Эльберг Анастасия, Томенчук Анна

ГРАНАТОВОЕ ВИНО

Флоренция, Италия

1519 год

— Рино, прочитай нам еще сказку! Коро-о-о-отенькую…

— Нет, Лео. Вам давно уже пора спать. А мне рано вставать, ты знаешь сам.

Темноволосый мальчик, названный Лео, сердито засопел.

— Я уже большой, мне шесть лет, и меня нужно звать…

— Пантелеоне. Прости. И вам с Розой действительно пора спать.

Лео смотрел на то, как старший брат подходит к кровати сестры и поправляет ей одеяло.

— Рино, а в чаще правда живут феи? — спросила она. Розу и Лео разделял всего лишь год, но сейчас она казалась совсем крошечной и невесомой — последние несколько дней выдались непростыми.

— Да, — ответил тот.

— И у них правда есть гранатовое вино, которым можно вылечить все болезни?

— Правда. Но, увы, нам его не достать. Ведь мы не можем видеть фей.

Девочка хотела спросить что-то еще, но закашлялась и села, пытаясь вдохнуть. Ринальдо привычным и уверенным жестом обтер ее лицо смоченной в травяном отваре тряпицей, а потом погладил по волосам.

— Не волнуйся, — сказал он ей. — Совсем скоро ты поправишься, и мы все вместе сходим в лес. Кто знает? Может, феи решат показаться нам. И принесут немного вина.

— И тогда вернутся мама с папой?

Ринальдо покачал головой.

— Нет, Роза. Не вернутся. Иногда люди уходят… далеко.

— А мы когда-нибудь уйдем?

— Да, все мы. Но это будет нескоро. А теперь засыпайте. Сладких снов.

Лео честно пытался уснуть — он всегда слушался брата (ну, или почти всегда…) — но у него ничего не получалось. Он лежал, глядя в темноту, и слушал дыхание Розы. Оно было хриплым и прерывистым. Так дышала мама за несколько дней до того, как уйти. Так объяснял сестре Рино, но Лео знал, что мама не ушла — она умерла. Ей дали лекарство, но оно не помогло. В тот год во Флоренции многие умерли — на узенькой улочке вблизи Понте Веккьо, где находилась их крохотная комнатка, не осталось почти ни одной живой души. Рино рассказал Лео, что папа умер еще до рождения Розы от той же болезни: он называл ее странным и трудно произносимым именем, а моменты, когда болезнь приходит в город — эпидемией.

Когда начиналась эпидемия, Рино целыми днями пропадал вне дома. Раньше он работал помощником у Лоренцо, хозяина аптеки на Пьяццо Питти, но потом встретил доброго сеньора-врача, и теперь трудился вместе с ним. Лео ни разу не видел этого сеньора, но Рино рассказывал, что тот обучает его разным премудростям мастерства. О неизвестном господине он говорил не Dottore, а очень уважительно — Maestro, и всего лишь пару раз назвал его по имени, но Лео это имя забыл. Одно мог сказать точно: оно было странным и начиналось с буквы «В»… или «Б»?..

— Роза? — тихо позвал Лео.

— Что? — ответила она — тоже шепотом.

— Хочешь, я достану для тебя гранатовое вино?

Для весны, пусть и поздней, день выдался жарким: солнце палило нещадно уже с самого утра. Довольное и свежее, оно показалось над горизонтом, и Лео встретил восход уже в пути. Он дождался, пока Рино уйдет по своим делам, открыл дверь донне Франческе, сестре аптекаря Лоренцо (она иногда помогала им по хозяйству и сидела с Розой), и неслышно выскользнул из дома. Солнце уже поднялось, когда маленький путешественник прошел через городские ворота и быстрым шагом направился в сторону леса. Они с Рино и Розой часто ходили туда пешком, и он знал, что доберется до полудня.

Лео мог бродить по лесу с закрытыми глазами — он прекрасно ориентировался и находил дорогу даже тогда, когда оказывался в непроглядной чаще. Рино учил его ориентироваться по солнцу днем и по звездам ночью, Лео замечал невидимые глазу впервые оказавшегося среди деревьев человека знаки и видел обросшую мхом сторону пней и стволов, так что брат мог не волноваться — он не потеряется. Препятствие было только одно, но серьезное. Феи жили в другой части леса. Туда не ходили даже опытные охотники и собиратели трав.

Вряд ли Рино на самом деле верит в фей, размышлял Лео, не сбавляя шага и покачивая на ходу небольшой плетеной корзинкой (туда он положил пару кусков хлеба и большую вареную картофелину — на случай, если его не насытят лесные ягоды). По правде сказать, он и сам в них не очень верил… но как-то раз брат познакомил его со своим другом, врачом Филиппом. У Филиппа была сестра, Марта, настоящая красавица. И Марта нравилась Рино, что, в свою очередь, не очень нравилось Филиппу, хотя Лео и не понимал, в чем дело — разве это плохо, когда кто-то кому-то нравится?

Рино и Филипп говорили о разных непонятных вещах — не только о медицине, но и об академии (наверное, это какое-то очень тайное общество, и никак иначе) — а Лео проводил время в обществе маленькой Клэр, младшей сестры Марты. По правде говоря, с ней было скучновато, потому что она ни с кем не разговаривала — только внимательно изучала гостей и иногда тяжело вздыхала. И лишь однажды, когда они остались наедине, Клэр рассказала Лео о чудовищах. Взрослые не видели их и не хотели слушать, поэтому она молчала. Лео тоже не видел когтистых существ с красными глазками под кроватью, но он сразу поверил. С чего бы Клэр его обманывать?..

Когда Лео преодолел знакомую ему часть леса и присел на большой светлой поляне для того, чтобы перекусить, солнце уже повисло прямо у него над головой и жарило так, будто он и вовсе не во Флоренции, а где-нибудь в далекой пустынной стране. Мальчик аккуратно снял тонкую кожицу с картофелины и принялся жевать, изучая проход в чащу. Здесь пролегала невидимая граница между знакомым ему лесом и той его частью, в которую он в другое время даже носа не сунул бы… но мысли о гранатовом вине придавали ему решимости. Что, в конце концов, такого страшного он там найдет? Если в лесу и живут чудовища, то они точно не появятся при свете дня, а до вечера он успеет выбраться. Деревья везде одинаковые, солнце видно отовсюду, так что дорогу он найдет. Но до этого обязательно найдет фей! А вместе с ними — и вино. Правда, Лео с трудом представлял, где именно нужно искать фей — неужто они живут в самой чаще?.. Почему-то феи казались ему существами, сделанными из солнечного света, и вряд ли они поселились бы в такой глуши. Ну, а вдруг он именно так их и найдет — увидит свет?

Незнакомая часть леса оказалась очень густой, но совсем не страшной. Рино рассказывал брату о лечебных травах и съедобных ягодах, но тут Лео нашел столько новых растений, что разбегались глаза. Он часто останавливался и изучал листья: иногда они были тонкими и зубчатыми, иногда — мясистыми и округлыми, иногда походили на иголки. Что до ягод — те и вовсе казались какими-то нездешними: странная форма и не менее странные цвета. Лео брел по узкой тропинке, вдыхая лесные запахи и наслаждаясь тишиной, которая лишь изредка нарушалась, когда он наступал на ветку. Через пару часов он доел остатки картофелины и последний кусочек хлеба, а потом снова пустился в путь. Вот тут-то лес начал сгущаться… только Лео не придал этому особого значения. А следовало бы!

Сначала пропала тропинка. Казалось бы, такая четкая, она просто исчезла — так, будто ее стерла чья-то невидимая рука. Кусты с острыми шипами обступили его, ветки закручивались в узлы и не давали двигаться дальше. Лео пожалел о том, что не взял из дома нож, принялся «бороться» с ветками и отодвигать их руками — но не тут-то было, они закручивались еще сильнее. А пологий склон, как назло, превратился в подъем, и теперь ему пришлось карабкаться в гору, хотя — он это точно знал! — лес был расположен на холме, и двигался он к подножию. Может, я заплутал, подумал Лео? Он поднял голову и обомлел: солнце, еще минуту назад ярко освещавшее и лес, и тропинку, исчезло!

Лео остановился, продолжая недоуменно смотреть вверх. Даже протер глаза — вдруг ему показалось? Но солнца действительно не было. Высокие деревья закрывали небо почти полностью, и теперь он не мог понять, который сейчас час. Более того — не мог понять, в каком направлении двигаться дальше. Неужели он заблудился?.. Быть такого не может. Он ведь не девчонка! Это маленькая Клэр могла бы заблудиться в лесу. Ну, может, еще и Марта, хотя Лео знал, что она, как и Филипп с Рино, собирает травы, а, значит, хорошо ориентируется. Мальчик осматривал стволы деревьев и большие камни, ища на них поросшую мхом сторону, но тщетно: мха тут не было. Лео понемногу начал осознавать, что и растения вокруг ему не знакомы, и воздух стал каким-то чужим, опасным: сгустился и почти что обрел цвет. Черный или кроваво-красный цвет. А потом он понял и другое: тропика, которую он проделал, забравшись в эту опасную чащу, снова заросла: деревья снова протянули ветви-узлы, кусты с шипами снова преграждали путь. Казалось, лес стал еще гуще, чем раньше.

Когда Рино учил Лео ориентироваться в лесу, то первым делом сказал следующее:

— Если ты не знаешь, в какую сторону нужно идти, не делай ни шагу, пока не определишься. Иначе забредешь так далеко, что никто тебя не найдет.

Но что делать? Не стоять же на месте?.. Лео не брал с собой воду, так как знал, что в лесу есть чистый ручей, и из него можно напиться вдоволь. Ручей остался позади, и он не сделал ни глотка. Теперь ему мучительно хотелось пить. А еще ему было страшно. Подумать только! Потеряться в лесу!..

Лео сел, прислонившись к стволу одного из деревьев, и обхватил колени руками. Он пообещал себе, что больше никогда не пойдет в лес без Рино, и уж точно не явится сюда без спроса. Если, конечно, выберется… А как ему выбраться? Тут не просто тропинки нет — деревья обступили все кругом, нельзя сделать ни шагу… И еды совсем не осталось. А что, если ему придется тут ночевать? Нужно было взять с собой хотя бы теплое одеяло из тонкой шерсти, хотя задерживаться он не планировал…

— Мальчик… мальчик… Иди к нам!

Голос, который услышал Лео — женский голос — казалось, доносился отовсюду: он огляделся, но не смог определить направление. А, может, он звучал у него в голове?

— Иди к нам, мальчик. Ты согреешься у костра, мы накормим тебя.

У костра? Какой костер посреди дня?

— А куда мне идти? — спросил Лео у невидимой женщины. Что-то внутри подсказывало ему, что не следует с ней заговаривать, но желание выбраться отсюда как можно скорее пересилило страх.

— Иди прямо, мальчик. Не ошибешься.

Лео поднялся, отряхнул с рук сухую траву и землю и пошел вперед. И действительно, деревья расступались перед ним, тропинка появилась снова. Через несколько минут он вышел на большую поляну, посреди которой ярко горел костер. Лео с удивлением отметил, что небо уже потемнело. Луны видно не было, но крохотные точечки-звезды весело подмигивали с высоты. Неужели я бродил по лесу так долго, что наступил вечер, удивился он?

У костра сидели четверо: трое мужчин и женщина. Судя по всему, именно она звала Лео, хотя тот до сих пор не мог понять, как это она докричалась до него в чаще.

— Как тебя зовут, мальчик? — спросила женщина, подходя к нему и приветливо улыбаясь. У нее были пышные светлые волосы и очень странные глаза… фиолетовые?..

— Л-лео, — ответил он, запнувшись.

— А как ты хочешь звать меня?

Лео удивленно воззрился на женщину, подумав, что та шутит.

— Придумай мне имя, — снова обратилась она к нему. — Как ты хочешь, чтобы меня звали?

— А… разве у вас нет имени?

— Придумаешь — будет. А пока присядь, погрейся. И мы накормим тебя. Ведь ты голоден?

Но садиться Лео не торопился. Он смотрел на спутников женщины, которые до сих пор сидели у костра и время от времени подносили к огню ладони для того, чтобы их согреть. У мужчин глаза были не фиолетовые, а ярко-красные. Руки их покрывала бурого оттенка шерсть, а у одного из них Лео заметил… клыки.

— Знаю, голоден, — продолжила женщина, беря его под локоть. — У нас есть вкусное жареное мясо, только что испеченная в костре картошка и чистая вода. А потом мы устроим праздник.

— Какой праздник? — не понял Лео.

— В честь тебя, нашего дорогого гостя, конечно же.

— Хотя бы пальцем к нему прикоснешься — и я устрою всем вам такой праздник, какого еще ни один оборотень не видывал.

Лео испуганно шарахнулся от женщины, а она резко повернулась в направлении чащи. В нескольких шагах от них стоял темноволосый молодой человек. Он замер, скрестив руки на груди, и подходить, похоже, не торопился.

— Мальчик-эльф, — улыбнулась женщина. — Разве ты не знаешь, что сегодня ночью опасно гулять в таких местах? Уходи-ка по-хорошему, и не порть нам вечер.

— Отпусти его — и я уйду.

Лео беспокойно вертел головой, переводя взгляд с молодого человека на женщину и обратно. Он не понимал, что происходит, и с каждой минутой запутывался все сильнее.

— С чего это я должна его отпускать? Он сам сюда пришел.

— Ну, я предупредил.

С этими словами молодой человек достал из-под рубашки медальон из светлого металла — он был круглым, это все, что смог разглядеть Лео — и сжал его в левой руке, а правой сделал забавный жест: расставил мизинец и большой палец в разные стороны. Женщина издала тихое рычание и мотнула головой.

— Черт с тобой, — сказала она. — Погоди — я до тебя доберусь!

Молодой человек не ответил. Он взял Лео за руку и повел за собой. Чаща снова расступилась перед ними — что за волшебство? — и они вышли из леса. Высокие деревья и колючие кусты остались позади, и теперь до самого горизонта простирался только луг. Лео посмотрел на небо: оно было почти черным, если не считать звезд. А еще на нем разместились… две луны! Обычная, серебристая, и красная, поменьше, похожая на зловещий, налитый кровью глаз.

— Сегодня праздник темной луны, — пояснил «спаситель». Теперь Лео видел: он моложе, чем кажется. Точно младше Рино. Наверное, ровесник Марты. — Ты что тут забыл в такое время, а?

— Праздник темной луны? — переспросил Лео. — А что такое темная луна?

— Долго объяснять. Ты вообще кто такой?

— Я? — Лео пожал плечами. — Я — Лео… Пантелеоне.

Молодой человек широко улыбнулся.

— Ну и имя у тебя. «Лео» мне нравится больше. А я Александр. Так какие боги так невзлюбили тебя, что ты оказался в этой части леса во время праздника темной луны?

— Я искал гранатовое вино… и фей.

Александр расхохотался. Смеялся он с минуту, в какой-то момент даже согнулся пополам, а потом принялся вытирать выступившие на глазах слезы.

— Гранатовое вино и фей? Здесь?..

— А ты как тут оказался?

— Собирал лунные ягоды. Посмотри-ка.

Лео с любопытством заглянул в небольшой полотняный мешочек, который Александр держал в руках, и теперь пришел его черед смеяться.

— Так это же обыкновенная клюква!

— Клюква растет на болотах, дурья твоя башка. А это — лунная ягода.

С этими словами Александр как следует встряхнул мешочек и кивком пригласил Лео посмотреть снова. Теперь ягоды были нежно-зелеными… и светились изнутри!

— Ну и ну, — только и сказал Лео.

— Я собрал много, — с гордостью сообщил Александр. — Великий будет доволен!

— А кто такой Великий?

Молодой человек задумался, а потом пожал плечами.

— Великий — это Великий, — дал он «исчерпывающий» ответ.

— Ему тоже нужно придумать имя?

— Нет, — улыбнулся Александр. — У него есть имя. Он тебе его назовет, если захочет.

Подумав, Лео решил не уточнять.

— Тебя нужно вернуть домой, — продолжил тем временем его новый приятель. — Где ты живешь?

— Рядом с Понте Веккьо.

Александр поцокал языком.

— Экий ты путь проделал. — В его карих глазах появилась тревога. — Я не смогу отвести тебя домой до того, как Великий вернется… а если он вернется и не застанет меня, то очень разозлится и запретит мне читать. — Он решительно выдохнул. — Пойдем на виллу, а утром я провожу тебя домой.

Подумав о том, что Рино сейчас, наверное, сходит с ума от волнения, Лео вжал голову в плечи. Возвращаться по темному лесу, пусть и в компании смелого Александра, ему хотелось меньше всего, несмотря ни на что. Хотя встречаться с Великим ему тоже не очень хотелось, кем бы он ни был.

— Аллегра накормит тебя ужином, — продолжил развивать свою мысль Александр. — Мы положим тебя спать в одной из комнат наверху — там их полно, для гостей держат. Идем. Тут, недалеко.

Этой зимой Рино, Лео и Роза часто отправлялись на загородные прогулки. В один из погожих дней, они добрались и до холмов. Самой большой виллой здесь была резиденция — так ее назвал Рино — семьи Медичи, и в холодное время года она пустовала, но больше всего Лео понравилось другое строение. Оно располагалось на самом высоком холме и выглядело так, будто только что сошло с какой-то древней гравюры, где изображались греческие храмы. Белоснежные стены, массивные колонны, большие окна, мраморные ступени. А еще — чудесный сад, который, как ни странно, цвел даже зимой. Рино рассказал ему, как зовут виллу… и имя ее Лео успешно забыл. Между тем, именно туда они с Александром и направлялись. После крутого подъема дорога стала легче, Лео отдышался, уже успокоился и почти не дрожал. Это означало, что пришло время задавать вопросы.

— Ты тут живешь? — начал он издалека.

Александр перебросил мешок с лунными ягодами на другое плечо.

— Тут живет Великий, — уточнил он. — А мы живем вместе с ним.

— А кем была та женщина… у костра?

— Ты уверен, что хочешь это знать?

Лео на секунду остановился, и Александр нетерпеливо мотнул головой.

— Видел когда-нибудь оборотней?

— Ой, — вырвалось у Лео.

— Тут недалеко их гнездо, но в праздник темной луны они устраивают посиделки в лесу. Заманивают людей, а потом съедают. Эта женщина — главная волчица. У оборотней всегда так: это у вампиров главы клана только мужчины. Они запудривают людям мозги, потом цапают их, а потом уводят к своей стае — чтобы все поели. — Он помолчал. — Вообще-то, у них нельзя отбирать жертв. Но мне стало тебя жалко. Ничего, поймают еще кого-нибудь. Видишь, как хорошо она умеет звать. Только человек зайдет в ту часть леса — и все, считай, пропал. А в ночь праздника темной луны тут смешиваются времена. Если знаешь, что делать, то выйдешь из леса. А если нет — будешь ходить, пока не умрешь от голода или жажды.

— Смешиваются времена? Как это?..

Александр тяжело вздохнул.

— Это когда темное и светлое время вместе, понимаешь?

— Нет, — честно признался Лео.

Александр махнул рукой.

— Да ладно, не важно. Главное — что все обошлось.

— А зачем они едят людей? — продолжил расспрос Лео, хотя уже не был уверен в том, что хочет получить ответ.

— Они приносят жертву Семирукой богине. Это у них такой культ. Только не спрашивай, кто такая Семирукая богиня, ладно?

— Ладно, — согласился Лео. Голова у него и так шла кругом: такого ему не рассказывал даже Рино тогда, когда читал самые страшные сказки. — А долго нам еще?

— Да нет же. Смотри, мы уже пришли.

И правда: вилла, которая несколько минут назад казалась далекой, была перед ними. Лео поднялся вслед за Александром по широкой лестнице и вошел в большой зал с высоким потолком. «Villa Misteria» — вот как звали виллу. Об этом сообщала небольшая мраморная табличка, висевшая перед самым входом. Были на табличке и другие буквы: непонятные, похожие на расползающихся в разные стороны насекомых. Лео размышлял над смешными буквами всего лишь несколько секунд: после этого его внимание переключилось на зал. Изнутри вилла была еще красивее, чем снаружи: мягкие ковры, небольшие скульптуры, изящная мебель из темного дерева, шерстяные картины гобелены. А еще — рисунки на стенах, совсем как в соборах. Рино говорил, что они называются фрески, а Лео все не мог взять в толк — зачем же рисовать на стенах, если краска может смыться?..

— Нравится? — спросил Александр.

— Очень, — ответил Лео, восхищенно оглядывая стены.

— Тогда идем, покажу тебе еще кое-что.

С этими словами он взял гостя за руку и провел в другую комнату, которая оказалась библиотекой. Лео никогда не видел такого количества книг в одном помещении: он переводил взгляд с одной полки на другую, изучая ровные ряды корешков и похожие на улиток завитки сложенных пергаментов.

— На стены смотри, — подсказал Александр.

Лео послушно перевел взгляд на стены — и ахнул. Если в большом зале художники расписали фресками лишь часть свободного пространства, то тут рисунки были повсюду. Самый большой — на потолке: ночное звездное небо, по которому летели всадники на белых лошадях, мужчины и женщины в темно-синих балахонах. С частью изображенных на фресках персонажах Лео был знаком. Вот богиня Афродита на берегу: она вышла из морской пены, на ней тонкое платье-туника. Вот хитрый Пан с козлиными ножками играет на своей флейте, а его подруги-нимфы танцуют вокруг костра. Вот Прометей несет людям огонь. Вот Зевс сидит на Олимпе и пьет божественное вино, амброзию, а его жена Гера, похоже, скучает. Были тут и драконы с несколькими головами, и змеи, и грифоны, и чудовища василиски — те самые, которым нельзя смотреть в глаза.

Некоторые фрески Лео изучал особенно внимательно. Больше всего ему понравились две. На первой была изображена молодая женщина с короткими серебряными волосами: она играла на лире, скорее всего, рассказывала какую-то балладу, обращаясь к висевшей в небе луне. На второй — тоже женщина, но черноволосая (пряди собраны в замысловатую прическу), держала в руках несколько свитков и смотрела прямо на зрителя. Глаза у нее были темно-синими, очень внимательными и совсем-совсем живыми, и Лео даже поежился, хоть и понимал, что она не настоящая.

— Здорово, да? — нарушил тишину Александр. В его голосе появились нотки восхищения.

— Ничего себе, — только и сказал Лео. В тот момент он разглядывал очередную фреску: женщина-амазонка с каштановыми волосами, будто посыпанными золотом, сидела на иссиня-черной лошади с шелковистой гривой. Амазонка натянула тетиву лука и готовилась пустить стрелу в невидимого врага.

— Это Великий нарисовал, — пояснил Александр. — Не все, конечно, но почти все.

Лео повернулся вокруг своей оси, пытаясь осмыслить последнюю фразу. Сколько же времени нужно было потратить на такую работу?..

— Так Великий — художник? — спросил он у Александра.

— В том числе, — ответил тот уклончиво.

— А как он нарисовал это… на потолке?

— Сандро! Вот ты где. Почему ты не сказал, что пришел? Я уже начала волноваться.

В дверях библиотеки появилась красивая женщина с длинными темными волосами, завитыми в крупные локоны. Увидев Лео, она недоуменно подняла бровь.

— Кого это ты привел? — поинтересовалась она.

Александр торопливо подошел к Лео и обнял его за плечи.

— Это Пантелеоне, — представил он. — Но можно просто Лео. Он заблудился в лесу. Он переночует у нас, а завтра я отведу его домой. Лео, это Аллегра.

— Очень приятно, мадонна, — поздоровался Лео, вспомнив, что именно так нужно обращаться к женщине, если ты хочешь произвести впечатление вежливого сеньора.

Аллегра изучающе посмотрела на мальчика. У нее были добрые и теплые карие глаза, и он улыбнулся ей.

— Заблудился в лесу? — переспросила она. — Что же ты там искал?

— Фей и гранатовое вино! — без запинки ответил Лео.

Он ожидал, что Аллегра рассмеется, как и Александр, но она только понимающе кивнула.

— Судя по тому, что ты пришел с пустыми руками, вина ты не добыл.

— Нет, мадонна, — печально ответил Лео.

— Садитесь за стол, мальчики. И не забудьте помыть руки.

Даже в самые тяжелые дни на столе маленькой семьи Рино всегда был теплый хлеб и свежее молоко, а дважды в неделю детям устраивали настоящий праздник: готовили мясо. Оглядывая блюда, которые расставляли слуги, Лео думал, что ему, наверное, снится хороший сон: может, он и вовсе не на вилле и не на флорентийских холмах, а во дворце какого-нибудь короля? Сначала ему показали фрески, которые просто не могла нарисовать человеческая рука, а теперь он своими глазами видит несколько сортов мяса, дорогое вино, свежий сок и медовые восточные сладости, которые он до этого встречал разве что на картинках?..

Александр, в отличие от Лео, не дивился на еду. Он сел за стол, с хозяйским видом наполнил свою тарелку и принялся сосредоточенно жевать тонкий кусок мяса.

— Ешьте досыта, — сказала Аллегра, глядя на то, как один из слуг, высокий и бледный молодой человек, наполняет стаканы. — Лео, выпей немного вина. Посмотри, на тебе лица нет. Кого ты там встретил в лесу, кто тебя так напугал?

— Оборотни, — ответил за Лео Александр, продолжая жевать.

— Не разговаривай с набитым ртом, Сандро, — упрекнула его Аллегра, а потом снова посмотрела на Лео. — Так что же, ты ищешь гранатовое вино?

Мальчик отставил от себя тарелку.

— Да, мадонна. Вы знаете, где его найти?

Аллегра подняла глаза к потолку.

— Может быть, — ответила она, наконец.

— Мадонна, прошу вас! Я пошел за ним в чащу… моя сестра больна! — Лео поднялся, но собеседница вежливым жестом пригласила его снова занять свое место. — Ведь феи… они живут в чаще… и я подумал…

Аллегра заняла один из свободных стульев.

— Начнем с того, что феи не живут в чаще, — сказала она. — С чего бы им туда забираться? Ведь есть обычные дома.

Лео потупился. Ему было неуютно, и он сам не понимал, что смущает его больше: глупая идея пойти за феями и вином в лес или ситуация, в которой он оказался. С каждой минутой он все сильнее убеждался в том, что видит сон. Очень длинный сон, который становится все страшнее и непонятнее, и лучше бы ему из этого сна выбираться. Куда он вообще попал? Что это за существа? Скоро он усомнится в том, что его зовут Лео, и что он человек. Только вот беда: проснуться не получалось.

— А гранатовое вино, мальчик, мы не даем просто так, — продолжила Аллегра. Что бы это значило — «мы»?.. — Чем и как ты готов заплатить?

— Так-так-так, — раздался со стороны большого зала женский голос. — Кое-кто испугался, что я надеру ему его эльфийские ушки за использование магии, и привел мне еду? Какая прелесть.

Услышав эти слова, Александр поднял голову от тарелки и поспешно проглотил не дожеванный кусок мяса.

— Великий! — радостно завопил он и, сорвавшись с места, исчез в дверях. Аллегра последовала за ним, и Лео только и оставалось, что присоединиться к остальным.

Говорившая женщина — вылитая амазонка с той фрески в библиотеке, только волосы длиннее — сидела в кресле из красного дерева. Она внимательно смотрела на Лео, и тот остановился на почтительном расстоянии: кто знает, чего ему ожидать? А рядом с женщиной стоял высокий мужчина в накинутом на плечи плаще для верховой езды. Он тоже изучал мальчика, но не внимательно, а спокойно и как-то рассеянно — так, будто думал о чем-то своем.

— Великий, я собрал лунные ягоды! — похвастался Александр, подходя к мужчине.

— Не хочешь поздороваться, гаденыш? — снова подала голос женщина.

Александр посмотрел на нее, а потом отошел и закрыл Лео спиной.

— Здравствуй, Великая, — сказал он.

— Где ты нашел это очаровательное создание? Он так приятно пахнет. Я проголодалась в дороге.

— Это не еда, — возразил Александр. — Это… мой друг. Это наш гость!

— Оставь юношу в покое, Дана. И как часто ты путешествуешь по лесам ночью, а потом ходишь в гости, Лео?

Поняв, что мужчина обращается к нему, Лео нахмурился. Сначала он хотел спросить, откуда тот узнал его имя, потом — откуда тот знает, где он был и как сюда попал, но не задал ни одного вопроса. А названный Великим продолжал смотреть на него, и Лео мучительно захотелось провалиться сквозь землю.

— Винсент, это моя еда! — заговорила женщина капризно — ну совсем как Роза, когда не хочет есть кашу. — С ним ничего не станет, если я выпью пару глоточков.

Винсент. Вот как зовут того врача, который учит Рино. Точно, так и есть, он ничего не путает. Может быть, это какой-то другой Винсент? Этот на врача не похож. Лео вздохнул и понял, что окончательно запутался.

— Тот самый. — Он умеет читать мысли?.. — Думаю, твой брат не обрадуется, узнав о твоих приключениях. Что скажешь?

— Сеньор… Dottore… Maestro… Великий…

Мужчина со смехом покачал головой, а женщина демонстративно надулась и повернулась к окну.

— Дайте юноше вина.

— Великий… — начала Аллегра.

— Бутылку, — уточнил мужчина.

Она развела руками.

— Целую бутылку? А как же…

— О плате не волнуйся. Заканчивайте ужин, Александр. Твоему приятелю нужно поспать. Утро вечера мудренее.

Лео разбудил надоедливый солнечный луч, который пробивался сквозь неплотно закрытые занавески и лез прямо в глаза. Он сел на кровати и огляделся. В голове носились неясные обрывки сна: белая вилла, темный лес, красивые фрески, книжные полки. На соседней кровати Роза, обнимавшая подушку, сладко посапывала и улыбалась. Ветер принес в спальню запах цветущих деревьев и звуки просыпавшегося города.

— Эх ты, соня, — услышал Лео голос Ринальдо. Брат стоял в дверях спальни и смотрел на него, улыбаясь. — Вставай и собирайся — пойдем на рынок. Только побыстрее, а то ничего свежего нам не достанется.

Лео молчал еще с минуту, а потом выпалил:

— Рино, прости меня, Рино! Я больше не буду, я больше никогда не пойду в лес без тебя!

Ринальдо подошел к брату и присел на кровать.

— О чем это ты?

— Я целую ночь ходил по лесу, заблудился, встретил оборотней у костра, и они хотели меня съесть! Видел две луны, белую и красную! А потом …

Он замолчал. А что было потом? Ведь еще совсем недавно он думал об этом… а теперь забыл?..

— Какой еще лес, Лео? Ты всю ночь мирно спал в своей кровати. И неудивительно, что так поздно проснулся: вчера я прочитал вам целых три сказки вместо одной. Сегодня будет одна, как бы вы меня ни упрашивали.

— Так леса не было? — недоуменно спросил Лео и поймал себя на мысли, что не понимает, о каком лесе идет речь. Что бы ему делать в таком месте ночью?

Ринальдо обнял брата и прижал к себе.

— Конечно, не было. А если и был — то только во сне, и теперь все хорошо. Вставай и умывайся. Кстати, вот и твоя корзина. Что это здесь?

Он достал из корзины какой-то сверток, развязал тонкую тесемку и оглядел бутылку из темного стекла.

— Откуда это у тебя?

Лео пожал плечами.

— Я даже не знаю, что это, — честно ответил он.

Ринальдо достал из горлышка пробку и сначала принюхался к содержимому, а потом, будто желая убедиться, что ему не показалось, сделал небольшой глоток.

— Ну и ну, — сказал он после паузы. — Не поверишь, но это гранатовое вино.

Content

Эльберг Анастасия, Томенчук Анна
ГРАНАТОВОЕ ВИНО