил тело, но не прижался ко мне. На несколько секунд, он уткнулся носом в мою шею, и все мое тело ожило. Ощущение тепла распространилось во мне. - Когда тебе больно, это разрывает меня на части. Когда ты счастлива, я чувствую себя властелином этого гребанного мира.

Этот мужчина был слишком хорош.

- Ты должен управлять ранчо и у тебя своя жизнь в Техасе. Я не хотела тебя этим беспокоить.

Мейс вздохнул и поцеловал мою скулу, прежде чем передвинуться и посмотреть на меня.

- Я должен управлять ранчо и оно в Техасе. Но ты главнее всего этого. Если я нужен тебе, ты всегда будешь на первом месте.

Я люблю тебя, эти слова были на кончике моего языка. Я хотела, чтобы он знал об этом. Но он не говорил мне таких слов. Я боялась, что он подумает, что я наивна и перепутала понятие наших отношений. Так что, я оставила их внутри себя. Но я выкрикивала их в моей голове и душе. Я любила этого мужчину.

Твой чек в кармане моих джинс. Нан отдала его мне прошлой ночью. Ты ей ничего не должна. Она не покупала то зеркало. Киро купил дом вместе с мебелью. Это все его, и ему насрать на то зеркало.

Я уставилась на него. Я не знала, что на это сказать. Я видела ярость на лице Нан. У меня не было уверенности, что она согласиться с этим. Когда Мейс уедет, полицейские скорее всего появятся здесь и арестуют меня. Те деньги, что я отдала ей, были доказательством того, что я намеревалась заплатить ей всю сумму.

Мейс мне нужно, чтобы те деньги были у нее.

Он покачал головой. - Все улажено. Она больше не побеспокоит тебя.

Когда он уедет, она сделает это. - Ты не можешь защитить меня от всего.

Я могу защитить тебя от моей сестры. И черт да, я могу защитить тебя от всего. Отправляй все это дерьмо ко мне. Я разберусь. - Он улыбался, но в его глазах я видела насколько он был серьезен.

Мейс, - начала я, но он прижал к моим губам палец.

Я взял это на себя. Я все уладил. Она боится, что ты подашь судебный иск. Ты поранилась во время работы у нее дома, затем тебя оттуда уволили. Она больше не свяжется с тобой. Черт, возможно, какое-то время она даже не будет дышать с тобой одним воздухом. Я очень четко расписал ей, что я сделаю, если она еще хоть раз наедет на тебя.

Я не буду подавать на нее в суд из-за того, что я упала и разбила зеркало.

Она не знает об этом, детка. И это все что имеет значение, - он перекатился через меня и встал. Я была благословлена видом его ягодиц в этих белых боксерах. Боже благослови Америку и задницу Мейса Меннинга.

Ты собираешься поднять эту сладкую попку и приготовить мне вафли? Потому что детка, если ты продолжишь смотреть на меня как на еду, я могу соблазниться и вернуться в кровать и удостовериться в том, что у тебя в голове.

Я бы хотела, чтобы он вернулся в постель и делал со мной разные вещи. Для меня. Но я не хотела его просить заняться со мной этим. Я не была уверена, как смогу сделать это. Я знала почему он хотел чтобы я сама попросила его, но … мысль об этом по-прежнему смущала меня.

Как кто-то может попросить мужчину потрогать ее вагину?

Сжавшись от этой мысли, я встала и широко ему улыбнулась.

- Я собираюсь приготовить тебе вафли. Надень джинсы, чтобы я не отвлекалась.

Мейс засмеялся, а я поспешила в ванную причесаться и почистить зубы.

Затем я пошла и приготовила своему парню вафли, пока он стоял по другую сторону бара и наблюдал за мной.

Мейс

Я собирался сойти с ума, если она еще раз наклонится и покажет мне эту родинку. Мне пришлось есть свои вафли и наблюдать за тем, как она мешала тесто в майке, не надев лифчик. Это был чертовски шикарный вид. Но сейчас она убирала кухню, и продолжала наклоняться.

Я предложил убраться, но она вытолкнула меня из тесного уголка, и сказала, что сделает это быстрее, потому что знает, где что лежит. Так что сейчас я удостоился вида ее попки и этой родинки. Моей родинки.

Я любил эту родинку.

Черт, я был возбужден. Она меня так завела, а я так пытался быть хорошим. Но я знал, как эта попка ощущалась в моих руках, и эти сладкие соски, сжатые под моим языком.

Застонав, я отвернулся от самого прекрасного вида, который когда-либо видел, и прошел, чтобы сесть на диван.

Я сел и мне пришлось поправить мой чертов член. Мои джинсы внезапно стали слишком тесными, и молния оставит на нем свою отметку, если я не возьму себя в руки. Я должен был подумать о чем-то другом, кроме тела Риз.

Первым кто мог загнуть в рог мой стояк — была моя мать. Она бы хотела узнать, куда я уехал. Я должен был позвонить ей и все объяснить. Я позвонил только своему отчиму. Но с ней я не объяснился. Что означает, она задаст мне кучу вопросов. Я был готов рассказать ей о Риз. Я хотел поговорить о ней. Моя мама возможно единственный человек, который захочет услышать, как я буду рассказывать о ней.

Ты в порядке? - голос Риз ворвался в мои мысли, и, повернувшись я увидел, что она идет ко мне. Эти длинные ноги и … черт, ее грудь подпрыгивала. Ей нужен лифчик. Мне нужно чтобы она надела лифчик. Стояк, который мне удалось унять, вернулся с удвоенной силой. Чтоб меня.

Со мной все хорошо, - заверил я ее, и она подошла ко мне и села рядом, подогнув ноги и облокотившись на меня. Мягкая плоть прижалась ко мне и, мой пульс участился. Сладкий запах корицы коснулся моего носа и, я вытянул ноги, надеясь дать себе немного больше места в этих джинсах.

Ты не так хорошо выглядишь. Ты морщишься, - сказала она, дотягиваясь и обхватывая мое лицо. Так чертовски мило.

Я стараюсь быть хорошим, детка. Но когда я вижу тебя, очень сложно сделать это, - признался я.

О, - тихо сказала она. Почти шепотом. Затем ее взгляд упал на мои колени, и она затаила дыхание.

Невозможно было скрыть тот факт, что я был тверд как скала. У меня не было таких проблем со старшей школы. У меня больше не было пустых стояков, только если я не собирался заняться делом. Хотя одного взгляда на Риз хватало, чтобы мой член встал весь в боевой готовности.

Выглядит так, словно там очень тесно, - сказала она, по-прежнему шепотом, словно кто-то другой кроме меня мог ее услышать.

Так и есть.

Она сделала еще один быстрый вдох, затем потянулась, чтобы коснуться моей ноги. Я был очень близок к тому, чтобы начать умолять ее прикоснуться ко мне. Мой мозг терял кровообращение каждую секунду, и вся кровь направлялась к югу от него.

- Ты вынешь его и позволишь мне … Я хотела сказать, можно мне потрогать его?

Черт ДА!

Мои руки метнулись к ширинке и расстегнули ее в рекордное время, затем я стянул джинсы с бедер, достаточно, для того чтобы мой член спокойно встал. Она так пристально наблюдала за мной, что клянусь, я был готов взорваться только оттого, что она смотрит на него.

Ее пальчики медленно погладили твердую выпуклость через мои боксеры. Я не стал их снимать. Я не был уверен, что она готова увидеть мой член.

Ты можешь их снять? - спросила она, посмотрев мне в глаза, затем вернула взгляд к моим ногам.

Это девочка спрашивала меня, словно я мог сказать ей, нет. Мой член больше месяца назад решил, что он хочет выступать только для нее. Она владела им также, как владела мной.

Я остановился и посмотрел ей в лицо, чтобы удостовериться, что она готова, перед тем как спустить боксеры и дать ей увидеть то о чем она меня просила. Мне совсем не хотелось чтобы от вида моего члена она вскочила и понеслась обливать свое лицо водой. Мысль о том, что я могу напугать ее таким способом, убивала меня.

Ее рука, словно в замедленном действии, потянулась к нему, пока один из ее пальчиков не пробежался по твердой опухшей головке и венам по всей длине. Я не мог дышать. Кислород отказывался поступать в мои легкие.

- Скажи мне как прикасаться к нему, сказала она, проводя пальчиком по головке.

Она хотела, чтобы я черт еще и говорил? Сейчас?

- Обхвати, — сказал я, затем вдохнул немного воздуха. - Обхвати его рукой, и скользи вверх и вниз.

Она сделала так, как я сказал, и мое зрение заволокло звездами. Мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы прочистить взгляд. Я посмотрел вниз на ее маленькую ручку вокруг моего члена, и я был готов выстрелить первыми каплями семени. Она остановилась. Ее глаза взметнулись к моим.

Тебе это нравится? - спросила она, тяжело дыша. Это возбуждало ее. Черт, ее соски были твердыми и торчали сквозь тонкую майку.

Ты даже не представляешь как сильно, - едва сдерживаясь, ответил я.

Она усилила хватку, скользя рукой вверх, и ее глаза расширились, когда прозрачная жидкость появилась на головке.

Чееерт, - простонал я, и откинул голову на спинку дивана. Я был в какой-то форме нирваны, и я не хотел возвращаться назад.

Слишком крепко? - невинно спросила она.

Боже, детка, нет. Слишком хорошо, - задыхаясь, ответил я.

Ее хватка осталась крепкой, и она еще энергичнее стала двигать рукой вверх и вниз по моему члену. Мой рот снова приоткрылся и, я схватился за ручку дивана.

Ты кончил или ты … собираешься кончить еще? - спросила она, когда первые выделения покрыли мой член в ее руках. Она не испугалась и не отпрянула, вместо этого она использовало это как смазку.

Ты продолжай делать так и я … взорвусь.

Маленькая шалунья улыбнулась. Она наслаждалась этим. Чтоб меня … это было уже слишком. Я хотел оттянуть момент и подольше насладиться этим. Я не хотел до смерти напугать ее и кончить в ее руку. Но меня совсем не привлекало позволить ей отпустить меня и завершить все самому, кончив себе в руку.

Я повернул голову, чтобы посмотреть на нее, и это было ошибкой. Она зажала зубами нижнюю губу, и с каждым движением ее руки ее груди подпрыгивали. Я был готов.

Я сейчас кончу, - сказал я, убирая ее руку от меня.

Постой, нет, - сказала она, снова касаясь меня.

Детка, я собираюсь —

Приближающееся наслаждение и ее запах поглотили меня. Я выкрикнул ее имя, когда сделал именно то, о чем я ее предупреждал. Она продолжала двигать по мне своей рукой, а я продолжал чертовски кончать. Откинувшись на диван я, подумал, что возможно стонал. Я уже ни в чем не был уверен. Мой мозг расплавился, и мое тело пело от удовольствия настолько сильного, что я не был уверен, что смогу ходить.

Потом ее рука прекратила двигаться, и я глубоко вздохнул.

Святое дерьмо, это было … невероятно, - сказал я смотря на ее маленькую ручку покрытую моими выделениями.

Один этот вид вернул к жизни мой член. Проклятье, она превращала меня в животного. Я получил лучший оргазм в жизни благодаря ее руке.

Позволь мне очистить тебя, - сказал я, натягивая белье и вставая, чтобы подтянуть джинсы на бедра. - Я принесу тряпку, - начал я, но она встала и улыбнулась мне.

Я пойду и смою это, - заверила она меня. Затем толкнула меня обратно на диван. – Кажется, тебе необходима парочка секунд чтобы прийти в себя.

Моя девочка умела шутить. Я засмеялся, а она оглянулась и подмигнула мне. Она, мать вашу, подмигнула мне.

Риз

Я вымыла руки теплой водой и посмотрела на глупую улыбку на моем лице. Я сделала это. Я заставила Мейса стонать и кричать и даже схватиться за диван, словно от этого зависела его жизнь, пока он не кончил. Я. Я сделала это. И не разу мои мысли не вернули меня в то темное место. Я была полностью поглощена наблюдением за Мейсом и осознанием того, что это я дарила ему удовольствие. Это было возвышено. Я каким-то образом сходила с ума от этой возвышенности.

И потом, то, как он смотрел на меня, с благоговением, словно я была бесценным подарком. Он всегда заставлял меня чувствовать себя особенной, но в тот момент, я чувствовала себя богиней. Его богиней.

Ты очень довольна собой, - сказал он глубоким голосом, и я увидела через зеркало, когда он вошел и встал позади меня. У него на лице была ленивая, удовлетворенная улыбка, и это я добилась этого. Я была довольна собой.

Так и есть, - призналась я.

Он отодвинул мои волосы от шеи и прижался туда поцелуем.

- Ммм -хмм, это так мило и сексуально, - сказал он шепотом. - Но это также чертовски горячо.

Я почувствовала, как мою кожу покрыли мурашки, когда его язык выскочил и лизнул мою шею.

- Вот только у меня есть одна маленькая проблема, - сказал он, затем прикусил мое ушко.

Да?

Его рука прижалась к моему животу и потянула к нему.

- Да, проблема. Ты увидела, как я кончил на твою руку. Теперь я хочу увидеть, как ты кончишь на мою, - сказал он, пока его пальцы дразнили, касаясь резинки моих шорт.

Мы пытались сделать это раньше. Я запаниковала. Я не хотела испортить это утро.

- Что если я не готова? - спросила я, не способная отрицать то, что его прикосновения к моим ягодицам заставляли меня дрожать от волнения.

Он остановился, но только на мгновение, а затем его рот осыпал поцелуями дорожку от моей шеи к моему плечу.

- Я думал об этом. Я много думал об этом. Мне надо чтобы ты оставалась со мной, когда я прикасаюсь к тебе. Так что я хочу попробовать еще раз, но я не перестану говорить с тобой. Я буду подбадривать тебя все время и удостоверюсь, что ты знаешь, что рядом с тобой я. Мы можем попробовать?

У меня ныла грудь, но между ног я чувствовала пожар. Я хотела этого. Мое тело хотело этого. И я любила Мейса. Он хотел этого.

- Ладно, - ответила я.

Черт спасибо, - прорычал он. Он поднял меня, словно ребенка, отнес меня на кровать и лег рядом со мной. - Ты так хорошо пахнешь. Когда я возвращаюсь домой, лежу по ночам в своей постели, я продолжаю чувствовать твой запах. Он дразнит меня. Я хочу, чтобы ты была там. Со мной, - прошептал он мне в ухо, медленно скользя своей рукой в мои шорты. На мне не было трусиков и, он скоро поймет это.

Когда он, проскользнув ниже, понял это, он остановился.

- Детка, ты не носишь трусики, - сказал он глубоким голосом.

Я повернула голову, чтобы видеть его.

Взгляд его глаз был почти такой же, какой был, когда я прикасалась к нему. Это его очень возбуждало.

Между моих ног стало еще влажнее, и меня смутило, что он узнает, насколько он меня завел.

- Раскрой свои ножки. Для меня, пожалуйста. Позволь мне прикоснуться к тебе. Я хочу увидеть, как ты кончаешь. Ощутить твою влагу на моих руках. Ты можешь дать мне это, Риз? Я так сильно хочу этого.

Я нервно сглотнула.

- Я уже мокрая, - сказала я, стесняясь даже того, что мне пришлось сказать это.

В его глазах вспыхнуло что-то такое сильное, и это заставило мое сердце пропустить удар. Его пальцы скользнули по моему бугорку и ниже к складкам. Боль от желания, которая мучила меня все утро, теперь пульсировала, и мне пришлось схватить его за руку, чтобы не упасть с кровати.

Ох, черт, - тихо простонал он, и уткнулся лицом мне в шею.

- Самая сладкая киска в мире стала такой мокрой для меня.

Он обрадовался этому. Я бы вздохнула с облегчением, но его пальцы начали двигаться и, все что я могла сделать, это издавать звуки и крепко держаться за его руку, сжав в кулак другой руки простыни.

Это все я. Моя рука между твоих ног. Мои пальцы прикасаются к твоей маленькой киске. Я, детка. Я. Это все мое. Я всегда буду заботиться о тебе. Никто и ничто не причинит тебе боль, - он тихо говорил мне на ушко. Я дрожала и прижималась к нему.

Он хотел, чтобы я все время была с ним, и у него это прекрасно получалось. Не думаю, что я могла бы быть где-нибудь еще.

Когда ты будешь готова, я собираюсь прикоснуться к ней ртом, - сказал он, пробегая пальцами по моей самой чувствительной точке. - Я собираюсь лизать эту кнопочку, пока ты не станешь кричать и хватать меня за спину, кончая на мое лицо. Ты полюбишь это. Клянусь, полюбишь. Ты будешь держать мою голову там внизу, и умолять меня не прекращать. Потому что это буду я.

Во мне нарастало давление чувства, и знала, что это было. Однажды я довела себя до такого состояния, до того как … произошли другие вещи. Я играла с собой, фантазируя в голове о мальчиках из школы, пока ночью лежала в своей постели. Но это было чем-то намного сильнее. Чувство были похожи, но было мощнее. Я хотела этого. Я хотела этого с Мейсом.

Вот так детка. Позволь мне почувствовать твое удовольствие. Отдай его мне. Я хочу увидеть, как ты распадаешься на кусочки ради меня. Хочу увидеть, что моей девочке хорошо в моих руках. Ты так красива.

С этими словами, я распалась на части, выкрикивая его имя, пока мое тело сотрясалось, а он крепко прижимал меня. Его рука оставалась на мне, сжимая меня и пронося по волнам экстаза. Я повторяла его имя. Я слышала свой голос на расстоянии.

Он называл меня деткой и говорил, что я была невероятной.

Я не хотела возвращаться. Это было путешествие, в котором я хотела провести всю свою жизнь.

Но, в конце концов, меня стало отпускать, и я медленно вернулась на землю. Руки Мейса по прежнему обнимали меня, прижимая меня к нему. Он тяжело дышал, его глаза потемнели и горели, когда он смотрел на меня.

- Боже, ты великолепна, - выдохнул он, я моргнула и наконец то сфокусировалась на нем.

Я пока не могла говорить. Это было совсем не то, что я испытала тогда, в своей постели, когда я была помоложе. Мои пальцы не могли сделать со мной такого. Это вообще было нормально? Это было так хорошо, что должно быть опасным. И я снова хотела сделать это. Сейчас же.

Я не хочу убирать руку. Она покрыта тобой, и я хочу, чтобы она такой и оставалась, - сказал он, подняв голову и поцеловав мой нос. - Это было самым эротичным зрелищем, которое я когда-либо видел. Клянусь Богом, я так запал на тебя, что больше не вижу ничего вокруг. Я останусь в этой кровати, и буду снова и снова заставлять тебя кончать, если ты позволишь мне.

Я позволю ему. Мне нравилась эта идея. Очень.

Мейс

Я мог бы умереть счастливым человеком. Мне было жаль других мужчин в этом мире, потому что они никогда не узнают, как выглядит Риз, когда кончает. Я знаю. Она моя. Понимание этого колотилось в моей груди. Я боролся с этим чувством. Но Боже, я хотел этого.

Риз вышла из ванной одетая в голубые джинсовые шорты и бледно желтую блузку, которая завязывалась на талии. Она выглядела молоденькой и свежей. Я хотел снова затащить ее в постель и проникнуть через все эти вещи. Смотреть, как она становится шалуньей и трахает мою руку так, словно от этого зависит ее жизнь.

Но сегодня она дала мне достаточно. Я не собирался снова на нее давить. Не тогда, когда сегодня утром у нас был такой успех. То, что я говорил с ней и держал ее со мной все время, не только сработало, но еще сильнее возбудило ее. Чем больше я говорил, тем больше она заводилась.

Сейчас этого было достаточно.

Когда тебе нужно уезжать? Спросила она, врываясь в мои мысли и напоминая мне, что я должен покинуть ее.

Я хочу поговорить с тобой об этом, - сказал я, думая о том, как попросить ее съехаться со мной на пару штатов подальше отсюда. Это звучала немного по сумасшедшему, зато честно. Мне было все равно. Она была моей единственной.

Она приподняла бровь и склонила голову, словно ожидая моих слов.

Я хочу чтобы ты … переехала … в Техас … со мной … в мой дом.

Это было совсем не легко.

То как у нее отвисла челюсть, а глаза превратились в блюдца, доказывало, что я не правильно подошел к этому вопросу. Черт.

Ч — что? - выпалила она.

Я провел руками по лицу и сдержал разочарованное рычание. Она заставляла меня говорить разное дерьмо. Я так много работал над нашими отношениями, что не мог трезво оценить ситуацию. Я просто выплеснул на нее все. Я никогда ничего не хотел так сильно, как эту женщину в моей постели, каждую ночь до, конца моей жизни.

У тебя нет работы, кроме твоих вылазок к Харлоу, и у тебя здесь нет семьи. Нет никаких причин оставаться. Я могу найти другого учителя, который будет с тобой заниматься в Форт-Уорте. Это единственное, что держит тебя здесь. Я хочу, чтобы ты была со мной, Риз. Мне ненавистно то, что тебя нет рядом.

Ее выразительные глаза выдавали ее. Ей нравилась эта идея, но она также пугала ее. Мы только начали общаться. Нашей дружбе было два месяца, но как пара мы были новичками.

Ты хочешь чтобы я была там … с тобой, - сказала она так, словно потерялась в тумане.

Да, - твердо ответил я.

Она кулачками обхватила волосы и нервно огляделась вокруг. Затем стала ходить взад и вперед по маленькому кругу. Почти также, как она ходила пешком.

Я ждал. Она думала над моими словами, и я хотел, чтобы она хорошенько подумала об этом. Затем, я хотел, чтобы она сказала да и упаковала свои чемоданы.

Ты не … так много всего. Мне нужно время. Ты не можешь … мы не можем просто вот так вот съехаться. Мне тоже ненавистно когда ты уезжаешь, но … но Мейс, - она перестала ходить и опустила руки по бокам, словно она несла всю тяжесть мира на своих плечах. - Так много о чем ты не знаешь. И я не готова тебе рассказать. Столько всего внутри меня. Оно темное и оно … это не то место куда бы мне хотелось отправиться с тобой. Но мне нужно время. Нам нужно время. Как это. Когда ты приезжаешь в город и, мы проводим вместе время. И наши ночные разговоры и то, что я читаю тебе. И мне нравиться доктор Манро. Он помогает мне, и с ним я чувствую себя комфортно. Я не могу просто уехать с тобой, потому что хочу быть рядом.

Поспорить с ней, было моей предсказуемой реакцией. Я был хорош в дискуссиях. Я мог бы придумать причину и сказать, что это все не важно.

Меня останавливал умоляющий взгляд ее глаз. Она не хотела, чтобы я с ней спорил. Она хотела, чтобы я позволил всему идти своим чередом.

Я сделаю это. Для нее. На данный момент.

Хорошо. Тогда знай, когда ты будешь готова, я тоже буду готов, - наконец то сказал я.

Она тяжело вздохнула, затем слабо улыбнулась мне.

- Спасибо что хочешь быть со мной.

Эти слова я заберу с собой в Техас, слова которые я буду хранить в своей груди как боль, которая приходит каждый раз, когда я думаю о них.

Моя девочка никогда не должна благодарить кого-то, за то, что с ней хотят быть рядом. Где-то в ее голове, она думает, что не заслуживает этого. Это то, что ранит больше всего.

Стоя у ее двери, после того как сводил ее на ланч и целовал ее больше часа, я знал, что должен был покинуть ее. Снова. Меня звал мой мир. Я должен был уладить дела на ранчо и упорядочить свою жизнь.

Я еще раз крепко обнял ее и прошептал ей на ушко.

- Береги себя. Заботься о себе. И скучай по мне, когда я уйду.

Риз

Я взяла ложку, которую протянул мне Джимми и с удвоенной силой стала поглощать мороженое с карамельной стружкой. Мне была необходима еда от депрессии. Я была в ужасном состоянии, с самого утра, как уехал Мейс. Я могла бы поехать с ним. Он просил меня об этом.

Если бы я сказала да, я бы еще быстрее потеряла его. Он был со мной недостаточно долго, чтобы по настоящему узнать меня. Он знал меня совсем чуть-чуть. А как насчет того, когда воспоминания вырываются наружу, и я стаю под горячей водой крича и отмывая себя? Он не видел этого. Он бы подумал, что я сошла с ума. Потому что именно так я и думала.

Иногда прошлое настигало меня, и когда такое происходило, я немного сходила с ума.

Я скрывала это от него. Он знал только то, что было на поверхности, и то не все. Он знал достаточно. Мое прошлое заклеймило меня.

Оно разрушило мою способность быть с кем-то рядом.

Кроме Мейса. Я позволила ему приблизиться ко мне. Сегодняшний день доказал насколько.

Хочешь поговорить об этом? Или просто объесться мороженым? - нахмурившись спросил Джимми.

Не хочу об этом говорить, - ответила я и набила рот мороженым.

Человек приехал из Техаса во вторник ночью, для того чтобы забрать твои деньги у злобной ведьмы и удостовериться, что ты в порядке, перед тем как наследующий день вернуться домой к своей работе. По мне ты должна вся улыбаться и хихикать. А не быть раздраженной и пытаться забыться в этой пинте мороженого.

Я не собиралась рассказывать Джимми. Если бы я это сделала, мне пришлось бы рассказать намного больше, а я не собиралась делиться своим прошлым. Не сегодня. - Просто я ненавижу, когда он уезжает, - сказала я вместо этого.

Ммм-хмм, девочка, так же как это ненавидит весь оставшийся мир. Он тот, кем можно восхищаться, - согласился Джимми.

Это заставило меня рассмеяться, но смех мой почти мгновенно прервался. Девушкам из Форт-Уорта не нужно было наблюдать за тем как он уезжает и покидает их. Он был там. С ними. Они могли встречаться с ним и разговаривать. Ему не было необходимости пересекать границу штата, чтобы решить их проблемы.

Куда бы не направились сейчас твои мысли, верни их, пожалуйста, обратно, - сказал Джимми, указывая на меня своей ложкой. - Ради тебя этот мужчина вчера вечером притащил сюда свой зад. Он никому ничего не дает и ничем таким не занимается. Черт, я сомневаюсь даже в том, что он улыбается кому-то в Техасе. Он слишком много улыбается тебе. Иногда его сексуальный рот должен отдыхать.

Я громко рассмеялась.

Джимми откинулся назад и ухмыльнулся. Он был доволен собой.

Звонок моего телефона заставил его встать и попрощаться со мной. - Это звонит твой кусочек горячей техасской задницы. Поговорим завтра.

Я взглянула на телефон, ожидая увидеть ковбойские ботинки, но вызов был от неизвестного абонента. Я не стала говорить об этом Джимми.

Пока Джимми. И спасибо, - выкрикнула я.

Он послал мне воздушный поцелуй и закрыл за собой дверь.

Я подошла пару секунд, чтобы он отошел от двери, прежде чем ответить на звонок.

Здравствуйте.

Ты думаешь, что он с тобой, но это не так. Он трахал меня до тебя, и будет трахать после.

Я еще долго держала телефон в руках, после того, как женщина бросила трубку.

Через час Мейс позвонил мне сказать, что он благополучно добрался до дома, но был сильно измотан. Сказал, что позвонит мне завтра.

Следующим утром я отказалась думать о странном телефоном звонке. Возможно, она просто ошиблась номером. Она не называла имени Мейса. Я оттолкнула эти мысли в сторону и, наконец-то позвонила Блэр Финли, чтобы договориться с ней о встрече на следующей неделе насчет уборки ее дома. Затем я пошла в магазин и оплатила свои счета за неделю.

Я вернулась домой и убрала квартиру от пола и до потолка. К тому времени как я должна была встретиться с доктором Манро, мне стало намного лучше. Я взяла себя в руки, и я знала, что когда сегодня вечером позвоню Мейсу, все будет хорошо.

Я просто скучала по нему.

Все было из-за этого.

Мейс

Я разделся и лег на кровать, пока слушал, как Риз читала мне свою новую книгу. Сегодня она либо устала, либо нервничала. Я не знал что именно. Мне пришлось пару раз помочь ей. Как только она дочитает вторую главу, я собирался ее остановить. Эта книга была посложнее, а она казалась уставшей.

Хочешь, чтобы я продолжила? - спросила она.

Этого достаточно. У тебя получается все лучше и лучше, детка. Я так тобой горжусь. - И я гордился. Она уже читала на уровне четвертого класса. Доктор Манро говорит, что это потому, что в школе она очень старалась учиться. Ей просто не показали, как справляться с ее проблемой. Теперь, когда она усердно работала над ней, она быстро все схватывала и использовала те знания, которые уже были в ней.

С письмом у меня не так хорошо, но сегодня я кое-что написала. Это было не совсем письмо. Я должна была написать письмо кому-нибудь и поблагодарить их за подарок. Я ошиблась только в двух словах. Доктор Манро был доволен. - Гордость в ее голосе заставила напрячься мою грудь. Мне нравилось, что она гордилась своими достижениями. Она должна гордиться собой.

Я жду, когда ты мне напишешь письмо, - сказал я ей. Я мог бы весь день держать его в кармане, и вынимать, когда мне было необходимо побыть с моей Риз.

Она мягко рассмеялась.

- Я пока к этому не готова. Позволь мне научиться лучше делать это. Я не хочу, чтобы доктор Манро корректировал письмо, которое я напишу тебе. Так что оно придет к тебе неисправленным.

Ничего из того, что она мне даст, может быть менее, чем идеальным. Потому что это она. То, что она напишет. Если она перепутает каждую букву и каждое слово, значит, черт возьми, так должно и быть. Потому что она напишет их для меня.

Не думай о том, как много там будет ошибок, Риз. Это будет от тебя. Это все что имеет значение, - сказал я ей.

Она тихо вздохнула. - Ты говоришь самые милые вещи.

Я могу сказать вещи еще более милые, если она мне это позволит. Я собирался попробовать. Клянусь Богом, я все еще мог чувствовать ее запах на моей руке. Я подносил пальцы к носу и вдыхал запах весь чертов день.

Что на тебе надето, Риз? - спросил я.

Твоя футболка, как и должно быть, - ответила она. В ее голосе я слышал нотки веселья.

Иди и ляг для меня на кровать, - я проверял ее. Я остановлюсь, если она хоть раз запнется.

Хорошо, - выдохнула она. - Я в своей кровати.

Черт. Да. Она подыгрывала мне.

Ты легла? - я хотел, чтобы она лежала на спине с раскрытыми для меня ногами.

Да, - ее ответ был быстрым и звучал волнительно. Она знала, чего я хочу.

Детка, ты позволишь этим прекрасным ножкам раскрыться для меня? - Я ждал, не зная, зайдет ли она так далеко.

Я достал свой твердеющий член из боксеров и обхватил его рукой. Образ Риз лежащей на кровати в моей футболке, с раскрытыми для меня ногами, сделал меня готовым вернуться на чертов самолет.

Ты знаешь, что я хочу, чтобы ты сделала, не так ли?

Да, - прошептала она.

Ты сделаешь? Могу я услышать, как ты доставляешь себе удовольствие?

Она тяжело дышала.

- А ты сделаешь?

Сделаю что, детка?

Сделаешь то же самое?

Улыбаясь, я погладил член по всей длине.

- Я уже делаю это. Тот факт, что ты в своей постеле с раскрытыми ножками и одетая в мою футболку, так чертовски завел меня, что у меня все болит.

Ох, - сказала она, затем издала тихий стон.

Черт … я … она делала это.

- Где твои пальчики?

На моей … там внизу, - ответила она.

О да. Я закрыл глаза и позволил ее голосу и образу того, чем она сейчас занималась проникнуть в мои мысли,

- Ты уже мокрая для меня?

Даааа, - сказала она, затрудненно дыша.

Ласково поиграй с ней для меня. Позволь моей сладкой киске хорошо себя почувствовать. Я не рядом чтобы позаботиться о ней. Мне нужно чтобы ты сделала это, а я мог услышать. Я хочу услышать те звуки, которые ты издаешь.

- Ааах! - выкрикнула она. Ей нравились мои слова.

Потри этот твердый, опухший клитор. Я хочу поцеловать его. Так сильно хочу … Пробежаться языком по нежным складкам, а затем всосать эту горячую кнопочку своим ртом, пока ты не потянешь меня за волосы и не выкрикнешь мое имя.

- Оооо Боже, - застонала она.

- Вот так, детка. Подумай о моей голове между твоих ног. Таких, раскрытых для меня. Я могу ласкать и слизывать всю эту сладость. Только я. Там вместе с тобой. Только мы, детка. Твои ручки сжали в кулачки мои волосы, а мои руки … мои руки на твоих гладких кремовых бедрах, держат тебя раскрытой, придерживают тебя.

- Мейс! О … аххх!

Ее высвобождение подтолкнуло и мое. Я слышал, как она тонула в нем и, мечтал быть там, чтобы увидеть это.

Риз

В течение следующей недели, по ночам я не только читала для Мейса. Мы заканчивали наши вечера занимаясь другими вещами …

Улыбнувшись своему секрету, я потратила дополнительное время на расчесывание волос. Я дважды убирала дом Харлоу и встретилась с Блэр Финли. Ей будет нужен кто-нибудь три раза в неделю. Мне нужно поговорить с Харлоу о моих двух днях в неделю и трех днях у Блэр, и составит расписание, которое всех устроит. Домработница Блэр пока не уволилась, так что было время все решить. У нее было еще две недели.

В начале недели Джимми узнал, что сегодня мой день рождения. Он решил, что поведет меня погулять. Этот день, почти всю мою жизнь я отмечала одна. Помню, что один раз на мое семилетие у меня был именинный торт. Моя мама приготовила его и пригласила к нам соседских детей. Я думала она сделала это для меня, и на короткое время почувствовала себя особенной.

Затем, позже в тот день, я нашла ее в ванной на коленях перед одним из отцов с вечеринки. Он говорил слова, которые я не хочу вспоминать, пока она, схватившись за его бедра, делала ему минет. Мужчина жил через дорогу от нас с женой и двумя детьми.

Я поняла, что было плохо не только то, что делала моя мать, а то, что она использовала эту вечеринку чтобы добраться до него. А совсем не ради меня. Это был мой первый и последний именинный торт.

Сегодня у меня появятся новые воспоминания. Джимми хотел, чтобы мы поели торт и, пошли танцевать. Таким способом мы собирались отметить этот день. Я отпраздную свое двадцати трехлетие, с кем-то, кто заботится обо мне.

Отступив и посмотрев в зеркало, я почувствовала себя красивой. На мне было нежно оранжевое платье, напоминающее мне закат. Оно было без бретелек и было подвязано на талии коричневым плетеным ремешком, который спадал мне на бедра. Я натянула ковбойские ботинки, которые я купила, чтобы доставить удовольствие Мейсу. Он пока не видел их, но я потратила немного из своих сбережений, чтобы купить их. Они были на распродаже, всего за пол цены, так что я потратила на них совсем немного.

Стук в дверь сопровождался словами:

- Открывай дверь, именинница!

Я улыбнулась и пошла, впустить Джимми.

Он громко присвистнул и покрутил пальцем в воздухе, указывая мне покрутиться для него.

- Сегодня мне придется быть на чеку, чтобы оградить тебя от мужчин. Проклятье, женщина,

ты сорвала большой куш.

Смеясь, я взяла маленький клатч, который я купила в прошлом году в магазине сэкод хэнд, но у меня не было причин воспользоваться им. Он был золотого цвета, но очень простой с плетеным ремешком. - Пошли танцевать, - сказала я ему, когда он взял мою руку и засунул в сгиб своего локтя.

Девочка, у меня есть свои танцевальные движения. Вот подожди.

Я не сомневалась, что они у него были.

Мы направились в город вместо того, чтобы выехать за его пределы, но я знала, в Розмари Бич не было мест, где можно было потанцевать. Нахмурившись, я взглянула на Джимми, который пел «Born in the U.S.A.» (Рожденный в США), и постукивал пальцами по рулю, словно это был барабан.

Где мы будем танцевать? - спросила я.

Ах, в местечке, которое называется FloraBama, - ответил он, ослепляя меня слишком широкой улыбкой.

Но мы не выехали за город, - отметила я.

Он кивнул в знак согласия.

- Ага. Сначала мне надо кое-что оставить в клубе.

Ну, это добавило смысла в его действия. Я откинулась назад и наблюдала, как мы пересекли маленький городок и остановились у заднего входа в клуб, где обычно парковались сотрудники. Джимми поехал вниз по дороге, которая казалось должна привести к воде.

Он должен был оставить что-то на пляже?

Мы приехали, - сказал он, улыбаясь мне и открывая дверь с моей стороны. Мы заехали так далеко, как только могли.

Тебе просто надо пройти по этой деревянной тропинке вниз к вон тем огням впереди, - сказал Джимми, указывая на что-то впереди, отсюда похожее на крышу небольшого шатра. Рядом с тем местом и по дороге к нему было много пальмовых деревьев.

Ты хочешь, что бы я доставила что-то вместо тебя? - спросила я, пытаясь понять, о чем он меня просил.

Ага. Только ты можешь доставить саму себя. С днем рождения Риз. Ты выглядишь восхитительно. А теперь иди вниз по тропинке, - сказал он, подмигнув мне, затем забрался в машину и уехал. Я стояла там, смотря то на тропинку, то туда, куда уехал Джимми.

И тут до меня начало доходить. Джимми должен был доставить меня. Меня. Я развернулась и направилась по деревянной тропинке. На полпути я больше не могла сдерживаться и я побежала. Я знала, кто будет ждать меня в конце этого пути. Я знала, для кого он меня доставил. И я хотела поскорее добраться туда.

Как только я пересекла аллею из пальмовых деревьев, я увидела его.

На нем была белая рубашка на кнопках, с рукавами, подвернутыми до локтя и шорты цвета хаки. Он стоял внутри белого шатра, освещенного свечами, и трехъярусным тортом рядом с ним. Торт был красивого бледно розового цвета и сверкал в тусклом свете свечей. Шатер был наполнен серебристыми шарами.

С днем рождения Риз, - улыбаясь, сказал Мейс.

Я испустила смешок, а затем расплакалась и бросилась к нему.

Он встретил меня на полпути и поднял на руки, зарываясь лицом мне в шею.

- Сюрприз.

Я откинулась назад и крепко поцеловала его. Я не знала, как еще выразить эмоции, которые накатывали на меня. Я была настолько потрясена, что чувствовала, что могу воспламениться от счастья. Он сделал все это для меня. Торт и шарики. И самое важное — он сам.

Как ты узнал про мой день рождения? - спросила я, даже не смотря на то, что ответ был очевиден: Джимми. Я думала о том, чтобы сказать Мейсу, но беспокоилась, что он может подумать, что я прошу его снова вернуться. Я не хотела этого, так что я просто промолчала.

Ты должна была сказать мне, а не Джимми. Я больше никогда не хочу пропускать твой день рождения.

Я вытерла с лица слезы и улыбнулась этому замечательному мужчине, который по каким то причинам хотел быть со мной.

- Ты и твои слова, - сказала я и снова поцеловала его.

Его большие, сильные руки обхватили меня за талию, и обнимали меня, пока мы пробовали и исследовали друг друга. То, что он был здесь, со мной, было лучшим подарком на мой день рождения. Даже без торта и шариков. Он был само совершенство.

Идем, ты должна задуть свечи, а затем я должен покормить тебя, - пробормотал он у моих губ.

Для нас двоих это слишком большой торт, - сказала я, даже не пытаясь притвориться, что мне не понравилось, что он подарил мне такой огромный торт.

Он усмехнулся.

- Мы будем есть, пока не наедимся, и ты можешь забрать немного торта домой, а затем мы можем отправить оставшееся нашим друзьям.

Мне понравилась эта идея.

- Я могу слишком много съесть, - сказала я, смотря на сливочную глазурь и уже облизывая губы. Чтобы сжечь эти калории мне нужно будет ходить пешком без остановки.

Мейс подмигнул мне.

- Прекрасно. Мне нравится мысль, что эта горячая попка будет трястись чуть больше.

Мне было просто необходимо остудить себя.

Он воткнул свечу в верхний ярус торта и пожал плечами.

- Я собирался приобрести двадцать три свечи, но Харлоу отметила, что здесь слишком сильный ветер. И я не смогу заставить гореть все сразу. Так что, я решил пусть будет одна.

Он зажег спичку и прикрыл свечу, защищая от ветра, пока зажигал ее.

Загадай желание детка.

Я не могла думать о чем то чего бы у меня не было в данный момент … кроме одной вещи. Но я знала, желания не могут забрать наше прошлое. Они не могут исправить то, что было сделано. Так что, вместо этого, я сказала спасибо за то, что мне было дано и задула свечу.

Мейс начал резать очень большой кусок торта, затем взял вилку и посмотрел на меня.

Идем, сядь со мной. - Он кивнул в сторону белого шезлонга, который стоял в углу с видом на залив.

Это слишком большой кусок, - сказала я, рассматривая красную начинку.

Мы поделимся, - проинформировал он меня — Открывай ротик.

Я сделала так, как он сказал, и Мейс отправил кусочек мне в рот. Сладкие сливки глазури и малиновая начинка были восхитительны.

- Ммм, - одобрительно сказала я.

Мне нравится смотреть, как ты ешь. И кормить тебя, - сказал Мейс поддев еще один кусочек торта. Он стал приближать его к моему рту, но я покачала головой.

Это твой кусочек, - сказала я ему.

Смотреть на то, как твой язычок появляется, чтобы облизнуть твои губки, и слышать твои стоны, намного лучше, чем я, поедающий торт, - сказал он, стирая остатки глазури с моего рта.

Я открыла рот, пытаясь не засмеяться, когда он поднес еще один кусочек.

Да, вот он язычок, - сказал он, полностью очарованный тем, как я ем торт.

Я закончила жевать и проглотила, затем снова покачала головой.

- Мне нужен перерыв между кусочками, - сказала я ему, смеясь пока он подносил к моему лицу еще один кусок.

Мне нравятся твои ботинки, - сказал он, вместо того чтобы спорить со мной. - Я хочу увидеть тебя в них и больше ни в чем.

Моя покупка полностью оправдала себя.

Пожалуйста, поешь еще немного ради меня. Это так чертовски сексуально, - взмолился он, пробегая носом по моей шее.

Хихикая, я повернулась и посмотрела на него.

- Как, то, как я ем, может быть сексуально?

Мейс ухмыльнулся, пробежал рукой по моей спине и сжал мою попку.

- По нескольким причинам.

Попробуй и ты кусочек, - сказала я, поднимая вилку и поднося ее к его рту.

Он послушно съела, а я поцеловала его губы покрытые глазурью.

- Теперь я тоже вижу преимущества поедание торта, - сказал он, когда я отстранилась.

Улыбаясь, я облокотилась на его грудь и наслаждалась видом разбивающихся передо мной волн. Мои ноги переплелись с его ногами, и он продолжил кормить меня. Я позволила ему это.

Потому что я любила этого мужчину.

Мейс

Риз отказалась от следующего куска торта, и я, в конце концов, опустил тарелку. Должен признаться, просто наблюдать за тем, как она ела, удовлетворяло меня, зная, что этот именинный торт выбрал и принес для нее я.

Я подвинулся, чтобы она могла сесть между моих ног. Прислонив ее спиной ко мне, перед тем как отдать ей первый подарок.

С днем рождения, - сказал я, поднимая большую коробку, стоящую рядом со мной.

Она ахнула, когда взяла коробку. Она посмотрела на меня, прежде чем снова посмотреть на коробку.

- Ты принес мне подарок? - пораженно спросила она. - Я имею ввиду, я думала ты мой подарок, но это …

Улыбаясь, я поцеловал ее в висок. - Нет, это твоя вечеринка и я твой единственный гость, потому что я эгоистичный и хотел, чтобы ты была только со мной. И это твой первый подарок.

Первый? - спросила она, и я кивнул.

Затем она удивила меня. Она накинулась на подарок, словно ей было пять лет. Смотреть, как она раскрывает его, было более волнительно, чем кормить ее тортом, и это чертовски завораживало.

Когда она открыла коробку, она вынула светло голубую сумку от Michael Kors, которую мне помогла выбрать Блэр.

Там так же есть подходящий кошелек.

Она прикоснулась к ней с благоговением, словно сумка была сделана из лучшего золота, а не из кожи.

- Она дорогая, не так ли?

Не совсем. Я мог ошибиться. Но я сказал Блэр быть практичной. Риз нужна была сумка на каждый день, а не та, что будет заставлять ее нервничать, когда она будет её носить.

Это хорошая сумка, чтобы ты могла пользоваться ею вместо рюкзака, - объяснил я.

Она улыбнулась и положила ее обратно в коробку, затем повернулась ко мне и нежно поцеловала меня в губы.

Спасибо. Это самый ценный подарок, который когда-либо был у меня.

Это был еще не конец. Я потянулся вниз и достал следующий подарок.

Еще подарок? Я думала ты шутишь.

Тебе лучше поверить в это.

И снова она набросилась на коробку, как маленький ребенок, и я поймал себя на мысли, что было бы здорово иметь камеру и заснять этот момент, чтобы потом снова и снова просматривать его.

Она открыла коробку и обнаружила три комплекта французских шелковых пижам. Она взяла одни шортики и подняла их, и затем прикоснулась ими к своему лицу. Положив их, она достала топик. Бледно розовый, с белым кружевом.

- Они такие мягкие, - сказала она с благоговением.

Они должны быть такими. Они были лучшими.

Мне нравится мысль о тебе, в моей футболке. Но я так же знаю, что ты любишь свои шорты и майку, потому что они мягкие. Так что я приобрел для тебя еще парочку мягких вещей для сна. Потому что, когда ты со мной, тебе не нужна моя футболка чтобы кутаться в нее.

Она положила топик обратно в дорогую упаковку и счастливо вздохнула.

- Они обеспечат мне запас пижам до конца моей жизни.

Это хорошо. Я буду держать ее в дорогом французском шелке, если она этого захочет и пока она будет этого хотеть.

И снова она поцеловала меня и прошептала спасибо у моих губ.

Я достал третью коробочку. Эта была самой маленькой. И это было больше для меня, чем для нее.

Последняя, - сказал я ей, протягивая ей прямоугольную коробочку.

Она осторожно открыла ее, словно боялась потерять то, что будет внутри.

Внутри был только ключ, лежащий на бархатной подушечке.

Это ключ от моего дома. Когда ты будешь готова, ты можешь переехать в любое время.

Она подняла его и, какое то время держала в руках ничего не говоря. Наконец то, она подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.

- Однажды, когда ты будешь знать обо мне все, ты сможешь вернуть его мне. Но сейчас, ты не знаешь всего. Я не могу его принять.

Она думала, что ее темное прошлое изменит мои чувства. Что бы она мне не рассказала, это ничего не изменит. Я любил ее.

Но я не стану использовать эти слова, чтобы убедить ее. Когда придет время, она сама примет решение. Я не буду ее заставлять. Я хотел ее в моей постели, в моем доме. Я хотел, чтобы он стал нашим домом. Но только тогда, когда она будет готова к этому. Когда захочет меня.

Захочет навсегда.

Риз

Он вел себя так, словно его не задело то, что я не взяла ключ. Но я чувствовала это. Моя грудь не переставала болеть с тех пор, как я вернула его ему. Но Мейс не разу не вспомнил об этом и не показал что расстроен.

Он держал меня за руку, и мы гуляли по пляжу. Он убедил меня съесть еще пару кусочков торта, а затем он обнимались на шезлонге и наблюдали за лунным светом на воде.

Единственное, что было не так, это то, что он меня больше не целовал. Он не смотрел на меня затуманенными глазами, полными желания. Было так, как будто он держал меня на расстоянии вытянутой руки, в то время когда был там, рядом со мной. До этого он флиртовал и был озорным.

После истории с ключом все изменилось. Он изменился.

Когда мы вернулись в квартиру, он сказал мне, чтобы я первая воспользовалась ванной. Он подготовится ко сну после меня. Он не горел ко мне желанием и не пытался обнять меня, когда мы оказались в уединенной обстановке моей квартиры. Он был добр и нежен, но только и всего. Ничего больше.

Я надела одну из новых пижам, которые он мне подарил. Эта была белой с серебряными полосками. Я также думала, она была самой сексуальной. Прямо сейчас я хотела увидеть в нем искру, и знать, что не потеряла его, когда не взяла ключ.

Почему я его не взяла? Взять его не означало использовать. Отдавая мне ключ, он не думал, что я перееду к нему в ту минуту, когда приму его. Он так и сказал. Это было его способом дать мне понять, что предложение будет ждать меня, пока я не буду готова.

Мне нужно поговорить с ним.

Я не правильно повела себя.

Я открыла дверь ванной и прошла в спальню.

Нет Корделия. Я не там. Я не в городе. Возможно, вернусь в воскресенье. Может раньше. Не уверен.

Я стояла за дверью. Кем была Корделия? У меня скрутило живот, и мое сердце упало, услышав, как он сказал, что возможно будет пораньше. Я действительно все испортила.

Не моя вина, если ты оставила их. И нет, ты не можешь зайти в мой дом, когда меня нет. Я закрыл его и … Корд хватит. Прекращай играть со мной в эти игры. Не будь такой.

Он был раздражен. И он назвал ее Корд.

Как я уже сказал, я буду дома в воскресенье, - рявкнул он, затем, вздохнув, засунул телефон в карман.

Я отступила от двери и сделала несколько успокаивающих вдохов. Это ничего не значило. Корделия могла быть кем угодно. С кем он работал, или родственницей. Или она могла быть его другом.

Кто это был? - спросила я широко открывая дверь. Я не хотела спрашивать, но я должна была знать.

Мейс перевел свое внимание с пола на меня. Его взгляд медленно поедал меня, пока он рассматривал мою пижаму. Когда он, наконец, добрался до моего лица, в его глазах горел огонь. То чего мне не хватало.

- Мне действительно нравится французский шелк, - сказал он, ближе подходя ко мне.

Я чуть не заплакала от облегчения.

Его рука остановилась на моем бедре, а затем обхватила мою попку.

- Ты не любишь спать в трусиках, не так ли, детка?

Нет, - я наблюдала, как его глаза потемнели и загорелись.

Шелк покрывающий эту попку, больше чем может выдержать любой мужчина. Я хочу поцеловать мою родинку. И посмотреть, как она выглядывает из-под кружев. Он развернул меня, - Поставь руки на спинку дивана и слегка выдвини для меня эту сладкую попку. Пожалуйста, Риз. - Он прошептал мое имя так близко к моему уху, что от его дыхания у меня стала покалывать кожа.

Я сделала именно так, как он меня попросил, и он вознаградил меня довольным рычанием.

Его руки скользнули по моим бокам и бедрам, и он встал на колени позади меня. Его мягкие губы и жесткая щетина погладили заднюю сторону моих бедер. Он проложил дорожку поцелуями на каждом из них, пока не нашел родинку, которую я никогда не видела, но он казалось, любил ее.

У меня подогнулись колени, когда, поцеловав это место, он издал гортанный довольный звук. Я схватилась за диван, когда его язык закружил над местечком под моими ягодицами.

О Боже. - Я наклонилась, чтобы придержать себя, или я собиралась закончить, упав на пол.

Я чувствую твой запах. Я хочу раскрыть эти ноги и поцеловать тебя там. Только я, Риз. Это я и ты, детка. - У него был напряженный голос, и я знала, он давал мне право выбора. Вот почему я так доверяла ему. Он всегда проявлял особую заботу, чтобы не зайти слишком далеко или заставить меня делать что-то, к чему я была не готова.

Хорошо, - единственное слово, которое в данный момент я смогла сформулировать.

Я ждала, что он раскроет мои ноги прямо там, где я стояла, но Мейс встал и подхватил меня на руки. Я ахнула от удивления, и это заставило его улыбнуться, пока он нес меня в спальню. - Моя девочка заслуживает постель, - мягко сказал он, и он нежно положил меня на мою расправленную кровать.

- Продолжай смотреть на меня. Я хочу, чтобы твои глаза все время смотрели на меня, - проинструктировал он меня, указывая на свои глаза.

Я кивнула.

Он с особой заботой ласкал мои икры. Мне было тяжело вдыхать воздух, а он играл с моими ногами. Что произойдет, когда он действительно передвинет голову между моих ног?

Я кончала, когда по телефону он говорил мне что хочет сделать это. Но все это в реальности пугало меня. Я схватила кулаками одеяло и наблюдала, как рука Мейса передвинулась под мои колени, уговаривая меня раскрыть ноги, проявляя к моим бедрам особое внимание.

Глаза на меня, Риз, - его голос был хриплым и глубоким. Это возбуждало его.

Я вернула взгляд к его глазам, и он подмигнул мне. - Так намного лучше. Я хочу, чтобы эти красивые голубые глаза смотрели на меня. Когда я буду целовать тебя, не закрывай их. Продолжай смотреть на меня. Хорошо?

Да, - я задыхалась.

Уголки его губ поднялись, когда он наклонил голову, приковав ко мне свой взгляд.

- Раскройся для меня по шире, - прошептал он, целуя мое колено.

Шире. О Боже.

Я стала закрывать глаза, но маленький укус его зубов на внутренней стороне моего бедра, заставил мои глаза распахнуться.

Он улыбался мне.

- Глаза на меня, - повторил он. Закроешь их еще раз и, я переверну тебя и покусаю твою попку. Это то, что мне действительно чертовски хочется сделать. Так что не искушай меня.

Так он собирался укусить меня, если я закрою глаза? О Боже.

Мейс прошелся поцелуями по моему бедру. Его веки опустились до сексуального, затуманенного взгляда, заставляя меня дрожать. Я издавала тихие звуки, даже не осознавая что делаю это. В моем теле рождались миллионы ощущений, видя, как лицо Мейса спускается вниз.

Он зарычал, когда его рот достиг пункта назначения, и его глаза загорелись голодом прямо перед тем, как я почувствовала, что его язык накрыл место, которое больше всего пульсировало.

Когда он сомкнул свои губы вокруг той маленькой кнопочки и засосал, я дернула бедра, не в силах остановить себя, и выкрикнула его имя.

Глаза Риз. Посмотри на меня детка, сейчас.

Я не могу … не останавливайся, - взмолилась я.

Его язык заскользил по мне и затем закружил над моим клитором. - Я не хочу останавливаться. Если ты захочешь, я буду делать это долбанную вечность, но мне нужно чтобы ты смотрела на меня. Наблюдай за мной. Смотри кто заставляет тебя так хорошо себя чувствовать. Оставайся здесь со мной.

Я заставила себя открыть глаза и, его взгляд мгновенно остановился на мне. Я любила его глаза.

Вот эти прекрасные глаза, о которых я мечтал, - пробормотал он, продолжая языком доставлять мне удовольствие, о существовании которого я никогда не подозревала.

С каждым прикосновением его языка, я чувствовала, как от удовольствия во мне нарастает давление. Я была близка к взрыву. Мои ноги тряслись, и мое зрение становилось мутным. Имя Мейса снова и снова срывалось с моих губ, но я не могла остановить себя.

Вот и все детка, - подбодрил он меня. Его сексуальный шепот, только ухудшал мое состояние, пока тепло от его дыхания покалывало там, где был его язык. - Отдай мне это. Позволь мне получить его. Кончи на мое лицо.

На его последних словах, я распалась на части и кончила.

Мейс

Я был уверен, что ничего и никогда в моей жизни не будет настолько прекрасным.

Приподняв голову, я прижался поцелуем к внутренней стороне ее бедра. Прежде чем она полностью вернулась с высот наслаждения, я передвинулся и лег рядом с ней так, чтобы я мог держать ее в своих объятиях. Она ни разу не покинула меня. Ее глаза были полны желанием. Я ни разу не увидел в них страх, а я очень внимательно наблюдал. Когда я попросил ее позволить мне прикоснуться к ней там внизу таким способом, я знал, что попросил слишком много. Я был готов остановиться в тот момент, когда она запаникует.

Но она осталась со мной. Темнота ее прошлого, не смогла забрать это у нас. Когда она выкрикнула мое имя, задрожала подо мной, в этот момент я почувствовал себя королем вселенной.

Ее ресницы затрепетали над ее щеками, когда она снова открыла их. Я не настаивал, чтобы она держала их открытыми, когда ее сразил оргазм. В тот момент она потерялась в собственном удовольствии, и я хотел, чтобы она была там. Я наслаждался тем, как это проходило через все ее тело и на какое-то время забирало ее к себе.

Крепко обнимая ее, я поцеловал каждое из ее век. Она издала мягкий, тихий звук, который напоминал мне котенка. Это было почти мурлыканье.

Что ты сделала со мной, Риз Эллис?

Она откинула голову и посмотрела на меня.

- Я думала это ты сделал что-то со мной, - ответила она со смущенной, но очень довольной улыбкой на губах.

Усмехнувшись, я зарылся лицом в ее волосы и вдохнул ее запах.

- Боже, детка, ты даже не представляешь. Ты так чертовски крепко повязала меня. И я даже не волнуюсь об этом.

Риз повернулась ко мне и провела рукой по моей голове, скользя пальцами к кожаному шнуру, которым я собирал волосы. Дернув, она освободила мои волосы, затем обмотала мои пряди вокруг пальцев, пока играла с ними, все еще улыбаясь, словно ей принадлежал секрет счастья.

Я люблю твои волосы, - прошептала она.

В следующий раз, когда я буду целовать твою сладкую киску, я хочу, чтобы твои руки были в моих волосах, - сказал я ей, закрывая глаза, когда она начала массажировать мне голову.

Я боюсь, что забудусь и дерну их.

Это буде так чертовски горячо, если ты сделаешь это.

Ее тихое хихиканье заставило меня улыбнуться.

Мы обнимались несколько минут в тишине. Ее руки оставались в моих волосах, играя с ними и почесывая мою голову. Я никогда не был так доволен.

Спасибо тебе за сегодняшний вечер. В моей жизни только однажды был именинный торт и вечеринка, которые я помню. И он стал тем днем, который я предпочитала забыть. Но ты устроил для меня сказочную вечеринку. Я чувствую себя особенной.

Ее признание болью отразилось внутри меня. Дерьмо. Я ненавидел слышать, как эта прекрасная женщина была подвергнута чертовому насилию и пренебрежению. Она заслуживала сказочной жизни, но вместо этого ей пришлось пройти через ад. Я собирался провести нашу оставшуюся жизнь, удостоверясь в том, что у нее будут вечеринки в честь дня рождения, достойные гребанной королевы. Когда мы состаримся и поседеем, у нее будет столько хороших воспоминаний, что она не будет вспоминать плохие. Я собирался посвятить свою жизнь стиранию этого дерьма.

Ты стал моим лучшим подарком, - сказала она, и прижалась поцелуем к моей щеке.

Вся моя злость на несправедливость по поводу ее жизни, исчезла. Она была в безопасности и в моих объятиях. Она была моей.

Риз

Звонок телефона разбудил меня. Присев, я посмотрела вокруг и прищурилась от солнечных лучей пробивавшийся через окно. Звонок прекратился, и я услышала звук воды от душа в ванной. Мейс оставил дверь широко открытой. Это было приглашение заглянуть к нему? Потому что я действительно хотела увидеть его голым и мокрым.

Улыбаясь, я откинула одеяло и начала подниматься, когда на кровати пикнул и завибрировал телефон. Осмотревшись, я увидела тонкий телефон Мейса, лежащий рядом с его подушкой. Я схватила его. Я могла использовать его в качестве предлога, чтобы зайти в ванную, пока он принимал душ. Не то чтобы он ждал предлога.

Зная Мейса, он надеялся, что я так и сделаю.

Я прикрыла рот, чтобы подавить хихиканье, и его телефон снова пикнул и завибрировал. Кто-то очень старался связаться с ним. Я прекратила хихикать и меня осенила мысль о том, что это может быть что-то срочное.

Я взглянула на телефон и увидела сообщение от кого-то, кого звали Мэйор. Я не хотела читать его, но мои глаза сосредоточились на словах ее трусики, и я не смогла себя остановить.

Проведя пальцем по экрану, я открыла сообщение.

Мэйор : Корд пришла и настаивала, что в ту ночь оставила свои трусики в твоей постели. Она была настроена вернуть их. Я пустил ее в дом. Но чувак, она похоже серьезно разозлилась на тебя. Ты прекратил ее трахать?

Я перечитывала этот текст снова и снова. Это сообщение было не для моего чтения. Я вторгалась в личную жизнь Мейса, Но я не могла остановиться. Корд. Корделия. До этого он разговаривал с ней по телефону. Он … он трахал ее?

Ее трусики …

В ту ночь …

О Боже. Мне сейчас станет плохо.

Было сильное желание бросить его телефон в стенку и кричать, пока вся боль в моей груди не покинет меня. Как он мог такое сделать? Мой Мейс был так добр со мной. Он был милым и вдумчивым. Он был терпелив со мной, и он заботился обо мне.

И он был … лжецом.

Я доверяла ему.

Все в моем теле онемело. Кроме моего сердца, которое разорвалось в моей груди.

Душ выключился, и я, наконец-то сдвинулась с места, на котором замерла. Я нажала пальцем на сообщение и остановилась лишь на секунду, прежде чем нажать «стереть». Затем, я положила телефон обратно туда, где он его оставил. Не смотря в сторону ванной, я вышла из спальни и прошла как можно дальше в другую сторону квартиры. Я стояла в наиболее дальнем от него углу и ждала.

Он начнет искать меня. Я не хотела, чтобы он приближался ко мне.

Я не могла позволить себе всех мест, где он прикасался ко мне. Когда он уезжал, он прикасался к ней. Она занималась с ним сексом.

Теперь это все имело смысл. Как он оставался со мной таким терпеливым. Он не нуждался в сексе со мной. Он регулярно получал его, возвращаясь в Техас. Я прикрыла рот рукой, чтобы не закричать от боли.

Это было слишком. Мне не было знакомо это чувство. Внезапный, жесткий конец любви. Я никогда раньше не любила, но теперь, когда все было кончено, боль была невыносимой. Я больше никогда не сделаю этого. Любовь. Счастье, которое оно вам давало, было мимолетным. Это того не стоило.

Его тело заполнило дверной проем. Полотенце было обернуто вокруг его бедер, и с его волос все еще капала вода, стекая по его обнаженной груди.

- Риз? - в его голосе слышалось беспокойство.

Он много беспокоился обо мне. Сломленная девушка, которая нуждалась в помощи. Я не могла читать, писать, или заниматься сексом. Он собирался исправить меня. Это то, чем я была для него? Проектом?

Детка, что случилось? - спросил он, идя в мою сторону. Я не могла позволить ему прикоснуться ко мне. Больше не могла.

Нет! - крикнула я, поднимая руку, чтобы остановить его. - Не подходи ко мне, - предупредила я.

Он остановился, но в его глазах было то, что я, когда-то считала страхом. Больше я так не думала. Он не знал что такое страх. Или боль.

Риз, что не так? - аккуратно спросил он, изучая меня.

Уходи. Я хочу, чтобы ты ушел. Не возвращайся. Я не хочу, чтобы ты был здесь, - я подняла руку, но перевела взгляд на дверь. Я не могла на него смотреть, потому что мое сердце совсем запуталось. Оно думало, что видело в его глазах боль. Но это не так. Я думала, что вижу много всего, когда он смотрел на меня, чего на самом деле там не было.

Детка, что случилось? Не делай этого. Не отталкивай меня. Позволь подойти к тебе.

Он думал это из-за моего прошлого. Я могла услышать это в его голосе. Он разговаривал со сломленной девочкой. С той, к которой испытывал жалость. С той, над которой он сжалился. - Я хочу, чтобы ты ушел. Одевайся и убирайся! - последнюю часть я прокричала. Он не слушал меня. Я хотела, чтобы он ушел. Я не смогу здесь долго стоять. Дрожь в моей груди заставляла меня захотеть свернуться калачиком и собрать себя по кусочкам.

Я не оставлю тебя, Риз. Ты должна сказать мне, что не так. Я могу помочь тебе —

Нет! Я не твой личный благотворительный фонд. Со мной было все хорошо до тебя, и будет хорошо после. Но ты должен уйти! Я позвоню в полицию, если ты не уйдешь отсюда через пять минут.

Мейс начал подходить ко мне, и я заорала во все горло.

- Господи Исуси, Риз! Что случилось? - теперь он тоже кричал.

Я подняла на него взгляд.

- Ты. Ты - вот что случилось. Я не хочу, чтобы ты был здесь. Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Ты заставил меня делать вещи, которые я не хотела делать. Ты касался меня в тех местах, где я не хотела, чтобы меня касались. Я больше не хочу тебя видеть. Никогда. Просто уйди!

Было больно говорить эти слова. Они были ложью. Он знал, что они были ложью, но я была в отчаянье. Он не уходил. Он не слушал.

Когда я увидела, как он развернулся и отошел назад, я чуть не рухнула. Он собирался покинуть меня.

Осознание того, что Мейс собирался переступить через порог и больше никогда не вернуться, разрушило во мне то малое что осталось.

Я никогда не должна была влюбляться в него. Я не должна была любить и быть любимой. Это был урок, который я теперь усвоила.

Я хотела, чтобы онемение распространилось дальше, но оно начало проходить. Меня охватила потеря.

Если бы я только никогда не знала, каково это, верить что для кого-то я была особенной.

Появился Мейс, и в руках он держал свою сумку. Он направился к двери, не посмотрев на меня, но, дойдя до нее, остановился. Он крепко зажмурил глаза, и сделал прерывистый вдох.

- Прости, - было все, что он сказал.

Затем он прошел к двери и открыл ее. Снова остановившись, он постоял там. Я ждала, когда он уйдет и оставит меня одну. Снова.

Когда ты поймешь, что ты сказала и что сделала, позвони мне. Я буду ждать. Сейчас, я больше всего на свете хочу обнять тебя и помочь пройти через это, но ты не позволяешь мне быть рядом. Так что я сделаю так, как ты хочешь, потому что я не могу все исправить. В этот раз, тебе самой придется это сделать. Но когда ты поймешь, что была не права, позвони мне Риз. Я буду ждать. Если придется, я буду ждать целую вечность.

Затем Мейс Меннинг вышел за мою дверь и вышел из моей жизни.

Мейс

Когда за мной закрылась дверь, я уронил сумку и наклонился, расположив руки на коленях, чтобы вдохнуть воздух. Напоминая себе, что ей трудно проходить через это. Покинуть ее … О Боже, я не мог просто, к чертовой матери, взять и покинуть ее. Она стояла в проклятом углу, и выглядела абсолютно сломленной, и я не знал почему.

Каждый вздох приносил боль. Моя грудь была так напряженна, словно мои легкие были зажаты в тиски. Мое сердце осталось в той квартире. Казалось невозможным уйти без него. Но если я собирался получить шанс на будущее с Риз, она сама должна впустить меня. Прошлое преследовало ее. Оно контролировало ее. Этот, мать его, низкопробный ублюдок сделал это с ней. Я думал, что смогу пройти с ней через это, и дам ей столько любви, что она преодолеет все. Но эти демоны были там, в ее глазах.

Все что я делала, это помогал ей притворяться, что их там не было. Я не помогал разрушить и преодолеть их. Моей любви было не достаточно. А я хотел, чтобы было наоборот. Боже, я хотел, чтобы ее было достаточно. Но она должна найти силу внутри себя.

Когда она сделает это, она сможет принять то, что я люблю ее. Что я обожаю ее. Что я хочу ее и все дерьмо из ее прошлого. Я хочу все.

Встав, я вздрогнул от боли.

Я не пошел к своему грузовику. Вместо этого, я направился в квартиру к Джимми. Я не мог оставить ее, не удостоверившись, что кто-то будет приглядывать за ней. Когда она будет нуждаться, в том, чтобы я приехал и спас ее, кто-то должен мне позвонить. Я знаю, она сама никогда не сделает этого.

Возможно, она не хочет меня, но будь я проклят, если позволю ей нуждаться во мне.

Постучав в дверь Джимми, я постарался сделать глубокий вдох. Но не смог.

Дверь распахнулась, и его улыбка моментально исчезла, а лицо стало хмурым.

- Мейс?

Он ждал кого-то другого. На самом деле я не хотел думать об этом, учитывая, что он был одет в шелковые, красные пижамные штаны, и его грудь была обнаженной и пропитанной маслом.

Она захотела чтобы я ушел. Нет, она приказала мне уйти, - поправил я себя. - Но я хочу, чтобы ты позвонил мне, если она будет в чем-нибудь нуждаться. Не позволяй ей страдать. Она может думать, что не хочет меня, но я брошу все, чтобы быть с ней.

Джимми прислонился к двери. Его взгляд уперся в пол.

- Ну, дерьмо. Что у этой девочки в голове? Она по тебе с ума сходит.

Это было ее прошлое. Эти чертовы демоны в ее воспоминаниях. Но я не мог ему об этом сказать.

Я буду нужен ей, позвони мне, я буду здесь.

Он кивнул.

Я схватил ручку своей сумки и откинул назад эмоции. Это было именно так. Я действительно покидал ее.

- Присматривай за ней. Удостоверься, что по ночам она запирается и будет в безопасности. Не позволяй ей ходить на работу пешком. И тем более не позволяй ей пешком возвращаться домой. Береги ее для меня. Пожалуйста, - я умолял его. Но в этот момент, я умолял бы кого угодно.

Его глаза наполнились слезами.

- Черт. Эта девочка, - он потряс головой. - В ее прошлом есть что-то, что она скрывает, но это что-то темное. Я видел это в ее глазах. Она позвонит тебе. Она любит тебя.

Я молил Бога, чтобы он оказался прав.

- Когда я уйду, ей будет нужен кто-нибудь. Будь этим кем-то.

Он вытер слезы, затем кивнул.

- Я буду.

Спасибо.

Я направился обратно к лестнице и своему грузовику.

Я бросил сумку на заднее сидение, но остановился перед тем, как сесть внутрь. Я не мог уехать, не сказав ей.

Задавшись целью, я направился к ее двери и постучал. Она не открывала, но я ждал.

Риз. Знаю, ты слышишь меня, - сказал я через дверь.

Я снова постучал, но она не ответила.

Я ухожу. Ты хочешь, чтобы я ушел, так что я ухожу. Но знай, что я люблю тебя. Я буду любить тебя до конца своей жизни. Если ты не позвонишь мне, я все равно буду там, в Техасе, любить тебя.

Я ждал, но она так и не подошла к двери.

Через пару минут я понял, что она не подойдет. Она позволит мне сделать это.

Не в силах остановить себя, я еще раз ударил по двери кулаком и прокричал так громко, как только мог.

- Я люблю тебя, Риз Эллис! Я так чертовски сильно люблю тебя!

Я слышал, как открылась соседняя дверь, но я не стал смотреть на того, кто там стоял. Я ждал снаружи у ее двери, надеясь, что она откроет.

Но она не открыла.

Риз

Девять недель спустя

Я открыла дверь и удела Джимми с другой стороны от нее. В каждой его руке было по каппучино. Когда-то такой вид утешал меня. Больше ничего не может меня утешить. Ночные кошмары из моего прошлого вернулись ко мне с удвоенной силой. Я вообще теперь редко спала. Каппучино по утрам и кофе в большой кружке днем, единственное, что мне помогало продержаться и работать в течение дня.

Готова, солнышко? - спросил он.

Я кивнула и схватила свой рюкзак.

- Да, - ответила я, принимая протянутую им чашку.

Я ненавижу тебя. Я хочу кожу как у тебя. Не справедливо, что у тебя такой загар, - пожаловался он.

Я работаю на солнце. Конечно же, я загорела, - напомнила я ему, закатив глаза. Он ныл по поводу моего загара, по меньшей мере, два раза в неделю.

Получать загар и наблюдать за горячими мужчинами, приходящими в клуб. Я работаю не в том месте, - сказал он с раздражением.

Мы оба знали, что Дарла не позволит ему работать на поле для гольфа в загородном клубе Керрингтон. Джимми обладал лицом, которое любили женщины. Он работал в ресторане, и женщины толпами приходили пофлиртовать с ним, оставляя ему хорошие чаевые. На поле он бы не был таким уж популярным. Было несколько женщин играющих в гольф, но их было не так много. Большинство из них играли в теннис. На поле для гольфа доминировали мужчины.

Там так жарко, и все мужчины одеты в рубашки поло и шорты. Это не совсем сексуальный наряд. Ты ничего не теряешь.

Джимми открыл дверь своей машины и закатил глаза.

- Девочка, я видел горячую задницу Раша Финли в шортах и поло, и этого мне хватило чтобы залить ледяную воду к себе в штаны.

Боже! Джимми! - я ничего не могла с собой подделать, кроме как смеяться, но если честно он так досконально все описывал.

Я села на пассажирское сидение, положила на пол свой рюкзак и поставила свое кофе в подставку для стаканчиков, чтобы пристегнуться. Ездить на работу и с работы вместе с Джимми теперь было намного проще, так как мы работали в одном месте. Джимми договорился, чтобы еженедельно наше расписание совпадало.

Продолжай в том же духе, детка, - повторил он, забираясь внутрь.

Иногда «продолжай в том же духе» от Джимми означало, что он хотел заставить меня смеяться. Только в последнее время у него получалось сделать это, и это было не часто. Но я должна отдать ему должное, с тех пор как Мейс Менинг ушел из моей жизни, Джимми был моей тенью.

Я не могла никуда пойти, пока не договорюсь с ним. Он паниковал, когда не знал, где я нахожусь, и он до поздна оставался со мной. Какое то время он просто сидел и держал меня за руку, пока я не засыпала. Он никогда об этом не говорил, но я знала, он пытался таким образом заменить мне мои ночные телефонные разговоры. Те, которых у меня больше не было.

Я быстро покончила со своей работой у Картеров, потому что не могла видеть тех, кто напоминал мне о Мейсе, и также существовала вероятность, что в любое время он мог приехать к ним погостить. Я не была уверена, что справлюсь с этим. Я также сказала Блэр Финли, что не смогу делать уборку в ее доме. Семья Финли тоже напоминала мне о Мейсе.

Когда я осталась без работы, Джимми предложил мне работать девушкой на карте на поле для гольфа в загородном клубе. Тогда я сказала ему о своей дисклексии, и он помог мне заполнить заявление. Когда он спросил, не хочу ли я почитать ему перед сном, я сломалась и закрылась в комнате. Он не стал спрашивать, чтобы понять, в чем дело. Он был умным парнем.

Теперь он задал вопрос.

- Тэд до сих пор часто приходит во время твоей смены?

Я вздохнула и откинула голову на спинку сидения.

- Тэд просто много играет в гольф. Он не единственный, кто приходит во время моей смены.

Джими весело засмеялся.

- Продолжай говорить себе это, цыпленок. Но блондинчик не играет в гольф, если он не с Вудсом или Грантом. Это не обычное для него состояние. До тех пор, пока ты не напялила этот маленький наряд и не стала разносить пиво.

Я не хотела думать о том, что Тэд приходит увидеться со мной. Я не хотела, чтобы кто-то приходил увидеться со мной. Не таким способом.

Я люблю тебя Риз Эллис!

Этот сломленный крик, такой громкий, что его услышали мои соседи, он стал единственным, что осталось в моей груди. Все остальное пропало. Мне было очень сложно найти в себе хоть какие то эмоции. Только ночью, когда я спала и, прошлое возвращалось ко мне, пытая меня, я кричала и плакала.

За последние девять недель, мне пришлось иметь дело с минутами слабости. Как-то раз я почти убедила себя, что прочитанное мною сообщение было плодом моей фантазии. И когда я не смогла заставить себя поверить в это, я попыталась успокоить себя, тем, что смогла бы жить с тем, что у него был секс с другими. Если бы он был в моей жизни, этого было бы достаточно. Я бы простила его за то, что он нуждался в сексе так сильно, что ему пришлось искать его на стороне.

Затем, в минуты слабости я обвиняла себя за то, что у меня было не все в порядке с головой. За неспособность дать ему то, в чем нуждалось его тело. Я сама толкнула его в ее руки.

И все же он любил меня. Он во все горло кричал об этом.

После того, как за несколько недель я не услышала от него не единого слова, мне пришлось признать, что он решил двигаться дальше. Не легко, но он ушел. Теперь кто-то другой, возможно Корделия заботилась о его желаниях. Она любила его и заставляла его улыбаться. Она была для него всем тем, чем я не смогла стать.

Так что я просто старалась выжить. Каждый день я вставала с постели и пыталась выжить. Каждую ночь я переживала кошмары. Затем все повторялось. Снова и снова.

В одиночестве.

Потому что я заставила его уйти.

Земля вызывает Риз -эээй. Где ты витаешь, женщина? Я задал тебе вопрос.

Я отогнала мысли о Мейсе. Они вернутся позже, чтобы заполнить пустоту.

- Прости. О чем ты спрашивал?

Я спросил, может, завтра ты хотела бы пойти сдать письменный тест и получить водительские права, так как у нас у обоих выходной.

Доктор Манро две недели помогал мне готовиться к тестам. Сейчас, я была подготовлена на столько, насколько это было возможно.

- Да. Это было бы замечательно, - ответила я.

Мне не было радостно. Когда-то я думала, что никогда не буду водить машину. Сейчас я была близка к достижению цели, но я не могла заставить себя почувствовать хоть немного удовольствия. Потому что единственный человек, которого я хотела рядом, единственный человек с кем мне хотелось этим поделиться, был не со мной.

Я оттолкнула его. Я слишком сильно любила. Со сломленным телом и душой, я любила его безумно. А ему было нужно намного больше этого сломленного тела и души.

Его образ, прикасающийся к женщине без лица и делающий с ней то, что он делал со мной, разбивал меня на мелкие кусочки, каждый раз, когда я позволяла себе думать об этом. Я хотела быть цельной. Я хотела, чтобы ему было достаточно меня одной.

- Сильно не радуйся. Возможно, мне придется привязать тебя, пока ты не успокоишься, - сказал Джимми с сарказмом.

- Я заставила себя улыбнуться.

- Я не куплюсь на это фальшивое дерьмо, Риз — ответил он.

Это все что у меня осталось. Фальшивое дерьмо.

Мейс

Размахивая топором, я разделил кусок древесины, который был мне необходим, чтобы поправить забор. Но я не мог остановиться. Подняв топор, я снова замахнулся, разрушая идеальный кусок, который создал. Затем я снова замахнулся. И снова. И снова.

Не уверен, когда начался крик, но когда я посмотрел наверх и увидел свою мать, стоящую напротив меня с руками в упертыми в боки и неодобрительно нахмурившись, я понял что был слишком громко.

Дерьмо.

Она ждала чтобы подловить меня. В течение дня я старался работать аккуратно, без эмоций, пока ко мне было приковано все ее внимание. Держать Мэриан Колт подальше, когда она считала что вам необходимо поговорить, было почти невозможно.

Я бросил топор и посмотрел вниз на мелкие куски древесины, которые теперь были хороши лишь как дрова. Я уничтожил их. Я должен пойти и взять другой кусок, чтобы починить этот проклятый забор.

Не думаю, что это дерево что-то сделало тебе, - сказала мама, приподняв одну бровь.

Я не ответил. Я просто сел на корточки и стал собирать беспорядок, который натворил.

Я сдерживала себя столько, сколько могла Мейс Колт Меннинг. Последние месяцы ты лишь оболочка моего мальчика, а теперь ты сходишь с ума и кричишь, пытаясь выбить дерьмо из полена с помощью топора? Ты должен поговорить со мной. Из-за тебя у меня постоянные приступы тревоги. Я так беспокоюсь за тебя.

Девять недель, мне удалось жить без моего сердца. Это была не жизнь. Моей жизнью была женщина, которая не хотела меня. Я просто существовал. Пустое никчемное существование.

Я не рассказывал маме о Риз, но ей рассказала Харлоу. Мама спросила меня о ней неделю спустя, как Риз прогнала меня. Я был настолько сражен болью просто от звука ее имени, что я вскочил и покинул стол. Больше о ней мама не упоминала.

Но сейчас я хотел, чтобы она напомнила. Мне было необходимо поговорить о Риз. Я хотел кому-нибудь рассказать о ней. Чтобы заполнить пустоту воспоминаниями о ней.

Я люблю ее, - просто сказал я.

Теперь у нее приподнялись обе брови.

- Я уже вроде как поняла это, милый. Когда ты сбежал, словно от адского пламени, в тот день, когда я спросила о ней, я так и поняла.

Она моя жизнь, мам. Риз. Она моя жизнь. Моя единственная. Но она не хочет меня, - просто сказав это, я почувствовал, как агония прошла сквозь меня. Я вздрогнул, не в состоянии скрыть это от моей матери.

Тогда она дура, - сказала мама, со всей убежденностью матери, которая любила своего сына.

Нет. Она восхитительная. Она красивая. Она как яркий луч солнечного света. Она … Ее жизнь пока она росла … - я остановился и сглотнул желчь подступающую к горлу, просто от мысли о том, через что ей пришлось пройти. Как моя девочка страдала. - Было очень плохо, мам. Жизнь ее была темной. Настолько темной и запутанной, насколько может быть жизнь девочки. Но она не дура.

Лицо мамы омрачилось, я видел, как она боролась, сдерживая слезы. - Ох, малыш. Я должна была понять, когда мой прекрасный, великодушный мальчик с огромным сердцем влюбится, он отдастся этой любви целиком и полностью. Ты никогда ничего не делаешь на половину. Ты не делал первые шаги, ты сразу побежал. Ты не говорил первое слово, ты пропел целую строчку из песни. И тебе не просто сделали выговор в школе за то, что ты защищал слабых, тебя исключили, когда ты привязал хулигана к флагштоку. Мой малыш никогда ничего не оставляет на пол пути. Ты делаешь все с таким твердым настроем, это оставляет попытки других позади.

Она обошла мой беспорядок и опустилась рядом со мной. Я чувствовал, как слезы жгли мне глаза, когда она взяла в руки мое лицо, и посмотрела на меня с такой любовью и с такой душевной болью, потому что она это чувствовала. Моя мама переживала боль вместе со мной. Она всегда это делала.

Ты хороший человек. Лучший. Я люблю твоего отчима, но даже его сердце не может сравниться с твоим. Ты лучшее, что я сделала в своей жизни. Я не могу нарадоваться, что родила тебя. Быть твоей матерью это подарок, который приносит мне удовольствие каждый день моей жизни. Я умру, зная, что оставила на земле мужчину, который оставляет след хорошего там, где проходит. - Она остановилась, и я знал что будет «НО». - Но впервые в твоей жизни я вижу, как ты позволяешь кому-то другому разрушать тебя. Я скучаю по твоей улыбке и твоему смеху. Я хочу вернуть их. Никогда, в своей жизни ты не позволял покориться препятствиям. Почему сейчас позволяешь? Если ты любишь ее, иди и приведи ее. Ни одна женщина в здравом уме не отвернется от такого мужчины.

Я дотянулся, и стер слезы с решительного лица моей матери.

- Мне нужно чтобы она сама пришла ко мне. Если у нас есть шанс на будущее, мне нужно чтобы она сама пришла ко мне. Я всегда брал то, что хотел, борясь с испытаниями, но никто и ничто не значил для меня то, что значит она. Я не могу бороться с ней, мама. Я люблю ее. Я никогда не захочу заставить ее сделать что-либо. Даже любить меня. Она сама должна полюбить меня.

Моя мама зарыдала и обхватила меня руками, крепко обнимая меня. Я закрыл глаза, борясь с эмоциями, грозящимися вырваться наружу. Последний раз, мама видела, как я плакал, когда в три года прыгая на батуте, я сломал руку. Даже когда Харлоу была в коме, я плакал уединившись.

Я не смогу пережить потерю Риз. Если она никогда не вернется ко мне, я останусь сломленным на всю оставшуюся жизнь.

Риз

Прошла еще одна неделя, и я продолжала выживать. Я было всем тем, что я делала с собой. С каждым минувшим днем, я чувствовала, что еще больше теряю себя. Ужас моего прошлого медленно захватывал меня. Прогресс, который я достигла за два года, бесследно исчез. Больше я не могла отталкивать воспоминания о своем отчиме.

Скоро мне придется встретиться с врачом. Теперь я практически не спала, и когда у меня получалось поспать, это не было чем-то тихим и спокойным. Я похудела, и под глазами залегли темные круги, которые мне больше не удавалось скрывать. Мне была нужна помощь.

Единственное что меня сдерживало, то, что я знаю, мне придется говорить о Мейсе.

Я не могла говорить о нем. Это слишком сильно ранило.

Риз Эллис? - спросил женский голос. Я опустила вниз пиво, которое загружала в холодильник карта и обернулась.

Привлекательная женщина в возрасте с темными волосами и аккуратным карэ, смотрела на меня так, словно изучала меня. Я знала, она не была членом клуба. Изношенные джинсы и сапоги были не тем, что обычно здесь носили женщины приходящие в клуб. Еще на ее голове была ковбойская шляпа. Было яснее ясного, она была не из этих мест.

Да? - ответила я.

Она не улыбалась и ничего не говорила. Она продолжала стоять. Не смотря на то, что она не смотрела на меня, выглядела она так, словно хотела встряхнуть меня.

Я посмотрела по сторонам, чтобы понять был ли кто-то рядом или мы были одни.

Я представляла себе, что ты будешь красивой, но как всегда, когда мой мальчик что-то делает, он делает это по-крупному, - сказала она и грустная улыбка коснулась ее губ.

Я не знала, о чем она говорит или знает ли, она с кем говорит. Сказать спасибо, не выглядело

правильным решением.

Эти темные круги и пустой взгляд твоих глаз сказали мне все, что я хотела знать. Так что позволь мне рассказать тебе то, что ты должна знать, - сказала она, сделав пару шагов ко мне. - Я наблюдала, как мой сын сражался в любой битве за тех, кого любил и всегда побеждал. Когда ему было семь, какой-то хулиган поймал в школе его кузена. Мой малыш узнал об этом. Следующее что я узнала, что должна была поехать в школу и забрать сына, который был исключен за то, что он привязал другого ребенка к флагштоку клейкой лентой. Я была в ужасе. Пока не узнала, что тот ребенок был тем, кто постоянно бил его кузена. Обзывал его и толкал в коридорах школы. В тот день этот хулиган засунул голову его кузена в унитаз с мочой и пытался его топить. После клейкой ленты, никто и никогда не связывался с его кузеном.

Когда ему было десять, библиотекарша, которая каждый день приносила ему печенье и всегда оставляла ему лучшие книги, была уволена, потому что дирекция школы сказала что у них в бюджете нет средств, чтобы содержать ее. Миссис Хоукс было за семьдесят, но она любила этих детей, и мой мальчик был ее любимчиком. Так что мой малыш написал петицию, а затем попросил у разных бизнесменов города организовать фонд и пожертвовать деньги в это дело. Миссис Хоукс не потеряла работу. Вообще-то он собрал так много денег, что ей повысили зарплату. Когда ему было девятнадцать, он узнал, что какой то мальчик в школе разбил сердце его младшей сестры, этот мальчик интересовался лишь ее отцом. Он попросил меня разрешить ему поехать и проведать ее, и я отпустила его. Мальчик, который разбил сердце его маленькой сестры, обнаружил свой грузовик загородом, полностью погруженным в воду.

Она остановилась и усмехнулась.

- Мейс Колт Меннинг борется за тех, кого любит. Это то какой он есть. И я знаю, он пытался бороться за тебя. Он хотел сам выиграть твою битву. И проделав маленькое исследование, я обнаружила, что он ежемесячно посылает чек доктору Эстору Манро, который стоит больше, чем есть у меня, чтобы поделиться. Он еженедельно получает отчет от этого профессора о результатах Риз Эллис. Он борется с твоей проблемой. Что означает, он любит тебя. Проблема в том, что если мой мальчик что-то делает, он делает это по-крупному. И когда он решил полюбить, он отдался этому целиком и полностью.

Она снова остановилась и указала на меня пальцем. Теперь в ее решительном взгляде, направленном на меня, я могла видеть ее сына. Как я могла раньше это не заметить?

Теперь ему нужен кто-то, кто будет бороться за него. Потому что он потерял себя. Он оболочка человека, которого я вырастила. Он идет по жизни лишенный радости, потому что он сказал мне, что оставил радость вместе со своим сердцем. Он оставил их с тобой. Так что, если ты любишь его хотя бы немного той любовью, которой он любит тебя, тогда борись за него. Он заслуживает это больше, чем кто-либо другой. Пришло время кому-то побороться и за него, в его битве.

Капля упала мне на руку, и дотянувшись, я почувствовала свое лицо мокрое от слез. Мое сердце вернулось, и оно корчилось от боли слушая мать Мейса, которая рассказывала, как он нуждается во мне. Ему было больно из-за меня.

Я больше не беспокоилась о том сообщении. Или о другой женщине. Если Мейс нуждался в том, чтобы я боролась за него, я так и сделаю. Я буду бороться, кем бы не была эта чертова Корделия. Я буду бороться, пока у меня будут силы делать это.

Где он, - спросила я.

Он дома. Он думает, что я поехала навестить сестру в Сан Антонио.

Как мне попасть к нему? Где его дом?

Улыбка появилась на лице женщины.

- Я могу отвести тебя к нему.

Я закрыла крышку холодильника.

- Позвольте мне пойти и сказать боссу, что я ухожу. И потом я буду готова идти.

Кстати, я Мэрианн Колт, - сказала она, протягивая мне руку. - И я очень рада познакомиться с женщиной, которую любит мой сын. Я беспокоилась, но теперь вижу, он умеет выбирать.

Ее одобрение послало по моему телу первые признаки тепла, которое я не чувствовала десять недель, два дня и пять часов.

Мейс

Хорошо, я мудак. Я должен признаться, потому что это дерьмо пожирает меня изнутри, - сказал Мэйор, зайдя в сарай с перекинутым через плечо седлом.

Я продолжал мыть моих Аппалузу и Криптонит, и проигнорировал его комментарий. Мне нужно было почистить стоило жеребцов, и у меня не было времени на Мэйора и его драмы.

Я трахаю Корделию. Я трахаю ее в течение двух месяцев. Она так хорошо сосет мой член. Прости, но я мужчина, а она пришла ко мне, а я позволил ей сделать мне минет. Затем я нагнул ее и оттрахал. Это был момент слабости. Я был возбужден, а она пришла с таким важным видом, одетая в обрезанные джинсовые шорты, которые показывали часть ее задницы, и маленький топик, едва прикрывающий ее сиськи. Чувак, он такая горячая. Я спрашивал тебя, трахаешь ли ты ее, а ты мне не ответил. Я решил это значит, что она не имеет для тебя значения.

Так вот почему Корделия оставила меня нахер в покое. Я должен был бы заплатить за это Мэйору.

- Рад, что она хорошо тебя обслуживает, - я похлопал Криптонита, затем повернулся и повел его в стойло, которое я уже почистил.

То есть, тебе все равно, что я трахаю эту попку? - спросил он.

Ты сделал мне одолжение. Она не принимала «нет», как ответ.

Мэйор вздохнул с облегчением.

- Слава Богу. Я думал ты в таком поганом настроении, потому что я забрал твою готовую на трах.

Я даже не ответил на это. В этом не было смысла.

В тот день, когда она пришла забрать свои трусики, я был так близок к тому чтобы трахнуть ее. Она была в коротенькой юбке, и выглядела, как чертова порно звезда. Но я позвонил тебе и написал сообщение, но ты не ответил. Тогда я отпустил ее. Но на следующий день, когда она появилась в сарае, я трахнул ее. В ту неделю ты не выходил из дома. Это было в ту неделю, когда ты был в ужасном настроении.

Прямо вовремя. Он начал мутить с ней, когда я реально нуждался, чтобы все были подальше от меня. Не стану говорить, чтобы я сказал ей, если бы в тот момент она попыталась бы снова начать это дерьмо. Я не хотел ее, но я не видел ничего полезного в том, чтобы говорить обидные вещи. Она не заслуживала этого.

Так или иначе, где ты был в те выходные? Тогда когда я посылал сообщение? Ты вернулся сюда злой на весь мир. И с тех пор ты продолжаешь злиться. Ты был в Розмари Бич? Ты встречался там с той девушкой?

Я не собирался говорить с ним об этом.

Подождите. Какое сообщение?

Мир вокруг меня остановился, и моя пустая грудь внезапно стала тяжелее свинца. Пожалуйста, Боже, нет. Не позволяй этому быть тем, что я думаю.

Мэйор, - сказал я, почти боясь спросить. Хотел ли я услышать ответ? Смогу ли я с этим жить?

Да?

Какое сообщение? - спросил я прежде, чем смог остановиться.

То, которое я послал тебе о том, что Корд забирает трусики из под твоей кровати и спрашивает, продолжишь ли ты ее трахать?

Нет … нет … нет …

Мэйор, я никогда не получал это сообщение. Когда ты его послал?

Я сказал тебе —

Нет. Мне нужно знать день и время, когда ты послал это гребаное сообщение, - заорал я. Лошади заржали, но в моей голове стучало, и тяжесть заполняла мои легкие.

Черт чувак. Я проверю. Успокойся, - проворчал он, вытаскивая телефон и прокручивая сообщения. - Ух … 29 июня, в девять утра. Прежде чем послать я дважды звонил тебе. Ты не ответил.

Я выбросил вещи, которые были у меня в руках, и направился к двери. Я продолжал идти. Я просто шел, вашу мать. Я продолжал идти пока не оказался, как можно дальше от Мэйора, пока мой дом не исчез из виду.

Затем я отклонил голову и позволил всему вылиться через озлобленный рев.

Она видела это сообщение. Вот почему она забилась в угол, и смотрела на меня, так, словно рассыпалась на куски. Гребаное сообщение отняло её у меня.

Риз

Мэрианн Колт говорила всю дорогу по пути из аэропорта. Она проспала весь полет, а я не могла занять себя ничем, кроме как смотреть все время в окно. Мои мысли были о Мейсе и мальчика, которого она описала. Это был рассказ именно о том человеке, в которого я влюбилась. Одно сообщение заставило меня во всем усомниться. Все что он делал, он делал, чтобы показать, как сильно меня любит, а я даже не позволила ему объясниться.

Я не была для него какой то благотворительностью. Он пытался исправить меня. Он боролся с моими демонами, потому что любил меня.

Он даже не знал о сообщении. Я удалила его, прежде чем поставила телефон на место. Он понятия не имел, что изменилось тем утром. А теперь я собиралась без предупреждения появиться в его доме. Я знала, что только потому, что его мать сказала, что он хочет меня, это не значило, что мне не придется за него бороться.

Он мог двигаться дальше иным путем. Корделия могла согревать его по ночам. Я не стану об этом думать.

Вместо этого я слушала рассказ Мэрианн. Мне надо сосредоточиться на ее словах, а не на том с чем скоро мне придется столкнуться. Но не важно, что это будет, я буду бороться. Когда-то он боролся за меня. Теперь я собиралась бороться за него.

Его дом по дороге чуть выше. Сейчас он возможно уже в постели. Уже поздно, а он после ужина собирался сразу лечь спать. Но постучи в окно с левой стороны дома, если он не откроет дверь. Отсюда я позволю тебе дойти пешком. Я не хочу, чтобы он видел мой грузовик. Теперь все зависит от тебя. Иди и покажи моему мальчику, что он стоит того чтобы за него бороться.

Я открыла дверь грузовика и спрыгнула вниз.

Мэрианн указала на грунтовую дорогу, освещенную лунным светом, позади ее дома. - Иди по этой дорожке. Она приведет тебя прямо к его дверям.

Я начала иди к дорожке, затем остановилась и оглянулась на нее. Я поймала ее в тот момент, когда она вытирала свои глаза.

- Спасибо вам, - сказала я. – Знаю, вы сделали это для него. Но вы также спасли и меня.

Я не стала дожидаться ответа. Я направилась вверх по склону, прямо в сторону крыши, которую едва видела на расстоянии. Металлическая крыша освещалась лунным светом и, я последовала туда. Мое сердце дико билось, впервые за последние месяцы. Я собиралась его увидеть. Я собиралась увидеть Мейса.

Если Корделия там, мне придется успокоиться и не выцарапать ей глаза. Но чем ближе я подходила к его дому, тем больше понимала, что не смогу, не напасть на нее, если она будет прикасаться к нему. Если он будет прикасаться к ней.

Я делала хуже самой себе. Я не должна была думать об этом.

Снаружи был припаркован черный грузовик, похожий на серебристый грузовик его матери. Там была только одна машина и, мне захотелось облегченно вздохнуть. Я могла побороться с Корделией позже. Прямо сейчас я должна сосредоточиться, чтобы заставить его простить меня.

Я поднялась на крыльцо и остановилась. Сейчас, когда я была здесь без Мэрианн подбадривающей меня, я замерла от страха. Но я так далеко пошла. Я в первый раз жизни села в самолет и покинула единственное безопасное место, которое когда-либо знала, чтобы приехать сюда. Чтобы встретиться с мужчиной, которого выбросила из своей жизни.

В последний раз, когда я слышала его голос, он кричал через мою дверь, что любит меня.

Любил ли он меня по-прежнему? Или я слишком долго ждала?

Дверь распахнулась, прежде чем я подошла достаточно близко, чтобы постучать, представляя моему взору Мейса без рубашки. Тень скрывала его лицо, но я знала эту грудь. Я также помнила эти боксеры. Я должна была что-то сказать. Казалось все мое тело застыло изнутри.

- Я пришла, чтобы бороться за тебя, - выпалила я и затем расплакалась.

Мейс

Риз была здесь. В моем доме. На моем крыльце. И она плакала.

Я сделал шаг в темноту, все еще думая, могло ли это быть сном, и неужели мне все же удалось сегодня уснуть.

Риз? - спросил я, боясь, что если прикоснусь к ней, то проснусь.

Прости меня. Я … хотела видеть тебя … Я собиралась быть сильной и сказать тебе, что люблю тебя, и что я все испортила, и что я люблю тебя —

К черту сон. Я подошел к ней и притянул в свои объятия.

Она была здесь. Она была здесь. Она была здесь.

Ее руки обвились вокруг меня и крепко обняли меня. Именно так, как я помнил. Мой нос уловил сладкую корицу, и я понял, мои воспоминания были не настолько хороши. Я много раз пытался представить ее запах, но так и не смог. Это была моя Риз.

Я люблю тебя. Я не оставлю тебя. Я здесь чтобы заставить тебя принять меня обратно. Я пуста без тебя, - она рыдала в моих руках.

Она что пыталась убедить меня позволить ей остаться со мной? Неужели она серьезно думала, что ей нужно умолять меня, чтобы я оставил ее?

Риз, я —

Она отклонилась назад и посмотрела на меня широко открытыми, полными паники глазами.

- Нет. Не говори ничего. Просто послушай меня. Я была не права. Ты стоишь того, чтобы за тебя бороться. Я была … Я запуталась. Мне многое предстоит преодолеть, но я сделаю так, что это будет стоить этого. Я буду любить тебя больше, чем она когда-либо сможет полюбить. Больше чем кто-либо другой сможет сделать это. Я проведу остаток своей жизни, доказывая тебе, что я стою этих хлопот. Я не позволю не одному дню пройти без того, чтобы не показать, как сильно я тебя люблю. Я перееду сюда. Я найду дом и работу. Я буду готовить тебе еду, и я —

Я накрыл ее рот своим ртом и прекратил ее прекрасные, бессвязные аргументы. За ее удивленным всхлипом последовало хныканье, и она поцеловала меня так, словно она должна была меня распробовать, чтобы жить дальше. Ее сладость просочилась в меня, когда эти полные губки прижались ко мне. Я обхватил ее лицо и отклонил ее, чтобы я мог заглянуть в ее глаза.

Они были все еще влажными от ее внезапного срыва, когда она увидела меня. Но они были прекрасны. Мои прекрасные светло голубые глаза. Те, о которых я мечтал. Те, которые всегда будут завораживать меня.

Я стою, чтобы за меня бороться? - спросил я, желая услышать, как она еще раз скажет об этом. Она выглядела такой чертовски решительной, когда сказала об этом в первый раз.

Да! - сказал она, неукротимость возвращалась.

И с кем ты думаешь, ты должна бороться за меня?

Боль промелькнула в ее глазах. Я не хотел этого. Я, было, начал уверять ее, что у меня никого не было, но она заговорила первой.

- С кем угодно … Я буду бороться с кем угодно, - сказала она наконец.

Она говорила о Корделии. Это гребанное сообщение.

Детка, С того момента, как эти твои губки прикоснулись к моим, я был твой. Это не случайность. С того момента, как я вышел из спальни и увидел твою сладкую попку зависшую в воздухе и услышал твое фальшивое пение, я был твой. И больше ничей. Никогда. До тебя, да, были другие. И была одна девушка, с которой нас связывал «секс по дружбе». Ничего больше. Но в тот момент, как ты вошла в мою жизнь, это закончилось. Она плохо восприняла это, и она пыталась заставить меня изменить свое мнение. Но все что я видел, все, что видело мое сердце — это ты. Никто другой.

Корделия, - тихо сказала она.

Да, но сообщение от Мэйора, которое ты видела, оно было по случаю, когда я пришел домой с работы, я нашел ее в своей кровати. Я приказал ей уйти и пригрозил позвонить маме, если она не уберется из моей кровати. Я даже постирал простыни, чтобы избавиться от ее запаха. Черт, после этого я даже купил новый матрас и новые простыни. Я не хотел спать на том, где спал еще кто-то, кроме тебя. Никогда.

В тот день она оставила свои трусики, - тихо сказала она, ее глаза заблестели от новой порции слез. – Так было написано в сообщении.

Я кивнул. Я заправил прядь волос за ее ушко.

- Если бы я только знал, что это было то, что заставило тебя смотреть на меня как на монстра, я бы остался и боролся за тебя. Но я думал, что это было прошлое, демоны, которые преследовали тебя. Я думал, что надавил слишком сильно и тебе нужно немного пространства. - Я остановился и сделал глубокий вдох. - Я думал ты позвонишь. Я ждал. Я продолжал ждать. Я собирался ждать вечность.

Она снова была готова заплакать и, я начал целовать ее лицо. Я не хотел, чтобы она плакала. Она была здесь. Со мной.

Я не позволю тебе вернуться назад. Ты останешься со мной. Я не могу позволить тебе уехать от меня. Я сойду с ума, - говорил я, пока целовал ее щеки и носик, затем прижался целомудренным поцелуем к ее рту.

Я не хочу уезжать, - сказала она.

Боже, я люблю ее.

- Идем в дом, - сказал я, скользя по ее руке своей рукой и заводя ее в дом. - Ложись со мной. Я хочу обнимать тебя.

Риз остановилась, и я оглянулся на нее,

- Нет. Этой ночью, я хочу обнимать тебя, - сказала она, ее лицо снова приобрело выражение решительности.

Если это все, чего ты хочешь, - согласился я.

Я снял ее ботинки и стянул джинсы. Она без вопросов позволила мне раздеть ее. Когда я расстегнул ее лифчик, я не прикасался и не смотрел, я просто схватил мою футболку и надел ее ей через голову.

Она уткнулась в нее носом и сделала вдох, крепко обхватывая себя руками. Я любил, когда она обнималась с моей футболкой, словно это был я.

Затем она забралась на мою огромную кровать и, облокотившись спиной к спинке кровати, открыла мне свои объятия.

Эмоции боролись с удовольствием, мне удалось сдержать слезы, которые жгли мне глаза. Я направился к ней и, положил голову на ее грудь, так чтобы я мог слушать ее сердцебиение.

Пока мы так лежали, она проводила пальчиками по моим волосам. Я обхватил руками ее талию и наслаждался ее запахом. Стук ее сердца ускорялся каждый раз, когда я скользил руками вниз к ее попке и обратно.

Каждый шаг, который я сделал в жизни, вел меня к тебе, - шепотом сказала она. - И именно потому, что сейчас я здесь, я ни о чем не жалею. За каждую произошедшую плохую вещь, я была вознаграждена, чем-то столь прекрасным, что перекрыло все плохое. Ты сделал так, чтобы это стоило того. Ты мой подарок в этой жизни. Я прошла через плохое, и выжила. Моей наградой было то, что Бог дал мне тебя.

Я больше не стал сдерживать слезы. Я плакал в ее руках.

Риз

Сегодня мы оба собирались вернуться в Розмари Бич, чтобы упаковать мои вещи. Мейс не соглашался, чтобы я куда-нибудь ездила без него. Так что два дня, я носила одежду принадлежавшую Харлоу, с того времени как пару лет назад она жила у него. Все вещи были слишком короткими и облегающими, но мне удалось с этим справиться.

В любом случае, Мейс не позволил бы мне выйти из дома в ее вещах. Он беспокоился о том, что кто-то будет разглядывать меня. Мэйор увидел меня в первое утро, в шортах и топике Харлоу, и он предложил Мейсу отдать за меня левое яйцо. Мейс ударил его в лицо. Это было фиаско.

Когда Мэрианн пришла в дом, расстроенная и спросила Мейса зачем он сломал Мэйору нос, он рассказал ей, и она начала смеяться. Затем она развернулась и ушла.

В то утро я проснулась в пустой кровати, что удивило меня, особенно после того, как последние две ночи Мейс так крепко обнимал меня. Я встала и направилась в ванную, услышав звук душа и пение Мейса. Он прекрасно пел, не то, что я. Его голос был хрипловатым, но от него моя кожа покрылась мурашками. Я никогда раньше не слышала, как он поет. С таким отцом как Киро, был смысл в том, что он обладал голосом, под стать своей наследственности.

Я не узнала слова, но они поглотили меня. Я открыла дверь и шагнула в пар. Он не заметил меня, его голова была откинута назад под струи воды, и он по-прежнему пел.

Я заберу твоих демонов, если ты мне позволишь. Не сдерживайся детка, потому что все, что я хочу отдать тебе, намного больше.

Его голова повернулась и, он прекратил петь, когда его глаза встретили мой взгляд.

Я не думала об этом, и не планировала. Этот мужчина любил меня, и я знала, что никогда никого не полюблю так, как я любила его. Он был готов принять все мои проблемы, все что угодно, лишь бы в конце он имел возможность обнять меня.

Схватив за край моей рубашки, я потянула ее через голову и бросила на пол. Затем я быстренько избавилась от своих трусиков, и направилась к двери душевой. Мейс замер, а его взгляд путешествовал по моему обнаженному телу.

Шагнув под струи горячей воды, я посмотрела вниз на его крепкие, мощные бедра, и прошествовав взглядом дальше, увидела что он был тверд и готов. Чувствуя себя в безопасности и очень храброй, я дотянулась до мыла и начала намыливать руки, пока Мейс продолжал стоять не шелохнувшись. Он не двигался и даже не вздрагивал. Только его глаза следили за каждым моим движением. Я придвинулась ближе и скользнула обеими руками по его твердой, гладкой длине.

Тихий стон вырвался из его груди, и я, посмотрев на него, увидела, как его веки опустились над затуманенным взглядом, который я так любила. Скользя своими мокрыми, мыльными руками по нему в медленном темпе, я увидела, как расслабилась его челюсть, и он отклонился и прислонился к стене. Я передвинула руку под его твердую мошонку и стала намыливать и ее.

Риз, - простонал он, дотягиваясь до моей руки.

Позволь мне, - взмолилась я, прижимаясь грудью к его груди.

Ох … чееерт.

Моя хватка продолжала быть крепкой, и я замедлилась, когда головка его пениса покраснела. Прозрачная жидкость начала просачиваться, и я загорелась желанием услышать, как он кончит. Я ускорила темп, и у него перехватило дыхание.

Я собираюсь … кончить. Черт, детка, я сейчас кончу, - сказал он, и затем глубокий крик сорвался с его губ, когда его высвобождение выстрелило на мой живот и на мою руку.

Не двигайся, - он тяжело дышал, и посмотрев на него я увидела, что его глаза сфокусировались на моем животе, покрытый им. - Ох, проклятье … не двигайся. Просто дай мне на тебя посмотреть. Вот так.

Чувствуя смелость, я провела пальцем по белой жидкости его семени, которой он покрыл меня. Затем я подняла взгляд, чтобы посмотреть на него. Его глаза снова горели. В них отражался блеск собственника.

Разотри это, - сказал он хриплым шепотом.

Я сделала, как он сказал. Я воспользовалась обеими руками, и массировала его семя, пока оно полностью не впиталось.

Он протянул назад руку и взял кусок мыла, начал намыливать руки. Отойдя от стены, он сокращал расстояние между нами, пока его руки не накрыли мою грудь. Затем он начал меня мыть. Или их. Тщательно. Он ущипнул мои соски и нежно сжал их перед тем, как продвинуться дальше по моему животу. Когда он добрался до места, куда я втирала его семя, он смыл его, прикасаясь ко мне с благоговением, что заставило боль между моих ног запулсировать еще сильнее. К тому времени, как он перенес руку между моих ног, мне пришлось обеими руками вжаться в стену по обе стороны от меня. Мои ноги подогнулись, а Мейс прошептал мне на ухо, что я красивая. Что я принадлежала ему. Что он любит каждую частичку меня. Что увидев на мне свою сперму, заставило его сойти с ума от желания.

Держась за его плечи, я почувствовала, как во мне растет желание, и я знала, что была на грани столкнуться с оргазмом, который вероятнее всего лишит меня чувств.

Мейс обернул руку вокруг моей талии и прижался ко мне, когда еще раз нажал на мой клитор. Он держал меня, пока наслаждение накрывало меня, и мои колени, наконец-то сдались и подогнулись. К моменту, как я вернулась на землю, он домыл меня и выносил из душа. Он не стал вытирать меня, пока не усадил на край своей кровати. Когда он обсушил меня, он быстро вытер себя и перенес меня на кровать.

Его рот накрыл мой, пока его твердое, голое тело поглаживало меня. Я выгнула спину, пытаясь еще больше почувствовать его, пока он продолжал держать свое прекрасное тело надо мной. Это была еще одна причина, по которой я была благодарна за длинные ноги. Я обхватила ими его талию и заставила его прижаться ко мне.

Да, о Боже, да, это так приятно, - сказала я у его рта, когда моя грудь, наконец-то была зажата его грудью, а мой центр был открыт и его толстая эрекция терлась об меня.

Мейс оторвал от меня свой рот, и уткнулся им мне в шею. Он тяжело дышал. И я заметила, что его руки были крепко сжаты в кулаки по обе стороны от моей головы.

Мейс? - спросила я, пробегаясь пальцами вниз по его спине, наслаждаясь ощущением того, как его мышцы сжимались от моих прикосновений.

Я хочу … Я не могу … Боже, детка, - простонал он, и его кулаки хрустнули, словно он боролся с чем то очень тяжелым.

Я почувствовала, как его эрекция дернулась напротив меня, и тогда я все поняла. Он хотел внутрь меня. Я была настолько поглощена ощущением его близости, что ни разу не испугалась.

Боль из моего прошлого. Боль, с которой были связаны мои контакты, как сексуальные, так и другие, ее больше не было в моей жизни. Этот мужчина был моим миром. Он любил меня. Он был нежен и заботлив со мной. И я хотела быть близка с ним настолько, насколько это было возможно. Я хотела узнать каково это, чувствовать себя с ним единым целым. Это не было чем-то грязным или неправильным. Это было прекрасным и чистым.

Приподняв бедра, я скользнула рукой вниз и приблизила его, пока головка его члена не уперлась в меня. Одно движение и мы будем связанны. Вот для чего был создан секс, волшебная связь между двумя людьми, которые настолько сильно любят друг друга, что телами становятся одним целым, даже если это и длится всего лишь мгновение. Как сердца, которые уже связанны друг с другом.

Займись со мной любовью, Мейс. Покажи мне, что такое любовь. Пожалуйста. - Я добавила последнее слово, чтобы напомнить ему обо всех тех случаях, когда он спрашивал разрешение прикоснуться ко мне, и всегда заканчивал словом «пожалуйста». Я хотела этого так же сильно, как он хотел все остальное.

Ты моя жизнь, - прошептал он мне на ухо, погружаясь в меня, наполняя меня собой.

Слезы наполнили мои глаза, и, обернув вокруг него руки, я прижалась к нему. С нежностью, которую я ощущала только с ним, он стал двигаться во мне, одновременно целуя мое лицо, шею и говоря мне, что я прекрасна. Что мы были прекрасны.

Я никогда не знала, что что-нибудь может быть настолько совершенным.

Скользя ногами вверх и вниз по его спине и по его идеальным ягодицам, я погрузилась в роскошь — быть любимой Мейсом.

Я люблю тебя, - задыхаясь, сказал он мне на ушко.

Я тоже тебя люблю, - сказала я, слабо крикнув.

Я хочу кончить в тебя. Но я не стану этого делать, пока ты не будешь готова, - сказал он, целуя мою щеку.

Я хотела его внутри себя. Но я не пила противозачаточные. Мне нужно позаботиться об этом. Раньше в них не было никакой необходимости.

Боже, Риз, ты такая узкая. Клянусь, я не хочу выходить из тебя. Никогда, - прорычал он.

Подняв ноги, позволяя ему погрузиться еще глубже, я почувствовала, что он поглаживает что-то внутри меня, и меня мгновенно окатило самым ярким оргазмом, когда-либо испытанным мною. Его имя сорвалось с моих губ, и я сомкнула вокруг него ноги, чтобы не упасть.

Его тело затряслось, и он выкрикнул мое имя. Когда он дернулся на мне, я открыла глаза, чтобы посмотреть на него с закрытыми глазами и откинутой назад головой. Пот выступил на его лбу, и маленькая капелька, скользнув по его лицу, приземлилась на меня.

Когда он наконец-то открыл глаза, он посмотрел прямо на меня.

- Я не могу извиняться за это, потому что, Боже, Риз, клянусь, я слышал, как пели ангелы, и этот дом только что качнулся на своем фундаменте.

Улыбаясь, я провела руками по его влажным волосам и притянула к себе его рот.

- За что тебе извиняться? - спросила я у его губ.

За то, что кончил в тебя, - сказал он шепотом.

Он по-прежнему был во мне. Я была настолько потеряна в отголосках блаженства, что не поняла этого.

Ох, - ответила я.

Когда ты сомкнула ноги, я пытался сдержаться, пока ты не кончишь, но ты такая узкая. И ты так чертовски великолепна, когда кончаешь. И детка, ты сжала меня очень сильно. Я кончил прежде, чем понял это.

Я не собиралась разрушать этот момент, только потому, что мы забылись друг в друге.

- Мейс, это было … это было больше … намного больше, чем я могла себе представить.

Он перевернулся на спину, все еще погруженный в меня. Мне нравилось, что он не спешил покинуть меня. Я хотел, чтобы он был близок настолько, насколько это возможно. Теперь я была сверху, на нем. - Я люблю тебя. Ты мой мир. Но есть две вещи, которые очень быстро подгоняют меня ко второму раунду, - сказал он серьезным тоном. - Эти твои длинные ножки и эта узкая, маленькая киска получит меня снова, если ты не будешь осторожна, добавил он с дразнящей улыбкой.

Смеясь, я поцеловала его. Потому что он был моим.

Мейс

На каждой коробке, которые теперь стояли у входной двери Риз, я маркером написал свой адрес. Она была занята, чистя пустой холодильник. Джимми только ушел, после слезливых объятий во время их прощания.

Он сделал именно то, о чем я его просил. Он был здесь для нее. Он держал ее в безопасности. И я был обязан этому человеку. Я не был уверен как смогу отплатить ему, но я сделаю это. Как-нибудь.

Риз наклонилась, отвлекая меня, когда ее шорты задрались на ее ногах и показали мне мою любимую родинку. - Родинка, детка. Если ты хочешь закончить это без моего рта на твоей сладкой попке, тогда не наклоняйся, - предупредил я ее, закрывая дверь и обогнув коробки, направился в ее сторону.

Она встала и повернулась, чтобы улыбнуться мне. - Прости. Я должна была вымыть низ холодильника.

Не извиняйся. Я решил, что хочу поцеловать эту попку. Наклонись обратно, - сказал я со злой усмешкой.

Риз попятилась назад, вытянув перед собой руки, чтобы остановить меня.

- Нет. Мы никогда не выберемся отсюда, если ты не прекратишь. У нас был секс на диване, на кровати, на баре и даже на комоде. А с тех пор как мы приехали, прошло всего лишь тридцать шесть часов. Мы никогда не закончим.

Я схватил ее за руки и потянул к себе, аккуратно, чтобы не ранить ее.

- Детка, чья эта киска? - спросил я, скользя рукой к центру ее шортиков.

Твоя, - сказала она с придыханием.

Монстр-собственник внутри меня вернулся к жизни.

- Это правильно. И я хочу поиграть со своей киской. И услышать, как моя девочка будет выкрикивать мое имя.

Взгляд Риз помутнел, и ее дыхание стало прерывистым. Я знал, я заполучил ее. Ее было так легко убедить. Первые несколько раз я был очень осторожен, и никуда не спешил. Удостоверяясь, что бы она оставалась со мной, и чтобы она знала, что я поклоняюсь ей и никогда не причиню ей боль.

Больше она в этом не нуждалась. Все что я должен был делать, это говорить грязные словечки, и она таяла передо мной, готовая для меня и для всего, что я хотел делать с ней. И снова, эта женщина заставляла меня чувствовать себя королем мира.

Стук в дверь остановил меня от снятия с нее рубашки и отвлек от внимания к ее груди. Я отступил назад, бормоча проклятья, потому что вероятнее всего, это был кто то еще, кто хотел с ней попрощаться. Риз было необходимо знать, что по ней будут скучать. Что здесь намного больше людей заботилось о ней, не только Джимми. И только по этой причине, я сдержал свое недовольство.

Я открою. У мисс Популярность снова гости, - подразнил я ее.

Ее музыкальный смех сопровождал меня.

Я дернул и открыл дверь, ожидая увидеть кого-то из знакомых мне людей, но вместо этого, я встретился с высоким, выглядевшим весьма уважаемо, человеком. Он был одет, как я понял в костюм от Armani, у меня был такой для особых мероприятий. Его черные волосы и оливковая кожа, заставляли меня думать, что он был итальянцем. Было что-то в форме его глаз. Они были карие, но очень знакомые.

Здесь проживает Риз Эллис? - спросил он, его акцент не был таким сильным, как я ожидал. Он мне напоминал главу мафии из голливудского фильма.

Проживала, - ответил я. Мне не нравилось, что он знал имя Риз и искал ее.

Я Риз Эллис, - сказала она, подойдя ко мне сзади.

Дерьмо. Я не хотел, чтобы она подходила к двери. Что-то в этом человеке меня беспокоило.

Могу я вам помочь? - спросила она, с любопытством изучая его.

Детка, я займусь этим, - прошептал я, одной рукой передвигая ее за свою спину и убеждаясь, что мое тело закрывает ее.

Уголки губ мужчины приподнялись, словно его это веселило.

- Я рад что у Риз есть кто-то, чтобы защитить ее. Однако, я ждал двадцать три года чтобы встретиться с ней. - Он протянул мне руку. - Я Бенедитто ДеКарло, отец Риз.

Конец первой части.

Вторая книга «Когда ты вернешься» выходит в США 30 июня 2015 года.

Content

Глайнс Эбби Когда я уйду (ЛП)

Эбби Глайнс Когда я уйду

Пролог

Мэйс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс

Риз

Мейс