Грей Лара

Полночь в старом аббатстве, или Кровавая месть привидения

Annotation

Дышать становилось все труднее. Коллеги наверняка хватились и уже ищут ее. А здесь, внизу, ее никто никогда не найдет. Анна поняла, что совершила роковую ошибку, войдя в потайную дверь. Но прежде чем повернуть назад, она сделала еще несколько шагов, и тут коридор неожиданно закончился, выведя ее в просторную комнату с высоким потолком.

Полными ужаса глазами она уставилась на чудовищную картину, представшую ее взору. Анна хотела закричать, но крик застрял у нее в горле.

На голом каменном полу лежали скелеты в лохмотьях. Костлявая рука одного из них тянулась к глиняному кувшину. Вероятно, когда-то в кувшине была вода, но он стоял на недоступном для несчастного узника расстоянии.

Вдруг откуда-то раздался леденящий душу хохот. Анна, все еще не в силах издать ни звука, огляделась. На противоположной стороне залы в дверном проеме кто-то стоял. Лица и даже фигуры было не разглядеть, их скрывал ярко-алый плащ, в который был одет незнакомец. Дикий, отчаянный крик, наконец, вырвался из груди молодой женщины.

Лара Грэй

Лара Грэй

Полночь в старом аббатстве, или Кровавая месть привидения

Дышать становилось все труднее. Коллеги наверняка хватились и уже ищут ее. А здесь, внизу, ее никто никогда не найдет. Анна поняла, что совершила роковую ошибку, войдя в потайную дверь. Но прежде чем повернуть назад, она сделала еще несколько шагов, и тут коридор неожиданно закончился, выведя ее в просторную комнату с высоким потолком.

Полными ужаса глазами она уставилась на чудовищную картину, представшую ее взору. Анна хотела закричать, но крик застрял у нее в горле.

На голом каменном полу лежали скелеты в лохмотьях. Костлявая рука одного из них тянулась к глиняному кувшину. Вероятно, когда-то в кувшине была вода, но он стоял на недоступном для несчастного узника расстоянии.

Вдруг откуда-то раздался леденящий душу хохот. Анна, все еще не в силах издать ни звука, огляделась. На противоположной стороне залы в дверном проеме кто-то стоял. Лица и даже фигуры было не разглядеть, их скрывал ярко-алый плащ, в который был одет незнакомец. Дикий, отчаянный крик, наконец, вырвался из груди молодой женщины.

Каждый, кто впервые видел этот белоснежный замок на высоком холме в излучине реки, испытывал благоговение и страх одновременно. Величественный фасад главной башни, обращенный к реке, благодаря витражам и эркерам создавал торжественное впечатление. А кружащие над шпилем черные вороны, с шумом влетающие в слепые оконные проемы и вновь появляющиеся из них, создавали гнетущую и зловещую атмосферу.

Подняться из долины к замку решались только туристы. Местные жители старались не приближаться к нему, а когда их спрашивали почему, в ответ лишь пожимали плечами. Тем не менее праздных путешественников эти причуды не останавливали. Поднявшись на верх холма, к замку, человек оказывался перед массивными воротами, украшенными гербом графов Шварцгейст. На нем были изображены три ворона и человеческая голова – но такой странной формы, что при взгляде на нее пробирала дрожь.

Если бы кто-нибудь попытался постучаться в ворота замка, то открыть их было бы некому: вот уже много лет ни одна живая душа не жила в этих стенах. Но однажды все изменилось…

В тот июньский день перед замком остановился новенький серебристый «мерседес». Из него вышли молодая стройная блондинка и высокий мужчина в бежевом костюме. Мужчина снял шляпу, его черные волосы заблестели на солнце.

– Так вот он какой, замок Шварцгейст! – произнес он. – Что скажешь, Яна?

– Не знаю… – блондинка слегка поежилась и обвела взглядом старинную стену. Ее лицо восторга не выражало.

– Выглядит неплохо, не находишь? Даже на удивление хорошо, если учесть, что ему лет пятьсот, из которых последние лет пятьдесят тут никто ничего не делал.

– Да, Милан, ты прав. Но…

– Ну в чем ты сомневаешься, дорогая? – спросил мужчина, стараясь, чтобы голос звучал ласково.

– Ах, если бы я могла тебе это объяснить. Тут все выглядит мертвым… – закончила она фразу тихо, почти шепотом.

Милан только рассмеялся. Его серые глаза, эффектно контрастирующие с иссиня-черными волосами, загорелись весельем.

– Ну а что ты ожидала от нежилого замка? – произнес он. – Последние обитатели покинули его сразу после войны. Точнее, им пришлось его покинуть. По политическим соображениям.

– Да, конечно, – рассеянно отреагировала Яна.

В этот момент прямо над ее головой пронеслось что-то большое и черное. Громко хлопая крыльями, птица пролетела, почти задев ее волосы. Женщина вскрикнула, пригнулась и инстинктивно закрыла голову руками. Милан бросился к жене.

– Галка, – пробурчал он, – или ворон.

Птицы на башне загалдели. Их пронзительное и пугающее карканье нарушило царившую тишину, и от него становилось жутко.

– Я боюсь, – Яна нервно озиралась по сторонам.

Милан заботливо обнял жену.

– Тебе нечего бояться! – успокаивал он ее. – Поверь мне, абсолютно нечего. Ну, подумай сама, у нас чудесный план! Скоро вон там над воротами появится вывеска «Замок-отель Шварцгейст». Туризм в этой местности сейчас активно развивается, а за замок просят сущие гроши!

– Ты, конечно, прав, – согласилась с мужем Яна. – Ну, а где же человек, которого обещали прислать из деревни?

– Ну, еще нет трех часов, – заметил Милан. – Потерпи чуть-чуть, дорогая. По мне, так замок выглядит совсем неплохо. Смотри, даже окна все целы!

Однако ободряющие слова мужа не произвели на Яну особого впечатления. Она застегнула свой шерстяной жакет, хотя день был очень теплым.

– Маклер сказал, что замок в очень хорошем состоянии, особенно если учесть его возраст, – продолжил Милан. – О моих планах ты знаешь. Больше всего денег пойдет, конечно, на перестройку и оборудование номеров. Ну, я имею в виду современные коммуникации и… Ты меня вообще слушаешь?

– Да-да, конечно, слушаю, – ответила Яна.

– Давай пойдем на мост, – предложил Милан. – Думаю, вид оттуда открывается великолепный!

Он не ошибся. В реке отражалось небо, отчего она казалась ярко-синей, а пена от бурного течения казалась облаками, стремительно несущимися вдаль.

– Там, внизу, мы устроим пристань для лодок, – продолжал строить планы Милан. – И построим подъемник, чтобы можно было с берега подняться прямо в отель. Гостям тут должно быть комфортно, понимаешь?

– Не совсем, – ответила Яна, ее голос вдруг приобрел несвойственную ему жесткость. – Ты строишь грандиозные планы, а ведь мы еще не купили замок.

Милан весело рассмеялся.

– Один звонок маклеру, и дело в шляпе! – отмахнулся он.

– На это уйдут все наши накопления, – возразила Яна.

– О господи! Мы же все уже обсудили! – Милан терял терпение. – Сегодня мы сюда приехали, чтобы посмотреть объект и купить его, если он нам понравится. Ну, или если он нам подойдет. И мне кажется, что замок нам подходит! Я не понимаю, почему ты вдруг засомневалась, хотя мы даже еще не посмотрели замок?

Милан увидел, что жена сжала губы, и они превратились в узкую полоску. Такое выражение лица было ему хорошо знакомо – оно означало, что жена не знает, что ответить и что делать дальше.

– Пан и пани Гинтер, если не ошибаюсь? – вдруг раздался за их спинами неприятный скрипучий голос. Супруги вздрогнули и резко оглянулись. Перед ними стоял низкорослый мужчина в залатанной одежде. Руки его были услужливо сложены, голова опущена. Виднелись только седые всклокоченные волосы и старая фетровая шляпа.

– Да, – ответил Милан. – А вы, вероятно, пан Бартес?

Тут мужчина поднял голову, и Яна невольно вскрикнула от испуга: лицо мужчины было обезображено шрамами, водянистые глаза смотрели из-под густых бровей.

– Обгорел во время пожара, – пояснил пан Бартес, пожав плечами. – Это случилось пару лет назад.

– Извините меня, – произнесла Яна и еще больше прижалась к мужу.

– Ключи у вас? – спросил Милан Бартеса.

– Конечно, – ответил тот. – Я вам открою.

– Но вы же нам все тут покажете, не так ли? – спросила Яна.

– Нет, такого задания я не получал. Я буду ждать вас у ворот.

– Да, но мы договаривались, что…

– Мне поручили только то, что я уже сказал, – прервал Милана Бартес и прошел вперед. Разговаривать дальше он явно не собирался. – План замка у вас есть?

– Да, конечно, но…

– Внутри замка все помещения не заперты, – нелюбезно произнес Бартес. – Просто идите по плану. Мебели внутри практически нет. Ее давно куда-то вывезли.

– Послушайте, пан Бартес, мы заплатим вам хорошие чаевые, если вы все-таки проведете нас по замку, – Милан вновь попытался переубедить старика.

– Боюсь, я там плохо ориентируюсь.

– Будет достаточно, если вы просто пойдете с нами, – быстро произнесла Яна. – Пожалуйста, пан Бартес, сделайте это для нас!

– Но дольше шести я тут оставаться не могу! – предупредил Бартес. Он стал оглядывать здание, его лихорадочный взгляд скользил от одного окна к другому.

– Скажите, а кто-нибудь вообще присматривал за зданием? Ведь должен же был кто-то следить, не случилось ли чего?

– Да, был тут один старик, не помню уж, как звали.

– И где он сейчас?

– Умер.

– Ну, а после него?

– Потом был Франц, потом Кристоф, потом Пишек…

– Ну, а они все где?

– Все умерли, – прошептал Бартес. – Умерли в замке, а как да почему, выяснить не удалось.

– Но все они были людьми пожилыми, так ведь?

– Некоторые да, но вот Францу было двадцать семь, Кристофу вообще двадцать, – ответил Бартес. – После этого больше не нашлось желающих тут работать. Все хвосты поджали со страху.

На пару минут воцарилось напряженное молчание.

– Ну что ж, пошли, – произнес, наконец. Милан.

– Я передумал, пан. Черт с ними, с деньгами! Подожду вас тут. Не пойду я внутрь. Ни за что!– Как хотите, – вздохнул Милан, было видно, что вся ситуация ему неприятна. Но отказываться от осмотра он не хотел. Как бы это выглядело со стороны? Поэтому он взял Яну под руку и потянул за собой.

* * *

Старые дубовые ворота заскрежетали, когда Милан толкнул их. Звук отозвался эхом во внутреннем дворе замка, мощенном каменными плитами, в стыках которых разрослась сорная трава. Отзвуки их собственных шагов создавали впечатление, будто кто-то следует за ними по пятам.

– Да не бойся ты, это просто эхо, – успокоил Милан жену. Однако ему с трудом удалось придавать своему голосу должную твердость. – Сорняки убрать проще простого. Они – самая маленькая из бед.

Яна не проронила ни слова. Ее взгляд застыл на фресках в странных красно-коричневых тонах. Местами они осыпались вместе со штукатуркой. Что они изображали – лица людей или какие-то восточные орнаменты – точно определить было трудно. Но выглядели росписи таинственно и непонятно.

– Нужно было тебе надеть туфли без каблуков, – произнес Милан, его голос прозвучал как-то глухо. – Там справа – вход. Через него мы попадем в галерею предков. Хочется посмотреть, как она выглядит.

Милан достал второй ключ и отпер узкую, заостряющуюся кверху дверь. В нос ударил спертый, пропитанный запахом плесни воздух – помещение явно давно не проветривали.

Яна судорожно вцепилась в руку мужу.

– Ты не слышишь? – выдохнула она.

– Да, слышу, – он тоже перешел на шепот.

Это был тихий, но резкий смех. Казалось, он раздавался ото всех стен, изо всех углов, отражался эхом во дворе, исчезал и возникал вновь.

– Пойдем отсюда!

– Это, наверное, Бартес попугать нас решил!

– Но зачем ему это? – спросила Яна. Ее ногти больно впились в руку Милана.

– Прекратилось, – констатировал он облегченно. – Ну и задам я этому типу, когда мы выйдем отсюда. Да как он смеет пугать нас таким образом!

Удовлетворила ли Яну такая реакция, понять было трудно. Она несколько ослабила хватку, но полностью руку мужа не отпустила и, прижавшись к нему, огляделась еще раз. Из зала, в котором они находились, наверх вела деревянная, покрытая искусной резьбой лестница. Белые прямоугольные пятна на стенах свидетельствовали о том, что когда-то тут висели картины.

– Посмотри на эту лестницу! – прошептал Милан. – Это же настоящий шедевр!

Супруги стали медленно подниматься наверх, широкие деревянные ступени застонали под их ногами. Наверху они оказались перед низкой деревянной дверью, она, как и первая, сужалась кверху, но была украшена тяжелыми коваными петлями, проржавевшими в некоторых местах.

Дверь легко открылась, хотя и немилосердно заскрипела. За ней начинался длинный коридор. Стены его были обшиты деревянными панелями. Между витражными окнами, наполнявшими пространство таинственным светом, стояли резные колонны, благодаря чему коридор казался длиннее, чем на самом деле. Вероятно, и здесь когда-то висели картины, скорее всего, портреты предков. Интересно, где они теперь?

Каждый шаг Милана и Яны сопровождался скрипами. Они были похожи то на кряхтение, то на тяжелые и глухие вздохи, производимые человеческой глоткой. И хотя у этих звуков было простое физическое объяснение – рассохшиеся половые доски всегда скрипят, когда по ним идешь, – Яну, да и Милана тоже, не покидало чувство необъяснимого страха, от которого они никак не могли избавиться.

Сохраняя напряженное молчание, супруги прошли по всем покоям, залам и вестибюлям огромного и величественного здания. Милану приходилось все время заглядывать в план – при таком обилии лестниц и коридоров в замке было легко заблудиться.

Иногда получалось так, что, пройдя по бесконечным анфиладам, где одна комната вела в другую, они вдруг, к своему великому удивлению, обнаруживали, что вновь попали в помещение, где уже побывали, хотя с тех пор прошли по нескольким лестницам вверх и вниз.

– Это большой маскарадный зал, – объяснил Милан, когда они вошли в просторное помещение, украшенное роскошными фресками. Справа и слева от входа размещались два огромных камина из серого гранита, над каждым был изображен герб рода Шварцгейст, на удивление яркий, будто нарисованный совсем недавно свежими красками.

– Ну разве это не чудо! – не мог сдержать восторга Милан, – тут у нас будет большой бальный зал. Ах! Я уже как будто слышу музыку и вижу танцующую на паркете публику. Поверь, это будет великолепно, ведь…

Громкий и резкий звук от падения тяжелого предмета прервал слова Милана. Супруги вздрогнули, мгновенно оглянулись и увидели, что произошло. Вдоль длинной стены, между высокими окнами, на постаментах стояли статуи. Одна из них упала, но, как ни странно, не разбилась. Раскрашенная фигура изображала мужчину в старинной одежде и широком алом плаще. Поразительно, но лицо статуи оказалось совершенно плоским, черты лица лишь слегка были обозначены красками. Оно напоминало скорее безжизненную маску.

– Какое странное совпадение: статуя грохнулась именно в нашем присутствии! – заметил Милан и попытался рассмеяться, что ему плохо удалось. – Наверное, сквозняк.

– Но все окна закрыты, – заметила Яна.

– Ну, тогда это произошло от сотрясения, вызванного нашими шагами, – настаивал Милан. – Смотри, стоит мне топнуть, как пол начинает ходуном ходить.

Яна ничего не сказала и потянула Милана за собой, ей не терпелось поскорей закончить осмотр. Она облегченно вздохнула, лишь оказавшись вновь в залитом солнцем дворе замка. Все только что увиденное показалось ей дурным сном.

Бартес курил трубку с каким-то вонючим зельем, сидя на поросшей сорняками, полуразрушенной стенке.

– Ну как? – спросил он.

– Ну а вы как думаете? – ответил Милан вопросом на вопрос.

– Одна из статуй упала, – сказала Яна. – По-моему, это было в так называемом маскарадном зале. Странная такая статуя – мужчина без лица.

– Это был он!

– Кто он? – удивился Милан.

– Мужчина в красном плаще! – ответил Бартес. Дрожа всем телом, он схватил ключи и понесся по дороге, ведущей вниз, в деревню.

* * *

– Мы покупаем замок! – нетерпящим возражений тоном произнес Милан, когда они уже ехали назад в Прагу. – И осуществим наш план.

– Но ты же слышал, что сказал нам этот тип, – напомнила Яна.

– Ну только не начинай снова! – Милан начинал раздражаться. – Тут, в Южной Богемии, масса легенд и сказок, которые старые бабки до сих пор рассказывают друг другу на посиделках.

– Не надо смеяться! То, что мы живем в большом городе, не дает нам права издеваться над суевериями этих людей, – строго возразила Яна.

– Да, но эти россказни тебя напугали, и ты уже готова отказаться от всех наших планов. Скажи, ты правда веришь во всю эту галиматью?

– Легенды рождаются в народе, и у них всегда есть реальная подоплека, – голос Яны звучал строго.

– Ну, может, какая-нибудь уборщица, возвращаясь вечером домой, и приняла болтающуюся на веревке соседскую простыню за приведение! – съязвил Милан.

– Еще раз говорю, доля правды в этих легендах есть! – настаивала на своем Яна. – Это говорит и пани Секора!

– Господи ты боже мой! Только не говори мне об этой старой ведьме! – закричал Милан. – Она и тебе голову задурила?

– Пани Секора – не ведьма, – возмутилась Яна. – Она известный экстрасенс и ясновидящая, даже выступает по телевидению.

– Ерунда! – отмахнулся Милан и нервно провел рукой по волосам. – Удивляюсь, как эту старуху еще не посадили за мошенничество. Выманивает у людей деньги и…

– Ошибаешься! – прервала его жена. – Пани Секора не берет денег с людей, которым помогает.

– Ах-ах! Ну надо же, альтруистка?

– Похоже, что так.

– И что, может, и ты уже получила от нее совет? Конечно, бесплатный! – с иронией спросил Милан.

Лицо Яны налилось краской от возмущения:

– До сих пор у меня не было в этом необходимости! Но теперь, возможно, появится!

– Ну, только не начинай снова! – взмолился Милан. – Ты можешь делать что тебе вздумается. Но учти при этом, что мы должны работать вместе, если хотим чего-то добиться. Раньше в нашей стране таких возможностей не было, надеюсь, тебе не надо об этом напоминать.

– Конечно, не надо, – сухо ответила Яна. – Но мы могли бы поискать другой объект для нашего проекта?

– Но таких выгодных предложений больше нет! – вскипел Милан. – Или ты хочешь купить старое, полуразвалившееся крестьянское подворье, их сейчас продают тысячами, и превратить его в шикарную гостиницу? Если мы будем тянуть, то цены взлетят вверх. Не забывай, на наш рынок рвутся иностранцы. У нас нет времени на раздумья, и из-за бабьих сплетен я от своего плана не отступлюсь!

– Все ясно! – отрезала Яна.

– Надеюсь! – буркнул Милан. В машине воцарилось ледяное молчание. Атмосфера слегка разрядилась, лишь когда Милан уже на подъезде к Праге почувствовал голод.

– Зайдем на полчаса в «Каро»? – предложил. – Я не прочь перекусить.

– Давай, – согласилась Яна. – Честно говоря, и я проголодалась, ведь сегодня мы не смогли пообедать из-за этого чертова…

– Чертова чего?

– Ничего, ничего.

– Ну, так-то лучше, – довольно сказал Милан и припарковал машину перед рестораном, где они были завсегдатаями.

Среди постоянных посетителей – а таких тут было большинство – почти каждый знал о планах супружеской пары. Атмосфера заведения располагала к болтовне.

– Ну что? – спросила сразу рыжая Ева. – Посмотрели этот богемский замок с привидениями?

Яна побледнела и предоставила мужу возможность отвечать на вопросы приятелей.

– Он просто великолепен! – мечтательно начал он. – Даже красивей и интересней, чем мы думали, не правда ли, дорогая?

– Да, намного интересней, – повторила Яна слова мужа с явным сарказмом.

– Да, ребята, вам крупно повезло! – вступил в разговор коллега Милана. Они работали вместе в пражском архитектурном бюро, где планировалось разработать проект реконструкции замка. Работа предстояла грандиозная, но и очень увлекательная. – Как думаете, сколько времени вам понадобится, прежде чем вы сможете открыть отель?

– Сейчас трудно сказать, – быстро ответила Яна. – Нам нужно еще оформить купчую. И только потом начнется главная работа, так ведь, милый?

– Именно, – подтвердил тот.

Больше они этим вечером не говорили о странных явлениях в замке Шварцгейст.

Формальности были быстро улажены. Яна и Милан сходили к маклеру, потом к нотариусу. Две недели спустя супруги Гинтер стали полноправными владельцами замка.

* * *

Милан с энтузиазмом принялся за воплощение своего плана. Он пытался по возможности подключить к работе и Яну. Однако она к его предприятию особого интереса не проявляла. Милан же упорно шел к своей цели. Легкой его задача не была: для некоторых помещений замка не существовало даже планов. Поэтому Милану пришлось послать в Шварцгейст троих сотрудников, чтобы те сделали там необходимые замеры.

В замок отправились молодые архитекторы Петр Блавич, Карел Павлек и Анна Миркова.

Все трое выехали из Праги в субботу и взяли курс на Южную Богемию. Милан снял для них номера в гостинице недалеко от замка.

– И вот еще что, – сказал он во время короткого совещания перед отъездом, – вы, наверное, слышали, что в Южной Богемии существует много разных легенд. Практически о каждом замке там чего-нибудь да рассказывают. Наш Шварцгейст – не исключение. Поэтому не удивляйтесь, если тамошний люд будет вести себя несколько странно. Лучше всего просто не обращайте внимания на то, о чем болтают люди.

– А о чем они болтают? – поинтересовалась заинтригованная Анна и убрала со лба прядь каштановых волос.

– Да я толком не знаю, – попытался уйти от ответа Милан. – А тебе-то какая разница?

– Я просто обожаю такие вещи! – не унималась Анна. В ее глазах зажглись веселые огоньки.

– Да брось ты! – отмахнулся Милан. – Это все сказки и ничего больше!

– Да чего ты так кипятишься? Я же просто спросила, разве нельзя?

– Ну, в общем, я все сказал, – возвратился к главной теме Милан. – В южном крыле замка нужно сделать замеры на трех этажах. Обратите особое внимание на камины.

– Все ясно, – ответил белокурый Петр Блавич. – Все сделаем как надо.

Молодые люди приехали в Шварцгейст уже под вечер. Ключи надо было забрать в деревенской управе, за ними отправилась Анна.

В скромно обставленной конторе она застала маленькую пожилую женщину, одетую в костюм мышиного цвета, скучающую за непропорционально огромным письменным столом.

Анна попросила выдать ей ключи и тут же заметила, что выражение лица у женщины переменилось.

– Что-то не так?

– Будьте осторожны там, наверху, – проговорила едва слышно «серая мышь» и легонько кивнула головой в сторону замка.

– Там что-нибудь может обрушиться? – предположила Анна.

– Да нет, но…

– Что-то ты разболталась, Мирка! – вдруг раздался резкий мужской голос со стороны входной двери.

Анна быстро оглянулась и тоже не могла удержаться от того, чтобы не вздрогнуть, увидев обезображенное лицо Бартеса.

– Я… – начала она.

– Эта женщина болтает глупости, барышня, – прервал ее Бартес и попытался улыбнуться. Но от этого его лицо стало еще более отталкивающим. – Этих баб хлебом не корми, дай только поболтать.

– Да, но говорят же, что… – стала оправдываться женщина в сером.

– Попридержи язык, Мирка! – приказал ей строго Бартес. – Это не нашего ума дело!

– А все-таки в чем дело? – спросила Анна. – Расскажите!

Бартес приблизился почти вплотную к девушке. Она ощутила в его дыхании отвратительную смесь пива и водки.

– Теперь это ваше дело! – произнес он и омерзительно захихикал, потирая руки. – Отправляйтесь себе наверх в этот старый сарай. Желаю вам, барышня, получить массу удовольствия.

Анна недоуменно пожала плечами и вышла из управы.

– Ты что, с привидением повстречалась? – пошутили ее спутники, когда она к ним подошла. – На тебе лица нет!

– Похоже, тут все с ума посходили! – покачала головой девушка.

– А что случилось? – поинтересовался Петр.

– Да, собственно, ничего особенного, – призналась Анна. – Служащая в управе попыталась мне сказать что-то… Но вдруг там появился безобразного вида мужик, приказал ей молчать, как будто боялся, что она выдаст какую-то страшную тайну.

– Ой, пусть сами разбираются между собой! Мы приехали сюда работать, и до их проблем нам нет никакого дела, – сказал Карел. – Пошли в замок. Дело к вечеру, а нам сегодня нужно сделать хотя бы предварительный осмотр.

Всю дорогу наверх они непринужденно болтали, но когда, наконец, оказались у моста, ведущего через глубокий ров к воротам замка, все трое вдруг почувствовали себя скованно.

– Романтично, – нарушила молчание Анна и вздрогнула от собственного голоса, который прозвучал как-то незнакомо и глухо.

– М-да, ну и ввязался Милан в дельце! – скептически покачал головой Карел. – Да сюда нужно миллионы закачать!

Архитекторы вошли в главное здание и молча отправились осматривать замок. Они переговаривались между собой шепотом, хотя и сами не понимали почему – мешать тут было некому. Молодые люди заговорили с привычной громкостью, лишь когда вновь оказались за воротами.

– Н-да, работы будет невпроворот, – констатировал Петр, на что Карел только кивнул головой.

– Слушайте, я проголодалась, – сказала Анна. – Внизу, у моста через реку, есть трактир. Давайте там перекусим, а потом поедем в гостиницу.

– Хорошая идея, – согласился Петр, Карел тоже не возражал. Он сунул руки в карманы и еще раз обернулся на замок, окна вдруг показались ему глазами, смотрящими на него холодно и враждебно.

Трактир оказался простой деревенской харчевней. За столами сидели мужчины в рабочей одежде и пили пиво.

Когда архитекторы вошли, все головы повернулись в их сторону. Воцарилась тишина. Анна, Карел и Петр невольно остановились при входе. На них в упор смотрело несколько десятков черных глаз из-под густых темных бровей, все мужчины были черноволосые и загорелые. Анна вспомнила, что читала, будто на местной бумажной фабрике работает много цыган – вероятно, это были они. Анне стало не по себе, плечи ее напряглись.

Архитекторы хотели было развернуться и покинуть это неприветливое место, как к ним подбежал трактирщик, худой мужчина лет пятидесяти.

– Вот там – проговорил он подобострастным тенорком, – у окна свободный стол. Господа хотят поужинать?

– Да, что-нибудь перекусить, – ответила Анна и с опаской оглянулась. Заведение не впечатляло – это была скорее обычная пивная, чем трактир, хотя вывеска на фасаде утверждала обратное.

– Что господа будут пить?

– Мне колу, – попросила Анна, ее коллеги заказали минеральную воду.

Разговоры за соседними столами постепенно возобновились и слились скоро в обычный для пивных гул, отдельных слов было не разобрать.

Трактирщик принес меню, которое оказалось на удивление обширным, еда, вопреки пессимистичным ожиданиям, оказалась вкусной. За ужином столичные гости и не заметили, что посетители разошлись по домам и они остались в зале одни.

Трактирщик подошел к их столу, чтобы забрать грязную посуду.

– Вы были наверху? – спросил он и кивнул головой в сторону окна, за которым виднелся замок. В сумерках он казался особенно мрачным и угрожающим.

– Да, у нас там работа, мы еще планируем бывать там какое-то время, – дружелюбно пояснила Анна.

– И с вами… С вами ничего не произошло? – пролепетал мужчина.

– А что с нами могло произойти? – удивился Петр.

– Так вы ничего не знаете? – спросил шепотом трактирщик. – Хотите, моя мать вам все расскажет? У вас глаза на лоб полезут!

– Я обожаю страшные сказки! – заметила Анна с улыбкой.

– Это не сказки! – заверил трактирщик. – А чистая правда!

Он обернулся на дверь, которая соединяла зал с кухней. Там стояла старуха в платке, надвинутом на лоб. Из-под платка торчал большой мясистый нос.

Трактирщик махнул рукой, и старуха, шаркая ногами, подошла к столу и обвела сидящих взглядом. Ее глаза – единственное, что свидетельствовало о наличии жизни на испещренном морщинами лице. Губы провалились в беззубый рот. Во всем ее облике было что-то зловещее, она напоминала ведьму.

– Вы хотите, чтобы я рассказала вам о замке? – спросила старуха трескучим хриплым голосом. – Итак, – начала мать трактирщика свой рассказ, усевшись на один из скрипучих стульев. Она говорила то громко, то вдруг шепотом, но при этом четко и ясно, – это произошло много лет назад. В замке испокон веков жили графы Шварцгейст, чей род принадлежал к старинному богемскому дворянству. Одним из них был Йосиф фон Шварцгейст, он слыл жадным и злобным человеком. Крестьянам под его правлением приходилось несладко.

Женщина прервала рассказ и сделала глоток из стакана со странного вида коричневой жидкостью.

– Однажды крестьяне подняли восстание против Йосифа и взяли замок штурмом. Они гнались за графом по лесу вплоть до старого аббатства. Там он от них спрятался. Но крестьяне сожгли аббатство, так что от него остались одни руины. Их и сегодня можно увидеть в лесу.

– И что, граф тоже сгорел? – ужаснулась Анна.

– Этого никто не знает. Говорят, он появился на мгновенье в одном из объятых огнем окон и проклял оттуда каждого, кто осмелится заявиться в замок Шварцгейст с намерением завладеть им.

– А что было потом?

– Эдуард, последний из Шварцгейстов, покинул замок после войны по приказу тогдашнего правительства, – продолжила старуха. – Потом замок объявили государственной собственностью. Еще тогда предпринимались попытки превратить его в гостиницу, но ничего не получилось.

– Почему?

– Об этом лучше спросить людей, которые побывали в старом замке и потом в страхе оттуда бежали, так как этот Йосиф не давал им покоя. Он до сих пор хозяйничает в замке. Граф почти не показывается людям, но кое-кто его все-таки видел.

– И как он выглядит?

– Это человек в красном плаще! – прошептала старуха и со страхом покосилась в сторону огромного замка, темнеющего в проеме окна. – Иногда люди видят даже свет в окнах замка. Он загорается в большой галерее, потом по очереди во всех помещения западного крыла, затем наверху в башне – и там гаснет.

– Наверняка этому есть какое-то естественное объяснение, – вступил в разговор Карел.

– Когда появляется человек в красном плаще, то вскоре происходит несчастье, – произнесла старуха тоном провидицы. – Поэтому ни один человек из нашей деревни или округи ни за что не войдет в этот проклятый замок.

– А куда подевались предметы обстановки замка: мебель, картины, ковры и прочее? – спросил Петр. – Их продали?

Женщина медленно покачала головой. Затем нагнулась вперед, как будто боялась, что человек в красном плаще может ее подслушать, и прошептала:

– Он все забрал с собой! Даже самые тяжелые вещи. Осталось всего ничего. И если кто и отваживается заглянуть в замок, то обнаруживает, что опять что-то исчезло.

– Ерунда какая-то! – не выдержал Петр.

– Пан так думает? – спросила старуха и ухмыльнулась беззубым ртом. – Скоро вам будет не до шуток!

* * *

Сначала работы по замерам шли как и полагается. Постоянно находясь в замке, архитекторы понемногу к нему привыкли и уже не испытывали суеверного страха. Дело продвигалось довольно быстро, хотя не все шло так гладко, как хотелось бы.

– Нужно было сразу взять сюда кульман, – сказал Петр, Карел согласно кивнул.

– Но проект можно сделать и просто по результатам замеров, – возразила Анна. – Нас же этому еще в институте учили.

– Анна, боюсь, тебе придется перемерить ширину нижней анфилады. Как назло, на последнюю цифру капнула вода, и теперь непонятно, что тут написано. Тебе не трудно будет это сделать?

– Нет, конечно, – согласилась девушка. – Сейчас здесь закончу и спущусь вниз. Ты имеешь в виду анфиладу, которая ведет налево от углового зала?

– Да, точно, – подтвердил Петр.

Пару минут спустя Анна отправилась вниз. Она уже отлично ориентировалась в коридорах и комнатах, ведь они работали неделю в этой части замка. Нужная ей анфилада выглядела особенно запущенной. Явно здесь давно никто не жил. Похоже, даже последние владельцы не пользовались этими комнатами. Тут и окна были в плохом состоянии, дуло изо всех щелей.

Вообще, в замке архитекторы постоянно ощущали дуновение холодного ветерка. К этому было трудно привыкнуть – казалось, кто-то невидимый дышит рядом.

Вот и сейчас Анна, спускаясь по винтовой лестнице вниз, почувствовала на себе холодное «дыхание». Она не обратила на это внимания, так как привыкла к сквознякам, как и к странным звукам, раздававшимся то тут, то там.

Анне пришлось сначала пройти по нескольким пустым комнатам. Тяжелые и темные деревянные потолки с массивными балками венчали высокие своды залов, широкие половые доски придавали им монументальный и величественный вид. Камины в большинстве своем находились в приличном состоянии. Это были настоящие шедевры, стоящие сегодня огромных денег. У Анны было в эти дни достаточно времени, чтобы налюбоваться ими, поэтому сейчас она просто прошла мимо, сопровождаемая скрипами, хрустами и странными дуновениями.

То, что время от времени двери за ней с шумом закрывались сами собой, тоже ее не удивляло – это было нормально и случалось тут сплошь и рядом. Девушка даже не отреагировала, когда произошло нечто действительно необычное. Одна из дверей сама собой открылась перед Анной, вопреки сквозняку, который тянул в противоположную сторону. Девушка вошла в зал. Дверь за ней громко захлопнулась.

Анна надавила на ручку, но дверь не открывалась. Девушка нажала на нее еще раз – уже всем телом. Но замок, вероятно, заклинило, и дверь не поддавалась.

– Вот черт! – пробурчала Анна. Тут она вспомнила, что в нужную ей анфиладу она могла пройти и в обход. Это означало, конечно, потерять много времени – солнце уже начало садиться, а в замке никакого искусственного освещения не было.

Но Анну ждал еще один неприятный сюрприз – дверь, ведущая из зала, также оказалась закрытой! Девушка чуть разбежалась и что есть силы ударила ее плечом. Безрезультатно. Рано или поздно коллеги начнут ее искать, но пока они ее хватятся, может пройти много времени, а уже совсем скоро она окажется здесь в полной темноте. Сердце ее забилось, ей стало страшно.

Снаружи каркали вороны. Их темные тени мелькали перед окнами, что заставляло сердце девушки колотиться еще быстрее. Она попыталась внушить себе, что ничего ужасного не происходит и что выход наверняка найдется.

Чтобы хоть как-то отвлечься, она стала насвистывать. Но через мгновенье замолкла – она четко услышала, что тут свистит не только она. Откуда-то ее мелодия прозвучала еще раз, только в другой, более низкой тональности. Эхо? Здесь? Этого не могло быть. Потолок и стены покрывали деревянные панели – эхо было тут физически невозможно.

Может быть, это свистели Петр или Карел? Анна начала звать их и еще раз убедилась, что эха тут нет. Ее криков, кажется, никто не услышал. Чтобы экономить силы, Анна замолчала и вновь попыталась открыть захлопнувшиеся двери, но безуспешно.

Вдруг она услышала глухой грохот. Звук, кажется, шел из огромного камина. В полутьме Анна разглядела облако пыли. Когда пыль немного осела, то показалось что-то белое и круглое. Анна медленно направилась к камину. Подойдя совсем близко, влажными от волнения руками нащупала в кармане зажигалку. Дрожащими пальцами она попыталась ее зажечь. С первой попытки ей это не удалось.

Наконец, пламя вспыхнуло. Анна в ужасе закричала. С почерневшей от копоти решетки для дров на нее смотрел череп! Нижняя его челюсть отвалилась и лежала рядом. Во лбу зияли две дыры – вероятно, входные пулевые отверстия.

Анна визжала, как сумасшедшая, – так велик был шок от увиденного. Она стояла и кричала вне себя от страха, и тут на череп из дымохода с грохотом высыпалось еще несколько костей.

Девушка замерла, боясь пошевелиться. Ее стянутые прежде в пучок волосы распустились и падали теперь на плечи и лоб. В панике Анна опять бросилась к двери, больно ударилась о нее плечом и, наконец, без сил медленно опустилась на пол. Она зарыдала, дрожа всем телом. Все, о чем рассказывала старуха в трактире и на что намекали местные, всплыло в ее памяти.

Вдруг ей послышался характерный скрип: рядом с камином открылась узкая потайная дверь, скрытая до сих пор среди деревянных стенных панелей. В проеме был виден слабый свет. «Может быть, там есть выход?» – промелькнуло в голове у отчаявшейся девушки.

Она подошла к двери и увидела крутую винтовую лестницу, ведущую куда-то вниз. Сердце Анны бешено билось.

А что если лестница ведет в маскарадный зал, в котором работают Карел и Петр? Как и у всех архитекторов, у нее было развито пространственное воображение, и оно ей сейчас подсказывало, что зал находится в этом месте, только ниже.

Почти успокоившись, она смело стала спускаться. Сделав множество поворотов, лестница привела Анну к узкому и низкому проходу. Такому низкому, что пришлось нагнуться, чтобы идти вперед. Дышать тут было почти нечем. В конце прохода виднелось красное сияние. Анна пошла на свет, хотя от ее уверенности вновь не осталось и следа. С каждым шагом страх сковывал ее все сильнее: неизвестно, что ждало в конце коридора.

Дышать становилось все труднее. Коллеги наверняка хватились и уже ищут ее. А здесь, внизу, ее никто никогда не найдет. Анна поняла, что совершила роковую ошибку, войдя в потайную дверь. Но прежде чем повернуть назад, она сделала еще несколько шагов, и тут коридор неожиданно закончился, выведя ее в просторную комнату с высоким потолком.

Полными ужаса глазами она уставилась на чудовищную картину, представшую ее взору. Анна хотела было закричать, но крик застрял у нее в горле.

На голом каменном полу лежали скелеты в лохмотьях. Костлявая рука одного из них тянулась к глиняному кувшину. Вероятно, когда-то в кувшине была вода, но он стоял на недоступном для несчастного узника расстоянии.

Вдруг откуда-то раздался леденящий душу хохот. Анна, все еще не в силах издать ни звука, огляделась. На противоположной стороне залы в дверном проеме кто-то стоял. Лица и даже фигуры было не разглядеть, их скрывал ярко-алый плащ, в который был одет незнакомец.

Дикий, отчаянный крик, наконец, вырвался из груди молодой женщины. Она развернулась и бросилась бежать назад по узкому проходу. Она неслась по коридору, не обращая внимания ни на что. Недостаточно низко пригнувшись, она пару раз ударилась головой о каменный потолок. Анна почувствовала, как по лбу потекла кровь, но больно не было. Наконец, лестница! Анна споткнулась, кинулась вверх по ступеням, опять упала и опять поднялась на ноги. Руки были расцарапаны, но и теперь она не испытывала боли. Только вперед – было ее единственной мыслью. Только бы убежать из этого кошмарного места!

В зале наверху воздух был на удивление свеж. В сумеречном свете Анна увидела, что одна из дверей теперь широко раскрыта. В проеме стояли две высокие фигуры. Свет был за ними, и поэтому рассмотреть их было невозможно, они воспринимались лишь как два черных силуэта.

Тяжело дыша, Анна остановилась – убежать от приведений этого ужасного замка нельзя! Внизу был человек в красном плаще, тут эти двое, а вторая дверь как была, так и осталась закрытой.

Внезапно яркий луч фонарика осветил лицо Анны.

– Анна, это ты?!

– О господи! – зарыдала девушка. – Наконец-то это вы!

Спотыкаясь, она бросилась к коллегам. Петр крепко обнял ее.

– Что с тобой стряслось, Анна? – спросил он испуганно.

– Я заглянула в ад, – прошептала она, и ее голос потонул в рыданиях.

* * *

Карелу и Петру рассказ Анны показался полным абсурдом. Они сидели в трактире, Анна уже успела выпить пару рюмок водки, чего раньше никогда не делала. Алкоголь позволил ей немного расслабиться и прийти в себя.

– Мне это не привиделось! – настаивала она. – Скелеты лежали внизу!

– Анна, мы тебе верим. Правда! В старых замках было принято устраивать такие потайные темницы.

– Да, но дверь! Она распахнулась сама!

– Возможно, ты ее случайно толкнула и не заметила этого, – предположил Карел. – Или в половых досках было какое-то определенное место, нажав на которое, ты привела в действие скрытый механизм. У средневековых рыцарей, конечно, не было такой техники, как сейчас, но в некоторых вещах они были весьма изобретательны.

– Может быть, – согласилась Анна и провела рукой по волосам. – Но кто там был внизу? Этот страшный человек под сводами? Он стоял в десяти метрах от меня, и на нем был красный плащ.

– Анна, прошу тебя, – Карл попытался образумить коллегу. – Ты перепугалась, такое и людям с более крепкими нервами пережить нелегко. Думаю, воображение сыграло с тобой злую шутку. Ты наслушалась этих старинных легенд, и в стрессовой ситуации они вырвались из подсознания. То, что такое случается, давно уже доказано психологами.

– Забавно, что ты читаешь мне лекцию по психологии, – ответила с издевкой Анна. – Ты что, думаешь, я сошла с ума и не могу больше верить своим глазам и ушам?

– Так никто не думает, – попытался ее успокоить Петр. – Но Карел прав. В некоторых исключительных ситуациях у людей случаются галлюцинации.

– Но я видела все это в реальности! – вскипела девушка. Она заказала себе еще водки, опрокинула рюмку и на мгновенье закрыла глаза. – Никакие это были не галлюцинации! Тот тип стоял там, и вы не убедите меня в обратном.

Трактирщик, вероятно, подслушивал их разговор, что было нетрудно, так как Анна говорила громко и с надрывом. Он медленно подкрался к столу. Его маленькие узкие глазки горели от любопытства.

– Вы его видели, барышня? – спросил он. – Вы видели человека в красном плаще?

– Да, – ответила она, даже не предполагая, какие последствия может иметь ее ответ.

– Тогда скоро случится несчастье, – прошептал трактирщик, поспешил на кухню и тут же возвратился с матерью.

– Вы взаправду его видели? – спросила беззубая старуха и уставилась на Анну, чуть наклонив голову. Взгляд ее был колючим и злобным.

– Я не лгу, – утвердительно кивнула головой Анна. Тут Карел тихонько толкнул ее в бок, чего она, однако, не заметила.

– Тогда вы в большой опасности, – проскрипела бабка. – Тогда все мы в большой опасности. Уходите отсюда. И поскорее. И никогда больше сюда не являйтесь! Вы принесете несчастье всей деревне, потому что пробудили духов, которые давно спали.

– Не болтайте ерунды! – не выдержал Петр. – У всего этого наверняка есть простое и естественное объяснение.

– А почему люди помирали в замке? – настаивала мать трактирщика. – Я старая. И видела, как их приносили оттуда, сверху, мертвее мертвых. А некоторые-то были в расцвете лет! Вы можете мне сказать, почему лучшие полицейские не могли найти этому объяснения?

Петр смущенно замолчал.

– Уходите, пока и вы не отправились на тот свет, – голос старой женщины приобрел пророческое звучание. – Проклятье есть проклятье, и оно настигнет каждого. Каждый, кто не прислушивается к словам Йосифа фон Шварцгейста, погибнет!

– Привидений не бывает! – настаивал Карел.

– Я в этом уже не уверена, – вмешалась Анна.

– Слушай! – возмутился Карел. – Ты-то хоть не подливай масла в огонь! Даже если ты чего и видела, то лучше помалкивай! А то запиши свою историю на бумагу, повесь ее на доску объявлений в центре деревни, и тогда нам уж точно тут житья не будет!

– Пани все уже поняла, – прокряхтела старуха. – А вы нет. Вы только тогда поймете, когда для вас и для всех нас будет поздно.

– Ах, не болтайте ерунды! Оставьте нас в покое, иначе мы пойдем в другой трактир! Их в деревне достаточно.

– Будет очень хорошо, если господа больше сюда не придут, – прошипела старуха сквозь зубы. – Вы принесете проклятье в наш дом.

– Так, с меня хватит! – возмутился Карел.

– С меня, честно говоря, тоже! – согласился Петр. – До чего же всех напугало несколько старых костей!

– Не угодно ли вам будет рассчитаться? – спросил трактирщик, опять подойдя к столу. Перед этим он очень долго шептался с матерью, угрожающе размахивающей руками.

– Вообще-то, мы хотели еще чего-нибудь выпить, – удивился Петр.

– Мы закрываемся!

– Да, но еще только начало девятого.

– Мы закрываем, когда хотим, – заметил трактирщик.

– Это означает, что нам здесь больше не рады? – спросил Петр.

– Я вижу, пан все понял! – ответил трактирщик. – Моя мать многое повидала и многое пережила на своем веку. Я верю ей.

– Ну что ж, – пробурчал Петр. Он расплатился, все трое покинули трактир и направились к машине. Когда он открывал дверцу, Карел легонько толкнул его в бок.

– Посмотри-ка наверх! – сказал он. – Там, в окне… Свет! Похоже, в маскарадном зале. Ты, растяпа, не выключил фонарь.

– Это не фонарь, – хрипло прошептала Анна. – Это горят свечи. Видите, как свет колеблется. А теперь он движется. Смотрите, он переходит от одного окна к другому!

Последние слова она почти прокричала. Ужас, который она испытала всего несколько часов назад, опять ее объял, на лбу выступила испарина.

– Да замолчи ты! – цыкнул на нее Карел. – Чего доброго, старуха выбежит из трактира и опять устроит здесь театр!

Действительно, свет медленно передвигался вдоль окон. Архитекторы не были уверены, что только они видят его. Скорее всего, его заметили и в деревне.

– Я думаю, – убежденно сказал Карел, – что кто-то решил зло подшутить над нами. И я выясню, в чем тут дело.

– Ты что, с ума сошел? – возмутилась Анна и вцепилась ему в руку.

– Я с этого привидения сорву красный плащ, это уж точно! – пригрозил Карел.

– Да оставь ты! – стал увещевать его Петр. – Поехали в гостиницу! Если это какой-то розыгрыш, то черт с ним! Нечего обращать внимания на всякую ерунду.

– Ну уж нет, я с этим привидением разберусь! – не унимался Карел и вырвался из рук Анны.

– Карел, не надо! – закричала она – Умоляю тебя, не ходи туда!

Но молодой архитектор только махнул рукой и решительно зашагал к замку. Вскоре его фигура исчезла в тени деревьев, растущих вдоль дороги.

– Я боюсь, – прошептала Анна и задрожала. Пережитое сегодня было еще слишком свежо в ее памяти.

– Успокойся, через десять минут он вернется.

Анна опять стала смотреть на перемещающийся свет в окнах замка.

– Теперь он в красном салоне, – пролепетала она. – Смотри, он остановился. Вот пошел дальше. Но совсем медленно. Кажется, он что-то услышал.

Как завороженные, Анна и Петр смотрели вверх на замок. Вдруг движения света стали лихорадочными. Он быстро стал перемещаться назад, в то место, где появился, пронесся по всем помещениям и переместился вверх, в башню. Четко было видно, как трепещет пламя свечей.

На самом верху башни, в высоких оконных проемах свет внезапно погас.

– Все кончилось, – выдохнула Анна.

– Вижу, – сказал еле слышно Петр. По его спине пробежал холодок.

Они стали ждать возвращения Карела. Прошло полчаса, затем час. В трактире все еще горел свет.

– Нам нужно что-то делать! – проговорила, наконец, Анна срывающимся голосом. – Уверена, там что-то случилось!

– Анна, не сходи с ума! – одернул ее Петр. Но было ясно, что и его нервы на пределе.

Девушка бросилась к трактиру. Двери еще были открыты. Трактирщик с испугом уставился на мертвенно-бледное лицо Анны.

– Нам нужно позвонить в полицию! – выдавила она из себя. – Возможно, наверху, в замке, случилось несчастье!

* * *

– Что с тобой? – спросила Яна мужа. Милан сидел за столом в гостиной, обхватив голову руками, и пустыми, невидящими глазами смотрел в одну точку.

– Произошло несчастье, – выдавил он из себя.

– Что? – испугалась Яна. – На тебе лица нет! Да говори же наконец!

– Во время замеров в Шварцгейсте погиб Карел Павлек. Несчастный случай…

– Карел? – вскричала Яна, ничего не понимая. – Как это могло произойти?

– Я не знаю подробностей, – ответил Милан. – Мне только сообщили, что он случайно упал с лестницы и сломал себе шею.

– Ужас! – простонала Яна и отвернулась, тяжело дыша. Затем она медленно подошла к столу. – Вот увидишь, этот замок нам счастья не принесет.

– При чем тут замок! – вспылил Милан. – С лестницы можно упасть где угодно.

– Да, но это произошло именно в нашем замке! – настаивала Яна почти с детским упрямством. – Косвенно мы виноваты в случившемся.

– Думаю, для нас сейчас главное – не терять самообладания, – произнес Милан насколько можно спокойно и рассудительно. – Нас абсолютно не в чем упрекнуть. Завтра я поеду в Шварцгейст и…

– Я с тобой! – прервала его Яна. – У меня есть пара отгулов, которые мне нужно использовать.

– Не очень удачная мысль, – возразил Милан. – Я тебя знаю, ты там разволнуешься, и это выбьет тебя из колеи.

– Да, но я совладелица замка, – наставила Анна. – И мне не все равно, что там происходит. Это мой долг, Милан.

– Ну хорошо, запретить ехать я тебе не могу. В определенной степени я даже рад, что ты наконец принимаешь участие в этом деле…

– Тебе не объяснили, как конкретно это произошло?

– Нет, я знаю только, что он был один, когда это случилось, свидетелей нет.

– Хорошо, тогда мы, как владельцы замка, должны принять все меры для расследования.

На следующее утро супруги выехали на место. По пути они опять обсуждали происшедшее, строили различные догадки. Только об одном молчали оба: что несчастный случай мог быть связан с паранормальными явлениями в замке Шварцгейст.

Они договорились встретиться с коллегами в гостинице. Уже в холле им навстречу поспешила Анна. Ее лицо было бледным, глаза покраснели от слез.

– Слава богу, что вы приехали! – выпалила она и жестом пригласила их сесть в кресла, стоящие в холле.

– Как все случилось? – тут же задала вопрос Яна, она была дружна с Анной.

– Точно мы ничего не знаем, – начала Анна. – Полиция ведет расследование.

– Но почему? Я думала, это был несчастный случай? – спросила Яна.

– Не исключено, что в то время в замке находился еще кто-то, – произнесла Анна бесцветным голосом и начала рассказывать о том, что случилось с ними после того, как они ушли из трактира.

Супруги внимательно ее слушали. О том, что произошло с ней накануне, Анна решила пока умолчать. Она поведала им о странном свете, который они наблюдали втроем в окнах замка.

– Это наверняка саботаж! – возмутился Милан. – Эти деревенские дурни решили во что бы то ни стало разрушить наши планы!

– Я не думаю, что причина в этом, – произнесла тихо Анна.

– Анна тоже пережила кое-что неприятное, – вступил в разговор Петр. – Заклинило две двери, и она оказалась практически запертой в одном из помещений, потом она, вероятно, нажала на скрытый рычаг, отворилась дверь к подземному тайнику, в котором, как я предполагаю, когда-то была тюрьма. Ну, в общем, она видела там несколько костей.

– Несколько костей?! – возмутилась Анна. – Да это были целые скелеты людей, прикованных цепям к стене и, вероятно, умерших от голода!

– Да, такое было возможно в старину, – сказал Петр.

– А человек в красном плаще?

Яна замерла и испуганно посмотрела на Анну.

– Ты его видела, это привидение? – спросила она, чуть дыша.

– Клянусь! – заверила Анна. – Но я была там одна, и теперь никто мне не верит. Карел и Петр подумали, что я спятила, но я, черт возьми, совершенно нормальная. И верю тому, что видела собственными глазами.

– Минутку! – перебил ее Милан. – Уж не хочешь ли ты сказать, что встретилась с привидением?

– Было ли это привидение, я не знаю, – огрызнулась Анна. – Это был мужчина, его лица я не рассмотрела. На нем был красный плащ, покрывавший его с головы до ног. Я отчетливо видела его в том ужасном склепе со скелетами.

– Ерунда какая-то! – воскликнул Милан.

– Ерунда? – переспросила Анна еще более раздраженно. – Короче, Милан! Ты можешь продолжать замеры самостоятельно. Меня в эти старые руины больше на аркане не затащишь. Мне о них многое рассказывали, очень многое, но я…

– Довольно! – Милан попытался закончить разговор. – Мы же все культурные люди…

– Милан, я тебе уже не раз говорила, что в области паранормальных явлений существуют уже и научные исследования, и нельзя их игнорировать, – вмешалась Яна.

Милан помолчал пару мгновений.

– Я отказываюсь во что-то верить, чего я не видел собственными глазами! – твердо заявил он.

– Но я видела все это! – попыталась убедить его Анна. – Думаешь, я лгу?

– Анна, никто так не думает, – примирительно сказала Яна. – Но не могло ли случиться так, что твои мысли…

– Исключено! – отрезала Анна.

В этот момент в холл вошли двое мужчин, одетые в строгие темные костюмы. Они представились сотрудниками уголовной полиции, расследующими прискорбный несчастный случай в замке.

– Пан Гинтер?

– Да, – ответил Милан и встал, поправляя галстук.

– Вы владелец замка?

– Моя жена и я, – уточнил Милан. – Мы узнали о несчастье и немедленно приехали, чтобы на месте позаботиться обо всем. Вам удалось что-нибудь выяснить?

– Пан Павлек, скорее всего, споткнулся на винтовой лестнице и упал вниз. Вероятно, света свечей было недостаточно…

– У Карла никаких свечей не было! – тут же вклинилась в разговор Анна. – У него был мощный электрический фонарь. Зачем человеку пользоваться свечами, если у него при себе фонарь.

– Нам не удалось найти фонарь на месте происшествия. Только трехрожковый подсвечник. Он лежал недалеко от тела на лестнице.

– Именно в нем и горели свечи, – прошептала Анна едва слышно.

– Вы сказали, пани Миркова, что видели, как в окнах замка горели свечи? – спросил один из полицейских.

– Да, это так. Как я уже сказала, именно по этой причине Карел и вернулся в замок. Увы, мне и моему коллеге не удалось отговорить его от этой затеи.

– И вы не знаете, кто бы мог в это время находиться в замке?

– Мы тщательно заперли все двери, когда уходили, – заверил Петр. – Никто не мог попасть внутрь.

– Да, настоящая загадка, – задумчиво произнес комиссар.

– Похоже, что так, – сказала Анна. – Но мы оба можем поклясться, что этот свет в окнах действительно был. Так ведь?

– Пани Миркова права, – подтвердил Петр. – Мы все втроем видели этот свет, поэтому-то Карел и вернулся в замок.

Оба архитектора подробно описали путь, по которому двигался таинственный свет.

– Он исчез в башне, – сказала Анна. – Совершенно внезапно.

Позже комиссар отдельно переговорил с супругами Гинтер в баре гостиницы.

– Я не вправе скрыть от вас, что в замке произошло уже несколько несчастных случаев, – объявил он. – И по всем им, к сожалению, не удалось провести расследования. Вам об этом известно?

– Нет, – быстро ответил Милан, еще до того как Яна успела открыть рот. – Нет, мы понятия не имели.

– Вы верите в привидения? – вдруг задал вопрос полицейский.

Супруги подняли головы и с удивлением посмотрели на мужчину.

– В привидения? – переспросил Милан.

– Ну, вы знаете, ходят разные мистические слухи о замке, – осторожно начал комиссар. – Их рассказывают тут и сям по всей округе.

– Ах, и вы верите во всю эту чушь? – Милан был готов вскипеть, но Яна сжала его руку, чтобы он успокоился.

– Я этого не сказал, пан Гинтер, – спокойно возразил полицейский. – Но иногда нам приходится иметь дело с явлениями, объяснить которые трудно. С вещами, которые так и остаются для нас загадкой.

– И вы думаете, что столкнулись с подобным в замке Шварцгейст? – спросил Милан.

– Честно говоря, я не знаю, – сказал мужчина. – Я только сказал, что нам предстоит разбираться в загадочной истории.

– То, что Карел упал с лестницы, факт, конечно, в высшей степени печальный, – начал Милан. – Он был отличным парнем, и мне его ужасно жаль. Но это был несчастный случай!

– Да, но куда подевался его фонарь? И что за свет видели ваши коллеги в окнах замка?

– Привидения не воруют фонари, – сухо возразил Милан. – Я думаю, скорее всего, кто-то из любопытных жителей деревни пробрался в замок, когда там работали мои люди. Когда же они ушли и все заперли, он начал искать выход.

– Вполне вероятная версия, – посчитал комиссар, – но свет видели на втором этаже. Глупо искать выход наверху, не правда ли?

Милан откинулся на спинку кресла и небрежно махнул рукой:

– Не знаю… Надо поспрашивать в деревне, народ тут разговорчивый.

Он при этом сделал пальцами жест, обозначающий деньги, как бы говоря, что все в деревне падки до наживы.

– Мы еще чем-нибудь можем вам помочь? – спросил, выдержав паузу, Милан.

– О нет, спасибо, – вежливо поблагодарил комиссар. – Мы будем держать вас в курсе расследования.

– Спасибо, очень любезно с вашей стороны, – сказал Милан и встал. Как только комиссар вышел, молчавшая все это время Яна накинулась на мужа:

– И это все, что ты хотел рассказать полиции?

– А что еще?

– Ты же ведь знал, что люди рассказывают о замке. Почему ты промолчал?

– Потому что не хотел усложнять дело, – резко ответил Милан. – Нам нужно работать дальше. Мы не можем себе позволить, чтобы толпа полоумных парапсихологов перевернула в замке все вверх дном и заставила нас остановить реконструкцию. Время – деньги! Ты что, еще этого не поняла?

– Да. Я в этом уже убедилась, – ответила она сухо. – Бедный Карел!

– Я уже сказал, что мне его тоже ужасно жаль! Но что мне делать? Оживить его я не в силах! Вот увидишь, через пару месяцев все забудется.

* * *

Это случилось пару дней спустя. Несколько деревенских ребятишек – три мальчика и две девочки – отправились в лес собирать чернику, ее в этой местности было пруд пруди.

По дороге они шутили, шумели, смеялись и поддразнивали друг друга, как и положено детям. Они старались, как им и наказали старшие, не приближаться к замку, однако тропинка, петляя, привела их практически под самые стены зловещего сооружения. Постепенно их смех стих, они шли молча, с опаской поглядывая на замок, стараясь как можно быстрее преодолеть опасный участок. Было видно, что люди старались не бывать в этой части леса. Покрытые мхом и лишайниками упавшие деревья делали лес местами непроходимым.

Один из мальчиков – Мартин – чуть отошел в сторону от тропы и вдруг обнаружил, что стоит на площадке, вымощенной каменными плитами, хотя и изрядно поросшей бурьяном. С ужасом ребенок понял, что оказался среди развалин старого аббатства, того самого, в котором сожгли жестокого графа.

В пустых глазницах окон, через которые было видно ослепительно голубое небо, завывал ветер. В щелях и трещинах остатков стен росли молодые березки и сосенки – лес уверенно захватывал здание.

Мартин окаменел от страха. Каждый ребенок в деревне знал легенду об ужасной смерти Йосифа фон Шварцгейста. Он оказался в царстве человека в красном плаще! Этот образ использовался в здешних краях как страшилка для непослушных детей. Пышущее здоровьем личико мальчика побледнело. Ведерко выскользнуло из его руки, и с таким трудом собранные ягоды рассыпались по каменным плитам, закатываясь в трещины. Мартин попытался развернуться и убежать, но ничего не получилось – ноги словно приросли к земле.

Возможно, со страху, но все звуки вокруг казались Мартину ужасно громкими. Скрежет и треск, доносящиеся из развалин, буквально оглушили его. А тут еще несколько камней с грохотом скатились с одной из стен.

Мысль, что это могло сделать какое-то животное, мальчику даже в голову не пришла. Он открыл рот, чтобы закричать, но не смог издать ни звука – в горле пересохло от ужаса. Широко раскрытыми глазами ребенок обвел взглядом колонны, арки и оконные проемы. И тут он заметил нечто, от чего кровь застыла в его жилах: недалеко от развалившейся входной двери мелькнуло что-то красное. Силуэт, напоминавший мужчину в длинном красном плаще, двигался по монастырскому двору.

В этот момент Мартин все-таки закричал. Он завопил что есть мочи, повернулся и побежал прочь. Споткнулся о камень, разбил в кровь колено, перескочил через остаток стены и бросился напрямую через колючие кусты. На бегу он заметил своих товарищей.

– Бегите! – закричал он изо всех сил. – Скорее бегите! Он идет!

Одна из девочек, по имени Ева, остановила его:

– Что случилось?! Кто идет?! Мартин!

– Человек в красном плаще! – завопил Мартин и, вырвавшись, продолжил свой бег куда глаза глядят. Дети бросились врассыпную.

Еве казалось, что она мчалась со всех ног в сторону деревни. Устав бежать, она на секунду остановилась и оглянулась, и ей показалось, что между деревьями промелькнула красная тень. Она закричала как резаная и бросилась что есть силы дальше. Девочка даже не заметила, что движется по направлению к опасному обрыву над рекой. Когда Ева поняла свою ошибку, было уже поздно: она кубарем летела вниз по покрытому старой хвоей склону, ударяясь об острые камни, тут и там торчащие из земли.

Как кукла, Ева упала с обрыва в реку, прямо перед носом лодки, которая по чистой случайности проплывала мимо. Прошло несколько мгновений, прежде чем мужчина в суденышке понял, что произошло. Когда он пришел в себя, единственным, что свидетельствовало о том, что ему не померещилось, был кусок одежды, который то пропадал, то вновь появлялся из воды.

Недолго думая мужчина прыгнул в воду и вытащил Еву на берег. Вскоре сбежалась толпа. Все старались перекричать друг друга. Советы, что предпринять, сыпались со всех сторон, пока, наконец, кому-то не пришла в голову мысль попробовать сделать искусственное дыхание. Количество зевак увеличивалось с каждой минутой.

Отчаянный крик заставил толпу разом замолчать. Люди расступились, образовав узкий коридор, по нему бежала маленькая, наспех одетая женщина. Худыми локтями растолкав людей, она бросилась на колени перед насквозь промокшей девочкой.

– Дитя мое! – закричала что есть мочи мать. – Моя Ева! Чего стоите и пялитесь?! Сделайте что-нибудь! Вызовите врача!

Скорая помощь прибыла минут через двадцать. К этому моменту Ева открыла глаза, но нельзя было сказать, что она пришла в себя: глаза смотрели куда-то вверх, ребенок ни на что не реагировал.

Тем временем выяснилось, как произошло несчастье: к месту происшествия подоспели дети, с которыми девочка была в лесу, и рассказали все в подробностях.

– Это был человек в красном плаще, – прошептал Мартин.

* * *

Возмущению жителей не было предела. Тут и там собирались группки людей, что-то оживленно обсуждающих и энергично размахивающих руками.

– Почему вы просто не сожжете эту старую каменную халупу! Пусть этот дьявол наконец сгорит!

– Однажды его уже пытались спалить! И ничего не вышло!

– Его нельзя убить, это он всех нас отправит на тот свет!

– Сжечь замок! – завизжала какая-то крестьянка.

– Сжечь дотла! – подхватили голоса. – Несите весь бензин и керосин, что у вас есть, и айда наверх в замок! Мы эту тварь выкурим!

– Вы что, с ума сошли?! – раздался уверенный и властный голос. Бургомистр, активно работая руками, пробирался сквозь толпу жителей. – Мы же не в Средневековье! Вы не понимаете, что вас заставят заплатить за ущерб? Замок продан, и владельцы подадут на вас в суд. Уж не говорю о том, что вас всех пересажают за поджог!

Гул поутих.

– Бургомистр прав, – сказал, наконец, худой немолодой мужчина. – Это не решение. Нам надо придумать чего-нибудь другое. Пока в замке чужаков не было, мы жили спокойно. Годами мы не видели человека в красном плаще. А вот теперь он опять появился. Кто знает, что еще произойдет, пока чужаки не уберутся из замка.

– Владельцев нельзя просто так взять и прогнать, – заметил бургомистр. – Продано значит продано. Эти люди могут со своей собственностью делать все что им заблагорассудится.

– А страдать-то нам! – прокричал кто-то. – Они смеются над нами и издеваются над нашими легендами. Для них наша правда – это шуточки! А расплачиваться нам!

Вперед вышел пан Бартес. Глаза на его обезображенном лице горели.

– Да, расплачиваться нам! – повторил он только что сказанные слова голосом, от которого у всех мурашки побежали по телу. – Скоро в деревне опять случится несчастье. Я это знаю!

Люди в страхе притихли. Бартес славился своим даром предвидения.

– А что произойдет, пан Бартес? – спросил кто-то визгливым женским голосом, дрожащим и срывающимся от волнения.

– Я вижу… огонь! – прохрипел Бартес, закрыв глаза. Он вдруг тяжело задышал, и в его легких возникло громкое клокотание, все в ужасе отпрянули от него.

– Огонь! – завопил кто-то в толпе.

– Люди, не сходите с ума! – увещевал толпу бургомистр. – Ничего не случится!

– Если Бартес говорит, значит, так и будет! – настаивал худой мужчина. – Или вы не помните, как он предсказал, что хоры в церкви вот-вот обвалятся! И через три недели они вправду обвалились, три человека погибли! Мой сын с тех пор хромает на одну ногу!

– Чужаки должны убраться восвояси! – посоветовал Бартес. – Может, это отведет от нас несчастья.

– Нам нельзя терять голову! – закричал бургомистр. – Нельзя совершать необдуманные поступки! Я попытаюсь поговорить с владельцами. Может быть, они откажутся от своей затеи, если узнают все обстоятельства.

– Да не верим мы в это! – не унимался худой. – Это же богатые бизнесмены, им на нас наплевать. Ни за что они не откажутся от своих планов, ведь речь идет о деньгах!

– Но попытаться нужно! – настаивал бургомистр. – Обещаю вам, что сделаю все возможное, чтобы защитить всех вас, всех нас. А сейчас расходитесь по домам. Больше тут обсуждать нечего!

Вдруг все разом оглянулись. Лица в толпе приняли враждебное выражение, губы сжались, глаза загорелись ненавистью.

Петр и Анна шли вниз по улице. По мере приближения к месту стихийной сходки они замедлили шаг – все указывало на то, что дорогу им не уступят.

– Пожалуйста, дайте пройти, – попросил Петр. Анна прижалась к нему, суровые лица людей вселяли страх.

– Убирайтесь вон из деревни! – завизжала одна из женщин в задних рядах. – Из-за вас случилось несчастье, и неизвестно, что еще нас ждет по вашей милости!

– Я не понимаю?..

– Сегодня в реке чуть ребенок не утонул! – прокричал кто-то.

– А мы здесь при чем?

– Ребенка толкнул в реку человек в красном плаще!

– Большей ерунды я не слышал! – Петр не смог скрыть иронии в голосе.

– Ерунда?! – вперед выскочила заплаканная мать пострадавшей девочки и сунула под нос Петру костлявый кулак. – Мое дитя рассудок потеряло! – всхлипывая, прокричала она. – С ней случилось что-то ужасное в старом аббатстве.

– В старом аббатстве? Где сожгли этого Шварцгейста?

– Да, пан, сходите разок туда! Там нет ни одной живой души, кроме старика Андреса, да и тот уже умом тронулся! Да так, что он с другими людьми и знаться не хочет. Сходите в гости к человеку в красном плаще!

Постепенно по отдельным обрывкам фраз Анна и Петр поняли, что произошло.

– А ну пропустите этих людей! – громко приказал бургомистр. – Они не имеют к происшествию никакого отношения, – его тон стал предельно вежливым.

– Это верно, – подтвердил Петр. – Мы не хотим вам навредить, мы только выполняем свою работу, за которую нам платят, и все! Мы почти все закончили и скоро уедем.

Казалось, что вздох облегчения пронесся над толпой, люди расступились, давая Анне и Петру возможность пройти.

* * *

Работы по замерам подошли к концу. Анна радовалась, что наконец они уедут домой.

– Дни, проведенные здесь, стали для меня кошмаром, – вздохнула она.

– Ты скоро все забудешь, – заметил Петр. – У меня тут есть еще одно дельце. Так что можешь взять машину, я доберусь на автобусе.

– Что еще ты задумал?

– Хочу погулять по окрестностям.

– Собрался в аббатство? – угадала она.

– Ты что, умеешь читать мысли на расстоянии?

– Я видела твое лицо, когда ты услышал об этих старых развалинах. И тут же поняла, что ты не успокоишься, пока не побываешь там. А можно и мне с тобой? – спросила Анна и кокетливо наклонила голову.

– А как же привидения?

– Я ничего не боюсь, когда ты рядом.

– Пожалуйста, повтори эти слова еще раз!

– Только не вообрази не бог весть что! – Анна поддержала шутливый тон приятеля и улыбнулась, отчего на ее щеках появились милые ямочки. – Не так уже ты хорош собой.

– А что для тебя важнее – красота или интеллект?

– О господи, прекрати паясничать! – рассмеялась Анна. – Пойдем, только, я думаю, было бы хорошо управиться до темноты.

– Ага! Значит, все-таки боишься! – злорадно произнес Петр и провел рукой по своим темным волнистым волосам, красиво блестящим на солнце.

– Дуралей! – отрезала Анна и молча взяла парня под руку. Молодые люди пошли вверх, к стенам замка.

– Там, внизу, – Петр показал куда-то в лесную чащу, – должна быть тропа, ведущая к аббатству. Я видел ее на старых планах. Знаешь, я кое-что прочитал об этом аббатстве. В 1630 году его основал один из графов Шварцгейст и передал монахам-бенедиктинцам. В числе построек была церковь, но во время одного из крестьянских восстаний ее сожгли дотла. В 1760 году аббатство опять стало жертвой пожара, но эту историю ты уже знаешь.

– А что случилось с монахами?

– О, это совсем другая история. Говорят, Йосиф фон Шварцгейст прогнал монахов и превратил аббатство в место для своих пирушек. Там же он развлекался с деревенскими девушками, которых силой доставляли к повелителю люди из его свиты.

– Фу, какая мерзость! – поморщилась Анна.

– Ну, вероятно, это было одной из причин того, что народ восстал против своего господина, – предположил Петр. – Высокие подати, угнетение и произвол были типичными для тогдашнего времени и способствовали невероятному обогащению дворянства. Говорят, что и сегодня где-то в аббатстве спрятаны несметные сокровища, которые приказал там зарыть Шварцгейст, опасаясь разграбления замка.

– Ах вот, значит, почему тебя потянуло в эти развалины! – в шутку предположила Анна.

– Да нет! – рассмеялся Петр. – Ты же знаешь, я человек трезвомыслящий и в такие истории не верю.

– Но ты же знаешь, что именно во время реконструкций в старых замках подчас совершенно случайно и находят подобные сокровища?

– Вот именно «случайно». Ведь специально сокровищ там никто не искал. Легенд о сокровищах пруд пруди. Говорят, что их охраняют таинственные девы, черные собаки или даже владельцы собственной персоной. И, как правило, нахождение такого сокровища связывают со спасением какой-нибудь несчастной души.

– Но возможно…

– Слушай! Хватит гадать! – прервал дискуссию Петр. – Мы осмотримся тут, затем возвратимся к машине, поедем в гостиницу, заберем наши вещи и вернемся в Прагу. Вот так.

– Как скажешь, – согласилась Анна.

Тропу, по которой они шли, пересекали толстые корни старых деревьев, одни из них умирали и медленно клонились к земле, другие – уже мертвые – лежали между живыми деревьями и зарастали мхом.

– Смотри, вон там! – Петр остановился и указал рукой на серые развалины, показавшиеся между стволами деревьев. Стены были выложены из разных по величине гранитных блоков, мастерски подогнанных друг к другу.

Анна и Петр медленно подошли ближе. Лес уже почти поглотил руины и хозяйничал тут вовсю – среди стен в большом количестве росли самые разнообразные деревья и кусты.

От главного здания аббатства сохранились только внешние стены, медленно, но верно разрушающиеся. Мороз, жара и ветер упорно над этим трудились, и было ясно, что они не остановятся, пока на земле не останется лишь несколько камней, но и те лес когда-нибудь непременно заберет себе.

Однако пока еще было видно, что когда-то тут стояло величественное сооружение. Угадывались и остатки галереи во внутреннем дворе, хотя колонны разрушились и лежали на земле. Между ними резвились юркие белки, их светло-коричневый мех переливался на солнце. Яркие бабочки порхали с одного цветка на другой, собирая нектар. В целом, перед гостями разрушенного аббатства предстала довольно идиллическая картина.

– Тут красиво, но все равно жутковато, – негромко произнесла Анна. Ее опять охватил страх. Тот самый, который она ощутила в зале, оказавшись в ловушке. Девушка ни в коем случае не хотела, чтобы Петр заметил ее смятение. Но тот почувствовал неладное по тому, как Анна крепче сжала его руку.

– Что с тобой? – спросил он.

– Мне вдруг стало как-то не по себе, – призналась Анна. – У меня такое чувство, что мы здесь не одни.

– Ерунда! – возразил Петр. – Тут только деревья да камни. Больше ничего.

– Тем не менее мне так кажется! – прошептала Анна. – Давай пойдем отсюда. Мы же все посмотрели. Больше тут ничего нет.

Едва она это произнесла, как среди руин раздался смех.

– Ты слышал? – испуганно спросила Анна Петра.

– Да, конечно, – признался он, и его голос прозвучал как-то приглушенно.

– Давай уйдем отсюда! – взмолилась Анна.

– Нет, я должен во всем разобраться! – решительно возразил ее коллега.

– Пожалуйста! – умоляла Анна. – Не оставляй меня одну. Иначе я с ума сойду!

Она прокричала эти слова, стараясь перекричать усиливающийся ветер. Небо тем временем заволокло тучами, солнце над верхушками деревьев только угадывалось и было похоже на бледно-желтое пятно, светившееся сквозь густую дымку облаков.

И тут они увидели его, этого странного человека. Это был высокий мужчина с бледным скуластым лицом и впалыми щеками. Он был мертвенно бледен, казалось, он вышел из тьмы, где кожа его никогда не соприкасалась с солнечными лучами.

На нем были серые, старые одежды, мешком висевшие на худом теле.

Анна громко вскрикнула, увидев незнакомца. Тот направился к ним, руки его при этом болтались как плети вдоль тела. На его похожем на череп лице играла странная улыбка.

– Добро пожаловать в мое скромное жилище, – приветствовал он пришельцев довольно вежливо. – Я вас напугал? Мне очень жаль. У меня редко бывают гости.

– Кто… кто вы? – выдавил из себя Петр. Анна прижалась к нему, как бы ища защиты.

– Вы разве не знаете? Вам обо мне не рассказывали? Я привратник аббатства.

– А имя у вас есть? – осведомился Петр, самообладание постепенно возвращалось к нему, в то время как Анна от ужаса была близка к обмороку.

– Меня зовут Андрес, – ответил мужчина. – Я живу вон там. – Он, не оборачиваясь, указал длинными костлявыми пальцами куда-то назад. – Я живу тут давно. Очень давно.

Он поднял голову и слегка наклонил ее так, как будто прислушивается к шуму ветра. – Скоро начнется дождь. Не желаете укрыться у меня?

– Спасибо, нет! – выпалила Анна.

– Но вы промокнете до костей, – сказал странный мужчина и засмеялся, обнажив крупные длинные зубы, придававшие его лицу нечто лошадиное.

– Вы живете здесь наверху один? – спросил Петр из любопытства.

– Не совсем один, – ответил мужчина. – Иногда меня навещает мой хороший друг. Он приходит… из другого времени! – И опять на его лице-черепе показалась странная улыбка.

– Мужчина в красном плаще? – вырвалось у Петра.

– Вы его знаете?

– Нет, не имел удовольствия.

– Не уверен, было бы ли это для вас удовольствием. Кроме меня, он ненавидит всех живых, потому что те его не понимают. Он ненавидит всех чужаков, которые осмеливаются переступить порог его замка.

– Этот человек сумасшедший, – прошептал Петр Анне.

Привратник, вероятно, обладал отменным слухом. Он наклонил голову и внимательно взглянул на Петра.

– Они тоже называют меня безумным Андресом, эти олухи! – произнес он. Гримаса презрения и ненависти исказила его лицо, он оскалил зубы, как собака, готовая в любую секунду укусить. – Может, так оно и есть, кто знает?

– Простите, что вас побеспокоили, – выдавила из себя Анна и толкнула Петра ногой. Для него это был знаком, что пора убираться восвояси.

– Ничего, – ответил мужчина. – Нечасто живые приходят к живым. Скорее – мертвые к живым, а возможно, и живые к мертвым.

– Да, но вы же не мертвый! – заявил Петр.

– А может, я уже давно мертв? – спросил незнакомец с таким выражением лица, будто он спрашивал сам себя. – А может, я еще и живу? Подойдите! Почувствуйте во мне жизнь, послушайте, как бьется мое сердце, как дышит моя грудь. Подойдите же!

Он сделал шаг по направлению к Анне. Та отпрянула назад.

– Не подходите! – взвизгнула она.

Мужчина вновь рассмеялся таинственным смехом, откинув голову назад. Стала видна его морщинистая шея, напоминавшая шею глухаря. Выпирающий кадык ходил на ней ходуном.

– Не живых вам нужно бояться, барышня, а мертвых!

– Мертвые не могут никому навредить! – решительно возразил Петр. – В отличие от живых!

– Мертвые не обязательно мертвы, – прошипел привратник. – А живые не обязательно живы.

– Вы несете чушь! – зло отрезал Петр.

Тут на сером небосклоне вспыхнула яркая молния, мрачные руины на мгновенье осветились мистическим белым светом. За вспышкой последовал раскат грома. Анна спрятала лицо на груди Петра, он наклонился к ней, положив ей ладонь на затылок. Когда они подняли головы, таинственный человек исчез.

– Пошли отсюда! – взмолилась Анна, повернулась и потащила Петра за собой. Промокшие насквозь, они вернулись в деревню, на улицах не было ни души. По дороге они не сказали друг другу ни слова, просто шли к замку сквозь хлеставший как из ведра дождь.

Когда они уже переходили через мост, до них донесся глухой, жуткий смех, от которого у них все похолодело внутри. Почти бегом они стали спускаться вниз, к деревне. Руки Петра слегка дрожали, когда он отпирал дверцу машины. Наконец, они оказались в сухом месте.

– Уф, – облегченно выдохнул Петр.

Анна молча уставилась на потоки воды, бежавшие по лобовому стеклу.

– Поехали! – попросила она. – Иначе я с ума сойду!

* * *

– Яна, ты себе представить не можешь, каким ужасным был этот тип в руинах! – Анна рассказывала подруге о происшедшем в аббатстве. – Думай что хочешь, но с этим замком что-то не так!

Яна вздохнула:

– К сожалению, Милан ничего слушать не хочет. Но я знаю одну женщину, она разбирается в подобных вещах, я спрошу у нее, что делать. Может быть, она поможет.

– Хорошо бы! – горячо поддержала Анна идею Яны. – Жители деревни настроены враждебно по отношению к вам. Они верят в сверхъестественные явления, и у них много предрассудков, добром это не кончится. Иди к этой женщине, а Милану об этом знать не обязательно. Ведь он тебя не спрашивает, когда принимает важные решения. Он их принимает, как правило, один, или я не права?

– В том-то и дело, что права, – подтвердила владелица замка с печальной улыбкой. – Но должна признать, что раньше я была только рада, что мне не приходится думать о каждой мелочи.

– Надеюсь, эта женщина тебе поможет, – произнесла Анна.

– Я тоже надеюсь. Говорят, что у пани Секора большой опыт и…

– Алены Секора?

– Да. Ты ее знаешь?

– Кто ж ее не знает? Ее телепередача пользуется успехом. Но я ее узнала гораздо раньше. Моя мать дружила с ней, пока не уехала из деревни. Детьми мы немного побаивались пани. Казалось, она всегда могла по глазам узнать, что мы натворили, – Анна весело улыбнулась. – Но она никогда нас не сдавала.

– Тогда пошли к ней вместе! – предложила Яна.

– С удовольствием! Так будет даже лучше, я смогу рассказать ей больше подробностей.

– Тогда я договорюсь с ней о времени и позвоню тебе.

– Идет! – ответила Анна. – А теперь мне пора. Надеюсь, увидимся завтра, ведь пани Секора, наверное, человек занятой, с тех пор как стала выступать по телевидению.

Яна согласно кивнула. Проводив Анну, она взялась за телефон.

Пани Секора сама сняла трубку.

– Добрый день, с вами говорит Яна Гинтер. Надеюсь, вы меня помните? Мы познакомились на вернисаже Павла Ржанака.

– Конечно! – приветливо откликнулась пани Секора. – Чем я могу вам помочь, пани Гинтер?

– Я не могу объяснить этого по телефону. Лучше при личной встрече, если возможно. Мы купили в Богемии замок. И судя по всему – только не смейтесь! – там орудует нечистая сила.

– Интересно! – откликнулся голос на другом конце линии.

– Можно ли прийти к вам завтра? Я приведу с собой сотрудницу, которая была свидетельницей странных явлений в замке. Кстати, вы знакомы с ней, но большего я вам не скажу, пусть это будет для вас сюрпризом.

– Хорошо, – ответила пани Секора, – приходите часа в три. Я найду для вас время.

– Спасибо. Очень любезно с вашей стороны.

– Не стоит благодарности. Если я могу помочь, то делаю это с радостью.

На следующий день Яна и Анна отправились к женщине-экстрасенсу. Пани Секора жила в одном из пригородов Праги. С улицы не было видно дома за деревьями. Он находился в глубине участка и был погружен в темную зелень большого старого сада. Широкая, покрытая щебнем дорожка извивалась между кустами.

Наконец, женщины оказались перед окрашенным желтой краской домом. Несколько эркеров в виде остроконечных башенок тянулись крышами к затянутому серыми облаками небу, стекла окон в белых резных рамах отражали тусклый свет. Широкую лестницу, ведущую к главному входу, охраняли два больших каменных медведя с угрожающе поднятыми лапами.

Дом выглядел если не зловеще, то уж точно неприветливо. Единственной яркой деталью тут был натертый до блеска бронзовый звонок на правой створке двери. Но как только женщины решили его нажать, дверь отворилась сама, и им навстречу вышла стройная женщина. Ее черные волосы были забраны в пучок. На шее – нитка жемчуга. Весь ее облик излучал достоинство и элегантность.

– Рада вас видеть и … О, да это ведь Анна? Анна Миркова! Поверить не могу!

– Да, пани Секора! Это действительно я, как я рада видеть вас вновь!

– Я-то как рада, Анна! – ответила хозяйка дома. – Ну, проходите же! – попросила она и ласково положила руку на плечо Яны.

Внутри дом, вопреки ожиданиям, оказался приветливым и уютным. Пани Секора с кошачьей грацией прошла вперед. Если бы не было слышно, как по плиткам стучат ее каблуки, то можно было бы подумать, что она идет, не касаясь пола, так легко пани двигалась. Она привела гостей в небольшой салон.

– Пожалуйста, присаживайтесь! Сейчас будет чай.

– Спасибо, очень любезно с вашей стороны, – ответила Яна и огляделась. Стены салона были украшены непонятными орнаментами и символами.

Когда им подали чай в тончайших фарфоровых чашках, пани Секора сама начала разговор.

– Вы сказали по телефону, что недавно купили замок.

– Да, в Южной Богемии, – подтвердила Яна. – Очень недорого. Мы намерены его реконструировать и устроить там отель.

– Неплохая идея, – похвалила женщина-экстрасенс. – Но вы говорили еще и о каких-то загадочных явлениях.

– Да, ходят слухи, что в замке водится привидение, – произнесла Яна, немного стесняясь. Однако пани Секора не нашла ничего смешного в этих словах.

– Расскажите подробнее, – попросила она.

– Это очень трудно объяснить… – Яна стала подыскивать нужные слова.

– Такие вещи всегда трудно объяснить, а иногда и невозможно, – заметила женщина серьезно. – Есть явления, которые человеческий разум постичь не в состоянии.

– Лично я, собственно, ничего необычного не видела, – продолжала Яна. – Но тот страх, который я испытала в замке, живет во мне до сих пор. У меня было такое чувство, что в здании помимо нас был еще кто-то. Так и кажется, что за тобой наблюдает тысяча глаз, хотя не видишь и не слышишь никого.

– Такое часто возникает в старых домах, – высказала предположение ясновидящая. – В каждом из нас живет глубоко спрятанный страх перед неизвестным.

– Вы считаете, что это игра моего воображения? – поинтересовалась Яна.

– Вполне возможно, – уверила ее пани Секора.

– Но то, что пережила я, было суровой реальностью, – вступила в разговор Анна.

– Расскажите об этом, – голос хозяйки дома звучал очень заинтересованно.

Анна поведала о том, что с ней приключилось. Женщина-экстрасенс не перебила ее ни единым словом.

– Если отвлечься от этой загадочной фигуры, то все остальное можно было бы объяснить, – произнесла она наконец. – Человек, которого ты там видела, может быть вполне реальным. Ты не думала, что кто-то жестоко подшутил над тобой?

– Да нет, – пожала плечами Анна. – Кому это нужно? Мы были одни в замке. Я согласна, двери могло действительно заклинить. Возможно, я и вправду привела в действие какой-то механизм, открывший дверь в эту отвратительную темницу. Но клянусь, все там внизу я видела в реальности!

Потом Анна рассказала о несчастном случае в замке.

– Мы все трое видели блуждающий свет в окнах. Поверьте мне, пани Секора!

– Я верю тебе, Анна, – уверила девушку дама. – Но и тут нужно сначала постараться найти естественные причины происшествия. Ведь на самом деле в замок мог пробраться кто-то посторонний. Что в этом необычного?

– А то, что никто из местных ни за что на свете не переступит порога замка, – объяснила Анна. – Его обходят стороной как чумной барак. Кто же еще мог пробраться в замок? Кто-то со стороны? Зачем? Люди в деревне рассказывают, что видели огонь свечей в замке много раз, еще когда нас там и в помине не было.

– А у меня вот какой вопрос, – вступила в разговор Яна. – Такие явления вообще возможны?

– Да, возможны, – подтвердила пани Секора. – Это как раз те загадочные явления, которые наш разум постичь не может.

– И как такое случается?

– Причины могут быть самыми разными. Иногда дает о себе знать нечто, что не может отделиться от мира материального, мира смертных.

– Боюсь, что нас ожидают неприятности, – прошептала Яна. – Кажется, это «нечто» пытается заставить нас отказаться от наших планов. Но это означает для нас банкротство, мы будем вынуждены все начать с самого начала. Об этом даже подумать страшно, мы многие годы упорно трудились, что ж получается, все было напрасно? Мне страшно об этом подумать! Понимаете, пани Секора?

– О, очень хорошо понимаю, – ответила та. Дама говорила тихо, но удивительно четко. – Заочно мне трудно судить о том, что происходит в вашем замке. Кроме того, мне хотелось бы ознакомиться с историческими обстоятельствами. Думаю, что в архивах есть соответствующие документы.

– Вы правда хотите этим заняться? – спросила Яна недоверчиво.

– Да, и даже очень. Этот случай заинтересовал меня лично. Расследовав его, я смогу расширить свой кругозор. Кроме того, я смогу, наверное, помочь вам.

– Это просто великолепно! – восторженно воскликнула Яна. – Об этом я и мечтать не смела!

– Да, я поеду в этот замок. Может быть, Анна, поедет со мной?

– Я? – Анна прижала руку к груди и испуганно посмотрела на экстрасенса.

– Ну, мы друг другу не чужие, и ты хорошо ориентируешься в здании. Это мне очень помогло бы.

– Да, но я…

– Я понимаю твой страх, Анна. Но в моем присутствии тебе бояться нечего.

– У меня только еще одна просьба, – Яна понизила голос. – Мой муж не должен об этом ничего знать. Он, к сожалению, считает, что все это ерунда и вымыслы.

* * *

Анна взяла отгулы и отправилась вместе с Аленой Секора в Шварцгейст. Яна обещала присоединиться к ним тремя днями позже. Милану она объяснила свой отъезд тем, что должна посетить дальнюю родственницу в Моравии. Яна не любила лгать, особенно мужу, но признаться в своей затее она не рискнула.

– И как долго ты там пробудешь? – спросил Милан, листая журнал.

– Пару дней, – уклончиво ответила Яна. – Я тебе оттуда позвоню, хорошо?

Он кивнул и углубился в свой журнал. Яна была рада, что подробнее объяснять ничего не пришлось.

Вечером позвонила Анна.

– Представь себе! Пани Секора решила остановиться в замке! – кричала она в телефонную трубку. – И я должна остаться с ней. Ума не приложу, как я это вынесу. Я умру от страха!

– В ее присутствии тебе бояться нечего, – попыталась успокоить ее подруга. – Во всем, что касается потусторонних явлений, она прекрасно разбирается.

– И все равно у меня поджилки дрожат! – призналась Анна. – Если хотя бы ты была здесь…

– Ты считаешь, что и я должна буду поселиться с вами?..

– Конечно, – заявила Анна. – В присутствии экстрасенса тебе ведь бояться нечего. Она во всем этом прекрасно разбирается! – Девушка язвительно передразнила Яну. – Она даже подыскала подходящее помещение для ночевок. «В больном сердце этого здания», как она выразилась.

– Мне все нужно обдумать…

– Что тут думать? Если ты намерена поселиться в отеле, как гран-дама, то только ты меня тут и видела, моя дорогая! Пока!

Разговор был окончен, со вздохом Яна положила трубку телефона. Идея ночевать в замке совсем ей не нравилась. Но, может быть, экстрасенс была права, и втроем им удастся разобраться с этим?

А тем временем Алена Секора сделала первый обход замка. Анна ее сопровождала.

– Ну и как? – несколько раз спросила она специалиста по парапсихологии.

– Я не ощущаю абсолютно ничего необычного, – отвечала Секора.

– Прямо-таки ничего? – не унималась Анна.

– Абсолютно ничего, – подтвердила женщина. – Мы действительно тут одни. Я бы почувствовала присутствие другого существа.

– То есть вы считаете, что тут все в порядке? – спросила Анна.

– Ну, этого я еще сказать не могу, – возразила ясновидящая. – Энергетические поля считываются не везде. Кстати, завтра я поеду в город. Там есть архив, и я надеюсь раскопать что-нибудь интересное из истории замка. В любом случае, ты оказалась права: люди здесь действительно настроены очень агрессивно, прежде всего, по отношению к чужим.

– Тут на каждом углу рассказывают легенды о замке и человеке в красном плаще. Именно его я и видела в подвале. Это якобы и есть тот самый Йосиф фон Шварцгейст, которого взбунтовавшиеся крестьяне сожгла в аббатстве.

– Возможно, он действительно пытается послать какую-то весть? – задумалась пани Секора. – Его ужасная смерть может быть причиной странных явлений. Не исключено, он ищет успокоения…

– И что теперь делать?

– Кто-то должен показать ему путь из мира живых в Царство вечного света. Я имею в виду тот свет, которые многие видели, находясь в состоянии клинической смерти.

– Показать путь в Вечность?

– Да, ворота в загробный мир, – произнесла женщина и запнулась.

– Что с вами? – спросила Анна и в страхе затаила дыхание, увидев, что лицо экстрасенса вдруг приобрело крайне сосредоточенное выражение.

– Тихо, Анна! Кажется, мы больше не одни, – прошептала Секора.

– Но я ничего не слышу, – как можно тише ответила Анна.

– Этого нельзя услышать, – пролепетала женщина. – Поблизости какое-то существо. Я четко это чувствую.

Воцарилась зловещая тишина, не было слышно ни звука.

– Сигнал идет из дальних комнат, – продолжала шептать ясновидящая. – Сейчас оно медленно удаляется от нас, пойдем за ним!

– Я боюсь!

– Не бойся, – успокоила девушку Секора. – Эта сила не причинит тебе зла. Вдвоем мы сильнее. Сконцентрируй свою энергию и попытайся светить ею, как лучом фонаря. Пошли!

Уверенной походкой, так, как будто она знала тут каждый уголок, пани Секора пошла по темным коридорам и залам замка.

Женщины спускались вниз по крутым лестницам. Все ниже и ниже во чрево старинного здания. Звуки их гулко раздавались под сводами. Через витражные окна в помещение лился разноцветный свет, образуя на плитах пола ослепительные блики.

– Вы это слышите, пани Секора? – прошептала Анна и замерла.

– Да, слышу, – тихо подтвердила та.

Они обе слышали металлический скрежет – звук, похожий чем-то на вздохи и стоны, но который не могло издавать человеческое горло.

Откуда он шел, определить было невозможно. Звуки лились будто бы отовсюду – из стен, из пола, с потолка, лестниц. Постепенно звук усиливался, пока не стало больно ушам.

– Что это? – спросила Анна срывающимся голосом свою спутницу.

– Не знаю, – был ответ.

– Может, ветер?

– Нет, это не ветер, – ответила Секора, внимательно прислушиваясь, – это…

Она не успела договорить, как раздался оглушительный грохот, эхом прокатившийся по всему замку. И затем воцарилась гробовая тишина.

– Кончилось, – сказала Секора. – И я больше ничего не чувствую. Не знаю, что это было, потому что мне не удалось к нему приблизиться. Оно было слишком далеко от меня. Только вблизи я могу определить, идет ли речь о живой силе или о потусторонней.

– То есть это мог быть и живой человек? – спросила Анна.

– Вполне возможно.

– Но в замок никто не мог попасть. Все входы заперты. Ключи у меня в кармане.

– Не будем сейчас ломать над этим голову, – решила Секора. Ее слова прозвучали так просто и беззаботно, что тут же успокоили Анну. – Вернемся в нашу комнату. Я получила копии архивных документов из деревенской управы. А из городского архива еще нет. Хочу посмотреть, что написано в хрониках об этом замке.

Комнаты, где разместились женщины, были смежными и находились в крыле замка, обращенном к деревне. Из окон открывался прекрасный вид на реку. Женщины притащили сюда остатки мебели, которую сумели найти в замке. Комнаты приобрели жилой вид. Во всяком случае, они уже не выглядели так мрачно и неприветливо, как другие помещения замка.

Пани Секора подошла к окну.

– Кто этот мужчина там внизу, на мосту? Ты его знаешь, Анна?

Анна встала и тоже посмотрела в окно.

– О да! Его зовут Бартес. От одного его вида можно умереть со страху. У него обожжено все лицо, выглядит ужасно.

– Обожжено?

– Якобы он пострадал на пожаре. Так, во всяком случае, он сказал Яне и Милану при знакомстве.

– Кажется, огонь играет во всем этом важную роль, – задумчиво произнесла Секора. – В огне погиб этот Йосиф фон Шварцгейст, и я прочитала, что замок горел неоднократно.

– Кстати, Бартес относится к тем людям, которые ни при каких условиях не войдут в замок, – продолжила Анна. – Когда Милан и Яна приехали сюда в первый раз, то предложили ему хорошее вознаграждение за то, чтобы он провел их по комнатам. Наверняка он не богач. Но он отказался сделать это даже за деньги.

– Неудивительно, – отреагировала Секора. – Мистический страх у этих людей в крови. Нельзя забывать, что этот Шварцгейст наложил проклятье на деревню, так написано в хрониках…

– И такие проклятья имеют силу даже в наше время?

– Проклятья, если их высказывают при определенных обстоятельствах, например при смертельной угрозе, могут нести очень мощную энергетику, – объяснила пани Секора. – Эта энергетика может сохраняться на протяжении столетий и, как предполагают, оказывать существенное влияние на физические законы…

– Тогда это и есть те самые злые силы?

– Что значит «злые»? – спросила Секора. – В нашем мире происходит много вещей, которые мы считаем плохими – природные катастрофы, войны, экономические кризисы. Мы не знаем, почему они происходят и какие конкретно силы за ними стоят. Мы только научились видеть разницу между счастьем и несчастьем, но понятия не имеем, как устроено мироздание.

– Сложно все это…

– Да, но и ужасно захватывающе, особенно для меня, как и для других людей, которым природой был дан дар…

– Познать тот другой, таинственный мир? – спросила Анна.

– Нет, лишь приоткрыть дверь в него…

* * *

Яна приехала в Шварцгейст в четверг. Ворота в замок были открыты, и она вошла на поросший бурьяном двор. В руке у нее был маленький чемодан с самыми необходимыми вещами. Женщина в нерешительности оглянулась и решила, что Анна и пани Секора находятся внутри.

– Э-эй! – громко крикнула она, преодолевая вдруг охватившее ее беспокойство. – Анна? Пани Секора? Где вы?

Молодая хозяйка замка подошла к двери, через которую они с Миланом в первый раз вошли в замок. Неприятный озноб пробежал по ее телу, хотя день был совсем не холодный.

Яна налегла на ручку. Дверь поддалась и открылась. Проржавевшие петли заскрипели и заскрежетали, как и тогда. Шум отозвался эхом в вестибюле. Отсюда наверх вела широкая деревянная лестница с резными перилами.

– Э-эй! – позвала Яна еще раз. – Это я!

Кто-то же должен быть в замке, подумала Яна. Анна и пани Секора не могли куда-то уйти, не заперев ворота, успокаивала она саму себя.

Шаг за шагом женщина стала подниматься по лестнице, постоянно ощущая странное холодное дуновение на затылке. Уже наверху, дойдя до конца галереи, она оказалась перед дверью с высоким, сужающимся кверху проемом. В этот момент входная дверь с шумом захлопнулась позади. Яна не оглянулась, пошла дальше и оказалась в зале с выбеленными сводами, опирающимися на массивные капители, украшенные замысловатыми узорами.

Только сейчас Яна сообразила, что не знает, как искать Анну и Алену в замке. Она не имела ни малейшего понятия, в каком крыле разместились женщины. Они могли быть где угодно. Яна еще хорошо помнила, как они в первый раз бродили с Миланом среди этих стен два часа и тем не менее осмотрели далеко не все.

Яна бежала вверх и вниз по лестницам, через бесчисленные двери, по длинным коридорам и просторным залы с высокими потолками. Наконец, она остановилась, понимая, что просто не знает, где находится. Коридор был длинным и узким. Свет проникал сюда откуда-то сверху, тесный проход был лишен окон – через них можно было бы посмотреть на улицу и хоть немного сориентироваться. Казалось, дороги назад ей не найти. Обессиленная, она остановилась и прислонилась спиной к стене.

Вдруг она услышала скрежет и грохот, стена за ее спиной подалась внутрь, Яна сделал шаг назад, споткнулась и упала. Поднявшись на ноги, она смогла разглядеть помещение, в котором оказалась. Это была самая настоящая тюремная камера, с каменными стенами и маленьким зарешеченным окошком под самым потолком, сквозь которое лился матово-зеленый тусклый свет.

* * *

– Это произошло вот тут, – Анна показала на камин. – Вон там отворилась дверь, но теперь там ничего нет.

Пани Секора подошла к отделанной деревянными панелями стене и тщательно ее осмотрела.

– Стыки в панелях распределены равномерно, невозможно точно определить, где находится дверь, – сказала она. – Но, возможно, дверь здесь все-таки есть.

– Возможно?! – возмутилась Анна, – Да я видела ее собственными глазами! Или вы думаете, что я все это выдумала?

– Конечно, нет, Анна, – ясновидящая попыталась успокоить ее. – Ты можешь вспомнить, где стояла, когда открылась потайная дверь?

– Нет, – покачала головой девушка. – Поймите, в тот момент я была в панике. Меня заперли, а на улице уже темнело, и я застряла в этой комнате совсем одна…

– Понимаю, – сказала Секора и медленно кивнула. – В такие моменты не следишь за происходящим, а потом уже бывает невозможно восстановить последовательность событий. Кажется, что все произошло мгновенно, правда?

Анна молча кивнула.

– Да, все именно так и было.

– Возможно, что твое подсознание вытесняет эти воспоминания. Если нам и удастся обнаружить механизм, открывающий дверь, то только чисто случайно. Да и найдем ли мы эту дверь вообще?

Внезапно Секора подняла голову.

– Кто-то кричит! – произнесла она встревожено.

– Я ничего не слышу.

– А я слышу, – подтвердила дама. – Женский голос…

– Яна! – вскричала Анна испуганно. – Она вообще-то планировала приехать к вечеру. Но вдруг у нее получилось выбраться пораньше? Она плохо ориентируется в здании, здесь она нас точно не найдет.

– Давай быстрее наверх! – скомандовала Секора, Анна бросилась за ней.

Они прошли через большой маскарадный зал и вскоре оказались в крыле здания, где находились их комнаты.

– Яна! – прокричала Анна. – Яна, где ты? Отзовись!

В пустых залах ее голос звучал очень громко и четко, его можно было услышать издалека. Но ответа не последовало.

– Она наверняка заблудилась, – предположила Анна.

– Тогда нам нужно ее разыскать. Слушай, Анна, на этом этаже все помещения расположены по кругу. Ты пойдешь направо, я – налево.

– Одна? – ужаснулась Анна, в ее глазах читался страх.

– Да ничего с тобой не случится! – заверила ее женщина.

– Вы уверены, что где-нибудь опять не откроется какая-нибудь дверца? – спросила Анна дрожащим голосом. – У этого дома повсюду уши и глаза.

– Анна, не надо сходить с ума, – стала уговаривать девушку Секора. – Именно твой страх открывает все двери, в том числе и дверь в твою душу. Ты должна бороться с ним, попытаться убедить себя, что тебе не страшно. Перед смелыми людьми злые силы бессильны, бесстрашие – единственный щит и лучшая защита от них.

– Легко сказать! – возразила Анна. – Я уже один раз пережила кошмар наяву!

– Потому что ты боялась! – констатировала ясновидящая. Ее голос зазвучал назидательно. – Ты сейчас пойдешь одна и победишь свой страх. Встретимся в маскарадном зале. Надеюсь, одна из нас найдет пани Гинтер.

Анна попыталась успокоиться.

– Хорошо, – сказала она и глубоко вздохнула. – Я пойду!

– Тогда не будем терять времени! – посоветовала Секора. – Не забывай время от времени звать Яну.

Анна мужественно двинулась направо, в то время как пани Секора отправилась в противоположном направлении.

– Мне не страшно, – бубнила себе под нос Анна. – Я не боюсь!

На этом этаже она прекрасно ориентировалась. Помещения тут были относительно светлыми и казались даже приветливыми.

– Яна! – принялась громко звать подругу девушка. – Где ты? Откликнись!

Анна вышла в вестибюль, пройдя через него можно было попасть в маскарадный зал, а можно было спуститься вниз по лестнице.

И тут Анна замедлила шаг. На ступенях лестницы она заметила яркое пятно. Подойдя поближе, она поняла, что это шелковый шейный платок. Анна наклонилась и подняла его. От платка пахло духами подруги.

– Яна! Где же ты? – произнесла Анна. Решив, что Яна спустилась по винтовой лестнице вниз, девушка не стала долго раздумывать и начала спускаться. Лестница была такой узкой и старой, что двигаться можно было лишь очень осторожно.

Внизу был длинный полутемный коридор. Штукатурка местами отвалилась, обнажив кирпичную кладку. В некоторых маленьких окнах стекла были выбиты, поэтому тут сильно сквозило. Анна опять стала звать Яну. Но только ее собственный голос отозвался глухим эхом. Девушка пошла вперед, позабыв про свои прежние страхи. Не разглядев в полумраке препятствия, она споткнулась и чуть было не упала: на полу лежал маленький чемодан. На этикетке, прикрепленной к ручке, значились адрес и телефон Яны, сомнений не было, чемодан принадлежал хозяйке замка. Но где же тогда она сама?

Анна вновь позвала Яну, и вновь безуспешно. Взяв чемодан, она повернулась и решительно поднялась вверх по лестнице. Через минуту она уже была в маскарадном зале. Там ее ждала пани Секора.

– Яна должна быть где-то в замке, – произнесла Анна взволнованно. – Вот ее чемодан. Я нашла его в коридоре этажом ниже.

– Возможно, что она просто заблудилась, – предположила ясновидящая. – В сооружении такого размера это немудрено.

– А как же чемодан? – спросила Анна. – Почему она его бросила? В этом нет никакой логики.

– Может, она зашла в одну из комнат?

– В том коридоре нет дверей, – сказала Анна. – Думаю, скорее всего, Яну что-то напугало, она в панике убежала.

– Да, но куда?

– Вниз. Там находятся какие-то старые технические помещения, мы их до сих пор не осмотрели. Пан Гинтер считает, что это и необязательно, поскольку он не планирует их использовать.

– И ты там не ориентируешься?

– Один раз мы там были. Но далеко не пошли. Там жутковато. Думаю, это настоящий средневековый лабиринт, в старину его использовали как тюрьму.

– Нам ничего не остается делать, как поискать Яну там.

– Только мы вдвоем? – ужаснулась Анна. – Пани Секора, думаю, это опасно для жизни.

– Но мы не можем бросить пани Гинтер! Мы обязаны что-то предпринять. Звать на помощь кого-нибудь из деревни, наверное, бессмысленно?

– Абсолютно, – подтвердила Анна. – Ни один из них не переступит порога замка. А о том, чтобы спуститься вниз, и речи быть не может.

– Тогда нам придется пойти туда самим! – решительно заявила дама.

* * *

Яна очнулась от обморока, в котором находилась несколько минут, и посмотрела вверх, на окошко. Лившийся через него тусклый зеленоватый свет указывал на то, что окно выходило в лес.

В первые мгновения Яна никак не могла вспомнить, как вообще попала в эту камеру. Но постепенно память к ней стала возвращаться, и она осознала, что попала в ловушку. Она вспомнила рассказ Анны, и на лбу у нее выступили капли пота.

Яна попыталась сохранить самообладание и стала уговаривать себя: если она как-то попала в это подземелье, то, значит, может как-то из него и выбраться. Женщина принялась ощупывать стены. Пальцами она прошлась по влажным стыкам огромных гранитных плит. Несмотря на царящую тут прохладу, ей вдруг стало невероятно жарко. Она слышала, как громко и четко бьется сердце. У Яны появилось странное чувство, что она не одна в этой мрачной камере. Страх выползал из каждого стыка в стене, из каждой щели, окутывал ее липкой массой и не давал дышать.

Вдруг пол под ее ногами резко опустился, раздался грохот, и Яна полетела вниз. Но буквально через пару метров падение прекратилось. Яна лежала на влажном полу. Над ней, в потолке, зияло отверстие, через которое она провалилась.

Яна почувствовала, что разбила колено. Однако страх заставил ее, не обращая внимания на боль, встать и оглядеться. Она находилась в подземном ходе с низко нависшим потолком, вдали был виден зеленоватый свет.

Ход был шириной менее одного метра и высотой едва ли в человеческий рост. Яна пошла вперед, слегка согнувшись, свет в конце означал, что там есть выход.

Ничего она не жаждала в тот момент больше, чем выбраться из этой ужасной тьмы и оказаться там, где светит солнце. В конце хода несколько ступеней вели наверх. Это был выход из подземелья! Яна выбралась наружу и присела в изнеможении на камень, тяжело дыша. Вокруг царила тишина, слышен был только шум листвы огромных старых деревьев, их густые кроны почти полностью закрывали небо, лишь тут и там можно было увидеть его маленькие голубые фрагменты. Немного осмотревшись, Яна обнаружила, что находится в развалинах старого аббатства, до сих пор она о них только слышала. Монастырь относился к территории замка, но Милан использовать его не намеревался.

Сейчас Яне было не до того, чтобы рассматривать аббатство более внимательно. Главным было для нее найти тропу, ведущую назад. Замок должен быть где-то поблизости, если учесть длину подземного хода, по которому она попала в аббатство. Но где конкретно, определить было трудно – дремучий лес охватывал его своими огромными зелеными лапами и скрывал от взглядов.

Наконец, Яна увидела между развалинами узкую тропу. Она была едва заметна – судя по всему, ходили по ней нечасто. Но все-таки ходили… Горя желанием как можно быстрее выбраться из этого странного места, Яна пошла по тропе. Ей казалось, что вот-вот должны показаться стены замка, но тут она услышала этот ужасный смех. Сама тональность звука была такой, что у Яны все похолодело внутри и мурашки побежали по коже. Казалось, что смех идет отовсюду – из каждого пустого оконного проема, из каждой щели развалин аббатства. Звук то усиливался, становясь похожим на завывание ветра в бурю, то затихал, напоминая тонкое детское хихиканье.

Яна невольно вскрикнула, ее нервы были напряжены до предела. Она подняла руки и зажала уши.

– Добро пожаловать в мое скромное жилище!

Услышав высокий и резкий мужской голос, Яна, как молнией пораженная, мгновенно оглянулась. И увидела перед собой бледное и костлявое лицо старика. Тонкие веки прикрывали глазные яблоки, скулы выступали настолько, что лицо походило на череп, обтянутый кожей.

Человек был одет в широкий балахон, сплошь покрытый заплатами, поверх которого было наброшено старое пальто. Старик улыбнулся, обнажив большие зубы, что сделало его похожим на ржущую лошадь. Эта картина еще больше напугала Яну.

– Лишь немногие находят ко мне дорогу, – проговорил, не переставая хихикать, старик. Яне послышались в его смехе злорадные нотки. Старик сделал шаг к ней навстречу.

– Не приближайтесь ко мне! – закричала она в отчаянии.

– Вы боитесь меня? Я же всего лишь безумный Андрес, чтоб вы знали. Так меня называют деревенские жители. Охраняю тут живых мертвецов!

– Прекратите пороть чушь! – оборвала его Яна, ей наконец-то удалось взять себя в руки.

– Чушь? – удивился старик. – Послушайте меня, люди в старом замке прокляты. Переступив порог замка, они разбудили спящих мертвецов.

– Почему вы рассказываете это именно мне? – спросила Яна, вдруг осмелев. – Мне-то что за дело?

Хихиканье, доносящееся из глотки Андреса и заставляющее двигаться адамово яблоко в его тонком, покрытом сморщенной кожей горле, проникало в самое сердце Яны.

– Пани Гинтер, – произнес Андрес почти сочувственно. Яна была как громом поражена: этот человек-призрак знал ее и был, по-видимому, в курсе всех их дел. – Откажитесь от своего плана. Сделайте это, пока не поздно.

– Я обращусь в полицию, – выдавила она из себя, едва дыша.

– В полицию! – передразнил ее старик и стал к ней приближаться. В его глазах вспыхнул безумный огонь. – Что она может сделать против мертвецов?

– Мертвецы не могут навредить живым! – смело возразила Яна.

– Сами мертвецы не могут, но духи… духи на многое способны! – таинственно прошептал странный человек.

Яна содрогнулась и вся сжалась от страха. Но тут вдалеке послышались голоса. Она на секунду обернулась в сторону звука, а когда повернулась назад, ужасный человек исчез.

Яна побежала по узкой тропинке через чащу прочь от руин. Она спотыкалась, падала, вновь вскакивала на ноги. Ей все время казалось, что сзади нее раздается жуткое хихиканье.

Наконец, между покрытыми мхом стволами она увидела белые стены замка. И мужской силуэт! Она мгновенно остановилась.

– Яна!

– Милан! Слава богу! – она бросилась к мужу.

– Зачем ты поехала сюда одна? Что за легкомыслие! – принялся он отчитывать жену. – К счастью, я чисто случайно об этом узнал. Как и о том, что ты пригласила сюда эту старую…

– Пожалуйста, больше ни слова! – прервала его Яна. – Из-за твоего упрямства мы оказались в ужасном положении. Из этой ситуации мы можем выпутаться, только если откажемся от нашего проекта.

– Ты что, спятила? – вскипел он. – Я не брошу свои деньги на ветер!

– Не забывай, что это и мои деньги! – напомнила она мужу. – Я только что пережила настоящий ужас и не хочу больше рисковать.

– Успокойся, – сказал Милан примирительно. – Из каждой ситуации есть выход. Главное – не терять самообладания.

* * *

– Это мой муж, пани Секора, – Яна смущенно представила Милана ясновидящей.

– Пан Гинтер, я знаю, вы не высокого мнения обо мне, потому что… – начала было та.

– С чего вы взяли? – перебил ее Милан.

– Вижу это по вашим глазам, – объяснила с улыбкой дама. – Я замечаю вещи, недоступные другим. Но то, что я вам не нравлюсь, не страшно. Я привыкла, что надо мной смеются.

– Я не смеюсь над вами, – возразил он. – Просто мой разум не способен принять некоторые вещи.

– Ваш разум сопротивляется тому, чего не может понять, – объяснила Секора. – Это своего рода защитная реакция. Но у нас больше способностей, чем мы сами думаем. Нужно только научиться ими пользоваться. Если вы хотите со всем тут разобраться, то вам придется нам помочь, пан.

Пани Секора говорила твердо и уверенно, смотря прямо в глаза Милану. Тот вздохнул.

– Что точно вам известно? – спросил Милан.

– Точно? Ничего, – призналась женщина. Пани Секора наклонилась немного вперед, глаза ее загадочно засияли, а голос опустился до таинственного шепота:

– Но скоро мы подойдем к границе нашего и их мира. Часто потусторонние силы сами не знают, на каком уровне действуют. Иногда они проникают в наш мир, но здесь они становятся бессильны! Вы понимаете?

– Пытаюсь, – сухо ответил архитектор. – Но, честно говоря, вы не могли бы объяснить более доступно?

Алена Секора улыбнулась, сложила ладони и стала поигрывать тонкими длинными пальцами, унизанными кольцами со странными символами.

– То, что я вам скажу, только предположение, пан Гинтер, – начала она. – Не исключено, что все связано с пожаром в старом аббатстве. Дух того несчастного графа не может оторваться от нашего мира и рассматривает замок как свою собственность, хотя и не имеет возможности владеть им в реальности. При этом я допускаю, что его дух использует силы живых людей в своих целях…

– Странный человек на развалинах! – воскликнула Яна. – Может, он ключ ко всему?

– Может быть. Нам нужно разузнать, кто он такой, – сказала пани Секора. – Наверное, кто-нибудь знает его?

– Он знает меня, – сказала взволнованно Яна. – Во всяком случае, он назвал меня по имени. Он все твердил о живых и мертвых, но я ничегошеньки не поняла.

– Возможно, в его словах есть смысл, нам нужно в этом разобраться. Предлагаю всем вместе осмотреть аббатство.

Яна и Анна испуганно вздрогнули.

– Не бойтесь, – успокоила их Секора. – Ничего с нами не случится. Страх можно и нужно побороть.

– Хорошо, – включился в разговор Милан, – давайте осмотрим развалины.

* * *

Договорились отправиться в аббатство на следующее утро.

– Как же я буду рад, когда все это кончится! – сказал Милан жене, когда они остались одни.

– Если это вообще когда-нибудь кончится, – поправила его Яна с грустным вздохом. – Если нет, то мы можем проститься и с нашими планами, и с нашими деньгами.

– Я думал, ты доверяешь своей колдунье?

– Доверять-то я ей доверяю. Но и она не всемогуща, – ответила Яна. – Скорее всего, мы имеем дело со сверхъестественными явлениями…

– … на которых пани Секора и специализируется, – закончил предложение Милан не без иронии. Но потом положил руку на плечо жене. – Мы должны держаться вместе, – сказал он мягко и нежно. – Обещаю, что больше не буду упрямиться. Секора права: хватит делать вид, что все это проделки хулиганов.

– Какое счастье, что мы наконец вместе! – ответила Яна. Она распустила волосы, и они золотой волной упали на ее красивые плечи.

– Как ты красива! – прошептал Милан и провел рукой по обнаженной загорелой спине супруги. Он произнес это так, будто увидел Яну впервые. Она тихо застонала, когда он прильнул губами к ее соскам. Тела сплелись воедино в ритуальном танце, посвященном самой древней религии, придуманной человечеством. Единый организм, в который слились супруги, неистово извивался и дрожал, огонь свечи выхватывал из темноты части человеческих тел, но невозможно было разобрать, где чья рука, нога, плечо или бедро. Движения все ускорялись, стоны усиливались, секунда прошла или вечность – Яна не могла понять. Она лежала на влажных простынях рядом с мужем и думала, что, пожалуй, за все годы знакомства и брака не было у них такого яркого и страстного секса. Женщина закрыла глаза, свечи погасли, и замок погрузился в глубокую, ночную тишину. Слышно было только потрескивание старых балок да мерное дыхание спящих.

Милан не знал, который час, когда проснулся. Он провел ладонью по влажному лбу. Через окно в комнату светила полная луна, окрашивая стены в серебристо-синий цвет. Несущиеся по небу рваные облака создавали замысловатую игру теней на красных гардинах.

Откуда-то раздалось скре-жетание, оно не было похоже на звуки, к которым в старом замке они уже успели привыкнуть. Странный скрежет то затухал, то возникал с новой силой.

Осторожно, чтобы не разбудить жену, Милан выбрался из постели. На цыпочках он подошел к одному из окон и выглянул наружу. Глубоко внизу текла река. Покрытые лесом холмы, похожие на прижавшихся друг к другу зверей, спали под свинцово-синим небом, на котором сияли бесчисленные звезды. Картина была так сказочно красива, что у Милана захватило дух.

Мужчина наклонил голову и прислушался. Опять этот странный звук, похожий то ли на скрежет, то ли на кряхтение. Или на жалобный стон просящего о помощи существа, возможно, раненого животного. Казалось, источник звука был в смежном помещении. Милан натянул на себя брюки и набросил рубашку. Взял фонарь со стола, направился прямо к высокой, обшитой полированным деревом двери и тихонько ее открыл. Эта осторожность объяснялась не страхом, а нежеланием разбудить Яну – она мирно спала и ничего не слышала.

Луч карманного фонаря обшарил все углы помещения. Если не считать огромной изразцовой печи, то комната была совершенно пустой. Из нее в следующую комнату вела точно такая же высокая деревянная дверь. Милан двинулся дальше по анфиладе. Его не покидало чувство, что он идет по следам кого-то, кто только что прошел тем же путем – иногда от возникшего вдруг легкого сквозняка колебались уцелевшие на окнах ветхие гардины, время от времени Милану казалось, что впереди проскрипела дверь.

Наконец, анфилада закончилась, и он оказался в прямоугольном покое с колоннами и белеными сводами, похожем на вестибюль или проходной зал. Единственными украшениями зала были гербы рода Шварцгейстов, нарисованные на стенах тусклыми красками, едва видными при свете луны.

Куда теперь? Через дверь на противоположной стене, как знал Милан, он попадет в анфиладу, ведущую в обратном направлении. Оставалась только лестница, ведущая в нижние помещения замка.

Милан решительно пошел по узкой винтовой лестнице вниз. Царила кромешная тьма. Четкий луч фонаря освещал неровно оштукатуренные стены, местами на них были видны пятна копоти от когда-то горевших тут факелов.

Глухо, но четко откуда-то снизу до Милана доносились стоны. Бесстрашно и решительно он шел на эти звуки, увлекающие его все глубже и глубже с одного этажа на другой. Тут уже не было штукатурки на стенах, обнажилась влажная кладка, острые края необработанного камня местами царапали плечи. Но Милан не смотрел по сторонам, он шел на таинственные звуки, увлекающие его вперед. Когда он, наконец, осмотрелся, то обнаружил, что стоит в начале очень низкого хода, по полу которого тек тонкий ручеек воды.

Вдруг раздался хохот, заставивший содрогнуться даже такого бесстрашного человека, как Милан. Он остановился и оглянулся.

– Ну, погоди! – мужчина стиснул зубы, нагнулся и полный дикой решимости побежал по ходу высотой чуть более полутора метров. В конце прохода он наткнулся на ржавую железную дверь. Но петли недавно кто-то смазывал, масляные потеки были еще видны на металле. «Привидения дверей не смазывают», – сказал себе архитектор.

Первая попытка открыть дверь ни к чему не привела. Дверь, правда, немного поддалась, но не открылась полностью. Лишь когда Милан отошел на пару шагов назад и со всей силы ударил ее плечом, замок сломался.

Тяжело дыша, Милан замер на пару мгновений. Он толкнул дверь ногой, и она со скрипом отворилась. Перед ним была богато обставленная комната, освещенная керосиновой лампой. Мебель в помещении была, судя по всему, принесена сюда из верхних покоев замка, также как и картины, висевшие на неоштукатуренных стенах.

Кто же жил в подземелье замка? Смеха здесь уже слышно не было. Милан медленно прошел вглубь просторной комнаты. Она производила совершенно обжитой вид.

На другом конце была еще одна дверь – деревянная, как и в других помещениях замка. Архитектор направился к ней, открылась она без всякого труда.

– Добро пожаловать! – вдруг раздался скрипучий старческий голос. Милан огляделся – нигде не было ни души.

– Кто вы? – закричал Милан. – Покажитесь!

– Мой вид может испугать вас!

– Я не из пугливых!

– Вы научитесь бояться! – продолжил голос с пугающими интонациями. – Вы последовали за моим зовом. Это было вашей ошибкой! Вы больше никогда не увидите солнечного света.

– Не смешите меня! – смело прокричал Милан, хотя и ощутил холодок в сердце. – Скажите, чего вы хотите. Но скажу заранее: в привидения я не верю!

Вдруг вспыхнул свет – кто-то зажег еще одну керосиновую лампу.

В испуге архитектор отступил на шаг назад. Он увидел того, о ком так много судачили, – человека в кроваво-красном широком плаще!

– Прекратите этот цирк! – Милан взял себя в руки и сделал шаг навстречу человеку в плаще. Тот медленно попятился назад.

Милан двинулся вперед быстрее, мужчина в плаще повернулся и обратился в бегство. Но тут его плащ зацепился обо что-то из мебели, человек упал, задел лампу, та полетела на пол и разбилась. Керосин разлился и вспыхнул.

На какое-то мгновенье Милан замер, но потом бросился на мужчину в красном плаще. Под тканью он ощутил теплую, живую кожу. Он оттащил неподвижную фигуру в сторону. В комнате уже все пылало, путь назад был отрезан. Выход оставался только один – вперед в неизвестную тьму.

Преследуемый огнем, таща на себе незнакомца, Милан с трудом пробирался вперед. В помещениях за жилыми комнатами огню было до них не добраться. Милан в изнеможении опустился на пол. Теперь он мог рассмотреть человека в красном плаще. Лицо того было закрыто платком. Милан сдернул его и в ужасе отпрянул.

Он увидел белое, как у призрака, лицо с тончайшей кожей, обтягивающей кости.

– Черт возьми, кто вы? – закричал он.

– Тот, кто должен выполнять долг, – прокряхтел незнакомец, – кто должен хранить и выполнять заветы мертвых. И вот он опять здесь – огонь. И вы… вы умрете вместе со мной, а он… Он уйдет навсегда!

– Кто он?

– Тот, что во мне, – простонал мужчина. – Его сила, его дух, его воля. О нет, мне нельзя уйти. Я…

Он умолк. Голова откинулась в сторону. Вероятно, он опять потерял сознание.

Надо выбираться отсюда – промелькнуло в голове Милана. Но как? И куда бежать?

Милан оставил загадочного старика лежать на полу – сначала нужно было найти выход из подземелья. Оно представляло собой разветвленную систему ходов, сейчас заполненных дымом. Относительно свежий воздух был только у самого пола, и Милан стал ползком продвигаться вперед.

Через какое-то время он услышал грохот, и тут же почувствовал сильную боль в голове. Скорее всего, это камень вывалился из стены. Через мгновенье Милан отключился.

* * *

Яркий свет и громкие голоса вырвали Милана из темноты. Но ему не удавалось открыть глаза, как он ни старался. Милан попытался вспомнить, что с ним произошло…

– Человек… – наконец с трудом произнес он. – Человек… в красном плаще…

– Милан, успокойся!

Это был голос Яны. Когда Милан наконец-то обрел способность видеть, он понял, что находится в больничной палате. Вокруг кровати стояли его жена, Анна и пани Секора.

– Что произошло? – спросил он, язык во рту едва ворочался.

– Тебя нашли среди развалин аббатства, – начала рассказ Яна. – Кто-то из местных жителей увидел клубы дыма над лесом и забил тревогу. По дыму и нашли тайный вход в подземелье.

– А что с человеком в плаще?

– Его звали Андрес фон Шварцгейст, – объяснила пани Секора. – Тридцать лет назад он вернулся в Богемию, одержимый идеей возвратить себе замок предков. Все эти годы он жил на руинах аббатства.

– То есть это он держал всех в страхе?

– Возможно, не только он один, – прервала Милана пани Секора. – Кое-что пока не разгадано.

– А он сам что говорит?

– Он уже ничего не может сказать, – тихо объяснила Яна. – Пару часов назад он умер от ожогов. По странному стечению обстоятельств, в тот же самый момент рухнула фронтальная стена аббатства и погребла под собой вход в подземелье замка. Теперь туда из аббатства попасть невозможно.

– Я присутствовала при его смерти, – сказала Секора. – И я стала свидетельницей явления, описать которое мне очень трудно. Мне показалось, что вместе с ним на тот свет отправилась еще и некая сила. Сначала меня как бы овеяло холодным ветром, потом горячим, а потом на меня снизошел покой. Уверена, теперь в замке все наладится.

– Вы правда так думаете? – скептически спросила Яна.

– Уверена в этом абсолютно! – убежденно ответила ясновидящая. – Конечно, должны будут пройти годы, прежде чем жители деревни избавятся от своих страхов. Но это не помешает вам осуществить задуманное.

– Тем не менее не все еще удалось понять до конца, – настаивал Милан.

– Некоторые вещи нельзя объяснить, – ответила ясновидящая. – Мертвые молчат, потому что у них есть право на молчание.

Читайте в следующую среду, 4 сентября:

Лара Грэй

Влюбленные

Привидение из старого замка хочет во что бы то ни стало помешать их любви…

Эмма ни за что на свете не хотела оставаться наедине с этим созданием. Кто знает, к каким это может привести последствиям. «Уходи! – шепнул ей внутренний голос. – Нужно выбираться отсюда, как можно быстрее. Ты нашла то, что искала, тебе не за чем здесь оставаться». Но она по-прежнему не знала, где в этой тьме выход, и могла двигаться лишь наугад. Хотелось надеяться, что направление она выбрала правильное. Нерешительно девушка сделала несколько шагов в темноте, как вдруг почувствовала, как каменная плитка под ногами стала мягкой и вязкой, будто твердый камень превратился в жидкое болото! Эмма почувствовала, что начинает медленно погружаться в эту жижу. Она попыталась вытащить ноги из холодной тины, но с каждым движением ее засасывало все глубже и глубже. Неужели ей суждено здесь погибнуть?

www.miniroman.ru

...

№ 011, 28.08.2013

Издание выходит еженедельно

Главный редактор: Максим Попов

Адрес редакции: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Сервисный телефон: +7 (920) 335-23-03

Для писем: 241050, Брянск, проспект Ст. Димитрова, дом 44

E-mail: info@privetonline.ru

© Учреждено и издается ООО «ПМБЛ»

Адрес издателя: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия.

Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77 – 53235 от 14.03.2013 г.

Отпечатанный в этом журнале текст является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналоги с действительными персонажами или событиями случайны. Редакция не несёт ответственности за содержание рекламных материалов. Все права принадлежат издателю и учредителю. Перепечатка и любое использование материалов возможны только с письменного разрешения издателя.

Content

Грей Лара Полночь в старом аббатстве, или Кровавая месть привидения