Леусс Линда Е.

Путь Дракона. Начало (СИ)

Annotation

Глава 1. Эсмириль

Я бежала второй час, и уже начала уставать. За мной гнались трое Ловчих, от которых мне так и не удалось оторваться.  В начале их было пятеро, но даже отсутствие двоих не облегчило мое положение, так как предводителем оставшихся трех был старый Заг. Я отстраненно подумала о том, что личное участие Зага в Охоте выглядело, по меньшей мере, странно, он был вожаком Ловчих и обычно разрабатывал план погони, следя за его исполнением, сам он не бегал уже очень много лет. Почему, интересно, мне оказана подобная честь? Неужели грозное имя нашего клана настолько впечатлило Зага, что он решил тряхнуть старыми костями и поучаствовать в Охоте?

Как всегда Большая Охота началась за пределами Города, подальше от туристических троп и дорог, чтобы не вызывать подозрений у случайных людей и это дало мне некоторые преимущества, я смогла бежать с максимально дозволенной скоростью, а Драконы бегают гораздо быстрее людей. К сожалению, Ловчие бегают не менее быстро. Я посматривала под ноги, чтобы не оступиться и старалась держать дыхание, мне предстояло  пробежать еще две трети маршрута. Вокруг расстилался живописный пригород, небольшие рощицы, кое-где расцвеченные золотым и багряным, пятнали склоны пологих холмов, щедро залитых уже по-осеннему мягким, нежарким солнечным светом, вдалеке мерцала светло-голубая, дымчатая полоска моря, ветер, дувший с запада, приносил его соленое дыхание. В другой день я бы с удовольствием побродила по окрестностям, но сегодня мне было не до пейзажей. Передо мной стояла боевая задача обеспечить себе максимальную фору для пробежки по городу, и я самонадеянно рассчитывала выиграть минимум две четверти часа.  К моему великому огорчению, грандиозные планы полетели демону под хвост через несколько лиг[1] после старта.  Считалось, что Ловчие существа предсказуемые и не отличающиеся  большим интеллектом. Обычно они просто преследовали Беглеца, рассчитывая на быстроту своих  ног, примитивные уловки и возможные ошибки жертвы. Во всяком случае, так они поступали во время всех предыдущих Больших Охот на протяжении многих веков, на чем и основывался выбор Беглеца, основным критерием которого являлись быстрые ноги. После определения ролей этой Охоты я и Драк приложили массу усилий, чтобы убедить отца и братьев в том, что мне необходимо принять в ней участие в качестве Беглеца, ведь я самая быстрая в своем клане, а братья слишком тяжелые, чтобы быстро бегать и этот факт стал нашим основным аргументом. Выслушав неисчислимое количество насмешек, шуток и советов обратиться к лекарю на предмет излечения наших, несомненно, больных голов от родственников и ближнего круга, мы с Драком, в конце концов, получили благословение отца, и наши имена были внесены в Свиток. И вот, во время моей первой Большой Охоты, Ловчие принялись эволюционировать.  Сначала они предсказуемо бежали стаей, но через некоторое время двое из них взяли левее, уходя в сторону по широкой дуге, а трое продолжали гнать меня вперед в своей обычной манере. Мне потребовалось некоторое время, чтобы сообразить в чем заключался их маневр и когда до меня дошло, что Ловчие задумали поймать меня до того как мы попадем в Город, то я с трудом удержалась от желания остановиться и предъявить им претензии на предмет несоответствия нашим ожиданиям. Какого демона?! Если Ловчие начнут вести  себя не так, как мы планировали, то все мои преимущества не стоят и тертого лурда[2]! Как правило, основная борьба разворачивалась на последних этапах Охоты, в погоне Ловчих за Беглецом учитывалось только  время прохождения маршрута, а неожиданности случались крайне редко, да и то, были связаны только с травмами и несчастными случаями. Роль Беглеца считалась самой безопасной из всех ролей Охоты и самой незначительной. Если Ловчие не дадут мне пройти дистанцию, наш клан будет опозорен на веки вечные! Ругнувшись сквозь зубы, я подавила панические мысли, сосредоточилась, пытаясь вспомнить карту местности и определиться с  альтернативным маршрутом, ясно, что бежать, как планировалось нельзя, а запасной вариант я заранее не продумала.  Демон, мне бы только добраться до Драка! Стараясь не нервничать раньше времени, я прокрутила в голове возможные варианты. В полулиге    на  север большая автострада и несколько мостов-развязок,  на которых наша погоня, мягко сказать, будет выглядеть странно. В мои планы не входили объяснения с полицией, да и Ловчие, наверняка, не желали иметь дело с властями. На западе море, не побегаешь, учитывая, что по условиям Большой Охоты запрещалось пользоваться умениями отличными от умений людей. Драк будет ждать меня через три четверти часа в небольшом сквере на юго-востоке города, как только я до него добегу, нам засчитают этот раунд и Охота продолжится уже без меня. Демон, если что-то пойдет не так,  Драк мне голову откусит! Остается только восточное направление. Это значит, что мне придется бежать через центр Города, худший вариант из всех возможных и, к сожалению, единственный.

Определившись с маршрутом, я стала плавно заворачивать на восток, прикидывая в какую именно часть Города попаду. Если я не ошиблась в расчетах, то через пять минут добегу до Смолвилла, приличного пригородного района для среднего класса, тихого днем и  спокойного ночью, застроенного одноэтажными типовыми домиками, утопающими в густых зарослях боярышника, с аккуратно подстриженными газонами и парковочными местами на одну машину. Смолвилл появился на карте Города лет десять назад, его длинные, прямые улицы тянулись с востока на запад, засаженные тополями аллеи пересекали Смолвилл поперек, деля район на кварталы.  По одной из этих аллей я смогу пересечь Смолвилл с максимальной скоростью и незаметно для его обитателей, в это время суток главы семейств трудятся в городе, дети занимаются в школах, а мамы-домохозяйки смотрят сериалы. Я оглянулась,  трое Ловчих бежали за мной, расстояние между нами не уменьшалось, но и не увеличивалось, остальных видно не было. Я прибавила  ходу, стараясь хоть немного увеличить расстояние между мной и преследователями, добежала до границы Смолвилла и нырнула в ближайшую аллею. Пока все шло по плану, я прикинула самый короткий маршрут до скверика.  Смолвилл я проскочу, Ловчие еще достаточно далеко.  Если мне не изменяет память, за Смолвиллем располагаются несколько небольших  пустырей и начинаются новостройки,  плавно переходящие в Город, разраставшийся на юго-восток.  Мне надо постараться использовать преимущество скорости по максимуму, в городе мы не сможем двигаться  так же быстро, как сейчас,  утром в центральных районах полно людей  и полицейских. Потом мне придется поплутать по улицам, чтобы добраться до сквера на Западной, где меня ждал Драк. Демон, я уже опаздываю!

Промчавшись через Смолвилл и выбежав на первый пустырь, я притормозила, чтобы перевести дыхание и осмотреться.  Ловчих видно не было, но я знала, что они появятся через несколько минут. Быстро окинув взглядом местность, определив места, где не велись строительные работы, и не было людей, я рванула к недостроенным домам. Слева мелькнула тень,  меня нагонял один из двух Ловчих, которые отделились от общей группы.  Резко изменив направление, я ворвалась в один из домов. Петляя по пустому зданию и концентрируясь на направлении, я летела вперед, перепрыгивая через строительный мусор и дыры в перекрытиях, Ловчий, уже не скрывая своего присутствия, с шумом ломился следом. Я в последний момент увидела и перепрыгнула очередную дыру в перекрытии, кое-как прикрытую куском фанеры, припорошенной цементной пылью, и резко свернула за угол, сзади раздался короткий вскрик, потонувший в грохоте и глухой звук упавшего с высоты тела. Медленно досчитав до двадцати, я осторожно выглянула из-за угла, над дырой оседал столб пыли, Ловчий не издавал ни звука. Я осторожно подошла к провалу и, вытянув шею, посмотрела вниз, Ловчий лежал на спине несколькими этажами ниже, раскинув руки, а из-под его головы растекалась кровавая лужа. В отряде моих преследователей первая потеря. Я удовлетворенно хмыкнула, развернулась и побежала дальше, выискивая удобное место для прыжка. Выпрыгнув через незастеклённое окно несколькими этажами ниже, я продолжила свой марафон. Впереди не менее двух лиг и самая трудная часть маршрута, к чему думать о противнике, который уже мертв. В спальных районах мы не снижали скорость, благо на удивление безлюдные улицы позволяли бежать во весь дух, но ближе к центру ситуация резко изменилась в худшую сторону. Уже почти выбежав на одну из центральных улиц, я заметила, что расстояние между мной и преследователями заметно сократилось. С востока к ним приближался еще один, четвертый.  Отлично, вся команда в сборе, я почувствовала себя оленем, которого гонит свора охотничьих псов.

Как я и предполагала, улицы в центре были запружены людьми, тут и там слышались истошные гудки автомобилей, раздавались резкие крики зазывал и продавцов сосисок, посередине тротуара толпились зеваки, слушая уличных певцов и смотря представления мимов, все это столпотворение не способствовало быстрому прохождению маршрута. Я проталкивалась сквозь толпу, помогая себе локтями, за мной ломились Ловчие. Вслед нам неслась ругань и крики пострадавших от наших активных действий, но мы не обращали на вопли и оскорбления ни малейшего внимания. Усталость вовсю давала о себе знать, в ушах стучала кровь, в боку кололо, от постоянных толчков я теряла скорость и сбивалась с дыхания, но моим преследователям приходилось еще хуже. Наша компания уже стала привлекать к себе лишнее внимание, надо быстрее убираться с оживленной улицы, пока нас всех не повязала полиция. Демон бы побрал эту конфиденциальность! Хотелось припустить на максимальной скорости, прыгая по машинам и отскакивая от стен, а еще лучше перевоплотиться и взмыть вверх, так дело пошло бы куда быстрее, но нельзя, запрещено правилами Охоты. Оглянувшись, я увидела, что Ловчих снова стало трое.  Я вспоминала карту города, одновременно лавируя между прохожими, судя по всему один из них решил обогнать меня по параллельной, менее запруженной улице и закрыть выход на Западную. Я оглянулась еще раз и стала думать, куда лучше свернуть. Впереди есть несколько узких улиц, которые ведут в соседний с Центром район. Райончик так себе, скажем честно, даже днем там лучше не появляться, но похоже особого выбора у меня нет. Страйт был натуральной трущобой, расположенной в четверти лиги от дорогого и красивого центра. Главные улицы Центра круглосуточно патрулировались полицейскими, дабы обитатели неблагополучного района не сильно досаждали респектабельным и богатым жителям, но, по моему мнению, гораздо дешевле для казны было бы снести Страйт и застроить освободившееся место новыми домами. Каждая предвыборная кампания нового градоначальника начиналась с обещаний избавиться от трущоб, но градоначальники менялись, а Страйт как стоял, так и стоит, по сей день. Я свернула налево и быстро пробежала по ближайшей перпендикулярной улице. Через четверть лиги пейзаж сменился, как в калейдоскопе, только что был чистый, ухоженный, богатый Центр и вот замусоренный, тесный, темный Страйт. Обшарпанные дома выглядели так, словно вот-вот развалятся, стекла в окнах кое-где были выбиты и забраны кусками фанеры, грязные стены щедро разрисованы граффити и неприличными надписями, старые, разваливающиеся остовы автомобилей брошены по обочинам узких улиц, а от куч мусора на тротуарах смердело, как на помойке. Сориентировавшись на местности и определив направление, где находится скверик  я, под тяжелыми взглядами аборигенов,  припустила на восток, уже опаздывая и отгоняя от себя навязчивые мысли о том, что Драк уже сходит с ума от волнения и что мне придется выслушать после окончания Охоты. Через несколько сот ярдов дома стали перемежаться со складами, гаражами, мастерскими и скоро совсем закончились, я очутилась в промышленной зоне, вокруг высились сплошные бетонные стены, заборы с кусками колючей проволоки, а  наглухо закрытые высокие ворота складов производили гнетущее впечатление, вокруг не было видно ни одного человека, Ловчие нагоняли. Демон, занесло же меня сюда, я совершенно не знаю этот район,  чувствую только направление и расстояние до Драка, правда, еще не настолько близкое,  чтобы сообщить ему о своем приближении.  Свернув наугад в первый попавшийся проулок, я бежала вперед, молясь, чтобы он не закончился тупиком. Ловчие выскочили из-за угла, когда мне оставалось пробежать меньше половины расстояния до ближайшей улицы, и вдруг я вросла в землю, с другой стороны переулка навстречу мне вразвалочку шел Заг. Он даже не трудился бежать. Зачем? Для него, как впрочем, и для меня, Большая Охота уже закончилась. Я с трудом перевела дыхание, в ушах шумело, а глаза заволокла красная пелена, внутри меня начал пробуждаться дракон. В голове билась одна-единственная связная мысль, о том, что я еще не отдала медальон и не признала себя побежденной, что у меня есть шанс, и я еще не проиграла. С хрипом дыша и сжав кулаки в бессильной ярости, я огляделась вокруг, бежать было некуда, в человеческом обличье мне с ними не справиться, а о моем перевоплощении наверняка узнают Следящие, даже если я убью всех Ловчих. Нарушить правила Охоты? Ну, уж нет, не дождутся! Никогда! Надо успокоиться, если дракон вырвется наружу в Городе мне и моей семье несдобровать, я начала бормотать мантру успокоения. Ловчие молча приближались ко мне, победоносно улыбаясь. Конечно, у них была причина для радости, ведь им удалось поймать  Дракона, когда такое бывало! Обычно они недосчитывались нескольких своих, если несчастливая звезда ставила их в один раунд с нами. Так и было, пока Драконы не выставили в роли Беглеца меня. Я даже представить себе боялась, как посмотрю в глаза отцу и братьям после такого провала.

- Игра закончилась, малышка? – проскрипел Заг, он говорил на всеобщем языке, странно прищелкивая на некоторых звуках  и глотая окончания – В этот раз победа была легкой, мы могли поймать тебя через четверть часа после старта.

- Что же не поймали? – просипела я, все еще пытаясь отдышаться и унять колотье в боку.

- Побегать всегда интересней. Да и парням размяться не помешает. – остальные Ловчие согласно покивали головами, подтверждая слова своего вожака.

- Одного из вас я все-таки уделала, – зло отозвалась я.

- Ерунда, не жалко потерять одного, чтобы посмотреть на пленного Дракона. – Заг махнул рукой, давая понять, что потеря одного из соплеменников его нисколько не трогает.

- Я еще не сдалась, – прошипела я. Ловчий приблизился ко мне, оглядел с ног до головы, словно видел первый раз в жизни,  поднял руку и лениво влепил пощечину. Моя голова мотнулась в сторону, мгновением позже его кулак влетел в солнечное сплетение, я согнулась пополам, разевая рот, как выброшенная на берег рыба, и пытаясь вдохнуть. Больно и унизительно. За моей спиной стояло трое Ловчих, и я решила пока проигнорировать унижение, ответить Загу достойно мне не дадут, а справиться  со всей командой мне не под силу, но это не означает, что я не попробую, ведь Тули так просто не сдаются. Ловчие получат медальон, только убив меня и драться я буду в человеческом обличье, чтобы никто не обвинил мой клан в нарушении правил. Заг схватил меня за волосы и заставил выпрямиться – Это вопрос времени, малышка.

- Эй, парни! – позади нас раздался резкий окрик, Заг разжал руку. Мы дружно обернулись. В дверном проеме одного из зданий стоял парень, опираясь одним плечом на створку, так что его правой руки не было видно, и, держа левую руку в кармане джинсов, он хмуро смотрел на нашу компанию. – Отвалите от девчонки! – голос спокойный, без истеричной агрессии, которая помогает некоторым людям мужского пола поднять боевой дух.

Ловчие оторопело переглянулись друг с другом, не зная как реагировать на вмешательство человека.

Первым отмерз Заг – Не лезь не твое дело, она должен нам. – проскрипел он, с трудом подбирая слова на местном языке, учитывая, что Ловчие почти никогда не бывали в третьем мире получилось у него весьма недурно. Заг ткнул в меня своим кривым пальцем, чтобы у парня не возникло никаких сомнений, о ком он говорит.

- Мне плевать, что она тебе должна, поищи себе достойных противников! – процедил сквозь зубы парень, явно не поверив Загу.

- Достойный противник? Ты? – Заг выглядел удивленным и обескураженным, ведь Ловчие считались неплохими бойцами, но мой защитник об этом не знал.

Заг сделал движение и вдруг у меня в глазах все поплыло. Я видела себя и окружающих со стороны, время замедлилось, а удары сердца гулко отдавались в голове. У меня мелькнула мысль, что мантра не подействовала и дракон все-таки вырвется наружу, спину жгло как огнем, но, к моему удивлению, я все еще оставалась человеком.  Ненавижу состояние между двумя ипостасями, ни дракон, ни человек, пальцем пошевелить не можешь и для здоровья вредно.  Человек толкнул плечом створку ворот, и я увидела в его правой руке что-то вроде дубинки. Заг рыкнул на своем языке приказ остальным и прыгнул на меня, пытаясь залезть под куртку и достать медальон, мы покатились по грязному асфальту. За несколько мгновений я определилась, что хочу остаться человеком и атаковала Зага коронным ударом Трина. Моя ладонь с плотно сжатыми пальцами не попала туда, куда я целилась, в переносицу, к сожалению, в самый последний момент Заг откинул голову и его движение погасило силу удара, иначе носа у Ловчего уже бы не было. Пнув ногами Зага в живот, я откатилась в сторону, вскочила с земли и встала в боевую стойку. Заг отлетел на несколько ярдов[3], но тут же поднялся на ноги, принимая бой. Мы провели серию выпадов, атак и контрударов, но пока ни один из нас не получил очевидного преимущества. Было бы у меня при себе оружие, Заг уже был бы мертв, со злостью подумала я. Рукопашному бою меня тоже учили, но в драках с мужчинами мой небольшой рост и мой пол были большими минусами, на то, что я одолею Зага в драке, рассчитывать не приходилось. Я старалась не давать воли своему дракону, главное не позволить Загу завладеть медальоном, пока он у меня, раунд не проигран. Ловчий, не ожидавший от меня такого упорного сопротивления, зверел, его удары становились все более сильными, и мне с трудом удавалось уворачиваться, об атаке речи не шло, у меня едва хватало сил, чтобы отбиваться. Я уже пропустила несколько чувствительных ударов в корпус и по ногам, и знала, что долго не продержусь, мое положение становилось очевидно безвыходным,  а финал нашей схватки предрешен. Слева от нас мой защитник вполне успешно отбивал атаки  остальных Ловчих, один из них уже лежал ничком на тротуаре и не двигался.  Второй сидел, привалившись спиной к грязной стене, и тряс головой, видимо спаситель владел дубинкой мастерски и использовал ее в качестве оружия не в первый раз. Неожиданно что-то с силой ударило меня по ногам, я споткнулась и свалилась на землю, крепко приложившись затылком об асфальт. Встать я не успела, Заг, использовав неожиданное преимущество, подскочил ко мне и грубо дернул за куртку, поднимая на ноги, одной рукой приподнял над землей и резко швырнул в ближайшую стену. Я попыталась сгруппироваться, но расстояние до стены было слишком мало. Врезавшись в нее головой и плечом, услышав противный хруст ломающейся кости в правой руке и ощутив резкую, пронизывающую боль, я потеряла сознание.

Глава 2. Ник

День не задался с самого утра. Спозаранку в мою комнату притащился Хью и, старательно отводя взгляд, сообщил, что вынужден поднять плату за квартиру, после чего долго жаловался на дороговизну воды, света и свою общую бедность. Мрачно глядя на его плешивую голову и небритую щеку, я думал о том, что мне снова придется искать другую квартиру. Оглядев свою комнатушку с низким,  серым потолком, потрепанными обоями и давно не мытым окном, я решил, что хуже этого клоповника, в городе мне жилья не найти. Вот черт, как же некстати! Мне обещали место в другой мастерской, но нужно подождать несколько месяцев, а до тех пор я не могу позволить себе жилье подороже. Я хмуро смотрел на Хью, почти не слыша его, и прикидывал, дотяну ли  до конца месяца. Стив обещал выплатить зарплату, но на эти деньги приличное жилье не найти, везде требуют оплату за несколько месяцев вперед, а лишних денег у меня не водилось.

- Ладно, я все понял. Сколько у меня времени? – спросил я, прервав поток стенаний Хью.

- До конца недели. – Он бросил на меня быстрый взгляд и снова отвел глаза.

- До конца месяца, -  твердо сказал  я, выторговав десять лишних дней.

- Ладно, до конца месяца, – с душераздирающим вздохом согласился Хью. – Ты из меня веревки вьешь, как твоя мамаша!

Хью был первым мужем в череде бесконечных мужей моей дорогой родительницы, ее браки длились от нескольких месяцев до нескольких лет, но неизменно заканчивались разводом, жить без любви и вне брака с мужчиной мама не умела. Как только любовь заканчивалась, мама оформляла очередной развод и начинала поиск новой любви всей ее жизни. Своего биологического отца я не знал, мой официальный приемный отец был мужем номер четыре. Он пару лет воспитывал меня при помощи кулаков и матерного ора, но я на него не в обиде, он был нормальным мужиком, светлая ему память. Остальные отчимы, по-моему, даже не помнили, как меня зовут.

- Только ради родственных чувств, – прогнусил Хью. Я скептически хмыкнул, ну, если первый муж мамы тоже считается родственником, тогда ладно.  Еще пару раз тяжело вздохнув, он развернулся и побрел в свою комнату. Я мрачно смотрел ему вслед, когда-то он был приличным человеком, работал в крупной компании, ходил в костюме, но тяга к покеру и виски, в конце концов, сделала из него развалину в неполные шестьдесят.  Меня передернуло,  упаси бог стать таким же, как Хью. Отогнав мрачные мысли, я пошел в ванную. Через пятнадцать минут, сделав себе пару тостов и налив кофе в большую кружку, я услышал трель телефона, Хью прошаркал в коридор, он всегда брал трубку сам.

- Ник, тебя! – крикнул он.

Кружка застыла на полпути до рта. Интересно, кто бы это мог быть? После расставания с последней подружкой и переезда к Хью, мне никто и никогда сюда не звонил. Я вышел в коридор и взял из рук Хью трубку допотопного аппарата, старый скряга не признавал радиотелефонов, скорее всего для того, чтобы иметь возможность подслушивать разговоры своих жильцов – Алло.

- Привет, Ник! – голос Стива, моего работодателя – На работу собираешься?

- Ну? – буркнул я, Стив был последним человеком,  с кем бы я хотел общаться в такую рань.

- Что такой сердитый? – хохотнул Стив.

- Ты меня уволить хочешь? – в лоб спросил я, морально готовясь услышать положительный ответ.

- С чего бы это? Как я могу уволить своего лучшего механика? – удивленно отозвался  Стив.

Да, этого у меня не отнять, я с детства разбирался в технике, сначала чинил все, что ломала моя криворукая маменька, потом прибился к автомастерской, где меня быстро пристроили к делу.

- Тогда чего звонишь? – я немного расслабился.

- Хотел тебя попросить, чтобы ты заскочил к Филу в его новую мастерскую на Страйте и забрал запчасти. Это от тебя недалеко. Сделаешь? – деловито сказал Стив.

- Сделаю. Где на Страйте? – спросил я.

Стив объяснил, как найти мастерскую и повесил трубку, напоследок попросив меня забрать у Фила его бейсбольную биту, потому что он собирался погонять мяч в эти выходные. Представив неуклюжего, толстого Стива на поле, я посочувствовал его команде.

- Кто это был? – проскрипел Хью из своей комнаты, прекрасно зная, с кем я разговаривал.

- Стив, -  откликнулся я.

- Я все жду, когда же тебе красотки начнут звонить, да видать помру раньше. Ты не голубой случайно? – он высунул свою пропитую морду из двери, ожидая моего ответа, как всегда в такие моменты, он напомнил мне любопытного, старого бурундука.

- Отвали, – я показал ему неприличный жест и повернулся спиной. В ответ раздалось хихиканье, на фигуры из пальцев Хью не обижался.

Я зашел в свою комнату, захватил куртку и отправился на Страйт.

Мастерская Фила располагалась на границе Страйта, в одном из длинных, приземистых строений промышленной зоны, растянувшемся на целый квартал и разделенном внутри кирпичными стенами на небольшие склады и мастерские. Главные входы располагались на 32-ой улице, а пожарные выходы вели на маленькую улочку без названия, по которой можно было добраться до Западной. Распихав по карманам запчасти и положив на стол биту, чтобы не забыть, я выпил кофе, и с удовольствием поболтал  с парнями Фила, невольно завидуя им. Я с радостью поработал бы здесь, но, к моему великому сожалению, у Фила была огромная семья, и он никогда никого не нанимал со стороны, принимая на работу бесконечных племянников и кузенов, но, судя по тому, как шли дела в его мастерской, племянники и кузены были толковыми ребятами.

- Фил, выпустишь меня через пожарный выход, а то мне придется обходить весь квартал? – спросил я, бросив опустевший бумажный  стаканчик в мусорное ведро и взяв биту.

- Конечно, – согласился Фил и попрощавшись с ребятами, я направился следом за ним в дальнюю часть мастерской.

Фил открыл ключом металлическую дверь и кивнул внутрь – Внешняя дверь не запирается, толкни ее хорошенько, когда будешь выходить и не забудь закрыть, как следует. Ну давай, был рад тебя повидать,– произнес Фил. Я кивнул, попрощался и пожал его правое запястье. Дверь за моей спиной захлопнулась, а щелчок замка прозвучал зловеще, в узком пространстве между двумя дверями были свалены пыльные покрышки, кучи сломанных запчастей и еще какой-то мусор, пованивало мочой и старой смазкой. Дверь на улицу находилась в паре метров от меня, радуя пробивающимися сквозь щели лучиками света. Я сделал пару шагов, стараясь не споткнуться, и толкнув створку, выглянул наружу. Со стороны Страйта по улице бежала девчонка лет двадцати, поминутно оборачиваясь назад, за ней гнались трое взрослых мужиков. Я прикрыл дверь, решив пока не выходить, все-таки это Страйт и  просто так тут люди друг за другом не гоняются, кроме того здесь очень не любят лишних свидетелей. Девушка резко затормозила прямо напротив выхода из гаража, трое нагнали ее и остановились в паре метров. Я услышал  мужской голос, и, стараясь не шуметь, прильнул к самой большой щели пытаясь рассмотреть, как будут развиваться события на улице. Судя по всему, у девочки сегодня тоже день не задался. Со стороны Западной к ней подошел еще один мужик, что-то говоря ей, она в ответ выкрикнула несколько фраз на незнакомом языке и замолчала. Черт, на этом Страйте кто только не живет, сразу и не сообразишь какого племени человек. Кем бы они ни были, но намерения у парней были отчетливо недружелюбные. Девушка не была похожа на обитательниц Страйта, этих я различал с первого взгляда, видимо она попала сюда случайно и, скорее всего, не по своей воле. Ее преследователи могли быть сутенерами, продавцами наркоты или гопниками и мне совсем не хотелось с ними связываться, благородные порывы для вмешавшегося часто заканчивались ножом в брюхе, но и бросать девушку на произвол судьбы не дело.

В памяти всплыло воспоминание детства о том, как мы с матерью  жили в паре кварталов отсюда и однажды ее на улице избила банда молодых обдолбаных отморозков, просто так, ни за что, и никто не вмешался, глядя на то, как трое парней пинают ногами женщину. Ведь это Страйт, раз бьют, значит за дело, может, она им денег должна. Обнаружила ее наша соседка Рози, которая случайно проходила мимо помойки, где и валялась мама с кровавым месивом вместо лица и сломанными ногами, опознав только по платью, которое сама ей подарила за несколько дней до произошедшего. Рози, всю жизнь прожившая на Страйте, не растерялась и развила бурную деятельность: вызвала скорую, поехала с мамой в больницу, оформила все документы в приемном покое и полиции, так как мать была без сознания, и не дала полицейским забрать меня в приют, назвавшись теткой со стороны отца. Офицеры даже не спросили у нее подтверждающих родство  документов, поверив на слово, и задав еще несколько вопросов, вскоре оставили нас в покое. Я жил у Рози пару месяцев, помогал ей, как мог, чтобы не быть обузой, сидел с ее крикливыми близнецами, когда она работала в ночную смену, и зажимал им рты, когда она скандалила со своим сожителем, алкоголиком Маком, потому что, услышь он их скулеж, досталось бы всем нам, а когда Мак уходил, обрабатывал синяки и ссадины Рози. После очередной их ссоры, когда Мак, пнув пару раз лежащую на полу Рози, вытащив деньги из ее кошелька и пригрозив в следующий раз убить, хлопнул дверью и отправился в ближайший бар, я с трудом привел ее в чувство и помог подняться. У нее были разбиты губы, ссажена скула, по подбородку текла кровь, а правый глаз заплывал огромным синяком. Под вопли испуганных детей, я помог Рози дойти до кухни и усадил ее на стул. Сбегав в соседнюю комнату, я кое-как успокоил перепуганных мальчишек, затолкал их в кровать, угостив каждого шоколадкой из личных запасов, и вернулся на кухню. Аптечка в доме  Рози всегда была наготове, я, взгромоздившись на стул, достал ее из  верхнего кухонного ящика, куда ее тщательно прятали от любопытных близнецов. Рози скорчилась на стуле, качаясь взад-вперед, а по ее щекам текли слезы. Я привычно обработал ее ссадины, сел напротив и, подперев рукой голову, некоторое время смотрел на нее.

- Рози, почему ты не выгонишь Мака? – спросил я – Он дерется, орет на тебя и детей и отбирает деньги?

Рози долго молчала, а потом с трудом разлепив разбитые губы, ответила – Мак не злой, это выпивка делает его таким. Ник, ведь он без меня пропадет, как я могу его выгнать? – даже в том возрасте я понимал абсурдность подобного аргумента.  Рози не стала дожидаться моего ответа, слегка прикоснулась к разбитой губе и ругнулась – Вот урод, опять завтра на работу с разбитой рожей пойду! – а потом неожиданно сказала - Ты еще маленький и ничего не понимаешь во взрослой жизни. Помоги мне, пожалуйста, дойти до кровати. – я послушно подставил ей плечо и мы кое-как доковыляли до соседней комнаты. Тогда я действительно ничего не понял, не понимаю ее и сейчас. После каждого своего запоя Мак приползал домой избитый, грязный, голодный и без денег. Сначала он стоял на коленях перед дверью в квартиру  Рози и громогласно просил прощения, пока соседи, доведенные до белого каления его воплями, не начинали требовать у Рози, впустить его и дать покой всему подъезду, или грозили проломить мерзкому ублюдку череп, чтобы он, наконец, заткнулся. Рози, прекрасно зная своих соседей, запускала Мака внутрь и начиналась вторая серия мелодрамы. Едва переступив порог квартиры, он валился Рози в ноги, ревел белугой, прося прощения и размазывая слезы по щекам, хватал на руки орущих от страха близнецов и демонстрировал свою к ним любовь, клялся всем святым, что любит Рози и детей и не сможет без них жить. Каждый раз Рози прощала его, неделю Мак ходил как шелковый, а еще через две недели он уходил в новый запой, и все повторялось снова. В периоды просветления он был безобидным и, в общем-то, незлым мужиком, помогал Рози по хозяйству и вел себя смирно, но стоило ему опрокинуть рюмку-другую, как он превращался в агрессивное животное. Через несколько лет Мака посадили в тюрьму за непреднамеренное убийство в состоянии алкогольного опьянения, и Рози переехала поближе к исправительному заведению, где он отбывал срок, чтобы, как она выразилась, «морально его поддерживать».

В тот год, когда мать избили на Страйте, мне исполнилось двенадцать лет и тогда же кончилось мое детство. При выписке матери из больницы врачи сказали, что ей повезло, что ее страховки хватило на оплату лечения, иначе она стала бы инвалидом. Несмотря на это жизнерадостное утверждение, ходить без костыля она смогла только через полгода, а ноги на погоду у нее болят до сих пор. С тех пор я ненавижу Страйт, его обитателей и мужчин, избивающих женщин.

Тем временем события в переулке развивались, парни взяли девчонку в кольцо, самый старший из них лениво ударил ее по лицу и въехал кулаком в живот, девушка согнулась и закашлялась. Выглядели нападавшие словно братья, высокие, поджарые, с выступающими скулами, узкими глазами и длинными носами. Я переложил биту в правую руку, завел ее за спину и решительно толкнул дверь.

Видимо, они не ожидали, что кто-то вмешается и  заступится за девушку. Видимо, они не сочли меня достойным противником, за что один из них тут же и поплатился. Второго я вывел из строя ударом в живот с последующим закреплением результата о ближайшую стену. Башка у парня оказалась крепкой, он даже не потерял сознание, но в качестве боевой единицы в ближайшие пятнадцать минут интереса не представлял. Третий сообразил, что от биты надо держаться подальше, и начал осторожно кружить вокруг меня в ожидании, когда я откроюсь, и, делая пробные выпады. Если бы я напоролся на ребят из уличных банд, мне бы не поздоровилось, и я вряд ли бы ушел из этого переулка живым, этот же дрался как-то слишком правильно, не по-уличному и к моему безмерному удивлению был невооружен. Я же наоборот не стал с ним церемониться и дрался так, как принято в этом городе, преследуя единственную цель – победить, впрочем, стараясь не убить, провести следующие двадцать лет в тюрьме я не планировал. Девочка тоже дралась, с тем, кто пришел с Западной, и получалось у нее, черт возьми, совсем неплохо! Надо побыстрей разобраться с моим противником и выручать ее или хотя бы дать возможность сбежать. Где-то я просчитался, подсечка сработала, но парень откатился прямо под ноги девушке, она, не заметив в пылу схватки его маневра, споткнулась и свалилась на асфальт. Ей нужно было на две секунды больше времени, чтобы вскочить, но ее противник их не дал. Он резво подскочил к ней, вцепился в куртку, неожиданно легко поднял с земли и швырнул в стенку. Девушка с глухим звуком ударилась об нее и со всхлипом сползла вниз. В этот момент меня и переклинило, я кинулся на ее обидчика, замахиваясь битой, без всяких вывертов собираясь проломить ему череп, но он неожиданно грациозно ушел в сторону, одновременно выкрикнув несколько слов на странном, гортанном языке. Я по инерции пробежал вперед несколько метров, притормозил и развернулся к ним лицом в полной уверенности, что теперь они примутся за меня основательно и готовясь дорого продать свою жизнь, но к моему удивлению, они не стали нападать, наоборот, собирались уносить ноги. Они двигались очень быстро, можно сказать, нечеловечески быстро, я с трудом удерживал их в поле зрения. Мой третий противник, помог подняться с земли второму, а тот, который дрался с девушкой, легко взвалил на плечо парня, которого я вырубил битой в самом начале. Все манипуляции у них заняли секунд десять, после чего старший, зло зыркнув на меня, сиплым голосом произнес несколько слов, его спутники согласно кивнули и они на невероятной скорости помчались в сторону центра. Я тряхнул головой, остывая после драки и пытаясь хоть как-то оформить свои впечатления в связные мысли. Интересно, кто были эти парни? Ясно, что они не местные, но откуда они взялись? И почему, черт бы их подрал, они так быстро двигаются? Может быть, девушка сможет прояснить ситуацию. Я подошел к ней и присел на корточки. Она полусидела на земле, привалившись спиной к стене и свесив голову на грудь. Левая рука неловко подвернулась, вид правой не вызывал сомнений в том, что она сломана, из под спутанных волос на куртку капала кровь. Я аккуратно положил ее на землю и убрал волосы с лица. Девушка была красивая, нет, очень красивая, несмотря на пятна крови и разводы грязи, заплывшую багровым скулу, и разбитые губы. Ее темные, длинные, кудрявые волосы, местами слипшиеся от крови и кое-где припорошенные пылью, были стянуты на затылке в узел, лицо с высокими скулами, чистой, загорелой кожей, аккуратным носом и темными тонкими бровями, на мой взгляд, было идеальным. Я разглядывал девушку и пытался угадать какого цвета у нее глаза, наверное, темные, такие в которых не видно зрачка. Девушка была одета в коричневую куртку, камуфляжные штаны и высокие военные ботинки, одежда была добротная, но довольно грязная и кое-где порванная.  Я осторожно пощупал карманы ее куртки и штанов, ни телефона,  ни документов, как искать ее друзей или родственников неизвестно. Не полицию же мне вызывать! Я снял свою куртку, осторожно подвязал ею поврежденную руку, встал и подхватил девушку на руки.

- Пусть сначала придет в себя, а потом разберемся. – пробормотал я вслух и направился в сторону своей берлоги, в глубине души радуясь, что девушка побудет со мной еще некоторое время.

Глава 3 Эсмириль

Сознание возвращалось медленно и частями, обрушивая на меня букет ощущений. Первым включилось осязание, потом обоняние и частично зрение и слух. Следуя первой заповеди воина, которую с упорством дятлов, вдалбливали в головы учеников боевые наставники, и которая гласила, что воин после боя обязан определить количество и качество травм, особенно если он был без сознания, я сосредоточилась на болевых ощущениях. Голова немилосердно болела, разбитые губы и скула противно саднили, во рту чувствовался вкус крови, я провела по зубам языком и ожидаемо обнаружила пару выбитых зубов. Неприятно, но не смертельно, зубы вырастут новые. Хорошо, что мы можем использовать хоть какие-то преимущества своей драконьей натуры в третьем мире, например, крепкие кости, быструю реакцию, ну и как маленькое приятное дополнение - регенерацию и простейшие заклинания, во всяком случае, до тех пор, пока наша необычность не привлекает внимание людей. Левый глаз не открывается. Я попробовала пошевелиться, плечо тут же пронзила резкая боль, заставив меня до крови прикусить губу. Во второй заповеди говорилось о том, что воин не должен обнаруживать наличие сознания, пока не оценит свое состояние, положение и по возможности окружение. В общем и целом мое состояние можно было назвать удовлетворительным, по результатам самосканирования выходило, что моя правая рука скорей всего сломана, тело покрыто ссадинами и синяками, внутренние органы почти не повреждены, голова в порядке. Пора оценить положение и окружение. Я открыла правый глаз и огляделась, стараясь лишний раз не шевелиться.  Взгляд уперся в противоположную стенку, оклеенную старыми обоями в веселый цветочек. Я находилась в незнакомой комнате с низким серым потолком и лампочкой без абажура, у стены стоял небольшой платяной шкаф с отвисшими дверцами, потрепанное кресло и журнальный столик со стопкой книг и настольной лампой. Скосив глаз, я увидела, что лежу на топчане, застеленном стареньким, но чистым пледом, а моя правая рука примотана к телу чьей-то курткой. Осмотр отнял у меня все силы, правая рука отзывалась резкой болью, по-моему, даже при движении глаз. Кроме меня в комнате никого не было.  Я закрыла глаза и постаралась хоть немного унять боль, для чего мне следовало сосредоточиться и перераспределить внутреннюю энергию. После нескольких минут стараний мне удалось слегка унять боль в руке и заработать головокружение от глубокого и частого дыхания, четкий ритм которого был одним из главных составляющих данной техники. Достигнуть должного уровня сосредоточения тоже не получилось, мысли об Охоте навязчиво крутились в голове, не давая, как следует, уйти в себя и пообщаться с поврежденным организмом. Да, знатно поохотилась!  Интересно, где же я нахожусь и как сюда попала? Ничего не помню! Где-то на краю слышимости бубнили два мужских голоса, слух еще восстановился не полностью, поэтому я не могла расслышать, о чем они говорят.  Некоторое время я задумчиво глядела в потолок, размышляя о том, что совсем скоро мне придется встать и как мне будет при этом больно. Мысль о драке с Ловчими вывела меня из задумчивости, заставив облиться холодным потом, надо срочно связаться с Драком и обсудить случившееся. Перед Охотой я честно проштудировала ее правила, но всех нюансов, к сожалению, не помнила, особенно те главы, где описывались всякие нарушения правил, случившиеся за долгое время проведения Охот.  Кто же мог знать заранее, что они будут нарушены? Слух восстанавливался, и я постепенно начинала различать голоса говоривших,  тон разговора повышался и теперь они почти кричали. Через некоторое время я смогла разобрать слова.

- Я сказал нет! Надо связаться с ее родными! Она не потаскуха со Страйта, а нормальная девчонка! – молодой голос, говорит резко и раздраженно.

- Вечно ты лезешь не в свои дела! Зачем ты ее сюда притащил? Мне разборки со страйтовскими не нужны! Я с этими отморозками на старости лет дел иметь не хочу! Нет, ну надо же быть таким идиотом! Сцепиться с бандой за какую-то кошку драную, да еще домой ее приволочь! – визгливо воскликнул второй, голос неприятный, скрипучий, я поморщилась, он вонзался в мозг как игла.

- Хью, заткнись! Она сейчас придет в себя, свяжется со своим родителям и все будет в порядке. Не будет никаких разборок! – заорал первый.

- Денег не забудь с них затребовать за свои благодеяния, герой! – проскрипел второй.

Первый не ответил, и через секунду  я услышала его шаги по коридору.

Итак, что мы имеем? Больной на всю голову в прямом смысле Дракон и рыцарь без страха и упрека, спасший беззащитную деву из лап злодеев. Да уж,  романтика! Алариэль бы оценила, история как раз в духе эльфийских любовных романов, которые она обожает, а я терпеть не могу! Дверь открылась и я, наконец, смогла рассмотреть своего спасителя. Он оказался довольно высоким парнем лет двадцати пяти  с хорошей фигурой, светлыми вихрами,  серьезными серыми глазами и мужественным подбородком. Его нельзя было назвать красавцем, обычный симпатичный молодой человек, но мне он понравился. Спаситель был одет в клетчатую ковбойскую рубаху с закатанными рукавами, белую футболку, голубые джинсы и кроссовки. Он прикрыл дверь и сделал несколько осторожных шагов в сторону кровати, пытаясь разглядеть, пришла ли я в себя. Подойдя поближе, он склонился над топчаном и сосредоточенно нахмурился, отчего вид у него сделался очень забавный. Я наблюдала за ним сквозь опущенные ресницы, пока не подавая признаков жизни, он присел на край постели, немного задев меня, отчего моя рука выстрелила такой пронзительной болью, что я не удержалась и вскрикнула, а из глаз брызнули слезы. Парень испуганно подскочил, – Извини, я не хотел!

- Нормально, – процедила я сквозь зубы, демон, ну как же больно, давненько я не ломала себе конечности и уже успела забыть эти феерические ощущения.

- Сильно болит? – участливо спросил он, придвигая стул к топчану и садясь на него.

- Бывало и хуже, – я старалась не двигаться, чтобы боль хоть немного унялась. Да уж, бывало, стоит вспомнить хотя бы ту переделку в пятом мире, когда домой меня принесли на руках, со сломанным позвоночником, а левую ногу пришлось складывать по кусочкам. Шаманы возились со мной несколько лун, и тогда тоже было больно, очень больно, не помогали даже самые сильнодействующие снадобья.

- Ник, – представился он, внимательно  разглядывая меня.

- Эсмириль, – отозвалась я, все еще кривясь от боли.

- Красивое имя, – голос у него был с хрипотцой, очень приятный голос, как раз в моем вкусе.

- Спасибо, – поблагодарила я его за комплимент.

Мы замолчали, Ник продолжал меня разглядывать, а я старалась лишний раз не шевелиться. Пауза затянулась.

- Своим не хочешь позвонить? – спросил он.

Я задумалась.  За все время проведения Охот в них никогда не вмешивались люди, все участники следили за тем, чтобы обитатели третьего мира не заметили ни Псов, ни Ловчих, ни Беглецов, ни тем более Охотников. В основном, это делалось для соблюдения древних традиций Охоты и конспирации, во время Охоты мы не используем наши возможности полностью, участники не должны убивать друг друга, во всяком случае, специально, Охота проходит максимально честно.  По давней традиции Охота всегда проходит в третьем мире, участники обязаны использовать только свои физические возможности, приближенные к возможностям людей, без всяких магических и ментальных выкрутасов, суперсилы и тому подобных вещей, за чем приглядывают Следящие. Каждому участнику Охоты выдавался заговоренный медальон, который можно было снять только с шеи пленного или мертвого и никак иначе. Я, стараясь не делать резких движений и гримасничая от боли, осторожно засунула левую руку за пазуху и вытащила медальон. Мне доставили его вчера вечером в поместье вместе со Свитком, где красивыми эльфийскими рунами было написано мое предназначение в Охоте. Медальон представлял собой большую монету из золотистого металла с отверстием посередине, участникам надлежало надеть его и не снимать до официального окончания Охоты. Маги заговаривали каждый медальон для того, чтобы определить, не были ли нарушены правила и отслеживать перемещения участников. Книга Большой Охоты гласила, что медальон становился черным, если участника брали в плен или красным, если участник погибал или был убит, форму он не менял никогда. Я оторопело уставилась на непонятное нечто на длинной цепочке. Мой медальон был ни золотым, ни черным, ни красным, он стал неприятного грязно-коричневого цвета  и выглядел так, словно кто-то пытался свернуть его в трубочку.  Что еще произошло на Охоте, чего я не знаю? Почему мой медальон поменял форму и цвет? И вообще, что бы, демон меня побери, все это значило? В голове возник мыслеобраз моего брата Драка, он что-то говорил, но я его не слышала, способность к мыслесвязи еще не восстановились. Я полюбовалась на Драка, он где-то рядом и с ним все в порядке, скоро он меня отсюда заберет, а потом, скорее всего, прибьет за то, что я его так подставила. Ник все это время с интересом наблюдал за мыслительным процессом на моем лице и моими же манипуляциями с медальоном.

- Ну что, Эсмириль, надумала, кому будешь звонить? – Ник вернул разговор в конструктивное русло.

- Я сейчас свяжусь со своими родными, и меня заберут, – пробормотала я.

- У тебя рука сломана, тебе в больницу надо, – заботливо произнес он, глядя на мои гримасы.

- Меня отвезут, не беспокойся, – рука говорить не мешала, а разбитая скула и выбитые зубы даже очень.

- Кто были эти парни? Один сказал, что ты им что-то должна, это правда? – его взгляд посерьезнел.

- Нет, – скривившись, отозвалась я.

- Ты их знаешь? – спросил он.

- Да.

- Я ничего не понял, может, объяснишь? – допытывался он

- Нет, – придумать правдоподобное объяснение я была не в состоянии, поэтому предпочитала отвечать односложно, чем наболтать лишнего.

- Да ты разговорчивая, я смотрю, – хмыкнул Ник, было заметно, что его обидели мои недомолвки.

И тут у меня в голове в полную мощь своей луженой глотки включился Драк. Это было так громко, что я подпрыгнула от неожиданности и застонала от боли.

- Эсмириль, демон тебя раздери, ответь! Где ты?  - заорал он, судя по интонации, брат был  вне себя от ярости, еще бы, он меня видит все это время, а я ему не отвечаю.

- Я слышу, не кричи, у меня голова и без тебя лопается, – мысленно простонала я, хорошо хоть мыслесвязь позволяет передавать эмоции.

- Ты где? Что с тобой? Мы тут все с ума сходим! – встревожено завопил Драк.

- А сколько времени прошло? – я не успела спросить у Ника, сколько времени была без сознания.

- Охота закончилась три часа назад, – раздраженно ответил Драк, – и все это время я пытаюсь до тебя достучаться.

- Неплохо меня Заг приложил, три часа без сознания! – удивленно воскликнула я.

- Кто тебя приложил? Заг, Ловчий?! Что там у вас произошло? Наместник остановил Охоту, все стоят на ушах. Отец выехал из Шерданна, завтра будет в Городе. Где ты?  - голос Драка гудел в моей ушибленной голове, как боевой барабан.

- Сейчас выясню, где я очутилась, – пробормотала я. -  И, Драк, у меня рука сломана.

Брат тяжело вздохнул и отключился.

Я снова задумалась и теперь к моим мыслям примешивалась изрядная доля беспокойства по поводу остановки Охоты. Демон, что же теперь будет? Точно ничего хорошего. Ник, невзирая на его благородные мотивы, тоже может пострадать, ведь как говорят, тот, кто много знает, долго не живет. Я мрачно посмотрела на парня, он смотрел на меня с любопытством и удивлением.

- Поговорила? Мне показалось или у тебя телефон в голову встроен? – с усмешкой спросил он.

- Показалось, – буркнула я.

- Так что, Эсмириль, дальше-то делать будем? – задал он резонный вопрос, все еще улыбаясь.

И тут я взбеленилась. Драконы вообще не отличаются кротким нравом, а тут при таких делах с Охотой я вообще удивляюсь, как ипостась не сменила. Сидит тут, улыбчивый и довольный, словно целый лейс[4]на дороге нашел, а ему, между прочим, возможно, грозит смертельная опасность, ведь неизвестно, что с ним могут сделать за то, что влез в Охоту! И не посмотрят, что он хотел  как лучше!

- А делать мы будем вот что, Ник, – процедила я. - Ты мне скажешь адрес этого долбаного места, куда ты меня приволок, и я отсюда свалю,  как можно быстрее, а ты забудешь, что сегодня  произошло через четверть часа после моего ухода и будешь прикидываться ветошью, если тебя станут о произошедшем спрашивать! Ты понял? – прорычала я, в глубине души надеясь, что Следящие не узнают о Нике.

Лицо спасителя  вытянулось.

- Ничего себе! Хоть бы спасибо сказала, – протянул он.

- Спасибо! Доволен? – прошипела я, мои травмы беспокоили меня все сильнее, заниматься обезболиванием не было ни сил, ни времени и свалить как можно быстрее в сторону больницы казалось мне наилучшим вариантом развития событий.

- Пожалуй, нет, но я думаю, что в другой форме ты меня не отблагодаришь, – он перестал улыбаться и теперь хмуро смотрел на меня. Видимо, уже пожалел, что спас такую неблагодарную и сварливую деву.

Я вспомнила перепалку в коридоре.

- Ты про деньги? Я пришлю своего адвоката обговорить сумму компенсации и все такое, – выпалила я, кроме отсутствия кроткого нрава, в число моих несомненных достоинств не входило умение сначала думать, а потом говорить. Ник дернулся, точно от оплеухи.

- 25 улица угол Западной,  дом 28. – быстро сказал он.

- Что? – не поняла я.

- Адрес долбаного места, в которое я тебя приволок. Звони своим адвокатам или родственникам и пусть тебя поскорее забирают. - Он встал,  отошел к окну и демонстративно повернулся ко мне спиной.

Так, разговор закончен. Я почувствовала угрызения совести, все таки он меня отбил у Ловчих, надо было быть с ним хотя бы повежливее. Если бы мы познакомились при менее травматичных и нервных для меня обстоятельствах, то он бы мне даже понравился, а так даже на вежливость сил не хватает. Я сжала зубы и с трудом села, спустив ноги с кровати, некоторое время посидела, закрыв глаза и пережидая приступ тошноты, головокружения и адской боли в руке. Собравшись духом и осторожно встав, я подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение, ну конечно, принцесса сегодня в форме как никогда! Левая половина лица заплыла багровым кровоподтеком, волосы вымазаны засохшей кровью и сбились в плотный колтун, на лице грязные разводы. Одежда выглядела не лучше, штаны грязные и порванные в нескольких местах, ворот майки разорван, куртка в пятнах крови. Я отправила мысленное послание Драку о своем местонахождении и получила инструкции топать на пересечение Западной и 30 улицы, так как он не намерен плутать по всяким закоулкам. Мои травмы он, конечно же, в учет не принял. Подумаешь, эка невидаль, сломанная рука! Почему бы не прогуляться несколько лиг до удобного пересечения улиц?

- Захвати какое-нибудь одеяло, сиденье прикрыть, я грязная как демон! –  сказала я в пустоту, Драк всегда отключался, когда считал, что разговор закончен, невзирая на мнение собеседников по этому поводу. Я вздохнула, обожаю Драка!

Ник стоял ко мне спиной и излучал волны обиды и разочарования, мне стало стыдно за свое хамское поведение. - Ладно, Ник, я пойду. Было приятно познакомиться.

Он резко обернулся. - Куда ты собралась идти?

- На Западную и Тридцатую, меня там будет ждать брат, – пробормотала я.

- А поближе он подъехать не может? – язвительно поинтересовался Ник.

- Наверное, нет, у него машина слишком большая для этой улицы, он здесь не развернется, – отозвалась я, отчасти сказав правду, ведь не буду же я объяснять Нику, что Драку недосуг искать его 25-ю улицу.

Ник скептически хмыкнул. - Я тебя провожу.

Я удивленно посмотрела на него. Он шутит? - Не стоит, я дойду.

Он, молча, подошел ко мне и протянул руку, чтобы я могла опереться.

Мы медленно вышли в коридор и направились к выходу, ноги у меня тоже болели, но хотя бы не были сломаны, а тело отзывалось различными оттенками боли во всех ушибленных местах при малейшем движении. В коридор выходило несколько облезлых дверей, из одной из них высунулся всклокоченный, неопрятный старик, окинул меня мутным взглядом и мерзко захихикал. Несмотря на мое плачевное состояние, я почувствовала растущее раздражение, спине стало жарко, закрыв глаза, я зашептала мантру  успокоения, а Ник показал ему средний палец.

Глава 4. Ник

Мы с Эсмириль молча дошли до пересечения Западной и Тридцатой. Она держалась молодцом, хотя, наверняка, прогулка далась ей нелегко. Прохожие косились на нас, я запоздало спохватился, что надо было предложить ей умыться перед выходом, чтобы она не привлекала столько ненужного внимания. Надо же, знакомы пять минут, а уже успели поссориться, хотя, скорее всего она не хотела меня обидеть, просто девчонке очень больно. Несколько раз мы останавливались, чтобы передохнуть, за время нашего похода Эсмириль не произнесла ни слова, но закушенная губа и побледневшее лицо выдавали ее состояние. Наконец, мы доковыляли до конечной точки нашего маршрута. У тротуара стоял огромный внедорожник черного цвета, внутри которого бухала басами аудиосистема. Да, автомобиль явно не для нашей улицы, тут Эсмириль не преувеличивала. Из машины выскочил здоровенный парень и побежал нам навстречу.

- Эсмириль, канне ту? – спросил он, и я опять не понял на каком языке, хотя смысл вопроса был понятен и без перевода.

- Бесте, Драк, вэ майо.  Квенарина тресте пилья. Познакомься, это Ник. Ник, это мой брат Драк.– Эсмириль перешла на мой родной язык.

Мы с Драком поздоровались и пожали друг другу руки.

Эсмириль отпустила меня и оперлась на протянутую руку брата. У меня было несколько минут, чтобы разглядеть его, пока он усаживал Эcмириль в машину. На вид Драку было лет тридцать, атлетически сложенный, с точными движениями профессионального спортсмена или солдата, он был на голову выше меня и вполовину шире в плечах.  Драк был одет в камуфляжные штаны, высокие военные ботинки и белую футболку, на шее болталась цепочка с круглой монетой, а из-под ворота футболки был виден кусочек цветной татуировки. Он был смуглее Эсмириль, с темными, почти черными глазами и длинными волосами, собранными в хвост на затылке. Драк сердито выговаривал Эсмириль на незнакомом языке, а она огрызалась в ответ. Он усадил ее на пассажирское сиденье и захлопнул дверцу.

- Ник, рад был с тобой познакомиться. К сожалению, у нас нет времени пообщаться с тобой подольше, – он вернулся ко мне, многозначительно кивнул в сторону машины и протянул мне руку, в его речи слышался тот же легкий акцент, с каким говорила его сестра

- Да, Драк, жаль, – отозвался я, пожимая его крепкую ладонь. – Может быть в следующий раз. Он посмотрел мне в лицо, его взгляд затуманился, а рука крепко сжала мою ладонь, мне показалось, что в его глазах мелькнуло изумление. Он быстро моргнул, и мы разжали руки. Драк еще раз окинул меня внимательным взглядом, и, развернувшись, направился к автомобилю. Эсмириль опустила стекло и смущенно посмотрела на меня - Ник, тебе правда лучше все забыть, так будет безопаснее для тебя.

- Телефон просить бесполезно? – спросил я, глядя на нее.

Она кивнула. Драк завел двигатель, и меня отнесло от машины звуковой волной. Джип рванул с места к перекрестку, притормозив у светофора, через секунду он вырулил наперерез движению и под возмущенные вопли и сигналы скрылся за поворотом.

Я развернулся и побрел в мастерскую. На душе было тошно, вроде совершал благие дела, а такое впечатление, что гадость какую-то сделал. Эсмириль не шла у меня из головы. Кто она? Дочь главаря мафии? Тайный агент? К чему такая секретность? И что это за телепатия? Почему надо все забыть и никому ничего не рассказывать? Вопрос, почему она не захотела оставить мне номер телефона даже не возник. Вся в крови и синяках, она была очень красивой, а глаза у нее оказались ярко-синими.

Стив с привычно кислой физиономией сидел за своим столом и при моем появлении демонстративно посмотрел на часы, висевшие на стене. От одного вида работодателя во мне начало закипать раздражение, впрочем, как всегда в последнее время.

- Стив, у меня сегодня на Страйте был форс-мажор, – буркнул я, надеясь, что он не будет ко мне цепляться.

Он скривился и уставился в монитор.

- Запчасти и биту забрал? – спросил он, двигая мышкой и не отрывая взгляд от монитора.

- Черт, я их дома забыл! -  теперь у Стива будет хороший повод, чтобы поизмываться надо мной еще минут двадцать.

- Ты еще домой успел зайти?! – в голосе Стива слышалось плохо сыгранное удивление.

- Я завтра тебе все принесу, – раздражение бурлило вовсю.

- Я разговаривал с Хью, он сказал, что ты приволок со Страйта какую-то избитую потаскуху. Говорит, вроде ничего, молоденькая. Ты ее сам отходил или кто-то до тебя? – он вскинул на меня глаза и облизал пухлые губы в предвкушении моего рассказа.

У меня от его слов кровь застучала в висках, а затылок заломило от бешенства, сделав пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоится, я сквозь зубы прошипел.

- Я ее не бил и она не потаскуха. Тема закрыта! – избиение Стива и вылет с работы сейчас были бы совсем некстати.

- Хорошо, как скажешь. – Стив явно не ожидал от меня такой реакции. Любимыми темами разговора моего работодателя были телки, дорогие автомобили и деньги. Об этих трех вещах он мог говорить часами и если его сентенции о машинах и деньгах я еще мог терпеть, то от его рассуждений о женщинах и как с ними должен обращаться настоящий мужик меня охватывало такое бешенство, что я был готов его прибить. Сам Стив был давно и безнадежно женат на мегере по имени Люси, огромной, толстой тетке, на пять лет его старше, которая при каждом удобном и неудобном случае материла его последними словами, регулярно выгребала кассу и, как поговаривают, даже поколачивала. Но  в отсутствии благоверной Стив всегда корчил из себя эдакого героя-любовника и крутого парня.

- Ладно, принимайся за работу, а то в конце недели вам зарплату платить будет нечем. – проворчал он, снова утыкаясь в монитор и вяло помахав пухлыми пальцами в мою сторону. Образы крутых парней Стив заимствовал из телесериалов про мафиозных главарей, ради просмотра которых приволок в мастерскую старый телевизор и подключил кабельное телевидение. Он изо всех сил старался им подражать, но получалось хреново.  Я молча вышел.

В мастерской стоял полуразобранный Фольксваген, крутой Мерседес какого-то наркодилера со Страйта и Блейзер одного из моих клиентов. Машина была далеко не новая, но крепкая, хозяин пригонял ее ко мне раз в полгода для проверки на протяжении последних трех лет. Даже если я менял работу, то он каким-то непостижимым образом находил меня и Блейзер снова проводил несколько дней в моей мастерской. Джо был биржевым брокером средней руки и давно мог бы купить себе машину получше, но почему-то продолжал ездить на громоздком и не очень современном внедорожнике. Однажды я поинтересовался, почему он так привязан к этому Блейзеру, и он объяснил, что, во-первых, его страстью является рыбалка и ему очень удобно ездить к морю именно на этой машине, во вторых, зачем менять машину, если эту он знает как свои пять пальцев, и, в третьих, эту машину он считает чем-то типа талисмана и не продаст, даже если не будет на ней ездить.  Я не стал расспрашивать дальше, талисман так талисман, какая мне разница.

Я достал из сумки плейер, надел наушники, включил музыку и полез под машину. Работа всегда полностью отвлекала меня от посторонних мыслей, но воспоминания о сегодняшнем утре гудели в голове, как пчелы в улье. Интересно, кому из Страйта я перебежал дорогу? А может не из Страйта? Или все-таки мафия? Или какие-нибудь спецслужбы? Чем им насолила эта девчонка? Украла партию наркоты? Вряд ли, карманы ее куртки и брюк были пусты. Услышала то, что не предназначено для ее ушей? Сомнительно. В этом случае ее бы просто и без затей пристрелили на месте, не трудясь гоняться по страйтовским закоулкам и бить на улице. Кем вообще были ее преследователи? Если бы я был одним из этих придурковатых исследователей непознанного, то наверняка бы решил, что эти парни инопланетяне или кто-то в этом роде, но я не был из их числа и потому старался найти рациональное объяснение увиденному. К сожалению, рационального находилось мало, мозг буксовал и, отчаявшись найти разумные доводы, отсылал к теориям вторжения инопланетян и всемирного заговора. Разбушевавшееся воображение вытаскивало из закромов памяти отрывки прочитанных книг и фрагменты просмотренных фильмов, в которых гигантский осьминог обнимает длиннющими щупальцами Статую Свободы, население нашей свободной страны истребляют ходячие мертвецы, а гуманоиды с большими лысыми головами и огромными грустными глазами ставят генетические опыты на красивых обнаженных девушках. Через некоторое время апокалиптические видения стали действовать мне на нервы, и я постарался включить ту часть мозга, которая отвечала за логику. Что такого я увидел? Невероятно быстро двигающихся мужиков? Ну и что? Они выглядели как люди, никаких щупалец, рожек-антенн и скафандров на них не было, одежда на них была вполне человеческая, а то, что они говорили на непонятном мне языке, не значит, что они инопланетяне, полгорода разговаривает на иностранных языках. Логика услужливо предположила, что мне все показалось, и отключилась. Мысли перескакивали с одного на другое: я вспоминал то драку, то Эсмириль лежащую на моем диване, то ее брата.  Чем больше я думал о произошедшем, тем больше возникало вопросов.

Через некоторое время я почувствовал, что кто-то осторожно пинает меня по ботинку и высунулся наружу. Около машины стоял Тор с двумя чашками кофе в руках. Ему было далеко за шестьдесят, он был сухощав и полностью лыс, его черные маленькие глазки за толстыми линзами очков, перемотанных изолентой, казались огромными. В мастерской Тор всегда носил старый засаленный халат неопределенного цвета и напоминал мне старого, несчастного гнома. Несмотря на его неопрятный вид, Тор мне нравился, и мы каждый день выкраивали минутку-другую, чтобы поболтать о том, о сем. Я вытащил из ушей наушники.

- Ник, вылезай, кофею хлебнем, – улыбнулся он, улыбка у него обычно получалась виноватой и грустной.

Я выполз из-под Блейзера и с благодарностью взял у него из рук большую чашку горячего кофе, как-то за суетой сегодняшнего дня забыв, что не могу без него жить.

- Чего это ты сегодня такой? – спросил Тор, шумно отпив маленький глоток из своей чашки, страшно при этом морщась.

- Какой? – уточнил я, держа чашку в руке, для меня кофе был слишком горячим.

- Как будто у тебя любимая кошка померла, – он неопределенно пошевелил пальцами. - Опоздал, Стиви тут слюной всех обрызгал, пока тебя не было, примчался и сразу под машину нырнул, – пояснил Тор, подслеповато глядя на меня поверх очков, которые всегда сползали ему на кончик носа.

- Да так, паршивое настроение с утра. Хью повышает квартплату, придется искать новое жилье, -  я поморщился, вспомнив утренний визит Хью. Рассказывать об утреннем происшествии у меня не было ни малейшего желания.

- Хью, старая поганка, все ему мало, – проворчал Тор, Хью он терпеть не мог, когда-то давно они были приятелями, так что о паскудном характере моего арендодателя он знал не понаслышке.

- Надо будет подыскать жилье до конца месяца. Нет на примете какой-нибудь комнатенки для съема? -  я отхлебнул из чашки. Так и есть, кофе щедро разбавлен молоком и сдобрен сахаром. Именно такой напиток я и люблю с самого детства.

Тор сморщил лоб и поправил очки - Не припомню, но если сильно прижмет, перекантуешься у меня пару месяцев, - жить у Тора мне совсем не хотелось. Его квартира была еще хуже моей, вся завалена запчастями и какой-то рухлядью, грязная до невозможности. Кроме того, с ним жил его папаша, который страдал старческим слабоумием и ходил под себя. Ему было под сто лет и видимо смерть его не забирала только потому, что не могла перенести вонь, исходящую от старикана. Мне не хотелось обижать Тора отказом, и я предпочел неопределенно пожать плечами и промолчать, мы продолжили распитие кофе. Несмотря на его неряшливость, он был человеком приятным в общении, очень деликатным и вежливым, руки у него были золотые и любую машину он мог починить с закрытыми глазами, мои успехи в механике за последний год - его заслуга, потому что никто, кроме него не трудился обучать тонкостям ремесла молодежь. Конкуренция, мать ее! Вдобавок к золотому характеру у него было очень ценное качество – умение уважать право других на молчание, неразговорчивость он не воспринимал, как попытку скрыть от него информацию. Находясь с ним в одном пространстве, можно было молчать часами, слушая, как он мурлычет себе под нос какой-то популярный мотивчик, возясь с очередным автомобилем.

- Как твои накопления? – спросил Тор через некоторое время.

- Выбиваюсь из графика, – отозвался я, тема накоплений не входила в число излюбленных. Я собирал деньги на университет, планируя поступить на инженерный факультет и по окончанию устроиться на работу где-нибудь заграницей. Говорят, там неплохо платят и за десяток лет можно скопить приличную сумму. Пока у меня не хватало даже первоначальных накоплений, чтобы взять грант на обучение. Тор с  грустью посмотрел на меня и покачал головой.

- В колледжи берут всяких недоумков, лишь бы деньги платили, а таких как ты по борту пускают. Где справедливость? – он поправил очки и хлебнул кофе.

- Где ты видел в этом мире справедливость? Сам-то больших высот достиг? -  резко отозвался я.

Он укоризненно посмотрел на меня, смешно склонил голову к плечу и сказал - Это мой выбор, я живу, как хочу, мне удобно, а на остальное плевать. - Он взболтнул остатки кофе, сделал последний глоток и повернулся ко мне спиной. - Бывай, я домой!

- Тор, не обижайся! – мне стало неловко, не надо было ему грубить.

- Я не обиделся, ты еще молодой и многого не понимаешь, – он повернулся ко мне лицом и снова улыбнулся своей виноватой улыбкой, а я вспомнил Рози. Видимо, когда мне перестанут говорить, что я слишком молод, чтобы что-то понимать, это будет означать наступление старости.

Тор ушел, а я включил лампу и снова полез под машину. С Блейзером я провозился почти до девяти вечера, Стив будет доволен, свою сегодняшнюю смену я отработал, несмотря на опоздание. Убрав инструменты, я помыл руки, надел куртку и вышел на улицу. Неприятный осадок после разговора с Тором так и не прошел, я мучился угрызениями совести, незачем было срывать зло на старике, уж лучше бы Стиву морду набил. На улице начинал накрапывать дождь, осень, мать ее растак! Я запер мастерскую и, подняв воротник, почти бегом направился на 25-ю, рассчитывая добраться до дома до того, как дождь усилится.  Как я не торопился, но промокнуть успел насквозь. Скинув куртку и кроссовки в коридоре, я прошлепал в свою комнату и стащил с себя мокрую одежду. Надеюсь, Хью оставил горячую воду для меня, иначе сегодня я его таки убью. К моему большому удивлению вода была, такого удовольствия от душа я давно не получал, мне казалось, что с горячей водой смывается весь негатив сегодняшнего долгого дня. Вытершись и натянув старые трикотажные штаны, я поплелся на кухню, чтобы приготовить себе пару бутербродов и чашку кофе на ужин.

В коридоре раздалась телефонная трель. Хью прошаркал к телефону и поднял трубку.

- Ник, снова тебя и опять не красотка! – видимо для него это становилось уже традиционной шуткой. Я подошел к телефону.

- Алло.

- Привет, Ник, это Иван.

- Привет, Иван, рад тебя слышать! – искренне обрадовался я.

Иван был седьмым и одним из самых недолгих мужей моей мамы. Они поженились, когда мне было лет пятнадцать, Иван был всего на семь лет меня старше и отношения у нас самого начала cложились дружеские. Родители Ивана  были именитыми учеными-биологами, но вышел у них какой-то внутренний конфликт с единственным сыном и Иван, чтобы доказать родителям свою самостоятельность, не придумал ничего лучшего, как женится на моей мамаше. Их брак поверг в шок всю родню Ивана и продлился три месяца, потом они тихо-мирно развелись и занялись своими любимыми делами, Иван – ботаникой, мама – новыми замужествами.

Сейчас Иван, подающий надежды ученый-ботаник, работает в университете  по четырнадцать часов в сутки и полностью погружен в изучение каких-то водорослей. Время от времени мы с ним созваниваемся и иногда ужинаем в пиццерии на 42 улице, но встречи эти случаются все реже и реже, моя работа в мастерской и работа Ивана в лаборатории отнимает все силы и практически не оставляет свободного времени.

- Как мама? – поинтересовался Иван, он всегда про нее спрашивал.

- Укатила на юг с очередной великой любовью всей ее жизни. Сказала, что на этот раз это навсегда, – я не стал вдаваться в подробности. Иван скептически хмыкнул, мы оба знали, что такие заявления мама делала с завидной регулярностью.

- Кто на этот раз? – поинтересовался Иван.

- Какой-то дальнобойщик, как обычно. Видимо эти парни действительно ее страсть, – усмехнулся я.

- Ну, будем надеяться, что он действительно то, что ей нужно, – вежливо отозвался Иван и,  немного помявшись, перешел к делу. - Ник, у меня к тебе большая личная просьба

- Опять что-то случилось с твоим Жуком? – я начал прикидывать, как втиснуть Иванов Жук в мое рабочее расписание.

- Нет! – засмеялся он - С ним все в порядке. Мне предложили научную командировку в Азию, шанс для меня один на миллион, я должен буду уехать примерно на год-полтора. Хотел тебя спросить, не мог бы ты, пока меня не будет, пожить в моей квартире? Джеку нужен уход, да и за цветами надо следить. Я могу доверить их только тебе, иначе покоя мне не будет!

Я не мог поверить в то, что слышу это! Ну, надо же, и в моем ведре с дерьмом на дне обнаружилась маленькая золотая монетка.

- Ник, я понимаю, может для тебя это будет не слишком удобно, но ты очень меня выручишь. – Иван представить себе не мог, как он выручает меня.

- Да о чем речь, конечно, я с удовольствием! – ухаживать за его орхидеями и возится с толстенным, пушистым котом Джеком действительно было для меня удовольствием. Правда, дольше придется добираться до работы, но зато я буду жить в небольшой, уютной квартирке Ивана, окна которой выходят на маленький сквер, а не в каком-нибудь клоповнике в ненавистном Страйте. – Когда нужно заезжать?

- В конце месяца, я уезжаю через десять дней. Ник, ты не представляешь, как выручил меня и как я тебе благодарен, – воскликнул Иван -  Давай встретимся через пару дней в пиццерии, я тебе передам ключи, кстати, Жуком тоже можешь пользоваться.

Рог изобилия на сегодняшний день не оскудел, еще одна золотая монетка в мою копилку.

- Хорошо, созвонимся. До встречи!

- Пока, Ник. – Иван отключился

- Йес! – я сделал соответствующий жест рукой, Хью, сморщившись, как будто съел целый лимон, смотрел на меня из дверей своей комнаты.

- Я съеду до конца месяца, можешь искать новых жильцов с начала следующего, – злорадно сказал я.

- Что, нашел квартиру? – мне казалось, что кислее физиономии я не видел, но Хью сумел меня удивить.

- Иван предложил мне пожить у него, пока он будет в отъезде.

- Кто это Иван? – он пожевал губами и кинул на меня короткий взгляд.

- Ученый, мамин седьмой, – пояснил я.

- А! Тот молоденький, который от нее сбежал через две недели? – меня всегда удивляло, что Хью до сих пор ревнует мою мать, да и в жильцы меня позвал, чтобы узнавать новости о ней.

- Не через две недели, а через три месяца, и не сбежал, а очень культурно развелся, – мне стало обидно за маму.

- Ну да, ну да, – прошамкал Хью, развернулся и отправился в свою комнату.

Я прошел к себе, закрыл дверь и, не раздеваясь, завалился на кровать. На подушке темнело несколько капель крови Эсмириль, я зарылся в нее лицом, стараясь уловить ее запах, пряный, мягкий и какой-то очень родной. Собираясь поразмыслить над случившимся, я не заметил, как уснул.

Глава 5. Эсмириль

Драк как всегда рванул с места, покрышки жалобно взвизгнули, меня вжало в сиденье, а за окном мелькнуло лицо Ника. Мне стало жаль, что мы с ним больше никогда не встретимся. Я убавила звук магнитофона до уровня фона, Драк всегда слушал музыку на предельной громкости, а мне всегда это действовало на нервы. Брат покосился на меня, но промолчал. Неожиданно, он вырулил наперерез движению на красный свет и ворвался на перпендикулярную улицу. Меня мотнуло на сиденье и чуть не стошнило от боли.

- Пристегнись! Сколько можно  повторять одно и то же! – гаркнул Драк.

- Ладно, – покорно согласилась я и потянула на себя ремень безопасности. От неловкого движения сломанная рука прострелила такой резкой болью, что я непроизвольно охнула, а на глазах выступили слезы. Драк сделал вид, что ничего не заметил. Кое-как застегнув ремень, я покосилась на него, брат еле сдерживался.

- Не психуй, а то хвост вырастет! – я чувствовала себя виноватой.

- Не психуй?! Да я чуть умом не тронулся, когда ты не появилась в назначенное время! Хотел плюнуть на Охоту и идти тебя искать! И тут нас всех отзывают! Магически! Я уже не чаял увидеть тебя живой! – взорвался Драк, его ноздри раздулись, а глаза сузились от бушующих в нем эмоций.

Я втянула голову в плечи, сгорая от стыда. Первая Охота, первое серьезное испытание и такой провал! Правда, я до сих пор не совсем понимала, в чем заключалась моя вина, но на всякий случай мучилась угрызениями совести.

- Ты понимаешь, что он тебя чуть не убил?! – заорал Драк

- Кто? – я недоуменно посмотрела на него

- Заг, конечно, кто же еще! – брат воззрился на меня не менее недоуменно.

- Убил?! – наверное, последствие удара головой об стенку до сих пор давали о себе знать, соображала я с трудом.

- Ты вообще правила Охоты знаешь? – язвительно поинтересовался Драк.

- Ну? – я никак не могла сообразить какой ответ он хочет от меня услышать и предпочла односложные предложения, чтобы не вызвать очередную вспышку гнева.

- Что ну? Ловчие не имеют права прикасаться к Беглецам, они могут только снять медальон и только после того, как Беглец признает себя плененным. Что ты ему такое сказала, что он на тебя кинулся? Нет, прав был отец, когда говорил, что Охота это мужское занятие! А я, идиот, гарантировал ему твою безопасность, всего-то ничего от тебя требовалось, пробежать четыре лиги! Ты и на таком безопасном задании успела начудить! Отец тебя теперь точно в Шерданне запрет на веки вечные и из комнаты запретит выходить, да и меня заодно! – разорялся Драк, сверкая на меня глазами и забывая смотреть на дорогу.

От подобной перспективы я содрогнулась. - Драк,  но я же не нарушала правила! – пискнула я.

- А вот в этом Наместник разберется, – хмуро ответил он.

- Наместник?! Наместник будет разбираться в этом инциденте? – я чуть не лишилась сознания от подобной перспективы. Наместник  выбирался Советом Миров и представлял верховную власть для всех резидентов третьего мира, он следил за соблюдением конфиденциальности и порядка, в его полномочиях было запретить посещение этого мира или выслать любого резидента на любой срок, независимо от сословия и занимаемого положения. Приказы Наместника не оспаривались ни одним из правителей любого мира и выполнялись неукоснительно, так что перспектива провести остаток жизни  в Шерданне была вполне реальной.

- А ты думала, что об этом никто не узнает? – буркнул Драк – Из-за вас остановили Охоту, первый раз в истории! Он будет слушать тебя и Зага, хорошо еще, что этого твоего Майка не приглашают!

- Ника, – поправила я.

- Без разницы. Слава Огню, свидетельства людей никому не интересны. – Драк демонстративно уставился на дорогу.

Я сидела и молчала, за окном летел Город. Обычно манера езды Драка вызывает у меня спазмы в желудке, но сейчас я не обращала внимания на крутые виражи, которые закладывал мой брат, его внутреннее состояние всегда отражалось на скорости и технике вождения.

- А куда мы едем? – я очнулась от своих мыслей, когда Драк свернул на автостраду № 8, которая вела в противоположную от поместья сторону.

- Руку твою лечить будем или ты думаешь, что она сама срастется? – буркнул Драк, не глядя на меня.

- И где мы ее будем лечить? – мы уже выехали за город и за окном расстилались пригорки,  с шапками багровых кленов, вдалеке блестело море. Шоссе петляло между холмами вдоль побережья. – В чистом поле?

- Мы едем к доктору Вессу, – почти по слогам произнес Драк.

- К вампиру? – удивилась я, обычно мы лечились дома.

- А что такого? – хмыкнул Драк.

- Да ничего, я просто подумала, почему не дома? - промямлила я.

- Дома нет рентгена, Мейге в отъезде, а в человеческую больницу я тебя отвезти не могу, – как слабоумной объяснил Драк – А еще тебе голову надо проверить, что-то ты совсем туго соображаешь.

- Ну да, ясно, – хоть мы и выглядим как люди, человеческого в нас все равно мало. Кроме того, если рука срастется неправильно, я вряд ли смогу летать, когда вернусь домой во второй мир. Драк прав, голову действительно надо проверить, что-то из нее очевидные вещи выскочили. Может доктор какие-нибудь таблетки пропишет, для улучшения памяти и сообразительности. Я уставилась в окно, разговаривать мне не хотелось, раздражать брата тоже, минут десять мы ехали молча.

- А откуда взялся этот парень? – вдруг спросил Драк.

- Не знаю, он выскочил из какого-то склада, когда Заг меня ударил и ввязался в драку, а потом принес меня к себе домой. Мы с ним толком и не поговорили, я почти все время была без сознания, а как только пришла в себя, то сразу связалась с тобой, – отозвалась я, радуясь, что брат больше не ругается.

- Вообще ни о чем? – допытывался Драк.

-  Практически. Он спросил, чего от меня хотели Ловчие.

- А ты?

- А я нагрубила.

- Можно было догадаться, – хмыкнул Драк

- Почему ты о нем спрашиваешь? – я с любопытством уставилась на брата.

- Да так, увидел я его, надо бы на него посмотреть повнимательнее, – задумчиво произнес Драк.

- Да ты на него и не смотрел совсем! – удивилась я, не сразу сообразив, что Драк говорит о своем даре.

- Мне не обязательно пялиться на человека, чтобы его увидеть, – брат снова начал раздражаться.

Драк обладал уникальным даром, который позволял ему распознать в человеке потенциального Дракона, то есть увидеть его. Драконы, живущие в людях третьего мира, встречались крайне редко, но брат умудрялся разглядеть их, если человек, в котором жил дракон, попадался ему на глаза. Я собралась было расспросить брата подробнее, но мы уже подъехали к клинике, и с расспросами пришлось повременить.

Клиника доктора Весса располагалась в трех четвертях часа езды от города: частная, очень дорогая, но довольно известная в медицинских кругах, как третьего, так и остальных миров, она не испытывала недостатка в пациентах. Комплекс был построен на вершине одного из пологих холмов, тщательно огорожен, а его охране мог позавидовать любой человеческий банк. Весс проводил в ней не только медицинские, но и магические эксперименты, разрешенные Советом и Наместником, и лишние свидетели ему были не нужны. Территория клиники занимала около половины квадратной лиги драгоценной, по  меркам третьего мира, земли и была окружена роскошным парком, к главным воротам вела широкая подъездная аллея, обсаженная с обеих сторон каштанами. Охранники получили подтверждение, что нас ждут и подняли шлагбаум, судя по всему, Драк заранее предупредил доктора о нашем визите. Наш автомобиль медленно катился по аллее, в парке гуляли пациенты, наслаждаясь прекрасной погодой, а я опустила окно и вдохнула сладкий, пахнущий осенью воздух.

Клиника представляла собой комплекс из нескольких зданий, выкрашенных в бежевый и нежно-голубой цвета, с красными, высокими крышами и вопреки моим ожиданиям совсем не была похожа на больницу, скорее  на уютную гостиницу с полным пансионом где-нибудь в Суланке. Вампиры  даже посадили вокруг зданий несколько вечнозеленых брисков, чтобы они напоминали им о родине. Драк припарковал машину, помог мне выбраться наружу и, поддерживая под левую руку, осторожно повел к главному зданию. Мы поднялись на невысокое крыльцо и вошли в приемную, со вкусом обставленную дорогой мебелью. За столом секретарши сидела симпатичная, молодая рыжеволосая  инкара в белоснежном халате, она подняла голову и улыбнулась нам дежурной улыбкой. Драк усадил меня в кресло и, сочтя свой братский долг выполненным, переключился на девушку, подойдя к столу  и заведя с ней светский разговор.

- Доктор освободится через четверть часа, – обратилась она ко мне – Если вам неудобно, можете прилечь на кушетку.

- Спасибо, мне удобно, – я умостилась в широком, мягком кресле, пристроила на подлокотник поврежденную руку и откинулась на спинку. Драк ворковал с секретаршей, и я была готова биться об заклад, что через три четверти часа он пригласит ее на свидание или я не знаю своего брата. Их негромкий разговор баюкал меня, и я почти уснула, когда в приемную стремительно вошел доктор Весс Ронан. Я видела его несколько раз в составе официальных вампирьих делегаций, но профессиональными услугами не пользовалась никогда. Доктор бы высок и худощав, с коротко стрижеными волосами, зачесанными на косой пробор, тонким длинным носом, довольно бледным лицом и темными глазами. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы сквозь линзы стильных очков, а в его взгляде читалось сочувствие, отчего рука и скула тут же заныли сильнее. Я опустила глаза и увидела свои испачканные брюки и куртку, мои щеки вспыхнули от стыда.

- Здравствуйте, доктор, прошу простить мне мой внешний вид, – смущенно пробормотала я.

Он рассмеялся. - Ну что вы, милая  драггина Эсмириль, не стоит так переживать! Я участвовал в войнах за Харрар и меня вряд ли смутит грязь на ваших брюках!

- Ну да, конечно, – моя здоровая щека стремительно заливалась краской. Утешил, нечего сказать, извините, доктор, что меня к вам не по частям привезли, как во время Харрарских инцидентов. Драк отвлекся от девушки и подошел к нам.

- Приветствую, Весс, – он протянул доктору руку, в третьем мире мы старались придерживаться местных обычаев, чтобы не привлекать ненужное внимание людей всякими малопонятными церемониями, хотя по этикету второго мира, Драк был слишком высокороден, чтобы подавать руку вампиру. Впрочем, мой брат всегда отличался демократичными взглядами, да и прожил в третьем мире достаточно долго.

- Добрый день, драггар Драк, рад видеть, – доктор пожал руку Драка и повернулся ко мне.

Дрэклау и Торговая Республика Воллара имели общую границу, и в настоящее время население двух государств достаточно мирно уживалось друг с другом. Драконы и вампиры поддерживали дипломатические отношения, иногда вместе воевали, но доброй дружбы между нашими кланами не было. Долгое время инкары были вассалами Драконов и, не смотря на приобретенную несколько столетий назад независимость, многие кланы Дрэклау до сих пор не считали вампиров свободной расой. Весс был достаточно известной фигурой среди резидентов, он принимал активное участие в общественной жизни и имел большое влияние в диаспоре инкаров.

- Пойдемте в кабинет, я вас осмотрю. – Весс протянул руку, помогая мне подняться. Драк поддержал меня  с другой стороны. Кабинет доктора был стильно обставлен дизайнерской мебелью в стиле хай-тек, на одной из стен висели несколько абстрактный картин, а помещение щедро заливал солнечный свет, одна из стен была стеклянной и выходила на ухоженную лужайку перед клиникой и дорожку, ведущую в парк. Я зажмурилась, и доктор поспешил опустить легкие шторы, чтобы солнце не раздражало мои и так поврежденные глаза.

- Люблю солнце! Ну, приступим? – спросил Весс и начал свои малоприятные медицинские манипуляции.

После того, как выяснилось, что рука у меня сломана, но перелом несложный, повреждено несколько ребер, зато цела скула, а травмы головы не вызывают опасений, на руку был наложен гипс, ребра перетянуты повязкой, а скула помазана чудодейственной мазью, после которой, по уверениям доктора, синяк должен сойти за несколько дней, мы расселись в мягких креслах, а секретарша из приемной подала освежающий домашний лимонад. Драк и доктор принялись вести светскую беседу, а я наслаждалась моментом, почти ничего не болит, мазь приятно холодит лицо, а лимонад прекрасно утоляет жажду. Доктор происходил из клана Ронан, где чтили традиции и этикет, не поговорив на отвлеченные темы с членами правящей династии, он нас отпустить не мог. Я краем уха прислушивалась к разговору, предоставив честь отдуваться за династию Драку.

- Я слышал, что Повелитель Драконов скоро прибудет в третий мир? – осведомился Весс.

- Отец прибудет завтра, – брат поморщился, явно не желая обсуждать подробности.

- Мы получили сообщение, что послезавтра будет собрание у Наместника, председатель Совета Гильдии по третьему миру тоже прибудет, хоть он и не любит долгие путешествия, – доктор мягко улыбнулся, председатель Совета Фалис Ронан приходился ему дедом.

- Да, мы тоже получили сообщение от Наместника и прибудем на… э … собрание. – Драк крутил в руках свой бокал с лимонадом.

- Не переживайте, драггар Драк, все обойдется, – сочувственно произнес Весс и отхлебнул из своего стакана.

Драк нахмурился – Посмотрим, что скажет Наместник. Сколько с нас за лечение?

- Ну что вы, - замахал руками доктор – для меня удовольствие помочь вам и вашей очаровательной сестре.

- Спасибо, доктор. – Драк поднялся и протянул руку Вессу.

Мы тепло попрощались и вышли на улицу, пока мы были в клинике, небо заволокло тучами и начал накрапывать дождь.

Я села в машину и сразу пристегнулась, чтобы лишний раз не раздражать Драка. Брат уселся на водительское место, обхватил руль, и, не заводя двигатель, уставился в лобовое стекло, на которое уже брызнули первые капли дождя. Я знала, что в такие моменты его лучше не трогать, тем более настроение Драка оставляло желать лучшего. Дождь пошел сильнее, капли барабанили по стеклу и по крыше. Я откинулась на спинку сиденья и постаралась устроиться поудобнее, повязка и гипс стесняли движения. Мне  всегда нравилось находиться в машине, когда на улице шел дождь, капельки, стекающие по стеклам, негромкая музыка и своеобразный запах дорогой кожи салона навевали ощущение обволакивающего уюта и защищенности. Иногда мы с Драком специально выезжали покататься в дождливую погоду, чтобы я могла получить любимые ощущения, а он, как любящий брат, не мог мне отказать. Спустя несколько минут Драк очнулся и завел мотор, приборная панель засветилась мягким светом, а из динамиков грянула музыка, заставив нас вздрогнуть от неожиданности. Драк поморщился и нажал несколько кнопок на руле, салон окутала инструментальная композиция, удивительно подходившая к погоде и к моему настроению. На одно короткое мгновение мне показалось, что самое плохое уже случилось, что я уже достаточно настрадалась после бесславного окончания  моей Охоты.

- Завтра приезжает отец, послезавтра будет Суд, Наместник собирает представителей всех кланов, даже оборотней, – вздохнул Драк и с сочувствием посмотрел на меня, я поняла, что он тянул до последнего, чтобы не сообщать мне эту очень неприятную для меня новость.

От услышанного сердце в груди замерло и ухнуло вниз, а потом заскакало бешеным галопом. – Будут судить меня?! Драк, но я же ничего не сделала! – воскликнула я, прелесть спокойного дождливого вечера с тихим звоном рассыпалась на мелкие кусочки. Оказывается, самое плохое еще и не начиналось.

- Наместник во всем разберется. Скорее всего, и тебе и Загу назначат наказание, правда, я понятия не имею, в чем оно будет заключаться. В любом случае, твоя вина косвенная, это же Заг напал на тебя и бросил бесчувственную в Городе, так что если тебя это утешит, по логике вещей, его наказание должно быть более суровым. – Драк ободряюще потрепал меня по руке – Интересно, на что хватит фантазии Наместника?

- Мне это совсем не интересно, мало я пострадала, так еще и наказывать будут, – буркнула я, но от сердца немного отлегло – Как отец?

- А как ты думаешь? Слава Огню, что он был в Шерданне, когда ему сообщили о том, что ты пропала и об остановке Охоты, иначе он бы меня убил – криво усмехнулся Драк. – Гелан его, конечно, привел в чувство, но отец в ярости!

Дар моего самого старшего брата Гелана давал ему возможность  потушить бешеную драконью ярость и не позволить перевоплотиться, он мог успокоить отца, как впрочем, и любого другого Дракона. Мою ярость он тушил одним коротким взглядом, после которого я на несколько часов проваливалась в сон. Отец страшно не любит, когда Гелан воздействует на него и потом долго с ним не разговаривает, но в крайних случаях моему старшему брату все же приходится применять к отцу свой дар. Кстати, Гелан единственный из Тули, кто может перевоплощаться по своему желанию, а не под действием эмоций и почти никогда не использует мантру успокоения. Драк переключил скорость и тронулся с места, до поместья мы не проронили ни слова.

Глава 6 Ник

Я открыл глаза и потянулся, оглядывая свое убогое жилище, впрочем, сегодня осмотр не испортил мне настроения. Как же мне повезло, что Иван - перспективный ученый и у него бывают долгосрочные командировки, иначе мне бы пришлось залезть в свой скудный студенческий фонд и распрощаться с мечтами об образовании на неопределенное время. По-моему, фортуна повернулась ко мне светлой стороной. Я вскочил с кровати и сделал пару блоков и ударов, чтобы разогнать кровь. Будильник показывал половину седьмого утра, в мастерскую еще рано, нечего приучать Стива к ранним приходам. Пока я варил кофе и размышлял, как бы убить время до начала рабочего дня, на кухню выполз Хью.

- Доброе утро, – поприветствовал я его.

-Бур, – отозвался он.

Ясно, у Хью утро добрым не бывает, интересно какого черта он так рано встает? Наверное, чтобы испоганить настроение мне. Я быстро налил кофе и пошел в свою комнату, провожаемый его брюзжанием на тему «подрываются тут всякие разные в рань собачью, спать людям не дают». Выспишься в следующем месяце, старый хрыч, кто с тобой еще жить будет, злорадно подумал я и решил пробежаться. Обычно на пробежку с утра у меня не хватает времени, только и успеваю, плеснуть воды в лицо, почистить зубы, одеться и прибежать на работу. У Стива пунктик на том, чтобы работники приходили вовремя, Тор говорит, что это у него осталось с тех пор, как он работал на большом заводе и за каждое опоздание его штрафовали, а теперь у него есть возможность отыграться на других. Натянув толстовку, штаны и засунув в карман плейер с наушниками, я выскочил из квартиры, пока Хью возился на кухне.

Народу на улицах практически не было, за исключением редких спортсменов и владельцев собак, выгуливающих своих питомцев. Тротуар влажно блестел после вчерашнего дождя, но солнышко ласково пригревало, обещая теплый денек. Я решил пробежаться до сквера в конце Западной улицы и там немного отработать хук слева. Развернувшись в нужном направлении, я перешел на размеренный бег и снова задумался о вчерашнем дне. Сегодня мне казалось, что Эсмириль мне приснилась, настолько странными были обстоятельства нашего знакомства. Да и не знакомился я до этого с такими красивыми девушками. Откровенно сказать, в личной жизни мне до сих пор не везло, все мои подружки были с причудами. Последняя ушла от меня и уведомила об этом обстоятельстве, наклеив стикер на холодильник. После ее ухода мне пришлось переехать к Хью, платить одному за отдельную квартиру, даже такую крошечную, мне было не по карману. Эмили была, в общем-то, неплохая, пока не открывала рот и не двигалась. Ходила она, как шлюха со Страйта, одевалась так же, разговаривала исключительно матом, при этом у нее был такой пронзительный голос, что не слышать ее было невозможно. Мы познакомились в ночном клубе, провели вместе ночь, после чего Эмили предложила переехать к ней, а я, не иначе сдуру, согласился. Мы прожили несколько месяцев, и я до сих пор не могу понять, как продержался так долго, наверное, надеялся, что смогу ее изменить. Она ложилась спать под утро и вставала ближе к  вечеру, ее вещи лежали ровным слоем на всех горизонтальных поверхностях в квартире, она курила и любила выпить, не умела готовить, а про то, что в квартире  иногда надо убирать услышала, по моему, от меня и очень удивилась этому неожиданному факту. Даже хороший секс не компенсировал всех ее недостатков и после того, как я нашел ее прощальный стикер, то вздохнул с облегчением. Сейчас, думая об Эмили, я с трудом вспоминал, как она выглядела, в памяти осталась только встрепанные крашеные в малиновый цвет волосы, кирпично-красные губы и пронзительный голос. А вот Эсмириль почему-то никак не вязалась в моем представлении с повседневным бытом, с готовкой завтрака по утрам, мытьем полов или уборкой постели. Судя по автомобилю ее брата у их семьи нет проблем с деньгами, так что вполне возможно, что мои догадки небезосновательны и Эсмириль не сталкивается с подобными приземленными  вещами. Ноги несли меня в нужную сторону, не требуя внимания головы, погрузившись в собственные мысли, я не заметил, как добрался до сквера. Пробежав вокруг несколько кругов, я выбрал местечко поукромнее, намереваясь сделать сет упражнений. Разогревшись и выполнив несколько движений, я поймал себя на тревожном ощущении взгляда в спину и, обернувшись, тут же обнаружил источник беспокойства. На лавочке метрах в двадцати от меня, где только что, клянусь, никого не было, сидел парень и смотрел в мою сторону. Не люблю, когда на меня пялятся, просто не выношу. Я направился к сидящему. Незнакомец был одет в серые спортивные штаны, темные кроссовки и синюю куртку с капюшоном, низко опущенным на глаза и скрывавшим лицо. Он продолжал спокойно сидеть, закинув руки на спинку лавки и вытянув ноги, и безучастно ждал моего  приближения. Неожиданно во мне стало закипать раздражение, если это какой-нибудь наркоман или извращенец, я ему зубы повыбиваю, благо уже достаточно разогрелся и как раз отработаю задуманный сет, так сказать, на практике. Притормозив, я сделал пару глубоких вдохов и выдохов, звереть я начинаю крайне редко и для этого должна быть более веская причина, чем внимание случайного прохожего. Немного остыв, я приблизился к незнакомцу.

- Эй, парень, что-то хочешь спросить?

- Времени у меня мало, а вопросов много, – раздалось из-под капюшона.

- Раз спросить ничего не хочешь, чего пялишься? – с угрозой спросил я.

- Ты всегда такой агрессивный или только с утра? – хмыкнул он в ответ.

- Твое какое дело? – огрызнулся я.

- В прошлую встречу ты мне показался более спокойным и вежливым, – со смешком ответил он.

Тут пришла моя очередь удивляться. - А мы разве знакомы?

- Вроде того. Или ты не помнишь, с кем тебя знакомили вчера? – он откинул капюшон.

Я онемел от неожиданности, передо мной сидел Драк.

- Но как?? Я не понимаю, – у меня просто не находилось слов – Я же еще утром сам ничего...

- Ну, ну, успокойся. У меня есть еще примерно две четверти часа, которые я могу посвятить тебе, Ник. Ведь ты Ник? – усмехнулся он, встал и протянул руку для рукопожатия.

- Ага, – я тупо таращился на него, не понимая, как он мог догадаться, что я буду именно сегодня бегать именно в этом сквере.

- Отлично, тогда давай начнем сначала. Если ты забыл, меня зовут Драк, я брат Эсмириль. Она тебе не приснилась, и все произошедшее было на самом деле, – он ухмыльнулся каким-то своим мыслям.

Я в полном остолбенении смотрел на него, может это из серии телефона в голове? Откуда он знает, о чем я думаю?

- Ник, с тобой все в порядке? Ты меня слушаешь? Может мне уйти? – он помахал рукой перед моим лицом.

- Нет-нет, продолжай, я слушаю, – встряхнулся я.

- Так вот, насколько я знаю, Эсмириль ничего тебе не объяснила, в основном, потому, что была не в состоянии, о чем либо разговаривать, поэтому  я решил найти тебя и немного поговорить о произошедшем. Вчера я должен был встретиться со своей сестрой в этом самом сквере на этом месте, но она не пришла. Кстати, ты сюда часто приходишь? – неожиданно спросил он.

- Куда? На это место или вообще в сквер? – переспросил я, не понимая, к чему он клонит.

- На это место, – уточнил он.

- Нет, сегодня первый раз, просто выбрал местечко поукромней, чтобы позаниматься, – у меня было ощущение, что все происходит во сне. Сейчас прозвенит будильник, я проснусь в своей кровати, встану и буду собираться на работу.

- Тебе в пустом сквере еще понадобилось место поукромней? – Драка явно забавлял мой обалдевший вид. Насмешка в его голосе начинала раздражать.

- А тебе какое дело до мест, где я бываю? Лучше следи за сестрой, чтобы она не влипала во всякие неприятности! – вызверился я на него.

Его улыбка увяла, лицо дрогнуло, несколько секунд он пристально смотрел на меня, а потом отвел глаза.

- Да, ты прав, извини.

- Проехали, – мне стало стыдно за мою вспышку, Драк не сказал ничего такого, на что стоило бы так реагировать.

- Так вот, вчера, как ты выразился, моя сестра «влипла» в неприятности и меня, как ты знаешь, рядом не было. Я понятно излагаю?

- Предельно, – подтвердил я, пока он не сказал ничего такого, чего я не знал.

- Она не имеет отношения ни к мафии, ни к наркотикам, ни к чему такому, о чем ты мог подумать. Эсмириль участвовала в своего рода игре, – он задумался, подбирая правильное слово -  квесте, как в компьютерных играх, ну ты понимаешь, все получают задания,  бегут по определенному маршруту, собирают всякие штуки.

- Получают по морде? – ехидно подсказал я.

Он поморщился  - Не всегда.

Драк некоторое время помолчал, поднял на меня свои черные глаза и продолжил, было заметно, что объяснение дается ему нелегко.

- Так вот, я ее прождал около часа здесь в сквере, но она так и не пришла. По правилам игры средства связи брать с собой запрещено, а мысленная связь на таком расстоянии не работает, тем более, когда собеседник без сознания.

Я кивнул, он снова помолчал, разговор с каждым словом давался ему все труднее и труднее

- Я благодарен тебе за то, что ты вмешался, хотя это против правил. Не знаю, чем бы могло закончиться для Эсмириль это приключение, не окажись ты рядом. В нашем, э, квесте, что-то пошло не так, то, что произошло с моей сестрой не должно было случиться. Ло… э-э  тот тип, который за ней гнался,  не должен был на нее нападать, ни при каких обстоятельствах, это против правил и за это наказывают.

- Дисквалификация? – уточнил я, пока что Драк меня не убедил, и у меня было стойкое ощущение, что он придумывает эту сказочку про догонялки на ходу и специально для меня.

- Да, что-то вроде дисквалификации, только такого раньше никогда не было и я не знаю, какое наказание вынесут ему и моей сестре, – он в некоторой растерянности взглянул на меня и отвел глаза.

До меня со скрипом начинало доходить, получается, что Эсмириль еще и накажут за нарушение правил. - А она здесь причем? Она же больше всех пострадала?!

- Она не причем, мы просто не знаем, что будет дальше. – Драк покусывал нижнюю губу и упорно не смотрел на меня.

- Кстати, как она себя чувствует? – спросил я.

- У нее сломана рука и трещины в нескольких ребрах. Про лицо я вообще молчу, но с ней все будет в порядке, – он криво ухмыльнулся.

- С ней можно будет увидеться? – в лоб спросил я.

- В ближайшее время нет, скорее всего, нам придется уехать на некоторое время. -  Драк засунул руки в карманы штанов и стоял, покачиваясь с пятки на мысок.

- Понятно, – я смотрел себе под ноги, не понимая, зачем я в таком случае  ему понадобился. Пауза затягивалась.

- Давай я тебя подвезу до 30-й улицы и по дороге поговорим, – наконец нарушил неловкое молчание Драк.

Я согласно кивнул, и мы направились к проезжей части.

- Вчера у меня был довольно насыщенный день благодаря Эсмириль, и дерется она отлично, – признался я – Твоя сестра – молодец!

- Да, она молодец. Иногда у меня возникает сильное желание открутить ей голову, но я очень ее люблю и стараюсь не обижать. – Он шел, опустив голову. - Кстати, хотел попросить за нее прощения, если она тебе нагрубила.

- Не принимается, – буркнул я

Он удивленно вскинул голову и посмотрел мне в лицо. – В каком смысле?

- В прямом. Кто нагрубил, тот пусть и извиняется, – ухмыльнулся я, глядя ему в глаза. Мне показалось, что в его взгляде мелькнула тень уважения. Мы, молча, продолжили нашу прогулку и не произнесли ни слова, пока не дошли до машины. Усевшись на водительское место, Драк развернулся ко мне и несколько секунд пристально изучал мое лицо.

- Что? – занервничал я. Не люблю, когда меня вот так разглядывают парни, особенно такие здоровенные, как Драк.

- Извини, я задумался. Так о чем это я? – он моргнул и улыбнулся.

- О твоей сестре, – напомнил я

- Да, да, – он завел мотор, и меня оглушила музыка. Он поморщился и убавил громкость.

- У тебя всегда в машине так громко? – поинтересовался я.

- Практически всегда. А что? – он переключил рычаг, но с места пока не тронулся.

- Нет, ничего. Всегда думал, чтобы так громко слушать музыку, надо быть глухим, – или больным на голову, подумал я про себя, но вслух высказываться не стал. Драк хмыкнул, покосившись на меня.

- Дело привычки, знаешь ли, – едко заметил он, явно обидевшись на мое замечание. – А со слухом у меня все в порядке, как и с головой, – проворчал он, опять словно прочитав мои мысли.

Он вырулил на дорогу и сосредоточился на вождении, на улицах стало намного многолюднее, чем сорок минут назад, разговор по-прежнему не клеился. - А откуда у вас такие имена? – спросил я, пытаясь заполнить образовавшуюся паузу.

- А что с ними не так? – он бросил на меня подозрительный взгляд.

- Да нет, все так, просто очень они необычные. Никогда раньше таких не слышал.

- А у нас вообще семья необычная, можно даже сказать уникальная, единственная в своем роде, – в его голосе прозвучала гордость.

- Так откуда вы? Вы же не местные? – не удивлюсь, если окажется, что они приехали из Европы, и акцент у них какой-то необычный.

- Ну, уже почти местные, но корни уходят на Запад. – Драк неопределенно помахал рукой, не желая распространяться о своей семье, о своем происхождении, корнях и вообще о чем бы то ни было.

Наш разговор не дал мне никаких зацепок, Драк подтвердил мои догадки, что Эсмириль не связана ни с каким мафиозным кланом и вообще не преступница. Играют люди таким образом, что непонятного, но все, что он соизволил мне поведать, было одной сплошной недомолвкой, и я так и не понял, что заставило брата Эсмириль искать встречи со мной в такую рань, да еще в таком странном месте. Разговор давался ему с явным трудом, отвечать на мои вопросы он не собирался и подготовился к встрече из рук вон плохо, даже не удосужившись заранее придумать правдоподобную легенду.

Мы добрались до 30-ой довольно быстро, основная волна пробок еще не началась. Драк прижал автомобиль к тротуару.

- Рад был снова видеть тебя, Ник. Жаль, что у меня катастрофически мало времени, и мы не смогли побеседовать подольше, – он откинулся на спинку и внимательно смотрел на меня, от его изучающего взгляда мне становилось не по себе и возникало стойкое ощущение, что меня рассматривают под микроскопом.

- Я тоже был рад повидаться, Драк, – я  открыл дверь, собираясь выйти. По тому, как не складывался наш разговор, можно было предположить, что Драк до смерти рад, наконец, избавиться от моего общества и уж точно не то, что ему жаль со мной расставаться.

- Постой, у меня твоя куртка, – он постучал указательным пальцем себе по виску, развернулся назад, достал мешок с заднего сиденья  и протянул его мне. Я, не глядя, взял мешок и спрыгнул на тротуар.

- Скоро увидимся, – сказал Драк – у тебя осталось много вопросов, да и я хотел бы познакомиться с тобой поближе.

- Да, было бы неплохо, – я скептически посмотрел на него – Кстати, в начале следующего месяца я съеду отсюда.

- Да-да, – произнес Драк задумчиво, - Переезжаешь. Это не важно, я все равно тебя найду. Ну, будь здоров, Ник.

- До встречи, Драк! – я хлопнул дверью.

Он рванул с места также как вчера. Я закинул мешок за спину и медленно побрел в сторону дома. Войдя в квартиру, я бросил мешок с курткой на стул и поспешил занять ванную, времени оставалось в обрез. Когда я вышел, то увидел что Хью стоит в коридоре и задумчиво вертит мешок в руках. Терпеть не могу, когда кто-то трогает мои вещи без спросу. Старый любопытный хрыч поднял на меня глаза и ухмыльнулся – Я таки думаю, что ты треклятый гомик!

- С чего бы это? – Хью и раньше меня раздражал, сейчас же я себя еле сдерживал.

- Ну, кто будет носить старую куртку в этом? – он потряс мешком -  Он же стоит больше, чем все твое барахло! Ты уж мне поверь, я знаю эти штучки для богатеньких. Любовника себе щедрого нашел? – Хью мерзко захихикал. Хук слева моя рука сделала отдельно от моей же головы. Хью согнулся пополам, хватая ртом воздух. Я выхватил у него из рук мешок и быстро прошел в свою комнату, вот и отработал сет на практике, подумал я про себя с досадой. Так что там не то с мешком? Только сейчас я заметил, что мешок не обычный, пластиковый, а матерчатый. Я вытряхнул куртку и расправил его, чтобы получше рассмотреть. Мешочек был сшит из темно-фиолетовой ткани на ощупь похожей на плотный шелк, поверху был продернут золотой витой шнурок, а на обратной стороне вышит узор. Расстелив мешок на кровати, и включив свет, я принялся его внимательно рассматривать. На мешке был искусно вышит ярко-красный дракон, с обведенной золотом чешуей, массивной треугольной головой, полураскрытой зубастой пастью и глазами сине-фиолетового цвета. Мощными передними лапами с внушительными  когтями он держал перекрестье длинного серебристого меча, тело закручивалось вокруг клинка, а хвост завивался петлей под острием. Вид у дракона был настолько натуральный, что мне на секунду показалось, что он вот-вот начнет шевелиться. На заднем  плане было вышито стилизованное солнце с расходящимися лучами, а внизу шла надпись из трех слов на незнакомом языке. Вне всякого сомнения, это был герб, древний и грозный символ чьего-то величия и власти. На меня накатило странное ощущение нереальности происходящего, я тряхнул головой и еще раз рассмотрел рисунок, обратив особое внимание на надпись. Буквы были незнакомые, непохожие ни на что, в голову пришла неожиданная  мысль, что это не буквы, а руны. Что за хрень?  Я еще несколько минут повертел мешок в руках, упорно отгоняя мысли о хоббитах и Черном Властелине, потом аккуратно сложил его, засунул в ящик шкафа и закрыл его на ключ, решив оставить  загадку дракона на потом. Пусть пока полежит здесь, чтобы у Хью не возникло желания прибрать его к рукам. Быстро собравшись, я вышел из квартиры и направился в сторону мастерской, по дороге мою голову занимала единственная мысль, кто же вы такие Драк и Эсмириль? И что, черт побери, все это значит?

Глава 7. Драк

Больше всего мне не нравилось водить машину в городе, особенно в центре, особенно в утреннее время, когда улицы забиты спешащими на работу людьми, а дороги плотным потоком автомобилей. Городские власти ввели ограничение на въезд автотранспорта в центр, но судя по количеству машин, горожане об этом не знали. Ненавижу ездить медленно! Вдохнув и выдохнув пару раз, я постарался обуздать свое нетерпение. Винить некого, о том, что мне придется стоять в пробке, я знал еще, когда ехал на встречу с Ником, да и не пробка это вовсе, все- таки поток двигался хоть и со скоростью пешехода. От нечего делать я разглядывал соседние автомобили, в машине слева темнокожий парень орал и размахивал руками, протискиваясь в соседний ряд, девушка справа поправляла макияж, внимательно разглядывая себя в маленькое зеркальце, молодой мужчина в автомобиле сзади разговаривал по телефону и улыбался во весь рот. Я усмехнулся, все как обычно. От моего настроения трафик не зависит, так что лучше смириться и употребить это время для других полезных вещей, например, сделать музыку погромче и подумать о сегодняшнем дне. О завтрашнем думать не хотелось. Больше всего, после медленной езды, меня угнетает неопределенность, ожидание неприятностей намного утомительней, чем преодоление этих самых неприятностей. Сегодня приезжает отец, его частный самолет приземлится через час в аэропорту Города, его личный лимузин с личным шофером уже ожидает прибытия самолета возле самолетной парковки для ВИП пассажиров. В этом мире отец всегда путешествует исключительно воздушным транспортом. Если бы была возможность, самолет сажали бы прямо в поместье, но поскольку это невозможно, нам приходилось пользоваться одним из городских аэропортов. Сарр, бессменный помощник и вагар отца, время от времени подавал прошение местным властям для получения разрешения на строительство небольшого аэродрома для личного пользования, но те, удивляясь причудам богатея, каждый раз без объяснений причин категорически отказывали, чем приводили  Сарра в отчаяние от невозможности угодить повелителю и организовать такую мелочь, как отдельная посадочная полоса. Я помечтал о том, как было бы хорошо, если бы у нас в поместье был маленький  аэродром. Я бы купил вертолет, а Эсмириль, наверняка, захотела бы летать на каком-нибудь планере. Отец не смог бы ей отказать, он ей никогда не отказывает. Желание летать у нас в крови, от этого никуда не денешься и без полетов в этом мире трудно.

Медленно проползая от светофора к светофору, я постепенно приближался к дому. Преодоление неприятностей, конечно, бодрит, но их отсутствие меня бы порадовало куда больше. Эсмириль боится встречи с отцом до спазмов в желудке, я не проявляю свои страхи настолько явно, но думая о том, что он мне скажет, когда приедет, чувствую неприятный холодный ком в животе и испытываю жгучее желание оказаться как можно дальше от поместья. Мне повезло, что Гелан  приезжает вместе с отцом, хоть он уже и подготовлен должным образом, но в присутствии старшего брата есть надежда, что отец не испепелит меня на месте. Мой вагар Лус утром поведал мне по большому секрету, что Эсмириль, бедняжка, не спала всю ночь, изводясь от волнения, и забылась сном только под утро, а ведь Весс вколол ей успокоительное. Прошедшая ночь не была самой лучшей в моей жизни, но я воин и мужчина, и умею справляться со своими страхами. На мой взгляд, Эс волнуется напрасно, отец ничего с ней не сделает и никому не позволит причинить ей вред, все-таки сыновей у него двенадцать, а дочь одна, а значит, наказание, скорее всего, будет формальным.

Я остановился на очередном светофоре и отрешенно смотрел в боковое окно. По тротуару деловито шагали люди,  одновременно такие разные и такие одинаковые, у каждого свои заботы, свои горести и радости, взлеты и падения. Каждый думает, что вот уж его проблемы самые серьезные и страшные, но спроси у любого взрослого человека и выяснится, что каждый пережил разлуку, неудачу, потерю или несчастную любовь. Каждый думает, что он достоин большего, что он особенный, единственный и неповторимый, не замечая, что, в сущности, живет в огромном муравейнике, заселенном миллионами таких же неповторимых и единственных   людей-муравьев. Дневной город был полон дневных людей, он вел свою хлопотливую жизнь, заставляя его обитателей бежать на работу, покупать пончики и кофе, читать газеты, вливаться в переполненные туннели метро и протискиваться сквозь плотные скопления автомобилей в поисках свободного места для парковки. Ночной Город живет в другом ритме, его жизнь замедляется, он спорит с ночью светом миллионов огней, смакует разнообразные наслаждения и удовольствия, от самых изысканных до самых грязных и примитивных. Город втягивает в губки домов дневных людей, оставляя снаружи человеческую накипь, людей ночных, город никогда не спит и от постоянной бессонницы становится сумасшедшим, превращая в безумцев, под стать себе,  и живущих в нем людей.

На светофоре зажегся зеленый свет, я отвлекся от созерцания людского потока и своих философских мыслей. Еще два перекрестка и будет посвободнее, через четверть часа я выеду на большую развязку, проеду через мост и попаду на трассу, которая ведет к поместью.

Как я и предполагал, через несколько кварталов поток машин стал двигаться быстрее и через две четверти часа мой автомобиль влился в поток машин, въезжающих на мост. Выехав на трассу, я до упора выжал акселератор, и, бросив короткий взгляд на приборную панель, в очередной раз подумал о том, что надо поменять машину.

Быстрая езда всегда помогала мне привести мысли в порядок, часто я специально выезжал на трассу, чтобы подумать. Почему я решил встретиться Ником именно сегодня? На этот вопрос у меня не было ответа. Я проснулся затемно от ощущения, что должен его увидеть именно сегодня, как можно скорее. Я не стал сопротивляться внутреннему голосу, быстро оделся и выехал из поместья, едва рассвело. Время для встречи было выбрано самое неподходящее: происшествие на Охоте, приезд отца, грядущий суд и связанные с ним неприятности, но внутренний голос не слушал доводов рассудка и по опыту я знал, что не буду находить себе места, пока не сделаю так, как велит мое чутье. К встрече с Ником я подготовился отвратительно, даже не удосужился придумать сказку поправдивее, парень не поверил ни одному моему слову и правильно сделал. Единственным объяснением моего спонтанного решения встретиться с ним именно сегодня было то, что я хотел удостовериться, что не ошибся, что в нем действительно есть дракон. Сомнения мучили всегда, до момента перерождения и только когда я видел нового Дракона собственными глазами, они отступали, сменяясь огромным облегчением и гордостью за себя и свой дар. Так было каждый раз, но никогда я не видел человека при таких неблагоприятных обстоятельствах. Я усмехнулся, подумав о том что, больше всего на Ника произвело впечатление то, что я смог его найти. Это как раз самое простое, меня ведет мой дар, достаточно сосредоточиться, как я начинаю чувствовать и точно знаю, где мне искать. Дракон Ника еще совсем маленький, едва заметный, но он уже немного больше, чем был вчера. Жаль, если нам придется уехать из этого мира и у нас не будет возможности переродить этого парня. Автомобиль мчался по шоссе, я привычно сделал музыку громче, до поместья оставалось проехать пару лиг.

- Драк, – прозвучал в моей голове голос Эсмириль – ты где?

Я не собирался говорить сестре, что встречался с Ником и поэтому умолчал часть правды - Подъезжаю к поместью, ездил по делам в Город. А что случилось? Ты чего не спишь?

- Не спится, – ее голос дрогнул, словно она пыталась сдержать слезы – Отец уже приехал?

- На подлете. Через час-полтора будет в поместье, – отозвался я.

Мы замолчали.

- Как рука? – поинтересовался я.

- Уже лучше, немного ноет, но это ерунда. О, демон! – простонала Эс.

- Что случилось?

- Как я в таком виде завтра буду присутствовать на Суде?! – возопила сестра, видимо добравшись до зеркала и разглядев свою физиономию.

Я не нашелся, что ответить. На ее месте я бы в самую последнюю очередь думал о внешнем виде и сосредоточился на главной причине своего появления на завтрашнем собрании. Воистину, у женщин логики не бывает!

- Демон, надо что-то делать! – ее беспокойство разъедало мозг.

- Да в чем проблема?? – заорал я.

- Ты мое лицо видел? Завтра там будут все! Нет, не так, ВСЕ!!!!! – заорала в ответ Эсмириль.

- Я буду дома через пару минут, эта проблема может подождать? – вести машину и слушать вопли сестры в голове, было выше моих физических возможностей.

- Драк, быстрее! – простонала она и отключилась.

Подумаешь синяк, кто там на нее смотреть будет? К завтрашнему дню все резиденты будут в курсе случившегося на Охоте, и вряд ли поврежденная мордочка Эсмириль станет главной темой разговоров. Нику она и с синяками понравилась, он даже попытался попросить у нее номер телефона. Кстати, о Нике. Надо будет не забыть после встречи с отцом, если жив останусь, сесть и разобраться в ощущениях, что-то намешано в этом человеке, не разберу что, ни одной четкой линии, ни одного ясного образа. Однозначно сидит дракончик внутри этого парня, сидит. Как он на меня вызверился, когда я его начал смотреть, не любят драконы этого, первый признак, что он есть в человеке. Только не дает дракончик себя разглядеть, узнать кем ты,   Ник,  станешь: воином, стражем, шаманом, хотя вряд ли шаманом, в перерожденных нет магических способностей. Сможешь ли ты жить в обоих мирах, или только в одном, захочешь ли ты, Ник, выпустить своего дракона или оставишь все как есть. Выбор труден, но тебе его не избежать, это ясно, но не ясно, что ты выберешь, и это беспокоит. Никогда такого не было, чтобы я не увидел сущность дракона, никогда не думал, что такое может произойти. Я съехал с трассы и, проехав две лиги, свернул на подъездную аллею и через несколько минут подъехал к дому. Войдя в холл, я бросил ключи на инкрустированный столик и с тоской посмотрел на лестницу на второй этаж.

- Драк, ты дома? – зазвучал в голове голос Эсмириль - Поднимайся.

Я покорно поплелся в ее комнату. Сестренка сидела на кровати, растрепанная и несчастная.

- Ну что тут у тебя за вселенская трагедия? – бодро спросил я, подходя к ней.

Эсмириль подняла голову и, молча, указала пальцем на свое лицо. Кровоподтек выглядел пугающе, глаз почти не открывался, а щеку заливала синева.

- А клыкастый-то не обманул! Мазь чудодейственная! – я нагнулся, чтобы разглядеть синяк и осторожно прикоснулся к щеке сестры пальцами. Эсмириль зашипела сквозь зубы.

- Точно говорю, если бы не она, ты бы сегодня даже разговаривать не смогла! – со знанием дела заявил я.

- Драггар Драк, драггина Эсмириль, – раздался спокойный, размеренный голос Сарра у нас в головах. – Ваш отец желает видеть вас обоих через две четверти часа у себя в кабинете. Драггина Эсмириль, потрудитесь привести себя в порядок, а вы, драггар Драк, переодеться в более подобающий для аудиенции наряд, - судя по всему, Сарр уже допросил вагаров и знал, что наша одежда вызовет недовольство отца, чего он, конечно же, допустить не мог.

- Мы переоденемся! – одновременно отозвались мы, Сарр отключился. Мы посмотрели друг на друга. Эсмириль была одета в растянутую футболку и трикотажные штаны, в которых всегда спала. Наша матушка боролась с ней долгие годы, пытаясь привить любовь к кружевам и батисту, но потерпела сокрушительное поражение, тончайшие пеньюары пылились в шкафах, а где Эсмириль покупала эти страшилища, для меня оставалось загадкой. Длинные кудрявые волосы сестры были спутаны и торчали в разные стороны, рука в гипсе заправлена в платок, повязанный через шею. Она подозрительно покосилась на мои тренировочные штаны и толстую куртку с капюшоном, но ничего не сказала.

- Маааррррааа!!!! – одновременно заорали мы.

- Иду, маленькая хозяйка! – отозвалась Маара из-за двери и влетела в комнату.

- Маара, у тебя есть четверть часа, чтобы привести маленькую хозяйку в подобающий вид, – сказал я ей строго. – Сарр тебе голову откусит, если драггина Эсмириль войдет в кабинет к Повелителю Драконов в этих штанах.

Маара испуганно всплеснула руками и кинулась разбирать кудри Эсмириль. Я выскользнул из комнаты, пока сестра снова не начала спрашивать, что ей делать с лицом и поспешил в свои покои. По пути я отдал приказания касательно своего гардероба моему вагару Лусу. Все было готово к приезду отца, дом вылизан до блеска и вагары спешили занять свои места, прибытие отца со свитой ожидалось с минуты на минуту.

- Драггар Драк, ваш отец желает видеть вас у себя в кабинете тотчас после приезда, – уведомил Сарр по мыслесвязи.

- А Эсмириль тоже?  - уточнил я.

- Повелитель Драконов желает сначала поговорить с вами, а потом с вашей сестрой. Мы прибудем через четыре минуты. – Сарр, как всегда, вежлив и точен до педантичности.

На душ времени не остается. - Лууус! Костюм, живо! Шевелись, а то голову откушу!

Через шесть минут я стоял у двери кабинета и ждал разрешения войти. Сарр открыл дверь и отошел в сторону, давая мне дорогу. Я сглотнул комок в горле, сжал похолодевшие руки в кулаки и шагнул в кабинет. Отец стоял у окна спиной к двери. Он не переоделся, не отдохнул с дороги, что свидетельствовало или о крайней степени озабоченности или о крайней степени ярости. Гелан сидел в кресле у стола, перехватив мой взгляд, он, молча, поднял руку в знак приветствия и отвел глаза, отчего по моему позвоночнику прокатилась морозная волна. Сарр встал около книжных полок и замер в ожидании приказаний.  В кабинете установилась ничем не нарушаемая тишина.

Я тоскливо смотрел в спину отца, холодея от предчувствий. Мой отец, Брун из клана Тули, Повелитель Дрэклау и Драконьих кланов второго мира, выглядел в своей человеческой форме лет на пятьдесят-пятьдесят пять, хотя по драконьему времяисчислению ему было гораздо больше лет. Его массивная фигура была облачена в отлично сшитый темно-серый костюм, длинные волнистые волосы цвета воронова крыла зачесаны назад и забраны в хвост, три седые пряди, одна надо лбом и две на висках вплетались в общую массу черных волос. Отец не любил человеческую одежду, предпочитая традиционные наряды Драконов, но находясь в третьем мире, всегда одевался в элегантном, классическом стиле. Несмотря на годы, отец сохранил отличную форму, и единственная мысль, на которой я мог сосредоточиться, была о том, убьет ли он меня сразу или все-таки даст возможность оправдаться.

- Драк, что ты увидел на Охоте? – не поворачиваясь, спросил отец.

- Здравствуйте, отец! Мне толком ничего не удалось увидеть, я ждал Эсмириль на условленном месте. О произошедшем знаю только по рассказам, – сглотнув, отозвался я.

- Я не о том! – он повернулся к нам лицом и в его голосе проскользнули нотки раздражения. - Гелан, объясни ему, мой сын меня не понимает.

- Драк, отец желает знать, не заметил ли ты что-то необычное, какие-нибудь странные действия, может быть подозрительное поведение? – терпеливо пояснил Гелан.

- В этом смысле? – я быстро прокрутил в памяти события памятного дня - Нет, вроде ничего такого не было, все как обычно, а чтение мыслей мне не доступно. Потом это была первая Охота Эсмириль,  я уделял все свое внимание ей, – сказал я виновато и осекся. Отец метнул на меня короткий взгляд и  неопределенно хмыкнул, мои уши запылали. Он снова отошел к окну и повернулся к нам спиной, мы не смели прервать его размышления. Я с тревогой поглядывал на Гелана, но брат сидел, не поднимая головы, делая какие-то пометки в своем ежедневнике.  Через несколько минут тягостного молчания я был уверен, что Эсмириль завтра приговорят к казни, а Наместник собирает всех для того, чтобы решить каким именно образом ее казнить.

- Отец, какое наказание вы предвидите для Эсмириль? – не спросить я не мог, изводиться неизвестностью до завтра тоже, уж лучше пусть он меня накажет за дерзость.

- Наказание? – отец повернулся ко мне лицом и удивленно поднял бровь – Ее есть за что наказывать?

- Но как же? – растерялся я – Она одна из двоих, из-за кого остановили Охоту! Ее же завтра будут судить!

Отец рассмеялся, подошел ко мне и сочувственно похлопал по плечу. Я почувствовал себя идиотом.

- Как ты думаешь, Драк, стали бы собирать представителей всех миров, чтобы осудить девчонку, которая заплутала в городе? – насмешливо спросил отец.

- Но, ведь это же Большая Охота, – пробормотал я.

- Драк, жаль тебя огорчать, но завтра мы собираемся не ради Эсмириль, – в голосе отца послышалась издевка, он отошел к столу и немного помолчав неожиданно спросил, -  Что ты знаешь об Охоте?

- Большая Охота это традиционное соревнование, – у меня возникло чувство дежавю, – в котором участвуют все миры кроме третьего, участники выполняют задания, проходят маршруты.

Отец и Гелан переглянулись, видимо, то, что я сказал, было несусветной глупостью, но многие именно так и считали. Молодежь с удовольствием принимала участие в Охоте, в обязательном порядке изучала правила по усеченному варианту Книги Большой Охоты толщиной в палец, но не искала в ней глубинный смысл и уж тем более не читала полный вариант Книги, толстенный неподъемный фолиант, написанный витиеватой вязью старого квэнне.

- Так вот, как ты это видишь? Интересно, надо было спросить у тебя раньше. То есть ты воспринимаешь Охоту как некую военно-скаутскую игру? – отец применил местное выражение, хотя обычно воздерживался от их использования.

Я смутился, потому что именно так ее и воспринимал, но, судя по недовольному лицу отца и едва сдерживаемой улыбке Гелана, такое восприятие было категорически неправильным. Я помялся и выдал более -менее нейтральный ответ.

- Охота похожа на олимпийские игры этого мира.

Гелан хрюкнул. Отец усмехнулся.

- Судя по всему, такое восприятие Большой Охоты  у всей молодежи кланов. Интересно, интересно! Сарр, напомни мне, чтобы я обсудил этот вопрос с Мастером Знаний, мне кажется, нашим воинам следует уделять больше времени теоретическим дисциплинам. - Сарр безмолвно кивнул и сделал пометку в своем блокноте.

Отец сел в кресло и махнул рукой, разрешая мне сесть.

- Итак, мой дорогой Драк, хочу тебе сообщить, раз уж ты не удосужился узнать об этом самостоятельно, что традиция Охоты уходит своими корнями в глубокое прошлое. Она начала проводиться настолько давно, что описания самой первой Охоты не сохранились даже в летописях. Уже много тысяч лет кланы всех миров проводят Охоту через равные промежутки времени, в определенный день и час, которые вычисляются лучшими магами и шаманами семи миров. Сотни лет назад в ней участвовали даже жители пятого мира.

Вот так новость! Отщепенцы пятого мира участвовали в Охоте?! В руководстве правил Большой Охоты такие подробности не описывались. Видимо, они были написаны в другой толстенной книге, посвященной истории Большой Охоты, которая рекомендовалась к чтению, но ее устрашающие размеры отпугивали даже самых заядлых книгочеев, не говоря уже о воинах, которые предпочитали провести лишний час с боевым наставником, чем корпеть над ненужной книгой.

- Незадолго до и во время Кровавого Бунта Сумалы, пятый мир превратился в пиратскую гавань, мир беззакония  и хаоса, впрочем, ты это должен был изучать на уроках истории,  - продолжил отец, с сомнением посмотрев на меня. - После подавления бунта, Совет Миров постановил, что пятый мир исключается из Совета, его правители не признаются ни одним из миров, а его жителям запрещено под страхом смертной казни пересекать границу любого мира, включая третий. Естественно, что участвовать в Охоте они тоже не имели права. Драк, Охота это не просто погоня и получение трофеев, она символизирует равновесие миров. Какие роли Охоты ты знаешь?

Я был поглощен его рассказом и не сразу понял, что отец обращается ко мне.

- Драк? – подал голос Гелан.

- А? Э.. Охотник, Ловчий, Беглец, Лекарь,  Воин, Шаман и Властелин. Общее количество участников равно семи десяткам, – заученно произнес я.

- Все правильно, – кивнул отец-  В каждую роль заложено сложное магическое заклинание, которое связывает участника с магическими потоками миров и позволяет архимагам и оракулам делать предсказания будущего до следующей Охоты, все правила и атрибуты имеют глубокий магический смысл. В наши дни многое изменилось, но правила и роли Охоты остались неизменными. Семь миров, семь ролей. Перед самой первой Охотой Правила скрепили нерушимой печатью семь властелинов, заклинания медальонов создали семь великих архимагов, Истинная Книга Охоты считается священной и может быть прочитана только избранными. Охота всегда проводится только в третьем мире – это нейтральная территория, здесь никогда не велись наши войны, и мы никогда не воевали с местным населением, кроме того, здесь практически не применяется магия, что дает участникам равные возможности. Представители шести миров всегда участвуют в Охоте, представители третьего мира – никогда, они даже не имеют права знать о ней. Людей в Охоте заменяют резиденты  в третьем мире, по жребию, – то, что рассказал отец, не было тайной, но почему-то только сейчас я осознал глубинный смысл Охоты. Отец встал и прошелся по кабинету, я не отрывал от него глаз, весь превратившись в слух. Гелан сидел, опустив голову и сцепив пальцы, видимо в свое время он уделял изучению истории гораздо больше времени, чем я.

- Когда пятый мир запечатали, было нарушено одно из правил, не стало хватать участника для одной из ролей, и Охота не была проведена, первый раз за всю историю. Расстановка сил не была определена и предсказания не были сделаны, после чего наши миры погрузились в хаос на долгие годы. Как ты наверняка знаешь, сын мой, Охота проводится через строго определенные промежутки времени, и в те годы между двумя Охотами было сделано много ошибок, нарушилась магическая связь миров, начались кровопролитные войны, многие кланы были уничтожены, стерты с лица земли. Третий мир тоже пострадал, на него обрушились природные катастрофы и стихийные бедствия, началась засуха и голод, племена снялись с обжитых мест и в борьбе за лучшие земли и воду начали уничтожать друг друга. Несколько великих цивилизаций кануло в небытие, не оставив после себя ни единого упоминания. Конвент Архимагов заперся в Голубой Башне, поклявшись не выходить из нее, пока не придумают, кем заменить участников Охоты из пятого мира. Семеро Великих Архимагов провели в Башне пять лет, ими и были созданы Ловчие.

Я сидел, не смея пошевелиться, конечно, все знали про Охоту, изучали ее правила, но никто и никогда не задумывался, что она значит для миров, насколько велика ее роль в нашей жизни. И что будет, если на Охоте что-то пойдет не так.

- Драк, ты когда-нибудь задумывался, кто такие Ловчие? Какого они племени? Какого клана? По твоему лицу вижу, что нет, – отец хитро прищурился. Я отрицательно помотал головой. О Ловчих я вспоминал только во время проведения Охот.

- Ловчие созданы магами, они существа. Они не мертвы, но и живыми их никто не назовет. Они появляются в третьем мире только на время Охоты. Их число ограничено, у них нет женщин, и они не могут размножаться. Ловчие разумны, но не до такой степени, чтобы создать свою расу, у них нет магических способностей, а интеллекта им дали, ровно столько, сколько нужно для участия в Охотах и выживания в промежутках между ними. В годы, когда Охоты не проводятся, им предписано находится в шестом мире, в землях клана Краста. Краст отвел им часть своего леса, где они живут и охотятся, но вряд ли рад подобному соседству, оборотни обходят эту часть своих владений стороной, а Ловчие сторонятся оборотней. Они были созданы, чтобы заменить недостающего участника Охоты. После создания Ловчих и проведения первой Охоты с их участием, равновесие миров стало постепенно восстанавливаться. Войны прекращались, кланы заключали перемирия, возвращаясь к мирной жизни. Великий Оракул заглянул в грядущее, чтобы узнать правильно ли поступили миры и достаточно ли будет Ловчих, чтобы поддерживать равновесие. И было сделано предсказание ….

Отец замолчал и глубоко задумался. Мы ждали продолжения, затаив дыхание, я посмотрел на Гелана, брат поднял на меня глаза и ободряюще улыбнулся.

- Полный текст предсказания я тебе приводить не буду, – продолжил отец, – так как его позволено знать только посвященным, коим ты не являешься. Если вкратце, то равновесие миров стоит на тонкой грани, участие Ловчих способно его сохранить, но если будет нарушено хоть одно правило, то….

Он опять задумался.

- То что? – выдохнул я.

- Никто не знает, – нахмурился отец, – никто не знает. Так что завтрашнее собрание посвящено отнюдь не твоей сестре, как бы ей не льстила эта мысль. Ее, конечно, выслушают и даже проверят Камнем Правды, но это чистая формальность. После Суда мы будем обсуждать, чего нам ждать  от незавершенной Охоты, – задумчиво произнес отец и хмуро посмотрел на меня.

Теперь проблема незаконченной Охоты предстала передо мной в совершенно другом свете, вчера я переживал за Эсмириль, а сегодня в голову лезли мысли о благополучии всех нас. Я был в полном смятении, мне надо было остаться одному и хорошенько все обдумать. На мгновение мне показалось, что в кабинете стало темнее, словно на поместье надвигалась гроза, я тряхнул головой, и ощущение исчезло, за окном сияло солнце и щебетали птицы.

- Что касается Эсмириль, - продолжил отец, -  она понесет некое наказание, ей это пойдет на пользу, – лукаво улыбнулся отец. Из всех детей отец  любил Эсмириль больше всех, если бы ее действительно хотели наказать, он бы скорее дал отрубить себе правую руку. У меня немного отлегло от сердца, несмотря на вчерашнюю нервотрепку на Охоте, мне не хотелось, чтобы сестру наказывали, во всяком случае, строго.

- Драк, ты не мог бы сделать мне одолжение? – подал голос Гелан.

- Конечно, брат, все что угодно, – отозвался я, мое настроение стремительно улучшалось.

- Я бы хотел, чтобы ты съездил со мной в город, помог разобраться с делами и переночевал в городской квартире. Если хочешь, вечером мы можем куда-нибудь сходить развлечься. – Гелан захлопнул ежедневник и встал, собираясь отправляться в город прямо сейчас.

- Без проблем, но почему ты не хочешь взять машину с водителем? – поинтересовался я, спешка, с которой Гел хотел покинуть поместье, настораживала.

- Потому что я хочу поехать именно с тобой и прямо сейчас. Мне надо разобраться с документами и советом директоров. Я  хочу, чтобы ты присутствовал при экзекуции, – улыбнулся он и обратился к отцу. – По моему, наши директора нас обворовывают.

Внешность Гелана обманчива, многие покупались на его внешнюю хрупкость и спокойствие, а потом на собственной шкуре испытали, что мой старший брат настоящий Дракон. Я несколько раз присутствовал при его «экзекуциях», которые Гел время от времени устраивал управляющим нашим бизнесом, и каждый раз впечатление было гнетущим, но больше всего меня удручала мысль о том, что рано или поздно мне придется заменить Гелана. После встреч с советом директоров  я выходил из зала для заседаний вымотанный, как после изнурительного боя, и голодный, как вампир. Однажды я сказал Гелану, что мне проще убить вороватых сотрудников, чем разбираться в их махинациях и устраивать периодические головомойки, на что Гелан прочитал мне длинную, занудную лекцию о пользе развития дара убеждения, дипломатических способностей и умения сохранять спокойствие в любой жизненной ситуации. Также он не преминул напомнить о том, что задача хорошего руководителя заключается в том, чтобы заставить сотрудников работать как следует, а не убивать их.

- Да и вообще, я по тебе соскучился, и мы сто лет никуда не выходили вместе. Устроим маленький мальчишник, посидим, выпьем вина, – подмигнул он.

- Когда едем, брат? – поинтересовался я.

- Прямо сейчас, – сказал он – Отец, вы закончили?

- Да, Гелан, поезжайте, – кивнул отец - Драк, то, что я сказал должно остаться в этой комнате, никому ни слова, это информация для узкого круга. И еще, ты не должен встречаться с Эсмириль до Суда. Тебе понятно? Ни телефона, ни мыслесвязи! – он грозно посмотрел на меня, а  я понял, каким образом отец собирается наказывать сестру, до завтра она изведется от неизвестности.

- Да, отец, мне все понятно, как вам будет угодно. До свидания, отец, – дождавшись его кивка, я поклонился и направился к выходу вслед за Геланом.

Сарр открыл перед нами дверь и произнес – Осмелюсь напомнить, драггар Драк, что завтрашнее мероприятие предполагает церемониальный наряд.

- Спасибо за напоминание, Сарр, я отдам распоряжение Лусу, – я кивнул Сарру и вышел из кабинета.

- Это лишнее, - повернулся к нему Гелан, – Сарр, распорядись, чтобы церемониальные наряды и вагаров прислали в нашу городскую квартиру, мы с братом прибудем на.. э.. мероприятие оттуда.

Сарр молча кивнул, сделал пометку в блокноте и перевел взгляд на топтавшуюся тут же Эсмириль, проследив, чтобы хотя бы в его присутствии приказ отца о полном отсутствии общения с сестрой был выполнен неукоснительно.

Глава 8 Эсмириль

Отец внимательно выслушал мой сбивчивый рассказ об Охоте, но сам проронил лишь несколько слов. Как только я закончила, он отправил меня в мои покои и приказал готовиться к завтрашней церемонии, назвать которую судом я не могла даже мысленно. Вернувшись к себе, я разревелась, отчужденное отношение отца, боль в избитом теле, отсутствие Драка и полная неизвестность сделали свое дело, у меня сдали нервы. Ожидание завтрашнего дня казалось мне вечностью,  в то же время я с ужасом ждала его наступления. Драк с Геланом уехали сразу после встречи у отца, их телефоны были отключены, а мыслесвязь на таком расстоянии не работала. Тревога и дурные предчувствия разъедали душу, на меня накатывало то отчаяние, то страх, то апатия. Ближе к вечеру Маара сделала попытку накормить  меня, но мне было противно даже думать о еде, также как видеть ее сочувствие. В конце концов, я сорвалась на нее, накричала и выгнала из комнаты, запретив входить без моего позволения. Следующий час я слушала ее всхлипы под дверью, а к негативным ощущениям дня прибавились еще и угрызения совести. Всю ночь я не сомкнула глаз, мне казалось, что все мои действия во время Охоты были неправильными, ее отмена произошла исключительно из-за меня, я все испортила, подвела Драка и свой клан. Я вертелась в постели, покрываясь холодным, липким потом и с ужасом представляя завтрашний день. Грядущее наказание беспокоило меня меньше всего, но мысли о том, что я не оправдала доверия, всех подвела, опозорила Драконов и стала причиной больших неприятностей, лишали сна и покоя. Воздух в комнате был сизым от дыма драгонфлайя, но курение так и не принесло требуемого умиротворения.  Рано утром, когда я только задремала, в комнату на цыпочках вошла Маара и стала перекладывать вещи, деликатно пытаясь меня разбудить. Открывать глаза не хотелось, наконец, Маара не выдержала и легонько потрясла меня за плечо.

- Маленькая хозяйка, просыпайтесь, пора собираться, – почти шепотом произнесла она. Суд был назначен на одиннадцать утра, и до его начала мне надо было переделать массу дел.

Притворяться, что сплю, было бесполезно, Маару не проведешь, я открыла глаза и хмуро посмотрела на вагару.

- Что желаете на завтрак? – спросила она, уже не обижаясь на мою вчерашнюю вспышку, и всем своим видом показывая, что готова исполнить любой мой приказ.

- Яду, – буркнула я, откинула одеяло и выползла из кровати.

Стоя перед зеркалом в ванной и чистя зубы, я с отвращением разглядывала собственное отражение. Определенно, мама права, в этих майках и штанах я выгляжу как нищенка, может действительно подобрать что-нибудь поприличней, кружева какие-нибудь, не знаю, что-нибудь такое, разношенное. Тьфу, о чем я думаю! Я наклонилась к зеркалу и принялась разглядывать синяк. Хорошая мазь у доктора, но кровоподтек все равно заметен, и глаза опухли после бессонной ночи, и бледная, как вампир. Сегодня на Суде будут присутствовать представители всех кланов, могу представить, как я буду смотреться рядом с эльфийками! Гоблином, натуральным гоблином, и ведь не спрячешься за спинами братьев, на собрании я буду одним из главных действующих лиц. Тяжело вздохнув, я стянула с себя майку, штаны и встала под душ. Быстро помывшись, я насухо вытерлась большим полотенцем, вышла из ванной и покорно уселась на подготовленный Маарой стул.

Суд проходил в Большом тронном зале Резиденции Наблюдающего Наместника Третьего Мира. Герольд только что объявил о нашем прибытии, и я на подгибающихся ногах двинулась вслед за отцом, за нами шли братья и свита. Сегодня отец не перемолвился со мной и словом, и в этом обстоятельстве я усмотрела дурной знак. Он даже не смотрел в мою сторону, пока мы ехали из поместья в Резиденцию! Войдя в зал, мы степенно приближались к трону Наместника, и мне казалось, что все присутствующие смотрят только на меня. Наместник встал со своего кресла и спустился с возвышения, чтобы поздороваться с отцом. Приблизившись, отец коротко кивнул и произнес приветствие, я приложила руку к груди и сделала подобающий поклон, сзади послышался звук множественного движения, братья и свита приветствовали представителя верховной власти в третьем мире. Наместник ответил на наше приветствие и бросил на меня короткий взгляд, от которого у меня внутри все похолодело. Покончив с церемонией приветствия, отец направился к отведенному нам месту, Наместник вернулся на свой трон. Усевшись в глубокое, похожее на трон кресло отец сделал мне знак, чтобы я встала слева от него. Покорно заняв указанное место, я глубоко вздохнула и с трудом сдержала нервный зевок. Сегодня Большой Зал Резиденции Наместника был почти полон, отчего мне снова стало очень тревожно: на моей памяти не было собраний подобной важности, а уж чтобы в третьем мире собралось такое количество представителей самых знатных семей, я вообще не припомню. Липкий ком страха, прочно поселившийся в последние сутки у меня в животе, выпустил тоненькие сосущие щупальца, заставив меня похолодеть и судорожно сжать вмиг заледеневшие ладони.

Зал был огромен и поражал роскошью отделки. В строительстве Резиденции поучаствовали представители всех миров, под ее крышей были собраны образцы творчества почти всех разумных рас. Стены были облицованы драгоценным эльфийским малахитом с вкраплениями звездочек серебра и розетками драгоценных камней, бледно-голубой цвет которого перетекал снизу вверх в  темно-кобальтовый. Пол выложен бесценным паркетом из дерева мор, древа колдунов, которые оборотни почитали как живые святыни и считали, что даже маленький кусочек уберегает от сглаза и порчи. Кланы оборотней преподнесли в дар несколько деревьев, дабы злые духи не могли помешать работе Наместника, прислали из шестого мира нескольких мастеров, которые с подобающими молитвами и заговорами вручную распилили мощные стволы и выложили на полу красивый оберег с древними магическими рунами. Через равные промежутки стены прорезались высокими, почти до потолка, окнами с ажурными переплетами, сквозь прозрачный хрусталь которых в зал врывался поток солнечных лучей, в простенках между окнами висели штандарты всех кланов, чьи представители были приглашены сегодня на Суд. Наш третий слева, длинное темно-фиолетовое полотнище, ало-золотой дракон Тули с аметистовыми глазами, обвивающий Клинок. Золотые лучи вышитого на гербе солнца переливаются над головой дракона, внизу с детства знакомые руны фамильного девиза.

Потолок был расписан эльфами в их знаменитой технике «сил таллэн»[5] и богато отделан мозаикой из цветных, переливающихся раковин, добытых в Бухте Плача. Три мощные люстры преподнесли в дар вампиры из клана Каллинганов, славящимся своими стеклодувными мастерами. Созерцание потолка и штандартов немного успокоило, я нашла в себе силы посмотреть на присутствующих.

Наместник, величественный эльф с густой седой шевелюрой и хитрыми ореховыми глазами, высокий и загорелый, производил впечатление миллионера на отдыхе. Впечатлению не соответствовала длинная, тяжелая мантия снежно-белого цвета, расшитая каменьями по рукавам и подолу, тяжелая цепь на шее и головной обруч с огромным ярко-красным камнем посередине лба. Наместник лучше представлялся в светлом льняном костюме и мягкой панаме где-нибудь на морском побережье. Он сидел, выпрямив спину на троне из темного, почти черного дерева нубин, инкрустированного серебристым аргентаном и зубом редкого животного буг, которого добывали в Бурном море седьмого мира, и невидящими глазами смотрел перед собой, справа от него за троном в ожидании указаний стоял его личный секретарь, а сзади тихо перешептывалась свита.

Убедившись, что Наместник на меня не смотрит, я поправила неудобный ворот камзола, который всегда натирал шею. Хоть мне достаточно часто приходилось носить парадное одеяние, но привыкнуть к нему я так и не смогла, костюм был тяжелый и душный, кроме того предполагал полную выкладку церемониального оружия, которая тоже весила немало. Поправленный ворот постепенно сползал на прежнее место, а я продолжила осмотр, слегка повернув голову и скосив глаза. Слева от трона Наместника располагались делегации от первого мира, эльфы, светлые и темные. На Суд прибыли правители обоих народов со свитами и наследниками. На некотором расстоянии от нас сидел Лучезарный Эльф Велерон, повелитель светлых эльфов первого мира и добрый друг моего отца. Его красивое лицо было бесстрастно, взгляд синих глаз погружен в себя, на четко очерченных губах блуждала тень улыбки, длинные светлые волосы перехвачены обручем из эльфийского серебра с тремя огромными изумрудами. Слева от него, опершись на спинку кресла отца, стоял Таниэль, старший сын и наследный принц светлых эльфов. Будущий Лучезарный Эльф не был похож на своего красавца-отца, Таниэлю достались рыжеватые волосы, карие глаза, смуглая кожа, невысокий рост и плотная фигура его матери, что по эльфийским канонам мужской красоты не считалось привлекательным. Его можно было назвать симпатичным, если бы не высокомерно-надменное выражение лица, которое портило все впечатление. Хотя мое мнение нельзя назвать беспристрастным, мы с Таниэлем с трудом выносим друг друга. Словно услышав мои мысли, он посмотрел в мою сторону, мазнул взглядом как по пустому месту и  тут же склонился к отцу, не соизволив даже обозначить приветствие. Мысленно пожелав ему провалиться к демонам, я сделала полшага вперед, чтобы лучше видеть и продолжила осмотр. С другой стороны от Велерона стоял Гаринар, видеть которого мне было не в пример приятней, чем Таниэля. Гаринар был самым младшим из пяти сыновей Велерона, темноволосый, высокий, с пронзительно-синими глазами, он стоял, склонив голову, и тихо разговаривал со своей сводной сестрой и моей лучшей подругой принцессой Алариэль. Почувствовав мой взгляд, Гаринар повернул голову, кивнул и ободряюще улыбнулся. Алариэль тоже кивнула и беззвучно прошептала «не бойся». Я немного приободрилась, почувствовав поддержку друзей. Алариэль была самой красивой девушкой из присутствующих в зале, да что там, самой красивой из всех женщин, которых я когда-либо видела. Боги наградили ее удлиненным овалом лица, светящейся кожей, изящным носом идеальной формы, огромными, невообразимого фиалкового цвета, глазами, обрамленными длинными темными ресницами, тонкими темными бровями, разлетающимся к вискам и восхитительной фигурой, с тонкой талией, высокой грудью и умопомрачительными бедрами. Ее внешность всегда вызывала завистливые вздохи женщин и восхищенные мужчин. Она считалась признанной красавицей трех миров, поэты и менестрели посвящали ей поэмы и баллады, рыцари победы в турнирах, ее именем называли корабли, с нее писали портреты, а количество влюбленных в нее мужчин не поддавалось исчислению, но для меня она всегда была и будет просто Аль, лучшей и любимой подругой. Сегодня  Алариэль была одета в длинное платье из струящейся шелковой ткани аквамаринового цвета, идеально обрисовывающее ее великолепную фигуру и изумительно подходящее к цвету глаз, глубокий вырез которого не скрывал точеные плечи и стройную шейку, обвитую колье из больших сапфиров. Серебристые волосы уложены в фаэнтe, эльфийскую торжественную прическу, состоящую из  нескольких сложно заплетенных кос, перевитых бриллиантовыми нитками и заколотых на затылке. Высокий лоб Аль украшала диадема из эльфийского серебра очень тонкого плетения с пятью большими аллиантами. Большая часть мужских взглядов в зале была прикована к Аль, так было всегда, и мы обе к этому привыкли. Я скользнула взглядом по остальным светлым, кто-то поспешно отводил глаза, пересекаясь со мной взглядом, кто-то вежливо кивал, приветствуя меня, кто-то тихо переговаривался с соседями, не обращая на меня внимания. Я снова поправила ворот и переключила свое внимание на соседнюю группу. Темные эльфы. Все как один в лиловых нарядах с темно-желтыми вставками на камзолах, в цветах двора его величества повелителя темных эльфов Владыки Тареара Второго. Сам Владыка, высокий, худощавый и рыжеволосый эльф, со скучающим видом сидел на троне, погрузившись в свои невеселые думы. Поговаривали, что в последнее время он сильно сдал и некоторые его решения вызывают недоумение у межмировой общественности, краем уха я даже слышала, что после смерти жены и дочери, Владыка Тареар немного тронулся умом и ему пора подумать о передаче власти Каллару. С правой стороны от Тареара стоял его единственный сын, наследный принц Каллар, нареченный жених Алариэль и лучший друг моего старшего брата Гелана. Я знала Каллара с детства, и лично мне он очень нравился, Алариэль же Каллара терпеть не могла, но чем он ей не угодил было выше моего драконьего понимания. Каллар любил Аль всем сердцем, посылал ей в подарок цветы и драгоценности, привозил артефакты из своих путешествий, его страсти к ней мог не заметить только слепой, но Алариэль упорно отказывалась видеть очевидные вещи и продолжала игнорировать его знаки внимания. Они встречались только на официальных приемах, и Каллар использовал любую возможность, чтобы увидеть любимую, он и сейчас не отводил взгляда от Алариэль, а та, как всегда, его демонстративно не замечала.

По правую руку от Наместника разместились Драконы. Я не посмела обернуться и посмотреть, представители каких кланов присутствовали на Суде, но зловещая тишина за моей спиной не предвещала ничего хорошего, такое гробовое молчание было противоестественно для Драконов. В животе снова возникло противное, сосущее ощущение, а по спине скользнула холодная струйка пота.

- Не трусь! – вдруг прошелестел за моей спиной голос Драка, мыслесвязь была заблокирована при входе в Резиденцию, где категорически запрещалось использовать магию.

У меня невольно вырвался вздох облегчения, я не видела Драка со вчерашнего дня, они с Геланом уехали сразу после аудиенции у отца, и появились только на суде. Ночью мне в голову пришла мысль, что Драка отправили домой без права возвращения в третий мир, и я корила себя за то, что так подвела брата, ведь он один поддержал меня в моих притязаниях на участие в Охоте и поручился за мою безопасность.

Слева от Драконов располагались инкары, а еще левее представители шестого мира - оборотни. Фалис, глава инкарского клана Ронан, официальный представитель в Совете Миров от Гильдии Негоциантов Торговой Республики Воллары, сидел в кресле, положив сухие руки на подлокотники, его седые волосы были коротко стрижены, морщинистое лицо с запавшими щеками и узким ртом выражало недовольство, Фалис был стар и не любил межмировые путешествия. Еще год-два и он отойдет от дел, переда почетную должность Вессу, своему старшему внуку. Весс склонился над креслом деда, что-то объясняя  ему громким шепотом на триесте, Фалис важно кивал в ответ, свита с непроницаемыми лицами делала вид, что ничего не слышит. Представитель от Гильдии Негоциантов был глуховат, и потому шепот Весса слышала добрая половина присутствующих в зале. Все вампиры были одеты в черное, различаясь лишь цветными вышитыми гербами кланов на мрачном бархате своих одеяний. Среди их группы я заметила с десяток женщин.

Оборотни составляли самую большую группу из присутствующих, в их число входили и Ловчие. В третьем мире самым главным среди оборотней был Крастквэр де Бэррен, могучий мужчина огромного роста с густой, длинной гривой рыжих с проседью волос и длинными усами, он сидел в пол оборота, с трудом умещаясь в выделенном ему кресле. Краст был одет в традиционный меховой плащ вождя, штаны из тонко выделанной светло-коричневой замши, схваченные по бокам кожаными шнурами, и богато расшитую рубаху, его левая рука упиралась о колено, а правая была занята длинным резным посохом, символом его власти в третьем мире. Остальные оборотни были одеты попроще, в кожаные штаны, меховые безрукавки, небеленые вышитые рубахи и мягкие короткие сапоги. Их длинные волосы, заплетенные в косы, украшали перья, разноцветные плетеные тесемки в цветах клана, деревянные украшения и металлические заколки. Различить клановую принадлежность друг друга по украшениям волос могли только сами оборотни, поскольку ни один представитель других миров был не в состоянии запомнить такое количество нюансов. Оборотни неохотно общались с представителями других рас, предпочитали, чтобы к ним не лезли, и сами считали неприличным вмешиваться в чужие дела. Около кресла, в котором сидел Краст, стояли несколько его сыновей и племянников, один из которых, что-то говорил ему на ухо. Краст задумчиво рассматривал зал, слушая говорившего, и время от времени кивал головой. У меня не было знакомых среди оборотней, и я не знала, были ли там только представители клана Краста или шестой мир прислал представителей других кланов. В домах оборотней царил патриархат, поэтому женщин на подобные мероприятия не брали.

Присутствующие тихо переговаривались в ожидании начала Суда. Через несколько минут Наместник очнулся от своих дум и поднял правую руку, по залу прокатился серебристый удар гонга,  а мое сердце ухнуло куда-то вниз. Наместник дождался наступления тишины и поднялся с трона.

- Мы собрались сегодня, дабы выслушать свидетельства участников незаконченной Охоты. Приказываю Ловчему Загу приблизиться. – произнес мелодичным голосом Наместник.

Из-за спин оборотней вышел хмурый Заг, подошел к Наместнику и, опустив голову, преклонил колено.

- Ловчий Заг, объясни причины нападения на Беглеца, – глядя сверху вниз на коленопреклоненного Зага, приказал Наместник.

- Беглец сдался в плен, я хотел забрать медальон, – ответил тот на всеобщем, не поднимая головы. У меня от возмущения перехватило дыхание, ведь я не собиралась сдаваться в плен.

- Было ли произнесено слово? – вопросил Наместник.

Заг опустил голову еще ниже. – Нет.

По залу прокатился ропот, присутствующие начали удивленно переглядываться.

- Дай мне свой медальон, – потребовал Наместник.

Заг сунул руку за пазуху, вытащил медальон на длинной цепочке и протянул его Наместнику. Со своего места мне не было видно, изменился ли медальон Зага подобно моему, сказать по правде от волнения я вообще практически ничего не видела.

- Поднимись. – Заг встал. Наместник снял с головы свой обруч и повернул его камнем к Загу.

- Смотри на камень и не отводи глаз, – приказал Наместник.

Заг поднял глаза, и через несколько мгновений коротко вскрикнул и, как подкошенный, упал на пол. Присутствующие замерли.

- Унесите Ловчего,  – несколько стражей Резиденции подскочили к бесчувственному Ловчему,  подхватили его под руки и вынесли из зала. Снова раздался удар гонга.

- Приказываю Беглецу Эсмириль из Клана Тули приблизиться,  – провозгласил Наместник, обращая взор в мою сторону.

На меня уставилось бессчетное количество глаз. Я сглотнула комок, машинально поправила ворот камзола и на подгибающихся ногах  двинулась к трону. В нашем клане церемониальные костюмы у всех были одинаковые и состояли из тонкой нательной рубашки, простеганного металлическими нитями жилета, камзола темно-фиолетового бархата с вышитым гербом клана и узких черных брюк, заправленных в высокие сапоги. Кроме того, по традиции членам нашего клана разрешалось присутствовать на любых официальных мероприятиях вооруженными, и потому к костюму прилагались батарный полуторный меч, тяжелый боевой нож, притороченный к поясу  и кисет с драгонфлайем. Волосы полагалось гладко зачесывать назад и собирать в тугой узел, обвитый двумя косами, в который наискось была вставлена курительная трубка. Платья традицией не предусматривались, потому что я была единственной дочерью, единственной девочкой, родившейся у Повелителя Драконов за все время существования нашего клана. Пока я шла к трону мне показалось, что мой костюм и оружие весят не меньше пятидесяти стоунов[6] до того трудно мне было переставлять ноги. Я доплелась до подножья, опустилась на одно колено и уставилась в пол.

- Встань, дитя, и подойди ближе, – мягко произнес Наместник. Я с трудом поднялась и сделала шаг вперед.

- Смотри на меня, – я послушно подняла голову. Наместник внимательно посмотрел мне в глаза, отчего я сразу почувствовала себя спокойнее, потом протянул руку и провел пальцами по кровоподтеку.

- Почему ты изменила маршрут Охоты? – спросил он.

- Ловчие разделились и попытались поймать меня до города, – хрипло отозвалась я.  За спиной послышался гул голосов.

- Ты убила одного из них? – поинтересовался Наместник.

- Нет, это был несчастный случай, – уверенно сказала я.

- Что произошло дальше? – спросил Наместник, продолжая смотреть мне в глаза.

- Нам пришлось бежать по Городу, а потом Ловчие оттеснили меня в Страйт. К  сожалению, я недостаточно хорошо знаю этот район и мне пришлось действовать по обстоятельствам, – от волнения меня бросило в жар.

- Ты сказала слово Загу? – мягко спросил Наместник.

- Нет, я не успела.

- Что или кто тебе помешал?

- В Охоту вмешался человек, – скрывать далее участие Ника не имело смысла, по глазам Наместника я поняла, что он осведомлен об этом факте. По залу прошелестел удивленный шепоток.

- Ты заметила человека до того, как он вмешался? – спокойно спросил Наместник.

- Нет, я его не видела. Человек вмешался, когда Заг меня ударил.

- Почему Заг напал на тебя? – поинтересовался Наместник

- Я… я не знаю,  – растерянно призналась я - Ловчие с самого начала повели себя странно, а Заг не просил меня признать себя плененной, и мне даже показалось, что он намеревался меня убить. Человек стал драться  с остальными Ловчими, а я с Загом. Это была самооборона, он напал на меня первым и, кроме того, хотел забрать медальон силой.

- Что было потом?

- Человек расправился с двумя Ловчими и видимо хотел помочь мне, но Заг воспользовался тем, что я упала, схватил меня и швырнул в стену – я подняла руку в гипсе в подтверждение своих слов – После этого я потеряла сознание и очнулась через несколько часов.

- Дай мне свой медальон. – Наместник требовательно протянул руку.

Я достала из-под камзола искореженный медальон и глаза у Наместника округлились. Он взял его и принялся внимательно разглядывать, держа на весу за цепочку, медальон медленно поворачивался вокруг собственной оси, словно позволяя рассмотреть себя со всех сторон.

- Кто-нибудь его трогал, кроме тебя? – он внимательно смотрел на меня.

- Нет, – я отрицательно покачала головой.

- А человек, который тебя спас?

- Нет, – с уверенностью сказала я. Почему-то мне было сложно представить, что Ник шарит у меня за пазухой и рассматривает мои вещи.

Наместник повернулся к секретарю и осторожно опустил медальон на серебряный поднос, который тот держал  двумя руками.

- Дитя, смотри на камень и не отводи глаз, – он снял с головы обруч и поднес к моему лицу.

Я смотрела на Камень Правды и не смогла бы отвести от него взгляд, даже если бы захотела. Внутри алого камня загорелась яркая золотистая искра. Она притягивала, манила, не отпускала ни на мгновение, увеличиваясь и превращаясь из золотистой в ослепительно-белую. Вдруг она ярко вспыхнула, а мой  мозг словно пронзила молния, на несколько секунд я ослепла и оглохла, но сумела удержаться на ногах. Наместник отвернул камень от моих глаз и положил руку мне на голову, считывая мои воспоминанию об Охоте. Через мгновение он произнес.

- Помогите Беглецу занять ее место, – старый маг теперь точно знал, что я сказала чистую правду, солгать Камню Правды не удавалось никому, как собственно и магу, им владеющему.

Меня подхватили под руки и отвели в сторону. Из глаз текли слезы, я ничего не видела, а в голове была звенящая пустота, словно Камень вытянул из нее все мысли. Я пришла в себя от осторожного потряхивания. Отец обнимал меня за плечи и встревожено смотрел в лицо.

- Все в порядке, – я честно попыталась сфокусировать зрение, но у меня ничего не получилось, все вокруг было размытым и нечетким, а перед глазами плавали радужные круги. Отец задвинул меня себе за спину, где меня подхватил Драк. Я уткнулась брату в грудь и тихонько заскулила.

- Все хорошо, все хорошо, ты прошла испытание Камнем. – зашептал он мне в ухо, прижимая к груди. – Не плачь, маленькая, все уже позади.

- Итак, предварительное расследование показало, что действия Беглеца не могли помешать Охоте, – провозгласил Наместник - Изменение маршрута не играет большой роли, но поведение Ловчего и вмешательство человека требует более пристального расследования. Я назначаю внеочередное заседание Совета Миров, где Заг будет допрошен еще раз и ему будет назначено наказание. Беглец прошел испытание Камнем и доказал косвенность своей вины. Однако, действия Беглеца также сыграли свою роль в отмене охоты и я вынужден наказать Беглеца, дабы впредь она относилась к своим обязанностям более ответственно. - я сжалась в комок и затряслась. Драк прижал меня крепче.

- Наместник, прошу слова, – слева раздался звучный голос Велерона.

- Прошу, Лучезарный.

- Моя дочь Алариэль некоторое время будет находиться в этом мире. Прошу Вас, Наместник, приставить провинившегося Беглеца к моей дочери в качестве компаньонки и телохранителя.

- Вы полагаете, это будет достаточным наказанием? – насмешливо спросил Наместник.

Завистливый вздох прокатился по мужской части собрания.

- Несомненно. Хранитель должен будет находиться с моей дочерью круглосуточно все время ее пребывания здесь. Заодно Беглец сможет подучить географию этого мира, – я оторвалась от груди Драка и прислушалась, не веря своим ушам.

- Повелитель Драконов, вы согласны с таким наказанием? – обратился он к отцу, по голосу чувствовалось, что Наместник улыбается.

- Согласен, Наместник, Лучезарный оказывает великую честь  моему клану и моей дочери, – отозвался отец.

- Да будет так! – провозгласил Наместник и снова раздался звук гонга.

- Объявляю собрание закрытым, наказанная может приступить к исполнению приговора. О времени начала внеочередного собрания Совета Миров вам сообщат дополнительно. Благодарю всех за присутствие.

Наместник раскланялся и покинул зал. Собрание зашумело, обсуждая услышанное. Я все еще не могла поверить в то, что меня наказали, приставив к лучшей подруге. Это шутка? Никогда бы не подумала, что у Наместника такое странное чувство юмора. Я, наконец, прозрела и, подняв глаза, увидела сияющие  лица братьев и свиты.

- Хотел бы я, чтобы меня так наказали, – завистливо протянул Драк. Гелан улыбнулся и хитро подмигнул.

- Гм, – я обернулась, сзади стоял отец. Он изо всех сил старался сохранить подобающую серьезность, но его глаза улыбались. Я бросилась ему на грудь и уткнулась носом в камзол, едва сдерживая слезы. Какое счастье, что он на меня больше не сердится! Мысль о том, что я его подвела, и он во мне разочаровался, разрывала мне сердце.

- Все-таки я бы не рекомендовал тебе изучать Страйт вдвоем с Алариэль, возьмите с собой хотя бы Драка, – сказал отец, обнимая меня.

Я посмотрела ему в лицо и улыбнулась сквозь слезы, он осторожно поцеловал меня в лоб.

- Я должен сообщить о решении Наместника твоей матери, она очень за тебя переживает. Мы отправляемся в Шерданн через семь дней, после праздника я обсужу с Велероном детали твоего, гм… наказания, - взяв меня под руку, он сделал знак свите следовать за ним и  повел нас к выходу.

Глава 9 Ник

Прошла неделя с момента моего знакомства с Эсмириль и Драком, и все это время мои мысли были заняты только этой парочкой, если откровенно, в основном Эсмириль. Я засыпал и просыпался с мыслью о ней, вспоминал, как нес ее, бесчувственную, домой, как она лежала на моем диване, как выглядела и что говорила. Я прокручивал разговор с Драком и так и эдак, рассматривал шелковый мешочек, но так ни до чего не додумался, у меня не появилось ни единой версии, ни одной зацепки. Хью со мной не разговаривал, дулся, но я не обращал на него внимания, собеседник из меня в эту неделю был никакой. Наоборот, меня раздражало, когда со мной пытались общаться,  и по возможности быстро сворачивал беседу, чтобы опять погрузится в свои раздумья. В мастерской я сразу принимался за работу и прерывался только для того, чтобы перекусить и выпить чашку кофе. Тор не приставал ко мне с разговорами, обходился минимумом фраз в пределах вежливости. Все-таки он удивительный человек! Его мое молчание нисколько не обижало, он оставлял за мной право самому решать, хочу я общаться или нет, и не навязывал свое общество. Зато как бесился Стив! Сначала он пытался подкатить с разговорами ко мне. Потерпев неудачу, он начал приставать к Тору, пытаясь выпытать, что со мной происходит.

- Стиви, да какая тебе разница, что с парнем? – поинтересовался Тор, протирая грязной тряпкой захватанные очки.

- Как это какая разница? А может он что-то сделал? Или наркоту принимает? Или еще что? Я должен знать! – закудахтал Стив.

- Что изменится от твоего знания? Он вменяемый, трезвый, приходит вовремя, работу свою делает. Чего тебе еще надо? – возразил Тор

- А чего он такой? Ходит с такой рожей, как будто всех убить хочет! – Стив говорил достаточно громко, явно для того, чтобы я услышал и хоть как-то отреагировал.

- Да какая разница, что у него с рожей, главное, чтобы с руками все в порядке было. Отцепись от парня! – посоветовал Тор.

Я был благодарен Тору, за то, что мне не пришлось высказывать то же самое Стиву самому, потому что наверняка у меня бы это получилось куда грубее. Я нацепил наушники и сделал музыку громче.

Дни незаметно утекали: дом, мастерская, опять дом.

Через неделю мне позвонил Иван и пригласил в пиццерию. Я пришел в условленное время, занял столик возле окна и стал ждать моего бывшего отчима. В последние несколько дней погода испортилась, по окну текли струйки дождя, прохожие, пригибаясь от резких порывов ветра, бежали по улице, придерживая полы плащей, шляпы и вырывающиеся из рук зонтики. Осень основательно вступала в свои права, в этом году солнышко радовало нас дольше обычного, но сегодня дождь шел весь день, не прекращаясь, и становилось понятно, что ясных деньков городу не видать до весны. Иван как всегда опаздывал, даже назначая встречу, он никогда не мог запомнить время и ни разу не пришел вовремя. Я привык, этот маленький недостаток терялся на фоне его больших достоинств, кроме того, я никуда не спешил и мог позволить себе посидеть в кафе лишних полчаса. Наконец, дверь распахнулась, в пиццерию ввалился Иван, зацепив кого-то зонтом,  и огляделся вокруг. Заметив меня, он махнул  рукой, снял мокрый плащ и направился к столику.

- Я опоздал? –  виновато спросил он.

- Немного. Привет! – улыбнулся я, сегодня Иван действительно опоздал ненамного.

- Привет. Извини, я как всегда все перепутал, столько дел надо сделать до отъезда, ничего не успеваю, – он поставил зонтик, повесил плащ на спинку стула и уселся напротив меня.

- Делай только самые неотложные дела, – посоветовал я

- Они все неотложные, – он безнадежно махнул рукой и поправил сползшие на нос очки.

- Главное, чтобы ты не забыл оформить паспорт и купить билет, – такое с Иваном вполне могло статься.

Он улыбнулся. – Этим занимается администратор университета, поэтому есть надежда, что я все-таки уеду.

Он раскрыл меню и стал внимательно его изучать. К нам подошла официантка.

- Пепперони и двойной сыр, пожалуйста, и одну колу, – сказал я.

- А мне с грибами. И кофе, – положив листок меню, определился Иван.

Официантка равнодушно кивнула и ушла.

- Да, кстати, - спохватился Иван – вот ключи, пока не забыл, а то, так и уеду. – Он порылся в карманах плаща и протянул мне внушительную связку.

- Это от чего так много? – ключей было штук десять.

- Да тут от всего, от квартиры, от машины, от книжных шкафов. Я тебе на столе оставлю список книг с именами моих дорогих коллег, которым эти книги нужно отдать, иначе они всю библиотеку растащат, пользуясь твоей наивностью и незнанием, – стекла его очков воинственно блеснули, по- видимому, борьба за библиотеку велась давно и с переменным успехом.

- Я им вообще ничего давать не буду, пусть ждут твоего приезда или забирают свое барахло до твоего отъезда, – для полного счастья мне только и не хватало агрессивных ботаников, жаждущих разорить Иванову библиотеку.

- Хорошая идея! – Иван задумался.

- Когда ты уезжаешь? – спросил я.

- Через два дня. Такой счастливый случай, Ник, ты не представляешь, насколько интересна эта водоросль! – восторженно воскликнул Иван.

Я потерял нить разговора секунд через сорок, Иван залез в такие ботанические дебри, которые я осилить не смог и поддерживал беседу невнятными восклицаниями соответствующих рассказу эмоциональных оттенков. Было видно, что мысленно он уже был в далекой стране, на берегу океана, спасая водоросль от человека или для человека, его глаза фанатично горели, он бурно жестикулировал и был готов рассказывать, как ему повезло до самого своего отъезда. Его монолог прервало появление официантки с нашим заказом.

- Я только сейчас сообразил, что с утра у меня во рту маковой росинки не было, – с удивлением произнес Иван, принюхиваясь к пицце.

- Так налетай, пока не остыла, – я тоже изрядно проголодался. Мы на некоторое время замолчали.

- А знаешь, Ник, я очень рад, что уезжаю и не только потому, что предстоят интереснейшие исследования. Стыдно признаться, но я ненавижу этот город осенью и зимой, мне очень тоскливо, я все время мерзну и у меня начинаются депрессивные настроения, – он отвлекся от еды и бросил мрачный взгляд на струйки дождя, текущие по окну.- Наверное, я и добился некоторых высот в науке, потому что не люблю холод. У меня есть верный способ не впасть в сезонную депрессию.

- Какой? – поинтересовался я, вдруг и мне этот  способ пригодится. С холодным временем года у меня не было никаких проблем, но мало ли.

- Работать, Ник. – улыбнулся Иван – В холодное время года я много занимался и теперь много работаю, выжимаю себя до капли, чтобы хватило сил только добраться до дома и завалиться спать.

Его признание меня обескуражило, мне казалось, что Иван самый уравновешенный человек из всех моих знакомых, что у него уж точно нет никаких проблем, а научные изыскания самая спокойная и необременительная работа на земле. Вот уж никак не ожидал, что прорывы в науке могут зависеть от паршивой погоды!

- Да, погода гадостная, – согласно кивнул я, переваривая услышанное.

- А там, куда я еду, лето круглый год, тепло, море, ну и, конечно, любимая работа. Ник, мне удивительно повезло в жизни, я занимаюсь любимым делом и еще получаю за это деньги, – он радостно улыбнулся. Глядя на счастливое лицо Ивана ему даже завидовать не хотелось, ну, если только самую малость, просто потому, что человек нашел свое место в жизни.

- А что, Иван, девушки-то в этом раю будут или только водоросли? – подмигнул я ему.

Иван зарделся. Тема девушек, вернее их отсутствие, для него была скользкой. Водоросли отнимали все его  время, наверное, в качестве подружки Ивану идеально подошла бы какая-нибудь русалка. Я до сих пор не мог понять, как он умудрился жениться на моей мамаше при такой стеснительности. Не иначе бес попутал!

- Еще не знаю, наверное будут, – смущенно пробормотал он.

- Ну, вот и прекрасно.

- А как у тебя на личном фронте? – спросил в свою очередь Иван, для меня эта тема тоже была скользкой.

- Без перемен, – я опустил глаза и представил лицо Эсмириль.

- Не переживай ты так, мимо твоя судьба не пройдет, – уверенно заявил Иван и снова поправил очки. Мое сердце болезненно сжалось, по-моему, она уже благополучно прошла мимо, даже не заметив меня.

- Ладно, давай не будем о грустном,  – я поспешил поменять тему разговора - Как Джек?

- Ой, хорошо, что ты напомнил! Джек набрал вес, и ветеринар прописал ему специальный корм. Я купил большой мешок, но, по-моему, его не хватит на все время моего отсутствия. – Иван озабоченно посмотрел на меня.

Я невольно рассмеялся до того забавно он выглядел, его действительно волновал вопрос продовольственного кризиса Джека.

- Иван, я думаю, что достаточно зарабатываю, чтоб прокормить одного кота, даже такого прожорливого, как Джек,  – сказал я серьезно.

- Да?

- Конечно,  дружище, не переживай!

- И еще, Ник, я хотел тебя попросить об одолжении. У меня есть одна орхидея, очень редкий вид венериного башмачка, хотел посмотреть на ее цветение, но, к сожалению, уеду раньше. Тебя не затруднит сделать пару фотографий, когда растение начнет цвести и выслать мне их на электронную почту? Я тебе оставлю адрес.

- Без проблем, могу фотографировать ее хоть каждый день! – предложил я.

- Ты - сокровище! – растроганно воскликнул Иван.

- Напиши мне все инструкции на листе бумаги и оставь на столе. Не переживай, все будет в порядке. – Иван согласно кивнул.

Через два дня Иван отбыл в далекую Азию навстречу загадочной водоросли и предполагаемым девушкам. Я попросил у Стива три дня отгулов, чтобы перевезти свои вещи на квартиру Ивана. Утром я встал пораньше, быстро позавтракал и начал сборы. Хью бродил по коридору и душераздирающе вздыхал, мы с ним не разговаривали уже больше недели.

- Так и уедешь, не извинившись? – я обернулся, Хью стоял в дверях, не заходя в комнату.

- Извини, я не хотел, – я присел на диван, мне было стыдно за то, что ударил его и в глубине души я был рад, что он первый завел со мной разговор.

- Не хотел он! Из старика чуть дух не вышиб! – буркнул Хью, кисло посмотрел на меня и, как всегда, отвел взгляд.

- Из тебя ломом дух не вышибешь, меня еще переживешь, – проворчал я. Хью пожевал губами, но промолчал.

- Ты хоть забегай иногда, кроме тебя у меня родных-то и нет. – его лицо сморщилось и мне на мгновение показалось, что он вот-вот заплачет – Не забывай старика.

- Я постараюсь, Хью. Мне надо собираться, – отозвался я.

- Ладно, не буду мешать, – сказал он, продолжая стоять на месте.

- Что?

- Да так, хотел спросить все–таки про тот мешок, только ты не дерись, – он сделал шаг назад, но, видимо, любопытство глодало его всю неделю и пересилило страх, что я снова полезу в драку.

- Что ты хотел спросить? – меня раздражало любое упоминание о мешке, но пока я держал себя в руках. Если Хью станет донимать расспросами, просто пошлю его.

- Откуда он у тебя? – на этот раз обошлось без инсинуаций на счет моей ориентации.

- Мне в нем вернули куртку и, если бы ты не начал кудахтать о голубизне, я бы и внимания на него не обратил, – по возможности спокойно пояснил я, покривив душой, не обратить внимания на такой приметный мешок было невозможно.

Хью что-то промычал, но давать комментарии поостерегся.

- А что в нем странного? Богатые в такие мешки обувь складывают, – мне было интересно узнать, что такого особенного он увидел в мешке.

- Нет, в такие не складывают, там матерьяльчик дорогущий и вышивка ручная. Дай еще раз глянуть? А то лучше подари, – в глубокой молодости Хью подрабатывал в магазине тканей и до сих пор питал слабость к мануфактуре.

- Отстань, я его уже упаковал, – я встал, повернулся к старику спиной, ясно давая понять, что на разговоры у меня времени нет и, вообще, пора бы ему найти себе какое-нибудь занятие вне пределов моей комнаты.

- А кто тебе куртку вернул?  - Хью видимо решил использовать мою разговорчивость на полную катушку.

- Брат той девушки, которую я принес со Страйта. – я повернулся к нему лицом, и видимо, было что-то в его выражении, что заставило Хью подавиться очередным вопросом.

- А-а… – неопределенно протянул он, шагнул назад и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Барахла у меня набралось немного, так что с переездом я управился за один день, сделав пару ходок на Жуке. Квартиру Иван получил в наследство от своего покойного деда. Иванова квартира располагалась в небольшом двухэтажном особнячке, через дорогу от старого сквера в десяти минутах ходьбы от центра города, в тихом и респектабельном районе. Дом был на трех хозяев, в каждую квартиру вел отдельный вход с крыльцом из пяти ступенек. Я часто бывал у Ивана в гостях и был знаком с его соседями. В квартире слева проживала Эмили Грин, дама восьмидесяти пяти лет, в прошлом звезда балета, некогда блиставшая на лучших мировых сценах. Дедушка Ивана, именитый ученый, большой ценитель балета и поклонник мадам Грин, купил квартиру рядом со своей музой, и до конца жизни галантно за ней ухаживал. Хозяином квартиры справа был Питер Бок, владелец небольшого риэлтерского агентства, который не появлялся дома неделями, проводя почти все время на южном побережье страны, где продавал фешенебельные виллы.

Квартира Ивана была небольшая, но в два этажа, на первом располагалась прихожая, кухня, ванная и гостиная, на втором спальня, кабинет Ивана и небольшая комната, которую Иван использовал в качестве маленькой оранжереи и кладовки. Цветами был заставлен весь дом, но мне это нравилось, зелень создавала ощущение уюта и обжитого дома, да и воздух казался чище. Я заглянул в оранжерею и отметил про себя, что Иван увез большую часть наиболее капризных растений в Университет, где за ними будут ухаживать студенты, но и оставшихся мне хватало за глаза. Окинув взглядом заставленное помещение, я прикинул, сколько часов будет уходить на полив, и пришел к выводу, что свободного времени у  меня после переезда не будет. Огромный Джек все время терся рядом, урча и задрав хвост, я периодически об него спотыкался, каждый раз поминая его маму. У меня оставалось два дня отгулов, и я решил посвятить их обустройству на новом месте.

Разложив вещи, я спустился на кухню, заварил кофе, открыл холодильник, отметив, что продуктов там почти нет, и поднялся наверх, в кабинет, чтобы посмотреть оставил ли мне Иван какие-нибудь инструкции. Джек шествовал следом.

В кабинете все было как всегда. Огромный письменный стол, обычно заваленный бумагами, сейчас радовал взгляд идеальным порядком и чистотой, посередине стола на видном месте лежал желтый блокнот с записями, сделанными бисерным почерком Ивана. Инструкции оставил, не забыл. Я уселся в уютное большое кожаное кресло на колесиках и принялся изучать написанное. Инструкции, в основном, посвящались уходу за Джеком и орхидеями. Иван оставил фотоаппарат, чтобы я мог фотографировать его венерин башмачок и наклеил яркий стикер на этот самый башмачок, чтобы я не перепутал его с каким-нибудь другим цветком. Горшок стоял на подоконнике напротив стола. Я полюбовался на невзрачный кустик с длинной цветоножкой  и продолжил чтение, с трудом разбирая Иванов почерк. Через некоторое время в глазах зарябило от напряжения, а инструкции стали путаться в голове. Я откинулся на спинку кресла и одним глотком допил остывший кофе, окинув взглядом кабинет. Две стены были заняты огромными книжными шкафами, под завязку набитыми книгами, расставленными безо всякой системы, энциклопедии соседствовали с книгами об искусстве, детективы с ботаническими атласами, альманахами и журналами, романы со словарями, роскошные подарочные издания по искусствоведению с потрепанными бумажными покетбуками. Вдоль третьей стены разместился уютный диванчик с полосатым пледом и старинный торшер. Стена над диваном была увешана гербариями в рамках, сувенирами, которые привозил Иван и его коллеги  из разных стран, дипломами и фотографиями в разнокалиберных рамках. Почти всю ширину четвертой стены занимало окно, которое выходило на улицу и сквер.

Я взял фотоаппарат, сделал снимок цветка и включил компьютер, чтобы отправить Ивану свой первый фотоотчет. В углу монитора часы показывали половину одиннадцатого, день был довольно насыщенным, меня клонило в сон. Отослав почту, я откинулся на спинку кресла, с хрустом потянулся, выключил компьютер и встал. Подойдя к одному из шкафов, я вытащил одну из книг и направился в спальню, какой бы ни был напряженный день, без книжки мне не уснуть, а у Ивана неплохая коллекция классических детективов.

На следующее утро я по привычке проснулся в половине восьмого утра, подумал об Эсмириль, вспомнил, что у меня еще два дня отгулов, и стал придумывать, чем бы занять свободное время. Во время завтрака я решил сходить в библиотеку, поискать  информацию о таинственном драконе и попробовать опознать язык, на котором была сделана надпись. Полотняный мешок был моей единственной зацепкой, единственной ниточкой, которая могла помочь мне найти Эсмириль. Я прибрался на кухне, накормил Джека и поехал в центральную библиотеку, где у меня был абонемент. Затея оказалась провальной. Перебрав с десяток книг по мифологии различных народов и пересмотрев образцы разных письменностей, я не нашел ничего похожего ни на дракона, ни на буквы с мешка.  С гудящей головой и слезящимися глазами, я сдал книги библиотекарю и направился к выходу.  На улице начинал накрапывать мелкий, холодный дождь. Желудок громко напомнил о том, что пора подкрепиться,  я зашел в ближайшую закусочную, заказал горячий сэндвич, кофе и занял столик у окна. Расправляясь со своим поздним обедом или ранним ужином, я  размышлял, где  еще могу получить информацию по драконам  и тут меня осенило, что в первую очередь мне следовало обратиться к моему школьному дружку Сэму, а не мучить невнятными требованиями несчастного библиотекаря. После окончания школы мы с Сэмом встречались не часто, но достаточно регулярно, чтобы быть в курсе основных жизненных событий друг друга. Сэм был старше меня на несколько лет, и жизнь его с юных лет была насыщенна и разнообразна. В десять лет он сбежал из дома и пару теплых месяцев скитался по стране, с холодами прибившись к цирку шапито и разъезжая с ними, подрабатывая то клоуном, то жонглером. Его кочевая жизнь продолжалась до тех пор, пока его не повязала полиция и не вернула по месту жительства. Отец отлупил его так, что Сэм неделю не мог сидеть, но страсти к приключениям не отбил, и уже следующим летом Сэм снова сбежал. Его ловили, возвращали домой, били, но, в конце концов, оставили в покое. Сэм пропадал по многу месяцев, возвращался домой и снова уходил, работая в цирке, участвуя в боях без правил, где ему сломали нос и уши, или просто бродяжничая по стране. Несмотря на кочевую жизнь, он умудрился окончить школу и через какое-то время заинтересовался татуировками. Рисовал Сэм отлично, всегда и везде, на обрывках картона, листах бумаги, стенах, на всем, что под руку подвернется. Увидев его рисунки, Сэма взял в ученики именитый мастер, с тех пор мой друг осел на одном месте и работал как проклятый. Сейчас Сэм считается одним из лучших татуировщиков страны, год назад он открыл маленькую студию на западе Города и, наверное, первый раз с момента рождения был полностью и абсолютно счастлив. Он работал по четырнадцать часов в сутки и жил бы в студии, если бы ночью кто-то хотел делать татуировки. Коньком Сэма были именно драконы, если он что-то про них не знает, значит, не знает никто. Я быстро допил кофе, вышел на улицу, сел в машину и отправился к Сэму.

Студия Сэма занимала небольшой подвал на 53 улице, вывеска приветливо мигала цветными огоньками, а на двери висела табличка «открыто». Когда я зашел Сэм занимался клиенткой, крашеной молодящейся блондинкой в годах, коричневой от загара, с ярким макияжем и голубовато-белыми вставными зубами. Он увидел меня, поздоровался и попросил подождать буквально полчаса, потому что не в состоянии оставить такую роскошную женщину без своего внимания. Роскошная женщина захихикала. Сэм любил всех женщин без исключения, с ними он был как бенгальский огонь, его запас хохм, анекдотов, довольно сальных шуточек и баек из его бродячей жизни был неистощим. Женщины от него млели и таяли, несмотря на его брутальную внешность. Ростом Сэм был под два метра, наголо бритый, со сломанным носом, в татуировках и пирсинге с ног до головы, но под этой толстой, разрисованной шкурой скрывалась тонкая, творческая и романтичная натура. Всех своих подруг, чтобы не путаться, он называл кисками и всегда умудрялся оставаться с ними в прекрасных отношениях даже после окончания этих самых отношений.

Я развалился на диване, и следующий час слушал пикировку и шутки Сэма, других мастеров и хихиканье роскошной женщины. Через час Сэм освободился и подошел ко мне, я поднялся ему навстречу.

- Как дела, брат? – он стукнул меня своим железобетонным плечом – Все у этого старого вонючки Стива?

- Ага, у него. Ты как? – я похлопал его по широкой спине.

- Да как видишь, работаю как лошадь, расписан на три месяца вперед. – Сэм с хрустом потянулся - Пойдем кофейку хлебнем, у меня есть минут сорок.

Мы вышли из студии и направились к ближайшему кафе.

- Эй, киска, привет! – едва войдя в кафе, Сэм сделал стойку на фигуристую, симпатичную официантку -  Я от твоих сисек тащусь, так бы и остался жить в твоем лифчике! – Он приобнял девушку и крепко прижал к себе, облапив зад, та хихикнула и  попыталась скинуть его руку со своей талии.

- Эй, Сэм, лапы-то не распускай! – она шутливо попыталась оттолкнуть его от себя – Чак тебя по стенке размажет, если узнает, что ты меня лапаешь.

- Да откуда он узнает? Может старый больной Сэм потискать  такую сладкую куколку? – Сэм притянул к себе девицу, делая вид, что хочет ее поцеловать.

- Обойдешься! – девушка со смехом пыталась выдраться из его объятий.

- Ну, ладно, в другой раз, – засмеялся Сэм, отпуская девушку и хлопнув ее напоследок по выпуклостям ниже талии - Радость моя, сделай нам с братом по кофе и булочек каких-нибудь принеси.

- Садитесь, сейчас все организую. – Она развернулась и уплыла в сторону барной стойки, соблазнительно покачивая бедрами.

- Хороша, чертовка! – Сэм проводил ее плотоядным взглядом, усаживаясь на стул – Если бы ее Чак не был профессиональным боксером, то у него бы не было шансов. А так нет шансов у меня.

Он преувеличенно тяжело вздохнул и, оторвавшись от созерцания соблазнительных округлостей, повернулся ко мне – Что нового, брат?

- Да вот от Хью съехал. Он поднял плату за квартиру, – поделился я новостью.

- Я бы, прежде чем съехать убил бы  этого старого хрена, да ведь посадят, как за человека. Где ты сейчас живешь? – Хью единодушно ненавидели все, кто его знал.

- У Ивана.

- Это у того парня-ученого, какого-то мужа твоей мамашки? – Сэм наморщил лоб, припоминая, о ком я говорю.

- Точно, – подтвердил я – Он уехал в командировку и попросил присмотреть за его квартирой. Сэм, мне нужна твоя консультация.

- Ну, наконец-то, ты решил сделать татуировку! – Сэм предпринимал попытки разрисовать меня с тех пор, как начал заниматься татуировками, но я пока отбивался.

- Нет, не решил, – я достал из кармана мешок и протянул его Сэму.

Он с удивлением взял сверток и развернул его.

- Я хочу узнать, какой народ рисует подобных драконов и пишет такими буквами,  – пояснил я.

Сэм расправил мешок и стал внимательно разглядывать рисунок. Официантка принесла две чашки обжигающего кофе, тарелку с булочками и салфетки, расставила все на столе и ушла.

Сэм рассматривал мешок не менее пяти минут, подносил его к глазам, вывернул наизнанку, осторожно водил пальцами по рисунку и буквам и даже понюхал.

- Брат, не думал, что скажу такое, но я никогда в жизни не видел подобных драконов и понятия не имею на каком языке тут написано. Китайские и японские не такого цвета, да и вообще все азиатские драконы другие, скандинавские и кельтские  на этого тоже не похожи. - Он в задумчивости отхлебнул кофе, не отводя глаз от мешка. Я смотрел на него с надеждой, ожидая, что он вот-вот хлопнет себя по лбу и выдаст мне полную информацию, но Сэм доел булочки, выпил кофе и сказал.

- Давай вернемся в студию, я там по книгам посмотрю, может, с кем из старых мастеров  поговорю.

- Давай, – согласился я.

В студии Сэм закопался в книги, залез в интернет и сделал сто звонков, но все безрезультатно. Его клиент безропотно ждал уже больше получаса, когда Сэм захлопнул записную книжку и сказал - Ник, оставь мне мешочек, я с людьми поговорю, поспрашиваю, если что найду, звякну тебе.

Я оставил ему свой новый телефон, попрощался и побрел в сторону машины.

Глава 10. Эсмириль

Я открыла глаза, сладко  потянулась и оглядела комнату, привычно восхитившись умением эльфов создавать такие уютные помещения. Эти покои были самыми маленькими в Элларионе, но когда я гостила у Алариэль, то всегда просила селить меня именно в них. Спальня была выдержана в нежных серебристо-серых тонах, столь любимых светлыми, а большое окно от пола до потолка выходило в ухоженный задний сад. Створки были распахнуты, тончайшие занавеси колыхал утренний ветерок и в комнату вливался аромат цветущих цветов и пение птиц. Огромная кровать под балдахином из тонкого бархата жемчужного цвета затягивала в свои пуховые объятия и не желала выпускать до позднего утра, нигде больше я не спала также сладко как в жемчужно-серых покоях дворца светлых. Отведенные мне комнаты не соответствовали моему положению, но я бы никогда не променяла их ни на какие другие во дворце, и своими неучтивыми желаниями всегда вызывала нервные припадки у камергера-распорядителя, в обязанности которого входило расселение гостей Эллариона. По придворному  протоколу эти покои подобали незнатной девице, едва представленной ко двору, но никак не особе королевских кровей. Но строптивая особа всегда настаивала на своем и несчастный камергер, скрепя сердце и ужасаясь моему выбору, селил меня в восточном крыле, где, о, ужас, не было прекрасного вида на дворцовый дендрарий, великолепную панораму гор, и было всего-то четыре комнаты, вместо положенных мне десяти!

Ну, скажите на милость, зачем мне десять комнат с видом на горы, когда из моих любимых покоев я всегда могу махнуть из окна прямо в сад и пробежаться босиком по мокрой от утренней росы траве? Разве я смогу побегать в нательной рубахе и широких штанах по королевскому дендрарию перед Элларионом? Осквернить неподобающим видом идеальную геометрию фигурно подстриженных кустов,   прекрасных клумб, цветников и мощеных голубым мармором дорожек? На глазах у всего эльфийского двора? Конечно, нет. По дорожкам можно только чинно гулять в компании прекрасного принца и сдержанно восхищаться прелестью цветов. Только я не люблю чинно гулять, прелесть цветов меня не волнует, и нет под рукой прекрасного принца, который бы скрасил мое одиночество на прогулках и поддержал возвышенную беседу. Я глубоко вдохнула, наслаждаясь пронзительно-свежим воздухом, и раскинула руки. Во всех эльфийских любовных романах присутствует некий мифический персонаж мужского пола, с сияющими как звезды очами, золотыми кудрями, в сверкающих доспехах и рвущимся с широких плеч длинным плащом,  который я называю «прекрасный принц, сказочный, обыкновенный, белый конь в комплекте», в существование которого искренне верят все молоденькие и не очень эльфийки. Принцев вокруг хватало, только в нашей семье их было двенадцать, но все они были уж очень далеки от канонического идеала и лишь Каллар мог бы побороться за это высокое звание. Правда, у него нет золотых кудрей и белого коня, королевские конюшни темных славились гнедыми жеребцами, нет и достойных противников, притязающих на звание хрустальной мечты  озабоченных девиц. Я перевернулась на бок, вытянула ноги, и принялась рассматривать свои штаны, потом пошевелила пальцами на ногах и невольно захихикала, подумав о том, что, пожалуй, любой канонически прекрасный принц, увидев такую принцессу, в ужасе сбежал бы от меня на край света быстрее своего белого коня, и вспоминал бы день встречи со мной, как самый страшный кошмар всей его жизни. Как всегда мысли о прекрасном принце, вернее об его отсутствии,  привели меня в отличное настроение.

Со дня суда прошла одна луна. Вечером после вынесения мне приговора мы с Драком на радостях организовали вечеринку в честь моего наказания и пригласили на нее Гелана, Алариэль, Гаринара и Старка, одного из инкаров, который был представлен нам с Аль незадолго до Охоты на каком-то балу, и с которыми мы время от времени общались в третьем мире. Драк пригласил девушку из приемной доктора Весса, Ларину, которая оказалась какой-то там племянницей Весса и проходила у него практику, собираясь со временем перебраться жить в третий мир. В отличие от других занудных инкаров, с которыми я была знакома, Ларина оказалась девицей с ненормальным для инкары темпераментом и даже умудрилась расшевелить Старка. Мы праздновали мое наказание всю ночь, шатаясь из одного клуба в другой, пока совсем не обессилили от бесконечных танцев, выпитого вина и обилия впечатлений. Все было бы замечательно, если бы не Драк со своими стенаниями по поводу того, что мы зря не позвали Каллара, а то была бы у нас вечеринка десятилетия. Алариэль гневно сверкала на Драка очами и сожалела, что она не Дракон, иначе она бы его испепелила, а Драк делал испуганные глаза, прятался за нашими спинами и жалобным голосом просил защитить его от эльфийского произвола и агрессии. Аль в гневе выглядела настолько потешно, что мы не могли удержаться от смеха, чем раздражали ее еще больше. Определенно, вечеринка удалась. Под утро я, Аль и Драк завалились в нашу городскую квартиру, где нас в самом непотребном виде рано утром нашел отец. Я поежилась от стыда, вспомнив выражение его лица.

Следующая декада после вынесения приговора прошла в суете и сборах, мы возвращались домой на праздник Единения. Еще декада пролетела в балах, встречах, визитах, приемах, разговорах и охотах. На десятый день на праздничном ужине в Шерданне, куда были приглашены эльфы, Велерон заявил, что я должна немедленно приступить к исполнению своего наказания и отправиться с эльфийской делегацией в Элларион, королевскую резиденцию Светлых, дабы я смогла пройти его личный инструктаж, а маги изготовить браслет жизни. Естественно, отец тут же дал  свое благословение и выразил надежду, что я приложу все усилия для  наилучшего исполнения наложенного на меня наказания и оправдаю доверие Лучезарного. Драк с нами не поехал и отправился в третий мир.

Через несколько дней после прибытия в Фалиальту, когда церемониальная суета осталась позади, Велерон вызвал меня к себе в кабинет и вкратце очертил круг обязанностей. В первую очередь он объявил о том, что в эту поездку, согласно ее просьбе, Алариэль поедет одна, без фрейлин и служанок, без подобающей свиты и личной охраны, это поездка станет последним путешествием Аль перед свадьбой с Калларом. Алариэль успела предупредить меня об этом подарке отца, поэтому я выразила умеренное удивление и заверила Лучезарного, что приложу все усилия для того, чтобы поездка его дочери прошла успешно. Лучезарный одобрительно покивал головой и сказал, что я должна буду находиться с Алариэль, следить, чтобы она не наделала глупостей и составлять ей компанию. При этом, если Алариэль возжелает побыть одна, я могу распоряжаться своим временем  по своему усмотрению. Лучезарный надел на мою левую руку серебряный витой браслет и защелкнул его, снять теперь его мог или он сам или его придворный маг.  Если в третьем мире нашим жизням будет угрожать опасность, все эльфы, светлые и темные, которые будут находиться поблизости, обязаны оказать нам помощь и отбивать от гипотетических супостатов, даже и ценой собственной жизни. Надеюсь, что ничего подобного не произойдет, и браслеты нам понадобятся только в качестве украшения.

- Я полагаюсь на твою благоразумность, Эсмириль, и здравый смысл. Алариэль слишком романтичная и нежная для третьего мира, но я ей обещал эту поездку до того как она выйдет замуж. – Велерон отпустил мою руку и сел в кресло с высокой спинкой.

- Сроки свадьбы уже определены? – уточнила я, рассматривая тончайшее плетение браслета, не смотря на внешнюю хрупкость, он был удивительно прочным.

Ответа не последовало, я подняла глаза и наткнулась на внимательный взгляд Лучезарного.

- Ведь я телохранитель и должна знать об объекте как можно больше. – Я попыталась отвести от себя подозрения в шпионаже в пользу Алариэль. Время от времени у подруги возникали мысли, что отец назначит дату свадьбы без согласования с ней, и каждый раз пыталась подговорить меня узнать его планы на этот счет.  Лучезарный звонко расхохотался.

- Ох, Эсмириль! - сказал он, отсмеявшись – Ты слишком много времени проводишь в третьем мире и судя по всему большую его часть перед телевизором или в кино. Ну, надо же, объект! Твой объект рано или поздно выйдет замуж за Каллара, это дело решенное. Торопить я ее не намерен, свадьба будет назначена, когда Алариэль будет готова выйти за него замуж.

Значит, бедный Каллар умрет холостяком, потому что Алариэль не будет готова никогда, подумала я.

- Эсмириль, я спокоен, зная, что Алариэль будет с тобой. – Он встал, подошел ко мне и, наклонившись, поцеловал в лоб. – Не подведи меня. Беги, тебе надо приготовиться к балу. – Он легко подтолкнул меня в сторону двери. Я сделала шаг назад, поклонилась и вышла из кабинета.

Бал по случаю отбытия Алариэль в третий мир был великолепен, как все балы в Элларионе, Алариэль как всегда блистала, я натанцевалась до упаду, Старк не отходил от меня ни на шаг и провожал мрачным взглядом любого приблизившегося ко мне мужчину. Надеюсь, он одумается, и не будет претендовать на что-то больше, чем просто дружба. Я представила, как приведу его в Шерданн и скажу – «Папа, познакомься, это мой парень, он вампир и его зовут Старк!» и непроизвольно поежилась. Да отец мне голову откусит! Не то чтобы он имеет что-то против вампиров, но не в качестве моего парня. Я села на кровати и потянулась, моя вторая натура, уютно расположившаяся на спине, разделяла удовольствие, щекоча спину мурашками. Пока была дома я меняла ипостась почти каждый день, и моя драконья половина была счастлива размять крылья, полетать над горами наперегонки с Драком, полазать по тайным гротам и понырять в океане. Иногда в наших прогулках принимал участие Гелан и тогда наши вылазки  превращались в занимательные лекции по истории и естествознанию. Гелан рассказывал нам древние легенды, перемежая их  свежими сплетнями, новыми анекдотами, шутками, мы хохотали или сидели с открытыми ртами. Если с нами увязывался Рист, то наши прогулки превращались в соревнования, кто быстрее, кто выше, кто глубже. Иногда я улетала одна.

Я потянулась к прикроватной тумбочке и подхватила трубку и кисет, развязав его и вдохнув пряный аромат драгонфлайя, начала набивать трубку. Тихий стук в дверь отвлек меня от этого увлекательного занятия.

- Эс, ты проснулась? – раздался за дверью голос Аль.

- Да, Аль, заходи, – откликнулась я.

Алариэль распахнула дверь, подошла к кровати и присела рядом со мной, аккуратно расправив складки на платье, и с интересом наблюдая, как я набиваю и раскуриваю трубку. Быстро проделав все требуемые манипуляции, я откинулась на подушки и с наслаждением сделала первую затяжку. Алариэль слегка наморщила свой хорошенький носик.

- Мешает? – из вежливости поинтересовалась я, не собираясь прерывать своего занятия.

- Запах немного резковатый, но потом привыкаешь. -  Аль пожала плечиками и улыбнулась.

- Я без курения не могу, – пыхнув дымом, напомнила я.

- Да, я знаю, – кивнула Аль – Я обсудила с отцом детали нашего пребывания в третьем мире.

- Отлично! – изо рта вырвался еще один клуб дыма - Кстати, твой отец не сказал, где мы будем жить?  - общие инструкции я получила, а углубляться в детали постеснялась.

- Он считает, что мы должны жить в вашей городской квартире, договоренность с твоим отцом уже достигнута. Отец полагает, что немного самостоятельности и небольших лишений нам не повредят, – загадочно произнесла Алариэль, одарив меня обезоруживающей улыбкой.

- Что ты подразумеваешь под лишениями? – напряглась я, улыбки Аль на меня не действовали – Мы будем сдавать лишние комнаты бездомным? Нам не дадут денег?

Наш огромный пентхауз в фешенебельном районе города с замечательным видом на залив при всем большом желании лишением назвать было сложно, конечно, не дворец, но жить там однозначно неплохо.

- Слуги с нами жить не будут, – сказала Аль, наблюдая за моей реакцией.

- Что? Он думает, что готовить и убирать буду я? – подпрыгнула я – Я никуда не еду!

- Таким суровым лишениям тебя никто не подвергнет, не переживай! - рассмеялась Аль - К нам будет приходить служанка из нашего посольства, она будет готовить обед и следить за порядком. Предполагается, что завтрак мы будем готовить сами, а ужинать в ресторане. Мы должны будем обслуживать себя сами: помыть голову, уложить волосы, одеться, мы будем жить так, как живут обычные люди в третьем мире, – уверенно произнесла Аль.

- Хорошо, что мы будем носить обычную человеческую одежду, в свой церемониальный костюм я бы сама не оделась, а про прическу вообще молчу, – буркнула я, гадая откуда Аль знает, как живут в третьем мире и насколько реальная жизнь людей отличается от ее представлений.

- Мы будем носить не просто человеческую одежду, а самую лучшую, стильную и модную человеческую одежду! – я увидела в ее глазах разгорающийся огонек.

- Ты имеешь в виду то, о чем я подумала? – с ужасом переспросила я ее.

- Да! Великий поход по магазинам! – Алариэль смотрела на меня сияющими глазами, и на миг мне показалось, что вся затея с нашей поездкой в третий мир была задумана Аль исключительно для того, чтобы вволю походить по магазинам.

Я обреченно упала на подушки. Алариэль могла делать покупки часами, могла бы и сутками, но магазины закрывались на ночь. Лично я вполне доверяла вкусу Маары, которая делала покупки за меня и сама по магазинам ходила редко, только в случае крайней необходимости.

- Кроме того, мой дорогой телохранитель, мы будем путешествовать, – продолжила Аль.

- Куда? – озадаченно поинтересовалась я. В третьем мире я никогда не путешествовала для собственного удовольствия.

- Я еще не знаю, – пожала плечиками Алариэль.

- Ладно, на месте разберемся, - по-моему, мои лишения уже начались.

Следующие несколько дней мы провели, готовясь к переезду, выслушивая напутствия и советы. И вот, наконец, мы прибыли в третий мир, вещи разобраны, суета позади. В суматохе сборов у нас не было времени привести в порядок мысли и определиться с нашими ближайшими планами, слуги помогли нам обустроиться, попричитали о том, как же мы будем справляться самостоятельно и оставили нас в покое. Мы с  Аль впервые в жизни остались одни. Смакуя предоставленную нам свободу, первые несколько дней мы почти не бывали в квартире, развлекаясь в городе, но, в конце концов, бесконечная клубная жизнь нам надоела, и нам пришлось окунуться в самостоятельную жизнь.

Было позднее утро, мы сидели за большим столом в кухне и с удовольствием поглощали яичницу. Вопреки моему беспокойству, проблему завтраков мы решили очень просто, а в Драке неожиданно для меня обнаружился кулинарный талант, чем мы бессовестно пользовались. В те дни, когда брат не ночевал в городской квартире, наши завтраки состояли из пончиков, купленных в ближайшей кондитерской и растворимого кофе, заваривать его в автомате ни я, ни Аль так и не научились. Драк проводил с нами почти все свое свободное время, помогая обустраиваться на новом месте советами и делом. Время от времени в гости приходили Ларина и Старк.

- Ну что, определились с планами путешествий? – спросил Драк, стоя у плиты и что-то помешивая в кастрюльке.

- Пока нет, – ответила Алариэль, она, не отрываясь, смотрела на моего брата, уперев локти в столешницу и подпирая руками голову. Вид стряпающего Драка вводил ее в подобие гипнотического транса.

Я промолчала, так как мой рот был занят яичницей.

- Хочешь к нам присоединиться?  - поинтересовалась Аль.

- Попутешествовать не отказался бы. – Драк вывалил содержимое кастрюли в тарелку и подсел к столу, я с любопытством покосилась на размазню в его тарелке. – Аль, включи кофеварку.

- А как? – растерянно спросила Алариэль.

- Просто нажми зеленую кнопку,  – объяснил Драк и зачерпнул ложкой содержимое своей тарелки. Аль ткнула пальцем в нужную кнопку, и через минуту по кухне разлился аромат эспрессо. Драк положил ложку, поднялся и поставил на стол чашки, круасcаны и джем.

- Девочки, по-моему, я нашел свое призвание, – торжественно провозгласил он.

- Ты хочешь стать официантом? – предположила я и получила в ответ укоризненный взгляд.

- Нет, я хочу стать поваром, лучшим шефом в мире. Оказывается, готовить это весело, – заявил Драк, плюхаясь на свое место.

- Отец будет в экстазе от твоего выбора, – скептически хмыкнула я, предполагалось, что Драк с Гором заменят Гелана в третьем мире, когда отец не сможет править, пошли Огонь ему долгих лет жизни, и брат взойдет на престол.

- Я думаю, что готовить весело, когда у тебя есть настроение, а готовить все время совсем не весело, – подперев щеку рукой, рассудительно сказала Алариэль.

- Аль, ты не поверишь, но когда я готовлю, у меня поднимается настроение, каким бы паршивым оно не было до этого, - сказал Драк и налил нам кофе.

- Теперь я знаю, что подарить тебе на день рождения, – сказала я Драку.

- И что же? – поинтересовался он.

- Кулинарную книгу.

Драк фыркнул - В век интернета, дорогуша, кулинарные книги не нужны. Я изучаю итальянскую кухню и в полном восторге от простоты их блюд.

- Что за итальянская кухня? Из какого мира? – я наморщила лоб.

-  Италия это страна в восточном полушарии третьего мира, милая, – как  умственно отсталой объяснил мне брат – Следуй совету Лучезарного и учи местную географию, – наставительно произнес он - В путешествие! Срочно! В восточное полушарие! Я буду изучать их замечательную кухню!

- Я не хочу никуда ехать в такую погоду, – возразила Алариэль – надо узнать, где в этом мире светит солнце и не идет дождь, я поеду только туда, где тепло и сухо, а пока побудем здесь.

После декады шопинга с Алариэль я стала одной из самых стильных девушек города на грани нервного срыва. Наконец, она решила, что мы выглядим достойно, и пытка магазинами прекратилась. Велерон через посла прислал нам  ярко-красный спортивный автомобиль, на котором мы с удовольствием гоняли по окрестностям, а его жизнерадостный цвет поднимал нам настроение в особо промозглые дни. Интересно, почему у меня никогда раньше не было собственной машины? Это ведь так здорово, сесть и поехать куда хочешь. Не совсем так, я могла поехать куда угодно с водителем, или с кем-нибудь из братьев. Идея, что я могу иметь собственную машину никогда не приходила мне в голову, да и не было в ней необходимости. В гараже поместья стояло около десяти автомобилей, но за руль я садилась нечасто, машины были слишком велики для меня, и я чувствовала себя за рулем неуютно, а в маленькой, юркой машине Аль мне было комфортно и удобно. Надо будет попросить отца или братьев купить мне машину за хорошее поведение, какое-нибудь яркое спортивное купе, типа того, что я видела на днях в городе.

Следующие несколько декад мы повышали свой культурный уровень, посещали музеи, выставки и галереи, бродили по центру города, гуляли в парках, устраивали пикники в нашем поместье, развлекались в клубах и ресторанах. Вопреки моим опасениям, нам не запрещали приезжать в поместье и оставаться там столько, сколько нам было угодно, вагары тоже не получали указаний не обслуживать нас. Все же мы не задерживались за городом дольше, чем на несколько дней, предпочитая городскую квартиру. Оказалось, что самостоятельность и немного лишений не так уж и плохо.

На улице стояла глубокая осень, листья на деревьях парков облетели и лежали золотым ковром на увядшей траве газонов. Почти каждый день шел холодный дождь, низкие серые облака цеплялись за шпили небоскребов в безуспешных попытках задержаться в городе и выплакать на улицы все свои слезы. Ледяной ветер гнал их дальше, за город, только для того, чтобы их место могли занять их товарки с раздутыми от дождя боками. В такие дни мы растапливали камин и наслаждались бездельем, валяясь на мягких диванах, попивая горячее вино с пряностями, слушая музыку или смотря телевизор.

Спустя луну после нашего приезда в третий мир   Алариэль начала хандрить. Она никогда не любила осень, и мне было не понятно, почему она не повременила с приездом в третий мир до весны. Смотреть телевизор и бродить по городу надоело, интернет раздражал. Иногда мы со Старком выбирались в ресторан или парк, гуляли по продуваемым холодным ветром аллеям, разговаривая об общих знакомых или обсуждая события из жизни резидентов. Я все чаще вспоминала Ника, с трудом подавляя желание разыскать его.

- Аль, может, вернемся домой? -  спросила я после особо тоскливого и длинного дня. На улице с самого утра шел дождь со снегом, который под вечер превратился в унылую морось, окутав город серой, сырой мглой. Драк был занят делами фирмы, Старк и Ларина уехали во второй мир, и мы проводили вечер в одиночестве.

- Нет, – качнула она головой – мне придется сразу назначить дату свадьбы.

- Аль, извини за любопытство, но чем тебе не угодил Каллар? – я с интересом смотрела на нее, зная о ее нелюбви к жениху, я никогда не спрашивала Аль о причинах, чтобы не портить ей настроение – Он красивый, великолепно образован и воспитан, хорошего рода и любит тебя без памяти. Каллар будет прекрасным мужем!

- Это так, мне все об этом говорят, но у меня нет к нему никаких чувств! Нет, есть одно – отвращение! Мне отвратительно осознавать себя безропотным жертвенным животным, которого кладут на алтарь политики, –  фиалковые глаза Аль яростно сверкнули.

Да уж, где мне понять, скудоумной. Возразить мне было нечего, поэтому я промолчала, а Алариэль резко села и подтянула колени к подбородку.

- Он олицетворяет то, что я ненавижу, мою ненависть зовут Каллар! – жестко продолжила она.

- Это же не справедливо, – попыталась возразить я – как можно ненавидеть того, с кем едва знакома! Ты ему не дала ни единого шанса проявить себя, ты же его совсем не знаешь!

- Я не хочу его знать, – с отвращением поморщилась Аль, ясно давая понять, что эта тема ей неприятна.

Я была на стороне Каллара, ну не понятны мне эти их эльфийские страсти и тонкие переживания. Мы, Драконы, устроены куда проще, ненавидеть без причины не умеем.

- Вы же помолвлены, – я не собиралась так быстро заканчивать разговор на интересующую меня тему.

- И это только добавляет неприязни, – глухо произнесла Алариэль, глядя в сторону – У меня нет выбора, я должна выйти  за него замуж. Не могу представить нас наедине! – почти выкрикнула она, сжав кулачки – Меня тошнит от одной мысли об этом!

Я задумалась, ведь за свадебной церемонией последует первая брачная ночь. Никогда не думала о замужестве Аль с этой точки зрения, их свадьба была делом решенным, как день и ночь, черное и белое, никто и никогда не задумывался, каково будет им: ей в ее безграничной ненависти и ему в его безграничной любви. Алариэль опустила голову на руки.

- Я не понимаю, чего ты хочешь? – спросила я – Что ты ищешь здесь?

Она долго молчала  и я уже решила, что она не ответит, но неожиданно Алариэль подняла голову и сказала. - Здесь я ищу любовь, я хочу узнать, что значит любить мужчину до замужества  и сохранить в своем сердце  воспоминания об этом чувстве до конца жизни.

Я оторопело уставилась на подругу, ожидая услышать что угодно, только не это. Она сошла с ума? И как Велерон отпустил ее сюда? Хотя, скорее всего он и не подозревал об истинной цели путешествия любимой дочери. Планы моей дорогой подруги по поиску любви к мужчине меня не на шутку взволновали. Я не ожидала такого поворота событий, не представляла, что мне делать и как отговорить ее от этой безумной затеи, но больше всего я боялась не оправдать доверие Велерона  и отца. Я уже было открыла рот, чтобы высказать свое мнение по данному вопросу, как вдруг мой сотовый телефон выдал звонкую трель. На дисплее мигал незнакомый номер.

- Алло?

- Эсмириль? – голос в трубке был знаком, но я никак не могла сообразить, кому он принадлежит.

- Да.

- Это Каллар. Не узнала меня? – темный был последним в списке, чей голос я ожидала услышать в телефоне.

- Конечно, привет, – невпопад ответила я и бросила взгляд на Алариэль. Подруга вопросительно смотрела на меня.

- Не произноси вслух мое имя, – предупредил он.

- Да, конечно,– я скатилась с дивана и направилась на кухню.

- Эс, кто это?  - спросила Алариэль.

- Это Старк! – я прикрыла динамик рукой, назвав первое пришедшее на ум имя.

- Передавай ему привет. – Аль потеряла к моему собеседнику интерес и защелкала телевизионным пультом.

- Тебе привет, Старк. – обратилась я к Каллару.

- Спасибо. – усмехнулся Каллар.

В разговоре образовалась пауза, я совершенно не представляла, что Каллару  могло от меня понадобиться.

- Старк, – окликнула я его – ты что-то хотел? - я прошла на кухню и села на высокий стул, хоть Аль меня не слышала, но я все равно продолжала конспирироваться.

- Извини, я задумался, – отозвался Каллар.

- Ничего, со мной тоже такое бывает, правда нечасто, – подбодрила я его, умирая от любопытства и строя догадки о причинах неожиданного звонка.

- Эсмириль, я хотел бы с тобой встретиться, – после некоторого раздумья, вымученно произнес Каллар - Пожалуйста, не отказывайся, это очень важно для меня, – у меня перехватило дыхание от неожиданности.

- В каком смысле встретиться? – еще не хватало мне влезть в какую-нибудь великую дипломатию и испортить отношения двух эльфийских дворов.

- В смысле, пообедать и поговорить. – Я с облегчением перевела дух – А ты о чем подумала?

- Об этом и подумала, пообедать и поговорить, – пробормотала я, чувствуя,  как мои щеки заливаются краской.

- Ну и отлично. Как насчет двух часов завтра в Харрис Стейк Хауз? - Я мысленно одобрила его выбор, там подают самые большие и вкусные стейки в городе и как друг Гелана, Каллар не мог не знать, что найдет в моем лице истинного ценителя  и знатока их меню – Я сейчас спрошу о завтрашних планах большого босса.

Он издал сдавленный смешок.

- Аль, какие у нас планы на завтра? – крикнула я.

- А что ты хотела? – отозвалась она.

- Старк приглашает меня завтра пообедать.

- Я уверена, что смогу провести несколько часов в одиночестве, – отозвалась Аль.

- Отлично, тогда завтра с двух до четырех я буду в городе, – сообщила я ей.

- Завтра мы сможем пообедать, – сказала я в трубку.

- Отлично, – отозвался Каллар. – Тогда завтра увидимся.

- До свидания, – ответила я и Каллар отключился.

Я положила трубку на стол и задумалась.

Глава 11 Каллар

Я сжал телефонную трубку в ладони так сильно, что едва не раздавил ее. Завтра, уже завтра, я встречусь с Эсмириль и попробую сделать из нее союзника в борьбе за свое счастье! Каким богам мне помолиться, чтобы мое желание сбылось? Я разжал пальцы и положил многострадальный телефон на стол, стараясь успокоиться и продумать завтрашний разговор хотя бы в общих чертах.

Мысль искать помощи Эсмириль оформилась в голове во время Суда, когда я услышал, какое наказание определили драконьей принцессе. Поначалу я не счел ее удачной, но поразмыслив в спокойной обстановке своего особняка признал, что идея вполне достойная. Эсмириль будет проводить все время с Алариэль и имеет на нее определенное влияние и, если мне удастся сделать из Эсмириль союзника, она сможет помочь мне растопить лед между мной и моей невестой. В глубине сердца у меня были некоторые сомнения, что идея втянуть в наши отношения младшую сестру моего лучшего друга не совсем удачна, но не попытаться я не мог, ведь на этом поле боя у меня не так много союзников, вернее их вообще нет. Гелан, выслушав мою сбивчивую просьбу, без размышлений и лишних вопросов черкнул на листе бумаги номер телефона сестры. Только сегодня вечером, после мучительных раздумий, я наконец решился набрать заветный номер, который получил от Гелана.

Я глотнул кофе, чтобы немного успокоится и подумать о завтрашней встрече, но вскоре унесся мыслями к своей невесте. Девушке, ради которой я готов сделать все, что угодно, но которая смотрит на меня как на ядовитое насекомое. Я не смею подойти к ней, поговорить, взять за руку, мы видимся только при большом скоплении народа, а когда ее прекрасные глаза обращаются в мою сторону, то чувствую себя пустым местом. Алариэль всегда отвергала знаки моего внимания, а мои подарки оставались не распакованными и хранились в специальной комнате, в которую моя невеста никогда не заходила. Чем я заслужил такое к себе отношение? Мы помолвлены много лет, но чем старше становимся, тем острее я чувствую ее отвращение и ненависть ко мне. Я сотни раз спрашивал сам себя, чем мог заслужить подобное отношение, но не находил ответа, не мог понять причины ее беспочвенной ненависти.

Я сидел за столиком в маленьком переполненном кафе и смотрел на вечернюю улицу. Вокруг слышался смех, приглушенные разговоры и звяканье столовых приборов, впрочем, я не обращал на шум никакого внимания, полностью погрузившись в собственные мысли. Как же редко выпадает возможность побыть в одиночестве! И как же хочется разделить свое одиночество с любимой.

- Извините, можно присесть? Все столики заняты. – произнес мужской голос извиняющимся тоном.

Я отвлекся от своих мыслей и поднял глаза, передо мной стоял молодой мужчина с чашкой кофе в одной руке и тарелкой с сэндвичами в другой. Обычный молодой человек, высокий, крепкий, сероглазый и светловолосый.

- Да, пожалуйста, –я безразлично кивнул. Какая разница, кто будет сидеть напротив, думать он мне не помешает.

- Спасибо, – парень сел напротив и тоже уставился в окно, обхватив чашку ладонями.

Я немного успокоился после разговора с Эсмириль и попытался сосредоточиться на завтрашней встрече,  продумать наш разговор, но пока в голову ничего не приходило, я все еще был слишком взволнован. Отпив кофе, я бездумно рассматривал улицу, залитую осенним дождем. В такую погоду Алариэль грустит, она ненавидит холод и дождь, я знал ее привычки, множество мелочей, которые составляли ее суть, мне казалось, что я знал ее как себя, она же не знала обо мне ничего. Рано или поздно мы станем мужем и женой, и я с ужасом и восторгом думаю об этом дне. С ужасом, если Алариэль не переменит свое мнение обо мне и с восторгом, что она наконец-то будет моей. У меня замирает сердце, когда я представляю нас наедине, без свиты, сестер и подруг, но хочу, чтобы чувство восторга было взаимным, мысль о том, что мне придется принуждать жену к близости, претит и вызывает омерзение.

Парень, сидящий напротив, поставил чашку на стол и вытащил из кармана какой-то сверток. Несколько мгновений он держал его в руках, а потом развернул и расправил ткань.

Я перевел на него взгляд, привлеченный движением, и поперхнулся кофе от неожиданности. В руках парня был кусок ткани с гербом, на темно-фиолетовом шелке был вышит ало-золотой дракон клана Тули! Я откашлялся, придал лицу безразличное выражение и продолжил наблюдать за парнем. Он расстелил тряпицу на столе и долго разглядывал рисунок, проводя пальцами по дракону и рунам девиза, на его лице было выражение глубокой задумчивости и какой-то безнадежности. Он разгадывал загадку, которая была ему явно не по зубам. У меня возникло странное ощущение, что прямо сейчас на моих глазах происходит один из переломных моментов судьбы, только неизвестно чьей, моей или этого серьезного молодого человека.

- Знаете, что здесь написано? – неожиданно спросил он, заметив мой интерес к тряпице. Я встряхнулся.

- Не уверен, – пробормотал я – Позвольте посмотреть поближе?

- Пожалуйста, – он протянул ткань мне.

Я не ошибся, это герб Тули, их дракон на фоне восходящего солнца и девиз на квэнне «Честь или смерть». Они всегда следовали своему девизу, не было в истории случая, чтобы Тули предали своих союзников или поступились честью. Парень выжидательно смотрел на меня.

- По-моему, я видел что-то подобное, – наконец пробормотал я, эта игра вслепую мне очень не нравилась. Парень подался вперед.

- Вы не могли бы объяснить, что значит этот рисунок? – воскликнул он, словно мои предполагаемые объяснения были его последней надеждой.

- Похоже на герб, видимо надпись – это девиз или что-то в этом роде, – обтекаемо ответил я. Парень не смог скрыть своего разочарования, видимо до того, что на ткани изображен герб и девиз он уже додумался сам.

- А какому народу принадлежит этот дракон? – Парень ничего не знал о мирах, обычный человек, который считает, что эльфы, оборотни, вампиры и драконы существуют только в сказках, говорить правду ему нельзя, но и не ответить я не мог. Интересно, откуда он взял этот мешок?

- К сожалению, я не знаю, – и тут меня осенило, что передо мной тот парень, который вмешался в Охоту! Он теперь тоже ее часть! Значит он знаком с Эсмириль! Неужели она ему дала этот мешок? Нет, она не могла, по правилам Охоты на ней ничего не было кроме одежды и медальона, а после Суда она с ним не виделась, потому что сразу после вынесения приговора отправилась в Дрэклау на праздник Единения, а по возвращению неотлучно находилась с Алариэль. По лицу парня скользнула тень разочарования.

- Откуда это у вас? – я все-таки решил докопаться до правды и получить подтверждение, что он именно тот, о ком я подумал.

- Мне дал это один мой…э.. знакомый, – молодой человек был в явном затруднении.

- Почему бы вам не спросить вашего знакомого о значении символов и надписи? – поинтересовался я.

Парень помолчал, потом поднял глаза и сказал.

- Ник.

- Извините? – опешил я.

- Меня зовут Ник, а то как-то неудобно разговаривать.

- Каллар. – представился я.

Он бросил на меня удивленный взгляд.

- Вас что-то смущает? – меня обескуражило его удивление.

- Нет, ничего не смущает, просто имя необычное. Вы, наверное, тоже  с запада? – спросил Ник.

Теперь настал мой черед удивляться – Ник, я вас не совсем понимаю.

- У моего знакомого - Ник кивнул на тряпицу - тоже необычное имя и он с запада.

На долю мгновения мне показалось, что невольное участие в Охоте не прошло для Ника даром и он немного не в себе.

- Нет, я не с запада. Так почему вы не спросите своего знакомого? – я повторил свой вопрос.

- Я не знаю, где его искать, – признался парень

В голове забрезжила догадка, о ком он говорит, но я старался не подавать виду, что мне известно больше, чем он мне рассказал. И тут Ника прорвало, видимо он долго носил эту тайну в себе и я показался ему подходящим собеседником, чтобы ею поделится.

- Больше месяца назад со мной произошел очень странный случай, – начал он задумчиво – Я в тот день по делам наведался в Страйт.

Я весь превратился в слух, ведь вряд ли кому еще доведется послушать человеческую версию произошедшего на прерванной Охоте.

- Так вот, их было четверо, и она напали на девчонку. Она не сопротивлялась и не пыталась от них убежать, но один из этих парней пару раз ее ударил. Не знаю, что у меня в голове переклинило, но я влез в эту разборку, – он криво усмехнулся – Знаете, такой супермен и принцесса. Мне достались трое, а девушка отбивалась от четвертого, того, кто ее ударил. К сожалению, пока я вырубал его парней, он приложил ее об стенку, и она потеряла сознание.

Будь она человеком, у нее бы мозги вылетели от подобного прикладывания, подумал я, но Драконы крепкие ребята.

- Те парни очень быстро убежали, не стали добивать девушку и нападать на меня. Мне пришлось принести ее к себе домой, потому что она была без сознания, не мог же я бросить ее на улице. Она довольно сильно пострадала, у нее было разбито лицо и сломана рука. - Я внимательно его слушал, он отпил кофе и продолжил.

- Ее звали Эсмириль, на вид лет двадцать, темные кудрявые волосы и ярко-синие глаза.

Интересно, в кого у нее глаза такого цвета? Все Тули темноглазые, как, впрочем, и все Драконы.

- Через несколько часов она пришла в себя и пообщалась в голове со своим братом, – было видно, что объяснение дается Нику с огромным трудом, он бросал на меня смущенные взгляды, видимо, опасаясь, что  приму его за сумасшедшего.

- Как это в голове?  – притворно удивился я.

- Ну, вроде телепатически или как-то так, – он неопределенно помахал рукой около своего виска.

- И что было потом? – полюбопытствовал я

- Потом приехал брат и забрал ее, с того дня мы больше не встречались. – Он тяжело вздохнул

- Это она вам дала? – я кивнул на мешок.

- Нет, ее брат необъяснимым образом нашел меня на следующий день, мы с ним поговорили и он отдал мне мою куртку в этом мешке.

- Куртку? – переспросил я.

- Да, я привязал руку Эсмириль своей курткой, она с ней так и уехала. – объяснил Ник.

Я мысленно застонал. Драк! Разве можно быть таким болваном? По привычке сунуть куртку в мешок с гербом и отдать человеку!

- И что было дальше?

- Ничего. Он сказал, что найдет меня, но прошло больше месяца, а от него ни слуху, ни духу. Все что мне остается делать – это разгадывать секрет дракона, - он удрученно посмотрел на мешок.

- Мне кажется, вам лучше забыть этого человека, – натянуто улыбнулся я, размышляя, зачем Драку понадобилось встречаться с парнем еще раз.

Ник снова вздохнул – Вы правы, забыть было бы правильней всего, но я не могу выкинуть ее из головы. Я думал, надеялся, что через ее брата смогу найти Эсмириль. Это какое-то наваждение! Я думаю только о ней, что она сказала, как выглядела и это продолжается уже больше месяца.

Бедный Ник, как же хорошо я тебя понимаю! Наваждение, правильное слово, у меня оно тоже есть,  его зовут Алариэль, и длится оно много лет.

- Знаете, Ник, – после продолжительной паузы сказал я – иногда бывают встречи, которые не повторяются, вам, правда, лучше обо всем забыть и выкинуть эту девушку и ее брата из головы. Продолжайте жить обычной жизнью, не забивайте себе голову.

- Эсмириль тоже посоветовала все забыть, но я все равно буду искать ее.– упрямо сказал он поднимаясь – Приятно было познакомится, Каллар.

Он кивнул, развернулся и быстро пошел к выходу.

Я еще некоторое время сидел, глядя перед собой и переваривая услышанное.

- Будете еще что-нибудь заказывать? – ко мне подошла официантка и протянула счет.

- Нет, спасибо, я уже ухожу, – я протянул ей несколько купюр и поднялся. Официантка улыбнулась, взяла деньги и посмотрела на меня многообещающим взглядом.

Я улыбнулся ей в ответ и направился к выходу. Так и есть, на обороте счета написан телефон и имя. Я усмехнулся, это происходило практически каждый раз, я очень нравился человеческим женщинам, меня же они не интересовали абсолютно, вернее меня никто не интересовал, кроме одной единственной женщины, которой я был отвратителен. Счет полетел в урну у выхода из кафе.

Я сел в машину. Ланиэль вопросительно посмотрел на меня.

- Проедемся по городу, мне нужно подумать. - Он, молча, кивнул и завел двигатель.

Ночью я практически не спал, пытаясь отвлечься, вчитывался в отчеты, пока не сообразил, что читаю один и тот же листок уже седьмой раз и до сих пор не понял, что в нем написано. Я все время сбивался на мысли о завтрашней встрече с Эсмириль, о знакомстве с Ником и, конечно, об Алариэль. Жаль, что я не курю как Драконы, говорят их драгонфлай отличное успокоительное. Надо будет узнать у Гелана, можно ли эльфу курить, мне бы не помешало верное средство, в последнее время нервы совсем расшатались, и меня мучила бессонница. В конце концов,  я отодвинул от себя бумаги, они могут подождать до завтрашнего вечера, сейчас я слишком взвинчен для их внимательного изучения. Я встал и подошел к окну. Ожидание невыносимо, но время идет своим чередом, от моего нетерпения минуты не побегут быстрее, а потому нужно успокоиться и ждать назначенного Эсмириль часа. За многие годы я научился терпению, но иногда даже ему приходит конец. Я забылся сном на кушетке в библиотеке, когда небо за окном уже начало сереть  и проспал почти до обеда, слуги не посмели меня разбудить. Проснулся я с тяжелой головой, ломотой в затекших мышцах и с проклятьями поплелся в душ, чтобы привести себя в порядок.

В ресторан я прибыл на четверть часа раньше назначенного срока и занял заказанный заранее столик. После бессонной ночи болела голова, и я попросил принести чашку кофе, чтобы хоть немного взбодриться и бутылку вина, чтобы оно немного подышало. Эсмириль вошла в зал, опоздав на пять минут, и начала оглядываться. Я махнул рукой, привлекая ее внимание, она улыбнулась, махнула рукой в ответ и направилась в мою сторону.

- Привет, Эсмириль. – я встал и кивнул ей.

- Привет, Каллар! – она была смущена и не знала, куда девать глаза, мы были знакомы давно, но никогда не встречались наедине. – Рада тебя видеть. - ее щеки порозовели.

- Надеюсь, тебе нравится этот ресторан? Я выбирал на свой вкус, – я помог ей снять пальто и усесться на стул, стараясь вести себя максимально нейтрально, чтобы не смущать девушку еще больше.

- Это мой любимый ресторан! – я обошел стол и сел напротив нее – Я готова питаться здесь три раза в день.

- Я рад, что смог угодить тебе! – в том, что Эсмириль оценит мой выбор у меня не было сомнений, ведь в Харрис Стейк готовили самые большие и вкусные стейки в городе, а Драконы не представляли себе жизни без доброго куска жареного мяса.

Подошедший официант протянул нам меню. Пока Эсмириль выбирала еду, я рассматривал  сидящую передо мной девушку. Конечно, синяк уже давно сошел, а рука зажила, от последствий происшествия на Охоте не осталось и следа, выглядела она отлично, да и морально отделалась легким испугом. Приговор Суда вряд ли можно было назвать наказанием. Эсмириль была одета в элегантную изумрудную блузку с шейным платком и узкие серые брюки, было заметно, что над ее внешним видом потрудился кто-то хорошо разбирающийся в моде, потому, что обычно Эсмириль одевалась добротно, но без фантазии. Ее густые кудрявые волосы были стянуты в хитрый узел на затылке, напоминая мне упрощенный вариант церемониальных причесок Драконов. Наверное, если распустить ее волосы, будет очень красиво.

Эсмириль оторвалась от изучения меню и подняла на меня глаза.

- Ты уже выбрал? – спросила она.

- Да, я приехал пораньше и успел заглянуть в меню, – я встряхнулся, отгоняя неуместные мысли.

- Мне тибон стейк и зеленый салат, – сказала она, отдавая меню официанту, - Стейк с кровью, – уточнила она.

- Мне, то же самое, – сказал я.

Официант забрал папки и удалился.

Некоторое время она выжидательно смотрела на меня, а у меня от волнения из головы вылетели все слова.

- Для чего ты меня пригласил, Каллар? Ведь не потому, что тебе не с кем сходить в ресторан? – наконец спросила она, было заметно, что ее наша встреча волнует не меньше меня.

- Нет, не поэтому, хотя мне приятно твое общество, – я вымученно улыбнулся – Эсмириль, мы не так близко с тобой знакомы, поэтому я не знаю с чего начать.

- Начни с начала, Каллар, – ее напряженная поза говорила о нешуточном волнении.

- Мне надо немного успокоится, этот разговор очень много значит для меня, – путаясь в мыслях, начал я. И куда делось мое хваленое красноречие и выдержка? Мысли разбегались испуганными мышами, не желая формулироваться в стройные фразы.

На лице Эсмириль отразилась паника. - Каллар, только не говори, что ты в меня влюбился и хочешь на мне жениться! – выпалила она, глядя на меня испуганными глазами.

Я невольно рассмеялся, ее неожиданная реплика разрядила обстановку и прояснила мои мысли.

- Почему все приходят в ужас от одной мысли о браке со мной? Чем я плох?

Она заметно смутилась – Значит, ты меня позвал не для того, о чем я только что сказала?

- Жаль тебя разочаровывать, но нет, – я снова улыбнулся.

- Слава Огню! – выдохнула она с облегчением.

- Так что во мне плохого?

- Да ничего в тебе плохого нет. Конкретно я просто испугалась, что у тебя в голове что-то щелкнуло и ты вдруг воспылал ко мне страстью. А из-за этого начнутся всяческие осложнения, всякая большая дипломатия… ну ты меня понимаешь… или эльфы на нас войной пойдут. Ты же знаешь, за тебя отец меня уж точно замуж отдаст. – Эсмириль сбивчиво попыталась донести до меня свою мысль, очевидно, она весь вчерашний вечер ломала голову над тем, для чего я ей мог назначить встречу, и эта версия у нее была единственной. Она еще не до конца успокоилась и ее речь была несколько сумбурной, но я понял, что она имела в виду.

- Я, наверное, как-то не так выразился и ты меня неправильно поняла. Извини за недоразумение, – мы помолчали.

- Скажи, а большая политика – это единственная причина, по которой бы ты не вышла за меня замуж? – не знаю почему, но мне был действительно важен ее ответ.

Она внимательно посмотрела на меня, в ее глазах я видел понимание.

- Пожалуй, да, – задумчиво проговорила она. – Ты мне нравишься, и я считаю, что ты стал бы отличным мужем, хотя и никогда не рассматривала тебя  в подобном качестве.  Ты, наверное, хочешь поговорить об Алариэль? – догадалась она и сочувственно положила свою маленькую ладошку на мою руку.

- Да, я хочу поговорить об Алариэль. – хрипло отозвался я.

Я взял бокал с вином и сделал большой глоток. Эсмириль внимательно смотрела на меня.

- Эсмириль, мне было нелегко решиться на эту встречу. Я друг твоего старшего брата и знаю тебя с рождения, я намного старше тебя  и я мужчина. Мне не с кем поговорить об Алариэль, кроме как с тобой, но и не говорить я не в состоянии.  –  она кивнула - Я полюбил Алариэль с первого взгляда, как только увидел, тогда она была подростком, я старше ее, как ты знаешь, и в то время уже был взрослым. Наша помолвка была оглашена, когда Алариэль была еще совсем крохой. Естественно, что в том возрасте она была для меня совершенно неинтересна, после церемонии я выбросил эту формальность из головы и продолжал жить своей жизнью. Я воспринимал мой будущий брак как некую обязанность, что-то типа приемов или уроков танцев, не присутствовать нельзя, но и удовольствия большого не получаешь.

Я замолчал, воспоминания были такими яркими, словно наша встреча произошла вчера.- Я увидел свою невесту на приеме, устроенном в Элларионе в честь ее первого выхода в свет и с этой минуты не смог больше отвести глаз. Это было как удар молнии, как колдовство, у меня нет слов, чтобы описать, что со мной творилось.

Эсмириль смотрела на меня с непонятным выражением на лице - Наверное, это называется любовью с первого взгляда, – сказала она.

- Наверное, - согласился я  - После того бала все мои мысли были только о ней, мое состояние начало внушать опасения и мне пришлось скрывать свои чувства, чтобы выглядеть нормальным, ведь Алариэль было еще далеко до вступления в возраст невесты и до нашей свадьбы. Правда, когда Алариэль рядом, скрывать чувства получается очень плохо.

Я горько усмехнулся. Эсмириль, не отрываясь, смотрела на меня. Официант поставил перед нами тарелки с едой и долил вина в мой бокал.

- О нашем браке говорили всегда, на всех приемах, советах и балах, как о деле решенном, – продолжил я - После того, как я увидел свою невесту, то с нетерпением ждал, когда она вырастет, и мы сможем пожениться. К сожалению, чем старше она становилась, тем больше обсуждался наш брак и тем больше это ее раздражало.  Однажды она сказала своему отцу, что не выйдет за меня, это был первый и думаю последний раз, когда Алариэль попыталась пойти против его воли.  – Эсмириль отрицательно покачала головой, давая понять, что не знает об этом случае - Лучезарный опешил от такого заявления и у них состоялся очень неприятный разговор. Конечно, Велерон сказал Алариэль, что отменить свадьбу невозможно, слишком много от нее зависит, взывал к ее разуму и чувству долга, на мой взгляд, сомнительные аргументы, когда речь идет  о браке. Было сказано еще много чего, что, в конце концов, сломило ее сопротивление. Она согласилась с доводами отца, разумом, но не сердцем.

- Откуда ты знаешь про этот  разговор? – спросила Эсмириль.

- Я присутствовал при нем, у меня была встреча с Велероном, и я сидел в соседней комнате, - у меня до сих пор сводило скулы от бешенства и унижения от одного воспоминания о том дне. - Отправив Алариэль в свои покои, Велерон вошел в кабинет и, как ни в чем небывало, продолжил разговор о политике, не сочтя нужным даже принести извинения.

У Эсмириль удивленно вытянулось лицо - Но зачем Велерон так поступил?

- Трудно сказать, может для того, чтобы я еще раз подумал, прежде чем взять Алариэль в жены. А может быть, у него были какие-то другие соображения – я пожал плечами, Эсмириль  была первой, кому я рассказал о том случае, но рассуждать далее на эту тему я не собирался. Велерон сделал то, что сделал, и его основной мотив был унизить меня.

- Все знают, что вашу помолвку нельзя расторгнуть, – непонимающе воскликнула Эсмириль.

Я покачал головой – Нельзя, но Велерон не хочет делать несчастной свою любимую дочь.

Эсмириль сидела, нахмурившись, к еде она так и не притронулась. - Демон, как же курить хочется! Каллар, ты не представляешь, как меня расстроил!

- Чем же? Разве ты не видишь, как я отношусь к Алариэль и ее отношение ко мне? – я крутил в руках нож.

- Конечно, вижу, я же не слепая! Но я даже не подозревала насколько все серьезно. Как ты высидел в этом кабинете? Я бы все там разнесла! – она стукнула кулачком по столу

- Ты не представляешь, какая это была для меня пытка. С тех пор я стараюсь насколько это возможно избегать Велерона, так и не простив ему то, что он подверг меня подобному унижению.

- Но ведь Алариэль не знала, что ты там?

- Достаточно того, что это знал Велерон. – неприятные воспоминания окончательно испортили мне настроение.

- Он тебя за что-то не любит? – задала закономерный вопрос Эсмириль.

- Вряд ли дело во мне, просто он слишком сильно любит Алариэль и возможно ревнует ее ко мне. Лучезарный не может смириться с тем, что она выйдет за меня замуж, и со всем, что с этим связано. – Негативное отношение Велерона к нашей семье имело куда более глубокие корни, но посвящать Эсмириль во все политические нюансы я не собирался.

- Алариэль у него не единственная дочь и все ее сестры уже давно замужем! – непонимающе возразила Эсмириль

- Не забывай, что сестры Алариэль не родные, а сводные. Он безумно любил мать Алариэль,  и когда та умерла сразу после ее рождения, то Велерон перенес всю свою любовь на ребенка, он любит ее и как дочь, и как покойную мать. Алариэль очень похожа на нее, я видел портреты. Если бы не эта его любовь, он бы не относился ко мне, как к сопернику. Велерон не будет торопить Алариэль с оглашением даты свадьбы, и думается, что если бы это было возможно, то он бы вовсе отменил нашу помолвку.

Эсмириль ковырялась в тарелке вилкой. – Я ничего об этом не знала.

- Кончено, ты ничего не знала, ведь об этом не объявляют на балах. Поверь, то что я сказал, правда. – тихо отозвался я.

- А что твой отец?

- Он говорит, что мы должны спокойно ждать. Правда, он тоже не очень жалует мою будущую жену, –  мой отец считает свою будущую невестку ветреной, пустоголовой красоткой, которая сама не знает, чего хочет, но говорить об этом Эсмириль не стоило. Между светлыми и темными накопилось слишком много недовольства, и неопределенность со свадьбой не добавляла тепла в отношения между двумя дворами.

- Могу понять почему, – протянула Эсмириль

Я отпил глоток вина. Было видно, что Эсмириль впечатлена моим рассказом, и никогда раньше не задумывалась о глубине наших проблем, надеюсь, после моих откровений она захочет мне помочь. Как будто услышав мои мысли, она подняла голову и спросила

- А чего ты хочешь от меня?

- Эсмириль, поверь, я не хотел впутывать тебя в наши проблемы, но у меня нет выбора. Мне нужны союзники, -  главные слова, которые я обдумывал несколько недель, произнесены, каков будет ответ.

- Да я и так на твоей стороне! – Эсмириль посмотрела мне прямо в глаза – Недавно у нас с Аль зашел разговор о тебе, и я спросила, почему она к тебе так относится, но все равно ее отношение к тебе мне кажется надуманным.

Я подался вперед. - И что же она ответила?

Помолчав, Эсмириль отвела взгляд, и четко выговаривая слова, сказала. - Она считает тебя олицетворением ее ненависти, из-за тебя у нее нет и не может быть выбора, она чувствует себя жертвенным животным и выйдя за тебя замуж никогда не испытает  любви к мужчине.

Я почувствовал себя… никак я себя не чувствовал. Это был болевой шок, это было самое плохое, что я мог услышать,  все что угодно, только не это. Кровь отхлынула от сердца, в глазах потемнело, мне перестало хватать воздуха, а к горлу подкатил комок. На мою руку легла теплая ладонь Эсмириль.

- Каллар, прости, мне не надо было тебе этого говорить. Каллар, ты меня слышишь? – ее встревоженный голос пробивался, словно сквозь толстое покрывало,  лицо расплывалось в глазах. У меня не было сил даже шевелиться. Единственным, чего я хотел в этот момент - умереть, быстро и безболезненно. Олицетворение ненависти, как с этим бороться? Можно бороться с упрямством, с глупостью, со скверным характером, но не с этим. Она никогда не узнает, что значит любить мужчину, если выйдет за меня замуж.

- Каллар, Каллар! Кто-нибудь, помогите, ему плохо! – встревоженный крик Эсмириль был последним  звуком, оставшимся в моем сознании.

Я очнулся на диване в одном из подсобных помещений ресторана, на коленях передо мной стояла Эсмириль, вокруг стояли официанты, какая-то женщина держала у моего носа резко пахнущую салфетку.

- Со мной все в порядке, – чужим голосом произнес я, пытаясь встать - У меня просто закружилась голова, сейчас все будет в порядке, – присутствующие с сочувствием смотрели на меня.

- Пожалуйста, оставьте нас одних, – попросила Эсмириль.

Официанты вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь.

- Эсмириль, извини, – покаянно произнес я, снова делая безуспешную попытку подняться со своего ложа.

- Это ты меня извини, Каллар, я не должна была тебе этого говорить!  – в ее глазах блеснули слезы.

- Перестань, Эсмириль. Ты ни в чем не виновата, – я погладил ее по кудрявой головке – Наоборот, я тебе благодарен, за то, что ты мне сказала правду, это очень ценное знание, – мне, наконец, удалось сесть, голова гудела, как колокол, руки тряслись, а сердце неровно билось в ребра, с трудом толкая кровь по жилам. Мне все еще было очень плохо.

- Ты не составишь мне компанию в небольшой поездке по городу? Я не хотел бы сейчас оставаться в одиночестве.

- Конечно, конечно! – она вскочила на ноги – А как ты поведешь в таком состоянии?

- За рулем Ланиэль, так что с этим проблем не будет, –  в глазах двоилось, а в ушах стоял противный звон.

- Давай, я помогу тебе встать, - она протянула мне свою крепкую ручку. Кое-как поднявшись, я тяжело оперся на ее плечо, и мы медленно поковыляли к выходу, сопровождаемые сочувственными взглядами персонала. Едва увидев нас, Ланиэль выскочил из машины, и, подбежав, подхватил меня с другой стороны.

- Ваше высочество, что случилось? – встревожено воскликнул он, в последнее время мое нервное состояние, бессонница и постоянные кошмары беспокоили старого слугу до такой степени, что он осмелился поинтересоваться, не стоит ли мне обратиться к лекарю.

- Все нормально, Ланиэль, я переутомился, – успокоил я его, он, конечно же, не поверил, но виду не подал.

Усевшись в машину, я отдал необходимые распоряжения, и некоторое время мы ехали в молчании. Эсмириль бросала на меня встревоженные взгляды.

- Каллар, здесь можно курить? – наконец спросила она – Мне нужно успокоиться. Если нельзя, то мы можем остановиться, и я покурю на улице.

- Конечно, кури, – вдруг я вспомнил о  своем вчерашнем вопросе по поводу курения драгонфлайя и эльфов. – Ты не знаешь, можно ли мне тоже покурить твою трубку? Мне не помешало бы успокоиться.

Она удивленно уставилась на меня. - Ты серьезно? Хочешь покурить драгонфлай?

- Хочу, а что тут такого? Или это отрава для эльфов? – полюбопытствовал я.

- Честно признаться, я не знаю, но могу спросить у Драка, -  озадаченно протянула она.

Имя Драка напомнило мне о вчерашней встрече с Ником и о его безнадежных поисках. Поразмыслив, я решил ничего не говорить Эсмириль о нашем случайном знакомстве, но попытаться выяснить, что она думает о парне.

Эсмириль сидела, уставившись в одну точку, и едва заметно кивала головой, видимо, мыслесвязь работала. Их разговор продолжался несколько минут. Я за это время успел немного прийти в себя, задвинуть слова Эсмириль в самый дальний уголок сознания и совладать с раздирающей сердце болью. Я все обдумаю потом, в тишине кабинета, когда не надо будет следить за лицом. Эсмириль закончила разговор и повернулась ко мне.

- Эльфам можно курить драгонфлай, но порция должна быть в два раза меньше, иначе ты успокоишься надолго, – сказала она.

- Было бы не плохо, – попытался пошутить я.

- Перестань, это не смешно! – резко оборвала меня Эсмириль - Сделаем так,  я сначала набью трубку тебе, положу немножко травы, а потом покурю сама, – она вытащила из сумки кисет и маленькую трубочку.

-  Как скажешь. А трубку трудно курить? – я с интересом наблюдал за ее манипуляциями, как курит Эсмириль, я еще ни разу не видел.

- Нет, не трудно,  думаю, у тебя сразу получится.

Она ловко ухватила небольшую порцию травы из своего кисета и быстро набила трубку, дунула струйкой огня и, раскурив ее, подала мне. По салону поплыл горький аромат драгонфлайя. Первая моя затяжка закончилась приступом судорожного кашля.

- Не затягивайся так сильно, – посоветовала Эсмириль, наблюдая за мной  – потихоньку, маленькими порциями, он так лучше действует.

Я последовал ее совету и, наконец, ощутил прелесть драконьей травы. Драгонфлай был пряно-горьким на вкус, дым обволакивал тело и сознание, будто ласковой рукой сглаживая все волнения и успокаивая тревоги. Не было радостного подъема или подавляющей пустоты, драгонфлай умиротворял, сердце перестало судорожно сжиматься, руки противно трястись, мысли прояснялись. Через некоторое время стальные тиски, сжимавшие меня в течение последних суток, разжались, и я  смог расслабится. Ощущение было необычным и очень приятным.

- Отличное успокоительное!  - я выдохнул дым и с благодарностью посмотрел на свою спутницу - Эсмириль, я твой должник.

Она отмахнулась - Неужели ты думаешь, что мне для хорошего эльфа трубки и щепотки травы жалко?

- Значит я хороший? – улыбнулся я.

- А что? Плохой? – она улыбнулась в ответ. Эсмириль тоже немного расслабилась, и из ее глаз исчезла тревога.

- Твоя подруга думает иначе.

- У нее превратное мнение на твой счет.

Я хмыкнул, еще какое!

- Ты мне поможешь? – наконец спросил я.

- Как?

- Я еще не знаю, но придумаю.

- Мне кажется, что единственным решением вашей проблемы будет только разрыв помолвки, пока я вижу только этот вариант, – задумчиво произнесла она – Ты только в обморок больше не падай, ладно?

- Это не вариант, – сказал я глухо – Я должен все обдумать.

- Ты меня извини, я не должна была…

- Ты все сделала правильно и я тебе очень благодарен за откровенность, всегда лучше знать врага в лицо. Теперь я хотя бы знаю против чего мне надо бороться и придумаю способ. Ты мне поможешь? – снова повторил я.

- Конечно, помогу чем смогу, но знай, что твой план не должен ей навредить и, если ты сделаешь Аль несчастной, я тебя лично испепелю! – Эсмириль грозно сверкнула глазами.

Я засмеялся и прижал ее к себе. - Если я сделаю ее несчастной, то приду к тебе сам, и ты сможешь сделать со мной все, что захочешь.

Она отстранилась от меня и протянула руку – Клянись!

Мы скрестили руки и произнесли слова клятвы.

- Ты виделась после Охоты с человеком, который тебя спас? – докурив и передавая Эсмириль трубку, спросил я.

Она вспыхнула – Нет.

- Не хочешь с ним увидеться?

- Не знаю, с одной стороны хочу, а с другой как будто что-то держит. Драк говорит, что он нормальный парень, и я должна его хотя бы отблагодарить по-человечески, а я не могу собраться с духом. Да он, наверное, уже меня и не помнит, – было очевидно, что Эсмириль часто вспоминает своего спасителя.

- А чем он  так понравился Драку? – поинтересовался я.

- Драк говорит, что он его увидел, – вздохнув, ответила Эсмириль

- Это как?

- Ты знаешь, какой у Драка дар?

- Нет.

- Он может разглядеть Дракона в человеке и никогда не ошибается. Он увидел пятерых за свою жизнь. Это очень ценно для нашего народа, перерожденные люди приносят новые знания, новую кровь, таким образом, мы не вырождаемся. Драк может разглядеть, кем станет человек после инициации,  воином, шаманом,  стражником. Вот такой у него дар, – объяснила Эсмириль.

- Он в этом парне разглядел Дракона?! – так вот перелом чьей судьбы я почувствовал в том кафе.

- Да, но он не увидел, что это за дракон и захочет ли Ник выпустить его. Такого с Драком еще не бывало. Мы несколько раз разговаривали с ним о Нике, и брат считает, что нам стоит познакомиться с ним поближе.

- Так чего ты ждешь?

- Не знаю, я и хочу и не хочу. Дракона надо будет выпустить, он будет чувствовать нас, тянуться к нам. Если Ник не захочет стать таким как мы, дракон внутри сведет его с ума. Я не хочу такой судьбы для него, пока он не с нами, он в безопасности, – она опустила голову и вздохнула.

- Знаешь, Эсмириль, если ты не можешь определиться, то лучше все оставить, как есть, и надеяться на судьбу. Все сложится, как предначертано.

Она обреченно кивнула - Надеюсь, его судьба держаться от нас подальше и остаться человеком.

Мы подъехали к ее дому.

- Спасибо, что согласилась со мной встретиться. Извини, что повел себя как идиот. Мы сможем встречаться время от времени?

Она неожиданно обняла меня, поцеловала в щеку - Всегда хотела иметь такого друга как ты, тем более мы связаны клятвой и теперь считаемся братьями по оружию.

Я поцеловал ее в лоб. - Беги, брат! Я тебе еще должен стейк.

- Какие счеты могут быть между братьями? - она засмеялась и вышла из машины, помахав мне рукой на прощание.

Глава 12 Ник

Я выскочил из кафе, только потом, сообразив, что реакция Каллара на мой рассказ была не типичной, на его лице не появилось выражение фальшивого сочувствия или испуга, который возникает при общении с незнакомыми людьми, говорящими странные вещи, напротив, он слушал крайне внимательно и похоже не был удивлен услышанным. Может быть, он знает намного больше, чем сказал, и я, как последний идиот, упустил шанс узнать что-нибудь новое про дракона и буквы? Может вернуться в кафе и вызвать его на откровенный разговор? Как-нибудь надавить, разговорить? Подавив первый порыв, я постарался успокоиться, а поразмыслив, понял, что надавить или разговорить такого, как Каллар, не получится, он сказал все, что считал нужным. Я вспомнил его острый взгляд и спокойное выражение лица и вдруг понял, что он значительно старше, чем выглядел внешне. На вид Каллару было не более тридцати, но  взгляд был не по возрасту цепкий и проницательный, казалось, что он видит насквозь.

Потоптавшись на месте, я все-таки развернулся в противоположную от кафе сторону и побрел домой. Каллар посоветовал все забыть и продолжать жить дальше, словно ничего не было, но почему от этой мысли мое сердце ноет, как будто я потерял самых близких людей? Кто они мне? И почему для меня так важно найти их? Я решил, что если не найду Эсмириль и Драка до конца зимы, то постараюсь последовать совету Каллара и обо всем забыть.

За последние несколько месяцев постоянные мысли о Эсмириль, Драке и драконе не оставляли меня ни на минуту и я чувствовал, что начинаю сходить с ума. Желание найти их превращалось в навязчивую идею, каждое утро я просыпался с надеждой, что сегодня непременно встречу их, а вечером успокаивал себя тем, что следующий день наверняка будет удачнее прошедшего. Разумом я понимал, что это приключение закончено, и не имеет смысла ждать продолжения, но сердцем надеялся, что в один прекрасный день снова увижу Драка или его сестру где-нибудь в городе. Несколько раз я бросался к девушкам на улице, принимая их за Эсмириль, и каждый раз мое сердце болезненно замирало, когда я видел, что обознался. Я бы все отдал, чтобы встретить ее снова, увидеть ее синие глаза, прикоснуться к ней. Да что со мной такое?! Неужели меня угораздило влюбиться в девушку, которая большую часть времени знакомства была без сознания? Нет, я точно сумасшедший, и мне пора лечиться.

Дни проходили в монотонном ритме: дом – работа – фото орхидеи – детектив на ночь. Иван время от времени присылал длинные сообщения, рассказывая, как чудесно ему работается, какие замечательные водоросли, и какая у него великолепная ассистентка, без которой он ну просто как без рук. Описания Ивана перемежались вопросами о самочувствии Джека и благодарностями в мой адрес. В одном из писем он прислал фото с места работы: одетый в широкие шорты и пеструю гавайскую рубаху, босоногий, загоревший и улыбающийся во весь рот Иван обнимал за талию симпатичную азиатку, облаченную в белую майку и цветастую юбку. За спинами счастливой парочки синел океан, отделенный от такого же синего неба лишь зеленоватой линией горизонта. Глядя на фото, я непроизвольно улыбнулся, ну хоть кто-то, наконец, обрел свое личное счастье.

Осень закончилась, наступил первый месяц зимы, стало холодно и ветрено, а с низкого неба уже срывались редкие снежинки. Несмотря на мерзкую погоду, я каждое утро бегал в парке, мне казалось, что стоит мне пропустить хоть один день, и случится непоправимое, именно в этот день Драку придет в голову искать меня. Надежда встретить Эсмириль и ее брата таяла с каждым днем. Приближались праздники, и я с ужасом стал задумываться, что буду делать с таким количеством выходных дней. Работа хоть как-то отвлекает, в крайнем случае, возьму несколько заказов, чтобы не изнывать от навязчивых мыслей дома. В мастерской я почти ни с кем не разговаривал, иногда перебрасываясь парой слов с Тором, за традиционным распитием «кофея». Он не спрашивал, что со мной творится, но украдкой бросал на меня сочувственные взгляды и сокрушенно качал головой.

В середине месяца высшие силы решили, что настала пора разнообразить мое унылое существование и подкинули мне очередной нежданный сюрприз. В один из вечеров раздался телефонный звонок, и голос моей дорогой родительницы сообщил, что она собирается навестить единственного сына и провести праздники вместе. Ее муж приедет позже, и мы сможем отметить рождество в узком семейном кругу. Моего мнения по поводу празднования никто не спрашивал.

Мама прибыла, как  и обещала, я встретил ее в аэропорту и она без умолку трещала всю дорогу до дома, вываливая на меня новости о совершенно незнакомых мне людях, перемежая их восклицаниями об изменениях, которые произошли с городом за несколько лет ее отсутствия.

- Ой, Никки, какая же я была дура, что не осталась с Иваном! – провозгласила она, войдя в квартиру, и окинув хозяйским взглядом коридор и лестницу на второй этаж – Жила бы как на курорте! Он такой замечательный, фантастика! – экзальтированно восклицала она, снимая ярко-синее пальто и разматывая длинный розовый шарф. Все это она, не глядя, сунула мне в руки. Под пальто на ней было пронзительно-зеленое облегающее платье и кирпично-красная кофточка.

Я поморщился, терпеть не могу, когда меня называют Никки, и пристроил мамин гардероб на вешалку. С нашей последней встречи несколько лет назад мама совсем не изменилась и осталась все такой же слегка полноватой, но фигуристой, с кудрявыми крашеными рыжими волосами и ярким макияжем. Сколько я себя помнил, мама всегда одевалась исключительно в платья, брюк в ее гардеробе не было, так же как и обуви на плоской подошве. Даже домашние тапочки были на каблуке.

- А где я буду спать? Ой, какой прелестный котик! А как его зовут? Ух, ты, лапочка моя, какой ласковый! Никки, не стой столбом, занеси мои чемоданы, а мы с котиком приготовим что-нибудь  на ужин, – мамин голос дрелью вонзался в мозг.

Я молча вышел, к счастью, маме не требовались ответы на ее вопросы. Затащив в квартиру ее неподъемный багаж, я увидел, что телевизор в гостиной включен, на кухне поет радио, а мама разговаривает по телефону, одновременно вытаскивая какой-то сверток из холодильника. Все, закончилась твоя тихая, размеренная жизнь, Никки! – подумал я. А может все и к лучшему, она отвлечет меня от моего наваждения.

Когда мама расположилась в спальне, разобрала вещи, приняла душ, обзвонила всех подруг, сообщая о своем благополучном приезде, и уснула, я вздохнул с облегчением. Я уже отвык от нее, и ее болтовня утомляла до крайности, теперь понятно, почему у нее было столько мужей, нормальный человек не вынесет ее и дня. Я включил компьютер и проверил почту, в ящике было одно сообщение от Ивана и реклама. Я быстро написал ему ответ и решил побродить в интернете, на всех страницах висел трейлер нового фильма про вампиров, со смазливым актером в главной роли. Ради любопытства я посмотрел ролик и комментарии к нему, от охов и ахов по поводу предполагаемого сюжета и великолепия главного героя меня замутило. В жизни не пойду на этот фильм! Рассеяно глядя в экран, я задумался, существуют ли вампиры на самом деле. Кончено, я слышал про энергетических вампиров, один в данный момент, сопел в соседней комнате, а те самые, которые пьют кровь и боятся света? Я представил себе вампира в нашем городе и решил, что он бы здесь не выжил, слишком опасно. Посмеиваясь, я стал устраиваться на ночлег на кушетке в кабинете.

Утром я пораньше смылся на работу, пока моя маман не проснулась, к счастью, утро у нее начиналось не раньше одиннадцати. Сегодня задержусь в мастерской, может она уже уснет к моему приходу. День прошел как обычно, я попал домой после девяти вечера, и мама сразу взяла меня в оборот. Она требовала, чтобы завтра я повозил ее по городу, сообщила, что ей необходимо сделать педикюр, а потом пробежаться по магазинам.  Ведь мне это совсем не трудно, тем более Иван оставил в моем распоряжении такую миленькую машинку!

- Никки, ты не поверишь, сегодня позвонил Билл и сказал, что он очень по мне скучает и ему одиноко в нашей постели, – щебетала она.

- Ма, умоляю, не надо подробностей! – я закатил глаза.

- А что? Это естественно! Я замужняя женщина и сплю со своим мужем, что в этом плохого? – она сделала круглые глаза и воззрилась на меня.

- Разве обязательно посвящать в свою замужнюю жизнь взрослого сына? – если ее не одернуть, она будет разописывать своего замечательного Билла до следующего нового года.

- Ты ханжа! – патетически воскликнула она и театральным жестом  прижала руки к  объемистому бюсту – Никки, почему у тебя нет девушки? Ты голубой?

- И ты туда же? – недаром она была замужем за Хью.

- А кто еще?

- Хью.

- Так он тоже заметил!? Никки, с этим надо что-то делать! Может, ты сходишь к доктору? Тебе выпишут антидепрессанты. Помнишь Сюзи, ну ту, стерву крашеную, которая увела у меня Пола? Ах, какой мужчина! У меня до сих пор коленки дрожат, как его вспомню, а какой у него… да-да, тебе не нравится. О чем я? Ах да, Сюзи! Так вот, у нее начала съезжать крыша после развода. Она пошла к доктору, тот выписал лекарства, и ей сразу полегчало! - она победоносно посмотрела на меня.

- У меня с головой все в порядке и я не голубой, – пытаясь справиться с нарастающим раздражением, сказал я.

- А почему тогда нет подружки? Билл, между прочим, в твоем возрасте девушек менял раз в неделю. А еще я по телевизору смотрела передачу, так там сказали, что воздержание очень вредно. И в сериале у одного героя даже болезнь случилась на этой почве! – затараторила она.

- Ма, перестань! – я сдерживался из последних сил – Я в поиске.

- Ой, ну давай, я тебе помогу! Кого ты там в своей мастерской встретишь? У Эмили есть чудесная дочка, я тебя с ней познакомлю, правда она тебя на пять лет старше, но это не важно, она замечательная и работает в банке, – мама оседлала любимого конька.

- Ма! – зарычал я.

- Ну ладно, не нравится дочка Эмили, тогда может дочка Мэри? Или она уже замужем? Никки, тебе надо создать семью, свить гнездо и завести деток. Ты не представляешь,  как я мечтаю стать молодой бабушкой, а Билли будет просто на седьмом небе от счастья! – взвизгнула она.

Я молча встал и вышел на кухню.

- А может познакомить тебя с дочкой Энни? – понеслось мне в спину. Мама и не подозревала, насколько она была близка в эту минуту к насильственной смерти через удушение. На мое счастье зазвонил телефон, и она переключилась с меня на проблемы какой-то Тиффани и ее урода мужа. Слава всем богам, что моя мама не умеет говорить по телефону мало, ее разговор занял полтора часа, после чего начался любимый сериал.

В первую же рекламную паузу, она выключила звук и хищно развернулась в мою сторону, желая сосватать мне дочерей всех своих подруг, я поспешно встал и пожелал ей спокойной ночи. Ее непрерывная болтовня утомила меня до такой степени что, когда я лег в постель, то моментально уснул.

Следующая неделя пронеслась, как карусель, я возил маму за покупками и сувенирами, посещал все распродажи города, покупал продукты к празднику, встречал ее мужа и делал еще миллион совершенно ненужных мне дел. Я уже не слышал ее болтовни, отделываясь невнятными междометиями, наконец, поняв, как выносят маму многочисленные мужья, они перестают ее слышать через двадцать минут после свадьбы.

Билл оказался огромным флегматичным мужиком, немногословным и фанатично любящим спортивные каналы. Он мог часами смотреть любые виды спорта от плавания до бильярда, молча потягивая пиво и заедая его чипсами. Хуже всего было то, что мама требовала от него каждую ночь исполнения супружеского долга, и ее сладострастные вопли слышал, наверное, весь квартал. Ночью я жалел, что у меня нет подружки, можно было бы пожить у нее пока моя мамаша в городе. В дополнение ко всему, у меня начались эротические кошмары с Эсмириль в главной роли!

Однажды утром моя мама заявила, что мы непременно должны сходить в кино на фильм про вампиров, иначе она не сможет жить.

- Ты просто обязан сделать это для меня, когда ты был маленьким, я всегда водила тебя в кино, каждую неделю! – я припомнил всего два раза. - Ты должен быть хорошим сыном, мне осталось жить на этом свете не так долго, а ты даже не хочешь сводить свою мамочку в кино. – очередная фраза из очередного сериала. Все ее высказывания сопровождались такими взглядами и заламыванием рук, что  я, опасаясь за свой рассудок, вынужден был согласиться. Билл в кино идти наотрез отказался, но пообещал встретить маму после сеанса и отвезти домой.

Рождество, вопреки моим опасениям, прошло замечательно, мама весь день возилась на кухне, и вечером, выпив первый бокал шампанского, уснула. Лучшего подарка нам с Биллом она сделать не могла. Мы молча сидели на диване перед телевизором, попивали пиво  и ели чипсы из общей миски, которую он поставил на диван между нами.

Следующим утром съездил в кинотеатр и купил билеты на премьеру. Этот вечер я посвящу сыновнему долгу!

Глава 13. Эсмириль

Приближались праздники, и в нашем пентхаузе началась суета. Мы не придерживались обычаев людей, но почему бы не устроить пару-тройку вечеринок и не выпить за наступление нового года? Драк организовал себе отпуск и теперь постоянно жил с нами, каждый день радуя нас новыми кулинарными экспериментами. Алариэль начала ворчать, что так и фигуру испортить недолго, на что Драк предложил ей не есть приготовленное.

- Так ведь вкусно же! Удержаться невозможно! – возопила она под наш дружный смех.

Для поддержания формы мы с Драком проводили пару часов в день, фехтуя на мечах или катанах, в специально отведенной для тренировок комнате, а Аль ходила гулять в парк. Ларина проводила с нами почти все время, не занятое работой у доктора Весса. Старк тоже частенько наведывался, но его робкие попытки  засидеться у нас допоздна и остаться на ночь решительно пресекались с моей стороны. Пару раз звонил Каллар и мы даже сходили с ним пообедать в Харрис Стейк, в этот раз я наелась вволю.

- Как в тебя помещается столько мяса? – удивленно спросил Каллар, наблюдая, как я запихиваю в себя третий стейк.

- Люблю я его, – прожевав кусок, ответила я.

- Тебя дома голодом морят? – поинтересовался он

- Шутишь? Драк нас кормит, как на убой.

- Драк? И чем, интересно? – изогнув бровь, спросил он. Ух, прямо дыханье захватило! Ну, до чего же он красивый! Все присутствующие женщины выворачивают шеи, а он хоть бы посмотрел на кого.

- Драк открыл в себе кулинарный талант, и теперь мы вынуждены приглашать на обеды и ужины десять гостей, чтобы еда не пропала. Аль уже жалуется, что это обжорство повлияет на ее фигуру, - он едва заметно вздрогнул – Извини!

- Не стоит извиняться, все нормально. – Каллар натянуто улыбнулся.

- Я больше не буду, – мне стало неловко за свою бестактность, его обморок произвел на меня сильное впечатление, и я поклялась себе больше никогда не доводить его до подобного состояния.

Он положил на мою руку свою – Эсмириль, моя не совсем адекватная реакция не означает, что мы вообще не должны говорить про Алариэль, просто не обращай внимания, у меня не так часто предоставляется возможность поговорить о ней и мне надо немного времени, чтобы привыкнуть.

- Кстати, Аль меня чуть не засекла после прошлого обеда с тобой, – поделилась я, отрезая от стейка кусочек и отправляя его в рот.

- Как? Она нас где-то увидела? – встревожено спросил он.

- Нет, пришел Старк, и Аль начала его расспрашивать, как мы пообедали, а я после нашей встречи не сообразила ему позвонить и предупредить, чтобы он меня прикрыл. Старк, конечно, обалдел, а я себе чуть глаза не вывихнула, пока ему подмигивала.

- Вот демон!  Как же мы не подумали! И что?

- Да ничего, в это раз она ничего не заметила, Старк мне подыграл. Аль в последнее время какая-то рассеянная.

- Я слышу в твоем голосе отчетливое «но», – проницательно сказал Каллар.

- Когда мы остались наедине, Старк потребовал объяснений. Он немного ко мне неравнодушен, – я криво ухмыльнулась - разговор был не из приятных.

- И как это было? – с улыбкой спросил Каллар.

- Довольно эмоционально для инкара, я думала, что он меня вот-вот укусит, мне пришлось рассказать ему, с кем я была и взять слово, что он не разболтает секрет Аль. А он в свою очередь взял с меня слово, что я выполню его желание.

- Негодяй! – покачал головой Каллар и отпил глоток вина.

- И не говори, - я занялась стейком и вспомнила Старка. Он  действительно взбесился, никогда бы не подумала, что вампир может быть таким эмоциональным, хотя если вспомнить Ларину, то удивляться не приходится, хорошо, что у нас комнаты звукоизолированные. Я улыбнулась.

- Что тебя рассмешило? – чем-чем, а наблюдательностью Каллар обделен не был.

- Да так, ничего, – меня разбирал смех.

- Расскажи, у братьев не может быть секретов, тем более у братьев по оружию.,– с улыбкой настаивал Каллар.

- Драк встречается с Лариной, инкарой из клиники доктора Весса. – поделилась я.

- И что, у них серьезные отношения? – без особого интереса спросил Каллар, наличие у Драка подружки не вызывало удивления, они были всегда, Каллар удивился бы гораздо больше скажи я, что мой брат дал обет воздержания.

- Нет, конечно, но встречаются они бурно, это я могу сказать точно.

- Вы что, слышите? – шокировано спросил Каллар.

- Не слышим, но догадываемся, - я едва сдерживала смех, а Каллар смотрел на меня, словно я сделала что-то неприличное.

- Что ты имеешь в виду? И у вас это все так запросто? – Каллар заметно напрягся.

- А что такого? Что естественно, то не безобразно, – отмахнулась я от него.

- Ну, знаешь ли! Ты все-таки живешь с моей будущей женой! – возмутился он.

- Да брось, Аль это не касается. Это наши внутренние драконьи дела, – как можно убедительнее сказала я. Отношения Драка и Ларины раздражали Аль и уж, конечно, она прекрасно знала, что происходит за закрытыми дверями комнаты.

- А тебя касается?

- В данный момент, нет. Ты что, про нас вообще ничего не знаешь? Ты же с Геланом дружишь! – я округлила глаза.

- А что я должен знать? – заволновался Каллар – Только не говори, что ты и Алариэль…

- Да нет же! Просто секс для нас, как драгонфлай, если надо, то он у нас есть, это физиология и ничего больше, – пояснила я, странно, что Каллар не знает об этой нашей особенности.

Каллар расслабился.

- А у тебя Старк? – закономерно, но несколько неделикатно спросил он.

- Мне он не настолько нравится. И вообще ты задаешь бестактные вопросы! Кстати, а чего ты тут застрял так надолго? Ты же вроде должен быть дома? – я решила  сменить тему разговора.

- Я буду здесь столько, сколько пробудет Алариэль. Я за вами присматриваю, – внушительно произнес Каллар.

- Шпионишь? – уточнила я.

Он поднял руку и показал браслет жизни, который был похож на наши с Аль, но другого плетения и более массивный.

- На случай непредвиденных обстоятельств, – он многозначительно посмотрел на меня.

- Ясно, – я отодвинула тарелку с недоеденным стейком и откинулась на спинку стула – Все, больше не могу.

Мы просидели в ресторане еще около часа, когда Каллару позвонили из посольства и попросили срочно приехать, Каллар отвез меня домой, пообещав позвонить через пару дней.

Зайдя в квартиру, я застала нашу развеселую компанию в полном составе. Драк, Аль и Ларина хохотали, а Старк сидел с кислой физиономией.

- Всем привет! По какому поводу веселитесь? – поинтересовалась я, заходя в гостиную.

- Эс, - выдохнул Драк – ты не представляешь, какое развлечение нам предстоит!

- И какое же? – я плюхнулась на диван рядом с Алариэль и потянулась за свой трубкой.

- Мы идем на фильм про вампиров! – торжественно провозгласил Драк.

- Что?? – мы все были мягко сказать не большими любителями человеческого кино, а уж на фильм про вампиров никто из нас в здравом уме точно бы не пошел.

Драк помахал прямоугольными листочками, которые держал в руке. - Ларина не поленилась съездить и купить билеты, послезавтра вечером не назначай свиданий, билетов не достать, люди дерутся у касс.

- Я не пойду, мне вампиров и в жизни хватает. – Старк обиженно засопел, а Аль бросила на меня укоризненный взгляд и многозначительно покосилась на инкара.

- Да брось! Будет весело! Говорят в этом фильме главный вампир невообразимый красавец. – Драк с Лариной снова расхохотались. Я выпустила изо рта тонкую струйку огня и раскурила трубку.

- Здорово у тебя получается, стильно! – позавидовал мой разлюбезный братец, наблюдая за процессом прикуривания.

- А ты так не умеешь? – кокетливо спросила Ларина.

- Умею, но не так хорошо, – он приобнял ее за плечи, Ларина податливо прильнула к нему.

- Знаешь, сколько он трубок спалил?  У него проблемы с чувством меры и координацией, – злорадно глядя на Драка, добавила я.

- Проблем с координацией я не заметила, а вот с чувством меры... – Ларина перетекла к Драку на колени, обняла за шею и что-то зашептала на ухо. Алариэль едва заметно поморщилась. Старк отвел глаза. На меня их нежности не произвели особого впечатления, я была уверена, что Драк оказывает Ларине повышенные знаки внимания с единственной целью позлить Аль, и естественно позабавится самому.

- Кстати, в компании неприлично шептаться, – пыхнув дымом, высказала я общее мнение – или говорите вслух, или выметайтесь в свою комнату.

- Идея с комнатой мне нравится больше, – мурлыкнул Драк – Но мы, пожалуй, еще посидим. В комнату уйти всегда успеем. Или не успеем? – он подмигнул Алариэль, а та закатила глаза. Моя подруга имела консервативные представления о публичном проявлении чувств, поведение Драка и Ларины всегда выбивало ее из колеи, чем Драк бессовестно пользовался.

Драк с Лариной так и не уединились в комнате, стали вести себя прилично, перестав вызывать неудовольствие Аль и смущение Старка, и остаток вечера прошел замечательно. Мы переместились на кухню, Драк приготовил итальянский ужин, под который мы распили пару бутылочек вина из эльфийских погребов и во втором часу ночи, проводив Старка, начали расходиться по комнатам.

Выйдя из ванной, я застала Алариэль, сидящей на моей кровати.

- Не спится? – я уселась рядом с ней и стала заплетать волосы в косу, чтобы не перепутались за ночь.

- Просто захотела поболтать с тобой наедине. Иногда твоего брата слишком много, – пожаловалась Аль.

- Хочешь, я его выгоню? – внесла я конструктивное предложение.

- А кто нам будет готовить? – спросила Аль.

- Да, это проблема. В таком случае придется терпеть его и дальше! – я закинула косу на спину, с удовольствием растянулась на подушках и перевернулась на бок. Аль сидела, изящно поджав ноги и задумчиво теребя край своего роскошного пеньюара.

- Что-то случилось? – после некоторого молчания поинтересовалась я.

- Нет, мне просто грустно, – отозвалась она.

- Есть причина?

- Особых причин нет, но все влюблены, а меня это чувство словно обходит стороной. – Аль тяжко вздохнула.

Влюбилась бы в своего будущего мужа и голову себе не морочила, чуть не ляпнула я.

- Может твоя любовь не в этом мире?  Почему ты хочешь влюбиться именно здесь? -  я почувствовала, что мы находимся на нужной волне и вполне возможно, что у меня получится поговорить с подругой о Калларе.

- У меня есть обязательства, ты знаешь какие, если я влюблюсь в эльфа, то наверняка начнутся осложнения и неприятности. Люди другое дело, ведь я заранее знаю, что не смогу остаться с любимым, по накалу чувств эта любовь будет намного сильнее, изысканнее.

- Зачем тебе заведомо несчастная любовь?  Что за удовольствие в страданиях? – фыркнула я.

- Ты другая и не понимаешь, мне необходимо испытать любовь, страсть, чтобы я знала, что это такое,  – возразила Аль.

Я вспомнила слова ее отца о тонкой и романтичной натуре  дочери. Интересно, а я сама способна на страсть? Не знаю, никогда не испытывала ничего подобного.

- Похоже, Старк сильно к тебе привязался, – подала голос Алариэль.

- Надеюсь, что дальше привязанности дело не пойдет, иначе наша дружба может стать проблемой. Для него.

- Потому что он инкар?

- Потому что мы можем дружить только в этом мире. Он хороший парень, и я не хочу делать ему больно, – вздохнула я.

- Сегодня, пока тебя не было, он весь извелся, выглядело это так, словно он тебя ревнует, – поделилась Аль,  кажется, мне предстоит пообещать Старку еще одно желание. - Никогда не слышала, что вампиры способны ревновать, они такие уравновешенные.

- А что мы вообще о них знаем? – возразила я – Ни-че-го. В своих мирах мы друг с другом практически не общаемся, если бы не этот мир мы бы никогда и не узнали друг друга.

- Да, ты права, я об этом никогда не задумывалась, – она подняла на меня свои фиалковые глаза – Действительно, этот мир знакомит нас друг с другом.

Я встала, взяла курительные принадлежности, набила трубку, закурила и снова села на кровать.

- Ты не знаешь, эльфам можно курить драгонфлай? – неожиданно поинтересовалась Аль.

Я вздрогнула так, что трубка чуть не вылетела из моих пальцев.

- Почему ты спрашиваешь? – справившись с изумлением, спросила я.

- Да так, иногда любопытно, ты куришь так аппетитно, что мне тоже хочется попробовать. – улыбнулась Аль.

- Эльфам можно курить драгонфлай. – неохотно проворчала я, все еще приходя в себя от ее неожиданного вопроса. – Тебе не понравится.

- Откуда ты знаешь?  - насторожилась она.

- Ниоткуда, просто, кажется.

- Дай попробовать! – потребовала Аль.

- Нет, эта порция для тебя слишком большая, превратишься в спящую красавицу, кто тебя будет поцелуями будить? – я встала и отошла к окну. Я некоторое время молча курила, рассматривая переливающиеся огни вечернего города.

- Аль, можно задать вопрос? – наконец решилась я.

- Да, конечно.

- Только ты не психуй и не обижайся, но мне всегда было любопытно, если бы Каллар не был твоим женихом, он бы тебе понравился? – я повернулась к ней лицом.

Аль в задумчивости опустила глаза. - Не знаю, я никогда о нем не думала в таком ракурсе.

- А если подумать именно в таком ракурсе? – настаивала я – Вот скажи, что тебе может понравиться в мужчине?

- Не знаю, Эс, мне слишком трудно представить его как постороннего. У меня уже настолько сложившееся мнение о нем, что мне трудно рассмотреть за ним что-то другое, - поморщилась Аль.

- Но почему у тебя появилось такое отношение к нему? - я решила докопаться до причин ее ненависти.

- Зачем тебе это знать? – нахмурилась она.

- Мне  любопытно.

- Ну не знаю, много факторов. Во-первых, он темный. – Аль слегка поморщилась

- Он такой же эльф, как и ты! – воскликнула я.

- Во вторых, мне чуть ли не с рождения твердили, что он будет моим мужем, в третьих, он меня раздражает, – словно не услышав меня, продолжила Аль.

- Но раздражение не может возникнуть на пустом месте, – я упорно отстаивала интересы моего брата по оружию – нужно искать причину!

- Ты что, в психоаналитики записалась? – иронично изогнув бровь, спросила подруга.

- Нет, просто мне эти твои страсти не понятны, пытаюсь, вот, разобраться в меру моих скудных умственных способностей, – ядовито ответила я и выбила трубку.

- Набьешь для меня? – спросила Алариэль .

- Ладно, – проворчала я – на две затяжки.

Я положила в трубку крошечную порцию травы и выпустила тоненькую струйку огня. Раскурив трубку, я протянула ее Алариэль. – Только небольшими затяжками, полегоньку.

Алариэль аккуратно взяла трубку в рот и сделала неглубокий вдох, через секунду, закашлявшись, она выпустила дым.

- Давай обратно, – я протянула руку.

- Нет, – прохрипела она – я еще хочу.

Дальше дело у нее пошло лучше, она заметно расслабилась.

- Отлично! Мне понравилось, – она, наконец, определилась с ощущениями - И так расслабляет.

- Для того и выращиваем, – хмыкнула я.

В тот вечер мне так и не удалось вернуть разговор в нужное русло, Аль упорно не желала говорить о Калларе, я решила не настаивать и дождаться следующей подходящей волны. Мы поболтали еще некоторое время и через две четверти часа уснули в одной кровати.

Через день вечером, как и было запланировано, мы отправились в кино. У людей начались праздничные каникулы, и все центральные улицы были запружены народом, невзирая на довольно холодную погоду, рестораны и кафе были забиты до позднего вечера, в магазинах было не протолкнуться, а кинотеатры работали чуть не круглые сутки. В холле кинотеатра было  душно и многолюдно, и мы решили подождать начала сеанса на улице. В кинозал мы зашли одними из последних, в основном все места были заняты подростками, которые увлеченно хрустели жареной кукурузой в ожидании начала фильма. Мы заняли свои места, когда свет в зале стал гаснуть, устроились поудобней, и стали приобщаться к прекрасной вампирской страсти. Буквально с первых кадров Драк и Ларина стали покатываться со смеху, так что на них шикали со всех сторон. Смешного в фильме ничего не было, девушки на соседних рядах сидели, затаив дыхание и не отрывая глаз от экрана. Мне фильм не понравился с самого начала. Примитивная сюжетная линия повествовала о том, как слащавый и самовлюбленный главный герой корчит из себя страдающего серьезными психологическими проблемами кровопийцу,  неожиданно для самого себя влюбляется в человеческую девушку и пытается вызвать взаимное чувство, при этом откровенно любуясь собой и доказывая всем вокруг, что даже такие ущербные существа, как он, имеют право на счастье. Фильм немного спасали красивые пейзажи, спецэффекты и симпатичные актеры. Внешность главного героя не произвела на меня особого  впечатления, но надо отдать ему должное, он  был хорош, хоть и не в моем вкусе. Я покосилась на Алариэль, она сидела, не отводя глаз от экрана, видимо, фильм попал как раз под нужное настроение и полностью захватил подругу. К середине фильма, по мере развития сюжетной линии и увеличения накала страстей на экране, Старк осторожно взял меня за руку и наклонился ко мне, я поморщилась, но руку не отняла.

- Тебе нравится фильм? – зашептал он мне, его губы почти касались моего уха.

- Смотреть можно, – отозвалась я, немного отстраняясь от него и поднимая плечо, терпеть не могу, когда мне шепчут на ухо - А тебе?

- Обычно я не смотрю фильмы про вампиров, но мне нравится, что он ее так любит, – проникновенно произнес Старк.

Я неопределенно хмыкнула, вечер становился томным, с экрана бурным потоком изливались романтические сопли, накрывая мощной волной зрителей, и сидящий рядом со мной вампир не стал исключением. Старк дозрел до следующего шага, что меня несколько нервировало, все развивалось не по-вампирьи быстро и наперекор моему видению наших с ним отношений. Старк сплел свои пальцы с моими, и прижался поближе. Демон, как же меня раздражают подобные избитые романтические приемы, особенно когда кавалер мне не особо симпатичен! Надо было взять эту дурацкую кукурузу, было бы хоть чем руки занять. Сделав вид, что мне надо поправить волосы, я высвободила пальцы. В темноте кинотеатра Старк был настойчив, он снова завладел моей конечностью и наклонился ко мне, его глаза в темноте отливали зеленью.

- Знаешь, в этом фильме не все неправда про вампиров, – прошептал он, глядя мне в глаза.

- Да? И что же правда? – спросила я, меня его лирические настроения смущали, и я чувствовала себя крайне неуютно.

- Мы тоже умеем любить, – выдохнул он.

Видимо, он ожидал от меня ответной реплики в том же духе, но ее не последовало. Мне не хотелось его обижать, врать я тоже не собиралась.

- Старк, - его напор застал меня врасплох, и  я  не смогла придумать достойный ответ – не дави на меня. Мне надо время, чтобы определиться.

- Я не требую ответа от тебя прямо сейчас. Я подожду, – произнес он, но в голосе послышалось плохо скрытое разочарование.

Демон, ну надо же! Существовало расхожее мнение, что вампиры любить не умеют, но Старк продемонстрировал мне новые грани возможностей своей расы. Я демонстративно уставилась на экран, давая понять, что хочу смотреть фильм. До конца сеанса мы не произнесли ни слова, но все это время Старк продолжал сжимать мою ладонь.

В зале вспыхнул свет и по экрану быстро побежали титры, вторая половина сюжета прошла мимо моего сознания, признание Старка мне нисколько не польстило, и остаток фильма я размышляла, что мне делать дальше. Зрители дружно встали и потянулись к выходу из зала.

Мы стояли на улице, вдыхая морозный, свежий воздух, который после духоты кинотеатра пьянил, как вино, и решали, что делать дальше, вернее, решали Драк и Ларина, остальные участия в дискуссии не принимали. Старк придерживал меня за талию, видимо, решив четко обозначить свою позицию в отношении меня, до этого вечера он не позволял себе подобные вольности, и сейчас его рука на моей талии выбивала меня из колеи. Я в обсуждении дальнейших планов не участвовала, все еще размышляя, как мне охладить пыл Старка и снова превратить наши отношения из романтических в дружеские. Алариэль стояла, отрешенно глядя перед собой, о чем-то напряженно размышляя.  Мне ее задумчивость показалась подозрительной. Как бдительный телохранитель, я обязана выяснить, что происходит с моей подругой, и уже  было открыла рот, чтобы окликнуть ее, как кто-то осторожно дотронулся до моей руки. Я обернулась, и мое сердце подпрыгнуло от неожиданности, передо мной стоял Ник.

- Привет, Эсмириль! Я Ник. Помнишь меня? Можно тебя на пару слов? – его лицо было напряженным, но в глазах читалась радость от встречи.  Все, за исключением Аль, повернули головы в его сторону, но Ник смотрел только на меня. Я почувствовала, как напряглась рука Старка.

- О, Ник, дружище, привет! – вдруг возопил Драк и полез здороваться – Ребята, это Ник, – представил он его, хлопнув по спине, словно появление Ника должно было стать событием года для всех нас – Как дела?

- Всем привет. Я тебя так и не дождался, – отозвался Ник, отвечая на рукопожатие Драка, и кивая сразу всем в знак приветствия.

- Да ты знаешь, закрутился, тут еще праздники, – невнятно объяснил Драк и многозначительно кивнул на Ларину. Я с подозрением уставилась на брата.

- Да, я понимаю. Эсмириль, можно тебя на минуту? – повторил Ник, разворачиваясь ко мне и теряя интерес к Драку и всем остальным.

-Да, кончено. Старк, пусти! – вампир отдернул руку и отвернулся.

Мы с Ником отошли на некоторое расстояние, чтобы остальные не слышали наш разговор. Внешне Ник не изменился с нашей последней встречи, он остался именно таким, каким я его помнила, те же серые  глаза и серьезный взгляд, спортивная фигура и небрежные пряди светлых волос, но было заметно, что внутренне он стал жестче, напряженней, что после нашей встречи у него было не самое хорошее время в жизни. Ник взял меня за руку, не отводя глаз, а по моей спине прокатилась теплая волна. Пауза затягивалась.

- Я не всегда в синяках, – нервно усмехнулась я.

- Тебе так больше идет, –  улыбнулся он.

- Ты любишь романтические фильмы про вампиров?  - задала я первый пришедший в голову вопрос. Да что со мной такое на самом деле? Мнусь, словно на первом свидании!

- Не очень. А ты? – он усмехнулся и как-то встряхнулся, из глаз исчезло выражение напряженного внимания и непонятной тревоги.

- Терпеть не могу, – призналась я, вспомнив наш со Старком разговор. Напряжение ушло, хотелось задать миллион вопросов, выслушать миллион ответов, а лучше молчать и смотреть в его серые глаза.

- Видимо жизненные обстоятельства не учитывают наши кинематографические предпочтения, - я чувствовала, как тяжелый взгляд Старка буравит мне спину, но мне было все равно, я поняла, чего мне не хватало последние месяцы, Ника.

- Твой парень? – спросил Ник, кивнув на вампира.

- Нет, просто друг. А ты здесь с девушкой?

- Нет, с мамой. Если бы я не сводил ее в кино, она бы меня распилила на мелкие кусочки. Она на днях уезжает, – уточнил он.

- Понятно, – мне было приятно слышать, что Ник пришел в кино не с подружкой.

- Я искал тебя и очень рад, что мы снова встретились, Эсмириль, мне бы хотелось продолжить знакомство, – серьезно глядя мне в глаза, произнес он.

От его слов меня словно окатило холодной водой. Нет, Ник, нет, не надо тебе со мной продолжать знакомство, билась паническая мысль в моей голове. Он отпустил мою руку, достал из кармана листок бумаги, ручку и что-то черкнул на нем.

- В прошлый раз ты не оставила свой телефон, а говорить в твоей голове я не умею. Вот мой номер, позвони сама, если захочешь со мной увидеться. Я очень буду ждать, – он протянул листок мне, и, помолчав, добавил  - Я тебя повсюду искал все это время и, наконец, нашел, видимо это судьба. Позвони, пожалуйста, для меня это очень важно.

От волнения в висках стучала кровь, а по телу снова прокатилась теплая волна, я сжала в пальцах протянутый листок, не отводя взгляда от Ника, он задержал мою руку в своей, и, глядя мне за спину, произнес - Твой друг сейчас полезет в драку, а я не хочу портить тебе вечер. Так что, до встречи, Эсмириль. Я буду ждать звонка, - он наклонился и нежно поцеловал меня в щеку, отпустил мою руку, развернулся и скрылся в толпе.

Я прижала ладонь к щеке, глядя ему вслед. Немного успокоившись, я сунула листок в карман и, нацепив улыбку на лицо, развернулась и подошла к своим. Все,  вопросительно смотрели на меня.

- Что вы все на меня уставились? – с нервным смешком спросила я.

- Почему он тебя поцеловал? – прошипел Старк.

- Кто это? – Ларина.

- Этот человек спас меня от Ловчих на Охоте, так что он для меня не посторонний, – выдавила я из себя, стараясь не обращать внимание на испепеляющий взгляд Старка. Объяснять дальше не понадобилось, все знали эту историю. В глазах Драка плясали демонята.

- Ну, что ж, раз с поцелуями на сегодня закончили, предлагаю ехать в клуб. - Он подхватил под одну руку Аль, под другую Ларину и потащил их в сторону припаркованного автомобиля. Я осталась наедине со скрежещущим зубами Старком.

Глава 14 Алариэль

Вопреки моим опасениями, поход в кино оказался неплохой затеей. Про эльфов, оборотней вампиров и прочих мифических с человеческой точки зрения существ снято множество фильмов, совершенно не соответствующих реальности. Эльфы в них предстают возвышенными, эфемерными существами, напрочь оторванными от грубой реальности, вампиры всегда маньяками-кровопийцами, а драконы злобными зубастыми ящерами, основная жизненная цель которых уничтожить как можно больше людей. Впечатления у эльфов, драконов и вампиров от подобных киношедевров оставались самые удручающие и потому резиденты предпочитали не ходить в кино. Лично у меня после случайного просмотра какого-нибудь очередного шедевра всегда возникало два вопроса, почему у людей такая убогая фантазия и когда они придумают что-нибудь новое.

Кинотеатр был забит до отказа и мое настроение начало стремительно портиться, стоило мне лишь увидеть толпу перед входом, кроме того, из-за этого нам пришлось мерзнуть на улице до начала сеанса. Войдя в зал одними из последних, мы заняли свои места. Драк с Лариной стали веселиться, как только в зале погас свет, я недовольно покосилась на хихикающую парочку, отметив, что Драк сегодня превзошел сам себя и ему совершенно ни к чему так выделываться перед этой инкарой, Ларина и без этого от него без ума. Временами он слишком откровенен,   но зато с ним не бывает скучно. К счастью, Эсмириль не похожа на своего старшего брата, у нее есть чувство такта, насколько оно вообще возможно для Дракона, она не позволяет себе высмеивать все подряд и практически всегда ведет себя в рамках приличий. Мои мысли плавно перетекли на подругу и новую привычку, которую я приобрела благодаря ей. Эта их драконья трава отличная штука, надо будет попросить, чтобы Эс привезла мне трубку, а по приезду в Элларион приказать сделать несколько кисетов, которые можно будет украсить вышивкой и драгоценными камнями, и тогда обычные мешочки для хранения травы станут произведениями искусства. О том, что скажет отец, когда узнает о моем новом пристрастии, я старалась не думать. Свет в зале погас, на экране появлялись имена актеров, снимавшихся в фильме, но я продолжала размышлять о курении. Зачем ждать поездки Эсмириль домой, может можно купить трубочку здесь? В городе полно табачных лавок, одну я видела недалеко от нашего дома. Я вспомнила свой первый опыт курения драгонфлайя и невольно улыбнулась,  первая затяжка перехватила дыхание, наполнила глаза слезами, а рот горьким дымом. Справившись с приступом кашля, я сделала следующую затяжку, потом еще одну, и дело пошло лучше, у травы оказался терпкий, пряный аромат, дым обволакивал и приносил внутреннее умиротворение. Эс говорит, что драгонфлай не вреден, но эльфам часто его курить нельзя, только когда требуется успокоиться, а другие средства не помогают.  По неизвестной причине после приезда в третий мир в моем сердце поселилась необъяснимая, гнетущая тревога, разъедая изнутри предчувствиями грядущих бед и портя настроение. Я несколько раз пыталась разобраться в себе, но причин, во всякой случае, явных, для беспокойства не обнаружила. Мы отлично проводим время, мой жених далеко,  меня никто не торопит с назначением даты свадьбы, я окружена друзьями и мне предоставили немного самостоятельности. Может быть, все дело в плохой погоде? Может быть, Драк прав и нам стоит отправиться в теплые края? Я подумывала о путешествии, но каждый раз разные обстоятельства мешали мне определиться, где бы я хотела побывать и потому мы оставались в промозглом холодном городе.

Сзади раздалось шуршание и послышалось перешептывание, я уловила несколько слов и поняла, что два молодых человека обсуждали меня. Существовали две причины, по которым я изредка посещала кинотеатры  - это темнота и расположение кресел. Не смотря на то, что я всегда пыталась замаскироваться, используя всевозможные шляпы, шарфы и темные очки, многие человеческие мужчины откровенно заглядывались на меня. К счастью, большинство из них ограничивались только восхищенными взглядами и не предпринимали попыток познакомиться со мной поближе. В этом мире быть эльфийкой непросто, часто мужчины бывают слишком настойчивыми и несдержанными в своих желаниях. Использовать дополнительный морок я не любила. Во-первых,  на него уходит гораздо больше энергии, а подзаряжать амулет можно только в нашем мире. А во-вторых, я категорически не хотела превращаться в незаметную серую мышку, поэтому, бывая в третьем мире, всегда пользовалась стандартным вариантом, который скрывал наиболее бросающиеся в глаза отличия эльфов от людей, но не изменял внешность кардинально. Эс смеялась и предлагала одеваться попроще, но на это я категорически не соглашалась, ведь я принцесса и обязана выглядеть достойно, кроме того, мне очень нравилась мода этого мира. Пресытившись пышными и неудобными эльфийскими  туалетами, я с удовольствием покупала и носила элегантную и удобную одежду именитых кутюрье. Я заметила несколько заинтересованных взглядов из соседних кресел и недовольно подняла воротник, прикрывая лицо. Почему тот же Драк воспринимает меня, как друга, и не превращается в сопящее животное каждый раз, как видит? Да и его братья относятся ко мне, как к сестре. Старк передо мной робеет и чувствует себя не в своей тарелке, но когда рядом Эсмириль, он не видит никого вокруг. Конечно, я нравлюсь многим инкарам, но они никогда не показывают свой интерес настолько явно, как это делают люди.

Устроившись удобней в своем кресле, я продолжила размышлять о причинах своего дурного настроения, почти не глядя на экран. Фильм уже начался, слева слышалось сдавленное хихиканье Драка и Ларины, справа же не раздавалось ни звука. Я посмотрела на Старка и Эсмириль. Она смотрела на экран, а инкар на нее. Парень симпатизирует моей подруге, а Эс это не нравится, хочется надеяться, что Старк одумается и не станет притязать на большее, им с Эсмириль все равно никогда не быть вместе. Слева раздалось хрюканье, Драк и Ларина развлекались вовсю! Сзади послышалось недовольное шиканье, а я с укоризной посмотрела на развеселую парочку. Чего они так веселятся? Я с некоторым усилием сосредоточилась на сюжете. На экране разворачивалась очередная романтическая сказка о любви вампира и человеческой девушки, неудивительно, что Ларина умирает со смеху. Инкары не воспринимают человеческую расу даже в качестве пищи, а шанс возникновения каких-либо чувств между вампиром и человеком стремится к нулю, о подобной вероятности даже говорить глупо, не то чтобы снимать об этом фильмы. Отношения главных героев меж тем развивались, актеры играли сцену объяснения, кто он собственно такой и чего он хочет от героини. Я смотрела в экран и уже не помнила, где  нахожусь и кто со мной рядом, не в силах оторвать глаз от экрана, пораженная красотой и искренностью эмоций главного героя. Вампир на экране наклонился и поцеловал свою человеческую подружку, а меня с ног до головы обдало горячей волной отвращения, она мне показалась самым гадким существом на свете!

До конца фильма я не могла отвести взгляд от лица главного героя, пропуская мимо сознания все сцены, где его не было в кадре, а когда сеанс закончился, включился свет и на экране появились титры, я почувствовала себя обманутой. Почему фильм такой короткий? Я же еще на него не насмотрелась! Драк легонько толкнул меня в бок.

- Аль, уснула? Конечно, вампирские страсти так утомляют! – захихикал он, поднимаясь со своего места.

Я мрачно посмотрела на него,  и его улыбка увяла – Тебе понравилось? Ну, извини, я думал, что этот фильм смешной.

- Этот фильм не смешной! – раздраженно ответила я, и гордо вскинув голову, направилась к выходу.

Мы вышли на улицу и принялись решать, где будем коротать остаток вечера, но вскоре мои мысли уплыли к главному герою фильма. Не видя ничего вокруг, я представляла лицо вампира из фильма, и сердце колотилось, как бешеное. Я очнулась от того, что все замолчали и смотрели на Эсмириль и парня, с которым она беседовала, Старк отчетливо скрипел зубами, Драк чему-то улыбался, а Ларина недоуменно дергала его за рукав, требуя объяснений. Вскоре Эс попрощалась с парнем,  вернулась к нам, объяснив, с кем разговаривала и почему молодой человек ее поцеловал.  Драк, сделав невинное лицо, сообщил, что у него совершенно случайно заказан столик в популярном ночном клубе, где опять же, совершенно случайно будет конкурс танцев, и, подхватив нас с Лариной под локотки, повлек к парковке. Не пойму, зачем ему понадобилось две четверти часа обсуждать планы на вечер, если он все решил  и подготовил заранее? От кинотеатра до клуба мы добрались за несколько минут, Драк небрежно бросил ключи от автомобиля подбежавшему парковщику заведения и галантно подхватив нас с Лариной под руки, сопроводил внутрь, под завистливые взгляды желающих попасть в клуб, но не вошедших в список приглашенных, который держал в руках хмурый темнокожий вышибала.  Клуб был переполнен, гремела музыка, однако это не помешало администратору подскочить к нам со счастливой улыбкой на лице и лично проводить до заказанного столика. Два огромных охранника раздвигали толпу перед нами, давая проход и следя, чтобы нас никто ненароком не толкнул. Заказанный стол располагался в нише на возвышении, вокруг стояли мягкие диваны, а из ведерка торчало горлышко бутылки шампанского, и стояла ваза с фруктами. Драк с Лариной сразу ушли танцевать, Эсмириль с тоскующим видом выслушивала претензии Старка, а я забилась в самый дальний уголок одного из диванов и унеслась мыслями к прекрасному лицу прекрасного вампира. Вокруг грохотала музыка, вспыхивали цветные огни, выхватывая из толпы отдельные лица, но мне было не до этого, в моем сердце зарождался вихрь невиданной для меня силы.

В клубе мы пробыли до поздней ночи, Драк пытался уговорить меня потанцевать, но после нескольких моих категорических отказов оставил в покое. Начался конкурс танцев, в котором, естественно участвовали Драк с Лариной. Они триумфально прошли несколько этапов, и вышли в финал конкурса. Через некоторое время Эсмириль надоело слушать претензии инкара, она заткнула поток обвинений несколькими словами и ушла танцевать, вскоре за ней последовал и Старк.

Время от времени к столику подходили официантки, принося фруктовые тарелки, коктейли и салфетки с телефонными номерами от мужчин с соседних столиков. Я не обращала внимания на подношения, давно привыкнув к подобным пошлым проявлениям интереса, официантки ставили стаканы и тарелки на стол и уходили, не дождавшись от меня ответных действий. Раскрасневшиеся после танцев, Драк с Эсмириль и оба инкара повалились на диваны, хохоча во все горло и требуя, чтобы им принесли льда. Настроение Старка улучшилось, он трогательно ухаживал за моей подругой, уже забыв маленький инцидент у кинотеатра.

- И каков у нас улов на сегодня? – Драк рассматривал мои трофеи. Для нас это стало традиционным развлечением и предметом пари, сколько коктейлей, записок с телефонными номерами и фруктовых тарелок я соберу за вечер. – Что тут нам притащили? – Он поднес к носу один из стаканов. – Аль, давай сделаем табличку, что ты не пьешь это сладкое пойло, а только текилу! Куча бокалов, а выпить нечего!

- Давай лучше напишем, что я пью кварру[7], чтобы ты отключился на втором стакане и, наконец, отстал от меня! – огрызнулась я, обычно эта игра меня забавляла, но сегодня я была слишком взволнована, мне хотелось, чтобы меня оставили в покое.

- Как хочешь, а тарелочки как раз кстати, на каждого по одной. – он отдал одну из тарелок Ларине -  Знаешь, Аль, я пожалуй заведу в своем компьютере таблицу и буду выводить статистику твоих трофеев, а под конец года построю красивый график, распечатаю его и повешу в рамочке на стену. – Драк проигнорировал мою грубость, а мне стало неловко за мою несдержанность.

- Драк, отстань от нее, – посоветовала Эсмириль, наблюдающая за нашей перепалкой – ты что, не видишь, у Аль плохое настроение.

- Ну и ладно! – жизнерадостно согласился Драк – Эс, будь другом, вылови официантку и закажи мне выпить, а мы с Лариной пока потанцуем.

- Ларина, тебе что-нибудь заказать? – спросила Эсмириль

- Стакан воды со льдом и лимоном. – улыбнулась Ларина

- Окей.

Ларина и Драк умчались, прихватив с собой Старка, так как планировали продемонстрировать публике какой-то невообразимо сексуальный танец и им требовался третий партнер. Старк бросил жалобный взгляд на Эсмириль, но не найдя ее поддержки, пошел танцевать. Эсмириль подвинулась поближе ко мне.

- Старк меня сегодня уморил! – пожаловалась она, склонив голову к моему уху.

- Что он сделал?

- По моему, он сегодня пытался признаться в любви. – Эс нервно передернула плечами.

Я с удивлением посмотрела на подругу. Инкары ухаживают годами, после нескольких   лет знакомства они считают, что едва вас знают, а уж, чтобы вампиру признаться в своих симпатиях, требуется как минимум десять лет.

- И что ты ему ответила? – заявление Эсмириль даже заставило меня на несколько мгновений позабыть о прекрасном вампире из фильма.

- Я сказала, чтобы он на меня не давил. – Эс  тяжело вздохнула. – Мне все это не нравится. Аль, ну зачем он все усложняет!? – подруга терпеть не могла трудные разговоры с кавалерами.

- Он же дал тебе время на раздумья или установил какие-то сроки? – я не без оснований считала себя непревзойденным специалистом по романтическим отношениям и с удовольствием начала раскладывать ситуацию на составляющие.

- Нет, не установил, но все равно неприятно, ведь я к нему отношусь, как к другу, и вряд ли со временем мое отношение к нему поменяется. – она обреченно махнула рукой -  А ты чего сегодня такая хмурая весь вечер? Фильм не понравился?  - Эс сменила неприятную ей тему разговора.

- Наоборот понравился. – еще как понравился, подумала я про себя.

- Опять плохое настроение? – поинтересовалась она, и, помолчав, добавила – Какой-то фильм странный, с одной стороны ничего особенного, а с другой настраивает на романтический лад. Что-то в нем такое есть.

Я подозрительно покосилась на подругу, опасаясь, что она догадалась о причинах моего состояния. Мы некоторое время молчали, наблюдая за танцующими.

- Поеду я, пожалуй, домой. Сейчас попрошу Старка, чтобы он меня проводил, устала я сегодня, – сказала она наконец  – Ты останешься?

- Нет, я с тобой.- Эс кивнула и помахала рукой Старку, привлекая его внимание.

Драк и Ларина остались в клубе, а мы втроем вышли на улицу. В такси Старк и Эс расположились на заднем сиденье, а я села вперед, вампир обнимал подругу за плечи, а она, по-моему, уснула у него на груди. Старк прижимался щекой к ее голове и, судя по выражению лица, был готов ехать в этом такси хоть на край света. Я уставилась в окно, за окном проплывали ярко освещенные центральные улицы города, несмотря на поздний час и холод, по улицам гулял народ, и мне казалось, что проспект в этот час выглядит оживленнее, чем днем. Основные пробки уже рассосались, но автомобиль двигался довольно медленно, словно позволяя насладиться великолепием ночного города. Через две четверти часа такси остановилось перед подъездом нашего дома, швейцар открыл пассажирскую дверцу и поклонился в знак приветствия. Старк помог Эсмириль выйти.

- Старк, езжай домой, спасибо, что проводил нас. – сонно пробормотала она.

- Я провожу вас до квартиры и уеду. – твердо сказал он, подхватывая Эсмириль под руку.

Мы вошли в подъезд и втроем поднялись наверх. Зайдя в квартиру, Эсмириль побрела в свою комнату, стягивая одежду и засыпая на ходу. Старк шел следом, собирая вещи и следя, чтобы она не врезалась в стену или закрытую дверь. Я проводила их взглядом и невольно почувствовала жалость к Старку, у парня уйма терпения, ведь он настоящий инкар, но с Эсмириль у них ничего не получится и странно, что он сам этого не понимает. Они некоторое время повозились в комнате и затихли. Интересно, я найду их в одной постели? Если так, то завтрашнее утро будет совсем не добрым для Старка. Я покачала головой, но идти и проверять мне было лень. Спать совершенно не хотелось, я включила телевизор и пощелкала пультом, остановившись на одном из музыкальных каналов, откинулась на диванные подушки и задумалась о сегодняшнем вечере. Не помешал бы мне сейчас драгонфлай. Как там Эс говорила, только тогда, когда это действительно требуется? Как раз тот самый момент, когда мне срочно надо успокоится. С запозданием я пожалела, что не попросила подругу набить мне трубку перед тем, как она уснула, но вспомнив шествие по коридору, поняла,  насколько неуместно выглядела бы моя просьба. Подумав еще с минуту, я решила, что вполне смогу набить трубку самостоятельно, я видела, как это делается много раз и наверняка смогу повторить все необходимые манипуляции. Подталкиваемая своим желанием, я поднялась с дивана и на цыпочках прокралась в  комнату Эсмириль. Остановившись на пороге, я затаила дыхание и успокоила запоздало проснувшуюся совесть тем, что  не собираюсь делать ничего такого, что не понравилось бы подруге. Я прокралась вглубь комнаты и включила ночник, Эсмириль спала, разметавшись на кровати, то ли наполовину одетая, то ли наполовину раздетая. Я  заботливо прикрыла ее одеялом и оглянулась в поисках Старка. Он полусидел на кушетке и не подавал признаков жизни, уже собравшись окликнуть его и попросить покинуть комнату подруги, я увидела, что он сладко спит. Будить Старка я не стала. Курительные принадлежности Эсмириль, как всегда, лежали на прикроватной тумбочке, чтобы хозяйка могла достать все необходимое, не вставая с кровати, как только проснется. Безалаберная во  всем остальном, в этой своей привычке она была педантична до крайности и ужасно раздражалась, если не находила трубку рядом с кроватью сразу после пробуждения. Надо будет не забыть положить все на место, может, тогда Эсмириль утром не будет ворчать на меня за то, что я трогала ее вещи. Трясущимися от нетерпения руками я схватила трубку и кисет, выключила свет, вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, и вернулась в гостиную. Положив свою добычу на стол, я сообразила, что не знаю, сколько мне нужно брать травы, чтобы не уподобиться спящей красавице. Я ухватила маленькую щепотку драгонфлайя, решив, что этой порции будет достаточно и начала неуклюже набивать трубочку. С гордостью осмотрев результаты своих стараний, я решила, что для первого раза получилось совсем неплохо. В сумке Эсмириль, которую она бросила на полу в коридоре, запиликал сотовый телефон. Утрамбовав траву в трубку, я сходила на кухню за спичками, уселась поудобней, и закурила. Руки у меня были ледяными, а щеки и уши пылали. С третьей попытки трава раскурилась, и мой рот наполнился ароматным дымом, судя по ощущениям, порцию я рассчитала правильно. Откинувшись в мягкие диванные подушки, я курила траву короткими затяжками и погружалась в уже знакомое состояние умиротворения и покоя. Наконец, я успокоилась настолько, что смогла подумать об абсурдности своего поведения. Неужели я, эльфийская принцесса, дочь Лучезарного Велерона, влюбилась в вампира из фильма? Глупость несусветная,  но что-то произошло, пробежала какая-то искра и я должна разобраться в своих ощущениях, пока на меня действовал драгонфлай. Я знала, что, как только действие травы закончится, мое сердце начнет замирать или скакать, как сумасшедшее, а мысли путаться в голове. Я вдохнула еще одну маленькую порцию дыма и подержала ее во рту, размышляя о вампире из фильма. За персонажем стоит реальный, живой человек и я с удивлением осознала, что даже не знаю, как зовут актера, сыгравшего эту роль. Эту досадную мелочь мы сейчас исправим!  Я взяла со столика тонкий компьютер, установила его на диване и включила. Пока компьютер загружался, я докурила и выбила трубку, эффект драгонфлайя достигнет максимума примерно через четверть часа и продлится несколько часов и потому надо использовать это время с толком. Компьютер загрузился, я запустила поиск по названию фильма, и программа выдала мне кучу ссылок по моему запросу, судя по всему, фильм и главный актер пользовались бешеной популярностью. Открыв первую ссылку, я стала жадно изучать биографию актера, сыгравшего главную роль. Оказалось, что его зовут Данте Кларк, его мама была итальянка, а папа - англичанин. Ему двадцать семь лет, не женат. Далее следовал список мест, где он учился, снимался, бывал. С фотографии прямо мне в глаза смотрел Данте. Сердце забилось чаще, он был сфотографирован в гриме вампира, именно таким, каким был в фильме. Успокоившись, я посмотрела другие фотографии, в разных ролях и вообще без грима, и везде он был ослепительно красив, в любом виде. Я не могла остановиться, открывая ссылку за ссылкой, читая рецензии к фильмам и интервью, просматривая яростные дискуссии противников и фанатов, фотосессии и любительские снимки. Действие травы закончилось на удивление быстро, я оторвалась от экрана и увидела, что за окном уже начинает светать,  я просидела над компьютером несколько часов и даже не заметила этого. Надо поспать, завтра, вернее сегодня утром я подумаю, что мне делать дальше. Сотовый телефон в сумке Эсмириль снова запищал. Не обращая на него внимания, я закрыла компьютер, свернулась в клубок на диване и неожиданно провалилась в сон.

Мне снился Данте, он смотрел на меня влюбленными глазами, распахнув руки для объятий, и лучезарно улыбался, но как только я приблизилась, его темные красивые глаза превратились в ярко-зеленые, короткая стрижка удлинилась, а прекрасные черты превратились в ненавистное лицо моего жениха Каллара. Он зло ухмыльнулся, схватил меня за руки и притянул к себе. Хватка Каллара была железной, я не в силах сопротивляться, как завороженная, смотрела ему в глаза, похожие на зеленые льдинки. Он приблизил свое лицо к моему, прижал покрепче и впился в мои губы.  Я попыталась отстраниться от него, вырваться  из железного кольца рук, закричала и свалилась с дивана.

Глава 15. Эсмириль

Я проснулась от душераздирающего вопля Аль. Вскочив и запутавшись в одеяле, я в сердцах прошипела пару слов, которые всегда вгоняли Алариэль в краску, и рванула к дверям, столкнувшись на пороге со Старком. Переглянувшись, мы бросились в гостиную. Алариэль сидела на полу возле дивана и яростно терла рукой рот.

- Аль, что случилось? Ты цела? Почему ты кричала? – мы подскочили к ней с двух сторон. – Принеси воды, – попросила я, Старк кивнул и вышел на кухню.

- Аль, ты меня слышишь? – от перспективы, что мне придется приводить в чувство всех высокородных эльфов, я содрогнулась.  – Аль? - я легонько тряхнула ее за плечи, она подняла на меня глаза и вцепилась в руки, вид у нее был, словно она увидела привидение, а пальцы холодные, как лед. Вернувшийся из кухни Старк подал мне стакан воды, и я попыталась напоить подругу, инкар присел на корточки с другой стороны всем своим видом давая понять, что готов оказать любую посильную и непосильную помощь. Аль сделала пару глотков и отодвинула  стакан, который я держала перед ее лицом.

- Все в порядке, мне приснился кошмар, – хрипло отозвалась она.

- Ты меня перепугала до смерти! Кстати, Старк, а почему ты здесь? – я, наконец, сообразила, что вообще-то он не должен находиться в нашей квартире в такую рань.

Он смутился – По-моему, я у вас случайно уснул.

Я недовольно нахмурилась, мы не договаривались проводить с ним круглые сутки, а его настойчивость уже начинает утомлять. Хотя  может и к лучшему, что он здесь, вдруг понадобится его помощь.

- Помоги мне! – помощь тут же понадобилась,  мы вдвоем подняли Алариэль и усадили ее на диван. – Ты, что курила мою трубку? – я заметила свои курительные принадлежности на журнальном столике. Она кивнула.

- Аль, ты с ума сошла?! Ведь ты могла отравиться! Если ты будешь трогать мои вещи, я буду их от тебя прятать! – возмутилась я, уже пожалев, что научила подругу курить. Мало  мне переживаний из-за того, что мне скажет по поводу уроков курения ее отец, так теперь добавятся волнения  из-за того, что она берет без спросу мою траву.

- Эс, все нормально, я положила совсем чуть-чуть, и курила пару часов назад. Правда! – виновато сказала Аль, жалобно глядя на меня.

- Больше так не делай, – проворчала я – Обещаешь? – Аль покорно кивнула головой.

- Старк, раз уж ты тут, пожалуйста, завари кофе, – попросила Аль.

- Без проблем. Спущусь вниз и куплю свежих круассанов, я голодный, как вампир, – нарочито бодро заявил он.

- Ты и есть вампир, – буркнула я, присутствие Старка начинало раздражать.

- Да, точно! – он виновато улыбнулся.

Кошмар Аль остался в прошлом, ругать Старка за незапланированную ночевку мне было лень, да и за булочками было  кому сбегать. В моей сумке запиликал телефон, я поморщилась, подумав о том, что все-таки иногда блага цивилизации не всегда блага, потом перезвоню, кто бы это ни был. Мы, молча, подождали, пока Старк выйдет из комнаты, и как только за ним закрылась дверь, Алариэль схватила меня за руки, заглядывая в лицо расширившимися глазами.

- Ты должна пообещать, что поможешь мне! – зашептала она, словно нас мог кто-то услышать.

- Что я должна буду сделать? – я подозрительно посмотрела на нее, не собираясь давать опрометчивые обещания.

- Я еще не знаю, мне надо все обдумать. Обещаю, через несколько дней все расскажу, – глаза Аль потемнели, она была взволнована и растеряна, я списала ее нервозность на последствия кошмара.

- Как я могу тебе что-то обещать, если не знаю, что ты хочешь попросить? – мои подозрения усилились.

- Я твое наказание, ведь верно? Ты должна меня слушаться, – выпалила Алариэль. Я отшатнулась, словно она меня ударила.

- Ну, если вопрос ставится таким образом, то чего желает Ваше Высочество? Чем покорная слуга может угодить Вам?

Она всплеснула руками. – Эс, ну ты чего!? Я же не это имела в виду!!

- Тогда госпожа должна изъясняться яснее, скудоумная раба ее не понимает. – Аль попыталась меня обнять, но я отвела ее руки и отвернулась.

- Эсмириль, позволь мне объяснить! Ну, послушай же! – выкрикнула она – Я влюбилась!

- Ты что?? – я резко повернулась к ней – В кого?? Когда ты успела?

- Мне нужна твоя помощь и поддержка, но я должна подумать прежде, чем все тебе рассказать, мне нужно время, а без твоей помощи мне не справиться! – она разрыдалась, закрыв лицо ладонями.

- Ну не плачь! – я обняла ее вздрагивающие плечи и прижала к себе – Конечно, я тебе помогу, даже если бы ты не была моим наказанием.

- Эс, извини, если обидела тебя, я не соображаю, что говорю. – всхлипнула Алариэль.

- Ладно, обещаю помочь. Только не бери мою траву без спроса. Если с тобой что-то случится, я не знаю, что сделает со мной мой отец и что с тем, что от меня останется, сделает твой отец, –  успокаивала я ее. Я  гладила ее по спине, ломая голову над тем, как я могла упустить такое важное событие в жизни подруги, кто ее избранник и как обо всем рассказать Каллару.

Старк нашел нас сидящими в обнимку на диване. Он покачал головой и ушел на кухню, через несколько минут крикнув, что завтрак готов.

Мы сидели за столом, уплетая свежие круассаны и пончики, Алариэль почти не прикасалась к выпечке, но зато выпила две большие чашки кофе.

- Чем сегодня собираешься заниматься? – спросил меня Старк, глядя поверх чашки.

- Буду выполнять свое наказание, – отозвалась я, мгновенно придумав предлог, как отвертеться от свидания с навязчивым вампиром.

- Жаль, я думал, что мы сможем погулять, – в голосе Старка прозвучало разочарование.

- Эсмириль будет мне нужна целый день. И завтра тоже, – глухо сказала Алариэль, пресекая попытку Старка, поныть о невозможности прогулки со мной.

- Ладно, - вздохнул он – схожу на работу.

Снова услышав пиликанье своего сотового, я сползла со стула и отправилась в холл. Вытащив из недр сумки телефон, я посмотрела на мигающий дисплей, звонил Каллар. Что ему надо от меня в такую рань, может, слышал, как Аль с дивана свалилась?

- Алло, -  я отошла подальше от кухни, чтобы Аль не услышала разговор.

- Ты почему не берешь трубку? – не поздоровавшись, выкрикнул Каллар.

- Тише! – зашипела я – Я спала и не слышала звонок! Что случилось?

- Мне надо срочно с тобой встретиться, сегодня, желательно прямо сейчас,  -  судя по голосу, Каллар был на грани нервного срыва.

- Прямо сейчас не получится, давай я тебе позвоню, как только освобожусь, – прошептала я.

- Эсмириль, умоляю, постарайся позвонить, как можно скорее, иначе я с ума сойду! – простонал он и отключился.

Я повернулась и вздрогнула, у меня за спиной стоял Старк, скрестив руки на груди и привалившись плечом к стене. Он смотрел на меня сверху вниз потемневшими от гнева глазами.

- С кем ты разговаривала? – процедил он.

- А тебе какое дело? – мгновенно взбеленилась я.

- Есть дело, если спрашиваю! – его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. Он наклонился и схватил меня за руку.

- Пусти! – я не хотела делать ему больно, но на всякий случай развернула ладонь таким образом, чтобы в любой момент перехватить его запястье и взять на болевой прием.

- Кто звонил? – сжимая мою руку, как в тисках, повторил он.

- Не зли меня, Старк, – прошипела я и метнула на его руку испепеляющий взгляд, – иначе, я за себя не ручаюсь!

Он разжал руку и отступил на шаг назад.

- Это твой спаситель? – глухим голосом спросил он, буравя меня взглядом.

- Пойдем, тебе пора на работу, – я сунула Старку в руки куртку, ухватила его за локоть и  потянула к двери. Этот вампир слишком много себе позволяет! Видит небо, я хотела быть вежливой, но, по-видимому, придется объяснить свою позицию более доходчиво. Мы некоторое время, молча, ждали, пока лифт поднимется на наш этаж.

- Старк, мне не нравится твое поведение. У меня нет перед тобой никаких обязательств, и ты не имеешь права вести себя подобным образом. Что ты себе позволяешь?– произнесла я по возможности спокойным голосом, хотя внутри у меня все кипело.

Он неожиданно прижал меня к стенке около лифта - Я тебя люблю, вот что я себе позволяю – сказал он, крепко обняв меня – Это он, тот парень из кинотеатра? – Старк немного отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.

Я уперлась руками ему в грудь – Это был Каллар. Он хочет встретиться со мной по какому-то срочному делу.

- Правда? – он снова обнял меня, прижавшись щекой к моему виску, и с облегчением рассмеялся.

- Правда, - я была ошарашена, события развивались слишком быстро, времени для принятия решения о наших отношениях Старк мне не оставил, видимо, все решив за нас обоих.

- Ты что, ревнуешь?

- Ревную – признался он.

- К Каллару? – опешила я.

- Нет, к твоему спасителю, – качнул головой вампир.

- Ты сумасшедший! Я вчера вечером видела парня второй раз в жизни! – воскликнула я, пытаясь отодвинуть от себя Старка.

- Не понимаю, что со мной происходит. Со мной вообще никогда такого раньше не было, – глухо произнес он, не обратив особого внимания на мои попытки освободиться из его объятий.

Демон, да что же этот лифт еле ползет?! Где же хваленая выдержка и спокойствие инкаров? Что за любовную драму он тут устраивает?

- Старк, - я решительно  высвободилась из его объятий – мы с тобой просто друзья, понятно? Я не твоя девушка, а ты не мой парень. Кроме того, я не могу распоряжаться своим временем и жизнью, ты же знаешь, почему я тут нахожусь.

Он кивнул – Я понимаю, но и ты меня пойми, я не могу это контролировать.

- Тебе придется научиться, – резко сказала я. Время  поблажек прошло, надо расставлять все точки или через несколько дней я обнаружу, что Старк поселился у нас в квартире и собирается просить моей руки у отца. - Ты не имеешь права так себя вести и контролировать меня. Ты же знаешь, что может произойти, если ты выведешь меня из себя!

- Ты сменишь ипостась и тогда всем не поздоровиться! Знаю, – он стоял, обреченно опустив голову.

- Именно! Поэтому не надо меня провоцировать. Давай оставим все, как есть, то есть останемся друзьями, – уточнила я.

Он кивнул и душераздирающе вздохнул – Извини, я не сдержался. Я попробую, только мне с тобой очень трудно дружить.

- Тебе придется постараться – я решительно скрестила руки на груди

- Я постараюсь, – он снова кивнул.

Дверь лифта раскрылась, Старк вошел внутрь, я осталась на площадке.

- Пока, Старк.

- Пока, Эс. – он наклонился и быстро поцеловал меня в губы. Дверь закрылась, и лифт пополз вниз, а я, привалившись спиной к стене, вытерла ладонью рот.

Демон, все зашло слишком далеко. Видя в Старке только безотказного друга, я никак не рассчитывала, что он в меня влюбится. Наши отношения даже при взаимности обречены, странно, что он этого не понимает. Надеюсь, что он не будет настойчив в проявлении своих чувств, но в любом случае, мне необходимо ограничить общение с ним. Моя вторая половина забеспокоилась, щекоча спину неприятными мурашками, я нервничала, чувствовала себя неуютно, и мой дракон нервничал вместе со мной. Надо покурить и успокоиться, я оттолкнулась от стены и направилась к квартире. Запасы травы существенно сократились, надо не забыть попросить Драка привезти драгонфлай из поместья или съездить самой. К счастью, драконья трава растет в этом мире и вагары умеют ее правильно сушить и размельчать, иначе туго бы нам пришлось, из нашего мира травы не навозишься. Я вспомнила, как Лус возится с клумбой драгонфлайя в оранжерее и улыбнулась, скоро ему прибавится работы. Я вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Алариэль в одиночестве продолжала свой завтрак, я села на стул напротив нее.

- Как он? – после непродолжительного молчания поинтересовалась Аль.

- Старк? Плохо. Он в меня, оказывается, влюбился. – глухо отозвалась я.

- Бедняга, – посочувствовала инкару Алариэль, таким тоном, словно речь шла о потерянном носовом платке.

Я промолчала, ответить на ее высказывание мне было нечего, своей вины в происходящем я не чувствовала и жалеть Старка не собиралась. Налив кофе, я обхватила чашку холодными пальцами, чувствуя раздражение и досаду.

- Эс, мне надо выйти в город, ты со мной не пойдешь. Я вернусь через несколько часов, – Аль бросила на меня короткий взгляд и отвела глаза, я поняла, что она что-то от меня скрывает.

- Это не опасно? Может вызвать охрану из посольства? – будем надеяться, что она сама откроет свою тайну и мне не придется прибегать к инструкциям Лучезарного, которые я получила на случай непредвиденных обстоятельств.

- Охрана не нужна, я хочу побыть одна. – Аль смотрела в сторону и покусывала губы.

- Я тогда тоже ненадолго выйду в город, – а прежде позвоню в посольство и все-таки попрошу приставить к Алариэль нескольких стражников, пусть тайно присмотрят за своей принцессой.

- Возьми на всякий случай машину, – попросила Аль.

- Хорошо, а ты оденься понеприметнее, – посоветовала я.

- Договорились, - легко согласилась подруга.

Мы замолчали, я пила кофе, Аль отрешенно смотрела в телевизор, но вдруг резко подалась вперед и добавила звук. Я оглянулась, в новостном выпуске шел репортаж о фильме про вампиров, главный герой давал интервью и широко улыбался в камеру. По  словам журналиста премьера фильма имела оглушительный успех. Я отвернулась, репортаж меня не заинтересовал, гораздо любопытней было узнать причину неподдельного интереса к фильму и всему, что с ним связано моей дорогой подруги. Неужели он ей понравился до такой степени, что она до сих пор под впечатлением? Глупости, фильм заурядный. Я непроизвольно поморщилась, после объяснения Старка, вчерашний поход в кино вызывал у меня скорее негативные эмоции.

Репортаж закончился, начался следующий сюжет, Алариэль выключила звук и какое-то время сидела, опустив глаза и вертя в руках пульт от телевизора, а потом повернулась ко мне.

- Эс, скажи, а трубку для драгонфлайя обязательно везти из Дрэклау, может можно купить здесь? – переход на тему курения был несколько неожиданным.

Я поперхнулась кофе, отметив, что моя подруга становится заядлой курильщицей. Откровенно сказать, ее вопрос застал меня врасплох, мы всегда курили только трубки, сделанные из дерева сторр, которое растет в наших краях.

- Не знаю,– задумчиво протянула я – Понятия не имею, какие трубки тут делают, может и можно что-то подобрать. А тебе зачем?

- Я хочу иметь свою трубочку и запас травы. Она на меня очень хорошо действует. И еще ты должна мне показать, сколько травы мне можно брать. – Алариэль не терпела, если что-то делалось не так, как она хочет, все ее желания должны были выполняться немедленно и даже в общении со мной ее иногда заносило. Я кивнула, решив не спорить с ней по мелочам, ведь все равно сделаю так, как ей надо. - Давай зайдем в табачную лавку, и я посмотрю, сможем ли мы подобрать для тебя трубку. Если не подберем, поедем в поместье, и выберем из запасных, а по приезду домой, я прикажу сделать для тебя новую.

- Из белого сторра? – хитро спросила Аль, я кивнула, трубки из редкого вида сторра получались исключительно красивыми и очень дорогими, но я могла себе позволить порадовать подругу хорошей трубкой.

- Ты прелесть и я тебя обожаю! – Аль улыбнулась, первый раз за сегодняшнее утро, перегнулась через стол, чмокнула меня в щеку  и ушла одеваться.

Я вытащила телефон и набрала номер Каллара. Он взял трубку после первого гудка.

- Встретимся через три четверти часа в кафе «Минкис» на Центральном проспекте около нашего дома, – я перешла сразу к делу, не тратя слова и время на приветствия и представления.

- Я тебя буду ждать, – коротко ответил он и отключился.

Засунув телефон в карман, я направилась в комнату Алариэль, готовясь к битве за простоту гардероба. К моему удивлению, за прошедшие несколько минут подруга уже успела одеться, хотя обычно выбор комплекта одежды у нее занимал никак не меньше двух четвертей часа. Аль стояла перед зеркалом и критически оглядывала себя с ног до головы. Увидев, в каком наряде она собирается выйти в город, я удивленно присвистнула. Она была одета в мешковатые джинсы, наползавшие на высокие кроссовки, толстый свитер грубой вязки, бесформенную куртку с капюшоном, черную вязаную шапку, надвинутую на глаза  и длинный, красный шарф. В этом наряде Алариэль выглядела настолько непривычно, что встреть я ее на улице, то прошла бы мимо, даже не обратив внимания. Да что там говорить, в таком наряде ее бы не узнал даже родной отец, но для конспирации он подходил, как нельзя лучше. Я уселась в кресло, удивляясь наличию подобных вещей в гардеробе подруги.

- Ну как? – поинтересовалась Аль, продолжая рассматривать себя в зеркале.

- Теперь я за тебя спокойна, – отозвалась я.

Она скептически оглядела себя в последний раз и повернулась ко мне лицом.

- Что тебе приснилось? – поинтересовалась я.

- Каллар. – поморщилась Аль, рассовывая по карманам куртки телефон, ключи и разные мелочи.

Вот так! Оказывается, мой брат по оружию ее самый страшный кошмар. Все намного запущенней, чем мне казалось.

Алариэль похлопала по карманам, и, убедившись, что ничего не забыла, подошла ко мне – Я тебе позвоню, – сказала она – не забудь взять телефон.

- Будь осторожна, – напутствовала я подругу.

Она кивнула и выскользнула из комнаты.

Я тяжело вздохнула, дождалась, пока хлопнет дверь, и набрала номер начальника гвардейцев.

Глава 16 Каллар

С нашей последней встречи с Эсмириль прошло три дня, штатный маг-телепат миссии уже несколько раз передавал мне телепатограммы от отца, в которых он настаивал на моем скорейшем возвращении домой, политическая ситуация требовала моего присутствия. Я каждый раз находил уважительные причины, чтобы остаться, но последнее послание недвусмысленно приказывало немедленно вернуться в Иллари. Я должен уехать и оставить Алариэль одну в этом мире. С ней Эсмириль, она присмотрит за моей возлюбленной, но я знал, что буду изводиться от тревожных мыслей и постараюсь вернуться, как можно скорей. Несколько дней я почти не покидал фамильный особняк, решив все текущие дела в миссии, рассмотрев все претензии резидентов-темных, проведя запланированные встречи и подготовив несколько документов для отца. Все, что было запланировано, я сделал и мой отъезд был неизбежен. Посол миссии уже несколько раз вежливо интересовался, когда я собираюсь отбыть в Иллари, чтобы передать пакеты срочных документов для Совета по третьему миру и неопределенность моих планов касательно отъезда нервировала его. Придется ехать в ближайшие дни, но я сделаю все возможное, чтобы сократить свой визит до необходимого минимума и найти благовидный предлог для скорейшего возвращения назад в этот мир. Я не видел Алариэль со дня Суда и узнавал новости о ней только от Эсмириль, но мне и этой малости было достаточно, ведь до этой зимы я встречался со своей невестой лишь несколько раз в году, и поговорить о ней мне было совершенно не с кем. За короткое время я настолько привык к нашему с Эсмириль братству и встречам, что с трудом представлял, как буду обходиться без них.  Иногда, чтобы немного развеяться, я ходил гулять, и мне стоило великого труда держаться подальше от городской резиденции Драконов, а также убедить Ланиэля не приставлять ко мне охрану из личной гвардии повелителя темных эльфов. Ноги сами несли меня к заветному дому, но я усилием воли разворачивался в другую сторону, опасаясь случайной встречи с Алариэль и разоблачения нашей с Эсмириль тайны.  А по ночам меня мучили кошмары. Почти каждую ночь мне снилась Алариэль, в каждом сне она была в беде, я отчаянно пытался ее спасти, но всегда опаздывал, она исчезала, уходила, ее похищали, увозили, она падала или улетала. Повелитель кошмаров не скупился, сны были разные, но их суть от этого не менялась, я безвозвратно терял любимую женщину. Я просыпался в холодном поту и долго лежал с  открытыми глазами, пытаясь унять бешено стучащее сердце, и боясь снова заснуть.

В эту ночь повелитель кошмаров снова не обошел меня своим вниманием. Мне приснилось, что я блуждаю в лесу, пытаясь найти заветное место и, как всегда, боюсь не успеть. Наконец, среди деревьев показался просвет, я продрался сквозь колючие кусты и увидел Алариэль, стоящую на ярко освещенной поляне, прекрасную, залитую солнечным светом, в белом, длинном, полупрозрачном платье и развевающимися волосами. Она улыбалась мне своей самой прекрасной улыбкой и призывно махала рукой.  От ее улыбки у меня закружилась голова, я направился к ней, увязая в высокой траве и не отводя глаз от ее лица. Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение за спиной любимой, прикрыв глаза ладонью от яркого солнечного счета, я почувствовал, как мои волосы становятся дыбом от ужаса. За спиной Алариэль стояло чудовище, огромное,  полностью покрытое черной густой шерстью, с горящими бордово-красными глазами и оскаленной клыкастой пастью. Я бросился вперед, чтобы защитить ее, закрыть собой, убить чудовище, но трава, словно живая, опутала мои ноги, не давая идти, я падал, поднимался и снова пытался продраться сквозь цепкие заросли, заранее зная, что опять опоздаю, а Алариэль продолжала смотреть на меня, не замечая стоявшего позади нее монстра. Мне осталось пройти не более двадцати шагов, но то, что я увидел в следующий момент, пригвоздило меня к земле. Чудовище сделало несколько шагов, приблизившись к Алариэль, протянуло когтистую лапу и, обхватив ее за талию, притянуло к себе. Она снова улыбнулась и повернулась к нему лицом, вместо ожидаемого вопля ужаса, я услышал ее счастливый смех. Глядя на меня поверх ее головы, чудовище медленно провело острым когтем по спине Алариэль распоров тончайшее платье, словно ножом и оставив на нежной коже длинную царапину с бусинками крови. Алариэль коротко вскрикнула и прижалась к груди монстра. Он сдернул с нее остатки платья, грубо схватил за волосы, запрокинув голову назад, и припал уродливой мордой к обнаженной шее, Алариэль закинула руки, обнимая его за шею  и выгнулась, повинуясь резкому рывку. Мощные лапы чудовища грубо мяли ее тело, раздирали тонкую кожу острыми когтями, а в ее вскриках слышалась смесь боли и удовольствия. Насладившись моим ужасом и оцепенением, монстр резко оттолкнул Алариэль от себя, отчего она упала на спину, но не стала подниматься, оставшись лежать в короткой траве и протягивая к чудовищу руки, зовя к себе. Он отвел от меня взгляд и уставился себе под ноги.  Посмотрев на лежавшую у его ног девушку, он снова вперился в меня взглядом и медленно опустился на четыре лапы, нависая над моей невестой. Монстр тискал ее груди, водил когтистой лапой по животу, размазывая выступавшую кровь, она выгибалась навстречу ему и стонала от удовольствия. Я не мог ни двинуться с места, ни отвести взгляд, как зачарованный глядя на то, что происходило между чудовищем и Алариэль на поляне. Каждое его движение, каждое прикосновение к ее нежной коже приносили мне такую чудовищную боль, словно длинные когти монстра рвали мое сердце. Проснуться я не мог,  лаская Алариэль, чудовище не отводило от меня взгляда багровых глаз, не позволяя мне не смотреть, как его когти рвут ее нежную плоть, как выступают капли крови, как она кричит от наслаждения. Монстр навалился сверху на Алариэль, полностью погребя ее огромным телом, и сделал резкое движение вперед. Он опирался на одну лапу, продолжая злорадно пялиться на меня, при каждом его движении мне казалось, что в меня втыкают меч, раз за разом, продолжая бесконечную, изощренную пытку. Годы спустя, монстр, наконец, остановился, поднялся на ноги и опустил морду, разглядывая распростертую перед ним окровавленную Алариэль. Она тяжело дышала и всхлипывала от боли и пережитого удовольствия. Он нагнулся, словно хотел рассмотреть ее поближе, протянул лапу и, ухватив за руку, резко вздернул вверх, поднимая на ноги. Алариэль едва стояла на подгибающихся ногах, он развернул ее лицом ко мне, словно показывая со всех сторон, ее голова безвольно склонилась на грудь. Монстр прижал Алариэль к себе и заставил поднять лицо, чтобы я мог видеть ее отрешенную улыбку и его скалящуюся, злорадную морду над ее головкой. Он снова неотрывно смотрел на меня, в его глазах полыхало багровое пламя и что-то похожее на насмешку. Монстр, продолжая прижимать Алариэль к себе, обхватил второй лапой ее подбородок, отчего она посмотрела прямо на меня, и в ее глазах мелькнул ужас, оскалился и резким движением свернул ей шею.

Первое, что я увидел, когда очнулся, было белое, как мел, лицо перепуганного Ланиэля. Он тряс меня за плечо, поднося к носу флакон с душистыми солями.

- Что тебе? – спросил я Ланиэля, едва открыв глаза. Меня колотило, в ушах стучала кровь, сердце бухало в ребра, словно пытаясь их проломить, а перед глазами стояло видение окровавленного обнаженного тела Алариэль с неестественно вывернутой головой и оскал ухмыляющегося чудовища, которое так и не отвело от меня взгляд.

- Ваше высочество, вы так кричали! – я перевел взгляд на дверь и увидел слуг столпившихся в коридоре и не смевших войти в комнату.  – Вы так кричали и не просыпались, – повторил Ланиэль.

- Мне приснился кошмар, – чужим голосом произнес я – Скажи слугам, что все в порядке и будь рядом, ты мне понадобишься через несколько минут.

Ланиэль поставил флакон с солями рядом со мной,  кивнул и вышел за дверь, прикрыв ее за собой.

Я обессилено лежал, глядя в потолок, мышцы болели, в горле саднило, а простыня была мокрой от пота. С трудом поднявшись на ноги, я подошел к столу и отхлебнул воды из стакана, который Ланиэль всегда оставлял для меня на ночь.  Голова раскалывалась, а тело горело, как в лихорадке. Подойдя к окну, я прижался горячим лбом к холодному стеклу и попытался убедить себя в том, что это был всего лишь сон, моя невеста жива, с ней ничего не случилось и вряд ли случится. Доводы рассудка немного приглушили гнетущее впечатления от кошмара, но не избавили от грызущей сердце тревоги и ощущения приближающейся беды.  Постояв у окна несколько минут, и немного придя в себя, я позвал Ланиэля и приказал ему перестелить постель и подать кофе. Слуга принес чашку кофе и вышел, повинуясь моему знаку.

Усевшись в кресло, я стал размышлять, о том был ли сон вещим и каково его возможное толкование, ведь он отличался от тех кошмаров, что снились мне раньше. В тех снах Алариэль всегда оставалась живой. Я сосредоточился и постарался думать логически, не позволяя паническим мыслям помешать мне разобраться в значении приснившегося мне кошмара. Ведь  в сновидениях мы никогда не видим будущее таким, каким оно может быть в реальности, сны всегда только намекают и требуют толкований. Врагов лично у меня хватает, но вряд ли этот сон относится к проискам политических противников и дворцовым интригам. Что может угрожать Алариэль? Явных угроз ее жизни и безопасности не было. Может Эсмириль от меня что-то скрывает? Происходит что-то, о чем я не знаю? Мои слуги, которые следили за девочками, не докладывали ни о каких подозрительных происшествиях или знакомствах, их слову я доверял и был уверен, что они исполняли порученное им задание со всей тщательностью.  Я взял телефон и набрал номер Эсмириль. После десяти гудков вежливый женский голос сообщил, что абонент не отвечает. Я набрал ее номер еще несколько раз с тем же результатом. Наперекор доводам рассудка мое беспричинное беспокойство росло, кошмар всколыхнул мои страхи, смутные предчувствия, превращая тревогу в настоящую панику. Телефонная трель застала меня врасплох, в такой поздний час не ждешь добрых вестей. От неожиданности я расплескал на себя кофе и с замирающим сердцем посмотрел на определитель номера, звонил Гелан. Сердце упало куда-то вниз, а руки мгновенно стали ледяными.

- Алло? – сипло отозвался я.

- Привет, не разбудил? – голос у Гелана был спокойный.

- Нет, не разбудил. Привет, Гел, – я кашлянул, чтобы прочистить горло.

- Извини за поздний звонок, но я увидел свет в окнах библиотеки и решил, что ты не спишь,  – я перевел взгляд на настенные часы, они показывали без четверти пять.

- Не стоит извиняться, я не спал.

- Каллар, тебе не трудно спуститься вниз, раз уж ты все равно не спишь? Мне надо с тобой поговорить. Я в машине рядом с твоим домом, –помявшись, спросил он.

- Может, поднимешься?

- Нет, в машине будет удобней, разговор недолгий, а мне еще надо съездить в несколько мест, – его непонятное объяснение только усилило мою тревогу.

- Я сейчас спущусь, – выдавил я и сбросил звонок.

Почему Гелан отказался зайти в дом? Наверное, что-то случилось, а он пытается скрыть это от меня. Я схватил телефон и еще раз набрал номер Эсмириль, она снова не ответила. Со вставшими дыбом от ужаса волосами я, в чем был, выскочил на улицу и распахнул дверцу лимузина. Гелан сидел в машине и курил драгонфлай.

- Что случилось? – прохрипел я, чувствуя, что сейчас потеряю сознание и морально готовясь услышать страшную весть. – Что с ними случилось?

- С кем? – Гелан недоуменно посмотрел на меня.

- С Алариэль и Эсмириль?! – я был на грани обморока, колени подгибались, и я вцепился в дверцу, чтобы не упасть на землю.

- Каллар, успокойся, с ними все в порядке.  С чего ты взял, что с ними что-то случилось? – Гелан выскочил наружу и подхватил меня под руку, встревожено  заглядывая в лицо – Каллар, да что с тобой такое, демон тебя раздери! Успокойся!  - он втолкнул меня в автомобиль, сел следом и захлопнул дверцу.

Меня трясло, Гелан сунул мне в руки свою трубку и заставил сделать затяжку. Я все еще не верил, что он сказал мне правду.

- Каллар, объясни, ради святого Огня, что с тобой происходит? Почему ты решил, что с девочками что-то случилось?– встревожено спросил Гелан.

Руки тряслись, кровь отлила от лица, меня бил озноб. Я несколько раз затянулся, ощущая, как отпускает жуткая судорога, скрутившая тело, как проясняется в голове, и сердце перестает рваться наружу. Гелан обеспокоенно смотрел на меня. Я выдохнул дым и рассказал ему свой сон. Он набил трубку еще раз и закурил сам.

- Как ты думаешь, что этот сон может означать? – я немного успокоился, и мне стало неудобно перед Геланом за сцену, которую я устроил.

Он покачал головой – Я не умею толковать сны, но в последнее время не только тебе снятся кошмары.

- Эти сны меня убивают! – пожаловался я.

- Тебе полегчало? – участливо осведомился Гелан, кивнув на трубку – Если не помогает, могу предложить коньяк. Каллар, право, не стоит так нервничать из-за сновидений!

- Мне гораздо лучше, спасибо. Ты не мог бы оставить мне немного травы? Боюсь, своими силами я уже не справляюсь.

Он, молча, протянул мне полный кисет и новую трубку.  - Эсмириль рассказала, что научила тебя курить и попросила привезти все для курения, – объяснил он – Ты можешь приезжать за драгонфлайем в поместье, я предупредил вагаров. Давай покажу, сколько тебе нужно травы, - он раскрыл кисет и взял маленькую щепотку - Больше не бери, могут быть последствия и прошу, кури только тогда, когда это действительно необходимо. Драгонфлай, конечно, не наркотик, но ведь и ты не Дракон, – он улыбнулся и спросил – Ну что, отпустило?

Я кивнул – Что еще рассказала Эсмириль?

Он усмехнулся - Практически все, про ваше братство тоже. Эсмириль до сих пор считает, что на Охоте совершила ошибку, ей очень стыдно, что она всех подвела. Выполняя свое наказание, она очень боится не справиться, как во время Охоты, поэтому сочла нужным сообщить мне о вашей встрече. Ты ей нравишься, Каллар, она считает, что ты достоин ее подруги, и вы будете отличной парой, иначе она бы ни за что не согласилась тебе помогать.

- Она мне сказала то же самое.

- Я тоже так считаю и уверен что, в конце концов, Алариэль поменяет свое мнение о тебе и у вас все сложится благополучно, – спокойно сказал Гелан

- Хочется надеяться, что я доживу до этого светлого мига в здравом уме. Еще пара-тройка таких снов и неизвестно, что случится раньше, свадьба или похороны, – буркнул я, стыдясь своего поведения и не подобающей мужчине паники. Гелан ободряюще потрепал меня плечу и сделал левой рукой знак от сглаза.

- А по какому поводу ты хотел меня видеть? – спохватился я.

Гелан немного помолчал, набил трубку, закурил и стал рассказывать – Произошедшее на последней Охоте тревожит Совет Миров. Как ты знаешь, его собирали уже несколько раз, но так и не смогли прийти к однозначному выводу, чем грозит неоконченная Охота. Есть мнение, что ничего хорошего точно не будет, а Совет собирают только для того, чтобы определить степень возможных неприятностей и проблем, – я знал о Советах, но не присутствовал на них. Гелан, тем временем, продолжал вводить меня в курс последних политических событий -   Маги разводят руками и говорят, что не в силах ничем помочь, они не видят будущего, словно его нет. Позавчера Оракул сделал тревожное предсказание, и члены Совета уверены, что оно непосредственно связано с последней Охотой.

Теперь мне стало ясно, почему я понадобился отцу так срочно. Гелан выдохнул дым - Оракул видел огонь, бой и кровь, Драконы нападали на эльфов, вампиры сражались с оборотнями, все убивали всех, а над этой сечей висела огромная черная туча, которая увеличивалась с каждым мгновением. Затем Оракул увидел яркую вспышку, и миры поглотил небесный огонь, на этом видение прервалось. Оракул входил в транс еще несколько раз, но больше ничего не увидел, а маги-предсказатели не видят будущее дальше нескольких дней.

Я ошеломленно молчал, пророчество было сделано, пока я находился в третьем мире и мне никто не сообщил о нем. Сегодня  же устрою разнос главе миссии темных в третьем мире за  нерадивость  и сокрытие важной информации. Тревога уступала место сосредоточенности, полностью оправдывая утверждение, что лучшее средство от хандры – это работа.

- Совет осторожно трактует это видение, как некий переходный момент, время без правил, вроде того, что началось после исключения из Охоты пятого мира, тогда Оракул тоже увидел нечто подобное. Правители и архимаги пытаются понять, что произошло с Ловчими, и почему правила были нарушены, причем нарушены специально, словно Ловчие преследовали какую-то цель. Медальон Эсмириль поменял цвет и форму, в таком виде его не видел никогда ни один маг. Эльфы перерыли все свои архивы и не нашли никаких зацепок, медальон либо золотой, либо алый, либо черный, других вариантов нет.

- А что Заг? – спросил я, гадая, зачем Ловчим понадобилось нарушать правила. Очевидных причин, на мой взгляд, не было.

- Его нашли со сломанной шеей недалеко от дома Краста в третьем мире, даже маги смерти не смогли ничего вытянуть из него. Краст говорит, что в последнее время Заг часто и подолгу гулял в одиночестве, возможно во время своих прогулок он с кем-то встречался, но проследить за ним оборотням не пришло в голову. Совет думает, что в Охоту вмешалась некая неучтенная сила, которая хочет разрушить равновесие миров.

Он помолчал, посасывая трубку.

- Совет уверен, что угроза идет из пятого мира. Там неспокойно, несколько наших отрядов ушли туда в десанты и не вернулись. Отец отдал приказ не посылать в пятый мир Драконов, он не хочет терять воинов, подавляя бунты отщепенцев. Пятый мир кипит, как ведьмин котел и скоро варево вырвется наружу. Мы должны быть готовы. Отец прислал меня к тебе сообщить, что завтра в обед мы отправляемся в Элларион, где состоится очередной Совет Миров, и ты едешь с нами.

- Почему в Элларион? – спросил я – Почему не в третьем мире?

- Потому что пока происходящее не касается третьего мира. Наместник прибудет к эльфам, будет Большой Совет, так что, пожалуйста, будь готов.

Мы некоторое время сидели молча и, наконец, я решился задать мучивший меня вопрос - Девочки остаются здесь?

- Здесь безопасней, - кивнул Гелан - если пятый мир начнет вторжение, то, скорее всего, первым на очереди будет ваш мир, а потом наш. – он внимательно посмотрел на меня и добавил - С ними останется Драк.

- Может быть ты и прав, – с сомнением отозвался я - А отщепенцы могут попасть в этот мир?

- По идее нет, маги опечатали порталы из пятого мира, но гарантий никто дать не может, - честно признался Гелан.

- Утешил, нечего сказать!

- Послушай, Каллар, твое поведение напоминает паранойю! Неужели ты думаешь, что если отщепенцы тут и появятся, то первым делом кинутся гоняться за Алариэль? Здесь живет куча народа из разных миров и если бы ее пребывание было бы небезопасно, то Велерон наверняка отозвал ее отсюда,  – сказал Гелан – Кроме того,  вероятность нападения на этот мир стремится к нулю, здесь почти нет магии и слишком много местного населения. Какой смысл отщепенцам нападать на него?

Он меня не убедил, но спорить у меня не было сил.

- Ладно, друг, мне пора ехать, я еще должен заехать в пару мест, – проворчал Гелан.

Я вышел из машины, и мы тепло попрощались.

- Не кури много травы, – произнес напоследок Гелан, поднимая стекло. Машина плавно тронулась и отъехала от ворот, а я побрел обратно в дом.

Вернувшись в библиотеку, я обнаружил на столе кофейник с горячим кофе и несколько бутербродов, на улице светало. Я снова набрал номер Эсмириль, гудки шли один за другим и вдруг, неожиданно, произошло соединение.

- Алло? – мне никто не ответил, трубка молчала – Эсмириль, ответь? Эсмириль? – вдруг на том конце раздался испуганный вопль и послышался глухой стук упавшего тела. Я с ужасом понял, что кричала Алариэль. Связь оборвалась.

Я выбежал из дома во двор, рывком распахнул дверцу машины, и, заведя двигатель,  рванул в сторону дома Эсмириль. С трудом выравнивая машину на скользком асфальте, я гнал по пустым улицам, проскакивая на красный свет, а в голове билась единственная мысль о том, что я не успею. Мое сердце сжималось от чудовищных предчувствий, а перед внутренним взором стояла гадкая ухмылка чудовища из моего сна. Подъехав к нужному дому, я припарковался и проскользнул в подъезд, к счастью, швейцар отсутствовал на привычном месте, и меня никто не увидел. Выйдя из лифта на предпоследнем этаже, я поднялся на этаж выше по пожарной лестнице, которая упиралась в дверь пожарного выхода, запертую на замок. Использование одного из амулетов, висевших на моей шее, усилило  пинок, а второго заглушило шум вылетевшей из петель двери. Войдя в холл, я аккуратно пристроил ее обратно к косяку и прокрался к входной двери в квартиру Драконов. Пока я не слышал никаких подозрительных звуков, дом мирно спал, но это спокойствие ни о чем не говорило. Я аккуратно потянул вниз ручку и дверь неожиданно открылась. Проскользнув в коридор, я прислушался к доносившимся из комнаты женским голосам, узнав голос Алариэль, я почувствовал, какой камень упал с моего сердца. С ней все в порядке, она жива, а о причинах ее испуганных криков я выведаю у Эсмириль.  Я обессилено присел на корточки и привалился спиной к стене, даже не прислушиваясь к разговору, мысль о том, что с моей любимой все в порядке, и она, живая и невредимая,  находится в соседней комнате,  делала меня счастливым. Через несколько минут я очнулся. Hадо убираться восвояси, в любой момент Алариэль или Эсмириль могут выйти в коридор и увидеть меня. Мне не хотелось быть причиной испуга моей невесты и агрессивных действий со стороны Эсмириль, с которой вполне могло статься сначала плюнуть огнем, а потом разбираться, что за незваный гость пожаловал в их дом. Я поднялся на ноги и осторожно вышел, пересек холл, и, уже приставляя дверь запасного выхода обратно к косяку, услышал, что кто-то вышел из лифта и открыл дверь в квартиру.

По дороге домой я снова начал переживать за безопасность девочек, не зная, кто пришел вслед за мной, и корил себя за то, что не удосужился разглядеть визитера. Когда Эсмириль, в конце концов, ответила на мой телефонный звонок, я  снова был на грани нервного срыва. Условившись с ней о встрече, я отдал приказание Ланиэлю приготовить для меня одежду и отправился в душ, чтобы привести себя в порядок перед встречей.

Я приехал в кафе на четверть часа раньше оговоренного времени, не в силах находиться дома, Эсмириль, как всегда, опоздала на пять минут. Она плюхнулась за столик и откинулась на мягкую спинку диванчика.

- Привет, Каллар, ну и утро сегодня!  - воскликнула она

- Доброе утро, Эсмириль. Что случилось? – по возможности спокойно спросил я, сцепив пальцы, чтобы их дрожь не выдала мое состояние.

- Чего только не случилось! Вчера мы славно погуляли, поплясали, а сегодня, ни свет, ни заря, нас разбудила Аль. А ты чего мне полночи звонил? – было видно, что она старательно избегает темы пробуждения и пытается увести разговор в более безопасное русло.

- Мне приснился кошмар, – я содрогнулся от воспоминаний – и я хотел вас предупредить, чтобы вы были осторожнее.

- Да мы и так осторожные. – Эсмириль не понимала причин  моей тревоги и с беспокойством посматривала на меня. Беседа была прервана появлением официанта. Мы сделали заказ.

- А что тебе приснилось?  - поинтересовалась она, когда мы снова остались одни.

- Я не хочу об этом говорить, – я отвел глаза.

- А как насчет утверждения, что между братьями секретов быть не может? – она хитро прищурила глаза.

- Ладно, расскажу, но без подробностей, мне приснилась Алариэль, она была в большой беде и я, как обычно, не смог ее спасти, – неохотно ответил я.

- Как обычно? У тебя часто бывают кошмары?

- Практически каждую ночь.

- Интересно, – она глубоко задумалась, хмуря брови. – Ладно, – сдалась она – Может это важно. Мы сегодня проснулись от криков Аль, ей тоже приснился кошмар.

- Она рассказала, что ей снилось?

- Нет,  - покачала головой Эсмириль и отвела глаза – но сказала, что снился ты.

Ответить мне было нечего, я слышал вопль Алариэль и звук падения, оказывается, причиной был я. Слишком много потрясений на сегодня, Эсмириль сочувственно смотрела на меня.

- Расскажи что-нибудь, – попросил я ее – говори, о чем угодно, мне надо немного времени, чтобы прийти в себя.

Она встревожено посмотрела на меня и послушно начала описывать, как они провели вчерашний день.

- Мы вечером ходили в кино на фильм про вампиров. Как на мой вкус, если бы не сходили, не много бы и потеряли. Потом пошли в клуб, Драк с Лариной участвовали в конкурсе танцев и выиграли главный приз.

Я почти не слушал ее, постепенно приходя в себя. Клянусь, Алариэль, что положу жизнь, но докажу, что  достоин твоей любви, ты будешь моей, и будешь со мной счастлива, иначе в нашем браке нет смысла. Обладание тобой не является целью, важен конечный результат, если ты будешь несчастна, то сделаешь несчастным и меня. Настала пора действовать более решительно, ты не можешь бегать от меня всю свою жизнь, да и мне надоело вздыхать по тебе издалека, вызывая усмешки у обитателей трех миров. Я не подпущу к тебе  чудовищ и буду бороться за тебя до конца. Привычно запрятав тревоги и мрачные мысли в самый дальний уголок сознания, я переключился на реальность. Что там Эсмириль рассказывает о кино?

- Так что там с фильмом? – еще раз переспросил я.

- Романтические бредни про вампирскую любовь. – Эсмириль послушно поменяла тему, передернула плечами, а по ее лицу пробежала тень, видимо отношения с молодым вампиром перешли на следующую стадию. Я усмехнулся про себя, Эсмириль считает себя взрослой, а на самом деле еще такой ребенок и совершенно не умеет прятать свои эмоции. Мне не составляло никакого труда читать ее как открытую книгу.

- Тебе не понравился фильм? – можно было и не спрашивать, впечатления от фильма о вампирах и их любви были написаны на ее лице большими рунами.

- Не понравился, не понимаю, что там в нем такого, но вокруг нас человеческие девчонки рыдали! – она бросила на меня неуверенный взгляд.

- А Алариэль? Ей понравился фильм? – я почувствовал, что нащупал нечто, что смущает Эсмириль и имеет непосредственное отношение к ее подруге. Она испуганно вскинула глаза и тут же отвела их, в слабой попытке скрыть от меня растерянность.

- Ей кино понравилось, – тщательно подбирая слова, сказала Эсмириль, продолжая смотреть в сторону – Этот фильм пришелся кстати под ее лирическое настроение. Меня беспокоит ее поведение, она сама не своя со вчерашнего дня.

Что-то вчера произошло, очень важное для нас обоих, может это событие  позволит мне растолковать значение кошмара?

- Сегодня ушла куда-то, сказала, что ей надо подумать. – Эсмириль искоса посмотрела на меня.

- Она влюбилась, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал я, руки снова начали противно дрожать. Эсмириль обреченно кивнула и подняла на меня глаза с плескавшимся в них страхом, страхом за меня.

- Ты знаешь в кого? – чужим голосом произнес я.

Она отрицательно покачала головой - Аль сказала, что все обдумает и расскажет через пару дней.

- Эсмириль, пообещай ничего не скрывать от меня, – она задумалась, потом обреченно кивнула в знак согласия.

- Кто с вами был? – каждое слово давалось с большим трудом, больше всего мне сейчас хотелось выть от боли.

- Только Драк и вампиры.

Значит Драк, вампиры и сотня посетителей кинотеатра, есть из кого выбрать.

- Кстати, после фильма я случайно встретила Ника, – поделилась Эсмириль.

- Ника? – переспросил я, сразу не сообразив, о ком она говорит.

-Человека, который спас меня на Охоте, – пояснила Эсмириль. Вот на кого указывал перст судьбы тогда в кафе, подумал я, быть тебе, Ник, Драконом.

- И что? – из вежливости поинтересовался я.

- Он подошел ко мне сам, мы перекинулись с ним парой слов и он оставил мне свой номер телефона, сказал, чтобы я позвонила сама, если захочу с ним встретиться.

- Позвонишь? – я знал, что она ответит.

- Позвоню, – после некоторого раздумья решительно сказала Эсмириль – наша вторая встреча не случайна и кто я такая, чтобы идти наперекор судьбе? Ник должен сам решить свою судьбу, и я не хочу отнимать у него право выбора. Пусть все будет, как суждено.

- Будь с ним поласковей, брат. – посоветовал я. Она согласно кивнула и улыбнулась.

- Я уеду на несколько декад,  Эсмириль, умоляю, будьте осторожней, - снова попросил я – если куда-нибудь пойдете,  пусть с вами будет Драк или хотя бы тот же Ник. И запирайте дверь в квартиру.

- Не переживай, все будет хорошо, обещаю, – уверенно заявила Эсмириль, пропустив мимо ушей мою последнюю просьбу, будь я на ее месте, то непременно бы поинтересовался, откуда я знаю о незапертых дверях.

Как бы я хотел разделять уверенность Эсмириль в том, что все будет хорошо! К сожалению, я слишком взрослый, чтобы быть таким беспечным.

Глава 17 Ник

Я шел, не видя ничего вокруг, натыкаясь на прохожих, и чудом не попав под машину, не обращая внимания ни на оскорбления, ни  на предположения, где я так набрался. Какая разница, что говорят случайные прохожие, ведь я наконец-то нашел Эсмириль! Она не галлюцинация и не плод моего воображения, она существует, и она меня помнит. Хоть бы она позвонила! Господи, я нечасто прошу тебя о чем-нибудь, но, пожалуйста, сделай так, чтобы она позвонила!

Весь фильм мама смотрела на экран, как завороженная, заговорив со мной лишь дважды и ограничившись двумя предложениями, да и то, когда на экране показывали второстепенных героев. Сюжет фильма вызывал у меня рвотные позывы, но надо отдать должное режиссеру и актерам, снято и сыграно было хорошо. После окончания сеанса, мы с мамой вышли на улицу, где нас уже ждал Билл. К счастью для меня, основная часть восторгов по поводу только что просмотренного фильма обрушилась на него. Билл жалобно посмотрел на меня, но я сделал вид, что ничего не заметил, мама подхватила его под руку и повлекла по улице, делясь впечатлениями, пересказывая сюжет и бурно жестикулируя свободной рукой. Я посмотрел им вслед и поймал себя на странном ощущении, что мне надо что-то сделать, какое-то очень важное, но напрочь забытое дело, а потом прибавилось чувство взгляда в спину, как тогда, в сквере, когда я встретил Драка. Я огляделся, знакомых вокруг не было, никто не обращал на меня внимания и даже не смотрел в мою сторону. Возле кинотеатра стояло несколько групп смеющихся подростков. Сегодня выходной день, видимо, просмотр кинофильма для них был началом развлечений, ведь ночь только начинается. Я стоял, глядя на прохожих, и усиленно напрягал память, но так ничего и не вспомнил. От умственного напряжения или от просмотренного фильма левый висок неприятно заныл. Планов на вечер у меня не было, забытые дела я не вспомнил, можно отправляться домой, но я оставался  на месте, словно какая-то сила держала меня возле кинотеатра. Стоящая передо мной группа парней и девушек определились с планами на вечер, и двинулась вниз по улице, я проводил их взглядом и, внезапно, мое сердце скакнуло куда-то вверх. Метрах в двадцати от меня стоял Драк, он оживленно беседовал со своими спутниками, вернее спутницами, одной из которых была Эсмириль. Она стояла спиной ко мне, но я сразу узнал ее. Ноги сами понесли меня к девушке, которая за последние несколько месяцев стала моим наваждением. Я не знал, что скажу ей, не был уверен в том, что она меня помнит и будет ли рада моему появлению, но не подойти не мог. Вопреки моим опасениям, Эсмириль меня помнила и была рада меня видеть, как и ее брат, хотя мне показалось, что наша встреча не стала для него таким уж сюрпризом.

Мы с Эсмириль стояли друг против друга, и я не мог отвести от нее глаз, она настоящая, такая желанная и близкая, рядом со мной. Снова, как тогда в кафе, где состоялось знакомство с Калларом, я повел себя как идиот, сунул ей листок со своим телефоном и ушел, позволив себе лишь поцелуй на прощание. Да что со мной, в самом деле? Как я мог вот так просто уйти от девушки, которую люблю, поговорив всего лишь несколько минут? Какая неведомая сила заставила меня повести себя подобным образом?  Все эти умные мысли пришли в мою голову, когда я уже лежал в постели и ничего не мог изменить. Попрощавшись с Эсмириль и выйдя на проспект, я был уверен, что все сделал правильно, и она обязательно позвонит. Я на автопилоте добрался до дома, предварительно два часа побродив по ярко освещенным улицам центра, открыл дверь своим ключом и проскользнул внутрь, привычно споткнувшись в прихожей о Джека и ругнувшись сквозь зубы. Мама и Билл уже спали. Осторожно поднявшись наверх в кабинет и заперев дверь, я разделся и упал на узкий диван. Сон не шел, я снова и снова прокручивая в голове наш разговор, вспоминая,  как Эсмириль выглядела, что говорила, ее взгляд и улыбку, ощущение нежной кожи на губах, когда я поцеловал ее на прощание и аромат ее духов, пряных со странным и смутно знакомым запахом. Неожиданно я осознал, что не смогу жить без этой девушки, что  не вынесу, если она не позвонит, и мы не встретимся еще раз, и еще раз, что она моя вторая половинка, которую каждый ищет, но далеко не каждому удается найти. Мысль была четкой и простой, удивительно, почему она не пришла мне в голову раньше. Я лежал, глядя в потолок, расчерченный тенями от деревьев за окном,  и знал, что мое сердце будет биться дальше только для того, чтобы не пропустить ее звонок.

Следующий день прошел в суматошной беготне по городу, моя неуемная мамаша тоннами скупала сувениры для своих многочисленных подруг и заканчивала только ей ведомые дела. Нас с Биллом она использовала в качестве вьючных животных, безотказных и бессловесных. Я покорно ходил за мамой, складывал покупки в пакеты, слушал ее бесконечную болтовню, но мыслями был дома, возле телефона. Покрываясь холодным потом, я судорожно вспоминал, включил ли автоответчик, и даже вспомнив, что включил, продолжал  мучиться сомнениями, клял себя за то, что не купил сотовый телефон, считая, что мне он не нужен, и в который раз коря себя за то, что не остался с Эсмириль вчера вечером. Меня все больше и больше раздражала необходимость торчать в центре города в совершенно ненужных мне лавках, когда я должен быть дома, ведь Эсмириль может позвонить в любой момент. Череда магазинов была бесконечной, но, в конце концов, мама решила, что купила все, что нужно и мы отправились домой. Я влетел в прихожую и ткнул в нужную кнопку на телефонном аппарате, вежливый женский голос сообщил мне, что новых сообщений нет. Бездумно нажав кнопку еще несколько раз, я тяжело опустился  на пол рядом с полкой, на которой стоял телефон. До меня постепенно дошло, что, не смотря на радость от встречи, Эсмириль не обещала позвонить сегодня,  или завтра, или вообще позвонить. Она могла потерять или выбросить листок с моим номером телефона в ближайшую урну и забыть о моем существовании, а я, идиот, размечтался, настроил планов. На меня с новой силой навалилось отчаяние, как вдруг телефон ожил.

- Алло – хрипло ответил я, схватив трубку так резко, что едва не свалил аппарат на пол.

- Привет, это Эсмириль, – от ее голоса мир заиграл яркими красками, настроение стремительно менялось от «все хуже некуда» до «лучше не бывает».

- Привет, – я возвел глаза к потолку и мысленно поблагодарил все высшие силы за исполнение моего желания.

- Вот, решила позвонить. Я тебя не отвлекаю? – вежливо спросила она. Да пусть тут хоть война начнется, я не отойду от телефона!

-Нет, совсем не отвлекаешь, -  откликнулся я, стараясь хотя бы звучать, как нормальный человек - Я ездил с матерью за покупками, она завтра уезжает.

- Может мне позвонить в другой раз?  - предложила она

- Нет! – выкрикнул я –  Я могу разговаривать.

Если Эсмириль повесит трубку прямо сейчас, то этот день станет самым черным в моей жизни.

- Как скажешь, – в ее голосе прозвучало удивление.

- Эсмириль, я хотел бы с тобой встретиться, – мое душевное состояние не позволяло вести светские беседы и, потому я перешел сразу к делу.

Она помолчала – Когда?

Да хоть сейчас заорал мой внутренний голос, но я усилием воли заткнул его - Когда тебе удобно?

- Пожалуй, сегодня неудобно. Как насчет завтра? – предложила Эсмириль.

- Давай завтра. Где и когда?

- В семь вечера в «Солониках», это на двенадцатой, угол  Парк авеню, в Центре, – объяснила она.

- Да, я знаю, где это, – припомнив, что пару раз проходил мимо этого греческого ресторанчика.

- Ну, тогда до завтра? – по ее голосу я понял, что Эсмириль улыбается.

- До завтра, -  мысли разбегались, я понимал, что не в состоянии поддерживать мало-мальски связную беседу, и усилием воли приказал себе попрощаться, чтобы девушка моей мечты не приняла меня за слабоумного кретина. Завтра солнце для меня взойдет в семь вечера.

Она отключилась, а я еще несколько минут стоял с блаженной улыбкой на лице, прижав трубку к уху, и не в силах повесить ее на рычаг. Мне на мгновение показалось, что как только замолкнут гудки, тоненькая ниточка между нами оборвется. В квартиру ввалился Билл увешанный пакетами, как новогодняя елка, а за ним следом вошла маман.

- Что ты стоишь столбом, Никки, помоги нам! – заверещала она, из ее рук валились какие-то пакеты и свертки, которые она безуспешно пыталась подхватить налету.

Что-то в выражении моего лица заставило маменьку заткнуться и ограничиться одним предложением вместо пятнадцатиминутной тирады. Она свалила свертки в прихожей, сняла сапоги и прошествовала в спальню. Я медленно повесил трубку и взял у Билла часть пакетов.

За ужином мать трещала, как погремушка, делясь с нами своими соображениями насчет распределения подарков, и периодически вопрошая, правильно ли она решила, на что мы с Биллом отвечали невнятным мычанием. Билл был занят едой, а я своими мыслями. Завтра они уедут и я, наконец-то, останусь один, нет, завтра в семь часов я буду с Эсмириль, а до этого буду ждать вечера.

С утра я отвез мать и Билла в аэропорт, выслушал поток благодарностей за прекрасно проведенные праздники, получил порцию поцелуев, смешанных со слезами и губной помадой, в сотый раз уверил ее, что поиск девушки на ближайшее время станет для меня первостепенной задачей и поклялся, что вышлю ее фотографию, как только найду. Наконец, объявили их рейс и мама, заливаясь слезами, скрылась в недрах аэропорта, цепляясь за руку Билла. Я проводил родительницу взглядом и моментально забыл про нее. Чтобы скоротать время я отправился в мастерскую, немного повозился с заказом и в пять вечера был дома, времени у меня оставалось ровно столько, сколько нужно чтобы принять душ, переодеться и добраться до ресторана.

В половине седьмого я был у «Салоников», с колотящимся от нетерпения сердцем, к вечеру мне стало казаться, что вчерашний разговор мне приснился, и Эсмириль не придет. В семь я был на взводе. Ровно в пять минут восьмого к ресторану подкатил ярко-красный спортивный автомобиль, и из него выбралась Эсмириль. Я выскочил из Жука и поспешил ей навстречу. Она улыбнулась, увидев меня, подхватила под руку, и мы вошли в ресторан.

Мы сидели за уютным столиком на двоих, и я видел только ее, если бы за соседними столиками сидела компания марсиан, я бы этого даже не заметил. Эсмириль сделала заказ, и говорила о каких- то пустяках, я что-то отвечал, улыбался и не мог поверить, что все происходит наяву и со мной. Единственный  раз в жизни моя мечта сбылась, и я был готов уверовать во всех богов сразу в благодарность за то, что они позволили нам встретиться снова. Ее темные волосы, скрученные на затылке в узел,  блестели в свете ламп, ярко-синие глаза смотрели на меня, пухлые губы улыбались.

- Ник, ты сегодня какой-то странный, – внимательно посмотрев на меня, заметила она – Ты нездоров?

Я очнулся. - Все в порядке, просто очень рад тебя видеть. Я уже почти перестал надеяться, что найду тебя.

- Я тоже не думала, что мы с тобой еще раз встретимся. В прошлый раз мне показалось, что ты довольно мрачный тип, – улыбнулась она.

- Да? Я то же самое подумал про тебя.

- В нашу первую встречу я была не очень вежлива, извини, пожалуйста, просто мы познакомились не в самый удачный момент моей жизни. Знаешь ли, сломанная рука и сотрясение мозга не добавляют хорошего настроения, – заметила она ехидно.

- Тебе не за что извиняться, я на тебя не обиделся, – разуверил я ее.

- Ну, вот и славно! А то Драк мне мозги выел, что я некультурно себя вела с моим спасителем. – Эсмириль с облегчением вздохнула, а я поморщился.

- Тебе не нравится слово «спаситель»? – догадалась она.

- Не нравится, – честно признался я – какое-то оно слишком пафосное.

- Ладно, как насчет принца на белом коне? – мы посмотрели друг на друга и рассмеялись, этот вариант звучал еще хуже.

- На принца я тоже не тяну, - отсмеявшись,  с сомнением ответил я.

- Да, пожалуй, – согласилась она, критически посмотрев на меня, словно была знакома минимум с дюжиной принцев.

Ей принесли огромную тарелку с мясом, она хищно вдохнула аромат еды и взяла нож и вилку.

- Ты осилишь эту порцию или она на двоих? – с сомнением глянув на ее тоненькую фигурку, спросил я.

- Да я две такие съем. Обожаю мясо! – она накинулась на еду.

Я ковырялся в своей тарелке, даже не понимая, что ем.

- Такое впечатление, что ты три дня не ела, тебя дома не кормят? – она с завидным аппетитом уписывала мясо, и разговор прервался.

- Как же не кормят? Драк кормит, – вытерев губы салфеткой, ответила она.

- Драк? Он умеет готовить? - Драк был последним человеком в этом мире, которого я мог представить у плиты.

- И еще как вкусно! Ему очень нравится!  Сейчас он изучает итальянскую кухню, так что мы объедаемся макаронами и пиццей.

- Вы живете вместе? – поинтересовался я.

- Да, вернее, он живет с нами, – несколько туманно ответила Эсмириль и отправила в рот еще один кусочек мяса.

- С вами? – удивленно переспросил я.

- Со мной и моей подругой Аль. А еще нам постоянно приходится приглашать друзей, потому что съесть все, что готовит Драк нам одним не под силу, а он обижается, когда еду выкидывают, – пояснила она.

- Это те друзья, с которыми ты была в кинотеатре? – с ними был темноволосый высокий парень, который просто друг, ослепительная блондинка и рыжеволосая девушка.

- Да, - утвердительно кивнула она -  а еще иногда приезжают мои братья.

- А сколько у тебя братьев? – поинтересовался я.

- Двенадцать, – с гордостью отозвалась Эсмириль.

- Ого! Большая у вас семья, – восхитился я.

- Да, большая.

- А где живут ваши родители? – спросил я, все еще не отойдя от впечатлений от неожиданного визита мамы.

- Родители живут довольно далеко, – туманно поведала Эсмириль и неопределенно помахала рукой, отчего у меня возникло чувство дежавю и секундное ощущение, что я вижу  перед собой Драка.

- А сестры у тебя есть?

- Нет, только братья, в нашей семье девочки не рождаются, я исключение из правила. А у тебя есть сестры или братья?

- Нет, я единственный ребенок.

- Грустно тебе, наверное? – на ее лице читалась явная жалость ко мне и непонимание, как можно прожить без братьев и сестер.

- Знаешь, мне как-то не с чем сравнить, – иронично ответил я.

- Чем ты занимаешься? – поинтересовалась она через некоторое время.

- Работаю автомехаником, коплю деньги на образование, хочу стать инженером. А ты?

- А я бездельничаю. Хочу записаться на курс искусствоведения в университет, да все некогда, – задумчиво произнесла Эсмириль - Знаешь, с тобой очень легко, у меня такое чувство, что я тебя всю жизнь знаю, – сказала она, внимательно глядя мне в глаза.

Я наклонился к ней и таинственным голосом произнес – Знаешь, а мне удивительно, как я без тебя жил раньше!

Она рассмеялась и вложила свою ручку в мою ладонь.

После ресторана мы решили немного прогуляться и прошатались по центру города два часа, пока не замерзли окончательно. Я проводил ее до машины, и мы договорились встретиться завтра, тепло одетыми, и погулять в центральном парке.

Проводив взглядом удаляющуюся машину, я направился  к «Жуку» пребывая на седьмом небе от счастья и с трудом сдерживаясь от желания ущипнуть себя, чтобы убедиться, что не сплю. Завтра мы снова встретимся и проведем вместе целый день! Окрыленный и счастливый я поехал домой.

Следующий день был выходным, я проснулся ни свет, ни заря и от нечего делать побегал в парке, первый раз за многие недели, не боясь, что пропущу Драка, а просто потому, что мне так хотелось. Приняв душ, перекусив, и одевшись потеплей, я отправился к парку. Эсмириль, как и в прошлый раз опоздала на пять минут. Она была одета в толстую ярко-синюю куртку, джинсы, теплые сапожки и вязаную шапку, волосы были собраны в длинный хвост, но пара прядей обрамляла лицо, выбившись из-под шапки, на руках были варежки. Мы гуляли по замерзшим, покрытым снегом аллеям парка и говорили, не умолкая. Иногда  мы срывались на бег, чтобы согреться, день выдался морозным и холодный воздух щипал нос и щеки. Я еле сдерживал желание обнять ее, как вдруг Эсмириль поскользнулась на льду, и я едва успел ее подхватить. Она хохотала, а я, больше не в силах бороться с собой, прижал ее к груди. Она подняла голову и я, обняв ее покрепче, осторожно поцеловал в губы. Эсмириль обняла меня за шею  и ответила на поцелуй. Сердце стучало, как сумасшедшее,  под веками плыли разноцветные круги, а голова кружилась. Я полностью потерял ощущение реальности, ничто в мире не могло заставить меня оторвать губы или разжать руки. Через несколько минут она отстранилась от меня и, улыбаясь, посмотрела мне в глаза.

- Как ты думаешь, мы не сильно торопимся? – спросила она

Я не разжимал кольцо рук – Я думаю, что сильно опоздал, нужно было это сделать еще в первую нашу встречу, – я снова прижал ее к себе, вдыхая аромат ее волос и, чувствуя, как жаркая струя бежит вниз по позвоночнику, сворачиваясь в животе в тугой пульсирующий огненный ком.

Эсмириль рассмеялась, мягко отстранилась, подхватила под руку и повлекла дальше по аллее.

Глава 18 Алариэль

Впервые в жизни я была в городе одна, ноги сами несли меня по улице, я шла неизвестно куда, почти не видя дороги и наталкиваясь на прохожих, полностью погрузившись в мысли о Данте. Я очнулась перед кинотеатром, в котором мы вчера смотрели фильм, и даже не удивилась конечной точке моего маршрута. Куда еще могли принести меня ноги? Я подошла к кассе и купила билет на ближайший сеанс. Фильм снова пролетел как один миг и вот снова титры и горькое чувство обиды на то, что он закончился так быстро. Я вышла из зала одной из последних и присела на диван в холле, раздумывая, что делать дальше. Денег у меня с собой немного, на билет на следующий сеанс не хватит, бродить по улицам холодно, значит надо возвращаться домой. Я вышла из кинотеатра, и направился в сторону дома, снова погрузившись в свои грезы о прекрасном вампире. Поднявшись в квартиру и переодевшись, я вспомнила, что Эс ждет моего звонка. Вытащив из сумки телефон, я  набрала ее номер.

- Алло? – подруга откликнулась  после второго гудка.

- Эс, это я.

- Где ты? Я подъеду, – тут же предложила она.

- Прости, я забыла тебе позвонить. Я уже дома, если ты чем-то занята, то можешь не торопиться.

- Ты будешь дома? – уточнила Эсмириль.

- Скорее всего, если ты не предложишь ничего лучше.

- Ты хотела съездить в табачную лавку, помнишь? – напомнила она.

- Ах да, я и забыла! Давай съездим, если ты свободна, – я ухватилась за предложение подруги, сидеть дома в одиночестве мне не хотелось.

- Я подъеду через пять минут, – сказала Эсмириль и отключилась.

Мы зашли в ближайшую к дому табачную лавку и придирчиво осмотрели витрины, на мой неопытный взгляд некоторые трубочки были чудо как хороши, но судя по кислому выражению лица Эсмириль, курительные принадлежности следовало выбирать отнюдь не по красоте. Продавец, удивленно поглядывая на нас, выложил с десяток трубок на стекло витрины. Эсмириль с сомнением осматривала каждую трубку, откладывая не понравившиеся в сторону.

- Ну что? – спросила я, наконец.

- Мне не нравятся, какие-то  они все неправильные, – проворчала Эсмириль, когда все предложенные трубки оказались слева от нее – Вот у этой мундштук  слишком длинный, в этой чашка слишком большая, и во всех отверстие плоское, а надо чтобы оно было другой формы, - она показала пальцами что-то типа эллипса. - Пойдем в другой магазин, – наконец, определилась она.

Мы посетили еще несколько магазинов, но трубки нужной конфигурации и размера так и не нашли.

- Бесполезно, - выйдя на улицу из четвертой лавки, Эсмириль безнадежно махнула рукой и недовольно посмотрела на витрину провинившегося магазина -  люди не умеют делать правильные трубки. Поехали в поместье, что-нибудь тебе подберем.

Мы сели в автомобиль, и Эс вырулила на проспект, я водить умела, но не любила и, по возможности, перекладывала эту заботу на плечи подруги.

- Аль, как ты думаешь, твой отец меня не убьет? – через некоторое время спросила Эсмириль.

- За что? – удивилась я.

- За курение.

- Не знаю, – неуверенно сказала я – наверное, нет, ведь я сама захотела научиться, ты же меня не заставляла.

- Да, не заставляла, – с сомнением в голосе согласилась она, мы обе знали, что подобное утверждение вряд ли станет весомым аргументом для моего отца. После слов Эсмириль я задумалась, какие последствия могут грозить лично мне, но, кроме громов, молний и категорического запрета курения, пока ничего не придумывалось.

Некоторое время мы ехали молча, думая каждая о своем.

- А кто сейчас в поместье? – спросила я, мы выехали за пределы города и мчались по трассе, до поместья оставалось ехать несколько лиг.

- Драк,  Гелан. Гор уехал с отцом, ну и вагары. – отозвалась Эс.

- Ты возьмешь траву для меня? – я лишь обозначила вопрос, пребывая в полной уверенности, что если Эсмириль даст мне трубку, то и про траву не забудет.

- Конечно, возьму, хорошо, что мы сегодня выбрались в поместье, как раз наполним наши кисеты. – Эс бросила на меня быстрый взгляд и подмигнула. Как же замечательно, что ее наказание так удачно совпало с моей поездкой, и что планы моего пребывания в третьем мире строились с учетом того, что Эсмириль должна неотлучно присутствовать рядом со мной. Приехав сюда одна, я не смогла бы так свободно распоряжаться собой и своим временем. Жить бы мне пришлось в резиденции посла, и, наверняка, дни мои были бы наполнены множеством очень важных протокольных мероприятий, встреч, раутов и приемов. Мне не удалось отвертеться от приема в честь моего прибытия, на котором было произнесено  много торжественных речей и присутствовали все резиденты-светлые, которые проживали в городе. После приема был организован торжественный ужин, не посетить который было невежливо.  В тот вечер нам пришлось остаться ночевать в резиденции, посол предоставил в наше распоряжение служанок и все необходимое для ночевки таких высокопоставленных особ, как мы с Эсмириль.  На следующее утро во время завтрака секретарь уже приготовился изложить по пунктам программу моего пребывания в третьем мире, но был прерван на полуслове и отправлен заниматься посольскими делами. После завтрака я решительно зашла в кабинет посла и твердо заявила ему, что мой визит не предполагает никаких светских обязанностей,  и решения о своем времяпрепровождении я буду принимать самостоятельно, охрана мне не потребуется, а местом моего проживания станет городская резиденция Драконов. Посол пришел в ужас, сменившийся паникой, на некоторое время потерял дар речи, а когда обрел его, снова битый час пытался убедить меня, что Лучезарный, наверняка, не предполагал такую степень моей самостоятельности, умолял пощадить его, потому что, если со мной что-нибудь случится, то мой отец, наверняка, придумает специально для него самый ужасный способ казни. Я была непреклонна, никакой гвардии, никакой магической слежки, никаких согласований с  моим отцом. Доведя посла до истерики, я отбыла в сопровождении Эсмириль к месту нашего с ней проживания. Все дальнейшие попытки контролировать меня я пресекала на корню, а потом, по всей вероятности, посол получил инструкции от отца и перестал опекать меня с истовостью квочки, кудахтающей над выводком цыплят, хотя это не означало, что за мной никто не присматривал. Я искоса посмотрела на Эс, она, как всегда во время вождения автомобиля, полностью сосредоточилась на дороге, покачивая головой в такт музыке и беззвучно подпевая, смешно шевеля губами. Она моя единственная подруга, с эльфийками у меня дружить не получается,  Эсмириль воспринимает меня такой, какая я есть, и всегда говорит в глаза то, что думает, льстить она не умеет, в отличие от моих придворных дам. Сестры намного старше и уже давно живут отдельно, да и нет у меня с ними особо близких отношений. Я снова посмотрела на Эс, сейчас мы вместе, но надолго ли? В конце концов, мне придется выйти замуж, и я уеду из отчего дома в замок мужа. Повелитель Драконов рано или поздно выберет подходящего жениха из какого-нибудь высокого рода, Эсмириль сосватают и отдадут замуж. Мы совсем скоро станем взрослыми, у каждой из нас появятся свои дела, заботы и времени на общение совсем не останется. От подобных мыслей мне стало нехорошо, я постаралась выкинуть их из головы, чтобы заранее не расстраиваться. Вот когда придет это время, тогда и буду горевать, а пока нет причин для печали, пока мы вместе, надо жить сегодняшним днем и наслаждаться свободой. Через четверть часа мы подъехали к воротам поместья.

Мне всегда очень нравилось бывать и в поместье, и в Шерданне, родовом замке клана Тули в Дрэклау. Члены семьи Эсмириль умудрялась в любом месте создать совершенно особенную атмосферу надежности, комфорта и непринужденности. Рядом с Тули, я чувствовала себя, как за каменной стеной, в абсолютной безопасности, и дело было даже не в том, что все они были воинами и защитили бы меня от любой напасти, а в спокойной уверенности в себе всех обитателей их большого дома. В нашей семье придерживались совершенно других традиций, нас, детей, с раннего возраста приучали вести себя согласно этикету, сдерживая эмоции и следя за выражением лица. В Элларионе было не принято прямо высказывать свое мнение, весь двор в совершенстве владел языком иносказаний, завуалированных намеков, полувзглядов и лести. Взрослея в атмосфере лжи и интриг, я была благодарна небу за то, что мне посчастливилось пожить в другой  семье, где никто не боялся осуждения за не вовремя сказанное слово, или не к месту проявленную  эмоцию, где члены семьи не считали зазорным радоваться или горевать, не стыдясь своих чувств и не боясь уронить свое достоинство, где искренний смех не считался неприличным. Прямолинейность и темперамент Драконов разительно отличались от холодности и отстраненности эльфов, что служило поводом для ядовитых шуток и анекдотов последних по поводу необузданности страстей первых.

Дом Тули в первую очередь был именно домом, местом, куда хочется возвращаться и не хочется уходить. Вагары клана ревностно следили за порядком и ловили желания хозяев налету, иногда предугадывая поручения до того, как они озвучивались. Члены клана Тули не отличались мирным нравом и спокойным характером, но вагары обожали своих хозяев и, вряд ли, смогли без них жить, поставив служение выше собственных интересов. Собственно говоря, служение Тули и было высшим смыслом существования этой семьи, почти все члены которой проходили обряд «вагаррин» и становились вагарами клана на протяжении многих сотен лет. В Элларионе, среди своих родных, я чувствовала себя, как в музее, лишь Гаринар иногда позволял себе нарушать этикет. В доме Тули царила атмосфера вечных сборов на великие подвиги, обсуждения текущих дел, поединков и яростных споров. С каждым  днем, прожитым среди Драконов, я все острее осознавала насколько сильно их семья отличается от моей собственной. Сколько раз я была свидетелем того, как братья орали друг на друга до хрипоты, не обращая внимания на окружающих, пытаясь отстоять свою точку зрения. Мне казалось, что они вот-вот полезут в драку, что я вижу перед собой яростно ревущих драконов, хлещущих длинными хвостами и изрыгающих пламя, но через мгновение братья обнимались, хлопая друг другу по спинам и хохоча во все горло. Для разговора им не требовалось находиться в одной комнате, они чувствовали себя вполне комфортно, перекрикиваясь через полдома или с одного этажа на другой, часто используя выражения на квэнне, которых я не понимала, а Эсмириль наотрез отказывалась переводить. В присутствии отца и матери, конечно, никто из них не позволял себе подобных вольностей, но друг с другом братья  и Эс вели себя так, как считали нужным. Я с трудом представляла своих братьев на месте Драконов, ведь даже находясь в узком кругу членов семьи, мы не давали воли эмоциям. В Элларионе я отчаянно  скучала по Драконам: мне не хватало веселого смеха Эсмириль, грубоватых шуточек Драка, спокойной рассудительности Гелана, стихов Гора, которые он декламировал на память на десяти языках трех миров, бесконечных препирательств Трина и Глена, неуклюжих комплиментов Вила, материнской заботы Диары и отеческого тепла Бруна. С ними я чувствовала себя окруженной живыми существами  и сама оживала, порой мне было до слез жаль, что я не одна из них. Как грустно, что Дун пропал, он был ярким солнышком, когда он погиб в пятом мире, в доме Тули как будто стало меньше света.

Мы припарковались и вошли в услужливо распахнутые вагарами двери.

Эсмириль скинула пальто на руки Маары и направилась на лестницу на второй этаж.

Я тоже разделась, вагары забрав одежду, поклонились и растворились в недрах дома. В проводниках мы не нуждались, а навязчивость в доме Тули была не в почете.

- Пошли, Гелан ждет нас у себя в кабинете, я его предупредила по мыслесвязи о нашем приезде. – Эсмириль повернулась ко мне, ухватила за руку и потянула наверх. Гелан сидел в кресле за огромным столом, его кабинет был вполовину меньше, чем у Бруна и, на мой взгляд, гораздо уютнее. У одной из стен стоял большой книжный шкаф темного дерева, забитый свитками, книгами и папками с документами, на второй стене в резных рамах висели гобелены на охотничью тему, вытканные в старинном стиле. В противоположном от стола углу стоял мягкий кожаный диван, несколько таких же кресел и небольшой журнальный столик, а в воздухе витал терпкий аромат драконьей травы, пропитавший весь дом Тули. Сравнительно небольшие размеры комнаты позволяли посетителям удобно расположиться для непринужденной беседы, а хозяину иметь под рукой все необходимое как для работы, так и для отдыха. Гелан поднялся к нам навстречу, тепло поприветствовал и поцеловал в щеку сначала Эсмириль, а потом меня.

- Прекрасно выглядишь, Аль! – улыбнулся он, усаживая меня в мягкое кресло.

- Спасибо, Гелан, ты тоже, – искренне отозвалась я.

Внешне Гелан отличался от остальных Тули. Тонкокостный, выше меня всего на полголовы он выглядел подростком на фоне своих массивных младших братьев и казался приемным сыном в клане, но это было обманчивое впечатление, он был настоящим Драконом, настоящим Тули. Дун был сердцем семьи, а Гелан – ее мозгом. Тули владели бизнесом в третьем мире, который обеспечивал им комфортные условия пребывания. Как таковые деньги их не интересовали, так же как и власть, но условия проживания должны были соответствовать их положению. Точка. Ради этого Гелан организовал доходный бизнес и теперь с удовольствием им  руководил, взяв в помощники Драка и Гора. Гелан был самым уравновешенным из Тули и слыл тонким дипломатом и дальновидным политиком. Мой отец нередко хвалил его, говоря, что с таким сыном Бруну не стоит беспокоиться за будущее династии и сокрушался, что Таниэль не проявляет и половины тех качеств политика и дипломата, коими славился Гелан.

- Одну минуту, я прикажу подать кофе, – он отдал распоряжение своему вагару и присел рядом с нами. Расспросив о наших делах, он подвинул ко мне длинную деревянную коробку, которая стояла на журнальном столике рядом с ним, и откинул крышку.

- Аль, выбирай. – Гелан кивнул на коробку, я с любопытством заглянула в нее. Ящик был наполнен трубками, некоторые из них были в употребление, о чем свидетельствовали почерневшие чашки и прокуренные мундштуки, другие были совсем новые. Я удивленно посмотрела на улыбающегося Гелана. Эсмириль смущенно заерзала.

- Ты же не думала, что у нас трубки валяются по всему дому? – кашлянув, спросила она меня.

Откровенно говоря, именно так я и думала, мне не хотелось, чтобы моя новая привычка так скоро стала достоянием широкой общественности.

- Выбирай, – повторил Гелан – и перестань вести себя как ребенок. Лучше я сам научу тебя правильно курить, чем ты будешь учиться сама, втихомолку таскать траву у Эс и подвергаться риску отравления.

Я без лишних слов придвинула к себе ящик и стала доставать из нее трубки, придирчиво осматривая их со всех сторон. Теперь мне было понятно, почему Эсмириль осталась недовольна всеми человеческими приспособлениями для курения, трубки из коробки имели аккуратные небольшие чашки, довольно длинный мундштук и эллипсовидные наконечники, а главное они были сделаны из правильного материала. Большая часть трубок оказались великоваты для меня, видимо их делали для мужчин, поэтому я отложила их в сторону, выбрав самые маленькие и удобные. Трубочки Драконов были мастерски вырезаны из твердого дерева сторр, резчик умело подчеркнул естественный узор древесины, превращая каждую трубку в произведение искусства, красноватые и светло-коричневые полосы на темно-коричневом фоне сплетались в уникальный и неповторимый узор. Я долго перебирала трубки, пока не сообразила, что не знаю, на что мне надо обратить внимание при выборе.

- А как я должна их выбирать? – спросила я у Гелана, держа выбранные трубки в руках.

Гелан с серьезным лицом взял в руки одну из трубок, поднес ее к глазам и торжественным голосом начал инструктаж - Тебе надо сосредоточиться и пристально смотреть на трубку, через некоторое время узоры начнут танцевать и  сливаться воедино.

Я слушала его затаив дыхание, мне в голову не приходило, что выбор трубки похож на магический ритуал.

- Узоры будут плясать, а когда танец остановится и трубка поменяет цвет на светло-коричневый это будет означать, что ты все сделала правильно и обрела свою трубку, – провозгласил Гелан, осторожно положил трубку на столик и скрестил руки на груди.

Воцарилось молчание. Я с благоговением смотрела на трубки, гадая, которая из них соблаговолит стать моей. Вдруг Гелан и Эсмириль расхохотались.

- Просто возьми их в руки, примерься, рассмотри  рисунок, – сказал он, все еще посмеиваясь.

Гелан меня разыграл! А я поверила! Если бы не их хохот я и в самом деле стала бы ждать танцев узора на поверхности! Поняв, как глупо буду выглядеть, если начну обижаться, я тоже рассмеялась. После того как я обрела свою трубку, выбрав ее исключительно из эстетических соображений, Гелан показал, как правильно ее набивать, раскуривать, чистить и количество травы, которое мне нужно брать. Он насыпал запас драгонфлайя в кисет с гербом Тули и протянул его мне. Вагары принесли кофе и мы, уютно устроившись в креслах и покуривая каждый свою трубку, приятно проводили время. Наконец, Гелан встал и стал убирать лишние  трубки.

- Если так пойдет и дальше у нас не останется запасных трубок, – пробормотал он себе под нос на квэнне, но моего знания языка хватило, чтобы понять сказанное. Эсмириль покосилась на него, но Гелан больше ничего не сказал. Мне стало любопытно, кому еще Гелан дал трубку из своей коробки, хотя, судя по количеству оставшихся, нехватка запасных им пока не угрожала.

Мы пробыли в поместье до вечера и после традиционно плотного ужина, захватив с собой Драка, поехали домой.

В городской квартире мы разбрелись по своим комнатам, и я, оставшись одна, тут же включила компьютер, чтобы разыскать еще что-нибудь о Данте. Я уже знала о нем почти все, с кем и где он снимался, с кем дружил, имена его бывших подружек, прочитала все его интервью и рецензии на фильмы. Пока это знание ничего мне не давало, настала пора думать над следующим шагом.

Несколько дней прошли спокойно, на улице было холодно, и практически все свое время я проводила, лежа на диване, убегая на пару часов, чтобы успеть на утренний сеанс в кино. Эс была занята какими-то личными делами, Драк тоже отсутствовал, появляясь только вечером.

В один из дней Эс вернулась с румяными щеками, пахнущая морозом, с блестящими глазами и упала рядом со мной на диван. Некоторое время она молчала, а потом неожиданно спросила.

- Аль, а ты бы могла полюбить человека?

Я невольно вздрогнула, мне приходилось прилагать немало усилий, чтобы сохранить свою тайну, так как я еще не была готова поделиться ею с Эсмириль, и в то же время чувствовала себя виноватой из-за того, что мне приходится обманывать лучшую подругу.

- Не знаю, зависит от человека, -  промямлила я  - Почему ты спрашиваешь?

- Я встречалась с Ником, – просто сказала она – мы гуляли в парке и он меня поцеловал.

- С ним все в порядке? – встревожено спросила я, со слишком настойчивыми кавалерами подруга расправлялась жестко и безжалостно, так что иногда им приходилось обращаться за помощью к лекарям, а Эсмириль они потом обходили десятой дорогой.

- Конечно, ты что думала, что я ему голову откусила? – рассмеялась она.

- Что-то вроде того, – осторожно призналась я.

- Нет, я была не против, – она отрицательно качнула головой.

- Тебе не понравилось?

- Наоборот, очень понравилось. Ты ведь знаешь, что у нас происходит со Старком?  -  я согласно кивнула.

- Мне не нравится, когда он ко мне прикасается, пытается поцеловать или обнять. Я  с трудом сдерживаюсь и то, лишь потому, что мы находимся в третьем мире, - она помолчала - С  Ником все абсолютно по-другому, когда он меня поцеловал, я почувствовала, что раньше целовалась совершенно не с теми парнями, он будто моя вторая половинка, которая идеально мне подходит.

Она выжидательно смотрела на меня.

- Эс, ну это же здорово! – искренне порадовалась я за нее.

- Но он же человек! – простонала она.

- Ну и что? Какая разница? Тем более он сможет стать Драконом, – я пожала плечами, мне до сих пор было не понятно, почему Эс так противится будущему превращению Ника.

- Я не хочу, чтобы ему из-за меня пришлось делать этот выбор, – упрямо сказала она – Драк не видит его дракона и не может сказать, кем Ник станет после инициации. С другой стороны, мне и  так с ним хорошо. Аль, я ума не приложу, что мне делать! Может не встречаться с ним какое-то время?

- А ты сможешь? – с сомнением спросила я, глядя на тоскующую подругу.

- Не уверена. Скорее всего, нет.  Еще надо что-то решать со Старком.  – Эс сморщилась, как от зубной боли.

- Мне кажется, что в отношениях с Ником тебе надо успокоиться и не думать ни о чем дурном, а вот со Старком сложнее. Даже не знаю, как тебе помочь,  – вся проблема их взаимоотношений заключалась в том, что они развивались в третьем мире. Здесь отношения между резидентами были по возможности равными, сословные предрассудки не приветствовались. Если резидент считал ниже своего достоинства общаться с другим резидентом, то он просто избегал его общества. Если же отношения все-таки завязывались, то, по негласному закону, они должны были развиваться так, как это принято у людей. Земля не была курортом, куда ездят, чтобы развеяться, здесь проводились научные изыскания, велась магическая, этнографическая, политическая, социальная и наблюдательная работа. За редким исключением, резидентом мог стать далеко не каждый желающий, претенденты отбирались специальной группой при Совете Миров и Конвенте Архимагов, которая выявляла их способности к выполнению той или иной работы  в третьем мире, а также психическую устойчивость, позволяющую проживать в технологическом мире. Каждый потенциальный резидент получал четко определенную программу действий, расписанную на годы вперед, потеря или увечье кого-нибудь из них приводила к сбоям и задержкам в работе. Каждый резидент выполнял определенную миссию, и всякое преступление резидента против резидента сурово каралось. Наместник лично рассматривал подобные дела, и виновный лишался права посещать этот мир навсегда. Конечно, Эсмириль это отлично знала и не могла разобраться со Старком по-драконьи, то, что сошло бы ей с рук во втором мире, могло привести к катастрофическим последствиям для нее в мире третьем.

- Ладно, я с Драком посоветуюсь, – она тяжело вздохнула.

- С Драком? Ты обсуждаешь с ним подобные вопросы?? – я не могла себе даже представить, что приду к одному из моих братьев и попрошу совета как избавиться от надоевшего кавалера. Я даже к сестрам с таким вопросом не пойду.

- А что такого? – удивленно спросила подруга – Он же мне как подружка, и потом, кто расскажет мне о мужчинах, лучше, чем мужчина? Я ему тоже советую, если у него какие-нибудь проблемы с девушками. Во-первых, со стороны виднее, во вторых, родная сестра плохого не посоветует. Кстати, если тебе понадобится какой-нибудь совет, смело к нему обращайся!

У меня попросту пропал дар речи. Мне бы никогда в голову не пришло обратиться за советом по подобным вопросам к Драку.

- А ты не хочешь мне рассказать, в кого ты влюбилась? – осторожно спросила Эс.

- Пока нет. Я еще хочу немного подумать, – я была не готова к откровенному разговору с подругой, небезосновательно опасаясь ее реакции.

- Как скажешь,  – легко согласилась она.

- Ты завтра опять встречаешься с Ником? – мне показалось, что Эсмириль обиделась, и я поспешила перевести беседу на приятную ее сердцу тему.

-  Да, - кивнула она - А у тебя какие-то планы?

- Пока нет, я просто так спросила, – поспешно отозвалась я -  А ты меня с ним познакомишь?

Она удивленно на меня посмотрела. – Ты этого хочешь?

- Конечно, ты же мне как сестра! Ты все равно не сможешь его долго от нас прятать, – произнеся это, я почувствовала укол совести.

Она кивнула - Познакомлю, но сперва мне надо поговорить с Драком. Если что, я в спортзале. - Она встала и отправилась в свою комнату, переодеваться для ежедневной тренировки. Я откинулась на спинку кресла и взяла свою новую трубочку и кисет. Аккуратно насыпав траву, я раскурила трубку и задумалась. Эсмириль встречается с человеком, по-моему, она влюблена, пока это не создает никаких проблем, тем более Ник все равно рано или поздно станет Драконом, независимо от ее желания и узнает про миры. Я, принцесса Алариэль, влюбилась в человека, который меня никогда не видел, а я видела его лишь на экране кино или мониторе компьютера. И тут меня осенило! Ведь Данте живой человек, а не картинка в экране, он где-то живет, ходит, разговаривает. Как же я раньше об этом не подумала? С ним можно встретиться, поговорить, увидеть его во плоти! Нет, определенно, драгонфлай благотворно действует на мои мыслительные процессы! Положив трубку в пепельницу, я схватила компьютер и ввела запрос на поиск адреса Данте. К моему большому сожалению, программа опять выдала мне сто тысяч ссылок, большую часть из которых я уже просмотрела. Адрес был засекреченной информацией. Не подумав о том, что, возможно, не только я захочу его увидеть и потрогать, и что он, наверняка, не станет вывешивать свой адрес на личной страничке в интернете, сейчас я почувствовала разочарование. Как же мне его найти, или, хотя бы, узнать в каком городе этого мира он живет?

Я снова взяла трубку и пару раз затянулась. Определенно, пора открыться Эсмириль, все свои ресурсы и умственные способности  по поиску Данте я уже исчерпала.

Глава 19. Эсмириль

Я сидела на кухне у стола на высоком табурете, наблюдая, как Драк возится с тестом, к завтраку у нас сегодня планировались  свежие булочки с вишневым джемом. Мой брат осваивает приготовление выпечки, и поэтому подскочил   сегодня, едва рассвело. В кухне было тепло и уютно от разогретой духовки, тихо бормотал телевизор, вкусно пахло молотым кофе и специями. Драк что-то напевал себе под нос.

- Драк, я встречаюсь с Ником. – болтая ногой и глядя ему в спину, сказала я.

- Замечательно! Я так и думал, что это случится! Этот парень настойчивый, настоящий Дракон! – он повернулся ко мне, преувеличенно радостно улыбаясь – Дай пять!

Я хлопнула его по перепачканной мукой ладони и подозрительно посмотрела на брата, на мгновение мне показалось, что Драк подстроил нашу вторую встречу.

- Как он? Не умер от счастья? – спросил Драк, снова повернувшись ко мне спиной и раскладывая колобки теста на противне.

- Мы все время целуемся, к счастью ему надо ходить на работу, иначе мы бы друг друга уморили, – рассмеялась я. Какая разница, подстроил Драк нашу встречу или нет, главное, что все счастливы. Брат засунул противень в духовку, вытер руки и сел напротив.

- А чего ты хотела? Два влюбленных Дракона это вам не шутки, то ли еще будет, когда ваши отношения перетекут в следующую фазу! – он подмигнул мне.

- Он не Дракон, – возразила я и нахмурилась, упоминания о предстоящем перерождении Ника портили мне настроение.

- Он им будет, – отмахнулся от меня Драк и налил кофе – я смотрел на него после кино, дракончик стал заметно больше и уже хорошо виден, так что, его инициация -  вопрос времени.

- Я не хочу лишать его выбора! – упрямо  отозвалась я.

- Эс, – Драк серьезно смотрел мне в глаза – пойми, у него нет выбора.

- Почему?

- Он ничего не добьется в этом мире, не соберет денег и не получит образование, со временем он превратится в полусумасшедшего неудачника или сопьется. Пока Ник еще не потерял надежду и его дракон жив, мы должны его переродить. Оставив  все, как есть, мы обречем его на несчастливую жизнь,  – мягко, но настойчиво сказал Драк, в его глазах не было смеха, и я поняла, что он говорит серьезно.

Меня передернуло от его слов, я вспомнила рассказы Ника о его коллеге Торе.

- Откуда ты знаешь? – обреченно спросила я.

- Гор просчитал варианты его человеческого будущего.

- И? – Гор вывел цифровую формулу судьбы, которая была понятна только ему, и требовала вхождение в какое-то особое состояние, но, как бы там ни было, его прогнозы всегда сбывались. Он мог просчитать возможные варианты и определить наиболее оптимальный путь. Время от времени Конвент Архимагов привлекал Гора для подобных расчетов,  но брат не любил «считать жизни», как он называл этот процесс, и крайне редко пользовался своей формулой. Во-первых, для вхождения в нужное состояние ему требовались сильнодействующие снадобья, после которых у него несколько суток болела голова, во-вторых, он чувствовал ответственность за свои прогнозы, а в третьих, ему не хотелось, чтобы те, кому он «считает жизни», бегали к нему за советами, правильно ли они поступают, и согласуются ли их действия с прогнозом.

- Вариантов больше нет, только тот, о котором я тебе только что сказал, и перерождение его в Дракона, – спокойно произнес Драк, глядя мне в глаза.

Я обреченно  вздохнула, но мне стало легче, если дело обстоит таким образом, то мне незачем чувствовать себя виноватой. Проблема скорого превращения Ника в Дракона для меня становилась камнем преткновения в наших отношениях.

- То есть ты не против наших свиданий? – на всякий случай уточнила я.

- Я не против,  - серьезно ответил Драк - Ник славный, не лезет на рожон и не ищет себе приключений на то место, откуда у дракона хвост растет, но окажет помощь, если сочтет это необходимым. Он очень уравновешенный и, по-моему, любит тебя.

- Ага, в точку! Драк, как мне все объяснить Старку? – с Ником разобрались, теперь следовало получить совет по второму животрепещущему вопросу.

Он непонимающе посмотрел на меня и хмыкнул – Объясни как есть.

- Я не очень хорошо знаю вампиров. Какую реакцию он может выдать? – раздумывая над его советом, спросила я. Конечно, сказать все, как есть было бы самым простым выходом из положения, при условии, что Старк бы его понял и принял, но даже мой прямой отказ встречаться с ним не произвел на вампира никакого впечатления, а более решительно я действовать не могла. Демон, как же все сложно!

- Да какую угодно! Может, полезет драться, или расплачется, или впадет в депрессию, кто этих инкаров знает. Они с Лариной вообще какие-то слишком эмоциональные для вампиров. – Драк безразлично пожал плечами, чувства Старка его не заботили.

- Может с Вессом поговорить? – спросила я – Он тоже вампир, и уже взрослый, может чего посоветует?

- Хм, неплохая идея! – Драк задумался– Ты ведь не обещала Старку, что будешь с ним встречаться?

- Наоборот, я сказала, что нам лучше остаться друзьями, но он настаивал, чтобы я подумала. И еще он сильно ревнует меня к Нику.

- Вампиры сейчас уехали домой на какой-то свой праздник, так что декада или чуть меньше в запасе у нас есть. Не переживай, что-нибудь придумаем, но все же я бы предпочел, чтобы ваше объяснение со Старком состоялось после того, как я поговорю с Вессом. – Драк допил кофе и отодвинул кружку.

- Я постараюсь, – согласно кивнула я, радуясь, что переложила часть забот на Драка. Духовка издала мелодичный звон.

- Булочки готовы, зови Аль! – Драк вскочил, надел кухонные рукавицы и распахнул дверцу.

Мы позавтракали восхитительной свежей выпечкой с джемом и Драк, чмокнув нас в носы, ушел на работу, Гелану срочно требовалось его присутствие в офисе. Аль сидела, поджав ноги, на диване и что-то разглядывала в компьютере. Я налила себе кофе и, примостившись  рядом с ней, включила телевизор.

- Эсмириль, ты вчера спрашивала, в кого я влюбилась, – неуверенно произнесла подруга.

- Ну? – наконец-то я услышу заветное имя, гадая, знаю я этого счастливчика или нет.

Она молча развернула свой компьютер монитором ко мне, и я увидела лицо давешнего вампира из фильма. Четверть минуты я непонимающе смотрела в экран, пока до меня не дошло, что она имела в виду этого парня, подняв на нее глаза, я просипела - Ты что, влюбилась в вампира из фильма?

Она обреченно кивнула.

- Так, подожди, ничего не говори, я должна подумать, – сказала я, пресекая ее попытку заговорить со мной, поднявшись и отойдя к окну. Уставившись невидящими глазами на великолепный вид залитого солнцем города и точки судов в заливе, я пыталась переварить услышанную информацию.

Аль сошла с ума, влюбиться в героя фильма – это явный признак безумия, ее надо срочно эвакуировать домой и лечить. Я вспомнила красивое лицо Каллара, ведь он реальный, живой и безумно любит ее. Но нет, ей нужен герой дурацкого фильма! Во мне закипало раздражение, хотелось подойти к подруге и хорошенько врезать ей, чтобы выбить дурь из головы.  Немного успокоившись, я повернулась к Аль лицом, только сейчас заметив, что продолжаю сжимать в руке чашку с остывшим кофе - Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Ты влюбилась в киношного персонажа!

Она покачала головой, в ее глазах стояли слезы.

- Его играет актер, Данте Кларк, я влюбилась в актера, а не в персонаж. – срывающимся голосом произнесла Аль.

- О, уже легче! – саркастически воскликнула я.

- Эс, не ругайся, я не знаю, что мне теперь делать – жалобно глядя на меня, произнесла Аль. Она поставила компьютер на журнальный столик и подтянула колени к груди, обхватив их руками. Подруга выглядела такой беззащитной и несчастной, что мне стало ее жалко до слез! Надо же быть такой наивной, глупой дурочкой! Я тяжело вздохнула, подошла и присела на подлокотник дивана рядом с ней, обняв ее за плечи - Ты его действительно любишь? – скрепя сердце, спросила я, зная заранее, что буду помогать ей в этой любовной авантюре. Она молча кивнула, потом подняла на меня заплаканные прекрасные глаза и сказала – Я смотрела этот фильм уже семнадцать раз.

Я присвистнула, семнадцать раз -  это серьезно, теперь понятно, куда Аль убегала все эти дни.

- И что ты собираешься теперь делать? – спросила я, перебираясь на диван.

- Я узнала о Данте все, что можно отыскать в интернете, теперь настала пора увидеть его живьем, но я не могу найти его адрес, и даже не знаю, в какой стране он живет! – ее глаза лихорадочно горели, а на щеках проступил румянец.

- И чего ты хочешь от меня? – подозрительно спросила я.

- Я хочу, чтобы ты мне помогла с ним встретиться. – смущенно сказала Аль и умоляюще воззрилась на меня.

Вот так, ни больше, ни меньше, найти бешено популярного актера, и устроить им свидание. Я потянулась за своей трубкой.

- Ты мне поможешь? – она схватила меня за руку, заглядывая в глаза.

- Да помогу я, помогу! - проворчала я, отводя взгляд. Меня обуревали противоречивые чувства, досада на Аль за ее выходку, неловкость за ее выбор, угрызения совести перед Калларом, страх перед ее и моим отцом и раздражение на себя за неспособность отказать подруге – Сначала надо подумать, как его искать.

Я честно предупредила подругу, что буду помогать ей, пока она не перейдет определенные границы, и наша авантюра не станет для нас опасной, о чем честно призналась Аль, она смахнула слезы и радостно кинулась мне на шею.

В компьютерных технологиях я была не сильна, как, впрочем, и вообще во всех технологиях этого мира. Я знала только то, что облегчало быт и обитание в этом мире. Как найти этот демонами драный адрес? Ведь должен быть способ. Если Аль сказала, что не смогла найти его в интернете, значит, его там нет. Глупо было бы думать, что он вывешен в свободном доступе. Зная свою подругу, я понимала, что Аль не отступится, пока не добьется своего, и будет лучше, если она будет осуществлять свои желания под моим присмотром, только в этом случае есть надежда, что она не натворит всяких глупостей. Я снова усилием воли отогнала от себя мысленный образ Каллара. Мне очень хотелось позвонить Драку и попросить его помочь нам, но это было невозможно. Кроме того, у меня были подозрения, что он проводит с нами все свое свободное время неспроста, наверняка, отец поручил ему присматривать за нами.  Мои мозговые атаки не принесли никаких результатов. Пока я думала, время перевалило за полдень, и мне надо было собираться на встречу с Ником.

- Аль, прошу, никуда не ходи, – я серьезно смотрела на подругу.

- Ты куда-то уходишь? – оторвавшись от компьютера, спросила она.

- Мы договорились встретиться с Ником.

- Хорошо, я никуда не пойду, – легко согласилась она.

Я надела теплую куртку и спустилась в гараж. Ник уже ждал меня около парка. Увидев машину, он направился мне навстречу, приблизившись, он меня обнял и нежно поцеловал в губы, как всегда моя вторая половина откликнулась горячей волной по спине.

- Куда пойдем? – спросил он, все еще обнимая меня. Мысли о неожиданной любви Аль и всеми связанными с этой ситуацией проблемами отравляли прелесть свидания с Ником.

- Давай просто погуляем, мне надо немного подумать, – я надеялась, что прогулка поможет мне привести мысли в порядок.

- Что-то случилось? – он с тревогой заглянул мне в лицо.

- Пока не случилось, но может. Давай просто погуляем.

- Хорошо, как хочешь, – он взял меня за руку и мы, молча, пошли по аллее.

Кто мне может помочь с адресом? Просить помощи у кого-то из резидентов опасно, нас все знают и сразу догадаются, что мы хотим встретиться с этим парнем. Может, спросить у Ника?

- Ник, можно задать тебе один вопрос?

- Конечно, Эсмириль, что угодно, – было видно, что его нервируют мои недомолвки.

- Если бы тебе понадобилось найти адрес человека, чтобы ты сделал? – невразумительно выпалила я.

Он удивленно посмотрел на меня  - Какого человека?

- Любого, неважно какого! Как это можно сделать? – отмахнулась я.

- Например, поискать в телефонном справочнике, – слегка нахмурившись, сказал Ник.

- Нет, этот человек в телефонном справочнике не значится, – пока мне не удавалось толком объяснить, что я хочу узнать  - Допустим, ты бы был фанатом, ну скажем, актрисы и хотел бы узнать, где она живет, чтобы ты стал делать?

- Не знаю, никогда об этом не думал. А зачем тебе? – он остановился, развернул меня к себе и внимательно посмотрел в лицо.

Выбора кроме как рассказать Нику правду у меня не было.

- Моя подружка Аль влюбилась в актера Данте Кларка и теперь хочет его найти, – с тяжелым вздохом сказала я, морально готовясь услышать его смех и предполагаемый диагноз.

- Данте Кларк? – озадаченно переспросил он.

- Он играл вампира в том фильме, после которого мы встретились второй раз! – пояснила я.

- Ах, этот! И твоя подруга в него влюбилась?!– он весело рассмеялся.

- А что такого? – хоть я и была морально готова к подобной реакции, но мне стало обидно за Аль.

- Да кто она и кто он! – воскликнул Ник, безуспешно стараясь сделать серьезное лицо.

- Кто? – вот именно, кто Алариэль и кто этот Данте.

- Он же звезда! – воскликнул Ник, удивляясь моей непонятливости.

- И что? Он не ест, не пьет и в туалет не ходит? – я уперла правую руку в бок и отступила на шаг от Ника.

Он тут же шагнул ко мне и  обнял - Наверное, ходит, – примирительным тоном сказал он - А в кого-нибудь попроще твоя подруга не может влюбиться?

Я уперлась руками ему в грудь. - Не может, она избалованная.

Он снова прижал меня к себе, и мы начали целоваться, проблемы Аль и поиска ее возлюбленного отошли на второй план.

Через некоторое время, когда мы уже нацеловались и нагулялись вволю, Ник неожиданно вернулся к теме Данте Кларка - Есть у меня идея к кому мы можем обратиться с твоей проблемой по поводу адреса.

- Расскажешь? – загорелась я.

- Знаешь, ты выглядишь такой заинтересованной, что я начинаю ревновать, – прищурившись, сказал он.

- Ну, Ник, ну пожааалуйста! – заныла я, понимая, что без помощи Ника мне никогда не найти заветный адрес. Он засмеялся и чмокнул меня в нос.

- У меня есть   дружок Сэм, у него масса знакомых, возможно, он сможет кого-нибудь присоветовать. Можем прямо сейчас к нему сходить, тут недалеко, – перешел на деловой тон Ник.

- Отлично, давай сходим, – немедленно согласилась я.

Некоторое время мы шли молча, вдруг Ник остановился и внимательно посмотрел на меня.

- А это точно не тебе нужно, а твоей подружке? – спросил он подозрительно. Я засмеялась и поцеловала его.

Оказалось, что Сэм работает в небольшой тату студии. Когда мы вошли внутрь, он разговаривал по телефону. Увидев Ника, Сэм беззвучно, но бурно изобразил радость и жестами показал, чтобы мы его подождали. Я с интересом разглядывала приятеля Ника. Огромный, весь в татуировках, Сэм был похож на предводителя клана оборотней, какими их изображают на старых полотнах и описывают в сагах. Мысленно я нарядила Сэма в кожаные штаны и расшитую рубаху, добавила волос на голову и украсила их перьями и бусами, получился образцово-показательный оборотень из медвежьего клана. Пока я развлекалась подобным образом, Сэм закончил разговор и устремился к нам  - Ник, брат! Чертовски рад тебя видеть! Надумал сделать татуировку? - Ник шумно выдохнул и закатил глаза, видимо вопрос о его татуировках поднимался не в первый раз и успел Нику изрядно надоесть.

- Привет, Сэм, я тоже рад тебя видеть – отозвался Ник.

- А кто это тут у нас такой хорошенький? – вдруг заворковал Сэм, глядя на меня поверх плеча Ника. Я немного растерялась. Это он мне, что ли? С трудом подавив желание оглянуться и посмотреть, не стоит ли кто хорошенький за моей спиной, я вежливо улыбнулась и продолжала наблюдать за действиями  Сэма, который скользящим шагом надвинулся на меня и приобнял за талию.

- Ну, давай знакомиться, я Сэм, – он пожирал меня глазами. Ник напрягся.

- Э, Эсмириль, можно Эс.  - представилась я, пытаясь от него отодвинуться.  Сэм проигнорировал намек  на то, что я не люблю фамильярностей, особенно от незнакомых мужчин и продолжал крепко прижимать к себе. Мне, кончено, ничего не стоило вырубить Сэма, невзирая на его рост и массу, но учитывая, что мы с Ником собирались обратиться к нему за помощью, вряд ли подобный способ знакомства был бы уместен. Я начала прикидывать наименее травматичный для Сэма способ избавления от его крепкий объятий, но тут мне на помощь пришел Ник. – Эй, Сэм, она вообще-то со мной, убери руки! – раздался звенящий от ярости голос Ника. Он выдернул меня из рук своего дружка и задвинул себе за спину.

- Ник, расслабься! – замахал руками Сэм, но видя, что Ник настроен серьезно, поднял кверху руки, показывая, что больше подобное не повторится.

– Какой ты, оказывается! - покачал он головой - Ладно, Ник, извини.

- Можно тебя на пару слов? – по ходящим желвакам я поняла, что Ник Сэма не извинил и собирается сказать ему пару ласковых слов с глазу на глаз. Сэм с удивленным лицом вышел за Ником на улицу. Буквально через минуту они вернулись, я едва успела рассмотреть две картины на стене.

- Эс, извини, что-то меня занесло, – покаянно сказал Сэм, протягивая мне ладонь и не приближаясь ближе, чем на три ярда.

- Все в порядке,  - отозвалась я, пожав его протянутую руку. Инцидент был исчерпан.

Поговорив о делах и общих знакомых Ник, наконец, изложил нашу просьбу, правда, имени Кларка при этом не упомянул.

Сэм смешно оттопырил нижнюю губу. – Значит, вам нужен человечек, который может найти информацию не для всех, – задумчиво произнес он -  Ник, ты случайно не собираешься грохнуть, того кого ищешь? Мне проблемы не нужны.

- Нет, не собираюсь, – мотнул головой Ник.

- Ладно, сейчас пороюсь в записной книжке, поищу. Кстати, Эс, татуировочку не хочешь? Бабочку там или рыбку? – неожиданно предложил Сэм.

- Не хочу, – немного резко ответила я – Спасибо.

- Ну, вы с Ником прямо родственные души, он уже тоже который год от меня отбрыкивается, – расплылся в улыбке Сэм.

Он ушел за стойку и достал две внушительные книги, которые скромно назвал своей записной книжкой. Открыв одну из них и быстро пробегая глазами по записям,  он начал что-то бормотать себе под нос.

- Тебе не нравятся татуировки? – спросил меня Ник.

- Зачем что-то добавлять к тому, что у тебя уже есть, – отозвалась я

- У тебя есть татуировка? – удивился он.

- Нет, и не будет! – представляю, как взбесится мой дракон, если я надумаю попортить шкурку какой-нибудь бабочкой или цветочком. Да и что я, оборотень какой, себя разрисовывать!

Наконец, Сэм захлопнул одну из книг, найдя то, что искал в другой, повернулся к телефону, набрал номер и стал ждать ответа, задумчиво глядя на нас.

- Эй, Крис, брат, как ты? Это Сэм, – после продолжительного молчания заговорил Сэм. - Да-да, дела нормально.

Покивав головой и потрепавшись о каких-то кисках, он изложил свой вопрос и выслушал ответ. Записав что-то на листке бумаги, Сэм повесил трубку.

- В общем, так, Крис сделает, что сможет. Вот адрес, скажите, что от меня.  Он вас ждет,  – он протянул Нику листок с адресом.

Мы поблагодарили Сэма, попрощались и чуть ни бегом бросились к моей машине. Судя по названию улицы, написанном на листке, Крис жил на другом конце города. Не без труда отыскав его дом, примерно через час мы оказались в маленькой, захламленной и темной квартирке. Мы поздоровались и представились, хозяин квартиры потряс нам руки и  потом махнул рукой, приглашая следовать за ним. На вид Крису было лет двадцать пять-двадцать семь, тощий и нескладный, он шел впереди нас странной, разболтанной походкой человека, который считает, что спорт это то, чем люди занимаются в телевизоре. Знакомый Сэма был одет в растянутую футболку с наполовину вытертой надписью на спине, старые шорты по колено и веселенькие тапочки ярко-зеленого цвета в синий горох. Нечесаные темные волосы закрывали половину лица, опускаясь на шею сосульками разной длины, а все видимые участки кожи на руках и ногах были покрыты татуировками красивых девушек в коротких платьицах и на высоких каблуках. Они улыбались белоснежными улыбками с его бледного тела и игриво приподнимали короткие юбочки, обнажая пухленькие загорелые ножки. Крис  рухнул в большое кожаное кресло на колесиках и предложил нам рассаживаться там, где мы пожелаем. Ник присел на невысокий металлический ящик, а я уселась на единственный стул.

- Нравится? – спросил Крис, заметив мой интерес к его нательной живописи.

- Да, очень красиво, – согласилась я, девушки действительно были красивые и сделаны мастерски.

- Люблю кисок. Все работа Сэма, он классный мастер. Так что там у вас? Кого надо найти? – Крис резко перешел к делу.

- Нам нужен адрес парня по имени Данте Кларк. Мы знаем только его имя и фамилию, больше ничего,  – фраза Ника прозвучала очень по-шпионски, но Крис ничем не выдал своего удивления. Возможно, что к нему уже не раз обращались с подобными просьбами.

- Если он хоть раз засветился в сети, то найдем. – Крис уверенно тряхнул лохматой головой и развернулся к нам спиной.

Через минуту на  трех огромных мониторах бежали таблицы, выскакивали окна и мигали курсоры, а он сам с невероятной скоростью долбил по клавиатуре, успевая смотреть на все экраны одновременно. Крис не спросил, зачем нам нужен адрес, а может просто не знал, кто такой Данте.

- Этот? – не оборачиваясь, уточнил Крис через четверть часа, перед ним на экране висела фотография Данте.

- Он самый, – отозвался Ник.

- Ну вот вам и адресок, парняга живет в Лондоне, – минут через десять Крис развернулся к нам лицом и жестом фокусника выхватил листок из принтера.

- Спасибо!

- Не за что, если что, обращайтесь, – отозвался Крис, один из его компьютеров противно запищал, и он моментально развернулся к столу, набрасываясь на клавиатуру.

- Пока, Крис, и большое тебе спасибо! – громко сказал Ник. Крис, не поворачиваясь, махнул рукой – Захлопните дверь, когда будете уходить.

Мы вышли из квартиры, хлопнув дверью, Ник пару раз дернул за ручку и, удостоверившись, что замок сработал, мы спустились на улицу.

Я хотела спросить, где находится этот самый Лондон, но вовремя прикусила язык, лучше посмотрю дома в интернете, а то, выяснится, что это один из самых больших городов этого мира и не знать, где он находится просто неприлично. Нет, прав был Велерон, пора мне учить географию, причем начинать обучение надо прямо сегодня вечером!

Мне не терпелось поделиться с Аль адресом, поэтому я, не раздумывая, сразу поехала в сторону дома. Ник не возражал.

- Поднимешься? – спросила я Ника, когда мы подъехали к въезду в гараж, он кивнул. Я заехала в гараж и припарковалась, в лифте вставила в гнездо персональную карточку, которая давала право подниматься в наш пентхауз, и мы поехали на самый верх.

- У тебя классная квартира, – присвистнул он, заходя вслед за мной – никогда в таких не бывал!  - мне показалось, что у Ника как-то сразу испортилось настроение.

- Она не моя, семейная. Аль! – крикнула я.

- Я здесь! – отозвалась подруга из своей комнаты.

- У нас гости, не вздумай выйти без штанов, – предупредила я.

- Я никогда не хожу без штанов, даже если у нас нет гостей. – Аль вышла в холл.

- Аль, это Ник. Ник, это Аль, – я представила их друг другу.

Ник оторопело смотрел на Аль, а Аль с интересом разглядывала Ника. Королевское воспитание подруги победило любопытство, поэтому Аль опомнилась первой - Привет, Ник, рада познакомится.

Ник встряхнулся – Привет, Аль, я тоже рад – он наклонил голову, получилось довольно светски, во всяком случае, Аль ничем не выразила своего неудовольствия манерами Ника.

Алариэль перевела глаза на меня – Ты чего такая встрепанная?

- А ты отгадай? – предложила я.

- Драк решил готовить только вегетарианские блюда? – предположила Аль.

- Холодно, хотя не хотелось бы, – если Драк займется вегетарианской кухней, то это будет значить скорое наступление конца света.

- Все твои братья решили поселиться здесь? – уже пугаясь, спросила она.

- Ледяной полюс! Им здесь места не хватит. Сдаешься?

- Сдаюсь! – она поняла руки вверх.

- Ник помог мне найти адрес Данте, – выпалила я.

Аль побледнела - Ты серьезно? Ник, она серьезно? – она дернула его за рукав.

- Вполне. Я случайно оказался знаком с человеком с широкими связями. - Ник улыбнулся и протянул ей бумажку с адресом. Она быстро схватила листок и пробежала по нему глазами.

- Лондон? А где это? – Аль вскинула на нас вопросительный взгляд.

Я закатила глаза и ухватив Ника за руку повлекла в свою комнату.

Глава 20 Алариэль

Я была уверена, что поиск адреса Данте займет немало времени, и никак не ожидала получить желаемое так скоро. Гениальная Эсмириль привлекла к поискам Ника, и проблема решилась в течение нескольких часов! Метнувшись к компьютеру, я ввела в строку поиска сведения с листа бумаги, и через несколько секунд компьютер выдал мне карту, отметив мигающим кружочком нужное место. Меня кинуло в жар, а потом в холод, теперь у меня  есть все, что надо для того, чтобы встретиться с Данте. Я задумчиво отодвинула от себя компьютер, словно он мог переместить меня в Лондон и доставить прямо к дому мужчины моих грез, и прижала холодные ладони к горящим щекам не в силах сосредоточиться, мысли скакали, как дикие козы по горным кручам. Пока я собиралась с мыслями, входная дверь открылась, и вскоре в комнату вошел Драк.

- Привет, Аль. Ты одна? – спросил он, оглядывая гостиную.

- Эс с Ником в ее комнате, – отозвалась я, быстро свернув карту на экране компьютера.

- С Ником? – переспросил он.

- Эсмириль пригласила его в гости, – появление Драка немного отвлекло меня.

- Как ты думаешь, мне стоит врываться к ним? – задумчиво спросил Драк.

- Я думаю, что тебе стоит просто позвать их сюда. – улыбнулась я.

- Точно, почему такие простые идеи никогда не приходят мне в голову. Эс! – заорал он  - Выходи! И Ника прихвати!

- Сейчас, одну минуту! – раздался из комнаты ответный вопль Эсмириль. Через минуту они с Ником появились в гостиной. Драк поздоровался с Ником и увел его на кухню.

- Аль, что с тобой? - мое волнение не осталось незамеченным подругой.

- Мы должны съездить в Лондон! – твердо сказала я – Только я не знаю как.

- Ты уверена? У меня предчувствие, что нам не нужно этого делать, – осторожно сказала она, не особо удивившись моему заявлению.

- Нет, Эс, мы туда поедем. Я должна с ним встретиться, надо как-то организовать наше путешествие и как можно скорее, – решительно отозвалась я, хотя внутри у меня все замирало от предстоящей авантюры, одно дело вздыхать по мужчине, разглядывая его фотографии в экране компьютера, и совсем другое, встретиться со своей грезой наяву.

- Я не знаю, что надо сделать, чтобы добраться до этого Лондона, чтоб его гоблины разорвали! Надо найти кого-то кто знает. – Эсмириль присела на диван - Ник? – воскликнули мы одновременно и посмотрели друг на друга.

На кухне Драк вовсю колдовал над плитой, ни на минуту не прекращая разговор и время от времени оборачиваясь к Нику, который с обалдевшим видом сидел на высоком табурете возле стола  и поддерживал беседу невнятными междометиями.

- Девочки, вы вовремя! Накрывайте на стол, все будет готово через четверть часа и это надо есть горячим, – скомандовал Драк, увидев на кухне нас с Эсмириль, в сковороде что–то аппетитно скворчало, а ноздри приятно защекотал запах жареного мяса со специями.

Ник вызвался помочь, и они с Эс начали накрывать на стол, а я уселась в сторонке, чтобы не мешать. Наконец, все было готово, и мы расселись за столом, истекая слюной.

- Ник, что с тобой? Ты выглядишь так словно у нас у всех рога выросли.– спросил Драк, прожевав кусок.

- Все нормально, просто не представлял тебя у плиты, – он потряс головой -  Классно готовишь, очень вкусно. Я думал, что вершина мужского кулинарного мастерства это яичница или бутерброд, – продолжил Ник.

- Ты сильно ошибаешься, друг мой, лучшие шефы – мужчины. Эс, я подумываю открыть ресторан. Как тебе идея? – Драк вопросительно посмотрел на сестру и долил красного виланского в наши бокалы.

- Отличная идея! Только не вегетарианский, – она стрельнула глазами на меня и мы рассмеялись.

- Эс, неужели ты думаешь, что я,  -  Драк патетически ткнул себя пальцем в грудь - я, буду готовить какие-то презренные овощи? Только мясо! Самое лучшее в городе!

- Владельцы Харрис Стейкс повесятся, – спрогнозировала Эс.

- Они могут начинать собирать чемоданы и искать себе место в придорожной харчевне, как только я заложу первый камень в здание моего ресторана, очередь будет расписана на полгода вперед! – с непередаваемым апломбом заявил Драк.

Было видно, что идея открытия собственного ресторана захватывает его все больше и больше. Хотя, почему собственно нет, кто лучше Драконов разбирается в мясе и умеет его правильно готовить. В холле запищал видеовызов.

- Я открою, – выйдя в коридор, я нажала нужную кнопку и увидела в экране маленького монитора Ларину.

Она улыбнулась мне. – Привет, Аль, Драк дома?

- Привет, Ларина. Поднимайся, ты как раз к ужину, – через минуту Ларина уже стояла в холле и снимала пальто.

- У вас мясо на ужин? – поинтересовалась она, шествуя следом за мной на кухню и заинтересованно принюхиваясь.

- Конечно, Драк ничего больше не готовит.

- Почему же? В прошлый раз были макароны.

Мы, посмеиваясь, зашли на кухню.

- Ларина, детка, привет! – Драг похлопал по свободному стулу рядом с собой. – Будешь мясо?

- Привет всем. Конечно буду, я на запах и пришла, – хохотнула она.

- А я думал, что ты приходишь ради меня. – Драк сделал трагическое лицо, как всегда переиграв.

- Я прихожу на мясо в твоем исполнении, – кокетливо сказала Ларина, приближаясь к Драку и поцеловав его в щеку. Драк с наигранным облегчением выдохнул и поднялся со своего места, чтобы положить Ларине еду. На мой взгляд, с этим нехитрым занятием она вполне могла справиться самостоятельно.

- Как дела, Ларина? – спросила Эс.

- Нормально, все наши разъехались, работы немного, целый день сижу и смотрю в компьютер, от монитора у меня уже глаза стали красные, как у вампира, - мы рассмеялись, Ник недоуменно покосился на нас и вежливо улыбнулся.

- Кстати, это Ник. – Эсмириль махнула рукой в сторону Ника – Ларина.

- Я помню, нас же Драк знакомил после кино. Это твой спаситель? – уточнила Ларина, Эсмириль с Ником поморщились.

- Весс не приехал? – спросила я.

- Еще нет, он вернется через пару дней. Старк уехал с ним и велел мне за тобой приглядывать. – Ларина заговорщицки подмигнула Эс.

- Я что, кошка за мной приглядывать? Старк слишком много на себя берет! – взвилась Эсмириль. По лицу Ника пробежала тень. Драк недовольно нахмурился, а Ларина даже приоткрыла рот от неожиданности, впечатлившись столь бурной реакцией Эс на ее, в общем-то, шутливое заявление.

- Эй, ребята, ешьте мясо и не портите мне настроение, – строго произнес Драк, ставя перед Лариной тарелку и бросая красноречивый взгляд на сестру.

Мы послушно склонились над тарелками, какое-то время в кухне раздавалось лишь звяканье приборов и вежливые просьбы передать специи, хлеб или долить вина. После окончания ужина Драк увел Эсмириль и Ларину в другую комнату, а я осталась с Ником.

- Не обижайся, Ник, Ларина болтает ерунду, на самом деле она не следит за Эс и приходит сюда, чтобы видеться с Драком. – я попыталась сгладить неловкость ситуации.

- Все нормально, – отозвался он, глядя в сторону.

Я вздохнула, но развивать тему не стала, пусть Эсмириль все объяснит ему сама.

- Ник, а ты когда-нибудь путешествовал? – я решила воспользоваться моментом и выяснить волнующий меня вопрос.

- Приходилось, но за границу я не ездил, – он поднял глаза – Хочешь поехать в Лондон?

Я обреченно кивнула.

-  Я не знаю, что надо сделать, чтобы туда добраться. Ты нам поможешь? – Эсмириль пришлось раскрыть Нику часть наших замыслов, но моя последняя фраза его обескуражила.

- Нам? – уточнил Ник

- Мне и Эс, она поедет со мной.

- Тебе не кажется, что она там будет лишней? – Ник прищурил глаза, а по его лицу скользнула тень раздражения.

- Она должна быть со мной, – то, что его любимая несет наказание, и обязана быть со мной, куда бы я не отправилась, он не знал. Ник сидел, сгорбившись и сцепив руки, не поднимая на меня глаз, и молчал.

- Так поможешь? – переспросила я.

- Помогу,  – он обреченно вздохнул - Вы надолго уедете?

- Не знаю, возможно, на несколько недель или дольше, – мыслями я уже была в далеком Лондоне, продумывая, что буду делать дальше. Вопрос с организацией путешествия можно считать решенным, ведь Ник согласился нам помочь.

- Недель? – глухо переспросил он.

Я вынырнула из своих грёз и соизволила обратить внимание на парня напротив, недоумевая, почему он выглядит таким расстроенным. Через мгновение  до меня дошло, в чем причина перемены его настроения, ведь я собираюсь увезти от него Эс, еще бы он не переживал, да он, наверное, меня ненавидит!

- Ник, может, ты тоже поедешь с нами? – предложила я, он поднял глаза, потом опустил их снова.

- Я не могу, у меня работа, и кот, и орхидеи.  – Ник безнадежно покачал головой.

Мы замолчали, я с сочувствием смотрела на расстроенного Ника и не знала, как его утешить. Пока мы молчали, на кухню вернулись Эс, Драк и Ларина, надутые и встрепанные. Вечер был бесповоротно испорчен. Через некоторое время Ник и Ларина разъехались по домам, а мы с Эс расположились в креслах.

- Что ты сказала Нику? Он расстроился. – Эс сидела, поджав ноги, и набивала трубку.

- Я его попросила помочь, а расстроился он потому, что ты уезжаешь, – объяснила я.

Она с пониманием кивнула – А мы надолго уедем?

- Я думаю на несколько декад.

- Декад? – растеряно переспросила она.

- Я предполагаю, что нам понадобится столько времени...  – проникновенно начала я, но Эс  меня перебила - Мы… мы не можем так надолго уехать, нас хватятся через несколько дней. Как мы объясним наше отсутствие? – наш предполагаемый отъезд сильно огорчил мою подругу.

Этот важный момент я совершенно упустила из виду, ведь посол постоянно присылает кого-нибудь проверить, как у нас идут дела, да и магическое слежение не следовало исключать.

- А как быть? – растеряно спросила я, мой план свидания с вампиром моих грез трещал по швам, если Эсмириль что-нибудь не придумает, то наша с ним встреча так и останется мечтой.

- Мы можем поехать в Лондон на несколько дней и попробовать с ним встретиться, может он в жизни такой отвратительный, что тебе сразу разонравится, – с плохо скрываемой надеждой предложила Эсмириль.

- А вдруг в жизни он еще лучше? – возразила я, он не мог оказаться отвратительным, наверняка, Данте искренний и тонко чувствующий мужчина, такой же, как его герой, ведь невозможно правдоподобно сыграть такие чувства, если не способен их ощущать.

Эс скептически пожала плечами – Все равно нам одним не дадут уехать надолго, съездим на разведку, а потом будем действовать по обстоятельствам.

В комнату вошел Драк с телефоном в руках. – Ларина переживает, - сообщил он,  - она почему-то подумала, что вы со Старком встречаетесь, просила извиниться за бестактность. - Эс кивнула. - Я ей сказал, что ты встречаешься с Ником, и попросил пока ничего не говорить Старку. Она не скажет.

Он упал на диван. - Эс, нужно начинать готовить Ника.

- К чему? – спросила я.

- К тому, что ему придется стать Драконом. Мы не можем ввалиться к нему и провести обряд, его надо морально подготовить, создать благоприятную почву, так сказать. Объяснить, показать… научить.

Последние дни прошли для меня в любовном угаре, я полностью утратила связь с реальностью, меня никто и ничто  не интересовало, и  я совершенно забыла про дракона Ника, не обращала внимания на переживания по этому поводу Эсмириль, не видела озабоченности Драка. Мне стало неловко за свое поведение.

- Эсмириль, надо начинать раскрывать ему наши секреты, потом подключусь я и Гелан. – Драк говорил очень серьезно, без улыбки, сразу став выглядеть взрослее. Эс согласно кивнула, встала и вышла на кухню.

- Это трудно? – спросила я.

- Что?

- Перерождение.

Драк повернулся на бок и подпер голову рукой - Как сказать, бывает по-разному, но с Ником проблем не будет. Он станет Драконом только для того, чтобы быть с Эсмириль. Думаю, остальные выгоды его на данный момент не интересуют.

- А как это происходит? – поинтересовалась я

- Процесс проходит в несколько этапов. Во-первых, человек должен знать о нас всё, все плюсы и минусы состояния человек-Дракон. Во- вторых, человек должен добровольно согласиться на перерождение, это очень важно, насильно мы никого Драконами не делаем. В-третьих, он должен осознать факт, что перестает быть человеком в том смысле, в котором это слово  понимается в этом мире, этот этап самый сложный. Потом будущему Дракону подбирают наставника, который подтягивает его физическую форму и учит основным боевым навыкам, этот этап тоже непростой, человек должен быть готов тяжело и упорно работать над собой, как в моральном, так и в физическом плане. После человека переправляют во второй мир, где шаманы проводят собственно ритуал, и дракон начинает выбираться наружу. Это достаточно болезненный процесс, к счастью, он длится недолго. Потом молодого Дракона учат управлять своей второй натурой.

- Долго учат? – уточнила я, только сейчас осознав, какое испытание предстоит Нику, он потеряет себя, свой мир, для того чтобы стать Драконом, стать другим, начать жизнь с чистого листа. У меня по спине пробежал холодок, будь я на месте Ника, никогда бы не согласилась на подобное предложение.

- Кто-то схватывает налету, у кого-то не получается  никогда, такие становятся Стражниками и отправляются на границу. Возвращаться в третий мир им нельзя, да и по правде сказать, через год-два они и сами сюда не рвутся. После ритуала Верховные Шаманы определяют, кем может стать новый Дракон, в зависимости от способностей и склонностей.

- А кем станет Ник? – спросила я.

- Я этого не вижу. Эс из-за этого переживает, – вздохнул Драк.

- Я ее понимаю, вдруг он не сможет жить здесь? Она же проводит много времени в третьем мире.

Драк задумчиво посмотрел на меня и, наконец, сказал - Она здесь, потому что у нее не было Ника.

Эсмириль вышла из кухни, подсела ко мне и обняла за плечи.

- Аль, я уйду, ты не против? – она умоляюще посмотрела на меня

- Конечно, иди, - я поцеловала ее в щеку.

- Куда это ты? – приподнялся Драк.

- Открывать секреты, – она встала, прихватила трубку с кисетом и быстро вышла из гостиной.  Мы с Драком переглянулись.

Глава 21 Ник

Я шел домой, как в тумане, известие о том, что Эсмириль должна уехать прогремело, как гром среди ясного неба. Если бы я заранее знал, к чему приведет моя помощь в поисках адреса, то никогда бы не стал помогать. Невыносимо думать о неделях без нее, о сроке в месяц я старался вообще не вспоминать. Черт бы подрал Аль с ее любовью! А вдруг они вообще переселяться в это долбанный Лондон? Мрачные мысли глодали меня всю дорогу до дома.  Войдя в квартиру, я стянул куртку и пошел на кухню, чтобы накормить Джека. Оставив кота наедине с миской, я поднялся в кабинет, сделал фотографию орхидеи и включил компьютер, чтобы отправить снимок. Ну почему это всегда происходит именно со мной? Стоило мне найти девушку своей мечты, как она уезжает на неопределенный срок. Как же я буду без нее? У меня возникло ощущение, что меня накрывает долгая полярная ночь, моего солнца не будет долгие несколько недель! Я попытался убедить себя не переживать заранее, ведь их отъезд под вопросом, может Аль передумает и они никуда не поедут. Стараясь отвлечься, я вспоминал сегодняшний ужин. Все-таки, они немного странные, не от мира сего, не знают элементарных вещей, особенно, Аль и почти ничего не рассказывают о себе. Судя по квартире и роскошному автомобилю Эсмириль ее семья богата, очень богата и от этого мне становится  совсем тошно. Чем я могу удержать такую девушку, как она? Что я могу ей предложить?  Я не их круга и сегодня это отчетливо понял. Отогнав мысли о своей финансовой несостоятельности, я стал вспоминать сегодняшний вечер. Аль, лучшая подруга Эсмириль, просто красавица, хоть и довольно манерная, влюбилась в парня, которого никогда не видела живьем. Большей дурости и придумать нельзя, но глядя на Аль, становилось сразу понятно, что ее чувство не блажь зажравшейся богатой девочки, а свойство ее романтичной натуры. Общаясь с ней, я чувствовал некоторое отчуждение с ее стороны, словно она обитала в своем собственном мире, в который никому не было хода, и вела себя как принцесса, случайно попавшая в наш грязный мир и не собирающаяся оставаться в нем надолго. Ларина, девушка Драка, тоже какая-то странноватая. Сказала, что шла пешком от метро, но ее щеки остались матово-бледными, хотя на улице довольно морозно. И взгляд у нее какой-то диковатый, время от времени, в ее глазах появлялся странный, зеленоватый  отблеск, который я поначалу списал на освещение, но в зрачках мелькали зеленые искорки, даже когда свет на Ларину не падал. Они неуловимо, но явственно отличались от окружающих людей, в них ощущалась какая-то чуждость. Компьютер, наконец, загрузился и подключился к интернету, я открыл поисковую программу и ввел в окно «Данте Кларк», открыл ссылку на фотографии и уставился в монитор. До сегодняшнего вечера мне не было дела до этого парня, теперь же он становился для меня главной проблемой. С фото на меня смотрел темноволосый, темноглазый парень, с белоснежной улыбкой, с нарочито встрепанной прической и в небрежно расстегнутой рубашке. Продуманный имидж успешного, молодого актера. Я с болезненным любопытством разглядывал его лицо. Такие парни не могут не нравиться девушкам, у них для этого есть все: слава, внешность, деньги, и, возможно, такие же красивые и успешные друзья для подруги одной ненормальной девчонки, которая собирается лететь через полмира, чтобы познакомиться ним. Я закрыл страничку, чувствуя, как внутри растекается арктический холод. Да кто я такой! Так, эпизод в богатой жизни Эсмириль, она уедет в Лондон и через три дня забудет о моем существовании. Умом я понимал, что не имею права мешать планам любимой, но сердцем  не мог смириться с подобной перспективой. На меня наваливалась апатия, я на автомате отправил фотографию Ивану, но прочитать его сообщение у меня не было сил, думать тоже не было сил, вообще ни для чего не было сил. Я выключил компьютер, погасил свет в кабинете и пошел в спальню, стягивая по дороге свитер. Очнулся я от въедливого звука и не сразу сообразил, что в дверь кто-то звонит. Швырнув свитер в кресло, я спустился вниз, гадая, кто мог прийти ко мне в гости так поздно, распахнув дверь, я увидел на пороге Эсмириль.

Она шагнула мне навстречу, подняла глаза и тихо спросила – Можно?

Я ей не ответил, просто обнял и прижался щекой к ее душистым волосам. Пока она рядом ничто не имело значения, а ее предполагаемый отъезд я как-нибудь переживу. Я целовал ее глаза и губы, не давая сказать ни слова, не спрашивая, как она меня нашла и почему пришла  так поздно. Слова не важны, их можно сказать потом, когда не останется сил на объятия и поцелуи. Она уперлась мне в грудь руками и отклонилась назад, пытаясь мне что-то объяснить – Ник, подожди!

Я не мог и не хотел ждать. Стянув с Эсмириль куртку, я  подхватил ее на руки и понес в неосвещенную гостиную. Ее руки скользили по моей спине и затылку, одежда летела на пол, огненный клубок пульсировал внизу живота, я содрал с себя майку и прижался к ее горячему, тоненькому телу. Она прижалась щекой к моему лицу и шепнула мне на ухо – Мы не слишком торопимся?

- Я уже опоздал! – прохрипел я и закрыл ее рот поцелуем.

Эсмириль спала, а я не мог отвести глаз от ее лица. Слабый свет из коридора освещал спальню, за окном была поздняя ночь, но  уснуть я не мог. Казалось, что стоит мне сомкнуть веки и волшебство рассеется, Эсмириль исчезнет, и завтра я проснусь в постели один. Повернувшись на бок, она устроилась у меня на груди, я откинулся на подушку, чтобы ей было удобней, и незаметно для себя уснул. Мне снилось, что я жду Эсмириль в парке, где мы условились встретиться, вижу, как она подъезжает на ярко-красном автомобиле, выходит из машины и идет в мою сторону по длинной, освещенной солнцем аллее. Я спешу ей навстречу, распахиваю руки для объятий, но в ответ получаю холодный, равнодушный взгляд. Эсмириль останавливается и делает шаг назад, ясно давая понять, что мне не стоит приближаться к ней ближе. Некоторое время она рассматривает меня, словно видит в первый раз, я в недоумении смотрю на нее и ничего не понимаю. Помолчав, Эсмириль с кривой усмешкой скрещивает руки на груди и ледяным тоном сообщает, что уезжает в Лондон и просит больше ее не беспокоить, затем разворачивается спиной и, не прощаясь, удаляется по аллее. Я смотрю ей вслед и чувствую, что мне не хватает воздуха.

Я резко сел на кровати с колотящимся сердцем и пару раз глубоко вздохнул, ощущение удушья во сне было настолько реальным, что я не мог надышаться.  Эсмириль рядом не было. Я огляделся вокруг и увидел, что она стоит у окна спиной ко мне, и курит в приоткрытую форточку, свет из коридора освещает ее силуэт.

- На улице идет снег. – спокойно сказала она, не поворачиваясь.

Кошмарный сон еще стоял у меня перед глазами.

- Ты куришь? – хриплым голосом спросил я.

- Тебе мешает дым? – она немного повернула голову в мою сторону.

- Нет,– у меня сжалось сердце от нехороших предчувствий, что повернувшись ко мне лицом, она посмотрит на меня, как в моем сне, холодно и презрительно -  Это наркотик?

- Нет, ну что ты, конечно нет, – ее голос был ровным, и она так и не повернулась.

Я подошел к ней и обнял сзади, Эсмириль прижалась спиной ко мне и тихонько вздохнула.

- Подожди, мне немного осталось, – она подняла трубку с длинным мундштуком, которую держала в правой руке.

- А мне можно? – я принюхался, Эсмириль курила не табак, а какую-то незнакомую траву, приятный и обволакивающий запах которой мне неожиданно понравился, я даже несколько раз глубоко вдохнул его, чувствуя, что он помогает мне расслабиться.

- Пока нет. Для тебя это вредно, – произнесла Эсмириль.

- А для тебя? – я прижался щекой к ее голове.

- Я без этого не могу.

Она докурила, положила трубку на подоконник и развернулась лицом ко мне.

- Я люблю тебя, Ник, и не хочу ехать в Лондон, ненавижу этого Данте, потому что он отнимает у меня тебя, -  она встала на цыпочки и нашла мои губы. От нее пахло травой, которую она курила, и я понял, что ее запах, такой родной и любимый, был запахом этой травы, от ее признания у меня закружилась голова. Эсмириль выскользнула из моих рук и направилась  к кровати, в тусклом свете, я увидел, что на ее спине что-то изображено, Эсмириль наклонилась и включила ночник.

- Хочешь рассмотреть? - она повернулась спиной ко мне, я приблизился к ней и развернул ее к свету. Во всю спину у нее был нарисован дракон, он был красивого ярко-синего цвета, с черными глазами и серебристыми когтями, каждая чешуйка, каждая деталь была прорисована настолько искусно, что дракон казался живым. Его голова уютно покоилась на ее левом плече, тело изогнуто, словно дракон удобно лежал на спине Эсмириль, длинный хвост обвивал правое бедро до колена. Он мне напомнил  дракона на мешке Драка.

Эсмириль повернулась ко мне лицом.

- Ну, спроси что-нибудь?

- Ты говорила, что у тебя нет татуировок, – сказал я первое, что пришло в голову, недоумевая, почему она так болезненно реагирует на мой интерес к рисунку.

- Это не татуировка. Это моя вторая половина, моя вторая ипостась. Я не человек, Ник, я – Дракон, - она опустила голову, словно ожидая, что от этой новости я упаду замертво. На меня ее сообщение не произвело особого впечатления, гораздо больше меня взволновало ее признание в любви. Я крепко прижал ее к себе.

- Мне все равно, будь ты хоть демоном, я все равно буду любить тебя. Если ты меня должна убить утром, то это будет самая счастливая смерть, - по моей груди катились ее слезы.

Я целовал ее волосы, потом поднял ладонями ее мокрое лицо и поцеловал заплаканные глаза и соленые губы.

- Ты, правда, не боишься? – с надеждой спросила она.

- А должен? – недоуменно спросил я.

- Нет, я тебя не убью, да и не должна, – тихо отозвалась Эсмириль. Я провел рукой по ее спине, и мне показалось, что дракон отзывается покалыванием в кончиках пальцев.

Утром я сбегал в ближайший магазинчик и купил сэндвичей и булочек к завтраку, мое сердце пело, Эс никуда не ушла утром и сейчас сладко спала в моей постели. Расплатившись за покупки, я бегом бросился обратно.

Кинув мешок с едой на стол в кухне, я влетел в спальню, Эсмириль уже проснулась и лежала, разглядывая комнату.

- Доброе утро! – я поцеловал ее.

- Сегодня оно действительно доброе, – мурлыкнула она, обхватывая меня за шею.

Я был готов послать к черту завтрак, но она меня остановила. - Ник, я умираю от голода, если ты меня не покормишь чем-нибудь, хоть кошачьими консервами, то просто упаду в обморок.

Я подхватил ее на руки и понес на кухню. При утреннем свете ее дракон был еще красивее, он переливался яркими красками и как будто потягивался вместе со своей хозяйкой. Я провел по нему пальцами и снова почувствовал легкое покалывание и тепло исходящее от рисунка.

- Дай мне какую-нибудь рубашку, – попросила Эсмириль – или у тебя принято завтракать голыми? – на ней были только трусики.

Я вытащил чистую рубашку из шкафа и протянул ей.

Быстро накрыв на стол и заварив кофе, я присел к столу, Эсмириль накинулась на сэндвичи.

- Ты ешь, а то я все слопаю, – сказала она с набитым ртом.

- Ешь, я не хочу, – я глотнул кофе, ощущение нереальности происходящего так и не покинуло меня.

Она доела последний сэндвич и села  мне на колени. Я обнял ее, прижав к груди.

- У тебя, наверное, куча вопросов? – спросила она.

- Пожалуй, – согласился я

- Спрашивай, или ты уже передумал встречаться с Драконом?

Вместо ответа я ее поцеловал. - Ты самый прекрасный Дракон на свете!

- Ты видел многих других и можешь сравнить? – иронично изогнула бровь Эсмириль.

- Нет, не видел, мне не надо сравнивать. А как это вообще возможно? – до меня, наконец, стало доходить, что моя девушка не совсем человек.

- Мы из другого мира, из параллельного. Дома мы тоже большую часть времени выглядим, как люди, но часто перевоплощаемся, это удовольствие  и необходимость для нас. Это надо чтобы сохранять обе ипостаси, – немного непонятно объяснила Эс.

- Ты можешь показать? – у меня было стойкое ощущение, что она меня разыгрывает.

- Нет, здесь не могу, слишком опасно, я такая же, как она, – кивнула она себе за спину –  только гораздо больше.

- А Драк?

- Он тоже Дракон, мы из клана Тули, живем во втором мире, наша страна называется Дрэклау, Земля Драконов на вашем языке.

Информация с трудом прорывалась в мое сознание, - А в вашем мире, кто там еще живет?

- Варги, чиваты, разные народы похожие и непохожие на людей, инкары, по-вашему, вампиры, – просто сказала Эс.

- Настоящие? – ляпнул я первый пришедший на ум вопрос.

- Кончено, настоящие! Какие они, по-твоему, еще бывают? - рассмеялась она.

- И как с ними жить? – в памяти всплыло воспоминание о моих размышлениях по поводу существовании настоящих вампиров.

- Вампиры живут в другом государстве, в Волларе, в Дрэклау их не так много. Наш мир похож на ваш, у нас тоже есть государства, границы, есть повелители и вассалы, правда, со своей спецификой, – она улыбнулась – А, вообще, вампиры нормальные ребята, спокойные и миролюбивые.

- А они, правда, превращаются в летучих мышей и пьют кровь? – мои представления о вампирах основывались на сказках и немногочисленных фильмах, которые я видел.

Эсмириль расхохоталась. – Нет, конечно, они выглядят как люди, не спят в гробах и не пьют кровь юных девственниц.

Мои вопросы ее явно забавляли.

- А что же они пьют? – удивился я.

- Да что нальют, то и пьют! - рассмеялась она - Ник, вот скажи, почему люди не едят сырое мясо и не живут в пещерах? – неожиданно спросила Эсмириль.

- Ну, мы эволюционировали, – растерялся я.

- Вот и они эволюционировали. Их раса намного древней вашей, так что времени на эволюцию у них было предостаточно. Сейчас вампиры питаются обычной пищей, правда, предпочитают мясо, а вместо крови употребляют ликк, кровезаменитель, для нормального функционирования их организмов нужна чужая кровь, но убивать ради этого разумных у них считается негуманным. Вампиры принимают ликк дважды в день и не пьют кровь окружающих. – Эсмириль внимательно наблюдала за моей реакцией.

- А они тоже тут живут?

- Конечно, – она пожала плечами.

- И никого не кусают?

- А зачем? От вашей крови любой вампир помрет на месте, в ней столько гадости! Да и не ради этого они сюда приезжают. Здесь живут ученые, часто медики, реже химики, у них клиники, лаборатории, они проводят исследования, лечат.

- Людей? – поразился я.

- Людей тоже, – согласилась Эсмириль – И кстати сказать, ваши немало платят, чтобы попасть к вампирам, многие из них считаются отличными врачами в вашем мире, да и в нашем тоже.

Я не мог прийти в себя. - И это не опасно?

- Не опаснее, чем ходить к врачу-человеку, поверь мне, они вполне цивилизованные. Кстати, ты вчера сидел за одним столом с вампиром и остался жив, – между прочим, заметила Эсмириль.

- Аль? – выдохнул я.

- Нет, Ларина, – улыбнулась Эсмириль.

- То-то она показалась мне странной! - вырвалось у меня - А кто Аль?

- Она эльфийка, дочь повелителя светлых эльфов Велерона, эльфы живут в первом мире, – пояснила Эсмириль.

- А какие еще бывают? – в это мгновение я понял, как люди в одночасье сходят с ума. Наша беседа больше напоминала бред сумасшедших в период обострения. Видел бы кто со стороны, как мы сидим и с убийственно серьезным видом разговариваем о вампирах, эльфах, Драконах и их отличиях.

- Еще бывают темные эльфы. Я не очень усердно учила историю, так что ты лучше Драка спроси, чем они отличаются. На мой взгляд, так совершенно одинаковые! Насколько я помню, у них возник конфликт на почве магии, они затеяли кровопролитную войну, а после ее окончания расселились, светлые живут на севере первого мира, а темные на юге. Может быть есть еще какие-то причины, но я не помню. – Эс говорила абсолютно серьезно.

- А сколько их, этих миров? – у меня голова шла кругом.

- Всего миров семь, включая ваш, этот мир третий.

- Почему третий?

- По очереди создания межмировых порталов, первый мир открыл второй мир, потом мы вместе ваш мир и так далее.

- А маги тоже бывают?

- Конечно, куда же мы без них! Наши миры магические, в отличие от вашего, технологического.

У меня в голове была полная каша, я видел, что Эс не шутит, но, в то же время, не мог вот так сразу поверить в то, что она только что рассказала. Маги, драконы, эльфы, вампиры, с ума сойти можно!

- Здесь живут резиденты из трех миров. Драконы, эльфы, вампиры, оборотни.

- Оборотни? – какие еще мифические существа обитают в этих их семи мирах?

- Ага, они очень колоритные ребята.  В своем мире они живут в лесах общинами, охотятся, занимаются сельским хозяйством, короче, дремучие.

- А демоны бывают? – я был морально готов услышать положительный ответ.

- А вы, люди, Лох-Несское чудовище видели? Оно бывает? – Эсмириль задала встречный вопрос

Я растерялся и не нашелся, что ей ответить

- Ну, так и демоны, их никто не видел, но это же не значит, что их не может быть, – рассудительно сказала Эс и хитро посмотрела на меня – Что, не веришь?

Я неопределенно покачал головой, поверишь тут, как же, все-таки мне кажется, что она меня разыгрывает, если это так, то у нее очень странное чувство юмора.

- Я тебе докажу, что говорю правду! – видимо, на моем лице читались все мои сомнения в правдивости услышанного. Она немного отвернула голову в сторону от меня и дунула, у нее изо рта с тихим шипением вырвалась тонкая, тугая струйка пламени.

- Твою….! – невольно вырвалось у меня, теперь я поверил, что Эсмириль сказала мне чистую правду. Эльфы, оборотни, драконы и вампиры существуют, есть параллельные миры и в них живут маги, может быть, где-то обитают даже демоны. Эсмириль с улыбкой смотрела на меня.

- Я, наверное, поеду домой, Аль с Драком меня уже заждались, а ты, как придешь в себя, позвони,  - она дотянулась до блокнота с ручкой и написала свой телефон.

- Не уходи. – Эсмириль попыталась встать с моих колен, но я придержал ее, не давая подняться, и поцеловал, не позволяя возразить.

Глава 22 Эсмириль

Я так  и не ушла, как собиралась. Весь день мы провели в постели, правда, Нику пришлось пару раз сбегать в магазин, чтобы мы могли восстановить силы. За окном вечерело, я лежала у Ника на груди, слушая стук его сердца, и водя пальцем по его обнаженному животу. Мои опасения оказались напрасными, мое признание его не оттолкнуло,  не испугало, Ник воспринял все на удивление спокойно, хотя было заметно, что информация о мирах с трудом укладывалась у него в голове. Ничего, со временем свыкнется с мыслью, что обитаемых миров больше, чем один, а человечество далеко не самая разумная раса. Драк был прав, обращение Ника – вопрос времени. Но что будет дальше? Этот вопрос не давал мне покоя. Драк его не видит, и чего ждать после ритуала я не знаю. Ник задумчиво гладил мое плечо.

- Почему ты никогда не распускаешь волосы? – вдруг спросил он.

- Ей это не нравится. Почему ты спрашиваешь?

- Просто хотел посмотреть, как ты выглядишь с распущенными волосами.

Я молча села, вытащила шпильку из узла и тряхнула головой, волосы рассыпались по плечам. Ник восхищенно смотрел на меня.

- Ты очень красивая! – я улыбнулась и кивнула.

Да уж, грива у меня знатная. Мама под угрозой вечной обиды запрещала мне стричь волосы, они были предметом ее гордости и ежедневных хлопот. Даже сейчас, когда я выросла, она с удовольствием расчесывала их специальным костяным гребнем, к которому запрещала прикасаться даже своей вагаре, заплетала сложные прически и сама готовила лечебные снадобья, которые Маара втирала мне в голову после мытья и должна была отчитываться перед матушкой за каждый гран. Признаться, мои волосы мне тоже нравились, но их постоянно приходится скручивать в узел, а мыть и сушить сущая мука! Хорошо иметь волосы, как у Аль, прямые и гладкие, но мне досталась густая, кудрявая копна Драконов.

- Мне надо идти, – с сожалением призналась я. Драк уже несколько раз пытался связаться со мной по мыслесвязи, но я заранее поставила блок, мне не хотелось, чтобы брат стал участником нашего с Ником свидания, пусть даже и виртуальным. В конце концов, брат плюнул и заткнулся, я перестала слышать, как он пытается пробиться в мою голову.  – Нам с Аль надо обсудить наше путешествие.

- А Драк знает? – по лицу Ника пробежала тень.

- Нет, – я замялась – И, надеюсь, не узнает.

- И как вы объясните ему свой отъезд? Он ведь с вами живет! – с изрядной долей скепсиса поинтересовался Ник.

- Ну, скажем, что хотим посмотреть город или что-то в этом роде, – об этом мы с Аль подумать не успели, а ведь Ник прав, Драк наверняка спросит, и его так просто не проведешь.

- В Лондоне зимой погода еще паршивее, чем здесь и на мой взгляд ваше желание попасть туда именно сейчас будет выглядеть подозрительно, – предупредил он, и я не могла не согласится с ним, Аль ненавидит дождь и холод и Драк об этом прекрасно осведомлен.

- Интересно, что она нашла в этом Данте?  - поинтересовался Ник, - Ну, красавчик, конечно, девушкам такие нравятся, но не самый красивый в мире.

-  Я не знаю, что она в нем нашла. Мне он вообще не нравится, но любовь зла, знаешь ли, – буркнула я. Мысли о предстоящей поездке вызывали глухое раздражение и портили настроение.

- Это ты о ком? – заинтересовался Ник.

- Об Аль. У нее есть жених, он замечательный, на мой взгляд, в нем нет недостатков, а она его терпеть не может!

- Откуда ты знаешь, что он замечательный? – Ник опустил взгляд.

- Ты что, ревнуешь? – я попыталась заглянуть ему в лицо, но он упорно отворачивался. - Он друг моего старшего брата, я его знаю с рождения, а еще он мой брат по оружию, – объяснила я.

- У вас что, война начинается? – Ник повернулся ко мне.

- Почему война? – опешила я.

- А почему брат по оружию?

- Потому что клятвы братьев по заговору нет. Мы с ним заключили соглашение и воюем против Аль, вернее против ее отношения к нему, он надеется, что я смогу переубедить ее, – скрывать от Ника наши отношения с Калларом не имело смысла.

- И как успехи?

- Пока никак, а с появлением этого Данте, так вообще полный провал, – посетовала я.

- А почему Аль так относится к своему жениху?

- Потому что она обязана выйти за него замуж, у нее нет выбора, и это ее бесит. Она самая любимая дочь Лучезарного и никогда ни в чем не знала отказа, но отменить помолвку невозможно.

- Почему? – допытывался Ник.

- Их свадьба много значит для первого мира. Он наследует престол темных и их с Аль ребенок сможет объединить два правящих клана.

- Политика? – протянул он.

- Еще какая!

- А ты?

- Что я?

- У тебя есть жених? – он с тревогой смотрел на меня.

- Жениха у меня пока нет. Видишь ли, меня на свете вообще быть не должно. В нашей семье, у Повелителей Драконов, всегда рождались только мальчики, сыновья, они вырастали и брали себе жен  в других кланах и опять рожали мальчиков, так было всегда. И вот в один прекрасный день родилась я. Когда отцу сказали, что родилась девочка, он подумал, что шаман пошутил, потом заподозрил маму в неверности, потом заставил поднять все семейные архивы. Шаманы сделали анализ крови, доказав, что я дочь своего отца. По нашим традициям, род мужа должен быть знатней, чем род жены, ну, а в моем случае, для меня просто нет таких высокородный женихов, – объяснила я.

- Слава богу! – с облегчением рассмеялся Ник – А то я уже было подумал, что ты сосватана за какого-нибудь драконьего принца.

Я отрицательно покачала головой. - Не знаю, может, в конце концов, отец и шаманы придумают какой-нибудь выход, но пока об этом речь не идет.

Ник встал и прошелся по комнате.

- Мне бы хотелось, чтобы этот выход никогда не нашелся, – пробормотал он, стоя ко мне спиной.

Я собрала волосы в узел, встала с кровати и начала одеваться.

- Ник, ты мою блузку порвал,  - сказала я, вертя  в руках  то, что раньше было блузкой – Как я теперь домой поеду?

Он повернулся ко мне лицом и засмеялся. – Я тебя взял в плен. Ты никуда не поедешь.

- Нет, правда, мне действительно надо ехать. Или я уеду голой!

- Я этого не переживу! – он протянул мне свой свитер.

- Заходи сегодня, обсудим нашу поездку, – предложила я, натягивая его через голову – Или давай прямо сейчас поедем вместе?

- Я только фотографию отправлю и поедем. – Ник запрыгал на одной ноге, одевая джинсы.

-Фотографию? Чью? – удивленно переспросила я.

- Да орхидеи этой, чтоб ей пусто было! Пойдем, покажу.

Мы поднялись в кабинет, и пока загружался компьютер, Ник сделал снимок какого-то невзрачного растения.

- А зачем ты это фотографируешь? – я с интересом разглядывала цветок.

- Этот что-то вроде квартплаты. Кстати, а как ты меня нашла? – он подключил фотоаппарат к компьютеру.

- Сама не знаю, чутье привело, – объяснить внятнее у меня, вряд ли бы, получилось. Мне пришлось частично задействовать свою вторую половину, а уж она-то любого Дракона разыщет, даже необращенного.

- Жаль, что  у меня нет такого чутья, а то бы я тебя еще два месяца назад нашел.

Не нашел бы, подумала я, два месяца назад меня в этом мире вообще не было.

Поднявшись к нам в квартиру, мы обнаружили Аль, Драка и Ларину на кухне. Они весело болтали, но как только мы вошли, болтовня прекратилась. Аль изо всех сил пыталась вести светскую беседу, но не преуспела в этом благородном начинании. Ларина старалась не смотреть на Ника и не пересекаться со мной взглядом. Драк уткнулся в свою чашку с кофе и молчал. Ник, ощущая натянутую атмосферу и не понимая ее причин, отвечал односложными фразами, а я не собиралась ломать комедию перед присутствующими и доказывать, что все нормально и никто не чувствует себя лишним. Аль делала все возможное, чтобы разрядить атмосферу, но обстановка становилась все тягостнее. Наконец, Аль бросила на меня испепеляющий взгляд и попросила Ника пройти с ней в гостиную,  для консультации по техническому вопросу, но я знала, что она хочет поговорить с Ником насчет нашего предполагаемого путешествия.

- Что происходит? – зашипела я на Драка  - Ты чем-то недоволен?  Он бросил косой взгляд на Ларину, та молчала, опустив голову.

- Старк вернулся. – неохотно признался Драк.

- Когда? – новость была не из приятных, я рассчитывала что  у меня в запасе как минимум дней пять.

- Сегодня ночью он прошел портал, будет в городе послезавтра и, конечно же, примчится к тебе, – сказал Драк и глотнул кофе. Ларина бросила на меня быстрый взгляд и отвела глаза, ситуация ее угнетала еще больше, чем меня, ведь Старка она считала другом. Мы замолчали, думая каждый о своем, наконец, Ларина решилась объяснить свою позицию.

- Эс, Старк считает тебя своей девушкой, – она замахала на меня рукой, не давая возразить – Я знаю, ты ему сказала, что хочешь остаться друзьями, но он решил, что ты будешь его девушкой и намерен этого добиться.  - она помолчала. – Если он встретится с Ником, это может плохо закончиться.

- И что ты предлагаешь делать? Один день встречаться с Ником, а на следующий, со Старком? Боюсь, у меня не получится, – в ярости прошипела я, этот вампир много о себе возомнил, если решил, что мое мнение в данном вопросе можно не учитывать.

Лицо Ларины жалобно сморщилось. - Эсмириль, пойми, – она поймала мою руку – я очень хорошо к тебе отношусь, и мне все равно с кем ты встречаешься, но я не могу идти против своих. Я должна была тебя предупредить, не хочу, чтобы ты, или Ник, или Старк пострадали.

- Демон! У вас, у инкаров, всегда так сложно? Что значит, его мое мнение не интересует? По какому праву он все решил за меня? – я начала свирепеть, спина покалывала тысячью мелких иголок.

- Успокойся, Эс.  – Драк на всякий случай подошел ко мне – Ларина непричем!

Я резко обернулась к нему – А кто причем? Я ему четко и ясно сказала, что не готова с ним встречаться, и нам лучше остаться друзьями. Что он о себе возомнил?

- Эс, пойми его правильно, – произнесла Ларина, дрожащим от слез голосом – для инкаров любовь - очень сильная эмоция, она нам не присуща, мы способны на привязанность, дружбу, преданность, но сильные эмоции нам противопоказаны.  Любовь меняет наше сознание, это биология или химия, я не знаю. В нашей истории не так много случаев страстной любви вампира, но если таковые и происходили, то, как правило, плохо заканчивались, - было видно, что ей очень трудно говорить. Она подняла на меня глаза, полные слез. - Старк тебя любит, он не отступится, а Ник человек, он может пострадать.

Я замолчала, срывать зло на Ларине не хотелось, она действительно ни в чем не виновата, и предупредила меня из лучших побуждений.

- Ларина, мы планировали поговорить с Вессом по поводу Старка и сложившейся ситуации, – сказал Драк, кивнув в мою сторону.

- Весса нет, Старк приехал один, – отозвалась Ларина.

- Гипотетически, даже если Старк не встретится здесь с Ником, как ты представляешь мое поведение?  - наконец спросила я - Он же будет ждать от меня ответной реакции на его чувства.

Ларина посмотрела на меня и отвела глаза. - Эс, я не знаю, ты должна решить сама, что с ним делать. Я понимаю, что ты не хочешь с ним встречаться, даже если не было бы Ника, но он этого не поймет. Я не знаю, как он может себя повести, но точно знаю, что Ник вызывает в нем сильную ревность, видимо, Старк видит в нем соперника. Я же сказала, что влюбленный вампир меняется, возможно, что у него появилась очень развитая интуиция в отношении всего, что касается тебя или еще какие-нибудь качества, но долго скрывать от него, что ты встречаешься с другим, ты не сможешь. Вы, конечно, можете переговорить с Вессом, но он вряд ли вам поможет.

- Ладно, я сама разберусь со Старком. – процедила я сквозь зубы. Драк нахмурился, Ларина смахнула со щеки слезинку.

- Эс, извини, я не хотела тебя расстраивать. – Ларина сочувственно погладила меня по руке.

- Без проблем, - сказала я и вышла из кухни.

Аль и Ник сидели возле компьютера и о чем-то яростно спорили. Ник изменился за несколько дней, видимо его дракончик от общения с нами окреп и придал Нику новые черточки характера. Я молча смотрела на них, пытаясь немного унять бешенство и успокоиться.

- Эс, присоединяйся! – помахала мне рукой Аль, заметив мое присутствие.

- Ну, что тут у вас? – нарочито бодрым тоном спросила я и села на диван рядом с Ником, он немедленно меня обнял.

- Да вот, смотрим расписание рейсов, – отозвалась Аль

- И что?

- Самолеты летают в Лондон несколько раз в сутки, паспорта у нас есть. Ник говорит, что наш план никуда не годится, и мы не должны ехать туда одни, – выпалила Аль результаты их мозгового штурма.

Я тоже так думала, и вообще не видела причин тащиться в этот треклятый Лондон ни сейчас, ни через год.

- И какие у нас альтернативы? – все же поинтересовалась я.

Ник задумчиво посмотрел на нас  и спросил - Аль, а как ты собираешься познакомиться с этим парнем?

Алариэль растерялась – Ну, у нас же есть его адрес, – она жалобно посмотрела на меня, ища поддержки.

- Ты же не думаешь, что если нашла его адрес, то тебя беспрепятственно пропустят в его дом. Или ты собираешься разбить палатку перед его подъездом и брать измором? – Ник откинулся на спинку дивана и насмешливо смотрел на Аль.

Лицо Алариэль огорченно вытянулось, было видно, что об этом она не задумывалась.

- Мы сможем проникнуть в дом, простое заклинание невидимости, ярдов на десять, магии в этом мире на него должно хватить, и амулетик нужный у меня есть, – задумчиво сказала я.

- Допустим, но вы же не собираетесь прорываться к нему в гости днем? – упорствовал Ник.

- Нет, конечно. Что ты предлагаешь? – заинтересованно спросила я, похоже, что тактики из нас с Аль никудышные.

- Я предлагаю поехать вчетвером. Днем мы будем поддерживать нашу легенду, ходить по музеям и  достопримечательностям, а когда вы пойдете встречаться с этим парнем, я вас буду прикрывать на случай всяких непредвиденных обстоятельств.

Мы переглянулись.

- Гениально! А кто четвертый? – восхитилась я.

- Драк, конечно. Если бы с ним поехала Ларина, то было бы еще лучше. Вам не придется ничего объяснять старшим, просто поехали проветриться, да и Драк сильно обидится, если вы отправитесь туда без него, и скорее всего по возвращению домой у вас начнутся серьезные проблемы – предположил Ник, и я с ним полностью согласилась. Мой брат ненавидел, когда его пытались таскать за хвост, нас он, конечно, не убьет, но, наверняка, сразу по возвращению нас увезут из этого мира и не скоро позволят вернуться. Портить отношения с Драком мне не хотелось, кроме того, я знала, что ни Велерон, ни мой отец не одобрят подобную выходку, сколько бы самостоятельности нам не предоставили, но забывать о благоразумии не стоило.

- Эс, давай так и сделаем? – у Аль загорелись глаза – Отличная маскировка! Я прямо сейчас и предложу! – она вскочила и помчалась на кухню.

Через несколько минут они втроем присоединились к нам с Ником и мы, перекрикивая друг друга, решали, что нам необходимо увидеть в Лондоне, и куда мы пойдем в первую очередь. Основным источником информации по достопримечательностям был интернет. Ник хмурился и, наконец, отвел Драка в сторонку, они о чем-то пошептались и через пару минут снова присоединились к нам.

Несмотря на поздний час, Драк озаботил свою секретаршу покупкой билетов  первым классом, бронью гостиницы, арендой автомобиля и всеми вопросами, касающимися комфортного пребывания в Лондоне. Дав ей все инструкции, он выключил сотовый и откинулся на спинку дивана с чрезвычайно утомленным видом, я предупредительно сунула в его руку трубку и кисет. Ларина ушла спать в комнату Драка, она охотно согласилась поехать с нами и сочла, что ее участие в планировании предстоящего путешествия более не требуется, Аль что-то искала в компьютере, я набила свою трубку и прикурила привычным способом, дунув струйкой пламени.

- Ник, видел какая воображала моя сестра? – спросил Драк после моего коронного прикуривания.

Ник улыбнулся и обнял меня за плечи - А что вы курите? - спросил он.

- Это драгонфлай, наша драконья трава, мы должны ее курить, она помогает держать в узде дракона. Эльфы могут курить по желанию, а людям драгонфлай противопоказан, – предвосхитил Драк вопрос Ника.

- Запах травы меня успокаивает, – признался Ник.

Драк поперхнулся дымом и закашлялся. Отдышавшись, он многозначительно посмотрел на меня – Вот и нюхай пока, привыкай, – я сделала страшные глаза, а Ник не обратил на реплику Драка особого внимания.

Покурив и поболтав о  пустяках, мы разошлись по комнатам.

- О чем вы говорили с Драком? – спросила я Ника, выйдя из ванной.

- Когда? – он стоял у окна, любуясь видом ночного города.

- Когда обсуждали покупку билетов.

- Да про эти самые билеты и говорили, я не хотел, чтобы за мой билет платил Драк, – неохотно объяснил Ник.

- Глупости какие! Если надо он бы и самолет купить смог! – неужели Ник думает, что покупка билетов представляет для нас проблему.

- Драк сказал то же самое. – Ник снова отвернулся к окну, было видно, что разговор о деньгах ему неприятен.

- Тебя что-то волнует? – я подошла к нему и прижалась к его спине, обхватив руками за талию.

- Меня волнует то, что вы за меня платите, – откровенно сказал Ник.

– Давай будем считать покупку билета для тебя подарком Драка мне, чтобы ты мог быть со мной.

Он повернулся ко мне лицом, обнял, вздохнул, но промолчал.

Глава 23 Данте

Мать твою, как голова-то болит! Меня подташнивало, под закрытыми веками плавали противные цветные круги, а на грани слышимости бубнили чьи-то голоса. Я что, телевизор не выключил? Кто там разговаривает? Стараясь не шевелиться, я припомнил вчерашнюю вечеринку. Погуляли славно, девочки были на высоте, а вот травка после бутылки водки на брата была явно лишней. Предупреждали же меня не связываться с этим Патриком, а я, дурья башка, решил, что перепью ирландца. Кто принес траву? Убей, не помню, наверное, Парик и принес. Сегодня репетиция, а я буду выглядеть, как упырь, даже без грима и опять получу нагоняй сначала от режиссера, а потом от мамы. Попросить что- ли уволить Патрика, а то я сопьюсь на хрен. Я поморщился, в голове бултыхнулся густой сироп, в который превратились мои мозги, желудок отозвался спазмом. Черт, как же мне хреново! Надо вставать, найти аспирин, привести себя в порядок и собираться на работу и еще попить чего-нибудь, во рту все ссохлось.

Я с трудом разлепил глаза и сфокусировал взгляд, прямо передо мной сидела девушка и смотрела на меня.  Что за фигня? Я закрыл веки, досчитал до десяти и снова разлепил ресницы, девица никуда не исчезла, как сидела в кресле, так и сидит. Это что еще такое? До сих пор трава действует? Не припомню, чтобы я кого-то привел с собой. Я тупо разглядывал девушку, думая о том, что провалов в памяти после вечеринок до сих пор у меня не наблюдалось, но все когда-нибудь бывает в первый раз. Девчонка вроде симпатичная. Я с трудом оторвал голову от подушки, вытер мокрый след от слюны со щеки и принял сидячее положение, все также тупо глядя на девушку. Как она сюда попала? И вообще, кто она? Очередная придурочная фанатка? После этого фильма про вампиров они мне проходу не дают, достали так, что иногда я готов их покусать.

- Ты кто? – хрипло спросил я, пытаясь сконцентрироваться и вспомнить последние часы вчерашнего вечера, судя по всему, я,  все-таки, притащил ее в гости сам, иначе, как бы она сюда попала. Убей, не помню, что было после прихода домой.

- Я Алариэль, привет Данте, – голос у нее был приятный, негромкий, а говорила она с заметным акцентом.

- Привет! А мы знакомы? – наконец я ее разглядел, как следует, девушка была ослепительно красива. Если я не могу вспомнить такую красотку, то мне явно пора обращаться в общество анонимных алкоголиков и завязывать пить.

- Давай познакомимся! – улыбнулась она, не отводя от меня взгляда. Глаза у нее были огромные, необычного цвета, голубые с фиолетовым оттенком. Очень странные глаза, никогда таких не видел ни у одного человека.

- Давай для начала я встану, выпью аспирин, а потом будем знакомиться, – желание избавится от головной боли и мерзкого вкуса во рту перевешивало все остальное. Она согласно кивнула.

Я с трудом поднялся и, сшибая углы, потащился в ванную, стараясь лишний раз не двигать головой. Закрыв за собой дверь, я посмотрел на себя в зеркало и чуть сам не испугался. Ну и видок! Зеркало отражало заспанную, небритую, опухшую рожу с отпечатком от подушки на правой щеке, красными глазами и вздыбленными волосами. Натуральный упырь! Напившись воды из-под крана, умывшись, почистив зубы и приняв аспирин, который очень кстати нашелся в шкафчике, я пригладил волосы и накинул халат, решив, что все-таки неприлично принимать гостей в старых, растянутых спортивных штанах. Зеркало моих стараний не оценило и отражало все ту же помятую рожу, ну может отпечаток на щеке стал менее рельефным. Я прошлепал обратно в комнату, эта… как ее там… красивая, только сейчас мне она тут совсем некстати. Надо ее вежливо выпроводить, принять душ, выпить кофе и собираться на работу. Девушка, изящно скрестив стройные ножки, сидела там же, где я ее оставил. Я сел напротив нее и снова стал с любопытством разглядывать незнакомку. Пожалуй, красивее нее я девушек не встречал, идеальное  личико, длинные серебристые волосы, фиалковые глаза и отличная фигура. Почему все мои поклонницы не такие? Я бы чувствовал себя, как в раю!

Девушка смотрела на меня со странным выражением на лице и молчала, я поерзал на диване – Ты не могла бы сказать, как тебя зовут, еще раз? – я потер виски.

– Зови меня Аль, – не отводя взгляда, сказала она.

- Аль. А скажи мне, Аль, как ты сюда попала?

- Это было не сложно, у тебя дверь была открыта,  – объяснила она.

- А до двери? – уточнил я.

- Позволь мне сохранить это в секрете, – улыбнувшись, произнесла Аль.

Бог ты мой, какая таинственность! Хочешь произвести впечатление, детка? Считай, что тебе это удалось, ты меня заинтриговала. Похмелье отступало, и во мне начал пробуждаться охотничий азарт. Интересно, сколько мне понадобится времени, чтобы разложить ее на этом самом диване?

- Ладно, не хочешь говорить, не надо, – выясню потом, не проблема.

- Я видела твой последний фильм, про вампиров, – поделилась девушка.

Я мысленно застонал, ну, конечно, кто бы сомневался!

- И как? – кисло спросил я, готовясь выслушать очередную навязшую на зубах порцию восторгов.

- Мне он очень понравился, ты хорошо сыграл вампира, хотя, на самом деле, они не такие, –  обыденно произнесла девушка. Настолько  обыденно, что до меня не сразу дошел смысл сказанного. Что значит они не такие? В мою не совсем трезвую голову стала закрадываться мысль, что девушка или чокнутая, или большой специалист по вампирам. Хочется надеяться, что второе, что-то мне совсем не улыбается с утра пораньше иметь дело с сумасшедшей.

- И какие же они? – я откинулся на спинку дивана и с плохо скрываемым сарказмом смотрел на Аль.

- Другие, они не пьют кровь, – совершенно серьезно отозвалась она.

- А чем они питаются, по-твоему? Кукурузными хлопьями? -  иронично произнес я.

Она выглядела озадаченной – Про хлопья я уточню, но точно не кровью.

- У тебя много знакомых вампиров? – мой сарказм набирал обороты.

- Не очень много, но есть, – она  выглядела так, словно иметь пару-тройку знакомых вампиров самое обычное дело.

- Или может быть ты сама вампир? – голова постепенно переставала болеть, и я уже был в состоянии оценить абсурдность нашего разговора.

- Она - эльфийка! – неожиданно раздался женский голос откуда-то слева. Я резко повернул голову на звук, и она тут же напомнила о вчерашнем волной боли. Сглотнув ком подступившей к горлу тошноты, я разглядел в недрах кресла еще одну девушку.

- Эс, перестань! – резко сказала Аль, тоже повернув голову на голос.

- Что тут, вообще, происходит? – начал звереть я, одна сумасшедшая куда ни шло, но две это явный перебор – Я полицию вызову!

- Давай! Позвони им и скажи, что к тебе эльфы в гости заскочили, – с издевкой отозвалась вторая – мы с удовольствием посмотрим, куда тебя потом увезут. - Девушка отточенным движением поднялась на ноги, приблизилась на два шага и уставилась на меня. В ее взгляде я не увидел даже намека на симпатию, она смотрела на меня как на кучку дерьма на любимом ковре. Уверен, что в моих глазах она тоже не увидела радости от встречи. Мы некоторое время буравили друг друга неприветливыми взглядами, а потом я недовольно отвернулся. Вторая девушка была совершенно не в моем вкусе: невысокая, с мальчишечьей фигурой и решительно скрещенными, на не радующей выпуклостями груди, руками. Ее лицо можно было бы назвать привлекательным, если бы не презрительно поджатые губы и не наглый  взгляд. В голове мелькнула мысль, что у нее должны быть братья, слишком дерзко она себя ведет, по-мальчишечьи.

- Ты, видимо, тоже эльфийка? – добавив в голос яду, спросил я.

- Нет, я Дракон, – ответила она.

Меня разобрал смех – Дракон? Ну, тогда я - Микки Маус!

- Приятно познакомиться, – со злорадством отозвалась она. Один ноль, ну ладно, девочка, я сейчас не в форме.

- Итак, дамы, что вам от меня надо? – поинтересовался я, глядя только на первую девушку и демонстративно игнорируя ее подругу.

- Я хотела познакомиться с тобой, – произнесла первая, как там ее, Аль что ли?

- Познакомилась? – присутствие двух сумасшедших начинало действовать на нервы, кроме того, в моей программе минимум на ближайший час еще значились такие пункты, как принятие душа и приведение себя в божеский вид, а времени оставалось все меньше. Пора их выпроваживать.

- И как я тебе?

- Ты настоящий еще лучше, чем в фильме, – мягко улыбнувшись, сказала Аль.

Вот уж комплимент, спасибо большое, я вспомнил свое отражение в зеркале ванной комнаты.

- Ты тоже ничего, – я решил сделать ей комплимент.

Вторая издала звук похожий на фырканье и шипение одновременно.

- Я сегодня немного не в форме... – проникновенно начал я.

- Мы заметили. Пить меньше не пробовал?  – ехидно перебила меня девочка-Дракон, я оставил ее реплику без внимания.

– Поэтому будет лучше, если вы уйдете. Давайте, я вам дам автограф и буду собираться, мне на репетицию надо, – я старательно смотрел только на Аль.

Продюсер говорит, что с фанатками надо обращаться ласково, козел старый, что это полезно для имиджа, в этом вопросе они с мамой единодушны. Сам бы попробовал, каково это, когда письма тебе привозят мешками, от фотографий не успеваешь чистить электронный ящик, а на улицу можно выйти только в темных очках и шляпе. У любого успешного актера есть поклонницы, но то, что творится после премьеры фильма про вампиров, переходит все границы разумного! Скоро на экраны выйдет продолжение этой тупой истории, и чувствую, пока ее будут снимать, я с ума сойду.

- Да, конечно, если хочешь, мы уйдем, но я бы хотела встретиться с тобой, когда у тебя будет хорошее настроение, – сказала первая и поднялась с кресла.

Вот это фигура! Я c одобрением рассматривал Аль, подмечая и тонкую талию, и высокую грудь, и длинные ножки и роскошные струящиеся светлые волосы. А девочка-то мало того, что красивая, но и богатенькая, одежда на ней дорогущая, как бы не в одних и тех же магазинах мы с ней одеваемся, подумал я, заметив знакомый логотип на сумке. Надо поласковей с ней, а то потом окажется, что ее папаша какой-нибудь крутой перец, и за свою доченьку не погнушается мне нагадить.

- Ладно, - проворчал я, сделав вид, что делаю ей большое одолжение, согласившись на встречу -  в виде исключения. Где и когда?

- Я плохо знаю город. Предложи ты, – она смотрела на меня сверху вниз, и было что-то в ее взгляде, что вызывало у меня почти непреодолимое желание встать, но я усилием воли остался сидеть, в конце концов, она пришла ко мне в гости, а не я к ней.

Я некоторое время помолчал, нехотя поднялся, подошел к столу и проверил свой электронный ежедневник, сегодня репетиция будет до трех, потом два часа на отдых, можно ее втиснуть в промежуток между полчетвертого и пятью, да и пообедать заодно. Куда бы ее позвать? – Давай встретимся сегодня в полчетвертого в «Бомбее». Знаешь, где это? – предложил я, ресторанчик был расположен недалеко от студии и кормили там неплохо.

Она отрицательно покачала головой.

Я назвал адрес, и по ее лицу стало понятно, что она не имеет представления о географии Лондона. Откуда она, интересно?

- Я позвоню и закажу столик на двоих, – я злорадно покосился на ее подружку, та только нагло ухмыльнулась в ответ – там мы сможем посидеть и поговорить.

Я снова уселся на диван, последствия похмелья давали  о себе знать, да и голова еще побаливала.

- Да, я приду… одна – она обернулась и бросила быстрый взгляд на свою подругу, та закатила глаза и шумно вздохнула, потом ухватила Аль за руку и дернула по направлению к двери.

- Пошли, а то я сейчас захмелею! – черт, два ноль, девочка ведет. Развалившись на диване, я снова сосредоточился на прелестях новой знакомой. Девочка-Дракон, заметив мой взгляд,  отпустила  руку подруги, вернулась к дивану и наклонилась ко мне. Ее ярко-синие глаза оказались напротив моих, и несколько секунд она пристально смотрела на меня, от ее пронизывающего взгляда мне стало тревожно и неуютно – Ну, до встречи, вампир тысячелетия, – процедила она - Не вздумай ее обидеть, не то голову откушу!– на мгновение мне показалось, что она говорит буквально.

Она демонстративно  помахала перед своим лицом рукой, сморщила нос, отвернулась от меня и пошла к выходу.

- Пока, Данте, до скорой встречи, – мягко произнесла Аль, но с места не двинулась.

- Аль, идем! – нетерпеливо позвала ее подружка.

- Увидимся! – я махнул рукой.

Они выскользнули за дверь, я немного посидел, потом встал и отправился в ванную.

Эльфийка? Наверное, так бы и выглядели эльфийки, если бы эльфы существовали на самом деле. Вроде бы во всех сказках написано, что они существа исключительно красивые. Стоя под тугими струями воды, я думал о своей неожиданной гостье, красивой и очень странной, наивной и одновременно какой-то надменной. С такими мне встречаться еще не доводилось, обычно поклонницам от меня нужен секс, и они предельно откровенны в своих желаниях, я вспомнил несколько особо откровенных вариантов и ухмыльнулся. Мне остается только выбрать девчонку посимпатичнее, все остальное они делают сами. Но тут явно не этот случай, такие экземпляры, как Аль, мне еще не встречались. С девушками у меня вообще полный порядок, и всегда так было, в смысле, от них не было отбою, даже до того, как я стал сниматься в кино. Мой друг детства Мэтт говорит, что я ущербное существо, потому что не способен на длительные отношения. Он сам встречается со своей Мэгги уже пять лет и, судя по всему, скоро дозреет до предложения. Ведь он уже, только подумать, накопил денег на первый взнос за дом! На мой взгляд, кто из нас ущербный, так это сам Мэтт! Что интересного может быть в девушке через пять лет? Я не представляю, что в них может быть интересного через три месяца! На свете столько симпатичных девчонок, а он предлагает прилипнуть к одной и строить какие-то отношения, теряя на эту тягомотину драгоценное время!  Я никогда не прикладывал никаких усилий, девчонки сами вешались мне на шею, но на всякий случай у меня есть пара специальных взглядов и улыбок, которое действуют безотказно на всех, кроме нее. Мои мысли плавно переползли с событий сегодняшнего утра на объект моего внимания на протяжении последних нескольких месяцев, на Анну. На нее не действует ни одна из моих уловок, ни взгляды, ни улыбки, ни мое обаяние, ни даже прямое внимание к ее особе. Мы познакомились год назад на съемках первого фильма про вампиров, и все это время она никак не выделяла меня среди остальных актеров-мужчин. Моя партнерша, главная героиня, просто таяла, ей любовь даже играть не приходилось. Британи втрескалась в меня буквально на следующий день после начала съемок, и все время досаждала мне страстными взглядами и дубовыми намеками насчет того, что она не против познакомиться со мной поближе. На одной из вечеринок мы крепко выпили, а с утра проснулись в одной постели. Выгонять ее из своего номера после бурно проведенной ночи было невежливо, а намеков Британии не понимала. C этого утра и начался наш короткий романчик, который по прошествии нескольких недель, был жестко пресечен продюсером. Честно признаться, инициатором этого скандала был я сам, упросив маму переговорить с Джонсом и настоять на разрыве наших отношений. Британи с каждым днем влюблялась в меня все сильнее и становилась все навязчивее, а таблоиды уже начали поговаривать о том, что мы официально встречаемся, что категорически не устраивало ни меня, ни маму, наличие официальной подружки на данном этапе моей карьеры не предусматривалось. Мне не хотелось доводить дело до открытого конфликта, ведь нам еще вместе сниматься, да и имидж этакой жертвы обстоятельств был беспроигрышным, и потому на семейном совете было решено спихнуть грязную работу на продюсера. После приватного разговора с Джонсом, Британии проревела несколько суток, потом еще с неделю на всех дулась, сделала несколько попыток уговорить меня встречаться тайно или возобновить отношения после окончания съемок, но я был неумолим. Ее томные взгляды, вздохи и все остальные банальные проявления чувств доводили меня до состояния бешенства, но поделать с этим я ничего не мог.

Я думал, что не доживу до того дня, когда закончатся съемки, надеясь отдохнуть от нее, но после монтажа пришлось таскаться по всему миру с рекламной компанией, давать интервью, сниматься на фотосессиях, изображать из себя влюбленных, широко улыбаться и делать вид, что я без ума от всей этой тягомотины. Теперь мне предстоит второй дубль в виде продолжения фильма! Если бы за это не платили такие хорошие деньги, никогда бы не согласился на подобное издевательство!

Анна, молодая актриса, занятая во второстепенной роли, без имени, без протекции и, в отличие от меня, никому не известная, была одной из многих. Она никогда не разговаривала со мной вне съемочной площадки, старалась держаться подальше и не обращала на меня никакого внимания. Ее безразличие к моей персоне  и привлекло мое внимание. Поначалу, как только я заметил, что совершенно не интересую ее, она меня раздражала. Анна никак не реагировала на мои нападки и, в конце концов, выставила меня идиотом, когда режиссер сделал мне внушение за то, что я без повода цепляюсь к коллеге. Остыв и решив, что буду считать ее частью обстановки, я исподтишка наблюдал за ее реакцией, которой не последовало. Мне даже показалось, что Анна почувствовала облегчение от моего безразличия, и это меня неприятно задело. Мы снимались в  нескольких совместных сценах, и меня поразило ее отношение к работе, играя, она раскрывалась, вживаясь в образ, становилась другим человеком. Она переживала чувства своей героини, и я уже не был для нее никем, но как только гасли софиты, ее невидимая ракушка захлопывалась, и она снова становилась прежней Анной, безразличной и отстраненной. Ее отношение ко мне отличалось от того, к чему я привык, это страшно раздражало и било по самолюбию. Неужели эта девчонка осмеливается бросать мне вызов?! Мне, одному из самых красивых мужчин планеты, по мнению нескольких глянцевых журналов, и кумиру миллионов! Иногда я с трудом сдерживал раздражение, не сомневаясь в том, что Анна ведет тонкую игру и набивает себе цену. Порой мне хотелось скрутить ее, содрать одежду и заняться сексом, даже против ее желания, но  я усилием воли гасил эти порывы, мне надо было сломать ее морально и увидеть в ее глазах привычное выражение восторга и обожания. Я знал, что как только пересплю с ней, то сразу переключу внимание на другую девушку, а Анна потеряет для меня всякий интерес. Ну, что поделать, такова моя натура!  Я - охотник, чем быстрее дичь убегает, тем сильнее желание ее поймать! Как всегда, мысли об Анне вызвали у меня двойственные чувства, с одной стороны мне было приятно думать о той минуте, когда ее оборона падет, и она будет вести себя со мной, так как мне нравится, а с другой меня раздражало, что этого до сих пор не случилось.

Я вылез из душа, надел халат и пошлепал на кухню. Хоть голова болеть перестала, благослови Господь того, кто изобрел аспирин! Пора завязывать пить, с запозданием подумал я, лицо страдает, а это мой основной капитал, да и мама злится, когда я срываю съемки после особо бурных вечеринок. Мои мысли вернулись к красивой девочке Аль. Надо сегодня ее порасспросить, откуда она, чем занимается, кто ее родители и как она проникла в мою квартиру. Не припомню, чтобы мои поклонницы проникали в дом не замеченными, да и не было у меня до сегодняшнего дня таких красивых поклонниц. Глянув на часы, я заторопился, репетиция начнется через сорок минут. Столик в «Бомбее» я заказал по пути на студию.

Что за день сегодня такой! Зараза-режиссер, как будто мне назло, заставлял повторять одни и те же сцены с поцелуями к огромной и нескрываемой радости Британи. Играть испепеляющую страсть с каждым дублем становилось все сложнее, наконец, Билл удовлетворился достигнутым результатом и сказал, что съемки на сегодня закончены. Сидя в гримерной, я услышал писк своего коммуникатора и вспомнил, что у меня назначено свидание, про которое я напрочь забыл, и почти опоздал. Быстро переодевшись и сняв грим, я помчался в «Бомбей», благо до него было рукой подать.

Аль уже ждала меня, нерешительно топчась перед входом. Я объяснил причину опоздания, извинился, подхватил ее под руку и под восторженные улыбки персонала ресторана препроводил к заказанному столику. Мама вдалбливала мне с раннего детства, что на публике я обязан быть джентльменом, поэтому мне пришлось произвести все необходимые расшаркивания: помочь снять пальто, предупредительно отодвинуть стул и одарить ослепительной улыбкой. Выдав программу минимум, я сел напротив и уставился на свою новую знакомую, оценивая ее старания произвести на меня благоприятное впечатление. Она принарядилась в серебристо-серое платье с круглым вырезом, которое идеально облегало ее фигуру, собрала светлые волосы в кокетливый хвост на затылке и сделала эффектный макияж. Ее стройную шею обвивало колье из ярких, крупных камней неизвестного вида, а на левой руке болтался серебристый витой браслет. Я заинтересовано взял ее за руку, рассматривая тончайшее плетение.

- Это серебро? – я осторожно повернул браслет, который выглядел так, словно рассыплется на звенья при малейшем прикосновении.

- Да, серебро. Фамильная драгоценность, – отозвалась она.

- В смысле дорогой?

- В смысле ценный.

- Красивая штучка! – похвалил я, она осторожно вытащила свою руку из моей и смущенно улыбнулась.

- Наша утренняя встреча была довольно сумбурной и несколько неожиданной для меня, – я с удовольствием разглядывал ее смущенную мордашку – Но, раз уж мы познакомились, я бы хотел узнать о тебе побольше. Где ты живешь, Аль? – я откинулся на спинку стула.

Она, смутившись еще больше, и назвала большой мегаполис на другом континенте. - Я специально приехала сюда, чтобы познакомится с тобой, но, к сожалению, у меня мало времени и мне скоро придется вернуться домой, – простодушно ответила она. Не ты одна так делаешь, не ты одна, подумал я, хоть подобные ситуации со мной уже случались, но мне все равно льстило внимание такой красотки.

- Ну что ж, если ты здесь ненадолго, то нам стоит поторопиться и познакомиться поближе, как можно скорее, – я одарил ее одним из своих фирменных, тщательно отрепетированных перед зеркалом взглядов: голова чуть опущена, правая бровь иронично приподнята,  глаза полуприкрыты, а на губах намек улыбки. Ее щеки порозовели, она смущенно отвела глаза и нервно поправила браслет на запястье. Мой взгляд достиг цели, впрочем, как всегда. Принимайте ставки, господа, скоро эта девочка будет кувыркаться со мной на моем диване. Именно этот взгляд всегда так действовал, не зря я его так долго отрабатывал перед зеркалом.

- А что там твоя подружка говорила про эльфов и драконов? – я вспомнил безумный утренний диалог.

- Не обращай внимания, она пошутила, мы люди, такие же, как и ты, – поспешно развеяла мои сомнения Аль.

- Я так и понял, – у ее подружки своеобразное чувство юмора, хотя какая мне разница, с ней я вряд ли когда-нибудь встречусь -  Она грубовата.

- Извини, если она тебя обидела.  – Аль бросила на меня виноватый взгляд. - Она была против того, чтобы мы проникали в твою квартиру.

- Весьма разумно с ее стороны, вы могли попасть в серьезные неприятности, – я одарил ее многозначительным взглядом.

- Но не попали же, – ее щеки пылали, она нервно глотнула воды и схватила папку с меню.

На некоторое время мы замолчали, я погрузился в изучение меню и не сразу заметил ее взгляд. Аль смотрела на меня с каким-то странным выражением, в нем не было привычного восторга, не было оценивающего взгляда богатых дамочек, на которых я произвел впечатление, или откровенного заигрывания, с которым на меня смотрели актриски, коллеги по работе. Она смотрела на меня отстраненно и немного свысока, будто в ее голове был нарисован мой портрет, и она сравнивала его с оригиналом. Мне стало неуютно, непривычно и очень сильно не по себе. Я не знал, чего мне от нее ждать и не был уверен, будет ли работать  мой арсенал улыбок и фраз.

- Чем ты занимаешься? – кашлянув, спросил я, незачем молчать и играть в гляделки.

Она очнулась. - Ничем особенным, в данный момент я путешествую, – обтекаемо ответила Аль.

- Куда собираешься ехать потом? – мне не были интересны ее планы, я задал вопрос для поддержания разговора, только бы она не пялилась на меня, как минуту назад.

- Потом? – мне показалось, что особых планов у нее не было - Мы пока не решили.

- Кто мы? – уточнил я.

- Я и мои друзья. Мы путешествуем с друзьями, – мне показалось или она паникует?

-  А кто твои родители?  - осторожно спросил я.

- Мой отец… э… бизнесмен, а мама умерла. – Аль закрыла папку и аккуратно, словно она была сделана из фарфора, положила ее на край стола.

- Мои соболезнования, – мне было бы куда интересней узнать имя ее папаши.

- Я ее не знала, она умерла в день моего рождения. – Аль зябко повела плечами, отчего камни на ее шее полыхнули голубым.

- Мне жаль, – я придал лицу подходящее ситуации выражение, хотя мне, честно говоря, было плевать.

- Все нормально. А твои родители? – Аль решительно не хотела говорить о себе и своей семье, выбирая  обтекаемые ответы и ничего не значащие слова.

- Мои родители в разводе.

- Это как? – она с недоумением уставилась на меня.

Я удивился, первый раз вижу человека, который не знает, что такое развод.

- Как у всех, жили вместе, не сошлись характерами и развелись.

- У вас такое возможно?! – удивленно приподняв брови, спросила она.

- Конечно. А у вас развод запрещен? – я с не меньшим удивлением смотрел на нее.

Она выглядела озадаченной. - Не знаю, у нас в семье это не принято.

- Так вот, – продолжил я – как ты, наверняка, знаешь, мой папа англичанин, а мама итальянка, она из Италии, –  поймал себя на том, что разговариваю с ней, как с маленьким ребенком. На ее лице появилось что-то похожее на озарение. Нет, она однозначно странная!

- Моя мама не просто мама, она мой агент, только благодаря ей, я попал в кино. Она очень энергичная женщина!  - мама с маниакальным упорством толкала меня в киноиндустрию чуть ли не с пеленок, посвятив этому делу все свое время. Меня снимали в рекламе, в детских передачах, давали крохотные роли в фильмах. Сколько себя помню, мой день был расписан по минутам, и большую часть времени мы с мамой проводили в машине, кочуя с одних съемок на другие. Будучи молодой, моя родительница мечтала сделать карьеру актрисы, но не сложилось, поэтому она реализовывала свои мечты с моей помощью.

- А отец? – Аль заинтересованно подперла щеку кулачком.

- Отец - ученый, биолог. Он живет здесь, в Лондоне, но мы не часто видимся. Отец не очень доволен, что его единственный сын – актер, он бы предпочел, чтобы я стал ученым, как он или кем-то в этом роде. Ему не нравится мой образ жизни. Собственно говоря, моя актерская карьера и стала основной причиной развода родителей.

- А какой у тебя образ жизни? - с любопытством спросила Аль.

- Съемки, поездки, репетиции, вокруг меня много людей. – девочек и водки, подумал я про себя. – Он считает, что профессия актера недостаточно серьезная.

- Я понимаю, – она не отводила глаз, и меня до печенок продрал взгляд ее нечеловеческих глаз.

- Ты носишь линзы? – заерзал я.

- Нет, не ношу. – удивленно отозвалась она.

- У тебя необычный цвет глаз.

- У меня глаза такого же цвета, как у мамы, она была очень красивая, – ее глаза затуманились.

- Ты тоже очень красивая, – я решил сделать ей комплимент.

- Спасибо, – она немного помолчала и добавила – Ты самый красивый мужчина из всех, кого я видела в этом мире.

Очень правильная фраза,  девочка хоть и ведет себя странно, но хочет от меня того же, что и остальные. Черт, эта Анна портит мне статистику, что она вообще о себе возомнила?!

- А чем ты сейчас занимаешься? – помолчав, спросила Аль.

- Мы начали снимать вторую часть фильма  про вампиров, – я поморщился.

- Тебе не нравится сниматься в фильме? – от Аль не ускользнуло мое выражение лица.

- Не то, чтобы не нравится, – покривил я душой - просто иногда надоедает делать одно и то же. А ты не пробовала сниматься в кино?

- Я? – она удивленно вскинула брови и отрицательно качнула головой – Нет.

- Зря, внешность у тебя подходящая. Ты будешь хорошо смотреться на экране, – со знанием дела сказал я.

Она откинулась назад и  рассмеялась серебристым смехом, глядя на меня так, словно я сказал несусветную глупость.

- На экране? Ты шутишь? Я  и так привлекаю массу ненужного внимания, а если буду сниматься в кино, то мне вообще проходу не дадут, – она покачала головой, все еще посмеиваясь.  – Да и отец будет категорически против.

Я, оторопев, смотрел на нее, ни одна из моих поклонниц такого себе не позволяла! Обычно из нас двоих я был самым красивым, но явно не в этом случае. Черт, неприятное ощущение!

- Ты, наверное, сталкиваешься с такой же проблемой, – она положила свою ладонь на мою руку. Так-то лучше, давай-ка про меня, мне не нравится, когда меняют эту тему.

- Да, постоянно! – я многозначительно посмотрел на нее.

К середине ужина мы разговорились, неловкость исчезла, и мы мило поболтали,  и я, неожиданно для себя, пригласил ее на завтрашнюю репетицию. Мне пришла в голову мысль, что если Анна увидит мою новую подружку, то поймет, наконец, кого она может потерять в моем лице.

После окончания нашего позднего обеда или раннего ужина Аль подвезла меня до дому на своем роскошном автомобиле, и я, чмокнув ее в щеку, распрощался до завтра.

Сегодняшний день удался, несмотря на хреновое начало!

Глава 24 Ник

Наши планы по организации встречи Аль с этим смазливым актером стремительно реализовывались, пока все шло, как планировалось, то есть так, как хотела Алариэль. Мы прибыли в Лондон, осмотрелись и начали подготовительную работу. К счастью, Ларина согласилась поехать с нами, и внимание Драка по вечерам было сосредоточенно исключительно на ней, что давало нам некоторый простор для маневров. Я взял в аренду малолитражку и несколько вечеров мы посвятили разведке, Аль заметно нервничала, а настроение Эс с каждым днем становилось все хуже. Я единственный из нашей троицы относился к предстоящему знакомству Аль с Данте с долей рационального скепсиса и с трезвой головой, набросав план встречи, хотя бы, в общих чертах и убедив девочек, что разведка необходима, хоть на нее и придется потратить несколько дней. Вламываться в квартиру, не узнав заранее, где расположены запасные выходы и когда сменяется консьерж, было попросту небезопасно. К счастью, Данте обходился без услуг профессиональных телохранителей, иначе, наша идея изначально была бы обречена на провал. И вот наступил час икс, мы подъехали к его дому и стали ждать прихода Данте, окна его квартиры были темными, из чего мы сделали вывод, что хозяина нет дома. Через несколько часов наш герой с трудом выполз из такси и неровным шагом направился в подъезд. Даже на расстоянии было видно, что он еле держится на ногах.

- Аль, может, познакомишься с ним в другой раз? – спросил я, скептически рассматривая бредущего домой красавца-мужчину, справедливо полагая, что встреча с пьяным в хлам парнем у него дома – не самая удачная затея.

- Нет – отрицательно покачала головой Аль – я пойду сегодня. Эс фыркнула, но ничего не сказала, ей эта затея не нравилась с самого начала и она всем своим видом демонстрировала свое отношение к ней. Выждав для верности около часа, девочки выскользнули из машины и направились в сторону дома. Отойдя метров на десять, Эс достала из кармана заранее припасенный амулет, и они прямо у меня на глазах растворились в воздухе. Конечно, я заранее знал, что они станут невидимыми, но знать и видеть собственными глазами это разные вещи. Меня снова накрыло странное и уже ставшее привычным чувство нереальности происходящего, даже видя магию собственными глазами, я не мог поверить в ее реальность. Пока мои знания о параллельных мирах были сугубо теоретическими, за исключением демонстрации Эсмириль ее драконьей сущности и способа прикуривания, и вот я получил еще одно свидетельство, которое разительно отличалось от возможностей людей.  Девочек не было несколько часов, и я уже начал нервничать, безуспешно успокаивая себя тем, что, если бы они вляпались в неприятности, то уже бы поднялся шум. Дом спал,  почти все окна были темными, светилось лишь одно окно в квартире Данте. Я поглядывал наверх, нервно переключал радиостанции и психовал. Мне с самого начала не нравилась эта затея, но, к сожалению, мое мнение никого не интересовало. Хорошо еще, что мне хватило ума согласиться поехать в Лондон, и удалось внести коррективы в план знакомства, ведь так у меня есть возможность их подстраховать. Да и мне самому намного спокойнее психовать непосредственно на месте событий, чем за тысячу километров, останься я дома. Наконец, две темные фигурки выскользнули из тени ближайшего дерева и направились в сторону автомобиля. Эс села вперед, шумно хлопнув дверью, а Аль уселась на заднее сиденье и устало откинулась на спинку.

- Ну, наконец-то! Я вас уже заждался! – воскликнул я, чувствуя неимоверное облегчение – Как все прошло?

- На мой взгляд, он дерьмо! – раздраженно вынесла свой вердикт Эс. Что ж, довольно неожиданное мнение, насколько я знал, Данте входит в сотню самых привлекательных мужчин планеты. Неужто знакомство с ним произвело на Эс такое плохое впечатление? Хотя, признаться, услышь я, что он душка и прелесть, мне было бы намного неприятнее. В душе я злорадствовал, но виду старался не подавать. Я посмотрел на Аль в зеркальце заднего вида, она сидела с мечтательной улыбкой на губах, и заявление Эс застало ее врасплох.

- Эс, перестань, пожалуйста, он просто был не в форме!  - попыталась защитить одного из сотни самых красивых мужчин планеты Аль.

Меня начал разбирать смех, нервное напряжение отпускало, да и разговор становился забавным.

- Еще бы он был в форме! – воскликнула Эс и повернулась на сиденье ко мне лицом, поджав одну ногу -  Ник,  представь себе эдакое дурно пахнущее чудище после знатной попойки в растянутых штанах, с красными глазами, волосами дыбом и с размазанными по морде слюнями.

Я со всхлипом лег на руль. Меня душил смех, не думал, что все будет настолько плохо.

- Перестаньте немедленно или я на вас обижусь! – срывающимся голосом закричала Аль – Эс, я никогда не позволяю себе говорить такое о Нике!

- А ты Ника в таком виде никогда и не видела. – резонно возразила та, с трудом принимая серьезный вид

- Аль, не переживай, еще увидишь, – утешил ее я – и тогда сможешь сказать обо мне все, что захочешь,  - я утер слезы и изо всех сил подавил приступ смеха.

- А что такого? Каким увидела, таким и описала! – пробурчала Эсмириль.

Неожиданно Аль улыбнулась – Должна признать, что наше знакомство произошло немного не так, как я представляла, но он все равно очень красивый. - Эс скептически хмыкнула, развернулась на сиденье и решительно пристегнула ремень безопасности.

Я завел двигатель и плавно вырулил на проезжую часть, направляясь в гостиницу.

Когда мы поднялись в наш номер, на улицах уже вовсю кипела жизнь. Это была первая бессонная ночь с момента нашего прибытия в Лондон, и теперь мы чувствовали себя разбитыми и уставшими. В дни нашей разведки нам худо-бедно удавалось выспаться.

- Он назначил свидание, - восторженно произнесла Аль - сегодня в полчетвертого в «Бомбее».

- Он хоть сказал, где этот «Бомбей» находится или нам в другую страну придется ехать? – буркнула Эс.

- Ник, ты не мог бы узнать, как туда попасть? – Аль назвала адрес.

- Сейчас найдем, -  я взял компьютер и уселся в кресло.

Тем временем Эс набила себе трубочку и закурила, от запаха ее травы я, как всегда, почувствовал себя гораздо спокойнее, да и усталость ощущалась не так сильно.  Через секунду после ввода данных в поисковик, я получил карту, на которой кружочком был обозначен ресторан. Оказалось, что это довольно популярное местечко, и расположен он в нескольких кварталах от нашей гостиницы. Только я открыл рот, чтобы озвучить полученную информацию, как в комнату ввалились Драк и Ларина.

- Отлично, что вы уже встали и оделись, – жизнерадостно произнес Драк, оглядывая нашу компанию. Мы обреченно переглянулись. Не обращая на наши взгляды внимания, он оживленно продолжил – Сейчас закажем завтрак, поедим и пойдем в музей.

Ларина безнадежно развела руками за спиной Драка, ей не очень нравилось бродить по музеям, но она стоически выносила все экскурсии, чтобы сделать ему приятное. Понять повышенный интерес Драка к истории Великобритании, археологии и современному искусству мне было не дано.

- Что? – спросил он, безуспешно пытаясь найти на наших кислых физиономиях,  хотя бы, тень восторга от его предложения.

- В какой музей? – поинтересовалась Эс, насколько я понимаю, из чистого любопытства, потому что ни в какой музей она в ближайшие часы идти не собиралась.

- В Музей естествознания, будем смотреть динозавров! – Драк снова не дождался ожидаемой реакции, Эсмириль с трудом подавляла зевоту, Аль и я тоже не заинтересовались его предложением.

Эс все-таки зевнула, прикрыв ладонью рот – Нет, спасибо. Мне на сегодня монстров хватает. - Аль укоризненно посмотрела на нее. Драк пропустил реплику сестры мимо ушей.

- Потом пошатаемся по городу и пойдем ужинать. Я вычитал в интернете, что здесь есть заведение, где готовят замечательное мясо по какому-то особенному рецепту, и решил, что должен попробовать их стряпню! –  я с умеренным интересом смотрел на Драка, поражаясь, как он умудряется быть таким бодрым в такую рань. Я сова, и ранее утро для меня не самое лучшее время суток.

- Я не пойду в музей, – сказала Аль – у меня запланирован поход по магазинам. Эс, ты можешь пойти с Драком или остаться в гостинице.

- Пожалуй, музей я пропущу, а вот в ресторан сходить не помешает. Ник, ты как?- Эс уже не убирала руку ото рта, слова перемежались с зевками.

- Я пас, Драк! Идите в музей с Лариной, а потом мы подъедем в ресторан. Кстати, ты не узнавал, может там надо столик заказывать? – глядя на зевающую Эс, я с  трудом подавлял зевоту.

- Естественно надо, – он самодовольно посмотрел на меня – и он уже заказан, сегодня на шесть вечера, Аль ты пойдешь в ресторан?

- Нет, я перекушу где-нибудь в городе. - Аль разрумянилась и выглядела так, словно проспала десять часов, и встала бодрая и свежая.

- Ну ладно, как знаешь. – Драк пожал плечами, но было заметно, что его задело наше нежелание смотреть с ним динозавров.

После завтрака Драк с Лариной ушли в музей, Аль вернулась в свою комнату, а мы с Эс завались спать. Проспав до четырех часов дня, мы решили  не обедать, чтобы не портить аппетит перед походом в ресторан, а прогуляться пешком по Лондону.

Выйдя из гостиницы на улицу, мы, взявшись за руки, пошли в сторону ресторана. Раздражение Эсмириль после встречи с Данте не уменьшилось, наоборот, увеличивалось с каждой сказанной фразой, и поэтому наша прогулка вскоре превратилась в спортивную ходьбу.

- Ты не представляешь, Ник, какой он омерзительный! – кипятилась Эс, сверкая глазами и размахивая свободной рукой, мы чуть не бегом неслись по улице, но Эсмириль этого не замечала.

- Эс, да не переживай ты так! Мне кажется, что Аль должна переболеть им, как детской болезнью. – Я безуспешно попытался успокоить любимую и замедлить темп.

- Ну что она в нем нашла? – Эс резко остановилась и посмотрела мне в лицо, словно надеясь прочитать ответ на свой вопрос у меня на лбу -  Он же полное ничтожество! Внешность ладно, я иногда тоже не лучше выгляжу, но его грязные мысли читаются на его красивом лице большими рунами, и мне не понятно, почему Аль этого не видит!

- Не нервничай, Эс! Может она в нем со временем разочаруется?

– предположил я. Она тяжело вздохнула, дернула меня за руку, и мы продолжили наш забег.

- Мне вся эта история очень и очень не нравится! У меня нехорошее предчувствие, что мы нарвемся на неприятности, – призналась Эс, все убыстряя шаг. Причина дурного настроения Эсмириль была понятна. Перед поездкой она рассказала мне, что должна быть с Алариэль, куда бы та не отправилась, что несет личную ответственность за ее благополучие перед отцом Аль. Поэтому она теперь нервничала, опасаясь, что ситуация может выйти из-под контроля и, скрывая за раздражением страх перед разоблачением и возможными неприятностями - Демон, не могу поверить, что я позволила ей втянуть себя в эту авантюру! Каллар меня убьет, если узнает!

- Каллар? – я резко затормозил от неожиданности – Высокий парень лет тридцати, с длинными черными волосами и ярко-зелеными глазами?

Она остановилась как вкопанная и посмотрела на меня идеально круглыми глазами.– Ты знаешь Каллара? Откуда?

У меня появилось странное чувство, словно меня затягивает в поток, и моя дальнейшая судьба не зависит от меня, слишком много неслучайных встреч и событий произошло в последнее время. - Я познакомился с ним случайно, в кафе, подсел  к нему за столик. Это было зимой, в то время, когда я искал тебя, везде, где мог. Я вытащил вот это, – я достал из кармана мешок с драконом, который продолжал носить с собой в качестве талисмана на счастье – и пока рассматривал рисунок, заметил его заинтересованный взгляд.

Эс медленно вынула мешок из моей руки, развернула и провела пальцем по дракону. - Откуда это у тебя?

- Драк вернул мне куртку на следующий день после нашей первой встречи, она была в этом мешке, – объяснил я.

Она расправила ткань и провела пальцами по лучам. - И что дальше?

- Я пытался узнать хоть что-то про дракона и надпись, но так ничего не нашел. Теперь понятно почему, ведь о вас не пишут в наших книгах. В те дни мне казалось, что я схожу с ума. Ты, твой брат и этот дракон занимали все мои мысли, я искал вас во всех возможных и невозможных местах, и уже отчаялся что-нибудь узнать. В какой-то момент мне начало казаться, что ты галлюцинация и не существуешь в реальном мире. - я замолчал, вспомнив отчаяние тех дней и мои безнадежные поиски. - Каллар мне ничего не сказал по поводу дракона и надписи, отделался общими словами, а под конец нашего разговора предположил, что наша с тобой  встреча вряд ли повторится, и будет лучше все забыть и продолжать жить дальше как будто ничего и не было. Я решил, что если до конца зимы тебя не найду, то попробую последовать его совету, иначе угожу в психушку.

Я отвернулся и замолчал. Эсмириль обняла меня. - Я не думала, что тебе будет так тяжело, – прошептала она – прости меня, Ник!

Я нежно ее поцеловал. - Мне не за что прощать тебя, ведь, в конце концов, мы встретились, это того стоило.

- Я тебе ломаю жизнь, ты меняешься! – воскликнула она.

- Не смей так говорить! Ты самое лучшее, что есть в моей жизни.

Мы стояли, обнявшись, посреди улицы, и поток людей обтекал нас с обеих сторон, но мы ни на кого не обращали внимания.

- Наверное, наша вторая встреча все-таки была предопределена, – со вздохом сказала Эс.

Я поцеловал ее – Даже не смей в этом сомневаться!

Мы снова взялись за руки, и пошли дальше по оживленной улице.

- Так значит Каллар жених Аль? – уточнил я

- Да – Эс утвердительно  кивнула - Он очень хороший.

- Мне он тоже понравился. Я не понимаю Аль, Каллар ей подойдет гораздо лучше, чем этот красавчик. - Я избегал произносить имя Данте, оно было какое-то невыносимое, приторно-сладкое и вязло на языке.

- Каллар ее любит? – спросил я после некоторого молчания.

- Безумно, я не знаю, кто еще может так любить.

Я был готов поспорить, но не стал.

- Кстати, хотел спросить, а кто такой Старк? Это тот парень, который друг, с которым ты была в кино?

- Да.

- А он кто?

- Вампир.

- Ясно.

- Ничего тебе не ясно, он в меня влюблен, и это может превратиться в проблему. – Эс нахмурилась, по переносице пролегла тонкая морщинка.

Информация о любви Старка и возможных неприятностях мне не понравилась  - Вы с ним встречались?

- Нет, он, конечно, хотел этого, но я сказала, что нам лучше остаться друзьями, а его это не устраивает, – морщинка на ее переносице стала еще заметнее.

- А Ларина его сестра?

- Нет, не сестра, подруга, Ларина не может открыто принять мою сторону, и не хочет обижать Старка. Она сказала, что ей все равно с кем я, но предупредила, что вампиры могут быть непредсказуемы в своей любви. Она не знает, как поведет себя Старк, узнав о тебе, -  она жалобно посмотрела на меня.

Меня озадачило подобное соперничество. - Я думаю, что справлюсь с его реакцией, если до этого дойдет дело. Может мне с ним  поговорить, как думаешь?

Она вскинула глаза. - Ты его не боишься?

- Вроде нет, а должен?

- Ну, все-таки он вампир, – задумчиво произнесла она.

- Он меня укусит? -  я вопросительно посмотрел на нее.

Эс рассмеялась – По идее, не должен. Просто вампиры физически сильнее людей.

- Эс, не бери в голову, – меня немного рассмешили ее сомнения, если надо, я буду биться за нее со всеми вампирами этого мира. – Будем действовать по обстоятельствам.

Мы подошли к ресторану около шести, Драк ждал нас у входа в гордом одиночестве, Ларина уехала в гостиницу, сославшись на головную боль. Ресторан занимал небольшое полуподвальное помещение, интерьер был выдержан в викторианском стиле: удобные мягкие кресла с темно-красной бархатной обивкой, массивные столы с белоснежными скатертями, деревянные панели на стенах и красивый камин с настоящим огнем. Мы уселись за стол и заказали фирменное блюдо. Драк задумчиво смотрел на меня, Эс крутила в руках вилку и не поднимала глаз. Я почувствовал напряжение, какое бывает перед трудным и ответственным разговором.

- Что? – я всегда нервничал, когда Драк вот так на меня смотрел.

- Да так, ничего, – задумчиво отозвался тот, продолжая меня разглядывать, потом он отвел глаза и непонятно спросил -  Эс, ты много успела про нас рассказать?

- Не очень, вводный курс драконоведения, так сказать. – Эс бросила на меня быстрый взгляд и снова опустила глаза

- Хочешь продолжить лекцию? – съязвил я, начиная нервничать.

-  Хочу, ведь рано или поздно все равно придется, – без тени улыбки сказал он – Ник, я считаю, что ты хороший парень и как бы сказать… Демон, не знаю, как начать.

- Ты не хочешь, чтобы я встречался с Эс? – по-моему, я понял, куда он клонит – Если так, то имей в виду, что твое мнение меня не интересует, я буду с ней до тех пор, пока Эсмириль мне сама не скажет, что не хочет быть со мной. Ты понял?

Драк неожиданно расхохотался – Эс, ты видела? Я думал, у него сейчас дым из носа пойдет! - он снова стал серьезным. – Нет, Ник, я не против ваших отношений с Эсмириль, тут другое. Я вижу в тебе дракона, он становится больше с каждым днем, и очень скоро это станет опасным для окружающих.

- Извини, я не совсем понял, что ты видишь? – переспросил я.

- У меня есть дар, – без тени улыбки произнес он. Я вижу драконов в людях и за свою жизнь нашел пятерых, ты шестой, Ник. – он замолчал, давая мне возможность переварить сказанное.

- Ничего не понимаю. А разве это возможно? – я вглядывался в их лица пытаясь уловить хотя бы тень насмешки, но Драк и Эсмириль были предельно серьезны.

- Возможно, – утвердительно кивнул Драк - Иногда, крайне редко, в человеке третьего мира живет дракон.  Много тысяч лет назад наша раса произошла от соединения людей и драконов. Наши шаманы до сих пор спорят, было ли это направленное магическое воздействие или просто так было легче выживать обоим видам, но факт остается фактом, мы существуем и как драконы, и как люди, а в вашем мире драконы вымерли.

- В нашем мире жили настоящие драконы? – изумленно переспросил я

- А как ты думаешь, откуда у вас все эти легенды, рисунки и все прочее? Ведь они на пустом месте не появляются, – с усмешкой ответил Драк

- То есть, ты хочешь сказать, что я могу стать таким как вы? – до сознания со скрипом продрался смысл сказанного.

- Да, именно это я и хочу сказать. – Драк кивнул, Эсмириль ободряюще улыбнулась.

От волнения у меня пересохло во рту и кинуло в жар, я много думал о нашем с Эсмириль будущем, особенно после того памятного утра, когда она рассказала про другие миры. С каждым днем мне становилось все очевиднее, что у нас нет особых перспектив, ей рано или поздно придется вернуться в свой мир, а я останусь на Земле. Возможность стать одним из них означает, что я смогу быть с ней не только в этом мире, что моя жизнь круто изменится, и в ней появится смысл и новые возможности! Перспективы радовали разнообразием и грандиозностью.

- Есть одно важное условие, ты должен этого захотеть. – сказал Драк.

- Считай, что ты уже получил мое согласие, – только идиот, к коим я себя ни в коей мере не причислял, мог отказаться  от подобной возможности

- Ник, подумай, – тихо произнесла Эс, – ты перестанешь быть человеком.

Я посмотрел на нее, а в моем голосе невольно прорезались нотки раздражения – Что с того, что я перестану быть человеком? Что хорошего в моей человеческой жизни? Работа на Стива? Или невозможность учиться? Или что? Я не вижу в ней ничего хорошего и с каждым днем понимаю все яснее, что мои мечты вряд ли осуществятся. Эс, давай смотреть правде в глаза, наша встреча моя единственная удача за всю жизнь, и я готов стать кем угодно, чтобы быть с тобой.  Драк, я смогу быть с Эс, ну, после того, как стану Драконом? – я перевел взгляд на прихлебывающего пиво Драка.

Он поставил кружку на стол и пожал плечами – Я вижу только дракона, но не вижу, кем ты можешь стать, выпустив его. Сейчас у тебя есть на выбор три варианта: быть человеком и жить в этом мире, быть Драконом и жить во втором мире или стать таким как мы, то есть иметь возможность жить в обоих мирах. Не все Драконы могут и хотят путешествовать между мирами, наша мать, например, всегда остается во втором мире.

Я опустил голову, вот и первые сложности в моей возможной новой жизни.

- Я не хочу жить в мире, где нет Эсмириль.

- Я останусь с тобой, если ты выберешь путь Дракона, мне не нужен третий мир без тебя, – твердо сказала Эс, глядя на меня своими ярко-синими глазами.

- Я хочу стать Драконом, – твердо сказал я, не отрывая от нее взгляда. -  Что я должен для этого сделать?

Драк широко улыбнулся.

- Ник, тебе предстоит пройти длинный и трудный путь, но мне кажется, что из тебя получится замечательный Дракон. Мы займемся твоей подготовкой.

Мы долго сидели в ресторане, наслаждаясь едой, впрочем, если бы в моей тарелке были опилки, думаю, я бы этого даже не заметил. Драк отвечал на мои вопросы о втором мире,  рассказывал об их жизни, а я чувствовал себя дома, словно обрел давно потерянную семью.

Уже в номере, поздно ночью, когда Эсмириль уснула, а я снова и снова прокручивал в голове наш разговор и все отчетливее понимал, что человеческого будущего у меня действительно нет. Скорее всего, через какое-то время я бы опустил руки, забыл об образовании и превратился в кого-нибудь вроде Тора или, упаси бог, Хью, опустившегося, грязного неудачника. Ведь не всем в этом мире везет, как тому же Данте, далеко не все рождаются красивыми, талантливыми, удачливыми и востребованными, кому-то приходится убирать мусор, работать на стройке, в шахте, в больнице, подавать еду, мыть посуду или чинить чужие машины. Таких людей большинство, но у всех них когда-то были мечты.  Мне же предлагается возможность изменить все, такой шанс предоставляется одному человеку на миллиард, и, черт бы меня подрал, если я им не воспользуюсь.

Я посмотрел на спящую Эсмириль. Она принцесса, хоть и не любит себя так называть, она слишком высокородна, чтобы   найти себе мужа, и она любит меня. Я лег рядом с ней и погладил по щеке, она что-то пробормотала во сне и привычно устроилась у меня на груди. Слушая ее едва слышное дыхание, я поклялся, что стану самым лучшим Драконом из всех, и сделаю все, чтобы быть достойным моей драконьей принцессы, и будь я проклят, если этого не случится!

Глава 25 Драк

Дракончик Ника растет не по дням, а по часам и уже показывает зубки. Я не сомневался, что он согласится на инициацию, но думал, что его придется уговаривать подольше, и даже подготовил заранее аргументы, но они не понадобилась. Похоже, Эс уже смирилась с мыслью, что Ник будет Драконом, а он сам в восторге от этой возможности. Отличный получится Дракон из этого парня, Огнем клянусь!

Надо поговорить с Геланом и начинать подготовку Ника к перерождению. Ему надо многому научиться, да и физическую форму подтянуть не помешает. Если бы я еще мог видеть его способности!  В кармане запиликал сотовый телефон.

- Алло.

- Драк, привет, как дела? – Гелан, легок на помине, значит, он уже вернулся в третий мир, последнее время он часто мотается между мирами

- Привет, Гел. – отозвался я

- Чем занимаетесь? – поинтересовался брат

- Шляемся по музеям и смотрим на динозавров. Что у вас?

- Только что вернулся из Шерданна. Был Большой Совет, – голос у Гелана был уставшим.

- И как?

- Новости не очень хорошие, миры стоят на пороге больших перемен. Будущее размыто, Оракул все время видит разные события, но все они предрекают войну, – после некоторого молчания произнес Гелан

- Марх тэ махал![8] – я поморщился, вспомнив боевые операции, в которых принимал участие.

- Махал, – согласился Гелан - Основная угроза исходит из пятого мира, какую-то силу мы там проглядели. Не зная всех обстоятельств, Оракул не может увидеть будущее. Мы не знаем, чем это нам грозит, но миры собираются объединяться против возможной угрозы.

Я помолчал. – Нам пора возвращаться?

-Сейчас в этом нет необходимости. Велерон и отец решили, что Аль и вы пока должны оставаться в этом мире, здесь безопаснее. Если что-то полезет из пятого мира, то полезет к эльфам, они представляют для отщепенцев реальную угрозу. Во всяком случае, так думает Совет.

- Отец в Шерданне? – уточнил я

- Пока в Шерданне, но скоро прибудет сюда. Совет решил, что будет лучше, если отец будет в этом мире до того момента, как Оракул увидит что-то определенное, он будет помогать Наместнику, если ему понадобится помощь. Мы не можем оставлять этот мир беззащитным. Когда вы возвращаетесь?

- Послезавтра.

- Отлично!

- Я сегодня поговорил с Ником, он согласен на перерождение, – поделился я хорошей новостью

- Я другого и не ждал. Отличная новость! Ты должен, как можно, скорей привезти его в поместье, я хочу с ним познакомиться, да и отец желает на него посмотреть.

- Отец? – удивился я

- Тебя что-то удивляет? Все-таки он встречается с Эс и ему не безразличен ее выбор, знаешь ли! – ехидно отозвался Гелан

- Да, конечно, – естественно, отец хочет увидеть избранника любимой дочери, мне самому стало стыдно за свое удивление

- Сарр даст тебе знать о встрече.

- Кто будет его наставником?

- Мы посмотрим на него и решим, я попрошу Гора посмотреть его будущее, как Дракона, теперь оно должно быть ясно видно.

- Да, пусть посмотрит, – согласился я.

- Драк, мне пора, скоро увидимся. Я по вас соскучился, – быстро сказал брат.

- Пока, Гел.

Я нажал кнопку сброса, положил трубку на стол и задумался, новости в последнее время не радуют. Судя по обеспокоенному тону Гелана грядет что-то совсем плохое, то, с чем наши десанты в пятый мир покажутся детскими шалостями. Ну что ж, война так война, будем воевать.

Ларина выглянула из спальни и отвлекла меня от моих размышлений. Я поманил ее, она подошла ко мне и села на колени, уткнувшись лицом в плечо.

- Голова еще болит? – поинтересовался я. Она отрицательно покачала головой, я погладил ее по спине.

- Пойдем в постель? -  мне была не понятна причина ее грусти, но я решил не тратить время на психотерапию, мы, Драконы, считаем, что секс поднимает настроение лучше всяких разговоров.

- Драк, я тут задумалась над нашими отношениями… – сказала она задумчиво,   у меня во рту стало кисло, время от времени мне приходилось вести подобные разговоры, по возможности, я старался не обижать девушек, но иногда приходилось действовать довольно жестко

- Что будет с нами? – Ларина села прямо и спокойно посмотрела мне в глаза, я выдержал ее взгляд, надеясь на то, что пресловутое спокойствие вампиров не позволит ей закатить истерику.

- В каком смысле? – уточнил я

- С тобой и со мной?

Я сделал вид, что задумался. Неужели она не понимает, что нет нас, есть я, Драк из клана Тули, двенадцатый принц Драконьих кланов, наместник Андаланы и трех долин Палаха и есть Ларина из клана Вуллен, молодая инкара из небогатой и незнатной семьи. Наши дороги слились, и недолгое время мы будем попутчиками на жизненном пути, чтобы через короткое время расстаться. Ларина хорошая девочка, но вместе нам не быть, ей следовало бы оглядеться вокруг,  найти хорошего инкара, типа того же Старка, создать семью и нарожать детей. Уверен, что со временем она так и поступит.

- Ты мне нравишься, Драк, правда. С тобой хорошо, ты дал мне очень много, но будущего у нас нет. – произнесла Ларина, словно услышав мои мысли. – Мне кажется, что наши близкие отношения заканчиваются. Мы слишком разные, чтобы долго быть вместе.

- Да, ты права. Мы слишком разные, чтобы долго быть вместе. – я прижал ее к себе, чтобы она не заметила выражение облегчения на  моем лице. Наше путешествие в Лондон было кульминацией отношений, и  по возвращению домой они постепенно сойдут на нет.

- У Эс и Старка тоже ничего бы не вышло. Даже если бы твоя сестра согласилась стать его девушкой, то их связь не продлилась бы долго. – глухо сказала Ларина, тоже пряча лицо. Через некоторое время она встала и пересела на диван. Мы молчали, зачем говорить о том, что и так понятно. Я стал набивать трубку.

Она сидела, скрестив ноги, с сухим глазами и непроницаемым лицом. Я молча пускал к потолку колечки дыма, размышляя о потрясающей наглости Старка, который всерьез рассчитывал на какие-то серьезные отношение с Эсмириль.

- Мы можем встречаться пока нам хорошо друг с другом, – это был единственный вариант, который я ей мог предложить

Она вздохнула - Да, ты прав, так будет лучше всего. Как только мы почувствуем, что охладели друг к другу, то перестанем быть любовниками и останемся добрыми друзьями. Драк, ведь мы сможем дружить? - в ее глазах блеснули слезы.

- Конечно, Ларина. Не плачь. Мы ведь заранее знали, что именно так и случится, – я подсел к ней и обнял  ее за плечи.

Она молча кивнула – Хорошо, когда все знаешь заранее. Я не хочу влюбляться, я этого боюсь. Мне страшно за Старка, я смотрю на него и не узнаю, так сильно он изменился. Эсмириль не виновата в том, что так случилось, ведь любовь как вирус, им заболевают независимо от желания, но видеть, как твой друг превращается в обезумевшее существо, которое не замечает, что его чувства никому не нужны, жутко.

- Не бойся. Вряд ли ты в меня влюбишься. – Старка я давно не видел и понятия не имел, насколько он изменился.

Она улыбнулась сквозь слезы. - Жаль, Драк, что ты не инкар, у нас бы получилась хорошая семья.

Я рассмеялся – Нет уж, мне больше нравится быть Драконом!

- Ты же не был инкаром, откуда тебе знать? – смахнув слезы, спросила Ларина.

- А мне не надо им быть, чтобы понять, что Драконом быть лучше. – уверенно заявил я

- И чем же лучше? – она иронично изогнула бровь

- Тем, что мы страстные, - я опрокинул ее на спину  и навалился сверху.

Через несколько часов, когда Ларина уже уснула, я еще раз подумал о нашем разговоре. Она меня устраивает, с ней удобно и Ларина пока не создает мне особых проблем. Уверен, что и не создаст. Надо будет подарить ей что-нибудь после приезда, на память. Я посмотрел на спящую девушку, повернулся на другой бок и выкинул наш разговор из головы.

На следующее утро я оставил разомлевшую от   утреннего любовного марафона Ларину в постели, наскоро принял душ и отправился в номер к сестре, чтобы узнать, как дела у Ника, и позавтракать в приятной компании. Выяснив по дороге, что Эсмириль уже не спит, я нажал на ручку и вошел в комнату, сестра сидела полностью одетая и причесанная, но судя по мрачному выражению лица ее настроение оставляло желать лучшего. C момента приезда в Лондон, Эсмириль с каждым днем становилась все взвинченней и напряженней. – Доброе утро!

- Доброе утро! – хмуро поприветствовала меня Эс.

- Как Ник? – спросил я, присев рядом.

- Он вчера был таким взбудораженным, что, по-моему, уснул под утро. Во всяком случае, когда я засыпала, он еще был на ногах. – Эсмириль слегка улыбнулась, как всегда, когда разговор заходил о Нике, ее настроение немного улучшалось.

- Не мудрено, ведь ему не каждый день предлагают стать Драконом,  – усмехнулся я - Он еще спит?

- Спит, – она бросила взгляд на закрытую дверь спальни

- Закажем завтрак? Я голодный, как вампир, – предложил я.

- Дождемся Аль и закажем.

Словно услышав ее слова, дверь открылась и в проеме появилась Алариэль.

Святой Огонь, она выглядела потрясающе! Фиалковые глаза сияли, личико светилось изнутри, волосы были уложены в красивую прическу, а мечтательная улыбка говорила о приподнятом настроении ее обладательницы. Я, конечно, видел Аль и на приемах и дома, но в таком радужном настроении и прекрасном виде никогда.

- Аль, нельзя выглядеть с утра такой красивой, я себя чувствую гоблином!  - воскликнул я, восхищенно оглядывая ее с ног до головы.

- Тебе нравится? – она приняла модельную позу.

- Нравится. А ты для меня старалась? – неожиданно внизу живота потеплело, я поймал себя на том, что начинаю думать об Аль не как о подруге моей сестры.

- Нет, Драк. Не для тебя, но надеюсь, что тот, ради кого я старалась, оценит мои усилия, – смех Аль рассыпался серебряными колокольчиками.

У меня было ощущение, что меня неожиданно окатили ледяной водой и вдобавок надели на голову пустое ведро. Кто должен оценить ее старания? Я чего-то не знаю? Эсмириль виновато посмотрела на меня и отвела взгляд. В чем дело? У меня появилось стойкое ощущение, что меня втянули в непонятную аферу и благополучно таскают за хвост. Судя по выражению лица сестры, в этой игре мне отведена далеко не главная роль. Во  мне разгорался огонек раздражения, а смутные догадки о не случайности нашей поездки, причин нервозности сестры, озабоченности Ника и возбуждения Аль обрели вполне весомое подтверждение. Я начал шептать про себя мантру успокоения, чего не делал уже довольно давно.

- Так, а вот с этого места поподробней, пожалуйста! – прекрасное настроение Аль и ее красота отошли на второй план, сейчас я все из них вытрясу, даже если придется действовать в прямом смысле этого слова.

- Аль, ты эту кашу заварила, ты и объясняйся, – хмуро сказала Эс.

- Драк, я влюбилась в человека, – просто сказала она, даже не думая юлить и отпираться.

- Что? ЧТО? – заорал я – Да ты в своем уме? - и тут до меня дошло – Мы сюда притащились из-за ТВОЕЙ ЛЮБВИ???

Все встало на свои места, и наше неожиданное путешествие в Лондон, невзирая на паршивую погоду, и нежелание Аль смотреть достопримечательности, и их отлучки по вечерам. Я давно не чувствовал себя таким идиотом! Две сопливые девчонки изящно обвели меня вокруг пальца! К раздражению примешивалось чувство обиды, я бросил на Эс яростный взгляд. Аль смотрела на меня совершенно спокойно, а мне хотелось встать и влепить ей пару крепких затрещин.

- Кто он? – сквозь сжатые зубы прошипел я, пытаясь держать себя в руках

- Данте Кларк, актер, – сказала Аль

- Этот парень играл вампира. Помнишь, мы ходили все вместе в кино? – уточнила Эс.

- Кто еще знает? – от злости кровь короткими толчками билась в виски, а кулаки непроизвольно сжимались

- Только Ник, – тихо отозвалась Эс

- Драк, это была моя затея, я их заставила мне помогать. Если бы мы  сказали тебе правду, то ты бы ни за что не позволил мне встретиться с ним, – виновато пробормотала Алариэль, подошла ко мне и положила руку на плечо.

- Зачем ты мне теперь все рассказала? – глухо спросил я и убрал с плеча ее ладонь.

- Мне тяжело тебя обманывать, ведь ты мой друг.  Я с ним познакомилась и собираюсь встречаться дальше, мне нужна твоя поддержка. Эс с самого начала была против моей затеи, но я должна была приехать сюда,  – она смотрела на меня полными слез глазами, отчего моя злость поутихла, ну не бить же ее в самом деле

- Алариэль, ты сошла  с ума! – с тяжелым вздохом сказал я – Ты вообще соображаешь, что делаешь? Как ты можешь быть такой безответственной?

Она опустила голову. - У нас есть всего несколько дней, Драк, можно я буду счастливой хоть немного? Я скоро выйду замуж за нелюбимого, за эльфа, которого не полюблю никогда, разве я не имею право на небольшую порцию счастья? – по ее щеке скатилась одинокая слезинка.

Раздражение и досада глухо ворочались внутри, но слезы Аль сделали свое дело. – Ты имеешь право на счастье, но не надо ломать себе из-за этого жизнь. Ты плохо знаешь людей, Аль, они не такие, какими кажутся,  боюсь, что ты разочаруешься.

Она слабо улыбнулась - Пусть это будет моим разочарованием,  мне нужно через это пройти, – обреченным голосом произнесла она, развернулась и быстро вышла из комнаты.

Я повернулся к съежившейся Эсмириль.

- Как это понимать? – во мне снова начинал закипать гнев – Как ты могла это допустить? Тебе доверили ее безопасность, а ты потакаешь ее глупым прихотям!

Эсмириль побледнела, но, все же, нашла в себе силы посмотреть мне в глаза – Я ей говорила, предупреждала, отговаривала, я сделала все, что было в моих силах, но она меня не слушает! Она бы все равно нашла способ с ним увидеться, только без нас. Я решила, что если мы поедем все вместе, то так будет безопаснее. Мы с Ником только и делаем, что ходим за ней хвостом, чтобы, упаси Святой Огонь, с ней чего-нибудь не случилось!

- Глупые, бестолковые девчонки! Аль избалованна сверх меры, но ты-то должна иметь голову на плечах! Еще и Ника втянули в свои авантюры! – обрушился я на сестру - Миры стоят на пороге большой войны, отщепенцы могут появиться здесь в любую минуту, а ты ведешь себя так безответственно!

- А что я могла сделать? – взорвалась Эсмириль - Она как с ума сошла! Ты думаешь, мне все это нравится? Я бы никогда не притащилась в этот треклятый город, если бы не Аль! Он отвратительный, этот Кларк, – выплюнула она его имя - но она этого не видит!

Я молча слушал ее. От ярости кровь пульсировала  в висках, заволакивая глаза красной пеленой, мне хотелось кого-нибудь убить, чтобы хоть немного успокоится. Я сел в кресло и сосредоточился, считая вдохи, на каждом пятом задерживая выдох настолько, насколько позволяло дыхание. Элементарное  упражнение помогло немного успокоиться и начать обдумывать сложившуюся ситуацию без лишних эмоций. Следуя советам моего боевого наставника, я стал искать в происходящем положительные моменты, но пока, кроме собственного общего культурного развития, ничего не находил. Успокоившись окончательно, я решил, что все не так уж и плохо, ничего непоправимого не произошло, судя по всему ситуация под контролем Ника и Эсмириль, я рядом, мы скоро вернемся домой, и там уж я  применить всю полноту данной мне власти, если отношения Аль с этим человеком затянутся. Помнится, Велерон не хотел, чтобы его дочь чувствовала себя заключенной, он сказал, что она должна получить некоторый опыт проживания в этом мире, вот он и опыт, пусть получает, а мы проследим, чтобы этот опыт не зашел слишком далеко. В крайнем случае, всегда можно скрутить Аль и увезти в поместье, оттуда она так просто не выберется, хотя, конечно, делать бы мне этого не хотелось.

Эсмириль внимательно смотрела на меня и неуверенно произнесла – Может, если она разочаруется в этом Данте, то оценит Каллара? Данте не стоит его мизинца! Через пару дней мы вернемся домой, и, возможно, она выкинет его из головы. В крайнем случае, можно скрутить ее и отвезти в поместье – воинственно добавила Эс, подтвердив поговорку о родственниках и образе мыслей.

Имя Каллара направило мои мысли в иное русло. Несколько декад назад Гелан рассказал мне, что Эсмириль в последнее время регулярно встречается с темным, и пытается помочь ему наладить отношения с Алариэль. Сначала эта идея показалась мне бредовой, но потом, обдумав наш с братом разговор еще раз, я не мог не признать, что затея не лишена смысла, ведь Эсмириль проводит с Аль очень много времени и имеет на нее некоторое влияние. В голове начала оформляться мысль о том, как я могу повернуть ситуацию к своей пользе и выгоде Каллара.

- Святой Огонь, пусть он ей разонравится! Меня тошнит от этой истории. Единственное, что мы можем сделать здесь и сейчас, это приглядывать за ней, чтобы она не наделала глупостей и не вляпалась в неприятности. – Эсмириль продолжала самобичевание, я ее почти не слушал, прикидывая, какие возможности давала мне сложившаяся ситуация и делая наметки своих дальнейших действий. Я не мог не отдать девочкам должное, наше путешествие было спланировано идеально. С одной стороны, они действовали четко по своему плану, с другой, мое присутствие гарантировало им некоторую свободу от наблюдения светлых, а Ларину пригласили, чтобы она отвлекала мое внимание по вечерам. План простой до гениальности, но, как водится, погорели они на том, что не смогли справиться с эмоциями: Эсмириль с тревогой, Алариэль с радостью от встречи с возлюбленным. Если бы не присутствие Ларины, я бы обратил внимание на нервозность Эс еще несколько дней назад или даже до нашей поездки, но маленькие интриганки виртуозно сыграли на моей слабости, когда я с девушкой, то становлюсь рассеянным и невнимательным, особенно если не ожидаю подвоха. Эс выполняет свое наказание, Велерон дал ей указания касательно его дочери, а я получил четкие инструкции от отца ограждать Алариэль от любых ненужных контактов, в то же время, следя, чтобы она чувствовала себя относительно свободной. Действовать напролом в данной ситуации не годится, надо сделать так, чтобы Алариэль сама отказалась от встреч с этим человеком, в ее окружении не должно быть лишних персон, тем более людей, и она должна осознать этот факт самостоятельно. Вот от этого простого умозаключения я и буду отталкиваться при планировании дальнейших действий. Пока я раздумывал, Эсмириль замолчала и с тревогой вглядывалась в мое лицо.

- Куда она отправилась? – спросил я

- Он ее пригласил на съемки, – я продолжал хмуриться, все еще сердясь на Эсмириль.

- Съезжу-ка я пожалуй, посмотрю на этого красавчика живьем. – я поднялся с кресла и сделал несколько выпадов, словно собираясь вступить в рукопашную и разминаясь перед боем.

- Драк, ты уверен, что это необходимо? – напряглась Эсмириль, с тревогой наблюдая за моей разминкой.

- Конечно, я же отвечаю за безопасность Аль,  – я покрутил головой, разминая шею.  - Ты знаешь адрес?

- Драк, не надо, – с лица Эсмириль схлынули все краски, а глаза затуманились, словно она собиралась заплакать.

Я же сказал, что просто посмотрю – не глядя на сестру, буркнул я, слегка присев и сделав отличный крюк левой.

- Я поеду с тобой! – Эс постаралась, чтобы ее голос прозвучал решительно, но он предательски дрогнул.

- Ты скажешь мне гребаный адрес этого трижды гребаного места и будешь ждать меня на этом самом месте – я ткнул пальцем в пол под ноги сестре - А прежде, чем я уеду, мы позавтракаем. Демон всех раздери, я голодный как вампир! – рявкнул я. Эсмириль открыла рот, чтобы возразить, но промолчала и покорно подняла трубку телефона.

Глава 26 Алариэль

Сегодня я увижу съемки продолжения фильма, благодаря которому влюбилась в Данте. В предвкушении нашего второго свидания, я с самого пробуждения находилась в приподнятом расположении духа. Единственной темной тучкой на небосводе моего радужного настроения была обида  Драка. Я попыталась утешить себя тем, что он узнал об истинной причине нашего путешествия от меня, и моя смелость должна оправдать мою скрытность в его глазах. Однако воспоминания о выражении лица Драка, с которым он выслушал настоящую причину приезда в Лондон, вызывали во мне острые приступы угрызения совести. Я порчу отношения с самыми близкими друзьями из-за Данте, но вряд ли он сможет оценить мои жертвы.

Личное знакомство с героем моих грез поубавило иллюзий насчет его одухотворенного образа, который я навоображала, сидя дома и рассматривая его фотографии  в интернете.  Данте  во плоти разительно отличался от своего героя в фильме, как внешне, так и внутренне. Если уж быть честной до конца, пока я не видела между ними ничего общего, но все-таки не теряла надежды обнаружить хоть что-то объединяющее персонаж фильма и актера его сыгравшего.

Я подъехала по указанному адресу и огляделась, возле съемочного павильона стояла группа курящих мужчин и потому я решила остаться в машине. Набрав номер сотового телефона Данте, я сообщила о своем прибытии и стала ждать, разглядывая прохожих и проезжающие автомобили. Через несколько минут загримированный Данте вышел из одной из дверей и начал оглядываться по сторонам. Я заглушила двигатель, вышла из машины и направилась к нему.

- Привет, Аль, классно выглядишь! – он чмокнул меня в щеку и окинул оценивающим взглядом. Я улыбнулась в ответ, мне было приятно, что он оценил мой внешний вид, и что я не зря потратила несколько утренних часов на подготовку к нашей встрече.

- Привет, Данте, ты тоже отлично выглядишь. Эта бледность тебе идет, – искренне ответила я, ведь передо мной стоял прекрасный вампир из моих грез.

Он шутливо клацнул накладными клыками, подхватил меня под руку и повел внутрь. Едва мы переступили порог и сделали несколько шагов, как началось то, что обычно случается при моем появлении на публике: мужчины замирали с открытыми ртами, женщины нервно приглаживали волосы и смотрели на меня с нескрываемой неприязнью и завистью. Я тайком вздохнула, все как всегда, именно из-за такого отношения мне никогда не удастся найти себе подруг среди человеческих женщин.

- О, боже! Какое личико! – сбоку послышался экзальтированный вопль, из бокового коридора выскочил бледный всклокоченный мужчина, одетый в белую рубашку с закатанными рукавами и потертые мешковатые джинсы – Данте, кто эта жемчужина? Где ты ее нашел?

- Места нужно знать, – самодовольно улыбнулся Данте – Аль, познакомься, это наш режиссер, Билл. Билл, это моя подруга Аль.

- Доброе утро, Билл,– вежливо поздоровалась я.

- Боже, какое лицо, я просто обязан сделать несколько кадров! Я уже вижу тебя в роли принцессы эльфов. – Билл хватал меня за руки и разворачивал то вправо, то влево разглядывая со всех сторон, я чувствовала себя племенной кобылой на ярмарке. Заявление Билла насчет моей предполагаемой роли было настолько неожиданным, что я с трудом удержалась от хохота. Этот странный, громкоголосый человек собирается снимать в роли принцессы эльфов принцессу эльфов. Едва сдерживая рвущийся наружу неуместный смех, я покорно стояла рядом с Биллом, мертвой хваткой вцепившимся в мой локоть, Данте без особого удовольствия наблюдал за действиями режиссера.

- Эй, Сара, быстро грим для девушки, поторапливайся! – гаркнул Билл куда-то в сторону, но его вопль остался без ответа.

- Билл, – я безуспешно попыталась освободить свой локоть из его цепких пальцев – меня не интересует карьера актрисы,  я просто пришла посмотреть, как снимается Данте.

- Никаких возражений! – он отмахнулся от меня как от надоедливого насекомого, пропустив мимо ушей, то, что я сказала - Сара! Данте, иди, гримируйся, твоя подружка посмотрит на тебя попозже. Сара, черт бы тебя побрал! Где тебя носит? – Билл сорвался с места и забежал в одну из дверей, оставив нас с Данте наедине. Мы посмотрели ему вслед, а потом повернулись друг к другу лицом.

- Ты покорила Билла! – заметил он с оттенком легкого недовольства в голосе – Что ж! Прошу извинить меня, Ваше Эльфийское Высочество, я должен идти гримироваться. - Он сделал мне полушутливый поклон, послал воздушный поцелуй и исчез в недрах коридора. Я осталась одна.

Это было совсем не то, на что я рассчитывала, видимо я перестаралась сегодня утром и выгляжу слишком хорошо, не учтя при сборах, что на съемках, кроме Данте будет еще куча народа, и мой внешний вид может произвести сногсшибательное впечатление не только на него. Из комнаты выбежал Билл, волоча за руку неприметную девушку в серой водолазке и джинсах. Подхватив меня под руку, он повлек нас вглубь коридора, на ходу втолковывая девушке, какой грим она должна сделать.

Билл втолкнул нас в маленькую, ярко освещенную комнату, где уже находилось человек пять, и выкатился обратно в коридор, раздавая на ходу указания. Сара усадила меня в свободное кресло перед большим ярко освещенным зеркалом, достала какие-то коробочки и баночки и начала колдовать над моим лицом. Она наложила грим, переплела волосы в другую прическу и проводила меня в маленький павильон. Билл уже был там, ругая кого-то, невидимого в темноте. Мне становилось скучно, но развернуться и уйти не позволило воспитание. Ничего страшного, потерплю, заодно узнаю, каково это сниматься в кино. Помощница Билла сунула мне в руку листок с текстом, Билл верещал без остановки, и у меня уже начинала болеть голова от его воплей. Наконец, к съемке все было готово, меня вытолкнули в ярко освещенный круг, заставили принять несколько поз, произнести несколько строчек текста, пройтись и попробовать сыграть небольшую сценку. Камера то наезжала на меня, снимая крупным планом, то откатывалась вглубь павильона. От ярких ламп мне стало жарко, а грим неприятно щипал кожу.

- Гениально, гениально! Ты только посмотри, какое лицо! Ей не нужен грим, она может сниматься без него! – кудахтал Билл, обращаясь к полному, темноволосому мужчине в мятой рубашке, а вся его команда с восторженным видом кивала. Я послушно делала то, что мне говорили, с трудом справляясь с раздражением от нахальной бесцеремонности всех этих людей. Когда же это все закончится? В следующий раз надену на голову мешок из-под картошки, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Наконец, пробы были закончены, с меня сняли грим, и Сара отвела меня на площадку, где снимался Данте. Чтобы никого не отвлекать и не путаться под ногами, я уселась на один из складных стульчиков, стоявших в стороне, и стала смотреть, как работают профессионалы. Данте как раз отрабатывал сцену с главной героиней,  и у них явно ничего не получалось. Билл остановил съемку и, отсмотрев снятый материал, ринулся на площадку, размахивая руками. Я залюбовалась Данте.

- Нравится? –  вдруг раздался женский голос рядом со мной.

Я повернулась, на соседнем стуле сидела девушка, ее лицо показалось мне смутно знакомым, скорее всего она одна из актрис, занятых в фильме. Присаживаясь на стул, я ее не заметила, все мое внимание было поглощено только Данте.

Девушка с доброжелательной улыбкой смотрела на меня.

- Очень нравится! – согласилась я.

- Он всем нравится, –  девушка равнодушно посмотрела на площадку и снова повернулась ко мне.

- Я не удивляюсь почему, – я тоже посмотрела на Данте. Билл что-то втолковывал ему и главной героине, а они согласно кивали в ответ.

- Меня зовут Анна, – девушка села в пол-оборота ко мне и  протянула тонкую руку для рукопожатия

- Аль, – представилась я, пожимая ее ладонь. У нас, в первом мире было не принято здороваться подобным образом, и меня всегда удивлял подобный способ приветствовать друг друга. У эльфов считалось неприличным хватать за руки незнакомцев, а в древности за прикосновение к особе королевской крови без ее на то воли, казнили.

- Он сегодня что-то не в форме, обычно, у него сразу все получается, как надо. – Она усмехнулась, глядя на съемочную площадку.

Я бросила быстрый взгляд на Анну, она вела себя со мной, как любая представительница миров, не завидовала и не ненавидела, что было абсолютно не типично для человеческой женщины.

- А ты? – наконец-то, я ее вспомнила, Анна играла одну из второстепенных ролей, но без грима я ее сразу не узнала. В фильме у нее был другой цвет волос, довольно яркий макияж и выглядела она старше и как будто выше ростом. В жизни Анна была миловидной, хрупкой, темноглазой брюнеткой, с белой кожей и пухлым улыбчивым ртом. Ее длинные волосы были собраны в небрежный хвост, несколько прядей обрамляли лицо, а темная водолазка и синие джинсы ладно обтягивали стройную фигурку.

- Что я? – непонимающе спросила она, удивленно приподняв брови

- Ты тоже без ума от него? – уточнила я

- Мне до него нет дела, – просто ответила Анна, и по выражению ее лица я поняла, что она не обманывает, ей действительно нет дела до Данте.

А ты? – в свою очередь спросила Анна

- Я специально приехала в Лондон, чтобы познакомиться с ним, – я с удовольствием пользовалась возможностью поговорить о Данте, Эс эта тема раздражала, а больше поговорить о нем было не с кем.

- Правда? – присвистнула она.

- Правда.

- Так понравился? – она удивленно смотрела на меня.

- Не то слово,  – легко призналась я

- Ну, тогда  тебе не повезло. – Анна откинулась на спинку и с сочувствием посмотрела на меня.

Анна с каждой минутой нравилась мне все больше, ее искренность, доброжелательное отношение и спокойная манера общения привлекали меня, впервые в этом мире у меня появилось желание продолжить знакомство с человеком.

- Данте у нас охотник, он мгновенно теряет интерес, как только получает то, что хочет. А хочет он, как правило, одного, – предупредила она меня, кивнув в сторону съемочной площадки. Я пожала плечами, что ж, пусть будет так, ведь я тоже не планирую жить с ним долго и счастливо.

Билл, наконец, объявил перерыв, Данте, окинув помещение взглядом и увидев меня, направился к нам  – Аль, детка, Билл от тебя в восторге. У меня впечатление, что мы снимаем фильм про эльфов, а не про вампиров! Ты у меня такая прелесть! – он наклонился и поцеловал меня.

Я слегка опешила, его поведение выглядело несколько демонстративным, так словно он хотел произвести впечатление на Анну, впрочем, она никак не отреагировала на реплику Данте, продолжая спокойно сидеть, что-то выискивая в своем сотовом телефоне.

- Аль, крошка, познакомься с моей коллегой Анной. – Данте решил привлечь внимание Анны другим способом и втянуть ее в разговор

- Мы уже познакомились, – спокойно сказал Анна, отвернулась и стала набирать номер. По лицу Данте пробежала тень, я не совсем понимала, что происходит.

- Ну как, детка, тебе понравилось смотреть, как снимается кино? – он перестал обращать внимание на Анну и теперь смотрел только на меня.

- Было любопытно. Вы всегда так подолгу делаете одно и то же? – вежливо поинтересовалась я, собственно съемки мне увидеть не удалось, все время моего пребывания в павильоне Данте и его партнерша слушали Билла.

Он трагически закатил глаза – Издержки профессии. Знаешь, не каждый день попадаешь в нужное настроение. Я собираюсь пойти перекусить, а потом съемка продолжится. Анна, пойдешь с нами?

Анна после секундного размышления согласилась.

Мы сидели за столиком маленького кафе и пили кофе. Странный получился обед, Анна произнесла всего несколько слов, большая часть которых была адресована официанту, принимавшему заказ, я молчала, Данте же болтал без умолку. Он рассказывал про съемки, про свои роли, про места, где ему довелось побывать, задавал мне вопросы, но как только я начинала на них отвечать, перебивал меня, не дослушав до конца, и переводил разговор на другую тему. Я смотрела на него и едва слышала, что он говорит, любуясь его лицом. Пожалуй, в этом гриме, когда он был таким, каким я его увидела в кино, он нравился мне больше всего. В жизни он совершенно не такой, роль его сильно меняет, и я не знаю, кого люблю больше, персонажа из фильма или реального человека. Неожиданно Анна подняла руку, привлекая внимание Данте. - Нам пора  возвращаться, Билл звереет, когда мы опаздываем. - Данте суетливо подскочил с места, едва не опрокинув недопитую чашку с кофе. От кафе до павильона мы дошли минут за десять, Анна шла чуть впереди, а Данте продолжал рассказывать мне какую-то запутанную историю, которая приключилась с ним несколько лет назад. Я давно потеряла нить повествования и просто слушала его, наслаждаясь тем, что он рядом.

В том, что сегодня не мой день, я убедилась, едва завернув за угол павильона. Не заметить Драка было невозможно, он стоял, опершись на капот нашей машины, скрестив руки на груди и нахмурив брови. У меня екнуло сердце, я редко видела его таким и ничего хорошего это, как правило, не предвещало. Мне стало жутковато, а память услужливо подсунула воспоминания о пресловутой ярости Драконов. Драк хмуро следил за нашим приближением, но пока держал себя в руках. Данте, заметив его, отпустил мою руку и прибавил шагу, обогнав меня на несколько ярдов, Анна же, наоборот, притормозила и поравнялась со мной.

- Твой парень? – тихо спросила Анна, быстро разобравшись в ситуации и кивая в  сторону Драка, в ее голосе прозвучал неподдельный интерес.

- Нет, - также тихо ответила я – брат моей подруги, он присматривает за мной.

- Данте, Анна, где вы ходите? – вдруг заорал рядом пронзительный голос, так что мы с Анной вздрогнули – Вы срываете съемки! - на тротуар выкатился Билл – Деточка, - обратился он ко мне, - передай своему агенту, чтобы он связался со мной, у меня есть для тебя роль.

- У меня нет агента, – растерялась я.

- Как это? Почему? Это невозможно! Такая внешность и нет агента! – он выглядел так, словно я сказала нечто, перевернувшее его представление о мироустройстве.

- В чем дело? –  над моей головой раздался голос Драка – Чего вы от нее хотите?  - я обернулась и непроизвольно съежилась, Драк черной тучей возвышался надо мной, его глаза метали молнии, а рот был сжат в линию. Билл поперхнулся очередным воплем, Данте стоял столбом, с опаской поглядывая на Драка и не вмешиваясь. Билл открыл было рот, чтобы продолжить диалог, как вдруг в разговор вмешалась Анна.

- Извините, что вмешиваюсь, но позвольте мне объяснить ситуацию. Это наш режиссер Билл, ему понравилась Аль, и он хочет снимать ее в кино, – она оттеснила Билла в сторону и теперь стояла перед Драком, который на голову возвышался над ней. Я с уважением покосилась на нее, разговаривать с Драком, когда он пребывает в подобном настроении, рискнул бы далеко не каждый Дракон, не говоря  уж о человеке. Драк с раздражением посмотрел на нее сверху вниз, но Анна не отвела глаз и ничуть не смутилась. Драк метнул суровый взгляд на Билла и, четко выговаривая слова, произнес – Она не снимается в кино, я ясно выражаюсь?

- А вы? Вы снимаетесь? У меня и для вас найдется роль! – проблеял Билл из-за спины Анны.

Драк развернулся ко мне - Аль, мы уезжаем! Немедленно!

Я посмотрела на Данте, не знаю, может из-за грима, или из-за грозного Драка, вид у него был бледноватый даже для вампира. – Мне пора, спасибо, что пригласил меня сегодня.

- Пожалуйста, всегда рад тебя видеть! – как-то неуверенно ответил Данте, стараясь не смотреть на Драка

- Я еще пробуду несколько дней в городе, позвони, если захочешь со мной встретиться, – я протянула ему руку на прощание. Данте испугано глянул мне за спину, быстро сжал мою ладонь, и толком не попрощавшись, юркнул в павильон.

- До свидания, Анна, было приятно познакомиться! – искренне сказала я и протянула ей руку.

- До свидания, Аль! – она шагнула ко мне и наклонилась, сделав вид, что целует меня на прощание, и прошептала – Зачем тебе Данте, если у тебя есть такие друзья, как он?  Отстранившись, она сказала – Было приятно с тобой познакомиться, с удовольствием бы продолжила наше знакомство, но, как я слышала, ты уезжаешь.

- Если ты будешь в наших краях, обязательно позвони, я буду рада снова с тобой встретиться, – предложила я.

- Как кстати, через несколько недель мы будем снимать некоторые сцены  в вашем городе, так что будет возможность продолжить знакомство, – она искренне  улыбнулась.

Я написала свой телефон на листке и протянула ей, Анна аккуратно положила его в кармашек сумочки. У меня не возникло ни малейшего сомнения в том, что она обязательно позвонит. Анна махнула рукой на прощание и быстрым шагом пошла к павильону.

Драк довольно грубо схватил меня за руку и потащил к машине, усадил на пассажирское сиденье, хлопнул дверью, обошел машину и сел за руль. Некоторое время он молчал, о чем-то размышляя, потом завел двигатель и вырулил на проезжую часть.

- Драк, что скажешь? – его молчание угнетало.

- О чем? – сквозь зубы  буркнул он, хмуря брови.

- О Данте, – при его имени Драк слегка поморщился.

- Вы меня не спрашивали, когда ехали сюда, и теперь я не намерен высказывать свое мнение по поводу этого типа. А кто эта девчонка? – неожиданно спросил он.

- Анна? Она коллега Данте, они вместе снимаются в фильме, – пояснила я.

- А она смелая, когда я в таком настроении люди ко мне обычно не суются, и режиссер этот, тоже не из пугливых, – он криво усмехнулся – надо же, в кино сниматься!

- Наверное, Билл за свою карьеру и не такого повидал, – сказала я, вздохнув, что ж, и без слов понятно, Данте Драку не понравился. Меня начинало злить их отношение, они ведь его не знают, как можно делать какие-то выводы о человеке, даже толком не познакомившись? Эс первым делом нагрубила Данте, хотя он не дал ей никакого повода для этого, кроме того, что был мертвецки пьян и не сразу запомнил мое имя. Настроение подруги становилось все хуже с каждым часом нашего пребывания в Лондоне. Все мои попытки поговорить о любимом наталкивались на ее безмолвное сопротивление и полное нежелание что-либо знать о нем. Едва заслышав его имя, Эсмириль делала такое кислое лицо, что у меня пропадало всякое желание говорить на тему моих к нему чувств! Ник поддерживает Эсмириль в ее отношении, может быть Данте его и не раздражает так явно, как ее, но он точно не на моей стороне. В отношении к Данте мои друзья проявили необычайное единодушие, он им всем не нравится. Значит, я в меньшинстве и, скорее всего, друзья будут препятствовать нашим встречам. Я покосилась на Драка. Мои мысли перескочили на Анну, мне показалось, что Данте ведет себя при ней неестественно, как то слишком наиграно. Что за этим стоит? Она относится к нему с искренним и неподдельным равнодушием. А он? Может быть, это и есть тот самый охотничий азарт, о котором она говорила? Или он испытывает к ней нежные чувства? Но если это так, как он решился пригласить меня на съемки, зная, что Анна меня обязательно увидит? Нет, симпатии между ними нет, в этом я уверена, во всяком случае, Анне Данте не мил. Зато ей понравился Драк, Драк же ее едва заметил, но ее поведение его заинтересовало.

- Драк, ты что, увидел Анну? – спросила я.

- Кого? – Драк думал о чем-то своем и не сразу сообразил, о ком я толкую.

- Анну, девушку из кино?

Он удивленно посмотрел на меня. - Нет, с чего ты это взяла?

- Значит, мне показалось. Ты же сказал, что она повела себя необычно, вот я и подумала, что ты ее тоже увидел.

- Нет, я ее не увидел. За всю историю не было ни одной человеческой женщины, в которой бы жил дракон. Перерожденные Драконы – только мужчины, причем взрослые, от двадцати пяти до примерно сорока пяти лет, - он покачал головой, как бы отгоняя от себя подобную мысль.

- Анна мне понравилась, она необычный человек, – поделилась я впечатлениями.

- Да? И в чем заключается ее необычность? – он с любопытством посмотрел на меня.

- Во-первых, она совершенно спокойно относится к Данте…– моя вдохновенная речь была прервана хохотом Драка.

- Не смеши меня, Аль! Неужели солнце светит только для этого парня? Что в нем такого? Мордашка? Голос? Фигура? Я не понимаю, объясни! – язвительно поинтересовался он.

- Не знаю, наверное, все вместе. Вся женская часть съемочной группы от него тает и млеет. Это, то же самое, как у меня, только в мужском варианте, – попыталась объяснить я, досадуя, что завела с ним этот разговор.

- Может он эльф? Давай его переродим и посмотрим, что выйдет? – саркастически предложил Драк.

- А Анна относится к нему как к пустому месту, кстати, на меня она тоже не смотрела с открытым ртом, ты же знаешь, как человеческие женщины ко мне относятся, – я проигнорировала его высказывание и все еще не оставляла надежды донести до него свою мысль.

- Ах, вот ты о чем? Да, действительно необычно, – он больше не смеялся и не пытался перебить меня.

- Мы с ней вполне нормально пообщались, как с любым другим представителем наших миров. Я даже подумала, что, если бы у нас было больше времени на общение, мы смогли бы стать подругами. Конечно, не такими близкими, как с Эсмириль, но поддерживать отношения у нас вполне получилось бы. Мне показалось, что она чем-то похожа на Ника, может быть манерой поведения или отношением к окружающим.

- Ты меня заинтриговала. – Драк бросил на меня короткий взгляд – Я слышал, что вы договорились встретиться. Возьми меня с собой, когда надумаешь продолжить дружбу с этой девочкой.

- А как же Ларина? – не подумав, спросила я, через мгновение сообразив, что сморозила глупость.

- А что Ларина?

- Ну, вы же вроде встречаетесь. – Ларина просто очередная подружка и Драк уж точно не станет отчитываться перед ней, с кем он собирается проводить время.

- Вот именно, вроде встречаемся. Ты же понимаешь, что все это несерьезно, – насмешливо сказал он.

- А она знает? – осторожно спросила я.

- Конечно, знает, с ее стороны было бы глупо рассчитывать на что-то большее. Ларина должна закончить обучение, начать работать, создать семью, все как положено, я ей в этом смысле не подхожу, а она совершенно не подходит мне, – сказал Драк, как мне показалось, с оттенком грусти.

- Мне жаль, Драк, извини, – сочувственно произнесла я.

- За что? – он недоуменно посмотрел на меня.

- Я думала у тебя чувства, – пробормотала я.

- Это у тебя чувства, а у нас с Лариной здоровый секс, – расхохотался Драк.

Мои щеки запылали, сейчас он мне прочитает лекцию на тему разницы между любовью и здоровым сексом.

- Хочешь дам тебе совет, Аль? – неожиданно спросил он, решив не усиливать мое смущение.

Я покорно кивнула.

-Относись ко всему проще, получай удовольствие от жизни  и не усложняй, то, что просто по определению. – Я вспыхнула – Подожди,  я объясню. Вот смотри, ты втюрилась в этого парня-актера, ты его защищаешь от всех нас, как самое дорогое существо на свете, но на него никто не покушается, мы просто высказываем свое мнение! Он не такой, каким кажется, то, что ты видишь, это тщательно подобранная маска из того, что обычно нравится девушкам, обаятельная улыбка, томные взгляды, и так далее, а так как мы в него не влюблены, мы видим за этой маской истинное лицо. Цель у него одна – затащить тебя в постель, пополнить тобой, так сказать, свою коллекцию. Я посмотрел его биографию в интернете, прежде чем ехать сюда, так вот, может ты не обратила внимания, но у него никогда не было постоянной девушки. Из этого я делаю вывод, что он не способен на длительные отношения. – слова Драка били метко, и возразить мне было нечего, он не сказал ничего нового, но каким-то непостижимым образом умудрился сместить угол моего восприятия Данте.

- Но у тебя тоже нет постоянной девушки, – слабо возразила я.

- Сейчас речь не обо мне. Хотя ты права, постоянной девушки у меня нет, но я не человек, и у нас это вообще не принято, – он играючи отмел мой аргумент, и я вынуждена была, с ним согласиться. У Драконов не бывает постоянных девушек, особенно у принцев, у них бывают невесты и жены, ну и еще многочисленные подружки до и после женитьбы, такова их природа.

Драк помолчал и продолжил.

- Так вот, ты все слишком драматизируешь. Если любовь, то до сумасшествия, если ненависть, то до гробовой доски. Ты судишь обо всех не по их поступкам, а по своим представлениям. Рисуешь образ, а потом любишь его или ненавидишь, ты не способна видеть реальность за своими фантазиями. Это неправильный жизненный подход, в корне неверный. Вот скажи, что ты думаешь обо мне?

Его вопрос меня озадачил. - Ну, ты хороший.

- И чем же я хорош? – заинтересованно спросил Драк

Я растерялась. - Не знаю, ты добрый, милый, готов помочь, с тобой чувствуешь себя спокойно, ты вытащишь из любой передряги и очень вкусно готовишь.

Он посмотрел на меня с оттенком превосходства. - Я тебя очень удивлю, сказав, что единицы думают так, как ты? На самом деле, я не добрый и уж точно не милый, вытаскивать тебя из передряг - мой долг, и еще я Дракон из клана Тули. Ты видишь самую маленькую и пушистую часть меня, и на основе этого  дорисовала мой образ, но на самом деле я совершенно не такой. Если бы ты увидела меня в бою, то, скорее всего, потом обходила бы стороной и слово «добрый»  а тем более «милый» ты бы точно не употребляла  по отношению ко мне.

Мне стало очень неуютно. После слов Драка я вспомнила, как относятся к Драконам представители других рас наших миров: с опаской, с восхищением, с осторожностью, с почтением, но никогда так, как я. Они слывут опасными, жестокими, коварными и безжалостными, их вспыльчивость вошла в легенды, а ярость вызывает невольный трепет. Из уроков истории я помнила, что именно Драконы вели самые кровопролитные войны, жестоко подавляли любые бунты в своих владениях, их повелители правили железной рукой, а воины считались лучшими во всех мирах на протяжении многих веков. Они были рождены для войны, жестокость была у них в крови и те, кто считал иначе, платили за свои заблуждения страшную цену.  Я читала о Драконах в летописях, но описания кровавых битв, карательных операций, сожженных дотла деревень и разрушенных до основания городов, никогда не перекликались у меня с образами моих реальных друзей-Драконов. Мне казалось, что ужасающие в своем кровопролитии войны могут вести другие, не они, что коварство им не присуще, что написанное в книгах относится к другим Драконам, не к моим друзьям. Хотя, если вдуматься, династии Тули сотни лет, из их клана вышли великие войны и правители Земли Драконов, и многое в летописях написано именно про них, про Тули.

Драк искоса поглядывал на меня. - Теперь объясни мне, почему ты ненавидишь Каллара?

Я поморщилась.

- Я знаю, что ты не любишь о нем говорить, но если отбросить эти ваши помолвки без твоего согласия и так далее, останется, хоть что-то, за что к нему можно было бы относиться так, как относишься ты? А, Алариэль? Давай поговорим об этом, – не терпящим возражения тоном сказал Драк.

В моих глазах начали закипать слезы - Я не хочу говорить о Калларе.

- Зато я хочу, – в голосе Драка прозвучал металл, и я поняла, что мне придется ответить на его вопросы и выслушать все, что он скажет - Так вот, Аль, тут мы опять видим отношение  к образу, а не к реальному эльфу, который за ним стоит. Если бы не эта помолвка, к которой, кстати, он не имеет никакого отношения, потому, что она была заключена и без его согласия, то причин ненавидеть Каллара  у тебя не остается. Твое отношение – это детская глупость, неумение воспринимать реальность такой, какая она есть и капризы избалованной девчонки. Каллар не сделал тебе ничего плохого. За что ты так на него взъелась, а, Аль?

Слезы катились по моим щекам и капали на пальто, но я этого не замечала, со мной еще никто так не разговаривал, Драк был прямолинеен до грубости, а мои объяснения по поводу свободы выбора и нежелания быть принесенной в жертву политическим интересам, наверняка, не произвели бы на него никакого впечатления. Я чувствовала себя совершенно беззащитной перед ним, а каждое его слово било точно в цель.

- Я скажу сам, - продолжил он -  потому что ты избалована сверх меры, тебе все и всегда позволялось, а когда случилось то, чего ты не в силах изменить, ты выбрала себе достойный объект для ненависти и полностью окунулась в это неведомое для тебя чувство. Должен тебе сказать, что даже в своей ненависти ты наивна и похожа на ребенка, который хочет луну. Она ему не нужна, но достать с неба ее обязаны, потому что дитятко так хочет. Да Каллар просто святой! Будь я на его месте, то договорился бы с твоим отцом, сыграл свадьбу и увез тебя в какой-нибудь дальний замок. Через луну ты стала бы шелковой, и думать бы забыла, что когда-то меня ненавидела! Тебе потакают в твоем отношении, считая слишком ранимой, а ты бессовестно пользуешься слепой любовью твоего отца и Каллара. Ты знаешь, Аль, что ты самая большая эгоистка в семи мирах? – его обличительная речь заставила меня съежиться от стыда и вжать голову в плечи, увидеть, как глупо выглядит мое поведение со стороны. Всхлипывая, я уткнула горящее лицо в ладони, возразить мне было нечего, ведь он прав, все истинно так! Драк же безжалостно добивал меня, не обращая внимания на мои всхлипы  и слезы.

- К твоему сведению, Каллар отличный воин, прекрасный собеседник, галантный кавалер, тонкий политик, я уже не говорю о его происхождении и других менее очевидных достоинствах, а ты сделала из него тряпку, посмешище трех миров! Ты даже не соизволяешь бросить на него взгляд при встречах, ну, конечно, мы же его ненавидим! Он слишком любит тебя и потакает твоим капризам, пусть даже и таким весьма сомнительным способом. Ты же ведешь себя, как неразумное дитя. Аль, тебе это не идет, ты взрослая девочка, и пора бы начать относиться к жизни по-взрослому, -  он помолчал, я давилась слезами. Через минуту Драк заговорил снова - Я бы посоветовал тебе пообщаться с нашей матушкой, она бы тебе рассказала, что такое верность и преданность мужу. Мама прожила с отцом всю жизнь, провожала в походы, родила нас, хранила очаг, и любила его так, что, в конце концов, родилась Эсмириль, а они ведь тоже были помолвлены, не зная друг друга.

Я оторвала руки от заплаканного лица, и в изумлении посмотрела на Драка. – Не может быть!

- Тем не менее, это так, – произнес он, протягивая мне салфетку.

Для меня его слова были откровением, никогда бы не подумала, что их мать была отдана замуж не по своей воле. Диара и Брун очень любили друг друга и пронесли это чувство через годы. Родители Драка и Эсмириль были для меня чем-то неразрывным, неотделимым друг от друга, как солнце и луна, день и ночь, я не представляла их по отдельности,  для меня они были одним целым. Драк припарковался у тротуара перед гостиницей  и хмуро посмотрел на меня.

- Алариэль, пойми, что в жизни не все случается так, как ты хочешь. Посмотри на мир объективно, сойди, наконец, с эльфийской радуги. Вашу помолвку не отменить, зачем же противиться неизбежному? Хотя бы попытайся присмотреться к Каллару, позволь ему побыть рядом с тобой, узнай его поближе. Тебе все равно придется выйти за него замуж, так лучше быть замужем за тем, к кому испытываешь пусть не любовь, но симпатию и приязнь. Если ты будешь и дальше относиться к нему так же, как сейчас, то превратишь свою собственную жизнь в кошмар, подумай об этом.

Он помолчал, развернул к себе мое лицо и вытер слезы. - За что ты полюбила этого актера?

Я опустила глаза, сказать мне было нечего, Драк выбил сто очков из ста, я полюбила образ, а не человека. Да и любовь ли это? Смогла бы я прожить c Данте всю свою жизнь?  Скорей всего нет, через какое-то время мое чувство к нему бы угасло, романтический ареол рассеялся, и я бы увидела его таким, какой он есть на самом деле и, скорее всего, возненавидела бы за то, что он не оправдал мои ожидания. Драк заглушил двигатель, вышел из машины, открыл пассажирскую дверь  и помог мне выбраться из машины.

- Подумай над тем, что я тебе сказал, – он повернулся ко мне спиной и направился в гостиницу.

Глава 27 Ник

Последний день в Лондоне прошел в натянутой и нервной обстановке. Драк сидел в нашем номере и угрюмо молчал. Эсмириль шепнула мне на ухо, что брат узнал об истинной причине нашего приезда в Лондон и сильно обиделся. Глядя на его непривычно мрачное лицо и наблюдая угрызения совести Эсмириль, я тоже чувствовал себя виноватым. Драк был вправе рассчитывать на мою откровенность, хотя бы из мужской солидарности, и с моей стороны правильней всего было бы все ему рассказать, но я предпочел пойти на поводу у девочек. Аль пришла со свидания заплаканная, заперлась в своем номере, не желая ни с кем общаться. Заметив следы слез на лице подруги, Эсмириль попыталась ее утешить, но Аль категорически отказалась от ее компании, заявив, что ей нужно побыть в одиночестве, а приставать с расспросами к Драку Эс не осмелилась. Ларина, поглядев на наши мрачные физиономии, благоразумно ушла покупать сувениры, оставив нас наедине с нашими плохими настроениями и угрызениями совести.

Часа через два я решился обратиться к Драку, мне нужно было обсудить с ним кое-что до нашего возвращения домой.

- Драк, я хотел бы с тобой поговорить. – сказал я – Наедине.

- Да, конечно, – он спокойно кивнул.

Мы встали и вышли в коридор. В соседние номера вселялась группа японских туристов, почти каждая дверь была распахнута настежь, беллбои вносили багаж, а японцы бродили по коридору, стрекоча на своем птичьем языке, улыбаясь, и путаясь друг у друга под ногами. В номере Драка шла уборка, в конце концов, мы решили спуститься вниз и поговорить на улице.

- Давай хоть кофе выпьем, что посреди улицы торчать? – предложил Драк, мрачно глянув на затянутое серыми, низкими тучами небо, снаружи дул холодный ветер, который, забираясь под одежду, пробирал до костей.

Мы сели за маленький столик в ближайшем кафе, он выжидательно уставился на меня, а я не знал с чего начать.

- Что ты мнешься, спрашивай! У меня сегодня день хороших советов и праведных дел, – невесело усмехнулся он.

- Знаешь, после нашего вчерашнего разговора про моего дракона я не знаю, что мне делать. Завтра мы вернемся домой и что дальше? – наконец, сформулировал я, получилось бестолково, но он меня понял

- Хороший вопрос. Твой дракон растет быстрее, чем у всех остальных, это меня беспокоит. Может быть, это  происходит из-за того, что ты много времени проводишь с нами или из-за чего-то другого, я не знаю. Если хочешь, ты можешь продолжать работать в своей мастерской, но не уверен, что ты там долго продержишься. С каждым днем ты будешь становиться все более и более раздражительным, вспыльчивым и агрессивным, тебе будет трудно находиться с людьми, – поглядывая на меня, сказал Драк.

- Да мне уже трудно находиться с людьми, особенно, когда я вижу Стива. Стоит ему открыть рот, меня трясти начинает! – я задумчиво потер переносицу.

Он кивнул – Именно об этом я и говорю.

- На что же я буду жить, если не смогу работать? – озадаченно спросил я, конечно, некоторое время я могу протянуть на своих накоплениях, благо мне не надо платить за квартиру, но даже при известной экономии надолго мне этих денег не хватит.

Драк улыбнулся. -  Тебе некогда будет работать, тебе нужно будет учиться, мы подберем тебе наставника, и ты начнешь обучаться тому, что должен знать Дракон. Ник, перестань забивать себе голову совершенно ненужными вещами. Пойми, твой дракон пробудился из-за нас, мы причина того, что тебе предстоит перестать быть человеком, мы тебе обязаны, а не ты нам. Ты нужен нам больше, чем мы тебе.

Я открыл рот, чтобы оспорить этот факт, но он знаком приказал мне помолчать.

- Я не имею ввиду ваши отношения с Эсмириль, я говорю о нашем народе в целом. Все перерожденные приносят что-то новое, наш народ развивается, вливается новая кровь, без этого мы бы выродились, вы важны для нас, как доказательство, что драконья кровь еще жива в этом мире. Поэтому наша прямая обязанность поддерживать нового Дракона, это традиция и не нам ее менять. Если тебе так принципиально работать, то ты можешь работать в Тули Инк. и получать зарплату, но сразу предупреждаю, что времени на это у тебя не будет.

Я молчал, обдумывая сказанное, мне не хотелось быть для них обузой, Драк внимательно смотрел на меня.

- Хорошо, допустим, про работу выяснили. Чему я должен буду обучаться? – задал я следующий вопрос

- Тебя будут обучать боевым искусствам, подтягивать физическую форму, на первом этапе это будет твое основное занятие. Параллельно ты будешь изучать квэнне, историю, географию, получать основное представление о мирах. На следующем этапе обучения кто-нибудь из шаманов преподаст тебе основы магии, но это случится уже во втором мире. В общем, учить тебя будут всему понемногу.

- Зачем такая обширная программа? – удивился я

- В период обучения принципиально дать основы многих наук, чтобы твоему дракону и тебе самому было легче выбрать, чем ты будешь заниматься после перерождения. Помочь раскрыться твоему дару, если он у тебя есть.

- Ясно. А где я буду заниматься?

- В поместье, там есть все необходимое для занятий, – Драк сделал глоток кофе.

Мне стало неуютно, по натуре я не очень общительный человек, и перспектива жить в окружении незнакомцев меня не прельщала. Драк неправильно истолковал мою задумчивость.

- Эс и Аль могут жить и в поместье, и в городской квартире, да и ты не заключенный, ты сможешь уходить и приходить, когда тебе захочется, – успокоил он меня.

- А есть какие-то сроки?  Сколько времени понадобится, чтобы подготовить меня к ритуалу? – полюбопытствовал я

- Определенных сроков нет, все происходит по мере твоей готовности. Перерождение довольно сложная процедура, нужна серьезная физическая и психологическая подготовка. Не переживай, Ник, все проблемы мы будем решать по мере их возникновения.

Он встал, потрепал меня по плечу и ушел обратно в гостиницу. Я остался в кафе, задумчиво глядя через стекло на улицу. На сердце было неспокойно, у меня был план: накопить на учебу, закончить университет, и работать инженером. Теперь же все планы летели к черту. Я дал согласие на проведение таинственного ритуала, и назад пути нет. Мне хочется, чтобы все быстрее началось, и страшно, что все начнется слишком быстро. Глубоко вздохнув и выдохнув пару раз,  чтобы успокоится, я допил кофе, расплатился и отправился в гостиницу. Пусть все будет, как будет. Черт, забыл спросить у Драка, кто будет моим наставником!

По возвращении домой, я все-таки решил сходить в мастерскую и посмотреть, смогу ли работать, или предсказания Драка уже начали сбываться. Войдя в мастерскую, я первым делом увидел Стива, он сидел за своим столом и, как всегда, пялился в старый, потрепанный компьютер. Его кислая рожа и поджатые губы сразу же испортили мне настроение.

- Ну что, путешественник, работать собираешься? – осведомился он, не поздоровавшись и не глядя на меня,  во мне начало закипать раздражение.

- Собираюсь. Что у меня на сегодня? – я решил сократить общение с работодателем до необходимого минимума.

- Разве у меня на столе стоит табличка «личный секретарь Ника»? – ядовито процедил он и метнул в мою сторону короткий взгляд, градус моего раздражения неуклонно и стремительно повышался.

- Меня не было несколько дней, а в международных новостях не передавали сводки о работе мастерской, – не менее ядовито ответил я – Кстати, это был первый отпуск, который я брал за все время работы на тебя.

- Да вы так работаете, что отпуск вам не положен! Держу вас всех из жалости! – Стив оторвался от монитора и стал старательно перекладывать на столе какие-то бумаги, стараясь не пересекаться со мной взглядом. И тут меня прорвало!

- Из жалости говоришь? – прошипел я, меня буквально душила ярость, мешая дышать, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки – А то, что мы тут вкалываем, как рабы на плантации, ты забыл? Сколько ты нам платишь, а, Стив? Сколько ты заплатил Тору, чтобы он привел в нормальное состояние машину того наркоторговца со Страйта, а, Стив? Он тут торчит сутками! Бенни работает каждую субботу уже два года подряд, между прочим, у него семья! Стив, сколько Бенни получает сверхурочных? Я не могу снять себе даже вонючую конуру на Страйте на те деньги, что ты мне платишь. На какие шиши ты купил свою последнюю тачку, а, Стив? – я сделал два шага вперед и вцепился в его стол, нависнув над перепуганным Стивом. Как всегда при упоминании о деньгах, Стив моментально пришел в себя и заверещал бабьим голосом.

- А ты что тут теперь профсоюз? Заткни пасть и вали работать, пока я тебе ребра не переломал! Будет тут еще всякая падаль мои деньги считать! – завизжал Стив и засучил ногами, пытаясь выбраться из своего кресла

В это мгновение я впервые почувствовал своего дракона, он медленно приподнял голову и открыл глаза.  Я положил руку на монитор.

- Падаль говоришь? –  монитор слетел со стола, врезался в стенку и повис на шнурах.

- Ребра переломаешь, вонючка? – следом полетел телефон.

- Мне заткнуть пасть? – дракон начал развивать хвост и разворачивать крылья.

Я пришел в себя от хрипов Стива, Бенни и Тор пытались отцепить мои пальцы от его горла. Я отмахнулся от них свободной рукой, и они неожиданно легко отлетели к стенке, обрушив висящие на ней фото машин в рамках.  С трудом разжав пальцы, я отпустил полузадушенного шефа, который закашлялся и принялся судорожно втягивать в себя воздух. Сипло выдохнув, я поднялся на ноги, развернулся и, не говоря ни слова, вышел из его кабинета, сопровождаемый испуганными взглядами коллег, так и оставшимся сидеть на полу у стены.

Я бродил по городу несколько часов, пока окончательно не успокоился. Теперь мне стало ясно, что я перестал быть человеком, во мне живет дракон, я чувствовал его, как самого себя и едва совладал с ним. Конечно, Стив меня раздражал и раньше, но мне удавалось держать себя в руках, сегодня же, я полностью утратил контроль над собой  и придушил бы его, если бы не ребята. Надо будет потом встретиться  с ними и извиниться. Незаметно я добрался до дома Эсмириль. После приезда она дала мне магнитную карточку от лифта и ключ от квартиры. Поднявшись в лифте на последний этаж, я толкнул незапертую дверь. Эс с Драком сидели в гостиной вдвоем, Аль видно не было.

- Привет, Ник, как дела? – поинтересовался Драк, убавляя звук телевизора.

- Плохо, меня с работы уволили, – нахмурился я, все еще переживая случившееся.

- А что я тебе говорил? – он посмотрел на меня своим особым взглядом, заглядывая в мою драконью сущность, чтобы оценить насколько она выросла по сравнению с предыдущим разом. Драк «смотрел дракона» раз в несколько дней, и я уже перестал нервно реагировать на его пристальное внимание в такие моменты.

- Драк, я чуть не придушил Стива, я почувствовал дракона, он управлял мною, и я не мог его контролировать! – я рухнул в ближайшее кресло, после вспышки ярости в правом виске прочно засела тупая игла боли, я потер висок и вопросительно посмотрел на Драка.

Эс присела на ручку кресла и сочувственно погладила меня по руке.

- Ты никого не убил? – Драк встал с дивана и теперь ходил по комнате, я отрицательно покрутил головой. – Завидная выдержка!

- Ты издеваешься? – раздраженно спросил я, мне было до сих пор не по себе от произошедшего, и я не считал мою вспышку ярости поводом для шуток. Однако Драк и не пытался шутить.

- Даже в мыслях не было, случалось всякое, – спокойно ответил он - Тебе нельзя больше работать с людьми, Ник, с этим придется смириться. Драконы вообще не отличаются добрым нравом, мы вспыльчивые и неуравновешенные. Со временем тебя научат справляться с собой, но пока твое состояние может быть опасным для окружающих. Теперь ты понимаешь, почему мы держимся от людей подальше?

В этот день я остался с Эс, Драк приготовил ужин, к нам присоединилась Аль, после возвращения из Лондона, она была задумчива, печальна и немногословна, а с Драком они держались подчеркнуто вежливо и  без прежней душевности. Ни Драк, ни она так и не рассказали, что произошло перед возвращением домой, и мы с Эс гадали, что стало причиной их размолвки. Вечер прошел спокойно, висок  перестал ныть, и я уже сожалел о своей вспышке. Драк прав, работать в мастерской я больше не смогу, сегодняшний день показал, что выбор действительно сделан и пути назад нет.

Поздно вечером мы сидели в комнате Эс, она свернулась в кресле калачиком и курила свою трубочку. Я смотрел на нее, так и не привыкнув к мысли, что мы вместе, что она меня любит, и я скоро стану одним из них.

- Ты так смотришь на меня, будто я сейчас растворюсь в воздухе, как привидение! – хихикнула она, выпустив дым колечком.

- Не могу наглядеться, – признался я.

- Еще надоем, у драконов век долгий. – Эсмириль состроила хитрую мордочку.

- Ты мне никогда не надоешь и ты это знаешь, – возразил я.

Она докурила трубку и села рядом со мной, уютно свернувшись клубочком у меня под боком.

- Мне с тобой так хорошо, Ник! Я очень рада, что ты вмешался в Охоту, – шепнула она, прижавшись покрепче.

- Я тоже очень этому рад, - сейчас моя прошлая жизнь казалась сном и исчезала из памяти, как тает с утренними лучами воспоминание о неприятном сновидении. Меня ничего не связывало с прошлым, я был готов идти вперед, не оглядываясь, и смотрел в будущее с оптимизмом и надеждой.

- Я тебя люблю, Эс, – прошептал я, зарываясь лицом в ее волосы – и не смогу без тебя жить.

Она прижалась ко мне.

- Мы с Аль завтра уедем в поместье, она начинает хандрить и ей надо сменить обстановку. Драк сказал, что вы приедете туда послезавтра или через два дня. Выдержишь пару дней без меня? – хитро прищурив глаза, спросила она.

- С трудом, – прижимая ее к себе, ответил я.

На следующий день Эсмириль и Аль уехали, а мы с Драком начали решать мои житейские проблемы. Первым делом мы наведались в мастерскую, где Драк, напустив на себя вид мафиозного дона, серьезно и убедительно поговорил со Стивом, а тот, впечатлившись невероятной крутизной Драка, согласился на все условия, был готов целовать мне руки в знак примирения и чуть не обмочился с перепугу. Пока Драк беседовал с моим бывшим работодателем, я прошел в гараж, чтобы извиниться за вчерашнее перед Тором и Бенни.

- Да ты что, чувак! – рассмеялся Бенни – Если бы за убийство не сажали, мы бы с Тором тебя и оттаскивать не стали! А пара синяков на заднице стоит того, чтобы увидеть морду Стива еще раз.

- Он нам зарплату поднял. Может его каждый раз таким образом просить о повышении? – подмигнул Тор – Ник, нам тебя будет не хватать, ты хороший парень, и с тобой было приятно работать. Ты нас не забывай, забегай, мы всегда рады тебя видеть.

Мы поговорили еще некоторое время, пока в гараж не заглянул Драк, прощание оставило у меня в душе налет грусти.

Из мастерской мы отправились в офис корпорации, которая принадлежала семье Тули. Штаб- квартира располагалась в многоэтажном  здании с золотой надписью «Тули Инк.» над входом. Мы вошли в роскошный холл и поднялись в кабинет Драка на лифте, по дороге с ним здоровались деловито снующие сотрудники, желая удачного дня и уступая дорогу, Драк величественно кивал головой в знак приветствия. В приемной нас встретила миловидная русоволосая девушка, секретарша Драка, которой он тут же дал поручение сварить кофе и не соединять его ни с кем в течение следующего часа. Девушка расставила кофейные чашки на журнальном столике и оставила нас в покое, следующий час Драк посвятил краткому обзору деятельности компании и возможностям моего в ней трудоустройства. В интересы Тули Инк входило множество направлений, от брокерских операций до инновационных технологий и, к моему прискорбию, моя квалификация позволяла претендовать только на почетную должность младшего разносчика скрепок. Видя, что у меня уже едет крыша от перспектив повышения моего профессионального уровня, Драк заявил, что он голодный, как вампир и предложил сходить пообедать.

Мы плотно поели в ближайшем ресторане и теперь приятно проводили время за беседой в ожидании заказанного кофе - Слушай, Драк, я только сейчас сообразил, что не знаю, что мне делать с квартирой?

- С какой квартирой? – озадаченно переспросил он.

- В которой я живу. С квартирой Ивана.

-Запри ее и все, что с ней еще можно сделать? – недоуменно пожал плечами Драк.

- У меня же там кот и цветы, – напомнил я.

-Ах да, демон, Эс же говорила! – хлопнул он себя по лбу – Есть предложения?

- Если вы не против, Джек может пока пожить у вас в квартире, он воспитанный и дружелюбный. Или Драконы не держат домашних животных? – мне было неудобно причинять им лишние хлопоты, но Джека я бросить не мог.

- Я-то не против,– растерялся он – но ваши животные чувствуют, что мы не совсем люди. Как думаешь, он с нами уживется?

- К Эс он относится дружелюбно, я дома сейчас почти не бываю, он тоскует, – во время моего отсутствия за Джеком приглядывала соседка, но поручить его ее заботам до возвращения Ивана я не мог.

- Пусть живет, – махнул рукой Драк – если ему не понравится наше общество, в квартире полно комнат.

- А цветы? Их куда? Часть я могу отдать в оранжерею института, но некоторые экземпляры представляют особенную ценность для Ивана, – я продолжал напрягать своими проблемами Драка.

Драк задумался.

- И еще, – добавил я – у нас с Иваном уговор, что я буду ему каждый день посылать снимок очень редкой орхидеи, не хочу тебя напрягать, но я действительно не знаю, как будет проходить моя жизнь в ближайшем будущем.

- Сейчас подумаю, что делать с твоими орхидеями.

Он в задумчивости потер лоб и тут же поднял палец. - Ну и кто у нас гений?

- Кто?

- Ну, я, конечно! Мы поручим твои орхидеи моей секретарше. Надеюсь, ее профессиональных навыков хватит на одну фотографию в день. Ты дашь ей все необходимые инструкции, адрес Ивана, а я обяжу их выполнять. Она приходит на работу каждый день, так что не вижу причин, почему она не сможет выполнять это маленькое поручение. – Драк уже все решил, а мнение девушки по этому поводу его не интересовало.

Я облегченно вздохнул, постепенно свыкаясь с мыслью, что улаживанием моих личных проблем будет заниматься не только Драк.

Следующий день мы посвятили сборам моих вещей и перевозке цветов и Джека по новому месту обитания. Созвонившись с одним из коллег Ивана, Джоном Фростом, с которым мой бывший отчим знакомил нас на какой-то университетской вечеринке и который значился в списке контактов  на случай непредвиденных обстоятельств под номером один, я пристроил большую часть растений. Джон отрядил мне в помощь пару студентов, те шустро перенесли горшки в минивэн, на котором прибыли на Иванову квартиру. На мои попытки всучить им инструкции по уходу они только возмущенно сопели и одаривали меня негодующими взглядами. После их отъезда в квартире осталось около десяти горшков, которые я аккуратно погрузил в Жук, и привез в офис «Тули Инк.» Лу, секретарь из приемной Драка, округлила глаза, но не сказала ни слова, место для растений она приготовила заранее. Расставив цветы на ее столе и частично на специально отведенной для них полке, я торжественно вручил ей  листы, оставленные мне Иваном, написал его электронный адрес, номер своего сотового и наказал обращаться ко мне в любое  время дня и ночи, если у нее возникнут вопросы по уходу, а Драк, сделав строгое лицо, пригрозил, что если она не отправит фотографию хоть один день, или орхидеи почувствуют себя плохо, то жизнь ее превратиться в ботанический кошмар. Лу с уважением посмотрела на невзрачные кустики и клятвенно пообещала следить за цветами, как за сундуком с сокровищами. Я позвонил Ивану и объяснил ему, что мне придется на время закрыть его квартиру, что Джек будет со мной, а за орхидеями будет следить очаровательная девушка по имени Лу, которая будет слать ему снимки. Если, ему, Ивану, что-нибудь понадобится передать мне лично, то он может оставить сообщение Лу, а уж она найдет способ связаться со мной. Через два дня все переговоры и переезды были завершены и мы отправились в поместье. Драк весело насвистывал какой-то мотивчик, солнце пригревало почти по-весеннему, а у меня было стойкое ощущение, что я еду навстречу приключениям. Уже подъезжая к поместью, я спросил у Драка - А как вы подберете для меня наставника?

- Очень просто, твоим наставником станет первый Дракон, которого ты захочешь убить, – мило улыбнулся он.

У меня пропал дар речи от подобного заявления. Еще не хватало искалечить кого-нибудь из родственников Эсмириль. Интересно, что такого должен сделать мой предполагаемый наставник, чтобы у меня сразу же возникло подобное деструктивное желание? Даже Стиву для этого понадобилось некоторое время.

Драк медленно рулил по аллее, а я оглядывал местность. По моим скромным прикидкам поместье занимало не менее гектара, а земля в этих местах, насколько я знал, стоила баснословных денег. Подъездная аллея была обсажена высокими деревьями и аккуратно подстриженными туями. В конце длинной аллеи виднелся дом, перед которым был разбит парк, постепенно переходящий в небольшой лесок, территория поместья была огорожена высоким каменным забором,  ясно дававшим понять, что обитатели ценят уединение и не рады непрошеным гостям. Подъездная аллея закончилась, во дворе перед домом была разбита большая круглая клумба, сейчас засыпанная снегом, аллея огибала ее вокруг, позволяя подъехать к самому крыльцу. От дома в парк вело несколько чисто выметенных дорожек, а слева виднелась парковка для гостевых машин. Большое двухэтажное здание в колониальном стиле отлично вписывалось в окружающий пейзаж, возвышаясь надо мной белой громадой. Эсмириль говорила, что у них большая семья и свои понятия о размерах жилищ, но величина поместья поражала. Драк остановил машину, заглушил двигатель и вышел наружу, как только он захлопнул дверь, из дома выскочил темноволосый парень, одетый в темные брюки и толстую ярко-синюю куртку. Он быстрым шагом   подошел к Драку, поклонился и стал что-то говорить на квэнне, языке Драконов, Драк внимательно слушал, кивая головой. Я оглядывал дом и парк.

- Ник, Эс  гуляет в парке, – Драк махнул рукой, показывая, где именно в парке я смогу ее найти – ты ее поищи, а я займусь кое-какими хозяйственными делами.

Я направился в указанном направлении, и едва отойдя от машины пятьдесят метров, заметил среди деревьев Эсмириль. Она шла мне навстречу и, увидев меня, замахала рукой. На ней была ярко-красная дутая куртка, которая языком пламени выделялась на фоне черных деревьев и снега, джинсы и белая шапочка. Я направился ей навстречу, и тут случилось то, чего я совершенно не ожидал.

Позади Эсмириль мелькнула тень, у нее за спиной на землю с дерева спрыгнул человек, спружинил и мягко поднялся на ноги. Как он умудрился спрятаться в голых ветвях таким образом, что ни я, ни Эсмириль его не заметили, осталось для меня загадкой. Как тогда на Страйте все произошло очень быстро, я только увидел, как незнакомец подскочил к Эс и обрушился ей на спину, они покатились по земле.

Я рванул к ним. Эсмириль, тем временем, ловко вывернулась из-под нападавшего, и вскочила на ноги. Я увидел, что из-за плеча у нее торчит рукоятка катаны, она выхватила оружие и встала в стойку. Парень тоже вытащил меч, и они начали медленно двигаться по кругу. Он атаковал первым, катаны засверкали на солнце, я бежал изо всех сил, с ужасом понимая, что не успею, он убьет ее раньше, чем я добегу до них. Нападавший сделал обманное движение, и я увидел, что рукав куртки  Эсмириль распался под острым лезвием и на ткани темным пятном выступила кровь. Парень продолжил атаку, Эсмириль отбивалась, но перевес был на стороне незнакомца. Я прыгнул изо всех сил и налетел на него сбоку, сшибив на землю и выбив катану из рук, он ловко скинул меня, вывернулся и прокатившись по земле, снова схватил свое оружие. Мы стояли, настороженно глядя друг на друга.

- Эс,  – крикнул я ей – беги домой!

- Ник, не надо! – жалобно отозвалась Эс, не трогаясь с места.

Я видел, что шансов против парня у меня нет, катана была острой, как бритва и, судя по всему, он  владел ею мастерски, но моя атака, хотя бы отвлечет его на несколько секунд, за которые Эсмириль успеет убежать и спастись. Мой противник неожиданно отбросил оружие в сторону и стал обходить меня по дуге. Я разворачивался вместе с ним, но с места не двигался, стараясь держаться между ним и Эс. Черт побери, почему она не убегает? И тут я снова почувствовал своего дракона. Висок заныл, а  на глаза словно накинули полупрозрачную ткань, видел я теперь все в черно-белом свете, но стоило сфокусировать зрение, как марево рассеялось и все вокруг стало предельно четким, слишком четким для человеческого зрения. Дракон внутри меня раскрыл глаза и с интересом присматривался к происходящему, заметив опасность, он опять начал развивать кольца и расправлять крылья. Человеческое сознание выключилось, единственная мысль, которая  билась в моей голове, была убить незнакомца и спасти Эсмириль, любой ценой.

- Беги! – крикнул я ей и бросился на незнакомца.

Мы покатились по земле, я пытался прижать его и добраться до горла, вырвать глаза или свернуть шею, но безрезультатно. Он был удивительно сильным для своего телосложения,  но мой дракон уже окончательно убедился в угрожавшей нам опасности, и я ощутил огненное бурление его ярости в крови. Я изо всех сил прижал незнакомца к земле, готовясь нанести последний удар, но мой противник неожиданно извернулся и посмотрел мне прямо в глаза. На долю секунды наши взгляды пересеклись, в голове вспыхнула молния, сознание отключилось, и я провалился в темноту.

Глава 28 Эсмириль

- Гелан! Ты убил его! – заорала я, бросаясь вперед, Ник лежал без движения, из носа текла тонкая струйка крови, а лицо было бледным до синевы. Я не могла понять, что же такое мой брат сотворил с Ником, почему тот потерял сознание и как Гелан посмел применить к моему любимому один из боевых приемов. Я видела их короткую схватку, но не заметила, чтобы брат использовал что-то серьезное, он защищался, но не атаковал.

- Эс, перестань! С парнем все нормально! – оправдывался перепуганный Гелан, пытаясь привести Ника в чувство, но пока безрезультатно. К нам подбежали Драк и полуголый Гор. Мои братья всегда тренировались лишь в легких хлопчатобумажных штанах, считалось, что чем меньше на тебе надето во время тренировки, тем сильнее закаляется твой дух и тело, синяки, ссадины, тонкие шрамы и порезы доказывали меру телесной крепости, которой им удалось достичь.

- Гелан, что ты сделал с парнем? – Гор присел рядом с Ником, щупая пульс у него на шее.

- Гелан, ты что наделал? – налетел Драк – Он цел?

- Да я его пальцем не тронул! – закричал вышедший из себя Гелан – Что вы все разорались!

- Он определенно жив, но что с ним случилось, я не знаю, – наконец, сказал Гор поднимаясь – Давайте занесем его в дом, пусть его осмотрит Мейге.

Драк поднял Ника на руки и быстро понес в сторону дома.

- Эс, извини, я не хотел причинить ему вред! – покаянно произнес Гелан и попытался обнять меня.

Я оттолкнула его руку – Если с ним что-нибудь случилось, тебе не жить. Ты понял? – зашипела я. Повернувшись к нему спиной, я побежала вслед за Драком и Гором. Гелан шел за мной, держа в руках обе катаны, но близко не приближался. Вагары распахнули входные двери на всю ширину, один из них метнулся наверх по лестнице на второй этаж. Гор внес Ника в дом и аккуратно положил на диван в большой гостиной, мы столпились вокруг, давая друг другу бестолковые советы. По лестнице со второго этажа уже спускался шаман.

- Позвольте узнать, что вы сделали с парнем? – он осуждающе посмотрел на нас, а потом перевел взгляд на Ника – Вагары говорили, что приедет приятель драггины Эсмириль, но я теряюсь в догадках, чем же молодой человек вам так не угодил, что вы его сразу убили!

- Мы с ним ничего не делали и тем более не убивали! – возмущенно ответил Гор.

Шаман подошел поближе и принялся обследовать Ника, пощупал пульс на шее и нарисовал несколько рун на его левой ладони указательным пальцем, Мейге ничего не говорил, и у меня было ощущение, что он еле двигается, хотелось подойти и дать ему пинка.

- Драггина Эсмириль, пинать меня бесполезно, – Мейге посмотрел на меня через плечо и привычно прочитал мои мысли, которые, как всегда, были написаны на моем лице большими рунами, а братья захихикали – с молодым человеком все в порядке, он спит.

- Что? – не поверила я своим ушам – Как спит?

- Не понимаю. – удивленно произнес Гелан – Эс, он всегда засыпает, когда дерется?

Драк и Гор обескуражено переглянулись.

Шаман в свою очередь с недоумением уставился на нас – Драггар Гелан, я не понимаю, что вас так удивляет? Вы его усмирили, а ваш взгляд на него действует так же, как на драггину Эсмириль. Я имею счастье наблюдать ее в подобном состоянии примерно раз в луну, когда вы проводите тренировки.

Мы стояли с открытыми ртами.

- Что такого я сказал? – пугаясь нашей реакции, спросил   шаман.

- Он не обращенный, – медленно выдавил из себя Драк – взгляд Гелана не мог сработать, потому что парень не Дракон.

Лицо шамана вытянулось - Что?

- Это тот парень, о котором мы вам рассказывали, шестой. Я его привез, чтобы начать подготовку и определить для него наставника, – пояснил Драк растерянному Мейге

- Да такого просто не может быть! – выдохнул шаман, глядя на нас с таким выражением на лице, словно мы ему сказали, что с сегодняшнего дня солнце встает на севере, а садится на востоке.

- Кажется, наставник уже определился, – хмыкнул Гор, и мы все посмотрели на Гелана, который в свою очередь растерянно смотрел на Ника.

- Что случилось? – раздался сверху голос отца, он спускался вниз по лестнице  в сопровождении Сарра.

- Гелан, что случилось с молодым человеком? – обратился он к брату, с интересом рассматривая распростертого на диване Ника. Гелан вкратце описал ситуацию.

- Это твой друг? – повернулся отец ко мне. Я кивнула. Он погладил меня по голове – Он будет добрым Драконом. -  Отец перевел взгляд на моих братьев - Гелан, начни заниматься с парнем как можно скорее. Ты будешь отвечать за него лично передо мною. – Гелан коротко кивнул.

- Я отбываю сегодня вечером в Шерданн. Гор, ты поедешь со мной, архимагам требуется твоя помощь. Драк, прикажи перенести молодого человека в комнату Эсмириль, и кто-нибудь перевяжите ей руку, – озаботив нас поручениями, отец кивнул и вернулся в свой кабинет, Мейге ухватил меня за рукав и занялся моей травмой.

Когда суматоха улеглась, а вагары перенесли Ника в мою комнату, в дверь тихо постучались.

- Открыто! – отозвалась я.

В комнату вошел Гелан. – Ну как он?

- Спит. Гелан, извини, я тебе нагрубила, но я так испугалась, что с ним что-то случилось, – покаянно произнесла я.

Он потрепал меня по голове. - Я сам испугался, что ненароком его помял, откровенно сказать, я не ожидал, что он начнет драку.

Он помолчал – Этот парень ради тебя вышел с голыми руками против вооруженного меня, – он покачал головой – уважаю! Он был готов умереть, лишь бы ты смогла убежать. Парень был уверен, что шансов выжить, у него нет,  но, все равно, атаковал первым.

- Не знаю, что бы я сделала, если бы с ним что-нибудь случилось, – я прижалась к Гелану и потерлась носом о его плечо, он обнял меня и прижал к себе - Твой друг сумел меня удивить.

- Отойди от нее! – раздался хриплый голос Ника. Он приподнялся на кровати и смотрел на Гелана бешеными глазами.

- Ник, лежи, тебе лучше не вставать! – я кинулась к нему. Он обнял меня, все еще настороженно смотря на Гелана.

- Что все это значит? Кто он? И почему напал на тебя? – не отводя глаз от своего предполагаемого противника, спросил Ник.

- Ник, успокойся – я погладила его по руке -  это мой брат.

- Ты ранена? – Ник заметил мою повязку, в голосе послышалось беспокойство.

- Ерунда, царапина, – отмахнулась я - Мы тренировались, я отвлеклась, в общем, сама виновата, и мне совсем не больно. Ник, это, правда, ерунда!

- Почему твой брат напал на тебя с оружием? – в его голосе все еще слышалось недоверие.

- Я же говорю, это была тренировка!

Ник неприязненно смотрел на Гелана. Брат подошел поближе и представился.

-Я Гелан, старший брат Эсмириль, мы, действительно просто тренировались, а когда мы тренируемся с оружием, иногда бывают травмы.

- Ник, – представился он, все еще недоверчиво глядя на моего брата.

- Рад знакомству, Ник! – улыбнулся Гелан и протянул руку. Ник ответил рукопожатием – Я буду твоим наставником, нам придется проводить много времени вместе, так что будет лучше, если мы подружимся. Мне действительно очень жаль, что так получилось, но мой дар на тебя не мог подействовать, он усмиряет только Драконов.

- Ты и усмирил моего дракона и меня заодно. Что это было? – Ник заметно расслабился, поверив, что никто меня убивать не собирается, а Гелан действительно мой брат.

- А как вы это почувствовали, молодой человек? – раздался от двери голос Мейге.

- Как будто у меня в голове что-то взорвалось и я потерял сознание, – пояснил Ник, разглядывая вошедшего шамана.

- Я Мейге, шаман-лекарь клана Тули. – представился тот и присел на кровать – Позвольте вас обследовать, – он быстро пробежался пальцами по лицу и груди Ника – Отлично, превосходно, -  бормотал Мейге себе под нос – внутренних повреждений нет, психика не пострадала. Могу обрадовать вас, юноша, - Мейге хитро посмотрел на Ника – вы абсолютно здоровы! Так вы говорите, что увидели вспышку и потеряли сознание?

- Последнее время я чувствую своего дракона, когда злюсь или нервничаю, он начинает пробуждаться, разворачивать крылья и хвост, открывать пасть, как будто хочет плюнуть огнем, - Ник нервно усмехнулся, он все еще не осознал до конца свою вторую сущность и, видимо, боялся, что, услышав подобные разговоры, Мейге примет его за сумасшедшего. На лице шамана читалась крайняя степень удивления и непонимания.

- Вы знаете, молодой человек, что вы феномен? Такого не было в нашей истории, чтобы человек почувствовал своего дракона до обряда, обычно, видящие просто знают, что дракон есть, но человек его не чувствует. В вашем же случае все не так. Вы знаете, как выглядит ваш дракон? Вы его видите?

Ник задумался, мы напряженно молчали.

- Он красно-коричневого цвета, очень красивого, с черной обводкой по чешуе. И еще мне кажется, что он довольно молод, -  словно разглядывая что-то недоступное нам, сказал Ник.

Мы переглянулись, Мейге через некоторое время поднялся, кивнул нам на прощание и поспешно удалился, бормоча себе под нос на квэнне – Я должен немедленно поговорить с Повелителем Драконов и рассказать все альммалистэру!

- Чего это он? – непонимающе спросил Ник – Я что-то не то сказал?

- Ты не должен чувствовать своего дракона и тем более видеть его, – попытался объяснить происходящее Гелан, но неожиданно замолчал, как будто осененный какой-то идеей – А ну, покажи спину!

Ник послушно повернулся и задрал майку, на спине ничего не было.

- Если бы у тебя проявился дракон до инициации, то мои представления об этом мире перевернулись бы с ног на голову, – пробормотал Гелан.

В наших голосах зазвучал спокойный голос Сарра.

- Драггар Гелан, ваш отец желает немедленно видеть вас в своем кабинете. Драггина  Эсмириль, оставайтесь с вашим гостем и прикажите вагарам  подать суп, он потерял много сил. Также скажите Лусу, чтобы он подготовил для молодого человека комнату драггара Дуна, ваш гость не может жить в ваших покоях.

-Да, Сарр! – хором отозвались мы. Гелан направился к отцу, махнув на прощание рукой.

- Луус! – заорала я.

- Иду, маленькая хозяйка! – отозвался он снизу.

Через минуту в дверь просунулась его лохматая голова – Слушаю вас, маленькая хозяйка?

- Лус, это длорт Ник, – представила я, Лус церемонно сделал полупоклон – Он будет жить в поместье в покоях драггара Дуна. И еще пусть кто-нибудь принесет тарелку супа.

Лус кивнул, но с места не тронулся.

- Что? –  Суп и комната, что я еще забыла?

- Маленькая хозяйка, кого назначить слугой  длорта Ника или длорт сам будет убирать покои, и ухаживать за оружием?

Я задумалась – Кого бы назначить?

- Можно назначить Сикву. – предложил Лус, подумав пару секунд.

- Вот и отлично, пусть принесет сюда суп для длорта и займется его вещами, – о слуге для Ника я не подумала.

Лус поклонился и ушел исполнять мое поручение. Я повернулась к Нику.

- А мне что, слуга положен? – осторожно спросил Ник, проводив Луса взглядом.

- Конечно, или ты сам будешь следить за собой и своей комнатой? – недоуменно спросила  я.

- Ну как-то же я до сих пор обходился, – хмыкнул он.

- Придется научиться пользоваться услугами вагара, – я не представляла, как можно жить без вагаров, отсутствие Маары в городе было единственным существенным минусом моего наказания. В двери появился Сиква с подносом в руках. Он с достоинством поставил поднос, придвинул к кровати столик и очень серьезно осведомился, обращаясь и ко мне, и к Нику –  Длорт желает обедать в постели?

Ник быстро спустил ноги с кровати и затравлено посмотрел на меня - Э, спасибо, я буду обедать за столом.

Сиква расставил тарелки и отступил в сторону. На местном языке он говорил довольно хорошо, но от волнения запинался и делал ошибки. Его взяли в третий мир в первый раз, и он старался изо всех сил оправдать оказанное ему доверие.

- Ник, это Сиква, – давясь смехом, сказала я, оба выглядели настолько комично, что я с трудом сдерживалась.

Сиква с достоинством  поклонился.

- Ник, – он явно не знал, что делать дальше.

Сиква снова поклонился.

- Сиква, займись вещами длорта Ника, после трапезы я провожу длорта в его покои сама, – получив четкие указания, Сиква просветлел лицом и поспешил в бывшую комнату Дуна.

- А без этого никак нельзя? – проводив Сикву тоскливым взглядом, спросил Ник – Ну, без слуг, поклонов, длортов… Я себя чувствую не в своей тарелке.

- Ник, - я сжала его руку – Мы из королевской семьи, и у нас не принято делать подобную работу самим. Тебе тоже надо привыкать, потому что ты будешь проводить с нами очень много времени. Для них это не обуза, а великая честь, их клан существует для того, чтобы служить нашей семье, они гордятся своим положением.

- Вагар значит слуга? – спросил Ник

- Нет, вагаром называют того, кто добровольно посвящает свою жизнь служению, жизнь вагара и его хозяина связана навек, а добровольное согласие обеих сторон скрепляет связь лучше любого заклятия на верность. Для обозначения тех, кто служит за деньги, в квэнне существует другое слово, «рейне». Вагар должен пройти ритуал посвящения, пока он не принес клятвы, то зовется «виск». На данный момент Сиква для  тебя что-то среднее между рейне и виском – пояснила я, Ник внимательно меня слушал.

- Но, я же не член вашей семьи, разве мне положен вагар? – он попытался отказаться от услуг, приведя другой аргумент.

- Гелан стал твоим наставником, - пустилась я в объяснения - и это значит, что на время своего обучения ты становишься членом нашей семьи. Для наших вассалов и слуг ты «длорт», а для членов семьи -  тилл. Длорт – титул, а тилл – обозначение твоего положения в клане. Я не знаю, есть ли это понятие в вашем языке, с квэнне «тилл» переводится как приемный сын. У нас существует обычай «тиллверт», когда кровные побратимы обмениваются сыновьями, совсем маленькими детьми, чтобы еще больше скрепить свое братство. Это же понятие применяется и к перерожденным, они считаются приемными сыновьями в кланах, откуда происходят их Наставники. Тиллов воспитывают, как родных сыновей, мальчики  имеют почти все права кровных детей.

- Почти? – уточнил Ник

- Кроме права занять престол и наследовать титул. Или ты интересуешься политикой?

Он усмехнулся и отрицательно качнул головой. – Нет, не интересуюсь.

Ник приступил к трапезе, а я задумчиво смотрела на него

- Эс, если у меня будут права, то какие будут обязанности? – вдруг спросил он.

– Тебе лучше спросить обо всем у Гелана, он тебе все объяснит, – честно сказать, я не представляла, как будет проходить подготовка Ника.

- Я себя повел как идиот! – сокрушенно вздохнул он – Набросился на твоего брата и устроил драку! Я ведь думал, что он на тебя напал, он не похож на Драка, и я принял его за постороннего. Я же мог убить его!

Я улыбнулась – Гелана ты еще долго не сможешь убить. Не позволяй его внешности вводить тебя в заблуждение, он легко справляется в рукопашной  с Драком и Гором одновременно и без своего дара. – Ник с сомнением пожал плечами, но промолчал - Знаешь, а я рада, что тебе в Наставники достался именно Гелан.

- Почему? Он самый умный? – хитро поглядывая на меня, спросил Ник.

Я ухмыльнулась - Если бы твоим Наставником были я или Драк, то ты бы решил, что Драконы невыдержанные психопаты со склонностью к членовредительству.

- Я бы не согласился у тебя учиться, - рассмеялся Ник.

- Почему это? – озадаченно спросила я.

- Я бы все время хотел тебя поцеловать, – улыбнулся он.

Я фыркнула, представив это обучение – Ты доел? Пошли, покажу тебе твою комнату.

Зайдя в отведенные ему покои, Ник присвистнул. – Ничего себе! Я тут буду жить один?

- Конечно, но я буду иногда приходить к тебе в гости, – после смерти Дуна я старалась не заходить в его комнату, слишком многое в ней напоминало о брате.

Комната, если ее так можно назвать, состояла из спальни, гостиной, небольшой оружейной, гардеробной, и ванной с туалетом. Впрочем, как и все остальные наши комнаты в поместье. Убранство было выдержано в минималистичном стиле, столь любимым моим пропавшим братом. Вместо картин на стенах висело оружие, части доспехов и несколько гобеленов. Вдоль одной из стен в гостиной стоял огромный мягкий диван и несколько таких же кресел, на стене висел большой телевизор, по углам комнаты были установлены колонки стереосистемы и несколько подставок для мечей. На низком журнальном столике лежали свежие журналы и несколько книг, которые Сиква нашел в вещах Ника. Гостиная была выдержана в серых тонах, от светло-серого почти белого на стенах, до цвета грозового облака в диване. В спальне мебели было еще меньше, только монументальная кровать с покрывалом из меха сийн[9], которых добыл Дун пока жил в своем уделе в предгорьях Канаматана, прикроватная тумбочка с лампой, два скрещенных меча над изголовьем и средних размеров телевизор на противоположной от кровати стене. Сиква уже успел распаковать одежду Ника  и сложить ее в гардеробной.

- Тебе надо обновить гардероб, – задумчиво произнесла я, глядя на сиротливую стопку посреди огромной пустой комнаты.

- Вот еще! У меня все есть, – фыркнул Ник.

Я распахнула дверь и приглашающим жестом показала внутрь помещения.

- Да, – присвистнул Ник, заглянув через мое плечо – не впечатляет.

- Составь список вещей, Сиква тебе все купит, – предложила я.

- А ты сама делаешь покупки?

- Нет, я не люблю ходить по магазинам, обычно покупки за меня делает Маара, моя вагара, но в последний раз моим гардеробом занималась Алариэль.

Ник задумчиво поcмотрел на меня  - Эс, может, ты попросишь Аль заняться и моим гардеробом? Прогуляетесь по магазинам, она отвлечется, развеется, а то на нее смотреть больно!

- Отличная идея! – воскликнула я, последние несколько дней я ломала голову над тем,  чем бы занять Аль и как развеять ее меланхолию -  Ты все равно будешь занят, мы будем путаться под ногами, а так и время с пользой проведем, и Аль развлечется.

- Это вы хорошо придумали, – произнес голос Гелана, мы обернулись  - тук, тук! Эс, когда будешь покупать Нику одежду, не забудь взять побольше спортивной одежды и обуви. Ник, сегодня отдыхай, располагайся, осматривайся, а с завтрашнего дня начнем занятия.

Гелан упал на диван. – Мейге строго-настрого запретил оставлять тебя одного, твой дракон слишком сильный, чем меньше ты будешь проводить времени с людьми, тем безопаснее. Со временем я научу тебя, как справляться с раздражением, но пока лучше не рисковать. Некоторое время тебе будет нельзя ходить без нашего сопровождения, так что, если надумаешь куда-нибудь отправиться, всегда говори мне или Драку. Эсмириль, в случае чего, с тобой не справится. И еще, наш отец желает познакомиться с тобой, – Ник напрягся, Гелан улыбнулся – не сегодня, после возвращения из Шерданна.

По-моему, мой брат и Ник должны поладить. Ник не сердится на Гелана за утреннее происшествие, а брат горит желанием поближе познакомиться со своим новообретенным учеником и с толком использовать редкие минуты свободного времени.

- Ладно, у вас тут свои мальчишечьи разговоры, а я, пожалуй, схожу, проведаю Аль,  спрошу, не нужно ли ей чего, – наставник и ученик едва удостоили меня взглядом. Я вздохнула, мое безраздельное владение Ником закончилось, в следующие несколько лун наши встречи станут частью плотного расписания тренировок, уроков и медитаций, причем свидания будут занимать в нем далеко не первое место.

- Увидимся за ужином, – запоздало отозвался Гелан.

Я нашла Алариэль в оранжерее. Она сидела на лавочке и задумчиво рассматривала цветущий драгонфлай.

- Привет! – я подошла и обняла ее за плечи.

- Привет, – откликнулась она – смотрю я на эту травку, такая невзрачная, а какой дает эффект.

- Ага – согласилась я, тоже посмотрев на лиловые соцветия травы. – Ты чего такая хмурая? Может, пойдем, прогуляемся в парке? На улице солнышко, хорошо.

Она покачала головой – Не хочу гулять, – и, помолчав, добавила – На меня этот город нагоняет тоску. Может нам куда-нибудь съездить?

Я пожала плечами и присела рядом с подругой – Вряд ли получится куда-нибудь уехать, Гелан говорит, что сейчас это небезопасно, война на носу. Одних нас никуда не отпустят, Гелан будет заниматься с Ником, Драк делами на фирме, а Гор уедет с отцом. Или ты хочешь, чтобы нас сопровождала гвардия из посольства? – она отрицательно качнула головой.

- Знаешь, кажется, Драк не шутил насчет ресторана. По почте приходят пачки журналов и проспектов по ресторанному оборудованию, – поделилась я.

- Правда? – оживилась она – Я думала, что он, как всегда, шутит.

- Я тоже так думала, но после приезда из Лондона он все время страшно занят и, вообще, какой-то взвинченный. Хотела у него все выспросить, но он отшутился. – Драк виртуозно умел отшучиваться от моих вопросов и увиливать от ответов, лучше Драка это умел делать только Гелан.

- Эс, давай завтра вернемся в город, мне надо сменить обстановку, – умоляюще попросила Аль.

- А здесь тебе не нравится? – осторожно спросила я.

- Нравится, просто хочу несколько дней пожить в городе, – ее голос звучал тускло, словно она сама не знала, зачем нам надо вернуться в город.

- Кстати, ты в курсе, что у нас появился новый жилец? – спросила я, вспомнив еще одну причину, почему мы обязательно должны съездить в город.

Она удивленно вскинула глаза – Нет, не в курсе. И кто это?

- Джек, кот Ника, он пока будет жить у нас. Слава огню, хоть орхидеи он пристроил. – Драк рассказал об оранжерее в своей приемной и посмеивался над превращением своей секретарши в садовника.

- Кот? Какая прелесть! У меня никогда не было домашних животных! А он не опасный? – взгляд Алариэль оживился.

- Он хороший и совсем не агрессивный, – мы с Джеком соблюдали нейтралитет по отношению друг к другу, он пару раз удостоил меня чести себя погладить, но никогда не требовал от меня ласк, как от Ника.

- Тогда тем более нам надо возвращаться, его же надо кормить, ему тоскливо. – Аль прониклась к незнакомому коту поистине материнской заботой.

- Тоскливо, – согласилась я, вот уж навязали кошачью заботу на мою голову. - И еще, Аль, я хотела тебя попросить, чтобы ты походила со мной по магазинам.

- С огромным удовольствием! – настроение ее стремительно улучшалось – Когда начнем?

- Завтра, – наконец, вздохнула я – Нам надо будет купить кое-что Нику.

- Наконец-то ты это сказала, – хитро заулыбалась она – я уже думала, что не дождусь. Ник хороший парень, но одевается  он отвратительно, - мне оставалось только возмущенно фыркнуть.

На следующий день Аль подняла меня в несусветную рань, мы наскоро позавтракали у меня в комнате и начали составлять список покупок для Ника. Подруга заявила, что в первую очередь мы должны одеть его, а потом уже вплотную заниматься собственным гардеробом, потому что на носу весна, а нам совершенно нечего носить. Перед завтраком Аль успела сбегать к Нику в комнату и узнать все размеры, пока Гелан не выставил ее оттуда. Расписание Ника с сегодняшнего дня походило на график тренировочного лагеря для новобранцев, времени для личной жизни не предусматривалось. Через час мы уже ехали по направлению к городу на машине Алариэль.

- Бедный Ник! – посочувствовала Аль  - Гелан поднял его в шесть утра и они сразу убежали в парк заниматься, когда я зашла узнать его размеры, они как раз отдыхали после двухчасовой разминки.

- Обучение штука сложная, Ник сегодня вечером будет настолько уставшим, что вряд ли заметит, что меня нет. В ближайшие несколько декад  ему будет не до меня, пока не привыкнет к нагрузкам, – вздохнула  я.

- И ты так спокойно об этом говоришь? – изумилась Аль, повернувшись ко мне.

- А как мне об этом говорить? – удивленно спросила я, впрочем, не отрывая глаз от дороги – Считаешь надо добавить трагизма в голос?

- Ну, я не знаю, вы же почти не будете видеться.

- Это же для дела нужно и, потом, кто меня спрашивает. С этим надо просто смириться и перетерпеть. После ритуала Нику будет полегче, у него появится свободное время, и мы сможем проводить его вместе, – мне была непонятна реакция Аль на столь очевидные вещи

Она покачала головой – Я бы злилась!

- А толку? Если я буду путаться под ногами, Гелан меня будет каждый день усыплять, а я не хочу провести пару ближайших лун в летаргии. Лучше займемся нашими девчачьими делами!  - я подмигнула.

Алариэль расхохоталась и откинулась на спинку сиденья.

- Никогда не знаешь наперед, как ты отреагируешь, то ли начнешь все крушить и плеваться огнем, то ли останешься спокойной, как тысяча угоев[10]!

- Аль, ты же знаешь, что меня воспитывали, как мальчика, и некоторые вещи я воспринимаю не так, как ты. Давай будем жить и в поместье и в городе, чтобы я не скучала по Нику, ты по магазинам, а Джек по нам,  думаю, это будет справедливо.

- Конечно, во всяком случае, нам точно не будет скучно! – согласилась подруга.

Великий поход по магазинам мы начали с большого отдела спортивной одежды, явившись туда как раз к открытию. Продавцы сбились с ног, показывая ассортимент богатым, но ужасно привередливым покупательницам.  Я, как могла, одергивала Аль, безуспешно пытаясь донести до нее простую мысль, что для пробежек по парку поместья и изучения боевых искусств не требуется спортивный костюм от известного дизайнера, обычная толстовка и трикотажные штаны будут в самый раз. Куртка не обязательно должна подходить по цвету к кроссовкам, напульсник, налобник и специальные спортивные полотенца – вещи в принципе бесполезные, а элегантная одежда для гольфа Нику точно не пригодится. Мы яростно спорили на всеобщем, привлекая внимание продавцов и редких покупателей. Груда отобранной одежды, тем не менее, росла, постепенно занимая все свободное пространство на стойке около кассы. Через два часа я была готова придушить подругу. Остановить ее, когда она делала покупки, было равносильно попытке остановить голыми руками уникорна, которому под хвост попала колючка. В конце концов, мне надоело ругаться, я встала в сторонке, лишь изредка засовывая особенно нужную с моей точки зрения вещь в стремительно разрастающуюся кучу одежды и обуви. Через четыре часа я стала опасаться, что приобретения не поместятся в машину, но менеджер любезно предложил доставить их по любому адресу совершенно бесплатно. Оплатив внушительный счет, я написала адрес поместья, и он заверил, что завтра все эти чудесные вещи будут у хозяина. На покупку спортивной одежды для Ника мы потратили пять часов.

- Аль, я от голода умираю! Давай перекусим!- простонала я, надеясь, что возмущенные вопли моего пустого желудка не слышат все посетители магазина.

- Хорошая идея, оказывается, я тоже голодная. – удивленно сказала Аль, прислушиваясь к своему организму – Пойдем, тут недалеко есть милый ресторанчик.

Ресторанчик находился за углом и действительно оказался милым и уютным местечком. Плотно поев и заказав по чашке капуччино, мы сидели, разомлев от вкусной еды, разглядывая прохожих сквозь окна кафе и вяло препираясь по поводу того стоит ли нам продолжить поход по магазинам или отложить его на завтра.

- Привет! – вдруг раздался знакомый голос рядом с нами. Мы подняли головы, перед нами стоял Старк, и радостно улыбался.

- Привет, Старк, присаживайся, – вежливо пригласила Аль, и потеснилась на диване.

- Привет, – отозвалась я. Старк не обратил внимания на любезность Алариэль и сел рядом со мной, закинув руку на спинку дивана и почти касаясь моей спины. Я немного отодвинулась от него.

- Давно вас не видел. Где вы пропадали? – спросил он, улыбаясь, но теперь улыбка была натянутой, ни я, ни Аль не проявили должного восторга от встречи с ним.

- Мы путешествовали, а потом жили в поместье, -  объяснила Аль, стараясь улыбаться, как можно, дружелюбнее и бросая на меня быстрые взгляды.

- Понятно, я пару раз заходил, звонил, но никого не застал. Уже было решил, что вы продали квартиру и съехали, – несмотря на все усилия Алариэль, разговор не клеился, мы все чувствовали напряжение и неловкость.

- Нет, что ты! -  улыбка подруги все больше становилась похожей на оскал.

- Куда вы ездили? – поинтересовался Старк, поворачиваясь лицом ко мне и подвигаясь поближе.

- В Лондон, – ответила Аль.

- Неплохой город, только не зимой, погода там поганая, а вот летом в самый раз. Эс, давай летом съездим в Лондон? – предложил он.

- Мне Лондон не понравился, – двигаться дальше было некуда, я уперлась боком в стенку и развернулась вполоборота к вампиру, стараясь не касаться его.

- Когда ты вернулся? – спросила Аль, чтобы прервать затянувшуюся паузу. Все это время Старк тревожно заглядывал мне в лицо, а я упорно делала вид, что не замечаю этого.

–Я? Несколько дней назад, пять дней назад, – уточнил он.  – Аль, извини, мне хотелось бы поговорить с Эсмириль наедине, – вдруг обратился он к ней.

Аль бросила  на меня вопросительный взгляд, я безразлично пожала плечами. Какая разница, когда состоится неприятный разговор, сегодня или через луну?

–Я  схожу вон в тот магазинчик, напротив.– Аль встала, вышла из-за стола и  махнула рукой в сторону сувенирной лавки. Некоторое время после ее ухода мы со Старком сидели молча.

- Старк, ты не мог бы пересесть вон туда,  - я показала на место, где только что сидела Алариэль – мне неудобно с тобой разговаривать, когда ты сидишь рядом.

Он отрицательно покачал головой – Мне здесь больше нравится.

Вдруг он наклонился и обнял меня, прижавшись своей щекой к моей – Я тебя так долго не видел, – шепнул он мне в ухо, а по моему телу прокатилась волна отвращения – так соскучился по тебе,  - он отстранился и с улыбкой посмотрел мне в лицо – Ты подумала над моим предложением?

Я отвернулась и уставилась на недопитую чашку с кофе, чувствуя крайнюю степень неловкости. Драк не успел переговорить с Вессом, и, вообще, все шло совсем не так, как бы мне хотелось.

- Мое мнение не изменилось. Нам лучше остаться друзьями, – я усилием воли заставила себя посмотреть ему в глаза.

Некоторое время Старк продолжал улыбаться, не поняв сказанного, потом улыбка сползла с его губ, превращая рот в прямую тонкую линию, лицо побледнело, а глаза потемнели. Он наклонился и поцеловал меня в губы.

- А так?

- Старк, прекрати! – взорвалась я, стараясь выпутаться из кольца его рук. – Я тебе луну назад сказала, что не стану твоей девушкой!

Его лицо посерело, глаза потухли, а рот судорожно кривился, словно он вот-вот заплачет, рук он не убрал, вцепившись в мои запястья мертвой хваткой.

- Ты не будешь моей девушкой, – надтреснутым голосом повторил он – не будешь моей...

- Старк, успокойся!

- Я думал, что этого не случится… Что ты подумаешь и согласишься. – голос у него был неживой, на безжизненном, бледном лице, лишь глаза горели лихорадочным блеском, изредка отливая зеленым. Я запоздало корила себя за то, что, не подумав о возможных последствиях, приблизила к себе Старка настолько, что он влюбился в меня.

- Я все обдумала, нам лучше остаться друзьями, – повторила я, высвобождая из его рук свои запястья.

- Ты меня не любишь, – утвердительно сказал он, наклонился и придержал мое лицо, чтобы я не смогла отвернуться.

- Ты можешь быть мне только другом, ничего кроме дружбы между нами быть не может, – я смотрела в его темные глаза и видела, как в них разгораются красные точки в зеленоватом ореоле.

- Что же мне теперь делать, Эсмириль? – он убрал руки, отвернулся и теперь смотрел в сторону – Кому нужна моя любовь?

- Старк, я ведь не хотела, не давала тебе повода думать… - я подавила растущее раздражение и сделала попытку его утешить, чувствуя свою косвенную вину в том, что произошло с бедным инкаром.

- Ты не думала, и не хотела и не давала, это я, идиот, влюбился в тебя! – горько сказал он, и неожиданно резко толкнув стол, вскочил на ноги - Ты мне жизнь ломаешь, Эсмириль! – просипел он, кривя губы и давясь словами - Что мне теперь делать?

- А чего ты от меня хочешь? Ты меня любишь, я тебя нет, о каких отношениях может идти речь? – процедила  я, стараясь не впасть в неконтролируемую ярость, читать мантру и объясняться с вампиром одновременно у меня не получалось – Не смей меня ни в чем обвинять! Ты сам испортил хорошую дружбу, никто не просил тебя влюбляться.

Он стоял и слушал, прищурив глаза, его лицо приобрело сероватый оттенок, а правое веко подергивалось. – Ты права, никто меня ни о чем не просил, но, к сожалению, это происходит не по просьбе, а само собой. Я тебе говорил, что не могу с тобой дружить, мне нужно больше.

- Ничем не могу тебе помочь! Я все тебе сказала в прошлый раз и то, что ты меня не услышал, твоя проблема, – мое терпение лопнуло, я была вне себя и еле сдерживалась, чтобы не начать метать в него посуду. Он еще смеет меня обвинять в том, что влюбился в меня!

- У тебя кто-то есть? - глухо спросил он.

- Это не имеет значения, – мой голос срывался от ярости - я бы не стала  с тобой встречаться, даже если бы была одна.

- Так, значит, есть, – утвердительно произнес он, сжав кулаки – И кто он?

Я вскочила с дивана, чувствуя, что уже не в силах справляться с собой, чем быстрее убегу, тем больше шансов, что мне удастся остаться человеком. Если он бросится на меня с кулаками или скажет хоть одно слово, то я наверняка перевоплощусь и сожгу и его, и кафе в придачу. Оттолкнув Старка с прохода, я выбежала на улицу, мантра еле сдерживала моего дракона, спина угрожающе горела, глаза заволокло красной пеленой, до перевоплощения оставались считанные секунды. Быстрее! Еще быстрее! Дрожащими руками я вытащила ключи от машины и бросилась на парковку, молясь святому Огню, чтобы действия мантры хватило на то, чтобы добежать до машины, где лежал мой кисет и трубка. Я успела, а пробежка немного успокоила меня. Плюхнувшись на сиденье, я набила трубочку, рассыпая драгонфлай, и закурила. Мне пришлось выкурить две порции подряд, пока я окончательно не убедилась, что спонтанное перевоплощение мне не грозит. Этот демонами драный инкар со своей любовью чуть меня до беды не довел! Превратилась бы в дракона прямо в кафе и спалила бы его к ядреным гоблинам! Чтоб его разорвало! Я представила себя в драконьем обличие в маленьком итальянском кафе посередине города, и меня начал душить неуместный истерический смех! Слезы катились градом, а я смеялась, как ненормальная, и не могла остановиться, смех перешел в рыдания. В таком неприглядном виде, всю в слезах и соплях, меня нашла Аль. Она села на пассажирское сиденье и встревожено смотрела на меня.

- Что с тобой? – тревожно спросила она.

- Истерика, – всхлипывая, простонала я – Этот проклятый вампир довел меня до истерики, чтоб его демоны сожрали! - Я снова начала истерически хихикать.

Аль, молча, протянула мне маленькую бутылочку с водой. Я, захлебываясь, отпила пару глотков, смочила салфетку и вытерла лицо.

- Что у вас произошло? – спросила она.

- Объяснение, – я вкратце изложила ей наш разговор.

- Да уж, бездна такта! – с укором глядя на меня, сказала Аль.

- Аль, не начинай! Я не виновата, что он влюбился в неправильную девушку, нетактичную и толстокожую! – наши споры по поводу  отсутствия у меня деликатности и раньше раздражали, а в данную минуту для подобных нотаций было абсолютно не подходящее время.

- Ты сможешь вести машину или лучше мне сесть за руль? – Аль не стала донимать меня нравоучениями, тем более, я считала, что сделала все правильно, к чему рубить хвост по частям, когда можно сделать это одним точным, тяжелым ударом. Я не готовилась к разговору со Старком заранее, хотя знала, что объяснений не избежать, и смысл сказанного от моей подготовки или отсутствия таковой не изменился бы. Все получилось так, как получилось, точка, обсуждать нечего.

- Лучше садись ты, – мы поменялись местами.

- Думаю, что на сегодня достаточно магазинов, – она завела двигатель, и мы покатили в сторону дома. Приехав домой, я заперлась в ванной, просидела в горячей воде не меньше часа, в конце концов, убедив себя, что даже к лучшему, что наш со Старком разговор произошел именно таким образом. Было бы хуже, если бы он увидел меня где-нибудь в городе вместе с Ником и устроил публичную истерику. Окончательно успокоившись, я возжелала общения с подругой. Аль сидела в гостиной и что-то выискивала в компьютере, Джек уютно устроился у нее под боком и тихо посапывал.

- Аль, а как там твой вампир? – от этого слова меня передернуло.

- Ты имеешь в виду Данте? – откликнулась она, не отрывая глаз от монитора.

- Ага, или у тебя еще какой-нибудь вампир появился? – из двух неприятных для меня тем, я предпочитала общаться на тему о Данте.

- У него все хорошо, мы с ним переписываемся и перезваниваемся, он рассказывает, как идут съемки, -  без обычного придыхания и особенного выражения лица, которые так меня раздражали, ответила подруга.

Неужели она начала остывать? Что-то быстро, я думала, что ей понадобится еще пара декад, но додумать мысль не успела, потому что в моей голове включился Драк – Эс, привет! Вы уже дома?

-Дома. Ты приедешь? – мыслесвязь, как всегда, забила все мои собственные мысли, и я сосредоточилась на общении с братом

- Попозже, у меня еще куча дел. Кстати, я машину новую купил,  – между прочим, заявил он.

- Какую? – он назвал марку, которая мне ни о чем не говорила - Красивая?

- Просто красотка! Завтра прокачу вас с Аль. Как ваш поход по магазинам? – поинтересовался Драк.

– Не спрашивай! Ник будет в шоке, когда ему привезут все, что мы сегодня купили в спортивном магазине, – проворчала я – А у нас в планах посещение еще с полсотни магазинов мужской одежды.

Драк хохотнул – Могу представить! Нику этого барахла до конца жизни хватит.

- Мы в городе встретили Старка, – поделилась я новостью.

- О?! – его голос напрягся  - И как?

- Мы объяснились, это был самый гадостный разговор за всю мою жизнь, и я чуть не перевоплотилась! – пересказывать наш со Старком разговор еще раз мне не хотелось, я послала брату несколько мыслеобразов нашего разговора.

- Демон, я рассчитывал, что мы успеем поговорить с Вессом. И как Старк?

- Говорит, что любит,  – я скривилась, никогда раньше признание в любви не доставляло мне столько отрицательных эмоций.

Драк помолчал  - Может, его отпустит, как думаешь?

- Не знаю, может быть. Мне ужасно неприятно.

- Не переживай, ты ни в чем не виновата. – уверенно заявил Драк.

- Он думает по-другому, – я уже почти успокоилась, но при разговоре на тему Старка дракон на моей спине потеплел, это значило, что раздражение еще окончательно не ушло.

- Он не должен тебя ни в чем обвинять! – в голосе Драка зазвучал металл.

- Ему об этом скажи, – буркнула я.

- И скажу, если увижу, но мне кажется, что он больше не появится. Скорее всего, он вернется домой.

- Хоть бы так и случилось, мне бы не хотелось, чтобы он мозолил мне глаза.

- Ты ему про Ника сказала? -  осторожно поинтересовался Драк.

- Нет.

- Это хорошо, лишняя информация ему ни к чему. Ладно, Эс, я отключаюсь, может, попозже заскочу, если нет, то завтра утром увидимся. – Драк быстро свернул разговор, отвлекшись на что-то более интересное, чем влюбленный вампир.

- Пока! – Драк отключился раньше, чем я подумала это слово, впрочем, как всегда.

- Ты с Драком разговаривала? – не поворачиваясь, спросила Аль .

- Да, с Драком. - подтвердила я - Он сказал, что купил машину.

- Здорово! А какую? – без особого интереса спросила подруга.

- А демон ее знает, я не запомнила марку – отмахнулась я.

- Данте через декаду приедет сюда, – вдруг сообщила подруга.

– Куда сюда? – уточнила я, не хватало, чтобы этот красавчик жил в нашей квартире.

- Сюда, в смысле в город, у них тут будут съемки, – пояснила Алариэль и понятливо улыбнулась.

- Будешь с ним встречаться? – поинтересовалась я.

- Конечно! – она с удивлением посмотрела на меня.

- Я думала, что у тебя уже прошло это увлечение.

- Нет, не прошло, он мне все равно очень нравится, правда, не так сильно, как до личного знакомства, – задумчиво произнесла Аль.

- Кстати, Аль, хотела спросить, ты из-за чего на Драка дуешься?

Она отставила компьютер, села на диване ко мне лицом и подтянула колени к груди.

- Я на него не дуюсь. В Лондоне у нас с ним состоялся разговор, после которого у меня на сердце остался очень неприятный осадок. Нет, он был прав, – сказала она, заметив, что я хочу оправдать брата – но высказал мне свое мнение довольно в … э… нелицеприятной для меня форме, конечно, без хамства, но не так как я привыкла.

Если у меня, по мнению Алариэль, проблемы с деликатностью и мягкостью в общении, то мой брат о таких словах и не слыхивал. Я представила разговор между утонченной эльфийской принцессой, которая привыкла к полунамекам и полувзглядам и моим дорогим братцем, который говорит, что думает и не стесняется в выражениях. Могу представить, какое сильное впечатление произвел этот разговор на мою любимую подругу!

- Я не хочу об этом говорить, но он обратил мое внимание на некоторые … э …. аспекты моего поведения и отношения к жизни, о которых мне стоило задуматься. Вот теперь думаю. – выведать у Аль о чем они говорили не получится, может Драк расскажет?

- Ладно, думай. Знаешь, Аль, хотела тебя попросить, если будешь встречаться с этим Данте, ты меня предупреди, чтобы я за тобой присмотрела, хорошо? Что-то у меня на сердце неспокойно. – если она решит встретиться с ним тайно, то найти ее не составит никакого труда, но все же я бы предпочла, чтобы о свидании подруга сообщила сама.

- Хорошо, если ты дашь слово не подглядывать.

- А чем это вы собираетесь заниматься? – я округлила глаза.

- Ну, мало ли у нас занятий найдется!

Мы рассмеялись, и тема Данте на время была закрыта.

Глава 29. Алариэль

После нашей встречи со Старком прошло около декады, Эсмириль о нем больше не вспоминала, выбросив неприятный разговор из головы. У подруги было одно ценное качество, начисто отсутствующее у меня самой, способность не думать о неприятных вещах. Как бы мне пригодилось подобное умение, после неприятных объяснений я всегда некоторое время мучилась угрызениями совести и чувствовала себя виноватой. Я сидела, перечитывая письма от Данте, когда зазвонил телефон, Эс подняла трубку.

- Аль, тебя! – она подала мне трубку и ушла на кухню.

- Спасибо, Эс! Алло?

- Привет, Аль! – в трубке прозвучал женский голос – Это Анна.

-Привет, Анна, рада тебя слышать, – искренне отозвалась я, сразу узнав новую знакомую по голосу - Как дела?

- У меня все в порядке, – она немного помолчала - Я в городе.

- Вы уже приехали? Данте писал, что ваша группа приедет дней через пять, – я точно помнила дату его приезда и была уверена в том, что Анна приедет вместе со всеми.

- Я прилетела пораньше, мои эпизоды отсняли, и у меня появилось несколько свободных дней. Мне хотелось побыть одной, побродить по городу.

- Давай сходим куда-нибудь поужинать? – предложила я, как все обитатели миров, я не любила долгое общение по телефону, предпочитая личные встречи.

- Отличная идея! Когда?

- Cегодня вечером у меня забронирован столик на семь в «Попурри». Где ты остановилась? – уточнила я.

Она назвала название гостинцы – Я слышала это «Попурри» хорошее местечко?

- Вот и будет возможность проверить, я заеду за тобой в гостиницу в половине седьмого.

- Договорились, до встречи, Аль, – видимо, Анна тоже не любила болтать по телефону.

- До встречи, Анна.

Она отключилась, я закрыла почту и пошла на кухню, до половины седьмого оставалось несколько часов. Эс и Драк сидели за столом, попивая чай. Я поражалась тому, насколько спокойно Эс относилась к отсутствию Ника, она продолжала жить дальше, не выказывая никакого неудовольствия, не волнуясь, и не поддаваясь меланхолии от разлуки с любимым. Я вспомнила Ника, такого, каким мы его увидели в наш последний приезд в поместье. Что ж, должна признать, Эс немного теряет от его отсутствия. Ник похудел, осунулся и выглядел смертельно уставшим, за ужином он уснул над тарелкой и даже не проснулся, когда вагары отнесли его в комнату и уложили в кровать. Эс уверяет, что это временно, через некоторое время Ник привыкнет к нагрузкам, и ему станет легче. Ей видней, она тренируется с раннего детства и знает, о чем говорит. Меня всегда поражало, как Драконы выдерживают эти свои изнурительные тренировки, и Эс гоняют наравне с собой, не делая никаких скидок на то, что она девушка. После особо усиленных занятий с Геланом, подруга буквально с ног валится. Эс говорит, что это дело привычки, и недоумевает, почему я ее каждый раз жалею, когда Маара растирает ее покрытое синяками тело, а она вскрикивает от боли  в натруженных мышцах под ловкими пальцами вагары. В городе они с Драком каждый день прыгают со своими мечами, если его нет, то Эсмириль прыгает одна, отражает невидимые удары, приседает, уворачивается. Со стороны ее упражнения смотрятся, как танец без музыки, но после него ее одежда мокрая насквозь.

- Аль, я только что говорила с Ником, он уже может продержаться целый час после ужина и не уснуть! – в ее голосе звучала гордость.

- Он молодец! – похвалила я.

- Настоящий Дракон!– поддакнул Драк, причем мне было не понятно, то ли он смеется, то ли действительно горд достижениями Ника. – Гел сказал, что через декаду он даст Нику несколько дней отдыха, мы сможем куда-нибудь сходить, в клуб, например. Девочки, что скажете? Возьмем Ларину, еще кого-нибудь и пойдем зажигать!

- Я думала, что вы с Лариной расстались. – удивленно сказала я.

-Еще нет, – пожал плечами Драк – мы встречаемся реже и у нее. Ты же знаешь, какие у нас с ней отношения, – он подмигнул, а Эс улыбнулась – как только в отношениях возникает потребность, то я тут же ей звоню.

Их прямота в обсуждениях подобных вопросов всегда коробила меня. Драк мог рассказывать о своих похождениях Эс, а та еще и советы давала. В свою очередь, она ничего не скрывала от Драка. Вот такая у них семья. Они говорят,  что у них так принято. Я не могла себе представить своих братьев за обсуждением подобных вопросов, даже наедине и за закрытыми дверями. Хотя, надо признать, что из разговоров Драконов я многое узнала об интимных отношениях, так как у нас в семье считалось неприличным беседовать на эти темы. Мой личный опыт дальше поцелуев и флирта разной степени легкости не распространялся, поэтому проживание с Драконами немного подготовило меня к следующему этапу взрослой жизни, хоть и теоретически.

- Аль? – от Драка, как всегда, не укрылась моя задумчивость – Эс, ты заметила, что только речь заходит о сексе, то у Аль делается такое особенное выражение лица?

- Драк, ты невыносим! – засмущалась я.

Я села за стол и налила себе чаю. В третьем мире мы с Эс пристрастились к этому странному на вкус настою из сушеных листьев какого-то  местного растения[11]. Наши совместные чаепития создавали атмосферу легкой непринужденности и настраивали на долгие и откровенные беседы, особенно по вечерам, когда Драк возвращался с работы, и никто никуда не спешил. Уверена, что по возвращению домой мне будет не хватать этого напитка.

- Драк, помнишь, в Лондоне мы познакомились с Анной? – я вспомнила свое обещание взять его с собой на нашу встречу.

- Анной? – он опять забыл.

- Ну да, это девушка из кино про вампиров, – напомнила я.

- Точно, Анна. Эс, я тебе не говорил, что меня приглашали сниматься в кино? – он выпрямил спину, расправил плечи и сделал торжественное лицо, словно ему собиралась присуждать премию за вклад в киноискусство третьего мира – Драк Тули– звезда экрана, единственный и неповторимый, спешите видеть!

Эсмириль прыснула, до того потешно он выглядел.

- Аль, начни я карьеру киноактера у твоего вампира просто не будет шансов! – Драк с наигранным высокомерием посмотрел на меня - Если я буду сниматься в кино, он может идти подметать улицы.

Мы согнулись от хохота, Драк продолжал корчить из себя кинозвезду.

- Ты не забыл, что меня тоже приглашали сниматься в кино? – сквозь смех спросила я.

-Аль, мы с тобой сглупили, надо было соглашаться. Мы  смогли бы сниматься вместе и все великие играли бы у нас в массовке! – он вскочил со стула, обнял меня за плечи, прижался щекой к моей щеке и театральным жестом обвел кухонное окно, словно показывая мне что-то необъятное и грандиозное, Эсмириль корчилась на своем стуле, обеими руками держась за живот. Я постаралась сделать серьезное лицо и восхищенным взглядом проследила за полетом его руки.

-  Мы стали бы супер-пупер великими! – с придыханием проговорил Драк, обрисовав в окне перспективы нашего с ним кинематографического успеха, а потом уставился мне в лицо с нарочито восторженно-глупым выражением лица, какое бывает у супер-героев в низкобюджетных фильмах - Мегагалактические звезды!

- Драк, перестань, я сейчас лопну от смеха! – простонала Эсмириль, утирая выступившие слезы. Закончив нашу импровизацию, мы с Драком сделали Эсмириль глубокий поклон под ее бурные аплодисменты и расхохотались.

- Так что там с Анной? – отсмеявшись, спросил Драк.

- Оказывается она уже приехала, мы с ней договорились встретиться через – я посмотрела на часы – полтора часа в «Попурри». Ты со мной?

- Пожалуй, схожу, мне любопытно на нее посмотреть еще раз и познакомиться поближе. – Драк поднялся со стула и сделал клеанту, эльфийский поклон, означавший, что кавалер всем сердцем желает остаться с дамой, но непреодолимые жизненные обстоятельства вынуждают его покинуть ее, и грядущая разлука разрывает ему сердце.  -  - Дамы, я вынужден удалиться в свою опочивальню, дабы привести себя в порядок и настроиться на соответствующий лад перед встречей с прекрасной незнакомкой.

Мы встали и склонились в ответном поклоне, каллистиэль, который означал, что, не смотря на горечь разлуки, дама позволяет кавалеру ее покинуть.

- Благородный рыцарь, не смеем более вас задерживать! – хором отозвались мы.

Драк сделал вид, что помахал шляпой и ускакал на коне. Мы опять согнулись  от смеха.

- Мне кажется или я действительно никуда не иду?- все еще посмеиваясь, спросила Эсмириль.

- Если хочешь, поедем с нами – предложила я

- Нет, спасибо, останусь дома,  посмотрю телевизор и лягу спать. Завтра встану пораньше и съезжу в поместье, у нас трава заканчивается, да и по Нику я соскучилась.

- В таком случае, милостивая госпожа, позвольте вас покинуть, – я склонилась в фоларрэсте, каким обычно сопровождали просьбы мои придворные дамы  – или мы попадем в пробку.

Эсмириль взмахнула рукой, позволяя мне идти заниматься своими делами,  и мы снова расхохотались.

- Много не пейте и не шумите, как придете, – попросила она.

Через час мы с Драком ехали на его новой машине в сторону гостиницы Анны. Автомобиль был во много раз роскошней, чем предыдущий.

- Отличная машина! Как она называется?  - я провела рукой по деревянной обшивке двери.

- «Бентли Континентал», я от нее в полном восторге! Почему я раньше ее не купил? – вопрос был риторическим, я пожала плечами.

- Да, машина замечательная. – согласилась я.

В салоне повисла пауза.

- Знаешь, Драк, ты правильно все сказал, тогда в Лондоне, но я не со всем согласна, – не глядя на него, произнесла я.

- Это твое право, я просто высказал свое мнение, – Драк не собирался продолжать дискуссию, он сказал все, что хотел еще в Лондоне.

- Ты произвел впечатление на Анну в прошлый раз, – я  сменила тему разговора.

- Откуда ты знаешь?

- Она сказала, что мне незачем обращать внимание на Данте, когда у меня есть такие друзья как ты.

- У этой девочки определенно мозги на месте, – довольно улыбнулся Драк.

Мы подъехали к гостинице и, припарковавшись, прошли в холл. Анна вышла из лифта, и к ней тут же подошла пара молодых людей с блокнотами и ручками, она оставила автографы, позволила с собой сфотографироваться и, увидев нас, помахала рукой в знак приветствия.  Сегодня она была одета в элегантное темно-красное платье, черное пальто и серые сапоги до колена, темные волосы красиво обрамляли лицо, умелый макияж подчеркивал ее миловидность. Она направилась в нашу сторону.

- Привет, Анна, – от нее пахло духами с легким цветочным ароматом, присутствие Драка стало для нее сюрпризом, но виду она не подала, только на щеках ярче вспыхнул румянец – Позволь представить тебе моего друга Драка. Драк, это Анна.

- Рада знакомству. – Анна протянула руку для рукопожатия, но Драк развернул ее ладонью вниз и поцеловал, по-моему, он до сих пор так и не вышел из образа прекрасного принца. Вспомнив, как он изображал галантного кавалера на коне, я едва сдержала неуместный смех. Анна, не ожидавшая ничего подобного от Драка, зарделась, а он внимательно смотрел на нее, задержав ее руку в своей дольше, чем требовалось для приветствия.

- Ну что, поехали? – я прервала затянувшуюся паузу. Драк подхватил нас обеих под руки, и мы направились к выходу. По дороге в ресторан мы с Анной обменивались дежурными репликами о ее путешествии в Город и о планах на ближайшие несколько дней. Драк сосредоточенно вел автомобиль, не принимая участия в нашем разговоре. Подъехав к ресторану, он снова подхватил нас под руки и проводил до заказанного столика. Я с удивлением поглядывала на него, за последние несколько часов Драк продемонстрировал почти эльфийские высоты галантности, наличия коих я в нем и не подозревала. Мы расположились за столиком и сделали заказ. После ухода официанта за столом снова повисло неловкое молчание. Анна негромко откашлялась, прикрыв рот кулачком, и бросила быстрый взгляд на Драка.

- Драк, в прошлый раз вы произвели впечатление на Билли, он еще три дня убивался, что у вас нет агента и он не знает как вас найти, – произнося это, Анна смотрела на меня.

- Можно на ты? – произнес Драк, разглядывая ее.

- Да, конечно, – улыбнулась Анна.

Драк смотрел на нее с каким-то странным выражением на лице, его поведение разительно отличалось от обычного. Я с недоумением поглядывала то на Анну, то на Драка.

-Гм, как идут съемки? – спросила я, разговор не клеился, непринужденной, милой моему сердцу легкой беседы не выходило, я уже начинала сожалеть, что взяла с собой Драка. Что с ним происходит? Обычно он ведет себя совершенно иначе, за несколько минут становясь душой любой компании.

- Как всегда. – Анна пожала плечами - Данте покорил женскую часть съемочной группы, тоже как всегда. Все-таки в этом парне есть какой-то магнетизм, – ответила Анна.

- Да? Не заметил,– произнес Драк, не отводя глаз от Анны.

- На мужчин он не действует. – Анна теперь смотрела только на Драка.

- Это хорошо, не хотелось бы в него влюбиться. – Драк, наконец, отвел взгляд, и его лицо приняло обычное выражение.

- Ты его не очень-то жалуешь, – немного обиженно сказала я, отношение Анны к Данте не давало мне покоя, в моем окружении не было никого, кому бы мой избранник был симпатичен. Поразительное единодушие!

- Ничего личного, просто мне не нравятся мужчины такого типа. –  туманно объяснила Анна, но при этом выражение ее лица на секунду изменилось, по нему пробежала тень брезгливости,  словно она говорила о куче мусора.

- А какого же типа мужчины тебе нравятся? – неожиданно спросил Драк, крутя в руках вилку.

- К чему тебе это знать? – готова биться об заклад, что Анне симпатичны мужчины именно такого типа, как Драк.

- Мне интересно. – Драк снова впился в нее взглядом.

- Ты всегда такой напористый? – улыбнулась Анна, не отводя глаз.

- Тебя смущает мой напор? – их взгляды были как клинки, я, молча, слушала их словесную дуэль и не могла понять, что между ними происходит.

- Не смущает, – щеки Анны раскраснелись, она теребила в руках салфетку, но продолжала смотреть на Драка. Я почувствовала, как атмосфера вокруг начинает искрить, словно вокруг нас зарождается магический вихрь.

- Извините, я вам не мешаю? – у меня возникло стойкое ощущение, что я сижу за отдельным столиком и наблюдаю нечто, не предназначенное для моих глаз.

Они одновременно посмотрели на меня, напряжение спало, мы обменялись смущенными взглядами. Я почувствовала неловкость, словно стала невольным свидетелем очень личного момента, а им, по-видимому, было неудобно за то, что они этот момент создали. Через мгновение мы расслабились и светски заулыбались друг другу.

- Извини, Анна, что-то меня занесло, – покаянно сказал Драк.

- Ничего, все в порядке. – Анна собрала кусочки истерзанной салфетки, скатала их в шарик и бросила его в пепельницу.

- Так что там не то с Данте? – я попыталась вернуть разговор в интересующее меня русло.

- У меня был не очень приятный опыт общения с парнем подобным ему. Я хорошо выучила урок и теперь держусь от таких мужчин подальше, они для меня просто не существуют. Я не хочу об этом говорить, давайте сменим тему. – Анна нахмурилась, но сразу же улыбнулась нам.

- Да, конечно. Сколько времени ваша группа будет здесь сниматься? – мне не хотелось снова оказаться в вихре их эмоций и я старалась выбрать более-менее нейтральные темы для беседы.

- Планируем уложиться в две недели, плюс-минус пара дней. Честно сказать, мне не очень нравится этот фильм, но платят хорошо.

- Что собираешься делать после окончания съемок? – поинтересовался Драк.

- У меня будет пара недель отдыха, хочу съездить куда-нибудь к морю, а после буду сниматься в другом фильме, я уже подписала контракт,  – она помолчала - А вы чем занимаетесь?

-  Я работаю в семейном бизнесе, а Аль наслаждается ничегонеделанием,  – ответил Драк и за себя и за меня - Это неинтересно, давайте поговорим о чем-нибудь другом.

- Вы живете в городе? – спросила Анна.

- Да, у нас в городе квартира и семейное поместье за городом, так что, мы живем и тут и там. -  Драк становился самим собой.

- Вы живете вместе? – уточнила Анна.

- Втроем. – несколько двусмысленно ответил Драк. Анна с подозрением покосилась на нас.

- Мы живем в городской квартире с Эсмириль, моей лучшей подругой, а Драк – ее старший брат, не подумай ничего такого, – рассмеялась я. Анна с облегчением улыбнулась, видимо, у нее возникли опасения, что я последовала ее совету и обратила свое внимание на Драка.

- Драк, у тебя такое необычное имя, напоминает слово «дракон», откуда оно? – неожиданно спросила Анна.

- Это семейная традиция.  В смысле там, откуда я родом принято так называть детей. – не ожидавший подобного вопроса Драк, бросил на меня растерянный взгляд.

- У вас большая семья? –Анна перевела взгляд на меня, не обратив особого внимания на замешательство Драка.

- Да, достаточно, у Аль тоже. -  Драк упорно не давал мне отвечать на адресованные мне вопросы.

-А у тебя? – полюбопытствовала я.

– Огромная, нас четверо детей в семье, вы можете себе представить? У меня есть три старшие сестры, – с гордостью сказала она – нашей маме надо поставить памятник!

Мы с Драком переглянулись. Куда уж нам с его одиннадцатью братьями и сестрой и мне с пятью братьями и тремя сестрами. Интересно, памятник какой величины надо поставить нашим родителям? Хотя, с другой стороны, Анна не королевских кровей и ее матери, наверняка, приходилось нелегко, в отличие от наших родителей.

- Нас раскидало по всей стране, сестры работают кто где, одна я пошла в актрисы. Родители хотели, чтобы я закончила колледж и стала учительницей, но я все сделала по-своему. Мне моя работа нравится, хотя жизнь актрисы это не всегда красная дорожка, бриллианты и платья от известного кутюрье. В нашем ремесле тоже хватает рутины и всяких подводных камней.

Мы согласно покивали головами, веря ей на слово.

- Слушай, Анна, парень моей сестры идет в увольнительную через неделю, мы собираемся отметить это событие и сходить куда-нибудь потанцевать. Хочешь с нами? Я тебя официально приглашаю, – предложил Драк.

Видимо его роман с Лариной подошел к финалу, и она пропускает этот тур танцев, подумала я. Анна задумалась.

- Соглашайся, Анна, будет весело! – поддержала я Драка.

- Согласна, вам невозможно отказать! – рассмеялась она – Только предупредите меня за пару дней, чтобы я ничего не планировала на вечер.  А парень твоей сестры служит в армии?

- Вроде того, у него сейчас курс молодого бойца, надеюсь, он не уснет в семь вечера. – Драк озабоченно посмотрел на меня, словно я должна была гарантировать, что Ник будет веселиться до утра.

- Нет, Драк, ведь он уже может просидеть час после ужина и не уснуть! – напомнила я ему, и на лице Драка появилось выражение нескрываемого облегчения. В эту минуту я поймала себя на мысли, что возможно Билл не так уж сильно ошибался насчет Драка, в нем явно пропадает артистический дар.

- О, великий миг! Ник будет зажигать целый час после ужина! У нас будет вечеринка столетия! – восторженно воскликнул Драк

- Только не вздумай смеяться над ним в присутствии Эс, а то она тебе голову откусит! – шутливо предостерегла я его, сдается мне, что в отношении меня Билл тоже был не настолько уж  и не прав, меня увлекли наши  с Драком импровизации, и я с удовольствием подыгрывала ему.

Драк поднял руки – Конечно, я же себе не враг.

Анна непонимающе смотрела на нас, но наш разговор ее явно забавлял.

- Эс - это твоя сестра? – заинтересованно спросила Анна Драка.

- Да, младшая, и я ее обожаю. Уверен, что она тебе понравится, – без тени сомнения заявил Драк.  Я ним мысленно согласилась, если Анна понравилась мне, то и Эсмириль быстро найдет с ней общий язык.

- Я тоже самая младшая в семье, пока мы были детьми, не сказала бы, чтобы мои сестры меня обожали, – задумчиво протянула она.

- А теперь? – поинтересовалась я.

- А теперь они мною гордятся, я же звезда экрана, да еще снимаюсь с божественным Данте! Мне даже пришлось просить у него автографы для моих племянниц! – Анна слегка поморщилась.

- Ну да, конечно! – невпопад, но ядовито процедил Драк, было заметно, что упоминания о Данте его раздражают.

Мы просидели в ресторане несколько часов, непринужденно беседуя на разные темы, как ни хотелось нам остаться еще, но ресторан закрывался. Выйдя на улицу, Драк повернулся к Анне и спросил – Ты не хочешь пройтись до гостиницы пешком?

Она быстро подняла на него глаза и так же быстро их опустила – Не откажусь.

Драк протянул мне ключи от машины – Справишься?

Я в остолбенении смотрела на него. Вот так сюрприз! Никогда не слышала, чтобы он проявлял интерес к человеческим женщинам! Драк пару раз щелкнул перед моим лицом пальцами, чтобы привлечь внимание.

- Если там не пять педалей газа, то думаю, что до дома я доеду. Если поцарапаю бампер, не обижайся, – водить я умела, но не любила, а припарковаться для меня всегда было большой проблемой.

- Ерунда, можешь разбить ее вдребезги, я себе другую куплю. – безразлично отмахнулся он.

– Я смотрю ваш бизнес приносит хороший доход, – с уважением покосившись на машину, промолвила Анна.

- Не жалуемся. – Драк подхватил ее под руку, и они двинулись по улице, помахав мне на прощание и, пройдя пять шагов, забыли о моем существовании. Я стояла возле ресторана, крутя в руках ключ и глядя им вслед, пока они не скрылись за углом. Мне было обидно до слез. Я тоже хотела, чтобы на меня смотрели таким же взглядом, как Драк смотрел за столом на Анну. Как Ник смотрит на Эс. Данте никогда не смотрел на меня так, чтобы подгибались коленки, и хотелось  идти с ним по улице в неизвестном направлении. Он смотрел на меня, как на очередную подружку, имя которой он вспоминает только тогда, когда видит перед собой. Меня накрыла волна разочарования и горькой обиды на мою кривую судьбу, я красивая, очень красивая, но моя красота не гарантирует любви и счастья.

- Что такая красотка делает здесь так поздно? – промурлыкал мужской голос рядом со мной. Я обернулась, ко мне обращался престарелый ловелас, обволакивая масляным взглядом. Ненавижу, когда на меня так смотрят!  - Может, отужинаете со мной? – предложил он, меня передернуло, ну, конечно, я страдаю по одному из самых красивых парней этого мира, а сама привлекаю только траченных молью стариков.

- Благодарю, я уже отужинала. – я гордо вскинула голову и окинула мужчину презрительным взглядом, он съежился и поспешно ретировался. Расправив плечи, я гордо прошествовала к припаркованному автомобилю. Заведя двигатель, я поняла, что не хочу ехать домой и решила немного покататься по улицам. Машина, шурша шинами, мягко двигалась по освещенному проспекту, а я страдала по моей загубленной жизни. Время от времени свет фонарей расплывался в глазах от наворачивающихся слез. Улицы переливались разноцветными огнями, по тротуарам прогуливался народ. Не в силах бороться со слезами, я припарковалась у обочины и стала разглядывать людей, смахивая слезинки перчаткой. Вот идет парочка молодых людей, они смеются, парень что-то рассказывает, размахивая руками, а девушка хохочет в ответ и видно, что ей все равно, что он говорит, достаточно того, что он с ней рядом.  Вот пожилая пара чинно прогуливается перед сном под ручку. Наверное, они прожили вместе всю жизнь, вырастили детей, построили дом и теперь наслаждаются обществом друг друга. Город был во власти любви, она чувствовалась везде, все попадали под ее влияние, кроме меня. В глазах снова начали закипать слезы, я досадливо смахнула их с ресниц. Еще одна парочка самозабвенно целуется, не замечая никого и ничего вокруг. Я подумала об Эс, они с Ником как одно целое, он не видит никого кроме нее, а ей не нужен другой мужчина. Они не искали друг друга, их свела судьба, и пусть он человек, а она Дракон и королевская дочь, я уверена, что у них все будет хорошо. Я представила, что у них происходит за закрытыми дверьми комнаты и по телу прокатилась теплая волна. Я не знала, что такое секс, тот о котором Эс и Драк говорят с такой простотой, я была обязана сохранить невинность до свадьбы, придерживаться глупой традиции, над которой Драконы частенько посмеивались. Незнание плотской любви делало меня в собственных глазах ущербной, неполноценной, словно какая-то часть жизни была закрыта для меня. Я попробовала представить себя с Данте, но у меня ничего не получилось. Ведь заниматься сексом с героем фильма невозможно, а в последнее время я часто ловила себя на мысли, что представляю его себе именно таким, каким он был на экране. Данте-человек не представлял для меня никакого интереса, не волновал меня, не будил во мне женщину.  Во время наших встреч я чувствовала, что между нами нет ничего общего, что единственная ниточка, связывающая нас – его роль. Данте меня почти не привлекал как мужчина, мы  были слишком разные, но мое чувство к нему еще окончательно не угасло, и  я  была готова дать ему еще один шанс проявить себя с более благородной и возвышенной стороны, стать похожим на своего персонажа. Я сделала попытку представить себе мужчину своей мечты, того, с кем бы я хотела засыпать, от чьих бы поцелуев хотела просыпаться, в чьих объятиях чувствовала себя единственной и самой любимой, но у меня ничего не получилось. Я могла себя представить с мужчиной, но не могла разглядеть его лица, я знала, что мне с ним хорошо, но не знала, кто он. А вдруг я что-то пропустила в своей судьбе? Может быть уже прошла мимо того самого, правильного парня, и не заметила его? Теперь же буду искать его везде и никогда не найду, потому что он уже был в моей жизни. От этой мысли мне стало дурно. Нет, не может быть, я бы обязательно почувствовала! Я бы его узнала! Мы бы не разминулись, и он нашел бы способ привлечь мое внимание.

Перед моим внутренним взором стояло лицо Данте, но не Данте реального, а Данте-вампира. В этот момент я четко осознала, что он не тот, кто мне нужен и, если бы мы с ним занялись сексом, то это бы принесло мне только разочарование  и горечь. Нет, я все еще люблю его, но что-то, незаметно для меня самой, поменялось в моем к нему отношении, что-то ушло или, наоборот, добавилось. Может быть, Драк прав, мне  надо начать относиться к жизни по-взрослому и отличать реальность  и фантазии? Быть может, я действительно превратно сужу об окружающих, не вижу очевидных вещей, и тем самым осложняю себе жизнь? Мне была весьма неприятна, беспочвенная, на мой взгляд, неприязнь моих друзей по отношению к Данте, но разве я не веду себя так же по отношению к Каллару? Я заставила себя подумать о моем женихе. Перед моим мысленным взором возник его образ, узкое лицо с большими ярко-зелеными глазами и прямым носом, длинные темные волосы, на голове изящный обруч из серебра с темно-лиловым камнем надо лбом. Именно так он выглядел, когда я видела его в последний раз, в день Суда над Эсмириль. Я пыталась думать о нем как о постороннем эльфе, делая над собой невероятные усилия, изо всех сил подавляя свое отношения к нему и стараясь быть объективной. Через пару минут усиленной умственной работы я поняла, что и Драк и Эсмириль были правы, мне не за что его ненавидеть. Каллар хорош собой, этого у него не отнять. Он наследный принц и, наверняка, прекрасно образован и умен, но об этих его качествах я судить не могла, так как за многие годы нашего знакомства едва перемолвилась с ним десятком слов. Он меня любит, я сдержала дрожь отвращения, она мешала мне сосредоточиться. Как он меня любит? Похожа ли его любовь на робкое обожание, какое испытывают ко мне молодые придворные, не питая ни малейшей надежды на взаимность? Или он любит меня, как благородные воины, которые посвящают мне победы в турнирах? Или Каллар испытывает ко мне испепеляющую страсть, которая проносится по жизни влюбленных огненным метеором, круша все вокруг и ломая судьбы? Может его любовь зрелая и терпкая, как выдержанное вино?  Я попыталась вспомнить, похож ли его взгляд на взгляды Ника или Драка, но не смогла, неожиданно осознав, что вообще не знаю, как он на меня смотрит. Я никогда этого не видела, всегда стараясь держаться таким образом, чтобы он не попадался мне на глаза.  Сейчас мне казалось, что я упустила что-то очень важное, связанное именно с Калларом. Мы поженимся, мне действительно надо смириться с этой мыслью. Хоть мне плевать на его чувства ко мне, но я не хочу портить жизнь себе. Я ради себя должна поменять свое мнение о своем женихе! Видимо, настала пора познакомиться с ним поближе.

Я решительно вырулила на проспект и покатила в сторону дома.

Глава 30 Драк

Мы гуляли по освещенным улицам ночного города до поздней ночи, в конце концов, я проводил Анну в гостиницу, как обещал, и договорился встретиться с ней завтра. После того, как Анна скрылась в лифте, я вышел из гостиницы и направился по улице в сторону дома, мне надо было прогуляться, подумать и немного успокоиться. Улицы были немноголюдны, но отлично освещены, было довольно тепло и размеренный темп, который я выбрал, давал мне возможность погрузиться в свои мысли. Я – взрослый Дракон и повидал немало на своем веку,  воевал, терял друзей, знал женщин во всех мирах, но Анна была особенной. Она не была самой красивой, самой умной, самой сексуальной из всех моих женщин, но мне хотелось быть с ней, и это незнакомое ощущение волновало кровь. Пусть бы она говорила всякую чепуху, мне нравилось слушать ее голос. Во время прогулки она подхватила меня под руку и прижалась ко мне, я до сих пор чувствовал тепло ее тела и ощущал аромат духов. Она не Дракон, этого не может быть, но было в ней что-то магнетическое, притягательное, как в той, которая разбила мое сердце вдребезги.

Та женщина тоже была человеком, я любил ее, как может любить только молодой Дракон, впервые испытавший это чувство, теряя разум и совершая безумства. Тогда я думал, что не смогу жить без нее. Но смог. Со временем. Я до сих пор помнил ее глаза и выражение лица, когда она сказала, что нам лучше не быть вместе, лучше для нее, что я слишком темпераментный, что она хочет спокойной жизни, которая со мной невозможна, что она меня не любит и у нее есть другой. Сейчас я уже могу думать об  этом нашем последнем разговоре спокойно и отстраненно, тогда же… Страшно вспомнить, что было тогда. Я практически стал драконом, трансформация уже началась, но в самый последний момент я сумел справиться с собой и вернуть человеческий облик, но она испугалась и с криками ужаса убежала от меня прочь. Больше я ее никогда не видел, но ее перекошенное от ужаса лицо до сих пор стоит у меня перед глазами, а крик звенит в ушах.

На следующий день я покинул третий мир и сбежал на войну с отщепенцами, бросаясь в самую гущу всех схваток и надеясь, что меня все-таки убьют. Боль от полученных ран не причиняла столько страданий, сколько рана в сердце. Я отчаянно искал смерти, но был ей не нужен, покончить жизнь самоубийством и навеки опозорить свой клан я был не готов, но в минуты слабости даже этот шаг не казался мне таким уж позором. Старая сука Смерть смеялась мне в лицо, отказываясь принимать мою жертву. В схватках я получал неопасные, но болезненные ранения, которые не несли угрозы моей жизни и я, не обращая внимания на боль в ранах, снова лез в самое пекло. Мою первую любовь предали, растоптали, меня унизили, та, которой я отдал свое сердце, меня не любит, и предпочла другому! От одной мысли об этом я превращался в бешеное животное, действующее на инстинктах и если бы не Дун, который вытаскивал меня из передряг, рискуя собственной жизнью, я бы погиб. Даже становясь драконом, я не чувствовал облегчения. Однажды, когда Дуну надоело смотреть на мои страдания в человеческом образе и слушать тоскливый вой в драконьем, он перевоплотился вместе со мной и задал мне знатную трепку. Я не ожидал нападения, но когда пришел в себя от неожиданности и попытался его разорвать, Дун трансформировался в человеческий облик и, стоя безоружный и беззащитный перед моей пастью в которой уже клокотало пламя, крикнул  - Давай, Драк, убей меня! Я не буду сопротивляться, но знай, что ты убил брата за недостойную человеческую самку! Я взревел и выпустил струю пламени в небо, но не смог двинуться с места, словно слова Дуна пригвоздили меня к земле. Я стал человеком и бросился в жаркий, смрадный лес пятого мира. После этого случая мы с братом не разговаривали больше луны, Дун специально посылал меня в изнурительные караулы и разведывательные операции, чтобы я мог поразмыслить, запретив участвовать в боях. Поначалу я бесился, но через некоторое время  почувствовал, что боль в сердце становится терпимей. После очередной разведки я пришел к Дуну, он сидел около костра, полируя свой меч и даже не подняв головы при моем приближении. Я присел рядом с ним, и мы долго молчали, он точил и полировал свой меч, рассматривая его со всех сторон, а я смотрел в огонь. Наконец, он вложил меч в ножны, повернулся ко мне и сказал «Добро пожаловать назад, Дракон!». Дун никогда не говорил много, но каждое его слово было на вес эльфийского серебра, он спас меня от смерти и позора, а мы не смогли даже найти его тело и похоронить, как подобает павшим воинам из клана Тули. При воспоминании о погибшем брате на душе, как всегда заскребли железные когти.

- Драк, очень хорошо, что ты пережил подобное испытание, тебе повезло, – как-то сказал он.

Я покачал головой – Это не везение, а тяжелая болезнь.

- Зато теперь ты знаешь, что не надо дарить свое сердце первой попавшейся женщине. Сперва надо хорошенько подумать, достойна ли она такого подарка. Это относится к любой женщине, не только из третьего мира, – серьезно глядя на меня, сказал брат.

- Я никогда больше не сделаю подобного подарка ни одной женщине, слово Дракона! – выпалил я, с ужасом представив, что мне придется еще когда-нибудь пройти через подобные муки. Дун пожал плечами, но ничего не сказал.

Мы больше никогда не разговаривали с ним на эту тему, а через несколько лет он пропал.

Анна напрасно думает, что пробудила во мне интерес, пережив несчастную любовь и разочарование, с тех пор я не имею никаких дел с человеческими женщинами, они слишком коварные, вероломные и непостоянные, мое сердце теперь спрятано в крепкий сундук и заперто на три замка. После своего выздоровления я был с женщинами разных племен и рас, но никогда не заводил серьезных отношений, только здоровый секс, без обязательств и глубоких чувств. Меня это устраивает, и я не собираюсь меняться. Я слишком взрослый, чтобы влюбляться с первого взгляда, слишком тяжело пережил несчастную любовь, чтобы верить человеческим женщинам. В моей жизни вам нет места, и никогда не будет, слово Дракона. Много лет прошло с предательства той женщины, но шрам на сердце остался  до сих пор. Я неожиданно поймал себя на мысли, что последние четверть часа старательно убеждаю сам себя, что человеческие женщины меня не интересуют, вспоминая ту давнюю историю, но перед глазами вопреки моей воле стояло лицо Анны, ее улыбка, темные глаза, и привычный жест, которым она пыталась заправить за ухо непослушную прядь волос. На долю мгновения я пожалел, что не поцеловал ее на прощание.

Я подошел к дому и посмотрел наверх, в квартире горел свет. Ну что ж, будет с кем выкурить трубку на ночь. Открыв дверь своим ключом, я вошел в гостиную и огляделся. На диване, поджав ноги, сидела Аль и невидящим взглядом смотрела в телевизор. Девочка влюблена и тоже в человека, ей еще предстоит пережить разочарование и получить шрам на сердце.

Я сел рядом.

- Как погуляли? – тихо спросила она.

- Хорошо,– кивнул я - Покуришь со мной?

- Да, пожалуй, курить одной как-то тоскливо. Принесешь мне трубку? Она в моей комнате, - я поднялся и сходил за трубками и травой.

Мы молча курили, постепенно мое необъяснимое и непонятное волнение от нашей прогулки с Анной сменялось привычным спокойствием и умиротворением.

- Я не разбила твою машину, – сказала Аль.

- А хотела?

- Нет, зачем? Она очень красивая. Я немного покаталась по городу и подумала, – Аль не смотрела на меня.

Говорить мне не хотелось, докурю трубку и пойду спать.

- Знаешь, Драк, -  сказала она - сегодня я поняла, что, несмотря на погоду и на количество людей, мне нравится этот город, особенно весной. Он какой-то особенный, что ли? Не знаю, как объяснить. Воздух словно пропитан магией большого города, эмоциями людей, которые в нем живут.

- Да, весна действует особенным образом, – пробормотал я. Прогулка с Анной разбередила воспоминания о моей несчастной любви, и на сердце снова стало тоскливо и как-то неспокойно.

Вдруг Аль потянулась ко мне и приблизила свое лицо к моему. Положив мне руки на плечи, она долго всматривалась мне в глаза, будто надеясь найти в них что-то важное для себя. Мой дракон встрепенулся.

- Драк, я тебе нравлюсь? – ее фиалковые глаза были в нескольких дюймах от моих, а мои руки сами обняли ее, усадив на колени.

- Да, –сказал я честно.

- Ты хочешь меня? – она смотрела мне прямо в глаза.

- Да, – снова повторил я.

Она приблизилась еще чуть-чуть. – Поцелуй меня, – попросила она.

Я притянул ее к себе и нежно поцеловал в губы. Она вздрогнула и прижалась ко мне всем телом. Умом я понимал, что не должен этого делать, но не мог остановиться. Алариэль мне всегда нравилась, но я никогда не думал о ней, как о женщине для, хм, здорового секса. Таких у меня хватало и без нее. Я ее не любил, но желание время от времени испытывал, мне, наверное, стоило держаться от нее подальше, чтобы не искушать себя.

Мы целовались, ее руки обнимали мою шею. Я крепко прижал ее к себе, чувствуя нарастающее желание, еще чуть-чуть и я не смогу остановиться. Я оторвался от ее губ, отвел руки и отстранился.

- Аль, я могу не сдержаться, – хриплым голосом произнес я. Дракон требовал удовлетворить желание, и мне было сложно бороться одновременно и с собой и с Аль.

- Ну и что? – ее глаза подозрительно блестели.

- Так нельзя, я не должен.

Я продолжал мягко держать ее за руки, пресекая попытки снова обнять меня.

- Ты меня не хочешь? – в ее голосе прозвучала разочарование, а лицо стало обиженным и совсем детским.

- Наоборот, глупышка, слишком хочу, но это…неправильно. Ты потом будешь сожалеть, и испытывать ко мне неприязнь.

- А если я не буду испытывать неприязнь? – упрямо спросила она.

- Завтра тебе будет стыдно смотреть мне в глаза, поверь, и мне тоже.  – увещевал я - Ничего хорошего из этого не выйдет, – моя мужская натура бунтовала, требуя свое, но я крепко держал ее в узде. Аль обмякла, опустила руки и встала с моих колен.

- Я тебя обидел? Прости, но я действительно не могу, ты не представляешь, как это может все осложнить.

- Опять мой жених? – глухо спросила она, присев на противоположный край дивана и глядя в сторону.

- Нет, это бы меня не остановило. Просто для тебя будет лучше, если это произойдет по любви, а не под влиянием момента, – я постарался, чтобы мой голос звучал убедительно, ведь только мысль о том, что она невеста Каллара и удерживала меня.

- А вдруг я тебя люблю, а, Драк? – она вскочила на ноги и сжала кулачки.

- Ты меня не любишь. – устало сказал я. Встав, я обнял ее и погладил по голове. – Аль, ты еще будешь счастлива, не торопись,– я поднял ее лицо – Поверь мне, я знаю.

Она уткнулась мне в грудь и расплакалась, тихо, как ребенок, моя рубашка промокала от ее слез, и мне было невыносимо жаль эту уже взрослую, но такую маленькую девочку. Я прижался губами к волосам Алариэль, а перед глазами стояло лицо Анны.

- Что у вас тут происходит? – раздался сонный голос Эсмириль.

Аль отскочила от меня и пробормотала – Ничего, просто… просто…

Она снова разрыдалась, уже в голос. Эс бросилась к ней, наградив меня уничижительным взглядом.

- Эс, он не виноват. Это все я! – рыдала Аль.

Я вздохнул и, оставив Алариэль в надежных объятиях сестры, отправился в свою комнату. Лежа в кровати, я никак не мог успокоиться. Нереализованное желание бурлило в крови, но не звонить же посредине ночи Ларине! Я встал и пошел в душ. Тугие холодные струи успокоили меня, завалившись в кровать, я через несколько минут уснул.

Утро принесло с собой мелкий дождь за окном и хмурое, серое небо, и потому вылезать из постели не хотелось. Я слышал, как возилась на кухне Эсмириль, потом хлопнула дверь, сестра уехала в поместье. Интересно, Аль поехала с ней? Я встал и принес из кухни большую чашку кофе, снова лег в кровать и включил телевизор. Любопытно, Аль сегодня будет стыдиться вчерашнего? Мне-то стыдно не было, я ничего предосудительного в произошедшем не видел. Если бы она не была невестой Каллара и дочерью Велерона, мы бы славно провели прошлую ночь, но тут другой случай. Ничего, Аль переживет мой отказ, а мне не придется жалеть о том, что я пошел на поводу у девчонки и своих низменных желаний. Я лежал, попивая кофе и смотря новости, когда в дверь кто-то поскребся.

- Драк, ты  спишь? – раздался голос Аль.

- Нет, заходи, – откликнулся я.

Она открыла дверь и проскользнула в комнату, на ее лице было все что угодно, кроме смущения.

- Доброе утро, Аль. Как настроение?

Она присела на край кровати и теперь очень внимательно рассматривала меня, я заерзал, вчера такие взгляды закончились поцелуями.

- Все в порядке, – она продолжала рассматривать меня.

- Если ты хочешь извиниться и все такое, то можешь не трудиться, я тебя заранее прощаю.

- Извиниться? За что? – удивленно спросила она.

- Ну, за то, что ты меня вчера чуть не совратила, например.

Мы рассмеялись, и напряжение немного спало.

- Нет, мне понравилось, правда, и я бы даже не отказалась от продолжения, но ты прав, лучше если ты останешься моим другом. Вчера у меня было такое, знаешь, особенное настроение, когда плоть властвует над разумом, – она вздохнула и подвинулась чуть ближе, устраиваясь поудобней.

- Не могу поверить! Аль, ты становишься Драконом! – я действительно был удивлен, пребывая в полной уверенности, что Аль корчится от стыда и еще несколько декад не сможет на меня смотреть.

- Просто следую твоему совету относиться ко всему проще, – поддела она меня.

- О! Надеюсь,  тебе нравится? – шутливо отозвался я.

- Я только начала, у меня еще нет материала для анализа, но если это будет также как вчера вечером, то, пожалуй, мне очень понравится, – хитро улыбнулась она.

Демон, она что, специально?

- Аль, ты сильно рискуешь, – предупредил я.

- И чем же?

- Не дразни меня!

- А что случится? Тебе вчера не понравилось?

Я очнулся, когда уже прижал ее к кровати, навалился сверху и целовал совсем не как друг. Она не сопротивлялась, наоборот, обнимала меня и отвечала на поцелуи. Демон, да что же это такое! Если она не прекратит, я не смогу здесь бывать, или мне все время придется проводить в холодном душе!

- Аль, что ты вытворяешь? Зачем ты это делаешь? – прошипел я, скатываясь с нее.

- Я не знаю, Драк, это получается как-то само собой, знаешь, слово за слово. Правда, я не специально, извини! – она сидела, подтянув колени к груди и жалобно глядя на меня.

- Ты играешь с огнем, Алариэль, я не настолько терпелив, чтобы долго выносить твои заигрывания, так что лучше будет, если ты прекратишь это делать. Если ты меня доведешь, я возьму тебя независимо от твоего желания, и уверен, что тебе не понравится подобный опыт. Не провоцируй меня! – меня раздражало, что она опять с легкостью сыграла на моих инстинктах

Она опустила глаза и покраснела.

- Извини, я постараюсь, – покаянно сказала она.

- Постарайся, потому что мне нравится эта квартира, и я не хотел бы отсюда съезжать, – проворчал я.

Она улыбнулась – Ну что ты, конечно, нет! Я больше не буду.

Я встал и набил трубку, душ может подождать, но покурить необходимо. Я исподтишка посмотрел на Аль и поспешно отвел глаза, в голову лезли непристойности.

- Тебе понравилась Анна? – вдруг спросила Аль.

- Анна? И да, и нет. Она красивая, умная – это плюс, она человек – это минус.

- А что плохого в том, что она человек?

- Я не встречаюсь с человеческими женщинами, – мне был неприятен этот разговор.

- Мне вчера показалось, что между вами пробежала искра, – проницательно сказала Алариэль.

- Даже если она и пробежала, она не будет иметь никаких последствий, во всяком случае, для меня. Я не буду тратить время на отношения, – твердо сказал я, искренне веря, что так оно и будет.

- Понятно, – в ее голосе было сомнение – ты знаешь, я поняла, что не люблю Данте, да и никогда не любила. Меня очаровало лицо с экрана.  Драк, ну скажи, можно ли быть такой идиоткой?

-Не терзайся! Всякое в жизни бывает, –я удовлетворенно подумал о том, что мой план сработал - Ты с ним будешь встречаться, когда он приедет?

- Буду, я хочу окончательно убедиться в том, что он не тот, кто мне нужен, чтобы не осталось никаких сомнений. – рассудительно сказала Аль.

Я согласно кивнул  и затянулся.

- Он уедет, и я выброшу его из головы, – что ж, моя промывка мозгов не прошла даром, а ее последние несколько свиданий с парнем не будут иметь никакого значения, она уже почти потеряла к нему интерес.

Мы помолчали.

- Я хочу поближе познакомиться с Калларом, – неожиданно сказала она – во всяком случае, хочу попробовать. Ты не знаешь, он сейчас в этом мире?

Я пожал плечами – Не знаю, кажется, он в Иллари. Я узнаю у Гелана. – пообещал я.

- Узнай, пожалуйста.

Она встала и пошла к двери, уже выходя, она обернулась и сказала - Знаешь, Драк, я хотела бы, чтобы мой первый мужчина был похож на тебя.

Она выскользнула в коридор, а я от неожиданности поперхнулся дымом и закашлялся. Докурив, я встал и отправился в душ, до встречи с Анной оставалось два часа.

Войдя в кафе в назначенное время, я увидел, что Анна уже сидит за столиком на двоих, а перед ней стоит чашка с кофе. Сегодня она была одета в серую юбку и мягкий голубой свитер, цвет которого ей очень шел. На голове у нее был завязан шелковый шарф, а верхнюю часть лица закрывали большие солнцезащитные очки. Погода для очков как раз подходящая, по стеклам стекали капли дождя.

- Привет, Анна! – сказал я, подойдя к столику.

- Привет, Драк! – она подняла голову и улыбнулась.

Демон, это все усложняет, надо дать ей понять, что между нами ничего быть не может. Я сел напротив, уже предвидя неприятный разговор.

- Ты можешь снять очки? – попросил я.

- Зачем?

- Не люблю разговаривать, не видя глаз собеседника.

Она послушно сняла очки, ее глаза были красные и припухшие.

- Ты плакала?

- Нет, просто не выспалась, – она опустила взгляд – Спасибо, мы вчера так мило погуляли.

- Не за что, к сожалению,  не могу предложить тебе более разнообразную программу развлечений. Мне тоже понравилась вчерашняя прогулка, – помолчав, добавил я и тут же пожалел. Не давай ей ложных надежд, не надо обижать девочку, подумал я про себя.

- Ты знаешь, у меня сейчас странный период в жизни. Нет, с карьерой все в порядке, не знаю, просто затянувшееся плохое настроение, перепады настроения и какие-то смутные предчувствия, – извиняющимся тоном сказала она, вертя в руках очки.

Она замолчала и опустила голову, я ждал продолжения. Не знаю, может это весна так действует на девушек, у всех какие-то особенные настроения, если Анна начнет меня домогаться или плакать, я не выдержу!

- Скажи Аль, что ей лучше держаться от Данте подальше, – вдруг сказала Анна.

- Я думаю, что она уже это поняла, а я не в том положении, чтобы давать ей подобные рекомендации, – сухо отозвался я.

- Она твоя девушка? – ее голос стал напряженным.

Демон, еще этого мне не хватало, того и гляди эльфийка и женщина начнут биться за меня на кремовых пирожных!

- Нет, она не моя девушка, мы просто друзья, – твердо сказал я.

- Ты ее любишь, но не можешь с ней встречаться? - допытывалась Анна.

- Анна, я ее не люблю и не буду встречаться, – четко сказал я – Почему ты спрашиваешь?

- Не знаю, может потому, что ты мне нравишься, и меня действительно волнует это вопрос? – она смотрела мне в глаза, и я почувствовал, что все идет не так, неправильно, что я не смогу ей сказать заранее подготовленные слова о невозможности наших встреч, я не хочу их говорить, потому что это будет неправда.

- Анна, мы едва знакомы, – пробормотал я.

- Не важно, ты мне понравился еще в Лондоне, а теперь моя симпатия к тебе укрепилась, – откровенно сказала Анна.

Придется снова заводить разговор о том, что я не тот, кем  кажусь, она меня не знает и будет лучше для нее, если меня не будет в ее жизни. С резидентками в этом отношении все намного проще, они заранее знали, что между нами не может быть ничего серьезного, а если подобные мысли возникали, то мне стоило лишь напомнить о своем происхождении, чтобы все встало на свои места.  Да что за день сегодня такой! Видимо мои мысли отразились на моем лице.

- Я веду себя как дура! Мне не стоило заводить этот разговор, у тебя своя жизнь, у меня своя, может в твоей жизни уже кто-то есть, но пойми меня правильно, я здесь ненадолго и если сейчас не скажу тебе это, то потом буду сожалеть. Господи, я чувствую себя идиоткой! – она закрыла пылающее лицо руками.

- Успокойся, все в порядке, – пробормотал я.

Она помолчала и немного успокоившись, продолжила - Скажи Аль, что Данте уже полгода домогается меня и  будет ее использовать, чтобы досадить мне. Во всяком случае, ему кажется, что его внимание к ней может как-то привлечь мое внимание к нему. Я не стала говорить ей об этом, скорее всего, она бы мне не поверила. Еще в Лондоне я предупредила Аль, что он охотник, но, по-моему, она меня не услышала. Скажи ей, что как только она с ним переспит, то он тут же потеряет к ней интерес. Аль хорошая девочка, мы могли бы стать подругами, и я не хочу, чтобы она страдала от такого дерьма, как Данте. Он страшный эгоист, помешанный исключительно на себе. Наверняка, Аль попала под обаяние его героя? – насмешливо спросила она.

- Да, что-то вроде того, – согласился я.

Она кивнула - Это происходит со всеми, в этом и заключается его магнетизм. В жизни он совсем другой, в нем нет никакой возвышенности или еще чего, что он там изображает в фильмах. Он избалован женским вниманием, только берет и ничего не дает взамен. Поговори с ней, может она тебя послушает.

- Хорошо, я поговорю.

Она встала - Спасибо, Драк, я пойду. – и, развернувшись, быстро пошла к выходу. Я выбежал следом за ней, кинув на стол купюру.

- Анна, постой! – я догнал ее и схватил за  руку, развернув к себе лицом – Что происходит?

- Ничего, я сказала, что хотела, – сказала она тусклым голосом.

- Но, так же нельзя! Анна, нельзя! – я не мог ее отпустить, хотя понимал, что это был бы наилучший выход из создавшейся ситуации.

- А как можно? – она подняла глаза, и я увидел, что она плачет.

Я обнял ее и прижал к себе, снова ощутив аромат духов  и тепло ее тела.

- Пойдем, я довезу тебя до гостиницы, а то ты вся промокнешь, – я с удивлением понял, что мне пришлось приложить некоторое усилие, чтобы разжать руки.

Я посадил Анну в машину, и мы вывернули на проспект. Медленно двигаясь в потоке транспорта, я думал о случившемся. Может во мне тоже пробудился магнетизм? Сначала Аль, теперь Анна  и обеим очень трудно отказать. С Аль все понятно, у девочки бушуют гормоны, а Анна? Почему бы мне не осчастливить ее своим вниманием? Провести несколько декад вместе и разъехаться по разным городам, изредка перезваниваясь. Последние годы я только такие отношения и поддерживал, что же меня сдерживает на этот раз? Я покосился на девушку, она сидела, судорожно вцепившись в сумочку, с сухими глазами и смотрела прямо перед собой.

- Ты вчера обмолвилась, что у тебя был какой-то плохой опыт с парнями вроде  Данте, – я подумал, что мне нужно ей объяснить свое поведение – и теперь ты стараешься держаться от них подальше.

Она кивнула.

- У меня тоже был подобный опыт, ну или что-то в этом роде, в общем, я получил очень серьезную психологическую травму и с тех пор не могу общаться с женщинами, вот как-то так, – никогда даже предположить не мог, что буду говорить об этом с человеческой женщиной. Дун был первым и последним, с кем я разговаривал о своей несчастной любви.

- Ты гей? – она вопросительно посмотрела на меня.

- Кто? – не понял я.

- Гей? Тебе нравятся мужчины? – она неопределенно помахала рукой.

- Нет, конечно, нет, как ты могла такое обо мне подумать? – задохнувшись от подобного предположения, воскликнул я.

- А как тогда? Ты же молодой, привлекательный, здоровый парень, – озадаченно спросила она.

- Ну, у меня что-то вроде обета воздержания.– ляпнул я, все еще не придя в себя от ее предположения, что мне нравятся мужчины, но не объяснять же ей, что меня вполне устраивает моя подружка-вампир.

- А ты пробовал как-то лечить свою травму, ну там психоанализ или что-то в этом роде? – ее лицо приобрело сочувственное выражение.

Я вспомнил психоанализ по методу Дуна. - В нашей семье это не принято. Я уже почти в норме.

Она присвистнула и с любопытством посмотрела на меня.

- Что?

- Мне просто любопытно, что такое с тобой могла сделать та женщина?

- Она разбила мне сердце, – просто сказал я  и почувствовал, что внутри лопнула какая-то струна, которая удерживала мои воспоминания. Я отчетливо понял, что пора перестать нянчится с ними и продолжать жить дальше, оставив эту историю в прошлом, бегать от всех женщин из-за одной глупо. Не все женщины такие, как та, не каждая причиняет страдания, нельзя судить о горах по одному камню, а цепляясь за воспоминания, закрываешь себе путь дальше. Поразительно, что мне понадобилось столько лет, чтобы додуматься до такой простой мысли.

- Да, – задумчиво произнесла Анна – такое бывает, но время лечит.

- Пожалуй ты права, время лечит, но некоторые кусочки срастаются неправильно и потом беспокоят тебя, как зажившие переломы, которые ноют на погоду. Склеенная вещь не такая, как целая, – к моему удивлению, я не испытывал никаких неприятный эмоций от этого разговора. Может быть, я бы даже поведал эту историю Анне целиком, потом, если  бы, у нас была возможность познакомиться поближе. Меня охватывало незнакомое и удивительное чувство свободы от гнета моей несчастной любви. Наконец воспоминания отпустили меня, оставшись в прошлом, перестав влиять на мою настоящую жизнь, теперь я был уверен, что действительно переболел любовью.

Мы подъехали к гостинице.

- Друзья? – я протянул ей руку.

- Друзья! – она пожала мою руку, ее ладонь была теплая, а рукопожатие крепким – Приглашение в клуб в увольнительную парня твоей сестры остается в силе?

- Конечно, я позвоню через пару дней, – я не отпускал ее руку, глядя в ее темные глаза, и думая о том что, скорее всего, наша следующая встреча станет последней.

- Пока, Драк! – она отняла ладошку и открыла дверь.

- До встречи, Анна! – я некоторое время сидел, глядя Анне вслед, не осознавая, что прижимаю ладонь, которая еще хранила тепло ее руки, к своим губам, пока не услышал сзади деликатный гудок автомобиля, которому я загораживал выезд на проспект.

Я ехал на работу с легким сердцем,  словно отдал какие-то долги или освободился от привычного груза. Спасибо, Анна, даже если мы больше  никогда не встретимся, я тебя никогда не забуду. Настроение мое стремительно улучшалось. Не доехав до офиса, я развернулся в противоположную сторону, достал сотовый телефон и набрал номер Ларины.

Глава 31 Старк

Весс несколько раз заводил разговор о том, что я слишком много времени провожу с Драконами, вернее с Эсмириль. Он предупреждал, что это может закончиться неприятностями. Он видел, что я к ней неравнодушен, но и предположить не мог, что меня угораздит в нее влюбиться. Да я и сам о таком и подумать не мог. Ну почему это произошло именно со мной? Почему я полюбил девушку, которой на меня плевать? Эта любовь заставляет сердце плакать кровавыми слезами, и ни один доктор во всех мирах не сможет избавить меня от страданий. Как мне жить дальше?  Вопрос, который я задавал себе сотню раз и на который не было ответа.  Я шел по улице и думал об Эсмириль, она такая красивая, она такая… такая, самая лучшая, но она меня не любит и никогда не будет моей. В кафе она чуть было не превратилась в дракона и все из-за меня, лучше бы перевоплотилась и разодрала на части. Вампирам любовь противопоказана, а уж тем более несчастная. Ну, почему? Что со мной не так? Почему она не хочет быть моей? Я вспомнил свою недавнюю поездку домой, как мечтал и надеялся, что она скажет «да». Нет, я не надеялся, а был почти уверен, что Эсмириль согласится и возвращался к своей девушке. Я специально вернулся пораньше, потому что соскучился по ней, не мог дождаться, когда ее увижу. И что? Оказывается, она путешествовала! Конечно, с моей стороны глупо было бы думать, что она будет сидеть у окна и ждать меня, но путешествие? Зачем они ездили в Лондон? Я припомнил, что недавно Ларина рассказывала что-то о заграничной поездке. Так- так, это совпадение или они ездили вместе?

Наконец-то, у меня появилась хоть какая-то цель, я бросился к своей машине. Через три четверти часа я уже стоял в приемной Весса.  - Старк, что с тобой случилось? Что у тебя с лицом? – с тревогой спросила Ларина, когда я вошел и сел на кушетку.

- А что у меня с лицом?

- Ты бледный, как смерть! Ты себя хорошо чувствуешь?

- Нет, я себя нехорошо чувствую, – с голосом у меня тоже что-то произошло, он звучал слишком хрипло, непривычно.

- Позвать кого-нибудь из докторов? – она подняла трубку внутреннего телефона.

- Не надо. Они мне не помогут, – я отрицательно качнул головой.

- Что случилось? – она выглядела испуганной.

- Я виделся с Эсмириль, – глухо произнес я.

По лицу Ларины пробежала тень, и она отвела глаза.

- Ты догадываешься, что она мне сказала? – спросил я, поняв, что Ларина все знает.

Она кивнула и вдруг заорала - Я тебе говорила, Старк, что это добром не кончится! Тебе надо было понять, что она не будет с тобой встречаться еще зимой. Она же сказала тебе! Сказала?

- Сказала, – согласился я – Ларина, меня к ней тянет, я не могу с этим ничего поделать. Если я бываю в городе и просто задумаюсь, то в себя прихожу перед ее домом. Ты понимаешь? Это происходит на каком-то инстинктивном уровне!

- Ларина, у тебя все в порядке? – в дверь заглянул один из докторов, подозрительно покосившись на меня.

- Все нормально! – раздраженно отозвалась Ларина, доктор кивнул и закрыл дверь.

-Весс тебя предупреждал! – яростно прошипела она – Я тебя предупреждала! Но ты нас не послушал. Конечно, у тебя своя голова на плечах. Вот и думай теперь сам своей светлой головой, что делать. Надо было оставить все, как есть, еще в начале зимы, или вообще отцепиться от этих Драконов!

Тут я понял, что дело не только в Эс, и Ларина злится не только на меня.

- Вы с Драком расстались? – спросил я, прищурив глаза и пропустив ее тираду мимо ушей.

Она метнула на меня яростный взгляд.

-А, Ларина? – настаивал я.

-Не расстались, но толком и не встречаемся, только секс и все реже и реже. Мне кажется, что у него появилась другая, – ее плечи поникли, и мне показалось, что Ларина сейчас расплачется.

- Драконы все такие или нам попались особенные экземпляры? – во мне крепла уверенность, что нас с Лариной просто-напросто использовали и безжалостно избавились, как только мы стали причинять слишком много хлопот.

- Я знаю только их, мне не с кем сравнить, – тихо сказала она.

Тут меня осенило  - Ларина, а ты случайно не влюбилась в Драка?

Она испуганно вскинула глаза и энергично потрясла головой  - Нет, что ты! Мне с ним было хорошо. Это была самая классная зима в моей жизни, он такой веселый, горячий, настоящий Дракон, после него наши мальчики кажутся кусочками льда из морозилки. Я теперь тоскую по этим временам. И еще, мне кажется, что я его ревную, - она нервно усмехнулась, стесняясь своего признания.

- Как можно ревновать того, кого не любишь? – удивился я, в глубине сердца радуясь, что приехал сюда, Ларина словно разделила со мной мою боль, мне становилось немного легче от мысли, что не одному мне плохо.

- Видимо, можно. Как будто кто-то пользуется моей собственностью и мне не нравится, что кто-то получает такие же эмоции, как я этой зимой, – наконец, сформулировала она.

- Ясно. А я думал, мы теперь вместе будем страдать, – мне казалось, что если бы Ларина тоже влюбилась в Драка, то мне было бы не так больно. Ларина вышла из-за стола, подошла и сочувственно потрепала меня по руке.

Мне не пришлось почувствовать Дракона, Эсмириль не подарила мне самую замечательную зиму в моей жизни, воспоминания о которой я мог бы хранить в памяти. Как только я об этом подумал, сердце тут же болезненно заныло.

- Старк, все обойдется, оно отпустит со временем, – попыталась утешить меня Ларина.

- Да, наверное. – глухо отозвался я, настроение стремительно портилось, Ларина не разделила мою беду, только разбередила рану еще сильнее –Пойду я, наверное, домой, у меня сегодня был тяжелый день. Кстати, а с кем ты ездила в Лондон?

- Да с ними же и ездила, – сказала она и отвела глаза.

- Понравилось?

Она неопределенно помахала рукой – В общем и целом нормально. Ладно, Старк, иди домой, мне работать надо.

Я вышел на свежий воздух и понял, что дома мне будет еще хуже. Чем бы заняться? Я решил покататься по городу. Медленно двигаясь к центру, я размышлял о том, что же будет дальше. В глубине души еще тлела надежда, что мы с Эс все-таки будем вместе, но я не позволял этому чувству перерасти в уверенность. Мне дважды дали ясно понять, что во мне видят только друга, причем последний раз более, чем ясно. Я получил категоричный и окончательный отказ, а после того, что произошло в кафе, Эсмириль вряд ли захочет со мной даже дружить. Чем я ей не угодил? Тем, что я инкар? У нас есть расовые различия, но когда она в человеческой ипостаси, то особой  разницы нет. Наверное, все дело в происхождении, конечно, она ведь единственная дочь Повелителя Драконов, а кто я?  По знатности наш клан их в подметки не годится, а многие из Драконов до сих пор считают нас вассалами и обращаются соответственно. Я, правда, никогда не замечал, чтобы Драк или та же Эсмириль каким-то образом показывали наше неравенство, но одно дело дружить, а другое любить. Во мне начало закипать раздражение, на себя, на нее, на сословные предрассудки, на жизненные обстоятельства, которые никто не в силах изменить. Я вспомнил наш поход в кино этой зимой. Обычно человеческие фильмы про вампиров меня раздражают, и я их не смотрю, этот же оставил след в сердце. Именно там я намекнул Эсмириль о своих чувствах, именно тогда, глядя на экран, я и понял, что люблю ее. В тот же вечер после сеанса к ней подошел парень, ее спаситель, и тогда я узнал, что такое настоящая ревность, именно в тот момент, когда он наклонился и поцеловал ее. Меня передернуло от воспоминаний. Он не может быть ее избранником. Или может?

Глубоко задумавшись, я не заметил, как снова очутился перед заветным домом. Очнувшись от своих тягостных мыслей, я поднял голову и посмотрел на знакомые окна. Мне стало горько от того, что мне больше не подняться на лифте, чтобы просто быть рядом с Эсмириль, слушать ее голос, ощущать ее тепло, смотреть, как она двигается или курит трубку. Именно в эту минуту надежда на ее взаимность окончательно умерла, я отчетливо понял, что вместе нам никогда не быть. Драконы продолжили идти своей дорогой, отпихнув к обочине ставшего ненужным инкара, и уж подавно их не разжалобить страданиями. Я резко вырулил на улицу, вызвав истерические гудки, и поехал домой. Поднявшись в квартиру, я наглотался снотворного и уснул мертвым сном без сновидений.

Прошло несколько дней, а я продолжал жить, как во сне. Вставал утром, умывался, чистил зубы, ел, ходил на работу, с кем-то разговаривал, что-то делал. Те дни не отложились в памяти. Единственное, что я запомнил – это боль, каждую минуту, день и ночь, отчаяние и невыносимую тоску. Я каждый вечер бездумно ездил по городу, чтобы не возвращаться домой, а ночь для меня теперь начиналась с горсти снотворного. Новый день был похож на предыдущий, как брат-близнец, превращаясь в такую же безотрадную ночь. Сердце разъедало отчаяние, боль, тоска, ревность то вместе, то попеременно. В те дни мне следовало обратиться к Вессу или к кому-нибудь из инкаров постарше, объяснить ситуацию, попросить о помощи, меня бы отправили домой или дали какие-нибудь успокоительные снадобья, но я был не в состоянии додуматься до этого самостоятельно, а резиденты-инкары не замечали моего состояния или делали вид, что не замечают. Даже Ларина ни разу не позвонила мне и не поинтересовалась моим самочувствием. Я был предоставлен сам себе, оставаясь в многомиллионном городе наедине со своим разбитым сердцем.

В тот вечер я снова привычно припарковался у заветного дома и тоскливо смотрел на освещенные окна, вспоминая Эс и время, проведенное с ней, как вдруг увидел ее, выходящей из подъезда с каким-то парнем, они держались за руки и о чем-то оживленно беседовали. Мое сердце провалилось куда-то вниз, потом подпрыгнуло к горлу, словно пытаясь выскочить наружу, мне стало трудно дышать, я хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, а в глазах все плыло. Эсмириль и парень сели в ярко-красную машину и выехали на проспект, я автоматически последовал за ними, не соображая, что буду делать, если они меня заметят. Машина петляла по улицам, видимо, они никуда не спешили, что позволило мне не упустить их из виду, даже в том жалком состоянии, в котором я находился. Автомобиль, наконец,  остановился в тихом районе города возле двухэтажного дома. Эсмириль и ее спутник вышли из машины, поднялись на крыльцо, и через некоторое время в окне на первом этаже зажегся свет. Я сидел, вцепившись в руль так, что у меня побелели костяшки пальцев, кровь стучала в висках, а затылок наливался пульсирующей болью, как от нехватки ликка[12]. Через некоторое время какая-то сила вытолкнула меня из машины и повлекла к дому. Я, присев, чтобы не привлекать внимания случайных прохожих, прокрался к освещенному окну и заглянул внутрь. То, что я увидел, пригвоздило меня к месту, горло перехватило судорогой так, что я не мог вдохнуть. Уже не таясь, я встал в полный рост. Они занимались любовью. Я видел Эсмириль, почти мою Эсмириль, в объятиях другого. Она была обнажена, волосы распущены, мужские руки скользили по ее спине и поднимали ее в такт его движениям. Я не видел ничего кроме нее и его рук, и не мог отвести взгляд, каждое их движение причиняло такую боль, словно мне в грудь, раз за разом, втыкали нож. Они двигались все быстрее и быстрее, и наконец, Эсмириль выгнулась дугой, а потом обессилено обняла мужчину и склонила голову ему на плечо, он прижал ее к себе и я увидел его лицо. Это был тот парень, ее спаситель! Все мысли разом вылетели из головы, кроме одной, на его месте должен быть я, а потом тело скрутила страшная судорога, свалившая меня на землю. Если бы у меня хватало  воздуха, я бы выл, но горло перехватило, словно стальными тисками и я не мог выдавить из себя ни звука. Меня вырвало, а потом снова скрутило. Я не знаю, сколько времени  пролежал на земле под тем окном, час или минуту, но постепенно я пришел в себя, с трудом встал на ноги, держась одной рукой за стену дома, а вторую прижав к груди в том месте, где билось мое многострадальное, истерзанное сердце. В окно я больше не смотрел. Инстинкт гнал меня прочь от этого дома, он кричал, что надо уходить, иначе мне конец. Шатаясь как пьяный, я брел по улице, не понимая, куда иду и зачем, забыв о своей машине, не разбирая дороги и не видя ничего вокруг. В голове звенело, перед глазами плыли цветные круги, меня мутило, думать о чем-то я не мог.

- Эй, красавчик! – я услышал чей-то хриплый голос и с удивлением понял, что он обращается ко мне – Да, ты, милый!

Я обернулся. Меня окликнула какая-то шлюха, она стояла под фонарем, который освещал ее кричащий наряд и безвкусный макияж. Медленно оглядевшись, я понял, что забрел на Страйт, даже не заметив этого.

- Хочешь весело провести время? Ну же, давай, милый, не стесняйся!- женщина смотрела на меня. Я чувствовал, как во мне зарождается злоба, на проститутку, на Эсмириль, на ее парня, на весь мир за то, что он отвернулся от меня. Я подошел к женщине и схватил ее за руку.

- Эй, потише, красавчик, сначала гони монету, – свет раскачивающегося фонаря на миг ярко осветил ее лицо, больше похожее на отвратительную маску, но мне было плевать.

Я, не глядя, вытащил из кармана деньги и сунул ей в руку, проститутка пересчитала их и положила в карман, потом улыбнулась щербатым ртом и потянула меня за руку к ближайшему дому. Она привела меня в грязную, убогую комнатенку, и скинула с себя платье, обнажив уродливое тело с отвисшими грудями и круглым животом, которое вызывало лишь отвращение и чувство гадливости, а перед глазами стояла Эсмириль и ее парень в рамке освещенного окна, молодое, упругое тело и мужские  руки, скользящие по обнаженной спине. Голову снова сжали раскаленные стальные тиски, а в глазах все поплыло от наворачивающихся слез.

- Как тебя зовут?  - чужим голосом спросил я.

- А как ты хочешь, чтобы меня звали? – игриво спросила проститутка и улеглась на кровать, призывно похлопав по матрасу рядом с собой.

-Эсмириль! – прохрипел я и накинулся на нее.

Через час я оставил женщину, лежащей на кровати, оделся и, не оборачиваясь, вышел на улицу. В глазах все расплывалось, голова раскалывалась на части, я чувствовал себя грязным и опустошенным, сердце мучительно ныло, хотелось пойти и застрелиться, чтобы, наконец, прекратить эти мучения. Выйдя на улицу, я повернул направо и пошел посередине проезжей части, как мне казалось в сторону дома.

- Нелегко тебе, брат! – не пройдя и десяти ярдов, я услышал спокойный мужской голос у себя за спиной. Голова все еще работала плохо, и я снова не понял, что обращаются ко мне. Медленно обернувшись, я сфокусировал зрение, передо мной стоял незнакомый парень довольно высокий и худой, с темными, гладко зачесанными назад волосами, бледным лицом, на котором выделялись большие глаза угольно-черного цвета. Он был одет во все черное. Парень опирался плечом о стену и, скрестив руки на груди, смотрел на меня, криво улыбаясь. Я молчал и выжидательно смотрел на него.

- Непросто видеть свою девушку с другим, а? – сочувственно спросил он.

Я вздрогнул, будто он воткнул в меня нож.

- Кто ты? – я, наконец, разлепил губы.

- Я? Мое имя тебе ни о чем не скажет, брат, но я  хочу тебе помочь. – он неуловимым движением оттолкнулся от стены, и как-то сразу оказался рядом со мной. Он посмотрел вниз, на мои руки и произнес – Шлюху убивать не стоило, – в его голосе была простая констатация факта, ни осуждения, ни угрозы, ни насмешки. Я опустил  глаза вниз, мои руки были в крови, пятна крови виднелись на рукавах рубашки и брюках.

- Не переживай, брат, это всего лишь человеческая шлюха, если хочешь, можешь убить еще нескольких, только это вряд ли поможет твоему горю, – он говорил очень спокойно, словно убийство человека было чем-то обыденным, как прием ликка.

Меня согнуло пополам, пустой желудок сводило спазмами. Он поддержал меня, чтобы я не свалился на землю. Меня вырвало, когда спазмы в желудке прекратились, я обессиленно опустился на грязный тротуар и вытер рот рукавом. Парень стоял рядом.

- Кто ты? – снова повторил я.

- Я Коул, – представился он – но какая тебе разница?

Разницы не было никакой, я его не знал.

- Что тебе от меня надо? – не поднимая головы, спросил я.

- Хочу помочь.

- Зачем?

- Затем, что нечасто увидишь инкара в таком состоянии, – он присел рядом со мной и заглянул в лицо.

- Откуда ты знаешь? – длинные фразы мне все еще не давались, но он понял, о чем я спрашиваю.

- Потому что я сам инкар, – он широко улыбнулся, обнажая характерные резцы и клыки, которые резиденты обычно скрывали за мороком.

Будь я в нормальном состоянии, то почувствовал бы соплеменника, сейчас же не был уверен, что в состоянии подняться на ноги и самостоятельно добраться до дома.

- Пойдем, нечего тут сидеть! – он легко поднялся и протянул руку, чтобы помочь мне встать.

- Я ее правда убил? – не двигаясь с места, спросил я.

- Да, – просто сказал он – давненько не видел, чтобы так убивали. Я тебе все расскажу потом, ты сейчас не в том состоянии, чтобы слушать. Вставай, пора уходить.

Я протянул ему руку, и он легко поставил меня на ноги.

- Куда мы идем?  - я едва переставлял ноги вслед за Коулом, который уводил меня вглубь Страйта.

- Ко мне, тебе надо привести себя в порядок, брат – он оглянулся.

- Меня зовут Старк. – просипел я.

- Я знаю, брат.

Мы молча шли по Страйту, вокруг не было видно ни одного человека, словно весь район вымер.

- А где люди? – мне было все равно, но абсолютно пустые улицы и темные дома выглядели жутковато.

- А зачем они тебе? Ты голоден? – Коул искоса посмотрел на меня и нехорошо ухмыльнулся.

Я непроизвольно остановился, сквозь тошнотворную муть в сознание проник смысл сказанного.

- Что? – засмеялся он  - Я пошутил! Нет тут никого, никто здесь не живет. Идем.

Через четверть часа мы зашли в грязный дом и поднялись наверх по скрипучей лестнице.

- Ванная налево. Снимай свое барахло. – Коул остановился в длинном коридоре.

Я покорно разделся догола и протянул ему свою испачканную кровью одежду. Он подтолкнул меня к нужной двери.

Стоя под душем, намыливая себя в десятый раз, я все равно чувствовал себя грязным, мне казалось, что вода все еще красная от крови, а грязь не смывается, а просто размазывается по телу. Воспоминания об Эсмириль и ее спасителе в освещенном окне снова скрутили тело судорогой. Я упал на дно ванной и выл от невыносимой боли в груди, не в силах ни  встать, ни разогнуться. Спустя какое-то время мне стало легче, ровно настолько, чтобы  я смог выбраться из ванной, обтереться и выйти наружу.

Коридор был пуст, я заглянул в ближайшую комнату и увидел Коула, он сидел в продавленном кресле и что-то наигрывал на потрепанной гитаре, на стуле лежала чистая одежда. Я молча оделся и присел на освободившийся стул. Коул пощипывал струны, без четкого ритма и мелодии и этот набор звуков неожиданно успокоил меня и вернул в реальность. Я присматривался к своему новому знакомому, обыкновенный инкар, похоже, с севера, судя по выговору,  бледный, худой и высокий, я никогда его раньше не видел, но ведь я и не знаком со всеми резидентами. Будто услышав мои мысли, он отложил гитару и внимательно посмотрел на меня.

- Тяжело, брат, когда тебя не любят? – на лбу Коула появилась морщинка, а лицо приобрело сочувственное выражение.

- Что ты об этом знаешь?  - хрипло спросил я, с ненавистью глядя на вампира.

- Я много чего знаю и, поверь, ты не единственный, кто через это прошел, – ответил мой новый друг, не обращая внимания на мою грубость.

- Ты тоже? – мне казалось, что такую боль никто не в силах вытерпеть и остаться в живых.

Он кивнул.

- И как? Как ты справился? – может быть, у него есть лекарство или он знает какое-нибудь заклятье, ведь он выжил и выглядит нормальным, может он знает способ избавиться от этого кошмара.

Он помолчал, и в упор уставился на меня своими черными глазами - Я мстил.

- Мстил? Кому? – невпопад спросил я, рассчитывая на другой ответ.

- Всем, кто был виноват в том, что со мной случилось, – его лицо исказилось гримасой, как от сильной боли.

Я пришел в ужас от мысли, что мне придется мстить Эсмириль.

- Нет, нет, нет, – я замотал головой – она не должна пострадать.

- Брат, не надо воспринимать мои слова буквально, – криво усмехнулся Коул  - Месть это блюдо, которое подают холодным. Расскажи подробно, что у тебя случилось, и мы вместе подумаем, кто виноват.

Я рассказал первому встречному  обо всем. Об Эсмириль, об ее парне, о Драке, о Ларине, о том, что произошло в моей жизни за последние несколько лун, о моих чувствах, сомнениях, моем одиночестве и моей невыносимой боли, о том, что я не знаю, как мне жить с черной дырой в груди. Он внимательно выслушал меня, не перебивая и не задавая лишних вопросов, позволил мне вылить на него свое горе, а когда я закончил, то почувствовал, что мне стало немного легче. После окончания моей исповеди Коул  некоторое время задумчиво смотрел на меня, потом встал и подошел к грязному окну, глядя на темную улицу.

- Знаешь, брат, в чем твоя проблема? – повернувшись к окну спиной, спросил Коул, я отрицательно качнул головой - Я тебе скажу, ты сделал щедрый подарок той, которая его  не способна оценить. Драконы, тем более Тули, слишком высокомерны, чтобы снизойти до какого-то инкара, они кичатся своим происхождением и знатностью клана. Ты попал в слишком высокое для тебя общество и получил закономерный результат. Кто ты для них? Худородный инкар, не более. Один из многих. Грязь под ногами. Когда надо тебя позвали, когда не надо выбросили, как ненужную вещь. Ты им не ровня, также как и твоя подружка Ларина. Весс был прав, когда советовал тебе держаться от них подальше, не потому что ты мог влюбиться в эту девчонку, а потому, что он знает Тули дольше и лучше тебя. Он хотел оградить тебя от разочарования.

Коул озвучил то, о чем я думал в последние несколько дней. Я вспомнил, что говорила о Драке Ларина в нашу последнюю встречу в клинике. Ему надо он появляется, не надо – исчезает. Он ее использует, как дешевую шлюху для удовлетворения своей похоти! А Эсмириль использовала меня, просто так, для собственного удовольствия, чтобы ей не было скучно, чтобы было с кем сходить погулять или послать за булочками к завтраку! Злость на нее и ее семью заливала мою душу раскаленным свинцом, накатывалась черной волной, билась в ребра, рвала внутренности и выворачивала наизнанку.

- Они всегда получают, что хотят, не жалеют никого, ведь они Драконы! –Коул между тем продолжал развивать свою мысль - Знаешь, сколько инкаров они истребили, без жалости и сострадания, женщин, стариков и детей? Сколько умерло под пытками? Сколько было осуждено на казнь только потому, что они посмели пойти против воли всесильных Драконов? Что им ты со своей любовью? Так, эпизод, который забудется через несколько дней! Готов поспорить на что угодно, что твоя возлюбленная не вспомнит твое имя через несколько лун, а при встрече не узнает. Эти Драконы должны заплатить нам за все! – его ноздри раздулись, а меня даже в моем почти невменяемом состоянии ошарашили его слова. В Волларе ни один инкар не осмелился бы высказать вслух подобную крамолу, Драконы были нашими соседями, могущественными, опасными и действительно всесильными. В прошлом мы часто воевали друг с другом, и победа далеко не всегда была на нашей стороне, вернее сказать, победы инкаров можно было пересчитать по пальцам и доставались они такой кровью, что их и победами-то назвать было сложно. В те времена  Драконами матери пугали непослушных детей, да и сейчас в глубинке мало что изменилось, наши соседи вызывают инстинктивный ужас, хоть уже много лет не заливают кровью целые провинции. Пять веков назад, когда количество инкаров сократилось наполовину, старейшины договорились с правящим тогда Повелителем Драконов о вечном мире на кабальных условиях для инкаров, и с кровопролитием было покончено. Со временем Воллара выторговала независимость, в обмен на огромный кусок территории и унизительную ежегодную дань, в обмен на которую Драконы приглядывали за нашими границами и творили свое правосудие за пределами Воллары. Постепенно страна возрождалась, вампиры торговали с соседями, строили корабли, а Драконы по-соседски помогали отражать атаки кочевников на южной и восточной границах. Любое оскорбление Дракона, прямое или косвенное, строго наказывалось, старейшины следили за соблюдением мирных договоренностей, как коршуны, и инкары предпочитали вообще не говорить о грозных соседях, если хороших слов для них не находилось.

- С ними пора начать войну, они должны знать свое место в мирах! – Коул решительно рубанул рукой по воздуху

- Откуда ты? – я едва двигал губами, догадываясь, какой ответ услышу.

- Я из пятого мира и мы собираемся их всех поставить на место, эльфов, Драконов, оборотней, если в их тупые головы придет  мысль нам помешать. Мы хотим восстановить справедливость, – его глаза пылали, а на щеках появились темные пятна, передо мной стоял бунтарь, воин, который готов посвятить великой цели всю свою жизнь и умереть за идею.

Коул был отщепенцем. Аксиома о том, что они плохие вдалбливалась с детства и была вплавлена в сознание. Отщепенцы - зло! Будь я в обычном состоянии, то наверняка сбежал бы из этого дома подальше, но Коул был единственным инкаром, который мне сочувствовал и дал дельный совет, поэтому я остался. Я знал, что не уйду, потому что в глубине сердце, в самом потаенном его уголке, я был с ним согласен.

- Ты думаешь, что жители пятого мира плохие? Отщепенцы или как там нас называют в других мирах? – горько усмехнулся Коул – Что ты о нас знаешь, брат? Почему они нас зовут отщепенцами? Знаешь?

Я помотал головой.

- Я тебе объясню, брат, мы стали отщепенцами потому, что боролись против них, против их власти и законов, мы пытались изменить существующее положение, но нас было слишком мало. За наше несогласие правители миров объявляли нас преступниками, пытали, судили и вышвыривали в пятый мир без права возвращения, разлучали с семьями, с друзьями, со всем, что мы любили. Мы им мешали, они не желали делить власть, им были не нужны перемены. Все эти повелители, старейшины и лучезарные  придумали законы, чтобы сохранить свою власть и все, кто отказывался им подчиняться, попадал в пятый мир и становился отщепенцем. Мы живем там все вместе, инкары, эльфы, оборотни, даже Драконы иначе нам не выжить  и теперь пришло время борьбы. Мы не намерены больше терпеть, что нас уничтожают даже в нашем собственном мире! – его голос сорвался на крик. Коул лихорадочно оглядел комнату, провел по рту тыльной стороной руки и криво улыбнулся, перехватив мой взгляд

Несколько минут он молчал, о чем-то напряженно раздумывая, а когда я решил, что он ничего больше не скажет, Коул неожиданно поведал историю свой любви – Много лет назад мне довелось пожить в первом мире, я  начинал дипломатическую карьеру в посольстве Воллары и мне прочили большое будущее. В мои обязанности входило сопровождение посла на все официальные мероприятия, и я часто бывал при королевском дворе, где увидел и полюбил эльфийскую принцессу. Она не подозревала о моих чувствах и не выделяла меня из толпы ее воздыхателей, она была прекрасна, как богиня, и столь же холодна и недосягаема. Ради нее я был готов вырвать сердце из груди и поднести его ей на блюде, но она даже не знала моего имени. Я не мог не быть с ней рядом, каждая минута без любимой была мучением, пыткой, сводящей с ума, любовь сжигала мое сердце и с каждым днем становилась все сильней и мучительней. Моя служба в первом мире подходила к концу, но я не мог уехать, не поговорив с принцессой. Проникнуть во дворец было практически невозможно, но я нашел способ это сделать.  Прекрасная эльфийка была в своих покоях одна и очень удивилась, увидев меня, по ее глазам я понял, что она меня не помнит. Я упал перед ней на колени и признался в любви, – он снова надолго замолчал, я, затаив дыхание, ждал продолжения - Она выгнала меня вон, сказав, что я смешон, ей было противно смотреть, как я ползаю у нее в ногах и рыдаю от любви. Конечно, она меня не любила и никогда бы не стала моей, только я не мог жить без нее. Эльфийка рассказала обо всем своему брату и отцу, они в свою очередь сделали все, чтобы избавиться от меня. Я спрятался в городе, ведь если бы я вернулся в посольство, меня немедленно отправили бы назад в Воллару. Стражникам был отдан приказ поймать меня и заточить в подземелье, мою возлюбленную берегли, как сокровищницу цвергов, я не мог увидеть ее даже издали. Не в силах терпеть разлуку, я продолжал бороться за свою любовь. Ценой невероятных усилий, хитрости и жизней двух стражников мне удалось пробраться ночью в ее покои, но ее не было в комнате. Это была ловушка,  меня схватили и осудили на изгнание в пятый мир. Ты теперь сам знаешь, что инкарам любовь противопоказана, я начал сходить с ума от мысли, что больше никогда не увижу любимую. Был суд, на который меня даже не привели, а старейшина нашего клана без колебаний признал приговор эльфов. После оглашения моего приговора в темницу явился маг, чтобы наложить на меня заклятие покорности перед отправкой в пятый мир, но любовь изменила меня настолько, что оно не подействовало. Не ожидая сопротивления, ко мне не приставили надежную охрану, после заклятия она не требовалась, до портала меня сопровождали лишь стражники-инкары. Я их убил голыми руками и сбежал во второй мир, добрался до Воллары, рассчитывая отсидеться в землях моего клана, но родственники отвернулись от меня, отказавшись дать убежище. Они предпочли предать меня, чтобы избежать худшей участи - встречи с Драконами.  – Коул расширившимися глазами смотрел сквозь меня, вспоминая произошедшее много лет назад, а я слушал его, не смея дышать, словно наяву видя прекрасную эльфийку, стражу, суровые лица его родных и загнанного в угол влюбленного инкара.

Коул моргнул и  сник, голос его звучал глухо - Эльфы попросили Драконов разобраться со мной, эти выродки Тули выслали карательный отряд. Я был изгнанником, никто не захотел помочь мне, у меня не было шансов спастись, единственное, что я мог сделать – это оттянуть момент смерти.

Он горько усмехнулся и продолжил – Драконы долго гонялись за мной по второму миру, я прятался в лесах, уходя от погони, но мне не удалось от них скрыться. Они обложили меня, как зверя на охоте, ведь Драконы очень любят охотиться на разумную дичь. Когда я понял, что попал в ловушку, то решил дорого продать свою жизнь, но у Драконов был другой план, они не собирались со мной воевать, -  лицо Коула исказила гримаса – Они окружили меня и попытались взять живьем, я отбивался, как демон, одного из них мне удалось убить, нескольких ранить.  Тогда один из Драконов, их вожак, перевоплотился и дохнул в меня огнем, но не для того, чтобы убить, а чтобы искалечить. Они бросили меня там, в лесу, обожженного, почти мертвого. Мои шансы выжить были равны нулю, Драконы даже не стали меня добивать. К счастью или к несчастью, поблизости оказался один из отщепенцев, который тайно проник во второй мир, он и спас меня. Когда меня переправили в пятый мир, у меня не было кожи. Наши лекари три луны боролись за мою жизнь и лишь два из десяти верили, что я выживу. Потом еще десять лун меня лечили. Каждая секунда этого самого страшного в моей жизни года была наполнена невыносимой болью. Cколько раз я проклинал своего спасителя и просил убить меня, потому что у меня не было сил терпеть эту пытку, сколько раз они насильно заставляли меня жить дальше! Время шло, мои раны заживали, лекари, как могли, подправили  мое тело и сделали новое лицо, и я расхотел умирать.  В моей жизни появился смысл, великая цель, ради которой стоило жить. С тех пор во мне живет только ненависть и месть стала смыслом моей жизни, моя любовь сгорела в пламени того Дракона, – он замолчал и отвернулся.

Я подавленно молчал, мне довелось услышать историю, о которой вряд ли кто знал. Наши старейшины всегда заботились о своем народе, предпочитая пожертвовать одним, ради благополучия многих и зорко следя, чтобы подобные истории не будоражили умы инкаров. Главный герой этой трагедии стоял передо мной, и у меня не было сомнений в том, что все происходило именно так, как он рассказал.

Коул долго молчал, потом снова заговорил. - Я не единственный, кто готов воевать против них, у каждого из нас свои счеты с мирами. Они не оставляют нас в покое даже в пятом мире, присылают туда отряды карателей и мы вынуждены все время воевать.

- Вы представляете опасность, – хрипло прошептал я.

Коул расхохотался - Конечно, брат, мы опасны, потому что мы идем против их власти и законов. Они не могут уничтожить нас в своих мирах, так как наши преступления не дотягивают до смертной казни, но убивают нас в пятом мире, обвиняя в том, что мы поднимаем бунты и пытаемся вернуться назад.

Он прошелся по комнате.

- Брат, тебе повезло, что твоя девушка не стала вовлекать в ваши отношения свою семью, иначе это могло бы закончиться для тебя очень печально. Уверяю, ты бы познакомился со мной в любом случае, не здесь так в пятом мире, уж они бы нашли способ отправить тебя к нам.

Его слова не укладывались в сознании, я не усмотрел явной лжи в словах Коула, но и отказываться так просто от своих представлений не собирался. С одной стороны мы жили в современном, цивилизованном мире, но древние законы наших миров соблюдались неукоснительно. Существовал пятый мир, существовали отщепенцы и отряды зачисток, в пятом мире постоянно происходили какие-то локальные конфликты. Разговаривать про пятый мир и его обитателей  считалось неприличным, поэтому никто толком не знал, что там происходит, да и никому, по большому счету, это не было интересно. Мне же довелось услышать историю, так сказать, с другой стороны.

Коул наблюдал за мыслительным процессом на моем лице, потом сел в кресло и снова взял гитару. Взяв несколько аккордов, он сказал - Из-за нее ты сегодня убил человека и даже не заметил этого, тебя за это накажут.

- Что мне делать? – ужас от содеянного накрыл меня ледяной волной, ведь в третьем мире законы соблюдались еще строже. Мертвую шлюху скоро обнаружат, полиция начнет искать убийцу и выйдет на меня.

- Пока отсидишься здесь, тебе нельзя домой, – два мягких, печальных аккорда.

Я согласно кивнул и мы замолчали. Чем больше я думал о случившемся, тем сильнее злился на Эсмириль, ведь все, что случилось со мной, произошло по ее вине. Она причина всех моих бед, ее высокомерность и заносчивость, ее происхождение за которым она пряталась как за каменной стеной. Перед глазами стояло ее перекошенное от ярости лицо во время нашего последнего разговора в кафе. Она была готова меня убить, только потому, что я имел наглость влюбиться в нее. Я скрипнул зубами. Пусть бы она не любила меня, так как я ее, моей любви хватило бы на двоих, но она предпочла мне человека! Человека! Как же я ее ненавижу за все, что она со мной сделала, за поломанную жизнь, за разбитое сердце и черную дыру в груди, за изменения, которые произошли во мне из-за этой треклятой  любви. И как я ее люблю, только за то, что она живет на этом свете. За одну ее улыбку, за взгляд, за поцелуй, я готов простить ей все, готов вырвать свое сердце и поднести ей его на блюде.

Коул поглядывал на меня, но в основном смотрел на струны гитары, меня переполняла благодарность к этому мрачному отщепенцу, он поддержал меня, единственный в этом городе. Он такой же, как я, Коул знает, что такое несчастная любовь и сможет помочь мне.

Я остался в этом странном, грязном доме в самом сердце Страйта, потому что мне некуда было идти. Коул  не разрешал мне выходить на улицу, да мне и не хотелось, все свое свободное время он проводил со мной. Когда мне становилось совсем худо, Коул меня утешал или злил. Когда я впадал в апатию, он меня поддерживал и охранял. Он приносил ликк и следил, чтобы я его регулярно принимал, он заботился обо мне, как родная мать. В соседних комнатах тоже кто-то жил, я слышал голоса и смех, Коул обещал меня со всеми познакомить, когда я немного оправлюсь, и меня можно будет выпускать в общество. Никто из обитателей дома не входил в мою комнату, да я и не искал компании. Воспоминания о тех днях сохранили лишь череду фигур одетых в черное, и белые пятна вместо лиц, которые мелькали в тускло освещенном коридоре, когда Коул забывал закрыть дверь.

Мой новообретенный друг регулярно поил меня каким-то кисловатым на вкус снадобьем неприятного мутно-коричневого цвета, как он говорил для поддержания сил. Несколько часов после приема отвара я ощущал себя живым, а потом снова впадал в летаргию. Иногда, чтобы хоть как-то расшевелить меня, Коул рассказывал про пятый мир. Они жили все вместе, не разделяясь на расы и сословия, в небольших поселениях, оплотах как они их называли, в лесах и предгорьях, сражаясь с местным населением, десантами извне и дикими зверями, выжить в том мире поодиночке было невозможно, да и всем вместе им приходилось несладко. Немногочисленных женщин и детей отщепенцы прятали в надежных пещерах, чтобы десанты не смогли их найти и уничтожить, они старались не вступать в открытые столкновения, предпочитая наносить точечные удары, эта партизанская война длилась уже много лет, и победителя в ней не было. По словам Коула, жители пятого мира создали подпольные лаборатории, в них ученые проводили таинственные эксперименты, их существование тщательно скрывалось от остальных миров, а сами лаборатории были не менее тщательно спрятаны в подземных лабиринтах в горах на юге пятого мира.

Днем Коул был занят, а вечерами приходил в мою комнату, садился в скрипучее кресло и перебирал струны потрепанной, старой гитары. Коул никогда не играл какую-то определенную мелодию, я сомневаюсь, что он вообще умел играть на этом музыкальном инструменте. Его пальцы перекладывали в звуки то, что у Коула было в данный момент в голове, его настроения и мысли. Он играл подряд несколько аккордов, которые складывались в странную, мелодию, в которой мне слышались нотки ярости, тоски, тихой грусти по былому или размышления о будущем. Слушая музыку его сердца, я думал о случившемся, размышлял,  как буду жить дальше, сожалел о невозможности возврата в прошлое, к своей прежней жизни, и опасался туманного будущего. Если я думал об Эсмириль, то все внутри меня сжималось в тугой комок и покрывалось льдом, каждый раз меня скручивала судорога. Моя любовь к ней постепенно перерождалась в ненависть, к ней и ко всем, кто ее окружает. Я хотел, чтобы ей было также больно, как мне, чтобы она почувствовала то, что чувствую я, чтобы ее тело также корчилось от невыносимых душевных страданий, а сердце разрывалось от неразделенной любви. Часто в такие моменты я ловил на себе взгляды Коула, его черные глаза отстраненно рассматривали меня и в них вспыхивали багровые искры.

Коул расспрашивал меня об Эсмириль, о ее семье, об Алариэль, о инкарах-резидентах и моей жизни в третьем мире, иногда я отвечал на его вопросы, иногда отворачивался к стене не в силах говорить, он не допытывался и оставлял меня в покое. Но вопросы повторялись в более подходящее время и Коул, так или иначе, получал на них ответы, понемногу он вытянул из меня все, что хотел знать.

Однажды поздно вечером он напоил меня своим зельем и присел на край кровати рядом со мной. В течение этого дня судороги скручивали меня чаще обычного, я чувствовал себя разбитым и морально и физически.

- Ты долго еще будешь валяться, брат? – без тени улыбки спросил он

- Я могу уйти, – его вопрос был как пощечина.

- Нет, уйти ты не можешь, тебе надо держаться нас, один ты погибнешь. – Коул поднялся - Давай-ка, поднимайся, я тебя кое с кем познакомлю.

Он помог мне встать, за дни, проведенные в доме на Страйте, я здорово ослаб, меня мотало из стороны в сторону, голова немилосердно кружилась, больше всего мне хотелось лечь и уткнуться носом в грязную стенку, тихонько скуля от тоски. Поддерживая под руку, Коул вывел меня из комнаты и повел по грязному, темному, вонючему коридору со множеством обшарпанных дверей за которыми слышались чьи-то голоса, негромкий смех, а за одной даже глухой стон, полный боли. Мы поднялись на второй этаж, повернули от лестницы направо и остановились перед одной из дверей. Здесь было значительно чище, чем снизу и даже почти не пахло. Распахнув дверь, Коул завел меня в большую комнату, ярко освещенную пятирожковой лампой, я зажмурился от света и несколько раз моргнул, чтобы привыкнуть. Помещение было почти квадратным, примерно пятнадцать на пятнадцать ярдов, чисто прибранное и, по-моему, даже отремонтированное. Перед окном, завешенным темными шторами стоял большой, старинный стол, заваленный бумагами, вдоль стен высилось несколько шкафов с книгами, слева стоял диван с кожаным сиденьем и высокой резной спинкой и несколько потрепанных кресел. Между шкафами располагалась дверь в соседнюю комнату.

На диване и в креслах  сидели трое мужчин, одетых в кожаные черные куртки, темные штаны и армейские ботинки, у двоих головы были обмотаны черными тряпками. Маски закрывали верхнюю и нижнюю части их лиц, оставляя открытыми глаза и носы. Парни были похожи как близнецы, у них было одинаковое телосложение, одинаковый рост  и одинаковые большие, темные глаза и прямые носы.

За столом сидел эльф, на вид лет тридцати-тридцати пяти, очень светлый блондин с бледным лицом и черными глазами, его лицо показалось мне смутно знакомым.  Когда мы вошли, все присутствующие молча уставились на нас, от них исходила агрессия, а взгляды не сулили ничего хорошего.

- Это Старк, – представил меня Коул, обращаясь сразу ко всем – он инкар, резидент этого мира. Одетые в черное коротко кивнули, расслабились и потеряли ко мне интерес. Один из них что-то сказал на гронте, языке отщепенцев, и все тихо рассмеялись.

Сидевший за столом эльф поднялся и подошел ко мне. Он несколько секунд разглядывал меня - Брат, что ты сделал с парнем? – спросил он Коула, рассматривая меня с головы до ног

- Я тут непричем. Он влюбился и как всегда в неправильную девчонку. – сказал Коул и покрепче взял меня за руку, чтобы я не свалился.

- Это тот инкар, о котором ты говорил? – уточнил эльф, слегка приподняв краешки губ, что видимо должно было сойти за улыбку

Коул кивнул. – Да, тот самый.

- Ну, что ж, давай знакомиться, – эльф посмотрел мне в глаза – Я Эстар, темный эльф.

Я невольно отступил от него на шаг назад, наконец, вспомнив его.

- Что-то не так? – он заметил мое движение, и на лице появилось раздражение.

Да что, демон всех раздери, может быть так, когда передо мной стоит живой мертвец! Эстар был наследником престола темных эльфов, братом Каллара. Много лет назад объявили, что он погиб.

- Ты же умер – сипло сказал я.

- Ты так думаешь? – он положил свою тяжелую руку мне на плечо, чтобы я убедился, что он живой. - Меня изгнали, когда я попытался поднять бунт против отца. К этому времени наш с ним конфликт достиг критической точки, отец, чтобы, как ему казалось, досадить мне, объявил Каллара своим наследником в обход меня, старшего сына. Отец сказал, что я не достоин занимать престол, Каллар будет управлять народом гораздо лучше меня. Но я был изгнан не поэтому, мне было все равно, кто наденет корону. Меня изгнали за то, что я противился объединению со светлыми. Я не мог допустить, чтобы наш народ подчинился Лучезарному, и попытался организовать покушение на родного отца и брата, но, к сожалению, заговор раскрыли.

Он убрал руку с моего плеча и вернулся за стол – Отец не мог признать этого факта перед межмировой общественностью, поэтому мое изгнание  скрыли ото всех и объявили, что я умер. Меня даже похоронили, как полагается, но поверь мне, гроб в фамильном склепе пуст. Меня тайно переправили в пятый мир и я стал отщепенцем, как и все мы, – он обвел рукой присутствующих – и ты, – он вцепился мне в лицо ледяным взглядом – Ты же не думаешь, что тебя похвалят за убийство или дадут встречаться с этой девчонкой-Драконом? Тебя будут судить и отправят к нам, так что можешь начинать привыкать к нашему обществу, – он снова криво ухмыльнулся. Я не знал, что было более пугающим, его взгляд или эта улыбка.

- Не веришь? – спросил Эстар.

Я отрицательно покрутил  головой. Он расхохотался.

- Придется поверить мне на слово, я не собираюсь доказывать тебе, что я это я! – он поджал губы, но почему-то после этой фразы я ему поверил, что он действительно тот, за кого себя выдает, кроме того Эстар был похож на Каллара, а этого принца темных я знал в лицо.

- Как…как вы попали в этот мир? – спросил я – Он же закрыт для вас.

- Да, ты прав, в этот мир нам было не попасть, до последнего времени. – добавил он после паузы. – Нашим магам удалось обнаружить лазейки в блоках, и вот мы здесь и  не собираемся отсюда уходить, теперь мирам придется играть по нашим правилам, – он хлопнул ладонью по столу – Что-то я с тобой разоткровенничался. Садись! – он показал рукой на свободный стул, стоявший около стола.

Коул, все еще поддерживая меня, подвел к стулу и усадил на него, а сам сел на диван рядом с черными.

- Ну что, Старк, хочешь немного повоевать? – Эстар откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

- Я не воин, – сидящие за моей спиной крепыши в черном  дружно фыркнули.

Лицо Эстара скривилось, словно он съел что-то кислое – Но, ты же мужчина. Или ты тряпка, о которую каждый может вытирать ноги? Если так, то извини, нам с тобой не по пути. У нас у всех есть свои причины, чтобы быть здесь, никого они не интересуют, но мы должны знать одно, ты с нами или ты против нас.

Его слова неожиданно больно ударили по моему самолюбию. Ведь эльф прав, я тряпка и не достоин называться мужчиной. Только такие слабаки, как я, способны раскисать, валяться в кровати целыми днями  и нянчить свои душевные травмы на глазах у Коула. Я вспомнил его слова «в пятый мир меня привезли без кожи», и меня начало корежить от стыда, только сейчас я понял, насколько жалко выглядел в его глазах, после того, что он пережил. Как там сказал Эстар «у каждого есть свои причины, чтобы быть здесь и никого они не интересуют»? Неужели  моя исковерканная жизнь не достаточная причина, чтобы присоединится к их войне?  Неужели я смирюсь с безразличием инкаров и предательством Эсмириль? Моя прошлая жизнь закончилась и начинается новая. Мою любовь отвергли, так зачем она мне нужна? Для кого она разрывает меня на куски? Надо вырвать это чувство из сердца и забыть Эсмириль, ведь кроме любви на свете есть ненависть и месть. Коул сказал, что месть блюдо холодное, но прежде чем приступить к трапезе его еще надо приготовить.

- Я с вами, – наконец, произнес я. Ни  Эстар, ни Коул не прерывали моих раздумий, не торопили и не уговаривали, предоставив мне возможность решить свою судьбу самому.

Коул кивнул, Эстар улыбнулся, один из парней сказал что-то одобрительное на гронте.

- Что я должен делать? – спросил я.

Глава 32  Алариэль

После того памятного вечера с поцелуями напряжение в отношениях с Драком разрядилось, чему я была  несказанно рада. Тот вечер действительно был для меня особенным, переломным, тогда я на многое посмотрела другими глазами. Драк прав, я становлюсь Драконом, начинаю думать и вести себя,  как они, и, демон всех раздери, мне это нравится. Между мной и Драком стало все предельно ясно, он привлекает меня, как мужчина, я его как женщина. Точка. Просто влечение и ничего постыдного в этом нет. Жаль, что Драк не хочет воплотить наши желания в жизнь, на него давят обязательства перед моим отцом и женихом, он не посмеет пренебречь ими, да и я не осмелюсь преступить долг. После наших объятий и поцелуев я частенько представляла нас вместе, и от этих мыслей меня кидало в жар, наконец, я поняла, о чем он толковал, советуя относиться ко всему проще и не усложнять себе жизнь.

Мое увлечение братом Эсмириль даже заставило меня отвлечься от мыслей о скором приезде Данте, его образ потускнел, словно припорошенный пылью, отошел на второй план, он мне уже не казался таким великолепным, как раньше. Я решила, что после отъезда Данте не буду искать с ним встреч, он не тот, кто мне нужен, а я слишком хороша для него. В те дни я осознала то, о чем слышала тысячу раз, не стоит связываться с людьми, они не для меня и, в какой-то степени, была даже благодарна Данте за то, что он не влюбился в меня так же,  как я в него. Моя мечта сбылась, я испытала любовь к человеку, значит, пора ставить перед собой новые цели.

- Аль, сегодня приедут Ник и Гелан! – крикнула из кухни Эс.

- Да? – ее голос отвлек меня от размышлений - Здорово! А как же их занятия?

- Гелан говорит, что Нику нужна передышка, иначе у него будет нервный срыв. Так что несколько дней Ник будет с нами. Ты не против? – на кухне загрохотала посуда.

- Конечно, нет, тем более, я думаю, что буду лишена вашего общества, – предположила я

- Почему это? - Эс выглянула из кухни, держа в одной руке сахарницу, а в другой свою любимую кружку для чая.

- Потому что вы будете все время проводить в твоей комнате, – рассмеялась я.

- Нет, – Эс улыбнулась мне в ответ – Гелан сказал, что Ник должен отдыхать, по-настоящему, так что, мы планируем исключительно пристойное времяпрепровождение. – она задумалась - Во всяком случае, в моей комнате мы будем не все время, пока он будет в городе.

- Драк хотел устроить поход в клуб в честь увольнительной Ника, помнишь? – напомнила я.

- Мы дадим Нику пару дней на пассивный отдых, а потом уже можно сходить в клуб.

- Ты  будешь не против, если я приглашу Данте? – я знала, что подруге будет неприятно его присутствие, но, наметив четкий план действий, не собиралась от него отступать. Поход в клуб станет точкой в наших с ним отношениях.

Эсмириль едва заметно поморщилась, пожала плечами и милостиво согласилась терпеть рядом с собой присутствие одного из самых сексуальных мужчин этого мира – Только при условии, что он будет выглядеть лучше, чем у себя дома в Лондоне, а то мне будет стыдно.

Я рассмеялась – Да миллион женщин мечтает оказаться на твоем месте, и увидеть его хоть в таком виде! Он же считается одним из самых красивых  мужчин планеты!

- Ну, я бы на этот счет поспорила. И вообще, у человеческих женщин плохой вкус и в мужской красоте они ничего не понимают! – глубокомысленно заявила Эс.

- А Драк не будет против?

Она пожала плечами – Если он будет упираться, мы его уговорим, тем более он, наверняка, пригласит Ларину, и ему будет плевать на Данте.

Я отрицательно покачала головой.  - Не пригласит, он уже пригласил Анну.

- Анну? А кто это? У вас с Драком появились какие-то секреты? – подозрительно спросила Эс, забыв, что собиралась пить чай, она поставила кружку с сахарницей на столик.

- Анна, актриса, коллега Данте, мы с Драком ходили с ней в ресторан несколько дней назад, – у Драконов есть поразительное качество, все, что им не интересно они тут же выкидывают из головы, Эсмириль не была исключением. Она наморщила лоб, припоминая – Это было в тот вечер, когда вы с Драком целовались, а потом ты плакала?

-А ты что видела? – я еще не до конца превратилась в Дракона, поэтому мои щеки предательски залились краской.

- Конечно, видела, – она удивленно посмотрела на меня – А это большой секрет? Аль, ты не переживай, я не против, даже, если у вас с Драком случится что-то серьезнее поцелуев, но мое внутреннее чутье подсказывает, что на большее тебе рассчитывать не стоит. Ты же хотела набраться опыта, вот и набирайся, иначе, зачем ты тут? – серьезно спросила  Эс.

Ну что тут ответить? Я смущенно отвела взгляд, Эсмириль как всегда права.

- Аль, брось! – Эс похлопала меня по плечу, хитро посмотрела на меня и подмигнула – Может Драк еще и передумает.

Мы расхохотались. – Нет, не передумает, он категорически отказывается заниматься со мной любовью, и попросил, чтобы я с ним больше не заигрывала.

Эсмириль неопределенно хмыкнула, но ничего не сказала, видимо сомневаясь в подобной принципиальности и моральной устойчивости  своего брата.

Ник и Гелан приехали на следующий день ближе к обеду. Ник выглядел смертельно уставшим, его лицо осунулось, а под глазами лежали темные тени.

- Гелан, ты Ника убьешь тренировками! – сказала я, после приветствий, взаимных комплиментов и традиционных поцелуев в щечку.

- Ничего, он крепче, чем кажется. У нас не так много времени, поэтому приходится заниматься интенсивнее. – Гелан отдал мне кисет с травой и стал снимать пальто. Все таки, как здорово быть самостоятельной, подумала я, отвыкнув от придворных церемоний за время нашего с Эсмириль пребывания в третьем мире. Насколько проста наша жизнь, мы сами готовим, одеваемся, моемся, ходим за покупками, делаем все, что хотим и не перед кем не отчитываемся. За время моего проживания в резиденции Драконов я чувствовала себя не принцессой, не дочерью Лучезарного, обремененной бесчисленными придворными обязанностями, а простой эльфийкой. С Эс и ее братьями мне не нужно соблюдать этикет, делать приветственные и прощальные поклоны, вести светские беседы на неинтересные мне темы. Единственной ложкой дегтя в бочке меда были периодические приемы в посольстве со всеми полагающимися церемониями.

Гелан аккуратно повесил пальто, и мы вместе прошли в гостиную. Он удобно расположился на диване и внимательно посмотрел на меня своими темно-ореховыми глазами.

- Алариэль, Драк сказал, что ты хочешь увидеться с Калларом. Это правда? – на его лице не было ни тени улыбки.

- Да, это правда, – кивнула я.

- Зачем?

- Мне кажется, что нам стоит попытаться познакомится. Мы друг друга почти не знаем, а ведь скоро станем мужем и женой, я не хочу выходить замуж за незнакомца, – глядя ему в глаза, ответила я.

Гелан кивнул, мое объяснение его устроило. - Я свяжусь с ним и устрою вам встречу.

- Спасибо, Гелан, нам с Калларом лучше встретится после клуба, – я все еще действовала по своему плану, не в моих правилах начинать новое дело, не закончив предыдущее.

- Хорошо, как скажешь, – он недоуменно пожал плечами, но спорить не стал.

На третий день после приезда Данте, мы созвонились с ним и договорились сходить пообедать. Я подъехала к назначенному времени и с удивлением обнаружила, что Данте уже ждет меня в ресторане, на все предыдущие наши встречи я приходила раньше него. Я вошла в дверь и направилась в его сторону, он, развалившись, сидел на мягком диване, разговаривая по телефону. Увидев меня, он небрежно махнул рукой, привлекая внимание. Я направилась к нему, некстати поймав себя на мысли, что Данте ведет себя так, словно снимается в фильме под названием «Жизнь и любовные похождения великолепного Данте Кларка», жесты выверены до мелочей, улыбки наиграны и фальшивы, слова  строго по сценарию, амплуа – ожившая греза миллионов женщин. Интересно, каким он становится, когда бесконечная съемка заканчивается, и он снимает маску? В памяти всплыло воспоминание об интервью с одной из его бывших подружек и чувство возмущения от того, что она посмела высказать о нем нелестное мнение. После прочтения я пришла к выводу, что она просто злится из-за того, что лишилась такого сокровища и пытается унизить Данте таким примитивным и низким способом. Сейчас же, глядя на его широкую, хоть сейчас снимай на обложку женского журнала, улыбку, я почему-то вспомнила эту статью и подумала, что может быть девушка не настолько и ошибалась, обвиняя его в двуличии и лицемерии.

- Аль, детка, прекрасно выглядишь! – он небрежно бросил дорогой телефон на стол и поднялся мне навстречу. Приблизившись, он наклонился и одарил меня  поцелуем в губы с резким запахом мятной жевательной резинки.

- Спасибо, ты тоже, – я натянуто улыбнулась, едва удержавшись от желания вытереть губы ладонью.

Он помог мне устроиться за столом, сел и снова растекся по  дивану. Я молчала и улыбалась, глядя на его небрежную позу, тщательно продуманный беспорядок в одежде и стандартный набор выражений лица.

- Я так рад, что мы сюда приехали! – воскликнул он, глубоко втянув в себя воздух  - Обожаю этот город! Я жил здесь пару лет назад и до сих пор с удовольствием вспоминаю эти времена. Какие славные вечеринки мы устраивали! – итак, серия неизвестно под каким номером. Внимание, мотор! «Жизнь и любовные похождения великолепного Данте Кларка», место действия – Город, действующие лица – Данте Кларк, время действия – несколько лет назад. Словно подслушав мои мысли, он начал рассказывать долгую историю своего проживания в городе, которая по обилию деталей и действующих лиц была больше похожа на бесконечные саги оборотней. Судя по всему, он собрался поведать мне о каждом прожитом дне. Поток красноречия Данте не прервался ни при появлении официантки, которая принимала мой заказ, сам он заказал еду до моего прихода, ни во время ожидания выбранного блюда, ни во время трапезы. Наконец, он припал к бокалу с водой, а я получила возможность вклиниться в его бесконечное повествование - Я хотела пригласить тебя в клуб, мы устраиваем небольшую вечеринку, завтра в десять вечера. Придешь?

Он отставил бокал и воскликнул  - Обожаю вечеринки! Надеюсь, вы выбрали приличное место? Ты же понимаешь, что я не могу появиться в любом клубе, – меня передернуло от его напыщенного снобизма.

- Уверена, что в «Стар Даст» ты сможешь появиться без урона для собственной репутации. – ядовито ответила я, «Стар Даст» считался  одними из самых роскошный клубов города.

- «Стар Даст»? – он со знанием дела покивал головой, проигнорировав яд в моем голосе - Подходит. А в честь чего вечеринка?

- Небольшое семейное торжество, – я не стала углубляться в детали, впрочем, Данте ими и не интересовался.

Остаток обеда Данте посвятил продолжению рассказа о своем проживании в этом городе, а потом плавно перешел на события месячной давности, рассказывая о съемках, о своих партнерах-бездарях, об идиоте-режиссере,  о старом козле продюсере и о своей обожаемой мамочке. Я с трудом сдерживала зевоту и несколько раз демонстративно посмотрела на часы, но Данте не понял намека, продолжая изливать на меня поток информации о людях и событиях, которые не имели ко мне никакого отношения, попутно объясняя, кто против кого дружит, и кто с кем спит. Моя жизнь и события, которые происходили со мной, его не интересовали, во всем мире ему были интересны только он сам, его мама и все что имеет непосредственное отношение к его великолепной персоне, все остальное не стоило внимания. Я молча слушала его и, почему то вспоминала Драка, его поцелуи, объятия и черные омуты глаз. Действительно, зачем мне Данте, если у меня есть такие друзья, как Драк? Разве способен человек, сидящий передо мной, окружить меня ненавязчивой заботой и создать атмосферу уютной защищенности? Блюсти мою честь, даже когда я сама готова переступить черту? Думаю, что нет.

Я с огромным трудом дождалась окончания обеда, чувствуя растущее раздражение и едва сдерживая себя, чтобы не начать грубить. Поток речей Данте был неиссякаем, и я уже стала опасаться, что мне придется слушать его бесконечные рассказы до самого его отъезда, который планировался через две недели. Мне пришлось перебить его, и, сославшись на неотложные дела, закончить наш затянувшийся обед. Чтобы как-то смягчить свою невоспитанность, я предложила подвезти его до гостиницы. Данте милостиво согласился, мы поднялись из-за стола и направились к выходу. Выйдя на проспект, я щелкнула брелоком,  машина приветливо мигнула фарами.

- Детка, да у тебя крутейшая тачка! – воскликнул Данте – Давно собирался купить себе такую же!

- Да? – сегодня я приехала на машине Драка.

- Нет, тачка обалденная. Такая красотка! – он цокал языком, водя рукой по полированному боку автомобиля. Я никогда не видела подобного восхищения на его лице, когда он смотрел на меня.

- Такие красотки достаются не каждому! – раздражение последних нескольких часов все-таки выплеснулось наружу, и мне тут же стало стыдно за свою вспышку, не зная реальной стоимости автомобиля, я по- видимому ударила по самомнению Данте больнее, чем мне хотелось. Он сразу изменился в лице, отдернул руку от автомобиля и демонстративно отошел на шаг назад, потеряв к машине  всякий интерес, судя по его реакции, машина стоила больших денег, и он пока не мог себе позволить подобную роскошь. Я села за руль, а Данте устроился на пассажирском сиденье, надулся и демонстративно уставился в окно.

- Эта машина моей подруги. Извини, если невольно обидела тебя, – нехотя сказала я, он кивнул, давая понять, что извинения приняты. По моему, его утешил тот факт, что роскошная машина принадлежит не мне. Через несколько минут, решив, что достаточно наказал меня своей обидой, он принялся выяснять подробности предстоящей вечеринки.

Подбросив его до гостиницы и распрощавшись до завтра, я поехала домой, на улице уже стемнело, но улицы еще были запружены автомобилями и пешеходами. Дома был только Драк. Ник и Эс уехали в старую квартиру Ника, чтобы забрать какие-то его книги.

- Привет, Драк! – я закрыла дверь  и сняла пальто.

- Привет! – они с Джеком возлежали на диване и смотрели боевик. В телевизоре полыхало пламя, что-то взрывалось, летели куски непонятно чего, и раздавалась стрельба. Я в нерешительности застыла на пороге комнаты.

- Присаживайся. – Драк похлопал рукой по дивану.

Я присела у него в ногах.

- Ты с Джеком нашел общий язык, – заметила я через некоторое время, боевики я не любила, а молчание начинало угнетать.

- Поразительный кот, меня не боится ни капельки. – Драк почесывал Джека за ушком, тот довольно щурился и мощно урчал. Джек был милым котом, совершенно неконфликтным и удивительно ласковым, он сразу стал всеобщим любимцем, но больше всех ему нравился Драк. С Эсмириль они соблюдали нейтралитет, а я рассматривалась в качестве источника кошачьих удовольствий, только когда Драка не было дома.

- Я встречалась с Данте и пригласила его на завтрашнюю вечеринку, – я смущенно посмотрела на Драка.

- Да? Ну ладно, если тебе хочется его там видеть, то почему бы нет. Я пригласил Анну, – он искоса посмотрел на меня.

- По-моему ты пригласил ее еще на том ужине в «Попурри», – улыбнулась я – Кстати, ты знаешь, что Эсмириль нас видела в тот вечер?

- В какой? – он наморщил лоб.

- Когда мы целовались.

- Да? Ну, надо же! – он не выглядел расстроенным или пристыженным – И мне ничего не сказала!

- Она мне только сегодня призналась, – отозвалась я, вертя в руках пульт от телевизора – Мне было немного неудобно.

- Чего стыдится? Мы ничего такого не делали, – он повернулся ко мне и спихнул Джека с дивана, тот возмущенно дернул хвостом и потопал на кухню -  и даже если бы делали, она не была бы против, мы довольно просто к этому относимся, ну, к …э…

-Здоровому сексу, – подсказала я.

- Именно, как раз то, что я хотел сказать. Аль, ты опять начинаешь? – он подоткнул себе под бок еще одну подушку, подпер голову рукой и искоса смотрел на меня

-Что начинаю? – искренне изумилась я.

- Заигрывать со мной, – он хитро улыбался.

- Слушай, Драк, ты слишком много о себе возомнил! – моему возмущению не было предела – Я скоро не смогу слова сказать, чтобы ты не заподозрил меня в домогательствах!

- Ты сегодня прекрасно выглядишь. – Драк пропустил мою тираду мимо ушей - Это ради  этого парня?

- Отчасти, когда я встречаюсь с ним, у меня всегда есть желание выделиться, – нехотя призналась я

- Понятно! – он отвел глаза.

- Драк, что с тобой? – я смотрела на него, не понимая причин его нервозности.

- Не знаю, после того вечера у меня в голове такая каша. Я чувствую непонятное беспокойство и беспричинную тревогу, – объяснил Драк.

Я кивнула, со мной происходит то же самое, иногда тревога бывает такой сильной, что мне едва удается справиться с собой, не помогает даже драгонфлай. Драк отвернулся и уставился в телевизор. Посидев еще некоторое время, я встала, собираясь идти в свою комнату. Он неожиданно нагнулся и  схватил меня за руку.

- Не хочешь посидеть со мной? – спросил он, глядя на меня снизу вверх.

- Мне показалось, что ты хочешь побыть один, – растерялась я.

- Тебе показалось, – он потянул меня вниз и усадил рядом с собой. - Ты не должна избегать и бояться меня, - не отрывая взгляда от экрана, сказал он.

- Я тебя не боюсь, Драк, – я погладила его по плечу, мышцы под моими пальцами стали каменными, я поспешно убрала руку. Не отводя глаз от экрана, он обнял меня за плечи и прижал к себе. Мы сидели в обнимку и смотрели фильм.

- Аль, я должен тебе это сказать, – тяжело вздохнул он, когда фильм закончился – я очень хочу тебя и мне крайне тяжело справляться с собой. Осложнения нам ни к чему, ведь у тебя есть обязательства, да и у меня тоже.

Я в немом изумлении смотрела на него.

- Драк, да ты что? Ты же меня всю жизнь знаешь?! С чего это вдруг ты меня так возжелал?! – я попыталась отодвинуться, но он не позволил мне это сделать.

Он кивнул – Не знаю, как будто у меня в голове что-то включилось, или выключилось, не понимаю. Знаю, что нельзя, и не могу не хотеть, ты не представляешь, какие непристойности мне лезут в голову! – он убрал руку с моего плеча и обхватил голову, поставив локти на колени.

Я смотрела на его и думала о том, что со мной происходит то же самое. Слово в слово! Что же нам теперь делать?

- Что же нам теперь делать? – озвучила я свою последнюю мысль.

- Нам? – он поднял голову и его взгляд обдал меня жаром.

Я покраснела – Да, нам. Я постоянно думаю о тебе, как о мужчине.

Он заскрипел зубами и кинулся вон из комнаты.

Я набила свою трубочку и раскурила ее. Теперь я курила меньше, но ощущения от курения доставляли мне истинное удовольствие. Как же это мы так? Это ужасно, желать друг друга и не иметь возможности осуществить свои желания. Почему мы хотим друг друга именно сейчас, ведь мы знакомы с детства? Может быть потому, что проводим больше времени вместе? Или на меня повлияли слова Анны и ее явный к нему интерес? А что тогда повлияло на Драка?  Трава начала действовать  и я решила, что лучше всего лечь спать, а не забивать себе голову риторическими вопросами.

Следующий день был полон забот и хлопот. Мы с Эсмириль решили, что должны выглядеть сногсшибательно,  поэтому с утра пробежались по магазинам, купив кое-что из одежды себе и Нику. Несколько следующих часов были посвящены укладкам, макияжу и приведению себя в потрясающий, и сногсшибательный вид. Ник несколько раз заглядывал в комнату Эсмириль, но видя нашу бурную деятельность, двух мечущихся служанок из посольства, и кучу разбросанной одежды, в конце концов, ретировался в гостиную, включил телевизор и вскоре уснул. За всеми этими увлекательными делами, мы с Эсмириль не заметили, как наступил вечер. Драк умчался куда-то рано утром и до сих пор не вернулся, а я невольно ловила себя на мысли, что он так себя ведет из-за нашего вчерашнего разговора.

Наконец, мы были готовы к выходу, Ник окинул нас восхищенным взглядом и отвесил изысканный комплимент.

- Ник, ты как? Готов  веселиться? – подмигнула я ему.

- Готов! – он выспался и выглядел почти нормально – Если я начну засыпать, просто положите меня где-нибудь и не забудьте забрать, когда поедете домой, ладно?

- Если ты станешь засыпать, мы уедем, а остальные могут веселиться дальше, – сказала Эсмириль. Ник посмотрел на нее влюбленным взглядом и чмокнул в макушку.

- Ник, а чем вы с Геланом занимаетесь? – поинтересовалась я.

- Всем понемножку, бегаем, тягаем тяжести, фехтуем, деремся, учим язык и географию с историей. А еще чем-то типа йоги, сидим и медитируем, – перечислил он.

- Медитация очень полезна. – со знанием дела отозвалась Эс – Кстати, Драк что-то в последнее время перестал ею заниматься, надо Гелану сказать, чтоб он сделал ему внушение.

Может, Драк такой озабоченный, потому что недостаточно медитирует, подумалось мне.

- Ябеда! – сказал Ник – Драк уже большой мальчик, разберется сам как-нибудь, – потом усмехнулся и покачал головой - Гелан настолько не похож на Драка, Гора и тебя, что мне до сих пор с трудом верится, что он ваш брат!

- Не ты первый, кто не верит, но если приглядеться, то можно увидеть фамильное сходство между всеми нами. Кстати, Гелан до сих пор вспоминает, как ты на него кинулся, – рассмеялась Эсмириль.

- Если бы он на тебя с мечом не напал, то и я бы не полез в драку, –возразил Ник.

- Ник, а тебя не смутил тот факт, что он мог тебя убить? – спросила Эс.

- Нет, не смутил. Я как-то даже не успел об этом подумать.

- Вы о чем? – я с недоумением смотрела на них, не понимая, при чем тут Гелан и убийство Ника.

- Ну, ты даешь! Ты же была в тот день в поместье, неужели ничего не заметила? – изумленно сказала Эсмириль.

- А что я должна была заметить?

- Да, любовь ослепляет! – язвительно произнесла подруга и одарила меня сочувственным взглядом - Аль, ты знаешь, как перерожденный Дракон находит себе наставника?

- Откуда бы я могла это узнать? – искренне удивилась я

- Его наставником становится первый взрослый Дракон, которого он попытается убить, – пояснила Эсмириль, обуваясь.

Я ахнула – Ты хочешь сказать, что Ник попытался убить Гелана?!  Ник, ты что, сумасшедший?!

- Ну, я же не знал! – смущенно отозвался Ник – Он напал на Эс с катаной, у меня в голове и переклинило!

Я ошеломленно смотрела на Ника и не могла поверить своим ушам. Он первым напал на взрослого вооруженного Дракона, чтобы защитить Эс. Ничего себе!

- Эс, а где Драк? – надеюсь, что вопрос прозвучал достаточно нейтрально, чтобы не вызвать подозрений у Эсмириль.

- Не знаю, умотал по делам, сказал, подъедет прямо в клуб с Анной. – Эсмириль копалась в своей сумочке, проверяя, все ли взяла.

- Ясно, – услышав имя Анны, я почувствовала легкий укол ревности. Спустившись в вниз, мы разошлись в разные стороны, я поехала за Данте на своей машине, а Ник с Эс отправились прямо в клуб на такси. Как обычно, мне пришлось дожидаться вечно опаздывающего Данте в холле его гостиницы.

Перед клубом стояла толпа народа, охранники сверились со списком гостей и вежливо пропустили нас внутрь. Внутри было шумно и многолюдно, грохотала музыка, мигали огни, вспыхивающий свет выхватывал лица танцующих людей. Не успели мы с Данте пройти и пяти шагов, как к нам подбежали несколько девиц и быстро оттеснили меня в сторону, окружив моего спутника плотным кольцом. Данте широко улыбался, купаясь во внимании поклонниц, раздавал автографы и фотографировался с ними, это была его родная стихия, среди восхищенных девушек он чувствовал себя, как рыба в воде. Я отстраненно наблюдала за ним со стороны, размышляя о том, что  вряд ли всех мирах встречу более тщеславное существо, как вдруг у меня возникло неприятное ощущение взгляда в спину. Я резко обернулась и встретилась взглядом с худым, высоким, черноволосым парнем с темными глазами, который в упор смотрел на меня. Он был одет во все черное, выглядел довольно мрачно, а от его нехорошего, оценивающего взгляда становилось не по себе. Я поспешно отвернулась, его лицо показалось мне смутно знакомым, но вспомнить его имя или обстоятельства, при которых мы могли встречаться, я не смогла.

- Детка, извини, это поклонницы, ну ты понимаешь! – Данте подхватил меня под руку, заставив вздрогнуть от неожиданности.

- Да, конечно, – рассеянно ответила я, теребя браслет жизни,  интерес незнакомца оставил неприятный  осадок и подпортил настроение. Я еще раз окинула взглядом окрестности, удостоверилась, что парня в черном поблизости нет, подхватила Данте под руку, и мы стали протискиваться сквозь толпу к заказанному столику. Эсмириль и Ник уже сидели за столом и ждали нас, попивая коктейли и рассматривая публику

- Ник, познакомься, это Данте, – представила я своего спутника, приблизившись к столику – Данте, это Ник.

Ник привстал и вежливо протянул Данте руку, ни взглядом, ни жестом не показав, что имеет о нем предвзятое мнение.

- Привет, Дракон! – Данте весело подмигнул Эс.

- Привет, Микки Маус! – не осталась в долгу та.

Лицо Данте дрогнуло, но улыбаться он не перестал. Мы сели за столик и заказали напитки. Ник посматривал на Данте, Эсмириль демонстративно смотрела  в сторону, Данте тоже не горел желанием общаться с моими друзьями, а я напряженно всматривалась в танцующих. Через несколько минут ди-джей дал нашим ушам короткий отдых, и у нас появилась возможность пообщаться.

- Что празднуем? – спросил Данте, отхлебывая из своего бокала.

- Мою увольнительную, – сказал Ник

- Ты служишь в армии? – Данте едва заметно поморщился.

- Вроде того, да и просто давно никуда не выбирались. – Ник держался молодцом, видимо, спать ему еще не хотелось.

- Хорошее местечко, правда, довольно дорогое. – Данте откинулся на спинку дивана и окинул взглядом клуб, словно он был его собственностью.

- Ничего, мы не разоримся, – буркнула Эсмириль. Разговор не клеился, от Данте уже начали исходить волны недовольства тем, что ему не оказывают должного внимания и восхищения. Взгляд Эсмириль вдруг застыл, а потом сфокусировался на мне.

- Драк подъедет через пять минут, – она постучала себя пальцем по виску, давая мне понять, что говорила с ним по мыслесвязи.

- Кто подъедет? – переспросил Данте.

- Драк, брат Эс. -  пояснила я.

Ди-джей снова включил что-то очень громкое и быстрое, разговаривать стало невозможно, и мы с Данте пошли танцевать, а когда вернулись, увидели, что к компании Ника и Эсмириль уже присоединились Драк и Анна. Лицо Данте удивленно вытянулось, присутствие коллеги стало для него сюрпризом.

- Привет! – произнес он обиженным тоном, присаживаясь за стол.

- Данте, знакомься, это Драк! – представила я – Драк, это Данте, – мы с Драком быстро переглянулись и отвели глаза, Данте вежливо кивнул и постарался сесть как можно дальше от Драка, рук они друг другу не подали. За столом повисла неловкая пауза.

- Анна, не знал, что мы приглашены на одну и ту же вечеринку! – едко произнес Данте - Мы с Аль могли бы забрать тебя из гостиницы.

-  Спасибо за заботу, меня забрал Драк, – сказала она спокойно. Драк сидел, что-то рассматривая в своем бокале.

Данте хмыкнул и обнял меня за плечи, как всегда в присутствии Анны, слишком демонстративно. Эс закатила глаза и наклонилась к Нику. И тут я, наконец, поняла, почему Данте так странно ведет себя в присутствии Анны, ухаживая за мной, он пытается вызвать в ней ревность! Мне стало до того противно, что я с трудом подавила желание выйти из-за стола и покинуть клуб. Я отстранилась от Данте, сделав вид, что потянулась за стаканом.

- Ты сегодня замечательно выглядишь, детка! – жарко зашептал он мне на ухо, притянув поближе к себе – Мужики вокруг просто глаз от тебя отвести не могут, я начинаю ревновать, – добавил он самодовольно.

- Да? Я и не заметила, – сухим тоном сказала я.

- Зато я заметил, – Данте  чувствовал себя не в своей тарелке и никак не мог найти верную линию поведения. Его рука все крепче обнимала меня, а меня бросило в жар под насмешливыми взглядами Ника и Эсмириль.

- Давайте потанцуем? – я встала, не в силах больше терпеть душные объятия моего кавалера.

Ник и Эс пошли танцевать с нами, а Драк с Анной остались сидеть за столиком. Отойти далеко нам не удалось, и я невольно наблюдала за Драком и Анной. Он что-то говорил ей, наклонившись к уху, она улыбалась и кивала головой. Сегодня они просто общались, между ними не было того вихря эмоций, в который они меня втянули в прошлый раз. Интересно, почему Драк сказал, что то, что она человек это минус? По-моему, она хорошенькая и они отлично смотрятся вместе, он мог бы провести с ней те несколько декад, которые она пробудет в городе, и благополучно расстаться, когда их группа уедет. Если бы он ею увлекся, это помогло бы ему отвлечься от нездорового интереса ко мне. Я еще могла себя контролировать, Драк же, по-моему, сдерживался с большим трудом. Надо нам поменьше оставаться наедине, а то…

- Наша недотрога Анна втюрилась в брата твоей подруги, – вдруг прямо в ухо сказал мне Данте.

- Ну и что? Есть какие-то проблемы? – от его неожиданно громкого восклицания я вздрогнула.

- Проблемы? Никаких проблем, – мне показалось, что в его голосе послышалось недовольство.  - Просто она такая неприступная, а тут можно сказать второй раз в жизни видит этого парня и уже целуется с ним.

Я перевела взгляд на столик, Драк с Анной действительно целовались, вспомнив наши поцелуи, я снова ощутила болезненный укол ревности, и мне сразу расхотелось, чтобы Анна была с Драком даже несколько декад.

- Да ты, никак, ревнуешь? – с наигранным удивлением я воззрилась на своего кавалера, стараясь скрыть от Данте то, что мне тоже неприятно это видеть

-Я? Ревную? Ни капли!– неожиданно он дернул меня к себе и припал ртом к моим губам. Я не ожидала от него ничего подобного, и его поступок только подтвердил мои подозрения о том, что он проявляет повышенное внимание ко мне с единственной целью досадить Анне. Его поцелуй не пробудил во мне никаких ярких эмоций. Первым желанием было оттолкнуть его, но мгновение спустя я передумала, раз уж я приехала сюда, чтобы получать разнообразный жизненный опыт, то глупо не воспользоваться такой возможностью и не узнать, как целуется один из самых привлекательных мужчин этого мира. Во мне мелкими пузырьками кипел кураж, и хотелось делать всякие глупости, всем назло, особенно Драку. Наверняка ему тоже будет неприятно, если он увидит наш поцелуй. Я обняла Данте за шею и с энтузиазмом включилась в романтическую игру. Мы стояли в центре танцующей толпы и ни на кого не обращали внимания, нас толкали со всех сторон, но мы продолжали целоваться. На несколько секунд мне показалось, что мы с Данте играем любовную сцену: вот-вот раздастся резкий окрик Билли, съемка остановится, включится свет, выключится громкая музыка, посетители клуба перестанут танцевать и дружно потянутся к выходу, чтобы перекурить. Наш долгий поцелуй не остался незамеченным, я услышала одобрительные возгласы и несколько хлопков в ладоши в знак одобрения. Оторвавшись от Данте, я увидела удивленные глаза Эс и ехидную ухмылку Ника, в сторону нашего столика я посмотреть не рискнула.

Вечер протекал спокойно, мы переговаривались, смотрели на танцующих, пили, танцевали, но всему, и хорошему и плохому, приходит конец. Ник уже начал зевать, вежливо прикрывая рот рукой, Эс откровенно скучала, поглядывая то на нас с Данте, то на Драка и Анну. Наша вечеринка в честь увольнительной Ника заканчивалась. Анна посмотрела на часы, встала и, извинившись, вышла из-за стола. Едва она скрылась из виду, Данте тоже вскочил и пошел вслед за ней. Я проводила его безразличным взглядом и отвернулась. В клубе зазвучала медленная музыка.

- Потанцуем? – Драк подсел ко мне.

- Конечно, – он взял меня за руку и  мы вышли на танцпол.

Тягостное молчание угнетало, и я решила как-то разрядить обстановку.

- Ты ведешь статистику моих фруктовых тарелок? – спросила я его.

- Что? – не понял Драк, недоуменно посмотрев на меня.

- Ты говорил, что будешь вести таблицу моих трофеев, – улыбнулась я.

Он рассмеялся – Нет, я забыл, кстати, мне пришлось отправить три тарелки и пять коктейлей обратно, пока ты целовалась с Данте.

- Я думала, что ты занимался тем же с Анной, – поддела я его, но мне было приятно, что наш с Данте поцелуй не остался незамеченным.

- Ты за мной следила? – он с  притворным возмущением посмотрел на меня.

- Не я, Данте. Он, по-моему, неравнодушен к Анне и следил за вами, как коршун, – не хватало, чтобы Драк заподозрил меня в том, что я ревную его к Анне.

Драк смущенно отвел глаза - Мне нужно было как-то отвлечься, ты сегодня просто ослепительна.

- Тебе не кажется, что использовать девушку в таких низких целях безнравственно и неприлично? – с наигранным возмущением воскликнула я, но мне польстил его ответ.

- Кажется, – сокрушенно вздохнул он -  но холодного душа здесь нет.

- Ты опять начинаешь? -  я припомнила ему вопрос, который он задал мне вчера.

- Что начинаю? – спросил он.

- Заигрывать со мной.

- Если бы я с тобой заигрывал, то делал бы это по-другому, – он опустил руку пониже, прижал меня к себе, и я почувствовала, что он имел в виду.

-Драк, душа здесь нет, – шепнула я.

- Не важно, – он прижал меня к себе еще крепче и замолчал, я чувствовала его горячее дыхание, запах драгонфлайя и одеколона.

Пока мы с  Драком танцевали, Анна и Данте вернулись за стол, он пил коктейль, а она задумчиво крутила в руках сотовый телефон, увидев нас, Анна отвлеклась от своего занятия и натянуто улыбнулась.

- Давайте пойдем в другой клуб? – вдруг предложил Данте, его настроение стремительно портилось.

- Вы как? – обратился он к Эс и Нику. – Давайте, – согласилась Эс – мы немного посидим и поедем домой, а вы можете продолжать. -  Анна пожала плечами, Драк тоже не возражал.

- Куда пойдем? – спросила я.

- Здесь в пяти минутах ходьбы есть другой клуб, – сказал Данте, в упор глядя на Анну.

Лицо Анны было спокойным, но опущенный взгляд и мелькающий в руках сотовый телефон, говорили о том, что она нервничает. Неожиданно Драк вскочил с места, и, сказав, чтобы мы отправлялись сами, а он нас нагонит, быстро смешался с толпой.

- Что это с ним? – подозрительно спросил Данте, проводив его взглядом.

- Наверное, вспомнил о каких-нибудь неотложных делах – предположил Ник.

Выйдя на улицу, мы стали решать, каким маршрутом будем добираться до нового клуба, по хорошо освещенной улице или по  узкому, темному переулку. По улице идти было дольше, по переулку ближе, но  темно и неуютно. В конце концов, мы выбрали короткий путь.

Эс и Ник шли чуть впереди, мы с Данте и Анной сзади. В переулке было темно и грязно, я смотрела под ноги, чтобы не споткнуться, а в сердце вдруг снова зашевелился червячок беспокойства. Ни с того ни с сего, я вспомнила мрачного типа, который следил за мной в клубе и его оценивающий взгляд. Мы достаточно углубились в переулок, чтобы нас не было видно с освещенной улицы, с каждым шагом мое беспокойство росло, и я боролась с искушением перейти на бег, чтобы поскорее покинуть это мрачное и неприветливое место. Я нервно оглянулась и увидела, что в переулок с улицы свернули несколько темных фигур и быстрым шагом направились в нашу сторону, беспокойство медленно, но верно перерастало в тревогу. Внезапно Эс и Ник резко остановились, перед нами выросли еще несколько мужских фигур одетых во все черное. Лица мужчин были замотаны черными тряпками, открытыми оставались лишь глаза и носы. Они быстро перегородили дорогу, не давая нам пройти. Ник оттеснил Эс к нам и встал впереди, заняв оборонительную позицию.  Мы прижались к стене дома, Эс встала правее Ника в безнадежной попытке прикрыть нас троих. Липкий страх окутывал меня плотным коконом, заглушая здравый смысл, хотелось завизжать и убежать к спасительной освещенной улице. Браслет жизни на запястье потеплел и неприятно покалывал кожу, указывая на повешенный уровень опасности. С другого конца переулка к нам приблизились еще пять закутанных фигур, мужчин стало семеро и наше положение становилось откровенно незавидным. Ник и Эсмириль не справятся со всеми. Мужчины в черном стояли и молчали, не приближаясь и не предпринимая попыток заговорить с нами, их намерения оставались непонятными, но угрожающими.

Вдруг с пожарной лестницы над нашими головами послышался скрежет и оттуда вниз спрыгнул еще один мужчина, приземлившись перед нами, он мягко спружинил и поднялся на ноги. От неожиданности я чуть не упала в обморок, но пальцы Анны сжали мою руку с такой силой, что я едва сдержала крик, но боль привела меня в чувство. Незнакомец встал к нам  спиной, слева от Ника.

- Ник, прикрывай правый бок, Эсмириль, оставайся, где стоишь. – коротко скомандовал он и закрыл нас с левого бока, Ник сделал два шага вправо. Незнакомец  быстро  оглянулся проверить все ли у нас в порядке, и я узнала Каллара. Впервые в жизни я была рада видеть своего жениха. Он мазнул по мне взглядом, коротко кивнул и отвернулся. Анна прижалась ко мне, вцепившись в мою руку мертвой хваткой, Данте отчетливо стучал зубами, прижимаясь с другого бока.

- Так, так, так! – раздался насмешливый голос,  из-за спин мужчин в черном  вышел тот самый парень, который следил за мной в клубе.  Кто тут у нас? - он встал перед нами, засунув руки в карманы и лениво оглядывая нашу компанию.

- Вы двое, – перейдя на местный язык, он поочередно ткнул пальцем в Данте и Анну – свободны, вы мне не нужны. - Анна не двинулась с места, а Данте, оттолкнув Ника и проскочив мимо  расступившихся парней в черном, кинулся бежать по проулку к освещенной улице, откуда мы пришли. Парень в черном насмешливо посмотрел ему вслед и презрительно сплюнул себе под ноги.

- Хорошо, – он перешел на всеобщий и снова, оценивающе, оглядел нашу компанию. Мое  сердце сжалось, в горле пересохло, а по спине потекла тонкая струйка холодного пота. Даже вместе с Калларом нам не одолеть восьмерых.

- Что  тебе нужно? – прошипел Каллар.

- Мне? Что же мне нужно?  - с издевкой процедил парень, одарив Каллара презрительным взглядом - У меня есть послание, но я не вижу еще одного, так что, подождем опаздывающего. Имей терпение и не разевай рот, пока я тебе не разрешу.

Он  посмотрел на Эсмириль  - Ты же уже сказала своему братцу?

- Он тебя сейчас разорвет на куски! – прошипела та.

- Посмотрим, – спокойно ответил парень.

- Кто ты? – спросил Каллар, проигнорировав его требование сохранять молчание

- Кто я? Да какая тебе разница, эльф? – он насмешливо скривил рот.

Да кто он такой и что себе позволяет?! Неужели, этот крысеныш надеется, что подобная выходка останется для него безнаказанной? Наместник вышвырнет его из этого мира, а уж наши отцы постараются сделать его жизнь безрадостной и полной лишений в любом из миров. Возмущение на мгновение перебороло страх, я пригляделась к стоящему перед нами проходимцу и увидела, что парень – инкар. Тем хуже для него, ему придется иметь дело с Драконами, и он ответит за нападение на членов нескольких королевских семей по всей строгости закона. Словно услышав мои мысли, инкар сделал шаг в сторону и уставился на меня.

- А ты красивая девочка. Не дергайся, тебя я не трону…пока! – он разглядывал меня так, словно я уже принадлежала ему. От его взгляда меня продрал озноб, живот скрутило от страха, и я непроизвольно стиснула руку Анны с такой силой, что она охнула от боли. Законы законами, но вампир есть здесь и сейчас, а до торжества справедливости мы можем просто не дожить.

- Даже думать об этом не смей! – процедил Каллар, делая шаг вбок и загораживая меня своей спиной.

- Эльф, я беру то, что хочу, мне твое разрешение не требуется, – вампир бросил на меня еще один взгляд через плечо Каллара и посмотрел налево – А вот и опоздавший!

Я повернула голову, по проулку в нашу сторону бежал Драк. При его приближении, черные, стоявшие у него на пути, отскочили в стороны, давая дорогу. Драк встал рядом с Калларом, и я почувствовала себя гораздо увереннее.

- Эльф, ты спрашивал, кто я и что мне надо, – сказал вампир, проследив за приближением Драка, и удовлетворенно улыбнувшись – Отвечу на первый вопрос, я – Коул. Помнишь меня?

От его слов Каллар непроизвольно отступил на шаг назад - Не может быть, не может быть, ты же…

- Нет, я не умер. Я тебя разочаровал? – с притворной жалостью спросил он.

- Готов исправить это упущение и прикончить тебя прямо здесь и сейчас! – прошипел Каллар.

- Не в этот раз, герой! – Коул сокрушенно покачал головой, словно сожалея о невозможности своей смерти и перевел взгляд на Драка. - А ты, Дракон, скучаешь по братцу? Он нам очень пригодился в пятом мире.

Драк ринулся вперед, неподвижные фигуры в черном внезапно ожили и схватили его за руки с двух сторон. Драк сделал несколько безуспешных попыток вырваться, но незнакомцы оказались чудовищно сильны.

- Ты очень расстроишься, если узнаешь, что он сильно мучился перед смертью? Я лично позаботился о том, чтобы она у него была долгой, очень долгой и очень мучительной, – качаясь с пятки на носок, издевательски произнес Коул, глядя на яростные попытки сопротивления Драка. Эс издала хриплый стон, вытянулась в струну, потом обмякла и привалилась к Нику.

- Ты здесь для того, чтобы рассказать, как умер Дун? – голос Каллара звучал глухо, но спокойно.

- Ах да, я и забыл, воспоминания уж больно приятные. Хорошо, что ты здесь, эльф, у меня есть сообщение, а Драконы слишком тупы, чтобы доверять им важные вести. Вампир еще раз с удовлетворением оглядел Драка, теряющую сознание Эсмириль и, задержав взгляд на Калларе, продолжил - Отщепенцы объявляют мирам войну! – его слова прозвучали, как гром среди ясного неба, я даже не сразу поняла смысл сказанного

Драк взревел и резко развел руки в стороны, пытаясь скинуть повисших на нем черных, мужчины пошатнулись, но сумели удержать его. Эс начала валится на землю, по ее телу бежала крупная дрожь, я поняла, что она вот-вот перевоплотится, Ник подхватил ее одной рукой, не давая упасть на грязный асфальт. Драку все-таки удалось освободить одну руку, один из нападавших отлетел к стене, но его место тут же заняли двое других. Коул спокойно наблюдал за безнадежной борьбой Драка и как, только его скрутили,  быстро поднес руку к лицу и дунул в короткую черную трубку, которую держал наготове. Драк неожиданно обмяк, его голова бессильно свесилась на грудь, а ноги подогнулись. Мужчины в черном не дали ему упасть, вздернув под руки вверх, а один из них вцепился в волосы Драка и поднял его голову, с левой стороны в шее Драка торчал длинный, темный шип. Глаза Драка горели ненавистью, он был в сознании, но двигаться не мог. Вампир подошел к Драку, фамильярно похлопал его по щеке и вновь повернулся к Каллару.

- А чтобы ты не забыл передать Совету Миров мое послание и отнесся к поручению ответственно, эльф, я оставлю тебе небольшое напоминание. -  Коул цепко ухватил Драка за шею, выхватил из-под куртки длинный кинжал и, развернувшись, воткнул его Драку в живот. Глаза Драка остекленели, а изо рта толчками пошла темная кровь, черные разжали руки, и он рухнул на землю. Анна всхлипнула и начала сползать по стене, теряя сознание. Я закрыла рот обеими руками, чтобы не закричать, в ушах зазвенело, а в глазах заплясали цветные точки. Коул посмотрел на распростертого на земле Драка и что-то сказал своим помощникам на незнакомом языке. Я с ужасом следила за его движениями, морально готовясь, что через несколько минут мы все присоединимся к Драку.

- Не забудь, эльф! – последняя жуткая улыбка, и нападавшие исчезли также быстро, как появились. Первым опомнился Каллар.

- Ник, приведи ее в сознание! – приказал он, Ник опустил хрипящую Эс на землю и присел рядом, Каллар швырнул ему в руки кисет и трубку. Ник трясущимися руками пытался распутать узел.

– Быстрее или у нее остановится сердце! Драконам  нельзя долго оставаться между двумя ипостасями! – выкрикнул Каллар.

Я стояла, прижав онемевшие руки к груди, не в силах отвести взгляда от лежащего на тротуаре Драка и ножа в его животе. Ко мне приблизился Каллар и тряхнул за плечо.

- Алариэль, приведи девушку в сознание и разорви вот это на широкие полосы, – он быстро снял с себя куртку, сдернул рубашку и сунул мне ее в руки. Его руки были теплыми, а голос спокойным и уверенным. Ноги отказались держать меня, и я опустилась на землю рядом с Анной.

Ник раскуривал трубку – Ник, быстрее!-  Каллар присел около Драка.

- Драк, держись! – он осмотрел рану, но кинжал трогать не стал. Драк был без сознания, дыхание с хрипом вырывалось из его рта, а по щеке ползла тонкая струйка крови, собираясь в темную лужицу под его головой. Ник, наконец, раскурил трубку, втянул дым и выдохнул его Эс прямо в рот. Я  непослушными пальцами рвала рубашку Каллара, отстраненно думая о том, что Нику нельзя курить драгонфлай, ведь для него это опасно. Эсмириль закашлялась и открыла глаза.

Увидев, что Эс пришла в себя, Каллар подскочил к ней и помог сесть.

–Эсмириль, ты меня слышишь? Немедленно свяжись с Геланом, его телефон не отвечает, он должен быть где-то в городе, и скажи, что Драк ранен, мы едем к Вессу, ты меня поняла?  Пусть подъезжает в клинику. Эсмириль кивнула, не отводя взгляда от брата. По ее щекам текли слезы, а с лица схлынули все краски.

- Ник, подгони  машину!  – Каллар склонился над Драком, аккуратно вытащил связку ключей из его брюк и бросил ее Нику. Тот поймал ее на лету, вскочил на ноги и побежал в сторону клуба. Каллар подошел ко мне и вынул из моих рук лоскуты, которые недавно были его рубашкой. – Алариэль, приведи в чувство девушку, – мягко напомнил он и вернулся к Драку. Я повернулась к Анне. Она лежала на правом боку,  неудобно подвернув под себя руку, я тряхнула ее за плечо и несколько раз несильно шлепнула по щекам, к счастью, обморок был неглубоким, и вскоре Анна пришла в себя.

- Что… что случилось? – хрипло сказала она.

- Драк ранен, мы сейчас повезем его в больницу, – я помогла ей сесть, она с ужасом посмотрела на Драка, и я пересела так, чтобы закрыть от нее распростертое на земле тело и не дать снова потерять сознание.

Каллар тихим голосом успокаивал Эсмириль на квэнне, а потом обнял ее и нежно прижал к себе, гладя по голове, ее плечи сотрясались от рыданий. В проулок влетела машина, резко затормозив в нескольких ярдах от нас, из автомобиля выскочил Ник. Они Калларом осторожно подняли Драка, стараясь не потревожить кинжал в животе, и соблюдая все возможные предосторожности, поместили его на заднем сиденье.

- Ник, забирай Эсмириль и девушку, и езжайте на другой машине к Вессу, Алариэль поедет со мной, – скомандовал Каллар. Ник кивнул,  помог подняться Эс и Анне и решительно, но быстро повлек их по направлению к улице, предварительно вытащив из моей сумки ключи. Каллар помог мне встать и, придерживая за талию, усадил на пассажирское сиденье. Заняв место водителя, он плавно тронулся с места. Мы в молчании мчались по городу, слушая неровное, хриплое дыхание Драка. Меня колотило так, что зубы выбивали дробь, я безуспешно пыталась унять дрожь. Каллар вел машину очень аккуратно, стараясь, чтобы Драка поменьше трясло, но все- же довольно быстро для города. Очень скоро мы выехали на автостраду, и Каллар немедленно увеличил скорость. Я неотрывно смотрела на Драка, придерживая его руками, чтобы он не свалился с сиденья на поворотах. Он так и не пришел в сознание, на его рубашке выступило пятно крови, медленно расползаясь и становясь все больше. Иногда Драк переставал дышать и я вместе с ним, мысленно умоляя его сделать еще один маленький вдох, не сдаваться, ведь до больницы осталось ехать совсем недолго, и словно слыша мои мольбы, он начинал бороться за жизнь, снова раздавался хрип, а в моем сердце оживала надежда.

Трасса была свободна, Каллар отвлекся от дороги и посмотрел на меня – С ним все будет в порядке. Весс поможет, – мне показалось, что уверенности в его голосе не было.

- Кто это был? – сглотнув комок в горле, спросила я.

- Я все расскажу потом, не сейчас.

Я снова замолчала, искоса поглядывая на моего незнакомого жениха. В самом страшном кошмаре, я не могла представить, что наше более близкое знакомство начнется таким образом. Какое счастье, что Каллар оказался поблизости! Без него мы бы точно не справились, даже если бы вампир в черном оставил нас в живых, то Драка бы мы не спасли. Я  снова посмотрела на заднее сиденье и отрешенно подумала, что тело, которое там лежит не может быть Драком, это не он. Восково-бледное лицо, заострившийся нос и окровавленный рот не принадлежат моему другу. Мне все снится, это кошмар, а когда я проснусь, то ничего этого не будет. По моему телу пробежала крупная дрожь, а из глаз потоком хлынули слезы. Каллар подождал, пока я немного успокоюсь, протянул платок и молча погладил по руке. Я вцепилась в его руку, так словно от этого зависела моя жизнь.

- Алариэль, все будет хорошо! – мягко произнес Каллар – Не бойся.

- Ты меня не оставишь? – сквозь рыдания спросила я, с ужасом представляя, что будет если я останусь одна.

- Нет, конечно, нет. Я буду с тобой. - Он повернул голову и посмотрел на меня. - До самой смерти, – добавил он чуть слышно.

Только сейчас я увидела, какой он, оказывается, красивый. Каллар был до пояса обнажен, по гладкой коже груди скользили отблески света от фар встречных машин, темные волосы растрепались, но на лице не было следов паники или страха. Я смотрела на него,  не отводя глаз и не отпуская руки, и почти верила в то, что все действительно будет хорошо, ведь Каллар пообещал, а он наверняка знает, что говорит. Через четверть часа мы влетели во двор клиники Весса. Каллар так и не отнял свою ладонь, хотя, наверняка, вести машину одной рукой ему было неудобно. От здания клиники уже бежали с носилками вампиры, сам Весс и Гелан.

Каллар остановил машину перед приемным покоем и, разжав мои ледяные пальцы, аккуратно вытащил свою руку из моей и вышел наружу. Я вышла следом и на подгибающихся ногах отошла в сторону. Следом за нами к клинике подлетела вторая машина, из которой выскочили Ник, Эс и Анна.

Драка аккуратно вытащили из машины, уложили на носилки и бегом понесли в сторону одного из зданий клиники. С одного бока бежал Весс и Гелан, с другого Анна, Эс и Ник. Я стояла и смотрела им вслед, силы окончательно оставили меня, тело налилось неподъемной тяжестью, внутренности смерзлись в ледяной ком, руки дрожали, мне хотелось лечь на землю и свернутся в клубок. Я начала оседать на землю, но меня подхватил Каллар.  Я уткнулась ему в грудь и разрыдалась, выплескивая слезами пережитый ужас, не в силах остановится. Каллар гладил меня по голове и шептал, что все будет в порядке, что Драк обязательно поправится, а Коул будет наказан за свои злодеяния. Немного успокоив, Каллар проводил меня в приемную и усадил в кресло, поручив заботам Ларины, а сам направился к выходу. Ларина подала мне стакан воды

- Аль, что случилось? – ее губы были белыми, а руки заметно тряслись.

Я отпила глоток, расплескав половину стакана на себя, и  отрицательно потрясла головой, давая понять, что не могу разговаривать.

Ларина выбежала из приемной, оставив меня в одиночестве. Я уставилась на полупустой стакан в руке. Два часа назад мы с Драком танцевали медленный танец, он шутил, улыбался, разговаривал, желал меня, а сейчас неизвестно доживет ли до утра. До меня постепенно доходил ужас происходящего, мой друг умирает или уже умер и это все происходит на самом деле. Это не сон и если Драк умрет, то это произойдет по-настоящему и навсегда. Я сжалась в комок в безнадежной попытке укрыться от страшных мыслей. Он не может умереть, только не Драк! А как же Эсмириль? Она его так любит. А как же я? Как мы будем жить без него? Я уткнулась лицом в колени, мне не хватало воздуха, а глаза жгло от слез. Чья-то заботливая рука укрыла меня теплым пледом, я подняла голову, передо мной стоял Каллар. Его лицо было похоже на безжизненную маску.

- Он умер? – чужим голосом спросила я.

Он присел рядом и обнял меня за плечи – Нет, он жив, но очень плох, Весс делает все возможное, чтобы спасти ему жизнь. У Драка обширное внутреннее кровотечение и повреждены органы. Вессу кажется, что клинок был отравлен, но пока не будут готовы анализы ничего нельзя сказать наверняка.

Я тихонько заскулила. Каллар прижал меня к себе крепче. - Алариэль, мы все надеемся, что он выкарабкается.

Я на это не надеялась, Драк не выживет, он умрет от раны или от яда. А может быть, он уже умер, а Каллар скрывает от меня страшную правду? Перед мысленным взором снова проплыла картина в переулке, резкое движение Коула, отблеск на клинке, глухой звук, когда нож входил в плоть и остекленевшие глаза Драка, у меня закружилась голова, и я потеряла сознание.

Придя в себя, я увидела над собой испуганное лицо Каллара, он держал в руке резко пахнущий ватный тампон.

- Я в порядке, – прохрипела я – в порядке.

Каллар присел на край кушетки, на которой я лежала, и принялся растирать мои руки, чтобы восстановить кровообращение.

- Где все? – все еще хрипя, спросила я.

- Все в комнате ожидания при операционном блоке, – он мотнул головой куда-то в сторону – ждут, когда закончится операция, уже недолго осталось.

Он встал – Я сейчас вернусь.

Я схватила его за руку - Я отлучусь на четверть минуты, мне надо кое-что взять из машины, – он ободряюще погладил меня по руке.

Каллар вернулся быстрее, чем обещал, у него в руке был кисет и трубка. Он ловко ее набил, раскурил и задержал во рту ароматный дым.

- Дай мне тоже, – попросила я.

Он протянул мне трубку. Я короткими затяжками курила и чувствовала, как кровь вновь потекла по рукам и ногам, тело отозвалось ноющей болью. Глаза болели от слез, затылок ломило, лицо опухло, я чувствовала себя разбитой и очень уставшей. Немного успокоившись, я вернула трубку Каллару. Он пересел в кресло и курил, делая быстрые, короткие затяжки, внешне он был спокоен, но тонкая складка на переносице и едва заметно дрожащие пальцы выдавали его внутреннее состояние. Мы молчали, расспрашивать о произошедшем у меня пока не было сил, не сейчас, под действием травы я словно уплывала в мир спокойствия, где не было кошмара последних двух часов.

- Ты не мог бы сесть рядом со мной? – попросила я Каллара

Он легко встал и молча сел рядом, я прижалась к его боку, укутавшись в плед, как в  кокон. Рядом с ним мне было спокойнее, я чувствовала себя защищенной, он едва заметно пошевелился и сел так, чтобы мне было удобнее. Докурив, он положил трубку и обнял меня одной рукой. Мы сидели, как две птахи на ветке, прижавшись друг к другу, я смахивала краем пледа текущие из глаз слезы и тихо всхлипывала. Действие драгонфлайя, наконец, достигло пика, и я задремала.

Глава 33 Каллар

Я прижимал к себе спящую Алариэль и был бы абсолютно счастлив, если бы не трагические обстоятельства нашей незапланированной встречи. Я немного подвинулся, стараясь не разбудить ее, и сел так, чтобы ей было удобнее. Она все еще всхлипывала во сне, а руки до сих пор были ледяные, но драгонфлай ее успокоил, позволив забыться сном. Алариэль довольно ловко управлялась с трубкой, и мне было несложно догадаться, кто был ее учителем. Улыбнувшись, я вспомнил, насколько непривычно выглядела моя невеста, выпускающая из тонких ноздрей струйки ароматного дыма, но воспоминания о событиях сегодняшнего вечера понемногу вытеснили из мыслей приятные думы.

Явление Коула собственной живой персоной стало для меня неожиданным и весьма неприятным сюрпризом. Я ломал голову над тем, кто же мог утащить проклятого инкара в пятый мир. Как ему удалось выжить? Коул оставил за собой череду мертвецов, которые ждали отмщения, моя сестра, Дун, те, о ком я не знаю. Сколько горя он принес нашей семье! Проклятый инкар влюбился в мою сестру и преследовал  Эорин, пока она не пожаловалась отцу. После отлучения Коула от двора, он растворился в городе, затаился, вынашивая планы мести, а потом непостижимым образом проник в покои сестры, надругался над ней и убил, искромсав тяжелым мясницким ножом. Эорин была самой очаровательной девушкой на свете, моей любимой, единственной сестрой. Воспоминания о ласковом взгляде ее голубых глаз, нежной улыбке и звонком голосе навсегда остались со мной, так же как боль от несправедливости ее страшной смерти. Милая, славная Эорин была молода и прекрасна, отец обожал ее, как Велерон обожает Алариэль, а когда сестра погибла, то унесла с собой в фамильный склеп его сердце. Он до сих пор скорбит по ней, время не притупило сердечной боли.

Я вспомнил его оценивающий взгляд на Алариэль, слова Коула и скрипнул зубами от ярости. Пока я жив, он никогда не получит Алариэль. Когда я вбежал в покои сестры, она была еще жива и успела шепнуть имя своего убийцы. Эорин умерла у меня на руках через несколько минут. Ее истерзанное, обнаженное тело и постель, мокрая от крови, до сих пор снятся мне в кошмарах. Отец, войдя в комнату и увидев бойню, которую устроил  Коул, закричал, как раненый зверь, а потом замолчал на семь лун. Лекари и маг были не в силах ему помочь, ибо еще не изобрели снадобье врачующее сердечные раны. После того, как отец снова заговорил, он открывал рот только тогда, когда в словах была необходимость, а улыбки на его лице больше никто не видел. При дворе Иллари больше не устраивались пышные торжества и балы, которые так любила Эорин, не созывались со всех миров менестрели и воины на знаменитые турниры. Придворные забыли о привычных развлечениях. Лишь раз в году отец позволял провести праздник, в день рождения сестры, а в остальное время двор темных пребывал в трауре. Отец избегал общества, предпочитая проводить время в своих покоях или около могил матушки и Эорин. Мало-помалу, все дела по управлению королевством он передал мне и советникам, лишь изредка исполняя свои обязанности. После похорон Эорин было проведено тщательное расследование, но нам так и не удалось выяснить, каким образом Коул попал в замок. Как ему удалось пройти мимо стражи? Почему никто не слышал криков Эорин? Стражники, которые несли караул у покоев сестры в день ее убийства, даже под пытками отрицали свою причастность, а перед казнью, так и не признавшись, кричали о своей невиновности. Я им поверил, отец - нет.

Даже предательство Эстара отец не переживал так тяжело, как убийство Эорин. Мы с Эстаром никогда не испытывали братских чувств, напротив, старались избегать общества друг друга, а когда жизненные обстоятельства заставляли нас проводить некоторое время вместе, то постоянно ссорились. Эстар был чудовищно честолюбив, жесток,  коварен и всегда ставил свои собственные интересы превыше всего. С самого детства мой брат был способен только на подлости, его изощренный ум придумывал такие каверзы, что придворные только диву давались, удивляясь, откуда в маленьком мальчике может быть столько злобы и коварства. Суровое воспитание и телесные наказания, которые отец особым указом разрешил применять к отпрыску королевской крови, лишь заставили брата  стать более изобретательным и хитрым. Он стал тщательнее планировать свои проделки, чтобы не попасться и не понести заслуженного наказания. Друзей у Эстара не было до тех пор, пока он не познакомился с Таниэлем, лишь он один находил с моим братом общий язык, потому что сам был таким же, как Эстар. Я прижался щекой к голове Алариэль и вздохнул. Моя обожаемая невеста понятия не имеет, каков на самом деле ее старший брат. Таниэль не был таким же изворотливым и отчаянным как Эстар, но это не делало его выходки менее безобидными, а когда они с Эстаром пакостили вместе, то пожар в библиотеке Иллари можно было считать милой шалостью. Таниэль был единственным, кто искренне огорчился, узнав о гибели Эстара, все остальные или вздохнули с облегчением или пожалели, что он умер не от их руки. Интересно, что сейчас поделывает мой братец? Жив ли? Или сгинул в гиблых лесах пятого мира? Я не удивлюсь, если узнаю, что он стоит за всем тем, что происходит в пятом мире, объявить войну мирам – выходка вполне в его духе. Жажда власти Эстара не имела границ, он всегда рвался к трону, а после лишения прав на престол мой старший брат люто возненавидел отца и меня, и начал готовить покушение и переворот. Отец никогда не расскажет Совету о том, что Эстар жив, и может быть, тем самым изменяет историю всех обитаемых миров.

Нам с отцом удалось сохранить тайну, задействовав в подавлении переворота лишь нескольких самых близких друзей отца, тех, кому он доверял, как самому себе. Случайно узнав о тайных замыслах Эстара, мы успели подготовиться и нейтрализовать воинов, которых ему удалось привлечь на свою сторону. Гвардии был отдан приказ об аресте бунтовщиков. Несколько отпрысков знатных семей были объявлены предателями и казнены по древнему закону, согласно которому заговор против королей карался смертью. Бунтовщики были лишены языка, дабы не наболтали лишнего и обезглавлены. По закону Эстара должны были казнить вместе со всеми остальными, но такого позора отец допустить не мог. Личная гвардия отца уничтожила всех, кто помогал моему брату в организации  покушения, а Эстара объявил погибшим на охоте. О том, что закрытый гроб был пуст, знали только я и отец. В течение нескольких следующих лет при разных трагических обстоятельствах погибли друзья отца и все те, кто  знал об участии Эстара в заговоре. Все, кроме меня. После произошедшего я старался как можно меньше проводить времени с отцом, погрузившись в политику и часто путешествуя, не в силах находится рядом с ним. Совесть отказывалась оправдать и принять его действия, в глубине души я был убежден, что будь у отца еще один сын и наследник, то он без раздумий  избавился бы и от меня.

Осторожно повернув голову, я прижался губами к прелестной головке Алариэль. Моя строптивая, нежная и любимая невеста! Даже сейчас, с заплаканным лицом, в разводах косметики на щеках  и растрепанными волосами, она прекрасна. Она любовь всей моей жизни, ее смысл. Я усмехнулся одними губами, не так я представлял себе нашу встречу, нет, совсем по-другому. Несколько дней назад мне позвонил Гелан и сказал, что Алариэль хочет со мной встретиться. Я не сразу сообразил, о чем он толкует и переспросил его раз пять, пока Гелан не рассмеялся и не пригрозил, что поведет меня на свидание за руку.

- Они на днях собираются сходить в клуб, отметить увольнительную моего ученика, Аль сказала, что после этого похода она хотела бы встретиться с тобой, – в третий раз повторил Гелан. В старые времена за добрую весть давали награду, Гелана я был готов оcыпать серебром. Старый друг посмеялся над моим щедрым предложением, посоветовал беречь казну и повесил трубку. Следующие несколько дней, я летал как на крыльях, Ланиэль искренне радовался, глядя на меня, хотя и не знал причин моего хорошего настроения. Эти несколько дней стали самыми счастливыми в моей жизни, даже постоянные кошмары и гнетущие предчувствия  на время оставили меня в покое. К счастью, эйфория не лишила меня осторожности, я проследил, как Алариэль и ее спутник вошли в клуб, и дождался, пока они его покинули.

Алариэль пошевелилась, и ее рука легла поперек моего живота, я напрягся, стараясь унять дрожь от ее прикосновения к моему телу. После стольких лет отчуждения мне не верилось, что она со мной, рядом, я могу к ней прикоснуться и даже поцеловать.

Дверь открылась, в приемную вошли Ник и Эсмириль.

- Как он? – шепотом спросил я, Алариэль пошевелилась, но не проснулась.

- Операция прошла успешно, он без сознания, - тусклым голосом отозвался Ник, прижимая к себе заплаканную Эсмириль.

Они сели в большое кресло в другом конце комнаты, Эсмириль свернулась клубком у  Ника на коленях и уткнулась головой ему в грудь, ее спина вздрагивала от рыданий. Ник шептал слова ободрения и утешения, а мне было невыносимо жаль Эсмириль. Какое жестокое испытание выпало на долю моего несчастного брата по оружию в этот вечер - узнать о лютой смерти одного брата и оказаться свидетелем убийства другого, врагу такого не пожелаешь. Во мне крепла уверенность, что Драк не выживет, слишком серьезную рану нанес ему Коул, слишком долго мы добирались до клиники, слишком много крови он потерял. Мейге уехал с Повелителем Драконов и им понадобится несколько дней, чтобы вернуться. Весс, конечно, сделает все что сможет, но Драконов должны лечить их шаманы.

Мы сидели, погруженные в свои мысли, говорить не хотелось. Постепенно плечи Эсмириль перестали вздрагивать, дыхание выровнялось, она уснула. Спи, девочка, мой брат по оружию, тебе понадобятся силы. Ты еще такая молодая, но уже воевала, сбежав на войну вопреки запрету отца и присоединившись к поисковому отряду, отряженному на поиски Дуна и его воинов. Дуна они так и не нашли, но попали в засаду отщепенцев. Пять Драконов погибли, Эсмириль получила несколько ран, а под конец стычки попала под обвал, устроенный отщепенцами в узком ущелье. Братьям удалось спасти ее, шаманы Шерданна почти сутки складывали кости и штопали Эсмириль, а потом она заново училась ходить и летать. Я был в гостях у Гелана, когда вернулся десант, половина из посланных воинов и Арч с безжизненным, окровавленным телом Эсмириль на руках. Весть о ее тяжелом ранении разнеслась по Шерданну со скоростью лесного пожара. Через несколько минут после выхода из портала, у павильона столпилась половина населения замка. Диара с плачем рвалась к дочери, но Брун крепко держал жену в своих объятиях, прижимая ее лицо к своей груди, чтобы она не видела ужасающего зрелища, одновременно выкрикивая приказы шаманам и воинам. Пока шла операция, Диара сидела в соседней комнате, неподвижная, растрепанная, с остановившимися взглядом и сухими глазами, а Брун все это время был с ней и держал ее за руку. Тогда тоже ни у кого не было надежды на то, что Эсмириль выживет, но она выкарабкалась.

- Он выживет, Каллар? – вдруг тихо спросил Ник.

- Надеюсь, но шансов мало, - с Ником я мог быть откровенен.

- Он должен выжить, он сильный! – упрямо прошептал Ник. – Эс не перенесет, если он умрет. Дуна я не знал, но Драк мне как брат.

- Будем надеяться на лучшее. Драку надо только дожить до приезда Мейге, – мне почему-то казалось, что стоит приехать их лекарю, как Драк будет спасен. - Что Весс сказал про нож?

- Он велел отправить нож в лабораторию, сказал, что после операции проведет исследования и попробует определить был ли там яд. Игла в шее тоже была чем-то обработана, Весс ее тоже исследует. – Ник говорил почти шепотом, стараясь не разбудить Эсмириль.

- Анна сидит у палаты Драка и молится, Весс попытался ее выставить, но она закатила истерику. Мне кажется, она его любит, – помолчав, сказал Ник. Я удивленно вскинул на него глаза.

Красавца Драка любили многие женщины, но я никогда не слышал, чтобы он встречался с человеческими девушками.

- Она человек и ничего не знает про нас, – помолчав, признался  Ник.

Дверь распахнулась, и в приемную вошел Гелан. Он выглядел подавленным и опустошенным. Третий мир всегда считался спокойной, тихой гаванью, далекой от проблем и врагов наших миров, здесь все было совсем иначе, настолько по-другому, что даже Драконы теряли бдительность. Гелан отрешенно окинул взглядом комнату, задержавшись взглядом на нас с Алариэль, и сел в кресло. Несколько минут он молчал, сгорбившись и опустив голову. Эсмириль вздрогнула и резко села.

- Как он? – спросила она.

- Он в реанимации. Собирайтесь, мы едем в поместье, – не терпящим возражения тоном, сказал Гелан – Каллар, ты едешь с нами.

Я осторожно погладил Алариэль по щеке. – Просыпайся, нам нужно ехать. - Она открыла фиалковые глаза и посмотрела на меня. Я с опаской ждал ее пробуждения, несколько часов назад ей была нужна поддержка, крепкое мужское плечо, сейчас же, когда опасность миновала, я боялся, что она снова станет избегать моего общества. Алариэль села и поправила волосы.

-  Как он? – воскликнула она, увидев Гелана.

- Он в реанимации, – повторил Гелан – собирайтесь!

- Я не поеду, – глухо сказала Эсмириль.

- Нам здесь делать нечего, - лицо Гелана приняло злое выражение, обычное хладнокровие изменило ему. - Весс позвонит,  если в состоянии Драка произойдут изменения. Нам всем нужно отдохнуть. Завтра утром мы приедем, чтобы навестить его. - Гелан встал и, не сказав больше ни слова, вышел на улицу, Ник помог Эсмириль подняться и  они вышли следом.

Алариэль проводила их взглядом и вздохнула, она так и не отодвинулась. Каллар, он выживет? – в ее глазах снова закипали слезы.

- Надеюсь, Весс сделал все, что мог. Теперь нужно только  верить в благоприятный исход, – мне до безумия хотелось снова обнять ее или просто взять за руку, но я не смел.

Она кивнула - Ты едешь в поместье с нами? – спросила она.

Я кивнул.

- Это хорошо. – Алариэль посмотрела на меня и слабо улыбнулась -  Помоги мне встать, пожалуйста.

Я распутал плед и помог ей подняться. Придерживая ее под руку, мы вышли на улицу. Ник и Эсмириль уже сидели в машине, а Гелан разговаривал с Вессом.

- Вы должны увезти эту девушку! – Весс выглядел смертельно уставшим. - Она мешает нам работать, нет никакого толка от того, что она сидит под дверью палаты.

- Она не хочет уезжать, что мне ее силой тащить? – раздраженно спросил Гелан.

- Как хотите, но она должна уехать. – Весс скрестил руки на груди, недвусмысленно давая понять, что спорить дальше на эту тему не намерен.

- Я с ней поговорю, – вызвалась Алариэль.

- Отлично, – кивнул Весс. – Я иду в лабораторию делать анализ. Драггар Гелан, я позвоню, когда получу результат или если в состоянии драггара Драка произойдут изменения, - он попрощался и пошел в сторону клиники.

- Каллар, мы ждем вас в поместье, – сказал Гелан и направился к машине.

Мы с Алариэль направились к операционному блоку.

- Тебе не холодно? – спросила Алариэль, искоса посмотрев на меня.

- Холодно? Нет, – отозвался я только сейчас сообразив, что до сих пор не оделся, и стою перед ней по пояс голый. – Хотя, конечно, не дело разгуливать в таком виде в начале весны. Я провожу тебя до палаты и схожу за курткой, а ты поговоришь с девушкой.

- С Анной, – уточнила она и отвернулась.

-Да, с Анной.

Анна сидела в пустом коридоре в отделении реанимации на одной из жестких скамеек, сгорбившись и спрятав лицо в ладони. У Алариэль сделалось жалкое лицо, губы задрожали, а в глазах блеснули слезы. Я вышел, оставив их вдвоем, и направился к машине, а когда вернулся, увидел, что Алариэль сидит рядом  с Анной и обнимает ее за плечи.

- Анна, мы должны уехать. Доктор запрещает нам находиться здесь, он сказал, что если будут какие-нибудь изменения, он позвонит, – увещевала она ее.

Анна отрицательно помотала головой - Я должна остаться, мне кажется, что если я уеду, он умрет.  Пока я здесь, он будет жить, – не поднимая головы, произнесла Анна.

По щеке Алариэль скатилась одинокая слезинка. - Послушай, если бы его самочувствие зависело от нашего сидения здесь, то мы бы встали в этом коридоре лагерем. Нам всем надо отдохнуть. Завтра утром мы приедем снова. – Алариэль беспомощно посмотрела на меня, видимо, она исчерпала все аргументы, но так и не переубедила Анну.

Я подошел и решительно тронул Анну за плечо – Идем, пора ехать.

Она подняла голову, но, посмотрев мне в глаза, безропотно встала. Я крепко взял их обоих за руки и решительно вывел из помещения, даже не дав заглянуть в окошко палаты.

Алариэль с Анной, обнявшись, сидели на заднем сиденье и молчали. Я вел машину по шоссе, ведущему к драконьему поместью, голова гудела от усталости и переживаний, хотелось выпить чего-нибудь крепкого, чтобы хоть немного расслабится и забыться сном. Небо на востоке уже начало сереть, предвещая скорый рассвет.  Скоро эта ужасная ночь закончится и наступит новый день, который даст нам всем надежду на благоприятный исход или сил жить дальше, если случится самое страшное.

Подъехав к дому, я припарковал машину рядом с автомобилем Гелана и окинул взглядом дом. Окна первого этажа были освещены, в поместье не спали. Мы втроем вошли в распахнутые вагарами двери и прошли в гостиную. Через несколько минут в комнату вошел Лус, он старательно отводил глаза, но я заметил, что его глаза покраснели, а лицо опухло от слез.

- Желаете закуски, кэррам? – обратился он ко мне на квэнне с поклоном.

- Да, Лус, желаем, и принеси чаю, – я поразился, насколько плохо выглядел Лус, этот улыбчивый, молодой парень за одну ночь переживаний словно постарел на десять лет.

- Кэррам желает отдельную комнату или проведет ночь в покоях драггара Гелана? – спросил он.

- Я проведу ночь в покоях драггара Гелана, а Анна в покоях кэррин Алариэль, – вряд ли Анна и Алариэль захотят остаться в одиночестве.

- Все будет исполнено, как вы желаете, – ответил он с поклоном, но не тронулся с места.

- Ты что-то хотел спросить? – подбодрил я его.

- Кэррам, скажите, как хозяин? – его лицо дрогнуло, Лус с трудом сдерживал слезы.

Я подошел к нему и ободряюще похлопал по плечу. – С ним все будет в порядке. Он потерял много крови, но ведь твой хозяин бывал в переделках и похуже этой, а, Лус? Уверен, он переживет удар кинжалом в живот. – Лус кивнул, смахнул слезинку и сказал – Спасибо, кэррам, вы меня обнадежили. Как только мне разрешат, я поеду ухаживать за хозяином, - он поклонился и вышел.

- На каком языке вы разговариваете? Что это за дом? Кто вы такие? – Анна с большим подозрением смотрела на меня. Быстро же она сообразила, что мы не такие как она, с досадой подумал я. Мы с Алариэль коротко переглянулись, в наши планы не входило посвящать Анну в наши секреты. Для меня не составило бы особого труда рассказать Анне правдоподобную сказку о нашем происхождении, но в памяти всплыло воспоминание о хрупкой фигурке, съежившейся на жесткой скамейке в больничном коридоре перед палатой реанимации, и я понял, что должен сказать правду. Я прошелся по комнате, собираясь с мыслями и обдумывая с чего начать свой рассказ, чтобы Анна не приняла меня за умалишенного.

- Анна, может мои слова покажутся тебе странными, но мы отличаемся от людей... – осторожно начал я отвечать на ее последний вопрос и осекся, заметив, как окаменело лицо девушки - Не бойся, ты в полной безопасности!

Она досадливо отмахнулась и взяла инициативу в свои руки. - Кто этот человек? – кивнула на дверь, за которой скрылся Лус, а на ее лице, вопреки моим ожиданиям, отразилось раздражение.

- Его зовут Лус, он слуга Драка, – ответила Алариэль, вопросительно посмотрев на меня.

- Слуга? У него есть слуги? – удивленно спросила Анна.

- У нас у всех есть слуги, – ответил я, начиная раздражаться. Анна перебила меня в самом начале откровения, и я не представлял, в каком направлении продолжится наша беседа.

- Кто вы такие? – напряженно спросила Анна.

- Анна, пожалуйста, выслушай меня до конца и не перебивай! – теряя терпение, произнес я, она упрямо сжала рот и уставилась на меня внимательными, темными глазами в глубине которых мелькало недоверие - Как бы тебе объяснить, мы не совсем люди, вернее сказать, совсем не люди, – произнеся эту фразу, я чуть не рассмеялся, осознав насколько странно она должна звучать для человека.

- Послушай, если я играю в фильме про вампиров, это не значит, что я верю во всю эту чушь! – раздраженно воскликнула Анна, снова перебив и изрядно озадачив меня, – Не надо делать из меня дурочку!

- Мы эльфы, – быстро сказала Алариэль, поняв, что связного объяснения у меня не получится и, решив говорить короткими и точными фразами.

- Эльфы? Так тот парень на улице…  - глаза Анны округлились, но через секунду снова сузились - Вы тут все сумасшедшие что ли? Или у вас игры такие?

Я едва удержался от тяжелого вздоха. Почему люди такие странные существа? Когда перед ними стоит живой эльф, они в него не верят, но охотно верят в существование инопланетян, снежных людей, привидений и всяких прочих мифических существ, которых никто никогда не видел и вряд ли увидит. Как говорится, хочешь прослыть лгуном, скажи правду.

-  Анна, мы на самом деле эльфы, – я старался, чтобы мой голос звучал, как можно более доброжелательно и убедительно. Она c подозрением смотрела то на Алариэль, то на меня, потом пару раз вдохнула и выдохнула – Так, спокойно! Вот ты! Ты кто? – ткнула она пальцем в Алариэль. Она встала и сделала риальту, церемониальный поклон представления особ королевской крови, который предполагал перечисление титулов – Алариэль кэррин Ильнуэр Саэлиэль, ненаследная принцесса Дома Элларион, дочь Лучезарного Эльфа, повелителя светлых эльфов и правителя государства Фалиальты Велерона.

Я последовал примеру Алариэль, сделал  мужской вариант риальты, и представился полным именем – Каллар кэррам Эльмарин Бальзар Элон, наследный принц дома Иллари, сын повелителя темных эльфов первого мира и правителя государства Талинги Владыки Тареара Второго.

В комнате повисло молчание, Анна с недоверием смотрела на нас. Мы с Алариэль выпрямились. Конечно, я не ждал от человеческой девушки, что она ответит на нашу риальту, как подобает, но похоже наши церемонии вогнали бедняжку в ступор.

- Эльфов не бывает! – наконец выдохнула Анна, глядя на нас, как на психов.

-  А кто бывает? - усмехнулся я.

- Эльфы бывают только в сказках! – сказала Анна без особой уверенности.

- Ну, в таком случае, считай, что ты попала в сказку, – она нам не верила, а я уже устал убеждать ее в нашем существовании.

Вошли вагары и внесли чай, Лус сервировал стол и после моей просьбы покинул комнату, уведомив перед тем, как выйти, что покои готовы. Алариэль разлила чай и подала по чашке мне и Анне.

- Как вы можете это доказать? – наконец спросила Анна.

- На слово ты нам не веришь? – отпив глоток чая, спросил я.

Анна отрицательно покрутила головой.

- Ну, что ж, придется немного рассекретиться, – я достал из-за пазухи длинную цепочку с висящим на ней бледно-розовым каплевидным кристаллом, амулетом со смешным названием «внешность обманчива», и прошептал магическую формулу, дезактивируя его. Морок перестал работать, и Анна следила за моей трансформацией, округлив глаза и приоткрыв рот. Дав ей полюбоваться на настоящего себя некоторое время, я снова активировал амулет и, вернув привычную для людей внешность, сказал – Мы отличаемся от вас, поэтому нам приходится изменять свою внешность, чтобы она соответствовала представлениям этого мира.

- А Драк тоже эльф? – хрипло спросила она через некоторое время.

- Драк не эльф, он – Дракон, – сказала Аль и поднялась со своего места – Пойдем, Анна, я провожу тебя в комнату, тебе надо отдохнуть. Завтра мы тебе все объясним, - она вынула из рук Анны полную чашку, заставила встать и потянула ее за собой из комнаты.

Я сидел на диване и пил чай, наше приключение заканчивалось и все возвращалось на круги своя, Алариэль снова была со мной холодна и смотрела куда угодно, только не на меня. Ее отчуждение больно ранило, несколько часов назад мне показалось, что от нее ко мне протянулась тоненькая ниточка симпатии, но надежда была тщетной, ничего не изменилось. Алариэль вернулась через несколько минут, в руках у нее был кисет и две трубки.

- Покуришь со мной?  Не люблю курить одна. Я нашла твою трубку в машине и решила захватить, на случай если ты тоже захочешь, – она села на другой конец дивана и протянула мне мою трубку. Вот и все, сказка закончилась, принцесса снова стала ледяной королевой.

- Спасибо за заботу, – я раскрыл кисет и взял порцию травы.

Она набивала свою трубочку не очень умело, но старательно. Мы закурили, и некоторое время сидели молча.

- Почему ты рассказал Анне про нас? – Алариэль смотрела на завитки дыма.

- Не захотел ее обманывать, – честно признался я.

- Кажется, она не поверила.  – Алариэль быстро посмотрела на меня и снова отвела взгляд.

Я пожал плечами и промолчал. Анна – случайный человек, завтра она уедет, и мы вряд ли увидим ее вновь.

- Как ты думаешь, Драк выкарабкается? – поджав ноги и съежившись на своем конце дивана, спросила Алариэль, она выглядела такой беззащитной и растерянной, что у меня защемило сердце, мне хотелось прижать ее к сердцу, утешить и внушить хоть каплю уверенности в благоприятном исходе.

- Надеюсь, -  тихо сказал я – Не переживай!

- Я не могу не переживать! Драк, он такой… такой живой! – она уткнулась лицом в руки и разрыдалась. Мое сердце сжалось от подозрений. Так вот в кого она влюбилась?! В Драка?! Не может быть! Как это могло случиться? Как он позволил ей? Я чувствовал себя преданным, словно лучший друг коварно ударил мне в спину. Алариэль провела довольно много времени в клане Тули и, вполне возможно, что между ней и Драком могло возникнуть чувство. В памяти всплыли слова Эсмириль об особенностях отношений у Драконов. Их моральные устои намного гибче, чем у эльфов, если им требуется секс, то он есть, просто и без затей. Если бы не драгонфлай, мне было бы сейчас намного хуже, но даже под действием травы мне было трудно следить за выражением лица, сердце болезненно сжималось и мне снова не хватало воздуха. Неужели Драк и Алариэль стали любовниками? От одной мысли об этом мне становилось дурно. Разве можно в чем-то обвинять Драка? В конце концов, в его обязанности не входит следить за целомудрием моей невесты, он просто брат моего лучшего друга. Еще немного и обуревающие меня эмоции выйдут из-под контроля, я, молча, положил трубку, встал, и, подойдя к Алариэль, сказал – Пойдем, я провожу тебя в твою комнату, тебе надо отдохнуть, да и мне тоже.

Она подняла голову, по ее лицу скользнуло непонятное выражение. Алариэль аккуратно затянула кисет, взяла со столика трубку и поднялась на ноги, даже не посмотрев на мою протянутую руку, и  с непроницаемым лицом направилась к выходу. Я распахнул перед ней  дверь, пропустил вперед и теперь шел на шаг позади, глядя ей в спину. Дойдя до своей комнаты, она открыла дверь и повернулась ко мне.

- Каллар, спасибо тебе, сами мы бы не справились, – ее глаза лихорадочно блестели, а губы кривились, словно она вот-вот заплачет.

- Не стоит благодарности. Спокойной ночи! – я развернулся и, не оглядываясь, быстро пошел по коридору в комнату Гелана. Сердце рвалось на части, а в глазах все расплывалось от подступивших слез. Стена отчуждения Алариэль стала еще толще, чем прежде. Через некоторое время за моей спиной хлопнула дверь. Я остановился, обессилено привалился к стене и закрыл глаза в безнадежной попытке успокоиться, мне еще предстоял разговор с Геланом.

В гостиной Гелана горел свет, хозяин сидел в кресле, поставив локти на колени и опустив голову на ладони. Сизый дым плотными слоями плавал по комнате.

- Извини, что не пришел раньше, я провожал Алариэль до ее покоев. – закрывая дверь, тихо произнес я.

- Ничего, - глухо отозвался он – Кто на вас напал?

Я сел в кресло напротив него и сказал – Коул.

Он вздрогнул и поднял голову, кровь отхлынула от его щек, а уголок губ повело вниз.

- Этот недоносок, оказывается, не сдох и, каким-то образом, попал в этот мир,– я утвердительно кивнул на его вопрос.

- Но как ему удалось выжить? – кривя губы, спросил Гелан.

- Не знаю, – я пожал плечами – кто-то переправил его в пятый мир. Нападение было спланировано, он заранее знал, что девочки и Драк пойдут в клуб развлекаться. На них бы напали в любом случае, чтобы передать сообщение.

- Какое сообщение? – сузив глаза, прошипел Гелан.

- Отщепенцы объявляют мирам войну.

- Бред! Какую, к демонам, войну? – воскликнул Гелан, вскакивая с кресла.

- Не знаю, Гел. Коул сказал, что он убил Дуна, – я не мог не сказать ему о смерти брата, пусть лучше услышит об этом от меня, чем от Эсмириль. Он замер и тяжело опустился в кресло. Я пересказал ему наш разговор с Коулом, во всех подробностях, не упуская ни единой детали, даже попытался передать интонации, с которыми говорил вампир. После окончания моего рассказа Гелан некоторое время сидел, обхватив голову руками, словно опасаясь, что она взорвется, а потом вскинул на меня горящие ненавистью глаза - Я его разорву собственными руками! Вырву сердце и заставлю его сожрать! – просипел Гелан – Ему не жить!

- У меня тоже есть к нему должок, – процедил я, набивая трубку и протягивая кисет Гелану.– Нужно связаться с Наместником и все ему рассказать, пусть сам решает, насколько серьезен вызов Коула.

- Никто не сможет мне помешать мстить за братьев! – заорал Гелан, гневно сверкнув глазами, я отпрянул от неожиданности, за много лет знакомства я никогда раньше не видел Гелана таким взбешенным.

- Гелан, успокойся, – на мгновение я испугался, что он даст волю бешеной драконьей ярости и примется крушить все вокруг.

Неожиданно ожил его сотовый телефон – Это Весс, – прошептал он мне, нажимая кнопку. Некоторое время он молча слушал и кивал, потом отключившись, уставился на меня. По  моему позвоночнику пробежал холодок.

- Весс сделал анализ, – тусклым голосом сказал Гелан, а я перевел дыхание, в этот раз Весс не сказал самого страшного.

- Клинок отравлен? – тихо спросил я.

- Он не понимает, чем был обработан нож, и не смог опознать это снадобье. Скорее всего, это был не яд, иначе Драк бы уже умер, но какое действие зелье окажет на него, Весс не знает. На игле было парализующее средство, также незнакомое. - Гелан потер пальцами висок – Весс сказал, что эти снадобья – смесь химических и магических ингредиентов. Ты понимаешь, что это значит? – я ошарашено кивнул, начиная осознавать, что брошенный вызов не шутка обнаглевшего инкара.

До сегодняшнего дня  считалось, что смешать химию и магию принципиально невозможно, но отщепенцы делом доказали ошибочность этого тезиса. Судя по всему, в пятом мире появилось грозное оружие, и оно будет использовано против нас. Мы с Геланом уставились друг на друга, переваривая новость.

- Я завтра же свяжусь с Наместником, новость слишком серьезная, чтобы скрывать ее, – произнес я, Гел согласно кивнул.

- Нам надо отдохнуть, – наконец сказал Гелан – завтра, вернее, уже сегодня будет трудный день.

- Да, пожалуй, ты прав, – я встал и направился в спальню, перед дверями я остановился, повернулся лицом к другу и,  помявшись, спросил - Гел, ты не знаешь, какие отношения были между Алариэль и Драком?

Он непонимающе посмотрел на меня.

- А какие, по-твоему, между ними могли быть отношения, кроме дружбы? – удивленно спросил он.

- Они встречались? – я сгорал от стыда, но не спросить не мог.

- Конечно, нет. Правда, я никогда не спрашивал Драка об этом. Мне даже в голову не могло прийти, что между ними что-то есть! – Гелан выглядел обескураженным – С чего ты это взял?

- Алариэль сегодня так убивалась по Драку, вот мне и показалось, – я чувствовал себя отвратительно  - Ведь вы, Драконы, довольно просто к этому относитесь, ну к отношениям.

Гелан внимательно посмотрел на меня, потом подошел и положил руку на плечо – Это - правда, мы относимся к этому достаточно просто, но это не значит, что мы начинаем отношения со всеми подряд. У Драка ничего не было с Аль и не могло быть. Он никогда бы не посмел преступить обязательства, особенно, по отношению к тебе. Каллар, не мучай себя подозрениями. Аль его любит, как друга, и  только.

Мое лицо пылало,  я не мог посмотреть Гелану в глаза, но от его слов мне стало легче.

- Каллар, иди, ложись, ты на ногах не держишься, – посоветовал Гелан и подтолкнул меня к дверям.

- Я сказал Анне, что мы эльфы, – уже стоя в дверях, я повернулся к нему лицом.

- Она поверила? – спокойно спросил Гел.

- По моему, нет, – усмехнулся я – Но возможно завтра она захочет выяснить, кто такие Драконы.

Я ушел в комнату и прилег на кровать, намереваясь обдумывать перед сном произошедшее, но как только голова коснулась подушки, провалился в сон.

Проснувшись, я открыл глаза и посмотрел в окно, солнце стояло довольно высоко, значит, я проспал не менее пяти часов. Я встал, умылся, почистил зубы и приказал Квенну, вагару Гелана, подать завтрак в комнату. Через пять минут вагар накрывал маленький стол в гостиной Гелана, а я, учуяв запах еды и аромат свежезаваренного кофе, понял насколько проголодался.

- Где драггар Гелан, Квенн? – спросил я, утолив первый голод.

- Драггар Гелан тренируется в зале вместе с длортом Ником. Кэррам, позвольте идти? – Если вам что-нибудь понадобится, я буду в соседней комнате, – я кивком отпустил его, он поклонился и вышел из комнаты.

Войдя в большой тренировочный зал, я увидел, что Ник стоит в сторонке, а Гелан наносит удары по манекену, который использовался для отработки техники рукопашного боя, судя по жалкому состоянию, манекен безнадежно проигрывал. Я подошел к Нику и поздоровался.

- Ты не знаешь, как его успокоить? – тревожно спросил Ник, ответив на приветствие – Он сегодня не спал, пришел в зал несколько часов назад и убивает эти штуки. Этот уже пятый! – Ник махнул рукой на кучу обломков, обрывков кожи и наполнителя. – Вагары боятся к нему подходить.

- Эй, вы двое! Берите мечи, пофехтуем! – крикнул нам Гелан, останавливаясь.

Ник молча пошел за мечами, Гелан направился в мою сторону, но вдруг развернулся к манекену и обрушил на него сокрушительный удар, плотная кожа лопнула, и из манекена посыпался песок.

- Он нас на фарш не порубит? – спросил подошедший Ник, протягивая мне меч рукоятью вперед.

- Надеюсь, нет, – ответил я без особой уверенности, примеряясь к оружию и делая пару вращательных движений, разогревая кисть. Какая хорошая идея! Азарт перед боем немного приглушил беспокойство. Мой друг до сих пор считается одним из лучших фехтовальщиков и точно не даст мне спуску, а я уже и не припомню, когда в последний раз бился на мечах.

- Нападайте одновременно и деритесь, как демоны! – закричал Гелан и яростно атаковал нас.

Мы с Ником переглянулись и ринулись в бой. Гелан бился едва в полсилы, но Ник выбыл через несколько минут, пропустив подсечку и каскад выпадов своего Наставника. Мы с Геланом остались один на один. В голове не осталось ничего, кроме блоков, ударов, защиты и нападения. Мне давно не приходилось брать в руки меч, и я уже подзабыл незабываемое ощущения, когда все мысли сосредоточены только на оружии и держащей его руке. Все мое внимание было поглощено передвижениями Гелана, а тело с удовольствием вспоминало боевую науку. Звон оружия, выпад Гелана, блок, а теперь отступить. Мечи поют и со свистом рассекают воздух. Блок, блок, атака, внимательные глаза Гелана и его коронный прием. Шутишь, друг? А если вот так? Меч стал продолжением руки, я уже не замечал, что он был немного тяжеловат для меня. А теперь мой коронный прием. И атака! Блок, выпад, еще выпад и отступить.

Через некоторое время я начал выдыхаться, отражать удары Гела становилось все труднее, я больше не атаковал, с прискорбием поняв, что потерял былую форму, и дав себе зарок больше тренироваться с оружием. Обходя Гелана, я заметил, что число зрителей увеличилось. Рядом с Ником стояли Эсмириль, Алариэль и Анна и следили за нашим боем. Я незаметно подмигнул Гелану и сделал вид, что хочу войти в ближний бой. Мы сблизились, его меч скользнул по моему.

- Давай немного развлечем зрителей, – шепнул я ему, он едва заметно кивнул, резко оттолкнув меня, начал заходить справа. Через несколько минут отчаянной рубки на потеху публике, когда мы с Геланом с яростными воплями и рычанием звенели мечами, он ловким движением выбил меч из моих рук и занес свое оружие для финального удара, я нырнул под его руку, откатился в сторону и вскочил на ноги. Гелан резким движением бросил в сторону оружие и встал в стойку для рукопашной, через секунду мы катались по полу. Я видел, что Эс сделала несколько попыток вмешаться, но Ник удержал ее. Алариэль стояла, прижав руки к груди, а Анна смотрела на наш бой с откровенным ужасом. Наконец, мы с Геланом устали валять друг друга по полу,  сели и расхохотались.

- Что вы тут устроили?! –закричала Эсмириль – Вы два … Мы с Геланом снова перемигнулись и бросились на нее, через несколько мгновений к нам присоединился Ник. Бой длился  несколько минут и окончился полной и безусловной капитуляцией Эсмириль и Ника.

Я подал Эсмириль руку, помогая встать с пола, она смеялась, потирая ушибленный локоть. – Хорошо дерешься, брат!

- Ты тоже, брат! – она ткнула кулаком мне в плечо – Требую реванша -  она вытянулась во весь свой невеликий рост и произнесла традиционную фразу вызова на дуэль. Мы расхохотались.

- Анна, мы просто пошутили! – я увидел испуг на ее лице и ободряюще потрепал ее по плечу.Судя по всему наш юмор сильно отличался от ее представлений о смешном.

- Я думала вы сейчас убьете друг друга! – она все еще не верила, что бой был не настоящим.

- С чего ты это взяла? – спросил Гелан, приближаясь к ней и неся в руках мечи.

- Ну, вы были с оружием. – неуверенно ответила Анна, глядя на Гелана во все глаза.

- Я тебе открою секрет, – сказал он таинственным голосом, пристально глядя на девушку – без оружия драться неинтересно.

-Оно же острое! – Анна с опаской покосилась на мечи в руках Гела.

- А кто бьется тупым? – удивленно спросил он. На самом деле оружие, которым мы рубились, не было боевым и вряд ли мы могли серьезно поранить друг друга, но на неподготовленного зрителя наш бой должен был произвести сильное впечатление

- Ой, у тебя кровь течет! – Анна показала пальцем на предплечье Гелана.

- Да? – он равнодушно посмотрел на плечо - Я и не заметил. Это, конечно, не боевые мечи, но ими тоже можно порезаться.– он стянул с себя майку и стал вытирать кровь с царапины на руке.

- Ничего себе! Как красиво! – воскликнула Анна, увидев дракона Гелана, когда он повернулся к ней спиной.– Это татуировка? А можно поближе посмотреть?

- Смотри, только близко не подходи, а то цапнет. – Гелан повернулся к ней таким образом, чтобы на дракона падал солнечный свет

- Обалдеть! Какая огромная! – в восхищении воскликнула Анна, рассматривая спину Гела.

- Это не татуировка, Анна. – посмеиваясь, сказала Эсмириль.

- Теперь ты понимаешь, почему они Драконы? – усмехнулась Алариэль.

- Вы якудза? – побледневшая Анна растерянно посмотрела на нас.

- Кто? Якудза? Конечно, нет! –Гелан  с улыбкой повернулся к ней лицом - Анна, мы и люди и то, что у нас на спинах. Мы - Драконы. Эс, покажи ей своего. -  Эсмириль повернулась и без стеснения задрала майку.

Анна затравленно посмотрела на нас с Алариэль. Она выглядела так, словно не знала, чего ей хочется больше: убежать от нас с криками или упасть в обморок.

Она повернулась к Нику – А ты кто?

- Я самый страшный из них всех, – он сделал эффектную паузу – я – человек!

Анна растерянно хлопала глазами, не зная чему из сказанного верить. Вчера нам удалось убедить ее, что мы эльфы, теперь тоже самое предстояло сделать Драконам. Мне было любопытно узнать, какой способ доказательств они выберут. Неужели перевоплотятся? Все оказалось просто до гениальности.

- Гелан, покажи ей, как вы прикуриваете, меня в свое время это убедило лучше всяких слов. – посоветовал Ник.

Гелан подошел к Анне и обнял ее за талию, переместив так, чтобы она стояла сбоку от него. – Смотри!– он отвернулся чуть в сторону и выдул тугую струйку пламени, Эсмириль сделала то же самое. Состояние Анны не поддавалось описанию, у нас на глазах рушились привычные представления о населении этого мира. Бьюсь об заклад, что в эту минуту она бы поверила в существование любого мифического существа из любой человеческой сказки. Надо отдать ей должное, не смотря на мои опасения, психика у девушки оказалась довольно крепкая, Анна быстро взяла себя в руки  и теперь с любопытством рассматривала нас.

Гелан вставил мечи в специальную подставку, вернулся к Анне и галантно предложил ей руку – Пойдем завтракать, наверняка, тебе не доводилось бывать в гостях у Драконов.  – он подхватил ее под локоток и повел к выходу, что-то рассказывая на ходу, Ник и Эсмириль, посмеиваясь, шли следом. Мы с Алариэль отстали.

- Каллар, – обратилась она ко мне, я повернулся к ней – мне вчера показалось, что я тебя чем-то обидела. Что случилось, объясни?

- Ничего не случилось, все нормально. – ответил я, смотря себя под ноги, она сделала попытку заглянуть мне в лицо.

- Нормально?  Ну, раз так... – она развернулась, чтобы уйти.

Я не мог ее не спросить, ревновать к умирающему было слишком мучительно. Я схватил Алариэль за руку и развернул к себе лицом.

- Я хочу задать тебе один вопрос. Можно? – я смотрел ей прямо в глаза

- Вопрос? – удивленно спросила Алариэль.

- Ты и Драк, вы вместе? – выдохнул я, презрев все эльфийские понятия о приличиях.

- Нет, конечно, нет! – воскликнула она – Мы просто друзья.

- То есть, ты в него не влюблена и вы… вы… – я не мог окончить фразу.

- Нет, мы не любовники, – спокойно ответила она, не отводя глаз, – мы оба знаем, что такое долг.

Я кивнул, получив ответ на мучивший меня вопрос, но как она это сказала… Лучше бы, я ни о чем не спрашивал.

- Каллар, я люблю Драка, как друга, не больше, и очень за него переживаю. – Алариэль серьезно смотрела мне в глаза.

Я отвел взгляд и опустил голову, чувствуя, что стена отчуждения и холода между нами становится шире Аррахейских[13] гор. Неожиданно она подошла ко мне и положила руки на плечи.

- Однажды Драк сказал мне, что я предвзято к тебе отношусь, не имея на это никаких оснований, и посоветовал познакомиться с тобой поближе, чтобы узнать тебя. Ямного думала, решила последовать его совету  и попросила Гелана устроить нам встречу. Мне нужно время, чтобы поменять свое мнение, - она отстранилась – Ты меня понимаешь?

В голове звенел колокол, а сердце выскакивало из груди. Как я мог допустить мысль о том, что Драк меня предал? Если Алариэль будет относиться ко мне чуточку лучше, я буду в неоплатном долгу перед ним.

- Да, Алариэль, конечно, я понимаю, – голос был не мой, слишком хриплый.

- За последние несколько часов я многое узнала о тебе, Каллар, – она отошла на шаг, я шагнул за ней, чувствуя, что между нами снова протянулась тонкая ниточка, а непроходимый Аррах превращается в холм. – Но вчера столько всего произошло, мне надо все обдумать.

Я кивнул и подошел еще на один шаг.

- Драк и Эсмириль говорят, что ты меня любишь. Почему? Ты же меня не знаешь, как ты можешь меня любить? – она смотрела в сторону.

- Алариэль, – я взял ее за руку – я люблю тебя с тех пор, как увидел в первый раз. Это любовь с первого взгляда.

Она подняла глаза полные слез – Правда? Тебе не надо было узнавать меня получше, чтобы полюбить?

Я отрицательно покачал головой.

- Я самая большая эгоистка в мире и действительно ничего не вижу вокруг себя и кроме себя! – сказала она горько и по щеке скатилась одинокая слезинка.

Я обнял ее и притянул к себе, просто не смог удержаться. Она тихо всхлипывала, прижавшись лицом к моей груди.

- Прости меня, Каллар! – она подняла лицо, и я утонул в ее глазах.– Мне нужно время, чтобы начать относится к тебе по-другому.

- У тебя есть все время этого мира, Алариэль. – сказал я, не отводя глаз. Я отдал бы все, чтобы сейчас, вот в эту самую минуту поцеловать ее, но боялся, что хрупкая ниточка может порваться от моего напора.

- Нас ждут, - она взяла меня за руку и потянула к двери.

Глава 34 Анна

Половина суток, проведенных в поместье Драконов, стали для меня самыми странными в жизни. Вечер, начавшийся как заурядная вечеринка в приятной компании, закончился кровавой драмой и был насыщен откровениями, которые никак не хотели укладываться в голове.

Едва держащаяся  на ногах Аль проводила меня в комнату и оставила одну в роскошных покоях, сказав, что ей нужно поговорить с Калларом. После ее ухода я бездумно прошлась по помещению, заглядывая в двери, обнаружив за одной из них ванную комнату, умылась, а потом долго смотрела на свое отражение в зеркале, не видя его. Воспоминания клубами тумана наползали друг на друга, выхватывая из памяти то первую встречу с Драком в Лондоне, то нашу прогулку по городу, то поцелуй в клубе, то каталку с бесчувственным телом с расплывшимся кровавым пятном на рубашке, то светло-оливковую стену в отделении реанимации, то жесткую скамейку и жгучее, рвущее душу отчаяние от невозможности хоть что-то сделать, хоть как-то помочь. Глаза жгло, словно в них насыпали песка, голова гудела, а тело ломило от усталости и пережитого нервного напряжения. Я смочила ладони холодной водой, провела ими по щекам и отвернулась от зеркала. Надо хоть немного поспать, скоро утро, а завтра после обеда мне надо быть на съемке. Вернувшись в комнату, я легла в кровать, закрыла глаза и честно попыталась уснуть, но, не смотря на усталость или из-за нее, сон не шел. Я ворочалась с боку на бок и упорно не открывала глаза, в конце концов, сдалась, перевернулась на спину и уставилась в потолок, расчерченный черными тенями.

Драк, как и обещал, позвонил мне за несколько дней до предполагаемой вечеринки и предупредил, что заедет за мной в гостиницу около девяти. За несколько дней прошедших после нашей встречи в кафе я успокоилась, пришла в себя, устыдилась своей несдержанности, решила, что   не дам своей симпатии к Драку перерасти во что-то большее и буду просто получать удовольствие от общения с новыми знакомыми. Возможно, мы с ним встретимся еще несколько раз до моего отъезда, а потом каждый из нас продолжит жить своей жизнью. Может быть, мы даже будем перезваниваться. Пару раз в год.

Однако мысли о том, что между нами ничего не может быть, не помешали мне основательно подготовиться к вечеринке, сделать укладку, маникюр, макияж и провести полтора часа перед зеркалом выбирая наряд. «Это не свидание, мы потанцуем, выпьем, повеселимся и разъедемся по домам» убеждала я саму себя, прикладывая к груди то одну  блузку, то другую и скептически оглядывая свое отражение. «Мы договорились остаться друзьями» говорила я себе, прыгая на одной ноге и натягивая длинный сапог на вторую. «На первом месте у меня карьера и вообще я приехала сюда работать, а не развлекаться»  думала я, напудрив нос и подправив и так идеально накрашенные губы. Несмотря на аутотренинг, щеки горячечно пылали, а сердце прыгало от предвкушения встречи. Драк ждал меня в холле, сидя в широком кресле. При моем приближении он встал, широко улыбнулся и по-дружески поцеловал меня в щеку в знак приветствия.

- Отлично выглядишь, Анна. – с улыбкой произнес он и галантно предложил мне руку. Его поведение было абсолютно естественным, я не чувствовала ни скованности, ни растерянности, ничего такого, чтобы напоминало о нашем тягостном разговоре несколько дней назад. Я приободрилась и оперлась на его руку. По дороге в клуб мы разговаривали о всяких пустяках, и я окончательно расслабилась.

Клуб был полон, мы с трудом протолкались к столику, за которым уже сидели девушка и парень. При нашем приближении они с любопытством уставились на меня.

- Познакомься, это моя сестра Эсмириль, – Драк склонился к моему уху, от него пахло одеколоном и чем-то еще, неуловимо знакомым, пряным, терпким и обволакивающим. Эсмириль протянула руку и крепко сжала мою ладонь.

- Эс, это Анна. – Эсмириль улыбнулась и кивнула, разговаривать в таком шуме было совершенно невозможно.

- Анна, это Ник.

- Приятно познакомится - Ник улыбнулся и, привстав, осторожно пожал мне руку, я кивнула в ответ.

Мы с Драком уселись на диванчик напротив Эсмириль и Ника. Пока он высматривал официантку, я с интересом разглядывала Эсмириль. Она не была похожа на своего брата, если бы он не сказал, что она его сестра, то я бы ни за что не догадалась об этом. В отличии от черноволосого и темноглазого Драка у нее были темно-каштановые волосы, забранные в узел на затылке и большие ярко-синие глаза. У Эсмириль было круглое личико с пухлыми губами и высокими скулами, но прямой нос с четко очерченными ноздрями   и твердая линия подбородка говорила о том, что сестра Драка девушка с характером. Лиловая шелковая блузка подчеркивала четкую линию плеч и красивые руки, а по изящной шее скользили цветные всполохи от массивных сережек с цветными камнями, вдетых в изящные ушки. Драк не сказал, сколько лет его сестре, но на вид я  не дала бы ей больше двадцати.  Ник был постарше, лет двадцати пяти-двадцати семи, высокий, светловолосый, сероглазый, с симпатичным лицом и хорошей фигурой. Он улыбался, но выглядел осунувшимся и измотанным. Эсмириль что-то говорила ему на ухо, а он улыбался и согласно кивал в ответ.

Официантка принесла заказанные Драком напитки.

- За знакомство! – Ник поднял свой стакан, предлагая присоединиться к тосту, мы сдвинули бокалы.

- Драк рассказывал мне о вас, – прокричала я через стол, обращаясь одновременно к Эсмириль и Нику.

- Надеюсь, только хорошее? – крикнула та в ответ, мы рассмеялись. А потом к столику подошел Данте с Аль и мое настроение резко испортилось.

Я с трудом выносила присутствие этого красавчика на съемочной площадке и совершенно не горела желанием проводить в его обществе свое свободное время. Мне следовало догадаться, что Аль тоже будет на этой вечернике и пригласит Данте, с досадой подумала я, сразу вспомнив детские годы, когда мои старшие сестры делали что-нибудь мне на зло, а потом с удовлетворенными улыбками наблюдали мою реакцию. Наверняка, в отличии от моих вредных сестер, Аль не хотела меня дразнить и пригласила Данте исключительно ради собственного удовольствия. Мне же оставалось только не обращать на его присутствие  внимания. Ну не уходить же из-за него, в самом деле! Это бы выглядело неприлично, демонстративно и довольно глупо с моей стороны.

Моя антипатия к Данте проявилась с самого начала нашей совместной работы над фильмом, и тогда же я для себя выбрала оптимальную модель отношения к нему – вежливое игнорирование. Пока, за  исключением нескольких инцидентов, тактика себя оправдывала, и между нами не возникало особых трений. Но коротать вечер в его компании – это уже слишком! Я с трудом подавила досаду на Аль, которая пригласила Данте, и поспешила придать своему лицу привычное безразлично-вежливое выражение.

Аль понравилась мне сразу, еще в Лондоне, когда она села рядом со мной с восторгом глядя на Данте. Вопреки своим принципам не лезть в чужие дела, я не смогла удержаться и не заговорить с ней. Было в ней что-то необычное, но самое главное, она была слишком хороша для Данте. Бедная девочка влюбилась в нашего красавца и не замечала, что он представляет из себя на самом деле. Скольких таких влюбленных дурочек я перевидала за время работы с ним и не сосчитать! Обычно я к ним относилась, как к некоей неизбежной данности с налетом сожаления и некоторой брезгливости, искренне недоумевая, как можно впадать в подобный щенячий восторг во взрослом возрасте. В Аль же было нечто, отличавшее ее от поклонниц Данте. Она смотрела  на него без того слепого обожания, которое он привык видеть в глазах тех, которые были до нее. Аль смотрела на него с любовью, но в то же время сохраняя чувство собственного достоинства, не вознося его на пьедестал только потому, что он известный актер и привлекательный мужчина. Ее внешность сразу произвела на меня сильное впечатление, девушка была неописуемо красива, ее лицо и фигура были идеальными, а держалась она с отрешенным спокойствием и благородством уверенной в себе красивой женщины. Мне не доводилось видеть таких красавиц до знакомства с Аль, мои коллеги окидывали новую поклонницу Данте откровенно завистливыми взглядами, а мне почему-то стало ее жалко.

Благодаря знакомству с Аль, я встретилась с Драком. В момент нашей первой встречи он больше напоминал грозовую тучу, которая вот-вот разразится громами и молниями. Сурово нахмуренные брови, сердитый взгляд, скрещенные на груди руки при его двухметровом росте и фигуре атлета не сулили ничего хорошего, тому, кто рискнул бы попасть ему под горячую руку. Второй раз за час я нарушила свой принцип невмешательства и вклинилась в разговор. Обращенный на меня яростный взгляд меня не испугал, наоборот, парень мне понравился. Все наши последующие встречи только укрепили меня в моем первом впечатлении. В отличие от других красивых и богатых парней, с которыми я была знакома, Драк не кичился ни своей внешностью, ни богатством, воспринимая их как данность, его физическая мощь не мешала быть обходительным и приятным в общении, и чувствовалась в нем какая-то необычность, непохожесть на других красивых парней, совместимость несовместимых качеств. Драк не пытался произвести на меня впечатление, доказать свою исключительность или использовать один из обычных и безотказных приемов самоуверенных самцов, которые обхаживают понравившуюся женщину с единственной целью затащить в постель, а на следующее утро забыть ее имя.

Будучи актрисой, я невольно примеряла кинематографические образы на реальных людей, это всегда помогало мне систематизировать свои впечатления. Драк не стал исключением. Его кинематографический образ вырисовался практически сразу, буквально после второй встречи. Если бы он принял предложение Билла и согласился сниматься в кино, то наверняка бы добился большого успеха в фильмах про благородных рыцарей или отважных героев, спасающих прекрасных дев и сметающих врагов со своего пути, а поклонниц у него было бы много больше, чем у Данте. В нем чувствовался стержень, подзабытая в наше время мужественность, цельность, этим Драк и отличался от остальных, этим и привлек мое внимание, а не богатством, как подумал Данте. Я вспомнила безобразную сцену, которую мой дорогой коллега устроил в клубе, и меня в который раз передернуло от отвращения. Данте перехватил меня в коридоре около дамской комнаты, оттеснил в сторону подсобного помещения, и неожиданно закатил настоящую бабскую истерику, высказывая невнятные претензии, в чем-то обвиняя и туманно угрожая неприятностями. Его выходка настолько меня обескуражила, что я даже не смогла вовремя его заткнуть, и потому мне пришлось выслушать все, что он хотел мне сказать. Насколько же этот настоящий Данте отличался от себя публичного! На время он забыл о своем безупречном имидже и показал свое истинное лицо. Куда делся привычный всем образ романтического героя? Где ослепительная улыбка и отработанное перед зеркалом выражение лица? Куда пропал мягкий тембр голоса и обволакивающие банальности? Его голос срывался на визг, а лексикон приближался к вульгарной матерщине. Обслуживающий персонал с удивлением косился в нашу сторону, снуя по коридору, а Данте стоял и самозабвенно орал что-то оскорбительное и по его мнению очень обидное, я же едва слышала его, глядя на его перекошенное лицо. Синьора Беатриче была бы разочарована. Данте постоянно не оправдывал ее ожиданий, его настоящая натура так и норовила вылезти наружу всякий раз, когда мама-агент ослабляла поводок. Его припадок ярости длился минут десять, потом он выдохся, развернулся  и ушел, оставив после себя ощущение купания в сточной канаве. Я зашла в дамскую комнату и первым делом умылась, щеки и уши горели, а на душе было до того тошно, что я почти решила наплевать на приличия и уехать в гостиницу. Если бы я знала, что Аль пригласит на эту вечеринку Данте, то ни за что бы не пошла, достаточно того, что мне приходится с ним работать! Немного успокоившись, я вернулась за столик, решив не портить настроение всем остальным, уж как-нибудь перетерплю его общество еще несколько часов. К концу вечера Данте продемонстрировал еще несколько сторон своей гнилой натуры и неплохую физическую форму. Не стань он актером, то вполне успешно мог бы заниматься бегом на короткие дистанции по узким переулкам.

Мы не ожидали нападения, переулок хоть и был темным и загаженным, но располагался буквально в ста метрах от освещенной, многолюдной улицы. Откровенно сказать, никто на нас и не нападал. Мужчины с замотанными черным лицами быстро перегородили дорогу, не давая нам двинуться ни вперед, ни назад. Они не говорили и почти не двигались, просто стояли и смотрели на нас сквозь прорези черных масок. Они не тронулись с места, даже когда к нам присоединился Каллар, спрыгнув откуда-то сверху едва нам ни на головы. Если его эффектное появление на кого и произвело впечатление, то только на нас с Аль, я от неожиданности чуть не потеряла сознание, а Аль едва сдержала испуганный крик. Нападавшие же не особо удивились, а его присутствие, по всей вероятности, не мешало их планам. Реальная угроза исходила только от одетого во все черное худого и высокого парня с темными глазами, который вышел из-за их спин и предложил нам с Данте уйти.  Красавец-мужчина без раздумий воспользовался предложением и со скоростью вспугнутого зайца рванул в сторону освещенной улицы, расталкивая по дороге и своих и чужих, а я осталась на месте. Внутри все сжималось от страха, но бросить моих новых знакомых на произвол судьбы я не могла. Парень с презрением посмотрел в спину убегающему Данте и перешел на незнакомый мне язык, обращаясь то к Каллару, то к Аль, то к Эсмириль. Я, вцепившись в руку Аль, холодела от страха, но внимательно прислушивалась к разговору, стараясь уловить хоть какие-то знакомые слова. Несколько слов действительно показались знакомыми, но смысл разговора оставался загадкой. Обращаясь к Каллару, парень в черном произносил что-то похожее на  слово «элв», но я не придала этому особого значения. Ситуация не располагала к воспоминаниям о мифических персонажах, я вообще не понимала чего они от нас хотели. Если бы парень в черном собирался нас ограбить, то не стал бы вести долгие беседы, остальные не притронулись к нам и пальцем, просто стояли в нескольких метрах и молчали. Эти непонятности и пугали больше всего, когда намерения ясны, становится не так страшно. После того как к нам присоединился Драк события стали развиваться стремительно. Я не поняла, что сказал парень в черном, но  Эсмириль начала заваливаться на землю и конвульсивно дергаться, словно у нее начинался эпилептический припадок, а Драк попытался напасть на него. От ужаса я едва понимала, что происходит, до меня не сразу дошло, почему Драк внезапно обмяк и повис на руках мужчин с завязанными лицами, не заметила, откуда в руках парня в черном взялся длинный нож, а удар в живот Драка я видела, как в замедленной съемке. Парень в черном провернул свое оружие в ране и тут мое сознание померкло, милосердно отключая от кошмара происходящего. Все остальные события происходили словно в тумане, подсознание пыталось оградить мой мозг от лавины впечатлений, которые сводили с ума, уверяя, что все происходит не на самом деле и закончится непременно хорошо, но сознание кричало о противоположном, о том, что мы в большой опасности, хорошо все не окончится и вполне возможно станет еще хуже.

Потом была больница, застывшие лица Эсмириль, Ника и Гелана, еще одного брата Драка. Бесконечные три часа операции, а после пустой коридор отделения реанимации. И странное чувство, что я обязательно, непременно должна быть с Драком. Я молилась, чтобы Бог даровал Драку жизнь, вспоминая позабытые слова молитв, из глаз сами по себе текли слезы, и чудилось, что я слышу чей-то тихий, едва различимый шепот, молящий не уходить, помочь, спасти, остаться.

После приезда в  загородное поместье я  никак не могла отделаться от ощущения, что стала невольным участником одного из этих идиотских телешоу, в которых главный герой не знает о розыгрыше и все происходящее принимает за чистую монету. Неожиданное признание Каллара было вершиной абсурдности происходящего. Он сказал, что он и Аль -эльфы! Его заявление было настолько неожиданным, что я рассердилась. Нервотрепные события вечера не настраивали на веселый лад, и неуместные шутки были до нельзя некстати, впрочем, на лице  Каллара не отразилось ничего похожего на смех, он был предельно серьезен. К моему беспредельному изумлению мгновения спустя Каллар доказал, что эльфы существуют на самом деле. Он вытащил из- под одежды кулон на длинной цепочке, сжал его в кулаке, прошептал несколько слов и стал на глазах меняться. Я даже не испугалась, потому что происходящее уже давно переместилось в сказочную реальность, оставив способность удивляться и пугаться позади. Внешность Каллара была далека от человеческих представлений о прекрасном, но даже в таком непривычном облике он завораживал, неземной, совершенной красотой. Его не портили ни голубоватый цвет и перламутровый блеск кожи, ни огромные, в пол-лица глаза, играющие всеми оттенками изумруда с вертикальным зрачком, ни заостренные уши, вспарывающие густые смоляные волосы. Демонстрация длилась меньше минуты, но в существование эльфов я поверила, только заглянув в его бездонные, нечеловеческие глаза. Передо мной стоял представитель великого и древнего народа, которого не под силу сыграть ни одному актеру, потому что для этого надо быть эльфом королевского рода. Каллар вернул привычный облик, и я с удивлением отметила, что его внешность в мороке не сильно отличается от эльфийской, но в привычном для человеческого глаза виде он выглядит просто как красивый мужчина.

Было бы любопытно посмотреть на Аль в ее истинном обличье. В том, что она эльфийка у меня не возникло никаких сомнений. Как и в том, что Драк тоже не человек.

Я уже начала проваливаться в сон, когда за дверью раздались тихие голоса, а через минуту в комнату вошла Аль. Она быстро прошла в соседнюю комнату и закрыла за собой дверь, уже в полусне мне показалось, что я слышу сдавленные рыдания. Под утро мне удалось задремать, я впала в состояние между сном и явью, и как только Аль вышла из своей комнаты, открыла глаза. Она выглядела замечательно, но глаза были припухшими, а лицо несколько бледнее обычного, значит, мне не показалось, и она действительно плакала после разговора с Калларом.

Аль вежливо поприветствовала меня, спросила о самочувствии и получив мой не совсем искренний, но вежливый ответ, вышла из комнаты, предоставляя мне возможность привести себя в порядок. Минут через пятнадцать она заглянула в дверь и сообщила, что завтрак будет накрыт в столовой минут через тридцать, предложив немного прогуляться по поместью. Я попыталась продолжить вчерашний разговор, но Аль была не в настроении мне что-либо объяснять, сказав, что я сама все скоро увижу. Побродив по дому, мы полюбовались великолепными гобеленами, вазами и резной мебелью. Дом был огромен, и наша экскурсия грозила затянуться на неопределенное время, но спустившись в полуподвальное помещение, за одной из дверей мы услышали звон металла и приглушенные возгласы.

- Что там? – недоуменно спросила я у Аль.

- Там спортзал. Наверное Ник тренируется. – она обернулась и хитро посмотрела на меня – Пойдем, посмотрим?

Аль ошиблась, Ник не тренировался, а стоял в нескольких метрах от двери и держал за руку Эсмириль. В середине большого, хорошо освещенного зала шел бой на мечах между Геланом и Калларом. Мы с Аль переглянулись и встали рядом с Ником и Эсмириль. Гелан уверенно теснил Каллара, но тот каким-то непостижимым образом умудрялся отбиваться, ускользая от ударов, которые, казалось, вот-вот перерубят его надвое. Вскоре бой разгорелся с новой силой, Гелан и Каллар с яростными возгласами атаковали друг друга, Ник придерживал Эс за руку, не давая вмешаться в поединок. Видя особо опасные удары, я невольно закрывала глаза, ожидая, что через мгновение услышу предсмертный вопль, а открыв веки, увижу Каллара или Гелана в луже крови. Никто даже не пытался остановить это безумие, все стояли и молча наблюдали, как они пытаются убить друг друга, не предпринимая никаких попыток вмешаться. Гелан выбил меч из рук Каллара, и они сошлись в рукопашной.

- Ник, ну сделай же что-нибудь, – я дернула его за рукав – Они же убьют друг друга.

- Не стоит вмешиваться. – Ник отцепил мои пальцы от своего рукава и схватил Эсмириль за руку – Эс, стой!

Эс все-таки вмешалась, за ней в драку полез Ник и через несколько минут, после того, как Гелан и Каллар основательно намяли им бока, выяснилось, что у моих новых знакомых такое своеобразное чувство юмора и это представление они устроили с единственной целью повеселить нас с утра пораньше. После того, как нам объяснили, что это была не дуэль, я почувствовала себя идиоткой, и судя по недовольному виду Аль, не я одна.

А потом мне объяснили, кто такие Драконы. После демонстрации своей сущности Геланом и Эсмириль я была готова поверить в кого угодно, в черта, в ангелов, в инопланетян, в порядочных политиков, в гоблинов, русалок и волшебника Гэндальфа. Голова шла кругом, несколько раз у меня возникла мысль, что я все-таки сошла с ума и у меня начались галлюцинации. Ближайшая галлюцинация с потрясающе красивым драконом во всю спину галантно подхватила меня под руку и предложила позавтракать.

Завтрак поражал обилием мясных блюд, красивой посудой, столом с белоснежной скатертью и наличием кувшинов с вином и проходил в непринужденной обстановке. Гелан ухаживал за мной на правах хозяина дома и развлекал беседой, слуги бегали вокруг стола, разнося еду и напитки, Алариэль сидела рядом с Калларом, который не сводил с нее влюбленных глаз, Ник и Эсмириль тихо переговаривались друг с другом. Меня удивило то, что внешне никто не переживал из-за ранения Драка, они улыбались, разговаривали на отвлеченные темы и не поднимали тему вчерашнего происшествия. Выдержке Драконов и эльфов можно было только позавидовать. Гелан заметил мою нервозность, и я поделилась с ним своими наблюдениями.

- Анна, мы воины, ранения в нашем доме не редкость. Драк пережил эту ночь, и мы все надеемся, что он пойдет на поправку, на днях приедет наш лекарь, и я уверен, что он поставит Драка на ноги. Мы должны радоваться, что клинок не был отравлен, что с вами был Каллар, и Драка успели довезти до больницы живым. Если бы вы там были одни, боюсь, что все бы закончилось не так благополучно, – видимо, на моем лице отразились грызущие меня сомнения, Гелан мягко улыбнулся -  Право, не стоит так сильно волноваться, у меня есть предчувствие, что с Драком все будет в порядке! – он положил на мою ладонь свою тяжелую руку.

Внешне Гелан был совершенно не похож ни на Драка, ни на Эс. Он был невысоким, сухощавым брюнетом с узким умным  лицом, и гладко зачесанными назад длинными волосами, даже Эс с ее ярко-синими глазами и копной темных кудрей была больше похожа на Драка, чем ее старший брат. Несмотря на свою внешнюю хрупкость, Гелан был удивительно сильным, в чем я уже смогла убедиться в тренировочном зале. И Ник и Каллар были крупней и выше, но Гелану не составило труда раскидать их в рукопашной, да и в фехтовании он мог бы дать Каллару сто очков форы. Мне приходилось видеть работу каскадеров на съемочной площадке и я имела представление о фехтовании на мечах, но то, что мне довелось  увидеть не шло ни в какое сравнение со съемками. Гелан и Каллар танцевали, мечи со свистом пластали воздух, каждое движение было выверено до миллиметра и преследовало единственную цель, поразить противника. Танец, который они танцевали, был смертельно красивым и убийственно опасным. Оружие для них было  не средством заработка, как для каскадеров, или отдыха, как для любителей фехтования, оно было чем-то самим собой разумеющимся, как телевизор или телефон, тем, что является неотъемлемой частью жизни, и к чему привыкаешь с детства.  Впрочем,  когда я узнала, что вокруг меня нет людей, кроме Ника, впечатления от красоты боя отошли на задний план …

Мы c Геланом ехали в клинику в его автомобиле, Каллар с нами не поехал, сославшись на то, что ему надо назначить очень важную встречу, и мы отправились проведывать Драка впятером. Ник, Эс и Аль ехали за нами на машине Драка. Всю дорогу мы с Геланом молчали, мне надо было подумать, немного прийти в себя, успокоиться, разложить новые впечатления по полочкам и в соответствии с моими, человеческими, представлениями о мироустройстве.

Постепенно мысли о плачевном состоянии  Драка вытеснили все остальные. Я снова непроизвольно зашептала слова молитвы, прося бога не забирать его, оставить ему жизнь, пусть мы не будем вместе, но мысль о том, что он тоже живет в этом мире, будет согревать мне душу. После нашей встречи в кафе, в ответ на мое признание в том, что он мне нравится, Драк рассказал о психологической травме, которая мешает ему заводить отношения с девушками, но не мешает с ними дружить. Тогда его слова немного меня расстроили и озадачили, ведь я отчетливо видела, что он проявляет по отношению ко мне знаки внимания и симпатии. Обдумав наш разговор на досуге, я поняла, что его признание было ничем иным как завуалированным намеком на то, что мне не стоит рассчитывать на большее.  Мне понадобилось несколько дней, чтобы восстановить душевное равновесие и убедить себя, что дружба лучше короткой интрижки, но моя уверенность в собственной привлекательности заметно пошатнулась. Что ж, он хотя бы поступил честно, заранее расставив все точки над «и». Все равно, я рада, что мне посчастливилось познакомиться с ним, он живой пример того, что на свете бывают другие мужчины, не такие как Данте или тот, который чуть не испортил мне жизнь.

Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как мы доехали до места назначения. Охрана распахнула ворота, и Гелан медленно вырулил на широкую аллею, ведущую к виднеющимся вдалеке светлым зданиям больницы. Весеннее солнце заливало ярким светом каштаны, посаженные вдоль дороги,  умиротворяющий и такой земной пейзаж за окном автомобиля вновь привнес ощущение раздвоенности. С той стороны стекла привычный мир, а с этой стороны рядом со мной сидит настоящий Дракон и время от времени искоса посматривает на меня, старательно сдерживая улыбку. Стоит выйти наружу, и ты оказываешься в человеческом мире, а можно остаться в машине, в мире Драконов и эльфов. Что бы я выбрала, если бы пришлось выбирать? Оставить все, как есть, или ринуться очертя голову в неведомое? Я тряхнула головой, пока мне никто не предлагает остаться в сказочном мире, а раз так, то и думать не о чем. Мы подъехали к центральному корпусу, Гелан припарковался на специально отведенной и размеченной площадке, помог мне выйти и, подождав остальных, мы направились в  клинику.  Вчерашний доктор отвел в сторону Ника, Гелана и Эс, а нас с Аль одна из медсестер проводила в соседний корпус, в отделение интенсивной терапии, где лежал Драк. Знакомый коридор был пуст, только у стеклянной перегородки между палатой и коридором, прижавшись к стеклу лбом, стояла девушка. Она была одета в темно-зеленый медицинский халат и такие же штаны, из чего я сделала вывод, что она сотрудница клиники.

- Привет, Ларина! – сказала за моей спиной Алариэль – Как он?

- Без изменений. Он в коме, – глухо произнесла девушка, не поворачиваясь к нам.

Аль подошла к ней, обняла ее за плечи и заглянула в окно.

- Главное, чтобы не стало хуже, – тихо произнесла она.

Я подошла к перегородке и тоже заглянула внутрь, Драк лежал опутанный трубками, подсоединенными к нескольким приборам незнакомого вида. Он по пояс был укрыт простыней, живот перетягивала повязка, а голая грудь слабо поднималась в такт дыханию. Растрепанные волосы были собраны в небрежный хвост, лицо приобрело изжелта-бледный цвет, нос заострился. Он выглядел настолько непривычно, что мне с трудом верилось, что это тело, обмотанное бинтами, принадлежит Драку.

- Он какой-то чужой, как будто это не Драк вовсе, а кукла, – вдруг сказала девушка по имени Ларина, словно прочитав мои мысли. Она повернулась лицом к Аль, которая стояла рядом с ней, и заметила меня.

- Ты кто? – спросила она тихим голосом, буравя меня взглядом темно-карих глаз, на ее бледном лице яркими мазками выделались темно-рыжие брови и яркие губы.

- Я Анна, – растерянно представилась я, мне была непонятна агрессия девушки.

- Ты его новая подружка? – выражение лица Ларины мгновенно изменилось и стало откровенно злым, черты лица заострились, и мне показалось, что в ее глазах мелькнули красные искры, словно отблески пламени, отчего мне стало не по себе.

- Ларина, она не подружка Драка, – Аль попыталась обнять ее за плечи, но Ларина скинула ее руку со своего плеча и решительно отодвинула ее в сторону.

- Ты его подружка? – уже с нотками угрозы повторила она и шагнула ко мне.

- Нет, мы с Драком не встречаемся, – глядя ей прямо в глаза, и не трогаясь с места, спокойно ответила я – если ты это хотела узнать.

Она остановилась и как-то сразу обмякла, выражение злости исчезло, сменившись опустошенностью. - Аль, Старк пропал,  - тихо сказала она – Он не появляется уже почти декаду, мы не можем его найти.

Алариэль бросила на меня быстрый взгляд и, ухватив Ларину за руку, оттащила в сторону и стала что-то быстро говорить ей на незнакомом языке.

Не понимая ни слова, и не зная, кто такой Старк, который пропал декаду назад, я отвернулась и снова прижалась лбом к стеклу, как до меня делала Ларина. Я слышала, как тихо переговариваясь, подошли Ник и Эс. Ник встал рядом со мной, а Эсмириль подошла к Ларине и Аль, через некоторое время их голоса стали звучать раздраженно.  Мне было не до них, у меня снова появилась странная уверенность, что Драк выкарабкается, только если я буду рядом.

- Анна, пойдем, нам пора, – мои раздумья прервал оклик Эс.

Я бросила прощальный взгляд на Драка и отвернулась от окна в палату. Ларина стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня со странным выражением на лице, Аль выглядела смущенной. Эс, стараясь не смотреть на Ларину, подхватила меня под руку и быстрым шагом направилась к выходу. Попрощаться с нами Ларина не соизволила.

Выйдя на улицу, Эс сквозь зубы прошипела несколько непонятных, но явно ругательных  слов, и немного успокоившись, повернулась ко мне - Мы с Ником отвезем тебя в гостиницу, – сказала Эс, в ее голосе еще звучало раздражение, но ко мне оно не имело никакого отношения.

В гостиницу? В какую гостиницу? – недоуменно спросила  я.

- В гостиницу, где ты живешь, у тебя же съемки, – лицо у Эс стало по-детски растерянным, она оглянулась на Ника, словно ища у него поддержки.

- Ах да, я совсем забыла! – смущенно сказала я, ни капли не соврав,  действительно забыв, что у меня вообще-то тут съемки, и я приехала сюда работать. Эс тоже смутилась и распахнула переднюю дверь автомобиля, я села назад, а Ник за руль, все ощущали неловкость. Притормозив у главного здания, откуда, только что, вышли Гелан и Аль, Ник сказал, что мы едем в город, а я попрощалась с настоящей эльфийкой и настоящим Драконом, чувствуя острое чувство сожаления, от того, что вряд ли когда-нибудь встречусь с ними снова. Я сглотнула подступивший комок слез и уставилась в окно.

- Вы едете в город из-за меня? – спросила я, чтобы прервать тягостное молчание, когда автомобиль уже катил по шоссе в сторону города. Все время после отъезда из клиники Ник и Эсмириль деликатно молчали.

- В том числе, а еще нам нужно забрать Джека из городской квартиры. – Эс повернулась ко мне лицом и дружелюбно улыбнулась – Мы планируем перебраться в поместье на некоторое время.

- Джек – это кто? – уточнила я.

- Джек – это мой кот, какими бы Драконами мы ни были, согласись, жестоко бросать животное в пустой квартире, – отозвался  Ник, глядя на дорогу.

-Ты же не Дракон! – я совсем запуталась

- Я скоро им стану, это вопрос времени, – сказал он совершенно спокойно, словно превращение человека в Дракона происходило сплошь и рядом  - Сейчас я прохожу курс молодого бойца. Гелан - мой наставник, он меня учит всему, что должен уметь перерожденный.

Разрозненные кусочки картинки, наконец, стали собираться вместе. Так вот в какой ты армии, Ник! Я вспомнила, как Гелан и Каллар швыряли его сегодня утром, и мне стало не по себе, не хотела бы я попасть в подобный лагерь новобранцев.

- А как такое вообще возможно? – тут до меня медленно и со скрипом дошел основной смысл сказанного.

- Во мне есть дракон, его только надо активировать магией. Ты ведь  уже, наверняка, поняла, что эльфы и Драконы живут в другой реальности, в магической. Сейчас я готовлюсь к инициации и как только буду готов, надо мной совершат ритуал пробуждения дракона, и я стану таким же, как Эс, Драк, Гелан, – Ник поглядывал на меня в зеркало, Эсмириль молчала.

- Невероятно! А разве такое бывает? – воскликнула я – Как драконы оказываются в людях?

- Никто толком не знает, почему в человеке третьего мира иногда живет Дракон, это случается очень и очень редко, – охотно  объяснила Эсмириль. - Одна из теорий утверждает, что некоторые из Драконов имели семьи с человеческими женщинами и передавали свои гены их детям, кто-то считает, что маги вложили некую генетическую программу в избранных людей, чтобы Драконы не вымерли, а в случае угрозы нашей цивилизации драконов можно было пробудить и продолжить наше развитие. Таких людей очень мало, один на сотни миллионов.

- А как вы узнаете, что в человеке есть Дракон?

- Некоторые из нас видят их в людях, Драк видел, он увидел шестерых, это очень много. Обычно, видящий находит максимум троих за всю свою жизнь.

- А во мне он ничего не увидел? – тихо спросила я.

Эс покачала головой, сочувственно глядя на меня – Драконы есть только в мужчинах.

Мы замолчали, как бы мне ни хотелось не просто побывать в гостях у сказки, а жить в ней, но, увы, этой мечте вряд ли суждено сбыться.

- Анна, я хотела бы попросить тебя…– Эс замялась, подыскивая слова

- Эсмириль, я никому ничего не скажу, – не думаю, что кто-нибудь из моих знакомых мне поверит, а провести остаток жизни в психиатрической клинике мне не хотелось. Она с благодарностью посмотрела на меня.

- Можно я буду тебе звонить время от времени и узнавать как дела у Драка? – спросила я ее.

- Конечно, - Эсмириль пошарила рукой в ящичке возле сиденья, выудила листок бумаги и ручку, черкнула свой номер и протянула мне – Сдается мне, что Ларине ты не очень понравилась, да и Весс просил не ездить в больницу всем вместе, толку от нас никакого, только мешаемся. Гелан сказал, что теперь  мы будем навещать Драка по двое и, как только, он придет в сознание, его отправят домой.  Что ж, доктора можно понять, а может быть это завуалированная просьба Драконов оставить их в покое, обо всем забыть и жить своей жизнью.

- А эта Ларина, она кто? – полюбопытствовала я, гадая, какое значение имеет ее симпатия или антипатия.

- Ларина? Ну, она вроде как подружка Драка, –  ответила Эс и осеклась, растерянно глядя на меня – Они уже почти не встречались.

Это было похоже на удар в солнечное сплетение, от которого на некоторое время перехватывает дыхание. Я ожидала услышать все, что угодно, только не это. Одно дело предполагать, что тебе вежливо отказали и другое знать это наверняка, и мало того познакомиться с действующей подружкой. Сердце пару раз ткнулось в ребра и болезненно сжалось. Значит, все-таки бывают исключения? Меня накрыла волна разочарования и какой-то детской обиды.

- Анна, с тобой все в порядке? Извини, я не хотела тебя обидеть, – покаянно сказала Эс.

- Ты меня не обидела, все нормально, – мы подъехали к гостинице. Ник притормозил у тротуара, они с Эс вышли из машины, чтобы попрощаться.

- Если Драк придет в сознание, передавай ему от меня привет, – попросила я, Эс и Ник расплывались в глаза от подступивших слез.

- Конечно, передам. Анна, ты звони, не стесняйся. – Эс обняла меня.

- Обязательно позвоню! – у меня было чувство, что я теряю очень близких людей и предчувствие, что мы больше никогда не встретимся.

Ник тоже обнял меня, поцеловал в щеку и попрощался. Я стояла и смотрела, как они усаживаются в машину и отъезжают от гостиницы.  Прощайте, Драконы! Машина скрылась в потоке транспорта, а я все продолжала смотреть им вслед. Сказка закончилась, эльфы вернулись в свой волшебный лес, Драконы разлетелись по своим делам, а мне пора вспомнить, зачем я сюда приехала. Я со злостью вытерла глаза и направилась к гостинице. Эльфы эльфами, но о работе забывать не следует.  Работа меня еще никогда не предавала и не обманывала, она поможет мне отвлечься, а через некоторое время тоска притупится, утешила я саму себя, слабо в это веря.

Едва я появилась на площадке, Билл коршуном налетел на меня, гневно сверкая очами - Где ты была, Анна?

- Билл, извини, у меня вчера случились непредвиденные обстоятельства. Я не сильно вас подвела? – извиняющимся тоном спросила я.

- Нет, не сильно, - проворчал он, все еще сердясь на меня - мы снимали другую сцену, твое участие не требовалось, но попрошу в следующий раз звонить! – он сердито сверкнул на меня глазами.

- Да, да, конечно, у меня разрядился сотовый, – пробормотала я, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.

Он внимательно оглядел меня с ног до головы – Что-то ты бледная какая-то. У тебя все в порядке? – услышав мои уверения, что у меня все хорошо, в следующий раз я обязательно позвоню и вообще на время съемок из гостиницы выходить не буду, он удовлетворенно кивнул и  оставил меня в покое.

Меня загримировали, и вскоре я вышла на площадку, где, как на грех, у меня была сцена с Данте. Мне пришлось сделать невозможное, чтобы не выдать свои истинные чувства, мне было тошно на него смотреть, перед глазами стоял тот злополучный переулок и фигура убегающего Данте на фоне освещенной улицы.

- Анна, – привел меня в чувство раздраженный окрик Билла – сосредоточься! Сколько можно мусолить эпизод!?

Надо сосредоточиться, отыграть сцену и наконец-то избавиться от присутствия этого красавчика. Не могу его видеть, меня тошнит, когда он прикасается ко мне, по сценарию он ежесекундно хватал меня за руки, а под конец обнял за плечи. Я собрала в кучу весь свой актерский талант и отбарабанила сцену. К счастью, Билл на сей раз остался доволен.

Я обессилено сидела в стороне, съемки продолжались, мои сцены будут снимать ближе  к вечеру, так что у меня есть несколько часов, чтобы прийти в себя. Ко мне подсел Сол, один из моих коллег по съемкам этого фильма.

- Анна, у тебя все нормально? – спросил он.

- Да, Сол, в полном порядке. Почему ты спрашиваешь? – после бессонной ночи и нервотрепки я чувствовала себя разбитой, больше всего на свете мне хотелось закрыться в номере, забраться под одеяло и уснуть.

- Да на тебе лица нет! На Данте волком смотришь. Были моменты, когда мне показалось, что ты действительно вампир и сейчас его цапнешь, – поделился Сол своими наблюдениями, обнажив в доказательство моих кровожадных намерений свои накладные клыки.

- Было бы неплохо на время стать вампиром, -  хмыкнула я, мысленно прокручивая в голове сцену убиения Данте. Сол понимающе кивнул, он тоже недолюбливал Данте, но о причинах своей неприязни не распространялся.

- Я тебе приглашаю на ленч, – предложил он.

- Отличная идея, за мной газировка! – я потрепала его по руке. Хороший он парень, один из немногих с кем я могла нормально общаться на съемках. Не смотря на оглушительный успех фильма, отношения внутри съемочной группы оставались прохладными, если не сказать натянутыми. Мы, актеры, с трудом выносили друг друга, хотя по сценарию играли абсолютно противоположные эмоции.

- Ловлю на слове! – он одарил меня белоснежной клыкастой улыбкой, поднялся и убежал. Свою обожаемую газировку он мог пить ведрами, но все равно оставался стройным и подтянутым.

Сол был моложе меня лет на пять, но работал в кино с подросткового возраста, снявшись, по крайней мере, в трех довольно успешных фильмах. Он не был звездой недосягаемой величины, типа Данте, но уже имел определенный успех у публики и широкий круг фанаток. Не взирая на узнаваемость, Сол оставался веселым, улыбчивым и неконфликтным парнем, он никогда не заводил романов на съемочной площадке, и умел просто дружить с девушками.  Он удивительно тонко чувствовал мои настроения, его легкий характер и умение болтать ни о чем очень помогали мне сниматься в этом дурацком фильме, Сол стал моей идеальной подружкой, потому что подружиться с коллегами-актрисами я так и не смогла.

Увидев, что Данте освободился и двигается в мою сторону, я резво подскочила со стула и бросилась к гримерам и костюмерам, бесцеремонно вклиниваясь в их болтовню. Данте некоторое время покрутился вокруг, но вскоре пропал из вида, скорей всего отправившись на ленч. Выждав для верности минут десять, я отошла от смеющихся девушек и стала высматривать Сола. Неужели он забыл, что мы договаривались вместе пообедать? Или он в гримерке? Я решила поискать его в недрах павильона. Идя по коридору,  я заглядывала в открытые двери, но Сола нигде не было видно.

Вдруг чья-то рука грубо втащила меня в одну из комнат, от неожиданности я чуть не заорала, но это был всего лишь Данте. Черт, натуральный вампир в этом своем гриме и линзах!

- Ты меня избегаешь? – не поздоровавшись и глядя на меня сверху вниз, спросил он, заложив руки за спину и раскачиваясь с мысков на пятки.

- Избегаю, – согласилась я, привалившись спиной к стене.

- Почему? – его голос сочился ядом.

Я с кривой усмешкой смотрела на него, не считая нужным отвечать на глупый вопрос. Неужели он не понимает? Или делает вид, что не понимает?

- Почему? – снова повторил он.

- Да так, просто не хочу тебя видеть, – к черту его мамашу, сколько мне еще сдерживаться.

- Ты из-за вчерашнего? Я хотел вызвать полицию и ... – начал оправдываться он,

- Вызвал? – я, не отрываясь, смотрела в его красивое лицо, он отвел глаза - Они поздно приехали и никого не нашли.

- Ну да, конечно! – хмыкнула я.

- Да кто они мне такие, чтобы я впутывался из-за них в неприятности?! – раздраженно заорал он, сверкая глазами и раздувая ноздри – Я не могу рисковать собой! У меня обязательства, контракт! В конце концов, если со мной что-то случится, фильм не смогут закончить без меня. Я кинозвезда, а не уличный боец, – он бурно жестикулировал и делал вид, что искренне верит в ахинею, которую несет.

Мне было нечего ему ответить. Это был его выбор, но перед глазами стоял Драк, безжизненно висящий на руках нападавших, я снова слышала жуткий звук, когда нож воткнулся в его тело, и увидела резкое движение парня в черном, когда он провернул оружие в ране. Вспомнила Эс, Ника, Каллара… всех их… и Данте. Будь у них выбор, они бы точно не сбежали, в этом я была уверена. Я смотрела на Данте в гриме вампира, того, который так нравился Аль, и который бросил ее в минуту опасности, он кричал, оправдывая свое поведение и раздувая ноздри, хватал меня за руки, но я его не слышала, картинка была, а звук отключился. Мне стало тоскливо от того, что мне приходиться жить в одном мире с такими, как он. Теперь я точно знаю, что эльфы бывают только в сказках или в кино, и от этого становилось горько. Я очнулась от того, что Данте заткнулся и замер, глядя на меня с кривой усмешкой.

-  Ты меня не слушаешь? – процедил он – Что, думаешь о своем красавчике? И как? Защитил он тебя от тех ребят?

Внутри поднималась удушливая волна ненависти, вызывая спазмы в горле, и жар во всем теле. Это ничтожество еще смеет сомневаться в храбрости Драка!

- Как видишь! Или ты думаешь, что все, такие как ты? – заорала я, от неожиданности Данте отшатнулся и приподнял руку, словно испугавшись, что я его ударю - Ты бросил нас и сбежал! Тебе на всех плевать, кроме себя любимого. Как ты можешь считать себя после этого настоящим мужчиной?

Наконец-то я сказала, что хотела, вчерашнее происшествие переполнило чашу моего терпения, и нарыв негативного отношения к Данте лопнул. Его лицо исказилось, он схватил меня за плечо и прошипел.

- Ах, вот ты как запела?! Я тебе сейчас покажу настоящего мужчину!

Он прижал меня к стенке, одной рукой схватил за горло, а другой полез под юбку. От ярости у меня поплыли красные круги перед глазами, я вцепилась ногтями в его запястье, сжала его что было сил,  извернулась и заехала ему коленом в пах. Данте согнулся пополам, прижав руки к поврежденной части тела.

- Попробуй еще раз притронуться ко мне, и я тебя изуродую, сволочь! – прохрипела я и повернулась к двери.

- Тебе конец, сучка! – полетело мне в след.

В дверях в немом молчании стояли Билл, Сол и кто-то еще из съемочной группы. Я отпихнула Билла и схватила за руку Сола  - Пошли обедать! – прохрипела я.

Глава 35 Эсмириль

С момента нападения прошло чуть меньше декады, в состоянии Драка перемен не наблюдалось. Он все еще был без сознания и находился в реанимации, но нас утешал тот факт, что ему  хотя бы не становилось хуже. По выражению доктора Весса, состояние Драка было стабильно тяжелым. Гелан уверял, что, если Драк не умер в первые сутки, то самое страшное уже позади и его выздоровление вопрос времени.  Я ездила в клинику почти каждый день, то с Геланом, то с Ником, то с Аль. Раз в день звонила Анна и справлялась о самочувствии Драка, ее съемки подходили к концу, скоро она уедет в Лондон, и мы с ней вряд ли встретимся. Жаль, она мне понравилась, мне бы хотелось  познакомиться с ней поближе. Мы с Аль несколько раз разговаривали об Анне, и она разделяла мое мнение, что из нее получилась бы отличная подруга. Совет  у Наместника должен был начаться через три дня, отец с Мейге должны были вот-вот вернуться, а в поместье повисла атмосфера тревожного ожидания. Любой телефонный звонок заставлял вздрагивать. Лус от переживаний почти перестал есть и спать, ему так и не разрешили съездить в клинику, и парень тихо страдал в поместье, не смея настаивать на своем. Квенн, вагар Гелана, исполнявший  обязанности заместителя Сарра, доложил Гелану о состоянии парня. Мой брат велел загрузить Луса работой и провел с ним серьезную беседу в своем кабинете, после чего вагар немного пришел в себя и перестал тосковать о невозможности быть рядом с хозяином.  Хоть в нашей семье и привыкли к ранениям, но болезнь Драка произвела на всех нас тягостное впечатление. Он никогда не был без сознания так долго, даже получив более тяжелые травмы, уже на следующий день он разговаривал или шипел сквозь зубы, по состоянию. Да и обстоятельства, при которых он получил ранение, были очень странными, если не сказать загадочными. Как я не настаивала и не подлизывалась, Каллар так и не сказал мне, кто на нас напал и откуда он знает этого вампира. В конце концов, дело закончилось тем, что Гелан, узнав о моих расспросах, попросил больше не приставать к Каллару. Видите ли, личность нападавшего на данный момент для меня не представляет интереса, и вообще мне незнакома. Свободное же от расспросов и приставания к занятым эльфам время, брат посоветовал посвятить медитации или чтению книг по географии третьего мира на тот случай, если Велерон лично соблаговолит проверить, следую ли я его совету и насколько обогатились мои познания. Ослушаться Гелана я не посмела, но его отповедь вызвала во мне бурю негодования. Эта не представляющаяся для меня интереса и незнакомая личность прирезала Драка, как свинью, у меня на глазах, а мне даже не считают нужным сказать, кто это был! Такое отношение ко мне бесило, но по опыту я знала, что если Гелан  не рассказал все сразу, то настаивать бесполезно. Аль тоже попыталась узнать о нападавшем, хоть что-нибудь, и получила примерно такой же ответ, только от Каллара, и в довесок обещание рассказать всю историю в отдаленном будущем. Каждый раз, вспоминая тот вечер, я начинала выходить из себя, задним числом находя массу способов как можно было одолеть вампира, изводила себя мыслями о том, что я никудышный боец, не способный правильно оценить ситуацию и использовать знания, которые получала долгие годы. Впрочем, время от времени, мою голову посещала здравая мысль, что боя как такового и не было, ведь на нас никто не нападал, а если бы началась драка, то все мои навыки наверняка бы пригодились. Я мучилась угрызениями совести, пока Гелан не заинтересовался моим подавленным настроением и не вызвал меня на откровенный разговор. Внимательно выслушав меня, он посоветовал брать пример с Ника и не искать приключений на то место, на котором сидят. Брат сказал, что мне не в чем себя винить, а то, что мы не полезли в драку, было лучшим выходом из положения. Нас было слишком мало, чтобы оказать достойное сопротивление восьмерым бойцам, о силе и возможностях которых мы ничего не знали.

- Эсмириль, пойми, это были не люди, из вас всех назвать полноценным воином можно только Каллара, вы же на пару с Ником представляете одну боевую единицу. У тебя не хватило бы сил, а у Ника опыта, чтобы достойно сражаться с ними. Кроме того, у вас не было никакого оружия, а черные наверняка были вооружены, – жестко сказал Гелан. Я не могла не признать его правоты. Одно из правил, которое не уставали повторять  боевые наставники, гласило «Не лезь в драку, не оценив силу и вооружение противника». Разговор с братом на некоторое время приглушил чувство вины, но, время от времени, угрызения совести продолжали меня мучить, хоть и не так сильно как раньше.

Аль проводила много времени с Калларом, я с умилением наблюдала, как они прогуливаются по аллеям парка, благо погода стояла прекрасная. Как бы странно это ни прозвучало, но ранение Драка растопило лед в их отношениях, хотя я бы предпочла, чтобы это произошло под влиянием каких-нибудь других, менее драматичных обстоятельств. Каллар жил в городе, готовясь к приезду его отца, Владыки Тареара и  приезжал в поместье всего на несколько часов, чтобы повидаться с Аль, и снова уезжал. Улыбку на его лице я видела только, когда брат по оружию был с моей подругой, в остальное же время лицо Каллара выражало крайнюю степень озабоченности и тревоги. Вампир объявил мирам войну, Гелан и Каллар восприняли угрозу серьезно, хотя по моему разумению, это были пустые слова и бахвальство.

Гелан увеличил время тренировок Ника, объяснив это тем, что потом у него не будет достаточно времени на обучение. Так как мы жили в поместье, брат заставлял меня тренироваться вместе с ними, бегая, прыгая и фехтуя, но когда дело доходило до медитации, Гелан неизменно выставлял меня за дверь, заявляя, что Ник отвлекается, если я рядом и не может достигнуть нужного уровня внутреннего сосредоточения. На мои попытки доказать, что мне тоже полезно медитировать Гелан предлагал заняться столь полезной для меня медитацией в любом другом помещении поместья, по моему вкусу, но не в пределах видимости Ника.

В один из вечеров, после целого дня промозглой и холодной погоды, с противным, по-осеннему затяжным дождем, мы с Аль сидели в моей комнате и самозабвенно хандрили. Вестей из клиники не было, отец и Мейге задерживались, Гелан с Ником медитировали, а Каллар был в городе. Заняться нам было решительно нечем, ездить в город нам не разрешали, а слоняться по поместью и душераздирающе вздыхать было глупо. Маара принесла нам кувшин горячего  красного вина со специями для поднятия настроения, и теперь мы с Аль потягивали его из специальных глиняных стаканчиков с крышками, в которых вино долго не остывало. Моя вагара порывалась остаться и прислуживать нам, но мы решительно ее выставили, заявив, что справимся сами.

- Аль, что-то мне совсем грустно и хочется домой. – наконец сказала я, мы старались мыслить позитивно и не портить друг другу настроение, но сегодняшний вечер выдался уж очень тоскливым, я уныло посмотрела на залитое дождем окно и серые низкие тучи, обложившие небо.

- Мне тоже. – вздохнула она.

Мы выпили по глотку вина и помолчали.

- Ты проводишь много времени с Калларом, – осторожно начала я– наконец-то вы нашли общий язык. Я так за вас рада!

- Да,  нашли, – она искоса посмотрела на меня – Ты знаешь, Эс, я очень благодарна тебе и Драку за ваше прямодушие и откровенность. Если бы не вы, я бы так и не поняла, что веду себя неправильно. Я рада, что мне посчастливилось иметь таких друзей как вы.

Она пересела поближе и прижалась к моему боку - У вас очень хорошая семья, если бы у меня была волшебная палочка и одно желание, я бы пожелала стать Драконом из вашего клана.

- Да ты и так уже почти Дракон из нашего клана! – засмеялась я, но ее заявление мне польстило, никогда не слышала, чтобы хоть один эльф по доброй воле возжелал сделаться кем-то другим.

Мы снова замолчали, разговор не клеился, а расходиться по комнатам было еще рано, да и грустить вдвоем веселее.

- Ты, наверное, хотела узнать поменяла ли я свое мнение о Калларе? – проницательно спросила Алариэль.

- Ты читаешь мои мысли. То, что ты поменяла свое мнение о нем я и так вижу. Как он тебе при более близком знакомстве? – поинтересовалась я.

- Он замечательный, вы с Драком были правы, – без особого восторга отозвалась Аль – он умный, образованный, воспитанный, галантный и действительно меня любит, - она слово в слово повторила то, что я ей говорила еще в начале зимы.

- Я слышу отчетливое «но» или мне кажется? – спросила я.

- Тебе не кажется…. Я не знаю, Эс! – она закрыла лицо руками.

-Да чего ты не знаешь? – что там она опять придумала? Ох уж эти  эльфийские страсти!

- Мне кажется, что он такой же как мои братья, такой же холодный и отстраненный. Меня это настораживает, он так долго меня любил, а я этого даже не замечала, настолько хорошо он скрывал свои чувства. -  Аль встала с дивана и прошлась по комнате.

Я рассмеялась – Аль, его чувства не видела только ты, всем остальным они были очевидны! Про его любовь к тебе по мирам уже анекдоты ходят!

Она меня не слышала. – Я должна тебе признаться, в последнюю декаду, перед тем, как Драка ранили, между нами произошло некое событие.

От неожиданности я захлебнулась вином. Неужели Драк все-таки переступил через чувство долга и свои принципы, не смог обуздать дракона и занялся сексом с моей подругой?! – Только не говори, что вы с ним…

- Нет, ничего такого не было, - она поспешила развеять мои опасения и замахала руками, словно мои слова были бабочками -  но если бы это продлилось еще некоторое время … Нам было очень трудно сдерживать свои желания, ему сложнее, мне проще. – откровенно сказать, я не могла понять, к чему она клонит и это настораживало

- При чем здесь Каллар? Аль, только не говори, что ты влюбилась в моего брата! – как-то в один из вечеров я стала невольной свидетельницей их страстных поцелуев и пока мучительно размышляла, стоит ли мне вмешаться, Драк прекратил все это безобразие самостоятельно. Может, я чего-то не знаю?

- Нет, не влюбилась, – Аль снова отрицательно покачала головой – и он меня не любит. Между нами возникло непреодолимое физическое влечение друг к другу. А Каллар, конечно, не причем, – помолчав, добавила она

- Аль, ты должна немедленно прекратить хотеть моего брата! – решительно заявила я, еще не хватало, чтобы Драк влез в их отношения с Калларом и усилия последних нескольких лун пошли прахом.

- Каллар воспитанный и все такое, но он такой холодный, а Драк как огонь, он такой  … живой, такой сильный, он не стесняется показывать свои чувства – в ее глазах стояли слезы – Ну что со мной такое? Когда я уже повзрослею? Сначала влюбилась в героя фильма, теперь желаю Драка, которого знаю всю жизнь. Эс, что мне делать?!

Да уж, умеет Алариэль все усложнить! Как у них, у эльфов, все запутано! Все эти тончайшие оттенки переживаний, психологические всплески и падения, буря эмоций на пустом месте. Они, такие возвышенные и утонченные, всегда считали нас, Драконов, примитивными варварами, не способными к проявлению эфирных трепетаний. Наши мужчины в их понимании, были грубыми рубаками и похотливыми самцами, только и способными на то, чтобы махать мечом, ввязываться в драки, шлепнуть понравившуюся девчонку по заднице, или крепко прижать ее же в темном уголке. Женщин- Драконов эльфы считали слишком охочими до плотских утех в ущерб нежному томлению. Мы же, Драконы, не могли понять, как можно вздыхать по девушке годами, чтобы она об этом даже не подозревала, или зачахнуть от любви, заточив себя в башне собственного замка, как принцесса Финнелона, героиня известной эльфийской драмы о несчастной любви. Возьми любую их трагедию или поэму, ведь читать замаешься, а по сути, и переживать-то было не о чем: сплошные недоразумения, дурацкое стечение обстоятельств и видение сложившейся ситуации сквозь призму собственных эмоций.  Нет бы, прижать понравившуюся девчонку в укромном уголке покрепче и объясниться начистоту.

- Аль, а Каллар себя как-нибудь проявлял, ну, как мужчина? С чего ты взяла, что он холоден? – задала я закономерный вопрос, по моему мнению, такие выводы можно сделать только исходя из собственного опыта и убедившись в этом на практике. Зная Каллара гораздо дольше и лучше Аль, я не считала его таким уж холодным и отстраненным, по темпераменту он, конечно, не Дракон, но для эльфа очень даже горячий и эмоциональный.

Она покачала головой. – Он так сдержанно себя ведет.

- Знаешь, мне кажется, что он просто боится тебя испугать, -  про себя я вздохнула с облегчением. Аль всегда считала себя опытной сердцеедкой, но с практическим опытом близкого общения с представителями противоположного пола у нее было не густо. - Ты так долго относилась к нему плохо, и прошло так мало времени с тех пор, как все изменилось, что проявление бурных страстей с его стороны выглядело бы неуместно. Да и не настолько вы сблизились, чтобы Каллар превратился в огнедышащий вулкан, – я помолчала – Сдается мне, тебя ждет большой сюрприз.

Она искоса на меня посмотрела – Ты так думаешь?

- Есть только один способ это проверить. Постарайся подтолкнуть его к следующему шагу, – посоветовала я.

Она хмыкнула – Знаешь, а может ты и права!

- Конечно, если ты не чувствуешь к нему отвращения, – добавила я, мне очень хотелось, чтобы у моего брата по оружию и лучшей подруги все сложилось хорошо во всех смыслах. Аль обдумывала мой совет, а я размышляла о том, что будет очень обидно, если Каллар, добившись благосклонности Аль, не сможет доказать, что он достаточно пылкий.

- Во всяком случае, когда я выйду за него замуж, то не буду ненавидеть его, – немного невпопад сказала Аль. Я кивнула и открыла крышечку на своем стакане.

На следующий день мы тренировались в зале, когда туда ворвался Лус с телефоном в руке.

- Драггар Гелан, это доктор Весс! – задыхающимся голосом выпалил он, забыв поклониться.

Гелан схватил трубку, а мы столпились вокруг, молча глядя на него. Брат поздоровался, выслушал короткое сообщение Весса, отключил трубку и сказал – Драк пришел в сознание.

Мы с Ником запрыгали вокруг него, а лицо Луса озарила счастливая улыбка. Гелан хмурился, глядя на наши пляски.

Я остановилась, озадаченная его недовольным лицом – Что?

- Весс сказал, чтобы я немедленно приехал. Ник, ты поедешь со мной, – он направился в сторону выхода, Лус засеменил следом. Мы с Ником в недоумении уставились Гелану в спину. В мое сердце стали закрадываться нехорошие предчувствия.

- Я тоже поеду! – воскликнула я, Гелан обернулся.

- Ладно и Аль позови, чтобы Драк сразу увидел, что с вами все в порядке, – после секундного размышления проворчал он – Собирайтесь быстрее, у нас мало времени.

Мы мчались к клинике на машине Гелана, первый раз за много дней окрыленные хорошими вестями. Ворвавшись в приемную, мы налетели на Весса, который стоял у стола Ларины, и делал пометки в папке с бумагами.

- Как он? Его можно увидеть? Когда он пришел в себя? – вопросы сыпались из нас как горох.

- Тише, тише, не все сразу! – замахал Весс руками и обратился к Гелану, как к самому вменяемому из присутствующих – Драггар Драк физически чувствует себя довольно сносно, его рана не вызывает опасений.

Гелан напрягся – Но?

- Но у него амнезия. Он ничего не помнит, – вздохнул Весс.

- Как это? Разве можно потерять память от колотой раны? – Гелан повернулся к нам – Он случайно головой не ударился, когда упал?

Мы дружно помотали головами, а Гелан выжидательно посмотрел на Весса.

- Нет, драггар Гелан, я проверил, травм головы у драггара Драка нет. Очень странно, в моей практике такого не было. Впрочем, проходите, может он хоть вас вспомнит, – доктор махнул рукой и пошел чуть впереди нас.

Пока мы дошли до палаты, мои дурные предчувствия уже превратились в уверенность в том, что с моим братом далеко не все в порядке. Драк лежал на кровати поверх одеяла в одних штанах, его живот перетягивала повязка, лицо было бледным, осунувшимся и каким-то отсутствующим. Он безразлично  мазнул по нам взглядом и снова уставился в какую-то только ему видимую точку над нашими головами.

Гелан подошел к кровати – Привет,  Драк. Как ты себя чувствуешь?

Драк не ответил, но посмотрел на нас таким взглядом, словно видел  первый раз в жизни,  потом повернул голову к доктору и спросил  - Кто они?

У нас от неожиданности вытянулись лица, мы были уверены, что нас Драк уж наверняка помнит. Весс подошел к нему с другой стороны кровати и спокойно сказал – Это ваш брат драггар Гелан и сестра драггина Эсмириль. – он показал на нас рукой – Вы их не помните?

Драк медленно покачал головой – Не помню,– глухо сказал он – я их не знаю, пусть они уйдут, их слишком много. - Он демонстративно отвернулся в сторону Весса и закрыл глаза. Аль всхлипнула и подбежала к кровати, упав возле нее на колени. – Драк, посмотри на меня! – она взяла его за руку – Ты меня не узнаешь?

Он повернулся к ней и отнял свою руку с легкой гримасой отвращения – Я  тебя не знаю, не прикасайся ко мне. Той, которая мне нужна здесь нет, – было заметно, что наше присутствие начинает его нервировать – Доктор, пусть они уйдут! Пусть уйдут!

Доктор Весс обошел кровать и начал мягко, но решительно вытеснять нас за дверь. Гелан на некоторое время задержался возле постели Драка, но вскоре направился к двери вслед за нами.

- Весс, что происходит? Разве бывает такая амнезия, чтобы вообще ничего не помнить?  - тревожно спросил Гелан.

- Такое бывает после сильнейших ударов головой, контузий или повреждений мозга. Иногда память восстанавливается, в случае с драггаром Драком у меня даже нет предположений, что происходит. При его травме такого быть не должно. Когда вернется малистэр Мейге? – Весс выглядел встревоженным, а в речи явственно чувствовалось желание переложить ответственность за дальнейшую судьбу Драка на плечи шамана.

- Точно не знаю, завтра или послезавтра. Поток в коридоре перехода нестабилен, шаманы не разрешают перемещение, пока мощность не восстановится до нормального значения, – брат хмурился и покусывал нижнюю губу, что означало крайнюю степень беспокойства.

- Как некстати -  досадливо поморщился Весс - До приезда малистэра Мейге драггар Драк останется в клинике.

- А как его рана? – поинтересовался Гелан.

- Рана? Она тоже ведет себя странно. Я бы вам показал, но боюсь, он не дастся. – Весс мотнул головой в сторону палаты. – Быстрее бы приехал малистэр Мейге, все-таки, у него больше опыта лечения Драконов.

Мы в полном смятении вернулись в приемную.  За столом сидела Ларина. Пока Драк был без сознания, мы с ней практически не встречались, она, по понятной причине, избегала меня, всем своим видом показывая, что это я виновата в том, что Старк пропал.

- Ларина, он нас не узнает, никого! – вдруг выкрикнула Аль, мы вздрогнули от неожиданности.

Ларина кивнула головой – Меня он тоже не узнает, говорит, что той, которая ему нужна, здесь нет.

Меня накрыла какая-то древняя, животная жуть, я не могла понять, как можно не узнавать свою семью, не помнить близких и друзей. Тело моего брата живо, но лишившись памяти, он перестал быть самим собой. Неужели память к нему никогда не вернется? Этого не может быть! Он обязан стать самим собой, ради меня, ради нас всех. Мне перестало хватать воздуха, и я выбежала на улицу. Сделав пару глубоких вдохов, я почувствовала себя лучше, присела на крыльцо и уткнулась лицом в колени, с трудом сдерживая злые слезы. Ник вышел следом за мной и присел рядом, я привалилась к нему боком, постепенно приходя в себя от потрясения. Через несколько минут на крыльцо вышел Гелан, ведя под руку заплаканную Аль, и сказал, что мы отправляемся обратно в поместье. Ник помог мне встать, по его хмурому лицу было видно, что он тоже ошарашен поведением Драка.

Мы ехали домой в гробовом молчании, пока, наконец, Ник не сказал  - Давайте мыслить логически, что с ним могло случиться, от чего он потерял память? Наркоз? Болевой шок? Что? Головой он не ударялся, это точно.

Гелан пожал плечами – От боли он не потерял бы  разум, все-таки он воин и был не единожды ранен, причем посерьезней, чем сейчас. Какие-то эмоции? Тоже нет. Наркоз? Вряд ли.

Мы снова замолчали.

- Может быть, что-то было на оружии, которым его ранили? – наконец, тихо спросил Ник. Гелан застыл, потом резко развернул машину, и мы помчались обратно, в сторону клиники.

- Эс, Аль, оставайтесь в машине, Ник, ты со мной! – они вылетели из машины и бегом кинулись к зданию.

- Ты что-нибудь понимаешь? – спросила Аль, проводив их взглядом

- Я пыталась выяснить у Каллара, кто на нас напал, но он не сказал, а потом Гелан вообще запретил мне доставать его расспросами. Ты этого инкара, случайно, не знаешь? – я вопросительно посмотрела на подругу

- Я видела его перед нападением в клубе, он стоял и смотрел на меня, еще тогда мне очень не понравился его интерес. Потом подошел Данте и отвлек меня.

- Ты с Данте больше не общаешься? – спросила я только для того, чтобы не молчать, когда мы не разговаривали, мне становилось тоскливо и неуютно.

- А как с ним можно общаться, после того, как он нас бросил на улице и сбежал? Странные вопросы ты задаешь! – она укоризненно посмотрела на меня – Я и до этого уже поняла, что парень – пустышка, а в тот вечер в этом окончательно убедилась. Не понимаю, чем он меня так привлек? - она вопросительно посмотрела на меня – И еще знаешь, что я поняла?

- Что?

- Что люди нам не подходят, они слишком примитивные и зациклены на себе, в них нет ничего возвышенного, никакой внутренней красоты. Думают только о себе! – припечатала Аль, как всегда, слишком категоричная в своих выводах.

- А Ник? – с интересом спросила я.

- Ник уже не совсем человек и, по сути, никогда им и не был на сто процентов, – возразила Аль.

Поразмыслив, я решила, что  подруга права. В Нике всегда был дракон, его вторая половина очень сильная и, естественно, не могла не оказать своего влияния на Ника-человека.

- Эти люди, они все такие эгоисты! Ты видела, как Данте умчался? Кентавр бы не угнался! -  развивала свою мысль Аль.

- Но Анна осталась, а ведь она тоже человек. Хотя, если бы она убежала, я бы ее поняла,  – возразила я – Надо бы с ней встретиться до ее отъезда.

- Мы, по-моему, ей совсем голову заморочили, – засмеялась Аль – Может она думает, что мы ей приснились?

- Ага, и поэтому звонит мне каждый день, – хмыкнула я.

- Когда она уезжает? – спросила Аль – Действительно, как-то не хорошо получается, втянули ее в такое приключение, надо хоть проститься по нормальному. Пригласить ее в ресторан на ужин, посидеть, поговорить, а то мы с ней толком и не пообщались.

- А давай, я   ее прямо сейчас и приглашу? – я достала телефон и набрала номер Анны.

- Алло? – она отозвалась после первого гудка, словно ждала моего звонка.

- Анна, привет, это Эс, – представилась я, хотя по голосу Анны было понятно, что она меня узнала

- Эс, привет! Не ожидала, что ты позвонишь! Как дела? Как Драк? – сыпала она вопросами.

- Он пришел в сознание, – ответила я на последний.

- Ой, как здорово! – радостно воскликнула Анна

- Да, мы тоже все рады. У него из-за ранения память отшибло, доктор говорит, что скоро должно все восстановиться, – сказать, каким стал Драк, у меня не повернулся язык

- Как же так? Разве такое бывает? Он же головой не ударялся, – растерянно  сказала Анна. Откуда вы взялись такие умные и почему докторами не работаете, с непонятным раздражением подумала я.

- Не знаю, доктор тоже не знает, Драк только сегодня очнулся и пока остается в клинике.

- А когда его можно будет навестить? – поинтересовалась Анна -  Мы через три дня уезжаем.

- Я спрошу у Гелана, хорошо? Мы с Аль хотели бы с тобой поужинать до того, как ты уедешь. Ты как, не против?

- Я - за! Давайте завтра? У меня сегодня вечер занят, - извиняющимся тоном отозвалась Анна.

- Отлично, завтра мы за тобой заедем часов в шесть в гостинцу и сходим куда-нибудь поужинать,  – я вопросительно посмотрела на Аль,  подруга кивнула, подтверждая, что завтрашний вечер у нее свободен.

- Договорились, буду вас ждать.

- Отлично, до завтра, Анна! – я выслушала ее «пока» и отключилась.

- Она уезжает через три дня, спрашивает можно ли ей навестить Драка, – ответила я на немой вопрос Аль.

- Вон как раз и Гелан с Ником возвращаются, сейчас и спросим. Не знаю, будет ли она готова увидеть такого Драка, – подруга поежилась и жалобно посмотрела на меня. Гелан и Ник сели в машину.

- Ну что? – хором спросили мы с Аль.

- Все также, нас не узнает. Он немного нервничает и спрашивает про ту, которая ему нужна, ума не приложу, про кого он говорит, – над переносицей Гелана залегла тонкая морщинка.

- Гелан, мы хотим завтра сходить поужинать с Анной, она на днях уезжает, – я поспешно перевела разговор на другую тему - И еще она хочет проведать Драка, как думаешь, ей можно приехать?

Гелан задумался  - Давайте сделаем так, мы поедем все вместе на этот ваш прощальный ужин. Потом  отвезем Анну в клинику, она проведает Драка.  А потом, я или Ник, отвезем ее в обратно в гостиницу. Сразу предупреждаю, на девичьи посиделки не рассчитывайте, одних я вас никуда не отпущу.

- Зачем тогда интересоваться нашим мнением, если вариантов, кроме предложенного, нет? – рассмеялась я – Я думаю, что Анна не будет возражать, если вы поужинаете с нами. Мы с ней и не договаривались о девичьих посиделках.

- Вот и славно, завтра с утра позанимаемся, а вечером пойдем в ресторан, – сказал Гелан и завел двигатель.

Вечером, сидя у Ника в комнате, я думала о Драке. Что же с ним произошло? Почему он потерял память? Кто та, которая ему нужна?

- Ник, а что там, у Драка с раной? Гелан так мне и не рассказал.

- Может и мне тогда не стоит? Вдруг это какая-то страшная драконья тайна? – с улыбкой присев рядом со мной и притягивая к себе, спросил Ник.

- Ну расскажи, я ему не скажу, что ты выдал секрет,  – заныла я, а то с Гелана вполне может статься запретить Нику рассказывать о том, что он видел.

- Да ничего там особенного нет, шов, а вокруг что-то непонятное. Весс не может объяснить, что это такое. Вокруг раны кожа какого-то мертвенного цвета в синих разводах, вроде как на мраморе. Это место холоднее, чем остальное тело. И еще Весс говорит, что Драк нервничает, все время кого-то ищет, зовет. Его нервозность растет и Весс говорит, что нам лучше забрать его из клиники поскорее, если вдруг он начнет превращаться в дракона, то им самим не справиться. Он опасается за безопасность пациентов и персонала.

- А драгонфлай? Он его не курит? – озабоченно поинтересовалась я.

Ник покачал головой. – Нет, он отказывается. Гелан в недоумении.

Он поцеловал меня в висок и задумался. В дверь тихонько поскреблись.

- Войдите! – откликнулся Ник.

В дверь просунулась голова Сиквы.

- Длорт Ник, я хотел узнать какую одежду вам приготовить на завтра?  - он бочком протиснулся в дверь, поклонился и с почтением уставился на Ника.

- На завтра? Спортивный костюм с утра и что-нибудь для ресторана на вечер. – Ник уже нашел общий язык с Сиквой и охотно пользовался его услугами.

Сиква кивнул.

- Сиква, принеси, пожалуйста, кофе. Эс, ты будешь?

- Буду, Сиква, и трубочку мою захвати.

- Сейчас все сделаю, длорт Ник! – он прикрыл дверь.

- Ты уже привык к Сикве? – уточнила я.

- Привык, и с каждым днем  наличие слуги напрягает меня все меньше. Эс, а вдруг после перерождения мне будет не положен слуга? Что я буду делать без Сиквы? – он сделал испуганное лицо.

- Не переживай, что-нибудь придумаем. Кстати, ты уже определился, чем тебе больше всего нравится заниматься? – я забралась к нему на колени.

- Гелан пока учит только боевым искусствам и преподает немного истории и географии, ну и квэнне. Мне хочется попасть во второй мир и попутешествовать, а еще мне очень хочется стать Драконом и полетать. Уверен, что мне это понравится.

- Конечно, понравится, это такое непередаваемое ощущение! – я улыбнулась, вспомнив, как мы гоняли дома наперегонки с братьями.

- Мне иногда снится, что у меня есть крылья и я летаю. Ощущения от полета незабываемые, я после этих снов потом целый день хожу сам не свой! – мечтательно произнес Ник - А трудно научиться летать?

- Все происходит на инстинктах, никто специально не учится. Просто расправляешь крылья и летишь, – я помахала руками.

В дверь протиснулся Сиква с большим подносом в руках, в его понимании, кофе без сладких пирожков, пяти видов бутербродов и соленого печенья представлял собой кулинарный нонсенс. Он церемонно накрыл стол и произнес – Длорт Ник, что-нибудь еще?

- Нет, Сиква, ты можешь идти отдыхать, спокойной ночи. – Ник поставил меня на ноги, и мы подсели к столу.

- Спокойной ночи, длорт Ник! Спокойной ночи, маленькая хозяйка. – он откланялся и вышел.

Мы налетели на угощение. Ужин был достаточно плотным, но мы с Ником уже успели проголодаться.

- Если бы Гелан меня так не гонял, я уже бы в дверь не проходил! – с набитым ртом сказал Ник – Я голодный как волк! Никогда раньше не ел так много.

- Это твой дракон требует еды, тебе нужно много энергии. Ешь, сколько хочешь. То ли еще будет, когда ты научишься летать, ведь полеты забирают массу сил.

- А еще мне все время хочется мяса, причем огромный кусок и с кровью, – поделился он

- Это тоже нормально. Кстати, мы с Аль заказали столик в Харрис Стейк на завтра, так что наедимся мяса в свое удовольствие.

- А как дела у Аль с Калларом? – поинтересовался Ник.

- У них все налаживается, но Каллар сейчас занят, и не может проводить с Аль много времени. Скоро будет Совет, и он, как наследный принц, будет принимать в нем участие. Конечно, не очень кстати, но что поделаешь.

- Гелан сказал, что ваш отец хочет познакомиться со мной, это правда?

- Конечно, ты же теперь длорт тилл в его клане. Вообще-то он тебя уже видел.

- Это когда? – Ник не донес до рта кусок и озадаченно посмотрел на меня.

- Когда ты пытался убить Гелана и лежал без чувств на диване в большой гостиной, – вспомнив тот день, я улыбнулась.

Ник вспыхнул – Представляю, что он обо мне подумал! Пришел в гости и завалился спать.

- Ну, ты же не по своей воле завалился! Не переживай, он все понял правильно, – успокоила я его.

- А ты не знаешь, когда это произойдет? – Ник потерял интерес к еде.

- Что произойдет?

- Наше знакомство.

Я пожала плечами. – Наверное, после Совета, до этого ему будет не до тебя. Сарр сообщит Гелану, когда тебе назначат аудиенцию.

- Аудиенцию? – переспросил Ник.

- Ну да, - я удивленно воззрилась на него -  или ты думаешь, что можно вот так запросто ввалиться к отцу в кабинет в любое удобное для тебя время?

- Не думаю, но это все так церемониально, – он растеряно посмотрел на меня.

- Это нормально, нам он тоже назначает время для встреч, – я погладила его по плечу и направилась в спальню.

На следующий день, когда мы уже заканчивали послеобеденную тренировку, Гелану снова позвонил Весс.

- Весс говорит, что Драк все больше и больше нервничает и его пребывание в клинике может стать небезопасным для всех остальных. Они вкололи ему снотворное, но вечером его надо будет забрать в поместье, – брат заметно нервничал.

- Значит, заберем его оттуда, – хмуро сказал Ник.

- Мы попробуем, но сложность заключается в том, что он нас не узнает. Как ты думаешь, Ник, Драк согласится уехать с чужаками?  - раздраженно спросил Гелан.

- Ты можешь его усмирить, на него твой взгляд обязательно должен подействовать, – возразил Ник

- В самом крайнем случае я так и сделаю, но будет лучше, если он согласится уехать добровольно, без насилия с нашей стороны. В общем, так, действуем по плану, сначала ужин, потом клиника, Драк все равно будет спать до вечера. – Гелан мрачно посмотрел на нас с Аль.

Мы согласно кивнули.

Алариэль возжелала развлечься и принять участие в нашей тренировке. Мне пришлось показать ей пару самых простых ударов и блоков, после чего мы c удовольствием поскакали по залу с деревянными палками вместо мечей, делая вид, что фехтуем. Аль выдохлась через четверть часа, а я даже не вспотела. Мы с хохотом повалились на маты и с интересом стали наблюдать за тренировкой Ника и Гелана. Посмотреть было на что, у Ника с каждым днем получалось все лучше и лучше и он уже мог достойно ответить на некоторые выпады Гелана. Я гордилась его успехами, Ник все схватывал на лету и старался изо всех сил. Закончив тренировку, мы разошлись по своим комнатам, чтобы приготовиться к походу в ресторан

Ровно в шесть мы были у гостиницы Анны. Она уже ждала нас в холле. Мы расцеловались как добрые подруги и вернулись к машине, около которой нас ждали Ник и Гелан.

- Ой, у нас, оказывается, сегодня большие посиделки! – воскликнула она, увидев мужскую часть нашей компании. – Привет, Ник, привет, Гелан, рада вас видеть.

- Привет, Анна, рад встрече! – сказал Гелан, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щечку  – Надеюсь, ты не против нашего с Ником присутствия, отпустить вас одних мы не можем.

- Нет, я не против, - она поцеловалась с Ником и мы сели в автомобиль – После того случая с вами чувствуешь себя в большей безопасности.

Через несколько минут мы уже сидели за заказанным столиком в ожидание стейков, продолжая вести светские беседы.

Ник и Гелан не принимали участия в нашем разговоре, что нас несколько смущало, они оба были заметно напряжены, но причин этого состояния я не понимала. Перехватив мой встревоженный взгляд, Гелан по мыслесвязи посоветовал мне продолжить общение с Анной и не обращать на них с Ником внимания, потому что они обдумывают способы, как забрать Драка с наименьшими потерями для нас и для клиники. Официанты принесли наш заказ, откупорили бутылку вина и оставили нас в покое.

- Как там наш чемпион? – с непередаваемым презрением в голосе спросила Аль, отрезая маленькие кусочки от своего стейка.

-Какой чемпион? – непонимающе спросила Анна

- В беге на короткие дистанции, – никогда и не подозревала, что Алариэль может быть такой язвительной.

-  Данте? Вроде нормально, – по лицу Анны пробежала тень.

- Анна, он как-то тебя обидел? – вдруг ожил Гелан.

- Скорее наоборот. – Анна слегка поморщилась

- Расскажи, может, я могу чем-то помочь? – Гелан внимательно смотрел на нее.

- Я ему врезала по яйцам.  – Анна смущенно посмотрела на нас.

Ник подавился куском, Аль уронила вилку, рука Гелана с бокалом замерла на полпути до рта, а я уронила мясо на колени, к счастью на салфетку, а не брюки.

- Ты, что? – наконец, прокашлялся Ник.

- Ну, в общем, можно сказать, что это была самооборона, - замялась Анна – Я не специально, все получилось как-то само собой.

Гелан внимательно посмотрел ей в глаза – Он к тебе приставал?

- Ну, вроде того, – на щеках Анны расцвели пунцовые пятна.

- Давно хотел встретиться с этим красавцем, – задумчиво произнес Гелан, смотря сквозь бокал с вином – Ник, может, проведаем звезду, а? Попросим автограф.

- Нет, не надо! – испуганно вскинулась Анна – Кто потом главного вампира будет играть? У него же обязательства и контракт, – она похоже передразнила Данте – Он ко мне теперь не подходит. Правда, не стоит!

- Молодец, так и надо было! – высказалась я.

Алариэль неопределенно пожала плечами, но промолчала.

- А что у вас произошло? – спросил Ник.

- Ну, ты знаешь, слово за слово, сцепились… не хочу вспоминать, давайте сменим тему. – Анне было неприятно говорить об инциденте и, очевидно, она уже пожалела о том, что обмолвилась о стычке.

- Анна, мне кажется, что ты его побаиваешься, – не обращая внимания на ее просьбу, настаивал Ник – скажи, в чем дело?

Анна опустила голову и тяжело вздохнула - Знаете, дело даже не в Данте. Мы закончим этот фильм и разбежимся, шанс, что мы снова будем сниматься вместе, практически равен нулю. Он, конечно, не привык, что его отшивают таким вот образом, и, естественно, теперь имеет на меня зуб.

- И? – Гелан мягко подтолкнул Анну к дальнейшим откровениям

- Его мать достаточно влиятельная фигура в мире шоу-бизнеса, у нее масса связей и за своего сыночка она кому угодно глотку перегрызет. Зная Данте, я не сомневаюсь в том, что он задействует ее, чтобы насолить мне. Он даже не скажет, зачем ему это надо и мне придется туговато. У меня было запланировано участие в нескольких проектах после этого дурацкого фильма и в одном меня уже заменили другой актрисой, - она горестно вздохнула – Ничего, еще есть театр, телевидение и вообще, я думаю, как-нибудь выкручусь. Ради счастья не сниматься с Данте можно пожертвовать карьерой в кино.

Гелан пристально посмотрел на нее – Анна, у меня тоже есть связи и не только в шоу-бизнесе, я уверен, что мы сможем уладить этот вопрос.

- Не надо, правда, Гелан, все в порядке. Через пару месяцев он и думать обо мне забудет, – в глазах Анны блеснули едва сдерживаемые слезы.

Ник пожал плечами – Ну, если ты так хочешь, то конечно, – но с Геланом они обменялись многозначительными взглядами.

- Как Драк? Вы были у него? – Анна промокнула глаза салфеткой и попыталась улыбнуться

- Были сегодня утром,  у него полная потеря памяти, он нас не узнает, – тихо сказала я.

- Бедный Драк! – ужаснулась Анна - Я хочу его навестить. Гелан, можно?- Анна умоляюще посмотрела на брата.

- Конечно можно, мы вообще-то планировали, что после ужина поедем в клинику все вместе, а потом отвезем тебя в гостиницу.

- Замечательно! – воскликнула Анна.

Мы отвлеклись от мрачной темы состояния Драка, вечер протекал в теплой, дружественной обстановке.

По пути в клинику Аль предупредила Анну – Ты не обижайся на Драка, если он тебе скажет что-нибудь обидное или странное, он не в себе.

- И еще, – произнес Гелан с водительского места – он немного неадекватен и может повести себя агрессивно, Весс сказал, что беспокойство Драка растет. Он боится ему давать большую дозу успокоительного, так что держитесь ко мне поближе, если что, я его усмирю.

Анна кивала головой, но глаза у нее были испуганные. После слов Гелана я задумалась о том, как мы будем с ним справляться после того, как заберем его из клиники, ведь неадекватный Драк – это страшно, с его-то силой и боевым опытом, не хотелось бы оказаться в числе его врагов или стать объектом неадекватного поведения. Аль, наверное, к нему бы и близко не подошла, если бы увидела в бою, я уж не говорю о том, чтобы хотеть его, как мужчину. Дун говорил, что было время, когда Драк впадал в боевое безумие, даже свои боялись к нему подходить, чтобы не попасть под меч. Может нам повезет, и он у него не возникнет желания нас убить?

Войдя в приемную, мы застали в ней Ларину. Она сидела за столом, глядя в монитор и двигая мышкой по столу.

- Привет, Ларина – окликнул ее Гелан– Как Драк?

- Добрый вечер! Да вас целая делегация! Драк уже на ногах, – тут она увидела за нашими спинами Анну, ее глаза сузились. Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла, присутствие Анны заметно ее раздражало.

- А где Весс? - спросил Гелан.

- Доктор в своем кабинете. Вас проводить? – Ларина махнула в сторону одной из дверей, выходящей в приемную.

- Нет, спасибо, мы сами его найдем - Гелан и Ник ушли искать Весса, а Ларина, покачавшись некоторое время на стуле, встала и подошла к нам, прожигая Анну недобрым взглядом. Обстановка накалялась, я уже открыла рот, чтобы расспросить Ларину о Драке и  хоть как-то разрядить атмосферу, как Ларина прошипела, обращаясь к Анне - Зачем ты здесь? Он никого не узнает и никого не хочет видеть!

- Ларина, ты чего? – опешила я – Она имеет право проведать Драка!

- Ничего она не имеет! – Ларина выглядела, как рассерженная кошка.

- Чего ты ко мне цепляешься? – начала заводиться Анна, она вышла вперед и теперь стояла перед Лариной, скрестив руки на груди – Я с ним не встречалась, – по слогам сказала она – Через пару дней я уеду, и ты меня больше никогда не увидишь. Дай мне проведать больного друга! В чем твоя проблема?

- Эй, эй, – я попыталась встать между ними – девочки!

- Эс, не влезай! – глаза Ларины метали молнии – Не нравишься ты мне, вот в чем моя проблема. Нечего чужих парней проведывать, подруга!

- Ларина, перестань! – Аль попыталась схватить ее за руку, Ларина резко выдернула руку и повернулась к Алариэль – Не трогай меня! Думаешь, я не видела, как ты ему глазки строила? Тоже виды имела? Ты, Алариэль, та еще штучка, всех мужчин пытаешься к рукам прибрать, а потом водишь их за нос! Ни себе, ни другим!

Губы Аль затряслись от обиды, Ларина переходила все границы приличий и я сочла своим долгом прекратить это безобразие.

- Ларина, не забывай, с кем ты разговариваешь! – заорала я на всеобщем – И если ты хочешь сказать что-нибудь про меня и моих подруг, то лучше тебе застегнуть рот на пуговицу! Я предупреждаю, что ты ответишь за свои слова!

Ларина тяжело дышала, буравя меня взглядом, но мои угрозы подействовали. Мы стояли, сжав кулаки, друг против друга, но, через мгновение она отвела взгляд и, развернувшись ко мне спиной, почти бегом кинулась в один из коридоров. У меня от ярости все внутри клокотало, по лицу Аль текли слезы, а Анна, не ожидавшая попасть в эпицентр скандала, с растерянным видом стояла рядом. Я выдернула из коробки салфетку и сунула ее Аль в руки.

- Вы пока побудьте здесь, я схожу, посмотрю, что там с Драком. – бросила я, и, развернувшись, почти бегом побежала к палате.

Драк стоял у окна, глядя в ночь, спиной к Гелану и Нику. Гелан мягко пытался его убедить в необходимости ехать с нами в поместье, но Драк упорно качал головой.

-Драк – окликнула я его – как ты?

- Я уже сто первый раз вам всем говорю, что со мной все в порядке, у меня ничего не болит, и прошу оставить меня в покое. Почему вы все время приходите? – раздраженно отозвался он, слегка повернув голову в мою сторону. - Уходите, – помолчав, сказал он – я не хочу вас видеть.

Гелан с отчаянием на лице повернулся ко мне и безмолвно развел руками, подписываясь в полной невозможности увезти брата домой добровольно. Я указала себе на глаза, предлагая усмирить Драка. Гелан тяжело вздохнул, смиряясь с мыслью, что насилие единственный способ настоять на своем.

- Драк, посмотри на меня, – сказал он. Драк не ответил и не повернулся, а его напряженная поза говорила лучше всяких слов о том, что он злится.

- Гелан, осторожно! – одними губами шепнула я, отходя к Нику.

- Драк! – голос Гелана звучал спокойно, но настойчиво.

- Я не хочу на тебя смотреть! – звенящим от еле сдерживаемой ярости голосом, сказал Драк, не поворачиваясь к нам – Уходите, все! Вон! Вы мне надоели!

Гелан подошел к нему на несколько шагов, мы с Ником отступили на шаг назад.

- Не подходи! – предупредил Драк.

- Да пойми же, наконец, что ты наш брат, мы тебе не чужие! – закричал Гелан, теряя терпение – Драк, посмотри на меня!

-  Я вас не знаю  и не хочу ничего понимать! Уходите!  - он резко повернулся и посмотрел Гелану прямо в глаза. Мы затаили дыхание…

И ничего не произошло. Уходи! – выкрикнул Драк, его лицо побелело от ярости, он резко толкнул Гелана в грудь, увеличивая расстояние между ними на несколько ярдов. Гелан попятился, его дар не сработал, и теперь всем нам угрожала смертельная опасность. Ник подобрался, готовясь в случае необходимости броситься Гелану на помощь. Они его скрутят, а я сбегаю за доктором и снотворным.

- Драк, что ты делаешь? – вдруг за моей спиной раздался звонкий окрик.

Драк вздрогнул, поднял глаза и застыл на месте. Я обернулась, в дверном проеме стояла Анна, возмущенная происходящим. Я в отчаянии закусила губу. Демон, нас слишком много! Драк с  трудом терпел присутствие троих, а теперь к нам присоединилась и Анна, он наверняка атакует. Я быстро прикинула расстояние до девушки. Мои шансы справиться с Драком равны нулю, но хотя бы прикрою Анну, как бы быстро он не напал, пара секунд у меня точно будет. Анна провела в нашей компании два вечера и каждый раз попадала в неприятности, может к лучшему, что она скоро уедет, а то знакомство с нами не доведет ее до добра. Подумать обо всем этом я успела, пока переводила взгляд с Анны обратно на Драка. Вопреки моим опасениям, брат не собирался нападать ни на нас, ни на Анну. Он неподвижно стоял в нескольких шагах от окна, прикипев глазами к девушке, выражение его лица менялось от ярости, к озарению, удивлению, облегчению и нескрываемой радости. Вдруг он бесцеремонно отодвинул Гелана с дороги и направился к ней.  Мы в остолбенении следили за его действиями, не понимая, что происходит и как нам себя вести. Драк подошел к Анне и, взяв ее за плечи, с облегчением рассмеялся, впервые после ранения став похожим на себя прежнего. Он пристально посмотрел на нее, а потом крепко прижал к груди и сказал – Анна! Наконец-то пришла та, которая мне нужна!

Он не выпускал Анну из кольца рук. Девушка замерла на месте, а ее лицо побледнело от страха. Наконец, Драк немного отстранил ее от себя и с облегчением сказал – Теперь я могу уходить. Я ждал тебя и знал, что ты придешь, Анна. Ты меня не оставишь?

Она отрицательно покачала головой, бросив на меня затравленный взгляд. Рядом с огромным, полуголым Драком, Анна выглядела маленькой, хрупкой и такой беззащитной, что у меня заныло сердце, если Драк надумает свернуть ей шею, мы не сможем ее спасти, просто не успеем!

Первым опомнился Гелан и, не трогаясь с места, спросил – Драк, ты узнал Анну?

- Я ее всегда знал, – намного спокойнее откликнулся Драк, он не отрываясь, смотрел на Анну, мы же отводили взгляды, глядя на него. Он потерял не память, а разум и это было по-настоящему страшно.

- Поедем домой, Драк, – тихо попросил Гелан.

- Я поеду туда, куда поедет Анна, – он прижал Анну к себе, немного повернув голову в сторону Гелана.

- Анна, ну хоть ты ему скажи! – воскликнул Гелан – Нам надо увезти его отсюда.

- Драк, поедем домой, – погладив его по руке, попросила она.

- С тобой я поеду куда угодно, только ты должна быть со мной, – он прижался щекой к ее виску.

- Анна, помоги нам довезти его до дома, завтра утром я отвезу тебя в город, – в отчаянии воскликнул Гелан.

Драк вздрогнул,  повернулся к Гелану, продолжая прижимать к себе Анну, и с угрозой в голосе прошипел - Она никуда не поедет. Я убью любого, кто посмеет увезти ее от меня, понятно?

Мы с ужасом смотрели на него, нисколько не сомневаясь, что он осуществит свою угрозу. Этот Драк настолько отличался от моего брата, что порой мне казалось, что передо мной незнакомец. Мы были для него никем, а Анна, которую он видел до ранения всего несколько раз в жизни, была той, которая ему нужна, и за нее он был готов без раздумий убить всех нас. Я беспомощно огляделась, ища поддержки у остальных, но, похоже,  мои чувства разделяли все присутствующие. Ник хмурился и старался держаться поближе к Гелану. Лицо Гелана стало похоже на маску. Аль стояла в дверях и смотрела на происходящие расширившимися глазами, прижав ладонь к губам, за ее спиной мелькнуло бледное лицо Ларины. Анна, не двигаясь, стояла рядом с Драком, в ее глазах плескался ужас. Ситуация выходила из-под контроля, никто не знал, что делать дальше, а Гелан исчерпал все аргументы, включая свой дар.

- Что здесь происходит? – из-за спины Аль раздался голос нашего отца.

Он вошел в палату в сопровождении Мейге и Сарра и остановился, глядя на Драка и Анну. - Кто-нибудь объяснит мне?

Напряжение моментально спало, мы встряхнулись и сделали приветственный поклон, даже Ник, Гелан все-таки выкроил время для нескольких уроков этикета. Я почувствовала неимоверное облегчение, отец с нами, теперь-то уж наверняка все будет хорошо.

- Гелан, в чем дело?  - отец строго посмотрел на Гелана. Сарр как всегда стоял за его правым плечом, держа наготове свой неизменный блокнот. Мейге попытался подойти к Драку, но Гелан жестом остановил его.

- Здравствуйте, отец, позвольте объяснить ситуацию наедине, – быстро сказал Гелан, отец кивнул, и они все вместе вышли в коридор. Драк, не обративший на отца никакого внимания,  отвел Анну к окну и что-то говорил ей на ухо. Он ни на минуту не прекращал ее обнимать, а Анна, оцепенев от страха, покорно его слушала. Я подошла к Нику,  продолжая настороженно наблюдать за Драком, Аль и Ларины видно не было. Через несколько минут  Гелан и отец вернулись,  следом за ними вошли Сарр и Мейге, лица у обоих были растерянные. Гелан что-то шепнул отцу, так чтобы никто не услышал и сделал шаг в сторону. Отец подошел к Драку и Анне, и несколько мгновений смотрел на них, задержав взгляд на девушке.

- Анна, позвольте принести извинения за недостойное поведение моего сына и попросить вас поехать с нами в поместье. Мы спокойно разберемся в обстановке и решим, что делать дальше, – мягко попросил он.

- Конечно, без проблем, – растеряно кивнула Анна и сделала  попытку отойти от Драка. Он сжал ее руку так, что лицо Анны исказилось от боли - Драк, пусти! Мне больно! – воскликнула она.

Брат мгновенно разжал пальцы, поднес руку Анны к губам, нежно поцеловал ее и опустился на колени, обхватив ее ноги и прижавшись к ним лицом, умоляя простить за нечаянную боль. Отец, посмотрев на коленопреклоненного Драка, резко развернулся и вышел из палаты, я выскочила вслед за ним. В коридоре отец остановился, оперся правой рукой на плечо верного Сарра, а левой прикрыл лицо, его плечи поникли, словно на них лег непосильный груз. Мне никогда не доводилось видеть его таким растерянным и расстроенным, я затаила дыхание и вжалась спиной в стену, чтобы ни отец, ни Сарр меня не заметили. Не прошло и минуты, как отец взял себя в руки, отвел от лица ладонь и гордо выпрямил спину. Сарр тут же сделал шаг назад и встал на свое привычное место, ни словом, ни взглядом не показав, что его впечатлила минута слабости Повелителя.

Из-за угла вышел Весс и направился к отцу, поприветствовав его, он  покаянно произнес – Повелитель Драконов, я…я, право, не знаю…

Отец жестом остановил его - Доктор Весс, я выражаю вам признательность за то, что спасли моему сыну жизнь. Прошу вас приказать собрать его вещи, мы сей же час отправляемся домой, а завтра, если вас не затруднит, приехать в поместье. Мейге свяжется с вами и уточнит детали.

- Конечно, Повелитель Драконов, никаких затруднений, я сделаю все, что в моих силах. Я сейчас же распоряжусь насчет вещей драггара Драка,  –Весс откланялся и быстрым шагом пошел по коридору, на ходу отдавая распоряжения.

- Эсмириль – отец чуть повернул голову в мою сторону –  передай Гелану, что он, Драк и Анна поедут с нами.

Я склонила голову. Отец величественно развернулся и направился к выходу, сопровождаемый Сарром и вышедшим из палаты Мейге.

Глава 36 Анна

Сегодня Ларина не ограничилась злобными взглядами, а устроила настоящий скандал, который чуть не закончился потасовкой между ней и Эсмириль. Я была близка  к тому, чтобы присоединиться к Эс и навалять нахалке за ее грубость, но до драки дело не дошло, а Эсмириль прекрасно справилась самостоятельно, срезав наглую девицу парой слов. Жаль, что я не поняла, что же такое она ей сказала! Ларина бесславно ретировалась в ближайший коридор, а Эс, яростно раздувая ноздри, быстрым шагом удалилась проведать больного брата, оставив меня наедине со всхлипывающей Аль. Спустя несколько минут Алариэль поднялась и сказала, что ей надо сходить в дамскую комнату и привести себя в порядок. Оставаться в приемной в гордом одиночестве мне не хотелось, Ларина могла вернуться обратно в любой момент, и возобновить выяснение отношений. Потому я направилась в коридор, в котором скрылась Эс, решив поискать палату Драка, рассудив, что если он пришел в сознание, то его, скорее всего, перевели из отделения реанимации в главный корпус. Я шла, поворачивая наугад, то направо, то налево, длинные коридоры были пусты, двери закрыты, спросить дорогу было решительно не у кого. Поблуждав по клинике, я попала в небольшой холл, из которого в разные стороны вело три  коридора. Я наугад выбрала средний. Какая разница, куда идти, если все равно не знаешь дороги? Коридор был скудно освещен одной лампой из трех, видимо в целях экономии, а на дверях висели таблички с непонятными надписями, буквы выглядели как кривые закорючки с точками и черточками. Я с любопытством разглядывала надписи, и гадала, на каком языке они сделаны и что находится за закрытыми дверями. Не удержавшись, я дернула за ручку одной из них, но дверь была заперта на ключ. Судя по всему, это крыло было предназначено для персонала или отведено под какие-то внутренние нужды клиники. Почти дойдя до конца коридора, я увидела, что из-под одной из дверей пробивается тонкая полоска голубоватого света. Я подняла руку, чтобы вежливо постучаться, но дверь неожиданно распахнулась сама и я нос к носу столкнулась с невысоким рыжеволосым и зеленоглазым доктором. От неожиданности он произнес несколько коротких слов с преобладанием шипящих и удивленно воззрился на меня. Через пять секунд пристального рассматривания моей персоны он недовольно нахмурился.

- Что вы тут делаете? – грубовато спросил доктор, выскальзывая в коридор и прикрывая дверь локтем, его руки в резиновых перчатках были перемазаны чем-то густо-синим и неприятно пахнущим, а серый пластиковый фартук выпачкан зловещими бурыми пятнами. Пока он неуклюже закрывал дверь, я разглядела в глубине освещенной мертвенно-голубым светом комнаты длинный оцинкованный стол и еще одного доктора, склонившегося над чем-то серо-фиолетовым, частично прикрытым простыней.

- Извините, я заблудилась.  Я ищу палату Драка – замялась я, сообразив, что не знаю его фамилии.

- Ступайте прямо по коридору и поверните налево, палата.. эээ… Драка Тули четвертая по правой стороне, – неприветливо буркнул он, указывая направление локтем, потом также неуклюже просочился обратно в комнату. Звук защелкнувшего замка прозвучал демонстративно. Я направилась в указанном направлении, гадая, куда меня занесло и что лежало на столе в той комнате. Обнаружить искомую палату не составило никакого труда, едва повернув налево, я услышала голос Драка, который явно и недвусмысленно выражал свое неудовольствие. Это не больница, а сумасшедший дом! Хамоватый персонал, орущие посетители, скандалящие пациенты. Я быстро дошла до нужной двери и замерла на пороге, снова оказавшись в эпицентре скандала. Драк яростно кричал на Гелана, а потом перешел от слов к делу, оттолкнув его и замахиваясь для удара. Такого Драка я еще не видела. Что с ним творится? Его родные переживали за него всю прошедшую неделю, а он на них с кулаками бросается! Гелан не проявлял никаких признаков агрессии, а Ник и Эсмириль выглядели откровенно напуганными. Слова сами вылетели у меня изо рта, но едва Драк увидел меня, как ситуация в корне поменялась.

По дороге в клинику мне предупредили, что Драк серьезно болен и может повести себя странно, но что он поведет себя настолько странно, я даже предположить не могла. Едва увидев меня, Драк перестал обращать внимание на всех, кто был в комнате, подошел ко мне и с выражением неимоверного облегчения на лице прижал к своей голой груди, а я замерла, как кролик перед удавом, боясь, лишний раз шевельнуться, некстати вспомнив предупреждение Гелана о том, что Драк может быть опасен и вести себя неадекватно. Реакция Гелана, Ника и Эсмириль тоже не добавляла уверенности, они откровенно растерялись и не знали, что делать.

Драк вел себя так, словно в палате были только он и я.  Он разительно изменился после ранения и выхода из комы, собственно говоря, от прежнего Драка, которого я знала, не осталось ничего, он словно стал совершенно другим человеком, то есть Драконом. Он шептал мне на ухо о том, как меня ждал, что я та, которая ему нужна, что мы должны уехать отсюда и, наконец, отделаться от присутствующих здесь незнакомцев и их навязчивых предложений отвезти его домой, что теперь все будет хорошо и не будет больно, ведь он со мной, а я с ним. На мгновение он замолкал, и все повторялось сначала. Немного оправившись от шока, я почувствовала себя героиней любовного сериала, сладкого и тягучего как сироп, из тех, которые обожают смотреть романтично настроенные домохозяйки, а актеры снимаются только потому, что за съемки отлично платят. Судя по всему, неловкость ситуации разделяли все присутствующие, за исключением Драка, он говорил искренне, вел себя так, как считал нужным, и ему было откровенно плевать на мнение окружающих. Нелепая ситуация наверное позабавила бы меня, если бы мне не было так страшно. Только сейчас я поняла насколько Драк сильный, стоило ему сжать меня в объятиях чуть крепче, как у меня начинали трещать кости, и насколько он повредился рассудком, чтобы падать на колени и умолять меня о прощении в присутствии своей семьи. В его поведении не чувствовалось угрозы, но когда он снова стал кричать на Гелана, я осознала, что единственный человек, который находится в относительной безопасности в этой комнате – это я. Слава богу, что в палате появился их отец и взял командование на себя.

Мы ехали в поместье в огромном лимузине в угрюмом молчании. Гелан, их отец  и двое сопровождающих сидели в напряженных позах и старались не смотреть на нас. От пережитого потрясения меня бил озноб, я не понимала, что происходит, и гадала, чем все это закончится. Драк все плотнее прижимался ко мне. Пока мы были в клинике, он все время  говорил, сейчас же замолчал, что меня несказанно радовало. Не смотря на довольно прохладный вечер, он так и не переоделся, из одежды на нем были хлопчатобумажные светлые, больничные штаны и тугая повязка поперек живота. Он ни на кого не смотрел, лишь иногда крепко сжимал мою правую ладонь. Мне ничего толком не объяснили, лишь попросили съездить в поместье, но судя по расстроенному и растерянному виду моих спутников, они сами не знали, что им делать дальше. Неожиданная и нежданная страсть Драка пугала, вел он себя жутковато, и я не знала чего от него ожидать в следующий момент, но вопреки моим опасениям ничего не происходило, он только крепче прижимался ко мне и не отпускал мою руку, время от времени прикладывая ее к своим губам. Я несколько раз пыталась немного отодвинуться от него, но мои передвижения были ограничены размерами автомобиля. Меня здорово смущал его полуголый вид, весьма странное поведение и косые взгляды его родственников, которые, впрочем, не имели ко мне никакого отношения. Машина мягко летела к поместью, в салоне стояла настороженная тишина и мне ничего не оставалось, как миллиметр за миллиметром отвоевывать у Драка место на сиденье и тайком рассматривать его родственников.

Отец Драка, величественный мужчина с роскошной копной кудрявых длинных волос с несколькими седыми прядями, темными глазами, мужественным и привлекательным лицом периодически бросал на меня короткие взгляды и тут же отводил глаза. Он выглядел лет на шестьдесят, ростом был ниже Драка, но массивнее и внушительнее. Элегантная светлая рубашка с темным галстуком, темно-серый костюм и легкий черный плащ ладно сидели на его подтянутой фигуре. Высокий худощавый мужчина, сидевший справа от отца Драка, выглядел лет на десять его старше, он тоже время от времени скользил по моему лицу пронзительным взглядом, словно классифицировал к какому виду посетителей поместья меня можно отнести, на Драка он смотрел с сочувствием. У мужчины были совершенно седые коротко подстриженные волосы, бледное, узкое лицо и тонкие губы. Бледность лица еще сильнее подчеркивали темный костюм с черной рубашкой и черным же галстуком. В руках он держал блокнот для записей. Второй спутник был крепко сбитым, рыжеволосым мужчиной лет сорока пяти с зеленовато-коричневыми глазами и румяным лицом, он изредка  посматривал то на меня, то на Драка, но большую часть времени был погружен в свои мысли, хмурился, покусывал нижнюю губу и потирал переносицу. Мужчина был одет менее официально, чем остальные, в шерстяной кардиган серого цвета, белую рубашку с веселеньким шейным платком, свободные вельветовые брюки и напоминал бодрого деревенского врача, который знает по именам всех своих пациентов и лечит кишечные колики у детей кока-колой. В напряженной тишине мы, наконец, въехали во двор поместья. К моменту прибытия к месту назначения, я была плотно прижата к двери автомобиля, и когда слуга открыл дверь,  вывалилась бы наружу, если бы Драк не придержал меня за руку. Выйдя из машины вслед за мной, он решительно ухватил меня под руку и уверенно повел в дом.

- Ты помнишь дом? – спросила я его, едва успевая за его размашистым шагом.

- Помню, - удивленно сказал он, окинув взглядом здание – Я знаю, где моя комната. Пойдем, я тебе покажу.

Он потащил меня к услужливо распахнутым дверям, наши попутчики, переглянувшись, поспешили следом за нами.

- Луууус!– вдруг заорал Драк, едва войдя в холл.

- Я здесь, хозяин! – отозвался радостный голос и откуда-то сбоку выскочил парень, который подавал нам чай в тот вечер, когда я узнала, что эльфы бывают не только в сказках – С выздоровлением, хозяин! – выпалил Лус, лучась счастьем.

- Приготовь постель для Анны в моих покоях, – резко бросил Драк, не ответив на приветствия.

- Все будет сделано, хозяин. – Лус сделал поклон и помчался выполнять приказ.

Я едва успела окинуть взглядом знакомый холл, но Драк не пожелал задерживаться внизу и потащил меня вверх по лестнице.

- Драк, - окликнул его снизу отец -  я хочу поговорить с тобой. Оденься и приходи в кабинет, я буду тебя ждать.

Драк не обернулся и не ответил, лишь раздраженно дернул головой, продолжая тянуть меня за собой на второй этаж. Обернувшись, я увидела своих спутников и присоединившихся к ним Аль, Эсмириль и Ника, они сгрудились в холле и, молча, смотрели нам вслед. От их взглядов у меня подогнулись ноги, и противно засосало под ложечкой.

В следующее мгновение мы очутились в коридоре с чередой закрытых дверей. Комнаты Аль находились на первом этаже и в другом крыле, видимо, наверху располагались покои хозяев, а на первом этаже гостевые апартаменты. Резко толкнув одну из дверей, Драк завел меня в комнату и хлопнул дверью. Развернув меня к себе, он впился в мое лицо долгим взглядом, его ноздри раздулись, а губы скривились в подобии улыбки, при виде которой у меня внутри все сжалось в комок.

– Анна, ну наконец-то мы одни! – он наклонился и неожиданно поцеловал меня в губы. Через мгновение он отстранился – Я тебя никуда не отпущу. Ты останешься со мной? – взгляд его черных глаз прожигал насквозь.

Я обреченно кивнула, вспомнив утверждение, что с сумасшедшими лучше не спорить, в том, что Драк лишился разума, не было сомнений. Он облегченно рассмеялся и снова поцеловал меня. Его поцелуи становились все горячее, дыхание сбивалось, он прижимал меня к себе все крепче, и было ясно, что только поцелуями он не ограничится.

Желание все сильнее охватывало Драка, превращая в необузданного, неуправляемого самца, его объятия были стальными, мои слабые попытки оттолкнуть его он попросту не замечал, прижав мои руки к своей груди и придерживая руками лицо, чтобы я не смогла отвернуться. Вдруг он рывком подхватил меня на руки и понес в соседнюю комнату, которая оказалась спальней. Не отрываясь от моих губ, он опустил меня на кровать, а сам навалился сверху. Я предприняла очередную безрезультатную попытку оттолкнуть его, но Драк только покрепче прижался ко мне, вдавив в кровать своим телом. Его напор пугал, а намерения были недвусмысленны, вскоре от намерений он перешел к активным действиям, приподнявшись надо мной, он одним рывком сдернул с меня блузку и опустился чуть ниже, целуя обнажившееся тело. Он крепко держал мои запястья, а я обреченно терпела его ласки, боясь лишний раз шевельнутся. Куда девалось бешенство, которое помогло мне справиться с Данте?  Меня буквально парализовало от страха. Мне очень нравился Драк, и я была бы не против провести с ним ночь, но только по обоюдному согласию и не с таким, каким он стал, его же мое мнение на этот счет совершенно не интересовало. От обиды и бессилия на глазах выступили слезы. Я ошиблась, Драк такой же, как все! Похотливый самец! Когда же я  научусь разбираться в мужчинах и воспринимать их такими, какие они есть?   Юбка разделила участь блузки и теперь валялась на полу разодранная пополам вместе  с обрывками чулок. По моим щекам катились слезы, я уже не сопротивлялась, потому что это было бесполезно и опасно. Его руки скользили по моему телу, он что-то шептал на незнакомом языке, а глаза затуманились от желания.  Мне было все равно.

– Хозяин, хозяин, где вы?  - в соседней комнате раздался голос Луса.

- Пошел прочь! – прохрипел Драк, не поворачиваясь, но немного приподнявшись на руках, словно готовясь к прыжку.

Я услышала, как хлопнула дверь. Драк, привстав, стащил с себя штаны и снова навалился на меня, решительно раздвинув мои колени. Все мои отчаянные попытки оттолкнуть его, отвернуть лицо, или вывернутся из- под его тела, не увенчались успехом,  он с легкостью отводил мои руки, находил мои губы и прижимал к кровати мои ноги. Больше всего я боялась, что от моих попыток сопротивления он впадет в ярость, и тогда мне наверняка не поздоровится. Драк навалился на меня всем весом, придавив так, что я с трудом дышала, целуя лицо, шею, грудь, плечи, я уже смирилась со своей незавидной участью, как вдруг чья-то рука отшвырнула Драка от меня. Рядом с кроватью стоял Гелан, напряженный, как туго натянутая пружина. Драк слетел с кровати, болезненно вскрикнув, перекатился, вскочил на ноги и кинулся на брата, сцепившись, они с рычанием покатились по ковру. Я скатилась с другой стороны кровати, и кое-как прикрывшись покрывалом, кинулась вон из комнаты. Мне навстречу бежали слуги, Ник, кто-то еще, но мне было не до них. В голове билась единственная мысль - бежать, как можно быстрее и дальше из этого сумасшедшего дома и никогда больше сюда не возвращаться. Вдруг наверху раздался вопль, полный такой муки, что я буквально вросла в пол – ААААНННАА!!!!! Кричал Драк, мое сердце болезненно кольнуло, и я непроизвольно сделала шаг назад. Ближайшая дверь распахнулась, и чья-то рука втащила меня в комнату, захлопнула дверь и закрыла ее на задвижку. От неожиданности и испуга я издала придушенный крик, покрепче прижав к себе одеяло, но в следующее мгновение расслабилась, увидев перед собой Эсмириль. Ее лицо было белее мела, а губы мелко тряслись. Она оттянула меня в сторону от двери, держа за обе руки. На диване, сжавшись в комок, сидела испуганная Аль.

- Анна, прости, прости, прости, – повторяла Эс, мы присели на диван рядом с Аль – мы не знали, не думали…  Аль с другой стороны гладила меня по спине. Меня колотило, руки и ноги были ледяными, а сердце до сих пор судорожно металось в груди. За дверью послышался шум,  за которым последовал удар такой силы, что она едва не вылетела из петель, мы вздрогнули и инстинктивно прижались друг к другу. – Анна, Анна! – закричал Драк, пытаясь вышибить дверь, которая, казалось, вот-вот разлетится в щепки. В коридоре послышался топот, выкрики на незнакомом языке, звуки ударов, возгласы боли и приглушенное рычание, наконец, звуки стали глуше и через минуту все стихло.

- Что с ним? – трясущимися губами спросила я. Голос не слушался, а горло сжимал то ли истерический смех, то ли рыдания.

- Я не знаю, он, словно, обезумел. Лус прибежал и рассказал про то, что он пытается с тобой сделать. Мы не должны были оставлять вас наедине. Ты не пострадала? – Эс заметно потряхивало, она тревожно оглядела меня, высматривая следы повреждений.

- Со мной все в порядке, – успокоила я ее – Гелан подоспел вовремя. Господи, какой ужас! - Аль сунула мне в руки стакан воды, я, расплескав половину, отпила глоток, - Драк, как будто, с ума сошел. Что с ним происходит?

- Я не знаю, – повторила Эс. Она отпустила мои руки и вцепилась себе в волосы, раскачиваясь взад и вперед, – Его сейчас успокоят. Надеюсь, что успокоят. Я не узнаю собственного брата.

Вместе нам было не так страшно, да и запертая дверь добавляла уверенности, через какое-то время мы начали приходить в себя. Эсмириль перестала качаться и драть волосы, я перестала трястись, а Аль плакать.

- Тебе надо одеться. -  Эсмириль встала и зашла в дверь большой гардеробной, выйдя через минуту с упаковкой белья, джинсами, джемпером и замшевыми мокасинами. Протянув мне одежду, она села на диван, подтянула ноги к груди и съежилась, словно пытаясь согреться. Я зашла в гардеробную, скинула покрывало и быстро оделась, вещи Эс были мне почти впору.

- В одну из наших встреч Драк сказал, что нам лучше остаться друзьями и что он не имеет дел с женщинами. – сказала я, садясь рядом с Эс. Мне до ужаса хотелось выпить чего-нибудь крепкого, но попросить принести спиртное я постеснялась.

- С человеческими женщинами, - уточнила Эс – не имеет, не имел, – поправилась она – до сегодняшнего дня.

- Это из-за той женщины?

Эс кивнула – Он очень тяжело пережил несчастную любовь и с тех пор держится от человеческих женщин подальше. Держался…

Разговор был прерван коротким стуком в дверь, мы дружно вздрогнули.

- Драггина Эсмириль, это я, откройте! – произнес мужской голос за дверью.

Эсмириль встала, отодвинула задвижку и открыла дверь, в комнату вошел один из моих попутчиков, тот, который походил на деревенского доктора. Он закрыл за собой дверь и снова запер ее.

- Я Мейге, - представился он, глядя на меня – шаман-лекарь клана Тули. – значит, его профессию я угадала правильно.

Он присел на диван рядом со мной – Анна, вы не пострадали?

- Со мной все в порядке, – уверила я Мейге.

- Что вы с ним сделали? – спросила Эс.

- Мы его немного успокоили, – тусклым голосом отозвался Мейге – на него не действует ни взгляд драггара Гелана, ни драгонфлай.

- А как вы с ним справились? – спросила я.

- Просто связали, там драггары Гелан и Гор, они присмотрят за ним.

- Как он?

- Вырывается, зовет Анну, кричит. Мне не нравится его состояние, в него будто демон вселился. Не понимаю, что с ним происходит. Мы со временем разберемся, но как будем справляться с ним до того, ума не приложу! – лицо у Мейге стало несчастным.

- Отведите меня к нему, – неожиданно для себя самой попросила я.

- Анна, ты что, с ума сошла!? – воскликнула Аль – Тебе туда нельзя!

- Отведите меня к нему, – повторила я, мне казалось, что если Драк меня увидит, то ему станет легче, мне не хотелось, чтобы он мучился. Мейге внимательно посмотрел на меня, встал и протянул руку, помогая подняться. Аль сделала попытку схватить меня за рукав, но Эс перехватила ее руку.

Мейге провел меня дальше по коридору и завел в одну из  комнат. Драк лежал на широкой кровати, его руки и ноги были связаны, из носа текла кровь, на повязке проступило кровавое пятно, а в рот вставлен кляп. Гелан и по всей вероятности Гор, с силой прижимали его к кровати, Драк хрипел и пытался вырваться. Чуть в стороне стоял бледный Лус, держа в руках полотенца. Я подошла к кровати и встала таким образом, чтобы Драк меня увидел, как только наши взгляды пересеклись, он дернулся и обмяк, не сводя с меня глаз, в которых плескалось облегчение.

- Прекрати немедленно или я уйду! – сказала я, потеснив Гора и присаживаясь на кровать рядом с Драком – Ты меня слышишь?

Он кивнул.

- Ты не будешь драться? – он отрицательно замотал головой и что-то промычал сквозь кляп.

Гелан, все еще продолжая придерживать его, воскликнул – Анна, немедленно уйди отсюда! - тело Драка выгнулось, он издал приглушенный вопль, а пятно на повязке стало на глазах расползаться.

- Я знаю, что делаю, он меня не тронет. Ты меня не тронешь? – спросила я Драка. Он снова отрицательно помотал головой.

- Вытащите это у него изо рта, – твердо сказала я.

Гор вынул кляп, все еще молча глядя на меня.

- Анна, ведь ты обещала, что не уйдешь. – Драк отвел от меня взгляд и мрачно посмотрел на братьев – Развяжите меня!

Никто не тронулся с места.

- Развяжите! – прошипел он, его лицо темнело от гнева.

- Развяжите ему руки, – попросила я. Гелан и Гор приподняли Драка и развязали руки, которые были связаны у него за спиной. Как только они отпустили его, он тут же сел и обнял меня, уткнувшись в волосы лицом – Прости меня, прости, я тебя напугал! Ты простишь меня? Ты останешься со мной?  - шептал он мне в ухо.  – Я убью себя, если ты уйдешь!

- Вы не могли бы оставить нас наедине? Я попытаюсь его успокоить, – я посмотрела на Гелана. Его волосы растрепались, правая скула была ссажена, а из нижней губы сочилась кровь.

- Ты уверена? – подал голос Гелан.

Я кивнула. Они встали и вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Я решительно отвела руки Драка, отстранилась от него, и, твердо глядя ему в глаза, сказала - Мне не понравилось то, что ты пытался сделать со мной в твоей комнате. Ты понимаешь, о чем я говорю? Если ты хочешь, чтобы я осталась, больше так не делай.

Он обреченно кивнул – Я тебя напугал?

- Да.

- Я не буду. Я не сдержался, извини, – покаянно произнес он и снова уткнулся мне в плечо головой - Я тебя так долго искал, ждал, прости!

Потом он поднял голову и сказал – Анна, если ты уйдешь, мне не жить. Мы должны быть всегда вместе.

- Ты говорил, что не имеешь дела с человеческими женщинами, – его глаза не лгали, но я все еще сомневалась.

- Я не имею дела ни с какими женщинами, ведь у меня есть ты, – убежденно произнес он.

Поднявшись с кровати, я направилась к двери, Драк дернулся за мной и чуть не свалился с кровати, забыв, что его ноги все еще связаны.

- Я позову Мейге, чтобы он поменял тебе повязку и  попрошу Луса, чтобы он принес тебе одежду, ты же не пойдешь к отцу голый. Не беспокойся, я никуда не уйду.

Он судорожно распутывал веревки у себя на ногах, и беспокойно следил за мной, пока я шла к двери. Открыв дверь, я сразу увидела Гелана, который стоял около двери в коридоре, готовясь при малейшей угрозе со стороны своего младшего брата прийти мне на помощь.

- Гелан, пожалуйста, попроси Мейге осмотреть Драка, у него, по-моему, разошелся шов и скажи Лусу, чтобы принес одежду.

Гелан кивнул, я вернулась в комнату и села рядом с Драком. Он освободился от пут и теперь сидел, спустив ноги с кровати, прикрыв нижнюю часть тела одеялом.

- Ты вообще никого не помнишь? – спросила я.

- Нет, из них никого, – его голос был безразличным – Мне они не нужны, мне нужна только ты.

- Драк, они твоя семья, понимаешь? Ты нужен им, они тебя любят. Ты должен снова стать сыном и братом, это очень важно и для тебя и для них.

- Ты этого хочешь? – он искоса посмотрел на меня.

- Да! – сказала я твердо.

- Тогда я постараюсь к ним привыкнуть. Можно я тебя поцелую?

- Только один раз.

Он нежно притянул меня к себе и стал целовать губы,  глаза, щеки. Я опять почувствовала, что его дыхание учащается, и уперлась в грудь руками. В комнату зашли Лус и Мейге. Мы заставили Драка лечь на спину, Мейге снял повязку и  осмотрел шов.

- Да, надо немного подштопать, – он вышел из комнаты и вернулся через пару минут, неся футляр с медицинскими инструментами и склянку с зеленоватой жидкостью. Мейге пододвинул поближе прикроватную тумбочку, положил на нее свой футляр, открыл его, плеснул жидкость в маленькую плошку и поджег ее. Состав вспыхнул чуть видным зеленоватым пламенем. Мейге поочередно подержал в огне инструменты и стал подшивать шов. Обезболивающего он Драку не дал, объяснив, что воин может перетерпеть такую незначительную боль. Я сидела спиной к Мейге рядом с Драком, держа  его за руку. Он неотрывно смотрел на меня, иногда морщась от боли. Закончив, Мейге смазал рану едко пахнущей мазью и наложил тугую повязку. Слуга и шаман помогли ему подняться на ноги, одеться  и, поддерживая с двух сторон, проводили до кабинета его отца.

Уже знакомый седовласый мужчина распахнул перед нами дверь кабинета и отошел в сторону. Отец Драка стоял лицом к окну, заложив руки за спину, что-то разглядывая в чернильной темноте. Лус и Мейге вышли, прикрыв за собой дверь, мы с Драком дошли до середины кабинета и остановились, ожидая пока отец Драка обратит на нас внимание.

- Драк, ты меня помнишь? – повернувшись, спросил он.

- Нет, но  я знаю, что вы мой отец, мне сказали,  - он стоял, опустив голову.

- Значит, ты вообще ничего не помнишь из своей прошлой жизни? – уточнил отец

Драк задумался -  Я помню, что у меня был брат, его звали Дун. Где он?

- Дун пропал много лет назад в пятом мире, – произнес его отец, внимательно глядя на сына.

- Его убили?

- Мы точно не знаем, но скорее всего да. Ты помнишь Анну?

- Я ее всегда знал и не мог забыть, – непонятно объяснил Драк.

Я попыталась вытащить свою руку из его ладони и отойти,  чтобы они могли поговорить наедине, но Драк крепче сжал мою кисть, не отпуская от себя.

- Анна, вы мне не мешаете, если он хочет, чтобы вы были рядом, не стоит перечить его желанию, – мягко сказал отец Драка, спокойно глядя на меня темными как ночь глазами. - Что ты еще помнишь о себе? – переведя взгляд на сына, спросил он.

- Я помню Анну и знаю, что должен быть с ней, помню брата Дуна, а еще вижу лицо мужчины, его здесь нет, и я не помню, кто он, но мне кажется, что я должен ему подчиниться, словно он мой хозяин.

- Как он выглядит? -  лицо отца помрачнело.

- У него очень светлые волосы, темные глаза, мне кажется, что он эльф, – взгляд Драка остекленел, как будто он пытался разглядеть что-то видимое только ему - Да, точно эльф. Он что-то говорит, но я его не слышу. А еще он делает мне больно. – Драк чуть заметно поежился, словно воспоминания о незнакомом мужчине пугали его.

Отец задумчиво смотрел на нас.

- Драк, выйди, мне надо поговорить с Анной наедине! – властно сказал он. К моему удивлению, Драк повиновался и вышел из кабинета.

Я стояла перед отцом Драка, и не смела поднять на него глаза, чувствуя себя провинившейся школьницей в кабинете директора.

- Анна, – он аккуратно взял меня за руку и подвел к креслу – присядьте. Мне надо кое-что объяснить вам.

- Как мне называть вас? – спросила я.

- Зовите меня Брун, пожалуй, обойдемся без титулов, – улыбнулся он.

- Вы мне объясните, что с ним случилось? – присев в кресло, поинтересовалась я.

-Клинок, которым ранили, Драка был обработан каким-то составом. К сожалению, шаманы еще не разобрались каково его действие и, чем это может грозить Драку, но мы точно знаем, что из-за этого зелья мой сын потерял память, он забыл свою семью и демон знает, что еще с ним может случиться.  – Брун прошелся по комнате, заложив руки за спину. - Мы должны увезти его отсюда в Шерданн, там его обследуют шаманы, определят,  что за яд был на клинке, приведут в порядок психику и попробуют вылечить, если это возможно.

Я согласно кивала, конечно, это будет разумнее всего. Брун остановился передо мной и сказал - Только без вас он не поедет.

Я удивленно вскинула на него глаза, не понимая, к чему он клонит, Брун в свою очередь выжидательно смотрел на меня.

- Что вы предлагаете, Брун? Ехать вместе с ним? – наконец, спросила я.

- Анна, расскажите, пожалуйста, какие отношения были между вами и моим сыном до его болезни? – Брун сменил тему, не ответив на мои вопросы.

- Между нами не было никаких отношений, мы несколько раз встретились, а потом его ранили.

- Он вам нравился?

- Да, он мне нравился, – призналась я, не видя смысла лгать Бруну.

- Вы питали к нему какие-нибудь чувства? – допытывался он.

Я покачала головой – Симпатию перед болезнью и жалость, когда он был без сознания.

- А сейчас?

- Сейчас мне страшно, когда он рядом мне кажется, что я стою на тонком льду, который в любой момент может провалиться под моими ногами. Он ведет себя очень…очень… – я защелкала пальцами, пытаясь подобрать слово.

- Необузданно? Вы не знаете чего от него ждать в следующий момент? – подсказал Брун.

Я кивнула – Именно это я и хотела сказать.

- Вы боитесь за себя?

Я покачала головой – Нет, я боюсь за остальных. И за него.

Брун устало опустился в соседнее кресло.

- Я не хочу терять еще одного сына. Анна, можно вас попросить побыть с ним некоторое время, пока мы не найдем средство от его недуга?

- Брун, я бы с радостью помогла вам, но не могу остаться, у меня работа и завтра я должна уехать, – растерянно произнесла я.

- Кем вы работаете? – поинтересовался Брун.

- Я актриса, мы здесь снимаем фильм, съемки почти закончились и через несколько дней наша группа уезжает в Лондон.

- Если съемки заканчиваются, зачем вам уезжать? – недоуменно спросил он.

- Мы отсняли здесь несколько эпизодов, но фильм еще не закончен, после окончания съемок мы будем его озвучивать, участвовать в рекламной кампании, встречаться со зрителями. У меня обязательства по контракту и я не могу все бросить, – пояснила я, как человек далекий от кинематографа, Брун мог и не знать подобных тонкостей.

Он непонимающе смотрел на меня.

- После окончания контракта я начну работать в новом проекте,  и мне опять придется уехать, – мои слова звучали, как оправдания, словно я что-то должна этой семье и пытаюсь увильнуть от выполнения своих обязательств.

Он молчал, а меня это начинало раздражать. Я им что - нянька? Почему я должна все бросить и водить за ручку его сына? В конце концов, у меня своя жизнь, я много работала, чтобы добиться успеха и не собираюсь всем жертвовать даже ради такого хорошего парня, как Драк. Да и чем я могу ему помочь?

- Понимаете, у меня обязательства, карьера, – раздраженно сказала я.

- Да, да, конечно, я понимаю. Анна, помогите нам, прошу вас.  Мы без вас с ним не справимся. Мейге опасается, что частые приступы, подобные тому, который произошел час назад, ухудшат его психическое состояние и лекарям будет намного труднее поставить его на ноги. - Брун помолчал. – К сожалению, я не могу увезти Драка прямо сейчас, я должен быть в этом мире. И  если вы не согласитесь побыть с ним, то до отъезда нам придется все время держать его связанным! – в его глазах была боль и обреченность – И даже в этом случае, я не буду полностью уверен в том, что он что-нибудь не сделает с собой!

- Но как? Я же не могу все бросить! –  мало мне будущих проблем, которые наверняка создаст мне мать Данте, так еще этот незнакомый мужчина хочет, чтобы я наплевала на все, к чему шла долгие годы, и заботилась о Драке. Мне очень жаль Драка, он отличный парень и не виноват, что у него случилось помешательство на мне, но я не могу пожертвовать всем ради него!

Брун, с удивлением смотрел на меня, видимо не понимая, как что-то может быть важнее благополучия его сына. Седоволосый шевельнулся за моей спиной, а я непроизвольно подобралась, мне показалось, что он сейчас огреет меня чем-нибудь тяжелым по голове.

Брун некоторое время внимательно смотрел на меня, в его глазах я увидела понимание – Я понимаю, Анна, о чем вы говорите. Прошу простить меня, я не подумал о вашей работе. Я приношу свои искренние извинения, за то, что вас втянули в эту историю и причинили столько беспокойства, но все-таки, осмелюсь попросить вас побыть с моим сыном столько, сколько сможете. Через несколько дней мы подготовим комнату для него, где сможем держать до отъезда домой после вашего отъезда. - Я представила Драка в комнате без окон, с мягкими стенами, связанного смирительной рубашкой, и мне стало дурно.

- Брун, завтра мне обязательно нужно быть на съемке. Потом я смогу вернуться сюда и побыть с ним несколько дней, – конечно, я побаивалась Драка, но если он окончательно сойдет с ума или покончит жизнь самоубийством по моей вине, я себе этого не прощу до конца жизни.

- Анна, как вы думаете, можно ли немного отложить ваш отъезд? Мы оплатим вам перелет и все ваши расходы, – его голос был умоляющим.

- Я поговорю с режиссером и уточню наш график, -  пообещала я.

- Пожалуйста, Анна, очень вас прошу!

- Брун, я сделаю все, что в моих силах.

- Благодарю вас, Анна! – он чуть повернул голову – Сарр, прикажи приготовить комнату нашей гостье.

Сарр, молча, поклонился и замер.

- Анна, вам нужно отдохнуть, - Брун снова обратился к своему помощнику - Сарр, передай Гелану, что он должен будет отвезти Анну завтра на съемки и привезти обратно.  - Снова молчаливый кивок.

Мы встали, я попрощалась и вышла из кабинета.

Драк ждал меня под дверью. Он обнял меня и повел в свою комнату.

- Хозяин, Сарр приказал приготовить госпоже другую комнату. – Лус шел сзади и сбоку от Драка.

- Анна будет со мной, – не оборачиваясь, сказал Драк.

- Но, хозяин…

- Лус, оставь его! – раздался голос Сарра.

Дом как будто вымер, я не увидела никого, хотя под дверями горел свет. Было уже довольно поздно, я чувствовала себя разбитой после такого длинного и насыщенного дня, и хотела только одного, лечь в постель и уснуть.

Лус принес чай с бутербродами, чтобы мы подкрепились, но после пережитого мне кусок не лез в горло, Драк тоже едва притронулся к пище.

- Драк, где я буду спать? – поинтересовалась я, глядя, как он задумчиво крошит хлеб.

Он с удивлением посмотрел на меня – На кровати, конечно, где же еще?

- А ты где будешь спать?

- А где ты хочешь, чтобы я спал? – он с тревогой посмотрел на меня.

Я показала пальцем на диван, он повернул голову в указанном направлении, а потом удивленно посмотрел на меня.

- Почему?

- Потому что  мне не хочется, чтобы ты снова попытался меня изнасиловать, – непреклонно сказала я.

Его лицо исказилось - Это неправильно!

- Неправильно будет спать с тобой в одной постели, я не хочу тебя провоцировать и подвергать себя опасности! – я встала и пошла в спальню – Спокойной ночи, Драк!

Я улеглась в постель и почти сразу уснула, проснувшись через несколько часов от ощущения, что кто-то в упор смотрит на меня. Я приоткрыла один глаз и увидела Драка, он стоял на коленях около кровати и смотрел на меня, на бледном лице его глаза казались черными омутами. Он держал мою руку ладонью вверх и прижимал ее к своим губам. Если он поймет, что я проснулась, то мне не избежать повторения сцены со сдиранием одежды и поцелуями, и в этот раз рядом не будет Гелана, чтоб оттащить его от меня. Мне надо научиться справляться с Драком самостоятельно, коль скоро я согласилась побыть с ним некоторое время. Я повернулась на другой бок, заодно вытащив у него из рук свою ладонь, и укрылась с головой одеялом, старательно делая вид, что сплю. Он некоторое время постоял рядом, потом легко встал и отошел.

Утро началось с вопля Драка и грохота, я подскочила на кровати. Оказывается, ночью он прилег у меня в ногах и уснул, утром же я выпрямила ноги и со всего маху пнула  его в живот. От боли и неожиданности он свалился с кровати и теперь сидел на полу, прижимая руку к животу и морщась.

- Драк, ты с ума сошел? У тебя же швы разойдутся! – я подскочила к нему – Больно?

- Больно, – согласился он, поднимаясь – Доброе утро! – он наклонился и поцеловал меня в щеку.

- Доброе,– пробурчала я – где тут ванная?

Он проводил меня, я решительно закрыла дверь перед его носом. Приняв душ, я накинула висящий в ванной халат. Драк ждал меня в кресле, сегодня он выглядел почти нормально, только покрасневшие глаза и усталый вид говорили о том, что он всю ночь не спал.

- Почему ты не лег спать на диван? – поинтересовалась я.

- Мне необходимо быть рядом с тобой, как можно ближе, – объяснил он. Ага, желательно голым и сверху, подумала я – Когда ты не рядом, мне плохо. Понимаешь?

Я кивнула – Мы не можем быть все время вместе, мне надо ходить на работу, да и у тебя, наверняка, есть дела.

- У меня нет дел. Почему мы не можем быть вместе? – нахмурившись, спросил он, начиная нервничать.

Я почувствовала вчерашнюю беспомощность и страх.

В дверь очень кстати заглянул Лус – Хозяин, госпожа, доброе утро! Желаете завтракать в комнате или спуститесь в столовую?

- Спустимся в столовую, – быстро сказала я – Лус, Эсмириль уже проснулась?

- Да, маленькая хозяйка не спит, -  подтвердил он.

- Ты можешь проводить меня к ней? - Лус бросил вопросительный взгляд на Драка.

- Я сам провожу, – он поднялся. Из одежды Драк опять предпочел только в спортивные штаны. С его сложением и мускулатурой он даже в них выглядел на все сто, но судя по внешнему виду остальных членов семьи, ходить полуголыми у них все-таки было непринято.

Мы шли по коридору – Зачем тебе Эсмириль? – спросил он.

- Хочу одолжить у нее одежду, – солгала я, не успев придумать более правдоподобной причины, на самом деле я не хотела оставаться с Драком наедине.

Мы дошли до комнаты Эс, и я постучала в дверь.

- Войдите! – донеслось из-за двери.

Я толкнула дверь и вошла внутрь, Драк зашел следом.

До нашего прихода Эсмириль смотрела телевизор,  увидев нас Драком, она отключила звук и улыбнулась.

- Доброе утро! – поздоровалась Эс, старательно делая вид, что все в порядке.

- Доброе утро! – буркнул Драк, его настроение стремительно ухудшалось.

- Эс, ты не могла бы одолжить мне какую-нибудь одежду? – я незаметно подмигнула ей.

- Да, конечно, – она быстро поднялась с дивана и открыла дверь своей гардеробной. Мы вошли в большую комнату с множеством шкафчиков для обуви, вешалок для одежды и полок, Эс захлопнула дверь, не позволив Драку войти вслед за нами.

- Ну, как он? – зашептала Эс.

- Сегодня лучше, - шепотом ответила я, хотя Драк наверняка нас не слышал -  Утром я его пнула в живот, – покаялась я.

- Опять приставал? – в голосе Эс зазвучало отчаяние.

- Нет, просто он уснул у меня в ногах, ну и я его, случайно… когда проснулась. Я не специально, – меня пробирал нервный смех.

Эс рассмеялась и потерла свой живот ладонью – Больно!

- Еще бы, он так заорал!  - я тоже улыбнулась, засыпая я побаивалась момента пробуждения, но, что мое утро начнется таким образом, я даже представить не могла. - Эс, он меня пугает, я не знаю, как мне с ним себя вести и все время боюсь, что он на меня набросится.

Она сочувственно заломила брови – Но ты ведь останешься с нами?

- На некоторое время, Брун попросил, чтобы я отложила отъезд в Лондон до тех пор, пока вы не уедете домой, – призналась я, глядя на расстроенную мордашку Эс.

- Отец разрешил тебе называть его по имени? – лицо Эс вытянулось от изумления.

- А что? Это запрещено? – недоуменно спросила я.

- Не то чтобы запрещено, просто это не принято, – пояснила она – отца по имени называют считанные единицы, только очень близкие друзья и семья.

- Ну, я не разбираюсь во всех этих тонкостях, я спросила, как его называть, он ответил, что я могу звать его Бруном. – пожала я плечами.

Эс помогла мне подобрать одежду и деликатно отвернулась, пока я переодевалась. Когда мы вернулись в комнату Драк сидел на диване с хмурым выражением на лице и щелкал телевизионным пультом.

- Маленькая хозяйка, завтрак на столе! – в комнату заглянула служанка Эс, увидев нас, она присела в приветственном поклоне.

- Мы сейчас спустимся. Драк, оденься, пожалуйста, ты не можешь выйти к столу в таком виде, – попросила Эс.

- Мне все равно, – буркнул он.

- Тебе все равно, а нам - нет, оденься, – настойчиво повторила Эс.

- Драк, пойдем, я тебе помогу. Эс права, ходить в одних штанах неприлично, – вмешалась я, видя, что Драк начинает злиться– Эс, мы спустимся через пару минут.

Мы с Драком вернулись в его комнату. Он зашел в гардеробную, и я услышала, как он двигает вешалки и что-то бормочет в полголоса. – Анна, помоги мне, пожалуйста! – позвал он.

Я зашла внутрь и поспешно отвела глаза, Драк стоял посередине гардеробной совершенно голый.

- Что-то не так? – спросил он, заметив мое смущение.

- Я думала, что ты одет,  – пробормотала я

Он недоуменно пожал плечами, сдернул с одной из полок полотенце и завязал его вокруг бедер – Помоги мне достать вон тот свитер, - он показал куда-то вверх, где на полках стопками лежали вещи. – Я тебя подниму, и ты его вытащишь. - Драк конечно же хитрил, на вешалках вокруг висело с полсотни разных свитеров и джемперов, но ему понадобился именно тот, который лежал в самом недоступном месте, судя по высоте, на которой была приколочена полка, Драк не надевал его уже лет пять. Я решила с ним не спорить, а помочь достать тот самый заветный свитер, раз уж он ему так нужен.

- Тебе не будет тяжело? – спросила я, прикинув расстояние.

- Не будет.

Я повернулась к нему спиной, и он легко поднял меня наверх – Какой брать?

- Синий.

Я вытащила нужную вещь – Все, опускай, - он медленно опустил меня на пол и крепко прижал к себе.

- Драк, пусти! – твердо сказала я, начиная свирепеть, мне надоело все время отбиваться от него.

- Не могу, - он жарко дышал мне в шею.

- Пусти! – я развернулась к нему лицом. От моего резкого движения полотенце, которое он намотал на бедра, свалилось на пол. Страх исчез, сменившись яростью, и бешеным желанием придушить Драка за то, что он снова не может контролировать свои примитивные инстинкты, что все его уверения в любви и невозможности жизни без меня заканчиваются попытками насильного удовлетворения мужских потребностей, что он опять не считается с моими желаниями. Пусть и не надеется, что его необычное происхождение дает ему право делать со мной все, что он захочет! Я добьюсь, чтобы он уважал меня и прислушивался к моему мнению! Драк сделал попытку стянуть с меня джемпер, но я изо всех сил толкнула его в грудь. От толчка он отступил на несколько шагов и наткнулся спиной на полку с обувью.

- Не смей так больше делать! – прошипела я, сжав кулаки  – Если ты будешь продолжать вести себя в том же духе, я уйду, и ты меня больше никогда не увидишь! Ты понял?

- Ты меня не хочешь? – в его голосе послышалось отчаяние, видимо, выражение моего лица убедило его в серьезности моего заявления лучше всяких слов.

- Я не хочу, чтобы это происходило без моего желания и согласия, – голос предательски сорвался, но решимости это не убавило.

- Тебе плохо со мной? – он сник и, как будто, даже стал меньше ростом.

- Мне не нравится, когда ты так делаешь, – ярость постепенно уходила, оставляя противную дрожь в коленках и ледяные ладони - Ты мне делаешь больно.

Он обессилено присел на корточки  – Анна, но, как же так? – он умоляюще смотрел на меня снизу вверх – Я тебя люблю, ты для меня все. Если ты уедешь, я не знаю, что со мной будет!

- Если ты хочешь, чтобы я осталась, веди себя прилично. Ты бросаешься на меня, как похотливое животное, я опасаюсь находиться с тобой в одной комнате! Одевайся, нам нужно спуститься к завтраку, – я обошла его и вышла из гардеробной, с трудом подавив желание хлопнуть дверью.

Через десять минут мы спустились в столовую, я не позволила Драку взять меня за руку, все еще сердясь на него, отчего вид у него сделался совсем несчастным. В столовой все уже сидели за столом, но завтрак еще не начался. Я села на свободный стул справа от Эс, Драк сел рядом и придвинул свой стул поближе к моему. Эсмириль наклонилась и тихо сказала – Мы ждем отца, как только он спустится, мы  сможем приступить к еде. Трудно было убедить Драка одеться?

- Не очень, – прошептала я в ответ, - думаю, что со временем мы найдем с ним общий язык.  - Гелан строго посмотрел на нас, и мы умолкли. Двери распахнулись, и в столовую вошел Брун в сопровождении Сарра. Все сидящие за столом, включая нас с Драком, встали и почтительно склонили головы, Брун сел во главе стола, произнес небольшую речь на незнакомом языке и знаком позволил всем занять свои места. Первым делом слуги обслужили Бруна, а потом засуетились вокруг нас.

Мой второй завтрак в доме Драконов отличался от первого, который проходил в менее официальной обстановке. Сегодня все чинно ели, почти не разговаривая с соседями, ограничиваясь односложными фразами, слуги бесшумно сновали за нашими спинами, подкладывая еду и подливая напитки. Судя по всему для всех, кроме меня, и, пожалуй, Драка, который ничего не помнил, подобные трапезы были данностью, я же, как человек непривыкший к подобным церемониям, чувствовала себя крайне скованно и все время боялась сделать что-нибудь неправильно. Эс ободряюще улыбалась, и это прибавляло мне уверенности. Во время наших предыдущих встреч Драконы выглядели и вели себя, как принято в современном обществе, ничем не отличаясь от людей. В них присутствовала некоторая необычность, но она становилась заметной только при более близком знакомстве. В присутствии Бруна все менялось, жизнь семьи подчинялась определенному этикету и, волей неволей, приходилось придерживаться их правил, чтобы не выглядеть белой вороной. Нас окружал современный мир, в комнатах стояли телевизоры, дом освещался электричеством, в гараже были припаркованы современные и очень дорогие автомобили, Драконы пользовались сотовыми телефонами, летали на самолетах, покупали модную одежду, вели бизнес, но, в то же время, оставались Драконами, пришельцами из другого мира. В кругу семьи, а особенно в присутствии отца, они соблюдали обычаи и традиции своей далекой родины. Не смотря на разнообразие блюд и закусок, у меня пропал аппетит, я настолько переволновалась за свои манеры и невольные нарушения правил, что в результате осталась голодной. Драк тоже практически ничего не ел, было видно, что он все еще переживает из-за моих угроз бросить его. Ник сидел напротив меня,  когда мы пересекались взглядами, он ободряюще улыбался, отчего я немного расслаблялась, ведь он такой же, как я, он человек, от осознания этого факта на душе становилось спокойней. Завтрак подошел к концу, Брун отодвинул тарелку, положил салфетку и встал из-за стола, все поднялись следом.

- Анна и Драк, я жду вас в кабинете после завтрака, – он кивнул головой и удалился. За столом сразу все оживились. Я, наконец, смогла разглядеть Гора, который сидел между Геланом и Алариэль. Он был немного похож на Драка, с темными глазами и волосами, почти такой же высокий и статный, но более тонкокостный. На вид ему было чуть за тридцать. Гор с любопытством посматривал на меня и, заметив мой интерес, вежливо кивнул и улыбнулся, я кивнула и улыбнулась в ответ. Эсмириль закончила свой завтрак и пересела к Нику, прихватив чашку с кофе. Аль беседовала с Геланом. Мейге отрешенно смотрел перед собой, время от времени закидывая в рот кусочки хлеба. Гор некоторое время бросал на меня заинтересованные взгляды, потом пересел на освободившийся стул и представился – Я Гор, нас вчера не познакомили.

– Анна, – вежливо представилась я -  вчера на церемонии не было времени,  - я развернулась к нему лицом, чтобы нам было удобнее общаться, как вдруг чья-то рука грубо сдернула меня со стула – Нам пора идти к отцу! – прошипел Драк, раздувая ноздри и испепеляя Гора взглядом.

Гор остался сидеть с вытянувшимся лицом, все замолчали и  уставились на нас. Драк решительно вывел меня из-за стола,  мертвой хваткой вцепившись в руку, и потащил наверх. Подойдя к кабинету, Драк толкнул дверь с такой силой, что она с грохотом ударилась о стену. Брун сидел за столом, при нашем появлении он поднял голову от бумаг, которые изучал до нашего прихода и с удивлением воззрился на нас. Сарр, стоявший около стола в ожидании приказаний, тоже обернулся.

- Драк, незачем так врываться, – Брун откинулся на спинку кресла.

- Сарр, пригласи Гелана. – Сарр кивнул, но с места не двинулся. Интересно как он выполняет поручения Бруна? То, что они исполняются молниеносно, я имела возможность убедиться, но способ пока оставался для меня тайной.

- Драк, Анна, присядьте. – Брун показал рукой на кресла.

Драк, все еще с раздувающимися ноздрями потянул меня за собой, усадил в кресло и сел рядом.

В дверях появился Гелан – Отец, вы меня звали?

- Да, Гелан, садись.

Брун продолжал рассматривать нас.

- Драк, – наконец сказал он – Анна должна уехать. - Драк открыл, было, рот, чтобы возразить, но Брун знаком приказал ему молчать – Она вернется вечером, я тебе это обещаю. Сегодня тебя обследуют Мейге с Вессом и решат, что делать с твоим ранением и его последствиями. - Драк опустил голову на руки и скорчился в кресле.

- Драк, ты меня понял? – строго спросил Брун. Драк не ответил.

- Гелан отвезет Анну в город, а вечером привезет обратно. Анна не твоя собственность, она человек и у нее есть собственная жизнь. Если ты ее любишь, то должен это понимать и уважать, – продолжил Брун, ожидая ответной реакции сына на свои слова, которой так и не последовало. Драк сидел, раскачиваясь, и молчал. Мне стало неуютно, все-таки они не совсем люди, мало ли, что может взбрести ему в голову.

- Драк, будь мужчиной! Или ты думаешь, что только ты знаешь, что такое любовь и привязанность? – раздражаясь, произнес Брун. Драк упрямо молчал.

- Гелан, я думаю, что вам пора ехать, Анна может опоздать. – Брун перестал сверлить взглядом Драка и перевел глаза на меня - Анна, жду вас вечером, надеюсь, вы успеете к ужину. Драк, ты остаешься здесь.

Мы с Геланом встали и пошли к дверям. Мы прошли не больше пяти шагов, как Драк вскочил и кинулся за нами.

- Драк! – рявкнул Брун и мне показалось, что я слышу рычание дракона – Если ты сделаешь хоть один шаг, то никогда больше ее не увидишь, слово Дракона! -  Драк резко остановился, словно  налетел на стену, его глаза потухли, руки повисли плетями вдоль тела. Сопротивляться воле отца он был не в силах, Брун подавлял его на каком-то инстинктивном уровне.

- Быстрее! – Гелан дернул меня за руку, и мы выбежали из кабинета.

Глава 37 Каллар

Я зашел в парадную дверь драконьего поместья и чуть не был сбит с ног мчавшимся Геланом и какой-то девушкой. Они выбежали из дома так быстро, что я не успел ни поздороваться, ни рассмотреть, кто с ним был. В гостиной ко мне подошел Квенн и с поклоном произнес – Кэррам Каллар, Повелитель Драконов ждет Вас в кабинете.

Я коротко кивнул и поднялся по лестнице, а войдя в кабинет, остолбенел. Повелитель Драконов и его верный Сарр прижимали к дивану отчаянно вырывающегося Драка. Не задавая лишних вопросов, я подскочил и вцепился Драку в ноги, изо всех сил прижимая их к дивану, Брун железной хваткой держал его за руки, а Сарр ловко скрутил веревкой сначала ноги, а потом руки. Драк рычал, как зверь, на губах выступила пена, а глаза неотрывно смотрели в сторону двери.

- Что случилось?– я перевел дух, с опаской поглядывая на связанного Драка. Мне рассказали, что его выписали и у него провалы в памяти, но про психическое расстройство не было сказано ни слова.

Брун отошел в сторону и сказал – Сарр, позови Мейге и Весса, если он уже приехал. - Здравствуй, Каллар.

Я опомнился и, сделав положенный поклон, поздоровался. Неожиданная сцена в кабинете заставила меня пренебречь правилами этикета.

- Мой сын болен, у него серьезное расстройство психики. Он чуть не покалечил меня, пытаясь догнать Анну! – Брун тяжело оперся на спинку ближайшего стула, борьба с Драком отняла у него много сил. Так вот кто был с Геланом?! Странно, что я  ее не узнал.

- Анну? А что ему от нее надо? – недоуменно спросил я. Драк издал безумный вопль, мы с Бруном вздрогнули и одновременно повернули головы  в его сторону, он извивался, пытаясь освободиться от веревок, Сарр прижал его, чтобы он не свалился на пол.

- Тебе сказали, что он потерял память и не узнает никого из нас? - я кивнул - Анна единственная, кого он помнит. Со вчерашнего вечера он не отпускает ее от себя ни на шаг, если она пытается уйти, он ведет себя так же, как сейчас, вчера у него был такой же припадок.

В кабинет вбежал Мейге, за ним следом Весс. Поздоровавшись с нами, они приблизились к Драку и принялись в полголоса обсуждать, как его успокоить. Мы с Бруном отошли к окну, Сарр остался помогать лекарям.

- Я договорился с Анной, она побудет с ним некоторое время, но вряд ли сможет остаться с Драком до выздоровления. Сейчас она уехала на съемку и вернется вечером. Я ума не приложу, что мы с ним будем делать до этого времени! – Брун кивнул головой в сторону дивана, слыша имя Анны, Драк принимался буйствовать с утроенной силой, на остальные наши слова он не реагировал.

- Я предлагаю дать ему снотворное, пусть спит до ее прихода. Отдых ему не помешает, Лус сказал, что ночью Драк практически не спал, – повернувшись к нам, сказал Мейге.

- А чем он занимался? – поинтересовался Брун. Мейге отвел глаза и ничего не ответил.

- Мейге, я жду ответа, – Брун немного повысил голос.

- Когда Лус вошел в комнату проверить все ли в порядке, драггар Драк стоял на коленях около кровати и смотрел на девушку. Он предполагает, что большую часть ночи драггар Драк провел именно таким образом, – со вздохом признался Мейге, избегая называть Анну по имени, чтобы лишний раз не нервировать Драка.

- Стоял на коленях и смотрел на девушку??? – опешил я, Гелан как-то рассказал мне печальную историю несчастной любви Драка к человеческой женщине и о том, что с тех пор он близко к ним не подходит, предпочитая проводить время с представительницами наших миров – Но… но это невозможно! Не влюбился же он в нее, в самом деле!?

- Хотелось бы мне на это надеяться, но, к нашему большому сожалению, похоже так оно и есть. Я бы даже сказал, что это не любовь, а натуральное помешательство. Вчера он пытался ее изнасиловать, Гелан еле успел его оттащить. Они подрались, после чего мы скрутили его также, как сейчас, а успокоить его смогла только девушка, – тихо сказал Брун, покосившись на Драка.

- А что она? – я с трудом верил в услышанное. Ведь Драк встречался с Анной всего пару раз и, судя по всему, никаких особенных чувств они друг к другу не испытывали, но бдение у постели и попытка изнасилования говорят об обратном, во всяком случае со стороны Драка.

- Она его жалеет, говорит, что задержится насколько сможет.

Тем временем Весс достал из своего чемоданчика ампулу с лекарством, быстро набрал прозрачную жидкость в шприц и вколол содержимое в руку Драка.

- Через десять минут он будет спать, это человеческое средство, – пояснил доктор – Действие препарата длится шесть-семь часов, надеюсь, она успеет вернуться до того, как он проснется. Я вколол максимальную дозу, так что лучше сегодня ему больше ничего подобного не давать. – Весс аккуратно закрыл чемодан и поставил его на пол - Повелитель Драконов, малистэр Мейге, я в вашем распоряжении. Драк еще пытался бороться, но препарат уже начал действовать, попытки слабели на глазах.

- Каллар, я хотел, чтобы ты присутствовал при нашем консилиуме, а потом мы поговорим наедине. – Брун сел в большое кресло за столом, я расположился на диване. Лекари оставались возле Драка, следя за действием успокоительного и состоянием пациента. Как и было обещано, через десять минут Драк крепко спал, Мейге и Весс развязали веревки и сняли повязку с живота, мы с Бруном подошли поближе и склонились над телом Драка. Шов от раны был длиной в ладонь c неровными, рваными краями, в нескольких местах из него торчали нитки, и сочилась сукровица. При применении магического целительства от раны бы уже остался лишь тонкий шрам, но в третьем мире Весс не мог применить врачебную магию в полном объеме, лечил по старинке, человеческими методами.

- Свет! – бросил Брун через плечо.

Сарр тут же отдернул шторы, позволяя яркому солнечному свету осветить распростертое перед нами тело. На ярком свету стала заметна странность - вокруг раны кожа была заметно светлее, чем на остальном теле, белесое пятно охватывало саму рану и расстояние на четыре пальца вокруг нее, на нем были отчетливо заметны синеватые разводы, похожие на прожилки мармора. Я протянул руку и притронулся к светлому месту на животе Драка, на ощупь пятно было заметно прохладнее, чем кожа вокруг.

- Что это? – спросил я.

- Мы думаем, что это след от проникновения яда, в этом месте его концентрация была максимальной, – сказал Весс, тоже разглядывая пятно, - я так и не смог выяснить, как он действует, разобрал состав на ингредиенты, провел все возможные перекрестные анализы, но чем грозит попадание яда в организм,  так и не понял.

- Мейге? – Брун чуть повернул голову в сторону шамана.

Мейге сокрушенно покачал головой – Я видел результаты анализа и с трудом поверил собственным глазам. Там намешано то, что не может быть смешано вместе в одном снадобье, зелье состоит из смеси химических и магических ингредиентов, причем некоторые из них противоположного действия. Кроме того, в нем есть несколько добавок, которые мы не смогли опознать, предположительно это какие-то биологические вещества с измененной генной структурой.

- Это как? – озадаченно спросил я.

- Ну, например, я беру вашу кровь на анализ и вижу в ее составе компоненты, характерные для крови оборотня. Я смотрю на вас и вижу, что вы эльф, а по анализу определяю вас и как эльфа, и как оборотня или близкородственное оборотню существо, – попытался объяснить Мейге. - Сдается мне, в пятом мире ведутся какие-то масштабные работы по созданию химико-магического оружия, причем с применением технологий третьего мира, потому, что известными способами химию и магию смешать невозможно. Тот, кто придумал, как это сделать очень дерзкий и очень умный, до этой технологии не додумался ни один маг.

- Не додумались, потому что это запрещено! – прогремел Брун – Совет Миров и Конвент Архимагов ввели запрет на использование технологий третьего мира. Вы можете себе представить, что бы у нас началось, натащи мы отсюда это их оружие, исследования и разработки? Человечество развивается по техногенной схеме, которая не подходит для магических цивилизаций. Люди утратили свою магическую составляющую. Нет,  Каллар, я не буду сейчас говорить о тех единицах, которых можно назвать настоящими магами, их можно не считать, и посмотрите на их мир! Жестокость, бессмысленное насилие, какие-то невообразимые открытия, загаженная планета, бесконечные войны, генетические мутации, глобальные эксперименты! Мы не выживем, если наши миры пойдут по подобному пути развития!

Мы согласно кивнули, то, что сказал Брун, было прописной истиной. Использовать технологии этого мира только в этом мире. Поэтому у инкаров-резидентов клиники и лаборатории только в третьем мире. Все их исследования строго контролируются наблюдателями из Конвента, а маги могут работать в этом мире только по ограниченным темам теоретической магии и только, получив специальное разрешение того же Конвента. Дабы не нарушать равновесие миров и воспрепятствовать утечке технологий. А пятому миру законы не писаны, им плевать на равновесие и они не побоялись создать химико-магическую бомбу. Безрассудство, граничащее с безумием!

- Мейге, твои предположения? – Брун кивнул в сторону Драка.

Мейге осторожно дотронулся до живота Драка. - Думаю, что потеря памяти – это следствие действия яда. Судя по тому, что мы наблюдаем, его действие приведет к изменениям в поведении, что, уже, собственно говоря, и происходит,  или даже сущности драггара Драка. Вариантов действия этой отравы масса и их невозможно просчитать. Он может стать нам врагом, или потеряет какие-то свои личные качества, или изменятся физиологические процессы, или он утратит разум и превратится в овощ, я не знаю. Мы должны наблюдать за его состоянием и, по возможности, устранять последствия отравления. Возможно, что средство запускает некие процессы в его организме, которые через ряд реакций приведут к изменениям в его сознании, и он в результате этого захочет нас всех убить или умереть самому. Уверен, что и потеря памяти не случайна. Пока мне ясно одно, целью отщепенцев не было его убийство.

- А как же Анна? Ведь он ее помнит и сказал, что она та, которая ему нужна. Он ее не вспоминал, а никогда не забывал! – Весс не терял надежды, что Драку можно помочь восстановить память.

- Действительно, девушка не вписывается в схему, отщепенцы не могли о ней знать, даже если между ней и Драком были какие-то отношения. Тем более, насколько я знаю, до его ранения они встречались всего несколько раз  и никаких особых чувств друг к другу не питали. По ее словам, он ей понравился, она, видимо, его заинтересовала, не более, -  задумчиво произнес Брун. -  Даже сейчас, когда мой сын сходит по ней с ума, она относится к нему с жалостью и сочувствием, просто как к хорошему парню, который попал в беду. Она не собирается ради него жертвовать своей карьерой и согласилась остаться с ним на некоторое время исключительно из чувства сострадания.

- По возвращению домой верховные шаманы соберутся в Чертоге, скорее всего, драггар Драк будет подвергнут ритуалу «всевидящее око», после чего можно будет говорить о последствиях действия яда и способах исцеления. – Мейге задумчиво потер лоб - Повелитель, прошу простить мне мою дерзость, но я осмелюсь настаивать на том, чтобы мы сделали все возможное и уговорили Анну остаться с драггаром Драком и отправиться с ним в Дрэклау. У меня есть весьма веские основания считать, что у нас не получится отправить его без нее. Анна единственная, кого он хоть как-то слушается.

- Мейге, он же не просто ее любит, он ее хочет, – тихо проговорил Брун – Ты понимаешь, что мы не можем оградить ее от его домогательств? Девушка не сможет долго сопротивляться, и мне не хочется даже думать о том, что он с ней может сделать. Драк не в состоянии контролировать самого себя, не говоря уже о его драконе.

- Он ее слишком сильно любит, чтобы убить, – возразил Мейге.

- Он ее слишком сильно желает, чтобы держать себя в узде. Мне страшно подумать о том, что он каждый раз будет ее насиловать. Как мы можем заставить ее пойти на это? – Брун гневно сверкнул глазами.

- В таком случае, Повелитель, ваш сын сойдет с ума или покончит жизнь самоубийством, – ровным голосом сказал Мейге - Нам незачем везти его домой, можно просто подождать, пока это произойдет здесь. Судя по его реакции на ее уход, это займет несколько декад или того меньше.

- Анна - человек, мы не можем заставить ее быть с ним. Удерживать ее насильно противозаконно, а остаться по доброй воле она вряд ли согласится. Если бы я мог обеспечить девушке хотя бы минимальную безопасность, то нашел бы способ ее убедить, но она в опасности везде, где есть Драк, прекрасно это понимает и боится его! - в отчаянии  воскликнул Брун.

- Демон,  если бы мы только знали, как действует эта отрава и чего хотят добиться отравители! – Мейге нервно прошелся по кабинету.

Брун долго молчал, потом со вздохом попросил – Мейге, и вы, Весс, подумайте, какие средства мы сможем использовать, чтобы успокоить Драка, если Анна решит уехать и доложите мне, а сейчас оставьте нас с кэррамом Калларом наедине.

Доктора откланялись и вышли из кабинета.

Брун сел за стол, закурил  и задумался. Я вежливо подождал, пока он докурит и выбьет трубку, хотя времени у меня было в обрез, а я еще хотел встретиться с Алариэль.

- Повелитель, мне кажется, что возбужденное состояние Драка обусловлено тем, что он только вчера нашел Анну и сейчас она снова ушла. Вполне вероятно, что если девушка пробудет с ним более продолжительное время, то он перестанет так бурно реагировать на ее отсутствие. Как он себя ведет, когда она рядом? – я с сочувствием смотрел на Бруна.

- Он все время старается держаться как можно ближе к ней, никого не слушает кроме нее, драгонфлай вызывает в нем отвращение, взгляд Гелана не действует, наше присутствие его раздражает. Я уверен, что та попытка домогательств по отношению к Анне, которую нам удалось пресечь, была не единственной. Сегодня за завтраком он приревновал ее к собственному брату! Гор подсел к Анне, а Драк чуть не за шкирку притащил ее сюда, едва не разбив в щепки дверь. Анна, да и мы все, можем оказаться в очень большой опасности, он абсолютно неадекватен, – мрачно подытожил Брун.

- Тем не менее, надо сделать так, чтобы Анна прожила в поместье несколько дней, никуда не уезжая, и посмотреть, как это на него подействует. Драка надо вернуть в нормальное состояние, во что бы то ни стало! – я сделал жест рукой, пресекая его попытку меня перебить – Любыми способами. Вы ни в коем случае не должны сдаваться и уповать на то, что ситуация наладится сама собой. Разве вы не понимаете, что если он впадет в безумие или погибнет, то это будет первая победа отщепенцев?  Если у них получится сломить одного из  Тули  с первой и  единственной попытки, то все Драконы будут в смертельной опасности! Вам необходимо сделать все возможное, чтобы Драк выжил и по возможности стал самим собой,  ведь от этого зависит безопасность вашего народа и честь вашего клана!

Лицо Бруна окаменело, он раздул ноздри и сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, судя по всему, он не думал о болезни Драка с этой точки зрения – Гелана ко мне, немедленно! – рявкнул он.

Сарр, как всегда, кивнул и через несколько секунд произнес – Драггар Гелан едет домой и прибудет через четверть часа.

- Пока Гелан в дороге и у нас есть немного времени, расскажи, что у вас произошло в тот день, когда на вас напали, по возможности вспомни все подробности, – он откинулся на спинку и весь превратился в слух. Я подробно рассказал о нападении, описал Коула и тех, кто был с ним, рассказал о смерти Дуна и о брошенном вызове. Повелитель Драконов внимательно выслушал мой рассказ, ни разу не перебив.

- Значит Коул не сдох! – он яростно  грохнул кулаком по столу - Ну почему Дун не проверил?

- Он его слишком сильно презирал, чтобы опускаться до проверки, – пожав плечами, предположил я - Коул сильно изменился, я бы его не узнал, если бы он не представился. Видимо, он был очень сильно обожжен, и ему пришлось изменить внешность.

- А ты уверен, что это был он? – с сомнением спросил Брун

- Уверен, - подтвердил я - голос и повадки остались прежними.

- А как ты сам там оказался? – поинтересовался Брун.

Я поднял левую руку, показывая браслет, он кивнул, удовлетворившись моим объяснением, а о том, что я шпионил за своей невестой ему знать не обязательно.

- Кстати, Каллар, мне вчера  удалось разговорить Драка, и он сказал, что помнит еще кое-кого, кроме Анны и Дуна, неизвестного ему эльфа с очень светлыми волосами и темными глазами. Он пытается разговаривать с Драком, тот его не слышит, но чувствует, что должен ему подчиниться и выполнять какие-то приказы. – Брун пристально смотрел на меня, внимательно следя за моей реакцией. – Как ты можешь объяснить подобное совпадение, Каллар? Я знавал одного такого эльфа, но его похоронили много лет назад после несчастного случая на охоте. Причем Драк этого эльфа не знал потому, что был слишком мал, когда тот погиб.

- Вы имеете в виду Эстара? – моего самообладания хватало лишь на то, чтобы следить за выражением лица и не выдать охватившее меня смятение. Меньше всего мне хотелось, чтобы та давняя история всплыла именно сейчас и при подобных обстоятельствах.

- Да, именно его. – Брун смотрел на меня с большим подозрением, но к счастью, в кабинет вбежал Гелан. Он уставился на лежащего Драка и побледнел.

- Гелан, он спит! – раздраженно сказал Брун, отвлекшись от скользкой темы моего «покойного» брата – Надеюсь, ты не подумал, что я его убил и теперь тебе придется избавляться от трупа?

- Нет, отец, что вы! Как вы могли такое подумать? – слишком горячо разуверил его  Гелан, но я бы голову дал на отсечение, что именно так он и подумал – Сарр передал мне, что вы желаете срочно меня видеть.

- Присядь, сын! – он указал рукой на кресло  - Каллар присутствовал при припадке Драка, рассказал мне о нападении  и поделился кое-какими соображениями, которые кардинально изменили мое видение ситуации, – он кивнул на диван, на котором лежал Драк. - Ты должен сделать все возможное, чтобы Анна не отвлекалась на свою работу и проводила как можно больше времени с Драком. Каллар полагает, что ее присутствие подействует на него благотворно, что облегчит его лечение и общее состояние. Не стоит упоминать о том факте, что она просто обязана поехать с нами во второй мир. Мейге говорит, что без Анны Драк проживет не более нескольких декад, а потом покончит с собой или сойдет с ума. – Брун хмуро смотрел на Гелана. -  Я разделяю его опасения и более того, почти уверен, что без нее мы не довезем его даже до портала во второй мир. Анна теперь его драгонфлай, воздух, еда, мать с отцом и весь мир вокруг.

- Но, отец, как мы можем принуждать Анну остаться с ним, особенно, после того, что он чуть не сделал с ней вчера? – в замешательстве воскликнул Гелан.

- Тем не менее, она не уехала сразу после этого инцидента, провела ночь в его комнате и все утро была с ним. Я склонен думать, что он ей, все-таки,

не безразличен, и она испытывает к нему нечто большее, чем просто жалость, – твердо произнес Брун.

Гелан скептически пожал плечами – Отец, вы представляете, что он может с ней сделать?

Брун вздохнул  - Гелан, я прекрасно все представляю, но у нас нет выбора. Если Драк умрет, то отщепенцы одержат первую победу, даже не вступив в войну, и, без сомнения, применят свое зелье ко всем Драконам. Смерть или безумие Драка создаст прецедент, и весь наш народ будет в опасности. Пока мы не знаем планов отщепенцев, пока не начался открытый конфликт, не найдено противоядие или способ лечения, мы не можем позволить, чтобы с Драком что-то случилось.

Лицо Гелана изменилось, он закусил губу и нахмурился. Пока речь шла о его брате и Анне, в сердце Гелана имелось место сомнениям и жалости, теперь же речь идет о его народе и, чтобы спасти его, придется использовать любые способы, даже принеся в жертву несчастную человеческую девушку.

- Я поговорю с продюсером фильма и мы решим, что можно сделать, – наконец сказал Гелан.

- Сделай все что можно, Гелан! Открой на ее имя счет в банке, купи машину, делай все, что она попросит, лишь бы она оставалась с Драком. Мы будем многим обязаны этой девушке, если она поможет нам спасти его.  – Брун, наконец, отвел руки от лица.

- Может предложить ей денег? Заключить с ней сделку? – задумчиво произнес Гелан, просчитывая возможные варианты воздействия на Анну.

- Нет, – покачал головой Брун – на такое предложение она не согласится. Я побеседовал с ней вчера вечером, она ясно дала понять, что не станет жертвовать своей карьерой ради него. Нам нужно создать благоприятные условия, избавить ее от некоторых обязательств, не оставить выбора и подтолкнуть, так сказать, к нашему предложению. Мейге не знает, сколько продлится действие отравы, может, через несколько декад Драк придет в себя, а, может, останется таким на всю жизнь. В любом случае, чем больше времени у нас будет в запасе, тем лучше, и потому Анна должна согласиться добровольно.

Гелан кивнул, в кабинете воцарилось молчание, мы все знали, что выбора у Анны нет.

- Когда ты за ней поедешь? - спросил Брун.

Гелан посмотрел на часы – Через два-три часа.

- Гелан, подвезешь меня до города? – спросил я – Я отпустил Ланиэля.

- Конечно, будет время немного пообщаться, – скупо улыбнулся Гелан

- Повелитель Драконов, позвольте откланяться, я хотел проведать свою невесту, – я встал с кресла и поклонился.

- Да, Каллар, ступай. Увидимся завтра на Совете. Гелан, ты тоже можешь идти. – Брун кивнул мне головой, встал и отошел к окну - Сарр, прикажи вагарам перенести Драка в его комнату.

Я вышел вслед за Геланом.

- Выедем через два с половиной часа, – сказал Гелан, закрыв за собой дверь и кивнув мне, направился в свой кабинет. Я развернулся в другую сторону и стал спускаться по лестнице.  Мне было неприятно чувствовать себя соучастником заговора против Анны. Что она может противопоставить могущественным  Драконам? Они не оставили ей выбора и она останется с Драком вопреки всем ее интересам, карьерным устремлениям и всему прочему, потому что так хотят Тули. Наталкивая Бруна на мысль о том, что Драк обязан выжить, я заботился не только о благополучии его сына, но и преследовал собственные интересы. Между Талингой и Дрэклау заключен военный союз,  существенные и необратимые потери военной силы союзников идут вразрез с нашими политическими интересами, мой долг не допустить этого, а Анна всего лишь человеческая девушка и ее интересы не могут быть выше интересов и благополучия двух народов в двух мирах. Цель оправдывает средства, но почему я чувствую себя подонком?

Я подошел к двери Алариэль и постучался.

- Войдите! – отозвалась она.

К моему удивлению она была одна.

- Здравствуй, Алариэль! – при виде невесты, мысли о политике мгновенно улетучились из головы.

- Каллар, здравствуй! Как хорошо, что ты зашел. Тебя давно не было видно, – радостно откликнулась она, вставая и протягивая мне руку для поцелуя.

Я прижал ее руку к губам, вдохнул тонкий  аромат ее кожи и, как всегда, у меня закружилась голова. Она присела на диван и похлопала ладошкой рядом с собой, я немедленно воспользовался приглашением – Я был занят подготовкой к Совету, сегодня мне удалось выкроить немного времени, чтобы повидаться с тобой.

Она грустно улыбнулась – Сейчас всем не до меня. Драк болен, Эсмириль и Ник усиленно занимаются, Гелан занят, Гор гоняет Ника, пока Гелан занят, - я видел, что ее угнетает одиночество, но она старается не показывать вида.

- Алариэль, обещаю, что после Совета я тебя отвезу в какое-нибудь интересное место и смогу проводить больше времени с тобой, если ты не против, – торжественно пообещал я.

- Я не против, – улыбнулась она – Прогуляемся?

На улице сияло солнце, деревья в парке уже подернулись зеленоватой дымкой, птицы радостно гомонили в предвкушении теплых деньков, весна решительно вступила в свои права. Алариэль легко оперлась на мою руку, и мы направились вглубь парка по главной аллее. Совет, грядущая война, Коул, Драк и все на свете вылетело у меня из головы, ведь рядом со мной шла моя невеста и улыбалась мне, только мне. Алариэль больше не смотрела на меня как на пустое место, и в моем сердце крепла надежда, что со временем я смогу рассчитывать на что-то большее, чем дружеская прогулка и поцелуй руки. Несколько лун назад я не надеялся даже на это, а сейчас с трудом представлял, как мог жить без ее прикосновений и улыбки.

- Ты видел Драка? –  поинтересовалась Алариэль и слегка поежилась.

- Видел, у него как раз случился припадок, когда я пришел, – отозвался я.

- Ужасное зрелище, – она непроизвольно сжала мою руку покрепче – то, что с ним происходит похоже на дурной сон, когда знакомые предметы вдруг начинают превращаться в монстров.

Из глубин памяти всплыло воспоминание о сне про Алариэль и чудовище, я вздрогнул, леденея от воспоминаний. Теперь, когда она была со мной, тот сон показался мне особенно страшным. Зимой у меня не было надежды, что Алариэль будет относиться ко мне хорошо, теперь же, когда она стоит рядом со мной…

- Каллар, что с тобой? Тебе нехорошо? Давай присядем! – она потянула меня к ближайшей скамейке и усадила, тревожно заглядывая в лицо.

- Все в порядке, за последние дни я немного переутомился, – я взял ее за руки, усадил рядом с собой и сказал – Алариэль, если с тобой что-нибудь случится, я этого не переживу. Умоляю тебя, будь осторожна!

- Каллар, я не понимаю, что со мной может случиться в поместье? – она непонимающе смотрела на меня.

- Я до сих пор с ужасом думаю о том, что могло бы произойти с вами в тот день в городе, хотя ты права, в поместье действительно безопасно, – согласился я, немного успокоившись.

- Каким образом ты очутился возле клуба? – подозрительно спросила она. Я опять показал браслет, - К счастью, я был поблизости.

Она с сомнением посмотрела на меня, но ничего не сказала, видимо объяснение ее устроило.

- Как ты думаешь, Драк станет прежним? – помолчав, спросила она.

- Не знаю. Болезнь очень сильно изменила его, – я вспомнил выгибающегося Драка и Бруна, изо всех сил прижимающего его к дивану.

- Он говорит, что любит Анну. Неужели бывает такая любовь? Я в ужасе! Это ненормально! Он ведь в прямом смысле жить без нее не может, – воскликнула Алариэль.

- Алариэль, я тоже не могу без тебя жить, – сказал я, глядя в ее лазурные глаза - Конечно, я не бьюсь в припадках, когда тебя нет, но все же, мне очень трудно держать себя в руках, когда ты рядом, -  она не отводя глаз, смотрела на меня. - Можно я тебя поцелую?

Она кивнула. Я обнял ее и притянул к себе. Как долго я ждал этого мига, сколько раз  мечтал об этом, лелея  как хрупкий цветок крошечную надежду, что Алариэль будет относиться ко мне с симпатией. Моя вера дала мне сил ждать этого поцелуя столько времени и не сойти с ума, не впасть в отчаяние и не перестать любить. Мы целовались,  и мне хотелось, чтобы время остановилось, и эта минута длилась вечность.

- Я люблю тебе Алариэль, больше жизни и отдам все, чтобы быть с тобой, – прошептал я и снова поцеловал ее.

Через несколько минут она отстранилась и посмотрела мне в глаза.  - Каллар, я с радостью выйду за тебя замуж,– улыбнувшись, сказала она.

Несколько часов пролетели как один миг, к нам подошел Квенн и передал, что Гелан ждет меня в гостиной. Мы медленно шли к дому, оттягивая момент расставания.

- Ты приедешь после Совета? - спросила Алариэль.

- Обязательно приеду. Если бы я мог, то не уезжал бы и сейчас, но меня ждет отец, – сказал я, проклиная чувство долга и борясь с искушением наплевать на все обязательства и обязанности и остаться с Алариэль.

В холле она остановилась и повернувшись ко мне лицом сказала. – Я буду ждать тебя, Каллар.

- Подумай, куда бы ты хотела поехать, - она согласно кивнула и улыбнулась.

Гелан сидел на диване и удивленно приподнял брови, увидев нас в дверях. Алариэль поцеловала меня в щеку и, помахав на прощание рукой, направилась в свои покои.

- Я смотрю, ваши отношения налаживаются? – улыбаясь, произнес Гелан. – Поздравляю, дружище!

- Ты не представляешь, в каком долгу я перед вами, Гелан. Если бы не Эсмириль и Драк, то наши отношения никогда бы не наладились,– искренне поблагодарил я.

- Не стоит, Каллар. Для чего тогда нужны друзья? – он хитро подмигнул мне,  встал и подбросил на ладони ключ от автомобиля – Ну что, поехали?

- Поехали –  я посмотрел в ту сторону, куда ушла Алариэль, Гелан понятливо улыбнулся, перехватив мой взгляд.

По дороге мы обсуждали грядущий Совет, избегая разговоров о Драке и его болезни, я не хотел, чтобы воспоминания о состоянии Драка перебивали мои мысли об Алариэль, а Гелан не любил обсуждать проблемы семьи даже со мной. Гел довез меня до дома, попрощался и умчался, а я поднялся на второй этаж и зашел в кабинет. Отец сидел за столом и читал книгу.

- Каллар, где ты был весь день? – недовольно буркнул он.

- Я ездил в поместье Драконов. У Тули несчастье, Драк тяжело болен и есть подозрения, что он повредился в уме, – садясь в кресло напротив него, сказал я.

- Да они от рождения ненормальные! – проворчал отец – И как же сумасшествие проявляется у Драка?

- После ранения он потерял память, никого не узнает из семьи, помнит только одну девушку, которую любит до одержимости, а когда ей надо уйти по своим делам, с ним случаются припадки. Как раз в такой момент я и пришел к ним сегодня. Его приходится связывать и колоть снотворное, по-другому Драконы не могут с ним справиться. Зрелище удручающее.

– Да, ужасно, – безразлично отозвался отец - Брун готов к Совету?

- Он готов. Бруну вчера удалось поговорить с Драком, и он поделился со мной своими подозрениями. Оказывается Драк, кроме девушки, знает эльфа с очень светлыми волосами и черными глазами, – я замолчал, глядя на реакцию отца.

Он вздрогнул, но потом плечи его снова опустились, а лицо приняло привычно-угрюмое выражение.

- У него есть подозрения? – осведомился отец, не глядя на меня

- Он сказал, что по описанию этот эльф похож на Эстара. Я уверен, что он потребует объяснений, ведь Драк не был знаком с Эстаром.

Отец покачал головой – Мне плевать на его подозрения! Это семейное дело, я не намерен обсуждать его ни с кем и ни при каких обстоятельствах. Эстар умер и точка!

- Отец, пятый мир готовит вторжение, они создали запрещенное оружие. Драка отравили неизвестным зельем, из-за которого он сходит с ума и видит Эстара, который пытается подчинить его своей воле. Вы понимаете, что это значит? Это дело перестало быть семейным с тех пор, как Эстар начал предпринимать активные действия в пятом мире. Мы обязаны рассказать, что он жив, иначе последствия могут быть ужасающими! – взволнованно произнес я

Он упрямо покачал головой – Не выдумывай, Каллар, это семейное дело, и я не буду о нем рассказывать.

- Тогда я сам расскажу! – с досадой воскликнул я

-  Я отрекусь от тебя, если ты посмеешь это сделать! Пока что, я Владыка темных эльфов и мне решать, как вести себя на Совете! – отец привстал в кресле, опершись руками на стол, его лицо исказилось от гнева, а в уголках губ закипала пена – Эта история опозорит наш род, неужели ты этого не понимаешь? Мы будем вынуждены отречься от престола, и это станет несмываемым позором!

Я упрямо смотрел ему в глаза и молчал, отец тяжело опустился назад в кресло - Ты должен поклясться, что не скажешь ни слова о случившемся, ни на Совете, ни где-либо еще! Сын, я требую клятвы! – произнес он, буравя меня взглядом.

Мы с отцом нарушили закон, гласивший, что всякий, кто покушается на повелителя темных эльфов, должен быть казнен, какого бы рода ни был заговорщик. Нашими с отцом стараниями был создан прецедент, Эстар покушался на повелителя, остался жив и мало того, продолжает плести интриги и строить козни, ведь не зря он привиделся Драку. Среди темных было несколько семей, уступавших нашей по знатности, но обладавших непомерными амбициями, честолюбием и жаждой власти. Пока существовала наша семья они, скрепя сердце, мирились с нашей властью и не претендовали на корону, но если престол освободится, то претенденты сразу же начнут друг с другом войну за власть. Я понимал позицию отца, нельзя допустить кровопролития из-за власти, особенно сейчас, в свете возможной войны с отщепенцами, и, лучше всего, будет не ворошить прошлое, а оставить все как есть. С другой стороны - нельзя попирать традиции! Если повелитель не чтит законы, то, как можно требовать соблюдения правил от вассалов?

Отец, молча, смотрел на меня исподлобья и терпеливо ждал ответа. Мое молчание начинало его раздражать, но он не позволил гневу выплеснуться наружу – Я вижу, Каллар, что ты сомневаешься в моей правоте. Светлые давно точат зубы на наши владения. Вся эта болтовня об объединении преследует единственную цель – объединить всех эльфов под одной рукой, и как ты думаешь,  чья это будет рука? – отец успокоился и теперь хмуро смотрел на меня – Светлых больше, чем темных, у них больше магов и армия сильнее. У Велерона пять сыновей, а у меня один. Они подомнут нас под себя, если мы дадим им, хоть один шанс. Надеюсь, это ты понимаешь?

Это я тоже понимал. Велерон посвятил последние двадцать лет своей жизни воплощению идеи создания единого эльфийского государства, мощного и могущественного, каким оно было до Раздора. Лучезарный не жалел ни средств, ни времени, создал широчайшую агентурную и пропагандистскую сеть, которая не покладая рук работала с населением и большая часть эльфов, как светлых, так и темных считала объединение  Талинги и Фалиальты единственно возможным путем достижения мирового господства. Благодаря Велерону, каждый эльф считал себя избранным существом, венцом эволюции, достойным всего самого лучшего. К сожалению, на начальном этапе агитации населения, мы не уделили должного внимания витающему среди населения и вассалов духу объединения, спохватившись только тогда, когда под нами явственно зашатался трон. Выслушав очередной доклад контрразведки, отец с ужасом понял, что если ничего не предпринять для защиты наших интересов, то его просто-напросто свергнут с престола и передадут власть Велерону с подобострастными поклонами и благодарственными песнопениями. Отец поспешил официально присоединиться к движению по объединению, чем изрядно удивил Велерона, который рассчитывал на активное сопротивление с его стороны. Иллари удалось провести несколько блестящих контрударов, после которых ажиотаж вокруг возможного объединения двух государств несколько поутих. Народу дали понять, что минусов в объединении едва ли не больше, чем плюсов. Густонаселенная Фалиальта нуждалась в свободных землях, маги светлых алчно тянули руки к богатым магическим жилам и источникам. Цверги, населявшие Фалиальту, грезили залежами самородного эльфийского серебра в южной части Аррахейских  гор, разработками полезных ископаемых в устьях Милены и  Барринага, а мысли о димарских голубых аллиантах и карьеров эльфийского малахита в Гестиане приводили их в неистовство. Отец хотел, во что бы то ни стало, сохранить и упрочить власть темных, и потому пророчество Оракула пришлось, как нельзя кстати. Голоса Оракула возвестили, что темный возьмет в жены светлую, и этот союз объединит эльфов. Пророчество моментально было объявлено священным, то есть обязательным к выполнению, и повелители эльфов торжественно огласили нашу с Алариэль помолвку. Отец решил, что связав нашу семью с семьей Велерона, он хоть таким образом сумеет сохранить власть, а Велерон дал согласие на нашу помолвку для того, чтобы усыпить бдительность отца и  разыграть ее как очередной козырь в игре престолов.

Единственный, кто был категорически против объединения на подобных условиях, был мой старший брат Эстар. Он не стеснялся в средствах в попытке отстоять свое мнение, чем сыскал нелюбовь, переходящую в лютую ненависть со стороны обоих дворов. Объявить сейчас о том, что он не погиб, а находится в пятом мире – значило подписать себе смертный приговор, нашу семью сметут с игровой доски и объявят вне закона, а в борьбу за престол ввяжутся как минимум пять эльфийских семей темных и три светлых.

Я решил не противиться воле отца, решив, что угроза гражданской войны намного реальней призрачной возможности вторжения отщепенцев.

– Клянусь никогда и не при каких обстоятельствах не упоминать о нашей семейной тайне, – я взял из его рук маленький цилиндр с порошком «эльфийского секрета», разломил его и сжал руку отца. Голубоватая дымка, обвившая прозрачными кольцами наши запястья, скрепила клятву.

- Я доволен, сын, что нашел в твоем лице верного сторонника, – он удовлетворенно кивнул, разогнал рукой остатки дыма и придвинул ко мне папку с последними донесениями, которые он получил, пока я навещал Тули в их поместье.

Глава 38 Алариэль

Впервые в жизни я наслаждалась одиночеством, радуясь, что никто не ищет моего общества. После прогулки с Калларом в парке и наших поцелуев мне было необходимо побыть одной и привести в порядок сумбур в голове. Мне хотелось снова и снова переживать упоительные моменты нашей последней встречи и его объяснения в любви, наслаждаться ими в одиночестве, перебирать как драгоценности, бережно кутая в кокон воспоминаний каждую минуту, проведенную с моим женихом. Наконец-то я обрела то, о чем так давно мечтала – любовь, прекрасное и светлое чувство, уносящее на мягких волнах в неведомые доселе дали, когда каждый час вместе пролетает, как мгновение, а минуты разлуки тянутся, как столетия. Новые ощущения захватывали меня, раскрываясь, слой за слоем, как бутон невиданного цветка, позволяя насладиться его упоительным ароматом и красотой. Сегодня цветок нашей любви раскрыл первые лепестки, прекрасные и нежные, пахнущие наступающей весной и счастьем. Я, досадуя на себя, подумала  о том, что много лет отталкивала того, кто был создан для меня, теряла время и не видела того, кто всегда был рядом, стоило лишь протянуть руку, посмотреть в глаза. Если бы не Эсмириль и Драк с их драконьей прямолинейностью и настойчивостью, я бы продолжала упорствовать в своих заблуждениях, тосковать по отсутствию любви и ненавидеть своего прекрасного, замечательного жениха. Я улыбнулась и потянулась за трубкой. Как же были правы мои друзья-Драконы убеждая меня в исключительности Каллара, каждое их слово оказалось чистейшей правдой. Он красив, благороден, умен, воспитан и наверняка обладает массой других не менее замечательных достоинств, но самое главное, что мне с ним хорошо, как ни с кем другим. В последние несколько дней я ловила себя на мысли, что скучаю по нему и, находясь в своих покоях, подсознательно жду негромкого стука в дверь и его неизменно вежливого «Здравствуй, Алариэль». Он специально приезжал в поместье, чтобы провести со мной несколько часов  и не дать мне заскучать окончательно.  Выпуская тонкие колечки дыма, я с улыбкой вспомнила вечер после похода в ресторан и поездку по улицам города на новой машине Драка, тогда я смотрела на влюбленных на улицах города и грустила. Как давно это было и какая же я все-таки упрямая! Моя влюбленность в Данте сейчас воспринималась как что-то совершенно несущественное и неважное. Я не обижалась на горе-вампира, он стал частью моей жизни, мелькнув, как блуждающий огонек и уйдя навсегда, оставив лишь недоумение о причинах вызванного им чувства, брезгливую  досаду о столь неудачно окончившемся романе и на собственную неспособность разглядеть сущность человека под искусной личиной. Драконы тысячу раз правы, надо относиться к жизни проще и, по-моему, наконец-то, у меня это начало получаться. Как же я, оказывается, устала находиться в коконе эльфийского воспитания, традиций и устоев, как хорошо делать, что хочешь, общаться, совершать ошибки и исправлять их. Я позабыла о своем плохом настроении, наслаждаясь новыми эмоциями, покуривая трубку и утонув в мягких диванных подушках. Надо сегодня же поблагодарить Эс за все ее советы и сказать, что ее наказание скоро закончится. Хоть она и не воспринимает его как обузу, но врожденная ответственность накладывает на нее некоторые ограничения и обязательства передо мной. Возвращаться в Элларион в ближайшее время я не собиралась, мне хотелось попутешествовать с Калларом по третьему миру. Теперь-то я смогу уехать куда хочу, не скрываясь и не таясь, никто не запретит мне путешествовать с женихом. Каллар, в отличие от меня, много ездил по этому миру и, наверняка, знает множество прекрасных мест, поездка обещает быть очень интересной и, самое главное, мы сможем проводить все время вместе. Потом мы вернемся домой и назначим дату свадьбы. Эс, конечно же, будет моей подружкой, без нее я замуж не пойду. А какой бал устроит отец в честь моего замужества! Какое у меня будет платье! Все лучшие швеи и вышивальщицы будут в моем распоряжении, а фасон я придумаю сама. Жаль, что Драк болен, и не сможет присутствовать на торжестве. Мысли о Драке вернули меня в реальность и подпортили радужное настроение. Кстати, а где Драк? Анна уехала с Геланом  в город на съемки,  а Драка я после завтрака не видела. Неужели его заперли? Но где? Вчера Гор и Гелан связали его и заткнули рот кляпом, а успокоить его смогла только Анна. Неужели его будут держать связанным и взаперти, когда Анна уедет? Как страшно, когда твой друг сходит с ума и ему ничем нельзя помочь!

Мысли о болезни Драка обдали холодом, сдувая остатки прекрасного настроения, я поспешила переключиться на более приятные воспоминания.  Эсмириль оказалась права, Каллар действительно сдерживался в моем присутствии, опасаясь, что его страстность будет неправильно истолкована, а глупая эльфийская принцесса снова все поняла неправильно, приняв сдержанность за врожденную холодность и забыв, что Каллар не Дракон и не превратится в вулкан страстей после первого доброжелательного взгляда с моей стороны. Целуется он божественно! Правда, в тот момент я не собиралась его соблазнять, да и тема разговора была не очень-то подходящая, но все произошло так естественно. Я притронулась пальцами к губам и улыбнулась.

Вдруг дверь комнаты резко распахнулась, вырвав меня из сладких грез, я обернулась и вздрогнула от неожиданности, в дверях стоял Драк. Его лицо осунулось, под глазами лежали темные тени, волосы были растрепаны и собраны в небрежный, разлохмаченный хвост. После выписки из клиники он почти все время ходил полуголый и босой, смуглый живот был перетянут повязкой. Он окинул тревожным взглядом комнату и посмотрел на меня так, что у меня от страха отнялись руки и ноги.

- Где Анна? – он сделал движение и неожиданно оказался в нескольких ярдах от меня, я вжалась в диван, холодея от беспомощности и леденящего ужаса.

- Она уехала на съемки, но Гелан скоро привезет ее обратно. Драк, ты только не волнуйся! – залепетала я. Он присел на диван рядом со мной и посмотрел на меня тоскливыми глазами.

- Она ушла. Она не вернется, – его лицо посерело, губы скривились,  а в голосе прозвучало отчаяние.

- Нет, Драк, ну что ты! Она обязательно вернется. Ей надо было съездить на съемку и Гелан, как раз, за ней поехал, – скороговоркой выпалила я, чтобы он, не приведи небо, не подумал, что Анна ушла навсегда, и не впал в ярость - Драк, ты слышишь меня?

Вдруг он завалился на бок и скорчился на диване, обхватив руками живот и поджав ноги.

- Аль, они убивают меня! Зачем он увез ее? Мне без нее плохо! – он все сильнее прижимал руки к животу. Я пододвинулась к нему и погладила его по плечу дрожащей рукой.

- Драк, она скоро вернется, правда, – я старалась изо всех сил, чтобы мой голос звучал убедительно, но Драк меня не слышал. Он начал стонать, мучительно и страшно, а я боролась со жгучим желанием выбежать из комнаты, пока он корчится на диване и запереть дверь снаружи, но желание облегчить его страдания пересиливало страх.

- Где она? Я ее нашел и потерял! Они враги, он враг, он хочет, чтобы Анна ушла. Ты понимаешь? – он резко сел,  схватил меня за руки, но, тут же отпустил их и снова схватился за живот, а потом, став похожим на себя до болезни, прошептал прерывающимся от боли голосом, глядя на меня сквозь растрепанные пряди  волос - Мне больно, Аль, очень больно, без нее у меня внутри все горит!

Драк сделал попытку встать, но свалился на пол и скорчился на ковре.  Я упала на колени рядом с ним. Терзающая его боль становилась все сильнее, он силился что-то сказать, но его рот свело судорогой, а на губах закипала кровавая пена. Меня словно ветром вынесло из комнаты в коридор.

– Мейге!  - заорала я на весь дом, позабыв об эльфийском воспитании –  Мейге, на помощь! Драку плохо!

На втором этаже захлопали двери, по лестнице мчался Мейге, перепрыгивая через три ступеньки, вслед за ним бежал Гор. Я бросилась обратно в комнату, успев увидеть бегущих по балюстраде второго этажа Эс, Ника и Луса. Ворвавшись вслед за мной в комнату, Мейге упал на колени перед корчившимся и хрипящим от боли Драком. Лекарь сделал над ним несколько пассов, потом безуспешно попытался разжать сведенные судорогой руки, а Гор, присевший рядом с братом, пытался уберечь его голову от ударов об пол.

- Что случилось? – Мейге обернулся ко мне.

- Драк искал Анну. Потом сказал, что потерял ее, схватился за живот и сказал, что ему очень больно! – пролепетала я.

Мейге кивнул и отвернулся. Он и Гор пытались хоть как-то помочь Драку, разжать намертво стиснутые зубы и влить какое-то снадобье, развести сведенные судорогой и прижатые к животу руки, но, не смотря на все усилия, Драку становилось все хуже, тело выгибалось, губы посинели, глаза закатились. Беспомощно обернувшись, я увидела Бруна, он обессилено привалился к двери и не отводил застывшего взгляда от бьющегося в конвульсиях сына. Вдруг чья-то рука оттолкнула его в сторону, в проем вихрем ворвалась Анна и бросилась на колени перед Драком.

- Драк, Драк, успокойся, я здесь! – она прижалась к нему, стараясь унять судороги. Через какое-то время он начал успокаиваться, конвульсии прекратились, тело расслабилось, изо рта вырывалось хриплое, неровное дыхание, а в глазах появилось осмысленное выражение. Я отошла на несколько шагов назад, Анна продолжала прижиматься к Драку, бледный до синевы Мейге тяжело поднялся с пола, опираясь на заметно дрожащую руку Гора. Вскоре Драк с трудом сел и прижал Анну к себе, что-то шепча ей на ухо, целуя ее лицо и волосы. В его глазах светилось безумное счастье, а на ее лице оставались кровавые разводы после его поцелуев. Мне стало дурно, и я отвернулась, схватившись за спинку кресла, потому что ноги отказывались меня держать. Ник вывел Эс из комнаты. Брун прижимал правую ладонь к груди, прикипев взглядом к Драку и Анне.

Мейге повернулся к Бруну и тихо сказал на квэнне  - Повелитель Драконов,  я ошибался, ваш сын не убьет  себя, он не успеет, как только Анна исчезнет из его жизни, он будет умирать вот таким образом, и мы ничем не сможем ему помочь. Только что мы наблюдали не приступ, а агонию, - в голосе Мейге прозвучала горькая обреченность, а лицо Повелителя Драконов посерело, и он сразу стал выглядеть лет на десять старше.

- Пожалуйста, помогите мне довести его до комнаты, – попросила  Анна, она придерживала Драка, чтобы тот не упал, но он все равно обессилено клонился к полу, судорожно цепляясь за ее плечи.

Мейге и Гор кинулись к ним и осторожно подняли Драка на ноги, подхватив с двух сторон, он повис у них на руках, с трудом передвигая ноги. Мейге и Гор повели его на второй этаж, бережно поддерживая под руки. Я и Брун пошли следом, Анна шла впереди, чтобы Драк мог ее видеть. Уложив Драка в постель, Мейге еще раз осмотрел его и повернулся к Анне.

- Анна, до этого момента мы считали, что драггар Драк испытывает психологическую потребность в вашем обществе, так как  он никого кроме вас не помнит и, естественно, чувствует себя комфортно только с вами. За сегодняшний день у него случилось два сильнейших припадка, один утром, когда вы ушли, а второй перед вашим приходом, – Мейге говорил на местном языке, запинаясь от волнения и тщательно подбирая слова.

- А как он вел себя днем? – спросила Анна, растерянно посмотрев на обессиленного Драка и  присев на постель рядом с ним.

- Утром мы дали ему большую дозу снотворного, он проспал весь день. Как только действие препарата закончилось, он пошел искать вас и через некоторое время припадок повторился. Сегодняшние приступы качественно отличаются от вчерашнего, они сильнее и болезненнее. У меня есть опасения, что если припадки будут повторяться часто, то его организм не выдержит и он умрет, даже вы не сможете спасти его. –  Мейге в упор смотрел на Анну, она потупилась и смотрела куда-то вниз. Драк пододвинулся поближе и прижался лицом к ее бедру, время от времени по его телу пробегала волна дрожи, словно ему было холодно.

- Я понимаю, что мы хотим от вас слишком многого, вам сложно согласится на наше предложение, но умоляю, пожалейте его, ведь он погибнет без вас! У нас есть слабая надежда, что если вы будете с ним, то драггару Драку будет легче бороться с недугом, и, может, нам удастся его вылечить, – в отчаянии воскликнул Мейге.

-  Я могу еще раз все обдумать? – глухо спросила Анна, поглаживая Драка по плечу.

- Конечно, Анна, мы удаляемся. Алариэль, Гор, Мейге пойдемте, – сказал Брун.

- Аль, останься, пожалуйста, – попросила Анна.

Брун, Гор и Мейге вышли, прикрыв дверь.

- Драк, тебе нужно поспать. – Анна пригладила его растрепанные волосы, он отрицательно покрутил головой, обхватывая ее одной рукой и прижимаясь покрепче – Я целый день спал.

- Как ты можешь доводить себя до такого состояния? – воскликнула Анна.

- Я же тебе говорил, что мне надо быть с тобой, если тебя нет, я умираю, – голос Драка звучал глухо и безразлично. Анна попыталась встать, но он ее не отпустил.

- Я хочу поговорить с Аль, мы выйдем на минутку в соседнюю комнату, хорошо? – она попробовала убрать его руку, но, с тем же успехом, могла толкать ствол дерева, рука даже не шелохнулась, только сильнее вздулись мускулы на плече. Анна беспомощно посмотрела на меня.

- Анна, пусть он придет в себя, а поговорить мы сможем после ужина, когда он немного успокоится, – предложила я. Анне покорно кивнула.

Закрывая за собой дверь, я оглянулась, Анна прилегла на кровать рядом с Драком и свернулась клубочком в его руках, а он, прижавшись к ней всем телом, крепко обнял ее, уткнувшись лицом в затылок. Я быстро сморгнула застилающую  глаза пелену слез, Анна и Драк выглядели такими несчастными, одинокими и какими-то чужими в этом большом доме, что у меня болезненно защемило сердце. Я плотно прикрыла дверь и направилась в покои Эсмириль.

Кроме подруги в комнате находились Ник с Геланом. Эсмириль забилась в угол дивана, обняв подушку, Ник мрачно крутил в руках сотовый телефон, а Гелан яростно пыхтел трубкой. Я пристроилась рядом с Эс.

- Аль, почему он пришел к тебе? – немного помолчав спросил Гелан

- Не знаю, наверное я была первой, кого он встретил или решил, что найдет Анну у меня в покоях, – я поежилась, вспомнив, как испугалась, увидев Драка на пороге. – Его припадки выглядят кошмарно! – тихо сказала я.

- Как бы нам уговорить Анну остаться с ним? – тяжело вздохнув, спросил Ник, не особо рассчитывая на ответ. Гелан неопределенно пожал плечами, но промолчал.

- Гелан, удалось выяснить, чем его отравили? – спросила Эс.

Гелан отрицательно покачал головой.

- Может быть ты, наконец, расскажешь, кто был тот парень, который напал на нас и ударил Драка ножом? –  Эсмириль смотрела на брата сухими глазами, всем своим видом показывая, что намерена получить ответы на свои вопросы.

Гелан положил трубку  - А к демону! На вас напал Коул, а это мерзавец, каких еще поискать!

- Это мы заметили, – хмыкнул Ник.

- Нет, Ник. Вы понятия не имеете, с кем столкнулись, – процедил Гелан.

- Да кто он такой? Ты его знаешь? – Эсмириль не отводила взгляда от брата. Гелан кивнул.

- Расскажешь? – умоляюще попросила Эсмириль.

Гелан немного помолчал – Коул родился в провинции Зеланда в небольшом, обедневшем клане. Собственно говоря, этот клан и прославился тем, что из него вышел этот злодей. Детство и отрочество Коула прошло так же, как у всех инкаров, но повзрослев, он проявил себя во всей красе. Свою взрослую жизнь он начал с того, что продал в бордель пару своих кузин, девушек нашли в тысяче лиг от дома, в порту Церма, где они обслуживали пиратов и моряков, а чтобы они ничего не смогли рассказать о себе, вырезал обеим языки и отрубил пальцы на правых руках. Родители девушек совершенно случайно нашли их спустя пять лет, с трудом узнав давно потерянных дочерей. Их выкупили из борделя и вернули домой, одна к этому времени уже совершенно утратила разум, а вторая умерла от неизлечимой болезни вскоре после возвращения. Перед смертью она каким-то образом сумела рассказать родителям, что Коул крупно проигрался в карты и выплатил деньги, полученные за своих кузин, в счет долга. Родной клан проклял его, а семья отреклась от такого сына, но Коулу было плевать на родню. К этому времени у него появились дела поважнее. Болтаясь по побережью и архипелагу, он обзавелся сомнительными, но весьма полезными для него знакомствами. По слухам, он женился на одной богатой, но весьма глупой вдовушке, которая меньше чем через год скоропостижно скончалась при невыясненных обстоятельствах, но перед смертью успела осчастливить молодого мужа поместьем и родовым именем, которое позволило ему поступить на дипломатическую службу. Освоившись на новой должности, Коул занялся контрабандой, продажей запрещенных магических амулетов и дипломатических секретов. Он также подозревался в продаже девушек и детей в рабство, но доказать его виновность по этим обвинениям не получилось, он действовал через сеть подставных лиц и неизменно выходил сухим из воды. В Иллари он совершил убийство, за которое темные эльфы приговорили его к смерти, но перед самой казнью Коулу каким-то чудом удалось вырваться и сбежать во второй мир. Он попал в Дрэклау и пытался добраться в Церт, откуда, по всей вероятности, собирался отплыть к островам со своими друзьями-пиратами, но по дороге наткнулся на один из наших пограничных отрядов. К тому времени мы уже знали, что этого вампира ищут темные, но охоту на него объявили после убийства двоих молодых Драконов, стражей границы, совсем еще мальчишек, которые  наткнулись на Коула в лесу. Дун сам возглавил поисковый отряд, погибшие мальчики находились под его покровительством, убийство   случилось в его владениях, и брат счел, что инкар нанес ему личное оскорбление. Инкары попыталась было выразить протест, но после убийства двух Драконов отозвали свои требования справедливого суда и признали право Дуна на жизнь преступника. Коула объявили вне закона. – Гелан заметил недоумевающий взгляд Ника.

- Драконы преследовали его не за то, что он натворил у эльфов? – недоуменно спросил Ник

- Нет, не за это. В каждом мире свои законы, свои суды  и свои палачи, если преступнику удается сбежать в другой мир в промежуток между вынесением приговора и казнью, то приговорившие не имеют права требовать от другого мира его выдачи или наказания. Также как преследовать в другом мире или осудить за одно и то же преступление еще раз. Эльфы предупредили нас, что разыскивают инкара по имени Коул за убийство и только.

- Бред какой-то! – озадаченно воскликнул Ник, недоверчиво глядя на Гелана.

- Таков закон, – пожав плечами, отозвался Гелан – За время существования семи миров от наказания сбежали считанные единицы, поэтому никто не видел смысла его менять.

Гелан снова стал медленно набивать трубку – Когда Коул убил двух юных Драконов, он подписал себе еще один смертный приговор. Дун нашел его через пять дней, приговорил Коула к «дыханию смерти» и лично исполнил приговор, – голос Гелана звучал глухо, он выплевывал слова, словно они жгли ему язык, забыв о не раскуренной трубке и уставившись в одну точку  – но не проверил, сдох казненный или нет. Коулу не жить, я найду его и порву на куски! – прошипел Гелан, Эсмириль опустила голову, Ник хмурился, а мое сердце запоздало сжалось от страха, ведь мы и понятия не имели, с каким монстром встретились.

– Нам нужно найти Коула и закончить то, что не закончил Дун. – Ник решительно рубанул рукой по воздуху, Гелан согласно кивнул. Ник неожиданно поменял тему разговора -  Не нравится мне все это. Отщепенцы объявили войну и затаились. Никаких активных действий. Интересно, чего они ждут?

Гелан пожал плечами – Может быть их слишком мало для полноценной войны, может они что-то готовят, а может это была простая провокация. Ник, ты сказал, что нам нужно найти Коула. Каким образом ты намерен его искать? – заинтересованно спросил Гелан.

- Я еще не успел все продумать в деталях, но ясно, что Коул живет  где-то в городе и скорее всего не один, а со своими друзьями-отщепенцами. Если пораскинуть мозгами, то можно его вычислить. Знаешь, Гелан, мне не нравится сидеть, сложа руки, и ждать неизвестно чего. А что если мы сыграем на опережение, пока отщепенцы не сделали первый ход? – Ник с горящими глазами начал курсировать по комнате - Войну они объявили, формальности соблюдены. – Ник остановился перед Геланом  и криво усмехнулся. – Я не великий стратег, но если подумать всем вместе, то можно придумать что-нибудь толковое.  Одно я знаю наверняка, если мы будем сидеть, сложа руки, они могут попробовать перебить нас поодиночке. В городе тебя могут подловить в темном переулке и воткнуть нож, как в Драка, или плюнуть отравленным шипом, или пристрелить. Надо предупредить резидентов, чтобы все знали об опасности и приняли меры предосторожности, так отщепенцам будет сложнее застать их врасплох, даже если потом окажется, что вызов был простой провокацией.

Предложение Ника сыграть на опережение здорово ошарашило всех нас, Совет состоится только завтра утром и неизвестно, какое решение примут его участники. Определенная логика в словах Ника была, но как можно планировать какие-то военные операции не дождавшись решения Совета? А вдруг на нем решат не воевать?

Ник не знал наших правил ведения войн, но к моему удивлению, Гелан заинтересовался – Интересная мысль, Ник! Играть на опережение у нас не принято.

Ник усмехнулся - Гелан, вы в третьем мире, здесь так войны не ведутся. У нас не принято выстраиваться в линию и рубиться на мечах до полной победы или поражения. Из случившегося с Драком, я делаю вывод, что отщепенцы не стесняются в средствах, почему же мы должны воевать по правилам? Нам нужно подумать, как все организовать и кого привлечь к нашей… э… операции по зачистке.

- Пошли к Гору, привлечем для начала его, – предложил резво вскочивший Гелан и они с Ником рванули к двери.

- Ну вот, началось! Эй, я тоже хочу! – крикнула Эсмириль им вслед.

- Мы тебя позовем, когда понадобишься! – отозвался Гелан из коридора.

- Аль, ну что это такое? – горестно воскликнула подруга – Как гонять меня на тренировках, так я мальчик, а как воевать, так девочка!

- Тебе повоевать захотелось? – с удивлением спросила я,  - Мне, если честно, не по себе от идеи Ника.

- Нет, ты не понимаешь, идея что надо! – хищно усмехнулась Эсмириль – Интересно, до чего они додумаются?

- Полагаю, мы все увидим, а может и поучаствуем, – вздохнула я, будучи в душе убежденной пацифисткой, даже на охоты ездила редко, лишь в тех случаях, когда отвертеться от участия никак не получалось и сменила тему – Ты лучше подумай о Драке и Анне. Почему мы с ними не общаемся? Они выпадают из жизни семьи и это неправильно! Нельзя бросать их одних!  –  перед моим мысленным взором стояла картинка прижавшихся друг к другу Анны и Драка и закрывающаяся дверь комнаты - Мне кажется, что если мы будем стараться вести себя как обычно, словно с ним ничего не случилось, то ему легче будет вспомнить нас.

Эсмириль некоторое время задумчиво смотрела на меня – А ведь ты права, Аль. Мы все  считаем его больным и стараемся к нему не лезть, чтобы лишний раз не нервировать. Как он нас вспомнит, если будет все время в изоляции?

– Анне тоже нужна наша поддержка, бедняжка попала в такой переплет, да еще мы бросили ее один на один с тяжелобольным Драком. Это несправедливо, она не может и не должна бороться с его болезнью в одиночку. Мы обязаны ее поддержать! Мне стыдно, Эс, что мы проявили такое непонимание и черствость по отношению к ним! – я подобно Нику забегала по комнате, торопясь изложить Эсмириль мои соображения, пока она меня внимательно слушала.

Эс стукнула кулачком по коленке – Аль, ты умница! Хорошо, что хоть у кого-то в этом доме остался здравый смысл. Мы всей семьей ведем себя, как идиоты! Он наш брат и сын, а мы относимся к нему, словно он нам чужой. Надо срочно перестать делать кислые физиономии и постараться вести себя так, словно ничего такого не происходит.

- Нельзя подчеркивать его ненормальное состояние! Слушай, может ему снова начать готовить? Ведь ему нравилось, – озвучила я неожиданно пришедшую в голову идею.

Эс просияла – А  может быть ему снова начать тренироваться? Или медитировать? Драку надо чем-то заниматься! Но  самое главное, чтобы Анна согласилась остаться с ним!

- Надеюсь, что она согласится, иначе от наших усилий не будет никакого толка. Надо попытаться уговорить ее,  - мне не терпелось скорее поговорить с Анной, убедить ее, упросить, сделать что угодно, лишь бы болезнь Драка отступила.

- Обязательно поговорим! – Эс с нетерпением посмотрела на часы. На ее лице появилось сосредоточенное выражение, когда Эсмириль загоралась идеей, она ни о чем другом думать не могла, говорила только о предмете своего интереса, а все остальное пропускала мимо ушей.

- Эсмириль, может быть то, что я скажу, покажется тебе бестактным, но твоя матушка никогда не бывает в этом мире, фактически ты полноправная хозяйка этого дома и можешь распоряжаться тут как считаешь нужным – я прекрасно знала за какую струнку дернуть. По  традициям Драконов, хозяйкой дома считалась жена или старшая дочь, так что, есть надежда, что Повелитель Драконов не будет возражать против желания Эсмириль управлять поместьем. Глаза Эсмириль загорелись, а на щеках вспыхнул румянец, мои слова упали в благодатную почву. - Мужчины строят планы войны, а женщины должны заниматься женским делом,  – я припомнила полушутливое обращение, которое использовали все вагары клана - Ты ведь маленькая хозяйка? Ну, так и бери все в свои руки! Вспомни, как твоя матушка ведет дом, она создает атмосферу, все в Шерданне знают, кто его хозяйка. Мы займемся атмосферой и Драком, потому что больше некому, а твоему отцу и братьям пора привыкать, что ты уже выросла.

Эс присела рядом и заглянула мне в глаза – Поможешь?

- Конечно, всем чем смогу, маленькая хозяйка.

Эс легонько ткнула меня кулаком в бок.

- Эс, я сегодня целовалась с Калларом! – сказала я.

- Да ну! Правда? – воскликнула она.

Я кивнула.

- И как?

- Он замечательно целуется.

Эс завизжала так, что у меня заложило уши, вскочила  и запрыгала вокруг меня – Ну, наконец-то! Как же я рада за вас! Ты больше не испытываешь к нему отвращения?

Я с улыбкой покачала головой – Думаю, что скоро в него влюблюсь, он такой замечательный!

Эсмириль ухватила меня за руки и, подняв с дивана, закружила в танце. Наконец-то я смогу разговаривать с ней о мужчине, который мне симпатичен, Эсмириль не будет недовольно морщится, переводить разговор на другую тему, слушать в пол-уха и отвечать невпопад, чтобы только отделаться от меня. Выписывая танцевальные па, больше похожие на простонародные пляски, чем на благородные танцы, я почувствовала себя счастливой: мне больше не надо таиться, обманывать, ненавидеть! Меня не будут мучить предчувствия и беспокойства о неизбежной свадьбе, наконец-то я обрету сердечный покой. В комнату заглянула Маара и заулыбалась, глядя на нас – Маленькая хозяйка, ужин будет готов через три четверти часа.

- Спасибо, Маара. Узнай у Луса, спустятся ли к столу драггар Драк и Анна.

Эсмириль пригладила растрепавшиеся волосы и отвесила мне вежливый мужской поклон, которым кавалер благодарит даму за танец. Я благосклонно склонила голову и томно улыбнулась.

- Я сейчас узнаю. – Маара вышла и сейчас же вернулась.

- Драггар Драк и Анна к ужину не приглашены.  Малистэр Мейге приказал их не беспокоить.

- Ерунда. Малистэр Мейге   старый перестраховщик! Какое беспокойство может быть от ужина в кругу семьи? – решительно сказала Эс и рванула к двери, я поспешила следом за ней, в глубине души опасаясь, что в подобном настроении Эсмириль вполне способна начать управлять поместьем слишком ретиво.

Постучав и услышав «войдите», мы вошли в комнату Драка, обитатели сидели в обнимку на диване. Анна стыдливо отвела глаза, а Драк недовольно нахмурился, ясно давая понять, что он совсем не рад нас видеть. Впрочем, Эсмириль плевать хотела на его недовольство.

- Драк, - вкрадчиво заговорила с ним Эс, садясь в кресло напротив, я прикрыла дверь и присела на мягкий подлокотник ее кресла – ты знаешь, кто самый большой эгоист из всех нас? -  он непонимающе посмотрел на сестру. Драк выглядел ужасно, до сих пор не оправившись после приступа, полуголый, растрепанный, с бурыми разводами на щеках. На лице сквозь природную смуглость проступала желтоватая бледность.

- Это ты, Драк, – патетически ответила Эс на свой же вопрос - Ты хочешь, чтобы Анна жила с нами, но, почему-то лишаешь нас ее общества. Мы в чем-то провинились перед тобой?

- Вы хотите, чтобы она ушла, – набычился Драк.

- Глупости, - нетерпеливо отмахнулась от него Эсмириль - мы хотим, чтобы Анна чувствовала себя в поместье, как дома. Я понятно изъясняюсь?  - грозно вопросила Эс.

А потом, воспользовавшись замешательством Драка, продолжила - Если ты будешь так себя вести и думать, что Анна твоя игрушка, которая должна находится только в твоей комнате, то через пару дней она от тебя сбежит. А  мы всей семьей будем дружно валяться у нее в ногах, умоляя, чтобы она вернулась, пока ты совсем не загнулся. Знаешь ли, нам всем не очень нравится смотреть, как ты бьешься в припадках!

Судя по выражению лица Драка, до него не доходило, к чему Эс завела этот разговор, а Анна удивленно смотрела на разошедшуюся Эсмириль.

- Драк, правда, так нельзя. Ты хочешь, чтобы Анна здесь прожила подольше? – мягко спросила я, стараясь сгладить впечатление от драконьего напора Эс, Драк внимательно посмотрел на меня и согласно кивнул.

– Тогда тебе надо вести себя, как гостеприимный хозяин, а не истеричная барышня, – рявкнула Эсмириль - Мы хотим стать Анне добрыми подругами, хотим, чтобы она стала своей и не чувствовала себя сиделкой при тяжелобольном мужике.  - Драк глубоко задумался.

- Анна, мы с Эсмириль торжественно клянемся, что живя в поместье, ты будешь общаться не только с Драком, – обратилась я к ней. Анна мягко убрала руку Драка со своего плеча и  поднялась на ноги. Я подошла к ней и обняла ее за плечи – Мы с Эс хотим с тобой подружиться, - она кивнула, всхлипнула и отвернулась, чтобы скрыть наворачивающиеся на глаза слезы. Эсмириль обняла Анну с другой стороны и зашептала в полголоса - Анна, тебе ведь нравился мой брат? До того, как это с ним произошло? – вкрадчиво поинтересовалась Эс. Анна кивнула и утерла рукой предательски скатившуюся слезинку.

- Так вот, - продолжила Эсмириль, игнорируя слезы Анны -  нам с Аль он тоже больше нравился прежним и как две большие эгоистки, которые заботятся только о своих желаниях, мы хотим попробовать вернуть прежнего Драка, ну или Драка, максимально приближенного к прежнему. Ты ведь его практически не знала, поэтому тебе трудно судить, каким он был раньше, но я должна тебе сказать, и Аль подтвердит мои слова, он был парень, что надо. – Она немного отстранилась и  подмигнула мне – Он даже Аль нравился, и некоторое время назад она его желала, как мужчину.

–Эс! – покраснела я, никогда не привыкну к этой их манере обсуждать глубоко личные моменты

– А что, разве не так? Ведь было дело? - я  смущенно уткнулась Анне в плечо.

- Кстати, до встречи с Ником, Каллар был частым участником моих эротических снов, – без тени смущения поделилась Эс – Я это говорю к тому, чтобы ты не думала, что ты тут самая развратная!

Мы втроем рассмеялись, Драк поднялся с дивана и приблизился к нам. Эс притянула нас с Анной за плечи поближе к себе, так что наши волосы переплелись, и зашептала – Анна, Драк может быть другим, не только таким озабоченным животным, как сейчас. Главное помочь ему научиться справляться со своим драконом, держать себя в руках и чтобы это – Эсмириль одарила Анну многозначительным взглядом сверху вниз  – произошло между вами, когда ты сама этого захочешь.  - Анна смущенно отвела глаза.

- Эс!!  - возмущенно зашипела я.

- А что Эс? Разве я не права? – Эсмириль сделала такие невинные глаза, что даже я почти поверила.

Драк подошел почти вплотную и ревниво прислушивался к нашему разговору. Эс расцепила руки и поманила его пальцем.

- Драк, ты нас не помнишь и все такое, но для нас ты все равно родной, поэтому на правах сестры позволь  дать тебе совет. Если ты любишь Анну и жить без нее не можешь, тебе надо постараться и обеспечить ей комфортные условия проживания с тобой, - она ухватила его за руку и потащила в гардеробную.

Он покорно пошел за ней, не понимая, к чему она клонит, Эс распахнула дверь - Покажи мне, мой любезный братец, где здесь одежда Анны? – Эс скрестила руки на груди и выразительно замолчала. Драк обвел взглядом комнату, забитую его вещами и на его лице появилась тень озарения.

- Ее одежды здесь нет! – констатировала Эсмириль, захлопнув дверь– Почему? В чем она будет ходить? В твоем халате? Или в моих штанах? А, может, попросим пару платьев у Маары?

–Я куплю Анне одежду – сказал он, - У нее будет лучшая одежда, которую можно купить за деньги.

- Ну, наконец-то, хоть одна здравая мысль в твоей больной голове! Только вещи она будет покупать сама или с нами. – он попытался ее перебить – А ты будешь сопровождать нас в качестве телохранителя и носильщика. Тебе ясно? Я поговорю с Мейге и уточню,  когда мы сможем пройтись по магазинам, и если ты закатишь там истерику, я тебе голову откушу! – Эсмириль строго смотрела на брата, при последних словах Драк вздрогнул.

- И еще. Так как ты теперь тут живешь не один, вам придется переехать в другое помещение, у Анны должна быть отдельная гардеробная, ванная и спальня. – Эсмириль загибала пальцы перед его носом.

Нет, – нахмурился Драк.

- Что нет? – уточнила Эс.

- Отдельной спальни у Анны не будет. – Драк с мрачной решимостью смотрел на сестру, Эсмириль глубоко вздохнула и повернулась к нам лицом.

- Анна, ты согласна спать в одной спальне с этим ненормальным? Или мы будем связывать его на ночь? – Эсмириль вопросительно посмотрела на Анну.

Анна улыбнулась сквозь слезы – Я думаю, что дополнительной кровати в одной комнате пока будет достаточно, – в ее голосе прозвучало сомнение в том, что эта кровать вообще понадобится.

- Ну, вот и договорились! Лууус! – заорала Эс, так что мы с Анной вздрогнули.

Через четверть минуты Лус влетел в комнату, на его лице отражалась моральная готовность увидеть самую ужасающую картину. – Я здесь, маленькая хозяйка! – при виде живого и относительно здорового Драка лицо Луса прояснилось.

- Лус, у меня к тебе масса поручений, если не запомнишь, запиши, повторять не буду. – Эсмириль все больше и больше вживалась в роль маленькой хозяйки большого дома.

- Я запомню. – Лус сосредоточенно смотрел на нее, Эсмириль говорила на языке третьего мира, чтобы Анна понимала, о чем идет речь.

- Во-первых, Анне нужна служанка, - Эс снова принялась загибать пальцы - во вторых, все вещи драггара Драка и Анны ты перенесешь в западное крыло, в гостевые апартаменты, где две ванные комнаты. В третьих, в спальне поставишь дополнительную кровать. В четвертых, проследи, чтобы драггар Драк не ходил полуголый, это неприлично. В пятых, завтра зайдешь ко мне, я тебе скажу какие переделки нужно сделать в этой комнате, чтобы драггар Драк и Анна могли здесь жить.  Ясно? – Лус утвердительно кивнул, продолжая шевелить губами, запоминая приказы.

- Ты можешь идти и пришли ко мне служанку Анны. – Эс махнула рукой, отпуская вагара.

- Я пришлю Мику. – прежде чем уйти сказал Лус.

- Пусть будет Мика. – согласилась Эс, на секунду задумавшись.

Мика, молоденькая голубоглазая шатенка с испуганным лицом в рекордно короткие сроки предстала перед маленькой хозяйкой, присела в поклоне и преданно уставилась на Эсмириль – Да, маленькая хозяйка?

- Мика, это Анна, ты будешь о ней заботиться. – Эсмириль подтянула Анну к себе поближе, Мика вежливо поприветствовала свою новую хозяйку – Cбегай, найди Маару и скажи ей, чтобы она подобрала одежду для Анны из моего гардероба и гардероба кэррин Алариэль. Нижнее белье и пеньюары пусть достанет новые, да скажи, чтобы дала пеньюары кэррин Алариэль, а не мои! – я еле сдержала смех, растянутые штаны и майки, в которых спала Эс, пеньюарами можно было назвать разве что сослепу.  Мика вознамерилась бежать, чтобы выполнить данные распоряжения, но Эсмириль взглядом остановила ее – И еще прямо сейчас принеси комплект одежды для ужина и расчеши Анне волосы, Повелитель Драконов не терпит, когда к столу выходят в растрепанном виде. – Мика кивнула, присела и, повинуясь легкому взмаху руки Эсмириль, кинулась вон из комнаты.

Драк обнял Анну сзади за талию  и с интересом наблюдал поверх ее головы за разбушевавшейся Эсмириль.

- Драк, ты понял, что должен был сделать первым делом для Анны, а не грязно домогаться ее, разорвав единственный комплект одежды в клочья? – высокомерно спросила Эсмириль. Анна вспыхнула, Драк хмыкнул, но промолчал.

Бурная деятельность Эсмириль набирала обороты, она снова вызвала Луса и приказала ему привести внешний вид Драка в соответствие с понятиями о приличиях, то есть умыть, побрить, причесать и одеть. После недолгих препирательств, Лус с Драком ушли в гардеробную переодеваться, а Анна в изнеможении присела на диван. Все время, которое мы находились в комнате, Драк не выпускал ее из своих объятий.

– Спасибо! – прошептала она, обхватив плечи руками, глядя на нас тоскливыми глазами – Мне так неловко за то, что здесь происходит, за его одержимость, за то, что он постоянно меня обнимает, но Мейге сказал, что если я уйду, Драк умрет.

Эсмириль присела рядом с ней и мягко сказала - Анна, спасибо тебе за то, что ты, не смотря ни на что, остаешься с ним. Мы все ошарашены его состоянием и испытываем чувство неловкости от того, как он себя ведет, но нам нужно научиться жить с таким Драком. Мы надеемся, что со временем он выздоровеет или научится вести себя, как прежде, но для этого ему нужна наша помощь и нужна ты. Анна, если ты согласишься остаться с ним, тебе будет нелегко, но мы тебе поможем, обещаю. Завтра состоится Совет старцев, а после него мы сможем спланировать наш отъезд домой. Ведь ты же поедешь с нами в Шерданн? – я сделала страшные глаза, призывая Эсмириль умерить пыл, но мой убийственный взгляд был благополучно проигнорирован – Ты не представляешь, как красиво в нашем мире! – мечтательно воскликнула подруга – Тебе он обязательно понравится. Там даже дышится легче! Анна, ведь ты согласишься?

- Я подумаю. – Анна тяжело вздохнула, улыбнулась нам и ушла в другую комнату вместе с топтавшейся у двери  Микой, чтобы переодеться к ужину.

Спустившись все вместе в столовую и рассевшись по местам, мы тихо переговаривались между собой в ожидании Бруна. Глаза Ника, Гелана и Гора лихорадочно горели, они бы с большим удовольствием продолжили обсуждение своих военных планов, приказав подать закуски в комнату, но Повелитель Драконов не терпел, когда сыновья не присутствовали на трапезах без уважительных на то причин. Наконец, Брун в сопровождении Сарра и Мейге  вошел в столовую и занял свое место. Сарр встал за спинкой его кресла, внимательно следя за вагарами и ожидая возможных приказов Бруна. После короткой молитвы покровителю Драконов Огню, Брун сел, пригубил вина из поданного Сарром бокала и дал знак приступать к еде, вагары, молча, засновали за нашими спинами. Я украдкой посмотрела на Драка и Анну, он c плохо скрываемым отвращением ковырялся в тарелке, а Анна, напротив, с аппетитом ела поданное мясо. После ухода Анны, мы с Эсмириль шепотом обсудили вероятность согласия Анны отправится в Дрэклау и не пришли к однозначному мнению, но единогласно решили больше не давить на девушку и предоставить ей возможность сделать выбор самостоятельно.

- Драк, сын мой, как ты себя чувствуешь? – участливо поинтересовался Брун через некоторое время, Мейге на протяжении всего ужина внимательно наблюдал за Драком. Он был против того, чтобы Драк выходил в столу, но Эс удалось его переупрямить.

- Мне лучше, отец, благодарю, – вежливо отозвался Драк, стараниями Луса он выглядел почти как прежде, с аккуратно расчесанными и собранными в хвост волосами, чисто выбритым и прилично одетым, но осунувшееся лицо и слегка дрожащие руки говорили о том, что он еще не до конца оправился от недавнего припадка.

- Изволь поесть, тебе надо подкрепиться, – наставительно сказал Брун и Драк послушно склонился над тарелкой.

- Брун, я хотела бы поговорить с вами, когда у вас найдется свободная минута, – неожиданно подала голос Анна. От фривольности ее обращения к Повелителю Драконов я чуть не поперхнулась, хоть Эсмириль предупредила меня о том, что отец разрешил Анне называть себя по имени.

- Мы поговорим после ужина, Сарр проводит тебя в кабинет. Надеюсь, у тебя для меня добрые вести. – Брун тепло улыбнулся Анне, она улыбнулась в ответ.

Мое сердце радостно подпрыгнуло, до этого момента у меня еще оставались сомнения в том, что Анна согласится остаться, но сейчас я была почти уверена, что она не откажется от поездки в Дрэклау. Мы с Эс обменялись многозначительными взглядами, с трудом воздержавшись от более бурного проявления чувств. Брун тем временем обратил взор на троицу заговорщиков, не упустив из вида их возбужденное состояние.

- Дети мои,  вы толкаете в себя пищу, словно опаздываете на самолет. Гелан, развей мои сомнения, вы никуда не уезжаете? – вопросил он, пристально смотря на всех троих.

- Нет, что вы, отец, мы никуда не уезжаем. Мы просто проголодались, – поспешно произнес Гелан.

Парни встрепенулись и принялись нарочито медленно есть, давая понять, что времени у них, сколько угодно, и они никуда не торопятся. Мы с Эс снова переглянулись.

Наконец, ужин закончился, Брун встал из-за стола и пожелал нам доброй ночи. Через мгновение после того, как за ним закрылась дверь Гелан, Гор и Ник сорвались с места и, сопровождаемые завистливым взглядом Эсмириль, умчались наверх в комнату Гора. Едва Анна успела отложить вилку и допить вино, как в столовую спустился Сарр и пригласил ее в кабинет. Драк встал из-за стола, намереваясь сопровождать девушку.

- Повелитель Драконов желает поговорить с Анной наедине. – Сарр вежливо, но непреклонно оттеснил Драка от двери. Анна ласково погладила его по плечу, попросила подождать ее в комнате,  уверив, что долго беседа не продлится, и последовала следом за Сарром.

- Драк, ты наелся? – спросила его Эс, комкая салфетку.

Драк кивнул.

- Тогда пойдем, посмотрим, готовы ли ваши новые покои.  – Эс быстро поднялась и подхватила Драка под руку. Я отодвинула тарелку и тоже вышла из-за стола.

В гостевых апартаментах наблюдались следы полезной деятельности, Лус серьезно подошел к порученному ему заданию и уже перенес часть вещей в новую обитель Драка и Анны. В спальне поставили кушетку для Драка, в ванной висел женский халат. Я заглянула в гардеробную Анны, на вешалках висели вещи, отобранные Маарой, не густо, но на первое время хватит.  Завтра Лус привезет вещи Анны из гостиницы, а потом мы сможем пройтись по магазинам. Мика челноком сновала между комнатами, помогая Лусу. Эсмириль критически осматривала каждую принесенную вещь, заставила вагаров несколько раз передвинуть мебель, велела Мааре забрать часть одежды и принести другие вещи, которые, по мнению Эсмириль, больше подходили Анне. Вагары беспрекословно повиновались ее приказам, носясь между комнатами, как ужаленные. Через две четверти часа, когда Драк уже начал заметно нервничать, появилась  Анна в сопровождении Сарра. Драк тут же крепко обнял.

- Драк, подожди минутку, хорошо? – она выскользнула из его рук и направилась к нам, после разговора с Бруном Анна выглядела намного увереннее, чем до ужина.

- Я согласилась остаться, – сказала она, улыбаясь – но только при одном условии, вы должны пообещать, что мы будем бороться с болезнью Драка все вместе.

Мы в два голоса поклялись страшными клятвами, что будем оказывать ей всевозможную помощь и содействие, а если кто не будет, то этому негодяю Эсмириль лично откусит голову. Драк недовольно смотрел на нас. Вагары выскользнули за дверь, а мы втроем упали на диван, переполняемые эмоциями.

- Брун сказал, что Гелан уладит все вопросы с продюсером. Какое счастье, что я больше не буду видеть рожу Данте! – воскликнула Анна, посмотрела на нас сияющими глазами и победоносно потрясла сжатыми кулачками.

- Эсмириль, Аль, вам не кажется, что уже поздно и вам пора спать? – вдруг раздраженно сказал  Драк – Не хочу быть невежливым, но мне необходимо побыть с Анной наедине.

Он ухватил нас за руки, поднял с дивана и аккуратно выставил за дверь. В коридоре мы c Эс заговорщицки переглянулись и отправились на второй этаж отмечать нашу маленькую победу вином со специями.

Глава 39 Гелан

Только Ник мог предложить попытаться отловить отщепенцев в многомиллионном городе, не зная, где они живут и как выглядят, ответить на брошенный вызов, возможно вопреки решению Совета, произвести по его выражению «зачистку местности». Удивительно, но его идея не показалась мне совсем уж бредовой, в ней было здравое зерно, правда, я понятия не имел, как подступиться к ее осуществлению. Похоже, что и у Ника не было четкого плана, но это его ничуть не смущало.

Гор  лежал на диване в своей комнате, смотрел телевизор и скучал. При нашем появлении он оторвал голову от подушки и вопросительно посмотрел на нас.

- По моему, Гор, ты в депрессии, – насмешливо предположил  я, глядя на удивленное лицо брата – у нас есть отличный способ выведения из этого состояния по методу Ника. Не хочешь, чтобы мы тебя полечили?

- Парни, чего это вы? Эй, со мной все в порядке! – мы с Ником наступали на него с двух сторон, он приподнялся на локте, подозрительно глядя на нас и готовясь вскочить, при первой же угрозе намять ему бока – Болезнь Драка заразная и вы тоже заболели?

Мы с Ником с хохотом повалились на диван рядом с ним, Гор нецензурно усомнился в нашей умственной полноценности.

- Мы были у Эсмириль и беседовали о случившемся, об объявлении войны и о Драке, – отсмеявшись, я начал вводную, по лицу брата пробежала тень. Он  присутствовал при последнем припадке Драка, и его угнетенное настроение показывало, насколько сильное впечатление он на него произвел. - Так вот, Ник предлагает начать играть на опережение. Мы хотим объявить отщепенцам партизанскую войну и произвести небольшую зачистку местности от нежелательных элементов. – Ник, широко улыбаясь, утвердительно кивнул.

Гор приподнялся на диване и оторопело уставился на нас  - Что за бред? Разве мы можем начинать военные действия до объявления решения Совета?

- Гор, скажи, а делать то, что они сделали с Драком, можно? – язвительно спросил Ник, не ожидавший такой реакции - Есть какие-то законы? Или ты хочешь сказать, что они могут действовать, как считают нужным, а мы обязаны придерживаться правил, которые все знают последнюю тысячу лет? Я думал, что вы воины, а не скауты.

Губы Гора сжались в линию, он метнул на Ника гневный взгляд – Эй, Ник, полегче!

- Он пытается донести до тебя, что в этом мире мы можем действовать так, как считаем нужным, используя любые методы и не придерживаясь привычных правил ведения войн.  Мы на нейтральной территории и здесь наши правила не действуют, – перевел я слова Ника на доступный Гору язык.

Гор переводил недоверчивый взгляд то на меня, то на Ника, не понимая, шутим мы или говорим серьезно. Брат всегда был правильным воином, слушался старших, чтил традиции и не совался со своими инициативами. Мы с Ником любовались произведенным эффектом.

- Вы серьезно? – Гор смотрел на нас с большим недоверием.

- Гор, как ты думаешь, что завтра произойдет на Совете? – спросил я. Он пожал плечами. - Я могу тебе рассказать об этом прямо сейчас. Старцы будут долго мусолить ситуацию, решать, какие действия надо предпринять, сетовать на то, что все случилось слишком неожиданно и им надо посоветоваться со своими главнокомандующими и магами, и так далее. Скорее всего, Совет решит подождать, пока отщепенцы не начнут активные действия, а возможно, вообще не воспримут угрозу вторжения серьезно. Мы всегда вели войны в своих мирах, в третьем мире мы не воевали никогда, здесь не действуют наши правила и нет магов. Если мы будем бездействовать, отщепенцы получат преимущество.

Лицо Гора посерьезнело, он понял, что мы не пытаемся его разыграть или глупо подшутить, через мгновение он резко сел.

- Какой смысл отщепенцам начинать войну в этом мире? Давайте рассмотрим варианты, – наше возбуждение передалось и ему – Лично у меня есть три версии. Первая, завоевать этот мир, вторая - создать смуту и столкнуть нас лбами, и третья - начать войну против всех.

- А сколько народу живет в пятом мире? – спросил Ник.

- Никто специально не считал, их же туда ссылают. Кто-то уже обзавелся семьями, да еще есть местное население, – пояснил Гор.

- А сколько народу живет в остальных мирах? – поинтересовался Ник.

- Намного больше. – Гор нахмурился – Последняя версия отпадает, миры им не захватить.

Мы обдумывали причины, по которым пятый мир мог затеять войну.

- Гелан, сдается мне, что ты не все рассказал про этого Коула, не поделишься этой историей целиком? – после продолжительной умственной работы Ник заинтересованно посмотрел на меня.

- Не все, – согласился я – То что я рассказал – официальная версия событий.

- А какая же неофициальная?

- Неофициальная версия заключается в том, что вопреки закону, мы, все- таки, искали Коула за убийство в Талинге. Хоть отец и недолюбливает Тареара, но он не смог отказать ему в просьбе найти беглого инкара, а потом, после убийства Драконов, поисковая операция превратилась из тайной во вполне официальную. – Две  пары глаз, не отрываясь, смотрели на меня, одна внимательно, другая недоумевающе.

- Гор, ты был в третьем мире, когда это произошло, кроме того, в эту тайну был посвящен очень узкий круг лиц. Тареар прибыл в Шерданн инкогнито, в сопровождении всего трех воинов-лучников из личной гвардии, даже не взяв с собой Каллара. Он встретился с отцом, умоляя сохранить его визит в тайне, и попросил найти Коула. У эльфов была всего капля его крови, по которой маги смогли определить его местонахождение с точностью до пятидесяти лиг. Он пробирался к восточной границе, намереваясь уйти в Воллару, – Гор удивленно присвистнул, Ник вопросительно посмотрел на меня.  – Восточная граница между Дрэклау и Волларой представляет собой два непроходимых для пеших и конных путников горных кряжа шириной около двухсот лиг. Все прорезанные через горы дороги и вырубленные туннели охраняются Стражами Границ. Склоны гор настолько круты, что в обход постов через границу могут проникнуть лишь горные козы и сийны, да и в этом случае Стражи узнают о переходе. Горы окутаны магической сторожевой сетью, если ее нити пересекает живое существо, она подает сигнал шаману в ближайший форт.  На перевалах и у туннелей построены пограничные заставы, окруженные маленькими городками. В них путники могут отдохнуть, продать и купить товар, заплатить ввозную пошлину, нанять охрану или сменить лошадей. Форты стоят на протяжении всей границы, кроме одного участка примерно двести лиг в длину и пятьдесят в ширину. Там расположен проход в горных кряжах, разрывающий горную гряду на две почти равные части, которые называют Левым и Правым Гребнем[14], если смотреть со стороны Дрэклау на восток.  Неприступные скалы в этом месте выглядят так, словно кто-то отрезал часть горы огромным ножом, забрав лишний кусок и оставив абсолютно гладкие, отвесные стены. В этом месте нет фортов, магической сети и Стражей. Именно туда  и стремился инкар.

- Вполне разумно с его стороны переходить границу в самом удобном и узком месте, – перебил меня Ник, а Гор одарил его удивленным взглядом.

- Ты прав, Ник, но неужели ты думаешь, что если бы в этом месте можно было пересечь границу, мы бы не позаботились об охране? Дело в том, что именно в этом узком и удобном с твоей точки зрения месте перехода расположен Истакамский лес, – усмехнулся я.

- Подумаешь лес! – буркнул Ник, чувствуя в моих словах подвох, но, не зная, где он. Я сжалился над своим нерадивым учеником, который пропустил мои недавние объяснения об особенностях восточной границы мимо ушей.

-  В этом лесу расположена Восточная магическая аномалия, охранять ее нет нужды, потому что вряд ли кто-нибудь рискнет переходить там границу. Много веков назад в этом месте произошел магический катаклизм, в результате которого горы были разделены на две части, а в проходе между ними возникло это странное и страшное место. Истакам не принадлежит нашему миру, он - порождение магического хаоса. В лесу из земли вверх и из воздуха вниз бьют потоки первозданной магической  энергии, сталкиваясь посредине и образуя чудовищные вихри, магические поля, временные ловушки и монстров, расползающихся по всему лесу. По косвенным сведениям, некоторые источники работают постоянно, другие хаотично, но общее количество энергии таково, что способно уничтожить наш мир за несколько секунд. К счастью, энергетические бури бушуют только в пределах леса, не выходя ни одним лучом за его границы. Энергия в аномалии качественно отличается от той, которую используют наши шаманы и есть мнение, что в этом месте произошел прорыв магосферы, и магические потоки проникают в наш мир откуда-то извне, может быть даже из параллельных миров, пронзая пространство и время.  Неконтролируемые и хаотичные энергомагические выбросы порождают таких чудовищ и такие искаженные магические потоки, что в Истакамскую аномалию не рискуют соваться даже архишаманы, более того, не приближаются к ней ближе, чем на лигу, опасаясь потерять магические способности. Все научные выкладки касательно Истакама являются исключительно теоретическими и основываются на визуальном наблюдении активности леса и магоматических расчетах. К нашему счастью, ни магия, ни твари не пересекают невидимую границу определенную самим лесом - тени, отбрасываемой крайними деревьями. Во всяком случае, мы считаем, что это деревья, - пояснил я Нику, вспомнив буро-красные, похожие на мохнатых змей  искореженные стволы с пучками тонких трепещущих веток с бледно-розовыми листьями и обросшие зелено-синими лохмотьями мха. – Некоторые шаманы считают, что лес является единым живым организмом, что деревья в нем не совсем деревья, а монстры не звери, а некие органы самого леса. – Ник пристыжено отвел глаза, а Гор невидяще смотрел на экран телевизора, видимо припоминая свои встречи с Истакамом. А я невольно вспомнил свою собственную.

Как-то раз, во время веселой пирушки с обильными возлияниями, мы с Дуном поспорили с Бренном из клана Тэйвинн, что приблизимся к Истакаму на расстояние в четверть лиги и проведем там ночь. Хмель бурлил в крови и требовал подвигов, потому мы с братом не стали откладывать наш поход в долгий ящик, приказали заседлать коней, собрать провизию, вина и фураж и, выпив пару кубков на дорожку, отправились к лесу. Эти двенадцать часов стали самыми страшными в нашей жизни. Лес мрачной громадой высился в четверти лиги от места нашей стоянки, изредка вспыхивая мрачными фиолетовыми и багровыми всполохами. Едва мы сняли узлы с провизией, как Истакам поспешил поприветствовать нас леденящим кровь воплем какого-то животного, который сменился протяжным, утробным стоном, перешедшим в низкий, въедливый рык. Кони, дико взвизгнув и заложив уши, рванули в разные стороны, едва не сбив нас с ног. Мы с братом с удовольствием бы последовали их примеру, но выпитое вино и наглость Бренна, усомнившегося в нашей храбрости, заставили нас остаться на месте. Не хватало, чтобы нас уличили в трусости и заставили проиграть спор из-за каких-то пусть жутких, но неопасных звуков. Мы переглянулись, без особой убежденности уверили друг друга, что тварям Истакама до нас не добраться и стали разводить костер, успев засветло запастись дровами. Вскоре после наступления темноты лесные твари учуяли наш запах и попытались прорваться к нам через невидимую границу, но, не преуспев, стонали, выли, хрипели и хохотали, наполняя округу звуками от которых у нас кровь стыла в жилах. Магические  вихри, бурлящие в центре леса, окрашивали изуродованные деревья мертвенным цветом, изредка озаряя верхушки многоцветными всполохами чистейших оттенков, отчего лес приобретал нереальный и зловещий вид. Всю ночь  мы с братом считали минуты до рассвета, держались поближе к огню и к друг другу, опасаясь, что граница леса может оказаться не такой уж непроницаемой для кровожадных тварей. Звуки, которые доносились из леса пробирали до самых потрохов, пронизывая животным, первобытным, всепоглощающим ужасом. Мы, изо всех сил, сопротивляясь почти непреодолимому желанию бежать, куда угодно, лишь бы подальше от этого страшного места. Нам казалось, что все твари Истакама  собрались вокруг и пытаются выманить нас из спасительного круга света и тепла, отбрасываемого нашим костром. К счастью, у нас хватило дров, чтобы продержаться до рассвета. Едва рассвело, мы быстро собрали пожитки и поскорее убрались восвояси. Наши кони пропали, и потому нам пришлось добираться до Хайкасла пешком, первую пару лиг мы с Дуном пробежали бегом, следующие пять прошли быстрым шагом, но отдалившись на приличное расстояние от леса, мы поняли, что пир в Хайкасле и бессонная, страшная ночь не прошли для нас даром. Мы уснули, едва наши головы коснулись заплечных мешков.

Наш гостеприимный хозяин, Тарвик Тэйвинн, проснувшись утром с жесточайшим похмельем и дикой головной болью, потратил около часа на то, чтобы привести себя в пристойный вид, используя давно испытанные средства, как-то купание в ледяной воде, короткий сеанс каменного массажа и осушение пары-тройки кубков вина. После окончания реабилитационных процедур радушный владелец Хайкасла приказал накрывать завтрак и пригласить отведать местных кушаний высоких гостей, то есть нас с Дуном. Известие о нашем пари с Бренном и о том, что мы с Дуном благополучно отбыли к Истакаму еще вчера вечером, сдуло с Тарвика остатки хмеля, повергло в шок, а потом в неописуемую ярость. Взревев боевым хроном[15], Тарвик ворвался в покои своего похмельного кузена Бренна и привел его в бодрствующее состояние сокрушительным ударом в челюсть. Наверняка, никогда до и после этого случая, утро Бренна не начиналось подобным образом. Тарвик несколько раз пнул ничего не соображающего и благополучно забывшего о пари кузена, а потом в трех фразах изложил суть произошедшего и свое личное видение их ближайшего и крайне непродолжительного будущего. Ведь при вынесении приговора суд, вряд ли, бы учел тот факт, что бедолага Тэйвинн не намеревался специально угробить двоих членов правящей династии, из которых один являлся первым наследником престола. А  пари предложил только в качестве развлечения, считая, что провести ночь в самом страшном месте второго мира – удачная и главное смешная идея. Тарвик, видя совершенную физическую и моральную  неспособность кузена хоть что-то предпринять, матерясь последними словами  и изрыгая страшные проклятия в адрес придурка-кузена, бурей пролетел по гостевым комнатам, пинками будя гостей и побратимов, сформировал несколько поисковых отрядов, возглавил один из них и направился искать нас с Дуном, живых или мертвых. Второе потрясение Тарвик испытал, когда его отряд нашел наполовину обглоданный труп одной из наших лошадей, по седлу опознав ее  принадлежность к конюшням Хайкасла. Даже потеряв надежду найти нас живыми, Тарвик продолжил поиски, решив отыскать хотя бы наши тела для подобающего погребения и понести всю полноту ответственности перед нашим отцом. Спустя несколько часов он наткнулся на наши тела, мирно спавшие в кустах. Не разобравшись, он издал такой вопль отчаяния, что мы с Дуном проснулись уже в боевой стойке с мечами наизготовку, готовясь дорого продать свои жизни. Вскоре недоразумение разъяснилось и Тарвик, уверовав в покровительство всех богов, не сходя с места, опрометчиво дал обет воздержания, пообещав три года не пить вина.

Вернувшись в Хайкасл и созвав в замок все поисковые отряды, Тарвик устроил грандиозный пир, на котором остался единственным трезвым Драконом, не считая Бренна, который отлеживался после утреннего пробуждения в своих покоях. После нашей авантюры, подлечив травмы, нанесенные несдержанным и тяжелым на руку Тарвиком, заядлый  спорщик и известный провокатор Бренн на всю жизнь зарекся предлагать пари кому бы то ни было, а в особенности членам королевской семьи.

- Гелан, извини, что отвлекаю, но нам с Гором было бы интересно узнать, что там все-таки произошло с вампиром. – Ник вежливо кашлянул, прервав мою задумчивость

- Прошу прощенья, на чем я остановился?

- На Истакамском лесе, – напомнил Гор.

– Да, Истакам.  – я отбросил личные воспоминания и продолжил свой рассказ - Сразу за восточным краем леса начинается граница с Волларой, но любой преступник предпочтет уподобиться сийне и карабкаться по отвесным скалам, чем по доброй воле войти в Истакам и столкнуться с его обитателями. Не знаю, на что рассчитывал Коул, но он решил рискнуть. Отец пообещал Тареару найти преступника и отправил Дуну весточку, чтобы его отряды прочесали приграничный район и постарались перехватить инкара до того, как он доберется до мертвой зоны перед Истакамским лесом, но с оговоркой, что если вампир все-таки войдет в нее, поиски будут прекращены. Тареар согласился, поблагодарил за помощь и отбыл домой, попросив держать его в курсе поисковой операции. Дун отнесся к просьбе со всей серьезностью и разослал своих воинов на поиски. Отряд, который нашел Коула, не был поисковым, они патрулировали свой приграничный участок в противоположной стороне от места предполагаемого нахождения преступника. Он состоял из двух молодых Драконов и трех чиватов. Всех пятерых нашли на второй день мертвыми. О находке сразу же сообщили Дуну, который собрал около тридцати воинов и рванул к разведчикам, обнаружившим погибших, пылая жаждой отмщения.

- Почему он поехал сам? Достаточно было послать воинов, – удивился Гор.

- Один из мальчиков был его бастардом, – у Гора удивленно вытянулось лицо.

- Да, Гор, тилл  в клане Хирдрам – бастард Дуна. Его мать была из племени симмов, Дуну подарили ее после осады Уэнага, но он освободил ее. Девушка отказалась от свободы и осталась с Дуном,  ее деревню сожгли, идти ей было некуда, а с ним  она чувствовала себя в безопасности. Через год у нее родился мальчик, но она сама умерла.  Дун не оставил ребенка на произвол судьбы, растил его в своем замке до семилетнего возраста, а потом отдал на воспитание Эрайку Хирдраму, у которого уже было четверо сыновей, самый младший из которых как раз приходился Урсулу ровесником. Мальчики  сдружились, вместе тренировались, учились и к шестнадцати годам стали как братья. Погибли они тоже вместе.

- Так вот почему для Дуна поимка этого инкара стала личным делом, – протянул Ник.

- Да, именно поэтому. Дун не мог официально признать Урсула бастардом, но любил его, часто навещал и не скрывал, что он его отец.

- Ты видел его? – спросил Гор.

- Видел пару раз.

- Он был  Драконом? – спросил Ник.

- Нет, он был симмом, рожденным от невольницы-простолюдинки, а принцы могут признавать бастардами только детей рожденных вне брака от благородных матерей.

Ник понимающе кивнул, а я сделал зарубку в памяти, чтобы не забыть пояснить Нику наши сословные и расовые взаимоотношения.

- Коула догнали в пяти лигах от границы Истакама, ну а дальше вы знаете. Тареару доложили, что инкар казнен, чтобы его сердце обрело покой.

- А почему Тареар так жаждал смерти Коула? – запоздало поинтересовался Ник.

- Потому что он убил его дочь, принцессу Эорин, сестру Каллара. – Ник тихо присвистнул.

- Тареар не мог позволить убийце дочери уйти безнаказанным, поэтому и обратился за помощью к нашему отцу.

- А за что он ее убил? – спросил Ник.

- Темные старательно замалчивают эту историю, но ходили слухи, что Коулу была нужна кровь чистокровной принцессы для его дружков-варлоков. Был даже слух, что он в нее влюбился и убил, когда ее сосватали за другого.  При дворе Иллари много темных историй и смерть Эорин одна из них. Мы никогда не узнаем, что там произошло на самом деле.

- А вампиры, оказывается, бывают не такими уж безобидными, – протянул Ник.

- Бывают, но редко. В целом инкары мирный и законопослушный народ, – отозвался я.

- Про личность Коула мы выяснили, давайте вернемся к отщепенцам. Гелан, а кто там правит в этом пятом мире? – спросил Ник.

- Да никто там не правит, там нет государств, – раздраженно махнул рукой Гор - Пятый мир – это помойка, где живет отребье со всех обитаемых миров и местные племена кочевников. Большую часть суши занимают леса и болота, степь поделена между кочевыми племенами, а за пригодные для обитания места в предгорьях и по краю лесов ведется непрерывная война. Маги разных миров открыли в пятый мир условно односторонние порталы, через которые переправляют осужденных. Они сбиваются в общины, а элементарный порядок поддерживают старожилы. Многие из сосланных сколачивают банды, нападают на местных, угоняют скот и воруют женщин. В пятом мире расположено несколько фортов, откуда маги следят за магическими потоками и предупреждают своих коллег в других мирах о реверсе[16] и повышении опасности проникновения отщепенцев. Тогда в пятый мир отправляют десанты, чтобы преступники не смогли вернуться в свои миры.

- Понятно, - кивнул головой Ник - раз у них нет централизованной власти, будем считать, что прорыв в наш мир дело рук одной из банд, а значит в операции задействована лишь малая часть населения – пока выводы Ника совпадали с моими собственными. За время прошедшее после ранения Драка я успел обдумать массу вариантов развития событий, но так и не пришел к однозначному выводу, зачем и главное как отщепенцам удалось проникнуть в этот мир.

Ник встал с дивана и прошелся по комнате

– Коул сказал, что война будет в третьем мире. Зачем им это надо непонятно. Против людей отщепенцы воевать не будут, во-первых, их для этого слишком мало, во-вторых, я не вижу в этом смысла. Соответственно, если война с местным населением отпадает, значит, они планируют воевать с резидентами и рассчитывают, что война будет идти по правилам,  принятым в остальных мирах. Но что им это дает? Какой смысл? – Ник задумчиво прошелся по комнате и замер перед нами. Мы с Гором промолчали. Ник отрешенно посмотрел в экран телевизора, потом встряхнулся и продолжил рассуждения вслух – Пока оставим этот вопрос. Какая бы ни была у них цель, нам она на данный момент неизвестна. До последнего времени пролезть в этот мир отщепенцы не могли. Исходя  из этого факта, я делаю вывод,  что они не знакомы с местными условиями и способами ведения войн, – я начал догадываться, к чему клонит мой ученик, но не стал его перебивать, с удовольствием глядя на то, как он излагает свои соображения.

- Я местный, вы столько лет живете в этом мире, что тоже стали  почти местными и в этом наше преимущество. Мы знаем возможности человеческого оружия и можем применить богатый опыт наших войн. – Ник серьезно посмотрел на нас с Гором – Кроме того, у нас есть отличный инструмент, который может помочь воплотить в жизнь наш план и который наверняка отсутствует у отщепенцев.

- И что же это за инструмент? – недоуменно спросил Гор.

- Деньги, – улыбнулся Ник – вы достаточно богаты, чтобы купить в нашем мире все, что нужно – Гор с уважением посмотрел на Ника и кивнул

- Мы богаты, Ник, ты один из нас, – поправил я его.

- Да, мы, – согласился он после некоторого раздумья и нахмурился, финансовый вопрос для Ника до сих пор оставался камнем преткновения – Мирам не нужна огласка, поэтому полномасштабные военные действия мы начинать не будем. Мы же не хотим иметь дело с регулярной армией? - мы с Гором отрицательно покачали головами, Ник удовлетворенно кивнул.

- Остается только один вариант, хорошо спланированные точечные операции, поиск и отлов этих отщепенцев, с последующим допросом и уничтожением. Даже если Совет надумает воевать, в чем я лично сомневаюсь, то война вряд ли начнется в этом мире. Скорее всего, старцы примут решение на время покинуть третий мир, заблокировав выходы отсюда в другие миры и подождать, пока отщепенцы не уберутся восвояси или не растворятся среди местного населения.

- Но ведь члены Совета могут запретить нам проведение коротких карательных операций! – Гор неуверенно посмотрел на меня.

- А мы им не будем докладывать о наших планах, – ответил я – У нас есть право защищать свою территорию и подготовиться к вероятным атакам противника. - Гор нервно сжал кулаки и раздул ноздри. В эту минуту мы уже знали, что будем воевать с выходцами из пятого мира здесь и сейчас, невзирая на мнение старцев и их решение.

Я кликнул Квенна и приказал подать кувшин вина со специями. Подняв тост за успех нашей военной кампании, мы перешли от общего к частному.

Идея начать войну с отщепенцами ударила Гору в голову лучше кварры, он с горящими глазами смотрел то на меня, то на Ника, который тоже чуть не подпрыгивал от нетерпения, наконец-то начать реализовывать наш едва наметившийся план в жизнь. Даже я, Дракон прошедший не одну войну, почувствовал себя мальчишкой перед первым боевым походом. – Ник, а как мы их будем искать?

- Я набросал примерный план, но его надо серьезно доработать. Сначала нам нужно определиться с командой. – Ник выудил из кармана листок бумаги с ручкой и присел к столу, сдвинув на край книги и документы Гора. Мы встали по бокам от Ника и назвали два десятка имен, включая оборотней и вампиров, следя, как он быстро записывает данные на листке.

- Нам нужно создать универсальную команду, вполне вероятно, что отщепенцы проникли не только в наш город. Учитывая это, мы должны создать сеть слежения и несколько отрядов быстрого реагирования в разных частях страны. Действовать нужно максимально слаженно и быстро, в этом наше преимущество и это позволит нам избежать ненужных потерь и огласки. – Ник откинулся на спинку кресла и еще раз перечитал список имен - Мы точно знаем, что отщепенцы здесь, мы их видели, но не знаем, где они прячутся и сколько их. Наша главная задача выяснить их цели и возможности, а потом тщательно спланировать действия, – он вскинул на нас глаза – Нам понадобятся грамотные стратеги.

- Не понадобятся, – проворчал Гор, заинтересованно изучая листок – сами справимся.

- Ладно, как скажешь, - согласился Ник – надо будет донести информацию об отщепенцах до резидентов. Не хочется их пугать, но предупредить о возможной опасности мы обязаны. Исходя из нашей главной задачи, нужно взять кого-нибудь из отщепенцев в плен и порасспросить об их целях и о том, кто тут у них главный.

- А как мы их найдем? Город-то не маленький, – планы грандиозные, не спорю, но как их реализовать я представлял себе крайне смутно.

- Примем за исходное то, что основная масса отщепенцев находится в нашем городе. С такими рожами,  - Ник закрыл лоб и нижнюю часть лица руками, намекая на парней в черных масках - они не смогут жить в приличных местах, это значительно сужает район поисков. Нам нужна подробная карта города, чтобы мы могли очертить границы поисковой операции. Кстати, есть идеи кто этим поиском будет заниматься? - мы склонились над листком бумаги и забыли про окружающий мир, пока нас не позвали к столу. Наш план предполагал конфиденциальность,  по крайней мере, до тех пор, пока мы не проработаем детали хотя бы в первом приближении. После ужина наши обсуждения продолжились.

– Драггар Гелан, вы не спите? – голос Сарра вырвал меня из обсуждения военных планов.

- Нет, еще не сплю, – я с трудом отвлекся от военных планов и сосредоточился на голосе помощника отца.

- Ваш отец желает видеть вас у себя в кабинете прямо сейчас.

- Я буду через минуту.

Сарр отключился.

- Парни, меня желает видеть отец, – сказал я с сожалением и вышел, Гор и Ник кивнули, не отрывая глаз от расстеленной на столе карты.

Отец как всегда стоял у окна спиной к двери, Сарр что-то отмечал в своем блокноте, видимо, проверял, все ли  сегодняшние указания исполнены.

- Гелан, присядь, – отец повернулся ко мне лицом и сел в свое кресло.

Я сел напротив и приготовился слушать.

- Завтра ты поедешь со мной на Совет, – другого я и не ожидал, было бы удивительно, если бы отец поехал один.

– Анна согласилась пожить некоторое  время с нами, – отец неожиданно сменил тему разговора и едва заметно улыбнулся – Она пришла и сказала мне, что ей не нравится в ее нынешнем положении и выставила несколько условий.

Я поморщился, заподозрив Анну в меркантильности.

- И какие же условия, отец? – поинтересовался я.

- Она сказала,  что останется с Драком пока он не поправится и даже согласилась отправиться с нами в Дрэклау, но попросила, чтобы мы не производили по отношению к Драку каких-либо насильственных действий, связывали его или ограничивали свободу каким-либо иным способом. Анна была в ужасе от того, что увидела сегодня по приезду в поместье. Кроме того, оказывается, что после каждого такого припадка он становится более несговорчивым, подозрительным и более активным как…э .. мужчина, то есть чем больше мы его подавляем, тем выше шанс, что он может применить к ней насилие. Она высказалась в том смысле, что ты, Гелан, не всегда рядом, и так как ей предстоит проводить с Драком большую часть своего времени, ей бы не хотелось, начинать их совместную жизнь с изнасилования. Кроме того, она боится, что если он возьмет ее силой хотя бы один раз, то потом будет делать это постоянно, -  я кивнул, радуясь, что Анна меня не разочаровала, ведь многие женщины на ее месте в первую очередь потребовали бы материального вознаграждения.

- Анна попросила уладить все вопросы касательно ее работы, займись этим, – вот эта задача посложнее. Надо  обдумать, с какого конца к ней подступиться, я не имел особых дел с воротилами шоу-бизнеса, но у меня было несколько знакомых, вхожих в этот круг, и я рассчитывал на их содействие.

- Да, отец, непременно. Скажите, сколько Анна пробудет с нами? Она говорила о других проектах? – поинтересовался я.

- Мы не обсуждали конкретные сроки, все будет зависеть от поведения и состояния здоровья Драка. Все подробности касательно ее работы, ты можешь выяснить непосредственно у Анны,  – отец снова тепло улыбнулся, видимо эта девушка была ему по сердцу -  Она славная девочка и мне кажется, что живя с ней, Драк пойдет на поправку. Ты не представляешь, как я рад, что она согласилась остаться!  - отец удовлетворенно потер руки.

- Да, отец, я тоже очень рад. Она ничего не говорила о деньгах или чем-то подобном? – уточнил я.

- Нет, не говорила. Пока она будет жить с нами, ей не о чем беспокоиться, если же она захочет уйти или произойдут какие-нибудь непредвиденные события, мы найдем способ ее отблагодарить, – отец помолчал. Я сделал себе пометку в памяти, что надо завтра же приказать открыть на имя Анны счет в банке и положить туда некоторую сумму денег, на всякий случай -  После ухода Анны ко мне прибежала Эсмириль и обрисовала свое видение данной ситуации,  - отец хитро улыбнулся – и я, должен признаться, почувствовал себя болваном!

Интересно, что такого могла сказать Эсмириль? Я был заинтригован

- Дочь убедительно попросила, чтобы мы перестали шарахаться от Драка и, в конце концов, вспомнили, что он остается членом семьи, как бы болезнь ни изменила его. Так что, сын, нам надо научиться воспринимать Драка, как нормального Дракона, болен он или здоров, он продолжает оставаться Тули. То же самое относится к Анне, как бы вас не смущало отношение к ней Драка, это не повод оставлять ее с ним в одиночестве. Эсмириль приказала временно переселить Драка и Анну в западное крыло, чтобы сделать переделку в покоях Драка. В ближайшее время девочки планируют проехаться по магазинам, потому что у Анны нет самого необходимого.

- Что мы будем делать с Драком, пока они будут делать покупки? – их предполагаемая поездка заставила меня вспомнить утренний припадок Драка и наш с Анной бодрый галоп, которым мы покидали дом.

- Драк поедет с ними, Эсмириль сказала, что они будут делать покупки в одном-двух магазинах, чтобы посмотреть на его поведение, – я с сомнением пожал плечами, но возражать не стал. - Что ж, должен признать, что Эсмириль разобралась в ситуации намного лучше нас, – откровенно сказал я, почувствовав укол совести, ведь Драк и Анна действительно были лишены внимания с нашей стороны. Наше присутствие его откровенно раздражало и мы, чтобы не провоцировать его припадки и не ухудшать состояние здоровья, предпочли вообще c ним не общаться, что было в корне неверно.

-  Драку надо возобновить тренировки, – продолжил тем временем отец – Конечно, после полного заживления его раны и получения разрешения лекаря. В общем, наша первостепенная задача  - вести себя так, чтобы Драк не выпадал из жизни семьи. Как знать, может девочки окажутся правы и это ему поможет вспомнить нас, а если нет, то хотя бы снова привыкнуть к нам и нашему жизненному укладу, – отец достал из стола трубку и принялся ее набивать. - Я желаю, чтобы к Драку и Анне относились, как к молодоженам, и не таращили на них глаза всякий раз, когда он ее обнимает, девушка чувствует себя очень некомфортно. Я понятно изъясняюсь? – строго спросил он, обращаясь одновременно ко мне и к Сарру.

- Я дам соответствующие указания вагарам. – тут же отозвался Сарр и сделал пометку в блокноте.

Отец удовлетворенно кивнул, раскурил трубку и выпустил клуб дыма. - Эсмириль распорядилась, чтобы к Анне приставили служанку.

Я улыбнулся, девочка выросла и стала настоящей маленькой хозяйкой поместья.

- Я намерен передать Эсмириль часть полномочий по управлению поместьем. Пусть девочка привыкает, ведь рано или поздно мне придется выдать ее замуж и эта наука ей пригодится, – отец улыбнулся особой улыбкой, которая всегда появлялась на его лице, когда разговор заходил об Эсмириль, его любимице и единственной дочери.

Я согласно кивнул и невольно улыбнулся, представив, как именно Эсмириль будет управляться с поместьем и вагарами.

- Гелан, расскажи мне о своем ученике. У нас так и не получилось толком поговорить, но у меня создалось впечатление, что он толковый молодой человек, – отец снова поменял тему разговора.

- Он будет добрым Драконом, – отозвался я, наш военный совет в комнате Гора не оставил никаких сомнений в том, что так оно и будет.

- Когда он будет готов к перерождению? – поинтересовался отец, выпустив струю ароматного дыма.

- Он уже готов, но я считаю нецелесообразным проводить ритуал до тех пор, пока не решится вопрос с  военными действиями.

Отец кивнул – Подождем. Кроме твоей уверенности, мне нужно услышать мнение альм малистэра по этому вопросу.

- Сдается мне, завтрашний Совет преподнесет массу сюрпризов, – невпопад сказал отец, погружаясь в собственные мысли - Гелан, ты можешь идти, встретимся завтра утром.

- Доброй ночи, отец, - я поклонился и вышел. По дороге в свою комнату я решил заглянуть к Драку и Анне. После его возвращения из клиники между нами все время возникали стычки и недоразумения. Мне очень не нравилось, что собственный младший брат считал меня врагом.

Я постучался, дверь открыл Драк и уставился на меня с нескрываемой неприязнью.

- Можно войти? – спокойно спросил я.

Он посторонился, пропуская меня внутрь. Я прошел в гостиную и сел в кресло. Драк сел напротив на диван и вопросительно посмотрел на меня.

- Анна уже спит? – спросил я, чтобы как-то завязать разговор,  он кивнул и оглянулся на дверь спальни. Я поймал себя на мысли, что Драк был отдаленно похож на себя только, когда Анна была в непосредственной близости от него, когда ее не было рядом, его ненормальное состояние становилось более очевидным. Он превращался в незнакомца, подозрительного и агрессивного. Даже сейчас его поза была угрожающей, хотя я не делал ничего такого, что ему могло бы не понравиться.

- Драк, я хотел сказать тебе, что ничего не имею против ваших отношений с Анной. Она славная и я рад, что она будет жить с нами, – его молчание и непроницаемое выражение лица сбивало с толку, но сдаваться я не собирался. – Поверь, у меня и в мыслях не было разлучать вас, просто мы все опасаемся за ее безопасность, ты можешь не рассчитать свою силу и как-то навредить ей, – разговор не клеился, но я решил, что скажу ему все что хотел.

-Я никогда не сделаю ей ничего плохого, – глухо сказал он – не переживай.

- Ты должен научиться обуздывать свои желания. Она - человек, а люди хрупкие существа,  – говорить с Драком, как с нормальным Драконом было демонски трудно, но я старался изо всех сил.

- Я стараюсь, но иногда это плохо получается, – он опустил глаза – Она – моя жизнь. Если ты попробуешь ее у меня забрать, я умру, но прежде умрешь ты, – он мрачно посмотрел на меня исподлобья, и я ни на мгновение не усомнился в том, что так оно и будет.

- Слово Дракона, что не заберу ее, – я прижал руку к сердцу.

Драк немного расслабился и откинулся на подушки.

- Ты не хочешь возобновить тренировки? Или медитацию? Она бы помогла тебе держать себя в руках, – без особой надежды на положительный ответ предложил я.

- Я подумаю, если надумаю, скажу тебе, – буркнул брат.

- Хорошо, тогда спокойной ночи тебе, Драк, – он снова оглянулся на дверь спальни.

- Спокойной ночи, Гелан. – отозвался Драк, впервые назвав меня по имени с момента выхода из комы, я встал и вышел из комнаты.

Вот и поговорили! Хоть я и сказал, что хотел, но Драк не перестал, не доверять мне, а на сердце остался мутный осадок от разговора с братом.

Наш военный совет продлился полночи, а потом я долго крутился в кровати, уснув только под утро. На следующее утро мы с отцом позавтракали на скорую руку и отправились на Совет к Наместнику. Всю дорогу мы молчали, размышляя каждый о своем. Судя по покрасневшим глазам отца и едва сдерживаемой зевоте, он спал в эту ночь не больше моего. Я вяло думал о том, какое решение примет Совет и как будет согласовываться с ним наш план. Наконец, мы добрались до резиденции Наместника, которая была расположена в получасе езды от города на юго-восток, почти на берегу моря. Большой особняк был окружен ухоженным парком, своей строгой геометрией живо напоминающий знаменитые дендрарии Фалиальты. Традиционные эльфийские сребролисты с успехом заменяли белые тополя и осины, а розарию мог бы позавидовать любой ботанический сад. Сарр медленно вырулил на выложенную розоватой, узорчатой брусчаткой парковку и остановил автомобиль.

Совет был назначен в малом тронном зале, относительно небольшом, уютном помещении, по размерам, значительно уступающим Большому Залу, но отделанному с не меньшей роскошью. На собрание был приглашен узкий круг, все прибыли без свит и потому народу было немного. Встреча была почти неофициальная, не было  ни герольдов, ни гвардейцев-копейщиков, ни традиционных штандартов на стенах, а присутствующие были одеты в деловые костюмы. Мы с отцом прошли в зал, обменялись приветствиями и заняли свои места. Я устроился поудобней и осмотрелся. Центр зала занимал огромный овальный стол с десятком кресел вокруг, малый трон Наместника почти не отличался от остальных кресел, но был немного массивнее, ненавязчиво напоминая о статусе его хозяина в этом мире. Наместники – всегда маги и никогда практикующие. В этом мире они применяют магию только  при работе с Камнем и лишь в исключительных случаях, подобных памятному суду над Эсмириль. Действующий Наместник был светлым эльфом, происходил из древнего эльфийского рода потомственных магов и был легендой пока не отошел от практической магии. Он с большой неохотой занял этот хлопотный пост, только поддавшись на уговоры Велерона. Во время его многолетнего наместничества не произошло ни одного крупного инцидента, не было никаких серьезных нарушений правил или конфликтов между резидентами, так что старый волшебник в основном исполнял представительские и дипломатические функции. Вызов отщепенцев пока было трудно отнести к категории конфликтов или инцидентов, и мне было интересно, до чего все-таки договорятся старцы. Шутливое название Совету придумала Эсмириль, и оно приклеилось в нашей семье намертво. Не сказать бы при старцах, а то отец мне голову откусит. Я невольно улыбнулся и закусил губу, сдерживая смех, представив выражение лиц участников, услышь они название сегодняшнего мероприятия.

- Гелан, я вижу тебе весело? Может, поделишься со мной своей радостью? – тихо спросил отец, наклонившись ко мне.

- Извините, отец, я немного отвлекся, – я сделал серьезное лицо и встряхнулся, военный совет и бессонная ночь выбили меня из колеи. Отец бросил на меня еще один строгий взгляд и отвернулся. Я сделал дипломатическое выражение лица, в меру серьезное, сосредоточенное и по возможности ничего не выражающее. Собрание хоть и было неофициальным, но неуместные улыбки не приветствовались. Я отринул посторонние мысли и оглядел узкий круг приглашенных.

Слева от Наместника традиционно расположились эльфы. Лучезарный прибыл в сопровождении наследника, принца Таниэля. Мы пересеклись с ним взглядом, он слегка кивнул головой в знак приветствия, ровно настолько, чтобы не быть невежливым, я кивнул в ответ, тоже точно рассчитав движение головы. По правую руку от Лучезарного сидел Владыка Тареар, как всегда с кислым выражением лица и недовольно поджатыми губами. Некогда цветущий и сильный мужчина медленно, но верно превращался в угрюмого старика, смерть любимой дочери окончательно подкосила его, и даже поговаривали, что Тареар с тех пор немного не в себе, но пока его странности никак не влияли  на внешнюю политику Талинги. Каллар, единственный сын и наследник престола,  сидел рядом с отцом. После смерти жены Тареар не стал снова жениться, хотя любой другой эльф погоревал бы, сколько положено, и решил, что жизнь, не смотря ни на что, продолжается, взял жену и продлил род. Отец как-то сказал, что решение Тареара остаться холостяком недальновидно, ведь Повелитель еще не стар и вполне способен родить наследников, как это сделал трижды вдовый Велерон. Интересно, а отец женился бы снова, если бы что-то случилось с нашей матушкой? Я сделал левой рукой знак от сглаза под столом и продолжил наблюдения. Каллар что-то черкал на лежавшем перед ним листом бумаги, не поднимая глаз. Он выглядел уставшим, под глазами залегли тени, брови были нахмурены, все говорило о том, что у него появилась какая-то неразрешимая проблема и, скорее всего, ночью он тоже не спал или я совсем не знаю своего друга. Почувствовав мой взгляд, Каллар поднял глаза от листка, кивнул, не в пример радушнее Таниэля и снова опустил голову. Какие бы проблемы у него не возникли, одну из главных своих многолетних жизненных тревог он благополучно разрешил, их отношения с Аль пошли на лад, а значит свадьба не за горами. Зная взбалмошный и упрямый характер Алариэль, я предполагал, что Каллару понадобится приложить некоторые усилия, чтобы понравиться своей невесте, но я и представить не мог, что это займет столько сил и времени. Каллар упорно отказывался от чьей-либо помощи в таком деликатном деле, как завоевание избалованной и своенравной принцессы, и не хотел давить на Алариэль через ее отца. Будь я на его месте, то  не стал бы тратить столько лет на бесполезные томления, а дождался бы пока она вступит в возраст невесты, и не откладывая сыграл свадьбу, а потом бы просто и доступно объяснил ей, кто такой муж и как его надо любить. Но Каллар не такой, он будет десять лет вздыхать, страдать, молчать и ходить вокруг, да около. Одним словом – эльф. Слава Огню, у меня таких проблем нет, и не было. Я вспомнил свой медовый месяц с Салиной, и по спине прокатилась теплая волна, как будто вчера все было, хотя мы уже много лет вместе. Как же я соскучился по сыновьям и жене! Как некстати объявлена эта война! Рвануть бы домой хоть на декаду, мы бы с Салиной… хм… не зажгли бы,  она вот-вот родит третьего ребенка, так что ей теперь не до мужа. Ну, хотя бы просто побыл с ней рядом, а если бы повезло, то первым взял на руки своего третьего сына.

Cлева от нас расположилась группа вампиров. Ничего себе! Они привезли Фалиса Ронана, как он до сих пор на части не развалился от старости, тощий стал, словно его голодом морят! Старый Ронан что-то вещал громоподобным шепотом на триесте почтительно внимавшим ему двум вампирам. Глядя на старого Ронана, я думал  о том, что Вессу совсем скоро придется возглавить клан. Старик сильно сдал за последний год, сыновей у него нет, поэтому титул главы клана и место в Совете Негоциантов перейдет Вессу, самому старшему внуку. Доктору придется оставить практику в третьем мире и заняться ненавистной ему политикой. Отличный лекарь превратится в осторожного и нерешительного политика.

За делегацией вампиров сидели оборотни, судя по цветам перьев и украшениям в волосах, представители кланов Боска, Шанта и Сурда, кто-то из молодых и только что прибывших, вон как раздуваются от важности. Нарядились словно на праздник Перворода, перьев в волосы навтыкали, оберегами обвесились, сразу видно, что еще не обвыклись в третьем мире. За молодняком сидели Краст, Сарм и Бага, с которыми я поддерживал некое подобие дружбы, насколько Дракон может быть дружен с оборотнями. Группа оборотней возвышалась над всеми остальными участниками крепостной стеной, недомерков среди них не было[17]. Избыток роста и физической мощи представителей этой расы компенсировался флегматичным нравом, неторопливостью и непрошибаемым спокойствием. Загорелые лица оборотней были непроницаемы и суровы. Сегодня они были одеты по моде третьего мира, в костюмы и рубашки, которые смотрелись на них настолько неуместно, что больше походили на карнавальные костюмы. В третьем мире оборотни предпочитали селиться на отшибе, в лесах или горах, в местах напоминающих им их мир. Они жили общинами, или домами, как они называли свои поселения, поддерживая привычный уклад жизни. Каждый поселившийся здесь клан имел закрепленную территорию и строго контролировал количество проживающих в доме.  На Советы оборотней приглашали по традиции, они не вмешивались в политику и имели совещательный голос, всегда поддерживая большинство и придерживаясь принципа,  как Совет решит, так и ладно. В третьем мире в полнолуние оборотни перевоплощались в своих клановых животных, после чего изредка в человеческой прессе прокатывалась волна истеричных статей о том, что в лесу видели огромного волка, снежного человека, лешего, медведя-людоеда или еще кого похуже. Оборотни никого не трогали, тем более, не ели, и старались обходить людей стороной, но иногда,  все же, попадались им на глаза. Каждый раз после подобных инцидентов, Наместник вызывал к себе главу провинившегося клана и отчитывал, как маленького, а тот стоял, потупив глаза, тряс гривой и обещал сердитому магу, едва доходящему ему до груди, что больше такого не повторится.

В зал вошел Наместник в сопровождении одного из секретарей и уселся на свое место. По комнате прокатился звонкий удар в гонг, воцарилась тишина, все головы повернулись в сторону старого мага.

- Приветствую вас! Мы собрались сегодня, чтобы обсудить вызов, брошенный нам отщепенцами пятого мира. Кэррам Каллар, прошу. – Наместник движением руки передал слово Каллару.

Принц темных поднялся со своего места и обстоятельно поведал на всеобщем о том, что произошло в вечер нападения Коула. Присутствующие стали перешептываться и недоуменно переглядываться, но дослушали сообщение Каллара до конца. Впрочем, рассказ не занял у него много времени.

- Ты узнал этого отщепенца, Каллар? – спросил Велерон.

- Это был Коул, – глухо сказал  Каллар.

- Он выжил?! – не сдержавшись, воскликнул Таниэль. На его лице промелькнуло странное выражение, на долю мгновения мне показалось, что эта новость его обрадовала.

- Выжил, потому что один из клана Тули поленился проверить сдох он или нет! – вдруг прошипел Тареар и с откровенной неприязнью посмотрел на нас. Отец побагровел, а я задохнулся от подобной наглости и непроизвольно сжал кулаки.

- Клан Тули с лихвой отплатил за это смертью моего сына! – с едва сдерживаемой яростью просипел отец, его лицо потемнело, а глаза метали молнии.

- Бессмысленная жертва! Твой сын мертв, а Коул жив, – скривив губы, отозвался Тареар и отвел взгляд, давая понять, что беседовать дальше на эту тему он не намерен. Отец положил сжатые кулаки на стол, а я, на всякий случай, достал из кармана трубку и кисет.

Снова прозвучал гонг, призывая собрание к порядку. Наместник поднял руку – Предлагаю оставить личные споры и перейти к обсуждению вызова. Как мы будем действовать в данной ситуации?

- Мы не видим военных действий со стороны отщепенцев, – осторожно произнес Велерон -  поэтому планирование каких-либо операций на данном этапе не имеет смысла.

- У Каллара и Коула есть причины для взаимной ненависти, может Коул объявил войну темным? – кто-то из оборотней, по-моему , Бага.

- Мы не можем воевать в третьем мире, это привлечет к нам ненужное внимание людей, – произнес Таниэль. Наместник кивнул – Мы должны любыми способами избежать военных столкновений здесь, – эльф ткнул пальцем в пол, пока все происходило так, как я предполагал, воевать старцы не собирались, да и вообще, по-моему, не восприняли вызов с должной серьезностью.

- Предлагаю организовать десант в пятый мир и произвести массовую зачистку, – сказал Тареар.

- Это невозможно, – устало произнес Наместник – вчера мне сообщили, что все наши порталы в пятый мир заблокированы, время от времени работают только реверсные порталы.

За столом воцарилась гробовая тишина, все непонимающе уставились на Наместника.

- Это как же понимать?– тревожно спросил  Краст - Они  могут вывалиться в любом из миров и атаковать нас? Мой клан немедля отправляется домой, чтобы защитить наши семьи. - Оборотни зашумели, а некоторые помоложе даже вскочили со своих мест, словно намереваясь прямо из зала переместиться в свой мир и биться с отщепенцами за свои дома.

- Маги всех миров оповещены об этом, и Конвент предпринял адекватные меры, дабы отщепенцы не проникли в наши миры. – Наместник строго посмотрел на Краста, требуя призвать к порядку молодежь, тот рыкнул что-то неразборчивое, но грозное, молодняк сконфуженно расселся по местам. - Какие еще будут соображения по вопросу наличия отщепенцев в третьем мире?

- Нам не было предъявлено никаких доказательств, что война объявлена. Мы знаем об этом только со слов Каллара. – Таниэль сделал знак рукой Каллару, чтобы тот его не перебивал – Каллар, я не сомневаюсь, что ты видел Коула и пересказал ваш разговор слово в слово, но таким образом войну не объявляют! Никто из нас до сих пор не видел в этом мире ни одного отщепенца! Наши подозрения о возможной войне основываются на том факте, что Охота не была закончена, Оракул не видит будущего, и на рассказе Каллара, но пока это только подозрения. Кто нам объявляет войну, не Коул же? Где доказательства, что война уже началась?

- Один из клана Тули отравлен неизвестным ядом. Это ли не доказательство?– сухо произнес Каллар, его лицо побледнело от возмущения, подлый Таниэль в завуалированной форме публично обвинял его в паникерстве.

- Это могут быть личные происки Коула. – возразил Таниэль - У него есть личные счеты с тобой, Каллар, и с кланом Тули. Я считаю, что это была провокация, и тебе не стоило поддаваться панике.

Я покосился на отца, он сидел мрачнее тучи, глаза под нахмуренными бровями метали молнии, а ноздри раздувались. Судя по укоризненным взглядам, у участников  Со0вета создалось впечатление, что наш клан и Каллар замыслили решить свои личные проблемы за счет резидентов. Все неодобрительно косились на нас, но пока никто не обвинял нас в этом открыто. Таниэль, со свойственной ему подлостью, подвел всех к этому выводу, преследуя какие-то свои личные цели, а может просто ради собственного удовольствия.

- Я согласен со своим сыном. С кем мы будем воевать, если врагов не видно?  - вопросил Велерон, высокомерно поглядывая на Каллара, который пошел красными пятнами, и опустил голову.

Терпение отца лопнуло, он поднялся со своего места и потребовал у Наместника слова, которое тот ему незамедлительно предоставил. – Отщепенцы изобрели яд, который наши маги не могут расшифровать и понять принцип его действия. От этого яда сходит с ума мой сын, противоядия нет, и мы не знаем, что станется с ним через луну. Где гарантия того, что они не придумали зелье против эльфов или оборотней? То, что мы не видели отщепенцев, не значит, что их нет в этом мире, и они не готовятся к войне!  - Отец обвел грозным взглядом собрание, Велерон спокойно смотрел на него, Тареар сидел, откинувшись на кресле и скрестив руки на груди, презрительно оттопырив нижнюю губу, на лице Таниэля играла легкая улыбка, оборотни перешептывались друг с другом, Каллар нервно крутил в пальцах ручку, а вампиры сидели с каменными лицами.

- Что ты предлагаешь, Брун? – разлепил губы Владыка Тареар.

- Я предлагаю бороться, пока нас не перещелкали по одному! – громыхнул отец.

- Порталы не работают, – ехидно напомнил Повелитель темных - Как ты намерен попасть в пятый мир? Если отщепенцы что-то изобретают, то только в своем мире, но осмелюсь тебе напомнить, что наши десанты не видели никаких лабораторий или чего-то в этом роде. Возможно, твой сын сходит с ума вовсе не от яда, а сам по себе, а то, что он свихнулся после ранения простое совпадение, – упорствовал Тареар. Отец  яростно сжал кулаки, но темный невозмутимо продолжил – Мне кажется, Коул действовал в одиночку, и это так называемое объявление войны следует расценивать, как грубую попытку провокации.

Несколько оборотней согласно закивали, но Краст строго шикнул на них. Не смотря на то, что я был морально готов к подобному развитию событий, мне было неприятно видеть, что наши слова не воспринимают всерьез и,  мало того, подозревают в неподобающей воинам панике. План Ника приходился как нельзя кстати. Клан Тули не намерен мириться с присутствием отщепенцев в третьем мире, сколько бы их тут ни было, не простит убийство одного брата и невменяемое состояние второго, и мы будем драться с ними хотя бы для того, чтобы отомстить.

Отец  с презрением посмотрел на Повелителя темных и продолжил – Тареар, знаешь, что произошло с моим сыном?

- В общих чертах, мне рассказал Каллар. – Тареар важно кивнул головой.

Отец оглядел присутствующих – Я расскажу тем, кто не настолько осведомлен. Коул напал на членов моей семьи в городе и ударил Драка кинжалом в живот. Конечно, рана неприятная, но, к счастью, его успели довезти до больницы, где ему оказали своевременную и квалифицированную помощь, – короткий кивок  в сторону Весса. – После операции мой сын впал в кому, что при такой кровопотере не удивительно и пробыл в бессознательном состоянии около декады, когда же очнулся, выяснилось, что он потерял память. Драк узнал только человеческую девушку, с которой пару раз встречался до ранения, и своего вагара. Он помнит дом и свою комнату,  но не помнит свою семью и  не прилагает никаких усилий, чтобы восстановить память. Я бы даже сказал, что к членам своей семьи он относится с достаточной долей агрессии и раздражения.

- Это, конечно, очень печально, мы все сочувствуем Драку и желаем ему скорейшего выздоровления, но какое отношение имеет его ранение к теме нашего Совета? – невежливо перебил отца Таниэль.

Отец в упор посмотрел на него – Как его состояние относится к теме  Совета? – переспросил он – Доктор Весс и мой шаман уверены, что Драк потерял память и испытывает неприязненные чувства к своей семье из-за яда, которым был обработан клинок. Мне удалось немного разговорить сына, и он признался, что видит еще одного парня, который пытается подчинить его посредством телепатического воздействия, – отец впился взглядом в Тареара, который внимательно рассматривал свои ногти. - Эльфа со светлыми волосами и темными глазами. Тареар, я знавал одного такого эльфа и это был твой сын.

Тареар быстро поднял глаза на отца, в его взгляде вспыхнула ненависть.

– Мой сын погиб на охоте и ты прекрасно об этом знаешь, ты присутствовал на похоронах, – просипел темный.

- Да, я помню, его хоронили в закрытом гробу и буквально на следующий день после охоты. На похороны попали только те, кто находился в тот момент в Талинге, – отец опустился на свой стул, не отводя глаз от Тареара.

Присутствующие безмолвствовали, те, кто не знал ту давнюю историю, непонимающе переглядывались друг с другом, те, кто знал, вопросительно смотрели на Повелителя темных. Похороны действительно были организованы слишком быстро и вопреки эльфийским традициям, с Эстаром толком никто не успел попрощаться, как подобает при погребении наследного принца. Его хоронили в закрытом гробу, объяснив присутствующим, что охотясь в горах, он сорвался с утеса и разбился насмерть, а тело было изуродовано до неузнаваемости. Еще тогда мне показалось это подозрительным, но я не придал этому факту особого значения.

- Тареар, может, ты объяснишь, что происходит? – наконец, вымолвил Велерон – Как объяснить тот факт, что отщепенец травит Дракона ядом, а тот потом видит твоего сына?

- С чего ты вдруг решил, что он видит моего сына? – огрызнулся Тареар, с вызовом смотря на присутствующих.

- Потому что других эльфов с очень светлыми волосами и черными глазами просто нет, – парировал светлый. В силу какой-то генетической особенности в семье Эльмарин в каждом поколении рождался эльф с почти белыми волосами и черными глазами, единственный во всем первом мире.

Тареар побагровел, а Каллар наоборот побледнел и закусил губу.

- Брун, твой сын серьезно болен, у него расстроена психика. Делать подобные выводы только на основании его бреда нелепо! – гневно выкрикнул Тареар – В чем ты меня обвиняешь?

- Мне кажется, что твой сын жив, – наконец сказал отец – а ты что-то скрыл на похоронах.

Все смотрели на Тареара, Каллар сжался на своем стуле, не поднимая глаз. В зале повисла напряженная тишина, внезапно разорванная громким возгласом Тареара - Мой сын погиб на охоте!

Велерон c сомнением пожал плечами – Я не видел его мертвым и, зная твоего сына, мне было бы крайне неприятно узнать, что он жив и находится в пятом мире.

- Что ты хочешь этим сказать? – прохрипел Тареар, теряя последние остатки самообладания.

- Ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать. Ты лучше меня знал своего старшего сына, он был до крайности честолюбив и в средствах достижения своих целей не стеснялся, – спокойно ответил Велерон.

- Он мертв! – процедил Тареар, буравя Велерона взглядом, полным ненависти.

- Мы должны в этом убедиться, – чем больше нервничал Тареар, тем спокойнее становился Велерон.

- Каким образом? – Тареар вцепился в подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев.

- Мы должны вскрыть склеп и осмотреть его гроб. Эстар знал слишком много секретов наших миров, мы должны убедиться, что он действительно мертв, а видения Драка списать на его нездоровую психику. В свете объявления нам войны отщепенцами, я не хотел бы, чтобы среди их числа был твой сын.

Лицо Тареара судорожно подергивалось, он хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на сушу. Немного  отдышавшись, темный злобно процедил - Ты всегда ненавидел Эстара, Велерон, и радовался больше всех, когда он погиб! Мой старший сын противился объединению, потому что знал, что ты рассчитываешь захватить всю власть в свои руки и не хотел, чтобы наш народ превратился в вассалов светлых. А может ты сам подстроил тот несчастный случай на охоте?  – каркнул темный.

Велерон не ответил на прямое оскорбление, Таниэль тоже промолчал. Все остальные сидели в остолбенении, следя за разгорающимся скандалом и за неслыханным поведением Повелителя темных эльфов.

- Лучезарный, вы считаете, что Эстар жив? – спросил Наместник, наблюдая за перепалкой. Велерон кивнул.

- Кто еще так считает? – поднялись руки, где-то половина из присутствующих, включая нас с отцом.

- Предлагаю вскрыть склеп и проверить гроб, – сказал Наместник.

Тареар вскочил со своего места и зарычал – Я не позволю тревожить прах моего сына! Склеп не будет вскрыт!

Он повернулся к Велерону – Эстар всегда говорил мне, что объединение светлых и темных не приведет ни к чему хорошему. И вот мое окончательное решение - объединения не будет! Я отменяю помолвку моего сына с твоей дочерью, она вольна выбрать себе мужа по своему вкусу.

Тареар обвел бешеным взглядом зал – От имени темных официально заявляю, что мы будем участвовать в войне, только если она будет происходить в первом мире и непосредственно угрожать нашим владениям. Нам нет дела до третьего мира, и мы не будем здесь воевать. Все темные покинут этот мир, а те, кто останется, будут действовать на свой страх и риск.

Он оттолкнул ногой стул, который с грохотом упал и проехал несколько ярдов по полу, и, не прощаясь, быстрым шагом покинул зал. Каллар, подскочил и почти бегом последовал за разъяренным родителем, торопливо кивнув в знак прощания.

После ухода темных все некоторое время подавленно молчали, впечатленные безобразной сценой. Наконец, Наместник смущенно откашлялся и произнес – Итак, мы выслушали мнение одного из членов собрания. Кто еще желает высказаться по вопросу возможной агрессии отщепенцев?

Краст поднял руку, прося слова, Наместник коротко кивнул. Оборотень встал, одернул пиджак и начал размеренно излагать решение оборотней по обсуждаемому вопросу – Оборотни-резиденты вернутся домой, чтобы защитить свои семьи. Мы оставим некоторое количество добровольцев в третьем мире, дабы они охраняли наши земли и приняли участие в военных действиях, если таковые начнутся. В случае нехватки боевой силы на этой планете, мы выделим до пятисот наших воинов и нескольких колдунов, если возникнет необходимость в магической поддержке.

Он церемонно поклонился собранию и сел на свое место, представители оборотней согласно закивали, полностью поддерживая Краста.

- Кланы инкаров? – обратился к старейшине Наместник. Старый Ронан махнул Вессу рукой, разрешая говорить от имени вампиров.

-  Мы склонны считать, что имеет место провокация, - обтекаемо начал Весс - инкары останутся в третьем мире, продолжат исследования и научную работу. В случае обнаружения отщепенцев, женщины и дети будут отправлены в Воллару, исследования законсервированы или свернуты. Мужчины останутся здесь и будут защищать лаборатории и клиники. Также мы считаем, что в случае военных действий резидентам понадобятся квалифицированные врачи. – Весс повернулся к отцу - Повелитель Драконов, мы надеемся, что Драконы помогут защитить наши земли в случае нападения во втором мире,  – он поклонился и сел.

Отец встал – Весс Ронан, Драконы гарантируют помощь инкарам во втором мире.

Весс, молча, кивнул и приложил руку к сердцу в знак благодарности и признательности.

Отец продолжил - Драконы остаются в этом мире, мы будем воевать, независимо от того, был ли вызов Коула провокацией или нет. Нам небезразличен этот мир и его обитатели, мы приложим все усилия, чтобы отщепенцев здесь не было!

- Эльфы? – Наместник перевел взгляд на Лучезарного.

-  Светлые эльфы принимают сторону Драконов. Мы дождемся действий отщепенцев и, в соответствии, с ними будем планировать адекватные военные действия. Я отбываю в Фалиальту, чтобы предупредить главнокомандующих, а мои сыновья Таниэль и Гаринар организуют оборону в этом мире, если война действительно начнется, – мелодичный голос Велерона звучал как обычно, спокойно и размеренно.

Наместник удовлетворенно кивнул  и ударил в гонг.

- Да будет так! Резиденты ответят на возможную агрессию. Прошу сообщать мне о ваших планах и действиях противника, если таковые начнутся. Благодарю за присутствие. - Наместник встал, поклонился и вышел из зала.

Как только за ним закрылась дверь, собравшиеся задвигали стульями, поднимаясь и разбиваясь на группки, принялись в полголоса живо обсуждать произошедший скандал, его возможные последствия и возможность грядущей войны.  Велерон и отец отошли, чтобы поговорить с глазу на глаз, а мы с Таниэлем остались на месте. Несмотря на наше давнее знакомство, говорить нам было особо не о чем. Мы никогда не испытывали друг к другу приязни и потому теперь обменивались ничего не значащими фразами, чтобы не молчать.

- Как тебе понравилось поведение Тареара? – осведомился Таниэль.

- Ему не стоило принимать поспешные решения, – осторожно ответил я, отношения между двумя повелителями всегда были сложными, но до такого накала страстей не доходило никогда.

-Да, возможно, – невпопад отозвался Таниэль - Нехорошо как-то получилось с этой помолвкой, но думаю, что сестра только обрадуется, она не очень-то жалует Каллара.

- Да, не хорошо, – ответил я придерживаясь противоположного мнения, Алариэль расстроится, потому что в последнее время она очень даже жаловала Каллара. Демон, что же Каллару так не везет!? Только у них с Аль все наладилось, как его отец сделал совершенно невозможную вещь. Велерон и отец тем временем закончили беседу, и подошли к нам.

- Гелан, мы все вместе отправляемся в поместье. Нам с Лучезарным Эльфом необходимо обсудить некоторые вопросы в спокойной обстановке,   – отец и Велерон направились к выходу. Мы с Таниэлем последовали за ними на некотором расстоянии, покинув зал одними из последних.

Мы мчались домой в лимузине отца, эльфы ехали следом за нами в своем автомобиле. Отец задумчиво смотрел в окно и недовольно хмурился.

- Отец, вчера вы сказали, что ожидаете сюрпризов от Совета. Вы имели в виду что-то подобное? – я задал мучавший меня вопрос, решив, что дома нам поговорить не дадут.

Он с усмешкой посмотрел на меня и отрицательно покачал головой – Нет, я не ожидал ничего подобного. Тареар долго копил свое раздражение к Велерону и вот, наконец, оно вырвалось наружу. Тареар боится потерять власть, а ведь объединение помогло бы решить множество накопившихся проблем между темными и светлыми эльфами. Жаль Каллара, он теперь не сможет жениться на Алариэль. Парень так долго ждал свадьбы и вдруг такое. Я всегда говорил, что ему стоит быть порешительнее в этом вопросе.

Я усмехнулся – Ему все об этом говорили, но у эльфов свои понятия об ухаживаниях.

- Ты заметил что-нибудь необычное во время Совета? – неожиданно спросил отец

- Меня удивила странная реакция Таниэля на сообщение о том, что Коул жив, – припомнил я.

- И в чем заключалась странность? – отец заинтересованно смотрел на меня.

- Мне показалось, что это известие его обрадовало, – признался я.

Отец удивленно округлил глаза - Обрадовало? Действительно очень странно.

- Не знаю насколько я прав, но выражение его лица привлекло мое внимание. - Отец глубоко задумался.

- Отец, у вас есть какой-нибудь план относительно отщепенцев? – в свете решения принятого на Совете, наш план военной кампании приобретал реальные очертания, и скрывать далее его от отца не имело смысла.

- Ждать их следующий шаг, – он проницательно посмотрел мне в лицо – У тебя другие соображения по этому поводу?

- Я хотел бы встретиться с вами позже, мне надо немного времени, чтобы все обдумать, – на самом деле, я хотел обсудить с парнями все детали, чтобы представить отцу более-менее внятный план.

Отец кивнул – Жду тебя в кабинете после того, как Велерон уедет.

Приехав домой, мы обнаружили всех, включая Драка и Анну, в большой гостиной. Девушки весело болтали, Драк стоял у окна, повернувшись спиной к присутствующим. При нашем появлении все встали и поклонились, а Алариэль бросилась на шею отцу. Велерон нежно обнял ее и что-то сказал на ухо, Аль кивнула и отошла от него. Разрешив нам сесть, повелители отправились в кабинет отца.

Таниэль  подсел к девчонкам и тут же принялся задираться с Эсмириль. Их взаимная неприязнь и стиль общения  был знаменит в королевских дворах нескольких миров. Все знали, что стоит им оказаться в одной комнате, как тут же из обоих начинает сочиться яд, а с языков срываться колючки. Однако при всей их взаимной нелюбви друг к другу, до прямых оскорблений все же никогда не доходило, они ловко балансировали на грани приличий, с переменным успехом оттачивая, друг на друге, красноречие и остроумие.

- Эсмириль, в твоем воспитании всегда были некоторые пробелы, но сегодня ты невежлива как никогда! – Таниэль картинно закатил глаза, поражаясь невоспитанности моей сестры – Могла бы без напоминаний представить меня своей очаровательной подруге.

- Представляю, - фыркнула Эсмириль, еще разминаясь перед настоящей битвой, ей всегда требовалось немного времени, чтобы разогреться и начать достойно отвечать Таниэлю – Это моя очаровательная подруга Анна. Анна, этот безупречно воспитанный эльф его эльфийское высочество Таниэль кэррам Ильнуэр Саэлиэль, старший брат Алариэль.

Таниэль взял руку Анны и поднес к губам – Весьма рад знакомству. Я вами очарован. – Таниэль корчил из себя покорителя женских сердец, стараясь произвести впечатление на новую знакомую, не заметив или приняв за особо тонкую издевку тот факт, что Эсмириль говорит на не на всеобщем. Таниэль хорошо знал местный язык и не преминул продемонстрировать свои знания Эсмириль.

Анна отняла руку и вежливо улыбнулась – Я тоже рада с вами познакомиться.

Я на всякий случай встал между Драком и эльфом, у Таниэля будет несколько секунд, чтобы сбежать, если Драк решит свернуть ему шею. Не то, чтобы мне было жаль Таниэля, но допустить межмировой скандал и смертоубийство наследного принца светлых в нашей гостиной мне не позволяло воспитание. Тем временем Таниэль продолжал распускать хвост перед Анной.

- Анна, не припоминаю, чтобы я встречал вас при дворе Драконов.  Я бы обязательно вас заметил. Из какого вы клана? – с томным придыханием произнес бестолковый эльф, не разглядев, что Анна не Дракон.

- Таниэль, Анна – человек, – хохотнула Эс, с наслаждением следя за его потугами сразить Анну наповал.

- Человек? – разочарованно протянул тот и сразу скис, Таниэль по неизвестной причине считал людей чуть разумнее полудиких варваров седьмого мира и почитал ниже своего эльфийского достоинства общение с ними. Интересно было бы узнать, из каких соображений он пришел к подобным выводам, ведь с людьми он практически не сталкивался.

Видя, что Драк начинает нервничать, я поспешил вмешаться.

- Таниэль, Анна – э…невеста Драка, так что прекрати с ней заигрывать, пока он тебе голову не откусил, – шутливо сказал я, продолжая держаться между братом и эльфом.

Драк решил тоже поучаствовать в беседе, подошел к дивану и сел радом с Анной, бесцеремонно потеснив Таниэля. Обняв ее одной рукой, он повернул голову к нему и спросил – Ты эльф?

Я отдал бы пять лет жизни, чтобы еще раз увидеть вытянувшуюся рожу Таниэля.

- Конечно! Драк, ты чего? Ты же меня с детства знаешь, – растерянно моргнул Таниэль и отодвинулся от Драка.

- Я его знаю? – поднял на меня глаза Драк.

- Да, Драк, знаешь. Это Таниэль, брат Алариэль, – сказал я, едва сдерживая рвущийся наружу смех.

Драк окинул Таниэля долгим недобрым взглядом и кивнул – Я запомню.

- Таниэль, тебе же сказали, что Драк потерял память или ты подумал, что он не узнает только нас? – я расслабился, Драк не собирался ни на кого нападать и вел себя вполне пристойно.

Таниэль неопределенно мотнул головой, с испугом посмотрел на Драка и снова отодвинулся. Эсмириль хрюкнула и быстро отошла в другой конец комнаты.

Я приказал подать кофе, и мы мило проводили время, развлекаясь пикировками Эсмириль и Таниэля. Примерно через полтора часа у меня в голове раздался голос Сарра – Драггар Гелан, пожалуйста, сопроводите кэррин Алариэль в кабинет Повелителя Драконов. – Хорошо, – ответил я.

- Аль, нас просят подняться в кабинет – сейчас ей сообщат главную новость дня и, боюсь, она ее не порадует.

Кабинет был наполнен причудливо извивающимися клубами дыма, старые друзья приговорили не одну трубочку под разговор, когда мы вошли Сарр как раз приоткрывал окно, так как дышать в помещении было абсолютно нечем. Велерон поднялся  навстречу дочери.

- Алариэль, девочка моя, тебе пора возвращаться домой! – с нежностью глядя на нее, сказал Велерон.

- Отец, но я не хочу домой! – перепугалась Аль.

- Сегодня на Совете Владыка Тареар избавил тебя от обязательств в отношении своего сына. Ваша помолвка с Калларом расторгнута. – Велерон ожидал бурю восторгов, но реакция Аль на его слова была противоположной. С ее лица сползли все краски, она пошатнулась и прикрыла ладошкой рот – Но это ведь невозможно! Отец, вы всегда говорили, что нашу помолвку разорвать нельзя! – в отчаянии воскликнула она.

- Да, этого было нельзя сделать до тех пор, пока была надежда объединить наши народы, сегодня же Тареар во всеуслышание объявил, что объединения не будет, так что прежние обязательства перестали действовать. – Велерон с тревогой наблюдал за странным с его точки зрения поведением дочери.

Глаза Аль заблестели от подступающих слез, а я подумал  о крутых виражах судьбы.

- Алариэль, мне помнится, что расторжение помолвки с Калларом было твоим заветным желанием. Твоя мечта сбылась! Чем же ты недовольна? – удивленно спросил Велерон, подозрительно глядя на дочь, мы с отцом обменялись быстрыми взглядами.

- Нет, вам показалось, отец, я всем довольна. – Аль нашла в себе силы солгать отцу, но я видел, что она держится из последних сил. – Можно я сяду?

- Конечно! Тебе нехорошо? – с тревогой спросил Велерон.

- Со мной все в порядке, отец, просто я не ожидала услышать такую новость. - Аль обессилено опустилась в кресло. Велерон в замешательстве смотрел на Алариэль, время от времени вопросительно поглядывая на отца, который сохранял невозмутимый вид.

- Тебе больше не надо спешить с датой свадьбы, и ты можешь вернуться домой в любое время. Брун, я считаю, что наказание Эсмириль закончилось. Она хорошо справилась с моим поручением.   Отец   вежливо кивнул и улыбнулся.

- Повелитель Драконов, позвольте мне еще некоторое время погостить в вашем клане! – дрожащим голосом вымолвила Аль, и я невольно восхитился ее выдержкой.

- Конечно, Алариэль, ты можешь оставаться с нами сколь угодно долго, – отец внимательно смотрел на Аль, видимо, Сарр докладывал ему об их прогулках с Калларом, что позволило ему сделать соответствующие выводы о причинах ее расстройства.

- Алариэль, я бы предпочел, чтобы ты вернулась домой, в третьем мире становится небезопасно, – в голосе Велерона проскользнули нотки недовольства.

- Велерон, друг мой, сейчас везде небезопасно. Пусть девочка останется с нами, если хочет. Я уверен, что поместье будет самым безопасным местом в семи мирах, после Шерданна, разумеется.

- Брун, моя дочь проводит больше времени в твоем клане, чем дома, – с оттенком ревности произнес Лучезарный.

- Всегда мечтал, чтобы у меня было много дочерей! – улыбнулся отец.

- Отец, позвольте идти? – Алариэль поднялась на ноги и присела в вежливом поклоне.

- Ступай, дочь.  Я еще некоторое время пробуду в этом мире и надеюсь, ты проведешь со мной несколько дней.

- Да, отец, конечно.– Аль поклонилась и  поспешила покинуть кабинет, едва сдерживая слезы.

- Отец, позвольте мне спуститься вниз, я должен присмотреть за Драком. – быстро произнес я и, получив милостивый кивок, вышел из кабинета.

Я спустился по лестнице и повернул в коридор, ведущий в гостевые покои, Драк может подождать, а Аль, несомненно, нуждается в поддержке и утешении. Дойдя до нужной комнаты, я постучался в дверь, и не получив ответа, осторожно нажал ручку. Аль рыдала, уткнувшись лицом в подушку, я присел рядом и погладил ее по руке, она подняла заплаканное лицо.

- Гелан, что же нам теперь делать? – в ее глазах было такое отчаяние, что я едва удержался от желания обнять ее, прижать к груди и погладить по голове, как обиженного ребенка. Ну не говорить же ей, в самом деле, что она сама виновата!

- Новость неприятная, но не нужно отчаиваться, как знать, может, все еще наладится, и вы поженитесь, – без особой уверенности сказал я, не зная, как ее утешить.

- Я все испортила! Все! Да что же это такое!? – в отчаянии воскликнула она и снова разрыдалась, уткнув лицо в ладони. Я молча гладил ее по голове, думая о том, как Каллар переживает подобный удар судьбы.

– Гелан, я должна с ним увидеться! Ты мне поможешь? – Аль подняла заплаканное лицо.

- Конечно, помогу. Успокойся и вытри слезы, – я вытащил из кармана носовой платок и осторожно промокнул ее мокрые щеки – Мне надо идти и проследить, чтобы Драк не изувечил твоего брата, а завтра утром я обязательно позвоню Каллару и попрошу его приехать.

- Обещаешь? – с надеждой спросила она.

- Слово Дракона! – я пригладил ладонью ее растрепавшиеся волосы – Успокойся и приведи себя в порядок, никто не должен видеть тебя в слезах, принцесса – она обреченно кивнула и всхлипнула.

Пока я утешал Алариэль, к обществу в гостиной присоединились Ник и Гор. Вопреки моим опасениям, Драк вел себя прилично, Таниэль, потеряв всякий интерес к его возлюбленной,  сидел далеко от Анны, а остальное Драка не волновало. Я присел рядом с Гором и Ником, они оба вопросительно посмотрели на меня.

- Совет решил воевать только в случае нападения отщепенцев. Нам надо все рассказать отцу, – тихо сказал я, чтобы не услышал Таниэль.

Они согласно кивнули – Отец будет ждать нас вечером, так что хорошенько продумайте все, что вы хотите ему сказать, второго шанса у нас не будет.

Поздно вечером мы втроем зашли в кабинет отца, он с удивлением посмотрел на нас, не ожидая увидеть такую делегацию.

- Я думал, Гелан, что ты придешь один, – удивленно сказал он.

- Мы теперь команда, поэтому пришли все вместе, – объяснил я.

- У вас есть какой-то план? – отец заинтересованно подался вперед.

- Ник, говори! – подбодрил я своего ученика.

Ник вкратце изложил наш план и соображения по поводу его исполнения, отец внимательно слушал, ни разу не перебив, но и восторга на его лице я не увидел. Он встал из-за стола, прошелся по кабинету и на несколько минут застыл у окна. Мы, молча, ждали его решения.

Отец вернулся за стол, достал трубку и кисет из ящика стола, набил ее и закурил, хмуро поглядывая на нас. Сделав пару затяжек, он поинтересовался - Кто из вас это придумал? – судя по его мрачному виду, наш план ему не понравился.

- Идея была моя,– Ник взял ответственность на себя – и я не вижу в ней ничего плохого.

- А вы? – отец грозно посмотрел на нас с Гором.

- Поначалу идея нас, конечно, ошеломила, но подумав, мы решили, что у нас есть хороший шанс вышвырнуть отщепенцев из этого мира. Детали мы прорабатывали все вместе, – быстро сказал я, демонстрируя ему сверток карт и листов с нашими планами.

Отец в задумчивости откинулся на спинку кресла и сделал еще пару затяжек - Я рад, что не ошибся в тебе, Ник!  – наконец, сказал он, улыбнувшись – Ты будешь добрым Драконом.  Показывайте ваши карты!

Мы расстелили карту на столе отца и все вместе склонились над ней.

Глава 40 Анна

В моральном плане первые несколько часов после припадка Драка стали для меня самыми тяжелыми. Его состояние во время приступа произвело на меня сильнейшее впечатление, внутренним чутьем я сразу поняла, что он умирает, и только мне под силу его спасти.  Осознание ужаса произошедшего  пришло позже, когда все уже закончилось,  мысль о том,  что я могла не успеть, приехать на полчаса позже и увидеть коченеющий труп, обдала меня ледяным холодом. Второе сильное впечатление я получила после того, как нас оставили в комнате одних, Драк немного пришел в себя и обрушил на меня такое количество признаний в любви, что я стала опасаться, не потерял ли он кроме памяти еще и рассудок. К счастью, он настолько ослаб, что на большее его не хватило, через полчаса он затих и, как будто, даже задремал, проверять я не рискнула, просто лежала рядом с ним и в который раз размышляла о том, есть ли выход из тупика, в котором я оказалась. Картинка вырисовывалась безотрадная: с одной стороны мне было безумно жаль Драка и, по-человечески, хотелось хоть как-то ему помочь, потому что медицина в его случае была бессильна. Но маленькая и циничная часть меня упрямо твердила, что по большому счету проблемы Драка – это проблемы его и его семьи. Я в который раз размышляла о том, что несколько раз пыталась покинуть этот дом, но каждый раз возвращалась обратно. Однако стоило мне остаться с Драком наедине, как меня начинали одолевать панические мысли о том, не совершаю ли я чудовищную ошибку, идя на поводу у собственного сострадания? Не буду ли я жалеть о принятом решении, если в один прекрасный день Драк научится обходиться без меня? Не разрушаю ли я свою жизнь собственными руками?

Семья Драка заняла по отношению к нему странную и совершенно непонятную мне позицию невмешательства. Мне даже начинало казаться, что они избегают нашего общества и пытаются как-то оградиться от него и его болезни. Я по привычке судила о них с человеческой точки зрения, забывая, что она могла не соответствовать их, драконьим, представлениям о семье и родственных отношениях. Ведь может статься, что в их традициях решить оставить своего сына и брата на мое попечение и вообще забыть о его существовании? Может у них так принято, как принято не переживать из-за ранений. Пока ничто не опровергало моих выводов. Драку оказывали помощь, но как только ему становилось лучше, то семья тут же растворялась в недрах дома, не показываясь на глаза.  Время от времени, даже мелькала мысль о том, что меня считают сиделкой, на которую за умеренную плату можно свалить все хлопоты по уходу за больным родственником.  Однако спустя несколько часов Эсмириль решительно и недвусмысленно доказала, что понятия о семейных ценностях у людей и Драконов одинаковые. Она, с поистине неистовой силой, обрушила на нас свою заботу, переселила в другую часть дома, приставила ко мне служанку, сделала внушение Драку, поделилась кое-какими вещами и старательно делала вид, что с ее братом ничего особенного не происходит. Ее решительные действия и совместные с Аль уверения в том, что мне будет оказана их помощь и содействие, заставили меня устыдиться. Как мне потом объяснила Эс, на семью болезнь Драка произвела еще большее впечатление, чем на меня, и они просто растерялись, не зная, как ему помочь и как себя вести, чтобы не навредить ему еще больше. В конце концов, я приняла решение остаться с ними и съездить в их мир, о чем в тот же вечер сообщила Бруну.  После того, как я определилась, мне стало легче, и даже странная болезнь Драка не пугала, как раньше.

Еще в начале месяца я наивно полагала, что моя жизнь определена как минимум на год вперед: окончание съемок, отпуск, поездка домой к родителям, следующий контракт. Но высшие силы, которые отвечают за человеческую судьбу, громко и злорадно посмеялись над моей самонадеянностью и внесли свои коррективы. Драк и его семья вломились в мою жизнь с изяществом товарного поезда, разметав планы стаей испуганных птиц, нарушив душевное равновесие и фактически не оставив мне права выбора. Теперь я понятия не имела не только о том, что будет через год, а даже о том, что может случиться завтра. Моя насыщенная и суматошная жизнь актрисы резко замедлилась: в поместье время текло в другом темпе,  оставляя достаточно времени на размышления о своем положении, Драке и о собственном будущем. Не смотря на то, что в поместье у меня не было никаких других дел, кроме как проводить время с Драком, под вечер я падала с ног от усталости. Постоянное напряжение изматывали хуже любой самой тяжелой работы. Драк не отходил от меня ни на шаг, и его поведение живо напомнило мне школьные годы, когда я подрабатывала приходящей няней для ребенка, который требовал моего внимания примерно таким же образом. Правда, было одно отличие, ребенку было четыре года, а Драк, с его не вполне нормальным поведением, все же оставался взрослым мужчиной с определенными желаниями. По ночам я долго не могла уснуть, прислушиваясь к дыханию обнимавшего меня Драка, и вздрагивая от каждого его движения. Я его все еще побаивалась и не могла победить этот страх, прекрасно зная, что он меня не обидит, но продолжая опасаться каждого его жеста.

Эсмириль с завидным упорством  продолжала ежедневное насильственное возвращение больного брата в лоно семьи и проводила в нашем обществе по несколько часов в день. Она пыталась общаться с братом, не обращая внимания на его недовольную физиономию, ворчание и грубые ответы, что-то рассказывала, спрашивала, разговаривала на отвлеченные темы и вела себя так, словно с Драком ничего такого не произошло, а я жила в их доме с рождения. Первые несколько дней этот театр давался Эсмириль не без труда, но со временем она освоилась, нашла подход к Драку, а он привык к ее присутствию и даже испытывал некое подобие симпатии. Эс прочитала мне краткую этнографическую лекцию, в общих чертах просветив о мире, куда мне предстояло попасть. Она говорила о своей родине с таким восторгом и неподдельной гордостью, что с каждым ее рассказом, мне все больше и больше хотелось отправиться туда поскорее и увидеть все красоты собственными глазами. В первую очередь Эсмириль рассказала о том, что их отец правит Дрэклау, страной  занимающей большую часть огромного и единственного континента второго мира. Гелан, Гор, Драк и остальные братья в количестве девяти Драконов были наследными принцами, драггарами, а сама Эсмириль – наследной принцессой, драггиной. В отличии от консервативных эльфов, Драконы придерживались прогрессивных взглядов в вопросах престолонаследования и, потому Эсмириль тоже имела право наследовать корону после своих двенадцати братьев, что по ее мнению,  приравнивало к нулю ее шансы стать первой Повелительницей Драконов. Посмеиваясь, она откровенно призналась, что эту поправку в закон внес Брун, так как до нее   девочки в их клане никогда не рождались. Эс рассказала историю Ника, как они познакомились, и почему он попал в их семью, и считается приемным  сыном в клане. Драк с интересом прислушивался к ее рассказам, и порой мне даже казалось, что услышанное не является для него таким уж откровением. По всей вероятности, он, все-таки, что-то помнил из своей прошлой жизни, но почему-то не говорил об этом. Я с удовольствием бы  общалась с Эс чаще, но у нее катастрофически не хватало времени: она разрывалась между Аль, которая после Совета впала в депрессию и нуждалась в утешении и поддержке не меньше меня, Ником, братьями и хозяйственными делами. Через несколько дней после памятного разговора и нашим переселением в западное крыло, я заметила, что слуги перестали относиться ко мне, как к инородному элементу в доме, стали приветливо улыбаться и с охотой выполнять мои просьбы. Скорей всего этой переменой в отношении ко мне я была обязана той же Эсмириль и Бруну. Мика, моя служанка, оказалась приятной в общении девушкой, немного  застенчивой, но милой. Она объяснила мне некоторые особенности уклада жизни поместья и элементарные правила этикета, которые соблюдались семьей. Они не особо отличались от общепринятых, но учитывали королевский статус клана. Оказалось, что кроме меня и Ника в этом доме нет ни одного обитателя третьего мира, как они называли мою родную планету, только Драконы и их слуги-вагары, выходцы из второго мира.

Днем мы подолгу гуляли в большом парке, окружавшем поместье или уходили к морю. Драк толком  ничего не мог мне рассказать о своей семье, и поэтому в основном говорила я, рассказывала ему разные смешные истории из своей жизни, про свою семью и про места, в которых мне довелось побывать. Он внимательно слушал, но никогда не задавал никаких вопросов и не перебивал, иногда мне казалось, что мыслями он находится где-то далеко. Я пыталась выяснить, что же он помнит о своей семье, но Драк угрюмо отмалчивался или старался перевести разговор на другую тему. Ему были неинтересны его родственники и все, что с ними связано, порой мне казалось, что мои вопросы ему неприятны. Когда я уставала от своего монолога, то замолкала, и мы молчали по нескольку часов к ряду, глядя на море или облака. Драк о чем-то напряженно размышлял, иногда его лицо выражало внутреннюю борьбу, иногда морщилось, как от боли, но в основном оставалось замкнутым, угрюмым и каким-то очень взрослым.  С тех пор, как я круглосуточно оставалась с Драком, он стал заметно спокойнее, не подскакивал с места, стоило мне выйти в другую комнату, но все равно предпочитал держать меня в поле зрения, словно у него оставались подозрения, что я от него сбегу.

Постепенно, шаг за шагом, семья привыкала жить с учетом моего присутствия и его болезни, а мы привыкали к ним. Братья и отец старались наладить контакт с Драком, но, к моему огорчению, он относился к ним намного холоднее, чем к сестре, и предпочитал или вовсе избегать общения или сводить его к минимуму.

На следующий день после Совета старцев поместье стало больше напоминать разворошенный муравейник, чем респектабельное жилище королевской семьи. Гелан, Ник, Гор и Брун почти все время проводили в кабинете на втором этаже, обсуждая военные планы. Нас с Драком не особо посвящали в дела семьи, и мы довольствовались только короткими рассказами Эсмириль и тем, что видели собственными глазами. Когда я первый раз увидела, как Гелан, Гор и Ник орут друг на друга на нескольких языках, то решила, что они сейчас передерутся. Потом Эс объяснила мне, что братья всегда так себя ведут, когда чем-то увлекаются, а Ник просто становится Драконом  и перенимает у них дурные привычки. Ник чувствовал себя в доме абсолютно комфортно, словно прожил в клане всю свою жизнь, и если бы я не знала, что Ник - человек, то никогда бы не догадалась, что он попал в клан всего на несколько месяцев раньше меня. Члены семьи воспринимали его как своего,  Брун относился к нему, как к сыну, а Гор и Гелан, как к брату, что не мешало им нещадно гонять его на тренировках и заставлять зубрить историю, географию и язык.

Через несколько дней мне позвонил мой агент и сообщил, что с директором агентства связался очень влиятельный человек и попросил дать мне небольшой отпуск. Агент умирал от любопытства и попытался выяснить личность этого влиятельного человека, на что мне пришлось отшучиваться и ссылаться на тайного обожателя.

- Анна, возможно, тебе придется пару раз заскочить на студию, я сделал все, что мог, но кое-что тебе придется доделать. Я тебе сообщу через пару дней, когда тебе надо будет приехать.

- Конечно, Джим, но я собираюсь уезжать, так что будет лучше, если вся работа будет доделана в течение ближайшей недели.

- Окей, Анна, я согласую все детали и перезвоню. - Мы распрощались,  и я повесила трубку.

Наши новые апартаменты нравились мне намного больше прежних. В комнате Драка я чувствовала себя неуютно из-за обилия его личных вещей, брутального интерьера и явной нехватки комнат. В нашей новой обители у меня была отдельная ванная и гардеробная, отчего я почувствовала себя гораздо комфортнее. Правда  спальня у нас была общая, но с этим мне пришлось смириться. В первую ночь я улеглась в постель, а Драк присел рядом и, судя по решительному выражению лица, спать на кушетке он не собирался.

- Драк, ложись спать, тебе надо отдохнуть, – я повернулась на бок, подперла голову рукой и с сочувствием погладила его по руке.

- Мне было очень больно, никогда раньше мне не было так больно, – невпопад ответил он,  настороженно глядя на меня – Можно я просто полежу с тобой?

Ну что мне с ним делать? Я подвинулась, и он прилег рядом, стараясь прижаться ко мне покрепче, я повернулась к нему спиной, он обнял меня и поцеловал в затылок. Два припадка в один день вымотали его, и через некоторое время по его дыханию я поняла, что Драк уснул. Я устроилась поудобней и вспомнила события прошедшего дня, наш кросс с Геланом рано утром, съемку, недовольного Билла, который выбивался из графика и получил нагоняй от продюсера, наш скоростной обед с Солом и ледяное пренебрежение Данте, впрочем, слишком наигранное, чтобы быть настоящим, возвращение в поместье и припадок Драка. Незаметно для себя я уснула. Под утро я проснулась от того, что мой правый бок занемел, я не меняла позу несколько часов и отлежала все что можно. Драк спал, разметавшись на кровати. Я аккуратно повернулась на другой бок и посмотрела на него. Лунный свет, льющийся в незанавешенное окно, освещал серебристым светом его спокойное и умиротворенное лицо. Я осторожно сняла с себя его руку, села, скрестив ноги, разглядывая лежащего передо мной мужчину, и невольно залюбовалась им. Смуглокожий, длинноволосый красавец с отличной фигурой и мужественным лицом, не мужчина, а ожившая мечта любой девушки. Недаром ведь Билл предлагал ему сниматься в кино  и так расстроился, когда Драк отказался. Я немного поразмышляла над тем, что могло вызвать его бешеную страсть ко мне, но так и не нашла ответа. С самого начала нашего знакомства между нами возникла взаимная заинтересованность, но до подобного вулкана страстей было далеко.  Я не дурнушка, но и красавицей меня не назвать, если сравнить с Алариэль, так просто гадкий утенок, но он любит только меня, и, судя по всему, моя внешность не играет для него никакого значения, ему как воздух необходимо просто мое присутствие. Смогу ли я быть с этим парнем все время, возможно, всю свою жизнь? Смогу ли я сделать это для него?  Нужно ли это мне? Я рассеяно смотрела на крепко спавшего Драка и понимала, что от меня уже ничего не зависит. Очередной перекресток моей судьбы, где человек имеет право выбора, остался позади в тот момент, когда я согласилась остаться с ним, путь определен и мне предстоит двигаться по нему до следующего перекрестка. Все странные события последних месяцев складывались, как кусочки детской картинки, и мне начинало казаться, что все они вели меня к встрече с Драконами.

Первая странность произошла больше года назад, когда меня пригласили сниматься в фильм про вампиров. Билл долго выбирал актрису на эту роль и, в конце концов, выбрал меня. Сказать, что я удивилась - не сказать ничего, предложенная роль  не вписывалась в мое амплуа, но у режиссера было свое видение. Я так и не смогла понять, почему эту роль предложили мне, мой агент тоже ничего не понял, но вцепился в эту возможность руками и ногами, посоветовав не забивать голову всякой абстрактной ерундой, а подумать над тем, как получше сыграть предложенную роль. Первый фильм имел оглушительный успех, и я обрела известность, предложение на участие в съемках второго фильма, а также сомнительное счастье каждый день лицезреть Данте. Отношения с ним у нас не заладились с самого начала, а после моего пинка по нежным частям его тела, Данте сразу наябедничал на меня мамочке, и она с присущей ей целеустремленностью принялась создавать мне проблемы. Джим обмолвился, что синьора Беатриче как-то не по-хорошему заинтересовалась моей персоной и, вероятно, имеет что-то против меня. После предупреждения агента, мое негативное отношение к дорогому коллеге только усилилось, с детства терпеть не могу трусов и ябед. Мне было неприятно находится с ним в одном помещении, а его вид раздражал до невозможности. Этот фильм станет нашим последним совместным проектом, его мамочка наверняка позаботится о том, чтобы мы никогда больше не работали вместе. Удивительно, но, не смотря на мое предельно ответственное отношение к карьере, мне было плевать, каким образом будет окончена работа над фильмом и что я нарушила обязательства по контракту. Этот проект стал самым успешным и самым трудным для меня, слава Богу, что работа в нем осталась в прошлом.

Вторая странность случилась примерно через полгода съемок, когда Билл неожиданно заявил, что часть фильма будет сниматься в другом городе, дескать, он нашел отличную натуру, которая больше соответствует его представлению о съемочном процессе. Третьей странностью было знакомство с Аль, благодаря которому я познакомилась с Драком и всеми остальными, а четвертой странностью стала моя ссора с Данте. Не случись с нами то, что случилось, моя неприязнь к нему никогда бы не достигла того накала, который позволил мне настолько потерять голову, чтобы ударить его. Наверное, и сам он никогда бы не позволил себе подобной выходки по отношению ко мне.

Я смотрела на спящего Драка и думала о том, что этот парень тоже пытался меня изнасиловать и у него почти получилось, так почему же я не испытываю к нему таких же чувств, как к Данте? Почему я не ушла из этого дома в тот же день, ведь у меня нет никаких обязательств или контрактов? Почему я живу с ним в одной комнате, хотя он все время меня хочет, и я его боюсь? Не знаю, не могу объяснить. Может, я его люблю? Нет, пока еще нет. Он мне нравится? Однозначно да, мало того, он мне понравился едва ли не с первой минуты знакомства. Может Эс права и мне стоит познакомиться еще ближе? Я смущенно улыбнулась и отогнала неуместные мысли. Господи, о чем я думаю! Раз уж все равно не сплю, надо сходить попить водички. Я выскользнула из кровати и на цыпочках прокралась в гостиную. В комнате работал телевизор, видимо Драк вставал после того, как я уснула, и забыл его выключить. Налив себе стакан воды, я свернулась клубком на диване, укрылась пледом, уставилась в экран и незаметно для себя  снова уснула.

Утром, открыв глаза, я первым делом увидела Драка, он сидел рядом с диваном на полу и тоскливо смотрел на меня.

- Привет, – я села, смущенно завернувшись в плед.

- Почему ты ушла? – тусклым голосом спросил он - Ты не хочешь быть со мной в одной постели? Тебе неприятно? – по его глазам я видела, что он готов принять любой мой ответ.

- Драк, ну что ты такое говоришь! – я поспешила его разуверить, уж очень у него было несчастное лицо - Мне ночью не спалось, я встала посмотреть телевизор и уснула.

- Правда? – его лицо было напряженным.

- Правда.

Он с облегчением рассмеялся и пересел на диван – Если я был бы тебе противен, то не пережил бы этого! -  Драк сгреб меня в охапку и зарылся лицом в волосы – Я тебя очень люблю и очень постараюсь, чтобы тебе было со мной хорошо!

- Да, Драк, постарайся, пожалуйста, – согласилась я, с трудом переводя дыхание, объятия Драка, как всегда, были сокрушительными.

- Ты никуда не уйдешь? – он немного ослабил хватку, отстранился и заглянул мне в лицо.

- Нет, я сегодня весь день буду с тобой, – улыбнулась я.

- Доброе утро, хозяйка! – в дверь заглянула Мика – Доброе утро, драггар Драк.

- Доброе утро, Мика. – отозвалась я, Драк нахмурился и промолчал.

- Завтрак будет на столе через две четверти часа, вы спуститесь? – она радостно улыбалась, за несколько дней я успела привязаться к этой девушке, и мне было приятно ее доброе отношение ко мне.

- Мы спустимся, - я откинула плед и положила руки на плечи Драка – Пойдем одеваться, а то твои прожорливые братья слопают все булочки.

Мы рассмеялись, он чмокнул меня в нос, и мы отправились каждый в свою ванную.

Как-то вечером мы вчетвером сидели в большой гостиной, Драк, по своему обыкновению, не принимал участия в нашем разговоре, а просто присутствовал рядом со мной. Эсмириль курила трубку, а Аль промакивала заплаканные глаза бумажной салфеткой и тихонько всхлипывала. После расторжения помолвки с Калларом, она сутки прорыдала в своей комнате, пока Мейге не напоил ее успокоительными каплями, от которых она еще сутки спала, как убитая. Мы с Эсмириль старались, как могли, чтобы ободрить ее, но Аль была безутешна, перемежая истерики с периодами апатии.

- Анна, Мейге разрешил нам съездить в магазин, сегодня и попробуем, – сказала Эс, с жалостью глядя на Аль.

- Я хочу встретиться с Калларом. Вы меня прикроете? – Аль вскинула голову, ее глаза лихорадочно горели.

- Конечно, но в этом нет необходимости, он может приехать сюда, – мягко сказала Эс.

Аль отрицательно покачала головой – Мы можем встретиться с ним в городской квартире?  Эс, ну пожалуйста!

Эс с сомнением посмотрела на нее, а потом обреченно кивнула в знак согласия. – Я возьму ключи.

- Тогда вы меня подвезете до квартиры, а потом пойдете по магазинам, – видимо, идея повидаться с бывшим женихом только сейчас пришла в голову Алариэль, и она была готова бежать в городскую квартиру прямо сейчас. Эсмириль как-то обмолвилась, что если Аль что-то вобьет себе в голову, то отговорить ее от выполнения задуманного практически невозможно и привела в пример историю с Данте. Я призналась, что еще в Лондоне поразилась настойчивости нашей красавицы и ее таранному упорству.

- Аль, с Драком мы не сможем долго ходить по магазинам, – мягко возразила Эс и кивнула в сторону Драка, который чуть повернул голову в ее сторону, прислушиваясь к разговору, – это наш первый поход и мы не знаем, как он будет себя вести.

- Я все понимаю, Эс, но мне надо встретиться с Калларом. Мне кажется, что его отец запретил ему встречаться со мной, – на глаза Аль снова навернулись слезы, а лицо стало до того несчастным, что отказать ей в помощи мог только человек с каменным сердцем.

- А что твой отец? – спросила Эсмириль, с жалостью глядя на подругу.

- Мой отец думает, что я все еще ненавижу Каллара. - Аль свернулась в комочек, опустила лицо на руки и снова разрыдалась. Мы с Эс переглянулись и на два голоса принялись ее утешать.

Через несколько часов мы были готовы к нашему первому выходу в город.

- Драк, ты готов ехать с нами по магазинам? – спросила Эс, устраиваясь за рулем, Драк кивнул. Бледная и заплаканная Аль пристегивалась ремнем на пассажирском сиденье рядом с Эс, а мы расположились сзади. Драк обнял меня одной рукой, прижав к себе. По дороге девочки переговаривались друг с другом на незнакомом мне языке, а мы с Драком молчали. За окном приветливо зеленели холмы, и иногда поблескивала яркая полоска далекого моря. Мерный гул двигателя, мягкое покачивание автомобиля, тихий разговор Эс и Аль, тепло от тела Драка нагоняли сон и я задремала.

Минут через сорок мы въехали в город, а еще через двадцать припарковались у одного из роскошных кондоминиумов в самом центре. Швейцар предупредительно распахнул пассажирскую дверь, Аль коротко попрощалась, вышла из машины и быстро вошла в подъезд, Эсмириль отъехала на несколько метров от входа и снова остановилась, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю.

- Чего мы ждем? – спросила я через несколько минут ожидания.

- Когда подъедет Каллар. – отозвалась Эсмириль и посмотрела на меня в зеркало заднего вида – Хочу с ним кое-что обсудить.

Через пять минут около нас с визгом затормозил еще один роскошный автомобиль, из которого выскочил Каллар. Эс вышла из машины и подошла к нему, они обменялись приветствиями и начали что-то обсуждать. Через несколько минут Эс с Калларом вернулись к нашей машине, и он открыл ей водительскую дверь.

- Спасибо, брат! – сказал он ей на прощание на квэнне и поцеловал в щеку, нас с Драком он не заметил.

- Беги, брат! – улыбнулась Эсмириль, села в машину, захлопнула дверь и стала выруливать на проезжую часть.

- Почему он называет тебя братом? – я не первый раз слышала, что Каллар так называет Эсмириль, и мне было ужасно любопытно узнать причину, но не подворачивался удобный случай удовлетворить свое любопытство.

- Мы с ним дали друг другу клятву братьев по оружию, – охотно объяснила Эсмириль - Не так давно Аль его ненавидела и я  помогала Каллару переменить ее мнение о нем, а он пообещал, что если сделает ее несчастной, то позволит мне убить его. Подобные клятвы обычно дают воины, поклявшихся называют братьями по оружию, а сестра по оружию, по моему, звучит глупо. Как ты думаешь? – она вопросительно посмотрела на меня в зеркало.

- Да, наверное, глупо! Сложно-то как у вас все, – называть симпатичную девушку братом, по моему мнению, выглядело не менее глупо, но распространяться об этом я не стала.

- У эльфов всегда все сложно, не то, что у Драконов. Да, Драк? – Эсмириль повысила голос, привлекая внимание брата.

- Что? – он ее не слушал и не понял вопроса.

- Я говорю, что у нас, у Драконов, все намного проще, чем у эльфов! – громко сказала Эсмириль, смотря на него в зеркало.

- Наверное, я не знаю, – с заметным раздражением отозвался он.

- Драк, ты безнадежен! - Эс закатила глаза и шумно выдохнула, Драк озадаченно посмотрел на меня, не понимая причины такой бурной реакции Эсмириль. Через несколько минут мы подъехали к первому магазину.

К моему удивлению, Драк не причинял нам особых хлопот, и мы даже смогли посетить несколько магазинов вместо запланированного одного, благо располагались они на одной улице буквально в нескольких метрах друг от друга. Драк покорно сидел на диванчиках, с мученическим видом глядя на продавщиц, снующих между полками и примерочными кабинками, но не торопил нас и не психовал. Время от времени, я подходила к нему, чтобы он мог ко мне прикоснуться и обнять. Эс настояла на том, что платить за наши покупки  будет она.

- Пока Драк ведет себя хорошо, надо зайти в магазин белья. Тут есть один приличный поблизости, – задумчиво глядя на гору пакетов, сказала Эс – Только не знаю, насколько уместно будет идти туда с Драком.

- Без Драка я еще не скоро смогу ходить по магазинам, а трусы мне нужны каждый день, – возразила я и повернулась в его сторону, он перехватил мой взгляд и улыбнулся.

Я подошла к нему - Драк, мы хотим зайти еще в один магазин. Ты как, справишься?

- Если ты со мной посидишь четверть часа, думаю, что справлюсь, - он притянул меня к себе и усадил рядом, обнимая все время, пока Эсмириль расплачивалась за наши покупки.

В магазине белья, мы полностью погрузились в роскошный мир кружева, шелка и изящной вышивки, позабыв о сомнениях насчет уместности пребывания в этом женском раю Драка. Эс придирчиво оглядывала роскошные комплекты и сыпала шутливыми комментариями на тему сексуальности белья, реакции на него Драка и предположений о том, сколько комплектов мне нужно купить с учетом разрушений, которые причиняет моему исподнему ее ненаглядный братец. Я то и дело прыскала от смеха, фривольные сентенции Эс произносила c убийственной серьезностью, словно говорила о чем-то возвышенном и эфирном. Некоторые ее высказывания вгоняли меня в краску, но было весело. Отобрав подошедшие комплекты и отдав их приветливой продавщице, я вышла из примерочной, рассеяно посмотрела в витрину за спиной Драка, и увидела за окном мужчину, который рассматривал меня сквозь стекло. На улице уже стемнело, незнакомец стоял спиной к свету, лица я не видела, но поняла, что он смотрит именно на меня. Мужчина, заметив мой взгляд, быстро отступил от витрины, на мгновение, попав в круг света от фонаря, и я смогла рассмотреть его поразительно красивое, точеное лицо, с угольно-черными глазами, темными бровями, высокими скулами и светлыми, почти белыми на фоне черной одежды, длинными волосами, гладко зачесанными назад и стянутыми в хвост. Он бросил на меня короткий неприветливый взгляд, отвернулся и мгновенно растворился в толпе. Драк, заметив мое замешательство, встал и, подойдя  ко мне, обнял за талию – Вы закончили? – нетерпеливо спросил он.

- Закончили, сейчас расплатимся и поедем домой. – рассеянно отозвалась я, все еще вглядываясь в витрину.

Расплатившись, и, нагрузив Драка пакетами, мы распрощались с продавцами, и вышли на оживленную улицу.

Эсмириль вела машину, тихо напевая популярный мотив, Драк молчал, прижимая мою руку к своим губам, а я все думала о том человеке с улицы, его лицо показалось мне неуловимо знакомым, и я никак не могла вспомнить, кого же он мне напоминает.

- Давайте где-нибудь перекусим, я голодная как вампир, - предложила Эс – И еще надо позвонить Аль.

Мы остановились у первого попавшегося итальянского ресторанчика, заняли свободный столик и заказали пиццу. Эсмириль попыталась дозвониться до Аль, но та не брала трубку.

- Демон, по-моему, у них там объяснение в самом разгаре, ни Аль, ни Каллар не отвечают. Что делать будем? – разнервничалась Эсмириль.

- Можно подождать еще немного и снова попробовать позвонить, – предложила я. – Возможно, пока мы поедим и доедем до дома, они уже освободятся.

Эс задумчиво водила телефоном по щеке – Можно, конечно, вломиться к ним, но мне бы не хотелось этого делать. Насколько все было бы проще, если бы мы могли остаться в городе, в квартире полно комнат!

- Так, может, останемся? – спросила я.

- Нет, нам лучше вернуться в поместье, иначе Мейге устроит истерику. С него станется примчаться в город, да еще переполошить всю семью. – Эсмириль тяжело вздохнула, приняв непростое решение.

- Драк, мне надо сходить помыть руки. – Драк неохотно убрал руку, и я вышла из-за стола.

Я едва успела пройти несколько шагов, как вдруг кто-то с радостным воплем обрушился мне на спину. Присев от неожиданности, я оглянулась, на меня с восторгом смотрел Сол. В следующее мгновение он улетел в  сторону, а на него сверху навалился Драк с перекошенным от ярости лицом. Мы с Эсмириль кинулись к ним, стараясь оттащить Драка от Сола, и не допустить смертоубийства неповинного человека. Через несколько минут недоразумение прояснилось, под неодобрительные взгляды перепуганного персонала и язвительные комментарии Эсмириль, мы вернулись за стол. Я сидела рядом с Драком, все еще раздувающим ноздри, напротив, рядом с Эсмириль, устроился перепуганный Сол. Он так и не понял, что его манера приветствовать знакомых чуть не стоила ему жизни. Я представила Сола и извинилась перед ним за выходку Драка.

- Ну, ты, парень, даешь! – высказался Сол – Разве можно так на людей кидаться?

Драк отчетливо скрипнул зубами, словно в тисках сжимая мою ладонь.

- Драк, успокойся! – я попыталась выдернуть руку, опасаясь, что он мне ее, в конце концов, раздавит.

- Никогда так больше не делай, Сол. Понятно? – сквозь стиснутые зубы прошипел Драк. Сол кивнул и с опаской посмотрел на него, но удержался от комментариев.

- Как там ребята? – я пыталась увести разговор в безопасное русло.

- Все уже уехали, я ненадолго задержался, у меня тут вроде как девушка, – он хитро подмигнул и одарил нас ослепительной улыбкой. Эти «вроде как девушки» у него были в каждом городе, Сол пользовался большой популярностью у слабого пола, но его романы, в силу его занятости  и бесконечных переездов, никогда не длились долго. Все его девушки были похожи, как близнецы, высокие, фигуристые блондинки с длинными волосами и голубыми глазами, и меня всегда удивляло, как Сол умудрялся запоминать их по именам.

- Билл орал как резаный, когда узнал, что ты не едешь в Лондон, но Джонс быстро привел его в чувство. Он сказал, что очень большие люди просили дать тебе небольшой отпуск и были так убедительны, что он просто не смог отказать, – он глазами показал на Драка, намекая на его принадлежность к очень большим людям. Я проигнорировала его красноречивый намек.

- Данте плевался ядом, говорил, что ты безответственная и все такое. – я представила себе «все такое» в исполнении Данте и мне стало смешно.

- Что, никак не может забыть встречу моей коленки с его яйцами? – Эс хрюкнула и чуть не подавилась куском пиццы.

- Как такое можно забыть! – сладко улыбаясь, протянул Сол- Все-таки первый раз с ним такое, он будет помнить эту встречу, как первый поцелуй.

Мы втроем засмеялись, Драк непонимающе посмотрел на нас и снова уткнулся в тарелку.

- Ты знаешь, по-моему, его мамаша в курсе вашей стычки. Она в ярости, у тебя могут возникнуть проблемы, – сочувственно сказал Сол. – Я случайно услышал, как она лаялась со Джонсом.

- А, плевать мне на нее! Пусть хоть лопнет от злости, – я беззаботно махнула рукой, можно подумать я сама не знала, что она в ярости.

- Говорила я вам, надо было ему голову откусить, – проворчала Эс. Сол непонимающе посмотрел сначала на подругу, потом на меня. Я пожала плечами, мысленно признав, что идея, в общем-то, неплохая.

Сол посидел с нами еще минут пятнадцать, но потом его сотовый телефон начал разрываться от звонков, он быстро с кем-то поговорил, допил газировку, попрощался и убежал. Эс опять попыталась дозвониться до Аль и опять безрезультатно.

- Придется ехать на квартиру. Вы посидите в машине, а я поднимусь наверх – доев пиццу и выпив капуччино, решила Эсмириль.

Мы подъехали к дому, Эс вышла из машины и побежала в подъезд. Драк наклонился ко мне и нежно поцеловал, а потом неожиданно спросил – А этот парень, Сол, он кто?

- Сол мой коллега, мы вместе снимались в фильме, – охотно объяснила я.

- А кто такой Данте? – задал Драк совсем уж неожиданный вопрос, я была на сто процентов уверена, что он пропустил болтовню Сола мимо ушей.

- Тоже мой коллега, между прочим, вы с ним знакомы, - улыбнулась я.

-Да? Я не помню – удивился он.

- Ты не много потерял, – уверила я его.

–Сегодня вокруг было слишком много людей, я устал, – пожаловался Драк.

- Сейчас дождемся Эсмириль и Аль и поедем домой, – успокоила я его, после похода по магазинам и сытного ужина меня тоже клонило в сон.

Наконец, из подъезда вышла Эс. Она плюхнулась на сиденье и смущенно пробормотала, что Аль сегодня останется в городе. Приехав в поместье, мы выслушали пространную лекцию разгневанного Мейге о безответственности, о риске, которому мы подвергаем Драка и себя, и о том, что когда нам давали разрешение на поездку, не предполагалось, что мы будем отсутствовать так долго. Так как его пламенная речь на квэнне, в котором я понимала одно слово из десяти, была адресована Эсмириль и Драку, то и держать ответ перед возмущенным лекарем пришлось Эс. После подробного отчета о самочувствии и поведении Драка, который занял не менее получаса, Мейге милостиво отпустил нас отдыхать, пригрозив, что если в следующий раз мы уедем так надолго, то он вообще запретит нам с Драком покидать поместье. По окончании воспитательной беседы, Эсмириль в трех словах пересказала мне ее содержание и умчалась к Нику. Драк в ответ на тираду лекаря лишь пожал плечами и скептически хмыкнул. Все-таки утомительное это дело – делать покупки, в этот день мы оба так вымотались, что уснули, едва укрывшись одеялом.

На следующий день, часов в одиннадцать утра, Каллар и Алариэль, оба бледные, с припухшими красными глазами, вернулись в поместье. Они вежливо поздоровались и тут же покинули нас: Аль ушла с Эсмириль в свою комнату, а Каллар поднялся к Гелану.  Нам с Драком в очередной раз ничего толком не рассказали, и я в который раз почувствовала себя экзотической рыбкой в аквариуме, которая стоит больших денег, требует ухода, но способна лишь наблюдать за тем, что происходит за стеклянными стенками ее маленького домика. Каждый раз, когда я сталкивалась с подобным отношением, мне становилось обидно до слез, не потому что, меня игнорировали  или обижали, отнюдь, а от четкого понимания, что в этой семье мне никогда не стать своей, той, кому доверяют, той кто живет их жизнью и понимает, что происходит. Не смотря на все усилия Эсмириль, братьев и Бруна я для них оставалась чужой, рыбкой, которой позволено наблюдать за жизнью хозяев, но которой никто не считает нужным что-то объяснять. От этих мыслей мое настроение моментально портилось, а Драк, замечая это, начинал нервничать и принимать мои хмурые взгляды на свой счет. Я поспешила унять свои обиды и утешить себя тем, что живу в этом доме не так много времени и что, возможно, в будущем все изменится.

После нашей короткой вылазки в город мы с Драком прочно обосновались в поместье, в основном, проводя время в обществе друг друга: смотрели телевизор, гуляли, разговаривали. В поместье не было интернета, как объяснил мне Гелан, сеть была слишком прогрессивным изобретением для Бруна, и он пока не позволял подключить дом ко всемирной паутине. Аль через день тайком убегала в город встречаться с Калларом, каждый раз оставаясь на ночь в городской квартире Драконов. На ее счастье, Тули были слишком заняты, чтобы замечать ее частые отлучки, а Эсмириль каждый раз страшно переживала, что с ней что-нибудь случится, но продолжала прикрывать подругу. Чтобы сбросить напряжение Эс подолгу занималась в спортзале, фехтуя в одиночку или с Ником. Мы с Драком время от времени приходили посмотреть на их тренировки, Эсмириль каждый раз предлагала ему позаниматься вместе с ней, но Драк раз за разом отказывался, хоть и наблюдал за тренировками с явным интересом. После Совета поместье стало напоминать генеральскую ставку перед ответственным сражением, вагары сновали по дому, выполняя разнообразные поручения, все время раздавались телефонные трели, парадная дверь в буквальном смысле не закрывалась, а парковочная площадка была забита разнообразными автомобилями. Парни и Брун почти все время проводили в кабинете на втором этаже, к ним постоянно приходили посетители, многие из которых, встретив меня и Драка, кланялись нам и вежливо осведомлялись о его здоровье. Драк кивал головой в ответ и удостаивал их несколькими вежливыми фразами, но как потом оказывалось, понятия не имел, кто они такие. Теперь за обеденный стол садились как минимум двадцать персон, а мы с Драком предпочитали большую часть дня проводить вне дома, потому что его раздражало это нашествие. Запасшись свертками с бутербродами и термосом с кофе, сложенными заботливым Лусом в красивую корзинку, мы уходили к морю и возвращались только к вечеру. Драк стал вести себя намного спокойнее, а я начала привыкать к нашей с ним размеренной жизни и даже получать от нее удовольствие. За ежедневной суетой актерской жизни, бесконечными переездами, съемками, встречами и гостиницами перестаешь замечать пронзительную синеву весеннего неба, щебет птиц, ласковый, теплый дождь, блики света, играющие на морской глади и жалобные крики чаек над волнами. Какими мелкими и неважными выглядят наша суета, стрессы, погоня за популярностью и деньгами перед величием природы. Море, солнце, ветер, облака, они каждую минуту разные, но нет ничего более вечного на земле, чем они. Мы уйдем, а море все также будет накатывать волны на пустынный песчаный пляж, ветер пригибать сухую траву, чайки плакать над волнами, облака лететь по синему небу, а солнце дарить свой свет всем, независимо от популярности или материального положения. Кто вспомнит фильмы, в которых я снималась через десять лет? А через пятьдесят? Зачем я трачу свою жизнь на то, что никому не будет нужно через такой короткий срок? От подобных мыслей у меня начинала кружиться голова, а желудок сжимался, словно я стояла на краю обрыва и смотрела вниз в бездонную пропасть.

Мы с Драком часами сидели на берегу, наблюдая за волнами или разговаривая на отвлеченные темы, обсуждая посетителей поместья и иногда посмеиваясь над ними. Теперь у нас были совместные воспоминания  и впечатления, которые мы могли обсудить, что с удовольствием и делали. Он перестал походить на маленького ребенка, который цепляется за материнскую юбку, немного привык к своему состоянию и смирился с потерей памяти,  хотя иногда проявления болезни сильно раздражали его. Там, у моря, я попросила Драка поучить меня их языку, когда Драконы разговаривали между собой, мне казались знакомыми некоторые слова, но смысл бесед ускользал. Мое актерское образование, хорошая память, а также французский язык, который я учила в школе, помогали мне в учебе. К моему удивлению, язык давался мне легко и уже через короткое время, я могла сказать несколько связных предложений на квэнне. Драк посмеивался над моими корявыми фразами и огрехами в произношении, но я упорно продолжала зубрить слова и прислушиваться к разговорам Драконов, пытаясь уловить смысл сказанного. Мне придется уехать с Драком в Страну Драконов, Дрэклау, и вряд ли мне стоит рассчитывать на то, что коренное население владеет моим родным языком. Уроки квэнне поначалу забавляли Драка, а потом мы втянулись. Когда я выучила достаточно слов, он, время от времени, переходил на свой родной язык, давая мне возможность поупражняться.  Нам никто не препятствовал в наших долгих прогулках, но Мейге бдительно следил за состоянием Драка после того, как мы возвращались домой, и раз в несколько дней требовал от меня подробных отчетов о его поведении вне дома, удовлетворенно кивал, и делал какие-то пометки в большом блокноте. Какая-то часть моего сознания жалобно попискивала, что не стоит расслабляться и привыкать  к спокойствию, но внутренний голос громогласно затыкал доводы рассудка, уверяя, что все идет, как надо, не стоит сопротивляться происходящему и заранее волноваться о будущем. Меня уже почти перестали смущать объятия и поцелуи Драка, но перейти на следующую стадию отношений я была не готова. Мы спали в одной кровати, кушетка нам так и не понадобилась и через неделю Лус ее убрал. Драк честно держал слово и не пытался учинить надо мной насилие, но иногда еле сдерживался, особенно, когда мы оставались с ним наедине. Ночами я часто просыпалась от его жаркого дыхания, он не спал, очень осторожно целуя меня в затылок, шею и плечи.

Вагары уже привыкли к его странному поведению, а члены семьи старались общаться с ним как с нормальным, получалось не очень хорошо потому, что толку от Драка, как от собеседника было не много. Он не помнил, что с ним происходило до болезни, поэтому каждую шутку, связанную с чем-то веселым из его прошлой жизни приходилось объяснять, а заодно рассказывать, как они живут в своем мире. Драка это злило, зато у меня была возможность получше узнать семью, в которой я жила. Постепенно я создавала психологический портрет каждого члена семьи. Брун был центром, основой этой семьи, осью вокруг которой все вращалось. Узнав его поближе, я не уставала искренне восхищаться им, он был властным, но не заносчивым, темпераментным, но не вспыльчивым, его манера держаться отличалась истинно королевским величием, а в его присутствии, ни у кого не возникало даже мысли позволить себе какие-нибудь вольности. Ко мне, Аль и Эсмириль он относился очень тепло, с отеческой лаской и нежностью, впрочем, ни я, ни девочки не посмели бы злоупотребить его добрым отношением. К сыновьям и Нику Брун был строг, но справедлив, а они относились к нему очень уважительно. Мне довелось стать нечаянным свидетелем того, как Брун за что-то отчитывал Гора. Не зная языка, я не могла понять, о чем идет речь, но голос Бруна, спокойный и властный одновременно, даже во мне вызвал чувство вины, искренне раскаяние от несовершенных проступков и недовольства ими Бруна, и жгучее желание спрятаться в шкаф. Гор стоял перед отцом, низко опустив голову, не смея ни возражать, ни оправдываться. Помощник Бруна, Сарр, делал какие-то пометки в блокноте, словно конспектировал речь Повелителя. Отповедь длилась не более пяти минут, после ее окончания, Гор сказал несколько слов, вежливо поклонился и покинул кабинет, судя по его пылающим ушам и поникшим плечам было понятно, что он полностью осознал свою неправоту и искренне раскаялся в содеянном. Даже Драк слушался отца беспрекословно, а мысль о неповиновении даже не приходила ему в голову.

Гелан, впрочем, как и Ник с Гором, был все время занят, он часто уезжал в город по делам и возвращался в поместье за полночь. При своей невероятной загруженности и бесконечных звонках на сотовый телефон, он умудрялся выкраивать время на занятия с Ником и на общение с Драком, который, по началу, ершился и вел себя с братом довольно грубо. Гелан не оставлял попыток наладить с ним контакт и, в конце концов, лед неприязни Драка стал таять, во всяком случае, грубость из их общения исчезла.

Гор был седьмым сыном Бруна, намного младше Гелана, но старше Драка. Он говорил на нескольких языках нашего мира и занимался финансами. Внешне он не был похож ни на Драка, ни на Гелана, а, по словам Эсмириль, походил на их матушку и от нее же унаследовал спокойный для Дракона нрав и интерес к иностранным языкам. Узнав, что я говорю на французском, Гор с удовольствием беседовал со мной на этом языке, когда у него выпадала свободная минутка,  однажды признавшись, что французский ему нравится больше всех языков, которые он знает. Драк относился к Гору менее враждебно, чем к Гелану, но все равно довольно неприветливо. Братьям приходилось прибегать ко всяческим ухищрениям и задействовать все свои дипломатические способности, чтобы убедить Драка в том, что они не замышляют против него или меня заговор, но тот продолжал относиться к ним настороженно, так и не поверив до конца в искренность их намерений. К слову сказать, найти общий язык с Драком лучше и быстрей всех получилось у Эсмириль и, как это не удивительно, у Ника. У них получалось растормошить Драка и даже заставить принимать участие в разговоре.

Однажды за ужином, после бурных дебатов в кабинете, которые были продолжены за столом, Брун оповестил всех нас - Через пять дней мы отправимся в Шерданн. Со мной поедут Эсмириль, Ник, Анна, Драк и Алариэль.

После ужина мы с Драком остались вдвоем в гостиной, мужская часть населения поместья отправилась на второй этаж, а девочки уединились в комнате Аль. В тот вечер Драку нездоровилось, время от времени, у него случались приступы головной боли, которые Мейге списывал на последствия ранения. Некоторые приступы проходили самостоятельно, но иногда  приходилось обращаться за помощью к Мейге, отчего у Драка портилось настроение, так как лекарь в обмен на лечение дотошно выпытывал у него, как именно болела голова, не темнело ли у него в глазах, не тошнило ли, и не упускал возможности лишний раз обследовать пациента, попутно засыпая его  кучей вопросов.  Сегодня приступ прошел без лекарств.

В дом как раз вошла очередная партия посетителей, и мы поспешили покинуть сразу же ставшую тесной гостиную.

- Ты соскучился по дому? – спросила я Драка, усаживаясь в кресло в наших покоях.

- Не знаю. Я не помню дом. Хотелось бы знать, память ко мне вернется или нет? Чувствую себя идиотом. – Драк начал стягивать с себя свитер. Стоило нам попасть в комнату, он всегда первым делом раздевался до пояса, словно одежда ему чем-то мешала. Я в который раз залюбовалась его фигурой и драконом на спине. Он был красивого изумрудно-зеленого цвета с яркими золотистыми глазами и бронзовой обводкой по чешуе, голова лежала на левом плече, немного заходя на шею и на грудь, а тело свивалось по спине, длинный хвост обхватывал правое бедро и плотными кольцами спускался вокруг ноги ниже колена. Я подошла к Драку и провела по дракону рукой, он был теплый и как будто отзывался на мое прикосновение, я чувствовала едва заметное покалывание в кончиках пальцев. Драк повернул голову и смотрел на меня через плечо.

- Ты покажешь, какой ты, когда дракон? – спросила я его, все еще прикасаясь к дракону, мне нравилось чувствовать его живое тепло и любоваться красотой линий.

– Не знаю,  не думаю, что тебе понравится, – нахмурился Драк, любое напоминание о его второй половине вызывало в нем необъяснимое раздражение.

- Почему? – удивилась я.

- Я же превращусь в чудовище! Ты меня и так боишься, а тут… – он сел на диван и опустил голову на скрещенные руки.

- Ну что ты, Драк. Почему в чудовище? Дракон мне очень нравится, он красивый, – мне действительно очень хотелось посмотреть на Драка-Дракона. - А ты летать умеешь?

- Летать? Умею,  - он поднял голову и посмотрел на меня.

- А ты большой, когда дракон? – полюбопытствовала я.

- Очень большой, во много раз больше, чем сейчас, – он смотрел на меня снизу вверх, потом протянул руку и подтянул к себе поближе, уткнувшись головой мне в живот – Пойдем спать, Анна.

- Да, пойдем, – согласилась я.

Мы улеглись в постель,  и я привычно повернулась к нему спиной, чтобы он мог поплотнее прижаться ко мне. Этот ритуал напоминал обязательный прием лекарства, только в роли таблетки выступала я сама. Он крепко прижал меня к себе, привычно поцеловал в затылок и затих, а я еще долго лежала без сна.

Ночь выдалась беспокойная, мне снились неприятные, бессмысленные и совершенно незапоминающиеся сны, я несколько раз просыпалась и тревожно оглядывала комнату, меня не оставляло ощущение присутствия кого-то невидимого, отчего у меня холодели руки и неприятно ныло в животе. В очередной раз проснувшись и убедившись, что в спальне кроме нас никого нет, я долго не могла уснуть, Драк тоже спал беспокойно, я же старалась возиться поменьше, чтобы не разбудить его. Ночь для меня все еще оставалась опасным временем суток. Толком уснуть мне удалось только через несколько часов, и мне снова приснился сон.

Я из последних сил бежала по темному переулку в поисках прохода на освещенную улицу, все время натыкаясь на влажные осклизлые стены, покрытые мерцающим зеленоватыми потеками, освещавшие переулок тусклым мертвенным светом. Тротуар был завален мусором и обломками асфальта, под ноги с противным писком бросались крысы, заставляя меня шарахаться к стенам,  а сзади метались чьи-то тени. Я с трудом переставляла ноги, дыхания не хватало, меня гнал вперед животный ужас перед тем, что было у меня за спиной, перед чем-то невыносимо страшным, на что даже во сне посмотреть боишься, и что упорно меня преследовало по этому тошнотворному лабиринту. Впереди переулок разделялся на несколько ответвлений, я бросилась в левый рукав, но пробежав  десяток метров в выбранном направлении, поняла, что совершила роковую ошибку, рукав заканчивался тупиком, а сзади меня уже нагоняло наводившее ужас нечто. Я судорожно осматривалась вокруг, ища пути спасения, но стена была слишком высока, чтобы перелезть через нее, а выход из проулка был только один, откуда уже лезло, втекало в рукав омерзительное нечто, похожее на кровавый сгусток. От ужаса у меня застыла кровь в жилах, но деваться мне было некуда. Вдруг от стены отделилась чья-то тень, я резко развернулась, пытаясь разглядеть в мутном зеленом свете новую опасность. Незнакомец сделал несколько шагов, вдруг над его головой вспыхнул неведомо откуда взявшийся фонарь, и осветил его лицо и фигуру. Передо мной, издевательски улыбаясь, и крутя в руках нож, стоял Коул собственной зловещей персоной. От ужаса у меня на голове зашевелились волосы, а сердце забилось испуганной птицей, то, что было сзади, оказалось не самым страшным, самое страшное стояло передо мной и играло ножом. Лицо Коула было бледным и каким-то неживым, губы кривились в зловещей усмешке, а глаза полыхали багровым пламенем. Он подошел ко мне вплотную и прошипел – Ты мне мешаешь! Ты должна уйти, иначе умрешь! – он протянул руку и вцепился ледяными пальцами мне в горло. Его рука вдруг стала покрываться трупными пятнами, с лица слезали куски кожи, обнажая желтые кости черепа и только глаза все также полыхали багровым в глазницах.

От удушья я закричала, проснулась и тут же села в кровати, обливаясь холодным потом, с бешено колотящимся сердцем, и держась рукой за горло, все еще чувствуя на шее прикосновения мертвых пальцев Коула. Драк, разбуженный моим воплем, пытался обнять меня, но я отбивалась от него, пока окончательно не пришла в себя. Он крепко прижал меня к себе, мои руки были как лед, а в животе шевелился мерзкий ледяной комок страха.

- Что с тобой, Анна? – Драк крепко обнял, меня словно защищая от ужаса, пережитого в кошмаре.

- Мне приснился кошмар, – трясущимися губами прошептала я и прикоснулась к шее, до сих пор чувствуя холод в том месте, где была ладонь Коула.

- Я с тобой, не бойся, тебе ничего не грозит. Успокойся, ведь это был просто сон, – он поцеловал меня в висок. Тепло его тела согрело меня, я слышала быстрый стук его сердца, прижимаясь к голой груди.

Я подняла к нему лицо и попросила – Поцелуй меня, Драк.

Он посмотрел на меня и нежно поцеловал в губы, потом еще и еще. В этот раз Драк был нежен и терпелив, наверное, таким он и был до ранения. Он сдерживался, как мог, но дракон, все-таки, взял над ним верх, и только тогда я поняла, сколько сил ему стоило подавлять свои желания. Он неразборчиво шептал что-то на квэнне, а мои руки скользили по его телу, чувствуя привычное покалывания в кончиках пальцев и тепло от прикосновений к дракону. Страх ушел, мне было удивительно хорошо с ним. Мы сливались в   одно целое, между нами не было никаких преград и все было именно так, как должно быть. Через мгновения или часы мир вспыхнул фейерверком, мой  вскрик и его протяжный стон прозвучали одновременно. Он замер и опустил голову на мое плечо, я обнимала его за шею, а он прижимал меня к себе, ни мне, ни ему не хотелось двигаться, мы старались продлить эти мгновения абсолютной близости, которые были гораздо глубже и интимнее, чем то, что между нами только что произошло. Я улыбнулась и нежно прижалась губами к его щеке, теперь точно зная, что он мой мужчина, а я его женщина и это наша судьба.

- Ты не представляешь, как я хотел этого! – прошептал он – Ты моя и всегда будешь моей, я тебя никому не отдам. Ты меня теперь не боишься? – он лег рядом и приподнялся на локте, внимательно глядя мне в глаза.

- Нет, Драк,  не боюсь,  – я повернулась на бок, не отводя от него глаз - Это было волшебно!

Он улыбнулся – Не каждая женщина способна выдержать натиск Дракона.

Я засмеялась и кивнула – Наверное, тебе виднее!

Он прижал меня к себе – Я схожу по тебе с ума! До этого я с трудом, но сдерживался, теперь же, вообще не знаю, что будет. Мне кажется, что следующий год мы проведем в постели.

Следующие несколько часов пролетели незаметно, пока я в полном изнеможении не упала на подушку и не уснула. Завтрак давно закончился, и приближалось время обеда, когда я, наконец, открыла глаза. Драк был рядом. Увидев, что я проснулась, он нежно поцеловал меня.

- Доброе утро – я нежно провела рукой по его щеке.

- Драк, надо вставать. - Он прижался ко мне и покрутил головой, его дыхание стало прерывистым. Мы снова занялись любовью, сейчас он напомнил мне того Драка, который прижимал меня к стене и пытался взять силой, его бешеный напор не пугал меня, я просто получала удовольствие точно зная, что он не причинит мне боли, а его мужская сила уносила меня в неведомые дали наслаждения, заставляя забыть обо всем на свете. Наконец, мы оторвались друг от друга. Через некоторое время я встала, надо было принять душ и показаться на глаза членам семьи, не дожидаясь, пока они всем составом примчатся в нашу комнату проверять, все ли у нас в порядке. Меня пошатывало, а тело налилось приятной усталостью, Драк остался в постели, наверняка устав не меньше меня. Я прошла в ванную и посмотрела на себя в зеркало, под глазами лежали тени, щеки раскраснелись, а губы припухли. Опустив взгляд ниже, я с воплем ужаса отскочила от зеркала, на шее багровели пятна, четыре с одной стороны и одно с другой как раз в тех местах, где Коул сдавил мое горло своими мертвыми пальцами. Почти теряя сознание от ужаса, я всхлипнула и осела на пол, прижимая руку к горлу. Дверь резко распахнулась, и в ванную влетел Драк.

- Что с тобой, Анна? – он поднял меня на руки и понес в комнату. Усадив меня на диван, он встал передо мной на колени и заглядывал в лицо. Меня колотило от ледяного озноба, а слова застревали в горле – Анна?! – в его голосе была паника – Анна, что с тобой? Я сделал тебе больно? Скажи, не молчи! – выкрикнул он.

Я поняла, что до сих пор закрываю следы на шее, отвела руку и подняла голову.

-Это я сделал? – в ужасе воскликнул он, рассмотрев следы на моем горле. Я покрутила головой, из глаз потоком хлынули слезы, у меня начиналась истерика, а моя ладонь сама по себе снова прижалась к шее.

Драк вскочил и, едва прикрывшись, кинулся к двери, через мгновение в коридоре раздался его вопль – Мейге! Мейге!

Меньше чем через минуту Мейге стоял передо мной, пытаясь отвести от горла мои руки.

- Драггар Драк, что вы сделали с девушкой? – сердито спросил он на квэнне.

- Ничего, клянусь! – в глазах Драка плескался страх и непонимание.

- Это не он, – прохрипела я, перейдя на их язык  - Дайте мне воды, пожалуйста!

Драк быстро плеснул воды из бутылки, стоящей на столике и протянул мне стакан.

Мейге тяжело поднялся, одарив Драка укоризненным взглядом, вышел из  комнаты и через несколько минут вернулся с маленькой склянкой в руке. Он вынул из моих пальцев стакан, долил воды и, откупорив флакон, тщательно отсчитал нужное количество капель.

- Анна, выпейте, это успокоительное, – он протянул мне стакан, лекарство резко пахло травами, а его вкус горчил, отдавая полынью и немного дымом. Я, стуча зубами о стакан, в два глотка выпила лекарство  - Мне надо увидеть Бруна.  – хрипло сказала я.

- Я здесь, Анна, что случилось? – раздался рядом со мной его спокойный голос. Он присел в кресло, а Драк подал мне плед, чтобы я могла прикрыться.

Я закуталась и пересказала свой сон, показав пятна на своей шее и пожаловавшись, что до сих пор чувствую неприятный холод в этом месте, Брун встал, внимательно осмотрел следы и осторожно прикоснулся к моей шее пальцами. Потом те же манипуляции проделал Мейге.

- Это точно сделал не Драк? – уточнил Брун, он выглядел встревоженным.

Я отрицательно покачала головой – Драк ни при чем.

- Я, право, не знаю, что и сказать! Этот проклятый вампир переходит все границы! – раздраженно воскликнул Брун.

- Вампир? – слабым голосом переспросила я.

- Да, Коул – вампир. Ты не знала? – удивленно глядя на меня, пояснил Брун.

Как сквозь вату я услышала его тревожный крик – Анна! АННА! -  и потеряла сознание.

Я пришла в себя уже в кровати, Драк сидел рядом, сжимая мою ладонь ледяными пальцами, и с беспокойством глядя на меня, когда я открыла глаза, он с облегчением воскликнул – Я думал, что мы тебя потеряли!

- Драггар Драк, не выдумывайте, это простой обморок.– проворчал Мейге  - Анна, как вы себя чувствуете?

- Мне лучше, спасибо, – отозвалась я, меня подташнивало, а голова все еще кружилась.

- Вам лучше полежать некоторое время, – лекарь строго посмотрел на него – Я прикажу подать обед в комнату. И будет лучше, если вы немного поспите… – Мейге поднялся  - Драггар Драк, извольте дать Анне отдых. Я зайду через час.

Драк с раздражением посмотрел на него и, молча, кивнул в знак согласия. Мейге вышел из комнаты.

Через пятнадцать минут Мика и Лус принесли обед, запах еды защекотал ноздри, и я поняла насколько проголодалась. Драк помог мне встать, принес халат из ванной и, придерживая под руку, усадил за стол. Мика захлопотала вокруг меня, раскладывая еду и наливая воду в стакан. Утолив первый голод, я поняла, что обедаю в одиночестве, Драк к еде даже не притронулся.

- Драк, поешь! – прожевав, предложила я.

- Я не голоден, – он отщипывал хлеб и не отводил от меня взгляда - Анна, ты не представляешь, как ты меня напугала!

- Кто этот Коул? Он, правда, вампир? – мне до сих пор было не по себе от произошедшего.

- Я не знаю, мне ничего не сказали. – Драк пожал плечами – Отец наверняка сам тебе все расскажет.

- Коул – это тот парень, который тебя ранил, –произнесла я.

- Да? – удивился он - Откуда ты знаешь?

- Я там была, это случилось на моих глазах. Ведь мы с тобой познакомились еще до твоего ранения, – от не самых приятных воспоминаний у меня пропал аппетит, и я отодвинула от себя тарелку.

- Расскажи мне, как это случилось,  – попросил он.

Я рассказала историю его ранения и добавила - Ты мне как-то сказал, что не имеешь дел с человеческими женщинами, потому что одна из них разбила тебе сердце.

- Я так сказал? – он безразлично пожал плечами, та история тоже не сохранилась в его памяти - Надо было заполучить нож в живот, чтобы понять, кто мне нужен на самом деле.

- Драк, а что если действие отравы закончится, ты снова обретешь память и вспомнишь, что не хочешь быть со мной? – этот вопрос не давал мне покоя.

Он отрицательно покачал головой – Нет, Анна, тут дело не в отраве, она просто активировала то, что  уже было внутри меня, заставила понять, что ты та, которая мне нужна. Ты не сможешь разбить мне сердце, даже если захочешь, как только ты уйдешь, я умру.

Драк ответил на мой вопрос, но сомнения все равно остались, в дверь вежливо постучались. Драк подал знак Лусу и тот распахнул дверь, в комнату вошли Эсмириль, Ник и Гелан.

- Анна, что случилось? – Эсмириль тревожно осматривала меня с ног до головы, бросая подозрительные взгляды на Драка. Брун, по своему обыкновению, никому и ничего не рассказал, и теперь у семьи сложилось впечатление, что Драк учинил надо мной насилие.

Я снова показала следы на шее и рассказала свой сон, все по очереди пощупали отметины. Лус и Мика убрали тарелки, принесли кофе и скромно встали в отдалении, ожидая приказов.

Гелан в задумчивости тер виски, Эсмириль и Ник сыпали вариациями на тему, что следует в первую очередь оторвать Коулу, если тот попадет им в руки, и вопрошали друг друга, как у него получилось проникнуть в мой сон.

- А этот Коул на самом деле вампир? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросила я.

- Да, – кивнул головой Гелан.

- Не могу поверить, что они существуют! – я думала, что встретив живых эльфов и Драконов, больше не столкнусь с мистическими существами, и вот в очередной раз, действительность убедила меня в ограниченности и убогости моих представлений.

- А тебе разве о них не говорили? – удивилась Эсмириль.

- Нет, о вампирах мне никто не говорил, я же все время провожу с Драком, а он многого не помнит. – Драк смущенно поерзал и сказал, что про вампиров он помнит, но я про них его никогда не спрашивала.

Эс криво улыбнулась – Они называют себя инкарами, но по сути, они те, кого вы называете вампирами, я забыла тебе объяснить этот нюанс. Извини.

- А вампиры все такие кровожадные? – боюсь, что рассказа Эсмириль про вампиров я так и не дождусь, а сейчас предоставляется удобный случай хоть немного удовлетворить свое любопытство.

- Нет, в основном они нормальные ребята,  а этот из пятого мира, он отщепенец, да и вообще сам по себе редкий отморозок, – сказал Ник – Кстати, доктор Весс, Ларина и почти весь персонал в клинике тоже вампиры, ну это так, к сведению, чтобы ты не думала, что все вампиры - негодяи.

- Драк лежал в больнице у вампиров? – выдохнула я.

- Ну почему каждый раз такая реакция? – Гелан раздраженно закатил глаза – Стоит человеку услышать слово «вампир» как тут же начинаются истерические вопли! Анна, ты меня удивляешь! Вроде бы, ты девушка подготовленная и не должна удивляться подобным фактам. Вампиры наши соседи по второму миру, от вас или нас они отличаются только физиологией и среди них подонков не больше, чем среди людей. Чем плоха клиника вампиров? Не съели же они Драка, в самом деле, да и Мейге в тот момент здесь не было, а в человеческие больницы нам обращаться нельзя.

-Анна, вампиры не пьют кровь, не спят в гробах и не делают ничего такого, что показывают в ваших фильмах ужасов, – рассмеялась Эс, глядя на меня.

- А почему в больницы нельзя? – потрясенно спросила я.

- На опыты заберут, – внушительно ответил Гелан и закрыл тему про вампиров и больницы - Ладно, этнографические лекции перенесем на более удобное время. Я вот еще что хотел спросить, Анна, вспомни, не происходило ли с тобой в последнее время что-то странное или необычное. Может какие-то  встречи, или звонки или просто казалось, что за тобой следят?

Я задумалась, перебирая в памяти события последних дней, честно сказать, странным было почти все, начиная от знакомства с эльфами и Драконами, и заканчивая вампиром, который приснился мне сегодня ночью и пытался меня задушить.

- Когда мы ездили в магазин я встретила своего коллегу Сола, а кроме этого вроде ничего такого. – и тут я вспомнила человека, который следил за мной через витрину – Было одно происшествие, не знаю, можно ли его назвать странным, но расскажу, а ты уж сам решишь. Мы были в магазине в городе, Эс, помнишь, там, где покупали белье? Так вот, я вышла из примерочной и увидела, что за мной через витрину кто-то наблюдает. Мужчина стоял против света, и я не увидела его лица, потом он понял, что я его заметила, и смылся, но перед тем, как удрать, попал под свет фонаря.

Гелан заинтересованно попросил – Опиши, как он выглядел.

- Высокий, ростом примерно, как Гор, стройный, даже можно сказать худощавый... – начала припоминать я, вспоминая внешность незнакомца, -  Знаете, что мне показалось странным? Когда я увидела его лицо, почему-то сразу подумала, что он эльф.

Гелан удивленно приподнял брови – Почему ты так подумала?

- У него было очень красивое лицо, – у меня в голове бродила какая-то мысль, но я никак не могла ее ухватить – светлые, почти белые, длинные волосы, довольно бледное лицо, темные брови и черные глаза, – и тут меня озарило – Он был похож на Каллара, если бы Каллар был блондином!

Гелан замер, подался вперед, словно собираясь встать, потом откинулся на спинку, но, тут же, вскочил и выбежал из комнаты. Мы вчетвером проводили его удивленными взглядами и недоуменно переглянулись.

- Что такого я сказала? – Эсмириль недоуменно пожала плечами, а Ник нахмурился и задумался. Я взяла чашку с кофе и едва успела сделать несколько глотков, как Эсмириль сказала, что меня ждут в кабинете Бруна. Лус предупредительно распахнул передо мной дверь нашей комнаты. Я быстро поднялась по лестнице и толкнула дверь кабинета.

Присев в кресло и повторив свой рассказ Бруну, я замолчала и с тревогой смотрела, как он меряет шагами кабинет, и о чем-то напряженно размышляет.

- Ты точно рассмотрела этого парня? – Брун остановился и в упор посмотрел на меня – Это очень важно, и если он тот, о ком я думаю, у нас могут возникнуть серьезные неприятности.

- Точно, он похож на Каллара и еще  у меня осталось очень неприятное чувство от его взгляда и вообще от этой встречи. – Брун с досадой стукнул по столу рукой и что-то быстро произнес на квэнне.

- Анна, до отъезда оставайся в поместье, я запрещаю тебе выезжать в город. Убедительно прошу отнестись к моему приказу предельно серьезно, тебе угрожает смертельная опасность. Ты меня поняла? – я кивнула и встала.– Ты нам очень помогла. А теперь ступай, мне надо обсудить кое-что с Геланом с глазу на глаз.

Итак, теперь я в настоящем заточении. Ну что ж, лучше быть в безопасном поместье, чем встретить этого Коула-вампира где-нибудь в темном переулке в городе. После бессонной ночи и утреннего переполоха, мы c Драком улеглись спать, едва стемнело, разумеется, проснулась я с петухами, до завтрака оставалась пара часов, Драк сладко спал, и я решила пробежаться по парку. Я выскользнула из постели, оделась и вышла через стеклянную дверь на лужайку. На улице было прохладно, сад зеленел молодой листвой, воздух был свежим и ароматным, в кронах деревьев чирикали невидимые пичуги. Побегав минут сорок, я решила, что на сегодня достаточно физкультуры и припустила в сторону дома. Вбежав в дверь, я с ужасом увидела, что Драк опять бьется в припадке в руках Мейге и Гелана. Я кинулась к нему и прижала к себе, постепенно он начал успокаиваться.

- Анна, что вы делаете? – Мейге перевел дух и гневно сверкнул на меня глазами– В этот раз, он даже не успел дойти до другой комнаты! Он проснулся, увидел, что вас нет, и его сразу скрутило! Слава Огню, что зашел Лус и сразу позвал меня!

- Но я просто бегала в парке! – растерянно оправдывалась я, прижимая голову Драка к груди - Я и подумать не могла, что с ним может случиться припадок! Меня не было сорок минут!  - Драка колотило в моих руках.

- Мейге, брось, Анна не виновата, кто же мог подумать, что Драку снова станет плохо, – примирительно сказал Гелан – давай положим его на кровать.

Они подняли Драка и уложили его на кровать, а я примостилась рядом. Мейге задумчиво смотрел на нас – Анна, вы знаете, я замечаю, что зависимость драггара Драка от вашего постоянного присутствия усиливается, чем дольше вы будете вместе, тем меньше времени он сможет обходиться без вас. Чем дольше он с вами, тем сильнее будут приступы, когда вас нет, пожалуйста, не забывайте об этом. С другой стороны его психологическое состояние становится более стабильным, когда вы рядом. Анна, умоляю, если хотите бегать, бегайте с ним, прыгать, тоже с ним, что бы вы ни делали, он должен быть с вами, вы меня поняли?

Я кивнула, мне было очень стыдно за то, что по моей вине Драк снова мучился.

- На этом позвольте откланяться. – Мейге слегка поклонился и они с Геланом вышли за дверь.

Лицо Драка все еще подергивалось от боли, зубы постукивали, а на губах снова была кровь.

- Почему ты ушла? – прохрипел он.

- Я рано проснулась и решила побегать в парке, – виновато отозвалась я - Драк, это просто глупо, разве нельзя держать себя в руках?

Он покачал головой - Это не в голове, это здесь,  - он показал себе на живот – стоит мне подумать, что ты ушла, меня тут же скручивает.

Я легла рядом с ним, мы, молча, лежали и смотрели друг другу в глаза.

- Анна, ты меня любишь? – после продолжительного молчания вдруг спросил он.

- Люблю, – не отводя глаз, ответила я и это была правда. Он с облегчением вздохнул, прижал меня к себе и затих.

Глава 41 Старк

Мы втроем уже больше часа сидели за столиком в дальнем конце кафетерия крупного торгового центра  и изнывали от скуки. Вокруг кишел народ, все столики были заняты, а с катка доносились звуки музыки и звонкие детские голоса. Велена, закинув на свободный стул ноги, лениво разглядывала группу парней, сидевшую через несколько столиков от нас, а они с интересом поглядывали на нас. Вернее на Велену. Не на нас же с Трисом им смотреть, в самом деле! Красивая она эта Велена, яркая, заметная, привлекательная, сексуальная. Коул сказал, что она результат удачного эксперимента Доктора по скрещиванию вампира и оборотня, единственная, кто выжил из опытных образцов, и не поймешь кого в ней больше. Питается, как вампир, но умеет перевоплощаться, как оборотень. Парни говорили, что Велена перевоплощалась всего несколько раз за свою жизнь, так как, в отличие от нормальных оборотней, трансформация для нее была невероятно болезненной и долгой, а вторая ипостась получалась маленькой и ни к каким полезным действиям неспособной, в силу некомплекта конечностей, кроме того злой, кусачей и по слухам, вроде, даже ядовитой. Я Велену считал инкарой, а кем считали остальные, мне было плевать. Надо же – результат эксперимента! Интересно, что же Доктор хотел получить? Или просто экспериментировал, получится ли у него  хоть что-нибудь? Что-нибудь и получилось. Велена. Ни оборотень, ни вампир, даже насчет разумности можно поспорить. Коул искренне восхищался Доктором, а я считал   его натуральным психом.  В своих лабораториях он проводит такие эксперименты, что узнай о них наши маги, у них бы волосы дыбом встали! Да у кого угодно встали бы! Доктор проводил опыты с применением химии, магии и еще, демон знает чего, на  живых эльфах, Драконах, вампирах, оборотнях, скрещивал, то, что по определению скрестить нельзя, выводил новые породы боевых и рабочих монстров, изобретал зелья и яды, и много чего еще.  Судя по рассказам ребят для Доктора слово «негуманно» - пустой звук, его интересует та или иная тематика, и он ставит эксперимент. Мнение образцов его не интересует, как, впрочем, и мнение окружающих. Многие из наших его боятся до судорог, видимо опасаются перейти из категории соратников в разряд лабораторных мышей. Самого Доктора мне пока увидеть не довелось, но фактически в данный момент я работал на эту таинственную личность. Доктору потребовались люди с определенными параметрами для каких-то его безумных опытов, и вот мы втроем вышли на охоту. Датчик, который нам выдали перед началом операции, при приближении к компании молодняка, засветился зеленым, что говорило о том, что образцы соответствуют требованиям. Теперь дело за малым, увести их в безлюдное место, обездвижить, привезти в наш дом и сдать на руки лаборантам, которые заберут их в пятый мир. Красотка Велена сегодня, а впрочем, как и всегда, приманка для молодых идиотов. Для подобных заданий она с ее рыжими  волосами, темными глазами, яркими губами, лицом сердечком, хрупкой фигуркой, обтянутой кожаной курткой и узкими кожаными брюками, длинными ногами в сапогах на высоченных шпильках, подходила как нельзя лучше, являя собой ожившую  мечту озабоченного молодняка. Тем более, когда она вот так многозначительно на них смотрит, и многообещающе улыбается, этот самый молодняк готов идти за ней на край света, истекая слюной и поскуливая от нетерпения. Нам с Трисом, молодым оборотнем-отщепенцем, остается только сидеть и спокойно ждать. Трис  в сотый раз обегает скучающим взором  публику, но чаще всего его взгляд мечтательно задерживается на упругой груди Велены, вызывающе выпирающей из-под полурастегнутой кожаной куртки. Видимо, в отличие от меня, он считает ее оборотнем, и она ему нравится. Во мне Велена не вызывала никаких желаний, у меня все еще зияла дыра в груди, я все еще не мог убить в себе любовь к Эсмириль. Прошло уже достаточно времени  с того вечера, когда я видел ее в последний раз, чтобы  вспоминания о ней не сгибали меня пополам, но недостаточно для того, чтобы вырвать ее образ из сердца. Коул меня хвалит, говорит, что я держусь молодцом, но кто бы знал, чего мне это стоит! Никто не знает, сколько сил я трачу, чтобы держать себя в руках и вести себя, как нормальный инкар. Я усилием воли отогнал мысли об Эсмириль и уставился на Велену, чтобы отвлечься. В нее влюблена половина наших парней, а она всем морочит голову. Без заигрываний она общается только с Коулом и Эстаром, первого она побаивается, а второй для нее – ожившее божество и идеальный мужчина в одном лице. Велена считается женщиной Эстара, он спит с ней, но, по-моему, спал бы и с любой другой, ему все равно, простая физиология, но Велене ее особый статус помогает безнаказанно дерзить всем вокруг. Меня Эстар поначалу настораживал, даже пугал, теперь же вызывает уважение и восхищение. Он опасен,  хитер, жесток, циничен и расчетлив. Его цели всегда оправдывают средства, и потому он прет к ним напролом, сметая все на своем пути. Эстар всегда точно знает, чего хочет, и как достичь желаемого, у него всегда есть план действий, многие его откровенно боятся, некоторые недолюбливают, но все беспрекословно подчиняются.

- Велена, долго еще? – Трис заскучал, даже груди Велены больше не привлекали его внимания.

- Ты куда-то торопишься? – Велена окинула его жарким взглядом.

- Надоело здесь торчать, – смущенно проворчал Трис и отвел взгляд.

- Тогда займись делом, девочку присмотри посимпатичней, чтобы было чем заняться вечером, пока мозоли на руках не натер, – промурлыкала Велена, маскируя мягкими интонациями грубость сказанного. Трис побагровел, но промолчал, посчитав ниже своего достоинства задираться c нахальной девицей. Возможно, Эстар не стал бы заступаться за свою женщину, дойди дело до открытого конфликта, но никто не хотел проверять это на собственном опыте, а потому вздорная мутантка хамила всем подряд, чувствуя свою безнаказанность. Велена победоносно посмотрела на смутившегося оборотня, грациозно встала и танцующей походкой пошла в сторону киоска с кофе, специально пройдя мимо парней, за которыми мы наблюдали последние полчаса. Наша операция вошла в завершающую стадию. Я невольно залюбовался попкой Велены, ладно обтянутой узкими штанами. Парни проводили ее масляными взглядами и начали переговариваться друг с другом, периодически разражаясь громким хохотом. Мы с Трисом переглянулись, все шло как обычно.

- Сколько нам сегодня нужно? – лениво спросил Трис, обегая взглядом ближайшие столики.

- Двоих, – отозвался я.

- Ты выбрал? – он вопросительно посмотрел на меня.

- Будем брать любых, они все подходят, – я еще раз глянул на приборчик, на котором все еще мигал зеленый огонек и, выключив его, спрятал в карман куртки.

- Думаю, за час мы управимся. – Трис посмотрел на часы - Ты потом куда?

- Домой, устал. А ты?

- Девочку сниму, расслаблюсь, – подмигнул он мне. Мое нежелание снимать девочек стало в доме на Страйте предметом смешных и не очень шуток, а я до сих пор хотел только одну девочку, ту, которая выбрала человека. В груди снова началась уже ставшая привычной болезненная пульсация. Хватит, не думать и не вспоминать, приказал я себе, пытаясь унять боль в груди. Велена возвращалась, мы с Трисом спокойно наблюдали за происходящим. Проходя мимо столика парней, она как будто случайно споткнулась и почти упала на одного из них, сметая со стола тарелки и стаканы с газировкой. Один из парней подхватил ее и попытался усадить себе на колени, но Велена ловко вывернулась из его рук, и что-то сказала. Парни расхохотались, а тот на которого она свалилась, покраснел и огрызнулся на друзей.

Довольная Велена вернулась к нашему столику, села и  снова положила ноги на стул. – Ну, мальчики, почти закончили, – я кивнул, а Трис сделал вид, что рассматривает семейную пару, сидевшую через несколько столиков от нас.

Обиженный Веленой парень и один из его друзей, встали и направились в нашу сторону. Парни попались туповатые, обычно разгневанные жертвы острого языка Велены стояли около нашего стола до того, как ее попка успевала опуститься на стул.

- Эй, детка, в чем дело? – развязано спросил один из них  - У тебя есть проблемы?

- У меня куча проблем. А ты можешь их решить? – Велена откинулась на спинку и нагло оглядела их с ног до головы.

- Могу укоротить твой длинный язык – парень покосился на нас с Трисом, но мы сделали вид, что их разговор нас не касается.

- О! Никогда не знала, что это проблема, – она приоткрыла рот и провела кончиком языка по ярким губам – А может он все-таки не такой длинный?

Мы с Трисом, не вмешиваясь в их разговор, наблюдали за происходящим. Велена каждый раз разыгрывала разные сценарии, но результат был одинаковый. Уши глупого недоросля наливались малиновым цветом.

- Может, милый, мы с тобой спустимся на парковку, и ты его оценишь? – предложила Велена, наслаждаясь замешательством парней.

- Спущусь, детка,– не растерялся парень.

- А дружка куда денешь? – поддела Велена, плотоядно окинув с ног до головы второго парня.

- С собой возьму, – развязано отозвался парень и переглянулся со своим приятелем – или твоего язычка на нас двоих не хватит?

- Хватит, милый, хватит! – Велена лучезарно улыбнулась.

- Вы, парни, сегодня в пролете, – сообщил нам один из них – мы вашу подружку сейчас укатаем.

Трис чуть повернул голову в их сторону, но промолчал, ему было неприятно то, что Велена собиралась делать прежде, чем парни превратятся в образцы.

- Кто еще кого укатает! – чуть слышно пробормотал я на триесте. Мы бы взяли любых, но эти двое сами решили свою участь.

- Эй, парни, мы сейчас вернемся, у нас тут дело образовалось с цыпочкой! – крикнул один из них, повернувшись к своему столику. Их друзья похабно заржали, даже не подозревая, что видят своих приятелей в последний раз.

Сейчас Велена уведет их в паркинг, я отправлюсь следом за ними через пару минут, а после моего ухода Трис подойдет к оставшимся за столиком парням, дунет на них «пыль забвения» и мальчишки забудут нас и последние два часа своей жизни.

Велена встала, покачивая бедрами, подошла к одному из парней и подхватила его под руку – Ну же, милый, пойдем, пока я не передумала.

Я встал, как только Велена и парни скрылись в толпе, и не торопясь направился к эскалатору. Спустившись на стоянку, я обнаружил всю компанию возле нашей развалюхи. Первый парень спускал штаны, второй стоял рядом с пылающими ушами и пялился на расстегивающую куртку Велену, меня они не заметили.

Я остановился в нескольких ярдах за их спинами и приготовил два шипа, один из которых сразу зарядил в трубку, а другой зажал между пальцами.

- О, да ты парень что надо! – мурлыкнула Велена, глядя на вываленный из штанов предмет гордости одного из парней, и присела на корточки. Я дал Велене несколько минут и  поднес трубку ко рту, когда один уже стонал, а второй судорожно дергал ремень на штанах. Они так и не поняли, что с ними произошло, парализатор сработал практически мгновенно, и кулями свалились на грязный пол. Упаковав образцы в багажник, мы сидели в машине и ждали Триса. Велена курила сигарету, наполняя салон автомобиля вонючим дымом.

- Зачем ты каждый раз это делаешь? – спросил я

- Что именно? – она повернула ко мне лицо и вопросительно изогнула тонкую бровь.

- Ну, с парнями. Сама знаешь!  - мне стало  неловко, и я уже пожалел, что спросил ее об этом.

- Мне нравится, они такие беспомощные. Люблю смотреть на них в такие моменты, ну ты понимаешь, – она положила руку мне на колено.

- Меня в такой момент ты не увидишь, можешь не стараться, – ее рука поехала вверх по моей ноге.

- Старк, в чем твоя проблема? У тебя обет воздержания? – с издевкой спросила она, гладя мою ногу.

- Чего это ты озаботилась моими обетами? – ее рука сжала мое бедро.

- Cмотреть на тебя противно, ходишь с кислой рожей, ни к кому не пристаешь, с образцами не забавляешься, за грудь хватаешься каждый пять минут. Боишься что ли?– ее рука добралась до сокровенного, а ладонь немного сжалась.

- Велена, прекрати! Если тебе противно, не смотри,  - я убрал ее руку.

- Что? Заводит? – насмешливо спросила она.

- Нет, не заводит! – резко ответил я, и это была чистая правда, не заметить она не могла. Велена надулась, демонстративно выпустив клуб дыма мне в лицо, и уставилась в окно.

Минут через пять к нам присоединился оборотень - Порядок, можно ехать.

Добравшись до дома и выгрузив нашу добычу из багажника, мы потащили их наверх. Коул, как всегда, сидел в кресле и бренчал на гитаре.  - Молодцы, быстро управились. Этих туда, – он кивнул в сторону ванной – за ними придут через пару часов.

Мы с Трисом потащили парней в ванную, где уже лежало три образца мужского пола и один женского, они были в сознании, но полностью обездвижены, а в их глазах плескался животный ужас. Бросив пленников на пол, мы вышли в коридор, закрыв за собой дверь на ключ.

- Велена, Эстар просил тебя зайти, – услышал я голос Коула, через мгновение Велена выскочила из комнаты. Настроение у нее сейчас самое подходящее, после таких вылазок у нее повышался сексуальный аппетит и если Эстар был занят, то она уходила удовлетворять его на улицу. С нашими парнями она не спала из принципа. Трис ушел к себе, а я сел напротив Коула в кресло и задумался, слушая его ненавязчивое треньканье.

Я вспомнил первую операцию, в которой принимал участие с отщепенцами, охоту на Драконов. Перед выходом Коул предусмотрительно напоил меня успокоительным снадобьем, видимо, переборщив с дозой, отчего я заметно тормозил.

– Сегодня не время их убивать, ты понял, брат? Мне надо передать им сообщение, – сказал Коул перед выходом, я с запозданием кивнул.

До операции мы несколько дней следили за их компанией, отслеживая передвижения и в тот вечер, когда они отправились в клуб, Коул решил передать им вызов. Они очень кстати выбрали ту маленькую улочку, существенно облегчив нам задачу.

Перед операцией я зашел в комнату Коула, тот обрабатывал нож каким-то студенистым, зеленоватым составом, тщательно, но осторожно натирая массой клинок. Под его пальцами масса превращалась в зеленоватую пленку, покрывая лезвие от крестовины до самого кончика.

- Что ты делаешь? – спросил я, понаблюдав за его действиями.

- Готовлю небольшой подарок для клана Тули. – со зловещей улыбкой откликнулся Коул, помахивая ножом, чтобы пленка подсохла.

- А что это?  - гадая, кому этот подарок достанется.

- Это? – он полюбовался на нож и аккуратно спрятал его в ножны -  Это, брат, теоретически убивает в них драконов.

– Это как? – я с уважением покосился на баночку с мазью.

- А вот так, зелье еще сыроватое, все-таки у нас не так много Драконов, чтобы довести его до ума. Надеюсь, вскоре у Доктора появится много образцов. – Коул вытер руки,  взял со стола духовую трубку, достал несколько шипов, аккуратно вложил их специальные карманчики, нашитые на кожаную полоску и уложил снаряжение в карман.

– Эсмириль ты отдашь мне, – сверля его взглядом, заявил я.

- Спокойней, брат. Ты ее получишь, но не сегодня, – криво усмехнулся он, похлопав себя по карманам, проверяя, все ли взял. – Что ты с ней будешь делать, когда она превратиться в дракона? Или ты думаешь, что она отдастся тебе с радостью?

Коул был прав, даже если я заполучу Эсмириль в свое полное распоряжение, то вряд ли она будет сдерживать своего дракона, а уж о драконьей ярости Тули слагали легенды.

- Не думал об этом? – он читал мои мысли – Подумай.

Операция заняла не более четверти часа и произвела на меня тягостное впечатление, усугубленное замедленной реакцией и общей заторможенностью. Нам было приказано перекрыть выход на обе улицы, ни в коем случае не нападать, а просто стоять рядом и следить, чтобы никто из драконье-эльфийской компании не делал лишних движений. Они и не делали, часть из них перепугано жалась, друг к другу, а Эсмириль и ее парень заняли стратегически правильную позицию, готовясь отразить возможную атаку, но пока не нападали. Вскоре к ним присоединился неизвестно за каким демоном оказавшийся в переулке Каллар и Драк, прибежавший со стороны улицы. Все шло по плану.  Коул первым делом обездвижил братца-Дракона, чье обмякшее тело подхватили под руки два крэмма, гибрид оборотня, волколака и какого-то условно разумного животного из пятого мира. Крэммы всегда закрывали лица, снимая черные повязки только во время еды, нижняя часть их морд была полупрозрачной и сквозь тонкую кожу просвечивали кости черепов, а на верхней росли бугристые наросты неприятного синюшного цвета, только глаза и носы получались нормальными. Их разводили в  одной из лабораторий пятого мира для операций, где могла пригодиться их чудовищная сила. В тот вечер я и еще двое оборотней замотали лица, как это делали крэммы, и внешне не отличались от лабораторных тварей Доктора. Не смотря на боевые навыки крэммов, Коул не стал полагаться на их силу и заранее зарядил свою трубку, чтобы наверняка справиться с разъяренным Драконом.

Увидев Эсмириль и ее парня, я с трудом справился с желанием накинуться на него и разорвать на части голыми руками. К счастью, средство Коула уже действовало вовсю и помогло мне достойно выдержать испытание, оставив после накатившего приступа мелкую противную дрожь по всему телу, мгновенно вспотевшую спину и гадкий вкус во рту. Я смотрел только на Эсмириль, на почти мою девушку, отведя от нее взгляд, только когда Коул воткнул нож в живот Драка. После того, как он повис в руках крэммов, я, со злорадством, подумал, что, наконец, нашелся смельчак, который преподаст урок этим заносчивым засранцам Тули. Пусть не думают, что они круче всех. Передав сообщение об объявлении войны, и исполнив свою маленькую месть клану Тули, Коул подал нам знак к отступлению.  В этот вечер Эсмириль мне не досталась,   но я и не рассчитывал получить ее именно сегодня. Я подожду, а потом с лихвой расплачусь с ней за те страдания, которые она мне причинила.

После операции мы с Коулом сидели вдвоем в общей комнате.

- Как скоро средство подействует на Драка? – спросил я, вспоминая налет на тех, кого я недавно считал друзьями.

- В течение семи-восьми дней. Он впадет в кому, а когда очнется, то не будет помнить никого из своей семьи. Если выживет, конечно. Потом его дракон начнет умирать, у него начнутся приступы неконтролируемой ярости и  ненависти к себе подобным. Если нам повезет, он перевоплотится и убьет кого-нибудь из своей семьи, а может даже всех. Подождем, пока зелье подействует, и через несколько декад навестим его.

- Зачем? – недоуменно спросил я.

- Он нам понадобится, – непонятно ответил Коул.

- Для чего?

- Слишком много вопросов! – резко отрезал Коул и дернул несколько струн на гитаре.

Мы замолчали.

- То есть ты не хотел его просто убить? – видя, что Коул успокоился, я снова попытался выведать у него интересующую меня информацию.

- Зачем? – Коул отложил инструмент - У Эстара какие-то планы  в отношении этого парня, а Доктору в любом случае нужны образцы, – от его зловещей ухмылки меня прошиб озноб.

Примерно в то же время Коул начал давать мне какое-то снадобье, сказав, что это поможет мне забыть мою любовь и не наделать глупостей, пока мы находимся в третьем мире. Я безропотно глотал все, что Коул считал нужным принести мне в горсти, или налить в стакан, и дело было даже не в том, что я ему безгранично доверял, просто мне казалось, что хуже уже не будет.

После нападения на Драка всю следующую декаду мы были заняты подготовкой к вторжению. В планы Эстара нас никто не посвящал, но размах подготовки поражал воображение. Научное сумасшествие Доктора, помноженное на непомерное честолюбие и амбиции Эстара воплощалось в чудовищную кампанию по завоеванию третьего мира и избавлению его от резидентов из других миров. Лаборатории пятого мира работали в круглосуточном режиме, разрабатывая оружие и зелья, мы падали с ног от усталости, но были не в состоянии реализовать всех поставленных перед нами задач, нас здесь было мало, слишком мало. Коул требовал больше воинов, но Эстар решительно возражал, пытаясь убедить упертого соратника, что тех бойцов, которые у него есть достаточно для осуществления задуманного. Иногда в запале они так орали друг на друга, что было слышно даже на первом этаже.

Наша группа, закрепившаяся в этом городе, была самой многочисленной, существовала еще одна поменьше где-то на юге, но, сколько там бойцов и чем конкретно они занимались, я не знал, связь с ними поддерживал только Коул. Нам не хватало бойцов, ученых, магов и главное денег. В этом мире ничего нельзя было сделать без денег. Эстар работал как одержимый, требуя того же и от нас, в ход шли любые  способы: ограбления, убийства, шантаж, но средств все равно не хватало, от чего Эстар временами впадал в бешенство и тогда доставалось всем, кто не успел вовремя убраться с пути взбешенного эльфа. Миры никак не отреагировали на наш вызов, пока ничего не происходило, и мне в голову даже стали закрадываться сомнения, что никто не принял нашу угрозу всерьез. Я размышлял об этом несколько вечеров, а потом решил спросить мнения Коула на этот счет.

- Коул, как думаешь, миры поверили, что мы объявили им войну? – спросил я его, подгадав удачный момент.

- Надеюсь, – задумчиво сказал он – а если нет, то нам придется повторить вызов еще раз.

- Зачем нам этот мир? – я так и не смог додуматься до истинной причины пребывания отщепенцев в этом мире, ведь наверняка они прибыли сюда не для истребления резидентов.

- Ты, наверное, думаешь, что мы пришли сюда воевать с резидентами? – насмешливо спросил он, я утвердительно кивнул.

- Нет, брат. – Коул удовлетворенно улыбнулся – У нас грандиозные планы, но слишком мало бойцов для их реализации. Мы пришли в этот мир за боевой силой и очень скоро нас будет несколько миллиардов, вместо нескольких миллионов. Вот тогда-то мы и начнем завоевывать остальные миры. А резидентов мы оставим на закуску, – мечтательно глядя в грязный потолок, объяснил Коул.

-То есть, ты хочешь сказать, что жители этого мира будут воевать за нас? – ошарашено переспросил я.

- Именно! – кивнул он и взял несколько аккордов на гитаре, разговор прекратился, а я задумался над тем, каким образом они собираются заставить людей воевать.

Я работал наравне со всеми, организовывал ограбления, иногда убивал, добывал образцы для Доктора, делал все, что мне говорили. Работа не вызывала во мне никакого протеста, наоборот, помогала отвлекаться, изматывала до такой степени, что от усталости я забывал про дыру в груди. Все чаще, глядя на людей и их поведение, я чувствовал отвращение к ним. С каждой партией отловленных образцов во мне крепла уверенность, что человечество просто ошибка эволюции, расходный материал, который и жалеть не стоит. Хотя надо отдать человечеству должное, изредка попадались образцы, которые пытались сопротивляться. Не в меру ретивых мы отдавали крэммам и больше не видели. В моем представлении мы были богами, которые меняют мироздание на свой лад, а для достижений великих целей можно и пожертвовать одной слаборазвитой цивилизацией.

Дней через десять после ранения Драка Коул вызвал меня к себе.

- Надо проверить как там дела у нашего Дракона, – заявил он.

- Как ты это себе представляешь? Прийти в клинику и спросить у Весса? – ехидно спросил я.

- Зачем у Весса? – он с раздражением посмотрел на меня - У Ларины. По- моему, у вас были дружеские отношения с этой девочкой?

В клинику я, конечно же, не поехал, придумал кое-что получше. Вечером следующего дня я влез в квартиру Ларины и расположился в гостиной, дожидаясь ее возвращения с работы. Я знал, что она всегда забывала закрывать окно на кухне, а подняться на несколько пролетов пожарной лестницы и пройти несколько ярдов по карнизу  для меня не составило никакого труда. Ларина должна была прийти домой часа через два, я поставил чайник и пошарил по шкафам в поисках кофе. Расположившись в стареньком кресле в гостиной с большой чашкой в руке, я осмотрелся, невольно сравнивая жилище Ларины с огромными апартаментами Драконов. Квартира Ларины состояла из двух комнат, крохотной кухоньки и прихожей размером с носовой платок. Большую часть гостиной занимал раскладной диван и дешевая стенка, на полках которой стояли учебники и справочники, небольшой старомодный телевизор, милые девичьему сердцу безделушки и пара дешевых вазочек с искусственными цветами. В доме Эсмириль цветы всегда были настоящие, с горечью подумал я и тут же усмехнулся нелепой мысли, сравнивать резиденцию королевской семьи и обитель скромной, молодой инкары, по меньшей мере, глупо. Деньги решают все не только в этом поганом мире. Статус любого разумного существа определяется исключительно количеством серебряных кругляшков в кармане, в этом мы не сильно отличаемся от людей. Если ты богат, перед тобой открыты все двери, ты можешь выбрать любой путь, а всем остальным приходится выгрызать успех зубами. Моя собственная квартира в этом мире была не больше Ларининой, только располагалась в другом конце Города, но на оплату аренды уходила чуть-ли не треть моего заработка. На большее нам с ней в ближайшие десять-пятнадцать лет рассчитывать и не приходилось, слишком незначительное было у нас происхождение, да и особыми талантами небеса не наделили.

Ларина приходилась Вессу троюродной племянницей, и он взял ее к себе исключительно из родственных чувств. Ларина не раз взахлеб рассказывала историю о том, как Весс проталкивал ее кандидатуру на комиссии по третьему миру при Конвенте. Тогда я даже испытывал что-то похожее на зависть, ведь не каждому инкару выпадает удача иметь таких влиятельных и заботливых родственников. А сейчас я был уверен в том, что хитромудрый Весс, в первую очередь, заботился о своих собственных интересах: получил преданную сотрудницу,  которая была согласна работать за сущие гроши, показал себя с благородной стороны перед своей многочисленной родней и приобрел верных сторонников в лице семьи Ларины, которые ему ох как пригодятся, когда старый Ронан передаст Вессу свои полномочия. Кроме того, я почти уверен, что пропихнуть Ларину на такую незначительную должность, пусть даже и в третьем мире, не составило для Весса такого уж громадного труда.  Платили Ларине в этом мире не настолько много, чтобы она могла позволить себе шикарные апартаменты, Весс, как и любой инкар, не любил швыряться деньгами, но зато она получала бесценные знания, гарантирующие ей работу в третьем мире после окончания учебы и довольно высокий заработок. Ларина старательно копила деньги, так как обучение в медицинской академии стоило больших денег, и была абсолютно довольна своей судьбой. Я скептически хмыкнул, после испытаний, выпавших на мою долю и перевернувших всю мою жизнь, мне казалось, что подобная участь – удел убогих. Тщательно планировать будущее, копить деньги, грызть гранит науки, возиться в лаборатории до конца жизни, тратить свою жизнь на ерунду, бояться, даже мечтать о большем, да еще чувствовать себя благодарным любому, у кого больше серебра, за то, что тебе дали возможность прожить свои дни достойно. Разве Эстар или тот же Коул не являются живыми доказательствами того, что можно взять от жизни гораздо больше, чем тебе дает скупердяйка-судьба? Что не обязательно иметь высоких покровителей, чтобы чего-то добиться? Что можно подняться с самого дна на самые высокие вершины? Что можно попытаться побороться даже с Драконами за право жить так, как тебе хочется? Что с ними вообще можно бороться.

Пусть пока мы живем в свинарнике в самом гадком районе Города. Пусть резиденты не воспринимают нас всерьез. Пусть часть из нас с натяжкой можно назвать разумными. Мы боремся, мы не ждем подачек от судьбы, плывем против течения и делаем невозможное. Мы – сила, которая пошатнет вековые устои и разрушит привычный порядок вещей. Потому что мы не хотим жить, как жили наши предки. Мы не хотим принимать простое выживание за великое благо. Мы не хотим быть отщепенцами. Коул прав, у всех нас есть свои причины быть в этом мире, пожив в доме на Страйте я услышал их, по меньшей мере, с десяток, но какие бы разные у нас не были мотивы, мы движемся к одной цели. И мы ее достигнем.

Уже стемнело, когда я услышал скрежет ключа в замочной скважине и подобрался. Где-то в глубине сердца всколыхнулась обида на Ларину, за ее безразличие тогда, когда мне так нужна была ее поддержка и элементарное сочувствие. Я усилием воли подавил лишние эмоции, мои личные переживания не должны помешать выполнению задания. Теперь ее  равнодушие не имеет никакого значения. Ларина повозилась в коридоре, вошла в комнату, включила свет, заставив меня на мгновение зажмуриться, и застыла на пороге безмолвной статуей.

- Старк? – выдохнула она.

- Привет, Ларина! – спокойно отозвался я, у меня было предостаточно времени для того, чтобы подготовиться к нашему разговору.

- Куда ты пропал?  - она сделала несколько шагов, подозрительно  присматриваясь ко мне - Мы тебя ищем уже несколько декад!

- Мне нужно было побыть одному. – Ларина смотрела на меня с болезненным любопытством, отчего запрятанная обида всколыхнулась с новой силой.

-  Как ты? Какие новости? – по возможности ровно спросил я, сделав вид, что не заметил ее выражения лица.

- Старк, что с тобой случилось? Ты странно выглядишь, – она присела на стул, не отводя от меня глаз.

- Что ты имеешь в виду? – во мне росло глухое раздражение, которое я с трудом, но сдерживал, в конце концов, я здесь не для того, чтобы говорить с Лариной о моих делах и моей внешности.

- Ты изменился, – наконец сказала она.

- Конечно, я изменился! Любовь инкаров меняет, знаешь ли! – горько сказал я – Особенно несчастная.

Она сочувственно посмотрела на меня - Старк, где ты был все это время?

- Это неважно. В любом случае, к вам я больше не вернусь, – не подумав, ляпнул я и тут же прикусил язык, надеясь, что  она не заметила мое «к вам».

- Зачем ты пришел? – Ларина поджала губы, не придав значения моей оговорке, а я мысленно дал себе зарок больше не допускать подобных промахов.

- Хочу узнать новости. Слышал, твой приятель приболел? – я попробовал скопировать презрительную интонацию Коула и, по-моему, у меня неплохо получилось.

- Какой приятель? – озадаченно спросила Ларина.

- Драк, конечно, или у тебя появился новый друг? – хмыкнул я.

Она опустила голову, разглядывая свои руки - Его ранили.

- Да ты что! Какое несчастье! – лицемерно воскликнул я, стараясь не переиграть – Надеюсь ничего серьезного?

И тут ее прорвало, она рассказала мне даже больше, чем я хотел узнать. О том, что Драка привезли в клинику едва живым, что ему сделали операцию, что он был без сознания, о том, как они все переживали и беспокоились, о том, что Драк потерял память и никого не узнавал. Я слушал и кивал, пока процесс умерщвления дракона шел, как положено, и думал о том, что Коул будет доволен. Я уже посчитал свою миссию выполненной и стал придумывать, как бы мне поскорее убраться восвояси, но Ларина сказала то, чего я никак не ожидал услышать.

- Драк узнал только ее! Он не помнил никого, только эту человеческую девчонку! – в ее голосе прозвучала горечь и что-то похожее на ревность. Или мне показалось?

- Какую девчонку?– ошарашено спросил я. Никаких девчонок в наших планах точно не было.

- Анну! – зло выплюнула имя соперницы Ларина, и ее глаза полыхнули зеленью – Он помнил ее, все время ждал и, как только увидел, вцепился мертвой хваткой и больше не отпускал. Все время только и повторял, что она та, которая ему нужна!

- Ты что ревнуешь? – удивленно спросил я, намереваясь задать совершенно другой вопрос.

- Да! – закричала Ларина – Ревную, ревную, демон тебя побери! Ты бы видел, как он смотрел на нее! На меня никто и никогда так не смотрел и не посмотрит! Она для него  его жизнь, его все! –  из глаз Ларины брызнули злые слезы, она уткнула лицо  в ладони и разрыдалась.

Я несколько минут смотрел на плачущую Ларину, потом встал и принес стакан воды. Она выпила и замолчала, уставившись на пустой стакан, я ждал, пока она успокоится, чтобы продолжить разговор. Ларина заговорила сама, не дожидаясь моих вопросов.

- Весс говорит, что когда ее  нет рядом, у Драка начинаются припадки. Он не отпускает ее от себя ни на минуту и все время с ней. И это Драк Тули! Представляешь? Драк, который менял подружек, едва ли не каждую декаду, и частенько имел не по одной одновременно! Драк, который никого и никогда не любил! Мы все были для него на одно лицо, а человеческих женщин он вообще не замечал. Знаешь, скольким он разбил сердце и поломал жизнь?! Эта девушка – возмездие, она отомстит за нас всех! – голос Ларины сорвался на крик – Я бы отдала все, чтобы оказаться на ее месте и уж постаралась бы сделать так, чтобы он страдал, как все мы страдали по нему!

Я, молча, смотрел, как она плачет, мне было все равно, утешать Ларину бессмысленно, надо просто дать ей выплакаться, но на душе стало гадко. Наконец, она вытерла глаза, высморкалась и смущенно подняла глаза, а я ободряюще улыбнулся ей.

- Как Весс? – спросил я.

- Весс страшно занят, после Совета мы его толком не видим, – уже спокойным голосом сказала Ларина, крутя в руках пустой стакан.

- А что там было на Совете? – поинтересовался я.

- Точно не знаю, вроде был какой-то скандал, но что конкретно  Весс не сказал, – я с раздражением посмотрел на Ларину. Неужели было так сложно спросить? Хотя зачем ей это знать? Судя по всему, Ларину не интересовало ничего на свете, кроме Драка и его новой девушки.

- Что за скандал?

- Темный разорвал помолвку своего сына с Аль, – отмахнулась она.

Вот так новость! Считалось, что помолвку расторгнуть нельзя, но оказывается, нет ничего нерушимого на этом свете. Я вспомнил, как Аль морщила свой хорошенький носик и поджимала пухлые губки при каждом упоминании о Калларе, и едва сдержал улыбку. Наверное, радуется теперь, она ведь так не хотела выходить за него замуж. Любопытно, будет ли эта новость интересна Эстару? Все-таки Каллар его брат. Между тем Ларина продолжала вываливать на меня новости о резидентах, я слушал ее в пол-уха, отмечая только то, что может представлять для нас хоть какой-то интерес.

- Почти все оборотни сорвались и уехали домой, но оставили нескольких в каждом доме. Наверное, сторожить угодья, – закончив сплетничать о вампирах, Ларина перешла к следующей расе.

- С чего бы это? – без особого интереса спросил я, Ларина недоуменно пожала плечами.

- Темные и светлые тоже уезжают, не все, конечно, но многие.

- А Каллар? – уточнил я.

- Каллар вроде здесь, пока Драк был в клинике, он несколько раз навещал его.

- А Драконы? – я старался задать этот вопрос безразличным тоном, но голос предательски дрогнул.

Ларина внимательно посмотрела на меня  - Драконы тоже здесь и, по- моему, никуда не собираются. Ты хочешь ее увидеть?  - она наклонилась и положила свою руку мне на колено, сочувственно глядя на меня – Старк, не стоит, правда.

- Я сам буду решать с кем встречаться, с кем нет! -  прошипел я, голос осип от душившей меня злости.

Она обиженно отдернула ладонь и поджала губы – Твое дело, но удовольствия ты от увиденного не получишь, – с изрядной долей злорадства сказала она – И нечего на меня шипеть, я ни в чем не виновата!

У меня от ярости звенело в ушах - Я знаю! – прохрипел я,  с трудом подавив желание придушить Ларину.

- Старк, не злись на меня, – примирительно сказала она – Я даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти и очень тебе сочувствую, - ее глаза зло сузились – Все бы отдала, чтобы хоть как-то отомстить этим проклятым Тули и за тебя и за себя, но кто я и кто они!

Зря ты, Ларина, так думаешь, подумал я. Ты может здорово помочь нам, став источником информации, тебя даже и просить не придется, сама предлагаешь. Я постарался взять себя в руки и успокоиться, нарываться на ссору не стоило.

- Извини, Ларина, я до сих пор неадекватно реагирую на… на разговоры... – я не смог закончить фразу.

- Не надо, Старк, я понимаю. Почему ты ушел?

- Так надо, – выдавил я из себя.

- Ты живешь в городе? – я утвердительно кивнул.

- Один?

- Нет.

- С подружкой?

Я укоризненно посмотрел на нее. Она хлопнула себя по губам.

- Ты слышал, что по городу прокатилась волна убийств и пропаж людей? Жить здесь становится небезопасно, - поделилась новостью Ларина.

- Слышал, – и даже принимал в ней участие, подумал я про себя – я не боюсь. Ларина, не говори Вессу, что видела меня, хорошо? И не надо меня искать.

- Хорошо, не скажу, – кивнула она.

- Я буду забегать время от времени, ладно? Узнать новости, тебя повидать. Я по тебе скучал.

- Конечно, забегай, я всегда рада тебя видеть. Знаешь, у меня не так много друзей, а сейчас вообще никого не осталось,  - она опустила голову.

Я потрепал ее по плечу – Не переживай, все обязательно будет хорошо.

Вернувшись домой, я нашел Коула в маленькой комнатке на первом этаже, он лежал в одежде поверх одеяла и задумчиво смотрел в потолок.

- Привет, брат! Где ты был? – не глядя на меня, спросил он.

- Встречался с Лариной, – я присел на стул рядом с ним.

Он с интересом повернул ко мне голову и вопросительно приподнял бровь.

- Оборотни вернулись домой, – я начал с самой интересной по моему мнению новости.

Он быстро сел – Ага! Очень хорошо! Ты, помнится, переживал, что они проигнорировали наш вызов, вот тебе и реакция! – он возбужденно потер руки – Что она еще сказала?

Я подробно пересказал наш разговор с Лариной. Известие о том, что Драк не кидается на родных, неприятно удивило Коула.

- Ну-ка, пойдем к Эстару! – он легко вскочил с кровати.

Мы быстро шли по коридору, за одной из дверей слышались глухие стоны  и какая-то возня. Я вопросительно посмотрел на Коула.

- Образцы, их не забрали вовремя, а действие парализатора заканчивается, – он небрежно махнул рукой – пусть лежат.

Мы поднялись на второй этаж. Эстар сидел за столом и разговаривал по телефону. Увидев нас, он поднял руку, показывая, чтобы мы подождали, встал и отошел к окну. Закончив разговор, он с четверть минуты молчал и не двигался, а потом, развернувшись, яростно шарахнул телефон об стену. Тот разлетелся на несколько частей, а мы с Коулом сделали вид, что ничего не заметили.

- Что у вас? – Эстар хмуро посмотрел на нас, вернулся к столу и сел в кресло. Коул пересказал наш разговор с Лариной.

- Вот как? – Эстар удовлетворенно улыбнулся, после отчета Коула его настроение заметно улучшилось - Значит оборотни ушли, но оставили в домах охрану? Как предусмотрительно с их стороны. Что ж, ими мы и займемся, а то наши мальчики засиделись без дела. У нас война, в конце концов, а не пикник на лужайке.

Сообщение о состоянии Драка не произвело на него особого впечатления, Эстару не было дела до Драконов вообще и до Тули в частности.

- Я поговорю с Доктором, – пообещал Эстар – жаль, что зелье, как следует, не опробовано, и мы не можем рассчитывать на стопроцентный результат. В любом случае, Тули поняли, что мы не шутим. А что там за девушка?

- Никто не знает, просто девушка, чуть ли не с улицы, – отозвался Коул.

- Хм, странно. Что там у него за роковая страсть? Соберите о девчонке побольше информации, может пригодиться, - Коул кивнул и посмотрел на меня, я понял, что информацию придется собирать мне.

- Да и еще, на тот случай, если тебе будет это интересно, – поднимаясь со стула, сказал Коул - Помолвка Каллара со светлой расторгнута.

Эстар вскинул на нас взгляд и вдруг улыбнулся – В самом деле? Какая хорошая новость! Замечательная!

Мы с Коулом удивленно смотрели на улыбающегося эльфа, не понимая, почему эта незначительная с нашей точки зрения новость, обрадовала его больше, чем все остальные. Ну не женится его брат на Аль, Эстару-то какая от этого радость? Заметив наши недоумевающие взгляды, Эстар стер с лица улыбку и холодно поинтересовался – Чего уставились? Заняться больше нечем? Коул, позови Кру, Эйба, Блиса и возвращайся сам, мы переходим ко второму этапу операции. А ты, Старк, продолжай общаться со своей подружкой и собери информацию об этой девушке Драка.

Он кивком отпустил нас, погружаясь в чтение каких-то бумаг лежащих  на его столе. Прикрыв дверь, Коул свернул налево и пошел по коридору, одновременно набирая номер на своем сотовом, а я вернулся в комнату, где до моего прихода лежал Коул и завалился на кровать. Обдумывая задание, я пришел к неутешительному выводу, что понятия не имею каким образом мне искать информацию о подружке Драка, учитывая, что мне известно только ее имя. Я напряг память и вспомнил, что в вечер нашей атаки с Драконами и эльфами было трое людей: парень Эсмириль, девушка и  еще один парень, лицо которого показалось мне тогда смутно знакомым. Я почувствовал, что нахожусь на верном пути. Где я мог его видеть? Может в клинике? Или он мой сосед по старой квартире? Нет, точно не сосед. На зрительную память я не жалуюсь и если бы видел его хотя бы несколько раз, то непременно узнал бы.  Да и помнил я этого парня не в том виде, в каком видел в переулке, а как-то по-другому.  Вроде у него была другая прическа и, по-моему, другой цвет глаз, но за последнее не поручусь. Единственное, что не вызывало никаких сомнений это то, что девушку я точно никогда не видел раньше. Мои тяжкие думы были прерваны стуком в дверь.

- Открыто! – отозвался я.

Дверь открылась и в комнату вошла Триш. Я до сих пор непроизвольно вздрагивал, когда видел эту странную женщину. Лицо Триш было обезображено до такой степени, что больше походило на уродливую маску. Она была человеком, но пройдя через виварий Доктора, стала больше похожа на оборотня на середине трансформации, в самой уродливой ее части, когда оборотень уже не человек, но еще не животное. Триш была покрыта густой грязно-серой шерстью, которая на лице переходила в короткий светлый подшерсток, отчего лицо казалось сероватым, вывернутые ноздри, кривой рот и исполосованные шрамами щеки тоже не добавляли красоты. Триш была плотной, невысокой, с длинными сильными руками и короткими ногами, обладала чудовищной силой, ловкостью и владела гипнозом. Эстар ее очень ценил, во всяком случае, никогда на нее не орал, как на всех остальных и доверял ей самые сложные задания по добыванию денег и нужной информации.  Каким образом она умудрялась их выполнять при ее внешности, оставалось для меня загадкой, ведь с ее лицом даже на улицу выйти нельзя, чтобы не вызвать волну паники. Тем не менее, Триш доставались интеллектуальные задания, а грязь и криминал нам. Смеяться над ее внешностью никто не осмеливался, потому что она могла свернуть шею даже крэмму, но и дружить не дружили. Ко мне она испытывала необъяснимую симпатию и относилась, как старшая сестра к младшему брату, а я отвечал ей взаимностью, подозревая, что все-таки повредился в уме на почве несчастной любви, из всех проживающих в доме выбрав себе в друзья человека, да еще женщину. Кто-то из оборотней, однажды выпив лишнего в ближайшем баре, решил проехаться по поводу нашей с Триш дружбы и потом ходил с помятыми ребрами и сломанным носом. С тех пор шутить на эту тему желающих не находилось.

- Привет, Старк! Не помешаю? – Триш обладала потрясающе красивым, мягким, обволакивающим голосом. Едва она начинала говорить, как я переставал замечать уродливую внешность и был готов слушать ее часами. Хотя ее голос, как бы хорош он ни был, был далеко не самым большим ее достоинством.

- Совсем не помешаешь, Триш. Присаживайся… – я немного подвинулся на кровати, давая ей место, но она придвинула стул и села рядом с кроватью, чтобы не стеснять меня и достала сигариллью. – Не против?

- Кури, пожалуйста! – запах дыма ее сигарилл, в отличие от вонючих дешевых сигарет Велены, мне нравился. Очень непритязательная во всем остальном, Триш тратила большие средства на покупку именно этого сорта табака и, судя по тонкому фруктовому аромату, он стоил тех денег, которые она за него платила.

- Что там у Эстара за пожар? – спросила она, прикурив и с удовольствием сделав пару затяжек, выпуская дым колечками и задумчиво глядя на них.

- Насколько я понял, наша война входит в активную фазу, – я приподнялся на кровати, подоткнув под спину подушку.

- Боевые действия? Это хорошо, – она выпустила дым тонкой струйкой, следя, как она тает в воздухе.

- Да, хорошо, – без особой уверенности согласился я и не удержался от вопроса – Ты когда-нибудь воевала?

- Воевала. Мне ведь уже немало лет, благодаря Доктору я прожила намного дольше, чем длится человеческая жизнь, – спокойно сказала она, я невольно окинул взглядом ее изуродованное лицо, подумав, стоило ли благодарить Доктора за такую жизнь.

- На войне страшно? – я бы  скорей откусил собственный язык, чем задал подобный вопрос Коулу или кому-нибудь из парней, но Триш я не стеснялся, зная, что она не поднимет меня на смех и не обзовет трусом.

- Иногда страшно, иногда весело, иногда скучно. Зависит от того с кем воюешь, – она осторожно стряхнула пепел в ладонь.

- А ты с кем воевала? – о ее участии в войнах я не знал.

- Со всеми понемногу, даже с людьми.

- А с кем страшно? – полюбопытствовал я.

Она помолчала, припоминая - С Драконами страшно, особенно, когда они перевоплощаются. Они и в людском обличье не подарки, а в драконьем так просто ужас! Как начнут огнем плеваться! – она тихо засмеялась – Не трусь, вас с ними не заставят воевать, пошлют мутантов, вас, чистокровок, слишком мало, чтобы вас вот так по-глупому переводить.

- Тебя пошлют? – Триш искоса посмотрела на меня и отрицательно покачала головой.

- А с людьми как воевать?

- Противно. Да мы и не воевали толком, так, попугали немножко. С людьми, да еще в третьем мире воевать опасно, их слишком много, – улыбнулась она, отчего ее лицо стало еще уродливее.

Она, молча, курила, выпуская дым то кольцами, то струйками. Пообщавшись с Триш несколько минут, я уже не замечал ее уродливого лица, успокаивался и чувствовал себя увереннее, ее умиротворенное настроение каким-то загадочным образом передавалось и мне, а может она применяла что-то из своего гипнотического арсенала, чтобы подбодрить меня, но чтобы она не делала, это действовало. Триш курила, а я снова задумался о том, как буду искать таинственную возлюбленную Драка.

Через несколько минут Триш тихо засмеялась - Что, Старк, Эстар дал тебе непосильное задание? Чего ты так морщишься?

- Не могу вспомнить одного человека. Помню, что видел его раньше, но не помню где и когда, – пожаловался я.

- Подумай о чем-нибудь еще, отвлекись и потом ваша встреча сама всплывет в памяти, – посоветовала она, поднимаясь.

Я благодарно кивнул и снова задумался.

Глава 42 Эстар

Как же я ненавижу этот мир! Им правят деньги, а у меня нет возможности достать их в достаточном количестве. Все мое время занимает планирование ограблений и всякая криминальная деятельность, которая очень скоро привлечет внимание властей. На выполнение основной задачи, ради которой я прибыл в этот гнусный мир, почти не остается ни времени, ни сил. Гадостный мир! Я невольно вспомнил Элларион, в котором бывал, будучи наследным принцем темных, и оглядел свое убогое жилье. При виде обшарпанных стен, грязного окна и скудной обстановки во мне, как всегда, поднималась волна раздражения на жизненные обстоятельства и общую несправедливость. Впрочем, с тех пор, как меня вышвырнули из отчего дома, условия моего проживания оставляли желать лучшего, а если говорить откровенно, мало чем отличались от этой дыры, но за все годы моей ссылки я так и не смог привыкнуть и смириться с этим. Если бы я был один или с Коулом, то выбрал бы себе жилье поприличней, но со своим зверинцем я не могу позволить себе жить в нормальных условиях. Даже здесь пришлось разогнать полквартала, прежде чем поселиться, а не жить со своим войском нельзя, разболтаются, начнут жрать, кого попало и вести себя так, как привыкли. Время идет, а у нас еще толком ничего не готово, мало того, что мне приходится обходиться жалкой кучкой отщепенцев и мутантов, так еще не хватает оружия, еды, денег, толковых помощников для меня и Коула. Доктор демонски талантлив, но даже ему надо когда-нибудь отдыхать. Он работает над ста проектами сразу, ему не хватает лаборантов, времени, образцов, магических ингредиентов, лабораторий, всего, и моя наиглавнейшая задача обеспечить его всем необходимым.

После того, как удалось запечатать внешние порталы в наш мир  и пресечь карательные операции, дела у магов пошли быстрее. Все мало-мальски подходящие обитатели пятого мира были брошены на поддержку магической науки: кто-то работал в лабораториях и вивариях, кто-то охотился за образцами в других мирах, кто-то дрессировал то, что получалось у Доктора. Каратели из других миров больше не могли попасть в наш мир, поставку ингредиентов мы наладили через подставных лиц. Маги и Доктор отлично поработали, создав множество зелий и приспособлений, удивительных и неповторимых. Конвент Архимагов удавился бы полным составом, если бы они знали, чем мы занимаемся и каких результатов достигли! Может поискать толковых химиков и биологов среди людей да переправить их к Доктору? Пополнить, так сказать, передовую магической науки. Для организации лабораторий в этом мире нет средств, но это не проблема, вышибем отсюда резидентов и займем лаборатории вампиров, если понадобится.

Я с удовлетворением подумал о том, как многого добился в пятом мире - сумел объединить разрозненные общины, склонил на свою сторону часть племен, нашел Доктора, дал ему возможность работать и все время думал о том часе, когда буду править всеми мирами. План зрел долгие годы, а задумываться о его реализации я стал еще, будучи, принцем. Отец думал, что я стремлюсь к власти над темными. Наивный старик, начисто лишенный амбиций и воображения! Неудачник, позор рода своего! К чему мне власть на маленьком клочке земли? Даже весь первый мир меня бы не устроил. Мне всегда надо было больше, абсолютная и безграничная власть – вот достойная жизненная цель. Насколько убогими мне казались Каллар со своими глупыми представлениями о чести, достоинстве, долге, и отец, который после смерти матушки начал сходить с ума. Неужели нельзя было жениться еще раз, если ему так нужна женщина? Разве не пошла бы за короля какая-нибудь смазливая, высокородная эльфийка? Стоило ему только намекнуть на то, что он желает жениться и на следующее утро перед дворцом выстроилась бы очередь из потенциальных невест. Их возвышенные чувства и страдания вызывали во мне презрение, а когда Каллар влюбился в  малютку Алариэль я чуть со смеху не сдох! Как же он по ней страдал! Как сходил с ума от любви!  Любопытно было бы посмотреть, что из нее выросло, ведь я видел ее в последний раз, когда она была еще ребенком. После моей мнимой смерти отец и Лучезарный объявили о помолвке Каллара и Алариэль, скоро они сыграют свадьбу, и мой братец будет рыдать у порога их спальни, потому что девчонка его терпеть не может, а настоять на своем ему не позволят глупые убеждения. Куда проще просто брать то, что тебе нравится, а потом избавляться, когда тебе это перестает быть нужным. Я всегда следовал этому правилу, и у меня никогда не было проблем с женщинами. Тратить бесценное время на любовные переживания, когда перед тобой стоит великая цель? Никогда!

Пробраться в этот мир было стратегически правильным решением,          недаром мы с Доктором потратили столько времени на распечатывание порталов в третий мир. Идея использовать этот мир давно пришла мне в голову, со временем оформившись в четкое понимание, как и что мне надо сделать для извлечения максимальной выгоды из вторжения. Люди – примитивные существа, их правители заняты грызней за власть и дележом денег, а население способно лишь тупо работать, а потом вечерами напролет сидеть у телевизора и жрать это дерьмо, которое тут называется едой. Единственное их преимущество – количество, их много и было бы глупо не воспользоваться таким козырем, когда на кон поставлена абсолютная власть. Людям плевать друг на друга, и я успею обратить половину населения этого поганого мира, прежде чем кто-нибудь опомнится! Оставшаяся половина мне будет не нужна, мне хватит нескольких миллиардов. Конечно, после войны с остальными мирами от них останется едва половина, как раз хватит расселить по мирам, чтобы закрепить мою власть.

Я улыбнулся своим мыслям. Мои мечты становятся реальностью, и это не может не радовать. Но время, проклятое время – это единственное, чего мне не хватает. Когда меня сослали в пятый мир после покушения, я почти впал в отчаяние, проклиная отца и брата за то, что меня не казнили, и пребывая в полной уверенности, что моя жизнь закончилась, но как оказалось, она только начиналась. Я и предположить не мог, какие передо мной откроются перспективы и возможности, а то, что поначалу казалось препятствием, впоследствии оказалось ступенькой к новым высотам. Отец похоронил меня со всеми  почестями и для всех, я давно лежу в фамильном склепе, и этот факт развязывает мне руки, с мертвого не спросят. Совет  понятия не имеет о том, что я жив, и это незнание дорого им обойдется. Я довольно потер руки, хоть времени и помощников мне не хватает, но мой план работает, несмотря, ни на что! Судьба благоволит смелым и посылает подарки типа Коула, который стал моим самым верным другом и преданным псом, хитрым, сильным и жестоким, готовым порвать за меня глотку любому.

Коула я помнил еще по Иллари, он занимал какой-то незначительный пост в посольстве инкаров в Талинге и часто мелькал при дворе моего отца. Естественно, дружбы между нами не было, но в лицо я его помнил. Коул в то время был юн и выглядел совсем не так, как сейчас.  Уже в те времена я заметил его интерес к моей сестре, но кто бы стал воспринимать всерьез жаркие взоры какого-то вампира? Никто и не обратил должного внимания на уже начавшего сходить с ума Коула и, в конце концов, случилось то, что случилось. Меня уже не было в Иллари, когда Коул окончательно потерял голову от любви, а о произошедшем я узнал по рассказам одного из придворных, который был сослан в пятый мир за растрату казенных средств.  Любовь Коула к Эорин росла с каждым днем, и настал час, когда он уже не смог скрывать чувств и стал преследовать сестру, появляясь на всех приемах, балах и охотах, которые проводились при дворе, используя любой шанс, чтобы увидеть ее. Эорин не выделяла его из толпы   окружавших ее поклонников и придворных, для нее он был никем и звали его никак. Несчастный влюбленный инкар пытался привлечь ее внимание, но безрезультатно, сестра воспринимала его знаки внимания с брезгливым равнодушием. Отчаявшись, он не придумал ничего лучшего, как признаться Эорин в любви. Судя по явному идиотизму  этого поступка, наивный вампир надеялся на ответное чувство, но сестра лишь недоуменно поморщилась и попросила отца сделать так, чтобы Коул больше не появлялся при дворе. Не имея возможности встречаться с любимой, Коул впал в отчаяние, а когда услышал об объявлении помолвки Эорин с Галланэллем Торин квесткэр Галланом,  обезумел от ревности.  Коул был не по-вампирьи неистовым, яростным и сокрушительным в своем чувстве. Эорин выкинула навязчивого ухажера из головы и чувствовала себя в безопасности в Иллари, окруженная грозной стражей, но разве стража могла защитить ее от Коула, который сначала сошел с ума от любви, а после от ревности? Говорят, что инкарам любовь противопоказана, но мало кто знает почему. Любовь меняет их, превращая в чудовищ. Я думал, что это очередное преувеличение менестрелей и суть его показать несовместимость их расы и высоких чувств, но узнав историю Коула, я поменял мнение и даже решил, что менестрели преуменьшают разрушительное воздействие этого чувства на психику вампиров. Коул непостижимым образом сумел пробраться во дворец, взял сестру силой, а потом убил ее, чтобы она не досталась никому. Мне так и не удалось выпытать у него каким образом он смог обойти стражу и сделать так, чтобы крики сестры никто не услышал, также как услышать честный ответ, как он умудрился сбежать из темницы перед самой казнью. Этот молодой инкар, Старк, влюбленный в одну из клана Тули, в своей любви выглядит жалкой тенью по сравнению с Коулом.

После моего изгнания наша встреча с Коулом, как это ни странно, состоялась во втором мире при очень неприятных и болезненных для вампира обстоятельствах. Собственно говоря, я имел сомнительную честь наблюдать финал этой драмы.

Наш тайный портал располагался неподалеку от того места, где Коула обложили Драконы. Я вывалился на маленькую лужайку, по которой несколько минут до этого прошел драконий отряд, отправься я во второй мир на несколько минут раньше, то оказался бы под копытами их коней. К счастью, охотники успели отъехать на сотню ярдов, и были слишком увлечены близившейся развязкой погони, чтобы заметить меня. Притаившись в кустах, я решил пересидеть нашествие Драконов и увидел завершающуюся стадию охоты. Драконы взяли Коула в клещи, не давая убежать в лес. Вампир затравленно озирался и не собирался дешево продавать свою жизнь, но, куда безоружному тягаться с десятью хорошо вооруженными всадниками, да еще с Драконами. Кони гарцевали, всхрапывали и теснили Коула к отвесной скале, которая возвышалась над загнанным вампиром, отрезая путь к спасению, но Драконы пока не атаковали. Я повнимательней пригляделся к воинам и с удивлением узнал в их предводителе Дуна Тули. Видимо, вампир натворил уж что-то совершенно невероятное, что один из наследных принцев, правящий в этих краях, не побрезговал сам отправиться на охоту. Дун зычным голосом что-то скомандовал на своем варварском наречии, его воины огрызнулись, и стали один за другим опускать луки и одергивать коней, заставляя их отойти чуть в сторону и развернуться боком. Воинский кодекс Драконов не позволял пачкать боевые мечи презренной кровью преступника, меч предназначен для битвы, но не для казни, а Драконы воины, но не палачи. Неужели они собираются брать Коула живьем? Они-то, конечно, его скрутят, но нескольких он точно успеет ранить. Зачем он им? Пока я раздумывал над дальнейшей судьбой обреченного вампира, Дун рявкнул еще один приказ, воины разъехались в стороны и подались назад, вампир прижался к скале, затравленно  зыркая по сторонам, но, не решаясь броситься к спасительному лесу и обречь себя на верную гибель. Дун Тули спешился, один из его воинов отвел в сторону его коня, а второй принял двумя руками меч и тоже отошел в сторону. Он что, собирается пойти на вампира врукопашную? Зачем? Достаточно одного выстрела из лука, который висит за спиной каждого всадника, правила будут соблюдены, а преступник понесет наказание. У меня даже не возникло сомнений в том, что инкар совершил преступление. Дун вдруг сорвался с места, высоко подпрыгнул, оттолкнулся ногами от скалы над головой Коула, перевернулся через голову и на землю приземлился уже драконом. Мне раньше никогда не доводилось видеть, как обращаются Драконы, не думал, что превращение происходит почти мгновенно. Дракон рыкнул на окаменевшего от ужаса  вампира, пытавшегося вжаться в скалу, раскрыл пасть и выпустил в него струю жидкого огня. Коул вспыхнул, как облитая маслом вязанка дров и повалился на землю, крича от невыносимой боли, вверх по скале побежали бледные язычки пламени. Дун снова заревел так, что у меня заложило уши, взмахнул крыльями, перекувыркнулся через голову и снова принял человеческое обличье. Он отошел к ожидавшим его воинам, взгромоздился в седло, сплюнул на землю, бросив короткий взгляд на свою корчившуюся в муках жертву, дернул поводья и, не оборачиваясь, поехал в сторону леса, его дружина потянулась следом. Никто даже не подумал подойти к вампиру и добить его, чтобы не мучился. Когда Драконы скрылись в лесу, я выждал для верности еще несколько минут и осторожно подкрался к Коулу, не особо надеясь на то, что вампир остался в живых. Скала над тем местом, где стоял Коул, оплавилась, а раскаленный камень все еще дышал жаром. Моим глазам явилось жуткое зрелище: почерневшее, в пузырях и остатках пригоревшей одежды тело, без волос и практически без кожи. Я присел рядом и пощупал пульс на шее в полной уверенности, что Коул мертв, но к моему удивлению под моими пальцами бился упрямый живчик, жертва драконьего правосудия цеплялась за жизнь, также упорно, как цеплялась за свободу, а перед этим за любовь. Хоть правильней было добить его на месте, я все же решил забрать его с собой, особо не надеясь, что сумею донести его до базы живым. До сих пор, вспоминая этот день, я не могу понять, что толкнуло меня на подобное безумие, тащить груду горелого мяса в пятый мир, подвергать себя опасности быть обнаруженным воинами Тули во втором мире или подвергнуться нападению вухров на пути от портала до базы в пятом мире. Возможно, на мое решение повлияло то, что став отщепенцем, я научился ценить старые знакомства или просто отдал должное живучести инкара. Взвалив тело полумертвого вампира на плечо, я направился в сторону портала, плюнув на дела, которые собирался закончить в тот день во втором мире. Мне пришлось тащить умирающего Коула по горной тропе еще пол-лиги, где сложно пройти и без груза, но когда я свалил свою ношу на операционный стол Доктора, Коул все еще был жив. Оставив вампира на попечение засуетившихся лекарей, я направился к ручью, чтобы смыть с себя грязь, кровь и отвратительный запах паленого мяса, который преследовал меня еще несколько дней. Для Доктора состояние Коула стало вызовом, он бдел над пациентом сутками, применяя свои снадобья и весь свой недюжинный лекарский дар. На десятый день я пожалел, что притащил вампира, которому Доктор посвящал все свое время, отвлекаясь от более важных вещей, но в состоянии которого, не смотря на все старания, не наблюдалось перемен. Коул был скорее мертв, чем жив. Выслушав мои недовольные упреки, Доктор снял очки, помассировал глаза и высказался в том смысле, что Коул представляет собой уникальный экземпляр выжившего после огненной атаки Дракона, на нем испытывают новые заживляющие мази и обезболивающее, а мне посоветовал заняться своими делами и не лезть в высокую медицину, в которой я ничего не смыслю, и крайне полезных результатов подобного опыта оценить не способен. Спустя несколько дней в состоянии пациента, видимо, обнаружились какие-то положительные изменения, и Доктор передал часть своих бдений кому-то из своих учеников. Я несколько раз заходил проведать Коула, но он все не приходил в сознание, а смотреть на неподвижное тело, обмотанное пропитанными мазью бинтами гнойно-зеленого цвета было неинтересно и неприятно.  Вампир пошел на поправку через луну, но разговаривать смог лишь спустя три луны. Я в очередной раз зашел его проведать и застал вампира в сознании и даже способного разговаривать.

- Спасибо! – хрипло сказал Коул, его гортань еще не восстановилась после ожога. Он уже мог говорить, самостоятельно принимать пищу и двигаться, его изуродованное тело уже обрастало новой кожей, но до полного выздоровления было далеко.

- Пожалуйста! – отозвался я, разглядывая его изуродованное до неузнаваемости лицо.

- Зачем ты меня вытащил? – неожиданно спросил он.

- Не знаю, – ответил я честно – А ты не рад?

- Разве можно радоваться этому? – он яростно посмотрел на меня и, скривившись от боли, откинул простыню, обнажая тело, покрытое растрескавшейся коркой.

- Но ты жив, – возразил я и прикрыл отвратительное зрелище простыней – и сможешь отомстить. А с этим, – я кивнул на него – Доктор что-нибудь придумает.

С тех пор жизнь Коула обрела смысл, а я приобрел верного соратника и друга.

Да, Дун Тули, зря ты не проверил, мертв ли тот, кого ты казнил, и лучше бы ты сдох в том ущелье, куда мы заманили ваш десант, чем попал в руки Коула. Мой новый друг натешился с обидчиком-Драконом вволю, крепыш и здоровяк Дун после общения с вампиром и несколькими мутантами превратился в кучу окровавленного мяса, а потом все это безобразие и бесполезное разбазаривание бесценных образцов пресек Доктор, забрав Дуна и еще нескольких выживших Драконов в виварий и попеняв Коулу на то, что он ставит свои личные, низменные и примитивные интересы выше общественных. Разобиженный друг пришел искать моей поддержки, но в этот раз мне пришлось ему отказать.

- Коул, чего ты психуешь? Ведь Дун не единственный Дракон, есть и другие, – увещевал я разъяренного вампира.

- Мне нужен именно он! – прошипел Коул, яростно сверкая на меня глазами.

- Брось, ты уже и так сотворил с ним все, что мог! Если бы не вмешался Доктор, то Дун уже был бы мертв, а так мы сможем использовать его в своих целях, – моя попытка достучаться до его разума потерпела крах.

- И в каких же целях? – язвительно поинтересовался он.

- А вот об этом тебе лучше спросить Доктора. Он не посвящает меня в ход своих экспериментов, а показывает только готовый результат, – не менее язвительно ответил я, зная, что Коул относился к Доктору одновременно с большим почтением и благодарностью, за то, что он спас ему жизнь и помог вернуть лицо, хоть и не его, но уж какое получилось, и с чуткой настороженностью хищника, видящего перед собой еще более опасного хищника. Я предложил Коулу спросить, зачем тому нужен Дракон у Доктора, чтобы он отвязался от меня, но к моему удивлению, он не постеснялся украсть час бесценного времени старого эльфа и подробно выспросить его обо всем, что тот собирается сделать с Дуном. После их разговора, Коул больше не заикался о своих правах на пленника, и даже пришел ко мне извиняться за несдержанность и поблагодарить за совет, чем очень меня удивил.

Спасибо тебе, Дун, благодаря тебе и еще нескольким Драконам из твоего отряда, у нас есть средство, которое поможет нам справиться с вашими соплеменниками. Коул и Доктор убили тебя наполовину, твоя человеческая часть все еще живет в пятом мире, но больше ты не сможешь, ни плюнуть огнем, ни полетать, ни стать драконом. Какая жалость! Какое бездарное окончание столь блистательной военной карьеры! Лично я ничего не имел против Дуна и Тули в целом, но Коул наверняка не успокоится, пока не уничтожит весь их клан.

Интересно, почему стоит мне задуматься на отвлеченные темы, я чаще всего возвращаюсь мыслями к началу нашей дружбы? Может быть потому, что до Коула у меня не было друзей? Или мне до сих пор не дает покоя  необъяснимость моего благородства? Или накал страстей, на который способен Коул и который недоступен мне, ведь его ненависть к Драконам подобна его же страсти к моей сестре? И почему, демон всех раздери, стоит мне выкроить свободную минуту и начать размышлять над причинами и следствиями, как ко мне обязательно кто-то вламывается, сбивает с мысли и отвлекает!

В дверь проскользнула Велена. Я не стал выгонять ее, вспомнив, что сам просил Коула передать, чтобы она зашла. Судя по блеску глаз и припухшим, красным губам Велена была возбуждена и жаждала мужского внимания. Эта забавная мутантка сама напросилась в третий мир, но взял я ее исключительно для своего удобства и удовлетворения мужских потребностей. Велена прыгнула ко мне на колени и начала ластиться, как делала всегда, помогая мне, настроится на соответствующий лад.

- Что это ты сегодня такая игривая?– спросил я, запустив руку ей под майку и поглаживая обнаженную грудь, лифчиков она по моему приказу не носила.

- Мы сегодня опять охотились, – ее зрачки расширились, она стянула с себя куртку, оставшись в короткой майке и узких кожаных штанах.

- Надо скинуть напряжение? – пощипывая ее затвердевший сосок, спросил я.

- О да! – она прикусила губу и откинулась назад, я сдернул с нее майку и принялся ласкать ее грудь для того, чтобы достаточно возбудиться самому.

Она изгибалась и постанывала, пока я не дошел до нужного состояния и не столкнул  ее со своих колен, Велена послушно скользнула вниз и присела передо мной, осторожно расстегивая брюки и смотря на меня снизу вверх потемневшими от возбуждения глазами.

Спустя две четверти часа, выгнав из комнаты Велену и налив себе бокал вина, я сел за стол и с отвращением посмотрел на внушительную стопку бумаг, в конце концов, решив сделать небольшой перерыв. Разве будущий повелитель миров не может позволить себе еще несколько минут отдыха?

Потягивая вино, я подумал о нашем недавнем пополнении, которым был обязан Коулу. Он где-то нашел этого  молодого инкара, Старка,  и, конечно  же, привел его к нам. Инкар был на грани сумасшествия на почве неразделенной любви и почти ни на что не реагировал. Я давно заметил  у моего друга нездоровое пристрастие к влюбленным вампирам, за время нашего знакомства он пестовал нескольких до полного их выздоровления. Когда я спросил его, зачем он с ними нянчится, он объяснял свои порывы тем, что пережил подобную беду и, если у него будет шанс уберечь  хоть одного влюбленного дурня от того, что произошло с ним, то он им непременно воспользуется. Мне это объяснение показалось неубедительным, слышать о проявлении подобных эмоций от такого прожженного циника и мерзавца, как Коул, было, по меньшей мере, странно, но докапываться до истинных причин мне было недосуг.

- Несчастная любовь убивает инкаров, но почему-то никто не спешит им помочь, наоборот, все сторонятся страдальца, словно тот подцепил опасную заразу. Так нельзя, ведь им нужна лишь поддержка и сочувствие, уж ты мне поверь, брат, – рассудительно заявил Коул, а я с трудом подавил смех. Влюбленные вампиры были единственными существами во всех мирах, которых ему было жаль.

Обычно у Коула получалось излечивать этот недуг, и мы обретали верных соратников потому, что парни настолько привыкали к нашей жизни, что не хотели уходить к своим, считая Коула своим спасителем. Единственной его неудачей был тот совсем еще юный вампир, безнадежно и безответно влюбленный в девицу из богатой и знатной семьи, который, не смотря на старания Коула, через луну повесился. Новый несчастненький Коула, Старк, встрял почти так же как когда-то он сам. Это надо же было придумать, влюбиться не в кого-нибудь, а в единственную дочь Повелителя Драконов и рассчитывать на какую-то взаимность! Да она и имя-то его, наверное, сейчас не сразу вспомнит. Идиотизм страсти Старка был очевиден всем, кроме него самого, но любовь не выбирает объекты, она бьет наповал, не считаясь с сословиями и происхождением. Коул держал Старка при себе, я дал ему декаду, чтобы привести парня в чувство и снабдил несколькими  снадобьями из арсенала Доктора. По прошествии десяти дней, инкар должен был очухаться и начать работать, кормить нахлебников я не собирался. В случае со Старком все шло как надо, он отстрадал положенный срок и получил от меня предложение, от которого не смог или не захотел отказаться. Парень настолько погрузился в свои страдания, что сразу поверил в ту чушь, которую я ему соизволил наплести. Будь он во вменяемом состоянии, то понял бы, что лучше всего для него было бы вернуться к своим, покаяться в убийстве никому не нужной шлюхи, понести не слишком суровое наказание и вернуться домой, где их врачи быстро бы вылечили последствия его несчастной любви. Однако Старк вцепился в мое предложение, даже не обдумав его, видя в нем единственный выход из положения. Меня всегда забавляли манипуляции с сознанием всяких несчастных и обездоленных, я чувствовал себя всемогущим вершителем судеб и светом в конце тоннеля для этих скорбных разумом созданий. Коул, играя на чувствах Старка, и стремясь закрепить свой успех по его обработке и пополнения им наших, увы, весьма немногочисленных рядов, привлек вампира к операции под кодовым названием «Укрощение Дракона». Они вместе разработали детальный план операции, несколько дней следили за драконьей семейкой, подгадали удобный момент и напали. Я был не против, но и восторга эта клоунада у меня не вызвала. Чего только стоило представление, которое устроил Коул и театральные эффекты с ранением Драка и передачей вызова моему драгоценному братцу, который неизвестно за каким демоном  ошивался рядом. По словам Коула, представление произвело неизгладимое впечатление на зрителей, вплоть до обмороков. Надеюсь, что средство, которым Коул обработал нож, подействует, как положено, и мы получим в свое распоряжение еще одного Дракона. Доктор создал зелье по обузданию несколько лет назад, как только в его распоряжении оказалось несколько достойных внимания образцов. Мое личное участие в создании этого шедевра ограничилось девятью унциями крови, которые понадобились ученому для создания эффекта подчинения. Не смотря на удачные экcперименты по подчинению, Доктор остался недоволен результатами и до сих пор продолжал его совершенствовать. Единственная загвоздка заключалась в том, что образцов катастрофически не хватало и изыскания приходилось приостанавливать. Судя по предыдущим опытам, примерно через десять дней я смогу поддерживать с Драком мыслесвязь, а потом начну подчинять и его разум. Пока я не видел в этом никакой пользы для себя, но, почему бы не сделать приятное Коулу и не проредить количество воинов в правящем клане Дрэклау. Из Тули  единственными, кто представлял для меня хоть какую-то угрозу, были Брун и Гелан, но Драк вряд ли сможет их убить, так что в смысле диверсии ценность операции была равна нулю.

Утром на следующий день после успешного проведения операции Коул пребывал в радостном возбуждении, он в подробностях пересказал мне, как все происходило несколько раз кряду.

- Коул, я все понял с первого раза – сказал я, с улыбкой глядя на него.

- Эстар, тебе стоило пойти с нами, ты бы повеселился. Я сыграл безупречно, жаль зрители не оценили, – воскликнул он, наматывая круги по кабинету и довольно потирая руки. Давненько мне не приходилось видеть друга в таком приподнятом настроении.

- А откуда там взялся Каллар? – уточнил я.

- А демон его знает! Думаю, он шпионил за этой эльфийкой, своей невестой. Кстати, девчонка хороша! – он многозначительно покивал головой - У твоего брата определенно есть вкус.

К Каллару я испытывал что угодно, кроме братской любви и не мог припомнить ни одного дня, когда бы мы не ругались, даже будучи еще совсем детьми.

- О каком вкусе ты говоришь? Ему и выбирать не пришлось, все решили за него! – когда кто-нибудь хвалил моего брата, меня всегда одолевал демон противоречия, и я старался опровергнуть любое утверждение об исключительности Каллара.

- Эстар, девчонка бы тебе понравилась. – Уверенно заявил Коул, наконец, перестав мельтешить перед глазами, сев к столу и придвинув к себе тарелку с завтраком.

- Да? Ты меня заинтриговал. – Я намазал кусок хлеба маслом и налил в чашку кофе - Надо будет, при случае, посмотреть на нее.

- Твоя Велена ей в подметки не годится, она настоящая красавица! – глотнув горячего кофе, поделился своими впечатлениями Коул.

Я фыркнул и придвинул к себе тарелку с омлетом – Нашел, кого сравнить, чистокровную эльфийку и мутантку!

- Как ее зовут? – Коул старательно мазал маслом кусок хлеба.

- Алариэль. – отозвался я.

- Красивое имя и ей подходит. – Признал Коул.

- Только не говори, что ты в нее влюбился! – с притворным ужасом воскликнул я.

- Нет, – засмеялся он – этой болезнью я уже переболел.

- Ну, вот и славно, если тебе больше нечего добавить о вашей операции к тому, что я уже слышал три раза, то давай поговорим о южном крыле.

Я налил еще кофе и приготовился слушать отчет Коула о других порученных ему заданиях, менее интересных, чем охота на Драконов, но более важных для нашего общего дела.

Поздно вечером того же дня, когда все запланированные  дела были закончены, а бокал вина на ночь выпит, я вспомнил наш утренний разговор и поймал себя на неожиданной мысли, что мне действительно было бы любопытно взглянуть на Алариэль, посмотреть что там за красавица украла сердце моего брата и отчего он в последние годы в ее присутствии ведет себя так, что над ним потешаются в трех мирах?

Время, положенное для начала подчинения Драка прошло, и я попытался наладить с ним мыслесвязь. К моему безмерному удивлению у меня ничего не получилось, я видел его, знал, что он видит меня, но дальше этого безмолвного созерцания дело не пошло. Говорить с Драком я не мог, и вообще у меня создавалось ощущение, что Дракон находится в невидимом и неощутимом пузыре, который не позволяет мне начать полноценное подчинение. Сделав несколько попыток добраться до его разума, после которых чувствовал себя, словно отработал целый день на цвергских рудниках, я перестал надрываться и решил сообщить о плачевных результатах Коулу.

- Коул, Драк не реагирует на мыслесвязь. Ты точно рассчитал дозу? – раздраженно бросил я вошедшему в кабинет вампиру.

- Как так не реагирует? – удивленно спросил Коул, присаживаясь к столу.

- А вот так, контакта нет, – в предыдущих случаях применения этого средства самым сложным, была вторая стадия - сломить сопротивление дракона, а собственно подчинение человеческой сущности не требовало от меня особых усилий.

- Вроде я все сделал, как сказал Доктор, – нахмурившись, пробормотал Коул - Когда он здесь появится?

- Послезавтра. Не забудь его спросить, – не хватало мне еще забивать голову такими мелочами.

- Не забуду, будь уверен. – Коул недобро прищурил глаза и поджал губы.

Доктор прибыл, как и было условлено, нагруженный кучей снадобий и порошков, с пятью мутантами страхолюдного вида и своей помощницей и по совместительству любовницей. Я тепло поприветствовал этого маленького, сухонького эльфа с редкими светлыми волосами и огромными глазами янтарного цвета и отметил про себя, что он мало изменился с нашей первой встречи.

Я наткнулся на него случайно, в  лесу возле Каморрских топей, куда меня занесла нелегкая после очередного предательства очередного старейшины через пару лет после моей ссылки. Едва унеся ноги от своих преследователей, я заблудился в непролазной чаще и уже решил, что живым мне отсюда не выбраться,  но неожиданно вышел на маленькую полянку, посередине которой стоял покосившийся домик, в котором и обитал  Доктор. Уходя от погони, я был ранен в плечо, сама по себе рана была неопасная, но учитывая отсутствие лекаря и длительное путешествие по болотам и непроходимой чаще, загноилась, и теперь плечо болезненно простреливало при малейшем движении, а тело болело от начавшегося несколько дней назад жара. Я постучался в дверь избушки, когда на болота опустилась ночь, а лес наполнился влажными испарениями и заунывными звуками. Ожидая увидеть перед собой лесовика,  обитателя   этих мест, я оторопел под вопросительным взглядом янтарных глаз эльфа, но Доктор, бросив профессиональный взгляд на мое плечо, тут же, затащил меня внутрь, усадил на единственный стул и стал аккуратно срезать грязную рубаху, попутно отчитывая меня за безответственное отношение к собственному здоровью. Наутро я уже находился в полубредовом состоянии, страдая от воспаления в ране и некстати подхваченной болотной лихорадки.  Доктор пичкал меня зельями собственного производства, сбивал поднявшуюся температуру, кормил, поил и развлекал беседами. Уверен, что не набреди я случайно на его домик, то через несколько дней наверняка бы умер от заражения крови. Благодаря его стараниям, лихорадка отступила через несколько дней, но рана заживать не спешила, и нам обоим было ясно, что ближайшую луну мне придется провести в крошечной избушке. Несмотря на свое уединенное существование, Доктор был все время чем-то занят, собирал травки на болоте, ходил в ближайший заброшенный рудник за какими-то минералами, копался в маленьком огородике, читал книги, которые занимали половину его дома, или растирал ингредиенты для снадобий  в каменной ступке. На столе у окна он организовал небольшую магическую лабораторию и не позволял мне даже приближаться к заветному углу. Для еды вместо стола он использовал второй стул. Через пару дней зарядил холодный дождь, и мы с Доктором проводили большую часть времени вместе. Он так и не назвал мне свое настоящее имя и не рассказал, за что его сослали в пятый мир, все мои вопросы касательно его прежней жизни игнорировались, а про жизнь в пятом мире он наоборот рассказывал охотно и с удовольствием.

По его словам, он довольно долго прожил в этом мире, на своей шкуре испытав все его «гостеприимство», много путешествовал, но так и не нашел себе места в общинах и племенах. Щуплый эльф оказался в глухом лесу не по своей воле. После очередного изгнания он прибился к племени морунков, немногочисленных представителей коренного населения этого проклятого всеми богами мира. Племя кочевало на летние пастбища, когда Доктор вывалился из портала, в который его насильно втолкнули за тысячу лиг от их кочевых троп. Вождь племени приютил опального эльфа, но шаман сразу невзлюбил потенциального конкурента, сделав все, чтобы дискредитировать его в глазах вождя. В конце концов, шаман добился своего. Принимая роды у одной из жен вождя, шаман и Доктор поругались. Женщина не могла разродиться, Доктор настаивал на том, чтобы сделать несчастной операцию и хотя бы спасти ребенка, а шаман с пеной у рта доказывал, что единственное спасение заблудшей в муках – коллективная молитва всего племени, поедание галлюциногенных грибов и пляски у костра. Пока два эскулапа спорили, время было потеряно, и спасти не удалось ни мать, ни дитя. Науськанный шаманом вождь осерчал на эльфа, обвинив в смерти любимой жены, но все же не казнил, как того требовал обычай и на что рассчитывал шаман, а позволил уйти. Пропутешествовав по негостеприимному миру до начала осени, Доктор, в конце концов, решил осесть на одном месте, так как пережить суровую зиму Каморры без крыши над головой у него вряд ли бы получилось. К счастью, он нашел заброшенную избушку лесовика и поселился в ней. К несчастью, он понятия не имел, что такое северная зима. Первые заморозки застали Доктора врасплох, он не заготовил ни припасов, ни дров, ни теплой одежды. Голодая и замерзая от лютого холода, он кое-как дотянул до весны, а уж на следующий год позаботился о том, чтобы утеплить избушку, насобирать ягод, грибов, кореньев и трав, купить вяленого мяса и пушистых шкур. С тех пор прошло пять или шесть лет, точнее Доктор сказать не мог, так как не вел календарь. Решив проблему выживания, он занялся любимым делом и со временем его снадобья стали покупать на ближайшей ярмарке, куда он ходил дважды в год, чтобы разжиться вяленым мясом, мукой, медом и кое-какой одеждой. Через несколько лет племена, жившие в округе, стали считать его могущественным колдуном, но обращались только в самых безнадежных случаях, побаиваясь чужака. Неугомонный эльф возобновил научные занятия, непостижимым образом раздобыл книги по магии и некоторые магические ингредиенты, и его жизнь вошла в привычную колею. Он мечтал, что, в конце концов, у него будет своя лаборатория, где он сможет проводить практические изыскания и заниматься любимым делом. Слово за слово, у нас созрел план по реализации его и моих честолюбивых планов, мы без слов поняли, что нуждаемся друг в друге. Честно признаться, я с трудом скрывал радость от встречи с ним, Доктор со своей гениальной головой и полным отсутствием понятий об излишнем гуманизме отлично вписывался в мою стратегию, именно такого ученого мне и не хватало, чтобы перейти к осуществлению следующего этапа по завоеванию власти над мирами. Там же, в дебрях Каморры мы договорились о наших дальнейших действиях, там началась новая эпоха в истории миров. Столько лет прошло с того времени, сколько побед и поражений мы пережили вместе и вот мы уже в третьем мире, а наш грандиозный план вступает в завершающуюся стадию. Я выполнил свое обещание, исполнил мечту эльфа, он получил лаборатории, помощников и возможность положить на алтарь знания что угодно и кого угодно. Его эксперименты до сих пор пугают меня, но результаты он получает блестящие. Он маг и химик, и биолог, и генетик, и еще демон знает кто, но самое главное, мы с ним заодно.

Я приказал накрыть ужин на троих, во время которого Доктор обстоятельно доложил об успехах лабораторий, отчитался о научной работе, выслушал меня, ответил на мои вопросы и поел. Когда подали кофе, ерзающий от нетерпения Коул, наконец, задал важный для него вопрос о Драке.

- Зелье не действует? – удивился Доктор.

- Он не подчиняется и я не слышал, чтобы в клане Тули кто-то пострадал. - Коул вопросительно смотрел на Доктора.

- Очень странно, ведь прошло уже достаточно времени, – пожевал губами Доктор, глядя на Коула своими совиными глазами – Подождем еще немного.

Коула ответ Доктора не удовлетворил, но пререкаться и настаивать он не посмел, раз Доктор сказал ждать, значит надо ждать. Старый эльф уехал на следующий день, забрав с собой образцы, химические ингредиенты, монстров и любовницу. Коул ходил недовольный, но вскоре я загрузил его работой так, что он на некоторое время и думать забыл о Драке.

Неожиданно для себя самого я полюбил гулять по городу, отчасти, чтобы на время покинуть свою убогую обитель, но самое главное, чтобы хоть несколько часов побыть по-настоящему одному. Коул настаивал на охране, но я решительно отказался от сопровождения, убедив инкара в том, что моего морока вполне хватит, чтобы отвести глаза людям. Уходя на прогулки, я всегда шел в центр города. Мой  путь пролегал по грязным улицам Страйта, которые постепенно переходили в оживленные, ухоженные проспекты и в этом переходе мне виделась некая символичность. Это был мой путь, из безвестности к власти, из бедности к богатству, из забвения к славе. Ярко освещенные улицы центра, огромные витрины дорогих магазинов, прохожие и туристы, прогуливающиеся по широким тротуарам, огни реклам, афиши, бесчисленные рестораны, поток транспорта, смех, разговоры, крики, резкие гудки автомобилей, запахи еды - все смешивалось как в огромном котле, плавилось и превращалось в магию большого города, в его сущность. Город был живым, он двигался и дышал, тратил деньги и получал разнообразные удовольствия, центр был полон красивых женщин и элегантных мужчин, он, не стесняясь, выставлял напоказ кричащую роскошь, пряча за фасадами огромных домов для единиц, убогость и нищету кварталов для большинства. Этот город был воплощением сущности всего этого мира, лицемерного, лживого, жадного и циничного. Я разглядывал витрины магазинов, наблюдал за прохожими и дышал воздухом богатства и власти, который ударял в голову лучше любого изысканного вина. Этот город был мне по душе, ведь мы с ним были похожи.

В один из вечеров, гуляя по торговой улице, я остановился перед витриной одного из магазинов и, приблизившись, стал разглядывать покупателей. Из примерочной вышла девушка и мягко улыбнулась своему спутнику, который сидел на кушетке спиной ко мне. Не знаю, чем меня привлекла незнакомка, может быть мягким теплом, лучившимся из ее глаз, когда она смотрела на своего мужчину, или милой ямочкой на левой щеке, которую становилось видно, когда она улыбалась, или движением руки, заправляющей непослушную прядь волос за ухо. Я вплотную подошел к витрине, стараясь рассмотреть девушку поближе. Незнакомка быстро заметила мое внимание к ней, выражение ее лица мгновенно изменилось, исчезло тепло из взгляда, сменившись на колючее внимание, губы перестали улыбаться, а глаза прищурились, стараясь разглядеть меня. Я быстро отступил, проклиная свое неуместное любопытство и стараясь не попасть под свет фонаря, скрылся в толпе. Кто она? Резидентка? Вряд ли, обычная человеческая девушка. Но откуда такой пронизывающий насквозь, цепкий взгляд? В следующий раз надо быть осторожней, пока в мои планы не входило быть узнанным.

Однажды вечером, уже собираясь, возвращаться, домой с прогулки, я случайно наткнулся на своего брата и его невесту. Первой мыслью было бежать, пока меня не заметили, скрыться, раствориться в толпе, но посмотрев на парочку повнимательней, я понял, что они бы меня не заметили, даже если бы я подошел к ним на расстояние вытянутой руки. Каллар и его невеста были полностью поглощены друг другом, не замечая никого вокруг. Незамеченный, я стоял в отдалении  и с болезненным, ревнивым любопытством разглядывал брата. Каллар за прошедшие годы почти не изменился, немного возмужал да отрастил волосы до плеч. Бледен как вампир, а глаза горят, словно он в горячке. Одет по моде этого мира, без фантазии, но элегантно. Я перевел взгляд на его спутницу, которая как раз развернулась лицом ко мне, и судорожно сглотнул слюну. Что ж, должен признать, Коул был прав, она ослепительна. Пожалуй, Алариэль самая красивая эльфийка, которую я когда-либо видел, а повидал я их немало. Мой брат давно от нее без ума, но по слухам сама Алариэль не очень-то его жаловала, а тут надо же, держатся за руки и воркуют, как два голубка. Каллар обнял свою невесту, прижал к себе и поцеловал, а меня словно кто-то окатил кипятком. Что? Я чего-то не знаю? Почему мне не доложили, что ситуация изменилась? Я смотрел на эту парочку влюбленных и меня душила злоба, хотелось броситься на брата и избить его, как в детстве, когда у нас заканчивались словесные аргументы, и мы переходили на кулачные. Каллар и Алариэль оторвались друг от друга, взялись за руки и пошли в сторону главного проспекта, я смотрел им в след, пока они не потерялись в толпе.

После этой встречи мое настроение было испорчено на многие дни вперед. Вид счастливого Каллара, который все-таки добился расположения красавицы-эльфийки, неожиданно больно ударил по самолюбию, а я не привык терпеть подобные удары. Мысль о том, что брат неудачлив в любви, согревала, а перспектива его несчастливого брака радовала сердце. Сейчас же, думая о брате, я чувствовал себя жалким неудачником, он принц и будущий правитель темных, будет счастливо жить с молодой красавицей - женой в родовом замке и править половиной первого мира. А кто я? Жалкий изгнанник, возомнивший о себе, невесть что, и грезящий о власти над всеми мирами? Опомнись! Твое могущество существует только в твоем воображении, никто не воспринимает тебя всерьез. Ты не в состоянии подчинить одного несчастного Дракона, где уж воевать с ними в их мире! Ведь еще есть эльфы и оборотни, не стоит забывать и об обитателях остальных миров. Впервые за долгие годы в мое сердце ядовитой змеей закралось сомнение. По силам ли мне задача, которую я перед собой поставил?  Я ни с кем не мог поделиться своими сомнениями, и мне приходилось бороться с ними в одиночку. И Коул, и Доктор свято верят в нашу непобедимость и в осуществление моих планов, и как бы я выглядел в их глазах, начни я ныть и жаловаться на жизнь. Мне удалось справиться с приступами паники и желанием все бросить и сбежать, но на место сомнениям пришли злость и раздражение, граничащее с бешенством. Я срывался на всех, кто подворачивался мне под горячую руку, орал на крэммов, ругался с Коулом, избил Велену за то, что она не вовремя сунулась ко мне в кабинет. Гулять я больше не ходил. К демону эти прогулки! Нечего тратить время на бесцельную ходьбу, надо заставить работать этих бездельников. Через декаду после того, как я встретил Каллара и Алариэль, мое раздражение достигло пика: с самого утра все дела шли вкривь и вкось, к вечеру я  наорал на всех обитателей дома, включая Коула и Триш, которых нашел на кухне мирно играющими в карты. Закончив разнос и выкинув карты в окно, я бурей промчался по опустевшему дому и влетел в кабинет, оглушительно хлопнув дверью и едва справляясь с желанием кого-нибудь убить. Схватив со стола бутылку крепкого местного напитка, я сделал пару больших глотков прямо из горлышка, чтобы хоть как-то успокоится. Алкоголь огненной струей опалил горло, наполняя теплом желудок. Через пять минут и пять глотков моя ярость поутихла, но тут позвонил один из моих человеческих поставщиков оружия и сказал, что сделка, на которую я потратил две декады своего времени, срывается. Я слушал его уверения, что он все исправит и обещания достать все, что мне нужно, но немного дороже и тихо зверел, не прощаясь, я нажал кнопку отбоя, и шарахнул телефон об стену. Пока я разговаривал в кабинет зашли Коул со Старком и теперь, молча, ждали, пока я уделю им время. Если они снова пришли обсудить какую-нибудь ерунду про Драконов, я их точно удавлю!

Коул, не обращая внимания на мое состояние, и делая вид, что он не обижен на меня за разнос, который я устроил ему час назад, уселся в кресло и стал обстоятельно рассказывать о встрече Старка с его подругой из клиники Весса. Моя  ярость с каждым его словом улетучивалось, таяла, как туман под теплыми лучами утреннего солнца, возвращая веру в себя и в успех нашего общего дела. Коул говорил именно то, что я все эти дни хотел услышать, слова, которые я ждал и боялся, что не дождусь.   Какие прекрасные новости! Все-таки миры отреагировали на наш вызов, я зря опасался, что нас не восприняли всерьез. Оборотни уже дали деру, трусливое отродье. Интересно, как поведут себя остальные расы? Помолвка Каллара расторгнута?! О, новость еще прекрасней! Каллар остался тем же неудачником, каким был: добился симпатии невесты, но потерял возможность жениться. Давненько я не чувствовал такого злорадства и морального удовлетворения.  Новости про Драка я пропустил мимо ушей, мое внимание привлекло только сообщение о его девушке. Какая такая неожиданная любовь и что там у него за припадки? Мне он нужен относительно здоровым, припадочного Дракона мне только и не хватало. Сегодня приедет Доктор, надо будет с ним обсудить вопрос о странной реакции этого Дракона, ведь зелье играет не последнюю роль в моих планах. Мое сердечное равновесие было восстановлено, и я снова почувствовал себя всемогущим.

В моих планах значилась организация нескольких точечных ударов по резидентам, которые подстегнут миры к активным действиям. У меня уже был заготовлен небольшой арсенал человеческого оружия, правда, не такой большой, как хотелось бы, но на первое время хватит. Доктор вот-вот решит проблему с нехваткой кадров в помощь Триш для заданий по добыванию денег, а проблема с малочисленностью моего войска, можно сказать, практически решена. Все-таки есть кое-что стоящее в технологической цивилизации. Вряд ли оборотни или Драконы смогут что-то противопоставить залпу из гранатомета или автоматной очереди, какими бы великими воинами они ни были, но их метод ведения боевых действий устарел на века, и грех было бы этим не воспользоваться. Эти глупцы, правители миров, слишком высокого мнения о своем военном могуществе, чтобы обращать внимания на технологии этого благословенного мира, и это, в конце концов, их  и погубит. В этом мире войны не ведутся, а оружие, производимое людьми, считается презренными железками, не идущими ни в какое сравнение с могуществом боевых магов и опытных воинов. Непростительная ошибка, можно сказать фатальная. У меня, как впрочем, и у Доктора,  нет никаких предубеждений против автоматов. Очень эффективное оружие, так почему бы не купить и не использовать такие полезные изобретения, если предоставляется такая возможность? Пока я размышлял, Коул привел старших. Передо мной в ряд выстроились оборотни Эйб и Кру и вампир Блис, Коул присел в кресло.

- Мы начинаем активные боевые действия, – я пристально смотрел на моих военачальников, на их лицах вспыхнула радость, а рты разъехались в довольных ухмылках - Кру, возьми своих ребят и навести дом Краста, один из них мне нужен живым, остальных убейте, а головы принесите мне.

Кру кивнул и довольно зажмурился, он любил убивать и не скрывал этого.

- Эйб, - я кивнул головой в сторону второго военачальника - ты займись вампирами из западной лаборатории. Сделаешь то же самое, одного оставишь, остальных убьешь, головы принесешь мне. – Эйб коротко кивнул, этот оборотень был не особо разговорчивым парнем, но свой отряд держал в железном кулаке, в нем я был уверен, в отличие от патологически жестокого Кру, Эйб в точности выполнит мой приказ.

- Блис, проверишь, остались ли здесь эльфы. Пара голов мне тоже не помешает, но если их будет много – не трогать. Понятно?

Все дружно кивнули

- Свободны. Коул останься. – Вот такое состояние мне по душе, прочь метания, сомнения и неудовольствие собой, все должны работать и подчиняться моим приказам, во имя моей великой цели.

Блис, Кру и Эйб развернулись и вышли из кабинета, а Коул выжидательно уставился на меня.

- Ты будешь следить за Тули, - мне хотелось сделать другу приятное - Я хочу знать, сколько их, можно ли проникнуть в их дом и по возможности узнать их дальнейшие планы.

- То же? – Коул красноречиво провел пальцем по своему горлу, словно отрезал голову.

- Нет, пока не трогать, просто следить,  – я проигнорировал его разочарованный взгляд, тратить время на объяснения, что убивать Драконов кланами, у нас пока кишка тонка, я не стал, он и сам это понимает - Возьми с собой Старка. И скажи ему, чтобы он продолжал общаться с этой своей подружкой из клиники Весса. Его основная задача выпытать у нее как можно больше информации о планах резидентов, она пока наш единственный источник информации. Пусть захватит с собой что-нибудь подходящее из зелий, чтобы девчонка стала добровольно шпионить за своими и не сдала Старка инкарам. Спросишь у ученых, что есть в запасе.  – Коул сидел с недовольной физиономией - Особо проследи за Драком, он мне скоро понадобится. Ты понял? – слова сами оформлялись в приказы, то, что полчаса назад было лишь наметками и неоформленными мыслями, стало командами к действию. Коул коротко кивнул и встал

- Позови Велену, пусть зайдет, – бросил я ему в спину, он не поворачиваясь, кивнул.

Через полминуты Велена проскользнула в дверь, и привычно уселась мне на колени. Еще через минуту она нагишом извивалась в моих руках. Как всегда, повинуясь моему едва уловимому жесту, она скользнула вниз и присела между моих ног, склонившись над животом.

Я держал ее одной рукой за волосы и вспоминал лицо Алариэль. Она теперь тоже часть моего плана. Когда я взойду на престол семи миров, мне будет нужна королева, чтобы рожать сыновей, которые продолжат мой род. Я накрутил волосы Велены на руку, она глухо застонала и задвигалась быстрее, достаточно изучив меня и мои привычки. От живота вверх поднимались теплые волны возбуждения,  я чувствовал жадный рот Велены, а в мыслях был с Алариэль. Не стану же я жениться на мутантке или иметь от нее детей? Нет, чистокровная эльфийская принцесса подойдет для этой роли куда лучше. Я найду ее и женюсь, а мой братец пусть сдохнет от горя,  ведь он вряд ли посмеет преступить волю отца и жениться на Алариэль после разрыва помолвки. Мысли о будущих страданиях брата доставляли мне больше удовольствия, чем действия Велены.

Я за волосы отвел голову мутантки от своего живота и посмотрел в ее потемневшие от возбуждения глаза. Все так же держа ее за волосы, я поднял Велену с колен, развернул к себе спиной, толкнул в спину и вошел сзади, представляя на ее месте Алариэль.

Через несколько декад на полу моего кабинета в ряд стояло с десяток коробок. Два оборотня и вампир преданно смотрели мне в глаза, ожидая следующего приказа.

- Повяжите на них ленточки и отправьте Наместнику,– с усмешкой сказал я.

Лица оборотней и вампира расплылись в  довольных улыбках.

[1] Одна лига равна 1500 метрам

[2]Лурд – самая ходовая  монета Дрэклау. Монета переставала приниматься к оплате, когда рисунок на аверсе полностью стирался.

[3]1 ярд равен 50 см

[4]Лейс – самая крупная монета в денежном обращении Дрэклау, состоит из сплава серебра, меди, платины, содержит не менее 3% эльфиского серебра. В лейсе 1000 лурдов и 100 цинтов.

[5] «Сил таллэн» или «пять узоров» - практически утраченная техника росписи, при которой на поверхности при изменении освещения и угла зрения становятся видны пять разных узоров.

[6]1 стоун равен 6 килограммам

[7] Алкогольный напиток по крепости сравнимый с самогоном

[8] Ругательство

[9]Сийна – крупный хищник семейства кошачьих,, похожий на крупную рысь. Водится в предгорьях Канаматана второго мира, ценится за мягкий и очень теплый бело-голубой мех с темно-серыми пятнами и разводами.

[10]угои, маленькое племя, проживающее в пятом мире и славящееся абсолютным спокойствием и флегматичностью.

[11] Аналог кофе растет повсеместно, кроме седьмого и четвертого миров. Широко используется в кулинарии и является добавкой ко многим магическим зельям. Чайный куст произрастает только в третьем мире и напиток из его листьев не пользуется широкой популярностью у резидентов

[12]Ликк – заменитель крови для инкаров, производится из крови животных и доноров с добавлением трав, химических питательных веществ и магических составляющих. Каждый взрослый инкар должен принимать по две дозы в сутки

[13] Горная гряда, разделяющая материк на северную и южную части и являющаяся границей между Фалиальтой и Талингой

[14] На квэнне Канаматан (Левый Гребень) и Лотаматан (Правый Гребень)

[15] Крупное шестиногое животное, похожее на носорога, обитающее в южных саваннах. Приручается местными племенами и используется в качестве ездового животного. Хроны знамениты своим трубным ревом, который слышно за несколько лиг

[16] Магический реверс – хаотичное движение магического потока в обратную сторону, возникает при попытках создать односторонний портал. Современная магическая наука не знает способов открытия стабильных односторонних порталов, потому что это противоречит фундаментальным законам магии.

[17] Средний рост оборотня составляет примерно 6,2-6,5 футов (1 фут равен 35 см)

Content

Леусс Линда Е. Путь Дракона. Начало (СИ)