Горшкова Галина Сергеевна

По краешку судьбы, или Космические приключения Золотого человека

Annotation

Книга первая

Трудно сбежать из плена, если Вас держат на военно-научной космической станции. Тяжело мечтать о роскоши и богатстве, если вместо вечернего платья и королевской мантии Вам предстоит надеть военную форму и солдатские ботинки. И уж совсем нереально исполнить пророчество, сделанное за много лет до Вашего рождения и обязывающее Вас превращать в золото все, до чего Вы дотронетесь.

В жизни всегда есть место героям и негодяям, подвигу и предательству, настоящей дружбе и пустому самодовольству, верной любви и, конечно… Да! Приключениям. Много препятствий придется преодолеть, многому научиться. Только вот предопределена ли судьба на самом деле и надо ли знать будущее заранее?

«По краешку судьбы, или Космические приключения Золотого человека» – первая книга трилогии «КСД: лучшие из лучших».

Горшкова Галина Сергеевна

Галина Горшкова

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ

ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ(2)

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ(2)

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТИДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ

Горшкова Галина Сергеевна

По краешку судьбы, или Космические приключения Золотого человека

Галина Горшкова

По краешку судьбы,

или

Космические приключения

Золотого человека

Приключенческий роман

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Вместо предисловия. Пророчество Вулкана

- Расскажите, расскажите еще какую-нибудь историю! Да, или сказку! Или легенду! Еще! Ну расскажите! - отовсюду слышались детские голоса.

Старуха-цыганка очнулась от раздумий.

- Поздно уже! Солнце садится, всем пора на ужин. Родители вас потеряют.

- Нет! Солнце пока высоко! Расскажите! - дружно запротестовала детвора.

Хитрые маленькие создания различных цветов кожи окружили провидицу со всех сторон. Яркий диск солнца был уже у самого горизонта, и без того огромная красная планета в его лучах стала казаться пурпурной. По цыганскому поселку, редким деревьям, песку, грудам камней побежали коричневые тени. Пользуясь тем, что цыганская колдунья уже лет тридцать как ослепла и ничего не видит, дети требовали все новых и новых рассказов.

- Ладно, - буркнула Резеда. - Но только одну. Дайте мне мой платок. Что-то я мерзну.

И, поудобней усевшись на каменной насыпи, опираясь на клюку, начала свой рассказ:

- История эта случилась много лет назад, когда люди жили еще только на одной планете, а полеты в космос случались лишь в рамках научных экспедиций. Люди мечтали отвоевать у природы космос и поселиться на разных планетах: зеленых, белых, красных… Как мы сейчас живем. И запросто летать друг к другу в гости или переезжать с планеты на планету. Так вот, история, которую я хочу вам рассказать,- это история-загадка. Тайна, которую до сих пор никто раскрыть не может.

- Даже ты?

- Даже я. Есть в глубинах космоса одна планета. Не знаю научное ее название. Первооткрыватели назвали ее планетой Вулканов. Прилетев туда впервые, исследователи обнаружили в кратере одного из потухших вулканов интересную находку: это были маленькие причудливые фигурки, восемь человечков, отлитых из кусков лавы, как будто кто-то от скуки придумал себе игрушки. У каждого человечка в руках свиток, на каждом что-то написано - крестики, точки, палочки, символы.

- Вот это да! Значит, их сделал не вулкан, а люди. Ученые узнали, кто это был?

- Нет, не узнали. Разумную жизнь на той планете так и не нашли. Ученые смогли лишь расшифровать записи на свитках.

- И что же на них написано? Что там оказалось? - нетерпеливо стали расспрашивать дети.

Цыганка выдержала эффектную паузу.

- Стихи.

- Стихи?

- Да, ребятки. На них были мрачные стихотворные абзацы с корявыми рифмами, - Резеда поправила на себе платок. - Ученые были разочарованы. До поры до времени. Пока расшифрованные строки не стали сбываться. Стихи оказались пророческими.

- Пророческими?

- Верно. Там было все: и гибель самой Земли - первой человеческой планеты, и расселение людей в космосе, завоевательные и освободительные войны, и биологическая война, которая чуть не уничтожила все живое. Странные фигурки предсказали величие Империи Хамелеонов, противостояние ее Атлантам, и даже последний крупномасштабный электронный вирус, испортивший столько техники, что еще не одно поколение разработчиков будет стараться вернуть человечество на тот высокий уровень жизни, которого мы достойны.

- И что же, предсказания на всех восьми свитках сбылись?

- Нет, только на семи. Восьмое пророчество до сих пор ждет своего часа.

Дети затаили дыхание.

- Что же это за пророчество? О чем оно?

- Восьмой стих, милые мои, о Золотом человеке. Точных слов тех никто уж не знает, фигурки погибли давно вместе с планетой Земля. Лишь как старинная легенда доходит до нас их смысл. Предсказание говорит о том, что когда в мире зло начнет побеждать, и люди разных рас, вер, планет, языков и династий будут втянуты в войны, совсем как сейчас, из пепла возродится человек, который будет превращать в золото все, до чего дотронется. Он будет честным правителем и зажжет в людских сердцах огонь добра.

- Ух ты! А как это - превращать в золото все, до чего дотронется?

- Сложно объяснить, ребятки. Но думаю, мы с вами это однажды увидим. Нам суждено его повстречать на своем пути.

- А когда мы его повстречаем? А где он живет? А как выглядит? А как это - восстать из пепла? А он в темноте светится? - детским вопросам не было конца.

- Не знаю, - цыганка загадочно улыбнулась. - Время покажет. А сейчас - марш ужинать! Бегом! Жи-и-и-во!

Старая женщина встала на ноги, давая понять, что больше никаких рассказов сегодня уже не будет.

Дети разочарованно побрели по домам.

- Балуешь малышей легендами? - услышала Резеда знакомый голос. - Добрый вечер, бабушка. Не устала рассказывать сказки?

- Айна, милая, здравствуй, - Резеда вытянула вперед руки для объятий.

Девчушка лет десяти подбежала к цыганке и быстро чмокнула ее в щеку.

- Сказки нужны людям, и не только малышам, Айна. Сказки - это возможность помечтать, это ожидание чуда, рождение чего-то доброго. Нужно уметь не только рассказывать сказки, но и воплощать их в жизнь. Так-то. А как прошел твой день в школе?

- Ничего особенного, как всегда.

- А почему голосок невеселый? Ну-ка не врать бабушке! - Резеда снова уселась на груду камней, воткнув рядом в песок свою клюку. - Я тебя внимательно слушаю.

Айна смутилась, потупила глаза, присела рядом. Чувствовалось, что она действительно расстроена. Настало время выговориться.

- Мне грустно. Я не такая, как все, и поэтому одна. Со мной никто не хочет дружить. Я меняю школу за школой, а результат везде одинаковый. После того как я предупредила учительницу по математике о том, что она попадет в аварию, а Ринату предсказала пожар, а Сэлли просила не ездить на роликах, иначе она сломает ногу… Ну вот, а она вчера поехала кататься, и сегодня не пришла в школу, потому что сломала обе ноги. Теперь и здесь все считают, что я приношу людям несчастье. А я ведь хотела помочь! Предупредить! Разве я виновата, если вижу события, стоит мне лишь дотронуться до человека? Я же говорила Ринату, что у них будет пожар, и причиной тому станет паяльник! Зачем надо было в тот вечер садиться что-то паять? Или поездка Сэлли? Ведь ничего бы не было! Ничего! Ведь так, бабушка? Или … было бы?

- Нет, милая, этого бы не случилось. Я так думаю.

- Во-от. Значит, судьбу можно изменить? Можно повлиять на будущее? И предотвратить то, чему суждено быть? Почему тогда люди мне не верят, бабушка? Я же хотела помочь! Я не понимаю. Почему они сами цепляются за свои несчастья? Или просто мне не дано менять их судьбу?

Старуха на какое-то мгновение задумалась.

- Объяснить словами сложнее, чем увидеть сердцем, Айна. Я тебе нарисую картину, милая. Попытайся ее понять.

Цыганка взяла в руки клюку и переворошила красный, слегка влажный после недавнего дождя песок, стирая отпечатки босых ног детворы, что долгое время толпились возле предсказательницы. Разровняв довольно большую площадку, Резеда прочертила на песке пересекающиеся под разными углами линии: прямые, ломаные, спиральные, волнистые.

- Я не вижу, насколько красиво получилось, Айна. Но смысл ты должна понять. Здесь нарисовано то, что называется судьбой. Видишь эти линии?

- Вижу, - девочка кивнула.

- Это судьбы различных людей. У кого-то простые, у кого-то замысловатые. Каждому человеку при рождении дается подобная линия. Это путь, м-м-м… дорога. Заранее предложенная, иногда уже кем-то протоптанная, иногда совсем новая и нехоженая, но обязательно выбранная именно для данного человека. И дорога эта - как туннель, как рельсы: с них нельзя безопасно сойти, не нарушив замысел Творца. Если такое происходит, случается много несчастий, и это обязательно надо предотвращать. Каждый должен идти своим путем. Запомни, милая, это непреложное правило игры под названием «жизнь». И вот эти линии, Айна, - Резеда показала тростью в сторону рисунка, - это тот путь, который мы часто видим с тобой на много лет вперед или назад. От перекрестка до перекрестка - по прямой. Это просто, верно? Увидеть расстояние между двумя точками. Беда лишь в том, Айна, что дар видения и предвидения дается не бесплатно. И цена наших способностей состоит в том, что всех спасти невозможно. Это, тяжело, я знаю. Но с этим приходится жить и мириться. Люди иногда застревают на своем пути, останавливаются, не желая идти дальше, пытаются вернуться назад или идут по самому краю, изучая любые возможности для побега от судьбы. Мы можем рассказать человеку, что видим. Можем подтолкнуть вперед, добавив уверенности. Или, наоборот, напугать его, предоставив отсрочку в развитии событий. Однако ни мы с тобой, Айна, ни сам человек в этом туннеле - от перекрестка до перекрестка - все равно не в силах что-либо изменить. Это и есть известные словосочетания: «судьба такая», «так было предначертано», «небо так решило». А значит, не всегда нужно рассказывать людям, что ты видишь. Запомни, Айна: говори только тогда, когда реально можешь помочь. А помочь мы можем на перекрестках, где сходятся и расходятся пути многих людей. Там, где разрешается повернуть на чужую линию или наконец-то найти собственную, где есть возможность пойти в обход, избежав каких-то неприятностей, где можно сократить или удлинить свою дорогу. Именно здесь наши способности видеть прошлое, настоящее и будущее должны проявляться не только как щедрый дар, ниспосланный свыше, не только как великая милость заглянуть в неизведанное, но в первую очередь, Айна, как огромная ответственность. Поверь мне.

Резеда замолчала на миг, думая о чем-то своем:

- Именно на развилке надо подсказать человеку наиболее благоприятный вариант развития событий, помочь заблудившемуся вернуться на предначертанный путь. Именно там мы должны мягко и настойчиво развернуть лицом к своей судьбе тех, кто бежит от нее. Тех, кто ходит по краю, проверяя на прочность и себя, и весь мир. Помочь им в меру своих возможностей, - цыганка тяжело вздохнула. - А по поводу несчастий - тут все просто, милая. На чем концентрируешься, то и видишь. Печальные события - всегда ярко окрашены, потому их легче увидеть. Но и хорошие вещи имеют свои цвета. Практикуйся видеть хорошее. У тебя все получится.

- Я постараюсь, бабушка.

- Обязательно постарайся. А сейчас пошли ужинать, уже поздно.

ГЛАВА ВТОРАЯ

«Синяя птица»

Большой черно-синий корабль бороздил космические просторы. В каюте управления под прозрачным куполом корабля ходил молодой человек. Капитан. Его высокая подтянутая фигура с идеально сидящей на ней космической формой, темные волосы, смуглое лицо и открытый взгляд больших светло-серых глаз могли смутить и покорить множество женских сердец. Только думал капитан сейчас не о женщинах. Идет война. Жесткая война, жестокая.

«Синяя птица» летела обычным маршрутом, плановое патрулирование. Системы корабля работают в нормальном режиме. Подозрительных объектов на локаторе нет. Радиоперехват тоже молчит. Все чисто. Однако тишина космоса спокойствия на душе не добавляет. И Джек Карно, сотый раз проходя под куполом, в сотый раз спрашивал себя о том, каким образом случилось так, что он оказался втянутым в эту войну. Родившись во французской аристократической семье, имея образованного отца, прекрасно обучившего его разным наукам и премудростям жизни, мечтая стать актером или писателем, - и вот уже который год он не расстается с оружием.

Джек рано потерял мать: ему едва исполнилось пять лет, когда однажды к нему в комнату вбежал взволнованный отец, схватил сына в охапку и унес на корабль. Джек до сих пор не знает, что случилось с его матерью, отец так ничего ему и не рассказал. Не мог он добиться правды и от своего наставника - доктора физических, математических и электротехнических наук и просто хорошего человека Филиппа, который последовал вместе с ними. А дальше был космос.

Отец Джека - Уилл Карно, будучи профессиональным летчиком, имея статус капитана корабля и владея небольшим космическим судном, позволил себе и своему сыну кардинально поменять место жительства. Он перебрался далеко на юг, в одну из самых молодых галактик, и вместе с кучей первооткрывателей, военных, строителей, ученых, авантюристов, контрабандистов и мошенников осел на одной из планет, зарегистрированных в международном реестре за номером Р11/1527. Юность Джека прошла на космическом корабле. Поэтому неудивительно, что уже к двадцати годам он фактически мог выполнять на корабле абсолютно все функции - от механика до капитана.

А потом пришла война. Со своими правилами и законами. Сделанные ранее открытия в астрономии, физике, электронике, химии и других областях науки позволяли людям мигрировать через сеть коридоров межзвездного пространства, совершать перелеты между галактиками и приспосабливать для жизни самые разные по своим характеристикам планеты. Но биологическая катастрофа прошлого столетия и электронный кризис нынешнего отобрали цивилизацию у людей. Уничтоженные войной заводы и предприятия производственного сектора остановили многие страны в развитии. Колонии арабов, китайцев, русских, австралийцев, других стран и народов терпели настоящую нужду. В то время как объединенные колонии бывших европейских стран, именуемые Империей Хамелеонов, и Федерация Атлантов, созданная при объединении американских и канадских колоний, оказались защищенными от катаклизмов и, будучи наиболее технически подкованными, диктовали миру свои условия. Остальным государствам пришлось довольствоваться малым. Заключив между собой Космический Союз Доверия (КСД), создав международную полицию и прописав минимальные и необходимые правила поведения в космосе, они вышли на дипломатический путь решения своих проблем - путь переговоров с мировыми гигантами.

Южные галактики же, с их быстрыми темпами роста, научным потенциалом и нежеланием плясать под чужую дудку никак не могли вписаться в глобальные планы покорения мира ни Хамелеонов, ни Атлантов. Кучка революционеров, отвергая лишние разговоры, поставив в ружье все боеспособное население, переоборудовав пассажирский, геологоразведочный и иной транспорт в военные корабли, стойко держала оборону никем не признанной Республики «Одиннадцать».

Беспрепятственно летать в космосе в районе южных галактик стало почти невозможно. Патрули международной космической полиции, дерзкие нападения хамелеонов, хитрые, под предлогом торговых операций, вылазки атлантов, бесконечные перелеты в поисках лучшей жизни мигрантов, оборонительные отряды революционеров и просто пиратские корабли, не гнушающиеся нападением на всех вышеперечисленных, - сделали южные галактики обочиной наиболее оживленной космической трассы и местом активных боевых действий. Дня не проходило, чтобы мистер Анди - Президент Космического Союза Доверия - не выступил с обращением к тому или иному народу с просьбой о благоразумии. И дня не проходило, чтобы где-то не взорвался корабль.

Вот в таких условиях, как и большинство жителей южных галактик, Джек встал вместе с другими революционерами на защиту пусть своей новой, но все-таки родины. А будучи человеком волевым, умным, находчивым и везучим, сумел за четыре с половиной года войны сделать невероятный скачок по служебной военной лестнице, поднявшись от рядового капитана корабля до заместителя министра обороны никем не признанной республики. И это в двадцать семь лет! Война, действительно, многое меняет.

Джеку льстило его положение. Хамелеоны и атланты часто свои неудачи связывают с «Синей птицей», назначают награды за голову её капитана. Отец, с которым в последнее время у Джека были сложные отношения, теперь ходит сияющий от гордости за сына. Девушки просто тают в присутствии капитана, молодые люди и даже люди в возрасте относятся к нему с большим уважением, советуются. Здесь же, на корабле, его слово и вовсе закон.

И тем не менее, на душе неспокойно: война слишком затянулась, люди устали воевать. А перемирие пока даже не предвидится. На заседаниях Совета Обороны все чаще звучат призывы о переходе с оборонительной тактики на тактику агрессивную, тактику нападения на мирные поселения хамелеонов и атлантов, на тактику террора. А это значит - война наберет новые обороты, и жертв будет еще больше.

- Не помешаю? - в каюту управления заглянула косматая седая голова.

- Конечно, нет, Филипп, заходи. Что у тебя?

В каюту зашел мужчина лет шестидесяти, опрятный, подтянутый, с художественным беспорядком на голове.

- У меня ничего, все в порядке. Я зашел справиться, как у тебя дела. Твоя дежурная смена закончилась, а ты еще здесь. Бродишь, бормочешь. Ничего не случилось? Неужели пишешь стихи?

- Нет, Фил. Мне пока не до стихов. Тревожно как-то на душе.

- Да. Сейчас всем тревожно. «Тайфун» на связь не выходил?

- Нет, ты уже третий за последний час, кто интересуется «Тайфуном». Они объявятся не раньше десяти. Они пока даже из «мертвой зоны» не вышли.

- Мм-м. А кто еще интересовался?

- Гарри, он сегодня на радиоперехвате. Ну и Таисия, разумеется. Кто же еще? - Джек хмыкнул.

О тайной любви молоденькой медсестры «Синей птицы» и первого помощника капитана на «Тайфуне» не знали разве что международные полицейские. Во всяком случае, для членов экипажей кораблей секретом это не являлось.

- Уж скорее бы поженились, что ли, - добавил он. - Все не могут выяснить отношения: кто кого больше любит. Надоели.

- Ты не прав, мой мальчик, - наставник по-отцовски похлопал Джека по плечу. - Любовь - это самое прекрасное чувство на земле. Чувство, ради которого стоит жить, чувство, за которое можно и умереть. Просто ты пока никогда и никого не любил по-настоящему. А кстати, пора бы уже. Не выбрал себе на министерских приемах какую-нибудь красавицу в спутницы жизни, а?

Филипп пристально посмотрел на капитана.

- Вот еще глупости, - отмахнулся Джек.

- А вот и не глупости. Поговаривают, твой отец приглядел тебе невесту. Так что не найдешь сам - отец тебя женит.

- Угу. Лберти разболтал? Воистину, хочешь сообщить что-то всему свету - скажи об этом по секрету Лаерти. И можешь больше ни о чем не волноваться. Алисия - потрясающая девушка, и хотя она нравится моему отцу и он намекал, что не против нашего союза, мы с ней лишь друзья. Хорошие друзья, и все.

Филипп кивнул:

- Ясно. А ей ты об этом говорил? Она влюблена в тебя по уши.

- И что? Как я ей об этом скажу? «Дорогая Алисия, здравствуй! Пожалуйста, не смотри больше в мою сторону, а то люди решат, что у нас что-то есть». Так, по-твоему? Да она же, как кошка, мне глаза выцарапает.

- Я тебе об этом и твержу. Во всяком случае, надежд питать не будут: ни она, ни твой отец.

- Нет, Фил, нет. Не говори ерунды. Да мы и не общаемся вовсе. Забудет сама. Ты мне лучше помоги: подскажи, что делать с ближайшим Советом Обороны? Я должен принять участие в голосовании. Но... Вот хоть в черную дыру провалиться! Я не могу согласиться на атаку мирного населения. Не могу, и все. Выйду в оппозицию - опять с отцом проблемы будут. Что мне делать?

- То же, что и всегда, Джек. Быть собой. Реши, кто с тобой проживет дольше: совесть или Совет Обороны; кто тебе важнее, с кем тебе жить в мире и согласии приятней. Это просто.

- Да, просто. Просто, но... нелегко.

Сразу несколько приборов просигналило лампами и звуками. Джек кинулся к приборам.

- Ну нет... Опять начинается.

- Джек, это Гарри, - из динамика раздался звонкий голос. - Джек, я принимаю сигнал бедствия. Какая-то научная станция хамелеонов подверглась нападению. Они запрашивают помощи у международной полиции. Но я сомневаюсь, что их сигнал принял еще кто-то, кроме нас. Они на границе с «мертвой зоной». Сигнал слабый. Они где-то близко от нас.

- Да, я их вижу на радаре, Гарри. Спасибо, - и, обращаясь уже по громкой связи, объявил: - Боевая тревога! Всем помощникам срочно подняться в каюту управления!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

«Парнас»

В каюте управления шло срочное военное совещание. Кроме капитана и его седовласого друга и наставника здесь присутствовали еще четверо: Арчер - первый помощник, высокий широкоплечий темноволосый мужчина лет тридцати, по виду похожий если не на боксера, то на тяжелоатлета точно. Вторым из присутствующих был упомянутый выше Лаерти, лучший друг, ровесник и помощник капитана. Даже по внешнему виду можно было сразу в нем разглядеть болтуна и забияку, весьма неусидчивую натуру со вспыльчивым характером.

Лаерти, будучи таким же молодым, как и Джек, но не пользующийся таким же уважением и признанием, - в противовес первому помощнику Арчеру, который внимательно выслушивал аргументы и обдумывал слова, напротив, без конца вскакивал. Встревая по делу и не по делу, по нескольку раз меняя свою позицию, он показывал компетентность в обсуждаемых вопросах и рвение вступить в бой с врагом. Еще двое приглашенных, помощник Марк и механик Ричард, оба военные средних лет, спокойные, выдержанные, предпочитали получить информацию в полном объеме и только потом перейти к ее обсуждению.

Джек вывел на середину каюты голографическую карту предстоящих боевых действий. Научная станция величиной с четыре таких корабля, как «Синяя птица», горела уже с двух сторон. Два маленьких маневренных военных корабля, судя по всему, принадлежащие Федерации Атлантов, на приличной скорости, увертываясь от ответного огня, продолжали атаковать остановившуюся станцию. Исход битвы был виден невооруженным взглядом.

- Вариантов несколько, - Джек резко прервал очередное лирическое отступление своего друга. - Первый вариант - не вмешиваться. За нами они вряд ли погонятся. Дыхания не хватит, чтоб нашу птичку догнать. Второй вариант - помочь этой тихоходной каракатице отразить нападение, а потом захватить саму станцию. В результате мы можем получить два прекрасных новеньких военных корабля... ну и посмотреть, чем мы можем поживиться на станции.

В момент изложения второго варианта прогремело два взрыва. Станция была подорвана еще с одной стороны, потеряв шанс улететь с этого места даже в аварийном режиме. Второй взрыв пришелся на корабль атлантов, который буквально на глазах разнесся на части.

- Вношу поправку: один новенький военный корабль. Что ж, тем легче его будет завоевать. Третий вариант - помочь кораблю добить станцию, а потом его атаковать. Мне больше нравится второй вариант, но я прошу всех оперативно высказаться.

Из динамика опять раздался голос Гарри:

- Джек, у меня два новых радиоперехвата. Судя по всему, это не просто научная, а военно-научная станция. «Парнас» называется. Они только что передали кому-то сообщение о невозможности спасти оборудование и экспериментальные образцы. Вторая радиограмма ответная, в их адрес. Это категоричный приказ о ликвидации всех сведений по эксперименту и самоуничтожении станции. Они себя взорвут, Джек. А если повезет, то и атлантский корабль за собой прихватят.

- Что ж, тогда... Тогда атакуем станцию. Прямо сейчас. У нас есть двадцать минут. Программа самоуничтожения корабля раньше все равно не сработает. Все по местам.

- Джек, а ты не думаешь, что они могут взорвать себя раньше, в ручном режиме?

- Нет, не думаю, у них много спасательных капсул, а рядом есть обитаемые планеты. Скорее всего, они уничтожат то, что должны, а затем постараются убраться отсюда, пока автоматика будет отсчитывать последние секунды, - и, обращаясь к кому-то по селектору, добавил: - Атлантский корабль брать не будем - нет времени. Приготовиться к огню на поражение. Подбейте его. Пусть не мешается под ногами. По местам все, бегом. Группе захвата приготовиться. Идем на стыковку.

«Синяя птица» мгновенно превратилась в этакий муравейник, загорелись сигнальные лампы боевой тревоги, все куда-то забегали, выполняя заранее обусловленные функции. Джек обернулся к Филиппу:

- Фил, можешь пойти с нами? Возможно, нам потребуется больше времени, чем двадцать минут. Неплохо бы этот «Парнас» обыскать, пополнить запасы оружия, продовольствия, топлива. Ты сумеешь отключить систему самоуничтожения станции?

- Да кто ж его знает? Попробовать-то, во всяком случае, стоит. Спасибо, что пригласил. Пойду, сдую пыль со своего скафандра. Хо-хо-хо, - пробурчал по-стариковски Филипп, и радостно, необычайно легко для своего возраста, проскользнул мимо капитана.

«Синяя птица» на приличной скорости подошла к «Парнасу». Уничтожить атлантский корабль, правда, не удалось. Пока Джек и его команда выполняли маневры высшего пилотажа, храбрый военный корабль, не замечая нависшей над ним угрозы, пошел на принудительную стыковку с научной станцией на ее нижнем ярусе. Эпицентр военных действий переместился внутрь «Парнаса».

На «Синей птице» все громко и нецензурно выругались.

- Нет, вы видели эту наглость? Что он себе позволяет? Как будто это его станция! Что будем делать, Джек? - тревожно спросил Арчер. - Взрыв этого корабля может спровоцировать взрыв всей станции. Мы не можем так рисковать.

- М-м-м, а мы и не будем. Что делать, говоришь? Они состыковались на нижнем ярусе. Ну, что ж. А мы тогда состыкуемся с верхним. Лаерти, подкорректируй наш курс. Проникнем внутрь, а там разберемся, кто тут хозяин. Все по местам...

«Синяя птица» легко приземлилась на научную станцию. Чувствовался опыт, профессионализм и слаженность команды. Небольшой направленный взрыв - и вооруженные революционеры очутились внутри гигантского корабля.

Станция горела, и горела сильно. Пылало буквально все: оборудование, компьютеры, предметы обстановки. Системы тушения пожара, вентиляция и воздухоочистители, по-видимому, не работали, и дым клочьями плавал по помещениям. Часть секторов корабля была и вовсе перекрыта автоматикой из-за разгерметизации. Кругом царил полный развал. В каюте управления никого не было. Мигало табло о необходимости срочной эвакуации. Металлический голос отсчитывал минуты, оставшиеся до взрыва. 13 минут, 12 минут...

Филипп кинулся к компьютерам. Остальная группа направилась к сердцу «Парнаса». Слышно было, как на нижних ярусах идет ожесточенная борьба. Пистолетные и автоматные очереди хамелеонов пересекались с жужжанием лазерного оружия атлантов, с шумом борьбы, выкриками на разных языках, отборной руганью. 10 минут, 9 минут...

- Джек, чего мы ждем? Время, Джек, время, - Лаерти нетерпеливо переминался с ноги на ногу, стоя у дверей, за которыми шло сражение.

Вдруг все стихло. «8 минут до взрыва», - провозгласил металлический голос в полной тишине. В эту секунду у Джека пикнула рация. Капитан поднес ее к лицу и тихо спросил:

- Ну, говори. Что там у тебя, Гарри?

- Джек, со среднего яруса «Парнаса» только что стартанула одноместная спасательная капсула. Отсюда нам ее не подбить, только если отстыковаться. Что скажешь? Как у вас обстановка?

- Еще не поняли. Ладно, черт с ней, пусть летит, - Джек обернулся к ребятам: - Вперед!

Ворвавшись с оружием в кают-компанию, послужившую ареной боевых действий, команда Джека озадаченно остановилась. Стрелять было не в кого. Кругом валялись изуродованные пулями и лазерами тела военнослужащих. Пятьдесят человек, может, больше. Две мировые державы, Хамелеоны и Атланты, в борьбе за лидерские позиции не принимали никаких компромиссов. Экипажи «Парнаса» и атлантского корабля просто перебили друг друга, не оставляя никому права на жизнь.

«5 минут до взрыва... Программа самоуничтожения станции «Парнас» отменена. Для включения программы заново введите пароль».

Джек облегченно вздохнул. Филипп все-таки непревзойденный гений в электронике.

- Это не мы, - прохрипел в углу кто-то по-английски.

Десять ружей, как по команде, повернулись в ту сторону. В углу, за мягкой мебелью, прислонившись к стене, сидел раненый человек. В темно-синем костюме, пропитанном кровью, едва угадывалась форма атлантов. Из головы военного также текла кровь, руки судорожно подергивались.

- Это не мы, - повторил он. - Я не понял..., за что их, красивых..., - и, не досказав свою мысль, медленно съехал по стене.

Арчер кинулся к этому человеку, проверил пульс. Молча покачал головой. Поднимаясь на ноги, хотел что-то сказать, но увиденное им ввело его в ступор.

- Черт побери, что это?

Революционеры быстро пересекли каюту, и, обогнув перевернутые столики и кресла, также застыли в ужасе и недоумении. На полу, у самой стены, лежали тела невероятно красивых девушек. Шесть тел. Вечерние платья, лакированные туфельки, прически и макияж никак не сочетались с огнестрельными ранениями, и вообще со всем увиденным на этом корабле. Арчер наклонился к одной из них, проверил пульс, наклонился ко второй, к третьей.

- Черт побери, - повторно выругался. - Убиты. Прямо в сердце. Как будто сделан контрольный выстрел. Что происходит? Кто они? И за что их так?

- Нет, ну я знал, что атланты - звери. Но чтобы до такой степени? - Лаерти перешагивал через женские тела, беспрестанно качая головой и бормоча ругательства в адрес Атлантской Федерации.

- Это не атланты. Огнестрелкой вооружены только хамелеоны. А вот это звери так звери. От них еще и не такого можно ожидать.

- Ну, и что, по-твоему, - не унимался Лаерти, - девушки летели на корабле атлантов, а сюда вышли в разгар перестрелки, так просто, продефилировать?

- Хватит спорить, - прервал их словесную перепалку Джек. - Мертвые вам все равно ничего не скажут. Спрашивать надо живых. Надо проверить всю станцию, все закоулки. Может, кто где спрятался? Да, и атлантский корабль тоже.

- Ладно, - сказал Лаерти. - Мы с Ричем, Марком и Тони займемся кораблем, а вы здесь осмотритесь, - и, разворачиваясь к выходу, перешагивая сразу через два женских тела и не рассчитав длину своего шага, умудрился наступить на руку одной из убитых.

Слабый женский стон приковал всеобщее внимание. В мгновение ока Джек и Арчер подскочили к девушке, перевернули на спину. Те же самые огнестрельные ранения в область сердца.

- С такими ранениями не живут, - прокомментировал Лаерти.

- Джек, - Арчер изумленно посмотрел на капитана. - Джек, у нее есть пульс... и она дышит... Девушка без сознания, но... она еще живая?!

Рация Джека опять тревожно запищала:

- Джек, у нас гости. Два военных корабля. Либо сопровождающие эту станцию, либо атлантский хвост, либо полицейские. У нас семь минут, чтобы убраться, пока нас не засекли. Что будем делать?

- Понял, Гарри, готовьтесь к взлету. Мы идем. Подними весь медперсонал. У нас тяжелораненый пассажир. Огнестрельное ранение в область груди, - и добавил команде: - Уходим, быстро. Заберите у убитых оружие. Девчонку берем с собой. Арчер, сможешь ее донести? Отлично, - затем, снова обращаясь по рации, но уже к Филиппу, добавил: - Фил, мы уходим. Вводи пароль самоуничтожения корабля.

- Да, Джек, я слышал.

«5 минут до взрыва», - продолжил исчисление времени металлический голос компьютера.

Мощный взрыв потряс безвоздушное пространство Вселенной в тот самый момент, когда «Синяя птица» на всех парах улетала с места боевых действий. Благо, «мертвая зона» рядом. Конечно, отсутствие связи на таких участках космоса - это большой недостаток. Но зато здесь и корабль обнаружить почти невозможно, а значит, позволительно сделать передышку, остановиться, подумать, разобраться, что к чему.

Джек не боялся, что нападение на станцию хамелеонов запишут на его счет. Во-первых, он уже достаточно привык к бесконечным обвинениям в свой адрес, а во-вторых, наличие на месте взрыва обломков кораблей разных государственных принадлежностей также было на руку революционерам. Что же по-настоящему беспокоило капитана в данный момент, так это девушка с «Парнаса». Независимо от того, к чьей Империи принадлежало это прекрасное создание, Джек молился за нее, чтобы она выжила.

Полина, старший врач «Синей птицы», крупная, атлетического телосложения, далеко не молодая дама, посмотрев на почти бездыханное тело, печально покачала головой:

- На сканирование ее, живо.

Выдвижной столик, куда положили девушку, с легким жужжанием въехал в высокий стальной аппарат, по виду напоминающий больше шкаф, чем заумный медицинский прибор. Заработал компьютер...

Полина взяла распечатки, внимательно посмотрела на них, на монитор, на девушку, снова на распечатки.

- Будь я проклята, если я когда-нибудь видела нечто подобное. Таисия, Рональд, будем оперировать, - скомандовала она. - Все остальные - вон из медпункта.

- Поль, - Джек слабо попытался возразить, - я тут в уголочке посижу? Я не буду мешать.

Глаза железной дамы сверкнули, как молния.

- Может, и оперировать ты будешь? Я сказала - вон! Прямо сейчас! - и, бесцеремонно вытолкнув всех зевак за порог, Полина захлопнула дверь медпункта изнутри.

- Нет, это возмутительно, что она себе позволяет? - вспылил Лаерти. - Кто здесь капитан? Джек, почему ты позволяешь ей с собой так обращаться? Что она о себе возомнила?

Джек устало вздохнул:

- Перестань, Лаерти. Поля - лучший врач, какого только можно найти. Да, она очень строгая, и временами даже грубая. Но она - специалист своего дела. И если кто и может спасти эту девчонку, так именно Полина.

- А я вообще не вижу причин ее спасать. Какое нам дело до хамелеонов? Если только эта девица сказочно богата и мы сможем получить за нее приличный выкуп. Одежда на ней не из дешевых, да и драгоценности.

- Лаерти, ты рассуждаешь как космический пират, - вступился Арчер. - На девушке не написано, что она хамелеонка. Она может оказаться и твоей соотечественницей.

- Да прямо? Мои соотечественницы, Арчер, не разгуливают в вечерних платьях по военным научным станциям вражеской армии. Кстати, где Фил? Что ему удалось выловить из их электронной базы?

- Что-то удалось, но он еще не знает, что именно. Вся информация зашифрована. Он унес все диски в свои казематы - будет колдовать, пока не расшифрует, - вступил в разговор Тони.

Молодой светловолосый юноша двадцати трех лет был новичком в команде Джека. Будучи человеком образованным, находчивым и практичным, он часто имел свое мнение по обсуждаемым вопросам, и нередко - единственно правильное, но, будучи от природы очень скромным и застенчивым, предпочитал свое мнение не высказывать, если его об этом прямо не спрашивают. Особенно же молчаливым Тони был в присутствии напористого Лаерти.

- Убедили, пусть колдует. Может, на этих дисках действительно что-то настолько важное, что они убрали всех свидетелей, включая этих накрашенных кукол, - Лаерти больше не был расположен с кем-либо спорить. - И вообще, я проголодался. Пойду поем. Если будет что-то интересное, меня позовите.

- Непременно, - заверил его Джек. - Я думаю, всем можно разойтись. Я здесь подежурю. И, кстати, по-моему, уже пора заступать новой смене. Марк, ты в каюту управления, Тони, ты сменяешь Гарри. Не забыл? Ну и отлично. Всем остальным отдыхать. Неизвестно еще, что нам новые сутки готовят.

Команда стала расходиться.

Джек тоже отошел от медпункта. Стучаться бесполезно. Полька - слишком строгий и «правильный» врач, чтобы делать какие-то исключения даже для него, капитана.

Джек дошел до бара. Хорошо, что с медпунктом он расположен на одном ярусе, не надо бегать по лестницам. Да и видимость здесь прекрасная, нужно только не закрывать двери - и весь коридор, и вход в медпункт прекрасно просматриваются. Джек налил себе кофе. Он только сейчас почувствовал усталость вторых дежурных суток. «Глаза сами собой закрываются. А часы почти не двигаются. Что там происходит у медиков? Почему так долго?».

- Шел бы ты к себе, Джек, и поспал как человек, - Филипп тоже зашел в бар за кофе.

- Что? Кто? - капитан встрепенулся. Он и сам не заметил, как и когда уснул, склонив голову на стол. - Который час? Где она? Та девушка, с «Парнаса». Она... умерла?

- Не знаю. Не думаю. Еще идет операция.

- Как идет? Все еще? Но они там уже... - Джек взглянул на часы. - Больше шести часов?

- Вроде бы. Значит, так положено. Джек, посмотри на себя. На кого ты похож? Тебе выспаться надо. Ты сейчас все равно ни на что повлиять не можешь. Случится то, что должно случиться. Врачи там, они сделают все возможное. Иди, отдохни. Если что, я тебя позову.

- Но...

- Джек. Не спорь.

Джек устало улыбнулся:

- А знаешь, Лаерти прав. Мне тоже иногда кажется, что на корабле не я капитан, а вы с Полькой.

- Ладно-ладно, иди уже. Потом это обсудим, - и Филипп удобно расположился на своем новом наблюдательном посту.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Центральная лаборатория

Андреас Бенцура, практикующий врач лет тридцати пяти, известный ученым кругам по публикациям в области психологии и психиатрии и уже около пятнадцати лет сотрудничающий с военным ведомством хамелеонов, составлял отчет по одному из экспериментов. Время от времени он бросал тоскливый взгляд на окно. А за окном бушевала весна. Саргонд - возможно, самая ласковая в плане климата и уж точно самая красивая планета Империи Хамелеонов - цвел всеми красками жизни. Звуки и запахи просыпающейся природы сводили с ума и пьянили. Казалось, даже фонарные столбы звали гулять. Андреас вздохнул. Работы - много, а значит, сидеть ему здесь до глубокой ночи. Отчет двигался медленно, если вообще двигался. В его маленьком, но уютном кабинете тихо играла музыка. Женский голос надрывно пел о несчастной любви. Андреас отвлекся. Проводя большую часть жизни в лабораториях и кабинетах, не расставаясь с книгами и компьютером, он не только не знал о том, что такое несчастная любовь, но и в целом - что такое любовь. Допущенный к сведениям, составляющим государственную тайну, находясь под пристальным надзором разведслужбы, доктор не мог позволить себе ни бесшабашных друзей, с которыми можно было бы весело прожигать время, ни более-менее постоянную любовницу, ни супругу, верную подругу жизни. Он был одинок. Вся его семья состояла из бабушки по материнской линии, которую ему удавалось навестить не чаще чем раз в год, да шестилетней племянницы Ангелины, чьи родители погибли прошлой весной в аварии. Андреас был официально признан ее опекуном, но видеться с ней часто не имел возможности - работа занимала все его время. Максимум, что он мог, так это выделять баснословные суммы на ее содержание, нанять высококвалифицированную обслугу и учителей. Сам же приезжал в лучшем случае на выходной, а то и реже. Чувство вины не покидало Андреаса. Врач взял со стола фотографию. Из самодельной рамки из морских ракушек на него смотрели двое: он сам и улыбающееся хитрое личико его племяшки. Светлые кудри, голубые глаза - вся в мать, его сестру. «Андреасу от Ангела» - детским почерком старательно выведено внизу фотографии...

Зазвонивший телефон отвлек его от раздумий.

- Андреас, зайди ко мне.

- Прямо сейчас? Карлос, я еще отчет не доделал. Пишу. Что-то случилось?

- Да. Зайди ко мне.

Андреас вздохнул. Карлос Ле Кар долгое время был другом его отца, а когда сам Андреас заканчивал учебу и был в растерянности, не зная, куда устроиться на приличную работу, Карлос пригласил его сюда, в военное ведомство, предоставив отличные рекомендации. И вот уже много лет Карлос ему и наставник, и друг, и начальство. Андреас поморщился. Под руководством этого человека ему пришлось сделать много таких вещей, от которых у него по коже до сих пор бегают мурашки. Но благодаря этому человеку Андреас, выходец из бедной семьи, стал одним из самых богатых людей на Саргонде. Многие позавидовали бы его положению. В материальном плане у него есть все, о чем можно только мечтать. Почему же он несчастлив?

Андреас закрыл отчет. Надо идти.

- Ну, что стряслось на этот раз? - спросил он, входя в кабинет начальника. - Правительство опять нам урезает финансирование? Или армии требуются наши разработки, а они, как всегда, у нас еще в сыром виде?

- Хуже. Сядь, - Карлос нервно ходил по кабинету. Он не выглядел на свои пятьдесят пять лет и мог любому юнцу дать фору, как в физической силе, так и в силе своего ума. Но сейчас было очевидно - он не только расстроен, но и очень устал. Что-то определенно случилось. - Седьмая лаборатория уничтожена.

- Как уничтожена? Н-н... не понял.

- Вот так, уничтожена. Я дал приказ о ее ликвидации.

Карлос перестал ходить, сел за стол и закурил.

- Дал приказ? Зачем? Подожди, а что с персоналом? А... образцы? А оборудование? А куда все переведем? В Пятую?

- Нам нечего куда-то что-то переводить. Я дал приказ о полной, стопроцентной ликвидации Седьмой лаборатории, включая оборудование, образцы и персонал. «Парнаса» больше нет.

- Карлос?! Ты... Ты с ума сошел?! Я ушам своим не верю! Десять лет работы! Миллионы казенных денег! Сколько людей сложило головы на алтарь науки, а ты так просто заявляешь, что все уничтожил?! Что происходит? Я не видел последних отчетов по «Иллюзиону», но уверен, что они положительные. Эксперимент почти завершен. Нам отчитываться за него через полгода!

- Через пять месяцев. И не ори, нас могут услышать. Ты думаешь, я сам счастлив от того, что сделал? Я потому тебя и позвал, чтобы ты был в курсе. Вот последние радиограммы с Семерки. На «Парнасе» возникли две нештатные ситуации. Первая - по коду 13.

Андреас принял в руки отпечатанные тексты радиограмм.

- Тоже мне, нештатная. Да она там каждый месяц возникает. Привыкнуть пора. Я говорил, надо усилить охрану.

- На этот раз все по-другому. На корабле возникла драка, и очень серьезная. Ситуация вышла из-под контроля. Вторая проблема в том, что на станцию напали атлантские военные корабли. Нашей группы сопровождения в тот момент рядом не оказалось. Системы управления на «Парнасе» вышли из строя, а вместо того чтобы обороняться от захватчиков, моим агентам пришлось заниматься внутренними разборками. Прочти последнюю радиограмму. В ней говорится о том, что станция неминуемо будет захвачена атлантами, и все разработки тоже. Их сигнал бедствия приняли международники, но сам понимаешь, чему равняется огласка в нашем случае. Полицейские разборки и международный скандал нашему правительству ни к чему. Я дал задание ликвидаторам уничтожить все и всех.

- Господи боже мой! Но ученые-то в чем виноваты, Карлос?

- Ни в чем не виноваты. Они не только ученые, но и солдаты. И мы на войне, Андреас! Ты полагаешь, атланты не смогли бы развязать им язык? Хочешь, чтобы весь мир узнал, чем мы там занимались? Меня вообще мало волнуют те ученые. У нас другая проблема. Из лаборатории пропал один наш агент и один образец. Есть угроза того, что «Иллюзион» может попасть в чужие руки, - Карлос загасил сигарету и снова стал нервно ходить по кабинету.

- Как - пропали? А что докладывают ликвидаторы?

- Уже ничего не докладывают. Они все погибли, обороняя станцию. Их шифровка, пришедшая дежурному, говорит о том, что задание выполнено полностью. Но наша поисковая группа не обнаружила два радиомаяка, это агент В36 и образец 7-047. Ты понимаешь, о чем я? Осознаешь всю опасность ситуации?.. Хотя я, конечно, допускаю и другой вариант развития событий: «Парнас» разнесло в щепки на многие километры. А рядом - «мертвая зона». Там никакие сигналы в принципе не проходят. Может, я и зря волнуюсь, надо больше доверять ликвидаторам, пусть и неживым? Международники еще только-только оттуда убрались. Я направил туда своих ребят, кого можно. Но, согласись, я же не могу рассказать агентам, что они ищут и почему. Ллойд нас убьет, если узнает.

- Ллойд нас и так убьет, через пять месяцев. Что мы ему предъявим как результат нашей работы?

- Это я тоже хотел с тобой обсудить, - Карлос снова нервно закурил. - О Седьмой лаборатории и об «Иллюзионе» знаем только мы с тобой, Ллойд и Эрик. Эрик сейчас в больнице, ты в курсе, в каком он состоянии. С каждым днем ему все хуже. Врачи не дают ему двух недель - дольше он не протянет. Очевидно, что нашим новым начальством станет кто-то из его замов. А пока идет такая неразбериха, пока еще никто не вошел в курс дела, мы должны с тобой уничтожить всю информацию по «Парнасу», все записи, все файлы - абсолютно все. Ты понимаешь, какая нам предстоит работа в ближайшее время? Все записи за десять лет!

- А Ллойд? С ним ведь не договоришься.

- Ллойд - это проблема. Не будет Ллойда - не будет проблемы.

- Не будет Ллойда? А куда он денется?

Карлос шумно выдохнул, удивляясь недогадливости своего подчиненного:

- Какая разница - куда? Несчастный случай. Машиной собьет. Кирпич на голову прилетит. Неважно. У меня есть на примете человек, кто за большие деньги что угодно сделает.

- Но... но это же убийство, Карлос! Что ты говоришь такое?

- А что, Андреас, у тебя есть другие предложения, как нам выпутаться? Давай, я готов тебя выслушать! Говори!

В кабинете возникла угрюмая тишина. Воздух стал почти твердым от напряжения, царившего в комнате. Карлос поднял жалюзи и распахнул створки окна. Тотчас уличный гул вместе с лучами голубого солнца ворвался в кабинет. Буйство красок весеннего Саргонда немного смягчило лицо профессионального врача, военного и убийцы. Карлос захлопнул окно и снова вернулся на свое место.

- Я слушаю тебя, Андреас. Что ты можешь предложить?

- Я... я не знаю. А те деньги, которые мы потратили? Ведь правительство...

- А что деньги? За деньги расписывался Ллойд. Нет человека - нет проблемы, я же сказал. А на какие цели он их там брал, куда их потратил - мы-то откуда с тобой можем это знать, а? Наша с тобой задача будет состоять в том, чтобы никто ничего не раскопал. Надо уничтожить всю информацию. Всю, даже в наших собственных домах, кабинетах и компьютерах. Абсолютно все. И самим поверить в то, что Седьмой лаборатории никогда не существовало. Ты поддержишь меня, Андреас? Я могу на тебя рассчитывать?

Андреас вздохнул. Он был самым несчастным врачом во Вселенной.

- Конечно, ты можешь на меня рассчитывать, Карлос.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Пассажир «Парнаса»

- Кого-то ищешь здесь, Лаерти?

Лаерти, плотно поевший и отдохнувший, так и не дождавшись, когда ему соизволят доложить обстановку в медпункте, решил отыскать ответы на свои вопросы самостоятельно. Подойдя к дверям медпункта и обнаружив, что они не заперты, он на цыпочках вошел внутрь.

- Фу ты, старый черт! Ты что, решил меня заикой сделать? - подпрыгнул он на полметра, услышав голос Филиппа. - Какого лешего ты тут спрятался и честных людей пугаешь?

- Прости, Лаерти, не хотел тебя напугать. Я дежурю у раненой, как видишь. Медперсонал разошелся отдохнуть. Все-таки восьмичасовая операция - не шутка. Полька наказала строго-настрого следить за приборами. Состояние у девчонки нестабильное и очень тяжелое.

- Хочешь сказать, что она выжила?

- Живая. Как ты и я. Душа, вероятно, к телу гвоздями приколочена. Хочешь, что-то интересное покажу? Погляди на эти снимки. Результаты ее сканирования. Видишь?

- Что именно?

- Ну вот, погляди внимательно, ничего необычного не замечаешь?

- Нет, я не врач. Что я должен тут заметить? - Лаерти поморщил нос.- Снимки как снимки.

- Эх ты, наблюдательность! Перед тобой уникальный экземпляр зеркального человека.

- Какого-какого?

- Зеркального. И что ты за темнота, Лаерти? У этой девушки все внутренние органы расположены в зеркальном порядке. В отличие от обычных людей. Такие случаи - один на миллион, если не реже. Вот у тебя, например, печень где расположена?

Лаерти пожал плечами:

- Почем я знаю? Справа.

- Справа. И у меня справа. И у десятков миллионов людей тоже справа. А у нее слева. А вот сердце у большинства людей смещено от центра влево, а у нее - вправо. Ну смотри, на снимках ведь все видно. Стрелявший целился, судя по всему, на поражение, в область сердца. В область сердца большинства людей, я имею в виду. Однако он не учел особенности ее организма. Две пули. Ни одна из них не задела сердце. Это ее и спасло.

- Ясно. А в сознание она не приходила? Ничего не говорила?

- Нет. Полька уверяет, что если она эти сутки переживет, то все будет в порядке, хотя восстановится еще и не скоро. Надеяться надо на лучшее. А пока я здесь сижу, дежурю. А ты тут зачем?

- Зуб болит, антимикробные таблетки закончились.

- А-а, я так и подумал. Я не знаю, где что у них тут лежит. Рональд придет часа через два, Полька с Таисией - часов через шесть. Спроси у них.

- Ладно, зайду позже, - и Лаерти быстро ретировался из медпункта.

- Тема сегодняшнего занятия - «Страх», Джейн. Да-да, не удивляйся. Обычный человеческий страх, имеющий множество проявлений и оттенков: от простого испуга до всепоглощающего ужаса, - Лен остановился перед сидящей в кресле девушкой, присел перед ней на край стула и задумался на несколько секунд. - Смотри, Джейн. Мы еще только начали говорить на не очень приятную для сознания тему, а твое тело уже на физическом уровне реагирует, словно ты переживаешь негативные эмоции на самом деле.

Инструктор указал рукой на расположенные рядом с креслом мониторы. Джейн перевела глаза с учителя на умную технику, обмануть которую, она знала, почти невозможно. Через подключенные провода и датчики, прикрепленные к телу девушки, на экран выводились цифры, графики, диаграммы и другие показатели, начиная от частоты сердечных сокращений, заканчивая температурой и микродвижениями различных участков тела.

- Две хороших новости, Джейн. Первая. Боишься не только ты. Боятся все. Это нормально. Страх - нормальная, здоровая реакция организма на две группы обстоятельств. Люди боятся либо того, что уже где-то когда-то с кем-то случалось, и им бы не хотелось с этим встречаться и испытывать это на себе в первый или повторные разы. Либо люди боятся того, чего не знают или не понимают - неизвестности, одним словом. Тут сложнее. Не зная врага в лицо, трудно одержать над ним победу. Верно?

Джейн кивнула.

- Ну так вот, - Лен между тем продолжил, - вторая хорошая новость состоит в том, что страх можно победить. Любой страх. Более того скажу - страхом можно управлять. Можно вызвать его по желанию, можно притвориться, что ты боишься, и никто не изобличит твою подделку, а можно отказаться от этого чувства в тех ситуациях, когда страх способен помешать тебе в достижении твоих целей. Так что управлять им можно и нужно. И наша с тобой задача - этому сегодня научиться.

Лен вытащил из кармана зажигалку и щелкнул ею, держа руку на уровне своих глаз и глаз следящей за ним девушки. Маленький огонек робко выскочил из пластиковой трубочки и задрожал под сильным и уверенным дыханием инструктора.

- Страх - он как огонь, Джейн. Он необходим, чтобы выживать и одерживать победу, чтобы обострить все свои реакции и умственные способности, чтобы принимать правильные решения. Да-да. Не делай такого лица. Самые храбрые люди испытывают страх. Вот такой. Маленький, - Лен поднес зажигалку к лицу девушки. - Страх, который можно держать под контролем.

Дав девушке несколько секунд полюбоваться огнем, Лен крутанул колесико на зажигалке, и из его кулака с силой вылетело пламя. Джейн мгновенно отдернула голову назад, чтобы не опалить челку и не обжечь лицо. Прицепленные к подлокотникам и ножкам кресла специальными ремнями руки и ноги девушки не давали ей простора движений. Самое большее, что можно было предпринять в такой ситуации - это максимально вдавить позвоночник в спинку кресла. Инструктор с удовлетворением и легкой улыбкой отметил для себя высокую реакцию девушки на изменение обстоятельств. Челка, действительно, не опалилась. Лен отодвинул от лица подопечной руку с зажигалкой, и, не отрывая глаз от огня, продолжил лекцию:

- Если страх выйдет из-под контроля, то он как пожар уничтожит все вокруг. И тебя тоже. Все сгорит. Паника - это пожар, который потушить бывает слишком поздно. Не допускай ее никогда, Джейн, - Лен убрал зажигалку в карман. - Не знаю, чему учат тебя эти профессора в белых халатах, возможно, есть много методик по лечению страхов. Я основываюсь лишь на своем опыте. Учу тому, через что прошел сам. Так вот, поверь мне, страх лучше предупреждать, чем лечить. Когда он захлестнет тебя с головой, включать логическое мышление тяжело. Как неотложная помощь от чувства страха - это очень глубокое дыхание и уговоры самого себя. Это работает. Правда, работает. Однако лучше расквитаться со своими врагами до того, как они напали на тебя. Предупреди страх до его появления. Методика простая. Разберись в себе, выясни, что тебя пугает. Назови страх по имени. Узнай, почему он возникает и как его избежать. Ну а дальше - только практика. Действуй.

Джейн скептически улыбнулась:

- А если того, чего ты боишься, невозможно избежать и предотвратить?

- Тем более глупо напрягаться по данному поводу. Если событию суждено случиться все равно, то неразумно тратить свою психическую энергию на преждевременное переживание этого факта. Объективно неизбежные вещи надо принимать как таковые.

- А если ты боишься неизвестности?

- Тоже неразумный страх, который сжигает тебя изнутри. Мы все приходим в эту жизнь за определенным опытом. Мы рождаемся с чувством неизвестности своего будущего и умираем с ним. Все, что с тобой случится,- это нужный тебе опыт. Да, он может быть и негативным. Но необходимо нужным. Правило простое и действенное. Назови свой страх, найди его причину и устрани ее. Если это невозможно, спроси себя, что плохого может с тобой случиться в самом неблагоприятном случае и как тебе легче всего будет это пережить.

- А если никак? - каверзно уточнила девушка.

- Если никак пережить нельзя, то смотри пункт первый. Смерть неизбежна для всех. Вечных людей не бывает. Еще вопросы по теории есть? Тогда к практике, - Лен обернулся вполоборота к компьютеру и приготовился вводить какую-то программу. - Чего ты боишься?

- Ничего, - Джейн тяжело сглотнула, зная, что предательская электроника ее тут же выдала.

Да, девушка обманывала. Не просто обманывала. Врала по-черному. Но она знала, что это ложь во спасение. Джейн боялась всего на свете. Начиная от безобидных кузнечиков и заканчивая самым страшным человеком на свете - Карлосом. Боялась темноты, высоты, воды и огня, боялась снов и воспоминаний, боялась врачей и военных, боялась терять близких... много чего боялась. Но еще страшнее было в этом признаться. Зная варварские методы обучения своего инструктора, признаться в чем-либо - было бы навредить себе. То, как он учил ее плавать, скидывая в воду с вышки, зная о неудачном опыте ее детства падения в ледяную воду, уже отбивало всякую охоту к сотрудничеству в этом вопросе.

«Спасибо за урок, Лен, но давай с практикой я сама разберусь. Нечего ко мне в душу лазить и наводить там свои порядки».

- Правда? Совсем ничего? - Лен засмеялся и отвернулся от компьютера, весело разглядывая самоуверенную девушку. - Оптимистка! Ладно, давай кроме шуток. Людей, которые не боятся ничего, не существует. Не тяни время. Я ведь все равно выведаю твои страхи, хочешь ты этого или нет. Техника и методики позволяют. Не будешь сотрудничать - хуже будет. Ты ведь знаешь?

- Знаю.

- Ну так что? Чего ты боишься?

- Ничего.

- Так-с. Опять все сначала? Раскалывать тебя по полной программе?

- Давай!

- Слушай, Джейн, может, хватит уже дурака валять? Я от всех учеников, вместе взятых, не устаю так, как от тебя! - Лен начинал закипать. - Тебе что, нравится меня из себя выводить? Тебе же это самой боком выйдет! Мало достается по жизни? Я тебе добавлю! Я...

Лен посмотрел на красную кнопку на пульте. Стоит ее нажать, и тело сидящего в кресле подвергается безопасному, но ощутимому удару электрического тока. Этой кнопки боятся все его ученики. А Джейн достается от нее и того чаще. За неверные ответы и неправильные решения на занятиях. За нежелание учиться или за проявленную дерзость в общении с ним.

Джейн перехватила взгляд инструктора. Скептическая улыбка снова всплыла на ее губах. Рука Лена остановилась на полпути. Он посмотрел на мониторы. Неожиданно для себя засмеялся и, качая головой, снова присел на край стула напротив девушки.

- Действительно, где логика? Учу ничего не бояться, и сам удивляюсь, что не удается тебя запугать! Это просто невероятно - то, как ты быстро учишься. Да-да. Именно поэтому, Джейн, я терплю все твои выходки и уважаю тебя больше, чем всех своих учеников, вместе взятых. Что ж, будем считать, что тему контролируемого страха мы освоили. Зачтено. С остальными страхами работай по такому же принципу. Узнаю, что ты чего-то боишься,- пойдешь на переэкзаменовку по всем пунктам. Не узнаю - считай, что тебе повезло. Все на сегодня. Свободна, - Лен выключил автоматику, сковывавшую безопасными ремнями все части тела девушки...

Джейн во второй раз пришла в сознание. Хотелось спать. Какая-то неведомая сила давила на веки, кружилась голова, болело все тело. Не болел разве что хвост, и то потому, что природой не предусмотрен. Мысли путались, воспоминания, события последних минут, часов ли, дней ли - все перемешалось. В сознании зафиксированы и факт бойни на «Парнасе», и операция, и удивления врачей. Джейн еще в прошлый раз разглядела обстановку медпункта. Космический корабль. Чужой. И люди чужие. Метрах в трех от кровати, за письменным столом по-прежнему сидела молодая светловолосая девушка. «Кажется, она присутствовала здесь во время операции». Джейн закрыла глаза.

«Надо подумать и сосредоточиться. Так, как Лен учил меня в свое время. Сначала думай - потом действуй. На «Парнас» напали три корабля...». Джейн слышала по селектору, как дежурный офицер сказал, что корабли атлантские. Эти же люди не были атлантами. Между собой они говорили на французском, довольно редком в современном мире языке. «Атланты же, кроме английского, других языков и не признают вовсе. Да, на Карлоса работают люди разных государственных принадлежностей и национальностей. Но и на людей Карлоса они не похожи. Кто они? Что делают французы в этих широтах?». Джейн не была сильна в космической географии. «Союз Доверия на корабли не нападает. Неужели пираты? Человечеству уже много веков, а работорговля по-прежнему остается одним из самых прибыльных нелегальных бизнесов. Нет, не должно так быть! Но если не так, то как? Голова трещит. Интересно, куда мы летим? Как долго я была без сознания? Плохи дела, плохи... Так, а если они не пираты? Корабль военный. Точно».

Джейн попыталась вспомнить все, что изучала в курсе международной политики. «Да, тогда еще хуже. У французов с хамелеонами, вероятнее всего, также заключен контракт о ненападении и взаимодействии. С хамелеонами сотрудничает половина мира. Если это не международная полиция Союза Доверия и не атланты, то - хамелеоны или их союзники. Как только они узнают, кто я, они сдадут меня Карлосу с потрохами. Уж лучше бы они были атлантами! Бежать надо. Тянуть время и при первой же возможности - бежать... Да, но куда убежишь с космического корабля? И разве от Карлоса можно скрыться? Больше сотни неудачных побегов». Джейн вспомнила драку на «Парнасе». Шесть девчонок против целой армии. Она вспомнила, как падали убитые подруги, как упал ее инструктор Лен, в последнюю минуту перешедший на их сторону, стараясь их защитить, вспомнила, как у нее самой подкосились ноги.

Девушка слабо пошевелилась. Дикая боль пронзила все тело. За что она борется? Сколько можно так жить? Что хорошего есть в ее жизни, за что вообще стоит держаться? Война и смерть. Все, кого она хоть чуточку любила, покинули ее навсегда. Да, она обещала Анжелине, своей первой подруге по несчастью, бороться до конца, бороться до последнего вздоха. И выжить им всем назло. Вот, выжила. А дальше что? Ни дома, ни семьи, ни друзей. Ничего.

Джейн открыла глаза. Красивый серебристый потолок расплылся от слез. Они градом беззвучно катились по ее щекам. Сколько она не плакала? Лет восемь? Больше? В свои двадцать два года Джейн впервые выбрала время остановиться и подумать. В свои двадцать два года она пришла к страшному выводу, что нет смысла в ее жизни. Зачем эти люди ее спасли? Не хочет она больше сражаться, и бежать не хочет. И видеть никого не желает, и не желает ни о чем знать. Закрыть глаза, уснуть и не просыпаться. Это так просто. Вечно спать. Нужно только приказать своему телу, всем системам организма отключиться. Заснуть навсегда. И все...

Предательские приборы, к которым Джейн была подключена, пронзительно запищали.

- Джек, это Таисия. Наша пациентка пришла в себя, - кому-то доложила по селектору светловолосая медсестра.

«Черт бы тебя побрал с твоим нашатырем. И так мутит. Было бы чем, наверно, стошнило».

- Эй, девушка, очнитесь! - Таисия свободно говорила по-английски. - Наконец-то Вы пришли в сознание. Я уж ненароком стала опасаться, не проспите ли Вы всю жизнь? С возвращением к живым. Как Вы себя чувствуете? Вы меня понимаете? Вы говорите по-английски?

«Вот так дела! Ты свободно изъясняешься по-английски. Или это все-таки атлантский корабль? Думай, Джейн, думай! Что делать? Что сказать? Ну ты и влипла! Ох, как голова кружится». Джейн закрыла глаза. «Да не тряси ты меня».

- Эй, девушка, не спать!

Таисия легонько потрясла Джейн за плечи. Их пациентка, казалось, была на грани обморока. Так долго пришлось ждать, когда же она очнется, и вот теперь Таисия просто растерялась, не зная, что делать дальше. «И Полины, как назло, нет, спит после дежурных суток. И до Рональда не докричишься. Наверняка играют с Филиппом в последние компьютерные новинки. Хоть бы Джек скорее пришел!».

Словно услышав ее молитву, дверь медпункта открылась, и сюда ввалились все, кто был в каюте управления в момент звонка Таисии: Джек, Лаерти, Арчер, Гарри, Тони.

- Наконец-то Вы очнулись. Как Вас зовут? Кто Вы? Что произошло на «Парнасе»? Кто в Вас стрелял? - вопросы посыпались со всех сторон.

Джейн испуганно рассматривала вновь прибывших. Разговаривать не было ни сил, ни желания. «Надо что-то придумать, что-нибудь правдоподобное. Только что? Ни одной полезной мысли в голове».

- Вы понимаете по-английски? Вы говорите по-испански? Немецкий? Арабский?..

«Я на глупые вопросы не отвечаю, придурки. Спрашивать у военного переводчика, говорю ли я на международных языках? Вы мое личное дело, что ли, не видели? А может, действительно не видели? Что там было после перестрелки? Офицеры уничтожали все, что можно было уничтожить. Может, они и впрямь не знают, кто я? Черта с два, ребята, я вам что-то о себе расскажу в таком случае».

- На каком языке Вы предпочитаете общаться? Какой язык Ваш родной? - вежливо продолжал расспрашивать Джек. - Почему Вы молчите? Не бойтесь нас. Мы вам друзья.

«Друзья? У меня больше нет друзей. И не хочется. Слишком больно терять. И хватит задавать мне тупые вопросы. Что это ты за активный такой выискался? Не ты ли здесь главный? Вроде как молодой для капитана. И симпатичный. Но меня этим не проймешь. И нечего на меня так пялиться. Я толком даже не одета».

- Да ни на каком языке она не желает с тобой общаться, - встрял в разговор несдержанный Лаерти. - Таисия, а она вообще вменяемая?

- Не знаю. Она только что очнулась. Я с ней не разговаривала.

- Может, она глухонемая? - предположил Арчер.

«А что? Неплохая идея», - промелькнуло в голове у Джейн.

- Не знаю. Не думаю. А кто-нибудь знает язык глухонемых? Как с ней общаться? - медсестра совсем растерялась. Показывая жестами и по слогам говоря по-английски, произнесла: - Меня зовут Таисия. А тебя? Кто ты? Как твое имя?

«Утомили, - Джейн закрыла глаза. - Просто непреодолимая тяга ко сну. А с закрытыми глазами голова меньше кружится. И не надо глядеть на их рожи».

- Кажется, она сейчас опять потеряет сознание. Не трещите вы все одновременно. Шумно. Может, ей еще яркий свет мешает?

- Ничего ей не мешает, Таисия, - перешел снова на французский язык Лаерти. - У нее на лице написано, что она не хочет с нами контачить. Скажите пожалуйста - принцесса! А я говорил, между прочим, что нет нам дела до хамелеонок, и не стоило сюда ее тащить! Не было заботы, так получите. Медикаментов только кучу извели.

Джейн открыла глаза. «А правда, какой резон вам был меня спасать? Любопытно, кому принадлежала эта идея? Ну уж точно не этому горластому». Девушка с интересом взглянула на Лаерти.

Джек пристыдил друга:

- Лаерти, перестань. Тот факт, что она не знает пять языков, на которых говорим мы, не означает, что надо было бросить ее там умирать. У Филиппа где-то был электронный переводчик. Я убежден, мы все равно сможем найти с ней общий язык. Может быть, не так быстро, как хотелось.

- Ради бога, Джек, не будь простодушным, - Лаерти не унимался. - Человек путешествует в космосе и не знает пары слов по-английски? Да ни в жизнь не поверю! Это ж с какого захолустья надо было приехать?

- А может, действительно издалека? Фил проверил ее отпечатки пальцев. В розыске не числится. Военнослужащей не является. В брак не вступала. Кредитов не брала. Личного транспорта нет. Может, из какой-нибудь деревни?

Джейн с трудом сдержала улыбку.

«Парень по имени Джек, ты и правда такой наивный? Или притворяешься? Учти, благородство сейчас не в моде. Значит, проверяли мои пальчики? Ясно. Вы бы еще мою татуировку проверили. О моем королевском прошлом почитали. Вот удивились бы».

- Ага, из деревни. В дорогом вечернем платье. Случайно оказалась на военной научной базе.

- Да, логики мало, - согласился Арчер. - Я тоже думаю, что она хамелеонка.

- А что тут думать-то? Вколоть ей «малинку», посмотрим тогда, на каком языке и что запоет.

- Лаерти, как ты можешь? - вступилась за пациентку Таисия.- Человек только что с того света вернулся, а ты ее на наркотики хочешь посадить?

- Всю жизнь военнопленным вкалываем - и ничего. Ей ведь дают шанс добровольно все рассказать, - снова перейдя на английский язык, Лаерти с язвительной улыбкой на губах, чеканя каждый слог, спросил: - Девушка, если Вы не хотите, чтобы мы придумали для Вас имя, может быть, Вы назовете свое?

«Боюсь даже предположить, какое имя ты бы мне придумал. Не знаю, как от всех остальных, а от тебя-то уж точно ничего хорошего ждать не приходится».

- Девушка, мягко выражаясь, Вы испытываете наше терпение. Советую Вам начать говорить.

- А я советую тебе убраться отсюда, и побыстрее, - в дверях возникла грозная фигура Полины. - Я что, кому-то разрешала находиться в медпункте в свое отсутствие? Таисия, какого черта ты их пустила?

- Поль, не сердись. Таисия не виновата. Нам не терпелось поговорить с этой девушкой, - вступился за медсестру капитан.

- Я слышала, как не терпелось. И про «малинку» тоже. Вон отсюда все.

- Послушай, Поль. Про «малинку» Лаерти... это он несерьезно.

- Как - несерьезно? - возмутился сам Лаерти. - Очень даже серьезно. Я не понимаю, что нам с ней церемониться. Это во-первых. Во-вторых, я считаю, что ты, Полина, очень неуважительно говоришь со своим капитаном и его помощником. Просто возмутительно. А в-третьих, уж и не помню, что в-третьих, но уверен, что что-то есть и в-третьих тоже. И вообще...

- А вообще - я дала команду всем отсюда убраться. И в первую очередь - тебе, помощник капитана. Я оперировала эту девочку восемь часов не для того, чтобы вы за восемь минут ее угробили. И я не люблю повторяться, Джек. Либо в медпункте командую я, либо лечите свои болячки самостоятельно. Я ухожу с «Синей птицы». Вопросы есть?

- Джек, это Фил, - раздался голос по селектору. - Мы вышли из «мертвой зоны». У нас на связи «Адмирал». Просят стыковку.

Джек вздохнул. Не мог он спорить с этой грозной женщиной. С кем угодно, но не с ней.

- Ладно, Поль, извини и не сердись. Мы уходим. Думаю, у «Адмирала» для нас тоже есть новости. Когда она заговорит, спроси у нее...

- Когда она заговорит, я позову тебя, Джек. А пока оставьте нас здесь, пожалуйста... Тебе не следовало их сюда пускать, Таисия, - добавила врач, когда мужчины исчезли из медпункта.

- Но, Полина. Я хотела как лучше.

- Для кого лучше? Для нашей пациентки? Посмотри, какой у нее замученный вид. Хочешь, чтобы она снова на неделю вырубилась? Ты взяла у нее кровь на анализ?

- Нет.

- Конечно, вы тут занимались очень срочными вещами, - Полина взяла шприц, подошла к кровати Джейн. Спокойным ровным голосом по-английски произнесла: - Меня зовут Полина. Я твой лечащий врач. Мне нужно взять у тебя кровь на анализ. Потерпим немного?.. Ты молодец. На этом корабле мало кто верил, что ты выкарабкаешься. А ты смогла. Не без нашей помощи, разумеется. Но тебе повезло.

«Повезло или нет, это еще неизвестно. А вот кто молодец, так это ты. Всех здесь по струночке построила».

Полина, не замечая, что ей так и не ответили, выдавила тем временем содержимое шприца в пробирку одного из заумных приборов. Меньше чем через минуту компьютер выдал результаты.

- Хм. Странная у тебя кровь какая-то. Как будто ты все еще под наркозом... Что могу сказать? В целом - очень даже неплохо. Судя по всему, до этих ранений ты была в прекрасной физической форме, и твой организм восстанавливается прямо на глазах. Можешь мне поверить. Я работаю врачом не первый десяток лет. Для тебя сейчас главное - больше спать и есть. Предлагаю начать с еды. Горячий бульон будешь?

«Какой еще бульон? Меня тошнит даже от самого слова «еда»».

- Таисия, принеси нам немного поесть.

- Принести-то принесу, но вот будет ли она его? Обрати внимание, она и тебе не отвечает. Ребята предположили, может, она немая?

Полина улыбнулась:

- Да-да. Ребята еще и не такое предположат. Обычный посттравматический шок. Пройдет.

- Ничего себе, «обычный». Я первый раз такое вижу. Человеку жизнь спасают, и на тебе - никакой благодарности. Более того, даже разговаривать с нами не хочет. Это возмутительно.

- «Возмутительно», Таисия, это любимое слово Лаерти. А тебе не к лицу его копировать. Просто ты еще молодая и многого не понимаешь. Каждый в жизни поступает так, как считает нужным. Если тот или иной человек что-то делает или, наоборот, не делает, поверь - у него есть на это свои причины. Иди давай, не задерживайся.

«Точно. Это ты верно подметила. Есть причины». С этой мыслью Джейн снова провалилась в сон.

В каюте управления шло военное совещание. Небольшая комната с трудом вместила командующий состав двух кораблей - «Синей птицы» и «Адмирала». Обсуждалась новость, мгновенно облетевшая все страны,- присоединение к Одиннадцатой республике территорий двух близлежащих галактик, чьи жители устали от бесконечных нападок и поборов со стороны хамелеонов и атлантов. Две мировые державы в борьбе за лидерские позиции и господство расширяли свои границы, используя при этом самые грязные методы. Сначала под видом космических пиратов на никем не охраняемые земли совершаются массовые нападения, грабежи, насилие. Далее к руководству планеты приезжает официальный представитель хамелеонов или атлантов (кто вперед успеет) с кабальным контрактом о взаимопомощи, а затем с планеты, подписавшей такой договор, начинается беспощадное выкачивание ресурсов на нужды обороны. Все большее количество стран оказывалось втянуто в передел мира. Непокорных уничтожали либо делали виноватыми в глазах мирового сообщества за все военные действия, происходящие в космосе. Союз Доверия (КСД) и сформированная им международная полиция не обеспечивали должной безопасности. Видя, как Одиннадцатая республика стойко держит оборону уже несколько лет, и наблюдая за теми странами, что подписывали договоры о сотрудничестве, ближайшие к революционерам галактики решили примкнуть к стану мятежников.

Да, новость хорошая. Но что по-настоящему беспокоило республиканцев, так это слабая техническая подготовка своих соседей. Ни нормальной техники, ни профессиональной армии, ни приличного оружия. А территория, которую следует охранять, увеличивается в несколько раз.

- Не знаю, Грэг. Я не уверен, что мы справимся, - обратился Джек к капитану «Адмирала». - Далеко не уверен. Атланты и хамелеоны нас просто разорвут. Меня тут такая страшная мысль посетила, как бы они не объединились между собой, чтобы нас уничтожить. Нас сотрут в порошок, территорию поделят. С их техникой это не проблема. Согласись, в их положении 50% - это лучше, чем ничего.

- В их положении 50% - это меньше, чем все. А они слишком себялюбивы и жадны, чтобы делиться друг с другом. Здесь мы можем быть спокойны. Я только что с Совета Обороны. Утвержден новый график и маршруты патрулирования. Попрошу всех с ними ознакомиться.

В каюту заглянула Таисия.

- Джек, у нас на стол все накрыто. Может, прерветесь?

- Я не возражаю. В самом деле, «адмиральцы» только с порога - и сразу за работу. Перерыв, друзья.

Командный состав начал покидать каюту управления. Джек несколько замешкался, собирая карты и открывая сейф.

- Да, Джек, чуть не забыл. Кое-кто кое-что просил тебе передать, - Грэг, убедившись, что они остались вдвоем, хитро подмигнул, доставая из кармана куртки маленький бумажный конверт.

Джек вздрогнул, глядя на женский почерк.

- От Алисии?

Грэг утвердительно кивнул.

- Замучила меня расспросами. «Как там Джек? Не видел ли ты Джека? Что слышно о Джеке?». Эх, поверь, дружище, нелегко растить четырех дочерей.

- Да, наверно, - Джек растерянно повертел письмо в руках. Так и не решив, что с ним делать, убрал с бумагами в сейф - расстраивать столь замечательного человека, как Грэг, ему не хотелось. - Вы можете лично убедиться, что я жив и здоров. У меня все в порядке. Передайте Алисии, чтобы не беспокоилась.

- Ха! Да разве она меня слушает? Родной отец для нее теперь лишь консультант с правом совещательного голоса, а то и вовсе без такового. Мы уже шибко взрослые. Я нисколько не удивлюсь, если она уговорит ребят с «Тайфуна» взять ее с собой в очередной патруль. Она уже полгода их донимает.

- Но, Грэг, это же очень опасно! Тем более теперь.

- Знаю. Что поделаешь, если у нее избыток самостоятельности? Ох, не завидую нисколько ее будущему мужу, - и Грэг, глядя на еще больше обескураженного Джека, засмеялся.

- Да, я тоже ему не завидую, - искренне согласился Джек.

«Как же объяснить вам всем поделикатнее, что не собираюсь я жениться на Алисии! И вообще жениться не собираюсь! Вот попал».

Грэг дружески похлопал по плечу молодого капитана и продолжил доверительный разговор:

- Кстати, чуть не забыл. Я хотел обсудить прежде с тобой, чем с помощниками. Совет предложил нам слетать до Куреана, в «мертвую зону». Наши новые союзники предполагают, что эта планета не такая уж и необитаемая. Слишком часто там можно наблюдать военные корабли. Союзники опасаются, что там организовано нечто вроде перевалочной базы. Топливо, продукты, оружие, техника. Сам посуди: и до Саргонда, и до Атлантиды довольно далеко. Даже если брать во внимание их военные базы на самых обочинах - все равно далеко. А они нападают на нас бодренькими, зелененькими, как огурчики. И топлива у них под завязку. И продовольствия. Не иначе как где-то дозаправляются поблизости. А может, загрузили какую-нибудь станцию «по самое не могу», она плавает тут рядом с нами и снабжает корабли всем необходимым. А мы и знать не знаем.

Джек задумался. Кто-то из его помощников на днях высказывал почти такую же мысль.

- Возможно.

- Да не возможно, а так и есть. Надо их только вычислить. Совет предлагает слетать до Куреана, разведать, что к чему. Облетим вокруг - и домой. Потом в одиночку в «мертвую зону» Совет никого не пустит. А пока мы вместе... И чтобы лишний раз не думалось. Как ты считаешь?

- Грэг, - Джек на секунду заколебался, не зная, говорить или нет, - боюсь, ты прав относительно военных станций, летающих вокруг да около. Мы подстрелили одну такую, принадлежащую хамелеонам. Неделю назад.

- ?! Ничего себе! И я только сейчас об этом слышу? Джек?!

- Ну, я просил пока экипаж не распространяться на эту тему. Дело в том, что станцию подстрелили не мы, а атланты. Мы подоспели к концу разборки, а тут еще полиция нагрянула. Мы не успели станцию толком обследовать и так ничего интересного и не узнали.

- Черт, как жаль. И что, ни оружия, ни техники? Ничего?

- Несколько лазерных ружей, пару зашифрованных дисков и... одну полуживую девушку.

- Это как - полуживую? Что с ней сталось?

- Что сталось? Лежит в медпункте, поправляется, надеюсь.

Капитан «Адмирала» совсем изменился в лице от удивления:

- Подожди-подожди, Джек! Ты хочешь сказать, что у тебя здесь, на «Синей птице», в медпункте лежит девушка? И ты молчишь?

- Почему молчу? Вот, говорю.

- Нет, ну надо же! «Говорю»! Джек, ты преисполнен сюрпризов! Ну и...? Что она рассказала?

- Ничего. Она очнулась два часа назад, и пока не говорит. Может, вообще немая. Полька нас всех выставила из медпункта, грозится уйти с «Синей птицы». Сам знаешь, какой у нее скверный характер.

- Да, с Полиной лучше не спорить. Но девушку расспросить надо обязательно. Кто она такая? Солдат? Представитель науки?

- Не думаю. На ней было вечернее платье, прическа, макияж. Скорее, ее можно отнести к развлекательной программе хамелеонов, чем к научной или военной. Пальчики ее проверили - все чисто. Фил еще проверяет татуировку, маленькую картинку на щиколотке, но поскольку единой базы по татуировкам нет, не факт, что что-то найдем. Рональд отметил, что девушка в прекрасной физической форме, но мне слабо верится, что она военнослужащая.

- Тогда она вряд ли знает что-то интересное.

- Зачем же тогда в нее стреляли? И еще в пять девушек? Времени у них было в обрез. И вместо того чтобы воспользоваться спасательными капсулами и удрать, военные предпочитают расстрелять любовниц и погибнуть самим? Ради проституток таких подвигов не совершают.

- Хм, что-то не сходится. Хочешь, я с ней поговорю?

- Поговори. И с Полиной тоже. Тебя она послушает. Я надеюсь.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Пираты

- Тук-тук. Не помешаю? - Грэг заглянул в двери медпункта. - Можно вас навестить, дамы?

- Здравствуй, Грэг, заходи, - Полина встала навстречу капитану «Адмирала».

- Как ваша пациентка? Идет на поправку?

- Да, ей уже лучше.

- Ага, как же! - отреагировала Таисия. - Лекарства не пьет, капельницу выдергивает, не ест, не разговаривает. Такое чувство, будто и поправляться не желает.

- Правда? Неужели все так ужасно?

- Перестань, Таисия, - одернула Полина. - Я же сказала, что этот стресс - временное явление. Мне кажется, Грэг, она очень напугана. Вот я и не разрешаю пока ребятам здесь толпиться. Налетели на нее, как коршуны - скажи да скажи. Не дают человеку в себя прийти.

- Понятно. А чем вы ее кормите? Кашей? Я бы тоже это есть не стал. Принеси ей, Таисия, что-нибудь нормальное, вкусненькое, в конце концов. И, Поль, можно я с ней две минутки переговорю с глазу на глаз?

Полина задумалась:

- Джек подослал? Ладно. Но чтобы никаких страшилок. Давление ей не повышать. Ясно?

- Конечно,- Грэг улыбнулся очаровательной улыбкой.- Ты лучший специалист из тех, кого я знаю, и вообще замечательный человек, Поля.

- Ладно-ладно, не подлизывайся. У тебя две минуты.

Полина с Таисией вышли в коридор. Грэг обернулся к загадочной пациентке. Молодая симпатичная особа лет двадцати. Темно-каштановые, немного волнистые волосы, красивое, но бледное лицо. Никаких следов загара на коже. В любом случае не менее года девушка провела вдали от солнца: суровый климат либо космический корабль. Широко раскрытые зеленые глаза внимательно смотрели на него, на Грэга.

«М-м-м. Что-то новенькое. Теперь по одному будете ходить? Валяйте. Скажите мне, кто вы, и я решу, что и как вам сообщить. А пока подыграю врачу, будто у меня посттравматический шок и я напугана. Удобная версия, и можно выиграть время. Что от меня вам надо?».

- Привет! - Грэг поздоровался по-английски с девушкой. - Не будешь возражать, если я рядом присяду? Я не знаю, на каком языке ты говоришь, но осмелюсь предположить, что раз английский все-таки международный язык, ты хоть немного меня поймешь. Я капитан большого космического корабля. Меня зовут Грэг Мак Рэлидж. А тебя?

«Тебе мой номер сказать? Или что тебя интересует?».

- Да, действительно. Это ведь я собирался с тобой поговорить, а не ты со мной, - Грэг почесал свою лысину. Разговор обещал быть трудным. «До чего же нелегко общаться с женщинами!». Живущий под одной крышей с женой, ее матерью и четырьмя дочерьми, он как никто другой понимал справедливость аксиомы: и жить с женщинами невозможно, и без них прожить нельзя. Но уж как тяжело ему было с младшей, когда она в тринадцать лет намеревалась сбежать из дома с каким-то музыкантом! Ведь убедил, уговорил, справился. А здесь кто поможет, если не он? - Я не буду тебя расспрашивать, кто ты, что с тобой случилось и почему. Таисия сказала, что ты лечиться не хочешь. Это правда?

«Допустим. Тебе-то что до этого?».

- Я уже далеко не молод, и всякого повидал. Я не назову свою жизнь сахарной. Все было: и потери, и трудности, и руки опускались. Бывали моменты, чего греха таить, когда целый свет был не мил. Ты понимаешь, о чем я?

«Разжалобить меня хочешь? Меня твои проблемы не интересуют». Джейн закрыла глаза.

- Но жизнь тем и прекрасна, что за потерями случаются приобретения, трудности оборачиваются успехами, разочарования приводят к победам. Надо лишь набраться немного терпения.

«Что ты знаешь о терпении? Десять лет терплю. По-твоему, это мало?».

- И только потом, с годами, оглядываясь далеко назад, понимаешь, что все, что с тобой когда-либо происходило, неслучайно! Именно это тебе было необходимо в тот самый момент!

«Мое убийство - это тоже необходимая вещь?».

- Вот, казалось бы, случай. Джек с ребятами случайно попали на «Парнас», тебя нашли, случайно еще живую. Сплошной счастливый случай... Только я в это не верю. Ты неслучайно выжила.

«Да? Может, еще скажешь - для чего?».

- Я не знаю, для чего, - Грэг словно прочитал ее мысли. Джейн даже вздрогнула. - Одно могу сказать: если на тот свет тебя не пустили, значит, рано тебе туда, есть у тебя дела еще на этом свете. Может, по своим долгам не рассчиталась, может, тебе кто-то должен. Или суждено тебе кому-то помочь, подарить жизнь или сотворить то, что можешь только ты. Мне не дано этого знать. В одном я уверен: каждый рождается для чего-то важного. И отыскать это важное, а уж тем более - сделать - это правда непросто... Ладно, мне пора. Не буду тебя утомлять долгими разговорами. Выздоравливай скорее.

Грэг поднялся, чтобы уйти. Зеленые глаза молча провожали его персону. Капитан вздохнул. «Крепкий орешек. Что ж, не каждый поединок можно выиграть. Пусть молчит. Надоест - сама заговорит».

- Меня зовут Джейн, - на чистом английском языке заговорила девушка.

Грэг, уже вплотную подошедший к дверям, развернулся на сто восемьдесят градусов:

- ?!

- Вы сказали, что Вы капитан. Как называется Ваш корабль?

- Мой корабль называется «Адмирал». Но мы сейчас не на моем корабле. На этом корабле капитан Джек, ты его уже видела. Он...

- Это хамелеонский корабль?

- Нет. Это частное судно.

- Какими же судьбами экипаж корабля оказался на «Парнасе»?

- Насколько мне известно, «Парнас» подавал сигнал бедствия. Но кроме тебя, никого в живых к тому моменту, когда Джек с ребятами прибыли, там не было.

- И куда мы летим?

- Э... даже еще не знаю, - Грэг растерялся от целенаправленного допроса. - У меня свой маршрут, у Джека свой. Мы скоро отстыкуемся, а куда Джек возьмет курс, он мне пока не сообщил. Думаю, лучше спросить у него. Не возражаешь, если я его позову?

- Не возражаю.

Грэг подошел к селектору:

- Джек, будь добр, загляни в медпункт. Джейн хочет с тобой поговорить.

- А... Сейчас буду.

На другом конце провода возникли неописуемое волнение и восторг.

- Черт возьми, - выругался Арчер, - как ему это удалось? Вот что значит - прирожденный дипломат!

- Прирожденный отец, лучше скажи, - рассмеялся Лаерти. - Вот вырастишь четырех дочерей - тоже дипломатом запоешь. Джек, можно я с тобой пойду?

- Нет, нельзя. Я сам с ней поговорю. Я включу громкую связь, чтобы вы слышали. Если что, звоните на мой номер. Я пошел.

Джек, глубоко вздохнув и изобразив полное благодушие на лице, вошел в двери медпункта. Странное волнение где-то между желудком и позвоночником напомнило ему почему-то сдачу экзамена по управлению кораблем в Федеральном транспортном агентстве.

- Добрый день всем еще раз.

- А он добрый?

- Безусловно. Я рад, что Вам уже лучше и Вы начали говорить. Кстати, у Вас прекрасное английское произношение, - Джек оперся спиной о стол, незаметно включая громкую связь.

- Разумеется, прекрасное, - и, не желая отдавать инициативу разговора в чужие руки, Джейн продолжила свои расспросы: - Вы капитан этого корабля?

- Да. Думаю, Грэг Вам об этом сказал? - Джек вопросительно посмотрел на Грэга. «Вот бы знать еще, что же ты ей сказал?».

- Как называется Ваш корабль?

- Э... - снова быстрый взгляд в сторону друга. Грэг обнадеживающе улыбнулся: «Ничего недопустимого я не сообщал». - Мой корабль называется «Синяя птица». Вам говорит это название о чем-нибудь?

Джек с тревогой взглянул на девушку. Если она из южных галактик, она не может не знать этого названия. Местное население боготворит его корабль, в то время как словосочетание «Синяя птица» приводит в ужас хамелеонских и атлантских лазутчиков, равно как и международные патрули.

- Нет. А должно?

- Ну, не знаю. Просто, может быть, слышали? - Джек несколько расслабился. «Девушка явно издалека. Это обнадеживает».

Вместе с тем, ее красивые глаза пристально сверлили капитана, пытаясь прочесть все его мысли. Джеку показалось даже, что еще немного, и он покраснеет.

- Это военный корабль? - продолжила свой допрос незнакомка.

Третий быстрый взгляд-молния на Грэга. В условиях, когда все воюют со всеми, когда верить и доверять нельзя никому, наблюдательность должна выходить на первое место. Джейн перехватила этот взгляд. Грэг пояснил:

- Я же Вам сказал, «Синяя птица» - частный корабль.

- Да, это правда. Корабль в моей личной собственности, - подтвердил Джек.

- Это ничего не означает. Я помню, как вы выносили меня с «Парнаса». Вы были вооружены до зубов.

- Сейчас все вооружены до зубов. Даже Международный Красный Крест. Мы тоже сражаемся, когда на нас нападают. Расскажите, что произошло на «Парнасе»? Кто и почему в Вас стрелял? - Джек решил, что пора бы уже перейти в наступление.

- А в каком качестве я нахожусь на Вашем корабле? Я военнопленная?

- В каком качестве? - Джек пожал плечами. - В качестве человека, потерпевшего бедствие в космосе, в качестве пациентки, пока не поправитесь. В качестве гостьи, наконец. А почему Вы спрашиваете? Вы военнослужащая?

- Нет. С чего Вы так решили?

Молодой капитан развел руками:

- Подобрали мы Вас на военном корабле, с огнестрельными ранениями. Кто в Вас стрелял?

- Не знаю, он мне не представился. Куда мы летим?

- Мы летим до Куреана.

- А Куреан - это где? Чья планета?

- Ничья. Местных жителей, что там живут.

- И вы тоже там живете?

Джек засмеялся. «Забавная девчонка. Не беседа, а допрос с пристрастием. Кто кого быстрей выведет на чистую воду».

- Нет, мы живем в другом месте, - ответил он. - Мы летим туда с коммерческими целями. У нас торговый корабль. Продукты питания, фармацевтика, парфюмерия и прочее. Вам нечего нас опасаться. На моем корабле Вы в безопасности. Даю Вам слово.

- Слово? А кто в наше время верит на слово?

- В нашем кругу верят. И мое слово на этом корабле - закон.

- И я могу беспрепятственно покинуть Ваш корабль? - осторожно поинтересовалась Джейн.

- Разумеется. Как только поправитесь и мы будем уверены, что Вашему здоровью ничего не угрожает. В любом международном порту, где мы будем останавливаться. Где Вы предпочитаете сойти?

- Без разницы, - девушка пожала плечами. - Вы сообщили международникам о происшедшем?

- Собственно, нет. Во-первых, мы сами не поняли, что же там произошло, и надеемся от Вас это все-таки услышать. Во-вторых, мы несколько отстаем от графика полета, а дача показаний в полиции отнимет полжизни. Э... извините, - Джек снял трубку телефона: - Что там у тебя, Лаерти?

- У меня? - зашипел в трубку помощник. - Это у тебя что творится? Сколько можно сюсюкаться? Кто кого допрашивает, в конце концов? Джек, поговори с ней по-мужски, пусть раскалывается.

- Я занят, Лаерти. Перезвоню, - Джек, улыбаясь, положил трубку. «Лаерти - замечательный друг, но терпения у него - ноль. Можно представить, как он там на сироп исходит». - Как маленькие дети прямо. Ничего без капитана своего не могут. Так о чем мы? Вы, кажется, хотели рассказать нам, как оказались на «Парнасе» и что же там произошло?

- Нет, не хотела, - Джейн на секунду закрыла глаза. Настал ее черед вздохнуть с облегчением. «То обстоятельство, что полиция не знает, где я,- это хороший знак. У Карлоса везде свои люди. Иначе он уже был бы здесь. Именно так можно объяснить факт, что все эти люди, спасшие мне жизнь, еще живы. Жаль, что это ненадолго. Карлос меня все равно найдет. Надо бежать, при первой возможности, на первой остановке. Куда только? Куреан - ни о чем не говорящее название». - Нет, не хотела, но Вы ведь не отстанете, пока я не расскажу? Джейн Аксер, из Атлантиды, финалистка танцевального конкурса «Звездная долина», летела в Новый Виж. Наш корабль был атакован, пассажиров взяли в плен, потом долго куда-то везли. Меня и еще нескольких девушек высадили на «Парнасе», а затем на нас снова напали. Дежурный офицер сказал, что это атлантские корабли, и попытался обменять нас на то, чтобы те отсюда убрались. Но атланты не поверили в предстоящую сделку, или они не были атлантами. А вы откуда? Вы не атланты?

- Нет. Одиннадцатая республика. Вы же слышите, мы общаемся по-французски. Вы нас не понимаете?

- Нет.

- Ясно. А что было дальше?

- Дальше? Дальше нас поставили к стенке и расстреляли. Это то, что я помню.

- Все-таки Арчер прав,- Джек покачал головой, обращаясь к Грэгу,- у хамелеонов ничего человеческого не осталось. Одно слово - звери.

- Значит, Вы атлантка? - спросил Грэг. - Далеко же Вас занесло от дома. Вернуться будет сложно. Прямого транспорта из этих краев нет. Вы работаете, учитесь? Чем занимаетесь, кроме участия в конкурсах?

- Работаю, преподаю в частной школе. История начального космического периода. Средние классы.

Джейн замолчала. Замолчали и капитаны. Обе стороны удовлетворили свое первоначальное любопытство и получили минимально необходимый объем информации, требующий осмысления и переработки. Самое главное, что вынесли стороны из беседы, это тот факт, что им нечего бояться друг друга. Во всяком случае - пока.

- Что ж, не будем Вас сильно утомлять расспросами, - Джек подумал о предстоящей трепке от Полины. - Выздоравливайте, у нас еще будет время поговорить. Если что-то нужно, обращайтесь через медиков.

- Хорошо. Я есть хочу.

- Даже не вопрос. Таисия Вас сейчас накормит, - и Джек с Грэгом вежливо попрощались.

- Нет, Джек, ты объясни, зачем тебе телефон, если ты трубку не берешь? - помощник капитана просто кипел от злости.

- Перестань, Лаерти, я был занят. Ты же видишь, как она напугана. Если бы мы на нее надавили, могли ничего не узнать.

- А так ты прямо все выведал? - нервно хохотнул Лаерти. - Джек, ты не узнал ничего из того, что можно было бы проверить! Где именно живет эта девица? Где и когда проходит финал по танцам? Номер школы, где она работает? Как зовут директора этой самой школы? Мог бы в качестве проверки и что-нибудь из истории спросить.

- Тебе надо в полиции работать, Лаерти, - засмеялся Грэг.

- Мне и здесь неплохо. Только тот факт, что девчонка свободно болтает по-английски, еще не делает ее атланткой. Она может оказаться и хамелеонским лазутчиком!

- Думаешь, они использовали такой хитроумный способ, чтобы внедриться к нам на корабль и выведать все тайны Совета Обороны?

- Нет, не думаю. Но и докладывать ей, кто мы, откуда, куда и зачем направляемся - тоже не стоит.

- А мы и не будем. Будем следовать легенде, что мы частное торговое судно. Предупредим весь экипаж. Кстати, надо обсудить дальнейшие маршруты «Адмирала» и «Синей птицы».

Джейн в свою очередь также обдумывала результаты предварительного опроса. Множество «почему» и «зачем». Принесенная Таисией еда еле влезла. И то Джейн заставила себя проглотить все это, морщась и подавляя признаки тошноты. Если она собирается отсюда бежать, ей необходимы силы.

«Да, нет пока плана, что именно мне делать, но другого такого случая может не быть. Главный опыт предыдущих побегов - не задерживаться на одном месте. Ни одной лишней минуты! Остановка равносильна поражению. И то удивительно, почему Карлос меня еще не нашел? Или мы слишком далеко улетели, или что-то он не просчитал. Все равно, моей заслуги здесь нет. А упускать такой шанс глупо».

- Джейн, ты спишь? - Таисия тихо позвала свою пациентку. До чего же медленно тянутся дежурные сутки. Медсестра закрыла на компьютере карточный пасьянс. - Джейн, а Джейн?

«Ну да, так я тебе и призналась. Чтоб ты мне вколола какое-нибудь снотворное? Нет уж».

- Эх, как я тебе завидую. Я тоже хочу спать.

Таисия встала, прошлась по каюте. Взяла с полки какую-то книгу, полистала. Поставила на место. Взяла другую. Тоже поставила. Делать абсолютно нечего. Ровное, размеренное дыхание Джейн действует сильнее любого наркоза. «Пациентка проспит часа три, не меньше. Чем бы заняться?». Таисия на цыпочках покинула свой пост.

Джейн открыла глаза. Ей хотелось получить ответы на все вопросы. Она приподняла плечи над кроватью, дикая боль эхом отдалась по телу. Приборы, к которым Джейн была подключена разными проводами и присосками, замигали. «Да, да, знаю. Я поступаю неправильно. Только бы сознание не потерять. Я справлюсь, я смогу. Потихоньку. Помаленьку». Девушка села на кровати, свесив ноги. Простые обыденные движения доставляли массу неудобств. Огляделась вокруг. Никакого подобия верхней одежды. «Тоже мне - гостья. Хорошо, пойдем на подвиг в нижнем белье». Джейн натянула поверх прозрачной ночной рубашки легкий плед. С невероятными усилиями встала. «Ох!». Каюта качнулась перед глазами так быстро, что некоторые предметы показались расплывчатыми. «Ничего себе! Это ж сколько надо было крови потерять, чтобы так себя чувствовать?». Она еле дошла до компьютера. «Молодость, имя тебе - беспечность! Таисия оставила компьютер включенным. Только бы он был подсоединён к общей сети!». Джейн опасливо обернулась на дверь. «Была не была! Если удача есть, лови ее!». Девушка села за компьютер.

Филипп наконец-то добрался до своего угла. Адмиральцы только что улетели, все организационные вопросы решены. Можно и отдохнуть. Расположенная в конце среднего яруса на пересечении основных коридоров, каюта профессора была небольшой, но стратегически занимала самое выгодное положение. Седовласый джентльмен с любовью оглядел каюту, служившую ему и домом, и буфетом, и кабинетом. Да, порядка маловато, и архитектурных изысков - тоже, но зато как практично. Всю правую сторону от входа занимала техника. Более двадцати мониторов, вмонтированных в стену, работали в непрерывном режиме. Жужжали процессоры, каждую минуту что-то распечатывал принтер. Сладкие уху шумы. По левую стену стоял стеллаж, на котором без какой-либо системы разместились коробки с проводами, дисками, схемами и прочими необходимыми вещами. Далее маленькая кровать, а рядом, впритык к мониторам, еле влез письменный стол, также заваленный непонятно чем. Рядом с рабочими бумагами на нем поместились кофейник, посуда, съестные припасы. Вот и вся обстановка этой каюты. Филипп с наслаждением бухнулся на кровать.

В эту же самую минуту на одном из мониторов побежала тревожная информация, загорелась сигнальная лампа.

- Сигнализация? Что такое? - Филипп поднялся. - Несанкционированный доступ к системе. Взломан пароль первого уровня,- прочитал он на мониторе. - Не понял.

На экран вывелась вся компьютерная сеть корабля, словно паутина гигантского паука. «Ага, а вот и место взлома. Медпункт?». Два соседних монитора отобразили медпункт в режиме реального времени. На первом - данные видеонаблюдения. Прямо у компьютера, усевшись на вращающийся стул, подогнув под себя босые ноги, укутавшись в плед, сидела их необыкновенная находка с «Парнаса». Несмотря на всю серьезность ситуации, Филипп даже рассмеялся:

- Однако. Неплохо для человека, недавно вернувшегося с того света. Таисия-Таисия, в наряд по кухне тебя сослать надо, причем пожизненно, - Филипп зацокал языком. - Но что тебе надо в нашей системе?

Он посмотрел на второй монитор. Там отображались все операции, выполняемые на компьютере в медпункте.

- Не понял. Зачем тебе Космоинтернет? - Филипп почесал затылок. Последний международный электронный вирус так сильно испортил все информационные базы, что к ним теперь редко кто прибегает. - Если только ты не хочешь с кем-то связаться?

«А ведь действительно, Космоинтернет можно использовать для связи! И сейчас мы как раз между двумя «мертвыми зонами», в секторе приема».

«Синяя птица», постоянно курсируя на границе с «мертвой зоной», приучила экипаж к мысли о том, что они вне цивилизации. Ну а в обычных коридорах межзвездного пространства, конечно, это спутниковая связь.

«Однако у девушки нет доступа к спутниковой связи, а Космоинтернет - это выход. Вырубить ее компьютер - пара пустяков. Но с кем она хочет связаться и по какому поводу, пожалуй, это слишком интересно...».

- И что? Вот ради этого ты взломала мой пароль и выходила в сеть? - Филипп был явно разочарован. Девушке и в голову не пришло использовать компьютер для связи с внешним миром. Джейн интересовала лишь информация. Планета Куреан. Общие данные, месторасположение, физические, химические параметры, биологические, социальные и политические сведения о планете. Филипп с горя налил себе кофе. «Ну надо же! А я-то думал... а оказалось...».

Джейн же как губка впитывала всю информацию. Она увидела на экране то, на что не обратил внимания Филипп. Три слова. Одно предложение. Полстрочки: «Планета Куреан необитаема». Для жизни пригодная, но коренного населения там нет. Эти люди ей врали. Они не были торговцами, либо летели они не на Куреан. «Думай, Джейн, думай!». Девушка подперла голову руками. «А что, если...».

Филипп, держа в руках горячую чашку, застыл перед монитором. Такого поворота событий он не ждал. Их гостья снова запросила информацию. Раздел - «космические корабли». Ключевые слова - «Синяя птица». Предметом поиска были они сами.

Электроника не заставила себя долго ждать:

«ОПАСНО! Международный розыск! Экипаж «Синей птицы» - космические пираты!», и в качестве приложения - сведения о команде и ее злодеяниях на тридцати двух листах!

Филипп ахнул от удивления. Живя уже много лет вне хамелеонских или атлантских законов, экипажу корабля и в голову не приходило поинтересоваться, что именно о них думают их враги или международная полиция. То, что они отказались вступать в Космический Союз Доверия,- это их личное дело. Они официально объявили себя Республикой, опубликовали Конституцию, обозначили и охраняли свои границы. Да, на их счету много подбитых кораблей. Так пусть не лезут. «Синяя птица» никогда не нападает ради наживы, как настоящие космические разбойники. «Так что же они пишут такую ерунду? Какие мы пираты?». Филипп с негодованием читал все, что отображалось на компьютере в медпункте.

Джейн в ужасе отпрянула. Если бы сейчас перед ней возник Карлос со своими головорезами, она и то вряд ли бы так испугалась. Все эти улыбающиеся люди, милые и сочувствующие ей, оказались на самом деле международными преступниками, лицами, без угрызения совести нападающими на космические корабли, занимающимися разбоями, похищениями людей, истязаниями и убийствами. Джейн ярко вспомнила теплую летнюю ночь, когда на ее родную планету, в их поселок приземлились три военных корабля. Пираты сожгли все: дома, постройки, не пощадили даже храм. Мужчин убили на месте. Женщин и детей забрали с собой в плен. Она вспомнила, как в возрасте двенадцати лет оказалась в рабстве и что потом с ней сталось.

- Господи Боже мой! - Джейн с мольбой посмотрела на потолок. - Ты решил меня добить, верно?

«Беги или сражайся» - заповедь последних десяти лет ее жизни не работала. Бежать некуда. Ей не дадут сойти с корабля. Она только что прочитала, что делают эти люди со своими жертвами. Сражаться с ними нет сил. Джейн горько рассмеялась. «Так глупо! Сбежать из одного плена и попасть в другой. Те были военные преступники, эти - гражданские. Но разницы никакой. Есть ли в жизни свобода? Или свобода есть только на небе?». Девушка привела компьютер в первоначальное состояние, с трудом встала. «Последние десять лет моя жизнь не стоит ровным счетом ничего. Что я теряю? Контролируемый страх - это хорошая вещь, Лен, но не всегда нужная». Джейн вздохнула. Возвращаться в рабство она не собиралась...

- Господи Боже мой? Ты сказала: «Господи Боже мой!» по-русски? - Филипп окончательно забыл о кофе. Девушка им врала. Она не была атланткой. Федерация Атлантов провозгласила мировое господство английского языка, принципиально не признавая все остальные. Учить на Атлантиде иностранный язык - преступление. «Но почему ты нам-то врешь?». Филипп внимательно посмотрел на девушку. «Напугана до чертиков. Разве можно верить всему, что пишут? Эй, что это ты задумала?».

Джейн дошла до стеллажа с медикаментами. Баночки, бутылочки, жидкости, таблетки. Одна из надписей на латинском языке показалась не такой страшной. Снотворное. Она взяла в руки пузырек. Подошла к столу, где стояли графин с водой и стакан. Стаканом явно давно не пользовались. «Хотя какая, по большому счету, разница, из какой посуды пить?».

Компьютер издал слабый звуковой сигнал. На темно-фиолетовом фоне появился ярко-желтый конверт и красочная надпись: «Вам письмо. Открыть?». Девушка испуганно выронила стакан. Звон разбитого стекла немного привел ее в чувство. Разумеется, это письмо не ей. Таисии или Полине. Джейн нагнулась за осколками. «Что ж, придется пить из графина...».

- Ну же, давай, подойди к компьютеру! Прошу тебя, подойди! - Филипп нервно сжал кулаки. Конечно, можно до медпункта и ногами добежать, но чего он добьется? Лишний раз напугает девушку или спровоцирует на что-нибудь еще. - Где твое природное женское любопытство? Ну подойди!

Джейн покачала головой. Она не будет читать это письмо. Хватит на ее долю потрясений. С трудом отвинтила крышку пузырька. Сил совсем нет. Высыпала на ладонь цветные пилюльки. «Сколько их нужно, чтобы уж точно, без возврата?».

Письмо исчезло. На черном экране высветилась крупная белая надпись по-английски:

* Привет, Джейн! Как твои дела? 

Джейн ошеломленно посмотрела на монитор. «Еще ничего не выпила, а уже галлюцинации начались». Оглянулась по сторонам, не веря, что все это реально. Никого. Тихо. Девушка медленно подошла к компьютеру и снова села на вращающийся стул. «Ответить? Что ответить? И кому?». Джейн все никак не могла решиться.

Курсор снова зашевелился:

* Если не спишь, поговори со мной! 

Девушка набралась смелости: была не была.

* А ты кто?

* Твой друг. 

* ??? У меня нет друзей.

* Теперь есть. То, что ты прочитала в Космоинтернете,- неправда. Джек не такой. Он хороший. И мы не пираты! 

Джейн задумалась. Разговор с неизвестным принимал неожиданный поворот.

* Как ты узнал, что я выходила в сеть?

* Я отвечаю за безопасность электроники на «Синей птице». А ты взломала мой пароль. Так и узнал. 

* Я тебя не знаю. Почему я должна верить тебе, а не официальным данным полиции?

* Потому что я смогу стать тебе другом, а полиция - нет. Не веришь - проверь. Познакомься с экипажем поближе, понаблюдай. 

* Насколько я поняла, знакомство с экипажем может оказаться опасным для жизни!

* Насколько я понял, опасным для жизни является тот пузырек с таблетками, что в твоей руке. И еще... Черт! К тебе направляются Полина и Гарри! Прячь осколки, таблетки - и бегом в кровать! Позже поговорим!

Джейн растерялась. «Значит, медпункт вдобавок под видеонаблюдением?».

* ЖИВО!

Монитор погас, словно ничего и не было. Джейн, схватив осколки и проклятый пузырек, путаясь в пледе, бросилась к кровати. И вовремя. Едва успела она сунуть осколки и пузырек под подушку, как в медпункт вошли Полина и Гарри. Брови самого строгого врача южных галактик поползли вверх от удивления.

- Что здесь происходит? Кто отключил Вас от приборов? Где Таисия?

- А-а... Э... мне надо в туалет. Никого нет, вот я и решила встать самостоятельно. Вижу, что идея неудачная, голова очень кружится. И тошнит. Но мне надо. Вы меня проводите?

- Встречу Таисию - убью, - сказала Полина. - Послал же Бог непутевую медсестру. Ладно, пошли. Гарри, потерпишь с ожогом еще чуть-чуть?

- Не вопрос, - Гарри, глядя на неодетую девушку, ночная рубашка которой почти ничего не скрывала, улыбнулся. Он и забыл, что у него что-то болит. Рональд не обманывал, когда уверял, что их пациентка прекрасно сложена и по-настоящему красива.

Джейн, перехватив оценивающий взгляд веселого розовощекого немного полноватого юноши, слегка поежилась:

- Я искала одежду и не нашла. Где я могу одеться?

- Чего? - Полина даже задохнулась от избытка воздуха. - Какую еще одежду? У тебя месяц, как минимум, постельный режим. Месяц! Это понятно?

Гарри засмеялся:

- Если девушка просит зеркало и расческу, значит, она идет на поправку. Я рад, что тебе уже лучше, Джейн. Не буду смущать, - он подошел к компьютеру, от общества которого Джейн едва успела убежать незамеченной, и уселся играть в какую-то «стрелялку».

Полина тем временем помогла девушке дойти до туалетной комнаты. Джейн увидела на стене зеркало. «Бледная, лохматая. Из всего лица - одни глаза».

- Боже мой, это я?

- Нет, это я, - то ли шутя, то ли серьезно сказала Полина, также заглядывая в зеркало и поправляя прическу. - Хочешь выглядеть хорошо? Больше спать, есть и соблюдать прописанный курс лечения. Поторопись в койку. Не заставляй меня повышать голос.

Да, ослушаться такую грозную женщину страшно. Всей своей величественной фигурой, важной осанкой, командирским голосом врач «Синей птицы» давала понять: в медпункте она командир. Джейн пришлось подчиниться. Как послушного ребенка Полина уложила ее в кровать, подключила к приборам и дала лекарство. Слабая доза снотворного подействовала мгновенно. Организм девушки, измученный ранением и стрессами, более всего нуждался в полноценном здоровом сне и отдыхе. Джейн заснула.

- Красивая, верно? - спросил Гарри, кивая в сторону Джейн и подавая Полине свою обожженную руку. - Ай!.. А она долго проспит?

- Часов восемь, не меньше. А что хотел?

- Да так, пообщаться. Все хоть какое-то разнообразие.

- Не наговорились еще в каюте управления? Мозоли на языках не повыскакивали?

- Нет, Полина. У нас иммунитет.

- Тоже мне, иммунитет. Пошли. Надо Таисию разыскать, выговор ей сделать.

Полина, пропуская вперед Гарри и выходя следом, выключила освещение. Лишь слабый свет от дежурной лампочки немного рассеивал темноту. Все стихло. Легкое жужжание медицинского прибора да размеренное дыхание спящей девушки - вот и все звуки этой каюты корабля. Через полчаса к ним добавился еще один тихий звук - кто-то, крадучись, на цыпочках вошел в медпункт.

Темная высокая фигура дошла до кровати Джейн, склонилась над девушкой. Рука потянулась к изголовью. На секунду замерла.

- Эх, видела бы Полина, что у тебя под подушкой, крику было бы минимум на две галактики, - прошептал Филипп, аккуратно вытаскивая осколки и складывая их в пластиковый пакет. Качая головой, вытащил и пузырек со снотворным. Дошел до шкафа, вернул пузырек на место. На секунду задержался у стола с графином, вынул из кармана куртки стакан, аналогичный разбитому, поставил на место. Пробурчал что-то нечленораздельное себе под нос. Еще раз оглянулся в сторону девушки. - Эх, где мои двадцать пять? Верно говорят: «Проблема старости не в том, что мы стареем, а в том, что, старея, мы продолжаем оставаться молодыми», - тихо разговаривая сам с собой, Филипп вышел из медпункта.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Знакомство с экипажем

- Вставай!

- Нет.

- Как это - нет? Что за новые фокусы? Вставай, Джейн!

- Зачем? Ты победил. Доволен?

- Нет, не доволен. Моя работа состоит в том, чтобы тебя научить побеждать. Тебя! Секрет успеха, Джейн, в том, чтобы подняться ровно на один раз больше, чем ты упадешь. Вставай! У тебя еще один раунд.

- Я не буду больше драться!

- Будешь, - Лен невозмутимо пожал плечами.

- Нет, не буду!

- Куда ты денешься с космической станции? Вставай, кому говорят?

- Нет! Не мучайся сам и не мучай меня. Давай покончим с этим раз и навсегда. Добей меня.

Инструктор засмеялся.

- Не дождешься! Вставай, Джейн. Вставай, не испытывай мое терпение.

- Да? И что же будет, интересно знать?

- Неужели так интересно? - Лен подошел вплотную к лежащей на полу девушке и потрогал ее почти безучастное ко всему происходящему тело носочком ноги. - Вставай, а не то я на тебя прыгну.

- Валяй.

- Я не шучу, Джейн. Будет больно.

- Очень напугал!

- Как хочешь.

Лен вновь пожал плечами, легко и беззвучно подпрыгнул и приземлился точно в то место, где еще несколько десятых долей секунды назад лежала девушка. Инструктор улыбнулся.

- А говоришь - сил нет. Отличная реакция! Позавидовать можно. Все. Хватит трупом прикидываться. Вставай. Еще один раунд - и отпущу тебя. Обещаю.

- Я тебя ненавижу! - Джейн, скрипя зубами и пересиливая боль, села.

- Это еще за что?

- За все!

- Вот как? Любопытно. Что ж, ты, наверно, не единственная, кто меня ненавидит. Но это не мои проблемы. Моя работа - тебя научить, и я тебя научу. Хочешь ты этого или нет.

- По-твоему, можно чему-то научиться, когда тебя избивают, как боксерскую грушу? Я своего тела не чувствую!

- Это не мои проблемы. Я тебе показал, как надо правильно защищаться. Если ты пропускаешь удары, значит, тебе еще не так больно.

- Понимал бы что-то в том, о чем говоришь. Педагог несчастный! - Джейн, шатаясь, поднялась на ноги. - Если ты чемпион мира, так что? Я с первых занятий должна освоить то, что умеешь ты? Я - девушка! У нас с тобой даже весовые категории разные!

- Это будешь объяснять не мне, а в большом мире тем, с кем тебе придется сражаться. «Извините, простите, вас слишком много, вы слишком плохие, вы слишком сильные, а я маленькая, слабенькая, у меня маникюр...». В настоящей драке правил нет! Или бьешь ты, или бьют тебя! Ты думаешь, я тебя просто избиваю? Я вырабатываю у тебя рефлексы! Я добиваюсь, Джейн, чтобы борьба стала частью твоей жизни, частью тебя самой! Ни дня без тренировок, ни дня без борьбы! Стремление выживать и побеждать должно быть в тебе так же естественно, как и дыхание. Понимаешь? Надоело, что я тебя колочу? Дай мне сдачи!

- Было бы это возможным, уже бы дала!

Лен опять засмеялся, повернулся к девушке спиной и медленно побрел к вешалке с полотенцами.

- Конечно. Сам не знаю, зачем я взялся обучать такого упрямого и бездарного осла, как ты, Джейн?

- Каждый учитель получает тех учеников, которых достоин! Ну что же ты? Нечем крыть? Уходишь?

Инструктор медленно и недоуменно обернулся. В центре ринга, шатаясь, в боевой стойке стояла его ученица. Два зеленых дьяволенка в обрамлении черных ресниц в упор смотрели на него. Злость. Спортивная злость и упорство. «Хочешь получить достойный отпор - получишь!» - читалось в ее глазах. Лен скрыл улыбку. Он знал, что он самый лучший педагог на свете. И эта девчонка - тому подтверждение. Встретить где-то еще подобное упрямство и силу воли ему не доводилось. Да, опыта у нее - ноль. Лен знал, что за две следующих минуты снова отправит ее в нокаут. Но главное в жизни - стремление. Упорство и старание - вот ключи к настоящему мастерству. Он обучит ее. Научит всему, что умеет сам...

Когда долго путешествуешь на космическом корабле, сложно ориентироваться во времени. Всегда можно включить или выключить освещение, убедить себя в том, что наступил день или пришла ночь. Джейн проснулась. В медпункте было светло. Сколько она проспала?

- Доброе утро, Джейн. Ну ты и горазда спать! Этак всю жизнь проспать можно.

- Если бы! А Вы кто? - девушка подозрительно оглядела неизвестного ей мужчину.

Среднего роста, худощавый, шатен. Сидит себе в уголочке, в кресле, что-то читает. «Интересно, как долго?».

- Рональд, врач. Как ты себя чувствуешь? Что-то нужно?

- Да, одежду.

- Одежду? Зачем тебе в кровати одежда?

- Не в кровати. Я хочу встать.

- Встать? Без разрешения врача нельзя.

- Ну так дайте мне это разрешение. Вы же врач.

Рональд улыбнулся.

- А что, на Атлантиде все девушки такие острые на язык?

- Нет, я уникальный экземпляр. Так как насчет одежды?

- Никак. Я же сказал - нет. Нет означает - нет.

- А что, на «Синей птице» все врачи такие принципиально строгие?

- Ну, я по сравнению с Полиной просто ангел. Завтрак будет через полчаса. Потерпишь?

- Потерплю, - нет, этот доктор ей совершенно не нравится. - Мне нужно в туалет.

- Обманываешь.

- Почему «обманываешь»? Сколько я проспала?

Доктор посмотрел на часы.

- Почти шестнадцать часов.

Джейн даже присвистнула.

- Разве, по-Вашему, за шестнадцать часов сна человек не может захотеть в туалет?

- Почему не может? Может, конечно, - Рональд вздохнул, захлопнул книгу, приговаривая что-то типа: «Ну вот, как всегда, на самом интересном месте». Поднялся с кресла. - Пошли.

- В таком виде? Я же в нижнем белье. Девушке неприлично так разгуливать.

- Что значит - «разгуливать»? Тебе пройти три метра. Кто тебя тут увидит?

- Вы.

- Я врач, мне можно.

- Но сюда еще кто-нибудь может войти. Температуру смерить, например.

Рональд начал терять терпение:

- Не морочь мне голову. Вставай.

- Развратник, - сквозь зубы произнесла Джейн.

- Язва, - смеясь, добавил доктор, услышав ее комментарий.

- О, ты уже не спишь? Доброе утро, Джейн, - в медпункт пролезла голова Гарри, а затем и все его пухлое тело с подносом в руках. - А я тебе завтрак принес.

Джейн, поднявшаяся было с кровати, мгновенно приземлилась обратно, натягивая одеяло до подбородка:

- А... спасибо.

- С каких это пор ты, Гарри, разносишь завтраки по медпунктам? - удивился Рональд.

- С тех пор, как там обитают такие принцессы, как наша гостья. Джейн, тебя этот доктор не обижал? А то медики на самом деле - темные люди. Таблетки, уколы, клизмы - никогда не знаешь, что у них в голове. Ты, если что, зови Гарри на помощь. Я самый крутой у нас на корабле.

- Так, Гарри. Тебя сюда не приглашали. Кыш отсюда, крутой. Девушке надо в туалет, а тебя она стесняется, - Рональд рассердился, не желая в сотый раз слушать то, что думает Гарри обо всех представителях медицинской профессии после одного несчастного случая молодости, когда один нетрезвый доктор удалил ему по ошибке здоровый зуб вместо больного.

- Кого? Меня? А чего меня стесняться? Что я у нее не видел? Точнее... - Гарри понял, что сказал что-то не то, смутился, попытался исправить положение. - Точнее, есть вещи, которые я не видел, но то, что видел, все на высшем уровне, и тут нечего стесняться. И... - увидев, как покраснела девушка, понял, что совсем запутался в словах, - и я принес тебе куртку, Джейн. А то мало ли, холодно? Ну, я пошел. Забегу попозже, может, поболтаем? Выздоравливай быстрее.

Гарри скрылся за дверями. Джейн победно взглянула на доктора и натянула куртку на плечи. «Шиш кто-то теперь ее отнимет».

Так и началось нелегкое знакомство с экипажем. Ни с одним из врачей наладить нормального контакта не удалось. Правда, к концу дня получилось отвоевать еще и тапки. Но победа незначительная. Вопросы Джейн игнорировались, на просьбы следовал однозначный ответ, что не положено. Вставать категорично запретили. Гарри больше не показывался, неизвестный компьютерный друг также молчал, очевидно, зная, что в медпункте постоянно кто-то присутствует. Осколки и пузырек со снотворным из-под подушки исчезли, но никто пока ни словом, ни жестом не признался, чья это работа. Капитан тоже больше не появлялся, ни о чем не спрашивал. Вместе с тем, часы неумолимо тикали. Корабль особо опасных преступников летел неизвестно куда. Хорошо, если подальше от Империи Хамелеонов. Хотя Джейн не знала, есть ли в космосе где-нибудь безопасное место для нее. И здесь не было безопасно. Да, у Джейн преимущество. Она прекрасно понимала французский язык, и сообщать об этом своим спасителям не собиралась. Предупрежденный вооружен. Она знала, кто они, а экипаж «Синей птицы» не знал, кто она. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться. Но время, неумолимое время играло сейчас против нее. Карлос сделает все, чтобы ее найти, единственную выжившую с «Парнаса». А у нее нет возможности удрать. «Надо быстрее восстанавливать силы. Так быстро, как никогда в жизни. И надо больше выяснить об этом экипаже. Вероятно, разговорчивый Гарри - самая подходящая для этого кандидатура. Но где же он потерялся?».

* Привет, Джейн! Рад, что тебе уже лучше. Поговорим? 

Джейн внимательно посмотрела на компьютер. Неизвестный друг словно читал ее мысли. Сейчас в медпункте нет никого, и можно смело пообщаться. Девушка натянула на плечи куртку, надела тапки и поднялась с кровати.

* Привет. Не знаю, как тебя зовут.

* По документам я Филипп Дофине, экипаж зовет меня Филипп Безумный, но это они из зависти. Я не Безумный, я Великий. Ты меня можешь звать просто Фил. 

* Вот как? Интересно, и чему они завидуют? Чем ты такой великий, Фил?

* Умом, конечно. Они завидуют моему уму. Но я в достаточной степени скромен, чтобы себя расхваливать.  И очень приятно видеть на твоем лице улыбку.

* Ты меня видишь? Это неприлично - подглядывать за девушкой.

* Знаю. Но я любопытен. Прости. Я в курсе всего, что происходит на «Синей птице».

* Мы действительно летим на Куреан?

* Да. Не спрашивай - зачем, я не смогу ответить. Могу лишь повторить слова Джека. Тебе нас нечего бояться. Никто и ничто тебе здесь не угрожает. 

В этот момент сильный удар сотряс корабль. Включился сигнал боевой тревоги. Корабль несколько раз качнуло из стороны в сторону. Джейн едва удержалась на стуле.

* Что это было? Что происходит?

* Включена боевая тревога, нас атакуют. Не бойся, это случается сплошь и рядом. Магнитная защита выдержит. Джек сумеет отразить нападение. Держись только за что-нибудь покрепче, чтобы не упасть. Поболтаем в другой раз, хорошо?

Экран погас. Корабль снова мотнуло в сторону. Моргнул свет. «Ничего себе - обычное дело! Ничто не угрожает! Разве что какой-нибудь военный корабль. Боже! Неужели Карлос? Это существо и ранее не останавливали никакие моральные ценности. Теперь же, когда «Парнаса» больше нет, чтобы заполучить единственный экспериментальный образец, Карлос готов будет пойти на все». Какими бы плохими ни были люди, спасшие ей жизнь, Джейн не хотела, чтобы они пострадали, став жертвами амбиций Карлоса.

Девушка прошлась по медпункту. Набрав полную грудь воздуха, пробормотав что-то типа «только бы не нарваться на врачей», Джейн вышла в коридор. Пусто. Тихо. Лишь легкое покачивание корабля свидетельствовало о том, что летели они на приличной скорости, выписывая только штурману да капитану понятные сложные фигуры, увертываясь от вражеского огня и посылая ответный огонь нападавшим. Джейн почти девять лет прожила на «Парнасе» - большой, намного больше, чем этот корабль, научной станции. За исключением последнего нападения, каких-то сотрясений и припомнить нельзя. Станция круглосуточно охранялась кораблями хамелеонской военной группы сопровождения. Ни у кого и в мыслях не было напасть на такую махину. Если бы не роковое стечение обстоятельств, когда их оставили без охраны всего на сутки, летали бы они до сих пор, не ведая страха быть захваченными.

Джейн вышла в просторный холл, служивший центром корабля и кают-компанией одновременно. Четыре лестницы, по разным углам залы, вели на верхний и нижний ярусы. Здесь тоже никого не было. Сама конструкция и расположение кают корабля значительно отличались от «Парнаса». Внутренний периметр верхнего яруса заканчивался смотровыми площадками с балконами и перилами, по кругу охватывающими холл. Красивая архитектура. Если не знать, что ты на космическом корабле, можно подумать, что находишься в каком-нибудь театре или дворце. С верхнего яруса в разные стороны шли коридоры. Может быть, ведут в жилой сектор, может, наоборот, в сектор двигателей и электроники. Джейн посмотрела на лестницы, ведущие вниз. Сильный толчок корабля чуть не свалил ее на пол. «Уж не столкнулись ли мы с чем-нибудь?». Природное женское любопытство уговорило девушку спуститься. Судя по нарастающему шуму, именно нижний ярус корабля был предназначен для техники, рев двигателей заглушал все звуки. Коридоры, отвороты, повороты... Джейн развернулась, чтобы снова подняться, и нос к носу столкнулась с капитаном «Синей птицы». Джек в специальном защитном костюме, при полном вооружении, быстро и бесшумно спустился по той же лестнице, что и Джейн, вывернул из-за угла и чуть не сшиб девушку с ног.

- Ах! - только и смогла от испуга и растерянности произнести их гостья.

- Джейн? Прости, прости ради Бога! - Джек сам не ждал встретить кого-нибудь в этом секторе. - Не хотел ни сбивать тебя, ни пугать. Но что ты делаешь здесь, да еще в таком виде?

Джейн и без зеркала живо представила свой нелепый внешний вид. Ночная рубашка, поверх которой была натянута такая же, как и у Джека, куртка, любезно подаренная ей Гарри. Пусть и красивые, стройные, но все равно босые ноги, обутые в тапочки. Лохматая голова. Ноль косметики на лице.

- Я... У меня нет другой одежды, мне врачи не дают. Корабль трясло, я испугалась. Мы с чем-то столкнулись? У нас авария? Нигде в коридорах никого нет. Что происходит?

- О, черт побери. Я должен был об этом подумать и тебя предупредить. Тебе не о чем волноваться. Мы просто совершили стыковку с одним кораблем. Арчер несколько небрежно рассчитал наш маршрут. Вот и потрясло.

Джек улыбнулся и сам не понял, отчего покраснел. Обычно «дипломатическая неправда» ему всегда давалась безо всякого труда.

- С каким кораблем? Зачем?

- Это наш торговый компаньон. Обмениваем часть товара. Экономическая деятельность. Не волнуйся.

- А-а, - Джейн внимательно посмотрела Джеку в лицо. «И кто бы мог подумать? Такие честные глаза! За дурочку меня принимаешь? Ладно-ладно, будет и на моей улице праздник». - Джек, а можно тебя попросить? Я уже озвучивала эту просьбу через врачей, но, боюсь, они ее не передали. Мне намного лучше, а доктора все равно вставать не разрешают. Я в медпункте себя арестантом чувствую, там даже стены давят. Для меня найдется на корабле какой-нибудь угол, кроме медпункта? И какая-нибудь одежда?

- Найтись, конечно, не вопрос, найдутся. Но врачам ведь виднее, как и сколько тебя лечить. Возможно, у них есть основания полагать, что...

- Ну пожалуйста, капитан!

По лестнице со среднего яруса спустился Гарри. Звук машин заглушил разговор Джека и необычной гостьи их корабля. Еще на середине лестницы, завидев спину капитана, Гарри, перекрикивая машины, начал ругаться:

- Джек, в чем дело? Ребята мне звонят, тебя потеряли. Что ты тут застрял? Группа захвата все сделала, надо решать вопрос с пленными и с оружием. Решать, что с этой развалюхой, их кораблем, делать будем. А ты тут... О... Sorry, Джейн, а что ты тут делаешь? - Гарри, увидев девушку, перешел на вежливый английский язык и беспомощно посмотрел на своего капитана.

«Хорошо, что она не знает французского, иначе ох и плохо бы мне сейчас пришлось!».

- Э, Гарри, дорогой. Ты вовремя, - Джек первым очнулся от неловкой паузы. - Я только что обещал Джейн отменить ее заточение в медпункте, и ты здесь как раз кстати. Как ты сам понимаешь, я сейчас буду некоторое время занят с нашими торговыми партнерами, - Джек чеканил каждое слово, глазами сверля радиста. «Попробуй только не понять, что я имею в виду!». - Заключение сделки, обмен товара и прочее. А ты, друг, будь так любезен. Я вверяю твоим заботам эту девушку. Найдите ей на верхнем ярусе свободную каюту, можно где-нибудь рядом с Таисией, и не скучно ей там будет, и все-таки медик рядом. И поручи Таисии подобрать ей что-нибудь из одежды. Хорошо?

- Как скажешь.

- Вот и договорились, - но, не будучи убежденным, что Гарри понял все так, как надо, Джек решил продублировать свою команду еще по-французски. Беззаботным тоном, словно обсуждая меню на вечер, он произнес: - Ляпнешь при ней что-нибудь лишнее, не пожалею для тебя спасательной шлюпки, полетишь вдогонку нашим военнопленным. По кораблю не шастать, во всяком случае - по среднему и нижнему ярусу. Никаких экскурсий пока. Ясно?

Гарри натянуто улыбнулся в ответ на ангельский голос и слащавую улыбку начальства.

- Разумеется. Не беспокойся, Джек. Пошли, Джейн, искать тебе каюту!

Так девушка отвоевала себе и маленькое личное пространство на корабле.

«А дела начинают налаживаться! Действительно, жизнь - как зебра: полоска белая, полоска черная. А как дойдешь до хвоста зебры, где ничего хорошего быть уже не может, просто улыбнись пошире, и топай обратно, туда, где белых полос побольше. И никакой депрессии». Молодой здоровый организм девушки восстанавливался прямо на глазах. Телесные раны быстро заживали. Врачи «Синей птицы» лишь качали головой и говорили, что такого не может быть просто потому, что быть такого не может! Но Джейн это мало беспокоило. Ее сильный характер, хорошая наследственность, выработанная многолетними испытаниями выносливость, устойчивость к перегрузкам и стрессам, а также желание в кратчайшие сроки прийти в форму - делали свое дело на удивление всем. Оживало не только ее тело, но и душа. В девушке начали просыпаться и здоровый юмор, и в разумных пределах общительность. Джейн стала покидать пределы своей каюты и изучать внутреннее пространство и уклад жизни на «Синей птице». Она начала делать вылазки на средний, а затем и нижний ярус. Менее чем за неделю Джейн выяснила расположение лестниц, коридоров и служебных помещений. Она совала нос в каждую дыру и спрашивала «почему» и «зачем». Больше всех от такого поведения страдал помощник капитана Лаерти.

- Нет, Джек, она меня убивает своей пронырливостью! Что ей в каюте не сидится?

- Вероятно, скучно.

Джек зачарованно наблюдал с балкона верхнего яруса за их гостьей. Та в кают-компании среднего яруса донимала нелепыми вопросами Таисию. Отвечая всем о себе уклончиво или, что чаще всего, вопросами на вопросы, Джейн, тем не менее, выдала себя в одном: ни в навигации, ни в космической технике она не разбирается. Девушка явно была откуда-то издалека, и сейчас постигала их такой обыденный образ жизни с удивлением и где-то даже с детским восторгом. Ее непосредственность и неподражаемость в общении вызывали у капитана «Синей птицы» подлинный интерес. Джек с любопытством и снисхождением смотрел за своей находкой во все глаза, не замечая, как быстро летит время:

- Ты ведь тоже не сидишь на месте.

- Да, но я не лезу, куда меня не просят!

- Лаерти, но ты здесь дома, а она - в гостях, - Джек едва заметно улыбнулся.

- Вот именно! Знаешь, где я сегодня ее застукал? В тренажерном зале! Ты не поверишь, она там делала зарядку! Это очень странно, Джек. Назови мне хоть одного нормального человека, кто по утрам делает зарядку!

- Я делаю! Арчер делает, - Джек отвернулся от перил балкона и прямо посмотрел на друга. Вечно несдержанный и недовольный Лаерти решил не сдаваться.

- Но ты капитан! А Арчер - профессиональный боксер! Вам положено быть в форме.

- А ей? Джейн участвует в каких-то конкурсах, может, ей тоже положено выглядеть хорошо.

- Ага, в конкурсах вранья!

- Это ты, Лаерти, пытаешься так оправдать свою лень, - вмешался в разговор только что вошедший Филипп. - Сам-то когда в последний раз гантели поднимал? Заржавеешь скоро.

- Не заржавею, Фил, но она нам точно врет! Никаких переговоров между «Парнасом» и атлантскими кораблями по поводу обмена пленными не было! Гарри был тогда на радиоперехвате. До сигнала бедствия в эфире была тишина. Уже здесь что-то не так. На пассажирские рейсы нападений не зарегистрировано. Хоть бы придумала что-нибудь поинтересней. Как там по дискам с «Парнаса», Фил? Что-то выяснил?

- Немного. Большая часть повреждена и восстановлению не подлежит. Расшифровал небольшой фрагмент отчета, согласно которому, «имея такую технологию подготовки и вооружения личного состава хамелеонской армии, они завоюют весь мир. Даже Атланты против их оружия окажутся бессильными. Испытания дали положительный результат. Эксперимент удался». Это все, - прочеканил каждый слог Филипп. - Все, что удалось расшифровать. Есть еще информация, но без ключа ее не открыть. Нужен ключ.

- Думаешь, наша гостья может его знать? - спросил Джек.

- Думаю, да. Просто так в людей не стреляют.

- А я что говорил? - радостно воскликнул Лаерти. - Вот нам бы новую технологию вооружения. Мы бы им всем показали! Я тоже считаю, что эта кукла может знать что-то ценное. Нужно допросить ее как следует.

Однако Филипп, настроенный не столь воинственно, возразил:

- Вряд ли стоит действовать так грубо, Лаерти. «Малинка» не всегда дает тот эффект, на который ты рассчитываешь. Иногда идти напролом - это не самая короткая дорога.

- Ай, Фил, опять ты со своими нравоучениями. Что ты конкретно предлагаешь?

- Пусть освоится здесь немного. Начнет общаться. Поймет, что мы ей не враги. Джейн мне кажется общительной девушкой. Но она все еще нам не доверяет, боится, замыкается в себе.

- Я с тобой солидарен, - сказал Джек. - Я поручил Гарри и Таисии за ней приглядывать. Может, сама проговорится?

- Нашел кому доверить! Это скорее они ей проговорятся про нас, - Лаерти сморщил нос.

- Ну, хочешь, Лаерти, я это поручу тебе?

- Сюсюкаться с девчонкой? Нет уж, уволь. Приглядеть я за ней, конечно, пригляжу, не волнуйся. Но психологом ее быть не собираюсь.

- А тебя никто не заставляет, - успокоил его Филипп. - Если можно, Джек, я займусь этим вопросом? Что-то есть в этой девушке, м-м-м, необыкновенное, что-то, что я хотел бы разгадать. Если не возражаешь?

- Нет, не возражаю. Главное - отвлечь ее, когда будем заходить на дозаправку на Лусеро. Там полно хамелеонских лазутчиков. Ее там нельзя высаживать - проблем не оберемся. Найдем что-нибудь подходящее, нейтральное для высадки. Вы заметили, как она быстро поправилась? А если скажет, что хочет сойти с корабля? Что делать будем, Фил?

- То, что обещал. Высадить ее в ближайшем международном порту. Про Лусеро умолчим. Зеленую Луну облетим. На Марте она, вероятно, и сама не захочет сойти. Криминальное место. А что остается? Ближайший нейтральный порт - Кашака. Два месяца полета. Достаточный срок, чтобы все выведать или отказаться от этой затеи.

Джек задумался на мгновение.

- Что ж, согласен. Значит, делаем упор на общение. Может, мы Джейн сюда пригласим на экскурсию, в каюту управления? Поговорим «за жизнь»?

Лаерти скептически покачал головой:

- Делайте как знаете. Только сразу вам говорю: это все пустое.

Так Джейн, с легкой руки Филиппа и разрешения Джека, оказалась в курсе всех новостей на корабле. Приходя в каюту управления как на экскурсию или просто пообщаться с Гарри, она имела возможность слышать все, что обсуждали эти люди между собой по-французски. А обсуждали они много. Политику и экономику, планы полетов, тактику и стратегию военных действий, личную жизнь друг друга, знакомых и незнакомых женщин, ну и ее, конечно, тоже. Джейн не без гордости и смущения узнала столько подробностей о своей внешности, сколько и в зеркале не видела, и вообще, как выяснилось, «она - что надо», хотя «такой красоте и не место на их прославленном корабле». Особенно же в высказываниях досталось ей от Лаерти, который первым заметил, что своим присутствием она вносит хаос и дезорганизацию в слаженную работу дружного коллектива. Самое главное, самое сложное во всех этих вылазках на люди было для Джейн не покраснеть и не рассмеяться. Одним словом, не выдать себя. Гарри, которому Джейн, очевидно, несколько нравилась, не отходил от нее ни на минуту. Опекал, как наседка:

- А хочешь, я научу тебя основам космической навигации? Как определять координаты, рассчитывать курс полета? Вот, смотри, у меня есть учебная программа.

Гарри усадил девушку за отдаленный компьютер и начал что-то объяснять. Джейн, ничего не понимая в астрономии и навигации, и не представляя, зачем ей это надо, из вежливости кивала. В конце концов, знания никогда лишними не бывают, а обучение, пусть и этой ерунде, дает возможность ей присутствовать в каюте управления и слышать все, о чем говорят.

- Гарри, Гарри,- Лаерти, сидя на своем рабочем месте, усмехнулся. «А хорошо, что девушка не знает французского! Можно говорить все, что ты думаешь, и когда тебе это угодно».- Не страдай ты такими глупостями. Нашел чему ее учить. Ты ее еще кораблем научи управлять! Отправь их лучше с Таисией на кухню готовить. После того как Элоиза ушла с корабля, питаемся черт знает как. Тебе что поручили? Расспросить ее обо всем. А ты только болтаешь, ей даже слова вставить негде.

- Вот не надо учить меня шпионить! Сам знаю, что и как расспрашивать. Я контакт пока налаживаю.

Джейн еле заметно улыбнулась. «Ну-ну!».

- Да-да, мы так и поняли,- язвительно сказал Арчер.- Смотри за рамки не выйди. Правило для всех единое: на корабле никаких шашней.

- А я что? Я что-то неприличное делаю? Я на нее не претендую. Я же видел, как Джек на нее глазел.

- Как я на нее глазел? - Джек удивленно поднял ко лбу брови.

- Да вот так! - Гарри повернулся к товарищам и попытался что-то изобразить на лице. Мужчины загоготали. Джейн собрала в кулак все свое мужество, чтобы тоже не посмотреть на Гарри.

- А-а, ну если так, то конечно, - парировал Джек. - Только знаешь, я на всех женщин так смотрю.

- На всех, да не на всех. В этот раз взгляд был особенный. Я же видел. Да ты вообще с нее глаз не спускаешь. Она тебе нравится - это же невооруженным взглядом видно.

- Ну и что, что нравится? Мне многие нравятся.

- Да как тебе сказать, Джек? От «нравится» до «очень нравится» - короткая дорога. И Фил заметил, что ты стал какой-то другой. Не хочу стоять на пути сильных чувств.

Джек рассердился:

- Глупости какие! Ты вот, Гарри, мелешь, сам не зная что. Да даже если бы она мне очень-очень-очень нравилась, как ты говоришь, а это, между прочим, не так,- так вот, даже в этом случае об этом не узнала бы ни одна живая душа, Гарри. Ясно?

- Почему это?

- Потому. Есть такое понятие: капитанская дистанция называется. Должность обязывает быть непредвзятым ко всем находящимся в моем подчинении. И к членам экипажа. И к гостям. И к гостьям в частности. Так что извини, Гарри, ты ошибся в своих домыслах.

- Вот как? Значит, в моем случае не все так безнадежно? Отличная новость! А я-то думал, что ты...

- Ты ошибся, Гарри. Еще раз повторить?

- В самом деле, Гарри, что ты пристал к нашему капитану? - Лаерти вступился за друга. - У него вообще невеста есть. Ой, черт побери, Джек, прости, что я это сказал!

Лаерти прикусил язык, но было уже поздно. Все присутствующие повернули головы в сторону капитана. В любопытных взглядах читались немые вопросы.

- Что-то новенькое, - промолвил Арчер.

- Ага, ты ему больше верь. Слышит звон, да не знает, где он. Нет у меня никакой невесты.

Но Лаерти отступать так просто не привык:

- Да, правда, Джек, мы ведь тебе не чужие? Ну официально ее нет, вы еще не помолвлены. Но ведь она есть? Или, как Таисия с Леопольдом, будете втихаря переписываться полжизни?

Джейн обратила внимание, как при упоминании имени Таисии Тони, молодой и очень скромный паренек, который присутствовал здесь и большей частью молчал, побледнел и опустил глаза. «Неужели Таисия нравится не только какому-то там Леопольду? Любопытно».

- Ни с кем я не собираюсь переписываться полжизни, - заявил капитан и уткнулся носом в навигационные карты.

- А мне кажется, что переписка уже началась, - Лаерти хитро подмигнул Арчеру.

Джек нахмурился:

- Ты что, читал письмо Алисии?

- Какое письмо? А-а, ты о том маленьком надушенном конвертике, который валяется в нашем сейфе уже неизвестно сколько нераспечатанным? Фу, как ты мог подумать так плохо о лучшем друге? Я никогда не читаю чужих писем. А почему ты его не открываешь?

- Некогда было. И нечего там перемигиваться. Я не из тех людей, которые женятся. Мне и на свободе неплохо.

- Правильно, Джек, - Арчер одобрительно кивнул. - От женщин одни неприятности. Бери пример с меня. Холостым быть лучше.

В двери заглянула Таисия.

- Гарри, тебя Филипп зовет. Говорит - срочно.

- Бегу. Джейн, попробуй пока самостоятельно ввести эти координаты и проложить курс вот сюда. Я сбегаю до Филиппа и обратно. Вернусь - проверю.

Гарри, дав задание, убежал. Джейн задумалась. С тех пор как она покинула медпункт, она ничего не слышала о человеке по имени Филипп. В ее новой каюте компьютера не было. Общение с неизвестным другом, не успев начаться, оборвалось. Расспрашивать о нем, не вызывая вопросов, тоже не представлялось возможности.

- А Филипп - это кто? - смело поинтересовалась она сейчас.

- Филипп - это наш гений электроники, - ответил Джек, радуясь, что ему удалось поменять столь неприятную тему, как помолвка.

- Только он сумасшедший маленько, - смеясь, добавил Лаерти. - Живет в виртуальной реальности.

- Лаерти, перестань наговаривать на людей, - Джек осадил своего друга. - Филипп не сумасшедший. Просто он увлеченный человек, и, как все увлеченные люди, иногда теряет счет времени. И потом, в его возрасте это вполне позволительно.

- А чем он так увлечен? - Джейн решила больше узнать об этом человеке.

- Электроникой. В прошлом он профессор всякой кучи наук, а теперь специализируется на системах защиты электронных баз данных. Мечтает создать универсальный компьютерный вирус, позволяющий проникать в любую защищенную и закодированную систему, в любой точке вселенной, иметь доступ к любой информации, не повреждая ее и оставаясь незамеченным. Утопия, конечно. Но должно же быть у человека какое-то хобби? Нет, вообще, что касается компьютеров - это лучший специалист. Ты с ним еще не знакома? Фил редко выходит из своей каюты, и есть предпочитает у себя. Давай я на обед вытяну его в столовую и вас познакомлю?

- Давай.

- Вот, нашел! - радостно по-французски закричал Лаерти. - Учебник истории. Начальный космический период. Все ведь приходится делать самому, от Гарри никакого толка. Сейчас мы экзамен устроим нашей учительнице, - он злорадно улыбнулся, потирая ладони.

- Думаешь, она его не сдаст? - Арчер тоже отвлекся.

- Надеюсь, что нет.

- Злой ты, Лаерти. Дня не можешь прожить, если не сделаешь кому-нибудь гадость.

- Гадость? Да я самый полезный человек у нас на корабле! Еще спасибо мне скажете за мою находчивость. Что бы у нее такое спросить? - и, перейдя на английский язык, обратился к девушке, которая старательно выполняла данные ей указания. - Слушай, Джейн, меня тут один вопрос сильно мучает, скажи мне как историк профану, а Марлецкое соглашение - оно когда было подписано?

- Марлецкое? В 2126 году. А тебе зачем?

- Да так, интересуюсь просто. И еще что-то хотел узнать. Вот, вспомнил. Проход через жемчужные кольца Алены с какого времени официально стал относиться к территории атлантов?

- С 2187 года.

- А точнее?

Джейн оторвала голову от компьютера и с ехидцей посмотрела Лаерти в лицо.

- Точнее - с 20 августа. Решил меня проверить?

- Что мне - больше делать нечего? - огрызнулся помощник капитана, видя, как сдерживают смешки Джек, Арчер и Тони. - Повышаю свой образовательный уровень. Что, нельзя спросить?

- Можно. Валяй, спрашивай дальше.

- И ты правда помнишь все эти цифры? И заставляешь бедных маленьких детишек учить эту ерунду? - Арчер решил поддержать товарища в его «полезном» допросе.

Джейн кивнула.

- Во-первых, они совсем не бедные. Я преподаю в частной платной школе. Во-вторых, детишки, как ты выразился, далеко не маленькие. Они знают, зачем им образование, подходят к обучению осмысленно.

- А в какой, говоришь, школе ты работала, в сто четвертой? - Лаерти продолжил расспросы.

- В двадцать первой.

- Мм-м, - несносный «следователь» поудобнее устроился в кресле. - И сколько часов дается на усвоение истории в вашей школе? Скажем, начальный космический период. Сколько его изучают?

Джейн опять подняла голову из-за компьютера.

- По учебному плану - 160 часов, но реально в эти цифры никогда не укладываемся.

- Ясно. А директрису вашей школы как зовут?

Джейн с трудом сдерживала улыбку.

- Я разве говорила, что директор нашей школы - женщина? Нашу школу возглавляет мужчина. Маленький, кругленький, с аккуратной бородкой и небольшой лысиной. Профессор Лоренс.

В каюту управления влетел запыхавшийся Гарри.

- Джейн, иди скорее сюда! Мы с Филиппом такую программу нашли классную! Как раз для тебя. Пошли, пошли давай. Я тебя с нашим гением познакомлю. Да оставь компьютер, Тони выключит.

Гарри фактически вытащил девушку из-за компьютера и уволок из каюты.

- И почему я всегда должен за ним все убирать? - Тони недовольно встал со своего места. - Что это?

- Что там? - Арчер тоже поднялся. - Надеюсь, она не испортит нам систему. Что тут у тебя?

- Не знаю, фотография какого-то мужика. Я его первый раз вижу.

Арчер внимательно вгляделся в экран и произвел несколько операций. Маленький кругленький профессор Лоренс сменился на экране таблицей расчета часов учебной нагрузки, а затем различными страницами учебника по истории. Арчер прыснул со смеху и подозвал Джека. Мужчины громко захохотали. Компьютер девушки один в один отображал то, что происходило на компьютере Лаерти.

- Уж не знаю, какой из нее учитель истории, - давясь от смеха, сказал Арчер, - но в системе она разбирается очень даже неплохо. Не пускай ее, Джек, за компьютер больше, а то мало ли что. А ты, разведчик, сначала сам историю выучи, а потом с проверками к человеку приставай. Ну хитрюга девчонка!

Мужчины, веселясь, разошлись по местам. Лаерти надул от злости и обиды щеки. «Ладно-ладно, - сквозь зубы произнес он. - Я тебе еще устрою начальный космический период...».

- Джейн, это Филипп. Фил, познакомься, это Джейн! - Гарри с гордостью представил их друг другу.

- Очень приятно.

Джейн украдкой разглядывала гения электроники. Своего неизвестного компьютерного друга она представляла себе совсем не так. Пожилой седовласый джентльмен приветливо улыбнулся.

- Ну здравствуй, Джейн, - серые глаза старика, казалось, читали все мысли, словно рентгеном просвечивали ее насквозь, разве что дыры не прожигали. Девушка смущенно кивнула.

- Слушай, Джейн, - Гарри пришел на помощь. - У Фила огромное количество электронных игр. Давай что-нибудь тебе выберем. Что предпочитаешь: «ходилки», «стрелялки», «логику», «стратегии»?

- Э... спасибо, конечно. Но я не играю в игрушки.

- Не играешь? Почему?

Гарри недоумевал, как можно во что-либо не играть? Филипп тоже с интересом разглядывал девушку, этот крепкий орешек. Их с Гарри тестирование не удалось.

- Нет времени. Работа. Учеба. Танцы, - Джейн не знала, что еще можно придумать уважительного. «Пожили бы вы так, как я жила последние пять лет».

- А мы тут все, Джейн, сейчас улетаем по «Лабиринту». Примитивная на первый взгляд игра, но такая запутанная и азартная! Попробуешь свои силы? У нас из всего экипажа только Фил ее и прошел, обе части. А мы все плутаем и плутаем. Здесь элементы всего присутствуют: тут тебе и «ходилка», и «стрелялка», ибо на тебя все нападают, и логика, и стратегия, и просто хитрость человеческая нужна. По сюжету, ты оказываешься в странном городе - это лабиринт. И цель одна - выйти из него любой ценой! Абсолютно любой! В городе живут люди, которые должны сделать все, чтобы тебя не выпустить: обмануть, запутать, запугать. Эти люди слепые, они не видят тебя, но слышат и ощущают. Еще по улицам бродят призраки, от которых нужно защищаться. А фишка всей игры в том, что чем дольше ты в нее играешь, тем более начинаешь походить на этих людей. Сначала, по условиям игры, ты теряешь зрение вдаль, не видишь каких-то предметов, потом вблизи. Ты их чувствуешь, все так реально - у-у-у! Кровь в жилах стынет! Знаешь, я убедил Фила, что тебе, наверно, в каюту надо установить компьютер. Как ты на это смотришь?

- Компьютер? Мне?.. Было бы неплохо. Пожалуй, я сыграю в ваш «Лабиринт».

Филипп едва заметно улыбнулся. «Она проглотила наживку». Гарри тоже просветлел. Джейн ему определенно нравилась, и девушка, судя по всему, была не против его общества. А это так здорово!

Днем за обедом собрался весь экипаж. Все шестнадцать человек и Джейн в качестве гостьи. Гарри болтал все так же, без передышки.

- Нет, ребята, вы не представляете! Джейн прошла первую часть «Лабиринта» менее чем за час! Это фантастика просто! Хотите узнать секрет?

- Нет, нет, какой секрет? Не надо рассказывать! А то нам не интересно будет эту игру проходить! - слабо запротестовала Таисия. - Я хочу сама дойти до выхода, без подсказок.

- Вот и проходи ее два года! Тебе никто не подскажет. А Джейн посмотрела на игру, что называется, свежим взглядом. Да, Джейн? И в компьютерах она разбирается неплохо.

- Мы заметили, - лаконично произнес Арчер, поглядывая на побагровевшего Лаерти.

Джек решил предотвратить возмущение друга и поменял тему:

- У меня хорошая новость. Завтра мы выходим из «мертвой зоны», а послезавтра у нас планируется стыковка с «Тайфуном».

- Класс! - лицо Таисии преобразилось.

Любовь все меняет. Глаза медсестры заблестели, щеки порозовели. Вместе с тем, Джейн отметила, что Тони опять помрачнел. Значит, ей не показалось, что он тоже влюблен в медсестру «Синей птицы». А Таисия, похоже, и не догадывается.

В воздухе повисла небольшая пауза.

- А что такое «мертвая зона»? - набралась смелости спросить Джейн.

- Вот деревня! - Лаерти усмехнулся. - Не знает, что такое «мертвая зона», - по-французски для всего экипажа сказал он, даже не взглянув в сторону своей обидчицы.

- «Мертвая зона», - терпеливо объяснил Джек, - это такие участки космоса, на которых нет никакой связи. Ни с цивилизацией, ни с другими кораблями или планетами внутри самой зоны. Никакие сигналы там не проходят. В космосе «мертвых зон» много. Некоторые маленькие, некоторые огромные, как эта. Мы летим по такому участку уже давно, а завтра к вечеру из него выходим. Так что, если хочешь, свяжись с родными, сообщи, что ты жива, здорова, чтобы не волновались лишний раз. А то переживают, наверно?

- Спасибо, но мне некому звонить. Я единственный ребенок в семье, а родители погибли давно.

- Прости. Мне очень жаль.

- Да нет, все в порядке.

- А как же насчет того, чтобы сообщить о тебе по месту работы? - с издевкой вмешался в разговор Лаерти. - Уверен, что кругленький мистер Лоренс будет счастлив узнать, что один из его ценных специалистов в полном здравии.

- Ну, если позвонить только ему, - Джейн спокойно выдержала этот ироничный взгляд. «Не тот ты человек, Лаерти, чтобы меня колоть. Проблема в другом. Теперь ясно, почему Карлос меня еще не нашел. Надо бежать. Срочно. Что бы придумать?».

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Побег

- Не спится?

Джейн вздрогнула от неожиданности. Встретить в два часа ночи в отсеке для спасательных одноместных капсул Филиппа она никак не ожидала. Ее растерянность сильно развеселила гения электроники:

- Вот, налаживал компьютер, перевел полностью на автоматический режим, - Филипп проворно выскочил из маленькой космической лодки. - А ты здесь зачем?

Девушка максимально невозмутимо, настолько, насколько это возможно под пристальным взглядом серых проницательных глаз, ответила:

- Не спится. Зашла полюбоваться на звезды. Захватывающее зрелище, - Джейн подняла голову на прозрачный купол, за которым простиралась необъятная Вселенная.

- Да, вид отсюда получше будет, чем из иллюминатора твоей каюты. Есть на что посмотреть. А я уж, грешным делом, решил, что ты сбежать хочешь с «Синей птицы». Крадешься на цыпочках к спасательным капсулам, ночью. При полном, что называется, параде, - Филипп хмыкнул.

Джейн закусила губу.

- Мне нездоровится, вот и оделась потеплей. Зачем мне куда-то бежать? Я ведь не пленница?

- Вот и я думаю: зачем? Обижать тебя - здесь никто не обижает. Джек обещал высадить тебя на любой из планет, где ты сама захочешь сойти, и на которой мы будем останавливаться. Причин не доверять ему у тебя нет. Зачем бежать? Где логика? - Филипп опять пристально посмотрел в ее глаза. Джейн почувствовала, как по спине прошел неприятный холодок, но взгляд выдержала. - Я рад, что ошибся в своем нелепом предположении. И пока сюда кто-нибудь еще не зашел звездами полюбоваться и не подумал Бог знает что, давай-ка отсюда уберемся. У меня идея: пойдем, спустимся в бар, выпьем по чашечке кофе, поболтаем немного. Составишь старику компанию?

Джейн пожала плечами. Идти не хотелось, но и здесь оставаться причин тоже не было.

- Пойдем, только я не пью кофе. Люди обычно пьют кофе или алкоголь, чтобы взбодриться, быть веселыми, активными. А на меня даже их малые дозы действуют угнетающе: мне хочется залезть куда-нибудь в угол и поспать пару часиков. Я предпочитаю зеленый чай.

- Ну что ж, чай так чай, - сказал Филипп, увлекая девушку вниз по лестнице на средний ярус космического корабля. - Не против, если я за тобой поухаживаю? Располагайся, - он засуетился около шкафчиков с посудой, вытаскивая чашки, ложки, конфеты. - Сколько тебе сахара?

- Нисколько, я пью чай без сахара.

- Зеленый чай? Без сахара? А ты, Джейн, необычная девушка, - Филипп поставил перед ней чашку с чаем и уселся напротив. - Да, очень необычная.

Джейн поплотнее закуталась в куртку. Болезнь еще давала о себе знать. Хотя, возможно, все дело именно в этих глазах.

- Это зависит от того, что понимать под словом «обычная девушка».

- Согласен, термин «обычная», может быть, подобран и не совсем удачно, но суть вопроса отражает. Ты прошла «Лабиринт» за 48 минут. Это ровно на 11 минут дольше, чем я. Экипаж играет в эту игрушку уже четыре месяца. Пока никто с ней не справился.

- Повезло.

- Видишь ли, это не простая игрушка, Джейн. Эта игра - тест психологический. Отображает твой внутренний мир, твои знания, умения и навыки в жизни. Показывает твою эрудицию, память, внимательность, находчивость. Моральные принципы. Что для тебя допустимо. Через что перешагнуть ты не сможешь. Показывает логику или, наоборот, нелогичность твоего поведения. Все как на ладони.

- Правда? Ну, и что показал тест?

- Много чего, разного. Но самое главное, пожалуй, тот факт, что ты военнослужащая. Хотя не понимаю, почему твоих пальчиков нет ни в одной из баз данных, даже самых засекреченных?

На лице Джейн снова всплыла дежурная улыбка.

- Хочешь, открою секрет, как мне быстро удалось пройти эту игру? Я играла в нее раньше.

Филипп ответно улыбнулся:

- Неплохая версия. Единственная нестыковка: я - автор этой игрушки, и изобретена она четыре с половиной месяца назад, на нашем корабле. Ты не могла в нее где-то еще поиграть. Так что не ври. Зачем ты искала в электронной базе данных инструкцию по управлению капсулой в ручном режиме, а затем изучала карты и аннотации по близко расположенным планетам, если не собираешься отсюда бежать? А?

Девушка напряглась.

- Ты следил за мной?

- Конечно, - Филипп усмехнулся. - Филипп в курсе всего, что происходит на корабле. Хотя слово «следил» мне не нравится, очень грубое. Скажем по-другому: наблюдал. Ты так безапелляционно взламываешь мои пароли, файлы системы, что я не могу оставить это без внимания. Я все-таки как-никак отвечаю здесь за безопасность.

Джейн виновато посмотрела на своего собеседника.

- Фил, я не дотронусь больше до компьютера. Обещаю.

- Знаешь, Джейн, иногда любопытно взглянуть - где и в чем я просчитался, устанавливая охранные системы. Вопрос-то ведь не в этом. Куда или от кого ты бежишь?

- Никуда и ни от кого. Мне было скучно, я решила: что-нибудь почитаю, научусь полезному, - Джейн вспомнила о чае и конфетах. Надо было как-то сменить эту неприятную тему. - А ты почему не пьешь кофе? Остынет.

- Пью-пью... Значит, скучаешь?

- Да. Мне здесь даже поговорить не с кем, ну, кроме Гарри, конечно. Все слишком заняты. Общаются между собой по-французски. Что-то делают. А я не знаю, чем заняться.

- Можешь со мной говорить в любое время суток - лично или по сети. Я не слишком занят. А если хочешь, принесу тебе кучу дисков - самые последние игрушки. У меня их миллион.

- Принеси.

- Принесу. Обязательно принесу. Может быть, тогда ты отвлечешься и станешь похожей на обычную девушку. Перестанешь вздрагивать от каждого шороха, позабудешь наконец-то о своем передатчике.

Рука Джейн с чашкой горячего чая остановилась на полпути, не доезжая до рта, и вернулась на место.

- О каком передатчике, Филипп?

- О маленьком таком, размером с бусину, крошечном электронном устройстве, посылающем неизвестно какие сигналы неизвестно кому. Или сделаешь вид, будто не знаешь, что на тебе «жучок»?

С лица девушки сошел последний румянец.

- Боже мой, Филипп, ты... ты его нашел? Ради всего святого, скажи, где он? - ее голос изменился. Фил понял, что на этот раз попал в самую точку. - Филипп, умоляю! Ты уверяешь, что ты мне друг. Если это так, прошу: помоги! Помоги, пожалуйста! Мне очень нужна твоя помощь! Этот передатчик - где он? Его нужно немедленно достать и уничтожить. Слышишь?

- Зачем его уничтожать?

- Затем. Затем, что завтра мы вылетаем из «мертвой зоны», и сигнал дойдет до места назначения, и они прилетят сюда за мной. Они никого не пощадят! Филипп, я не хочу, чтобы кто-то пострадал, но они не оставят вас в живых. Это будет хуже, чем на «Парнасе». Фил, я прошу тебя, где он?

- Вот здесь, - Филипп дотронулся рукой до ключицы с левой стороны. - Вот за этой косточкой. Уж и не знаю, как его тебе туда поместили, даже шрама нет - чистая работа. Я достать его не смогу. С этим вопросом не ко мне, к Польке или к Таисии. А вот что касается «обезвредить», это ты по адресу обратилась. Собственно, я его уже обезвредил, твой «жучок» в нерабочем состоянии. Так что не волнуйся.

- Как обезвредил? Когда?

- Когда? Еще в первый день твоего пребывания у нас на корабле, в медпункте. Моя электронная система защиты сразу же обнаружила посторонний сигнал. Я ведь отвечаю за безопасность корабля и, сама понимаешь, не могу позволить кому-то отслеживать нашу траекторию полета. Так что извини - слабый точечный удар тока в твой «жучок» - и он сдох. Я, конечно, не поручусь, что он снова не заработает, если тебя вдруг ударит молнией или что-нибудь вроде этого приключится, но пока он не работает. Это точно.

Джейн вздохнула так, словно с ее плеч только что свалился целый город. Силы ее совсем покинули. Она поставила локти на стол, опустила голову и закрыла лицо руками. Филипп не стал мешать той внутренней борьбе, которая проходила сейчас в девушке, тихо попивал свой кофе.

- Фил, прости меня. Я не могу тебе ничего рассказать. Ни кто эти люди, ни что это за жучок. Я... я, правда, не могу.

- Да? А я разве тебя о чем-то спросил?

- Нет, но ты ведь, наверно, ждешь, что я тебе все расскажу?

Филипп рассмеялся.

- Нет, уже не жду.

Джейн опустила глаза. Чувство вины - неприятное чувство, но инстинкт самосохранения сильнее.

- Фил, экипаж уже знает, да? И Джек? Ты им доложил?

- А разве для тебя мнение Джека что-то значит?

- В общем-то - да, он ведь капитан этого корабля.

- А если бы он не был капитаном?

Девушка смутилась.

- Ну, и тогда, наверно, тоже. Он неплохой человек, и мне не хотелось бы его расстраивать.

- Термин «неплохой человек» не очень подходит к Джеку. Он самый лучший из всех, кого я знаю. А повидал я в жизни ох как много разных людей. Я знаю Джека с рождения. Его родители пригласили меня на роль воспитателя, когда он только ходить научился. Я тогда был без работы и отчаянно нуждался в деньгах, - Филипп задумчиво посмотрел в чашку, вспоминая то далекое время. - Я вложил в него не только свои знания, но и душу. Он лучший. Других таких нет.

- Так ты сказал ему?

- А должен?

- Не знаю. Я бы на твоем месте, наверно, рассказала.

- А я бы на твоем месте, наверно, был более доверчивым. Но проблема в том, что каждый на своем месте. Каждый сам принимает решения, сам совершает ошибки. Верно? Я никому ничего не говорил.

В воздухе снова возникла неловкая пауза. Джейн пыталась сосредоточиться. Она не понимала мотивов поведения этого человека. Не понимала, но хотела понять. Филиппа же, казалось, наоборот, вся эта ситуация жутко забавляла. «Пьет себе кофе, посмеивается. Старый черт». Джейн вздохнула. Когда-то надо учиться уму-разуму.

- Почему ты это делаешь, Фил? Почему помогаешь мне?

- А разве друзья не должны помогать друг другу?

- Друзья? Ради бога, Филипп, какие друзья? Ведь ты меня совсем не знаешь.

- Я прожил немаленькую жизнь и более-менее научился разбираться в людях. Ты мне кажешься хорошим человеком, Джейн. Я ведь не ошибся?

- Да уж, неплохим, - девушка невесело рассмеялась. - Всякое бывает, Фил, не зарекаюсь. Только ты мне не ответил. На одной чаше весов я, на другой - весь экипаж. Какая тебе польза от того, что ты меня покрываешь? Почему ты мне помогаешь?

- Почему да почему? Вот пристала, - забурчал по-стариковски Филипп. - Понравилась ты мне! Разве еще должны быть какие-то причины? - Филипп встал и прошелся по бару. Настала его очередь ежиться от не менее проницательных зеленых глаз. Пожилой профессор остановился у иллюминатора, глядя куда-то вдаль. - Кто его знает, почему? В жизни никогда не видел, чтобы кто-то так безмолвно и отчаянно нуждался в помощи, как ты... Там, далеко, за этими звездами, где-то живет, радуется и огорчается близкий моему сердцу человек. Моя племянница, Ева. Ей еще только шестнадцать. Пару лет назад у нас произошла крупная размолвка, и мы сейчас не общаемся. Я не в курсе, как она, что с ней. Может, ей тоже нужна помощь? Она совершенно одна. Я был бы счастлив узнать, что рядом с ней в трудную минуту окажется человек, который сможет протянуть ей руку помощи.

Филипп резко обернулся:

- А может, мне просто одиноко на корабле среди всех этих замечательных людей? Кто ж его знает, почему? А может, - он неожиданно перешел на русский язык, - так приятно среди холодных звезд, вдали от дома, встретить своего соотечественника? А?

Ни один мускул на лице Джейн не дрогнул. Провокация не удалась. Девушка по-прежнему оберегала свои тайны. Спокойно, по-русски она ответила:

- Сомневаюсь, что мы соотечественники. Но все равно - спасибо за откровенность.

Филипп поморщился:

- Меня тоже кофе несколько усыпил. Пойду к себе. Да, чуть не забыл. Это для тебя, - он вытащил из внутреннего кармана куртки пачку бумаги толщиной с большой палец руки.

- Что это?

- Инструкция по управлению спасательной капсулой, что ты искала. Она очень уж неконкретная. Но если действительно так скучно, читай. Да, соберешься улетать - загляни попрощаться. А вообще, я надеюсь, что ты передумаешь бежать. Те, кто тебя ищут, теперь тебя не найдут. Твой побег удался. Спокойной ночи!

Филипп забрал кулек конфет и вышел из бара, оставив растерянную девушку в полном одиночестве.

Джейн изумленно взяла бумаги в руки.

«Ну и ну! Мир полон сюрпризов. Та самая инструкция, которую я искала! Какая длинная. Это сколько времени займет ее прочтение? Мало того что запчасти имеют свое хитроумное название, так еще и вся инструкция написана отсылочным языком: «Как говорилось ранее...», «Смотри далее...», «Об этом подробнее там-то...». Надо не один раз прочитать, чтобы ее понять. Не говоря уж о том, насколько сложно все это будет выучить и применить на практике...».

- Не спится?

Джейн от неожиданности подскочила. Она так основательно погрузилась в чтение, что не услышала, как в бар вошел Джек. Бумаги веером разлетелись по полу, а для полного счастья из чашки, опрокинутой резким вставанием девушки, следом полетел и остывший чай.

- Ой!

- О, Джейн, прости! Не хотел тебя напугать. Почему ты всякий раз вздрагиваешь, когда кто-то заходит? Ты не обожглась? Позволь я помогу это собрать, - Джек наклонился над бумагами. - Надеюсь, я не испортил ничего важного?

- Э... да. То есть, нет, - Джейн протянула руку за инструкцией. - Фил принес описание новой компьютерной игрушки, но оно слишком длинное, чтобы дочитать его до конца. Разберусь по ходу.

Джейн виновато улыбнулась, сложила листы вместе и скатала их плотной трубочкой. Капитан тоже улыбнулся, глядя в хитрые зеленые глаза, которые словно магнитом его притягивали и дразнили.

- Ну вот, еще одна жертва Филиппа Безумного. Я, наверно, единственный на нашем корабле, кто принципиально ни во что не играет. Экипаж просто на глазах разлагается под действием этого вируса. Что уж требовать от молодого неокрепшего организма? Кстати, все не было времени поговорить. Как твои дела?

- Хорошо, спасибо. А куда мы сейчас летим?

- Пока никуда. Мы кружимся на месте, ждем нашего поставщика. Корабль «Тайфун» называется. Потом полетим далеко на юг, опять через «мертвую зону». Так будет короче. Полетим мимо Ассы, а там по прямой, через Зеленую Луну и Краба Бордо хамелеонов, через международный транспортный узел - Марту, мимо Кашаки и далее до дома. В портах будем заходить на дозаправку. Так что, если захочешь сойти, мы не препятствуем. Наверно, скучаешь по дому?

Джейн кивнула. «Скучаю. Еще знать бы, где он, мой дом? В какой галактике, где моя Александрия? И как туда вернуться? Одно хорошо, Карлос меня теперь не найдет! Это самое главное. Осталось решить, на какой планете сойти и что делать дальше?». Проблема отсутствия цели остро встала перед девушкой. Главный план девяти лет ее жизни, а именно: как удачно сбежать от Карлоса - выполнен. Задача решена. Она свободна. Но для чего нужна ей ее свобода? Куда ей податься? Если бы можно было все забыть и начать с чистого листа! Если люди проживают не одну жизнь и каждый раз, умирая, возвращаются в новое тело, то в том, что они не помнят ничего из предыдущих воплощений, есть определенный смысл. Джейн вздохнула. «Что-нибудь придумаю. Кривая вывезет».

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Агент В36

Великолепный трехэтажный особняк из фиолетового камня, с внутренним двориком, фонтанами и цветниками, сиял не только от голубых лучей весеннего солнца. Не только цветущий Саргонд был тому причиной. Дом светился изнутри. Молодая девушка лет восемнадцати, пританцовывая и напевая что-то себе под нос, со скоростью звука перемещалась по комнатам, залам и лестницам, делая двести дел одновременно. Ее стройная фигура мелькала то в одном, то в другом окне. Стильный брючный костюм темно-алого цвета, черные как смоль волосы с алой заколкой в тон костюму, яркий макияж свидетельствовали, что их обладательница куда-то собралась.

Мариса была в самом великолепном настроении. Невообразимый творческий и душевный подъем делали ее почти невесомой. Хотелось прыгать, танцевать и петь. Все улыбалось ей в ответ. Вот оно, счастье! Мариса без конца кидала взгляд на телефон в ожидании заветного звонка. Без конца доставала маленький конверт, послуживший причиной ее счастья, пробегала глазами простые строчки и целовала каждую букву. Ее приняли! Она прошла кинопробы, ее берут сниматься в кино! Она будет актрисой! Есть в жизни счастье!

Звук подъехавшей к дому машины отвлек ее внимание. «Кто бы это мог быть? Отец на научной конференции. Старший брат Крис на заседании кабинета министров. Ненавистная мачеха отправилась по магазинам». Мариса, которой тоже не должно было быть в это время дома, потому так смело и разгуливала, зная, что останется незамеченной.

- Так-так-так, сестренка! Как же это называется? - Крис стремительно вошел в комнату и строго посмотрел на красавицу-сестру. - Почему же мы не на занятиях?

- Э... уже собираюсь. Первые две лекции отменили, так что можно не торопиться. А ты почему вернулся? Что-то случилось? Ты говорил, что у вас заседание на целый день: кабинет-банкет-фуршет?

- Так и есть, я зашел переодеться на банкет. И тебе повезло: я еду в твою сторону, через медакадемию. Подброшу с ветерком!

- Не стоит, Крис. Я договорилась с Джиной. Она за мной заедет.

- Ясно. Я его знаю?

- Кого - его?

- Твоего кавалера, ради которого ты так вырядилась. Я ведь не вчера родился, Мариса. Так одеваются не для скучных лекций, а для свиданий. Так я повторяю свой вопрос: я его знаю?

- Не говори ерунды, Крис. Хочешь, я позвоню Джине, и она подтвердит...

Но брат, не дослушав, перебил:

- Хочешь, я позвоню в учебную часть вашего факультета, и они опровергнут твои слова? У меня на ложь нюх. Знаю, Мариса, ты уже взрослая. Но отец платит бешеные деньги за твое обучение в самом престижном вузе нашей галактики, а ты без всякого зазрения совести прогуливаешь занятия. Как будто другого времени для свидания найти нельзя?

- Крис, ради Бога! Я не на свидание иду. У меня деловая встреча, и ее нельзя перенести на другое время. Мы идем вместе с Джиной, а лекции потом у ребят возьмем, - поспешила оправдаться девушка.

- Вот как? И что же это такое более важное, чем твое образование? Не расскажешь брату?

- Нет... Ну хорошо, Крис, я доверю тебе свой секрет. Мы с Джиной прошли кинопробы. Нас берут сниматься в кино! Представляешь? Мечта моей жизни сбывается! Я буду актрисой! - Мариса блаженно закатила глаза и захлопала в ладоши. - Разумеется, нам дали пока маленькие роли. Но ведь это только начало!

Крис недоуменно посмотрел на сестру:

- Подожди, Мариса, я не понял. А карьера врача?

- Не начинай, мне папы хватает. Вам нужно мое медицинское образование? Я получу этот дурацкий диплом. Но работать врачом я не со-би-ра-юсь! Ни одного дня! Ты ведь, Крис, тоже - врач, а занимаешься политикой. Почему я не могу делать то, что мне нравится?

- Конечно, можешь. Просто отец... он сильно огорчится. Я помогаю ему по линии военного ведомства. А на тебя он возлагал большие надежды, что ты возглавишь его лаборатории. Он расстроится.

- Вот пока ему ничего и не говори. Я люблю отца, но мне надоело, что за меня все решают. Я хочу определять свою жизнь сама, - в этот момент зазвонил телефон. - Это, наверно, Джина. Она уже запаздывает.

Мариса взяла трубку:

- Алло!

- Добрый день, сеньорита. Могу я услышать сеньора Карлоса Ле Кар?

- Нет, к сожалению. Его сейчас нет дома. Звоните позднее.

- Извините, сеньорита, а я с кем говорю?

- Мариса Ле Кар, его дочь.

- Мариса, Вы простите за беспокойство. Дело срочное. Вам звонят из его лаборатории. У нас тут маленькая авария, а мы ни до Вашего отца, ни до его помощника Андреаса дозвониться не можем. Вы не могли бы оставить им сообщение?

- Конечно, не вопрос. Диктуйте, я записываю.

- Хорошо. «Парнас». В36 активен. Позвонить дежурному». Это все.

- Все? Странное сообщение. Но я записала. Вы не волнуйтесь.

- Большое спасибо, до свидания!

- Прощайте.

Мариса протянула листок бумаги брату.

- Крис, ты ведь едешь в сторону медакадемии? Закинь это отцу. Звонили из одной его лаборатории. Что-то у них там неладно. Его разыскивают. И про меня не разболтай! О, это меня! - Мариса снова схватила телефон и побежала к выходу. Счастье - оно все-таки есть!

- Патрик, это Карлос. Ты уверен, что наблюдается активность агента В36? - Карлос нервно комкал одной рукой переданную ему записку, а другой крепко сжимал телефонную трубку.

- Абсолютно. Мы запеленговали его корабль. Четыре часа назад он вышел из «мертвой зоны», летит в сторону Зеленой Луны, возможно, полетит дальше. Какие будут инструкции?

- Какие еще инструкции? Атаковать немедленно. Патрик, агент мне нужен живым, слышишь?

- Слышу. Я, собственно, так и подумал. Есть две сложности. Зеленая Луна - хоть и наша территория, но в связи с ювелирной ярмаркой там полно полиции. Я уж не говорю о наблюдателях Союза Доверия. Это во-первых. Во-вторых, оба наших корабля, которые сейчас курсируют в том районе, уже порядком поистратили запасы топлива. И они не вместе, летят с разных координат.

- Патрик, мне нужен этот агент! Пусть идут на подвиг и сделают все возможное и невозможное. Будь на связи. Держи меня в курсе.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Нападение Хамелеонов

«Синяя птица» второй раз за последние сутки подверглась нападению. Беды ничто не предвещало. «Тайфун», с которым корабль Джека стыковался накануне на подлете к Ассе, прилетел на встречу не один. Небольшой, но довольно юркий и храбрый патрульный вез на буксире подбитый им хамелеонский военный крейсер. В технической оснащенности революционеров прибыло. Посовещавшись немного, капитаны обоих кораблей решили с маршрута не сходить, а для медленного препровождения захваченного судна до места его ремонта сформировать команду из части своих людей. Раненый корабль со вновь образованной командой полетел прямым маршрутом в Одиннадцатую республику. «Тайфун» продолжил патрулирование своим путем. А Джек, который временно лишился половины экипажа, как и было запланировано, направился в сторону Зеленой Луны.

Тут и начались неприятности. Сначала «Синяя птица» попала в поле зрения каких-то разбойников, которые без всякого разбора нападают на одиноко летающие в «мертвой зоне» корабли. Не имея достаточного количества людей для полноценного сражения со столь агрессивным противником, Джек принял решение от прямого столкновения уйти. Быстроходной и маневренной «Синей птице» это удалось, несмотря на подбитый с одной стороны двигатель. Уклонившись от предписанного маршрута и прикрываясь плотным астероидным кольцом Краба Бордо, со всех сторон обхватывающим Зеленую Луну, корабль Джека сумел оторваться от столь навязчивого врага. Правда, для этого пришлось выйти из «мертвой зоны» и лететь по уже неконтролируемой повстанцами территории. И все бы ничего, если бы случайно, по какому-то закону невезения, навстречу «Синей птице» откуда-то из астероидов не вынырнул хамелеонский бродяга. Завидев раненый корабль, хамелеоны без всяких дополнительных команд и предупреждений перешли в наступление.

- Они что, страх и совесть потеряли? Джек, давай развернемся и поджарим их. Пусть не лезут!

- У нас нет времени на маневр, Лаерти. Мы проигрываем в скорости. А на одном двигателе, сам понимаешь...

- Черт знает что! Второе нападение за день! Они что, сговорились? Это под самым носом полиции. Куда только международники смотрят? Это просто возмутительно! За что деньги получают? Бандиты!

- За то и получают, чтобы нас поймать. Надо было лететь вместе с ребятами, слева от Краба. А здесь засадой попахивает. Арчер, что там у тебя?

- Я рассчитал наш маршрут, возможность удрать есть. Это наша траектория, - Арчер вывел голографическую карту в центр каюты. - Вот астероидный пояс, правая клешня Краба. Есть шанс нырнуть сквозь него, в этот проем, и вырулить к Зеленой Луне. Тяжеловоз за нами не пройдет, по габаритам своим не пролезет. Но, во-первых, нам надо снизить скорость почти до пешеходной, а значит, мы близко подпустим неприятеля и он может нас сильно поранить. Во-вторых, я даже не знаю, где на той стороне мы сможем заправиться. Придется садиться на планету. А это чревато непредвиденным общением с полицией.

Очередная атака хамелеонского корабля опять дала о себе знать.

- Они нас догоняют, Джек. Защита долго не выдержит их натиска.

- Сам вижу, Лаерти, - капитан стиснул зубы. - Готовимся к маневрам в астероидном поясе. Будем отрываться. Арчер, закрой правый борт защитным куполом. С нашими ранами, мы, как красная тряпка, действуем вызывающе на всех пролетающих мимо «быков». Нечего другим знать, что у нас есть повреждения.

- Есть.

«Синяя птица» еще потеряла в скорости, почти остановилась. На хамелеонском корабле было полное ликование: такой простой победы никто и предположить не мог! Судя по всему, можно и экипаж захватить в плен, и стрелять особо не придется! Однако вместо того чтобы развернуться и встретить свою смерть лицом к лицу или хоть как-то оказать сопротивление, практически захваченный корабль повернулся к хамелеонам наименее вооруженной частью - боком, и зачем-то опять включил двигатели. «Уж не в астероиды ли они собрались спрятаться? Придется их все-таки расплавить!». Капитан хамелеонского бродяги дал приказ об уничтожении корабля. Подчиненные бросились к лазерам. Но команда запоздала. Преждевременное ликование, переоценка возможностей и недальновидность руководства привели к очередной промашке. «Синяя птица» помахала неприятелям своим хвостом и скрылась из виду.

- Нет! Не может быть! Упустили! Уплыли наши деньги! Я этого так не оставлю! - капитан вражеского корабля был в неистовстве. - Еще жалеть будете, что достались полиции, а не мне! Соедините меня с международниками. Скажем, что на нас напали пираты. Кто там у нас самый разыскиваемый? «Синяя птица»? - и он в радостном ожидании потер руки.

- Что будем делать, Джек? Мы в ловушке, - Лаерти посмотрел в глаза своего друга. - Эти патрульные идут прямо к нам.

Вся малочисленная команда «Синей птицы» собралась в каюте управления. Джек, Арчер, Лаерти, Гарри, Марк и Тони тихо переговаривались между собой по-французски и тревожно поглядывали на купол, за которым вырастали корпуса патрульных кораблей. Возвращаться поздно. Следуя жесткому приказу полиции, «Синяя птица» остановилась. Сражаться - проигрышный вариант, сотрут в звездный порошок. Джейн и Таисия сидели здесь же, немного поодаль, пытаясь понять, к чему им следует быть готовыми. Только Филипп, проигравший большую часть предыдущих суток в новую компьютерную игру, по-прежнему спал и не присутствовал на оперативном совете.

- Вижу. Может, это обычная проверка документов?

- Я бы не стал на это рассчитывать. Они вооружены и идут прямо к нам, - Арчер был взволнован. - Один корабль - еще куда ни шло, но два при наших повреждениях нам не одолеть. Сдается мне, эта собака все-таки сообщила международникам про нас. И летят они по нашу душу. Что будем делать?

- Летим на Луну, - Джек пожал плечами. - Других вариантов нет. Патруль обидится, если мы вдруг развернемся и побежим, обстреляет вдогонку. На нас не написано, кто мы, а на Луне сейчас проходит ювелирная ярмарка. Туда направляется масса кораблей. Наш единственный шанс - убедить полицию, что мы частное торговое судно, летим на выставку. На борту есть недурная коллекция драгоценностей и несколько сопроводительных документов. Мы с Арчером свободно говорим по-испански. Представимся хамелеонами, постараемся заговорить им зубы.

Арчер скептически посмотрел на приближающиеся корабли.

- Ладно, если это обычная проверка документов на транспорт, и по списку прибывающих на Луну, а не паспортный контроль и идентификация личности. Ты ведь знаешь прекрасно, Джек, что у них есть наши пальчики. Хамелеоны и атланты списали на нас все преступления века. Нам жизни не хватит, чтоб отмыться от приписываемых нам грехов. Я уж не говорю об их политике «кто не с нами - тот против нас». Они убеждены, что если мы не в Союзе Доверия, то мы космические пираты. Единственные, кто здесь не запятнанные, так это Таисия с Джейн. Но они же не могут пройти паспортный контроль и за нас? А если здесь обыск проведут? Может, попытаться отбиться?

Лаерти тоже согласно кивнул.

- Или возьмем пришедших офицеров в заложники, как в прошлом году?

- В прошлом году ситуация была совсем другой, Лаерти, и боюсь, что каждый раз так отчаянно везти не будет, - Джек принял решение. - Предлагаю начать с дипломатии. Попытаемся уговорить их пропустить нас на выставку. Арчер, будешь играть роль капитана, займись бумагами по списку пассажиров. Я буду владельцем корабля и ювелирной продукции. Пойду до сокровищницы, выберу что-нибудь подходящее. Возможно, удастся откупиться, дать взятку. Так, вы, ребята, переоденьтесь в хамелеонскую форму и вооружитесь. Остальной экипаж, скажем, спит. Все по местам, что встали? Времени нет. Джейн и Таисия, пошли со мной. У меня для вас тоже дело.

Убедительный голос и уверенная походка капитана вселили уверенность и в экипаж. Они еще повоюют, поборются за место под солнцем. Джек твердым шагом, не оглядываясь, направился в одну из кают верхнего яруса, выполняющую функции большой кладовки, и именуемую экипажем между собой «сокровищницей». Джейн с любопытством пошла следом. Из разговоров команды она уже много раз слышала о наличии этой комнаты, но побывать в ней и увидеть все трофеи своими глазами ей до сих пор не приходилось.

- Джек, что происходит? Какое дело? - Таисия испуганно посмотрела на капитана.

Глаза Джейн тоже выражали немой вопрос.

Джек перешел на английский язык.

- Девушки, у нас проблемы. Нам предстоит встреча с двумя патрульными кораблями, которые, вероятно, в курсе того, что мы участвовали в перестрелке по ту сторону астероидного пояса. Конечно, мы оборонялись, но мы нарушили законы КСД. Полагаю, объяснения с полицией не будут легкими, хотя мы и переоденемся в хамелеонскую форму. Я хочу, чтобы вы тоже переоделись, но не в форму, а в гражданскую одежду. Стыковка у нас планируется на среднем уровне. Я включу на ваш этаж селектор, вы будете слышать наши переговоры, все, что происходит в каюте управления и на среднем ярусе. Если что-то пойдет не так (возможно, нас даже задержат), то действовать вам придется по обстановке. Я рекомендую вам сделать вид, что вы не с нами: гражданские лица, случайно оказавшиеся на борту нашего корабля. Не думаю, что полиция будет к вам пристрастной. Пока оставайтесь здесь и не паникуйте. Мне пора.

Джек выбрал себе дорогой костюм, не глядя пересыпал в пластиковый пакет содержимое одной шкатулки, открепил от ее донышка какие-то бумаги и развернулся, чтобы идти. Девушки в растерянности переглянулись.

- Джек! - Таисия заговорила по-французски. - Джек, все так плохо, что даже необходим этот маскарад? А как же вы?

Джек кивнул и тоже ответил по-французски.

- Этот маскарад, Таисия, единственный способ остаться вам в живых, а если повезет, то и на свободе. Ваших пальчиков у них нет. Что же касается нас, то нас спасет только чудо. Но я, право, не знаю, откуда оно может на нас свалиться, - капитан пошел переодеваться.

Таисия шумно выдохнула.

- Нет, я так не могу.

- Чего не можешь? - переспросила Джейн.

- Сделать это. Притвориться, будто я не с ними. Я член экипажа, и буду считать себя предателем, если от них отрекусь. Я не могу. Тебе придется наряжаться одной, Джейн. Ты ведь действительно не член экипажа. Тебя они не тронут. Здесь полно одежды, документов разных. Можешь выбрать все, что хочешь.

Таисия скрылась.

- «Не могу, не могу!» - передразнила Джейн, разглядывая сокровищницу и горы разных вещей, одежды, обуви, косметики и парфюмерии. - Что ж... а я могу. Да. Значит, говоришь, Джек, продаем драгоценности? А ты, капитан, молодец! Соображаешь! - Джейн открыла еще одну шкатулку. «Красота неописуемая!». - Хорошо, помогу тебе сделать их рекламу. Сыграем дуэтом.

Минут через пятнадцать после всех описываемых событий «Синяя птица» осуществила стыковку с одним из патрульных кораблей, а еще минут через пять военный офицер в сопровождении четырех вооруженных солдат предстали взору команды.

- Добрый вечер, господа! - на чистом испанском языке, радушно улыбаясь, приветствовал их Джек. - Позвольте представиться, Альберто Динеро. Владелец этого корабля, а также торговой марки «Бриллиантовое сердце», которую мы едем представлять на ярмарке. Наши часы, цепи и браслеты становятся все более популярными в современном мире. А чем обязаны мы в столь поздний час визиту полиции?

Офицер немного растерялся. Он ожидал увидеть здесь банду разбойников, встретить отчаянное сопротивление, но никак не улыбку вполне приличного человека, судя по всему, еще и соотечественника. «Впрочем, и приличные с виду люди тоже могут оказаться на деле не теми, кем кажутся. Проверить все равно не мешает».

- Капитан Эрнесто Маркес, полиция Зеленой Луны. Простите за вторжение. Мы ищем особо опасных преступников.

- Здесь? На нашем корабле? Кто же это? - Джек перевел недоуменный взгляд на Арчера, также с потрясающим чувством актерского мастерства играющего роль капитана корабля.

Офицер поправился:

- Нет, господин Динеро. Мы ищем преступников в космосе, в пределах границ Луны. Мы получили сообщение, что по нашей территории курсируют пираты. Более того, нам известно, что их корабль поврежден. У нас есть предписание на досмотр всех прибывающих кораблей. Это проводится исключительно в целях безопасности. Прошу отнестись с пониманием.

- Конечно, конечно! Безопасность превыше всего! - сердце у Джека почти остановилось. - Но как? Страховая компания уверяла нас в полной безопасности наших сокровищ! А вы говорите, что здесь свободно разгуливают пираты! Вы думаете, они решат поживиться золотым фондом ярмарки? И не побоятся столь дерзкого ограбления?

- Уверен, что у них ничего не получится. Они даже близко не подлетят к Луне. По тревоге подняты все патрульные. У нас муха не проскочит. Поэтому мы и проверяем всех, и Ваш корабль не исключение. Приготовьте, пожалуйста, документы на проверку, список пассажиров, и где Ваш экипаж?

- Кто-то на посту, кто-то уже спит. По нашим часам почти ночь, - Джек виновато улыбнулся. - Но, если есть необходимость, можно и разбудить. Луис, принеси список.

Арчер с замирающим сердцем, но с улыбкой профессионального игрока, подошел к компьютеру. Джек, как в замедленном кино, отсчитывал секунды. Секунды, оставшиеся до начала конца. Он сделал все, что мог. «После просмотра списка будет обыск, перестрелка, арест. Ждать каких-то чудес с неба не приходится. Кстати, о небе». Джек поднял голову и посмотрел наверх, на балконы. Ему вдруг показалось, что он слышит чьи-то шаги. Или не показалось?

По верхнему ярусу действительно простучали каблучки. А следом за ними послышалась живописная брань на чистейшем испанском языке. Звонкий голос их гостьи, как оказывается, далеко не атлантки, требовательно посылал вопросы на весь корабль, сотрясая воздух и стены.

- Альберто! Альберто, черт бы тебя побрал! Сколько можно ругаться по одному и тому же поводу? Почему я должна ждать тебя на ужин по два года? У тебя что, ноги к полу приросли, или забыл дорогу? Знаешь, милый, если ты опять висишь на телефоне со своими банкирами, то я вот что придумала. Давай разведемся! Женись на своих страховщиках или компаньонах, ужинай с ними, и целуйся с ними тоже! А мне надоело! Права была моя мама, когда говорила...

Джейн вывернула из-за балкона и остановилась на верхней ступеньке лестницы. Гнев на супруга мгновенно сменился растерянностью при виде посторонних, да к тому же еще и полицейских, а затем и вовсе поменялся на приветливую улыбку. Какие бы трудности и проблемы ни возникали в рамках семьи, но сор из избы выносить на людях не следует.

Выход девушки был эффектным. Большой театр в лице Джейн потерял великую актрису. Никакой доли наигранности, никакой фальши. Естественные человеческие эмоции и взаимоотношения. Взору всех присутствующих предстала яркая темпераментная девушка, несколько избалованная высшим обществом. Волнистые каштановые волосы немного небрежно, но все равно элегантно, были уложены на затылке. Несколько выпавших из прически локонов, либо наоборот - специально оставленных не забранными, придавали лицу кокетливое выражение. Вечерний макияж оттенял прозрачные изумрудные глаза, легкие ямочки, играющие на щеках. Длинное вечернее платье из темно-зеленого шелка гармонично облегало по-настоящему соблазнительную фигуру. Закрытую платьем грудь и шею с лихвой компенсировали открытая спина, плечи и боковой разрез подола, который при желании мог показать несколько больше, чем допустимо приличиями. Бриллиантовые серьги, дорогие браслеты на руках, тонкий аромат духов подчеркивали вкус девушки. А аккуратные босоножки, состоящие фактически из одних каблучков да шнурков, дополняли этот женственный, с явным намеком на интимность, ансамбль.

- Что она делает? - с ужасом в голосе шепотом спросил Лаерти у Гарри. Спрятавшись за противоположным балконом и держа под прицельным огнем незваных гостей, представители экипажа «Синей птицы» на какое-то мгновение потеряли дар речи - настолько это представление стало для них неожиданным. - Да она нас сдаст с потрохами. Она не атлантка! А этот офицер - ее соотечественник!

- Тише, Лаерти. Возможно, у нее есть какой-то план.

Джейн тем временем уже спускалась по лестнице навстречу Джеку и полицейским.

- О! Sorry! Простите, господа, за небольшой шум! - Джейн мило улыбнулась и, подойдя к Джеку вплотную, укоризненно на него посмотрела. - Я не знала, что у нас гости, а ты мог бы предупредить меня и не выставлять свою супругу в таком неприглядном свете!

Видя, что Джек все еще в ступоре, сраженный ее великолепием и свободным владением испанским языком, она обернулась к офицеру:

- Грета Динеро. Супруга этого умного и талантливого, но, к сожалению, часто рассеянного господина. Кому имею честь быть представленной? И чем мы обязаны столь позднему визиту?

- Э... Полиция Зеленой Луны, сеньора. Капитан Эрнесто Маркес. Простите, это я отвлек Вашего мужа от повседневных дел. Не хотел вносить раздор в Вашу семейную жизнь. Это не намеренно. Я здесь по долгу службы.

- О! Понимаю. «Geschдft ist Geschдft!», как говорят наши друзья немцы. Дело есть дело. Да? А почему вы стоите в дверях? Альберто, ну как можно? Вообще-то, сеньор Маркес, мой супруг очень радушный человек. Просто, когда по полгода путешествуешь в космосе и общаешься с внешним миром только по телефону, можно отвыкнуть от Саргондского гостеприимства, - Джейн озорно улыбнулась полицейским, и в ее темно-зеленых глазах заплясали чертики. - Знаете, мы собирались ужинать. Может быть, вы составите нам компанию? Обсудите все свои дела за бокалом хорошего вина? А?

Офицер сконфузился.

- Премного благодарны, сеньора. Но мы на службе. Нам не положено. Обеспечиваем безопасность Луны. Проверка документов. И на Вашем корабле тоже.

- М-м-м, что ж, не буду вам мешать, - Джейн печально вздохнула. - Придется мне все-таки ужинать сегодня в одиночестве.

- Дорогая, уверяю тебя, капитан не задержит нас долее, чем требует того проверка документов, - Джек наконец-то пришел в себя и включился в спектакль. - Луис, что со списком?

- Вот он, пожалуйста.

Арчер подал подкорректированный список пассажиров, предварительно включив туда Джейн в качестве супруги владельца корабля. Джейн прошла несколько метров и присела в мягкое кресло рядом с маленьким столиком. Взяла какой-то журнал с картинками, изредка бросая игривые взгляды в сторону мужчин. Офицер полиции углубился в чтение списка, ощущая на себе внимание этой обаятельной девушки. Никогда прежде он не чувствовал себя таким дураком:

«Обыскивать своих соотечественников, да еще столь приятных людей! И со списком пассажиров у них все в порядке, и со всем остальным наверняка тоже. Представить, что на пиратском военном корабле, который только что побывал в серьезной перестрелке, может разгуливать подобное очаровательное создание, как-то не очень легко. Но, опять же, должностные инструкции обязывают...».

- Да, со списком все в порядке. Члены экипажа тоже жители Саргонда? - только ради того, чтобы что-то спросить, задал свой вопрос офицер.

- Разумеется, у нас замечательная команда. Проверенные люди, всю жизнь посвятившие космосу. Если честно, не хотелось бы их сейчас будить. Многие спят после суточного дежурства.

- Конечно, я не возражаю, - офицер понимающе кивнул. Он бы тоже нервничал, если бы его на ужин ждала такая супруга. - Сомневаюсь, что они в своих каютах прячут космических пиратов. Я, пожалуй, только осмотрю Вашу технику.

У Джека похолодело внутри. «Ну вот, начинается!».

- Пиратов? - Джейн оторвала голову от журнала. - Господин капитан, Вы сказали - пиратов? Вы ищете здесь пиратов? Разве в этих широтах бывают пираты?

- К сожалению, да, сеньора. По оперативной информации, на нашу территорию прорвался один из пиратских кораблей. И не абы какой! Сам капитан Джек Карно, один из наиболее опасных и неуловимых международных преступников. И его корабль «Синяя птица».

- Капитан Джек Карно? Подождите-подождите, это тот самый, который... О, Боже! - Джейн привстала с кресла и снова подошла к полицейским. Было заметно, как девушка побледнела. - Я слышала о нем столько ужасов!

- Грета, - Джек приобнял свою гостью за талию, - люди всякое порасскажут. Не принимай близко к сердцу. Половина из того, о чем судачат люди,- неправда.

- Да, но, значит, вторая половина соответствует действительности! Боже!

Джек крепче притянул к себе девушку и заглянул в ее глаза: «Не выдавай нас, пожалуйста!».

- Дорогая, я тебе уже говорил, и повторяю снова. Здесь, на этом корабле, пока я рядом, ты в безопасности, как в храме. Тебе абсолютно ничего не угрожает!

Джейн покачала головой. «Джек Наивный! Неужели ты и впрямь испугался, что я вас выдам?».

- Альберто, все равно это ужасно! Я теперь спать спокойно не смогу. А Вы, капитан Луис, тоже хороши! Вы обещали моей матери, что мы полетим самыми безопасными маршрутами, а в итоге?

Арчер укоризненно посмотрел на полицейских: «Зачем же так пугать слабое создание?».

- А мы и летим самым безопасным маршрутом. И такое обилие полиции должно придавать Вам большей уверенности, сеньора. Эти храбрые люди сделают все, чтобы Вас никто не потревожил.

- Да, в этом можете не сомневаться! - офицер попытался реабилитировать свою промашку. - И Джек Карно, и экипаж его пресловутого корабля сегодня будут пойманы. Патрульные проверяют все корабли, а в космопорту паспортный контроль - идентификация личности. Мы их поймаем, сеньора. Вопрос лишь в том, чей патрульный корабль сможет заработать сегодня 500 тысяч космо, обещанную правительством хамелеонов награду за головы пиратов.

Джек снова почувствовал, как нехорошо сосет под ложечкой. Джейн не должна была знать, кто они на самом деле. И уж тем более - о награде за их головы. Во всяком случае, не сейчас. Все это время они бессовестным образом ей врали. Как бы теперь не пришлось им за это расплачиваться.

- 500 тысяч космо? - Джейн едко заметила: - Однако! И это за голову какого-то разбойника?

Лаерти и Гарри на балконе опять переглянулись.

- Ну, - Джек пожал плечами, - видимо, этот разбойник - необычный человек, раз правительство оценило его так дорого.

- Очень опасный человек, - добавил офицер. - Но вам, правда, нечего бояться. Мы его поймаем.

- Да, Вы меня несколько успокоили, - Джейн поежилась. - Что ж. Спасибо Вам, капитан Маркес, за Вашу заботу. За то, что предупредили нас о возможной опасности. За то, что бережете, за Вашу службу, - девушка протянула руку для прощального рукопожатия. - Знаете что? Когда Вы переловите всех этих ужасных преступников, приезжайте к нам в гости, на Саргонд. Мы живем в столице. Наш особняк слева от Атлантского посольства. Найти легко. Мы с супругом будем Вам рады и с удовольствием посмеемся над нашими сегодняшними страхами. Я познакомлю Вас со своей мамой, она необыкновенная женщина, и очень уважает военных. Правда-правда! Приезжайте, не стесняйтесь. Я, с Вашего позволения, не пойду Вас провожать. Здесь крутые ступени, а я на каблуках. Альберто, ты проводишь гостей? Я буду ждать тебя в столовой. Всего доброго, господа.

Джейн ослепительно улыбнулась на прощание, развернулась на каблуках и плавной походкой, сопровождаемая восхищенными взглядами всех присутствующих, стала подниматься вверх по лестнице.

Полицейские засобирались к себе на корабль. Капитан Эрнесто Маркес не забыл, что собирался проводить обыск, но, будучи человеком воспитанным, не мог не заметить тонкого намека на нежелательность дальнейшего здесь присутствия. Приход полиции не только нарушил распорядок дня на этом корабле, но и доставил этим милым людям много переживаний. А проводить обыск, который заведомо даст отрицательный результат, просто ради того, чтобы соблюсти букву закона,- тоже несерьезно.

- И Вам всего доброго, сеньора! Сеньор Динеро, не буду больше злоупотреблять Вашим временем. Заставлять ждать Вашу супругу - преступление. Таких женщин надо беречь.

- Не могу с Вами не согласиться, капитан Маркес, - Джек засиял от счастья. - Луис, готовьтесь к старту корабля.

У капитана полиции тревожно запищала рация. Джек и Арчер переглянулись. Джейн, поднимаясь по лестнице, замерла в ожидании дурных вестей. Тони и Марк затаили дыхание. Гарри и Лаерти крепче сжали оружие. Нервы всех напряжены до предела. Если это опять по их душу, то надеяться еще на что-то уже не приходится.

- Да, слушаю!

- Эрнесто, мы нашли их, получен сигнал с пассажирского корабля у входа в астероидный пояс. Там идет перестрелка. Наверняка это они! Если у вас все в порядке, то давайте туда, на помощь.

- Да, мы здесь закончили. Все чисто. Можно пропускать этот корабль.

Капитан еще раз раскланялся и покинул «Синюю птицу». Джейн присела на одну из ступенек лестницы, засмеялась. «Придурки! А еще в полиции работаете! Людская природа - она везде одинакова».

В кабинете Карлоса Ле Кар зазвонил телефон.

- Карлос, это Андреас. Ребята сообщили, что операция успешно проведена. Агент В36 захвачен. Скоро его привезут. Правда, для этого нашим людям пришлось атаковать пассажирский корабль, прямо под носом полиции. Но ты говорил, с такими мелочами не стоит считаться. Инсценировали все под банальное ограбление, думаю, спишут на космических пиратов. Какого-нибудь революционера Джека. Прошло все чисто. Не наследили.

Карлос улыбнулся. «Приятно чувствовать себя богом».

- Отличная работа. Буду ждать.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Хамелеон по сути

- Арчер, бери курс на Левую клешню Краба. С внутренней стороны она рыхлая. Там есть где спрятаться. Отсидимся за одним из астероидов. Затем решим, что делать дальше.

- Хорошо, Джек. Но там нет сквозного прохода. Все равно придется либо лететь на Луну, либо идти к выходу, а у нашего хамелеона, боюсь, терпения может оказаться больше, чем у нас топлива.

- Ладно, решим. Давайте с Тони к машине. Я сейчас подойду, - Джек тоже опустился на ступеньку лестницы.

Сейчас, когда опасность миновала, вставать и куда-то идти не было сил. Его глаза встретились с глазами Джейн. Чертики в зеленых омутах все еще плясали. С лица не сходила хитрющая улыбка. На щеках проступил природный румянец. А их гостья не просто красивая, а сказочно красивая! В вечернем платье, при прическе и макияже, она походила сейчас на принцессу. Джек поймал себя на мысли о том, что Джейн и правда, как подметил Гарри, ему очень-очень нравится, и он, как дурак, уже несколько минут сидит и беспричинно улыбается - ей, себе, всему свету!

- Так-так-так. Сеньора Динеро, значит!

- Но, Джек! Ты сам сказал - действовать по обстановке.

- Не оправдывайся. Спасибо, что не выдала нас, и вообще...

- И вообще она врунья! - Лаерти, мрачнее тучи, неожиданно возник из-за спины Джека и стал спускаться по лестнице. - Я тысячу раз говорил, что она не атлантка, хоть бы кто-то ко мне прислушался! Вот, получите! Пригрели на своей груди хамелеона!

- Лаерти! Как ты можешь? Извинись сейчас же перед Джейн!

- За что это, собственно? Я лишь называю вещи своими именами. Она лжет. Говорила, что атлантка, а ею на самом деле не является.

Джейн поднялась, чтобы уйти:

- Да, Лаерти,- лицо ее вновь стало непроницаемым.- Но и ты, к сожалению, не торговец парфюмерией.

- Джейн! Лаерти! - Джек тоже поднялся. Предвиделась очередная словесная перепалка. - Ну ради Бога, перестаньте ругаться! Лаерти, если бы не Джейн, мы бы уже были на пути в тюрьму! Она нас спасла!

- Я ее об этом не просил! Мы бы и без нее справились! Где гарантия, что она завтра же не сдаст нас своим соотечественникам?

- Лаерти! - Джек не знал, как заставить друга замолчать.

- Мои соотечественники, Лаерти, - парировала девушка, - не интересуются пиратами.

- Мы не пираты, чтоб ты знала!

- А я не хамелеонка, чтоб знал ты.

- Ой, я сейчас расплачусь! А свободное владение испанским языком, без какого-либо акцента, это так - пшик? Не доказательство? Да ты даже внешне на них похожа, и манерой поведения тоже!

- Возможно. Я и старалась выглядеть похожей. А если бы я сейчас заговорила свободно на китайском языке, без какого-либо акцента? Ты бы, конечно, решил, что я китаянка?

- А что, это, по-твоему, не логично?

Джейн саркастически улыбнулась.

- У женщин хотя бы женская логика есть, у вас же, мужчин, совсем никакой. Пойду переоденусь. Ночь уже. Спать пора.

Джейн молча поднялась по лестнице. «Спорить с Лаерти смысла нет, вовек не переспоришь».

- Нет, Джек, ты видел? Это возмутительно! Она даже не пытается оправдываться или хоть что-то объяснить.

Джек вздохнул, тоже развернулся и пошел по другой лестнице, оставив своего друга в одиночестве.

- Нет, ну а что я не так сказал? - Лаерти в поисках правды поплелся следом.

В каюте управления стихийно возник оперативный совет. Даже пришедшая сюда Таисия включилась в словесные баталии:

- Разумеется, сейчас Джейн ничего не расскажет. Ты ее обидел, Лаерти! Она всех нас спасла, а ты...

- А я, Таисия, говорю то, что есть. Эта девушка для нас опасна: она все знает о нас, а мы о ней - ничего. И 500 тысяч космо на дороге не валяются, особенно для девицы без определенного места жительства и рода занятий. Она нас сдаст, и тогда уже будет поздно что-либо предпринимать.

- Перестань, Лаерти, - Джек вступился за свою гостью. - Джейн мне кажется приличным человеком. У нее была возможность нас выдать, но она не сделала этого.

- Конечно, не сделала. Стоя под прицелом, и ты бы ничего не предпринял! А где гарантия, что завтра она не выкинет какой-нибудь фокус? Не далее как вчера она утверждала, что является атланткой. И вы ей верили. Офицеру полиции она показалась твоей супругой. Сейчас придумает что-нибудь новенькое. Морочить людям головы у нее получается хорошо, вы это только что видели. И сколько так будет продолжаться?

- А что ты предлагаешь? - спросил Марк. - Ее негде здесь высаживать. На Луну зайти мы не можем - не пройдем паспортный контроль. До ближайшего безопасного для нас международного порта далеко. Не на астероиде же ее высаживать! Или предложишь Джейн под арест посадить?

- Я об этом вам и твержу! Все время, а это неизвестно еще как долго, она будет с нами, а значит, мы не можем чувствовать себя в безопасности. Хочет Джейн того или нет, нужно допросить ее с пристрастием. Я уже предлагал «малинку». После этого наркотика человек и не помнит вовсе, что его допрашивали. Тем более, если вколоть препарат человеку ночью, пока он спит.

- А также не помнит и половины эпизодов из своей жизни, - добавила Таисия. - И вообще получает кучу психических отклонений. Как медицинский работник я хочу тебе заявить...

- Как медицинский работник, Таисия, топай в медпункт. Мы тут разберемся сами, - Лаерти снова повернулся к Джеку, не замечая, как Таисия обиделась, встала и ушла. - Мы летаем в космосе не ради развлечения, Джек. Мы не можем рисковать людьми и тем делом, которым занимаемся, только потому, что девушка, которую мы спасли, кажется нам приличным человеком. Да, сегодня она нас выручила, спасибо ей. Но мы не знаем, что будет завтра. Давайте выдадим ей спасательную капсулу, и пусть летит куда хочет. Отсылаем же мы пленных на произвол судьбы - и ничего. По-моему, еще никого совесть не замучила.

Джек, не ожидая от друга подобного натиска, растерялся:

- Куда же она полетит? Она штурвал от кофеварки не отличает. Или будешь ее водителем?

- Десять раз! Пусть сидит на месте и подает сигнал бедствия. Благо, не в «мертвой зоне» уже. Кто-нибудь подберет.

- Не говори глупости, Лаерти. Я обещал довести ее до международного порта. Давай я поднимусь к ней сейчас и все выясню.

- Она будет врать, Джек, как и было до сих пор! Время для разговоров прошло. Или ты считаешь, что я не прав? Ну поставь этот вопрос на голосование. Официально. Мы ведь не пустое место в команде! И ты должен с нами как-то считаться. Здесь присутствуют помощник и старший помощник. Еще Тони и Гарри. Пусть все выскажутся.

Джек обвел взглядом свою малочисленную команду. Бунт на корабле - это опасно.

- Хорошо, пусть все представят свое мнение, по кругу. Гарри, ты первый.

- Мое мнение? Я против допроса. Я не верю, что Джейн нас подставит. Я так считаю.

- Спасибо, Гарри. Марк, ты что скажешь?

- Я - за. Я согласен с Лаерти. Очевидно, что она хамелеонка. И мы на войне, Джек. Подобрали мы ее при очень странных обстоятельствах. До сих пор о ней нам ничего не известно. Мы не имеем права так рисковать, а «малинка» не так страшна, как говорит Таисия. Да, в редких случаях бывают последствия. Но обычная же реакция - по типу похмелья. Человек не помнит предыдущий вечер и сутки мается головной болью. Пережить можно. Не страшно.

- Ясно. Ты, Тони, как считаешь?

- Я воздержался. Тот факт, что мы таким способом о ней что-то узнаем, ведь ничего не изменит?

- Ну не скажи! - встрял Лаерти.

- Нет, а что изменится? Все равно придется выбирать: либо арест, либо высадка.

- Вот мы и сможем определиться с выбором, что нам делать дальше. А иначе - как ты решишь?

Тони пожал плечами:

- Не знаю. Все равно, наверно, сначала нужно поговорить с человеком, а уж затем, если результатов не будет...

- Ясно. Арчер?

- Что, хотите сказать, мое слово - решающее? Два голоса против, два - за, один сомневающийся. Думаю, для чистоты голосования сюда надо пригласить Таисию и Филиппа.

Лаерти начал терять терпение:

- Угу, и дождаться вторую часть экипажа... Арчер, мы решаем этот вопрос здесь и сейчас. Ты можешь высказать свое мнение?

- Я ничего плохого не могу сказать об этой девушке, равно как и хорошего. Не могу определить, опасна она или нет. Я ее не знаю. Но даже когда мы выберемся из ловушки, в которой оказались, нам придется лететь в обществе друг друга по меньшей мере полтора месяца. И я бы предпочел знать, с кем мы имеем дело. Ну а какими методами мы этого добьемся - тут уж как получится. Удастся разговорить ее - я буду рад, нет - так нет. «Малинка»...

Джейн, сидя в своей каюте напротив селектора, который в силу ряда причин просто забыли выключить, скривила губы. «Да, людская природа везде одинакова». Джейн не боялась «малинки», этого наркотического коктейля: ей его уже кололи. «Эффекта - ноль, но голова потом, действительно, болит ужасно. И даже не сутки, а больше. Обидно другое. Обидно, что мне самой не предоставили право выбора. И рада бы уйти, да некуда».

- Хорошо, завтра я с ней поговорю, - Джек решил прекратить неприятную тему. - Сегодня уже поздно, и Джейн, наверно, спит.

- Вот и проверь, - Лаерти не отступал. - Если не спит - поговоришь. Если спит, то, сам видишь, какой шанс! Что тянуть до завтра? Вот, возьми сразу с собой, - Лаерти достал из аптечки дежурную ампулу, вскрыл ее, набрал полный шприц, закрыл колпачком. - Надеюсь, у тебя хватит ума не будить ее, если она уже легла? Воткни ей это в вену. Утром она ничего не будет помнить... Ты уверен, что не хочешь, чтобы мы пошли с тобой?

- Уверен.

Джек хмуро забрал шприц с мутноватой жидкостью и молча вышел из каюты. Временами, он ненавидел лучшего друга. И войну ненавидел. И то, что иногда приходится поступаться совестью,- также.

Лаерти заговорщицки обратился к старшему помощнику:

- Арчер, а мы ведь все хотим знать, что там у них будет происходить? Как насчет видеонаблюдения кают верхнего яруса?

- Подглядывать за своим другом и капитаном, Лаерти,- это низко, хотя... - Арчер вздохнул. - Учитывая все обстоятельства, а также скрытный характер Джека, который нам и половины всего не расскажет... И потом, если мы ему не проболтаемся, он и не узнает...

Экипаж, краснея от стыда и сгорая от любопытства, прильнул к экрану.

Джек постучался в каюту своей гостьи и приоткрыл дверь.

- Джейн, ты не спишь? Можно войти?

Девушка улыбнулась и встала из-за стола навстречу капитану.

- Входи. Почему ты спрашиваешь? Это же твой корабль, и все помещения здесь твои. Ты можешь ходить куда хочешь.

- Да, но пока ты тут живешь, это твоя каюта, и при желании можешь сюда никого не пускать. Я боялся, вдруг ты уже легла. Время позднее, не хотелось тебя будить.

Джек смутился под пристальным взглядом зеленых глаз. Он был искренне счастлив, что Джейн еще не спит, и у него есть возможность побеседовать с ней мирно.

- В общем-то, я собиралась, но у меня маленькая авария. Сломалась на платье застежка, сзади, на шее. Я не могу его снять. Хотела попросить Таисию мне помочь, но ее нет в комнате, видимо, вышла. Может быть, Джек, ты мне поможешь? А то я просто задыхаюсь в этом шелке.

- Дай взгляну.

Джейн подошла к капитану вплотную, повернулась спиной, подняла к затылку непослушные локоны. «Интересно, сможет вколоть или, правда, порядочный?».

- И кто придумывает такие замысловатые застежки? Повернись к свету.

Джек попытался распутать сложное сплетение декоративных цепочек, колец и разного рода висюлек на замочке. Открытая спина, плечи и тонкий аромат духов девушки всячески отвлекали его от этой важной миссии. Застежка открылась, но отпускать от себя доверчивую фигурку не хотелось.

- Ну вот и порядок. Готово.

- Спасибо, - Джейн поймала на груди невесомое платье, чтобы не потерять. - Можно, я переоденусь?

- Конечно. Хотя тебе очень идет это платье.

Джек отвернулся. Подошел к противоположной стене и нажал какую-то встроенную кнопку. Включилась голубая подсветка на стене, по толстому оргстеклу тотчас поплыли разноцветные электронные рыбки, пузырьки воздуха, водоросли. Подводная сказка, и только.

Джейн тем временем, спрятавшись за дверцы шкафа, переодевалась в свой обычный костюм: брюки, футболка, куртка. Удобно и практично. И не надо на каблуках ходить.

- Разумеется, идет. Но не ходить же в нем вечно? Спасибо за прокат вещей.

Девушка вышла из-за шкафа и стала снимать с себя серьги. От вечернего наряда почти ничего не осталось. Прежняя Джейн. Но нет. Что-то в ней определенно изменилось. И, наверно, дело даже не в прическе и макияже, не в аромате духов и зардевшемся румянце. Глаза. В них все еще сидели два маленьких бесенка. Да хитрая улыбка не сходила с алых губ.

- Не за что, Джейн! Тебе спасибо, что нас спасла. Эти серьги как на тебя наговорены. Оставь их себе. Пусть они будут скромным подарком нашего экипажа. И носи их как можно чаще, драгоценности тебе очень идут.

- Вот как? Что ж, благодарю, - Джейн сунула сережки в карман брюк. - Будешь что-нибудь - чай, кофе, вино? День выдался нервный. Там, слева от тебя, полный бар, я кроме шипучки еще ничего и не брала. Достань что хочешь, - она присела на стул и стала распутывать ремешки босоножек.

- Я не против, - капитан подошел к бару, попутно придумывая, как же ему перейти в разговоре на волнующую всю команду тему. - А ты какое вино предпочитаешь?

- Я не пью спиртные напитки. Составлю компанию газировкой.

- М-м-м. Впервые встречаю непьющего человека. А где ты так хорошо научилась говорить по-испански? Я даже не могу на слух определить, какой язык твой родной, английский или испанский? На обоих изъясняешься чисто.

- А! - Джейн отмахнулась. - Один мерзавец научил.

- Вот так благодарственный отзыв об учителе!

- Почему? - Джейн на секунду оторвалась от обуви. - Я ему благодарна... за науку. Но от этого он не перестает быть мерзавцем. А где так хорошо научился говорить ты?

- Я? - Джек наконец-то определился с вином, которое будет пить, отошел от мини-бара и сел за стол, напротив Джейн. - Я много общаюсь с разными людьми, везде учусь чему могу. Где-то Филипп помогает. Он настоящая ходячая энциклопедия, на пяти языках говорит свободно. А как к нему ни зайдешь, он в игрушки играет. И когда все успевает изучать - непонятно, - Джек откупорил бутылку и наполнил бокал. - Мне доводилось как-то случайно, скажем, проездом, побывать в хамелеонской элите, понаблюдать, как себя ведут мужчины, женщины. Я не удивлен, что полиция тебе поверила. Выглядело все натурально, один в один.

- Да, я рада, что эти дураки поверили.

- Боюсь, что поверили не только эти дураки.

- Ну если ты еще про Лаерти! - Джейн искренне рассмеялась. - Передай этому дураку, что мне тоже довелось пробегом побывать в хамелеонской элите. Твое здоровье! - бокал газированной воды девушки со звоном ударился о бокал вина Джека.

- Зря ты так о Лаерти. Он иногда резковатый, конечно. Но он хороший. Не понимаю, какая кошка между вами пробежала?

- А вы с ним давно дружите? - Джейн с интересом разглядывала капитана. - Ты ему доверяешь?

- Да. Полностью доверяю.

Девушка улыбнулась себе под нос. Она-то слышала по селектору, что Лаерти и не такой святой вовсе. «Интересно, после слов Джека ему хоть немножко стыдно?».

Джек тем временем решил перейти в наступление:

- Откуда ты, Джейн? Где твоя родина?

- Если считать родиной то место, где ты родился, то ваш корабль - мне родина, - Джейн горько усмехнулась. - Я не хамелеонка, Джек. Хоть ты мне и не веришь.

- С чего ты взяла, что я тебе не верю?

- С того. Иначе ты бы сюда не пришел. Вне зависимости от того, что бы там ни внушали тебе твои друзья.

- Я не понимаю, о чем ты?

- Думаю, понимаешь. Селектор - полезное изобретение человечества, Джек, особенно если он включен и его забывают выключить, а все по инерции продолжают общаться по-английски. Я все слышала, и не вижу смысла сопротивляться. Бежать мне некуда. Мы в космосе. И я на твоем корабле. В твоей власти. Коли.

Джейн протянула вперед руку для укола.

- ЧТО? Я поговорить с тобой пришел!

- Правда?.. Что ж, поговори. Я тебя слушаю! - девушка поставила локти на стол, сцепила пальцы в замок, опустила на них свой острый подбородок и прямо посмотрела на Джека. - Ну?

- Ну... - капитан потупил глаза. - В общем... Для начала я хотел извиниться за то, что не открыли тебе правду с самого начала. Ты и без нас натерпелась и была очень напугана. А потом... ложь - она ведь как снежный ком: стоит один раз сказать неправду - и дальше уже не представляешь, как распутать. Мы не такие плохие, как о нас говорят хамелеоны. Я, в принципе, не хочу оправдываться в том образе жизни, какой мы ведем. Просто ты тоже пойми нас. Мы - вне закона. И то обстоятельство, что ты теперь в курсе, кто мы, ребят сильно встревожило. Мы не знаем, кто ты, чего от тебя ожидать. Вот... Ты не хочешь ничего о себе рассказать?

- Нет, не хочу. Для чего?

- Как - для чего? Чтобы мы представляли, откуда ты, кто ты, каковы твои дальнейшие планы.

- А зачем? Тони ведь прав, Джек. Ничего не изменится. Ну узнаешь ты мое настоящее имя - что дальше? Во-первых, ты все равно не сможешь проверить мою историю. А во-вторых, ты сам сказал, ложь - она как снежный ком. Из нее выбраться очень нелегко. Вы больше не будете мне верить. Так что не стоит и пытаться.

- Уверен, что стоит. Может, все-таки попробуем? - Джек с надеждой посмотрел на собеседницу.

Джейн горько усмехнулась и отрицательно покачала головой.

- Что тебе рассказать? У меня нет дома, Джек. Нет семьи, работы, друзей, документов. Сначала я хотела сойти с вашего корабля на первой попавшейся населенной планете. Без разницы - где, потому что меня никто и нигде не ждет. Потом, когда я немного лучше узнала твою команду и ваш кочевой образ жизни, я поняла, что с вами интересно. Я нахожу много нового, чему-то учусь. Это совершенно другая жизнь, непохожая на мою. Меня даже посетила такая яркая и бредовая мысль: а не предложите ли вы мне остаться? Я могла бы делать здесь что-нибудь полезное... Не важно. Твой экипаж меня не принимает. Я много раз пыталась наладить общение, но ничего не вышло. Из полутора десятков человек со мной готовы разговаривать лишь двое - Гарри да Филипп. Так что я решила сойти на Марте с вашего корабля. До сегодняшнего дня, во всяком случае, это и было моими ближайшими планами. Только я не успела ими поделиться с вами до нападения.

- Где сойти? На Марте? В этом криминальном месте? Ушам не верю, Джейн! Марта изначально была русской планетой. Тихой и мирной. Но так было давно. Она находится на пересечении основных транспортных путей. Кто только там не осел за последние десятилетия! Марта уже далеко не та, как о ней пишут в учебниках, туристических справочниках и аннотациях. Сейчас на этой планете слишком шумно, людно и грязно. Приличной девушке там не место. Послушай, Джейн. Ты для нас сегодня очень много сделала. И я уверен, что остальной экипаж, когда узнает, поменяет свое отношение к тебе. Но доверие - его так просто не заслужить. В первую очередь команда хочет все о тебе знать и...

- Доверие? Ты сказал - доверие, Джек? - две молнии сверкнули в ее глазах. - Какое может быть между нами доверие? С первого дня моего пребывания на «Синей птице» вы мне все как один врете! Международные преступники, пираты, выдающие себя за торговцев! Вы меня боитесь? У вас нет причин мне доверять? Так это ведь взаимно, Джек! Вы не думали, что у других тоже могут быть тайны, которые следует оберегать? Меня ведь пытались убить, если ты помнишь! И кое-кто убежден, что ему это удалось. Ты не допускаешь, что у меня могут быть основания продолжать числиться погибшей?

- Да, но...

- Доверие, говоришь? Кому доверить мою тайну? Болтуну Гарри? Забияке Лаерти? Нет? Кому? Тебе, Джек? Тебе? Человеку, который дал мне честное слово, что здесь, в этих стенах, я гостья, что я в безопасности, что мне ничто не угрожает, и я в любой момент могу покинуть ваш корабль? И при этом явившемуся в мою комнату ночью, неся в кармане шприц с сильнодействующим наркотиком? О каком доверии может вообще идти речь? Я ничего тебе не скажу, Джек. Ты пришел меня раскалывать? Давай, коли! Бежать мне некуда. А нет - так уходи, нам не о чем разговаривать.

Девушка резко встала и подошла к электронному аквариуму. Цветные рыбки успокаивают. Возникла пауза. Минута. Две. Три. Лишь дыхание двух обиженных друг на друга людей нарушало тишину. Джейн упорно молчала. Джек не знал, что сказать.

- Прости, Джейн. Правда, прости. Ты права, причем полностью, - капитан подошел к утилизатору мусора и выбросил в него шприц. Молчание - это самый сложный аргумент, спорить с которым, пожалуй, невозможно. Джейн по-прежнему не издавала ни звука. Джек виновато вздохнул. - За всю мою жизнь мне никто ни разу не бросал упрека в том, что я не сдержал слова. Я всегда делаю то, что говорю. А сегодня чуть не стал клятвопреступником. Я благодарен, что ты меня вовремя остановила. Конечно, каждый имеет право на тайну, и ты не обязана ею с нами делиться. На нашем корабле ты гостья, и можешь сойти на любой из планет. С экипажем я разберусь. В конце концов, капитан здесь я, и им придется считаться с моим мнением и с данным мной словом.

Джек замолчал. Джейн все так же стояла к нему спиной, не желая общаться. Он выждал еще минуту в надежде хоть что-нибудь услышать, но тщетно:

- Ладно, я пойду. Уже на самом деле поздно. Прости еще раз. За все, - капитан направился к выходу.

- Джек!

- Да?

- Помнишь, как мы познакомились? - спросила, не оглядываясь, девушка.

Джек удивленно поднял брови. «Как не помнить? Но почему она об этом заговорила?».

- Конечно. А что?

- Ты тогда был очень напряжен, спрашивая, не говорит ли мне о чем-нибудь название твоего корабля - «Синяя птица». Мне оно ни о чем не говорило. В тот момент. Но меня заинтриговало, почему я должна быть знакома с этим именем. Когда вы все ушли и Таисия куда-то отлучилась, я доползла до компьютера. В медпункте он включен круглосуточно. Я вышла в Космоинтернет, сайт «Корабли и капитаны», - Джейн усмехнулась. - Ты даже представить не можешь, сколько интересных вещей я там прочитала! - она наконец-то развернулась и посмотрела Джеку в глаза. - Зайди как-нибудь из любопытства на этот сайт, почитай, что пишут. Удивишься. В общем, я не сегодня узнала о вас. И о 500 тысячах космо - тоже. Можешь успокоить экипаж, я не собираюсь вас сдавать. Если бы хотела, давно бы это сделала, еще на Лусеро.

- А... - Джек удивился. «Откуда девушка знает про Лусеро? Название населенного пункта держалось в строгом секрете. Кто из экипажа проболтался?». Джек хотел задать ей этот вопрос, но еще одна мысль перебила ход его рассуждений. - И почему же не сделала? Не нужны 500 тысяч?

Джейн пожала плечами.

- Не особо. Я же сказала, что мне не на что их потратить. Ни дома, ни семьи. И, веришь, я не сотрудничаю с хамелеонским правительством. Не говоря о том, что вы спасли мне жизнь, а у меня есть определенное понимание благодарности. Я всегда плачу по своим счетам. И врагам, и друзьям... Будем считать, что мы квиты, да?

- Согласен, - Джек широко улыбнулся.

Осознание того, что он прощен в этих зеленых глазах, заставило его сердце вновь учащенно забиться.

- Тогда спокойной ночи, капитан, - подобие улыбки вновь блеснуло на прекрасном лице.

- Спокойной ночи, Джейн.

Джек вышел из ее каюты. Идти сейчас к ребятам и выдержать очередной тур разборок не было желания. Он направился к себе. Команда в каюте управления, чувствуя себя виноватой, была рада такому решению.

Всю ночь экипаж «Синей птицы» сидел в Космоинтернете, знакомясь со всеми официальными и неофициальными сайтами, склоняющими название их корабля. Праведному возмущению экипажа не было предела.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Полиглот

Филипп Дофине, отлично отдохнувший, как всегда в девять утра пришел в столовую на завтрак.

- Не понял, а где все? Мы что, в очередной раз перешли на новое время или я что-то пропустил?

Ему никто не ответил, потому что на завтрак идти никто и не собирался. Болтливый Гарри не пошел, опасаясь проговориться о том, что экипаж в курсе разговора капитана с их таинственной гостьей. Ему даже рот для этого открывать не надо. У него все всегда на лице написано. Таисия не желала встречаться с Лаерти, который ее вчера обидел и еще не извинился. Джек опасался разговора со своими помощниками Марком и Арчером. Джейн - с Джеком. Тони после суточного дежурства обыкновенно проспал. А Лаерти, которому было все равно, с кем встречаться, заступил на вахту у электроники. Филиппу пришлось завтракать в гордом одиночестве. «Ничего, я своего не упущу. Скрытые видеокамеры - они-то, хе-хе, все видят».

- Джек, мы не помешаем? - в столовую заглянули Арчер, Лаерти и Марк. Завтрак уже давно прошел, а до обеда было пока далеко. Джек решил, видимо, поесть в одиночестве, никем не замеченным и не потревоженным. «Да уж, на нашем корабле это вряд ли возможно».

- Разумеется, нет. Вы тоже еще не завтракали?

- Завтракали. Мы пришли тебе кое в чем признаться и извиниться.

- А-а, вот оно как! Ну, если вы пришли извиняться за то, что вчера подглядывали за своим капитаном, то я вас внимательно слушаю, - Джек пристально посмотрел на лица смутившихся товарищей.

- А как ты... Откуда ты...

- Откуда я знаю? Филипп рассказал. Ну а он откуда знает - одному Богу известно. Да, хороши!

- Джек, ты прости нас.

- Да простил уже. Куда вас девать? Я не о вас сейчас говорил. Все мы хороши! Отличились!.. Ладно. Сейчас главное - решить, как будем выбираться. На Луну нам нельзя. На выходе тоже патруль.

Помощники уселись за стол. Многолетняя дружба сильнее всяких невзгод и недоразумений.

- А вернуться тем же путем, каким сюда прилетели?

- Это единственный вариант. Но нам опять придется пройти под самым носом полиции, и нет гарантии, что их не заинтересует наш странный маневр...

- Ой! Я не хотела вам мешать! - прикинув, что в это время вряд ли кто-то есть в столовой, Джейн наконец-то собралась позавтракать. Теперь она в нерешительности остановилась в дверях. - У вас здесь совещание?

- Нет, у нас здесь завтрак, Джейн. Проходи, не бойся, - капитан улыбнулся и встал за добавкой. Лаерти нахмурился. Марк заерзал. Один Арчер по-прежнему казался невозмутимым.

Джейн поняла, что она пришла не вовремя. Но уйти сейчас - выглядело бы еще более глупо. «В конце концов, столовая общая. Хотят секретничать, пусть идут куда-нибудь сами». Девушка вытащила из холодильника бутерброды, налила чай, ощущая на себе «приветливые» взгляды Лаерти.

Джек между тем продолжил, уже по-английски:

- Ювелирная ярмарка закончится через неделю. Полиция вернется к прежнему режиму несения службы. Вот тогда, думаю, и стоит прорываться к тому проходу, через который вошли.

- Угу, и где, вероятно, нас все еще поджидает хамелеон, - добавил Марк.

- Значит, будем отсиживаться дольше, чтобы он поверил, будто нас здесь уже нет. В конце концов, у него тоже могут быть какие-нибудь дела.

- Его единственная задача - это охота на нас, Джек, - добавил Арчер. - И он знает, что мы сейчас, как раненый зверь, далеко не уйдем. А пока мы отсиживаемся, он может пригнать еще парочку своих дружков. С нашими повреждениями мы легкая добыча.

- А мы не можем починить корабль, пока у нас такая вынужденная остановка? - спросила Джейн.

Лаерти хмыкнул. Арчер отрицательно покачал головой.

- В условиях космоса - нет.

- А если приземлиться на какой-нибудь большой астероид?

- Вот темнота! - Лаерти вспылил. - Тебе же сказали: в условиях космоса - нельзя! Что переспрашивать по двести раз? Было бы можно, уже давно починили! Не тупые!

- Лаерти! Спокойней! - одернул друга по-французски Джек и, уже обращаясь к девушке, добавил: - Это действительно невозможно, Джейн. Нам требуется капитальный ремонт, а это чревато полной разгерметизацией.

- А левую клешню Краба так же насквозь пройти нельзя? - озвучила она другую идею. - И выйти на ту сторону?

- Нет. Промежутки между астероидами здесь слишком маленькие. Мы по габаритам не впишемся.

- А если расширить эти промежутки?

- Каким образом?

- Расстрелять.

Лаерти безудержно расхохотался:

- Очень ценное предложение!

Джек тоже улыбнулся. Их гостья мало что понимает в вопросах космоса. Тем не менее, желая оставаться в границах вежливости, он объяснил:

- Лазер можно использовать для маленьких осколков, но надолго его мощности не хватит. А толщина этого астероидного пояса слишком велика. Это все равно что с рогаткой выходить на охоту на слонов.

- М-м-м. А протонная пушка?

- Какая протонная пушка? - Джек и Арчер переглянулись.

- Ну, геологоразведочное оборудование? Я читала в Космоинтернете, что «Синяя птица» первоначально была геологоразведочным кораблем, и конструировалась соответственно. Протонные пушки ведь и предназначены для того, чтобы взрывать твердые породы на расстоянии, не подвергая корабль опасности? И в компьютере должна быть специальная программа, позволяющая рассчитывать координаты. Это оборудование - оно нам не поможет?

Джек развел руками:

- «Синяя птица» давно не геологоразведочный корабль. Прежнее оборудование демонтировано.

- Ясно. Очень жаль. - Джейн сосредоточилась на своей тарелке. Идеи исчерпаны.

Джек тоже замолчал. В столовой повисла тишина. Один Арчер, задумавшись о чем-то своем, выстукивал по столу пальцами барабанную дробь.

- А знаешь, Джек, о чем я сейчас подумал? То оборудование, о котором говорила Джейн, оно, конечно, разобрано, но оно на корабле. Все не дошли руки его выбросить. И компьютерная программа по его использованию, наверняка, тоже сохранилась. Заархивирована за ненадобностью, но восстановить недолго.

- Нет, Арчер. Не хочешь же ты сказать, что... Нет! - Джек отрицательно покачал головой, видя утвердительный взгляд своего первого помощника. - Мы не знаем, в рабочем ли состоянии эта установка, мы ею даже ни разу не пользовались. И придется выходить в открытый космос, чтобы ее установить!

- Да, придется. А что, когда мы в последний раз выходили полетать? Я, например, уже соскучился.

Джек опять покачал головой, но теперь не столь уверенно, как прежде. Теперь это выглядело как скорее «да», чем «нет».

- Полагаешь, сможем проковырять дырку в этом астероидном кольце?

- А почему нет? Давно мы не делали гадостей местной полиции, уже почти сутки. Я не прочь похулиганить, - Арчер засмеялся. - Что скажете?

- Идея безумная, - ответил за всех Марк, - но иногда термин «безумная» следует употреблять лишь как синоним слову «великая». Спросите у Филиппа. Я думаю, должно сработать. Первооткрыватели так и проходили через астероиды, прокладывая новые звездные тропы. Почему бы и нам не попробовать?

Лаерти тоже молча кивнул. Быть второй раз обязанным своей свободой этой хамелеонке ему не хотелось, но быть запертым в ловушке под самым носом полиции радости доставляло еще меньше. Использовать пушку - это все-таки шанс выбраться.

- Чего же мы сидим? - Джек поднялся. - За работу!

Работа нашлась абсолютно всем. Только что конфликтующие между собой члены экипажа вдруг отыскали темы для разговора. Общее дело объединяет. Когда Джек с Гарри вытащили все необходимые ящики и коробки с деталями, даже страшно стало - это ж сколько лет придется их собирать? Как puzzle - и хочешь собрать мозаику, и не знаешь, как. Но потом Филипп, порывшись в компьютерных базах данных, принес инструкцию с картинками и подробными описаниями по сборке установки. Работа стала двигаться быстрее. Арчер с Лаерти уселись за компьютер и локатор, просчитывая оптимальный курс полета, с наименьшим количеством препятствий. Несколько взрывов - и они будут по ту сторону астероидов, в «мертвой зоне», без связи и с исходом топлива. Но зато на свободе. Никто не загадывал, насколько хорошо это или плохо, и что их ждет дальше. Но сидеть здесь в ловушке никто не хотел. Так и решили.

Джек и Арчер, надев скафандры и взвалив на плечи увесистую установку, вышли в открытый космос, а еще через два часа «Синяя птица» приступила к маневрам по прохождению астероидного кольца. Протонная пушка была установлена. Все затаили дыхание. Вот он - момент истины. Либо они выберутся из ловушки, либо рискуют застрять здесь навсегда. Первый же выстрел превратил большую каменную глыбу в пыль. «Синюю птицу» качнуло от взрывной волны, но магнитная защита выдержала. Программа сканирования показала, что повреждений на корабле нет.

- Ничего себе мощность! - воскликнул Лаерти, глядя на то, что осталось от астероида, точнее, на то, что от него и не осталось ничего вовсе! - Ищем себе совершенное оружие, вооружаемся какими-то дохлыми лазерами! Ты посмотри на это, Джек!

- Вижу, не слепой. Готовимся ко второму выстрелу. Дай Бог, чтобы так же удачно!

Бог услышал слова Джека. И второй, и последующие выстрелы оказались такими же результативными. Неуловимый корабль Одиннадцатой республики буквально прогрыз себе путь на свободу. «Синяя птица» снова может лететь, куда хочет. Да, шуму было много, и полиция не могла этого не заметить. Но пока разберутся что к чему - много воды утечет. Главное теперь - не задерживаться.

Ликование экипажа прервал тихий скромный голос Тони:

- Джек, впереди по курсу корабль. Без движения и с аварийной сигнализацией.

- Что? Аварийный корабль? Давайте сначала вырулим из этих обломков камней и пыли и оглядимся. А там решим. Прошу всех, кроме помощников, покинуть каюту управления. Всем спасибо за помощь, но в такой тесноте работать сложно.

Члены экипажа, не относящиеся к числу помощников, медленно начали расходиться.

- Джейн! - Филипп остановил девушку. - Ты сейчас не занята? Я наконец-то собрался сделать у себя уборку. Поможешь мне? Составишь старику компанию?

- Уборку? Ты? Сейчас? Ну, если очень надо, пошли, - Джейн молча дошла до каюты Филиппа. «Бардак - полнейший. Как в таких условиях можно жить? Уборка здесь требуется уже давно. Но почему именно сейчас?». - Ты мне хотел что-то сказать, Фил?

- Сказать? Нет.

- Но ты же не случайно меня к себе позвал? У меня такое чувство, будто ты что-то недоговариваешь.

- Возможно. Но разве я один здесь такой?

Посмотрев на стену, увешанную мониторами и вспомнив, с какой гордостью Филипп отзывался о своем хобби «наблюдать за всеми», девушка усмехнулась:

- А есть необходимость все пересказывать? Я уверена, ты в курсе последних событий.

- Разумеется. Филипп знает обо всем, что происходит на корабле... Так, я беру на себя уборку стола и содержимого этих ящиков. А ты помоги разобрать хлам на стеллаже. Идет? Неподписанные диски кидай сюда, в эту коробку, я потом с ними разберусь. Остальное нужно составить стопкой, желательно по алфавиту.

- Хорошо. Ну и...? Что ты хочешь от меня услышать?

- Ох, боюсь, что очень много. Ты неразрешимая загадка, Джейн, которую непременно хочется разгадать. Я не настаиваю, чтобы ты изливала мне душу. Но должен предупредить: не я один проявляю интерес к твоей персоне. Кто-то не поверил в твою смерть на «Парнасе». Тебя объявили в международный розыск. Эту оперативную сводку я нашел на сайте полиции вчера вечером. Хочешь взглянуть?

Филипп открыл файл на компьютере: фотография Джейн, отпечатки ее пальцев, обвинение в убийстве полицейского.

Девушка вспыхнула от негодования:

- Но... это же неправда! Как я могла организовать контрабанду наркотиков на Ассе, оказать вооруженное сопротивление полиции и при этом убить человека, если в это время я раненая лежала у вас в медпункте совсем в другой части Вселенной?

- Я об этом и говорю, Джейн. Кто-то по тебе сильно соскучился. Кто-то, у кого довольно неплохие связи в управлении полиции. Ведь просто так подобную информацию туда не поместишь.

- Что же делать? Это значит, что я не пройду ни один паспортный контроль?

- Да, ни на одной планете. Пока эту запись оттуда не стереть.

- Стереть? А это возможно?

Филипп пожал плечами.

- В мире нет невозможных вещей. Бывают лишь нереальные сроки. Во-первых, запись может уничтожить тот, кто ее туда поместил. Я не буду расспрашивать тебя об этом человеке, но ты уверена, что компромисс между вами невозможен?

Джейн отрицательно покачала головой и принялась за уборку. «Какой может быть компромисс с Карлосом?».

- Ясно, если нельзя договориться по-хорошему, может быть, повлиять на него по-плохому: шантаж, угрозы? Что-то еще?.. Тоже нет? Ну, если не через этого человека, значит, нужно искать другие выходы на информацию. У тебя есть друзья в полиции?

- Нет, Филипп. У меня нет друзей, кроме тебя, конечно.

- Тогда, как вариант, самим взломать систему и подкорректировать то, что нас не устраивает.

- Самим? Самим, говоришь? А это возможно?

- Я же тебе только что ответил. Невозможного нет.

- А как? - лицо девушки осветил луч надежды. - Как это сделать, Фил? Это ведь официальный сайт.

- Может быть, с помощью электронного вируса?

- Вируса?

- Да, труд всей моей жизни. Он уже почти готов. Я работаю над его созданием много лет. Остались кое-какие технические детали. Так что, если не будешь спешить с побегом, вероятно, я смогу тебе помочь. Тебе нет необходимости сходить с нашего корабля в таком криминальном районе, как Марта.

- Нет, Фил. Я ухожу. Это дело решенное. Сам видишь, Лаерти просто звереет в моем присутствии. И я лишняя на вашем корабле.

- Это не так, Джейн. Да, Лаерти иногда требуется хорошая трепка, а вообще он неплохой. Просто есть такой тип забияк, который не будет тебя уважать, пока не встретит достойный отпор своей персоне. Не обращай на него внимания, он и отстанет. А в целом, мне кажется, на корабле есть люди, которым ты очень даже небезразлична.

- Это ничего не меняет, Филипп.

- И что ты будешь делать?

- Не знаю. Марта - идеальный вариант. Там столько криминала, что скромная путешественница без документов не должна кого-то удивить. С русским языком у меня проблем нет. Раздобуду фиктивные документы, а там видно будет. Кривая вывезет.

- Это неправильно.

- Наверно. Но ведь каждый сам совершает свои ошибки?

Корабль немного тряхнуло.

- Что это? - Джейн обеспокоенно посмотрела на Филиппа.

- Осмелюсь предположить, что это стыковка с тем аварийным кораблем, который был у нас на пути. Не волнуйся. Если бы что-то было не так, Джек бы всех оповестил.

- Я не волнуюсь. А ты из этого графина пьешь? Вода здесь какая-то затхлая. Пойду в столовую, его промою и налью свежей воды. Я скоро, Фил.

Джейн с графином вышла в коридор. На душе ее было мрачно.

Один из мониторов Филиппа слабо пикнул. На экране высветилась надпись: «Поисковая программа завершена. Количество совпадений - одно. Вывести отчет?». Глаза Филиппа от удивления полезли на лоб. Компьютер идентифицировал личность их гостьи. Одна из множества тайн Джейн Аксер раскрыта...

Джейн задумчиво брела из столовой с полным графином воды. «Да, Филипп обрадовал, ничего не скажешь. Карлос не так-то прост - поверить в мою смерть, не видя моего тела. Что же делать теперь? Ждать, когда Фил изобретет этот нереальный вирус? Глупо. Сойти в международном порту - опасно. С другой стороны, на Марте нет обязательного паспортного контроля приезжих. И большое количество криминала тоже на руку. Затеряться легко. Главное - не пересекаться с полицией».

С верхнего яруса корабля слышались разговоры на повышенных тонах. «Они что, осуществили стыковку на верхнем ярусе? Что-то новенькое. Впрочем, меня это не касается». Джейн прошла мимо лестницы. Остановилась. Посторонние голоса, отдельно долетающие до нее слова и внутреннее чувство опасности заставили ее поменять свои планы. Девушка на цыпочках поднялась по лестнице.

«Да, „Джек бы оповестил»! Джек о нас с Филиппом и не вспомнил!». Здесь, на верхней стартовой площадке, рядом с каютой управления, собрались уже все, кроме нее с Филиппом. Шла жаркая дискуссия. Малочисленный экипаж всеми способами старался понять, что пытаются им объяснить мужчина и женщина - представители другого корабля и другой языковой принадлежности. Мужчина и женщина говорили по-китайски. По-английски зная лишь несколько слов, они твердили: «Нет! Нельзя! Нельзя открывать! Опасно!». Мотали головами и продолжали лопотать что-то на своем языке. Тупиковая ситуация.

Джек пожал плечами, обращаясь к своим помощникам:

- Может, ну их на фиг? Полетели своей дорогой, нет у нас времени задерживаться.

- Джек, да ты что! Глупо упускать такой шанс! У нас топливо на исходе. Мы можем позаимствовать его на их корабле! Вряд ли эти двое будут сильно сопротивляться. Самое главное, чтобы там еще кого-нибудь не было. - Лаерти снова обратился к китайцам, опираясь больше на жесты, чем на слова. - Э... люди. Я, Джек, Арчер, вы - мы все - люди. Другие люди, они есть на вашем корабле?

Китайцы отрицательно замотали головами.

- Ну вот, видишь? Надо сделать к ним вылазку и посмотреть, что к чему.

- Но они же не вдвоем сюда прилетели? - разумно заметил Арчер. - Где остальные, и в чем опасность?

- Да, да, опасно! - китайцы уловили в речи знакомое слово и снова что-то быстро-быстро затараторили.

- А что нам может угрожать? - спросил Марк. - Я думаю, если их корабль технически исправен, может, нам его одолжить на время? Маленький, конечно, но мы ведь не навсегда бросим нашу птичку. Слетаем на нем за подмогой, вернемся при полном вооружении и отвоюем назад свой корабль.

- Если их транспорт технически исправен, то почему они подают сигнал бедствия? - насторожился Тони.

- Почем я знаю? Может, у них капитан погиб от несварения желудка?

- Ребята, у Фила где-то специальная программа была, которая переводит, - Таисия тоже попыталась внести лепту в разговор.

- И которую он пять лет искать будет, в его-то хламе, - добавил Джек. - Ладно, одеваемся, идем к ним на корабль. Там разберемся, что к чему.

Джейн обнаружила свое присутствие:

- Джек! Вам нельзя заходить к ним на корабль! Послушай их внимательно!

- Я их и так слушаю, только не очень-то понимаю. Может быть, когда мы окажемся у них, что-то прояснится. Собираемся, ребята.

- Джек, нельзя! Я прошу тебя...

- Нет, скажите пожалуйста, она просит! - Лаерти вспылил. - Капитану виднее, как поступать! Не суйся!

- Джек, эти люди говорят, что пребывание на их корабле опасно для жизни! - Джейн проигнорировала Лаерти, что задело его еще больше. - Я могла бы...

- А-а! Ну раз такая объективная информация, то конечно! - Лаерти закривлялся. - Это ты из их белиберды вывод такой сделала? Да-а, я забыл: атлантским учителям истории ведь положено знать китайский язык! Как я раньше не сообразил! Давайте, принцесса, может быть, побудете нашим переводчиком? Кто-то нам тут лекцию читал на днях о женской и мужской логике! Ну, покажите нам, мадам, свои способности. А то тут собрались ни на что не пригодные люди!

- Лаерти! - Джек укоризненно посмотрел на друга. - Ты мне кое-что обещал!

- Да помню я, Джек, что я тебе обещал! - перешел он на французский язык. - Но если хочешь, чтобы я сдержал свое обещание, нельзя ли сделать так, чтобы наши пути не пересекались? Пусть сидит у себя и не приходит в каюту управления. А то у меня аллергия на хамелеонок! Видишь, все тело чешется! Я, конечно, понимаю, что эстетически тебе ее приятно видеть, но красивые женщины, как правило, глупые, с ограниченными умственными способностями. Не будешь ведь ты, в самом деле, прислушиваться к словам хамелеонки-вруньи? И...

Кувшин с водой с шумом разбился о стену всего лишь в полуметре над головой Лаерти, посыпая помощника капитана дождем из брызг воды и стекла.

- О, черт! Что это было?

- Да она не в себе! - прозвучало в воздухе.

- Нет, Джек, ты это видел? Она чуть не убила меня, а я говорил...

- Джейн! Лаерти! Я умоляю вас, давайте не сейчас выяснять отношения! Джейн, прояви благоразумие!

Но Джейн уже не слышала ни просьб капитана, ни доводов разума. Медленно направляясь к Лаерти и чеканя каждый слог, громко, четко, с расстановкой, свободно по-французски сказала:

- Ты, Лаерти, хам, женоненавистник и невежда! Считаешь себя образованным и воспитанным? И при этом оставляешь за собой право называть вещи своими именами, говорить о людях то, что думаешь? Прекрасно, можешь получить дивиденды! Я скажу тебе, что Я о тебе думаю! Ты дурак, Лаерти, и дурак с большой буквы! И лучшее, что ты можешь сделать, чтобы хоть иногда выглядеть умным человеком, это слушать то, что говорят другие! А самому при этом молчать. Да, молчать! Ибо за все тобой сказанное тебе однажды придется ответить, Лаерти!

Джейн подошла к помощнику почти вплотную, глядя в глаза и улыбаясь как-то очень не по-доброму. В этой женственной фигуре вдруг почувствовалась какая-то огромная сила, какая-то скрытая угроза. Лаерти невольно попятился от наступающих на него зеленых глаз, назад, к самой стене.

- А...

- А в моих руках, Лаерти, в следующий раз может оказаться не кувшин с водой!

- А...

- И в следующий раз, Лаерти, я не промахнусь! - Джейн широко улыбнулась. - Sorry!

Лаерти закрыл рот и беспомощно посмотрел на друзей. Однако на их лицах была написана не меньшая растерянность. Все вдруг осознали, что Джейн, оказывается, прекрасно владеет французским, и отчаянно пытались вспомнить, что же именно говорили в ее присутствии. А говорили в ее присутствии ой как много! Джек с ужасом посмотрел на Арчера, Арчер - на Марка, тот на Гарри, Гарри - на Лаерти. Немая сцена. Джейн тем временем спокойно прошла мимо сверкающего от стекол, как новогодняя елка, Лаерти, и, вежливо улыбаясь незнакомцам, свободно по-китайски сказала:

- Здравствуйте. Меня зовут Джейн. Я ваш переводчик. Простите за маленькие неурядицы на нашем корабле. Такое иногда случается и в самых лучших коллективах. Присаживайтесь вот сюда, - Джейн указала на маленький столик и стулья, удобно разместившиеся между стартовой площадкой и каютой управления, присела, жестом приглашая занять свободные места. Взяла лист бумаги, ручку, приготовилась записывать. - Пожалуйста, расскажите мне, кто вы, что произошло с вашим экипажем, почему вы подаете сигнал бедствия и почему опасно заходить к вам на корабль.

- О, какое счастье, что Вы знаете наш язык! - радость китайцев была безграничной.

Они наперебой стали рассказывать, что с ними приключилось. Джейн периодически переспрашивала, насколько правильно она их поняла, что-то уточняла, записывала на листе бумаги, задавала вопросы. Сама что-то им поясняла.

Изумлению команды не было предела. Не успев оправиться от шока, что девушка все это время водила их за нос, точнее, что они сами выставили себя полными идиотами, и вот - их «напуганная неумеха» опять затыкает их всех за пояс. Джейн непринужденно общается с этими людьми на китайском языке, а экипаж «Синей птицы», такой «всезнающий», ничего не понимает. Как глупо.

Видя, что основной рассказ вроде как закончен и китайцы пытаются в чем-то убедить Джейн, а девушка не соглашается, Гарри, как наименее скомпрометированный своим прежним поведением, поспешил вмешаться:

- Джейн, а ничего, что мы тоже хотим поучаствовать в разговоре?

Джейн отмахнулась, внимательно слушая китаянку. Женщина отобрала у Джейн листок бумаги и стала что-то на нем старательно вырисовывать. Опять завязался спор.

- Джек, ну скажи ей ты, пусть переведет. Попроси ее. Ты ведь капитан, - Гарри с надеждой посмотрел на друга. - Что ты молчишь?

- Опасаюсь неопознанных летающих объектов. Боюсь, Гарри, против них я бессилен.

Джейн улыбнулась и, давая понять китайцам, что споры окончены, повернулась к Джеку.

- Их зовут Ма и Наньлин Чжун-Кай. Они живут и работают на планете Шэ-я. Маленький тропический рай в этой части Вселенной. Они ученые, биологи. Занимаются разведением редких видов животных и растений. По их словам, планета Шэ-я - закрытая охраняемая территория, ценный заповедник и научно-исследовательская база одновременно. Летели они к себе домой с коллекцией редких животных, купленных на «черном рынке» Зелады. Но проблема в том, что им продали несколько больных животных. Началась эпидемия. В течение недели слегли и животные, и экипаж, а еще в течение недели все умерли. Они ничем не смогли помочь своим товарищам. Почему не заболели сами, не знают. По предположениям Наньлин, виноваты прививки, которыми их обкалывали на заре научной карьеры. Заходить на корабль без специального защитного костюма опасно, последствия могут быть те же. Сидят они здесь, в «мертвой зоне», уже не один месяц. Сигнал бедствия никто не слышит, улететь самостоятельно не могут. Появление «Синей птицы» - это ответ неба на их молитвы. Они просят отвезти их на Шэ-я. Помимо коллег, дома их ждут еще и пятеро несовершеннолетних детей. Я сказала, что наш корабль поврежден и у нас на исходе топливо. Ма Чжун-Кай предлагает нам бесплатный ремонт и заправку. Он пообещал обо всем договориться. Вот координаты их планеты, - Джейн протянула листок с записями. - Я сказала, что мы обсудим это предложение. Вопросы?

Мужчины переглянулись между собой.

- На скольких языках ты говоришь, Джейн? - Арчер отважился задать, пожалуй, самый важный сейчас вопрос.

- На тридцати четырех, Арчер. Двадцать два из них - свободно, почти совершенно.

- А...

- Я профессиональный переводчик. Временно безработный. Да, кстати, они голодны. Их съестные припасы закончились, и они питаются одним чаем да молитвами. Надо их покормить.

- Непременно! - Джек кивнул. - Таисия, принеси им поесть. Джейн, а по твоему личному впечатлению, им можно верить? Думаешь, они действительно способны нам помочь?

- У меня нет причин им не доверять,- Джейн пожала плечами,- а информацию об их планете реально проверить по базам данных?

- Да. Лаерти, займись этим. Что скажешь, Арчер? Слетаем в китайский заповедник? Если переводчик нас не бросит, думаю, небольшая экскурсия нам не повредит.

- Вперед, на Шэ-я! - перевела Джейн.

Китайцы радостно и возбужденно о чем-то заговорили.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Планета Шэ-я

Спустя всего лишь сутки раненая «Синяя птица» приземлилась на небольшой песочного цвета планете. Спасенные ученые не подвели: вопрос с безопасной посадкой и ремонтом корабля был улажен. Нашлись и рабочие, и необходимые детали для починки, и переводчики для взаимопонимания. Работа закипела скоро и дружно.

- Пока идет починка корабля, Наньлин приглашает всех на бесплатную экскурсию по ботаническому саду, на вверенную ей территорию, - Джейн перевела торопливую речь спасенной ими женщины. - Наньлин убеждена, что такие растения, которые есть в ее хозяйстве, мы вряд ли где-то встречали. По ее словам, всякий, кто хоть раз в жизни пройдет по дорожкам райского сада Шэ-я, вдохнет ароматы цветов и послушает пение птиц, оставит в своем сердце неизгладимое впечатление, ощущение гармонии, мира, любви и счастья. Кто-то прогуляться желает?

- Ой, я бы прошлась, - Таисия вопросительно посмотрела на капитана.

- И я, - Гарри тоже не надо было уговаривать.

- Да и от меня проку в починке корабля немного, - Тони также взглянул на Джека.

Капитан согласился:

- Идите. Рабочих здесь достаточно. Давайте только условимся: гулять не дольше двух часов, и сильно не разбредайтесь, чтобы потом никого не искать. Я надеюсь, нам удастся улететь еще засветло.

- Спасибо, Джек, - Таисия просияла. - Если справитесь раньше, присоединяйтесь к нам. Я так соскучилась по твердой почве и дневному свету. Ну что, Джейн? Веди. Куда она нас приглашает?

- Наньлин говорит, что территория ботанического сада потрясает воображение. Гулять мы можем где хотим. Маршрутов множество. Она проведет нас коротким, но самым живописным из них, через ботанический поселок. И даже предлагает нарвать букеты цветов, которые понравятся нашему глазу. Заповедник с редкими животными находится дальше, Наньлин сожалеет, что мы ограничены временем. Она приглашает идти за ней следом.

Малочисленный экипаж «Синей птицы» с восторгом и восхищением ступил на необычную землю. Золотое солнце, синее небо, теплый ласковый ветер, шелест листвы всех оттенков, ароматы цветущих растений, от нежных до сладких и даже терпких, разноголосое пение птиц - все смешалось в каком-то едином душевном порыве. Наньлин не обманывала, когда обещала путешественникам ощущения счастья, гармонии, единства с природой и любви ко всему живому. Хотелось самим петь, как птицы.

Два часа уже давно пролетели, а уходить из садов никто не собирался. Экипаж разбрелся по разным тропинкам, где каждый нашел возможность помечтать о чем-то своем...

- Джейн, ну вот ты где! А я тебя ищу! - окликнул девушку знакомый голос.

- А? Гарри! Что-то случилось? Нужно что-то перевести?

- Нет. Просто я тебя искал. Смотри, какой букет! Наньлин разрешила нарвать. Это тебе. Понюхай, как пахнет. Как лимонный пирог! Моя мама такой стряпает. Знакомый запах детства. Вкусный.

- Да, спасибо, - Джейн приняла цветы. - Лимончик и ваниль.

- Джейн, - Гарри замялся от неловкости. - Я хотел извиниться перед тобой. Я ведь не знал, что ты говоришь по-французски.

- Никто не знал.

- Конечно, но это не оправдание. Мало ли, вдруг я тебя случайно обидел? Я сейчас не помню, что, когда и кому говорил. Поэтому прошу прощения. Ну, на всякий случай, если обидел.

Джейн улыбнулась:

- Ты всегда был предельно корректен в мой адрес, Гарри.

- Правда? Спасибо.

- Тс-с. Тише! Слышишь, опять запела? Смотри во-о-он на ту ветку. Видишь птицу? Как поет! Я за ней уже минут пятнадцать наблюдаю. Эх, знаешь, чем я буду заниматься в старости, если доживу? Буду рисовать. Все, что видела в молодости.

- Рисовать? Джейн, ты любишь рисовать?

- Обожаю. Все, что мы видели здесь, надо будет обязательно изобразить - не забыть.

- Слушай! А я знаю, что тебе надо нарисовать! - юношу осенило. - Сейчас принесу. Кажется, это было на той тропинке? Или вон на той? М-м-м. Я быстро!

Гарри исчез в кустах. Джейн лишь покачала головой ему вслед.

- Джейн, я не помешаю? - с другой стороны тропинки с роскошным букетом цветов показался Джек. - Я тебя везде ищу.

- Меня? Нужны знания китайского?

- Думаю, нет. Обойдемся французским, - Джек смущенно улыбнулся и протянул девушке букет. - Это тебе. Красивый, верно? Я хотел извиниться.

- За что?

- Как - за что? За все.

- «За все» - понятие обтекаемое. За что конкретно, Джек?

Два зеленых бесенка в обрамлении черных ресниц с нежной издевкой смотрели на покрасневшего капитана.

- Конкретно? Ты хочешь, чтобы я перечислил все то, что говорил в твоем присутствии?

- Да, хотелось бы услышать это повторно, - Джейн лукаво улыбнулась. - Особенно то, что касается внешности.

- А... Э... Вот уж не предполагал, что будет так сложно.

- Да я шучу, Джек! Шучу, - Джейн рассмеялась. - Неужели ты и правда подумал, что я заставлю тебя все это перечислить? На комплименты я не обижаюсь. Это ведь были комплименты, так?

- Да. Хотя тебе следовало бы признаться в том, что ты нас понимаешь. Подслушивать некрасиво.

- Отчего же? Было довольно занятно. Как иначе ты сможешь получить столько исчерпывающей информации о том, что же на самом деле думают о тебе люди?

Капитан смутился еще больше...

- Джейн! Вот Вы где! А я Вас везде ищу! - на тропинку вышла Наньлин в сопровождении двух детей: мальчика и девочки, лет семи-восьми. Еще один ребенок двух-трех лет сидел у нее на руках.

- Да, есть у меня такая особенность сегодня. Все меня ищут. Что случилось? Нужно что-то перевести?

- Нет. То есть да. Я хочу познакомить вас со своими детьми. Наши старшие сейчас в школе, их до вечера не будет дома, а вот эти проказники к вашим услугам. Знакомьтесь: Чак, Ханун, а это Дао.

Мелкий мальчишка отвернулся, проворно выскользнул из рук матери и, быстро передвигая ножками, побежал по тропинке прочь.

- Дао! Вернись сейчас же! - окликнула сына Наньлин и кинулась за ребенком, который уже скрылся в густой растительности.

- Вот, теперь искать его будем полдня, - сказала девочка. - Это у него игра такая: спрячется и сидит тихо, чтобы его искали... Спасибо, что привезли нам маму с папой. Нам без них было очень плохо.

- Не за что, - ласково ответила Джейн.

- Джейн, что она тебе объясняет? - Джек улыбнулся маленьким созданиям.

Девушка перевела на французский сбивчивую речь детей:

- Говорят, что мы хорошие люди, раз спасли их родителей. Благодарят нас. И они с братом хотят сделать нам подарок. Ой! Кто это?

Последнюю фразу Джейн удивленно воскликнула, глядя на то, как мальчик вытащил из-за пазухи зверюшку и гордо протянул Джеку.

- Это же кот! Какой лапочка! - Джек засмеялся и прижал котенка к груди.

- А почему он лысый? Словно крыса, - переложив букеты цветов в одну руку, Джейн тоже погладила котенка.

- Он не лысый, а «кожаный». Никогда таких не видела? Редкая в современном мире порода кошек, но исторически - одна из первых. Этим котам поклонялись еще древние Египтяне на планете Земля. Какой симпатичный! Так-с, значит, мальчик. Спроси, как его зовут.

Джейн перевела.

- Говорят, что его зовут Фараон. Он еще маленький. Ему три с половиной месяца. Но он уже летал на корабле и не испугается. Ест он почти все, что и люди, за исключением фруктов и сладостей, не пакостит. Правда, уверяют, что спит он исключительно на подушке. Еще любит играть с детьми. Они спрашивают, есть ли у нас дети. У меня нет. А у тебя, Джек?

- У меня тоже нет. Может, они имеют в виду, есть ли у нас на корабле дети?

- Не знаю, сейчас уточню.

Она снова по-китайски обратилась к дочери Наньлин, отчаянно замотала головой, заспорила с ней. Чак вдруг резко развернулся и куда-то побежал. Ханун продолжала что-то объяснять Джейн, и капитан заметил, как девушка покраснела.

- Джейн, что она говорит?

- Ерунду всякую, ничего существенного.

- Ничего существенного? А куда помчался Чак? Джейн, я требую, чтобы ты дословно все перевела.

- Требуешь? - девушка развернулась в его сторону и посмотрела в глаза. Что-то определенно изменилось. Какая-то теплота, что-то близкое и родное повисло в воздухе. - Как это - требуешь?

Джек осекся: не требовать он пришел, а просить. Уже несколько часов он напряженно думал, как предложить ей остаться у них на корабле в качестве переводчика.

- Нет, не требую. Я прошу тебя. Оставайся на «Синей птице» переводчиком. Такая должность предусмотрена, но ее никто не занимает. Ведь мы не встречали раньше столь необыкновенного человека, как ты. А ты удивительная, Джейн. Пожалуйста, соглашайся!

Настал черед девушки робеть под натиском пылкой просьбы.

- Мне надо подумать. Можно?

- Конечно. Я очень хочу, чтобы ты осталась! Вот, посмотри на Фараона. Он тоже просит!

Ханун опять что-то произнесла. На тропинке показался Чак. Он нес в руках охапку зелени.

- Джейн! И все-таки: о чем говорит эта девочка?

- Ты будешь смеяться.

- Обещаю, что нет.

Девушка вздохнула. Хлеб переводчика тоже нелегок.

- Эти дети решили, что мы с тобой вместе, ну, в смысле, семейная пара. Когда они говорили о детях, они имели в виду наших с тобой детей. Я объяснила им, что они заблуждаются, и мы не муж и жена. Но они посчитали, что я их обманываю, и сказали, что мы с тобой, как это правильно перевести - даже не знаю, вроде как отражаемся друг в друге. Что-то типа идеальной пары. А куда и зачем бегал Чак, сейчас спросим.

Джейн снова перешла на китайский язык. Но дети на сей раз не были расположены к беседе. Ханун вытащила из охапки зелени два цветка на длинном вьющемся стебле и ловко, только ей ведомыми узлами, замысловато их связала. Чак тем временем отрывал от другого растения крупные темно-зеленые листья.

- Ханун, что это за цветы? Вы хотите их нам подарить?

- Нет, дай сюда руку, - сказала девочка. - Держи этот цветок вот здесь.

Джейн, не понимая особо, что и для чего от нее требуется, но не желая обижать детей, взяла в руку растение. Ханун кивнула:

- Да, так. Теперь пусть твой спутник отдаст пока Фараона Чаку и держит вот этот цветок той же самой рукой, что и ты. Вот здесь. Переведи ему.

- Ладно, - Джейн выполнила требуемый перевод.

- Не вопрос, - Джек согласился. - И что это будет?

- Не знаю. Что это такое, Ханун?

Китайская девочка ничего не ответила. Хитро улыбаясь, она туго-туго стеблями скрепленных цветков связала скрещенные руки Джейн и Джека. После этого Чак посыпал на их головы несколько приготовленных им листьев.

- Что это значит? - Джейн снова недоуменно спросила детей.

Но те в ответ лишь засмеялись. На тропинке показалась Наньлин с маленьким сорванцом на руках:

- Ох, вы еще здесь? Я боялась, что уже разошлись. А что здесь происходит?

Наньлин даже не успела вникнуть в суть дела, как ей на голову также полетел зеленый ворох листьев. Дети радостно захлопали в ладоши и что-то торжественно запели. Наньлин удивленно посмотрела на своих французских друзей:

- Ребята, извините за нескромный вопрос, вы разве не женаты?

- Женаты? Нет! Наньлин, я и пытаюсь Вашим детям это объяснить. Только у нас что-то с пониманием туговато. Что происходит? Зачем нас закидали листьями?

Наньлин засмеялась.

- Вы простите их, пожалуйста, они еще маленькие. Не понимают ничего. Они только что вас поженили. Это брачный ритуал нашей деревни. Жениха и невесту привязывают друг к другу одним из самых долголетних растений. По поверью, даже если повенчанные таким образом люди расстаются, они все равно уже никогда на свете не смогут друг друга забыть. Так что вы обречены, друзья мои, - то ли шутя, то ли серьезно сказала Наньлин. - А вообще, я думала, что вы пара. Вы просто светитесь друг от друга.

Малыш тем временем опять выскользнул из рук матери и снова скрылся в кустарниках. Наньлин бросилась вдогонку.

- Джейн, что она тебе сказала? Что это все означает?

- Это был розыгрыш, Джек. И я не могу тебе этого перевести.

- А теперь вы должны поцеловаться! - авторитетно заявил Чак. Он-то видел, как происходят настоящие свадьбы!

- Детки, милые, вы что? Мы друг другу чужие! Мы не муж и жена, и целоваться мы не будем!

- Нет-нет, вы обязательно должны поцеловаться! Так положено!

- Джейн, если ты не переведешь мне то, чего они от нас хотят, то я отправлюсь за переводчиком. Что происходит?

Джек тревожно вглядывался в лица детей.

- Ты действительно хочешь это знать? - девушка усмехнулась. - Нас с тобой только что поженили. Какой-то древний обряд этой деревни. Юридической силы он не имеет, зато имеет мифическую силу. По их поверью, мы теперь на всю жизнь связаны друг с другом. А этот лысый кот из благодарности за спасенных родителей этих мелких превратился в свадебный подарок. А еще они хотят, чтобы мы с тобой поцеловались. Что перевести им в ответ?

Джейн с издевкой посмотрела в глаза капитану. «Ну, где твое остроумие и находчивость? Как теперь будем выкручиваться?».

- Переводить? Ничего не надо переводить. Не вижу причин огорчать столь очаровательных детей.

Джек, глядя Джейн в глаза, придвинулся к ней вплотную.

- Джек? Что за шутки?

- Да-да... шутки...

Он не понимал своих чувств к этой девушке, да и не хотел понимать. Но поцеловать он ее хочет уже очень давно. Это точно.

- Но Джек?!

- Да! - прошептали его губы перед самым поцелуем.

Джейн вдруг тоже поняла, что сопротивляться бессмысленно. Даже если они и не сговаривались между собой. Стоять здесь и сейчас, в райском саду, под пение птиц, в обнимку с этим человеком, можно вечно.

- Ах! - дети завороженно смотрели на такую красивую пару.

- Джейн! А я тебя везде ищу!.. Ого! А почему вы целуетесь? - на тропинке, словно из-под земли, выросла Таисия. - Ничего себе! Экипаж их вовсю ищет, а они здесь целуются?!

Таисия договорить не успела. На ее голову полетели темно-зеленые листья. Дети опять что-то запели, захлопали в ладоши и, оставив двум связанным людям голого котенка, побежали прочь.

- А что здесь происходит?

Джейн покраснела еще больше. Джек поспешил оправдаться:

- Таисия, объяснять долго и сложно. Это не то, что ты подумала. Ничего криминального. Мы это сделали только по просьбе детей, ну, чтобы их не расстраивать. Они нам показали интересный обряд.

- Обряд?

- Да, обряд. Видишь, нашему экипажу подарили зверюшку, это Фараон. Фараон, познакомься с нашей медсестрой. Таисия, подержи его и возьми цветы у Джейн. Надо развязать эти путы и очистить себя от листьев. А то экипаж не поймет. Как клумбы. Да, Таисия, и об обряде тоже рассказывать никому не надо. Хорошо?

- Как прикажешь, - медсестра недоверчиво смотрела на смущенную пару.

Джейн попыталась освободить свою руку:

- Джек, у меня зачесалось запястье. Наверно, аллергия на такое обилие цветов. Надо распутать или разорвать поскорее эти стебли!

Джек сильно дернул за цветок, но растение не поддалось:

- Вот зараза, крепкое какое!

- Ай, Джек, мне руку жжет! Не дергай так! Из стебля сочится какая-то жидкость!

- Да, точно... Черт, мне тоже больно. Нужен нож, - Джек потянулся к поясу за походным ножом. Перерезал стебель цветка.

- Ай! Даже кожа потемнела.

- И у меня тоже.

- Вот так обряды они тут изучают! Да у вас у обоих химический ожог, ребята! - Таисия сокрушенно осмотрела их руки. - Живо в медпункт, оба! Я обработаю.

- Ладно, Таисия, только не говори никому. Пообещаешь?

- Я же сказала, что обещаю. Я ведь не Лаерти и не Гарри. Кстати, на корабле еще нет Гарри. Вы его не видели? Неужели заблудился?

Гарри не заблудился. До самых сумерек он бегал по тропинкам в поисках шедевра, достойного быть нарисованным. К вечеру, когда экипаж уже совсем отчаялся улететь в эти сутки, он заявился на корабль. Довольный, сияющий, прямо перед собой он нес гигантского размера цветущий кактус.

- Джейн, скорее запоминай, как он выглядит. Наньлин сказала, что это растение цветет всего один день. Можешь себе такое представить? Вот так чудо!

- Чудо, что мы без тебя не улетели, оболтус! - Лаерти выступил вперед, уперев руки в бока и осматривая колючий шедевр. - И что, с каких это пор ты, Гарри, «шпрехаешь» по-китайски?

- Ну зачем же так грубо? Мир не без добрых людей. Я нашел того, кто смог это перевести. Вот. Нравится, Джейн?

- Конечно, - девушка улыбнулась.

А в капитанской каюте в это время сидел и мечтал Джек.

Откинувшись на спинку кресла, он поочередно открывал и закрывал глаза. Открыв глаза, он подносил к лицу тот самый цветок, которым были связаны руки его и Джейн. Такое безупречное, идеально крепкое, нежное и вместе с тем коварное растение, прожегшее на запястье кожу при безобидной попытке разорвать его стебель. Джек смотрел на забинтованную руку и недовольно качал головой. «Когда еще заживет? И щиплет больно». Но, закрыв глаза, Джек снова волшебным образом оказывался в садах планеты Шэ-я, рядом с Джейн. Он вновь наклонялся к ее лицу и целовал. И этот поцелуй не выходил у него из головы. Снова и снова хотел он пережить этот момент. И поэтому снова и снова открывал и закрывал глаза.

- Джек, не помешаю? - Филипп, как всегда, вошел неслышной походкой. - Хотел кое-что с тобой обсудить. Не сильно занят?

Капитан с трудом вернулся от своих грез в реальность.

- А, Фил? Заходи. Я никак не могу отойти от впечатлений от райских садов. Жаль, что ты не выбрал времени прогуляться. Это незабываемо!

- Наверно. Судя по твоей не сходящей улыбке, это так и есть. Прогулка определенно пошла тебе на пользу. Свежий воздух или новые пейзажи тебя столь впечатлили?

- Ой, даже не отвечу. Все вместе, - Джек поймал себя на мысли, что не может не улыбаться. Рот сам растягивается в улыбку. Хочется петь и плясать. - Знаешь, Фил, я тебе первому скажу. Я предложил Джейн остаться у нас на корабле в качестве переводчика. Ты уже в курсе, что она знает более тридцати языков? Просто не верится! А ведь говорит, и как! Объявлю всем завтра, когда присоединится вторая часть экипажа, за обедом. Ох, Лаерти обидится на меня... Ну и пусть. Сам нарвался.

- Да уж, круто она его. Он хоть извинился перед ней?

- Не знаю. Но мне пообещал, что извинится. Потом у Джейн аккуратно спрошу.

- М-м-м, и что, значит, Джейн согласилась остаться?

- Пока нет еще, сказала, подумает. Но я надеюсь, что согласится. Да должна согласиться, Фил! Ее же никто нигде не ждет. Куда она поедет? Ну, сойдет с корабля где-нибудь на Марте, а дальше что? Нет, я надеюсь, что она останется у нас. Особенно теперь, когда мы нашли с ней общий язык...

- Вы нашли с ней общий язык?

Филипп с большим вниманием и интересом взглянул на Джека.

- Э... ну, мы все его нашли. А ты думаешь, она пожелает уйти?

- Не знаю. А ты хочешь, чтобы она осталась?

- Да, хочу, - Джек опять заулыбался.

Конечно, он хочет, чтобы она осталась!!! Размечтавшись, он даже не сразу услышал следующий вопрос своего наставника:

- Дже-е-ек, а ты, часом, не влюбился в нее?

Филипп не сводил с капитана проницательных глаз.

- Что? Вот еще глупости, Фил! Как тебе такое могло прийти в голову? Как Гарри, прямо! Чуть что - сразу «влюбился»! Влюбился? Скажешь тоже! С чего бы это вдруг? Я об экипаже думаю. Нам постоянно требуются познания то в одном, то в другом языке. Такой универсальный переводчик, как эта девушка, для нас просто клад! А ты, под стать ребятам, готов всякую ерунду молоть! - Джек рассердился. - И вообще, если ты пришел по делу, я тебя слушаю!

- Да не сердись ты на меня, Джек. Я лишь предположил. Джейн мне тоже нравится, я поддерживаю твое предложение, разумеется, пусть остается.

- Вот и не говори больше всякой чепухи. Что ты хотел мне сообщить?

- Да так, ничего существенного. Хотел сказать, что поисковая программа закончила свою работу. Личность нашей гостьи установить не удалось. Но и ничего криминального обнаружить - тоже.

- Правда? - капитан сменил гнев на милость. - Что ж, я очень рад. Всегда интересней узнавать человека с чистого листа, без дополнительных чужих характеристик. Спасибо за проведенную работу.

Джек опять блаженно улыбнулся и перенесся мыслями в мир грез и фантазий. Филипп тоже улыбнулся ему доброй, по-отечески снисходительной улыбкой. «Эх, где мои двадцать пять?» - прошептал он себе под нос.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

«Тайфун» и «Адмирал»

«Синяя птица», словно обретя второе дыхание, на всех парах летела сквозь черноту космоса навстречу друзьям. И очень вовремя. Грэг уже не на шутку разнервничался, ожидая прибытия легендарного корабля. Подбитый в космосе хамелеонский крейсер с половинами экипажей «Синей птицы» и «Тайфуна» давно был здесь, на промежуточной остановке, а Джек на своем маршруте патрулирования где-то потерялся. Связи с его кораблем нет, в новостях передают непонятно что. Будто бы в районе входа в астероидный пояс Зеленой Луны на мирный пассажирский корабль совершено пиратское нападение. «И правда, ерунда! Корабль Джека должен был пройти в том самом районе, почти в том самом. Но зачем Джеку понадобилось вступать в сражение, если на него не нападали? И разве может пассажирский тихоход напасть на такой юркий военный корабль, как «Синяя птица»? И где сам Джек? Он уже должен прилететь!».

Грэг нервно расхаживал взад и вперед по капитанской каюте «Адмирала», отдавая себе отчет, что ждать дольше нельзя. Он и так уже нарушил график. Да, он опытный капитан и не боится летать на сверхскоростях там, где другие тащатся с пешеходной скоростью. Конечно, он сможет наверстать упущенное время. И людей своих для сопровождения подбитого хамелеонского крейсера выделит без каких-либо проблем. Но как долго еще ждать? В этом мире нет ничего хуже ожидания.

В двери заглянул радист.

- Грэг, у нас изменения в расписании. На связи Сэмми. Говорит, в нашей армии добавилось еще два корабля, союзники где-то их откопали и предоставили. Графики опять подкорректировали. «Тайфун» от нас в двух часах полета. Сказали, чтоб мы никуда не трогались, они скоро будут. Еще спрашивали про «Синюю птицу». У них для Джека какой-то сюрприз. Какой - скрывают.

- Да уж. Еще бы найти Джека. Что-то мне очень неспокойно... Ладно, готовимся к стыковке с «Тайфуном». Все лучше, чем просто сидеть и ждать.

Через пару часов, как и ожидалось, прилетел «Тайфун». Не успели друзья обменяться приветствиями, рукопожатиями, эмоциями от встречи и последними новостями, как из тишины «мертвой зоны» живая и невредимая выпорхнула «Синяя птица». Радость была самой полной.

У Сэмми для экипажа Джека было полно сюрпризов. Начиная от нового маршрута полета и заканчивая предсвадебной суетой. Оказывается, первый помощник капитана на «Тайфуне» Леопольд, довольно крупный, яркий, веселый молодой человек, давно и безумно влюбленный в медсестру «Синей птицы» Таисию, наконец-то отважился сделать ей предложение. Он уговорил капитана одного из патрульных кораблей Одиннадцатой республики доставить к нему на «Тайфун» его друзей, священника и музыкантов. Загрузил в международном космопорту продукты и цветы, показывая решимость сыграть с Таисией самую романтичную свадьбу в космосе.

Конечно, традиции сначала предполагают помолвку, затем свадьбу. Но сейчас ведь война, в таких условиях все прощается. Да и общие друзья поддержали. Помогли все рассчитать: во время краткосрочной стоянки трех кораблей - «Синей птицы», «Тайфуна» и «Адмирала» - отметят помолвку. Дальше Сэмми ведет свой корабль в другую сторону, как и предусмотрено графиками полета. Гости и сам Леопольд размещаются на «Синей птице» и «Адмирале», которые следующую неделю должны лететь в связке. Затем, на седьмой день после помолвки, они сыграют грандиозную свадьбу. И район космоса это позволяет - один из самых тихих и спокойных. Потом «Адмирал» откалывается от совместного полета и летит своим маршрутом, забирая часть гостей со свадьбы. А «Синяя птица» должна будет вновь стыковаться с «Тайфуном», на который Леопольд вернется уже женатым человеком, вместе со своей женой. Это самый лучший план, что когда-либо строил он с друзьями!

Таисия была на седьмом небе от счастья. Разумеется, она согласна! Она так давно об этом мечтала. Она выходит замуж! За любимого мужчину! Более того, не тайком и украдкой, как девушка того опасалась, а так, как и должна проходить настоящая свадьба. Леопольд привез ей ее подруг Джулию и Алисию, модные журналы, ткань и бижутерию на свадебный наряд, море цветов. Девчонки, весело щебеча и обсуждая предстоящие церемонии, заговорщицки подмигивая, живо передислоцировались в каюту медсестры. Алисия лишь успела бросить один кокетливый взгляд на Джека и помахать рукой в знак приветствия. Праздничная суматоха, как мощный водоворот, увлекла ее за собой в сторону от собственных желаний.

Джек кивнул. Присутствие Алисии на его корабле - сюрприз не самый приятный. Подруга детства смотрела на него в последнее время совсем не как подруга. «Нет, она милая, обаятельная и интеллигентная девушка»,- лишний раз сказал себе Джек. Девушка, которую природа одарила стройной фигурой, длинными ногами, нежной кожей на лице и шее, светлыми вьющимися волосами. Девушка, на которой всегда задерживаются восхищенные взгляды мужчин, и которая может служить украшением любого изысканного общества. Но кроме красивой оболочки должно быть в человеке и еще какое-то содержание, которого Джек в Алисии при самом пристальном наблюдении не находил. Увидев ее после длительной разлуки на одном из министерских приемов Совета Обороны, Джек был потрясен. Алисия из маленькой проказливой сообщницы его детских приключений вдруг как-то выросла и изменилась, превратившись в настоящую леди. Это и вносило хаос в их такие крепкие когда-то дружеские отношения. Не знал Джек, о чем с Алисией можно теперь поговорить, как себя вести, терялся в ее присутствии и чувствовал себя скованно. А тот факт, что эта девушка положила на него, Джека, свой глаз - это настораживало.

«Во-первых, ребята начнут опять шушукаться и подсмеиваться надо мной, что не очень приятно. Во-вторых, зная ее навязчивую иногда манеру общения, можно предположить, что предстоящая неделя будет проходить под девизом «Спрятаться от Алисии - Отыскать Джека». Кто кого? Ну и самый важный аргумент - Джейн». Джек искренне хотел, чтобы она осталась на его корабле, а присутствие рядом Алисии может помешать Джейн принять такое решение. При мысли о своей пассажирке лицо капитана «Синей птицы» приобрело совсем иное выражение. На щеках проступил легкий румянец. Глаза заблестели. Определенно, какая-то искра на Шэ-я между ними все же проскочила. А может, даже и раньше. «Нет, это, конечно, не любовь. Филипп здесь ошибся. Но что-то в ней есть. Что-то магнетическое, притягательное...».

- Удивительная девушка, верно?

- Верно, - Джек неотрывно смотрел на Джейн и Гарри, которые в шутку, из-за чего-то поссорившись, как маленькие дети, махались друг на друга руками. «Я хотел бы быть сейчас вместе с ней, рядом. Быть с ней, так же беззаботно шутить и дурачиться...». Джек даже не сразу понял, кому только что ответил. - Отец?! Папа, что ты здесь делаешь?

- Сюрприз! Алисия уговорила меня наконец-то вылезти из своей конуры. В самом деле, сын, давно пора. Космический волк, а сижу целыми днями дома. Я уж забыл, как выглядит космос. А сейчас вот хожу по кораблю - словно вторая молодость началась. Я рад, что позволил Алисии себя уговорить. Она замечательная девушка, да? Смотри, не упусти! - Уилл Карно, тепло смеясь, похлопал сына по плечу и пошел осматривать корабль, который за несколько минут из военного патрульного превратился в настоящий содом.

Джеку вдруг стало тоскливо. В голове вертелось лишь одно слово: заговор. Просто заговор. Еще хуже стало Джеку, когда с «Тайфуна» на его корабль перекочевали приглашенные музыканты со своими инструментами, а гости начали выгружать вещи, подарки, цветы, шарики, продукты. На борт «Синей птицы» перешли и несколько представителей цыганского табора, что опоздали на пассажирский рейс до дома. Сэмми, летящий в ту же сторону, любезно согласился их подвезти. Джеку стало казаться, что он попал в сумасшедший дом и больше не в силах повлиять на ход событий. Публика командовала на его корабле самостоятельно, кто во что горазд, кто как хочет. Куда ни брось взгляд - кругом народ. Сквозь музыку, громкие разговоры и смех ничего не было слышно. Определенно, это заговор.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Гадалка

Экипажи и пассажиры трех кораблей, музыканты и случайно приглашенные цыгане - все дружно поздравляли молодую и красивую пару с помолвкой. Праздничный стол ломился от обилия еды и напитков, центр кают-компании переделали под танцевальную площадку, сдвинув по кругу всю лишнюю мебель. На лестницах и балконах верхнего яруса - кругом были люди, веселые, счастливые, возбужденные такой резкой сменой впечатлений, вырванные из рутинной военной жизни на яркий маскарад праздника. Публика стихийно придумывала игры и розыгрыши, обменивалась новостями и пожеланиями, смеялась. Кто-то из подвыпивших гостей стал приставать к цыганам с просьбой погадать на свою судьбу. Цыгане сначала отказывались, но, поняв, что присутствующая здесь публика становится слишком настойчивой, а их отказы слишком невежливыми, особенно в свете того, что их выручили и избавили от многодневного пребывания в космопорту, одна из цыганок, слепая пожилая женщина, кивнула головой в знак согласия:

- Я не могу предсказать судьбу всем желающим, - громко и властно сказала Резеда. - Пусть это будут избранные самим провидением. Сколько вас здесь человек? Человек сто?

- Вместе с Вами - девяносто шесть, - самый первый сообразил Джек, сложив сумму экипажей и гостей трех кораблей.

- Прекрасно. Вот в этой коробочке, - Резеда вытащила из кармана небольшой футляр, - сто соломинок. У десяти из них нижний конец окрашен белой краской. Предложите всем присутствующим вытащить по одной соломинке. Кто вытянет белую, с тем я и пообщаюсь. Думаю, это будет справедливо.

- Вот здорово! - воскликнул Грэг. - Вы доверите мне эту честь - обойти всех присутствующих? Клянусь, что не буду подтасовывать результаты.

Заинтригованная публика, расслабленная шампанским и неформальной обстановкой общения, радостно зашумела. Идея тянуть жребий пришлась по вкусу и оптимистам, доверяющим всему сверхъестественному, и скептикам, желающим лишний раз доказать, что все это ерунда. В восторг пришли и профессиональные игроки, тут же начав делать ставки относительно того, кто вытянет соломинку, а кто - соломинку с гаданием в придачу.

- Я должна вытянуть белую соломинку, - Таисия обернулась к Джулии и Алисии. - Я просто обязана знать все про свадьбу с Лео и про нашу дальнейшую совместную жизнь. Я должна ее вытянуть!

Джейн и Гарри, стоящие рядом, скептически на нее посмотрели. Гарри засмеялся:

- Таисия, твоя свадьба всего через неделю. Неужели так трудно дождаться? А как же элемент новизны будущего, понятие сюрприза? А если эта женщина разболтает обо всех наших подарках? Скукотища ведь будет на твоей свадьбе! Я тогда не приду!

Гарри снова засмеялся. На помощь подруге пришла Алисия:

- Ты вот, Гарри, если не понимаешь, то лучше молчи. Каждый человек мечтает хотя бы на немножко приоткрыть дверь в свое будущее, узнать, что его ждет. Я тоже хочу узнать свою судьбу, и Джулия, да и Лео тоже. Да ведь, Лео? - задала она вопрос только что подошедшему к их группе Леопольду.

- Да ведь, - Леопольд наклонился к Таисии, обнял за талию, поцеловал в щеку и спросил: - Милая, с чем это я только что согласился? Опять обо мне судачили?

- Ну конечно, о тебе. Я говорю, что хотя бы один из нас должен вытянуть эту соломинку, узнать, как мы будем с тобой жить, сколько у нас будет детей.

- Дорогая моя, - рыжий гигант рассмеялся, - неужели есть какие-то сомнения? Замечательно мы будем с тобой жить, лучше всех на свете. И у нас будет много-много маленьких ребятишек. Ну, скажем, десять мальчиков и десять девочек, - Лео снова рассмеялся, привлек девушку к себе и расцеловал.

Джейн искоса взглянула на Тони, скромно стоявшего позади всех и тихо попивавшего свое шампанское. Лицо молодого человека было спокойным, но неестественно бледным. «Таисия, Таисия, какой же слепой надо быть, чтобы не замечать, как он тебя любит и страдает?». Джейн от всей души посочувствовала этому симпатичному парню.

А тем временем вовсю шла жеребьевка. Народ вытащил уже около тридцати соломинок, ни одной белой. Полетели разного рода шуточки, смешки. Запертые большую часть времени космосом в своих космических кораблях, люди жаждали общения и веселья. Даже если бы все сто соломинок оказались желтыми, наверно, никто не обиделся, посчитав это безобидным розыгрышем. Вот и счастливчик - первый помощник капитана «Синей птицы» Арчер. С легкой улыбкой принял поздравления присутствующих. Опять череда желтых соломинок... Грэг подошел к дамам.

- Ну, кто самый смелый, кто первый? Дочь? Пожалуйста! - Алисия дернула соломинку. Желтая. - Так, желтая. Ничего страшного, дочь, повезет в другой раз. Кто следующий? Таисия? Прошу! Не бойся, смелее! Коробочка не кусается. Что там у тебя?.. Желтая? Ну, что ж, в другой раз. Так, свидетельница невесты, Джулия, прошу... Ага. Белая? Поздравляю. Все слышали? Еще одна белая! Так, кто дальше? Кто это тут спрятался за широкие мужские спины? Ну-ка, Лео и Гарри, расступитесь! Джейн? Твоя очередь, прошу.

- Спасибо, Грэг. Но я в этом шоу не участвую. Я не верю в гадания.

- Я тоже не верю, но соломинку тянут все. Так что не нарушай отчетности! Ну же, Джейн, не порти людям праздник!

Джейн вздохнула и протянула руку к коробке. Грэг вскрикнул:

- О! Еще одна белая! Поздравляю! Так, Гарри, Лео, прошу... Желтые. Тони, что стоишь как бедный родственник, а ну сюда, быстро!.. Так-с. Тоже желтая. Кто еще не тянул? Я не понял. Тянули вроде все, а соломинки остались! Кто не тянул?

- Я не тянул, - сказал Джек. И, смеясь, добавил: - и ты не тянул. И если я еще не разучился считать, то все оставшиеся семь соломинок: моя, твоя, цыганки и еще тех, кого нет на нашем корабле, то есть лишних,- все соломинки сплошь белые. Проверим?

Джек выдернул соломинку - белая. Грэг, не веря ни в какие предсказания, но не желая расстраивать публику, сделал то же самое. Верно, белая.

- Что ж, с избранными разобрались, - отшутился он. И, обращаясь к Резеде, спросил: - Что от нас теперь требуется?

- Практически ничего, - цыганка задумалась на мгновение. - Лишь правильно услышать то, что я скажу. Я вижу разное: и плохое, и хорошее, и прошлое, и будущее. И связанные между собой эпизоды, и разделенные многими годами жизни. Я говорю то, что вижу, не комментируя и не давая оценки увиденному. И я разрешаю задать только один вопрос. Всего один. Кто первый?

Все зашептались. И хочется, и колется. Как-то боязно.

- Не возражаете, если я начну? - Грэг, будучи прирожденным дипломатом, решил принять основной удар на себя. Он смело подошел к цыганке и отдал ей свою белую соломинку.

- Сядь напротив меня, дай ладони, - скомандовала Резеда.

Грэг повиновался. Слепая женщина взяла в руки его ладони и замолчала. Все в зале затихли. Если бы кто-то случайно вдруг уронил булавку - было бы слышно. Тишина. Минута. Две. Три. Опять хихиканье. Шепот. Разговоры о розыгрыше. Цыганка отпустила руки Грэга.

- Я видела несколько эпизодов твоей жизни. Все из будущего. Первый - хлопотный, связан с одной из твоих дочерей.

Грэг засмеялся:

- Конечно, когда у тебя четыре дочери, о чем же еще хлопотать? Это не удивительно.

Алисия гордо подняла голову. «Да, свадьба - хлопотное дело, по Таисии можно судить. Ну ничего. Зато теперь, когда отец Джека на моей стороне, Джеку уже не отвертеться. Женится, никуда не денется».

- Твоей дочери будет требоваться поддержка, придется к ней торопиться, - продолжила Резеда. - От твоего присутствия будет зависеть не только ее душевное равновесие, но жизнь и здоровье твоего первого внука. У твоей дочери родится мальчик. Поздравляю.

- Ба! Неужели в моей семье появится еще один мужчина? Наконец-то! Я просто поверить не могу! Это замечательно!

Все присутствующие дружно зааплодировали.

- Второй эпизод очень безрадостный. Ты потеряешь кого-то близкого, я видела похороны. Я не видела тело, кого вы хороните. Это было на космическом корабле. На твоем корабле. И кое-кто из присутствующих здесь был там рядом с тобой. И вы все плакали. Мне жаль. Ты можешь задать мне один вопрос, из прошлого, настоящего или будущего. Но всего один. Если смогу, я на него отвечу.

Грэг задумался над услышанным:

- Ну, что ж. Все мы что-то находим, кого-то теряем. Может, это и к лучшему, что Вы не знаете, кого и когда. А война? Скажите, мы выиграем эту войну?

Цыганка снова взяла Грэга за руки.

- Неконкретный вопрос. Хамелеонов укротит КСД. Но если ты имеешь в виду придание самостоятельного статуса Одиннадцатой республике, то победа ваша. Я вижу весь южный регион свободным и самостоятельным. И довольно скоро.

Крики «ура» прокатились по всему среднему ярусу «Синей птицы».

- Большое спасибо, я больше ничего и не хотел знать. Благодарю. Уступим место тем, кто помоложе. Дамы?.. Ага, страшно? Ладно, Джек, давай ты, вперед.

Джек беспомощно посмотрел на окружающих. «Сплошь любопытство. Никакого сочувствия».

- Что ж, я так я, - протянул вперед ладони.

- О! - Резеда взяла его за руки. - Человек широкой души, с благородным сердцем. Большая честь для провидца - заглянуть в твое будущее. И похоже, что именно ты, твои действия сыграют ключевую роль в вашей победе. Я вижу много эпизодов, слишком много, чтобы их оглашать. Все будет: и больно, и трудно. Но ты все преодолеешь. Если не пойдешь на сделки с совестью, тебя ждет столько подарков судьбы, о скольких и просить неприлично. Я вижу твой новый космический корабль, больше этого, вижу его красный корпус...

- Красный? Я не любитель красного.

- Вижу твоих лучших друзей, будущую жену, твой дом, детей. Если сможешь оставаться таким же честным и благородным, как сейчас, то доживешь до глубокой старости, в богатстве и почестях, в окружении любимых и любящих тебя людей. Это премия судьбы за все твои достижения, компенсация за все превратности судьбы. Ты также можешь задать мне один вопрос. Но только один.

Джек засмеялся.

- Я даже не знаю, о чем спросить можно после такого предсказания? Если я буду иметь все, о чем можно мечтать, я, пожалуй, начну составлять список желаний. Как бы чего не забыть.

- Спроси про свою будущую жену, Джек! - выкрикнул Уилл.

Джек укоризненно посмотрел на отца. На любопытствующие взгляды присутствующих. «Да, просили его. Теперь отступать некуда». Алисия кокетливо склонила голову набок: «Ну, Джек, спроси!».

- Что ж. Расскажите мне о моей будущей жене.

- Это не вопрос, - Резеда улыбнулась, - а миллион вопросов в одном. Но я отвечу, мне не сложно. Притом, твоя будущая жена присутствует здесь же. Я ее чувствую.

Все перевели взгляды на слегка покрасневшую Алисию.

- Твоя будущая жена... - продолжила свой ответ цыганка, - хотя нет, неверно так говорить. Надо говорить - настоящая жена, ибо вы уже повенчаны на небесах. Так вот, твоя жена - замечательная. Умная. Красивая. Образованная. Из тех редких людей, о которых и мужчины, и женщины отзываются одинаково - как об удивительном человеке. Вам вместе придется съесть не один пуд соли, пока не поймете, как вы друг другу дороги. До свадьбы вам предстоит разлука. Каждый из вас должен выполнить свое предназначение, и каждый должен проверить свои чувства. Это проверка. Тебе придется выбирать ее из двух женщин, а ей тебя - уж и не знаю даже, из скольких мужчин. В случае если вы выберете друг друга, вы проживете долгую и счастливую жизнь. У вас будет четверо детей.

Шепот волной прокатился по рядам зрителей. Алисия слабо запротестовала:

- Четверо детей? Ужас! По-моему, и двое - это уже перебор.

Джек поблагодарил старую женщину за предсказание.

- Ребята, можно сейчас я? - Джулия, набравшись смелости, шагнула вперед.

- Ох, как я ей завидую, - тихо сказала Таисия. - Я так хочу, чтобы мне погадали!

- Неужели, Таисия, ты веришь тому, что говорит эта женщина? - Джейн недоуменно пожала плечами.

- Ну да, верю.

- Разумеется, мы ей верим, - несколько надменно вмешалась в разговор Алисия. - Цыгане говорят, что ее предсказания сбываются один в один. Все, кому она гадала до этого, все это подтверждают.

Джейн миролюбиво улыбнулась.

- В таком случае, Таисия, на, держи! Моя соломинка. Я не хочу знать свое будущее. Я ведь замуж пока не собираюсь.

- Джейн! Спасибо! - лицо Таисии просветлело. - Класс! Возьми мою желтую. Спасибо, спасибочко! Ура-а! - шепотом закричала она и запрыгала от радости.

Резеда тем временем уже успела что-то сказать Джулии. Настал черед ее вопроса. Джулия, будучи мамой двух очаровательных, но, к несчастью, без конца болеющих детей, конечно же, задала свой вопрос о них. Резеда помолчала с минутку. Вздохнула.

- Я редко даю советы, дочка, но тебе дам. Если хочешь, чтобы твои дети были здоровы, вам нужно сменить место жительства. Этот климат вам не подходит. А если хочешь, чтобы твои дети росли счастливыми, тебе нужно срочно к ним возвращаться. Прямо сейчас.

- Что значит - «прямо сейчас»? Я же не на велосипеде. Мы в космосе. Что-то случилось?

- Нет. Но если хочешь, чтобы ничего не случилось, тебе надо ехать. Большего я сказать не могу.

- Ладно, - Джулия не на шутку испугалась и растерялась, - я обдумаю Ваш совет. Спасибо.

Следующим к цыганке сел Арчер. Джулия вернулась к друзьям:

- Гарри, - сказала она шепотом. - Пока я не позвоню домой, я места себе не найду. Проводи меня в каюту управления.

- Допрыгались. «Мы гадать хотим, гадать!». И тебе, Таисия, настоятельно советую такой ерундой не заниматься. Бери пример с Джейн. Надо более трезво смотреть на вещи.

Таисия показала язык.

- Ты просто, Гарри, завидуешь, что Джейн отдала соломинку мне, а не тебе!

- Вот еще, было бы чему завидовать. Учти, тебя провожать в каюту управления я не пойду!

Таисия снова показала язык и отвернулась в сторону прорицательницы. Джейн, не прельщаясь перспективой остаться вдвоем с Алисией, также предпочла проводить Джулию. Каюта управления на верхнем ярусе, а значит, можно будет, поднявшись по лестнице, остаться на балконе. Слышимость там ничуть не хуже, а видимость даже лучше. Гарри, Джулия и Джейн, не привлекая к себе внимания, поднялись наверх. Джейн облокотилась на перила балкона. «И как мне раньше не пришла в голову такая идея? Потрясающий наблюдательный пункт!».

Гадалка между тем продолжала что-то объяснять Арчеру:

- Тот факт, что я не вижу твоего будущего, не означает, что его у тебя нет. Просто оно еще не определено. Ты слишком застрял своими мыслями в прошлом, чтобы строить планы вперед. Я вижу сильный огонь вокруг тебя. Очень много огня. Ты в самом центре и беспомощен. Я слышу женский голос, он зовет тебя по имени. Но я не вижу, чтобы ты выбрался из огня...

- Вот так-то, Арчер, - встрял в разговор Лаерти. - Гореть тебе, значит, в аду. Но заметь, даже там ты будешь слышать всякие женские голоса. Везунчик! - гости засмеялись.

- Ты тоже можешь задать мне один вопрос, если смогу - отвечу, - продолжила цыганка.

- А... Э...- Арчер замешкался от такого количества присутствующих. - Та девушка... ну, из-за которой, как Вы говорите, я и застрял в прошлом. Она вышла замуж? Она счастлива?

Резеда снова взяла Арчера за руки. Все вокруг зашептались, захихикали.

- Нет, не вышла. Возможно, ждет твоего возвращения.

- Я не вернусь.

- Это твое дело. Я ответила на вопрос. У кого еще одна белая соломинка?

- У меня! - Таисия смело выступила вперед и села перед прорицательницей. - У меня, вот!

Цыганка взяла молодую девушку за руки. Минута тишины, две, три. Отпустила руки.

- Милая моя! Ты не тянула эту соломинку. Зачем же ты села передо мной?

- А... - Таисия удивилась и немного смутилась. Но, решив идти до конца, смело выпалила: - Не все ли Вам равно, кому гадать? Вы обещали погадать пятерым, вот и погадайте. Мы поменялись с Джейн соломинками, она не хочет знать свое будущее, а я очень хочу. Какая Вам разница?

- Дочка, мне нет разницы, - Резеда покачала головой. - Я сказала, что загляну в будущее тех, кого выберет сама судьба. Провидение ищет, кому надо помочь, кого надо предупредить, кого надо направить на верный путь. А тебя судьба не выбирала.

- Ну и что? А я хочу знать свое будущее! Хоть чуточку! Ну пожалуйста, загляните!

- А если я увижу там то, чего нельзя видеть заранее? Если вдруг у тебя нет будущего, и твой сегодняшний день - последний?

- Вы сейчас тут наговорите, - вступился за невесту Леопольд. - Просто признайтесь, что у Вас закончился запас таинственных историй. Мы Вас великодушно простим. Верно, Таисия?

- Нет, не простим. Если мой сегодняшний день последний, то тем более я желаю об этом знать. Я проживу его так, как другие не проживают всю свою жизнь, - Таисия была непреклонна.

Она посмотрела на жениха и счастливо ему улыбнулась. Публика одобрительно закивала головами. Зазвучали выкрики: «Браво!», «Отчаянная голова!», «Молодец, девчонка!».

- Что ты хочешь знать? - Резеда сдалась.

- Что-нибудь из своей семейной жизни. Я замуж собираюсь. На следующей неделе. Как мы будем жить, сколько у нас будет детей, ну и все такое.

- И все такое? Ладно, давай ладони, «все такое». Поглядим.

Потекли минуты ожидания. Три, четыре, пять... Невообразимо долго.

- Да, я видела твое будущее. И твоего супруга тоже. Он присутствует сейчас здесь, и я его чувствую... - Лео втянул живот и выпятил грудь колесом. Такого гиганта грех не учуять. - Не все легко и гладко будет в вашей жизни. Он сильно тебя любит, а тебе же придется научиться его любить по-настоящему.

- Как это - «по-настоящему»? А сейчас я его как люблю? Понарошку, что ли? Или недостаточно сильно?

- Так-так-так, - пробасил Леопольд, - Разберемся-разберемся.

- Я не комментирую то, что вижу. В ближайшем будущем на тебя свалится много бед, милая. И я хочу обратиться скорее к твоему будущему мужу, чем к тебе. Ты должен быть рядом с этой девушкой в трудную минуту. Стань ее тенью, ее ангелом-хранителем. В далеком будущем вас ждет спокойная счастливая семейная жизнь, без потрясений и встрясок. У вас будет один ребенок, девочка.

- Один? - Таисия несколько расстроилась.

- Нет-нет, - смеясь, запротестовал ее жених. - Я хочу сына. Посмотри повнимательней. Там должно быть десять маленьких сорванцов. Десять. Да, дорогая?

- Ну да. А наша свадьба? Вы ее видели?

Цыганка кивнула.

- Видела. Обе твои свадьбы.

- ОБЕ? - если бы вдруг грянул гром, а с потолка посыпались конфеты, присутствующие и то менее бы удивились. Таисия же совсем потеряла дар речи: - Как - «обе»? Я буду дважды выходить замуж?

- Да. У тебя будет один муж. Но пройти тебе придется через хлопоты двух свадеб.

- Почему? Мы разведемся, а потом снова поженимся? Или как?

- Я же предупредила, что не все просто будет в твоей жизни. Я не могу сказать тебе более, чем уже сказала. И я не разрешаю задать тебе ни одного вопроса. Ибо эта соломинка не твоя.

- Но подождите, подождите! Хоть какую-то ясность внесите. Зачем нам с Лео две свадьбы?

- Да что тут непонятного, Таисия? - вечно несдержанный Лаерти опять вмешался в разговор. - «Синяя птица» не может вместить всех желающих погулять на твоей свадьбе. Отметим первый раз в космосе, второй раз - на земле, так сказать, с размахом.

- Ну, если только так? - Таисия вопросительно посмотрела на Леопольда.

- Конечно, так, дорогая, - Лео снова обнял свою невесту. - Видишь, наша гостья не возражает.

Резеда пропустила последнюю реплику мимо ушей.

- Я хочу поговорить с той девушкой, которая на самом деле вытянула белую соломинку. Где она?

- Это Джейн. А... где Джейн?

Джейн мгновенно присела за ограждение балкона. «Черт. Этого еще не хватало!».

- Они с Гарри и Джулией пошли на верхний ярус. В каюту управления, - сдала их Алисия.

- Я разыщу их, - сказал Джек, желая улизнуть от навязчивого внимания подруги детства. - А вы пока ешьте, пейте, веселитесь. Для кого здесь столько всего наготовлено? Я мигом.

«Ну да! Так ты меня и нашел, Джек Наивный. Дудки! Будешь искать меня на верхнем ярусе, а я пока проверю, что на нижнем. Благо, корабль большой и эта лестница не единственная!». Джейн, нагибая голову, чтобы не быть замеченной из холла, пробежала вдоль балкона и скрылась за одной из дверей.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Посланница судьбы

Средний ярус «Синей птицы» гудел от тостов и поздравлений. Пожалуй, это самая удачно организованная помолвка. Радостные возгласы, музыка, звон бокалов, смех. Жених и невеста излучают счастье. Пожелания, поцелуи - все смешалось в один большой улей. Лишь троим на этом празднике не было весело. Тони, который молча выпивал до дна все тосты за счастье невесты. Джеку, который догадывался о немом вопросе присутствующих: «А когда же ваша помолвка с Алисией?». И Джейн, которая просто ушла с праздника. Девушка до сих пор не решила, оставаться ей на корабле или нет.

Размышляя об этом и многом другом, она дошла до конца коридора нижнего яруса, где стояли космические шлюпки. Джейн запрыгнула на нос спасательной капсулы, свесила ноги. «Эх, если бы можно было всю жизнь так сидеть, ничего не делать, ни о чем не думать. Не принимать никаких решений. Ни о чем не беспокоиться... Нужны документы на новое имя. Без документов я стану легкой добычей для Карлоса. Или надо пролезть в базу данных и стереть информацию о розыске. Фил сказал, это возможно, но только из управления полиции. Нужны новые знакомства. Что же делать?».

С глухим стуком с лестницы слетела клюка гадалки. Цыганка, также неуютно чувствующая себя на чужом празднике, решила прогуляться по кораблю. Во всем привыкшая рассчитывать только на себя, старая слепая женщина и на этот раз отказалась от провожатых. Пройдя по коридорам, Резеда остановилась у лестницы самого края среднего яруса. То ли задумавшись о чем-то, то ли споткнувшись, цыганка выпустила из рук свою массивную трость, которая и слетела вниз. Резеда замерла. Очевидно, что здесь где-то лестница, но где? Отчаянно замахала руками в поисках перил.

- Стойте! Не двигайтесь! - Джейн соскочила со спасательной шлюпки. - Прямо перед Вами лестница, она очень крутая. Я сама с нее чуть не слетела пару раз!

- Ой, я слышу чей-то голос! Милая моя, я трость обронила. Помоги мне, пожалуйста!

- Конечно-конечно! Сейчас, - Джейн подняла клюку цыганки и, легко перешагивая сразу через две ступеньки, поднялась на средний ярус. - Возьмите!

- Я споткнулась и, кажется, ногу немного подвернула. Здесь есть где присесть?

Джейн оглянулась вокруг. «Негде. Хотя если убрать с тумбы вазу с цветами, в принципе можно».

- Да, вот сюда. Позвольте я помогу.

Цыганка, опираясь на плечо Джейн, доковыляла до тумбочки и села. Сняла ботинок, стала растирать ступню. Нога, действительно, выглядела припухшей.

- Может, Вам врача позвать? Или хотя бы медсестру? Я быстро сбегаю. Вы подождете?

- Нет, дочка. С вашей медсестрой я уже сегодня пообщалась. Я хотела бы с тобой поговорить. Почему ты от меня прячешься?

- Прячусь? - «Вот досада! Глупо попалась. Несомненно, гадалка меня искала, а не просто гуляла. И этот театр с оброненной клюкой! Так беспечно забыть опыт предыдущих побегов: не хочешь быть найденной - не сиди на одном месте! Черт!». - Почему прячусь? Вы что-то путаете.

- Нет, не путаю. А я-то все недоумевала: для чего судьба забросила меня так далеко от дома? Не для того же, чтобы сообщить этим людям, сколько у них будет детей. Я здесь из-за тебя.

Джейн удивилась:

- Из-за меня? Знаете, наш капитан сейчас бы сказал: «Вот еще глупости!». И был бы прав. Во-первых, я не верю в гадания, во-вторых, я не хочу знать своего будущего, а в-третьих, мне пора.

- Ты и меня боишься тоже?

Девушка гордо распрямила плечи:

- С чего мне Вас бояться? Я вообще никого не боюсь.

- Почему же тогда бежишь даже от самой себя? Нельзя ведь бежать бесконечно, дочка. Может быть, настало время остановиться и принять какое-то решение, подумать, что делать дальше?

Джейн увидела прекрасный повод удрать:

- Спасибо, отличная идея! Пожалуй, этим сейчас и займусь. Приятно было познакомиться. Прощайте.

- Я здесь потому, что ты выбрала неверную дорогу, ошибочный путь. Жизни стольких людей зависят от твоих действий, а ты паясничаешь. Мне очень грустно.

- Каких людей? Вы опять что-то путаете. Я одна на белом свете. От моих действий или бездействий никому не жарко и не холодно.

- Да? А твой народ?

Джейн вздрогнула. Удар не в бровь, а в глаз. Мало того, что эта женщина, по-видимому, обладает сверхъестественным даром знать прошлое, настоящее и будущее. Так ведь и вечно бдительный Филипп со своими видеокамерами тоже мог это услышать. «Интересно, говорит ли Фил по-цыгански? Надеюсь, что нет». Джейн заговорила на цыганском языке.

- Мой народ? Он и знать не знает о моем существовании. Я для него умерла.

- О! Не ожидала я услышать здесь родную речь, - цыганка тоже перешла на родной язык. - Еще одно доказательство того, что я не ошиблась.

- Да и чем я могу ему помочь? - с горечью в голосе добавила девушка. - Я даже себе не в состоянии помочь, а не то что кому-то.

- А ты, честно говоря, и не пыталась. Или я опять ошибаюсь?

- Что Вы знаете о моей жизни? - вспыхнула Джейн.

- Все знаю теперь, когда подержала тебя за руку. Я видела твое прошлое, твои потери, боль, разочарования. Все видела. Но это было необходимо, чтобы ты стала тем, кто ты есть. Чтобы набрать силу для дальнейшей борьбы с обстоятельствами. Ты должна сражаться: за себя, за людей, за свою мечту.

- Нет у меня никакой мечты. И сил нет сражаться.

- Есть, милая моя. Есть. У тебя немерянный потенциал. И если уж не сможешь ты, то не сможет никто. Но ты сможешь. Пророчества ведь просто так не слагают. Дорогу осилит идущий. Легенду о Золотом человеке слышала?

- Миф о волшебнике, который превращает в золото все, до чего дотронется?

- Да, пророчество о правителе, который поднимет с колен не один народ и очень многим людям подарит благополучие.

- Ну, что-то слышала. И что? Я-то здесь при чем?

- При том, милая, что восьмая фигурка-предсказание была женской фигуркой. Золотой человек - это ты, дочка. Во всяком случае, ты имеешь все шансы им стать. А ты говоришь - нет мечты!

- Что? Бред какой-то! Посмотрите на меня внимательно! - в сердцах воскликнула Джейн, напрочь забыв, что старая женщина слепа. - Какой из меня Золотой правитель? Я вздрагиваю всякий раз, когда слышу испанскую речь. Мне кошмары снятся ночами! И я не знаю, куда мне податься! Я не могу вернуться домой, потому что не знаю международного кода моей планеты. Я не в курсе, где именно мой народ, который нужно поднять с колен, и уж тем более не представляю, как это сделать! Ну, а про то, что я в розыске за черт его знает что, я уж вообще молчу! Вы же провидица, все сами видите и понимаете. Кому я объясняю?

- Послушай, милая, старую женщину. Мы все приходим в этот мир одинаковые - голые, беспомощные, несмышленые. И твои проблемы, что ты перечислила, в данный момент несущественны. Если будет мечта и твердая цель - найдутся и средства. И силы появятся, и знания, и умения. И деньги, и нужные люди тоже. Все сможешь. В огне не сгоришь, в воде не утонешь. Единственное, чего тебе сейчас катастрофически не хватает, так это веры. А это очень плохо, дочка. Не будешь верить в саму себя - никто не будет в тебя верить. Ты погибнешь так. И наоборот. Будешь горячо и непоколебимо верить в себя - никто не помешает сбыться пророчеству. Ты уже не сможешь проиграть. Подумай над моими словами. Мне пора... И возьми на память о цыганке, - Резеда сняла с шеи серебряную цепочку с круглым резным кулоном и протянула девушке. - Прощай. Я буду молиться за тебя.

Провидица встала, опираясь на трость, и пошла в сторону кают-компании. А еще через три часа «Тайфун» увез эту загадочную женщину в неизвестность, оставив много вопросов, сомнений, переживаний всем участникам вечеринки. Усталые члены экипажа и гости разбредались по каютам. По-прежнему звучала громкая музыка. А Джейн еще долго сидела на носу спасательной шлюпки, на самом отшибе корабля, болтала ногами, вертела в руках кулон и много думала. Простая истина. Одно предложение выгравировано на кулоне: «Верить надо».

Джейн вздохнула. «Надо. Но... что-то не получается». Она привязала цепочку на ключ зажигания в спасательной капсуле. «Ничего, брелок получился! Красивый. Как будто тут всегда и висел. Да, верить надо. Когда-нибудь так и будет».

- Ах ты, пьяное дерево! Это ж надо так налакаться! - Филипп десять минут пытался привести Тони в чувство. - Посмотри, на кого ты похож! Тони, я по делу. Помнишь, я давал тебе диск - электронный переводчик, дублирующий аудиозапись на другой язык?

- Это ту тупую программу, которая тормозит по два часа и переводит с ошибками?.. Нет, не помню.

Профессор схватил юношу за плечи и начал трясти:

- Тони, ты издеваешься надо мной? Я диск тебе давал!!!

- Когда?

- Давно! Напряги мозги. Мне нужен этот переводчик. Очень!!!

- М-м-м... не помню. Фил, у нас ведь на корабле теперь высококлассный специалист по языкам имеется. Обратись к Джейн. Она поможет перевести все, что надо.

Филипп усмехнулся.

- Спасибо за совет, но здесь мне Джейн не помощник. Вспоминай, где мой диск.

- Слушай, а это что, горит? Давай завтра, мне надо...

- Тони, я не отстану. Немедленно ищи.

- Ну, Фил, что ты пристал? М-м-м. В каюте управления валяется, в коробке с дисками. Марк брал. Вроде бы. Эй, ты куда?

Филипп исчез в дверях, словно растворился. Видимо, дело действительно было срочное.

Утро следующего дня началось только к полудню. Всех пришлось собирать на завтрак чуть ли не с третьего персонального приглашения. Вставать не хотел никто. Джек нервно покусывал губы. «Кругом полный бардак, шарики, хлопушки. Дисциплины - ноль. Даже кот вчера так осмелел, что запрыгнул на стол и наелся от души. Дорвались до праздника, называется. А что будет на свадьбе? Разруха. Ходят все везде, как у себя дома. Да, если так будет в течение недели - гости корабль на запчасти разберут. Надо народ приструнить. Пусть хотя бы режим соблюдают. Ну ладно - гости. А штатный экипаж? Хороший пример для приглашенных...».

Грэг не просто опоздал на завтрак. Белый, как мел, появился он в столовой.

- Джек, мне надо срочно лететь. Я отстыковываю «Адмирала» через полчаса.

- Как? Почему? Что случилось, Грэг?

Грэг тяжело вздохнул и сел за стол.

- В чем дело, папа? - Алисия тревожно посмотрела на отца. - Да не молчи же! Что случилось?

- Мама твоя звонила. Виктория... в общем, Виктория в положении. Ждет ребенка.

- Вика? Ну и ну! Младшая сестра называется! А я говорила, в тихом омуте... Не надо было отпускать ее на практику так далеко от дома!

- Алисия, скажи правду, ты в курсе? Я опять обо всем узнаю самый последний?

- Разумеется, нет. Вот партизанка! Хоть бы позвонила, сообщила. Я с ней давно не общалась... Так мы ведь ее вместе в последний раз видели! Пять месяцев назад, когда она на каникулы приезжала домой. Вот тогда. А что говорит? Когда свадьба?

- Ничего не говорит. Она в тяжелом состоянии на Тиндадже, в местном госпитале. Я ничего не понимаю, со слов врачей, у нее семимесячный срок беременности и что-то спровоцировало роды. Везти ее в нормальную клинику нет возможности. Доктора опасаются и за ее жизнь, и за жизнь ребенка. Простите все, что так получилось, но я остаться не могу. Штатный экипаж «Адмирала» летит тоже. У остальных есть полчаса на то, чтобы определиться: либо оставайтесь на свадьбе и летите с «Синей птицей» по ее графику, то есть довольно долго не увидите своего дома, либо добирайтесь домой с «Адмиралом» через Тиндадж. Быстрее, но без праздника. Я пошел собираться.

Грэг поднялся из-за стола.

Народ загудел, обсуждая услышанную новость. Все опять перемешалось. Где уж тут до завтрака? Половина гостей, виновато улыбаясь Лео и Таисии, пошли заново перетаскивать свои вещи. На сей раз - на «Адмирал». Поднялись из-за стола и Джулия с Алисией.

- Девчонки! Вы меня убиваете! - Таисия пошла следом за ними, в отчаянии заламывая руки. - За что? Ну почему именно накануне свадьбы?

- Таисия, прости, пожалуйста, - Алисия печально покачала головой и продолжила собирать вещи. - Но я должна быть сейчас рядом с отцом. Он просто сам не свой. Представляешь, ему вдруг пришло в голову, что когда цыганка говорила о том, что он кого-то потеряет, то она имела в виду Викторию. Мы должны ехать, Таисия, чтобы этого не случилось. И Полину вашу заберем на всякий случай. Тиндадж - большая деревня, захолустье. Там и нормальных врачей может не быть. Прости нас еще раз.

- Конечно, подруга. Я ведь не спорю. Я сама буду молиться за Вику. Но я так хотела, чтобы вы с Грэгом были на моей свадьбе! А ты, Джулия? Ведь ты должна быть моей свидетельницей!

- Извини, Таисия. Придется тебе просить Элоизу. Она давно об этом мечтала, и она остается. А я не могу. Не знаю, предчувствие это или что. У Анны опять температура. Невысокая, но после слов той цыганки мне тоже не по себе. Если я здесь останусь, то дома буду только через полтора месяца. Может, и больше. Из-за меня Джек не станет менять маршрут и графики патрулирования, ведь так? А, полетев с «Адмиралом», я планирую быть дома через неделю... А может быть, вам все-таки перенести свадьбу?

Таисия, расстроенная, села в кресло.

- Нет, мы и так с Лео долго ждали. Я ничего не буду отменять. Просто тогда на самом деле придется сыграть две свадьбы. Одну для себя, здесь, одну для друзей, дома.

- Безусловно, Таисия. А что нам мешает? Обязательно еще повеселимся! - Алисия хитро подмигнула. - А может быть, сыграем сразу две свадьбы? Твою и мою.

- Твою? Алисия... что, Джек сделал тебе предложение?

- Ну, пока еще нет. Но, я надеюсь, собирается. Во-первых, мою кандидатуру полностью поддерживает Уилл. О чем, думаете, они разговаривали вчера весь вечер? Вряд ли только о политике. Конечно, плохо, что Уилл летит с нами, а не останется воспитывать здесь своего сына до моего следующего приезда. Но у меня есть еще один козырь в рукаве.

- Какой? - разом спросили подруги.

- Какой? А слова гадалки? Цыгане, которые были здесь, утверждают, что все ее предсказания сбываются. Всегда, понимаете? И у меня есть такое внутреннее чувство, что ей можно верить. А если у Вики родится мальчик, я более чем убеждена, что Джек сделает мне предложение. Резеда сказала: до свадьбы нам необходима разлука, чтобы мы поняли, как мы друг другу нужны. В общем, я улетаю еще и поэтому. Пусть поскучает, голубчик.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Свадьба

Неделя пролетела быстро и незаметно. Каждый при своих делах. Женская половина экипажа была полностью занята подготовкой платьев, составлением меню и прочими организационными вопросами. Мужчины, обсуждая новые планы Совета Обороны и доделывая то, что не успели починить на китайской планете, проводили большую часть времени в каюте управления или двигательном отсеке. Даже Фараон нашел себе занятие. Окончательно осмелев в новой для него обстановке, кот не стеснялся ни набегов на продуктовую кладовую, ни вылазок в медпункт в поисках ароматной валерианы. Только этого никто и не замечал. Кота признали за своего и полюбили. Да, термин «любовь» постоянно звучал в воздухе.

Вот и наступил волнительный день. День свадьбы. Леопольд долго прихорашивался у зеркала, не замечая подколок друзей. Джек, Арчер и Лаерти тут же репетировали свои речи.

В этот момент вышел на связь Грэг. Джек взял телефон.

- Привет, Джек! Как у вас дела?

- У нас? У нас все в порядке, Грэг. Как вы там?

- Отлично, Джек! Просто отлично! У меня родился внук! Представляешь, мальчик! Я сам до сих пор поверить не могу! Моя младшая дочь родила! У меня внук!!!

- А Виктория? Она... как?

- Виктория? Порядок полный! Больше испугалась, чем что-то еще. Остановить роды врачам не удалось, но, говорят, малыш здоровый, без отклонений. Маленький только. Но, думаю, все будет нормально. К Таисии на свадьбу приехать мы не успеваем. Передавай еще раз поздравления. И от Виктории, и от Грэга-младшего тоже!

- Непременно передам, Грэг! Спасибо за хорошую новость. Что ж, наверно, прощаемся на две недели? Мы на границе с «мертвой зоной». Опять будем без связи. Скоро должны будем пересечься с «Тайфуном».

- Да, передавай Сэмми привет от меня. Он уже вне связи, я не могу до него дозвониться. Пока.

- Счастливо, Грэг.

Джек улыбнулся. На душе сразу стало светлей и теплей. У его друга все хорошо. Это самое главное. Не такая предсказательница уж и всезнающая: что-то способна увидеть, как, например, рождение внука у Грэга, а что-то и нет. Никто не умер - и слава Богу! Вовсе необязательно ему жениться на Алисии и воспитывать четверых детей. «Да, женитьба - это чересчур. Вон, по Лео можно судить. Не человек, а ходячие нервы». Джек ободряюще улыбнулся Леопольду и похлопал его по плечу:

- Если принял решение - действуй. Гости, наверно, уже заждались, и Таисия волнуется.

Лаерти засмеялся над капитаном и женихом.

- Ну-ну. Поглядим еще, сколько заставит всех ждать невеста. Женщины - народ, ух, ветреный и непостоянный. А вдруг как передумает?

- Не передумает, - твердо сказал Лео. - Убежден в этом.

- Если убежден, тогда пошли. Эх, где мое счастье бродит? Чтоб так влюбиться, надо... это я не знаю, какая женщина должна встретиться мне на пути, - Лаерти мечтательно поднял глаза к потолку.

Мужчины, весело подшучивая друг над другом, направились к дверям.

- Джек, - уже на самом выходе из каюты спросил Леопольд, - а ты уверен, что есть необходимость лететь? Как-то не очень красиво получается. Мы на празднике, а Тони дежурит у приборов. Может, поставить технику на автомат, ненадолго?

- Да я предлагал Тони. Но он не любит праздники и очень застенчив. Ты же сам видел. Из него иногда и двух слов не вытянешь. Может, еще не вжился в коллектив. Мы звали его с Арчером вместе. Но он ни в какую не идет. Так что - как хочет. Сам напросился на дежурные сутки, пусть дежурит.

В дверях мужчины столкнулись с Рональдом.

- Ребята, вы где потерялись? - вспылил он. - Что за организация такая - никакая? За каждым бегать надо! Или уже передумали?

- Нет. Идем-идем, видишь?

- Вижу. А где Филипп? Он разве не с вами? И Джейн где? Вот, сейчас будем бегать по всему кораблю в поисках друг друга. Договаривались ведь ровно на два часа. А сейчас уже половина третьего!

- Ладно-ладно, не кричи, Рон, - Арчер примирительно улыбнулся. - Идите все в кают-компанию, начинайте церемонию. Это ведь не две минуты. А я пулей сбегаю в каюту управления, до Тони, справлюсь о Филиппе, о Джейн - и сразу к вам. Я мигом.

Арчер, не задерживаясь, прямиком направился к электронному мозгу корабля. И он не ошибся. Во всяком случае, не ошибся в части. В каюте управления он обнаружил Джейн.

- Так-так-так. Там, понимаете ли, церемонию начать не могут, а они тут болтологией занимаются! Джейн, ты почему здесь? Где твой праздничный наряд?

- Ой! А сколько времени? Он у меня в комнате, это быстро. А что, Арчер, из-за меня не начинают церемонию? - Джейн испуганно посмотрела на Арчера, затем на Тони, затем снова на первого помощника капитана корабля.

- Ну почему же только из-за тебя? Тебя нет, Филипп где-то потерялся. Лео с мальчишками наряжались полдня. Сейчас начнут. Ты мне объясни, ты почему здесь? Тони, я понимаю, дежурный. А ты?

- Просто я зашла спросить, все ли у нас в порядке. Ну, с техникой. Вы ничего не чувствуете в воздухе? Мне кажется, что пахнет чем-то паленым.

- Нет, - Арчер с Тони переглянулись.

Тони объяснил:

- Джейн, все системы корабля работают нормально. Показатели в пределах допустимого. Может, ты угорела на кухне? Вы сегодня с утра готовите, печете. Надышалась, наверно?

- Нет, ребята, - твердо возразила девушка. - Я почувствовала странный запах еще до кухни. Утром откуда-то Фараон прискакал, от его кожаной тушки ужасно воняло чем-то паленым. Я даже на нижний ярус спустилась. Но нигде ничего. Это утром. А сейчас я шла переодеваться, и опять этот странный запах. Откуда-то из вентиляции. Я и решила уточнить: точно ли у нас все благополучно?

Тони развел руками и показал первому помощнику мониторы:

- Все как всегда. Можно, конечно, диагностику включить, чтобы уж точно быть уверенными...

- Да, это хорошая идея, Тони, - Арчер кивнул. - Повреждений было много. Давай, диагностику запусти. Все равно по прилету нам потребуется полный техосмотр и ремонт. Договорились?

- Сделаю.

- Вот и отлично. Джейн, марш переодеваться. Чтобы через минуту была уже на церемонии. Так, я до Филиппа.

Арчер с Джейн вышли из дверей каюты управления. Арчер вдруг остановился и тревожно посмотрел на девушку. Ему тоже показалось, что он уловил какой-то слабый, но, безусловно, чуждый космическому кораблю запах.

- Да, что-то есть в воздухе. Я, пожалуй, пройдусь по нижнему ярусу. Вернись к Тони, скажи, пусть начнет диагностику именно оттуда, все проверит. Испорченный праздник нам не нужен.

- Хорошо.

Джейн вернулась в каюту управления и передала инструкции. А всего через минуту Тони, с бледным от ужаса лицом, беспомощно смотрел на девушку:

- Боже мой! Джейн, там пожар! На нижнем ярусе пожар! Ни один из датчиков не работает! Боже мой, но там же двигатели... Джейн, там ведь может все взорваться!!! Это как раз под кают-компанией! Где все наши!.. Джейн, что ты стоишь?

- А... а что мне делать?

- Не знаю. Стой здесь! Стой и ничего не трогай!!!

- А...а ты куда? - лишь вдогонку успела крикнуть растерявшаяся девушка.

- Людей спасать! Там сейчас все взорвется! - крикнул он на бегу.

Тони не думал, что бежит сейчас в самое опасное место корабля, не осознавал, что подвергает свою жизнь серьезной опасности. Единственная мысль в его голове звучала колокольным набатом: «Таисия в беде». Девушка, которую он любит. Пусть она ничего не знает о его чувствах, не знает и никогда не узнает. Пусть она выходит замуж за другого. Но ради ее спасения он готов на все. На все, даже если ему придется проститься с этим светом. Только бы добежать вовремя. Успеть, предупредить. Пусть это будет ложной тревогой и гости решат, что он сошел с ума. Он будет ее охранять и беречь до последнего вздоха...

Свадебная церемония шла полным ходом. Священник искренне радовался за столь счастливую пару. Настало время обменяться кольцами. Леопольд взял из маленькой хрустальной розетки золотое кольцо и надел на руку своей невесте. Таисия также взяла золотое кольцо...

- Стойте! Стойте! Остановите церемонию! У нас авария! Пожар! - задохнувшийся от быстрого бега Тони перепрыгнул через перила лестницы, не тратя драгоценные секунды на всю ее длину, влетел в центр кают-компании на такой скорости, что сшиб нескольких гостей. - Нельзя, нам надо всем отсюда уходить! Уходите все! Бегите! - прокричал он еще раз.

Вцепившись в руку невесты мертвой хваткой, Тони фактически потащил Таисию к коридору.

Золотое кольцо из рук девушки выпало и покатилось по полу. Все ахнули. Оброненное обручальное кольцо - плохая примета. Таисия испуганно посмотрела на безумного юношу:

- Что происходит? Отпусти меня сейчас же! Мне больно! Что ты делаешь? - закричала она, сопротивляясь. - Кто-нибудь, отцепите его от меня!

Джек и Лаерти самыми первыми очнулись от оцепенения и подскочили к невесте.

- Тони, ты что, пьян? Какой пожар? Отпусти Таисию немедленно! Ты решил свадьбу сорвать?

Но юноша, и правда, словно безумный, ничего не слыша, продолжал тянуть и Таисию, и Джека с Лаерти, в сторону дверей. Протащив за доли секунды трех взрослых людей метров на восемь к выходу из кают-компании, Тони на миг оглянулся. Гости, все еще завороженные столь странным поступком, продолжали молча наблюдать за происходящим.

- Что? Что вы стоите? Уходите! Слышите? Разбегайтесь все! Боже, вы что, оглохли? Не стойте! Сейчас рванет! Что вы так смотрите на меня? Бегите!!!

В эту самую секунду прогремел взрыв.

Взрыв был такой оглушительной силы, что всем присутствующим на мгновение показалось, что они всегда были глухими. Джек недоуменно повернул голову к центру кают-компании. Как в замедленной съемке разошелся пол - почти в том самом месте, где они только что стояли. Столб пламени вырвался откуда-то из нижнего яруса, мгновенно испепеляя все на своем пути. По противоположной стене медленно, пожалуй, даже слишком медленно, чтобы быть правдой, поползла огромная трещина...

Все же дальнейшее произошло быстрее, чем в одну секунду. Джек лишь вовремя успел ухватиться за поручень одной из лестниц, как мощная волна подхватила его тело и потащила в космос. Стена корабля все-таки лопнула. Воздух второго и нижнего ярусов с жутким свистом полетел наружу. В черноту безвоздушного пространства понеслось все, что не было привинченным к полу. Полетели в космос и обгорелые тела людей. Джек с трудом поднял голову. Несколько выше его, также вцепившись железной хваткой в поручни лестницы, висели Лаерти и Тони. На лбу Тони вздулись вены. Одной рукой он держался сам, другой рукой держал кричащую девушку. Таисия все еще пыталась вырваться. На ее глазах только что улетел в космос ее любимый.

Включилась сигнализация. Опустились специальные герметичные переборки. Клапаны открыли резервный запас кислорода. Джек, Лаерти, Тони и Таисия рухнули на пол. Тони наклонился над девушкой.

- Таисия, ты в порядке?

Ответом ему послужила внушительная затрещина.

- Отпусти меня сейчас же! Я хочу к нему! Выпустите меня немедленно! Слышите? Я вам говорю! Джек, открой эту перегородку!

Девушка бросилась к стене, зло ее пиная и бодая. Видя, что это бесполезно, Таисия опустилась на корточки и затихла, закрыв лицо руками. Металлический голос аварийной сигнализации доложил обстановку: «Разгерметизация корабля - 50%, системы тушения пожара и системы жизнеобеспечения корабля не функционируют. Повышение температуры на корабле. Высока вероятность взрыва. Экипажу рекомендована немедленная эвакуация на планету О39/2480. Всем пройти к спасательным капсулам». Джек и Лаерти с ужасом посмотрели друг на друга. А кому, кроме них четверых, дана еще возможность покинуть этот корабль?

Спустя несколько мгновений легкая вибрация пола подсказала, что от корабля только что отделилась спасательная капсула. Лаерти кинулся к иллюминатору.

- Одноместка, Джек. Кто-то еще выжил.

- Мы даже не можем осмотреть наш корабль! - Джек тоже зло пнул автоматическую перегородку. - Что за ерунда? Это надо же - оказаться отрезанными в самом изолированном секторе!

- Тоже, как Таисия, хочешь туда? - Тони мрачно кивнул головой на перегородку.

Он хотел спасти людей. Хотел, но не смог. Что-то он сделал неправильно. Да, он спас Таисию. И получил за это оплеуху. До чего же обидно! Щека его горела. Дала о себе знать и растянутая мышца руки.

Джек внимательно взглянул на скромного юношу и уважительно склонил перед ним голову.

- Нет. Тут есть выход к капсуле. Летим по рекомендуемому маршруту. Уходим. Таисия, я говорю, что мы уходим. Ты меня слышишь?.. Понятно. Лаерти, Тони, возьмите ее под руки. Нам нельзя задерживаться. Здесь может все рвануть. С минуты на минуту.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Авария

- Стой, несчастное животное! Я за тобой бегать по всему кораблю должна, что ли? Ты слышал: общая эвакуация! Кис-кис, ну Фараончик, милый, пойди сюда! Мяу, - передразнила Джейн. - Все равно ведь достану. Да, страшно. Но ты же мужчина. Это ты должен меня успокаивать. Мне самой страшно.

Джейн наконец-то удалось схватить непослушного кота и запихнуть в рукав от куртки. Испуганное животное просунуло голову в кольцо плотной резиновой манжетки, но достать еще и лапы, а уж тем более - вылезти наружу, попытка не удалась. Кот оказался связанным, как в смирительную рубашку.

- Это для твоего же блага, глупый, не ори.

Джейн добежала до спасательной капсулы. Закинула кота на заднее сидение, пристегнув оставшуюся часть куртки ремнем. Кот предпринимал смешные попытки выпрыгнуть из рукава, но безрезультатно. «Что дальше? Залезать самой и улетать?». Джейн первый раз оказалась в такой ситуации. Эвакуироваться с горящего корабля ей не приходилось. «Хоть бы кто-то пришел! Тони сказал - стоять и не двигаться. Но как долго? Где все? Неужели улетели?». Словно в подтверждение этих слов, легкая вибрация пола подсказала, что от корабля отлетела спасательная капсула. «Но она же не могла вместить всех?». Страшная догадка промелькнула в голове. «Тони, который так резко бросил каюту управления, прокричал, что там сейчас рванет. Там, где все. И ведь действительно: грохот был - дай Боже... О, ужас! Все погибли! Надо бежать!».

Металлический голос сигнализации по-прежнему вещал об одном и том же: «Разгерметизация корабля - 50%, системы тушения пожара и системы жизнеобеспечения корабля не функционируют. Повышение температуры на корабле. Высока вероятность взрыва. Экипажу рекомендована немедленная эвакуация на планету О39/2480. Всем пройти к спасательным капсулам».

«Да, бежать, и как можно скорее! Только без паники. Контролируй свой страх. Контролируй! Не позволяй сжечь себя изнутри. Правительница! Вот посмеялись бы другие члены экипажа над тобой, если б увидели. А увидел бы Лен - пошла на переэкзаменовку по всем предметам. Ну-ка соберись!». Джейн заставила себя пересилить накативший на нее страх. Пара глубоких вдохов. Появились свежие мысли в голове: «Ну подумаешь - пожар?! Хорошего мало, эвакуируйся. Может, еще кто подойдет. Хоть бы Арчер скорее вернулся, сказал, что разберется, в чем там дело, и тоже пропал. Одной лететь слишком страшно... О, нет!». Джейн вдруг отчетливо вспомнила слова старой цыганки: «Я вижу много огня, но я не вижу, чтобы ты выбрался...».

«Арчер ведь пошел в сектор двигателей, в самое пекло! Что же делать?». Джейн посмотрела на орущего кота, посмотрела на уходящую в неизвестность лестницу. «Чего ты боишься, Джейн? Назови страх по имени. Ну?» - громко вслух спросила сама себя. «Что еще плохого с тобой может случиться, чего прежде не бывало? Что изменилось? Ты полюбила эту жизнь? Да, полюбила. Но этот парень ее тоже, вероятно, любит. Помоги ему, Джейн! Помоги! Иногда зло - это просто недостаток добра. Жизнь короткая, Джейн! Спеши делать добро!».

Девушка кинулась к капсуле. Пара щелчков по клавишам. 15 минут - отсчет до старта.

- Мне этого хватит. Я вернусь даже раньше. Не кричи, Фараон. Я успею. Должна успеть. А нет - так автоматика все сделает сама. Улетишь один.

Джейн захлопнула стеклянный купол спасательной шлюпки. Еще раз оглянулась. Она знала, что поступает правильно. Даже если этот поступок - последний в ее жизни.

Девушка кинулась к лестнице. Второй ярус был весь в огне. Густой едкий дым плавал по помещениям. Что же творится тогда на нижнем? Вот они - крутые ступени. Джейн схватилась за поручни, и вовремя. Еще одна капсула отлетела от «Синей птицы», немного встряхнув корабль. «...Экипажу рекомендована немедленная эвакуация на планету О39/2480...». Металлический голос был непреклонен.

«Да-да. Я тороплюсь, тороплюсь. Вытащу только этого парня - и в капсулу». Джейн, перепрыгивая сразу через несколько ступенек, спустилась на самый нижний ярус.

- Арчер!

Часть коридоров была перекрыта герметичными перегородками. Плавал удушливый газ. Некоторые лампы не работали. Полумрак. Джейн завернула в один коридор, в другой. Все так же шумно. К гулу двигателей добавился треск огня и несмолкающая сигнализация. Очень жарко и трудно дышать. Джейн закричала громче:

- Арчер! Арчер! Где ты? Если жив, отзовись! Арчер, мать твою, подай голос!

Арчер сидел на берегу озера, у самой воды. Разглядывать свое отражение так занятно. Волшебное озеро. Что хочешь, то и видишь. «Лилия», - прошептал он. И сейчас же на тонкой ряби воды появилось изображение кудрявой рыжеволосой девчонки. Курносый носик, синие глаза, пухлые губки. «Что же мы, дуреха, с тобой расстались? Ведь ты любишь меня, а я тебя?». Арчер не получил ответа на свой вопрос. Изображение медленно начало исчезать, вода стала прозрачной. «Нет, Лилия, нет! Вернись». В тонкую рябь воды с шумом грохнулась горящая балка. «Арчер!» - кричал женский голос где-то далеко. «Я здесь, Лилия!» - слабо отозвался Арчер. Его легкие были полны дыма. Голова от сильного удара взрывной волны шумела. В сознании перепутался вымысел с правдой. Одно он знал: Лилия его ждет. Надо только разглядеть ее отражение в этой воде... Сильнейшая пощечина привела его в чувство.

- Слава Богу, ты жив! - радостно закричала Джейн. - Я, конечно, не Лилия, но, может, и я на что сгожусь? Не представляешь, как я рада! Я уж и не надеялась отыскать тебя в таком дыму. Что ты здесь разлегся? Всеобщая эвакуация. Выбираться надо срочно. Ты цел? Встать можешь?

- Джейн? Что ты здесь делаешь?

- На лыжах катаюсь. Не задавай глупых вопросов. Вставай!

Мужчина попытался встать и дико закричал от боли.

- Что такое?

- Ноги, Джейн. Они, кажется, сломаны.

- Не может быть, Арчер? Наверно, это просто ушиб. Пошевели пальцами. О, черт! - Джейн только сейчас заметила, что у него из одной ноги торчит острый обломок какого-то полимерного материала. Очевидно, что кость там серьезно повреждена. Вторая нога тоже распухла. - Ладно, потом разберемся. Нужна шина.

Девушка оглянулась в поисках подходящего предмета.

- Джейн, эта сигнализация... она как долго работает?

- Не знаю, не отвлекай. В общей сложности минут пять. Может, больше, может, меньше.

«Ощущение такое, словно время вообще остановилось. Главное - выбраться. Если оторвать от корпуса того прибора теплоизоляционный материал, может получиться неплохая шина». Джейн принялась за работу. Теплоизоляция поддалась довольно легко. Чем только привязать ее к ногам Арчера?

- Джейн, а кто-то уже улетел?

- Да, вроде бы, две капсулы. Мне так показалось. Дай свою куртку, Арчер, моя осталась наверху. Надо зафиксировать твои ноги. Я, конечно, не врач, но вроде нужно делать вот так.

Первый помощник капитана, реально оценив свои шансы на спасение, схватил девушку за руку:

- Джейн, оставь это. Здесь сейчас все взорвется. Уходи одна.

- Брось, Арчер, - девушка упрямо завершила перевязку. - Мы сможем вместе. Я потащу тебя.

- Сил не хватит. Ты не пронесешь меня через те завалы. Там все в огне. Коридор в металлических обломках. И дышать нечем от дыма. Тебе бы самой отсюда выбраться.

- Ну, попробовать-то во всяком случае стоит?

Джейн подхватила первого помощника капитана «Синей птицы» и поволокла его по коридору. Путь девушке перегородили две пластиковые балки. Упавшие крест-накрест и пробившие одну стену в соседнее помещение, они застряли намертво в дверном проеме. Как Джейн ни пыталась сдвинуть их с места - они ни на сантиметр не поддались. И под ними Арчера не протащить. Единственный выход - перелезть поверху.

- Джейн, да послушай ты голос разума! Беги к капсуле, пока есть возможность. Скоро все взорвется!

- Да-да, Арчер. Я слышу тебя, - она с трудом оттащила тело на пару шагов назад. Набрала больше воздуха. Настроила мозг на важную работу. «Девять лет изнурительных тренировок. И кирпичи разбивала руками. И доски - головой. Подумаешь, пластик? Вопрос силы духа и правильной техники». Джейн подпрыгнула, нанося ногой нечеловеческой силы удар по балке. Арчер даже ахнуть не успел. Пластиковая балка сломалась точно посередине. Лен, ее инструктор по физической подготовке, был бы сейчас очень доволен. Джейн мигом разобрала завал. - Что глядишь так на меня? Выбираться пора. Время поджимает.

Кряхтя и тяжело отдуваясь, она снова поволокла Арчера по коридору. Завернула за угол - и остолбенела. Путь был перекрыт. Толстенная перегородка, предотвращая утечку воздуха, отрезала и коридор, выходящий на стартовую площадку нижнего яруса.

- Джейн, надо подняться на средний ярус. Там разрушения должны быть не такими сильными. Может быть, не все перекрыто. Здесь рядом лестница. Ты успеешь добежать. Оставь меня. Прошу.

Но упрямая девушка его уже не слышала. Она тащила Арчера к лестнице. Заколдованный корабль. Проклятый. Коридоры, коридоры. Лестницы. Все против них. Кругом преграды.

- Арчер, посмотри на меня! Мы выберемся, вместе! Я знаю, что тебе больно, но мне тебя не поднять. Ты слишком тяжелый, а лестница крутая. Но ты ведь спортсмен, боксер, да? Ты сильный. Собери свою волю к победе. Попытайся подняться на одних руках, по поручню. Я буду рядом, Арчер! Давай, я помогу тебя приподнять. Помоги мне и себе тоже!

Джейн приподняла своего товарища. Арчер стиснул зубы и ухватился за поручни. Подтянулся на руках. Каждая ступенька эхом отозвалась в его теле. Но он не имел права сдаться в присутствии этой хрупкой, но такой мужественной и сильной девушки. Он дойдет, доползет. Он сможет.

И он смог. Его лоб покрылся испариной. Вены на руках вздулись, но он смог. Один поворот, один коридор, и они у цели - спасательная капсула их ждет. «...Высока вероятность взрыва. Экипажу рекомендована немедленная эвакуация на планету О39/2480. Всем пройти к спасательным капсулам...». Арчер с помощью Джейн подтянулся на руках за борт капсулы и ввалился на заднее сидение. Еще один сильный хлопок громким эхом прокатился по кораблю. Джейн вздрогнула.

- Это где-то в районе каюты Филиппа... Арчер, Филипп! Ты говорил, что его тоже не было на церемонии! Боже, он у себя! Там все в огне! Надо ему помочь!

- Джейн, умоляю, не сходи с ума! Здесь сейчас все взорвется. Залезай быстрее. Если бы Фил был в порядке, то уже давно улетел. Ты ведь сама сказала, что две капсулы улетели!

- Да, но не с этой стороны, надо проверить.

Обгорелая дверь в конце коридора с шумом грохнулась на пол. Ругаясь и откашливаясь, на четвереньках выполз из комнаты раненый старик.

- Филипп! - Джейн рванулась к нему. - Как ты?

Вся голова и грудь старого профессора были в крови. Очевидно, он тоже пострадал от взрыва.

- Фил, ты меня слышишь? Это Джейн. Ты можешь идти? Нам надо выбираться, - она облокотила старика на себя и направилась к Арчеру. «И почему все мужчины на корабле такие тяжелые?».

- Джейн? - Филипп, казалось, только что понял, кто его ведет под руки. - Почему ты еще на корабле? Почему не улетела?

- Ну, скажешь тоже! Разве мы не друзья? Вот вытащу тебя - и улечу. Давай, еще шажочек. Эй, не терять сознание, слышишь? Фил?

Но Филипп ее уже не слышал. Тяжелые ранения отобрали все силы у этого человека. Бесформенным мешком он упал к ногам девушки.

- Боже! Пошли мне силы - и мужские, и дамские! - криком взмолилась она, поднимая старика за плечи. - Помоги мне, Арчер! Пожалуйста, помоги! Тяни его на себя, а я подтолкну снизу. Вот так, отлично.

Девушка усадила профессора в кресло, пристегнула ремнями. Нажала кнопку старта. Стеклянный купол медленно стал опускаться.

- Джейн, что ты делаешь??? - Арчер в ужасе закричал на девушку.

- Но мы ведь не влезем втроем в двухместную капсулу? Вы летите без меня.

- Но Джейн! А как же ты? Здесь сейчас все взорвется!

- На верхнем ярусе есть капсула. Я про нее чуть не забыла. В ней Фараон сидит. Я успею, Арчер! Встретимся на планете.

Первый помощник капитана с немым криком души посмотрел на опускающуюся переборку. Эта девушка, которая ему, по большому счету, ничем не обязана, вытащила его из-под горящих обломков, предоставила шанс на спасение. И вот теперь сама рискует остаться здесь навсегда.

Джейн бросилась к лестнице. Ноги подкашивались, сердце бешено колотилось. Сильная вибрация чуть не свалила ее с ног. Спасательная шлюпка с двумя ранеными мужчинами покинула опасный корабль.

«Я успею. Успею»,- как молитву повторяла она эти слова, поднимаясь по лестнице. «Последние ступеньки. Один коридор. И все закончится. Главное - успеть...». Джейн опоздала. Спасательная капсула с мяукающим от страха Фараоном медленно выезжала на стартовую площадку. Герметичная переборка опустилась. «Ну вот, и Фараон тоже в пути». Джейн в растерянности остановилась: что дальше?

«...Высока вероятность взрыва. Экипажу рекомендована немедленная эвакуация на планету О39/2480. Всем пройти к спасательным капсулам...».

«Большая часть коридоров перекрыта. Все левое крыло. Там к капсулам не пройти. Если только в скафандре. Но где его взять? Тот блок, опять же, заперт! Куда бежать?». Девушка стояла в каюте управления и вращала головой в поисках выхода. В висках стучало. Еще чуть-чуть - и паника вновь ее захлестнет. «Думай, Джейн, думай!.. Точно! На нижнем ярусе есть капсулы. Много. Те самые, к которым мы не смогли пройти вместе с Арчером. Нижний и средний ярусы отдельными блоками перекрыты. А самый верхний? Пройти через жилой сектор и спуститься в противоположном крыле... Только бы лестница не была перегороженной!». Джейн быстрее ветра кинулась к самой дальней лестнице. «Тот блок не должен быть перекрыт! Проклятые коридоры! Крутые спуски и подъемы! Ужасный корабль! Только бы лестница была свободной!».

Лестница оказалась свободной. Джейн повезло. Надо только спуститься на два пролета - и она будет у цели...

Во всех помещениях корабля медленно погас свет. Кромешная тьма окружила девушку. Разом замолчала вся электроника. Корабль фактически умер. Джейн только что задыхалась от быстрого бега, а теперь, казалось, вдруг тоже перестала дышать. Вот он, конец всему. «Сейчас будет взрыв».

Джейн зажмурилась. «О, Господи!». Секунда, две, три - полной тишины. Открыла глаза. Вроде и не так темно. Огонь первого и второго ярусов разросся еще больше, бросая на стены красные блики. «Что ты стоишь, Джейн? Сражайся! Не сможешь ты - никто не сможет! Но ты сможешь!» - откуда-то из отдаленных уголков памяти всплыли эти слова. Джейн не помнила, кто и когда их сказал, в связи с чем, но знала, что не сдастся. Вот он - средний ярус. Крутая лестница на нижний. Стена огня. Взгляд девушки упал на вазу рядом с тумбой. «Точно! Цыганка сказала, что я смогу». Память живо выдала картинку, как они разговаривали здесь, на этом месте, не далее как неделю назад! Джейн предложила ей присесть и сама составила цветы на пол. «Говоришь, золотые женщины не горят?». Она вылила себе на голову содержимое вазы и бросилась вниз по лестнице. Сквозь дым и огонь. Сквозь страх и одиночество. Сквозь ужас попасть в новый взрыв. Сквозь темноту и пустоту выгоревшего коридора нижнего яруса.

Вот и капсула. Та самая, сидя на которой Джейн много думала о жизни и болтала ногами. Пристегнуться ремнями, закрыть купол - секундное дело. «Старт!».

Автоматика не заставила себя долго ждать. На экране появилась надпись: «Введите координаты полета. Старт в автоматическом режиме невозможен. Центральный компьютер выключен или поврежден. Возможно только ручное управление».

Джейн в ужасе посмотрела на приборы и застонала. Она не сможет улететь отсюда в автоматическом режиме! И вообще, она не пилот! Но тогда... На ключе зажигания поблескивал маленький серебряный брелок. Одно предложение. Простая истина. «Верить надо». Верить! Просто надо верить. Джейн дрожащей рукой повернула ключ. Зубы ее стучали от страха. Она сжала кулаки, медленно вдохнула и включила навигационные приборы.

«Буду учиться летать. В космосе. Так, как Гарри показывал. Так, как я собиралась бежать отсюда. Да, точно так. И переживать буду в космосе. Самое главное - убраться с корабля подальше. А там - кривая вывезет».

Это была здравая мысль. Едва спасательная капсула успела отлететь от борта «Синей птицы», как мощный взрыв потревожил безмолвное пространство космоса. Золотые женщины не горят.

Шестиместная спасательная шлюпка плавно совершала посадку на планету О39/2480. Четыре человека находились на ее борту. Джек, его бессменный друг и помощник Лаерти, Тони и Таисия. Немногочисленному экипажу ничего не надо было делать. Электроника руководила процессом посадки самостоятельно. Все молчали. Не о чем говорить. В горле стоял ком. Ком ужаса и осознания того, что случилось. Их корабля больше нет. Их друзей больше нет. Тридцать с лишним человек. Люди, с которыми они жили бок о бок, трудились, шутили и смеялись, ругались и мирились, люди, которых они любили,- никого нет. Тони искоса поглядывал на Таисию. Девушка была белее собственного платья. И от этого становилось еще страшнее.

Легкий толчок о землю. Приземлились. Автоматика открыла прозрачный купол. Где они? Что это за планета О39? И что их ждет? Ночное небо, словно издеваясь, рассыпало над их головами миллионы звезд. Где-то там, среди них, была брошенная ими «Синяя птица». Морозный ветер обдувал лицо. Не жарко.

- Джек! Ну слава тебе, Господи! Хоть еще кто-то спасся! Я уж боялся, что я единственный, кто выжил! - Гарри бросился навстречу вновь прибывшим. - Меня отбросило взрывом в один из коридоров. А затем опустились перегородки. Пришлось добираться до капсулы, эвакуироваться. Я прилетел несколько минут назад.

Джек молча пожал руку Гарри. Говорить не было сил. Одна из звезд у самого горизонта вспыхнула ярким светом. Корабль все-таки взорвался.

- Ну вот и все, - капитан безвольно опустился на траву.

Он потерял свой корабль. Он потерял лучших друзей. Потерял все. Часть души осталась там, наверху. Мог ли он предотвратить то, что случилось? Изменить то, что произошло? Теперь это не важно. Чувство потери сдавило грудь. Джек посмотрел на небо. Немой вопрос: «За что?» - читался в его глазах.

Маленькая светящаяся точка двигалась по небосводу.

- Ребята, это капсула! - первым сообразил Лаерти. Опытный глаз штурмана, мгновенно рассчитав скорость движения, определил и тип ракеты. - Двухместка! Кто-то еще выжил. А вон и еще одна!

Все с радостным ожиданием и надеждой увидеть хоть кого-нибудь из своих друзей глядели на посадочный маневр техники. Да, еще кто-то из их близких жив. Одна лишь Таисия по-прежнему безучастно сидела в своем кресле. Она знала, что там не Леопольд. Не ее муж Лео.

Первая спасательная шлюпка наконец-то приземлилась. Открылся купол. Джек, Лаерти, Гарри и Тони побежали навстречу прилетевшим.

- Фил?! Арчер?!

- Джек, Филипп тяжело ранен. Он без сознания всю дорогу, - доложил первый помощник. - Нужно его вытащить скорее.

- Ого! Арчер, да он весь в крови! Гарри, быстрее расправляй надувной плот. Лаерти, помоги-ка мне его достать. Тони, Таисию живо сюда! - Джек принялся за дело.- Арчер, сам-то как? Хреново выглядишь!

- Порядок.

Арчер, не мигая, смотрел на посадку еще одной двухместки. Ему вдруг показалось, что капсула пустая. Открылся купол. Арчер напряг все свое зрение, с тревогой вглядываясь в темноту. В капсуле никого не было. Обезумевший от страха Фараон все-таки вырвался на свободу. Спрыгнув на холодную сырую траву, он мгновенно притих, прижав уши и настороженно оглядываясь по сторонам, ловя запахи незнакомой ему планеты. Арчер поднял голову в надежде увидеть еще одну капсулу. Ничего. Никаких признаков движения. Мерцающие неподвижные звезды да немного посветлевший небосвод. Скоро рассвет.

Арчер закрыл свое лицо руками. Не он должен был здесь сейчас сидеть. Не он, а Джейн. Это он отобрал у нее право на жизнь. У такой молодой, красивой. Такой смелой и такой настоящей.

- Не понял, Фараон? - Лаерти, не желая создавать толпу возле раненого ученого, решил проверить, кто прилетел еще. - У нас уже что, транспорт и котам предоставляется для эвакуации? Арчер, ты можешь это как-то объяснить? Как он здесь оказался? Арчер? Ты в порядке? Ты вообще вставать собираешься?

Первый помощник капитана снова посмотрел на небо. НИЧЕГО. Никакого движения. «Она хотела успеть. Она не успела». Как он посмотрит ребятам в глаза? Как сам сможет видеть себя в зеркале?

- Фараон?! - Джек заметил кота. - Иди сюда, хороший! Ну, дрожишь весь! Не бойся, - Джек прижал к груди испуганного и уже порядком замерзшего кота. - Да, планета хоть и покрыта растительностью, но температура воздуха оставляет желать лучшего. Изо рта даже пар идет. Арчер, это вы привезли Фараона? Спасибо, друг. А почему ты не выходишь?

- Я не могу, Джек. У меня с ногами проблема. Возможно, перелом. Мне нужно тебе что-то рассказать.

- Что? Что ты сказал о ногах? - Джек и Лаерти подошли вплотную к капсуле и только сейчас заметили, что ноги их друга обвязаны курткой, местами уже пропитавшейся кровью. - Арчер! Ты ведь ранен! Почему ты молчишь? Гарри, нужен еще один надувной плот! Да, прямо сейчас! Как ты умудрился?..

- Джек! Я в порядке! Дай мне сказать! Я - преступник. Не я здесь должен сейчас сидеть. Я здесь не по праву. - Арчер снова посмотрел на неподвижное небо. Тяжело сглотнул. - Я был на нижнем ярусе, шел в двигательный отсек, когда прогремел первый взрыв. Ударило меня очень сильно, взрывной волной отбросило к приборным щиткам, какой-то металлической болванкой придавило ноги, завалило кучей обломков. Поэтому меня и не утянуло в космос. Когда переборки опустились, начался сильный пожар, а я не мог даже пошевелиться. Не знаю, сколько я наглотался дыма и как долго был без сознания. Меня Джейн привела в чувство.

- Джейн?

- Этот хамелеонский подарочек? - Лаерти удивленно поднял брови.

- Она вытащила меня из огня и фактически на руках дотащила до среднего яруса, до капсулы. Нижний уровень был перекрыт из-за разгерметизации. Подходы к шлюпкам отрезаны. Я просил, чтобы она меня бросила, но она пыхтела и тащила, - Арчер закрыл на мгновение лицо, вспоминая только что пережитые события. - Мы добрались до капсулы вместе. И мы прилетели бы вместе, но она увидела раненого Филиппа. Он еще был в сознании. Джейн дотащила до шлюпки и его, а потом нажала на старт. Я ничего не успел сделать, Джек. Не знаю, можно было что-нибудь придумать. Она не так много весит, чтобы вызвать перегрузку. Но я растерялся, замешкался... Я ничего не сделал, Джек. Она крикнула вдогонку, чтобы я не переживал, что на верхнем ярусе ее ждет капсула с Фараоном и она успеет добежать до ее отлета. Но она не успела, Джек! Фараон, как видишь, прилетел один. Это моя вина, - Арчер снова посмотрел на небо. - На верхнем ярусе ведь больше не было капсул?

Джек отрицательно мотнул головой:

- Только средний ярус и нижний.

- Там было все перекрыто. Она вытащила нас с Филиппом, но сама оказалась в ловушке.

Джек тоже посмотрел на небо. Чисто. Никакого движения. Чудес не бывает.

- Мы все немного виноваты, Арчер, в том, что остались в живых. Давай займемся твоими ногами. Лаерти, помоги его достать.

Золотистый диск солнца медленно выползал из-за горизонта. На поле мокрой холодной травы на спасательных плотах лежало двое раненых мужчин - пожилой профессор Филипп, так и не приходящий в сознание, и первый помощник капитана Арчер. Таисия, как умела, оказала им первую помощь. Сейчас, по прошествии нескольких часов от этих трагических событий, чрезвычайная усталость навалилась на чудом выбравшихся из горящего корабля людей. Остатки экипажа «Синей птицы», плотно прижавшись друг к другу от холода, сидели по краю надувного матраса, глядя куда-то вдаль. Все молчали. Каждый думал о своем. Сегодня они все осиротели.

Да, жизнь устроена так, что люди когда-нибудь кого-то теряют. Но не тридцать два человека за какие-то считанные минуты. Нет слов, нет слез - лишь боль. Боль, щемящая душу и сердце. И еще неоправданное чувство вины. Вины за то, что им повезло остаться. Темнота ночи рассеялась. Солнце оторвалось от линии горизонта. Раскрывались цветы, запели птицы. Просыпался луг и лес. Радостно засверкали в лучах солнца маленькие озерца. Наступал новый день - и новая жизнь малочисленного экипажа. Надо что-то делать. Вставать. Куда-то идти. Как-то жить дальше.

Джек поднялся на ноги. Люди ждут от него решений. И он как капитан обязан что-то предпринять, обязан вести людей за собой.

- Будем подавать сигнал бедствия, вызывать спасателей. Мы в «мертвой зоне», а значит, сигнал наш до космической трассы не дойдет. Рассчитывать приходится только на местное население этой планеты. Надеюсь, медицина здесь на достаточном уровне. Лаерти, надо включить маяки бедствия и что-то придумать с легендой. Гарри, пока ждем помощи, нужно разбить какой-никакой лагерь, выгрузить вещи. Тони, займись провиантом. Таисия, ты наблюдай раненых. Да, еще надо будет...

Джек не договорил, что еще надо будет. Его внимание привлек двигающийся по небу предмет. Нет, не летящий, а падающий.

- Ну вот, придется еще вытерпеть падающие нам на голову остатки собственного же корабля!

Все посмотрели в том направлении, куда указывал их капитан.

- Что-то уж больно крупный осколок!

- Потому и падает. Был бы помельче, сгорел в верхних слоях атмосферы, - Джек прикрыл глаза от слепящего солнца. - Ребята, а это часом не капсула? На двухместку похожа. Наверно, оторвало взрывом и швырнуло в нашу сторону. Вон о ту гору сейчас разобьется.

Капсула действительно неслась прямо на скалы. Но вопреки прогнозу Джека, на высоте каких-то сто-двести метров над горой, аппарат, очевидно, вспомнив, что умеет летать, резко затормозил и изменил свою траекторию, плавно, по касательной двигаясь к наблюдателям.

- Первый раз вижу такую траекторию падения, - пробормотал Гарри. - На этой планете, что, законы физики какие-то особенные?

- Какой дилетант писал программу для этой машины? - спросил Лаерти. - Это ведь наша капсула, Джек, с «Синей птицы»?

Джек недоуменно пожал плечами. Спасательная шлюпка пронеслась над их головами, пролетела над полем еще метров сто, почти задевая брюхом высокую траву, неожиданно затормозила и брюхом же грохнулась в болотистую почву. Мужчины переглянулись между собой. Сколько лет летают - такого «пилотажа» им видеть не доводилось.

Мужчины побежали к капсуле. Ее купол уже был открыт. От удара о землю шлюпка наполовину оказалась зарытой во влажную почву, сильно накреняясь вперед. Есть ли кто-то на ее борту - со стороны не видно. Джек, как самый спортивный из бегущих, первым оказался у капсулы. За ним одновременно подбежали Тони и Лаерти. Пухлый Гарри немного приотстал.

- Джейн???! - изумленно воскликнули друзья.

На месте пилота сидела девушка - их необыкновенная находка с «Парнаса». Мокрые спутанные волосы, заплаканное лицо, чумазые, все в копоти и мелких порезах руки, испачканная кровью футболка, белые от напряжения костяшки пальцев, все еще удерживающие штурвал...

- Джейн? Все в порядке. Ты на земле. Ты приземлилась, отпусти штурвал. Джейн! Ты не ранена?

Девушка только сейчас сообразила, что она уже не летит. Она закрыла лицо руками и покачала головой. Вроде не ранена. Не было времени об этом подумать. Слезы вновь выступили на глазах. Напряжение последних нескольких часов вот-вот вырвется наружу. Джейн вспомнила, как отбросило ее шлюпку взрывной волной, как ее трясло, болтало и переворачивало помногу раз, пока титаническими усилиями не удалось выровнять машину. Она заново пережила и ощутила каждой клеточкой кожи леденящую душу тишину и темноту космоса, ужас одиночества. Страх. Злость на свое незнание и неумение. Джейн вспомнила, как она самостоятельно рассчитывала маршрут, как из-за нелепой ошибки не смогла пойти на посадку, и пришлось целый круг сделать по орбите этой планеты. Как садилась, едва не разбившись. Руки вдруг затрясло мелкой дрожью. Да, у нее получилось. Она смогла, справилась. «Нельзя. Нельзя показывать свою слабость, Джейн! Не плачь». Джейн опять замотала головой. Уже скорее себе, чем отвечая на сыпавшиеся со всех сторон вопросы.

- Господи, ну хоть бы одна свинья научила меня управлять этой штукой в ручном режиме! - она вымученно улыбнулась и стерла со щек слезы. - Я сломала вашу машину, да?

Джек пожал плечами.

- Вряд ли она нам еще понадобится. Чудо, что ты выжила.

- Нет, а ты скажи мне на милость, - Лаерти наконец-то пришел в себя от удивления, - а зачем тебе надо было управлять ею в ручном режиме? Вот кнопка. На ней написано «Автоматик». И ничего делать не надо. В случае аварии центральный компьютер сам, сканируя данные по близлежащим планетам, определяет наиболее благоприятное место для эвакуации, сам рассчитывает маршрут и отсылает программу на все спасательные шлюпки корабля. Техника садится на автопилоте.

- Да, я знаю, - ответила Джейн. - Но центральный компьютер незадолго до взрыва корабля отключился, и все программы сбились. Мне пришлось вводить координаты полета вручную. Спасибо, Гарри. Если бы не ты, не твоя школа в свое время, я бы не смогла.

- Не за что, Джейн, - Гарри покраснел. - Всегда рад помочь. Ты замерзла? Ты вся дрожишь. А я тут побегал, мне не холодно, возьми мою куртку, - юноша скинул с себя куртку и протянул ее Джейн.

Девушка благодарно улыбнулась.

- Спасибо, Гарри. Ты настоящий друг. Моя куртка осталась на корабле. Точнее, на одной из капсул. Я в нее Фараона укутала.

Джека вдруг впервые в жизни укололо что-то, похожее на ревность. Он был очень рад, что Джейн выжила и прилетела.

«И как я сам не сообразил предложить девушке теплую одежду? Вот дерево!».

- Джейн, давай я помогу тебе выбраться! - протянул он ей навстречу руки.

Лицо первого помощника капитана «Синей птицы» просветлело. Арчер увидел, как от капсулы возвращаются пятеро. Рядом с его друзьями шагает она - его спасительница. Джейн Аксер. Чудеса все-таки случаются.

- Джейн?! Джейн! Я так рад тебя видеть! Уже и не надеялся даже.

- Вот и напрасно. Я ведь обещала. Как твои ноги, Арчер? Как Филипп?

- А! - Арчер отмахнулся. - Ноги болят, но, думаю, до свадьбы заживут. Фил плох. В сознание он не приходил. Таисия говорит, что без специального оборудования она ничего для него не сможет сделать. - Арчер посмотрел в сторону ученого. Все та же неподвижная поза, а рядом с ним сидит такая же каменная Таисия. За последние часы ничего не изменилось. - А ты как?

- А! - Джейн тоже махнула рукой. - Болеть буду в следующей жизни, в этой некогда. А как Таисия? Как Лео? Я его не вижу, он... где? Нет, только не говори, что он...

Арчер утвердительно кивнул.

- Тридцать один человек, и Лео в том числе, - все погибли. Все, кто выжил, перед тобой. И ты восьмой человечек.

Девушка вздрогнула.

- Что? Я не расслышала, что ты сказал про восемь человечков? - Джейн вдруг опять вспомнила слова цыганки: «восьмая фигурка-предсказание была женской фигуркой. Золотой человек - это ты, дочка. Во всяком случае, ты имеешь все шансы им стать».

- Я говорю, ты восьмая, кто выжил, с «Синей птицы». И у меня пока не было возможности сказать тебе спасибо. Если бы ты улетела сразу, вас сейчас было бы шестеро. Спасибо, что не бросила нас с Филом.

Джейн улыбнулась.

- Да не за что. Обращайтесь еще. Ладно, пойду переоденусь и осмотрюсь на местности...

Джейн бежала по лесу. Бежала так быстро, как только умела, не чуя под собой ног, не разбирая дороги, не ощущая хлеставших ее по лицу колючих веток. Она опаздывала. «Надо же, так глупо! Выполнить задание и чуть все не провалить только потому, что элементарно заблудилась в этом дремучем лесу. А вот теперь время поджимает». Джейн выбежала к глубокому оврагу. «Ого! Идти напрямик - рисковать свернуть себе шею. Обходить - значит почти наверняка опоздать». Джейн полезла вниз по склону. Упрямства ей не занимать, а там - кривая вывезет... С трудом вылезая из оврага, улыбнулась. Она успевает. Осталось менее двух километров.

В наушниках зазвучал голос инструктора:

- Достаточно, Джейн. Я отключаю тебя от машины. Этот экзамен ты не сдала.

- Как не сдала? Что за ерунда? Лен, у меня еще есть время! Я успеваю!

- Да, я в курсе. И тем не менее. Снимай маску. Я вывожу тебя из программы.

Дремучий лес исчез, сменяясь ярким освещением офиса. Девушка, находящаяся в специальной двигательной камере, подключенная к компьютеру кучей проводов и датчиков, зажмурилась от ламп.

- Лен, ты не можешь так поступить, я бы добежала. Я бы успела! В чем дело?

- Ни в чем, Джейн, - Лен подошел к девушке, чтобы помочь снять оборудование. - Дело в тебе. Мне не нужны случайные победы. Везение - это хорошо, это замечательно. Но ты должна рассчитывать только на себя. Там, в реальной жизни, у тебя не будет права на вторую попытку, не будет возможности все переиграть, начать заново. И инструктора рядом не будет. Тебе придется полагаться только на себя. Вот почему этот экзамен я тебе не засчитываю. Ты провалила его с самого начала. Да, ты выполнила задание, но живой к сроку ты не выбралась. Не выбралась бы, будь этот овраг чуть-чуть поглубже или покруче. С самого начала ты не сделала ничего, чтобы толком сориентироваться на местности, узнать что-то о той планете, на которую тебя выбросили. Вот и результат. У тебя десять минут на восстановление, и пойдешь на новое задание.

- Новое задание? Лен, уже второй час ночи!

- Это не мои проблемы.

- Лен, но это уже сотая попытка за сегодня. Я ни рукой, ни ногой пошевелить не могу!

- Не преувеличивай.

- Лен, я правда очень устала. Ну дай хотя бы два часа на отдых.

- Десять минут. Я же сказал.

- Ты изверг! Если ты меня угробишь, Карлос тебя убьет!

- Не убьет. Руки коротки - замахнуться на такого специалиста, как я. А вот если ты не сдашь экзамен до двадцать седьмого, то тебя убрать он вполне сможет, как непригодный для эксперимента материал. И ты это знаешь. Просто обязана сдать... Чай будешь?

Девушка отвернулась:

- Нет, я скоро лопну от твоего чая. Я хочу есть и спать.

- Да, я тоже много чего хочу. Но есть слово «надо». Выбор у вас не велик.

- Ха! Выбор! Что ты называешь выбором, Лен?

Инструктор покачал головой и снова, как обычно, хотел ответить, что это не его проблемы. Но что-то во взгляде девушки его остановило. Он промолчал. Помолчала с минуту и Джейн.

- Лен, а можно у тебя спросить? - осторожно поинтересовалась она. - Это правда, что говорят девчонки?

- А что говорят девчонки?

- Ну, то, что итоговый экзамен у нас будет не на машине. Что нас раскидают по горячим точкам, местам боевых действий, с наиглупейшими заданиями, и только те из нас, кто выберется живыми, да еще с выполненными заданиями - только те из нас получат пропуск в жизнь. Остальные станут добычей ликвидаторов. Это так?

- Мне не очень понятно, как вы вообще умудряетесь общаться. Вам это запрещено. Вы под круглосуточным наблюдением камер. И под самым носом Карлоса вы такое обсуждаете?

- Есть способы. Так это правда?

- И ты, Джейн, на самом деле считаешь, что я поступлюсь служебной тайной и отвечу тебе на вопрос?

- Значит, правда. Мы просто тут подумали: а что, если мы все не вернемся? Миллионный проект псу под хвост? Неужели Карлос пойдет на такой риск?

Лен устало кивнул. Зная Карлоса, другого и не ожидается.

- Не знаю, как остальные, Джейн, а ты справишься.

- Ты всех так успокаиваешь.

- Разумеется. У меня работа такая. Но у тебя точно получится. Просто верь самой себе, и учись всему, чему сможешь. Всегда и везде. Труд напрасным не бывает. Запомни это... Ладно, иди, поспи три часа. Потом продолжим...

Джейн очнулась от воспоминаний. Да, труд напрасным не бывает. Пришло время вспомнить все, чему ее учили. Вспомнить и применить на практике. «Лен! Как мне не хватает твоей уверенности, твоей непробиваемости, твоей силы, твоей энергии и мудрости! Не хватает твоего опыта и твоих советов!». Джейн тяжело вздохнула. Теперь она действительно может рассчитывать только на себя.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Планета Соленых озер

- Что она делает, Джек? - Гарри с интересом смотрел, как девушка спускается к маленьким озерцам, нюхает воду, пробует на зуб различные травы, ломает ветки деревьев и что-то записывает в свой блокнот.

- Дурью мается, не видишь, что ли? - ответил за Джека Лаерти. - Не знает, чем заняться. Лучше бы помогла вещи разгрузить. Принцесса!

Джейн, словно почувствовав, что разговор идет о ней, направилась к мужчинам.

- Джек, можно узнать, что вы делаете?

Лаерти даже задохнулся от возмущения.

«Она еще и издевается?».

- В отличие от некоторых, работаем, - процедил он сквозь зубы, стараясь не замечать укоризненные взгляды друзей.

- Мы разбираем вещи, Джейн. Будем разбивать лагерь. И еще надо собрать один мощный передатчик. Сейчас наш сигнал бедствия никто не принимает. Хотя мы в «мертвой зоне», и это все объясняет, конечно. Но должны же нас услышать местные, - пояснил Джек.

- Ясно. Я могу высказать свое мнение по поводу вашего плана?

- А что, он тебе не нравится?

- Абсолютно.

- Нет, ну ты, Джейн, не перестаешь удивлять! - Лаерти снова опередил в рассуждениях своего друга. - Запомни простую истину: слово капитана - закон. Даже не закон, а за-ко-ни-ще! Ишь ты: нравится, не нравится. Закон не обсуждается. Это как в армии. На корабле может быть только один капитан! И это Джек!

- Я не спорю, Лаерти. Только мы не на корабле уже. А в первобытных условиях, как ты должен был заметить. И если термин «демократия» для вас пустой звук, то у всей группы в целом могут возникнуть довольно серьезные проблемы. Ты уделишь мне, Джек, минуту?

- Уделю. Что случилось, Джейн?

- Минута пошла, - Лаерти вытащил часы и скорчил язвительную гримасу. - Валяй!

Джек и Гарри переглянулись. Назревала очередная словесная битва. Сколько этих двоих ни разнимай - все равно ругаются. Однако в этот раз Джейн не отреагировала на провокацию. Обращаясь сразу ко всем троим, она сказала:

- Полезные дела можно разделить на две категории: дела важные и дела срочные. То, что вы делаете, бесспорно, важно. Но это не срочно.

- Как - не срочно? Ты шутишь, Джейн? - Гарри недоуменно посмотрел на девушку.

- Нет, не шучу. Вы собираете мощный передатчик. С кем вы будете связываться?

- С местным населением, разумеется.

- С белками и птицами? Эта планета необитаема. Разумной жизни здесь нет. А «мертвая зона» не позволит связаться с трассой.

- Необитаема? - не поверив услышанной новости, в один голос вскричали Джек и Лаерти. - С чего ты взяла? Нет, не может такого быть!

- Это не я взяла. Это данные вашего компьютера. Прежде чем садиться на планету, мне пришлось вручную вводить программу выборки информации. Ваш компьютер показал, что планета, на которую вы полетели, для жизни пригодная, но необитаемая. Открыта более ста лет назад, но своего применения не нашедшая. Полезных ископаемых нет, растительный и животный мир весьма беден и также не представляет ни для кого интереса. Более того, здесь поблизости нигде нет планет с зарегистрированной разумной жизнью. Хотя пригодных для обитания - с десяток. Так что передатчик, Джек, по сравнению с остальными проблемами, которые необходимо решить прямо сейчас, не самая срочная вещь. Ответь лучше на такой вопрос. Вы хотите разбить лагерь прямо здесь?

- Ну... да, - Джек неуверенно оглянулся на своих помощников. - А что?

- Вот здесь? На этой открытой болотистой местности?.. Я предлагаю перенести лагерь хотя бы метров на пятьсот, к тем деревьям. Во-первых, там возвышенность и почва более твердая и сухая. Это и для раненых лучше. Во-вторых, деревья послужат естественным укрытием, маскировкой от возможных хищников и барьером от ветра. Я предлагаю примять вон ту траву, перевести капсулы к лагерю и выстроить их полукругом. В-третьих, лагерю нужна крыша. Предвидится сильный дождь. Если мы еще и сможем попрятаться от него в капсулы, то этого никак нельзя сказать о раненых, да и о тех вещах, что ты, Лаерти, так старательно раскидываешь по поляне. Я рекомендую использовать пару спасательных плотов. Распороть их по швам и растянуть над лагерем. Какая ни есть, а все-таки крыша. И делать это нужно срочно. У нас не более четырех часов. Далее...

- Стой, стой! - воскликнул Гарри. - С чего ты решила, что собирается дождь? На небе ни облачка.

- Пока ни облачка. Сюда идет большой грозовой фронт, и, возможно, не на один день. Прежде чем заходить на посадку, я сделала круг по орбите планеты и понаблюдала сверху, что к чему. Дождь будет. И, кстати, я нашла в компьютере программу автоматической съемки. Надо распечатать снимки, составить карту местности. Пригодится. Хотя это не очень срочно. Так, далее. На чем я остановилась?

- На осадках, - улыбка с лица Лаерти уже давно сползла.

Если то, что говорит эта девушка, правда хотя бы наполовину, то их дело дрянь.

- Да, на осадках. Предполагаю, что осадкам может сопутствовать сильное понижение температуры. Сейчас, пока светит солнце, тепло и даже жарко. Но боюсь, к вечеру зубы будут стучать от холода. Необходимо отопление. Жечь горючее неразумно. Неизвестно, для чего и когда оно сможет понадобиться. Самый дешевый способ обогрева - костер. Из того, что здесь есть под руками, костер разжечь не получится. Деревья в низине настолько пропитаны водой, что их и с горючим не разожжешь. Один дым будет, а не тепло. Допускаю, что вон на той горе деревья не такие мокрые. Там возвышенность, солнце там уже давно и, судя по всему, сильный ветер. Вон как качаются макушки. Значит, дрова искать следует в том краю. Кому-то придется уходить из лагеря за топливом. Дальше. Такой вопрос. У нас есть оружие?

- Оружие? - мужчины опять переглянулись. - А зачем нам оружие? Ты ведь говоришь, что планета не населена людьми.

- Это не я так говорю, а ваш компьютер. Я очень даже допускаю, что здесь могут быть люди. Это может быть коренное население, не обнаруженное в свое время первооткрывателями, здесь вполне может разместиться пиратская перевалочная база. Здесь могут проживать такие же пострадавшие, как и мы, скажем, гости на этой планете. Не исключен и такой вариант, что тут могут водиться крупные хищники, если не сказать - людоеды. Оружие необходимо для защиты лагеря. Так оно у нас есть?

Джек кивнул:

- Два лазера, несколько сигнальных ракет. Это входит в комплектацию шестиместной спасательной капсулы. Двухместки не вооружены.

- Ясно. Этого мало, но это лучше, чем ничего. Решать, конечно, тебе, Джек, но я предлагаю такой вариант, чтобы один лазер всегда находился в лагере, а один уходил с теми, кто покидает его территорию. Да, и то же самое касается аптечек. Далее...

- А что, это еще не все?

- Это далеко не все, Лаерти! - резко ответила девушка помощнику капитана. - На все, к сожалению, не хватает времени. У нас меньше четырех часов до смены погоды. Поэтому пока - только о самом срочном. И не перебивай меня, когда я говорю по делу! Понял? - Джейн обернулась к остальным: - Необходимо распределение обязанностей, Джек. Нас выжило восемь человек. Из них двое раненых, а значит - нетрудоспособных. Еще я вычитаю Таисию, которая до сих пор в шоковом состоянии, и Тони, которому приходится приглядывать и за ранеными, и за Таисией тоже. Таким образом, реально работоспособных и мобильных нас четверо. Именно на наши плечи ляжет основная работа и груз ответственности за всю команду. Задачи сейчас две: разбить лагерь и запастись дровами на ближайшее время. Перелететь на капсулах вон туда - это твое, Джек. От меня мало проку в управлении летательными аппаратами, и в переносе багажа тоже. По-моему, с багажом у Лаерти получается очень даже неплохо. Зато я хорошо ориентируюсь на местности, умею лазить по деревьям, разбираюсь во флоре и фауне. Я предлагаю свою кандидатуру для похода за дровами. Единственное, что много дров на себе я не унесу. Желательно, чтобы со мной пошел кто-то еще, например, Гарри. Тони пусть поможет примять траву, перетащить раненых, Арчер распарывает пока свободные надувные плоты. Вот. У меня план такой. Если у кого-то есть предложения лучше моих, давайте обсудим. Если нет, предлагаю заняться делом.

- Нет, ну раскомандовалась! Генералиссимус! - Лаерти, отчитанный за свою несдержанность, еще больше надулся. - Почему это я должен перетаскивать тяжести?

- Можешь не перетаскивать, Лаерти. Пусть зальет их дождем. Здесь никто никому ничего не должен. Тебя ведь никто не заставлял вытаскивать их из капсулы, верно? Инициатива наказуема. Можешь загрузить их обратно, Джек перевезет.

Капитан, обдумав слова девушки, согласился:

- Я помогу тебе, Лаерти, - с едва заметной улыбкой сказал он. - То, что говорит Джейн, очень разумно.

- Я иду в лес, - твердо заявила девушка, завершая возможные споры и пререкания. - Гарри, если ты со мной, собирайся. У тебя пять минут. Я только сообщу о наших планах Арчеру и Тони.

Джейн развернулась и пошла к раненым. Гарри и Джек с восхищением посмотрели ей вслед.

- Это просто возмутительно, - констатировал Лаерти. - Крутит вами, как хочет, а вы и уши развесили. Пойду перепроверю данные компьютера. Что она тут наболтала? И дождя, я уверен, не будет.

- Возможно, - Джек кивнул. - Небо, действительно, чистое, и становится жарко. Не то, что было сегодня утром. Но в любом случае лагерь все же лучше перенести повыше. Здесь я согласен. Гарри, далеко не заходите в лес и будьте предельно осторожны. Все-таки чужая планета, мало ли что?

- Конечно, Джек, не волнуйся. Я ведь самый крутой по рейтингу компьютерных игр, помнишь?

Капитан скептически улыбнулся. И когда Гарри повзрослеет? Имеет ли он право отпускать Джейн в лес на незнакомой планете с этим взрослым ребенком?

- На, крутой! Держи, вот аптечка, лазер, сигнальная ракета. Используй ракету в случае если вам потребуется наша помощь. Если нам будет нужно, чтобы вы срочно вернулись в лагерь, мы запустим свою. Поэтому на небо поглядывайте. И долго не ходите. Удачи.

- Ладно.

Гарри побежал за Джейн. Джек переключился на своего помощника. Лаерти старательно изучал содержимое компьютера поломанной капсулы. И судя по его хмурому лицу, вся информация подтвердилась. Они действительно на забытой Богом и людьми планете, в «мертвой зоне», без права на связь с цивилизацией и без возможности улететь. Техника распечатывала фотографии планеты.

- Джейн! Так мы никогда не доберемся до места. Что ты там опять застряла? - Гарри нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

Внушительная связка дров отдавила все части тела, а до лагеря еще идти и идти. Из-за горизонта показались черные тучи. Медленно отвоевывали они себе небосвод. Торопиться надо, а они тормозят у каждого деревца. Девушка вновь вытащила записную книжку и приступила к изучению дикой природы...

- Ой, Джейн, но ты ведь не полезешь к той луже?.. Не пей из нее - козленочком станешь!.. Фу! У нас же есть с тобой питьевая вода, что ты делаешь?

Джейн наконец-то вылезла из оврага. Взвалила на себя охапку хвороста и пошла к лагерю:

- Я не пью эту воду, Гарри! Я ее исследую. У нас проблемы. Не говори пока ничего в лагере, не создавай панику. Но здесь все соленое, насквозь. Деревья, кустарники, трава, почва, вода. Все. Я не знаю, как такое возможно, но вот, посмотри: милые цветочки, вкусно пахнут. Попробуй их на язык. Соленые. И все водоемы, и лужи, у которых мы останавливались. Может быть, поэтому здесь никто не живет? У нас, конечно, есть какой-то запас пресной воды, но насколько его хватит?

- На неделю, может, больше. Дней на десять.

- Всего? Значит, основной задачей походов в лес должны стать поиски питьевой воды. С утра этим и займемся. Хочется верить, что дождь сильно не задержится. Ну что ты там отстал?

- Да я иду за тобой. Только мне не понятно: а куда мы идем?

- В лагерь. А ты что подумал?

- Но ведь лагерь вон там?! В том краю, - Гарри показал рукой в сторону от маршрута девушки градусов на сто пятьдесят.

- Где-где? - Джейн рассмеялась. - Так, значит, Гарри, ты прошел у Филиппа все компьютерные игры? Как же ты не блуждал, бедный, в виртуальном пространстве? Там ведь тоже лабиринты, поля, леса?

- А чего там блуждать-то? Если идти нельзя, игра туда и не пойдет. А во многих игрушках компас есть в уголочке экрана. Это просто. Но ты точно идешь не туда. Поверь моему опыту.

- Верю, Гарри, охотно верю, - Джейн опять звонко рассмеялась и пошла своей дорогой. - Вон, смотри!

Из-за расступившихся впереди деревьев стала видна низина, куда приземлились первоначально все капсулы. Джек с Лаерти успели их уже перевезти на новое, возвышенное место и оборудовать лагерь. Непокорной осталась лишь та спасательная шлюпка, которую Джейн безжалостно закопала в землю по пояс. Она так и осталась сидеть в земле. Гарри удивленно взглянул на свою спутницу. «Это ж как надо уметь ориентироваться в лесу? Какая игрушка такому научит?».

С неба полетели вниз первые тяжелые дождевые капли. И здесь Джейн тоже не ошиблась. Начинался дождь.

В маленьком лагере царили тишина, уныние, отчаяние. Третий час подряд идет проливной дождь. Стена воды обняла лагерь со всех сторон. Горько-соленой воды, как тайком определила Джейн. Самодельная крыша прогнулась. Похолодало. Небольшой костер сильно трещал, дымил, но все же грел. Стемнело. Воображение каждого рисовало мрачные картины будущего. Один лишь Филипп все так же был без сознания и не мог внести свою лепту в темные прогнозы.

- Мы должны были встретиться с «Тайфуном» через четыре дня, под Каржомом. Может быть, так нас и не дождавшись, они полетят нам навстречу? - произнес Джек.

- Ага, а что, был такой уговор? - спросил Арчер.

- Нет, просто Сэмми любит приятные сюрпризы. Вдруг решит нас встретить?

- Я бы не стал на это сильно рассчитывать, - Лаерти, как главный пессимист в команде, покачал головой. - Мы хоть взорвались и не на трассе, но взрыв такой величины не должен был остаться незамеченным. Первой, кто прилетит на место трагедии, будет полиция. Вряд ли Сэмми захочет подставляться и светиться в том районе. Я бы на его месте, наоборот, принял решение как можно быстрее и тише оттуда скрыться.

- Да-а, значит, придется ждать дольше, - протянул Тони.

- Чего ждать? - Гарри горько засмеялся. - Что, кто-то на месте взрыва оставил записку, где нас искать?

Все переглянулись: а ведь Гарри прав.

- Да, но компьютер... - Тони попытался возразить.

- Компьютер настолько сильно защищен паролями Филиппа, что там нельзя ничего прочесть и когда он в рабочем состоянии. А система, как я понял из объяснений Джейн, вышла из строя еще при жизни корабля. И потом этот взрыв. Вряд ли вообще от компьютеров что-то осталось. Да и от очень многих тел тоже. Если нас будут считать погибшими, то кто нас будет искать? Сюда никто не прилетит.

- Нет, прилететь-то прилетят, - Арчер продолжил рассуждения Лаерти. - Только это будут международники. Им по инструкции положено облететь с патрулем все близлежащие планеты в поисках пострадавших. Но смысл-то в чем? Мы же не пройдем паспортный контроль? Я в хамелеонскую тюрьму не собираюсь.

- Да, контроль нам не пройти, - Джек удрученно посмотрел в костер. - Послушайте, - выражение его лица неожиданно изменилось, - но ведь не всем нам? А что, если контроль пройдет Джейн? А, Джейн? Мы спрячем наши капсулы, сами спрячемся. Не будут же они обыскивать всю планету? Твоя разбитая шлюпка пусть сидит, где сидит. Включим маяк бедствия. Ты на стольких языках говоришь свободно! Расскажешь им что-нибудь, как ты на нашем корабле очутилась, о том, как мы погибли все, а ты чудом спаслась! Они тебе поверят! Ну, а потом сообщишь нашим ребятам координаты.

- Нет, Джек.

- Нет? Но... почему? Ты наша единственная надежда выбраться отсюда.

Весь малочисленный экипаж, кроме безучастной ко всему Таисии, недоуменно смотрел на нее.

- Я не могу этого сделать, Джек, - девушка вздохнула. - Не смогу сообщить. У меня не будет такой возможности. Мне не пройти паспортный контроль. Я в международном розыске.

- Что? Как это? - воскликнули мужчины хором.

- Не может быть! Я лично проверял твои пальчики! Как только ты поступила к нам на корабль, - авторитетно заявил Лаерти. - Ты не числишься в розыске. Это точно.

- Да. Целая вечность уже прошла с того момента! - печально произнесла Джейн. - Полторы недели назад на официальном розыскном сайте появилась информация о моем поиске. Филипп ее обнаружил и мне показал. Оказывается, за то время, что я находилась на «Синей птице», я успела организовать контрабанду наркотиков на Ассе, оказать вооруженное сопротивление полиции и при этом убить полицейского.

- Нет, но это какое-то недоразумение! Если ты была на нашем корабле, ты же не могла в это время...

- А что, Гарри, может быть, согласишься выступить моим свидетелем в суде? Или кто-нибудь еще готов подтвердить мое алиби в полиции? Боюсь, что теперь я такой же человек вне закона, как и все вы.

- Да, но почему?

- Что тут непонятного, Джек? - Джейн подбросила еще пару поленьев в костер. - Некто не досчитался одного тела на «Парнасе», и эта ориентировка на меня - просто страховка, на всякий случай.

- Некто? А кто вообще этот Некто? И что ему от тебя надо? - Лаерти снова попытался взять инициативу разговора в свои руки. - Может быть, Джейн, все-таки расскажешь нам, что произошло на «Парнасе», кто и почему в тебя стрелял?

- Это длинная история, Лаерти.

- Ха! А мы, знаешь ли, никуда не торопимся! Нам вообще теперь некуда торопиться!

- Ошибаешься, Лаерти, нам всем есть куда торопиться. Согласно моим наблюдениям, здесь очень короткие сутки, к которым придется привыкать. Девять часов дневное время, девять часов - ночное. И поскольку уже стемнело, беседуем мы сейчас в счет нашего сна. Истекшие сутки были чрезвычайно тяжелыми. Не знаю, как ты, а я с ног валюсь от усталости. И завтра тоже будет трудный день. Силы нам необходимы. Предлагаю всем лечь поспать. Я думаю, надо установить полуторачасовое дежурство для каждого. Все-таки первая ночь на незнакомой планете, да еще в походных условиях. Разбудите меня, когда придет мое дежурство, - Джейн выбрала себе самое удобное с ее точки зрения место на надувном плоту и блаженно растянулась на нем. - А что касается истории, Лаерти, то она вовсе не такая интересная, как ты себе вообразил. Жених у меня ревнивый. Вот и преследует, - девушка зевнула. - Спокойной ночи.

- Врешь ты все, - сквозь зубы произнес Лаерти.

- Сможешь это доказать? - Джейн улыбнулась и даже не потрудилась открыть глаза.

- Так, давайте все вопросы решать завтра, - Джек принял командование на себя. - Дежурить будем по очереди, по два часа каждый. Я заступаю первым. Далее Гарри. Потом, Лаерти, ты. Все остальные от дежурства сегодня освобождены. Всем спать. Утро вечера мудренее.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Когда в товарищах согласья нет...

За дверями кабинета Карлоса Ле Кар шло важное совещание. Красная лампа над дверью строго-настрого запрещала вход всем без исключения. Даже миловидная секретарь знала: это правило распространяется и на нее. Нарушение любого запрета в этом секретном учреждении может караться смертью. Делай лишь четко ту работу, которую тебе поручают, и помалкивай. Ну а что там происходит - это уж не ее дело. Тот факт, что в двери вошло два человека: ее шеф Карлос Ле Кар и его помощник Андреас,- не означает, что на совещании не присутствует кто-то еще. В секретный кабинет ведут несколько дверей, и простым смертным туда не попасть.

Секретарь не ошибалась. В кабинете было трое. Андреас сидел за столом, вертя в руках карандаш. Карлос ходил взад и вперед по кабинету. Было заметно, что он тоже нервничает. Единственный, кто внешне выглядел абсолютно спокойным, это был агент В36. Он сидел на стуле в центре комнаты с закованными в наручники руками за спиной. Он не так давно очнулся от лекарственных препаратов, которыми потчевали его всю дорогу, но уже успел объективно оценить ситуацию. Он в центре.

Карлос набрал под краном полный стакан воды и плеснул агенту в лицо.

- Ну что, Лен Маршалл, пришел в себя? Поговорим? Неужели ты и правда думал, что сможешь сбежать от меня? Считаешь себя профессионалом? А тот факт, что твое тело будет помечено передатчиком, предусмотреть не мог. Слабо сработано, я бы сказал... Да речь сейчас не об этом. Расскажи-ка мне лучше, друг, что же все-таки произошло на «Парнасе», и почему ты вопреки приказу еще жив, а?

- Пошел ты к черту, Карлос! К счастью, я никогда не был твоим другом, и горжусь этим. А что там случилось, ты должен знать лучше всех. Ликвидаторы не сами открыли огонь. Это ведь была твоя идея?

- Разумеется.

- Сволочь. Столько людей угрохать, таких девчонок загубить, как тебя земля только носит?

- Нормально носит. Так что там произошло? Я не услышал ответа на поставленный вопрос.

- Спроси у своих ликвидаторов. Им виднее.

- Спросил бы, только вот какая оказия - умерли все.

- Это не мои проблемы.

- Твои, Лен. Теперь твои. Ты единственный, у кого спросить можно. Так что давай, начинай. Мое время дорого стоит.

- Мое слово тоже. Катись к черту.

- Да-а, я ничего другого от тебя и не ждал, - Карлос усмехнулся, дошел до стола и вернулся с полным шприцем. Быстрым и четким ударом вдавил его содержимое в область шеи своего пленника. - Расскажешь. Никуда не денешься.

Пленник обмяк на стуле. Потекли минуты ожидания. Карлос закурил:

- Все расскажет, как миленький.

И Лен рассказал. Рассказал все, что знал. И про фальшивый выпускной бал на «Парнасе». И про то, что девчонки неизвестно каким образом узнали о предстоящем им экзамене и решили его сорвать. Как эти шестеро молодых, красивых и талантливых лишь с полуслова, с полувзгляда друг друга отважились на захват корабля. Они бы отвоевали себе и жизнь, и свободу, пользуясь моментом неожиданности и растерянности персонала, если бы не нападение на их базу трех атлантских военных кораблей, лишивших «Парнас» двигательной способности. Почему трех, а не двух? Вроде бы трех. Хотя не уверен. Лен рассказал, как ликвидаторы получили приказ о полном уничтожении всех. Началась перестрелка на поражение. Знал бы заранее, кто из персонала является ликвидаторами, сам бы дал в руки девчонкам оружие и встал на их сторону. Но не успел. Был ранен. Да, видел, как их убили. Это произошло на его глазах. Нет, не ранили, а убили. С контрольными выстрелами. Да, все погибли. Он один успел доползти до дверей, прикрываясь чьим-то телом, а дальше добрался до спасательной капсулы и улетел. Какие были планы на будущее? Сейчас, когда оправился от ран, хотел улететь подальше, поменять документы, начать новую жизнь, открыть свое дело - спортклуб. Кому-то рассказать о том, что знает? Нет, не было такого намерения.

- Думаешь, он говорит правду, Карлос?

- Полагаю, да. Хотя мне не понятна ситуация с количеством атлантских кораблей. Ладно, Андреас, главное, что мои опасения не подтвердились и все образцы уничтожены. И тайна «Иллюзиона» останется тайной. Так. Я сейчас иду к генетикам, они меня с утра ждут. Вот в этой папке данные по Пятой лаборатории. Ознакомься с ними. Надо будет кое-что обсудить, я зайду к тебе вечером. Да, сдай этого по пути к ликвидаторам. Я им уже звонил, они знают, что с ним делать. Все, я пошел.

- Как - ликвидаторам? Ты его не отпустишь? Он же сказал, что не желает о нас ничего рассказывать.

- Конечно, нет, Андреас. Ты что, перегрелся под своими лампами в кабинете? Лен все о нас знает, и о «Парнасе» тоже. Подставиться так хочешь? Это он сейчас не желает говорить. А завтра вдруг передумает? Здесь не может быть иного решения, чем сдать его в расход. Так что давай, поднимай его, пройдешь по этому коридору, чтобы на людях лишний раз не светиться. Бери его под руку, да не бойся, он сейчас слабее котенка. Вот так... Андреас, папку забыл! Держи. Закинь к себе в кабинет и отведи этого до его последнего пристанища. Прощай, Лен! Ты на самом деле был когда-то востребованным и незаменимым специалистом.

Карлос с издевкой помахал агенту рукой на прощание и пропустил своего помощника за одну из специальных дверей.

Андреас медленно побрел по коридору, ведя за собой пленника. «Надо подумать, подумать». В висках стучало. «Что ты делаешь, Андреас? Что ты делаешь? Как долго это может продолжаться? Сколько еще ты будешь во всем этом участвовать? Ты уже по уши в крови. И тонешь все больше. Останови это безумие, Андреас! Сделай хоть что-нибудь!».

- Сядь на стул! - дал он команду пленнику, как только вошел в собственный кабинет и запер дверь. - Вот здесь, у входа.

Андреас быстро дошел до письменного стола. Голова его лихорадочно соображала, что делать. Ладони вспотели, лоб покрылся испариной. Страшно. Очень страшно. Но и так продолжаться тоже больше не может. Андреас засунул руку в ящик стола и чем-то там щелкнул. Все, теперь можно расслабиться. Если в его кабинете есть какие-нибудь системы наблюдения, то временно сейчас вся техника вышла из строя. Доктор бросился к пленнику:

- Лен! Очнись! Приди в себя, пожалуйста! Ты меня слышишь?

- Слышу, - безучастным голосом ответил агент.

Лекарство по-прежнему еще действовало.

Андреас кинулся к аптечке, достал оттуда шприц и какой-то лекарственный препарат. Использовал их по назначению. «Ну же! Давай! Приходи в себя!».

- Лен! Очнись! У тебя мало времени! - Андреас затряс пленника за плечи. - Не смотри на меня так! Мне недостаточно, чтобы ты меня просто слышал, нужно, чтоб еще и понимал!

- Пытаюсь понять, но что-то туго соображается. Что ты делаешь?

- Ох, кажется, действует. Слушай меня внимательно, Лен. Слушай! Сейчас надеваешь мой халат, выходишь из кабинета и идешь по правой стороне, строго направо два поворота! Два, слышишь? Там будет лифт. У лифта сидит охранник. Попытайся ничем не привлечь его внимание, или обезвредить так, чтобы он не успел включить сигнализацию. Иначе блокируются все лифты и лестницы и ты уже не сможешь отсюда удрать. Дальше спускаешься на лифте до шестого этажа. Это очень важно, Лен! Только до шестого. Если поедешь ниже, опять же включится сигнализация, и лифт будет заблокирован. Ты меня понимаешь? Затем ты выходишь из лифта на шестом этаже и идешь строго прямо. Первый поворот опять направо - охранник и лифт. Спускаешься до второго этажа. Через первый выйти тебе не удастся, там пропускной режим, море охраны. Второй этаж - временно нерабочий. Несколько охранников для порядка и много технического персонала, ремонтники всякие. Прорывайся к любому окну и прыгай. Там невысоко. Других способов выйти тебе из здания живым я не вижу. Ты меня понимаешь?

Агент кивнул. Кажется, голова действительно проясняется все больше.

- Это не все, Лен. На твоем теле передатчик. Они найдут тебя в любой точке, за исключением разве что «мертвых зон». Вот в этих часах специальный сильный излучатель. Возьми. На какое-то время ликвидаторы тебя потеряют. Но важно что? Часы нельзя носить на себе долго. Они влияют на сердце. Как только доберешься до безопасного места, разыщи доктора, который сможет выковырять из тебя эту штуку. Вот, кредитка на предъявителя. Здесь немного денег, но больше я тебе ничем помочь не смогу... Ах, да! Наручники! - Андреас спохватился, что его пленник все еще связан. Похлопав себя по карманам халата, обнаружил ключ, расстегнул наручники. Снял халат, протянул его агенту. - Да, и еще кое-что, Лен. Ударь меня. Пусть это выглядит как нападение с твоей стороны.

- Ударить тебя? Думаешь, Карлоса можно купить на такой детский трюк? Он убьет тебя, Андреас.

- Возможно. Но сам себя я ударить тем более не смогу. Постарайся, чтобы выглядело правдоподобно, - доктор зажмурился в преддверии удара.

- Да нет проблем. Спасибо тебе за все. А это что?

- Где?

Андреас не успел разглядеть, что и где. Тяжелый кулак золотого призера многих престижных соревнований по рукопашному бою легко и профессионально точно сделал свое дело. Голова ученого ахнула от боли и поплыла в несколько иное измерение, царство снов, обмороков и нокаутов. Только это уже были не проблемы Лена. Ровно минута на обыск кабинета. Поиски оружия. Ничего, кроме канцелярского ножа. Плохо, конечно. Хотя все в этом мире относительно. Застегнув халат и забрав со стола какую-то папку, Лен с усталым заумным видом не спеша вышел из кабинета и направился в сторону лифтов.

- Это моя вина, Андреас, - Карлос сокрушенно качал головой. - Надо все-таки было вызвать охрану. Недооценил этого мерзавца. Вроде и дозу вколол ему лошадиную. И как он так быстро пришел в себя - непонятно. Вот что значит - спортивный организм. Как ты, Андреас?

Андреас пошевелился. Больничная палата. Врачи хлопочут около него. Голова завязана. Что у него? Сотрясение? Хуже? Рядом сидит участливый Карлос. Вздыхает.

- Поймали его? - слабым голосом спросил Андреас.

- Поймаем. Обязательно поймаем. Ты не волнуйся. Поймаем - ему мало не покажется. Представляешь, этот гад, судя по всему, еще и данные по Пятой лаборатории умыкнул. Вот сволочь.

- Карлос, я хотел с тобой поговорить. Наедине, Карлос.

- Хорошо. Оставьте нас, - скомандовал он врачам. - Что-то еще случилось?

- Нет, то есть да. Я хотел сказать, что принял решение уйти. Я ухожу с военной службы, из нашего ведомства и из твоих лабораторий.

- Что?.. Да, я понимаю, удар по голове.

- Моя голова тут ни при чем, Карлос. Это не сиюминутное решение. Я давно об этом размышляю. Я устал так жить и работать. В таком невозможном ритме. У меня нет никакой жизни, я племянницу свою вижу только на фотографии. Одна работа. Я устал. Я вообще хочу уехать с Саргонда.

- Послушай, Андреас. Да, я виноват, что не обеспечил сегодня твою безопасность и...

- Сегодняшний случай... Ну, если ты так хочешь, то можно и его считать поводом. Я хочу жить как все люди, приходить вечерами домой, спокойно проводить время перед телевизором, не вздрагивая от телефонных звонков...

- Понял, Андреас. Тебе нужен отпуск. Ты давно не отдыхал, и усталость накопилась. Давай подлечивайся, а потом поедете с Ангелиной куда-нибудь отдохнуть. Куда ты хочешь?

- Никуда не хочу. Я уйти хочу отсюда. Карлос, ты для меня много сделал, и я тебе очень признателен. Но, боюсь, здесь наши пути расходятся. Я знаю, от тебя никто не уходит живым. Если ты примешь такое же решение и в отношении меня, я, наверно, даже пойму.

- Андреас, ты с ума сошел? Как ты можешь такое говорить? Мы же друзья!

- Да, ну просто чтобы между нами не было недоразумений.

- Знаешь что? Давай выздоравливай, а потом вернемся к этому разговору еще раз.

- Как хочешь. Но я принял решение. Я ухожу.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Таисия

Мерное потрескивание костра, спокойное дыхание спящего часового, кажется, помогли уснуть уставшему, измученному бедами экипажу. Вода перестала капать с крыши, дождь прекратился. Тучи, гонимые морозным ветром, исчезли. Черное небо засияло бриллиантами звезд. Красота. Жаль, что некому ею любоваться. Состояние души не то, да и спят все. Хотя нет, не все. Хрупкая фигурка в белоснежном платье осторожно, чтобы никого не потревожить и не разбудить, пройдя мимо костра и спящего Лаерти, отделилась от лагеря и растворилась в темноте. Почти одновременно с этим еще одна голова оторвалась от узла с вещами, временно исполняющего роль подушки. Тони так же аккуратно встал и направился к выходу, стараясь глазами не потерять удаляющееся в темноту белое платье.

- Не делай этого, Тони, - рука Джейн крепко схватила его за ногу. - Поверь, ты для нее сейчас - не самое лучшее общество.

- Отпусти меня, Джейн, - зло прошептал юноша. - Ты не понимаешь, я должен.

- Тише! Часового нашего разбудишь! Еще начнет спросонья палить. Я все понимаю, Тони. Я же не слепая. Но ей надо побыть одной, выплакаться. Не мешай ей. Ты лучше сам поспи. Насколько я знаю, у тебя накануне были дежурные сутки. Думаешь, команде будет легче, если завтра еще и ты свалишься без сил? Неизвестно, что принесет нам новый день. Твои силы нам тоже понадобятся.

- Как я могу уснуть, а если она с собой что-нибудь сделает? Ее нельзя оставлять одну. Я должен...

- Да, согласна. Но если что, ты не сможешь ее остановить. Поэтому твое присутствие там все равно бесполезно. Я пойду и присмотрю за ней. Обещаю. Ложись спать, я догоню ее.

Джейн накинула себе на плечи куртку, взяла еще одну для Таисии и исчезла в темноте.

- Ну да! «Присмотрю за ней!». А за тобой кто присмотрит? Мы же не на корабле. Мы на чужой планете. В лесу! А если что-то, мало ли...

- Я за ней присмотрю, - так же тихо, шепотом отреагировал на недовольные восклицания юноши Джек. - Присмотрю за ними обеими. А что касается тебя, Тони, то Джейн здесь права. Ты уже давно не спишь. Поэтому - марш спать без всяких разговоров. Это приказ.

- Я все равно не усну, Джек. Не знаю, вообще когда-нибудь спать смогу ли?

- Сможешь, куда денешься. Вон, бери пример с нашего часового. Спит, как ангел, - Джек с легкой улыбкой посмотрел на Лаерти. - Хоть весь лагерь выноси, не проснется!

Джек крадучись прошел мимо друга и тоже очутился в темноте. «Как неуютно. Холодно. Темно. Страшно». Планета не выглядела такой приветливой, как днем. Незнакомые и пугающие звуки. Черные силуэты деревьев. Мокрая высокая трава. «Куда направились девчонки? Вроде бы в сторону озер. Как бы самому не заблудиться. Ничего толком не видно. И скользко как!.. Что это за шорохи?».

Деревья расступились. Джек увидел фигурку в белом платье. Таисия карабкалась по скользкому косогору. «За этим валуном вода. Тони был прав: она направилась к озеру. А где Джейн? Как можно одновременно присматривать за двумя девушками, если они не вместе? И что теперь делать?».

Таисия остановилась над самой водой. Любое действие Джека может спровоцировать ее на необдуманный поступок. А добежать быстро он не успеет. Далеко и скользко. «Надо подойти ближе»,- подумал Джек, и тут же, поскользнувшись, растянулся на мокрой траве.

Таисия вздрогнула. Ей послышался какой-то звук. Оглянулась, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Ничего. Все тихо. Медленно, действуя больше автоматически, чем осознанно, стала распускать свадебную прическу. В черную неподвижную гладь озера один за другим полетели белые цветочки, так долго украшавшие золотистые волосы. Следом отправились шпильки-бусинки, сережки из ушей, цепочка с шеи. Таисия дошла до свадебного кольца. С трудом сняла его с пальца и положила на ладонь. Всего несколько часов назад Леопольд надел ей кольцо. «Такое чувство, будто это было несколько веков назад. Целая жизнь прошла с того момента. Лео. Это все, что осталось от него на память. Жалко выкидывать. Как сердце свое выкинуть. Как душу. Но разве есть у меня сейчас душа? Она осталась там, наверху. С Лео навсегда. Его уже не вернешь. Второго такого нет».

Кольцо с ладони покатилось в воду. «Ну вот и все. Больше выкидывать нечего. От прежней жизни не осталось ничего. Пустота». Таисия подошла к самому краю берега. Посмотрела сверху вниз на воду. Черная неподвижная вода. Такая же безвоздушная и бездушная, как космос. Это просто - одно движение, один шаг...

Бултых! В воду у ног Таисии с плеском упал камушек. Безмятежная, как зеркало, поверхность тут же покрылась множеством кругов, стирая отражение несчастной невесты и отвлекая девушку от черных мыслей. Таисия вздрогнула. Метрах в пяти от нее, у кустарника, неподвижно на корточках сидела Джейн и также смотрела на воду. Заросли сделали ее фигуру совсем незаметной. «Как долго она здесь находится?».

- Завораживающее зрелище, верно? - как ни в чем не бывало сказала Джейн. - Я тоже гляжу на воду, когда мне плохо. Правда, говорят, долго нельзя на нее смотреть, вода может к себе притянуть. - Джейн снова бросила камень. Бултых! - Прости, что напугала тебя, Таисия, я не специально.

- Что ты здесь делаешь, Джейн? - не глядя больше в ее сторону, стараясь ничем не выдать свои чувства, спросила Таисия.

- И не спится, и в лагере не сидится. Вышла воздухом подышать. Но что-то уже подмерзаю, да и ты вся посинела от холода. Пора возвращаться. А то еще, чего доброго, мужчины проснутся, а нас нет, волноваться начнут, - Джейн встала, встряхивая затекшие от долгого сидения на корточках ноги.

- Иди, я тебя догоню, - плохо скрывая раздражение, произнесла медсестра.

- Ладно. Хотя... нет. Так страшно. Нечего нам по лесу поодиночке ходить. Я подожду тебя, - Джейн снова присела на корточки и швырнула камень в воду. Бултых!

Таисия закусила губу от злости. «Она что, издевается?».

- Джейн, ты правда не понимаешь или притворяешься?

- Не понимаю - что? - очередной камень - бултых! - Что ты не собираешься возвращаться в лагерь? Боюсь, что понимаю это очень хорошо. И даже лучше, чем кто бы то ни было на этой планете. И твое состояние сейчас тоже хорошо понимаю.

- Вот и оставь меня, раз ты такая понятливая! Оставь, слышишь! Возвращайся в лагерь!

Таисия угрожающе подошла к кромке берега. Малейшая неловкость - и она сорвется. Джек тревожно переводил взгляд с одной девушки на другую. «Почему Джейн медлит? У нее была такая возможность незаметно подойти к Таисии, схватить ее за руку, а теперь?».

- Знаешь, Таисия, - совершенно ровным тоном продолжила Джейн, - я днем подходила к этому озеру. Вон с той стороны, где пологий спуск. Думаешь, что меня удивило больше всего? Вода здесь ужасно холодная. Настолько холодная, что скулы сводит от одного только воспоминания. А ведь днем было достаточно жарко. По идее, вода должна бы прогреться. Наверно, подводные ключи виноваты.

Бултых! - очередной камень.

- Тем лучше, - тихо ответила Таисия. То, что Джейн к ней не подходит, ее несколько успокоило.

- Для кого лучше? Я не боюсь, Таисия, что ты утонешь в этом озере. В нем утонуть невозможно. Здесь настолько высока концентрация соли, что ты в него даже нырнуть по-человечески не сможешь. Посмотри сама. Я же не щепки в воду кидаю. Камни, причем довольно тяжелые. Ни один из них не погрузился на дно. Что уж говорить о человеческом теле, большей своей частью состоящем из жидкостей? Тебя вытолкнет из воды, как пробку. Другое дело, что мне тоже придется лезть в озеро, чтобы тебя вытаскивать, а у меня психологический страх перед холодной водой, - Джейн поежилась. - В возрасте семи лет мы с одним мальчишкой под лед провалились, чуть не погибли оба. Додумались поспорить с деревенскими, кто дальше всех по льду может пройти, не поскользнувшись и не упав. Нас человек двадцать было. И хватило ведь ума идти не вдоль речки, а поперек. Все падают вокруг да около, а мы все идем, он и я. Упрямые оба, храбрые. Так бы и дошли, наверно, до другого края, если бы лед не проломился. Ладно, рыбаки местные вовремя нас выловили, спасли. С тех пор я плаваю как топор. Барахтаюсь еще на мелководье в теплой воде, а чуть подальше, на глубину - откуда-то из памяти всплывает тот детский ужас, и все тело просто парализует. Не делай этого, Таисия. Мне не хочется купаться.

Таисия немного отошла от края. Джек выдохнул. Казалось, от напряжения все это время он не дышал. «Джейн все-таки молодец! Умничка».

- Ненавижу Тони! Ненавижу! - с болью в голосе сказала Таисия.

- Кого, Тони? Нашего Тони? За что?

- За то, что разлучил меня с Лео.

- Как разлучил? Я не знаю, что там у вас произошло. И времени на расспросы не было. Что он натворил, наш Тони?

- Он вытащил меня из разрушенного сектора. Лео утянуло в открытый космос. И я должна была быть с ним, с моим мужем. А Тони вцепился в меня своими клешнями и вытащил оттуда.

- Тони? Этот скромный застенчивый паренек? Да он герой, кто бы мог подумать?

- Он преступник. Я просила его отпустить меня, он не слышал! Ненавижу его! Нет у него права решать, что для меня лучше! Я сама знаю, жить мне или умереть! И никто не может решить этого за меня!

- Знаешь, Таисия, когда я очнулась у вас на «Синей птице», вторым моим чувством после боли была ненависть. Я ненавидела вас за то, что вы меня спасли. Я не хотела жить, не хотела поправляться, - Джейн усмехнулась. - Напомнить тебе твои же слова по поводу людской неблагодарности?

Таисия виновато опустила голову.

- Я ошибалась тогда. Прости меня, Джейн.

- Нет, это я ошибалась тогда, Таисия. И это ты меня прости. Я благодарна вам за ваш поступок. Верно говорят: большое видится на расстоянии. Ты сейчас обвиняешь Тони в том, что он, рискуя собой, протянул тебе руку помощи? Оказался настоящим другом? Не трусом? Разве такой поступок заслужил участи именоваться преступлением? Разве любой настоящий друг на его месте поступил бы не так?

Таисия еще ниже склонила голову и ничего не ответила. Замолчала и Джейн. Лишь тихие всплески от мелких камней, которые Джейн продолжала кидать в черную воду, нарушали тишину ночи. Таисия подняла глаза к небу. Какой-то вопрос отвлек ее от мрачных мыслей.

- А ты, Джейн? Ты тоже потеряла кого-то из близких?

Девушка утвердительно кивнула.

- Не расскажешь?

- При одном условии, - Джейн печально улыбнулась, - ты оденешь куртку. При виде твоей синеющей кожи мне не по себе. Я взяла запасную, держи, - она протянула куртку навстречу Таисии.

Медсестра замешкалась на секунду, не зная, что ей делать дальше. Но, решив, что в воду она сейчас точно не полезет, направилась по мокрой траве к Джейн. Надела куртку. Тоже присела на корточки, глядя в черную воду, кинула камень. Бултых!

Джейн вздохнула. Филипп как-то сказал, что надо быть более доверчивой. Нельзя все держать в себе. Даже самым сильным людям необходимо иногда просто выговориться.

- Я даже не знаю, с чего начать, Таисия, - Джейн опять вздохнула. - Все сложно в моей жизни. Очень. Я родилась и воспитывалась в богатой счастливой семье. Я единственный ребенок своих родителей, и у меня было, да и было бы дальше, все, о чем можно только мечтать. К сожалению, такое положение дел кое-кому внушило зависть. В одну зимнюю ночь на наш дом и мою семью напали. Мне тогда было около семи лет. Моя нянька успела выбросить меня из окна второго этажа в сугроб снега, крикнув, чтобы я бежала к храму, что она потом меня заберет. Я так и сделала. Только за мной никто уже не пришел. Позже я узнала, что все, кто были той ночью в доме, погибли, а организатор нападения - мой родной дядя. Так я первый раз в жизни узнала, что такое потеря. Первый, но не единственный раз. Священник того храма, батюшка, оказался хорошим человеком. Он помог мне перебраться в одну из отдаленных деревень на нашей планете, пристроил меня в женский монастырь. Там я жила, общалась с деревенскими ребятами и монахинями, росла, получала образование. Если бы мне раньше сказали, что в монастыре можно получить разностороннее образование, я бы не поверила. Но это правда. Так прошло пять лет, неплохих лет, надо отметить.

Джейн бросила очередной камень. Задумалась. Джек, притаившись за кустарником, также вслушивался в каждое слово.

- Ну а потом я опять все потеряла. На нас напали пираты. Настоящие пираты. Знаешь, Лаерти и Гарри, да и не только они, все ваши мужчины в какой-то мере гордятся тем, что общество именует их пиратами. Гордятся своей крутизной, своим благородством. Только настоящие пираты - они не такие. Они не люди, Таисия, они - звери. В них нет ничего человеческого. Они нападают на отдаленные от космических трасс планеты и учиняют там полный беспредел. Они сожгли всю нашу деревню дотла, убили всех, кто им сопротивлялся, остальных угнали в рабство. Работорговля была и остается одним из наиболее доходных криминальных бизнесов, - лицо Джейн стало каменным. - Где-то в районе Плашты есть планета - не знаю, как она точно называется,- там нелегальный людской рынок. Под самым носом хамелеонского правительства там можно купить в собственность людей всех цветов и расцветок для любых нужд: хоть для работы, хоть для развлечений. На этот рынок мы и попали. Я и еще много, много девушек.

Джейн тяжело вздохнула.

- Нас, что помоложе да покрасивее, купил владелец одного из фешенебельных борделей. Бордель, видимо, элитный. Нас целый год готовили для такой «престижной» работы: никто, кроме врача, до нас не имел права дотронуться. Нас учили красиво ходить, говорить, завлекать, соблазнять. Эти люди в достаточной мере освоили искусство убеждения. Ни отказаться выполнять их требования, ни сбежать. Не было выхода, - девушка покачала головой. - Заставили освоить все виды танцев, какие есть. Да, больше всего на свете я ненавижу танцевать, хотя танцую достаточно профессионально.

- И...? - Таисия, забыв о собственном горе, слушала эту страшную историю.

- И? Ждешь продолжения моей веселой одиссеи? - Джейн обхватила голову руками, вспоминая те далекие события. - Я не стала развлечением для мужчин, Таисия. Нет. В первую же ночь я и Анжелина... ну, так звали еще одну девушку из новеньких. Нас выбрал по каталогу один толстосум. И мы его избили. Нам обеим было тогда около четырнадцати лет. Но мы были очень напуганы и хотели вырваться на свободу. Мы избили его так, что он не только по борделям ходить, он вообще на женщин долго смотреть не сможет.

- А что было потом?

- Потом? Потом избили нас. Избили так сильно, что я смутно помню те события. Анжелина умерла на следующий день от побоев. Мне же так, как ей, не повезло. Когда мне стало немного лучше, меня избили повторно, для закрепления результатов. А поскольку упрямства во мне больше, чем благоразумия, и, обороняясь, я разбила охраннику нос, меня избили и третий раз. Я не знаю, сколько бы это продолжалось, но наш благодетель-хозяин посчитал, что лечить меня долго и дорого, а пристрелить - убыточно, так как определенные средства были уже затрачены. Он решил меня продать. И продал. Все в этом мире покупается. Даже на полуживое тело нашелся покупатель. Меня и еще несколько не пользующихся спросом девушек купил для своих медицинских лабораторий «добрейшей души человек» по имени Карлос Ле Кар, в плену которого я и прожила почти девять лет... Да, так я стала экспериментальным образцом номер 7-047. А потом появились вы и спасли меня, за что вам еще раз огромное спасибо. Вот вкратце и вся моя история.

- Как - вся история? Хочешь сказать, что ты все это время жила в плену? 10 лет? Постой, а этот Карлос? Он... что он с тобой делал? И с другими девушками тоже?

- Много чего. Опыты, эксперименты.

- Какие эксперименты?

- Какие? Ты действительно хочешь это знать?

- Ну да... нет... Не знаю, - Таисия смутилась.

- Разные, Таисия, опыты. Испытания новых лекарственных препаратов, исследования в различных сферах медицины, психологии и психиатрии. Ты как медицинский работник не можешь не знать, что в медицине полно белых пятен и нет ответов на многие «почему», «как» и «а что будет, если...?».

- Да, но ведь опыты на людях запрещены! Ведь правительство любой страны...

- Таисия, не будь ребенком! Карлос и работает на хамелеонское правительство, в каком-то секретном военном ведомстве, и все эти разработки происходят с ведома чиновников. Ему даже деньги выделяют на закупку «экспериментального материала» из бюджета. Другое дело, что это жутко засекречено. Никак не афишируется. Мне еще повезло: дело обошлось без членовредительства. Сначала на мне испытывали разные лекарства. Представить себе не можешь, сколько химических элементов и биологических веществ переработал мой организм. Я потому и не боялась вашей «малинки», что на меня она никак не действует. Как, впрочем, и большинство лекарств. Видимо, за время экспериментов у меня выработался какой-то особый иммунитет или что-то вроде этого. Врачи Карлоса тоже это заметили, и началась новая серия опытов. Врачей интересовал мой иммунитет, способность организма быстро восстанавливаться после тяжелых физических нагрузок. Потом их привлекла моя способность к обучению. Оказалось, что у меня высокий коэффициент интеллекта и очень хорошая память. Начались психологические опыты. Иностранные языки - это их работа. Да и не только языки. Много всякого. От безобидной истории до азов военного дела. Нас готовили для диверсионной работы в условиях, похожих вот на эти.

Джейн каким-то пустым взглядом обвела линию горизонта и продолжила:

- Через что только мы не прошли, Таисия. Конечно, это был лишь эксперимент. Отработка новой технологии обучения, которую можно будет внедрить в вооруженные силы хамелеонов. Сделать из них непобедимых универсальных солдат. Но поскольку технология эта опасна для жизни и здоровья и сплошь и рядом дает сбои, ломая людей, отрабатывают и усовершенствуют ее пока только на экспериментальных образцах, на нас то есть. Но этот эксперимент, Таисия, был нашей жизнью. Понимаешь? Шесть девушек на «Парнасе» - это те самые экземпляры, которые выдержали и прошли все тесты. Остальные восемьсот с лишним человек погибли, предварительно внеся вклад в развитие хамелеонской науки. Не знаю, что бы с нами было дальше. Мы накопили достаточно сил и знаний, чтобы отвоевать себе свободу и момент выбрали подходящий, но нападение атлантских кораблей все изменило. Карлос дал приказ о полном уничтожении лаборатории и нас как живых доказательств. На станции были не только ученые, но и много военных - внутренняя охрана, безусловно выполняющая приказы руководства. Они открыли огонь на поражение. Остальное вы знаете.

- Боже мой. Неужели так бывает?

- Ты мне не веришь?

- Верю. Конечно, верю... А почему ты была не рада, что мы тебя спасли?

- Ах, это... Сначала я решила, что это какой-то новый эксперимент. Что все было подстроено. Затем, узнав, что вы пираты, тоже ничего хорошего от вас не ожидала. Думала, мои мучения продолжатся. Это во-первых,- Джейн замолчала.

- А во-вторых?

- Во-вторых? Во-вторых, ни целей в жизни, ни стремлений. Наверно, это депрессия была. И потом, Карлос бы меня все равно нашел. Много раз я предпринимала попытки к бегству. И все они заканчивались плачевно. На моем теле передатчик, Таисия. Внутри меня, и я не знаю, как его достать. Если бы не Филипп, вы бы не долетели в свое время даже до Куреана. Меня бы вернули в лабораторию, а вас всех просто убили, на всякий случай. Фил обнаружил передатчик еще в первый день моего пребывания на корабле и вывел его из строя. Только я об этом ничего не знала. Можешь представить, как я переживала? Я ведь у вас тогда чуть не отравилась в медпункте, хотела наглотаться снотворного. Филипп меня остановил, он настоящий друг. Он ведь поправится, да?

- Не берусь делать прогнозы, Джейн, - Таисия вздохнула. - Фил очень плох. У него много внутренних травм, да и возраст, сама понимаешь. А здесь ни оборудования, ни лекарств нормальных. Я поддерживаю его сейчас препаратами из аптечки, но я не знаю, сможет ли он выкарабкаться. То обстоятельство, что он все еще без сознания, это плохой признак.

Джейн опустила голову и снова принялась кидать камни в воду.

- Ты веришь в сверхъестественные вещи, Таисия? Например, в проклятья?

- Нет. А что?

- Да так, я тоже не верю. Но иногда посещают голову нехорошие мысли. Все, кого я люблю, норовят от меня уйти навсегда. Только я пойму, что кто-то мне дорог, и я сразу теряю этого человека. Может быть, совпадения? Да и слова гадалки никак не выходят из головы.

- Гадалки? Подожди, это той самой, а разве вы с ней...

- Да, виделись. Она нашла меня тогда сама. Наговорила всего.

- Вранье это! Где наша счастливая семейная жизнь? Одного ребенка пообещала нам с Лео.

- А ты уверена, что вам? - осторожно спросила Джейн.

- В смысле? А кому еще?

- Резеда сказала, что у тебя будет две свадьбы, а муж будет один. Одна свадьба, скажем, прошла.

- Нет! - Таисия как-то неестественно, нервно засмеялась. - Думаешь, она знала, что Лео погибнет? И ничего не сказала? - сомнения на бледном лице девушки сменились какой-то другой эмоцией. - Не может быть... Нет, так не бывает! Я не верю. Или... Вот стерва... Ненавижу ее! Гадина! - Таисия схватила корягу и с силой швырнула в воду. - Точно, она все предвидела! Заранее знала и ничего не сказала! Знала!!! А мы лишь посмеялись над ней! Она говорила, что Арчер будет гореть в огне и его будет искать сквозь дым женский голос. Это ведь твой голос его нашел? Ведь так? А Джулия? Джулия, Джейн! Она должна была быть моей свидетельницей на свадьбе, и, возможно, погибла бы со всеми! Цыганка ведь отправила ее домой! Наплела: чтобы дети Джулии росли счастливыми, ей срочно надо возвращаться. Конечно, разве можно расти счастливыми без матери? Это ведь было предупреждение! Разумеется, она знала! Раз у нее есть дар предвидения, она не могла этого не знать! Боже! Но... почему? Почему она предупредила Джулию - и не предупредила нас с Лео? Что плохого мы ей сделали?

Слезы наконец-то градом хлынули из глаз девушки. Таисия без сил опустилась на мокрую траву и горько разрыдалась. Джейн присела рядом и, как мама, погладила ее по золотым волосам.

- Поплачь, Таисия. Поплачь. Не держи боль в себе. Выпусти наружу. У меня нет ответов на твои «почему?». Я сама хотела бы задать этой женщине пару вопросов. Но если все, что предрекла цыганка, на самом деле сбывается, то ты еще будешь в жизни счастлива.

- Никогда!!!

- Не надо так категорично. Обязательно будешь. И семья у тебя будет, и ребенок.

- Никогда! Я больше никогда не выйду замуж! Я не хочу! Мне не нужна жизнь без Лео! Я жить не буду!!!

Девушка разрыдалась с новой силой.

- Не говори так, Таисия, прошу тебя. Я уверена, что Лео тебя сейчас видит, и ему наверняка очень больно смотреть на твои слезы.

- Это мне сейчас больно!

- Я знаю. Знаю не понаслышке. Больно терять близких. Но можно я открою тебе то, что однажды сказал мне Грэг? Помнишь, когда я еще не хотела с вами разговаривать?

- Открой, - всхлипывая чуть потише, ответила Таисия.

- Грэг мне сказал простую, но мудрую вещь. Если на небо тебя не пустили, значит, ты кому-то нужна на земле. Что-то ты еще не сделала важного, что должна была сделать. Конечно, я стала разговаривать с экипажем не из-за этих слов. Глупо было и дальше молчать. Но я много думала. Кому я могу быть нужной, если я одна на свете? Что предстоит мне совершить, что не может сделать за меня никто другой? Я не находила ответа на эти вопросы. А после встречи с гадалкой слова обрели смысл, - Джейн посмотрела на звездное небо. - Резеда сказала, что мое предназначение - помогать людям. И я знаю, кому могу помочь! Еще не придумала - как, но это пока неважно. Многие девушки живут, страдают и погибают в неволе, в плену у таких мерзавцев, как Карлос, в других лабораториях и научных базах. И никто об этом не знает, никто, потому что живыми оттуда не возвращаются! А мне вдруг повезло. Редчайший шанс! Понимаешь? Я должна остановить его, и я это сделаю. Вот почему, Таисия, я не переживаю о том, что нас забросило на необитаемую планету. Мы выберемся отсюда. Очень скоро. И я смогу помочь этим девушкам. И не только я - все мы здесь не случайно. И Арчер, которого где-то ждет любимая, и Джек, которому предстоит выиграть вашу войну. Помнишь, гадалка это пророчила? Ну и ты, Таисия, ты здесь тоже для чего-то важного. А пока ты не решишь, для чего, я могу сказать, что ты нам всем нужна. Ты единственный медик в нашей группе. Мы бы не хотели потерять еще тебя, нам и так больно. Пообещай, что ты ничего с собой не сделаешь, пожалуйста!

Таисия, всхлипывая, кивнула. Сил для ответа у нее уже не было.

- Вот и славно. Нам надо возвращаться в лагерь. Ребята будут волноваться. Да и поспать нужно. Кажется, небо посветлело. Утро наступает. А у нас все еще идут позавчерашние сутки. Так не годится.

- Я не смогу уснуть, - отрешенно произнесла Таисия. Слезы сделали свое дело. Эмоции ушли. Остались лишь пустота и усталость.

- Обязательно сможешь. Вставай, хватит сидеть на мокрой траве, - Джейн, придерживая подругу за плечи, повела ее в лагерь.

Пронзительный крик разрезал тишину наступающего утра:

- И-иу-иу-иу-иу-иу-йи-йи-у!

Девушки вздрогнули от неожиданности. Вздрогнул и Джек, сидящий в кустарнике.

- И-иу-иу-иу-иу-иу-йи-йи-у!

- Что это? - слезы высохли на глазах Таисии. По спине пробежал холодок ужаса.

- Не знаю. И желания узнать пока нет. Пошли в лагерь быстрее. Джек будет переживать за нас. - Джейн ускорила шаг.

- Джейн, а можно тебя спросить кое о чем? А Джек... он тебе нравится?

- Джек? Конечно, он классный! И вообще, вам очень повезло с капитаном.

- Да, повезло. Но я не об этом спрашиваю. Он тебе нравится как мужчина?

- Как мужчина?

Джейн остановилась и хитро улыбнулась. Небо, действительно, посветлело, и стали видны черты лица. Джек с интересом разглядывал облик девушки. Она остановилась от него так близко, что достаточно протянуть руку, чтобы ее затронуть. Затаив дыхание, ждал он ответа.

- А почему ты спрашиваешь? - как всегда вопросом на неудобный вопрос ответила Джейн.

- Да так. Там, на китайской планете, когда вы целовались...

- Таисия, Джек ведь тебе объяснил, что это было.

- Объяснил, но мне показалось, что ты ему нравишься. На самом деле. Я подумала, что и он тебе вроде как небезразличен?

- Глупости какие! Я на чужих женихов не претендую. Я ведь в курсе, что у него есть невеста.

- А если бы не было?

- Ну, если бы не было, - Джейн опять улыбнулась, - и я бы действительно ему нравилась, как ты говоришь... То, пожалуй, возможно.

- Возможно - что? - допытывалась Таисия.

- Возможно все в этой жизни. Пошли спать.

Джейн увела девушку в сторону лагеря. Джек вылез из кустов. Попрыгал, помахал руками. Замерз от неподвижного сидения в сырости. Подошел к воде и тоже бросил в озеро камень. «А ведь и правда, не тонет». Круги медленно разошлись на черной глади.

Капитан увидел свое отражение в воде. Усталое, измученное лицо, следы горя и переживаний, боль потери. И вместе с тем - следы все той же глупой улыбки на губах, губах, которые помнят вкус того поцелуя. Улыбка. Улыбка, которая выделяет из толпы влюбленных людей, мечтательная улыбка, полная надежды.

«Говоришь, если бы не было невесты, то все возможно? А у меня ее вроде как и нет».

- И-иу-иу-иу-иу-иу-йи-йи-у! - прозвучало где-то совсем близко и громко. Гораздо ближе, чем в первый раз.

Джек чуть не свалился от испуга в озеро. «Вот размечтался, идиот! Вернись к реальности, Джек! В лагерь пора!». Из-за горизонта медленно выкатывалось солнце. «Да, сутки здесь слишком короткие. Вот и ночка прошла. А была ли ночка?». Он ускорил шаг по направлению к костру. В лагере никто не спал. Тони до сих пор не ложился, переживая об ушедших и, возможно, ожидая самых дурных вестей. Остальные уже встали и начали беспокоиться о капитане. Один Филипп только все так же неподвижно лежал на своем месте, да рядом, свернувшись клубком, спал на подушке Фараон. Таисия подошла к Филиппу проверить самочувствие. Никаких изменений...

- Арчер, помоги мне разломать этот прибор. Нужно как-то сломать две пломбы и вытащить внутренности, - Джейн принесла первому помощнику металлическую коробку. - У нас ведь еще четыре таких в шлюпках остается, не страшно, если один из них перепрофилируем. Это ведь сталь, да?

- Да, и что ты собираешься с ней делать?

- Котелок. Я хочу поставить чай на костре. Я замерзла. И вообще, человеку без горячей пищи нельзя. Ты мне поможешь?

- Не вопрос. А куда вы с Таисией ходили? Как она?

- Все будет в порядке. Кстати, ей надо переодеться. Где запасная одежда у нас?

- Вещами занимался Тони. Полагаю, лучше спросить у него.

- Ладно, делай пока котелок. Пойду с ним переговорю, - Джейн собралась идти к Тони, но, увидев, что тем же маршрутом отправилась и Таисия, резко остановилась: пусть поговорят без свидетелей.

Тони сидел у костра, закинув туда последние полешки. Запас дров кончился, опять надо идти кому-то в лес. Таисия подошла к костру и присела рядом. Только сейчас она поняла, как сильно замерзла.

- Таисия, ты вся дрожишь! Разве можно так переохлаждаться? Садись ближе к огню! - несколько скованно сказал Тони.

Невероятной силы любовь к этой девушке, беспокойство за ее судьбу, и в то же время - боязнь очередной вспышки ее гнева, страх показать свои чувства, что это заметит еще кто-нибудь, кроме Джейн, с переменным успехом боролись в юноше.

- Спасибо, Тони, я в порядке. Я хотела переодеться. В шестиместке ведь были комплекты запасной одежды?

- Э... да. Вон там, слева от Филиппа.

- Хорошо, - Таисия встала и направилась в указанную сторону. Сделав пару шагов, вернулась обратно и добавила: - Я хотела извиниться. За то, что накричала на тебя. И за то, что ударила.

- Я не в обиде. Я ведь все понимаю, ну, в смысле, твои чувства, вот, - Тони совсем смутился.

Таисия молча кивнула и пошла за одеждой.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Печальная дата

- Дрова закончились. На этих углях вода не вскипит, - Тони развел руками.

- Да. Надо идти в лес за дровами, - Джек кивнул в знак согласия и неуверенно посмотрел по сторонам. Люди ждут от него решений. А он впервые не знает, что им делать. На корабле все было иначе. - Да. В лес. Но прежде надо решить принципиальный вопрос. Позволим мы полиции себя обнаружить или нет? Если позволим, надо продумать план действий. Если нет - придется замаскировать наш лагерь. Дрова до вечера насобирать успеем. Становится жарко. Я считаю, нам надо прятаться от полиции. Не знаю, как мы сможем выбраться отсюда, но такой шанс, я убежден, все же есть. А вот сбежать из международной тюрьмы мы вряд ли сумеем. Если кто-то не согласен, пусть выскажется. Обсудим это.

Джек оглядел свою малочисленную команду. Промолчали все.

- Что ж. Значит, будем прятаться. Предлагаю наломать тонких деревцев, накосить травы и накрыть ими капсулы. Ну, и на крышу лагеря тоже набросать листьев побольше.

Все дружно принялись за работу. А работа оказалась далеко не из легких. Поднявшееся солнце жарило не на шутку. Вылившиеся на землю за ночь тонны дождевой воды теперь почти в таком же спешном порядке поднимались обратно на небо в виде даже различимого глазом мутного пара. Мокрая трава, местами выросшая выше пояса среднего человека, сковывала передвижения по лесу и затрудняла подступы к деревьям. Сами же деревья на деле оказались настолько пропитаны водой, что ломать их почти не получалось. Молодая поросль гнулась, мялась, мочалилась под воздействием походных ножей, но дело продвигалось слишком медленно. Так прошла добрая половина дня.

Ближе к обеду со стороны леса вновь раздались пронзительные утренние крики: «И-иу-иу-иу-у-у!». Только на этот раз гораздо короче и слабее. На поляну выскочил Фараон, неся в зубах отчаянно сопротивляющегося и вопящего птенца. Ни на кого не обращая внимания, кот уселся обедать только что пойманной добычей.

- Ну вот, хоть кто-то сегодня будет сытым, - иронически заметил Арчер.

- Да. Ни за что бы не подумал, что такие маленькие птицы могут так громко кричать, - добавил Лаерти, закидывая на крышу ворох скошенной травы.

- Джек, нам тоже надо позаботиться о себе, - сказала Джейн. - Надо идти в лес за дровами, да и на местности осмотреться. Ты нас отпустишь с Гарри?

- Отпущу. Я полагаю, мы с Лаерти также сможем составить вам компанию.

- А вот это не очень удачная идея, - возразила она. - Уходя в лес, мы оставляем лагерь беззащитным. Двое раненых, одна слабая девушка и Тони. Это недостаточные силы в случае чего. Пусть Лаерти тоже останется. Пойдем втроем.

- Что? - Лаерти задохнулся от такой наглости. - А может, ты перестанешь тут командовать? Это не тебе решать, кому идти, а кому остаться! Тоже мне, начальница нашлась! Ты и оставайся в лагере!

Джейн усмехнулась:

- Если я останусь, Лаерти, то дров мы сегодня не дождемся. Если ты ориентируешься в лесу хотя бы так, как Гарри, или того хуже, то вы заблудитесь здесь через первые же полчаса похода.

- Да-да, конечно! Зато учителя истории умеют ориентироваться в темных лесах необитаемых планет. Это ведь входит в ваше профессиональное обучение, не так ли?

Джейн заулыбалась. «Не по зубам я тебе, Лаерти! Не по зубам!».

- Вообще-то входит. У меня была стажировка совместно с группой геологов. Мы полгода жили на планете почти как эта. В таких же диких условиях. Я хорошо ориентируюсь в лесу, помощник капитана.

Джек внимательно посмотрел на девушку. Он-то слышал ее историю. И о том, что она вовсе не учительница. И, соответственно, стажировки с геологами у нее никакой не было. «Вот ведь какая: врет, и даже не краснеет! Ни один мускул на лице не выдает то, что она говорит неправду. А Лаерти сам виноват. И что его все время словно за язык кто дергает? Сам нарывается на грубость».

- Так, давайте не будем спорить, - властно произнес Джек, предупреждая очередное возмущение друга. «Да, Джейн и Лаерти объективно не должны находиться рядом ближе чем на пять метров. Иначе снова переругаются, если не подерутся». - Лаерти, в том, что говорит Джейн, есть резон.

- Разумеется, Джек. Я бы даже, наверно, удивился, если бы ты вдруг встал на мою сторону.

- Лаерти! Из всех моих помощников у меня осталось вас двое - ты и Арчер. Но Арчер, сам видишь, пока в числе раненых. Лаерти, я смогу оставить с чистой совестью лагерь только на тебя. Я тебе всецело доверяю, и прошу, чтобы ты остался. Кроме тебя поддерживать здесь порядок и дисциплину реально некому.

Джек просительно посмотрел на друга.

- Наконец-то ты по достоинству оцениваешь мои заслуги, Джек!

- Мы постараемся ходить недолго, - капитан скрыл улыбку.

- Да уж постарайтесь, - Лаерти упер руки в бока. У него было такое чувство, будто его провели. А где и как - он почему-то не понял.

Джейн, Гарри и Джек направились к лесу. Девушка шла впереди, бодрым и уверенным шагом отмеряя пространство неизвестной планеты и отмечая цепким взглядом диверсанта все, что необходимо заметить. Она знала, что они отсюда выберутся. Вопрос времени. Вопрос веры. Главное сейчас - продержаться. Выжить в этих диких и непростых условиях. Не только самой, но и этим людям помочь. Поделиться с ними своей силой, знаниями и опытом выживания.

- А что, Гарри, Джейн и в прошлый ваш поход вела себя так... м-м-м... странно? - немного отстав от девушки, Джек прошептал на ухо Гарри.

- Более чем. Она обнюхивает каждый кустик, проверяет на зуб каждую травинку. Что-то записывает в блокнот. Вот смотри, сейчас исследует почву у поваленного дерева. А между прочим, этот бурелом точь-в-точь такой же, как в низине, что мы видели с ней в прошлый раз. Я тогда, Джек, не на шутку испугался, когда мне показалось, что и она сильно встревожилась. Она опасливо озиралась по сторонам, внимательно изучала местность, а потом резко засобиралась идти дальше. И все беззвучно. И мне не разрешала болтать. У меня было такое чувство, будто за нами кто-то наблюдает. Знаешь, как жутко? Смотри, а сейчас что-то хочет раскопать.

- Может быть, спросить ее, что она делает?

- Она вряд ли ответит. Отделается своим обычным «так надо». Я не удивлюсь, если Джейн сейчас встанет и скажет: «Все, возвращаемся в лагерь». Впрочем, если хочешь, поинтересуйся у нее сам.

Джейн тем временем, действительно, поднялась на ноги, и с легкой улыбкой спросила:

- Что застыли? Идем дальше.

- А... - Гарри и Джек переглянулись. - Можно вопрос, Джейн? - Гарри смущенно переступил с ноги на ногу. - А вот это дерево, оно такое же, как и в низине. Оно тебя не пугает?

- Меня? Дерево? А должно?

- Да, но там...

Джейн присела на поваленный ствол и хитро подмигнула.

- Ответь мне, Гарри, на такой простой вопрос. Когда, по-твоему, это дерево рухнуло на землю?

- Когда? Не знаю. А когда?

- Точную дату не назову, но полгода-то лежит здесь. И древесина потемнела и размокла от дождей, и мхом обрасти сумело. И трава вон как его обступила. А там, в низине, дерево когда упало, а? По моим расчетам, минут за пятнадцать до нашего с тобой появления. Древесина светлая, из разлома бежал сок. И это не хрупкий трухлявый колышек, а здоровое дерево. Что его, по-твоему, сломило?

- Что?

- То-то и оно. Что? Или Кто? Ураганов и землетрясений не было. И мы с тобой ничего подозрительного не слышали и не видели. Верно? И следов там каких-то явных на почве нет. А должны быть, по логике вещей. Если только это не какая-нибудь гигантская птица величиной с верблюда. Вот почему нам надо быть бдительными. Я не скажу, что то дерево меня напугало. Ты воспринял мою осторожность как испуг, Гарри. И в этом твоя ошибка. Теперь и Джека напрасно напугал... Мы здесь в гостях, друзья мои. И это надо помнить. Я, например, не имею ни малейшего желания повстречаться с тем существом или природным явлением, что ломает деревья. Во всяком случае - пока.

Джек и Гарри опасливо огляделись по сторонам. Могучий лес им уже не казался таким безобидным, а в душу закралось чувство страха. Оба с уважением посмотрели на свою храбрую спутницу...

Корабль международной полиции появился на планете О39/2480 к самой ночи. Установленный Арчером локатор своевременно предупредил экипаж о приближении летающей машины звуковыми сигналами. В лагере выживших мгновенно воцарилась тишина. В целях безопасности костер потушили и сегодня ночью решили его не зажигать.

Нигде не совершая посадки, военный патрульный крейсер покружил над местностью и скрылся за горизонтом. Вот и все. Шанс улететь с чужой безлюдной планеты только что уплыл.

Под самодельной крышей, замаскированной сверху листвой, повисло угрюмое молчание. В темноте и холоде, прижавшись плотнее друг к другу, друзья по несчастью лежали на надувных матрасах и тяжело вздыхали. Далеко-далеко отсюда их всех где-то ждут. Но как им подать весточку о себе? И как выбраться?

- Странно, что корабль один, - сказал вполголоса Арчер. - Знать бы об этом заранее, попытались бы устроить засаду и его захватить.

- Вот еще глупости, - возразил Джек.- С чего ты взял, что он один? Это он в атмосферу спустился один. Его на орбите еще парочка вооруженных кораблей ждет наверняка. Вот что на самом деле странно, так это почему они появились здесь так скоро? Я думал, что пройдет не меньше недели, прежде чем обнаружат аварию.

- Да уж. Не иначе как по нашей трассе крутились. Готовили нам ловушку. Не случись на «Синей птице» аварии, повстречались бы с ними нос к носу. Представить можно, что передают сейчас в репортажах, - включился в дискуссию еще один голос.

- Лучше не представляй, Тони. Крепче нервы будут.

- Ладно, если наши друзья будут верить, что мы живы, и станут нас искать. А если нет?

- Конечно, верят! Что за глупые вопросы, Лаерти? Нас обязательно найдут, - Джек попытался прекратить препирательства, но не тут-то было.

- Помечтать не вредно. Кто нас будет искать и как? У наших республиканцев дел невпроворот.

- Ну не скажи, Гарри. Ты плохо знаешь моего отца. Он не поверит в мою смерть. Он будет меня искать, даже если для этого ему придется украсть корабль.

- Кто спорит, Джек? Проблема в том, что спасательные капсулы улетели слишком далеко от места взрыва. Эта планета, на которой мы застряли, может не попасть твоему отцу в поисковый список. И от трассы мы далеко. И «мертвая зона» нам в подарочек. Мы в западне, в какой еще никогда бывать не приходилось. И я, если честно, не знаю, можно ли из нее выбраться.

- Да уж.

- Точно. Отсюда не выбраться.

- Приятно общаться с оптимистами, - Джейн села на своем месте, поеживаясь от холода. - Здесь вообще кто-нибудь когда-нибудь спать собирается, или опять до утра вздыхать будем?

- А что вздыхать? - Гарри тоже сел. - Вздыхай не вздыхай, сейчас уже ничего не поделаешь. Сами приняли решение отпустить этот корабль. Вот он, наш шанс. Тю-тю.

- И что теперь? Давайте дружно поревем! Легче будет?

- Надо будет - поревем, - Лаерти тоже сел. - Это, может быть, тебе в кайф по лесам бегать. А у нас поводов для радости нет.

- Ты не передергивай, Лаерти, мои слова. Я не говорила о поводах для радости. Я изрекла народную мудрость, которая гласит о том, что слезами горю не поможешь. Чем вздыхать, лучше потратить это время на сон. Мы все не спали уже слишком много часов, чтобы принимать какие-то верные решения. Нам надо набраться сил для дальнейшей борьбы с обстоятельствами. А выбраться отсюда - это второй вопрос.

- Да ну? И как, по-твоему, мы отсюда сможем выбраться?

- На поезде, мать твою! Не слышал, Лаерти, вчера открыли новую железнодорожную ветку «Одиннадцатая республика - планета У-Черта-на-рогах»?! Можешь вставать в кассу за билетами! Перестань ко мне цепляться, ясно?!

- Джейн! Лаерти! Давайте без ругани! Вы так орете, вас, наверно, на орбите слышно, - Джек тоже сел. - Спрятаться от полиции было общей идеей. Не надо сейчас никого обвинять.

- А кто кого обвиняет, Джек? - Лаерти невозмутимо повел плечами. - Я хочу сказать, что нужно решить принципиальный вопрос. Как подать знак своим? Теперь, когда полиция улетела, надо что-то делать.

- Забыл важную деталь, Лаерти, - подковырнула Джейн. - Как отличить своих от чужих? Думаешь, полиция ограничится одиночным облетом территории? Или мечтаешь, что все космические корабли Одиннадцатой республики сразу же кинутся вас искать, забыв другие обязательства и графики полета? Сколько кораблей, Джек, ваше руководство - как его, Совет Обороны? - сможет выделить на поиски?

Перебрав в уме сложную сетку маршрутов патрулирования кораблей Одиннадцатой республики, капитан невесело ответил:

- Один корабль, не больше.

- А если бы ты, Джек, руководил спасательной операцией, - продолжила допытываться девушка. - Скажи, как скоро ты бы приступил к разведывательному полету?

- Как только полиция уберется с места катастрофы.

- И как долго, по-твоему, она там будет?

- Неделю возле обломков крутиться будут, ну, и облетать всю местность, близлежащие планеты, недели две-три. Никак не меньше.

- Именно это я и хочу сказать. Ваши друзья здесь раньше чем через месяц не появятся. А может, и дольше ждать придется. Пока один корабль все облетит! А у нас есть конкретные задачи, которые требуют оперативного решения. Мы тут минимум на месяц, а еды и воды у нас максимум на неделю. Это раз. Во-вторых, нам необходимо поменять наше расположение. Лагерь по-прежнему размещен крайне неудачно. Кругом сырая болотистая местность. Заболеть здесь ничего не стоит. В-третьих, ходить за сухими дровами отсюда слишком далеко. Ну и, опять же, съедобных растений поблизости нет. Питьевой воды - тоже. Построить более-менее приличное жилье не из чего.

Лаерти рассмеялся:

- Строить жилье? Чушь какая!

- Лично мне время ожидания хочется провести с большим комфортом, Лаерти. Я, в отличие от тебя, не хочу мерзнуть каждую ночь от ветра и дождя.

- Ой-ой-ой! Среди нас принцесса!

- А я говорю не только за себя, Лаерти, но и за раненых тоже. Нам нужно что-то похожее на дом. Я предлагаю построить его у подножия во-о-он тех скал, - Джейн указала рукой направление. - По-моему, и географически, и стратегически это будет самое выгодное решение.

- А по-моему, это будет никакое решение, - упрямо возразил помощник капитана. - Мы можем построить подобие шалаша и здесь. Зачем нам отсюда переезжать? Какой смысл таскать вещи по этой ужасной планете? Мы весь день, как проклятые, обустраивали наш новый лагерь! - Лаерти распалялся все больше и больше.

- А я согласен с Джейн, - Джек тоже взял слово. - Все капсулы приземлились здесь, на открытой болотистой местности, потому что запрограммированы приземляться на уровне моря. По возможности кучно. Но ты же видел, Лаерти, сделанные карты? Те скалы, о которых говорит Джейн, это не просто возвышенная и сухая местность. Посмотри на них взглядом штурмана и будущего капитана. На горе есть плато. Захочешь корабль посадить - куда сядешь? Сюда, в болота, или туда, на огромное каменное поле?

- На плато. Там безопаснее. Обзор лучше. Стартовать оттуда проще. Ну, и нападения там, вероятно, можно не опасаться.

- Именно, Лаерти, поэтому нам надо переехать к подножию той горы. Если прилетят за нами друзья - прекрасно. Если нет, то нам серьезно надо рассмотреть идею о захвате чужого корабля. Мы должны быть к нему близко и незаметно расположены. Готовы действовать четко и быстро. В любую минуту подорваться на месте и атаковать. Я думаю, если вдруг чей-то корабль захочет сесть на нашей планете, он сядет именно там. Джейн права, местность на горе лучше, нормальный лес, рядом протекает река. Возможно, водится рыба - хоть какая-то пища. Должна быть и питьевая вода.

- Возможно, - Лаерти хмуро кивнул.

- Не возможно, а наверняка. Как только раненым станет лучше, будем готовиться к переезду.

Джек решительно встал, прошелся по импровизированной палатке и снова вернулся на место. Была еще одна мысль, которая не давала ему покоя:

- Это не все, что я хотел обсудить. Целый день я размышлял, и раз уж все равно никто не спит и временно у нас провозглашена первобытная демократия, хочу на голосование поставить один вопрос.

- Что за вопрос?

- Вопрос вот в чем. Мы оказались в тяжелом положении. И выживание всех зависит, конечно, от действий каждого. Мы - команда. Так же, как и на корабле. Джейн права: перед нами сейчас стоит много задач, которые необходимо решать. Еда, вода, жилье, укрытие от непогоды и возможных врагов, восстановление здоровья раненых, планирование того, как отсюда выбраться. Причем, я убежден, что перечислил далеко не все проблемы, какие встанут перед нами в ближайшее время. Да, Джейн?

Девушка молча кивнула, не понимая, к чему клонит капитан.

- Так вот, - продолжил Джек. - Я давно являюсь вашим капитаном. Я прекрасно разбираюсь в космических картах, могу управлять любой техникой, будь то летающая кастрюля или атлантский крейсер. Разбираюсь в тактике и стратегии ведения боя в космосе. Да много еще в каких вопросах считаю себя специалистом. Я смело беру ответственность за свои решения, потому что всегда знаю, куда иду и куда веду за собой людей, которые мне доверяют. Я благодарен вам за то, что вы мне верите... - Джек вздохнул: - Только сейчас все изменилось. Мы не на корабле уже. И я не тот специалист, который знает, куда вести свою команду. Я вообще ничего не знаю об этой планете.

- Мы все здесь впервые, - буркнул Лаерти.

- Да, это так. Впервые. Только багаж знаний у нас разный. Я сегодня ходил с Джейн и Гарри в лес, наблюдал за всем. И понял, что не знаю и не понимаю многих очевидных для Джейн вещей и явлений. Не представляю, где и как добывать еду. Как прогнозировать погоду. Как найти питьевую воду. Как вести себя в случае опасности. И вообще - чего нам следует опасаться. Я не ориентируюсь на местности. После пятнадцати минут ходьбы по лесу все деревья мне кажутся на одно лицо. Да, вы смеетесь, но это так. Я не знаю, что лучше для нашей группы в таких диких условиях. Я не могу принимать верных решений, а значит, быть вашим капитаном.

- Джек, ты с ума сошел?

- Нет. Я серьезно. Хочу официально поставить этот вопрос на обсуждение и голосование. Нашей группе нужен новый капитан. Человек, который имел бы хоть какой-то опыт общения с дикой природой. Зная, что у вас, ребята, ни у кого нет практики более-менее крупных вылазок на природу, можно сказать, методом исключения, я лично пришел к выводу, что Джейн Аксер - единственная кандидатура на пост капитана. Ты говорила, Джейн, что стажировалась с геологами? - Джек слегка запнулся на этой фразе. Но темнота скрыла краску его смущения. Выдавать другим тайну девушки о ее военном прошлом он не имеет права. - Говоришь, долго жила в условиях, похожих на эти? Да я и не сомневаюсь особо. Я видел, как ты ориентируешься в лесу. И, взвешивая твои решения, нахожу их обоснованными. Ты сможешь быть нашим капитаном. Пока мы на этой планете. Я убежден, что лучшего капитана здесь нам не найти. Вот мое мнение. Прошу всех высказаться по кругу. Гарри, ты первый.

- Нет, ну чуть что - так Гарри сразу первый! Хм... Тяжело высказываться первому, Джек. Твое решение очень необычно и неожиданно. Но это взвешенное решение. Я два дня хожу с Джейн по лесам. Лучшего следопыта нашей группе не найти. Это точно. Я - «за».

- Спасибо, Гарри. Арчер, твое слово.

Первый помощник задумался.

- Я тоже «за», Джек. Спроси ты меня об этом неделю назад, я бы посмеялся над твоим предложением. Молодую девчонку ставить капитаном нашего экипажа? Несерьезно, верно? Только эта самая девчонка - я уже рассказывал, и готов с большим уважением повторить это снова - эта девушка, рискуя своей жизнью, вытащила и меня, и Филиппа с горящего корабля. «Синяя птица» полыхала. Все везде падало и взрывалось. И времени на раздумья не было. Надо было спасаться. Но Джейн не улетела, хотя у нее была такая возможность. Она спустилась за мной с верхнего яруса в двигательный отсек и фактически на руках донесла меня до капсулы на среднем уровне. Также спасла и Филиппа. Мы обязаны ей жизнью. И я знаю, что я лично могу ей доверять так же, как и тебе, Джек. Я согласен с твоим решением.

- Хорошо. Лаерти?

- Я - против. Аргументировать надо?

- Если есть аргументы.

- Разумеется. Аргумент номер один. Мы о Джейн до сих пор ничего не знаем. Как ей доверять? Я, например, в отличие от тебя, Арчер, доверять ей не могу и не собираюсь. Аргумент номер два. Для капитана она слишком маловата. В лесу ориентируется? Прекрасно! Вот пусть и ходит за дровами. А командовать - извините. Жизненного опыта недостает. И с людьми общаться не умеет. Только лозунги кидает во все стороны. Аргумент номер три: ты наш капитан, Джек. Ну и что, что ты чего-то там не знаешь? Все имеют право на ошибку. Тебя ведь никто не судит за какие-то просчеты. Глупо слагать с себя полномочия капитана. Я против.

- Ясно. Таисия?

- Я уважаю любое твое решение, Джек. Если ты считаешь, что так лучше - я соглашаюсь. Я - «за».

- Хорошо. Тони?

- Это разумное решение. Каждый должен делать то, что он умеет. У меня нет возражений. Я - «за».

- У-у, подхалимы! - Лаерти насупился.

- Лаерти! - Джек прервал возможный монолог друга. - Тебе давали слово. Каждый имеет право высказаться. Что ж, мнение большинства понятно. Джейн, экипаж считает тебя достойной занять пост капитана нашей группы, пока мы на этой планете. Твое слово.

Девушка растерялась:

- А... Я даже не знаю, что сказать, Джек. Я не ставила себе целью кем-то командовать. Чем могу - помогу. Что умею сама - тому научу. Спасибо за доверие.

- Ты справишься, Джейн! - в возникшей паузе прозвучал хриплый голос из угла палатки. - Я хочу, чтоб ты знала, Джейн, Филипп тоже «за».

- Филипп?! - воскликнули сразу несколько голосов.

- Да, отпросился у смерти на полчасика, с вами попрощаться. А почему так темно?

- Сейчас, Фил, зажжем фонарь. Как ты?

Все в лагере мгновенно поднялись на ноги. Пробуждение профессора тотчас прекратило распри и недоразумения. Остатки экипажа «Синей птицы» склонились над раненым стариком. Филипп был бледным. Его кожа стала настолько прозрачной, что выделились кровеносные сосуды. Щеки и глаза ввалились, руки слегка подрагивали от слабости и немощи. Лишь глаза старика оставались прежними. Они все так же проницательно смотрели по сторонам.

- Жив пока, и то славно, - тяжело отдуваясь, хрипло произнес Филипп. - Ты принял правильное решение, мой мальчик. Джейн справится, вы отлично друг друга дополняете... Я слышал ваш спор. Вы выберетесь отсюда, Лаерти. Я видел, стоя одной ногой на пороге в вечность... Красный корабль прилетит... Просто набирайтесь пока терпения и силы. Судьба дает вам такую возможность. И не ругайтесь. Берегите друг друга. Мне так будет проще вас оставить. Зная, что у вас все хорошо...

- Фил, что ты говоришь такое? - Джек взял учителя за руку.

- Филипп, как ты можешь? Ты обязательно выздоровеешь! - Джейн тоже присела рядом на корточки. - Ты так долго был без сознания, напугал нас всех. Но теперь настраивайся только на победу! Таисия тебя вылечит. Пообещай, что будешь стараться поправляться! Слышишь, Фил? Ты нам нужен! Очень нужен!

- Слышу, Джейн. Я не могу дать тебе никаких обещаний. Меня ждут там, на небе. Я и так здесь задержался неоправданно долго... Не плачь, Таисия, золотко. Я больше не чувствую своего тела, оно уже не мое, мне не принадлежит. Вот, шевелюсь, но не чувствую. Мне не больно. Грустно немного вас одних оставлять. Но вы сильные. Вы справитесь. Я лишь хотел на прощание сказать пару слов каждому из вас наедине... Если можно, Джек? Пока я еще в силах разговаривать.

- Конечно, Фил, - Джек поднялся на ноги. - Мы выйдем на поляну. Будем ждать там. Арчер ходить пока не может. Поговори с ним первым. Мы придем за ним через несколько минут. Его тоже вынесем на улицу. Поговоришь со следующим. Ладно?

- Спасибо. Я постараюсь рассчитать силы, чтобы пообщаться с каждым, - Филипп тяжело вздохнул.

Джек, Гарри, Лаерти, Тони, Таисия и Джейн понуро вышли из самодельной палатки на улицу. Холодный мокрый ветер неприятно дул в лицо и за шиворот. Черное небо сливалось с темной растительностью планеты уже в трех шагах. Звуки ночной природы вселяли в душу ледяной ужас. Все здесь было чужим, незнакомым, неуютным и гнетущим. Начинался мелкий противный дождь.

- Таисия, он ведь поправится? Ведь так? - Джейн пыталась разглядеть в темноте лицо медсестры. - Ну скажи, что так! Не молчи! Неужели у него действительно нет шансов?

- Боюсь, что нет, Джейн, - тихим голосом, полным слез, ответила Таисия.

- Боишься? Или нет? Таисия! Что, совсем-совсем никаких шансов? Может быть, мы все-таки что-то можем для него сделать?

- Нет. Мы ничего не можем для него сделать, Джейн. То, что случится... - Таисия запнулась. Она физически не могла выговорить слово «смерть», - это вопрос времени. И времени у него очень немного.

- Боже, - Джейн присела на какой-то валун, сорвала первую попавшуюся травинку и механически стала разрывать ее на части. Сорвала следующую. А затем и еще одну, не видя и не слыша ничего вокруг. В ее голове звучал лишь один вопрос:

«Уж не я ли во всем виновата? Что за проклятье такое? Все, кого я люблю, кто мне близок и дорог, уходят от меня навсегда. Не приношу ли я людям несчастье?».

- Джейн, твоя очередь... Джейн! Ты меня слышишь? - Джек положил девушке руку на плечо.

- А? - Джейн очнулась от горестных мыслей.

- Я говорю, тебе надо идти к Филу. Уже все сходили. Он хочет с тобой поговорить.

- Со мной? Я задумалась немного. Конечно, я иду.

Девушка вздохнула и поднялась на ноги. Распрямила плечи. Твердой походкой направилась к палатке. Слегка ободряюще, то ли для своего друга, то ли для поддержки самой себя, улыбнулась:

- Я здесь, Фил. Извини, что заставила ждать. Джек сказал, что ты и меня желаешь видеть?

- Да, Джейн, - старик выглядел совсем измученным. Каждое слово давалось ему с большим трудом. Но железная воля не позволяла ему снова потерять сознание. - Я ждал тебя, как никого другого. Хотел поговорить с тобой. Давно хотел... Знал, что придется поговорить - рано или поздно. Но не ожидал, что так скоро...

Филипп задумался на мгновение и закрыл глаза. Джейн показалось, что молчание слишком затянулось.

- О чем ты хотел поговорить со мной, Филипп?

- А? - Филипп вернулся из небольшого забытья. - Хотел попросить тебя сначала. Ты сможешь выполнить одну мою просьбу?

- Конечно, Фил. Все, что хочешь.

- Я не многого хочу,- его проницательные серые глаза с любовью смотрели на девушку.- У меня есть племянница. Ева. Помнишь, я рассказывал тебе? Мы поругались. Давно. Пообещали, что никогда больше и не вспомним друг о друге. Я, во всяком случае, старый болван, так сказал ей. Я не выпускал Еву все это время из виду, узнавал без ее ведома, как там она. Но с тех пор даже ни разу не позвонил. Даже в дни рождения не поздравлял... Я не мог, Джейн. Я виноват перед ней, виноват в нашей ссоре... История долгая. Я на самом деле украл документы, хранившиеся у моего брата, ее отца. Только я всегда это отрицал, а она всегда знала, что это я. Я должен был так поступить. Надо было восстановить честь нашей семьи. И ключ был в этих документах... - голос Филиппа стал больше похож на хриплый шепот. - Найди ее, Джейн. Скажи ей, что я был не прав. И я всегда о ней думал. Даже в свой последний час. Передашь?

- Непременно. Где и как ее найти?

- На Водецке. Это русская планета. Она учится там в институте, изучает международное право. Она совсем одна. Ей, наверно, очень одиноко. Человек не должен жить один. Каждому нужен друг, наставник, товарищ... - Филипп попытался пошевелиться, у него это не получилось. Он закашлялся. - Помоги мне, Джейн. У меня на шее две цепочки. Сними их, пожалуйста, обе. Прошу.

Девушка наклонилась к старику и сняла с его шеи две толстых серебряных цепочки. На одной из них висел маленький нательный крестик. На другой - абстрактного вида пластиковый брелок.

- Хорошо, - Филипп продолжил. - Крестик... его отдай Еве.

- Ладно. А это что?

- Это для тебя, Джейн. Там флэшка. В брелоке. Она внутри. Мой святой диск. Труд всей моей жизни. Там много информации. Для тебя, может, и много лишней. Я не знал, что диск столь скоро придется отдать. Хотя готовился к этому... На нем есть информация, которая поможет тебе вернуться домой. Там пароль, но тебе под силу его открыть... Ты сможешь достичь своей цели. Любой цели, слышишь, Джейн? - череда судорог прошла по телу ученого. Длинный монолог отобрал у него все силы. - Пообещай мне только...

- Что, Филипп? Что пообещать? - Джейн взяла старика за руку. Рука была необычайно холодной.

- Пообещай, что твои цели будут светлыми.

- Конечно, Фил. Боже, что же ты творишь? Что ты говоришь, Фил? Мне не надо ничего! Какие цели? Просто живи, Фил. Фил!.. Фил?.. О, Боже!

Джейн выпустила ледяную руку...

«Адмирал» заглушил двигатели и выключил всю неосновную технику. Минута молчания, растянувшаяся на несколько часов. «Адмирал», принявший на своем борту экипажи трех кораблей, был в трауре по погибшим. Хоронили «Синюю птицу», ее экипаж и приглашенных на свадьбу Таисии и Леопольда гостей. Того, что случилось, не понимал никто. А уж тем более принять как должное - это было выше человеческих возможностей.

О том, что «Синяя птица» потерпела аварию, революционеры узнали из новостей. Числу сенсационных, радостных хамелеонских репортажей не было конца. Хамелеонское правительство ликовало: уничтожен один из самых крупных пиратских кораблей, а также весь его экипаж! Обломки и несколько наименее изуродованных взрывом тел показали в репортажах крупным планом. Скоро и всей войне конец! Южным галактикам придется признать власть хамелеонов. А это уже победа! Атлантам здесь ничего не светит. Хамелеоны смогут диктовать всему миру свои условия.

От еловых венков и множества свечей, расставленных по кругу кают-компании, нестерпимо кружилась голова. Обилие заплаканных лиц, вздохи, переговоры шепотом и соболезнования близким родственникам погибших. Священник медленно произносил имя за именем, с кем сегодня приходилось прощаться навсегда...

Джулия поняла, что ее тошнит и у нее подкашиваются ноги. Она отошла подальше и присела.

- Джулия, на, выпей это! - участливые руки Полины протянули ослабевшей и заплаканной девушке стакан со светло-зеленой жидкостью. Джулия вымученно благодарно улыбнулась.

- Спасибо. Мне что-то нехорошо, - она взяла в руки стакан и, даже не интересуясь его содержимым, залпом выпила горько-соленое успокоительное. «Только бы не стошнило».

- Держись, Джулия. Священник уже заканчивает церемонию.

- Это неправильно, - к Джулии и Полине присоединился еще один шепот. Алисия тоже присела. - Неправильно хоронить людей, не видя их тел.

- Почему, Алисия? Церковь допускает заочное отпевание.

- Я не о заочном отпевании говорю. Но ведь у нас нет достоверных данных, что погибли все! Полиция идентифицировала только двенадцать тел. Вот их и надо хоронить!

- А остальных? Ну и что, что их личности пока не установлены. Мы-то ведь знаем, кто там был.

- После того, как мы улетели, «Синяя птица» была в свободном плавании целую неделю! За это время она десять раз могла с кем-нибудь стыковаться. Мы не можем точно сказать, сколько там человек было в момент аварии. У моего отца есть доверенное лицо в полиции. Он говорит, что все эти хамелеонские репортажи сильно преувеличены. Полиция идентифицировала двенадцать тел и нашла еще с десятка два фрагментов, которые пока не опознали. Мы не знаем, кто это! Я не верю, что все сорок, или сколько их там было, человек погибли. Часть экипажа могла спастись! На что я очень надеюсь и о чем я все время молюсь. Я не верю, что Джек погиб. И Уилл тоже так считает. И отец. Я слышала их разговор. Сейчас место катастрофы прочесывают полицейские. Ищут, облетают близлежащие планеты. А как они оттуда уберутся, отец с Уиллом хотят сами все облететь и проверить. Я попрошусь с ними. Я верю, что Джек жив!

Полина и Джулия со смешанным чувством сострадания и восхищения посмотрели на Алисию. Возможно, любящее сердце действительно знает, чувствует, верит.

- Что будем делать, Джейн? - Джек обеспокоенно смотрел на нового капитана своей команды.

- То, что и должны, Джек. Похороним его по христианским обычаям, - голос Джейн был тихим. В глазах стояли слезы. Джейн посмотрела на небо. Тучи значительно посветлели. Начинался новый день. Вот и еще одна ночка прошла. Когда они спали последний раз? Сложно вспомнить. До аварии, это точно. Но как давно это было? Все происходящее с ними казалось каким-то нереальным, каким-то странным, страшным, необычайно затянувшимся сном. - Предлагаю сделать это сегодня, сейчас. Дождь скоро закончится.

- Да, конечно, хотя...- Джек с сомнением оглядел небо и линию горизонта. Ни одного просвета. Ощущение такое, словно дождь зарядил на целую неделю, если не на месяц. Откуда такая уверенность в смене погоды? - Джейн, я знаю, за то время, что ты жила с нами на «Синей птице», вы очень сдружились с Филиппом. Вы много времени проводили вместе, а он с самого начала возвел тебя в ранг своих лучших друзей. Я могу представить, что ты сейчас чувствуешь. Ты, если хочешь, можешь поговорить об этом. Не замыкайся в себе. Слезы не являются постыдными, когда у человека горе.

- Я в порядке, Джек. Спасибо за беспокойство, - Джейн улыбнулась одними губами. - Я в жизни столько всего теряла, что, наверно, уже привыкла к потерям. Если к такому можно привыкнуть. А плакать капитану вообще не пристало. Да?

- Да. Капитан должен быть сильным.

Джек тоже тяжело и горько вздохнул. Филипп ему был как второй отец. Но и бывший капитан не имел права показывать свои слезы.

- Я постараюсь, Джек, оправдать ваше доверие. Хотя, если честно, твое решение сделать меня капитаном, очень неожиданно. Что ж, план такой. Сейчас похороны. Потом всем отсыпаться. Завтра с утра будем паковать вещи. Оставаться дольше в этой низине нельзя. Ты заметил, что капсулы медленно увязают в трясине? Всю почву размыло дождем. Будем искать новое место жительства.

- Хорошо. Да, вот еще, хотел тебе отдать. Капитанский дневник. Каждый капитан - не важно, морской, космический или сухопутный - ведет дневник. Здесь должно быть все. Планы, расчеты, хронология событий, распоряжения капитана, анализ результатов. Помогает в достижении целей, в анализе ошибок. Мой дневник сгорел вместе с кораблем. Здесь, в этой тетради, я успел исписать только одну страницу. Нечего еще было записывать. Теперь ты у нас капитан, Джейн, и это теперь твоя обязанность. Держи.

- А-а... Никогда в жизни не вела дневников. Как это делается?

- Гораздо проще, чем кажется, - Джек улыбнулся. - По принципу «что вижу, о чем думаю, то и пишу». Ты его будешь вести не для кого-то, а для себя. Что хочешь, то и записывай.

- Попробую. Спасибо, Джек.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

У горы

Переезд к подножью скал удалось провести лишь через трое суток: так тяжело на экипаже «Синей птицы» сказались похороны профессора и вся накопившаяся за несколько дней усталость. Наплывшие на небо серые тучи с мелким моросящим дождиком также этому способствовали. Люди проваливались в сон, несмотря на голод, холод и прочие неудобства незнакомой планеты. Даже временами долетавшие до палатки странные, леденящие душу крики неизвестных птиц или животных не могли вывести спасшихся людей из какого-то оцепенения и безразличия ко всему происходящему. Отсыпались все.

А спустя трое суток, восстановив физические и душевные силы, Джейн, будучи капитаном, отдала приказ собирать вещи. Все понуро принялись за работу, даже вечно недовольный Лаерти не стал в этот раз сильно спорить. Джек с Арчером осмотрели летательную технику и пришли к выводу, что поднять в небо смогут только один космический челнок. Он выдержит вес одного водителя и всех необходимых вещей. А значит, и раненому Арчеру не придется сталкиваться с трудностями при подъеме по пересеченной местности. Арчер и будет водителем. Ему лишь надо дождаться, когда группа пешком доберется до подножия скал, выберет подходящее место для лагеря и подаст соответствующий сигнал ракетой. Так и договорились.

Джейн повела малочисленный отряд в нелегкий поход.

По мере приближения к каменному хребту девушка все более хвалила себя за дальновидность. Лес становился реже и суше, почва тверже, а ручьи - не такими солеными. Подойдя почти вплотную к основанию горы, Джейн удовлетворенно кивнула и остановилась. То, что надо. Стройный лес остался позади. Большое цветущее поле по центру, с парой одиноко растущих деревьев. Прозрачное озеро с одной стороны и узкая извилистая речка, уходящая сквозь заросли травы и кустов куда-то на юг, к противоположному склону, с другой стороны. Все это создавало чувство комфорта и безопасности.

- Здесь. Мы остановимся здесь.

- Почему именно здесь? - Лаерти встал в любимую позу: упер руки в бока.

- Потому что мне здесь нравится, - отвернулась от него Джейн, не считая нужным еще как-то аргументировать свою позицию. - Ух ты! Вот это дерево!

Она подняла голову, с восхищением разглядывая древесного великана, в гордом одиночестве растущего на берегу реки:

- Потрясающий наблюдательный пункт! Он станет нашей сторожевой вышкой. С этого дерева, наверно, половину планеты видно. Супер! Точно. А лагерь разместим вон у тех деревьев. Немного в тени от скал, зато и под их защитой. И до посадочной площадки космического корабля добираться недалеко. Надо только будет обязательно тренироваться в скалолазании. Чтобы, когда потребуется, мы смогли быстро и легко подняться. А на самом плато надо организовать сигнал бедствия. Все, что блестит у нас на капсулах и что можно заметить из космоса,- все надо будет выложить на площадке. Работы предстоит много. Не говоря уже и об устройстве лагеря. Что скажете? Думаю, можно подавать сигнал Арчеру, да?

Все, кроме Лаерти, кивнули.

Так и началась новая, полная забот и тревог по выживанию, жизнь экипажа. Дни за днями проходили в бесконечном труде. Джейн никому не давала спуску, ни себе, ни своей команде. Так, как учил ее Лен. Все предусмотреть, просчитать заранее, быть готовыми ко всему. И труд - он давал свою отдачу. И шалаш совместными усилиями был построен, и питьевая вода найдена, и, пусть и скудная, но вполне пригодная растительная пища. В реке оказалась мелкая рыба, а лес, который Джейн исходила вдоль и поперек, оказался полностью безопасным для жизни с ним по соседству.

Сигнал бедствия был выложен на каменном поле, и многие проблемы, которые появлялись по ходу проживания на планете О39/2480, окрещенной экипажем между собой как планета Соленых озер, постепенно решались, уступая место настойчивости и терпению малочисленной, но дружной команды.

Единственная проблема, которая не хотела никак решаться, состояла в том, что их никто не ищет. Неделя летела за неделей, сезон дождей и ночных заморозков сменился теплой устойчивой погодой, а затем и вовсе жарой, но на небосклоне ни днем, ни ночью не появлялся ни один летательный аппарат. Либо республиканцы не верили, что часть экипажа «Синей птицы» осталась в живых, либо искали они не там, где надо, либо в силу погодных условий или каких-то других причин просто не нашли. Надеяться на поисковую операцию со стороны Одиннадцатой республики смысла больше не было.

Джейн, ведя дневник капитана, с тревогой отсчитывая каждый прожитый на планете день, регулярно собирала свою команду у костра перед шалашом в надежде поднять боевой дух и настроение. А настроение было мрачным. Особенно у Лаерти. Каждое собрание начиналось с его жалоб и безответного вопроса:

- На повестке дня вопрос такой. Ищет ли нас кто-нибудь? А если ищет, то почему не находит?

Однажды Джек не выдержал и сказал за всех:

- На повестке дня ответ такой. Нас никто не ищет. Это очевидно. Прошло уже слишком много времени, чтобы продолжать поиски. Мы не должны надеяться на республиканцев. Спасти нас может только чудо. Какой-нибудь заблудший корабль. Ты говорила, Джейн, как-то, что мы должны быть морально готовы к захвату чужого корабля. Я согласен. Нам надо к этому готовиться. И первым нашим шагом будет - убрать сигнал бедствия с плато. Я много думал об этом. Могу сказать от своего имени. Для капитана, который ведет в связке несколько кораблей, увидеть сигнал бедствия и помочь кому-то - это дело чести. Но ни один контрабандист или, тем более, одиноко путешествующий корабль, не оснащенный достаточным вооружением, не станет рисковать и приземляться в «мертвой зоне», на необитаемой планете, чтобы кому-нибудь оказать помощь. Неизвестно, с чем или с кем может столкнуться экипаж корабля. Я бы в такой ситуации напрасно рисковать не стал. Лучшее, что бы сделал, это сообщил полиции при наличии такой возможности. Что в нашем случае хуже всяких бед. Я полагаю, Джейн, что если мы не уберем сигнал бедствия, то помощи нам никогда не дождаться.

- Как будто у нас есть такой шанс, - хмуро пробурчал Лаерти под нос. - Хочешь убрать сигнал бедствия? Безумие! С таким трудом мы это все устанавливали.

- Нам не обязательно все это таскать вниз, Лаерти. Вещи там ненужные, даром что блестящие. Можно скинуть их к подножью плато. Густая растительность по склонам горы их хорошо припрячет.

- Это разумно, - Джейн обвела взглядом всех присутствующих. - Кто-то еще желает высказаться?

- Я желаю, - Арчер слегка кашлянул. - Я согласен с вами. У меня лишь предложение разработать план захвата корабля. Рассуждать - это все красиво. А вот представьте: через полчаса приземлится корабль. Всего на какой-нибудь час времени. И что мы будем делать? У нас ни плана, ни отработанной тактики, ни достаточного количества оружия. Надо продумать этот вопрос.

- Верно, Арчер, - Джейн кивнула. - Будем стараться. И, кстати, попутно. Мы все время поднимаемся на плато по одной и той же тропинке. Быть может, пора осваивать и другие стороны горы? Как считаете? Предлагаю сегодня пойти другой дорогой. После обеда. Что скажете?

Все согласились. Один Лаерти пожал плечами и нахмурился. Его не прельщала идея ходить куда-то под руководством Джейн, но и находиться в числе отстающих он не желал. Более того, видя, как его друзья Джек и Гарри, словно завороженные, смотрят на эту ничем не выдающуюся девушку, как внимают каждому ее слову, как соглашаются с любой высказанной ею идеей, - Лаерти сам для себя решил, что только он способен навести здесь настоящий порядок. На этой мысли лицо его просветлело. Лаерти улыбнулся.

- Какой дорогой пойдем?

- Предлагаю по теневой стороне, где не очень жарко...

Спустя пару часов небольшой отряд из четырех человек направился к вершине горы нехоженой тропинкой, а еще спустя минут пятнадцать в походе начались недовольные высказывания Лаерти, язвительные подколки Джейн и призывы к благоразумию Джека и Гарри. Все как всегда.

- Я бы на твоем месте, Лаерти, не стала искушать судьбу и отрываться от нашей группы, - Джейн в очередной раз остановилась, поджидая отставшего спутника.

Лаерти намеренно не торопился, сходил с тропинки вправо и влево, проверял почву на твердость, а растения - на зуб, в надежде сделать какое-нибудь полезное открытие.

- А я бы на твоем месте не стал давать глупых советов, - парировал он, размахивая лохматой веткой в обе стороны и сгоняя с травы кучи насекомых. - И вообще, много чего делать бы не стал.

- Ты считаешь мои советы глупыми и ненужными?

- Ничего полезного для себя лично я из них не вынес.

- М-м-м, вот как? - Джейн покачала головой и продолжила восхождение по заросшей горе. - Учти, любопытство и самоуверенность иногда бывают чреваты.

- Скажите пожалуйста! Только вам, геологам, можно делать открытия! А нам, космическим волкам, ни шагу в сторону, ни травку сорвать, ни бабочку поймать без вашего спроса! Ай-ай-ай, какой же я безрассудный!

Джек попытался пресечь назревающую словесную дуэль:

- Лаерти, ты сгущаешь краски. Джейн имеет в виду, что ты можешь отстать и потеряться. А в лесу ты пока ориентируешься плохо. Как, впрочем, и я. Нам надо держаться вместе. Правда, Гарри?

- Правда.

- Ха! Я почему-то не удивлен. Вы же из вредности всегда мне перечите. Даже меня не выслушаете до конца, а я уже не прав...

- Но если ты на самом деле не прав, Лаерти...

- Что и требовалось доказать! Я не договорил свою мысль, а ты меня уже перебил.

- Я думал, ты все сказал.

- «Все сказал!». Да я только начал свою речь! Вот скажи мне на милость, как я могу здесь заблудиться? Гора одна, идем мы к вершине. Путей может быть много, но сходятся-то все они в одной точке! Разминуться мы здесь не можем. Что за необходимость меня опекать, как маленького ребенка?

- А ты и есть маленький ребенок! - Джейн засмеялась. - Разве что пустышку не просишь.

- Джейн, ну опять? - Джек взмолился. - Ну хотя бы раз можно обойтись без ругани?

- Можно, наверно. Просто твой друг и помощник нетерпим к конструктивной критике.

- Кто бы говорил! - Лаерти скорчил гримасу и снова свернул с тропинки в сторону. - Ух ты! Ребята, я нашел дерево, оно все в плодах! Интересно, они вкусные?

- Возможно, и вкусные, - Джейн тоже сошла с дорожки посмотреть на находку. - Они не выглядят съедобными, Лаерти. Лучше их не трогай.

- Почему это они не выглядят съедобными? Это потому что я их первым нашел, да?

Лаерти прямиком направился к дереву, обсыпанному крупными красными ягодами. Джейн на секунду замешкалась:

- Не знаю. Странное оно какое-то. Мы таких раньше не встречали. Как на этой горе соли может расти что-то вкусное? Лаерти, не трогай его! Дерево, скорее всего, ядовито!

- Ай! Собака! Колючее, зараза! - «первооткрыватель» отдернул руку и сморщился. - Щиплет, тварь!

- Лаерти, ну я же сказала: не трогай его! Что за необходимость?..

- Ладно, не буду.

- Покажи свою руку.

- Чего на нее смотреть? Рука как рука. Рук никогда не видела?

- Ужаленных - нет. Лаерти, покажи, пожалуйста.

- На, на, смотри! Довольна? Мы можем наконец-то продолжить свой путь? Или весь вечер будем тут толпиться? И так невозможно жарко!

Он расстегнул одной рукой ворот рубахи, а другой вытер со лба проступивший липкий пот.

- Лаерти... - Джейн растерянно оглянулась на своих спутников, подзывая их подойти ближе. - Ребята, у него в руке яд. Это ядовитое дерево. Лаерти, посмотри на свою рану. У тебя рука побелела.

- Ерунда какая! Ну что столпились возле меня? Хорошо, признаюсь. Не надо было его трогать! Что еще?

Джейн была непреклонна:

- Лаерти, надо обработать твою рану. Смотри, под деревом валяются тушки птиц. Этот яд, должно быть, очень сильный. Ты... Ты как себя чувствуешь?

- Как себя чувствую? Я чувствую себя не в своей тарелке!

- Но, Лаерти...

- Вот не надо всего этого, мамочка! Мы не идем никуда, да? Прекрасно! Значит - привал. Что-то я притомился, - Лаерти бухнулся прямо на траву и неуверенно оперся спиной на мягкий низкорослый кустарник. - Что глазеем? Я разве картина? - он расстегнул еще одну пуговку на рубашке и беспокойно посмотрел на небо. «Ни ветерка, ни дождика. Духотища, дышать нечем». - Есть что попить?

Он потянулся к своему рюкзаку - и промахнулся. Воздух от жары стал колыхаться.

- Черт побери! У него отравление, Джек! Гарри! Пулей, стрелой, слышишь, Гарри, мчись в лагерь за Таисией. Пусть возьмет самые сильные лекарства, что у нее есть. Нужно противоядие. Пулей, Гарри! Одна нога здесь, другая - тоже здесь, вместе с Таисией. Быстро!

- Да, конечно. А может...

- Шевелись, Гарри! Бегом! Джек, помоги мне уложить Лаерти. Ему нельзя лишний раз двигаться. Яд может быстро распространиться по всему телу. Нужно его изолировать в руке. Где походная аптечка? Там должен быть бинт, надо перевязать потуже.

- Что? - Лаерти засмеялся и отмахнулся рукой. - Ты меня хочешь госпитализировать из-за какой-то занозы? Ой, я сейчас лопну от смеха, честное слово! Джек, будь человеком, дай мне попить, или я умру от жажды. У меня такое чувство, словно я получил солнечный удар. А мой рюкзак где-то потерялся.

- Да вот же он, Лаерти. Ты правда себя нормально чувствуешь? - Джек обеспокоенно смотрел то на друга, то на Джейн. Рука неуверенно потянулась к рюкзаку с провизией.

- Нет, я чувствую себя непонятым. Проклятое солнце. Глаза слепит.

- Лаерти, ты лежишь в тени!

Джейн присела рядом на корточки и туго перебинтовала руку.

- Лежишь? Зачем вы меня уронили? Я хочу встать! Ну хватит! Джек, скажи ей, пусть отстанет от моей руки! Я взрослый, - Лаерти замахал во все стороны здоровой рукой. - Где моя вода?

- Тебе не положена никакая вода,- Джейн перехватила протянутую больному бутылку с водой и бросила ее в кусты.- От воды яд может распространиться еще быстрее. У тебя уже вся рука побелела. Ты ее чувствуешь?.. Лаерти? Ты меня слышишь? Сколько пальцев видишь? Лаерти!

- Что? Кто?

- Лаерти! Спать нельзя! Ты должен, ты обязан быть в сознании! Слушай мой голос и голос Джека. Джек, поговори с ним!

Джейн снова кинулась к аптечке, вытряхивая ее содержимое на примятую траву.

- А о чем? - Джек совсем растерялся, видя, как его друг чуть не расплывается по траве, как медуза.

- О чем угодно! Следи, чтобы он не терял сознания! Будет надо - бей его. Не давай ему спать. Я сейчас.

- Бить меня? - голос у Лаерти стал совсем слабым. - Нет, Джек, ты это слышал? Это возмутительно. Она хочет убить меня. Скажи ей, что я хороший. Скажи ей, Джек.

- Она знает, Лаерти, знает. Ты поправишься, все в порядке. Держись, друг, слышишь?

- Джек, подвинься, - Джейн с медицинским скальпелем присела рядом. - Держи крепко его руку, - она обработала спиртом рану. - Лаерти, я сделаю на твоей руке надрез. Нужно удалить яд из раны, пока он весь не рассосался и не отравил тебя окончательно. Будет больно, но надо потерпеть. Готов?

Девушка быстро и уверенно сделала разрез на коже. Лаерти даже не поморщился.

- Лаерти, тебе что, не больно?

- А? Нет, не чувствую руку. Спать хочется.

- Плохо, очень плохо. И крови в ранке совсем нет.

Джейн нагнулась к надрезу и попыталась высосать отравленную кровь. Сплюнула. Еще одна попытка. И еще. С третьей попытки слюна окрасилась в красный цвет. Во рту защипало. Джейн прополоскала рот спиртом и снова сплюнула.

- Джейн, он...

- Вижу. Без сознания. Черт. Где Гарри с Таисией? Аптечка - дрянь. Никакого противоядия, ничего. И жара так некстати. Душно.

Девушка сорвала лист лопуха и замахала им как веером.

- Вон они, Джейн! - Джек вскочил на ноги, услышав приближающиеся голоса. - Гарри, Таисия! Мы здесь! Сюда, скорее!

- Джек, что? Как у него дела? - Таисия тяжело отдувалась от быстрого бега.

- Плохо. Потерял сознание.

- Как давно?

- Только что. Да, Джейн?

- Да, минуты три назад. Рана вытянута в два сантиметра, семь точечных уколов, выстроенных в одну линию. Я сделала надрез, но кровь не идет. Яд впитался почти мгновенно. Нужно какое-то противоядие.

- Есть, сделаем. Джек, подержи эту ампулу. Гарри, помоги мне, - Таисия приступила к выполнению профессиональных обязанностей.

Джейн облегченно выдохнула, передавая ответственность за жизнь человека более опытному в медицине специалисту, и присела на примятую траву. Пережитое напряжение и испуг дали о себе знать небольшой дрожью в конечностях. Воздух вокруг стал каким-то густым и липким...

- Лаерти! Ты меня слышишь? Лаерти, открой глаза! Ты должен открыть глаза! Лаерти!

- Таисия?

- Ну слава Богу! Он приходит в себя, Джек! Все будет в порядке. Вы молодцы, что вовремя сориентировались и послали за помощью. В подобных случаях нельзя терять ни секунды.

- Да что мы? Это все Джейн. Ее благодари. А где Джейн? Джейн! - Джек поднялся на ноги и огляделся вокруг. - Джейн, что с тобой? О, нет! Таисия, она без сознания!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Примирение

- Доброе утро, Лаерти, как ты?

Джек, печально улыбаясь, зашел в шалаш. Подошел к обтесанному со всех сторон разветвленному дереву, выполняющему теперь функцию опорного столба, поддерживающего крышу, вытащил из развилки завядший букет цветов и закрепил там новый. Только что сорванные цветы наполнили воздух приятным нежным ароматом.

- Привет, Джек. Все плохо. Я не чувствую ни поясницы, ни ног. А что, если этот паралич насовсем?

- Вряд ли. Руки и плечи у тебя уже отошли. Наберись терпения. Как Джейн?

- Все так же, Джек. Лежит - ни живая, ни мертвая. Мне даже страшно здесь с ней.

- Не говори ерунды, Лаерти. Она поправится. Как и ты.

Джек присел рядом с девушкой. Молча погладил ее по волосам. То, что сейчас озвучил Лаерти, было одной из страшных мыслей, посещавших его в последние два дня. Его сердце было сжато, словно в тиски. Да, он не успел признаться ей в своих чувствах, и, если надо, готов их спрятать навсегда, если выберет Джейн не его, а Гарри. Но только бы она поправилась! Нельзя, нельзя вот так глупо: спасти его непутевого друга, а самой уйти безвозвратно, в никуда. Уйти, не попрощавшись.

- Может, это реакция на лекарства, Джек? Почему Таисия дает ей их так много? Мне в несколько раз меньше.

- Джейн предупреждала Таисию, что ее организм слабо реагирует на лекарства. Может быть, она потому еще не пришла в сознание, что даже двойная доза для нее мала? И много лекарств давать страшно, и недостаточно - тоже.

- Джек! Ты меня прости, - Лаерти виновато вздохнул, - я ведь все понимаю. Ты меня сейчас ненавидишь, да?

- Почему я должен тебя ненавидеть?

Джек отвлекся от созерцания своей возлюбленной.

- Как - почему? Она ведь в такой ситуации из-за меня? Если бы я слушал ее, слушал, что она говорит, этого бы не произошло. Это я виноват во всем.

- Брось, Лаерти. Я тебя не виню. Ты же не мог знать заранее, что то растение окажется столь коварным. Любой мог оказаться в подобной ситуации.

- Дело не в ситуации, Джек. Она ведь меня предостерегала! А я не послушал. И что за заноза сидит во мне? Все время хочется с ней спорить, делать наперекор, по-своему... А после той ссоры на корабле, помнишь? Ты сказал, что не будешь со мной общаться, если я не попрошу у Джейн прощения. Я, конечно, собирался, а как ее увидел - сам не знаю, что тогда на меня нашло, мы опять поругались. Мы лишь пришли с ней к общему мнению, что не следует выяснять отношения в твоем присутствии, чтобы тебя лишний раз не огорчать... Я совсем испорченный, да? Нам так хорошо было на «Синей птице», у нас была дружная команда. А тут началось. То один с ума сходит от любви, то у другого крыша поехала. А потом ты. Я полагаю, Джейн из-за меня хотела сойти с корабля на Марте. И я видел, как ты потом расстроился.

- Поверить не могу! - Джек рассмеялся. - Лаерти, ты ревнуешь нашу мужскую дружбу к девушке?

- Нет, но... - Лаерти развел руками. - Разумеется, нет. Но мне казалось, она настраивает тебя против меня, и меня это здорово задевало.

- Да, дружище, ты даешь! Прав был Фил, когда говорил, что вы с Гарри еще мальчишки, - Джек вздохнул и снова посмотрел на неподвижное тело девушки. - Взрослеть пора, Лаерти. Мы уже далеко не те парни, что, гонимые мечтой о приключениях и поисками славы, пришли на борт нашего корабля.

- Это так. Ты правда не сердишься на меня? Ты ведь ее любишь, да?

Джек утвердительно кивнул.

- А она знает об этом?

Джек пожал плечами.

- Ты ей не говорил? Почему?

-Ты же видишь, она меня избегает.

- Как это - избегает? Почему?

- Почему да почему? С кем она проводит свое время, скажи!

Лаерти задумался:

- С кем? С Таисией, с Тони, с Гарри... Гарри? Ты думаешь, что она и Гарри?..

- Я ничего не думаю, Лаерти. Не приписывай мне свои мысли. Я лишь хочу, чтобы Джейн поправилась. Мне больше ничего не надо.

Джек встал и прошелся по шалашу. На душе было тревожно.

- Она поправится, Джек. Обязательно поправится. А с Гарри нужно поговорить. Ты же не будешь спокойно смотреть, как у тебя из-под носа девчонку уводят! Ведь нет?

- Мы с Гарри друзья, Лаерти. А Джейн сама решает, кто, с кем и куда идет. Если она выбирает его, что я могу поделать? Я иногда думаю: все дело в том, что я солдат. Обращал внимание на ее лицо, когда речь заходит о военных действиях? О хамелеонах, атлантах... Ее лицо просто каменеет. Ей так крупно досталось по жизни, что она инстинктивно сторонится всех военных, и меня тоже, ведь я часть войны. Я заместитель министра обороны Одиннадцатой республики, я капитан боевого корабля. А Джейн ненавидит войну и все с ней связанное... Но а Гарри же - он другой. Он излучает добродушие и мир в любой ситуации. Возможно, она чувствует себя в его обществе уютней, что ли?

- Да-а, дела... Нет, Джек, солдат солдату рознь. То, что хамелеоны о тебе в Космоинтернете написали, - чушь полная. О ней ведь тоже написали неправду. Вряд ли она станет теперь к этому серьезно относиться. А здесь, на планете, у Джейн уникальный шанс узнать тебя ближе. Понять, что ты не воин, ну, в смысле - не забияка, не пират. Что качаешь головой? Если не хочешь говорить напрямую с ней, поговори по душам с Гарри. Он нормально к этому отнесется. Узнай, почему, когда Джейн уходит в лес, она зовет его. Неопределенность - это самое ужасное, что может быть во взаимоотношениях.

- Скажешь тоже! Как мне разговаривать с Гарри на эту тему после того, как я ему тысячу раз внушал, что Джейн мне даже не нравится? Как? Я ведь сам ему дал надежду на возможные отношения с нашей гостьей. Как я теперь могу с ним объясняться?

Но Лаерти был «непробиваем»:

- Очень просто. Объясни ему, что ситуация изменилась. Ты уже не капитан. Скрывать чувства больше не обязан. А Джейн ты любишь. Пусть хотя бы между вами будет какая-то ясность.

- Я не уверен, что хочу этой самой ясности.

- Конечно, хочешь! Будь честным. Признайся в своих чувствах.

Однако Джек не был расположен откровенничать с кем-то еще:

- Нет. Давай закроем эту тему. Чувства обсуждать я ни с кем не буду, понятно?! Я пошел за водой, все. Лежи, выздоравливай.

- Джек, не уходи! Хочешь, я с Гарри поговорю?

- Попробуй только! Я тебя тогда лично заброшу в те ядовитые заросли!

- М-м-м, друг называется! - Лаерти вздохнул, глядя на удаляющуюся спину Джека. - Даже и не оглянется! Джек! Вернись! Я не все сказал. Вернись, а то я закричу! Джек!.. Вот упрямый!

- И не говори, Лаерти. Что вы разорались, уже утро? - Джейн открыла глаза.

- Джейн?.. Джек! Джейн очнулась! Джек, вернись!!!

Ответом ему послужила полная тишина. Привыкший к фокусам своего друга, Джек оставил этот выкрик без внимания, подхватил самодельное ведро и пошел за водой. Лаерти вздохнул: все ведь приходится делать самому.

- Что происходит, Лаерти? - обеспокоенно спросила девушка. - Я не чувствую рук. И вообще своего тела.

- Это нормально.

- Нормально?

- Я хотел сказать, что это пройдет. Я тоже не чувствовал своих рук несколько часов. Меня беспокоит по-настоящему неподвижность моих ног. Яд, который пришелся на нашу долю, был очень сильным.

- Ничего себе! - Джейн попыталась пошевелить пальцами. Какое-то движение произошло, но незначительное, все тело словно оцепенело. - Я встать хочу.

- А я как хочу! Лежу тут два дня, как бревно. А ты вообще - даже не шелохнувшись. Я боялся, уж не того ли ты, ну, в общем, думал, что вдруг...

- И не надейся, Лаерти! - Джейн с трудом засмеялась. - У меня еще на этом свете есть дела.

Пальцы рук стали более послушными. Джейн показалось даже, что она смогла пошевелить целой кистью руки. «Определенно, разлеживаться некогда. Дел полно. Надо как-то вставать».

- Ты зря злословишь. Я на самом деле переживал за тебя. Ты спасла мне жизнь, Джейн. Хотя я, право, не знаю, чем я это заслужил? Я вот тут лежал без дела, все думал и думал...

- Полезное занятие, Лаерти. Ну и как, помогло?

Лаерти тоже усмехнулся.

- Ведь сама меня задираешь! Хочешь сказать, со мной не поругаешься - день прошел даром?

Джейн ничего не ответила. Ее мозг и тело были заняты более важными вещами. С напряжением, тяжело отдуваясь и пересиливая мышечную боль, Джейн приподняла плечи над кроватью. Подтянула повыше руки и, опираясь на локти, смогла зафиксировать тело в приподнятом положении.

- Шучу, Лаерти. Не принимай близко к сердцу. Так что ты надумал, пока лежал тут без дела?

- Много чего. А как ты узнала, что то дерево - ядовито?

- Как? Да признаков-то много было. Жаль, что сообразила я про них слишком поздно. И расцветка дерева, отличающая его от остальных, и ягоды, и такое обилие шипов, и плети, растянувшиеся во все стороны. А под деревом валялись полусгнившие тушки птиц! Во-первых, Лаерти, мы нигде в лесу раньше не натыкались на птичьи кладбища. Что-то ведь их убило? Во-вторых, на этой бедной до пищи планете птичье мясо должно служить неплохим кормом для кого-нибудь еще. В природе все уравновешено. Пропадать ничего не должно. А здесь вдруг такое исключение. Ну и в-третьих, почва, конечно. Я еще удивилась, как на груде песка и соли может расти такое чудо? А оказалось, все очень просто. Дерево приманивает к себе птиц, они садятся на ветки, натыкаются на шипы, получают свою порцию яда и замертво падают вниз. Тем самым, служат хорошим кормом для этого вида растения. Вот тебе и круговорот веществ в природе. Ты, Лаерти, чуть не стал для них разнообразием в их обычном рационе. Меню, так сказать. Да и я тоже. Спасибо Гарри. Быстро привел Таисию.

- И тебе спасибо. Почему ты это сделала, Джейн? Мы ведь с тобой постоянно ругаемся. Если бы ты была на моем месте, а я на твоем - я бы не стал тебя спасать. Не стал рисковать своей жизнью ради твоей.

- Кто бы сомневался, Лаерти? - Джейн улыбнулась. - Все равно, спасибо за откровенность.

- Откровенность за откровенность. Почему ты меня спасла, рискуя собой?

Джейн слегка закусила верхними зубами нижнюю губу. Она всегда так делала, когда не могла решиться, говорить человеку правду или нет.

- Я не сообразила тогда, что подвергаю свою жизнь опасности. Нужно было удалить яд из твоей руки - это было очевидно. А то, что он мог впитаться в мою кровь через слюну - как-то не дошло в тот момент. Голову, возможно, напекло. Но ты не переживай, Лаерти, второго раза благодарить меня у тебя не будет.

- Это... возмутительно! Да ты... Ты знаешь - кто? Я... Поверить не могу. Тебя тут чуть в ранг героя не возвели. Джек, он о тебе такого высокого мнения, а ты!..

- А о тебе, Лаерти? О тебе разве Джек думает так, как ты того заслуживаешь?

- Я лучше, чем ты считаешь, - Лаерти надулся и замолчал.

- Я тоже, Лаерти.

Джейн также замолчала. Еще пару минут в обществе друг друга - и они снова разругаются.

«Надо как-то вставать на ноги». Джейн снова сделала рывок и села. Острая боль в спине чуть не лишила ее сознания, но зафиксировать тело в новой позиции все же удалось. К рукам вернулась чувствительность. А это уже победа. Теперь они с Лаерти на равных. Джейн улыбнулась, и пошевелила пальчиками ног. «Отлично. Ощущения есть, а это уже полдела. Нужно что-то, на что можно перенести вес своего тела при подъеме». Джейн посмотрела на опорный столб их шалаша: возможно, то, что надо. В развилке ствола, прямо над ее головой, был закреплен по-царски богатый букет цветов.

Девушка воскликнула:

- О! Цветы?! Какая прелесть! Это мне?

Лаерти молча кивнул, решив сам для себя, что разговаривать с этой наглой девчонкой больше не будет. Вместе с тем, ее возглас так приятно грел душу, словно он сам принес ей эти цветы. Они ведь всем лагерем переживали за нее. Боялись - вдруг не выкарабкается? Что бы Джейн сейчас ни говорила, как бы ни старалась намеренно его разозлить, но она сделала то, что сделала. Она его спасла.

- Какие красивые! - Джейн вытащила цветы. - Я не встречала таких в здешних лесах. Откуда они?

- Джек, Таисия и Тони ходили за продуктами куда-то далеко на восток. В горы. Это Джек тебе принес.

- Правда? Это так мило,- щеки у девушки зарделись румянцем.

Лаерти, скрепя сердце, решил продолжить беседу. И тема сама собой поменялась, и появился повод развеять сомнения Джека. «Главное, не спрашивать напрямик, что связывает Джейн и Гарри. А так, потихоньку, обходными маневрами. С моим-то логическим мышлением - легко!».

- Джейн, а можно тебя спросить? Почему вы, когда с Гарри за продуктами в лес ходите, никогда с собой Тони с Таисией не берете? Они обижаются, кстати.

- Тони с Таисией? Хм... Они никогда нас об этом не просили. Надо будет предложить.

- Предложи обязательно. Они неплохие следопыты. Тони вчера поймал в лесу двух ужасных куриц, из тех, что Фараон время от времени приносит. Сделал для них загон, собирается их разводить. Так что теперь мы каждое утро будем слушать такую музыку. И-иу-иу-иу-иу-иу-йи-йи-у! Брр!

Джейн изумилась:

- Он что, думает, на них много мяса?

- Много не много, а все-таки. Лишь бы они размножались быстро. А то вдруг как окажется, что он однополых особей притащил?

- Суп сварим. А Тони молодец.

- Мы все молодцы, только ты не ценишь. Почему ты не берешь в лес Арчера? Или нас с Джеком?

- Почему вас не беру? Есть причины. Арчер на костылях передвигается медленно. Заросли для него не самое лучшее место для прогулок. Ты, Лаерти... мы с тобой слишком разные, чтобы найти общий язык. Ты постоянно ко мне цепляешься.

- Это Я к тебе цепляюсь? Ха! Кто бы говорил? Ну ладно, согласен, так спокойнее. А Джек?

- Джек? - девушка опять закусила губу. - А ты сам не догадываешься?

- Нет. Уж такой я непонятливый.

Джейн пожала плечами.

- Джек - не просто лидер в вашей команде, Лаерти. Не просто человек, который сможет дальше повести группу, если со мной что-то случится. Он еще и капитан корабля. Он единственная наша надежда улететь отсюда. Ты ведь не сможешь управлять в одиночку космическим кораблем, если вдруг с Джеком что-то случится? Ведь нет? И я не смогу. И никто не сможет.

- Арчер сможет. Он первый помощник. Он способен полностью заменить капитана.

- Правда? Я не знала этого. Что ж. Значит, будем беречь еще и Арчера.

- Беречь? От чего беречь? Ты же говорила, что в этом лесу нам нечего опасаться?

- Говорила и повторяю. В этом - нечего... Что так смотришь на меня? В этом лесу нет продуктов, Лаерти. Именно поэтому здесь безопасно. Здесь нет ничего съедобного. Мы с Гарри бродим не по нашему лесу. Мы спускаемся в низину.

- В низину? Джейн, но ты же сама строго-настрого запретила нам всем туда ходить. Как это понимать, Джейн?

- Я помню, Лаерти. Но есть нам что-то надо? Приходится рисковать.

Лаерти со страхом и восхищением взглянул на девушку.

- Кошмар! А поваленные деревья?

- Да, в неделю-то по дереву находим. И все как и раньше: никаких следов. Я не знаю, кто это делает, Лаерти. Это рядом с фруктовой рощей. Именно поэтому я не хочу, чтобы рисковал кто-то еще. Если со мной и Гарри что-либо случится, вы сможете и без нас улететь.

- Невероятно! Мы даже и не догадывались. А если тебя не будет? Как мы сможем тут выживать?

- Так же, как и сейчас. Все, что я знаю о дикой природе, я передаю вам. Я ничего не утаиваю.

Лаерти замолчал и закивал головой сам себе.

- Я тебе хотел рассказать, Джейн, о чем я думал. А потом передумал тебе это рассказывать. А теперь опять думаю.

- О чем?

- Вначале я думал о себе, - и, видя, как на лице девушки иронично поднимается кверху одна бровь, а с уст готова слететь очередная колкость, Лаерти ее предупредил: - Думал о том, какой я никчемный человек. Не перебивай меня, Джейн, мне надо выговориться. Ты ведь кругом права, что меня выводит из себя, злит и приводит в бешенство. Все, что ты говоришь, соответствует действительности. Самомнения у меня выше крыши, а реально я из себя ничего не представляю. Как был зазнайкой, так им и являюсь. Ничего не умею. Учиться не хочу. Прислушиваться к кому-то, кто знает больше меня, тоже.

- А-а...

Джейн внимательно посмотрела на Лаерти. Она хотела пошутить над ним, но, видя, что на этот раз он разговаривает с ней серьезно, решила и ответить серьезно. Только что ответить? Странно, что он изливает свою душу ей, человеку, от которого, как он сам признался, его просто трясет. Девушка поинтересовалась:

- Ты спрашиваешь у меня совета, что тебе делать?

- Нет, пытаюсь объяснить, почему я такой. Сам не знаю, где и как я потерялся в жизни. А ты можешь дать совет, что мне делать дальше?

- Конечно, нет. Пока ты не решишь для себя, чего ты хочешь.

Лаерти оживился.

- Я многого хочу. Научиться чему-нибудь полезному... Только лень мне мешает. Я ни одно дело не могу довести до конца. Что только не начинал. Бодренько так. А потом все равно бросал.

Джейн засмеялась. «Лаерти - забавный человек. Вроде бы взрослый, а вроде и нет». Она подняла руки кверху и уцепилась ими за опорный столб их шалаша. «Отлично. Теперь можно начинать и восхождение. Попытаюсь встать на ноги. Главное, наш дом не завалить».

- Тогда, может, и не стоит начинать, Лаерти, м-м? - как бы между прочим вновь съязвила она. - Зачем тебе чему-то учиться? Разве тебе так плохо?

- Я же тебе только что сказал, что плохо!

- Тогда почему ты ничего не делаешь, чтобы изменить ситуацию?

Девушка хитро подмигнула задохнувшемуся от праведного возмущения Лаерти, и поднялась на ноги. Утешать и жалеть его она не собиралась. Крепко вцепившись руками в опорный столб, шатаясь на неуверенно поставленных ногах, Джейн удовлетворенно отметила, что она победитель. Как говорил Лен? «Успех там, где ты поднимешься ровно на один раз больше, чем упадешь»? Что ж, она уже на ногах.

- Как ничего не делаю? Вот. Пытаюсь тебе объяснить. Я хочу научиться чему-нибудь полезному. Мне нелегко признаться в этом. Да, я незнайка! Можешь смеяться, я уже привык к твоим подколкам. Но сейчас, в свете того, что ты сказала про Джека... Наверно, нам всем есть чем заняться? Пока времени у нас вагон. Мы научили бы тебя премудростям навигации, а ты нас - каким-нибудь языкам... Джейн, как ты это сделала?

- Что именно? - девушка перевела дух. Ее восхождение было не из легких.

- Вот это. Как ты встала на ноги?

- Как? Ты же видел - как.

- Да, но у меня, например, так не получится.

- А ты пробовал?

- Нет. Но я не чувствую своих ног.

- Я тоже своих не чувствую, Лаерти. Ты можешь надо мной смеяться. Я не могу сделать ни шага. И вернуться в исходную не могу. Вот ситуация...

- И что предпримешь теперь?

- Буду думать, - Джейн повисла руками на балке. - Говоришь, нам всем есть чему поучиться? Я согласна. Это хорошая идея, Лаерти. Нам нужен план занятий, для всех. Это будет новый закон на планете Соленых озер. Все обязаны учиться. Так и запишем.

- Да, план! - Лаерти засиял. - Я многому желаю обучиться. И я давно хотел перед тобой извиниться, Джейн. Еще там, на «Синей птице». Ты меня прости, пожалуйста. За все. Я был не прав.

- Вот как? Что ж, извинения приняты. Ты тоже меня прости, если что не так.

- Простил уже давно, пока ты тут лежала ни живая, ни мертвая, - Лаерти улыбнулся. - Друзья? Без дураков?

- Точно. Друзья.

Джейн набрала полную грудь воздуха, и сделала шаг к дверям. Учиться ходить все равно надо. Не стоять же в такой позе вечно? Уже и руки затекли. Вовремя вошедший в шалаш Джек успел подхватить на руки падающую девушку, тогда как полное ведро воды полетело куда-то в сторону. Их глаза встретились.

- Джейн, ты не ушиблась?

- Нет, все в порядке, Джек... Спасибо!

Время и пространство исчезло на какое-то мгновение. Только глаза двух влюбленных людей неотрывно смотрели друг на друга.

- Боже! Как мне мокро! Кто бы знал бы? - откуда-то издалека прозвучал жалобный голос их друга...

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

О людях не спорят

Время - самая удивительная характеристика нашей жизни. Иногда оно нескончаемо тянется, иногда мчится быстрее, чем вы можете о нем подумать. Так и на планете Соленых озер. Команда не переставала удивляться, как быстро летит время в ежедневных заботах о выживании, в труде и в учебе, в соблюдении придуманных законов и новых традиций и праздников.

Однако, несмотря на мирное и где-то даже веселое существование на этой непредсказуемой в плане климата планете, каждый прожитый день добавлял в душевную копилку экипажа капельку беспокойства, тоски по дому и отчаяния, что их никто не ищет.

- Не спится? - Джейн подошла к Таисии и присела рядом с ней у костра. - Все разглядываешь небо?

- Да, не спится. Доброе утро, Джейн, - девушка приветственно улыбнулась. - За ночь так глаз и не сомкнула. Думы всякие. Я уже настолько привыкла к местному пейзажу, к переменам погоды, к нашей маленькой, но тесной команде, что мне кажется, мы так всегда и жили. Не было Одиннадцатой республики, космоса, войны, друзей. Ничего не было. Интересно, как долго мы здесь?

- Мы тут, Таисия, уже семь месяцев и две с половиной недели. Я веду календарь, - ответила ей Джейн.

- Ужас, верно? Целая вечность прошла, а нас никто не ищет. И вряд ли найдет. Нет, нам досталась неплохая для жизни планета. Я не ропщу на судьбу. Но я бы не хотела прожить здесь всю свою жизнь.

- Не найдут, так мы сами найдемся. Нам нельзя падать духом. Верить надо.

- Верить? Во что, Джейн? Если бы нас искали, то уже нашли. Но нас не ищут. Где ты черпаешь силы в своем оптимизме? Ты нас всех заставляешь дважды в день делать зарядку, обучаешь языкам и борьбе. Мы облазили эту гору вдоль и поперек. Мы давно готовы к борьбе за свободу, как ты говоришь. Но ее нет. Никто не прилетает за нами, и вообще - кто должен сюда прилететь? К чему все наши усилия?

- Знаешь, Таисия, один хороший человек однажды мне сказал: «Труд, Джейн, напрасным не бывает никогда. Сейчас поверь, а проверишь после. Еще и благодарить будешь». Я проверила, и была бы рада его поблагодарить, только его нет уже в живых, - Джейн вздохнула и поворошила палкой костер. - Мы выберемся отсюда, Таисия. Возможно, пока мы не сделали все от нас зависящее. Будем дальше тренироваться и ждать. Время позволяет.

- Да. Ждать. Тягостное ожидание.

- Ну-ну, подруга! Отставить хандру. Ты так у всех моральный дух подорвешь.

- Как будто, кроме тебя одной, есть еще кто-то, у кого можно подорвать моральный дух, - девушка поежилась и подвинулась ближе к огню. - Я дольше всех держалась. Ты последняя, Джейн, кто верит... Кстати, об ожидании. Джек тебя вчера два часа под дождем караулил с цветами. А ты сидела на своем дереве и делала вид, что его не замечаешь. Как будто записи дороже живого человека?

- Джек меня ждал под дождем? Зачем? Он что, не мог меня позвать?

- Не мог. Он хотел сделать тебе приятный сюрприз.

- Сюрприз? Он мне ничего не сказал об этом вечером.

- Конечно, не сказал. Ты же все время проводишь вместе с Гарри. Он так страдает.

- Кто? Гарри?

- При чем здесь Гарри? - Таисия рассердилась. - Джек страдает! Неужели ты не видишь, что он тебя любит?

- Э... - Джейн покраснела. - Я догадываюсь об этом.

- А ты его?

- Я надеюсь, ты не ждешь, Таисия, что я отвечу на такой вопрос?

- Нет, не жду. В жизни не встречала более скрытного человека, чем ты. Но я ведь сама все вижу. Ты ведь наливаешься краской всякий раз, когда ваши глаза встречаются. И переживаешь за него, и беспокоишься. Почему ты не признаешься ему?

- По-твоему, это необходимо сделать?

- Ты еще спрашиваешь! Дай ему хотя бы намек!

- Я... не могу. Наши чувства - это наши слабости. Их нельзя никому показывать. Надо быть сильным. Мне так мой учитель говорил.

- Хотела бы я посмотреть на твоего учителя! Старый одинокий ворчун, да? Разве человек, любимый своим окружением, может всерьез так считать? Это же прекрасно - поделиться с кем-то своими чувствами! Неужели ты ни разу никогда никому не признавалась в любви?

- Нет.

- Невероятно!!! Ты не хочешь, чтобы Джек узнал, как ты к нему относишься? Это ведь такое счастье - испытывать влюбленность! Кричать на весь мир, когда ты любишь. И петь душой, когда знаешь, что это взаимно! Мне не объяснить словами. Это можно только прожить. Джейн, признайся ему! Ну, если тебе неловко, позволь ему сделать первый шаг.

Джейн категорично отрезала:

- Нет, Таисия, это несерьезно. Какой шаг? Наваждение просто. Пройдет.

- Наваждение? Не понимаю. Джек любит тебя! А ты - его! Что мешает вам быть вместе?

- Я сама себя не всегда понимаю. Мы слишком разные с ним, Таисия. Да, меня тянет к нему, но только потому, что разные полюса притягиваются. Джек ненавидит войну. Хоть и воюет, но сражается за вас всех! Благородство у него в крови. Он необыкновенный! А я не такая. Он слишком хорош для меня. Я его не достойна.

- Почему? Джейн, расскажи ему все о себе! Правдой нельзя оттолкнуть.

- Я солдат, Таисия. Солдат, с которыми ему приходится сражаться! - Джейн закрыла лицо руками, словно пытаясь снять с себя невидимую маску. - Меня десять лет учили быть плохой! Что я ему расскажу? Как меня готовили для диверсионной работы на различных планетах? Как заставили работать на хамелеонов? Что я умею, кроме как выживать самой и уничтожать врагов? Какая из меня выйдет хозяйка, супруга, мать? Мне подходит вот такая дикая жизнь, как на этой планете. Жизнь, от которой вы все в ужасе! - девушка печально посмотрела на огонь. - Да, сейчас как-то все наладилось. Но мы отсюда рано или поздно улетим. И это изменится. К чему тогда мое признание? Джеку подойдет какая-нибудь мягкая, гламурная особа, вроде вашей Алисии. Девушка его круга, образа жизни и мыслей. Мне лишь надо проводить с ним меньше времени, как я и стараюсь. Тогда наваждение пройдет. И у него, и у меня.

- Если это настоящая любовь, то она не пройдет, даже если вы вообще перестанете видеться.

- Вот и проверим. Не говори ему ничего, прошу!

- Ты можешь на меня рассчитывать, Джейн. Но ты все равно не права. Надо быть более доверчивой.

- Меня учили никому не верить. Так безопаснее. Но дело даже не в этом. Я врала Джеку, а сейчас не хочу пугать своей правдой. Хороших людей и так немного. Их надо беречь...

- Привет, девчонки! Что так рано встали? Не спится? - к костру подсели Гарри и Джек. Гарри протянул вперед две самодельных кружки. - Плесните-ка нам чайку, чтоб согреться. О чем спорим с утра?

Таисия вопросительно посмотрела на Джейн. Не слышали ли их разговор мужчины, так незаметно и бесшумно появившиеся у огонька?

- О людях спорим, - невозмутимо продолжила свою мысль Джейн. - Таисия считает, что хорошие люди заслуживают доверия и любви. А я считаю, что хороших людей в природе мало и их надо оберегать от зла, от всего темного и недостойного.

- Вот как? Философский вопрос с утра пораньше. Конечно, Джейн, хороших людей мало. Люди злые, жадные, завистливые, ленивые. Здорово, что среди нас таких нет, - Гарри засмеялся. - На планете Соленых озер - только лучшие люди. Это закон. Так и запиши, Джейн, в своем капитанском дневнике, для истории.

- Это уже давно записано, Гарри. Нам повезло друг с другом. У нас самая замечательная команда.

- Это правда, - Джек согласно кивнул. - Непонятно, к чему вы затеяли свой спор? О людях не спорят. Это тоже закон. Все люди разные, одинаковых нет. А значит, и обсуждать их бесполезно.

- Люди разные, - возразила Джейн, - а природа людская везде одинакова. Психологи давно доказали, что в основной массе можно спрогнозировать, как поступит человек в определенной ситуации. Причем, зная о нем самый минимум информации.

- Вот еще глупость! Что они могут знать, твои психологи? Иногда с человеком бок о бок всю жизнь рядом живешь, а не знаешь, как он поступит в следующую минуту. Взять хотя бы моего отца. Вот пропадает материал для чьей-нибудь диссертации! - Джек засмеялся.

Таисия и Гарри согласились:

- Да, Уилл Карно - тот еще типаж. Ни один психолог с ним не сладит, если он не в духе. И он всегда знает, где правда.

- Это точно, - Джек грустно улыбнулся, вспоминая родной дом и бурную молодость, а затем решил пояснить Джейн свою мысль: - У моего отца слишком тяжелый характер. И самое обидное, что он всегда прав. Всегда, понимаешь? Приходит и заявляет: надо сделать то-то и так-то. И попробуй не сделать! Сколько раз я пытался отстоять свое мнение и спорить с ним! Я даже из дома убегал. А итог все равно один - отец оказывался прав. Приходилось возвращаться и извиняться. Причем до сих пор, зная его, как никто другой, предсказать его поведение я не могу. Вот тебе и типаж.

- Ну и что это доказывает? - Джейн не желала сдавать позиций. - Ты плохой психолог, Джек, вот и все. Кто-то хорошо разбирается в технике, кто-то - в людях. У каждого свои таланты.

- Да, в людях разобраться нелегко, люди бывают разные. Но я с тобой, Джейн, не согласен. Людская природа добрая. Злыми бывают обстоятельства.

- Да ну? - девушка азартно усмехнулась. - Давай поспорим, Джек. Если ты раздавишь яблоко, у тебя будет яблочный сок, а если лимон, то лимонный. И кислый сок у тебя появится не оттого, что обстоятельства давления оказались кислыми, а потому, что лимонный сок изначально там присутствовал. Неблагоприятные обстоятельства лишь проявляют характер. Посмотри на тех, кто затевает войны, кто отправляет людей на смерть! Думаешь, эти люди хорошие и здесь обстоятельства виноваты?

- Отчасти. Граница между понятиями «хороший» и «плохой» размыта. Кто-то живет всю жизнь, слывет хорошим человеком, мухи не обидит. Но и поступков за ним нет никаких. Хороший ли он? А кто-то всю жизнь конфликтует, скандалит, отвоевывает себе место под солнцем, а потом вдруг раз - совершает такой поступок, что даже недруги снимают перед ним шляпу. Но при этом характер человека ничуть не меняется. Плохой ли он?

- Хм...

- Людей определяют поступки, Джейн, а природа людская здесь ни при чем. Люди рождаются для счастья, а счастье зло не подразумевает. Да и хорошие люди тоже совершают плохие поступки. Вот мы, например, участвуем в войне. И кто-то считает нас плохими. Возможно, мы сами себя иногда считаем таковыми. А взять наших врагов - они, быть может, делали достойные вещи, нам не известные. У них есть близкие люди, о которых они заботятся, которые их уважают. Эти люди так же живут, растут, взрослеют, умнеют, приобретают и теряют, радуются и страдают. Такие ли они плохие, как нам кажется?.. Как ты говоришь? Природа людская одинаковая? Так вот, эта природа - изначально абсолютно добрая. Я убежден в этом. Ну а дальше - свобода воли. Каждый сам выбирает себе дорогу, впитывает яблочный сок или лимонный. И ни у кого из нас нет права судить и осуждать другого или сравнивать себя с кем-то. Именно поэтому я считаю, что о людях не спорят.

Джек отхлебнул из кружки и приготовился выслушивать аргументы «против». Но над потрескивающим костром повисла тишина. Все задумались над сказанным. И Джек, и Джейн - оба были определенно в чем-то правы.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Дневник капитана

Каждое раннее утро капитана обитателей планеты Соленых озер Джейн Аксер можно было встретить всегда на одном и том же месте - на вершине древесного исполина. Джейн сама не знала, почему это дерево с первого взгляда внушило ей к себе такое доверие. Может быть, своими размерами. Его корни, как щупальца осьминога, расползались в разные стороны и уходили глубоко в землю. А могучая крона словно подпирала небосвод, и казалось: в этих ветвях и листьях иногда застревают облака. Забравшись высоко на дерево, можно было спокойно наблюдать за всем происходящим в округе на много километров. Потрясающий наблюдательный пункт.

Девушке понравился факт того, что в дереве есть дупло, а значит, туда что-то можно класть. Дневник капитана, к примеру. Чем не камера хранения? А то обстоятельство, что Джек и Лаерти, пытаясь забраться по стволу, потерпели фиаско, даже не преодолев половины,- все это придавало дополнительную уверенность и чувство безопасности.

Дерево располагало к одиночеству, к возможности посидеть наедине со своими мыслями, будучи никем непотревоженной. Так оно и стало капитанской вышкой, где Джейн регулярно заполняла подаренный ей дневник и с легкой грустью оглядывала зеленые горизонты.

«9 июня. Среда. До конца дневника осталось 3 страницы. Просмотрела по диагонали свои записи. Сложно поверить и осознать, что мы здесь, на планете Соленых озер, живем уже почти год. Да, там, в большом мире, прошло несколько меньше времени. Здесь сутки очень короткие. Но дата впечатляет.

Моральный дух команды упал совсем. Никто не верит, что мы отсюда улетим. Тони разводит куриц и прекрасно ловит рыбу. Таисия занялась выращиванием фруктов. Арчер наделал столько мебели, что ее некуда ставить в нашем шалаше. Поставил несколько скамеек у ключа и в лесу, вырезает фигурки из дерева, делает коллекцию кукол. А еще хочет заняться садово-парковым дизайном и разбить культурный парк. Кто бы мог подумать, что у человека может проснуться столь необычный талант? Лаерти подтрунивает над ним, говорит, что сам скоро начнет строить развлекательный центр, с казино, баром и подземной автостоянкой. Гарри посмеивается над Тони с Таисией, которые практически все время проводят вдвоем, а Арчер намекает, что и мне пора определиться с выбором жениха: не мучить ни Гарри, ни Джека. Шутки шутками, но веселого здесь немного. Все хотят выбраться, но как это сделать? Мы без связи с цивилизацией, у нас нет шансов подать какой-либо знак внешнему миру о том, что мы живы. И нас, похоже, никто не ищет. Надежда только на чудо и удачу.

Да, когда прилетит на эту планету корабль, мы сделаем все возможное для его атаки. Я уверена, что команда к этому готова. Наши ежедневные тренировки приносят свои плоды. Арчер встал на ноги, начинает ходить самостоятельно, без костылей. Наиболее слабые в физическом плане из всей нашей группы - Гарри и Таисия - за последние два месяца сделали просто фантастический прыжок на пути своего совершенства. Настоящие спортсмены. Не могу не отметить успехи Лаерти в изучении русского и арабского языков. Хотя Джека ему все равно не догнать. Это удивительно, насколько легко дается Джеку его обучение! Я сделала ему комплимент, а он ответил, что с таким учителем, как я, грех не учиться. А сам он меня хвалит за достижения в области навигации. Говорит, что я готова к самостоятельным полетам. Не знаю. Если честно, мой первый в жизни полет на спасательной капсуле после аварии на «Синей птице» оставил настолько яркое впечатление, что я сомневаюсь, захочу ли когда-нибудь сесть за штурвал корабля. Теория, пусть даже усвоенная в совершенстве, остается всего лишь теорией. А практика меня пугает.

А еще меня настораживает тот факт, что Джек перестал скрывать свои чувства ко мне и всячески показывает, что я ему очень нравлюсь. Оставляет цветы, помогает мне во всем. И так на меня смотрит! М-м-м, я даже не знаю, как это описать. Нет, таким вниманием нельзя обидеть, это не тягостно, это приятно и лестно. Я чувствую, как кровь приливает к моим щекам, когда он на меня смотрит, как бешено стучит сердце, как не нахожу себе места, когда они уходят с Лаерти далеко в джунгли, в опасную низину - и задерживаются там надолго. Да что скрывать от самой себя? Это тоже влюбленность. И я ничего не могу с этим поделать.

Не знаю, Джек, чем ты меня околдовал? И зачем? Я пытаюсь, стараюсь относиться к тебе ровно, как к Тони, Гарри, Арчеру. Держу капитанскую дистанцию. Стараюсь меньше о тебе думать, проводить время с другими. Но, если быть честной, чем больше я стараюсь, тем сильнее я в тебя влюбляюсь. Если дела так пойдут и далее, то можно будет рассматривать вопросы проведения в развлекательном центре Лаерти свадеб и других торжеств.

Ну вот. Долго жить будешь, Джек. И душой, и телом ощущаю твое присутствие и твой пламенный взгляд. Да, помню, сегодня я с тобой, с Лаерти и Гарри - все вместе идем на обследование новой территории. Засуха затянулась, и ландшафт планеты изменился капитально. Наша река-кормилица высохла окончательно, превратившись в песчаную дорогу, уходящую, по моим расчетам, четко на юг, между основанием нашей горы и соседними холмами. Фотографий этой части планеты у нас нет, но я предполагаю, что река должна спускаться с противоположной стороны горы. Непроходимые заросли не позволили нам исследовать местность в этой части. А теперь просто редчайший шанс - узнать, что там, за горизонтом. Поход предстоит интересный. Что ж, вон и Гарри с Лаерти уже подтянулись, ждут только меня. Вернусь - поделюсь впечатлениями. До завтра, дневник».

Джейн улыбнулась сама себе, засунула дневник в дупло дерева, еще раз посмотрела точно на юг, куда им предстояло идти, легко и проворно спрыгнула с дерева на землю.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Фруктовое счастье

Поход на юг оказался необычайно волнующим событием. Загадочное природное явление, иссушившее реку менее чем за неделю, предоставило команде возможность выйти по руслу на другую сторону горного хребта. Заросли, признанные в свое время непроходимыми, оказались рассеченными извилистой песчаной дорогой. Так открылся новый простор для исследования.

Джек, Лаерти, Джейн и Гарри уже за первые часы похода собрали внушительный гербарий неизвестных растений, набросали карту местности и наполнили свои рюкзаки съестными припасами. Земля была удивительно плодородной.

- Йо-хо! - радостно закричал Лаерти. - Вот это жизнь! А мы переживали, что рыба из реки исчезла! Что ты думаешь по этому поводу, Джейн? Может быть, построим в этих краях что-нибудь типа дачи?

- Я думаю: как мы донесем все до лагеря? Столько продуктов - это здорово! Но я сомневаюсь, что они здесь бывают круглый год. Сейчас в нашей местности, похоже, наступило лето. Поэтому и река высохла. Но мы не можем знать, как надолго. Полагаю, нам придется потратить ближайшие дни на заготовку провизии.

- Да, работы тут предстоит немало, - Джек согласно кивнул, оглядываясь по сторонам. - Ребята, а мы не ходим кругами? Река снова повернула.

- Надо оглядеться, - Гарри полез по склону наверх. - Друзья, поднимайтесь сюда! Здесь вполне можно идти по лесу! Смотрите, тут так классно! Я... ай!..

Зацепившись рюкзаком за сук дерева и не устояв на ногах, Гарри, с воплями и стонами, кубарем слетел в русло реки. Приземляясь на свой рюкзак, он разом превратил во фруктовое пюре с такой осторожностью собранные и уложенные спелые фрукты.

- Гарри! Как ты? Не ушибся?

- Ой!.. Я, кажется, ногу подвернул.

Юноша виновато посмотрел на своих спутников.

- Пришли, - Джейн скептически оглядела линию горизонта. - Ладно, возвращаемся в лагерь.

- Джейн, вы не должны из-за меня сходить с маршрута. Я сам виноват. Мне и возвращаться, - попытался он исправить ситуацию.

- Что ты говоришь, Гарри? Мы тебя не оставим одного. И солнце уже скоро сядет.

- Да, но вы из-за меня потеряете время. Пойдут дожди, и река вернется в русло. Нет-нет, Джейн. Я решительно против. Джек, ну скажи ей, что это неразумно. Я справлюсь сам. Вы идите без меня.

Джейн, Джек и Лаерти молча переглянулись, раздумывая, что им делать.

- Я пойду с ним, Джек, - Лаерти выступил вперед. - Кто-то ведь должен проводить его в лагерь? И продукты желательно бы отнести. С тяжестью и поход - не поход. Вы идите дальше, составляйте карту, исследуйте местность. А мы потихонечку пойдем домой. Да, Гарри?

- Ну... С компанией, конечно, веселей.

- Отличная идея! - Джек улыбнулся.

Джейн сдалась под тремя парами просительных глаз и почему-то покраснела:

- Хорошо. Пусть будет так. Удачи вам.

Она скинула уже порядком оттянувший плечо рюкзак и переложила фрукты к Гарри.

- Не волнуйся, Джейн. Вам тоже успехов, - ответил Лаерти и, пользуясь тем, что девушка повернулась к нему спиной и не видит его в настоящий момент, хитро подмигнул Джеку, принимая от него часть провизии, и шепотом добавил: - И тебе удачи, Джек.

- Спасибо... Джейн, подожди меня!.. Ты решила идти по верху? Я уже карабкаюсь следом!

- Рада это слышать, - ответила девушка, продолжая поход.

- Ты сердишься, или мне показалось? - набрался смелости спросить он ее минут через пятнадцать молчаливой ходьбы.

- Нет, но это выглядит так, как будто было подстроено.

- Что именно? Что Гарри повредит себе ногу?

- То, что ты его спровадишь под любым предлогом, и Лаерти за компанию. И нам придется идти вдвоем.

- Спровадишь? Вот как, значит, это выглядит со стороны? Нет, это не было подстроено, - Джек улыбнулся. - Но я очень счастлив идти с тобой куда-нибудь вдвоем. Тебе неприятно мое общество?

- Приятно, - Джейн закусила нижнюю губу, пытаясь скрыть улыбку и немного ускоряя шаг.

- Да? А мне показалось, что ты меня избегаешь.

- Возможно.

- Возможно? А... почему? - Джек растерялся от такой откровенности. - Нет, правда, Джейн, почему?

- Я должна ответить? - девушка рассеянно посмотрела вокруг. В этой части леса все деревья были совершенно другими. «Надо быть осторожными. Да. И опять расщелины. Лучше вновь спуститься в русло высохшей реки». - О таких вещах вслух не говорят, Джек.

- А ты скажи шепотом.

- А сам не догадываешься?

Джейн приступила к спуску. Река здесь заметно сужалась и опять делала крутой вираж. «Даже представить сложно, как она могла так неожиданно быстро высохнуть до последней капли!».

Девушка спрыгнула вниз и пошла дальше. Джек не заставил себя долго ждать и тоже спрыгнул.

- Нет, не догадываюсь, - произнес он, отряхивая руки от речного песка. - Так почему ты меня избегаешь?

Джейн явно пыталась убежать от него и от сложного разговора:

- Ну что ты пристал? Просто мне кажется, что ты ко мне неровно дышишь, - бросила она на ходу.

- Кажется? Это так и есть, - Джек даже слегка задохнулся, пытаясь догнать Джейн и идти с ней наравне. - И я этого не скрываю. Более того, стараюсь тебе это всячески продемонстрировать. Только эффект почему-то обратный. Ты от меня бегаешь?

- Разве?

- Да что за ужасная привычка - отвечать уклончиво или вопросами на вопросы?

Джек остановился и всплеснул руками. Как можно догонять человека, который вообще никогда не останавливается?

- Почему? Ой! Ну ладно, ладно, - Джейн тоже остановилась отдышаться. - Припер к стенке. Бегаю, потому что тоже нравишься. Доволен?

- Нет. Я не понимаю. Если два человека испытывают друг к другу симпатию, то почему, даже когда мы идем рядом, рука об руку, такое чувство, будто между нами океан или невидимая стена? - он подошел к девушке и прямо посмотрел ей в глаза. - Ты меня боишься?

- Вот еще! Я никого не боюсь.

- Тогда что это?

- Что это? Не знаю. Капитанская дистанция. Ты сам говорил - помнишь, на «Синей птице»? «Капитан должен всегда держать дистанцию». Твоя школа.

- Бред какой-то. Мало ли глупостей я говорил в свое время? И потом, тогда я еще не был так влюблен. Точнее, я еще никогда в жизни не был так сильно влюблен.

Джек полными восхищения глазами посмотрел на девушку. Джейн покраснела, как вишня.

- Джек, прошу тебя, перестань. Не надо так говорить. Нас могут услышать.

Джек захохотал. Запрокинув голову кверху, он закричал что было силы на весь лес:

- Люди! Птицы, звери! Слушайте меня все! Я люблю эту девушку! Джейн, я люблю тебя!

- Джек, ради Бога! Перестань, - Джейн еще больше смутилась. - И вообще, у тебя невеста есть!

- Невеста? Какая невеста?.. Ах, вон оно что! А я-то все гадал, что за причина?.. Джейн, нет у меня никакой невесты! Я желаю только одну девушку назвать своей невестой - тебя. Ты выйдешь за меня замуж?

- Джек?!!

- Я здесь, дорогая, - Джек взял ее за руки и молча заглянул в глаза, ожидая своего приговора. Он чувствовал, что Джейн тоже его любит. Но какая-то неведомая сила мешает раскрыть ей эти чувства.

- Я не могу, Джек, - девушка вздохнула и отвела взгляд. - Не спрашивай. Не могу, и все.

- Но почему? Это же не ответ, Джейн. Несправедливо. Я тебе душу раскрыл, а ты?

- А я... Я боюсь за тебя, Джек! Очень. Ты будешь опять смеяться и не поверишь, но меня преследует какой-то невообразимый рок. Все, кого я по-настоящему начинаю любить, все меня покидают. Навсегда. Мне нельзя влюбляться. Понимаешь? Я даже не смею произнести свои мысли вслух, потому что, если с тобой что-то случится, я себе этого никогда не прощу. Я приношу несчастье тем, кто мне дорог, кого я... - Джейн посмотрела ему в глаза. - Я суеверный человек, и ничего не могу с этим поделать. Я боюсь того, что я к тебе чувствую, Джек. Мне очень страшно за тебя!

- Да-а, трудный случай. Нелегко, наверно, жить с подобными мыслями?

Джек счастливо улыбнулся. Он не ошибся: его чувства взаимны. Джейн тоже его любит!

- Просто ужасно.

- Но я рад, что твое невезение вовремя закончилось, и мне ничто не угрожает. Невезение ведь не может быть вечным? Хватит! Я на тот свет пока не собираюсь. Сколько было шансов нам повстречаться и полюбить друг друга? Я считаю себя достаточно удачливым человеком. И я не боюсь никаких проклятий.

- А я боюсь.

- Значит, будем тебя переубеждать. Что может убедить тебя в том, что это ерунда?

- Ничто. Ты вот веселишься, а я даже спать уже не могу. Думаю, кто-то там, на небе, не хочет, чтобы я была счастлива.

- На небе, говоришь? А вот давай у неба и спросим, - Джек снова запрокинул голову кверху и закричал на весь лес. - Силы небесные! Услышьте нас и рассудите наш спор, пожалуйста! Если этой девушке не суждено быть счастливой, если она приносит людям несчастье, если есть хоть одна причина, по которой мы не можем быть с ней вместе - подайте нам хоть какой-нибудь знак!

- Джек, перестань кричать, прошу тебя! - Джейн опять покраснела и задергала его за рукав. - Это глупо.

- Что именно глупо? Разговаривать с природой или верить в несуществующий рок?

- Кричать на весь лес глупо. Что, по-твоему, этот крик доказывает?

- Как - что? Видишь, ничего не происходит. Никаких знаков. Твои страхи необоснованны.

- Да, железное доказательство. Почему бы нам в целях чистоты эксперимента не крикнуть прямо противоположное и не сравнить результаты? - Джейн азартно потерла руки, сложила их рупором и приставила к губам. - Силы небесные! Суждено ли мне быть счастливой с этим человеком? Могу ли я быть уверенной, что мои чувства ему не навредят? Если это так, подайте хоть какой-нибудь знак, который можно было бы расценить как ваше согласие! - она победно посмотрела на Джека. - Ну? Видишь? Абсолютно ничего не происходит.

Девушка театрально развела руками и слегка притопнула ножкой в подтверждение своих слов. В эту же секунду почва под ее ногами зашевелилась. Окончательно высохший на солнце песок от небольшой вибрации вдруг пришел в движение. Джейн провалилась по колено. Пытаясь вылезти из небольшой ямы и хватая руками более твердые участки дна реки, Джейн, сама того не ожидая, привела в действие цепную реакцию. Все дно разом зашевелилось. И песок, увлекая за собой путников, с такой же скоростью, как несколькими днями ранее здесь бежала вода, неожиданно потащил их по руслу реки.

Задыхаясь от пыли и песка, ударяясь о камни и торчащие корни деревьев, проехав по наклонной плоскости около ста метров и сделав крутой вираж, напуганные и оглушенные, Джейн и Джек оказались сброшенными песчаной рекой в тихую бухту, расположенную у подножья скал и спрятанную от человеческих глаз непроходимыми зарослями. Внезапно оказавшись в воде, Джейн в панике закричала:

- Джек! Здесь вода! Мы утонем! - вынырнув на какой-то момент на поверхность и увидев своего спутника, она вцепилась в него мертвой хваткой.

- Если не будешь меня душить, то этого не случится. Я хорошо плаваю, греби вместе со мной к берегу, - Джек тепло рассмеялся, пытаясь ослабить захват шеи и одновременно поддерживая запаниковавшую девушку. - Джейн, правда, незачем так кричать, и перестань меня душить. Здесь неглубоко.

- Пожалуйста, не отпускай меня!

Джейн, не замечая дна под ногами, еще крепче вцепилась в Джека, приблизившись к нему вплотную.

- А что? Это идея! Поплыли с тобой на глубину, а?

- Что? Джек! Ты... Ты знаешь, кто? Да ты...

Поняв, что над ней смеются, обиженная и рассерженная девушка попыталась найти дно. Попытка удалась. Твердо встав на ноги на теплое илистое дно, подняв лицо к небу, чтобы вода не заливала рот и нос, Джейн резко оттолкнула от себя Джека, и, поскользнувшись, снова ушла под воду. Вынырнула на секунду, создавая вокруг себя тучи брызг, и с криками: «Тону! Спаси меня, Джек!» - снова повисла мертвой хваткой на его шее.

- Да, я здесь... любимая!

Джек ласково улыбнулся, крепко притянул к себе девушку и нежно поцеловал ее в губы.

Золотой диск солнца медленно коснулся линии горизонта. Жаркий день плавно обещал перейти в жаркую ночь. Птицы весело летали и щебетали на все голоса над бухтой. Возможно, они тоже пели о любви. О чувстве самом прекрасном на свете, чувстве, ради которого стоит жить, чувстве, ради которого можно и умереть. Теплая вода небольшого залива парила. Завтра или послезавтра определенно пойдет дождь. Запахи цветов и перезрелых фруктов пьянили и дурманили. Первые зажигающиеся звезды на прозрачном синем небе хитро подмигивали влюбленным. Вся окружающая природа с нежностью и любовью смотрела на двух обнимающихся людей.

- А... Что это было? - когда поцелуй закончился, спросила девушка.

- Мм-м... По-моему, это был ответ неба на твой вопрос, - Джек неотрывно смотрел в глаза спутницы, пытаясь прочесть ее мысли. - Что скажешь? Переспросим небо еще раз?

- Нет, - Джейн смущенно улыбнулась. - Мне нравится этот ответ. И я даже готова его с тобой обсудить. Только... - она оглянулась по сторонам. - Может быть, поищем место, где не так мокро?

- Смотри: вон в той скале, на берегу, пещера. Или мне кажется? Поплыли туда!

Сутки спустя Джейн и Джек, пьяные от перезрелых фруктов и своей любви друг к другу, счастливые и усталые, с полными рюкзаками провизии и образцов растений, медленно возвращались по дикому лесу в лагерь. Держась за руки и болтая ни о чем, как маленькие дети, они и не заметили, когда на планету Соленых озер плавно опустилась ночь. Природа затихла, поменяв дневной гомон и крики птиц на ночные шорохи. Спать не хотелось, и влюбленные в обнимку продолжали свой путь, беседуя о радостях и трудностях, о поражениях и победах, о стремлениях и желаниях.

- Вон, смотри, Джек, опять звезда падает! Загадывай скорее желание!

- Где звезда?

- Где-где? Поздно уже. Это как вспышка - раз, и все! Чтобы желание сбылось, о нем надо постоянно думать, а когда видишь падающую звезду, только вспомнить, не надо его вслух проговаривать. Это просто.

Джейн сняла с плеч тяжелый рюкзак, навалилась спиной на ствол дерева и снова посмотрела наверх. Там с черного неба им подмигивали звезды. И звезды знали, что эти двое в данную минуту счастливы.

- Просто? - Джек тоже прислонился к дереву и мечтательно посмотрел кругом. - Я всю сознательную жизнь провел в космосе, считал, что все на свете видел, все знаю. Наивный, да? Таких красивых картин, как закат, как сверкающее на солнце озеро, как мирная глушь темного леса или падающая звезда, мне созерцать вживую не доводилось. Я переполнен чувствами. Что смеешься? Я пока любуюсь, уже загадывать поздно.

- Дело практики, - девушка снова отправилась в путь. - Ты заметил, как лес поредел? Мы подходим к плато. И почему мы раньше эту дорогу не находили? Скоро будем дома.

- Точно. А если я свое желание вслух произнесу, Джейн, когда звезда падает, оно сбудется?

- Смотря какое желание. Говорят, если несколько людей думают об одном и том же, то шансов, что мечта сбудется, больше. А если люди думают по-разному и ты расскажешь свою мечту, то она вряд ли осуществится. Поэтому мечтами можно делиться только с единомышленниками.

- Понял. Так, Джейн. Иди сюда, - Джек вывел девушку на середину поляны, взял ее за руки и, заглядывая в глаза, сказал: - Дорогая, я хочу поделиться с тобой своей мечтой. Я люблю тебя, Джейн. И я благодарен судьбе за то, что мы встретились. За то, что существует такое понятие, как случай. Посмотри - миллионы звезд, миллиарды путей, а мы с тобой... Джейн, смотри! Звезда падает!.. Джейн, загадывай скорее желание! Я хочу, чтобы мы были с тобой вместе, всегда вместе, шли по этой жизни рука об руку, как сейчас, чтобы... Джейн! Это не звезда! Это... Это корабль! Джейн, это корабль!!! И он летит сюда!!! На нашу планету!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

«Красная комета»

Черно-красный корабль, разрывая тишину ночи бешеным ревом двигателей, приземлился в центр плато. Спустя полчаса, когда осела вокруг корабля поднятая им при посадке каменная соляная пыль, несколько вооруженных людей неопределенной государственной принадлежности вышли на улицу подышать свежим воздухом и получить порцию новых, отличных от однообразия космоса, впечатлений.

Воздух воздухом - на всю жизнь вперед не надышишься, - а что касается впечатлений, то недостатка в них у вновь прилетевших на планету Соленых озер гостей не обозначилось. Местное население, в лице выживших членов экипажа «Синей птицы», слишком сильно хотело вернуться домой. Тренируясь каждый день по несколько часов взбираться на гору, научившись основным приемам борьбы и умению понимать друг друга без слов, - команда Джека и Джейн не оставила прилетевшим ни одного шанса, чтобы удрать. «Красная комета» - зашедший сюда на небольшой отдых корабль - была атакована и захвачена. Ее экипаж в количестве десяти торговцев нелегальной продукцией был побежден, скручен и повален.

Видя, что команда «Синей птицы» в сборе, и даже Фараон прибежал полюбопытствовать на все происходящее, Джек приказал готовиться к старту. Робкие уговоры Таисии и Джейн отложить полет до утра, забрать кое-какие личные вещи из лагеря - ни к чему не привели. Мужчины были непреклонны: «В дорогу, и немедленно. Вдруг за кораблем шла погоня? Вдруг он не один, а в связке с другими кораблями? Вдруг еще мало ли что? Улетаем сейчас!».

«Красная комета» шумно оторвалась от горного плато, прыгая в межзвездное пространство, а через пару часов на двух спасательных капсулах отправились к такой же безлюдной, но пригодной для жизни планете, как планета Соленых озер, бывшие хозяева корабля. Джек обоснованно решил, что лететь домой с пленными на борту достаточно проблемно. Капитанские полномочия снова были у него в руках, и распоряжался ими он в высшей степени умело. Около пятидесяти приказов отдал он за какой-то астрономический час полета, наводя порядок на новом корабле. А когда убедился, что все его поручения выполнены и экипаж и корабль слушаются его безотказно, Джек разрешил выбрать всем каюты и разойтись отдыхать. Дорога предстояла долгая, суточные дежурства у электроники никто не отменял. Все согласно закивали и разбрелись по ярусам корабля. Сам же Джек вместе с Лаерти остался в каюте управления. «Главное - не пропустить зону выхода на связь. Надо сообщить домой, что мы живы...».

Джейн без всякого энтузиазма пошла следом за Гарри осматривать новое жилище. Корабль удивлял количеством кают и предметами обстановки.

- Можно выбирать любую каюту? - она растерянно озиралась в просторном коридоре.

- Абсолютно любую. Где тебе нравится. Все равно надо весь корабль осмотреть. «Красная комета» теперь наш дом, и мы должны чувствовать себя здесь хозяевами. Ладно, гуляй, я пойду на верхний ярус. Еще не прощаюсь.

Завидев на горизонте Арчера, который также с любопытством обследовал новый корабль, Гарри побежал за ним.

Джейн меланхолично приступила к осмотру. Чужое имущество ее не интересовало. Ни одна из кают не радовала глаз, везде требовалась уборка.

Девушка прошла уже почти весь средний ярус, открыла последнюю дверь - и непроизвольно вздрогнула. Каюта была обитаемой. Обитаемой не в том понимании, что там ранее кто-то жил, а в том смысле, что там и сейчас кто-то находился. Джейн увидела невысокого роста парня, руки которого над головой были привязаны кожаным ремнем к верхней панели утилизатора мусора. Рот молодого человека был завязан полотенцем, лицо покрыто каплями пота от царившей везде духоты и безуспешных попыток освободиться. Парень испуганно вытаращил глаза на Джейн. Девушка с опаской огляделась по сторонам. Других живых существ в каюте не было. Кругом царил разгром, словно здесь что-то искали, не утруждая себя сбором раскиданных вещей.

Джейн прямиком направилась к пленнику и развязала ему рот.

- Ты кто? - спросила она его по-английски.

Молодой человек попытался что-то ответить, но из пересохшего горла просвистел лишь непонятный звук. Джейн подошла к мини-бару каюты, вытащила оттуда бутылку со сладкой шипучкой, открыла ее и поднесла ко рту пленника. Парень выпил ее почти всю.

- Спасибо, - улыбнулся он. - Здесь очень жарко. Я Денис. А ты кто, что не знаешь, кто я?

- Кто я - тебя не должно сильно волновать, Денис. За что ты связан?

- За что? Да ни за что!!! Будь проклят твой капитан!

- Мой капитан? Он знать не знает о твоем существовании. Ты просто, Денис, не в курсе. На «Красной комете» новый экипаж, новый капитан, другие порядки. Давай без воды, коротко и конкретно, кто ты такой и почему в таком виде? Чтобы мне было что доложить моему капитану. Ну? За что связан?

- Я же объясняю, что ни за что! - парень приготовился вдохновенно изложить свою одиссею. - Этот корабль должен был лететь через Посад, а мне как раз туда и надо. Срочно. Я потому и не полетел пассажирским рейсом, слишком долго. Я попросился на «Комету» пассажиром, кучу денег им заплатил. А капитан - зараза, вместо того чтобы выполнять свои обязательства, десять раз успел маршрут поменять. То он в кого-то стрелял, то в нас стреляли. А когда я заикнулся, что это уже становится невыносимым и я тороплюсь, он сказал, чтобы я залез в какой-нибудь угол и не вылезал оттуда, а то предложит мне прогуляться за борт. Потом у меня в каюте провели шмон, нашли оружие. Стали кричать, что я контрабандист и меня надо сдать в полицию.

- Так ты контрабандист?

- Я контрабандист? Какой я контрабандист? Это мой служебный пистолет был. Я военнослужащий. Ну и что, что не в форме? Я из отпуска еду. Документы у меня все в порядке. Но они меня даже слушать не стали. «Ясен перец,- говорят. - Либо давайте сдадим его полиции, либо пусть платит выкуп». Конечно, им денег от меня и надо было. Какая тут полиция? У них у самих рыльце в пушку. Они груз нелегальный возят. Не стали бы они меня сдавать. Это только повод был. А денег где взять? - парень виновато заулыбался, широко распахнув прозрачные синие глаза, и слегка покраснел. - Говорят мне: «Звони родным, проси денег. Или тебя им по частям высылать будем. А то как вообще высадим где-нибудь на необитаемой планете, чтоб глаза не мозолил, и будешь знать». Пираты чертовы! Связали меня, оставили здесь одного, чтобы было над чем подумать. Я подумал. А они забыли обо мне. А вы меня нашли. Это так хорошо. Я так рад! А вы какой государственной принадлежности?

- Да как тебе сказать, Денис? Наверно, пиратской, - Джейн засмеялась.

Денис застонал:

- Что? Тоже пиратской? О, Господи! В космосе вообще честные люди летают?

- Определенно, летают. Так, говоришь, военнослужащий? Каких вооруженных сил?

- Какое тебе дело? - огрызнулся он.

- А ты повежливей со мной, Денис. Раз спрашиваю, значит, дело есть. Так каких?

- Королевский полк дворцовой охраны на А17/4682. Легче тебе стало?

- Стало. Кого охраняете?

- Я же сказал: короля. Александра Пятого. Великого и Ужасного.

- Никогда не слышала о таком. Что, совсем бесславный король?

- Конечно. Ему всего три года. Что ты могла о нем слышать? Он так, на бумаге король. Реально правят министры, опекуны его, да наблюдатели хамелеонские, что нам защиту гарантировали. На нашу планету нападают часто. Пираты, - Денис презрительно посмотрел на девушку и замолчал на мгновение. - Что со мной будет?

- Не мне решать, - Джейн повернула голову в сторону дверей.

- Джейн, ау-у!!! Ты где? Джейн?..

В коридоре слышались голоса Гарри и Арчера.

- Я сейчас, - тихо сказала девушка связанному пленнику и вышла в коридор. - Я здесь. Как дела?

- Отлично. Верхний ярус - просто класс! Рекомендуем. Что-то интересное на среднем ярусе нашла?

- Почти ничего стоящего.

- Мы так и думали. Перебирайся наверх. Отдохнешь по-человечески. Джек объявил на ближайшие шесть часов отбой. Пока мы в спокойном секторе, вдали от трассы и цивилизации.

- Мы все еще в «мертвой зоне»?

- Нет, ты что? Вылетели. Джек уже на связь с нашей базой вышел! Ты не представляешь, какой эффект это вызвало! Эффект разорвавшейся бомбы! Никак не иначе! Только мы сейчас опять в «мертвую зону» нырнем. До самой Марты, это уж точно, в тишине лететь придется.

- Мы летим на Марту?

- Да, нам надо заправиться. Эта посудина почти пустая. Но это всего одна остановка. Полетим на самой максимальной скорости. Да и с Марты - тоже. Ну так как, ты идешь наверх?

- Через минуту, Арчер. Ты разрешишь нам с Гарри посекретничать кое о чем?

- Что не разрешить-то? - первый помощник капитана рассмеялся. - Что я вам, нянька, что ли? Я отдыхать пошел.

- О чем ты хотела со мной посекретничать, Джейн? - спросил Гарри, когда Арчер скрылся за поворотом.

- Есть одна проблема. Ты только не кричи, не поднимай шума. И общаемся между собой на французском. Ладно? Зайди сюда.

Девушка пропустила Гарри вперед.

- Ого! - он присвистнул. - Это кто? Это ты его так?

- Нет, конечно, не говори ерунды. Случайный попутчик прежнего экипажа. Умудрился их разозлить и нарвался на неприятности. Думаешь, что с ним Джек прикажет сделать?

- Не знаю, - Гарри повернулся к девушке. - С собой его точно не повезет. Неприятности лишние не нужны. В капсулу - и отстыкует. Хотя... Я не убежден. У нас всего одна капсула осталась. А если вдруг самим понадобится?

- А высадить пленника на Марте?

- Очень рискованно. Обратится в полицию - и за нами будет погоня.

- Гарри, а где-нибудь на отсталой планете?

- Да здесь нет таких рядом, Джейн. Или непригодные для жизни, или необитаемые. И курс менять Джек не будет. Мы сейчас выходим на сверхскорость. Мне этого парня тоже жалко. Но мы на войне. В подобных случаях обычно неугодных лиц выставляют за борт. В лучшем случае - в скафандре и с маяком.

- Но ты же говоришь, что мы входим в «мертвую зону»?

- Может, пока не вошли? Спроси у Джека. Только желательно в отсутствие Лаерти. У него разговор на этот счет всегда короток.

- Постараюсь. Покараулишь его? Я быстро. Ни на какие его провокации не поддавайся. Мало ли что.

- Конечно. Буду ждать твоего возвращения.

Джейн кивнула и направилась на поиски Джека. «Только бы Лаерти был где-нибудь подальше. Иначе крику будет... Война, война! Последние несколько часов только и говорят о войне. Весь экипаж «Синей птицы» с момента отлета с планеты Соленых озер словно подменили. Да, война. Ну и что с того? Чем этот прикольный паренек может им угрожать? Одно только название, что военный. Королевский полк охраны. Забавно. Нет, жалко паренька».

Девушка поднялась на верхний ярус и почти вплотную подошла к каюте управления. «Как-то климат-контроль неправильно работает, очень жарко. Или проблемы с вентиляцией. Вон, даже у Джека двери открыты». Джейн замерла на секунду на пороге и сделала быстрый бесшумный шаг назад, пока ее не заметили. Лаерти был рядом, а значит, капитана надо как-то выманить в коридор. К тому же, Джек беседовал по видеоконференцсвязи. Прерывать разговор некрасиво.

Девушка развернулась, чтобы отойти от каюты управления на дипломатическое расстояние и повторить свою попытку поговорить с Джеком минуты через три, как последние слова капитана просто пригвоздили ее к полу. Джек был раздражен и разговаривал с кем-то на повышенных тонах:

- Какая свадьба? Мне сейчас только свадьбы не хватает! Я больше года не видел цивилизации, а ты мою личную жизнь устраиваешь? А ничего, что ты моего согласия забыл спросить, папа?

- Не вижу причин для твоего гнева, сын, - Уилл Карно оставался невозмутимым. - То, что вы с Алисией поженитесь - это всем давно известно. Лучшей супруги тебе не найти. И она любит тебя, что, заметь, немаловажно при таких делах. Она тут все глаза проплакала, пока тебя ждала да искала. Не мне объяснять, Джек, как и чем мы обязаны семейству Мак Рэлидж. Хорошо мы будем выглядеть в глазах Грэга, если ты сорвешь помолвку с его дочерью. У нас и без того проблемы, которые надо решать. В нашей партии раскол. Союз Доверия решил напрямую вмешаться в военные действия с хамелеонами. Нам нужна новая политика целого региона, нужен новый политический лидер. И я предполагаю, Джек, что ты и должен им стать. Последний час твое имя звучит во всех новостях. Лишние скандалы, сын, нам сейчас абсолютно ни к чему. Ваша свадьба с Алисией укрепит наши позиции в Совете Обороны. Мы с Грэгом организуем праздник по случаю вашего возвращения и помолвки. Это будет самый яркий день за последние лет двадцать.

- Какой праздник, папа? Сейчас ведь война. Надо вести переговоры с КСД. Хватит терять людей...

- Вот на празднике все и обсудим. Там все будут.

- Кто - «все»? Зачем путать политику со всем остальным? Я не понимаю. Отец, я не люблю Алисию, я давно пытаюсь это вам объяснить. Я не хочу жениться.

- Молод ты еще, Джек, вот и не понимаешь очевидных истин. Кто тебя заставляет ее любить? Свадьба нужна как важный политический шаг, как выполнение обязательств перед Грэгом. Или мы не люди слова, Джек? Что ты со мной споришь? Это уже решенный вопрос. Будь мужчиной, в конце концов, а не капризной девчонкой: «Хочу это, хочу то». Мы вас ждем. На сверхскорость - и прямо домой.

- Мы зайдем на Марту на дозаправку. У нас топливо на исходе.

- Понял. Джек, на Марте будьте осторожны. Сейчас КСД пытается навести порядок, разогнать весь криминал, что там осел. Даже в войска набирает новобранцев, для защиты населения от бандитов. Проверки разные. Не задерживайтесь там надолго.

- Что нам задерживаться? Нет такого желания.

- Вот и отлично. Всему экипажу привет. Тебя, Лаерти, тоже был рад повидать. Ждем вас.

- До связи, Уилл, - помощник капитана натянуто улыбнулся и, после того как экран погас, с тревогой посмотрел на Джека. Кажется, он понял, что творится в душе друга. - Поверить трудно, что Уилл на такое способен!

- Мой отец на все способен, - Джек в отчаянии сел на вращающееся кресло и закрыл лицо руками.

Он не знал, что сказать, да и не мог говорить в принципе.

- Джейн, да? - Лаерти пытался разглядеть лицо Джека, но тот по-прежнему сидел закрывшись.

- Да, - глухо ответил капитан и кивнул.

- Вы с ней... ну, когда уходили вдвоем, вы...

- Да.

- И вы...

- Да!!!

- А Уилл, он...

- Нет! Он не передумает. Упрашивать тоже - еще хуже. Ты ведь знаешь моего отца?!

- И что теперь?

- Не знаю...

Джейн медленно побрела восвояси. В эту минуту она чувствовала себя так, словно на нее вылили ушат воды. «Конечно! Это так глупо - привязываться к кому-то. Вспомни, Джейн. Чему учил тебя Лен? «НИКОГДА ни к чему не привязывайся. Ни к вещам, ни к людям. Твои привязанности - это твои слабости. Будешь иметь слабости - в один момент они дадут о себе знать. И тогда будет очень больно. Иногда смертельно больно». Вот результат. Они поженятся. Это ведь было известно заранее. О чем ты думала, Джейн, когда позволила себе влюбиться? Где была твоя голова? Военный не может себе позволить такую роскошь, как влюбленность. Ты же солдат, Джейн! Возьми себя в руки! Боже мой, до чего же больно терять!».

Девушка остановилась на лестнице и взялась за перила. Ей не хватало воздуха. «Духота нестерпимая! Дыши глубже, Джейн. Просто дыши. Ты это уже проходила. Много раз. Ты справишься. Ну вспомни всех, кого ты теряла! Да, было трудно. Но ты смогла! И здесь сможешь. Тебе нельзя любить. Никогда и никого. Это закон. Не плачь, Джейн! Пусть, он сделал тебе предложение. И он любит тебя, наверно. И вы бы были вместе, если бы остались там. Но он решил лететь. И он тебя не выберет. Ты ведь знаешь, что не выберет!!! Слезы бессмысленны, когда уже ничего не изменишь. Нельзя никому показывать своих чувств. Ни одна живая душа не должна узнать, как мне плохо. Представь, что Лен тебя видит. Покажи себя сильной. Так, как тебя учили. Распрями плечи. Улыбнись. Иди вперед. Только вперед».

Джейн дошла до последней каюты среднего яруса. На ее лице «сидела» дежурная, ничего не выражающая улыбка.

- Я недолго, Гарри?

- Нет. Что сказал Джек?

- Сказал, что подойдет сюда минут через двадцать. Тут и обсудим. Я покараулю пока пленника, а ты иди, отдыхай, у тебя через пять часов дежурство. Входить в новый рабочий график нелегко?

- Да. Ладно, я пошел. Если что - моя каюта первая слева.

Джейн проводила Гарри до дверей. Натянутая улыбка отняла у нее почти все внутренние силы. «Джек, милый Джек. За что все это? Что за проклятье висит надо мной, которое уничтожает тех, кого я люблю? Ведь больно будет не только мне, но и тебе. Если ты действительно меня любишь, а не сказал так просто потому, что должен был это сказать. Нет, я не верю, что ты притворялся. Ты же тоже меня любишь. Но женишься на другой...».

- Я говорил, что очень богат? - услышала она голос от стены. Джейн вздрогнула. Она на самом деле забыла, что находится в помещении не одна. Денис все это время пристально за ней наблюдал.

- Нет, не говорил. Поздравляю, - девушка села за столик. «Джек! Что же мне теперь делать? Как себя вести? Так, словно ничего и не было? Пожалуй, это вариант. Но как будешь вести себя ты? Признаться, что я подслушала твой разговор? Некрасиво. Как мне быть дальше? Ведь не на свадьбу же к тебе ехать? А куда я лечу? На твоей родной планете у меня нет ни одного знакомого. И вообще никого нет в целом свете...».

- Нет, ты не поняла. Я могу дать тебе очень много денег.

Джейн опять вынужденно отвлеклась от своих мыслей:

- Зачем? Разве я говорила, что мне нужны твои деньги?

- Нет, но... Это выкуп. Я предлагаю тебе выкуп за себя. Хочу выкупить у тебя свою жизнь. Ну? Понимаешь?

- Нет. Прежнему экипажу пожалел денег, а для меня не жалко?

- Для тебя не жалко. Ты такая красивая, и такая грустная. Почему?

Джейн отмахнулась и грубо ответила:

- Не твое дело. Отстань.

- Как это - не мое дело? Речь о моей жизни идет!

- Я твоей жизни не угрожаю.

- Ты - нет. А другие? Ваш экипаж? У моих родителей есть деньги. Но на всех вас не хватит. Я предлагаю деньги тебе, а ты мне устроишь побег. Мы можем договориться, да?

- Нет. Не отвлекай меня, мне надо кое-что обдумать.

Джейн подперла голову руками, пытаясь сосредоточиться. Но это плохо получалось. В голове царил хаос. Мысли разговаривали сами с собой, без всякого ее участия. Так бывает, когда почва уходит из-под ног и ты не знаешь, что делать дальше.

- Я должен тебе кое в чем признаться, - Денис не отступал. - Я свободно говорю по-французски.

- Поздравляю. И какой идиот мне сказал, что это редкий в современном мире язык?

- Я перевел ваш разговор с парнем, что меня тут караулил.

- Молодец, купи себе шоколадку.

- Издеваешься, да? Конечно, для вас, пиратов, лишить человека жизни - дело обычное. Что со мной церемониться? Я же никто, пустое место. Связан, и не могу за себя постоять. Отмахнуться от меня очень просто. За борт - и все. С глаз долой, из сердца вон. А меня дома родители ждут. Мать престарелая, отец. Я ведь ничего плохого вам не сделал! Я не хочу умирать!

- А тебя никто не заставляет, Денис.

- Ну как же? А какие у меня шансы? Тот парень ведь все реально обрисовал. Планет обитаемых рядом нет, связи с цивилизацией нет, капсул лишних нет, и желания везти с собой - тоже. На что мне надеяться?

Джейн раздраженно встала и прошлась по каюте:

- Денис, на твою жизнь никто не покушается. Пока не покушается, - сделала она акцент на слове «пока». И снова задумалась.

«Да, нужен план, что делать дальше. Я собиралась помочь Джеку в борьбе с хамелеонами, а затем хотела уговорить его помочь мне в борьбе с Карлосом, но сейчас это не является удачной идеей. Я не смогу находиться на корабле рядом с Джеком. Как мы будем друг другу смотреть в глаза? Я - делая вид, что ничего не подозреваю, и он - не зная, как мне все объяснить? Джек - человек слова, и он привык свое слово держать. Но кого он выберет: меня или Алисию? Хотя... Что тут думать? Он выберет ее. Ведь давно известно, что они жених и невеста. Грэг - друг их семьи. А Уилл оказывает на сына столь сильное влияние, что Джек с ним даже не спорит. Он ведь рассказывал, насколько у его отца тяжелый характер. Наперекор своей семье и выбранной политической линии Джек не пойдет. Он из тех людей, кто делает то, что должен, даже в ущерб себе. Он - благородный. И именно поэтому я его люблю. Боже, что мне делать? Остаться переводчиком на этом корабле - и истерзать душу? Бред, конечно. Перейти на другой корабль? Но другие мне не интересны. Как быть?».

Денис молча разглядывал сторожившую его девушку. Он начал замечать, что она вернулась в другом настроении. Что-то изменилось, определенно. Может быть, у него есть шанс и еще не все потеряно?

- А я говорил, что я хороший психолог? Я знаю, что тебя сейчас тревожит.

- Да ну?

- Правда-правда. Внутренний диалог. Тебя совесть мучает. Раздвоение личности, да? Как член команды, ты обязана меня сдать. И я погибну. Но как добрый и хороший человек, как представитель прекрасной половины человечества ты не можешь на это решиться. Убийство противоестественно. К тому же - мое убийство. Я ведь тебе понравился? Я чувствую это. И мне кажется, что именно поэтому ты обо мне капитану ничего не сообщила. Я уверен, мы с тобой сможем договориться.

Джейн искренне рассмеялась и подошла вплотную к своему неумолкающему пленнику.

- Считаешь себя неотразимым, Денис?

- Конечно. Я красивый. Маленько сейчас не в форме, но... Я нравлюсь девушкам. И тебе нравлюсь.

- И умным себя считаешь?

- Несомненно. Какой же мужчина без ума? Это какой-то дефективный мужчина получается.

- И сообразительным, и находчивым, и скромным?

- Ну... да!

- И крутым?

- Естественно. Я же военный. Меня учили.

- И таким же бессмертным?

Джейн уперла указательный палец правой руки Денису прямо в горло, под подбородок, и медленно начала поднимать свою руку. Голова Дениса максимально отклонилась назад.

- Нет, не считаю, - испуганно прохрипел он. - Ты проткнешь мне ногтем горло. Или сломаешь шею.

- От тебя зависит, - девушка слегка ослабила давление. - Во-первых, Денис, я не член экипажа, и никому ничем не обязана. Усвоил?.. Во-вторых, я далеко не такой хороший и бесхребетный человек, каким ты хочешь меня представить в моих глазах. Это ясно?.. Отлично. В-третьих, я не сообщила о тебе капитану, потому что он крайне занят. Но мне ничего не мешает поднять трубку и сделать это прямо сейчас. Въезжаешь?.. Замечательно. Ну и в-четвертых, Денис. Я уже несколько раз просила тебя заткнуться. Надо повторять еще или вернуть полотенце на его прежнее место?

- Я понял, понял. Я не буду больше. Просто руки затекли, совсем онемели, видимо, все силы в голосовые связки перешли. Я буду молчать до самой своей смерти. Мне, вероятно, и так немного осталось, - Денис жалобно вздохнул.

Джейн вытащила из-за пояса походный нож и перерезала ту часть ремня, что держала руки Дениса над головой. Подставила к пленнику стул и железным взглядом приказала сесть. Видя, что на этот раз ее пожелание выполнено беззвучно, она утвердительно кивнула и вернулась на свое место.

Заискивающие и благодарные взгляды парня, как и вся судьба пленника, сейчас ее волновали меньше всего. Ее собственное счастье рушилось прямо на глазах, и она не знала, что можно предпринять, чтобы остановить этот крах. Мысли, как лавина, налетали разом на ее голову, либо так же неожиданно все исчезали, оставляя лишь пустоту, неопределенность и растерянность. Джейн не представляла, куда ей пойти. Тяжелый крест одиночества снова дал о себе знать. Она одна, и ей не на кого рассчитывать, кроме как на саму себя.

Несколько раз девушка вставала с места, словно принимая какое-то решение, но снова возвращалась за стол. Пару раз ее рука тянулась к телефону, но тоже замирала на половине пути. «А может быть, Резеда права? От судьбы не убежишь, и моя дорога ждет меня. Я не хочу быть солдатом, но им являюсь. Я не хочу сражаться, но бежать мне некуда. И проигрывать я не имею права. Дорогу осилит идущий. Я должна готовиться к битве с Карлосом, а не счастью Алисии завидовать... Да. Карлос. Вот моя цель. Может быть, если я выполню то, что от меня ждут многие люди, мое проклятье закончится? Может быть, я тогда перестану нести потерю за потерей? Как бы там ни было, если я не займусь чем-нибудь важным, я, наверно, сойду с ума. Мне не надо сейчас думать о Джеке. Я должна вообще о нем забыть, словно его никогда не было в моей жизни. Стереть из памяти. Точно...».

- Что такое, Денис?

- А... Прости. Я не хотел мешать... Мне очень неловко. Но мне надо в туалет.

Джейн улыбнулась. Только что принятое решение вернуло ей ясность ума и твердость характера.

- Вставай, подарок прежнего экипажа.

- Спасибо.

- Не благодари. Просто помни, что ты мне должен. Ну? Что застыл? Пошли, здесь рядом.

Девушка открыла двери, пропуская вперед пленника. Денис радостно вдохнул полной грудью чуть более прохладный, чем в каюте, воздух коридора. Настроение его заметно улучшилось. Развернувшись на сто восемьдесят градусов и глядя Джейн прямо в глаза, он самоуверенно произнес:

- А ты храбрая девушка, Джейн. Ты меня не боишься?

- Нет, не боюсь. Шевелись давай. Или что, передумал?

- Нет. Не передумал. Остановился сказать тебе, что я развязал руки. Видишь?

- Вижу. Удивить меня, что ли, хотел? Этот ремешок и ребенок бы распутал. Молодец, что справился.

- И тебе не страшно, что я дам деру? Оглянись кругом, Джейн, мы одни в коридоре! Ты и я. Поверь, я настроен отвоевать себе свободу. Ты милая девушка, и я не хочу применять грубую силу, но, если ты мне не поможешь, поверь, тебе будет очень худо. Боюсь, что теперь тебе придется выполнять мои инструкции.

- Мм-м... Как любопытно! Силенок-то хватит заставить меня их выполнить?

- Конечно! - Денис актерским жестом кисти правой руки смахнул с плеча Джейн несуществующую пылинку. - Я же тебе говорил, я военнослужащий. Я проходил спецподготовку, я...

Меньше пяти секунд девушке понадобилось на то, чтобы скрутить Дениса в бараний рог. Все больше выкручивая за спину пареньку руку, она дождалась того момента, когда Денис, корчась и задыхаясь от боли, упал, утыкаясь носом в пол, а затем присела рядом на корточки, чуть-чуть ослабляя свою хватку.

- Извини, я не расслышала про спецподготовку. Что ты там рассказывал?

- А... а... ничего. Мне больно. Отпусти, пожалуйста. Мне очень больно. Прости. Я не хотел!

- Видишь ли, Денис. Все люди делятся на три группы. Первая - это люди действия. Сюда попадают те, кто мало говорит, но много делает, кто совершает поступки. Вторая категория - это те, кто мало делает, но много говорит. Иными словами, это болтуны. Третья группа - это люди, которые только слушают да удивляются тому, как быстро кто-то изменяет мир, а кто-то об этом красочно рассказывает. Не знаю, к какой категории причисляешь себя ты сам, но, поверь, твоя группа точно не первая.

- Да, наверно. Отпусти меня, пожалуйста.

- Пожалуйста. Вставай.

Джейн протянула руку, чтобы помочь подняться. Денис скукожился и с большой опаской принял предложенную помощь. Нарываться в очередной раз на неприятности не хотелось. Он поплелся за девушкой по коридору, растирая почти вывернутую из сустава руку.

- Ты мне чуть кость не сломала. Я же это тебе сказал так, несерьезно, - жалобно простонал он.

- Так ведь и я тебя побила несерьезно. Не держи зла, Денис. Было б надо, у тебя сейчас с десятка два переломов насчитали.

- Эх ты... Я же просто проверить реакцию хотел. А ты сразу драться. А меня, между прочим, учили уважать и защищать девушек. Я при всем желании не смог бы тебя обидеть.

- Забавно. Какой же из тебя солдат, если ты такой избирательный? А если к вашему королю убийцу-женщину подошлют? Будешь ей улыбаться и извиняться?

- Сравнила тоже. Женщины-солдаты - они же не такие, как ты.

- Какие - не такие?

Джейн веселилась все больше. Даже собственные проблемы ушли куда-то на второй план в присутствии этого своеобразного хвастливого паренька.

- Ну не знаю. Они плохие, а ты хорошая. От жажды меня, к примеру, спасла. От онемения рук. Теперь вот от разрыва мочевого пузыря спасаешь. А если и жизнь мою спасти сможешь, то более благодарного человека во всем мире не сыщешь, - Денис остановился напротив туалетной комнаты и заискивающе опять посмотрел Джейн в глаза.

- Значит, уже как минимум трижды мне должен, - Джейн засмеялась. - Ладно, не трусь. Я подумаю на твой счет, что можно будет для тебя сделать. Веди только себя хорошо. И слушай, что тебе говорят... Так как называется твоя родная планета, где учат уважать женщин? Надо будет как-нибудь там побывать.

- Александрия.

- Как???

- Александрия. Вы вряд ли о такой слышали. Это далеко отсюда, на севере. Планета русская, класса А17... Можно?

Денис взялся за ручку двери и вопросительно посмотрел на Джейн. Девушка рассеянно кивнула.

- Ты очень интересный собеседник, оказывается, - тихо, вполголоса сама себе сказала Джейн.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Своей дорогой

Денис не переставал удивляться происходящим в девушке переменам. Только что настойчиво требовавшая, чтобы он молчал и не издавал лишних звуков, Джейн превратилась во внимательного слушателя, о каком только может мечтать любитель поболтать. Ее интересовало все - от политики и экономики на Александрии до погоды и светских сплетен, не говоря уж о том, что девушка выспросила его и о нем самом все: от биографических данных до карьерных устремлений.

К концу трехчасового монолога о своей жизни и жизни родной планеты Денис вдруг понял, что устал разговаривать. Джейн кивнула, разрешая ему помолчать. Ее любопытство было удовлетворено.

Девушка подошла к бортовому компьютеру, что-то набрала и несколько минут внимательно изучала появившуюся на экране информацию.

- Что ж, Денис. Наверно, мы с тобой договоримся. Я спасаю тебе жизнь, а ты будешь мне должен.

- Сколько?

- Сколько? - Джейн рассмеялась. - А тебе не все ли равно? Жизнь - она ведь бесценна.

- Разумеется. Я честный человек. Сколько скажешь, столько и отдам. Только в рамках того, что я имею. Если ты запросишь больше, чем у меня есть, я рискую оказаться в числе обманщиков.

- Я реалист, Денис. И требую от людей только того, что в их силах. Твое состояние не сильно пострадает. Я надеюсь. Кстати, сейчас у тебя есть какие-нибудь деньги? Хоть сколько-то?

- Вон там, в нижнем ящике. Их не тронули. Сказали, что такая мелочевка их не интересует.

- Где, говоришь? - Джейн выгребла из шкафчика мелочь. Пересчитала и по-хозяйски засунула деньги к себе в карман. - Хватит. Вставай давай. План такой. Идем сейчас к капитану. Ведешь себя - тише воды, ниже травы. Если повезет, живые и здоровые оба сходим с этого корабля на Марте.

- «Если повезет»? А если не повезет? Может, проще втихаря удрать?

- Проще - не значит лучше. Не дрейфь, Денис. У меня самой ноги не хотят идти в ту сторону. Но... - она тяжело вздохнула, предвидя неприятный разговор, и продолжила мысль, скорее для себя, чем для собеседника: - Готова спорить с тобой на весь твой выкуп, он меня отпустит... Да, мы уже подлетаем. Тянуть дольше нельзя. Пошли.

Денис обреченно поднялся на ноги и поплелся следом. Туманное обещание девушки оставить ему его жизнь за неизвестно какой выкуп, ее странное поведение и непонятные отношения с членами экипажа не внушали парню уверенности в завтрашнем дне. Вместе с тем, придя к выводу, что обстоятельства ему в любом случае не благоприятствуют, Денис решил вести себя скромно, ничего пока не предпринимая.

Джейн поднялась на верхний ярус, дошла до центра управления и остановилась на мгновение. Сердце отчаянно защемило. После того как она переступит порог этой каюты, Джейн знала, пути возврата у нее уже не будет. Но и сейчас, имея такой шанс к отступлению, девушка сама себе сказала железное «нет»:

«Нет, и все. Просто скажи ему, Джейн, что ты уходишь. Спокойно, уверенно, и где-то даже жестко. Ты не обещала ему ничего. И объяснять свой поступок не обязана. Чем быстрее попрощаешься, тем лучше. Не надо длинных разговоров. Хорошо бы, если и Лаерти был там. При нем Джек не будет выяснять отношения. Да, так будет лучше».

Она вздохнула, бодро улыбнулась и зашла в звенящую угрюмой тишиной самую умную каюту корабля. Джек и Лаерти повернули головы на звук ее легких шагов.

- Привет, ребята!

- Джейн? Ты почему не спишь? По кораблю объявлен отбой. Я всех распустил отдыхать.

- Знаю, Джек. Гарри сказал. Я не одна. Денис, войди.

Денис смущенно вошел и остановился в одном шаге от девушки. Лаерти, который сидел рядом с Джеком на месте второго пилота и пытался сгладить духоту, плавающую по всем помещениям, холодной шипучкой, поперхнулся газировкой и подскочил с кресла.

- ??? Джейн? Кто это? Откуда?

- Оттуда. Нашла в одной из кают среднего яруса. Подарок прежнего экипажа. Турист. Зовут Денисом. Добирается автостопом до А17/4682. Ходатайствует, чтобы мы высадили его на Марте. Мы ведь к Марте подлетаем, верно? Денис, присядь вот сюда. Мы пока тут кое-что обсудим.

- Что тут обсуждать, Джейн? - Лаерти изумленно переводил взгляд с сюрприза по имени Денис на своего, уже несколько часов молчащего, друга и капитана. - Это исключено! На Марте международная полиция! Парню достаточно обратиться к любому в порту - и мы никогда не доберемся до дома. Каким бы безобидным туристом он ни был! Да мы до орбиты даже долететь не успеем! Джек, скажи ей!

- Это так, Джейн.

Капитан виновато поднял глаза на любимую девушку. Ему вдруг стало страшно, что она может каким-нибудь образом прочесть все его мысли за последнюю пару часов.

Девушка согласилась с аргументами помощника:

- Знаю. А значит, кто-то должен будет Денису в этом помешать. Я намеревалась сойти на Марте год назад, и, по большому счету, в моих планах ничего не изменилось. У меня тут по-прежнему очень важные и теперь уже неотложные дела. Я сойду здесь сейчас. Ты мне обещал, Джек, предоставить такую возможность. Могу со своей стороны дать слово, что прослежу за Денисом. Я зашла попрощаться.

- Как?.. Джейн, что ты говоришь? Как - попрощаться? - Джек побледнел. - Ты собираешься покинуть наш корабль? Но почему, Джейн? - «Боже! Да что за день такой сегодня?».

- Почему? Потому что давно было известно, что я здесь сойду. У каждого в жизни свой маршрут, Джек, и у меня нет ни одной веской причины, чтобы менять свои планы. - «Поуверенней, Джейн. Пусть все будет ясно и конкретно. У него должен быть четкий выбор: или я, или Алисия. Никаких компромиссов».

- Ты не летишь с нами домой?

- Нет, не лечу. Это ваш дом. Не мой. Меня там никто не ждет, и мне там нечего делать. Зато у меня есть много дел в других местах. Есть определенные обязательства, которые я должна исполнить.

- Но, Джейн, а как же...

Капитан побледнел еще сильнее: «Какой ты дурак, Джек! Разве любящий человек может так просто, с улыбкой на лице, сказать, что уходит? Не имея ни одной причины, чтобы покинуть корабль, мотивируя это какими-то несуществующими делами? Вот тебе и ответ неба на молитвы! Ты спрашивал, как разрешить свою ситуацию? Как и в пользу кого? Да, я не люблю Алисию, но отец уверяет, что она все это время меня ждала и верила. Я люблю Джейн, но она уходит, а значит, меня не любит... Поверить не могу, что это происходит со мной!».

- Ты даже ни с кем не попрощаешься? Вот так, ночью, втихаря исчезнешь?

- Не надо быть суровым, Джек. Ты думаешь, если они все начнут ходить вокруг меня и упрашивать, чтобы я осталась, я смогу быть верной своему решению? Мне оно очень нелегко далось. За это время я к вам сильно привязалась. Мне с вами двумя тяжело разговаривать, а ты хочешь, чтобы я подняла на ноги всех. Искренне надеюсь, что они меня простят.

Джейн замолчала и опустила глаза. В горле стоял ком слез. Как бы ни было ей больно, она поступает правильно - она верила в это, хотела верить. «Конечно, он не уговаривает меня лететь с собой. На что ты надеялась, Джейн? Что он будет тебя упрашивать? Ты же ему сейчас сама решила все проблемы! Освободила от пут... Ему даже объяснять тебе ничего не придется!».

Джек тоже замолчал и оглянулся на прозрачный купол. Прямо по курсу была рыжая планета Марта. Какие-то пятнадцать-двадцать минут - и они произведут посадку в одном из самых шумных, людных, веселых и криминальных районов Вселенной. «И что же? Я больше не увижу Джейн никогда? Как объяснить ей все, что я думаю, чувствую, ожидаю? Как объяснить ей мои проблемы и пути их решения? Что ей сказать? Как? Ведь я люблю ее одну!!! А она меня? «Привязалась!». Неужели все, что она испытывает ко мне, - это лишь привязанность, и не более? Почему мир так несправедлив?».

Лаерти отвлек внимание на себя:

- В жизни не слышал большей чепухи. По-моему, Джек, у нее тепловой удар. Объясни ей это. Мы с Денисом тут пока в коридорчике постоим. Хорошо?.. Ну, что расселся? Давай, поднимайся, на выход, - не будучи сильным в вопросах такта и терпения, помощник капитана почти пинками вытолкнул Дениса из каюты и плотно закрыл за собой дверь. - Не видишь разве: людям поговорить надо!

Девушка в раздумье подошла к носовой части купола и приложила к его холодной поверхности свою ладонь. Планета Марта неумолимо приближалась. «Джек! Скажи что-нибудь! Не молчи!!! Скажи, что я права, или наоборот - что нет. Отругай меня, накричи, обними! Хоть что-нибудь, Джек! Ведь еще мгновение, и я навсегда уйду. Почему ты меня отпускаешь? Действительно ли это была любовь?».

Джек с другой стороны от центральных приборов также подошел к прозрачному куполу и посмотрел вдаль.

- Ты на самом деле желаешь сойти с нашего корабля, Джейн? - «Боже! Что я несу? А если она ответит «да»? Джейн, милая, скажи, что не хочешь уходить! Признайся, что любишь меня! Обещай, что не уйдешь! Прошу!!! ... Дай мне хоть один шанс усомниться в твоем намерении покинуть корабль!».

- Нет смысла в твоем вопросе, Джек. Я делаю то, что должна.

- А как же... я? Я и ты, мы вместе? Я думал, то, что было...

- Джек, это было самой лучшей и светлой частью моей жизни. Это навсегда останется со мной.

- Нет, со мной. Я... я люблю тебя, Джейн. Я правда тебя люблю, - Джек грустно посмотрел на приближающуюся планету. «Какой вес имеют сейчас мои слова, если я все равно не могу привезти Джейн домой как свою невесту?».

- Я знаю, Джек. Я тоже тебя люблю, - девушка отвернулась в сторону, чтобы капитан не заметил ее слез.

- Почему же тогда мы расстаемся?

- Вероятно, потому, что не принадлежим сами себе. Ты можешь все бросить и поехать со мной туда, куда еду я, и остаться со мной?

- Нет, Джейн. Я должен лететь домой. Нет, я, конечно, могу так поступить, как ты просишь. Но после этого не смогу быть счастливым, зная, что подвел очень многих. Я давал слово, и я им связан.

Сердце девушки внутри сжалось от боли и холода. Она предвидела его ответ. Джек вернется в политику и войну, вернется к революционерам, друзьям, семье. И к Алисии, без всяких сомнений...

- И я не могу лететь с тобой. Меня тоже ждут. Понимаешь?

- Да... Нет, не понимаю! Что же, мы больше с тобой никогда не увидимся? Нет, Джейн! Это ведь все не навсегда? Мы можем... - «О чем я говорю? Я совсем запутался. Что я собираюсь ей обещать?».

- Нет, Джек. Где и когда мы еще увидимся? Мы сами не знаем, куда нас забросит судьба завтра. Какие сюрпризы нас могут ожидать дома или на службе? Не надо напрасно надеяться. Больной зуб вырывают с корнем. Нам надо забыть друг друга. Навсегда. Так будет лучше. - «Как ты можешь так говорить, Джейн? Ему же больно тебя слышать! Кого ты пытаешься убедить? В чем? Не слушай меня, Джек! Скажи, что я не права. Попроси меня остаться, и я останусь!».

- Да, ты права, Джейн. Идет война. И я не могу тебе ничего обещать. На нас нападают, мы сражаемся. Каждый день рискуем собой. Я не знаю, что будет завтра. - «Но если ты хотя бы намекнула, что можешь лететь со мной, бросить все и остаться рядом, Джейн, милая, я ничего не боюсь! Я готов поговорить о тебе с отцом. Он просто обязан будет меня понять! И с Алисией у меня ничего не было. Никакие обстоятельства не смогли бы нас разлучить! Разве только... твоя нелюбовь. Почему ты настаиваешь на разлуке? Похоже, ты не так сильно меня любишь...».

- Да. Расстаться - это единственный правильный вариант. - «Неужели ты с этим согласен, Джек? Не отпускай меня, прошу! ... Хотя - я знала, что ты выберешь ее, а не меня. Моя политика правильная. Третий лишний. И я ухожу. Железно».

- Да. - «Похоже, что я прав».

В дверь постучали. Лаерти неуверенной походкой зашел в каюту.

- Ребята, простите за вторжение. Если вы не заметили, то корабль летит на автомате строго по прямой, а впереди планета. Еще чуть-чуть - и бум, мы разобьемся. Не возражаете, если я сяду за штурвал?

Ответом ему послужила полная тишина. Джейн и Джек молча стояли у прозрачного купола, не видя сквозь пелену слез того потрясающего вида, что открылся взору «Красной кометы». Одна только мысль тревожила их в данный момент: «Никому не показывать своих слез. Капитан должен быть сильным».

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Чет

Ну вот и все. Проклятье это или совпадение - неважно. Все, кого она по-настоящему начинает любить, от нее уходят. Навсегда. Джейн вздохнула. Менее часа назад растворилась в звездной пыли «Красная комета». У нее своя дорога.

«Да, у Джека свой путь, а у меня - свой. Нужен план, что делать дальше. Главное - не пересечься с полицией. Никакого паспортного контроля. Необходимо временное жилье и компьютер. Фил сказал, что его диск может решить мои проблемы. Что он мог знать о моих проблемах? Филипп, Филипп, ты и предположить не мог, какие вопросы меня занимают. Задача номер один - Карлос. Найти и уничтожить любой ценой, остановить в том, что он творит. Задача номер два - возвращение домой. Вот мои проблемы. Да-а, хорошенькое дело. Решаемы ли они? Я знаю координаты своего дома, но что я буду там делать? Чужие люди, которые хозяйничают в когда-то моих стенах, в городе, на планете. Они не подозревают о моем существовании, а если узнают, то сделают все возможное, чтобы я уже никогда не вернулась. Денис порассказал, какой беспредел творится в Александрии. Конечно, рассказчик Денис еще тот. Приукрасил много, но факты - вещь упрямая. На планете нет ни одного человека, кто бы меня ждал. Да что на планете? Будь честной, Джейн. В целом свете. Вот если бы Джек... Стоп. Я не знаю никого с таким именем, и знать не должна. Сон. Это был сон. Красивый, прекрасный, но - нереальный. Как Лен учил? То, что может помешать тебе, должно быть уничтожено. Если это воспоминания, сотри их из памяти. Джек - это сон. К реальности! Цель номер один. Карлос. Где и как его найти? А уж тем более - как уничтожить? Уничтожить всю ту машину, что стоит за его плечами. А кто за ним стоит? Хамелеонская верхушка. Это точно. Ну, ты и задачки себе ставишь, Джейн...».

- Вот не скажи, Дак. Хамелеонов так просто не уничтожишь, - услышала она рядом с собой чей-то пьяный скрипучий голос и вздрогнула от неожиданности. Так поглотил ее собственный внутренний диалог, что Джейн и не заметила, как за соседним столиком кафе разместились двое военных.

Местная публика обсуждала транслируемые по выцветшим мониторам последние новости. А именно возвращение на политическую арену легендарного экипажа - команды Джека Карно. Говоривший мужчина тем временем налил себе еще крепкого спиртного и продолжил наставление молодому сослуживцу:

- Я, Дак, уже двадцать лет как на службе в космическом десанте. Я, знаешь, сколько повидал в жизни? Эти наивные ребяты-пираты думают, что могут изменить этот мир. ХА! Могут, конечно. Но не глобально. Нельзя убить чудище, причиняя вред одной его клешне. Нельзя, Дак. Хамелеонов так не победить. Хочешь раздавить гадину - бей в голову. Не там они сражаются. Не там. Да и не так.

- Научатся, - ответил ему товарищ. - Все приходит с опытом. Интересно, правда, что Союз Доверия решил вести с Одиннадцатой республикой переговоры? Это же не в его правилах - общаться с людьми вне закона. Союз живет по декларациям, ни шагу в сторону. Да и революционеры вряд ли будут размышлять о мире во всем мире. Вообще, все эти переговоры больше похожи на ловушку, чтобы поймать повстанцев.

- Молодой ты еще, Дак. Балбес. Зачем КСД их ловить? Да они лучше всех отвлекают хамелеонов от многих вопросов. Ты думаешь, политики из КСД только тем и занимаются, что болтают? Знаешь, что я тебе скажу - не так это. Болтать и улыбаться - это лишь прикрытие чего-то важного.

- Чего?

- Так я тебе и сказал - чего. Военная тайна! - пожилой вояка уже порядком нагрузился, отчего язык его стал все более заплетаться. - Сам-то не смекаешь? Думаешь, политика хамелеонов устраивает мировое сообщество? Да все спят и видят, как эта империя рухнет. И так и будет. Поверь мне. Зачем КСД стал набирать собственную армию? Свою, понимаешь, не принадлежащую ни одному государству?

- Зачем?

- Затем. Чтобы не было локальных интересов: куда пошлют воевать, туда и пойдешь. А какие деньги обещают контрактникам? Да я за год столько не зарабатываю. Полагаешь, они будут разменивать солдат на мелкие приграничные конфликты? Ха! Я тебе так скажу, - вояка наклонился к уху товарища и зашептал следующую фразу шепотом, ничуть не меньшим по громкости, чем весь его предыдущий рассказ: - Я думаю, что самый главный международный болтун мистер Анди вовсе и не болтун. Он затевает что-то крупное. И его цель - хамелеоны. Разделяй и властвуй. Так и будет, Дак. А переговоры - это часть его плана, прикрытие. Якобы он действует в рамках закона. Примиряет непримиримое. Но цель - голова чудища. Голова, Дак...

Джейн поднялась из-за стола и оглядела здание космопорта. «Важного и срочного много. Сначала ночлег, потом - компьютер. Надо все-таки проверить, что на диске Филиппа. Далее - средства к существованию. Именно в таком порядке. Интересно, в этой гостинице можно получить номер без паспорта? То, что Марта - русская планета, это здорово. Лаерти говорил, что за деньги здесь можно все, или почти все. Да, еще были бы деньги в необходимом количестве».

Девушка достала из кармана брюк бриллиантовые серьги, подаренные ей Джеком на борту «Синей птицы». «Так лучше, - сказала она себе. - Больше ничто не будет напоминать о Джеке».

Джейн направилась в сторону администратора гостиницы. В холле было немноголюдно. Время позднее.

- Добрый день! - молодой человек поднялся ей навстречу и приятно улыбнулся. - Чем могу служить?

- Здравствуйте. Мне нужен номер на два дня с душем, кондиционером и компьютером.

- Без проблем, мисс. Сейчас организуем. Паспорт, пожалуйста.

- Ой, - Джейн виновато улыбнулась. - Забыла свою сумочку в гостях. М-м-м... может быть, это компенсирует небольшое отступление от формализма? - она положила на стойку сережки. - Завтра, как только высплюсь, так сразу и съезжу за этим документом.

- Боюсь, мисс, номер будет ждать Вас до завтра пустым. Без регистрации я вряд ли могу Вам помочь, - молодой служащий вежливо отодвинул от себя подарок. - У нас центральная гостиница, и наша политика - четко придерживаться правил в целях безопасности. Никаких исключений. Да и полиция проверяет нас каждые пару часов. Кстати, прямо через дорогу их центральное управление. Вы можете обратиться к ним с просьбой удостоверить Вашу личность. Это будет более разумно, чем в это время суток отправляться за документами. Марта - криминальная планета, и ночные прогулки здесь не самое лучшее занятие.

- Что ж, пожалуй, так и сделаю. Спасибо за совет.

Джейн с трудом натянула улыбку, убрала серьги в карман и пошла к выходу. «Черт бы тебя побрал, с твоими правилами! Да, не все так просто, как кажется на первый взгляд. Стемнело. Что теперь?».

- Простите, девушка! - незнакомый мужской голос окликнул ее сзади.

- Вы меня зовете? - Джейн оглянулась.

На верхних ступенях крыльца стоял мужчина. Серый костюм, неопределенного цвета волосы и какая-то серая кожа делали его неприметным.

- Да, Вас. У меня нет привычки вмешиваться в чужие дела, но я стал случайным свидетелем беседы с администратором гостиницы. Мне показалось, что Вам необходим номер, а документов с собой нет. И в полицию Вы идти не спешите, как я погляжу. Или я ошибаюсь, и у Вас нет проблем?

- Возможно, есть, - девушка настороженно разглядывала незнакомца.

Мужчина просиял:

- Вы даже представить себе не можете, как Вам повезло! Ведь рядом случайно оказался человек, который решит Ваши затруднения. Не бесплатно, конечно, но зато конкретно.

- А как Вы можете решить мои проблемы?

- О! Есть своя хитрость. Шепну адресок, где Вас примут без документов. Со всеми удобствами.

Джейн улыбнулась. «Вот шельма! Не промах». Мужчина тем временем продолжил:

- Меня зовут Язек. Я своих клиентов никогда не обманываю, потому мой бизнес и бизнес человека, которому я помогаю, процветает. Ну так как - организовать Вам номер?

- И что это будет стоить?

- Не дороже, чем Вы предлагали администратору. Я согласен на одну бриллиантовую сережку, вторую отдадите человеку, который предоставит комнату. Камешки в них были весьма недурны. Сделка?

- Сделка. Пошли.

- Э нет, так не пойдет! Услуги проводника оплачиваются по отдельному прейскуранту. Я в провожатые не нанимался. Либо накидываете сверху деньжат, либо путешествуете своим ходом. Я только сообщаю адрес и договариваюсь с человеком о комнате. Сережки отдадите ему. Мы уж тут не подеремся. Здесь недалеко, пять кварталов. Так как?

Джейн задумалась. Сколько-то денег, что она взяла у Дениса, у нее еще было. Но как знать, когда и сколько ей понадобится в ближайшее время? Обстоятельства таковы, что приходится экономить.

- Ладно, пройдусь. Диктуйте адрес.

- Отлично. Сделка, - мужчина вытащил из кармана телефон.

Третий квартал, сама улица оказалась не только слишком узкой и грязной, но еще и перегороженной автомобилем. На его крыше сидели двое подростков, курили. Из машины на всю округу орала какая-то какофония. В автомобиле находились еще двое, и трое стояли у одного из подъездов длинного дома, очевидно, кого-то поджидая.

«Ну дела. Сплошной криминал». Джейн пожалела, что не взяла такси. Пять кварталов пройти пешком - пара пустяков, но не ночью, наверно. Девушка замедлила шаг, оценивая ситуацию. «Повернуться и удрать более благоразумно, чем смешно. Но в потемках это реальный шанс заблудиться. А пройти мимо явно подвыпивших молодых людей - приятного мало. Справиться с каждым из них для профессионального бойца не проблема, даже если они будут нападать по парам. Но уличная драка тем и бывает опасна, что правил нет, и кто в меньшинстве, тот чаще и проигрывает. К тому же, у этой шушеры вполне может оказаться оружие». Джейн внутренне собралась. «Идти все равно надо. Главное - не провоцировать».

- Ух ты! Я еще не докурил, а уже глюка поймал! - заржал, как лошадь, один из сидящих на крыше парней. - Гляди, ребята, какую фею к нам занесло! Привет, милашка! Курить хочешь?

- Не сегодня, - Джейн примирительно улыбнулась.

- Как тебя зовут, куколка?

- Меня не зовут, я, как стихийное бедствие, сама прихожу. Но вам повезло, тороплюсь с неприятностями не к вам. Удачно повеселиться! Классная тачка. И музыка тоже.

Девушка подошла к автомобилю почти вплотную и предприняла маневр по его обходу. Слишком узко.

- Нет, я не понял! Как это не к нам? - один из парней проворно спрыгнул с крыши автомобиля и, развязно улыбаясь, направился навстречу Джейн. - Такая красивая - и не к нам? Ты рискуешь разбить мое хрупкое сердце. А я очень не люблю, когда мне разбивают сердце.

Молодой человек театрально заплакал, что вызвало дикий хохот всей его банды. Из подъезда вышло еще двое.

«Плохо дело. Придется пробивать себе путь». Джейн, подыгрывая парню, слащавым тоном сказала:

- Ну что ты? Как я могу разбить тебе сердце? Я буду возвращаться этой дорогой минут через тридцать. Дождешься?

- Дождаться? - главарь загоготал. - Я никогда никого не жду. Что мне надо, беру сразу, - его лицо вдруг стало абсолютно трезвым. На губах заиграла злорадная улыбка. - Жаль менять твои планы, куколка. Но сегодняшний вечер ты проведешь с нами. Как говорят в нашей среде: «Расслабься, и все будет в кайф!».

- Как говорят в нашей среде, - Джейн скопировала выражение его лица, ощущая небольшое движение за своей спиной: «Не зарывайся, а то землю есть придется!».

Парень побагровел и открыл рот, чтобы отдать приказание одному из своих подручных, стоящих за спиной этой наглой девчонки, но не успел. Девять лет тренировок - отличный опыт. От резкого и неожиданного удара ногой в живот его друг сложился пополам, беззвучно хватая воздух. И почти в эту же секунду тяжелый, как оказывается, кулак девушки поцеловал его собственную челюсть.

Что ж, драка есть драка. Со своими правилами и законами. Бей сам - или побьют тебя. Никакой вежливости, никакого снисхождения. На Джейн со всех сторон посыпались тумаки, возвращаемые девушкой обратно с не меньшей отдачей. «Придурки! Нашли с кем связываться! Да, количество преобладает. Но техника и рефлексы - куда важнее».

Джейн краем глаза видела, как согнулся пополам от ее удара один из нападавших, слышала, как неприятно хрустнула сломанная в нескольких местах рука другого подростка. «Да сколько там вас? Всех, что ли, калечить придется? Может, сами отстанете?» - успела подумать она, придавая ускорение еще одному из нападавших. Отправив его головой в каменную стену дома, Джейн одновременно уклонилась от удара их главаря. Рыча, как раненый зверь, придерживая сломанную челюсть, он кинулся на девушку и, не будучи более сильным, чем она, в координации движений, протаранил головой свою машину.

Обороняясь еще от одного громилы, Джейн зафиксировала то обстоятельство, что поле боевых действий раскололось на две части. На противоположной стороне улицы также идет сражение. Дерутся трое, хотя разглядеть, кто и с кем, возможности нет. Все слишком динамично и темно. «Ну вот, и этот готов».

Девушка остановилась на секунду. «Что дальше? Незаметно скрыться? Или помочь тому, кого там бьют? Только кого там бьют, и кому из троих дерущихся нужнее помощь? Кто за кого, как узнать?». Ей не пришлось долго раздумывать. Профессионально точно неизвестный ей мужчина средних лет уложил обоих нападавших. Огляделся в поисках чего-то, подобрал с земли свой телефон. Набрал номер:

- Дмитрий, на Вишневку наряд полиции, быстро!

Джейн посмотрела по сторонам. «Полиции только здесь не хватает! Надо бежать!».

Но скрыться незаметно было уже поздновато. Неизвестный, улыбаясь, шел ей навстречу.

- Это надо же: вдевятером напасть на одну девушку! Отморозки! - мужчина легкой спортивной походкой подошел совсем близко, разглядывая ландшафт из раненых тел криминальной молодежи. - Ну и ну! Хотел поинтересоваться, не пострадали ли Вы? Может, нужна какая помощь? Признаться, думал, что пока с теми бульдогами разберусь, от Вас тут и живого места не останется. Здорово Вы их!

Незнакомец покачал головой, глядя на уползавшего на четвереньках зачинщика драки.

- Вообще я редко хожу этой дорогой. Криминальное место. А сегодня решил путь укоротить. Сам не знаю, отчего меня сюда понесло? - мужчина протянул руку для приветствия. - Чет. Меня зовут Чет. А Вас?

- Джейн, - девушка пожала протянутую руку.

Ее заступник выглядел довольно приятным человеком. Лет сорока, коренастый, темноволосый, смуглый. Темные проницательные глаза, отточенные скулы, черные усы. При этом открытый взгляд и располагающая улыбка.

- Вы очень хорошо деретесь. Вы из полиции? - осторожно спросила она.

- Я? Нет. Анонимное общество добрых дел, - Чет тепло рассмеялся. - А Вы?

- Я? Тоже нет. Любительский спорт.

- Да, вижу. Это ж как надо спорт любить, чтобы так их отделать?! - усатый незнакомец еще раз оглядел место побоища.

В конце улицы зазвучала полицейская сирена.

- Спасибо Вам, Чет, что не прошли мимо и помогли. Мне пора.

- Постойте, как пора? Но ведь еще полиция не приехала. Слышите? Они скоро будут. Вы должны дать показания. Ведь на Вас напали. Это же в Ваших интересах.

- Думаю, не в этот раз. Интересы мои не пострадали, мое имущество при мне. Здоровью тоже сейчас ничего не угрожает. Я немножко тороплюсь. Точнее, теперь уже множко. А объяснения с полицией отнимут время. Спасибо еще раз - и прощайте.

Джейн резко развернулась и юркнула за автомобиль.

- Э... Джейн! Девушка! Да постойте же!

Чет в недоумении развел руками. Неизвестная девушка скрылась в тот самый момент, когда на улицу выехало два полицейских автомобиля.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Завещание

- Пароль неверный. Осталась одна попытка. Введите пароль, - компьютер был непреклонен.

Джейн встала из-за стола и прошлась по гостиничному номеру. «Одна попытка. Всего одна. Если и этот пароль не подойдет, то вся информация на диске будет уничтожена. Что там может быть? Фил сказал, что это важно. Что-то, что поможет мне вернуться домой. Но откуда он мог знать, где мой дом? И как это может мне помочь? Глупое задание. Ввести пароль, который является моим полным настоящим именем. Но ты не мог знать мое настоящее имя, Филипп. Ведь не мог?». Девушка вышла на балкон. «Да, на мне есть идентифицирующий признак. Моя татуировка. Но ведь единой электронной базы по татуировкам нет. Ты не мог меня вычислить».

Джейн поежилась. Холодно. Серые тяжелые тучи нависли над мартавской столицей. Наверняка пойдет дождь или снег. Она вернулась в номер, снова присела за компьютер. Проворные пальчики набрали: «Деменева Александра». ENTER. Компьютер задумался на несколько секунд. А затем на черном экране запустился видеоролик. Филипп, сидящий у себя в каюте на «Синей птице», среди его научно-технического хлама, весело и энергично поздоровался с Джейн.

«- Здравствуй, Александра! То обстоятельство, что ты сейчас получила доступ к моему диску, свидетельствует о том, что я не ошибся. Мы с тобой соотечественники. Да, Джейн. Я тоже имею русские корни. Скажем, я русский француз. И мне тем более с тобой приятно общаться. Я знаю, кто ты, знаю, что ты русская принцесса. Самая настоящая. Владелица четырех планет. Кто бы мог подумать, верно?

Прости старику, Джейн, его эгоизм. Я нашел координаты твоего дома, но если бы я рассказал о тебе ребятам, а тебе - о том, что все знаю, ты бы от нас улетела. Это было бы правильно для тебя, но, возможно, не очень справедливо для наших влюбленных мальчишек. Не знаю, выберешь ли ты кого-нибудь из них, но я решил дать шанс им обоим: и Джеку, и Гарри. Прости, если тебя обидел.

На этом диске, Джейн, ты найдешь координаты Александрии, а также то, что поможет тебе беспрепятственно путешествовать в любую точку космоса. Я говорю об отсутствии паспортных проволочек. Помнишь нашу беседу во время уборки моей каюты?

Электронный вирус, который поможет уничтожить запись о твоем розыске, причем с любого компьютера, в любой точке Вселенной, этот вирус, Джейн, не утопия. Он существует. Он содержится на моем диске, и ты хоть сейчас можешь им воспользоваться. Но прежде чем программа откроет доступ к нему, я хочу, чтобы ты выслушала маленькую предысторию его создания.

Я не являюсь в полном смысле его создателем. Точнее, то, что содержится на диске, это, конечно, моя разработка. Но прототип создан не мной. Нелегко в этом признаваться, но в электронном кризисе нынешнего столетия виноват человек с моей фамилией. Виктор Дофине, физик, математик и программист с большой буквы, а по совместительству еще и мой родной отец, долгое время занимался созданием универсального компьютерного вируса. Цель его была благородна. Он хотел вернуть народу деньги, похищенные группой банкиров во время биологической катастрофы прошлого века. Всем достоверно известно, что пара сотен миллиардов космо исчезла со счетов DSK-BANK - в то время пока люди продавали с себя последнюю рубашку, чтобы купить лекарства. Мошенников, насквозь больных, нашли, а выяснить, куда уплыли деньги - так и не успели. Ради их поиска и создавался электронный вирус. Его задача была - беспрепятственно пройтись по всем сетям в поисках информации об этих счетах. Однако отец что-то не учел. Вирус действительно прошелся разом по всем программам - и испортил или уничтожил все, что смог. Не знаю, нашел бы он те деньги или нет, ему не дали довести это дело до конца. Отца вычислила какая-то служба безопасности, и его арестовали.

С того самого времени и я в бегах. Мне пришлось оставить преподавательскую деятельность на факультете, уехать из дома в поисках счастья. Тут меня и пригласил к себе на работу Уилл, отец Джека. Я пытался реабилитировать свою семью, создать такое устройство, которое бы восстановило испорченные данные. Я анализировал оставленные отцом записи, писал новые программы, экспериментировал. И я создал новый электронный шедевр.

Три истины, Джейн. Первая. Восстановить испорченные данные невозможно. Никому это не под силу. Вторая истина. То, что я создал, это тоже вирус. Универсальный, всепроникающий, незаметный. С его помощью можно проникнуть в любую самую надежную и защищенную систему, найти и подкорректировать любую информацию, оставаясь незамеченным и безнаказанным. То, что содержится на моем диске, Джейн, - это такая бомба, которая может отбросить человечество в своем развитии на много лет назад, если не сказать - на столетия. Вирус может принести людям много зла, но может послужить и благим делам. А это и есть третья истина, Джейн. Знание само по себе - не зло и не благо. Все зависит от того, кто и как его будет использовать.

Я нашел эти деньги, Джейн. Номера банковских счетов, пароли подставных фирм - вся информация на диске. И раз он сейчас у тебя, я завещаю тебе свое знание. Я перепоручаю тебе свою ответственность перед последующими поколениями и взываю к твоему благоразумию. Ты хороший человек, Джейн. Храни мой диск как зеницу ока, оберегай от злых людей. Воспользуйся вирусом с пользой. Я перевел ваш разговор с цыганской колдуньей. Ты достойна стать Золотым человеком. Поверь в себя. Верни трон, помогай людям. Я в тебя верю, Джейн. Не подведи! И прощай!».

Видеоролик закончился. На черном экране появилось меню, содержание диска. Джейн вытерла слезы.

- Фил, ты знал! Ты все знал! Боже! Что за жизнь такая проклятая? Я теряю всех, кого люблю. Может, мне вообще не суждено быть счастливой? Я сделаю, Фил, то, о чем ты просишь. Если не я, то хоть другие люди обретут счастье. Я помогу им. Я не подведу, Фил. Только... время еще не пришло. Я пока не готова. Мне нужен план. Нужны знания. Нужны связи. Нужен опыт.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Денис свободный

- Разворачиваем корабль. Арчер, снижай скорость, мы меняем маршрут, - после длительного молчания вдруг непривычно холодным тоном произнес Джек.

- Как - «меняем маршрут»? Мы только вышли на скоростную трассу! Мы через два дня должны быть дома! - Лаерти захлебнулся избытком эмоций.

Арчер тоже удивленно повернул голову в сторону капитана.

- Арчер! Я дал приказ снижать скорость! Надо дважды повторять? Меняем маршрут и летим в Посад.

- Куда? В Посад? Это русская планета. Ты уверен, что нам туда надо? - Арчер вопросительно посмотрел на Джека.

- Да, уверен. Я верну ее.

- Джек, ради Бога, не сходи с ума! Я прошу тебя, - Лаерти с тревогой и мольбой обратился к другу. - То, что она сделала - болезненное решение, но разумное.

- Разумное? - вспылил капитан. - Каким местом оно разумное? Сколько можно жить так, как хочет мой отец? Я люблю ее! И верну, слышишь?! Она полетит со мной, либо я останусь с ней! Я так решил! - Джек был в отчаянии.

Лаерти замолчал. Арчер недоуменно посматривал на них обоих.

- Джек, вот расчет координат до Посада. Только мне никто не хочет объяснить, что происходит?

- Джейн сошла с корабля на Марте, - с трудом вымолвил Джек. - Мы едем за ней. Вводи координаты.

- Что? Джейн сошла? Когда?

- Четыре часа назад, когда мы заходили на дозаправку на Марту.

- Но почему?

- Вводи координаты, Арчер. Мы едем за ней.

И, не желая больше разговаривать на эту тему, Джек вышел из каюты управления. Арчер и Лаерти опять переглянулись.

Лаерти пояснил:

- Уилл звонил. Он официально объявил о помолвке Джека и Алисии. Мы все летим на их свадьбу. Только сына своего он, как обычно, не спросил заранее. А Джейн, и это только что выяснилось, стала свидетельницей их беседы. Во время сеанса связи у нас двери были открыты из-за жары. Гарри говорит, Джейн поднималась в каюту управления, но до нас она так и не дошла. Появилась спустя четыре часа - и заявляет, что у нее есть срочные дела на Марте и ей с нами дальше не по пути. Джек обещал предоставить ей возможность сойти на любой из планет, вот она напомнила ему это обещание. И он, дурак, отпустил.

- Как? Но она даже не попрощалась с нами! Как это называется?

- Никак, Арчер! Не до вас ей было, уж поверь. Ты бы видел ее лицо. Она ведь тоже его любит. Как это ни скрывала, все равно видно. Думаешь, ей легко было пойти на такой шаг?

- Вот чума! А почему мы летим в Посад? Ты же сказал, Джейн сошла на Марте?

- Да. Но Джек только что обнаружил в компьютере, как она отсюда забронировала билет на пассажирский корабль Марта - Посад. Возвращаться на Марту поздно, она уже будет к нашему прилету в дороге, а перехватывать в космосе - загреметь в тюрьму, сам понимаешь. Тут, как ни крути, Уилл придет в бешенство. Достанется не только Джеку, но и нам тоже, под горячую руку.

Помощники капитана вздохнули и приступили к расчету сложной траектории их маршрута.

«Красная комета» приземлилась на космолетную площадку Посада очень вовремя. Только что объявили прилет пассажирского рейса с Марты. Джек напряженно вглядывался в лица спускающихся с трапа пассажиров. В какой-то момент он непроизвольно вскрикнул и кинулся навстречу низкорослому пареньку, бодро вышагивающему в сторону центрального здания космопорта.

- Ты?

- О, нет! Опять Вы? Сколько можно? Что я Вам сделал? Почему Вы меня преследуете? - Денис в ужасе попятился от наступающего на него Джека.

Но не тут-то было. Джек схватил парня за куртку и крепко прижал к стене здания космопорта.

- Стоять! Где она? Отвечай!

- К-к-кто - она?

- Не придуривайся! Джейн! Девушка, с которой ты сошел с нашего корабля. Где она?

- Девушка, с которой я сошел с Вашего корабля? Там, где и сошла. На Марте. Что происходит?

- На Марте? Что ты с ней сделал?

Джек, будучи вне себя от злости, тряхнул паренька за плечи. Денис испуганно переводил взгляд с капитана «Красной кометы» на подоспевшего за ним Лаерти.

- Джек, - Лаерти попытался сгладить ситуацию, - Джек, прошу тебя, не привлекай внимание полиции.

- Отвечай, я сказал! Что ты с ней сделал?

- Н-ничего. Почему я должен был что-то с ней сделать?

- Почему ты прилетел этим рейсом, а не она?

- Потому что мне надо в Александрию, а это самая короткая дорога. Ваша... м-м-м... подруга забронировала мне билет, за что ей большое спасибо.

- Черт! - Джек застонал. - Куда она пошла на Марте? Куда собиралась идти или ехать?

- Не знаю. Никуда не собиралась. Мы зашли с ней в кафе. Она заказала два чая, посидели минут пять за столиком, потом дала мне немного наличных и посадила на этот рейс. Это все. Мне показалась, что девушка была очень расстроена, но она ничего не рассказывала о своих планах.

- Простите, молодой человек, у вас здесь все в порядке? - внушительных размеров полицейский вынырнул откуда-то из-за угла здания.

Джек только сейчас сообразил, что все еще сжимает куртку Дениса. Он разжал пальцы, помотал головой, скорее себе, чем Денису или полицейскому, пробормотал какие-то извинения и, не глядя ни на кого, как во сне поплелся к своему кораблю. Он ошибся. И эта ошибка может стоить ему личного счастья.

Лаерти неловко улыбнулся.

- Мой друг обознался. Извините нас, пожалуйста. С тобой все хорошо? - участливо спросил он у Дениса, поправляя его куртку и разглаживая руками складочки.

- Да, вполне, - и видя, что полицейский по-прежнему недоверчиво на него пялится, добавил: - Все в порядке, правда.

Полицейский пошел восвояси.

- Буйный у вас какой-то друг, - Денис задрал нос и поучительно продолжил: - На людей кидается. Ему бы нервы подлечить.

- Разберемся как-нибудь без тебя, психолог. Свободен.

Лаерти помчался за Джеком.

- Вот уж спасибо, - язвительно заметил Денис вдогонку. - В последнее время не то что служить, а просто жить стало страшно. Что творится на белом свете? Домой! Определенно - домой!

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

На распутье

На борту «Красной кометы» шло совещание. Присутствовали все, кроме Джека. Исполняющий обязанности капитана Арчер первым взял слово.

- Ребята, у нас большие проблемы. Мы уже почти прилетели. Через три с половиной часа будем дома. Уилл опять выходил на связь, хотел поговорить с сыном. Я сказал, что Джек отсыпается после дежурных суток, но мы ведь не можем врать ему бесконечно? Ладно, я объяснил руководству наше изменение курса техническими проблемами, а Джек как будто сейчас не может подойти на узел связи. Но как мы предъявим Уиллу его сына? Джек пьет уже третьи сутки и все порывается улететь обратно на Марту. Я даже боюсь заходить к нему в комнату. Он похож на безумного.

- Не похож, а таковым является, - заметил Лаерти. - Я заходил к нему утром, он не хочет меня видеть.

- Да, и со мной не стал разговаривать, - Гарри тоже кивнул.

- А мне сказал, что как только мы сойдем с корабля или покинем каюту управления, он тут запрется и поведет корабль единолично. Полетит за Джейн, - Тони озвучил волнующий всех вопрос: - Может быть, надо было все-таки за ней вернуться?

- Надо было, не надо было, - передразнил Лаерти. - Что сейчас это обсуждать? Где он ее будет искать на Марте? Она что, сидит в здании космопорта все это время и ждет, когда мы за ней вернемся? Там каждые пять минут отлетают корабли в разные стороны!

- Да, это так, - согласился Арчер. - Сейчас здесь важные дела. Совет Обороны начал переговоры с КСД. Обратного пути нет. Нужно принимать решение. Либо признавать легитимность временного Южного правительства и поступать к нему на службу, то есть охранять территорию под присмотром Союза Доверия. Либо будем бороться и с ним тоже, оставаясь верными себе, но отвергая признание нас международным сообществом. Позиция Джека по этому вопросу очень важна. Он - заместитель министра обороны и должен выступить сегодня на заседании Совета. И не менее решающее слово в этом вопросе должен сказать будет Грэг. Только что он скажет, если Джек сорвет помолвку с его дочерью? А я подозреваю, что он ее сорвет.

- Что тут подозревать? Он так и сказал мне, - Лаерти с сокрушенным видом передразнил Джека: - «Дорогой друг Лаерти, если тебе Алисия нравится, вот и женись на ней сам!». Представляете?

- Представляем, - Таисия вклинилась в беседу. - Он опять поругается со своим отцом.

- Да ты что, Таисия! Уилла вообще удар хватит. Он об этой свадьбе уже несколько лет грезит, - Лаерти представил яростную вспышку отца жениха. - Политически эта свадьба нужна всем. Если Грэг не поддержит нас в переходе на мирное урегулирование конфликта, война еще затянется. Уилл ведь понятно обрисовал картину с расколом в Совете Обороны. Нам важен каждый голос. А Грэг до сих пор никому ничего не обещал. Свою позицию он раскроет только сегодня. Я думаю, надо пойти на компромисс с Южным правительством. Пусть посидят здесь, понаблюдают, каково нам приходится от хамелеонских нападок! Я уверен, что после пары докладов независимых экспертов сообщество признает нашу самостоятельность. А Джек без труда смог бы убедить и Грэга, и многих сомневающихся. Свадьба дружных семей - это такой повод в объединении интересов. Но что будем делать с Джеком?

- Может быть, скажем, что он заболел? - Таисия неуверенно посмотрела на своих друзей. - Ну, что Джек не может сегодня участвовать в помолвке?

- А то ты Уилла не знаешь? Да и Алисию тоже. Они же сюда примчатся! - возразил Арчер. - Таисия, а тут в медпункте есть какой-нибудь препарат, который алкоголь из организма выводит, чтобы человек протрезвел? Я считаю, надо Джека немного привести в чувство и поговорить с ним. Чтобы хоть какую-то логику событий он понимал.

- Какую логику, Арчер? - Лаерти вздохнул. - Он ее любит, ребята. Очень сильно любит. Сильно и давно. Ну этого ведь нельзя не заметить! Они даже когда просто рядом стоят - они светятся изнутри!

- Да, но у них же все равно ничего не было и...

- В том-то и дело, что было, Арчер. Было. Оторвите мне мой язык, ибо я обещал молчать! - Лаерти опять вздохнул.

Он хотел помочь другу, но не знал, как это сделать.

- Но его ведь никто не заставлял расставаться с ней. Почему он ее отпустил?

- Потому что Джейн его об этом попросила. Сказала, что у нее появились дела, и она не может дальше лететь с нами. Что ему оставалось делать? Мы же не знали, что она подслушала разговор с Уиллом! Джек все принял за чистую монету. Она напомнила ему, что он человек слова и не принадлежит сам себе, что у него важная миссия перед Одиннадцатой республикой, и он не имеет права сворачивать с курса из-за нее. Так и расстались. Дураки.

- Вот тогда и надо было переживать. Что сейчас локти-то кусать? - укоризненно продолжил Арчер. - В конце концов, это же не конец света? Разведется через месяц, скажет - не сошлись характерами. Поедет, найдет Джейн.

- Угу, где он ее найдет, Арчер? Мы все вместе прожили с ней бок о бок почти год. Кто-то что-то о ней знает?

Вопрос повис в воздухе.

- Все равно Джека надо как-то привести в чувство.

На последних словах дверь открылась, и в каюту управления ввалился Джек.

- О-о! Ребята! Как вас тут много! - он не к месту засмеялся. - Какие-то проблемы? Что обсуждаем? Почему капитан не в курсе?

Джек был явно навеселе. Более того, внешне он выглядел так, словно по нему грузовик проехал.

- Потому что капитан не в себе, - Лаерти угрюмо оглядел друга с ног до головы. «Сомнительно, чтобы какое-то лекарство тут помогло». - Посмотри на себя в зеркало. На кого ты похож? Мы, между прочим, к дому подлетаем.

- М-м-м... к дому? Это хорошо! Сто лет его не видел, и еще бы столько не видеть! Что с моей внешностью не так, а, Лаерти?

Капитан шатающейся походкой под изумленными взглядами друзей дошел до зеркала и посмотрел сам на себя:

- Хм, да, что-то не то. Побриться, наверно, надо. Хотя... зачем? А, вспомнил! Ребята! Я ведь сегодня женюсь! - Джек опять засмеялся. - Погуляем, покутим! Ух, и напьюсь же я сегодня!

- Джек, а тебе не хватит?

- Чего не хватит, Таисия? Эх, золотко мое! Вина много не бывает. Не переживай, я все держу под контролем. Хм... чего-то я хотел. Забыл. Побриться? Нет, буду бороду отращивать. Новый имидж Джека Карно. Дрожите, хамелеоны! Я вернулся!.. Ах, да! Я вспомнил. Совет Обороны, там надо речь толкнуть, да?

Малочисленный экипаж «Синей птицы» без слов понял: плохо дело.

- Джек, а ты уверен, что сможешь?

- Конечно. И не сомневаюсь даже, - он опять не к месту засмеялся. - Что мне эта напыщенная публика? Я заместитель министра обороны. Я сын человека, который знает все на свете. Я капитан, я... Да, вы правы, для храбрости надо немного выпить. Чтобы голос не дрожал. Арчер, дружок, ты корабль мой посадить сам сможешь? Я пойду пока свою речь поработаю. Нет, над речью прораб... потренирую. Вот.

Джек вышел. Арчер вернулся к своей мысли.

- Ну так как, Таисия, насчет лекарства? Можно его чем-нибудь протрезвить?

- Вообще, есть препарат. И довольно сильный. Только будет ли Джек его пить?

- Не будет - поможем. Друзья мы ему или кто? Принеси, пожалуйста.

Девушка отправилась на поиски лекарства в медпункт. Нашла необходимую бутылочку, развела густой эликсир. «Да, ситуация щекотливая, но всегда ли надо действовать так прямолинейно и грубо, как это обычно делают мужчины? Может быть, мне поговорить с Джеком? Он всегда был со мной вежлив и корректен».

Таисия пошла в капитанскую каюту. Постучалась. Послушала тишину и постучалась громче. Приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

- Джек, можно я войду?

- Таисия? Привет, наше солнышко! Заходи. Выпьешь со мной? Какие-то проблемы? Присядь. Фараон, уступи место даме, невежа! - Джек скинул со стула кота, приглашая жестом девушку присесть. - Кто тебя обидел?

- Джек. Не маши руками. Я пришла поговорить с тобой о серьезных вещах.

- Таисия, золотко, я весь во внимании, - капитан поставил на маленький столик начатую бутылку и постарался изобразить на лице максимум трезвости и ума.

- Ты только пообещай мне, что не будешь меня перебивать и не обидишься на то, что я скажу.

- Для тебя - все, что угодно. Клянусь!

Таисия вздохнула. Джек действительно был сильно пьян. Достучаться до его разума сквозь такую пелену алкоголя будет непросто.

- Джек. У тебя много друзей, и каждый из них готов для тебя на подвиг. Ты замечательный. Я знаю, ты сейчас малость не в форме, но твоим друзьям нужна помощь. Только ты можешь им помочь.

- Моя помощь? Кому нужна моя помощь?

- Нам, Джек. Нам нужна твоя помощь. Всему экипажу. Нас так мало осталось из твоей команды... Не говори ничего, не перебивай. Просто выслушай меня! Мы улетали из дома год назад. Веселые, бесшабашные, счастливые. Ты не можешь этого забыть! Помнишь, как нас провожали? Как мы клялись до последнего человека оставаться единой командой, единым целым в борьбе за наши идеи. Такими нас помнят наши близкие, родственники, друзья. Они нас любят именно такими. Мы подлетаем к дому. Кого республиканцы увидят, Джек? Что решат? Они решат, что мы сдались, что гибель «Синей птицы» нас сломила, что мы раздавлены. Через два часа заседание Совета Обороны. Твое слово очень много значит, и его ждут люди, Джек, ждут, что ты скажешь. Бесполезно посылать туда Арчера или Лаерти. Мы все не пойдем, если не пойдешь ты. Ни на прием, который устраивают твой отец и Грэг, ни на заседание. Если хочешь развернуть корабль, мы согласны. Дом здесь был и, надеюсь, будет. Ты наш капитан, Джек. Пусть это будет твое решение. Но я прошу тебя ответить на один вопрос. Для чего тогда все это было?

- Что было?

- Все это. Наша жизнь такая ненормальная. Зачем мы боремся? Ради чего? Наши мечты и надежды, наши патрулирования и боевые вылазки, наши победы и поражения? Да, поражения, Джек, и наши потери. Если мы в любую минуту можем сдаться, опустить руки и сказать «гори оно все синим пламенем» - наши потери были напрасными. Все те, кто уже никогда не вернется. Рональд, Лео, Филипп...

Таисия заплакала.

- Таисия, что ты говоришь такое?

- Но ты ведь отказался от борьбы?

- Чего ты от меня хочешь?

- Лишь поговорить, Джек. Ты дал слово, что не обидишься. Я принесла лекарство, нейтрализующее алкоголь в крови. Выпей его, пожалуйста. Ты нам нужен прежним. И именно сейчас. Я знаю, у тебя проблемы, Джек. И ты пытаешься утопить их в вине. Но проблемы не тонут. Есть у них такое свойство. Проблемы можно только решать. А решать их лучше на трезвую голову. Выпей это.

Девушка протянула капитану стакан с разведенным лекарством.

- Что ты можешь знать о моих проблемах? - Джек горько усмехнулся. - Давай сюда, хуже мне уже все равно не будет, - он послушно, как маленький ребенок, залпом выпил лекарство, поморщился и, не глядя, куда прилетит, швырнул стакан через свое плечо в глубь каюты. Стакан со звоном разбился о стену. - Что-то еще?

- Да, приведи себя в порядок, - Таисия поднялась. Разговор, похоже, не клеится.

- Стоять! Кто тебя отпускал? Ты хотела со мной поговорить? Я слушаю тебя.

- Джек, я не думаю, что лекарство уже подействовало. Я зайду к тебе позже.

- Таисия, я тебя слушаю. Ну? Ты хотела мне сказать, что я должен идти на заседание Совета Обороны? Я пойду, конечно. Что я, не понимаю, что ли?

- Спасибо. Правда, спасибо. А что ты там скажешь?

- Что? - Джек вытер влажным полотенцем лицо. - То, что и собирался сказать год назад, но не доехал до Совета. Скажу, что людям нужен мир. Если для этого необходимо идти на компромисс с КСД, мы должны использовать этот шанс. Арчер говорил, что Грэг, вероятно, будет отстаивать эту же позицию.

- Джек, а вы с Грэгом... Вы предварительно будете это обсуждать? Ведь его мнение...

Заметив неловкость медсестры и разгадав истинную причину ее прихода, капитан прямо выпалил:

- Я знаю, к чему ты клонишь. Алисия?

- Джек, прости, - Таисия присела напротив. - Никогда еще не чувствовала себя так скверно. Алисия мне подруга. Но я ведь знаю о твоих чувствах к Джейн. Заставлять человека отказываться от своего счастья, даже ради друзей - это неправильно. Ребята считают, что ты должен пойти на такой обман. Я с ними не согласна. С моим мнением, конечно, никто не считается. Но, может быть, тебе поговорить с Грэгом? Он хороший человек, он должен понять.

Джек обхватил голову руками.

- Никто не сможет понять. Все давно убеждены, что я должен жениться на Алисии. И самое страшное, что я ничего не могу изменить, Таисия! Уже не могу. Джейн ушла навсегда. И я ее отпустил. Я не должен был ее отпускать! Не имел права, но отпустил. Усомнился в ее чувствах. Она сказала, что ее здесь ничего не держит и у нее есть важные дела. Важнее, чем я. И я поверил!!! Я же не предполагал, что она в курсе моих проблем! Понимаешь? В ее глазах я предал нашу любовь. Я не достоин счастья.

- Джек, пожалуйста, не надо так! Я не найду тех слов, которые бы смогли тебя утешить. Джейн мне как-то говорила, что большое видится на расстоянии. Может быть, когда-нибудь...

- Не может, Таисия.

- Джек, я не хотела делать тебе больно.

- Все в порядке.

Капитан встал и медленно подошел к зеркалу. «Да, вид явно не парадный». Он с любопытством разглядывал свое отражение в куске стекла. Лекарство начало действовать. В голове прояснялось все больше:

- У меня такое чувство, будто из меня вынули душу. Человек без души - мертвый человек. Ха! Неплохо выгляжу для покойника. Что ж, если моя женитьба - это все, что потребуется для восстановления мира в нашем регионе, придется заплатить эту цену.

- Ты добрый и самоотверженный человек, Джек. И судьба тебя обязательно отблагодарит. Ты еще будешь счастлив. Правда, будешь. Вот я, например. После аварии на «Синей птице» я была уверена, что в моей жизни уже никогда ничего хорошего не будет. Но появился Тони. Цыганка была права, все ее предсказания сбываются. Помнишь, что она говорила?

- Я не верю ни в какие предсказания.

- А никто не верил из тех, кому она гадала. Только как было сказано, так и происходит. Она пророчила, что у тебя будет все, о чем только можно мечтать, и ты будешь счастлив в браке! Помнишь ее слова, что вам необходима разлука, а когда вы встретитесь, то поймете, что друг друга очень любите? Что твоя жена - необыкновенная женщина... Ну, вспомни! Не относись к своему браку как к проклятью. Алисия - замечательная девушка. Резеда уверяла, что вы уже повенчаны на небесах, что это подарок судьбы... Джек, почему ты так странно на меня смотришь?

- Да, я вспомнил, - глаза у Джека заблестели каким-то особенным светом. - Говоришь, все сбывается? Спасибо, Таисия! Спасибо, золотко! Я твой должник, - девушка не успела ничего сказать или сделать, как Джек наклонился и быстро поцеловал ее в щеку. - Я... Мне надо... До встречи на вечеринке.

Какой-то новой походкой он вышел из каюты и скрылся в многочисленных коридорах и дверях.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Невезучая невеста

- У кого-нибудь есть хоть какие-то мысли, что будем сейчас отвечать Уиллу? - улыбаясь приближающемуся отцу Джека, и еле слышно, чтобы понятно было только своим, произнес Лаерти.

Нарядные члены экипажа «Красной кометы» рассыпали по сторонам шутки и комплименты и уже давно были центром пристального внимания приглашенных на праздник самых богатых, влиятельных мужчин и женщин Одиннадцатой республики. Все, кроме Джека. Едва корабль приземлился в родной космопорт, как Джек, не сказав никому ни слова и не дождавшись официального разрешения на высадку пассажиров, спрыгнул с посадочного трапа и исчез в неизвестном направлении. Экипаж после небольшого совещания решил держать хорошую мину при плохой игре и все равно прийти на праздник.

- А что отвечать? - также сквозь зубы, широко растянув рот в улыбке навстречу Уиллу и Алисии, пробормотал Арчер. - Как было, так и расскажем. Только приземлились, а Джек подорвался с места и ушел, никому ничего не объяснив. Возможно, планирует какой-нибудь сюрприз.

- Угу, - Тони поддержал разговор. - Боюсь только, и Алисии, и Уиллу этого сюрприза лучше не видеть. Когда я в последний раз общался с Джеком, это было пьяное, небритое, неодетое животное.

- Да уж. Таисия сказала, что лекарство он выпил и пообещал привести себя в порядок... Улыбаемся, господа, улыбаемся. Может быть, у Джека вообще хватит ума здесь не показываться? Речь, если надо, мы произнесем и без него. Ведите себя как обычно. Они подходят. Улыбайтесь же... Добрый вечер, Уилл! Алисия, потрясающе выглядишь. Как мы рады вас видеть!

- А мы-то как рады вас видеть! - Уилл и Алисия крепко обняли своих друзей, около года считавшихся погибшими. - А где Джек?

- Джек? - Арчер изумленно поднял кверху брови. - А он разве не здесь? Он сбежал с корабля сразу, как мы приземлились. Не стал даже ждать, когда мы соберемся и приведем себя в парадный вид. Вы представить не можете, как мы скучали по дому!

- Да, представить можно.

Уилл растерянно оглядел пришедших. «Народу собралось слишком много. Конечно, это лестно, что вся местная элита уделяет выжившему экипажу «Синей птицы» столько чести и внимания. Но совмещать принятие политически важного решения и светский раут организаторы немного поспешили».

- Вон он, Уилл, с папой, смотри! - Алисия запрыгала от радости. На противоположной стороне зала Джек в сопровождении Грэга и еще пары политических лидеров обсуждали последние новости.

Друзья со смешанным чувством любопытства и тревоги посмотрели на своего капитана. Джек, подтянутый и элегантный, как всегда, улыбался и уверенно отвечал на сыпавшиеся со всех сторон вопросы.

Министр обороны, взглянув на часы, взошел на трибуну и объявил заседание открытым. Разговоры и перемещения по залу тотчас прекратились. Министр кратко и ясно осветил суть проблемы, которую следовало решить. Обозначил основные мнения членов Совета Обороны, которые были озвучены на заседании днем раньше, и пригласил к трибуне тех лиц, кто еще не высказывался по вопросу дальнейшего политического курса Одиннадцатой республики. Слово было предоставлено Грэгу Мак Рэлидж. Грэг поднялся на трибуну.

- Я не буду сегодня много говорить. Не хочу никого убеждать. Скажу лишь от своего имени. Я хочу, чтобы мои дети жили на мирной территории. Если есть тому верный способ, я готов его принять. Союз Доверия предоставляет нам такую возможность. С активными военными действиями пора завязывать. Вы можете сказать, что я старик и уже устал чего-то совершать в жизни, устал сражаться. Это ваше право. Давайте выслушаем тех, кто помоложе. Я уступлю эту трибуну заместителю министра обороны, молодому, но опытному военному, капитану «Синей птицы». Джек, твое слово.

- Спасибо, Грэг, - Джек выступил вперед. - Если честно, я специально не готовился. Грэг высказал сейчас не только свое мнение. Мы предварительно успели его обсудить почти со всеми. Планете нужен мир, люди устали от войны. Если кто-то все еще не согласен, поднимите руку. Есть такие люди здесь, кто считает, что мир нам не нужен? - Джек обвел глазами восхищенные взгляды присутствующих. - Что ж, с первым вопросом понятно. Тогда второй. Как можно добиться мира с наименьшими потерями? Министр обороны правильно обозначил ситуацию. Путей два: путь оружия и путь переговоров. Либо остаемся людьми вне закона, вне признания нас мировым сообществом, либо принимаем власть наблюдателей и КСД. Мы теряем свой статус, но перекладываем ответственность на плечи международников. Нападения хамелеонов станут нападениями уже не на повстанцев, а на временное правительство, ударом по Союзу Доверия. Мы сейчас должны четко представлять, что какой бы путь мы ни выбрали, он в любом случае не будет быстрым и легким. А вот будет ли он связан с потерями - это зависит от нас. Мы все в этой войне потеряли уже много, слишком многих... - Джек замолчал на несколько секунд. Замолчала и публика. - Вы спрашиваете мое мнение? Для меня, как и для экипажа «Синей птицы», ответ очевиден. Если кто-то считает, что мы должны продолжать боевые действия, давайте выслушаем этого человека. Сможет ли он привести аргументы, почему наши близкие должны продолжать умирать за идею, когда есть другой, мирный способ решения проблемы? - Джек опять замолчал. Ни один человек не шелохнулся, ни одна рука не поднялась. - Что ж. Спасибо всем. Именно поэтому мы и непобедимы. Потому что мы вместе. Одиннадцатую республику никто более не посмеет обозвать повстанческой или пиратской базой. Мы отвоюем и мир, и свободу. Отвоюем на поле переговоров. Вот мое мнение.

Зал дружно зааплодировал. Министр обороны снова взял слово.

- Я так понял, что мнений «против» и воздержавшихся нет? Значит, принимаем резолюцию единогласно. Признаться, не ожидал. Еще вчера половина членов Совета считала, что мы должны воевать до последнего. Удивительно, Джек. Хоть бы раз мы пришли на заседаниях к общему знаменателю в твое отсутствие. Ты просто волшебник!

Джек смущенно улыбнулся. Все опять зааплодировали.

- Джек, мы так рады, что ты жив, что ты вернулся! - выкрикнул кто-то из зала.

- Да, вернуться было нелегко, - капитан кивнул.

- Джек, ты, говорят, женишься? - выкрикнул еще чей-то голос.

Арчер вдруг почувствовал непреодолимое желание разыскать в толпе этого любопытного и треснуть ему по голове. А ведь так все удачно начиналось!

- Да, новости разносятся быстро, - Джек улыбнулся. - Это правда. Милые дамы, прошу меня простить, но отныне человек я занятой. Все заверял, что жениться не собираюсь, а тут вдруг... Ну, сами знаете, как это бывает. Посмотрел на девушку - и понял, что пропал. Влюбился.

Алисия гордо подняла голову. Джек тем временем продолжил:

- Во время последнего патрульного рейса встретил необыкновенную девушку по имени Джейн Аксер. На планете Шэ-я местные китайские колдуны в присутствии двух свидетелей, доктора биологических наук Наньлин Чжун-Кай и медсестры «Синей птицы» Таисии, нас поженили.

Таисия, которая стояла в стороне, рядом с Джулией, закашлялась. Все в зале, как по команде, посмотрели на нее. Девушка кивнула. Конечно, она даже под присягой подтвердит то, что попросит сказать ее капитан. «Только что он несет? Ведь здесь и Грэг, и Уилл где-то должен быть. Пусть это отчасти и правда. Так что же?». Таисия вспомнила и малолетних китайских сорванцов, совершивших какой-то обряд, и смущенный взгляд Джейн, и данное ей обещание хранить молчание. «Что Джек делает? Что сейчас будет?». А капитан, нисколько не смущаясь своей откровенности, продолжил:

- По нашим законам этот ритуал можно рассматривать лишь как помолвку, а не как законный брак. Так что свадьба моя впереди. Моя невеста отправилась на родину, ее так же, как и нас всех, потеряли и считают погибшей. Но это ненадолго. Как только Джейн прибудет сюда, так сразу же и сыграем свадьбу официально. Всех приглашаю!

Народ оживленно зашумел, бурно обсуждая только что услышанное.

- Что он мелет? - Уилл резко обернулся к Арчеру, Лаерти и Тони. Но на лицах друзей читалось не меньшее изумление, чем на его собственном. - Это что, розыгрыш?

- А... Э... М-м-м...

- Сейчас я ему устрою женитьбу! - Уилл направился в сторону трибун.

- А Джек преисполнен сюрпризов! - Алисия слегка побелела, но справилась с собой. Гордость не позволила ей дать волю слезам. - Тоже мне, друзья! Могли бы и раньше рассказать!

Оскорбленная в своих лучших чувствах, она растворилась в водовороте ярких платьев, нарядных костюмов, шумных и радостных людей.

- Джек, отойдем на минуту! - тихим, но приказным тоном произнес Уилл, подойдя вплотную к трибуне и строго взглянув на сына. - Поговорить надо.

- Конечно, папа, - Джек широко улыбнулся, играя больше на публику, чем искренне радуясь предстоящей грозе. - Где ты был? Я хотел повидать тебя еще до начала заседания.

Отец и сын отошли в сторону, к самым колонкам, из недр которых по залу полилась красивая музыка. Официальная часть вечера была завершена, и можно перейти к танцам и праздничному гулянью. Народ оживленно обсуждал собственные и чужие новости, планы на вечер и следующий день. Услышать в этом ровном монотонном гуле, о чем именно говорят между собой отец и сын, почти невозможно. Уилл периодически размахивал руками, Джек же, наоборот, выглядел спокойным. Как Лаерти, Арчер и Тони ни вытягивали свои шеи и уши в их сторону - удовлетворить свое любопытство они не смогли. Хотя догадаться, о чем идет речь, не сложно. Уилл в бешенстве. Уж они-то его очень хорошо знают.

В возникшей паузе между музыкальными композициями отчетливо на весь зал прозвучали грозные отцовские слова:

- Ты мне не сын больше, Джек! Слышишь? Не смей переступать порог моего дома!

- Твоя воля, отец. Я своих решений не меняю. Рад был тебя повидать.

Утром следующего дня Джек услышал робкий стук в дверь гостиничного номера, где он остановился. На пороге стояла Алисия. Капитан удивленно взглянул на вошедшую девушку.

- Алисия?

- Я могу войти, Джек?

- Конечно. Входи. Чем обязан?

- Зашла повидать старого друга. Вчера не было возможности пообщаться. Рада, что ты вернулся. Повзрослел, похорошел.

- Похорошел? - Джек нервно рассмеялся. - Да ну тебя. Не спал несколько дней. Не очень себя чувствую. Вот кто похорошел, так это ты. Отлично выглядишь.

- Спасибо. Значит, уезжаешь?

- Да. Видишь, даже вещи не распаковываю. Все контракты вчера подписали. Завтра в рейс. Служба требует дисциплины. Мы теперь все в подчинении у КСД. Куда пошлют... Но я рад. Это нужно республике. Я готов служить честно.

- Да-а, Джек. Ты нисколько не меняешься, - Алисия с любопытством прошлась по гостиничному номеру, разглядывая предметы обстановки. - Удивил вчера многих. Я о твоей женитьбе.

- Алисия, прости. Я, наверно, не готов с тобой это обсуждать. Все слишком быстро и сумбурно как-то. Я понимаю, о таких новостях надо говорить не с трибуны...

Девушка резко обернулась и гордо подняла голову.

- Ты не обязан передо мной оправдываться, Джек. У нас с тобой ничего не было, ты мне ничего не обещал. Сама не пойму, почему все решили, что мы с тобой непременно пара?

- Э-э... да, - Джек изумленно согласился.

Вообще-то произнесенные девушкой слова были как раз теми аргументами, которые он так долго выискивал и подбирал. Он боялся, он не хотел этой встречи, с неприятным чувством вины опасался предстоящего разговора и тщательно продумывал, что же скажет девушке, если такой разговор состоится. Алисия же, озвучив весь арсенал его оправданий, оставила его сейчас безоружным. Джек не знал, что ответить. Он готов был ко всему: к скандалу, истерике, драке. Но никак не к пониманию и улыбке с ее стороны.

- Сложно представить тебя тихим и домашним, Джек, - Алисия рассмеялась. - Но, говорят, любовь творит чудеса. Могу лишь по-доброму позавидовать твоей невесте и пожелать вам счастья. Это искренне, Джек. Как в старые добрые времена. Помнишь?

- Спасибо, Алисия. Я боялся, что ты не поймешь.

- Отчего же? Мне знакомо настоящее чувство. Понять можно. Когда свадьба?

- Еще не решили. Как только Джейн вернется, объявим. Приходи на свадьбу.

- Благодарю за приглашение, - Алисия снова прошлась. - Джек, можно задать тебе вопрос?

Джек насторожился.

- Задавай.

- Твой отец. Я, конечно, ушла рано с приема, но каждый второй из вчерашних гостей посчитал своим долгом позвонить мне и доложить о вашей ссоре. Сама поверить не могу, что Уилл мог сказать такое. Это надо же - отречься от сына! Я чувствую себя виноватой.

- Ты? А ты-то почему? Мы поругались не из-за тебя. Ты можешь спать спокойно.

- Не могу, Джек. Уилл это сделал из-за меня. Понимаешь, мы считали вас погибшими, и общее горе нас как-то сплотило. Мой отец все время в разъездах, а Уилл мне его заменил, так же, как и я, наверно, заменила ему в то трудное время тебя. Уилл принял меня в вашу семью как дочь, и хотел, чтобы мы были вместе с тобой. Твое вчерашнее заявление его сильно ударило, он воспринял это как личное оскорбление. Я думаю, мне стоит поговорить с ним. Я не буду себя уважать, если не помирю вас.

- Вряд ли, Алисия, у тебя это получится. Мне с отцом обсуждать нечего. Бывают ситуации, когда каждый остается при своем мнении. Это тот самый случай. Спасибо тебе, конечно, за участие. Но это не я отрекся от него, а он от меня, и компромиссы надо искать отцу. Только он ни разу в жизни ни у кого не просил прощения, и сейчас не будет. К тому же, видишь, я уезжаю. Ты можешь с ним общаться, как и прежде, ему не будет так одиноко. А у меня свой путь. Будем прощаться? Теперь мы не скоро увидимся.

- Ошибаешься, Джек. Очень даже скоро. Я лечу вашим же рейсом, я подписала контракт. Меня взяли на курьерскую службу, буду сопровождать ценные грузы и почту между вашими кораблями. Так что увидимся еще не раз, Джек. От друзей ты так быстро не отделаешься, и не надейся.

Девушка засмеялась.

- Но... Алисия, космос - это так опасно. Ты даже не представляешь.

- Я пару раз летала вместе с «Тайфуном». Мне нравится космос. Очень нравится... Ладно, не буду утомлять тебя больше своим присутствием. До встречи.

Алисия, как легкая птичка, подскочила к Джеку, дружески поцеловала растерявшегося капитана в щеку, помахала рукой на прощание и, как загадочная фея, исчезла в дверном проеме.

Такого поворота событий Джек не ждал.

На пороге появился опешивший Лаерти.

- Джек? - Лаерти ткнул указательным пальцем в дверь и вопросительно посмотрел на товарища. - Джек, я только что столкнулся в коридоре с Алисией. Она, часом, не отсюда?

Джек кивнул.

- Ну и ну! - Лаерти присвистнул. - А я опоздал на драку. Обидно. Так, глаза вроде у тебя целые. Она что - била не по лицу?

- Мы не дрались.

- Да ну? А что ей было здесь надо? И как она тебя нашла?

- Откуда я знаю? Для нее нет ничего невозможного. Если Алисия что-то задумала, она этого добивается. Это и пугает. Есть какой-то подвох, а какой - не вижу. Сказала, что мы друзья. Что желает нам с Джейн семейного счастья. Хотела помирить меня с отцом.

- Ох, не верь женщине, Джек! Все мудрецы всех времен и народов заклинают: «Никогда не верь женщине, когда ей от тебя что-то надо». Она ведь, как змеюга, будет рассказывать тебе сказки, усыпляя твою бдительность, будет увиваться вокруг тебя да около, а потом затянет петлю на шее - и ага! Готов!!!

- Перестань, Лаерти. Нельзя так говорить о женщинах. Особенно о таких, как Алисия. Она порядочная девушка. Я боялся, что скандал мне организует, а она искренне за меня порадовалась. А ведь ей, думаю, это было нелегко. Это благородство, понимаешь?

- Это хитрость, Джек. Цену себе набивает. Поверь мне. Я рад, что мы сегодня уезжаем и у тебя не будет возможности с ней общаться.

Джек вздохнул и поделился шокирующим известием:

- Она летит нашим же рейсом. Ее взяли в курьерскую службу, Лаерти. Нам время от времени все равно придется видеться.

- Вот это да! А ты говоришь - нет подвоха! Ох, берегись женщин, Джек. Ох, берегись! Быть вам вместе, как все и пророчат.

- Перестань каркать! Для меня существует только Джейн. Надо придумать, как и где мне ее найти.

- Не знаю, Джек. А стоит ли искать? Ты сам-то уверен, что твой выбор правильный? Посмотри, какая Алисия лапочка: за тобой и в огонь, и в воду, и в космос! - Лаерти рассмеялся.

Однако шутка не прошла. Джек даже не рассердился. Он был полностью погружен в свои мысли.

- Я люблю Джейн.

- Да-а, Таисия вчера явно переборщила с лекарствами. Мы просили лишь чуть-чуть тебя протрезвить, а оно вон все как вышло. Как тебя Грэг не пристрелил на месте - не понимаю.

- Я встретился с Грэгом до заседания и все ему объяснил. Он настоящий человек, все понял. Любой родитель должен желать своим детям счастья, разве что мой отец - исключение. Грэг согласился со мной, что брак без любви - худшее из зол, и принял мои извинения. Жалко, что с отцом получилось так некрасиво, на публике. Но гадалка на «Синей птице» предупреждала, чтобы я не кривил душой. Вот я и не стал кривить.

- Гадалка? Джек, но ты же не веришь ни в какие предсказания?

- Раньше не верил. Пока Таисия не призналась, что они с Тони вместе. Все сбывается. Все, абсолютно!

- Во-от. Значит, быть вам с Алисией вместе. Старушка говорила, что твоя невеста... м-м-м...

- Что замолчал? Что - «моя невеста»? Она говорила, что моя невеста присутствует в момент гадания на корабле. Разве там только одна Алисия присутствовала? А? Нет ведь.

- Красивая, умная, с хорошим воспитанием и образованием.

- Верно. К Джейн это тоже подходит. Она не училась в частных школах, как Алисия, но все эти качества ей присущи. Что Резеда еще предрекала? Что мы съедим вместе не один пуд соли? Сколько соли мы съели за этот год?

- Джек, «съесть не один пуд соли» - это образное выражение. Так говорят, когда хотят сказать, что люди пройдут вместе через определенные трудности.

- Я знаю, когда и как говорят. Это тоже подходит к Джейн. Нам не было легко.

- Но, Джек, гадалка заявила, что вы помолвлены. С Алисией к тому моменту вы как раз и были помолвлены. Неофициально, конечно, но за глаза вас все давно поженили. А о Джейн ты и не думал тогда!

- Ошибаешься, Лаерти. Ошибаешься! Я только о Джейн тогда и думал. То, что я сказал про Шэ-я, правда. Я не лукавил. Это было не специально, но дети Наньлин все твердили, что мы красивая пара, и в итоге совершили какой-то обряд бракосочетания. Таисия случайно появилась рядом и увидела все. Пришлось взять с нее клятву, что она никому ничего не расскажет. Вы бы нас тогда на смех подняли, верно? А тут еще выяснилось, что Уилл с Алисией прилетели на «Тайфуне». Мы с Джейн обратили все в невинную шутку и не обсуждали это больше. Только вспомни, Лаерти, вспомни: цыганка ведь говорила не о помолвке. Она сказала: «Нет, не будущая жена, а настоящая, ибо вы уже повенчаны на небесах». С Алисией к этому моменту у нас никаких венчаний не было, а с Джейн - целый обряд бракосочетания. Помнишь, какие у нас на руках были химические ожоги? Таисия втихаря залечивала нам раны.

- Ожоги? Ты оправдывался, что это какая-то аллергия на большое количество растений.

- Конечно. Представляю, что бы ты обо мне подумал, расскажи я тебе правду. Ты и сейчас на меня смотришь, как на сумасшедшего.

- А ты похож немного. Что могу сказать? Почти убедил. Все, что напела гадалка, подходит двум девушкам. Очень даже удобно. Всегда под рукой запасной вариант, - Лаерти засмеялся.

- Я тебя сейчас ударю, Лаерти. Дошутишься.

- Ладно, ладно, не буду больше. Растолкуй мне тогда, зачем ты подписал этот контракт, а не поехал Джейн искать, если ты так убежден в правоте своих слов?

- Затем. Резеда говорила, что нам нужна разлука, чтобы каждый мог выполнить предназначение. Если это так, я готов ждать свое счастье. Я найду Джейн и верну. А пока - что ж, отправлюсь выигрывать нашу войну, я готов.

Лаерти ничего не ответил и лишь покачал головой. Он совсем не был убежден в справедливости слов друга, но расстраивать его он не хотел. «Твои слова - да Богу в уши»,- мысленно произнес он. Лаерти искренне желал Джеку счастья.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Мартавский набор

Джейн уже третий раз обходила кругом целый квартал, в центре которого и находилось заинтересовавшее ее здание.

- Ну же, Джейн! Где твоя смелость и отвага? - спросила она саму себя - и пошла на новый круг.

«Нужно выглядеть поуверенней. Да, годочков мне недостает, набор начинается с двадцати семи лет. Ерунда. Лаерти говорил, что на Марте набирают в войска всех подряд, так что отсутствие у меня документов их не должно сильно смутить. Информацию из полицейского компьютера я стерла. Какие могут быть причины, чтобы меня не взять? Давай, Джейн. Вперед! Просто сделай шаг», - девушка снова себя подбодрила и направилась к призывному пункту.

На душе было неспокойно. Если ее не возьмут, то потребуется новый план. Выбиться из ничего в люди, без денег и документов сложно. Да, благодаря Филиппу Джейн теперь сказочно богата, но пока только формально - получить деньги на руки она не может. Чтобы обналичить счета сорока подставных фирм, куда в свое время мошенники раскидали все украденные деньги, девушке надо предоставить в центральное отделение банка ряд документов. А чтобы их получить на руки из камеры хранения, ей необходимо заплатить в другом банке сумму в полтора миллиона космо (!) за весь длительный срок их хранения да ввести пароль в электронной ячейке, который тоже еще нужно вычислить! Джейн закусила нижнюю губу в раздумье. Конечно, имея на руках вирус Филиппа, можно пойти и более легким путем - устроить очередное электронное светопреставление, но девушка раз и навсегда для себя решила, что на криминальное обогащение она не пойдет. А значит, деньги придется зарабатывать.

Контрактная служба - самый быстрый и прибыльный способ. «Военная служба в КСД оплачивается высоко. Выше, чем любая другая профессия. Более того, у контрактной службы, как ни странно, есть и еще один важный положительный момент». Джейн решила пройти ее как экзамен, выяснить все, на что способна. Ей для достижения целей потребуются не только деньги. Нужны будут силы, еще - опыт и, возможно, связи. Единственное, что у нее сейчас есть, это время. Время, которое можно инвестировать в будущий успех. Умение выжидать - ценное качество, привитое Леном, теперь должно сослужить ей хорошую службу. Она готова ждать со своим возмездием. «Тебе не уйти от меня, Карлос! Я явлюсь оттуда, откуда ты меня и не ждешь. И в самый неподходящий для тебя момент!». На лице девушки высветилась злая улыбка. «Я верю в это, Карлос! Верю. А значит, как сказала одна пожилая женщина, я уже не смогу проиграть! Что ж, такие условия игры мне подходят. Давай поиграем!».

Джейн распрямила плечи и смело вошла в неприметное серое здание, построенное в период освоения планеты Марты. Призывной пункт изнутри был не просто страшным, а ужасающим. Ремонт здесь не делали, очевидно, никогда. Теперь же, взявшись за это благородное дело, рабочие поняли, что их труд не будет легким. Девушка, опасливо озираясь и смотря под ноги, пошла в соответствии с самодельными указателями, прикрепленными на стены коридора, навстречу призывной комиссии. В коридоре, как и ожидалось, никого не было. Джейн уверенно открыла дверь.

В кабинете было двое. Военный средних лет, в звании майора, сидел за письменным столом и что-то чертил. На звук открывающейся двери он поднял голову и удивленно посмотрел на вошедшую девушку. Девушки-контрактники - редкость. Второй мужчина, в штатском, занимался в это время поливкой цветов из маленькой лейки. Журнальный стол и весь подоконник были заставлены цветами. Видимо, все комнатные растения этого здания в связи с ремонтом были перенесены сюда. Да и не только они. Кабинет был завален мебелью.

Мужчина тоже повернул голову к дверям - и чуть не выронил лейку. Чет узнал в вошедшей ту самую девчонку, что пару дней назад лихо держала оборону в уличной драке. «Любопытно, какими судьбами?..». Со скучающим лицом он отвернулся в сторону цветочных горшков. Умение слушать, не проявляя никаких эмоций, бесценное качество в его профессии. «Что ж, поглядим».

- Я Вас слушаю, - майор строго посмотрел на посетительницу.

- Здравствуйте, - Джейн посмотрела на майора, затем на знакомого незнакомца Чета, затем снова на майора. - Я по объявлению о призыве. Вы ведь набираете в космический десант? Я бы хотела поступить на службу. Вот, я написала заявление. Тут несколько приложений, анкета,- Джейн протянула майору свои бумаги. - Все документы я предоставить не могу, часть их утеряна, но...

Майор резко перебил:

- Девушка, Вы что-то путаете. У нас набор с двадцати семи лет. И мы отдаем предпочтение мужчинам атлетического телосложения, уже имеющим опыт военной службы.

- Да, я знаю. Но у вас большой недобор, а я многое умею. Я не уступлю мужчинам. Я...

- Нет! Нет! И НЕТ! - он прервал обещавшую быть многословной тираду и захлопнул свой чертеж. - Детей в армию мы не берем! Извините, девушка, Вам не к нам.

Джейн с мольбой о помощи посмотрела в сторону окна. Чет все еще никак на нее не отреагировал, словно вообще не заметил. Она расправила плечи и кокетливо улыбнулась майору.

- Спасибо за комплимент. Я знаю, что молодо выгляжу.

- Девушка, я похож на дурака?

- Никак нет, сэр.

- Вот именно. Свободны, - майор обернулся вполоборота и сделал вид, что безумно чем-то занят.

- Сэр, я хорошо дерусь, метко стреляю, говорю более чем на тридцати языках, я...

Джейн с надеждой посмотрела и на усатого. Но Чет по-прежнему был занят садоводством, делая вид, что ему абсолютно неинтересно то, что происходит вокруг. Склонившись над цветочным горшком, он тщательно рыхлил землю палочкой из-под мороженого.

- Правда? - майор снова оживился и развернулся в ее сторону. - А я, к слову сказать, умею печь такие пирожные, что некоторые кондитерские обзавидоваться могут. Только суть дела это не меняет. У нас набор с двадцати семи лет. Вам столько не исполнилось. И отсутствие у Вас документов косвенно это подтверждает. Приходите через пару годиков, пообщаемся. А еще лучше - одумайтесь в своем решении. Космический десант - не место для приличной девушки.

- Кто Вам сказал, что я приличная девушка? У меня, может быть, десять трупов за плечами? Меня, может быть, разыскивает полиция, а я, осознав все содеянное, решила искупить долг перед человечеством честной военной службой. Я слышала, что Вы берете и криминальные элементы... Почему Вы улыбаетесь?

- Мм-м... - майор прочитал ее имя в анкете, - Джейн, мне далеко даже и не сорок лет. Я умею разбираться в людях. Вы славная девушка. Я не знаю, почему Вы здесь. Причины могут быть разные. Я не хочу Вас огорчать, я не злорадствую, но я Вас не возьму. Космический десант - это место, где воины гибнут сотнями. Они самые первые попадают в мясорубку, и большинство из них остаются на поле боя уже навсегда. Да, мы берем криминальный элемент. Тех, кого потерять не жалко. Не жалко для общества, я имею в виду. И у нас, действительно, недобор, и иногда приходится жертвовать какими-то формальностями, брать людей без документов. Вы - это совсем другой разговор, девушка. Я не беру Вас сейчас, как имею право не взять и через пять лет. Не хочу потом на Страшном суде держать ответ перед Богом, почему отправил на смерть такую славную девушку. Так что - извините. Приятно было с Вами пообщаться, но Вы не приняты. Никто и ничто меня не переубедит. Всего доброго.

Джейн вздохнула. «Бесполезно спорить. Вот и все. Надежды на максимальное, скорое и полезное, в плане времяпрепровождения, обогащение провалились. Нужны новые идеи».

Девушка прошла по темному ободранному коридору и вышла на улицу. Яркий солнечный свет больно ударил ее по глазам. Мартавская осень дарила людям последние теплые денечки, только на душе было мокро. Джейн понуро перешла дорогу и расположилась в летнем кафе напротив. Заказала стакан минеральной воды и еще более печально отметила тот факт, что деньги в ее карманах заканчиваются. «Да, не все так просто в жизни. Нужна работа и недорогое жилье». Она глубоко задумалась.

- Добрый день. Я могу Вас чем-нибудь угостить? - спросил знакомый голос.

Джейн подняла голову. Прямо перед ней стоял улыбающийся Чет. В руках он держал по стаканчику мороженого.

- Можно, я присяду на чуть-чуть? Это Вам, - он протянул мороженое вперед.

- Спасибо, не стоило беспокоиться. Я не голодна.

- Зачем же? Мороженое едят не от голода, а так - жизнь подсластить, - Чет уселся напротив девушки за столик и снова улыбнулся. - Сердитесь, что не замолвил за Вас словечко перед майором?

- Нет, - Джейн откинулась на спинку стула. - Это Вы, наверно, на меня сердитесь, что я оставила Вас один на один с полицией?

- Я? Один на один с полицией? - Чет засмеялся приятным грудным смехом. - Я удрал от них следом за Вами. Решил не связываться. Я очень удивлен был сегодня, когда Вас увидел.

- Да, я тоже, - Джейн ответно улыбнулась.

Как бы там ни было, а ее собеседник был довольно вежливым и приятным в общении. Сердиться на него не получилось бы даже при желании.

- Знаете, Джейн, наш майор принципиальный человек. Вопросы набора в десант он решает единолично и руководствуется только своим мнением. Просить у него о чем-то смысла нет. Вы не держите на нас зла, он Вам правильно разъяснил ситуацию. Космический десант - большей своей частью смертники.

- Наверно.

- Вы расстроились? Что будете делать теперь?

- Придумаю что-нибудь, - Джейн пожала плечами. - Договорюсь с контрабандистами, чтобы отвезли меня без документов до Зелады. Там ведь такая же криминальная дыра, как и здесь? И тоже осуществляют набор? Попытаю счастья там. Кривая вывезет.

- Хм... Вы твердо решили для себя, что военная карьера - это для Вас?

- А что, по-Вашему, война - привилегия только мужчин?

- Война - это не привилегия, это крест, тяжелая ноша. Нет, я не думаю, что это занятие исключительно мужское. Я знаю много женщин, нашедших себя в военном деле. Но преимущественно это женщины, которые являются потомственными военными, и, стало быть, обречены на такое ремесло, либо женщины, которые никак иначе реализовать себя в жизни не могут. Есть еще одна категория, малочисленная, - те, кому жить надоело. К какой группе относите себя Вы?

- Ни к одной из них. У меня своя дорога.

- Вот как? Зачем же тогда Вам контракт?

Джейн задумалась. Оснований юлить перед Четом у нее нет. Он ей явно ничем помочь не может.

- Две причины. Возможность научиться многим полезным вещам в сжатые сроки. Ну, и деньги, конечно. Мне нужно много и быстро. Исходя из того, что я знаю, умею и могу, контрактная служба для меня в настоящий момент - самый идеальный вариант.

- И много Вам нужно денег?

- Много. Миллион, полтора миллиона космо. Больше - лучше.

Чет присвистнул:

- Однако. Куда Вам столько?

- Куплю себе космический кораблик, поеду путешествовать.

- За миллион-полтора, Вы знаете, сколько Вам лет служить придется? Вы не думайте, что это быстро. Пять лет минимум, а то и все десять. Это как и где служить будете. Большие деньги платят только за самые горячие точки. Или элитным войскам. Так просто туда не попасть.

- Знаю. Но с чего-то ведь все начинают?

- Да. Обычно с учебы. Военные академии Атлантиды или Саловы, рекомендации и прочее.

- Нет, этот этап не для меня. Я не располагаю таким количеством времени, - Джейн грустно вздохнула. - Года два-три максимум. Так что придется начинать с самых низов и двигаться вверх по лестнице очень быстро. Начну с десанта, а там меня обязательно заметят и повысят.

- Почему Вы в этом так уверены? - Чет улыбнулся себе в усы.

- По-другому и быть не может. Мне это надо, а если мне что-то очень надо, то я это делаю. Не смогу обойти стену - так я ее просто пробью. Я не признаю невозможных вещей. Может, мне поколотить Вашего майора, чтобы он воспринял меня всерьез?

- Вряд ли. Наш майор - скала. Хотя колотить его - лет двадцать, наверно, никто не колотил.

Чет рассмеялся, очевидно, представив забавную картину. Сидящая перед ним девушка ему определенно нравилась. Было в ней что-то такое, что он больше всего ценил в людях: умение идти против течения, умение не сгибаться под напастями судьбы, внутренний азарт и жажда победы.

- А можно задать тебе один нескромный вопрос, - он неожиданно перешел в разговоре на «ты». - Сколько тебе лет? На самом деле?

- Двадцать четыре недавно исполнилось.

- Я так и думал. А история с утерянными документами?

- Это правда. Документы украдены. Я давно живу полулегально.

- Ты чисто говоришь по-русски. Ты русская?

- Да, но я знаю тридцать четыре языка. Нужны знания какого-то другого?

- Английский?

- Свободно.

- А где так драться научилась?

- Это уже лишний вопрос, - Джейн промокнула губы бумажной салфеткой. Мороженое съедено, минеральная вода выпита. Задерживаться здесь дольше причин у нее нет. - Спасибо Вам, Чет, за компанию, и за мороженое, и за участие в моей судьбе. Мне пора. Бог даст, еще свидимся.

Девушка поднялась из-за столика. Чет задумчиво, ничего не замечая, грыз палочку от мороженого.

- Скажи, Джейн, ты готова стенку пробить, которая отделяет тебя от цели. А если бы нашелся человек, который смог на чуть-чуть форточку приоткрыть в этой стенке? Ты бы этим воспользовалась?

- Не вопрос.

- Я могу дать тебе такой шанс, - наблюдая за реакцией девушки произнес он.

- Вы? А... как? - Джейн снова заняла свое место за столиком. - Вы поговорите с майором?

- Нет. Я же сказал тебе, что это ни к чему не приведет. И я тоже убежден, что десант не для двадцатичетырехлетней девушки. Как насчет полка связи?

- Полка связи? А карьерный рост там светит?

Чет опять спрятал улыбку в усах.

- Это как себя проявишь. Подождать, правда, придется часик в коридорчике, пока я остальные дела улажу, а там тобой займемся.

- А Вы тоже военный?

- Да.

- Связист?

- Нет.

- А этот майор - он Ваш начальник?

- Нет, у нас просто кабинет общий. У него своя работа, у меня - своя. В здании, сама заметила, идет ремонт. Хотя, впрочем, эти кабинеты у нас все равно временные. Мое рабочее место - на Фениксе.

- А почему Вы не в форме?

- Это уже лишний вопрос, - ответил Чет ее словами и поднялся, давая понять, что предварительная беседа окончена.

Джейн с чувством легкой обиды, раздражения и недовольства подперла рукой подбородок. Столько времени ждать в коридоре было невыносимо. От непрерывного сидения у нее затекли все части тела, от сырого темного помещения и ничегонеделания ужасно хотелось спать. Глаза сами собой закрываются, а время просто остановилось. К сердитому майору то и дело приходят разные люди, обрывки их разговоров долетали до ее ушей, создавая монотонный гул. Каждые пятнадцать минут звонил телефон, опять же майору. Несколько раз заходили в кабинет врачи из призывной комиссии и пара полицейских. Человек, что называется, востребован. А чем же занимается на своем рабочем месте ее новый знакомый Чет - совершенно непонятно. Его не слышно, к нему никто не приходит, он никуда не выходит, и телефон для него не звонит. И если бы не без конца открываемые посетителями двери, где в проеме периодически выглядывала его сосредоточенная над письменным столом фигура, можно было бы решить, что его давно там уже нет.

Девушка в очередной раз поменяла позу на неудобном стуле. Конечно, ее здесь никто и ничто не держит. Она может встать в любую минуту и уйти. Но что будет дальше? Если этот человек сказал ей правду, каким бы странным и загадочным он ни был, Джейн использует свой шанс.

- Товарищ полковник! Разрешите доложить, 05-04 по вашему приказанию прибыл!

- Что ты орешь, Женя? Не видишь, здесь люди спят! - Чет сделал замечание нерадивому солдату, улыбнулся, глядя на спящую в коридоре девушку, непонятно как разместившуюся на перекошенном от времени стуле, и жестом пригласил Евгения войти в свой кабинет. - Какими судьбами тебя сюда занесло? Я, кажется, звал Дмитрия. Что опять стряслось?

- Не могу знать, товарищ полковник. Мой командир и Митч, руководитель тринадцатой группы, помогают восьмой. У них какие-то проблемы по технической части.

- Это у Алика-то проблемы по технической части? Женя, я понимаю, ты в нашей команде новенький, еще не освоился, что почем здесь. Только давай без дураков. Если они опять пошли по увеселительным заведениям, то разгоню к чертям! - Чет со злостью стукнул по столу. - Надоело прикрывать их мягкие места перед начальством, честное слово, переведу в космический десант!

Полковник сел и сверлящим взглядом уставился на подчиненного. Евгений взгляд выдержал.

- Ваши агенты не заслуживают такого обидного подозрения, товарищ полковник.

- Да уж. Знаю, святые прямо. Ладно, разберемся. Получайте, агент, свое задание. Хотел командировать Дмитрия. Что ж, нет - так нет, поедешь ты. Спящую девушку в коридоре видел?

- Так точно.

- Ну вот. Ее и ее сопроводительные документы отвезешь в наш юго-восточный учебный центр. Сдашь лично в руки полковнику Эвансу. В космопорт я уже позвонил, машина свободная есть. Вопросы?

- А сегодняшнее мероприятие? Я же не успею до вечера, даже если на сверхскорости полетим.

- Это уже, Женя, исключительно поэзия. Диму потом сам поблагодаришь. Мне нужен сопроводитель, ты для этой роли подходишь. Я передал сообщение дежурному, пока вы летите, я свяжусь с Эвансом.

- Но, товарищ полковник, ведь Вы его знаете, он же будет сразу орать! - Евгений почти застонал. - Он не любит сюрпризов. Может, лучше подождать, когда он даст добро? Завтра улетим?

- Сегодня, Женя, сегодня.

- Но что я буду делать, когда он будет обрушивать на меня весь свой гнев?

Чет искренне развеселился:

- А ничего сверхъестественного, Женя. Будешь вести себя так же, как вы себя ведете, когда я на вас ору. Сделаешь квадратные глаза, молча выслушаешь крики, а потом доходчиво объяснишь, что лишь выполняешь мой приказ. Эванс все время плачется, что мой отдел у него лучшие кадры забирает. Так пусть не жалуется, увидит, что я же ему эти кадры и поставляю. Иногда. Они в прошлом месяце троих потеряли, вакансии у него есть, не отвертится. Скажешь, пусть пристроит ее в учебку полка связи, а там посмотрим, как себя проявит. Интересный экземпляр. Очень интересный. Хотел проверить ее выдержку и терпение, попросил подождать часик в коридоре, а сам уже пятый час кроссворды разгадываю да на часы поглядываю. Жду, на какой минуте влетит ко мне в кабинет рассерженная барышня. А ее все не слышно и не видно. У меня у самого уже терпение лопнуло. Выхожу в коридор, а она дрыхнет там, как удав! Ну и народ нынче пошел! - Чет снова затрясся от смеха. - Ладно, буди ее, и давайте в дорогу.

Евгений обреченно ответил:

- Есть отправляться в дорогу, - понуро опустив голову, он вышел в коридор и наклонился над спящей красавицей. - Девушка, эй, проснитесь, нам пора ехать.

- Отставить! - громогласный голос Чета гулко разнесся по коридорам. - Что еще за телячьи нежности? Солдат должен просыпаться по команде. РОТА, ПОДЪЕМ!!!

Полковник крикнул так громко, что Евгений рефлекторно выстроился по стойке «смирно». Джейн тоже подскочила со своего места, пытаясь понять, что происходит.

- Что случилось?

- Надеюсь, что ничего. Курсант Джейн Аксер, Вы поступаете во временное распоряжение старшего лейтенанта Евгения Коласа. Ему поручено проводить Вас до места Вашей учебы и службы. Вы зачислены в учебный корпус полка связи и отбываете к месту дислокации Вашей части. Счастливого пути.

- В учебку? - на лице девушки всплыла кислая улыбка.

- Отставить жалобы. Я обещал Вам открыть форточку к Вашей цели. Она открыта. Вы идете на контрактной основе. Силком Вас туда никто не тянет. Если передумали, еще не поздно отказаться.

Чет пристально посмотрел на Джейн.

- Нет, я согласна.

- Тогда в путь. Контракт и все инструкции на месте. Любые вопросы о прохождении службы - к полковнику Эвансу. Если он сначала покричит немного, не принимай близко к сердцу. Судьба у него такая - терпеть мои фокусы относительно кадров. Ну, давай прощаться. Удачи тебе, Джейн.

- Спасибо большое, м-м-м...

Джейн почувствовала себя неловко, не зная воинского звания своего благодетеля, но, видя, что на помощь в этом вопросе ей так никто и не приходит, добавила, искренне улыбаясь:

- Спасибо, Чет. Ты еще услышишь обо мне. И, надеюсь, только хорошее.

Старший лейтенант Евгений Колас удивленно посмотрел на девушку, а затем незаметно перевел взгляд на самого строгого полковника Вселенной. «Девушка ничем вроде не выдающаяся? Но полковник разрешает звать себя по имени только руководителям групп или лицам одного с ним звания и выше. Чем же она могла заслужить его уважение?».

Чет улыбнулся себе в усы. «Ну вот, теперь по отделу поползут черт знает какие сплетни. Ладно, выдержим».

- С нетерпением буду ждать.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Интервью

Спустя ровно год один из самых строгих полковников могущественного и секретного специального подразделения вооруженных сил Космического Союза Доверия все так же хитро улыбался себе в усы, разглядывая личные дела новых претендентов для пополнения своего отдела. Упрямая зеленоглазая чертовка выполнила свое обещание. Она попала в списки лучших бойцов армии КСД, рекомендованных отделом контроля к переводу с видимой работы на опасных участках многочисленных международных конфликтов в зону работы невидимую, скрытую от глаз наблюдателей и войсковых частей отдельных государств. В те самые элитные войска, которым доверено решение судеб мира, и те самые, в которые так и хотела попасть девушка...

- Слушай, Чет, ты сейчас такое шоу проглядел! Представляешь, тут одна симпатичная девчонка громил раскидывала - у них только кости трещали! Вот это класс! Нам бы такую технологию обучения!

- Да, было бы неплохо. Пойдем в кабинет Эванса. Он сейчас свободен.

Чет вышел с балкона и, не оглядываясь более на своего подчиненного - руководителя одной из оперативных групп, пошел по длинному узкому коридору, по витиеватой лесенке, в самую тихую часть административного здания. Ник едва успевал за ним следом.

«И почему нельзя поговорить в родных стенах? Зачем это утомительное путешествие? Чужие кабинеты?».

- Присаживайся, Ник, - Чет включил мягкий свет и кондиционер. - Обстановка у нас следующая. Открыто три вакансии: в твоей группе, у Алика и у Дмитрия. Достойных кандидатов двадцать восемь. Именно их нам рекомендует отдел контроля из нескольких сотен претендентов. Это лучшие из лучших. Это самые достойные. Так что выбирать есть из кого. Но ты понимаешь, почему выбираешь первый?

- Да, понимаю, - Ник опустил глаза.

- Ник, ты знаешь, я к вам отношусь как к родным детям. Я радуюсь вашим победам, огорчаюсь вашим поражениям, стараюсь смягчить удары начальства. Но четыре потери людей за год - это перебор, Ник.

- Чет, но там не было моей вины.

- Не сомневаюсь, Ник. Но людей не вернешь. И ты как руководитель группы все равно за это в ответе. Ты сейчас под пристальным вниманием руководства. Вот этот, пятый, кандидат может стать последним в твоей карьере. В случае провала твою группу расформируют, тебя лишат права занимать руководящие должности минимум на пять лет, а то и больше. Мне бы этого не хотелось. Именно поэтому я прошу тебя отнестись максимально серьезно к выбору напарника.

- Я всегда отношусь серьезно к подобным вещам. И предыдущие кандидаты были замечательными ребятами, ты ведь помнишь, Чет. Невообразимый рок навис над моей группой, какая-то затянувшаяся черная полоса без конца и края. Может, я, действительно, еще не дорос до уровня руководителя?

Чет ободряюще улыбнулся.

- Ну, скажешь тоже. Если бы не дорос, здесь бы сейчас не сидел. Недостойным такие должности не предлагают. Другое дело, что только от тебя зависит, как сломать свое невезение.

Ник согласно кивнул. Чет тоже замолчал на минуту. Группа Ника в свое время показала себя с самой лучшей, сильной стороны. Стопроцентное выполнение заданий. Чисто. Точно. Как по написанному. И вот - один за другим потери людей. Задание выполнят, а человека недосчитаются. Только возьмут новенького - потеряют, только обучат человека, привыкнут к нему - и опять потеря.

- Ник, ты в курсе, я не даю советы относительно кадров. Руководители решают эти вопросы самостоятельно. Каждая группа варится в собственном соку. А кандидаты и без того проходят жесткий отбор. Но если бы я мог посоветовать относительно кандидатуры, как бы ты к этому отнесся?

- Кандидатуры? Товарищ полковник, я ценю Ваши советы и всегда внимательно к ним отношусь.

Чет засмеялся:

- Ладно, я сейчас расплбчусь, - он встал, подошел к сейфу, набрал какую-то комбинацию цифр и вытащил оттуда кипу бумаг. Двадцать восемь папок. Аккуратно поставил их стопкой на стол. - Ты, наверно, удивлен, почему мы здесь беседуем, а не у меня. Как видишь, эти оболтусы при штабе совсем разучились работать, документы еще вчера должны были быть у нас. Так вот, насчет совета. Что могу сказать? Если ты ищешь достойного кандидата для своей группы, можешь взять любую из папок не глядя. Здесь лучшие из лучших, я уже говорил. Ну а если ищешь еще и необычайно везучего человека, способного раскрасить твою черную полосу во все цвета радуги, то ее папка номер двадцать восемь.

- Кого - ее?

- Той самой девчонки, которая только что, по твоим словам, раскидывала громил на ринге.

- Той самой девчонки? Подожди, ты хочешь сказать, что предлагаешь мне взять в команду женщину? Женщину??? - с оттенком дикого ужаса на лице переспросил Ник.

- Именно. Во всяком случае, в свою группу я бы взял именно этого кандидата.

- Женщину - никогда!!!

- Не зарекайся! - Чет подмигнул. - У тебя, Ник, четыре часа на просмотр всех личных дел. Я тебя закрою здесь, чтоб никто не мешал. Закончишь раньше - позвони. А я пойду пока досмотрю шоу.

Полковник, лукаво улыбаясь, направился к дверям.

- Черт знает что! - Ник выругался и развел руками.

«С ума посходили, что ли? Женщину предлагают в оперативный отдел! Мало у нас и так проблем!». Ник взял первую папку, углубился в чтение. Послужной список. Характеристики. Награды. «Да, то, что надо». Вторую папку... Третью... Он отвлекся. «Везде почти одно и то же. И в прошлый раз было так. Выбираешь, стараешься, а потом глупый нелепый случай - и нет человека. И никакие послужные списки и рекомендации не помогут».

Ник вытащил нижнюю папку. «Номер двадцать восемь. Джейн Аксер». С фотографии на первой странице на него глядела симпатичная зеленоглазая шатенка. Курносый носик, губки бантиком. Ямочки на щечках. «Никогда!!!». Он захлопнул папку и отбросил подальше. Есть у них в оперативном отделе одно существо женского рода, Сашей зовется. Выглядит как мужик, думает как мужик и дерется как мужик. Ник вспомнил, как он был побит ею на прошлом товарищеском матче по рукопашному бою. Второе место заняла мадам среди всех кандидатов. За глаза ребята прозвали ее «комбайн». «Нет, такого счастья больше не надо! Был у нас нормальный мужской коллектив. Зачем начальству потребовалось разбавлять его женщинами? Опять предлагают женскую кандидатуру. Конечно, Саши посимпатичнее будет, и намного. Но тем не менее. К тому же молодая такая. Интересно, сколько ей?». Ник снова протянул руку за папкой. «Двадцать восемь? Не может быть! Выглядит моложе. Все равно - с ума сошли, что ли, в отделе контроля? Скоро детей присылать будут! Ходи, им сопли вытирай. Никогда!».

Руководитель группы убрал папку с глаз долой. Взял следующую. «Номер четыре. Вот. Кандидат так кандидат. Игорь Черный. Да, забавная фамилия. Но зато сорок лет человеку. И жизнь повидал, и стаж приличный. А какой у той мелкой может быть стаж?». Ник вновь потянулся за ее папкой. «Один год? Один??? Ну, ребята, насмешили. Это ж ее всему с нуля надо будет обучать. Не в той я ситуации, чтобы с новичками зелеными работать». Он покачал головой. «То ли дело - этот Игорь. Ух ты! Участник «Волковской мясорубки». Ох, сколько там ребят полегло!». Ник вспомнил оперативные сводки. «Да, если бы не трое отважных бойцов, захвативших вражеский штаб, погибших было бы намного больше. Ого, так этот Игорь - один из этих героев и есть! Вот это, я понимаю, кандидат! А та зеленоглазая чем могла отличиться за единственный год службы?».

Ник опять открыл личное дело № 28. «...Участник Волковской мясорубки. Организатор захвата вражеского штаба... Ничего себе! Лучший связист года... Лучший программист года... Профессиональный хакер... Профессиональный переводчик. Тридцать четыре иностранных языка. Двадцать два из них свободно... Владение боевыми искусствами... Навыки управления космическим кораблем... Разбирается в живописи, литературе и искусстве... Список наград ...».

Он засмотрелся на фотографию. «Хитрая рожица. А военная форма ей к лицу. Хотя еще более к лицу ей было бы вечернее платье, висюльки всякие... Нет! Если черная полоса не закончится? Быть виноватым в гибели этой девчонки я не хочу!». Ник откинул ее папку подальше, чтобы к ней точно не возвращаться. Женщину в свою группу он не возьмет. «Да и что ребята подумают? Кирилл вообще в осадок выпадет! Каким бы специалистом она ни была!».

- Ни-ик, ты еще живой? - Чет вернулся в кабинет. - Сидишь здесь четыре с половиной часа. Понимаю, кандидаты все хорошие. Но ты должен выбрать только одного. Кто это будет? Выбрал?

- Нет.

- Хм. Не хватило времени все прочитать?

- Хватило.

- В чем тогда проблема?

- Ты сам ее озвучил: «все кандидаты слишком хороши». Я не знаю, кого выбрать.

- Ого! Проблема выбора? Ну, тогда все просто - тяни жребий.

- Нет, это совсем не просто. И неправильно тоже, - руководитель вздохнул. - Она слишком молода для нашего отдела. Какие там двадцать восемь лет? Явно какая-то ошибка. Да даже если и столько. Это же совсем новичок! И для моей группы в частности.

Чет едва заметно улыбнулся.

- Тебя никто не заставляет выбирать Джейн Аксер. Я использовал лишь право совещательного голоса.

- Знаю. Но если объективно оценивать кандидатов, она всем проигрывает. Всех моложе, стаж просто несерьезный. Да, я видел, как она дерется. Здорово! Но, положа руку на сердце, нам и не так часто приходится с кем-нибудь драться. Что толку от ее умений? Летаем мы на служебном транспорте, а вот управлять вертушкой, что необходимо, не умеет. Плавает плохо. И во взрывных устройствах не сильна.

- И она - женщина, а значит, никто не поручится, что с ней в команде будет легко. Я понял твою мысль, Ник. Ты не обязан передо мной оправдываться.

- Я не оправдываюсь. И легких путей я тоже не ищу. Просто я не уверен... Чет, а я могу с ней поговорить?

- Однако? - полковник нахмурился.

- Товарищ полковник, я понимаю, что это нарушение всех инструкций. Я выбираю кандидата номер четыре, но, в самом деле, чтобы лишний раз не думалось, что я ошибся. Можно?

- Есть одна древняя притча, Ник. Приходит к мудрецу юноша и просит совета, следует ли ему жениться. «Люблю, - говорит, - девушку сильно. Красивая, умная, замечательная». А мудрец выслушал его и посоветовал не жениться. «Но как же так? - воскликнул молодой человек. - Я ведь ее очень люблю!». «А вот так, - отвечает мудрец, - если бы по-настоящему любил, то и совета не спрашивал». Мораль понятна? Коли сделал выбор, какие могут быть сомнения? Если берешь Игоря, так зачем тебе с Джейн разговаривать?!

- Да я потому и хочу с ней пообщаться, чтобы быть уверенным в своем решении. Чет, пожалуйста!

Ник с мольбой посмотрел на полковника.

- Детский сад. Ну, предположим. Допустим, для тебя я и сделаю такое исключение. Как ты с ней поговоришь? «Привет, Джейн. Я из группы особого назначения. Расскажи мне о себе. Подтверди правильность того, что не беру тебя в напарники»? Ты понимаешь, что мы вообще не должны здесь находиться? Эванс боится нашего отдела как огня. Мы у него все лучшие кадры забираем постоянно. Подаст на нас рапорт. Я уж не говорю о том, что твое появление там вызовет лишние сплетни. А у отдела контроля везде есть уши.

- А я инкогнито, Чет. Предположим, я журналист? Пишу статью о нелегкой женской доле. Почему нет?

- Потому, что не положено. Да и не похож ты на журналиста.

Руководитель группы подошел к зеркалу. Взъерошил волосы. Нацепил на нос оставленные кем-то на столе очки. Минус два. В глазах немного защипало. «Ничего. Привыкнуть можно». Взял ручку. Немного почеркал на ладонях.

- Ну, а теперь как?

- Халтурно.

Ник расстроился. Чет вздохнул и убрал бумаги в сейф.

- Ладно, пошли, «журналист». Ее еще надо найти среди этой толпы. Праздник подходит к концу. Лишь бы они не уехали. Да, и перед Эвансом - тоже не светиться!

Чет и Ник вышли на улицу. Дневное освещение сквозь увеличительные стекла в очках больно ударило Ника по глазам. «Придется потерпеть». Зрительские трибуны пустели. Со сцены лилась музыка. Певцы, которых уже никто не слушал, даже не старались сильно надрывать голосовые связки. Народ переместился в летние кафе. Одна инициативная группа прямо на лужайке стихийно устроила танцплощадку. Кто-то ждал машины, чтобы отправиться в часть.

- Вон их группа! - Чет показал на один из столиков летнего кафе и прямиком направился к ним.

Ник едва успевал за его быстрыми шагами. Он увидел ту самую девчонку с фотографии, и еще шестерых ребят, которые пили коктейли, шутили, смеялись.

- Добрый день всем!

- Здравия желаем, товарищ полковник! - вся семерка мгновенно вскочила.

Полковник снисходительно разрешил присесть.

- Ну, вольно, вольно! Не вставайте! Не хотел вам мешать. Но, с вашего позволения, даму вашу на две минутки мы все-таки украдем. Мы по твою душу, Джейн.

- По мою? Что-то случилось? - Джейн перевела взгляд с полковника на его спутника. «Камуфляжная форма. Никаких знаков отличий. Дурацкие очки. И рожа дурацкая».

- Нет, все в порядке. Просто слава о тебе дошла даже до столицы. Вот, человек приехал специально к нам. Журналист газеты «Новости дня». Пишет статью о женщинах-военнослужащих. Дашь ему интервью?

- О женщинах-военнослужащих? А что, я единственная женщина в нашем полку?

- Такая драчунья, наверно, единственная. Ну так как?

- Хорошо. Только нам уже ехать скоро. С минуты на минуту машина придет.

- Не думаю, что интервью будет слишком длинным. Да, молодой человек? Вас, кажется, Ник зовут?

- Да, Ник Эссен. Персональная колонка на девятой полосе газеты. У меня всего пара вопросов. А мы можем куда-нибудь отойти?

Ник с надеждой посмотрел на Джейн и на полковника. Беседовать в обществе любопытных однополчан девушки не очень уютно.

- Конечно. А вон, соседний столик освободился. Мы можем туда присесть? - теперь настала очередь Джейн смотреть с надеждой. Пропустить машину и задержаться здесь еще на час не хотелось. День и без того выдался хлопотный.

- Я не возражаю, - Ник направился к столику.

- Тогда всего доброго. Я, с вашего позволения, удалюсь. У меня много дел.

Чет решил оставить Ника одного. «Все-таки есть в этой девчонке какой-то шарм, что-то такое необъяснимое, но, безусловно, притягательное. Жалко будет, если Ник не передумает».

- Ну-с, господин журналист из «Новостей дня». Слушаю Ваши каверзные вопросы, - Джейн улыбнулась, усаживаясь за столиком. Когда у вас берут интервью раз в неделю, начнете к этому относиться, если не философски, то, во всяком случае, с достаточной долей здорового юмора. К тому же, этот парень не был журналистом. Джейн определила это быстро и точно.

- Почему сразу каверзные? Вы не любите журналистов?

- Люблю. Только замучили одними и теми же вопросами. По сути, их два. Почему я пошла служить в армию и где я так научилась драться. Отвечаю, как попугай. Каждую неделю. Сомневаюсь, что еще кому-то интересно об этом читать.

- Сегодня вопросы будут другие. Война - исторически мужская профессия. И женщина-военнослужащая - не такое частое явление в наши дни. Читателям интересно, с какими трудностями сталкиваются женщины, которые занимаются совсем не женской профессией. Ведь у вас же есть какие-нибудь трудности? Ну, что вам не нравится в армии? Что не получается? С чем не согласны? Что бы хотели изменить? А?

Ник с интересом разглядывал девушку, которая, сама того не подозревая, оказалась в поле зрения отдела контроля, и более того - в претендентах в самое элитное подразделение во всей армии. Молодая, озорная, красивая. Густая копна каштановых волос, немного растрепавшаяся после показательных выступлений на ринге. Легкий загар на лице, слегка курносый нос, алый рот, зеленые глаза в обрамлении черных ресниц. Судя по всему, живой ум, сильный темперамент.

- Трудности? Какие трудности?

- Проблемы, которые Вы испытываете, неся службу. Женщине нелегко служить, ведь так?

- Нелегко.

- Вот. Об этом поподробнее, - Ник вытащил блокнот и ручку. Изобразил максимум внимания на лице, всем видом показывая, что именно так должен вести себя настоящий журналист.

Джейн рассмеялась. Ник несколько обиделся:

- Что смешного я спросил? Расскажите, почему Вам нелегко дается служба?

- Она мне легко дается.

- Да, но Вы только что сказали, что...

- Я не то имела в виду. Как Вам объяснить? Скажите, Ник, у Вас есть дети?

- Дети? При чем здесь дети? Нет. А что, у Вас есть еще и дети? - руководитель оперативной группы вытаращил глаза. «В личном деле об этом ничего не было сказано».

- Нет. У меня нет детей. Просто я пытаюсь Вам объяснить на примере. Чтобы Вы поняли. Давайте предположим, что у Вас все-таки есть дети.

- У меня???

- Ну да, трое. И судьба распорядилась таким образом, что Вы воспитывали их в одиночку. Без жены, без родителей, бабушек, дедушек, няней. Можно представить? Вообразите, что Вы образцовый отец. Вы лучше многих мам знаете, как, чем и когда накормить ребенка, чем лечить, как успокоить, как увлечь, научить чему-то новому и полезному. Ну вот открылся у Вас такой талант, что Вы с любым, даже чужим ребенком находите общий язык. Представили?

- Допустим. Хотя я не очень понимаю, к чему Вы клоните.

- Терпение. Теперь представьте, что судьба дала Вам золотой шанс и Вы приняты на работу не куда-нибудь, а в «KIDS» - самое лучшее, самое престижное учебное заведение для маленьких детей, школу развития личности, причем на довольно высокооплачиваемую должность. Вы специалист своего дела и занимаетесь тем, что по-настоящему умеете делать. И Вам нравится Ваша работа. Вы работаете с удовольствием. Единственное маленькое «НО»: Вы трудитесь в женском коллективе. Лучшие дипломированные специалисты-женщины окружают Вас со всех сторон. Ваш начальник женщина, коллеги, друзья и недруги - тоже... Ответьте теперь, Ник, откровенно на собственный вопрос. С какими проблемами Вы столкнетесь? Какие трудности встанут у Вас на пути?

Джейн замолчала. Ник задумался. Он работал в дружном слаженном мужском коллективе. Занимался настоящей мужской работой. Представить себя занимающимся чем-то другим нелегко. С другой стороны...

- Не знаю. Если Вы говорите, что я специалист своего дела...

- Да, первоклассный специалист.

- И меня окружают настоящие профессионалы...

- Самые лучшие.

- Тогда, возможно, мы найдем общий язык, и то обстоятельство, что я мужчина, не будет бросаться в глаза. Наверно, и трудностей каких-то особых не будет?

- Обязательно будут, Ник, - поправила Джейн. - Нет, не технического характера. Проблемы будут психологического порядка. И Вы никуда от них не уйдете. Это мир так устроен. Вы ведь будете заниматься «женским» делом в женском коллективе. И Ваши коллеги всегда будут смотреть на Вас несколько свысока. С легким недоверием. Выгодные контракты будут проплывать мимо Вас, Ник, их отдадут другим, пусть и менее квалифицированным работникам, но зато женщинам. Да, Вы прекрасно справлялись со своей работой, но кто знает, как справитесь в будущем? Рисковать без оснований не хочется. Вас не будут сильно ругать за неудачи: а что можно было ожидать от няни-мужчины? Но Вас и не будут хвалить за Ваши победы. А чего хвалить? Это ведь не подвиг Ваш, а Ваша работа, обязанность, Ваша трудовая функция. Вам было трудно? Но Вас сюда никто не тянул. Все работают на равных. Легкое такое снисхождение. И так будет изо дня в день, Ник. Каждый день. И выбор у Вас будет небольшой: уйти с этой работы либо остаться и каждый день стараться быть лучшим из лучших. Закрыть глаза на то, что Вы в меньшинстве, стиснуть зубы и продолжать работать, как ни в чем не бывало. Ну, а раз в две недели к Вам будут прибегать журналистки и брать интервью для разных модных женских журналов. Будут спрашивать, почему Вы пошли в воспитатели малолетних детей, и каково это - работать в женском коллективе.

- Джейн! Пришла машина, нам пора!

Девушку позвали из-за соседнего столика. Ребята засобирались. Джейн кивнула, что тоже идет.

- Вот, собственно, и вся наша женская проблема, если Вы поняли мой пример. Что касается остальных трудностей службы в армии, то их очень много. Обратитесь к любому солдату нашей части, Вам целый список предоставят. Подпишусь под любым из их пунктов, - Джейн поднялась. - Приятно было познакомиться, Ник Эссен, из восьмистраничных «Новостей дня», - она улыбнулась своей самой обаятельной улыбкой. - И, кстати, Вам не идут эти очки. Странно, когда человек с хорошим зрением глядит на мир через стекла, пусть и модные. Всего доброго, - повернулась на солдатских каблуках и вошла в толпу камуфляжных костюмов.

Руководитель двадцать третьей оперативной группы особого назначения стащил с переносицы очки и еще долго провожал взглядом изящную фигурку и лохматую голову, пока служебный автобус с этой загадочной девушкой не скрылся за поворотом.

- Кирилл меня убьет, - пробормотал Ник, глядя в пустой блокнот. - Точно.

- Ни-ик, - кто-то тихо позвал его из-за ограды. - Ник, вертушка ждет. Нам пора.

Чет махнул рукой. Ник кивнул. «Действительно, пора. И выбор делать пора. И отходить от каких-то заезженных стереотипов и от своего невезения - тоже». Всю дорогу ехали молча. Ник напряженно думал. Полковник старался не мешать. Лишь на подлете к родной посадочной площадке Ник заговорил:

- А что, действительно в газете «Новости дня» восемь страниц, а не двенадцать?

- Не обращал внимания. Возможно. А что?

- Да просто. Она очень наблюдательна. Джейн Аксер. Мой новый напарник.

- Твой новый напарник?

- Да, Чет. Я выбрал. Номер двадцать восемь. Отдаем в приказ. Хотя ребята меня, конечно, не поймут.

Чет широко улыбнулся и дружески похлопал Ника по плечу.

- Ну-ну! Обязательно поймут. Хотя и не сразу. Но ведь этим руководитель и отличается от исполнителя. Руководитель видит больше и дальше. Ты молодец, Ник!

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Агентство КСД

- Что-то Ника долго нет, - Кирилл нетерпеливо обводил глазами помещение уютного кафе, находившегося на восьмом этаже внушительного и многофункционального административного здания-небоскреба. Кафе было переполненным, и свободных мест почти не было. Митч, Алик, Дима и Кирилл дружно охраняли специально занятый для их друга стул. Конечно, кафе это не единственное. Феникс в целом славится количеством и размахом всех питейных и увеселительных заведений. Но это кафе у друзей - самое любимое. Во-первых, мотаться по людному городу никуда не надо. Достаточно лишь спуститься на лифте с верхнего этажа, где расположены их офисы и жилое крыло. Удобно, быстро, просто. Во-вторых, местная публика. Не шантрапа какая-нибудь.

Сорокаэтажное административное здание умудрилось собрать в себе все сливки общества. Здесь была и мэрия, и отделение полиции, и пара банков. На его этажах в разном порядке разместились фирменные магазины, бассейн, художественная мастерская, две элитных гостиницы для приезжих, шикарный спортклуб и крытый стадион, поликлиника, страховые компании, рестораны и казино, около ста восьмидесяти офисов и еще куча всего. Были здесь и подземная автостоянка, и вертолетная стоянка на крыше. Шестнадцать подъездов, шесть пеших переходов между уровнями здания, тридцать лифтов и с полсотни эскалаторов, сотня лестниц, видеонаблюдение всех мест скопления народа и море охраны. Так выглядело одно из самых почитаемых зданий города. Один из этажей этого продуманного в плане архитектуры здания занимала ничем неприметная по своему названию международная организация со скучной вывеской перед контрольно-пропускным пунктом на этаже - «Центр учета, планирования и статистики».

Засекреченное военное агентство, единолично принадлежащее Союзу Доверия, выделилось в самостоятельную структуру с начала возникновения международных конфликтов. Всякий раз, когда дело доходило до решения споров между государствами с помощью силы, была полная неразбериха. Подставлять своих людей не хотел никто; вместе с тем, получать финансирование и все лавры от выполненных особо важных международных поручений хотела каждая держава. Вот тогда на одном из форумов и было принято решение о создании независимой организации, оснащенной собственной материально-технической базой и подчиненной только Президенту Космического Союза Доверия.

Организация начала свою работу скромно: с небольшой кучки солдат, которых «пожертвовали» государства для общего блага. Военные попытались от имени международного сообщества выступить посредниками в ряде конфликтов между странами, противопоставить силу дипломатии мощи хамелеонов и технике атлантов. Что-то удалось, что-то - не очень. Потом наступила война. Агентство КСД реально не смогло функционировать. Военных распустили. Затем пришли нелегкие времена по формированию нового международного содружества, потом - смена руководства и новая война... Так об агентстве КСД фактически забыли. Забыли, но не все.

Новый Президент КСД мистер Анди, будучи умным и проницательным человеком, ознакомившись с архивными записями и оценив весь масштаб проделанной специальными агентами работы, пришел к выводу о необходимости существования данной службы, переориентировав ее с дипломатической работы на работу оперативную. Там, где убеждение не работает, действует принуждение. Где не слышно слов - гремят пушки. Мистер Анди не был сторонником силового решения возникающих конфликтов. Но он четко усвоил для себя и помог усвоить своей команде одну простую истину. Если какое-то государство играет на международной арене не по правилам, а у международной полиции или дипломатического корпуса руки связаны законами и обязательствами, то несколько обученных и подготовленных агентов, действующих неофициально, могут эту ситуацию решить по существу. Ну, а силой или какими другими методами - это уж как получится. Так Президент КСД сумел возродить, укрепить и расширить мощную организацию военных, ученых, техников, разведчиков, дипломатов и многих других специалистов, скрывающихся от посторонних глаз за вывеской «Центр учета, планирования и статистики».

Вот к этой группе военной элиты и принадлежали молодые люди.

Алик тоже обвел глазами здешнюю публику.

- Да-а, действительно, где-то потерялся. Смотрите, новенькие лица. Пойти, что ли, с девчонками познакомиться? Глянь, Митч, вон какие милашки! Ну-ка, оцени, может одна из них и есть твоя судьба? А? Хватит просто бегать за юбками, давай тебя женим?

- Чокнулся? Нет уж. Я еще пожить хочу. Я же вам сказал: пока свою мечту не встречу, буду гулять по-черному. Где, говоришь, моя судьба?.. Нет, Алик. Хватит меня подкалывать. Я вам сто раз обрисовывал свой сон. Те девушки, которых я видел, были в вечерних платьях. Темненькая и светленькая. Стояли на какой-то залитой ярким светом лужайке. Вдруг светленькая поворачивает голову в мою сторону, и я понимаю - это она!!! Все! Пропал!.. Что ржете, как кони? Я сам уже ненавижу свой надоедливый сон, но ничего не могу с ним поделать. Он снится и снится. Девушка, которая приходит ко мне во снах, на мать мою чем-то похожа внешне. Ты же видел, Алик, мою маму? А эти «мадамы» на нее никак не тянут. Да они и не одни вовсе, а с кавалерами. Мало нам с тобой досталось от Чета за похождения на Марте? Нет уж. Если знакомиться с девчатами, то без всяких обязательств, - Митч обвел глазами зал. - Смотри, вон черненькая какая симпатичная, совсем одна сидит за столиком. Поспорим, кто первый закадрит?

- Что спорить? - Алик рассмеялся. - Я, конечно. Ставлю свой оклад. Идет?

- Принимаю. Ребята, разбейте пари.

Дмитрий, покачивая головой в знак неодобрения, разбил пари.

- Ох, и не надоело вам еще дурачиться? И так себя чуть не подпалили на Марте.

- Да, было дело. Чуть не попались. Ребята, Ник идет!

Кирилл встрепенулся от радости, завидев своего непосредственного командира:

- Ну наконец-то! А мы уж тебя и не ждали сегодня. Почему так долго? Выбрал?

- Разумеется, - Ник тоже уселся за столик, здороваясь с друзьями. - Привет, Митч, Дима, Алик, Кирилл! Что пьем-едим? Официант! Мне того же самого, в двойном объеме! Ух, и голоден я!

- Ну?

- Что - «ну»?

- Ну, рассказывай, не томи! Куда тебя возил Чет, и почему так все долго и таинственно?

- Ничего таинственного, Кирилл. Чет летал по своим делам, он, как обычно, перегружен работой. Ребята из штаба не переправили бумаги, поэтому мне пришлось знакомиться с ними на месте. А так - все как всегда.

- Нет, ты, и впрямь, самый скучный рассказчик, какой только может быть. Ну а кандидат - какой он? Что может, что умеет?

- У тебя, Кирилл, терпения - ноль. Документы ушли в приказ. Неделя, от силы дней десять - и у тебя будет возможность самому отвечать на свои вопросы, основываясь исключительно на личных наблюдениях.

- Нет, что вы за народ - руководители групп? Из вас каждое слово клещами тянуть приходится. Что, я что-то недопустимое опять спрашиваю? - Кирилл надулся.

Друзья переглянулись между собой. И Ник, и Митч, и Алик, и Дмитрий были руководителями групп. У каждого в подчинении от двух до пяти человек. Все они выбились в люди из простых солдат. Всем было нелегко, но справились. Кирилл тоже несколько раз пытался сдать экзамен на руководство, но каждый раз из отдела контроля приходил отрицательный результат. Чего-то ему до руководителя недоставало. Свою группу формировать не разрешили, и он был составной частью малочисленной группы Ника.

- Что тебя интересует? - примирительно поинтересовался Ник.

- Ничего уже.

- Вообще-то, Кирилл, это секретная информация. Пока кандидат не прибудет сюда, пока я не ознакомлюсь с его новой легендой, я не могу о нем ничего рассказывать.

- Вот и не рассказывай. Кто тебя просит? Больно надо. Сами увидим, когда приедет. Ешь, все остынет. Ты ведь жаловался на голод, - Кирилл надулся еще больше.

Ребята, тоже сгорая от любопытства, не задавая ни одного вопроса, глазами сверлили товарища.

- Ну, - Ник признал свое поражение, - если между нами только. Кандидат достойный, я так думаю. Молодой, конечно. Это, пожалуй, больше всего тревожит. Но по количеству наград никому не уступает. Очень способный. Знает много языков, здорово дерется, меткий стрелок.

- Что за полк? Десант? - полюбопытствовал Алик. - В моей группе почти все из десанта. Сейчас надо еще одного кандидата брать. Там хоть остались достойные?

- Остались, еще двадцать семь человек, всем хватит. Наш кандидат связист. Кстати, хакер профессиональный. Так что компьютеры свои берегите.

- Чем увлекается? - Митч тоже осторожно включился в беседу. - Парашютный спорт? Горные лыжи? Плавание?

- Э... боюсь, что нет. Здесь нам компанию он вряд ли составит.

- Фи-и! Тогда он не наш человек, - Митч скривился.

- Чем же он увлекается? - спросил Дмитрий.

Ник вздохнул. «Начинается. Ребята, пока всего не выпотрошат, не отстанут».

- Ну, в анкете написано - рисованием.

- Главное, что не вязанием! - Алик расхохотался.

Кирилл подпрыгнул.

- Что? Хочешь сказать, что взял в нашу группу художника? Ник, ты меня разыгрываешь?

- Нет.

- Но, Ник, рисование - это же не мужское занятие?!

- Согласен. А я вроде бы и не утверждал, что нашим новым напарником будет мужчина.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Только то, что сказал. Нашим напарником будет не мужчина.

- А кто?

Руководитель двадцать третьей группы улыбнулся.

- Ты, Кирилл, иногда поразительно быстро соображаешь.

- Да это розыгрыш! - Митч тоже засмеялся. - Не видишь, что ли? Он сам давится от смеха. Представляешь, Кирилл, приведет он тебе красавицу блондинку, фигурную такую, с длинными ногами, синими глазами, и скажет: «Знакомьтесь все! Это наш новый напарник!». Вот это будет фишка!

Мужчины дружно захохотали. А Ник продолжил:

- Не знаю, в чем ты видишь здесь фишку, Митч? Но я говорил на полном серьезе. Наш новый напарник - девушка, способный боец, специалист во многих вопросах, надежный боевой товарищ. Я прошу всех относиться к ней с уважением и забыть о своих пошлых шуточках и похабных анекдотах, во всяком случае - в ее присутствии.

Кирилл беззвучно открыл рот. Алик, Митч и Дмитрий удивленно переглянулись.

- Ну да? Ты думаешь, наш коллектив выдержит пришествие второй Саши? Умоляем тебя, Ник, скажи, что это просто не очень удачный и несколько затянувшийся розыгрыш. Мы тебя простим. В самом деле - что за прикол?

- Это не прикол, Алик. Я серьезно.

- Плохо дело в Датском королевстве, - Алик почесал затылок. - Там что - действительно больше некого было выбирать? В отделе контроля с ума сошли? Может, мне и не ездить за новым напарником? Или подожди: там что - были только женские кандидатуры?

- Не надейся. Там были разные кандидатуры. Я выбрал ее. Прошу любить и жаловать нашего с Кириллом нового напарника. Кстати, по легенде, ее зовут Сара Коуэлл...

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

На новом месте

Джейн нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Ожидание - худшее из зол. «Как будто заранее все просчитать нельзя? Прямо с учений, с поля боя вытянули: срочно, говорят, летим к начальству. Прилетели, а ждать пришлось минут сорок. Обрадовали, наконец-то долгожданный перевод. И не куда-нибудь, а в элитные войска! В Агентство КСД! Именно туда, где цель номер один - голова хамелеонского чудища. Лучше и быть не может. Здесь же, на месте, подписала контракт - и в дорогу. И что дальше? Опять ожидание в космопорту. Ага. Вон и еще один пострадавший в камуфляже». Джейн внимательно посмотрела на пританцовывающую от холода фигуру. Сочувствие на ее лице сменилось удивлением и радостью.

- Игорь? Этого следовало ожидать. Ты тоже здесь?

- Привет, Джейн! Да, повысили. Мне капитана дали после Волкова. Меня перевели, жду транспорт на Феникс. Ты тоже в Агентство КСД? Здорово! Я в восьмой группе сейчас. Теперь я Герман.

- Ясно. Я теперь - Сара. Уже сержант. Двадцать третья группа. Наверно, пересекаться по службе будем? - девушка искренне улыбнулась своему боевому товарищу и поежилась от пронзительного ветра. Руководство вовсе не спешило давать добро на взлет. - Мы еще кого-то ждем?

- Очевидно. Да, вон, смотри, кто-то бежит... Что ж, новая служба. Элитные войска.

- Здравствуйте, Сара, Герман, Виктор.

Чет радушно пожал руки вновь прибывшим агентам и жестом пригласил следовать за ним. Перекрикивать шум вертолета не было смысла. Вертолет поднялся с посадочной площадки, удобно расположенной на крыше административного здания, и взмыл в небо. Полковник подошел к стеклянному коридору с внушительной охраной на входе и опять жестом пригласил идти за ним, вглубь помещения. Новые агенты поспешили. Пройдя около тридцати метров по наклонному коридору, они оказались в оформленном рельефным дымчатым стеклом и блестящими звездами по стенам просторном холле. Здесь было тихо. Мягкий мерцающий свет помещения падал на небольшой живой островок экзотических растений, выложенных полукругом. Чет остановился в центре холла:

- Задержитесь здесь на минутку, господа агенты. Осмотритесь вокруг, послушайте тишину. И оставьте за дверями, в которые вы только что вошли, все свои нерешенные проблемы. С той самой минуты, как вы подписали контракты, и до минуты, пока на одной из этих стен не появится звезда с вашим именем - себе вы не принадлежите. Это правило номер один. Вы теперь члены большой семьи по имени КСД. Члены самой могущественной международной организации. И вместе с тем, очень секретной. Сейчас подойдут ваши непосредственные руководители, которые будут проводить ваш инструктаж. Все вопросы к ним. Вам покажут жилое крыло, рабочие секции, учебные сектора. Познакомят с вашими новыми друзьями. Но хочу, чтобы вы поняли: Агентство Союза Доверия начинается здесь. В этой дымчатой звездной галерее...

- Вы часто будете ходить этим коридором к вертолетам и обратно, - продолжил Чет после небольшой паузы. - Но войти в эти двери в том смысле, что вы вошли сейчас, можно лишь однажды. Равно как и выйти отсюда. Уйти можно по окончании контракта, прикрепив на любую из этих стен золотую звезду со своим именем. В случае гибели - серебряную звезду с именем ушедшего прикрепляет на стену его непосредственный руководитель. Я вам желаю только золотых звезд, ребята. И то - после того как послужите хорошенько. Других способов покинуть семью КСД нет ни у кого. Все иное расценивается как нарушение условий контракта и служит поводом для разборок со стороны отдела контроля. Отдел контроля стоит над всеми десятью отделами Агентства КСД и обладает правом вмешиваться в нашу деятельность. Спаси вас Бог вызвать его недовольство или сомнения в вашей компетентности или беспристрастности. Напоминаю еще раз. Общение между собой - на нейтральном английском языке. О себе сильно не распространяться, придерживаться условий присвоенных вам легенд, указания руководства учитывать, задания четко выполнять, возвращаться всегда живыми. Это основные требования, которые предъявляются к сотрудникам КСД, и в частности - к сотрудникам моего оперативного отдела, куда вы зачислены. Если возникает какая-нибудь проблема - прийти ко мне и рассказать. Решим ее вместе на локальном уровне до того, как она приобретет характер международного скандала. В жизни все решаемо, невозможных вещей нет. Хотя вы это сами знаете. И здесь сейчас вы именно потому, что наши с вами жизненные установки по этой части совпадают. Думаю, мы сработаемся. Вопросы?..

- Что ж, раз вопросов больше нет, вручаю вас вашим непосредственным руководителям, - Чет обернулся на шум шагов.

В холле показались трое подтянутых парней в парадной военной форме. Они построились перед полковником по стойке «смирно».

- Знакомьтесь. Виктор, ты зачислен в оперативную группу номер пять. Вот твой руководитель, подполковник Агентства КСД Дмитрий. Герман, ты в восьмой группе. Руководитель - подполковник Агентства Алик. Сара, твоя группа номер двадцать три. Ты уже со своим руководителем знакома. Его зовут Ник. Майор агентства. Что ж. Каждый варится в собственном соку. Знакомьтесь, осваивайтесь. Завтра начинается ваше рабочее время. Желаю всем удачи.

Чет ободряюще подмигнул обеим представленным сторонам и направился к выходу.

- Добро пожаловать, - Дмитрий, как самый старший и по званию, и по военному опыту, первым взял слово. - О вас расспрашивать мы не будем, читали личные дела, так что заочно мы уже знакомы. О нас тоже сильно распространяться нечего, сами все узнаете, увидите. Начальство - оно как родители, его не выбирают. Его принимают таким, какое оно есть. Благо, в нашей семье КСД начальства немного. У каждого из вас есть непосредственный руководитель группы, в которую вы зачислены. То есть мы. Более высокое начальство вы только что имели честь наблюдать. Это был Чет - начальник нашего оперативного отдела. Мировой мужик. Иногда он бывает очень крутым, но всегда только за дело. Его вы обязаны любить, бояться и уважать. Выше него стоит генерал Кен Лемарк. Это начальник всей нашей службы. Хорошего настроения у него почти не бывает, так что не удивляйтесь. Хотите добрый совет с первых шагов своей карьеры? Не попадайтесь Кену лишний раз на глаза. Плохая примета, поверьте. Если вы идете по коридору и вдалеке завидели его фигуру - развернитесь, пока не поздно, и обойдите этот коридор другой дорогой. Если вы сидите или лежите, и вдруг в помещение зашел Кен - притворитесь мертвыми. Может быть, он вас не заметит. Да, кстати. Вычислить, куда направляется наше высокое начальство - элементарно. Никаких локаторов не надо. Где пропали в помещении пауки, туда Кен и направляется. Это уже проверено. Живность всегда лучше людей чувствует, куда перемещается грозовой фронт.

- Живность? У вас есть пауки?

- Да, есть. Мелкие такие, противные. Так и норовят с потолка к тебе либо в почти готовый отчет спуститься, либо на твоем бутерброде посидеть. Гоняем их, гоняем, а вывести все равно не можем... А в чем дело, сержант? Проблемы с психологической подготовкой? Боитесь пауков?

Дмитрий вплотную подошел к Джейн и вызывающе посмотрел на девушку. Новость о том, что в группе Ника появится девушка, была самой рейтинговой в числе последних обсуждаемых новостей. Анекдотов на эту тему за двое последних суток придумали больше, чем было желающих их слушать.

- Нет, не боюсь. Просто не люблю.

- Да-а, любить их особо не за что... Так, на чем я остановился? На начальстве. Выше Кена стоит Президент КСД мистер Анди. Его приказы для каждого из нас обязательны, но он здесь почти не бывает. Я его сам лично видел только дважды. Вот и все наше начальство. Координатором службы выступает министр безопасности Де Кутан. Но он прямых полномочий в отношении нас не имеет. Так, приезжает иногда сюда с проверками да инспекциями. Протокольная рожа. Очень неприятный тип. То и дело пытается на нас отдел контроля науськать. Все мы, видите ли, плохо, как ему кажется, работаем. Сам бы так попахал! Вот и все, что вам нужно знать о руководстве. В целом могу добавить, что мы редко ошибаемся в людях. И раз мы выбрали именно вас, значит, вы нам подходите. Вам здесь тоже должно понравиться... Теперь пойдемте с экскурсией. Алик покажет жилое крыло, Ник - рабочее.

- Эй, ребята, там такое кино! - раздался в жилом крыле чей-то голос. - Не слыхали? Новенькие прибыли. Цирк полный, все в камуфляже, в боевой индейской раскраске, их прямо с учений выдернули - и сразу к нам. Пойдемте посмеемся!

- Ага, прибыли? - Митч заметно оживился. - А Ник уже там?

- И Ник, и Алик, и Димка. Знакомство с командным составом состоялось. Инструктаж тоже провели. Сейчас экскурсию проводят по зданию. Знакомят с распорядком. Айда к ним!

- Пойдем. А что барышня? Вторая Саша?

- Я что - разглядывал, что ли? Ну, фигурально, конечно, постройнее будет нашего «комбайна», наверно, одной левой перешибешь. А вот про лицо сказать не могу. Пусть сначала умоется.

- Ладно, пойдем, посмотрим, что за фрукт. Какая муха нынче Ника укусила?

Митч и еще толпа агентов, подстегиваемых неудержимым любопытством, направились в сторону офисного крыла.

- Вот пока и все. Остальное по ходу.

Ник облегченно выдохнул, останавливаясь напротив своего офиса. «Пока вроде без происшествий». И тут же пожалел о подуманном. В коридоре показалась толпа любопытных. «Правду говорят - не поминай лиха. Да, сарафанное радио работает что надо. Вот и первые зрители. Сейчас начнется». Ник закусил губу. Делать нечего. Сам взял на себя такую ответственность:

- Знакомьтесь, это ваши боевые товарищи...

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Первое задание

Ирис, немолодая, но внешне приятная секретарь начальника оперативного отдела, тоскливо посмотрела на часы. Рабочая смена закончилась, а шеф ее, как обычно, занят, и уйти без спросу нельзя. Ждать придется, когда же, наконец, завершится совещание с руководителями групп.

Чет в кабинете тоже посмотрел на часы. Вроде бы изложил все, что был должен. Строго оглядел команду своих лучших бойцов.

- Вопросы?

- Почему именно такой состав?

- Поясни, Митч что значит «такой состав»? Что не нравится?

- Все не нравится, Чет. В моей группе трое, у Ника тоже, у Алика пятеро. Итого одиннадцать человек. Одиннадцать - это не команда, это уже толпа. Мы все профессионалы, Чет, и сопроводить международных наблюдателей с военной базы до безопасного места способны и меньшим количеством. К тому же у Ника и у Алика по новичку. Насколько я знаю, на задания своими группами они не выходили, новички пока не сдали экзамены.

- Лучший экзамен - жизнь, Митч. На задании и сдадут. А что касается количества, то не задирай нос. Эти наблюдатели и их груз важны для КСД, а хамелеоны могут быть заинтересованы в их перехвате и провале вашей миссии. Поэтому лучше перестраховаться. Кен сказал: послать на МАКовскую базу с десяток ребят, вот я и посылаю.

- Вот именно - ребят. А в команде Ника есть одна девушка.

Ник скрестил на груди руки и откинулся на спинку стула:

- Начинается!

- Ник, я серьезно, - руководитель тринадцатой группы обернулся к товарищу. - Давай без обид. Мы с тобой друзья. Но если я веду группу, я имею право комплектовать состав. Я против включения Сары в группу.

- Можешь обосновать, почему?

- А я что только что сделал?

- Не знаю, я пока не услышал ни одного достойного аргумента. В моей группе случайных людей нет.

- Черт! Ник, я разве про это? ... Как ты представляешь Сару в группе сопровождения?

- Нормально. Она такой же солдат, как ты и я. Извини, конечно, если к ней не применимы твои критерии внешнего облика солдата и, может быть, твои критерии идеальной женщины - уж какая есть. Нас с Кириллом как напарник она устраивает. Не хочешь идти с нами - не надо. Мы сильно не настаиваем.

- Ребята, ребята, перестаньте! - Алик поспешил вмешаться. - Еще немного - и вы перейдете на личности.

- Да, правда, успокойтесь, - Чет встал и прошелся по конференц-залу. Совещание руководителей групп приобретало острый характер. - Военная база МАК уже давно не внушает доверия. Международные наблюдатели составляли отчеты о ее деятельности и направляли их через спутник в наш аналитический отдел. О том, что спутник полностью вышел из-под нашего контроля, они не знают. Отчеты, скорее всего, так и направляются, а дальше где-то оседают. Зашифрованы данные хорошо, здесь мы спокойны. Но руководство КСД заинтересовано, чтобы вы не только вывезли с базы наблюдателей с их грузом, но и по возможности разыскали если не оригиналы отчетов, то хотя бы их электронные копии. Сделать это можно лишь с компьютеров МАКа, и то - неофициально. Скажи, Митч, кто-нибудь в твоей группе сможет очень быстро, тихо и, главное, чисто поковыряться в МАКовских компьютерах и выловить оттуда эти сведения?

- Сомневаюсь. Надо брать кого-то из техников.

- То-то и оно, Митч. С вами пойдет первоклассный специалист по компьютерам - Егор из технического отдела. Вы с ним работали год назад, вспомнишь по ходу. Он будет двенадцатым в вашей группе и на него основная надежда. Еще прошу обратить внимание на Сару Коуэлл. Не знаю, что это - талант от Бога или какие-то современные методики, которыми она ни с кем не желает делиться, но чужие файлы она взламывает - только шум стоит. Когда отдел контроля случайно узнал, что какая-то связистка из учебки уже больше месяца от скуки читает файлы с грифами секретности от начальников отдела и выше, кое-кому из руководства, - Чет сделал многозначительную паузу, - очень даже поплохело. Техникам пришлось из-за нее специально новые уровни защиты вводить, и не факт, что она не сможет их вскрыть, будь на то желание. Отдел контроля внес ее в черный список по внутренней безопасности, максимально ограничив доступ в сеть. Но в этот раз ее таланты могут пригодиться. Поэтому, Митч, я настаиваю, чтобы вы шли таким составом. Ваша задача обеспечить Егору и Саре необходимые условия для работы.

- Сколько у нас времени на проработку деталей?

- Считая сегодняшний вечер - два дня. Точнее, сутки. К завтрашнему полудню жду предварительный план операции.

- Ясно. Будем работать, - Митч недовольно кивнул, взял зеленый конверт с заданием и поднялся с места. - Так, Алик, поднимай своих ребят по тревоге, встречаемся в офисе Ника через десять минут. Я тоже своих вызываю. Да, еще, Алик, с тебя дополнительные стулья, твоя группа самая многочисленная. Ник, с тебя кофе и рабочая обстановка. С Егором я свяжусь и сам введу его в курс дела.

- Есть, - хором ответили его друзья, подчиняясь установленным в Агентстве правилам и законам.

Все руководители групп имеют равные права, но на время операции выбирается лишь один командир, который несет груз ответственности за все и всех. И его слово - решающее.

Друзья пошли по коридору, каждый к своему офису. Работы предстояло много. Ник, несколько тяжело вздыхая, предчувствуя нелегкую боевую операцию, открыл дверь в свой кабинет:

- Кирилл, Сара, у нас сейчас будет совещание... Что здесь происходит? - он в недоумении застыл на пороге. - Вы что? Это как?..

- Ник, это случайно! Мы все приберем! - почти одновременно заговорили его напарники.

- Ник, я хотел помочь Саре переставить ее компьютерный стол с техникой к той стене, чтобы не у входа сидеть, а тут эти провода, все запуталось. Я попросил Сару подержать папки. Я лишь на секунду отвернулся, - Кирилл виновато посмотрел на руководителя группы, не зная, как объяснить весь тот разгром, что царил сейчас в их офисе.

Рухнувший стеллаж с бумагами и дисками, разломанная техника и сдвинутая мебель выглядели в настоящий момент как после землетрясения.

- Это я виновата, Ник, - Джейн перестала собирать с пола осколки стекла и разлетевшиеся папки. - Из-за громоздкой кучи в руках я не заметила провода на полу, споткнулась и налетела на стеллаж. Что ж вы меня не предупредили, что он на одном честном слове стоит? Я даже охнуть не успела, а он взял и развалился. Ник, я соберу все, ты не переживай. Наведу порядок и ущерб возмещу.

- Ничего себе - рабочая обстановочка!!! - Митч, своевременно показавшийся в дверях, даже присвистнул. - Боюсь спрашивать, Ник, в каком состоянии наш кофе?

- Привет, Митч, - Кирилл улыбнулся другу. - Зашел позлорадствовать или помочь?

- Щас! Уборок я еще в вашем офисе не делал! Вообще-то, Кирилл, у нас здесь через три минуты совещание трех групп намечено. Вот-вот Алик с ребятами подойдут. Да-а... тяжелый случай.

- Я сейчас все приберу, - Джейн, закусив нижнюю губу, с удвоенной силой принялась за уборку.

- Брось, Сара, тебе отпуска не хватит, чтобы тут прибраться. Ладно, Ник, некогда. Время поджимает. Через пять минут встречаемся у меня. Я перезвоню Алику, - он неодобрительно покачал головой и пошел к своему офису, бормоча себе что-то под нос о комке неприятностей в юбке.

Не очень радостные предчувствия руководителя тринадцатой группы не подвели. С самого начала операции буквально все пошло вразрез с намеченными планами. Сперва, перед стартом групп, выяснилось, что Егор чем-то сильно отравился и лететь не в состоянии. Появившись на взлетно-посадочной полосе с нездоровым зеленоватым оттенком кожи на лице, он виновато извинялся и качался от малейшего ветра во все стороны. То, что он сегодня не боец - поняли все. А на замену ему из техников никого и нет. Решили лететь в составе одиннадцати человек. Но на этом злоключения только начались.

С космолетной площадки планеты, куда их секретно доставил космический корабль КСД, на военную базу МАКа агенты отправились на вертолете. Однако погодные условия не позволили им лететь намеченным курсом. Они отклонились. И все бы ничего, но их машина вдруг попала под обстрельный огонь. Пилот был ранен. Вести вертолет он, конечно, уже не мог, пришлось справляться самим. Да и то Ник с Кириллом не упустили возможности поиздеваться над напарницей. «Помогай, - говорят, - Сара, вертушку вести, а то разобьемся».

«Нашли время для шуток. Девчонка и так, наверно, страху натерпелась. Первое крещение, как-никак, - подумал Митч, - хотя надо отдать Саре должное. Она пусть и болтала вертолет, как во время шторма, но под чутким руководством Ника все же справилась».

Так как сели не в назначенном месте, пришлось идти долго пешком, брать с собой раненого пилота. Выбились по времени из графика. А международные наблюдатели, непоколебимо уверенные в своей значимости, совершили большую ошибку: не дождавшись группы сопровождения от КСД, они покинули территорию базы самостоятельно и тут же попали под шквальный огонь неизвестных лиц. Потеряли несколько человек и часть груза. Группа Митча успела вытащить из-под огня лишь троих человек - двух мужчин и одну женщину. О том, чтобы вернуться с ними на военную базу и получить доступ к компьютерам МАКа, речи даже не шло. Им бы сейчас вообще выбраться с этой планеты. А это тоже теперь проблема. До космолетной площадки далеко, вертолет разбит, а сидеть в лесу под огнем неприятеля в ожидании помощи - бесперспективно.

Митч уже третий раз собрал на мини-совещание своих друзей - Ника и Алика. Договорились новую вертушку не ждать, идти составом пятнадцати человек прямиком через леса к космолетной площадке. Пусть по времени это много займет, но всё быть в движении и вне досягаемости огня. Так и решили. А решив, приступили к делу. Отряд углубился в заросли. И все бы хорошо, если бы не обстрелы с воздуха. Ни секунды отдыха и покоя. Только пройдут поляну или болотце, как - бабах, и вместо них глубокая воронка от взрыва.

Командир с тревогой смотрел на группу. Бешеный темп передвижения по пересеченной местности выдерживают все, кроме раненого пилота и международных наблюдателей. Люди выбились из сил, а еще идти и идти. Точнее - бежать с тяжелым грузом на плечах. И местность становится прозрачной с воздуха, и начались крутые восхождения в горы и не менее опасные спуски. На одном из таких восхождений сразу двое наблюдателей, мужчина и женщина, опустились на землю, отказываясь идти дальше. Никакие уговоры не помогали.

Разозленный такой несговорчивостью, Митч отошел немного от них на край горного плато и остановился в раздумье, оценивая обстановку. Ник с тревогой подошел к Митчу.

- Митч, мы их совсем загнали. Нужен отдых.

- Вижу, Ник, но здесь негде. Пусть терпят. За этим перевалом отдохнем, там недалеко останется, пару часов. В лесу нас не углядят с воздуха, а здесь нельзя останавливаться. Надо идти, Ник. Пусть медленно, но идти.

- Это, конечно, так, Митч. Но они ведь не военные, им-то ты это как объяснишь?

- Кхе-кхе, товарищ майор, разрешите обратиться, - Джейн застыла немного поодаль от своих грозных начальников.

Митч резко обернулся в ее сторону:

- Чего тебе, Сара?

- Нам нельзя задерживаться. Я понимаю, что наблюдатели устали, но надо их как-то уговорить. Здесь нельзя останавливаться. Есть такая мудрость: не хочешь быть найденным - не сиди на одном месте. Нас сейчас снова будут обстреливать.

- Скажите пожалуйста, какая проницательность! Откуда информация? Разведка донесла?

- Нет, просто расчет. Они знают, что мы идем этой дорогой, хотя непонятно - откуда. Я смотрела по карте, тут есть другая тропа. Длинная, но не столь крутая и сложная. Если бы мы решили идти не по горе, а рядом с ней, во-первых, были бы под прикрытием леса, во-вторых, наблюдателям было бы проще...

- Угу, по болотам! Далеко же мы уйдем с раненым, штатскими и тяжелым грузом. Ценное предложение!

- Но...

- Сам знаю, что идти пора, - оборвал резко Митч, давая понять, что разговор окончен. Будет он еще тратить время на разговор с девчонкой! Быстрой походкой направился он к наблюдателям. - Так, группа, слушай мою команду. Поднимаемся на ноги и совершаем еще один подвиг. Этот перевал мы должны сделать. Соберите все свое мужество. Дальше будет легче. Потом...

Что должно быть потом, группа вряд ли расслышала из-за прогремевшего взрыва. А затем еще и еще. Плато, которое только что пересек руководитель тринадцатой группы, превратилось в кипящий котел. Митч с испугом посмотрел на край площадки, где несколькими мгновениями раньше он разговаривал с Ником и Сарой. На скале никого не было.

- Всем оставаться на месте! - крикнул он прижавшимся к горе людям, на бегу перепрыгивая раскаленные лужи и камни и торопясь к обрыву. - Ник, Сара!

- Я здесь! - ответил ему женский голос.

На расстоянии двух метров от верхнего края скалы, ухватившись руками за крепкий выступ горной породы, стоя на одной ноге и пытаясь найти опору для второй, Джейн с тревогой всматривалась вниз, куда слетел Ник. Из-за густой растительности у подножья скал ничего не было видно.

- Ник! - громко позвала она. - Ник!

- Ник!!! Дружище, как ты? - Митч тоже обеспокоено обыскивал взглядом склон. - Ты жив? Отзовись!

Тишина. Лишь звуки леса и гор. Никакого ответа. Он позвал еще раз и тяжело сглотнул. Нет у него права на эмоции, людей надо выводить. Эти взрывы - только начало, первая серия. Разведка боем.

- Сара! Держись, я за веревкой. Сейчас тебя вытащу.

- Товарищ майор! Нам надо спуститься, посмотреть, как Ник.

- Нет. Нужно подниматься и уходить. Сейчас будет продолжение светопреставления. Алик! Веревку быстро сюда! - крикнул Митч своему другу и руководителю восьмой группы.

- А как же Ник? - Джейн с ужасом взглянула на командира.

- Ник - профессионал. Он выберется. Координаты космолетной площадки знает. Он нас догонит. А нам мешкать нельзя.

- А если он разбился, а если ему нужна помощь?

- Профессионал не нуждается в помощи. Это правило Агентства. А если разбился, то мы ему уже ничем не поможем.

Джейн посмотрела вниз, затем наверх, затем снова вниз.

- Я думала - вы друзья?

- Так и есть. Самые лучшие. Приготовься к подъему.

Митч повернулся к подошедшему Алику и дал ему несколько указаний о том, где и как зафиксировать канат во время подъема девушки.

- Сара, хватайся за веревку... Мать твою, что ты делаешь? Какого черта?

- Извините, товарищ майор, я не могу его бросить так. Здесь не очень крутой спуск. Вы идите своим маршрутом. Мы с Ником... ну или я одна вас догоним у космолетной площадки.

- Что? Я запрещаю тебе спускаться! Слышишь? Коуэлл, мать твою! Поднимайся наверх! Это приказ!.. Это приказ, слышишь? Под трибунал пойдешь! - Митч зло сплюнул и посмотрел на растерянного Алика. - Какого черта потребовалось Нику брать в группу девчонку?

- Не знаю, Митч. У нас проблемы. Наблюдатели сказали, что дальше в гору не полезут. Пусть тут хоть все взорвут. Надо что-то решать. Что будем делать?

Митч снова сплюнул на землю и посмотрел вниз. Девушка легко и проворно, как маленькая обезьянка, цепко перехватываясь за выступы скалы, преодолела уже две трети дистанции.

- Я ее пристрелю, Алик. Лично. Спускаемся вниз.

- Все?

- Да, все. Пойдем длинной дорогой. Спускаемся. Поживее...

Джейн быстро добежала до раненого руководителя своей группы.

- Ник! Очнись! Ты живой?.. Ну слава Богу!

Девушка благодарно посмотрела на небо. Ник зашевелился и медленно начал приходить в себя.

- Сара? Что со мной?

- Тебя взрывной волной сбросило со скалы. Как ты? У тебя вся голова в крови. Да и рука тоже.

- Не знаю, - Ник ощупал голову. - Вроде целый. Царапины. Хорошо, что здесь кустов много, - он с трудом сел и огляделся по сторонам. - А где все? Наверху? Ты тоже упала со мной?..

- Она сиганула за тобой вопреки моему приказу! - грозная фигура Митча показалась из-за кустарников. - Теперь нам всем пришлось спускаться сюда. Рад, что у тебя все хорошо, Ник.

Митч крепко пожал ему руку. А затем, обернувшись к девушке, строго сказал:

- Агент Сара Коуэлл! За нарушение приказа командира групп Вы отстраняетесь от выполнения задания. Сдайте личное оружие.

- Что? Товарищ майор! Но Вы не можете так поступить! Я...

- Я не открывал дискуссию по этому вопросу. Я сказал: сдать оружие. Дальше пойдешь под конвоем.

Джейн изменилась в лице.

- Ник, он что - так шутит?

- Боюсь, что нет, Сара, - он вопросительно посмотрел на друга. - Приказы командира должны исполняться.

- Ник, дойди до Кирилла, - скомандовал Митч. - Мне надо сказать твоей напарнице пару слов.

- Митч, послушай, она новичок, ты полегче с ней.

- Ник, я тебя уже отпустил. Давай еще с тобой не будем спорить и пререкаться?

Руководитель двадцать третьей группы покорно кивнул и поплелся восвояси. Он был благодарен Саре за ее поступок, но знал, что она поступила неправильно. И за это достанется и ей, и ему. Навстречу ему шел растерянный Кирилл...

Джейн, тем временем, попыталась сгладить ситуацию:

- Но, товарищ майор, разрешите мне объяснить...

- Не разрешаю. Объясняться будешь с отделом контроля, в письменном виде. Сдавай оружие.

Джейн сконфуженно посмотрела на всех собравшихся у подножья скалы. Даже наблюдатели уже успели спуститься. Стоя поодаль, глядели они на разбушевавшегося командира и молча осуждали и одновременно сочувствовали девушке.

«Ерунда какая-то! Заботишься о ком-то, спасти пытаешься, а им дурацкие правила дороже всего на свете?!». Джейн пожала плечами и отдала свое оружие. Митч вытащил из-за пояса наручники и захлопнул ей на запястьях металлические браслеты.

- До прибытия в часть ты под арестом. И больше чтобы никаких фокусов, не то...

Очередной взрыв прогремел всего в каких-то нескольких метрах от разговаривавших. Столб горячего воздуха чуть не сбил всю группу с ног. А затем и еще один.

- Уходим отсюда, быстро!!! - Митч мгновенно оценил изменившуюся обстановку. - Мы должны спрятаться в лесу, там безопаснее. Никому не растягиваться!.. Перебираемся через реку и углубляемся в лес! Живее! Бегом! Бегом! Что, каждого пинать надо?.. Через реку аккуратней! Груз не утопите! Держите его по двое! Алик, идешь замыкающим! Я вперед!.. Живее! Не останавливаться! Бегом!

Малочисленный отряд, уставший и порядком измотанный, на ватных ногах ринулся к бурлящей реке. Главное - добраться до того берега и спрятаться в лесу. Там их не должны найти. Сверху снова послышался свистящий звук. Новая серия взрывов пришлась теперь и на воду. Дымное небо, шипящая вода, острые камни и брызги - все на какой-то момент перемешалось. Один лишь голос командира сквозь шум взрывов служил группе путеводителем.

- Бегом, бегом, не растягиваться! В лес, под прикрытие деревьев! Живо!.. Четыре, шесть, восемь, десять, двенадцать, четырнадцать... Так, почему четырнадцать? Мать вашу! Кого нет? Кого потеряли?.. Четыре, восемь, двенадцать, четырнадцать. Опять четырнадцать? Алик, кого пропустил перед собой?

- Никого. Я последний вышел из воды. За мной никого не было, - Алик оглядел выбравшихся и посмотрел на реку. Там, в бурлящем котле, ничего толком не видно. - Митч, Сара! Ее нет!

- Сара? Черт побери! Чтоб я еще раз пошел на задание с женщиной! Она что - не поплыла со всеми?

- Она рядом со мной плыла, - Герман вышел вперед. - Барахталась рядом. А когда исчезла - не видел... Е-мое! Я, болван, не сообразил, что в наручниках ей, наверно, сложно. Надо было помочь. Хотя как? У меня столько груза было. Я чуть сам не утонул.

- В наручниках? - Ник побелел, как мел. - Митч, Сара плавает очень плохо! Какие наручники?

Митч посмотрел в лицо другу и понял все без слов.

- Вон она, у самого поворота! - крикнул кто-то из группы. - Ее несет вниз по течению реки.

- Ясно. Алик, - командир резко скинул с себя груз и промокшую куртку. - Ведешь группу к космолетной площадке. Меня не ждать. Двигаться быстро, напрямик. Мы вас догоним.

- Но...

- Выполнять!

Митч снова прыгнул в реку. Подводное плавание, как лыжи, как парашютный спорт и альпинизм - это его стихия. Он любил экстремальные виды спорта. Любил и умел здесь если не все, то почти все. Митч знал, что доплывет быстро и легко, но только бы Сара продержалась! Река сделала крутой вираж. Течение здесь не такое сильное, но вода ледяная и дна поблизости нет. «Только бы Сара продержалась» - как молитву повторял он. Ведь Ник - его лучший друг, и он потерял уже четырех напарников. Терять больше нельзя. Никак нельзя. А он, Митч, виновен в сложившейся ситуации. А значит, и исправлять ее ему самому.

- Держись, Сара! Держись, я плыву! - закричал он, перекрикивая шум воды. - Эй! Не опускать голову! Не терять сознание! Держись, девочка, слышишь?

Митч нырнул под воду следом за скрывшейся в реке девушкой. Подцепив ее тело почти у самого дна, вытолкнул ее к поверхности.

- Давай, Сара, дыши, слышишь? Дыши! - заорал он на бессознательное тело и поплыл к берегу.

Почти бегом добежал со своей ношей по скользкому дну до песчаной косы и положил девушку на бок. Похлопал по спине.

- Дыши. Слышишь меня?

Джейн закашлялась и вздохнула.

Митч выдохнул так, словно с его плеч скала рухнула.

- Горе ты мое! Нельзя же так людей пугать! Вот свалилась на мою голову. Как ты? - командир встал рядом с девушкой на колени и повернул ее на спину. Джейн снова провалилась в своем сознании куда-то очень далеко. - Сара, не пугай меня! Очнись, слышишь?

- Джек, - слабо позвала девушка.

- Что?

- Я люблю тебя, - на чистом русском языке из глубины своего обморока произнесла она.

- Что? Кого? - Митч приподнял ее голову на своих руках и развеселился. - Сара! Эй, очнись! А еще говорят, что на войну идут не от любви... Да, красивая, зараза. И русская, как выяснилось. Эх, землячка, значит, - майор улыбнулся, глядя на ее лицо и мокрые спутанные волосы, осторожно подул ей на ресницы. Никакой реакции. А между тем, в своем сне девушка улыбалась. Счастливо улыбалась, как по-настоящему влюбленный человек. - Такими красивыми рождаются не для войны, а для любви.

Митч, сам не зная, зачем и отчего, склонился над этой улыбкой и осторожно поцеловал девушку в губы.

Почти в то же мгновение, а может, секундой раньше, Джейн пришла в себя. Удивленная и напуганная, соображая, что происходит, руками и ногами оттолкнула она руководителя тринадцатой группы. Как разъяренная хищница, сконцентрировав свои силы, Джейн подскочила на ноги. Митч же, падая на землю, рефлекторно успел схватить девушку за щиколотку ноги и уронил ее вместе с собой, о чем тут же пожалел. Острая боль в колене чуть не лишила его сознания. «Ничего себе - ударчик!».

- Сара! Постой! Дай я все объясню! - закричал он вслед убегающей девушке. - Ты не так все поняла. Да погоди ты! - Митч с трудом поднялся на ноги. Девушка бежала в сторону леса, даже не оглядываясь на него. - Сара Коуэлл, черт тебя побери! Это уже не смешно. Стой!.. Не двигаться! Это приказ, мать твою!

Реакции руководителя тринадцатой группы менялись так же быстро, как и картинки в калейдоскопе. Смущение и растерянность перешли в возмущение и ярость. Митч был просто в бешенстве, глядя на удаляющуюся спину Сары. Никогда в жизни он не был в такой глупой ситуации. Никогда в жизни его так безапелляционно не игнорировали. Особенно подчиненные. Особенно девушки!

«Это надо же, какая-то салага, а сколько с ней хлопот! И ведь даже не оглянется! Вот коза!».

- Стоять, я сказал! Не заставляй меня бегать! Поймаю - голову оторву!

- Силенок не хватит! Да и ноги коротки! - ответила, не оглядываясь, Джейн и скрылась в чаще.

- Мать твою! И тебе, Ник, тоже голову оторву, - сквозь зубы пробормотал Митч, глядя на свое колено, которое прямо на глазах распухало и причиняло острую боль при каждом движении.

А что делать? Догонять все равно придется. Если не догонит, то проблемы будут не только у нее, но и у него тоже. Он как командир групп персонально отвечает за весь личный состав. А значит, нельзя терять ни секунды. Митч подобрал с песка свой пистолет, заткнул его себе за пояс и, прихрамывая, побежал следом.

- Сара, стой!.. Да постой же ты! Дай мне все объяснить!

- В отделе контроля все объяснишь. В письменном виде! - крикнула на бегу девушка, копируя его собственные слова, и еще прибавила в скорости. По пересеченной местности она, действительно, бегает очень быстро.

- Сара, это не то, что ты подумала! Какой отдел контроля? Дай мне сказать! Сара, черт тебя побери, догоню - хуже будет!

- Потому и не догонишь, зря стараешься! - откуда-то издалека донесся ее голос.

Митч выругался нецензурно. Остановился отдышаться. Давно он не бегал на такой приличной скорости. Но от Митча еще никто не уходил! «Поймаю, коза! Не до смеха будет!».

Командир снова побежал. По звуку он определил, что приближается к реке. И точно, как оказывается, оба бегуна сделали на местности небольшой крюк и снова вышли к воде, несколько выше против течения. Река бурлила. «Даже хорошему пловцу перебраться через нее непросто. А Саре и подавно. Где же она?». Майор огляделся. «В воде ее нет, точно. Никто не барахтается. Пошла вдоль реки? Вверх или вниз по течению? По логике вещей, надо бы идти вверх. Но какая у нее может быть логика? Что же делать?».

Он вздохнул несколько раз и пошел вверх по течению. И не ошибся. Пройдя около полукилометра, Митч увидел довольно забавную картину. Река в этом месте неоправданно сужалась, уходя одним своим боком прямо под берег. Несколько деревьев, растущих прямо у кромки воды, настолько сильно накренились вперед, что при желании можно проползти по стволу и, если повезет и дерево не сломается, перепрыгнуть на другую сторону реки. Как мост перекидной! Хлипкий, но тем не менее.

Решив, что догнать свою команду можно только вернувшись на короткую дорогу, в горы, именно сейчас по одному из деревьев, сняв ботинки, связав их шнурками и перебросив себе через плечо, очень смешно, на четвереньках, как каракатица, ползла Сара. Скованные наручниками руки не давали ей свободы движений, но зато ноги действовали что надо. Сара уже доползла до середины ствола. Как раз над рекой. Митч обнаружил свое присутствие:

- Я бы на твоем месте не стал так экспериментировать! Дерево может сломаться, а я, знаешь ли, больше пальцем не пошевелю, чтобы второй раз вытаскивать тебя из воды. Ясно?

Девушка вздрогнула. Дерево сильно и угрожающе качнулось. Ботинки с плеча полетели в воду. Бултых! Всплыли на несколько мгновений попрощаться с хозяйкой, и снова скрылись в бурлящей реке.

- Черт! - Джейн поймала равновесие, развернулась, усаживаясь на стволе дерева и крепко держась за него ногами. - Поймал. Доволен? Давай, стреляй! Моя смерть будет на твоей совести.

- Была бы охота совесть марать, - Митч хмыкнул. Девушка выглядела нелепо, а он все-таки победитель. Ей придется признать свое поражение. - Для тебя мне даже пули жалко. Мало того, что мне коленку разбила, так еще заставляешь гоняться за тобой по всему лесу, как будто дел других нет больше. А ничего, что мы с тобой вроде как на опасном задании? Ничего, что там ребята наши волнуются? Потеряли нас? Что мы все сроки срываем? Как считаешь?

- Вот и шел бы к ребятам. Ты же отстранил меня от задания. Чего ты за мной гоняешься? - девушка достала из растрепанных волос шпильку, покусала в нескольких местах мягкую проволоку зубами, засунула ее в наручники. «Надо их как-то снять. С ними, действительно, ползти опасно. Ладно хоть, руки сцеплены спереди, а не за спиной». Одним глазом посмотрела на Митча. «Хорошо, что не подходит ближе. Маньяк». - И как таким бешеным, как ты, вообще доверяют людьми руководить? Ты же опасен для общества.

- Я опасен? Я??? - Митч всплеснул руками от такой наглости. - Это ты опасна для общества, дамочка! Сколько раз за сегодня ты нарушила мои приказы? Трибунал по тебе плачет.

- Угу. Хорошенькие приказы, - Джейн, подражая голосу Митча, передразнила его: - «Стой, ни с места, я тебе голову оторву!». Очень ценный приказ. Трибуналу понравится.

- А про то, что ты спустилась с обрыва вопреки приказу? Нам пришлось менять маршрут из-за тебя!

- И слава Богу. А то остались бы навсегда там, на верхотуре. Все, без исключения!

- А ты могла предвидеть ту серию взрывов?

- Нет. Но я же объяснила, почему я так сделала. Нику, возможно, нужна была помощь. Он мой напарник и командир.

- Я твой командир сейчас, Сара! Я!!! Какие бы отношения ни были в вашей группе, когда идем на задание смешанным составом, выбирается только один руководитель. И все выполняют его приказы. Даже руководители других групп. Таков порядок. Я удивляюсь, что тебе до сих пор этого никто не объяснил! Ник - профессионал, и он бы нас догнал. Я ни секунды в этом не сомневаюсь даже. Мы не имеем права ставить под угрозу выполнение задания. Что бы ни случилось, кто бы ни отстал, группа или ее остатки должны проводить этих чертовых наблюдателей с их грузом до места. Понимаешь?

Джейн кивнула.

- Разумеется. Именно поэтому ты бросил группу и кинулся меня спасать? Я же не приоритетная задача. Зачем ты бросился в реку?

- Черт тебя побери! - Митч снова начинал закипать. - Дурак потому что! Вот почему. И надо было тебя там оставить! Сейчас был бы уже на пути к дому!

- А тебя никто не держит. Можешь отчаливать. Пришлешь сюда за мной кого-нибудь из отдела контроля. Мне теперь все равно.

- Нет уж, дамочка. Мы ушли на задание вместе и вернемся вместе. Или я не Митч Уиллер. Ясно?

- Ясно, только не рассчитывай даже, что сможешь подойти ко мне ближе чем на расстояние вытянутой ноги. Иначе я покалечу тебя, Митч Уиллер. Или я не Сара Коуэлл. Ясно?

Майор всплеснул руками:

- Нет, она мне еще и угрожает! Я просто диву даюсь! Ты откуда такая дикая выискалась? Ты наглоталась воды в этой речке, я делал тебе искусственное дыхание.

- Искусственное дыхание? Это теперь так называется? Ты меня целовал, Митч, целовал без моего на то согласия, целовал, используя мое беспомощное состояние. Это разные вещи. Ничего общего со спасением человека. Так что ты получил по заслугам! Можешь считать, что еще даже дешево отделался.

- Вот она, людская благодарность! Сама подумай, с чего мне тебя целовать? Тебе это показалось.

- Давай, рассказывай...

Джейн наконец-то сняла наручники и швырнула их в воду. Осталось лишь решить, на какую сторону реки переползать. Непростой вопрос. «У Митча приступ бешенства уже прошел. Вроде как и не опасен, хотя доверия он, конечно, не заслуживает. С другой стороны, ползти на тот берег вопреки прямому приказу - это уж точно крест на карьере. Отдел контроля вникать в детали не будет».

Мощный взрыв где-то совсем близко сотряс землю. А затем и еще несколько взрывов. Дерево, не выдержав такой длительной и нежданной нагрузки, с неприятным треском надломилось у самого основания, пытаясь стряхнуть девушку, и рухнуло своей макушкой прямо в воду. В последнюю секунду Джейн успела обхватить руками одну из крепких его веток и повисла на ней над пропастью. Дерево прогнулось еще больше, соединяясь с корнем небольшим куском древесины да честным словом.

- Сара! - Митч кинулся к обрыву. - Черт бы тебя побрал! Да что за напасти? Держись!

- Держусь. Вроде бы, - Джейн сильнее сжала пальцы.

Митч сломил толстенную ветку другого дерева и опустил вниз, к девушке.

- Сара, хватайся за эту ветку! Лови ее, я тебя вытяну.

- Она скользкая, я сорвусь.

- А другого ничего нет! Куртка осталась на берегу, а если я сброшу тебе брюки, ты хрен знает что опять подумаешь. Лови ветку, тебе говорят. И вниз не смотри!

Джейн посмотрела вниз. Ужасное зрелище. Очутиться вновь в ледяной воде не хотелось.

- Я же сказал: не смотреть вниз! Почему каждый приказ надо повторять дважды???

Девушка набралась решимости и отцепила одну руку, поймав ей протянутую ветвь.

- Вот так! Отлично! Давай теперь вторую руку! Глаза только не закрывай!

- Митч! А я тебя своим весом не стяну вниз?

- Попробуй только, - сквозь зубы произнес руководитель тринадцатой группы, крепко обхватив ногами ствол соседнего дерева и держась одной рукой за траву. - Ну, давай!

Джейн отпустила вторую руку. Поймала ей протянутую ветвь, подтянулась.

- Держу, Митч. Тяни!

Митч прилагал титанические усилия, чтобы подтянуть девушку к себе. Скользкая трава создавала дополнительные препятствия.

- Отлично, Сара. Давай мне руку... Молодец! Хватайся второй!.. Отлично!.. Черт побери!

Из-за пояса майора медленно, но верно высвободился пистолет и, сопровождаемый беспомощным взглядом своего хозяина, съехал по обрыву в воду. Бултых!

- Черт!

- Ой! Митч, прости ради Бога!

- А-а-а-а! Молчи лучше! Молчи, Сара, или полетишь следом! Черт бы тебя побрал! - Митч, скрипя зубами, вытянул девушку на берег. - Был бы запасной пистолет, я бы тебя точно пристрелил!

- Давай, убей меня теперь. Во взрывах тоже я виновата? Что это было?

- Что? Что? Атака на поражение. По всей траектории нашего предполагаемого пути... Не понимаю! Я всех проверил. Передатчиков нет ни на ком. Но ведь бомбят точно по цели.

- Это уже который раз, Митч. Это не может быть совпадением.

- Знаю, что не может. Но как они вычисляют нашу траекторию?

- А оборудование?

- Весь багаж этих наблюдателей. Все чисто.

- Нет, не багаж. Наше оборудование. Его проверяли?

Митч задумался.

- Нет. Полагаешь, кто-то пометил нас еще до выезда на задание? Но это диверсия тогда. Кто бы это мог быть?

- Без понятия. Какой у нас план?

- План? Догонять своих. Если их не задело, то они идут, как и договорились, к космолетной площадке. Только как ты пойдешь, босиком?

- А что, ты мне хочешь предложить свои ботинки?

- Даже не рассчитывай на это, - грубо отрезал Митч.

Таких нелепых заданий в его военной карьере еще не встречалось. «Надо же было связаться с девчонкой!?».

Командир встал на ноги, стряхнул с себя прилипший мусор и, не оглядываясь больше на спутницу, в быстром темпе направился в заданном направлении. Джейн едва поспевала за ним. Колючая трава, камни, шишки, ветки и пересушенная почва больно ранили ноги. Девушка закусила нижнюю губу.

«Каким бы крутым ты, Митч Уиллер, ни был, тебе не удастся раскрутить меня на жалобы. Вояка несчастный!».

Митч же по-прежнему шел не оглядываясь, словно он один и нет здесь больше никого. Быстро, целенаправленно, без компаса и карты, но уверенно, как будто каждый день гуляет по этому лесу. Как будто и колено не болит. А между тем, Джейн знала, что треснула ему достаточно сильно. «Выделывается. Цену себе набивает».

Час ходьбы. Как машина.

- Стоп. Привал две минуты, - Митч резко затормозил. Джейн чуть не уткнулась носом ему в лопатки.

- Привал? Зачем? Я не устала.

Майор даже хмыкнул от такой наглости.

- Твоя усталость, Сара, меня меньше всего сейчас интересует. Обдумать надо ситуацию. Обсудить. Присядем, - он сел на сухую траву. - Что-то здесь не так. Не пойму пока, но чувствую, что что-то не то. Эти взрывы. Последняя серия. Кого они бомбили?

- Кого? Ребят, - Джейн тоже присела немного поодаль.

- Не-а. Пока я за тобой плавал, пока тебя вытаскивал из воды, пока по лесу гонялся. Насколько мы отстаем от нашей группы? Часа на полтора, никак не меньше. Группу ведет Алик. Алик - самый скороходный из всех нас. За это время они, знаешь, сколько должны были пройти? О-го-го! А взрывы были рядом, так близко, как будто они по нам метили, если бы мы шли с тобой по маршруту... Точно! Где-то ближайшие пару километров по ходу вглубь леса. Только то обстоятельство, что мы непредсказуемым образом отклонились от курса преследования нашей группы, нас и спасло!

- Подожди, что ты хочешь сказать? Что на нас с тобой есть передатчики?

- Теперь убежден, что нет. Были бы на нас с тобой, мы бы сейчас здесь не разговаривали. Но что-то не сходится. На берегу, где я прыгнул в воду, осталась моя куртка. Был бы «жучок» на ней, достаточно было бы одной бомбы, всего одной, понимаешь? А не десятка.

- Да, согласна. Эти ракеты очень точны, если точны координаты. А они, получается, уже столько раз промазали. Всегда рядом с нами. Вплотную. Но что это может означать?

Митч повел плечами.

- По-моему, ты сама ответила на свой вопрос. Координаты, Сара. И как я сразу не сообразил? Дурак! Те, кто нас обстреливают, знают наши точные координаты и бомбят не на поражение! Может, им нужен кто-то из наблюдателей, может, охотятся за их грузом. Если бы они хотели уничтожить нашу группу, то сделали бы это еще в горах. Мы же у них были как на ладони. Это ловушка, Сара! Они хотели заманить нас в этот лес и, черт возьми, у них это получилось! Они с самого начала вели нас, как слепых котят, и мы купились! Чет ведь предупреждал, что для хамелеонов очень важно, чтобы информация международных наблюдателей по МАКовской базе, равно как и их груз, не попали в Агентство КСД. А значит, они не позволят подняться нашей группе до космолетной площадки.

Джейн помолчала, анализируя сказанное.

- Разумно. Надо быстрее присоединиться к нашему отряду и все сообщить.

- Нет, Сара. У нас предатель. Зуб даю, что это кто-то из международников, из наблюдателей. Либо баба, либо один из этих болтунов. Но это не наши, железно. За своих людей я могу поручиться.

- Почему ты так думаешь?

- А все просто. Последние взрывы не предназначались для координации курса. Координировать-то нечего было! Сидеть в низине, в болоте и перелеске - логики нет никакой. Единственная дорога свалить с этой планеты - идти к космолетной площадке. И если бы я организовывал поимку нашей группы, то засаду я устроил бы именно в этом лесу, где мы сейчас и находимся. Судя по всему, группа угодила в ловушку. Кто-то проговорился, что отряд не в полном составе. И эти взрывы были уже на поражение. На меня наговорены, ну и на тебя тоже, если бы я тебя спас. Так вот, Сара.

- Логично. Что будем делать?

- Думать. Думать, Сара, и действовать. Вероятность, что они оставят ребятам жизни, невелика. У них вся надежда теперь на нас. А у нас с тобой одна пара ботинок на двоих и никакого оружия. Черт знает что.

- Не чертыхайся. Мы сейчас должны быть приблизительно на одном уровне с ними в этом лесу. Ты бежал так, как ваш скороход Алик, наверно, и бегать не умеет. Они же с грузом шли, значит, не столь быстро. Нападем внезапно и отвоюем ребят. Да, у нас нет оружия. Пока нет. Но зато у нас с тобой на двоих четыре быстрых ноги, четыре сильных руки, две умных головы, элемент неожиданности и удача, которая сегодня нам явно благоволит! Да?

Майор улыбнулся, впервые за много часов.

- Что-то мне послышалось по поводу второй умной головы? Беспутной, ты хотела сказать, наверно? Ладно, я не в претензии. Если бы не твои выкрутасы, не было бы нас сейчас в живых. Я редко говорю людям «спасибо». Но тебе скажу. Спасибо.

Джейн смутилась от проявления щедрости со стороны такого человека. «Прав был Кирилл, когда уверял, что после приступов невероятной злобы Митч - наидобрейшей души человек».

- Не за что. Это ты меня прости, за коленку. Я не хотела бить так сильно, это рефлекторно.

- Проехали. План такой. Я на разведку, надо оглядеться на местности. Выяснить, проходили они здесь или нет. Жди, я вернусь через десять минут. Там решим, что делать.

- А может, я лучше с тобой?

- Нет. Один я быстрее справлюсь. Копи силы, они нам понадобятся. Я скоро.

Джейн насупилась.

«Тоже мне, напарник. Все сделаю сам!».

Митч отошел на несколько метров, но, что-то вспомнив, вернулся.

- Сара. Если я говорю: жди меня здесь - это означает, что ты должна ждать меня здесь. Вот именно на этом месте, понимаешь? Ни километром правее, ни километром левее... Не за моей спиной, а именно здесь. Я предполагаю, я надеюсь, что когда я вернусь через десять минут сюда, я тут тебя и обнаружу, и мне не придется бегать по всему лесу в твоих поисках. Да? Я могу на тебя рассчитывать?

- Разумеется, я что - давала повод в этом сомневаться? Мы же на задании.

Митч подавился собственным смехом, покачал головой и скрылся за деревьями. «Ну и ну! Послал же Бог напарницу! Спасибо, Ник, удружил. Ладно хоть, с чувством юмора у нее все в порядке. Думаю, потащится следом. Комок неприятностей! А ведь красивая, зараза! Черт, не надо было тебя целовать!».

Джейн разлеглась на траве. «Даже не пошевелюсь, Митч. И не надейся. Не сойти мне с этого места!». Девушка засмотрелась на небо. Там, высоко в синеве, проплывали кучевые облака. Ночью будет дождь. На погодные изменения у нее нюх. Ей бы в гидрометеослужбе работать, а не по лесам бегать босиком, международных наблюдателей из-под огня вытаскивать.

«Как быстро плывут! Ветер усилился. Совсем как на планете Соленых озер. Только что была жара нестерпимая - и вдруг, бабах тебе, и чуть ли не дождь со снегом. А потом опять жара... Джек, вспоминаешь ли ты меня? Как мне тебя не хватает».

Джейн вздохнула: «Нельзя раскисать». Перевернулась на живот. «Определенно, Митч ходит уже более десяти минут».

- Где же тебя носит, Митч Уиллер? - она села и огляделась. Никаких движений, никаких звуков, кроме шума леса. Ничего. - Вернусь через десять минут, через десять минут! Жди меня здесь! - передразнила его писклявым голосом. - Индюк надутый! Вот не встану с этого места. Ни за что не встану, даже если сейчас тебя режут на кусочки. На двадцать маленьких Митчей Уиллеров!

- На двадцать, говоришь?

Девушка подскочила, как ужаленная. За ее спиной стоял улыбающийся Митч. «И как он так беззвучно подошел? Или он здесь давно стоит? Или вообще никуда не ходил? Хотя нет - явно ходил». Из-за спины командира выглядывали два лазерных ружья.

- Разведотряд чуть-чуть задержал, - оправдался он в своем опоздании. - Зато у нас теперь есть чем стрелять. У них привал. На периметре шестеро часовых. Их снимаем в первую очередь. Затем на лагерь. Главное - своих не задеть. Темнеет. Ну что расселась? В бой! - Митч протянул лазер и снова улыбнулся самой шикарной улыбкой, на какую был способен. Его настроение отчего-то вдруг невероятно улучшилось...

Операцию по освобождению своей группы провели быстро, бесшумно и где-то даже скучновато. Вражеская охрана и пикнуть не успела, как власть в лагере переменилась. А тем, кто это понял не с первого раза или же понимать не хотел вовсе, тем пришлось вплотную познакомиться с мощными кулаками руководителя тринадцатой группы.

Как Митч и предположил, предателем оказался один из наблюдателей. Скрутить и допросить его по всем правилам военного искусства труда не составило. Но откуда неприятель знает координаты и каким образом они передавались врагу - тот, как оказалось, искренне не знал. Эта информация заставила всех задуматься. Возможно, дело действительно в родном оборудовании, а искать врага в родном отечестве - работа всегда более сложная и неприятная. В любом случае докладывать придется и Чету, и отделу контроля. Пусть у них голова болит об этом. А сейчас, чтобы дальше не искушать судьбу, решили идти налегке. Только груз наблюдателей, и ничего более.

Митч дал всем десять минут на сборы. Джейн устало присела на одно из поваленных деревьев и сокрушенно посмотрела на свои ноги. Все в мелких порезах и ссадинах. Хорошего мало.

- От пятисот до одного считать умеешь? - услышала она вдруг за спиной голос грозного командира.

- Это, надо полагать, риторический вопрос?

- Это не вопрос, это приказ, - Митч улыбнулся. - Начинай считать, громко, четко, внятно.

- Зачем?

- И как тебя, Сара, в армию взяли? Ты же ни одной команды нормально выполнить не можешь! - подколол Митч и опустился на колени. - Я сказал: считай. Да, и ноги свои вот сюда поставь.

Майор открыл пакет, над которым старательно колдовал до этого около пяти минут, засыпая туда мелко порубленную походным ножом траву, медицинский спирт и воду. Взяв израненные нелегким походом по лесу босые ноги девушки, Митч окунул их в лекарство.

- Ах! - выдохнула она. Многолетняя привычка не замечать боль сделала свое дело. Джейн сжала зубы и не закричала. - Пред-дуп-преж-дать надо!

- Возможно, - Митч внимательно посмотрел на девушку. - А ты молодец. Нет, правда, я без иронии. Когда на мне первый раз применили это лекарство, я орал во всю силу своих легких. Ничего, все заживет. Это лекарство - самое лучшее в походных условиях. Проверено на себе. Затягивает мелкие раны на коже, обеззараживает и обезболивает. Считай от пятисот до одного, затем можешь достать ноги. Кирилл ищет тебе обувь, из трофеев.

Он снова улыбнулся и вернулся на свое место. Присев на корягу, закатал штанину по колено и приложил к распухшей коленной чашечке остатки приготовленного им лекарства. Сжал зубы от боли. Процедура не из приятных. Главное - сосредоточиться на счете...

До космолетной площадки шли молча. Уже на самых подступах к космическому кораблю руководители групп, проведя по ходу небольшое совещание, догнали девушку.

- Сара, тут такое дело, - Митч, Алик и Ник переглянулись между собой. - Наши отчеты. Надо обсудить, что и как будем в них излагать. Если напишем как было, всем достанется по первое число.

- Да, наверно. Какие есть предложения?

- Подправить кое-что в хронологии событий. А именно изменение курса отряда. Помнишь наше небольшое совещание на горе, до того взрыва, когда Ник в пропасть сорвался? Предположим, что тогда мы и решили проверить наблюдателей на вшивость. Инсценировали падение Ника, твое неподчинение, нашу смену курса. Что все это было нами задумано, спланировано и разыграно. Опровергнуть это никто не сможет. Остальных можно даже не посвещать в детали. Прокатит. Ну а дальше ситуативно - как было, так и напишем. Отдел контроля не подкопается.

- Не в первый раз?

- Возможно, - Митч улыбнулся проницательности девушки. - Ну так как?

- Согласна. А то, что мы группу не сразу догнали, это чем объясним? - Джейн вопросительно посмотрела на своего временного командира. «Неужели правду писать?».

- А кстати, - Алик оживился, - почему вы нас так долго догоняли? И почему Сара босиком, стесняюсь вас спросить?

- В быстрину попали, - абсолютно равнодушным и даже скучноватым тоном произнес Митч. - Выбирались долго. А босиком вас быстро и не догнать было. Тут, я думаю, Сара, так и напишем, как есть. За такие вещи отдел контроля ругать нас не будет. То, что ты плаваешь хреново, - это проблема наша, а не вина.

Его взгляд был красноречивее любых слов: «Попробуй только написать, как было!».

- Ладно.

- Вот и договорились, будем собираться домой. Жаль, конечно, что задание не полностью выполнили, файлы так и не взломали. Но зато двух живых наблюдателей начальству привезем и их багаж. И на этом пусть спасибо скажут.

- А какие файлы мы не взломали? - заинтересовалась Джейн.

- Пустое, Сара! Надо было достать из компьютеров МАКа несколько зашифрованных файлов наблюдателей, которые те перекидывали на спутник. Мы на Егора здесь очень рассчитывали, только он заболел, да и до МАКа, сама видишь, мы даже и не дошли.

- Разве их можно достать только с МАКовских компьютеров?

- А с каких еще, если они оттуда свои отчеты отсылали?

- Теоретически можно с любого компьютера, надо только знать персональные настройки наблюдателя и его личный код, чтобы проникнуть в систему. Ну а дальше - дело техники.

- Техники? Ты шутишь? Ты думаешь, можно вот так просто проникнуть в базу данных спутника, управление над которым мы, к сожалению, потеряли?

- Ну, это, конечно, не так просто, как ты сейчас представил на словах. Но посидеть, пошевелить мозгами - может, и можно. А что вы раньше мне об этом не сказали?

Митч, Алик и Ник опять переглянулись между собой.

- Да черт его знает. А ты правда можешь попробовать решить эту проблему?

- Могу. А международники свой пароль скажут? Это ведь секретная информация.

- Скажут, это и в их интересах тоже. И что, и с бортового компьютера сможешь?

- Куда от вас деваться? Попробую. Зовите наблюдателей...

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

Ссора

Группа вернулась на базу сияющая. Задание выполнено на 100 процентов. А ведь был шанс провалить все. То, что не всех наблюдателей нашли и не весь груз доставили, так это частности - так, поэзия. Справились в целом, вернулись живые. Молодцы!

Чет тоже ходит по коридорам, улыбается себе в усы, напевает что-то, понятное только ему одному. Неожиданно нагрянула Президентская проверка, а ему даже есть чем похвастаться. Шесть групп одновременно пришли с выполненными заданиями. Это лучшие показатели по всему Агентству КСД! Оперативный отдел - самый лучший. И его, Чета, непосредственного начальника оперативного отдела, заслуга здесь немалая. Есть от чего петь.

Более того, все эти события совпали с ежегодными международными соревнованиями вооруженных сил по разным спортивным дисциплинам, что также сулило Агентству победу по многим категориям. Административный центр гудел от предвкушения различных состязаний и веселых времяпрепровождений в перерывах. Гостиницы и кафе были забиты приезжими спортсменами, их друзьями и болельщиками. О серьезной аналитической работе на верхнем этаже самого большого здания Феникса речи даже не шло. Чет подарил вернувшимся с заданий по три выходных дня для восстановления формы. Агенты, работающие неделями без отдыха, были на вершине блаженства. Планы по проведению выходных были королевскими.

Ник с Кириллом скинулись Саре на огромный букет цветов. Ведь самое сложное - первое задание, дальше будет легче.

Джейн, смущенно улыбаясь под любопытными взглядами сослуживцев, столпившихся в коридоре, направилась в офис в поисках вазы. В помещении все еще царил устроенный ею накануне бардак. Девушка оглянулась по сторонам. Ее взгляд остановился на верхней полке: из-за горы бумаг торчало горлышко запыленной вазы. «На что только залезть, чтобы ее достать?». Джейн с сожалением посмотрела на стулья, на которые они с Кириллом переложили все упавшее со стеллажа. Подошла к стене, встала на цыпочки, схватилась рукой с цветами за нижний край полки, потянулась другой рукой, на ощупь, ибо пышный букет загородил ей весь обзор, стала шарить в поисках вазы... Бабах! Перегруженная полка съехала по стене вниз, скидывая с себя все свое содержимое. Джейн охнула. «Теперь ремонт придется делать, определенно». Она наклонилась к рассыпавшимся по полу фотографиям и бумагам...

- Сара, ну где ты потерялась? Тебя все ждут! - Кирилл остановился в дверях.

Среди кучи документов на полу девушка разглядывала грамоты, его и Ника, полученные ими в прошлом году в состязании за звание лучших пилотов. Ее напарники, которые то и дело говорили о доверии, взаимовыручке и командном духе, в действительности ее обманули. Каждый из них в одиночку легко смог бы управлять вертолетом. Необходимости в привлечении ее сил к управлению техникой, да еще в боевых условиях, под неприятельским обстрелом, не было.

«Проверка? Но проверка чего? Ни в одной из анкет не значилось, что я могу управлять вертолетом. Что проверять? Могу ли я запаниковать? Так от этого никто не застрахован. Просто посмеяться решили? Больше похоже на правду. Они же здесь все больные на голову! Занимаются самой страшной профессией в мире и еще получают от этого удовольствие».

- Стопроцентное доверие в группе, говоришь? - с горечью в голосе спросила она.

- Послушай, Сара, я все объясню.

- Ха! А что, Кирилл, есть в том необходимость? По-моему, все ясно без слов, - Джейн поднялась на ноги. - Там, в вертолете, вы сказали, что, если я вам не помогу вести вертушку, мы разобьемся. Нас болтало, как в центрифуге. В таких-то погодных условиях! И вы взвалили на меня такую ответственность! Это просто... Ник знал, что у меня только опыт по вождению космической техники. Но вертолет от космического корабля очень сильно отличается! Если вы не знали! Представляю, как вы повеселились. Спасибо!

- Но, Сара... Это не чтобы тебя обидеть... Это было составной частью процесса обучения и твоя проверка, которую ты блестяще выдержала! Если бы что-то пошло не так, Ник бы тебя все равно подстраховал. Да и любой из нас. Мы все обязаны уметь управлять вертушкой. Тебе тоже придется сдавать этот норматив. Но в целом ты справилась. Не технически пока, но психологически. Ты молодец. На первом задании. Я бы, наверно, умер от страха.

- Давай обойдемся без комплиментов, Кирилл. Вы меня обманули. И это подло. Я пойду к себе.

- Ребята! - в комнату влетел запыхавшийся Ник. - Что вы тут застряли? Вы разве передумали идти на вечеринку? Все уже ушли...

Руководитель группы уставился на фотографии и грамоты.

- Ник, Кирилл, Сара! - в двери заглянул еще и Митч. - А обмывать нашу победу мы не идем?

- Без меня, Митч, - Джейн перешагнула через разваленные на полу бумаги. - Не буду мешать вашей скромной компании. Извини, Ник, за бардак. Эта полка рухнула случайно. Здесь вообще сплошная рухлядь. Ничего настоящего и стоящего. Все фальшиво!

Дежурно улыбнувшись и поставив букет в мусорную корзину, Джейн гордо прошла мимо растерянных мужчин, вышла из офиса и направилась в жилое крыло. Злости ее не было предела.

«Дайте мне что-нибудь разбить или кому-нибудь врезать!».

- Кирилл, что здесь было?

- Что, что... Она полезла за вазой, а эта полка упала, будь она не ладна. А тут фотографии и грамоты лучшим пилотам. Теперь она считает, что мы ее использовали. Остальную реакцию вы видели.

- Во-от! Вот что значит - связаться с девчонкой! - протянул Митч наставительным тоном. - И почему ей надо все усложнять? А помните, как мы начинали свою карьеру? Как Чет над нами издевался? Да мы до сих пор не знаем, когда он с нами серьезно, а когда проверяет. И что? Кому-то в голову приходило на него обижаться?

- Да, это так, Митч, - согласился Ник. - Только ведь Чет не ставил нам таких условий, каких мы ей напридумывали. Не следовало ее обманывать, теперь она не будет нам доверять.

- А я тоже не вижу криминала в том, что мы попросили ее вести вертушку. Ну и что, что мы умеем ею управлять? Ей тоже надо учиться, - Кирилл собрал с пола фотографии и закинул их в большую коробку. - Зато мы теперь знаем, что в экстремальной ситуации она ведет себя как настоящий боец.

Ник вздохнул:

- А Сара теперь знает, что мы даже в экстремальной ситуации можем не сказать ей правду, и нам ничего не стоит над ней посмеяться... Мы задели ее самолюбие, Кирилл. И это очень плохо. Надо извиниться, я думаю.

- Ник, ты серьезно?

- Абсолютно. Нам всем нужно менять свое отношение к женщинам. Она наш напарник, Кирилл. Если мы сейчас не сможем установить с ней взаимопонимание, о котором только рассуждаем с тобой, нам вообще надо будет поставить крест на нашей группе. Нового напарника нам не дадут. Пойдем попросим прощения.

- Пошли,- Кирилл тоже вздохнул. - Митч, ты с нами?

- Ну, если зовете. Давайте только побыстрее! Нас ребята уже заждались. Сегодня в кафе яблоку будет негде упасть. Из-за этих соревнований сюда столько понаехало. Всех лучших девчонок уведут. А между прочим, девчата из экспертного отдела обещались быть на вечеринке! М-м-м! Я уже целую вечность не танцевал ни с кем.

- Ты неисправим, Митч, - Ник улыбнулся.

- Не вижу в том криминала. Это ты бегаешь все за одной и той же. «Меган - единственная и неповторимая». А я считаю, что женщин должно быть много и разных.

- Да-да. Смотри, влюбишься как-нибудь в такую же вертихвостку, как ты сам, вот горя-то хлебнешь. Это будет тебе Божьим наказанием за все женские слезы.

Митч закривлялся:

- Ой-ой!.. Не хлебну, не надейся! Следуя твоей логике, Ник, если бы Бог хотел меня наказать - он бы это уже давно сделал. А я вон, видишь, живой, здоровый и свободный! И душой, и телом. Женщины созданы нам на радость. Вот я и радуюсь.

- Радуйся, радуйся. Влюбишься - еще наревешься.

- Да нет, Ник. Я заговоренный от любовных потерь. Только победы, никак иначе. Пока молод душой, надо гулять. Вот когда влюблюсь сам, тогда и буду думать. Я ведь рассказывал вам, как выглядит моя суженая - ну, та, которую я уже люблю заочно. Вы не поверите: хотя бы раз в неделю стабильно вижу ее во сне. Это просто наваждение какое-то. Я помню каждую черточку ее лица, ее привычку склонять голову набок, ее белокурые локоны, ее...

- Митч, умоляем тебя, давай без подробностей! Ты поосторожнее со своими сновидениями. За психическим здоровьем тоже необходимо следить.

- Фу-у-у, друзья, называется! Вместо того чтобы дружно помочь мне разыскать ее по моим приметам, вы паясничаете. Как тут будешь психически здоровым? Я знаю, что она где-то есть, но как ее найти?.. Ну, стучитесь в дверь, миритесь скорее - и на вечеринку. Полковник не часто бывает щедрым на халявные выходные.

Мужчины нерешительно остановились у самых дверей комнаты Сары. Глупая ситуация. Как школьники провинившиеся. Стоят, препираются, кому стучаться, кому, что и как говорить. Решили, договорились. Стучат, а им никто и не открывает. Так-то.

- Нет, я балдею! Это ж надо? - Митч засмеялся. - Она с нами не хочет разговаривать! Точнее, с вами. Вот коза упрямая!

- Митч, прошу тебя.

- Да нет, Ник, я без злого умысла. Ну, просто. Как мириться с человеком, если он тебе даже двери не открывает? А знаешь, что она мне выдала, когда я отчитывал ее за то, что она с обрыва за тобой сиганула? Помнишь?

- Это когда ты кричал так, что горы сотрясались?

- Нет, чуть позже. Когда мы шли с ней по лесу. Она мне сказала: «Не ори на меня, на меня родной отец никогда не кричал!». - Митч расхохотался. - Я ее, парни, тогда чуть не убил!

- Представляю, - руководитель двадцать третьей группы улыбнулся. - Но делать-то что будем? Не дверь же выламывать.

Кирилл нервно посмотрел на часы:

- А, может, того, в другой раз? Извинимся после вечеринки. Я хотел еще на показательные выступления посмотреть. Бои уже, наверно, все равно пропустили.

- Да что там смотреть, Кирилл? Каждый раз одно и то же. Все равно, реальных кандидатов на победу только два - Саша да Дмитрий. Один из них и будет чемпионом. Пришлым здесь вообще ничего не светит. А вот что будем говорить про Сару, если Чета встретим? Почему наша команда не в полном составе? Может, ей по телефону позвонить?

- А что? Это идея. Звони!

Ник достал телефон, набрал номер, послушал какое-то время, набрал другой номер...

- Мобильный не берет, на телефоне в комнате включается автоответчик. Дела-а!

- Но, Ник, это уже нарушение. Она обязана брать телефон. А если тревога боевая?

Ник развел руками и посмотрел на потолок. «Оказывается, женщина в команде - это очень непросто». Друзья медленно и удрученно побрели в сторону выхода. Не стоять же под дверями напарницы вечно? В кафе их уже ждут друзья...

Ник, Митч и Кирилл вовремя и удачно нагрянули в свое любимое кафе. Бои без правил еще не закончились, и основная масса участников и болельщиков пока была на чемпионате.

Друзья на бои смотреть не пошли. Во-первых, мест все равно не было, даже стоячие места были только на выходе, у дверей, где толком ничего и не видно. Во-вторых, шансов повстречать свое начальство здесь, в кафе, на несколько порядков было меньше, чем в самой гуще событий, на официальном мероприятии. Агенты спокойно расположились за большим столиком, заранее бронируя места для товарищей и рассчитывая на длинный вечер. Заказали кучу всякой снеди, чтобы потом не ждать по два года официанта, и уныло потягивали некрепкие коктейли в ожидании друзей и новостей.

- Ребята, а вы чего здесь расселись? Не идете болеть за Сару? Или просто не можете на это спокойно смотреть? - Алик, словно ураган, подскочил к друзьям за столик кафе, что-то сдернул со стола, отправив себе в рот, и поднялся, собираясь уходить.

- Алик! Что, бои уже закончились? Ты куда? На что смотреть? Ты о чем, Алик? - воскликнули Митч, Ник и Кирилл одновременно.

Руководитель восьмой группы притормозил и снова развернулся к столу в поисках чего-нибудь вкусненького и бесплатного.

- О чем? О бое за титул чемпиона. Вы что, не в курсе? Ничего себе - напарнички! Сара там раскидывает, понимаешь, всех направо и налево, а вы тут - ни сном, ни духом! Там в зрительном зале аншлаг. Я еще подумал, что у вас, наверно, нервы олимпийские. Сидите тут, чаек попиваете... Нет, вы что, действительно не знали?

- Конечно, нет, Алик! Ну-ка давай сначала и подробнее!!!

Ник ощутил какое-то беспокойство:

- Только не говори, что Сара участвует в боях!

Алик решил присесть на минуту:

- Если я тебе не скажу, что Сара участвует в боях, то как я тебе смогу рассказать о том, как она там участвует?

- Нет! - Ник застонал. - Но ведь новичков не допускают до турнира! К тому же мы только что вернулись с задания, усталые, как черти. А регистрация? Ее не могли допустить до боя без регистрации!

- Регистрация? Ха! Она подошла к Чету, сказала, что у нее чешутся кулаки и она хочет набить кому-нибудь морду. А Чет в это время беседовал с Кеном! Представляете? Кен удивился и спросил, кто она такая и почему он ее не знает? Полковник ответил, что она новенькая и очень способная. Кен заявил, что если способная, пусть идет драться. Вот тебе и вся регистрация! А там, на ринге, она сначала раскидала всех чужих, потом - всех своих... В общем, обстановка следующая. В первом полуфинале Саша побила Димку и вышла в финал, а во втором - Сара побила какого-то кабана из спецназа и тоже вышла в финал. Вы прикиньте, впервые за всю историю участия Агентства КСД в межведомственных состязаниях состоится женский финал! Там сейчас объявили перерыв двадцать минут. Ребята ставки делают, не поверите, на полугодовые зарплаты и больше! Ой, что будет, даже представить сложно. Саша против Сары или Сара против Саши - уж и не знаю, как правильно сказать? Ну и напарницу ты себе, Ник, выбрал! Мать моя женщина! Только держись!

- Кошмар! - Кирилл обеспокоенно посмотрел на своего командира. Он-то помнил, в каком состоянии был Ник после предыдущего матча, как туго ему пришлось после встречи с «комбайном». - Ник, Саша ее покалечит! Ее нельзя выпускать против Саши. Надо остановить бой.

- Пустое, Кирилл. Вне зависимости от того, кто кого покалечит, - Алик покачал головой и снова что-то стащил со стола. - Девчонки ушли в раздевалку, поговорить с ними не удастся, они вне зоны общения. А на трибунах ринга - там столько народу, там все начальство сейчас! Все ждут зрелищ, и, думаю, они свое получат. Ваша напарница, конечно, здорово дерется, а если ее разозлить, то всем фору даст, но Саша ей не по зубам, - Алик опять запихал что-то себе в рот и, жуя, добавил: - Она уже третий раз подходит к титулу чемпиона так близко и своего не упустит. Мне жаль, Ник, но я ставлю на Сашу.

- Разозлить, говоришь? - Митч многозначительно взглянул на Ника и Кирилла. - Трехмесячный оклад, Алик. На Сару. Принимаешь?

- Легко! - Алик оживленно потер руки. - Давно не проигрывал, Митч?

Руководитель тринадцатой группы усмехнулся:

- Да вот, деньги нужны. А это повод заработать. Ребята, разбейте наше пари.

- Вы мне своими пари уже в печенках сидите! - Ник поднялся из-за столика и пошел в сторону зала.

- Кирилл, ну хотя бы ты, будь человеком, разбей!

- Ладно. Только три процента от суммы выигрыша - мои. Независимо от того, кто из вас победит.

- Нет, ты вообще, вымогатель. Губа не дура.

- Как хотите. Я пошел.

- Два процента, Кирилл!

- Жадины. Для друга пожалели... Согласен. По рукам.

Трибуны гудели. Такого зрелища эти стены не видели давно, если вообще видели. Вся элита КСД, агенты, техники, обслуживающий персонал и совсем чужие, посторонние люди - все были здесь.

Это надо было видеть. Лучшие из лучших были побиты девчонками, которые и сошлись в финале. И у каждой цель одна - только победа. Доказать, что она может, что она лучшая, что она победитель.

Время остановилось. Пространство исчезло. Только ринг и противница, и никого в целом свете. И только одна будет первой. Саша или Сара.

Гул на трибунах стоял неимоверный. Друзья с трудом, распихивая зрителей локтями, пробрались по главному проходу почти к самому рингу. Мест свободных кругом не было. Толпы народа стояли у стен, в коридорах и проходах, стараясь не пропустить ничего из такого зрелища. И вот оно - начало столь нелегкого и отчаянного для обеих участниц боя.

- Митч, я не могу на это спокойно смотреть! - Ник прокричал на ухо другу.

- Держись! Она справится. У нее хорошо поставленный удар.

- Ты-то откуда можешь это знать?

- Ну, предполагаю, - Митч вспомнил и ощутил разбитую коленку. - И к тому же я поставил на нее свои кровные деньги. Пусть только попробует проиграть! Я ей голову оторву. Лично.

- Это лучше не видеть, - Ник отвернулся от ринга.

- Наоборот, это надо видеть! А еще лучше, чтобы она увидела нас, - Митч хмыкнул. - Эта упрямая коза сделает все на свете, чтобы победить. Назло вам. Я бы именно так и сделал. Давай маленько покричим, чтобы она нас заметила.

«Саша! Сара! Саша! Сара!» - скандировали трибуны...

Рев восторга и отчаяния болельщиков с обеих сторон...

Долгожданный сигнал окончания боя.

- А-а-а-а-а-а-а! - Митч заорал над ухом Ника так громко и так неожиданно, что Ник чуть не оглох. - Мы выиграли, Ник! Мы выиграли! Она победила! Она сделала Сашу! Саму Сашу! А-а-а-а-а! Я ее расцелую!

«Новым чемпионом становится Сара Коуэлл!» - торжественно и громогласно объявил рефери.

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

Ухажеры

Вечернее кафе было переполнено. Администрация распорядилась поставить дополнительные столы и стулья. Народ был везде: в кафе и на пол-яруса ниже, у игральных автоматов и столиков казино, на танцплощадке, на балконах и лестничных пролетах. Все обсуждали новость дня - женский финал боев без правил. Единственное, чего не хватало для полноты картины, так это самих финалисток. После боя обе девушки, не сговариваясь, отказались давать интервью журналистам, и каждая отправилась к себе.

Нику было неловко. Все начальство подошло лично его поздравить с такой талантливой напарницей. Наговорили кучу комплиментов и пожеланий. Но на душе было невесело. Размолвка омрачала веселье. А извинения придется отложить до завтра.

- Не вздыхай, Ник. Все образуется. Пошли лучше с девчатами знакомиться, - Митч хитро подмигнул.

- Нет уж, я пас. Меня Меган ждет. Местные куклы - это по вашей с Аликом части, - Ник собрался уходить.

- Ой-ой! Какие мы нежные! Ну и ладно. Нам больше достанется. Пусть идет. Смотри, Алик, какие милашки скучают у барной стойки. Айда к ним!

- Нет, они, по-моему, уже слишком перебравшие. Ну их. Пойдем лучше в казино спустимся. Кирилл, ты с нами? - Алик поднялся с места, увлекая за собой лучших друзей. - Глянь, Митч, какая красавица сидит вон за тем столиком!.. Ух ты! Она еще и выигрывает! Вот это удача! Спорим, я первый ее закадрю?

- Мало сегодня продул? - Митч засмеялся. - Хочешь еще добавить?

- Напротив, желаю отыграться. Трехмесячный оклад, что закадрю ее раньше вас.

- Я в вашем пари не участвую, на меня не рассчитывайте, - Кирилл отрицательно замотал головой.

- Ясно. Ты как, Митч? Слабо?

Известный всему Агентству повеса, поймав кураж, хохотнул:

- И не надейся, Алик! Я сегодня в ударе. Кирилл, разбей пари. Я его сделаю, как ребенка. Эта девчонка будет моей - он даже пикнуть не успеет.

- Да, да, Митч, тешь себя случайной победой. По общению с женщинами мне нет равных, - возразил Алик.

У красивой незнакомки в сумочке зазвонил телефон. Девушка нагнулась, достала телефон и приложила его к уху. Сказав несколько слов, завертела головой в чьих-то поисках. Увидев звонившего ей Германа, Джейн поднялась и махнула ему рукой. Митч, Алик и Кирилл - все трое от удивления потеряли дар речи.

- Слушайте, ее в платье и не узнать. Да она королева!!! Удваиваю ставку, Митч.

- Удваиваешь? С ума сошел? Ник нам голову оторвет!

- Пасуешь?

- С чего ты взял? Принимаю.

- Ох, продуешься в пух и прах, Митч!

- Как бы тебе самому, Алик, не пришлось идти по миру с такими расходами! Кирюха, разбей.

- Э... Ребята, может быть, выберете себе другой объект?

- Кирилл, не тормози! - занервничал Алик. - Весь кайф ломаешь. Четыре процента твои. Идет?

- По рукам! - Кирилл, зажмурясь, разбил заключенное пари.

Джейн сегодня не на шутку везло. Казино терпело убытки, тогда как гора фишек разного достоинства увеличивалась перед девушкой просто на глазах.

- Мои поздравления, Сара! К тебе теперь и подходить боязно. Можно выпить с тобой за твой успех и наше счастливое возвращение с задания, м-м? - Алик, галантно улыбаясь, присел рядом за игральный стол, протянул девушке бокал шампанского, а второй игриво поднес к уровню своих губ.

- Спасибо, Алик, но я не пью спиртное.

- Как - не пьешь? Сара, ты шутишь? В этом мире пьют все!

- Возможно... А-а, Митч, - Джейн приветственно улыбнулась подошедшему командиру тринадцатой группы. - Ребята, а вы Германа не видели? Он отошел на две минуты, а пропал на полчаса.

Алик высокомерно фыркнул, демонстрируя безразличие к напарнику, а Митч тут же поспешил воспользоваться его промашкой:

- Где-то тут мельтешил Герман, да найдется... Сара, позволь тебя поздравить с победой. Это было фантастично! Я и предположить не мог, что такая хрупкая женщина может быть такой сильной.

- Спасибо, Митч. Можешь выпить с Аликом за мою победу. Я не употребляю спиртное, а Алику в одиночестве не пьется, - девушка снова переключила внимание на колесо рулетки.

- Выпить с Аликом? Что ты, Сара! Я тоже не пью спиртные напитки. Берегу свое здоровье.

- Ой, и давно? - Алик рассыпался от смеха.

- Давно, - Митч занял у игрального стола такое место, чтобы Сара, поворачиваясь к нему во время разговора, неизбежно поворачивалась спиной к его сопернику. «Не такой ты, Алик, и крутой, со своими стандартными замашками». - Я подошел пригласить тебя потанцевать. Там такая музыка звучит волшебная. Я, кстати, в свое время профессионально занимался танцами.

- Вот как? Очень интересно. И что танцуешь?

- Все. Продемонстрировать?

- Не сегодня, Митч. Я трезвая не танцую... О, Герман! Я здесь! - Джейн замахала рукой своему хорошему знакомому.

- Бегу-бегу!.. Я боялся, что ты меня не дождешься, Сара, а сам я не найду тебя в такой толпе. Ник с Меган охраняют столик в кафе. Народу сегодня здесь! Аншлаг! Пойдем ужинать?

- С удовольствием.

- Так-с. Не понял! - Алик, узрев на горизонте еще одну «конкурирующую фирму», забыл о шампанском. - Сару, значит, он приглашает, а своего боевого товарища и непосредственного командира даже не замечает! Ничего я себе новичка в команду подобрал! Хорош!

Герман смутился.

- Ой, прости, Алик. И ты, Митч, тоже. Конечно, пойдемте с нами! Надо только еще пару стульев разыскать, чтобы всем влезть за стол.

- Вот и займись этим. Что встал? Ну-ка живо, стульчики начальству и даме. Вот молодежь пошла!

Алик недовольно покачал головой, нисколько не смущаясь сорокалетнего возраста своего подчиненного. «Ничего, такой расклад дел даже интересней. Да и Митчу сложнее будет очаровывать Сару».

Ник с Меган охраняли большой стол, рассчитанный на двенадцать персон. А сейчас, собравшись дружной компанией, по принципу «в тесноте, да не в обиде» за ним разместилось человек двадцать. Джейн сидела прямо напротив Ника и с опаской поглядывала на своих недвусмысленно настойчивых соседей по правую и левую руку. Дело, определенно, начинало пахнуть жареным. И Митч, и Герман, и Алик все больше напивались и входили в азарт, пытаясь ей понравиться. Еще немного - и из-за нее может непредвиденно начаться новый тур чемпионата боев без правил, где призом может послужить она сама.

Джейн сверлила глазами непосредственного командира, беззвучно прося о помощи. В какой-то момент Ник поймал ее взгляд и также одними глазами спросил: «В чем дело?». Джейн указала на дверь. После перевела взгляд на телефон Ника, временно нашедший себе пристанище рядом с его тарелкой. Затем потянулась к сумочке, своему телефону. Ник недоуменно посмотрел на напарницу, а потом на дверь. «Ты хочешь, чтобы я вышел?» - так же незаметно для остальных спросил он ее глазами. Джейн слегка кивнула и поставила один локоть на стол, прикрывая рот рукой. «Ты! Позови меня! За дверь!» - едва различимо, одним указательным пальцем объяснила она ему. Рука снова опустилась под стол, к своей сумочке. У руководителя двадцать третьей группы зазвонил телефон.

- Да! - закричал он в молчащую трубку. - Когда? Сейчас? Хорошо, - Ник убрал телефон. - Сара, можно тебя на два слова?

- Нет, что за ерунда, Ник? Какие два слова? Больше двух говорят вслух! Не порти веселье! - кавалеры шумно запротестовали.

Меган тоже вопросительно посмотрела на своего любимого.

- Отставить протесты. Это не моя идея. Это Чет звонил, - соврал Ник, рискуя репутацией, и строго поглядел на напарницу. - Сара, на выход, на пару минут.

Джейн, счастливая, подпрыгнула с места и направилась вслед за Ником на лестничную площадку.

- Надеюсь, я правильно тебя понял и соврал не зря? - сурово спросил у девушки руководитель группы.

- Ник, спасибо тебе огромное! Выручи! Подскажи, как мне удрать с вечеринки без лишних вопросов и приставаний со стороны подвыпившей публики?

Ник пришел в замешательство от странной просьбы:

- Удрать с вечеринки? Шутишь? Вечер еще только начался!

- Да, вечер начался, а ребята уже порядком нагрузились. Ник, они сейчас драться начнут из-за меня. Придумай что-нибудь!

- Ну ты загнула - «придумай»! Сама заварила кашу, а я расхлебывай?!

- Я заварила кашу? Ник, я не знаю, какая муха их всех укусила. У нас с Германом были нормальные дружеские отношения. Мы знакомы с ним уже около года. Еще до перевода сюда. Он хоть и из десанта, но мы как-то всегда попадали на одни и те же задания. Вместе. Всегда нормально общались. Что касается Алика и Митча, я в недоумении. Я никому из них не давала повода. Они мне прохода не дают весь вечер.

- Это не удивительно, Сара. Ты красивая, яркая девушка, а они живые люди.

- Ник, я не хочу ни с кем из них переступать черту деловых отношений. Я дала им это понять, каждому в отдельности и всем вместе, но они меня не слышат. Что мне делать, Ник? Драться с ними? Как здесь у вас принято?

Командир задумался. Хорошо зная характеры своих друзей, можно предположить, что у Сары, действительно, проблемы.

- Хм... Красивых одиноких девушек они не пропускают мимо, это факт... Стоп. А если у тебя есть муж?

- Муж? У меня??? А это их остановит?

- Возможно. На какое-то время.

- Хорошо. Пусть будет муж. Что надо делать?

- Ничего. Иди к себе. Я скажу им, что Чет тебя искал, потому что к тебе на один день приехал муж, и раз у тебя выходной... У Чета лично они точно спрашивать не станут. А я буду на твоей стороне.

Лицо Джейн просветлело:

- Отличная идея! Спасибо, Ник!

- Не за что. Ты только трубку сегодня не бери. Они тебе до утра успеют сто пятьдесят раз позвонить. И двери никому не открывай. Не поддавайся на провокации... Да, и еще, Сара. Извини нас с Кириллом за вертолет. Мы больше так не будем.

Ник напряженно посмотрел на девушку. Но та лишь улыбнулась:

- Простила уже. Кстати, чтобы совсем быть в расчете. Я сегодня много денег выиграла. А поскольку офис наш разгромила я, можно и уборку проведу я? Так, как я вижу наш офис. Ты не против?

- Нет, конечно. Только нас с Кириллом завтра не будет. А ты одна-то справишься?

- Почему одна? Найду помощников. Я и хочу, чтобы вы как раз не мешались. Три дня обходите офис стороной. Это ведь не сложно?

- И мы с Кириллом будем полностью прощены за неудачную выходку на первом задании?

Ник тоже улыбнулся. Доверие - вещь хрупкая.

- Полностью.

- Отлично. До встречи через три дня в прибранном офисе.

Руководитель двадцать третьей группы направился к друзьям, заранее представляя их вытянутые лица при слове «муж»...

- Привет, Стефан! Я к тебе по делу. Найдешь минутку? - Митч робко заглянул в двери начальника информационного отдела.

Седовласый полковник поднял голову из-за монитора.

- Здравствуй, Митч. Заходи. Если по делу, то я найду для тебя хоть два часа. Только что-то подсказывает мне, что ты опять не по служебным делам, а по личным. Садись, рассказывай.

- А... рассказывать не могу. Военная тайна. Я к тебе за информацией.

Полковник не стал скрывать своей осведомленности:

- Дай угадаю. Тебя интересует культурная программа на Фениксе на ближайший месяц: театры, оперы, музеи, живопись, конечно. Возможно, поэзия и подобного рода беда. Да?

- ??? У меня что - это на лбу написано?

- Зачем же на лбу? Профессиональный подход начальника информационного отдела. Только и всего.

- Только и всего? Ты меня разыгрываешь, Стефан? Нет, правда, как ты узнал, что я к тебе именно за этим и пришел?

- Все просто, Митч. Ты не первый.

- Не первый? А... кто еще?

- А ты подумай сам, пораскинь карты. Вспомни. Ты ни с кем в последнее время пари не заключал?

- Пари? - Митч быстро смекнул. - Черт! Алик, значит?!

- Алик. Он. Кто же еще? Вы оба с ним думаете одним и тем же местом. А знаешь, какая директива пришла мне от Чета? Гнать вас в шею, если еще раз попытаетесь использовать служебные ресурсы в личных целях. Ваши пари, Митч, уже у всех оскомину набили. Я не понимаю, как это Алику сходит с рук, он совсем без тормозов. Но ты-то, Митч? Ты же серьезный человек! Я обещал твоему отцу приглядывать за тобой, помогать, если что. Сколько можно рисковать карьерой из-за женщин? Да, чувство опасности, адреналин и прочее. Но можно заниматься личной жизнью вне рабочего времени?

- Можно, конечно, - пробурчал Митч. Не очень приятно, когда тебе читают нравоучения. - При том условии, что работаем мы двадцать шесть часов в сутки, это не проблема. Вот выйду на пенсию лет в семьдесят, если доживу на такой нервной работе, вот тогда и буду думать о личной жизни.

- И не стыдно? Разжалобить меня хочешь? Все работают в одинаковых условиях, Митч. Смотри, Чет узнает - по шапке настучит.

- Но ты же меня не сдашь? По старой дружбе?

- Не сдашь. Но и помогаю вам не по делу в последний раз. Ясно? На, держи. Тот же самый набор материалов. Культурная жизнь Феникса насыщенна и разнообразна. Чтобы все это освоить, много времени уйдет. А при ваших двадцатишестичасовых рабочих сутках - я не знаю, когда вы все успеете. И вообще непонятно: театры, выставки... Вам, профанам, это зачем? Раньше почему-то живопись и поэзия вас не сильно интересовала. Магазины женского белья, драгоценностей и ночные клубы. Думаете перепрофилироваться? Министра культуры решили соблазнить?

- Ну вот, - Митч обиделся. - К тебе, понимаешь, с распахнутым сердцем, а ты - обзываться.

- Вот когда перестанете быть профанами, - наставительно продолжил полковник, - тогда и не буду обзываться. А так пока заслуженно. Что, зазноба очень культурная оказалась?

- Не знаю еще. Отшила нас обоих. Подходы ищем. Спиртное не пьет, по барам не зажигает. Говорит, что замужем и не гулена. Только муж ее - объелся груш. Не рядом. В общем, надежда на победу есть. Вопрос лишь, кто вперед. Пока мы с Аликом в одинаковом положении. Без преимуществ.

- И ничему-то тебя, Митч, жизнь не учит. Сколько Алику ты пари уже проиграл? Не надоело?

- Последние два пари выиграл я.

- Да? Из двухсот с лишним? Ты пока литературу изучаешь, подходы ищешь, а он подойдет к женщине напрямик, улыбнется, прошепчет ей на ухо пару непристойных предложений, и можешь считать - завербовал. И никакие театры не нужны. Да у него подход к женщинам веками передавался через гены! Чем с ним спорить, занялся бы чем-нибудь полезным!

- А я и занялся. Видишь, культуру всего оперативного отдела повышаю. Даже Алик к тебе прибежал.

- Ну-ну. Повышай. Я свой долг выполнил, мораль тебе прочитал. Дальше - как сам знаешь.

- Спасибо, Стефан.

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Мужской разговор

Утром четвертого дня Ник с Кириллом застыли в дверях своего нового кабинета. Нет, сам кабинет-то, конечно, был старым. Но от того, что было, осталось, действительно, только месторасположение стен. Все остальное было новым.

Джейн провела полную перепланировку помещения. Если раньше все рабочие места были сосредоточены в центре кабинета, а по углам офиса стояли тумбы, коробки с документами и неустойчивые стеллажи, то сейчас мебель была расставлена с полным пониманием дела. Вдоль длинной стены были установлены шкафы-купе со встроенными сейфами для служебных бумаг и дисков. Рабочие столы занимали три угла комнаты, причем у каждого нашлось пространство и для тумб под разные безделушки и личные вещи, и для живых цветов, а на стенах - места для фотографий и похвальных грамот в рамочках. По центру кабинета разместился большой круглый стол с удобными стульями по кругу, для проведения мини-совещаний между группами. А у самого входа в кабинет, сбоку, была выделена зона для отдыха: мягкий кожаный диван, который остается вне видимости, когда открыта дверь, небольшой шкаф, которому, очевидно, предстоит стать мини-баром, а напротив него разместился гигантский аквариум с мелкими цветными рыбками. В довершение пейзажа с двух сторон от аквариума гармонично примостились две экзотические пальмы.

Ярко освещаемый потолок, красочные жалюзи на окнах, мягкий ковер на полу и продуманная обстановка превратили кабинет из старого, мрачного помещения в уютный теплый рабочий комплекс, уходить из которого не хотелось в принципе.

Кирилл присвистнул.

- Я вообще-то думал, что речь шла лишь об уборке.

- Я сам так думал, - Ник изумленно осматривал офис. - Это ж сколько это все стоит?

- Не дороже денег, Ник, что я выиграла на днях в казино. Их хватило даже на чай, кофе и печенье в наш новый минибар, - Джейн улыбнулась. - Да входите смелее. Так и будете торчать в дверях?

В коридоре присвистнул еще один голос, а затем и еще...

- Чтоб я так жил! - воскликнул кто-то из сослуживцев, разглядывая кабинет.

До конца рабочего дня офис Ника стал местом самой интересной экскурсии. Пришли посмотреть все: от руководства, до лиц, совсем далеких от оперативной службы - представителей других отделов. К вечеру Ник безапелляционно повесил на дверь объявление, что вход платный. Но и это народ не останавливало. Людей просто тянуло к новому офису и к его, никто в этом уже не сомневался, его реальной и такой необыкновенной хозяйке...

- Привет, Сара! Не сильно занята? - заглянул ближе к ужину один из ухажеров. Алик хозяйской походкой прошелся по кабинету двадцать третьей группы и уселся напротив стола девушки.

- Вообще-то занята. Нам весь день сегодня работать не дают.

- Понимаю. Твои напарники загрузили тебя, нисколько не берегут столь ценного кадра. Если бы ты, Сара, служила в моей группе, я бы тебя освободил от скучной аналитики. Ты им тут такой ремонт провернула, а они так тебя нагружают. Неблагодарные! Переходи в мою группу.

- Угу, - Джейн улыбнулась, прочитав истинный смысл в том, что сказал Алик, и уткнулась носом в рабочие записи. - Умственный труд мозги развивает.

- Эх, и почему тебя Ник выбрал раньше? Я еще не встречал такой редкой девушки. Она и дерется, как львица, и мозги развивает...

Ник оторвался от компьютера и внимательно посмотрел на посетителя:

- Алик, скажи на милость, какого черта приперся?

- Хо-хо! Ничего себе - прием! В гости зашел, Ник. На ремонт ваш поглядеть. Что, нельзя?

- Можно. Ты здесь сегодня уже три раза был. Что-то еще не разглядел?

- Представь себе. Этих цветочков, к примеру, не видел. Не было их тут с утра. Любишь розы, Сара?

Девушка равнодушно повела плечами:

- Нет. Не особо. Это Митч принес мне букет.

- Ха! - Алик хмыкнул. - Розы - это так избито, я бы даже сказал - скучно. Хочешь, угадаю, какие цветы ты любишь?

Алик поставил на стол девушки локти, придавив разом все ее отчеты, и заглянул ей в глаза.

- Попробуй, - Джейн с силой выдернула бумаги.

- М-м-м... Что-то редкое, нежное. И не такое кроваво-красное, как эти розы. Возможно, белые и золотистые оттенки. Может быть, со сладковатым запахом. Что-нибудь вроде королевских лилий, орхидеи, из этой серии, да?

- Почти. Цветущие кактусы.

- Ну вот, видишь! - Алик нисколько не смутился тем, что не смог угадать цветы. - А то какие-то розы. Я вообще, Сара, чего зашел? Ответь, ты что больше любишь: балет, оперу, театр или кино?

- А тебе зачем?

- Что за манеры - отвечать всегда вопросом на вопрос? Раз спрашиваю - значит, надо. Ну, так что?

- Театр нравится.

- Я так и знал! Представляешь, у меня есть два билета на сегодня на спектакль Дени Спа! У них всего три представления на Фениксе! Успех бешеный. Аншлаг. Критики тоже высоко отзываются. Я сто лет мечтал выбраться на их спектакль. Составишь мне компанию?

- Э... - Джейн вопросительно посмотрела на Ника, словно ожидая помощи. - Боюсь, что нет, Алик.

- Нет? Тебе не нравится творчество Дени Спа?

- Нравится, наверно. Не видела ни разу. У меня на сегодняшний вечер планы... У Меган, подруги Ника, завтра день рождения. Я обещала ей сегодня помочь в приготовлении праздника.

- Хм... Жалко, жалко. Я не знал, что вы уже подружились. Что ж, ладно. В другой раз, да?

- Конечно, Алик.

- Тогда - до следующего спектакля. Ловлю тебя на обещании! - Алик хитро подмигнул и направился к дверям.

Джейн виновато посмотрела на изумленные лица Кирилла и Ника.

Зазвонивший телефон отвлек ее от объяснений с сослуживцами:

- Привет, Митч... Нет, мой рабочий день еще не закончился... Не знаю, когда. ... Что? Встретить меня? Зачем?.. Нет. Не стоит. За мной Меган зайдет. Мы с ней сегодня гуляем по магазинам... Да, у нее завтра праздник... Да, давай в другой раз... Хорошо, пока.

Телефон опять зазвонил. Джейн сбросила вызов.

- Никто не научит, как сменить номер телефона?

- Значит, идете с Меган по магазинам?

- Ник, не сердись. Я не успела придумать ничего лучшего. Вы прикроете мои тылы? Пожалуйста, Ник!

- Только если ты действительно поможешь Меган...

- Я - с удовольствием. А работа?

- Работа не волк, в лес не убежит. Иди к ней прямо сейчас, она уже собирается. Иди, прикроем.

- Спасибо, ребята! - Джейн быстро ретировалась из кабинета.

Ник покачал головой:

- Не нравится мне все это.

- Да, то ли еще будет, - Кирилл кивнул в тон своему руководителю. - Думаешь, она пошутила насчет кактусов? Они ведь одержимые, оба. Весь наш офис цветами закидают, пока своего не добьются. Я говорил, что это пари - дурацкая затея, я...

Кирилл прикусил язык, но было уже слишком поздно. Брови Ника от удивления поползли вверх.

- Добрый вечер! Митч, ты мне нужен на пару слов, выйдем в коридор, - Ник с трудом сдерживал гнев.

- А что, здесь нельзя? Ну давай выйдем. Что стряслось?

Митч пожал плечами и вышел следом за Ником. Маленький пятачок в конце коридора с синим матовым стеклом, выполняющим изнутри роль окна и дополнительного источника света, широкий подоконник, на который можно присесть, - часто служили местом небольших переговоров между представителями разных групп.

- Стряслось? Нет, ничего серьезного. Так, пустяки, - голос Ника был полон сарказма и возмущения. - Просто двое моих друзей, хороших друзей, замечательных, решили подшутить, очень скверно подшутить, над третьим моим другом, над человеком, которого я уважаю. И мне об этом стало известно. Посоветуй мне, Митч, как боевой товарищ, что делать? На чью сторону встать? А?

Почувствовав, откуда дует ветер, Митч помрачнел.

- Кирилл-болтушка доложил?

- А что, это так важно? Митч! Мы только что с таким трудом погасили один конфликт. И вот опять? То, что вы задумали - это непорядочно, это подло! Я возмущен не только тем, что я не в курсе. А между прочим, я уже не один год считаю тебя своим другом! Я возмущен самим фактом вашего пари! А я-то, наивный, все никак смекнуть не мог, что вы вокруг нее петухами заходили? Это низко, Митч! Низко и подло. Ты, как никто другой, должен знать всю обстановку, которая сложилась вокруг моей группы. Если я потеряю этого напарника, я потеряю все! Ты понимаешь меня???

- Ник, я... прости, - Митч шумно выдохнул и развел руками. Этого следовало ожидать. Игры с огнем чреваты пожаром. - Конечно, понимаю. Но когда мы заключали пари, я не знал, что эта симпатичная девушка и есть Сара. Мы видели ее лишь со спины. А потом, когда она повернулась, Алик еще и ставку увеличил. У меня не было возможности пойти на попятную.

- Детский лепет, Митч! Не больше, - Ник закипал все сильнее.

- Ник, но ничего ведь плохого не случилось. Что подлого в том, что Алик и я... ну, мы ухаживаем за ней, в кино, театры приглашаем? Мы ведь взрослые люди.

- Взрослые люди, Митч, так себя не ведут. Она живой человек, а чувствами людей не играют! Я сквозь пальцы смотрел на ваши похождения на стороне. Это ваше право. Но Сара - наш напарник. Она наш друг! Друг, понимаешь? А с друзьями так не поступают. Сара ясно всем объяснила, что она замужем и любовных приключений не ищет. Какие-то еще вопросы есть в ее адрес?

- Да, то есть нет. Ник, но ты ведь знаешь Алика? Если он положил глаз на какую-нибудь девушку, то все мужчины мира ему не помеха, тем более какой-то муж, который неизвестно где.

- Вот именно! А ты чем от него отличаешься, скажи на милость? Чем ты лучше? И как в таких условиях ей работать? И нам тоже? Как? Если вы оба донимаете ее звонками, и ей ступить некуда, чтобы на вас не напороться? Как работать, если она просит меня, чтобы я прикрыл ее тылы? Соврал, что ее нет на месте или еще что-нибудь! Давай, Митч, подскажи мне как старший боевой товарищ! Как командир группы - командиру группы! Ну же! Дай мне совет, что делать в такой ситуации? Как разрулить эту проблему?

Под натиском справедливых упреков Митч потупил взгляд.

- Ник, я не знаю. Я сам не рад, что во все это ввязался.

- «Не рад»! Вот и выйди из игры! Расторгните с Аликом пари!

- Это невозможно. Алик никогда на попятную не идет.

- Я сейчас не об Алике говорю, а о тебе, Митч. Ты либо отказываешься от этого пари, либо мы не друзья больше. Я не так часто тебя о чем-то прошу. Но сейчас я требую, Митч. Требую! И как руководитель группы, в которую входит Сара, я имею на это право. На какую сумму вы спорили?

- На полугодовую.

- Очумели совсем? - Ник покрутил у виска. - Скоро вообще на все состояние играть будете? На свою душу спорить еще не пытались? Нет? Митч, мне плевать, где ты возьмешь эти деньги. Отдай их ему! Честь и совесть дороже золота!

- Верно. Но отступные - это всегда двойной размер суммы. Мне придется найти наличными свою годовую зарплату.

Митч вздохнул. Задумался и вздохнул еще раз. Так много он никогда в жизни не проигрывал. Ему придется отдать все. Все свои сбережения и накопления.

- Не в деньгах счастье, я найду, Ник. Сам вижу, что уже чересчур. Только, боюсь, что и получив мои отступные, Алик не откажется от идеи завоевать ее душу и тело.

- Справимся как-нибудь всем миром. Я надеюсь, нам с тобой не придется возвращаться к этому разговору еще раз?

- Не придется. Прости, Ник, меня... Мы ведь друзья?

- Конечно, Митч. Самые лучшие. Я не сомневался в тебе.

Митч опустил глаза. Как часто в жизни приходится нам делать выбор! И как часто приходится выбирать против своей воли или совсем не то, что мы по-настоящему хотим. Митч проиграл это пари, проиграл, толком еще не начав и даже не разобравшись в правилах игры. Он сделал правильный выбор. И знал это. Он выбрал дружбу и чистую совесть... Против интересной девушки, кучи денег и чувства победы над своим основным конкурентом. Почему же его «правильный» выбор его не радовал?

«Ничего, справлюсь как-нибудь. Не конец света. Девушек красивых - миллион. Деньги - вещь приходящая. Заработаю. Алик, с его усмешками и подколками... И Алика сделаю в чем-нибудь другом. Конечно, если бы в пари обозначилась ничья и Алик тоже отказался от своих притязаний на Сару... Да уж. Алик, к сожалению, на подвиги не способен. Интересно, сколько ему понадобится времени на его очередную победу?». Митч опять вздохнул.

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

Любители приключений

Прошло три недели.

- Привет, Кирилл. Здравствуй, Сара, - Митч опасливо просунул голову в двери. По известным причинам он старался в последнее время у друзей не показываться. - А Ник еще не вернулся?

- Нет. Он в командировке. Ждем его дня через три.

Митч протиснулся в офис, словно его туда кто не пускал, и осторожно поглядел на Сару. Да, он обещал Нику здесь не светиться больше. Но ведь он же по делу. Разве можно его упрекнуть в нарушении данного слова?

- Кирилл, мне нужна твоя помощь. Не сильно занят?

- Не сильно, проходи. Пока Ника нет, Чет нас заданиями не грузит. Вон, всю аналитику отдела на нас свалил. Видишь, сплошь серые конверты. Разгребаем с Сарой. Присаживайся. Кофе будешь?

- Ага!

Митч, довольный, плюхнулся на диван и забарабанил пальцами по стенке аквариума. Рыбки в ужасе заметались по сторонам.

- Товарищ майор! - растягивая каждый слог, Джейн строго посмотрела на Митча. - Вы рыбок заиками сделаете. Что за манеры? Как приходит в гости тринадцатая группа, так сразу начинает наших зверюшек пугать. Зачем барабанить по стеклу аквариума?

- Ой, Сара. Я машинально. Для рыбок - зарядка, чтоб не расслаблялись, а мне так легче думается.

- Конечно. Алику легче думается, когда к его рукам прилипают наши канцелярские предметы. Мы потом полдня ничего найти не можем. Дмитрий со своей бандой ходит к нам за кофе и сахаром. После того как мы сделали ремонт, в офисе стало невозможно работать!

Митч заулыбался. «Что правда, то правда. Уходить отсюда не хочется. Вот бы и в его конторе кто-нибудь все так же благоустроил. Тут тебе и цветочки, и рыбки, и музыка, и мебель самая современная, и техника самая лучшая».

- Мы исправимся, Сара. Спасибо за кофе, - он взял в руки чашку с напитком и тревожно посмотрел на Кирилла. - Кирюха, ты сможешь выделить один день для своего друга?

- Выделить день? - Кирилл с сомнением посмотрел на свой заваленный рабочий стол. - А что такое?

- Мы завтра на задание едем в Биллизак. Нам одного человека не хватает.

- В смысле?

- В прямом. Мои ребята берут на себя филиал одной конторы, немного там пошумят. Я в это время проникаю в центральный офис, в хранилище, и выношу оттуда важный диск. А дальше проблема. Надо преодолеть два рубежа - КПП и внешнюю охрану. Мы, как ни прикидывали, мне нужно еще прикрытие и транспорт. Напротив здания, на набережной - охраняемая стоянка, включенной машину там не оставить. Я теряю минуты четыре и не укладываюсь в график. Мне необходим человек, кто бы провел отвлекающий маневр на КПП или прямо по секундам подъехал ко входу. Понимаешь?

- Слушай, Митч. Я знаю, Алик с Германом поехали в Биллизак на выходные. Может, им позвонить?

- Да уж. Весь день звоню. Что они, дураки, что ли, трубку брать в свои законные выходные? По кабакам зажигают. Кирилл, выручай! Это всего на денек. Слетаем туда и обратно. Никто и знать не будет.

- Я не против, - Кирилл вопросительно посмотрел на напарницу. - Сара, ты ведь Нику не разболтаешь, что я отлучался?

- Разумеется, Кирилл! - воскликнула Джейн в сердцах. - Подумаешь, придется несколько суток просидеть мне над этими таблицами! Валяй!

- Сара, ну не сердись. Тебе не обязательно работать и по моим материалам. Только если будет время и желание. Я приеду и сам все сделаю.

- Проваливай.

- Между прочим, - Митч поднялся на ноги, - это очень грубо, Сара. Кирилл ведь не на прогулку отправляется. А на помощь боевым товарищам. Это так самоотверженно.

- Неужели? - девушка подняла глаза от монитора и вызывающе посмотрела на руководителя тринадцатой группы. - А я думала, профессионалы справляются с проблемами самостоятельно!

Митч улыбнулся и снова сел рядом с аквариумом.

- Э-эх! И не стыдно? Попрекать человека, старшего по званию к тому же, после того, как я уже несколько раз приносил извинения.

- Конечно, нет. Тебе ведь не стыдно, Митч? - Джейн тоже решила сделать себе пятиминутный перерыв на чай и поднялась из-за стола. - Ты врываешься к нам в офис посреди рабочего дня со своими проблемами. Выдергиваешь Кирилла, сваливая на мои плечи весь этот рабочий груз, а потом мне еще и мораль читаешь.

- Ну, пожалуйста, Сара! Если с аналитикой будет совсем завал, мы потом поможем. После задания.

- Конечно.

Джейн подошла к мини-бару и приготовила себе чай. Митч и Кирилл, счастливые, переглянулись за ее спиной. Кажется, почти убедили. Кирилл показал в воздухе свой любимый жест «Виктория». Все замечательно. Настоящее задание - это не какая-то скучная аналитика, это жизнь, это дух приключений.

- Так ты нас отпускаешь?

- Я же сказала: проваливайте. Пока я не передумала, - Джейн вернулась к себе за стол. - Что еще? Нику не скажу.

- Сара, а мы не будем злоупотреблять, если мы здесь обсудим детали? - Митч вопросительно посмотрел на девушку. - У нас что-то так холодно в конторе. А здесь, у вас в офисе, так уютно.

- Чтоб вы потолстели, оба!!!

Джейн взяла со стола документы, махнула рукой на свой чай и направилась по коридору в жилое крыло, к себе в комнату. «Никаких условий для работы. Это точно».

Когда через пару часов Джейн вернулась, она снова подумала о том же. Группа Митча и Кирилл сидели на тех же местах, если не в тех же самых позах. На лицах мужчин была озадаченность.

- Вы еще здесь? Какие-то проблемы?

Митч кивнул.

- Нам еще одного человека не хватает.

- Еще одного? К Чету обратиться за помощью не пробовали?

- Что мы, маленькие, что ли - бегать к руководству по каждой ерунде? - в голове у Митча родилась идея. - Сара, а ты машину водить умеешь? В смысле, ты ее водишь лучше, чем вертолет?

Девушка гордо подняла голову.

- Если Вы хотели меня обидеть, товарищ майор...

- Нет-нет, Сара. Как раз наоборот. Поехали с нами на задание!

- Вы шутите?!

- Нет, мы серьезно. Нам нужен водитель. От тебя потребуется лишь сидеть в машине с секундомером в руке, в назначенное время подъехать к подъезду, захватить нас с Кириллом и на всех парах промчаться мимо внешней охраны и полицейского поста. Тогда нам не придется возиться со стоянкой. Ты сможешь?

- Всего-то?

- Сара, мы не шутим. Мы потом у вас половину аналитики разберем. Честно. Мы уже тут головы сломали, проигрывая разные варианты. Ни один таксист от полиции удирать не будет. Рискует потерять лицензию. Нам нужен свой человек за рулем. Решайся!

- Хм... Говоришь, две трети аналитики по нашей группе на себя возьмете?

- Две трети? Я что - так сказал?

- Мне послышалось так. Кирилл, а тебе как послышалось?

Хитро улыбаясь, она посмотрела на своего напарника. Кирилл улыбнулся в ответ. «А может, служить в команде с девчонкой и не так уж и плохо. Пусть ребята смеются. А она - умничка».

- Да, как-то так прозвучало, - неопределенно ответил он, чтобы никого не обидеть.

Митч сдал свои позиции. И зарекался больше с девчонкой на задания не ходить - и выбора нет.

- Вымогатели! Ладно, две трети. Согласен. Вылетаем сегодня ночью. На глаза начальства лишний раз никому не попадаться. Нику тоже не докладывайте потом. Проблемы будут. Хорошо? Водила наш сказал, что залетим на Каласк, а оттуда прямиком до Биллизака. Детали обсудим в полете...

- Сара, что за удовольствие стоять на таком морозе? Было бы тут еще на что смотреть! - Кирилл обвел глазами территорию заброшенного космопорта.

Следы былого величия планеты Каласк медленно, но верно уничтожало время. Обнаруженные здесь запасы золота в один прекрасный момент вдруг закончились. Богатые золотодобытчики забрали все самое ценное, что тут когда-то было, оставив местному населению лишь воспоминания да нищую планету с ее ужасным климатом. Каласк по-прежнему считался международным портом, предоставляя возможность всем желающим пополнить запасы топлива и продовольствия, но смотреть здесь, действительно, не на что.

Вот и сейчас недалеко от их военного корабля стояло два космических крейсера, зашедших сюда, видимо, на заправку. Молодой капитан суетился около заправщиков, отдавая распоряжения. Рядом стояла небольшая группа людей, решившая размяться и немного подышать свежим морозным воздухом. Темнело быстро, и на небе стали вырисовываться первые яркие звезды. Служащие космопорта включили прожекторы.

«Вот этот небогатый пейзаж уже более пятнадцати минут и наблюдала Сара?». Кирилл покачал головой.

- Прости, Кирилл, задумалась.

- Да уж. На меня, например, такое запустение, как на этой планете, нагоняет тоску. Потерянная планета, ничего не скажешь. И люди тут потерянные. И вообще, пошли, пока и нас с тобой Митч не потерял. Нам вылетать через полчаса, надо еще раз обсудить детали, - Кирилл нетерпеливо переминался с ноги на ногу на посадочном трапе. - Холодно зверски. Еще простынем.

- Да, ты прав, Кирилл, потерянные люди. Пошли греться.

Джейн отвернулась от скучной панорамы к напарнику. Слезы ее уже высохли. Какое ей может быть дело до этих чужих людей, до этого чужого, с черно-красным корпусом, корабля, до его капитана. К заданию надо готовиться, а не сердечные раны бередить. Нет у нее права обнаруживать Джеку свое присутствие, сбивать его с курса, напоминать о себе. Быть может, он смог ее забыть. Потерянный ею навсегда.

- Уходя - уходи, - произнесла она чуть слышно и уже громче, обращаясь к Кириллу, добавила: - Что теперь ты застыл? Идем внутрь.

- Сара, ты что-то сказала по-русски?

- Да, есть такая привычка. А разве ты знаешь русский язык?

- Конечно, я сам русский. У нас половина оперативного отдела русские. И Митч, и Димка, да много еще кто. Ник - канадец. Саша, мадам «комбайн», кстати, тоже канадка. Алик - на нем самом написано, что представитель горячих южных кровей. Вот откуда Чет - этого никто не знает. Ребята много раз пытались вычислить, но он обладает настолько энциклопедическими знаниями и так умело управляет разговором, что они это выяснить не смогли. Не раскалывается.

Кирилл засмеялся, вспомнив все неудачные попытки.

- А я думала, что агентам запрещено рассказывать о себе. Зачем тогда каждому присваивается легенда, новое имя, и почему мы должны общаться между собой на английском?

- О! Прихоти отдела контроля. Так они охраняют нас от самих себя. Но у настоящих друзей секретов нет. Главное, чтобы отдел контроля не просек. Вдвойне рад общаться с соотечественником, Сара!

Джейн смущенно кивнула. Действительно, приятно в холодном пространстве необъятного космоса повстречать человека одной с тобой языковой принадлежности и культуры...

- Джек! Это возмутительно! Эти халтурщики подсунули нам просроченные консервы. Надо разобраться, что за ерунда... - услышала она краем уха такой далекий и одновременно знакомый голос Лаерти. «А он нисколько не меняется!».

Операция на Биллизаке провалилась.

Джейн тревожно отмеряла шагами пространство набережной. С нее ручьем текла вода, которую она зачерпнула своим телом из моря, зубы начинали постукивать от ледяного ветра, но Джейн всего этого не замечала. «Мы провалили задание, и есть две потенциальные потери: Митч и Кирилл. Они попались, и надо что-то делать, их спасать. Да, профессионалы выбираются сами. Но есть ли у ребят такой шанс? Настолько ли они профессионалы, как считают? Имею ли я право что-то предпринимать? Или следует просто ждать? Напарники Митча продолжают выполнять свою часть работы, они не в курсе проблемы. Здесь я единственная фигура на поле боя с нашей стороны. Сейчас все зависит от меня. Но что я могу? Один в поле не воин... Стоп! Кирилл говорил, что Алик с Германом должны быть здесь!».

Джейн после минутного раздумья направилась в гостиницу, где они накануне сняли номер. Рука потянулась к телефону...

Через сорок минут в двери ее номера постучались.

- Алик? Как хорошо, что вы пришли! У нас проблема.

- Надо полагать, раз уж ты мне лично звонишь, хотя в обычное время бегаешь от меня, как от чумы. Что случилось? Мы тебя с Германом тут еле нашли. Что с ребятами?

- Их похитили.

- Как похитили? Кто? Когда?

- Не знаю, Алик, - Джейн была очень расстроена. - Митч взял нас с Кириллом на задание со своей группой. Чет не в курсе. Сначала у нас все шло по плану. Митч с Кириллом уже вышли из здания, направлялись ко мне, к машине. А тут на площадь влетел неуправляемый трейлер, резко развернулся и смел в воду с набережной все машины, а сам при этом перегородил проезжую часть.

- Ну, и...?

- Что - «ну, и...»? Мою машину он тоже смел, я еле выбралась. Знаешь, какая вода мокрая и холодная? Когда вылезла, ребят уже и след простыл.

- А с чего ты взяла, что их похитили?

- Два обстоятельства. Первое: их нигде нет. Сюда они не явились, на связь не выходят. Второе. Продавщица газет, как раз напротив входа здания, говорит, что видела, как какие-то хулиганы волоком утащили в сторону причала двух приличного вида джентльменов. Понимаешь, Алик, ребята украли из конторы очень важную вещь, и теперь вместе с ней попались. За то время, что шла спасательная операция по выуживанию машин из воды, отсюда отчалило только одно судно - корабль «Минерва». Я думаю, ребята на его борту.

- Ясно, - руководитель восьмой группы вник в суть ситуации. - Только мы им теперь помочь ничем не сможем. У тебя, Сара, вариант один. Докладываться шефу. Пусть перепроверят этот корабль. Силовиков подключат.

Девушка от негодования раскраснелась.

- Как я могу докладываться шефу, если меня официально здесь нет? Я сейчас, к вашему сведению, сижу в офисе и тихо занимаюсь аналитической работой. Тем, что мне поручило начальство! Равно как и Кирилл. Я же всю нашу группу подставлю, Алик! Контрольное время по группе Митча пока не истекло, Чет прикажет ждать. А это чревато для ребят... Я думаю, мы смогли бы повлиять на развитие событий, если бы догнали «Минерву»...

Алик перебил и повысил голос, не допуская возражений:

- Сара! Послушай меня внимательно! Митч и Кирилл - профессионалы оба. Если они еще живы, то найдут возможность подать о себе весточку. А если нет, то ты им уже ничем не поможешь. Ты должна была не мне звонить, а в центр. Первым делом! Теперь же придется это сделать мне, как лицу, старшему по званию. И, наверно, более ответственному.

- Алик, но они же могут погибнуть! Надо что-то делать! Вы ведь друзья?!

- Верно. Только у нас нет достаточной информации для принятия решения. Не факт, что ребята на корабле. Ты не можешь это утверждать со стопроцентной уверенностью. Ведь так? Бездумно подставлять головы своих ребят, и даже твою непутевую, я не позволю. Это необоснованный риск... Я звоню Чету. Таковы правила.

Девушку захлестнули эмоции:

- Правила! Опять правила?! Неужели нельзя хоть раз по-человечески, без правил? Так, как совесть диктует! Это ужасные правила, Алик! Кто их придумал? Профессионалам тоже иногда нужна помощь! А если бы там сейчас был ты? Ты бы согласился с такой инструкцией? Митч накануне сказал, что только маленькие бегают к начальству по каждой ерунде... Ладно, из одного теста слеплены. Звони, черт с тобой! - она взяла свою сумку и направилась к выходу.

- Ты куда? - машинально воскликнул Герман.

- Воздухом подышу, - равнодушно произнесла девушка.

Какая-то мысль шевельнулась в голове у Алика. Он вдруг вспомнил взгляд Сары перед тем, как на прошлом задании она решила спуститься с обрыва вопреки приказу. Упрямство. Упрямство и целеустремленность. Совсем как сейчас.

- Стоять! Сумку свою оставь, - командир тоже направился в сторону дверей.

- Что? Алик, с ума сошел?

- Нет. Но интуиция подсказывает, что ты что-то задумала. И я хочу знать - что. Сумку сюда. Бегом!

- Алик, но ты ведь не собираешься меня обыскивать?

Руководитель восьмой группы без всякого зазрения совести вплотную подошел к девушке, взял из ее рук сумку, открыл и с невозмутимым видом высыпал ее содержимое на стол.

- Так-с. Что тут у нас? Что это?

- А то ты сам не видишь? - Джейн, насупившись, села в кресло.

- Вижу. Раз спрашиваю, значит, обязана отвечать. Ты арендовала катер на два дня? Интересно, где ты деньги взяла?

- Да уж как не интересно? С банковского счета сняла. Аванс поступил. Моя зарплата - мое дело.

- Ясно. Лицо только попроще сделай... Хорошо, Сара, давай обсудим без эмоций. Как давно отчалила «Минерва»? С какой скоростью поплыла? Куда?.. Допустим, что мы угадаем направление и их догоним. Предположим, что даже ребята там. Как мы их отвоюем?.. Мы ничего не знаем о своем противнике. Сколько их там? Как вооружены? Чего хотят? Каковы их планы в отношении ребят? Как ты намереваешься помочь Митчу и Кириллу, не подставляя под удар их и не подставляясь сама?

- Был один план...

- Что за план?

- Какая разница теперь? Ты же звонишь Чету. А мои идеи с вынужденным ожиданием слабо вяжутся.

- Пока еще не звоню. Так что за идеи?

Джейн вздохнула.

- Я выяснила, что корабль «Минерва» принадлежит одному из членов Совета Директоров СОЛ-Индастридз, той организации, где мы проводили операцию. Хамелеонская контора, которая занимается незаконными поставками оружия и работает под прикрытием. Опасные люди. Но кроме всего прочего владелец «Минервы» является еще и заместителем председателя жюри национального первенства по восточным танцам. За ним в Космоинтернете числится сайт на эту тему. Сейчас на Луанских островах начинаются отборочные туры лучших танцовщиц. И указано, что конкурс будет стартовать завтра на шикарном корабле под названием «Минерва». Не знаю, может быть, есть два судна с таким названием, всякое случается в жизни. Но если нет, то я думаю, что он отправился именно туда. Это пять часов плавания, и ребят прихватил он именно потому, что обязан присутствовать там, а здесь их не на кого оставить. Руководство и охрана отвлечены группой Митча, а убить ребят он не может, пока не выяснит, кто они и на кого работают. В общем, я зарегистрировалась на сайте как участница конкурса. Попасть на «Минерву» я смогу на легальном основании.

- Участница конкурса? - Алик рассмеялся. - Я что-то не видел, чтобы ты хотя бы раз станцевала что-нибудь на вечеринке. Ты же сказала, что не танцуешь?

- Я говорила, что я трезвая не танцую. Но раз надо для дела... - Джейн замолчала на секунду. - Я подумала, мы можем организовать на корабле какие-нибудь спецэффекты. Типа дымовой завесы, слезоточивого или, наоборот, галлюциногенного газа, танца с саблями или ножами. Детали надо проработать. Главное - туда попасть и пустить пыль в глаза членам жюри и охранникам. Ну а во время паники, или чего мы там придумаем, ребят вытащить. Риска здесь почти нет, Митча с Кириллом вызволим и операцию спасем. Я надеялась, вы мне поможете с техникой.

Алик задумчиво посмотрел на Германа, перевел взгляд на Сару и неопределенно покачал головой.

- Техника - это не проблема. Но чтобы пустить, как ты выразилась, пыль в глаза жюри, надо хоть немного уметь танцевать что-нибудь похожее на танец живота.

Джейн поднялась из кресла. «И что за недоверие к своим боевым товарищам? Ведь все надо перепроверить». Она подошла к гостиничному компьютеру и включила какую-то мелодию. Зажигательный восточный ритм наполнил собой всю комнату. Девушка выключила большой свет и проворно задвигалась в такт мелодии. Недоверчивый Алик открыл от удивления рот. «А очень даже неплохо! Точнее, просто потрясающе, профессионально и...». Алик не успел додумать свою мысль, как ему в лицо прилетела с силой запущенная скомканная куртка девушки... затем блузка... затем юбка...

Освещаемая светом тусклой настольной лампы, Джейн стала выглядеть еще загадочней и желанней. Она сдернула с окна прозрачную занавеску, соорудив из нее подобие юбки. Извиваясь, словно змея, прикрытая лишь нижним бельем, показывая не только танец живота, но и всех частей тела, безмолвно объяснила своим напарникам, что танцевать она действительно умеет. Подойдя в танце вплотную к Алику, заглядывая ему в глаза и улыбаясь, резким движением Джейн вырвала из его руки блузку, на которую тот в задумчивости поставил подбородок. Нижняя челюсть Алика стукнулась о его ладонь, открытый от удивления рот неожиданно закрылся, отчего зубы капитана восьмой группы клацнули с неприятным звуком.

- Жаль только, что мой план вам не нравится, - грустно сказала Джейн, слегка краснея от стеснения под двумя парами глаз, надевая блузку и юбку.

- Как не нравится? Подожди, Сара. Очень даже нравится! Верно, Герман? Правда-правда! Предлагаю обсудить детали операции по освобождению ребят...

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

Пляжный сезон

- Митч, а Митч! Очнись!

Услышав голос Кирилла, Митч заставил себя очнуться. Болело все тело, ощущение было такое, что все ребра сломаны. Челюсть разбита. Руки и ноги привязаны к какой-то вертикальной балке так крепко, что в пальцах даже покалывает. Он огляделся и попытался адекватно оценить ситуацию. Незнакомая комната, полумрак. Окошек нет, тусклый свет пробивается из соседнего зала через висячие бусы-шторы, за которыми стоит темнокожий амбал-охранник.

Напротив Митча, немного загораживая своей фигурой дверной проем, также будучи привязанным к балке, стоит Кирилл. Отличия между друзьями заключаются лишь в том, что Кирилл не выглядит так сильно избитым, да еще он сумел освободить свой рот от кляпа, так любезно предложенного пленникам их захватчиками.

- Митч! Ну наконец-то! - радостно зашептал Кирилл. - Я уже переживать начал за тебя. Ты долго был в отключке. Как ты?

- М-м-м.

- Что? А, ну да. Попытайся освободиться от кляпа. Слушай, кто они? Что им от нас надо? Неужели кто-то из руководства СОЛ-Индастридз? Но тогда это провал по всем статьям. Только я не понимаю, мы нигде не могли засветиться... Интересно, куда нас везут?

- М-м?

- А? Где мы? На каком-то корабле. Мы уже долго плывем. Вот только куда? Хотя, по большому счету, какая разница? Все равно нас раньше сегодняшнего вечера не хватятся. До контрольного времени далеко. Да даже если бы и хватились, искать нас будут в Биллизаке, а не в открытом море у черта на рогах.

- М-м.

- Сара? Она точно не видела, куда нас волокут. Когда на нас напали, ее уже не было на причале. Думаешь, она сможет выбраться из воды?

- Мм-м... - в очередной раз промычал Митч и посмотрел на потолок.

- Да, я тоже молюсь за нее. Только мы ее плавать нормально так и не научили, а выбраться из тонущей машины... я не знаю. Хотя сложно сказать, что страшнее: самому заглянуть смерти в глаза или признаться Нику в том, что мы втянули в нашу авантюру Сару. Если с ней что-то случится, он нам этого не простит. Никогда.

- Угу.

- Надо как-то выбираться, Митч. Нам не на кого рассчитывать. Попробуй развязать веревки. У меня руки скручены так сильно, что даже пальцы не шевелятся. Что будем делать?

- М-м! М-м!!!

- Что - «м-м» да «м-м»? Как это я должен понимать?

- Он говорит вам, мистер Болтун, поздоровайтесь со своим хозяином! - в дверном проеме в сопровождении охранника показался невысокий полноватый мужчина с противной слащавой улыбкой на лице. «Жаба» - мысленно окрестил его Митч. - Доброе утро, господа! Значит, это вы вломились вчера вечером в наш офис в Биллизаке? Сильны и храбры, ничего не скажешь!

Мужчина вышел на середину комнаты и оглядел пленников с головы до ног.

- Да. Кто бы мог подумать? А мы по наивности своей считали свой офис неприступной крепостью. Вы нас расстроили. Право слово. Однако прежде чем я вас убью, я хотел бы получить ответы на два вопроса: Как вы смогли получить доступ к святая святых - моему диску? И на кого вы работаете?

Кирилл изобразил на лице недоумение.

- Странные вопросы вы задаете. Хватаете честных людей на улице, избиваете, похищаете, непонятно в чем обвиняете. Вы давно лечились у психиатра?

- Объясни ему, - лениво обратилась «Жаба» к темнокожему охраннику.

Кирилл даже охнуть не успел, как огромный кулак, напоминающий скорее молот, чем руку живого существа, с силой ударил его в живот.

- Ах!.. Ско... тина!.. Ну я это тебе припомню, освобожусь только!

- Вряд ли у вас будет такая возможность, - «Жаба» злорадно улыбнулась. - Уж поверьте мне. Вам немного жить осталось. Ну так что? Мне нужно повторить свои вопросы?

- Конечно, лучше повторить! - Кирилл скопировал выражение его лица.

«Жаба» покачала головой и снова обратилась к охраннику:

- Повтори.

Кулак вновь с неприятным звуком прошел по той же траектории. Митч зажмурился, но даже с закрытыми глазами почувствовал, как его другу больно.

- Ах!.. Ну, попадись ты мне!

- Да-да, мистер. Да. Так как вы заполучили мой диск?

- Если бы я понимал, о каком диске идет речь?

- А что, вы украли не только его? - «Жаба» достала из нагрудного кармана рубахи маленькую металлическую пластину, помахала ею перед носом Кирилла и опять убрала в карман. - Ну так как? Будем говорить?

- Надо подумать. Информация ценная, я полагаю. Меняемся? Информацию на наши жизни, идет?

Однако хозяин диска не был расположен сотрудничать:

- Нет, не идет. Сделка только одна. Информация - на быструю смерть. И советую вам принять условие моей сделки. Вам же будет легче.

- Ах, вон оно как? - Кирилл поморщился. - Жаль... Только мы, знаете ли, не ищем легких путей в жизни. Извините, но ничем вам помочь мы не смо... ах!..

Митч опять зажмурился. Смотреть на это спокойно было просто невозможно.

- Паясничать будем или все-таки поговорим? - «Жаба» не отступала.

- Поговорим, конечно, - прохрипел Кирилл. - Только не умею я разговаривать, когда руки у меня связаны. Есть во мне немного итальянской крови от дедушки по материнской линии. Жестикулировать люблю. Пусть мне твой орангутанг руки развяжет. Вот тогда и поговорим. По душам. Или от души. Это уж как получится.

Кирилл, собрав все свое мужество, улыбнулся.

Митч снова зажмурился, ибо кулак опять просвистел в воздухе.

- С-собака! - Кирилл еле восстановил сбившееся дыхание. - Я тебе это припомню. Помяни мое слово. Ночами являться буду!

Охранник остался невозмутимым. В этот момент у его хозяина сработал телефон. «Жаба» взяла трубку:

- Да... Все готово? И жюри, и участницы?.. Хорошо, начинаем. Проведи жюри в зал. Я уже здесь... Да, встречу, - и, обращаясь уже к пленникам, произнес: - Ваше счастье, что я занят. Займусь вами чуть позже. Подумайте пока над своим поведением. Советую все рассказать, как есть. Тогда будет не очень больно.

«Жаба» дружески похлопала Кирилла по щеке и обернулась к Митчу.

- Это тот, который очень здорово дерется? - спросил он у своего охранника.

- Да, он. Повозиться с ним пришлось.

«Жаба» похлопала по щеке и Митча. Испачкав один палец на руке кровью, которая тонкой струйкой стекала из разбитой губы пленника, «Жаба» недовольно покачала головой, вытерла руку о рубашку Митча и, напевая что-то себе под нос, весело направилась к выходу. Охранник вышел следом и остался стоять в дверях. Соседняя комната постепенно начала заполняться народом.

Митч и Кирилл переглянулись. Теперь они, пожалуй, выглядели одинаково.

- Что будем делать, Митч? Думаешь, вариант F?

Митч кивнул. За многие годы службы в спецподразделении Агентства КСД всякое случалось, но чтобы так безнадежно - никогда.

- А знаешь, Митч, я Алику еще долг не отдал. Четыре месячных оклада. Помнишь наше пари на последнем матче? Мы спорили с ним тогда на счет. Он уж, наверно, и получить эти деньги отчаялся... Слушай, дружище, а тебе я ничего не должен? Что-то я уже и не помню сам. Если случится чудо и мы выберемся, то я по всем долгам рассчитаюсь. Честное слово!

Руководитель тринадцатой группы вздохнул.

- Что вздыхаешь? Не веришь? Или, думаешь, не выберемся?

Митч пожал плечами. Кирилл тоже вздохнул. Рассчитывать им не на что и не на кого.

Всего в нескольких метрах от них бурлила и кипела жизнь. Начинался праздник, яркий и веселый. Только этот праздник не про их честь. Возможно, это последнее яркое впечатление их бесшабашной приключенческой жизни.

В холле царил кавардак. Предметы одежды, косметики, обувь, реквизит для танцев. Толпа из участниц конкурса, их менеджеров, гримеров, визажистов и стилистов ни на минуту не смолкала. Последние приготовления, рекомендации, смех, шутки и прочее - все создавало праздничную атмосферу.

- Так, девушки! Прошу внимания! Тишина, пожалуйста! - громко и властно произнес женский голос.

В центр холла вышла красивая статная блондинка, одетая в восточный костюм. Ее пластика и движения показывали, что если она и не участница конкурса, то к танцам в любом случае имеет отношение. В руках у девушки была папка с бумагами и карандаш. Рядом с девушкой шел гигант атлетического телосложения. Блестящие танцевальные брюки, к поясу которых были прикреплены две длинные сабли, чалма, зеркальные фиолетового цвета очки, кольцо в ухе показывали в нем незаурядную личность и шоумена.

- Так, девушки! К конкурсу все готово, жюри и пресса на месте. Давайте успокоимся и настроимся на честную борьбу. Два организационных вопроса. Первый. Все зарегистрировались? Опоздавших нет?

- Все зарегистрировались! - дружно ответила толпа.

«Третий раз перепроверяют. Вот организаторы!».

- Второй момент. Номера, кто в каком порядке после общего танца выходит на сцену, все знают?

- Да!.. Какого общего танца?

- Что значит - «какого общего танца»? Этот бездарь, Тодди, вас что, не предупредил об изменении программы? - блондинка недовольно посмотрела на спутника и выругалась. - Я его пришибу. Мне надоело все перепроверять дважды!.. Значит, так, девушки. Объясняю. Ничего страшного не случилось. Жюри изъявило желание посмотреть на вас еще до основного конкурса. Сейчас будет включена мелодия, и вы все заходите в зал. Цель общего танца - дать комиссии оценить масштаб и всю красоту праздника, а вам - возможность показать себя со всех сторон. Вы сейчас будете в одинаковых условиях. Прозвучит коллаж из трех мелодий: медленный фрагмент, на котором вы заходите, быстрый фрагмент и очень быстрый фрагмент. Рисунок танца следующий. Несмотря на то, что вы самостоятельно выбираете танцевальные фигуры, каждая из вас должна пройти перед столом жюри трижды. Показались - и сразу же отходим: назад, в стороны, за стол жюри - неважно. Спешить и путать очередь не следует, мелодия звучит достаточно долго, времени хватит. На третьей части мелодии, самой быстрой, Тодди обещал нам спецэффекты, цветной туман, лазерное шоу и прочее. Публика хочет зрелищ, давайте им их покажем. Сейчас мой помощник раздаст вам инвентарь. Это последние разработки в области пиротехники. Бенгальские огни, которые не нужно поджигать. Просто в конце танца, когда мелодия закончится, снимаете с металлических трубочек вот этот колпачок, - блондинка продемонстрировала, как это делается. Цветные искры бенгальского огня полетели в разные стороны. - Вот так, и все получится само собой. Вопросы есть?.. Прекрасно! Тодди, мы готовы, - сказала она в микрофон, прицепленный на край украшенного золотыми монетами топа. - Прошу!

- Без проблем, - ответил в наушнике уверенный голос Германа. Он сочувственно посмотрел на лежащего на полу, связанного и оглушенного, Тодди и подошел к технике.

Яркая музыка заполнила собой все пространство корабля...

- Эх, Митч. И почему не я привязан лицом к дверям? Классно пляшут, да? - Кирилл максимально вытянул шею в сторону дверей.

- Угу.

- Угу. Ты лучше веревки развязывай, а не на девиц пялься. Сколько можно мычать?

- М-м!!!

- Что - «М-м!!!»? Опять за моей спиной стоит этот орангутанг?

- Эа.

- А кто? - Кирилл по легкому колыханию воздуха ощутил, что в помещении действительно еще кто-то есть.

Изящная девичья тень скользнула по полу. Красивая полуголая танцовщица, двигаясь в такт музыке, звеня монетками и бусинами своего восточного костюма, описала в танце восьмерку, обогнув обоих пленников, и снова спряталась за спину Кирилла, чем-то там шурша.

- Э... простите, девушка. Но, как Вы должны были заметить, мы не входим в состав жюри. Хотя нам очень приятно, что Вы заглянули к нам на огонек. Танцуете Вы замечательно, но не по адресу.

Девушка ничего не ответила. Вместе с тем, Кирилл вдруг почувствовал у шеи холодную острую сталь. Танцовщица решила позабавиться с его одеждой. Несколько четких движений, и вот - разодранная в клочья рубашка упала к ногам Кирилла.

- Девушка, Вы что?.. Что это значит? Митч, что она делает? - Кирилл в ужасе посмотрел на друга. «Что еще за напасть?». - О, нет! Девушка, прошу Вас, только не брюки!.. Да, я знаю, что я довольно привлекательный мужчина. Только, поверьте мне, в жюри сидят еще более привлекательные... Да что такое? За что? Я знаю, я много грешил в этой жизни... Что Вы делаете?

Джейн, не обращая внимания на его стоны и жалобы, сорвала со своего пояса один из прозрачных блестящих платков и обвязала им торс своего напарника, второй платок пошел на его бедра.

«Ничего, в темноте сойдет за женщину». Джейн сняла с себя белокурый парик и нацепила его на голову Кирилла.

- Ну и воображуля же ты, Кирилл! - сказала она, улыбаясь и разрезая веревки.

- Сара???

- Громче ори, а то жюри нас не слышит еще. Митч, ты как? - Джейн подошла к командиру и быстро разрезала путы, связывавшие его руки и ноги. Разрезала также и рубаху. - Митч, ты весь в крови! Ты ранен?

- А, до свадьбы заживет! - радостно прошептал майор, наконец-то получивший возможность по-человечески говорить. - Сара! Как ты здесь очутилась? Ты что, плыла за кораблем?

- Угу, по дну бежала. Потом, потом, Митч. Снимай брюки, - сказала Джейн, обвязывая его торс и бедра цветными платками. - План такой. Двигаетесь вдоль левой стены на выход, у дверей Алик вас ждет. Постарайтесь двигаться в такт музыке и не привлечь к себе внимания. Кстати, диск. Вы его достали?

- Было дело. Только его отобрали сейчас. Вон, видишь, «Жаба» сидит, справа от председателя жюри!

Митч указал рукой сквозь висячие бусы-шторы в направлении столика жюри.

- Диск у него в правом нагрудном кармане. Только ты ведь не собираешься отобрать его силой? У «Жабы» вон сколько охраны.

- Зачем отбирать силой, Митч? Ты посмотри внимательно. Жюри сейчас облеплено девушками. Главное - аккуратно и незаметно подойти, а вытащить диск уже не сложно. Все, встречаемся на выходе. Алик, мы выходим, - добавила Джейн, наклоняясь к микрофону.

- Да, я слышал, - прозвучал голос в наушнике. - Будь осторожна. Запускаем спецэффекты. Герман, твой звездный час.

Музыка зазвучала громче и быстрее, свет почти погас. По потолку заплясали цветные зайчики, периодически попадая прямо в глаза членам жюри и неприятно их ослепляя. По полу пополз густой дым. Танцовщицы задвигались в еще более сумасшедшей пляске.

- Выходим, выходим! Что встали, Митч?

- А охранник?

- Спит, как младенец...

- Класс! - Кирилл злорадно потер руки. - Я ему обещал.

- Кому? Что? Кирилл?

- Богу пообещал. Вернуть всем долги: и друзьям, и врагам. Этот охранник, скотина, первая на очереди.

Кирилл с чувством удовлетворения и ответственности, пользуясь прикрытием темноты и громкой музыки, снес бессознательному охраннику полчелюсти.

- Быстрее! Быстрее, Сара! - Кирилл нервно переминался с ноги на ногу на маленьком катере.

Мотор был уже заведен, а девушка задерживалась. Море было неспокойным. Темные грозовые тучи, нависшие над Луанскими островами, не предвещали ничего хорошего. Порывистый ветер также нес запах грозы и неприятностей. Уходить следовало очень быстро.

- Бегу, бегу! Я уже здесь! А это чей катер?

- Какая разница, Сара? Главное - маленький и быстроходный, - наставительно сказал Алик. - Что с диском? Получилось?

- Так точно. Вот, - Джейн протянула свою добычу.

- Отлично! Уходим быстро. Начинается гроза. По рации передали всем штормовое предупреждение, просили в море не выходить. С одной стороны, это хорошо: погони не будет. С другой - нам самим плыть далековато. На корабле пленников уже хватились?

- Да кто их разберет? Вроде нет еще. Хохочут пока.

- Кто хохочет? - переспросил Митч.

- Все: жюри, охрана, участницы конкурса. У танцовщиц в руках было по две трубочки с галлюциногенным газом. Пусть порадуются немного фокусам мозга.

Митч засмеялся, представив выражение лица «Жабы», когда тот, протрезвев, обнаружит на месте пленников лишь разодранные штаны.

- Отличная работа, агент Коуэлл.

- Да не за что, ребята. Обращайтесь еще.

Огненная трещина электрического разряда разделила небо на несколько частей. Грянул гром. С черного неба стеной полилась вода, соединяя воздушную и морскую стихии. Начинался шторм...

- Приплыли, - Алик расстроенно посмотрел на груду камней, так нежданно возникшую на их пути, да на разбитый нос катера, который плавно стал крениться под тяжестью заливавшей их воды. - Что ж, всем покинуть судно. Плывем вон к тому острову. Там какая ни есть, а растительность послужит нам крышей от ливня и ветра. Бурю переждем там. Дальше что-нибудь придумаем.

- Влипли. Опять вариант N, - агенты скептически оглядели предстоящий им путь. - Ладно. Поплыли.

- И почему нельзя, чтобы не купаться? Терпеть не могу холодную воду! - девушка с ужасом посмотрела на гигантские волны и на маленький кусочек земли вдалеке, именуемый островом.

- Не трусь, выберемся, - Митч положил ей руку на плечо и ободряюще улыбнулся. - Правда, не бойся, Сара. Я поплыву рядом. Все вместе поплывем. Все будет хорошо. Не паникуй.

Джейн вздохнула и перелезла вслед за Германом и Кириллом за борт тонущего катера. Митч прыгнул следом, а за ним и Алик, предварительно успев подать в радиоэфир сигнал бедствия.

Плыли молча. Алик прокладывал путь к неизвестному островку. Митч, как и обещал, поддерживал Джейн с правой стороны. С левого бока ее страховал Кирилл. Герман плыл замыкающим.

Дождь, к счастью, заканчивался. Грозовой фронт резко поменял направление. Тучи сносило в сторону, и теперь сверкало и гремело где-то у самого горизонта. Лишь высокие волны все еще неспокойного моря, всякий раз нависая над головами, вызывали определенную тревогу и беспокойство. Доплыв до песчаной косы одного из более чем тридцати островков, небольшими кочками выглядывающих из воды, любители приключений и неприятностей без сил попадали на мокрый песок.

Какая, впрочем, разница, на чем сидеть или лежать? Все равно ни одной сухой нитки на них нет. И вообще дело дрянь. Маленький песчаный кусок земли с парой деревьев, приютивший пассажиров разбитого катера посреди моря, не мог послужить им ни достаточно серьезной защитой от природных напастей, ни укрытием от разыскивающей их «Минервы». Они здесь как на ладони. Без оружия и без связи.

- Одно хорошо, - Алик растянулся на песке, глядя в темнеющее небо. - Тем, кто бросился за нами в погоню, сейчас так же несладко, как и нам.

- Да уж. Им и в голову не придет, что мы все «чайники» в управлении морской техникой. Думаю, они уже на полпути в Биллизак. Вряд ли нас станут искать среди этих рифов. Ни один здравомыслящий человек сюда не поплывет.

- Ни один здравомыслящий человек, Герман, в такую погоду вообще не поплывет. У нас надежда должна быть на то, что наш сигнал бедствия услышит береговая охрана. Вряд ли руководство СОЛ-Индастридз будет обращаться в полицию. Это наш шанс, - Митч тоже разлегся на песке. - Будем ждать.

Растянулись на песке и все остальные, слушая отдаленные раскаты грома да шум бушующей воды.

- Кирилл, а что значит «вариант N»? - спросила девушка.

- А ты, Сара, до сих пор не знаешь? Вариант N означает, что вариантов нет. Нулевой вариант. Почти то же самое, что вариант F. Только допускающий еще надежду, что, может быть, какой-нибудь выход все же появится.

- А вариант F?

- F? Это финиш. Отсутствие вариантов. Конец всему.

- Не очень радостные расшифровки. Давайте их переименуем? Пусть вариант N звучит как «No problem». А вариант F - как «Fantastic». Идет?

- Оптимистично! Жаль только, что на одном оптимизме отсюда не выберешься, - заключил Кирилл.

- Есть у меня одна теория на этот счет, - Джейн улыбнулась, глядя на первые зажигающиеся на небе звезды. - Прямые линии существуют только в геометрии, а жизнь состоит из одних кривых. Так что, Кирилл, вариант K! Кривая вывезет!.. А вообще, я замерзла. Пойду пройдусь и осмотрюсь.

Она поднялась на ноги и пошла вдоль кромки воды, растирая замерзшие плечи и раздумывая о чем-то своем.

- Не жарко, - Алик сел и поежился. - Да, Герман, вот так вот и бывает в жизни. Сидели мы с тобой в шикарном отеле, казино, бар, девочки - все, о чем мечтать может простой солдат, а тут - на тебе! Запомни, дружище, совет боевого товарища: никогда не бери трубку телефона в свои законные выходные. Даже если это звонит девушка. Учись, пока я живой.

- Алик, Герман, спасибо вам огромное! - Митч искренне пожал руку обоим. - Мы не вправе были рассчитывать на помощь, но она нам была необходима. Мы ваши должники с Кириллом. И мы это помним.

- А то, Митч? Хорошо бы я выглядел в глазах дамы, если бы отказался помочь. Жизнь-то - она очень интересная штука. Когда бы еще Сара сама мне позвонила и попросила приехать? - Алик засмеялся и поднялся на ноги, отряхиваясь от прилипшего песка. - Даже и не ждал, что так близко придвинусь к своей цели. Пойду, обогрею замерзшую девичью душу. Думаю, она меня ждет. Ты уверен, Митч, что не желаешь возобновить наше пари на прежних условиях? Легкие победы меня не вдохновляют.

- Нет, не хочу, - лицо майора стало пепельно-серым, но темное небо скрыло его эмоции. Он облокотился на свои голые колени, глядя куда-то вдаль, и как можно равнодушнее произнес: - Нашел время для развлечений.

- Делу - время, потехе - час. Я от пари не отказывался. Это ты струсил. А я настроен на победу, - и, хитро посмеиваясь над Митчем, направился по песчаной косе наперерез девушке.

Митч с тоской поглядел ему вслед...

- Который час, Сара?

- Что спрашивать, если у тебя самого часы на руке?

Джейн с неохотой оторвала свой взгляд от звездного неба и посмотрела на Алика.

- Остановились, к сожалению. Вода, наверно, попала. Так сколько?

- Не знаю. Без пятнадцати одиннадцать. Какая разница, сколько?

- Черт возьми, Сара! Точно ведь! - Алик вытянул перед собой руку с водонепроницаемыми часами. - Двадцать два сорок семь. Как ты это делаешь?

- Что именно?

- То самое. Ты никогда не носишь часов, но всегда с точностью до пяти минут знаешь время. Как так?

Джейн пожала плечами.

- Многолетняя привычка. Внутренний хронометраж. Будешь тренироваться - и у тебя получится.

- Да, возможно, - Алик подошел поближе. - А погода вроде начинает налаживаться. Дождь закончился, тучи ушли. Неплохой пейзаж. Не хочешь прогуляться под звездами, осмотреть местные достопримечательности, м-м?

- Нет, не особо. Пейзаж здесь везде одинаковый. И отсюда все видно.

- Отсюда - это не интересно и не романтично. Пойдем, прогуляемся,- Алик совсем вплотную подошел к девушке и слегка приобнял за плечи, подмигивая и хитро заглядывая в глаза.- Только ты и я, а?

- Нет, Алик, не хочу. Позови кого-нибудь из ребят.

- Я что, по-твоему, извращенец, что ли? Гулять с молодыми людьми под звездами? Я тебя приглашаю. Мне кажется, мы оба слегка замерзли. А я знаю несколько эффективных способов, чтобы быстро согреться. Пошли со мной, Сара!

- Сейчас, только шнурки поглажу, Алик, и сразу же догоню, - Джейн съязвила. - Я тоже знаю эффективный способ согревания. Пробеги пару кружочков вокруг острова - даже вспотеешь.

- Вот что вы, женщины, за народ? - Алик сделал вид, что не обиделся. - К вам со всей душой, а вы готовы с человека последнюю рубашку снять, лишь бы помучить!

Он театрально вздохнул, снял с себя рубашку и, зайдя со спины девушки, накинул рубаху, пусть и мокрую, на открытые и уже порядком замерзшие плечи Сары. Растирая ее предплечья, Алик неожиданно притянул спину девушки к своей груди. Горячие губы опытного искусителя быстро и возбужденно зашептали на ухо ей комплименты:

- Что ты делаешь со мной, Сара? Жил себе человек, никого не трогал. А тебя увидел - и пропал совсем. Я даже предположить не мог, что ты умеешь так танцевать. Я сам не свой, когда тебя вижу. Как насчет приватного танца для своего командира? - руки Алика опустились на талию девушки, а затем медленно поползли по прикрытому висячими бусинами и монетками животу вверх, к груди.

Каменная улыбка медленно проявилась на лице Джейн.

- А как насчет приватного хука в челюсть, Алик? Отпусти меня немедленно, или я применю грубую физическую силу.

Алик мгновенно ослабил хватку. Слишком свежо еще было воспоминание о последнем чемпионате в КСД по боям без правил.

- Да, понимаю. Что поделаешь, у меня горячая кровь. Тебе кажется, что я слишком ускоряю события, да?

- Нет. Ты их неправильно интерпретируешь, - Джейн резко обернулась и посмотрела своему соблазнителю прямо в глаза. - Если я говорю - нет, это означает - НЕТ! Железно нет. И никаких гвоздей! Спасибо за рубаху. И, с твоего позволения, я хочу побродить здесь немного в одиночестве. Извини, Алик.

Джейн развернулась, и, не оглядываясь более, пошла вдоль кромки воды.

Алик чертыхнулся. «Ничего, я все равно выиграю это пари! Я обязан его выиграть».

Митч же, с тревогой наблюдавший за всем происходящим со стороны, облегченно вздохнул. Зная Алика уже много лет, зная его просто магическое влияние на женщин, он был почти убежден, что у Алика все получится. Глядя на удаляющуюся одинокую фигуру Сары, Митч вдруг почувствовал глубокое уважение и симпатию к этой девушке. И как его самого угораздило - отказаться от участия в пари?!

Джек Карно в глубоком раздумье отмерял шагами пространство каюты управления. За холодным куполом мерцали все такие же неподвижные равнодушные звезды. «Где ты, Джейн? За которой из этих звезд? Помнишь ли меня еще? Думаешь ли обо мне?».

- Который час, Лаерти? - поинтересовался он у помощника.

- Джек, ты меня этим вопросом уже замучил. Без пятнадцати одиннадцать. Где твои часы?

- В кармане. В куртке.

- А почему там? Почему ты перестал их носить?

- Не знаю.

Джек в задумчивости посмотрел на свое левое запястье: здоровая, ровная кожа. Химический ожог неизвестного растения планеты Шэ-я давно уже зажил на руке. Непосвященный человек при самом пристальном осмотре не найдет на коже никаких следов. Но это лишь внешняя оболочка. Там, где-то глубоко внутри, в месте, в котором обитает нечто, называемое душой человека, есть этот невидимый глазу след. Есть эта незримая нить, связывающая двух любящих друг друга людей. Есть эта кровоточащая рана, рана оттого, что волею судьбы пришлось нить эту разорвать.

- Мы найдем ее, Джек, обязательно найдем! - Лаерти ободряюще похлопал своего друга по плечу. - До конца нашего контракта осталось совсем немного. Держись, Джек.

- Да, обязательно, - капитан очнулся от раздумий. - Спасибо тебе, Лаерти. Я буду ее искать и найду.

- Я верю в тебя, Джек. Хотя, если честно, я даже не представляю, с чего начинать поиски. Думаешь, она сейчас где?

Лаерти поднял взгляд на купол.

- Где? Не знаю, Лаерти. Где-то очень далеко и одновременно близко. Где-нибудь на краю света. Хотя у меня такое чувство, будто она тоже думает обо мне... Одно могу сказать. Джейн сейчас далеко и от военных действий, и от всего, что хоть как-то связано с войной. Это точно. Живет где-нибудь в людном веселом городе, гуляет среди беззаботных горожан и туристов. Километрах в пяти от людей в форме, от ближайшего из них. Она рождена для мира, Лаерти. Да и я тоже... До чего же иногда медленно тянется время! Мне порой кажется, что мой контракт никогда не закончится...

Утро наступило незаметно. Из всей пятерки любителей приключений поспать удалось только Джейн. Прижавшись спиной к дереву, навалившись с одного бока на плечо Кирилла, а с другой стороны ощущая теплое плечо Германа, укрытая мокрой рубашкой Алика, Джейн провалилась в какое-то подобие сна. Мужчины же, завистливо глядя на способность девушки спать в любых условиях, растирая периодически замерзшие и затекшие от неподвижного сидения руки и ноги, так и не смогли за ночь сомкнуть своих глаз. А тут и солнце медленно выкатилось из-за горизонта. Начинался новый день на этом маленьком клочке необитаемой земли...

Лишь к обеду на спокойной глади моря, с той стороны, куда и пытались прорваться агенты, показался военный корабль. Все с тревогой поднялись на ноги.

- Значит, так. Всем собраться, - жестко скомандовал Алик. - Корабль военный, проблемы наши могут быть еще те. Легенда следующая: мы веселая, бесшабашная молодежь, бездумно прожигающая родительские деньги. Одежда наша соответствует. Мы отдыхали на яхте, когда налетел шторм. У нас была вечеринка, немного выпили. Особых навыков в управлении парусным судном у нас нет, вот мы и налетели на скалы. Очень счастливы, что нас нашли. Пусть военные, нам все равно, кто. Приключения продолжаются. Всем понятно?

Он строго обвел малочисленную команду пристальным взглядом.

- Конечно.

- Так, дальше. Сара и Митч. Изображаете мужа и жену.

- С чего бы это вдруг? - Джейн опешила.

- Не «с чего бы это вдруг?», а «так точно!». Я вас старше по званию. И меня с должности командира, спасающего вашу группу и ваше задание, пока еще никто не снимал.

«Как никто и не назначал»,- хотела съязвить Джейн, но вовремя прикусила язык. Алик тем временем продолжил свои нравоучения:

- Приказы командования не обсуждаются, они исполняются!

- Есть, товарищ командир, - Митч тоже недовольно посмотрел на Алика и выступил вперед. Пытаясь просверлить глазами своего друга насквозь и так и не прочитав его мысли, он все же спросил: - Только если группа знает, что делает, результат будет лучше. Какого черта, Алик, тебе это надо?

- Такого, Митч, - Алик выплюнул изо рта соломинку, которую грыз уже несколько минут, глядя на приближающийся корабль. Он сам не был в восторге от своего предложения, но понимал его справедливость и необходимость. - Ты ранен, Митч, а корабль, который к нам приближается, не прогулочный катер. Там свои порядки, военная дисциплина, режим. Тебя поместят, скорее всего, в лазарет, или что там у них есть. А нас - я не знаю, куда. Вряд ли нам разрешат разгуливать по кораблю, где мы хотим и когда мы этого пожелаем. У нас, может, не будет шансов обмолвиться и парой слов. Сара - единственная возможность связи с тобой. Они могут не пустить к тебе друзей, но не пустить законную супругу - это уже преступление. Смотри, Сара, не переигрывай, но в необходимых случаях веди себя как обычная барышня, пуская в ход весь арсенал женских уловок, включая слезы. А может, нас вообще разделят: вас отдельно, нас отдельно. Плохо, конечно, но там по ситуации. Линять оттуда надо будет срочно. О происшедшем на «Минерве» полиции, возможно, известно. Светиться нам нигде нельзя. Чет нас вряд ли сможет отмыть, если так увязнем. С наступлением темноты украдем катер и возвращаемся на базу. Ясно?

- Да, - Митч кивнул.

Кивнули и Кирилл с Германом. Джейн нахмурилась и ничего не сказала. «Хорошенькое дело - изображать жену! Кажется, где-то это уже было в моей жизни! Плохая примета! Изобразила супругу Джека, а теперь всю себя измучила, пытаясь его забыть. Джек, как же мне тебя не хватает! Хоть ты и был всего-навсего только сном...».

- Еще один момент, - Алик вновь посмотрел на смущенную девушку. - Давайте обсудим. Ваш диск. Вариантов два. Первый: оставить его на острове. Не знаю только, как его потом найдем? Здесь полно островов, похожих друг на друга, как две капли воды, да и вернуться под самым носом военных - тоже проблема. Второй вариант: взять диск с собой, а значит, подвергнуть и себя, и всю операцию еще большей опасности. Наверняка нас обыщут всех. Они военные, следовательно, люди бдительные и осторожные.

- Что ты предлагаешь? - Митч тревожно взглянул на Алика.

За последние двое суток он столько всего натерпелся из-за этого диска, что его уже ненавидел. Вместе с тем, диск этот столь важен, что сам он все-таки рискнул бы и пронес его на военный корабль.

- Я предлагаю назначить Сару ответственной за его хранение. Стопроцентно, конечно, не уверен, но, даже будучи профессионалом, я бы все-таки не стал обыскивать девушку, на которой из всей одежды осталось только яркое нижнее белье да бусы с монетками. Твоя одежда, Сара, точнее, ее отсутствие, единственный надежный сейф в нашей ситуации. А диск маленький, спрятать можно. Как сама считаешь?

Джейн вспыхнула.

- Развратники! Давайте сюда свой диск. Катер уже приближается. Надо успеть его спрятать.

Она забрала ценный диск и скрылась за дикими кустарниками.

Катер приблизился быстро, и через десять минут искатели приключений были посажены на борт военного крейсера. Экипаж судна с большим любопытством разглядывал столь эксцентричную «золотую молодежь». Митч и Кирилл, с обнаженным торсом, в трусах, прикрытых прозрачными газовыми платками, как в набедренных повязках, поднялись по трапу с невозмутимым видом и высоко поднятой головой. Не меньше внимания со стороны военных досталось Алику с его красочными шароварами, декоративными саблями, цепями и кольцом в ухе, да Джейн, танцевальный костюм которой, и правда, притягивал к себе взгляды. Один лишь Герман чувствовал себя обделенным. На него никто не смотрел. Джейн покраснела и взяла Митча под руку.

Капитан корабля, вежливо и внимательно выслушав рассказанную Аликом легенду, слегка пряча улыбку, кивнул:

- Да, мы все понимаем. За вчерашний шторм пострадало около восемнадцати яхт. Береговая охрана не справляется, вот нас и попросили оказать помощь и содействие. Вы уже третьи, кого мы сегодня вылавливаем из воды. Через пять часов закончим патрулирование этого района, затем возвращаемся назад. Мы вас вручим береговой охране, а они там уже определят, что делать дальше, они составляют списки всех пострадавших. В вашем распоряжении горячий душ и хорошая еда, ну, и медицинская помощь, я вижу, Вы ранены? - капитан участливо посмотрел на Митча. - Доктор Гралд вами займется. Так, вы, господа, пройдите за офицером Суоко. Вас сейчас переоденут, накормят и проводят в каюту. У нас режим, понимаете? Корабль военный, - капитан виновато улыбнулся и, глядя на Джейн, с лица которой не сходила краска смущения от бесцеремонно рассматривающих ее взглядов членов экипажа, добавил: - Так, Вы, мисс, пойдете за лейтенантом Кейт Терринс. Вам тоже надо переодеться.

Митч с волнением посмотрел на свою напарницу. Прав был Алик: их всех решили разделить. Но самое ужасное то, что диск сейчас находится под угрозой обнаружения. Да, мужчины обыскивать Сару постеснялись, но кто знает, какие инструкции были даны Кейт Терринс? Симпатичная рыжеволосая женщина рукой пригласила Сару следовать за ней.

Лишь спустя пару часов Джейн, также в сопровождении лейтенанта Терринс, появилась в медпункте.

- Митч, как ты? - она направилась прямо к майору.

Выданная девушке новая одежда закрывала почти все части тела. Но звона бусин и монет, к которым Митч уже успел привыкнуть за истекшие сутки, не было слышно. «Что же с диском?».

- Да все хорошо, милая, - Митч слегка улыбнулся, произнося столь непривычное в отношении напарницы слово, и протянул вперед руки для объятий. - Ушибы, но не так чтобы смертельно. Мне уже вкололи все, что требуется. Доктор сказал, раны заживут быстро. Не волнуйся.

- Как я могу не волноваться? Я так испугалась за тебя, - Джейн тоже включилась в спектакль. - У ребят все хорошо. Нас разместили вместе с пострадавшими с еще одной яхты. Славные парни и девушки. Мы уже все перезнакомились.

Джейн, весело щебеча, присела на краешек кровати Митча.

- Мы уже поели, - продолжила она. - А тебя покормили?.. Ну и славно. Хочешь обрадую? Я упросила капитана, чтобы мне разрешили остаться здесь, с тобой. Все равно в каютах мест недостаточно, приходится ставить раскладушки. Так что какая разница - где? А так я к тебе поближе.

Девушка игриво засмеялась, и в ее глазах заплясали маленькие зеленые чертики. Рыжеволосая женщина у дверей покашляла.

- Кхе-кхе. Вот здесь раскладушка и постельное белье. Душевая - направо по коридору, третья комната. После 21.00 по коридорам ходить запрещено. У нас военный режим.

- А куда нам ходить по коридорам ночью? Ну, если только опять шторм приключится.

- Шторма сегодня не предвидится.

- Это здорово. Хоть по-человечески поспим.

- Приятного вечера.

Лейтенант Терринс кивнула и вышла за дверь. Остановилась на мгновение у дверей - послушать.

- Сара, я так скучал без тебя эти два часа! - мужчина, носящий имя Митч, нежно привлек к себе жену и поцеловал, прошептал что-то на ухо и опять поцеловал, теперь в шею... Девушка игриво засмеялась и тоже зашептала ему на ухо что-то понятное только им двоим.

Кейт Терринс грустно улыбнулась. «Вот она - «золотая молодежь». В любой ситуации радуются жизни. Позавидовать можно». Женщина плотно закрыла двери и пошла по своим делам.

Митч тем временем, обнимая напарницу, расспрашивал ее на ухо обо всех новостях и планах:

- Где диск, Сара?

- У меня, не волнуйся.

- А твоя одежда?

- Осталась в раздевалке. Ты решил, что мне разрешат здесь ходить в таком виде?

- Нет, конечно, но диск, ты его...

Джейн засмеялась и крепко прижала свой рот к любопытному уху майора.

- Диск там, куда я его первоначально и спрятала. Он в моей прическе. Так что сильно мою голову не тряси, а то выпадет. А ты что подумал - что я его куда спрятала?

- А... Мм-м... Я так и подумал,- Митч тоже заулыбался своим пошлым мыслям.- Ну да. А куда еще? Я тебя обожаю, Сара. Пока тебя не было, я тут чуть от ума не отстал. Дай я тебя еще раз поцелую.

Джейн засмеялась, слегка отстраняясь от напористого руководителя тринадцатой группы, и зашептала ему в другое ухо:

- Попробуй только, и я добавлю тебе тумаков, Митч, для симметрии.

- Ладно-ладно, смотри, я ведь обижусь. Реально будешь спать на раскладушке. А когда ночью по полу здесь начнут бегать полуметровые крысы, меня на помощь не зови. И к себе на кровать я тебя тоже не пущу.

Девушка опять рассмеялась, хватая Митча за руки. «Нечего позволять себе большего. Театр - театром, но надо и меру знать».

- После наших доморощенных пауков бояться каких-то хомячков, Митч, смешно. Даже если они с хвостами. Это во-первых. А во-вторых, я здесь ночевать не собираюсь. У меня две новости, хорошая и плохая. Плохая - в том, что уплыть с корабля мы не сможем. Катер только что отсюда отчалил.

- Как - отчалил?

- Вот так. Уплыл, и все. Но у нас с Аликом есть план К! Слушай внимательно. На корме крейсера стоит ВЕР-ТО-ЛЕТ.

- Ух ты!

- Угу! Алик сказал, что будет ждать нас на корме в семь. У нас есть немного времени, и надо придумать, как пройти туда незамеченными. Пока мы сюда дошли, мы миновали три патруля.

- А может, лучше ночью?

- А где гарантия, что и вертолет не улетит? Да и, опять же, усиление охраны. Сейчас народ собирается ужинать. Самое то. И нашего побега никто не ожидает. У меня есть безумная идея. Может, через иллюминатор выберемся? Только... как твои ребра?

- Ребра как ребра.

Митч откинулся назад, отстраняясь от девушки, и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. В помещении стало очень жарко. Аккуратно встал и подошел к корабельному окошку. Приложив небольшое усилие, открыл иллюминатор. Морозный мокрый воздух мгновенно придал трезвости и расчетливости уму, вытесняя из глубины души колдовские зеленые глаза и то непонятное магнетическое чувство, что они вызывают. «Да, этого еще не хватало - перейти черту. Потом опять ненужные разборки с Ником. Нет уж». Митч вздохнул полной грудью и перешел к оценке боевой обстановки. Дело есть дело. И задание они обязаны выполнить. А значит, пора отсюда бежать. «Да, удрать можно и через иллюминатор. Габариты позволяют. Протиснуться можно».

- А как быть с тем, что вода «мокрая и холодная»?

- Ну ты же будешь рядом? Ты ведь не дашь утонуть живому человеку на твоих глазах? Ведь нет?

Митч улыбнулся:

- Что ж, вариант К. Я согласен.

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

Боевая дружба

Чет ругался во всю силу своих легких, не жалея ни слов, ни эмоций. Алик, Герман, Митч, Кирилл и Сара стояли перед ним по стойке «смирно», виновато опустив глаза. Они знали, что ругается их шеф больше для формы, нежели потому, что сердится на них. Они молодцы, и это знают. И знают, что Чет это знает. Они выбрались живыми. И задание выполнили. За что их ругать? Ну да, не вышли вовремя на связь. Поволноваться заставили. Так на то ведь и причины объективные были. Что так распаляться-то?

- Ну? - полковник наконец-то исчерпал весь запас ругательств, отчего ему, без всякого сомнения, стало легче. Он дошел до рабочего кресла, уселся за стол и строго посмотрел на провинившуюся пятерку. - Какие уважительные причины не позволили вам чисто провести задание на этот раз? И как сможете объяснить, что уезжало вас трое, официально, а приехало две группы, двое и пятеро, и я при этом не в курсе дела? Что интересного придумали?

- Ничего, - Митч опустил голову.

- Ай-ай-ай! Что так, Митч? Фантазия иссякла?

- Нет, не иссякла.

- Да? Что же тогда? Я слушаю вашу историю. Внимательно слушаю, Митч.

Все замолчали и еще ниже опустили головы.

- По ком минута молчания? - Чет снова стал распаляться в своем гневе. - Я не слышу отчета, Митч! Твоей группе было поручено простенькое задание: пришел, увидел, победил. Все. Мало того, что вы непонятно зачем взяли с собой Кирилла - нет, вы взяли с собой еще и Сару! Нику тут чуть плохо не стало, когда он узнал, что вы не вернулись. Более того, вы еще умудрились и Алика с Германом впутать в свои авантюры! А ничего, что восьмую группу вчера Кен «на ковер» вызывал? Хорошо, Алик, твои бойцы смотрелись на линейке в твое отсутствие! О-очень хорошо!

- Это моя вина! - хором, не сговариваясь, ответили все пятеро агентов.

Начальник оперативного отдела засмеялся, откинулся назад, на спинку кресла, и скрестил на груди руки.

- Ну-ну! Давайте! Я готов послушать. Кто из вас тут самый лучший сказочник?

Друзья опять виновато замолчали.

- Все рассказывать? - Митч наконец-то набрался смелости.

- Конечно, Митч. Чего там мелочиться? Я ко всему готов. Давай по существу, без деталей.

- Если без деталей... Тот пожар в «СОЛ-Индастридз»... это мы устроили.

- Разумеется, вы. Я бы удивился, если бы это был случайный прилет шаровой молнии. Зачем только вы это сделали? В твоем плане операции, который я утвердил, этого не было.

- Товарищ полковник, нам пришлось менять план на месте. Там была засада. Нас ждали.

- Безусловно. В газетах было опубликовано, что вы туда придете! Как вас там могли ждать, Митч, если о задании знали только заказчик, мы с Кеном и твоя группа?

- Я не знаю, Чет. Но это правда! - Митч, тоже не отличающийся олимпийским терпением, всплеснул руками. - Может быть, ждали не нас, а кого-то другого. Но там была засада! И не только в здании, но и около. Нас похитили, едва мы только спустились с крыльца. Причем все было подстроено очень профессионально. Они организовали аварию, перегородили трассу, чтобы ни одна мышь не проскочила. Они такую зачистку организовали... Вот, Сара сможет подтвердить.

- Разумеется, как не сможет? - голос Чета был полон иронии. - Она же не заинтересованное в деле лицо. Случайно прогуливалась около центрального офиса «СОЛ-Индастридз».

- Вы просили без деталей, товарищ полковник.

- Да, я помню. Прости, что перебил, Митч. Я весь во внимании, - Чет снова изобразил глубокую заинтересованность на полном сарказма лице.

- Ну вот. Нас с Кириллом скрутили, притащили на какой-то корабль и повезли далеко-далеко за синие моря. Там бы и убили, если б ребята нас не вытащили.

- Вот как? Это все?

- Ну да. Почти.

Митч посмотрел на товарищей: «Что, мне одному отдуваться?».

Сара поспешила на помощь:

- Товарищ полковник, чтобы вызволить ребят, я арендовала катер. По ходу операции нам пришлось его бросить. Вернуть его я не смогу. Я, наверно, теперь в местном розыске?

- Хм...

- Товарищ полковник, мы все теперь в розыске, - Алик тоже решил вступить в диалог. - Мы сорвали танцевальный конкурс на «Минерве».

- И еще угнали и разбили чужой катер, - добавил Герман.

- А с военного крейсера, что нас подобрал в море, мы увели вертолет, - вставил свое слово Кирилл.

- Это если без деталей, товарищ полковник, - подытожил Митч. - И мы не знаем, что писать в своих отчетах, чтобы отдел контроля их пропустил.

Чет закрыл одной рукой себе глаза и покачал головой.

- Я просто балдею... Понимаю, почему у вас не было слов. У меня их теперь тоже нет. И что? Что прикажете делать? Как, скажите на милость, мне подчищать ваши грехи там и обелять вас перед начальством здесь? А?

Агенты пожали плечами и снова опустили головы.

- Товарищ полковник, - Митч взял слово от имени всех. - У нас не было цели вмешивать в наши проблемы каким-нибудь образом и Вас. Мы сознаем всю ответственность за происшедшее и готовы нести то наказание, которое руководство сочтет справедливым.

- Да уж. Хороши! - Чет задумался. - Ладно. Следы ваши группа зачистки припрячет. Тут проблем не будет. Проблемы будут с вашими отчетами. Значит, так. Идете все сейчас в офис Ника, закрываетесь там и не выходите оттуда, пока не напишете в унисон звучащие отчеты об операции. И чтобы это были такие отчеты, Митч, чтобы даже Я поверил в их истинность. Это понятно?

- Так точно.

- И никаких хождений по коридорам за булочками или еще чем-нибудь. Без отчетов из офиса не выходить. Это приказ.

- Есть, товарищ полковник.

- Все. Вон отсюда. И нечего улыбаться, я все еще сердитый.

Чет поднялся с места, давая понять, что разговор окончен, и подошел к окну. На самом деле он сам улыбался. И знал, что ребята это знают, как ни скрывай. Они молодцы. Как хороший отец, он любил и гордился своими детьми. Чет был рад, что они вернулись. И вдвойне рад, что с выполненным заданием. Ну а угнанные катера и вертолет - это так, поэзия. Для достижения некоторых целей все средства хороши.

Митч, Алик, Герман, Кирилл и Сара, подмигивая друг другу и пряча улыбки, вышли из кабинета начальника.

Возможно, именно так рождается настоящая дружба. Там и тогда, когда вы идете со своими товарищами рука об руку, плечо к плечу и встречаете улыбкой и подарки судьбы, и ее удары. Когда вы понимаете друг друга с полуслова, с полувзгляда. Когда вы можете, не задумываясь о последствиях, взять вину друга на себя или искренне за него порадоваться. И когда знаете, что это взаимно.

Джейн не заметила, как стала неотъемлемой частью большой и дружной семьи, как стала если не сердцем, то точно душой сплоченного коллектива. Ее легкий характер, беззлобность, чувство юмора и эрудиция сделали ее незаменимым участником любых вечеринок и мероприятий. Ее прежний военный опыт, общительность и логический склад ума позволили стать консультантом во многих профессиональных вопросах. А упорство в достижении поставленных целей, ее бесстрашие и готовность прийти на помощь в трудную минуту завоевали ей славу верного боевого товарища и друга. Относящиеся поначалу к девушке с легким снисхождением, агенты по-настоящему оценили ее, приняв в свою компанию.

Чет не обманывал, когда говорил, что Агентство КСД для его обитателей является не просто местом работы. Агентство - это и дом, и семья, и образ жизни. И Джейн нравился этот образ жизни. Девять лет до этого девушку заставляли быть военнослужащей, быть солдатом и уметь сражаться. Она ненавидела войну и все, с ней связанное. А вот теперь, придя добровольно в вооруженные силы на контрактной основе на маленький промежуток времени, Джейн поняла, что ей нравится служить, нравится делать то, что у нее хорошо получается. Никогда до этого момента Джейн не могла бы похвастаться таким количеством замечательных друзей. Время службы в КСД полетело незаметно. Так, как проходит иногда один день, яркий, полный событий и приключений. Ни за что бы на свете раньше Джейн не поверила, если б ей рассказали, что она вот так будет радоваться своей работе, друзьям, возвращению каждого и их успехам. Как будет усталая добираться до кабинета секретаря - узнать, вернулись ли с заданий восьмая и тринадцатая группы, все ли у них в порядке. А потом до полуночи сидеть с друзьями в кафе, отмечая успехи, или в кинотеатре, глядя на очередной боевик, или срывая в местном казино банк под завистливые взгляды присутствующих. Возможно, из таких мелочей и складывается простое человеческое счастье.

И Джейн, наверно, была счастлива. Лишь иногда опытный наблюдатель смог бы заметить в ее глазах грусть и тоску. Тоску по прошлому. И тревогу о будущем. Ведь срок ее контракта неумолимо истекал, а впереди была неизвестность - пустая и пугающая.

Джейн скопила деньги на достижение своих целей, но строить планы не спешила. Слишком тяжело осознавать, что сегодняшнее счастливое настоящее уже очень скоро станет таким же далеким и безвозвратно потерянным прошлым. В такие часы девушка была особенно меланхолично настроена. Она отказывалась смотреть яркие репортажи о победах КСД в южных галактиках, о сотрудничестве КСД и революционеров в борьбе против захватнического поведения хамелеонов, о реабилитации повстанцев, считавшихся пиратами. Экипаж «Синей птицы» часто выходил на первое место в межгалактических новостях. Команда Джека Карно обнаружила четыре незаконных базы вооружения хамелеонов, и под прикрытием «Красной кометы» космический десант сумел их обезвредить. Джейн видела в репортажах Лаерти, которому присвоили капитанский статус и доверили космический корабль. Видела награждения Джека за заслуги перед Одиннадцатой республикой, в том числе и присвоение ему самой высшей награды международного значения - Ленты Индиго. Несколько раз на экране засветилась и Алисия, все время оказываясь рядом с Джеком, чтобы первой его поздравить. Джейн понимала, что так стереть воспоминания о планете Соленых озер, свою жизнь, именуемую с недавних пор нереальным сном, она не сможет. Девушка обычно тихо вставала, чтобы никого не потревожить, и уходила к себе. Либо шла в казино, где с философским выражением лица проигрывала все ранее выигранные деньги. Возможно, для простого человеческого счастья недостает ей светлой и крепкой любви. Такой, какая была у них с Джеком.

Но Джейн знала, что Джек для нее потерян. Потерян навсегда. И надо как-то учиться жить без него.

ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ

Снежный роман

- Привет, Ириска! А вот и мы. Докладывай шефу. Тринадцатая группа с задания вернулась. Без потерь, задание выполнено. Давай свой журнал. Я распишусь.

Ирис улыбнулась, протянула отчетные бумаги. Митч относится к тому типу мужчин, на которых нельзя рассердиться даже при всем желании.

- Неважно выглядишь, Митч. Все в порядке?

- Устал, как собака. В душ - и спать. Двадцать третья группа еще не вернулась?.. Ой, как я устал!

Митч солдатиком рухнул на кожаный диван в секретарской, изобразил на лице смешную рожицу и сделал вид, что спит, издавая звуки, похожие больше не на храп, а на звук поломанного мотора.

- Ты не меняешься, Митч, - Ирис засмеялась. - Алло, Чет, тринадцатая группа вернулась... Да. Прямо сейчас?.. Хорошо. Восьмую? Да, тоже вернулась. Два часа назад... Да, сделаю... Срочно, поняла. - Ирис положила трубку. Улыбка сошла с ее лица. - Митч, боюсь, твой душ отменяется. Чет желает немедленно тебя видеть. И тебя, и твоих орлов. Прямо сейчас, поднимай их - и на ковер, живо. Еще группу Алика вызывает. Тоже срочно. Не знаю, что стряслось, - секретарь снова взяла трубку.

- Нет, ну что за жизнь? Минуту отдохнуть не дадут. Я дорожную пыль с себя стряхнуть не успел. Опять заставят сдавать отчет в срочном порядке. То ли дело раньше было - в течение трех суток. А теперь? Не берегут агентов нисколько, - Митч тоже достал телефон.

«Вот ребята обрадуются».

- Добрый день всем! Располагайтесь.

Митч и Алик переглянулись. Дело не в отчетах: о них можно было сказать и в кабинете, а не идти сюда, в конференц-зал. К тому же еще и располагаться. Да и полковник выглядит напряженным.

«Определенно, что-то неладно. Неужели опять у кого-то провал? Итак, уже два срыва за месяц. Что происходит?».

Агенты сели полукругом за стол переговоров и устремили взгляды на начальника оперативного отдела.

- Молодцы, что справились с заданиями. Вернулись все, без потерь. Отчеты буду ждать в течение трех суток, это не самое срочное, - Чет стал серьезным. - Я знаю, что вы устали, ребята. Но рассчитывать больше не на кого. Остальные еще не вернулись. Группу Дмитрия я уже направил на задание, но его команда в одиночку с тем объемом работы не справится, - полковник вздохнул. - Группа двадцать три. Ник, Кирилл и Сара. Отправились вчера на задание. Задание выполнили. В контрольное время вышли на связь. Были в пути на базу. Но на базу не вернулись. Их, собственно, а также и то, что они везли, и надо найти.

Чет обернулся к голографической карте и приступил к изложению обстоятельств дела:

- Они выходили на связь вот в этой точке. Отсюда до космолетной площадки три часа полета. Но они не долетели. К сожалению.

- А местность? Чья это территория? Военная?

- Нет. Природный заповедник. Официально там никого нет. И нас там быть не может. Полеты на малой высоте над этой территорией запрещены. Это осложняет поиски.

- Официально там нет никого, - Митч задумчиво подпер рукой подбородок. - А реально?

- И реально там нет никого. Не должно быть... Там на много километров пересеченная местность, горы, густо поросшие лесом, овраги, расщелины. Со спутника тоже ничего не видно. Сплошная облачность. Там уже месяц, не прекращаясь, идет сильнейший снегопад. Но машина у них исправная, а Ник - один из лучших пилотов. Я ума не приложу, что могло случиться.

- Какова география поиска? - Алик всматривался в карту. - Они могли поменять маршрут? Сколько у них было топлива?

- Да откуда ж я знаю? Полный бак, наверно. География поиска огромна. Дмитрий с группой сейчас облетают местность на вертолете. Но я еще раз повторюсь: полеты там запрещены. Придется десантироваться. Вы выезжаете немедленно, время не терпит. Да и метеорологический прогноз на ближайшие сутки очень неблагоприятный, опять сильный снегопад.

Митч с тревогой обратился к полковнику:

- У них есть связь?

- Есть, «кукушка», - Чет положил на стол стандартный передатчик, вмонтированный в ручные часы фирмы «Quqa», называемый агентами между собой «кукушкой». - У каждого на руке по такому. Обычная рация, плюс маяк. Но все три передатчика молчат.

- А там нет никаких геопатогенных зон или чего-то, что может глушить эти волны?

Чет вместо ответа развел руками.

- Я там не был, не знаю. Не должно быть. В любом случае - ищем. Каждому даю по радару, он находит даже выключенные передатчики. Радиус действия на выключенную «кукушку» - пятьдесят метров. Как войдете в зону их маячков, сигнал поймаете. Прочесывайте местность тщательно, постоянно всем быть на связи. Я сейчас с важными делами разделаюсь и, если к этому времени не найдете, я тоже к вам присоединюсь. Все, ребята, удачи. Найдите их.

Летели всю дорогу молча. О чем говорить? Друзей надо найти, и агенты знали, что сделают для этого все от них зависящее. В истории пропажи двадцать третьей группы вопросов было больше, чем ответов. Планета Т40/2311 была хамелеонской планетой со статусом сельской глубинки: ни военных, ни политиков, ни криминала. Официально, во всяком случае. Единственными непримиримыми соседями здесь были владельцы крупного заповедника да добытчики какой-то особо ценной руды, залежи которой пролегали под территорией заповедника. Это обстоятельство послужило камнем преткновения в мирном сосуществовании соседей. Каждая сторона отстаивала интересы своего бизнеса, подрывала устои и нормальную работу друг друга, терроризировала местных жителей. Международные организации попытались вмешаться и навести порядок, как вдруг наткнулись на явное нежелание руководства планеты пускать наблюдателей в этот сектор. И заповедник вдруг жаловаться перестал, и добытчики решили свернуть свой бизнес. А информационный отдел Агентства КСД выявил наличие на Т40 большого числа военных. Уж не обнаружила ли себя случайно очередная военная хамелеонская база на выходе в южные ворота? Для разведывательной операции в данный район и была направлена двадцать третья группа: выяснить обстановку на месте. Выяснить - выяснили, а вернуться не смогли. Что же могло случиться?

Уже на подлете к месту последней связи с группой пришла хорошая новость: нашелся Кирилл. Точнее, дежурный принял сигнал его маячка. Планы подкорректировали тут же. Вместо десанта по траектории следования вертолета Ника решили сначала высадиться в районе данного сигнала. И это было правильным решением. Около маячка, замерзший, в ожидании спасателей пританцовывал Кирилл. Вертолет группы Дмитрия показался на поляне одновременно с вертолетом Митча и Алика.

- Кирилл, мы рады тебя видеть! - ребята гурьбой выскочили из гудящей машины. - Что случилось?

- Я сам не понял, что произошло, - Кирилла нервно потряхивало. - Все случилось слишком быстро. Мы летели на космолетную площадку, когда из облаков вынырнул вертолет. Я думаю, это патрульный из RT4, военная база. Мы там наследили, не все гладко прошло. Точнее, мы работали по плану, но было такое ощущение, что на RT4 нас ждали. Еще будем анализировать ошибки и весь ход операции в целом. Мы чудом выбрались и слиняли оттуда. Этот вертолет на нас как снег на голову свалился. Радар его запеленговал слишком поздно, а он без всяких разговоров открыл огонь на поражение.

- Ну еще бы! Вы к ним как к себе домой пришли. Они, наверно, здорово обиделись?

- Возможно. Вертолет выпустил две ракеты в нас. От одной Ник увернулся, выпустил ответную, а вторая нам попала прямиком в хвост. Меня просто выкинуло из вертолета взрывной волной. Пока падал, слышал еще один взрыв, но чей: наш или их - не знаю. Ударился сильно, как очнулся - сразу включил «кукушку». Это все, что я знаю. Удивляюсь, как у меня кости целы, высота была приличная.

- Так, понятно, - Дмитрий, как старший по званию и имеющий больший опыт военной службы, принял командование на себя. - Прочесывать лес будем цепью. Больше чем на пятьдесят метров не растягиваться. Внимательно следите за радаром. Всем быть начеку, и в эфире осторожнее. Если Кирилл слышал, как взорвался не патрульный вертолет, то эти ребята где-то рядышком и очень опасны. Мы должны разыскать обломки вертолета раньше.

- Димка, ты думаешь, что Ник и Сара, что у них... у них не было шансов, да?

- Я верю в чудеса, Кирилл. Я знаю, что они случаются иногда. Ты тому живое доказательство. Но надо быть немного реалистом. С момента аварии прошло уже шесть часов. Их передатчики молчат.

- Да, но, может быть, они часы потеряли или сломали?

- Если потеряли, то только с рукой, на которой они прикреплены, а по поводу «сломали» - не мне тебе объяснять надежность «кукушки». Противоударные, водонепроницаемые, на века сделанные... Либо Ник с Сарой без сознания и не могут включить маячок, либо эти маяки уже некому включать. И хватит разговоров. Распределяем квадраты для поисков.

- Вот техника хреновая! «Противоударные» называется! Фуфло! - Джейн с чувством злости и отчаяния сняла с руки «кукушку». Корпус часов был разломлен в аккурат на две части. Все внутренности рассыпались при падении в рыхлый снег. - Ремонту не подлежат.

Джейн попыталась встать на ноги. «Больно, но кости вроде как целы. Плечо распухло. И нога ушиблена. Это ж надо было на такой скорости падения повстречаться с деревом! Да, дереву тоже крепко досталось». Девушка оглянулась по сторонам. «Что дальше? Куда теперь? Каков план действий?».

Кругом сплошной снег. «Надо сориентироваться. Откуда мы прилетели и куда направлялись? Так, без паники. Нужна связь». Джейн вспомнила взрыв вражеского вертолета. Она оказалась в свободном падении почти одновременно с ним. Летчик катапультировался, Джейн это тоже помнила. А его машина рванула прямо под ним, над деревьями. «Может быть, при взрыве и падении повредилась не вся техника? Да, надо к вертолету, чьим бы он ни был. Обломки с воздуха увидать все равно легче. Меня непременно должны искать. Неизвестность хуже всего. Что с Кириллом? Успел ли выпрыгнуть Ник?». Взрыв их собственного вертолета был такой оглушительной силы, что от него вряд ли что-то осталось. «Ник крикнул мне, чтобы прыгнула я, а сам? Успел ли? А если успел, жив ли? Да, мне повезло, деревья и снег смягчили падение, но тут ведь и скал полно». Джейн, проваливаясь в сугробы по колено, а местами - и по пояс, направилась искать упавший вертолет.

Спустя полтора часа от начала поиска от Алика в эфире прозвучала новость:

- Докладывает 08-01. Принимаю сигнал маяка. Повторяю, есть сигнал.

- Квадрат?

- Шестнадцатый. Я в зоне взрыва.

- Один сигнал?

- Так точно.

- Ясно, - Дмитрий предупредил: - Будь осторожен и внимателен. Я к тебе сейчас подойду, я близко. Остальные, продолжаем двигаться цепью. Надо найти и второй маячок.

Митч быстро катился на лыжах по склону, не забывая при этом поглядывать на радар. Ничего. Все глухо. Кругом сплошной снег: и на земле, и на деревьях, и с неба крупными хлопьями стеной летит. Митч любил такую погоду. Любил лыжный спорт, возможность вдыхать теплый мокрый воздух, любил разглядывать открывающиеся горные пейзажи, заснеженные елки. Красота... Но сегодня это не впечатляло. Страх за своих друзей, злость и отчаяние на то обстоятельство, что он сейчас ни на что повлиять уже не сможет - эти чувства парализовали все тело.

Вот Алик в эфире передал, что обнаружил один сигнал, выключенный маячок. Кто же это? Ник? Сара? Сердце Митча сжалось в комок. Он не хотел слышать о гибели никого из них. Ник. Сколько они уже дружат? Лет восемь, больше? Еще до Агентства. Ох, в каких только жизненных ситуациях им не приходилось бывать! Митч не задумываясь мог отдать бы за него свою жизнь, и знал, что и Ник ни секунды не колебался бы в этом вопросе. Нет, только не Ник! Нельзя! Никак нельзя! Но и не Сара тоже! Митч крепко сжал зубы и еще увеличил скорость. Он и сам не понял, как и когда сумел всем сердцем привязаться к этой обаятельной и задорной, такой непосредственной и непослушной, такой упрямой и пробивной девушке. Не воспринимая ее поначалу серьезно, точнее - вообще никак не воспринимая, он вдруг понял, что и представить себе не может кого-то другого на ее месте. Нет, только бы это не Сара. Нельзя! Никак нельзя!

- Докладывает 08-01. Ребята, у меня две хороших, две плохих новости.

- Давай уже конкретнее, психолог, - в эфире появился строгий голос их начальника. Чет, кинув все свои дела, также прилетел на поиски пропавшей группы.

- Докладываю. Обнаружил 23-01! Он живой, ребята! Катапультировался без парашюта. Без сознания, голова разбита... не знаю, что еще. Но он дышит! Давайте медиков сюда, быстрее!

- Мы уже подлетаем, видим тебя с воздуха, - вставил реплику Дмитрий.

- Ясно, - Чет выдохнул в эфире. - Сара?

- Никаких следов. Совсем. На радаре тоже ее нет. Надо смотреть другие квадраты.

- Понятно. Не расслабляться никому. Ищем. Будьте внимательны, темнеет, да и снегопад усиливается. Через час в любом случае придется прерывать поиски.

- Как это, Чет? - Кирилл возмутился.

- Что - «как это»? Через час здесь не только местность, здесь на расстоянии вытянутой руки будет ничего не видно. В лесу темнеет быстро. Где я вас потом всех собирать буду?

- Если б мы нашли Ника завтра, было бы поздно его спасать. Это может быть справедливо и для Сары.

- То, что ты говоришь, Кирилл, разумно, - Дмитрий тоже заспорил в эфире. - Только и Чет прав. Темнеет. Где ее искать? От места твоего падения и до места, где рухнул вертолет, мы прошли плотно. Пропустить ее мы не могли. От места падения вертолета по ходу движения - сколько вы отмотали в общей сложности? Тоже ничего. Не могла же она убежать так быстро, не оставив никаких следов? Предполагаю, что Сара попала в эпицентр взрыва. Именно поэтому мы не можем найти сигнал «кукушки». Нечего просто искать. Идти еще дальше смысла нет. К тому же - в потемках. Думаю, завтра надо начинать поиски сначала, с места падения вертолета. А сегодня нужно всем отдохнуть. Предлагаю разбить лагерь.

- Дима, ты не прав, мы не устали.

- Говори за себя, Кирилл! - Чет решил прекратить препирательства: - Ребята все вернулись только что с заданий - и сразу на лыжи. Они ног под собой не чуют.

- Очень даже чуют, - Митч подал в эфире свой бодрый голос. - Мы в порядке, Чет. Природа - она оживляет. Силы еще есть.

- Да, а в вертолетах есть фонари, - Алик тоже поддержал своих друзей. - И еще не так темно. Мы можем продолжать поиски.

Полковник вздохнул.

- Ребята, ребята... Я все понимаю. Но давайте реалистично. Мы ушли уже слишком далеко... Хотите пройтись сначала? Что ж, возвращаемся к месту падения вертолета.

- Нет, подождите! - Митч даже удивился той простой мысли, которая пришла ему в голову. - Мы все время вспоминаем о месте падения вертолета. Но ведь был не один вертолет? И возможно, тоже подбитый. Кто-то встретил обломки второго? А?

- Хм... нет. Так и вертушку Ника с воздуха не было видно. Горящий вертолет вошел в снег, как раскаленный нож в масло. Этот - либо так же, либо улетел.

- Допустим. Но чем повторно проходить тем же маршрутом и терять драгоценное время - может, пойдем в противоположную сторону от места падения вертолета Ника?

- Ладно, - Чет сдался. - Включайте свои маяки. Дима, загружай всех в вертолет. Боюсь, мы все равно засветились в этом районе. Еще с охраной потом разбираться... Посмотрим в другой стороне. Еще два часа на поиски. Потом привал для всех. Ясно?

- Так точно, - ответили агенты почти хором.

Снег, снег, бескрайний и бесконечный снег - куда ни бросишь свой взгляд. На лес опускалась ночь, холодная, тревожная и колючая.

Митч поежился. Чужой лес выглядел неприветливо и угрожающе. Мышцы тела от многочасового хождения по сугробам утомились, усталость чувствовалась при каждом движении, да и реакция уже не та. Чувства притупились. Темно и холодно. Мокрый снег залепил лицо, пронзительный ветер свистит в ушах и колет щеки.

«Хочется сесть в сугроб, привалиться к какой-нибудь елке и отдохнуть пару часиков. Быть может, все так и сделали? Какая-то подозрительная тишина в эфире».

Почти в эту же секунду прозвучали два сигнала. Первым был строгий голос Чета по рации:

- Всем внимание. Сбор в седьмом квадрате. Будем делать привал. Всех жду.

Вторым звуком оказался звук маячка, высветившегося на радаре в заледенелой руке Митча.

- Ребята, у меня сигнал!!! - вскрикнул майор, с напряжением вглядываясь в темноту. - У меня сигнал! В радиусе пятьдесят метров!

- Твои координаты, Митч?

- Третий квадрат.

- Принято. Все туда.

Митч, всматриваясь в каждое дерево, в каждый куст, тихо позвал: «Сара!»... Нет ответа. Позвал погромче... Тишина. Еще громче, перекрикивая порывы ветра... Все тихо.

Усталые агенты сквозь темноту ночного леса прокладывали себе дорогу в третий квадрат. Наконец-то они у цели и их поиски близятся к концу. В эфире прозвучал настороженный голос Митча:

- Докладывает 13-01. Квадрат третий. Обнаружил тело...

В эфире повисла тишина. Кирилл молча опустился на корточки. У него не было сил идти куда-то дальше, надеяться на что-то. Чудес не бывает. Вот и все. Нового напарника в их группу не дадут. Невообразимый рок никак не закончится. Что бы ни случалось - они с Ником выбираются целыми, а их напарник - уже нет. Никогда.

А Митч между тем продолжил свой доклад:

- Мужчина, белый, возраст... лет сорока пяти... все лицо в крови, это, похоже, летчик того, другого вертолета. Пострадал от взрывной волны. Здесь все в обломках. Вертолет, вероятно, взорвался в воздухе. Здесь на несколько квадратов осколки разнесло. А снегопад их припорошил как следует.

Луч от фонаря Митча запрыгал по сторонам.

- Митч, а Сара? Ты говоришь, она у тебя на радаре?

- Да. По логике вещей она должна быть в полуметре от меня, но я не вижу ее. Сигнал есть, а Сары нет. Странно... Подождите-ка... Черт побери!

- Митч, что там у тебя? - даже голос Чета прозвучал слишком хрипло от напряжения.

- Докладываю: нашел «кукушку». Точнее, то, что ею раньше было. Передатчик в нерабочем состоянии, корпус часов расколот на две части, часть деталей отсутствует. Передатчик висит на ремешке на дереве, прямо над телом.

- А... Сара?

- Сары не наблюдаю. Подождите. Я что-то нашел.

Кирилл закрыл лицо руками. Он хотел молиться, но не знал таких слов, чтобы попросить о чуде. Он молился о том, чтобы в эфире вдруг прозвучала новость о том, что Сара жива. Кирилл знал, что это невозможно. Но он очень молился. Он обещал небу быть хорошим. Самым лучшим.

Митч, утопая в рыхлом снеге по пояс, дошел до привлекшего его внимание предмета. На ветке дерева красивым бантиком была завязана синяя лента. Лицо майора просветлело. «Сара. Это ее рук дело».

- Митч?

- Да, я на связи. У меня в руках записка, - Митч развернул ленту. Тоненьким прутиком, обмакнув его в кровь погибшего летчика, несколько часов назад Джейн нацарапала на ленте несколько цифр. - Читаю: «23-03. 85. 20 градусов. Северо-восток». Ребята, она жива! Легкое ранение. Двигается на северо-восток. Но почему на северо-восток? Там что?

- Сейчас посмотрим по карте, - ответил полковник. - Одно могу сказать: если двадцать третья группа и не ангелы, то летать все равно умеют.

- Спасибо, Чет, за комплимент. На северо-востоке центр наблюдения за заповедником, - Кирилл благодарно посмотрел на небо. - Я вспомнил. Когда мы летели, Ник говорил, чтобы нас не заметили из этого центра, отклонимся от маршрута на юго-запад. Она идет туда. В центре наблюдения должны быть связь и медикаменты.

- Это все замечательно, - Чет вздохнул. - Но зачем она сняла с руки часы? Как ее теперь искать? Особенно ночью? Да еще в таких погодных условиях? Вот, я нашел по карте. Идти туда не близко, и местность неровная. Скалы, обрывы, елки-моталки...

- Да, задача не из легких, - Митч подтвердил. - Темно, хоть глаз коли. Но пока снег все не засыпал, надо продолжать поиски. Я пошел по ее следам.

- Хорошо. Мы в том же направлении пойдем. Будь на связи.

Налетевший ураган сбивал с ног. Почти на каждом шагу Джейн проваливалась по пояс, падала. Ветки хлестали ее по незащищенным рукам и голове, снег залепил лицо. Свистящие порывы ветра и треск деревьев создавали непрекращающийся гул. Опустилась ночь, ничего не видно. Ушибленная нога с каждым метром пути болела все сильнее, бежать уже не получалось. Холод начал забираться внутрь. Джейн плотней завернулась в куртку погибшего летчика. Наброшенный на плечи его обгорелый парашют создавал лишь тяжесть, но не тепло. Идти дальше нет ни сил, ни желания. Нужен привал...

Привал был произведен и у агентов. Митч сотый раз измерял своими шагами расстояние от носа вертолета до его хвоста. Он нервничал, и заметно это было невооруженным взглядом.

- Митч, успокойся. Не ходи, как зверь в клетке. Иди лучше поспи пару часов. Как рассветет - сразу продолжим поиски. Ты же видишь, все равно идти невозможно.

- У нее может не быть этой пары часов. Замерзнуть в этих снегах, на таком ветрище - элементарно!

- Ты предлагаешь продолжать поиски в таких условиях?

- Да. Можно разбиться на пары. Одеться теплее. Взять фонари, веревки. Я готов искать и в таких условиях. Кто-то со мной пойдет?

- Я пойду, - Кирилл поднялся на ноги. - Сара мой напарник. И ей сейчас нужна помощь. Я не устал.

Остальные агенты тоже обреченно поднялись на ноги. Раз такое дело - все пойдут.

- Что ж, распределяем маршруты...

Северо-восточная часть леса не обещала ничего хорошего. Лес был богат расщелинами, горными подъемами и спусками. У одного из таких спусков и остановились Митч с Кириллом. Далеко впереди на ровном сером небосклоне виднелись дежурные огни научно-исследовательской базы и центра наблюдения за заповедником. Именно туда, как следовало из записки, и пошла Сара. Друзья в небольшом замешательстве посмотрели друг на друга.

- Что будем делать, Кирилл?

- Не знаю, я бы пошел верхом. Если спускаться, здесь можно шею себе свернуть. Слишком круто. Вряд ли Сара стала бы так рисковать. Лучше обойти.

- Но этот спуск поможет нам время сэкономить. Я бы спустился. Да и Сара - кто знает, она рисковая девчонка.

- По идее, надо бы Чету доложить, подкрепления дождаться.

- Кирилл, где мы найдем подкрепление? Если кто-то придет к нам, значит, другой участок местности окажется неохваченным. Может, разделимся? Ты верхом, я - низом? На том конце встретимся.

- Согласен. Господи, помоги нам ее найти! - Кирилл с мольбой посмотрел на заснеженное небо. - Митч, ты только будь осторожней. Спуск очень крутой. И еще неизвестно, каким будет твой подъем.

- Не бойся, я опытный альпинист. Скоро рассветет. Все будет в порядке. Давай только на связь лишний раз не выходить, чтобы Чет не просек, что мы уже и не по парам идем вовсе. Договорились? Удачи...

Джейн проснулась от легкого порыва ветра. Пушистая зверюшка, что мурлыкала ей в палатке всю ночь, только что проснулась и пулей вылетела наружу. Под слоем мокрого снега парашют разбившегося летчика стал выполнять уже не роль палатки, как первоначально было задумано девушкой, а функцию ватного одеяла, придавив ее вместе с настилом из колючих еловых веток почти к самой земле.

Теперь же, когда непонятный зверь выскочил из их самодельной берлоги, к Джейн влетел не только морозный ветер и мокрый снег, но заглянули и белоснежные лучи наступившего утра. «Или дня? Сколько я проспала? А холодно как! Бр-р-р!».

Девушка посмотрела на ногу. «Голеностопный сустав распух еще больше. Влезет ли нога в обувь - непонятно. Плечо болит. Идти никуда не хочется. Что за поход, когда сил совсем нет? И буря нисколько не стихла. Ветер вон как завывает. Прямо как человек... Или это человек?». Она села и прислушалась. «Человек. Определенно, человек. Какая-то ругань. Ничего не разобрать из-за ветра. Лишь бы это были сотрудники заповедника, а не те бандиты с RT4».

Джейн осторожно выползла из своего укрытия и пошла в сторону человеческого голоса. «Только бы не те вооруженные бандиты...».

Она улыбнулась. Прийти в такое бешенство от своих неудач, так смело посылать проклятья в небо может, наверно, только один человек на свете. И Джейн знала этого человека. Это был Митч Уиллер.

Майор девятый раз штурмом решил взять заснеженную гору. Громко и нецензурно выражаясь на весь лес, из последних сил полез он по почти отвесной снежной стене. Девятый раз, обдирая кожу рук о заледенелое покрытие склона, доломав наконец-то несчастную вторую лыжу, скатился он к подножию горы. Он проиграл этот бой, бой с самим собой, с обстоятельствами, с неумолимо утекающим временем.

«Разведчик, специалист! Тьфу! Простой маршрут рассчитать не смог. Хотел срезать расстояние, сократить путь километров на десять. А теперь придется возвращаться, подниматься в гору и пилить еще тридцать с лишним километров! Это после суток ходьбы по заснеженному лесу! Хоть бы метель прекратилась. Ни зги не видно. Глаза залепило снегом. И нос, и рот. И руки уже закоченели. Но не могу я позволить себе возвращаться. Каждая лишняя минута поисков может стать последней для Сары. Я должен ее найти. Ради Ника. Ради Кирилла. Ради себя. Ради нее самой». Митч полез в гору десятый раз. «Сутки. Сутки - это немного. Всего лишь двадцать четыре часа. Время - оно быстротечно. Но не для всех. Не для того, кто эти сутки ждет помощи. Один, в лесу, в снегах. Без пищи и теплой одежды. К тому же еще и будучи раненой». Ни деревца, ни выступа какого-нибудь, за которые можно было бы ухватиться. Рыхлый снег, а под ним лед. Бешено стучащее сердце и отчаяние, что, возможно, уже слишком поздно.

Митч в очередной раз поскользнулся и десятый раз съехал к основанию склона.

- Черт! Черт! Черт! Черт! - в неистовстве заорал он на этот лес, на эту гору, на бесконечный снег и свое невезение. - Черт! Черт! - приговаривал он, пиная хлопья снега в разные стороны. - Вот тебе! Вот! Получай!

- Не переживай ты так сильно, Митч! У меня тоже не получилось. Здесь без специального снаряжения не подняться.

- Сара???! - Митч подпрыгнул на месте. - Сара!!!

Перед Митчем стояла она. Легкий спортивный костюм, поверх которого одета куртка погибшего летчика. Заснеженные волосы, ресницы, губы. Снегурочка, и только.

- Ну да. Я решила срезать путь к центру наблюдения и угодила в эту природную ловушку. Подняться не получилось, а возвращаться было слишком темно и далеко. Да и эта буря. А ты здесь что делаешь? - очень слабым голосом спросила девушка.

- Сара! Мы тебя уже сутки по всему лесу ищем! Три группы! Как ты?

- Замерзла очень.

Митч бросился к девушке.

- Снимай с себя куртку! Быстро!

- Зачем? Мне и так холодно!

- Давай, давай! Без разговоров. Я старше по званию, не спорь.

Митч фактически силком стащил с девушки ледяную куртку, надел на нее свой свитер и курточку, на голову натянул ей свою шапку. Схватил ее замерзшие кисти рук и поднес к своему лицу, то ли целуя, то ли просто дыша на ее пальчики и пытаясь согреть дыханием.

Джейн вяло сопротивлялась. Невыносимо хотелось спать. Сил не было даже шевелиться. А вещи Митча такие теплые. Даже не теплые, а горячие. Разогретые его непомерными физическими нагрузками, пахнущие немного потом и приятным одеколоном. Такие уютные, домашние. «Так хорошо, что Митч рядом».

- На, глотни чаю, - майор достал из рюкзака термос и налил чай. Джейн сделала глоток. «Вроде не так уж и холодно». - Ты написала в записке, что ранена. Что с тобой?

- Ничего серьезного, подвернула ногу, вывихнула плечо, ушибы. Я же написала, что ранение легкое. А какой у нас теперь план?

- Ой! - руководитель тринадцатой группы только сейчас сообразил, что первое, что он должен был сделать - это сообщить по рации о месте ее нахождения. - План - дождаться вертолета. Будем вызывать подмогу. Сядь на мой рюкзак, не стой, если нога болит.

Митч вышел на связь:

- Говорит 13-01. Обнаружил Сару. Включаю маяк. Высылайте вертушку.

В эфире повисла мертвая тишина. Один вопрос тревожил все поисковые группы, но никто не решался спросить. Кирилл, игнорируя правила конспирации, все же отважился задать этот вопрос:

- Митч, она... умерла, да?

- Кто, Сара? Живее нас с тобой вместе взятых! - и, отдавая рацию девушке, улыбаясь, добавил: - Скажи им что-нибудь, а то не верят мне.

- Рада тебя слышать, Кирилл, - слабым голосом сказала Джейн. - А Ник, он... как?

- Порядок, жить будет. Представить себе не можешь, как мы счастливы тебя слышать.

Митч отобрал рацию.

- Ребята, давайте болтать потом. Вертолет когда будет?

- Минут через восемь, - прозвучал в эфире голос Чета. - Продержитесь?

- А разве у нас есть выбор? Будем стараться. Отбой, - майор присел рядом с девушкой и взял ее руки в свои горячие ладони. - Сара, ну как ты, хоть маленько согрелась? Еще чаю надо?

- Нет, спасибо. Мне уже не холодно. И даже чаю не хочу. Митч, а можно вопрос? Ты говорил как-то, что принцип единый. Профессионал выбирается сам. Ему не требуется помощь. А меня ищут несколько групп. Вы не считаете меня профессионалом, да?

- Очень даже считаем. Как тебе такое в голову могло прийти?

- Но что же тогда?.. Как же ваши принципы?

- Да никак, Сара. Нет у нас уже таких принципов. Мы их давно пересмотрели. Вообще, с твоим приходом в Агентство изменилось многое. В лучшую сторону. А знаешь, я очень рад, что именно я нашел тебя. Мы уже почти отчаялись, а тут ты. Действительно, вариант К... Ты точно чаю не хочешь?

- Нет. Я спать хочу. Разбуди меня, когда они прилетят.

- Что? Эй, Сара, не спать! Нет-нет-нет!

Митч не на шутку испугался. Девушка была белее снега, и казалось - вот-вот потеряет сознание. Он схватил ее за плечи, сильно затряс. Растер уши и шею.

- Не спать! Слышишь меня? До приезда врачей никакого сна! Эффекта «скорой помощи» мне не надо! Давай, поднимайся на ноги! Вставай. Будем ходить, плясать, двигаться!

- Митч, озверел, что ли? Не тряси меня. Я не могу ходить, у меня нога распухла. Разве нельзя дождаться помощи сидя?

- Можно, конечно, - майор снова присел рядом, обнял девушку за плечи, прижал крепко к себе. - И что ты за человек, Сара? Что ни задание, то оказываешься у меня в объятиях. Смотри, как бы я не стал думать, что это неслучайно.

Джейн засмеялась на такое предположение и уткнулась замерзшим носом в плечо напарника. Опять закрыла глаза.

- Эй, Сара! Чур не спать!

- Что я могу поделать, если у меня глаза сами закрываются? Я уже третьи сутки на ногах. Думала, хоть немного сегодня ночью посплю. Была жуткая метель, все равно идти было невозможно. Так эта белая каракатица мне спать так и не дала. Вот посмотри, все руки мне в кровь искусала, - голос у Джейн стал совсем слабым.

- Какая каракатица? - Митч только сейчас обратил внимание, что руки у девушки все в мелких царапинах.

- Не знаю. Зверюга какая-то. Первый раз такую вижу. На снеговика похожа, и куча щупалец. Я сначала ее очень испугалась. Она за мной по пятам шла несколько километров. А потом мы с ней как-то даже подружились. Я сделала палатку, вон там, за деревьями, из парашюта разбившегося летчика. Эта каракатица тоже ко мне залезла, от бури снежной спряталась. Я думала, она съесть меня хочет, а она всю ночь мне мурлыкала и грела меня своим телом. Хорошая зверюшка. Только спать мне не давала. Как только я начинала проваливаться в сон, она меня тут же кусала, да так больно. Это она, кстати, тебя первой и учуяла. Испугалась, удрала куда-то.

- Сноушка? Тебе повезло повстречаться со сноушкой? Вот это да! Ты, действительно, необыкновенная девушка, Сара. Сноушки к людям не подходят. Это малочисленный и вымирающий вид животных. Я не знал, что они есть на этой планете... Эй! Ну-ка, открыть глаза! Быстро!

- Не открываются, Митч. Я не сплю, ты говори, я тебя слушаю.

- Ну уж нет. Давай, это ты говори, чтобы не спать! А я буду тебя слушать.

- А о чем мне говорить? - вяло спросила девушка. - Я плохой рассказчик. Спрашивай - отвечу.

- Хм... Не знаю даже. Расскажи какой-нибудь смешной случай из своей жизни.

- В моей жизни не было смешных случаев.

Джейн почувствовала, что засыпает. Ее язык еле ворочался. Сейчас, после горячего чая, по всему телу пошло такое тепло, словно она поплыла куда-то. «И болтовня Митча так усыпляет».

- Ну, не смешной, так просто радостный. О семье своей расскажи. Про родителей... про мужа...

- У меня нет родителей. Нет мужа.

- Как - нет? - Митч оторопел. - Подожди, Ник говорил, да и ты тоже. А кто к тебе тогда приезжал? Когда ты сбежала с вечеринки?

Девушка виновато улыбнулась. «Слово не воробей, выскочит - не поймаешь».

- А ты меня не выдашь?

- Да чтоб мне провалиться!

Джейн опять улыбнулась. Придется объяснять, а то не отстанет.

- Я не замужем, Митч. А ту историю с приездом супруга мы с Ником выдумали, как повод, чтобы удрать от навязчивых и недвусмысленных намеков Алика. Не очень приятно общаться с настырными людьми, особенно если мужчина не понимает слова «нет»... Я думала, вы тогда, на вечеринке, из-за меня драться начнете. Считала, что и ты такой же, как он. Хорошо, что ошиблась и ты совсем другой... Ник меня выручил. Наличие пусть и далеко, но зато законного супруга, которого я безумно люблю, мгновенно охладило пыл всех кавалеров, ну, разве что за исключением Алика. Его ничем не прошибешь, все на что-то надеется... Ты ему не говори, пожалуйста, ничего. Он опять приставать начнет с новой силой. А он хоть и хороший человек, но как мужчина не в моем вкусе.

- Не скажу, не волнуйся, - Митч засиял от счастья. «Не выиграть тебе, Алик, это пари. Ох, не выиграть!». - Значит, говоришь, не в твоем вкусе? А какие мужчины в твоем вкусе, Сара? Каков твой идеал мужчины?

- Мой идеал мужчины? - Джейн опять закрыла глаза и прислонила голову к плечу Митча.

«Идеал мужчины?.. Где ты? Где ты, Джек? Вспоминаешь ли хотя бы иногда меня? Или уже забыл?.. Наверно, забыл. Рядом с такой девушкой, как Алисия, можно забыть обо всем на свете... Счастливый, а у меня забыть тебя никак не получается. Может, я плохо стараюсь? Да, наверно, плохо. А я и не хочу тебя забывать. Джек... такой близкий - и такой далекий одновременно».

- Ну, так какой он? - откуда-то издалека, сквозь сон, услышала она голос Митча.

- Какой? Самый лучший. Он сильный, но нежный. Он умный, находчивый, веселый и интересный. Он галантный и вежливый, и в то же время - решительный и отважный. Когда он рядом, я знаю, что со мной ничего плохого никогда не случится. Он надежный.

- М-м-м... неплохое описание. А как он выглядит?

- Как выглядит? Он очень красивый. Крепкий, спортивный, подтянутый. Высокий, темноволосый. Немного смуглая кожа. От природы смуглая, не от загара. Светло-серые глаза. Такие красивые - в них утонуть можно. Черные ресницы и брови. А какая у него улыбка...м-м!

- Черт побери, а я и не знал, что тебе нравлюсь! Глаза у меня, конечно, не серые, а так все совпадает, - Митч широко улыбнулся. Он знал, что может сводить девушек с ума. - Значит, я подхожу под твой идеал мужчины?

- Ты?.. Нет. Хотя ты тоже красивый и надежный. И благородный тоже. Но... Джек не такой. Он лучше. Он необыкновенный.

- Джек? Какой еще Джек?

Митч оторвался от своих раздумий и внимательно взглянул на Сару. Он уже второй раз услышал от нее это имя. «Что еще за Джек?». Девушка была в глубоком обмороке. Губы ее шевелились, она о чем-то разговаривала сама с собой. Бредила.

- Черт побери! Сара! Да у тебя жар! Где Димка с вертолетом? Сара, очнись, слышишь? Эй, Сара!

Майор вскочил на ноги. Девушка упала на снег. Горячая, как печка. Прекрасная, как принцесса из сказки. Крупные хлопья снега плавно приземлялись ей на волосы, на ресницы, на губы. Медленно таяли, превращаясь в капельки воды.

- Джек, мне так холодно. Холодно без тебя...

- Холодно? Да ты вся горишь! Сара, держись. Помощь уже летит. Слышишь меня? Эй, очнись, Сара! - Митч слегка потряс девушку за плечи. На ее губах заиграла легкая улыбка.

- Джек, где ты?

- Я здесь. Здесь, рядом. Держись, - Митч попытался ее посадить, прижал к себе покрепче. - Все будет хорошо. Слышишь? Я тебя нашел. Значит, все будет в порядке. Скоро будем дома, Сара. Ты только не спи. Тебе нельзя засыпать.

- Джек, поцелуй меня, - девушка посылала кому-то воздушный поцелуй.

- Что? Нет, это уже слишком... Нет здесь никакого Джека... Эй, Сара, очнись! Я прошу тебя! - Митч склонился над ее лицом и легко подул на ресницы. Джейн все так же улыбалась ему из глубины своей памяти. - Нет, Сара, нет! - он замотал головой. - Не надо меня искушать. Я ведь не каменный! А ты мне очень нравишься. Давно нравишься. Но ты сама только что уличила меня в благородстве. Я не хочу, чтобы потом ты меня упрекала, что я воспользовался твоим беспомощным положением. Как в прошлый раз... Нет, ну... Какой ты болван, Митч! Что ты делаешь? - спросил он сам себя, не в силах больше противиться чувствам, наклонился к лицу Джейн и поцеловал ее в губы. Девушка ответила на поцелуй.

Митч, наверно, только сейчас понял, почему он, как робот, как машина, без пищи и сна, бегал по этому лесу, словно сумасшедший, в ее поисках. Понял, почему он отказался от этого пари с Аликом. Почему он ненавидит похожего на себя парня по имени Джек. Он понял, что впервые за свою долгую, полную опасностей и любовных приключений жизнь испытывает к женщине чувство большее, чем просто желание. Он понял и признался себе в том, о чем не решался даже подумать. Митч понял, что Сара ему очень небезразлична.

Теплое, приятно ноющее в груди чувство, по описаниям похожее на любовь, задело в его душе какую-то неведомую до сих пор струнку, преображая и окрашивая мир во все цвета радуги.

Шум двигателей вернул его к реальности. Два вертолета показались над макушками деревьев. «Наконец-то!».

- Сара! Вертолеты! Давай, вставай, пожалуйста!

- Джек, не отпускай меня, прошу, - чуть слышно произнесла девушка.

- Не отпущу, - Митч с нежностью поднял ее на руки. - Ни за что на свете не отпущу! Ты в надежных руках, не бойся.

ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

Потери и приобретения

Ветер перемен - красивое литературное словосочетание. Красивое, но не всегда радостное и необходимое в реальной жизни. Где-то ветер перемен дует с запада, где-то с востока, в секретной службе КСД он начал дуть со стороны руководства, и хорошего ничего не предвещал.

Четыре провала за отчетный период у оперативников, два срыва в группах зачистки, один конфуз по информационному отделу. Пошла молва о том, что в силовой структуре Союза Доверия грядут реформы - начиная со смены руководителей, заканчивая полным расформированием службы. Начались репрессии. Бесконечные придирки отдела контроля, вмешательство начальства в работу. За каждую малую провинность - отчитывайся. Ни тебе развлечений каких, ни права на отдых. Сплошное рабочее время. У всех. Круглосуточно.

Вместе с тем, работа - работой, но положительных результатов все равно нет. Поползли слухи, что в Агентстве КСД есть крыса. Кто-то сдает планы операций. Что ни задание - все на грани провала. Словно группу уже и ждут на месте. Работать стало почти невозможно.

Чет принял решение об укрупнении групп: на задания стали выходить по две, по три команды. Так надежнее, и шансов вернуться больше. Хотя и работать ребятам стало сложнее, особенно там, где в одной группе оказываются сразу несколько лидеров...

Полковник склонился в очередной раз над списком личного состава и результатами последнего проведенного анкетирования. Агентам при условии соблюдения режима секретности предоставили возможность высказать свое мнение - кому с кем хотелось и не хотелось бы работать совместно. Чет нахмурился. Не мог понять он одного: почему Митч и Сара не желают больше работать друг с другом. Ведь он-то полагал, что тринадцатая и двадцать третья группы на заданиях - идеальный творческий союз.

«Такие друзья меж собой - не разлей вода. И тут такие пожелания?». А он еще два задания запланировал в их совместном исполнении. Да, Чету тоже на днях показалось, что между Сарой и Митчем пробежала какая-то тень, холодок или что-то вроде этого. «Поругались? Из-за чего? По части заданий все чисто. Митч иногда, конечно, бывает резким. Но к этому уже привыкли все, никто не обижается. Да и кричит он больше на обстоятельства, а не на кого-то конкретно. Нет, по работе - вряд ли. Что же тогда? Личные отношения: дружба, вражда, зависть, любовь, ревность... Ревность? Уж не влюбилась ли Сара в Митча, на самом деле? Этого только еще не хватало! Нет-нет-нет! Она такая умничка, не должна себе позволить. Хотя Митч - искуситель еще тот, и поводов для ревности может подбросить играючи. Да, возможен такой вариант... Но почему заявлений два? А может, наоборот?». Чет вспомнил, как Стефан - начальник информационного отдела, буквально на днях, смеясь, рассказывал ему в числе местных новостей и сплетен шутку о том, что Митч или заболел, или поменял ориентацию: его уже целый месяц никто не видит в обществе местных красоток. «Уж не влюбился ли Митч в Сару? Ну и ну! Этого только сейчас в отделе недостает! И так уж паленым пахнет. Ладно, как вернутся с задания - надо будет с каждым из них поговорить...».

- Слушаю, - Чет поднял трубку зазвонившего телефона.

Два друга, Митч и Ник, веселые и улыбающиеся, показались в секретарской.

- Привет, Ирис! Двадцать третья и тринадцатая группы прибыли. Задание выполнено, потерь нет. Докладывай шефу.

Заплаканная секретарь подняла глаза:

- Митч, Ник, у меня плохие новости.

- Что случилось? Опять провал у кого-то?

- Да, - сообщать плохие новости она не любила. - В пятой и шестой группе.

Ник и Митч молча переглянулись. Группы Дмитрия и Саши. Да что за напасть такая? Пятый провал по их отделу за месяц! В жизни такого ни бывало.

- С потерями, - тяжело сглотнув, добавила Ирис. - В пятой - Женя, в шестой - Саша. Дима и Макс в больнице, здесь, через дорогу. Оба тяжелые, я звонила десять минут назад. К ним пока не пускают. Дима, говорят, еще ничего, а Макс совсем плох, - секретарь громко высморкалась в носовой платок. - Де Кутан приехал, разбор полетов начался. Все начальники отделов сейчас у него на совещании, и это только начало.

- Боже мой! - Митч присел на диван.

«Женька - такой молодой парень из группы Димы, добродушный, такой простой». Митч был с пятой группой совместно на задании всего пару-тройку раз, но ничего плохого об этом пареньке он вспомнить при всем желании не смог бы. «Настоящий товарищ. А Саша, мадам «комбайн»? Первая женщина в нашем оперативном отделе. Да, мы беззлобно подтрунивали над ней всегда, но любили и уважали. Она, безусловно, была первоклассным специалистом».

- Ник, Митч, вы постарайтесь свои отчеты за сегодня оформить. Завтра похороны, не до этого будет. А там - вдруг проверка? Ну чтобы вопросов лишних не возникало. И всем передайте, у кого какие «хвосты» числятся, чтоб подчистили все. Чтоб я не бегала за каждым.

- Сделаем, не переживай. Мы в офисе будем, позвоним, узнаем, что и как.

Сороковой этаж небоскреба словно вымер. Не звонят телефоны, никто не шатается по коридорам, нигде не слышно ругани или смеха. Словно по мановению волшебной палочки кругом воцарился идеальный порядок: и в жилом крыле, и в офисах. Никаких продуктов, бутылок, разбросанных всюду бесхозных или кому-нибудь «безумно нужных» вещей не валяется. Все агенты в строгой отутюженной офисной форме сидят на рабочих местах и дописывают свои отчеты. И везде тишина. Тишина перед бурей. В том, что буря разразится, сомневаться не приходится. Провал задания - это самое плохое, что может здесь быть. Это брак в работе. Брак, который, если докажут чью-нибудь вину, не прощается. Ты можешь быть хоть каким человеком. Смешным, рассеянным, непутевым в каких-то жизненных мелочах. Поругают, конечно. Но простят все. Не прощают лишь провала. Агент может умереть, но задание выполнить он обязан. А провал с потерей людей - это уже совсем серьезно.

Рабочий день закончился.

- Ник, вы еще не разошлись? - в двери заглянул Алик, а следом за ним протиснулся и Митч. - Мы отпустили своих ребят. Вот собрали с них все отчеты, предупредили, чтобы не разбредались и были в пределах досягаемости. Мало ли, по тревоге поднимут? Столько времени уже прошло, а никаких объявлений. Неужели Де Кутан все еще их держит?

- Не знаю. Ирис не звонила пока. Кофе?

- Можно, - Алик и Митч уселись на диван около аквариума.

«Все-таки, что ни говори, а после проведенного Сарой ремонта, офис Ника не просто стал уютным и показательным для всего начальства, отсюда и уходить не хочется. Так бы и жили тут»,- подумал Митч, сам не осознавая того, что они с Аликом в офисе друга проводят больше времени, чем на своих рабочих местах.

- Сара, позвони Ирис. Как там дела?

Девушка подняла трубку и включила громкую связь, чтобы не пересказывать все потом. Долгие гудки, тишина.

- Алло, Ирис, это Сара. Я испугалась, что ты уже домой ушла. Совещание начальников закончилось? К чему нам быть готовыми?

- Ко всему, Сара. Де Кутан проорался, одно слово - министр. Сказал, что будет создавать комиссию по расследованию этого ЧП, будет докладывать Президенту. А там не знаю, что будет. Найдут виноватого - головы полетят.

- Чет ругается?

- Нет. Прошел к себе в кабинет, ни слова не говоря. Сидел сколько-то, вышел, спросил, почему я домой не иду. Рабочий день мой давно закончился. Я сказала, что, может, какие распоряжения будут для меня. Он буркнул: «Какие распоряжения? Все завтра». Я уже домой пошла. Ты меня от дверей вернула.

- Прости.

- Не страшно. Вы отчеты написали? Слушай, Сара, если не трудно, положи их мне на стол. Я ему завтра с утра заброшу. А может, он сам вечером их заберет. Вы только по одному не ползайте, чтоб не нарваться лишний раз. Собери со всех, у кого что есть, ладно? Ну, все. Я побежала. Держитесь давайте. До завтра.

- До завтра, Ирис.

Джейн положила трубку. Гроза, значит, переносится на завтра. Странные взгляды ребят навели ее на какую-то мысль:

- Что? Что вы так на меня смотрите? Я не пойду!

- А по-моему, Ирис ясно сказала, чтобы все отчеты занесла ты.

- Ник?! Что за подстава? Вы попросили меня позвонить - я позвонила. Я не пойду! Ясно вам? Ты хочешь, чтобы Чет на мне сорвался? Я что, мальчик для битья? У меня, кстати, все «хвосты» давно подчищены. Я не желаю краснеть за вас всех!

- Сара! Будь человеком! - Алик тоже вставил свое слово. - Если нарвемся мы - нам достанется. А тебя ругать не за что. Тебе не страшно.

- Правда? Истинные мужчины! Как на амбразуру - так Сара. Как будто для того чтобы на человека накричать, нужны какие-то причины. Я не пойду!

- Сара, Алик прав, - Митч тоже вступил в уговоры. - Чет тебя уважает. Он не будет кричать на тебя.

- Да? Хоть бы одна собака напомнила ему об уважении, когда он отрывался на мне за «кукушку». Молчали все! «Защитники»!

- Потому он и кричал недолго. Лучше промолчать, чем отпираться, - Ник собрал со всех бумаги и положил стопку на стол перед девушкой.

- Ну, и что ты их сюда приволок? Я разве сказала, что уже передумала?

- Нет. Не хочу показаться, Сара, бестактным или грубым. Но мы все здесь старше тебя по званию, и мы точно не пойдем.

Джейн оглядела виноватые глаза и легкие ухмылки своих боевых товарищей. «Да, рыльца у них у всех в пушку. Столько отчетов накопили! Опять за всех отдуваться».

- Друзья, тоже мне! И не стыдно?.. Что ж, отнесу ваши отчеты. Я тоже не хочу казаться бестактной, Ник, но ты мне должен. А теперь будешь должен еще больше... Все вы! - добавила девушка, глядя на победные выражения их лиц.

Джейн, груженная кипой бумаг, показалась в секретарской. Тихо. Муха пролетит - услышишь. Лампы не горят, компьютер выключен, идеальный порядок на столе. Полумрак. Лишь через неплотно задернутые жалюзи пробивались на противоположную стену красные лучи заходящего солнца. Девушка положила стопку отчетов. «Да, Чету не позавидуешь. Нам тяжело было написать, а ему это еще и читать придется». Она задела пальцем стоящую на секретарском столе декоративную статуэтку сиамской кошечки. Фигурка, выполненная по принципу «китайского болванчика», мгновенно закачала головой.

- Что киваешь? Рада меня видеть? - Джейн вдруг отчетливо вспомнила Фараона. Лысый кот, полученный ею в подарок в свое время, оставил в сердце много места для любви к животным. «Интересно, Джек не забывает его кормить? Хотя, впрочем, вряд ли. Фараон не даст о себе забыть. Кот с характером». Девушка снова посмотрела на статуэтку и взяла ее в руки. - М-м-м, кивала! - она закивала игрушке в ответ. - Вот, сдаю тебе на хранение безумно ценные отчеты. Отдашь своему начальству. Хорошо?

Киска в руках снова послушно закивала.

- М-м-м, говоришь, трудный день? Да, трудный. Но агенты в этом не виноваты. Ведь так?.. Да, ты-то знаешь, что так. Ты-то понимаешь... Агенты хорошие. Да?.. Да. Правильно.

Джейн улыбнулась беседе с собой и поставила игрушку на место. Кошечка все еще продолжала кивать. Девушка механически взяла со стола маленький блестящий колокольчик, талисман, подаренный кем-то Ирис на Новый год и хранящийся на ее столе уже неизвестно сколько времени. Джейн надела его, как шляпу, на голову киске. Та кивнула, и колокольчик спрыгнул.

- Эй! Стоять! Стоять, кому говорю?!

Джейн попыталась поймать руками легкий колокольчик, но не тут-то было. Как колобок, он покатился с головы кошки на стол, со стола на пол, отскочил от пола, а затем от растопыренных пальцев девушки, и умудрился пролезть под стол в узкую щель. Джейн присела на корточки, чтобы его вытянуть. «Вот хитрюга! Трогать себя пальцами разрешает, а достать - попробуй-ка, вытяни».

Она на корточках по кругу обошла секретарский стол, и в итоге все равно пришлось под него залезать, чтобы поймать колокольчик. В эту самую секунду чьи-то быстрые уверенные шаги дошли до кабинета. Кто-то включил свет.

Девушка беззвучно открыла и закрыла в страхе рот. Кто бы там ни был... Как она сможет объяснить свое нахождение в секретарской, когда здесь никого нет? Да еще и сидение под столом? Джейн притихла. Даже дыхание, казалось, у нее замерло.

- Алена, Алена! Я же просил тебя - не приезжать без предупреждения! Ты понимаешь, какие у меня могут быть проблемы, если тебя здесь кто-нибудь увидит? Сюда нельзя посторонним!

Чет устало сел на кожаный диван приемной и обхватил голову руками. День и так выпал не самый лучший в его жизни. Проблемы так и сыплются.

Джейн вдавилась в мебель. Попасться на глаза высокому начальству в один из черных дней его жизни - плохая идея. Не говоря уж о том, что она не должна увидеть какую-то там Алену.

- Я беспокоилась, Чет, - молодая женщина присела рядом. - Я звонила, но у тебя все было отключено. Ты уже две недели не был дома.

- Прости, малыш. Совсем замотался. Работы много. А сейчас был на совещании.

- Это ты меня прости. Но я, правда, волновалась. Может, спустимся на другой этаж, поговорим нормально? В кафе сходим?

- Не могу, Алена. Сейчас Кен должен подойти. У нас проблемы, очень большие. Давай здесь поговорим быстро, и я тебя провожу.

- А твоя секретарь? Она нас не увидит?

- Нет, Ирис уже ушла домой. Я ее отпустил.

- Понятно. Чет, что случилось? Ты сам на себя не похож. Ты опять не спал несколько ночей?

- А, - полковник отмахнулся. - Не спал - это не страшно. У меня опять провал у ребят, - он тяжело выдохнул и попытался стереть руками с лица навалившуюся маску тяжести и проблем. - Я троих бойцов сегодня потерял. Двое - на месте, и один в больнице недавно умер. Сейчас звонили.

- Чет! Мне так жаль! - молодая женщина обняла строгого полковника и погладила по плечу.

- Я знаю. Знаю, Аленушка. Спасибо за поддержку. У тебя-то как дела?

- Да все в порядке. Слушай, а что теперь тебе будет?

- Что будет? Ничего хорошего не будет. Работать надо лучше. Министр безопасности приезжал. Сказал, будут нас расформировывать, финансирование урежут. Считает, что мы не отрабатываем тех денег, которые нам платят. Создают специальную комиссию. Понимаешь, один эпизод - это случайность, два эпизода - невезение, три - роковое стечение обстоятельств. Может быть. Но пять провалов - это чересчур! Отдел контроля считает, что у нас где-то идет утечка информации. Боюсь, они правы. Не могут мои ребята допустить столько срывов. Не могут! У меня никто к работе халтурно не относится. Просчитываем все до мелочей, помногу раз. Перепроверяем. Но что-то здесь нечисто. Парни давно жалуются, что задания пошли со скрипом, словно кто их сдает. Но мы с Кеном убеждены были, что это исключено. Точнее, это на самом деле исключено. О некоторых заданиях знали только заказчик, я и та группа, что в мясорубку попадала. А раз за разом провалы чистой воды, да еще и с потерями. Вариантов-то немного, утечка информации - самый вероятный. Только вот как вычислить крысу? Нас теперь проверками по рукам и ногам свяжут. Да что говорить? Сейчас даже я под подозрением. У меня есть план контрольной операции. Но меня никто и слушать не стал: ни Де Кутан, ни отдел контроля. Кен попытался меня поддержать, но они сказали, что сами разберутся, без моего участия. Им со стороны виднее, что у нас нет ни одного доказательства подозревать кого-то конкретно. Плохо все, одним словом.

Чет замолчал. Замолчала и молодая женщина.

- Алена, я выговорился, пары выпустил. Придумаем что-нибудь. Давай, теперь ты. Что случилось? Почему ты приехала?

- Да ничего страшного. Не переживай понапрасну.

- Алена?!

- Чет, я не знала, что у тебя такие проблемы. Не хочу валить с больной головы на еще более больную.

- Я в порядке. Ну, малыш, что стряслось у тебя?

Настала очередь молодой женщины изливать свою душу. Она тяжело вздохнула:

- Мой филиал закрывают.

- Как - закрывают?

- Вот так. Сегодня приходили из налоговой инспекции, махали у меня перед носом бумагами. У них на руках судебное решение. До конца месяца мы должны уплатить им девять миллионов космо. Помнишь, я говорила тебе о проблемах со страховой компанией, а тут еще мы с ремонтом так пролетели. И банк нас не поддержал. Поручитель от нас отказался, а найти в столь короткие сроки новый источник финансирования мы не в состоянии. Мы же негосударственная организация. И я ведь деньги сама не рисую.

- Девять миллионов??? И... что теперь?

- Что теперь? Детский дом закрывают. «Радуга жизни» на Фениксе не нужна.

- Алена, они не могут этого сделать, а что с детьми? Не на улицу же их выгонят?

- Почем я знаю? Нет, выгнать, конечно, их не выгонят. Мне придется пристраивать их в другие учреждения. Но сам факт этого закрытия! Столько сил, столько лет, столько денег вложено! Я звонила домой, родителям. Они сказали, чтобы я закрывала здесь филиал и приезжала к ним в центральный офис. У них работы очень много. Представляешь нашу будущую семейную жизнь? Ты на Фениксе, я - на Марте. Раз в месяц будем прилетать друг к другу в гости.

Алена горько рассмеялась.

- Нет, Аленушка. Нет! Я придумаю что-нибудь.

Чет притянул девушку к себе и погладил по голове. Джейн, сгорая от любопытства, достала из кармашка маленькое зеркальце и незаметно высунула его краешек из-за стола. «Это надо же, у нашего полковника есть невеста! И довольно красивая. Немудрено, что Чет прячет ее от посторонних глаз. Особенно глаз местных повес».

- Что придумаешь? Поручишь своим агентам ограбить для меня банк? - Алена вздохнула. - У меня последняя надежда была на миссис Анди, супругу вашего Президента. У нее в управлении огромный благотворительный фонд. Ей ничего не стоит нам помочь, если бы она захотела. Но она не хочет. Я была сегодня у нее на приеме. Она меня выслушала, сказала - посмотрит, что можно для нас сделать, и если что - позвонит. Но ты бы видел ее глаза! Там все было написано. Этот ее ответ, скорее, вежливое извинение за отказ, чем обещание реальной помощи. Конечно, какая с нас прибыль? Говорят, миссис Анди интересуется в последнее время инвестициями, ей не до социальных проектов. Она и так раздувается от важности, что в прошлом году выделила сколько-то на здравоохранение. И то - все знают, что это был необходимый политический шаг для ее супруга, - Алена перевела дыхание. - Я вообще-то думала, может быть, ты, общаясь с приближенными Президента или с ним лично, мог бы посодействовать решению этого вопроса. Но теперь вижу, что и здесь нет прохода.

- Да, малыш. Из меня здесь помощник еще тот, - Чет тоже вздохнул. - С Президентом я, конечно, по службе иногда общаюсь. Но сейчас, поверь, мне не то, что с просьбами к нему подходить, а и на глаза показываться нежелательно. Хм... Сколько у тебя времени есть?

- Месяц.

- Ясно. Не вешай нос. Решим что-нибудь.

- Это не все, Чет. Отец категорично заявил, что, если ты в течение месяца опять не выберешь времени приехать к моим родителям и познакомиться с ними, то они не дадут благословения на наш брак. Ты уже шесть раз срывал эту встречу. Отец сказал, что такого необязательного зятя ему не надо. Я пыталась ему объяснить, но все бесполезно.

- Алена, но ты ведь знаешь...

Молодая женщина перебила.

- Знаю! Но они - мои родители, и ты тоже пойми их, пожалуйста! Они беспокоятся обо мне и невесть что о тебе думают. Я говорю им, что ты перегружен работой. Но, согласись, это же ненормально! У тебя нет отпусков, ты работаешь в праздничные дни, без выходных. Я ведь не могу рассказать правду о твоей работе! Что я должна им объяснить?.. Чет, ты найдешь время для поездки на Марту?

Груз проблем все больше давил на полковника.

- Обязательно найду, Аленушка. Хотя и не могу сказать точно - когда именно. Эта комиссия... - он поднялся со своего места и задумчиво прошелся по кабинету секретаря. - Я хотел попросить у тебя прощения, малыш.

- За что? - женщина тоже поднялась и подошла к нему.

- За то, что я такой, какой есть. За то, что тебе приходится переживать и делить меня с моей работой.

- Я горжусь тем, какой ты есть у меня, - Алена взяла Чета за руки и заглянула ему в глаза. - Я люблю тебя именно такого. Но я, действительно, ненавижу твою работу! Посмотри, что она с тобой делает! Так нельзя жить, так, как мы живем! Нельзя, Чет! Я устала! И от твоей работы, и от своих проблем! Это несправедливо, неправильно - все время пробивать головой стену! Все время пытаться что-то кому-то доказать! Жить ради других - в ущерб себе! Давай все бросим и уедем! Уедем далеко-далеко, чтобы никто не мог нас найти! Оставим этих акул с их наживой. Пусть подавятся!

- Алена?!

- Да, Чет! Я так думаю. Все против нас. Что за жизнь такая, когда два любящих друг друга человека делают то, что должны делать, при этом теряя свое счастье? Не было в этом мире справедливости, нет и не будет!

На глазах невесты полковника выступили слезы.

- Эй, малыш! Ну-ка, глядеть сюда, - Чет взял рукой подбородок девушки и поднял таким образом, что их глаза встретились. - Справедливость - она есть. Есть, слышишь? И мы с тобой ради нее и работаем. Чтобы ее было в мире чуточку больше. Да? Нам нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться! Если не мы будем сражаться за справедливость, то кто? Мы сильные. Мы будем с тобой бороться: ты и я. Вместе. Наше дело правое. Да? Вместе справимся, а потом когда-нибудь еще над этим и посмеемся. Верно?

Девушка беззвучно кивнула в знак согласия.

Беззвучно, как «китайский болванчик», под столом закивала и еще одна женская фигура.

- Алена, тебе пора идти. У меня сегодня еще много дел. Видишь? - Чет вплотную подошел к столу и показал на пачку принесенных Джейн отчетов. - Это тоже нужно прочитать.

- Вижу. Ты очень много работаешь, Чет. Ты совсем не спишь. Так сломаться можно.

- Ну-ну, не такой я человек, чтоб сломаться. Не на того напали, - полковник искусственно бодро засмеялся, привлек к себе девушку и поцеловал. Джейн была готова провалиться на месте, лишь бы не быть замеченной. Она даже слышала их дыхание, при этом сама почти перестала дышать. - Алена, пойдем, я тебя провожу...

Чет и его невеста направились к дверям. Погас свет. Комната мгновенно погрузилась в полумрак. Солнце за время их беседы окончательно село за горизонт.

Джейн вылезла из-под стола.

- Ничего себе - зашла отчеты отдать! - сказала она тихим голосом, поставила на стол предательский колокольчик и щелкнула сиамскую кошечку по носу.

«Да, да, да...» - ответила ей игрушка.

Следующий день был одним из самых тяжелых в жизни оперативного отдела. Похороны - вещь всегда тягостная и довольно неприятная. А похороны сразу троих близких друзей, сослуживцев, единомышленников - молодых, здоровых, сильных и веселых двух парней и одной девушки, - эти похороны стали настоящим испытанием для всего оперативного отдела.

С утра Кен созвал общую линейку в дымчатой галерее, где официально объявил о потере троих человек. Далее предоставил слово Чету. Правила - они железные. Слова прощания и памяти о каждом из ушедших, а также помещение на стену серебряной звезды с именем погибшего принадлежит непосредственному руководителю не вернувшегося солдата. Чету пришлось выполнять эту миссию трижды. В пятой группе руководитель и его лучший друг Дмитрий находился в больнице в тяжелом состоянии, и за его жизнь боролись врачи. В шестой же группе в списке потерь значились двое - Максим и сама руководитель группы - первая женщина в их оперативном отделе.

Полковник строго и грустно оглядел весь личный состав.

- Я могу много и долго говорить об ушедших Евгении, Максиме, Александре. Но не буду сейчас этого делать. Вы вплотную с ними служили и знаете их намного лучше меня. Они были замечательными людьми и отличными бойцами. И навсегда останутся в нашей памяти и сердцах, так же, как их имена сейчас были вписаны в историю нашей службы. Я хочу поговорить о тех, кто остался. О вас всех. Ребята, возвращайтесь живыми с заданий. Слышите? Всегда возвращайтесь живыми. Это пожелание, это просьба, это приказ. Я хочу, чтоб вы знали, что здесь вас всегда ждут и вы не имеете права не вернуться. В нашем отделе в последнее время не все гладко, есть определенные срывы по части выполнения заданий. Вы в курсе. Но это решаемо... В этом мире все решаемо, кроме вопросов жизни и смерти. Посмотрите на нашу стену памяти. Каких звезд вы видите больше? Золотых или серебряных? Постарайтесь сделать так, чтобы серебряных звезд здесь более не добавлялось. Это в ваших силах. И именно об этом я вас прошу.

Чет закончил свою речь. Начальник службы Кен Лемарк объявил минуту молчания, а после нее - и трехдневный траур по всему Агентству. На этом официальная часть похорон была завершена. Точнее, та часть, на которой удалось побывать агентам. Ни прощание с телами, ни кладбище, ни официальный банкет для сотрудников секретной службы не предусмотрены. Кто, где и когда, под какими именами реально похоронит троих погибших бойцов - это является военной тайной с уровнем секретности от начальников отделов и выше. Простым агентам знать этого не дано.

Агенты понуро отправились по рабочим местам. То, что основные трудности и неприятности по оперативному отделу только начинаются - все понимали очень отчетливо. Беда никогда не приходит одна. Предстоящие проверки не предвещали ничего хорошего. И работать предстоит много и напряженно...

Спустя неделю, когда жизнь в Агентстве постепенно стала входить в привычное русло, поздним вечером после основной смены Джейн уверенно постучалась в двери библиотеки информационного отдела.

- Тук-тук, можно войти?

- Кто там? А, Сара! Заходи!

Джейн услышала голос начальника информационного отдела и в нерешительности остановилась в дверях. Вообще-то она рассчитывала как раз на то, что в конце рабочего дня его-то уж точно на месте не будет. Девушка внимательно огляделась по сторонам. Она не в первый раз заходила в эти двери. Для качественного выполнения заданий агентам часто приходится обращаться к разного рода информации. И именно библиотека информационного отдела их всегда и выручала.

Здесь было все. Кроме компьютеров, письменных столов, книжных шкафов с периодическими изданиями и книгами на огромной площади библиотеки разместились от пола до потолка высотные стеллажи с ящиками и коробками. В каждом из них - бесценная коллекция дисков с информацией. Джейн не знала, есть ли в этом мире хоть какие-нибудь вещи, которые не были заархивированы агентами Стефана. Информационный отдел был самым большим в Агентстве, и при всем при том лично она видела не больше пяти его сотрудников. Все остальные были в бесконечных разъездах и командировках, пропадали круглосуточно в разных архивах, библиотеках и очередях, колесили по свету в поисках нужной и бесценной информации.

- Сейчас я спущусь, Сара. Подойду, - услышала она теплый голос полковника. А между тем его нигде не было видно. - Или, знаешь что? Давай лучше ты ко мне подойди. А то я рухну отсюда с этими коробками. Слушай установку. Значит, пройди три стеллажа направо, пять шагов вперед и еще один ряд направо... Так. Молодец.

Стефан опустил глаза от зеркального потолка, и хитро взглянул на показавшуюся девушку, вошедшую в святая святых - храм информации.

Джейн подняла голову. У одного из стеллажей стояла высокая, слегка раскачивающаяся лесенка. На верхней ступеньке то ли сидел, то ли стоял, опираясь на одно колено, в жутко неудобной и неустойчивой позе начальник информационного отдела. В каждой руке у него было по коробке с дисками, еще одна выдвинута с верхней полки. Очевидно, что Стефан пытается все три уместить на стеллаже, тогда как места, к сожалению, там было только для двух коробок.

Несколько раз поменяв их местами, и так и не придя к единому знаменателю, как разместить, он вздохнул, оставил на полке только две коробки и начал нелегкий, угрожающий падением путь вниз, с дисками под мышкой. Спустившись на пару ступеней, Стефан развернулся вполоборота к девушке и присел на ступеньку отдохнуть.

- Ну-с, слушаю внимательно. Ты ко мне?

- Да. Здравствуйте, товарищ полковник. Я хотела поработать в библиотеке немного. Мне нужна информация.

Стефан засмеялся.

- Я бы, наверно, удивился, Сара, если бы ты пришла сюда за чем-нибудь другим. Ты по адресу. Информации здесь, видишь, сколько? М-м? - полковник с гордостью оглядел свои владения. - Все, что надо - найдем. Что ищешь? Какая тема?

- Негосударственные фонды и организации поддержки детства. На Фениксе. Медицина, здоровье, образование. Частные школы, сады, больницы, приюты, детские дома, профилактории, благотворительные фонды. Все, что есть на эту тему.

- Найдем. Есть такая буква в нашем алфавите...

Стефан опять начал опасный спуск по расшатанной лесенке. Увесистая коробка осложняла его путь, но на этом стеллаже для нее места точно не было.

- Сейчас найдем. Ты не очень торопишься? Надо пристроить этот ящик. Информация - она капризная вещь. Порядок любит. Ну-ка подержи. Я переставлю лесенку. Примостим на соседний шкаф.

Стефан вручил Джейн свою бесценную ношу и начал двигать хрупкую лестницу, на деле оказавшуюся довольно тяжелой.

- Работа у нас интересная, но неблагодарная. Да, Сара, информация - тот еще товар. Она устаревает быстро и требует постоянного обновления. Вот и приходится по шкафам лазить. Доставать эти диски, обновлять. Информация должна быть обязательно на двух носителях: на внешнем и в системе. Вот и трудимся. Не покладая рук и ног.

Полковник снова полез на верхотуру. Увидев небольшой просвет на одной из полок, он решил примостить коробку именно там.

- Давай сюда мне этих звезд, Сара. Осторожнее с этими дисками. Большие люди там заархивированы. Звезды спорта.

Джейн недоуменно посмотрела на коробку в своих руках. «Легенды спорта» - гласил маленький указатель. «Действительно, чего только нет в архиве КСД!».

Стефан принял коробку из рук девушки и опять осторожно полез наверх, смешно отдуваясь и кряхтя.

- Да, звезды, - продолжил он свою какую-то невысказанную мысль. - Вот мы, простые смертные, смотрим на них, завидуем. А если проследить путь любой из этих личностей - м-м... Несчастные люди. Не знаю, кто придумал называть их звездами? Какие они звезды? Звезда - она живет веками! А эти? Вспыхнули и погасли. Сами ведь горят. И судьбы у них трудные. Нет, правда, я не обманываю. Кого ни возьми. Мы многих анализировали, - Стефан наконец-то примостил коробку на место и снова присел на ступеньку, довольный на этот раз своей работой. - Вот взять хотя бы Яну Кольцову. Чем не показательный пример моим словам? Согласна?

- А кто это?

- Кто это? Сара, ты спрашиваешь меня, кто такая Яна Кольцова? Ты с какой планеты к нам в Агентство свалилась? Ты что, межгалактические олимпийские игры не смотришь? О ней столько передач было! Фигуристка! Сара, ты и впрямь не знаешь, кто она такая?

- Нет.

Начальник информационной службы только развел руками.

- А я, между прочим, давно Чету твержу, что оперативный отдел срочно надо подтягивать в интеллектуальном плане. Даже уж насколько узкая специальность - техники, а они давно уже вас по всем показателям обошли. Это надо же - не знать о таком человеке?! Яна - фигуристка. Восемь лет назад на играх она завоевала золото, была сильнейшей. Ей прочили звездное будущее и завидовали миллионы. У нее было все, о чем можно только мечтать. А однажды осенним утром поезд, в котором они ехали, сошел с рельсов. Пострадавших было немного, девять человек, что ли. Но среди них - Яна и ее ребенок. Муж остался целехонек. Ни царапины. Ребенок погиб. А она сама получила травму позвоночника. Врачи говорили, что не сможет даже ходить. Карьера, сама понимаешь, накрылась, муж от калеки ушел. Вот тебе и звездность. В одночасье потерять и работу, и семью, и здоровье, и средства к существованию. Все ранее заработанное пошло на операции. Так-то. И что ты думаешь?

- Что?

- Что-что? Никто не ожидал, что она через пять лет после аварии снова завоюет золото! Молодец Яна, всем нос утерла. А потом собрала свои вещи и уехала в неизвестном направлении.

- Куда?

Стефан хитро улыбнулся, покосился на только что поставленную на стеллаж коробку и подмигнул благодарной слушательнице.

- Многие хотели бы знать - куда. Ей сразу же после победы предложили контракты, деньги и прочее. Ее рейтинг взлетел до небес. О ней и говорили, и писали. Действительно, странно, что ты ничего не слышала. Яна - живая легенда. А она всех их кинула. Махнула рукой на то самое общество, которое отвернулось от нее в трудную минуту. Живет сейчас на Кашаке под чужим именем. Преподает за символические деньги в местном спорткомплексе фигурное катание. Замужем, но детей нет, - Стефан вздохнул. - Вот тебе и слава... Или взять, к примеру, Лена Маршалла.

- КОГО???

- Лен Маршалл, многократный чемпион по рукопашному бою. Ты его вряд ли знаешь, Сара. Его имя гремело давно, лет пятнадцать назад. Молодой, а талантливый, тоже спортсмен от Бога. У нас многие ребята учились технике и тактике боя по видеозаписям его боев. Если очень интересно, можно будет и эти записи отыскать. Да... Непобедимый боец. Суперзвезда! Его боялись, уважали, обожали. Какое будущее ему прочили! Он мог бы купаться в деньгах и славе, но нет. Лен тоже в один прекрасный день взял и сбежал. Исчез в неизвестном направлении. Как в Лету канул.

- Сбежал?

- Да. Поговаривали одно время, что Лена кто-то нанял на преподавательскую должность, но я пока еще ни одного подготовленного им спортсмена не видел. Не все так просто у звезд, Сара. Многое из его жизни останется белым пятном. Даже для нас. Официально Лен Маршалл числится пропавшим без вести. Живет сейчас на О40/1677, тоже под чужим именем, - полковник усмехнулся. - Мой агент, будучи большим поклонником его таланта, совершенно случайно встретил его в одном ночном клубе. Что сказать? На звезду не тянет. Пьет много. Все имущество - дом, машина, спортклуб «Акула» - все приобретено через подставное лицо. Тоже тренерской работой занимается. Но так, несерьезно. Многие мастера спорта готовы были бы миллионы платить ему за обучение, а он помогает местным фермерам животы сгонять. Суперзвезда!.. Да, а Тим Вален?.. Хотя нет, этот пример не очень удачный. Здесь криминал замешан. Но он тоже вынужден скрываться под чужим именем. Живет под Саловой. На С64.

- Вы сдадите его полиции?

- Зачем? Если мы будем делиться с полицией нашей информацией, то вы, господа и дамы - оперативники, без работы останетесь. Они с нами не шибко делятся, и это взаимно. Нам Тим Вален ничего плохого не делал. Как и все остальные. А так - вдруг он нам еще пригодится? Никогда не знаешь, Сара, когда и какая информация тебе будет нужна, - Стефан поднялся со ступеньки. - Я тебе к чему это говорил? Звезды - они звезды, но завидовать им не надо. Кто-то из великих давно уже сказал: «Будь звездой, но не свети каждому». Может, в этом смысл и есть. Вон нужный тебе стеллаж, пошли...

Пока Джейн собирала нужную ей информацию в отделе Стефана, в комнату Митча постучали:

- Митч, можно к тебе? - Алик и Кирилл ввалились в комнату друга. - Ты не спишь?

- С каких это пор я в девять вечера спать-то ложился? Нет, конечно. Входите. Ну, какая нелегкая принесла?

- Уж сразу и нелегкая, - Алик фыркнул. - Зашли справиться, как ты? Не заболел ли? Ходишь весь такой угрюмый, кроме работы ни о чем не думаешь. Ни в казино, ни даже в кафе не заглянешь. Девчонки нам прохода не дают, расспросами замучили. Ты в порядке?

- Вполне.

- Может, тогда в казино сходим? Развеемся немного?

- Не сегодня, ребята. Я на нуле.

- Не страшно. Мы спонсируем. Потом с выигрыша отдашь.

- Нет, спасибо, не хочется, - Митч вздохнул. - Да и не везет мне в игре в последнее время.

- А ты не отчаивайся. Во всем ищи плюсы. Примета есть такая: в игре не везет - повезет в любви.

Майор опять вздохнул и ничего не сказал. Будучи игроком по жизни, Игроком с большой буквы, он знал, что, если везет тебе, то везет сразу во всем - и в игре, и в любви, и в работе. А если не везет, то и не везет сразу ни в чем. Ни в игре, ни в любви.

Алик и Кирилл перехватили этот вздох. Алик поспешил подбодрить друга и поднять ему настроение:

- Митч, я тут подумал насчет пари нашего, про Сару... Мне его все равно не выиграть. Крепкий орешек эта девчонка, что скажешь? Да и азарта нет в сделке участвовать без тебя. В общем, я тоже отступные принес. Вот деньги, наша годовая зарплата, как и условливались. Кирилл, свидетельствуй. Деньги отдал - деньги получил. Сделка расторгнута окончательно... Теперь ты не на нуле, Митч. Ты богат, как нефтяной магнат. О! Я даже стихами заговорил. Можешь позволить себе поиграть в казино, если захочешь. Ну или в кафе друзей сводить? - Алик вопросительно улыбнулся.

Митч тоже улыбнулся себе под нос и ничего не ответил. Разделил деньги на две части. Ту часть, что побольше, убрал в шкатулку на тумбочке, ту, что поменьше, положил к себе в карман и жестом показал друзьям: «Прошу! Хоть в кафе, хоть куда. С вами да деньгами - хоть на край света!».

Когда у тебя есть друзья, настоящие друзья, которые готовы понять тебя без слов - это здорово!

- Митч, а давай Сару с собой позовем?

Майор мгновенно насторожился. Ох, неспроста ребята к нему все же ввалились! Явно с подвохом. «Сводники несчастные!».

- Зачем это?

- Ну как зачем? Посидим, пообщаемся. О жизни поговорим. Она что-то тоже в последнее время все взаперти сидит в своей комнате. Пусть развеется человек. Да? Возьмем с собой?

- Это как в прошлый раз? Когда Ник убедил меня пойти с ним и Меган на концерт, потом вдруг выяснилось, что у них есть еще лишний билетик для Сары, а в итоге они сами не пошли, а мы отправились с ней вдвоем. Нику, видите ли, приснилось, что нам непременно нужно о чем-то поговорить.

- А разве нет?

- Кирилл, ради Бога! Давайте начистоту: в чем дело? Что задумали? Признавайтесь!

Кирилл и Алик переглянулись. Их друг, конечно, очень вспыльчив, но и отходит быстро. Главное, уметь выдержать первый взрыв.

- Митч, ты не сердись только. Мы хотим как лучше. Нельзя ведь так! Уже даже Чет заметил и у всех спрашивает, что происходит. Вы как дети маленькие себя ведете. От проблем, Митч, не надо бегать, проблемы надо решать!

- Неужели? - Митч, недовольный, вернулся в комнату, прямо в ботинках улегся на кровать, скрестил руки и ноги и сердито уставился в потолок. - И каким же образом я могу решить свою проблему?

- Каким? Да способов-то миллион и тележка, надо только выбрать. Мы к тебе и пришли, чтобы помочь. А для чего еще нужны друзья? Давайте обсудим. К примеру, начни с самого простого - поговори с ней. Расскажи ей, как ты к ней относишься, - Кирилл смутился, подбирая нужные слова. - Признайся Саре, что ты ее любишь!

- Зачем? - Митч усмехнулся.

- Зачем? Нет, ты, приятель, определенно заболел. Ты спрашиваешь - зачем? Зачем люди объясняются в любви? Чтобы выяснить отношения, чтобы узнать, как она к тебе относится.

- Я знаю, как она ко мне относится. Я для нее замечательный друг. Друг, и все, - он опять вздохнул.

- Это пока, Митч. Она же не знает о твоих чувствах. Скажи ей.

- Вы же утверждаете, что о них все знают? Знает и Сара. Она ведь не слепая. И интуиция у нее что надо.

Алик по-хозяйски прошелся по комнате и уселся на вращающееся кресло за компьютерный стол:

- Да, Кирилл, Митч прав. Признаваться девушке в чувствах можно только когда ты действуешь наверняка. Здесь не тот случай и должен быть другой подход. Надо ее влюбить в тебя, Митч. Организовать такое количество ловушек, и такого качества, чтобы у нее уже не было возможности ответить тебе «нет». В твоей ситуации нужно играть по-крупному. На близкие эмоции сначала ее раскрутить: восхищение, жалость, ревность. Что там еще, близкое к любви? Все как-то разом из головы выскочило. Столько раз подобные комбинации проворачивали, надо придумать что-нибудь... Может, напоить ее?

- Нет, не скажи, Алик, - возразил Кирилл. - Сара не та девушка, для которой можно безнаказанно расставлять ловушки.

- Ой, Кирюха, умоляю, только не надо нам тут словами Ника лекции читать!

Руководитель восьмой группы взял со стола остро заточенный карандаш и, словно указкой, наставительно принялся размахивать им из стороны в сторону:

- Сара - девушка, и, как миллионами других девушек, ею движут такие же инстинкты и чувства. Она хочет любить и быть любимой. Все этого хотят! А мы ей в этом поможем. Когда она искренне влюбится в Митча, она уже не сможет на нас сердиться... То, что любовь - вещь приходящая, я думаю, этого, Митч, тебе доказывать не надо? У тебя опыт по этой части не многим меньше моего. Я предлагаю разработать план операции по захвату ее души и тела. Мы тебе во всем поможем. Ты можешь на нас рассчитывать, Митч.

- Отстаньте от меня оба! Слышите? Надоели!!! - Митч резко сел на кровати по-турецки, опираясь локтями на колени. - Вы вообще понимаете, что тут несете? Я люблю эту девушку! Я вам не позволю о ней даже думать плохо, а не то что воплощать в жизнь ваши бредовые идеи! Она вам не кукла из местного бара! Ясно?

- Ясно, - друзья растерялись. Все оказалось намного сложнее, чем выглядело на первый взгляд.

Кирилл вернулся к своей прежней идее:

- Я потому и считаю, что искренность - самая лучшая политика. Поговори с Сарой, Митч. Объяснись. Ну а дальше... там по обстановке. В зависимости от того, что она тебе скажет.

- Я знаю, что она мне скажет, Кирилл. И именно поэтому предпочитаю оставить все, как есть. Жить с надеждой, пусть и нереальной, все лучше, чем без надежды вообще. Я не хочу провоцировать Сару на разговор, - Митч подпер рукой голову и заулыбался грустной мечтательной улыбкой.

- Дружище, я тебя не узнаю! - воскликнул Алик. - Ты что, боишься, что она тебе откажет?

- К чему бояться неизбежности? Я знаю, что она мне откажет. Она любит другого мужчину.

- Да-а, определенно, парня надо спасать! Какого еще другого? Митч, да рядом с ней никого нет! Сара ведь одна и одинока! Ты разве ослеп? Неужели ты действительно считаешь, что какой-то там муж может составить тебе конкуренцию?

- Нет. Не считаю. Просто... - Митч в раздумье слегка прикусил зубами тыльную сторону кисти, как бы не решаясь рассказать друзьям свои самые потаенные мысли и переживания. - Она все время о нем думает. Не переставая. И во сне, и наяву. Помните, когда я сопровождал ее до госпиталя, на вертолете? Сара была в полуобмороке. Она тогда произнесла его имя раз двести. Сара очень сильно любит. Так сильно, что я даже в кино таких чувств не видел. Может, я не те фильмы смотрю, что надо? Не знаю, ребята, - Митч сник. - Я не хочу быть третьим лишним.

Друзья наперебой загалдели?

- Лишним? Митч, да очнись, наконец, равных тебе во всей Вселенной нет! Что какой-то там муж? Он даже неизвестно где, и вообще - вернется ли? Раз они не вместе, значит, у них что-то неладно! Сделай так, чтобы она забыла его навсегда! Воспользуйся ситуацией!

- Не могу. Хотел сначала, но... Не могу, - Митч опять тяжело вздохнул. - Сара сказала, что уважает меня за мое благородство и ценит мою дружбу.

- Благородство? Где она его у тебя нашла?

Митч грустно улыбнулся на не очень вежливую подколку друзей.

- Сам не знал, что оно у меня есть. А оказывается - есть.

- И что? Сдаешься? Вот так, на полпути, на середине дороги? Откажешься от мечты? Митч, все в твоих силах! Да ради самого себя, ради своей любви - сделай хоть что-то! Ты столько раз бывал на подобных штурмах, для тебя это не должно быть какой-то проблемой! Митч? Ты вообще нас слышишь?

Слова друзей бесследно растворились в воздухе. Ответом на их призывы к действию была лишь мечтательная дурацкая улыбка и робкий взгляд по-настоящему влюбленного человека. Когда сердце любит, логика спит где-то очень далеко и крепко.

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

Президентское задание

Следующий день начался по тревоге. Не успели агенты еще сесть за мониторы в своих кабинетах, не успели попить кофе, обсудить сны и помечтать о сладкой и беззаботной жизни, как телефоны начали уже звонить. Ирис в срочном порядке вызывала на ковер к шефу тринадцатую и двадцать третью группы.

- Присаживайтесь, господа агенты.

Президент Космического Союза Доверия мистер Анди слегка улыбнулся, глядя на вытянувшихся по струнке представителей тринадцатой и двадцать третьей оперативных групп. Шестеро лучших агентов расселись за круглый стол конференц-зала, с любопытством поглядывая на Чета и Президента самой могущественной международной организации по урегулированию конфликтов и налаживанию мирных отношений во всем мире.

- То, что я хочу вам сообщить, господа, является не только секретной, но и судьбоносной информацией для миллионов людей.

Президент, как бы не решаясь начать говорить, посмотрел на начальника оперативного отдела. Чет кивнул. Мистер Анди продолжил:

- Здесь я нахожусь инкогнито. Лишь мой личный водитель и один охранник, которым я доверяю, знают, где я сейчас. Причина такой секретности в том, что в моем окружении есть человек, играющий против меня. Может, и не один, а целая группа. У вас, насколько я понял по докладам министра безопасности Де Кутана, тоже не все гладко. Иногда самые просчитанные операции срываются. И я бессилен вычислить, кто это. Нет у меня таких средств и возможностей... Вашего командира, - Президент вновь взглянул на честное и открытое лицо Чета, - я знаю довольно давно. Я ему доверяю. И вам я вынужден довериться. Чет мне за вас головой поручился. Больше никаких посредников. Минуя моих помощников и советников, минуя Кена, минуя отдел контроля, напрямую. Утечки информации быть не должно.

Президент строго посмотрел на агентов.

- Через неделю состоится международный форум в Осоке, - приступил он к изложению сути задания. - В наше содружество государств планируется включение Мегагалактики. Я говорю об Атлантиде. Если мы подпишем соглашение - а я думаю, мы его подпишем, так как предварительно уже обговаривали эти вопросы на локальном уровне... Так вот, если все пройдет гладко, на восточной части торговых путей воцарится спокойствие. Теперь, когда международное сообщество признало легитимность повстанцев южных галактик, а хамелеонам запретили посещать эти планеты, за исключением торговых операций, мир нарушают только атлантские притязания на некоторые земли. Подписание соглашения регулирует эти вопросы. В наших руках сейчас судьба огромного региона... Да, в наших руках. И в ваших тоже, господа агенты. У меня есть такая информация, что кое-кто из хамелеонов предпримет попытки к срыву форума...

Группы Ника и Митча внимали каждому слову Президента.

- ... Я не буду сильно вводить вас в курс международной политики. Обстановка следующая. Хамелеоны хотят захватить лидерство и диктовать всем свои порядки. Однако подписание соглашения с атлантами урежет их амбиции и заставит считаться с законами. Многие люди живут мечтой о мире. Это интересы не только КСД. Если же переговоры будут сорваны, мы теряем свои позиции на востоке, поскольку основные космические силы там принадлежат атлантам, ну а Атлантида, лишенная поддержки КСД, не сможет более себя противопоставлять хамелеонам. Хамелеоны опять накалят атмосферу на юго-востоке, если не начнут новый этап военных действий. Поэтому переговоры должны состояться.

- Как же возможен срыв этих переговоров, господин Президент, и что мои агенты должны будут делать? - спросил Чет.

- Я много думал. На самом форуме охраны будет достаточно. Там я более-менее спокоен. Срыв переговоров возможен до их начала. Как это может случиться - я не берусь гадать. «Знал бы, где упадешь - соломку бы подложил». Так и в моей ситуации. При неявке отдельных представителей нашей конференции форум в любом случае состоится. Но вот при моем отсутствии он будет отложен на неопределенное время. Мы с вами должны предупредить любую из причин, которая помешает мне прибыть в Осоку. А у меня вся предстоящая неделя расписана по часам: поездки, переговоры, приемы. Я все время на людях. И я, и моя семья тоже. Это наводит на некоторые размышления. Понимаете, это не мания преследования, нет, но... интуиция, шестое чувство? Как хотите. У меня сильная и надежная охрана, но когда изо дня в день все одно и то же - однотипная работа притупляет внимание. Я хотел бы, чтобы в столь ответственный период рядом со мной появилось несколько новых доверенных лиц. Лиц, которые бы свежим взглядом и умом оценивали все происходящее вокруг меня, при этом не вызывая пересудов и лишних вопросов в моем окружении.

- Охрана инкогнито?

- Да. Что-то вроде этого. Это возможно, Чет?

- Разумеется, господин Президент. Надо только проработать безупречные легенды, чтобы у Вашей надежной охраны не возникло никаких подозрений.

- Понимаю. Я потому лично сюда и приехал. Все обсудить, - мистер Анди вытащил из кармана записную книжку. - Я тут прикинул сам. Охранник нужен мне, супруге, дочери и моему секретарю. Плюс кто-то постоянно должен находиться в доме и наблюдать за всем, что происходит там в мое отсутствие. А один человек должен смотреть за дворцом министров и моим кабинетом. Таким образом, минимум шесть человек. Увеличить охрану дворца и моей личной свиты, включая секретаря, - это несложно. Сложнее организовать, не вызывая вопросов службы безопасности, почему в доме появится новое лицо? Ну и, конечно, трудно придумать легенды для охраны дочери и супруги. Я не хочу, чтобы мои меры предосторожности их напугали.

- У Вашей супруги и у Вашей дочери есть телохранители?

- Да, у супруги есть охранник - Поль Синт, он охраняет ее уже лет двенадцать. Когда я женился на Маргарет, она пожелала взять его с собой. Я перевел его в свою службу безопасности. Он надежный человек, и по возможности присматривает и за Агнесс, моей дочерью. Но ему одному, думаю, это нелегко. Маргарет много занимается благотворительной деятельностью, у нее бесконечные приемы и светские выходы, а дочь такая непоседа, - мистер Анди вздохнул. - Я и не заметил, как и когда она выросла. Никого не слушает, делает, что хочет, сбегает с учебы, все время норовит уйти из-под носа охраны. Я ей уже учителей на дом приглашаю. Но все пока проку нет. За ней глаз да глаз нужен.

- У господина Президента есть какие-нибудь предложения, как ввести моих людей в свое близкое окружение, или это на нашу разработку? - осторожно поинтересовался Чет в возникшей паузе.

- Предложения есть. Я не знаю, смогут ли это сделать Ваши люди?

Мистер Анди вопросительно посмотрел на агентов и приступил к изложению своего плана:

- К моей дочери из Атлантиды едет новая учительница - Лилиан Де Венки. Вот ее документы, я привез их с собой. Охрана с ними давно ознакомилась, ее ждет. Я подумал, если бы какие-нибудь препятствия задержали Лилиан в дороге, скажем, на неделю, а в это время появилась другая Лилиан, в качестве учительницы. Подмены никто бы не заметил?

Чет одобрительно кивнул:

- Это вариант, господин Президент. Организовать задержку в пути пара пустяков. И легенда не будет надуманной. Как видите, в числе агентов есть девушка. Очень способная к тому же. Сара, возьмешь себе данный образ.

- Есть.

- Это хорошо,- Президент передал девушке документы учительницы и продолжил:- Лилиан приезжает завтра утром. У Вас ровно сутки на изучение ее жизни и перевоплощение. Я с Вами еще переговорю потом, как вести себя с Агнесс, она очень непростой ребенок. Быть дочерью Президента КСД обязывает слишком ко многому...

Он замолчал на мгновение, а затем вернулся к изложению своих идей:

- С супругой все просто и сложно одновременно. Маргарет ищет себе секретаря. В понедельник устраивает что-то вроде кастинга. Придут кандидаты по рекомендациям ее друзей и подруг. Честно скажу, я не знаю критериев отбора. Но если бы твои люди, Чет, смогли организовать такой подвиг? Рекомендации я могу обеспечить.

- Сделаем, господин Президент. Если уж отдел контроля посчитал моих людей достойными для оперативной службы, то у Вашей супруги не будет выбора.

- Это непросто, я предупреждаю... Ну, и охрана дома. Это самое сложное. Здесь у меня почти нет вариантов. Начальник службы безопасности - Пит Форман, он - скала. Он непробиваем, и при этом очень дотошный человек. Мне его сам Де Кутан подыскал. Он задаст миллион вопросов - и все равно выведает правду. Я не знаю, как ввести еще одного охранника без лишних подозрений.

- А посвятить его в курс дела Вы точно не хотите?

- Нет, Чет. Никто не должен знать. Я даже Де Кутану ничего не сказал. А он, между прочим, мой министр безопасности. Пусть эксперимент будет абсолютно чистым.

- Хорошо. Господин Президент, Вы сказали, что у Вас почти нет вариантов. Но какие-то идеи все же были?

Мистер Анди неопределенно кивнул.

- Я не знаю, идея это или нет. Агнесс позавчера забыла выключить плойку для волос и прожгла ею дорогой деревянный столик ручной работы. Маргарет случайно зашла в ее комнату и увидела начинавшийся пожар. Крик подняла, конечно. Стол затушили, выкинули. Поругали пожарную сигнализацию, которая не сработала. Может, еще было слишком мало дыма, не знаю. Я подумал: а если бы я, или кто-нибудь из моих людей, вызвал специалиста по смене пожарной сигнализации? Это ведь было бы вариантом? Человек ходил бы по дому какое-то время, наблюдал, что-то где-то менял? Как считаете?

- Это отличная идея, господин Президент! Вам бы в нашем отделе работать, - Чет улыбнулся. - И специалисты по сигнализациям у нас имеются. Вот Митч, к примеру. Главное, еще один подобный казус дома организуйте сами, чтобы уж точно у Вашего начальника охраны не возникло лишних вопросов. Какой-нибудь небольшой огонек, без дыма. А там уж мои ребята все возьмут в свои руки.

- Я очень на вас рассчитываю, Чет...

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ

Дочь Президента

- Миссис Анди, Вы не заняты? - высокий, под два метра, темнокожий охранник заглянул в двери комнаты супруги Президента.

- Нет, Поль, я тебя жду. Ты принес запись?

- Вот она, - Поль протянул маленький серебристый диск. - Как раз с момента, как Лилиан и Агнесс вышли из дома, и до их возвращения. Я ее прослушать не успел, но качество должно быть хорошим. Техника использована самая современная. Мне Вас оставить?

- Нет, Поль. Посиди со мной. Давай этот диск прослушаем вместе. Я не берусь загадывать на будущее, но то обстоятельство, что Агнесс не жалуется на Лилиан после первого дня знакомства, мне кажется довольно неплохим признаком. Может быть, действительно возьмется за ум?

- Дай-то Бог, миссис Анди. Ей пора бы уже взрослеть.

Охранник уселся в предложенное кресло напротив супруги Президента. Приготовился слушать. Миссис Анди включила запись:

«- И почему нельзя осматривать город в машине? - началась запись с недовольного вопроса дочери Президента. - Быстро и с комфортом объехали бы все.

- Ты куда-то торопишься, Агнесс? В машине - это, действительно, быстро, но радости мало. А так мы можем погулять, поболтать. Посмотри, какая погода! Твой отец предоставил нам время познакомиться друг с другом до начала занятий. Почему бы этим не воспользоваться? Ты не любишь пешие прогулки?

- Нет, не особо.

- А что ты любишь?

- Тебе-то какое дело? Ты приехала меня учить или исповедовать?

- Приехала учить. Чему ты хочешь научиться?

- Ничему. Что мне надо, я и так знаю.

Джейн улыбнулась, услышав подобный ответ. Чем-то разговор с Агнесс напомнил ей ее первые беседы с Леном. Самоуверенность и дерзость.

- Вот как? А ты не очень-то вежливая девочка, особенно для дочери Президента. Стоишь на такой высокой ступеньке социальной лестницы, а разговариваешь, как уличная торговка. Хотя, впрочем, это не мои проблемы, а проблемы твоих родителей. Я не собираюсь ни исповедовать тебя, ни учить.

Агнесс даже остановилась.

- Это почему - не собираешься меня учить? А зачем же ты сюда приехала?

- Ну как тебе сказать?.. Давай пойдем вот по этой улице... По договору, который я заключила с твоим отцом, я должна тебя обучать всякой всячине. Только есть у меня одна теория на этот счет. И состоит она в том, что знания нельзя человеку дать. Знания можно взять самому, если ты хочешь. Но если ты не хочешь учиться - тут хоть расшибись. Тебя все равно обучить не получится. Вот, к примеру, твои учителя. Скольких твой отец уволил уже? Восемь? Девять человек? Что, они были плохими специалистами?

- Зануды полнейшие.

- Это вопрос твоего отношения к учебе, дело вряд ли в них. Так что не волнуйся, Агнесс, я перенапрягаться с тобой не стану.

- Мой отец тебя уволит.

- Разумеется. Я каких-то иллюзий и не питаю на твой счет. Сегодня суббота. Раньше понедельника уволить меня он не может по договору, так как занятия начнутся именно в понедельник. Ну а не позже, чем во вторник утром, я предполагаю, что буду уже свободна. Только твой отец меня уволит и в том случае, если я буду добросовестно отрабатывать обещанные мне деньги. Ты ведь все равно что-нибудь придумаешь... ну, чем я тебе не угодила? Так чего зря стараться?

- И как только отец остановил свой выбор на тебе? Обычно он такой дотошный в подборе кадров...».

Миссис Анди остановила запись.

- Вот и я тоже думаю - как? Это ж надо - набраться наглости и откровенно сказать такое ребенку? Гнать нужно таких учителей в шею. Не дожидаясь понедельника.

- Позвать господина Президента? - Поль поднялся.

- Да, конечно. Хотя нет... Подожди! Я сначала сама хочу прослушать все их разговоры.

Миссис Анди снова приготовилась слушать.

«... - Ну как тебе сказать - почему? Я хороший специалист, Агнесс, и многому могу обучить того, кому это действительно надо... Вообще я сначала не хотела ехать сюда. А потом подумала: почему бы нет? Провести три дня в столице! Все оплачено, все включено. Я мечтаю много путешествовать, посмотреть на мир, пообщаться с интересными людьми. Но желания с возможностями пока не совпадают. Для того, кто привык зарабатывать себе на хлеб тяжелым трудом, путешествия и праздная жизнь - непозволительная роскошь. Хотя тебе это вряд ли понять... Я предлагаю тебе сделку, Агнесс. Я не буду навязывать тебе разные уроки и скучные нравоучения, минимум три дня, максимум - сколько захочешь, а ты мне предоставишь свободу действий и передвижений. Покажешь мне ваши достопримечательности, ваш город, я хочу облазить его вдоль и поперек... Что скажешь? Побудешь моим гидом? Устроим друг другу каникулы, а?

Агнесс вновь остановилась, обдумывая предложение Лилиан.

- Каникулы, говоришь?.. По рукам!..».

Миссис Анди опять переглянулась со своим охранником: вот почему Агнесс не жалуется, ей просто удобна такая ситуация. Ну и ну!

«... - Отлично. А ты не такая скверная девчонка, какой мне сначала показалась. Я рада, что с тобой можно договориться.

- Да уж. И что ты, Лилиан, хочешь посмотреть в нашем городе?

- Все. От самых древностей до самых современностей. В ночной клуб нас с тобой, конечно, не пустят, а жаль. Может быть, начнем вон с того музея? Это ведь музей там, да?

- Где?.. Не знаю, вроде бы.

- Ну ты даешь, Агнесс! Как это - не знаешь? Еще скажи, что ни разу там не была?

- Почему? Была когда-то очень давно. Что там может быть интересного? Рухлядь.

- А вот и не скажи. Ценители искусства со всего мира съезжаются к вам полюбоваться бесценными шедеврами. Говорят, здесь даже выставлены экспонаты планеты Земля - самой первой человеческой планеты. Представляешь, сколько им лет? Пошли посмотрим!

- Пошли, - покорно согласилась девочка, - только вряд ли что-то там интересное увидим. Лучше б в кино сходили.

- В кино? А что? Потом можно и в кино. Мы ведь свободны в выборе развлекательной программы. Кстати, можно задать тебе один вопрос, Агнесс? А Поль - он всегда за тобой следит?

- Поль? Да. Всегда, когда не сопровождает Маргарет куда-нибудь. Ты тоже его заметила? Ходит по пятам, как призрак. Сначала меня это очень бесило, а сейчас уже привыкла, притворяюсь, что не замечаю его. Иногда, когда хочется его позлить, пытаюсь от него удрать. Несколько раз удавалось... Ишь, выглядывает как. Это Маргарет делает вид, будто заботится обо мне.

- Делает вид? - переспросила Джейн. - Она и правда о тебе заботится. А ты ее так и зовешь по имени? Не называешь мамой?

- С чего я буду называть ее мамой? Она никогда не займет место моей матери.

- В сердце - нет. А в жизни - что мешает? Миссис Анди мне кажется глубоко порядочной женщиной, сильно любит твоего отца, заботится о тебе. Тебя ведь никто не заставляет предавать память о родной матери. Но разве плохо, если тебя еще кто-то любит почти так же? Опереться на ее плечо в трудную минуту, попросить поддержки, поделиться какой-то радостью. Из таких мелочей и складываются нормальные семейные отношения. Разве нет?

- Не знаю. Тебе не понять, Лилиан. У тебя ведь нет мачехи?

- Нет. У меня вообще нет родителей. Я росла в приюте при монастыре. Я одна на белом свете... Два билета, пожалуйста. Один взрослый, один детский. Пошли приобщаться к искусству, Агнесс...».

Миссис Анди промотала запись вперед.

«... - Что теперь, Агнесс? Ты, наверно, курить хочешь?

- Что? - девочка закашлялась. - С чего ты взяла, что я курю?

- А зачем ты стащила сигареты у охранника, лысого такого, на первом этаже, если не куришь? В левый внутренний карман своей куртки спрятала, я видела.

- Лилиан, ты следить за мной приехала? - возмутилась Агнесс. - Ты учительница или шпик? Мало мне Поля и другой охраны?

- Нет, просто ты сделала это неуклюже и заметно. Или мне надо было глаза закрыть?

- Донесешь родителям?

- Больно надо! А что - никто не знает, что ты куришь? И Поль не в курсе?

- Нет...».

Миссис Анди снова остановила запись.

- Господи Боже мой! Поль! Агнесс курит?

- Не знаю. Я не замечал.

- Я в ужасе! И почему мы раньше не догадались насчет техники?! Не Лилиан надо прослушивать, а Агнесс! Агнесс - темная лошадка! Мы меняем ей учителей за учителями, переживаем за нее, а она... Я даже боюсь дальше слушать.

Женщина нервно прошлась по комнате, затем опять включила запись разговора Агнесс с ее новой учительницей:

«... - И как давно ты этим промышляешь?

- Чем? То, что курю?

- Воровством, Агнесс, воровством. То, что ты куришь - это твое личное дело. Проблема твоих легких, твоих зубов, твоей красоты в целом... ну и проблема воспитания, конечно. Это родителям твоим надо переживать, а не мне. А вот воровство - это проблема социальная. Преступность и так - о-го-го! Желаешь пополнить ряды малолетних преступников? Дочка Президента - обыкновенная воровка! Кошмар!!!

- Я не воровка! - обиделась девочка.

- А как называют того, кто присваивает себе тайком чужие вещи? Самой-то не противно? Кто бы мог подумать! И как давно?

- Никак. Это первый раз. Отец отобрал все наличные.

- Скажите пожалуйста! Если б я была твоим отцом, я бы вообще тебя ремнем выдрала.

- Бить детей запрещено международными конвенциями. Это жестоко и непедагогично.

- Еще как педагогично! - Джейн рассмеялась. - Жаль, нет возможности опробовать это на практике. Контракт запрещает. Ладно, пошли в туалет, покуришь. Поль, надеюсь, за нами следом не пойдет?

- Э... не стоит, - Агнесс испугалась такой вседозволенности. - Я вообще-то не курю. Ну, пробовала пару раз. Мне не понравилось.

- Да ладно! Мне можешь не врать. Пошли. Я же сказала, что не сдам тебя.

- Нет, Лилиан, я правда не курю.

- Зачем же тогда тебе сигареты?

- Так, на всякий случай. Диана - она курит. Считает, что это стильно. Ну и я делаю вид, что тоже курю. Чтобы поддержать ей компанию, типа того. А ты, Лилиан, куришь?

- Разумеется, нет! - резко ответила Джейн. - Еще чего? Добровольно себя травить? Полжизни тратиться на сигареты, а вторую половину - на лекарства от них? Глупости! Мне еще замуж выходить, детей рожать. Кому я буду нужна, прокуренная? Один мой знакомый как-то сказал, что поцеловать курящую женщину - то же самое, что вылизать пепельницу. Возможно, он знает, о чем говорит. Во всяком случае, на себе проверять точно не буду. Мужчины - они ведь жутко привередливые, когда выбирают себе спутницу жизни... Так, где мы еще не были? В оперный театр уже опоздали, сходим завтра. Пошли, погуляем по зоопарку?

- Пойдем... А мужчины, Лилиан, каких девушек в спутницы жизни выбирают? По каким критериям?

- Это зависит от мужчины. На вкус и цвет, сама понимаешь, товарищей нет. А почему ты спрашиваешь? У тебя есть мальчик?

- Нет.

- Нет? Агнесс, тебе тринадцать лет - и ты ни с кем не дружишь? Тебе никто не нравится или просто мне не хочешь говорить? Я не заставляю изливать душу. Дело твое.

Девочка покраснела.

- Да нет, Лилиан. Мне нравится один мальчик. Сильно нравится. Но мы с ним не общаемся.

- Почему? Вы не знакомы?

- Знакомы. Но он очень занят. Он готовится поступать в колледж при университете. Изучает иностранные языки, занимается.

Джейн постаралась разговорить свою подопечную:

- Но он же не круглосуточно сидит за книгами? Гулять выходит? Телефон у него есть? Учеба - это ведь не причина. Почему вы не общаетесь?

Агнесс несчастно вздохнула.

- Я думаю, он меня боится. Я ведь дочка Президента, а он сын обыкновенного трудяги. Его отец занимает какую-то невысокую должность при министерстве. Мы познакомились на это Рождество, виделись с ним всего пару раз - и то мимолетом. Он очень скромный. Сам первый ни за что не подойдет.

- А ты?

- А я? А что я? Девушке не пристало бегать за молодым человеком. Диана говорит, так можно вообще потерять свое лицо.

- Да-а-а, знаю я одну девушку с подобными жизненными установками, - Джейн смущенно потерла подбородок и улыбнулась. - Слушай, а кто такая Диана и почему она для тебя такой большой авторитет?

- Диана? Моя подруга.

- Ясно. А этот мальчик ей тоже нравится? Ты ей говорила о своих чувствах?

- Нет, что ты, я никому не говорила про Роберта. Ты первая. И ей он не нравится, это точно.

- А расскажи мне о своей подруге. Какая она?

- Какая? - девочка растерялась. - Не знаю, какая... Красивая, бойкая. Она дочь министра культуры. Счастливая, ей не придется дальше учиться. Ей уже забронировано место в престижном модельном агентстве, ее отец договорился. А мои родители хотят для меня нормального образования. Своей Президентской школой замучили. «Надо, надо, надо, надо». А я не хочу. Понимаешь?

- Президентская школа? А почему бы тебе не подумать об университетском образовании?

- Университетском? Что ты, Лилиан, я не смогу! Я в жизни больше чем по полчаса над книгой не сидела.

- А чего над книгой сидеть? - Джейн хохотнула. - Книгу надо читать. И вообще, чем ты хочешь заниматься в жизни?

- Не знаю. Не думала как-то.

- Да... А я тебе, Агнесс, все-таки скажу, что я думаю по этому поводу. Роберт правильно делает, что не спешит с тобой общаться. Сама посуди, чем ты можешь быть ему интересной? Спортом ты не занимаешься, книг не читаешь, в искусстве не разбираешься, поступать никуда не хочешь, ни к чему не стремишься. Ну о чем ему с тобой разговаривать? О Диане? Если б она была ему интересна, он бы уже и сам давно нашел к ней подходы. Ты боишься потерять свое лицо? А есть что терять? Чем ты такая особенная, что может привлечь его внимание, выделить тебя из серой массы? Ты спрашиваешь меня, по каким критериям мужчины выбирают себе подруг? Много критериев, но красоту и ум еще пока никто не отменял. Красоту твою видно, Агнесс. А ум - я уверена, ум тоже есть. Где-то спрятанный.

Дочь Президента насупилась:

- Тебе нравится говорить людям гадости, да?

- Нет. Но доктор, к примеру, прежде чем лечить, иногда прокалывает нарыв. Тебя не устраивает твоя жизнь, Агнесс? Так почему ты ничего не предпримешь, чтобы хоть что-то изменить к лучшему?

- А что я могу?

- Это зависит от того, что ты хочешь. А что ты хочешь?

- Надо подумать. Я и правда, Лилиан, никогда об этом не размышляла. Это очень плохо, да?

- Плохо, конечно, но не безнадежно. Сегодня уже поздно, а завтра можно будет объехать разные вузы, школы, курсы, пообщаться с преподавателями, может быть, пройти какое-нибудь тестирование. Вдруг у тебя талант какой отыщется? Каждый человек - это маленькая звездочка, нужно только знать, с которой стороны ее отполировать, чтобы заблестела. Что скажешь?

Девочка замолчала почти на целую минуту.

- Я не против. Но родителям это вряд ли понравится. Отец меня даже не будет слушать.

- Значит, тебе надо найти в его лагере союзников, к которым твой отец непременно прислушается.

- Где же я найду таких людей?

- Ну, Агнесс, ты и вопросы задаешь! Открой глаза пошире! А миссис Анди? Разве она тебя не поддержит? А мистер Эскеру? Да мало ли кто? Не находишь, что пора, наверно, уже восстанавливать разрушенные отношения в семье? Тебя окружают такие замечательные люди! Пора взрослеть, Агнесс!..».

Около десяти минут в дальнейшей записи слышен был лишь шум улицы да шарканье ног пешеходов. Дочь Президента и ее новая учительница шли по дороге молча, думая каждая о своем.

«... - А ты, Лилиан, тоже кого-то любишь? Твое сердце несвободно? - меняя тему, спросила девочка.

- Да, люблю.

- Здорово! А он тебя?

- И он меня любит.

- А почему он не приехал сюда вместе с тобой? Разве любящие люди не должны быть всегда вместе?

- Теоретически - должны, - Джейн вздохнула. - Жаль только, что в жизни все бывает не всегда так, как мы того хотим. Мы не можем быть вместе, Агнесс, потому что он женат на другой женщине.

- Женат? А... как же... ты?

- А что я? Я ему желаю счастья, потому и уехала, чтобы ему было легче меня забыть. И сама пытаюсь сделать то же самое. Только, если честно, пока это плохо получается.

- Вот это да! Ты прямо совсем как Поль.

- Поль? А что - Поль? Тоже в кого-то безнадежно влюблен?

- Да, в Маргарет.

- В твою маму? Э... То есть, в миссис Анди? Почему ты так думаешь?

- Я не думаю. Я знаю. Это же видно. Он охранял Маргарет еще с тех времен, когда она была совсем юной. А когда Маргарет вышла замуж за моего отца, он ведь мог расторгнуть контракт, как сделали все охранники. У отца здесь своя служба безопасности. Но он поехал следом, вроде как убедиться, что у нее все в порядке, а потом и вовсе здесь остался. Только он ее очень любит. Хочешь, я покажу тебе, как он на нее смотрит, когда она не видит этого?

- Как?

- Вот так....».

Миссис Анди удивленно посмотрела на Поля. Поль, если бы умел, наверно, покраснел бы. Темнокожий охранник недоуменно повел плечами: «Ребенок! Что только не придумает?».

Теплый смех новой учительницы снова приковал к себе внимание супруги Президента.

«...- Ну, если именно так, тогда это точно настоящее чувство.

- А я тебе что говорю? Я сама видела, много раз. А еще Поль вздыхает. Совсем как ты сейчас вздыхала, когда рассказывала, что не можешь быть вместе с любимым человеком. Он ее точно любит.

- Интересно. Но, говорят, любящее сердце - счастливое сердце. А миссис Анди? Как она реагирует?

- Никак. Она и не замечает. Она любит моего отца.

- Ясно. А твой отец?

- А что мой отец? Мой отец так сильно занят, что вокруг себя ничего не видит. Ни Маргарет, ни меня - никого. Не удивлюсь, если он вообще никого не любит.

- Не надо так, Агнесс. Я уверена, что ты ошибаешься. Твой отец, действительно, много работает. Но, даже будучи вдали от вас, я не сомневаюсь, он вас очень любит. И тебя особенно.

- Да уж. Он поэтому и не замечает, что я выросла, у меня изменились интересы. Есть свое мнение. Все навязывает какие-то стереотипы. А ты, Лилиан, ты такая смелая, ты не можешь с ним поговорить? Сказать ему, что я уже взрослая и не хочу, чтобы мной командовали?

Новая учительница едко подковырнула:

- А если ты такая взрослая, Агнесс, то почему сама об этом ему не скажешь?

Дочь Президента опять обиженно замолчала.

А через несколько минут молчаливой прогулки не сдержалась и снова вступила в беседу с этой странной и не очень воспитанной, но такой интересной учительницей:

- Зачем ты подала ему деньги, Лилиан? Он же их все равно пропьет.

- Наверно. Но это не деньги твоего отца, а мои личные, и я могу распоряжаться ими по своему усмотрению. Я всегда подаю бедным, тем, кто просит.

- Но зачем? Ведь есть же социальные институты, пусть туда обращаются. Сидеть вот так на дороге, просить милостыню - это унизительно, это ниже человеческого достоинства.

- Правда? - Джейн засмеялась. - Есть у меня одна теория счастья. Что такое, по-твоему, счастье?

- Ну... когда исполняются все твои желания.

- Видишь ли, Агнесс, счастье у каждого свое. Я не претендую на всеобщность своего определения. Я считаю, счастье - это кусочек души, кусочек любви, который мы или даем кому-то, или от кого-то получаем. Счастье - это дарить радость, творить добро на земле. Да, дала я ему немного денег: на хлеб ли, на что-то другое - не важно. Но он был счастлив в эту минуту. Одной улыбкой стало больше. Я очень уважаю людей, кто думает о других, кто делает что-то ценное, полезное. Вот, к примеру, взять твоего отца. Ты сердишься на него, что он уделяет вам мало времени. Да, он виноват перед тобой, и когда-нибудь это поймет. Но он много работает для того, чтобы людям завтра хоть на самую малость стало легче жить... А твоя мама? Ну, миссис Анди. Я не понимаю, почему ты не хочешь общаться с таким искренним и бескорыстным человеком. Руководить самым большим благотворительным фондом на вашей планете - это такая ответственность, такое мужество, такое доброе сердце должно быть у нее! Я читала в газетах, что в прошлом году миссис Анди пустила средства фонда на здравоохранение. Все больницы в вашем городе закупили новое оборудование. Представляешь, скольким людям она реально помогла? А в этом году, может быть, она решит помочь детям-сиротам или детям-инвалидам?

- Сомневаюсь, Маргарет не интересуется детьми.

- Почему ты так думаешь?

- К ней иногда приходят руководители детских учреждений с просьбами о финансировании. Она говорит, что подумает, и на этом все заканчивается. Она считает, что надо поднимать экономику в первую очередь. Промышленность и прочее. Я не вникала сильно в детали.

- Поднимать экономику? - воскликнула Джейн. - А что ее поднимать? Она сейчас и так на взлете. Я уверена, миссис Анди это прекрасно понимает. И потом, она же всегда может обратиться за консультацией к советнику твоего отца по экономическим вопросам, мистеру Эскеру. Не будет же твоя мама заниматься прямыми инвестициями из фонда? Просто она, наверно, выбирает ту социальную сферу, где остро нуждаются в деньгах. Не знаю, что она выберет, но уверена, это будет что-то очень благородное, чтобы ты могла по-настоящему гордиться своими родителями... Что касается меня, то когда у меня будет много-премного денег, я буду помогать детям. За ними будущее. Хотелось бы, чтобы оно было счастливым... Тут передача была об одной семье, которая с нуля организовала целую сеть детских учреждений. У них филиалы на нескольких планетах есть. По-моему, даже на вашей планете тоже. Мм-м... «Радуга жизни» называются. Вот это люди: сильные, мужественные, столько добра делают! Я уважаю таких людей. А ты?

- Я тоже уважаю. Вот если б Маргарет была похожей на них! - Агнесс вздохнула. - Жалко, что не все взрослые понимают, что дети - это очень важно.

- Да... Не устала ходить еще пешком, Агнесс? Судя по измученному виду Поля, он-то этим давно не занимался. Замучаем твою охрану до обморока - не сможет нас с тобой охранять. Поедем домой, ужинать?

- Поедем. А можно тебя еще о чем-то спросить? Я знаю, что веду себя иногда не так, как следовало бы. И отец ругается, и с Маргарет мы почти не общаемся. Понимаешь, я вроде бы и хочу быть хорошей, а потом как-то не получается. Ты тоже думаешь, что я испорченная?

- Что значит - «тоже»? А кто так думает?

- Все кругом. Они твердят, что я трудная.

- Не знаю, Агнесс. Трудными бывают лишь обстоятельства. А там - кто кого: или ты побеждаешь трудности, или они тебя. Это уж от человека зависит. Я не считаю тебя трудной. Пока, во всяком случае... Поехали домой, а то голова распухнет от моих теорий. Не хотелось бы тоже получить статус зануды в свой первый рабочий день.

- А ты не зануда, Лилиан. Мы сегодня с тобой рассуждали о таких вещах, о которых мне еще никто даже не говорил. Мне надо о многом подумать.

- Ну вот и славно...».

Миссис Анди выключила запись и в задумчивости опять прошлась по своей комнате.

- Позвать мистера Президента, да? - Поль тоже поднялся с кресла.

- Нет, Поль. Не сообщай никому об этой записи, пожалуйста. Знаешь, я два года пытаюсь найти подход к Агнесс, отыскать ключик к потаенной дверце ее души, установить доверие. И все напрасно. А эта чужая женщина за какие-то несколько часов, похоже, завоевала ее дружбу. Просто невероятно! Да, она хоть и наговорила Агнесс пару колкостей, но все советы, что дала, заслуживают только уважения. Пусть общаются. Под нашим контролем, конечно. Но, может, что из этого и выйдет?

- Вероятно. А запись можно забрать?

- Э... нет. Я хочу прослушать ее еще раз. Мне тоже надо много чего переосмыслить и подумать.

- Хорошо,- Поль улыбнулся и едва заметно вздохнул. Он действительно любил эту женщину.- Тогда спокойной ночи, миссис Анди.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

Покушение

Джейн в вечернем серебристого цвета платье, на высоких каблуках и с профессионально уложенной прической, в искусно подобранных украшениях из жемчуга, смущенно прошла под восхищенным взглядом Митча через весь холл третьего этажа. Ей незачем, да и некогда было оглядываться по сторонам. Она сопровождала дочь Президента на улицу, на одно из официальных мероприятий, устраиваемых руководителем самой значимой и весомой международной организации. Мистер Анди не лукавил: он постоянно находился на публике, и он, и его семья. Круглосуточное наблюдение было необходимым. И, следовательно, у всех агентов тринадцатой и двадцать третьей оперативных групп работы было хоть отбавляй. Ни одной свободной минутки. Это только Митч, как в известной поговорке: «Наш пострел везде поспел». Джейн даже спиной чувствовала его взгляд. Да, она знала, что потрясающе выглядит, и контраст по сравнению с ее обычными брюками был значительным. «Но зачем же это так явно демонстрировать?». Девушка покраснела.

- Ух ты! Ты заметила, Лилиан, как на тебя посмотрел тот пожарный, что меняет сигнализацию? - Агнесс захихикала.

- Нет, не заметила. Как же он на меня посмотрел?

- Как? Глазами, полными восхищения. Да ладно, Лилиан, ты не умеешь врать, ты даже покраснела. Если не знать, что вы видите друг друга впервые, можно было бы решить, что он в тебя влюблен.

- Что? Агнесс, не говори ерунды! - Джейн нервно рассмеялась и замотала головой, прогоняя навязчивые мысли. - Мужчины всегда так смотрят на более-менее привлекательных женщин. Просто ты еще маленькая и многого не понимаешь.

- Конечно, как учиться, так я уже взрослая. А как речь о чем-то еще, так я лялька.

- Не сердись, Агнесс. Я не то имела в виду. Да, это платье мне идет, и я боюсь, что за сегодняшним ужином мне придется быть центром внимания. Все будут смотреть на меня, а не на твоего отца. А это неправильно. Я, пожалуй, пойду переоденусь. И зачем я тебя послушала и так нарядилась? Подумаешь - званый ужин. Брюки тоже сойдут.

- Нет, Лилиан! Ты такая красивая в этом платье! Честное слово! Оно тебе идет гораздо больше, чем брюки. Пойдем так! Пусть все видят, что у меня самая красивая учительница в мире!

- Ох, Агнесс! Твой папа подготовил важную речь, посвященную завтрашнему Форуму, а все будут разглядывать меня. Это, по меньшей мере, невежливо. Мы идем переодеваться... Вон еще один мужик на горизонте с меня глаз не спускает, - Джейн кивнула головой далеко в сторону.

- Где? Вон тот, что ли? Это Пит Форман, начальник папиной службы безопасности. Препротивный тип. Он на всех пялится. Это еще что? Подозреваю, он и в вещах чужих копается, во все свой нос сует. В сто раз хуже, чем мамин шпик. Поль хотя бы вежливо сопровождает, и все. А этот... Бр-р-р!

Агнесс повернулась лицом к Джейн, а затем стала показывать рукой на одну из картин, в избытке развешанных по стенам, делая вид, что предметом разговора является исключительно живопись.

- Не смотри на него в упор, Лилиан, а то он решит, что мы о нем говорим. Он даже по губам читать умеет. Знаешь, какой он ушлый?

- Судя по всему, Агнесс, тебе вообще вся папина охрана не нравится? - Джейн тоже повернулась к картинам, не желая расстраивать подопечную. - Не держи на них зла. У них работа такая - следить за безопасностью. Вот он и наблюдает за всеми.

- И как же, интересно, мои шкафы с одеждой могут угрожать папиной безопасности? Какое у него есть право копаться в моих вещах? Это ведь личное! А у него есть ключи от всех комнат и помещений, и он везде бывает. Наверняка и в твоей комнате шарился. Вот ты мне, Лилиан, все замечания насчет вежливости делаешь. А у него какая тут вежливость?

- Наверно, твой отец дал ему такие полномочия. Давай не будем никого обсуждать, Агнесс. Будем считать, что Пит Форман излишне бдительный человек, хорошо? Нам пора идти. Уже все собрались на торжественную речь твоего отца, а мы с тобой приросли к какой-то картине. Причем, на мой взгляд, далеко не лучшей... Айда на банкет? Все-таки здорово, что официальная часть должна состояться на улице, и не надо париться в четырех стенах. Посмотри, какая толпень пришла! И с погодой повезло.

Девушка указала на окно.

Под окнами собралось много народу. Кто-то уже занял заранее приготовленные столики, кто-то еще стоял, рассредоточившись по поляне небольшими группами. Кругом сновали официанты. По периметру прохаживались настороженные охранники. Начало официальной части приближалось.

- Ладно, пойдем. Все равно потом большая их часть, и причем, как ты говоришь, далеко не лучшая, переместится в дом, и нам с тобой придется сидеть с ними за одним столом. Видеть их кислые рожи, - Агнесс грустно повернулась к лестнице. - Это для тебя, Лилиан, все здесь экзотично. А у меня каждый день почти что одинаковый.

Джейн поспешила подбодрить девочку:

- Агнесс, не вешай нос. Можно веселиться даже на самых скучных банкетах. Я тебе расскажу по дороге. Жаль только, что я так и не успеваю переодеться. Вон, смотри, еще какой-то тип в конце коридора на меня уставился. Да, вечер обещает быть трудным, - Джейн распрямила плечи.

- Где? Какой тип? А... Это еще один излишне бдительный человек. Это папин министр безопасности, Де Кутан. Такой же надоедливый слизень, как и Пит Форман.

Дочь Президента развернула учительницу за локоть к лестнице и нехотя стала спускаться.

- Агнесс, нельзя так отзываться о людях, которые на тебя работают. Кстати, мне кажется, я где-то слышала об этом типе, хотя лично его еще и не видела, - Джейн попыталась вспомнить все, что говорили о координаторе Агентства КСД ее сослуживцы.

- Было бы на кого смотреть, Лилиан! И он на меня не работает. Он работает на папу. И вообще берет на себя слишком много. То затевает ремонт в помещении, когда его об этом не просят, то изменяет наши семейные планы, срывает папин отпуск, даже нас не спросив, то ходит - свои порядки диктует, как будто это его дом! Вот хочется ему, чтобы все только по парадной лестнице спускались - пожалуйста. Приказал - и дело в шляпе. Вся охрана по струночке ходит, его приказы выполняет. А я даже до кладовки дойти не могу. Я обещала Диане альбомы с коллекцией наклеек показать, а теперь как? Он, видите ли, решил сегодня вечером гостям фейерверк организовать. Заставил все боковые входы своими коробками и лестницы перекрыл. Вдруг я случайно его пиротехнику испорчу? Или раньше подожгу? От меня же всего можно ожидать, я ведь трудный ребенок!

- Что за чепуха? Тебе же не три года. Или что - действительно можешь поджечь? Он так думает?

- Я не знаю, что он думает. Может, решил, что я прикарманю себе пару ящичков, - девочка засмеялась, остановилась на середине лестницы и развела руки в стороны. - Там вот такие ящики, Лилиан. Вот такие! Не веришь? И тяжеленные. Я сдвинуть с места их не могла, не то что утащить.

- Сдвинуть с места? Так ты все-таки пыталась их двигать? Как же ты туда прошла, если туда нельзя ходить? Оглушила охранника?

Джейн, смеясь, покачала головой и продолжила свой спуск.

- Зачем? Я прошла через кухню. Отец там не бывает. Вот охрана на этот счет и не была предупреждена. Это мой дом, я, где хочу, там и хожу. И он мне не указ! Слизень. Мало того, что в обоих крыльях дома всё под лестницей приказал заставить этими ящиками, так эта пиротехника у него и в подвале. Я спускалась туда через гараж. Вот скажи: не жалко ему охранников? Такую тяжесть поноси-ка туда-сюда! Как они, бедные, эти ящики вытаскивать будут? Я лично не представляю. Почему, к примеру, их нельзя было оставить на улице, в беседке? Ведь их же все равно запускают в небо, а не в потолок.

Джейн замедлила шаг на последней ступеньке. Нехорошая мысль шевельнулась у нее в голове.

- Копаться в чужих коробках, Агнесс, это, конечно, невежливо, но мне так любопытно взглянуть на вашу пиротехнику. Я обожаю секреты. Может быть, пройдем через кухню, поглядим, что почем? А?

- Класс! Айда, Лилиан! Я тоже считаю, что папина речь будет хорошей и без нашего присутствия. Только иди на цыпочках. Твои шпильки на туфлях отстукивают так, что их на всех этажах слышно. Вся охрана сбежится.

- Без проблем, Агнесс, я могу вообще босиком.

Девушка сняла с ног туфли, взяла их под мышку, и две заговорщицы, подмигивая друг другу и пригибая головы, чтобы не быть замеченными из холла, прошмыгнули на кухню, а затем мимо холодильников и печей на запасную лестницу. Агнесс не обманывала. Под лестницей и вдоль стены все было заставлено ящиками с разрисованными фейерверками. Джейн попыталась открыть одну из крышек. Не вышло. Крышки были прибиты на маленькие гвозди.

- Нужно что-то острое и твердое. Чем можно подцепить. Типа отвертки или ножа.

- Ты что, Лилиан, хочешь их открыть? Тогда надо вернуться на кухню за ножом.

- А если попадемся? Как ты объяснишь, зачем тебе нож?

- Кому мы попадемся? Все повара сейчас в летней кухне, на улице. В доме вообще, кроме охраны, никого нет.

- Я об охране тебе и говорю... Стой! Мои каблуки. Думаю, они сгодятся. Как считаешь?

Джейн ловко пробила металлической шпилькой край крышки, подцепила упаковку и вскрыла ящик.

- Боже мой! - только и вымолвила она. «Боже мой!!! ВЗРЫВЧАТКА! Что... что делать?».

- Ну как? Какие огромные ракеты! Ты такие, Лилиан, раньше видела? Думаешь, они громко взрываются? Интересно, какого они цвета?

- Думаю, огненно-желтого. И взрываются очень громко. Такие большие...

«Боже мой! Если то, что поведала мне Агнесс - правда, то дом заминирован с обеих сторон, плюс подвал. И сделали это приближенные к Президенту люди. Де Кутан? Поверить не могу! Он же министр безопасности!!! И охрана работает на него. Пит Форман? Чайник по безопасности или такой же предатель. ЧТО ДЕЛАТЬ? Господи, я отвечаю головой за дочь Президента, за выполнение миссии и за своих друзей тоже. Но не разорваться же мне? Бежать? Уносить Агнесс? Если тот, кто это заминировал, нажмет кнопку «пуск», мы не успеем покинуть зону взрыва. Звонить ребятам? Но мой телефон остался в комнате, а домашние телефоны прослушиваются. Только личный контакт, предупредить Кирилла. Черт! Митч!!! Он же должен постоянно находиться в доме. Его тоже надо предупредить. Но как? Если я выйду из дома, то вряд ли у меня будет возможность вернуться сюда до банкета. На нас же постоянно пялится охрана. Агнесс говорит, что фейерверк запланирован на вечер. Наверняка взрыв нацелен на максимальное поражение всех присутствующих. Да, вероятнее всего».

- Смотри, Лилиан, а под ними еще какая-то электроника. Это чтобы ракеты, как на прошлый Новый Год, взлетали в разном порядке, под музыку, да? - девочка засунула свой нос в глубь ящика.

- Я в этом мало что понимаю, лучше их не трогать, - отодвинула она ребенка подальше и закрыла ящик.

«Так, во-первых, без паники. Не напугать Агнесс. Во-вторых, эвакуация Президентской семьи. Надо предупредить Кирилла, он все организует. И опыт по этой части у него есть. В-третьих, Митч. Предупреждаю его, и спасаюсь сама. Точно... Главное - не встретиться с охраной».

- Знаешь, о чем я думаю, Агнесс? Ваша охрана все-таки безмозглая, держать столько ракет в одном месте! А вдруг они сработают раньше, начнут у вас дома подлетать? Так недолго и пожар устроить. У вас же половина дома сгорит, а ты говоришь, что еще и с сигнализацией какие-то проблемы. Давай на всякий случай предупредим пожарного, что осматривает датчики. Пусть и здесь все посмотрит, чтобы на душе спокойно было. Это же твой дом, и ты здесь живешь. Мм-м?

- Конечно! - дочь Президента расцвела. - Я с радостью. Чем сидеть на этом скучном сборище умных людей.

- Э, нет! Стоп, Агнесс. Если ты не покажешься сейчас на лужайке, охрана тут же начнет твои поиски. Иди пока на улицу и не волнуйся. У меня есть план, как нам с тобой сбежать с банкета.

- Ты шутишь, Лилиан? Отец меня ни за что не отпустит... Или что, правда сможем удрать?

- Да, план такой. Идешь сейчас на официальную часть. Если спросят, где я, скажи, что у меня сломался каблук, я быстро переоденусь и приду. Дальше, ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ момент: ты должна незаметно передать новому охраннику твоего отца, парню по имени Кирилл, записку, которую я тебе напишу, и будешь делать то, что он скажет. Он надежный человек и организует так, что нам с тобой не придется сидеть на ужине с этими кислыми рожами. Я не обманываю, Агнесс.

- Пиши! - в предвкушении чего-то необычного она даже не могла спокойно стоять на месте.

- Отлично. Люблю приключения, - Джейн оторвала от ящика маленький кусок этикетки и, смазав на мизинец помаду с губ, нарисовала несколько символов. - Главное, передать записку Кириллу незаметно. Ты думаешь, справишься, Агнесс? - она тревожно посмотрела на дочь Президента и протянула ей в руки записку.

- Ну, если я даже сигареты умудрялась вытаскивать из карманов бдительной охраны... Спрашиваешь, Лилиан?! Суну ему в руки записку так, что ни одна душа, кроме самого Кирилла, этого и не заметит. А что здесь изображено? Избушка на курьих ножках и четыре колеса? Что это значит?

- Это просьба о помощи в том, что нам надо удрать из дома. Он поймет. Он классный. Не отходи от него ни на шаг до моего прихода. Агнесс, я на тебя рассчитываю.

- А я - на тебя. Не задерживайся, Лилиан. Я буду ждать.

- Ладно, беги на выход. Я - наверх.

Джейн быстрее ветра и тише мыши побежала вверх по лестнице. В висках стучало от нервного напряжения. «Не удивительно, что Президент не может вычислить, кто играет против него, если решение этого вопроса он поручает как раз своим противникам... На первом месте безопасная эвакуация, второй момент - правильно доказать все как есть. Слова Агнесс в этом доме немного весят, и к ее болтовне никто не прислушается. Нужны веские доказательства, что это происки Де Кутана, а не предательство кого-то из охраны. Надо посоветоваться с Митчем на этот счет. Он неисчерпаемый генератор идей. И куда же он запропастился? Ведь только что был здесь!».

Митча, к ее изумлению, в коридорах третьего этажа не оказалось. Дважды Джейн чуть не нарывалась на охрану, но острый слух и быстрая реакция позволяли в последнюю секунду прятаться ей за многочисленные портьеры, уступы и двери. Джейн осталась незамеченной. Охранники скучающе прошлись по коридорам и скрылись. Но Митча нигде не было. Джейн выглянула в окно. Торжественная речь была в самом разгаре. Приглашенные дипломаты со своими семьями внимательно слушали о новой политике КСД. Президент уверенно и слегка восторженно жестикулировал над конспектами. «Еще минут двадцать есть, определенно. Все спокойно и чинно». Девушка глазами нашла Агнесс. Та стояла рядом с Кириллом. Ник тоже был рядом, оценивая обстановку. «Что ж, ребята сделают все, как надо. Осталось предупредить Митча». Джейн взяла из своей комнаты телефон и набрала номер напарника...

Де Кутан, заняв кабинет начальника службы безопасности в центральной части четвертого этажа виллы Президента, откинулся назад в кресле.

- Советую тебе все же объясниться, Митч.

Руководитель тринадцатой группы смирно стоял под прицелом двух пистолетов охранников. Пит Форман присутствовал здесь же и одобрительно кивал. Де Кутан продолжил свою речь:

- Из тебя такой же пожарный, Митч Уиллер, как из меня певица. Я не люблю сюрпризы и самодеятельность не уважаю. Ты думал, я тебя не узнаю? Да, у меня плохая память на лица, но если я кого-то уж очень невзлюбил, то этого человека я запомню. Я ведь тебя уже предостерегал как-то, чтобы ты не переходил мне дорогу? Ведь так? Что ты здесь делаешь?

- Чиню сигнализацию, господин министр.

- Правда? Мы как-то это не заметили. А прости за нескромный вопрос: из оперативной службы КСД ты уволился, да? Я почему-то не видел рапорта о твоем увольнении.

- Нет. Я не уволился, господин министр.

- Нет? А, я понял! У людей Чета наступили трудные времена. Работы нет, а зарплата столь мала, что на жизнь не хватает. Вот и подрабатываете разными чернорабочими в свободное время. Так?

- Никак нет, господин министр.

- Опять нет? Да что же это за день такой, что я сегодня жутко недогадливый?.. Ну, я долго буду ждать ответа?.. Что это?

Де Кутан резко выпрямился в кресле, услышав звук телефонного звонка. Веселая полька громко и весело зазвучала на всю комнату.

- Забери у него телефон, Пит. В ближайший час ему будет не до звонков. И без того голова раскалывается. Кто ему звонил?

Пит Форман пожал плечами, глядя в телефон Митча:

- Сложно ответить, господин министр. Номер не подписан.

- Ну так что, Митч? Мне нужно повторять свой вопрос?

- Нет, я слышал. Я здесь на задании, господин министр.

- Вот как? И кто же тебе его дал, задание это? И почему, скажи мне на милость, я не в курсе? Насколько я понимаю, это Я формулирую задачи для оперативного отдела. Я!!! Или что-то изменилось в этом мире?

- Господин Президент также имеет право формулировать оперативные задачи, что он и сделал, - тактично ответил майор.

- Интересно. Очень интересно. И в чем же суть твоего задания?

- Это секретная миссия, господин министр.

- Я твой начальник, Митч, если еще помнишь! Мне доверяет сам Президент! И я желаю знать, что за задание ты тут выполняешь!

- Мне он тоже доверил тайну, и я дал клятву молчать, господин министр. Извините. Я не могу Вам ее открыть, даже если Вы меня застрелите.

- Пристрели его, Пит! Этот парень мне никогда не нравился. Как, впрочем, и вся Четова команда. И... Я же сказал вырубить тебе его телефон!

Де Кутан взорвался на очередную зажигательную мелодию. Проигрыш в этот раз прозвучал намного короче, но на пару порядков громче и требовательнее.

- Кто ему все названивает?

- Не знаю. У него в телефоне тут миллион номеров забит, и ни один не подписан. А это и вовсе не звонок, - снова рапортовал начальник Президентской охраны. - Митчу пришло сообщение.

- Вот как? И что интересного пишут? - Де Кутан злобно улыбнулся. Вопросы приличия его мало интересовали.

- Пишут, что... «О, о, о, о». Интересное сообщение. Четыре буквы «о» подряд. Это тот номер, что только что звонил, так разохался.

- Четыре буквы «О»? - Де Кутан поднялся с кресла и стукнул кулаком по столу. - Это не «О», Пит! Это четыре нуля!!! Понимаешь? На их языке это означает - реальная угроза взрыва! Олух! Тебе хоть что-нибудь серьезное можно поручить? Хоть один раз чтобы прошло все гладко, без срывов! Ты же сказал, что ни одна собака не узнает! Как они успели вычислить взрывчатку? Отвечай!

- Они?

- Они, дубина! Они! Люди Чета никогда поодиночке не работают. Если здесь этот тип, то рядом еще минимум двое околачиваются. Что встал? Надо вычислить остальных, пока они все тут не испортили!

- Сделаем сейчас, - Пит вытащил из кобуры пистолет и приставил к голове Митча. - Сейчас все расскажет, как миленький. Я буду расстреливать тебя, невезучий, по частям, если не будешь отвечать на мои вопросы. Мы желаем видеть твоих напарников. Понятно?..

В дверь кабинета робко постучались. Все, как по команде, повернули головы в сторону дверей. На пороге возникла босая девушка в вечернем платье с туфлями в руках.

- Мисс Лилиан Де Венки? Что Вы здесь делаете? - Форман строго посмотрел на вошедшую.

Учительница Агнесс в нерешительности остановилась.

- Мне так неловко. Я не хотела вас беспокоить. Я искала кого-нибудь из охраны. А нигде никого нет. Ни на одном этаже, ни одного человека. Все словно вымерли.

- Как - никого нет? На каждом этаже есть охрана.

- Я искала. Нигде никого. Мне показалось, что в доме посторонний. Я лишь хотела сообщить, предупредить охрану.

- Посторонний? Вы кого-то видели?

- Да, я спускалась по парадной лестнице вниз, как на втором этаже в конце коридора кто-то прошмыгнул к запасной лестнице. В правое крыло дома. Это был странный человек. В военной форме такой, не как у охранников. И с оружием. Я не знаю, видел он меня или нет, но мне как-то не по себе. Я немного испугалась.

- На запасной лестнице? Стойте здесь и никуда не ходите пока!.. Пит, не спускай с этого типа глаз и дула пистолета. Он способен на фокусы. Дернется - стреляй. Я разрешаю... Охрана, на второй этаж! Быстро! Каждую минуту выходить по рации на связь! Живее!

Де Кутан с охранниками исчез за дверями. Джейн скромно улыбнулась, опасливо покосилась на дверь и подошла чуть ближе к Питу.

- Мисс Лилиан, а почему Вы босиком? - Пит Форман попытался найти всему логичное объяснение.

- Ах, это! Я и забыла совсем от страха. Хорошо, что Вы спросили, - учительница радостно шагнула навстречу начальнику службы безопасности. - Представляете, надела вечернее платье, а туфли накрылись. У Вас есть отвертка или что-нибудь, чем можно их починить?

Джейн одной рукой протянула вперед свои туфли под самый нос Питу Форману, пожалуй, даже слишком близко, чтобы можно было что-то рассмотреть. Другой рукой, очень быстро и четко, отточенным движением выбила из его руки пистолет. А ногой, почти с места, но с широким размахом души, двинула излишне бдительному человеку, называющему себя начальником Президентской охраны, прямо в челюсть. Пит Форман, проваливаясь в своем сознании в подобие болевого шока, медленно завалился на бок.

- Ты напрасно хотел видеть моих напарников, Пит, - Митч невинно пожал плечами.

В дверях раздался неестественный смех. Джейн и Митч резко повернулись, но предпринимать что-либо было уже поздно. На пороге стоял Де Кутан, истерически хохотал и размахивал пистолетом.

- Ха-ха-ха! А я-то, дурак, не сообразил сразу, что с парадной лестницы запасные выходы не видны! Ни правое, ни левое крыло - никакое! Ха-ха-ха! Ни на каком этаже! А я, доверчивый, аж на целый пролет спустился! Это надо же! Ой, не могу! Всего секунду отсутствовал, а вы уже и этого борова уложили. Вот подготовка. Вот молодцы, ребята! Браво, браво! Мертвые, правда, уже. Но все равно - молодцы. Не знаю, кого из вас мне пристрелить первым?

Де Кутан закрыл дверь и прошел в кабинет.

- Спокойно, спокойно, Митч, не делай резких движений! Видишь в моей руке этот пульт? Одно нажатие кнопки - и бум. Как значилось на твоем телефоне? «О, О, О, О!». О-го-го! Да, герои мои. Но надо отдать вам должное. Чет не напрасно вами гордится. Да-а... Это ведь как заноза - отдел Чета! Как я вас ненавижу. Что я только ни делал, чтобы вас нейтрализовать. Ни провалы вас не ломают, ни подставы, ни потери. Вся служба пляшет под мою дудку, а ваш отдел каждый раз, снова и снова, эпизод за эпизодом, срывает мне сделки, переговоры с партнерами и мою личную политику. И почему Президент так влюблен в ваш отдел? Вас давно следовало бы вырвать с корнем. Стереть, уничтожить, закопать. Но нет же. Вы ведь, как плесень, вновь прорастаете в новом количестве и качестве.

- Провалы? Так это... Это Вы организовывали нам наши срывы в работе?

Митч незаметно покосился в сторону пистолета, который выпал из рук Пита Формана. «Один прыжок - и оружие будет у меня в руках. Но только бы Де Кутан не задел Сару. Надо как-то его отвлечь».

- А ты как думал, Митч? Я же координатор Агентства! Сдать ваши задания было так просто, даже скучно. На что, скажи, мне сдался оперативный отдел, если он не мой, в прямом смысле? Я не могу командовать вами лично, не могу использовать в своих целях. Нет, если б вы еще не ломали мои планы, так это была бы половина беды. Но вы же крушите все вокруг! Что мне оставалось делать? Службе тех людей, на кого я работаю, ваш оперативный отдел - прямой противник, и вас следует уничтожить.

- А на кого Вы работаете? Разве не на КСД?

- КСД? Ха! На хамелеонское правительство, лапонька. Там больше платят. Намного больше, чем в Союзе Доверия. Извини, не знаю твоего настоящего имени, Лилиан. Неплохо ты замаскировалась... В последнее время я был занят, чтобы заниматься личными делами кадрового состава. Где-то я проморгал, когда Чет принял тебя на службу.

- А зачем вы хотите устранить Президента КСД? Что он плохого Вам сделал?

- Плохого? Ровным счетом ничего. Работа такая: выполняю важный хамелеонский заказ. Голова Президента - это мой пропуск в счастливую безоблачную жизнь. Мистер Анди, очевидно, считает себя самым умным? Решил, что сможет с помощью вашей службы победить всю мощь хамелеонов? Ха! Мне его даже жаль. Слепец. Переговоры в Осоке завтра будут сорваны из-за гибели Президента КСД, Атлантида останется за воротами, где ей и место. А новые условия всему миру будут диктовать те, у кого есть много денег. Хамелеоны. Вот и все, милые мои. Жаль, что вы об этом никому уже не сможете рассказать. И в истории крупных политических событий будет очередное белое пятно, покрытое каменной пылью разрушенного дома Президента... Знаете, что будет через несколько минут? Нет? Вся эта заумная публика войдет в дом, я нажму эту кнопочку и - бум! И они, и вы станете очередной жертвой терроризма. А я стану временно исполняющим обязанности Президента КСД. Ваша хваленая служба под моим чутким руководством воплотит в жизнь несколько хамелеонских планов, конечно, от имени и якобы в интересах КСД. И никто ничего не заподозрит. Ловко придумано?

- Не очень. Как же Вы уйдете с банкета, не вызывая подозрений? Вы ведь тоже обязаны будете находиться со всеми?

- Молодая ты еще, лапонька, молодая. Алиби организовать очень просто. Направленный взрыв рассчитан исключительно на первый этаж. В час икс я выйду на минутку по нужде. На крышу выйду. Крыша сильно пострадать не должна. Ну, а когда меня, единственного чудом выжившего, достанут мои люди из-под обломков, кто-то математические расчеты вряд ли будет производить. Кстати, мне пора. Я должен быть на людях.

Де Кутан посмотрел на часы и несколько раз перевел дуло пистолета с Митча на Джейн и обратно.

- У вас, неудачники, осталось десять секунд, пока я окончательно не решу, в каком порядке мне вас пристрелить. Можете друг с другом попрощаться.

- Попрощаться недолго, господин министр, - ледяным тоном произнесла Джейн. - Но я бы на Вашем месте выглянула в окно, чтобы лишний раз убедиться, что это Вы неудачник, а не мы. Ни через несколько минут, ни даже часов - в дом никто не войдет. Президент осведомлен, что дом заминирован.

- Что за чушь? Вы не могли ему сообщить! Это ведь блеф?

Де Кутан медленно, не спуская глаз с Митча и Джейн, попятился к окну. Одной рукой отодвинул занавеску и выглянул на улицу. Там полным ходом шла эвакуация. Люди под руководством нескольких военных бежали к ограде. Де Кутан от прилива злости и бессилия побагровел и хотел что-то сказать. Краем глаза он заметил какое-то движение в стане своих персональных пленных и повернул корпус, чтобы нажать на курок... Грянул выстрел.

Митч раньше неповоротливого министра успел оттолкнуть свою напарницу с линии огня, нагнулся за пистолетом и выстрелил на поражение. Министр безопасности, зацепив занавеску, медленно поехал по стене на подкосившихся ногах. Из его простреленной шеи текла кровь. Глаза были широко раскрыты. Рука потянулась к пульту в надежде найти заветную кнопку.

- Сара, на выход! Быстро! - Митч в какие-то доли секунды оценил все происходящее, поймал девушку за руку и вытолкнул из комнаты наружу. - К окну над бассейном, будем прыгать, быстрее!

Раздался взрыв. А затем - и еще. В нескольких местах в полу и в стенах коридора образовались трещины, с шумом вылетели языки пламени и дыма, все затрещало, посыпалась отделка потолков и стен, и дом, словно карточный, этаж за этажом, начал крушиться и падать...

- Сара! Сара! Ты живая? - Митч осторожно потряс девушку за плечи, напряженно вглядываясь в темноте в ее лицо.

Джейн закашлялась. Строительный мусор основательно их завалил. Пыль попала и в глаза, и в рот, и в нос. Пошевелилась и безуспешно попыталась сесть:

- Кхе-кхе. Не знаю, Митч. Еще не поняла. Ты меня придавил всем своим весом. Я даже пошевелиться не могу. Слезь с меня.

- И рад бы, Сара, да не могу. У меня на плечах лежит огромная плита. Боюсь, если начну шевелиться - нам на голову еще что-нибудь прилетит.

- Хорошенькое дело. У меня все еще в голове шумит. Мы что же, всю виллу завалили? Нормально.

- Да, похоже на то.

- Думаешь, Кирилл успел вывести Президента с семьей из зоны взрыва?

- Убежден в этом. Здесь, в обломках, кроме обгорелого Де Кутана с его прихвостнями да нас с тобой больше никого нет. И что за необыкновенный талант у тебя, Сара, попадать каждый раз в такие переделки, да еще и друзей в них втягивать, а?

Митч тепло засмеялся, сдувая пылинки с лица любимой девушки.

- Ой-ой, опять начинается! Я же, Митч, в переделки попадаю, я же из них сама и выбираюсь. Да еще и вас вытягиваю, если не забыл. Ну-ка, приподнимись немного на локтях, ишь - разлегся. Нечего! Я выползу из-под тебя. У меня в ногах какая-то пустота. Надо выбираться как-то из развалин.

- Давай, попытайся.

Митч приподнял свое тело. В этих темных и душных развалинах ему отчего-то было очень смешно и светло на душе. Он так счастлив был, что Сара жива, что она в порядке, что вся затруднительная ситуация, в которой они оказались с ней вдвоем, ничего, кроме улыбки, у него не вызывала.

Джейн проворно, отталкиваясь от пола локтями и пятками, поползла на спине по слегка наклонной плите. Свободного пространства в ногах и впрямь было несколько больше. Джейн смогла не только сесть, но и даже подняться на ноги.

- Митч, ползи аккуратно сюда. Здесь какая-то шахта. Ничего не видно, но я руками до потолка не достаю. Можно попытаться тут подняться, если, например, встать друг другу на плечи.

- Сейчас попробую.

Майор так же, по-пластунски, задом дополз до указанного разъема в строительном мусоре и встал на ноги. Почти в тот же миг плиты, что угрожающе нависали прежде над его плечами, рухнули. Строительный мусор вновь пришел в движение, что-то где-то с треском грохнулось, сместилась одна из стенок в шахте, вплотную прижимая друг к другу выживших после такого мощного взрыва людей. Сверху опять посыпался песок. В полуметре над головой, перекрывая путь наверх, упала тяжелая плита. Небольшой проем, с которого вниз едва-едва проходил слабый пучок отраженного света, исчез. Джейн и Митч оказались в полной темноте.

- Митч! Я же просила - аккуратней!

- Ой, это все я? Прости, Сара.

- «Прости, прости!» Очень вовремя, Митч! Так бы и треснула тебе! Вот, поднимай теперь эту плиту.

- Не ругайся, сейчас руки как-нибудь подниму... Скажи, Сара, а ты не могла бы чуть-чуть подвинуться?

- Куда? - Джейн в абсолютной темноте напрасно помотала головой. В обе стороны пошевелила руками. Кругом острые и холодные камни. - Протиснуться между молекулами кирпичной стенки? Нет, не получается. Извини, Митч. И это не у меня талант попадать в неприятности. Это у тебя такой талант. И вообще - что ты ржешь? Мне почему-то не смешно.

- А я что, смеюсь? - скрывая смех, спросил командир тринадцатой группы, с трудом поднимая руки над головой.

- Конечно, смеешься. Я же чувствую, как сотрясается от смеха твое тело. Нашел время веселиться.

- Да, ты права. Просто вспомнил. Я тебе это уже говорил: что ни задание, то мы с тобой в обнимку. Может, это судьба?

Митч попытался поднять плиту над головой - никакого сдвига. Попытался снова - опять ничего.

- Судьба? Размечтался! Ну, что там у тебя с плитой?

- Ничего, неподъемная. Может, вместе попробуем?

- Давай. Ничего сам сделать не можешь.

Джейн присоединила свои усилия к стараниям напарника. Результатов - никаких. Агенты оказались пленниками каменных развалин. Выбраться без посторонней помощи, и они это уже поняли, они не смогут. Только вот - как скоро придет помощь? Как быстро их друзья сумеют разобрать завалы пятиэтажного дома? И вообще, верят ли, что после такого взрыва можно выжить?

- Митч? Как считаешь, насколько нам хватит воздуха?

Джейн попыталась разглядеть в темноте его лицо. Ничего не видно. Лишь теплое дыхание слегка щекочет ей лоб и непослушную челку.

- Не знаю. Час, два. Может, больше. Может, меньше.

- А над нами, думаешь, много обломков? Мы сейчас на каком этаже?

- Были на четвертом, когда раздался взрыв. Я помню, как мы летели куда-то вниз, видел, как горел раненый Де Кутан, как все падало вокруг нас. Но, если честно, я не могу сориентироваться, где мы. И правда, похоже на шахту лифта. Только я что-то не припомню, чтобы на вилле был лифт.

- Это не лифт. Лифты обычно бывают большими по размерам. Это похоже на какой-то кухонный подъемник. Или мусоропровод.

- Да уж. Так романтично, - Митч захохотал.

- Очень смешно, - Джейн тоже заулыбалась. - Митч, я прошу тебя, не трясись ты так. Я из-за тебя всю кожу на этих кирпичах оставлю. Они острые, как терка.

- Не буду больше. А знаешь, Сара, что все-таки положительного будет в том, если нас не успеют спасти?

- И что же? Интересно послушать!

- Ну как - что же? Нам не придется возмещать Президенту расходы на строительство новой виллы! - Митч опять захохотал.

- Расходы? Митч, ты серьезно полагаешь, что...

- А ты думаешь, Чет будет платить из своего кармана?

- Не знаю. Мы как-никак Президенту сегодня жизнь спасли. И форум его тоже. Думаешь, не оценит?

- Думаю, что оценит. Мы с тобой герои, Сара. Эх, жалко, что замурованные...

Оба помолчали с пару минут.

- Не дуй мне на волосы, Митч.

- Я не специально. Устал стоять по стойке смирно. У меня мышцы окаменели. Я даже толком с ноги на ногу переступить не могу. И руками помахать некуда. Все части тела затекли. Сколько мы здесь находимся? Часа два? Там, наверху, вовсю идут раскопки, наверно.

- Если бы. Мы здесь стоим всего двадцать минут, Митч. Можешь мне поверить, я дружу со временем. Там, наверху, еще и план раскопок не утвердили, или внизу, если мы их выше. Ты же слышишь, как все тихо. Можно, конечно, покричать. Только кислорода сожжем много, а нам здесь еще стоять и стоять. Эх...

- Не вздыхай, все наладится.

- Что наладится?

- Все. Абсолютно все в твоей жизни, - Митч вдруг отчего-то стал очень грустным.

- Я не поняла: о чем ты?

- Отвечаю на твой мысленный вопрос, Сара. У меня такое чувство, будто я все твои мысли читаю. И не в первый раз. Правда-правда, не смейся.

- Читаешь мои мысли? - Джейн не поверила. - Что-то новенькое. Ну и о чем я сейчас, к примеру, думаю? А?

- О чем? О том, что хочешь выбраться отсюда побыстрее.

- Это само собой разумеется. А еще о чем? Вот я сейчас настойчиво о чем-то думаю. О чем?

- Дай сосредоточиться... Ты думаешь о человеке... Ты все время о нем думаешь. Это мужчина. Молодой мужчина, красивый, умный, сильный. На меня немного похожий.

- Да-а? Как интересно! И что же я о нем думаю все время?

- Ты его любишь, - тихо сказал Митч.

- Серьезно? - Джейн наигранно бодро засмеялась. - Очень любопытно. Вообще-то я думала о горячем душе и лимонном мороженом с шоколадной крошкой... Митч, я не помню, что наговорила тебе тогда там, в заснеженном лесу. Помню, что много болтала, но не помню - о чем. И у меня такое чувство, будто мы с тобой целовались. Хотя в этом я не уверена. Я была в полуобмороке. И мне так много всего снилось... Да, когда-то давно я очень сильно любила. Только это - далекое прошлое. Я бы хотела попросить тебя, чтобы ты забыл каждое из сказанных мной слов в том лесу. Не надо ворошить мою память. Там только-только все улеглось как следует.

- А кто говорит, что я что-то помню?

- Не знаю, может, это телепатия, как ты утверждаешь. Только мне все время кажется, Митч, после того снежного леса, что ты хочешь со мной поговорить. И мне кажется, я даже знаю - о чем.

Митч грустно улыбнулся и слегка подул девушке на волосы. Вот он, момент истины. И никуда не убежишь от него.

- Ты права лишь отчасти. И, если честно, я не хочу это с тобой обсуждать.

- Не хочешь? Но почему?

- Потому что я знаю твой ответ, Сара. Знаю, о чем мы с тобой договоримся.

- Ты предвидишь, что я тебе отвечу? А мы с тобой об одном и том же говорим? Нас послушать, так это бред двух сумасшедших.

- Возможно. Но я убежден, что мы друг друга поняли.

Митч замолчал. Замолчала и Джейн. Много дней и ночей думала она над этим вопросом и не находила ответа. Не знала она, что сказать. Но и кривить душой не хотела:

- Ты не можешь знать моего ответа на свой вопрос, Митч. Потому что я сама его пока не нахожу.

- Ты не находишь ответа? Да ладно, Сара! Не знать, чту сказать, или не знать, кбк это выразить - это разные вещи.

- Вот именно, Митч! Как сказать - это второе дело. Я не знаю, чту тебе сказать.

- То есть у меня есть шанс? Хотя бы один, самый маленький, один на миллион?

Митч попытался разглядеть лицо любимой.

- Конечно, есть, - Джейн виновато подняла глаза навстречу пылкому взгляду напарника. - От нас зависит. Мы оба свободные, ничем не связанные люди. А крепкая дружба может стать прочной основой для чего-то большего. Только... - она вздохнула. - Единственное, чего у нас нет, так это времени. Скоро заканчивается мой контракт, Митч. И я уезжаю. И я, скорее всего, не вернусь. Я не могу тебе ничего обещать. Мне тяжело оставить здесь таких замечательных друзей, но еще сложнее будет оставлять более близкого человека. Я теряю всех, кого люблю. Это что-то вроде проклятья. Я так много уже теряла. Мне бы не хотелось проходить через это снова. Не хотелось бы, чтобы ты тоже был в списке моих потерь... Не смотри на меня так странно, Митч. Я боюсь давать тебе несбыточные надежды, но и отбирать все шансы не имею права. Я на самом деле не знаю, что тебе сказать. Ты мне очень нравишься, очень. Я понимаю тебя с полуслова. Мне легко и уютно с тобой, хоть в снегах, хоть в камнях, как видишь. Только это еще не любовь. Наверно. Митч, ты так смотришь... Митч! Я вижу твое лицо!!! Ты заметил, стало светлее, намного светлее!

Джейн подняла кверху голову. По каменной плите, перегородившей шахту, вовсю прыгали блики от ручных фонарей.

- Вон они! Я их нашел! - громким эхом прозвучал по каменным закоулкам голос Кирилла. - Поль, ты гений! Твоя идея с подслушивающей аппаратурой - просто класс!

Агентство КСД в какие-то несколько минут превратилось в настоящий улей. О том, что сюда самым нежданным образом приехало высокое руководство, узнали все мгновенно. Мистер Анди, вместо того, чтобы быть сейчас в пути на форум в Осоку, вдруг решил совершить незапланированный визит к ним в Агентство. Более того - желает немедленно видеть весь личный состав своей секретной службы. Не иначе как что-то случилось. И это что-то - вряд ли хорошее.

Чет быстрым шагом направился по просторному и пустому коридору к актовому залу. Тем же маршрутом, только со стороны выхода на вертолетную площадку, торопились на построение группы Ника и Митча.

- Так, а вы что здесь делаете? - брови полковника недоуменно поползли вверх. - Разве вы не должны быть на задании?

- Товарищ полковник, разрешите доложить. Группа смешанного состава 13-23 с задания вернулась. Задание выполнено. Потерь нет, - Митч бодро отрапортовал за всех.

- Ничего не понял. Почему вы на базе?! Что происходит?

- Чет, мы все объясним...

- Так, что за разговоры? - в коридоре показалась еще более грозная фигура Кена. - Марш в актовый зал, на построение! Общая боевая для меня, что ли, объявлена? У вас десять секунд. Живо!!! Президент немедленно желает видеть весь личный состав!

И, оборачиваясь к Чету, начальник секретной службы КСД печально произнес:

- Ну вот и все, дружище. Готов морально?

- Думаешь, приказ о нашем расформировании?

- А ты полагаешь, он приехал похвалить нас за пять провалов и три срыва в течение месяца?

- У меня еще одна группа с провалом вернулась. Полтора часа назад. Доложить толком пока не успели. И еще одна... хотя заверяют, что справились.

- А, - Кен махнул рукой. - Одним больше, одним меньше. Нас уже ничего не спасет. Когда рука рубит сплеча - голова не думает. Пошли. Встретим удар с улыбкой на лице и болью в сердце.

Кен притворно бодро направился в актовый зал, Чет вздохнул и пошел следом. Незапланированный визит Президента не обещал ничего хорошего. А самый виноватый - оперативный отдел.

- Равняйсь! Смирно!.. Господин Президент Космического Союза Доверия, личный состав Агентства КСД, представленный десятью отделами, по боевой тревоге построен. Отсутствующих по неуважительным причинам нет. Начальник Агентства, генерал Кен Лемарк.

- Отлично. Здравствуйте, товарищи бойцы невидимого фронта!

- Здравия желаем, господин Президент!

- Рад видеть всех. Нечасто мне доводится бывать в этих стенах, уже успел соскучиться. Сейчас я тороплюсь, меня ждут в Осоке, на международном форуме, я здесь проездом. Поэтому пока только о самом важном. То, что в вашей службе грядут перемены - думаю, это не новость, - Президент внимательным взором оглядел всех присутствующих. - Мой министр безопасности, господин Де Кутан, подготовил проект о разделении Агентства еще полгода назад. Проект не бесспорен, потому до сих пор еще и не реализован. Но к определенным изменениям готовьтесь. Вероятно, в ближайшие два-три месяца что-то из указанного проекта будет претворено в жизнь. Сегодня я к вам с приказами по кадровым перестановкам.

Президент выдержал эффектную паузу. Весь личный состав замер в ожидании новостей.

- Да, по кадрам. Господин Де Кутан не один месяц анализировал ваши личные досье, решая, кто какой должности достоин, а какой - нет. И как у человека времени на все хватает? - мистер Анди с легкой усмешкой посмотрел на своих помощников. - Ладно, по порядку. Приказ номер один. Генерал Кен Лемарк.

- Я.

- Вы освобождаетесь от должности начальника Агентства КСД. С этой минуты.

- Есть.

Все присутствующие разом вдохнули и забыли, что значит выдохнуть.

- Вам надлежит, - между тем продолжил свою речь Президент, - сдать все делопроизводство в течение десяти дней Вашему преемнику.

- Есть сдать все дела преемнику в течение десяти дней.

- Отлично. Приказ номер два. Я его тоже подписал, но для юридической силы помимо моей подписи еще требуется и Ваше согласие, господин Лемарк. Этим приказом я назначаю Вас на должность своего министра безопасности. Так что, пока я здесь еще нахожусь в течение пяти минут, у Вас есть возможность обдумать мое предложение. Я надеюсь, господин Лемарк, Вы ответите на него согласием и в Осоку поедете вместе со мной уже в новом качестве. Хорошо?

Все присутствующие в изумлении выдохнули. «Ничего себе - поворот событий!».

- А... господин Де Кутан?

- Господин Де Кутан на меня больше не работает, - Президент сокрушенно покачал головой и с легкой саркастической улыбкой посмотрел в сторону оперативных групп. - Как говорят - «сгорел на работе»? Да, сгорел. Жаль человека. Случилось это недавно, так что ваш информационный отдел еще не в курсе. А без министра мне очень неуютно. Просмотрев все возможные кандидатуры, я пришел к выводу, что Вы, господин Лемарк, лучший претендент на эту должность. Я надеюсь на Вашу поддержку. Теперь о Вашем преемнике. На должность начальника Агентства, по данным моего бывшего министра, могут претендовать несколько человек. Я изучил их дела, но ни одного из кандидатов утвердить, к сожалению, не могу. У меня свое видение развития событий. Возглавлять секретную службу КСД может только человек, который сам вышел из Агентства, знает его жизнь изнутри, закалился и победами, и поражениями. Именно это соображение заставило меня отвернуться от кандидатур политиков и обратиться к кандидатурам личного состава. Знаю, что все начальники отделов первоклассные специалисты. Вы работаете на совесть, и сопоставлять ваши показатели сложно. По данным Де Кутана, в настоящий момент лучшие цифры у дипломатов, а самые плачевные - у оперативников.

Президент строго взглянул на Чета и продолжил:

- За последние полгода показатели оперативного отдела просто трагические. Да, трудно быть, наверно, начальником оперативного отдела. Я даже как-то и не задумывался над этим раньше. А тут мне на глаза случайно попалась докладная записка моего бывшего министра. Могу процитировать, - мистер Анди вытащил из папки лист бумаги и принялся его читать. - Вот, интересный момент: «Оперативный отдел с каждым годом разлагается все больше. Бесконечное передергивание фактов. Грубость в отношении официальных должностных лиц. Покровительство и попустительство начальника оперативного отдела незаконных действий своих сотрудников...». Вот еще интересно: «Эти обормоты ничего на свете не боятся: ни Бога, ни Черта, ни наших законов. Считают, что для выполнения заданий им все дозволено... Расформирование службы рекомендую начать именно с оперативного отдела...». Скажите, господин полковник, - обратился он к Чету, - сложно быть руководителем таких обормотов?

- Никак нет, господин Президент. В моем отделе недостойных нет. Здесь служат лучшие из лучших.

- Да, читал некоторые отчеты. Скажите, полковник, сколько провалов у вас за последние три месяца, когда агенты не выполняли порученные им задания?

- Шесть, господин Президент.

- А в общей сложности за последние три года?

- Семь, господин Президент.

- А в общей сложности за десять лет?

- М-мм... одиннадцать, господин Президент.

- А сколько выполненных заданий за десять календарных лет?

- Э... несколько тысяч, господин Президент.

- Именно, товарищ полковник. Именно. Статистика - вещь очень хитрая. Это как на нее посмотреть. И это при всем при том, что в течение целого года в Агентстве был предатель, предпринимавший все мыслимое и немыслимое для срыва вашей работы. Анализ статистики показывает, что Ваши люди, Чет, работают лучше всех! Более того скажу: понаблюдав за последние несколько дней, а также сегодня, вживую, как работают Ваши агенты, я не знаю даже, как выразить свои чувства. Слово «восхищение» - слишком блеклое по сравнению с их работой. Это потрясающая подготовка! Если Вы, Чет, смогли вырастить, воспитать и подчинить себе таких обормотов, - Президент улыбнулся, глядя на Джейн, - в лучшем смысле этого слова, - поправился он, - то, я убежден, руководство всей службой КСД не составит для Вас большого труда. Товарищ полковник!

- Я.

- Во-первых, Вы представлены досрочно к званию генерала. Во-вторых, освобождены от должности начальника оперативного отдела. Хватит сидеть на одном месте. Вам надлежит самому определить для себя преемника и сдать ему дела в течение десяти дней. В-третьих, Вам следует в течение десяти дней принять все делопроизводство по руководству службой у Кена Лемарка. Вам понятна суть приказов?

- Так точно, господин Президент.

Личный состав ахнул в очередной раз.

- Это не все, - мистер Анди вновь обратил взор на оперативников. - Попрошу тринадцатую и двадцать третью группы выйти из строя на три шага.

Неразлучные друзья сделали три шага вперед.

- Не успел поблагодарить вас на месте, ребята. Исправляюсь сейчас. Молодцы. Что могу еще сказать? Молодцы. Думаю, господин генерал, - Президент, улыбаясь, посмотрел на Чета, - все у вас такие замечательные в отделе. Убежден в этом. Знаю, господа агенты, сложная у вас работа. Каждый день рискуете своей жизнью, не спрашивая, зачем и ради чего. Каждый день готовы на подвиги - и совершаете их. Возможное и невозможное. Вы все молодцы, но этих ребят хочу отметить особо. Агенты, вы представлены к награде. За мужество и доблесть, честь и отвагу, за проявленную находчивость при выполнении задания; за выявление шпиона и предотвращение срыва переговоров в Осоке; за спасение семьи Президента, представителей дипломатической миссии и друг друга, да и просто за то, что вы такие замечательные ребята... и девушки, - Президент улыбнулся, глядя на Джейн. - Вы представлены к самой высокой награде международного уровня - Ленте Индиго. Примите поздравления. Служите и дальше честно.

- Есть - служить честно! - хором ответили агенты двадцать третьей и тринадцатой оперативных групп, ловя на себе завистливые взгляды своих сослуживцев.

- Ладно, - Президент посмотрел на часы. - Помощники мне в микрофон в ухо уже устали кричать, что я на форум опаздываю. Ничего страшного, думаю. Без меня не начнут. Вот теперь, когда все основное сказал, можно и ехать. Надеюсь, господин Лемарк, Вы приняли решение? Вы со мной едете?

- Так точно, господин Президент.

- Замечательно. Что ж, Чет, принимайте в командование своих обормотов. Нам пора ехать.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ(2)

Мистер Анди и его свита, в сопровождении все еще изумленного, теперь уже бывшего начальника секретной службы КСД, проследовали к выходу. Чет не менее изумленно разглядывал своих бойцов:

- Вообще-то все новости я люблю узнавать первым... Разберемся. Все, кроме награжденных обормотов, свободны.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Поручение для Чета

Джейн, глядя на ободряющий взгляд Ирис, робко зашла в генеральский кабинет. Привыкнуть к тому, что Чета так повысили, еще не получилось. Как-то все слишком быстро. Девушка оглянулась по сторонам. В кабинете бывшего руководителя Агентства КСД генерала Кена, где теперь по праву командовал Чет, было все солидным и внушительным: мебель, ковры, лампы, шкафы и сейфы. Кажется, вот-вот услышишь громогласный голос его прежнего хозяина. За столом сидел Чет. Увидев Джейн, он приветливо улыбнулся.

- Присаживайся, Сара. Чай будешь?

- Нет, товарищ генерал, - девушка прошла вперед и присела. - Я только что обедала. Какие-то проблемы с моим отчетом?

- Отчетом? Нет. Я просто хотел с тобой поговорить, - Чет внимательно посмотрел ей в глаза. - Понимаешь, Сара, ситуация. Всего какую-то неделю назад все было очень плохо. Настолько плохо, что хоть караул кричи. У агентов сплошные провалы, потери людей, срывы в работе. Начальство давит, не доверяет. Отдел контроля со своей проверкой. Еще чуть-чуть - и тут бы камня на камне не оставили, все вверх дном перевернули, пока не нашли виноватого. В министерстве решался вопрос о нашей реорганизации, готовились кадровые перестановки. Приятного мало. Ты понимаешь, о чем я?

- Да, товарищ генерал.

Джейн поерзала на стуле. Какие бы дружеские отношения с Четом ни были, но он все-таки начальство. И теперь - начальство с большой буквы. А речь его сейчас больше напоминает какое-то оправдание, если не сказать - исповедь.

- В личной жизни у меня тоже катилось все под гору, - продолжил Чет. - Из-за проблем по службе я чуть не потерял невесту. Да и не только из-за работы. Алене все равно пришлось бы уехать. Девять миллионов космо - сумма слишком большая. Ни один банк нас не поддержал. Единственный выход у нас был - расстаться.

- А... У Вас, товарищ генерал, есть невеста?

Чет усмехнулся.

- Давай оставим театр для заданий, Сара? Я знаю, что ты это знаешь. Не понимаю - как и откуда? Я бы очень хотел расспросить, каким образом тебе стало известно данное обстоятельство, но, боюсь, еще больше я хочу узнать, как тебе удалось совершить такое чудо.

- А-а... какое чудо?

- Все это чудо, Сара. Ты меньше недели на задании, охраняешь тринадцатилетнюю дочь Президента. И что же? Наше Агентство, фактически уже приговоренное и похороненное заживо, возрождают из пепла. Президент выделяет нам такое финансирование, о каком мы и мечтать не могли даже в лучшие времена. Крысы обнаружены, необходимости в проверке больше нет. Кена назначают новым министром, мне дают генерала, ставят во главе всей службы. Супруга Президента, обещавшая свой фонд каким-то магнатам, перечисляет все деньги - а это тринадцать миллионов космо (!)- в филиал Алены. Я до сих пор поверить не могу. Боюсь, что это сон: проснусь - и не будет ничего. Мы ведь с Аленой заявление подали. Женимся.

- Поздравляю, - Джейн улыбнулась. - Девушка, которая способна любить столько детей сразу, будет хорошей супругой и матерью. Я искренне рада, что у вас все хорошо.

- Да. Так как тебе это удалось? Не расскажешь?

- Если расскажу, то это уже не будет чудом. Может быть, обойдемся официальной версией, изложенной в отчете?

Чет встал со своего места и прошелся в задумчивости по кабинету.

- Может быть, может быть. Ты необыкновенная девушка, Сара. Ты преображаешь все, до чего дотронешься - неважно, вещь это или человек. Я уж не говорю о том ремонте, что ты провернула в офисе. Люди. Ты меняешь людей. Вот раньше. Зайдешь к мальчишкам в офис - кошмар! Все везде валяется, непонятно чем пахнет в помещении, отборная ругань со всех сторон, похабщина. А теперь? Все сверкает. Порядок и чистота, ароматы цветов и духов, кругом улыбки. Так приятно. Ты притягиваешь удачу к людям, к которым хорошо относишься, причем делаешь это с такой силой, что у удачи просто нет другого выбора, чем прийти. И то, что ты сделала для меня, Сара, - это... я даже не знаю, как выразить, хотя проблем с языком за собой не замечал никогда.

Джейн пожала плечами.

- Что ж не помочь хорошим людям, если предоставляется такая возможность? Два года назад, на Марте, Вы очень помогли мне, товарищ генерал. А я всегда возвращаю свои долги, - девушка слегка вздохнула. - Вы замечательный человек, друг и руководитель. Мне будет грустно с Вами расставаться. Но через четыре месяца заканчивается мой контракт. И я ухожу.

- Уходишь? Как - уходишь? Почему, Сара?

- Дела. Я ведь сразу оговаривала сроки. У меня ничего не изменилось.

Чет расстроился: терять такого ценного кадра ему не хотелось.

- Может быть, все-таки передумаешь? Я надеюсь на это. Здесь тебя может ожидать блестящая карьера. На твоем месте, Сара, я бы задумался о формировании собственной группы. Стаж у тебя, конечно, небольшой, но, полагаю, в отделе контроля, да и мои рекомендации... Почему нет? Еще четыре месяца.

- Нет, - Джейн замотала головой. - Спасибо за предложение. Но я точно ухожу. Так что, если нужны еще какие-то чудеса, обращайтесь, пока я здесь, - она улыбнулась.

Чет представил, каково будет узнать об этом обстоятельстве Митчу. Парень совсем высох от безответной любви.

- Надо подумать, как использовать это твое предложение. Есть тут один человек - мечтает о чуде, - генерал перешел на щекотливую тему. - Я вас всех люблю как родных детей. Ваши радости - мои радости, ваши проблемы - мои проблемы. А если кто-то страдает, я тоже не могу остаться равнодушным.

- Митч? - прямо спросила девушка.

- Да, он. Ведь на глазах угасает. И только ты одна можешь вернуть его к жизни.

Джейн отрицательно покачала головой.

- У него нет шансов, да? - с явным огорчением в голосе переспросил Чет. - Я прошу о невозможном?

- Не знаю, Чет. В мире есть только одна невозможная вещь - это время. Оно неумолимо идет в одном направлении, его нельзя заставить остановиться или повернуть обратно. Митч мне нравится, очень нравится. Это правда. Но... я не люблю его. А играть чувствами или обманывать было бы жестоко. Я слишком его уважаю, чтобы использовать. Митч достоин того, чтобы его любили, обожали, боготворили. Я не могу сейчас ему этого дать.

- Сейчас? А разве кто-то от тебя требует этого сейчас? Но ты могла бы дать ему надежду.

- Чет, я уезжаю отсюда через четыре месяца. Какую надежду? На что? Я не знаю, будет ли у меня возможность сюда когда-нибудь вернуться. Увидимся ли мы когда-нибудь с ним? По-твоему, будет лучше, если Митч будет жить какими-то иллюзиями?

Чет вздохнул.

- Да, сердцу не прикажешь. Но ты хотя бы с ним поговори. Нельзя ведь так бегать друг от друга и прятаться по разным углам? Он сам на себя уже не похож.

- Мы поговорили.

- Да? И к какому результату пришли?

- Ни к какому. Все так, как есть. Мы решили: пусть нас рассудит время. Есть такое слово - судьба.

- Ох уж мне ваши суеверия... Ладно, не маленькие. Я рад, что хотя бы цивилизованно объяснились. Ты с ним все равно помягче! Митч - он очень сильный, но сердце у него доброе, ранимое.

- Знаю.

Генерал улыбнулся и перевел разговор в другое русло:

- Это не все, Сара, не все, о чем я хотел с тобой поговорить. С этими кадровыми перестановками у меня даже времени сказать тебе «спасибо» не было. А такие чудеса, что ты вытворяешь, заслуживают награды. Что я лично могу для тебя сделать? Что ты хочешь за свои заслуги?

- Я? Ничего! - Джейн растерялась от неожиданного предложения и пристального взгляда начальника. - Чет, правда - ничего. Мне ничего не надо. Я ведь совершенно бескорыстно.

- Знаю, что бескорыстно. Потому и предлагаю награду. Не торопись отвечать, подумай. Теперь, когда я возглавляю всю нашу службу, а не только оперативный отдел, ресурсы у меня большие: оперативные, силовые, информационные. Подумай, может быть, я все-таки смогу что-нибудь сделать для тебя или твоих близких.

Джейн задумалась. «Почему бы и нет? Это шанс приблизиться к целям. А я ведь этот шанс так долго искала».

- Возможно. Только это личное.

- Гарантия молчания - 100%. Слово Чета.

Девушка улыбнулась. Чет не меняется, даже будучи генералом.

- Я ищу одного человека. Наши информационные ресурсы смогут мне помочь?

- Не вопрос, найдем в два счета. Сможем узнать даже, что ест на завтрак, если захочешь это знать.

- Ну, можно без таких подробностей. Точнее, я ищу двух людей, - Джейн смутилась. «Не слишком ли я злоупотребляю?».

- Без проблем, Сара. Вот бумага. Пиши, кого и по каким критериям искать.

Она взяла лист бумаги и карандаш.

- Первого человека найти будет легко. Мне не нужно о нем подробной информации. Два пункта. Первое, - Джейн написала на листке, - что он жив и здоров. Второе - может быть, контактный телефон? Ну, поздравить с днем рождения, если не забуду. Парня зовут Джек Карно. Знаю также девичью фамилию его жены. Алисия Мак Рэлидж. Они живут где-то в Одиннадцатой республике. Джек долгое время был вне закона, считался космическим пиратом. Но в прошлом году, после признания Одиннадцатой республики, все революционеры были восстановлены в гражданских правах. Он очень хороший человек. Если не затруднит, пусть ребята поищут.

- Легко. А кто второй? - Чет забрал у Джейн лист бумаги и протянул ей еще один, чистый.

- Хм... Та информация, которой я располагаю об этом человеке, боюсь, слишком недостаточна для поисков. Но на него мне нужно полное досье. Настолько полное, насколько это вообще бывает возможно.

- Я же сказал, что найдем. Кто же достоин столь пристального внимания самой очаровательной девушки нашей службы?

Джейн вздохнула. Ей было не до шуток. Но, возможно, информационная служба Агентства КСД - это и есть тот ключик, который откроет все двери на ее пути. «Что, Карлос? Жизнь переменчива! Охота продолжается, только теперь не ты кошка, а я! А ты мышка, Карлос! Нет, не мышка - крыса! И я найду тебя. Не важно, при помощи людей Чета, или самостоятельно, но тебе не уйти. И месть моя будет страшной!». Лицо Джейн окаменело.

- Его зовут Карлос Ле Кар. Ему немного за пятьдесят. Он военнослужащий империи хамелеонов. Врач. Гадина отменная. И очень опасен. Очень. Это все, что я о нем знаю.

- Да, немного. Но и по меньшим сведениям находили. Полное досье, говоришь? Сделаем. Только, если он такой опасный субъект, зачем ты его разыскиваешь?

- Да так, должок за ним один числится.

Генерал с неодобрением покачал головой.

- Не нравится мне твой взгляд, Сара. Месть - разрушающее чувство. Ох, не завидую я этому парню, когда с тобой повстречается, кем бы он ни был. Ну да ладно, обещал - сделаю. Найдем обоих.

- Спасибо.

- Это тебе спасибо за все. Что ж, не буду задерживать. Да, о нас с Аленой - это тоже секретно. 100%.

- Гарантирую, - Джейн засмеялась. - Слово Сары.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Прощание

Джек Карно беспокойно ходил по гостиничному номеру, периодически замирая у окна и смотря куда-то вдаль. Сколько раз он останавливался в этой гостинице? Весь постоянный персонал давно знал его в лицо. Однажды, в далекой юности, сюда забросила его судьба, и теперь хотя бы раз в год ему доводится тут бывать. Особенно в эту пору, когда в природе зима, когда на душе грустно или одиноко, когда здесь нет туристов и шумных празднеств. Джек любил эту тихую скромную планету, этот вид на серое, словно падающее под тяжестью снега небо, на замерзающий океан и одинокие скучающие у пристани корабли. Здесь приходило к нему вдохновение, здесь он писал стихи, здесь он мечтал. Как два одиночества, человек и природа понимали друг друга без слов...

Джек вздохнул. На этот раз все по-другому. Не может он вот так просто сидеть и ждать. Ему ехать пора!

«Давно уже пора. Четыре месяца поисков любимой девушки не дали никаких результатов. Надо искать дальше, а я тут застрял. И зачем я дал слово Лаерти дождаться его и взять с собой на поиски Джейн? Это же целых две недели ожидания! Я бы уже давно был в дороге, а не любовался снежными пейзажами! А Лаерти - тоже хорош! Все никак не может доехать. Сколько раз подводил? Друг называется!». Джек снова медленно пошел вдоль окна. «Господи! Еще две недели ожидания! Как это долго. Как два столетия...».

Стук в дверь прервал его размышления.

- Алисия? Ты?

- Я! Привет! С Днем рождения, Джек! - Алисия протянула вперед связку воздушных шаров. - Решил спрятать от друзей свой день рождения?

- А... Ты помнишь?

- Разумеется. Мы все помним,- и, поворачивая голову в сторону лестничной площадки, громко крикнула,- Ребята, заходи! Он дома!

В комнату Джека ввалилась куча народу - общие друзья и сослуживцы Алисии и Джека. Они несли с собой пакеты, торты, бутылки, шарики, какую-то мишуру и прочие атрибуты праздника. Окружив виновника торжества со всех сторон, друзья что-то наперебой говорили, поздравляли, смеялись, пожимали руки, целовали в щеки и дергали за уши. Неизвестно, сколько бы все это продолжалось, если бы Алисия не дала команду собирать на стол. Гости сами собой как-то отпали от именинника и переместились в глубь помещения. Джек совсем растерялся от увиденного.

- Алисия... Мне так неудобно, я сам забыл о своем дне рождения. Жду, когда вернется из рейса Лаерти. Его контракт тоже закончился, а доехать до меня он все никак не может. А как ты меня нашла?

- Догадалась, Джек. Ты ведь каждый раз сюда приезжал, когда вы с отцом ругались, да? Я отлично тебя знаю, чтобы вычислить, что вы с Лаерти условитесь встретиться именно здесь. Я его видела два месяца назад. На К36. Мы завозили туда груз. Он такой важный стал, капитанский статус ему к лицу. Что ж, его отсутствие - это тоже неплохо, не будет ко мне цепляться. Мне кажется, твой друг меня недолюбливает.

- Нет, Алисия, что ты? - Джек поспешил ее в том разуверить.

- Да ладно, не будем об этом. Ты не переживай. Праздник будет - что надо! Отметим и твой день рождения, и твой отъезд. Все-таки это не очень красиво, Джек, никому не сообщить, что ты отказался от продления контракта. Втихаря удрал. За это тебе не одну штрафную рюмку пить придется. Ясно? - Алисия театрально сурово принялась командовать.

Джек улыбнулся, глядя на весь тот содом, что так стихийно появился в его временной обители. Да, сопротивляться бесполезно...

Джейн грустно посмотрела на собранные чемоданы. Как быстро иногда летит время. А реорганизация Агентства КСД, набор новых кадров и свертывание контрактов у тех, у кого они подходили к концу, на целых два месяца раньше - и вовсе стало неожиданностью для всех. Двум агентам, кто планировал отказаться от дальнейшей службы, предложили подумать как следует и продлить контракт еще минимум на год. Джейн отказалась. Нельзя все время бежать от своего предназначения. Нет у нее больше причин здесь оставаться. Ее ждут люди. Те, кому она может помочь. И она не вправе отказывать в помощи. Она обещала Филиппу, обещала самой себе. Она должна делать то, что должна. Есть у нее теперь и силы, и опыт, и деньги. И она знает, что сможет победить, что победит обязательно... Девушка вздохнула. Никогда в жизни она еще не чувствовала себя такой одинокой. Самой-самой одинокой на свете.

Она медленно прошлась по своей комнате. «Как грустно и тяжело мне будет оставлять здесь друзей... И телефон не звонит. И в коридорах на удивление пусто. Ребята все удрали на вечеринку. Ник с Меган ушли в театр. Кирилл собрался куда-то на показательные бои. Да, Кирилл - маньяк до зрелищ. Возможно, и группу Алика за собой утащил. Митч, наверно, опять ловит свою удачу в кафе... Митч...».

Джейн перестала ходить по комнате и присела на кровать. Митч. Он ей нравился. Честно признаться, очень нравился. Нет, не так, как Джек, конечно. Только ведь Джек для нее потерян. Навсегда потерян. А Митч... При желании у них могло бы что-то получиться. Джейн это знала. Вот только хочет ли она этого? Полюбить его так сильно, как Джека, она все равно не сможет. Но Митч этого и не просит. Более того, зная ветреность своего боевого товарища, вообще можно предположить, что его чувства - всего лишь очередной легкий флирт. Жалеть о том, что ты кого-то потерял - очень больно. Но жалеть о том, что в твоей жизни и не было кого-то, кого можно было потерять - наверно, еще тяжелее.

Девушка задумалась. Впереди ее ждала новая, неизвестная и пугающая дорога. То самое, ради чего она копила столько сил и знаний. Встреча и битва с Карлосом. С ним и всей его преступной шайкой. Джейн понимала, что легкой битва не будет. И она на поле боя будет одна - против целого легиона зла. Она не может, не имеет права давать кому бы то ни было обещания. Она не может знать, чем все закончится. Сможет ли она вообще вернуться к нормальной жизни? Вернуть себе родные планеты, свой дом, беззаботную и счастливую жизнь. Нет, давать Митчу сейчас надежду хоть на что-то - это преступление. Нельзя. Но и отпускать его тоже не хочется. Джейн ощутила, что этим вечером ей невыносимо холодно и одиноко. Так хочется чьего-то внимания и тепла. Если есть счастье в жизни - лови его.

Джейн спустилась на лифте в кафе. Странно, и здесь Митча тоже не было. Ни в его комнате, ни в обществе местных милашек. Неужели ушел с ребятами смотреть бои? Она прошлась по залу, разглядывая народ: веселящиеся люди, водоворот платьев и костюмов, улыбки, возгласы... Джейн в раздумье дошла до перехода на ниже расположенный этаж и остановилась у балкона. Внизу, на танцплощадке, было удивительно пусто. «Звучит такая волшебная музыка, а никто не танцует. Разучились нынче люди танцевать классику». Она улыбнулась: ноги сами пританцовывают. «Сколько я не танцевала? Целую вечность, это точно. А ведь зарекалась - не танцевать никогда. А так хочется...».

Девушка перевела взгляд подальше, на игральные столики местного казино. Ее сердце замерло. За одним из столов медленно пил и проигрывал Митч. Настроение у него было самым черным из всех здесь присутствующих. Чернее, чем те поля рулетки, на которых он проигрывал остатки своей премии. Он был самым несчастным человеком во Вселенной. Самым несчастным, самым злым и самым одиноким.

- Все - на восемь, черное, - сквозь зубы произнес он, протягивая вперед фишки.

- Может, потанцуем? - произнес чей-то игривый голос сзади.

- Нет, я не танцую, - буркнул он через плечо, не оглядываясь.

Все женщины мира потеряли для него интерес. Он любил только одну. Прав был Ник, утверждая, что за все его любовные приключения грянет однажды наказание. Вот оно. Самый большой крест - любить безответно.

- Нет - так нет. Очень жаль, - Джейн уселась рядом с Митчем за столик. - Примите еще ставку, пожалуйста. Все - на тринадцать, красное.

- Ставка принята. Тринадцать, красное. Ставки больше не принимаются.

Рулетка начала стремительное движение по кругу. Митч изумленно повернул голову на голос.

- Сара, ты? Что ты здесь делаешь?.. В чем подвох?

- Подвох? Какой подвох?

- Ну как же - ты бегаешь от меня, как от привидения, а тут вдруг танцевать приглашаешь? Что не так?

- Нет подвоха, Митч. Просто. Сидела сейчас в своей комнате, смотрела на собранные чемоданы. И вдруг отчетливо поняла, что мне одиноко. Вспомнила твои слова. Если вдруг почувствую одиночество - постучать к тебе в номер. Я так и сделала, только мне никто не открыл. Вот я и спустилась сюда. Тут такая музыка волшебная, ноги сами пляшут. А потанцевать не с кем. Ты как-то хвастался, что профессионально занимался танцами. Я подумала: может, покажем мастер-класс тем, кто не умеет танцевать? Как ты сказал: «Надо жить не прошлым или будущим, надо жить сейчас»?

Два зеленых бесенка хитро смотрели Митчу прямо в глаза. Митч просиял.

- Ну, если ты приглашаешь... Зачем же мы теряем время? Прошу.

Митч галантно протянул девушке руку. Он до сих пор не верил, что все это реальность...

- Тринадцать, красное выиграло. Девушка, вы выиграли... два миллиона!!! Куда же вы? Девушка?

Но девушка, увлекаемая в центр танцевального зала своим кавалером, лишь виновато улыбнулась и, счастливая, закружилась в романтическом танце...

- Привет, Стефан! - Чет радостно направился навстречу другу. - Рад тебя видеть. Чем порадует меня сегодня информационный отдел?

- Ты не поверишь, наверно, но все тем же - информацией, - как обычно отшутился начальник информационной службы. - А у тебя здесь довольно мило. Уже обустроился на новом месте?

- Да вот, еще обживаю новый кабинет. Пока привыкнуть не успел, но говорят, к хорошему привыкаешь быстро. Кофе будешь?

- Вообще-то, Чет, я бы не отказался и от ужина. И подозреваю, что угощаешь сегодня ты.

- Вот как? - генерал удивился. - Это почему?

- Ну... - Стефан многозначительно улыбнулся. - Я по поводу тех поручений, что ты мне давал, в особом порядке, так сказать. Мои ребята такую бомбу нарыли - не иначе как еще на одно повышение тянет. Быть тебе, Чет, помощником Президента, помяни мои слова.

- Да ладно заливать! Какую еще бомбу?

- Информационную, Чет. Так что будешь расти по службе - и нас, простых тружеников невидимого фронта, не забывай.

- Я никогда о вашем отделе не забываю.

- Приятно слышать. Что ж, давай о делах, - Стефан по-хозяйски расположился за письменным столом. Положил перед собой большую папку с документами. - Ты давал мне два поручения. Простое и сложное. Начну с простого, которое на деле таковым не оказалось. Информация, предоставленная о парне по имени Джек, в части своих исходных данных оказалась неверной. Точнее, несколько устаревшей. Джек Карно, действительно, жил какое-то время в Одиннадцатой республике и собирался жениться на девушке по имени Алисия Мак Рэлидж. Только на ней он так и не женился, а из Одиннадцатой республики уехал около четырех месяцев назад. Парень долгое время был в федеральном розыске и реабилитирован не так давно. Вот здесь, в этой тоненькой тетрадке, основная информация о его прошлом. Ты просил без подробного досье. Два года назад на его помолвке с госпожой Мак Рэлидж произошел скандал. Парень заявил, что не может на ней жениться, так как уже женат. Отец его, который получал от этой женитьбы большую выгоду в финансовом и политическом плане, публично отрекся от своего сына, а парень отказался от пиратского статуса и объявил, что поступает на службу в КСД. За ним, кстати, последовало и много его друзей. Под надзором федеральной южной полиции и координаторов от КСД, он верой и правдой отслужил полтора года и получил официальное полное прощение. Имеет несколько наград международного уровня. Будучи капитаном и владельцем корабля «Красная комета», сел в корабль и улетел.

- Куда улетел?

- Ну ты и вопросы задаешь, Чет! Откуда я могу это знать? По оперативным слухам, поехал к своей жене, куда-то на китайскую территорию. Найти его координаты сейчас - большая проблема. О жене его никто ничего не знает. Задание со своих ребят я не снял, но пока этот парень где-нибудь не осядет, найти его вряд ли возможно. Еще одна интересная деталь: отпечатки его пальцев отсутствуют. Достоверно известно, что в компьютере они были, поскольку он официально был в розыске. Но как и когда они исчезли - это загадка. Мы поставили в известность отдел внутренней безопасности об этом факте, но вычислить задним числом, кто и как проник в информационную базу - тоже непросто.

- То есть у вас нет критериев поиска?

- Обижаешь, Чет. Ребята работают на совесть. У нас есть его отпечатки. Тот, кто стер их из центральной базы, не предусмотрел, что у парня статус капитана корабля. Для получения этого статуса человеку необходимо полное медицинское освидетельствование. Мы запросили федеральное транспортное агентство, они переслали нам его медицинские документы, включая отпечатки пальцев. Так что мы его найдем, Чет. Вечно ведь летать не будет? Либо корабль засветится, либо сам - под каким именем, где бы ни всплыл. Любое столкновение с полицией, покупка недвижимости, регистрация ребенка, получение кредита - да мало ли где требуется установление личности? Нам сразу же сообщат. Так что телефон Джека мы найдем. Задание сделаем. Давай лучше я по второму поручению отчитаюсь. Дело международной значимости, Чет. И как ты выискиваешь такие алмазы из гор стекла?

- Какие алмазы?

- Карлос Ле Кар,- Стефан разложил перед генералом документы. - Дело оказалось совсем не трудным, Чет, в плане сбора информации, я имею в виду. Человек с такими критериями поиска, что ты мне написал, только один, в хамелеонской разведслужбе. Начальник научного отдела, врач, и, как написано на том листочке, гадина отменная. Все соответствует действительности. На этого субъекта накоплено огромное досье не только среди наших агентов, внедренных в их службы, но и среди их отдела собственной безопасности, - Стефан вздохнул. - Это досье, Чет, поверь, дорогого стоит. Мне пришлось двух внедренных агентов отзывать. Но игра стоит свеч... Все пересказывать не буду, сам почитаешь. Информацию, вероятнее всего, придется оглашать. Вот удар будет по хамелеонам! От такого они вряд ли быстро оправятся. За этим господином числится много лабораторий, научные открытия, международные премии. Это один из самых богатых и влиятельных людей Саргонда, Ученый с большой буквы, очень значимое лицо в военном ведомстве. И при всем при том за этим типом неофициально числится две лаборатории, где он ставит опыты на людях. В этих бумагах - доказательства того, что Карлосу Ле Кар выделяется финансирование на похищения людей. Здесь доказательства того, что первоначально все-таки был изобретен им вирус Ангины Осса, а затем уже лечебная сыворотка, и болезнь австралийских колоний - это не что иное, как диверсия и очередная попытка хамелеонов поработить цивилизованный мир. Тут данные по хамелеонским разработкам в области генной инженерии, химическому и биологическому оружию. Весь мир ужаснется, когда мы откроем ему на это глаза.

- Ну и ну. Это правда?

- Да, Чет. Только, боюсь, это не вся правда. Это только то, что смогли по крупицам насобирать мои люди за восемь лет кропотливой и опасной работы под прикрытием и за тот месяц с небольшим, что они целенаправленно работали по твоему поручению, по обобщению и анализу накопленных данных. Не знаю, сколько бы они еще держали Карлоса в разработке, если бы не твое задание. Причем заметь: здесь лишь то, что доказано. Что же касается оперативных слухов, то, если их все отобразить на бумаге, будет еще три таких тома. Мой человек сообщил, что Карлос не случайно находится под пристальным взором их местной службы безопасности. Его подозревают в убийстве своего босса, предыдущего начальника научного отдела Ллойда Полони, и присвоении им пары миллиардов космо.

Чет даже привстал.

- Пары миллиардов? Не хило. Это как такое возможно?

- А вот этого никто как раз и не знает. Версий много. Достоверно известно, что деньги были выделены, и целевое их назначение - создание какого-то вида универсального оружия. Известно, что разработки эти велись много лет. Только вдруг в один момент все, кто хоть что-либо мог знать об этом проекте, все неожиданно умирают. Руководство, в смысле. Ученые же вообще многие пропали без вести. Канули в Лету. Да и деньги тоже. Ничего нет. Ни разработок, ни каких-либо записей, ни денег.

- Как - «ничего нет», Стефан? Но они же не могли исчезнуть сами по себе?

- В том-то и дело, что не могли. Но исчезли. Этот Карлос ходит, работает себе, как ни в чем не бывало. Доказательств, что он мог быть причастен к проекту или хоть что-то мог знать о деньгах - нет. Его проверили сто раз, свои же. Но, согласись, два миллиарда - это не иголка, так просто не спрячешь. У него этих денег нет. Ни у него, ни у его родственников, ни у кого, кто хоть как-то мог быть причастен к этому проекту. А что, по-твоему, это может означать?

- Мм-м. Два варианта. Либо деньги хорошо припрятаны и ждут еще своего часа, либо их нет потому, что они были потрачены.

- Вот именно, - полковник согласился. - И в их службе безопасности так же считают. Деньги потрачены. Потрачены на эксперименты. А тут тоже два варианта. Либо эксперимент провалился, и кто-то идеально подчистил следы. Либо эксперимент удался - и кто-то приберег козырный туз в рукаве. И если этот кто-то и есть наш клиент Карлос - брать его надо сейчас, пока он этого не ждет.

- Черт побери, Стефан. Это, действительно, бомба! И еще какая. А что нашим людям известно об этих секретных разработках? О каком оружии идет речь?

- Точно этого никто не знает, Чет. Наш человек говорит, что у них шептались одно время о новых разработках в технологии обучения. Планировалось создание универсальных солдат. Сильных, бесстрашных, с невероятно высоким уровнем интеллекта, не признающих невозможные вещи, способных переносить любые физические и психологические перегрузки. Этакие супермены, как в комиксах. Точнее - супервумены, так как речь всегда шла об экспериментах только на женщинах.

- Почему на женщинах?

- Ну, сильный биологический материал, как считает Карлос. Только данные по пятой и второй лаборатории, посмотришь в бумагах, опровергают эти предположения. Женщины там мрут, как мухи. Никакой это не сильный материал. В общем, по этим разработкам одни только слухи, ничего конкретного. А вот то, что доказано - тут уже верняк. На пару пожизненных сроков тянет для него лично. Да и всей его шайке каюк. Брать его надо, Чет.

Генерал кивнул.

- Да, несомненно. Молодец, Стефан. Отличная работа.

- А то? Заслужил я дармовой ужин?

- И даже не один. Ладно, пойдем в кафе. Я уже сам сто лет не выходил в люди...

- Джек, дружище, уже очень поздно. Мы, наверно, пойдем. Это ты теперь свободная птица, а нам завтра с утра на службу.

- Да, конечно, - Джек с трудом встал из-за стола. «И чего я так нагрузился? Сам не заметил, когда, как и сколько выпил». - Ребята, спасибо, что пришли, что не забыли друга. Алисия, может быть, проводим их? На улице темно, а идти далековато. И сами проветримся. Мне что-то не очень хорошо. Голова гудит.

- Еще бы не гудела. Столько шума. Иди, присядь в кресло. Иди-иди, я их провожу до дверей. Ребята не маленькие, дальше дорогу сами найдут. Их много, им не страшно...

- Алисия, а ты разве не идешь с нами? - спросил кто-то из друзей.

- Нет, не иду. Кто-то ведь должен помочь имениннику прибрать весь этот кошмар. Не волнуйтесь обо мне. Да идите уже!

Алисия почти силком выставила за двери и без того засидевшихся на празднике гостей. Победно улыбнулась: «Все по плану». Она всегда добивается своего.

- Вот и я, - вкрадчиво произнесла она, приближаясь к Джеку. - Удивительный вечер, верно?

- Верно. А гости? Они уже ушли?

- Да, все до единого.

- Слушай, здесь такой бардак. Ты не думай, я сейчас все приберу. Как хозяин праздника, я...

- Посуда подождет, Джек. Как хозяин праздника, лучше потанцуй со мной, - девушка включила медленную музыку и сделала грациозный реверанс. - Я приглашаю Вас на танец, капитан Джек...

Ужин удался на славу. Стефан пошел к себе, а Чет решил прогуляться по просторным и нарядным коридорам административного здания. Действительно, как давно он не выходил из своего кабинета - чтобы не по делу, а вот так просто. Генерал остановился на балконе.

«Какая прекрасная музыка. Жаль, что под такие шедевры уже никто не танцует. Хотя нет, танцует одна пара. Загляденье!».

Чет вдруг с удивлением отметил, что знает этих двоих. «Это же Митч и Сара! Вот это да! А я и не подозревал, что вы так танцевать умеете!». Вальс сменился румбой, румба - какой-то красивой медленной композицией. А пара так и танцует в одиночестве, в центре площадки, под завистливые взгляды не умеющих танцевать классику.

- Какая идеальная пара! Давай, Митч, уговори ее остаться! Такого ценного кадра теряем. Все сейчас в твоих руках! Ведь такая умница! Ну куда она пойдет? Ведь она наш человек, ведь прирожденный боец! Сильная, смелая, отважная...

Чет поймал себя на мысли, что разговаривает сам с собой. Оглянулся по сторонам: нет никого, один он стоит на балконе. А наблюдать - сплошное удовольствие.

«Как танцует! А ведь по внешности и не скажешь, что она - солдат. Милая, скромная, женственная. А на ринге - просто пантера, машина для убийства. А умничка какая! Сколько всего знает, не перестаешь удивляться. Как можно потерять такого кадра? Необыкновенная девушка. Супердевушка!.. Супердевушка?». Страшная догадка вдруг словно током поразила Чета. «Супердевушка? Нет, не может быть! Но тогда...».

Он вытащил из кармана телефон:

- Ирис, отдел контроля уже забрал личные дела тех, у кого контракты закончились?

- Нет еще, заберут послезавтра. Пока только пришли дела на новеньких.

- Ладно, я скоро подойду.

- А-а... товарищ генерал, Вас искал директор казино. Хотел лично с Вами переговорить.

- Директор казино? По какому вопросу - он не уточнил?

- Нет, просил меня перезвонить ему и сказать, когда Вам будет удобно его принять.

- Хм. Завтра после пяти. Никак не раньше.

- Хорошо, я ему перезвоню...

Митч немного осмелел в своих объятиях.

- Сара, может быть, продолжим вечер где-нибудь в менее людном месте?

- Ну, если ты приглашаешь...

«Живи сейчас», - мысленно добавила девушка. «Я попробую».

- Поднимемся ко мне?

- Давай, - Джейн опустила глаза, чувство вины ее не покидало. Ощущение того, что она делает что-то неправильно в своей жизни, было все сильнее. «Не думай о Джеке, Джейн, - сказала она себе. - Просто не думай. Живи настоящим»...

Джек кружился в медленном танце, обнимая одну из самых красивых девушек Одиннадцатой республики. Половина мужского населения их планеты могла бы умереть сейчас от зависти, глядя на них, глядя на счастливое лицо Алисии. Это так. Только Джек об этом даже и не думал. Все его мысли были заняты предстоящими поисками. «Где тебя носит, Лаерти? Столько времени, потерянного даром! Я должен быть уже в дороге. Джейн меня ждет!».

Джейн смущенно переступила порог комнаты Митча. Она совсем не была уверена, что хочет сюда идти, но это было ее решением. «Клин клином вышибают. Хочешь кого-то выбросить навсегда из своего сердца - помести туда кого-нибудь другого. Во всяком случае, попробовать можно».

Митч подошел к тумбочке, стоящей рядом с кроватью, открыл маленькую шкатулку и достал из нее изящное, с мелкими камушками золотое кольцо.

- Сара. Я еще ни разу в жизни не произносил того, что хочу тебе сказать. Выходи за меня замуж, Сара.

- Митч?! - Джейн в растерянности присела на кровать.

- Да. Я люблю тебя. Люблю, как никого никогда не любил, - он встал рядом с кроватью на колено и, взяв руку девушки, надел ей на палец кольцо.

- Митч, я... - Джейн подняла на него изумленные глаза. - Я... я не знаю, что сказать.

- Скажи «да».

- Да, но...

- Тогда скажи «нет».

- Нет, но...

- Тогда скажи, что подумаешь. Ни одну женщину в мире я не ждал. А тебя я согласен ждать, сколько потребуется.

- Боже!

- Что не так?

- Все так. Только... Митч, только я не знала, что ты... что у тебя это настолько серьезно. Я думала, что я для тебя всего лишь... Что это у тебя очередной флирт, что ты сможешь забыть меня после своей новой победы, что ты...

- Забыть тебя? Шутишь, Сара? Ни один мужчина на свете, чье сердце ты будешь иметь неосторожность потревожить, ни один мужчина не сможет тебя забыть. Никогда.

Митч наклонился вперед к девушке, плавно повалил на спину и поцеловал ее в губы.

«Боже мой! Мы целуемся? Да, это так. Но... Я его целую, как... брата! Боже мой! Боже!!! Что мне делать? Соверши какое-нибудь чудо! Я не хочу его обманывать! Я не люблю его! Не дай мне совершить такую ошибку! Прошу тебя!».

- Что-то не так, Сара? - Митч отпрянул от девушки на несколько сантиметров, удерживая свое тело на локтях, и посмотрел в ее испуганные глаза.

- А... с чего ты взял?

- Читаю твои мысли, я же говорил.

- Читаешь мои мысли? - Джейн еще более испугалась. - И что там прочел?

Митч усмехнулся, поднялся на ноги и дошел до мини-бара. Достал распечатанную бутылку вина и налил себе в бокал.

- Мы это уже проходили с тобой, Сара. Горячий душ, лимонное мороженое с шоколадной крошкой и тот, кого ты очень любишь. Он тоже был сейчас здесь, рядом с нами.

- Я... я никого не люблю.

- Сама-то себе веришь? - Митч отпил из бокала и добавил еще. - Подумай над моим предложением, Сара. Я не прошу от тебя ничего сейчас. Но если ты скажешь, чтобы я ждал - я буду ждать. Мое предложение в силе. У меня есть шанс стать для тебя кем-то большим, чем просто другом?

- Ты мне больше, чем друг, Митч. Ты мне... - Джейн запнулась в своих словах. Она посмотрела Митчу прямо в глаза. Она уже знала, чту сказать. Но проблема была теперь в том, кбк это выразить. - Ты мне как брат, Митч. Близкий и родной брат... Боже!!! Ненавижу себя за то, что сейчас говорю. Прости меня за все. Я... я не могу. Я не хочу тебя обманывать, заставлять ждать. Обещать то, в чем я сама не уверена. Ты достоин, чтобы тебя не просто любили - чтобы обожали.

Митч горько кивнул. Он уже давно знал этот ответ, а все, как дурак, на что-то надеялся.

- Слишком неподъемно, да? Едешь к нему?

- Нет. Я же тебе сказала: я свободный человек. Но... Я не домой еду, Митч, а на задание. Очень сложное и опасное задание. Это... тайна. Об этом никто не знает. Только Чет в курсе, что я не домой направляюсь. Я думала провести этот вечер с тобой... ну, как знак прощания. Я и предположить не могла, что ты так серьезно. Я не могу. Прости за этот вечер, Митч, мне не надо было... Лучше все оставить как есть. Возьми колечко, - Джейн робко подошла к нему и протянула кольцо.

Митч грустно улыбнулся и взял кольцо назад.

- Вечер как вечер. Классно потанцевали. Когда ты только появилась у нас в Агентстве, Сара, ну, когда еще уронила стеллаж в офисе у Ника, в свой первый рабочий день, помнишь?.. Я еще тогда подумал, что ты комок неприятностей. Как же я тогда был прав!

- Митч, я...

- Не говори ничего. Я ведь с самого начала знал, что ты мне откажешь. Ты предсказуема. Но поразительно, Сара, то, что тебе все время удается выйти сухой из воды. Тебе присущи редкостные таланты и везение. Цени это, Сара. Правда, цени, - Митч снова отхлебнул из своего бокала. - Ты справишься с заданием, сестренка. Обязательно справишься. Я почему-то в этом уверен. Удачи тебе! Будет возможность - пришли мне весточку. Я хоть ждать тебя и не обещаю, но любить, наверно, буду очень долго.

- Митч, я ...

- Сара, тебе лучше уйти. Пока у меня есть силы тебя отпустить. Не злоупотребляй моим благородством.

- Митч, ты... ты только не пей больше. Ты и так уже перебрал. И прости меня еще раз.

- Я в порядке, - Митч снова отхлебнул из бокала. - Счастливо тебе.

- Пока, Митч.

Джейн беззвучно вышла из комнаты и плотно прикрыла за собой дверь. Она не понимала саму себя, ей хотелось выть волком. Одна ее часть хотела уйти, а вторая - желала вернуться. Джейн остановилась за дверью и безвольно прислонилась спиной к стене. Из глаз ручьями текли крупные прозрачные слезы. Она не знала, как поступить. Не знала, какую дорогу выбрать. Мысли сразу о двух мужчинах истерзали ее душу. Тот, кого она любила больше собственной жизни, но с кем не могла быть вместе, и тот, с кем она могла бы легко проводить все свое время, но кого, к несчастью, так и не смогла заставить себя полюбить - разрывали ее сердце на части.

«Джек и Митч, в чем-то похожие друг на друга - и в то же время разные. Митч - он такой замечательный! Такой сильный и властный, смелый и отважный, такой умный и находчивый. Воин, борец, лидер. Мы с ним думаем одинаково. Для него нет невозможных вещей. Если на его пути вдруг возникнут препятствия, он будет орать так, что небесам будет слышно, как он недоволен. Он покорит любую гору, повернет реку, откроет любую дверь и сломает все преграды. Он просто пройдет сквозь стену, если надо, отважно прошагает по обломкам, которые сам же и организует. Он такой же забияка, как и я, такой же упрямый. И при этом Митч такой шикарный и нежный. Рядом с ним чувствуешь себя маленькой, слабой и женственной. Настоящей женщиной, любимой и желанной. Мне хорошо и очень уютно с ним рядом. Но... я не люблю его. Не могу себя заставить. Нет такого чувства, как к Джеку. А Джек...

Джек... он совсем другой. Такой спокойный и уравновешенный, галантный и обаятельный, такой веселый и интересный. Он выдержан, умен и тактичен. Настоящий дипломат и государственный деятель. Он многого добьется в жизни. Да, Джек тоже легко справляется с трудностями. Не так, как Митч, совсем не так. Он лишь улыбнется навстречу своим препятствиям - и глядишь, любая проблема, любой айсберг тает под натиском его глаз, под магией его улыбки и слов. Любая запертая дверь перед ним открывается, люди меняют свое мнение и встают на его сторону. У него есть много таких качеств, которых нет у меня и, наверно, никогда уже не будет. Джек - неисправимый оптимист и романтик. Он словно дополняет меня. Рядом с ним себя чувствуешь такой сильной, такой значимой и нужной. Меня влечет к нему и тянет. Чем больше я пытаюсь его забыть, тем больше понимаю, что он мне необходим. Как воздух нужен. И ни о ком другом я даже думать не смею. Я люблю его. Но мы уже никогда не будем с ним вместе...

Небо, небо, что же мне делать? Я так запуталась!!!». Джейн подняла голову и посмотрела на белоснежный потолок. Лампы больно слепили заплаканные глаза. И небо за этим потолком было глухим и немым. Каждый сам в ответе за свой выбор.

Митч печально опустился в кресло, отхлебнул прямо из бутылки и тоже посмотрел на потолок. «Небо, небо! Вот оно - заслуженное наказание за все мои похождения. Я не ропщу - заслужил, наверно. Но как же мне больно! Сестренка! Да, просто сестра! Нет в этой жизни счастья...».

Алисия кружилась с Джеком в медленном танце, заглядывала ему в глаза и улыбалась. Джек был от нее так близко - она ощущала его дыхание на своем лице. В какой-то момент, набравшись смелости, она вплотную приблизилась к своему любимому и поцеловала его. Джек перестал танцевать. Не грубо, но вместе с тем твердо и настойчиво, он отстранил от себя девушку.

- Алисия, не надо. Прошу тебя. Ты прости меня, дурака, пожалуйста! Представляю, как я сейчас выгляжу в твоих глазах. Я очень одинок, и такая девушка, как ты - это счастье любого мужчины. Ты молода, красива, умна... В тебе столько достоинств, что просто хватай тебя и держи. Только... я люблю другую девушку. Люблю так сильно, что за одну лишь встречу с ней готов отдать все на свете, - Джек грустно подошел к окну и посмотрел в черное небо. - Я, наверно, дурак, раз не смог удержать свое счастье. Но наш с тобой союз точно был бы ошибкой. Алисия, прости меня за все. Мы можем быть только друзьями, если ты не сочтешь это оскорблением?

- Конечно, дурак, - прошептала Алисия, глотая слезы. - Цыганская колдунья сказала, что тебе придется выбирать из двух девушек. Вообще-то я была уверена, что ты выберешь меня, - она подошла к столу и налила себе вина. Сделала большой глоток, поморщилась и гордо подняла голову. - Что ж, нет - так нет. Всю жизнь преследовать тебя я не стану, не бойся, будем друзьями. Я подумала, что нам с тобой надо дать еще один шанс, попробовать... Не сердись на меня за весь этот маскарад, я сейчас уйду. Я без злого умысла. Я правда тебя люблю. Ты замечательный, Джек, но ты не единственный. Ни одна женщина не будет ждать своего счастья вечно. Я хочу создать семью. Счастливую семью.

- Я искренне тебе этого желаю, - Джек едва заметно вздохнул.

- Спасибо, - Алисия помолчала и тоже подошла к окну. - А ты сам, Джек? Почему вы не вместе с той девушкой? Ну, которую ты любишь? Джейн, да, ее зовут?

- Да, Алисия. Я ее потерял и не могу найти. Я не знаю, где она, откуда и куда может поехать.

- Но так ведь не бывает. У каждого человека должна быть родина, дом, семья, друзья. Как это - ни куда, ни откуда? Вы же все равно общались с ней. Что ты о ней знаешь? Где ее дом?

- К сожалению, это так, Алисия. У нее нет ни дома, ни семьи.

- А кто Джейн по профессии?

- Переводчик.

- А какие языки?

- Тридцать четыре языка, Алисия, - Джек хмыкнул. - Причем, ты, наверно, не поверишь, но я не знаю, какой язык ее родной. Она на всех говорит свободно.

- Да-а, дела. А мой отец убежден, что, если ты что-то потерял и не можешь найти - надо искать сначала. Где вы познакомились?

- В космосе, - Джек опять меланхолично улыбнулся. - Мы спасли ее с горящего корабля.

- А об этом корабле найти информацию?

- Пытался. Все глухо. В транспортном агентстве мне сказали, что такого корабля не существует. Регистрацию у них он не проходил.

- Значит, вернись туда, где вы были с ней счастливы. Может быть, если она по тебе тоскует, она тоже туда приедет, и вы там встретитесь?

- Это было на необитаемой планете, Алисия. Транспорт туда не ходит.

Девушка озадачилась. Она непритворно хотела помочь Джеку.

- Ну и проблема... А место, где вы расстались?

- Международный космопорт Марта. Пересечение основных транспортных путей и направлений. Жутко криминальное и перенаселенное место. Я там был уже три раза. Никаких следов.

- Правда, тяжелый случай. Ты только не отчаивайся. Если вам суждено быть вместе, то... Слушай, Джек! Знаешь, кто может помочь? Цыганская колдунья! Та самая, что гадала нам на «Синей птице»! Помнишь?

- Как не помнить? Только ее-то я где найду?

- Эх ты! - Алисия сокрушенно покачала головой. - А друзья тебе для чего? Спроси у меня. Я знаю, где она. Кто, по-твоему, отвозил ее с твоего корабля? И куда?

- Мм-м... «Тайфун» отвозил.

- Именно! «Тайфун»! Спроси Сэмми - он должен помнить! Думаю, вам с Лаерти надо в первую очередь разыскать его.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Исповедь солдата

- Митч! Открой двери, тебе говорят! Как можно так крепко спать?

- Ник? Что стряслось? - майор с трудом пытался разлепить глаза. Весь заспанный и помятый, возник он на пороге. Голова болела нестерпимо. «Прямо колокольный набат. С чего бы это?».

- Митч?! Почему ты в таком виде? Ты что, спал в одежде? Ну и духан у тебя в комнате! Ты пил всю ночь?

- Нет. Вроде бы...

Митч удивленно посмотрел сам на себя и окружающую обстановку. Весь стол был заставлен недопитыми бутылками.

- Ничего себе - «вроде бы»! Банкет назначен, к твоему сведению, на двенадцать! А ты в таком виде! Ну даешь! Митч, слушай, мы Сару потеряли. Ирис звонила, Чет ждет Сару с десяти часов. Куда она могла подеваться, как считаешь? Телефоны не берет. Я думал, может, она к тебе заходила или ты слышал чего?

- Нет, я только что проснулся.

- Вижу, хорош! Ладно, пойду еще раз к ней постучусь. Может, в душе была, не слышала звонков?

Ник снова отправился к комнате напарницы. Настойчивые удары кулаком в двери все же возымели свое действие. Дверь наконец-то открылась. На пороге, босиком, закутавшись в одеяло, возникла заспанная девушка.

- Ник? Что, пожар? Тревога? Что ты ломишься в такую рань?

- С каких это пор одиннадцать часов утра считается ранью? Тебя Чет ищет, все телефоны оборвал.

- Чет? Ой, Ник, я должна быть у него в десять! Черт! Я быстро, только оденусь! - девушка вмиг исчезла за дверями.

Командир двадцать третьей группы усмехнулся и вновь вернулся в комнату к другу.

- Что стоишь, как неживой, Митч? Марш приводить себя в порядок! Дел невпроворот! Столы надо составить, накрыть. Чет сказал, чтобы все было на высшем уровне.

- Да я быстро, сейчас. - Митч рассеянно начал переодеваться. - Ник, слушай, вопрос есть. Ты знаешь что-нибудь о судьбе тех, у кого контракты заканчиваются? Мне проверить надо одну информацию. Только это секретно.

- Не вопрос. Что случилось?

- Слышал такое, что у человека заканчивается контракт, и официально его у нас нет, но он продолжает выполнять задания?

- Нет. Первый раз об этом слышу.

- И я вчера первый раз об этом услышал от Сары. Мы вчера вместе с ней... м-мм... играли в казино. Ну вот. Она случайно проговорилась, что едет не домой, а на задание.

Ник встревожено переспросил:

- На задание? Но этого не может быть! У нее ведь контракт закончился!

- В том-то и дело, что нет, Ник! Он ведь должен закончиться еще только через два месяца! Это в связи с реорганизацией Агентства все контрактные сроки сдвинули. Может, это какая-то новая форма работы? Мне это очень не нравится, я беспокоюсь за нее.

- Я правда ничего такого не слышал. Но как бы там ни было, Сара не даст себя в обиду, Митч. Она сможет за себя постоять. Я знаю, тебе нелегко ее отпускать, но так, наверно, будет лучше. Наша с тобой сейчас забота - подготовить новых напарников. Опять все сначала. Ох, нелегкая работа!..

- Ирис! - Джейн, запыхавшись, влетела в секретарскую. - Чет меня еще ждет? Я немного опоздала.

- Совсем немного, - Ирис улыбнулась и посмотрела на часы. - Всего на час и пятнадцать минут.

- Да, я знаю. Я проспала. Впервые в жизни сегодня всю ночь маялась от бессонницы. Никогда до этого проблем со сном не испытывала. Могла заснуть бы хоть где, хоть как, хоть стоя! А сегодня - ну ни на грамм, нет сна - и все. Заснула только под утро и не услышала будильник. Он сердитый, да?

- Да вроде нет. Сейчас я доложу, что ты пришла.

Ирис взяла телефон, но не успела набрать номер, как дверь открылась, и на пороге возник генерал. Увидев девушку, он улыбнулся, тревога сошла с его лица.

- Сара? А я уж было собрался объявлять тебя в международный розыск.

- Э... Товарищ генерал, агент Коуэлл по Вашему приказанию прибыла. Простите за опоздание.

- Поглядим еще. Ладно, проходи в конференц-зал, дело есть. Так, Ирис. Что у нас по плану? Банкет назначен на двенадцать? Я сейчас занят, поставь линии на автоответчик. Ты пока тоже не понадобишься, спроси у Алика, что там им надо помочь, на стол накрыть или еще что-то. Дмитрий вернулся?

- Нет еще, но звонил, он в дороге. Все купил.

- Отлично. Я пока занят. Меня не тревожить.

Чет следом за Сарой скрылся за массивными дверями конференц-зала.

- Ну что, агент Коуэлл, присаживайтесь. Вот и наступил он, последний день Вашей службы. Хоть немного грустно это осознавать?

- Очень грустно, товарищ генерал, - Джейн посмотрела на своего начальника. Какой-то он другой: странно смотрит, ведет себя не как обычно. - Правда. Очень грустно.

- Как твой руководитель еще раз хочу предложить тебе обдумать свое решение. Агентство готово продлить с тобой контракт минимум на год. Есть возможность сформировать свою группу, то есть продолжить работу в оперативном отделе. Есть возможность перевестись в аналитический отдел, при штабе, - на последних словах Чет опять пристально посмотрел на девушку.

- Спасибо за доверие, Чет, - Джейн была непреклонна. - Я не передумала, я ухожу с военной службы.

- Непонятный случай, Сара. Логики не вижу. Вспоминаю тебя два года назад: там, на Марте, ты была готова на все, чтобы попасть на службу в элитное подразделение. Твоя мечта сбылась, ты сюда попала. И вот, не успев толком себя реализовать, куда-то бежишь. Почему? Зачем тебе была необходима служба?

- По-моему, я уже отвечала на этот вопрос. Хотела получить военный опыт.

- Не смеши меня, Сара. Ты с самого начала по всем бумагам проходишь как очень опытный боец. Сомнительно, чтобы ты научилась чему-то новому за эти два года.

- Неправда, Чет. Я многому научилась, и мне это было нужно. Знать, что я что-то могу, что-то умею, сама. Что я могу побороть свои собственные страхи.

- Страхи? Не замечал, что они у тебя вообще есть.

- Теперь, наверно, уже и нет, - Джейн улыбнулась на недоверчивый взгляд генерала. - Ну, и деньги. Я заработала необходимую мне сумму. Теперь смогу купить космический кораблик и улететь далеко-далеко.

Чет с сомнением покачал головой, взял со стола несколько листов бумаги и протянул девушке.

- На, держи. Необходимо расписаться в конце каждого. Это твой официальный отказ от продолжения контракта и подписка о неразглашении всех сведений, полученных по службе. Внимательно прочти.

Джейн подписала документы и снова посмотрела на генерала. «Чет явно чего-то недоговаривает. А может, ему на самом деле не хочется меня отпускать?».

- Что ж, с официальной частью покончили. Теперь что касается твоей просьбы о поиске двух людей...

- Моей просьбы? - Джейн встрепенулась. - А... нашли?

- Нашли, не все только.

- Да, я предупреждала, что информации у меня мало.

- Информации достаточно. Обстоятельства. Давай по порядку. Номер один - парень, который Джек Карно. Ты просила узнать, как он, и узнать номер его телефона. Жив, здоров, правда, по состоянию четырехмесячной давности. Телефон его ребята пока не нашли, ищут. Проблема в том, что Джек переехал из Одиннадцатой республики. По оперативным слухам, полетел к своей жене куда-то в сторону китайских колоний. Как только где-то осядет, ребята мне сразу об этом сообщат. А так пока - глухо.

- Пускай, это не столь важно, - Джейн едва заметно вздохнула. «А что я еще ожидала услышать?». - Думала поздравить его с днем рождения. Нет - так нет.

- Ну, я это поручение тогда за собой и за ребятами оставляю. Телефон найдем, как и обещали. Просто для этого все равно требуется определенное время.

- Да, конечно, - Джейн опять вздохнула. «А может, это и к лучшему. Уходя - уходи».

- Хорошо. Давай лучше мы по второму поручению поговорим. Карлос Ле Кар. Вот его личное дело, - Чет многозначительно посмотрел на объемный том бумаг. - Видишь аббревиатуру на обложке?

Джейн взглянула на папку. «Вот это да! Уровень секретности зашкаливает!».

- Чет, но у меня ведь... нет такого доступа?

- Верно, Сара, нет. Доступа к этой информации нет пока даже у руководителей групп.

- Но... Что ж, спасибо, что хотя бы попытался ее найти... Я могу идти?

- Нет, не можешь, - Чет, как сигарету, засунул в рот кончик карандаша и задумчиво посмотрел на Джейн. - В этой папке доказательства того, что человек по имени Карлос Ле Кар содержит две нелегальные лаборатории, где ставит опыты на людях. Четыреста двадцать шесть человек-экземпляров. Здесь доказательства того, что он причастен к нелегальному бизнесу похищения людей. И не только он. Кое-кто из хамелеонского правительства тоже попал в список его сообщников и компаньонов. Здесь также данные экспериментов по разработке вируса Ангины Осса. Международное сообщество считает его спасителем человечества, победившего страшный недуг целого региона. Но вряд ли кто-то знает, что он сам и изобрел этот вирус... Однако не наблюдаю что-то я удивления на твоем лице, Сара. Ты об этом знала?

- Нет. Но я же сказала, что он тот еще фрукт. Мерзавец законченный. И очень опасный человек.

- Да, мерзавец, - Чет кивнул. «Как-то не клеится разговор. Девушка себя ни словом, ни жестом пока не выдала». - Зачем ты ищешь этого человека, Сара?

- Чет, если ты будешь задавать каждый вопрос дважды, мы опоздаем на банкет. Я тебе уже объясняла: должок один за ним числится. Это личное.

- Личное, говоришь? А я тебя не из праздного любопытства спрашиваю. Я тебя спрашиваю по делу, которое сейчас находится в оперативной разработке. И скажи спасибо, что мы беседуем здесь, у меня, с глазу на глаз, а не в отделе контроля. Речь идет о человеке, Сара, совершившем много преступлений против мира и безопасности человечества. Того, что нарыли в отношении него мои люди, на несколько пожизненных сроков тянет. И для него, и для его команды. Я желаю знать, какое отношение к этому человеку могут иметь мои агенты. И если для этого мне потребуется опоздать на обед, задержать твой рейс или вообще его отменить - так это не проблема, Сара. Один телефонный звонок - и все. Ты меня понимаешь? Почему-то уверен, что да.

Девушка растерялась:

- Звучит так, как будто я должна в чем-то оправдываться?

- Нет, не должна. Пока еще. Я тебя пригласил на беседу, Сара, и надеюсь, что она состоится. Это и в твоих интересах. На этого, как ты выразилась, фрукта - огромное дело. Но еще больше на него оперативных слухов: и наших, и хамелеонской службы тоже. В течение ряда лет Карлос Ле Кар и его люди участвовали в разработке секретных видов оружия. Две вычисленные нами лаборатории не являются единственными. Есть данные о еще одной, где разрабатывалась концепция универсального солдата. Некий секретный центр обучения, где проходят подготовку отдельные посвященные агенты. Я думаю, что любой мало-мальски соображающий человек может представить, чем это все может грозить мировому сообществу, если разработанные ноу-хау будут поставлены на поток. Согласно информации хамелеонской службы, этот проект провалился. Но я лично располагаю иными сведениями, - генерал многозначительно посмотрел на другую папку на своем столе. - Ты хороший аналитик, Сара, один из лучших в нашем отделе. Я убежден, что, ознакомившись с этими данными, ты тоже пришла бы к такому выводу, - он встал с места, обошел стол и положил прямо перед Сарой новые документы. - Только не знаю, есть ли в том необходимость? Думаю, мы оба понимаем, о чем идет речь.

Джейн прочитала титульный лист: «Отдел контроля. Личное дело № 3217-68. Джейн Аксер// Сара Коуэлл».

- Ты считаешь, что я работаю на Карлоса?

- На него или на его хозяев, - Чет вернулся на место, сел напротив Джейн и прямо посмотрел ей в глаза. - Постарайся убедить меня в том, что я ошибся. Я очень хочу, чтобы у тебя это получилось.

Джейн поставила на стол локти и закрыла лицо ладонями. «Что ответить тебе Чет, что?».

- Я не работаю на Карлоса, Чет. Только я не знаю, на чьи свидетельские показания мне сослаться. Разве что на самого Карлоса. Только ведь его слова не будут заслуживать доверия, верно?

- Верно.

- Я не знаю, что сказать, в таком случае.

- Правду. Правду, Сара, от начала и до конца. Ты еще пока в зоне доверия. Все по порядку. Ты проходила обучение в этом центре?

- Да, - Джейн кивнула и опустила голову еще ниже.

- Черт побери! - генерал стукнул кулаком по столу. Его худшие предположения подтвердились. - Значит, это правда? Этот центр существует, и эксперимент удался?

- Нет. Этот центр больше не существует. Эксперимент провалился, и Семерка, ну, то есть Седьмая лаборатория, была уничтожена.

- Как уничтожена? Кем? Когда?

Джейн тяжело сглотнула.

- Около трех лет назад люди Карлоса по его приказу уничтожили космическую станцию «Парнас», где и размещался этот центр. Станция подверглась нападению со стороны атлантских военных кораблей. Возникла реальная угроза рассекречивания эксперимента. Это произошло на границе с Одиннадцатой республикой. Там, с горящей станции, меня тяжелораненую и подобрали люди Джека, их корабль по счастливой случайности пролетал мимо. Это меня и спасло. Других живых лиц на корабле уже не было. «Парнас» горел со всех сторон, вряд ли полиция нашла какую-то информацию.

- Сколько человек проходило с тобой обучение одновременно?

- Не знаю точно. Около восьмисот.

- Восемьсот?! Матерь Божья! Восемьсот универсальных солдат?!

- Да. Но тебе нечего, Чет, их опасаться. Я ведь сказала, что эксперимент провалился. Восемьсот девушек, действительно, приняли в нем участие, но до конца испытаний дожили только шестеро. Все шестеро погибли на «Парнасе» - были расстреляны, и я в том числе. Карлос не знает о том, что я выжила. Стрелявший целился на поражение, но ты ведь видел мои медицинские документы? Я «зеркальный человек», и расположение внутренних органов у меня несколько отличается. Пули не задели сердце. Врачи на корабле Джека меня выходили. Я не знаю, Чет, есть ли у Карлоса еще лаборатории, подобные Семерке, может быть, за эти три года он успел наштамповать и новых суперчеловеков. Но это сомнительно. Проект был безумно дорогой, очень длинный, а Карлос приказал уничтожить не только нас, но и ученых, и все записи. Возможно ли это все восстановить? Думаю, я единственный универсальный солдат его покроя. Только я не собираюсь ни с кем сражаться и ни на кого работать. Только на себя. И никакой войны. Тебе нечего бояться за мировое спокойствие.

- Для каких заданий тебя готовили?

- Ни для каких. Точнее, ни для каких конкретно, просто - сам процесс. Я не военнослужащая. Все, кто принимал участие в эксперименте, все девушки похищены в разных уголках космоса. Никто не давал своего согласия на какие-то опыты, задания. Мы жили в плену, Чет, без права голоса, да и вообще без каких-либо прав. На нас отрабатывали опасные методики, мы были экспериментальным материалом. Потом по этим разработкам, вероятно, и должны были проходить обучение настоящие агенты. Только ни один из мужчин-добровольцев не смог выдержать даже десятой доли того, что сумели мы. Тогда Карлос решил нас заставить стать его агентами, - Джейн опять тяжело вздохнула. - Мы все согласились. Отказаться не было возможности. Я не знаю, что бы нам поручили, нас готовили ко всему.

- Что это за методики, Сара?

- Боль, Чет. Боль, единая, всепоглощающая, нескончаемая...

Джейн вдруг почувствовала, как из ее глаз беззвучно, без какого-либо участия с ее стороны потекли слезы. Мысленно окунувшись в события трехлетней давности всего на каких-то несколько минут, Джейн ощутила весь тот груз десятилетнего плена.

- Сара?

- Он ответит мне за все, Чет. За все! С твоей помощью или без нее - я его найду. За каждый день его эксперимента, за каждый день боли, за каждую убитую на моих глазах девушку!!! Он за все ответит!!! Никто меня не сможет остановить, Чет! Никто и ничто! Ни ты, ни твой отдел контроля, ни его собственная служба безопасности! Никто!!! Слышишь меня?

- Сара! Прошу тебя, успокойся. Я не хотел доводить тебя до слез. Возьми, выпей воды, - генерал налил из графина воды в стакан и протянул Джейн. - Ты пойми, я должен был узнать, чтобы понять.

Джейн кивнула и вытерла слезы:

- Ты спрашиваешь меня, зачем я пошла служить? Я не обманывала, мне необходим был опыт. Военный опыт, жизненный опыт. Все, что я видела до сих пор, были лишь компьютером смоделированные ситуации. Когда я очутилась на свободе, мне стало страшно. Страшно оттого, что я - это не я. Что я - это что-то искусственно созданное и смоделированное. Я искренне и безуспешно пыталась забыть все, чему меня обучили. Но это как на велосипеде: если уж умеешь кататься, то разучиться не получится. А ничего другого я и не могу. Служба здесь была мне необходима. Нужно было проверить саму себя: насколько те знания, что мне силком впихнули в голову, соответствуют действительности. И насколько я сама, как личность, чего-то стою, на что способна. Я должна была это узнать до того, как встречусь с ним один на один.

- Ты очень на многое способна, Сара. И я тебе говорил, что я лично не перестаю тобой восхищаться.

- Спасибо, Чет.

Робкий стук в двери прервал разговор. Джейн вытерла платком заплаканные глаза. Секунду спустя в двери заглянула Ирис.

- Товарищ генерал, у нас на столы все накрыто. Ждем только вас.

- Еще десять минут, Ирис. Репетируйте пока свои торжественные речи.

- Э... Хорошо, - секретарь удалилась.

- Ну, что там они? Умерли, что ли? - Кирилл нетерпеливо ходил взад и вперед по холлу, бросая косые взгляды на накрытые столы. - У меня уже все слюни вытекли от такого обилия пищи.

- Сказали, что еще десять минут.

- Десять минут? Я не дотерплю. У Алика все мясо в духовке пересохнет. Чем они там занимаются?

- Разговаривают, - Ирис пожала плечами. - Сидят, обложившись бумагами. Может быть, какие-нибудь проблемы по последним отчетам. Сара, мне показалось, чем-то расстроена.

- Каким еще отчетам, Ирис? - удивился Ник. - У нас последний месяц ничего кроме скучной аналитики не было.

- Значит, это что-то другое, и не менее важное, - Митч многозначительно посмотрел на друга.

- Нет, ну это все равно безобразие! - Кирилл не унимался. - Ведь договорились - собираемся в двенадцать. Так нет, всех надо с лупой искать. Дмитрий где-то потерялся, Чет с Сарой закопались в каких-то бумагах. Как это называется?

- А вот и я!

В дверях, красивый, элегантный, в черном смокинге и с великолепным букетом цветов показался новый начальник оперативного отдела, в прошлом руководитель пятой группы, незаменимый участник всех самых успешных боевых операций и часто сумасбродных выходок личного состава, замечательный человек и настоящий друг всем присутствующим - Дмитрий.

- Заждались?

- Что будешь делать, Сара, когда отыщешь этого негодяя? Убьешь его?

- Нет, наверно. Не знаю, Чет, по обстановке. Карлос Ле Кар недостоин жить. Не имеет права - после всего, что сделал. Но и смерть для него - слишком простое и мягкое наказание. Я еще не решила. Это очень сложно. Ты не поверишь, лютая ненависть борется во мне с религиозностью, с человеколюбием и даже милосердием. Я как-никак пять лет своей ранней юности провела в монастыре. Но восемьсот человек, Чет, на моих глазах! Он будет наказан. Я поклялась. Я дала слово, и я его сдержу.

Чет покачал головой.

- Ненависть - тяжкая ноша. Освободись от нее поскорее, не отравляй душу. Впереди тебя ждет много хорошего, Сара. Я почему-то в этом уверен... Давай, соберись! Где твоя зажигательная улыбка? Ну? Помочь я тебе обещал, Чет свое слово держит. 100%, - генерал дошел до сейфа и принес тоненькую папку. - Эти документы, Сара, уменьшенная копия оперативного дела на Карлоса. Само дело, ты понимаешь, отдать я тебе не могу. Согласно закону, в течение десяти дней я должен проинформировать Президента об обстоятельствах расследования. Будем выходить в Интерпол на предмет разработки операции по перекрытию каналов похищения людей, захвату лабораторий и поимке всей преступной группы правительственного уровня. На все про все - от двух до четырех недель. Не знаю, хватит ли тебе этого времени, больше я дать тебе не могу. Если отдельные личности этой группы вдруг «отбросят коньки», не думаю, что кто-то из нашего руководства сильно расстроится. Доказательств вины здесь на всех хватит. Полетят головы хамелеонов, ох, полетят. И немаленькие. Ты понимаешь, о чем я?

- Да, Чет. Спасибо большое! Век не забуду!

- Ну-ну! Не надо сантиментов. А то я тоже расплачусь.

Чет улыбнулся. Достал из ящика стола зеленый конверт, вложил в него тоненькую папку - досье на Карлоса, запечатал и протянул девушке:

- Теперь это твое, Сара. Не попадись с документами нигде. Сама знаешь, уровень секретности...

- Я не подведу, Чет. И не подставлю, не бойся.

- Я не за это боюсь, Сара. Я боюсь за тебя. Ты идешь нынче одна, без команды, без поддержки. Это очень опасное задание, Сара. Пожалуйста, будь осторожна.

- Есть - быть осторожной на задании!

- Так-так-так! - в двери неожиданно вошел Дмитрий, а следом за ним и голодные агенты. - Два отдела слюни в коридоре глотают, а они тут байки травят!

Дмитрий в новой должности начальника оперативного отдела чувствовал себя более чем прекрасно, и нисколько не стеснялся своей бесцеремонности со своим начальством и другом детства.

- Чет, ну правда, сколько вас еще можно ждать?

- Уже идем, - генерал улыбнулся. - Прошу всех на выход.

- То-то! - наставительно пробасил Дмитрий. - Наверно, если бы не я, пришлось бы превращать праздничный обед в праздничный ужин!

- Ой! - Сара подпрыгнула на месте. - Мой праздничный наряд! Мне надо переодеться! Ребята, я быстро. Две минуты.

Она юркнула по коридору в жилое крыло.

- Ник, ты видел? - Митч тихо прошептал другу на ухо результаты своих наблюдений.- Зеленый конверт. Значит, все-таки задание.

- Я тоже в недоумении. И эти ее последние слова? Но опять - если она уходит, то какие еще могут быть поручения?

- Да, дела-а...

Сара не подвела. Появилась она, действительно, скоро, красивая, нарядная, с легкой улыбкой на лице.

Митч не сводил с нее глаз. Девушка была такая же, как всегда, и майор этого никак не мог понять. Снова пытался он восстановить события вчерашнего вечера. Головная боль не проходила, а память выкидывала странные фокусы. Митч помнил, как он спустился в бар и там выпил, как появилась Сара, и они танцевали, как поднялись затем к нему в комнату... Но это ведь не могло быть плодом воображения? Ведь не мог же он ее отпустить? Ни один мужчина, будь он в своем уме, ее бы не отпустил от себя! Митч до сих пор ощущал запах ее духов и тела, ее теплый смех и прикосновения. Он помнил, как сделал ей предложение руки и сердца, но что же она ответила?.. Если она ему отказала, почему он не чувствует себя брошенным или несчастным? А если согласилась, то как же случилось так, что он проснулся в одиночестве, с жутким похмельем, среди горы бутылок?.. Не мог же он так напиться. Или мог? Нет, повод у него, конечно, и был, но желания пить не было. А чтобы так болела голова - сколько надо выпить? Может, ему вообще все приснилось?.. Если бы у них что-то было, это было бы заметно. Или нет? Да, допустим, она могла уйти, когда он заснул, но Митч всегда спит очень чутко. Он бы услышал и помнил это... Да нет, он бы ее не отпустил. Это точно... Делал он ей предложение или нет, и что она ему ответила?

Митч поймал себя на мысли, что, наверно, сходит с ума. Любовь - она может довести до безумия.

Тосты, прощальные речи и поцелуи, шутливые советы и пожелания. Вот и все. Два агента КСД, чьи контракты закончились, прикрепили на звездную стену по золотой звезде со своими именами, последний раз оглянулись на провожающих, помахали рукой и прошли к вертолетной площадке.

Каждый идет по жизни своей дорогой.

- Товарищ генерал! - Ирис заглянула в кабинет начальника Агентства КСД. - К вам подошел мистер Огре.

- Какой еще мистер Огре?

- Тот самый, директор казино. Вы вчера сказали, что примете его после пяти часов. Сейчас половина шестого. Вы его примете?

- Ну, пусть войдет, коли пришел. Хотя я не понимаю, что ему от меня надо.

Секретарь пропустила в кабинет солидно одетого, сильно надушенного одеколоном, пожилого человека. Весьма шустрый и энергичный владелец казино засеменил навстречу Чету.

- Здравствуйте, господин генерал. Простите за беспокойство. Тревожить военных лиц не в моих правилах, но я к вам по делу.

- Здравствуйте, мистер Огре. Присаживайтесь. Я Вас внимательно слушаю. Что за дело?

- Дело вот какое. Я являюсь владельцем казино, что расположено в этом административном здании, это мой бизнес. И вы тоже в нем участвуете, - мистер Огре виновато улыбнулся. - Я редко меняю свой персонал. Люди у меня служат давно, и всех здесь наперечет знают. Кто у нас тут играет, как часто, на какие суммы, насколько удачно. Профессиональная наблюдательность. И Вас я заочно тоже знаю. Вы играете у нас стабильно раз в месяц. И всегда проигрываете, - мистер Огре вопросительно посмотрел на Чета.

- Почему же всегда? Один раз я выиграл на целую бутылку пива, - заметил генерал с сарказмом. - Надо отметить, у Вас очень выгодный бизнес, мистер Огре.

- Да, наверно, это так. Но мистер Огре всегда платит по счетам. Еще ни один клиент не пожаловался, что не получил честно выигранных денег. И я для этого и пришел. Заплатить. Вчера один из Ваших людей выиграл у нас два миллиона космо.

- Два миллиона? Это кто ж такой везунчик?

- Вы, господин генерал.

- Что?

- Я говорю, что этот везунчик - Вы. Деньги выиграла в казино Ваша сотрудница, вот, я записал, - он достал из кармана записную книжечку, немного ее полистал и прочитал: - Сара Коуэлл. Да. Ох, красивая женщина! А как танцует! Я вчера сам видел. Она и выиграла два миллиона, а забрать деньги отказалась. Сказала, что выигрыш должны забрать Вы. Она написала бумагу для Вас и оформила поручение для нас. Наличными принести такую сумму я не могу, вот чек. Пожалуйста, получите и распишитесь.

Мистер Огре протянул генералу бумаги на подпись. Чет не поверил глазам: там действительно значилась сумма в два миллиона космо! И теперь эти деньги - его? Он развернул вчетверо сложенный бумажный лист. Женским почерком на нем было написано:

«Чет, ты спрашивал меня как-то о секретах моих выигрышей? Их нет. Хотя определенные условия я все же соблюдаю. Не знаю, помогут ли они тебе в будущем, но я их тебе назову:

1. Я никогда не играю ради выигрыша.

2. Я никогда не ставлю на черное.

3. Я всегда щедро делюсь своими выигрышами.

Справедливость - она есть. Эти деньги, Чет, мой подарок вам с Аленой. Примите их от меня. Сара».

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Старые друзья

- Лен, ты не занят?

- Нет, Бийше, входи. Что случилось? - Лен Маршалл оторвался от счетов и взглянул на своего компаньона.

- Ничего не случилось. Тут просто пришла одна молодая женщина. Поговорить с тобой хочет.

- Со мной? - Лен удивленно поднял брови. - А ты что же? Теряешь популярность?

- Нет, не думаю. Но мне кажется, женщина здесь по делу. Она прилично выглядит, на сумасшедшую фанатку не походит.

- Журналистка?.. Страховой агент?.. Полиция?

- Я не заглядывал в ее документы. Я спросил, по какому она вопросу. Она улыбнулась и ответила, что по личному. Так ты спустишься или сказать, что ты ушел через другой вход?

- Я спущусь, конечно. Ты меня заинтриговал. Где она, в приемной?

- Да. А может, это новая клиентка? Захотел человек позаниматься с личным тренером?

- Ох, и мечтатель ты, Бийше. У меня создается впечатление, что на этой несчастной планете люди не только спортом заниматься, но и вообще скоро перестанут какие-либо телодвижения совершать. Вот тогда точно придется закрывать и спортивные магазины, и тренажерные залы. «Клиентка»! Ладно, поглядим, кто такая, - Лен направился к дверям.

По белоснежному офису взад и вперед прохаживалась красивая молодая женщина. Красочные плакаты спортсменов бодибилдинга, развешанные на стенах приемной, приковали к себе ее внимание. Женщина задумчиво остановилась перед одним из них.

«Неужели и правда клиентка?» - подумал Лен. Их финансовые дела совсем сели на мель. Продажи в магазинах падают, клиенты тренажерного зала тоже не отличаются постоянством. Новые лица в их клубе совсем не лишние, особенно если эти лица могут быть при деньгах. Лен еще раз внимательно оглядел свою гостью. Строгий темно-зеленый брючный костюм подчеркивал гармонично развитую, спортивную фигуру. Все в этой женщине, от перламутровой заколки, скреплявшей на затылке копну непослушных каштановых волос, до лакированных туфелек на высоком каблуке и маленькой дамской сумочки в руках - все говорило об изысканности, умеренности, вкусе.

Почувствовав еще чье-то присутствие, женщина оглянулась.

- Привет, Лен!

- ???

- Не узнаешь?

- ??? Сгореть живьем, если не узнаю... Джейн?!

- Да, ты единственный из всех на «Парнасе», кто всегда называл нас только по именам. Здравствуй!

- Джейн?! Боже мой!!!.. Но... как же так? Я ведь видел, как тебя, как вас всех...

Женщина улыбнулась и развела руками.

- Ну, не вышло, значит. Кривая вывезла. Что скажешь, дорогой учитель, этот экзамен я, наверно, все-таки сдала?

- Боже! Спасибо тебе, спасибо! Джейн, я каждую субботу хожу в церковь, ставлю свечку за спасение душ ваших.

- Вот как? Что ж, очень мило. Значит, твоими молитвами.

- Джейн, можно я дотронусь до тебя? Поверить, что это не сон. Что это ты, здесь и сейчас.

- Это не сон, Лен. И я тоже очень рада тебя видеть.

Джейн протянула вперед руки для объятий. Она не лукавила. Она действительно была рада видеть своего учителя. Этот маленький светлый лучик той, казалось, такой далекой от сегодняшнего дня - и вместе с тем такой неизменно близкой, трудной и безрадостной жизни.

- Джейн! Это и вправду ты?!

- Это и вправду я!

- Джейн! А кто-нибудь еще?..

- Нет, Лен. Я одна выжила. Я и тебя считала погибшим. Случайно узнала, что ты тоже везунчик. Я здесь проездом. Мой корабль скоро вылетает. Просто решила к тебе заехать, проведать, как ты. Может, посидим где-нибудь в кафе? Поговорим?

- Непременно! А зачем в кафе? Можем подняться ко мне. Я живу двумя этажами выше. Еда у меня, конечно, не ресторанная. Но готовить я люблю, и готовлю очень даже неплохо. Поднимемся?

- А я тебя не стесню? Тебя и твою семью?

- У меня нет семьи, я один на всем белом свете.

- А-а... кто такая Бийше?

Лен рассмеялся.

- Бийше не такая, это он. Мой компаньон. Тот самый, с которым ты уже успела пообщаться.

- Тогда давай поднимемся. Значит, вон о какой жизни ты мечтал? Шикарный спортклуб. Правда.

- Правда-то правда... Только совсем не прибыльный, как оказывается. Еле сам себя окупает, - Лен едва заметно вздохнул и пропустил женщину вперед по лестнице. - Джейн, а как ты меня нашла?

- Забыл, чему меня обучал? Несерьезный вопрос, Лен.

- Очень даже серьезный. Я в бегах.

- Знаю. Взломала базу данных поисковиков Карлоса. И о награде за твою голову тоже знаю. Что не поделил с шефом - зарплату?

- Скажешь тоже! Жизнь мою мы не поделили. Свидетели ему, видите ли, не нужны. Тварь! Столько человек погубить!

- Да, - лицо Джейн приобрело серый оттенок.

- Вот мы и пришли. Располагайся. Сейчас соорудим праздничный обед. Проверю содержимое своего холодильника.

Лен, как радушная хозяйка, засуетился между холодильником и плитой. На столе, словно по мановению волшебной палочки, появились разные закуски, бутерброды, напитки. Лен не знал, куда лучше усадить свою гостью и чем накормить - так он был удивлен и рад ее появлению.

- Джейн, и все же ты не ответила. Как ты меня нашла? Я нигде официально не значусь. Все оформлено на компаньона. Из местных никто обо мне ничего не знает. Я осторожный человек.

- Тебя интересуют технические детали или сам принцип?

- Все. Меня интересует, чтобы Карлос меня не нашел.

- Не найдет, - Джейн улыбнулась.

- Ну, ты же нашла!

- Я - это другой вопрос, Лен. Карлосу до меня далеко. И ему, и его людям.

- Ого! Звучит очень самоуверенно!

- Уверенно, Лен. Просто уверенно. У Карлоса нет доступа к тем источникам, к которым есть у меня.

- А к каким источникам есть доступ у тебя?

- О-о-о, к самым разным, Лен. Нет, правда, не беспокойся. Карлосу сейчас будет не до тебя. Особенно после нашей с ним встречи.

- Вашей с ним встречи??? - инструктор оторопел. - Нет-нет-нет! Джейн, только не говори, что будешь искать встречи с Карлосом! Ради всего святого, Джейн!

- Ради всего святого и ищу, Лен. А еще ради тех, кто остался навсегда там, на «Парнасе». Надо объяснить кое-кому, где, когда и в чем он был не прав.

- Боже мой! Просто не верю... Убьешь его?

- Тебя интересуют технические детали или сам принцип?

- Джейн, но ведь не мне тебе объяснять, насколько он опасен!!!

- Опасен не тот, кто видит, а тот, кто предвидит. Он уже проиграл, Лен. И я его не боюсь!

- Да при чем здесь «боюсь не боюсь»! - Лен неодобрительно посмотрел и присел за стол напротив Джейн. - Тебе таким чудом повезло остаться в живых, удалось вырваться на свободу! У тебя впереди целая жизнь! Длинная и счастливая! Ты свободна, Джейн, молода, красива, умна, сильна! Война закончилась! Зачем тебе это?

- Зачем? Можно бесконечно долго объяснять, Лен, каково это - девять лет жить в плену. Ты видел лишь малую часть со стороны, и ты не прошел через то, через что прошли мы с девчонками. Каждый день мы посылали в небо проклятия и безответные вопросы - когда же, наконец, все закончится? Мы завидовали тем, кто умирал во время экспериментов, потому что они обретали свободу, а мы получали очередную порцию боли. У меня есть причины повстречаться с этим человеком, Лен. Так сказать, на равных. Только дело здесь даже не в отмщении. Есть более важные вещи. Ты говоришь, закончилась война? Объясни, это тем, кто до сих пор гибнет в неволе под носом хамелеонского правительства и международных наблюдателей! Ты думаешь, он остановился на одной лаборатории? Да у него их с десяток! Знаешь, сколько там людей? Закончилась война, говоришь? Да, в космосе теперь можно мирно летать, все счастливы. Только у меня другая война, Лен. Это война со злом, с абсолютным злом, понимаешь? И пока зло живо, эта война никогда не закончится! И я буду сражаться, Лен. Так, как вы меня учили. Сражаться! До последнего вздоха.

- Насилием нельзя победить насилие. Зло всегда будет существовать. Оно в человеческой природе.

- Возможно, - молодая женщина улыбнулась, вспоминая, как она совсем недавно пыталась убедить Джека в том же самом, в том, что все люди злые. И как просто и легко он уверил ее в обратном! При воспоминании о Джеке черты лица ее смягчились. - Я не претендую на всеобщее искоренение зла. Но Карлоса остановить кто-то должен. И если не я, то кто?

- Кто?

- Да. Кто? Я не верю в справедливость властей, они там все повязаны. Такие люди, как Карлос, неуязвимы, все схвачено, все включено. Выкрутится. Под другим обличьем, под новым прикрытием снова возьмется за старое. Ну а не он, так его помощники. Назови мне, Лен, хоть одного человека, кто реально способен развалить всю его империю? Ну?.. Вот видишь. Не бойся за меня, я справлюсь.

- Хм... - Лен в задумчивости посмотрел на свою ученицу.

Перед ним сидела уже не та девчонка, которую он когда-то знал. Джейн изменилась. И изменилась намного в лучшую сторону. Какой-то внутренний страх, неуверенность, скованность исчезли без следа. Перед Леном сидела сильная, очень сильная и уверенная женщина. Борец, воин. Именно то, чего он никак не мог добиться от нее на тренировках - целеустремленность, знание своих возможностей, какая-то внутренняя энергия, кураж. Много, много раз ему доводилось глядеть в ее глаза. Все видел в них: и усталость, и боль, и отчаяние, и сомнения - много чего. Но сейчас эти глаза были другими. Они светились каким-то особенным светом, в них присутствовала непоколебимая твердость и стремление идти до конца.

- Ты не сказала: «Кривая вывезет», - произнес он почему-то не к месту.

- Верно, - Джейн улыбнулась. - Большие люди должны ходить по большим дорогам, и желательно прямым. Когда ты четко видишь перед собой цель, когда эта цель светла и огромна - так, что никакие препятствия не могут ее заслонить, - мне и кривые линии не нужны. Меня никто и ничто не остановит, Лен.

- Да, вижу. А ты изменилась, Джейн. Очень изменилась.

- Ты находишь? Что ж, все течет, все изменяется. Я была искренне рада тебя повидать, Лен. А сейчас мне пора. Давай прощаться.

- А... Джейн, а еще три минуты найдешь для своего друга?

- Найду. А что?

- Я сейчас, я быстро.

Лен скрылся за одной из дверей. Его не пришлось ждать слишком долго. Своей плавной кошачьей походкой бесшумно он появился, держа в одной руке средних размеров кожаную сумку, а в другой - небольшую пластиковую папку с бумагами.

- Вот, это тебе, - Лен протянул своей ученице папку. - Ахиллесова пята Карлоса. Я украл документы из кабинета Андреаса, когда сбегал из центра. Тут кое-какие цифры, расчеты, и что самое главное - все написано от руки. Это почерк Карлоса. Данные по одной из его лабораторий. Может быть, тебе пригодится?

- Может быть. Спасибо, Лен, пригодятся. А это что? - она указала кивком головы на сумку.

- Мои походные вещи. Я достаточно мобильный человек, и мне не нужно много времени на сборы. Я хотел попросить тебя, Джейн. Возьми меня с собой.

- Ты хочешь ехать со мной??? Лен? Ты с ума сошел!

- Вовсе нет.

- А вот и да. Ты только что объяснял мне, насколько это опасно!

- Опасность - моя профессия, моя жизнь, мой воздух, Джейн. И ты вовремя появилась. До того, как я медленно начал бы сходить с ума от безделья. И ты абсолютно права: рожденный для войны всегда найдет, с кем воевать. Я хочу сражаться на твоей стороне, Джейн. Я готов помочь тебе в сражении с Карлосом.

- Я могу справиться с ним и в одиночку, Лен.

- Я не ставлю это под сомнение. Теперь не ставлю. Но разве плохо, если у тебя вместо одной умной головы будет две, вместо двух зорких глаз - четыре, вместо двух сильных рук - четыре, ну и так далее? Помнишь, как я тебя учил? Я, если хочешь, могу быть твоей страховкой, прикрывать твои тылы.

Джейн широко улыбнулась.

- У меня нет тылов, Лен. А как же твой бизнес?

- У меня есть компаньон. Работы немного. Он справится.

- Да, это все понятно. Только не ясно, зачем тебе это? Адреналин можно выработать и другими способами. Есть много экстремальных видов спорта. Не связываясь с такой грязью, как Карлос. Ты учти, ведь если что-то пойдет не так, не как запланировано... Не мне тебе объяснять, что за тип этот Ле Кар.

- Вот именно. Ты сейчас говорила, убеждала меня, зачем тебе нужна встреча с Карлосом, а я сидел и слушал. И знаешь, Джейн, я понял! Понял, что не дает мне жить по-человечески эти три года. Я ведь ночами не сплю. С того самого момента, как мне удалось сбежать и стать свободным. По-настоящему свободным. Я делаю, что хочу, хожу, куда хочу, весело прожигаю время и деньги. А каждой ночью в своих снах какая-то неведомая мне сила возвращает меня на «Парнас». Я слышу крики и выстрелы, я вижу глаза девчонок. Они ведь не только твои подруги - они и мои ученицы. Я уж не говорю о том, что там и моих друзей много полегло. Карлос приказал уничтожить весь персонал, - Лен тяжело вздохнул. - Ничто не помогает. Ни снотворное, ни алкоголь, ни церковь. Память - она помнит. И с этим ничего нельзя поделать. Их не вернешь. Никого не вернешь... Но теперь я понял, что не так с моей жизнью. Я ведь могу помочь другим! Пусть я их не знаю, но они в той же ситуации, что и мои друзья. В память о своих друзьях я должен. И почему раньше мне не пришло это в голову? Я был так счастлив от опьяняющего чувства свободы. Мнимой свободы. Ты вот сейчас сказала: если не ты, то кто? Если не ты, то я, Джейн. Я решил. Только, может быть, вдвоем все же легче?

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Крах личной империи

- В эфире «Новости» первого межгалактического канала. У нас в студии сейчас находится Председатель Совета директоров Первого национального банка Саргонда господин Теграк. Господин Теграк, поясните ситуацию, происходящую в Вашем банке. Правда ли, что есть вероятность повторения кризиса прошлого столетия с DSK-Bank, когда чье-то компьютерное мошенничество привело к потере многих миллиардов космо, найти которые до сих пор никто не может? Ваш банк уже пять дней отказывает абсолютно всем, даже государственным органам, в выплате денежных средств, ссылаясь на проблемы с электроникой. На планете начинается паника. Что Вы можете сказать своим вкладчикам?

- Здравствуйте. Повторял многократно и повторюсь снова. Первый национальный банк Саргонда - самый надежный банк. Оснований для паники быть не должно. Да, признаю, в течение пяти дней мы не производили выплат из-за проблем с электроникой. Но в отличие от DSK-Bank вся наличность находится в пределах досягаемости и территорию нашей планеты не покидает. Выплаты же мы не производили до выяснения всех обстоятельств дела, как раз чтобы не было путаницы, чтобы ни космо не потерялось. Сегодня утром филиалы банка возобновили работу в обычном режиме. Поводов для беспокойств нет.

- Спасибо, господин Теграк, за разъяснение, и тем не менее, вопросы все равно остаются. Что это были за проблемы с электроникой, и какова вероятность повторения случившегося в будущем? Я думаю, что после неосторожного высказывания Вашего помощника два дня назад о том, что технику поразил вирус, этот вопрос тревожит в настоящий момент миллионы клиентов банка.

- Да, понимаю Ваши опасения. На банк действительно была совершена вирусная атака, но все системы защиты справились с поставленными задачами. Вирус ликвидирован, и ни один из файлов не поврежден. Все это еще раз подтверждает мои слова о высочайшем уровне защиты средств наших клиентов. Не знаю, чьи это могли быть происки, данным делом сейчас занимаются правоохранительные органы Саргонда. Но я уверенно могу заявить компьютерным преступникам, кто бы это ни был: попытка ограбления не удалась. И в будущем не удастся тоже. Мы стоим на страже интересов наших клиентов.

- Спасибо большое, господин Теграк. Я напомню, у нас в студии был Председатель Совета директоров Первого национального банка Саргонда господин Теграк. А сейчас о других новостях экономики...

- Очень сожалею, сеньорита, но Ваша карточка заблокирована. Вы не можете ею расплатиться.

- Что за ерунда? Такого быть не может! - Мариса растерянно посмотрела на продавца.

- Мне жаль. Рекомендую обратиться с вопросами в центральное отделение Вашего банка.

- Ладно, разберемся. Возьмите эту карточку. На ней денег больше чем достаточно.

- Одну минуту, сеньорита. Придется немного подождать.

Мариса обернулась к подруге и зашептала:

- Знаешь, Джина, после всех затруднений с банком я начинаю склоняться к мысли, что неразумно держать все деньги в одном месте. Теперь еще и с карточкой проблемы. У меня один раз как-то такое было. К счастью, разобрались быстро. Передо мной извинились, даже в письменном виде. Представляешь?

- Представляю. Но приятного мало - ходить разбираться. А за последние пять дней банк поистрепал всем нервишки.

Подошедший продавец виновато обратился:

- Извините меня, сеньорита. Вы не можете расплатиться этой карточкой. Она совершенно пустая. На ней нет ни одного космо.

- Да Вы в своем уме? Эту карточку оформил на меня мой брат! На ней столько денег, что я Ваш магазин целиком купить смогу!

- Боюсь, что не сможете. Так как будете оплачивать покупки? У Вас есть наличные?

Мариса взорвалась от негодования.

- Какие наличные? У кого за эту неделю остались наличные? Я ничего не понимаю. На этой карточке есть деньги. Много денег! Может быть, у Вас техника неисправная?

- За весь день еще ни один клиент не пожаловался.

- Ну так, значит, я буду первой! Зовите Вашего администратора!

- Позову, сеньорита, мне не сложно. Только подозреваю, что придется еще звать и полицию.

- Какую полицию, оболтус? - решила вмешаться Джина. - Ты хоть знаешь, с кем ты говоришь? Да мы ваш магазин по миру пустим, если захотим. На, возьми мою карточку. Попробуй только сказать, что и она пустая, я тебе все лицо исцарапаю. Я женщина нервная! - Джина топнула ногой.

Продавец, скептически ухмыльнувшись, взял третью карточку и удалился к аппарату.

- Ничего не понимаю, Джина. Как - нет денег? - Мариса, совсем расстроенная, посмотрела на подругу.

- Вот тебе и надежность электронных сетей, Мариса. Разбираться надо, ехать в банк.

Продавец вернулся и возвратил карточку.

- Все в порядке, сеньориты. Ваши покупки оплачены. На этой карточке есть денежные средства.

- Ну что? В банк? - Джина нетерпеливо уселась за руль своей машины.

- Нет. Отвези меня домой, Джина. Разбираться будем позже. После всех банковских передряг я, наверно, не единственная, кто желает пообщаться с банковскими служащими. Там сейчас народу тьма. Если мы туда поедем, то весь день потеряем. А мы вечером должны с тобой выглядеть, как конфетки. Не забыла?

- Как я о таком могу забыть? У меня через два часа парикмахер.

- Вот видишь, у меня тоже дел много. Я еще с Крисом хотела переговорить, я на него рассчитываю. Надо как-то морально отца подготовить. Он ведь все еще не в курсе, что я после получения диплома еду не в его лаборатории работать, а на съемки на Цербер. Так что с банком буду разбираться по ходу. Я позвоню в отдел по работе с крупными клиентами. Шикарная услуга. Стоит, конечно, недешево, но как здорово! Звонишь - и в удобное для тебя время и место, хоть в сауну, приезжает их менеджер и решает с тобой все вопросы. Никуда бегать не надо, нигде в очередях не стоять. Потрясающе - иметь много денег. А еще лучше, когда эти деньги твои, а не твоего отца. Быть зависимым от кого-то - это ужасно... Знаешь, наш фильм будет просто звездным! Я чувствую это. Я больше недели была под впечатлением от сценария! Мы с тобой всем звездам нос утрем. Вот тогда и заработаем своих деньжищ!

- Ох, скорей бы уже! Ладно, как договоримся? Заезжай за мной в шесть, - Джина остановила автомобиль у дома подруги. - Крису от меня привет!

- Обязательно передам. Пока, до встречи!

Мариса легко выскочила из машины Джины и прямиком направилась к себе. У крыльца особняка стоял всего один автомобиль - машина Криса. А значит, пока все складывается довольно удачно. Крис дома, а отец еще не вернулся из поездки. Возможность поговорить будет. «Главное, чтобы Крис был в хорошем настроении...».

К несчастью, надежды девушки не оправдались. Крис не был в хорошем настроении, а услышав о безумных планах сестры сменить карьеру, он выплеснул на нее всю свою усталость и накопившееся раздражение за последние месяцы напряженной работы.

Мариса от отчаяния готова была разреветься.

- Но почему? Почему, Крис, вы не хотите с отцом меня понять? Это не блажь моя! Это серьезно! Меня утвердили! Да ты хоть представляешь, сколько было претенденток на эту роль? И Джину взяли! Мы столько времени к этому шли!

- Мариса, мы это уже проходили, тебе мало первого неудачного опыта? Да ты пойми! Ты убьешь этим отца. Он рассчитывает на тебя. Ему нужны доверенные люди, на кого он может положиться. Ты же знаешь, тебя ждет место в одной из его лабораторий. И не менее звездное, чем твои киношные ролики. Многие ученые с мировым именем могут претендовать на эту должность, а он...

- Вот пусть и занимают мое место. Я не хочу быть врачом, Крис! Не хочу!

- Поверить не могу, что слышу такое от человека, который всего через неделю защищает дипломную работу магистра медицины!

Девушка, глотая слезы и не пытаясь оправдываться, вымолвила:

- Мне тоже с трудом верится, что я смогла так далеко зайти. Крис, я рассчитываю на твою помощь.

- И совершенно напрасно! Я не считаю профессию актрисы серьезным занятием для молодой девушки. Подумать только - сестра будущего Президента Саргонда - актриса! А если фильм провалится? Вспомни свой первый неудачный дебют. Да и второй тоже! Ну? Что потом? Ты реально задумывалась, что будет дальше?

- Крис, как ты можешь? Я к тебе пришла за помощью, как к родному брату, а ты?

- Я знаю, что говорю. Ты себе выбрала профессию не для девушки из обеспеченной семьи, и боюсь, что у отца реакция будет еще острее. Знай, что я на его стороне. Выдать тебя я не выдам, и раньше покрывал. Но выпутывайся сама.

- Что же мне делать, Крис?

- Что хочешь. Через полторы недели у меня выборы. Постарайся хотя бы пока без скандалов. Лишнее внимание прессы мне ни к чему. Ну а там - разбирайся с отцом.

Крис вышел из комнаты, давая понять, что разговор действительно окончен и никаких «а может быть» быть уже не может. Мариса безвольно опустилась на диван и закрыла лицо руками. Ей хотелось заплакать и выговориться кому-нибудь. Жаль, что некому. Да и с заплаканным лицом она не имеет права показаться на сегодняшней встрече. «Как отец и брат всегда меня учили? Держать лицо, что бы ни случилось? Да, придется делать вид, что все нормально. Проблем и так полно: и в банк надо позвонить, и выяснить, починил ли Мартин машину. Почему она с самого утра отказалась работать? Да, и себя в порядок надо успеть привести. Некогда раскисать!». Девушка заставила себя подняться и заняться делами.

А спустя пару часов всю свою усталость и проблемы на различных фронтах Мариса выплескивала уже на нерадивого, с ее точки зрения, шофера и механика их семьи.

- Послушай меня, Мартин. Если ты сейчас не сделаешь что-нибудь, чтобы моя машина завелась, я не знаю тогда, что я с тобой сделаю! Я тороплюсь. До тебя это доходит?

- Да, сеньорита. Но я не могу выяснить, в чем причина. Я вчера приехал с заправки. Все было в порядке. Что с ней могло случиться за ночь - не могу разобраться.

- Ну так разбирайся поскорее! У тебя был на это целый день!

- А Ваша подруга Джина Вас не отвезет?

- Она что? Мой шофер, или как? Она и так меня весь день сегодня возила. Нет, ей, конечно, не сложно, но у нее с сестрой одна машина на двоих, и на сегодняшний вечер машина занята. А Джина меня ждет. И такси вызвать я не могу. У меня с карточкой банковской проблема. И наличные закончились. А кататься сегодня много. Все одно к одному!

Мариса с силой пнула пучок травы на газоне.

- Мариса Ле Кар? - услышала она рядом женский голос.

- Да. А Вы кто? Вы из банка?

Мариса несколько неприязненно оглядела с ног до головы подошедшую к гаражу молодую женщину.

- Верно, я Анна. Вы со мной разговаривали по телефону.

- Не прошло и года. Вы должны были приехать два часа назад! Я что, должна Вас весь день ждать? У меня тоже могут быть планы! Я тороплюсь на встречу. И еще машина, как назло, не заводится!

- Может быть, я могу Вас отвезти, куда надо? Я на колесах, а в дороге переговорим о делах? У меня весь вечер свободен. Заодно реабилитируюсь за свое опоздание. Мм-м?

- Весь вечер?.. Поехали! Мартин, пока не починишь машину, спать не ляжешь. Ясно?.. Ну, где Ваш автомобиль?.. О, банкиры умеют передвигаться по грешной земле со вкусом?

- Вы бесконечно правы, сеньорита, - в зеленых глазах представительницы банка промелькнул металлический оттенок.

Мариса с важным видом уселась на сиденье рядом с водительским и пристегнулась ремнем безопасности. Банковская служащая села за руль.

- Ну-с. Куда едем?

- Сначала в медакадемию. Мне нужно документы туда забросить. Куда дальше - объясню.

- Поехали, - Джейн завела мотор. - Так какие у Вас проблемы с нашим банком?

- Ха! - девушка высокомерно передернула плечами. - Я надеюсь от Вас это услышать. Почему на моих карточках нет денег? Я ведь продиктовала данные по телефону. Вы выяснили этот вопрос?

- Да. Откройте бардачок машины. Зеленая верхняя папка. Достаньте ее.

Джейн бегло бросила взгляд в зеркало заднего вида: «хвост», как и ожидался, на месте. Она щелкнула каким-то приборчиком рядом с рулем. «Ничего не поделаешь, ребята. Будете подслушивать только радиопомехи. Разговор у нас предвидится не про Вашу честь».

Мариса нетерпеливо развернула папку. Углубилась в чтение замысловатых цифр, просмотрела один лист, второй, третий.

- Что это? Тут... все по нулям? Этого не может быть, здесь какая-то ошибка. У нас очень много денег... Куда же они девались?

- О! Вообще-то это секретная информация, банк не уполномочен ее разглашать. Но я не всегда храню доверенные мне секреты. Возьмите еще одну зеленую папку, Мариса. Там все расходные операции по Вашим счетам и счетам Вашей семьи. Все, какие Вы успели провести до электронного кризиса.

- Мы успели провести? - девушка еще более недоуменно вглядывалась в новые цифры. - Мне эти номера счетов ни о чем не говорят. Здесь какая-то опечатка или что-то другое. Моего отца на прошлой неделе не было дома, да и Крис не мог перекинуть свои деньги на чужие счета. У него же предвыборная кампания! Его без конца проверяют налоговые органы. Крис говорит, что его финансы теперь как никогда должны быть прозрачны.

- Могу Вас уверить, Мариса, - Джейн усмехнулась, - что именно теперь, как никогда, они стали прозрачными для всех налоговых органов.

- Бред какой-то. Ха... но... это же мой счет! Я не давала никаких поручений банку о списании сумм! Это точно!

- Может быть, кто-нибудь другой дал это поручение вместо Вас? - Джейн оторвала взгляд от дороги и холодно посмотрела на пассажирку.

- Как это?

- Очень просто.

Джейн вновь вернулась глазами на скоростную трассу.

- Допустим, кто-нибудь из Вашей семьи, скажем, Ваш отец, Мариса, задолжал кому-нибудь крупную сумму денег. Настолько крупную, что она превышает все Ваше состояние, задолжал и не отдает. Как можно с него получить эти деньги?

- Получить деньги? Ну... Цивилизованные люди обращаются в суды. Но я не понимаю, к чему Вы клоните?

- Имейте терпение, Мариса. Да, можно обратиться в суд. Но согласитесь, ситуация нелепая. Чтобы обратиться в суд, надо заплатить, и заплатить немало. Плюс Вашему отцу придется расплачиваться с юристами, причем расплачиваться не своими деньгами, а как раз теми, что должен вернуть. Волокита, одним словом. Волокита и убытки. Есть способы дешевле.

- Какие, например?

- Например? Например, криминальные. Масса способов. Деньги можно отобрать хитростью, можно - силой или угрозами. Да, человека можно запугать, можно похитить кого-нибудь из близких ему лиц и потребовать выкуп... Криминальные способы неиссякаемы. Представьте, Мариса, Вас похитят. Что, Ваш отец откажется заплатить за Вас выкуп?

- Меня? Выкуп?

- Ну, для примера, - Джейн звонко рассмеялась.

- Мне не понятен Ваш юмор.

- Да, многие отмечают, что у меня черный юмор. Не бойтесь, я Вас не похищаю. В Вашем случае, как можете достоверно убедиться, кредитор пошел замысловатым, но безопасным путем. Он вернул себе все деньги парой нажатий на клавиши. Просто, как снег зимой. Документы в Ваших руках это подтверждают.

- Это невозможно. Длинные пароли, уровни защиты...

- О! Для дилетантов. Вы думаете, целых пять дней всех сотрудников банка лихорадило просто так? Это было реальное нападение на систему. И оно прошло успешно. Целью были не сокровища банка, целью были Ваши сбережения. Пока уровни защиты были блокированы вирусом, Некто взломал пароли и - тю-тю! Доказательств электронных мошенничеств и счетов тех Вы уже не найдете. Нет у Вас денег, Мариса. Примите это как должное.

Мариса откинулась на спинку сиденья, обдумывая все только что услышанное. Отсутствие денег на счету у ее отца и у Криса ее мало задело. Но вот то, что у нее нет нисколько! Не может быть, чтобы такое случилось с ней. Слишком много «почему» и «зачем»... Какое-то внутреннее беспокойство прервало череду нахлынувших мыслей.

- Куда мы едем?

- Пока никуда. Мы только что выехали на объездную дорогу. За нами «хвост». Видите в зеркале? Синяя «двухсотка» и неприметный «стакан»? От самого Вашего дома нас пасут.

- За нами следят? Кто? - девушка обеспокоенно завертела головой в разные стороны.

- Не за нами, а за Вами, Мариса. Вся Ваша семья под плотным колпаком Интерпола уже две недели. И ваш дом, и транспорт, и служебные помещения. Вот почему Ваша машина «случайно» сломалась и мы едем на моей. Здесь мы можем спокойно поговорить, не опасаясь, что нас подслушают.

- Э... Вы работаете не в банке? Интерпол? Вы сказали, что за нами следят из Интерпола. Вы работаете на Международную полицию?

- Нет. Если бы я на них работала, я бы от них не пряталась. Ну вот, и этот потерялся тоже, - Джейн почти промурлыкала, глядя в зеркало заднего вида на сложную сетку пригородной трассы. - Теперь можно и в город двигать, по другой дороге. Не люблю, когда по пятам едет кто-то.

- Кто Вы?

- Кто я? - переспросила Джейн, готовясь раскрыть свои карты. - Кто я? Вопрос простой - ответить сложно. Скажем, я один из многочисленных кредиторов твоего отца. Кредитор, который желает получить, если не все, то хотя бы часть из причитающегося мне. Причем хотелось бы получить это поскорее, до того, как твой отец сядет пожизненно в тюрьму. Или его усыпят, по новой системе наказаний. В предвыборной кампании твоего брата ведь значится такой пункт, как восстановление смертной казни за особо тяжкие преступления? Что-то я такое читала. Мол, хватит налогоплательщикам нести бремя содержания опасных преступников. Хотя меру наказания, конечно, определит суд.

- Опасных преступников? Мой отец - опасный преступник? Что за бред Вы несете? Да Вы хоть представляете, что за человек мой отец? Да он...

- Очень даже хорошо представляю, Мариса. Каждый раз, как вспомню, так вздрогну. Красную папку из бардачка машины достань.

- Зачем?

- Не зачем, а достань. Открой ее. Это оперативное дело на твоего отца одной из спецслужб. Разумеется, копии. На оригиналах уже стоят печати Международного уголовного трибунала. То, что за вами началась такая плотная слежка, подтверждает, что до ареста осталось совсем чуть-чуть. Оперативники просто выясняют все связи твоей семьи. Ты почитай лучше, в чем его обвиняют.

Джейн съехала с трассы на грунтовую дорогу, заехала за деревья, и остановила машину. Открыла дверцу и вышла на улицу. Теплый ветер приятно обдувал лицо. Спешить некуда. Мариса вряд ли поедет сегодня в медакадемию. Не каждый день узнаешь, что любимый и дорогой тебе человек виновен в гибели такого количества народу.

- Я Вам не верю! - в штыки встретила Мариса, когда Джейн снова села в машину. - Все ложь! Ложь до последней буквы! И... и я с Вами никуда не поеду! Как расстегивается этот ремень? Я хочу выйти. Как его расстегнуть? - девушка судорожно задергала ремень безопасности, но он ни на миллиметр не поддался. Попыталась открыть дверь или окно - тоже безрезультатно.

- Здесь все открывается, только когда я этого хочу. А я сейчас этого пока не хочу. Мы не закончили нашу беседу,- Джейн откинулась на спинку сиденья и вполоборота развернулась к пассажирке.

- Беседу? Мне не о чем с Вами разговаривать! Выпустите меня немедленно! Выпустите - или я закричу!

- Кричи, мы в лесу, одни, далеко за городом.

- Вы, да Вы... - Мариса схватила свой телефон и нервно стала нажимать кнопки.

- Тоже напрасные хлопоты. Мы вне связи, временно отрезанные от всего мира. Видишь этот приборчик? - Джейн показала на маленькую коробочку рядом с рулем. - Благодаря ему агенты Интерпола нас и потеряли. Он глушит все волны.

Джейн вытащила из-под сиденья бутылочку с водой и несколько пренебрежительно спросила у Марисы:

- Пить будешь?

- Нет!!!

- Как хочешь. Жарко, - она отвинтила крышку и прильнула губами к бутылке с прохладной водой.

- Что Вам от меня надо?

- Поговорить.

- Поговорить? Поговорили уже! Я не верю тебе. Не верю ни одному твоему слову, ни одной написанной здесь букве не верю! Слышишь меня?

- Даже лучше, чем ты думаешь, Мариса. Так что незачем кричать. Ты спрашивала, кто и почему за вами следит, я тебе ответила. Ответила, потому что достоверно об этом знаю. Ты спрашивала, как уплыли ваши деньги, я тоже тебе рассказала. Рассказала, потому что сама организовала переброс ваших денег со счетов и все эти заморочки с электронным вирусом. Все ваши сбережения уже несколько дней как получены и приняты различными благотворительными организациями. Тебя ведь это волновало несколько минут назад? Вопросы задавала ты, так что без обид, пожалуйста. Интересней жить в неведении, сделай вид, что мы не общались и ты не видела никаких бумаг.

- И сделаю! Это все подделка! Фальсификация! Вранье!

- Твоя реакция вполне объяснима. Не верить чужим людям - это нормально. Зато отцу своему ты веришь?

- Да! Отцу своему я верю!

Мариса скрестила руки на груди.

- Что и требовалось доказать, - Джейн печально улыбнулась. - В бардачке машины осталась всего одна папка, Мариса. Прочти ее.

- Я не буду больше ничего читать!

- Эту, поверь мне, прочесть стоит. Хоть будешь знать, о чем спросить своего отца при встрече. Этим документам ты не сможешь не поверить. Они трехгодичной давности, но написаны его рукой. Не буду тебе мешать. Побуду на улице. Как прочитаешь - позови.

Джейн снова вышла из машины. Мариса почти три минуты боролась сама с собой, со своей растоптанной гордостью и задетым любопытством. Дрожащей рукой она вытащила еще одну пластиковую папку... Здесь сомнений уже не было. Это был почерк ее отца. И написаны его рукой были не поздравительные открытки.

- Боже мой! - она выронила бумаги и закрыла лицо руками.

- Сожалею, но это правда, - Джейн села за руль, завела мотор и направила машину в сторону города. - А если быть честной, Мариса, то это не вся правда. Это лишь то, что доказали сотрудники Интерпола. То, что они собираются предъявить ему в суде. Малая часть всей правды. Но и этого хватит, поверь, на максимальный вид и размер наказания, - Джейн немного сбавила скорость, не забывая поглядывать в зеркала заднего вида. - У твоего отца не две нелегальные лаборатории. Была еще одна. В ней погибли восемьсот девушек-подопытных и много научного персонала и охраны. В Интерполе об этой лаборатории не знают. Твой отец считает, что уничтожил все улики, но это не так. Есть два живых свидетеля, кто может засвидетельствовать при необходимости этот факт в суде.

- Боже! Почему... почему Вы мне об этом говорите? Кто Вы?

- Я? Я причина всех ваших теперешних и будущих несчастий. Хотя нет, неверно так говорить. Я лишь катализатор. Причина разрушения вашего счастья и благополучия - в вашем отце. Время сеять - время пожинать плоды. Пришло время отвечать по своим обязательствам. И вашей семье придется ох как крупно ответить за все, что он сделал.

- Ответить? Как ответить?

- Очень просто. Можно долго размышлять и философствовать о понятии справедливости, Мариса, только за всю свою историю развития человечество не придумало принципа лучше, чем «око за око, зуб за зуб». Я уничтожу золотую империю твоего отца. Все ваши деньги, драгоценности, награды, премии, вклады, ценные бумаги, имущество - все, что вы имеете - это создано на человеческой крови. Я отберу у вас все до последнего космо. Я уже частично это сделала. Но дальше будет еще интересней, уж поверь, - Джейн злорадно улыбнулась. - Все будет роздано больным и обездоленным. Тем, кто нуждается в этом. Я лишу вас самого дорогого, лишу вас всего. Раздену до нитки и опозорю. Хотя, впрочем, это сделаю не я. Отец ваш уже позаботился об этом. Представляешь, какой будет скандал? Новый Президент Саргонда - сын человека, пачками убивающего людей? А что напишут о восходящей звезде кино Марисе Ле Кар?.. Я буду вашей тенью, кошмаром до конца ваших дней, пока не увижу на его лице искреннее раскаяние. Впрочем, я сомневаюсь, что такой человек, как Карлос Ле Кар способен хоть на какие-нибудь положительные эмоции и чувства, даже ради своих близких. Нет у него сердца - природа обделила. А значит - будете все страдать. Я причиню вашей семье столько боли, насколько хватит моего воображения, Мариса. Вам всем достанется. И неважно, где ваш отец будет к тому времени: здесь или уже в тюрьме. Мне не нужно сострадательное и милосердное правосудие Саргонда. Я уничтожу всех, кто хоть какое-нибудь отношение имел и имеет к опытам на людях. Можешь мне поверить. Так и будет.

- Боже! Я ничего не знала об этом, ничего не подозревала... Но почему? Что он Вам сделал, что Вы его так ненавидите?

- Что сделал? Сущую безделицу. Держал в плену около девяти лет и ежедневно ставил опыты. Тебе не понять этого. Да я и не пытаюсь тебе объяснить.

- Вы... Вы мне так сейчас рассказываете все это, так откровенно... Вы не боитесь, что я кому-то сообщу? Вы меня убьете, да?

Мариса от страха вросла в кресло. С ее лица сошла последняя краска, лишь испуганные глаза с ужасом смотрели на эту красивую и такую жестокую женщину.

Джейн на секунду оторвала свой взгляд от дороги и презрительно обернулась к спутнице.

- Ну, если только ты очень будешь на этом настаивать... Шучу, не падай в обморок, у меня, действительно, черный юмор. Ты часть моего плана, Мариса. Я не боюсь, что ты расскажешь о нашей беседе кому-нибудь. Если это будут твой брат и отец - пожалуйста, они уже ничего изменить не смогут. У вас нет денег не только на хорошего адвоката, у вас на топливо денег нет, чтоб до космопорта доехать. Да и не удрать вам от Интерпола. Если расскажешь полиции - что ж, уголовный трибунал узнает еще про одну секретную лабораторию твоего отца. Ты не поверишь, но свидетели, которые не хотят ворошить прошлое и как-то светиться, вдруг проявят исключительную сознательность и дадут показания. Кто знает? Вдруг случайно выяснится, что и твой брат в чем-то замешан?

- Крис? Никогда в жизни! Он самый благородный человек из тех, кого я знаю!

- Да, об отце ты тоже так говорила полчаса назад. Я не утверждаю, что твой брат в этом участвует. Он слишком занят политикой. Но то, что он знает об этих экспериментах и покрывает вашего отца, что он проталкивает его проекты и выбивает на них деньги - это даже не вопрос. Поинтересуйся у Криса на досуге, как это он так быстро, молниеносно я бы сказала, всего за год изучил восемь иностранных языков и кучу боевых искусств? А? Где это проходят такую универсальную стажировку будущие президенты? И почему после этого он болел полгода? Или больше болел? Методика, применяемая при таком обучении, опасна для здоровья неподготовленного организма. Узнай у брата, почему тебе нельзя этому научиться? И вообще, почему сейчас уже этому не учат? Какие отговорки он найдет? Поинтересуйся, Мариса, какую работу тебе хотели доверить в лаборатории твоего отца... Мне все равно, расскажешь ты им или нет. Они меня не остановят. А ожидание смерти хуже самой смерти. Я буду только рада, если ты сможешь доставить им лишние неприятные минуты. Ты вправе так поступить. Так, как поступила бы хорошая и любящая дочь - встретить плечом к плечу удар судьбы вместе со своей семьей.

- Вы сумасшедшая...

- Нет. Я предлагаю тебе сделку, другой вариант событий, Мариса.

- Сделку?

- Да. Я изучила документы Интерпола, прослушала ваши разговоры. Ты неплохой человек, Мариса. И у тебя впереди длинная, но, дай Бог, честная дорога. С нуля начинать трудно, но лучше с нуля, чем пытаться отмыться от грязи. Я предлагаю тебе уехать. Сегодня-завтра. Без объяснений и переговоров с семьей. Уехать с поля боя до того, как здесь все начнется. Пусть это некрасиво и выглядит как предательство. Но этим ты спасешь себя и избавишь меня от лишних хлопот.

- Уехать? - растеряно переспросила она. - Куда?

- Мне без разницы. Можешь уехать к своей мачехе на Зеленую Луну, можешь на все четыре стороны. Условия два: никаких объяснений и никаких средств из дома с собой. Решать, конечно, тебе. Но я советую именно этот вариант. Отцу ты уже все равно не поможешь. Ему в любом случае будет больно. А себя спасти еще успеешь. Так что беги отсюда.

- Бежать?.. Я никуда не побегу! Вы не запугаете меня!!! Я не боюсь Вас, слышите? Вы... Вы просто ненормальная, Вы не человек, Вас надо...

Джейн затормозила машину так резко, что будь Мариса не пристегнута ремнем безопасности - вылетела бы через лобовое стекло.

- Ненормальная, говоришь?

Она повернулась в сторону напуганной девушки. На ее лице было написано столько злости, столько ненависти - и вместе с тем боли и страдания, что Мариса резко замолчала, испугавшись этих холодных зеленых глаз на бледном лице.

- Ненормальная? Да, это так. Твой отец сделал меня такой. Я расскажу тебе, Мариса, как я жила почти девять лет в плену у твоего отца! Не знаю, способна ли ты сейчас меня услышать и понять, вряд ли, конечно. Ты можешь сказать, что у тебя была юность и молодость, а я не могу. Все, что я видела - это лаборатория твоего отца! Моя комната была чуть больше этого автомобиля: три матовых стены, мягкий свет с потолка и прозрачная стена в коридор, за которой охрана. Точнее, не стена, а ее отсутствие. Все пространство с потолка до пола пронизано сеткой прозрачных лучей. Видно все, включая камеру напротив, с такой же пострадавшей девушкой, как и я. А вот выйти нельзя. Лучи бьют не смертельно, но так эффективно, что от болевого шока теряешь сознание на несколько часов. За девять лет плена мне удалось пройти через этот заслон и не отключиться лишь около пятнадцати раз. Но наказывалось это очень сурово. Я не знаю, сбилась со счета, сколько раз за девять лет я предпринимала попытку бегства. Не скажу сейчас. Но шансов не было.

Джейн перевела дыхание:

- Каждый день эксперименты! Каждый день, Мариса, порция боли. Каждый день на «Парнасе» были трупы. Девушки, такие же, как я, такие же, как ты! «Расходный материал», по терминологии твоего отца. Сама видела в бумагах. Твой отец, часто прохаживаясь по этому длинному коридору, говорил с издевкой: «Девушки, вам всем предоставлен выбор: стать лучшими из лучших и пройти наши тесты и эксперименты - или подтвердить свою несостоятельность». Я прошла эти тесты, Мариса. И он ответит мне за каждый из них, персонально! Я твоему отцу предоставлю такой выбор!.. Ты говоришь, я ненормальная? Да, многие сходили с ума. И я им завидовала! Им было уже все равно, что с ними делают. Но это счастье на мою долю не выпало. У нас не было никаких прав. Ни на что!!! Мы не могли даже друг с другом общаться. Круглосуточное наблюдение камер да охрана. Нет, мы, конечно, изобрели несколько способов общения: жестами, взглядами, когда не в фокусе камеры... Вот она - наша молодость! Ты говоришь, я не человек? А мы не были людьми в той лаборатории. У нас не было права на жизнь. Не было, понимаешь? Но у нас и не было права на смерть. Мы не могли даже покончить жизнь самоубийством, потому что участливые вездесущие врачи нас тут же реанимировали. Представь себе такую жизнь, Мариса! Представь хотя бы на секундочку!

Дочь Карлоса еще больше вдавилась в кресло. Ей с каждой минутой становилось все страшнее.

Джейн продолжила:

- Моя подруга по несчастью, Дора, так звали девушку, что жила напротив моей камеры, сломалась после четырех лет экспериментов. Она попросила меня, чтобы я помогла ей уйти из жизни, - Джейн шумно выдохнула и зашарила рукой под сиденьем машины в поисках бутылки с водой. - Сделать это самому себе нереально. Кругом камеры. А вот чтобы другой помог - это вариант. Мы в то время осваивали по новым методикам твоего отца различные боевые искусства. Те самые, что в малой части освоил твой брат. Сначала сражались с инструктором и охраной, потом, когда наш уровень мастерства превысил все их ожидания, чтобы не калечить персонал, нас заставляли сражаться друг с другом. Вот это и был вариант. Одной надо было просто ударить чуть-чуть посильнее в опасную зону, а другой - не блокировать этот удар. При правильной технике о реанимации речи уже не идет. Быстро и просто.

Джейн наконец-то нашла бутылку с водой и отвинтила крышку. Вода пришлась как нельзя кстати, не только для пересохшего горла, но и для нервов. Она заметила, как у нее мелкой дрожью подрагивают пальцы рук. Столько времени прошло. «Прав был Лен, когда говорил, что память помнит».

- Боже мой! Вы... Вы убили свою подругу?

Джейн завинтила крышку у бутылки и зашвырнула ее на заднее сиденье машины. Завела мотор и медленно поехала по трассе, сосредоточившись на пестрой полосе дороги. На горизонте показался город. Шумный и праздничный. Каменная маска снова была на ее лице. В голосе - холодное безразличие.

- Я согласилась сначала. Жить в тех условиях было невозможно, я сама была на той же грани, у самой черты. И была бы благодарна тому, кто бы сделал это для меня. Но потом, когда мы пошли на бой, я поняла, что не смогу. Не смогу - и все. Я притворилась, что у меня начались колики в животе. И так тогда перенервничала, что меня реально скрутило. Видя, что я не симулирую, меня отправили в медпункт, а спустя еще минут пятнадцать принесли туда и Дору. Я только потом узнала, что произошло. Поняв, что я ей не помощник, и видя, что персоналу пока не до нее, она разбежалась и бросилась вниз с лестницы. Бои проходили на верхнем ярусе нашего корабля. Лестница на средний ярус была недалеко, она не высокая, ступенек двенадцать, но очень крутая. Дора рассчитывала сломать себе шею - и, действительно, сломала позвоночник в двух местах. Ее парализовало, она даже и говорить не могла. Из эксперимента она, понятно, выбыла, но ее тело служило на благо открытий и международных премий твоего отца еще около трех месяцев. А потом он перевел ее в другую лабораторию, на трансплантацию органов и тканей. Решил, так сказать, разобрать на запчасти.

- Ужас!!!

- Ты утверждаешь, что я не человек, Мариса. Не буду с тобой спорить. Я не знаю этого. Наверно, нельзя жить в таких условиях и оставаться человеком? Нас там было восемьсот девушек. До конца эксперимента дожили шестеро. Да и тех его люди потом убили. Посчитай, сколько судеб он искалечил, посчитай и взвесь, какова цена тех немногих благородных открытий, что он сделал. А это речь только об одной лаборатории. Вот эти две, которые сейчас под колпаком Интерпола, я не знаю, что в них. Но думаю, там не лучше, - Джейн остановила машину. - Мы приехали, Мариса, вылезай.

- Куда?

- Домой. К тебе домой. Не повезу тебя до медакадемии. Настроение уже не то - кататься по городу. Справляйся как-нибудь сама. Я очень надеюсь не увидеть тебя на поле боя. Пощады не будет - железно. Обдумай мое предложение.

Джейн нажала какую-то кнопку, и умная автоматика тут же разблокировала ремень безопасности и дверцу со стороны пассажира. Мариса осталась на улице перед своим домом одна. Джейн медленно поехала в сторону центра. Рука нашарила в кармане телефон.

- Алло, Лен, как у нас дела?

- Все в порядке, Джейн. На Марте он сел на прямой рейс до Саргонда. Тут уже без пересадок и без связи. У тебя полторы недели. Успеешь?

- Да. Давай возвращайся. Я жду тебя. Ты успеешь приехать раньше его прибытия?

- Конечно, я лечу сверхскоростным. Приеду на четыре дня раньше его. Это будет нормально?

- Да. Отлично!

- Джейн, я тоже это время буду без связи. У тебя-то как дела? Точно все под контролем?

- Все по плану, Лен. Порядок. Жду тебя.

- Соки, воды, мороженое, выпечка! Не желаете, сеньорита, чего-нибудь?

- Нет, спасибо.

Мариса отрешенными глазами посмотрела на продавца. Глупо было ставить передвижной фургон-кафе в их районе, на их улице. Вряд ли здесь у продавца есть какая-то прибыль. Люди высшего общества, как их семья, не питаются в таких условиях, да и их соседи тоже. Если только... «Конечно. Эта женщина права во всем. Никакой это не продавец, а агент Интерпола, следит за нашим домом. Как она сказала? «Просто, как снег зимой». Да. Кафе это появилось здесь около двух недель назад. И соседи странные поселились справа от нашего особняка тоже приблизительно в это время».

Девушка направилась по дорожке к своему дому. «А еще приходили устанавливать новую сигнализацию. Вот тогда, наверно, они и нашпиговали комнаты подслушивающей техникой. А охрана ничего и не заметила». Мариса медленно поднялась по ступеням, как бы не решаясь зайти в дом. Иногда мир рушится в одночасье. И ты понимаешь, что ты ровным счетом ничего не можешь сделать.

- Мартин! Ты меня слышишь? - позвала она шофера.

- Ох, добрый вечер, сеньорита. Я не ждал Вас так рано, - запыхавшийся шофер вбежал в гостиную. - Ничего не случилось? Ваша подруга Вас потеряла, говорит, Вы не приехали на встречу, и телефон у Вас молчит. Она и Вашему брату несколько раз звонила. Мы волноваться начали.

- Все в порядке, Мартин. Джине я сейчас перезвоню. Что с моей машиной? Она на ходу?

- Да. Вы не представляете, мне даже техпомощь пришлось вызывать. Это просто мистика: в моторе...

- Мартин, избавь меня от подробностей. Я сейчас уезжаю, ты отвезешь меня. Пойду соберу необходимые вещи. Я быстро.

- Хорошо, сеньорита. Как прикажете...

Мариса походкой усталого человека прошла в свою комнату. «С чего начать? Что взять с собой?». Сколько раз с чувством восхищения и любовью оглядывала она дом. Шикарные предметы обстановки, антиквариат, безумно дорогие сувениры и подарки от ее отца и брата по разным поводам, которые они привозили ей из своих путешествий и командировок. «Все, что вы имеете, - все построено на человеческой крови». Мариса вздрогнула. Плечи ее брезгливо передернулись. Она ничего не может отсюда с собой взять, здесь нет ничего, что на самом деле принадлежало бы ей. Она выложила из своей сумочки телефон, он тоже ей больше не нужен. Разбила копилку: хватит на билет в один конец. Вот и все. Уехать, чтобы никогда не вернуться. Пора в дорогу. Девушка в последний раз присела за письменный стол.

- Мариса?! Мариса, что случилось? Ты нас всех перепугала. Я места себе не нахожу! Где ты была? - Крис стремительной походкой ворвался в ее комнату. - Джина тебя чуть ли не в розыск объявляет по всей планете. Я даже свою встречу отменил, ищу тебя! Почему не отвечаешь на звонки?

- Уронила телефон, он не работает. Ты совершенно напрасно волновался, Крис. Все в порядке. Если поторопишься, то еще успеешь на свою встречу.

- Ну да! Их сейчас соберешь всех, кажется. Да и поздно уже, на улице совсем стемнело. Где ты была? Джина говорит, ты не приехала на встречу с вашим этим... как его, продюсером?

- Да, у меня планы изменились.

- Вот как? Раздумала сниматься в кино?

- Да, - равнодушно бросила девушка.

Удрученный вид сестры привел Криса в замешательство.

- Да? Мариса, ты прости, я накричал на тебя утром. Мне не следовало так говорить. Но ты делаешь, безусловно, правильный выбор. У человека должна быть серьезная профессия, и карьера врача...

- Мое мнение о карьере врача не изменилось. Врачом я не буду. Не надо поднимать эту тему заново. Я взрослый, совершеннолетний, разумный человек. И я сама определяю свои поступки. Мне сейчас некогда, Крис. Извини.

- Мариса, ты не заболела?

- Нет, я в норме. Устала немного от сегодняшней беготни. Отец не звонил? Когда приезжает?

- Завтра утром. Точнее, сегодня ночью. Просил, чтобы Мартин его встретил. Говорит, возникли какие-то проблемы с банковской картой.

- Да, мне это знакомо... Мм-м. Я уезжаю, Крис. По делам. Надолго. Хотела оставить вам записку, но раз ты здесь, то писать ничего не буду. Передашь отцу, чтобы не волновался. Ольге тоже привет передавай. Она уже, наверно, спать легла. Я ее тревожить не стала.

- Куда уезжаешь? По каким делам?

- Не могу тебе этого сказать. Извини. Мне пора. Мартин в машине ждет.

Крис не на шутку встревожился:

- Нет-нет! Даже и не думай! Пока не узнаю, куда это ты собралась на ночь глядя, я тебя не отпущу. Я тебе как-никак брат! Что это еще за дела ночами?

- Я взрослая, Крис, и отчитываться не собираюсь. Скажи спасибо, что вообще предупредила.

- Куда уезжаешь? Где тебя искать, если что-то с тобой случится?

- Со мной, Крис, уже ничего не может случиться. Искать меня не надо. Как где-нибудь осяду, так сразу позвоню. Пропусти меня.

- Даже и не думай! Мариса, ты не переступишь порога этой комнаты, пока я не пойму, что происходит. Что значит - где-то осядешь? Ты разве переезжаешь?

- Да, я здесь больше не живу. Не задерживай меня, - дочь Карлоса подошла к дверям и попыталась проскользнуть мимо брата.

- Так, понял: у нас проблемы. Мариса, я готов тебя выслушать и помочь всем, чем могу. Я ведь тебе родной брат! То, что было утром, это было давно. Забудь. Ты можешь на меня рассчитывать, даже если мне придется лично объяснять нашему отцу, что карьера врача - это не для тебя, а ты - прирожденная актриса. Ну, что случилось?

- Объяснений не будет, Крис, я же сказала. Я ухожу. Дай мне пройти, не дави на жалость. Не заставляй вылезать через окно! Мне наплевать, что подумают соседи, но я не в настроении балансировать на карнизе. Пропусти сейчас же!

Девушка попыталась силой выпихнуть своего крепкого братца из дверного проема, где он прочно обосновался, услышав о безумной идее Марисы. Мысль оказалась не очень здравой. Силы объективно были не равны. В завязавшейся братской драке Крис крепко схватил сестру в охапку, не давая ей возможности исцарапать ему лицо, и пытался ее еще хоть как-то образумить:

- Мариса, умоляю тебя! Все это больше похоже на истерику, чем на какое-то обдуманное решение. Прошу тебя, успокойся. Пойдем, попьем чаю, поговорим. Решим все проблемы. Пожалуйста, не буянь! Мариса, не испорти мне внешность, у меня дебаты через три дня, мне на публике выступать.

Девушка почувствовала, как в свинцовых объятиях брата она не просто не может двигаться, а даже дышать. Силы ее совсем оставили, сказалось напряжение последних суток. Сознание куда-то поплыло, и она провалилась в глубокий обморок.

- Крис! Что с ней? - прибежавшая на шум супруга Криса, Ольга, молодая женщина, будучи уже на большом сроке беременности, застыла в дверях, как вкопанная.

- Не знаю, Оленька. Это обморок. Неси аптечку быстрее, - Крис бережно поднял тело сестры и перенес на диван. - Черт, я ее чуть не задушил. Ничего не понимаю, Ольга, что здесь было без меня?

- Ничего, Крис. Правда, ничего. Я и не слышала, как и когда она вернулась.

- Ясно, разыщи Мартина и тех из слуг, кто сейчас дома. Надо всех расспросить, кто и что знает. Я поставлю ей успокоительное, пусть поспит немного. Утром приедет отец, разберемся.

Утром за обеденным столом повисло тяжелое молчание. Карлос и Крис удрученно переглядывались между собой. Их ночные допросы слуг ничего не дали. То, что Мариса собралась уходить из дома, для всех было новостью. Никто ничего не мог пояснить. Телефон девушки был исправным. Почему она не брала трубку в течение всего вечера и где была - оставалось загадкой. Что же ожидать от нее сегодня? Ольга тоже молчала, предвидя семейные неприятности. Характер у ее свекра - не из легких. Лучше не вмешиваться, отмолчаться, чтобы взрывной волной не задело. Вышколенная годами службы в этом доме прислуга, подавая завтрак, также ходила по струночке. В воздухе чувствовались разряды надвигающейся грозы.

- Доброе утро! - Мариса в строгом черном костюме спустилась по лестнице и присела на свое место за стол. - Паке, принеси мне прибор. Я голодная, - обратилась она к одному из слуг. - Как добрался, папа? Как твоя поездка?

- Так себе, - процедил Карлос сквозь зубы, пристально глядя на дочь. - Добрался без приключений, а вот по работе неприятности. В одной из лабораторий разом полетели все компьютеры. Как раз в той, где мы проводили национальный проект по изучению гормонов. Конечно, вся информация дублировалась, но я даже представить не могу тот объем работы, который теперь придется выполнить. После выборов Криса снова придется туда ехать. Еще и с банковской картой какие-то сложности. Мартин сказал, у тебя тоже проблемы с карточкой? Ты вчера ездила в банк?

- Нет, из банка женщина сюда приезжала, мы разобрались. Позвони им, пусть приедут, удобный сервис... Спасибо, Паке, я сама себя обслужу. Мартин еще не встал? Разбуди его, мне нужна машина. Отвезет меня в космопорт, у меня через два с половиной часа рейс. Я забронировала билеты по телефону.

- Хорошо, сеньорита. Я передам ему, - слуга поспешил ретироваться.

- В космопорт? Ты куда-то уезжаешь?

Карлос и Крис переглянулись.

- Да. Разве Крис тебе еще не доложил? - Мариса презрительно посмотрела на брата и снова перевела взгляд на отца. - Я переезжаю, папа.

- Переезжаешь? Куда?

- На Зеленую Луну. Первое время поживу у Селены. Я позвонила ей. Она сказала, что я могу приехать в любое время и пожить столько, сколько требуется. Потом заработаю на собственное жилье.

- У Селены? Мариса, ты ничего не хочешь объяснить? За то время, что Селена жила здесь, с нами, ты с ней и двумя предложениями подряд ни разу не перемолвилась. А теперь, когда у нас с ней, вероятно, все кончено и я готовлю бумаги на развод, ты вдруг заявляешь так спокойно, за завтраком, что уезжаешь жить к своей мачехе? Что происходит?

- Ничего из того, о чем ты подумал, папа. Просто других знакомых на Зеленой у меня нет, а она была довольно любезна, согласившись на мою просьбу... А ты действительно решил с ней развестись?

- Да, решил.

- Надеюсь, твое решение на мне никак не отразится. Хотя, если честно, развод для вас - это лучший вариант. Не затягивай с этим вопросом, папа. Вы не пара друг другу.

- Мариса, с Селеной я сам разберусь. Почему ты уезжаешь?

- Потому что я так хочу, - девушка притянула к себе горячий кофе. - Должны быть какие-то причины?

- Да, должны быть. И я их не вижу. У тебя через неделю защита дипломной работы.

- Я бросила учебу, папа, извини. Я не хочу быть врачом. Не хочу и не буду.

Карлос и Крис опять переглянулись. Перед ними сидела совершенно другая Мариса. Мариса, которой они до сих пор не знали.

- Крис рассказал мне о твоем увлечении кино. Ты уезжаешь на съемки?

- Нет.

- Мм-м... и чем будешь заниматься на новой для тебя планете?

- Пока не придумала. Найду работу. Поступлю учиться в театральный вуз. Дальше будет видно.

- Дочь, я не понимаю, в чем дело, и я не могу тебя отпустить неизвестно куда и непонятно зачем, - Карлос нахмурился. - Я твой отец, в конце концов!

- И что? Посадишь меня на цепь? Или тоже вколешь успокоительное, как твой сын? - Мариса снова презрительно посмотрела на брата. - У врачей это принято - так решать свои проблемы?

- Мариса, о чем ты? Крис говорит, что у тебя вчера была истерика, ты даже упала в обморок.

- Да, после того, как он меня чуть не задушил. Я уезжаю. Мне пора. Как доберусь до места, позвоню. Не переживайте напрасно... Ольга, береги сына. Побольше спи, копи силы, они тебе понадобятся.

Девушка впервые за все утро улыбнулась и встала из-за стола.

- Мариса, прости меня за все! - Крис с надеждой обратился к сестре. - Но почему именно сейчас? У меня через неделю выборы! Ты еще не успеешь доехать до космопорта, а журналисты расскажут всем что-нибудь вроде того, что мы тебя выгнали из дома! Ты же знаешь эту публику!

- Не переживай, Крис! Я скажу всем, что поехала с важной Президентской миссией. Желаю победы!

Она еще раз оглянулась в дверях на свою семью, дом, близких и любимых людей.

«Крис! Старший брат, помощник, опора и советчик. Извини, что не могу ничего объяснить! Это условие сделки, которую я принимаю. Прости меня за мои мысли, но самый лучший вариант развития событий - это твой проигрыш на выборах. Проиграй, Крис! Прошу тебя! Это будет слишком жестоко, если ты окажешься виноватым в казни собственного отца! Твоя программа изменения системы наказаний не должна вступить в силу! Не должна, Крис! Я люблю тебя, но сейчас позорно бегу. Простите ли вы когда-нибудь меня - я не знаю. Но я не хочу носить на себе грязь отца! Не такую! Если бы ты знал, Крис! Ты бы понял. Он нам обоим сломал жизнь. И Ольги это коснется, и вашего ребенка. Это ты еще не в курсе, что и у тебя денег нет. Как вы будете решать эту проблему? Если бы отец знал, что он для нас делает!».

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ(2)

Мариса посмотрела на своего отца - человека, которого она любила и уважала. Посмотрела на человека, которому старалась подражать с самого детства; на человека, который разрушил всю ее жизнь, ее планы, мечты и надежды. Такой сильный и благородный, на деле он оказался чудовищем, монстром, рядом с которым даже страшно находиться. Мариса посмотрела на человека, от которого пахло не только деньгами и властью. Она только сейчас поняла, что от него пахнет смертью.

Девушка прошла к выходу и молча закрыла за собой дверь. В этот дом она уже никогда не вернется.

- Отец! Ты что, ее отпустишь?

- Да, Крис. Не бойся, вернется. Очередная детская блажь. Растут дети, растут игрушки. Тяга к путешествиям, бывает. Один раз жизнь стукнет - прибежит. Куда денется? Пусть едет.

- Я не согласен, отец. Мне кажется, что-то случилось.

Карлос отмахнулся.

- Не преувеличивай. Тебе сейчас надо думать не о семье, а о социальной программе всей страны. Ну и о предстоящих дебатах, конечно. Твои ребята подготовили тебе речь?

- Да, только я боюсь, что не осилю ее, она огромна. А моя голова сейчас занята совсем не этим.

- Вот и напрасно. Займись подготовкой к дебатам. Чтобы мы тебя с Ольгой в ближайшие дни дома и не видели. Возьми подушку в свой офис и спи там. Ты должен выиграть эту битву.

- Я ее выиграю. Ты видел последние данные? Я опережаю Родоса на двенадцать пунктов!

- Видел. Я даже Андреасу позвонил. Он собирается приехать на твои выборы. Ты достоин этой должности, сын. Именно поэтому тебе сейчас нельзя сбавлять темпы предвыборной гонки. Все проблемы, какие бы ни случились, - все вон из головы. Курс на победу. Да?

- Конечно, папа.

Крис виновато опустил глаза. Он-то чувствовал, что у Марисы что-то произошло. Но помочь ей сейчас у него не было ни времени, ни возможности...

- Крис! Это потрясающе! - команда друзей и компаньонов одобрительно кивала и похлопывала его по плечу. Кто-то успел разлить в бокалы шампанское. Предвыборный штаб гудел от радости и предвкушения новых побед. - Твое сегодняшнее выступление - просто блеск! У нас еще два пункта. Ты порвешь его завтра на дебатах! Он твой, Крис. Быть тебе Президентом Саргонда!

- Спасибо. Но расслабляться рано. Еще четыре дня невыносимого напряжения - и это все закончится. Давайте продержимся эти четыре дня.

- Обязательно продержимся, Крис! Никто здесь и не сомневается. Самое главное сегодня - это выспаться. Ты завтра должен быть самым-самым!

- Только завтра? - Крис засмеялся.

В команде шутка пришлась по вкусу. Друзья уселись на столы и, весело болтая ногами, как ярые футбольные болельщики, закричали по кругу самые невероятные «кричалки» в поддержку друга.

Один из «фанатов» спрыгнул со своего трона и еще раз похлопал Криса по плечу.

- Ты сможешь, Крис. Ты только не волнуйся чрезмерно. Помни, Родос волнуется больше... Тебя отвезти домой, или опять будешь спать в офисе?

- Не знаю. Я обещал Ольге, что сегодня приеду домой, но хочу еще раз прочитать речь целиком. Я с часик поработаю, посижу у себя в кабинете, а потом ты меня отвезешь. Хорошо?

- Хорошо, господин Кандидат в Президенты.

Крис улыбнулся и направился в свой кабинет. Самолюбие его купалось в комплиментах. Вместе с тем, чувство напряжения и тревоги неотступно следовало за ним по пятам, не покидая ни на минуту. Он открыл электронным ключом двери. Замок приветственно щелкнул, впуская внутрь помещения своего хозяина. Крис зашел и включил свет. Все восемь ламп мгновенно вспыхнули и с легким треском погасли. Скачок напряжения вывел их из строя.

- Черт, - Крис развернулся, чтобы выйти и позвать кого-нибудь из персонала по техобслуживанию офисного здания. В темноте работать он не собирался. Однако электронный замок общаться больше не захотел. Напряжение задело и его. - Вот ерунда какая! Придумали технику на свою голову!

Он вытащил телефон, чтобы позвонить друзьям, весело пирующим в противоположном крыле этажа. Но и телефон объяснил своему обладателю, что в помещении нет сети. Возможности позвонить нет.

- Ну и ну!

Кандидат в Президенты развел руками, не зная, что сказать и придумать. В глубине кабинета послышался легкий шорох... Волосы на голове зашевелились сами собой. Крис понял, что он в помещении не один.

- Техника иногда подводит, - прозвучал откуда-то со стороны окна сильный, уверенный женский голос. - Хотя, наверно, реже, чем люди. Верно, Крис?

В лицо кандидату в Президенты ударил сильный луч ручного фонарика...

Карлос сидел в своем кабинете и нервно курил.

- Что со счетами, Паке? - спросил он у вошедшего слуги.

- Плохо, сеньор. Все сроки уже прошли. Звонили из энергокомпании, напоминали о задолженности. Надо платить на этой неделе.

- Нам бы еще продержаться четыре дня до приезда Андреаса. Он выручит. А когда Крис вступит в должность, то получит очень много денег. Да и вообще у него будет неограниченный доступ к финансам. Вот тогда мы и разберемся с нашим банком, пусть попробуют не объяснить мне, когда и, главное, куда я якобы перевел свои деньги! Я им устрою. В ногах у меня ползать будут, - проскрипел Карлос зубами.

- Сеньор, а если Крис не выиграет?

- Выиграет. Главное - ему пока ничего не говори о нашем финансовом положении. Лишние нервы ему ни к чему. Он - наша единственная надежда избежать скандала и поправить свои дела. Пусть считает, что у нас все как обычно.

- Все-то все, сеньор. Но Крис уж очень неразумно тратит деньги. Эти нескончаемые банкеты и разъезды. Я понимаю, это нужно для его команды и предвыборной кампании. Но еще четыре дня такими темпами нам не протянуть, сеньор. Наличности в доме совсем нет. Я ему отдал, как Вы просили, те деньги, которые я выручил от залога в ломбард украшений Марисы и Селены. Но этого мало.

- А домик у Чаяны? Ты его заложил?

- Нет, сеньор. Юрист сказал мне, что кроме Вашей доверенности требуется разрешение Селены. Это ведь подарок ее родителей вам на свадьбу. И ваш брачный контракт...

- Понял, не продолжай.

Карлос встал и прошелся до окна кабинета. Голова болела нестерпимо: может, давление, может, курит много в последнее время, а может - от количества свалившихся на него проблем. Как-то все сразу. Разрыв с Селеной. Проблемы в его личных лабораториях: в одной с электроникой какие-то нелады, с другой связь пропала. Тоже придется лететь, выяснять, что почем. В официальную лабораторию проверка нагрянула. Какие-то умники ходят по коридорам, в каждую дыру нос суют, что-то выискивают. Не продохнуть. Приехал домой дух перевести, а тут - уход Марисы, неработоспособность его банка, а теперь, как выясняется, отсутствие у него на счету денег. На всех счетах! Явно какое-то мошенничество. Но чтобы это доказать, нужно много заплатить следователям и хорошим адвокатам. Карлос знал, что все в этом мире решают деньги. Чем больше денег ты имеешь, тем больше вопросов можешь решить. А тут вдруг в какой-то момент - у него нет денег. Совсем нет! Имущество распродавать он не может - либо навредит избирательной кампании сына, либо нарушит брачный контракт с Селеной. В центральной лаборатории из-за приехавшей комиссии зарплату задерживают. У друзей занял уже у всех, у кого мог - везде по чуть-чуть. Опять же, из соображений не вызвать лишних разговоров и сплетен. Можно попросить помощи у Андреаса. Карлос знал, что его друг не откажет ему в деньгах. Но Андреас приезжает только к выборам Криса, он уже в дороге. Надо бы ему позвонить, но здесь рядом несколько «мертвых зон», связь отвратительная. Остается только ждать. Карлос вздохнул. Решать проблему как-то надо.

- Значит, так. Продашь мою машину. Все равно денег на топливо у меня нет. Я машины меняю часто, удивления вызвать это не должно. Если этого не хватит - что ж, продашь машину Марисы. Она неизвестно когда вернется. Скажем потом, что хотели сделать сюрприз - купить новую. Главное - без шума. Ольге тоже не докладывай. Она может Крису разболтать. Завтрашние дебаты решают все.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Возмездие

Карлос выкуривал сигарету за сигаретой, снова и снова. Прохаживался по пустой задымленной террасе и доставал новую сигарету. Садился за летний столик, глубоко затягиваясь, гасил сигарету и вновь начинал ходить взад и вперед. Не мог он сосредоточиться на том, что ему предстояло обдумать. Не получалось. Голова физически отказывалась анализировать то, что происходит вокруг него. Карлос умел держать удары судьбы. Всегда умел справляться с трудностями. И всегда их преодолевал. Но что-то сейчас было не так. Или трудностей стало слишком много. Или годы уже не те.

Карлос снова зажег сигарету и переместился с ней внутрь дома. Дошел до библиотеки. Постоял пару минут, выдыхая дым на шкафы с умными, старинными, в золотых переплетах книгами, которые, возможно, ранее никто и никогда не открывал. Поднялся до своего кабинета. Загасил сигарету - и тут же машинально вытащил новую. Нет, голова определенно не может понимать всего происходящего с ним.

«Ладно, проблемы на работе - это бывает, у всех людей случаются. Проблема с финансами - тоже жизненно. Никто не застрахован. Дочь ушла из дома. Еще одно неприятное совпадение. Кризис возраста. Тяжело растить дочь без матери. Вот результат каких-то упущений в воспитании. Моя вина, безусловно. Возможно, мало проявлял твердости по отношению к ней. Надо было с ней, как с Крисом - жестче. Ничего, повзрослеет, поумнеет - вернется. Многие родители сталкиваются с подобными проблемами. Но как... Как, черт побери, можно объяснить поведение Криса? Как??? Какая причина могла заставить его поступить так, как он поступил? Снять свою кандидатуру с голосования на пост Президента самой влиятельной планеты Империи хамелеонов? И это в день дебатов! И это тогда, когда он лидировал уже с подавляющим перевесом!!! Когда он должен был победить! Когда он уже почти, без трех дней Президент Саргонда и самый богатый человек планеты! Бросить все, забрать свою жену и уехать! Удрать с планеты! Умотать в неизвестном направлении! Без объяснений и причин! Как это можно понять??? Какая голова это выдержит? Какой отец простит?». Карлос закашлялся и затушил очередную сигарету. «Да, какие легкие это выдержат? Надо меньше курить».

За дверями его кабинета слегка скрипнул паркет. Карлос недовольно посмотрел в сторону коридора и нервно крикнул:

- Паке, я просил меня оставить одного! У вас выходной! Чего бы там важного у вас или у меня ни стряслось, оставь это до утра. Хватит мне на сегодня новостей! Я занят и прошу меня не тревожить!

Он подошел к столу, налил из графина воды в стакан, отпил из него и снова потянулся за сигаретой.

- А Ваша прислуга и не думает Вас беспокоить, сеньор Ле Кар, - звучный мужской голос раздался у него почти за самой спиной.

Карлос вздрогнул и выронил из рук стакан. Упав на мягкий ковер, прочное посудное стекло осталось невредимым. Лишь вода мгновенно нарисовала на теплом цветочном рисунке ковра темное пятно. Карлос обернулся.

- Это правда, Карлос, - Джейн присоединилась к Лену, заходя в кабинет и закрывая за собой двери на ключ. - В доме, кроме нас, никого нет. И мы убеждены, что нам с тобой есть о чем поговорить.

- Вы?! Вы... Как вы... - завидев своих смертельно опасных врагов, он медленно попятился назад. Его ноги и нижняя часть спины уперлись в письменный стол. Руки больше машинально, чем осознанно, зашарили за спиной в поисках оружия. Ничего, кроме бумаг. Потревоженные канцелярские принадлежности друг за другом посыпались на пол. - Вы... Как вы сюда попали?

Карлос продолжал пятиться вдоль стола. Стол наконец-то закончился, и у профессионального врача и убийцы появилась возможность юркнуть за него. Один прыжок - и он уже за мощными дубовыми дверцами, не на линии поражения. Один рывок - и из ящика он выдернет всегда заряженный, всегда готовый для его защиты боевой пистолет. Одно движение... Только вот... Что с ящиком?

Карлос снова и снова дергал за ручку ящика письменного стола. Секунда, две, три... невообразимо долго. Целая вечность прошла. Но тот, словно заколдованный, не поддался ни на миллиметр.

- Он не откроется, Карлос. Он заперт на ключ. Не против, если я здесь присяду? - Джейн с высоко поднятой головой, глядя сверху вниз на безуспешные попытки своей жертвы уйти от возмездия, уселась на стул по другую сторону письменного стола.

Лен встал рядом с ней. Вытащив из кармана маленький ножик, Лен играючи складывал и раскладывал его, вертел между пальцев и контролировал взглядом каждое движение своего бывшего начальника.

- Невежливо не ответить женщине. Не находишь? - Лен сделал угрожающий шаг вперед.

Карлос опять вздрогнул, выпрямился и на этот раз попятился уже к стене. Дойдя до нее вплотную и ощутив не только ногами, но и затылком, что бежать на самом деле некуда, отпустив от себя на мгновение захлестнувшую его панику и ужас, он беззвучно кивнул головой. Сейчас он в их руках. Его жизнь зависит от милости этих двух людей. Но милости ожидать от них он не имеет права.

- Вот. Так уже лучше. Мы с Джейн уважаем сговорчивых людей. Правда, Джейн? - Лен хмыкнул. - Разговор есть один к тебе, Карлос. Не присядешь?

- Н-нет. Нет. Я постою.

- Надо же! Сколько чести и почтения! Очень мило, Карлос. Только я не спрашивал. Я приказывал. Разговор к тебе не на две минуты. Садись.

- К-к-куда?

- Куда? Можешь на пол сесть. Можешь в свое кресло. Пошевеливайся давай. Нам мало радости торчать здесь до утра. Тебе ускорение придать? Помочь? Сам справишься?

- Нет. Не надо. Я сам, - Карлос, словно во сне, медленно отклеился от стены и шаг за шагом дошел до своего кресла, сел за письменный стол. - Можно я попью?

Его рука автоматически протянулась до графина. Он отхлебнул прямо из горлышка и поставил графин на место. На спине тут же проступил липкий и холодный пот. Кажется, только сейчас он начал осознавать, что это - конец. Конец всему.

- Вообще-то я не сказал, что можно, - Лен присел на край стола, по-прежнему играя в руках ножиком и отставляя графин с водой подальше. - Хотя сильно не возражаю. Промочил горлышко? Что ж, приступим к разговору. Начинай.

- Начинать? Что начинать?

- Рассказывать начинай. Облегчи свою душу перед смертью.

- Перед смертью? Вы меня убьете?

- А ты чего-то другого ждешь? Мы похожи на Деда Мороза со Снегурочкой и мешком подарков?

- Нет, я не жду.

Мозг Карлоса заработал на полную мощность в поисках выхода из этой сложной, такой опасной и безвыходной ситуации. Во рту снова пересохло.

- Я... я... что вам рассказывать?

- Не притворяйся дурачком. Общих тем для беседы у нас, сам понимаешь, по пальцам можно пересчитать. В твоем случае хватит одного пальца. «Парнас». Рассказывай. Все - от начала и до конца. Фамилии, цифры, факты. Коротко и конкретно. Все о «Парнасе».

- Все о «Парнасе»? Что - все? Вы же там были. Оба. Все видели своими глазами. Все знаете.

- Не все, Карлос, - Джейн тоже включилась в беседу. - Вопросов очень много. Кто настоящий организатор проекта? Сколько человек приняло участие в эксперименте? Где сейчас все данные по «Парнасу»? Почему ты отдал приказ об уничтожении станции? И вообще - какова была конечная цель нашего обучения? Для каких заданий нас готовили?

- Ни для каких.

- Советую быть более сговорчивым, Карлос, - Лен снова раскрыл ножик и завертел его перед носом ученого. - Мы не любим с Джейн повторяться. Если тебе задают конкретный вопрос, то лучшее, что ты можешь сделать, - это быстро и максимально правдиво дать на него ответ. Чтобы не было здесь никому мучительно больно.

- Я..., - Карлос тяжело сглотнул. - Я отвечаю как есть. Ни для каких заданий мы вас не готовили. Вы - экспериментальный материал, и никому бы и в голову не пришло взять вас на военную службу.

Джейн и Лен переглянулись.

- Как это? Каждый день изнурительная учеба, лучшие учителя...

- Как-как? Просто. «Парнас» никогда не был учебным центром.

- Да ну? Чем же он тогда был?

- Лабораторией, - Карлос неопределенно повел плечами. - Экспериментальной лабораторией по производству и испытаниям лекарственных препаратов.

- Но ведь лекарства были только первые года два, а потом... И какова тогда цель моего обучения? - Джейн снова бросила беглый взгляд на Лена, лицо которого выражало не меньшее удивление, и опять переключила внимание на Карлоса.

- Отвлекающий маневр.

- Отвлекающий маневр? Кого и от чего отвлекающий?

Врач вытер со лба пот. Он знал, что эти люди не оставят ему права на жизнь. Знал, что этот разговор последний в его жизни. Знал, что он ровным счетом ничего не сможет сделать, чтобы их отговорить от их затеи. Не сможет оказать им сопротивление, позвать кого-то на помощь. Все, на что он может рассчитывать в настоящий момент - это лишь на чудо. Чудо, которое иногда приходит к нам, как светлый лучик солнца, нежданный подарок высших сил. Единственная надежда утопающего - молиться о таком подарке, ждать этого чуда до последнего вздоха. Ждать, по возможности растягивая время и замедляя ход событий. Ведь каждая лишняя секунда разговора может стать для него спасительной.

- Можно я хотя бы закурю?

Карлос похлопал себя по карманам, вытащил мятую пачку и скептически улыбнулся. Упаковка была пустой. Иногда в жизни все оборачивается против тебя. Все и сразу. Он вздохнул.

- На «Парнасе» проходило много экспериментов, но основным в последние годы было испытание препарата «Иллюзион». «Иллюзион-404». Организованная учеба - это фон эксперимента. Для женской группы учеба исполняла роль стрессового фактора для проверки действия препарата. Для мужской группы - отвлекающий фактор.

- Какой мужской группы? На «Парнасе» ведь не было мужчин?

- Неужели? - Карлос с легкой издевкой посмотрел на Лена.

Лицо инструктора рукопашного боя приобрело землистый оттенок.

- Ты хочешь сказать, скотина, что ты и на персонале ставил свои опыты?

- Да. Не обижайся, Лен. Ничего личного. Это была не моя идея. Я возглавлял эту лабораторию, но лишь выполнял данные мне инструкции. Все разработки, основные опыты и прочее - то, что опасно для жизни и здоровья - все проверялось сначала на экспериментальном материале, на тех женщинах, что нам привозили работорговцы. Их официально в живых все равно уже не было. Руководство дало добро на их использование на благо науки. Дальше препарат проверялся на вас. Сначала у начальства были сомнения. Агенты центра - люди не случайные: самые сильные, самые выносливые. Подставлять вас было жалко. Но на ком проверять еще, если не на самых-самых - на вас то есть? Вы же давали подписку, что во время службы себе не принадлежите. Вот. В общем... Ллойд хватался за каждое личное дело и причитал: «Этого не отдам. Этот мне очень дорог. Этот - образец для подражания. Этот - новичок, наше будущее...». В конце концов Эрик, бывший начальник службы, дал директиву, чтобы выбор сделал компьютер. Мы ввели в базу те критерии, по которым следовало сделать отбор претендентов. Ну, и вышло так, что в числе кандидатов оказался и ты, Лен. Я знаю, ты тогда только поступил на службу и еще не вошел в курс всех дел. Зато для тебя перевод на «Парнас» произошел менее болезненно, чем для всех остальных. Тебя ведь и приглашали первоначально для преподавательской работы. Другие агенты отнеслись к такой резкой смене деятельности скептически. Вот и пришлось вас всех загрузить учебным процессом, чтобы не было много времени для размышлений. Легенда была такая, что вы готовите специальных агентов для важной боевой задачи. Настолько важной, что ваш процесс обучения должен был идти непрерывно и очень интенсивно. Что могу сказать? Легенда сработала. Старались все на совесть.

- Что за препарат на нас проверяли? И как случилось так, что нам об этом ничего не известно?

- Осторожность и полная секретность - ключи ко всему. Из всей лаборатории только пять врачей знали всю правду об истинном эксперименте. Это те доктора, которые непосредственно изготовляли «Иллюзион» и давали вам препараты. Плюс периодически отправляли мне отчеты, когда я не мог находиться в лаборатории. Все остальные на «Парнасе», и помощники врачей - наблюдатели, и агенты, и ликвидаторы, и девушки - это лишь экспериментальные группы. Ничего более. Препарат вам давался разбавленным в питьевой воде. Удобно: не надо возиться с инъекциями. Заметить «Иллюзион» в кружке теплого чая невозможно. Бледно-розовая, слегка сладковатая жидкость, без запаха. Вот вы и не знали.

- Ну и что это за дрянь? - Джейн нахмурилась еще больше. - Для чего она? Что она делает?

Карлос вздохнул и продолжил.

- Универсальный синтетический препарат. Позволяет контролировать эмоциональную и мозговую деятельность другого человека. Как гипноз, только еще эффективнее, без сеансов сновидений и длинных формул внушений. Позволяет управлять людьми на расстоянии в течение определенного времени. Возможность тотально контролировать людей. В любых условиях. Эффективность - просто потрясающая. Подопытные искренне убеждены, что те вещи, что они делают, - это их собственное веление и желание. Никакого осознания, что им дали команду. Если человек действует в состоянии гипноза - это видно, а если под действием «Иллюзиона» - совершенно незаметно, ни за что не догадаться. Полная вменяемость и адекватность к происходящему. Сохранение всех реакций на изменяющуюся обстановку или стресс. И при этом - четкое выполнение поставленных задач. Мой шеф, когда получил первые результаты по эксперименту, пришел в такую эйфорию - меня от всех других видов работ освободили, денег выдали для опытов. Просили усовершенствовать препарат. Можете представить, какие планы в отношении него строились? Тогда ведь шла война.

- Что-то я не замечал, чтобы я выполнял какие-то инструкции, - Лен недоверчиво покачал головой.

Карлос подтвердил:

- Конечно, не замечал. В том и прелесть. Скажи, Лен, ты когда зарплату на «Парнасе» в последний раз получал?

- Когда? Да когда? За месяц где-то до нападения.

- Да, и на что потратил?.. Вряд ли сможешь ответить. Вы около года жили без зарплаты, в полной уверенности, что регулярно ее получаете. Это тебе один из примеров. Ну, о тебе, Джейн, я не говорю. Ваша группа прошла миллион тестов. Вспомни саму себя в начале опытов. Дня не проходило без твоих попыток к бегству и покалеченной тобой охраны. Да, ты вообще уникальный экземпляр в моей коллекции, - Карлос усмехнулся. - Таких упрямых людей в жизни не встречал... Вспомни себя в конце эксперимента тоже. Полная покладистость и послушание. Ни одной попытки к бегству за полтора года. Стремление и желание учиться. Это все «Иллюзион», - врач замолчал на мгновение, а затем уже больше для себя, чем для Джейн с Леном, печально добавил. - Единственный мой просчет, наверно, так это то, чему я вас учил. Надо было обучать математике или пению.

- Как долго нас потчевали этой дрянью?

- В целом - разработки велись около десяти лет. Сначала на животных, потом на похищенных людях. Ты, Джейн, почти изначально на этом эксперименте. Сперва это не было основным твоим тестом, опыты были от случая к случаю. Сама помнишь, были и другие эксперименты: лекарства и прочее. Потом, когда выявились кандидаты с потрясающей физической выносливостью, вашу группу полностью перевели на «Иллюзион», на уже последние версии препарата. Все предыдущие его пробы давали сбои, включая летальный исход. Мужскую контрольную группу подключили к проекту позднее, когда миновала опасность для жизни. Да и то - мужские дозы препарата были раз в шесть меньше, чем в женской группе. Вы, Лен, как-никак все же более ценные люди для нашего руководства, вас старались беречь.

Лен зло сплюнул прямо на ковер.

- В гробу я видел вашу ценность. Как часто нам давали препарат?

- Каждые одиннадцать дней.

- Каково его влияние на здоровье?

- Да кто ж его знает? До конца этот вопрос не выяснен. Эксперимент не был завершен. Последняя, 404-я версия препарата показала безвредность нахождения в организме. Если в небольших дозах, конечно. Картина отмены препарата - печальная. А так, в целом... Не знаю. Сами-то как себя чувствуете?

- Прекрасно, - Лен процедил сквозь зубы и, ухмыляясь, добавил: - И еще будет прекраснее, когда ты, сволочь, сдохнешь.

- Что-то не сходится в твоих показаниях, Карлос, - Джейн поднялась с места. - Я могу понять, почему ты отдал приказ об уничтожении нас. Мы могли изобличить тебя в незаконной деятельности по контрабанде людей. Но персонал лаборатории? У них интереса в этом не было. Об «Иллюзионе», как ты говоришь, почти никто не знал. Где логика такого массового убийства?

- Очень даже большая логика, - возразил врач. - «Парнас» - военная научная база. Всех выживших с нее поместили бы в карантин. В любом случае. Не заметить «Иллюзион» в крови, к сожалению, нельзя. Препарат путешествует по организму около трех недель. В дозах, которые можно воссоздать - в течение четырнадцати дней. Да и реакция отмены препарата вас всех бы выдала.

- Какая реакция отмены? В чем она выражается?

- В ста процентах случаев - нервные срывы, депрессия. В 3% - психические расстройства, требующие медикаментозного вмешательства. В 40% - проблемы с давлением, головные боли. В мужской группе - реакция замены. Тяга к курению, алкоголю, наркотикам. В женских группах - в 70% попытки покончить жизнь самоубийством.

Джейн вдруг вспомнила свою необъяснимую тягу выпить снотворное на «Синей птице». Благо, Филипп остановил.

Карлос тем временем продолжил:

- Конечно, создать сразу такое вещество, как «Иллюзион» - это не так просто. У нас много времени ушло на его создание и модификации. Но, имея атлантские технологии, кто знает? Даже информация об этом эксперименте для них может стать толчком, ключевым моментом в разработках в этой области. Поэтому ликвидаторам был отдан приказ об уничтожении как материальных объектов, так и людей-носителей информации об «Иллюзионе», ну и носителей самого вещества - всех, одним словом. В том числе и себя самих. Отдать такое оружие в руки вражеской армии было бы преступлением.

- А уничтожить такое количество народу - нет?

- Мне пришлось выбирать.

- Ясно. Где сейчас «Иллюзион»?

- Где «Иллюзион»? Нигде. Он был уничтожен.

Лен скептически улыбнулся.

- Да ну? А мы такие легковерные и тебе поверили! Если не хочешь говорить добровольно, Карлос, то мы ведь умеем и настаивать. Предупреждаю я всегда только один раз. Ты знаешь. Будет очень больно.

Лен снова демонстративно раскрыл свой ножик и медленно зашел с ним за спину профессора. Карлос побелел. Его лоб покрылся испариной. В горле все пересохло.

- Я не обманываю! У меня нет этого препарата. И ни у кого нет! Беда в том, что он не хранится. Почти нисколько не хранится. Срок его годности - шесть часов. Создавался препарат только на «Парнасе» и сразу же использовался. Что мы только не делали, пытаясь его законсервировать! Ни заморозка, ни смешивание с другими веществами результатов так и не дали. Через маленький промежуток времени «Иллюзион» распадается на составные части и теряет свои свойства. Единственным веществом, позволяющим сохранить «Иллюзион» на срок до двух недель, является человеческая кровь. Но и ее консервация или заморозка проблемы не решает. Мы не смогли переправить образцы препарата в центр. У меня его нет.

- Записи, файлы, схемы?

- Тоже все уничтожены.

- Испытываешь мое терпение, Карлос? - голос Лена Маршалла прозвучал очень угрожающе. Карлос не сомневался в способности Лена действовать по намеченному плану. Особенно теперь.

- Это правда! Я правду говорю! Вы можете мне не верить, но это так! Что мне оставалось делать, когда лаборатория была уничтожена? Прийти к начальству и сказать: я, такой-сякой, проворонил пару миллиардов космо? Плюс уничтожил уникальное оружие, над которым трудились многие ученые, уничтожил единственное в своем роде оборудование по производству «Иллюзиона», стер кучу записей и отчетов, погубил все живые образцы? Но вы простите меня, я вам тут с нуля за пару месяцев все организую, все воссоздам! Правда, у меня не осталось в резерве ни одного ученого, которому была бы близка эта тема, да и имеющиеся записи маленько устаревшие, относятся к первым «летальным» модификациям препарата. Да и оборудования у меня нет. И опыты ставить не на ком...

Карлос горько хмыкнул, представив данную картину:

- То, что случилось с «Парнасом»,- это стало концом всему. Я до сих пор не могу принять эту ситуацию, но это так! Не ясно, по какой роковой случайности в момент нападения атлантов рядом со станцией не оказалось наших кораблей сопровождения. Конечно, они не знали, что они охраняют. На одном из кораблей случилась поломка, им пришлось лететь на местную засекреченную техническую базу, на Куреан. Умники, будь они прокляты, спрятали «Парнас» в астероидном поясе, в «мертвой зоне», а сами решили быстренько слетать за техпомощью. Решили лететь парой. В этих широтах, видите ли, разбойников много летает, страшно им было, - Карлос тяжело вздохнул. - У нас с Андреасом был единственный шанс выжить - это быстро уничтожить всю информацию по эксперименту. Совершенно всю, словно его и не было никогда. Чтобы даже наша собственная служба безопасности ничего не смогла обнаружить. Мы так и поступили. Записей по эксперименту нет ни у кого, нигде.

- А ваше начальство?

- Об эксперименте из начальства знали только двое. Один сам ушел на тот свет по состоянию здоровья. Другому мы помогли.

Джейн и Лен опять переглянулись. Они не ошиблись. Перед ними сидел не человек. Человек, который человеком не был. Лен многозначительно посмотрел на часы, а затем в сторону дверей: «Надо торопиться». Джейн согласно кивнула и вытащила из куртки аккуратно скатанные в трубочку бумаги.

- Ясно, Карлос. Что ж. Вопросов больше нет. Вот документы, ручка. Подписывай.

- Что это?

- Жест доброй воли. Ты отказываешься от всего, что у тебя есть. Ваша с супругой совместная собственность целиком и полностью отходит к Селене, как компенсация за тот моральный вред, что ей сейчас придется пережить. Все остальное, что принадлежит именно тебе, ты отдаешь в благотворительные организации.

Карлос с сомнением посмотрел на пачку документов.

- А... а если я не подпишу это?

- А что, Карлос, у нас здесь прозвучало, что у тебя есть такой вариант? - голос Лена из-за спины опять прозвучал более чем угрожающе.

- Э... нет. Вы можете меня заставить. Только это все равно не будет законной сделкой. Бумаги, подписанные против воли...

- Об этом никто не узнает, Карлос. Пиши, - Джейн равнодушно присела на прежнее место, поставила локти на стол и сцепила руки в замок. - Не тяни время.

Карлос посмотрел на настенные часы. Два часа ночи, ноль-ноль минут. Время словно остановилось. И ничего не происходит.

«Чудо, чудо, где же ты? Если чудеса иногда случаются, то уже пора бы!». Бумаг много, но подписывать - не мастерить что-нибудь. Быстро и просто. Что же будет после того, как он подпишет все, - даже и представить страшно. Эти люди сделают то, зачем пришли. Шансов на спасение у него нет. «Как растянуть и без того замедленное время?».

- Да, я подпишу, ваша воля. Только, чтобы документы не были оспорены в дальнейшем, они должны быть заверены у нотариуса. Я должен лично подтвердить, что сам желаю все отдать...

- А ты это уже сделал, Карлос, - перебила его Джейн. - Сегодня днем ты был у нотариуса, где и оформил все договоры. Посмотри внимательно: они уже заверены и зарегистрированы в государственном реестре. Не хватает лишь твоей подписи. Миром правят деньги, верно? Ты так часто говорил нам об этом, что мы с Леном решили проверить твой постулат. Ты прав, Карлос. Деньги в этом мире решают многое. Подписывай.

Карлос выдохнул. Некуда бежать. И спорить бесполезно. Рассчитывать на прощение ему не придется. Нехотя подписал он листок за листком. Ну вот и все. Теперь у него больше ничего нет.

- Дай сюда, я проверю, - Джейн взяла документы.

- Можно мне задать вопрос? - Карлос даже охрип от напряжения.

- Валяй.

- А Мариса, моя дочь, она знает? Вы ей рассказали все обо мне, и она поэтому ушла?

- Да.

- А Крис - он тоже?

- Да.

- Ясно, - Карлос поморщился и вспомнил что-то еще. - А деньги с моего счета? Это тоже вы?

- Да.

- И вирус в Пятой лаборатории?

- Да.

- И отсутствие связи со Второй лабораторией?

- Со Второй лабораторией?

Джейн подняла голову от документов. Они были оформлены и подписаны в соответствии с требованиями законодательства. Теперь можно немного расслабиться.

- Вторая лаборатория - это не мы, это Интерпол. Все твои связи выявили, теперь перекрывают каналы общения.

- Интерпол? Они знают все обо мне?

- Не все, но очень многое.

- Хм... Тоже ваша работа?

- Разумеется. Ты в их разработке уже почти месяц. Всех, кого можно сдать, ты, сам того не ведая, им уже выдал. Хочешь знать свое будущее? Сегодня вечером были получены бумаги об аресте вашей преступной группы. Арест тебя лично запланирован у них на шесть часов утра. Права человека на Саргонде - это святое, каждый имеет право на сон. Дом твой окружен, уйти незамеченным тебе не удастся. Телефоны твои отключены, предупредить кого-то ты уже не сумеешь. Ну а дальше - сам можешь спрогнозировать свою судьбу. Тюрьма для военнослужащих «Черный кудесник» - не пансионат. Какие там пропорции у местных? День тюрьмы идет как год жизни?

- Можешь не объяснять ему, Джейн. Он бывал там по службе, - Лен легкой кошачьей походкой вышел из-за спины Карлоса и подхватил со стула свою куртку. - Пошли, Джейн. А то, мало ли, вдруг у Интерпола что поменяется? Нам надо уйти незамеченными. Прощай, Карлос, надеемся больше не видеть твою рожу.

- Вы... меня не убьете? - Карлос не поверил ушам.

- И не надейся за наш счет облегчить свою жизнь. Пусть это сделает кто-нибудь в «Черном кудеснике». Не будем отнимать у людей радость, у них так мало развлечений, - Лен злорадно хмыкнул. - А вообще, если хочешь совет, Карлос, сделай это сам. Ты постоянно твердил девчонкам на «Парнасе», что самое интересное в жизни - это смерть. Истинный ученый, Карлос, все должен проверить на себе. Как ты говоришь? «Ничего личного». Ключ от верхнего ящика стола, где спрятан твой пистолет, лежит в нижнем ящике. В пистолете всего один боевой. Постарайся не промахнуться. Потом тебе вряд ли еще когда-нибудь выпадет такой шанс... Пошли, Джейн. Надо еще подготовиться к встрече Андреаса.

- Андреаса? - с замирающим сердцем переспросил Карлос.

Джейн холодным взглядом в последний раз оглядела с головы до ног ученого.

- В аду тебе не будет одиноко.

5.30 утра. Небо Саргонда совсем почернело. Ни одной звездочки на небе. Черные тучи заволокли все пространство. Карлос слабо поднялся из-за своего стола и вышел из кабинета. Медленно, нигде не зажигая света, прошелся он по темному второму этажу опустевшего дома. Тишина...

5.35 утра. Тишина. Тишина - это не отсутствие звуков. Тишина - она сама звук. Самый загадочный, самый редкий звук Вселенной. Бывает громкая тишина, гнетущая тишина, звенящая тишина, мертвая тишина. Тишина может звучать одновременно с множеством других звуков. Как, например, сейчас. Человека большого города ежесекундно окружает шум. Голоса, музыка, техника и прочее. Много звуков. Мы привыкли их не замечать. И уж тем более мы разучились слышать тишину. Но она есть. Не каждому дано ее выделить из разноголосья и услышать. А уж тем более оценить. Вот часы на стене медленно, гораздо медленнее, чем всегда, отсчитывают легким стуком маленькие кусочки жизни, называемые секундами. А в промежутках - тишина. Тишина - это музыка. Это поэзия. Это гармония. Гармония души, тела и Вселенной. Так приятно слушать тишину, соблюдать тишину, восхищаться тишиной...

5.40 утра. Карлос медленно дошел до жилых комнат. Селена, Мариса, Крис... Он их всех потерял. Всех и все. Недавно такой шумный и веселый дом опустел. У него ничего больше нет. Даже эти коридоры, по которым он сейчас ходит, теперь уже не его. Деньги, которые стояли во главе жизни, его покинули. Могущественная империя растаяла, как дым. А за этим дымом ничего и нет. Он ничего не сберег за своей душой. Вот и все. Вот он - час суда, час расплаты...

5.45 утра. Карлос в раздумье остановился у одного из окон гостиной. Там, за окном, на противоположной стороне улицы стояло два полицейских автомобиля. «Обеспечение охраны нашего элитного района», - думал он прежде. «Обычная и плохо скрываемая слежка», - понял он сейчас. И как он раньше не догадался, что они все здесь собрались по его душу? «Якобы окружили». Карлос усмехнулся. Да стоит ему захотеть, он их всех вокруг носа обведет. Ведь ушли же как-то Джейн с Леном, минуя охрану. И он сможет. Почему нет? Хотя, конечно, в его возрасте лазить по каминам, крышам или канализациям - не очень удобно и красиво. Да, сбежать не проблема. Проблема - что делать дальше, куда идти? Карлос только сейчас понял, что его нигде и никто не ждет. Ни семья, которую он подставил под публичное обсуждение его грехов, и которой до конца своих дней не отмыться от его позора. Ни друзья, которых, по большому счету, у него и нет. А сослуживцам своим без денег, связей и власти он тоже малоинтересен. Идти-то некуда...

5.50 утра. К полицейским машинам подъехал небольшой фургон. Судебный пристав привез бумаги. «Надо же - важный какой! Аж раздувается во все стороны от величины своей миссии. Да и полицейские тоже хороши! Забегали, засуетились вокруг него. Встали косточки свои поразмять. Готовятся к аресту... И как Джейн с Леном об этом смогли так точно узнать? Всегда знал, что Лен Маршалл - профессионал высокого класса. Да и ученица его ему под стать... Жалко, что не обучал вас пению, ребята. Очень жалко. Хоть бы спели мне что-нибудь напоследок».

5.55 утра. «Угу. Вот и группа особого назначения прибыла. Разумеется, как же без вас? Такое громкое дело, а вы снайперов по деревьям не рассадите? Вдруг шестидесятилетний старик решит драку с полицией организовать, а вы не при делах? Ни за что ведь себе не простите?.. Вот, все на боевых позициях. Молодцы, ребята. Четко работаете...».

5.57 утра. «Что-то я устал глазеть на вас, господа полицейские. Пойду, еще посижу пару минут у себя в кабинете». Карлос посмотрел на часы. «Удивительная штука - время. Оно есть, конечно. Но его нет. Нет в том виде, как его представляют люди. Что стрелки часов? Делают определенную работу. Ходят по кругу. Знай стучат себе - стук, стук, стук. Но разве этот стук и есть время? Часы придумали работодатели, чтобы люди изо дня в день ходили на работу и большую часть жизни отдавали кому-то, особенно и не вникая, кому и зачем. Но разве время внутри нас подобно этому метроному - стук, стук, стук? Нет, конечно. Время - оно другое. Вот сейчас, к примеру, оно стоит. Не двигается. Ну и что, что часы стучат? Пусть стучат. Работа у них такая. А время стоит. Смешно подумать даже, как там, внизу, у подъезда суетятся сейчас полицейские. Как муравьи. Трудяги... Смешно. Очень смешно. У преступников право на сон есть. А у вас, ребята-правозащитники, нет такого права. Не заслужили, наверно. Или что-то в этом мире со справедливостью все же не в порядке. Да... Подумать только, как много дел и вещей в жизни люди делают напрасно? Напрасно работают и спешат, напрасно совершают и приобретают, напрасно теряют и переживают. Это так мало значит в жизни, когда время стоит. Куда ему торопиться? Это часы идут. А время - оно вечно. И эта вечность всегда с нами. Жаль, что люди об этом и не задумываются в своей напрасной суете...».

6.00 утра. Три человека подошли к парадным дверям особняка. Сонную тишину опустевшего дома нарушил звук дверного звонка. Карлос, сидя за своим письменным столом, даже и не вздрогнул от него. «Это надо же: я никогда раньше не замечал, какой мелодичный звонок установлен на нашей парадной двери! Очень красивый. Интересно, они позвонят еще раз или сразу будут ломать дверь?».

6.01 утра. Следующим звуком за повторным звонком в дверь осиротелый дом услышал глухой звук одиночного выстрела.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Ловушка для Андреаса

Андреас Бенцура, известный врач и ученый, уважаемый человек, друг и коллега погибшего доктора уже более часа находился в кабинете следственной группы. Люди в форме встретили его прямо в космопорту и предложили проехать вместе с ними. Здесь же, узнав, что Карлос погиб, Андреас пришел в такую растерянность и заторможенность, что очень многие вещи пришлось ему повторять по несколько раз подряд. Все сказанное следователями казалось слишком безумным и нереальным, чтобы быть правдой.

- Этого не может быть!!! Я просто отказываюсь вам верить! Так не бывает!

- К сожалению, бывает, господин Бенцура. Понимаем, что новость для вас шокирующая. Тем не менее, постарайтесь взять себя в руки и максимально помочь следствию. У нас для вас несколько вопросов.

- Да, конечно. Я скажу все, что знаю. Только я мало что знаю, а понимаю и того меньше. А как... как он умер? Его убили, да?

Следователи переглянулись.

- Почему Вам пришла в голову мысль об убийстве?

- Почему? Но ведь полиция естественной смертью не занимается?

- Да, вполне логично. Пока не будет доказано что-то иное, официальная версия происшедшего на данный момент - самоубийство.

- Самоубийство? Бред полнейший, - Андреас нервно засмеялся. - Этого не может быть.

- Почему Вы в этом убеждены?

- Да потому что вы мне что-то нереальное рассказываете! Нет, всякое в жизни бывает. Но есть вещи, которые с некоторыми людьми не могут случиться никогда! Просто такого не может быть, потому что быть не может! Вы не знаете Карлоса! Это борец! Это сильный человек! Настолько сильный, что он никогда - понимаете, никогда! - не сгибается под напастями судьбы! Он не бегает от проблем. Он их решает! Он не мог покончить с собой. Это... да как вам объяснить... это психологически не тот тип, чтобы так поступить. Его убили!

Следователи опять переглянулись между собой.

- В военном ведомстве тоже кое-кто так считает. Только факты пока свидетельствуют об обратном. А Вы, сеньор Бенцура, Вы давно знакомы с Карлосом?

Андреас подтвердил:

- Да, достаточно. Около тридцати лет. Он был другом моего отца, а потом стал и моим другом. Мы с ним вместе работали.

- Мы это знаем, как и то, что в последнее время вы не общались. У вас произошла какая-то ссора?

- Нет.

- Почему же Вы ушли из военного ведомства?

- Ах, это... - Андреас нервно затеребил руки. - Устал от напряженной работы. Я занимался воспитанием племянницы, я ее опекун. Но мы не ругались с Карлосом. Мы не виделись около трех лет, но общались по телефону. И у него все было отлично. Он меня пригласил на выборы своего сына. Я прилетел. А тут такое! Я ничего не понимаю.

- Вот как? Вы, значит, не в курсе, что Крис Ле Кар накануне президентских выборов снял свою кандидатуру с голосования?

- Как - снял? Нет, не в курсе. Почему? Карлос заверял, что должность его сына - дело решенное. По результатам общественного мнения Крис лидирует по всем позициям. А что случилось?

- Да кто разберет? Политика - дело темное. Отказался от выборов, забрал жену и уехал. Вы не знали?

- Да нет же, уверяю вас! Но... но все равно - это ведь не повод, чтобы уходить из жизни! А Мариса, она что говорит? Боже, представляю, какой это удар для его дочери!

- Мариса?

Следователи вновь обменялись многозначительными взглядами. Андреас, по-видимому, и правда не был осведомлен о последних событиях.

- Мариса Ле Кар незадолго до отъезда Криса ушла из дома. Точнее, уехала. Бросила вуз, не придя на защиту дипломной, отказалась от предложенной ей роли в каком-то кино. Мы созванивались с ней вчера. Создалось впечатление, будто ей все равно.

- Все равно? Это Марисе все равно? - Андреас вытер со лба капельки пота. - Да она в отце души не чает! Особенно после того, как умерла ее мать, а Карлос женился на другой женщине! Да что вы такое говорите? Что, весь мир с ума сошел за то время, что я не общался со своим другом? Я разговаривал с Карлосом по телефону перед отъездом. Все было в порядке, как всегда. Я не понимаю! А как... скажите, как он это сделал? Как ушел из жизни?

- Застрелился. Приставил к голове пистолет и нажал на курок.

- Это не он.

- В смысле? Его личность подтверждена экспертизой.

- Нет, я о другом. Карлос не мог этого сделать. Его убили! Не знаю, кто и зачем, но это не могло быть самоубийством.

- В момент смерти Карлос Ле Кар находился в своем кабинете, один. Дверь была заперта изнутри на щеколду. Полиции пришлось ее выламывать, когда услышали выстрел.

- А окно? Тоже было заперто?

- Окно тоже. Была открыта лишь маленькая форточка.

- Может быть...

- Дом был со всех сторон окружен сотрудниками Интерпола, господин Бенцура, - официально сухо перебил следователь. - Думаете, если бы кто-то выпрыгивал из форточки второго этажа, это осталось бы незамеченным? Мы, конечно, проверяем все версии, но следов посторонних лиц пока обнаружить не удалось. Скажите, у Карлоса были враги?

- Разумеется. Ему многие завидовали. Он ведь был богат, влиятелен и знаменит.

- Вы можете назвать кого-нибудь конкретно?

- Нет. Я и своих врагов не знаю, не то что у других людей. Но он не мог этого сделать! Я его слишком хорошо знаю! Это не тот человек. И потом, он ведь врач! Если бы Карлос и впрямь хотел это сделать, неужели он бы не выбрал что-то более гуманное, нежели пуля?

- Сложно ответить, господин Бенцура. Карлос не только врач, но еще и военный. Для военных стреляться - это нормально. Если вообще добровольный уход из жизни можно считать нормальным процессом. Перед смертью Карлос подписал кучу бумаг. Он отказался от своих открытий и премий в пользу Международного красного креста и отписал имущество в различные благотворительные организации, ничего не оставив семье. Вы можете как-то объяснить его поведение?

- Нет... - каждый новый вопрос следователей загонял Андреаса еще больше в тупик. - Правда, нет. Мой друг очень любил свою семью. Но, даже психологически, поймите, когда человек вдруг решает покинуть этот мир, он все равно пытается сделать это так, чтобы другим его действия были понятны. Он пишет какие-то предсмертные записки, или другим способом объясняет причины.

- Да, он написал. И раз уж Вы профессиональный психолог, скажите, это нормально, что человек пишет записки разным людям на одном листе бумаги?

- На одном листе бумаги? Может быть, Карлос хотел, чтобы все прочитали его послания? Я не знаю.

- Возможно, что так. Вам там тоже адресовано несколько строк. Прошу Вас внимательно прочесть все его письмо. Если заметите что-то странное, не молчите.

- Конечно. Где оно? - Андреас дрожащей рукой взял протянутый ему следователем лист бумаги.

«Последнее послание. Последняя воля.

Я, Карлос Ле Кар, находясь в здравом уме и твердой памяти, в последние минуты жизни хочу попрощаться с вами, простить вас всех и попросить прощения, если что не так. Мне нелегко далось это решение. Я ухожу в одиночестве, возможно, непонятым, с тяжелым сердцем. Не все, что я хотел сделать в жизни, я сделал. Не все сделал так, как хотел. Но это мое решение, и я его принял сам.

Пытливому следователю. Знаю, что не поверите в мой уход, будете мучить вопросами мою семью, коллег, копаться в моем грязном белье. Прошу вас: не надо. Всю сознательную жизнь я считал себя сверхчеловеком, богом, который может... ну, если не все, то почти все. За свою карьеру я совершил много плохого, включая преступления. Что-то, наверно, откроется. Что-то так навсегда и останется в неизвестности. Я сжег свои бумаги, уничтожил все данные в компьютере. Чем больше тайн с собой унесу, тем лучше. Вам проще будет закрыть мое дело. Ибо это мое решение. Вам нужна причина происшедшего? Простой вопрос, а вот ответить непросто. Устал. Устал бороться, сражаться, чего-то добиваться. Жить так, как сейчас живу, устал, а менять что-либо уже слишком поздно. Можете написать в своих отчетах, что меня замучила совесть за все мои грехи. И отчасти это будет правдой. Можете написать, что я сошел с ума. Мне будет все равно. Я лишь прошу закрыть мое дело. Я действительно сам ухожу. Прошу мне верить.

Своей семье. Милые мои, любимые, родные. Простите меня. Все было у нас - и хорошее, и не очень. Всегда справлялись, все вместе, все дружно. А вот сегодня я ухожу от вас. Ухожу один. Навсегда. Трудно, очень трудно принять такое решение. Но я хочу, чтобы вы знали: я всегда был с вами честен в том, что искренне и горячо вас люблю. Очень люблю. Простите и не судите строго.

Андреасу Бенцура. Здравствуй, друг и коллега. Сложно объяснить тебе в двух словах все происходящее. Да и нет, наверно, в этом нужды. Мы проработали с тобой бок о бок очень долго. Знаю, что ты привык доверять мне всецело, но я не всегда был с тобой откровенен. И по службе я иногда поступал не так, как должен поступать врач, в истинном смысле этого слова. Но я всегда был настоящим ученым, первооткрывателем. И одна мысль на закате жизни меня все-таки греет: многие открытия мои живы и продолжат жить после моего ухода. Это и вакцина против ангины Осса, и запатентованные мази для регенерации тканей, разработки в области иммунитета, успехи Седьмой лаборатории и прочее. Все свои открытия я передал в Международный красный крест. Думаю, так лучше. Прости, что не дождался тебя. Так иногда бывает. Летишь куда-то сломя голову, несешься, не замечая ничего вокруг. А потом вдруг остановишься, оглянешься - и поймешь, что бежал ты не туда. Да и разве от совести убежишь? Она найдет тебя, Андреас! Везде найдет. За тридевять земель, за семью запорами. Она молча зайдет и заглянет тебе в глаза. И ты поймешь, что у тебя нет выбора. Вот и все. Прости и прощай.

Карлос Ле Кар».

Андреас побелел как сама смерть.

- Боже мой! - он закрыл лицо руками в надежде, что следователи не успели прочитать на нем весь тот ужас, который разом на него нахлынул. Вот оно, объяснение происходящего: «Многие открытия мои живы и продолжат жить после моего ухода... Успехи Седьмой лаборатории!.. Она найдет тебя, Андреас! Везде найдет. За тридевять земель, за семью запорами. Она молча зайдет и заглянет тебе в глаза. И ты поймешь, что у тебя нет выбора. Вот и все».

- Господин Бенцура, с Вами все в порядке?

- А?.. Нет, я друга потерял.

- Да, мы понимаем. А текст письма? Он Вам, как другу и как психологу, не кажется чем-нибудь необычным или странным, нехарактерным для него?

- Нет. Это почерк Карлоса и стиль выражения его мыслей. Ничего необычного.

- Да, то, что это его почерк, мы уже установили. А о каких преступлениях Карлос пишет?

- Не знаю.

- Скажите, Вам известно, что Ваш друг и коллега ставил опыты на людях, что у него было несколько нелегальных лабораторий?

- Нет.

- Странно, конечно, что он с Вами не делился... Хотя, с другой стороны, об этом, как выясняется, и многие из центрального аппарата Вашей службы не знали. Человек умел оберегать свои секреты. Что ж, господин Бенцура, Вы в поле зрения Интерпола не значитесь, причин Вас подозревать в укрывательстве преступлений у нас нет.

- Я не знаю ничего об этом... Правда, не знаю... Извините, мне... нехорошо. Можно я пойду?

- Можно. Подпишите вот здесь, пожалуйста. Если что-то вдруг вспомните, что может оказаться полезным по данному делу, позвоните нам. Вот моя визитка.

Следователь участливо протянул Андреасу кусок полимера.

- Хорошо. Непременно.

Андреас еле поднялся на ватных ногах, заставил себя вымученно улыбнуться и прошел к дверям. Одна мысль барабанной дробью пульсировала в его мозгу. «Она найдет тебя, Андреас! Везде найдет. Беги, Андреас! Беги! Спасайся!».

Он вышел из здания. Уличный шум, яркие витрины и фонари ночного города, кафе и рестораны, такси и гуляющая веселая молодежь несколько привели его в чувство. «Без паники, Андреас! Без паники! Тебе надо подумать. Не надо бежать сломя голову, как предупредил Карлос. Надо решить, что делать».

Андреас зашел в ближайшее кафе, сел за столик, пристально вглядываясь в окружающих. Знакомых лиц вроде бы нет. Но расслабляться нельзя. То обстоятельство, что он не наблюдает явной слежки, ничего еще не означает. «Спасибо, Карлос. Спасибо, что предупредил. Лишь бы еще не было слишком поздно! Надо бежать... Да, на похороны оставаться явно нельзя. Может быть, она планирует взять меня под наблюдение именно там. Что делать? Обратиться за помощью к полиции? Несерьезно. Мне придется объяснить все про «Парнас». Что же делать? Уехать, скрыться - это единственный правильный пока вариант. Но она профессионал. Она будет меня искать. Мы сами ее этому учили - выслеживать жертву без пищи и отдыха, без устали и без эмоций... Карлос, Карлос! Где же мы просчитались? Ведь ты уверял меня, что все образцы погибли. Как же так?».

Андреас поднялся из-за столика и оглядел стоянку такси. Несколько свободных машин ждали своих пассажиров. Он выбрал машину с наиболее безопасным, на его взгляд, водителем. Пожилой джентльмен приветливо улыбнулся и осведомился, куда ехать.

- В космопорт.

Машина помчалась быстрее ветра. Благо, ночь уже, и движение на дорогах небольшое. Пятнадцать минут - и Андреас уже у цели. Вот он, шанс улететь.

- Спасибо, сколько с меня?

- Сорок космо, пожалуйста.

- Возьмите пятьдесят. Сдачи не надо.

Андреас протянул заранее приготовленные деньги и выскочил из машины. «Самое главное, чтобы корабль до Баррио не пришлось ждать целую вечность». Хотя он готов лететь и с пересадками. Лишь бы скорее. Весь запыхавшийся, добежал он до кассы.

- Девушка, здравствуйте! Ближайший до Баррио когда вылетает?

- Завтра вечером, сеньор, - сотрудница космопорта приветливо улыбнулась. - В 22.45. Хм. Сожалею, сеньор. Но на завтрашний день билетов нет. Есть билеты на послезавтра, 14.20.

- Нет, что Вы! Какое послезавтра? Мне нужно улететь сегодня! Я могу добраться с пересадками? Что ближайшее отсюда отлетает?

- Сейчас поглядим. Одну минуту, пожалуйста... Через два часа рейс до Атлантиды... Только на него билетов тоже нет. Все раскуплено было еще две недели назад. Это все из-за чемпионата. Болельщики, фанаты, понимаете?

- Да, да, понимаю. Что есть еще?

- Одну минуту. Через три часа, рейс до Саловы... Билеты есть. Так, по поводу пересадки... Вам придется потом шесть часов сидеть в космопорту до рейса на Марту, а с Марты... сейчас поглядим. Это невероятно, но в Вашем направлении ничего нет, в смысле билетов. Все распродано. Если еще и с Марты Вам добираться с пересадкой, опять же ждать почти двенадцать часов в космопорту...

- Девушка, если Вы мне не поможете, я прямо здесь и сейчас умру. Мне очень надо, очень срочно улететь отсюда. Что, совсем нет никаких способов?

- Но я же объясняю: билетов нет. Если только не официальным рейсом, а договориться с частными перевозчиками? Сейчас в космопорту стоят два частных корабля. Может, с ними связаться?

- Девушка, будьте любезны. Узнайте, куда они направляются и как скоро вылетают?

- Одну минуту.

Она подняла трубку телефона. Андреас, облокотившись на стойку, нервно выстукивал пальцами барабанную дробь.

- Ох, ну вот Вы где! - запыхавшийся таксист тоже подбежал к стойке. - Еле Вас догнал, сеньор! Вы, когда за проезд со мной расплачивались, фотографию обронили. Жалко, наверно, потерять будет!

- Какую фотографию? У меня ничего с собой не было.

- Странно... Кто ж ее мог тогда обронить? Прямо у колес лежала. А на ней Вы изображены. У меня на лица память профессиональная. Ведь это Вы?

Андреас взял в руки протянутую ему фотокарточку. Из самодельной рамки из морских ракушек на него смотрели двое: он сам и улыбающееся хитрое личико его племяшки. Светлые кудри, голубые глаза - вся в мать, его сестру. «Андреасу от Ангела» - детским почерком старательно выведено внизу фотографии.

Он с ужасом посмотрел на таксиста.

- Вы?.. Где Вы это взяли?

- Где-где? Говорю же - прямо у машины. Вот чудак-человек. Ему вещь возвращают, а он не рад. В любом случае, мне чужого не надо. Всего хорошего.

Таксист развернулся и пошел прочь, к своей машине. Андреас перевернул фотографию. На обратной стороне красивым женским почерком было написано: «У человека всегда есть выбор. 7-047».

Андреас понял, что в здании космопорта просто нет воздуха. Именно поэтому ему нечем дышать.

- У меня для Вас хорошая новость, сеньор, - сотрудница космопорта снова приветливо обернулась к пассажиру. Оба корабля летят в нужную Вам сторону и не отказываются взять Вас на борт. Два рейса. Выбирайте. Корабль 14-28, скоростной, вылетает через час. Следует через Марту, далеко на юг, до Р15/4591. Пролетает через Баррио. Второй тоже скоростной, 7-047, его отправка через полчаса. Летит как раз до Баррио, без остановок. На какой корабль Вам забронировать место?.. Сеньо-ор! Вы меня слышите?

- А? Что?

- Я говорю, Вы еще не передумали лететь? Два корабля, оба готовы Вас отвезти. 7-047 и 14-28. Каким рейсом Вы полетите?

Андреас снова посмотрел на фотографию, в эти милые голубые глаза. «Как глупо! Мы ведь сами обучали этой истине агентов. Не хочешь быть уязвимым - не привязывайся ни к кому и ни к чему. Это ведь так просто! А я, дурак, какой-то слежки опасался! Зачем следить? 7-047 может уничтожить меня, не приближаясь, не прикасаясь. Она найдет тебя, Андреас! - предупредил Карлос. А может, не предупредил, а констатировал, зная, что уже ничего изменить нельзя? Везде найдет. За тридевять земель, за семью запорами. Она молча заглянет тебе в глаза. И ты поймешь, что у тебя нет выбора».

Он снова посмотрел на фотографию. Вот и все. И все в жизни теряет смысл. Только эти кудряшки, это личико, ради которого он готов на что угодно. Даже если ему придется сделать то, что сделал Карлос.

- Сеньор? Вы в порядке?

- Да, в полном.

- Вы куда-нибудь летите? Вам заказывать билет?

- Да, пожалуйста.

- На какой корабль?

- Я разве не сказал? 7-047.

- Хорошо, сеньор. Ваш вылет через полчаса. Приятного полета...

Андреас, как во сне, поплелся в сторону посадочных площадок. Ему вдруг стало абсолютно без разницы, что с ним дальше будет, и будет ли вообще что-нибудь. Как приговоренные к смерти в свое время покорно шли на эшафот, так и он медленно шел на место казни. Нельзя ничего изменить или исправить, нельзя сражаться, некуда бежать. Можно лишь встретить свою судьбу, какой бы она ни была. Его только что ужалили в самое сердце, ужалили так больно и тяжело, что возникшая рана, как черная дыра, разом унесла все его эмоции и жизненные силы. Нелегкий выбор: его жизнь против жизни Ангелины. Выбор! Какой это выбор? Это полное его отсутствие. И он сделает все, что от него потребуют. Хотят, чтобы он пришел добровольно - он может только подчиниться.

Андреас молча добрел до посадочного трапа, представился и протянул дежурному офицеру купленные билеты. Покорно проследовал в предложенную ему каюту. Он уже и не хозяин больше самому себе. Медленно потекли минуты тревожного ожидания. Корабль плавно покинул ласковую в плане климата планету Саргонд, а затем нырнул на большой скорости в черноту необъятного космоса. Вот она - финишная прямая его жизни. Скоро появится та черта, за которой, говорят, простирается другой мир, лучшая жизнь. Мир, откуда не возвращаются.

Уже несколько часов Андреас сидел в своей каюте, в мягком кресле напротив иллюминатора. Ему было все равно, что на него неотрывно смотрит электронный глаз камеры внутреннего наблюдения. Он не чувствовал затекших от неподвижного сидения рук и ног. Он был далеко в мыслях, далеко от того места, где сейчас находился. В его руках была фотография единственного близкого ему человека, человека, которого он чуть не подставил под удар. Человечка, которого он любил больше всего на свете, и мысленно Андреас просил прощения у Ангелины. Просил прощения за свою такую непутевую, ненормальную и такую никчемную жизнь. Что оставил он после себя? Что хорошего? Какими словами его вспомнят после того, как его уже не станет? Откуда-то из глубины памяти всплыла прочитанная в далекой юности в одной умной книге простая, но алмазная истина: «Нам дана только одна жизнь, которая быстро проходит. Останется только то, что было сделано с любовью». Андреас в очередной раз вздохнул. Если бы у него был второй шанс и возможность прожить жизнь заново, он прожил бы ее совсем не так.

В двери каюты заглянул дежурный офицер.

- Господин Бенцура, Вас желает видеть капитан нашего корабля. Разрешите Вас проводить.

Андреас кивнул и поднялся на ослабших ногах. За те восемь часов, что он провел в размышлениях, казалось, он постарел более чем на восемь лет. Дежурный офицер ничего не сказал. Вежливо и корректно указал он дорогу до капитанской каюты. Андреас без всяких эмоций переступил порог комнаты правосудия. Он даже не удивился, увидев в большом капитанском кресле молодую женщину. Андреас не помнил ее лица и не узнал бы на улице, если б встретил. Он не знал и не находил тех слов, которые можно произнести в оправдание действий команды Карлоса. Но за те часы, что он просидел в каюте в полном одиночестве, он искренне несколько раз мысленно попросил у нее прощения. И от этого весь груз на его душе стал немного легче. Он заставил себя честно и прямо взглянуть в ее глаза.

- Знаешь, кто я? - спросила молодая женщина.

- Догадался уже. 7-047, надо полагать?

- Действительно, - Джейн скривила губы. - Ты и раньше не проявлял интереса к моему имени. Где уж ожидать, что ты вспомнишь его теперь? Да. Я - 7-047. Вот и свиделись, Андреас. Не ждал?

- Нет. Карлос уверил меня в том, что на «Парнасе» все погибли.

- Он ошибся. Ничего не хочешь мне сказать?

- А разве есть в этом необходимость? Ты же меня все равно убьешь?

Джейн опять саркастическим взглядом смерила стоящего перед ней ученого.

- И не надейся так дешево от меня отделаться. Сколько раз о легкой смерти просили тебя девчонки на «Парнасе»? Сколько, Андреас? Вы лишили нас всего, что у нас было. Издевались, как могли. Девять лет жестокого плена. Почему ты уверен, что я буду к тебе милосердной?

- Уверен, что не будешь.

- Правильно уверен. Вам с Ангелиной остается лишь молиться друг за друга. Мне тоже нечего тебе сказать. Можешь проваливать в свою каюту.

- Ангелиной? - он вздрогнул. - Ты сказала - Ангелиной???

Андреас застонал. Он только сейчас начал понимать, что близкая смерть для него - это еще не самое страшное, что может с ним случиться. Он откровенно испугался за жизнь своей племянницы:

- Но она-то в чем виновата? Она же ребенок! Она и знать не знает о твоем существовании! О, Боже! Я пришел к тебе, сам пришел, добровольно!!! Разве этого мало? Я в твоих руках, в твоей власти! Ты можешь делать со мной все, что хочешь! При чем здесь Ангелина?

- Многие девчонки попадали в ваши лаборатории в таком же возрасте, как и Ангелина. Интересно, если ее продать в одну из все еще действующих лабораторий Карлоса - как долго она там протянет?

У ученого пересохло в горле: Андреас знал, что даже после провала с «Парнасом» Карлос по-прежнему ставил опыты на людях. После крупной размолвки между друзьями разговоров на эту тему не было, общались просто «за жизнь». Все, кроме работы. Андреас ушел из военного ведомства. Карлос остался, а через пару месяцев и вовсе пошел на повышение, подсидев очередного начальника. Представить в лабораториях друга свою воспитанницу Андреас никак не мог. Липкий пот выступил у него на ладонях.

- Я не верю, - хрипло произнес он.

- Чему? Что я могу устроить ей экскурсию в Пятую лабораторию?

- Нет. Я не верю, что мы уничтожили в тебе все человеческое. Мы пытались, очень старались, но я не верю, что смогли это сделать. Так не должно быть! Знаю, что в тебе бьется живое сердце! Ведь ты не сможешь причинить зла ребенку? Ведь нет?

Он второй раз набрался смелости и взглянул Джейн в глаза. В эти холодные глаза на бледном, словно высеченном из камня, лице. Андреас понял, что только от него сейчас зависит судьба Ангелины. От силы его слов, от способности убеждения, от горячих слез, которыми, может быть, удастся растопить этот лед. Да, он готов на все: готов просить, умолять на коленях, готов расстаться со своим имуществом и даже жизнью.

- Мм-м, а я думала, тебе нечего мне сказать?

- Мне есть что сказать. Но я не знаю таких слов, чтобы выразить раскаяние, которое я чувствую. Я сожалею о том, что приключилось с вами на «Парнасе». Ты, возможно, не поверишь, но после гибели станции я ушел с работы. Я жалею о том зле, которое причинил людям, работая на Карлоса. Это святая правда! Да, мои слова - ничто в сравнении с тем, через что вы прошли, и я не молю о прощении. Я бы себя не простил, будь я на твоем месте. Но я прошу: вымести свое зло только на мне одном! Не трогай Ангелину! Возьми у меня все, что есть, я очень богат. Пусть мое состояние хоть как-то компенсирует тебе дни плена. Не трогай ее. Прошу!!!

Джейн молча разглядывала взволнованное лицо доктора, постукивая карандашом по столу.

- Звучит вроде как искренне, Андреас. Но почему ты решил, что меня интересуют твои деньги? Разве я выгляжу как человек, который сильно в них нуждается?

- Нет, конечно, я не хотел тебя обидеть. Я лишь хотел предложить тебе выкуп за Ангелину.

- Очень неплохая идея. Пожалуй, я даже соглашусь поменять тебе ее жизнь на то, что ты предложишь. Не знаю только, сойдемся ли мы в цене. Боюсь, что Ангелину я оцениваю слишком дорого.

- Я сам ценю ее дорого. Возьми у меня все, что есть!

- Хм... Ладно, присядь. Давай с этого момента поподробнее. Что именно готов ты предложить?

Джейн приготовилась слушать. Пленник воодушевился: если есть шанс откупиться, значит, еще не все так плохо. Он тут же стал перечислять свое богатство: квартиры, земли, акции, деньги и прочее. Джейн внимательно, не перебивая, слушала. Она лучше, чем сам Андреас, знала все о его финансовом состоянии, количестве и качестве вложений, наличии и стоимости имущества. Вместе с тем, ей было интересно, утаит ли доктор от нее что-нибудь из сокровищ? Насколько высоко он ценит жизнь своей племянницы? Андреас перечислил все. Все, что у него было на данный момент. И это обнадеживало. «Возможно, Лен был прав, когда уверял, что Андреас и не такой пропащий человек...». Джейн оторвалась от своих мыслей.

- Ты действительно готов расстаться со всем, что только что перечислил?

- Да, готов.

- Хорошо. Вот договоры дарения твоего имущества в разные благотворительные организации, - Джейн протянула ученому стопку бумаг и ручку. - Мне твои кровавые деньги не нужны. А этим приютам, детским домам, ночлежкам, больницам и храмам ты окажешь существенную помощь. Подписывай.

Холодные глаза смотрели насмешливо: «Ну, где же Ваша решимость, доктор?».

Андреас побледнел и взял в руки документы. 7-047 не была голословной. Она основательно подготовилась к встрече с ним. Здесь было все: его имущество, деньги, власть, возможности. Все, ради чего он трудился столько лет. Его спокойная старость и обеспеченное будущее его воспитанницы... Но выбора у него не было. Он вздохнул, взял ручку и медленно, методично подписал страницу за страницей. Каждый лист договоров о передаче имущества.

- Хорошо, - Джейн отложила в сторону документы. - Будем считать, Андреас, что часть грехов ты искупил своей благотворительностью, жестом доброй воли. Но ты ведь понимаешь, что жизнь Ангелины стоит дороже, чем твое барахло? И для того, чтобы наша сделка обмена состоялась, этого недостаточно.

- Недостаточно?.. Я все отдал. У меня больше ничего нет, - доктор недоуменно повел плечами.

- Неужели? Совсем ничего?

- Совсем... Ну разве только ... моя жизнь?

Андреас побледнел еще сильнее. События развиваются, судя по всему, по сценарию гибели Карлоса. Сначала тот подписал все документы, а потом приставил к голове пистолет и нажал на курок.

- Зачем мне твоя жизнь? - Джейн засмеялась - Нет, это, конечно, благородно - ее предложить. Но вот уж не думаю, что можно сравнивать «ценность» твоей персоны с жизнью прекрасного и чистого создания. Твоя жизнь, Андреас, чтоб ты знал, не стоит в настоящий момент ничего. Будь мы сейчас на бирже, ни один здравомыслящий человек не поставил бы на тебя ни космо. Так что иллюзий каких-то питать не следует... Нет, я не собираюсь тебя убивать. Один человек, которого я очень уважаю и которому я очень многим обязана, попросил у меня за твою шкуру. И я дала слово, что оставлю твою шкуру при тебе, если ты не будешь меня сильно провоцировать. Но в качестве платы за Ангелину твоя жизнь не котируется. Так что подумай, что ты можешь предложить еще.

- Предложить еще? - Андреас совсем потерял дар речи от изумления. - Я... не знаю. Что можно предложить еще? У меня больше ничего нет.

- Так уж и ничего? А твои знания, Андреас? Твой опыт? Как насчет бесплатно поработать?

- Бесплатно поработать?

- Именно. Сколько лет ты проработал на Карлоса?

- Лет пятнадцать.

- Да, можно представить, сколько ужасного ты натворил за это время. Как насчет того, чтобы искупить свои грехи честным трудом? Ты ведь врач, Андреас, первоклассный специалист. Все светила мировой медицины сосредоточили клиники лишь в центральных регионах, а на таких планетах, как Тиндадж, врача днем с огнем не сыщешь. А людей там много живет, и болеют они не меньше, чем все остальные. Кто-то должен и их лечить тоже. Не за деньги, Андреас - какие там деньги? Просто за идею. За человеколюбие, о котором ты сегодня меня просил. Международный красный крест давно призывает врачей включиться в акцию помощи отсталым сельскохозяйственным планетам, новым промышленным донорам и планетам в зонах экологического бедствия или военных действий. Только желающих работать за хлипкую крышу над головой да скромную трапезу - найти сложно. Честный пятнадцатилетний труд на благо человечества, я полагаю, справедливое наказание за твои преступления и достойный выкуп за жизнь твоей племянницы. Как сам считаешь?

- И ты ее не тронешь?

- Обещаю.

- Я согласен.

- Что ж, тогда мы договоримся. Условия нашей сделки простые, Андреас. Ты подписываешь контракт с Международным красным крестом и сегодня же отправляешься туда, куда тебя пошлют. Ты соглашаешься жить и работать в тех условиях, какие тебе предложат, за ту зарплату, какую установят. Тебе запрещено покидать территорию планеты, где ты осядешь на ближайшие пятнадцать лет, а также расторгать договор с работодателем. И уж, не дай Бог, конечно, Андреас, если я узнаю, что ты совершишь какое-нибудь преступление. Я не стану с тобой подписывать никаких документов, но хочу, чтобы ты четко усвоил: нарушишь хоть один из этих пунктов - будем считать, что сегодняшней беседы и сделки не было. Моя месть останется в силе. Вот такие условия. Ты согласен?

- Да. Я согласен. У меня только один вопрос. А Ангелина? Я могу взять ее с собой?

- Можешь. Как только осядешь на новом месте, позвони домой своей прислуге, и тебе ее привезут. К тому же им все равно придется в течение месяца освобождать ваш дом. Ты ведь его подарил частной школе. Не забыл?

Андреас кивнул. Джейн продолжила:

- Все, можешь идти пока в свою каюту. Мы скоро приземлимся. Представитель Международного красного креста любезно согласился подняться с контрактом на наш корабль. Подпишешь - и полетим дальше, к пункту назначения. Пока отдыхай.

7-047 дала понять, что разговор окончен. Андреас поднялся с места. Ноги его почти не слушались, спина вспотела, в животе что-то булькало и крутило. Но самое главное - и он, и Ангелина будут жить. Сейчас это уже было похоже на правду.

Андреас кое-как дошел до дверей и остановился. Он вспомнил, что за вопрос вертелся у него на языке все это время.

- А... Можно еще спросить? Кроме своей семьи, в жизни я, и правда, не делал никому ничего хорошего. Кто тот человек, который попросил за меня?

- Лен Маршалл.

При этом имени у врача мгновенно заболела голова - каждая клеточка, начиная от корней зубов и заканчивая волосами. Лен ему все-таки сильно врезал. Вместе с тем, тот удар стоил ему теперь двух спасенных жизней. Андреас слабо улыбнулся:

- Я рад, что его побег удался.

Джейн кивнула в знак согласия.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Айна

- По-моему, это неудачная идея, Джек.

Лаерти с опаской поглядывал на цыган, лениво пережидающих послеполуденную жару на крылечках своих домов. Он ускорил шаг, следуя за их юной проводницей. Цыганская девочка-подросток, которую Джек остановил в космопорту и более получаса упрашивал провести к Резеде, молча шла по центральной улице деревни, не оглядываясь на надоедливых спутников.

- Я чувствую их недобрые взгляды, - вновь начал жаловаться Лаерти. - Посмотри, как злобно некоторые из них на нас пялятся. А ты уверен, Джек, что мы идем верной дорогой? Может, она решила заманить нас подальше от космопорта? Не знаю, как ты, а я самостоятельно путь отсюда найти не смогу. А что, если Резеда живет в другой деревне?

- Надо быть более доверчивым к людям, Лаерти. Я этой девочке верю. В космопорту нам ведь сказали, что в этом районе всего один цыганский поселок, да и тот рядом. Я уверен, что это здесь.

Цыганка вдруг остановилась, повернулась к ним лицом и на чистом английском языке произнесла:

- Стойте. Мы уже почти пришли. Дальше пойдет только один из вас. Тот, кому это очень надо.

- Я готов, - Джек выступил вперед.

- Джек, ты уверен, что хочешь идти один? - Лаерти занервничал. - Может, я все-таки с тобой? Составлю тебе компанию.

- Со мной все будет в порядке, Лаерти, - Джек обратился к проводнице. - Куда следует идти?

- Иди за мной. Резеде уже сообщили, что я не одна. Она тебя ждет, хотя твоя дорога напрасная. Поверь мне. Резеда больше не провидица. Жалко, что туристы - трудные люди в понимании таких простых вещей.

Айна повернулась к Джеку спиной и свернула на узкую тропинку во двор маленькой улочки.

- Я не турист, девочка. Мне нужна помощь, - Джек поторопился, чтобы не отстать от нее. - Мы встречались с Резедой раньше, она делала для меня пророчество, но сказала тогда не все. Я должен кое-что выяснить. Это очень важно. Я уверен, что она меня вспомнит.

Девочка остановилась. Джек поднял свой взгляд. Прямо перед домом, на освещенной ярким солнцем завалинке из красных камней сидела цыганская колдунья. Все такая же, как на «Синей птице»: старая, морщинистая, седая. И такая же, как тогда, спокойная и слегка улыбающаяся.

- Я помню тебя, капитан. Помню, - проскрипела она простуженным голосом. - И обстоятельства, при которых мы познакомились, тоже помню, - Резеда вздохнула. - Я не в силах была предотвратить гибель твоего корабля. Не держи на меня зла.

- Здравствуйте, Резеда. Я не с претензиями к Вам пришел, а с мольбою. С мольбой о помощи! И только Вы можете помочь спасти двух людей, подарить двум людям счастье, помочь двум потерявшимся в космосе вновь встретиться и найти друг друга!!!

- Говоришь замысловато. Люди нашей общины не обманывали тебя, когда сказали, что мой дар видения посещает меня все реже и реже. Уже много дней я не вижу никаких событий. Но если мудрая Резеда может помочь тебе хотя бы советом, то мне это нетрудно. Что я могу для тебя сделать?

- Джейн - девушка, которую я люблю, та, которая мне предначертана быть женою. Я потерял ее. Она ушла, а я не удержал. Я бесцельно летаю в космосе, но я не знаю, где она может быть, где ее искать и как нам встретиться. Помогите, пожалуйста!!! Прошу Вас!

Джек понимал, что слепая женщина не может его увидеть, но постарался вложить в свой голос, в свои слова, все, что он чувствует, весь тот пожар, что пылает в его груди.

- Говоришь, ее зовут Джейн? - спросила цыганка.

- Да.

- Значит, ты сделал свой выбор из двух женщин в ее пользу?

- Конечно, я ее люблю.

- И ты уверен, что твой выбор правильный? Что именно она предначертана быть тебе супругой?

- Да... - Джек смутился от такого простого вопроса.

- Окончательно и бесповоротно?

- Ну да. А разве... не она будет мне женою?

- Не знаю. Выбор делать тебе. Забавная штука - жизнь. Ты можешь быть счастлив с любой из них.

- Да, но Вы говорили...

- Я помню, что я тебе говорила, и могу повторить это снова. Вы повенчаны на небесах, однако вам еще предстоит понять, как вы друг другу дороги. До свадьбы вам предстоит разлука, в случае, если вы выберете друг друга, то проживете долгую и счастливую жизнь. Ничего не изменилось. И я не называла тебе ее имя.

- Мою невесту зовут Джейн Аксер, - гордо произнес Джек. - Даже если мой выбор неверный, это мой выбор. Я люблю эту девушку и хочу прожить с ней всю жизнь. Помогите мне найти ее, прошу Вас!

- Я не волшебник, и многие вещи мне не под силу. Я не могу дважды увидеть одно и то же. Могу лишь повториться: ваша разлука необходима. Каждый из вас должен выполнить свое предназначение, прежде чем вы снова встретитесь, и каждый должен проверить свои чувства. Это необходимое условие.

- Да, но, по-моему, разлука слишком затянулась! Мы ведь выиграли нашу войну. Мы подняли с колен целый регион. Одиннадцатая республика свободна! Я выполнил свое предназначение и к встрече готов. Но где она произойдет? Куда мне лететь? Я не могу просто сидеть и ждать!

Резеда покачала головой.

- Молодость - поспешность. Один вопрос, милый, к тебе. Один вопрос. Ответь, почему ты убежден, что победа в этой, совершенно чужой для тебя войне - и есть твое предназначение?

- Как - почему? - Джек растерялся. - Я столько лет посвятил борьбе за справедливость... и вообще, здесь моя родина, мой дом... Вы говорили, что мои поступки окажут то самое решающее воздействие на наш Совет Обороны и...

- И что? Разве все произошло совсем не так, м-мм?.. Я вижу будущее, но не комментирую его. Помнишь? Ты сделал то, что должен был сделать в той ситуации. И ты поступил правильно. Только это еще не означает, что именно это и требует от тебя сама судьба. Дорог и путей много, ответственных дел тоже. Да и невеста твоя пока не выполнила своего предназначения. Вот вы и не можете повстречаться.

- Но как же так, в чем тогда мое предназначение? - Джек окончательно запутался.

- Не могу тебе этого сказать. Просто слушай свое сердце, оно подскажет путь. Дорогу осилит идущий. Судьба дарит подарки, когда мы их не ждем... Тебе пора. Прости, что большим ничем помочь не могу, - Резеда, обращаясь по-цыгански к внучке, сказала: - Проводи их, Айна, назад в космопорт.

- Почему ты не хочешь ему помочь, бабушка? Он ведь на самом деле ее любит. И он страдает.

- Да, милая моя. Я это знаю. Любовь - прекрасное чувство. Жаль, что не вечное. Люди ценят лишь то, что выстрадано. Если его чувства выдержат проверку такой разлукой, то они оба будут счастливы. Понимаешь меня?

- Да, но мне его жалко. Я чувствую, что он хороший. Я потому и согласилась привести его сюда.

- Это ничего не меняет. Проводи их обратно.

- Ладно, - Айна кивнула и снова перешла на английский язык. - Вам пора уходить. Я Вас провожу.

Джек вздохнул. Он один во всем виноват, и ему никто не может помочь.

- Спасибо, что выслушали. Извините еще раз за беспокойство, - он обернулся и медленно побрел к ограде. Увидав Лаерти, махнул рукой в сторону космопорта. - Возвращаемся, друг...

Через лес шли молча. Лаерти понял, что в присутствии посторонней девочки из Джека слова не вытянешь, придется ждать. Айна, зная все тропки в этом лесу, вела их самой короткой дорогой. Лес стал реже. Впереди показались дежурные прожектора космодрома. Девочка подняла голову к небу. На площадку приземлялся космический корабль. Даже дух захватывает. Айна набралась решимости спросить:

- А правда, что вы можете управлять такой огромной машиной и поодиночке?

- Правда. У нас у обоих есть статус капитана, - Джек вымученно улыбнулся.

- А ею сложно управлять - ну, в космосе?

- В космосе как раз не сложно. Сложно садиться и взлетать. Хотя и это лишь дело практики.

- А правда, что наше солнышко относится к числу гигантов и считается одним из самых лучистых?

- Да, оно достаточно большое и яркое.

- И его даже видно из других галактик? Даже из отдаленных?

- Ну, если очень захотеть и приглядеться, то можно и увидать.

- Мм-м... - девочка указала на космодром. - Вот мы и пришли. По полю я с вами не пойду, здесь уже не заблудитесь.

- Конечно. Спасибо тебе, Айна. За все спасибо: и за услуги проводника, и за то, что просила за меня тоже. Я ведь понял по интонации. Кстати, можно маленький подарок?

- Цыгане не берут деньги за добрые дела, - возразила она.

- А я не деньги хотел тебе предложить, - Джек достал из кармана куртки свои часы. «Я их уже давно не ношу. Так лучше. Джейн ведь тоже не носит часов». - Вот, настоящие, капитанские. Знаю, что на вашей планете не бывает снега, а в этих часах бывает. Их достаточно перевернуть, вот так, и снова опустить. Видишь, какой снегопад? Красиво. Держи. От капитана Джека Карно.

Он пожал Айне руку и протянул часы.

- Ой, спасибо.

- Не за что. Прощай.

Джек с Лаерти медленно пошли по полю навстречу своему кораблю. Пора улетать. Сердце девчонки сжалось в комок. «Да, нельзя всем помочь в этом мире. Но ведь попытаться стоит?».

- Капитан Джек! - закричала она вдогонку, перекрикивая шумные порывы ветра и рев двигателей приземляющегося корабля. - Ты не должен искать свою принцессу!

- Что?

- Я говорю, ты не должен искать свою принцессу! Девушку, которую ты ищешь!

- Почему?

- Она сама тебя найдет! Правда! Только будь таким же большим и ярким, как наше солнышко! И тебя можно будет заметить и из другой галактики! Если, конечно, захотеть и приглядеться! Удачи, капитан Джек!

- Что? Эй, подожди! Куда ты? Я не понял...

Но Айна, проворная, как лесная козочка, уже скрылась за деревьями.

- Что она хотела этим сказать? - Джек недоуменно поглядел на Лаерти.

- Очевидно, то, что Джейн тоже тебя ищет и найдет первой.

- Да, и мне так показалось. Но что означает - быть большим и ярким, как их солнышко? Как это?

- Кто его знает, Джек? Она же еще ребенок, может, и сама не поняла, что сказала, - Лаерти начал подъем по трапу. - Куда берем курс теперь?

- Пока не решил. Я даже не представляю, где ее искать... Слушай, а давай слетаем на планету Соленых озер!

- На эту ужасную планету??? Джек, что там делать?

- На этой прекрасной планете я был очень счастлив. Мне надо собраться с мыслями, подумать. Знаешь, Лаерти, как я устал. Еще три месяца, потерянных даром! Я чувствую себя разбитым.

- Тебе надо выспаться, Джек. Ты совсем себя извел.

- Возможно. Некогда спать, Лаерти. У меня такое чувство, будто мы бегаем по кругу, упуская при этом что-то важное. Только - что?

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Возвращение в солонку

Спустя три недели большой черно-красный корабль с определенной долей опаски совершил посадку в сырой болотистой местности, густо поросшей травой, почти никому не известной планеты О39/2480. Джек вернулся на планету Соленых озер.

Молодой капитан был в отчаянии. Поиски любимой им девушки результатов не давали. Общие друзья о ней ничего не слышали. Из полицейской базы данных вся информация на Джейн исчезла сразу же после возвращения экипажа «Синей птицы» в цивилизацию. Детективное агентство, куда обратился Джек, посмеялось над несерьезностью поисковой операции. Резеда и Айна, с которыми пообщался Джек, также не внесли ничего конкретного в его планы. Джейн исчезла в неизвестном направлении, нигде не оставив за собой следов. Бесцельно летая от планеты к планете, наводя повсеместно справки о разыскиваемой и ностальгически вспоминая каждое проведенное вместе с Джейн мгновение, Джек захотел побывать на той земле, где он был счастлив вместе с ней.

Подлетая к планете и производя расчет координат для посадки, Джек неожиданно, с чувством тревоги и необъяснимого волнения, изменил курс и принял решение посадить корабль не на каменное плато, а на уровне моря, в то самое место, где когда-то приземлились капсулы «Синей птицы».

- Опасаешься нападения, Джек? - Лаерти иронично поднял кверху одну бровь, наблюдая за проводимым посадочным маневром.

- Нет, Лаерти, хотя, если честно, такая нехорошая мысль возникала. Страшновато в «мертвой зоне», без связи, совершать посадку. Да? Хотя убежден, что за эти два года здесь ничего не изменилось и планета сейчас так же необитаема, как и тогда.

- Почему же мы не садимся на плато?

- Хочу зайти на могилу к Филиппу. Да и... Не знаю, Лаерти. Может быть, я не готов так сразу вернуться? Смотрю на эти снимки с космоса - и, веришь, душа в комок сжимается. Так они похожи на ту карту, что сделала Джейн. Столько воспоминаний сразу. Словно я провел здесь всю жизнь. Тяжело, наверно, будет увидеть запустение в нашем лагере.

- Да, мне тоже неспокойно. Ты только Фараона, Джек, не отпускай тут. Если удерет в лес, я за ним точно не пойду. Я хоть и прожил на этой планете целый год, но до сих пор вздрагиваю, когда мне снятся вопли местных куриц. Не говоря уж о том, что мы приземляемся рядом с опасной низиной. А в чем причина опасности - мы так и не знаем. И эксперта по этой планете с нами нет.

- Надо вооружиться на всякий случай. У меня такое чувство, что трава здесь вышиной с корабль. Нужно что-то типа косы или ножа. Смотри, как все заросло. Найдем ли мы с тобой его могилу?

- Найдем. Куда денемся? А и правда, когда мы приземлялись в прошлый раз, трава была не такой высоченной. Была весна. А сейчас? Трижды осень? Какое здесь сейчас время года, как думаешь?

- Ну уж точно - не сезон засухи. Здесь вообще не бывает времен года, если ты помнишь. Либо жара и дожди днем и ночью, либо жара днем, а дожди и мороз ночью, - Джек отстегнул ремень безопасности и встал с капитанского кресла. - Что, готов?

- Конечно.

Лаерти, заткнув за пояс два внушительных пистолета и один лазер, вооружившись длинным ножом, направился к посадочному трапу.

Травы на поляне, действительно, оказалось слишком много. Произрастая в жарком и влажном климате, на открытой, освещенной солнцем местности, отдельные травяные плети и цветы достигали местами высоты двух метров, скрывая отважных любителей приключений с головой. Лаерти, орудуя походным ножом, как косой, разгоняя мух и раскидывая в стороны отлетающие листья, первым уверенно прокладывал себе дорогу. Джек немного позади, вдыхая соленый влажный воздух, любуясь небом, солнцем и всей окружающей природой, медленно шел за своим другом.

- Джек, давай иди за мной, по моим следам! - крикнул Лаерти спустя пару минут. - Кажется, я нашел участок местности, где травы не очень много. Точнее... - Лаерти удовлетворенно кивнул сам себе, похвалив мысленно за удачную находку. - Точнее, она здесь не такая высокая. Смотри, трава словно подстрижена, как тропинка. Не перестаешь удивляться местным природным явлениям.

- Где? - Джек тоже вышел на достаточно узкий участок поля, где трава от силы доходила до пояса. - Правда ведь. И в нужную нам сторону. Это добрый знак. Как считаешь?

- Да. Жалко, нет с нами нашего эксперта по загадочным явлениям дикой природы, - Лаерти снова направился вперед, теперь размахивая ножом справа и слева от себя, сшибая у соседних растений самые макушки и распугивая мелких мошек и бабочек. - Думаешь, как бы Джейн объяснила данный феномен?

- Очень просто, Лаерти. Либо это растение другого вида, низкорослое, я имею в виду. Либо здесь особый пласт почвы, - Джек присел на корточки, разглядывая землю. - Либо... оно было когда-то подстрижено? А вот и те части, что были срезаны, - он поднял полусгнившие верхушки растений. - Что-то я чего-то недопонимаю, Лаерти. Что за явление могло выстричь здесь дорожку?

- Что-то или кто-то, - Лаерти вытащил из-за пояса пистолет и воинственно огляделся. - Предлагаю посмотреть, куда ведет эта дорожка. Что скажешь?

- Согласен. К тому же, - Джек выпрямился в полный рост, разглядывая местность и находя знакомые ориентиры, - мне кажется, что нам по пути.

Вытащив также свой пистолет, Джек прямиком направился по условной тропинке. Друзья не ошиблись. Дорожка с невысокой травой, разделив заросшую поляну точно посередине, уходила в сторону деревьев. Пройдя несколько шагов под их нависшими кронами, капитаны в изумлении остановились у могилы Филиппа.

Могила была ухоженной. Вместо самодельного деревянного креста, что когда-то заботливо установил экипаж «Синей птицы», теперь стоял мраморный памятник с фотографией профессора и датами его жизни. С двух сторон от него были прикреплены еловые венки с траурными лентами. На могиле посажены цветы, сквозь которые также начали прорастать местные сорняки.

Джек и Лаерти переглянулись.

- Думаешь, Арчер?

- И нам ничего не сказал?

- Не знаю. Но не Таисия с Тони. Это точно. Я их недавно видел. Они бы проболтались.

- Гарри? Он клялся, что сюда - ни ногой.

- Хм... Странно.

Друзья подошли к могиле поближе. Джек взял в руки траурные ленты с венков и прочитал уже слегка расплывшиеся от соленой влаги надписи, говорящие о вечной памяти. Один венок был от друзей. Второй значился как от родственников. Небольшие инициалы внизу лент были обозначены как Д.А. и Е.Д.

Лаерти присвистнул.

- А что, у Филиппа были родственники?

- Племянница. Эти инициалы: «Д.А. и Е.Д.»? Ну конечно! Джейн Аксер и Ева Дофине! Какой же я глупец, Лаерти! - Джек сокрушенно покачал головой. - Я ведь начисто забыл. Джейн говорила, что Фил просил ее разыскать свою племянницу. Но как? Как она нашла сюда дорогу? На чем она сюда долетела? Это же безумно дорого! Какой корабль согласился их сюда отвезти? И как... как давно они здесь были?

- Не знаю, Джек. Травой тут все порастает очень быстро. Сумасшедший климат, сам помнишь. Но могу предположить, не более чем месяц-два назад.

- Да, я тоже так думаю. Лаерти, а вдруг они еще здесь? Надо срочно подняться к шалашу!

- Вряд ли, Джек. Только безумец согласится поменять цивилизацию на эту сумасшедшую планету.

- Лаерти!!!

- Молчу, Джек, молчу. Надо - поднимемся. Только давай на корабле. Идти пешком по джунглям мне не хочется.

Они снова поднялись на борт корабля. «Красная комета» с недовольным рычанием оторвалась от болотистой почвы, превращая в уголь мокрую траву, и поднялась в небо, а спустя какую-то четверть часа приземлилась на каменном плато, почти рядом с лагерем. Джек с волнением в груди быстро побежал вниз по знакомым тропинкам. «Сколько раз в день поднимались и спускались мы здесь в свое время?». Каждый камень, каждое деревцо смотрело на него как на доброго знакомого. Лаерти едва поспевал следом...

Однако лагерь хороших новостей друзьям не принес. Здесь царило уныние, пустота и тоска. Шалаш был в том же виде, в каком его оставили, лишь слегка покосившаяся крыша выдавала, что дождей было предостаточно и многие ветки требуют замены. Вся лужайка перед «домиком» и даже костровище заросли травой, которая здесь была не многим менее чем в низине. Вещи лежали на тех же местах, где и были на радостях забыты своими хозяевами. Продукты давно испортились и сгнили. В самодельных вазах на стенах шалаша все еще торчали пучки растений, бывших когда-то шикарными букетами вкусно пахнущих цветов, а теперь превратившихся в соломенные веники. По надувным матрасам, которые служили экипажу кроватями, нисколько не смущаясь присутствия людей, важно прохаживались ставшие теперь в полном смысле этого слова домашние курицы. Выкопав какое-то подобие подземного хода между загоном и шалашом, эти маленькие громко кричащие птицы теперь смело ходили через «дом» в лес и к речке, но неизменно возвращались в уже принадлежавшее им по праву собственности жилище. Во всем чувствовалось запустение и одиночество.

- Ничего. Никаких следов. Думаешь, они сюда не заезжали? - Джек со щемящим сердцем разглядывал все вокруг.

- Нога человека не бывала здесь очень давно. Хоть бы записку оставили, что ли!

- Записку? Точно, Лаерти! Она могла оставить записку! Дневник капитана. Помнишь? - Джек прямиком направился в сторону «капитанской вышки». Лаерти только охнул в ответ.

- Джек, ну ты ведь не полезешь на это дерево? Помнишь, что было в прошлый раз?

- Я должен, Лаерти. Джейн могла оставить там записи. Я бы, наверно, так и сделал. Дневник для того и ведет капитан, чтобы в нем было все.

- Но она ведь уже не капитан, и приезжала не одна. Джейн могла дневник и не проведывать вовсе.

- Знаю. Но я должен. Все, я полез. Ну-ка, подсади меня!

Со второй попытки Джек все-таки залез на дерево. «А не так и сложно». Он оглянулся по сторонам. «Красота какая! Неудивительно, что Джейн просиживала здесь часами. Есть чем любоваться... Да, но дневник - важнее всего! Только бы он был на месте!». Джек с тревогой дотянулся до дупла. В глубине ствола, на теплом и сухом мхе обнаружил он шуршащую бумагу. Дрожащей рукой вытащил он ту самую тетрадь, что подарил Джейн для ведения записей. Тетрадь была исписана от корочки до корочки. Последняя страница открылась сама собой. Джек прилип к ней глазами. Запись была свежей:

«- Привет, дневник! Не люблю недоделанных дел, недосказанных мыслей или невыполненных обещаний. Поэтому, спустя два года, опять пишу. Обещала рассказать, что там, за горизонтом, за непролазными зарослями, далеко на юге. Там счастье, дневник. Простое человеческое счастье. Очень непродолжительное, как оказалось, но зато самое настоящее. Я не знаю, как тебе его описать, да и надо ли? Но одно могу сказать: если бы у меня была еще одна жизнь, я бы провела ее именно там, вместе с Джеком.

Судьба - вещь непредсказуемая. Почти год мы ждали возможности удрать с планеты Соленых озер, а когда возможность наступила, я внутренне оказалась к этому не готова. В ночь на одиннадцатое июня на планету приземлился корабль контрабандистов. Мы его дружно атаковали и улетели отсюда. Экипаж снова поступил под управление капитана Джека Карно, я же сошла с корабля на Марте. Наши пути разошлись.

Джек, Лаерти, Арчер, Гарри, Тони и Таисия поступили на контрактную службу в КСД. Были в самых горячих точках, что доставляло лично мне массу волнений. Но они справились! Они добились свободы и независимости для своей родины. В репортажах о реабилитации повстанцев часто звучат их имена. Сказать по правде, я очень по ним скучаю. Мне не хватает наших вечерних посиделок у костра, походов с Гарри, препирательств с Лаерти...

Лаерти и Джека месяцев десять назад я видела на Каласке. Они были от меня так близко, как от этого дерева, на котором я сижу, до нашего шалаша. Их корабль зашел туда на дозаправку. Равно как и наш тоже. Представить себе, дневник, не можешь, каких сил мне стоило не закричать и не окликнуть их. Но я заставила себя этого не делать. Нам уже пора было улетать, да и их сбивать с курса я не имела права. Мне так сложно было уйти от Джека, сойти с его дороги и не вставать между ним и Алисией, особенно после того, как мы признались друг другу в любви. Их свадьба была решенным делом еще задолго до меня. Я не имею права вмешиваться и разрушать его жизнь. Если бы я его окликнула, уйти второй раз от него я бы не смогла. Да и бередить память Джека тоже несправедливо. Я надеюсь, что он смог меня забыть. Знаю, что он женился и куда-то переехал из Одиннадцатой республики. Что ж, так лучше. Я тоже стараюсь его забыть. Хотя, если честно, пока это не получается...

Арчер, я знаю, тоже женился. Видела его фамилию вместе с супругой в списке участников аукциона на покупку элитного жилья. Дай Бог, чтобы у них все в жизни сложилось. Тони с Таисией также вместе. Еще не женаты, но, думаю, к этому все придет рано или поздно. Они заслуживают счастья. О Гарри и Лаерти ничего конкретного не знаю, но полагаю, что и у них все в порядке.

Вот так, дневник, обстоят дела у членов экипажа «Синей птицы». У меня тоже все хорошо. Скопила немного денег на поездку сюда, отметилась. Во-первых, Филиппу обещала разыскать его племянницу. А Ева уговорила отвезти ее на могилу дяди. Так и собрались. Во-вторых, тоска замучила. Приехала свою душу подлечить. Красиво все-таки здесь. Очень красиво. И уезжать не хочется, хотя и надо...

Что ж, дневник, на этом все. Страницы закончились, как и мое повествование. Я ведь и не капитан уже, и команды у меня нет. Жизнь опять начинается с нуля... Хотя нет, не совсем. У меня есть еще одно неоконченное дело: не все свои обещания я выполнила, а значит - пора за работу. Пока-пока. Джейн Аксер».

- Боже мой, Лаерти! - Джек в ужасе захлопнул дневник. - Мы разминулись здесь всего на месяц! Я поверить не могу в это! И она убеждена, что я женат!

- Женат? - Лаерти запрокинул кверху голову, пытаясь разглядеть Джека сквозь листву. - А я почему-то не удивлен. Мы все были убеждены, что ты женишься на Алисии. Да и твой отец...

- Боже, какой я дурак! Вот почему Джейн не окликнула меня на Каласке! Вот почему наши пути никак не пересекаются: Лаерти, она сама избегает меня, избегает нашей встречи, избегает даже мыслей обо мне! Это неправда - то, что сказала мне цыганская девчонка! Джейн не ищет меня! Она пишет, что старается меня забыть! Боже, услышь мою молитву: пусть у нее это не получится! Пусть не сможет она меня забыть! Пусть помнит, пусть помнит меня! Где ты, Джейн?

Джек закрыл лицо руками. Ему вдруг стало очень страшно. Страшно за то, что он не представляет, где искать, страшно за то, что он может ее и не найти никогда.

- Джек, а что, если она... как это выразить, - Лаерти смутился, - ну, когда хотят кого-то забыть, иногда кидаются в объятия другого человека и...

- Замолчи, Лаерти! Не смей так говорить, не смей даже думать так! Я запрещаю тебе, слышишь?

- Слышу. Я просто предположил.

- Лаерти, я не имею права думать так. Это я отпустил ее, это я не удержал ее, когда она уходила. Это моя вина, понимаешь? Если я хоть на секунду засомневаюсь, что смогу ее найти, я потеряю ее навсегда. Я должен верить, верить так, как не верил никогда в жизни, за двоих, и за нее тоже, за десятерых, не знаю за кого еще, но я должен верить, что найду ее!

- Успокойся, Джек. Мы найдем ее обязательно. Нам пора уходить отсюда. Собирается дождь.

- Вижу. Сейчас спущусь. Я только напишу пару строк, что мы тоже здесь были.

- Думаешь, Джейн еще раз сюда вернется?

- Вряд ли, - Джек вздохнул. - Но я должен.

«Красная комета», поднимая тучи каменной пыли, второй раз за свою трудовую космическую жизнь покидала планету Соленых озер. Джек с грустью смотрел на удаляющуюся землю. Землю, где он пусть и недолго, но был счастлив.

- Что теперь, Джек? - Лаерти обеспокоенно смотрел на друга. - Думаешь, куда они полетели? Опять на Марту? Где нам их теперь искать?

- Без понятия. Джейн нигде не оставляет следов. Она меня не ищет, как сказала Айна. Она от меня прячется. Смысла лететь на Марту нет.

- Что тогда? Попытаемся разыскать Еву?

- Тоже дохлый номер. Фил говорил, что Ева бесконечно переезжает под вымышленными именами, с липовыми документами. Ты же знаешь, полиция убеждена, что бумаги Виктора Дофине вовсе не уничтожены, как он сообщал на допросах, а спрятаны кем-то из членов его семьи. Полиция опасается создания нового электронного вируса. Вся семья бывшего ученого в розыске. Я не знаю, как Еву нашла Джейн, под каким именем, и где теперь скрывается эта девушка. Мне о Еве Фил ничего не рассказывал.

- Куда же тогда мы летим? Домой?

- Домой? - Джек задумался. - А он у меня есть? Отец однозначно сказал, чтобы я у него больше не показывался. Его воля. Он меня не увидит.

- Джек, перестань, прошу! Вы оба тогда погорячились. И я уверен, что Уилл это понимает. Вы ведь не первый раз ругаетесь, и ты знаешь, что все равно помиритесь.

- Нет, Лаерти. На этот раз все по-другому. Раньше на мировую всегда шел первым я, потому что знал, что я не прав. А в этот раз я прав, и мне просить прощения не за что.

- Что же тогда? Что будешь делать?

Глядя куда-то вдаль, Джек ответил тихим голосом:

- Филипп перед смертью дал нам всем поручения, верно? Видишь, Джейн его поручение выполнила: нашла Еву. А я ведь, сказать по правде, еще ничего не предпринял, чтобы выполнить его поручение.

- А о чем он тебя попросил?

Джек вздохнул.

- Найти мою мать.

- Мать? Какую мать? Джек, но ведь у тебя нет...

- Есть, Лаерти. Как выясняется, есть. И это еще одна причина, по которой я не спешу общаться с отцом. Я хочу знать, что происходит. Почему все вокруг меня уверили, что матери у меня нет? Вот мои ближайшие планы. Что же касается тебя, Лаерти... Ты замечательный друг и очень много для меня делаешь. Особенно сейчас, когда мне необходима моральная поддержка. Но, согласись, ты не можешь тратить свою жизнь на исправление моих ошибок.

- То, что Джейн ушла, это и моя ошибка. Если б я тогда тебя не остановил, сейчас все было бы иначе.

- Может быть. Что теперь об этом рассуждать? Но я настроен на длительные поиски, даже если мне придется искать Джейн всю жизнь. Резеда ведь сказала, что победа в войне не являлась моим предназначением, что-то я должен сделать еще, до того, как мы с Джейн встретимся. А значит, прежде чем я ее разыщу, я должен найти это что-то важное. Думаю, речь идет о моей матери. Видишь, как все запутанно! Ну а ты, друг... Двадцать пятого числа на Данге стартует группа межгалактического путешествия. Экзотический туризм. Ты столько лет мечтал прокатиться по самым необычным планетам. А сейчас у тебя есть и деньги, и время. Глупо упускать такой шанс. Правила, правда, у них жесткие. Залог требуют, аж зашкаливает, но я предлагаю договориться с ними на «Красную комету». Корабль постоит на стоянке до твоего возвращения. Очень многие туристы в последнее время сходят с маршрута, и компания несет убытки. Именно поэтому они и берут залоги - страховка бизнеса. Как вернешься из путешествия - корабль заберешь...

ГЛАВА ШЕСТИДЕСЯТАЯ

Семейный очаг

Джек так и сделал, как сказал. Оставив Лаерти и «Красную комету» в космопорту Данги дожидаться старта межгалактического путешествия, он приобрел билет на тихоходный пассажирский рейс, следующий в Ольскую республику. Взяв в походную сумку минимум своих вещей и ленивого кота Фараона, Джек ступил на посадочный трап космического общественного транспорта.

Он не хотел прилететь слишком быстро. Ему требовалось собраться с мыслями. Джек не знал, почему до сих пор откладывал этот полет. Тревоги и волнение не давали ему спать и есть. «Какая она - моя мать? Как выглядит? Чем занимается? Что обо мне знает? Как меня примет? И примет ли вообще? Почему отец о ней никогда ничего не рассказывал и даже Филипп всегда хранил молчание? Почему моя мать меня не искала?». Эти вопросы не давали Джеку покоя всю дорогу. Несколько раз он думал отказаться от этой затеи и не ворошить прошлое. Но если принял решение - действуй!

Джек захотел разобраться в положении вещей. Даже если он узнает что-то, что будет ему неприятно. Если мать его не примет, или она окажется не такой, какой он представлял ее долгие годы. «Лучше зажечь в темном подземелье лампу и столкнуться лицом к лицу с невиданным чудищем, чем бродить в лабиринтах в темноте, внушая себе, что так спокойней и безопаснее...». В этих и других размышлениях время пути пролетело незаметно. Теплым летним вечером космопорт Ольска в числе многих международных рейсов принял на посадочную площадку и большой тихоходный корабль с капитаном Джеком Карно на борту в качестве пассажира.

С душевным трепетом ступил Джек на планету, где он когда-то родился, на землю своей первоначальной родины и родины его родителей. Он уже не помнил лучей тепло-красного солнца, бледно-желтых облаков и такой забавной рыжей листвы. Шустрый таксист, предложивший Джеку свои услуги, быстро мчал его по указанному адресу в центр столицы, а Джек во все глаза смотрел по сторонам, разглядывая особняки, парки, фонтаны, площади и яркие витрины магазинов. Воспоминания детства вдруг разом захлестнули его сердце, где-то защемило и заныло внутри. Джек очень-очень захотел найти свою мать. Сомнений в его душе больше не было. По какой причине они не могли видеться почти двадцать пять лет, Джеку было все равно: он знал, что он любил свою мать и непременно хотел ее увидеть.

Вот и он, ее дом. Тот самый адрес, который указал ему Филипп. Джек расплатился с таксистом и вышел из автомобиля.

Фасад двухэтажного особняка нарядно смотрелся на центральной улице. Джек в нерешительности остановился у калитки. Какой-то частью души он помнил эту калитку, этот маленький осколок детства, пять ступенек, ведущие к парадной двери. Он помнил эти яркие золотые цветы по обе стороны от крыльца, причем раньше они казались ему гигантскими живыми изгородями.

Джек окинул взором окна и балконы дома. На улице уже смеркалось, и в окнах горел свет. За шторами и жалюзи временами мелькали тени. «Хорошо, если моя мама сейчас дома! Осталось только сделать шаг вперед. Зажечь свет в черном подземелье...».

К дому подъехало такси, из которого выскочила молодая девушка. Рыжая кудрявая егоза без умолку с кем-то болтала, хихикала и кокетничала. Она опасливо поглядела наверх, на окна и балконы. Оценив цепким взглядом, что ее приезд прошел незамеченным, девушка нагнулась в глубь салона и поцеловала сидящего в такси мужчину.

- До завтра, - прощебетала она ему и помахала рукой.

Поправила то, что можно с большой натяжкой назвать прической, ибо рыжие кудри топорщились на голове во все стороны, и развернулась к подъезду.

Только сейчас она заметила, что у дверей ее дома прохаживается в нерешительности незнакомец. А вся предыдущая сцена прошла у него на глазах. Девушка вспыхнула и высоко подняла голову.

- Вы меня ждете?

- Э, нет. Думаю, не Вас, - Джек улыбнулся девушке и вопросительно посмотрел в ее светло-голубые глаза. - Я ищу хозяйку вот этого дома.

- А в двери позвонить не пытались?

- Нет. Не успел. Простите. Я не хотел за Вами подглядывать. Это получилось не специально. А Вы здесь живете? Я разыскиваю Камилу Рос Де Оро. Скажите, она здесь проживает?

- Да, здесь. Это и в любом справочнике написано. Только в это время суток она не принимает. Обратитесь в ее офис к секретарю, Вам назначат время приема. А вообще пресс-конференция для журналистов состоится только в следующий вторник. Странно, что Вы ее разыскиваете в нерабочее время.

Девушка открыла калитку, недовольно поднялась по ступеням крыльца и залезла в свою сумочку в поисках ключей.

Джек поднялся за ней на одну ступеньку и опять в нерешительности остановился.

- А я не журналист. Простите, правда, уже вечер. Но я торопился сюда, как мог. Я из космопорта. Сразу как транспорт подошел. Я ее не по служебным вопросам ищу, - он с тревогой глядел на то, как девушка открыла ключами входную дверь и вот-вот переступит порог своего дома. - Вы не могли бы ей передать, что ее разыскивает сеньор Карно? Джек Карно меня зовут.

- Хм... Ладно, давайте свою визитную карточку. Я ей передам.

- У меня нет визитки. - Джек совсем растерялся под пристальным недоверчивым взором.

- Нет визитки? Вы в каком веке живете, сеньор Карно? И вообще, по какому вопросу Вы ее ищете?

- Мм-м... По личному, сеньорита.

- Скажите пожалуйста! - девушка высокомерно передернула плечами, зашла в дом и, не оборачиваясь, бросила через плечо: - Если в течение получаса она не выйдет, то ждать бесполезно.

София захлопнула двери и еще раз передернула плечами. «Ну и настырный народ нынче пошел! Никакого покоя нет. Поужинать с семьей нормально не дадут!».

- Добрый вечер всем! Мам! Малышня! Я дома! Вы уже ужинаете? - закричала она с порога, пытаясь по отзвукам определить, в какую часть дома ей перемещаться.

Девушка не ошиблась: дружная семья уже находилась в столовой, приступив к ужину. София прямиком направилась туда.

- Всем приветы! Мама! Пит, Анри! Я не опоздала? Добирались с подругой на такси, а кругом такие пробки... Как дела?

- Отлично, - Камила кивнула в знак приветствия, отвечая за себя и восьмилетних сыновей. - А у тебя?

- У меня тоже все хорошо, - София уселась на свой стул и притянула столовые приборы. - Мам, а тебе фамилия Карно о чем-нибудь говорит?

Камила перестала есть и испуганно посмотрела на дочь.

- Вообще - говорит. А почему ты спрашиваешь?

- Да так просто. У нас под окнами расхаживает какой-то тип с такой фамилией и хочет с тобой поговорить по личному вопросу.

- Уилл??? - Камила побелела как мел и поднялась с места.

- Нет, он сказал, что его зовут Джек. Джек Карно.

Старый дворецкий, прислуживающий за ужином, выронил из рук столовые приборы...

Меньше чем через полминуты Камила была уже на улице и со слезами на глазах обнимала сына.

- Джек! Сын мой!!! Господи, благодарю тебя! Небо услышало мои молитвы! Джек! Я так ждала, так надеялась, что день этот когда-нибудь настанет, и я тебя еще увижу! Джек, мальчик мой, ты нашел меня! Какое счастье! Боже! Ты так похож на своего отца! Одно лицо! Вылитый Уилл! А Уилл? Он не приехал?

- Нет. Если честно, он не знает, что я здесь.

Джек очень осторожно взглянул на женщину, приходившуюся ему матерью. Воспоминаний о ее внешности у него почти не было. Но именно такой он себе ее всегда и представлял: самой красивой женщиной на свете. Немолодая уже, но без каких-либо признаков старения на лице. Ровная светлая кожа, светло-каштановые, с легким рыжим оттенком волосы, синие глаза - такие понимающие, такие добрые. Правильные черты заплаканного сейчас и одновременно улыбающегося лица. Плавные жесты и грация, высокая стройная фигура. Такая элегантная во всем: и в одежде, и в мимике, и даже в речи.

В дверях показалась еще одна фигура. Джек непроизвольно перевел глаза на удивленное лицо рыжей бестии, с которой он имел возможность беседовать пару минут назад. А затем с интересом посмотрел и на выпрыгнувших на порог двух как две капли воды похожих друг на друга мальчишек. Камила тоже обернулась.

- София, познакомься. Это твой родной брат Джек. Джек, это твоя родная сестра София. Дети, пойдемте в дом. Нам надо о многом поговорить...

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Александрия

- Привет, Денис!

- ???!

- Не узнаешь?

- Джейн? О, нет! - Денис поперхнулся полукислым пивом, которое уже около часа медленно потягивал в местном баре Александрии, сидя за одним из столиков, слушая безвкусную, с точки зрения Джейн, музыку и разглядывая не менее безвкусное шоу разукрашенных полуголых танцовщиц.

- О, да! Ты что, не рад меня видеть?

Джейн без приглашения уселась за стол напротив напуганного парня, загораживая собой сцену, и мило улыбнулась.

- Да как сказать... Если за тобой следом опять прибежит твой сумасшедший дружок и будет из меня вытрясать душу, то не особо, - Денис опасливо огляделся кругом.

- Не поняла. Какой еще дружок?

- Да ладно. Неважно. Дела давно минувших дней. Как ты меня нашла здесь? Какими судьбами?

- Да все теми же. Я по поводу нашей сделки, если не забыл. Ты все еще мечтаешь стать генералом?

- Предположим, все еще мечтаю. Что с того?

- Есть такой вариант, Денис, - молодая женщина хитро подмигнула. - Если ты готов кое-что для этого сделать.

Денис засмеялся. Его испуг рассеялся, уступая место обычной самоуверенности и браваде. Здесь, на своей родной планете, в людном месте ему ничего не угрожает.

- Вот как? Кому я должен продать душу? Кого убить?

- Зря паясничаешь. Я серьезно. Условия сделки прежние: никаких вопросов, полное подчинение и гарантированный результат.

- Гарантированный результат? Не смеши меня, Джейн. В этой жизни ничего никому нельзя гарантировать. Просто скажи, что тебе от меня нужно, и все. Ты ведь не просто так меня разыскала? Верно?

- Верно, - Джейн улыбнулась. - Ты достаточно догадливый. Мне нужно попасть во дворец. У меня там запланирована важная встреча. И ты можешь меня туда провести. И проведешь.

Денис расхохотался.

- Ну и ну! Джейн, и ты туда же! Нет, не обижайся, но ты восьмая, кто за сегодня просит меня о таком «пустячке». Девчонки-девчонки, как вам это объяснить? Не могу я, служба такая! Я, конечно, понимаю, что произвожу впечатление человека, которым можно вертеть и крутить, как захочется. И вы, наверно, вообразили, что завтрашняя коронация - это нечто удивительное и волшебное, на что непременно стоит посмотреть. Но уверяю, что это не так. Все самое интересное покажут в новостях, а в целом - скучища. Придет столько военных, наблюдателей, журналистов - яблоку будет негде упасть. Что там делать? Джейн, ты меня прости, но я не могу.

- Даже за генеральский статус?

- А кто мне его даст?

- Тот, кто будет утвержден новым правителем Александрии.

- А ты уже знаешь, кто из трех кандидатов будет утвержден? Совет наблюдателей решит это лишь завтра. С великими мира сего не договориться. Уж поверь мне, - авторитетно заявил он.

- Это зависит от того, кто будет договариваться.

- Мм-м... Вон оно как? И на кого ты работаешь?

- Никаких вопросов, Денис. От тебя требуется только провести меня через внешнюю ограду дворца. И все. Се-год-ня!

- И только-то? - Денис опять засмеялся. - А я-то, глупый, поволноваться успел даже. Подумаешь, усыпят за государственную измену?! Джейн, я не знаю, как там у вас, в космосе, но здесь - ты пойми, что Александрия, по международным меркам, довольно отсталая планета. И о правах человека вспоминают здесь только когда приезжает какая-нибудь очередная международная комиссия. Ты почитай наши законы! Бардак! Я еще пожить хочу.

- Да, я ознакомилась с вашим законодательством.

- Ну так о чем тогда ты меня просишь? Я военнослужащий, Джейн, офицер службы безопасности. Я ведь тебе рассказывал. Я должен охранять наше государство от тех, кто нарушает законы, а не сам их нарушать. То, о чем ты меня просишь, это должностное преступление, если вообще не измена Родине.

- Твое ответственное отношение к службе, Денис, похвально. Но мне очень надо попасть во дворец, и, поскольку у меня нет специального пропуска на внешнюю охрану, только ты можешь мне помочь. Я не собираюсь нарушать законы Александрии, нарушать общественный порядок и тем более - подставлять тебя. Мне нужно переговорить с одним человеком, еще до коронации. И сделать это нужно сегодня. Я могу на тебя рассчитывать, Денис? Мне не хочется напоминать, но ты обязан мне жизнью.

- А вот это, между прочим, не достойный уважения аргумент.

- Согласна, но это последний аргумент, который есть в моем арсенале. Ты мне должен. И ты мне нужен. Сейчас. Так ты мне поможешь?

- Как ты себе это представляешь?

- Просто. На охране ведь сегодня стоят ваши? Со своими всегда легче договориться. Придумай что-нибудь. Тебе лучше знать, что сработает эффективней, раз ты сам в этом же соку варишься. Например, скажи, что хочешь показать своей девчонке охраняемую твоим полком территорию. Вот и все.

- Вообще-то у меня есть невеста, и ребята ее знают. И потом, накануне коронации... Это преступление. Там такая охрана! У нас мышь не проскочит.

- Надо сделать, чтобы проскочила. Ну скажешь, что я твоя дальняя родственница, кузина.

- А дальше? Как ты попадешь внутрь?

- Это не твоя забота, - отрезала Джейн.

- А выйдешь как?

- Это тоже не твоя забота.

- Нормально. А что тогда моя забота?

Денис начисто забыл и про пиво, и про танцовщиц. Все его расслабленное благодушное настроение испарилось, словно дымок из самовара в углу барной стойки.

- Я же тебе сказала. Провести меня через внешнюю линию охраны. Сегодня. И все.

- Да, и все. Прощай карьера. Если не жизнь.

- Я думала, генералы - более смелые люди.

- А ты хоть одного живого генерала видела?

- Разумеется. И, кстати, не все они высокого роста, как ты считаешь. Так что комплексовать на этот счет не надо.

- А кто тут комплексует? Я готов вступить в должность хоть сегодня. Жаль только, что никто не предлагает... Эх... - Денис страдальчески вздохнул, поморщился, почесал затылок. Опять вздохнул. - Ладно. Еще никто не говорил, что я не держу данного слова. Есть у меня один лишний пропуск, даже врать не придется. Но внешняя линия охраны - это тьфу! Не так серьезно, как внутренняя. По этому пропуску в здание тебя не пустят. Нужен еще один, но допуска к нему, или даже к тому лицу, кто их выдает, у меня нет. Понимаешь? Скажи, в чем смысл - ну пройдешь ты за ворота, а дальше? Дальше что будешь делать? Ты не сможешь свернуть по газону куда-нибудь вправо-влево. Тебя тут же перехватит охрана. У тебя будет лишь одна дорога - пятьсот метров вперед, до парадных дверей и еще одного поста. Как будешь пробиваться? Выкручивать им руки и валить на пол?

- Зачем? Покажу им требуемый пропуск, - Джейн загадочно улыбнулась и достала из кармана именную пластиковую карточку со своей фотографией.

- Как? - Денис опешил. - Где ты ее достала?

- Фирма веников не вяжет, а если и вяжет, то фирменные. Теперь дело только за тобой, Денис.

- Ох, боюсь, впутаешься в какую-нибудь историю там, внутри. Недаром мне всю ночь змеи снились. Ох, не к добру. Попадешься - я точно для тебя уже ничего сделать не смогу.

- Спасибо за беспокойство, Денис. Все будет в порядке. И у меня, и у тебя. Змеи к звездам на погонах снятся. Правда.

- Врешь ты все.

- Но с такой ложью не так страшно. Ты настоящий друг.

- Я настоящий осел, наверно, - Денис охнул, отклонился назад, на спинку стула, и снова охнул. «Уговор, конечно, дороже денег. Но каков уговор!».

Так, тихо и мирно, без шума и оружия, без громких скандалов и ярких репортажей в прессе и на телевидении произошла очередная революция на планете класса А17 - в Александрии. Имевшиеся до этого момента три кандидата на пост главы государства комиссией международных наблюдателей в качестве таковых более и не рассматривались. Деменева Александра как единственная прямая наследница была единогласно признана главой русского альянса из четырех планет во главе с Александрией. Скромная процедура коронации в соответствии с не менее скромным бюджетом в присутствии растерянных представителей местной элиты, традиционно - кадровые перестановки. А дальше - дальше началась работа.

Никто на самом деле, ни местное население, ни международные наблюдатели, ни хамелеонские попечители, неправомерно заключившие кабальный договор для Александрии - никто в принципе не мог ожидать, что никому не известная молодая женщина вдруг проявит железную волю и характер. Что она возьмет на себя всю полноту ответственности за принимаемые решения и будет с самыми серьезными намерениями строить сильное, самостоятельное государство.

Джейн мало волновало, кто и что о ней думает, что говорит и кому что не нравится. Поставив перед собой четкие цели, задав жесткие рамки с самого начала для себя и своей команды, Джейн с головой окунулась в работу, набирая скорость и сметая со своего пути любые преграды. Она заявила хамелеонским «опекунам», что расторгает договор об опеке и перечислила на их счета к их непередаваемому на словах изумлению всю сумму обозначенной в договоре неустойки. Юридически (показательно для международного сообщества) она выдержала всю необходимую процедуру по расторжению договора, вежливо и железно несколько раз ответила твердое «нет» на предложения хамелеонов по защите ее планет от космических разбойников. Джейн без длинных предисловий и рассуждений выставила такой мощный космический флот для охраны своих территорий, что теперь не только случайно забредшие сюда разбойники, но и официальный хамелеонский флот со всем их напыщенным оружейным обеспечением не рискнет безнаказанно подойти.

Самостоятельность и независимость есть неотъемлемые свойства государства. И Джейн проявила свою самостоятельность и состоятельность, как силой, так и казной. Используя завещанные ей Филиппом деньги, женщина творила на планете чудеса. Она помогала людям. Так, как и обещала. Джейн строила дороги и дома, школы и больницы, развивала социальные службы и институты, кормила голодных и помогала нуждающимся. Все для людей, каждый день. Сколотив вокруг себя, вокруг Лена и Евы твердую группу руководителей и исполнителей, единой сплоченной командой, не признавая невозможных вещей и невыполненных приказов, Джейн добивалась результатов, о которых ранее и мечтать не смела. Каждый день - строго по курсу, каждый день - все для успеха, каждый день - исключительно работа. Нужная, полезная, социально необходимая и значимая, бесконечная и изнурительная...

Джейн взяла себе за девиз: «Сделай счастливыми других - сама обретешь счастье». С такой жизненной установкой она вставала раньше всех, еще до восхода солнца, с такой программой она принималась за дела и решала проблемы, с такой установкой поздно вечером Джейн отчитывалась перед собой и планировала новый день, искренне радуясь, что нет у нее времени на раздумья и переживания о несложившейся личной жизни.

Так и летело время. День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем. Альянс Александрии вырос благодаря Джейн до девяти планет, жизнь на них не просто наладилась, а поднялась вверх сразу на несколько порядков. Народ боготворил свою королеву, а близко расположенные к альянсу планеты искренне радовались удачному и выгодному соседству. И все вроде бы были счастливы. Все, кроме самой Джейн. День за днем она дарила счастье другим людям и искренне радовалась за других. Но осознание собственного счастья не приходило. А все чаще появляющееся в рабочем графике женщины свободное время волей-неволей возвращало ее мысли к собственной персоне. Джейн вздыхала незаметно, закусывала украдкой верхними зубами нижнюю губу, дежурно улыбалась, загружала себя бесполезными незначительными делами, а ночами часто ревела в подушку. На вершине бывает одиноко...

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Уилл

Уилл стоял на балконе своего дома и с грустью смотрел вглубь тенистого парка, где под вечер прогуливалось множество народу. Куча ребятишек скачет по дорожкам и полянам, а за ними с лавочек наблюдают гордые и ворчливые бабушки и дедушки. С работы спешат через парк усталые мужчины и женщины - домой, к семье. Молодые парочки влюбленных неспешно прохаживаются по тихим, заросшим по обе стороны диким кустарником, тропинкам. Мило воркуют о чем-то своем. Гуляют с друзьями, подругами, семьями. А он один. Не с кем поделиться новостями, и новостей нет никаких. «К чему выходить на улицу, если можно гулять на собственном балконе? Никакой разницы. Стоишь тут, дышишь воздухом». В комнате сработал сигнал выключившейся микроволновой печи. Вот и ужин разогрет. Все как всегда. После того как Джек ушел, жизнь в этом доме остановилась на какой-то однообразной безрадостной ноте.

Уилл вошел в комнату. Вытащил из микроволновки тарелку с бутербродами и пустыми глазами уставился в телевизор. Нечего смотреть: бесконечные сериалы, глупые шоу, скучные новости...

Звонок в дверь оторвал его от размышлений о смысле жизни. Поднявшись с дивана, он направился в прихожую.

- Камила???

Уилл застыл в удивлении, увидев в дверях свою бывшую жену. Женщина, которую он любит уже тридцать с лишним лет, стояла перед ним все такая же красивая и волнующая. Время некоторых людей не задевает. Ее фигура и лицо стали несколько взрослее, в глазах появилась небольшая толика мудрости и жизненной усталости. Но она была прежней. Коричневые, с легким рыжеватым оттенком волосы аккуратно уложены в стильную прическу. Все такой же острый носик и едва различимые веснушки на светлой коже. Элегантное дорогое платье и единственное украшение на открытой шее - тонкая золотая цепочка. Уилл знал эту цепочку. Он сам ей дарил ее на первую годовщину их знакомства. И запах ее духов он тоже знал. «Сколько лет прошло, а я помню, до сих пор помню каждую черточку ее лица и тела!».

- Камила? Ты? - переспросил он, немного совладав со своим волнением.

- Здравствуй, Уилл, - она смущенно опустила глаза и неуверенно улыбнулась. - Боялась, что ты меня не узнаешь. Можно войти?

- Конечно. Прошу, - Уилл жестом руки пригласил женщину в дом. Столько лет ждал ее прихода, а сейчас растерялся. - Отчего же не узнаю? Ты нисколько не изменилась. Потрясающе выглядишь.

- Спасибо, - Камила прошла в гостиную. - Работа обязывает выглядеть хорошо.

- Да, работа...

Уилл хмыкнул. Его обычная маска безразличия и легкого высокомерия, с которой он привык не расставаться последние -цать лет жизни, снова была при нем.

- Работа... Помню. Работа, которая нас с тобой разлучила.

- Вот как? - Камила живо отреагировала на подколку. - А я думала, это твоя работа нас разлучила.

Уилл приготовился к очередному выяснению отношений:

- Неужели? Еще скажешь, что я во всем виноват? А я полагал вообще-то, что это ты, милая, предала нашу семью. В конце концов, не я вышел замуж за десятиюродного родственника.

- И это говорит человек, который украл у меня моего ребенка, посадил его на самый опасный транспорт в мире и умотал в неизвестном направлении? И это я виновата в нашем разрыве?

Уилл рассмеялся.

- Ладно, все сначала, значит? Что ж, пусть будет моя вина. Я не жду, что ты признаешься в своих ошибках, Камила. Понимать ты меня никогда не понимала, даже и не пыталась выслушать. Что теперь об этом сожалеть? Я собирался ужинать. Составишь мне компанию?

- Нет, спасибо, Уилл. У меня через час рейс. Я к тебе буквально на пару минут.

- Как хочешь. Что ж, присядь. Значит, проездом? Решила навестить старого друга?

- Твоя ирония неуместна, - женщина присела в мягкое кресло. - Я здесь не проездом. Я приехала специально к тебе. Поговорить о нашем сыне. О Джеке.

- О Джеке? Ха! Не поздновато ли в некоторых проснулись материнские чувства? Камила, чтоб ты знала, Джек уже вырос. Я понимаю, ты помнишь его пятилетним мальчуганом, но время-то бежит. Ему уже тридцать! Или ты считаешь, что именно теперь настало время проявить свою материнскую заботу? Боюсь, что твое предложение на пару десятков лет запоздало.

Камила вздохнула, опустила глаза и помолчала несколько секунд:

- Мы действительно редко друг друга понимали раньше, Уилл, хотя и любили друг друга. У тебя нет права оскорблять меня, даже если ты убежден в справедливости своих поступков. Я не отрицаю, что совершила много ошибок. Но, в отличие от тебя, Уилл, я очень дорого за них заплатила. Слишком большую цену, чтобы здесь и сейчас с тобой это обсуждать. Я приехала не прошлое ворошить. Я хочу поговорить с тобой о Джеке, потому что знаю о вашей с ним размолвке. Твоему сыну сейчас нужна помощь. Твоя помощь, Уилл. И если не я, то, наверно, за него у тебя никто и не попросит.

- Помощь? Что ты знаешь о Джеке? Где он? Что с ним?

- Все в порядке. Ты не волнуйся. Он уже около года живет у меня. На Ольске. В нашем старом доме. Филипп ему рассказал перед смертью, где меня найти.

- Вот чертяга! Зачем было клясться, если все равно не смог сдержать своего слова?

- Я очень благодарна Филиппу за то, что вернул мне сына. Пусть и довольно поздно. Ты считаешь, что это правильно - не рассказать ребенку о его матери? Джек вообще не знал, что я у него есть.

- Он был тогда слишком маленьким, чтобы понять, что происходит. Так было лучше. Вопросов меньше, - Уилл вздохнул. - Значит, он живет у тебя? Что ж, его право - винить меня или осуждать теперь. Он уже взрослый. Что у него стряслось? Какая помощь нужна?

- Уилл, Джек очень переживает из-за вашей ссоры. Я хочу, чтобы вы помирились.

- Неужели? - он горько засмеялся. - Так переживает, что сам побоялся явиться в родной дом и попросить прощения у своего отца? Решил отделаться парламентером? Вот уж не думал, что он в качестве заступника выберет тебя, Камила. Да, Джек, действительно, растет!

- Уилл, перестань язвить! Джек не знает, что я отправилась сюда, а если узнает, то я боюсь, что смогу подорвать его доверие, которое, как мне кажется, между нами возникло. И - как тебе это объяснить поделикатнее? Джек не собирается просить у тебя прощения. Не потому, что не любит или не уважает тебя, как ты, возможно, решил. Нет! Как раз наоборот. Он не собирается извиняться, потому что убежден в своей правоте. Уилл, постарайся и его понять тоже. Джек мне рассказал о ваших непростых отношениях, о частых ссорах и конфликтах. И о том, как ему каждый раз приходилось возвращаться к тебе с повинной. Но сейчас все по-другому.

- Надо же! Все он рассказал! А из-за чего мы поссорились на этот раз, он тоже доложил?

Камила кивнула.

- Да. Из-за девушки.

- Из-за девушки... Да. Все беды в этом мире из-за девушек!

- Он любит ее, Уилл. Если ты когда-нибудь любил по-настоящему - ты должен его понять.

- Ой! И кто бы говорил о любви?! Я ничего ему не должен больше, Камила! Он взрослый уже, и сам ломает себе дров и набивает шишки. Я сделал для него все, на что был способен: вырастил, выучил, помог встать на ноги! Все, абсолютно! Я хотел помочь ему устроиться в жизни, нашел для него невесту, организовал такую карьеру, о которой и мечтать многие боятся. И что же? Ему ведь ничего не нужно! Отца родного выставил прилюдно полным дураком, невесту бросил, карьеру развалил. Он же умный, принципиальный, порядочный! Какие могут быть переживания, Камила? В чем он теперь несчастлив?

Женщина посмотрела на часы.

- Если ты наберешься трехминутного терпения, я расскажу тебе. Наш сын несчастлив, Уилл. Он любит ту девушку, ради которой бросил все. Но он ее потерял. Зная, что Джек должен жениться, она уехала в неизвестном направлении. И он не может ее найти.

- Все еще не нашел?

- Ты зря иронизируешь. Он не знает, где искать. Детективные агентства тоже не взялись за ее поиски - мало исходных данных. Он в отчаянии, ему очень плохо, Уилл. Но выход есть. Понимаешь, существует одна служба, для которой эти поиски по зубам. Я говорю о наших Президентских ресурсах. Да, не смотри на меня так. Ты ведь слышал в новостях? У нас перевыборы главы государства, а лидер нашей партии, он ... ушел... Мы тут посовещались командой и решили, что, в принципе, самой партии все равно, кто из ее членов будет выражать и оглашать ее волю. А Джек - просто уникальный человек, он то, что надо! Он - Личность, и удивительно вовремя появился на нашем политическом горизонте. Народу давно не хватало новых лиц, свежих идей, интересных предложений. Они его очень любят. Над его имиджем даже и не надо работать! Джек герой после войны в южных галактиках...

Уилл изумился.

- Джек подался в политику? Джек??? Мы сейчас с тобой об одном и том же человеке говорим? Джек сказал, что политика - ну и я вместе с ней - мы разрушили ему личное счастье. Он сказал, что больше никогда, ни ногой, ни за что... Да он и в КСД пошел служить добровольцем, только чтобы ему не пришлось больше заседать на Совете Обороны, принимать какие-нибудь решения, брать ответственность на себя! Камила, то, что ты говоришь, это что-то неправильное. Так не может быть!

- Может, Уилл. Может. Джек желает найти ту девушку. Какая-то пожилая цыганка предсказала ему, что он вернет свою любовь, если сделает что-то очень важное для других. И наш сын в поисках. Сначала он думал, что это «что-то важное» - это победа в вашей войне, налаживание мира в регионе. Именно поэтому он пошел на сделку с КСД - не потому, что хотел уйти от ответственности, а потому, что это была самая короткая дорога, самый быстрый путь. Но война закончилась, а девушку свою он так и не нашел. Тогда Джек решил, что самое важное на свете - это найти меня. Он и этой цели достиг. Он погостил у меня немного, а затем снова умотал в неизвестном направлении. Мы все ждали его с победой, мы верили, что он привезет Джейн, но он вернулся ни с чем. Уилл, ты бы видел его раздавленный вид. У посторонних людей сердце сжимается. Глупо и опасно бесцельно летать в космосе в поисках потерянного человека, и, согласись, еще более глупо сидеть дома в четырех стенах! Ни планов, ни надежды - ничего! Джек был в отчаянии, и опять собирался улетать, когда один восьмилетний мальчуган случайно вернул ему смысл жизни. Одна оброненная фраза перевернула все. Джеку сказали, что различные интервью, съезды и пресс-конференции - это мои обычные серые будни, а по-настоящему я расцветаю и сияю, как солнышко, в период выборов. Я тогда бываю такой яркой, что мной можно освещать планеты! Представляешь?

- Милый комплимент. Хотя... он соответствует действительности. Это так.

- Спасибо, Уилл. После этих слов Джек закричал: «Как солнышко! Как солнышко! Я должен сиять, как солнышко! И тогда она сама меня найдет!». Он увидел новую цель и снова обрел надежду. А как у нашего сына глаза загорелись! Уилл, эти выборы для него - единственный шанс. Во-первых, Джек понял, что вот оно - то самое, значимое, что он должен сделать, чтобы заслужить свое счастье. Знаешь, с каким рвением он принялся за работу? Как он бескорыстно что-то делает для других? Да с него пылинки все ходят сдувают, Джек может решить наши проблемы. Во-вторых, Уилл, он теперь все время на виду. И не только на местном телевидении. Его уже один раз показывали на первом межгалактическом, а если Джек победит, то будет там светиться регулярно! Это увеличивает шансы на их встречу! Ну, и в-третьих, конечно, наши Президентские поисковые ресурсы. На них тоже большая надежда. Для этих ребят нет ничего невозможного. Уж не знаю их принципы работы, но они умеют творить чудеса, и для своего Президента обязаны будут постараться. Понимаешь, в чем весь смысл? И Джек будет доволен, и те люди, на кого я работаю. Они от нашего сына без ума и дали на все добро. А мы как родители обязаны ему помочь.

- Как же Джек вступил в предвыборную гонку, будучи гостем на вашей планете? - озадачился Уилл.

- Очень просто. Он ведь мой сын. И по всем документам, что ты у меня оставил, он значится под моей фамилией. Юридических препятствий нет. Джек должен выиграть.

- Ну еще бы! Особенно если ты будешь организовывать его предвыборную кампанию. Ты ведь не провалила пока ни одной? Да, Камила. Я должен был догадаться, что за сила могла привести тебя сюда. Ты служишь только одному богу - политике.

- Я знаю и люблю свою работу.

- В таком случае я спокоен. Джек победит.

Женщина с сомнением покачала головой:

- Не уверена, Уилл. Нет, я сделаю все, что в моих силах, и даже больше! И я, и наша команда. Но журналисты... Они копают все и везде. Они раскапывают наши с тобой отношения, выясняют ваши, проверяют его со всех сторон. В прессу просочилась информация, что у кандидата в Президенты конфликт с отцом. Да, Уилл, идеальных людей не бывает, и народ таковых не ищет. Джеку рукоплещут за его прошлый статус революционера и конфликты с полицией. Он отстаивал тогда интересы целого региона, и люди верят, что он так же будет стоять на страже интересов Ольской республики. Но семья на Ольске - это святое. Если мы никак не сможем опровергнуть информацию о вашей размолвке, Джек потеряет много пунктов из своего личного рейтинга. А конкуренты у него очень сильные. Конечно, его поражение не сильно скажется на планете в целом. Но для него это будет больше чем трагедия. Мы убьем его последнюю надежду разыскать ту девушку.

- Чего ты от меня хочешь, Камила?

- Я же сказала. Помирись с ним.

- Ха, сказала! Как ты себе это представляешь? Я же оскорблен - и я же еще и поеду просить у него прощения? Хорошенькое дело!

- Уилл! Умоляю тебя!

- Нет, нет и не проси, Камила! Нет у тебя права умолять меня о чем бы то ни было! Подставлять Джека я не собираюсь. Приедут журналисты - слухи опровергну. Имидж поддержу. А уж бегать за ним и, тем более, извиняться за то, в чем прав я - нет уж. Уволь!

- Иногда, Уилл, ради большого дела приходится поступаться и личными интересами.

- Да-да-да. Именно это ты себе внушала, когда через два месяца после моего отъезда выходила замуж за этого надушенного милого дальнего родственника, подающего большие надежды?

- Я не хочу это обсуждать с тобой, Уилл.

- Отчего же? У нас как-то так сложилось, Камила, что постоянно нет времени поговорить. Странная жизнь какая-то получается. Может, все-таки ответишь мне на пару вопросов? Мне очень любопытно, что за необыкновенный человек появился рядом с тобой, ради которого ты поступилась всеми личными интересами, включая мужа и сына? Как его зовут? Серж? Конечно! Это же надо было для политической карьеры твоего отца. Он такой правильный, такой благородный. Такой...

- Хватит, Уилл! - терпение Камилы лопнуло. - Я приехала не оскорбления выслушивать. Ты можешь думать обо мне сейчас все, что хочешь. Да, мне пришлось выйти за него замуж. Только почему-то ты среди всех политических причин забываешь упомянуть и еще три. Тебя ведь на протяжении почти пяти лет не было дома! Ты же постоянно находился в дальних рейсах, а возвращаясь, ревновал меня к каждому фонарному столбу. У тебя ведь не было времени даже на то, чтобы официально оформить наши отношения и зарегистрировать брак!

- Брак? Да половина населения живет неофициально, не оформляя отношения. Что с того? Если ты доверяешь человеку, то никакая регистрация и не нужна.

- Неужели? Хорошо я выглядела в глазах семьи и друзей - в семнадцать лет в одиночку воспитывая ребенка! Статус капитана - это же так важно, а ледяные звезды манят сильнее домашнего очага. Я не говорю о том, что ты украл у меня сына! Ты представить себе не можешь, что я пережила тогда! Каких сил стоило моей семье, чтобы замять этот скандал. Отец хотел даже подавать заявление на тебя в Интерпол.

- Что ж не подал? - Уилл усмехнулся. - Ах да, я забыл. У вас же были свадебные хлопоты. Так романтично.

Камила молча поднялась со своего места.

- Хочешь поговорить - и сам же не даешь сказать ни слова. Впрочем, как всегда. Да, наш брак с Сержем необходим был моему отцу. Но пока ты был рядом, я держалась. Я могла дать отпор тому натиску, который меня просто сломал, когда ты уехал. Это ведь ты уехал, Уилл. Ответь мне - зачем? Посмотри, до чего довела нас твоя неоправданная ревность. Ты винишь меня, что это я разрушила нашу семью. Как я должна была найти вас с Джеком? Как и где? Космос большой, огромный, необъятный...

Уилл тоже поднялся на ноги.

- Не такая моя ревность и неоправданная, Камила. Если бы ты была к нему равнодушной, ты бы не вышла за него замуж. Я бы вернулся. Я дальше нашей орбиты и не отлетал никуда. Подумать только, два месяца переживаний - и ты уже замужем. Вот она - любовь!

- Дурак ты, Уилл. Что ты знаешь о любви? Я любила тебя все эти годы. Я все это время ждала, что ты вернешься. Жаль, что ошиблась... Да, я вышла за Сержа замуж. Твоей дочери нужен был отец. Когда ты уехал, я была на втором месяце беременности. Плюс два месяца ожидания и тревог, мое положение становилось заметным, - Камила горько вздохнула, вспоминая то нелегкое время. - Отец сказал, что не потерпит еще одного скандала. Серж - замечательный человек. Он благородный, хоть ты совсем другой смысл и вкладываешь в это слово. Он согласился стать отцом для твоей дочери.

- Что??? - вскричал Уилл. - У меня есть дочь?

- Да. Ее зовут София. Уже совсем взрослая. Красавица. Настоящая невеста.

- Ты?.. И ты мне ни слова не сказала о ее существовании?

- А как я могла это сделать? Ты же не хотел, чтоб тебя кто-то нашел. Так и получилось. Ты забрал себе нашего сына, а я себе - нашу дочь, - женщина опять вздохнула. - Я не собираюсь препятствовать вашим встречам. Если хочешь с ней пообщаться, приезжай в гости. Где я живу, должен помнить.

- А что она обо мне знает?

- Так же, как и Джек обо мне - ничего.

- Она считает Сержа своим отцом?

- Нет. Она в курсе, что у нее другой отец. Ну а сейчас, конечно, она много времени проводит с Джеком и знает о тебе с его слов. Думаю, она не будет возражать против вашей встречи.

- Она - возможно. А твой муж?

- У меня нет мужа, Уилл. Я уже семь лет вдова. Серж умер, когда наши с ним дети - близнецы Питер и Анри - были еще совсем маленькие. Они его тоже не помнят... Судьба у меня такая: в одиночку поднимать детей, - Камила посмотрела на часы. - Мне пора ехать, Уилл. Рада была тебя повидать, хоть ты меня и очень расстроил. Знаешь, что самое печальное во всей нашей истории? Ты презираешь меня за то, что под давлением родителей, ради политических интересов я отказалась от своего личного счастья, отказалась от любимого человека. И при этом требуешь от нашего сына точно такого же поведения. Разберись в себе как-нибудь. Кто из нас все же не прав? Прощай. И не провожай меня.

Камила резко развернулась и в несколько легких шагов дошла до дверей. Она все еще любила этого человека. Столько времени прошло, а чувства нисколько не притупились. Две секунды ожидания - в надежде, что Уилл ее все же остановит, не даст уйти... Ничего.

Женщина открыла дверь и исчезла в вечерних сумерках. На что она надеялась? Сколько раз они пытались поговорить и выяснить отношения? Самое обидное в споре - когда другая сторона тебя не слышит. Каждый остается при своем мнении, и каждый чувствует себя обиженным. Вот оборотная сторона твоей медали, гордость.

Уилл со злостью пнул мягкую подушку, уютно расположенную на кресле. Затем, посчитав, что этого недостаточно, пнул и само кресло. Он был не прав и знал это, кругом не прав, окончательно и бесповоротно. Это и бесило. Совершить ошибки, которые он успел совершить - ужасно. Но еще ужаснее осознать это по прошествии стольких лет! А исправить их как - непонятно. Можно ли их вообще исправить?

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Дружная семья

Джеку снился сон.

Сон яркий и одновременно тревожный. Джек будто бы сидел на троне, в королевской мантии и с короной на голове. И все обращались к нему с поклонами и только как «Ваше Величество». И разговаривали почему-то лишь по-русски. На языке, который ему очень нравился, но который, к сожалению, он начал помаленьку, за неимением русскоязычных собеседников, забывать. По левую руку от него сидели за накрытым столом его друзья. По правую - мать, сестра, братья и многочисленные родственники по материнской линии. И все праздновали его свадьбу, свадьбу его и Джейн. Невесты только рядом с ним не было. Но ни гости, ни он сам от этого почему-то не смущались. Зато среди приглашенных была Алисия. Она весело щебетала и рассказывала о своей несложившейся личной жизни. Оказывается, от нее сбежал уже тысяча сто первый жених. Она снова свободна, счастлива и опять не против встречаться с Джеком. Они ведь созданы друг для друга! Во всяком случае, пока Джейн здесь нет. Джек ведь не против? И Джек почему-то согласно кивал. Алисия же все время улыбалась и хлопала в ладоши всем выступающим с поздравлениями. На большой паркетной площадке исполняли в честь молодоженов свой зажигательный танец приглашенные цыгане. Даже Резеда что-то старательно вытанцовывала. Затем конферансье в возникшей паузе объявил, что в честь всех влюбленных отец жениха исполнит современную французскую серенаду. Тогда в центр площадки вышел Уилл Карно и громко красивым баритоном без аккомпанемента запел любовную песнь:

- О, Камила, о, Камила! Ты своею красотой

Мое сердце поразила, забрала сон и покой!

Все есть в этой женщине - и ум, и красота!

О, Камила, о, Камила - ты моя мечта!

Хочу любимым быть тобою!

Хочу судьбой твоею быть!

Камила, будь моей женою!

Мне без тебя не жить!..

«Да, папа совсем обезумел на старости лет! Прийти на мою свадьбу и объясняться в любви маме...».

- Уилл?! Господи, что ты здесь делаешь? Перестань немедленно распевать песни под моими окнами! Ты же всех соседей разбудишь! Я уж не говорю о журналистах! - громким шепотом зашумела на солиста Камила. Выскочив в пять часов утра на балкон в одной ночной рубашке, поверх которой была наброшена шаль, без строгой прически и косметики, главный специалист политической рекламы выглядела сейчас самой обыкновенной женщиной. - Уилл! Ты меня слышишь? Прекрати, не то я на тебя все цветы с подоконника скидаю! Я... Я охрану вызову!

... - О, Камила! Под звездою под счастливой я рожден!

Если б ты меня любила - был я небом награжден!

Мне не надо денег, власти! Лишь глядеть в твои глаза!

Ведь любовь - источник счастья! Я прошу сказать мне «ДА»!

Молю, чтоб сердце мне открыла!

Хочу судьбой твоею быть!

Я люблю тебя, Камила!

Мне без тебя не жить!..

- Уилл! Прекрати, пожалуйста! Ты весь дом разбудишь. Что скажут дети?..

Джек окончательно проснулся, сел на кровати и внимательно посмотрел в сторону открытого окна. Фараон тоже соскочил с подушки своего хозяина, где он неизменно привык спать нос к носу, и запрыгнул на подоконник, разглядывая все происходящее на улице.

... - О, Камила! Найди в себе силы простить!

Дать шанс - мне, себе и детям!

Чтоб каждый день я мог говорить:

Спасибо, что вы есть на свете!..

В дверь комнаты Джека робко постучались. София, такая же заспанная, в халате, с распущенными спутанными волосами, возникла на пороге его комнаты.

- Джек, ты уже проснулся? Там, под окнами, какой-то тип распевает для мамы серенады.

- Да, София. Я знаю этого типа. Это наш с тобой отец.

- Отец? Ты не шутишь?

- Какие уж тут шутки? Я узнаю его голос среди миллиона. Не подозревал, что он умеет петь.

- Да... а... Там уже толпа зевак начала собираться под окнами. Боюсь, что мама сегодня определенно попадет в утренние газеты. Думаешь, он будет еще долго распевать свою арию?

Джек рассмеялся.

- Ха-ха! Пока своего не добьется, София.

- Ты думаешь, он сможет вот так, к примеру, сутки стоять и петь?

- Надо будет - и неделю! Он точно сможет. А ты полагаешь, мама продержится - сутки его слушать?

... - Хочу любимым быть тобою!

Хочу судьбой твоею быть!

Камила, будь моей женою!

Мне без тебя не жить!..

- Не знаю, Джек. Интересно, а какой он? Вот бы одним глазочком на него взглянуть!

- Так выйди на балкон или к окну подойди.

- Ну да! В таком виде засветиться в прессе?

- Ладно. Я спущусь за ним. Думаю, мама не будет возражать. Не прилюдно ведь выяснять отношения.

- Джек, ты что, в таком виде выйдешь на улицу? В халате? Ты же кандидат в Президенты!

- А разве Кандидаты в президенты - не люди? Или спят в деловых костюмах с бабочкой на шее? Как говорит наша мама, иногда маленький скандал помогает большому делу. Я скоро.

Джек засунул ноги в мягкие домашние тапочки, улыбнулся, представив свой далеко не деловой костюм, и бесшумно проскользнул к центральной лестнице. Прислуга и охрана также уже проснулись и, перешептываясь и хихикая, толпились у парадной двери, ожидая распоряжений домовладелицы. Джек им примирительно кивнул и вышел на улицу, навстречу зевакам, журналистам - ну и, конечно, отцу.

- Доброе утро, папа! Вообще-то в этом квартале люди привыкли вставать на несколько часов позднее. Какими судьбами? - он протянул вперед руку для приветственного рукопожатия.

Уилл с радостью пожал протянутую руку, а затем добродушно и по-отцовски крепко обнял сына.

- Во-первых, приехал тебя поддержать. Не каждый день мой сын вступает в предвыборную кампанию на пост Президента. Хочу сказать, что я безмерно тебя уважаю и горжусь тобой. Мы победим! Да?

- Да. Я буду очень стараться.

- Ну вот. А во-вторых, сын, я женюсь.

- Женишься? Ты?? На ком???

- На твоей маме, надеюсь. Я ее любил всю свою жизнь. И люблю сейчас ничуть не меньше, а даже больше. И она меня любит, я чувствую это. То, что она еще не скинула мне на голову ничего тяжелого, полагаю, это хороший знак. Как считаешь?

- Не смей ему отвечать, Джек! - Камила, скрывая улыбку смущения от такого количества зрителей, полушутя-полусерьезно погрозила пальцем. - Учти, я все слышу! И я все еще сердита. Он виноват в нашей разлуке.

- Что ж, значит, придется снова петь, - Уилл развел руками и, кланяясь в обе стороны собравшемуся народу, громко и четко объявил: - Песня. Для любимой женщины. Исполняется впервые. На коленях.

- О, Боже! - Камила с мольбой протянула вперед руки. - Уилл! Я тебя умоляю. Не надо петь! Чего ты хочешь?

- Сплотить нашу семью, Камила. Если ты меня любишь, выходи за меня замуж!

- Уилл, прошу тебя, зайди в дом. Здесь поговорим.

- Я зайду в дом только в случае, если ты мне скажешь «да».

- Это шантаж.

- Это любовь. Камила, мы всю молодость разменяли на какие-то ссоры и пустые разговоры. Может быть, пора остановиться и задуматься, в чем оно - счастье? Камила, я люблю тебя. Ответь, а ты меня любишь?

Все затаили дыхание, устремив взгляды на самую элегантную, умную, строгую и, вместе с тем, одинокую женщину их района.

«Ну, ну же, скажи!» - читалось в их ободряющих улыбках. Камила посмотрела на Джека. «Скажи ему, что любишь!» - читалось в его глазах. «Скажи ему, мамочка», - услышала она краем уха тихий шепот Софии за своей спиной.

- Скажи мне, Камила, - повторил свой вопрос Уилл, неотрывно глядя на любимую женщину.

Камила, признавая свое поражение, с виноватой улыбкой кивнула. Любить - значит прощать.

- Да, Уилл. Да. Зайди, наконец, в дом.

Публика дружно зааплодировала счастливой развязке такой необычной, милой и теплой, ставшей достоянием всей улицы, частной истории.

А утром читатели местных газет уже нисколько не сомневались, что кандидат, за плечами которого стоит столь крепкая, настоящая семья, любовь, которая выдержала проверку временем и разлукой, - такой кандидат не сможет проиграть.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Жизнь удивительных людей

- Привет, Митч! Я не помешаю?

- Кирилл? Нет, конечно. Входи. Давненько не заглядывал. Как дела? Как твоя команда? - Митч захлопнул книгу и поднялся навстречу другу.

- Ох, да все путем, - Кирилл устало плюхнулся в кресло. - Никогда не думал, что быть руководителем группы так сложно.

- А то? - Митч улыбнулся. - Еще не раз нас с Ником вспомнишь. Руководство - это очень нелегко. Какие-то проблемы?

- Да нет. Просто замотался. Ребята молодцы, но все равно каждый - личность, у каждого свои достоинства и недостатки, какие-то амбиции, претензии... Что ты смеешься? С нами было так же трудно?

- Еще и не так. Это сейчас Чет нас жалеть начал: и нагрузку снизил, и отпуска стал давать регулярно. Да и Димка так не свирепствует. А помнишь, как раньше было? Четыре года работы без отпуска? Кстати, об отпуске, Ник уже уехал?

- Да, сегодня утром. Поехали с Меган к ее родителям.

- Понятно.

- А ты, Митч? - Кирилл внимательно посмотрел на друга.

- Что - я?

- Ну, раз я тебя застал здесь, значит, Алик не уговорил тебя лететь с его командой до Саргонда. Как решил провести отпуск ты?

- Я еще не решил. Думаю, что, наверно, никуда не поеду. Здесь останусь. На Фениксе.

- Вот тебе раз!!! Отпуск называется! А то ты Чета не знаешь, Митч?! Он же один раз тебя в коридоре увидит - и все, пиши пропало. Скажет: «Ой, Митч! Ты разве никуда не улетел? Слушай, как здорово! Мне надо помочь. Сделай, пожалуйста, вот это, вот это, вон то, и еще это, это и это тоже. Если не трудно, Митч?». И я посмотрю на тебя тогда, как ты сможешь отвертеться. Я еще ни одного человека не знаю, кто бы смог противостоять настойчивости Чета. Чем больше его повышают по служебной лестнице, тем больше он работает. И от других требует того же.

- Не преувеличивай, Кирилл. Я не собираюсь по коридорам слоняться. Я хочу лишь выспаться.

- Спать будем в следующей жизни, Митч! Сам говорил. В этой жизни спать некогда. И так тридцать лет в среднем на сон уйдет. Поехали лучше с нами до Саловы. Золотые пляжи, шикарные отели, лучшее мороженое мира! Вот там будет отпуск! Мм-м?

- Нет, спасибо, - руководитель тринадцатой группы отказался. - Я не любитель мороженого, а пляжами меня не удивишь.

- Мм-м. Что это у тебя, Митч?

- Где?

- Где? Везде!!! В душе в первую очередь! Паутина, плесень и ржавчина! Фу! На кого ты стал похож? Ну посмотри на себя критически, Митч!

- Смотрю. Что не так?

- Все!!! Ты когда в последний раз с девушками встречался, если не по работе, я имею в виду? Ты ведь два года безвылазно сидишь в своей комнате и читаешь какую-то ерунду!

- Я читаю не ерунду, а классику. Умные вещи люди пишут. Тебе бы тоже не мешало прочесть.

- На пенсии почитаю!

- Да... Два года? Подумать только, как летит время!

- Не летит, а мчится, Митч. А ты от него отстал! Встречу Сару - побью ее за то, что она с тобой сделала. Честное слово, побью, несмотря на то, что мы друзья и она - девчонка!

При упоминании имени бывшей напарницы Митч заулыбался:

- Побьешь? И даже несмотря на то, что она чемпион КСД по боям без правил?

- Ну... Что ржешь? И даже несмотря на это тоже! Так довести человека! Совести у нее нет.

- Да уж. Ты эту чертовку сначала разыщи! Тебя Чет сразу же повысит. Не слышал, как возмущались ребята из отдела контроля? Подозревают, что это она, неизвестно когда и как, проникла в компьютеры и стерла всю информацию о себе. Все, что было: послужной список, личное дело - все, одним словом. Ищи ветра в поле. Комок неприятностей в юбке, - Митч мечтательно вздохнул.

- Послушай, дружище, - Кирилл поспешил прекратить ненужную ностальгию. - Надо ведь как-то устраивать свою жизнь. Ну не вышло один раз. Пытайся снова! В мире миллионы девушек, одна лучше другой! Нельзя же прятаться в четырех стенах. Даже по мертвым столько не тоскуют!

- Я не тоскую и не прячусь. С чего ты так решил, Кирилл?

- С того. У тебя нет девушки, и ты не делаешь ровным счетом ничего, чтобы она у тебя была. Ты и в люди перестал выходить. В местном баре забыли, как ты выглядишь. А тебя ведь там ждут девушки! Слышишь меня? ДЕ-ВУШ-КИ! Как ты найдешь себе спутницу жизни, если сидишь целыми днями у себя со своей классикой?

- Ты думаешь, моя спутница ждет меня в местном баре?

- А вдруг?

- Ответь мне, Кирилл, почему ты не пьешь пиво в нашем баре?

- Пиво? - Кирилл недоуменно пожал плечами от такой резкой смены темы. - Потому же, почему и ты не пьешь. Там перестали продавать настоящее пиво. Нормальное пиво можно купить только...

- Неважно, Кирилл. Но принцип тот же. Прикоснувшись один раз к чему-то стоящему, ты ведь уже не удовлетворишься подделкой, верно? Так и я. Мне не о чем говорить с теми раскрашенными куклами в местном баре.

- А зачем с ними говорить? Ну, то есть... Я хотел сказать... Да, ты прав. Значит, решено. Ты поедешь с нами до Саловы. Не спорь, Митч. Там много музеев, есть театры, картинные галереи. Найдем тебе девушку, с которой можно поговорить. Там таких целая тысяча... Может больше. Я уверен.

- Мне не нужна тысяча. Меня где-то ждет всего одна.

- Вот ее и поедем искать! Не спорь, Митч! Я уже забронировал билеты и на тебя включительно, - подытожил Кирилл.

Митч покорно улыбнулся. Робкий стук в двери прервал беседу друзей. В комнату заглянула Ирис:

- Ребята, как хорошо, что вы оба здесь. Вас Чет ищет.

- Нас? А-а-а... - Кирилл вопросительно перевел взгляд с секретаря на своего друга и обратно.

- А что, Ирис, ты разучилась телефоном пользоваться? - Митч тоже по внешнему виду секретаря пытался определить, зачем они вдруг понадобились своему высокому начальству.

- Разве вы берете трубку, будучи в отпуске? - Ирис надулась.

- Ну да, иногда. А что, Ирис, наш отпуск отменяется?

- А я знаю? Может быть, пойдете и сами спросите у Чета?

- Так уж теперь, наверно придется, - Кирилл вздохнул.

- Митч, Кирилл! Как здорово, что вы еще не уехали! - Чет поднялся навстречу друзьям, радушно пожимая им руки и жестами приглашая располагаться в кабинете. - У меня для вас будет небольшое поручение перед вашим отпуском, маленькая просьба. Не откажете?

Кирилл, меланхолично улыбаясь, посмотрел на Митча и перевел взгляд на своего начальника.

- Смотря в чем просьба, товарищ генерал.

- О, сущие пустяки! Надо слетать до одной русскоязычной планеты, найти одного человека и передать ему один документ, - Чет положил на стол запечатанный конверт светло-зеленого цвета. - Вы ведь оба русские? Для вас эта поездка не составит особого труда.

- Хм, - Кирилл опять покосился на Митча. «Отпуск, похоже, действительно накрывается медным тазом». - А куда надо ехать?

- Планета Александрия. Вам о чем-нибудь говорит это название?

- Нет, - Кирилл пожал плечами. - Очередная планета, названная по имени своего владельца, страдающего манией величия. Вообще, насколько я помню из истории, изначально Александрией назывался город на первой человеческой планете Земля в честь какого-то полководца. Затем, когда началась волна расселения людей в космосе, каждая вторая планета называлась по имени своего владельца. А когда их с одинаковыми обозначениями получилось так много, что летать в космосе стало невозможно, тогда и ввели новые стандарты кодификации: буквенно-цифровой код, ну и название, если такого еще не зарегистрировано. Очевидно, тот Александр был очень шустрым и богатым, раз первым успел оформить эту планету на себя. Да?

Генерал пожелал исправить немного вольное толкование этого вопроса своими подчиненными.

- Ты почти не ошибся, Кирилл. Первый владелец этого альянса, состоящего тогда из четырех планет, русский бизнесмен и турист Владимир Колонский, был сказочно богатым человеком. Он назвал столицу Александрией в честь своей молодой жены Деменевой Александры, какой-то потомственной русской княгини. Он взял себе фамилию супруги, переехал с женой и со всеми родственниками, слугами и миллионами на эти планеты и образовал там неплохое государство. По форме правления Александрия - конституционная монархия. Если в семье первенцем рождается мальчик, его называют Александром, если девочка - Александрой. Они и продолжают традиции своих предков. Государство развивается тихо, скромно, почти незаметно. С мировыми гигантами ни в каких областях не соревновалось. Сильным его тоже до последнего времени назвать было нельзя. Это только в прошлом году оно вышло на мировую арену, и вы могли услышать о нем в новостях. О государстве и о его новой королеве Александре. Слышали? - Чет испытующе посмотрел на друзей.

- Нет.

- Я что-то такое слышал в новостях,- Митч напряг свою память.

- Да, новая королева там творит чудеса, - продолжил генерал. - Начиная с того, что она расширила свою территорию до девяти планет и закупила такой космический флот, какой даже южным повстанцам не снился, и заканчивая... уж не знаю чем - так много реформ она провела. Кстати, на Александрию сразу три престижных турагентства открывают туристические маршруты.

- Правда? - Кирилл, услышав о туристических маршрутах, слегка повеселел и оживился. - А Александрия - это вообще где?

- Это очень далеко на севере, - Митч попытался вспомнить космическую карту. - Вроде бы. Мы туда, Кирилл, с тобой пол-отпуска добираться будем. Если не больше.

- Да, это далековато, - Чет виновато улыбнулся. - Зато какая смена обстановки для вас, ребята!

- А что, Чет, в нашей курьерской службе не осталось больше русскоязычных сотрудников? - Митч, достаточно долго и хорошо зная своего начальника, понял, что здесь что-то не так.

- Почему не осталось? Полно.

- Зачем же ты хочешь отправить нас?

- Затем, Митч, что я вам доверяю.

- А курьерской службе?

- Курьерской службе тоже доверяю.

- Тогда в чем подвох?

- Подвох? - Чет хитро улыбнулся себе в усы. - Ну как вам сказать? Предположим, есть один человек, с которым я веду переписку. Информация, которой мы обмениваемся, носит конфиденциальный характер. Доверить ее обычным каналам связи я не могу. А засвечивать сам факт переписки в отделе контроля также не входит в мои интересы. Не вам объяснять, как этот пресловутый отдел любит совать нос в чужие дела. Мы давно с Кеном ходатайствуем у Президента о сокращении полномочий этой независимой и не очень-то и нужной контролирующей инстанции. Но пока у Президента реформирование отдела контроля не является первоочередной задачей. У меня сейчас вариантов два - ехать самому или направить верных почтальонов. Людей, в мужестве и благородстве которых я ни секунды не сомневаюсь. То есть вас. Я могу на вас рассчитывать?

Митч и Кирилл растерянно посмотрели друг на друга. «Как отказаться после таких слов? Отпуск, действительно, плакал».

- Конечно, Чет! Ты можешь на нас рассчитывать, - ответил за обоих Кирилл. - Доставим твои бумаги, хоть самой королеве Александрии!

Чет широко улыбнулся.

- Кстати, о королеве Александрии. Именно ей и надо будет доставить пакет.

- ???

- Что так на меня уставились? Вы не ослышались. Вы направляетесь к главе большого государства с очень важной миссией. Поэтому как дикари себя в дороге, пожалуйста, не ведите. Да и на месте тоже. Вот, Стефан сделал для вас специальную подборку материалов. Информация о планете: история, культура, политика, экономика, традиции и прочее. Возьмете с собой, посмотрите в пути. Лететь вам далеко. О поездке вашей знать никто не должен. Конверт в дороге не вскрывать. Вручить лично в руки Деменевой Александре, минуя всяких посредников - и с нашей стороны, и с ее тоже. Вопросы?

- Хм...

- А как она выглядит, эта Александра? Никогда с живыми королевами общаться раньше не приходилось, - Митч пожал плечами. - Здесь есть ее фотография?

Чет опять улыбнулся, на этот раз очень лучисто, нисколько не скрывая своего отличного настроения.

- В этих материалах, наверно, нет. Но я вам покажу сейчас уникальную запись. Интервью с королевой. Первый межгалактический показывал. Программа «Обстоятельства и люди». Точнее, фрагмент записи, - генерал поправился, взглянув на часы. Включил голографическую установку, настраивая запись. - Тоже Стефан принес. Если бы вы, ребята, чаще смотрели не развлекательные программы, а познавательные, у вас бы многих сегодняшних вопросов не было.

На экране появилась заставка популярной телевизионной программы.

- Здравствуйте, уважаемые зрители! С вами ваша любимая программа о жизни людей, которыми мы не перестаем восхищаться, и я - ведущая программы Регина Дэвс, - журналистка оглянулась назад. Камера крупным планом показала открывающийся за ее плечами вид белокаменного города, растянувшегося у подножья холма. - Сегодня мы побываем с вами в гостях у очень интересного человека. Это красивая, умная, необыкновенно обаятельная и талантливая женщина. Эта женщина в свои (не будем уточнять - сколько) меньше чем тридцать лет сумела за какие-то полтора года поднять на несколько порядков по уровню жизни целый регион. Да, кто-то, наверно, уже догадался. Я говорю о Деменевой Александре, королеве альянса девяти русских планет по имени Александрия. И мы с вами сейчас побываем в настоящем королевском дворце, - журналистка подмигнула телезрителям.

На экране появились заставки улиц и площадей города, красивые здания, сады и фонтаны, королевский дворец, колонны, лестницы, статуи...

- Чтоб я так жил! - завистливо прошептал Кирилл. «А может, и правда, неплохо - съездить в отпуск в столь далекую и экзотическую страну. Что Салова? Сто раз там бывали. Митч прав: хорошими пляжами сейчас никого не удивишь».

Журналистка тем временем переместилась уже внутрь дворца и остановилась у входа на террасу.

- Знакомьтесь, господа. Представляю вам героиню нашего репортажа - Деменеву Александру. Здравствуйте, Ваше Величество.

- Здравствуй, Регина. Входи.

Джейн поднялась навстречу съемочной бригаде и с хитрецой улыбнулась в камеру.

- Это... - Кирилл вскочил со своего места.

- Чет, это Сара???!

Только и смогли выговорить Митч и Кирилл.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Приезд друзей

Искреннему волнению друзей не было предела. Бесконечно тянущиеся обычно дни и ночи полета на тихоходном пассажирском корабле для Митча и Кирилла промчались как минуты ожидания одного дня. Изучая в своей каюте карты, аннотации достопримечательностей и правила поведения на незнакомой планете, просматривая снова и снова выторгованный у Стефана полный вариант записи интервью с Сарой, они все свое время проводили в раздумьях, в предвкушении встречи и бесконечных беседах. А обсуждать было что: их веселое и опасное боевое прошлое, их такое разное теперь настоящее и, конечно же, перспективы будущего. Друзей очень порадовало, что Сара их не забыла, что прямо с экрана на зависть всем общим знакомым прозвучали их имена и приглашение в гости. Но Митча не мог не насторожить тот факт, что журналисты, оказывается, уже давно посватали его любимую и какого-то арабского шейха, делового партнера альянса Александрии, а женщина лишь отшутилась на эту тему в своем интервью, никак эту идею не опровергнув. Митч, словно зверь в клетке, расхаживал взад и вперед по каюте, и под неодобрительные взгляды Кирилла репетировал сотни вариантов приветствия. В жизни ему еще не приходилось так волноваться и ждать. Ждать и волноваться. А когда пришла пора спускаться с трапа, Митч вдруг понял, что забыл все, что хотел сказать. «Пусть судьба нас рассудит», - решил он сам для себя. С каким-то чувством покорности и обреченности пошел он вслед за Кириллом.

В космопорту друзей встречали. Молодой крепкий подтянутый офицер в форме службы безопасности космопорта подошел к ним и вежливо представился. Да, королева в курсе их приезда. Нет, чистого сюрприза не получится. Списки прибывающих пассажиров у нее на контроле. Зато проблем с транспортом не возникнет. Доставит их быстрее ветра... Вот и столица. Белокаменный дворец, тот самый, что показывали зрителям с экрана. Ворота и внешняя охрана дворца. Вот и пешеходная аллея. А вон и встречающие...

Митч замедлил шаг и остановился. Он вдруг не только вспомнил свой сон почти трехлетней давности. Сон, который не давал ему покоя много месяцев подряд. Который он знал наизусть и в котором, как ему казалось, он помнит каждую деталь. Митч понял, что нежданно и негаданно только что окунулся в свой сон. Все так, как он и видел много раз подряд. На залитой солнцем лужайке стоят две девушки.

Митч ахнул. Он только сейчас осознал, откуда у него все время было такое чувство, словно он знает Сару - ну, если не всю жизнь, то, во всяком случае, очень давно. Да-да, именно! Одна из снившихся ему девушек - это Сара! Девушка, которую он любил. Любил - и ненавидел за то, что любил. Девушка, которая словно ураган ворвалась в его жизнь, прошла по краешку судьбы, стараясь не задеть его чувства - и вместе с тем перевернула в душе все, что там было, заставила измениться, позволила влюбиться. Сердце Митча взволнованно застучало.

До чего же нереально! Вот она стоит - такая, как он много раз видел ее во сне. Темно-фиолетовое платье, нескромно открывающее шею и грудь, строгая прическа, из которой словно случайно выпала пара непослушных локонов, длинные бриллиантовые серьги, хитрый взгляд на этом по-настоящему красивом лице. Как он мог провести раньше параллель, сравнить эту леди с той самоуверенной упрямой девчонкой в камуфляжном костюме, которая однажды утром появилась в офисе Ника? Он и сейчас не верил, что перед ним Сара, а тогда и вовсе не было возможности сопоставить эти два кадра. С появлением Сары в Агентстве КСД Митч так больше ни разу и не видел свой сон. Винить себя за невнимательность глупо. К тому же, он честно признался сам себе, из двух виденных им девушек его всегда интересовала совсем другая. Митч перевел на нее взгляд, боясь вспугнуть это виденье. Сколько раз он проживал свой сон, считая его реальностью, а затем просыпался очень не вовремя? Только бы то, что он сейчас видит, было наяву!

Ева что-то ответила Джейн и слегка наклонила голову. Да, Митч не знал эту девушку, и, кроме сна, никогда не видел ее раньше. Но он мог бы в любую минуту нарисовать ее портрет, каждую черточку ее лица, ее белокурые волосы, светло-серые глаза, улыбку. Он знал каждый ее жест, наклон головы, походку. Сколько бессонных ночей провел он, лежа в своей кровати, разглядывая потолок и пытаясь разгадать смысл приходящего сна? Сколько раз он мечтал о встрече с этой незнакомкой? Митч не знал ее - и знал одновременно. В одном он был убежден: эта девушка - не просто мечта, эта девушка - его судьба. Он любит ее, и любит очень давно. Сердце его остановилось на какое-то мгновение и, сбившись со своего привычного ритма, застучало в другом диапазоне.

Митч взглянул на приближающуюся Сару, и весь список его эмоций - от любви и желания до гнева и ненависти - мгновенно растворился в ее улыбке, в ее зеленых глазах. Митч взглянул на нее по-новому, иными глазами. Он понял, что любит эту женщину за то, что у него есть возможность любить ту, другую, что скромно идет сейчас позади Сары ему навстречу. Он понял, что любит Сару как друга, самого лучшего, верного, надежного и дорогого друга. Человека, близкого по духу, человека, которому он может доверить абсолютно все: от своей мечты до своей жизни. Человека, которого он безмерно уважает и которым не перестает восхищаться. Митч благодарен ей за то, что в свое время Сара смогла сказать ему «нет», и этим спасла ему его самую большую мечту.

Он улыбнулся и направился вслед за Кириллом навстречу приближающимся девушкам.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

В поисках счастья

Водоворот воспоминаний закружил мгновенно. Улыбки, рукопожатия, поцелуи. Нестареющие дружеские шутки и приколы, последние новости с обеих сторон и просто возможность быть рядом, глядеть друг на друга и искренне радоваться. Настоящая дружба только крепнет в разлуке. Джейн с удовольствием показывала напарникам свои владения, устраивала экскурсии, банкеты и развлечения, внимательно выслушивала рассказы Митча и Кирилла об их новых приключениях и приключениях их общих знакомых, вдохновенно рассказывала об уже проведенных и еще только предстоящих реформах. Бесконечно говорила и не могла наговориться, все время слушала и не могла наслушаться. И лишь одна тема оставалась нетронутой среди друзей - это личная жизнь каждого. Словно негласно объявленное табу не позволяло им задавать вопросы личного характера. Все знали, что каждый из них одинок, и не вставали лишний раз друг другу на мозоли.

Митч во все глаза смотрел на Сару, и за очарованием ее улыбки, за уверенностью тона и силой слов не укрылись от его внимательного взора ни ее усталость, ни тоска по беззаботному прошлому, ни тревога по грядущему будущему. Не было в ее глазах ощущения счастья. Удовлетворение от работы было, а ощущения счастья - нет. Митч все больше расспрашивал свою собеседницу, пытаясь выяснить причины немого крика ее души о помощи, но все чаще подмечал недомолвки, попытки поменять тему, а иногда и откровенное вранье: Сара не хотела признаваться в том, что ее мучает какая-то проблема, что они вообще у нее бывают. И это настораживало.

Однажды во время небольшой прогулки по террасе после завтрака он заметил очередную серию недоговорок в беседе с Сарой. Уловив подходящий момент, когда Кирилл был в центре внимания местных придворных дам и не мог помешать их разговору, Митч, словно случайно, завел речь об обсуждаемых журналистами слухах о предстоящем замужестве Сары и ее делового партнера.

- Представляешь, Сара? Так и говорят, что ты выходишь за него замуж. Я сразу сказал Кириллу, что ерунда полная. До чего же люди любят судачить! Если бы ты на самом деле решила выйти замуж, ты бы нам обязательно рассказала. Ведь так?

Джейн ничего не ответила и облокотилась на перила террасы, посмотрела куда-то очень далеко за горизонт. Помолчала несколько секунд, как бы решая, придумать что-нибудь, отшутиться, как всегда, или раскрыть правду. Вздохнула.

- У меня просто не было такой возможности, Митч. И это неофициально пока, не для передачи. Алишер давно и серьезно ухаживает за мной. Он приезжает послезавтра, у вас будет случай с ним познакомиться. Я не рассказываю вам ничего, потому что не знаю, что будет дальше. Но если он мне официально сделает предложение руки и сердца, то я даю согласие и выхожу замуж.

- Что?

- То, что ты слышал. Я выхожу замуж. Это правда, - Джейн наконец-то набралась храбрости и посмотрела Митчу прямо в глаза.

- За этого набитого деньгами предприимчивого молокососа? Поверить не могу!

- Митч, ради Бога! - Джейн занервничала.

- Что - Митч? Я разве не прав? Да он даже в армии не служил! Его мизинцем уронить можно! Я видел его в репортажах.

- Митч! Я не хочу это с тобой обсуждать в его отсутствие! Алишер замечательный человек, хотя и не военный. Ему не нужно служить в армии. У него есть свое собственное войско. Но... Это здесь вообще ни при чем. Я не знаю, журналисты словно помешались, подсчитывая наши с ним миллионы по отдельности и в целом. Как будто деньги - это все! Но он и без золотых запасов прекрасный человек. Он мне нравится, и я выхожу замуж. Я прошу всех своих друзей уважать мое решение.

- Ушам не верю. Ты уверена, что именно этого ты хочешь?

- Да, Митч, боюсь, что так.

- И ты будешь с ним счастлива?

- Конечно.

- Все ты врешь!

- Почему это я вру? - Джейн снова попыталась честно посмотреть в глаза напарнику и ощутила, как у нее краснеют щеки.

- Не знаю. Я так чувствую. Мне кажется, ты несчастна, Сара. Я читаю твои мысли. Забыла?

- Отчего же? Помню. Но в этот раз ты ошибаешься, Митч. У меня все хорошо.

Молодая женщина опустила глаза, скрыла дежурной улыбкой свою усталость и развернулась идти обратно, к гостям. На душе ее скребли кошки. Но знать об этом никто не должен. Никто. Даже самые близкие друзья.

- И давай не будем это сейчас обсуждать, - добавила она. - Наша беседа ничего не изменит. Только время теряем. Нас, наверно, Кирилл уже ищет.

- Кириллу комфортно везде, где ему уделяют внимание, - Митч не двинулся с места. - Значит, ты любишь Алишера?

- Люблю. Иначе зачем бы я выходила за него замуж?

- А как же Джек?

Джейн, которая уже успела отойти от Митча на два шага, собираясь удрать от обсуждения подробностей, мгновенно остановилась. Неведомая сила притянула ее вплотную к другу. Чувство тревоги читалось во всем ее облике.

- Митч! Что ты знаешь о Джеке?

- Что я знаю о Джеке?

- Да, что??? - Джейн неотрывно смотрела в глаза, стараясь прочитать все его мысли.

- Ничего.

- Не ври мне, Митч!!! Пожалуйста, не ври! Это очень важно! Что ты о нем знаешь? ЧТО?

- Ничего... - Митч даже растерялся от подобного напора. - Правда, ничего. Ну, кроме того, что ты его любишь. Ты ведь его любишь? Да?

- Митч, откуда ты знаешь про Джека? - Джейн проигнорировала последний вопрос и продолжала сверлить глазами боевого товарища. Она даже не заметила, как и когда вцепилась руками в его кисти рук, чтобы Митч не смог уйти, не ответив. Она не чувствовала пальцев, побелевших от напряжения, не видела ничего, кроме его взгляда. - Митч, скажи мне! Не молчи! Кто разболтал? Денис?

- Денис? Я не знаю никакого Дениса.

- Кто тогда? - продолжала она допытываться. - Откуда ты знаешь о Джеке? Кто назвал тебе его имя?

- Ты сама.

- Я??? Когда?

- Ну, это было, когда на одном из заданий ты была в полуобмороке, ты назвала его имя.

- Митч, я просила тебя забыть все, что я говорила в том снежном лесу. Ты обещал забыть и никогда не вспоминать!

- А я и не вспоминаю. Ты назвала его имя задолго до того заснеженного леса. Это было на твоем первом задании. Когда я вытащил тебя из реки. Помнишь? Ты сказала: «Джек, я люблю тебя». Я тогда посмеялся, не придал никакого значения твоим словам. Но ты ведь его любила все то время, что была на Фениксе? Да?

Джейн набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула. Разжала пальцы, выпустив руки Митча. «Нервы совсем расшатались. Конечно, Митч и не может ничего знать о Джеке. Не может и не должен. Никто не должен. К прошлому возврата нет».

- Как давно это было? Даже не верится, - Джейн, пряча глаза, улыбнулась. - Нам надо идти. Мы уже неприлично долго беседуем.

- Почему вы не вместе с ним?

- Потому что так небу угодно. Жизнь - сложная штука. Я люблю Алишера, и если он мне сделает официальное предложение, я выйду за него замуж. И давай поменяем тему беседы. Расскажи лучше, как там дела у Ника, как Алик?..

Митч задумался. «Что ж. Придется добывать информацию другими путями. Из Сары лишнего слова не вытянешь, но, может быть, стоит поискать некоего Дениса, который, вероятно, о чем-то осведомлен?».

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Заговор

В тот же вечер Митч, несмотря на данное Саре обещание никому ничего не рассказывать, сообщил все известное Кириллу и спросил его совета. Кирилл тоже признался, что заметил какую-то нервозность в поведении напарницы. Посовещавшись, друзья решили на следующий день незаметно навести справки о Денисе, поговорить с ним и выяснить, наконец, всю правду дела.

Найти Дениса не составило большого труда. Молодой тщеславный военный, словно специально в поисках приключений, демонстрируя окружающим свою идеально сидящую на фигуре форму, в периоды, когда жизнь во дворце заметно оживала и всюду по разным вопросам сновали люди, предпочитал важно прогуливаться по коридорам и приглядывать за порядком и безопасностью. Митч и Кирилл, улучив момент, когда они ненадолго остались без внимания и опеки гостеприимной хозяйки, подкараулили его в одном из тихих коридоров дворца.

- Добрый день, - поздоровался Митч. - Значит, Вы и есть Денис, глава службы безопасности? Слышал о Вас много хорошего.

- М-да. А что? - Денис подозрительно несколько раз снизу вверх осмотрел внушительную фигуру Митча, внезапно возникшую перед ним из-за поворота. - Это я. В чем дело?

- Разговор есть один. Важный, срочный и секретный. Выкроишь минуту? - Митч вдруг перешел на «ты», заранее не принимая отрицательного ответа. Денис осторожно попятился.

- Какой еще разговор? О чем?

- О Джеке. Где и как мне его можно найти?

- К-каком еще Джеке?

- Том самом, которого любит ваша королева и наша подруга Александра.

- Н-не понимаю, о чем это Вы?

- Уверен, что понимаешь. Так где его найти?

- Нет, определенно, надо менять работу, - пробормотал Денис, неловко, неестественно широко улыбаясь. - Ах, Джек! Ну да, конечно! Только я не знаю, надо спросить у Ее Величества. Ой, знаете, я вспомнил, у меня очень срочное дело, давайте поболтаем в другой раз? Хорошо?

Денис, все так же улыбаясь, развернулся на сто восемьдесят градусов и предпринял попытку убежать от столь настойчивого собеседника. Но не тут-то было. Он буквально носом уткнулся в не менее внушительных размеров фигуру Кирилла, который настолько тихо умудрился зайти с тыла и встать за спиной военного, что юный генерал даже подпрыгнул от испуга.

- Ой, мама! А Вы кто?

- А я с ним, - Кирилл скрестил руки на груди. - Так что насчет Джека?

- Джека? С чего вы взяли, что я буду обсуждать с вами друзей Ее Величества? Я, к вашему сведению, возглавляю службу охраны дворца! - Денис гордо распрямил плечи и задрал нос. «Ну и что, что ростом не вышел? Зато умный, талантливый и вон какой храбрый!».

Митч едва сдержал себя, чтобы не расхохотаться.

- А ты не обсуждай. Ты просто скажи, где его нам найти.

- Только с разрешения Ее Величества. Это секретная информация. И я не уполномочен ее разглашать.

- Мы друзья Александры, и секретов друг от друга у нас нет.

- Вот у нее и спросите.

- Спросили бы. Только дело срочное. А королева сейчас несколько занята.

- Значит, придется подождать. Со мной вы зря теряете время. Я на службе. Я занимаю очень ответственный пост и...

Кирилл вкрадчивым тоном заметил:

- А что, Митч, может быть, объясним доступно служивому, что его должность является не только почетной, но еще и опасной? Покажем ему пару-тройку приемов допроса - ну, из тех, особых, что всегда действуют безотказно?

Денис, припертый к стене, не на шутку испугался.

- Вы что, мне угрожаете?

- Была нужда! - Митч неопределенно повел плечами. - Мы же не политики, чтобы угрожать. Мы люди военные, простые. Сначала говорим, что собираемся делать. Потом делаем. Элементарно. Ты пойми, дубина, мы ведь не из праздного любопытства спрашиваем тебя. Ты что, правда считаешь, что Александра будет счастлива с этим шейхом? Да каким бы сказочно богатым и любезным он ни был, если любит она другого, она обрекает себя на вечные страдания! Не будет она счастлива в этом замужестве!

- Почему бы вам тогда с ней не поговорить на эту тему?

- По кочану! Поговорили уже. Только она не слушает никого. Считает себя самой сильной. Думает, что сможет справиться со всеми проблемами, решить все вопросы, преодолеть все трудности... Только и самым сильным людям, Денис, иногда нужна помощь. Александра несчастна, и ей очень плохо. Я это чувствую, - Митч вздохнул.

- Мм-м, не уверен. Я видел королеву сегодня. У нее вполне здоровый и цветущий вид. Она ведет себя как всегда и не выглядит несчастной.

- Да, это так. Только это все внешняя оболочка. Ты, видимо, недостаточно хорошо знаешь вашу королеву, Денис. Загадка, где и как она этому научилась. Но она никогда и никому не признается в том, что ей трудно и она может быть слабой, что ей плохо, что она устала или ей требуется помощь...

- Это я научил ее этому! - в холл вышел мужчина неопределенного возраста и спортивного телосложения.

- Мистер Маршалл! Слава Богу! - Денис облегченно вздохнул. В присутствии такого воина эти типы вряд ли посмеют его тронуть.

Митч и Кирилл также с первого взгляда оценили изменившуюся обстановку. Мускулистый мужчина, плавная кошачья походка, цепкий взгляд - борец, не в пример этому Денису. Нет, вступать в конфликт со всеми вооруженными силами Александрии, нарушать общественный порядок дворца в планах друзей тоже не было. Придется вежливо отступить. Мужчина тем временем вышел на середину коридора.

- Простите, что оказался невольным свидетелем вашей беседы. Ну и место вы выбрали для секретных переговоров, скажу я вам! Со всех сторон просматривается, со всех сторон прослушивается! - Лен неодобрительно покачал головой. - Меня зовут Лен Маршалл, для друзей - просто Лен.

Мужчина протянул руку для приветственного рукопожатия. Митч и Кирилл переглянулись, не зная, чего им следует ожидать, и нет ли здесь подвоха.

- Митч, Кирилл, - представились они. Лен кивнул.

- Слышал о вас много хорошего. Королева представила вас как своих наилучших друзей. Думаю, что это так и есть. Никому в жизни я не доверяю, ничьим словам. А ей верю, - Лен помолчал несколько секунд, думая о чем-то своем. - Это я научил ее многому из того, что она умеет. Я обучал ее почти девять лет. И скрытность Александры - тоже моя заслуга и вина одновременно. Вы абсолютно правы, утверждая, что сейчас ей плохо, это действительно так. Раз вы это разглядели, значит, определенно, разбираетесь в людях. Я буду счастлив, если вы сможете ей помочь. Пойдемте в мою комнату, обсудим, что мы можем для нее сделать.

- Ну вот и славно, идите, поболтайте, а у меня много дел накопилось. Генеральская работа очень хлопотная, пойду, займусь непосредственно своими обязанностями...

Денис, улыбаясь и раскланиваясь, опять предпринял попытку улизнуть от опасного общества и неприятного разговора.

- Стоять! - все трое военных, как по команде, обернулись к молодому генералу.

- Денис, друг любезный! - Лен не по-доброму закачал головой. - Позволь напомнить тебе одну деталь. В приказе о твоем назначении на должность прописан ма-а-аленький, но обязательный для тебя пунктик. Ты обязан пройти полный курс обучения под моим руководством. И каким бы громким титулом тебя ни именовали местные придворные, у тебя начальник есть. И это я. Не забыл?

- Не забыл. И там сказано не об обучении, а всего лишь о повышении квалификации.

- Согласен, - Лен скрыл свою улыбку. - Ты идешь с нами.

- Как прикажете,- Денис обиженно шмыгнул носом.- Только я не ожидал от Вас такой диверсии, товарищ начальник учебного корпуса.

Лен примирительно похлопал Дениса по плечу.

- Ну прямо - диверсия, скажешь тоже! Я и не подозревал, Денис, что ты знаешь что-то, что может ей помочь. Диверсия будет с твоей стороны, если ты будешь упорствовать и нам придется твои знания из тебя выколачивать! Но я уверен, дружище, что до этого не дойдет и ты все расскажешь сам. Добровольно.

- Хорошенькая перспектива, - опять недовольно пробурчал Денис. - Если не скажу, поколотите меня вы, если скажу - королева. Уж и не знаю, кого мне бояться следует больше?

Лен развел руками.

- Решать, конечно, тебе. Джейн дерется сильнее. Это один из тех классических случаев, когда ученик в один прекрасный момент по своему мастерству начинает превосходить учителя, меня то есть. Только нас больше. И мы ближе.

Денис вздохнул. У каждой профессии есть свои издержки...

Друзья наконец-то пришли в комнату Лена. Начальник учебного корпуса жестом предложил каждому выбирать себе удобное место. Денис сразу же облюбовал представительское кресло и расположился в нем. Да, он готов все рассказать. Все, что знает. Как бы там ни было, а бить себя он не позволит.

- Валяйте, спрашивайте, что хотите знать?

- Парень по имени Джек. Сара его любит, давно и сильно. Но почему они не вместе и где он?

- Сара? Какая Сара?

- Вы зовете ее Александрой, - Митч поправился. - Так что у них происходит? Где он? Как можно с ним увидеться?

- Не знаю.

- Что?

- Я говорю, что не могу ответить ни на один из ваших вопросов. Я не в курсе, что у них происходит, так как ни с королевой на эту тему, ни с этим товарищем тем более - я не общаюсь. Я не расскажу вам, как с ним увидеться, потому что не знаю, где он, и это святая правда. Когда я последний раз видел его четыре года назад, он меня чуть не убил за то, что я не сообщил ему адреса Джейн - ну то есть нашей королевы Александры. Но я же не знал, что та девушка, с которой я общался до этого всего пару часов, станет в будущем моей королевой, и что мне непременно стоит попросить у нее адрес и телефон. И уж тем более я предположить не мог, что четыре года спустя меня снова прижмут к стенке и начнут выколачивать координаты того парня. Нет, если бы я, конечно, знал, то, рискуя своей жизнью, и взял бы у него автограф... Слушайте, а может, мне и у вас на всякий случай координаты забрать? А то мало ли что?

- Не смешно, - Лен нахмурился. - Денис, мы надеялись от тебя услышать обстоятельный рассказ.

- А я и рассказал, что знаю. Точнее - что ничего не знаю. Это правда. Даже если мне больше и не быть генералом.

- Ну хоть что-то ты о нем можешь сообщить? - Митч с надеждой обратился к Денису.

- Да, хотя бы опиши нам его, - Кирилл тоже вопросительно посмотрел в его сторону.

- Ну... - парень поднял глаза к потолку. - Внешне он довольно приятный, наверно, даже можно назвать красивым. Чем-то на Вас, Митч, похож. Такой же крепкий, спортивный, подтянутый. Высокий, темноволосый...

- Угу. Немного смуглая кожа, от природы смуглая, не от загара. Светло-серые глаза, черные ресницы и брови, красивая улыбка, - саркастическим тоном закончил описание Митч.

- Мм-м, я не видел, чтобы он улыбался. А глаза вроде как, и правда, светлые. А Вы что, его видели?

- Нет. Сара описывала так мужчину своей мечты. Почему же они расстались?

Последний вопрос Митч задал скорее себе, чем Денису.

- Ясное дело, почему - дураки потому что. Ну, то есть, были тогда таковыми. Джейн сказала, что у нее важные дела, и ей не по пути с кораблем Джека, а он отпустил, и телефончик не спросил даже. А когда хватился, поезд, что называется, ушел. Точнее, корабль улетел. И было уже поздно.

- Подожди, Денис, ты разве видел, как они расставались?

- Видел. При мне.

- Нет, а что ты молчишь, лопух, я не понял? - брови Лена удивленно поползли кверху. - «Ничего не знаю, ничего не знаю...». Тебе сказали - рассказать обо всем!

- Обо всем? Но это ведь к настоящему моменту не относится... Ну ладно-ладно. Расскажу.

Денис набрал в грудь побольше воздуха и театрально вздохнул. Все-таки артистический талант в нем был развит куда как сильнее, нежели военный. Друзья внимательно выслушали все его приключения в отпуске четырехлетней давности и задумались над сказанным.

- Что ж, теперь хоть какая-то определенность, - Лен нарушил воцарившееся молчание. - Обозначилось две задачи. Первая - найти Джека. Вторая - притормозить подготовку к свадьбе. Согласны? Не знаю еще, как и где искать нам этого парня, но есть кое-какие идеи по второму вопросу. Надо выяснить все об этом Алишере. И я догадываюсь, кто может нам помочь. Это Ева Дофине. Она не только подруга нашей королевы, но еще и секретарь по международным отношениям. Она-то точно должна быть в курсе, когда приезжает Алишер и о чем они беседуют. Не возражаете, если я приглашу сюда Еву?

Лен, посмотрев на одобрительные кивки, достал из кармана телефон и набрал нужный номер.

Меньше чем через десять минут пришла Ева. Завидев у Лена приезжих гостей, в частности Митча, она густо покраснела и опуститла взгляд, пытаясь скрыть свое смущение.

- Э... добрый день.

- Ева, спасибо, что пришла. Разговор есть один, - Лен вежливо уступил девушке место. - Я не буду разводить здесь длинные и скучные предисловия. И я, и друзья Джейн - мы все переживаем за нашу королеву. И, думаю, повод для беспокойства у нас есть. Я говорю о тех слухах, что ходят вокруг ее возможного замужества. Ты как подруга Джейн не можешь не заметить, что она напряжена и расстроена. Это ведь так, Ева?.. Мы все заметили, что что-то не в порядке. И происходит что-то неладное. Но Джейн даже не желает общаться с нами на эту тему. Не считаешь ли ты, что она сама не рада возможному браку с шейхом? Может, не стоит так торопиться? Ее ведь никто не гонит, не заставляет? Может быть, следует тебе с ней поговорить?

- Я поняла суть вашего вопроса, Лен. Только это все напрасно - Джейн не переубедить. Она очень упрямая. Если что задумает - тут хоть стой, хоть падай. Все бесполезно. Ты ведь знаешь сам?

- Да, но это ошибка, непоправимая ошибка, мисс Дофине. Или Вы так не считаете? - воскликнул Митч.

- Зовите меня просто Ева, мистер Уиллер, - Ева опять покраснела под пламенным взглядом военного, да и всей мятежной четверки.

- Конечно, Ева. А я просто Митч. А это Кирилл.

- Хорошо. Я знаю, что вы переживаете за Джейн и что вы ее лучшие друзья. Королева о вас очень высоко отзывалась. Но если и у вас не получилось ее отговорить, то, наверно, ни у кого не получится.

- А может, мы сгущаем краски? - с надеждой в голосе спросил Кирилл. - Может, это лишь журналистские предположения и у них только деловые контакты? Вдруг этот шейх и не собирается делать никакого предложения?

Ева отрицательно покачала головой.

- Вообще-то он ей его уже сделал.

- Что?.. Как? Когда?

- Три месяца назад, в свой прошлый приезд. Джейн не стала это афишировать. Она ответила Алишеру, что не может решить такой вопрос вот так сразу. Сказала, что ей надо подумать. И этот завтрашний его приезд, вероятнее всего, предполагает, что Джейн должна дать какой-то определенный ответ.

- Черт! Но куда так спешить?

- Это называется «политический прессинг», Митч. На нее сильно давят министры: смотри, мол, не упусти такую выгодную партию. За время правления она уже полсотни раз сказала «нет» на официальные предложения руки и сердца. Нормальных кандидатов на место супруга королевы уже не осталось, и не только поблизости, а вообще. А этому шейху... мне показалось, Джейн ему искренне нравится. Они общаются уже почти год, по делам и так просто, дружески. Он довольно приятный человек. Ну а министров пленили, без сомнения, его миллионы. Хотя не знаю - зачем им столько? Я хоть и подруга Джейн, но даже я не могу себе представить, насколько она богата. Она сказочно богата и без арабских денег. Так что я уверена, Джейн выходит за него замуж не по расчету.

- Но почему же тогда? - не выдержал Митч. - Я не верю, чтобы Александра могла сломаться под напором каких-то там политиков. Она их одной левой перешибет всех вместе взятых. И я уверен, что она не любит этого шейха ни граммулечки. Я заглянул в ее глаза. Там все написано. И мне показалось, что прежде всего там отчаяние.

Ева кивнула и ничего не ответила.

- Ева, мы не будем ходить вокруг да около. Мы прямо спросим. Кто такой Джек и как его найти?

- Откуда вы знаете о Джеке?

- С миру по нитке. Королева его любит?

- Да.

- Почему же она тогда выходит замуж за другого? Кто вообще этот Джек? И почему они не вместе?

- Джейн умеет оберегать свои тайны. И я не имею права рассказывать вам об этом. Извините, - Ева виновато опустила глаза.

- Ева, мы умоляем тебя! - к уговорам присоединился и Кирилл. - Мы хотим помочь. Если мы можем хоть что-то сделать для нее... Мы из-под земли готовы достать этого парня и призвать к ответу за ее страдания. Только скажи, где и как нам его найти? У нас большие связи в военных ведомствах и властных структурах - найдем его как миленького.

- Ах, если бы! Проблема в том, что его никто не может найти, - Ева вздохнула. - Ладно. Я расскажу вам, что знаю. Они познакомились где-то пять лет назад. У Джека на тот момент была девушка, если не сказать невеста. Волей стечения обстоятельств корабль Джека попал в аварию. Он, Джейн и еще несколько их друзей чудом выжили, но оказались запертыми в ловушке на одной из необитаемых планет. Шансов, что их там найдут, не было. Невеста Джека считала его погибшим. А сам Джек и Джейн полюбили друг друга. А потом случилось так, что они нашлись. Объявилась и счастливая невеста. Джейн, решив, что она третья лишняя, ушла. Без бурных объяснений и скандалов. Просто сказала, что ей надо идти.

- Да, это было при мне, - Денис кивнул в подтверждение.

- Ну вот. Джейн сделала все возможное, чтобы скрыть свои следы, чтобы ее никто не нашел. Чтобы и Джеку было легче ее забыть. Она была уверена, что он женился на той девушке, и сама старалась о нем не думать, забыть, заняться важными делами... А чуть больше года назад мы с ней случайно увидели репортаж по телевидению о женитьбе киноактера Марека Джо Гарбера. Его невеста, Алисия, давала интервью о том, сколько ей не везло в жизни. О том, как утонул ее первый жених, как пропал без вести накануне помолвки Джек Карно, как потом на самой помолвке разразился скандал, когда Джек признался, что любит другую девушку (Джейн то есть), как сбежал от Алисии, в прямом смысле этого слова, следующий жених, какой-то спортсмен, бегун, кажется... Королева как этот репортаж увидела, так прямо на глазах поменялась.

Ева перевела дух и продолжила:

- Она поняла, какую ошибку совершила. Пока она пряталась да пыталась его забыть, он, возможно, все это время ее искал. С тех самых пор Джейн сама не своя. Она и в детективные агентства обращалась - все безрезультатно. Установить удалось немного. Два года назад корабль Джека «Красная комета» остановился на стационарной длительной стоянке на планете Данга, а капитан корабля, по словам немногих очевидцев, под странным именем, которое к настоящему моменту никто не может вспомнить, присоединился к группе участников межгалактического путешествия. Экзотический туризм. Из пятидесяти человек назад, на базу, вернулись только пятеро. Остальные участники в ходе экспедиции по всему свету сошли с дистанции на разных планетах. Где и по какой причине потерялся Джек - неизвестно... Видели - в кабинете Джейн целая дорожка компьютеров? Они несколько месяцев работали у нее в непрерывном режиме, искали его. Мой покойный дядя был большим специалистом по компьютерам. Он научил Джейн, как взламывать и входить в самые засекреченные электронные базы данных любых органов и учреждений. За этот год Джейн прошлась по электронным сетям трижды. Изучила полицейские базы данных, военные, медицинские, страховые - нигде ничего, ни среди живых, ни среди мертвых. Друзья о нем ничего не знают. Единственный родственник - отец, который прогнал Джека, сидел затворником у себя сколько-то, ни с кем не общаясь, а в один прекрасный день закрыл свой дом на замок и тоже отправился скитаться по свету. А больше, если честно, и спросить не у кого.

Ева замолчала на мгновение.

- Джейн весь этот год старалась быть как можно больше на людях, чтобы у Джека была возможность ее увидеть, узнать и приехать. Только это тоже никаких результатов не принесло. Ну а потом произошел какой-то внутренний надлом, что ли. Джейн считает, что если бы он хотел ее найти, то уже бы давно нашел. Возможно, он не может ей простить того, что она его оставила. А может, просто неловко себя чувствует от мысли о том, что Джейн - королева, а он обычный человек, к тому же долгое время Джек был вне закона. Сложно теперь сказать, в чем причина. Но Джейн чувствует себя виноватой, что сама разрушила свое счастье. За этот год она измотала себе все нервы. И теперь, я думаю, она решила уже разрубить этот Гордиев узел. Раз и навсегда. Отказаться от борьбы и смириться с положением вещей.

- Да, дела... - Митч растерянно посмотрел на Кирилла. - Я даже не знаю, что сказать. Почему она к нам не обратилась за помощью? Нет, я убежден, что всегда слишком рано, чтобы сдаваться. Мы должны еще поискать Джека, все вместе! Ну и что, что она устала? Королева же теперь не одна, у нее есть друзья. Год напряженных поисков - это ведь не срок? То, что она делает - неправильно. Вы согласны со мной?

- Конечно, - Лен кивнул. - Только, боюсь, когда сражаются разум и чувства, чувства всегда побеждают. Джейн нас сейчас не услышит. Как бы мы ни разубеждали ее не спешить.

- Она - нет, - Кирилл вновь включился в обсуждение. - А он? Может быть, поговорить с этим шейхом? В самом деле, Александре, может, и неудобно обсуждать с ним свои проблемы. Но мы-то ведь никакими обещаниями и договорами не связаны! Если он порядочный человек, он не будет на нее давить. Надо все ему рассказать!

- С ума сошли? - Денис вытер рукой со лба проступившие капельки пота.- Вы хоть раз видели нашу королеву в бешенстве или хотя бы просто не в духе? Да она же тут всех разорвет на кусочки, да она...

- Видели, видели, - друзья хором закивали и заулыбались. А Митч, слегка похлопывая молодого военного по плечу, добавил:

- Не трусь, Денис. Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Похороним тебя с почестями. Кирилл дело говорит. Надо пообщаться с шейхом.

- Вряд ли вам Джейн предоставит такую возможность, - заметила Ева с сомнением.

- Надо найти такую возможность. До того, как они побеседуют. А что, у этого шейха, Ева, много охраны? Отбить его от его молодчиков, ну а дальше - дело техники. Мм-м? - Митч вопросительно посмотрел на всех присутствующих.

- Вы сумасшедшие! - Денис застонал. - Королева прикажет вас казнить, и меня с вами заодно! Она решит, что я ваш сообщник. Господи! Устроить покушение на жениха Ее Величества! И еще называете себя ее друзьями!

- Не покушение, Денис, а похищение, - наставительно поправил его Митч. - И, заметь, довольно краткосрочное. Мы с ним лишь поговорим. Если он умный мужик, то согласится ждать еще столько, сколько потребуется. А если он дурак, так и скатертью дорога. А обижать Александру мы не позволим.

- Да, я согласен, - поддержал Лен. - И более того: я даже знаю, как это все нам организовать. Мы должны будем завтра встретить Алишера с космолетной площадки и привезти во дворец. Чем не шанс? Его охрана и ахнуть не успеет, а мы уже решим с ним все вопросы - до того, как они с Джейн увидятся. Что скажете? Я думаю, можно обсудить детали...

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Зеленый конверт

В половине двенадцатого ночи Джейн наконец-то оторвалась от голубого экрана. Скрытые видеокамеры всех помещений дворца работают исправно. Вот оно, духовное наследие человека по имени Филипп Дофине. «Я не следил, а наблюдал», - было одной из его любимых фраз. Молодая женщина в раздумье посмотрела на стоп-кадр, где запечатлен весь революционно-диверсионный совет ее друзей.

- Друзья, милые мои друзья, - тихо вслух сказала Джейн. - Настоящие, лучшие, верные. Спасибо вам, что вы есть, спасибо за вашу заботу. Только вы мне ничем помочь не сможете. Это не в ваших силах.

Слезы навернулись на ее глаза. Джейн отвернулась от компьютера и посмотрела за окно, в черное небо. Там, среди холодных сверкающих звезд, где-то летает ее Джек. Нет, не ее. Просто Джек. Где он? Какой волшебник может указать до него путь? Как два потерявшихся в космосе человека могут встретиться? Сколько шансов? Один из тысячи? Из миллиона? Слезы застлали черный небосвод...

Джейн отвернулась от окна. Нет шансов. Сколько можно себя мучить и жить иллюзиями? Взгляд женщины упал на фотографию в рамке. Веселый, улыбающийся шейх Алишер дарил с фотографии мягкий свет карих глаз. Не красавец, хотя и недурен собой. Воспитан, образован, вежлив. Если и не рассматривать экономическую и политическую стороны брака, которые, безусловно, выгодны для обоих, нельзя не отметить тот факт, что Джейн ему очень нравится. А значит, брак обещает быть и не столь тягостным.

- Я выйду за тебя замуж, Алишер, - Джейн подняла трубку телефона. - Алло, Игорь?

- Мм-м... да.

- Это Александра. Я тебя не разбудила? Не подумала, что уже ночь. Сама поздно ложусь.

- Нет, я еще не сплю. Что-то случилось?

- Нет. Я лишь хотела уточнить. Все ли меры безопасности предприняты в космопорту?

- Да, Вы можете не волноваться. И Ваш высокий гость тоже.

- Отлично. Игорь, у меня к тебе маленькая просьба. Твои люди смогут завтра поработать еще и в сопровождении? Моя охрана завтра будет несколько занята и Алишера встретить не сможет. У нас тут запланированы небольшие учения, бойцы и Лен заняты будут. Не хотелось бы их дергать. Я могу на тебя рассчитывать?

- Конечно, Ваше Величество. И встретим, и сопроводим до самого дворца. Можете не волноваться.

- Спасибо, Игорь. Главное - это безопасность. Когда Алишер приедет, ты мне позвони напрямую, минуя посредников.

- Ваше Величество может не переживать на этот счет. Мои люди - профи.

- Да, они молодцы, и я на них надеюсь. Спасибо еще раз. И спокойной ночи.

Джейн положила трубку. «Ну вот и все. Сжечь все мосты».

В задумчивости прошлась по своему кабинету, посмотрела на стены, обстановку какими-то чужими глазами. «Какой бардак! Половину из того, что здесь есть, надо выкинуть. Бумаги, финансовые отчеты, проекты договоров - и все невероятно важно, срочно!».

Джейн хмыкнула: «Хлам. Бумажный хлам. Важно! Ничего это не важно. Да, я сказочно богата, у меня есть все, о чем только можно мечтать, и даже в несколько раз больше, но я несчастна. Проницательный Митч все углядел. Несколько лет назад, там, на планете Соленых озер, у меня не было ничего, но я была гораздо счастливее, чем теперь». Она обреченно присела за свой стол, машинально стала разбирать бумаги на три стопки. Важное, но не срочное. Срочное, но не важное. Важное и срочное... Из-под вороха документов вдруг показался конверт светло-зеленого цвета.

«Это ведь конверт от Чета! Надо же - за четыре дня я не только не нашла времени, чтобы его прочитать, но и вообще о нем забыла! Как ты там, старина Чет?». Женщина проворно распечатала письмо.

«Здравствуйте, Ваше Величество! Деменева Александра, Джейн Аксер, Сара Коуэлл!

Уж и не знаю, Сара, как теперь к тебе правильно обращаться. Видел репортаж на первом межгалактическом. Честно скажу - потрясен. Я очень рад, что у тебя все сложилось отлично. Пользуясь тем, что Митч и Кирилл навострили свои носы и стопы в твою сторону, желая провести отпуска в Александрии, шлю тебе эту весточку, где, во-первых, хочу поблагодарить за шикарный свадебный денежный подарок нам с Аленой. Во-вторых, хочу отругать - за то, что оставила нам неверные координаты и я никак не мог связаться с тобой раньше. Пропала без вести, прямо как тот парень, что ты разыскивала. Представляешь, после твоего отъезда из центрального компьютера исчезла вся информация о тебе. Словно ты и не служила никогда. Никаких данных, ничего. Подозреваю, что сделало это то же самое лицо, что стерло в свое время и всю информацию о Джеке Карно в полицейской базе данных. Не знаешь, кто бы это мог быть? И как, черт побери, тебе это удалось? Отдел внутренней безопасности лихорадит от твоих фокусов... Ну да ладно, обойдемся, наверно, как обычно, официальной версией. Уже привык... В-третьих, Сара, хочу сказать, что наша служба твое поручение выполнила. Чет всегда держит слово. Нашелся твой без вести пропавший. Уже полгода, как знаем его телефон. Парень взял себе фамилию матери, а отпечатки его пальчиков в силу высокой должности попали в список засекреченных. Вот нам долго и пришлось искать. Одно радует: день рождения у него еще впереди, так что если мои гонцы-ротозеи поторопятся, не потеряются где-нибудь по дороге, то ты успеешь поздравить Джека с праздником, и не придется ждать еще целый год.

Ну и в целом - тебе всего самого наилучшего, Сара! Будет когда - приезжай иногда!

С уважением Помощник Президента Космического Союза Доверия Чет.

P.S. Ты как-то спрашивала меня о моем секрете успеха. Он прост, и я убежден, ты знаешь эту истину. Мы живем с тобой по одному закону: В этом мире все возвращается. Спеши делать добро».

Джейн дрожащей рукой перевернула страницу. На листе бумаги, где ее собственным почерком было написано два вопроса: «Жив, здоров?», «Телефон?» - чужим почерком было написано два ответа. «Жив и здоров» - и номера пяти контактных телефонов. А ниже и основная информация о разыскиваемом. Фамилия и имя, точная дата рождения - Джейн посмотрела на календарь - СЕГОДНЯ! Сведения о родителях, место жительства, семейное положение - холост, работа - должность Президента республики на планете Ольск. Брови Джейн поползли вверх от удивления. Ольск это же так близко! Дрожащая рука потянулась к телефону. Душа повторяла лишь одну молитву: «Боже, помоги мне до него дозвониться, только дозвониться, просто услышать его голос...».

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Сквозь время и расстояние

- Привет, София. Говори быстрее. Я немного занят, - Джек устало улыбнулся, разговаривая по телефону с сестрой, и виновато посмотрел на своих помощников: премьер-министра, секретаря и начальника службы безопасности.

Корабль «Талисман» на максимальной скорости летел домой, в Ольскую республику. Переговоры с господином Родосом, Президентом Саргонда, прошли успешно. Первые шаги по налаживанию сотрудничества между странами удались. Теперь вопрос в анализе результатов и планировании дальнейших действий. Это и было предметом скромного неофициального совещания на борту президентского космического корабля.

- Джек! Я надеюсь, ты не забыл? Родители в честь твоего дня рождения устраивают праздничный ужин. Сегодня во что бы то ни стало ты должен быть дома! Ты прилетишь?

- Разумеется. Как я могу забыть о празднике, сестренка? Мы давно в дороге, и по расчетам сегодня к вечеру должны быть на Ольске.

- В прошлый раз ты тоже так говорил, а пришлось ждать тебя лишние сутки.

- В прошлый раз координаты рассчитывал не я. А сейчас у меня все под контролем. Не волнуйся.

- Ладно, мы ждем.

Джек положил трубку.

- На чем я остановился, господа?

- Все на том же. На мероприятиях по встрече господина Родоса. Может быть, господин Президент, все же отложим наше совещание? Ваш неумолкающий телефон не дает сосредоточиться на делах. День рождения есть день рождения. Может, это и неверно - делать из него обычный рабочий день?

- Нет-нет-нет. Как раз наоборот. Сейчас я вынужденно располагаю необходимым количеством времени, да и дорога проходит незаметно. А что дома? Разве дадут поработать? Они же месяц будут праздновать мой день рождения, и меня заставят. Меня уже три недели мучают только списком меню и подарков, хотя сегодня вечером я должен буду сделать удивленное и восторженное лицо, когда мне будут вручать то, о чем я уже знаю.

Джек улыбнулся, вспоминая, как Питер и Анри неуклюже прятали под кровать конструктор.

- И потом, - продолжил он свою мысль, - к настоящему моменту меня по телефону поздравили уже все. Все, кого я даже не помню и, возможно, не знаю. Так что телефон вряд ли еще зазвонит.

В опровержение этих слов телефон снова зазвонил. Джек взял трубку, посмотрел на номер и опять улыбнулся.

- Да, София. Что еще?

- Джек, а ты сейчас где летишь?

- Подлетаем к туманности Леграна. Да ты не волнуйся, мы уже близко. От нее девять часов полета - и мы дома.

- Как я могу не волноваться? Ужин назначен ровно на восемь, а дома будет не только твоя семья, но и еще несколько приглашенных лиц. Ты точно не подведешь?

- Точно. А кто еще будет?

- А вот это сюрприз. Просто давай договоримся, чтобы без опозданий. Ладно?

- Ладно. В восемь часов я буду дома.

Джек положил трубку и улыбнулся своим помощникам.

- Совещание, действительно, придется переносить. Пойду в каюту управления, проверю наш курс. А то если опоздаю, меня разжалуют из Президента, любимого сына и брата уж и сам не знаю - в кого. Лучше перестраховаться, - и, обращаясь к секретарю, добавил: - Где у нас свободное место в расписании?

- Завтра в три, либо послезавтра в десять утра, господин Президент. Это из ближайшего.

- Вот, давайте завтра в три и соберемся.

- Может быть, лучше все-таки послезавтра, господин Президент? Вдруг завтра будут звонить еще опоздавшие?

- Убежден, что звонить больше никто не будет.

Но телефон, словно надсмехаясь, опять зазвонил.

- Да, София. Что я еще забыл?

- И правда - живой! - такой тихий из-за помех на линии, близкий и одновременно далекий, почти забытый голос произнес простую фразу на русском языке.

- Алло! Кто это? - Джек недоуменно посмотрел на телефон. Номер не определился. И это была не его сестра. - Алло!

Женский голос в трубке, будто опомнившись, перешел на французский язык. Джейн поздоровалась:

- Здравствуй, Джек. Это... Джейн Аксер. Ну, помнишь, девушка с «Парнаса»? Не забыл?.. Прости, что так неожиданно. Просто я узнала, что у тебя сегодня день рождения, и решила поздравить. С праздником, Джек.

- Господи Боже мой! Джейн??? ... Джейн!!! Ради всего святого! Только не вешай трубку! Джейн, слышишь меня? Мне нужно сказать тебе что-то очень важное, я тебя уже четыре года ищу! Джейн, пожалуйста, не отключай линию! - почти закричал в трубку Джек, жестом показывая начальнику службы безопасности проследить координаты звонка.

- Я здесь, у телефона. Что ты так кричишь? Я тебя слышу хорошо. Ты меня искал четыре года? А почему ж не нашел?

- Джейн, ты что, издеваешься? А как тебя искать, скажи на милость, если я ничего о тебе не знаю, никаких координат? Ты была в розыске, но данные на тебя из полицейской базы исчезли непонятным образом, имени твоего настоящего я не знаю, планеты - тоже. На Марте никаких следов не оставила. Я даже к Резеде ездил - все безрезультатно. Да я задействовал все государственные поисковые ресурсы, чтобы тебя найти! Тебя несколько спецслужб ищут.

- Правда?

Джейн вытерла слезы и поглядела на компьютер. На мониторе отобразилась информация, что линия прослушивается, включена громкая связь и идет отслеживание звонка. Помощники Президента вычисляют ее координаты. «Забавно». Женщина улыбнулась и добавила громкости:

- Что могу сказать, Джек? Хреновые у тебя спецслужбы, по-русски говоря, раз не смогли меня найти. Я ни от кого не прячусь.

- Ну да - не прячусь?! Джейн, я был на планете Соленых озер. Мы разминулись там с тобой всего на месяц. И я читал твой дневник. Ты от меня пряталась.

- Ты читал мой дневник? - Джейн опять улыбнулась, вытирая не останавливаемые слезы. - Это не очень прилично.

- Наверно, - Джек тоже улыбнулся. - Это как твое знание французского. Потрясающий способ узнать, что же о тебе думают люди на самом деле. Ты в частности.

Джейн вспомнила свой разговор с Джеком на планете Шэ-я.

- Ладно, квиты. На комплименты не обижайся. Я писала все как есть, как чувствую. И ты теперь знаешь, что я о тебе думаю... А ты мне так и не сказал - зачем ты меня искал?

- Затем. Затем, Джейн. Я должен тебе сказать. Я люблю тебя Джейн! Люблю, понимаешь! - Президент почти кричал в трубку, игнорируя смущенные взгляды своих помощников. Главное, чтобы Джейн его услышала, чтобы поверила, поняла и приняла. - Люблю так, как четыре года назад, там, на пляже. Ничего не изменилось. Разве что моя любовь стала еще крепче и сильнее от разлуки. Я не женился на Алисии, Джейн! Я люблю только тебя, слышишь? Я люблю тебя, Джейн. Выходи за меня замуж!

Женщина поняла, что не может говорить. Слезы беззвучной рекой лились по ее щекам. Джек ее любит!

- Джейн, ради Бога, не молчи! Ты меня слышишь?

- Да.

- Джейн, ты плачешь? Я слышу, ты плачешь. Но... почему? Джейн, - Джек почувствовал, как внутри него все вдруг похолодело от ужаса, - Джейн, только... только не говори, что уже слишком поздно. Джейн, ты ведь не вышла замуж? Ведь нет???

- Нет. Пока еще.

Джек шумно выдохнул.

- Ты выйдешь за меня замуж?

- А ты правда Президент целой планеты?

- Да.

- И ты, будучи Президентом, зовешь меня в жены? Женщину без имени, без рода и племени, без прошлого, с туманным будущим?

- Да.

- Но ты ведь обо мне ничего не знаешь? Может быть, у меня куча иждивенцев и работа нервная? И ты меня столько не видел - может быть, я и не такая уже, как раньше.

- Джейн! Милая моя! Да разве ж это важно? Я готов взять тебя в жены со всеми твоими иждивенцами, долгами и обязательствами. Я люблю тебя. Я готов помогать тебе во всем, делить твои проблемы и заботы. Я... Джейн, почему ты плачешь?

- Не знаю, Джек. Слезы сами бегут. Я ведь тоже тебя люблю. Только я думала, что потеряла тебя навсегда. Пыталась забыть... Джек, а ты сможешь приехать ко мне?

- Конечно, я в космосе, в дороге. Меняю координаты прямо сейчас. Где ты живешь? Куда лететь?

- Мы почти соседи. Планета Александрия. Я живу в столице.

- Александрия? Это совсем близко от туманности Леграна, около двенадцати часов полета. Я рядом, я лечу!

- Уже летишь? Что ж, тогда ты успеешь как раз к обеду. Буду ждать, Джек. До встречи.

- А... Джейн! Подожди! Подожди! А адрес-то, что - сообщить не надо? У вас разве в столице один твой дом стоит - и все? Где я буду искать тебя в Александрии?

Джейн улыбнулась.

- Ну, вообще-то такой дом, как у меня - он, действительно, один в нашем городе. А твоя служба безопасности только что определила мои координаты, так что проблем с адресом не будет. Мое настоящее имя, Джек, - Деменева Александра. Постарайся приехать до двенадцати. У нас не принято опаздывать и заставлять даму ждать. До встречи.

Джейн положила трубку. Она не могла говорить. Слезы счастья душили ее. Джек приедет. К ней приедет. Не просто Джек. Ее Джек! Ее Джек приедет к ней!!! Счастье есть в этой жизни.

- Бернард! - требовательно вскричал Джек.

- Я здесь, господин Президент.

- Бернард, мне нужна вся информация на женщину по имени Деменева Александра с планеты Александрия. Вся! Слышишь? Всех своих агентов на уши поставь. Прямо сейчас! Живо. Так. Ганн!

- Да, господин Президент.

- Отменяй мои визиты минимум на неделю. Распиши все как поручения для моих министров или перенеси все. Созвонись с моими помощниками на Ольске. Мы меняем маршрут.

- Как - меняем маршрут?

- Так, прямо сейчас. Да, позвони мне домой, скажи, что Джейн нашлась. Они все поймут и простят.

- Но, господин Президент...

- Все, Ганн, без разговоров! Меня здесь уже нет. Я в каюту управления. Так, Бернард, почему ты еще здесь? Я тебе дал срочное поручение: всю информацию, что сможете найти...

- Один вопрос, господин Президент. Это она?

Начальник службы безопасности неспешно подошел к компьютеру и включил фильм. На экране появилась заставка популярной телевизионной программы «Обстоятельства и люди»... «- Сегодня мы побываем с вами в гостях у очень интересного человека. Это красивая, умная, необыкновенно обаятельная и талантливая женщина....». Стоп-кадр. С голубого экрана в кают-компанию «Талисмана» смотрела улыбающаяся молодая женщина.

- Боже мой! Это Джейн. Но как? Откуда у тебя эти кадры?

- Деменева Александра, королева Александрии и в настоящее время, по-моему, владелица еще восьми планет. Эта та самая королева, на годовщину официальной инаугурации которой Вы не поехали, сославшись на то, что все женщины мира Вам не интересны, Вы заняты поисками только одной. И Вам некогда разъезжать по танцулькам.

- О черт! Я - дерево!

- Если бы Вы, господин Президент, внимательно прислушивались к тому, что Вам говорит начальник службы безопасности, то Вы бы ее нашли еще пару месяцев назад. И мне не пришлось бы выслушивать, кстати, что наша служба «хреново работает, по-русски говоря».

- Да, но, Бернард, я же видел, как ты смотрел эту запись и говорил об Александре. Но ведь на снимках была какая-то кудрявая блондинка, а не Джейн.

- Мм-м... - Бернард перемотал запись вперед. Снова остановил кадр. - Вот эта?

- Да.

- Это секретарь Александры по международным делам. Журналисты брали и у нее интервью тоже. Ева Дофине, кажется.

Джек взялся руками за голову.

- Какой я идиот! Бернард, ты должен был заставить меня посмотреть эти кадры! Должен был!

- А то я не пытался? Я же говорил Вам - «удивительная женщина». А Вы - одно что: «На свете есть только одна удивительная женщина». Да уж. Надо было сообразить, что она и есть предмет Ваших поисков.

- Мы должны торопиться, Бернард.

- Да, господин Президент. Пока шейх Алишер не увел ее из-под Вашего носа.

- Какой еще шейх?

- Тот самый, шейх Алишер, мультимиллиардер, по данным журнала «Звезда», он занимает первую строчку в списке самых завидных женихов десятилетия, а Ваша... Джейн занимает третью строчку в списке самых завидных невест. И, кстати, если я ничего не путаю, шейх ухлестывает за Вашей возлюбленной. Они деловые партнеры и завтра в полдень подписывают какие-то контракты. В новостях об этом что-то передавали.

Джек застонал.

- За свою любимую я готов драться со всеми шейхами мира. В каюту управления. Живо!

ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ

Это любовь

Митч, весь заспанный, больше автоматически, чем что-либо понимая, дошел до двери своей комнаты и открыл ее.

- Кто там в такую рань? А... мисс Дофине? Ой, извините, ради Бога, это я не с ума, спросонья. - Митч сам смутился от того, насколько густо покраснела Ева, увидев его обнаженный торс, схватил с вешалки халат и надел на голые плечи. - Простите, умоляю, еще раз за мой внешний вид. Что случилось?

- Это Вы меня простите за беспокойство, - Ева еще больше покраснела. - Ну... за то, что я Вас разбудила. Я растерялась и не знала, что делать. Я по поводу нашего вчерашнего плана. В общем, шейх Алишер... Он уже здесь.

- Как - здесь?

- Вот так. И они уже подписали все соглашения. Вот, - Ева кивком указала на папку в своих руках. - Джейн поручила мне разыскать министра, один экземпляр отдать ему, один - в архив.

- Но как же? Вы ведь говорили, что Алишер приезжает в час? А сейчас только восемь.

- Но он и должен был приехать к обеду. Так было запланировано. И распоряжения королевы об этом свидетельствуют. Но что-то поменялось... Я зашла Вам сообщить, чтобы Вы были в курсе.

- Черт, - Митч выругался, соображая, что делать дальше.

- Простите еще раз за плохие новости.

- Не за что. Мм-м, мисс Дофине, а Лен уже встал? Он знает?

- Вряд ли. Нет, то, что встал уже - это точно. Он вместе с солнышком встает. Очень рано. Потом бежит в лес, на пробежку. Потом - в учебный центр. Он, наверно, сейчас там. Можно позвонить ему.

- Мисс Дофине, пожалуйста, позвоните ему. Пусть придет, если не сложно. Нам срочно нужен новый план.

- Хорошо. И зовите меня просто Ева. Мы ведь вчера вроде договорились общаться на «ты»?

- Да, действительно, как-то само получилось. Исправлюсь,- настала очередь Митча покраснеть.- А... Александра? Где они сейчас?

- В парке. Вышли прогуляться. Джейн дала поручение накрывать завтрак. Сказала, что готова съесть шоколадного слона.

- Черт. Не нравится мне это. А что, Ева, я ведь тоже могу прогуляться в парке? Ваши законы это не запрещают?

- Разумеется, нет. Парк и предназначен для прогулок.

- Отлично, - Митч обрадовался. - А куда мне идти, чтобы случайно с ними столкнуться?

- В таком виде?

- Нет. Конечно, я сначала оденусь. А потом куда мне?

- Вам... тебе надо будет спуститься на второй этаж и идти в сторону оранжереи. Оттуда лестница прямиком в сад.

- Понял. Приходите с Леном туда же. Может, мы еще и не очень опоздали.

Митч по-солдатски бросился в комнату одеваться. «Это ж надо было так просчитаться со временем? Только бы успеть. Вот он - второй этаж, вон и оранжерея. Лестница...».

Митч остановился у перил балкона. Там, в саду, на залитой теплым солнцем лужайке, на качелях мирно сидят и разговаривают Сара и Алишер. «Наверно, уже слишком поздно...».

- Митч, ну как? Ты нашел Джейн? - Лен и Ева почти вбежали на террасу. Митч и сам не заметил, как долго он стоит здесь в нерешительности и просто наблюдает за всем происходящим в саду.

- Да, вон они, - он показал рукой на край парка. - Сидят на качелях уже минут десять. Случайно встретиться на тропинке с ними не получится, а чтобы так подойти, нужен какой-то повод.

- Да уж. Что придумать-то? - Лен почесал затылок. - Полагаешь, они уже успели обсудить его предложение?

- Не знаю. Время и возможность, во всяком случае, у них были. Может, без всякого повода - подойти и представиться? Как считаете?

Джейн в эту самую минуту словно почувствовала, что говорят о ней, и посмотрела на террасу. Увидев своих друзей, она радостно взмахнула рукой, поприветствовала их, что-то сказала Алишеру. Шейх поднялся с качелей и поклоном также поздоровался с наблюдающими. Затем Джейн и Алишер подошли к выходу из парка и снова остановились, о чем-то беседуя.

- Может, сказать им, что завтрак готов? - неуверенно предложила Ева.

- Придумаю что-нибудь по дороге, - Митч набрался решимости спуститься по лестнице.

- Любуетесь нашей королевой? - услышали они вдруг чей-то теплый старческий голос.

Из оранжереи на террасу, слегка прихрамывая, вышла смотрительница парка и дворцовых цветников. Друзья почтительно с ней поздоровались.

- Да, тут есть чем любоваться, - смотрительница заговорщицки подмигнула. И тоже облокотилась о перила, глядя вдаль. - Никогда еще не видела нашу королеву такой красивой и счастливой.

- Счастливой? - Ева сомнительно покачала головой.

- Да, счастливой. Хотите секрет? Я знаю причину ее счастья. А все элементарно. Наша королева сильно влюблена. И она выходит замуж. Подумать только! Во дворце скоро будет свадьба!

- Тоже мне - секрет! - Ева постаралась произнести это как можно равнодушней. - Слухи все. Дворцовым сплетникам просто не терпится ее сосватать.

- Вот только не надо меня равнять с дворцовыми сплетниками, Ева, - старая женщина опять улыбнулась. - Я своими ушами сегодня утром слышала, на этом вот месте. Я ведь рано встаю. Вышла спозаранку - цветы полить в оранжерее. Слышу: вроде как беседует кто-то. У меня нет привычки подслушивать. Но слышимость здесь хорошая, хоть сквозь землю провались, а слышно. Вот, а Александра говорит тому военному, который среди них главный тут. «Я, Денис, самая счастливая женщина на свете. Я замуж выхожу. Я люблю и любима, и это, - говорит, - самое большое счастье на свете!». И звучало это, ребята, очень искренне! Да вы приглядитесь к ней: она же светится от счастья! И белое платье ей очень к лицу. Вылитая невеста!

Все, как по команде, снова повернули головы в сторону Джейн. Джейн тем временем попрощалась с шейхом, пропустила его сквозь незаметную калитку в ограде и направилась к большой белокаменной лестнице, на вершине которой собрались в тревожном ожидании ее друзья. Королева, действительно, выглядела счастливой. Улыбка не сходила с ее лица. Все вдруг с удивлением для себя отметили, что никогда ранее не видели, чтобы Джейн одевалась во что-то белое, и чтобы она так счастливо улыбалась. Она была необыкновенно хороша.

- Может, мы, и правда, ошиблись? - неуверенно спросил Митч. - И не стоит ей ничего говорить, расстраивать ее?

- Денис, значит? - переспросил Лен. - Ну, я ему устрою повышение квалификации...

- Доброе утро всем! - Джейн не спеша поднималась по лестнице. Что-то в ней определенно изменилось. Красавица. Огонь и загадка в глазах. - Чудесное утро, согласны? А какой был сегодня рассвет! Это надо было видеть. Просто сказка. А вы не завтракали? Я такая голодная, что готова съесть слона. Ева, что с завтраком?

- Распоряжения отданы. Я думаю, уже все готово. А шейх Алишер? Он не будет завтракать с Вами?

- Нет, не будет. Вы видели, он уже ушел. Он сожалеет, что не смог познакомиться с моими друзьями лично, но важные дела заставили его так быстро уехать. Может быть, пойдем в столовую? Я вам все расскажу. У меня для вас есть одна потрясающая новость!

- Нет, я так не играю! Я-то думал, что мне представят настоящего шейха. Никогда с живыми шейхами не общался. А он, видите ли, торопится. Это неуважение какое-то, - Митч недовольно скрестил руки на груди и не двинулся с места.

- Митч, не будь букой. Какие еще твои годы? Будет такая возможность. Но у Алишера уважительная причина для столь поспешного бегства. У него брат умер, поэтому вместо обстоятельной поездки по нашему региону он здесь лишь проездом. Он и ко мне заехал только потому, что обещал. Мы подписали нефтяное соглашение. Миллионный контракт, ребята, представляете? Это очень взаимовыгодная сделка. Я надеюсь, что наше сотрудничество окажется плодотворным. Ева, ты отнесла копии?

- Да.

- А министру экономики? Как он отреагировал?

- Ну... он даже проснулся. Скоро придет.

- Ясно. А что мы стоим на одном месте? Я есть хочу. Пошли в столовую. Я вам что-то сообщу. Всем.

Митч и Лен переглянулись: «Значит, мы не успели».

- Всем привет! Я ничего не пропустил? - в дверях появился Кирилл. - Потрясающее утро. Мне даже не спится. Всю ночь мечтал, как меня будут представлять настоящему живому шейху.

- Кирилл, доброе утро! - Джейн поприветствовала напарника. - Хотя бы ты не злословь по поводу Алишера! Можно подумать, вы только с мертвыми шейхами общаетесь! Я сожалею, но обещание свое сдержать не смогу. Алишер только что уехал. Он торопился, поэтому остаться на завтрак в вашем обществе он не смог. Но в другой раз я обязательно вас познакомлю.

- Как это - уехал? Он же должен был прибыть только к обеду?

- Должен, но не обязан. Планы поменялись... Пойдемте уже в столовую, я вам все расскажу!

Джейн взяла за одну руку все еще недоумевающего Кирилла, за вторую - растерянную Еву, и как маленьких детей потянула их через оранжерею в сторону столовой. Митч и Лен покорно пошли следом.

- Доброе утро всем! А вот и мы, господа, голодные, как сто индейцев, - женщина звонко засмеялась. - Приятно завтракать в обществе моих самых любимых министров - экономики и финансов. Бумаги видели? Он все подписал!!! Алишер - чудо, правда?

- Доброе утро, Ваше Величество. Поздравляем с удачной сделкой.

- А то? Еще скажите, что я не молодец?

- Ваше Величество, Ваша финансовая дальновидность и смекалка не перестают нас восхищать и радовать. А... где же сам шейх Алишер? Вы разве не пригласили его на завтрак?

- Пригласила, но он очень торопился, у него несчастье в семье. Он вынужден был срочно уехать. От имени Алишера передаю всем приветы и извинения... Присаживайтесь. Что стоим?

Министры переглянулись между собой. Ответа на главный вопрос они так и не услышали. Сделал ли шейх королеве предложение, и ответила ли она «да»? Если Александра ответила очередным отказом, то питать какие-то иллюзии на расширение территориальных границ уже не придется. Такие выгодные партии случаются один раз на миллион лет. Вот что по-настоящему волновало в эту минуту министров.

- Ладно, - Джейн не могла дождаться, когда все усядутся, чтобы сделать важное объявление. - В общем, слушайте меня. Господа и дамы, у меня для вас новость. Сегодня произошло одно событие, которое... даже не знаю, как сказать...

- Доброе утро, Ваше Величество, - в столовую при полном параде, с военной выправкой, как и подобает истинному генералу, важной походкой вошел сияющий Денис. - Ваше Величество, к Вам с визитом прибыл и покорнейше просит принять Президент Ольской республики, почетный кавалер Ордена Славы и Ленты Индиго, мистер Джек Рос де Оро.

Джейн беззвучно поднялась со своего места, кивком показывая: «Пусть войдет! Ну же!». Счастью ее не было предела.

- Это уже второй гость за сегодняшнее утро, - тихим шепотом сказал на ухо один министр другому. - Королева вводит новую моду?

Ему никто не ответил.

В дверях показалась фигура Президента. В белом костюме, элегантный, уверенный мужчина в сопровождении своего начальника службы безопасности вышел на середину столовой. Джек замер, не сводя с Джейн глаз. «До чего же она хороша!».

Джек знал, что не было в этот момент на свете человека, более счастливого, чем он. Он ее нашел! Его Джейн, его любимая!

Четыре года поисков! Четыре года борьбы, отчаяния, разрушенных надежд и непоколебимой веры - веры в свое счастье. И Джейн здесь, рядом. Такая же озорная, задорная, красивая и необычайно желанная. Стоит и молча смотрит на него. И улыбается. И два зеленых бесенка, в которых нельзя не влюбиться, выглядывают хитро из-под черных ресниц. И слов не надо, потому что в этом взгляде - все. Все чувства, эмоции, желания, мысли и действия - все без остатка. И ради этого взгляда, ради одной такой встречи стоит жить на земле! Да, стоит жить, бороться, искать, преодолевать трудности, терпеть поражения, страдать... ради одной этой улыбки, одного взгляда.

Джейн, как в замедленном кино, боясь вспугнуть счастье, направилась к своему любимому. Такой же невозмутимый, такой же спокойный и решительный, такой же близкий и доверчивый, как там, тогда, на планете Соленых озер, стоял он сейчас перед ней. И ничего нет больше в этом мире, нет тех четырех лет разлуки, сомнений, разочарований, обид. Есть только он и ощущение бесконечного счастья. Счастья! Простого человеческого счастья.

- Джек!

- Джейн!

- До обеда еще несколько часов, но ты успел на завтрак.

- Я боялся опоздать. По телефону была плохая слышимость, я не расслышал, что ты мне ответила. Поэтому спрошу тебя в третий раз. Джейн, ты выйдешь за меня замуж?

- Да.

- Да?

- Да, господин Президент. Я буду Вашей женой.

Под изумленные взгляды своих друзей Джейн и Джек поцеловались. И им было все равно, кто на них смотрит и что при этом думает. Просто это настоящая любовь.

- Кхе-кхе, - начальник службы безопасности Президента Ольской республики напомнил влюбленным, что они здесь не одни.

- Друзья мои! - Джейн покраснела, как вишня. - Друзья мои, я все утро пытаюсь сказать вам потрясающую новость. Я замуж выхожу! Знакомьтесь. Это Джек. Мой жених.

Все присутствующие, кроме Бернарда и Дениса, открыли рты...

Спустя пару дней, когда утряслось основное волнение по поводу приезда жениха Ее Величества, так же прогуливаясь после завтрака по террасе, Митч улучил удобный момент, чтобы переговорить с Джейн наедине.

- А можно задать тебе один вопрос, Сара?

- Да можешь даже и не один, Митч.

«Когда ты сам счастлив, хочется, чтобы весь мир вокруг тебя был счастливым». Джейн поймала себя на мысли о том, что улыбается беспричинно уже вторые сутки подряд. Хотя нет, причина есть. И причина всему - любовь.

- Выкладывай, что накипело?

- Ты только Кириллу не говори. И вообще никому, пожалуйста. Это личное.

- Обещаю. Никому ни слова. Что хотел спросить?

Митч настороженно осмотрелся кругом.

- При других обстоятельствах, Сара, ты была бы последним человеком, к кому я обратился за помощью в этом вопросе. Но, с другой стороны, кто как не ты можешь здесь помочь?

- Вот как? Совсем заинтриговал. Не трусь. Мне - как священнику, все можно рассказать. Что стряслось?

- Да ничего. Хотел проконсультироваться в одном щекотливом вопросе, - Митч вздохнул, набрался решимости и все-таки спросил: - А есть какие-нибудь особенности ухаживания за женским полом у вас на планете? Я имею в виду, если у мужчины серьезные намерения, и он не хочет, чтобы его отшили. Если он желает произвести на женщину благоприятное впечатление, а не выглядеть каким-нибудь прилипалой и нахалом.

- Ох, Митч. Ты нисколько не меняешься! Снесло крышу от красоты александрийских женщин?

- Нет, только от одной из них.

- Да? И я ее знаю?

- Я должен ответить?

- Значит, знаю, - Джейн улыбнулась. - Особенности ухаживания, спрашиваешь? Все как везде. Только после ухаживания у нас принято на девушке жениться, Митч. Если она порядочная девушка и дорожит своей репутацией. И разводы у нас запрещены, по общему правилу. Так что тебе это вряд ли подойдет.

- Очень даже подойдет. Я готов на ней жениться хоть сегодня.

- Ну да? Митч, я тебя не узнаю.

- Это так. Я изменился, Сара, веришь ты или нет. За эти два года я много передумал. Я понял, что, живя на полную катушку, при этом теряю в своей жизни что-то очень важное. Я хочу создать семью. Чтобы у меня был дом, где меня кто-то ждет. Мне по-настоящему надоела разгульная жизнь. Хочется постоянства, уюта, тепла, чтобы рядом было родное лицо.

Джейн искренне порадовалась за друга.

- Приятно видеть в тебе такие перемены, Митч. Так, говоришь, повстречал здесь лицо, которое может стать тебе родным?

- Да. Я никогда не показывал тебе свой медальон? Здесь фотография женщины, подарившей мне жизнь. Это моя мать. Взгляни.

Митч снял с шеи золотую цепочку с медальоном и протянул Джейн. Она изумленно подняла на него глаза.

- Митч?! Но твоя мать так похожа на Еву! Или Ева на нее? Как такое может быть?

- Не знаю. Но они похожи не только внешне, но и даже манерой говорить, манерой двигаться. Очень много общего. Когда Ева рядом, я глаз оторвать от нее не могу. И это не все, Сара. Задолго до твоего появления в моей жизни я часто видел один сон. Я видел девушку, и уже тогда знал, что люблю ее. Ребята смеялись надо мной, да мне самому слабо верилось, что сон вещий. Но это так, Сара. Я видел Еву во сне. Много раз. Точнее, - Митч смутился, - во сне я видел вас обеих, но когда встретил тебя - я тебя не узнал. А ее узнал моментально. Звучит, наверно, не очень правдоподобно, но у меня на Фениксе где-то в моих бумагах есть даже ее портрет. Я нарисовал его карандашом по памяти. Я знаю, Сара, что вы подруги, но и мы с тобой вроде как не чужие. Если она свободна, ты поможешь мне покорить ее сердце?

- Ну и задачки ты мне ставишь, Митч. Это только в твоих силах - покорить ее сердце. Я не знаю, нравишься ли ты ей вообще, согласится ли Ева на ваши встречи? Я давить на нее не буду. 100%.

- Конечно, нет. Но свой человек в лагере, который ты собираешься завоевать, - это большая удача. Я уверен, что нравлюсь Еве. Может быть, где-то поможешь мне советом?

- Возможно. В пределах разумного... Но есть кое-что, что тебе надо знать, Митч, - предупредила Джейн. - Дело в том, что Ева по нашим законам еще несовершеннолетняя. Ей только двадцать. А по законам Александрии вступление в брак у нас разрешается только с двадцати одного года.

- С двадцати одного года??? Что за бред? Кто придумал такие дурацкие законы?

- Мой прадед. После демографического кризиса двадцать второго века многие страны перешли на более жесткую регламентацию семейно-правовых норм. Все достаточно строго, а совращение несовершеннолетней - статья в уголовном законе.

- Что за черт? - Митч вспылил. - Разве нельзя изменить эти законы? Ты ведь королева!

- Спасибо, что напомнил, Митч. Только оснований для изменения закона я не вижу. Нормальный закон, правильный.

- Ах, вот как? А я придумал! Я ее украду. Увезу Еву к себе, и поженимся с ней по нашим законам.

- Это еще одна статья - похищение человека, - беззлобно поддела Джейн. - К тому же государственного деятеля.

- Что за ерунда, Сара? Хочешь сказать, что я не могу встречаться с Евой?

- Без согласия ее законных представителей - нет.

- А-а, понял. Я должен с ее предками познакомиться, с родителями, да?

- У Евы нет родителей, она сирота, как и я. У нее есть опекун.

- Опекун? Что нужно сделать, чтобы заручиться его согласием?

- Убедить в том, что ты для Евы - подходящая партия. Пойми, Митч, разбивать сердце этой девушки тебе никто не позволит.

- Разбивать сердце? Да что ты говоришь такое? Я не собираюсь ей его разбивать.

- А как ты представляешь вашу семейную жизнь? Она в Александрии, ты - на Фениксе. Или увезешь ее с собой? В любом случае, она с ума сойдет от ревности или от страха за тебя. Ты забыл специфику своей профессии? Вы ведь завтра уезжаете с Кириллом?

- Да, уезжаем, Сара. И это еще один вопрос, который я хотел с тобой обговорить. Я не понял, в шутку ты или серьезно предложила нам с Кириллом осесть в Александрии на постоянное место жительства. Кирилл, конечно, не согласится. Ему наконец-то дали добро на формирование собственной группы. А он столько времени об этом мечтал! Что же касается меня, то если твое предложение еще в силе, я готов его принять. Мой контракт заканчивается через два месяца, и я не хочу его больше продлять. Навоевался вдоволь. Я подумал, если на твоей планете найдется для старого друга небольшой угол и какая-нибудь работа, то...

- Митч! - Джейн запрыгала от восторга и чмокнула его в щеку. - Митч! Это потрясающе! Какой-нибудь угол? Да что ты говоришь такое? Хочешь, я тебе целую планету подарю? Митч, после того, что вы для меня сделали - это даже не вопрос! И с работой не проблема. Будешь вместе с Леном воспитывать и обучать моих армейцев. Что скажешь?

Митч просветлел.

- Скажу, что это очень здорово. А с Евой? Этот ее опекун - ты его знаешь? Он очень строгий?

- Да. Достаточно.

- А ты поможешь мне с ним договориться?

- Возможно. Если Ева будет об этом так же, как и ты, ходатайствовать. Я не хочу вредить ее интересам.

- Разумеется. А ты сможешь познакомить меня с ее опекуном еще до моего отъезда?

- Да как тебе сказать? Вообще-то ты с ним уже знаком.

- Ну да? И кто же это?

- Я.

- ?! Ты?

- Да, я.

- Вы что, родственницы?

- Нет. Не смотри на меня так. Правда, нет. Просто по законам Александрии лица в возрасте до двадцати одного года являются несовершеннолетними под опекой либо одного из совершеннолетних родственников, либо специального учреждения, где они проживают, либо работодателя, если они уже работают. У Евы нет родственников. А поскольку она работает на меня, в силу закона я за нее отвечаю, являюсь ее законным представителем. Выдохни, Митч. Я искренне желаю счастья вам обоим.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Цыганская долина

Яркое солнце, в очередной раз прокалив красную планету, на которой почти никогда не бывает снега, плавно начало движение к горизонту. День пошел в сторону завершения. Жара спала, и от могучего леса, как гигантские стражи, охраняющие цыганский поселок, медленно поползли коричневые тени. Повеяло прохладой. Детвора в оживлении высыпала на улицу: побегать, порезвиться, пообщаться друг с другом. И только взрослым было не до веселья. Все старшее население цыганского поселка паковало вещи. Сегодняшний день - их последний день на этой планете. Они переезжают. Оставляют родную местность, где столетие назад поселились их деды и прадеды. А теперь им придется искать себе новое пристанище, новое место жительства.

Владельцы их планеты, заключившие договор с хамелеонами о попечительстве и охране, задолжали последним значительные суммы, и теперь, не видя иной возможности расплатиться, подняли всем жителям арендную плату за землю более чем в десять раз. С планеты началось массовое бегство тех, кто не смог смириться с такими непредвиденными расходами. Цыгане, державшиеся достаточно долго на плаву за счет дружбы и взаимовыручки внутри своего клана, также сдали свои позиции. Конкурировать сельским жителям с богатыми и влиятельными горожанами не вышло. А значит, придется съезжать отсюда в поисках лучшей жизни куда-нибудь в другое место.

- Йожеф, мы к тебе с вопросами. Можно?

Мужчины неуверенно переминались с ноги на ногу, вытягивали шеи, чтобы рассмотреть, что же происходит за хлипким заборчиком, во дворе соседа, но так и не решались зайти в калитку. Цыган, названный Йожефом, перестал собирать вещи. Он печально усмехнулся.

- Я вам рад, друзья, но у меня нет ответов на ваши вопросы.

- У тебя нет. А у твоей матери?

Йожеф, бросив наконец-то свою работу, присел отдохнуть на завалинку.

- Думаете, я ее об этом не спрашивал?

- И что она ответила?

- Ничего не ответила. Вы поймите, у моей матери за три года не было ни одного видения. Резеда больше не провидица, она старая больная женщина. И я оберегаю ее от людей не потому, что прячу от вас по какой-то прихоти, а берегу просто как свою мать. Я уже десять раз спросил ее, что нам делать, но она только пожимает плечами. Вы же видите, я не лукавлю, и, как все, собираю вещи. У общины нет денег, чтобы заплатить такие суммы сразу, как постановило новое правительство. Что ж, значит, нам остается уехать. Я сам не могу поверить, что мы покинем наши дома. Но других вариантов я не вижу.

- А твоя дочь, Йожеф? Айна. Она что говорит? Мы знаем, что она унаследовала в какой-то части дар твоей матери. Ты ее не спрашивал?

- Спрашивал.

- И?.. - пять пар глаз с надеждой посмотрели на своего друга. - Что она ответила? Что видит?

- Ничего на эту тему. Говорит, что видит, как оканчивает школу здесь, что видит своих друзей, повзрослевших, что общается с ними. Но к конкретному решению проблемы... ничего.

- То есть она предполагает, что мы останемся здесь? Нам не придется уезжать?

- Я разве так сказал? - Йожеф усмехнулся. - Я о нас и не упоминал даже. Айна видела лишь себя и окончание школы здесь. Но учиться ей еще пару лет. Так что... Я не знаю, она же еще ребенок, чтобы рассуждать о глобальных вещах из жизни нашего народа. Что, какие есть варианты? Нам нужно несколько миллионов космо. Не свалятся же они на нас с неба. Или придет какой-нибудь добрый дядя и принесет их нам на золотом блюдечке? Ведь нет? Или правительство вдруг сегодня ночью экстренно соберется, чтобы пересмотреть свои решения в нашу честь? Какие еще есть идеи? У меня нет вариантов. Я собираю вещи. Работы еще полно.

Йожеф молча поднялся на ноги и снова принялся за работу. Соседи понуро опустили головы и побрели по домам. В этот самый момент из домика вышла Айна. На лице ее сияла какая-то странная улыбка, щеки горели румянцем, глаза блестели.

- Отец, бабушка просит тебя прогуляться до космопорта. Она считает, что к нам направляется Золотой человек. Она просит, чтобы ты встретил Золотого человека.

- Кого встретил? - цыган непонимающим взглядом посмотрел на дочь, а потом переглянулся с еще более изумленными соседями. - Что сказала твоя бабушка?

- Я говорю, что у моей бабушки было видение! После такого длительного перерыва. Она прилегла отдохнуть после обеда, и тут вдруг - раз... Говорит: «Айна, увидь то, что вижу я. Сюда летит корабль. Большой корабль. Золотой человек ищет меня. Пусть твой отец встретит Золотого человека. Великая честь для нашего народа - быть удостоенными внимания этого человека. Поверить не могу, что я дожила до этого дня!». Вот, слово в слово, как она сказала.

- Что за ерунда? Какого еще Золотого человека?

- Ну, того самого. Помнишь, она все время легенду рассказывала малышам? О Золотом человеке, который превращает в золото все, до чего дотронется.

- Вот было бы неплохо, если б этот человек дотронулся до нас. Хоть до кого-нибудь из нашего табора, - пробормотал вполголоса кто-то из соседей.

Йожеф укоризненно посмотрел на свою изгородь, к которой, словно магнитом, опять притянуло любопытных.

- Превращает в золото все, до чего дотронется? - с сомнением покачал он головой. - Если бы такой человек существовал, мы бы непременно о нем слышали, хоть что-нибудь. Да и не только мы. Ерунда.

- Это не ерунда, папа! Я передаю тебе то, что сказала бабушка. Она попросила встретить Золотого человека, чтобы он смог нас найти. Ты ведь знаешь, через лес наш никто не ходит, а искать через город - сложно. Да и вдруг ему наплетут, что мы уже уехали? В городе все знают, что нам нечем заплатить. Ну пожалуйста, папа! Я так хочу хоть одним глазочком посмотреть на Золотого человека!

- Айна! О чем ты просишь? Погляди, сколько работы! Нам уезжать завтра! Что ты предлагаешь? Все бросить и идти сидеть в космопорту? Караулить человека из золота? Если тебе нечем заняться - прогуляйся с подружками. Утолите жажду любопытства.

- Я бы сходила. Но я не знаю, как он выглядит.

- А я знаю?

- Бабушка сказала, что ты почувствуешь. Сердце подскажет.

- А ему сердце тоже должно будет подсказать, что из толпы народа он должен выбрать меня? Как мы друг друга узнаем?.. И сидеть мне там сколько? Когда он прилетит?

Девочка пожала плечами. Йожеф распалялся все больше:

- Конечно! И зачем он летит - ты тоже не знаешь? Может, он нам золото везет?

Айна, совсем расстроенная, опустила голову.

- Бабушка сказала, что просто нас проведать.

- Блестяще!!!

- Кхе-кхе, - друзья у забора переглядывались. - Йожеф, если хочешь, мы могли бы сходить вместе с тобой. Сюда ведь на самом деле летит пассажирский корабль. Обычный вечерний рейс. У него через сорок минут посадка. Пойдем, поглядим на прилетевших. Поищем этого «золотого человека». Если не найдем - вернемся. Ну, потеряем два-три часа времени. Ночью вещи соберем, а в рейсе отоспимся. Пойдем, Йожеф! Вдруг это наш шанс - остаться здесь и не уезжать никуда?

Сын Резеды сдался. «Чего уж с вами спорить? Пошли, конечно. Только все это ерунда! Е-рун-да!».

Космопорт можно было назвать почти безлюдным. Небольшая группа встречающих родственников да местный обслуживающий персонал. Билетные кассиры, официанты местного кафе да пара полицейских - вот и весь народ, который предстал взору ищущих чуда цыган.

Йожеф, более всех скептически настроенный, присел на лавку зала ожидания. На табло горела надпись о задержке рейса на пятнадцать минут. Ладно, что не часов. Хотя и столько ждать тоже неприятно. Кто-то из друзей, лучше всякой гончей собаки, побежал наводить справки о стоящих в порту двух космических кораблях. Кто-то побежал узнавать о списке прилетающих пассажиров. Йожеф и его друг Ромул меланхолично разглядывали скучающих официантов.

- Думаешь, все это глупо? Твоя мать никогда не обманывает.

- Знаю, Ромул. Я потому и пошел, что привык ей доверять. Но я не представляю, как этот человек может выглядеть и зачем он нам сдался. Цыгане не просят милостыню, и я унижаться перед ним не буду.

- Согласен. Смотри, ребята возвращаются. Что-то уж больно кислые... Что, порадовать нас нечем?

- Да, как-то не особо. Те корабли, что стоят здесь с обеда. Один крейсер военный, на дозаправку зашел, улетает через час, второй корабль - туристический. Молодая пара. Сошли три часа назад, отправились в город, спрашивали мэрию. Других кораблей нет и пока не предвидится... По списку пассажиров тоже не очень. Вечерний рейс почти пустой. Летит всего девять пассажиров: семья из четырех человек, две студентки, журналист в командировке, затем - отставной военный, ну и, наверно, наш человек. Записано в анкете - Эдд Кайч. 35 лет, артист и путешественник, на отдыхе. Больше никого.

- Хм... Не густо.

Друзья тут же поспешили утешить:

- Зато и выбирать будет легче. Сразу, как жуки, не разбегутся в разные стороны. Ты, главное, Йожеф, смотри внимательно. Не пропусти «золотого». Но нам кажется, это должен быть путешественник.

- Это может быть и военный, как и журналист.

Гул корабля прервал их разговор. Все с надеждой и любопытством устремили свои глаза на входные двери со стороны посадочных площадей. Еще минута, еще вот-вот...

Внимательная и любопытная улыбка на лице Йожефа медленно переползала в грустную по мере того, как пассажиры вечернего рейса растворялись в зале ожидания в объятиях встречающих их лиц. За журналистом пришла служебная машина, артиста встретила возлюбленная, военного - дети и куча родственников, что до этого с нетерпением прохаживались по залу. Семейная пара с детьми важно проплыла к стоянке такси. А две студентки, молоденькие девчонки, хихикая и поглядывая на растерянных цыган, прошли к выходу, поймали машину и уехали в неизвестном направлении. Вот и все.

Йожеф засмеялся.

- Концерт окончен. Развлеклись немного? Пора к жизни возвращаться. К суровой правде жизни. Уже темнеет. По домам пошли.

- Йожеф, ты уверен, что никто из них... ну, ты подумай, может, что сердце тебе подсказывает? Может, это все-таки актер? И внешность у него представительная. Да и военный тоже... Или журналист?

- Человек-невидимка. Не заметили? Нет?.. Хватит шутить. Возвращаться пора. Мне еще крюк придется сделать через город. Айна целый список продуктов заказала купить на завтра. Вы через лес?

Мужчины кивнули. Один только Ромул решил составить своему другу компанию. Друзья быстрым походным шагом направились в сторону ярких огней большого города. Солнце у самого горизонта. Печальный день подходил к концу. А дальше была неизвестность.

- Простите, Вы, случайно, не из цыганской деревни, где живет известная предсказательница Резеда?

Ромул отвернулся от прилавка и высокомерно поглядел на спросившую о Резеде молодую женщину. Он прекрасно понимал английский язык, и, по большому счету, ему ничего не стоило вежливо объяснить, как туда пройти, но чисто по-человечески не хотелось.

«Туристы несчастные! Ни отдыха от вас нет, ни покоя. Нашли местную достопримечательность. На живых людей ездят посмотреть! Докатились!».

- Нет, - буркнул он и отвернулся.

- А Вы не знаете, где эта деревня и как туда попасть? - не отставала она.

- Нет, не знаю.

- Странно, а в мэрии сказали, что здесь одна цыганская деревня и любой цыган может указать до нее дорогу. Разве это не так?

- Ну, мэрии, наверно, виднее...

- Ромул?! Где ты потерялся? Сколько можно тебя ждать?

Йожеф, видя, что его друг беседует с незнакомой молодой женщиной, замолчал, вопросительно глядя на обоих.

- Простите, - женщина, нисколько не смущаясь столь резким отказом, уже с улыбкой обращалась к нему. - Простите, а Вы не знаете, как можно пройти к цыганской деревне, в которой живет известная предсказательница Резеда?

Йожеф сочувственно улыбнулся.

- Опоздали. Резеда больше не предсказывает. Она потеряла свой дар.

- Как потеряла? А что с ней случилось?

- Ничего не случилось. Небеса дали такой дар, они же и отняли. Ничего такого. Не расстраивайтесь. В городе есть много мест, которые стоит посмотреть, и потратить на них свое время и деньги.

- А... нет, вы не поняли. Мне не нужно ничего предсказывать. Я хотела лишь пообщаться с этой необычной женщиной. Просто поговорить. Мы с ней раньше виделись.

Цыгане улыбнулись и ничего не ответили. «Конечно. Все туристы так утверждают. Чего только не придумывают, чтобы попасть на аудиенцию к Резеде. Несчастные».

Рядом с женщиной нарисовался и еще один турист.

- Джейн! Вот ты где! Весь рынок обегал, а цыгане как сквозь землю провалились... О! Здравствуйте. А вы не подскажете, как можно пройти в деревню, где живет известная предсказательница Резеда?

Цыгане заговорили между собой на своем языке.

- Ну вот, Йожеф. Теперь их уже двое. А стоит показать дорогу, как их опять налетит целая толпа. Будут ходить - канючить манны небесные. Пошли отсюда. Уже совсем темно.

- Согласен.

Ничего не объясняя туристам, цыгане отвернулись, давая понять, что никаких показов не будет.

- Постойте!!! - Джейн и Джек закричали почти в один голос.

- Погодите же! - Джейн поймала за руку Йожефа и развернула его к себе лицом. - Поверьте нам. Мы не за предсказанием пришли! Нам не нужны пророчества! Мы здесь проездом. Мы лишь хотели повидать эту женщину. Сказать ей спасибо. Большое человеческое спасибо за все, что она для нас сделала когда-то. Неужели Вы не верите в людскую благодарность? Пожалуйста, помогите нам ее найти!

Йожеф засомневался на мгновение. Эта краткая, но жаркая речь задела в его душе что-то светлое. Однако, верный своему принципу оберегать семью от всего чужого, он лишь покачал головой. Да и Ромул здесь кивает в такт его мыслям.

- Да-да-да, - произнес Ромул вполголоса по-цыгански. - Как трогательно! Как же! Благодарить они приехали! Да за всю свою жизнь Резеда от людей этой благодарности и не видывала, и не слыхивала! Пошли, Йожеф. Незачем тратить на них свое время.

- О чем они говорят, Джейн? - спокойно по-английски спросил Джек свою невесту.

Джейн так же невозмутимо ответила:

- О нас с тобой говорят, Джек. Они нам не верят. Тот, который Ромул, считает, что люди не способны на чувство благодарности. А тот, который Йожеф, он, хотя своего мнения и не высказывает, но, похоже, молча соглашается со своим другом. Это холодные люди, Джек. Нам с тобой немного не повезло. Их сердца сейчас ничего не чувствуют, они не способны нас услышать. Пойдем, поищем кого-нибудь еще.

Цыгане переглянулись.

- Откуда женщина может знать цыганский язык? - то ли обращаясь к самому себе, то ли к Джейн, то ли просто в воздух, спросил по-цыгански Йожеф.

- Оттуда, откуда цыганский мужчина может знать английский язык, - так же ровно, по-цыгански, с легкой улыбкой ответила женщина. - Мы приехали не за пророчествами. Мы хотели повидать и поблагодарить Резеду за то доброе, что она нам сделала. Вы можете нас к ней проводить?

Йожеф задумался. Сомнения все еще ворочались в его голове. Но он уже знал о своем предстоящем решении. Да, пусть пообщаются. Все равно это последние надоедливые туристы в их спокойной и размеренной жизни. Завтра они уезжают. Уезжают насовсем.

- Хорошо, - кивнул он под неодобрительный взгляд друга. - Я отведу вас к своей матери.

- Резеда, здравствуйте! - почти хором произнесли Джейн и Джек, низко и уважительно кланяясь слепой женщине.

- Здравствуй, милая, - Резеда улыбнулась. - То, что повстречаю твоего спутника на своем пути еще раз, об этом давно знала. А вот то, что услышу твой голос - это сюрприз. Приятный сюрприз.

Резеда тяжело встала с каменной насыпи, к которой она вышла, чтобы встретить приезжих гостей, и протянула им навстречу руки. Джейн искренне и тепло пожала руки мудрой женщине.

- Мне судить сложно, Резеда, но думаю, все-таки жизнь не всегда предсказуема. Хочется в это верить.

- Я рада, что ты научилась верить, дочка. Ты молодец, справилась. Смогла вернуться на свой путь.

- Да, это было нелегко. Спасибо Вам за помощь. Все, что Вы говорили, все сбылось. Мы приехали Вас поблагодарить. Мы с Джеком решили пожениться и хотим пригласить Вас на свадьбу. И Вас, и всю Вашу большую и дружную семью. С транспортом проблем не будет. Мы организуем. Приедете?

Цыганка растрогалась.

- С удовольствием. У вас будет веселая свадьба, я только что видела. И жизненный путь у вас прямой.

- Не надо нам рассказывать наше будущее! Мы не хотим его знать! - опять хором, с мольбой в голосе, воскликнули влюбленные.

- Как скажете,- Резеда опять улыбнулась.- В любом случае впереди вас ждет только хорошее. Спасибо, что пригласили. Мы приедем.

- Тогда до встречи через месяц.

- Всего доброго.

Джейн и Джек в обнимку, под недоверчивые и любопытные взгляды соседей пожилой предсказательницы, направились в сторону города. На планету уже опустилась ночь, а им еще до космопорта добираться. Надо бы и поторопиться.

Цыгане, убедившись, что больше ничего интересного не происходит, начали медленно разбредаться по домам. А дойдя до калиток, тут же развернулись и снова бросились занимать места на своих наблюдательных постах - к дому Йожефа и его семьи подъехало несколько полицейских автомобилей. Председатель Правительства лично приехал из мэрии в цыганский поселок, чтобы объявить: задолженность перед хамелеонами полностью погашена новой владелицей их планеты - русской королевой Деменевой Александрой. Всем сельским жителям планеты отменена арендная плата за землю. А значит, и необходимости им съезжать больше нет. Так-то.

Объявив столь приятно шокирующее известие, высокое руководство уехало, оставив цыган в недоумении. Лишь пожилая женщина да ее прозорливая внучка понимающе друг другу улыбались.

- Теперь ты понимаешь, Айна, как это - превращать в золото все, до чего дотронешься?

- Да. Она и впрямь светится. Они оба - замечательные люди. Правда, бабушка?

- Правда. И я даже знаю, что им подарить на свадьбу, - Резеда что-то зашептала на ухо внучке...

ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ

Вместо послесловия. Пророчество Соленых озер

- Это как в сказке, Джейн, верно?

- Верно. Даже лучше. Сказки всегда поцелуем заканчиваются, а жизнь с поцелуя, можно сказать, только начинается.

- Я самый счастливый человек на свете. Я люблю тебя, Джейн.

- А я тебя, Джек. Я тоже счастлива. И мне грустно будет возвращаться «в люди». Почему мы должны возвращаться?

Джек развел руками.

- Просто потому, что отпуск не может быть вечным. Даже если это медовый месяц. Мы с тобой социально значимые люди. Нам без общества нельзя.

- Глупости какие! У тебя есть преемник. У меня тоже дела в надежных руках. Ева, Митч и Лен все держат под контролем. Они молодцы. Я и мечтать не смела, что у меня будут такие друзья!

- Да, тебе с друзьями очень повезло в жизни, - Джек вздохнул.

- Опять думаешь о Лаерти? Не переживай, Джек. Кирилл сказал, что сможет организовать его поиск. Если уж тебя смогли найти, то и Лаерти отыщется непременно. Полагаю, это будет несложно. С его-то необычайным талантом попадать в нелепые ситуации!

- Это точно. Но я ведь и предположить не мог, что Лаерти, путешествуя, вдруг решит сойти с маршрута с какой-то кучкой авантюристов, и вместе отправятся странствовать дикарями!

Джейн усмехнулась:

- Нашел единомышленников?

- Угу. Братьев по разуму, - констатировал Джек.

Раскаты грома среди ясного неба прервали разговор супругов.

- Джек, смотри, это корабль! Что-то случилось?!

- Но ведь мы никому не говорили, что полетели сюда?

- Нет, я - нет. А ты?

- Я - тоже нет... Джейн, мне показалось или это «Красная комета»?

- Похожа. Надо подняться на плато... Нет, не может быть! Но это действительно она!

Корабль с красным корпусом приземлился рядом с «Талисманом». Опустился посадочный трап.

- Лаерти? - Джейн и Джек воскликнули одновременно, не веря своим глазам.

По посадочному трапу, загорелый, экстравагантно одетый, спускался улыбающийся путешественник. За его спиной, неуверенно оглядываясь, шла стройная, красивая и тоже странно одетая темнокожая женщина.

- Друзья мои! - Лаерти протянул вперед руки для объятий! - Как я рад! Как я счастлив!

- Лаерти! Мы-то как рады! Но как? Какими судьбами? Откуда ты? И как нас нашел? - наперебой стали расспрашивать супруги.

- О! Гораздо проще, чем вы думаете! Только по-настоящему влюбленные люди или безумцы, что, в сущности, одно и то же, согласятся променять цивилизацию на эту сумасшедшую планету. На этот ненормальный климат с его жарой и проливными дождями, на эти бешеные деревья, которые не прочь закусить человеческим мясом... ну и на мелких куриц, которые так кричат, что кровь в жилах стынет. Да-да. Как видите, я ничего не забыл. Но вместе с тем, безусловно, планета эта - кусочек чего-то доброго и светлого... Видел трансляцию вашей свадьбы в новостях. Обалдеть, сколько народу! Неплохо, да, Джейн, для человека, у которого еще совсем недавно никого не было в жизни? Я очень рад за вас, ребята. Сам приехать на свадьбу не успевал, уж простите. Слишком далеко меня жизнь забросила, - Лаерти счастливо улыбнулся. - Ну а вычислить, куда же вы отправитесь в медовый месяц - немудрено. Вот, заехали на минутку вас проведать. Знакомьтесь - Нона, моя жена.

- Твоя жена? Ты женился? Ба! Поздравляем, Лаерти! Это просто потрясающе! Очень приятно, Нона.

- Хм... Она не говорит по-французски, - Лаерти повернулся к женщине и, быстро щелкая языком, что-то ей сказал. Женщина ответила ему.

Джейн удивленно взглянула на Лаерти.

- А что это за язык? Я такого не знаю.

Лаерти расплылся в улыбке. Ему стало очень хорошо.

- Еще бы! Во всем мире на этом языке говорит лишь человек восемьсот. Представители племени нуава. Редкие люди. Ну и один француз, ваш покорный слуга. Могу давать бесплатные уроки.

- Лаерти! - Джек, смеясь, покачал головой. - Как здорово, что ты нашелся!

- Я сам в восторге... А как вы, друзья мои, нашлись? Кому медаль за мужество и терпение? Кто из вас кого отыскал?

- Все лавры, как всегда, женщине, - Джек нежно притянул к себе супругу. - Это Джейн меня нашла.

- Чудеса. Все как и говорила цыганская девчонка. И что, Джек, ты выполнил свое предназначение? В чем оно было, если не секрет?

Президент Ольской республики задорно подмигнул:

- Да кто ж его разберет, Лаерти? Может быть, в том, чтобы помирить моих родителей? Ты, не знаю, в курсе или нет - я ведь нашел свою мать. И более того, обстоятельства сложились так, что мои родители поженились. Я вольно или невольно стал причиной того, что они сели за стол переговоров, ну а дальше... Шикарная была свадьба. Жалко, что ты и это пропустил.

- Поженились?

- Да. Ты таким сияющим моего отца ни разу в жизни не видел. Я уж не говорю о маме. Она и раньше была очень красивой. А теперь она еще и счастливая. Так же, как и мы с Джейн. Верно? - Джек крепко обнял свою жену.

- Да, это так, дорогой.

Лаерти улыбнулся:

- Я за вас рад. А правда, что и Таисия с Тони успели брак заключить, пока я путешествовал?

- И не только. У них уже дочка. Александрой назвали. Сашкой.

- Да-а, - Лаерти почесал затылок. - Жизнь - интересная штука. Веселая и праздничная... Ах, да. Подарки! Мы совсем забыли о них! На свадьбу ведь принято дарить подарки! Пошли искать!

- Какие подарки, Лаерти? Ты здесь - вот лучший подарок!

- Ну, я - это само собой разумеется! - Лаерти засмеялся. - Пошли к грузовому отсеку. Подарок номер один, Джейн, принимай! - он открыл люк грузового отсека.

- Что это?

Женщина с недоумением глядела на выкатившуюся из облака белоснежного тумана тележку, даже не тележку - платформу, на которой расположилась гигантская фигура животного.

- А на что похоже, Джейн?

- Мм-м... на слона?

- Именно! То, о чем ты мечтала все время на этой планете! Лимонное мороженое с шоколадной крошкой размером со слона. Принимай подарок!

- Лаерти! Это мороженое?

- Да.

- Ты с ума сошел?

- Нет.

- Но... ведь это невероятно! Как ты смог достать столько мороженого? Ограбил фабрику на Салове?

- Достать было не проблемой, проблемой было довезти. Весь первый ярус «Красной кометы» пришлось переоборудовать под холодильник. Вот это было сложно. Но, как видишь, реально. Надеюсь, подарок по душе?

- Спрашиваешь! Но нам ведь это даже и четверым не съесть за неделю при всем нашем желании!

- Ой, мелочи какие! Накормим местных зверюшек. Что, курицы Тони еще не все разбежались из нашего дома?

- Нет, гуляют, как миленькие. Ты даже представить себе не можешь, сколько их там теперь. Хоть птицефабрику открывай.

- Вот и замечательно. А это тебе подарок, Джек. Прошу.

Лаерти загадочно вытащил из-за пазухи блестящий сверток и протянул его своему другу.

- Что это, Лаерти?

- А ты не спрашивай, ты открой.

- Я даже предположить не могу, что там.

- Что да что? Вот заладил! Ну давай, открывай уже скорее, - Лаерти сам, как беспокойный ребенок, с нетерпением наблюдал, как Джек разворачивает блестящую фольгу. - Ну?

- Э... тут книга?.. Но, Лаерти, это же мои стихи?

- Да, Джек! Да! Смотри на обложку! Самое крупное издательство Атлантиды! Они, когда прочитали, сами меня нашли. Сказали, что у тебя настоящий талант поэта, и таких романтичных и вдохновенных стихов они уже лет двадцать, если не больше, не публиковали. Открой последнюю страницу. Там контракт. Они хотят заключить издательский договор. Представляешь, Джек, твои стихи нашли признание!

- Да, но я не понимаю... А как? Они ведь были в компьютере на «Синей птице». Я думал, что их уже не восстановить.

- Э-э-эх, дружище! А как же быть с тем, что «рукописи не горят»? Полиция, проводя осмотр на месте взрыва, упаковала тщательным образом каждый сантиметр, каждый осколочек микросхем, найденных в космосе. Мы с Ноной выкупили эти вещдоки из полицейского управления. Их все равно уже списали в архив за ненадобностью. Война-то закончилась! Сложнее, конечно, было разыскать специалиста, кто мог бы восстановить эти данные. Но, как видишь, получилось. Стихи нашли своего автора. А вот это, - Лаерти вытащил из-за пазухи тоненькую красочную коробку с диском, - этот шедевр еще ищет владельца. Электронная игра «Лабиринт». Сенсация на рынке компьютерных игрушек. Не знаете случайно, как найти Еву, племянницу Филиппа Дофине Великого, чтобы вручить ей патент на его изобретение?

Джейн и Джек переглянулись и рассмеялись.

- Ты не поверишь, Лаерти. Случайно знаем.

- Отлично. Просто отлично!.. Да! Друзья мои, еще чуть не забыл. Мы с Ноной тут такое... такую вещь нашли. Я даже не знаю, что это - хорошее или плохое, полезное или нет. Мы, прежде чем сенсацию из этого делать, решили с вами посоветоваться. Нона, где статуэтка?

Темнокожая женщина переспросила Лаерти на своем языке, что от нее требуется. Кивнула головой, проворно поднялась по трапу и спустилась через минуту, неся в руках небольшую статуэтку.

- Вот, глядите, - Лаерти бережно передал друзьям находку.

- Э... красивая. Кто это?

- Не знаю, Джек. Какой-то старец со свитком в руках, и - видишь - у него на свитке что-то написано. Символы или шифр какой-то. Я проверил по компьютерной базе: такого языка не существует. Но самое странное - это то, как мы его нашли. Слышали что-нибудь о планете М70/4362?

- Нет. Где это? Что там?

- Где? Очень далеко. Туда даже транспорт не ходит. Наш водила в координатах ошибся, чтоб ему пусто было. Забросил нас в неисследованные дали, удружил. Там нет ничего. Горные породы, лава и песок. Все. Мы, конечно, решили прогуляться с Ноной, осмотреть ландшафты. В одну пещеру зашли, в другую, - Лаерти засмеялся. - Мы заблудились там маленько. Нас трое суток ребята искали. Но это не важно. Важно, что мы нашли вот это в одном из кратеров потухшего вулкана. Как вы думаете, что это? Джейн?

Женщина внимательно осмотрела находку.

- Могу предположить, что это очередное пророчество для человечества на ближайшую пару сотен лет.

- Класс! Мы тоже так решили с Ноной. Мы никому статуэтку пока не показали. Хотим сами все первыми узнать. Джейн, ты сможешь это расшифровать?

- Нет, Лаерти.

- Да брось, Джейн! Ты классно разбираешься в компьютерах. Для тебя это пара пустяков. Разве нет?

- Возможно. А зачем это расшифровывать, Лаерти?

- Как зачем? Да ты что? Знать будущее! Разве это не здорово?

- Нет.

- Нет? - он даже растерялся. - Я не понимаю. Тебе не интересно содержание этого пророчества?

- Ты думаешь, там о чем-то хорошем нас предупреждают?

- Пока не расшифруем, не узнаем. А ты боишься, Джейн, что там что-то плохое?

Женщина ничего не ответила на данный вопрос. Она протянула фигурку назад и пояснила свое решение:

- Хочешь, скажу тебе мудрость последних пяти лет моей жизни? Знание будущего делает его неизбежным. А я хочу оставить место в своей судьбе и судьбах моих близких для свободы, для надежды и просто мирной жизни. Пусть человечество хоть немного отдохнет от войн и катаклизмов.

- Думаешь, если, к примеру, там написано, что будет война, то значит, война будет обязательно, даже если люди ее не хотят?

- Не берусь загадывать. Мой друг и учитель как-то сказал: «Рожденный воевать всегда найдет, с кем сражаться». Я хочу, чтобы наши дети жили мирно. Чтобы они, Лаерти, никогда не знали, что такое война. Может быть, я ошибаюсь, но я не желаю участвовать в расшифровке этого пророчества. Извини.

- Хм... А ты что скажешь, Джек?

- Я? Я согласен с супругой, - Джек с большой любовью посмотрел на Джейн. - И потом, я знаю свое будущее. Точнее, не само будущее, а принцип, по которому устроен и работает этот мир.

- Какой еще принцип?

- Очень простой, Лаерти: Истина - то, во что мы верим. То, во что мы верим, становится реальностью. Я предпочитаю верить в самое хорошее.

Лаерти нерешительно затеребил в руках фигурку.

- Ну вы даете! А я думал, вас удивлю и обрадую. Что же мне делать с этой статуэткой?

- Это ваша с Ноной находка. Вам и принимать на себя ответственность.

- Да? Хм... Что ж. Сделаем так, как просила моя жена еще на той забытой планете, - Лаерти разбежался и, подбежав к краю плато, зашвырнул статуэтку в самое большое озеро планеты Соленых озер. - Пусть поплавает там до поры до времени, пока я не решу, что с ней делать.

- Разумное решение, - констатировал Джек.

Темнокожая женщина благодарно захлопала в ладоши и что-то сказала Лаерти.

- Где? Ой, и правда! Ребята, у шоколадного слона ухо потекло. О мире во всем мире подумали, а о себе забыли. Тает ведь! Налетай на мороженое!

Content

Горшкова Галина Сергеевна По краешку судьбы, или Космические приключения Золотого человека