Измайлова Кира

Vice Versa

Пролог

— Да чего ты брешешь! — выпалил один из мальчишек и запулил яблочным огрызком в соседний сад.

— Ничего я не брешу, — обиделся второй и вытер перемазанную физиономию плечом футболки. — На вот, сам прочитай, если не веришь! Только руки вытри!

— От директора Школы чародейства и волшебства… — начал один, развернув странного вида письмо. — Да ну, это тебя, наверно, Дадли разыграл!

— Дадли три слова связно написать не сумеет, да еще таким почерком, — фыркнул второй. — И потом, где ты видел, чтобы письма носили совы? О почтовых голубях я слышал, а вот о таком… Прикинь, сидим, ужинаем — долбится в окно здоровущая такая пестрая сова, а к лапе письмо привязано! Тетя, ясное дело, одной рукой за сердце, второй за Дадли, дядя — за ружье, ну а я животных не боюсь, вышел на крыльцо, сова мне письмо и отдала.

— Да, твой кузен такое точно бы провернуть не смог, — задумчиво сказал первый и откусил от очередного яблока. — Так ты у нас чего, выходит, волшебник?

— Ага, — сказал второй, небрежно пряча письмо в карман широченных джинсов, и достал апельсин. — И тетя раскололась. Предки мои тоже такие были, и мама, и папа. Просто она этого дела не любит, так что помалкивала.

— Круто… — Тот, что с яблоком, вдруг вздохнул. — Значит, уедешь?

— Придется, — скривил физиономию мальчишка с апельсином. — Там написано, чтоб отправили ответ с совой. Я ее ухватил, подмышкой зажал… ух, и здорова клеваться, зараза! Ну, накорябал, мол, а если я не хочу? Назавтра ответили: все равно надо. Типа меня в эту школу с детства записали, какой-то там магический контракт, так что я обязан там отучиться.

— Бред какой, — покачал головой его приятель с яблоком. — Средневековье! Это у меня мать русскую литературу любит, читала тут про кого-то… мол, мать была еще им беременна, а парня уже записали поручиком какого-то там полка. А если бы девчонка родилась, вот смеху бы было! Тогда ж не умели определять…

— Ага… а мне вот не до смеху, — фыркнул тот и поправил очки. — С одной стороны, оно, конечно, прикольно, а с другой — я вообще-то ветеринаром хотел стать!

— Ничего, будешь всяких единорогов лечить или кто там водится! — рассмеялся первый. — Какая тебе разница?

— Так-то оно так… — очкастый почесал в затылке. — Да есть тут какой-то подвох. Но я разберусь!

— Ты забыл добавить «не будь я Гарри Поттер», — заметил его приятель.

— Умеешь ты ободрить, Терри! — засмеялся тот. — Но правда, если можно оттуда свалить, точно свалю. Только вот в школе много пропущу…

— Так ты учебники с собой возьми, — предложил Терри, запулив очередным огрызком куда-то в сторону. — А задания я тебе присылать буду… если получится.

— А почему бы и нет? — снова почесал в затылке Гарри. — Я пока не до конца во всем разобрался, вроде как рассказывать о волшебном мире обычным людям нельзя. Но тетка моя точно о нем знает, и о школе тоже, но никто с ней ничего не сделал, так что я могу писать письма ей, а ты заноси задачки и что там еще из заданий, я предупрежу. Она же довольна будет — не хочет, чтобы я был «ненормальным»!

— А потянешь две программы-то? — спросил Терри серьезно.

— А у меня что, выход есть? — хмуро спросил Гарри, дожевывая апельсиновую шкурку. От этого зрелища его приятеля привычно передернуло: цитрусы Поттер мог потреблять в любых количествах и совершенно безотходно. — Попробую.

— Га-а-арри! — раздался пронзительный женский вопль. — Обедать, быстро! Га-а-арри!

— Так, я пошел… — тот живо спрыгнул с толстой ветви развесистой яблони. — А то она всю округу на уши поднимет. А про остальное потом договорим.

— Всегда есть наш шифр, — флегматично сказал Терри, догрызая третье яблоко. — Хрен его кто поймет. Так что пиши. Но…

— Я буду по тебе скучать. И по нашей школе. И даже по кузену.

— Га-а-арри! Да где же ты, наказание мое?!

— Иду, тетя Туни! — рявкнул в ответ тот, пожал липкой от апельсинового сока рукой руку свесившегося с дерева Терри и галопом ринулся к дому. — Уже бегу-у-у!!!

1

«Привет, щитовка цитрусовая!

Получи свои задания. Учти, у нас новый классный руководитель, сказал, гонять будет нещадно. Я с ним поговорил, ситуацию объяснил, тот сказал, что поможет, если ты совсем там загибаться начнешь. Смотрел так жалостливо: наверно, самого когда-то в частную школу запихнули.

Как оно там у вас? Давай, рассказывай! Хотя бы коротко, а то бедная сова замоталась уже, а твоя тетка на меня волком смотрит…

П.С. Дадлик попытался на меня наехать. Я сказал, что если он меня хоть пальцем тронет, ты, когда приедешь, превратишь его в поросенка. Ничего?»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Спасибо за задания, я пока вроде успеваю. Готовые буду тебе посылать, ты попроси учителя, чтобы хоть краем глаза глянул. Ну или со своими сличай, чтобы я знал, где облажался.

Писать придется столько, что сова с неба навернется! Приеду на каникулы — будет тебе подробный доклад, а пока скажу только одно: эта их хваленая школа — мрак, какого поискать!

И еще страшно бесит, что меня все узнают по кретинскому шраму и называют мальчиком-который-выжил. Короче, я знаменитость… Ведь просил же тетю отвести меня к пластическому хирургу и убрать эту пакость, так нет, „шрамы украшают мужчину!“. А теперь оказывается, это не просто так, но писать об этом я не могу. Все с глазу на глаз.

П.С. Правильно все сказал, только не в поросенка — он тогда счастлив будет жрать от пуза и спать, — а в канарейку. Пусть почирикает.»

* * *

«Привет, вредитель!

Мистер Джонс сказал, что проверять твою домашку не сможет: у него дел и так выше крыши, а ты вдобавок в школе уже не числишься. Но если я как бы от себя вопрос задам, то объяснит без проблем. Так что… помнишь, „даже если тебя съели, у тебя минимум два выхода“? Вот, нашелся один.

И слушай, какого хрена ты не завел свою сову? Ты же говорил, что можно! Присылаешь каждый раз разных, у нас тут люди уже шарахаются! И давай-ка ты их ближе к ночи шли, что ли? Совы днем — это уж как-то чересчур!

А славой пользуйся, лишняя разве?

Кстати, друзей завел уже?

П.С. Дадли с компанией теперь обходят меня десятой дорогой.»

* * *

«Привет, яблоневый клещ!

Отлично, я знал, что на тебя можно положиться! Я как приеду, сам схожу в школу, поговорю с мистером Джонсом, а то неловко как-то получается. Как он, кстати, ничего дядька? А то тут что ни учитель — то ходячее пособие для психиатра!

А свою сову я не хочу. Личную и выследить могут, а мало ли, что? Да и не умею я с ними толком обращаться. Еще можно было кота или жабу, но это я потом уже узнал. Может, котенка куплю, он хоть теплый и пушистый. А вот какой от жаб прок? А, да, еще один пацан держит крысу, вот уж гадость так гадость! Я их и так не переношу, а эта облезлая какая-то, старая, он говорит, в наследство от старшего брата досталась, бр-р…

С друзьями пока не задалось… тоже дома объясню. А вообще, я тебе скажу, общага — это ужас. Спрятаться тут можно только в библиотеке, да и то там постоянно кто-то торчит.

П.С. Так держать!»

* * *

«Привет, белокрылка!

Мистер Джонс — отличный дядька, строгий, но зря горло не дерет и вообще спрашивает по уму. Так что, думаю, договоритесь.

Про сову понял, логично. Хочешь, присмотрю тебе котенка? Тут у мисс Фигг вроде бы пополнение наметилось, а ты ее котяр знаешь… Или лучше у кого другого? (Заодно и с крысой проблему решишь.)

Насчет общаги — мои тебе соболезнования. Я как-то в летнем лагере побывал, потом неделю заикался.

В общем, чувствую, впечатлений у тебя масса! Жду не дождусь, когда приедешь. Хочешь, встречу?»

* * *

«Привет… все, у меня вредители только неприличные остались, пошли по второму кругу, что ли?

Встречать не надо, дядя Вернон на вокзал за мной приедет. А уж потом мы с тобой оторвемся!

Котенка не бери. Мне тут не до него, а животину жаль, одичает, а то и вообще сдохнет.

Скоро буду, жди!»

2

— Гар-ри! Гар-ри! — надрывал кто-то глотку у ворот дома семьи Дурсль. — Вы-хо-ди!

— Дружок твой явился, — недовольно поджала губы Петуния Дурсль. — Давай быстрее, да марш на улицу, пока он всю улицу не переполошил!

— Конечно, тетя! — преувеличенно радостно воскликнул Гарри, перетирая посуду, и тут же виртуозно кокнул тарелку. — Ой, жалость-то какая… Вот если можно было бы на каникулах колдовать, я бы ее мигом починил!

— Иди отсюда! — замахнулась на него тетка полотенцем. — Я лучше сама закончу…

— Спасибо, тетя! — выпалил он на бегу, выхватил из вазы с фруктами пару яблок и апельсин, сдернул с вешалки куртку и был таков.

— Чтоб к ужину был!.. — крикнула она вслед, но Гарри уже и след простыл. — Нет, это и впрямь не ребенок, а наказание…

За калиткой Гарри и Терри обменялись приветственными тычками, сунули друг другу по горсти снега за шиворот и радостно уставились друг на друга.

— Ну, ты как? — спросил Терри.

— А ты?

— А я чего? У нас ничего нового. Ты лучше рассказывай! Пошли на наше дерево!

— Лучше на большую яблоню, — мотнул головой Гарри. — Оттуда видно далеко, Дадли точно не подберется и не подслушает. И не влезет, больно уж толстый!

— Ну, он теперь не такой уж толстый, — фыркнул Терри, шагая за ним. — Он боксом занялся, с него там семь потов сгоняют, а он маменьке даже и не жалуется.

— А ты откуда знаешь? — прищурил зеленый глаз Гарри.

— Так мой старший брат в секции помощником тренера работает, не знал разве? — хихикнул тот. — Ну-ка, залезем? Или обледенело?

— Залезем, — уверенно сказал Гарри и принялся карабкаться на огромную развесистую яблоню. — Давай руку. Отличненько. Апельсин будешь?

— Ты ж знаешь, что у меня на них аллергия! — скривился Терри.

— Лови яблоко! — расхохотался тот и кинул ему фрукт.

Оба одновременно запустили в зубы в добычу и оба же одновременно вытаращили глаза.

— Это еще что?

— Да они же восковые! — понял Гарри.

— А-а, это, наверно, миссис Дурсль решила обезопасить кухню от твоих налетов! — захохотал Терри, укладываясь животом на толстенную ветку и свешиваясь с нее на манер сытого леопарда. — Хитро-о! Ты там смотри, вместо йогурта клейстер какой-нибудь не выпей!

— Буду бдителен, — пообещал Гарри, устраиваясь в развилке дерева. — Уф… накрылся перекусон. Ладно. Давай, спрашивай, а то я не соображаю даже, с чего начать.

Терри задумался, сдвинув полосатую вязаную шапку на затылок. Стали видны рыжевато-каштановые вихры.

— На что оно вообще похоже? И, кстати, тебе можно об этом рассказывать?

— Я тебе письмо показал, и мне ничего за это не было, — ворчливо отозвался Гарри, роясь по карманам. — О! Шоколадка! Будешь!

— У меня аллергия на шоколад! — простонал Терри. — Говори давай!

Теперь задумался Гарри, непроизвольно теребя отросшие черные волосы.

— Оно как-то чересчур сказочно, — сказал он наконец. — Наверно, чтобы новички, которые вроде меня, не ошалели сразу. Или наоборот, ошалели и не задавали лишних вопросов. Хотя лучше бы нормально посадили в классе и вели занятия, а тут просто цирковое шоу было…

Терри, от удивления приоткрыв рот, слушал и про огромный замок, и про зачарованный потолок Большого зала, и живые портреты, и призраков, и церемонию распределения, и про факультеты…

— Так ты куда попал-то? — выдал он все-таки. — По твоим замашечкам — тебе либо на Гриффиндор, либо на Слизерин!

— Ха, Шляпа так и сказала, — довольно улыбнулся Поттер. — А я им все испортил!

— То есть?

— То и есть! Я сейчас тебе про народ расскажу, поймешь… — он снова почесал в затылке. — Смотри, только я в этот поезд забрался, ко мне косяком пошли желающие дружить. Вернее, один еще раньше набивался, когда тот великан, ну, я тебе говорил, его Хагридом звать, меня провожал за покупками. Этот пацан — сынуля какого-то там то ли лорда, то ли милорда, в общем, голубая кровь. Я так подумал: пригодится еще воды напиться, не стал с ним ссориться, это всегда успеется! — Гарри откусил от шоколадки. — Сел, короче, в купе, только книжку открыл — еще один ломится. Рыжий такой, я их семейство еще на перроне приметил. Дурак дураком, честное слово, одет жуть как, еще крыса эта… Причем я потом об этой семейке наслушался: куча братьев, старший в министерстве служит, другой в банке, третий в драконьем заповеднике… — Он перевел дыхание. — Ну не знаю, может, один бумажки туда-сюда носит, второй подметает, а третий навоз выгребает, но новую одежду пацану уж могли бы купить! Этого я вежливо выставил. Едва от него избавился — девчонка заявилась! Лахудра, каких поискать… — Тут он подумал. — Хотя так вроде и ничего… Только зубрилка, сразу видно. И не урожденная волшебница, у нее предки — обычные люди.

— Так чего ты ее сразу отшил? Замутил бы с ней…

— Терри! — Гарри сел ровнее. — Как говорит дядя Вернон, я уже не в том возрасте, чтобы дружить с девчонками, но еще не в том, чтобы за ними ухлестывать! Вот через пару лет…

— Через пару лет всех расхватают, останутся одни корявые дуры, — флегматично сказал тот.

— Ничего, переживу, мне что, на этом Хогвартсе свет клином сошелся? — прищурился Поттер. — Говорят, в Шармбатоне — это тоже волшебная школа, вроде в Европе, — сплошь роскошные девицы! Ну да черт с ней, с зубрилкой…

— Еще кто?

— А! Только ушла лахудра — на пороге толстый пацан. Не такой кабанище здоровый, как Дадли, а… ну, пухленький. Жабу потерял. Вот этого я оставил.

— Ну-ка? — Терри сел на ветку верхом. — Почему?

— А мне его взгляд понравился. Помнишь Джимми Макэйра? Которого всегда колотили, он тоже был толстый… У этого такой же.

— Ага. Только Джимми утонул на запруде.

— Ага. Только он мелкую Тодд спас. Не умел ведь плавать, а в воду все же прыгнул и вытолкнул дуру. Таких надо поближе держать, — серьезно сказал Гарри. — Мало ли…

— А остальные?

— Да я даже и не вглядывался, — пожал плечами Поттер. — Смысл? Вот старшие братья того рыжего, близнецы, те вроде прикольные ребята, но до мелюзги им дела нет… А жаль.

Помолчали.

— А что ты испортил-то? — нарушил тишину Терри.

— Угадай, — гадко усмехнулся Гарри. — Я же не идиот, я «Историю Хогвартса» пролистал, да и ушки на макушке держал, Хагрид много о чем протрепался. Все думали, что я попаду на Гриффиндор, как родители. А оно мне надо? Там народ буйный, со Слизерином вечно на ножах… Рэйвенкло я бы не потянул, там слишком уж умные ребята, так что я уговорил шляпу отправить меня на Хаффлпафф. Ты бы видел их рожи!..

Терри заржал так, что чуть не рухнул с дерева.

— Директор чуть бороду не сжевал! Остальные, по-моему, просто ошалели, а я сижу такой невинный…

— Невинный! Ты!

— А кто мог им рассказать, что я в прошлом году кабинет биологии подорвал? Да и вообще, — вздохнул Гарри. — У нас гостиная тихая, уютная. И, главное, всегда помогут, если попросишь, а так — никто ни на что не обращает внимания: хоть ты отжимайся, хоть пресс качай… Турника вот нет… — Он съехал из развилки и несколько раз подтянулся на толстом суку. — Надо попросить кого-нибудь из старших научить, как его наколдовать.

— Да-да, а то ты форму теряешь, — фыркнул Терри.

— Сам попробуй на обледеневшем суку подтягиваться! — Тот влез обратно. — Жуть вообще. Никакой физкультуры!

— Да ты гонишь!

— Честное слово, Терри, ничего! Ни площадки спортивной, ни бассейна… Я там такое озеро шикарное увидел, думал, поплаваю, пока еще тепло… Нельзя! Там, оказывается, гигантский кальмар живет, русалки и еще какая-то пакость! Не могли вывести, что ли? Только вот в гостиной или пустом зале позаниматься… — Гарри недовольно фыркнул. — Этак Дадли меня и вправду голыми руками заломает.

— Угу, заломаешь тебя, такой конь вырос, — вздохнул тот. — Кормят на убой, что ли?

— Это да. Этого не отнять, — подумав, согласился Поттер. — Много, вкусно… Но тетя Туни все равно готовит лучше. Ну, когда в настроении.

— А чем же волшебники занимаются-то? Что, у них вообще спорта нет? — подумав, спросил Терри.

— Есть, — мрачно ответил Гарри. — Кретинская игра под названием квиддич. На метлах.

— Типа кёрлинга, что ли?

— Какой кёрлинг! — тот подпрыгнул на ветке. — Народ садится на метлы, взлетает — и валяй, круши! Но, Терри, таких идиотских правил я в жизни не видел!

Тот всем своим видом изобразил внимание.

— Сперва рубятся нормально. Ворота там, атакующие, защитники, вратарь, почти как в футболе, только можно нехило огрести — мячи тяжеленные и носятся как сумасшедшие… А потом появляется снитч.

— Это что?

— Шарик такой с крылышками, летучий, ясное дело, — изобразил пальцами Поттер. — И чей ловец его поймал, того и игра. Ну, за редким исключением…

— Не понял…

— Ну… — тот покачался, придумывая сравнение. — Ну представь матч Бразилия: Аргентина. Счет 2:3, самый напряженный момент… И тут на поле выкидывают второй мяч. И игрок со скамейки запасных бежит, хватает его, и счет становится 15:3. Так понятно?

— Идиотизм, — сказал Терри, почесав за ухом.

— Я тоже им так и заявил. Хорошо, на Гриффиндоре есть один пацан, с ним можно о футболе перетереть, хоть мы и за разные команды болеем! Да и вообще, — добавил Гарри, — летать на метле западло. Сам прикинь!

— Прикинул, — хихикнул тот, ерзая на суку. — И я догадываюсь, что именно ты им сказал!

— Только то, что выше метра… ладно, двух, с двух я уже падал, не смертельно… я не взлечу, пока мне страховочную сетку внизу не натянут. Я что, самоубийца? Нет, ты послушай! — Гарри тоже сел на ветку верхом. — Ты зацени технику безопасности! Первый урок полетов, Слизерин с Гриффиндором, я пошел посмотреть, на что это вообще похоже… Половина ребят вообще метлой только подметала… ну, из тех, кто пылесоса в глаза не видел. И сразу вперед, выгнали их на поле — и летите, голуби! У того толстого парня метла взбрыкнула, он шмякнулся и сломал, спасибо, не шею, а только руку. Училка его увела лечиться, никого за себя не оставила…

— И ты не мог не влипнуть, — мягко сказал Терри.

— А вот и не угадал! — самодовольно хмыкнул тот. — У толстяка, когда он падал, вывалилась напоминалка, такой шарик, ну типа органайзера. Малфой — это аристократик мой знакомый — ее хвать! И давай речь толкать, мол, вот бесполезный тип, руки из задницы растут… Ну и все такое…

— А в торец?

— Так я не успел! Рыжий и Лахудра первыми поперли! А он на метлу прыг и говорит — догоните и отберите! Сам-то он хорошо летает… Они с Рыжим и устроили гонки! В общем, когда училка вернулась, всем троим влетело.

— Ну а ты-то что?

— А что я? — Гарри потянулся. — Пока Малфой от Рыжего улепетывал, напоминалка опять выпала. Я не говорил? Там же в мантиях надо ходить! Одно хорошо, карманы большие и под полой много чего спрятать можно, зато если перекувырнешься, эта хламида у тебя тут же на голове окажется… Ну вот шарик и упал. Я его подобрал и отнес Лонгботтому — это толстый. Так что всем нагорело, а я хороший.

— И летать так-таки и не будешь? — поддел Терри.

— Я читал, что можно и без метлы. Так — да, если научусь, — серьезно ответил тот. — Или на звере каком-нибудь крылатом. Вот было бы прикольно — на драконе… А на палке — нафиг! Я Малфою так и сказал, когда он начал распинаться, что, мол, в сборную первокурсников не берут, и он от этого страдает: мне мои яйца дороги. А кому не дороги — скатертью дорога. Либо у таких их вообще нет, так что и терять нечего…

— Много зубов выбили?

— Да они не сразу поняли, что я наговорил, я успел сдернуть, — фыркнул Гарри. — А потом уже неинтересно. Пофыркали да и успокоились. Но задумались.

— Еще бы они не задумались… Ты еще обещал про сам замок рассказать.

— А! Это прямо мечта Эшера, — вздохнул Гарри. — Говорят, его строили Основатели, но если так, то они были на всю голову больные! Лестницы двигаются, ступеньки исчезают, куда идти, хрен поймешь… Помнишь, мы в первом классе по нашей школе плутали? Так вот в Хогвартсе — в сто раз хуже! Или это вместо физкультуры? Пока дойдешь до нужного кабинета, взмокнешь! Призраки еще, полтергейст… Кстати! За рогатку спасибо!

— Ну, я так и знал, что она тебе пригодится, — довольно улыбнулся Терри. — Шариков еще надо?

— Да, и побольше. Я приспособился с верхних галерей пулять… ну… Когда в старосту, когда старшекурснице в корму, так что расход приличный… Обычно-то говоришь «Accio, шарик», и он обратно прилетает, но иногда не выходит, — сконфуженно ответил тот.

— Давай про занятия, — потребовал приятель.

— Халява, сэр, — коротко ответил Гарри. — Смотри, историю ведет призрак. На ней все спят, да и нафига мне знать, какой гоблин против кого поднял восстание в тыща лохматом году? А если что, в учебнике все написано… Самое интересное — это чары, трансфигурация и зелья. Остальное попозже будет. А гербология… тьфу, мало я у тети Туни цветов в саду… э-э-э… перекопал! На остальное я вообще забил. И я одного не понимаю: зачем писать сочинения чуть не на каждое занятие? Там смысла-то: взял, перекатал из учебника, пару своих слов добавил…

— Ну, ты так и делаешь, конечно, — ядовито сказал Терри.

— Я у старшекурсников научился перо зачаровывать, — гордо сказал тот. — Быстренько книжку проглядываю, отчеркиваю, что надо, оно само строчит, а я потом вывод приписываю, и готово. Да и все равно, оно ж моим почерком корябает, а ты знаешь, какой он у меня!

— Угу, хрен чего разберешь.

— Во-во! Так что, по-моему, никто мои каракули и не читает, лепят «удовлетворительно», и все. Кроме, — подумав, добавил Гарри, — препода, который зелья ведет. Этот всё читает, от и до. И ругается страшно, аж заслушаться можно! Я за ним иногда записываю даже. А так… перо скрипит себе, а я пока домашку по математике решаю или сочинение пишу. Кстати, как оно там у нас-то?

— Мистер Джонс говорит, что ты неплохо успеваешь для заочника, — утешил Терри. — Но как ты намерен сдавать на аттестат…

— Заколдую комиссию, — улыбнулся Гарри. — Я уже тогда буду совершеннолетний для волшебника-то, так что…

— А что тебе мешает заколдовать ее просто так и получить аттестат даром?

— Фу, это неспортивно, — ответил тот, раскачивая ногами. — И я все равно ничего знать не буду, и какой смысл?.. А в остальном — чушь в этом Хогвартсе. Сказал слова и махнул палкой так — вышло одно, иначе — другое. Неинтересно. Серьезному все равно не учат, я уже расспросил, а нафига мне знать, как превращать мышь в кружку? Или вот прорицания — вообще оборжаться можно! Училка, по-моему, не просыхает, так что любую чушь неси, ей без разницы, чем бредовее, тем лучше. В общем-то, повторюсь, если честно, то единственное стоящее занятие — зелья, но к учителю поди подойди, сожрет! Вроде нашей мисс Линдсей, помнишь, в начальной школе?

— Об учителях ты еще не говорил толком, — оживился Терри. — Валяй!

— Так… — Гарри снова подергал себя за волосы. — Директор Дамблдор. Как бы его тебе описать-то… Гэндальфа представь! Книжку помнишь? Ну, балахон, шляпа, борода, только что посоха нет…

— Представил.

— Во! Только этот не в сером, а в сиреневом или голубеньком с блесточками и звездочками. Еще колокольчики в бороде и очки. И взгляд такой добрый-добрый!

— Господи, жуть какая! — искренне произнес Терри.

— Ага! — победоносно сказал Гарри. — С виду дурак дураком, но, знаешь, иногда как взглянет, так дрожь пробирает. Я вообще ему стараюсь в глаза не смотреть, вдруг он мысли читать умеет? Я о таком уже слышал! Так что я ему или в бороду пялюсь, если спрашивает о чем-то, или на кончик носа…

— Или на переносицу, — закончил его приятель. — Знаю-знаю этот твой фокус, бесит страшно! Еще кто?

— Потом его заместительша, МакГонагалл. Такая сушеная вобла, пожилая уже. Но она ничего, не особенно вредная, хотя строгая. Трансфигурацию ведет. Она у Гриффиндора деканит, вот не повезло ей! Кстати, она в кошку умеет превращаться… Потом наша деканша, мадам Спраут. Вообще мировая тетка, она по гербологии, это вроде нашей ботаники, только растения волшебные, ясен пень, некоторые и сожрать могут, — пояснил Гарри на всякий случай. — У Рэйвенкло деканом Флитвик. Это, я тебе скажу, нечто! Он мне ростом по пояс! Говорят, он полугоблин…

— А такое бывает?

— Ну, если Хагрид полувеликан…

— Блин, вот это зоопарк! — восхитился Терри. — Слушай, ну я еще могу допустить, что какая-то извращенка польстилась на гоблина… хотя ты их так описывал, что это вряд ли. Ну ладно, пусть гоблин изнасиловал тетку! Но великаны-то! Они ж, наверно, огромные?

— Да я сам никак в толк не возьму, как это возможно, — сознался Гарри. — Обычный человек на великаншу не залезет, а если великан… гм…

— Баба лопнет, — завершил тот, и оба гнусно заржали.

— Но вообще мысль у меня на этот счет имеется, — сказал Гарри. — Есть такая штука — оборотное зелье. Выпил и превратился в кого-то другого на время. И вроде бы это не только с людьми работает.

— Я не хочу знать, откуда взялись кентавры… — пробормотал Терри. — Гони дальше, что ли…

— Ну, прорицательша есть, Трелони, про нее я говорил, потом еще один долбанутый, Квиррелл, защиту от темных искусств ведет…

— Он-то почему долбанутый?

— А он в тюрбане ходит и чесноком обвешивается. Воняет знаешь как? Говорит, вампира боится!

— Точно, зоопарк, — вздохнул Терри.

— Мадам Хуч — это по полетам, — загибал пальцы Гарри, — и еще великий и ужасный слизеринский декан Снейп. Как раз зельевар.

— Так чего в нем такого ужасного? Орет громко? Тебя ж этим не пронять!

— Это да, — согласился Гарри самодовольно. — Орать на меня бесполезно, тетя с дядей закалили. Но вообще народ трепещет, особенно гриффиндорцы. Прозвали его Ужасом подземелий и сплетничают, что он в летучую мышь умеет превращаться. Хотя… вообще внешность у него такая, что только в роли вампира и сниматься! И еще он отчего-то с самого первого дня ко мне цепляется…

— Может, из-за почерка? — вредно спросил Терри.

— Не-а, — помотал тот головой. — Прикинь, он на первом же занятии меня поднял и давай спрашивать! Хорошо, я перед уроком учебник пролистал, так что на несколько вопросов все-таки ответил, но он все равно недоволен остался. Ну а вообще это выглядело, как если б мистер Штильман первого сентября кого-нибудь спросил, почему фараон Анунах развязал войну с царем Дамнепох, в каком году до нашей эры это было и… м-м-м… умное слово забыл… О! К каким экономическим последствиям для региона это привело. Причем мы этого еще вообще не проходили! Народ прямо удивляется…

— Значит, причина таки есть, — сказал Терри. — Только ты не знаешь.

— Он мою фамилию как услышит, так аж перекашивает всего, — пожаловался Гарри. — Что-то тут не то, надо будет порасспрашивать старшекурсников, может, они чего знают? Причем предмет-то мне нравится, я и занимаюсь нормально, ну… это вообще единственный предмет, где я «выше ожидаемого» получаю иногда. Правда, каждый раз Снейп мне оценку с таким видом ставит, будто его стошнит сейчас.

— А что это за предмет вообще? Типа химии?

— Ну да… Мешаешь всякую дрянь, варишь, получаешь тоже какую-нибудь дрянь с интересными свойствами. Я тут пару учебников у старших курсов подцепил, о-о-о! — он закатил глаза. — Но это, конечно, мне пока не по силам.

— Я смотрю, ты все больше со старшекурсниками общаешься, — заметил Терри.

— Ну а что такого? С ровесниками неинтересно, они или упоротые, или тупые. Ну, есть пара нормальных ребят, конечно, ну и что? А старшие много интересного рассказать могут, ну, что принято, что нет, чего лучше не делать, а на что глаза закрывают… — Гарри ухмыльнулся. — Где какие потайные лазы… Это все думают, что у нас самый тихий и мирный факультет, да только забывают, что на гербе-то барсук!

— М-да, а барсука лучше не злить, — хмыкнул тот. — Проходили…

— Ну и помогают они, конечно. Конспекты старые дают и все такое…

— Ясно, Гарри Поттер в своем репертуаре, небось, невинными глазками похлопал, рожу ангельскую состроил, теперь тебя все обожают!

— Ну не все, — самокритично ответил Гарри. — Но большинство. Они наивные такие, особенно кто не с обычными людьми жил, прямо обманывать стыдно…

— Тебе?! Стыдно?! — Терри потянулся и потрогал лоб приятеля. — Жара вроде нет… Ну да ладно, вернемся к тому учителю. Ты над ним никак не шутил? А то знаю я тебя…

— Шутил, — покаянно ответил тот. — Но уже потом. Я спросил у него, можно ли из волшебных ингредиентов сварить что-нибудь типа аммонала. За это с меня десять баллов слетело. Никакого чувства юмора у человека!

— Что за баллы такие?

— А! Забыл рассказать, там дурацкая система. Например… ответил правильно на уроке — пять баллов. И это идет в зачет всему факультету. Накосячил или схулиганил, ну или там после отбоя поймали — минус пять баллов, и тоже на общий счет влияет. В конце года меряются, у кого больше, победитель получает кубок школы. Ой, да, квиддичный счет сюда тоже приплюсовывается! Так что за баллами этими все гоняются… — Он помотал головой. — Мне пофиг как-то, что мне с тех оценок, а вот девчонки расстраиваются, это да. Парни мне хотели морду набить, но…

— Но? — уточнил Терри.

— В итоге мы мирно, в обнимку пошли в больничное крыло, синяки сводить, — довольно ответил Гарри. — Ну, как система?

— Бредовая, — согласился его приятель. — Ну чего, всех вспомнил?

— Там есть совершенно чумовой завхоз! С виду такой старый пень, но школу знает, как свои пять пальцев!

— Еще бы, если он волшебник-то…

— Он сквиб, — пояснил Гарри. — Бывает такое, что у волшебников родится ребенок без способностей. И ни туда, в смысле, в волшебный мир, ни сюда… Вот он в школе и работает. Нарушителей режима ловит и все такое, навострился за столько-то лет… Кошка у него тоже прикольная, походу, сторожевая. Чуть кто где натворил, она тут как тут, а хозяин следом. И пожалуйте на отработки!

— Чего?

— Ну это наказание такое. Ничего особенного, вроде как у нас после уроков оставляют. Класс там отдраить, причем без колдовства, посуду лабораторную перемыть, ерунда, в общем.

— Написать на доске сто раз «я больше так не буду», — съязвил Терри.

— Это тоже бывает, — сознался Гарри, — но по мне уж лучше полы мыть, все какая-то польза. Я у тети Туни так навострился безо всякого волшебства, что ого-го! Делов-то… Я к этому Филчу пару раз угодил, ничего ужасного не случилось. Ну ворчит, ругается, но за дело же! Да и понять его можно, — подумав, добавил он. — Прикинь, из дядьки песок сыплется, а его любой первокурсник заколдовать может! А ему только ругаться и остается… Ну я взял, помыл, чего он велел, перила отполировал, он попыхтел и успокоился. И чего его остальные терпеть не могут, не пойму?

— Волшебники, — фыркнул тот. — Куда им голыми руками-то? Западло, небось.

— Ага, похоже на то… Слушай, я уже задницу отсидел, да и холодно! Пошли, поедим чего-нибудь?

Не дожидаясь ответа, Гарри спрыгнул наземь, поймал не удержавшего равновесие Терри, хлопнул того по спине и потащил за собой.

3

— Нет, Гарри, — говорил Терри с набитым ртом. — Должна быть какая-то причина, почему этот Снейп до тебя докапывается!

— Да он никого не любит, — пробубнил тот, дожевывая горячий пирог. — Лонгботтома вообще не выносит, я слышал. Тот постоянно что-то взрывает… Даже то, что взорваться не может по определению…

— Вот! — Терри поднял палец. — Но он же не с первого взгляда его невзлюбил! А за дело! А ты говоришь, тебя — сразу!

— И правда… — Гарри проглотил остаток своей порции и взялся за стакан. — М-м-м, знал бы ты, как я соскучился по коле в этом долбаном Хогвартсе!

— А там нету?

— Нету. Там или всякие соки, обычно тыквенный… бу-э-э… — тот сделал выразительную гримасу, — ну или чай можно выпросить. Еще все хлещут сливочное пиво, а меня от него выворачивает!

— Подозреваю, что их бы от колы вывернуло, — фыркнул Терри.

— Кстати, мысль! — оживился Гарри. — Захвачу с собой пару бутылок и угощу чистокровных. Полукровки-то наверняка пробовали, а эти…

— Ты меня с мысли не сбивай, — щелкнул его по лбу приятель. — Мы говорили о причине неприязни. Думай давай!

Воцарилось молчание.

— Нифига на ум не приходит, — развел руками Гарри. — Может, просто рожа моя не понравилась? Я ж красавец хоть куда! Как дядя говорит, клейма некуда ставить…

— Рожа, говоришь… — Терри прищурил светло-голубые глаза. — А помнишь, твоя тетя вопила, что ты вылитый папаша, наверняка пойдешь по его стопам и все такое?

— Это когда я кошку нечаянно в пылесос затянул? Или когда с крыши за соседями подглядывал? Или когда Дадли к стулу приклеил? Или…

— Неважно, когда! Но я это точно несколько раз слышал, а раз даже я слышал, то тебе она это твердит постоянно!

— Стой… — Гарри оторвался от соломинки. — Точно.

— Ну я же говорю!

— Да нет! В Хогвартсе преподы через одного повторяют, как я похож на отца, и сокрушаются, что я не на Гриффиндоре учусь, как они с моей мамой!

— Уже интереснее, — потер руки Терри. — А этот твой Снейп тоже там учился?

— Ага. Походу, у нас тут других школ и нет. Только он слизеринец.

— Может, твой отец его доводил, как ты сейчас, вот он и…

— Не, Терри, не сходится, — помотал головой Гарри. — Снейп не настолько старый. Ему на вид лет сорок, а на самом деле, кажется, меньше, просто выглядит хреново.

— Вот! — Терри воздел палец с видом Шерлока Холмса, разгадавшего загадку века. — Теперь сошлось! Не знаю, какая разница в возрасте у них с твоим отцом, но они с разных факультетов. И учиться вполне могли в одно время, ну там плюс-минус пара лет. Плюс, как ты сказал, Слизерин с Гриффиндором на ножах. А значит…

— Значит, папаша его сильно достал, либо они друг друга достали, — заключил Гарри. — Как Филч сказал, отец был тот еще хулиган. А я теперь расхлебывай!

— Ну… что теперь делать. Интересно, чего они не поделили?

— Да мало ли! Может, подружку, кто теперь разберет? Отца не спросишь, Снейпа тем более, он меня на месте испепелит…

— Эй! Эй! Ты чего окаменел? — пощелкал пальцами Терри.

— Мне еще все твердят, — произнес Гарри задумчиво, — что глаза у меня точь-в-точь мамины. Так что, детектив ты мой долбаный, они точно не поделили подружку. В смысле, мать мою! Ну, я ее понимаю, в общем… Отцову фотку я видел, такой, знаешь, мачо, все при нем, мама — красотка, а на Снейпа смотреть страшно, если честно. Если он сейчас такой, то в лет в пятнадцать… бр-р…

— Ну вот видишь, — вздохнул тот. — Уж чего там у них стряслось, мы вряд ли выясним, но суть теперь понятна! Прикинь, смотрит мужик в класс, а там копия его старого врага, только глаза, как у бывшей подруги. А его еще и учить надо. Тут у кого хочешь нервы сдадут!

— Сдается мне, приятель, что не все там так просто, — задумчиво произнес Гарри. — Директор постоянно на что-то намекает, Снейп подозрительно зыркает, остальные тоже явно что-то такое знают. Может, ждут, что я расспрашивать начну, только фигу! Сам выясню. А не выясню, так и не надо. Меньше знаешь, крепче спишь!

— А это вот верно, — хмыкнул Терри. — Давай еще по пирожку?

— Давай, — согласился тот. — Я тебе еще кое-что о директоре забыл рассказать… Ну, почему я его спрашивать ни о чем не хочу.

— М-м-м?

— Понимаешь, он меня как-то для беседы вызвал. Наш староста еще удивился, мол, с чего вдруг, вроде я ничего не натворил… Ну я пошел, конечно, — Гарри откусил сразу половину пирога с ревенем и продолжил с набитым ртом: — В общем, ругаться он не стал, в кресло усадил, чаю налил, и давай лимонными дольками пичкать… гадость…

— Ты ж лимоны килограммами жрать можешь, — удивился Терри.

— То лимоны, а то мармелад, — пояснил тот. — Ну, в виде долек. Приторный — ужас, я чуть-чуть откусил, и то чуть весь не слипся… Но это ладно. Вообще, конечно, в кабинете прикольно. Портреты эти движущиеся, фиговины какие-то непонятные, феникс в клетке…

— Да ты гонишь!

— Зуб даю, настоящий феникс! Прям горит и не сгорает! Но это все ерунда… — Гарри помолчал, запивая пирог. — Начинает мне этот добрый дедушка какую-то фигню говорить, я сразу даже не въехал, о чем вообще речь. Типа, ах, милый Гарри, как хорошо, что ты с нами, бла-бла-бла… Зубы заговаривать он мастер, короче! Вот, ты вернулся в наш мир, как тебе тут? Ну я ему честно говорю: хреново. В общаге жить не привык, электричества нет, не то что на компе, в обычный тетрис и то погонять нельзя, потому что электроника там не работает, пишут перьями на пергаменте, как будто шариковые ручки с бумагой не изобрели еще, в футбол поиграть негде, да и вообще скучно…

— Ты ему хоть не такими словами-то сказал? — участливо поинтересовался Терри.

— Ну нет, конечно, я паинькой прикинулся, я будто не умею…

— Еще как умеешь, половина учителей тебя ангелочком считала!

— Ага, та половина, которым я кабинеты не поджигал, окна не бил, доски мылом не натирал и замки клеем не заливал, да?

— Ты продолжай лучше, — попросил Терри, ероша волосы.

— Ну вот, начинает директор гнать мне что-то о каком-то пророчестве. Типа, был какой-то Темный лорд, прям как в кино, и ему предрекли, что я его уничтожу, но он решил успеть первым. В итоге родителей моих он замочил, а со мной не вышло, почему — хрен знает. Вроде от меня заклинание отрикошетило, — Гарри показал на шрам на лбу, — и по нему попало, он коньки и отбросил. Только не совсем, сам знаешь, Темные лорды, они такие!

— Ага, и теперь тебе надо его до конца убить? — проявил догадливость Терри. — Лбом? Это у тебя, я так вижу, самое прочное место…

— Сам сейчас по лбу получишь! Но вообще да, надо его укокошить… Только фиг знает, когда и где он объявится. Если вообще объявится. Ну, я сижу, смотрю уже на старика, как на полоумного, и тут он выдает… — тот прокашлялся и заговорил скрипуче и вкрадчиво: — «Ах, Гарри, мальчик мой, мы были вынуждены отправить тебя к этим ужасным магглам…»

— Кто такие магглы? — спросил любящий понимать все до мелочей приятель.

— Это они так обычных людей называют. Не перебивай! Короче, вынуждены были отправить к ним, потому что тетя Туни — родная сестра моей матери, поэтому в ее доме я под какой-то там кровной защитой и всякая дрянь до меня не доберется. — Гарри глотнул еще колы и продолжил: — «Тебе ужасно жилось, мальчик мой, зато ты был в полной безопасности!» Я ему говорю — дедушка, окстись, нормально мне жилось! А он свое — ах, ах, бедный мальчик, над тобой там издевались, я точно знаю! Ну, тут я вообще уже охренел…

— Я б на твоем месте тоже охренел, — признался Терри.

— Я говорю, мол, чего вы пристали к тете с дядей, нормальные они люди, а что я с кузеном дерусь, так кто не дерется? Нет, говорит, тебя заставляли работать, били, поселили в чулане под лестницей и не кормили! Я вообще уже сижу в шоке по колено! — Гарри вздохнул. — Нет, ну было дело, ремнем драли и в чулане запирали. Это когда я динамит изобретал и газовую плиту взорвал, там на потолке до сих пор пятно видно… Без ужина тоже оставляли, да можно подумать, у тебя иначе!

— Было дело…

— Ну а работа… Чего там работать-то? Посуду помыть и пол протереть? Пропылесосить? Клумбы прополоть и газон подстричь? В магазин сгонять? Тосты к завтраку пожарить? Велик труд! Обидно, конечно, что Дадли вообще ничего по дому не делает, но зато он и не умеет ни фига! Ему тостер покажи, так он не найдет, на какую кнопку нажимать!

— Э, не горячись так, на нас косятся уже, — предостерег Терри.

— Угу… Я просто за тетю с дядей обиделся, — фыркнул Гарри. — Понятно, что Дадли они балуют, а я им не родной сын, ну и что? Дядя Вернон вон даже за руль меня пускает иногда, когда никто не видит, мне уже роста хватает, чтоб до педалей доставать… И зовет, когда в гараже возится. И велик у меня есть… В общем, я это говорю, но вижу — старый пень не слышит! Болтает что-то… Мол, в каких ужасных обносках ты ходишь!

Терри покосился на потертые джинсы приятеля с заплатами и потертостями на стратегически важных местах, жутковатой расцветки свитер под безразмерной курткой и прыснул.

— Дедуля явно ничего не понимает в современной моде!

— Во-во! Но я уж понял: фиг ему чего втолкуешь, сижу себе и киваю. Думаю, ну, старый хрыч, скажи спасибо, что я ничего еще толком не умею, а то бы я тебе бороду-то подпалил! Хотя чай на него я вылить мог бы, конечно, — вздохнул Гарри. — Только решил сперва узнать, к чему он клонит.

— В кои-то веки разумное решение, — вздохнул Терри.

— Да только в итоге я ничего и не узнал, — подытожил тот. — Закончил он все тем, чтоб я хорошо учился, со всеми дружил… ну а на каникулы мне придется вернуться к родственникам. А будто я возражал! Короче, отпустил он меня, я пошел к себе и думаю: а откуда он все знает? Ну, ты понял…

— За тобой следили, — тут же выдал приятель. — Причем постоянно, с самого детства. Ты ж у нас дитя предназначения!

— Сейчас точно по шее получишь, — пообещал Гарри. — Но я тоже так подумал. И стал прикидывать, кто это мог быть…

— Додумался?

— А то! Наш участок немножко видно с улицы, но именно что немножко, там живая изгородь, а она густая и вечнозеленая. С другой стороны тоже хрен чего увидишь, иначе зачем бы я тогда на крышу с биноклем лазил? А просматривается насквозь он только из дома мисс Фигг.

— Охренеть! Старушка — тайный агент! — засмеялся Терри.

— А некому больше! Если только это не кто-то из домашних, но вряд ли… Дадли бы из вредности мог наговорить гадостей, но кто ж ему такое задание доверит?

— Тоже верно…

— И коты у нее странные, — подытожил Гарри. — Я таких видел в Хогвартсе у нескольких ребят, поспрашивал, так мне сказали, это не коты, а книззлы, и магглам их держать нельзя. Так что либо мисс Фигг ведьма, либо внаглую нарушает… этот… Статут о секретности, вот! Но в любом случае, о волшебном мире она знает. И обо мне тоже.

— Надо ее котам валерьянки налить, — мечтательно произнес Терри. — Им приятно, концерт всей улице обеспечен…

— Не валяй дурака! — ткнул его в плечо приятель. — Прикинь, я с детства под колпаком! И от меня чего-то ждут, а чего — не представляю…

— Так ты ж сам сказал — победить этого… Темного властелина.

— Лорда.

— Да какая разница-то? И, кстати, чего ему вообще надо было?

— Ну как чего? Власть над Британией для начала, чтоб маги правили, людишки не высовывались и знали свое место и все такое. Как обычно у Темных власте… тьфу, лордов! Никакой фантазии, — фыркнул Гарри.

— Да, у них у всех так, — философски ответил Терри.

— Угу… А как мне его побеждать, я понятия не имею. И надо ли, — мстительно добавил тот. — Возьму и присоединюсь! Может, я тоже власти над миром хочу!

— Э! А я что тогда, к «людишкам» буду относиться?!

— М-да… Не пойдет, — вздохнул Гарри. — Ну, с этим пока непонятно. Разберемся по ходу. Пошли по домам?

— Нет! — воскликнул Терри, нахлобучивая шапку. — Есть еще одно дело! Идем, идем, не тормози, очкастый!

— За очкастого схлопочешь, — пообещал тот, волочась на буксире у мелкого, но достаточно сильного друга. — Что за дело?

— Я тебе подарок на день рожденья задолжал, — серьезно сказал тот.

— Ты же мне рогатку подарил!

— Это не считается, рогатка была моя, так что, считай, я ее тебе одолжил. А подарок будет нормальный…

— Да куда ты меня тащишь, чокнутый?!

— Вот сюда!

— А зачем нам туда? — безнадежно спросил Гарри.

— А ты на свои очки посмотри, — вздохнул Терри. — Сколько раз ты их чинил?

— До хрена, — честно ответил тот. — Я ж не виноват, что первым делом мне пытаются дать в глаз? Хорошо хоть, заклинание теперь выучил, можно без изоленты обойтись, если дужку сломаю…

— А что, зрение выправить у вас там не могут? — заинтересовался Терри. — Ты говорил, даже кости заново выращивают, а тут…

— Видимо, не могут, — желчно сказал Гарри. — Раз уж главный волшебник всея Британии в очках ходит!

— Вот и пошли, сделаем тебе новую оправу. А то у тебя в этой вид как у ботаника, правда, так и тянет кулаки почесать!

— Ах вон в чем дело-то, оказывается… Слушай, — остановился Гарри. — А деньги откуда?

— У матери попросил на подарок тебе, — удивленно ответил Терри. — Она у меня понимающая, так что не дури, идем!

— Ну ладно, — нехотя согласился тот, позволяя втащить себя в аптеку.

Тут было светло, прохладно и немного пахло лекарствами.

— Мистер Магвайр! — позвал Терри. — Вот, я приволок пациента!

— Иду! — отозвались откуда-то из глубин подсобных помещений. — Держи его крепче!

— Они еще и сговорились… — пробурчал Гарри.

— Вообще-то он старый друг нашей семьи.

— Такое впечатление, что у тебя весь город — либо родственники, либо друзья семьи!

— А чего ж ты хотел от еврея? — фыркнул Терри. — Добрый день, мистер Магвайр! Посмотрите, пожалуйста, что с этим можно сделать?

Сухой старик с неожиданно темными глазами поглядел на Гарри, на его очки, прищурился и сказал:

— Это можно только выбросить.

Что немедленно и проделал, спасибо, не швырнул очки в мусорную корзину, а положил на стол.

— Эй, я же так ничего не вижу! — возмутился мальчик.

— А вот пожалуйте, молодой человек, — произнес старческий голос, и Гарри толкнули на жесткий стул. — Сейчас посмотрим, что тут у нас!

На нос Гарри села тяжеленная оправа, и мистер Магвайр принялся с бешеной скоростью менять в ней линзы, спрашивая только: «Так видно? А так? Нижнюю строчку видишь? Сейчас увидишь…»

— Готово, — довольно сказал старик наконец. — Вот что, молодой человек, зрением вам надо заняться серьезно. Вы еще будете расти, глаза тоже, а прогрессирующая миопия — вещь неприятная. Учтите, правый глаз у вас видит хуже левого, но это я учел.

— Он раньше был окулистом, — шепнул Терри на ухо Гарри. — Так что дело говорит, слушай.

— Я бы с удовольствием, сэр, — вежливо сказал тот, — да только финансы не позволяют.

Он выразительно побренчал мелочью в карманах.

— Родители? — выразительно спросил мистер Магвайр.

— Сирота, — лаконично ответил Гарри.

— Родственники?

Гарри подумал, что дядя Вернон вполне мог бы оплатить ему операцию, но решил промолчать, лишь пожал плечами. Если тот сам об этом не подумал, то он соваться не станет. Кто знает, как на самом деле обстоят дела у дяди на работе, может, все не так уж и радужно, а операция наверняка стоит приличных денег.

— Ясно, — мрачно сказал мистер Магвайр. — Ну ладно, с этими линзами ты как себя ощущаешь?

— Я вижу мир, — честно сказал Гарри. — Офигеть, какой четкий!

— Оправу какую хочешь?

— Да все равно, лишь бы быстро не ломалась.

— Подраться, значит, не промах? — хихикнул старик. — Н-ну… К твоему лицу, пожалуй, подойдет что-то вот такое… А ну, глянь?

В зеркало Гарри пришлось утыкаться чуть ли не носом, но он вынужден был признать, что прямоугольной формы очки идут ему куда больше круглых. Физиономия казалась чужой, но куда более интересной, чем прежняя.

— Мистер Магвайр, а можно тонировочку легкую добавить? — попросил он по наитию. Раз его зеленые глаза так раздражают кое-кого, есть смысл их спрятать.

— Модничаешь? — хмыкнул тот.

— Не-а, — покачал головой Гарри. — Это по личным мотивам.

— Да не проблема. Коричневый тебе, думаю, не пойдет, а вот серый будет в самый раз, — кивнул старик и пошевелил губами. — Терри, ты вроде собирался заплатить? Дуй к кассе! А заказ будет готов… — мастер подумал. — Через неделю.

— Как через неделю?! — воскликнул Терри, оглянувшись. — Гарри через три дня уедет!

— Можно доплатить за срочность, — милостиво согласился мистер Магвайр, и мальчик начал выгребать мелочь из карманов. — А эти очки, молодой человек, пока заберите. Раритет, можно сказать! Редкость! Вы их сколько лет носите?

— Да я уже и не помню… — сконфуженно ответил Гарри. — Много.

— Ну так неудивительно, что вы себе так зрение посадили! Расстояние между зрачками изменилось… впрочем, что я вам рассказываю, вы все равно не поймете. Главное, при первой возможности займитесь этим, — строго велел старик.

— Непременно, мистер Магвайр, — тот попятился к двери. — Спасибо, мистер Магвайр!

— Спасибо, мистер Магвайр, — повторил Терри и только снаружи выдохнул: — Ну и ужасный все-таки старик! Ты как?

— Ничего, — мрачно ответил Гарри. — Спасибо за подарок. Только…

— Нет-нет, только не о деньгах! — замахал тот руками. — Пустяки!

— Да нет, Терри, не пустяки! До меня только сейчас дошло… — Гарри потер лоб. — Ты понимаешь, деньги-то у меня есть. Много денег, по нашим меркам — так даже очень много, отец был богатым человеком, наследником древнего рода… Я же ходил в хранилище, там всего завались! Да только меня к этим деньгам не подпускают! Вот разрешили взять на учебники, шмотки и всякое такое, и хватит! А ведь я и правда мог бы поменять это дурацкое золото на фунты и сделать наконец операцию!

— Так, не горячись, — велел Терри. — Про твои капиталы я краем уха уже что-то слышал, но вроде бы ты их до совершеннолетия трогать не можешь?

— Только основные, это ежу понятно… А у меня еще личный сейф есть, для детей всегда заводят, так вот там на десять операций хватит, хоть у нас, хоть в Германии, хоть в Японии! А ключа мне не дали. Иначе, мол, разбалуюсь…

— Гарри, ты таки идиот, — сказал тот. — Если человек теряет кредитку, он идет в банк с документами, и ему выдают новую, а прежнюю блокируют. Не пробовал, нет?

— Да, я таки идиот, — подумав, согласился Гарри. — Только у меня документов нету. Я понятия не имею, где они и есть ли вообще, а свидетельство о рождении…

— Ты говорил, что гоблины право владения по крови проверяют, — напомнил Терри, и его приятель чуть не разбил и без того многострадальные очки, с размаху врезав себе по лбу. — Ну, вот видишь! Нашел проблему… Пойдем домой, ужин скоро, тебя тетя опять обзовется!

— Точно, — мотнул тот головой, и в зеленых глазах загорелся нехороший огонек. — Только сперва завернем в парикмахерскую!

— Это еще зачем?

— Сделаю модную стрижку и волосы перекрашу, — мстительно сказал Гарри.

— А тетя?

— Ну а что она мне может сделать? Покричит? Ну, пусть кричит, миссис Фигг порадуется… Максимум — заставит постричься налысо, так назавтра волосы отрастут, было уже такое!

— Ой, ну держитесь, Гарри Поттера понесло во все тяжкие, — ухмыльнулся Терри и пошел следом — давать советы…

…-А ничего так, живенько, — сказал он через час, разглядывая Гарри. Бывший жгучий брюнет превратился в шатена, лохмы стали модной стрижкой: виски подстрижены, челка высоко взбита. — На Элвиса смахиваешь.

— А я чего и добивался, — вздохнул тот, глядя на свое отражение в витрине.

— А краска облезет, обрастешь, что делать станешь?

— Так в Хогвартсе ж колдовать можно! Неужто девчонки не знают заклинаний, чтобы стричься и краситься? — засмеялся Гарри. — Все, а теперь бегом, иначе тетя Туни меня действительно убьет!

— Погнали!..

4

— Я тут озверею один, — сказал Терри, раскачивая ногой.

Они снова сидели на дереве — один с пакетом яблок, другой — с полными карманами апельсинов.

— Я же буду писать.

— Это не то…

— Придумал! — Гарри чуть не навернулся с ветки. — Я слышал, есть такая штука — двусторонние зеркала! Можно прямо лицом к лицу говорить! Сам я не умею такие делать, но достану у кого-нибудь, хоть у тех же близнецов… ну, если дело с гоблинами выгорит, а то денег нету. И пришлю тебе одно!

— А это другой разговор! — улыбнулся Терри. — Учебники все взял? Тебе еще мистер Джонс задание написал, сдюжишь?

— А то! Чем там еще в выходные заниматься?

Опять воцарилось молчание.

— Шифр не забыл? Не хочу я писать прямо, вдруг этот старикан и правда мысли читает!

— Не забыл, — ответил Терри мрачно. — Слушай… а можно, я тебя провожу?

— Не знаю, — честно сказал Гарри. — Но я сейчас спрошу у дяди, посиди пока тут…

Он спрыгнул наземь и умчался так, что только снег из-под ног брызнул.

— Вот чумовой, — хмыкнул Терри, поправил шапку и продолжил грызть яблоко.

Достойный наследник своей семьи прикидывал, как выгоднее вложить изрядные капиталы Поттера и куда именно, чтобы никому не было обидно. Кроме волшебников, конечно, — об этом они с Гарри уже успели переговорить.

— Дядя Вернон! — раздался вопль. — Дя-а-а-адя Вернон!

В ответ послышалось неразборчивое «бу-бу-бу».

— Можно, Терри поедет с нами? Ну пожалуйста, дядя Вернон!

И снова «бу-бу-бу», уже раздраженное.

— Ну дя-а-а-дя Вернон, ну пожа-а-алуйста! — Когда Гарри хотел, он мог разговаривать совершенно невыносимым тоном и препротивнейшим голосом, куда там Дадли! В сочетании с его новым имиджем (от которого тетушка долго не могла прийти в себя, лишившись дара речи) это было совершенно убийственно. — Ну в машине же полно места! Ну пожа-а-а-алуйста!

Ответом было что-то вроде «идите к черту!», что означало — Вернон Дурсль сдался. Терри выкинул огрызок и ухмыльнулся.

— Едем, — выпалил запыхавшийся Поттер, затормозив под деревом. — Только у родителей отпросись!

— А я уже, — невозмутимо ответил Терри. — Я же знал, что твой дядя не устоит!

— Сволочь ты, — сказал Гарри.

— Да, — согласился тот. — Но лучше, когда у тебя в друзьях сволочь, чем дурак.

— Отлично сказано!.. Кстати, помнишь, я тебе рассказывал про Хэллоуин?

— Про тролля? А то! Очуметь можно, по школе тролли гуляют… А к чему ты это?

— Да про друзей! Я же предупреждал Толстого, чтобы не ходил никуда с Рыжим. Нет, поперся… Тролля они, конечно, завалили каким-то чудом, но смысл так рисковать?!

— Они спасали Лахудру! — пафосно произнес Терри.

— О господи, от нее и так любой тролль сбежит, либо у него мозги взорвутся… — фыркнул Гарри. — Так вот, я о чем… Рыжий — дурак. Чем бежать самому, надо было препода посильнее звать!

— Так это дураку… — тот осекся. — Гм, если это даже дураку не понятно, то медицина бессильна.

— Так о чем и речь! Пошли, дядя уже сигналит!

— Ага!

— Кстати, — выдохнул Гарри на бегу. — Давай себе уже по какой-то одной кличке оставим? А то я запарился паразитов выискивать!

— Чур, я яблоневая плодожорка! — быстро сказал Терри.

— Тогда я — просто пожиратель лимонов! — ответил тот. — Потому что быть щитовкой я не хочу, а остальные еще противнее…

— Заметано!

5

— Так, а где Поттер? — неприятным голосом произнес профессор Снейп, оглядывая аудиторию.

— Я здесь, сэр! — подскочил тот.

Профессор сумел не поперхнуться исключительно недюжинным усилием воли. Узнать… гм… произведение Джеймса и Лили в этом чудовище было сложно.

— Это что? — спросил он.

— Где, сэр?

Промолчал профессор с огромным трудом.

— Сядьте, Поттер, — приказал он. — Итак, летние задания все сдали? Прекрасно. Теперь приступим к теме занятия…

…-Поттер, где ваше эссе? — негромко спросил профессор, перебрав свитки на столе. Ненавистный студент задержался будто нарочно. А может, и правда нарочно.

— Простите, сэр! Сию минуту! — тот закопался в сумку, выудил оттуда стопку книг и бухнул на кафедру. — Вот, пожалуйста, сэр!

— Это вы называете «эссе», Поттер? — уже с едва сдерживаемой злостью произнес Снейп. — Или вы успели сделаться писателем? Издали монографию? Я жду ответа!

— Сэр, простите, я, может, чего-то не понимаю, но какой смысл передирать из учебников одно и то же? — спросил тот. За дымчатыми стеклами новых очков глаз почти не было видно, и от этого разговаривать с ним стало намного легче. — Вы задали написать про растительные яды, так я все букинистические облазил, пока нашел вот это и это… И чего, мне все переписывать, что ли? А это вот про грибы. Может, вам будет интересно? Мы с другом до дыр зачитали!

— Скольких уже отравили? — отрывисто спросил профессор.

— Пока никого, — оптимистично ответил Гарри.

— Ваше «пока» обнадеживает, Поттер.

— Да у нас просто такие грибы не растут, — развеял надежды студент, — а замену мы не смогли подобрать. Может, вы что-нибудь подскажете?

— Вы что, с ума сошли, Поттер?!

— Никак нет, сэр, — отрапортовал тот. — Я нахожусь в здравом уме и трезвой памяти, могу справку от психиатра принести. И это… Простите, сэр, а нельзя попроситься к вам на дополнительные занятия?

— Вы сперва на основных хоть что-нибудь сделайте правильно, — огрызнулся Снейп.

— Я сделал! Но мне скучно, — заявил Гарри. — Все по учебнику — мешай туда, мешай сюда, кинь сушеных жуков… А смысл где?

— Какой смысл? — оторопел профессор.

— Такой, сэр! Что с чем взаимодействует? Почему именно так? Ну и вообще… — Гарри принялся разглядывать паркет.

— А вы понимаете, что варка простейших зелий помогает выработать автоматизм приготовления? — спросил Снейп уже спокойнее. Поттер открывался ему с неожиданной стороны. — Тренирует движения?

— Конечно, — ответил тот без ложной скромности. — Это все равно что суп варить. Сперва кромсаешь кое-как, всё выкипает, пригорает, а потом уже можно даже не смотреть, чего там на плите делается, а в телик пялиться. Помешал, посолил — и дальше смотри… А по супам у меня пятерки, не беспокойтесь, тетя Туни постаралась. Но скучно же!

— Но допустить вас к чему-либо сложному я не имею права, — пошел на попятный Снейп.

— А хотя бы почитать что-то можно?.. — Гарри посмотрел на него тем самым щенячьим взглядом, который отменно действовал даже на дядю Вернона.

— О Мерлин… — Профессор взялся за голову. — Подите прочь, Поттер! Немедленно!

Тот сгреб свои вещи и поплелся на выход, и только на пороге услышал отрывистое:

— И не забудьте на следующем занятии основательно запороть зелье, Поттер. Отработки по средам и пятницам, ровно в восемь.

— Спасибо, сэр! — радостно выкрикнул Гарри и ускакал вверх по лестнице. Первый этап плана Терри сработал на все сто. Нужно было переходить к следующему.

* * *

— Поттер! — от яростного крика профессора задребезжали пробирки. — Вы что устроили?!

— Простите, сэр, я сам не понял, как это вышло, — покаянно ответил тот, протирая заляпанные очки. Сидевшая рядом Ханна Эббот чуть не плакала — ее с головы до пят обдало какой-то несусветной черной жижей, по консистенции больше всего напоминающей битум. Остальным — кто не успел укрыться под столами — тоже досталось, а уж на что был похож класс…

— Ах, вы не поняли… — протянул Снейп тем особенным тоном, от которого даже старшекурсники обычно впадали в священный ужас. — Ничего, поймете… Вы только что заполучили месяц отработок, Поттер! И минус тридцать баллов с Хаффлпаффа!

Кто-то горестно застонал. Остальные предпочитали мимикрировать под предметы обстановки.

— А теперь уберите это безобразие! — приказал профессор. — И ваше счастье, что никто серьезно не пострадал!

Гарри печально вздохнул, но про себя ухмыльнулся: голова у него на плечах все-таки имелась, и поливать однокурсников чем-то опасным он вовсе не собирался. Состав получившейся черной дряни он продумывал долго и тщательно, проконсультировался с непревзойденными мастерами пакостей — близнецами Уизли, почувствовавшими в нем родственную душу и снизошедшими до общения с первокурсником, — и уверился, что дело выгорит. Правда, близнецы, кажется, не удержались и все-таки что-то подправили в рецепте, потому что согласно техническому заданию такой клейкости у адского варева не должно было быть.

— Прости, Ханна, — покаянно сказал Гарри девочке. — Я не нарочно. Давай, я куплю тебе новую мантию?

— Вообще-то, Гарри, — ядовито ответила она, — есть такая штука, как очищающие заклятия! Или ты так спелся с Филчем, что совсем о них забыл? Шваброй работать надежнее?

— Прекратите болтовню и вон отсюда! — рявкнул профессор. — Поттер, в восемь в моем кабинете!

— Так точно, сэр, — вздохнул тот и потащился на выход.

«А Филча я тебе припомню, — злорадно подумал он, глядя вслед Ханне. — Вот ведь ересь, обижать старика только потому, что он колдовать не может!»

— Поттер! — окликнули его в коридоре.

— Чего тебе, Малфой? — отозвался Гарри.

— Я слышал, тебе слава Лонгботтома покоя не дает? — с ехидцей спросил тот. Вечные его спутники, Крэбб и Гойл, захихикали. Хихиканье в их исполнении звучало чудовищно.

— Ага, — радостно ответил Гарри. — Прямо вот сплю и вижу, как бы подорвать эту чертову школу до основания! Видишь, сегодня не вышло… Но я буду работать над собой!

— Это ты так шутишь, что ли? — нахмурил белесые брови Малфой.

— Нет, — честно ответил Поттер. — Я абсолютно, зверски серьезен!

— Чудной ты какой-то, — покачал тот головой.

— Ничего подобного, — сказал Гарри, ухмыляясь. — Я-то как раз нормальный! А вот большинство здешних обитателей как раз того…

— Не могу не согласиться, — фыркнул Малфой. — Особенно гриффиндорцы.

— Тоже не могу не согласиться, — кивнул тот. — Ладно, приятно было поболтать, но я на трансфигурацию опаздываю! Бывай!

— Да… приятно… — пробормотал слизеринец, глядя вслед галопирующему по коридору Поттеру. — Псих. Идем, парни…

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Докладываю: первая контрольная точка пройдена. Книжки, по-моему, пришлись кстати, во всяком случае, он их не выкинул. А одну, про грибы, демонстративно читал за обедом и иногда что-то цитировал вслух. У остальных преподов, кажется, даже аппетит пропал. Так что пациент небезнадежен. Ты был прав, подход можно найти к кому угодно! Кстати, пошарь там по магазинам, может, еще что-нибудь такое же лютое найдется? Пригодится на Рождество!

Дальше — о занятиях договорился. Ну, пока там ничего особо серьезного не будет, но это уже прогресс. Может, что интересное узнаю.

П.С. Подумай, что бы такое доброе сделать девчонке, которая считает, что мыть полы вручную — оскорбительно? Даю вводную: симпатичная, из хорошей семьи. Терпеть не может нашего завхоза.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Так держать! Пока ничего настолько же убойного я не нашел, но на будущей неделе мы с предками едем в Лондон, я затащу их в какой-нибудь большой книжный, там и поищу. А ты пока развивай и закрепляй успех. Веди себя прилично и задавай умные вопросы. Или глупые, тебе там по ситуации виднее будет.

П.С. Подари ей швабру. Шутка. Устрой ей недельку отработок у завхоза. Ну, чтобы жизнь медом не казалась! А уж как это провернуть, сам думай.»

* * *

«Салют, яблоневая плодожорка!

Отлично, если что подвернется, запомни, где это продается и сколько стоит! Я тут устроил небольшое представление, и на каникулы мне обещали выдать немного денег — вроде как на подарки семье и однокурсникам. На книжки там точно хватит, потому что однокурсникам я разве что открытки подарю. Причем сам их нарисую, помнишь, как мы в начальной школе делали?

П.С. Гениально! Я это точно сделаю!»

* * *

«Алоха, пожиратель лимонов!

Нашел! Из этого магазина можно по каталогу выписать, что захочется, правда, так немного дороже выйдет, зато не надо в Лондон мотаться (да и кто нас туда одних отпустит?). Каталог прикладываю.

Самодельные открытки — это высший шик! Помня о твоих успехах в рисовании, думаю, никто не останется безнаказанным… то есть равнодушным. Я тебе в следующий раз фломастеры и баночку блесток пришлю, посыплешь свои творения для красоты.

П.С. Сделаешь — расскажи, интересно же!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Спасибо за каталог, тут уймища всего интересного, думаю, удастся еще сильнее задобрить сам-знаешь-кого! Я отдельно написал тёте, она тебе даст денег, закажешь то, что я галочками отметил, идет? А я когда приеду, верну ей.

Я уже нарисовал целую гору открыток! За блестки спасибо, с ними получается еще ужаснее, чем обычно! А какой дивной мерзости цвета у фломастеров…

П.С. Уже сделал. Бедняга третий вечер драит кубки в Зале наград. Ничего, руки не отвалятся… Это было до смешного просто! Всегда знал, что девчонки легко ведутся на всякие сюси-пуси, но чтоб до такой степени… Труднее всего было почерк изменить. А уж с кошками я обращаться умею… Понял, что я сотворил и как?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ты не очумел ли? Твоя тетя на меня драконом смотрела, когда выдавала деньги! И еще полчаса нудела о том, какой ты ужасный. Я бы лучше у своих попросил, честное слово! Но я все заказал. Обещали прислать как раз в двадцатых числах, так что порадуешь своего звероящера… Кстати, а сова это дотащит?

Да, только мне не вздумай открытку дарить! У меня с первого класса одна хранится, я на нее как взгляну, так вздрогну! Думаю, с тех пор ты сильно прогрессировал в плане творчества…

П.С. Конечно, понял! Простенько и со вкусом… Ну и гад же ты все-таки!»

* * *

Идея была проста в своей гениальности. Тщательно порепетировав, Гарри стащил у одной из старшекурсниц пергамент попригляднее, аккуратно отрезал небольшой кусочек и вывел каллиграфическим почерком: «Ты прекрасна, как рассвет! Когда я смотрю на тебя, сердце выпрыгивает у меня из груди, а глазам становится больно. Приходи сегодня после отбоя к Залу наград, я буду тебя очень ждать! Твой навсегда, Д.». Оставалось только подсунуть записку Ханне в учебник и ждать развития событий.

Весь день Эббот вертелась, как на сковородке, пытаясь понять, кто же такой этот таинственный Д. Вариантов было несколько, даже если считать только их факультет, и Ханна, похоже, окончательно извелась, дожидаясь отбоя.

Незаметно проследовать за ней Гарри ничего не стоило, но у него был немного другой план. Он, нарочито громко ступая, ушел совсем в другом направлении и, разумеется, моментально нарвался на миссис Норрис, кошку завхоза. Та посмотрела на нарушителя, но сделать ничего не успела: Гарри присел на корточки и, прижав палец к губам, другой рукой поманил кошку к себе. Миссис Норрис, кажется, слегка опешила.

— Хочу дать знать о нарушении, — прошептал Гарри. Он понятия не имел, что и как именно связывает кошку с Филчем, но был уверен, что связь такая существует. Да и вообще, миссис Норрис обычным животным назвать было сложно…

Вот и сейчас она будто бы прищурилась, оценивая слова студента. Впрочем, Поттера она хорошо знала: он неплохо относился к ее хозяину и, в отличие от остальных, никогда не порывался дать ей пинка.

— У моей однокурсницы свидание возле Зала наград. Прямо сейчас, — сказал Поттер. Миссис Норрис негромко мяукнула. — Да, согласен, безобразие! Надо бы пресечь, а?

— Мр-р… — сказала кошка и потерлась о его ногу. Гарри машинально ее погладил. Он умел управляться даже со злющими котярами миссис Фигг, да и вообще любил кошек, поэтому никакого трепета перед верной тенью завхоза не испытывал.

— А я пойду и лягу спать, — добавил он. — Тихо-тихо. Ты меня не видела, верно, киса?

— Мр-р, — согласилась та и исчезла в темноте.

Гарри ухмыльнулся и на цыпочках прокрался обратно. Ханну ждала незабываемая ночь… И как минимум несколько дней интенсивной трудотерапии. И выволочка от мадам Спраут.

«Достойная месть», — сам себе сказал Гарри, улегся и преспокойно уснул.

6

— Поттер, вы мне можете объяснить, зачем устроили очередной взрыв? — устало спросил Снейп.

— Конечно, сэр — с готовностью отозвался Гарри, оторвавшись от увлекательной монографии. — Правда, строго говоря, это был не взрыв, хотя кое-кого и забрызгало. Самую чуточку.

— Так зачем?

— Чтобы нарваться еще на месяц отработок у вас, конечно! Я же не успел дочитать, сэр, — Гарри потряс книгой. — Еще вон сколько осталось, а я читаю медленно, потому что тут полным-полно умных слов, я многих не знаю, а пока вы объясняете, время-то проходит…

Профессор только за голову взялся. Ну чем, чем он думал, когда согласился на бредовую просьбу Поттера? Он что, не знал, каков был папаша этого чудовища? Не предполагал, что отпрыск может оказаться еще и похуже? Нет, Гарри ничего особенного не вытворял, гадостей окружающим не устраивал (мелкие шалости не в счет), но в своем неподдельном и неуемном энтузиазме он был попросту ужасен.

Признаться, Снейп предполагал, что трудовой порыв Поттера-младшего иссякнет на первой же книге, которую профессор ему сунул, только бы отвязаться. Ясное дело, первокурснику было ее попросту не одолеть, и любой нормальный ребенок (ну кроме, разве что, Грейнджер) уснул бы на второй странице… Как же! Через полчаса от бесконечных «Сэр, а что означает этот термин? Сэр, а почему возгонка происходит именно в таких условиях, я что-то логику не улавливаю… Сэр, а есть ли разница, свежую или консервированную мандрагору использовать? А если есть, то какая? И почему?» он готов был повеситься. Именно поэтому первую книгу он у Поттера отобрал и дал что попроще, где объяснялись основы — не на школьном уровне, конечно, а на куда более серьезном. На некоторое время мальчишка затих, вопросы, правда, все равно задавал, но куда реже… И, кстати, на удивление для его возраста толковые вопросы, с некоторым неудовольствием признал Снейп. Впрочем, у матери Гарри к зельеварению имелся талант, да и папашу, несмотря ни на что, идиотом назвать было никак нельзя.

Дальше — больше. Сперва мелкий мерзавец повадился являться минут на десять пораньше. Потом на полчасика. Потом вообще на час…

— Поттер, как по-вашему, у меня вообще свободное время быть может?! — не выдержал профессор, когда тот притащился в половине седьмого. — Подчеркиваю — свободное от вас!

— Но я же вам не мешаю, сэр! — искренне удивился тот. — Вы вот эссе проверяете или в лаборатории что-то делаете, а я сижу себе тихонечко и читаю… С собой же вы мне эти книги не дадите, правда? А то бы я и в гостиной почитал… Хотя там все-таки неудобно, народу много, хоть и не шумят особенно, но все равно гул стоит. В спальне тоже кто-нибудь непременно вертится…

— А вы привыкли к отдельным покоям, Поттер? — прищурился Снейп, наслушавшийся от директора интересных подробностей о тяжелой жизни мальчика у родственников.

— Вообще-то да, — удивленно посмотрел на него Гарри.

— Личный чулан под лестницей?

— Господи, да что ж вам всем так дался этот чулан! — неожиданно воскликнул Поттер. — Да, запирали меня там! Раз… два… Ну ладно, три раза! Три! За всю мою жизнь! И ремнем меня дядя несколько раз выдрал! И еще меня без ужина оставляли!

— Поттер, не орите так, — поморщился профессор. — К чему вы клоните?

— К тому, сэр, — мрачно ответил Гарри, — что, вообще-то, дома у меня есть своя комната, поменьше, чем у кузена, конечно, но своя. Тетя отлично готовит и добавку положить не отказывается. Ругается иногда, ну так подумаешь… Ну а дядя просто строгий и на работе устает, поэтому взрывается быстро и кричит очень громко. Да и за дело он меня выпорол…

Снейп нахмурился. Картина не складывалась.

Если верить Дамблдору, в школу должен был приехать забитый и запуганный мальчишка, социально неадаптированный и к тому же недокормленный. Вместо этого явился здоровенный для своего возраста лоб, на полголовы выше сверстников («Кстати, а ведь Джеймс тоже был высоченным», — припомнил профессор), очень даже неплохо развитый физически, с отменным аппетитом, явный любитель подраться, умеющий работать руками и головой, но откровенно не желающий учиться. Поправка — не желающий учиться в Хогвартсе. Снейп видел его оценки — сплошь «удовлетворительно». Вот разве что у него на занятиях Поттер проявлял энтузиазм. (Сперва так было у Флитвика и МакГонагалл, но потом интерес мальчишки к их занятиям угас.) Вдобавок Поттер регулярно… да что там, часто писал домой, тете, получал ответы и явно не мог дождаться каникул.

— Вам директор понарассказывал, — произнес вдруг Гарри, наблюдавший за Снейпом. — А ему — мисс Фигг.

— Откуда вы… — дернулся профессор.

— Вычислил, — хмыкнул тот. — Вернее, мы с другом вычислили. Это было несложно. Она ведьма, да? Приглядывала за мной?

— Она сквиб, — мрачно ответил Снейп. Вычислили, надо же! Вот они, эти гениальные планы: два сопляка моментально раскусили старуху! — Но вы правы, она… приглядывала.

— Следила, точнее, — кивнул Поттер. — И я даже знаю, почему вы тут решили, что мне плохо живется.

— Ну-ка, изложите! — приподнял бровь профессор и скрестил руки на груди. Не то чтобы его очень интересовали логические построения недоросля, но все-таки…

— Да там излагать нечего, сэр, — пожал тот плечами. — Я же говорю, у дяди Вернона взрывной характер, чуть что — он орать начинает, ногами топать… Дадли, если что-то не по его сделали или чего-нибудь ему не дали, тут же принимается верещать на всю округу. Тетя Туни все время вопит «Гарри, наказание мое!». Ну это если ничего не случилось. А если уж я чего натворю, тогда вообще крику не оберешься. Просто шумные они… Так что эта ваша мисс Фигг, наверно, просто слышала, как дядя с тетей на меня орали, мол, «в чулан, под лестницу, сиди, покуда не исправишься»! Или там… «без ужина сегодня, негодяй»! — Гарри перевел дыхание. — Ну и я сам тоже верещал, конечно, когда дядя меня порол, мол «ай, ой, пустите, простите, больше не буду!» С фингалами я ходил постоянно, потому что в школе часто дрался, а синяки и ссадины… Ну, я то с дерева навернусь, то с велосипеда, обычное дело! На мне все равно заживает, как на собаке.

— Хм… — только и сказал Снейп.

— Я что, похож на жертву домашнего насилия? — вредным голосом спросил Гарри.

— Нет, — вынужден был признать профессор. — Вы похожи на отпетого хулигана.

— Есть немного, — согласился тот. — А вообще… Если уж мисс Фигг следила и докладывала, как со мной дома плохо обращаются, чего ж никто не вмешался?

Снейп закашлялся. Его это тоже очень интересовало.

— Про кровную защиту я уже в курсе, а что до прочего… ну так припугнули бы тетю с дядей или заколдовали, — неумолимо продолжал Поттер. — Дел взрослому волшебнику на пять минут, я уже выяснил. Ну а вообще у нас городок маленький, все всех знают. Так что если б соседи что-то подозрительное услышали или я бы в школе пожаловался, что надо мной издеваются, так мигом бы полицию вызвали и этих… из опеки. И тех, которые по правам несовершеннолетних. Знаете, какое бы веселье началось у дяди с тетей? Думаете, у магглов так просто все, что ли?

— В мое время такого не было, — мрачно ответил профессор.

— Простите, а вы что?.. — вытаращился на него Гарри. — Ой, нет, вы уж лучше не отвечайте…

— Нет, я уж лучше отвечу, а то вы опять что-нибудь «вычислите»! — взорвался Снейп. — Да, я вырос среди магглов, в точности, как вы! А мать моя была волшебницей. Всё ясно?

— Нет, — честно сказал Поттер. — Мне непонятно, почему вы сразу поверили, будто меня колотят с утра до ночи. Хотя…

— До чего вы там додумались?!

— Вы меня пристукнете, сэр, — честно предупредил Гарри. Догадка была очень простой.

— Говорите уже и закроем эту тему раз и навсегда!

— Ладно… Вы сказали, что ваша мать была волшебницей, но жили вы среди магглов, — сказал мальчик, задумчиво потирая лоб. — Так что, наверно, ваш отец был маггл и магию не любил. А так легко поверили вы… ну… это… потому что…

— Ну?!

— Наверно, он вас бил… — Гарри на всякий случай втянул голову в плечи. Момент был опасный: если Снейп сейчас взбеленится и выставит его за дверь, к нему потом вообще не подойдешь. А хочется, потому что очень уж предмет интересный, а профессор свое дело знает и объяснять, когда в настроении, умеет! И уроки действительно приятнее делать в тишине, а не в общей гостиной…

— Великий Мерлин, не хватало на мою голову доморощенного сыщика, — мрачно сказал Снейп. Как ни странно, совершенно спокойно. — Вы угадали, Поттер. Папаша мой закладывал за воротник и регулярно меня поколачивал. Именно потому, что ненавидел все, связанное с магией. В точности, как ваша тетка. И я счастлив был попасть наконец в Хогвартс! Если бы я еще мог вашего драгоценного родителя никогда не встречать…

— А, это мы тоже вычислили, — радостно сказал Гарри.

Профессор посмотрел на него так, словно у мальчика выросла вторая голова.

— Что еще вы вычислили? — неприятным тоном спросил он.

— Что вы с моим отцом, скорее всего, учились в одно и то же время, — отрапортовал Поттер, — и почему-то друг друга невзлюбили. Я могу представить, почему.

— Вам кто-то о чем-то рассказал? — нахмурился Снейп. С Дамблдора бы сталось!

— Нет, сэр. Это дедуктивный метод, — совершенно серьезно ответил Гарри и постучал себя по лбу. Звук получился изумительный.

— Выкладывайте, — велел тот, налил себе успокоительного и выпил залпом.

— Вы начали ко мне придираться с самого первого дня, едва только увидели. А я вылитый отец, мне тетя говорила, значит, вы его знали и почему-то не любили. А что у меня глаза мамины, все твердят… Вот… Так что, похоже, он у вас мою маму увел… — неожиданно смутился Гарри.

— Гхм… — профессор подавился второй порцией успокоительного. — Вы меня уморить хотите, Поттер?

— Нет! — быстро ответил тот. — Кто ж меня тогда учить будет?

— Точно, хотите… — констатировал Снейп. — Так. Ваш пытливый не по возрасту ум может завести вас в такие дебри, откуда вы потом не выберетесь… — Он побарабанил пальцами по столу. — Поттер, вы язык за зубами держать умеете?

— Конечно, — удивленно взглянул тот.

— То есть я могу быть уверен, что сказанное здесь останется между нами?

Гарри почесал в затылке.

— Нет, — честно сказал он. — Терри я все равно скажу. Это ж мы с ним обдумывали. Но вы не беспокойтесь, он маггл.

— Ладно… — профессор отчетливо скрипнул зубами. — Вашего Терри я как-нибудь переживу. Теперь — очень коротко. Вашу мать я знал еще до Хогвартса, мы жили по соседству и… дружили. Попали на разные факультеты, я на Слизерин, она на Гриффиндор. Папаша ваш с дружками очень любил… хм… пошутить. Обычно надо мной. Она их кое-как сдерживала. Ну а после одного неприятного инцидента… нет, не смотрите так, Поттер, я могу сказать лишь, что это было крайне унизительно! Так вот, я в запале ее оскорбил. После этого мы больше не общались, а после школы она вышла замуж за вашего отца. Затем родились вы, а потом ваши родители погибли. На этом всё.

— Да похоже, что не всё, сэр… — протянул Гарри, переваривая новую информацию.

— Верно. Теперь тут появились вы, треплете мне нервы, портите настроение и заставляете тратить на вас время!

— Я больше так не буду, сэр! — клятвенно заверил тот. — Извините, что пришлось вспомнить… э-э-э… эту историю. Но теперь хоть понятно, почему вас так от меня поначалу перекашивало…

— Меня и сейчас перекашивает, не обольщайтесь, — мрачно сказал Снейп. Вот уж про обещание свое он рассказывать не собирался. Только не малолетке. — Но я хочу напомнить, Поттер, если вы кому-то скажете хоть слово…

— Я могила, — мотнул тот головой. — С какой это стати мне трепаться о собственных родителях… и о вас? И с кем, кстати? Ну, кроме Терри, но его тут нет.

— А вы что, еще не обзавелись компанией приятелей и обожателей? — покосился на него профессор.

— На кой они мне? — удивленно спросил Гарри. — У меня есть Терри, мне больше никто не нужен. Ну, с Малфоем я иногда болтаю и с Лонгботтомом, но это так… ни о чем. Со старшекурсниками еще — но с ними только по делу, не станут же они с мелюзгой дружить. Вот и всё.

— Прекрасно… — произнес Снейп и сел. — Значит, учиться вы толком не учитесь, в квиддич не играете, не проказничаете, с однокурсниками дурью не маетесь… А чем вы тогда вообще заняты, Поттер? Бездельничаете сутками напролет?

Тот посмотрел в сторону, почесал кончик носа.

— Сэр, а вы умеете хранить секреты? — спросил он наконец.

— О да, — мрачно усмехнулся профессор. — Я в последние годы только этим и занимаюсь, кажется! Что там у вас, Поттер?

— Да вот… — Гарри поднял с пола сумку и вывалил на стол ее содержимое. — Смотрите сами, сэр.

— Математика? — присмотрелся тот к учебнику. — Английский, история… Поттер, вы что, с ума сошли?!

— Нет, — с достоинством ответил мальчик. — Вы немножко ошиблись, сэр, я как раз учусь. Нормальным вещам. Терри присылает мне задания, учителя в нашей школе дают советы… Думаю, аттестат я получить смогу.

— Если раньше не умрете от переутомления! — рявкнул Снейп.

— Я не переутомляюсь, — хмыкнул тот. — Вы же сами сказали, сэр: я не играю в этот идиотский квиддич, не валяю дурака с приятелями, на здешних уроках толком ничего не делаю. А чтобы получить «удовлетворительно» у всех… кроме вас, конечно, особо напрягаться не нужно!

— Дальше будет сложнее, — зачем-то сказал профессор.

— Ничего, переживу, — уверенно сказал Гарри, и ясно было: действительно, переживет. — Гм… сэр?

— Ну что еще?!

— Я, в общем, потому к вам и прихожу, что у вас тихо и можно нормально заниматься по школьной программе, — сказал Гарри серьезно. — В библиотеке непременно кто-нибудь пристанет с вопросами, что это я такое странное изучаю. В гостиной, говорю же, для меня шумновато, не привык я… В общем, можно, я еще что-нибудь взорву?

— Взрывайте, Поттер, — устало ответил Снейп. — Только без членовредительства.

— Это уж само собой, сэр, я что, изверг какой-то?

— Да, — честно ответил профессор. — Вы малолетний изверг. А что из вас вырастет, я даже представить боюсь!

Гарри надулся от гордости.

— А еще чего-нибудь почитать вы мне дадите? — быстро спросил он.

— Дам, — обреченно ответил Снейп. — А вообще-то, Поттер, вам уже пора, скоро отбой.

— Ничего, сэр, — хмыкнул тот, — миссис Норрис меня не сдаст, если даже и заметит. Знаете, как она кошачьи печенюшки любит? Не волшебные, обычные!

«Да, — совсем уже обреченно подумал профессор. — Это будет похуже Мародеров.»

— И, сэр, пожалуйста, не говорите вот об этом… — Гарри потряс учебником математики, — директору. А то он меня опять вызовет, начнет пичкать своей липкой гадостью и причитать «Гарри, мальчик мой, да как так можно, тебя ждет великое будущее в волшебном мире, а ты тратишь время на маггловскую чепуху…»

Снейп с трудом подавил смешок: у мальчишки получилось очень похоже.

— Так и быть, не скажу, — ответил он. — Идите уже отсюда, Поттер. Вы мне и так бессонницу обеспечили…

— Спокойной ночи, сэр, — совершенно серьезно произнес тот и испарился.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Пока вроде все идет нормально. Я даже умудрился разузнать тако-ое! Помнишь, мы кое-какие догадки строили? Почти в точку попали! Но это не для письма. Встретимся — расскажу. Зато теперь все стало понятно! И про соседку мы тоже правильно все поняли.

Я уперся в одни зелья. Остальное на тормозах спускаю, все равно из Хогвартса сроду никого не исключали, я проверил. (Нет, вру, был один случай, но там не в успеваемости дело.) А даже если исключат, так мне же лучше. В общем, рву людям шаблоны: они думали, что мальчик-который-выжил будет блистать, но вот фиг им! (Сам-знаешь-кто теперь называет меня мальчик-который-достал-до-печенок, ха-ха, но я от него все равно не отвяжусь!)»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Жду с нетерпением! Тайны, интриги, расследования — это по-нашему! Да и вообще ужасно соскучился…

Прислали твои книжки. Слушай, тут надо, по-моему, орла. Или дракона. Потому что одна сова это богатство точно не утащит! Почему нормальной почты у вас нету, а? Что за глупости! Как у вас тяжелые грузы пересылают?»

* * *

«Хай, яблоневая плодожорка!

Выслал тебе сразу шесть сов. Они могут тащить большую упаковку вместе. Только учти, они прилетят в полночь, будь готов. Иначе кого-нибудь удар хватит от такого зрелища.

А вообще не знаю, как грузы пересылают, выясню. Есть каминная сеть, но шкаф туда, например, не впихнешь, это раз, а два — не у всех дома к этой сети подключены. Наверно, есть какие-нибудь специальные чары.

П.С. Открытки готовы. С нетерпением жду праздника, а там и домой можно…»

7

Осчастливленные рождественскими открытками однокурсники, старшекурсники, студенты с других факультетов и даже преподаватели посматривали на Гарри Поттера с опаской. (Кажется, один Хагрид обрадовался кошмарной кривобокой елочке в блестках и чуть не задушил мальчика в объятиях.) Сам Гарри лучился улыбкой, откровенно пародировал Элвиса Пресли в лучшие годы и мел со стола всё, до чего мог дотянуться. За прошедшие полгода он заметно вымахал, мантия трещала на его плечах, да и вообще субтильностью он не отличался.

— Поттер, ты это сам сделал? — с непередаваемым выражением спросил Малфой, проходя мимо. Ему тоже досталась открыточка.

— Тебе не понравилось? — искренне огорчился тот.

— П-понравилось, — с содроганием ответил тот, глянув на психоделической расцветки снеговика под сияющим снегом. — Очень. Благодарю.

После чего поспешил удалиться.

— Какова сила духа! — сказал Гарри себе под нос. — Аристократ, одно слово… Сэр, постойте, сэр!

Снейпа он перехватил на выходе из Большого зала.

— Мерлин великий, как он вообще может разговаривать с этим уродом… — расслышал Гарри бормотание Рона Уизли, но выяснять, кого именно тот назвал уродом, и бить за это морду было некогда.

— Поттер, я надеялся, что хотя бы на каникулах вас не увижу!

— А вы и не увидите, я домой еду, — радостно сказал тот. — Но я хотел сделать вам подарок на Рождество!

— Если подарок выглядит так же, как ваша открытка, то лучше не стоит, — желчно произнес профессор.

— Нет, это нормальный подарок, с открытками я прикололся, — шепотом сказал Гарри. — Хотел посмотреть, у кого есть чувство юмора, а у кого нет.

— И как? Посмотрели?

— Ага. Печальное зрелище, сэр, — удрученно произнес тот. — Либо приняли за чистую монету, либо испугались… По-моему, только близнецы Уизли поняли суть прикола!

— Неудивительно…

— Ах да! Вот, сэр! — Гарри сунул в руки профессору увесистый пакет в неброской упаковке. — Счастливого вам Рождества!

— Благодарю, Поттер, — с некоторым усилием выговорил Снейп. Получить подарок от Гарри на глазах у всего Большого зала… Это был, мягко говоря, своеобразный опыт. — И вам того же.

— Спасибо, сэр! — широко улыбнулся тот и шепотом добавил: — Ну, вообще за всё.

Профессор молча кивнул в знак понимания и удалился, понимая, что разговора с директором не избежать. Маленький паршивец этого, увы, знать не мог, иначе вручил бы свой презент с глазу на глаз…

— А теперь поясни-ка, мой рыжий друг, ты кого только что назвал уродом? — донесся до него голос Гарри. — Тебя за базар отвечать не учили? Так пойдем, выйдем, я тебе объясню все по понятиям!

Тут же поднялся галдеж: оправдывался младший Уизли, возмущалась Грейнджер, близнецы, кажется, принимали ставки, старосты пытались всех утихомирить, директор наверняка усмехался в бороду… Снейп вздохнул и отправился к себе. Судя по тяжести и формату, в пакете были книги, а какого свойства, догадаться несложно. Ему уже было интересно, что именно мог подарить ему Поттер.

* * *

— Шикарный фингал, — оценил Терри.

— А то! — довольно усмехнулся Гарри. — Дерется этот парень не так уж плохо. Очки-то я заклинанием починил, а в больничное крыло бежать уже некогда было. Само рассосется, первый раз, что ли?

— Чего не поделили-то?

— Профессора, ясен день! — ответил тот, забираясь на любимую ветку и доставая из кармана апельсин. — Ух, хорошо!

— В каком смысле — профессора?

— В прямом! Рыжий обозвал его уродом. Ну, конечно, Снейпа красавцем не назовешь, но… — Гарри откусил от цитруса, забрызгав приятеля соком. — Короче, не сдержался я!

— Я смотрю, ты к своему Снейпу просто прикипел, — фыркнул Терри, вытирая лицо. — Вон, уже защищать кидаешься!

— А ты что, ревнуешь? — прищурился тот.

— Была охота!

— Терри… — Гарри выплюнул зернышко и сел ровнее. — Давай без глупостей. Поясняю: он, по-моему, единственный более-менее вменяемый человек в этой школе. Вредный, противный, но вменяемый. И очень умный. Он дружил с моей мамой и иногда под настроение что-нибудь да рассказывает о ней. Про отца тоже, но гадости в основном… И его очень не любят. Вернее, слизеринцы — уважают, но все равно побаиваются, Малфой — его крестник, это ладно… Остальные — ненавидят. Насчет преподов точно не скажу, но что-то я не заметил большой к нему приязни. Разве что от директора, но у того все «мой мальчик» да «мой мальчик», педофил бородатый… — Он перевел дыхание. — Представляешь, каково это, когда тебя вся эта чертова прорва народу терпеть не может?

— Я бы рехнулся, — честно сказал Терри. — Или спился. Или сбежал нахрен. Кстати, почему он не уйдет? Ты говорил, он гений, неужто не в состоянии другое место найти? Особенно если детей терпеть не может…

— Вот то-то и оно… — задумчиво проговорил Гарри. — Меня это тоже очень удивляет, да только он всегда от ответа уворачивается. Есть там какая-то тайна, зуб даю.

— Хочешь ее раскопать?

— А как же! Поможешь? Без твоей головы мне никак! Только без вот этих вот глупостей, повторяю! Мне ж там даже поговорить не с кем, записочки — это все не то…

— Ты зеркало обещал достать, — напомнил Терри. — Это, двустороннее, что ли?

— Близнецы обещали, — кивнул Гарри. — Да что-то никак… Но я помню, ты не думай!

— Ладно, мир, — хмыкнул тот и протянул руку. — Просто я и правда соскучился, а ты все о Снейпе да о Снейпе…

— Так я просил рассказать про наших, а ты говоришь «ничего нового», — ответил Гарри. — Ну и что мне остается?

— Вредный ты, Поттер…

— Я это по сто раз на дню слышу, — фыркнул тот апельсиновым соком.

— Да не плюйся же ты! Прямо в глаз угодил! Кстати… — Терри проморгался и посмотрел на приятеля. — С книжками-то как, угодили?

— После каникул узнаю, — зловеще улыбнулся Гарри. — Но судя по тому, что я успел прочитать и подсмотреть, должны были угодить. Только… ч-черт…

— Чего еще?

— Да ты понимаешь, вышло по-дурацки. Я не хотел заранее дарить, взял пакет с собой на пир. Думал, пораньше выйду, подкараулю и отдам. А он первым пошел, пришлось догонять, а то лови его потом по всему замку, так и поезд без меня уйдет! И вот на глазах у изумленной публики надежда магического мира что-то дарит самому отвратному преподавателю всех времен и народов и радостно поздравляет его с Рождеством! Я только сейчас сообразил, как это со стороны должно было выглядеть… — Гарри нахохлился. — Чую, будут разборки.

— А что тут такого-то? — не понял Терри.

— А вот и увидим, что тут такого, — задумчиво произнес тот…

* * *

Разумеется, вызов от директора не замедлил последовать, едва Гарри успел разложить вещи по прибытию с каникул и поужинать.

— Гарри, мальчик мой, — ласково встретил его Дамблдор. — Присаживайся.

— Спасибо, сэр, — учтиво сказал тот.

— Чаю?

— Благодарю, сэр, — ответил Гарри, хотя пить чай не собирался — начитался у Снейпа обо всяких интересных зельях, которые можно подлить жертве, а та потом не сумеет солгать.

— Как прошли каникулы?

— Прекрасно! — с преувеличенным энтузиазмом воскликнул Гарри и пустился рассказывать, оживленно жестикулируя и все норовя опрокинуть чашку: — Мы с Терри, это мой друг, отлупили Дадли, это мой кузен, правда, потом нас подкараулила его компания, но мы отбились и скинули их в овраг… Ну, за это мне нагорело дома, конечно, но оно того стоило! Гхм… Простите, сэр, а зачем вы меня вызвали? Это из-за того, что я перед отъездом подрался с Уизли? Или потому, что я Малфою глаз подбил? Так он сам виноват: попросил показать прием, которым я Уизли вырубил, а сам повернулся неудачно… Его отец нажаловался, да? Я слышал, он важная шишка…

— Нет-нет, лорд Малфой не жаловался, — сказал директор, пытаясь поймать взгляд Гарри. Тот упорно смотрел ему на кончик носа. — Мистер Уизли тоже. Дело несколько в другом… Хочешь лимонную дольку?

— Что? А, нет, спасибо, я лучше просто лимончик, — обворожительно улыбнулся Гарри, вытащил из кармана мантии лимон, вытер об рукав и запустил в него зубы, брызнув соком. Дамблдора явственно передернуло. — Так что случилось, сэр? Что я натворил?

— Ничего, ничего, — улыбнулся тот, попивая чай. — Но видишь ли, в чем дело… В последние месяцы, как мне показалось, ты очень сблизился с профессором Снейпом…

— Что-о?! — выпрямился в кресле мальчик. — Это вы к чему, сэр? Профессор совращением малолетних не занимается, клянусь! Да я бы сразу пожаловался, если что!

Дамблдор поперхнулся. Кто-то из прежних директоров на портретах хмыкнул. (Гарри поставил на представительного седовласого джентльмена с презрительным и надменным взглядом, по фамилии, насколько он мог разглядеть, Блэк.)

— Ну что ты, — снова завел директор. — Речь вовсе не об этом, как можно подозревать милейшего Северуса в подобной… в подобном! Я хочу лишь сказать, что просмотрел журнал отработок и обнаружил, что ты получаешь их или у мистера Филча, или у профессора Снейпа, причем в основном у последнего, и в огромных количествах…

— Мне катастрофически не даются зелья, сэр, — грустно вздохнул Гарри. — А профессор такой требовательный… Не могу же я подвести факультет! И так из-за меня он теряет баллы! Я стараюсь, как могу, честное слово!

На баллы Поттеру было плевать с Астрономической башни, но он намерен был держать марку.

— Трансфигурация тебе тоже не слишком удается, — заметил Дамблдор, — но профессор МакГонагалл не назначает тебе таких взысканий.

— Может, ее просто устраивает мой средний уровень? — не удержался Гарри.

— И все-таки, — гнул свое директор, — согласись, картина выглядит несколько странно…

— Что же тут странного, сэр? — старательно удивился тот. — Мне нравится предмет, но не хватает ни сноровки, ни знаний, ни, кажется, таланта. И если профессор Снейп готов возиться с таким бездарем, чтобы хоть чему-то его научить, то я ему искренне благодарен! А трансфигурация мне не нравится, слишком скучно, — добавил он. — Так что, да простит меня профессор МакГонагалл, я делаю задания спустя рукава, только чтоб «удовлетворительно» получить.

— И летать ты не хочешь…

— Нет, я высоты боюсь, — соврал Гарри.

— Твой отец был замечательным игроком в квиддич!

«Кажется, его там уронили. Несколько раз. Головой вниз», — подумал Гарри, а вслух сказал:

— Я больше футбол люблю. И настольный теннис. О, сэр, а давайте откроем клуб настольного тенниса! Места совсем немного надо, тут же полно пустых залов… Стол найдем, ракетки кто-нибудь трансфигурирует… А я буду председателем!

— Интересная идея, мой мальчик, — задумчиво произнес директор. — А мистер Филч?

— Что мистер Филч? — не понял Поттер такой смены темы. — Думаете, он будет возражать? Так я сам приберусь, если что.

— Нет, Гарри я не о том. Ты никогда не жалуешься, если попадаешь к нему на отработку, не так ли? Его ведь боятся и не любят…

— А чего жаловаться-то? — поразился тот. — Мне что, полы помыть трудно? Это ему трудно, он старенький уже и колдовать не умеет, и вообще, у него из близких одна миссис Норрис! Его пожалеть надо и помочь, а не бояться…

Седой директор на портрете подавил подозрительный приступ кашля и уставился на Гарри с большим интересом.

— Гарри, скажи, отчего ты ни с кем не дружишь? — пошел на новый круг Дамблдор.

— Почему это? — удивился тот. — У меня есть друг там, в большом мире. А тут… Ну вот Малфой, например, Нотт…

— Гхм… Мне кажется, это не вполне подходящий для тебя круг общения, — заерзал директор.

— Почему это? — удивился Гарри. — Я же наследник старинного рода, как-никак! Только ничего толком не знаю, а в библиотеке мало что нашел. Конечно, мама была магглорожденной, но я даже по отцовской половинке познатнее Малфоя буду, и он это знает. В будущем нам с ним еще общаться, дела какие-нибудь вести, а я ни в зуб ногой в этом вашем этикете, так он подогнал мне несколько книжек об истории знатных родов и всяком таком. Очень интересно, кстати.

Книги ему Малфой действительно дал, когда заполучил фингал под вторым глазом, заявив, что для наследника Поттеров Гарри поразительно неотесан. Нотт же, удивительно спокойный и прекрасно воспитанный, проверял, что из прочитанного Поттер усвоил и как именно истолковал. Да даже Крэбб с Гойлом оказались не тупыми охранниками сиятельного Малфоя, а чем-то вроде вассалов, как их отцы при Малфое-старшем. Молчали они не потому, что не умели говорить, а потому, что привыкли держать язык за зубами.

— Похвально, похвально с твоей стороны строить планы на будущее, но все же…

— Или вот еще Лонгботтом, — перебил Гарри. — Тоже чистокровный, только затюканный какой-то. Его бы к нам на Хаффлпафф, он бы оттаял, а то его на Гриффиндоре испортят только! Либо он убьется.

— Как это?

— Просто. С метлы он уже падал. Мало ли, что еще… А так он по гербологии лучший, его бы мадам Спраут на руках носила!

«Если бы сумела поднять, — добавил Гарри мысленно. — Хотя она-то, наверно, сможет…»

— А почему бы тебе не попробовать подружиться, например, с Роном? — гнул свое директор.

— Пускай сперва извинится за «урода», тогда я его прощу, а там видно будет, — отрезал Гарри. Поскольку условием прощения было принесение извинений лично профессору Снейпу, Поттер был уверен, что скорее небо упадет на землю, чем Уизли пойдет на подобное. Кишка тонка.

— А вот Гермиона, очень умная девочка…

— Сэр, да ведь она только об учебе говорить может! От нее через пять минут в окно выкинуться хочется!

— Ну ведь много других хороших ребят, на твоем факультете, на других…

«Только вы мне что-то все одних гриффиндорцев подсовываете», — подумал тот.

— Гарри, а почему ты никогда не расспрашиваешь о родителях? — коварно сменил тему директор.

— А нафига? То есть, простите, сэр, зачем? — удивился тот. — Мне и без расспросов уже уши прожужжали, какими они были да что сделали. И в газетах много чего написано.

Он дожевал один лимон и достал второй, еще больше первого.

— Мерлин, мой мальчик, как ты их ешь? — не удержался директор.

«А как вы эту приторную пакость едите?» — хотел спросить Гарри, но вместо этого произнес:

— С удовольствием, сэр! Пожиратель я или нет, в конце концов?

На этот раз Дамблдор подавился по-настоящему, залив бороду чаем. Гарри искренне понадеялся, что она слипнется.

— Как ты себя назвал? — спросил тот, прокашлявшись.

— Пожиратель лимонов, — ответил Поттер, жуя. — Прозвище у меня такое, еще из той школы.

Директор выдохнул с облегчением, но объяснять ничего не стал.

— Ну что ж, время позднее, скоро отбой, — сказал он. — Иди, Гарри, тебе нужно хорошенько выспаться перед учебным днем!

— Спасибо, сэр, — ответил тот, сунул недоеденный лимон в карман и ушел, распространяя цитрусовый аромат. Директор Блэк на портрете откровенно давился смехом, и Гарри ему подмигнул. Похоже, это был свой человек…

Выйдя в коридор, Поттер призадумался. Все это ему категорически не нравилось, но поделиться догадками он мог только с одним человеком. Не факт, что тот будет рад его видеть, но попытка не пытка! Вот только в Хаффлпаффскую нору он до отбоя успевал (спасибо Терри за механические часы, подарок на Рождество, а то в этом замке во времени не сориентируешься), а в подземелья — уже нет. Нарываться не хотелось, и Гарри снова полез по карманам.

— Миссис Норрис… — тихонько позвал он, постучав по полу кошачьим лакомством. — Миссис Норрис, кис-кис-кис…

Через пару минут из полумрака материализовалась серая тень, благосклонно приняла подношение, позволила себя погладить и посмотрела вопросительно.

— Киса, проводи меня в подземелья, а?

Кошачьи глаза откровенно округлились, и Гарри уверился, что это таки не простое животное.

— Мне очень нужно к профессору Снейпу, а уже поздно, отбой вот-вот, — пояснил он. — А тут портреты, призраки, непременно кто-нибудь заметит и заложит… А ты все ходы знаешь, а, киса?

— Мр-р… — задумчиво сказала кошка.

— За мной не заржавеет, — заверил Гарри.

— Мр-р-р, — согласилась та, развернулась и побежала вперед.

Гарри видел только мелькающий в темноте серый хвост: миссис Норрис повела его какими-то такими переходами, которых он и упомнить не мог, тут даже факелы не горели. Однако же до покоев Снейпа они добрались в рекордно короткие сроки, что не могло не радовать: возможно, тот еще не ложился спать.

— Спасибо, киса, — искренне сказал Гарри. — Утром напишу другу, он вкусняшек для тебя пришлет!

— Мр-р-р… — довольно ответила миссис Норрис и уселась, обвив лапы хвостом. Видимо, ей было любопытно.

Гарри собрался с духом и постучал в дверь.

На его счастье, Снейп действительно не спал и ложиться явно не собирался, судя по доносящимся из лаборатории запахам. Поттер вообще сомневался, что он когда-нибудь спит.

— Вот это явление! — сказал тот. — Поттер! Каким ветром вас сюда занесло после отбоя?

— Э… важный разговор, сэр, — отрапортовал тот. — Меня никто не видел, у меня был надежный проводник!

— Мр-р-ряу, — подтвердила кошка, сверкая в темноте глазищами.

Снейп перевел на нее взгляд, покачал головой и снова уставился на Гарри.

— Да, если уж миссис Норрис соглашается вас сопровождать, то мне остается только капитулировать… Входите живее!

— Спасибо, киса, — искренне сказал Поттер кошке, и та удалилась патрулировать замок.

— Ну, что у вас? — отрывисто спросил Снейп, на мгновение сунувшись в лабораторию и удостоверившись, что там все идет как должно.

— Сэр… — Гарри нахмурился. — После ужина меня вызвал директор. И долго расспрашивал, отчего да почему мы с вами так сблизились.

— Что мы с вами сделали?!

— Ну, он заметил, что я постоянно у вас на отработках, и вроде бы обеспокоился. А я долго его заверял, что я бездарь, а вы тратите уйму времени, чтобы хоть что-то вколотить в мою тупую башку… Как-то так.

Снейп нахохлился и сделался похож на большого ворона.

— На каникулах, — медленно произнес он, — я имел крайне неприятную беседу с директором на эту же тему. К счастью, вы выдали ему практически ту же версию, что и я.

— А в чем отличия? — тут же заинтересовался Гарри.

— Я сказал, что вы выросли среди магглов, поэтому не знаете даже азов, а я не могу оставить сына Лили невеждой, — с брезгливой гримасой произнес Снейп. — Этот аргумент на него всегда хорошо действует.

— А, ну это ладно, — хмыкнул тот. — Я тогда подожду со взрывами, хорошо, сэр?

— Да уж, будьте любезны!

— А приходить все равно можно?

— А как вы объясните свое отсутствие однокурсникам?

— Ну… — Гарри хмыкнул. — Одним — был в библиотеке, другим — курил на Астрономической башне, третьим — плакал за портьерой от тоски по дому… Да они не спросят даже. Это ж не гриффиндорцы, которые во все нос суют.

— Поттер, если вы еще и курите…

— Не курю, — честно сказал он. — Пробовал, не понравилось. Да и как тут сигареты достанешь? Хотя если взять что-нибудь у мадам Спраут…

— Поттер, никаких экспериментов с волшебными растениями!

— Сэр, я пошутил, — серьезно сказал Гарри. — Я что, идиот, курить траву, о которой почти ничего не знаю? Я, может, после этого фиолетовым сделаюсь. В крапинку. В лучшем случае.

— Слава Мерлину, что вы это осознаете, — устало произнес Снейп и вдруг встрепенулся: — Еще что-то было?

— Ага. Он докапывался до моих друзей. В смысле, их отсутствия, — Гарри вынул недоеденный лимон и принялся жевать. — Вы тоже спрашивали, помните? Вот… Ну я честно сказал, с кем общаюсь, а с кем даже и не собираюсь, ему не понравилось.

— А вы кого назвали?

— Малфоя с компанией и Лонгботтома. Про старшие курсы не успел сказать.

— Неудивительно… Чаю хотите, Поттер? — неожиданно спросил профессор.

— Только несладкого! — быстро сказал тот. — И без… э-э-э… неожиданных добавок, пожалуйста!

— Я детей веритасерумом не пичкаю, — буркнул Снейп. — Держите чашку. Тут ромашка, шалфей… спать лучше будете.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил Гарри, попробовав травяной напиток. Тот немного горчил, но вкус был приятным.

— А вы у директора ничего не пробовали?

— Нет, — помотал головой мальчик. — Я у вас достаточно начитался, так что… И еще — он все старался мне в глаза посмотреть. Он что, правда умеет мысли читать?

— Это называется легилименция, Поттер, и это не совсем то же самое, что чтение мыслей, — ответил профессор задумчиво. — В глаза, говорите… Вы в очках, удобно, легче прятать взгляд…

— А как это вообще делается? — с интересом спросил Гарри.

— Чашку поставьте, — велел Снейп. — Поставьте, поставьте, иначе обольетесь. Снимите очки и посмотрите на меня.

Гарри пожал плечами, отставил чай, стащил очки и глянул в черные глаза профессора. Ощущение было таким, словно по голове долбанули кирпичом… ну или в лоб влетел баскетбольный мяч. Мелькнули картинки каникул — вот они с Терри, дико хохоча, скидывают компанию Дадли в заснеженный овраг, вот ругается тетя Туни… а вот уже кабинет директора, феникс, ухмыляющийся портрет…

— Ой… — Гарри отшатнулся, с трудом придержав непристойное слово. — Ничего себе! Так вы тоже это умеете?

— Я много чего умею, — ответил Снейп с усмешкой. — И сплошь неприятные вещи. Ощущение запомнили? Правда, вряд ли вам это поможет: сами вы зрительный контакт разорвать не сумеете, силы не те.

— Значит, просто не буду смотреть в глаза, — решил тот, надевая очки. — Стекла не спасут, да?

Профессор покачал головой.

— Жалко… А какие-нибудь средства от этого есть?

— Хм… — тот усмехнулся. — Очень трудно считать сознание пьяного человека, но вам еще рановато надираться до такой степени. И, конечно, есть искусство защиты от проникновения в ваш разум…

— А вы меня научите?! — тут же подскочил Гарри.

— Мерлиновы подштанники, зачем я это сказал? — глухо произнес Снейп. — Мало мне ваших… посиделок, еще и это?! И вообще, в вашем возрасте рано начинать этому учиться…

«Даже если рано, все равно необходимо», — мелькнуло у него в голове.

— Ну а вдруг получится? Я же упорный, сэр, вы же знаете!

— Не то слово… Вы бы лучше сперва оценки по другим предметам подтянули, Поттер, не позорили фамилию! — сказал профессор и осекся, поняв, что сказал. Впрочем, Джеймс-то учился отлично…

— А я не хочу, — нагло заявил тот.

— Это почему еще?

— Я вам уже говорил, сэр, мне скучно превращать мышку в кружку. Я могу это сделать, но не вижу смысла, не понимаю сути процесса, а раз так… — Гарри пожал плечами. — Нет, ну я знаю, что и мышка, и кружка состоят из атомов, молекул и так далее. И что? Когда я произношу заклинание, происходит перестройка на молекулярном уровне? А как? Почему? Что там с законом сохранения массы и энергии? Ну и так далее… Слова «это же магия!» меня как-то не убеждают, простите!

Снейп снова взялся за голову. Он-то знал и как, и почему, и причем тут магия, но как прикажете объяснить это упрямому мальчишке, если взрослые волшебники, бывает, не в состоянии осознать таких вещей?

— Вы знаете, да, сэр? — заглянул ему в лицо Гарри. — Точно, знаете. Значит, и другие преподаватели знают. А почему нам тогда этого не объясняют? Намного же интереснее делать что-то, понимая, как это работает!

— Поттер, вам этого не объясняют по той же причине, по которой в детском саду не читают курс квантовой физики.

— А у нас есть лекции по квантовой физике в доступном изложении, — не остался в долгу тот. — Кому надо, тот найдет и разберется. Ну и вообще, могли бы факультативы устроить!

— Сходите с этим предложением к директору, он будет счастлив.

— Я ему предложил организовать секцию настольного тенниса. Как-то он не обрадовался, — сознался Гарри. — Сэр?..

— Ну что вам еще?!

— Объясните мне, как это все работает, а? — попросил тот. Если магия заключалась не в банальном размахивании палочкой и выкрикивании непонятных слов, то тут таились большие возможности, и Гарри не намерен был их упускать. — Ну пожалуйста! Вы же вот по вашему предмету все понятно объясняете, ну что вам стоит?..

— То есть, Поттер, вы предлагаете мне начать с вами с азов? — ядовито спросил Снейп. — Взять в личные ученики? А ничего, что у меня и так прорва дел? Деканство, например, проклятые домашние задания, которые надо проверять, занятия, которые надо вести, варка зелий для Больничного крыла и… некоторых других? И мне бы еще хотелось позаниматься собственными исследованиями, написать пару-тройку статей, отдохнуть, наконец! Я что, двужильный?!

«А я ведь и вправду двужильный, — подумал он тоскливо. — Только кто об этом знает?»

— Сэр, извините, я… погорячился, наверно, — насупился Гарри. — Просто хотелось нормально учиться, раз уж я тут, а не ерундой заниматься. И вообще, с зельями для Больничного крыла я вам помочь могу. И с остальным тоже — где чего нарезать, истолочь, помыть… На это ж время уходит!

— Поттер, вас можно использовать вместо тарана, — безнадежно сказал Снейп. — Крушить вашим лбом стены. Тем более, от него даже смертельные заклятья отражаются.

— То есть?..

— Убедили. Проще объяснить вам основы, чем выслушивать нытье! Но, — поднял профессор руку, — только на самом элементарном уровне. Захотите — дальше будете работать самостоятельно, литературу я порекомендую. Но с одним условием!

— Каким, сэр?

— Не экспериментировать никогда и нигде, кроме как в моем присутствии, здесь, пока я не разрешу иного. Не экспериментировать на себе и на окружающих людях.

— Что ж вы меня, за идиота держите, сэр? — обиделся Гарри. — Даже у магглов сперва опыты на мышах или там кроликах ставят… Или вообще компьютерные модели строят, вот!

— И стройте себе! Чернилами, на пергаменте! Кстати, еще раз сдадите мне проверочную работу на листочке в клеточку — пеняйте на себя.

— Сэр, — с достоинством произнес Поттер. — Я готов уважать традиции. Но в двадцатом веке писать гусиным пером на пергаменте — увольте! Оно брызгается!

— Хорошо, — неожиданно Снейпу стало весело. — Пойдем на компромисс. Можете писать шариковой ручкой на пергаменте, это я, пожалуй, способен пережить.

— Спасибо, сэр! — Гарри сверкнул зелеными глазами и взялся за забытую половинку лимона. — А можно вопрос?

— Даже если я скажу «нет», вы ведь все равно его зададите?

— Ага. Почему директор так странно себя повел, когда я сказал, что я пожиратель?

Профессор предсказуемо подавился чаем.

— Как-то вы однообразно реагируете, — удрученно сказал Гарри.

— Покажите руку! — прошипел Снейп, прокашлявшись.

— А? Какую?

— Левую! Рукав выше!

Не увидев на руке Поттера ничего, кроме пары синяков и ссадин, профессор с облегчением выдохнул, встал, налил себе стакан огневиски и выхлестал в два глотка.

— Это всего лишь мое прозвище, — обиженно сказал Гарри. — Пожиратель лимонов. А Терри я называю яблоневой плодожоркой. Он яблоки любит.

Снейп подумал и налил себе еще стакан.

— А в чем дело-то? — недоуменно спросил Гарри. Он понял — тут что-то нечисто, и стремился разобраться, как его всегда учил Терри.

— Видите ли, Поттер, — невыразительным голосом произнес профессор. Чувствовалось, что он колеблется, говорить или нет, но в итоге он все же решился. — Видите ли… Приспешники того, кто убил ваших родителей, называли себя Пожирателями смерти.

Гарри задавил неприличный смешок: он считал, что если уж называть организацию, то не настолько глупо и пафосно.

— Не смешно, Поттер, — сказал Снейп. — Вы остались сиротой. Лонгботтом, фактически, тоже: его родителей свели с ума пытками. Многие осиротели в той войне.

— И если бы я своим героическим лбом не поймал Аваду… — пробормотал тот.

— Вот именно. — Профессор все-таки развернулся. — А еще, Поттер, Пожиратели смерти носили на левом предплечье вот такую метку…

Он, выдрав запонку, вздернул рукав, продемонстрировав подобие тусклой татуировки. К удивлению Снейпа, мальчишка даже не дернулся.

— Прям якудза, — сказал он задумчиво.

«Да он что, вообще непрошибаемый?! Не только Авадой, а и?..»

— Так вы что, тоже?.. — спросил Гарри нарочито беззаботно. На самом деле он лихорадочно соображал: с одной стороны, Снейп был гадким сукиным сыном, с другой — учил его таким вещам, о которых остальные наверняка и слыхом не слыхивали. С третьей — директор как-то разволновался, узнав об их тесном… хм… сотрудничестве. С четвертой — директора Гарри недолюбливал. С пятой…

«Тьфу! — сказал себе Гарри. — Он с детства дружил с мамой. Наверно, и в эти Пожиратели подался, когда она его кинула, от обиды, молодой же был. Вот дура! Ну и что, что с виду не очень, зато гений… Правда, тогда получился бы вовсе не я, а кто-то другой, зато, может, и она бы жива была…» Между профессором и директором он однозначно выбирал профессора.

— Да, я тоже, — ответил тот, отводя взгляд.

«А раз он работает в школе, то Дамблдор точно знает, кем он был. Типа, искупает честным трудом и все такое… Вот! Вот оно! Вот почему Снейп не может уйти!»

— Вы из школы не можете уволиться, потому что вас директор шантажирует? — прямо спросил Гарри.

Профессор вылил на себя третий стакан огневиски.

— В к-каком с-смысле? — спросил он.

— В прямом. Он знает, что вы были Пожирателем, потом… не знаю, раскаялись или сбежали, попросились к нему под крыло, он и облагодетельствовал, — с убийственной прямотой сказал Поттер. — Хотя от такого благодетельства, по-моему, лучше сразу повеситься. Ну и, если вы уйдете, — а кто ж такого специалиста просто так отпустит! — он вас выдаст.

— Он знает… — тоскливо сказал Снейп, глядя на почти пустую бутылку. Ему было невыносимо гадко. «Да гори оно огнем!» — решил он вдруг. — Поттер, вы в курсе, что такое двойной агент?

— А то! — с удовольствием ответил тот и вдруг замер. — Стойте. Я вроде понял. Вы как бы внедрились сюда… ну я примерно описал путь, так, да? А на самом деле работаете на директора и шпионите в стане этих… Пожирателей?

— Ваши умственные способности да в учебных бы целях… — Профессор допил огневиски прямо из горлышка.

— Вы только что признали, что я не кретин, сэр! — довольно сказал Гарри.

— Вы не кретин, Поттер, — согласился тот. — Вы наглый, самодовольный, самоуверенный сопляк. В точности как ваш папаша.

— А и неправда ваша, сэр. Во-первых, — начал загибать пальцы Гарри, — я не мальчик-мажор, а вполне себе шпана, во-вторых, мне эта ваша магия нафиг не сдалась, я ветеринаром хочу быть, в-третьих…

— Тс-с-с! — шикнул Снейп, и Поттер моментально умолк.

Камин полыхнул зеленым, в пламени появился директор.

— Северус, мальчик мой, — проговорил он. — Разве это дело: пить накануне рабочего дня?

— Я убирал пустую бутылку, — холодно ответил тот, встав так, чтобы загородить полами мантии Гарри. Тот понятливо нырнул под стол, захватив свою демаскирующую чашку. Подумаешь, облился, чай все равно уже остыл… — Что-то случилось?

— Гарри, случайно, не у тебя? — спросил Дамблдор.

— С какой стати?! — вполне натурально изумился Снейп.

— Его нет в «барсучьей норе», в других гостиных тоже нет, хотя он и так редко ходит в гости… Совятню проверили, да и кому ему слать сову среди ночи?

— Прочешите Запретный лес, — злорадно посоветовал профессор. — С него станется потащиться именно туда и поставить весь замок на уши в ночь перед первым учебным днем!

— Да, может, он пошел к Хагриду… Извини за беспокойство, Северус!

Камин угас.

Снейп заблокировал его на всякий случай и постучал по столешнице.

— Вылезайте, Поттер. Красивый был нырок.

— Вы же спиной ко мне стояли, сэр! — сказал тот, выбираясь и отряхивая мантию.

— Но я ведь еще не оглох. Да и в зеркале на каминной полке все отлично отражается.

— А-а… — Гарри снова плюхнулся в кресло. — У вас не будет неприятностей из-за меня? Обложили со всех сторон, ч-черт!

— Не должно бы… Поттер…

— Да, сэр?

— Я просил их обоих, — зачем-то сказал Снейп в потолок. — Не просил, умолял, чтобы ее не убивали. На вас, уж простите, мне тогда было плевать. Только один ее не спас, да и не пытался, по-моему, а другой… другой развел руками и сказал, что сделает все возможное. Увы, она слишком рьяно защищала ребенка. Вас, то есть. Поняли?

— Да, — помолчав и разложив по полочкам новые сведения, ответил Гарри. — Это вы про маму.

— Именно.

— И еще про директора и этого Темного властелина…

— Лорда.

— Ой, ну какая разница, сэр! Главное, вы поняли… Короче, оба козлы, — заключил Гарри. — И еще вы сказали «тогда мне было плевать». Это понятно, маму вы знали, а я чего? А… теперь?

— А теперь я никак не могу от вас избавиться, Поттер, — вздохнул Снейп. — Вы же мертвого доведете!

— То есть все в силе, сэр? Насчет занятий? А директора запутаем! — вдохновенно произнес тот.

— Ну-ну, — скептически произнес профессор. Наверно, сделало свое дело огневиски: мальчишка напротив был похож на Джеймса Поттера, но копией его не являлся. И дело вовсе не в глазах Лили Эванс. Дело было совсем в другом…

— Как бы мне обратно-то прокрасться… — задумчиво произнес тот. — Миссис Норрис сейчас в другом крыле…

— Вы откуда знаете?

— Так они с мистером Филчем всегда начинают обход с одного и того же места, маршрут я знаю, а судя по времени… — Гарри глянул на часы, — далековато они, вряд ли дозовусь. Что делать, сэр?

— Минуту… — вздохнул Снейп и позвал: — Многоуважаемый Барон! Прошу, соблаговолите прибыть как можно скорее!

— Слушаю, профессор, — отозвался через несколько секунд слизеринский призрак. Гарри на всякий случай вежливо ему поклонился и удостоился ответного кивка.

— Не сочтите за труд, проводите этого молодого человека в его общежитие. Так, чтобы портреты и другие призраки не увидели. А Пивз — особенно.

— Разумеется, профессор, — величаво кивнул призрак и уставился на Гарри. — Идемте, юноша, да поживее! Я слышал, на вас устроили настоящую облаву.

— Ой, черт, — поежился тот. — Влетит мне завтра… Скажу, что в теплицах уснул, вот!

— Там уже искали, — сказал Барон.

— Тогда я не знаю, — сдался Гарри и жалобно покосился на Снейпа. — Сэр?

— Что? Скажите, что были в Выручай-комнате.

— Где?!

— Я вам потом объясню, а пока не заставляйте господина Барона ждать. Если спросят, откуда вы знаете о комнате, ничего не говорите, ясно?

— Ясно! Спасибо, сэр! — выпалил Гарри и ринулся к двери. — Э-э… Господин Барон?

— Следуйте за мной, юноша, — ответил призрак и величаво поплыл по коридору.

Снейп открыл шкаф. Там было катастрофически пусто.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

С книжками мы с тобой здорово угадали. Сам-знаешь-кто отобрал у меня каталог и теперь мучается выбором. Насчет денег не беспокойся, он даст, я перешлю. Ну ты понял, заказывать-то опять тебе, ха-ха! (Наверно, он и сам мог бы, но, похоже, палиться не хочет, да и магазин я ему не сдам, я ж там название и адрес отрезал нафиг. Это у меня теперь рычаг влияния.)

Кстати, пришли мне еще блесточек поотвратнее и наклеек каких-нибудь. Скоро же День Святого Валентина!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Вы достали уже, книголюбы хреновы! На меня родители знаешь как косятся, когда посылки приходят? Я стараюсь при них не распечатывать, а то они от таких названий вообще рехнутся с перепугу.

Лови свои блестки. Ничего омерзительнее не нашел. Кстати, еще вот розовый картон и наклеечки-сердечки, думаю, это тебе точно пригодится! Расскажешь потом, как все прошло.»

* * *

Еще не успевшие забыть Рождество хаффлпаффцы с ужасом наблюдали за тем, как Поттер, высунув от усердия кончик языка, вырезает из отвратительного оттенка розового картона сердечки и оклеивает их чем-то блестящим. Девушки ощущали, что День Святого Валентина они могут и не пережить: стопка открыток всё росла, и было ясно, что Гарри вознамерился оделить ими каждую. Включая преподавателей. Что, собственно, и произошло…

— Гарри, а у тебя есть подруга? — спросила за праздничным обедом Ханна, успевшая забыть о неприятном приключении.

— Хочешь ею стать? — неподдельно обрадовался тот и потянулся ее обнять.

— Нет! — та шарахнулась и чуть не свалилась со скамьи. — Просто спросила!

— «Просто» о таких вещах не спрашивают, — поучительно сказал Гарри. — Люди вообще никогда ни о чем не спрашивают просто так, они всегда что-то имеют в виду!

— Чеканно, — фыркнул кто-то из старших.

— Стараюсь, — скромно ответил мальчик. — Расту над собой. Прогрессирую…

— Поттер, заткнись, — попросила староста. — Не порти людям аппетит. И вообще, частые отработки у Снейпа на тебя плохо действуют.

— Почему это? Я вчера по зельям «превосходно» получил, между прочим!

— Да! Только после этого с факультета сняли десять баллов!

— А я не виноват, что Уизли на меня в коридоре налетел, — невозмутимо ответил Гарри. — Если у него координация движений ни к черту, я-то тут причем?

— А кто ему подножку поставил?

— Понятия не имею, — со всей возможной искренностью сказал Гарри и занялся едой. — По-моему, просто он на собственный шнурок наступил.

— Что вообще за манера решать все проблемы кулаками? — продолжала возмущаться староста.

— А чем, Авадой, что ли? — невозмутимо спросил тот. — Ну прости, прости… Ты же знаешь, я рос среди магглов, меня в школе обижали, потому что я очкарик, пришлось выучиться драться…

Гарри умолчал о том, что благодаря уличной и школьной закалке привык сперва бить, а потом уже расспрашивать, равно как и о том, насколько ему не хватает Терри, всегда готового прикрыть спину и помочь накостылять даже превосходящему по численности противнику.

— Иногда у меня складывается впечатление, что с такими замашками тебе на Гриффиндоре надо было оказаться, — мрачно сказала староста, разглядывая свою открытку и невольно передергиваясь.

— Шляпа предлагала, — согласился Гарри. — Но я отказался.

— Мерлин великий, почему?!

— Они слишком шумные, — кивнул он на гриффиндорский стол. — Гляди, какой бардак! То ли дело у нас: тихо, уютно…

— Да, верно… — вынужденно согласилась девушка. — Только, Гарри…

— Да?

— Пожалуйста, не надо больше открыток!

— Как?! — огорчился тот. — Пасха же впереди! Я уже наклейки с яйцами и кроликами купил!

Софакультетники тихо застонали.

— А давай договоримся, — проявила смекалку староста. — Ты делаешь открытки всем, кроме нас! Мы тебе даже поможем…

— Как можно! — оскорбился Гарри. — У всех будут открытки, а у вас нет? Я не согласен так вас обделить!

— Ну пожалуйста…

— А что мне за это будет? — тут же спросил он, памятуя уроки Терри. Уж тот-то был мастером торговаться.

Старшекурсники переглянулись.

— Мы не будем доставать тебя из-за Уизли. Хоть котлету из него сделай, только по-тихому, — выдал, наконец, один из них.

— Мало, — сказал Гарри, забавляясь от души. — Кстати, я хотел на Пасху плакат нарисовать для нашей гостиной, красочный такой. У меня и фломастеры есть, и наклеек куча, и блестки остались…

— Мы вообще не будем тебя доставать! — быстро сказала староста. — Только, Гарри, миленький, не надо нам ничего рисовать. Всем остальным — сколько хочешь, а мы уж так перебьемся, ладно?

— По рукам, — улыбнулся тот…

* * *

— Поттер, если это — кролик, то я — балерина, — сказал Снейп, разглядывая пасхальную открытку. Гарри остался верен себе и щедро оделил плодами своего творчества всех, кто не успел увернуться.

— Я предпочитаю авангардизм, сэр, — гордо ответил тот.

— Оно и видно… Что вы сегодня-то явились? Праздник все-таки… какой-никакой.

— А, — махнул рукой Гарри, — наши там отмечают, скучно с ними. А у меня вопрос…

— Поттер, а вам не приходило в голову, что я тоже могу… хм… отмечать?

— Нет, — честно ответил тот. — Не похожи вы на человека, который Пасху справляет. Но вопрос важный, честное слово, сэр!

— Ну давайте уже, не тяните… — вздохнул Снейп, отлично усвоивший, что отвязаться от Поттера практически нереально. А самое ужасное состояло в том, что и отвязываться уже не очень хотелось. По крайней мере, пока мальчишка торчит у него в кабинете, ему ничто не угрожает… Поттеру, в смысле, а вот кабинету как раз наоборот!

— Шел я сегодня по коридору, — начал Гарри, — и наткнулся на Уизли с компанией…

— Вы на них регулярно натыкаетесь, причем после этого Уизли почему-то частенько оказывается в Больничном крыле.

— Он сам нарывается, — фыркнул тот. — А братья его подначивают. У них же тотализатор! Гм… Это к делу не относится. В общем, в этот раз я действительно наткнулся на них случайно — они шушукались под лестницей.

— А вас как под лестницу занесло? — поинтересовался профессор.

— Я по ней шел, — с достоинством ответил Гарри. — Слышу — шепот. Ну я и заглянул… Значит, эти трое — Уизли, Грейнджер и Лонгботтом — кое о чем сговаривались, но об этом потом. Ясное дело, как рыжий меня увидел — тут же в драку полез, мол, чего это я за ними шпионю! Больно надо… Ну, дальше как обычно, только Грейнджер с Лонгботтомом нас попытались растащить, да неудачно. — Он вздохнул. — Если что, сэр, нос Грейнджер не я разбил, это ей Уизли локтем случайно попал. Ну а Лонгботтом… — Гарри только рукой махнул.

— Итак, я выслушал описание вашей эпической битвы, дальше что? — спросил Снейп.

— Дальше самое интересное, сэр, — сказал Поттер и шмыгнул носом, которому тоже досталось, судя по всему. — Эти двое, значит, утащили Уизли, а я смотрю — на полу тряпка какая-то. Наверно, кто-то из них выронил. Я ее поднял, думаю, вернуть все-таки надо… Посмотрел — и ошалел! Решил сперва у вас спросить, что это и как с ним быть, а потом уже возвращать… Взгляните, сэр!

Профессор взглянул и с трудом удержал ругательство. Положим, «Мерлиновыми подштанниками» Гарри удивить было уже трудно, но вот что похлеще… Лексикон-то у Снейпа был богатый.

— Так, Поттер, — сухо сказал он. — А теперь изложите-ка, что вы успели услышать? О чем договаривалась эта троица?

— А! Насколько я понял, они хотели пробраться в запретный коридор на третьем этаже, про который директор уже уши всем прожужжал, и что-то там найти.

— А вас туда не тянет? — закинул пробный камень Снейп.

— Я что, похож на человека, который хочет умереть мучительной смертью, сэр? — фыркнул Гарри. — Еще они говорили, там что-то прячут, но что именно, я не расслышал. Вы, случайно, не в курсе, что это?

— Случайно в курсе, — процедил профессор.

— Ну вот, я так сразу и подумал, — довольно произнес тот. — А что вот это все же за фиговину-то они посеяли?

— Угадайте с трех раз, Поттер, — мрачно произнес Снейп, пытаясь понять, что на этот раз затеял директор. — Не видите: это мантия-невидимка! Вещь редкая, дорогая… И мне очень интересно, каким образом она попала в руки этой троицы!

— Сперли где-нибудь? — предположил Гарри.

— Вряд ли, — криво усмехнулся тот. — Я догадываюсь, у кого она хранилась, а у этого человека крайне сложно что-нибудь спереть, как вы элегантно выразились.

Взгляд его упал на Гарри, который с самым невинным видом вертел в руках серебряную чайную ложечку с фениксом на черенке.

— Поттер, ну и наклонности у вас, — нахмурился он. — Мало того, что вы деретесь, не учитесь, сквернословите, так теперь еще и воруете?

— Машинально в карман положил, сэр! — заверил тот. — Верну при первой же возможности!

— Я скорее поверю, что вы соберете полный комплект в подарок тетушке, — пробормотал профессор.

— Отличная идея, сэр, — одобрил Гарри. — А все-таки, что с этой мантией не так?

— С ней всё так, Поттер, кроме одного — я был уверен, что она пропала.

— То есть эта штуковина вам знакома, так, сэр?

— Даже более чем, — мрачно сказал Снейп. — Это мантия вашего отца, он ею… хм… активно пользовался.

— Ну ни хрена ж себе! — выдал тот. — А какого черта она тогда оказалась у этих?..

— Поттер, прекратите ругаться в моем кабинете!

— Простите, сэр, само сорвалось, — покаянно произнес Гарри, разглядывая мантию. — Однако интересно… Выходит, она теперь моя? — Он дождался утвердительного кивка и выпалил: — Вот это вещь! Только…

— Что — только?

— Запрячу-ка я ее подальше, — серьезно сказал тот. — Мне все это не нравится. Сперва, значит, отцова вещь каким-то образом попадает… ну, вы понимаете, к кому. Потом оказывается вовсе не у законного наследника, меня, то есть, а у не пойми кого. А эти не пойми кто с ее помощью норовят забраться в запретный коридор и что-то там то ли подсмотреть, то ли стырить.

— И какой же вывод, Поттер? — приподнял брови профессор.

— Очень может быть, ее им нарочно дали. Чтобы они туда полезли, ночью, ясное дело, и не попались мистеру Филчу, — сказал Гарри. — Я вот вспоминаю: директор мне все мозги проклевал этим коридором… Наверно, если б я туда захотел попасть, то он бы выдал мантию мне, а так… Ну а вот фиг я ее теперь отдам! Пусть думают, что посеяли, растяпы! Только… — Он снова задумался. — Ведь и обыскать могут…

Наблюдать за мыслительным процессом мальчишки было необычайно забавно. Снейп предполагал, что Поттер попросит его припрятать мантию, но тот явно придумал что-то получше: физиономию его озарила злорадная улыбка.

— Я надеюсь, вы теперь сами не намерены полезть в этот коридор? — поинтересовался профессор, непроизвольно потерев ногу.

— Не-не-не, — замотал тот головой. — Я не знаю, что там спрятано, и знать не желаю! Сказано — нельзя, значит, нельзя, и вообще это не моего ума дело.

— Когда это вы успели сделаться таким послушным, а, Поттер? — прищурился Снейп.

— Я не послушный, сэр, — ответил тот с достоинством. — Я здравомыслящий. И если гриффиндорцы норовят без мыла пролезть в какую-то дыру, то мне там точно нечего делать!

«Ну и как, интересно, Дамблдор намерен сделать из этого здравомыслящего чудовища героя?» — невольно подумал профессор. Правда, от сердца немного отлегло: директорские планы отличались замысловатостью, но все-таки в одиннадцать лет отправлять ребенка на такое дело — это немного чересчур. Тут взрослым-то бы не оплошать…

— Сэр, — позвал его Гарри, напряженно о чем-то размышлявший. — А как вы думаете, мантия попала… гм… в чужие руки до того, как моих родителей убили или после? Просто если после — это еще понятно, нельзя же такую ценную вещь без присмотра бросить, а вот если до, тогда я чего-то не улавливаю…

— Это вы к чему клоните, Поттер? — нахмурился тот.

— К тому, что если у отца была эта штука, то когда на дом напали, он мог ей воспользоваться. Или сам прикрыться, или нас с мамой закрыть. Хоть время бы выиграл, — абсолютно серьезно ответил Гарри. — Если, как вы говорите, он мантией часто пользовался, то сразу бы о ней подумал! Как это… машинально, вот!

— Я не знаю, Поттер, — устало ответил Снейп. — Ваши рассуждения не лишены логики, но мне неизвестно, что именно тогда произошло. Возможен любой вариант.

— Ясно, что ничего не ясно, — вздохнул тот. — Сэр? Вы что? Вам плохо?

— Вы помните, кто вы? — отрывисто спросил профессор.

— Я — мальчик-который-вас-достал, — охотно ответил Гарри.

— Я о пророчестве, болван! Вы мало про него слышали, что ли?

— А… ну, помню, бред какой-то, если честно, — фыркнул тот.

— Может, и бред… — негромко сказал Снейп. — Но под это пророчество подпадаете не только вы.

— Ну и чудненько, — преспокойно сказал Гарри, — меньше головной боли.

— Поттер! Этот второй — Лонгботтом! Он родился на день раньше вас!

— Ой… — тот чуть не сел мимо стула. — Он?! И чего теперь? Раз я добивать этого Темного властелина не желаю и на подначки не ведусь, берут следующего в очереди?

— Кажется, именно так…

— Жалко парня, — искренне сказал Гарри. — Хотя, думаю, если что — он справится. Я такую породу знаю.

— Будем надеяться…

«Так, мантии нет, без нее троица, может, и сунется в коридор, но с большим риском. А если им не удастся пройти… Да что я несу, камень все равно просто так не достать! А раз так, то он долго не протянет…»

— Сэр, можно вопрос на другую тему? — прервал его сумбурные размышления Гарри.

— Что еще?

— Вы не знаете, почему от профессора Квирелла так воняет? И не просто чесноком… У нас в подвале как-то крыса издохла, вот так же несло!

— Допустим, знаю, — мрачно ответил Снейп.

— А нельзя ему как-нибудь осторожненько намекнуть, чтобы он помылся? — спросил Поттер. — У меня от этой вонищи глаза слезятся и башка раскалывается!

Профессор неопределенно дернул плечом. Настроение сделалось хуже некуда.

«Все-таки не Лонгботтом. Все-таки ты… Хотя будто я и раньше этого не знал!»

— Идите к себе, Поттер, — попросил он. — Отпразднуйте с однокурсниками. У меня самого уже голова от вас раскалывается!

— Извините, сэр, — без тени раскаяния ответил тот. — Я и правда пойду. А интересные все-таки вещи тут творятся!

«Если бы ты хоть знал, какие именно…» — мрачно подумал Снейп.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Тут у нас такое завертелось! Но писать об этом я опять-таки не могу, опасно. Так что жди до летних каникул, вот тогда уж наговоримся!

Посылаю тебе одну штуковину, сам увидишь, что это такое. Она мне от отца осталась, вернее, не совсем мне, а как я ее заполучил, второй вопрос, тоже лично расскажу. Главное, спрячь как следует и никому не показывай. Здесь я ее держать не могу, найдут запросто. И учти, вещь волшебная, если что просочится, нам с тобой обоим головы пооткручивают, а тебе вообще память сотрут. Твои мозги мне дороги, так что будь как можно осторожнее!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Получил, насладился, спрятал в нашем тайном месте. Офигенная штука! Жалко, что тебе на каникулах колдовать нельзя, показал бы мне что-нибудь… А то эти ваши движущиеся картинки в книжках, конечно, прикольные, но как-то маловато будет. Ну да ладно.

Жду!»

* * *

— Я пришел попрощаться, сэр! — предвосхитил вопрос Гарри, топчась на пороге. — В смысле, до осени.

— Я так и подумал. Прощайте до осени, Поттер, — вздохнул Снейп. — И…

— Сэр, а можно вопрос?

— Да войдите вы уже… — профессор втащил студента в кабинет. — Что вам надо?

— А вы не знаете какого-нибудь способа обойти запрет на колдовство несовершеннолетних? — нагло спросил Гарри.

— Да вы что, с ума сошли, Поттер? — растерянно спросил Снейп.

— Нет, — честно ответил тот. — Я серьезно, сэр. Это очень нечестно получается: у кого хоть один из родителей волшебник, так хоть обколдуйся, а если с магглами живешь — так фиг тебе, даже если они обо всем знают!

— Так… — нехорошим тоном произнес профессор. — Я полагаю, дело в вашем друге?

— Почему вы так решили, сэр?

— Потому, что не думаю, будто вы настолько глупы, чтобы наколдовать, скажем, своему кузену пятачок или хвост.

— Ух ты, вы сказали, что я не глуп! — восхитился Гарри. — Ну а все-таки, сэр?

— Есть способы, — неохотно ответил Снейп. — Можно напроситься на лето к кому-то из друзей-волшебников. Когда моя мать умерла, и я потерял возможность практиковаться летом… Словом, меня обычно приглашал Малфой, он был в курсе моих обстоятельств.

— Пролетает, сэр, — с присущей ему деликатностью не заметил сказанного тот. — У меня нет друзей-волшебников, а вы меня вряд ли к себе на лето возьмете. Да я бы и не согласился, я хочу домой!

— Знаете, у всякой наглости должны быть пределы! — фыркнул профессор. — Хотя о чем это я…

— О способах обойти запрет, — напомнил Гарри.

— Незарегистрированная палочка, — неохотно сказал тот. — Но вам это не поможет, у вас нет ни денег, ни возможности ее приобрести.

— А вы мне не одолжите, сэр? — невинно спросил Гарри. — Клянусь никого не калечить, не уродовать и вообще не хулиганить, мне бы просто пару фокусов Терри показать!

— А с чего вы взяли, что у меня… — Снейп опомнился. — Да вы вконец охамели, Поттер!

— Чтоб у вас да чего-то не было… — буркнул тот. — Ладно, нет так нет. Буду практиковаться без палочки. До осени, сэр!

— Стоять, Поттер! — рявкнул профессор, прекрасно представлявший, во что могут вылиться опыты недоучки в использовании беспалочковой магии. — Вы меня в гроб вгоните…

— Никогда, — пообещал тот, стоя навытяжку и глядя, как Снейп роется в ящиках стола.

— Вот, — мрачно сказал он, показывая Гарри палочку. — Бревно бревном, но простейшие вещи даже у вас получиться должны. Ну-ка, попробуйте…

Искры, слабенькая левитация и перекрашивание предметов действительно удались.

— Если кто-то узнает, что я вам это дал…

— Нам оторвут головы, — весело улыбнулся Гарри, пряча палочку. — Спасибо, сэр! Осенью непременно верну…

— Свою использовать даже не вздумайте! И если попробуете сделать что-то серьезное с помощью этой…

— Сэр, я не идиот, — с достоинством ответил Поттер. — Я же сказал, просто покажу Терри ма-аленькие фокусы. А если что… можно вам написать?

— И как вы это сделаете? У вас даже совы нет.

— Тьфу ты, — с досадой сказал Гарри. — Значит, нельзя.

— Телеграмму отбейте, — с сарказмом произнес Снейп. — Я летом живу не здесь. Записывайте адрес, Поттер, наказание вы моё…

— О, вы прямо как тетя говорите! — обрадовался тот, выуживая из сумки блокнот. — Я весь внимание, сэр!

…-И постарайтесь не убиться, — напутствовал его профессор, выпроваживая за дверь. — Мне вас еще… о, Мерлин, мне вас еще столько лет учить!

— Так это ж здорово! — фыркнул Гарри и порысил на выход. Пора было домой.

9

— Ну как тебе? — спросил Гарри, раскачивая ногой и дожевывая мандарин. Эти фрукты он для разнообразия чистил, усеивая кожурой землю под яблоней.

— Заваруха, — вздохнул Терри и нахохлился. — По-моему, дружище, ты очень серьезно влип.

— Я очень серьезно влип еще до рождения, — напомнил тот. — Меня и так, и сяк пытаются подпихнуть к решению проблемы, но только я-то вовсе не хочу ее решать!

— М-да…

— Слушай! — развеселился вдруг Гарри. — А что, если мне самому стать Темным лордом? Ну правда? Я так и так уже лорд… то есть буду так зваться, когда вырасту. Перестану красить волосы… Прикинь, берет этот хрен, возрождается — опа, а место уже занято!

— Ну и все равно с ним сражаться придется, он же так просто не уступит! — резонно заметил Терри. — Оно тебе надо?

— Оно мне ни разу не сдалось, но меня все задолбали. Директор бубнит: «мальчик мой, ты должен готовиться к подвигу» или что-то типа того, Снейп смотрит так, будто или убить меня готов, или расплакаться, остальные тоже что-то знают, да помалкивают. Ну и что тут делать?

— Выжидать, — изрек тот, подумав. — Ты ничего толком не знаешь. Всей правды тебе не говорят, такое впечатление, словно хотят, чтобы ты сам доискался, да?

— Ага, очень на то похоже.

— Ну и доискивайся, — Терри сощурил голубые глаза. — Только так, чтобы об этом никто не знал. Кстати, эту волшебную тряпку тебе вернуть?

— Не-не! — испугался Гарри. — Пусть лежит, где лежит. Очень уж, знаешь, на нее охотничков много… Те трое весь замок излазили, все углы пообтерли, искали ее… Ты прикинь, они где-то добыли оборотного зелья, пробрались в нашу гостиную и пытались обыскать мой чемодан!

— А у тебя там капканы… — кивнул приятель с довольной улыбкой.

— Капканы не капканы, но от Дадли я давно навострился вещи прятать, а тут еще и волшебство, так что кое-кто особенно наглый отделался переломом пальцев, а остальные — чесоткой, — мрачно сказал Поттер. — Кстати, дружище, я же тебе обещал показать кое-что интересное…

— Что может быть интереснее мантии-невидимки?

— Ха! — ответил Гарри, задрал штанину и вытащил из носка крепко приклеенную к ноге скотчем палочку. — Сейчас все будет! Глянь, никого вокруг нету?

— Ты сдурел? — всерьез испугался Терри. — Сам же говорил, что на каникулах нельзя колдовать!

— Так это не моя палочка. Я у профессора выцыганил левую. Ничего толкового я с ней не сделаю, но хотя бы это…

Фейерверк разноцветных искр расцветил вечернее небо.

— Красиво, — улыбнулся Терри. — А еще?

— Ну вот, гляди, могу поднять предмет… тьфу, упал! А что-то превращать не рискну, не чувствую я этой деревяшки!

— Вот чучело, — весело сказал тот…

…На следующий день в дверь дома на Тисовой улице позвонили.

На пороге обнаружился хорошо одетый, аккуратно причесанный мальчик.

— Теренс? — удивленно спросила миссис Дурсль.

— Здравствуйте, — сказал тот. — Извините за беспокойство, но мы с родителями сейчас едем в Лондон. Вы не могли бы отпустить Гарри с нами? Пожалуйста, миссис Дурсль!

— Тетя, тетя, пожалуйста! — ссыпался по лестнице Гарри. — Я газон вечером подстригу или завтра, ну очень прошу!

— Поди переоденься, — приказала Петуния и повернулась к Терри. — А родители твои согласны, Теренс? Разве они не знают, какой Гарри хулиган?

— Они сами предложили, — пожал тот плечами. Вообще-то родители его были вечно заняты, а когда выдавалась свободная минутка, брали отпрыска в охапку и тащили по магазинам. Это была их особенная страсть, которая Терри вполне устраивала: ему никогда не приходилось ничего выпрашивать. — Ой, миссис Дурсль, как у вас вкусно пахнет!

— Пирожки пекла, — мгновенно смягчилась та. — Хочешь?

— О, если вам не трудно! Ваши пирожки — просто объедение!

— Я вам с собой положу, — говорила Петуния, пропуская мальчика на кухню. — А то знаю я твоих родителей, все на бегу, перекусят в какой-нибудь дыре, а детям в вашем возрасте нужно хорошо питаться…

— Совершенно верно, миссис Дурсль, — серьезно сказал Терри, принимая увесистый пакет с пирожками. — Спасибо большое. Гарри, ты готов, наконец?

— Так точно! — сказал тот. — Тетя Туни, как по-вашему, я прилично выгляжу?

Та придирчиво оглядела племянника, поправила ему воротник, пригладила волосы, одернула куртку и в целом осталась довольна.

— Веди себя пристойно, — велела она. — Не хватало еще, чтобы мистер и миссис Хиггс на тебя пожаловались!

— Что вы, тетя, я буду само совершенство! — заверил Гарри, и они с Терри умчались.

— Спаситель… — выговорил Гарри на бегу. — Благодетель! Ненавижу газон стричь!

— А то я не знаю… Пап, мам, вот они мы!

— Привет, Гарри, — кивнул мистер Хиггс. — Запрыгивайте!

— Гарри, пирога хочешь? — спросила миссис Хиггс с переднего сиденья.

В кого удался невысокий щуплый Терри с его рыжевато-каштановыми волосами и задумчивыми голубыми глазами, было решительно непонятно: и мать, и отец его были хоть и тоже не слишком рослыми, но склонными к полноте, смугловатыми и темноволосыми, с темными же глазами. Наверно, сказалась кровь кого-то из старшего поколения, решил Гарри.

— Мы сперва пробежимся здесь, — щебетала миссис Хиггс, — потом заглянем на распродажу одежды, говорят, там хорошие скидки…

— Мам, — подал голос Терри, — а можно, вы нас высадите в центре, нам в книжный надо.

— Угу, в книжный, — грохотнул мистер Хиггс. — Небось, пойдете на игровых автоматах денежки просаживать, а?

— Было б чего просаживать… — буркнул Гарри.

— Пап, ну ты как первый день меня знаешь! — фыркнул Терри. — Высадите? А то мама сейчас пойдет скупать тряпки, а нам чего делать? Мы не потеряемся, мы уже большие!

— Ладно, ладно… — добродушно проворчал мистер Хиггс. — Держи вот деньги. Если загуляете, возвращайтесь на автобусе, а то черта с два мы найдемся…

— Прекрати ругаться при детях!

— Эти дети сами ругаются так, что чертям тошно!

— Но это не повод!..

— Ну, понеслось, — хмыкнул Терри. — Так ты яблочный пирог будешь? Вкусный!

— Слушай… — задумчиво произнес Гарри, думая о чем-то своем. — А я ведь знаю, где профессор живет. Ну, в нормальном мире, я имею в виду. Он оставил мне адрес, мало ли, что…

— И что? — нахмурился тот.

— Я хочу вас познакомить, — безапелляционно заявил Поттер.

— Да ты сдурел! С какой стати?!

— Мне надо, чтобы ты на него посмотрел, — серьезно сказал Гарри. — У тебя чутье на людей. Может, я ошибаюсь, а ты что-то такое углядишь… Поедешь со мной? Я смотрел, недалеко, на автобусе живо доедем.

— А он нас не вышибет?

— Может, и вышибет, — пожал плечами Поттер. — Может, его вообще дома не окажется. Но мне почему-то кажется, что съездить нужно. Помнишь, я говорил, что его ненавидят почти все?

— Ну.

— А ты думаешь, летом к нему хоть кто-то заглядывает?

— А разве у него взрослых приятелей нет?

— Да черт его разберет, — вздохнул Гарри. — Рискнем? Не выйдет, сожрем все вот это и в самом деле пойдем просаживать карманные деньги!

— Рискнем, — подумав, согласился Терри. — Мне самому жуть как любопытно, какой он, раз ты к нему так… э-э-э…

— Прицепился, — подсказал тот. — Надо только кое-чего подкупить…

…-Тут, что ли? — хмурясь, спросил Терри, оглядевшись.

— Вроде да. Спиннерс-энд, это оно.

— Ну и дырища… Знаешь, приятель, если он вырос тут, то я понимаю, отчего вы нашли общий язык!

— И отчего же?

— Да просто жить в такой трущобе и не научиться кулаками махать — прямой путь на тот свет! — фыркнул Терри и сверился с бумажкой. — Этот дом?

— Ага. М-да…

— Вот это я понимаю — трущобы… — протянул тот. — Иди, стучи! Или струсил?

— А в глаз? — мрачно поинтересовался Гарри и поднялся на покосившееся крыльцо.

Судя по всему, стук в дверь застал хозяина врасплох: в одной руке у него была газета, в другой чайная ложка, а кроме того, Гарри никогда не видел профессора Снейпа в джинсах и рубахе навыпуск.

— Мерлин великий, и тут вы! — сказал тот. — Я надеялся хотя бы летом вас не увидеть!

— Извините, сэр, — повинился Гарри, — я случайно выбрался из дома и решил навестить вас. А заодно я очень хотел бы представить вам своего друга…

Тут он сделал шаг в сторону, и Снейп увидел еще одного мальчишку.

— Если мы совсем не вовремя, то пойдем, конечно, — зачастил Поттер, — простите за беспокойство!

— Да входите уже… — процедил Снейп, отбросил газету и втащил обоих в дом. — Это, я так полагаю, и есть Терри?

— Теренс Хиггс, сэр, — учтиво сказал тот, с откровенным любопытством разглядывая профессора. — Но можно и просто Терри. Рад знакомству, Гарри много о вас рассказывал.

— Поттер, что именно вы рассказывали? — поинтересовался тот, проводя мальчишек в гостиную. Одно название, конечно, а не гостиная, ну и пёс с ней!

— Всё, — сказал Гарри. — Ух ты! Сэр, можно книги поближе посмотреть?

— Можно, только не трогайте, без рук останетесь. А это у вас что за барахло?

— Ой! — спохватился Поттер. — Ну как же… неприлично просто так приходить… Вот это — яблочный пирог, мама Терри готовила, с ума сойти, какой вкусный. А тут — пирожки с мясом от тети Туни, не отравлены, я проверил уже. Еще мы соков всяких набрали, а тут вот фрукты, — безо всякого смущения добавил он. — Чего покрепче нам, конечно, не продали…

— Чаю? — светски осведомился Снейп, испытывая острейший когнитивный диссонанс.

— С удовольствием, сэр! — хором сказали мальчишки, и он смог ретироваться.

А интересная ведь подобралась парочка! Хиггс — вроде бы тихоня на фоне шумного и нахального Поттера, но ведь это явно только видимость. Поттер «рассказывал ему все», догадки они строили вместе, так что не исключено — на Хиггсе как раз аналитическая часть работы. Гарри-то, усмехнулся Снейп, попроще, ему легче зарядить кому-то в глаз, чем долго вываживать упрямую рыбу.

Посиделки не задались. Хиггс испытывал явную неловкость в присутствии профессора, Поттер тоже начал нервничать (явно из-за приятеля), да и сам Снейп большого удовольствия в их компании не находил. Сперва все боялся оговориться на тему магии, потом вспомнил, что Хиггс о ней знает, и немного расслабился, но все же…

— Нам, пожалуй, пора, сэр, — к его большому облегчению сказал вдруг Гарри, глянув на часы. — Простите, что отняли у вас время. Мы… не подумали.

«Не подумал он! Пироги, прочее…»

— Предки, наверно, уже домой отвалили, — сказал Терри негромко.

— И как же вы доберетесь? — спросил Снейп.

— Да на автобусе, как еще?

— Поттер! Если вы намерены катать на «Ночном рыцаре» маггла…

— Сэр, какой «Ночной рыцарь»? Обычный рейсовый автобус, за пару часов доберемся!

— Хорошо… — мрачно ответил он. Одичал совсем в этом Хогвартсе! — Будьте осторожнее.

— Спасибо, сэр! — разулыбался Поттер. Хиггс смотрел спокойно, прямо, изучающе. Такие взгляды Снейп особенно не любил. — Еще раз простите за беспокойство, но я…

Он осекся.

«Я соскучился», — ясно читалось в его взгляде. Следующий учебный год обещал быть крайне интересным!

— Идите, уже темнеет! — профессор вытолкал мальчишек на улицу, запер дверь, вернулся в гостиную, сел в кресло…

В чашках стыл недопитый чай. На невесть из чего трансфигурированном блюде громоздились пирожки с мясом и куски яблочного пирога. Рядом лежали яблоки и апельсины, которые без счета истребляли гости. Тишина пустого дома сперва накрыла ватным одеялом, потом прорвалась потрескиванием балок и половиц, стоном труб отопления…

— К черту! — сказал Снейп и взял еще один пирожок.

…-Что скажешь? — спросил Гарри после долгого молчания.

Рейсовый автобус мчал их домой. Дома ждал нагоняй, но это никого не волновало.

— Скажу… — Терри осторожно подбирал слова. — Мне показалось, он очень одинокий человек.

— М-м?

— Ты свой дом или наш вспомни. Где женщины хозяйничают. Понял? А там если и бывает кто, то так… мимоходом. У него чисто, в общем, но ты говорил, это заклинаниями можно сделать… А так — бардак. Сам знает, где что лежит, и ему довольно. — Терри вздохнул. — И еще он страшно перепугался, когда мы пришли.

— Чего-о?! — подскочил Гарри.

— Он не знал, что с нами делать, — пояснил тот. — Как себя вести. В школе-то, наверно, проще — препод и все, а вот так…

— Точно… — сообразил Поттер. — Я его таким нервным только раз видел, но там причина была серьезная, я тебе говорил.

— Ага.

— Мы вторглись на его территорию, — совершенно серьезно сказал Хиггс. — Зря или нет, не знаю. Но уж ревновать тебя к нему я больше точно не буду!

— И на том спасибо!

— Ты не понял, Гарри, — тихо сказал Терри. — Ты ему в глаза смотрел когда-нибудь?

— Да, было как-то раз… — вздрогнул тот.

— Посмотри еще. Когда он на тебя глядит, там прямо смертная тоска… Он знает что-то о тебе, а сказать не может или права не имеет, откуда я знаю, какие у вас там клятвы? В общем… — Терри уставился на свои руки, — дальше тебе самому разбираться. Непохоже, что это вина перед твоей мамой или что-то вроде. Это хуже.

— Ты жуткие какие-то вещи говоришь, дружище…

— А кто тебе сказал, что они не должны быть жуткими? Ты хотел познакомить меня с профессором, и познакомил. Я сделал выводы, и я не виноват, что они такие вот… Может, я ошибаюсь!

— Ты сроду не ошибался, — буркнул Гарри. — Ладно, я буду думать и смотреть по ситуации… Слушай, ангел-хранитель, а как ты смотришь на то, чтобы пройтись со мной за покупками к школе?

— В этот ваш волшебный квартал? — глаза Терри разгорелись.

— Ну!

— А можно?

— Устроим! — Гарри усмехнулся особенно мерзко. — Все устроим… Знаешь, я иногда думаю: жалко, что ты не волшебник, вдвоем нам было бы легче. А потом: хорошо, что ты обычный человек, в этом долбаном магическом мире жить невероятно тяжело!

— Наша остановка, — сказал Терри. — Пошли… великий маг!

— Терри… — сказал тот, притормозив на выходе. — Мне надо будет еще разок скататься кое-куда. Прикроешь?

— Конечно. К профессору?

— Ага… Есть одна идея. Пошли, по пути расскажу!

10

— Только не это! — сказал Снейп, открыв дверь на настойчивый стук.

— Доброе утро, сэр! — радостно сказал Поттер, наряженный почему-то в мантию. — Можно войти?

— Если я скажу «нет», вы проберетесь через каминную трубу, сделаете подкоп или просочитесь через канализацию, — огрызнулся тот. — Входите. Вы один?

— Сегодня да, — лаконично ответил Гарри. — Разрешите попросить вас о помощи в одном деликатном деле, сэр! Это касается волшебного мира, если что.

— Почему именно меня?

— Потому что некого больше, сэр, — сказал тот.

— У вас есть декан, дождитесь начала учебного года и…

— Но она не в курсе моих дел, сэр. Вообще. И ждать некогда.

— Обратитесь к директору.

— Не хочу, — ответил Поттер настолько мрачно, что Снейп невольно взглянул на него. — Я не желаю, чтобы он знал об этом.

— Вот как, мистер Поттер? — хмыкнул профессор. — Тайны от директора? А если я немедленно пойду и доложу ему?

— Так вы же еще не знаете сути дела, сэр! — не менее гадко ухмыльнулся Гарри. — О чем же вы будете докладывать?

— О вашей вопиющей наглости, — буркнул тот. — Выкладывайте уже ваше дело, или мне до ночи тут с вами сидеть прикажете?

Поттер помолчал.

— Мне срочно нужно в «Гринготтс», — сказал он серьезно. — В ближайшее отделение.

Снейп подавился словами.

— Зачем, позвольте узнать?

— Деньги нужны, — с чарующей простотой ответил мальчик. — Позарез!

— Не лгите мне, Поттер! — рявкнул Снейп. — Зачем вам в «Гринготтс»?

— Хочу получить то, что мне причитается по наследству, — сказал тот уже серьезно. — Сейчас этим распоряжается кое-кто другой, а мне это не нравится.

— А вы, конечно, управитесь с состоянием лучше взрослого?

— А зачем мне с ним управляться? Пусть себе лежит, проценты наращивает, а мне надо-то десяток фунтов на мелкие развлечения…

— Поттер, прекратите корчить из себя идиота! — вышел из себя профессор. — Вы явно что-то задумали!

— Да, — честно ответил Гарри. — Но что именно, пока не скажу. Одно могу сказать — для многих это будет неприятный сюрприз. Одна проблема, сэр, мне на каникулах не добраться до волшебного мира, а во время учебного года — не выбраться из Хогвартса. Давайте заключим сделку!

— Какую еще сделку?.. — простонал Снейп.

— Я вам покажу, где тот большой магазин, в котором я книжки заказывал, а вы меня проводите до «Гринготтс» а. А там хоть за спиной стойте, это мне без разницы!

— Вы ужасны, Поттер…

— Я знаю, мне это с детства твердят. Я не мог не оправдать ожиданий тети Туни! Ну так что скажете? — Гарри сдвинул очки на кончик носа и посмотрел на Снейпа зелеными глазами. А перед этим взглядом тот устоять не мог, чем мелкий паршивец и пользовался.

— По рукам, — хмуро ответил профессор. — Только я буду при вас постоянно. Я за вас отвечаю… гхм…

— Да без проблем, я же сказал, сэр! Но у меня одно ма-а-аленькое условие…

— Начинается… Что еще, Поттер?!

— Можно нам захватить с собой моего друга?

— Этого маггла, конечно? Как его? Джерри?

— Терри! Мы ведь выросли вместе, а еще у него отец работает в банке, и ему до смерти интересно увидеть, как это все у гоблинов устроено… — Гарри помолчал и добавил серьезно: — Память ему стирать не нужно. Он умеет помалкивать. Да и кто ему поверит, даже если он что-то ляпнет?

— Мерлиновы… Мерлинова борода! — вовремя опомнился Снейп. — Ладно! Если только гоблины пустят к себе маггла…

— А кто им скажет, что это маггл? — хмыкнул Поттер.

— Когда? — сквозь зубы спросил профессор. Ох, будет ему нагоняй от директора, но… Первый раз, что ли?

— «Гринготтс» до которого часу работает? — деловито спросил мальчишка.

— Круглосуточно.

— Тогда хоть сейчас!

— Причешитесь, Поттер, — брезгливо сказал Снейп. — Приведите себя в порядок. Я надеюсь, у вас есть приличная мантия, а не это убожество?

— Есть, конечно, только зачем ее пачкать? — пожал плечами Гарри. — Я все равно всегда рукава закатываю, чтобы не заляпать, так без разницы, короткие они или нет! Прошлогодняя сойдет!

— Наденьте новую. И вниз что-нибудь… — профессор выразительно глянул на обтрепанные обшлага джинсов и раздолбанные кроссовки с разноцветными шнурками, торчащие из-под слишком короткой мантии. — У вас вообще нормальная одежда есть?

— Ага, тетя Туни зачем-то купила мне приличный костюм, и если я в него влезу, то надену… — Гарри посмотрел на собственные мосластые длинные руки.

— А по трансфигурации у вас что, мистер Поттер? — ядовито спросил Снейп.

— Удовлетворительно, — буркнул тот. — Да и все равно этой вашей палкой-копалкой я ничего толкового не наколдую… Кстати, это вам.

— Вы издеваетесь?!

На столе появился флакон с изображением лошади.

— Нет. Это от подруги моего друга, она конным спортом занимается. Понимаете, лошадей нельзя химией мыть, так что у них шампуни и бальзамы исключительно натуральные. Я и подумал, вдруг вам тоже подойдет… — Гарри втянул голову в плечи. — Ну или вы там проанализируете состав, тоже ведь интересно!

— Очень интересно! — процедил профессор. — Вон отсюда! Завтра ровно в девять я за вами прибуду.

«Нет, он точно издевается, — подумал он, когда Поттер испарился, и перевел взгляд на флакон. — А любопытно, правда, что там такое?..»

* * *

Без пяти девять Гарри, наряженный в лучшую мантию, в начищенных ботинках топтался у калитки, полный мрачных предчувствий. Наверно, лошадиный шампунь был все-таки перебором… или нет? Рядом стоял Терри, абсолютно спокойный и довольно забавно выглядевший в прошлогодней мантии Гарри.

— Вы готовы, мистер Поттер? — мрачно спросил Снейп, появившись из ниоткуда. — Редкая пунктуальность…

— Доброе утро, сэр! — вразнобой произнесли оба.

— Руку, — скомандовал тот Гарри. — Готовы? Мистер Хиггс, учтите, аппарация, особенно первая, особенно для маггла — вещь крайне неприятная. Вы завтракали?

— А как же! — жизнерадостно ответил Терри, блеснув голубыми глазами.

Снейп в ответ так же радостно блеснул глазами черными.

— Ну что ж… — протянул он, и все заверте…

…-Мерзость какая! — сказал Гарри, отдышавшись. — Хорошо, что я ничего не ел!

— Предусмотрительно.

— Я не успел просто… Это всегда так гадко, сэр?

— В первый раз — да.

— Ух ты, прямо как на американских горках! — выдохнул Терри. Гарри покосился на него с укоризной. Снейп просто покачал головой.

— Вот вам «Гринготтс», — сказал он. — Идите, делайте, что собирались, я намерен просто присутствовать.

У Терри снова разгорелись глаза…

…-Чего желают господа? — проскрипел гоблин в дорогом наряде.

— Добрый день, уважаемый, — поклонился Гарри, почти сутки выискивавший в учебниках сведения о том, что допустимо людям среди гоблинов, что считается невежеством и неуважением, а что — оскорблением. Терри последовал его примеру, Снейп ограничился кивком. — Подскажите, сделайте милость, к кому я могу обратиться, дабы засвидетельствовать право владения своим наследством?

Гоблин покряхтел, решил, что урона его чести не нанесено, и ответил вполне мирно:

— Подойдите вон к тому сотруднику в зеленом костюме, это по его части.

— Премного благодарны, — учтиво сказал Гарри и отправился по указанному адресу. Там ритуал повторился, только на этот раз гоблин потребовал полное имя претендента.

— Гарольд Джеймс Поттер, — четко ответил мальчик.

Гоблин зарылся в огромную книгу, быстро вынырнул оттуда и произнес:

— Однако, мистер Поттер, вы несовершеннолетний, вашими средствами ведает ваш магический опекун.

— А могу я узнать его имя, уважаемый? — спросил Гарри, хотя знал и так.

— Разумеется. Альбус Дамблдор, весьма почтенный волшебник… — Судя по физиономии гоблина, он мог еще что-то прибавить, но не стал.

— Скажите, уважаемый, а мог бы я отказаться от этого опекунства?

— Могли бы, мистер Поттер, — тут же сказал гоблин. — У вас ведь имеется крестный, и первое право распоряжаться вашими деньгами — у него.

— Крестный?.. — Гарри ошалело взглянул сперва на Терри, потом на Снейпа. Последний сделал вид, будто дело его не касается.

— Точно так, мистер Поттер, крестный. Сириус Орион Блэк, но, поскольку сейчас он находится в Азкабане, то делами вашими занялся означенный волшебник.

— Хорошо! — Гарри кое-как переварил новость о крестном (а Снейп мог бы и сказать, гад!) и взял себя в руки. — Повторюсь, уважаемый, я могу отказаться от опекунства Альбуса Дамблдора? Я понимаю еще, крестный, но ведь этот-то мне не родственник!

— Вопрос, конечно, интересный… — гоблин пожевал нижнюю губу. — Повторюсь — можете.

Он дождался, пока Гарри и Терри обменяются торжествующими взглядами и добавил:

— Но только если опеку над вами примет взрослый дееспособный волшебник, а вы ее признаете.

— Любой взрослый волшебник?

— Точно так.

Гарри посмотрел на Снейпа. Он упрямо смотрел в сторону.

— Профессор… — тихо позвал тот. — Может, вы?.. Я никого приличного больше не знаю!

— Нет, — резко бросил тот. — Я не имею права.

Терри, почесав в затылке, вдруг вступил в разговор, нарушив все правила приличия.

— Уважаемый гоблин, — сказал он, — простите, если я веду себя невежливо, но я вырос среди магглов и совсем не знаю ваших обычаев…

Гоблин крякнул, нахмурился, но смолчал.

— Я только хотел спросить: а опекуном обязательно должен быть волшебник?

— Да, — отрезал гоблин.

— Вот черт, у вас так интересно, папа бы руку отдал, чтобы с вашей системой ознакомиться… — уныло сказал Терри.

— Я знал, что ты меня ценишь, — буркнул Гарри, тоже почесал в затылке и предпринял еще одну атаку: — А если я откажусь от одной опеки, а никакой другой не признаю?

— Тогда ваши дела перейдут в ведение банка, — во все зубы ухмыльнулся гоблин.

— И что будет?

— Вы по-прежнему не сможете тратить основной капитал, банк распорядится им по своему усмотрению…

— Пустит в рост, — шепнул Терри. — Деньги не должны лежать мертвым грузом!

— Вижу, молодой человек кое-что смыслит, — фыркнул гоблин. — Верно, мы пустим средства в оборот, и уж будьте уверены, процент вы получите приличный. Вам будет выделено ежемесячное содержание в размере не менее… — тут он полистал свой талмуд, — не менее двухсот галлеонов. Если вам понадобится большая сумма, вы должны лично явиться в отделение «Гринготтс» и в письменной форме изложить, для какой цели вам потребовались такие средства.

— Постойте, — поднял руку Гарри. — То есть если я захочу подарить своему дяде-магглу новую машину, я смогу это сделать?

— Да, только вы должны подробно описать, какую именно, а наши эксперты сравнят предложения на маггловском рынке, чтобы узнать, не завышаете ли вы цену в целях личной выгоды, и после этого вынесут решение. Правда, если вы решите купить семье новый дом, процедура окажется куда сложнее…

— Дом нам не нужен, что вы, уважаемый, я для примера спросил! — вздохнул мальчик. — А если мне понадобятся средства на операцию?

— То же самое, — пожал плечами гоблин. — Только предупреждайте заранее. Крупные суммы сложно обменивать на эти маггловские фунты.

При слове «операция» Снейп дернулся и подозрительно посмотрел на Гарри. Поттер выглядел до неприличия здоровым.

— Просто очень хочется побыстрее избавиться от этого, — буркнул тот и щелкнул по оправе очков. Снейп все равно ничего не понял. — А когда я стану совершеннолетним…

— Сможете тратить все ваши деньги, как вам заблагорассудится.

Гарри обменялся взглядами с Терри и решительно сказал:

— Я согласен. Что нужно подписать?

— Сперва нужно пройти тест на наследство, — напомнил гоблин. — Каплю крови… О, ну конечно… Поздравляю, тест успешно пройден. Теперь заявление об отказе от опеки… Заявление о передаче активов под управление банка… Договор…

— Читай всё, — предупредил Терри, глядя через плечо Гарри. — Особенно мелкий шрифт. Папа предупреждал… Нифига себе проценты! Уважаемый! — он посмотрел на гоблина. — Уж извините, но это грабеж! Гарри еще двенадцати нет, а за пять лет вы на его капитале наварите такую сумму!..

— А вы сколько предлагаете, молодой человек? — оскалился гоблин.

Терри назвал цифру. Гоблин оскалился шире:

— Не смешите, кто в наше время работает за такой процент?

— За такие деньги, — напомнил Терри, набычившись, — которые вашему банку ничего не стоили! Они могут и дальше лежать себе да пылиться, подумаешь!

Последовала короткая торговля, за которой и Гарри, и Снейп наблюдали со все возрастающим изумлением. Трудно было ожидать от Терри таких талантов в его возрасте, и к этому же выводу явно пришел гоблин, когда они наконец договорились.

— Ваш отец явно знает толк в своем деле, — хмыкнул он

— Он больше двадцати лет служит в банке, уважаемый, — вздохнул Терри, достававший родителя всю неделю напролет. — И вырос в должности от простого клерка до заместителя управляющего.

— Изрядно для маггла, — кивнул тот довольно. — Все? Распишитесь здесь и здесь. И еще вот тут. И снова каплю крови, прошу… Поздравляю, мистер Поттер, вы можете пользоваться своим наследством, пусть и ограниченно, хе-хе…

— Еще, пожалуйста, заявление на предоставление вот этой суммы в фунтах, обоснование я сейчас напишу, — сказал Гарри. — Эх, а ведь Дамблдор наверняка узнает…

«Он меня убьет», — подумал Снейп, но не шелохнулся.

— Конечно, как только попробует взять что-то из вашего сейфа, — хихикнул гоблин. — Не беспокойтесь, доверенное нам мы храним надежно, мистер Поттер! Пишите заявление.

— Спасибо… — пробормотал тот, ставя очередную закорючку. — А как мне обменять галлеоны на фунты? И как мне получать деньги каждый месяц, если я не должен покидать Хогвартс, а… — тут он посмотрел на изображающего статую Снейпа, — меня вряд ли смогут сопровождать?

Тут последовал очередной яростный торг за зачарованный кошелек, в котором ежемесячно появлялась оговоренная сумма, а если вывернуть его наизнанку — менялась на фунты. Правда, при обратном выверте курс обмена мог оказаться немного другим, но тут уж гоблины разводили лапами, и даже Терри махнул рукой на незначительные потери.

— Неужели всё? — выдохнул Гарри, когда они вышли из банка. — Я себя чувствую выжатым лимоном!

— Ты б не отказался сожрать парочку, а? — толкнул его локтем Терри. — Круто, что ты меня взял! Во-первых, жутко интересно, во-вторых, ты бы прошляпил кучу всего… Я-то это… отец постоянно домой документы таскает, чтоб поработать на выходных, я давно знаю, что там к чему, а вы наивные такие! Но и правда — отмучились!

— Да? — произнес ледяной голос сверху, и оба, повернувшись, увидели профессора Снейпа. — Вы уверены? Я потерял в вашем проклятом банке несколько часов!

— Но кто же знал, что это будет так долго… — Гарри на всякий случай пригнулся.

— Так вот, — продолжил тем же тоном Снейп. — Мне, кажется, кто-то обещал показать большой книжный магазин?

— Да, сэр! — радостно отозвался тот. — Но нам надо выбраться в обычный Лондон. Вы… э-э-э… прямо так пойдете?

Вместо ответа профессор скинул мантию, оставшись в сюртуке, и перебросил ее через руку. Теперь она выглядела, как легкий летний плащ.

— Консервативненько, — оценил Гарри, тоже раздеваясь. — Мы теперь выглядим, как мормоны. Семейная группа.

— Угу, мормон выискался, — фыркнул Терри. — С таким причесоном!

— Вы закончили? — с бесконечным терпением осведомился Снейп. — Давайте руки. Лучше выбираться в обычный мир прямо отсюда.

— Ага, чтобы не светиться в «Дырявом котле», — кивнул Гарри. — Давай лапу, Терри…

…-Ну и куда дальше? — спросил профессор, когда они оказались на оживленной лондонской улице.

— Сейчас, сориентируюсь… — Гарри прищурился на указатели. — Так, нам надо в метро, две станции, да, Терри? И там немного пройтись придется.

К вящему его разочарованию, метро Снейпа не напугало и не удивило; впрочем, он все-таки вырос не в магическом мире, напомнил себе Гарри.

— Вот, — указал Терри на сверкающее окнами здание. — Нам туда.

— Ого… — сказал Гарри, вытаращившись на уходящие в бесконечность стеллажи. — Да тут заблудиться можно!

— Нет, тут указатели есть и схема, — усмехнулся его приятель. — Сэр, я думаю, вам нужен раздел на втором этаже. Вот, видите? Пятнадцатый зал, там фармацевтика, а рядом ботаника, зоология и все прочее…

— Благодарю, — обронил Снейп. — Так, а вы, молодые люди?

— А мы, если вы не против, вот сюда, — ткнул Гарри в схему. — Художественная литература. Фантастика всякая и прочее… А то в Хогвартсе ничего развлекательного не найдешь!

— Хорошо, — благосклонно кивнул профессор. — Только без меня отсюда уходить не вздумайте.

— Ни-ни, — пообещал тот. — Мы вас разыщем, когда себе чтива наберем!..

…-По-моему, — сказал Терри, когда они нашли Снейпа, — до закрытия мы его отсюда не вытащим.

Профессор уткнулся длинным носом в очередной толстенный том. С десяток таких же он с трудом удерживал на сгибе руки.

— Сэр, вот вам тележка, — сказал Гарри, отбирая у него книги. — Так удобнее, а то разроняете…

— Да-да, — отсутствующим голосом произнес Снейп, потом моргнул и посмотрел на приятелей. — Что-то я увлекся.

— Не то слово, — фыркнул тот.

Профессор перебрал книги, нахмурился, задумался, потом взглянул на него и неохотно произнес:

— Мне бы крайне не хотелось этого говорить, Поттер, но, боюсь, у меня не хватит наличности на всё это богатство…

— Не вопрос, сэр, — ответил Гарри, зажимая под мышкой несколько ярких томиков. — Только с одним условием!

— Каким еще условием?

— Пойдемте, перекусим, а? Я вообще-то даже не завтракал!

— Ага, а тут рядом «МакДональдс» открыли, — добавил Терри.

— Ладно, — ради книг Снейп готов был стерпеть даже маггловскую забегаловку. — Пойдемте.

Приятели обменялись торжествующими взглядами…

…-Вы хотите сказать, что все это в вас влезет? — поинтересовался профессор, окидывая взглядом заваленные снедью подносы.

— Ага! — радостно отозвались оба.

— М-м-м, чизбургер! — простонал Гарри, запуская зубы в подозрительного вида булку с котлетой.

— Картошечка… — вторил Терри, уписывая картошку-фри.

— Ко-о-ла! — продолжил Гарри и подсунул Снейпу стакан. — Попробуйте, сэр, мы для вас маленькую взяли.

— Спасибо, не стоит.

— Ну трудно вам, что ли? Честное слово, она не гаже сливочного пива!

— Бр-р… — произнес через секунду профессор. — Принесите потом образец, Поттер, мне интересно, какой именно химией вы травитесь!

— Непременно, сэр! Картошку будете?

— Нет, увольте. Лучше скажите, Поттер… — Снейп прищурился, — о какой операции шла речь?

— Это очень просто, сэр, — ответил тот серьезно. — Мне до смерти надоело носить очки. А у магглов теперь есть возможность восстановления зрения с помощью лазера. Раз — и готово. Я заранее прошел обследование, дело упиралось только в деньги, потому что это недешево… Вот. Ну а теперь всё, к первому сентября у меня будет орлиное зрение!

— Только очки тебе все равно придется носить, — заметил Терри. — Для конспирации.

— Угу, но если мне их вдруг разобьют, я хоть буду видеть, кому и куда врезать в ответ! — фыркнул Гарри.

— Это не опасно? — спросил профессор.

— Да нет. Только будут временные ограничения на силовые упражнения, — тут Гарри с тоской вздохнул, — и вообще физические нагрузки. Ну и читать поменьше нужно, конечно…

— Счастье-то какое! — не сдержался Снейп.

— Ага! — радостно ответил тот. — Можно будет заняться практикой, верно, сэр?

Терри не сдержался и захихикал.

— Вы чудовищны, Поттер, — печально сказал профессор. — Доели, наконец? Так идемте, мне еще нужно доставить вас домой!

— Ой… — сказал Гарри. — Мы лучше автобусом, сэр, а то, знаете, аппарация на полный желудок мне явно противопоказана!

— Хорошо, — кивнул тот. — В таком случае, я искренне рассчитываю до осени вас больше не увидеть.

— Как скажете, сэр! И спасибо за помощь!

— Не за что, Поттер, — мрачно ответил Снейп и испарился.

Гарри посмотрел на приятеля.

— Ну что?

— А что? Ты в самом деле хуже клеща, как вцепишься, так не оторвешь, — невозмутимо ответил тот, помахивая пакетом с книгами. — Но раз он согласился тебе помочь в таком деле… Учитывая, что директор узнает наверняка, и вам обоим влетит по самое не балуйся…

— Я всегда знал, что на самом деле он меня обожает, — расплылся в улыбке Гарри.

— Ну я бы так не сказал… Переживает, волнуется — это да, но периодически хочет убить.

— Это нормально, — хмыкнул тот. — Поехали домой, плодожорка!

— Поехали, пожиратель! Кстати, когда ты попросил дядю записать тебя на операцию, ты уже знал, что дело с гоблинами выгорит?

— Не-а, — лучезарно улыбнулся Гарри, вытащил из кармана апельсин и принялся его жевать. — Я только надеялся. Ну а на крайний случай… Занял бы денег у вас. Неужто б не дали?

— Тебя бы тетя потом убила.

— Так то потом! О, вон наш автобус! Побежали!

* * *

— Гарри, Гарри, тут я! — помахал громадной ручищей Хагрид.

— Привет! — махнул тот в ответ. — Ну что, пошли за покупками? У нас прямо традиция уже: каждый август ты ведешь меня на Диагон-аллею…

— Ну дык… все заняты, а мне в радость, — улыбнулся тот.

— Хагрид, а можно моего друга захватить? — заглянул ему в глаза Гарри.

— Какого еще друга?

— Ну старого друга, мы с детства вместе!

— Так он же, наверно, маггл? — страшным шепотом спросил Хагрид, наклонившись пониже.

— Ага. Только ты не беспокойся, он о нас все знает, я рассказывал, — огорошил его Гарри. — И я ему пишу постоянно. Ужасно ему охота посмотреть, как волшебники живут! Ну жалко тебе, что ли?

— А директор? Директор знает?

— А зачем ему такая чепуха?

— Так я все равно скажу, — потряс своим зонтиком Хагрид и нахмурился. — Не дело это, магглов к нам водить!

— Да говори, подумаешь, — пожал плечами Гарри. — А что такого-то? Вон родители Грейнджер с ней ходят, а моему другу нельзя, значит? Я что, хуже этой лохматой?!

— Ну, то родители… — чуточку смешался лесник, почесал в бороде, потом махнул громадной ручищей. — Ладно! Зови своего друга! Только это…

— Я ему свою мантию дал, никто ничего и не заметит, — предвосхитил вопрос мальчик. — Терри! Терри! Бегом!

— А я тут уже, я за калиткой стоял, — хмыкнул его приятель, выходя на улицу. — Здравствуйте, мистер Хагрид, я много о вас слышал. Меня зовут Теренс, можно просто Терри.

— Ой, ну да какой я мистер, — засмущался гигант, — просто Хагрид. Пошли, ребятишки… Гарри, деньги у тебя есть? А то Дамблдор вот передал для тебя…

— У меня есть, но маловато, так что спасибо директору, — ласково улыбнулся Гарри, переглянувшись с приятелем. Судя по всему, Дамблдор еще не совался в сейф. А если сунулся, получил отлуп, и теперь намекал на это таким тонким способом… то отказываться от денег Гарри все равно не собирался, пускай у него и своих хватало. — Давай руку, Терри. Сейчас будет весело…

Аппарировать Гарри ненавидел, а вот для Терри это почему-то проходило безо всяких последствий. Может, именно потому, что магом он не был.

— Хагрид, я за учебниками! — крикнул Гарри.

— Ага, иди, а я пока стаканчик во-он там пропущу! — привычно ответил тот и удалился вразвалочку.

— Ну до чего колоритный дядька! — восторженно прошептал Терри. — А вокруг вообще красота!

— А ты бы хотел жить в таком дурдоме?

— Нет. Но поглазеть-то можно? Кстати, ты как вообще?

— Прекрасно. Я, блин, впервые за всю жизнь вижу мир нормально! — блаженно улыбнулся Гарри. — Ну через очки, конечно, но тебе не понять, что это такое, когда их можно в любой момент снять и продолжать видеть!

— Да ты вообще сияешь, — хмыкнул Терри. — Хорошо, что все удалось… Ладно, что дальше? Где тут у вас учебники продают?

— Пошли, нам во-он туда. И мы, похоже, вовремя, слышишь, там, кажется, драка!

— В книжном?!

Поттер потащил за собой приятеля, и явились они в самый подходящий момент: величественный блондин в дорогой мантии сшиб стеллаж, получив в глаз от лысеющего рыжего джентльмена, у которого, впрочем, имелась похожая отметина. Кроме того, тут же толпилась масса народу, щелкали колдоаппараты, а на помосте кто-то выступал.

— Это мы удачно зашли, — сказал Гарри, сориентировавшись.

— Белобрысый дядька что-то сунул в книжку, которая во-он в том котле лежит, — сказал наблюдательный Терри.

— Интересненько… Добудешь? А я пока внимание отвлеку!

С этими словами он кинулся поднимать блондина, которого отлично узнал по описанию.

— Лорд Малфой, с вами все в порядке? — с тревогой спросил он, протягивая тому руку.

— Благодарю, вполне, — ответил тот, вгляделся в визави и, прищурившись, спросил: — Вы Поттер?

— Точно так, сэр, — учтиво наклонил голову Гарри.

— Хм… — Тот выпрямился, отряхнул мантию, откинул за спину длинную платиновую гриву и смерил Поттера взглядом. — А вы весьма учтивый молодой человек, хочу отметить… для того, кто вырос среди магглов!

— За это следует поблагодарить вас, сэр, ведь это вы позволили сыну одолжить мне книги из вашей бесподобной библиотеки! — выдал Гарри. — Боюсь, я еще далеко не соответствую образу достойного наследника древнего рода, но я стараюсь изо всех сил!

— И это заметно, — благосклонно кивнул Малфой и покосился на рыжего противника, Уизли, конечно, возле которого толпилось все семейство. Рон взглянул на Гарри с откровенной ненавистью.

— Я думаю, лучше уйти отсюда, сэр, — негромко сказал Поттер. — Тут полно репортеришек, а у вас, уж извините, великолепный бланш под глазом…

— У Уизли куда красивее, — довольно улыбнулся Малфой, осторожно потрогав глаз.

— Вот ваша трость, сэр, вы уронили, — подал тяжеленную вещь Гарри. Ему было смешно до колик, но он старательно играл роль пай-мальчика.

— Благодарю.

— Надо было его по лбу набалдашником садануть, всего и дел, — не удержался Поттер. — Не хуже кастета…

Малфой ухмыльнулся.

«Поттер? Гарри Поттер?» — зашелестело вдруг вокруг. Гарри скривился, как от зубной боли.

— Гарри?! — послышался вдруг пронзительный женский голос. — Это же наш Гарри! Мальчик мой! Иди же сюда!

Тот на всякий случай спрятался за внушительным Малфоем: обниматься с мамашей Рона ему совершенно не хотелось.

— Молли Уизли, — поморщился Малфой. — Вы правы, юноша, лучше покинуть это заведение.

Гарри перехватил взгляд Терри. Тот подмигнул, мол, все сделано в лучшем виде, и кивнул на выход.

— Да, сэр, тут ужасно шумно, — сказал Поттер, выходя вслед за Малфоем на улицу. — Простите, а вы не знаете, случайно, что это за… — тут он чуть не ляпнул «белобрысый», но вовремя поправился: — златокудрый тип там, на помосте?

— Это ваш новый преподаватель защиты, — сладко улыбнулся Малфой. — Разве вы еще не купили его учебники?

— Нет, — твердо сказал Гарри. — И теперь уж точно не намерен зря тратить деньги.

— Вот как?..

— Увы, сэр… Выходит, что в этом году на защиту снова можно не ходить… — Он печально вздохнул. — Просто ужасно, насколько некачественное образование нам предлагают! Я-то рассчитывал совсем на иное!

— Да, я кое о чем слышал от Драко, — задумчиво произнес Малфой. — Однако мне пора. Думаю, мы еще побеседуем… в более располагающей обстановке.

— С большим удовольствием, сэр, — коротко поклонился Гарри, глядя вслед величественно удаляющемуся лорду.

— Ну и павлин, — прошептал подкравшийся сзади Терри.

— Ага. Его сынок хвастался, что у них в поместье белые павлины живут. Один в один, а?

И подростки заржали на всю улицу.

— А, вот вы где! — к ним спешил Хагрид, благоухая чем-то спиртным. — Ну чего, купили книжки-то?

— Нет, там какая-то презентация, — ответил Гарри, — к прилавку не пробиться. Ну их, потом закажу. Пойдем дальше, мне еще куча всего нужна…

* * *

— Ну и как тебе Диагон-аллея в целом? — спросил Гарри, плюхаясь на матрац.

— Забавно, — фыркнул Терри, грызя яблоко. — Знаешь, напоминает аттракцион. Вот твой профессор — настоящий, я его как-то с трудом могу представить в этой обстановке, а Малфой хорошо вписывается. Да и прочие… Слушай, то белокурое чудо что, правда ваш новый преподаватель?

— Выходит, так, с чего бы Малфою врать? Дурдом, каждый год новые, и один чуднее другого! Интересно, кстати, куда Квиррелл подевался, — задумался Гарри. — Протух, что ли?

— Это тот, с чесноком и в тюрбане?

— Ага…

— Может, спятил просто… — пожал плечами Терри. — Да ну их!

— Угу. Уезжать скоро, а неохота, — вздохнул Гарри и сел, обхватив колени руками.

— Так-таки и неохота?

— Ну… не провоцируй, плодожорка! — рассердился тот. — Видишь же, что происходит! И что мне, разорваться?

— Прежде, чем разрываться, — рассудительно произнес Терри, — придумай, как будешь перед директором оправдываться!

— А чего я должен оправдываться? Мое наследство или не мое?

— Хорошо, выкручиваться! Ты же не захочешь Снейпа светить?

— Да он сам сознается, — буркнул Гарри. — Не знаю, что такого на него у директора есть, ну, кроме его пожирательства, хотя об этом многие знают, я уж выяснил… В общем, Снейп хоть зубами и скрипит, но обо всем докладывает… Ой, черт!

— Чего?

— Да я дурак! Надо было попросить гоблинов, чтоб те не говорили, кто мне помог до банка добраться. Или вообще сказали, что… ну давай, Терри, ты лучше умеешь!

— М-м-м… сейчас. — Терри прошлепал босиком по полу, свесился через перила и гаркнул: — Па-ап!

— Чего?! — раздалось в ответ.

— Пап, если несовершеннолетнему оставили в наследство кучу денег, а опекун нифига не делает, только тратит их, а мелкому вообще ничего не дает, даже на мороженое, как сформулировать отказ в опекунстве? Только доступными словами скажи!

— Неэффективное или нецелевое расходование средств подопечного, — ответил мистер Хиггс. — Ущемление прав подопечного. Это если совсем просто.

— Пап, а банк ведь может после того, как опекуна отстранят от дел, не раскрывать, кто теперь занимается делами несовершеннолетнего?

— Теоретически может. А тебе зачем?

— Я книжку читал, а тут такая вот история, я и хотел уточнить, правда это или нет! Спасибо, пап! — Терри вернулся в комнату. — Слышал?

— Вот это класс, — кивнул Гарри, гадко улыбаясь. — Давай-ка накатаем письмо, а я, как только приеду в Хогвартс, тут же пошлю в «Гринготтс» сову. Думаю, гоблины не откажутся посодействовать… А если директор сунется, они ему вот все это самое так выдадут, что он полдня икать будет!

— Напишем, не проблема, — кивнул тот. — Папа проверит, если что. Кстати, держи добычу-то…

— Ну и что это такое? — встрепенулся Гарри.

— Да просто тетрадка, — Терри отдал ему трофей. — А ты почему вдруг на этих дядек залип?

— Сперва я просто шум услышал, потом Малфоя узнал. Потом догадался, что рыжий — это Уизли, ну, там Рон рядом топтался.

— И что с того?

— Слушай, ну ты вот прикинь, если какой-нибудь важный министр при куче репортеров возьмет и зарядит в нос простому клерку, это как понимать?

— Либо под кайфом был, либо… — почесал макушку Терри.

— Вот именно, что «либо»! Это же Малфой, он ничего просто так не делает, и не стал бы оскорблять Уизли без причины. Ну, сказал бы мимоходом гадость, но чтобы драться! Нет, такого я не могу представить… — Гарри разглядывал тетрадку.

Потом взял ручку и чиркнул на полях. Пометка тут же исчезла.

— Круто! — сказал Терри.

Гарри накарябал неприличное слово. Слово исчезло.

«Сам такой!» — отозвалась тетрадка.

— Так… — неприятным тоном произнес Поттер. — Это явно нехорошая вещь, читали, ага… Терри, тебе к ней лучше больше не прикасаться, уж прости. Я ее только профессору отдам.

— Не вопрос, — пожал тот плечами. — За экскурсию в ваш дурдом готов поступиться лаврами и все такое… Кстати, рыжая девчонка на тебя явно глаз положила!

— Опять Уизли! — простонал Гарри. — Господи, надеюсь, она последняя в этом семействе!

— Ты найди девочку у себя, — посоветовал Терри, — чтобы не приставали. Такую, знаешь… с которой можно нормально поговорить, но которая не лезет особо. Можно даже не особо красивую, это сейчас без разницы.

— Я на первом курсе посмотрю, — кивнул тот. — На моем нет таких. Разве что Ханна, но после того розыгрыша… Извиниться, нет?

— Не надо. А то она тебе морду набьет и будет права… А теперь давай письмо гоблинам писать!

* * *

Стук в дверь раздался неожиданно.

— Добрый вечер, сэр! У меня к вам вопрос, можно?

— Мерлин милосердный, опять вы! — Снейп выдохнул с облегчением. Поттера почему-то не было на поезде, на «Ночном рыцаре» он тоже не приехал, и только потом выяснилось, что мальчишка, отчего-то не сумев пройти на платформу, плюнул, сел на обычный маггловский поезд, потом прокатился автостопом, а уж от Хогсмида шел пешком. Причины сбоя еще предстояло выяснить, но, главное, Поттер был жив и здоров. — Чего вам еще? Я от вас поседею скоро…

— Что это такое? — тот сунул профессору на стол тетрадку.

— Вы где ее взяли?.. — выговорил тот спустя несколько минут, и тут же получил красочную историю изъятия тетрадки из учебника младшей Уизли со всеми обоснованиями. — Поттер, вы что-нибудь делали с ним?

— Я написал там неприличное слово, — смущенно ответил тот, повесив голову.

Снейп отметил, что стекла в очках теперь простые, без диоптрий, и невольно обрадовался. Впрочем, он тут же снова разозлился:

— А дальше?

— Появился ответ, мол, «сам такой», и я решил, что лучше показать такую штуку вам, чтоб вы решили, что с ней дальше делать, — честно сказал Поттер.

— Ваше счастье… — Снейп потер переносицу. — А ну, уберитесь с глаз, у вас нырок под стол хорошо получается!

— Момент…

Снейп тем временем подошел к камину.

— Люциус, друг мой, можно тебя на минуту? — протянул он.

— Что такое? — почти сразу отозвался тот.

— Это я хочу спросить, что это такое?! — рявкнул Снейп, потрясая тетрадкой. — Ты сдурел, Люциус, что ли?! Темномагические артефакты в школе! Какого хрена тебя дернуло подсовывать его той дуре?!

Красивое лицо Малфоя в пламени исказилось страхом.

— А… ты где взял?..

— Изъял! — рявкнул Снейп. — Думаешь, защита школы пропустит подобное? Люциус, не темни, говори, зачем это тебе!

Скорчившийся под столом Гарри и половины не понял из взаимных претензий Снейпа и Малфоя, но убедился, что тетрадку подкинули младшей Уизли не просто так. Когда ему разрешили выбраться, он осмелился спросить:

— А с этим что теперь, сэр?

— Пока ничего, — мрачно ответил Снейп. — Идите к себе. И…

Гарри обернулся.

— Спасибо, что предупредили, Поттер, — негромко сказал тот.

— Да за мной не заржавеет, сэр! А можно вопрос?

— Ну?

— Почему я не смог пройти на платформу? Все проскочили, а у меня вот шишка… — Гарри потрогал лоб. — Мало мне шрама! Я дальше и пытаться не стал, решил, так доеду.

— Не знаю, — покачал тот головой. — А больше ничего странного не происходило, Поттер?

— Было дело, — охотно ответил тот. — Дядя Вернон пригласил к нам какого-то своего важного партнера, нас с Дадли выпер на улицу, чтобы не мешались под ногами. Я, понятно, пошел к Терри, мы с ним телик смотрели, это миссис Хиггс может подтвердить, она нам все время то бутерброды, то сок приносила. Где был Дадли, не знаю, наверно, со своими дружками шатался… Короче, там торт то ли взорвался, то ли свалился на этого партнера. Крику на всю улицу! Но меня даже близко не было, — повторил он. — Дядя с тетей меня и не обвиняли, но вот ковер пришлось драить, это да…

— И чем закончилось дело?

— Да ничем… Гостей отчистили, умыли, обругали кондитера, да и все. Даже вроде какую-то бумагу подписали, я не вникал, чего там дяде надо было, — пожал плечами Поттер. — Только тетя мне сказала, что если еще раз увидит такую тварь, то я об этом пожалею!

— Какую тварь?

— Глазищи — во! Уши — во! — показал тот. — И в какой-то грязной тряпке типа наволочки.

— Домовика, что ли? — ожил профессор. — Откуда он у вас там взялся?

— Я почем знаю, сэр? — пожал плечами Поттер. — Но этот говнюк норовил меня подставить! И что такое домовики?

— Не ругайтесь у меня в кабинете, — машинально сказал Снейп. — Домовики — это домовые эльфы, почитайте о них. В знатных семьях их много, да и в школе порядочно, иначе кто бы за вами прибирал?

— А мистер Филч тогда зачем? — живо спросил Гарри.

— У меня не найдется столько лабораторной посуды для чистки, — мрачно ответил тот. — А некоторым полезно поскрести пол руками!

— А, ну я так и думал, — ответил Гарри и хотел было умчаться, но затормозил на полушаге. — Сэр! Я как приехал, сразу написал гоблинам, они уже ответили…

— Что вы им написали?

— Вот копия, — тот сунул профессору тетрадный листок. — А вас там вообще не было! И меня, кстати, тоже. Они прикольные ребята, кстати, и очень заинтересовались мистером Хиггсом, пусть он и маггл!

— О Мерлин великий…

— А что такого? Хорошие специалисты всем нужны, так что… — Гарри вздохнул. — Я им дал адрес мистера Хиггса, сами пусть договариваются. Сэр, вам нехорошо, сэр?..

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Я был прав, та тетрадочка — гадость неимоверная, сам-знаешь-кто в лице переменился, когда ее увидел. Правда, так и не рассказал, что это и зачем Павлин подсунул ее Рыжей, но орали они друг на друга знатно!

С нашими зубастыми друзьями я вроде договорился, но пришлось сдать твоего отца. Так что не пугайся нашествия сов, ха-ха! Ну, может, они что другое придумают, не такое приметное. Ты же сам говорил, что твоему отцу было бы страшно интересно познакомиться с этой системой… Правда, сам-знаешь-кто чуть мимо кресла не сел, когда об этом услышал, но я ведь должен был его предупредить, чтобы не спалился!

Жду не дождусь, когда директор попытается запустить загребущие ручонки в мою сокровищницу. Жалко, капканы там не предусмотрены…

Еще — тут, оказывается, есть эльфы, да не как у Толкина, а мелкие такие, страшные, один пытался меня не пустить на платформу. Потом явился, начал ныть чего-то — ух, как я ему зарядил с ноги!

П.С. Вот фотки первого курса, глянь на девчонок.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

За твои фокусы тебя убить мало! Когда папа первый раз получил письмо с совой, его чуть удар не хватил, а мама так вообще в обморок упала. Пришлось кое-что им рассказать, помочь, и теперь письма приходят нормальной почтой. Правда, как-то странно, похоже, появляются сами собой в ящике, ни марок, ни штемпеля нет. Ну так магия же! Папа в полном восторге, чертит какие-то схемы, исписал уже горы бумаги… Кажется, они нашли друг друга. Ну, если ты от этого выгадаешь, так я только за. Как директор проявится, дай знать, мне тоже интересно!

Насчет тетрадки — лучше не лезь. Подозреваю, это как в прошлом году, помнишь, когда тебя куда-то пихали, а ты не шел. Может, Рыжая должна была тебя как-то спровоцировать… Забей на это, и все.

Насчет эльфа… Пожиратель, ты бы хотя бы узнал сначала, зачем ему это было надо! А то сразу с ноги…

П.С. Посмотрел фотки. Рыжая, я так понимаю, отпадает сразу… А вот блондинка с задумчивым взглядом и в каких-то странных бусах — это кто?»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Ну извини уж, иначе никак нельзя было. Но раз твой отец доволен, я рад! Кстати, наши зубастые друзья увеличили мне ежемесячные выплаты в полтора раза. Я так подозреваю, что это как раз твой отец и постарался, спасибо ему огромное! Деньги пригодятся: тут их тратить не на что, правда, но мало ли, запас карман не тянет…

Кстати, я вот о чем подумал: когда директор узнает о моих похождения, черта с два я смогу отправить сову! Просить сам-знаешь-кого — не вариант. Ну, раз-другой прокатит, но не постоянно же, его первым и засекут. Попроси отца узнать у работодателей, как они с ним связываются и можно ли так же писать мне. Криво сказал, но ты меня понял, да?

Лезть никуда не собираюсь, мне жизнь дорога.

Отловил домовика. Вернее, позвал здешних и спросил, нет ли тут чужака. Чужака разом нашли и притащили ко мне за уши. Зачем он мне гадил, пока не сознается, но их старшие пообещали, что выяснят все от и до.

П.С. Рыжая — никогда!!! Она на меня смотрит, как поклонницы на Элвиса Пресли или на „Битлз“, только что на сувениры разорвать не норовит. А блондинку зовут Луна, она с Рэйвенкло, ее все считают ненормальной, потому что несет она обычно жуткую ересь, ни с кем не дружит и постоянно где-то гуляет ночами, причем ее даже киса не засекает. А учится при этом отлично! Ее отец выпускает журнал типа наших, знаешь, в которых пишут про НЛО, инопланетян и все в таком роде, так что, думаю, они просто прикалываются. А даже если и нет, с ней не соскучишься… Пойдет?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ты прав, это папа постарался, предложил какую-то хитрую схему с тройным обменом валюты… Я пока еще в этом не очень разбираюсь, запомнил только, что оборачиваемость капитала возросла, а это хорошо.

Про письма. Есть сложности. Нам папины работодатели писать могут запросто, а вот в Хогвартс такая переписка если и проникнет, то ее засекут. В принципе, я могу слать письма на другое имя, но есть ли у тебя там кто-то, кому ты доверишь их передавать? Кроме сам-знаешь-кого, который логично отпадает?

Ха, я в тебе не сомневался! Коли шпиона!

П.С. Хватай блондинку. Похоже, вы нашли друг друга.»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Твой отец крут! Передай ему мое многократное спасибо!

Приударил за блондинкой. Нифига она не сумасшедшая. Но и не прикалывается. Просто так оригинально мыслит… Настолько оригинально, что я иногда мозги в кучу собрать не могу. И еще впечатление, будто она мысли слету читает, тут вот заявила, что очки мне идут, но не нужны — и как она это поняла?.. Кстати, вот еще показатель: сам-знаешь-кто ни разу на нее не рявкнул, он к ней очень хорошо относится, почти как к Павлину-младшему, а это дорогого стоит. В общем, дорогой друг, девчонку я закадрил! Самое главное, ей пофигу, как я выгляжу!

Шпион — идиот, а главное — только сядь! — это домовик Павлина! Каково, а?! Я его пока отрядил к старшему по кухне, если что, улика будет шикарная, а навредить он никак не сможет, клятву дал. Правда, пришлось ему еще пинков отсыпать…

П.С. Пришли крышек от колы, Луна из них ожерелья делает.

П.П.С. Зацени журнальчик, который папаша моей подружки выпускает.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Папе твои благодарности передал, тот передает в ответ, что с такой хитровывернутой системой столкнулся впервые и ужасно кайфует. Кстати, наши зубастые друзья предложили ему постоянную должность, по их меркам, насколько я понял, нехилую. Он пока колеблется: все-таки сейчас заместитель управляющего, а идти неведомо куда в таком возрасте… Но, думаю, рискнет. Он же у меня авантюрист!

Пожиратель, а не опасно держать эту тварь так близко?

П.С. Так, девочку эту от себя не отпускай, она явно находка. И внуши ей как-нибудь, чтоб не палила тебя перед народом! Крышек насыпал, сколько было, могу еще проводков цветных или там шнурочков прислать, пусть фенечки плетет.

П.П.С. Журнал зачетный! Мама читала и хохотала так, что папа ее водой отпаивал. Морщерогие кизляки, надо же такое придумать! Пришли еще, если можно.»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Ну, если твой отец авантюрист, то ему прямая дорога к нашим зубастым друзьям! А то ведь ему так и так на пенсию скоро… А тем пофигу, сколько сотруднику лет, это раз, а два — они ж не смотрят, маг или маггл. Ну, не умеет он колдовать, так ассистента дадут! Зато работа интересная.

Луну я предупредил. Она прекрасно всё понимает, не болтает, не лезет, когда я занят, и не спрашивает, где я был, что делал и о чем думаю. По-моему, девчонки такими вообще не бывают! Взять Лахудру — это ж катастрофа ходячая!

Шпион плачет и драит кастрюли. Ему там уже вкатили люлей, здешние домовики знают, когда что можно делать, а когда нельзя. А уж зачем эта тварь мне гадила, подумаю, потому что сам шпион рассказать не может — магия, блин! Может, хозяин велел? Но нафига?

П.С. Шнурочков пришли, проводков тоже. Идея понравилась. Ну и еще ерунды какой-нибудь. И кстати — ей единственной (кроме Хагрида) нравятся мои открытки!

П.П.С. Журналы выслал отдельно, все, что было. А ты попроси отца, пусть подписку оформит через работодателей.»

11

— Сэр…

— Да прекратите же меня преследовать, Поттер! — почти взвыл Снейп. — Уже слухи пошли о нашей с вами нежной… дружбе!

— О господи! — испугался тот. — Я просто посоветоваться шел!

— Идемте… — профессор пропустил Гарри в кабинет и заблокировал дверь и камин. — Что на этот раз?

— Профессор Локхарт открывает Дуэльный клуб.

— Я в курсе.

— Сэр, мне еще минимум месяц нельзя биться ни обо что головой, — сказал Гарри мрачно. — Противопоказано прыгать в воду, драться и так далее… Не обратили внимания?

— Да, больничное крыло подозрительно пустует.

— Вот. А Уизли может меня приложить. Наши-то в курсе, Малфой тоже, и своим он точно сказал, я уверен, но прочие… Пожалуйста, поприсутствуйте!

— Да разве от вас отвяжешься… — усмехнулся Снейп, и вдруг его скрутило неприятное предчувствие. — Поттер, скажите-ка, а вы со змеями разговаривали когда-нибудь?

— Нет, я вроде бы еще в своем уме, — осторожно ответил тот. — Да и какой смысл, если они не слышат?

— А?..

— У них нет ушей, они воспринимают колебания… не помню чего.

— Вот как…

— Ну то есть когда мы с Терри ловили ужей, я, конечно, приговаривал, мол, иди сюда, хорошая змейка, мы тебя не обидим, только девчонок попугаем… — Гарри почесал в затылке. — Но Терри точно так же бормотал, а наловил куда больше моего!

Предчувствие окрепло.

— Поттер, я сейчас создам змею, не шарахайтесь, она безобидная…

На стол шлепнулась красивая пятнистая змеюга и зашипела, как прохудившееся колесо.

— Да не бойтесь, она не ядовитая, — Снейп придержал за плечи дернувшегося было Поттера. — Вы ее понимаете?

— Сэр, вы серьезно, что ли? — глянул на него снизу вверх мальчишка.

— Да, — твердо ответил тот и протянул руку. Змея, помедлив, поползла к нему.

— Красотка какая! — невольно сказал Гарри.

— Крас-сотка? С-спасибо… — змея облизнулась раздвоенным язычком.

— Сэр! Она говорит?!

— Конечно, — устало ответил Снейп.

— А вы с ними болтать умеете?

— Я только понимаю, говорить почти не могу. Это редкое искусство. Так, значит, Поттер, вы никогда не разговаривали со змеями?

— Уже не уверен, — пожал тот плечами и осторожно протянул руку погладить змею. — Ты слишком уж яркая, значит, никого не боишься. Похоже, все же ядовитая…

— Ош-шень. Укуш-шу — умреш-шь… — довольно ответила змея. Снейп невольно дернулся.

— Не надо меня кусать, я ж тебе ничего не сделал! — произнес Гарри. — Ух ты, какие завитушки!

— Не щ-щекочис-сь…

— Так, заберите ее, — Снейп размотал витки змеиного тела с руки и вручил Поттеру.

— Она ядовитая!

— А вы змееуст. Впрочем, — остановился тот, — вы можете оставить ее у меня. Соседи по комнате вас явно не поймут. Я хотел сказать о другом — никогда, никому не упоминайте, что умеете разговаривать со змеями!

— Людиш-шки… — прошипела змея.

— Ты очень красивая, — искренне сказал Гарри. — Я бы пришел с тобой на шее в Большой зал, так ведь все разбегутся с перепугу, дураки! Давай ты поживешь у профессора, а я буду приходить каждый день? А там придумаем что-нибудь!

— Пус-скай… Ты мне нравиш-шься… — ответила она. «Каждый день!» — ужаснулся Снейп.

— А ты крыс полови пока, — по наитию добавил Поттер. — Их тут полно!

— Крыс-сы… Вкус-сные крыс-сы!

Змея сползла с его руки и исчезла в темном углу.

— Сэр, это что вообще за тварь? Я таких ни в одной энциклопедии не видел!

— Я не знаю, — обморочным голосом ответил Снейп. — Н-не знаю таких змей, я случайно… Поттер, огневиски в шкафу слева…

— Так лучше? — спросил Гарри после второго стакана. — Вы же сопьетесь, сэр!

— С таким шоком мне это не грозит, — сквозь сжатые зубы проговорил тот. — Поттер! Повторяю! Никогда, ни при каких условиях прилюдно не говорите со змеями! Иначе вас ославят новым Темным лордом…

— А он тоже умел?

— Еще как, — содрогнулся Снейп и невольно поджал ноги, когда из угла выскользнула длинная тень. — Приберите вашу… гм… питомицу.

— Иди сюда… — Поттер уже вроде бы совершенно освоился со змеей. — Как тебя зовут? Ой, прости, я не сумею так… Шенандоа сойдет? Или просто Шен? Какая ты милая, Шен… Слушай, на всякий случай: тут живет кошка, серая такая, зовут миссис Норрис, ее ни за что не трогай! На остальных, в общем, плевать, но лучше и дальше лови крыс… Людей тоже не надо трогать, если я не скажу… А где ты будешь жить? Вряд ли тебе в террариуме понравится… А! Ого! Сэр! — повернулся он к профессору. — Там где-то в подвалах спит василиск! Офигеть! Она хочет поспать рядом с ним, это для нее вроде как большая честь, можно?

— Угу, — тихо согласился тот. Василиска ему еще не хватало!

— Давай, милая, я тебя позову, если что, — сказал Гарри змее, и та уползла.

«А вот не надо создавать кого попало из подручных материалов, да еще не на трезвую голову, — тоскливо подумал Снейп. — Дожил! Хотел обычного ужа, а получилось невесть что, вдобавок ядовитое…»

— Вот это я понимаю! — выдохнул Поттер. — Ручная змея!

— У Лорда тоже есть ручная змея, — брезгливо сказал тот. — Раз в пять больше вашей.

— Шен подрастет, — улыбнулся Гарри. — Лишь бы тетя ее не увидела, визгу будет!.. Я ее тут оставлю на каникулы, да?

— Вы вроде бы пришли поговорить о Дуэльном клубе, — напомнил Снейп, чтобы сменить тему.

— Да, но вы почему-то о змеях заговорили. Но правда… Локхарт пихает меня в первые ряды, а мне нельзя, сэр. И сказать об этом я не могу…

— Я вас против Малфоя поставлю, — пообещал тот. — Уж не покалечитесь, а класс у него есть.

— Супер! — подпрыгнул Гарри. — Спасибо вам!

* * *

К сожалению, первое собрание Дуэльного клуба прошло совсем не так, как рассчитывали многие и многие. В результате бурной деятельности Локхарта Малфой оказался в паре с Уизли (и на том спасибо!), а вот от Поттера Снейп с большим трудом успел оттолкнуть Лонгботтома: тот чисто случайно мог выдать такое, чего Уизли и сознательно не сумел бы сделать. В итоге Поттер попал в пару с Ноттом, с которым они начали крайне аккуратно, ювелирно даже работать, смотреть было приятно. Видно, Поттер не зря штудировал книги, он выучил правила дуэлей, но опыта у него, ясное дело, не было. Нотт, вымуштрованный с детства, притормаживал, и очень сильно, дожидаясь реакции партнера — не противника! — терпеливо повторял жесты раз за разом. Поттер понятливо следовал инструкциям, но…

«Да провалиться б тебе!» — мысленно пожелал Локхарту Снейп, когда тот подскочил к мальчишкам, и тоже подался ближе.

— Ну что же вы! — воскликнул тот и картинно взмахнул сиреневыми рукавами. — Где красота битвы, где размах?..

— Простите, сэр, — с удивительным спокойствием произнес Теодор. — Мне казалось, что у нас тренировка, а не общая свалка. Разрешите, мы продолжим?

Малфой бы просто нахамил, что младший, что старший, они слишком уж рисовались. А вот Нотт вроде ничего такого и не сказал, но Локхарт отступил, к сожалению, не насовсем. Да, слизеринцы совершенно неподходящая компания для Гарри, но…

— Не так, — негромко сказал Теодор. — Локоть выше. Полуспираль вправо — и выпад.

— Понял, — выдохнул Гарри. — Спасибо.

— С тебя занятия по самообороне в среду, — напомнил Нотт и улыбнулся.

Снейп как раз смотрел, как Малфой с бешеной скоростью гвоздит не особенно сложными заклинаниями по Уизли: молодец, сделал ставку на темп, а не на мастерство, правильно полагая, что вторым у Уизли и не пахнет…

— Serpensortia! — выкрикнул кто-то, и на помост между Малфоем и Уизли упала здоровенная змея, кажется, гадюка.

— Я уберу ее! — радостно сказал Локхарт, да только его заклинание подбросило змею в воздух, а назад она шлепнулась, будучи куда злее прежнего.

Завизжали девочки, Уизли попятился, Малфой замер на месте, и правильно сделал.

— Сдурели все, — сказал Поттер, снимая мантию. У Снейпа похолодело внутри: если он сейчас заговорит с этой тварью…

Резкое движение — и раздраженная змея кинулась в сторону, за взмахом мантии, чтобы тут же быть сграбастанной пониже головы.

— И что мне теперь с ней делать, сэр? — мрачно спросил Гарри у Снейпа, с трудом удерживая здоровенную змею обеими руками. Извернуться и укусить та оказалась не в состоянии, но билась и извивалась с такой силой, что вот-вот могла вырваться.

Снейп с большим удовольствием уничтожил скользкую гадину, и только после этого девочки разрыдались.

— Наслаждайтесь, Поттер, — сказал он злорадно, — они будут вашими пару недель!

— Нет! — ужаснулся тот и зашептал: — Сэр, я хочу отработку у вас! Давайте, я вас оскорблю? Чтобы повод был!

— Поттер! — возвысил голос Снейп. — Двадцать баллов Хаффлпаффу за нейтрализацию змеи! Минус сорок баллов с Хаффлпаффа за неоправданный риск! И на отработку ко мне!..

— Знаете, сэр, я вас обожаю, — сказал Гарри, плетясь в кильватере. — Я бы не пережил чествований… А вы так ловко меня выхватили!

— На место. Читать, — коротко приказал тот. Отдышался немного и спросил: — Поттер, а почему вы не приказали ей утихнуть?

— Так вы же предупредили, — удивленно взглянул на него тот, — чтобы я не палился со змеиным языком. Мне проще было так ее поймать, пока она никого не цапнула. Я ж говорил, мы ужей ловили, а тут то же самое, только побольше. Да даже если бы она меня укусила, что, тут сыворотки нету, что ли?

— Нет, — обронил Снейп. — И я не уверен, что успел бы приготовить противоядие. Хотя бы потому, что это не обычная гадюка, а неизвестно, что, вроде вашей Шен…

— Гм… Хорошо, что я этого не знал, — фыркнул Гарри, хоть и поежился невольно. — А то бы точно не полез и не стал героем дня… Пусть бы ее Уизли ловил!

— Кстати, а где Шен? — нахмурился профессор. В последнее время Гарри завел привычку сидеть со змеей — та либо обвивала его шею, нежно щекоча раздвоенным языком ухо хозяина, либо сворачивалась у него на коленях.

— Обожралась и спит в подземельях, — беспечно ответил тот. — Позвать?

— Нет, не нужно… Я просто поинтересовался.

— Сэр, а можно, я к вам на диван подсяду? — вдруг смущенно попросил Поттер. — У вас там свету больше, а мне, сами понимаете…

— А в своем углу подсветить сложно? — ощетинился тот, но тут же смягчился: — Садитесь, что с вами поделаешь!

— Спасибо!

Поттер со своей книжкой перебрался на диван.

— А правду ли говорят, что вы встречаетесь с Лавгуд? — как бы между прочим спросил Снейп.

— Правду, а что?

— Не рановато вам?

— Как говорит Терри, надо приглядываться заранее, — сказал Гарри. — А то к третьему курсу всех расхватают, останутся одни корявые дуры.

— Лавгуд, значит, не дура?

— Сэр! — покосился на него Поттер. — Она одна из лучших учениц на Рэйвенкло. Разве ж она может оказаться дурой? А что выглядит странно, так это нестрашно, я вон сам красавец хоть куда…

— А ее… хм… воображаемые зверушки? — с интересом спросил Снейп.

— Да пускай, — махнул рукой Гарри. — На самом деле она много чего интересного замечает и говорит, надо только слушать внимательно и вникать в иносказания. А все эти мозгошмыги, фенечки, бирюльки… ерунда.

— Любопытный подход, — помолчав, произнес профессор и сменил тему. — Поттер, скоро Хэллоуин.

— Угу…

— Празднество, — напомнил тот.

— А, черт! — схватился за голову Гарри. — Деньги понадобятся, да?

— Ну это уж как минимум…

— Но разве мы не готовы, сэр? — спросил тот.

— Мы? — криво усмехнувшись ответил Снейп. — Вы, может, и готовы…

— А вас там не было, забыли разве?

— Такое забудешь… — пробормотал профессор и каменно замолчал, правда, время от времени косясь на Поттера.

Выглядел тот, как обычно, ужасно. Идеальная пара для Лавгуд с ее самодельными украшениями и прочим: мантия коротка, рукава закатаны по привычке, кроссовки чем только не заляпаны…

Кстати, не далее как вчера Снейп стал невольным свидетелем занимательнейшего разговора, состоявшегося между Поттером и Малфоем.

— В этих обносках ты похож на нищего, — сообщил последний как бы между прочим.

— А ты похож на павлина, — ни на секунду не задумавшись, ответил Гарри. — И вообще, Малфой, мой тебе совет: прекрати так бриолинить волосы, а то тебя за педика примут!

— За кого?! — глаза Драко округлились. Крэбб склонился к его уху и коротко что-то прошептал. — Да ты…

Проходивший мимо Нотт остановился послушать.

— Поттер, ты совсем обнаглел! — Малфой сделал попытку стукнуть того в грудь, но, кажется, только зря отбил руку.

— А что такого? — Гарри, даже не обратив внимания на тычок, взял Драко за плечи и принялся поворачивать так и сяк. — Росту ты небольшого, стройненький, мордашка ничего себе, волосы прилизаны, манерничаешь, гундосишь, таскаешь с собой двух громил…

Нотт отчетливо хрюкнул, сделав вид, будто закашлялся. У Гойла подрагивали губы, Крэбб сопел, сдерживаясь с заметным трудом.

— А где это ты… насмотрелся? — собрался с мыслями Малфой.

— Да в Лондоне, где ж еще? — пожал плечами Поттер. — Там целые клубы есть.

— И… что делать? — упавшим голосом произнес тот.

— Для начала — перестань мазать волосы всякой дрянью и либо отрасти их так, чтобы в хвост собрать можно было, либо укороти.

— Мама будет в ужасе… — пробормотал Малфой.

— Ничего, вон тетя Туни в ужасе с тех пор, как меня увидела, но выжила ведь, — утешил Поттер. — Женщины — они выносливые… И перестань гундосить! А то когда ты во-от та-ак разгова-а-ариваешь, — довольно похоже передразнил он, — то лично мне сразу хочется дать тебе в глаз. Но у некоторых персон может возникнуть желание… — тут Гарри сообщил Драко на ухо что-то такое, отчего глаза у того сделались вовсе уж круглыми.

— Ты серьезно?!

— Зуб даю, — авторитетно заявил Поттер.

— А… а одежда? Я не буду ходить в рванье вроде твоего!

— И не надо, это у меня такой стиль, — утешил Гарри, — а тебе не пойдет.

— А вот папа… — предпринял еще одну попытку Драко.

— Видел я твоего отца и даже разговаривал с ним, — поморщился Поттер. — Он может себе позволить выпендриваться… гхм… то есть так одеваться. Хотя бы потому, что он здоровенный дядька с положением в обществе, ну и все в том же роде. Да ему идет такое, наконец! А ты людей только смешишь, цыпленок в павлиньих перьях!

— Я в душ! — выдавил Малфой и ринулся в сторону, не дожидаясь реакции свиты и даже не думая отвечать на оскорбление.

Нотт одобрительно кивнул Поттеру, и они разошлись.

На следующем же занятии Снейп имел удовольствие наблюдать в самую меру растрепанную белобрысую макушку Драко, склоненную над партой, — тот внял совету и укоротил волосы, а вдобавок прекратил манерно растягивать гласные в словах, хотя время от времени все же сбивался…

Тут только увлекшийся воспоминаниями профессор ощутил — на плечо ему что-то давит, и это что-то — лохматая голова Поттера. Книгу тот уронил на колени и, похоже, попросту задремал.

— Ну этого еще не хватало… — пробормотал Снейп. Тот был тяжелым, рука уже начала затекать. Он поерзал, но Поттер не проснулся. Тогда он кое-как высвободил руку и осторожно обнял мальчишку за плечи; тот только вздохнул и поудобнее притулился к профессорскому боку. — Мерлин, ну за что мне такое наказание?!

По правде говоря, Гарри совершенно не собирался засыпать на плече у Снейпа, да вот только день выдался хлопотливым и утомительным, книга — сложной, да еще голова разболелась… Он решил на минуточку прикрыть глаза, чтобы дать им отдохнуть, как велел врач, подумал еще, что от профессора всегда пахнет какими-то травами, сильно, но не неприятно, а потом… отключился.

Очнувшись, Гарри понял, что перед носом у него темная ткань, которая ничем иным, кроме мантии, быть не может, судя по запаху — это мантия Снейпа, а рука, которая лежит у него на плече — тоже, по-видимому, принадлежит профессору. Он осторожно покосился вверх. Точно.

Снейп что-то читал, держа книгу в одной руке и с завидной сноровкой листая страницы.

— Проснулись, Поттер? — спросил он с заметным сарказмом, почувствовав движение и покосившись на Гарри. — Как спалось?

— Офигенно, — честно сказал тот, поправляя очки и пытаясь пригладить волосы. — Простите, сэр. Я за лето опять отвык от общаги. Там один храпит, другой… гм… Носки еще нестираные… А у вас тихо так, пахнет приятно, вот я и вырубился. Извините.

— Хватит уже извиняться, — Снейп убрал руку, потянулся и встал. — Ну и отъелись же вы, Поттер! У меня плечо онемело!

— Ну так… — тот хмыкнул и тоже потянулся. Его мантия отчетливо затрещала. — В легком весе против темных властелинов ходить смысла нет! Кстати, сэр, вы обещали мне рассказать, что такое Выручай-комната…

— Поздно уже, Поттер, — безнадежно ответил профессор.

— А вы коротенечко, для кретинов вроде меня!

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Слушай, тут столько всего! Для начала, у меня теперь есть ручная змея. Красивая — обалдеть, ядовитая до ужаса. Только домой я ее взять не смогу, сам понимаешь… Потом — я умею с ней разговаривать, прикинь? То есть я вообще со всеми змеями умею разговаривать, прям как тот Темный властелин. Сам-знаешь-кто от этого трясется и велит никому об этом не говорить, но тебе, думаю, можно. Помнишь, мы ужей ловили? Походу, я их подзывал, хоть и не соображал, что делаю…

Учеба, как обычно, фигня. Защита в этом году — чисто цирк, я на одно занятие сходил, плюнул и перестал время тратить. Наш кудрявый препод сам ничего не умеет, пишет романчики, а больше от него никакого проку.

Скоро Хэллоуин, жду реакции директора с нетерпением.

Луна — и в самом деле находка. Я тут вспомнил восточные сказки о лунном кролике и прочем, помнишь, мы читали когда-то? Так в журнале третью неделю статьи о нем выходят. Она сама их и пишет, по-моему…

П.С. Я опозорился. Я гнусно заснул на диване у сам-знаешь-кого, даже хуже, на плече у него. И что мне теперь делать?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ну ты хоть сфотографируй свою змею, я ж хочу посмотреть! Хм, а когда мы ловили ужей, я больше набрал. Может, я тоже умею с ними разговаривать? Приедешь летом, проверим, ха!

Папа все-таки уволился из своего банка и ушел к нашим зубастым друзьям. Мама раз пять падала в обморок, но переубедить его не смогла. Теперь папы нет дома сутками, возвращается небритый, усталый, голодный, но зато в таком восторге… Да и платят ему там куда больше, так что мама смирилась. И ты был прав — ему ассистента дали, какого-то недавнего выпускника. Я с папы клятву взял, чтобы ни словечком о тебе не упоминал, надеюсь, все обойдется. Он твоей проблемой вполне проникся.

Вот везет тебе на девчонок! Я второй год за Мартой ухаживаю, и хоть бы что… А у тебя вон какая… И отец, я так понял, у нее годный!

П.С. Ну а что теперь сделаешь? Помнишь, что я о нем сказал? Ему, может, самому понравилось…»

* * *

«Хай, яблоневая плодожорка!

Бегает тут один мелкий с колдоаппаратом, попробую одолжить и заснять змеюку. А насчет ужей проверим, ага…

Твой отец — супер, я уж сколько раз говорил! Но язык лучше держать за зубами, это точно.

Чего везет-то? Я просто сразу понял, что Рыжая — не вариант, она за мной следить станет, а потом всем обо всём растреплет, а Лунатичка моя — никогда. Она и так знает, где я был. Фантастика какая-то… Конечно, народ пальцем у виска крутит, мол, встретились два одиночества, а мне-то что? Папаша у нее точно зачетный, он уже много лет этот журнал издает, как только фантазии хватает! У нас бы давно стал писателем-миллионником… Кстати! Надо эту идею ему подкинуть и через твоего отца пропихнуть. Как там это называется? „Литературные негры“? Наймем парочку и озолотимся на одних идеях! И это даже не нарушение Статута, потому что даже в этом мире все чудища — выдуманные! Как тебе план?

П.С. Да он не знал, куда себя деть! Кстати… под это дело он мне рассказал об офигенной комнате. Ее как бы нет, но если надо, то появляется. И там все, что нужно, представляешь? У меня вот вышло: в одном углу диван с торшером, чтоб читать, а в другом — тренажерный зал! Жаль, мне пока нельзя в полную силу работать, но немножко покачаться и побегать — не вопрос. И турник там образовался, как только я захотел!»

* * *

«Алоха, пожиратель лимонов!

Вау! Вот это змеюка! Я перерыл все, что нашел, не бывает таких! Подфартило тебе, стопроцентно волшебная тварь…

Папа будет молчать, об этом не беспокойся. Я ему сказал, что и подлить чего-то могут, и просто заколдовать, так он сразу пошел к своему начальнику. Тот показал зубы, выдал какие-то амулеты на все наше семейство (даже брату, хоть он с нами и не живет) и сказал, что если бы сотрудников банка и членов их семей было настолько просто допросить, банк бы давно разорился.

От идеи про книжки мама пришла в бешеный восторг, это же сейчас жутко модно! Сейчас обзванивает литературные агентства, ходит по собраниям молодых писателей, ищет таланты, в общем. Думаю, дельце может выгореть! Отцу твоей девочки отстегнем, это понятно, вряд ли он брыкаться станет. А если что, помогут наши зубастые друзья.

П.С. Ты там не переусердствуй. Волшебные комнаты — это дело, а глаза береги, пригодятся еще.»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Ну так! Волшебная, ее сам-знаешь-кто создал и даже не понял, что получилось, он ужа хотел, а она… гм… не уж. Растет быстро, метра полтора в ней уже точно есть. Зато крыс повывела.

Ух! Ну, наши зубастые друзья круты! Мне бы такой амулет… Хотя тут его засекут в момент. Ладно, так отобьюсь… Помнишь, я говорил, что можно защититься от чтения мыслей? Сам-знаешь-кто меня учит потихоньку, говорит, от поверхностного чтения я смогу себя обезопасить, но директор мою защиту проломит враз. Кажется, только он сам и может ему противостоять. Да чего там, он даже Властелину ничего лишнего не показывал! О как, прикинь, какой препод у меня?

Луна показала мне письмо от отца: тот согласен. Его даже особо деньги не интересуют, они оба такие. Предлагает со своей стороны продвигать книжки в этом мире. Так что пусть твоя мама поскорее ищет голодного и борзого молодого автора, причем долбанутого на всю голову, и тогда наша Златовласка скоро лишится лавров самого популярного писателя!

П.С. Не переживай, я аккуратно. Гимнастику для глаз делаю, капли закапываю, сам-знаешь-кто еще какую-то бурду подогнал для быстрого восстановления.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

А крысу твоего рыжего дружка она еще не слопала?

Да, препод крут. Только ты его насмерть не замучай, а то знаю я тебя. И пришли уже контрольную по математике, сколько можно ждать?

Мама нашла какого-то типа, дала ему материалы и задание — пока только на рассказ. Посмотрим, что он наваяет, и удастся ли это продать. Тогда решим, работать с ним дальше или искать нового.

П.С. Ну и молодец! Не хватало после таких приключений все испортить сдуру!»

* * *

«Пожиратель лимонов, чтоб тебе провалиться! Я уже через отца пишу, откликнись! Я тут с ума схожу!..»

12

Хэллоуинский ужин, против обыкновения, был довольно скромным, и, как ни старались преподаватели (особенно старался проявить себя златокудрый Локхарт), размаха явно не хватало.

«Началось, — подумал Гарри, встретившись взглядом со Снейпом, мрачным более обычного. — Ничего. Прорвемся.»

Вызов к директору не застал его врасплох, он даже успел приодеться. Правда, что делать дальше, Гарри не представлял, посоветоваться с профессором не мог, а потому решил импровизировать. Главное — ничего не есть и не пить, а еще — не смотреть в глаза Дамблдору! Тогда есть шанс выкрутиться… и отмазать Снейпа, конечно.

— Твои мозгошмыги сегодня особенно шалят, — сказала попавшаяся по пути Луна.

— А ты не подскажешь, как бы их успокоить ненадолго? — вполне серьезно спросил Гарри. — А то ведь они меня выдадут.

— Попробуй думать о чем-то хорошем, постороннем, — пожала она плечами.

— О тебе можно? — развеселился он.

— Конечно. Или о твоем друге. Хотя… — Луна прижала указательный палец к переносице. — О нем не стоит. Если только о прошлом, когда ты еще здесь не учился.

— Ага, понял… — Это настолько походило на техники, которые пытался растолковать Гарри Снейп, что он невольно подивился: откуда бы девчонке такое знать? — Спасибо.

— Я тебя тут подожду, — сказала она, усаживаясь у стены на собственную сумку.

— Смотри, не простудись, — буркнул Гарри. Луна только покачала головой, мечтательно улыбаясь, и погладила миссис Норрис, которая возникла будто из ниоткуда. — А, киса… Извини, с собой ничего нет. В другой раз, ладно? Побудь на стрёме!

— Мр-р-р, — сказала кошка, забираясь на колени к девочке.

«Дурдом», — подумал Поттер, поднимаясь по винтовой лестнице в кабинет директора.

— Гарри, мальчик мой! — встретил его Дамблдор. — Присаживайся. Чаю?

— Спасибо, я только что с ужина, сэр! — выпалил тот.

— Лимонную дольку?

— Сэр, ну я же не люблю сладкое! — скривился Гарри, вытащил очередной лимон и принялся демонстративно его грызть.

— Скажи мне, Гарри, что ты знаешь о наследстве, которое оставили тебе твои родители? — вкрадчиво начал директор.

— Оно есть, — лаконично ответил тот. — Когда Хагрид водил меня в хранилище в этом… как его? Ну, где гоблины?

— «Гринготтсе».

— Точно, в «Гринготтсе»… Ну, вроде там была куча золота, только я теперь думаю, что мне показалось. Знаете, как это бывает, от неожиданности-то! С виду вроде сокровищница, а на самом деле там так… по углам распихано для создания видимости, — вдохновенно вещал Гарри. — Еще вроде должен быть дом, где родителей убили, но там на одном ремонте, поди, разоришься… А больше я ничего не знаю.

— Вот как… — Дамблдор впился в него взглядом, но Поттер упорно смотрел куда угодно, только не ему в глаза.

— Сэр, — сказал он вдруг, — давно хочу спросить, да все к слову не приходилось… Вот этот джентльмен по фамилии Блэк — он тоже был директором, да?

— Да, молодой человек, — ответил вдруг сам портрет. — Финеас Найджелус Блэк, к вашим услугам.

— Гарольд Джеймс Поттер, — встав, Гарри учтиво поклонился ему.

— Чем же моя ничтожная персона вас заинтересовала? — спросил Блэк.

— Кажется, вам не чуждо чувство юмора, сэр, — честно ответил тот.

— Хм… Возможно. Кстати, Поттер, вы ведь приходитесь мне родней, хоть и не самой близкой, — безмятежно произнес директор с портрета. — Вы не знали?

— Откуда же, сэр?! — вполне убедительно соврал Гарри. Он прекрасно помнил фамилию крестного, предполагал, что тот — потомок Блэка с портрета или еще какой-то родственник, но говорить об этом в присутствии Дамблдора не собирался.

— Отвратительно поставлено воспитание молодежи! — громко сказал Блэк и приподнял бровь, явно давая понять, что играет на публику. Остальные директоры и директрисы негромко забубнили. — Не знать собственной родни! Ужасно! Альбус, я много раз говорил тебе…

— Финеас, не сейчас, — мягко ответил тот. — У нас серьезная беседа.

— О, ну разумеется, — фыркнул Блэк и умолк, время от времени взглядывая на Гарри. Почему-то от этого взгляда тому становилось спокойнее.

— Так вот, что касается твоего наследства, мой мальчик, — продолжил Дамблдор. — Видишь ли, я являюсь твоим магическим опекуном, это обычная практика для тех, кто лишился близких родственников…

— Погодите, сэр, но тетя с дядей живы! — возмутился Гарри.

— Но они не маги, а из магов у Поттеров родни не осталось…

Портрет фыркнул настолько громко, что Гарри понял — директор опять врет. А, ну точно, по бабушке со стороны отца он ведь Блэк! Поттеров, может, больше и нет, но Блэки-то остались точно! Неужто бы не приняли участия в воспитании родственника?

— Ты — последний отпрыск этой фамилии, тебя нужно было оберегать, — вещал Дамблдор. — Ну а я занялся твоими делами. Ты ведь понимаешь, что у твоего отца имелось некоторое состояние… не очень большое, как ты верно понял, он многое отдал на нужды войны, но вполне достаточное, чтобы ты ни в чем не нуждался по возвращению в волшебный мир.

«А до того, значит, я мог нуждаться в чем угодно, — подумал Гарри, переглянувшись с Блэком. Тот щурился так недобро, что, похоже, не будь он портретом, с удовольствием оттаскал бы Дамблдора за бороду. — Любопытно, что было бы, если бы тетя Туни в самом деле держала меня в чулане и не кормила? А, глупости, не могло такого случиться, она вредная, но не злая…»

— Все шло хорошо, однако, решив сделать тебе подарок, — не моргнув глазом, солгал директор, — я обнаружил, что более не являюсь твоим опекуном!

— Да вы что?! — вытаращился Гарри. — Как так?

— Не имею представления… — развел руками Дамблдор. На его лице читалась неподдельная скорбь. — Гоблины сочли, что я недостаточно эффективно управляю твоими капиталами, и попросту отстранили меня от ведения дел!

— Вот засранцы! Ой, простите, сэр… — тот прикрыл рот ладонью. — И что теперь?

— Теперь твои средства находятся в ведении «Гринготтса», — печально ответил директор. — Гоблины назначили управляющего, некого Хиггса, не знаю такой волшебной фамилии, правду сказать…

Гарри подавил смешок.

— В общем, мальчик мой, боюсь, в случае, если тебе потребуются средства, придется лично обращаться в отделение банка, — вздохнул Дамблдор.

«Отлично придумано, отсюда мне не выйти, а на каникулах — не войти в „Гринготтс“. Хорошо, что я заранее об этом подумал!»

— Да ладно, у меня все есть, — пожал он плечами. — Уж на учебники-то и одежду, наверно, мне отстегнут? Ну и отлично, а без всякой сладкой чепухи я обойдусь, это для зубов вредно.

— Потерпи до совершеннолетия, — сказал директор ласково. — Тогда уж…

«Тогда уж ты постараешься ободрать меня, как липку. Ага, сейчас!»

— Сэр, ну у меня ведь дядя с тетей есть, — лучезарно улыбнулся Гарри. — Если мне прям уж позарез понадобятся деньги, они пришлют. А обменять, я слышал, можно, верно?

— Да, мой мальчик. Только, боюсь, тебе временно придется прекратить переписку, — сладким тоном произнес Дамблдор. — Появились сведения о том, что за тобой охотятся люди Того-кого-нельзя-называть, а ты ведь не хочешь подставить под удар родных? Я извещу твою тетю, не беспокойся.

— Хорошо, сэр, — покорно сказал тот.

«Ах ты гад! Я это предполагал, но как теперь связаться с большим миром? Надо было заранее продумать… Вот я осел!»

— Иди к себе, я вижу, ты устал, Гарри, — сказал директор и потрепал его по плечу. — Иди, иди…

Он молчал, пока не вышел в коридор, приложил палец к губам, встретив вопросительный взгляд Луны, и пошел дальше. Миссис Норрис проводила их в какой-то пыльный заброшенный коридор, сверкнула глазами и исчезла.

— Сволочь старая! — рявкнул Гарри и стукнул кулаком по стене. Стало больно, но зато немного отпустило.

— Твои мозгошмыги совсем взбесились, — печально сказала Луна и осторожно погладила его по голове. — Всё так плохо?

— Ужасно! Представляешь, мне запретили писать домой! Ну ладно, тете скажут, что пока нельзя, но как я сообщу Терри?

— Давай, я напишу, — спокойно произнесла она. — Только скажи адрес. Ах, хотя не нужно. У папы есть.

— Господи, как мне это самому в голову не пришло?.. — вытаращился на нее Гарри. — Они же переписываются…

— Я же говорю, твои мозгошмыги бесятся. Поэтому ты сразу не догадался.

— Ты чудо, Луна! — он сгреб девочку в охапку и немножко подбросил вверх, насколько хватило сил.

— Поттер! — раздался за спиной хорошо знакомый голос. — Мне кажется, вам еще рано обжиматься с девочками по углам. А вам, мисс Лавгуд, давно пора спать, вы не находите?

— Да, сэр, — спокойно отозвалась та, одернула мантию, подняла сумку и удалилась, сказав: — Пока, Гарри.

Воцарилось молчание.

— Что это было, Поттер? — мрачно спросил Снейп. — Ей и двенадцати нет!

— Я поблагодарил ее за хорошую идею, — пожал тот плечами. — Сэр, вы меня за кого принимаете вообще?!

— Все так скверно? — спросил тот безо всякого перехода.

— Ну… Вроде мне удалось прикинуться, что о размерах наследства и о том, как ведется управление делами, я ничего не знаю. Это плюс. Мне запретили писать домой — это минус. Но проблема преодолимая.

— Я за вас писать не буду, Поттер, и не мечтайте!

— А и не надо, у меня есть Луна, — хмыкнул тот. — Представляете, какой роскошный получился букет? Управляющим моими делами гоблины назначили мистера Хиггса! Миссис Хиггс активно переписывается с мистером Лавгудом насчет всяких этих… мозгошмыгов. А я тусуюсь с Луной! Красиво?

— Семейный подряд, — буркнул Снейп. — Она вас не выдаст?

— Луна? Да она даже если и скажет что-то, ей никто не поверит, — хмыкнул Гарри. — Потому как, чтобы понять, о чем она говорит, надо вслушиваться, а почти никто на это не способен!

— А вы способны, значит?

— Ну раз она со мной встречается, то, видимо, да…

— М-да… Идите спать, Поттер. И постарайтесь ни во что не вляпаться хотя бы… ну хотя бы до завтра!

— И вам спокойной ночи, сэр, — хмыкнул Гарри и пошел прочь, строя планы на будущее.

Правда, дойти до спальни ему не было суждено: его окликнул портрет. Вернее, директор Блэк с портрета — сейчас он красовался на фоне какого-то пейзажа.

— Поттер, — сказал он. — Идите-ка вон за тот угол, пропустите три поворота и поднимитесь на пару ступеней. Там висит старая картина, сейчас я туда перейду.

Мысли ослушаться у Гарри почему-то не возникло.

— Значит, Поттер… — задумчиво произнес Блэк, загородив на потемневшем от времени холсте какого-то дремлющего старика. — Вашего отца я помню. Мать тоже.

Гарри почтительно молчал.

— Вы на них мало похожи, — заключил наконец бывший директор. — Не внешне, нет, лицо, глаза — это мелочи. У вас совсем другой характер. И, я бы сказал, имеется здоровый житейский прагматизм, чего у них, к сожалению, не было… Сознайтесь: проделка с банком — ваших рук дело?

— А откуда мне знать, что вы немедленно не расскажете обо всем Дамблдору? — решился Гарри.

— Я не одобряю его методов, — мрачно сказал тот. — А кроме того, напоминаю, вы мне родня, и не такая уж дальняя. И вы крестник моего непутевого потомка, дементоры его заешь!..

— Насколько я понимаю, именно этим они сейчас и занимаются, — еще более мрачно пошутил Поттер. — В этом… как его… Азкабане, вот.

Блэк переменился в лице.

— Позор! — прошептал он. — Наследники древнейшего и благороднейшего рода… Один пропал, другой в Азкабане, кузина его там же, другая — замужем за магглом, третья… ну, хоть третьей повезло.

— А кто третья? — живо спросил Гарри.

— Нарцисса Малфой, — хмыкнул портрет. — Удивлены?

— Ага! Это выходит, мы с младшим Малфоем тоже родня? Пусть даже и не ближняя?

— Да мы тут все родственники, молодой человек, — ворчливо сказал Блэк. — Разве что Принцы мало с кем роднились, ну так и что от них осталось?

— Что?

— Ваш обожаемый профессор, вот что, — фыркнул тот.

— Погодите, но он же Снейп!

— По матери — Принц.

— А-а-а… — вспомнил Гарри. — Точно. Он говорил, что его мать была волшебницей. Выходит…

— Такую семью погубили! — тяжело вздохнул Блэк и вдруг посмотрел сурово: — Вы тоже последний из рода, Поттер. Мать вашу я в расчет не беру, она магглорожденная, а вот отец… Вы поняли меня?

— В грязь лицом не ударю, не беспокойтесь, — прищурился Гарри. — Хм, а Лавгуд — достойная семья?

— Вполне. Что, уже подбираете невесту?

— Не подбираю, а выбираю, — поправил Гарри. — Разве плохо? К тому времени, когда она окончит школу, я уже встану на ноги, можно будет и пожениться. Думаю, она возражать не будет, ее отец тем более.

— Берите лучше Уизли, — ядовито сказал портрет. — Кровь чистейшая. И тоже нам родня.

— Ага, со всей семейкой впридачу? Какая свадьба без драки, да? Увольте!

— Ну-ну… — усмехнулся Блэк. — Удачи на этом поприще. Вот только…

— Да, сэр?

— У Блэков тоже не осталось наследников. Замужние женщины вообще не в счет, а последний мужчина сидит в Азкабане.

— Сэр, я так понял, его за что-то серьезное посадили…

— Мальчик, я краем уха слышал, что его посадили даже без суда! Так что сделай старику одолжение, выясни, что случилось на самом деле, и почему в камеру угодил именно этот кретин!

— Хорошо, — подумав, кивнул Гарри. — Я постараюсь, порасспрашиваю. Правда, если профессор даст мне по голове чем-то тяжелым, виноваты будете вы. Хотя с вами-то ничего не сделаешь! Ну а так… Если дело нечисто, то я почитаю делом чести вытащить крестного на свободу, каким бы долбоклюем он ни был.

— Слова не мальчика, но мужа, — фыркнул Блэк и исчез.

«Да-а… — подумал Гарри, потерев лоб. — Вот мне только расследования сейчас и не хватало!»

* * *

«Здравствуй, любитель яблок!

Ты меня не знаешь. Дальше много-много пустого места, но ты в курсе, что с ним делать. Ответ отдай маме.»

Получив это послание, написанное фиолетовыми чернилами, Терри быстро сложил два и два, вспомнил их с Гарри увлечение проявителями, с третьей попытки подобрал, наконец, нужный и смог прочесть послание.

«Привет, яблоневая плодожорка!

Мне запретили вести переписку. Ну, мы это с тобой предполагали, как ты помнишь. Придется извращаться…

В этот раз письмо тебе отправила Луна, но постоянно просить ее об этом я не могу — отследят, знают же, что мы с ней парочка. Так что она будет писать отцу, тот — твоей маме, а дальше уж разберемся. Я на всякий случай буду поступать, как в этот раз, только с разными чернилами, учти.

Директор не сумел запустить загребущие ручонки в мой сейф и обозлился. Сам-знаешь-кто тоже ходит мрачнее тучи и вчера швырнул в меня пробиркой, спасибо, пустой. Видимо, ему тоже хвоста накрутили, но за что, в толк не возьму.

Еще со мной вышел на связь один из бывших директоров, помнишь, я рассказывал, вредный такой, с портрета? Он мой родственник, как и мой крестный. А крестный сидит давно и прочно. Я сейчас пытаюсь выяснить, за что ж его так законопатили, причем без суда и следствия, потому что сдуру пообещал старику вытащить единственного наследника. Ну, если тот невиновен, конечно. (Кстати, вышло, что с Павлинышем мы тоже родня! Вот умора!) В общем, весело у меня тут…

Передавай привет родителям.

Боюсь, теперь часто писать не получится.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Наконец-то ты объявился! Я тут чуть не рехнулся… Отец сказал: в эту вашу школу даже наши зубастые друзья не могут отчеты посылать, а тебе полагается их подписывать, между прочим, имей в виду!

Луна твоя — просто клад, если упустишь ее, я тебе не прощу! Тем более, у нас тут бизнес наладился-таки: тот парень написал рассказ, его взяли в журнал, сказали, что можно бы и серию запустить, уж больно увлекательно, так что процесс пошел.

Кстати, Марта уже позволяет носить ее сумку, по-моему, прогресс… У вас легче: народу не так много, выбор небольшой, к тому же все постоянно на глазах, а тут поди извернись!

Препода не трогай пока, думаю, ему тоже несладко пришлось. Ну, я имею в виду, больше обычного не доставай.

Насчет крестного ничего порекомендовать не могу. Без суда, говоришь? Поднимай газетные подшивки, даже самые гадостные издания смотри. Наверно, в библиотеке у вас найдется такое? И я думаю, сам-знаешь-кто должен что-то знать, сечешь? Только вот трогать его пока опасно… Работай с источниками, в общем! Информацию фильтровать ты умеешь. Если что, посоветуемся. Дело-то стоящее.

П.С. С глазами как?»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Привет тебе от Луны, ей очень понравились те фиговины, что ты прислал, как их, капсы, что ли? Серьги себе сделала и ходит красуется. На каникулах я вас познакомлю, но попробуешь отбить — дам в глаз! Так что окучивай поживее свою Марту, сколько можно-то? Подари ей связку крышек от колы (ха-ха!), вдруг дело быстрее пойдет?

К сам-знаешь-кому я сейчас даже подойти боюсь. Не знаю, что ему насвистел директор, что у него в голове, но глаза дикие. Если я спрошу про крестного, он мне точно башку оторвет. Спасибо, пока пускает посидеть в уголке… Тут в плюс, что мне зрение сильно напрягать нельзя, так что я или занимаюсь, или на башне с Луной торчу, романтика, все такое. И пофиг, что она мне в это время мозги трансфигурацией засирает, все одно польза.

Я перекопал уже всю библиотеку. Прямо писать не могу, до каникул времени еще много, так что смекай сам. Мои предки спрятали дом так, что никто не мог найти, если ему не позволят. Тайну знал только один из их друзей, и все считали, что это был крестный. Когда их убили, крестный рванул зачем-то в Лондон, пришиб другого их общего друга, от того только палец остался, потом был большой бадабум, десяток магглов убило, и вот за это его живо сунули в тюрягу. Ты логику видишь? Я — нет. Главное, никто не усомнился! Сразу сказали, что крестный был слугой Властелина, и всё, шито-крыто. Кстати, он очень богатый дядька. Понял расклад?

П.С. Порядок! Сам-знаешь-кто меня помучил, в больничку сгонял на всякий случай, так вот, я уже как новенький! Но очки ношу, так надо.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Папа сказал, что ты его лучший клиент за всю карьеру, и не стыдно уйти на покой с таким делом в послужном списке. Когда он узнает, что ты — это тот самый ты, с которым мы в школе окна били, его точно удар хватит! А может, и нет… Да и не отпустят его на покой, я вижу. Он аж помолодел!

Мама постоянно строчит что-то Лунатику, кажется, скоро, сама начнет книжки писать. Лишь бы готовить не забывала…

Я зашел к твоим, типа узнать, куда ты пропал. Твоя тетя плохо выглядит, плачет, когда тебя вспоминает, говорит, мол, до чего несносный мальчишка, а без него никакой жизни нет, и не пишет, гаденыш. То есть ей даже не передали ничего! Я объяснил, в чем дело, она чуточку успокоилась, а потом обозлилась. Я бы на месте директора не попадался ей под горячую руку! Да там вообще все по тебе скучают, даже Дадли. Он мне сказал: „Вот бы сейчас хороший спарринг с Гарри устроить!“ Это, кажется, признание твоих талантов…

Насчет крестного. Дело явно мутное, да еще нехилое бабло на кону. Надо свидетелей искать. В тюрягу на свиданку тебя вряд ли пустят, верно? Это плохо… Ведь не просто же так он дернул за тем парнем! Мучай сам-знаешь-кого. Твоей башке от пары пробирок ничего не сделается, а он может что-то помнить.

П.С. Рад за тебя!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

В который раз повторяю, что отец у тебя просто супер! Но мы ему пока не скажем, кто его таинственный клиент, вдруг он расстроится? Думал на какого-то миллионера, а тут, блин, соседский пацан!

Мама твоя отжигает так, что только держись! Луна показывала мне предложения, которые она ее отцу пишет, тот сам в шоке. Чую, скоро будет уже совсем весело!

За тетю я директора лично пришибу. Он же обещал, что сообщит ей! Ты это, будь другом, как письмо от меня получишь, заходи, говори, что все в порядке, мне ее жалко очень. Дядя переживет, конечно, а она все-таки волнуется… Дадли дай леща, скажи, что от меня. Приеду — лично вручу, раз ему так охота!

Пойду попробую сам-знаешь-кого расспросить. Боюсь, честно говоря, не убил бы сгоряча, это он с виду кремень, а если разозлить — может и пристукнуть.

П.С. Я-то как рад! Мне теперь можно драться! Сразу же разбил нос Рыжему. Как я по этому соскучился, ты бы знал! Просто тренировки с ребятами — не совсем то…»

13

— Сэр, разрешите задать вопрос?

Когда Поттер так начинал разговор, следовало насторожиться, но Снейп устал настолько, что проворонил опасность. Тем более, что последнее время мальчишка был тише воды ниже травы и вопросами не доставал, будто чуял что-то.

— Да?

— Вы ведь знали друзей моего отца?

— Знал… — скривился профессор. — С самой худшей стороны.

— А рассказать можете? — Поттер снял очки и смотрел в упор, твердо и очень серьезно.

— Мне неприятно об этом вспоминать.

— Сэр, мне очень нужно. Насколько мне известно, мой крестный сидит в тюрьме, причем доказательств его вины нет. А я обещал установить, в самом ли деле он это натворил!

— Кому обещали? — вскинулся Снейп.

— Директору Блэку, — мрачно ответил Поттер. — Он очень… гм… убедительный портрет. Уж не знаю, каков он был при жизни, но…

— Ну и угораздило же вас… — В душе профессора боролись неприязнь к папаше этого юнца и сочувствие. Победило отчего-то второе. — Ладно. Только коротко, если что будет непонятно, спросите…

— Спасибо, сэр! — Гарри живо переместился на стул напротив. — Ну так что?

— Их было четверо, — сказал тот, глядя в сторону. — Друзья не разлей вода.

— Прямо мушкетеры, — фыркнул Поттер.

— Мародеры. Они так себя называли, — пояснил Снейп, поймав недоумевающий взгляд. — Заводилой был ваш отец. Так сказать, мозг и сила всей шайки. Умный и расчетливый, этого не отнять… Ваш будущий крестный, Блэк, был просто силой. Она из него… хлестала.

— Эту энергию да в мирное бы русло… — пробормотал Гарри.

— Именно, — расслышал профессор. — Он мог быть веселым, его очень любили девушки, но если он впадал в бешенство… остановить его мог только Джеймс.

Он умолк.

— Я читал о Питере Петтигрю, которого якобы убил Блэк, — сказал Поттер. — Он же тоже из их компании?

— Да, — неохотно ответил Снейп. — Он был… Да никакой. Таскался за ними по пятам, ему поручали грязную работу. У него и прозвище было — Хвост.

— А четвертый кто?

— Ремус Люпин, — профессор невольно дотронулся до груди. — Оборотень.

— В школе?! Оборотень?! — подпрыгнул Гарри. — Но как…

— Дамблдор исключительно добр. Бедный мальчик, зараженный ликантропией, должен был получить образование, и плевать, что его все равно никто потом не брал на работу, — желчно ответил Снейп, — и что он меня едва не прикончил. Он же себя не контролировал, видите ли!

— Ой, сэр… — Поттер, успевший начитаться про оборотней, перетащил свой стул поближе к Снейпу. — Ну уж такого я не ожидал!

— Но так и было. Четверка Мародеров во всей красе. Мантия-невидимка, которую вы куда-то задевали…

— И не скажу, куда, — фыркнул Гарри.

— И еще какие-то приемы, о которых я могу только догадываться, — закончил Снейп. — Школа содрогалась.

— Представляю… А у прочих тоже были прозвища?

— То есть?

— Ну вы сказали, что Петтигрю звали Хвостом, а прочих?

— Блэка — Бродягой, Люпина — Лунатиком, а вашего отца — Сохатым.

— А почему?

Снейп тяжело вздохнул. Если уж сказал Поттеру «а», придется говорить «б», а там и декламировать весь алфавит до самого конца.

— Люпин — оборотень, — повторил он. — Так вот, чтобы ему не было скучно в… гм… особенные ночи, остальные трое научились превращаться в животных. Чтобы… гм… скрашивать одиночество приятеля и гулять с ним по округе.

— Ой… — Гарри сдвинул очки на кончик носа и вытаращил зеленые глазищи. — Сохатый — лось, да?

— Олень.

— Ага… Лунатик — тут понятно… А Бродяга?

— Собака. Большой черный кобель.

— И на том спасибо. А Хвост кем был?

— Крысой, — брезгливо бросил Снейп.

— Как же он с ними гулял? — хихикнул вдруг Гарри. — На спине у отца, что ли? И, кстати, почему оборотень не начал охотиться на оленя?

— Мерлин, ну я-то откуда знаю? — устало спросил тот. — Мне одной встречи с Люпином хватило… Ваш папаша еще изображал, как героически он меня спас, хотя, скорее, спас он приятеля, я уже готов был приложить его Авадой. А у меня долг жизни образовался, понимаете ли!

— Сэр… — Поттер вдруг осторожно взял его за руку. — Это ведь давно было. Они почти все уже умерли, а кто не умер, тому совсем плохо. Не переживайте так.

— Учить меня еще будете… — Снейп отобрал руку у мальчишки и ссутулился. — Но вы правы. Что еще?

— Блэк, — напомнил Гарри. — Я прочитал кучу газет, но так и не понял, что произошло.

— Рехнулся, — фыркнул профессор.

— А если с самого начала и для тупых?

— Вы в курсе, что дом ваших родителей был под таким заклятием, которое не позволяет пройти чужим? И провести туда кого-то может только Хранитель тайны либо сами хозяева?

— Читал, ага…

— Так вот, Хранителем был Блэк, — мрачно сказал Снейп. — Это он впустил Лорда.

— Сэр, а вы не бредите? — заботливо осведомился Гарри.

— А вы не забываетесь, Поттер?

— Нет! Но если он даже это сделал, зачем он потом поперся в Лондон, убил Петтигрю и кучу народу вдобавок, а потом позволил себя арестовать и посадить? Он что, совсем ку-ку? — Гарри покрутил пальцем у виска. — Вы сказали, что Блэк того, взбалмошный, но не совсем же долбанутый!

Профессор молча тряхнул головой. Поттер деликатно отвернулся: он давно делал вид, будто не замечает, что космы Снейпа пришли в божеский вид. Девочки уже и засматриваться начали, когда тот наклонял голову, а свет падал как-нибудь особенно удачно. Вот что приличный шампунь значит! Пусть даже и лошадиный…

— Я не знаю, — сказал он.

— А попроситься к крестному нельзя? — спросил Гарри. — Ну типа встретиться…

— Не пустят.

— Козлы, — мрачно сказал Поттер. — Я пойду, сэр?

— Свидание?

— Ага. Ну, вы понимаете…

— Идите уже отсюда, Поттер.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Как-то тут все совсем паршиво. Мой папаша, как выяснилось, был анимагом — это когда в животное превращаются. Олень, блин! Компания не лучше: собака, крыса и оборотень. (Кстати, я тоже постараюсь научиться, хочу быть барсуком: с виду ничего особенного, такой себе увалень, а поди раздразни, и получишь!) Так вот, от препода я ничего толкового не узнал. Ну был крестный дуралеем, так и что? Он хранил тайну нашего дома, провел убийц… Но почему потом так засветился? Нарочно, что ли? Типа спрятался от властелина в тюряге? Но это бред… Ничего не понимаю!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ты прав, дело тухлое. Вот если бы ты сумел поговорить с крестным, а так…

Приятель, слушай, у меня какое-то вот чувство, что ты говорил о важной вещи, но я позабыл. Это касалось крыс, однозначно. Подумай, а? Вдруг что припомнишь?

П.С. Вот еще крышечки для Луны. Привет ей.»

* * *

«Яблоневая плодожорка! Ты гений!

П.С. Она говорит, спасибо, уже хватит. Надо переходить на новые материалы. Тебе тоже привет.»

* * *

— Сэр, — негромко позвал Гарри профессора, ссутулившегося над грудой пергаментов. Ясно было, что проверять их тот и не собирается. — Позвольте вопрос!

— Ну?

— Мой отец дружил с Блэком?

— Логично, если он позвал вам в крестные именно его!

— У меня не сходится… — пробормотал Гарри, подперев подбородок руками. Шен, свисающая с его шеи, сунулась в лицо, и хозяин потрепал ее по голове, как кошку.

— Что там у вас не сходится?

— Кого ни спрошу: они были друзьями, Блэк за отца кого угодно мог порвать, хоть самого Темного властелина. И вдруг предал. Так не бывает. Может, его заставили? Вы рассказывали о непростительных заклятиях…

— Авроры проверили, Блэк вполне себя контролировал.

— А метка у него была, сэр? — вдруг спросил Поттер.

— Н-нет… — выдавил тот. — И я… я никогда его не видел на собраниях… Ну, вы поняли.

— Либо он очень глубоко внедренный агент, либо невиновен, — буркнул тот. — Простите, что отвлек, сэр.

Снейпа передернуло: задумчивость на лице Поттера могла означать только одно — тот готовит какую-то пакость.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Все запутывается еще сильнее. Попроси отца навести справки о том, кто управляет капиталом Сириуса Блэка, пока тот нары давит. Не выйдет — ничего, попытка не пытка!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Прости, что так долго. Папа попросил консультации, так в банке начался вселенский кипеш! Твой крестный, уж не знаю, с какого бодуна (а может, и правда с бодуна), передал свои активы под управление… угадай, кому? Ага! Причем — только сядь, а то рухнешь, — для тебя! Крутой расклад, а?

Не знаю, что от его состояния осталось. Есть дома, поместья и еще кое-какая неотчуждаемая собственность, но вообще, боюсь, твоему крестному на жизнь едва хватит.»

* * *

«Спасибо, плодожорка.

Все намного хуже, чем мне казалось изначально. Буду держать тебя в курсе!»

* * *

«Пожиратель, я вспомнил. Крыса. Первый курс. Дошло?»

14

— Держи мозгошмыгов под контролем, — сказала Луна, неслышно подойдя сзади.

— Я стараюсь, — грустно ответил Гарри и приобнял ее. — Да только они такие непослушные…

— Их можно выдрессировать, — улыбнулась девочка, и записка оказалась в его рукаве.

— Ну так научи меня, как!

— Не выйдет. У каждого они свои, — серьезно сказала она и ушла.

«Ладно, — подумал Гарри, прочитав письмо от Терри. — Будем работать грубо.»

— Сэр, скажите, — спросил он вечером Снейпа, — а крысы могут жить больше трех… ну, пяти лет?

— Нет, — ответил тот, не отрываясь от книги.

— Я все энциклопедии перерыл, думал, может, она волшебная какая, но ничего подобного не нашел.

— Вы о чем? — очнулся профессор.

— Я о крысе Уизли, сэр. Рон говорил, что она ему досталась от Перси в наследство… ну и сами прикиньте, ей же больше десяти лет! Я сперва думал, что просто когда одна дохнет, покупают новую, так часто делают, чтоб детишки не расстраивались. Но неужто Уизли такие садисты, что всем один и тот же палец отрезают? Чтобы на прежнюю точь-в-точь походила? И я близнецов расспросил, они говорят, это всё та же самая, никто ее нарочно не калечил, а они без нужды врать не станут…

— Палец? — нехорошим голосом переспросил Снейп.

— Угу, на передней лапе.

— Поттер… — Профессор едва совладал с голосом. — Добудьте мне эту крысу!

— Живой или как? — деловито спросил тот.

— Непременно живой, — выдохнул Снейп. — Я на ней… опыты ставить буду! Сможете?

— Без проблем!

Сперва Гарри хотел подключить к операции Шен, но та с огорчением сообщила, что крысу сразу сожрет либо отравит. Инстинкты, видите ли! Пришлось звать на подмогу миссис Норрис.

— Принеси мне крыску, киска, — шепотом втолковывал кошке Гарри. — Любую, но лучше самца. Я в долгу не останусь, ты знаешь!

— Фр-р! — сказала та и умчалась куда-то.

…-Уизли, а твой крысюк еще не подох? — раздалось на выходе из Большого зала. — Фу, а воняет так, будто уж неделю как того…

— Отвали, Поттер!

— Сам отвали!

Сильное столкновение плечами, и вялая старая крыса Уизли, для надежности приложенная заклинанием, отправилась в оттопыренный карман Поттера…

— Отдай Коросту!

— Да забери ты свою тварь! Она вон даже шевелится, а я думал, готова! — фыркнул тот, сунув в руки Уизли усыпленную дикую серую крысу, и поспешил улепетнуть.

…-Сэр!

— Еще раз так ко мне ворветесь, можете вообще больше не приходить, — невозмутимо сказал Снейп.

В дверь, к которой прижался спиной Поттер, что-то грянулось.

— Сэр, за мной гонится банда гриффиндорцев, а крысу я добыл! То есть они за мной потому и гонятся, что не удалось чисто уйти!

— Под стол, — скомандовал тот, дождался выполнения команды и отворил. — Так-так… И зачем вы ломитесь в мою дверь? Дополнительные занятия вам не грозят, мистер Уизли, мистер Лонгботтом… Мисс Грейнджер, что за дурную компанию вы выбрали? Я был о вас лучшего мнения!

— Тут спрятался Поттер! — выдавил Уизли.

— У меня?! Поттер? Вы в своем уме? — вздохнул Снейп. — И долго я еще буду стоять на пороге? В чем дело?

— Он стащил мою крысу! Он ее подменил! — Уизли продемонстрировал здоровенного серого крыса, который уже очухался, надсадно верещал и норовил тяпнуть его за палец. Остальные закивали, но прежде, чем Грейнджер открыла рот, профессор веско произнес:

— С домыслами по поводу Поттера, подмены крыс и прочего — в больничное крыло. А лучше — сразу в Мунго.

И хлопнул дверью.

— Вот вам эта тварь, сэр, — негромко сказал Гарри, выбираясь из-под стола. — Клетку бы…

— Зачем? Позовите Шен…

— Лучше не надо. Ну… свидетель же, если это и вправду он, а Шен его запросто отравит, она ведь говорила.

— Точно. Старею… — мотнул головой Снейп и трансфигурировал клетку из контрольных первого курса. Повезло кому-то — заново писать придется! — Давайте крысу.

— Вот! А можно мне руки помыть?

— Там, — махнул профессор и уставился на замершего в клетке грызуна. — И что же мне с тобой для начала сделать, Петтигрю?

Крыса затряслась.

— А позовите все-таки Шен, Поттер, — попросил Снейп, любуясь агонией грызуна.

Прошла пару минут, и расписная, уже почти двухметровая змея скользнула на колени к Гарри.

— Мне его с-съес-сть? — спросила она.

— Нет, только напугать. Не до смерти.

— С-с-старая, невкус-сная крыс-са… — Шен обвилась вокруг клетки и просунула узкую голову между прутьями. — Иди с-с-сюда, крыс-са…

— Сэр, его так удар хватит, — обеспокоенно произнес Гарри, наблюдая за добычей. — Вы можете превратить анимага обратно в человека?

— Могу.

— Ну давайте вы его превратите, Шен посторожит, а если он помрет в процессе… — Гарри задумался. — Так думосбор есть и веритасерум! Вы не подумайте чего, я крестного вообще не помню, но вот так с ним поступить — это же нечестно, согласитесь?

— Да, — мрачно сказал Снейп. — Даже ему я не пожелал бы всех этих лет в Азкабане.

— А Петтигрю — всех этих лет в облике крысы? — коварно спросил Поттер.

— Ну а это был личный выбор Питера, — улыбнулся профессор.

— Логично… Там еще кое-что есть, сэр, я вам потом расскажу. Ну да вы сами можете догадаться — опять на бабло всё завязано…

— Кажется, понимаю, о чем вы, — кивнул тот. — Один из дядюшек вашего крестного отсыпал ему приличную сумму… за что и был выжжен с гобелена. Ну а после смерти родителей Блэку тоже досталось немало средств… Я верно вас понял?

— Ага, — кивнул Гарри, всем своим видом демонстрируя, насколько приятно разговаривать с умным человеком. — А крестный оставил все это для меня. Сами понимаете, кому.

— Ясно… — прошипел Снейп. — Ну что ж, отзовите змею!

— Шен, иди сюда, а то попадет случайно заклинанием!

Та недовольно оставила крысу и отползла в руки Гарри.

— Ну же, Питер, — произнес Снейп таким тоном, что Поттер поежился. — Яви нам свое истинное обличье!..

* * *

«Привет, яблочная плодожорка!

Могу тебе сказать одно — это было омерзительно. Крыс валялся у нас в ногах и рыдал, умолял простить, но тут уж мы были единодушны — только открытое слушанье дела! Главное, удалось директора обойти: я подумал, что если он узнает о Крысе, то как-нибудь его или отмажет, или спрячет, или прибьет, а потом скажет, что так и было. Поэтому сам-знаешь-кто вызвал авроров (это здесь типа полиции или спецназа) напрямую (за что потом очень здорово огреб от директора), а те уже забрали нашу хвостатую добычу куда положено.

Он много чего наговорил (спасибо моей змее!), чего не хотел повторять на процессе, но у нас был думосбор — это типа видеокамеры. (Хорошо, сам-знаешь-кто умеет подчищать воспоминания, а то все бы полюбовались моей змейкой! А нам этого не надо.) Словом, суд впечатлился и впаял ему высшую меру, то есть поцелуй дементора. Считай, смертная казнь.

А если в целом: это Крыс был Хранителем тайны, а думали все на крестного, это же логично! Ну а они типа так врага запутать хотели. Дозапутывались! Крыс их и сдал. Крестный догадался, рванул следом за ним, то ли арестовать хотел, то ли что, но Крыс-то хитрый, палец себе отрезал, чем-то бабахнул, превратился и смылся — ему-то легко спрятаться… Полна улица трупов, никакого Крыса, один мой дурак-крестный стоит и глазами хлопает. Он ведь сдался сам, не сопротивлялся, помнишь? Ну и получил свои одиннадцать лет ни за что…»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Какая пакость… Хорошо, что мы про крысу вспомнили. Интересно, Рыжий страдает от того, какую тварь пригрел на груди (хе-хе)?

Что с твоим крестным? Он жив хотя бы?»

* * *

«Здорово, яблоневая плодожорка!

Рыжий в истерике — столько лет спал в одной постели со взрослым мужиком! Братья ему теперь прохода не дают, издеваются. Правда, я им напомнил, что Перси тоже ночевал с этой тварью, теперь они и его изводят.

Крестный жив. Его забрали из тюряги, он в больнице. Ну, сам посуди, в каком он должен быть состоянии после отсидки… Скоро обещают пустить меня к нему, понятно, в сопровождении сам-знаешь-кого. Ты с нами?»

* * *

«Пожиратель, кретин, конечно, я с вами! Только за день скажи, чтобы я в школе отпросился.»

* * *

— Ну а здесь-то вам ваш приятель зачем? — шипел Снейп не хуже Шен.

— Для моральной поддержки, — ответил Поттер, жуя лимон. Судя по его физиономии, поддержка ему совершенно не требовалась.

— Это нарушение Статута о секретности!

— Сэр, его отец работает в «Гринготтсе», мать пишет в соавторстве с Лавгудом, я его друг, о каком Статуте тут может идти речь?

— Мерлин великий, почему я не умер еще до суда? — тоскливо спросил профессор, убирая волосы со лба.

Кстати, там-то Поттер вел себя безупречно, а в думосбор скидывал только те воспоминания, в которых не было видно Шен, хотя такому его Снейп точно не учил. Петтигрю верещал, конечно, что-то о змее, но это списали на умственное расстройство. Немудрено после стольких лет бытия крысой! К счастью, послаблений безумцу суд делать не стал, и Петтигрю отправился к дементорам, а Блэка извлекли из Азкабана и попытались подлатать. Вот в больницу св. Мунго они с Гарри теперь и направлялись. Понять, нравится Дамблдору такой сценарий или нет, Снейп так и не смог, а поэтому нервничал…

* * *

— К вам посетители, мистер Блэк, — мягко выговорила медсестра.

Гарри вошел первым, уставился на крестного. На кровати лежал болезненно худой мужчина (тут Поттеру на ум пришли концлагеря). В коротко остриженных черных волосах была заметна седина, серо-голубые глаза глубоко запали. «А ведь он совсем молодой еще, — мелькнуло в голове у мальчика. — Ровесник Снейпу, но даже тот лучше выглядит!»

— Гарри? — вдруг хрипло спросил тот. — Ты — Гарри?

— Да, сэр, я Гарри Поттер, — ответил он и на всякий случай попятился, потому что глаза бывшего заключенного как-то опасно вспыхнули. — К сожалению, я вас не помню, но рад, что вы живы.

— Гарри…

— Вы что, боитесь подойти к крестному? — недовольно спросил Снейп, в которого тот уперся спиной. — Не беспокойтесь, будь он по-настоящему буйным, его бы пристегнули к койке!

— Сопливус? — Блэк неверящим взглядом уставился на невероятную картину. — Ты?!

— Я тоже рад тебя видеть, — обронил тот брезгливо.

Гарри оценил выражение лица профессора и по наитию взял его за руку. Пальцы едва заметно подрагивали.

— Давайте, может, потом придем? — спросил он, заглядывая ему в глаза снизу вверх.

— Ну что вы, Поттер… — Снейп высвободил руку и положил ее ему на плечо. — Нет ничего удивительного в том, что человек после стольких лет Азкабана не вполне контролирует себя. А в другой раз когда мы еще сможем выбраться, сами посудите? И так вас директор едва отпустил…

— Да, это вы верно говорите, сэр.

Сириус Блэк, онемев, наблюдал невероятную картину: сын Джеймса и Лили мирно разговаривал со Снейпом, а когда тот положил руку ему на плечо, не отпрянул, а, наоборот, прижался к тому, чуть ли не потерся щекой о черную мантию! И взгляд у него был… Такой взгляд… Тяжелый, холодный и оценивающий. Совсем как у Снейпа. Да и вообще выглядел Гарри так, словно не по углам скитался (как сообщили Блэку), а жил в свое удовольствие: крепкий парень, ростом уже до плеча Снейпу, а тот ведь та еще оглобля, хоть и тощая.

А вот кто второй мальчик, Блэк понять не мог. Рыжеватый — но точно не Уизли, может, родственник? Совершенно спокойный… Ага, вот характерный взгляд, адресованный Поттеру — похоже, это его друг. Однокурсник, может быть? Зачем тащить его с собой? Ладно, постепенно прояснится…

— Вы ведь себя не контролировали, верно, сэр? — обратился к нему Гарри очень и очень холодно.

— Пожалуй… — вздохнул Сириус. Не хватало потерять крестника из-з такой ерунды!

— Тогда будьте любезны извиниться.

— Я… — Он проглотил остатки гордости и выговорил: — Извини… Снейп. Само как-то сорвалось…

— Принято, Блэк, — отозвался тот совершенно спокойно. — Поттер, спрашивайте, о чем хотели, и идем. У нас мало времени.

— Я быстро, сэр!

Крестник приблизился к его кровати, всмотрелся в лицо.

— М-да, — сказал он. — Директор Блэк будет крайне недоволен.

— Ди… директор?.. А Дамблдор?!

— Бывший директор. Финеас Найджелус Блэк. Я пообещал ему выяснить правду, а если вы невиновны, то вытащить вас из Азкабана, — пояснил Гарри. — Он очень опечален тем, что у рода нет наследника.

— Ты пообещал портрету?!

— А что в этом такого? — нахмурился мальчик. — Мистер Блэк…

— Для тебя — Сириус.

— Хорошо, Сириус… Повторяю, я рад, что вы живы и на свободе, что все прояснилось. Мне очень жаль, что вам пришлось провести столько лет в заключении, будучи невиновным. Я одного понять не могу: что, в этом кретинском мире даже апелляцию подать нельзя?!

— Что подать? — спросил огорошенный Блэк.

— Он безнадежен, — сказал Снейп от дверей. Второй мальчик только удрученно покачал головой.

— Сэр, — обернулся к профессору Гарри. — Вы не знаете каких-нибудь юристов, адвокатов, только чтобы не были связаны… вы знаете, с кем?

— Простите, Поттер, это не по моей части.

— Я спрошу у папы, — подал голос рыжеватый мальчик. — Ну а он может навести справки у наших зубастых друзей. Думаю, у них все найдется. И компенсация будет ого-го какая!

— Компенсация за что? — выговорил Блэк.

— За то, что вы отсидели в чудовищном месте столько лет ни за что ни про что, — терпеливо пояснил Поттер. — Кстати, от вашего состояния тем временем остались рожки да ножки. Думать надо, блин, кому доверять управление капиталом!

— Но Дамблдор обещал…

— Козел старый, — убежденно произнес Гарри и улыбнулся так, что Сириус содрогнулся. — Если бы не… гм… хорошие люди, я бы к совершеннолетию лапу сосал. Ведь это вы должны были стать моим опекуном после смерти родителей, так?

— Да, — поежился тот.

— Ему бы никто вас не отдал, Поттер, — подал голос Снейп. — Молодой холостой волшебник буйного нрава, опасной профессии, из темномагического семейства, пусть даже и сбежавший из дома… Кстати, о доме: жить ему было, в сущности, негде, он ошивался у вашего отца, других приятелей, у дяди. И что?

— Точно, не отдали бы, и правильно сделали, — вздохнул Поттер. — Угробил бы ребенка…

Блэк только скрежетнул зубами.

— А тебе бы отдали, да, Снейп? — прошипел он.

— У меня как минимум была крыша над головой и какой-никакой заработок, — спокойно ответил тот.

— Ага! Подачки вашего Лорда! Ты руку-то Гарри показывал?! Объяснил, что это значит?!

— Показывал и объяснил, — ответил за профессора Поттер. — Это мы давно уже обсудили, Сириус, и я не хочу ссор. Давайте, я приду еще раз, когда вам полегчает? А что до меня, так вы ни о чем не беспокойтесь: у тети с дядей мне хорошо жилось, верный друг есть, — он кивнул на рыжеватого паренька, и тот улыбнулся, — учиться в Хогвартсе я не хочу, но приходится. Ну, ради занятий у профессора Снейпа я многое могу стерпеть… Меня ни от чего не надо спасать, Сириус. Лечитесь, пожалуйста, набирайтесь сил, а то ваш предок меня… обматерит, — завершил Гарри. — Нам пора, простите.

— Гарри… — одними губами сказал Сириус, глядя, как тот снова берет за руку ненавистного Сопливуса, а с другой стороны пристраивается второй мальчик. — Гарри…

— До встречи, Сириус! И, пожалуйста, из больницы никуда не сбегайте! — радостно улыбнулся тот, обернувшись на мгновение.

— Я только хотел сказать, что мой дом — твой дом, — потерянно произнес Блэк.

— Спасибо, — серьезно ответил Гарри, и дверь закрылась.

— Пора принимать лекарства! — вкатилась в палату полная медсестра. — Давайте-ка, мистер Блэк!

* * *

— Ну и как вам показался крестный, Поттер? — спросил Снейп, когда они вышли в холл.

— Пока что он совсем плох, — честно сказал тот. — Даже не знаю, отпустит его когда-нибудь или нет…

— Тут дело в другом, — подал голос Терри.

— А?

— Когда его посадили, ему сколько было? Чуть больше двадцати, да? Так вот он в этом возрасте и застрял, — сказал тот. — Насколько я понял, этот ваш Азкабан — совсем не как наши тюрьмы. У нас же заключенные и читать могут, и даже образование заочно получать, на прогулки выходить… Ну, как там с особо опасными, я не знаю, но вряд ли даже их постоянно держат в каменном мешке и в кандалах, морят голодом и еще пытают этими… дементорами! По-моему, расстрелять гуманнее… хотя смертная казнь уже мало где сохранилась.

— Угу, я тоже так подумал, — кивнул Гарри. — Помнишь, мы с тобой читали про шведские тюрьмы? Это ж курорт! Трехразовое питание, газеты, книги, прогулки, спортплощадки…

— Вы серьезно? — недоуменно спросил профессор.

— Да, сэр, — ответил Терри. — Хотите, я найду заметку? В библиотеке должна быть та газета.

— Не нужно, поверю на слово, — покачал тот головой. — Ну… в этом смысле магический мир консервативен. Или поцелуй дементора, или Азкабан…

— Что, по сути, то же самое, только медленно, — завершил мысль Гарри. — Ты прав, Терри. Сириусу по-прежнему двадцать с хвостиком. И еще неизвестно, сумеет ли он адаптироваться!

— Ему куратор нужен, сто процентов, — авторитетно сказал тот. — Иначе он каких-нибудь глупостей натворит. Опять же сто процентов. Слушайте, а мы можем поговорить где-нибудь… без посторонних?

— Прекрасная идея, Хиггс, — усмехнулся Снейп. — И, полагаю, лучше выбрать маггловское место.

— «МакДональдс», — хором произнесли оба.

— Я так и подумал. Прекрасно. Шумно, людно… И нет жучков.

— Да откуда им взяться-то? — удивился Гарри.

— Ну, знаю я одну даму, у которой анимагическая форма жука, — вздохнул профессор, — так что лучше поостеречься. Давайте руки…

…-Самое поганое, — говорил Гарри, дирижируя себе гамбургером и ненавязчиво подсовывая Снейпу картошку, — это то, что Сириус до печенок предан директору. Даже если мы ему покажем финансовые документы, он а) не поймет, что это за хрень, б) скажет, что деньги пошли на благое дело, даже если мне нифига не досталось.

— Именно, Поттер, — отвечал тот, машинально обмакивая полоску картошки в сырный соус, — у некоторых людей напрочь отсутствуют способности к критическому мышлению. Мерлин, ну и гадость вы едите!

— Тыквенный сок намного хуже, — фыркнул тот. — Так что дальше?

— Мне он не поверит никогда, — продолжил Снейп. — Вам, боюсь, тоже. Скорее, заключит, что вы под моим влиянием, а, следовательно, директор останется для него единственным авторитетом. А это ужасно, потому что Блэк, во-первых, попытается вырвать вас из моих загребущих рук, а во-вторых, я не знаю, что именно ему может поручить директор. Во имя общего и лично вашего, Поттер, блага!

— Сэр, есть идея, — встрял Терри, все это время что-то чертивший на салфетке. — Дурацкая, но все-таки…

— Давайте свою идею, Хиггс, — милостиво согласился профессор. — У вас голова неплохо варит… в отличие от некоторых.

— Ну вот не надо!..

— Тихо, Поттер. Я слушаю, Хиггс.

— Вот смотрите… Мистер Блэк выйдет из больницы. Чем он будет заниматься?

— Он был аврором, но вряд ли сумеет восстановиться на службе, — задумчиво ответил Снейп. — Скорее всего, станет выполнять какие-то поручения директора.

— А директор денег ему даст? — поинтересовался Терри.

— Хм… Вы к чему клоните?

— К тому, сэр, что мой папа, как вы, наверно, знаете, служит теперь в «Гринготтсе». И наши зубастые друзья крайне нелестно отзываются о том, кто растратил почти все состояние Блэка. Ну им же это невыгодно! — сказал Терри. — Гарри вот вовремя спохватился, у него все будет нормально, а деньги его крестного ушли неведомо куда… По идее, можно возбудить расследование, а на время этого расследования просто заблокировать все счета. Тогда мистер Блэк будет сидеть вообще без этого… без кната, но зато и директор не сможет пользоваться его средствами. Затянуть это можно очень надолго, лет-то прошло порядочно, пока все счета поднимут, пока выяснят, на что денежки потрачены…

— Кажется, я улавливаю… — задумчиво сказал Снейп. — Оголодавший Блэк кинется к директору, тот разведет руками и скажет «извини, мой мальчик, все во имя высшего блага!», а потом наши зубастые друзья вызовут клиента на ковер и подробно расскажут, кто, как и когда растратил его капиталы. Я прав?

— Да, сэр. У них все ходы записаны.

— Ну ты, Терри, голова! — потрепал его по макушке Гарри. — Если есть хоть один шанс из тысячи, что Сириус после этого опомнится, то надо провернуть дельце!

— И про компенсацию не забывай, — напомнил тот. — Это небыстро, я думаю, и стоит действительно потянуть дело. Чтобы твой крестный успел осознать — в тюрьме хреново, да на воле с голодухи тоже несладко.

— Имейте в виду, что с голоду он точно не умрет, — сказал Снейп. — Те же Уизли будут его подкармливать.

— А в этом нет урона для чести потомка древнейшего и благороднейшего рода? — хмыкнул Гарри.

— Да кто же разберет Бродягу, — буркнул тот. — Полагаю, если директор прикажет, он будет есть с рук у Молли Уизли и благодарно вилять хвостом. В прямом смысле.

— Портрет, — сказал Терри, подумав.

— Точно, — ответил Гарри. — Только Сириусу еще долго валяться в больнице, а картин там нет. Надо еще разок напроситься к нему в гости, а какую-нибудь пастораль я сопру в школе. Думаю, старикан крестному много чего доброго выскажет…

— Поттер, я в этом не участвую! — поднял руки Снейп.

— А кто меня провожать будет? Локхарт, что ли? Да я его по пути монтировкой пришибу! Терри, найдешь монтировку?

— А то, — улыбнулся тот. — Ну, на крайний случай, сковородку у мамы одолжу. Фамильную, чугунную.

— Ваш декан сопроводит, для разнообразия, — сказал профессор. — Или МакГонагалл. Или директор. Выбирайте!

— Лучше мадам Спраут! — тут же сказал Гарри. — Она нормальная тетка!

— Выражайтесь уважительнее, Поттер, — машинально произнес Снейп. — Вы доели, наконец? Нам пора…

* * *

— Гарри, мой мальчик, лимонную дольку? — привычно встретил его директор.

— Нет, спасибо, сэр, — так же привычно отказался Гарри, не без труда вытащил из кармана грейпфрут (Терри на прощанье вручил его со словами «хочу видеть, как ты его заточишь целиком, так что тренируйся!») и примерился к нему.

— Гарри, ты познакомился со своим крестным?

— Угу, — ответил тот, с трудом сглотнув терпкий сок и дав себе мысленное обещание стукнуть Терри по шее.

— Он понравился тебе?

— Пока не могу сказать, — честно сказал Гарри. — Он как-то… гм… не в себе, ну да это и понятно! Ну и мы не знаем друг друга совсем. Думаю, когда поближе сойдемся, будет лучше, он очень этого хочет! — Тут он уставился на директора честными глазами. — Сэр, а можно мне еще будет его навестить? Все-таки последний из друзей отца…

Он прекрасно помнил о Люпине, но решил посмотреть на реакцию Дамблдора. Тот кисло улыбнулся, но разуверять Гарри ни в чем не стал.

— Думаю, мы сможем это устроить, — ответил он. — Но, боюсь, профессор Снейп тебя сопровождать не сможет, он очень занят.

— Ну, я попрошу мадам Спраут! — радостно сказал Гарри. — Я думаю, она не откажется, верно ведь? Или профессора МакГонагалл! Или вы сами можете!..

— Мальчик мой, у меня столько дел… — покачал головой директор. Поттер поймал взгляд Блэка на портрете и подмигнул, мол, есть разговор. — Но, думаю, профессор МакГонагалл сможет вас сопровождать. Иди, Гарри, тебе нужно отдохнуть…

* * *

— С одной стороны, приятно слышать, что последний Блэк на свободе, — мрачно проговорил Блэк-старший, расхаживая взад-вперед по темной картине. — С другой — он совершенно отбился от рук! И вы правы, молодой человек, он ничего еще не понимает в жизни, и ему заданы неправильные ориентиры… Разбазарить наследство!.. Будь я живым, приложил бы его парочкой непростительных, чтобы неповадно было!

— Сэр, так вы согласны с ним повидаться? — осторожно вклинился Гарри, сидевший на корточках у стены пыльного коридора. Миссис Норрис бдила у выхода, готовая оповестить о незваном посетителе, Шен тоже ошивалась где-то поблизости — у них сложилось что-то вроде паритета сил.

— Разумеется! Иначе он натворит такого, что прежние его похождения покажутся детскими шалостями! Вы уже придумали, как пронести картину в палату?

— А то! — ответил Гарри. — Я просто холст вот из этой картины вырежу, и все. А в палате его к стенке приклею скотчем. Надеюсь, это для вас не слишком оскорбительно?

— Ну, насколько я понимаю, другого способа нет, — вздохнул тот. — Сойдет и так.

— Как мне дать вам знать, что пора двигаться? Вы же обычно в кабинете директора…

— Режь холст, изверг, не тяни! Я буду на своем месте, а как принесешь картину в палату, постучи вот так… — Блэк изобразил замысловатую дробь. — Я приду. Но лучше, конечно, предупреди заранее. Я должен подробно объяснить молодому человеку, в чем состоит его глубочайшее заблуждение!

— Хочу это услышать, — мечтательно произнес Гарри, вынимая из кармана перочинный нож.

* * *

— Крестный, добрый день! Как вы себя чувствуете? — Гарри был сама забота, и сегодня он явился один, без приятеля и профессора. Кажется, в коридоре мелькнула сухопарая фигура МакГонагалл, но она была достаточно деликатна для того, чтобы оставить их наедине.

— Спасибо, Гарри, намного лучше, — Сириус неуверенно улыбнулся.

— Вас навещал еще кто-нибудь? Ну, из старых друзей.

— Н-нет, — ответил тот. — Да ведь никого не осталось…

— Ну как же? — поразился Поттер. — А Люпин? А Грюм? Кто там еще был… Да хоть Дамблдор! Неужели он не заглядывал?

— Да, зашел ненадолго, он же так занят… — выговорил Сириус, думая о том, что Гарри как-то подозрительно много знает. Вряд ли от Дамблдора, тот предпочитает помалкивать, так от кого же? Вывод напрашивался только один, и он не радовал. Ну куда смотрел директор, когда позволил мальчишке подпасть под влияние Пожирателя смерти?!

— Плохо, — сказал Гарри, наблюдая за сменой выражений лица крестного.

— Ну что ж поделаешь… А как у тебя в школе? — оживился тот.

— Да ничего, — отмахнулся тот. — Ужас как скучно.

— Разве у тебя нет друзей? — осторожно спросил Сириус, припомнив оговорки директора.

— Есть. В большом мире, — усмехнулся Гарри. — А в этом… Н-ну… тут у меня подружка имеется.

— Уже! — засмеялся Блэк. — Кто, если не секрет?

— Луна Лавгуд, — ответил тот серьезно. — Тут я сорвал джек-пот, если вы понимаете, о чем я.

Сириус кивнул. Лавгуд? Был такой… странноватый тип. Ну да ладно, подружка не жена.

— А так, — задумчиво продолжал Гарри, — с друзьями в школе незадача. Позавчера опять двинул в морду Уизли: ну ничему не учится, не может от простого удара уйти. Ну я и выбил ему два зуба… — Он потер рассаженные костяшки пальцев. — Потом треснул по шее Малфоя, чтобы прекратил выделываться, не дорос еще. Потом мы играли в настольный теннис с Ноттом, кстати, это дело отлично реакцию тренирует, он оценил, позвал остальных, стали играть двое на двое, мы с ним против Крэбба с Гойлом, обставили их на раз-два.

— Гарри, ты же на Хаффлпаффе, — вставил Сириус.

— И что?

— Почему же ты общаешься со слизеринцами?

— А почему нет? — пожал тот плечами. — У них башка варит. Хотя Луна вообще из Рэйвенкло… Из гриффиндорцев я только с Дином могу о футболе поболтать и с Лонгботтомом немножко, да и то его уже испортили. У нас вот скучновато. А эти ребята много чего знают и умеют, чего ж не поучиться? Надо было все-таки туда идти, — вздохнул он.

— А…

— Шляпа предлагала, — хмыкнул Гарри, — да я не согласился. На Гриффиндор тоже. Нафиг?

— Я ее убедил распределить меня на Гриффиндор, — сказал Сириус сквозь зубы.

— Ну и зря, вы же чистый слизеринец, — вздохнул тот. — Там бы вы были на своем месте, а тут… дурью маялись.

— Это тебе Сопливус наплел?

— Сэр… — Гарри снял очки и прищурился. — Я, кажется, уже говорил…

— Извини! Снейп, я хотел сказать, — поднял руки Сириус. — Понимаешь, это школьное прозвище, никак не отлипнет!

— А откуда оно взялось? — между делом поинтересовался тот.

— Да я уже не помню… — почесал в затылке Блэк. — Кажется, мы ему наподдали разок, чтобы не умничал, он и пустил слезу. Ну Джеймс моментально и придумал, а его прозвища приклеивались раз и навсегда.

— М-да, очень достойный поступок — вчетвером на одного, — фыркнул Гарри.

— Ты его защищаешь, что ли? — изумленно спросил Сириус. — Этого…

— А почему нет, собственно? — снова прищурился тот. — Лично мне он никогда ничего дурного не делал, хотя на дух не выносил… в первое время. По-моему, он лучший преподаватель в нашей долбаной школе, и это несмотря на то, что ненавидит он ее всей душой. Он пытается меня чему-то научить, вроде бы небезуспешно, и я могу ему доверять гораздо больше, чем собственному декану или директору. Чего вам еще нужно, Сириус? Я верю, что в моем возрасте он был мелким противным засранцем, которому так и тянет накостылять, да только такие типы быстро растут и становятся большими засранцами, а им уже хрена с два наваляешь, они сами кого хочешь по стенке размажут… Ну вот как я, например, — добавил он не без самодовольства. — И давайте без этой детской чепухи, очень вас прошу! Я не хочу выбирать между учителем и крестным, потому что заранее знаю, кого именно выберу…

Гарри сделал выразительную паузу, чтобы Сириус сумел переварить сказанное.

— Хорошо, — выдавил тот наконец. — Я лучше вообще не буду о нем упоминать.

— Ну и прекрасно! Вот что еще… Тут кое-кто хотел с вами побеседовать о вашем поведении.

— Директор? — вскинулся Сириус.

— Ага, директор, — ухмыльнулся Гарри и полез за пазуху. Оттуда он выудил сверток, из кармана — скотч, и принялся надежно приклеивать к стене напротив койки крестного старый темный холст. Потом постучал по нему и произнес: — Гхм, сэр! Мне кажется, сейчас ваш выход!

— Ну здравствуй, потомок, — вкрадчиво произнес Финеас Найджелус Блэк, выступая из темной глубины картины. Сириус помнил его еще по портретам в родном доме и невольно содрогнулся. — Надо же, до какого гнусного состояния можно довести представителя древнейшего и благороднейшего семейства… Поттер, выйдите, я желаю побеседовать с наследником наедине!

— А если он вас оборвет со стены, сэр? — поинтересовался тот.

— Не оборвет. Палочка у вас с собой? Вы этого заклинания не знаете, ну да я вам подскажу…

— Эй! — возмутился Сириус. — Я на помощь позову!

— Silencio, — невозмутимо сказал Гарри. — Сэр, так что я должен сделать? Я могу кое-чем приложить, но он же должен все слышать и соображать при этом, да?

— Именно. Действуйте, как я скажу…

…-Что там такое, Поттер? — недовольно спросила МакГонагалл, когда тот вывалился в коридор, пряча палочку в рукав. Из палаты доносилась ругань: что-то коротко вскрикивал освобожденный от заклятия немоты Сириус, и громко, убедительно, голосом, способным перекрыть шум большого собрания, вещал кто-то еще.

— А! Это с крестным захотел побеседовать один из его родственников, — улыбнулся тот, привалившись к стене. — Простите, профессор, видимо, придется подождать, у него накопилось…

— А без нас они не обойдутся?

— Нет, я же потом должен отклеить крестного от кровати, а его родственника — от стены, — вздохнул Гарри и прислушался. — Ух ты, это надолго, похоже… Тут негде выпить кофе, не знаете?

— У меня масса дел, Поттер, — процедила та. — Сопровождать вас…

— Я знаю, профессор! — воскликнул тот. — Но одного меня никуда не отпускают, я в этом не виноват!

— Кофе можно выпить на первом этаже, — смягчилась МакГонагалл. Из палаты доносились уже не просто проклятия, а натуральные раскаты грома, на фоне которых поскуливание Сириуса звучало неубедительно. — Я думаю, лучше приглушить эту какофонию, чтобы не тревожить окружающих.

— О, а покажите, как, профессор! — загорелся Поттер. — Ага… ага… Все, понял. Пойдемте за кофе! С меня булочки!

«Бедный мальчик… — по инерции подумала Минерва МакГонагалл, следуя за ускакавшим к лифту Гарри. — Бедный?! Да он богаче нас всех! И вовсе он не похож на обиженного ребенка, он сам вечно всех обижает. Учится скверно, но небесталанен… Просто я не могу найти к нему подход, какая досада!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Это был натуральный цирк! Я, к сожалению, всего не слышал, но переорать директора Блэка, по-моему, никому не под силу. Крестный что-то там повизгивал, но толку-то с этого? Старик потом кратенько мне сказал, мол, объяснил мальчику всю глубину его заблуждений. Ну, я видел, на крестном лица не было, он все норовил под одеяло спрятаться, пока я портрет снимал. Старик вроде остался доволен, просил проследить, а если что, то повторить сеанс. Говорит, наследник не вовсе безнадежен, просто попал в дурную компанию. Теперь требует, чтобы я познакомился с теткой (это для простоты), которая жена Павлина. Та, что замужем за магглом, у него в запасе на самый крайний случай. Ну и еще одна сидит с мужем вместе, ее он тоже хотел бы вытащить, да, говорят, у нее с головой плохо. Однако попробуем. Сам понимаешь, хоть дальняя, да родня!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Лови целую кипу документов, это все юридические заморочки, папа расстарался. Вернее, наши зубастые друзья расстарались. Кстати, у твоей тетки, которая сидит, тоже ничего так состояние, и у мужа ее — будь здоров. И ты не заметил? Павлин был с ними, но он в шоколаде, а они… Сечешь? Он просто вовремя понял, кому и сколько отстегнуть! И — опять папа навел справки — он не такой уж и богатый, просто пыль в глаза пускает. Похоже, все ушло на взятки. Зато на свободе остался!

П.С. Попытай своего препода, как он-то не сел? У него, я так понял, с деньгами плохо… Директор помог?»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Спасибо за документы, изучаю, скоро мозги закипят…

Знаешь, если так, если Павлин не сел только потому, что заплатил, то мне из чистой вредности надо тетку вытащить. Крестный твердит, что она не в своем уме, но на него иногда посмотришь — так тоже надо сразу в дурку везти! Видимо, это у них семейное. Портрет сказал, что вправит „девочке“ мозги, только ж им как-то встретиться надо! Вот сейчас прорабатываю план — хочу в Азкабан! В смысле, повидаться. То есть повидаться поедет крестный, а я с ним. Запретят — устрою забастовку, голодовку, а для верности что-нибудь взорву.

П.С. Ага, директор, кто ж еще.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Я тоже хочу в Азкабан! Если вас повезет сам-знаешь-кто, может, и меня возьмут? Интересно же!

Вот новости от папы: состояние мужа твоей тетки, ее деверя и ее собственное под арестом. Распоряжается ими — та-дам! — министерство. Не директор, но по мне так что совой об пень, что пнем по сове. И, кстати, Толстому повезло, что у него хоть бабка есть, иначе он жил бы намного хуже твоего: родители в больнице, похоже, навсегда, близкой родни нет… Понял? На той войнушке министерские и директор руки та-ак нагрели… И кто разберет, может, Властелина и вовсе не было? Информационный фантом, во!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Извини, в Азкабан тебе никак нельзя. Ты там от этих дементоров в момент загнешься, это раз, два — не хочу тебя светить, три — с нами в любом случае будут авроры, а тут смотри пункт два.

Да-а, твой отец молодцом! И идея про Властелина интересная. Может, и правда его не было, а имелась только законспирированная организация? Кто-то изображал главного, клейма эти ставили посвященным, фигней всякой занимались… И готова легенда! Вот это было бы красиво!

Крестного выпустили. Он посидел несколько дней дома, заскучал и поперся в банк, куда его уже до того раз пять приглашали. Послушал, что к чему, и озверел. Я тебе скажу, представители этой семейки в ярости — это что-то! (Откуда я знаю? Так я подслушивал, когда он с директором в кабинете разговаривал. Вернее, орал.) Дальше он буквально рвал рубаху на груди, брызгал слюной и клялся, что вытрясет из директора все, что тот спустил невесть на что, до последнего кната, потому как война хрен знает когда кончилась, а деньги где, где деньги-то?! (Старикан с портрета ржал и аплодировал.) В итоге они, правда, помирились, но крестный теперь смотрит на директора зверем, а мы с ним более-менее нашли общий язык.

П.С. Привет от Луны. Она спрашивает, можно ли раздобыть большие перламутровые бусины.»

* * *

«Здорово, пожиратель лимонов!

Эх, жаль, но ладно. Загибаться мне еще рано… Но ты мне все потом подробно опишешь! Как дело-то продвигается? Как тот дядька, которого рекомендовали наши зубастые друзья?

Ну а что? Нормальная идея, мне кажется. Поспрашивай осторожно сам-знаешь-кого, вдруг что проскользнет?

Вижу, твой крестный не совсем безнадежен. Почаще напускай на него старика с портрета! Хотя… я так понял, крестный теперь дома живет? Там картины должны быть, так что старик сам заявится, когда захочет, ха-ха!

П.С. Луне тоже привет передавай. Вот, такие бусины пойдут? Взял разноцветные, это пластмасса, стоит недорого, могу еще хоть мешок купить. Еще бисер есть и мелкие бусинки, нужно?»

* * *

«Хай, яблоневая плодожорка!

Дело движется со скрипом, но я их дожму. Спасибо твоему отцу и нашим зубастым друзьям за юридические консультации, а особенно за Адвоката. Он, конечно, дерет бешеные деньги, но толк во всей этой дряни знает.

К сам-знаешь-кому я пока особо не суюсь. Он вообще носа из подземелий не высовывает, разве что на занятия, даже на обед-ужин не выходит. Явно не хочет с директором сталкиваться… хотя смысл прятаться? Тот всегда его вызвать может!

Крестный немного успокоился, познакомился с Адвокатом и пытается врубиться в то, что же все-таки случилось с его наследством. Пишет мне через день, потому что вникать у него получается хреново (даже я лучше разбираюсь в этих вещах), ну а мне нетрудно ответить. Еще он мне сказал, что есть потрясная штука — карта, которую они всей компанией сделали и заколдовали. На ней видно любого, кто тусуется в замке и окрестностях. Я отправил Шен ее искать, если обнаружится, цены ей не будет!

П.С. Луна в полнейшем восторге, обещала тебя поцеловать, как увидит. Помнишь, что я говорил? Попробуешь отбить — дам в глаз! И отсыпь еще горсточку сиреневых бусин.»

15

— Мальчик мой, может быть, ты все-таки откажешься от этой опасной затеи? — Дамблдор забрал бороду в кулак. Правда, даже он уже понял, что заставить Поттера отказаться от чего-либо проще всего ударом кувалды по голове, и то еще не факт, что та не отскочит в лоб благодетелю.

— Не вижу тут ничего опасного, сэр, — хладнокровно ответил Гарри. — Со мной крестный, четверо авроров, поверенный, профессор Снейп… Хотите, и вы с нами?

— Но дементоры…

— Пока не встречал, — сказал Поттер. — Очень интересно взглянуть. Может, мы уже отправимся? Времени на посещение нам отвели не так много, сэр.

Тот только махнул рукой и принялся гладить феникса, пытаясь понять, что же было упущено в воспитании надежды магического мира…

— Гарри, может, правда не надо? — пробормотал Блэк. Его била крупная дрожь.

— Надо, Сириус, надо, — твердо сказал тот. С другой стороны ощущалось надежное плечо Снейпа. Сзади шел мистер Флойд, поверенный обеих семей, нанятый по рекомендации «Гринготтса», а авроры охватывали процессию «коробочкой». — Родственники мы или как?

— Ну…

— Да прекратите вы трястись! — возмутился Гарри.

— Не могу… Увидишь — поймешь.

— Поттер, вы помните, что я вам рассказывал о дементорах? — встрял Снейп.

— Так точно, сэр.

— Патронуса вы вызывать еще не умеете, поэтому просто держитесь поближе к взрослым, ясно вам?

— Конечно, сэр. Чего ж тут неясного?

Гарри только усмехнулся про себя. Выбить разрешение на посещение Азкабана было не так-то просто. Пришлось навалиться и Сириусу (на которого наорал Блэк-с-портрета), и гоблинам, и назначенному ими поверенному, и некоторым другим влиятельным людям (Малфою, например, на которого надавили все разом), потратить приличную сумму, но в итоге Поттера все-таки допустили на свидание с дальней родственницей. Ему очень хотелось прихватить с собой Малфоя-младшего с матерью, все-таки куда более близкая родня заключенной, но тех как раз и не пустили.

— Сюда, в этот блок… — Тюремщик лязгнул ключами, пробормотал какое-то заклинание, и тяжелая дверь отворилась совершенно бесшумно. — Дементоров отсюда отогнали на время вашего посещения, но все равно смотрите по сторонам. Последняя камера по коридору. К решетке близко не подходите, опасно.

— Вот где-то тут должен был сидеть и ты, Снейп, — прошептал Сириус, невольно поеживаясь. Будь он собакой, взъерошился бы и поджал хвост.

— Заткнись, Блэк, — бросил тот. — Поттер, не спите на ходу!

— Я не сплю, я осматриваюсь, — с достоинством ответил тот. — Мрачненько, однако…

— Это здесь, — не слушая, произнес Снейп. — Вперед, Поттер, Блэк, а мы в сторонке постоим.

Гарри, проигнорировав предупреждение, подошел поближе к решетке. На него отсутствующим взглядом смотрела когда-то очень красивая, а теперь изможденная, исхудавшая женщина в тюремном рубище. В грязных спутанных темных волосах светилась седая прядь.

— Господи, за что ж ее так… — прошептал Гарри.

— Убийства, пытки, пособничество Сам-знаешь-кому, — таким же шепотом ответил Сириус, невольно придерживая крестника за плечи: то ли беспокоился, что тот сунется еще ближе, то ли сам боялся.

— Угу, прямо как у вас, — фыркнул тот и негромко позвал: — Миссис Лестрейндж! Эй! Миссис Лестрейндж!

Реакции не последовало.

— По имени попробуйте, — посоветовал из глубокой тени Снейп.

— Кузина? Белла? — осторожно окликнул Сириус. И снова ничего.

— Беллатрикс Блэк! — громко произнес Гарри, и только тогда женщина моргнула и взглянула на него уже осмысленно. Потом перевела взгляд на Сириуса, и лицо ее исказилось.

— Что, выпустили? — хрипло спросила она. — Подлизываться ты всегда умел…

— Миссис… э-э-э… Беллатрикс, — выбрал Поттер. — Скажите, какой сейчас год?

— А ты кто такой, щенок? — безразлично спросила она.

— Гарольд Джеймс Поттер, к вашим услугам, — раскланялся тот, и женщину подбросило на нарах.

— Поттер?! Живой?! — она схватилась за прутья решетки, и Сириус поспешил оттащить мальчика подальше.

— Ну, как видите, живой и вполне здоровый, — согласился тот, высвобождаясь из рук крестного. — Мне двенадцать, если что. Вы тут одиннадцать лет. Сириус вышел совсем недавно.

— Угу, благодаря тебе… — вздохнул тот.

— Не только мне, — поправил Гарри, снова приближаясь к решетке. — Так вы можете сказать, какой теперь год?

Судя по взгляду Беллатрикс, она запросто могла перечислить все непростительные заклятия, но года не помнила.

— Мистер Флойд, можно вас на секундочку? — попросил Поттер. По спине у него бежали мурашки.

— Да, молодой человек?

— Мне кажется, или на руках у миссис Лестрейндж следы от кандалов, причем очень глубокие?

— Вам не кажется, мистер Поттер. Миссис Лестрейндж, если вас не затруднит, протяните руки сквозь решетку, да, вот так… поверните…

Защелкал колдоаппарат, несколько раз клацнул и обычный маггловский фотоаппарат, который Гарри предусмотрительно захватил с собой (света было мало, но кто мешал как следует подсветить палочкой?).

— На шее тоже следы, — сказал он. — Вы не могли бы запрокинуть голову и убрать волосы? Ох, ничего ж себе!.. Гуантанамо гребаный!

— Я подозреваю, что с ногами та же история. И, кстати, миссис Лейстрейндж стоит босая на ледяном каменном полу, — заметил поверенный. — В камере сквозняки, недостаточно света, матрац соломенный, одеяло… гм… Удобств нет.

Просунув объектив сквозь решетку, он активно им защелкал.

— Вы что… вы что делаете? — стряхнула с себя оцепенение Беллатрикс.

— Ногу покажите, пожалуйста, миссис Лестрейндж, щиколотку, — попросил мистер Флойд. — И другую, если вас не затруднит. Ну, как я и думал, налицо…

Дальше он разразился длинной тирадой, из которой мало кто что понял, но ясно было: в таких нечеловеческих условиях нельзя содержать даже животных.

— Очень забавно! — с хриплым смешком сказала Беллатрикс, в упор глядя на кузена. — Спохватились! Подите прочь!..

— Тетушка Белла, — встрял Гарри прежде, чем она разразилась руганью, — можно мне вас так называть? То есть если вы против…

— А ты кто? — моргнула она.

— Гарольд Джеймс Поттер, — терпеливо ответил он. Снейп в углу только покачал головой. — Гарри Поттер. Крестник Сириуса.

— Сириуса?.. — Она снова перевела взгляд на кузена. — Ах да, Сириус… Чего тебе?

— Возьмите, пожалуйста, — Гарри быстро выпутался из теплой мантии. — Тут ужас как холодно!

— Что?.. — Беллатрикс машинально взяла просунутую сквозь решетку одежду. — Да… холодно…

Ясно, что мантия Гарри была ей мала, но хоть плечи могла укрыть.

— Холодно… — повторила она, деревянной походкой вернулась к нарам, улеглась и больше уже ни на что не реагировала.

— Это у нее еще хороший день, — сказал, возникая откуда-то, тюремщик. — Хуже, когда она на решетку бросается и вопит дурным голосом. Никак не может запомнить, что муж ее недавно умер, все зовет его. А так… недолго ей осталось, уж помяните мое слово!

— Уж помяните мое слово, — злобно произнес Гарри, тщательно приклеивая скотчем на стену напротив клетки Беллатрикс старый холст, — она еще прилично протянет. Надеюсь, картины на стены тут вешать не воспрещается?

— Да вроде нет, а чего там? Фрукты всякие? Да пускай, все есть за что глазу зацепиться, — равнодушно ответил тюремщик. — Пойдемте, господа, пора.

— Вы все зафиксировали, сэр? — спросил Поттер мистера Флойда.

— Да, материалов более чем достаточно, — ответил тот мрачно. — Идемте скорее, мне самому тут не по себе…

…-И чем вы только думаете, Поттер? — шипел Снейп, снимая мантию и закутывая в нее окоченевшего Гарри.

— Головой, сэр, — фыркнул тот, покосившись на ссутулившегося и мелко дрожащего Сириуса. — Мне ничего не будет, ну, простыну, выпью микстурку, и всё, дел-то. А каково там вот ночевать, даже представить страшно! Ваша мантия бы больше подошла, — вздохнул он. — Она шире и длиннее. Но не мог же я начать вас там раздевать!

Снейп поперхнулся. Никакой радости от встречи с бывшей красавицей Беллатрикс, верной последовательницей Темного лорда, он не испытывал, но и видеть ее в таком состоянии было невыносимо. Лучше было бы добить, подумал он, а потом вспомнил картину на стене. Да, это был натюрморт, но директор Блэк, помнится, любил фрукты. Если он не сумеет вправить мозги родственнице, то тогда действительно можно умывать руки.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Господи, вот это был ужас так ужас! Помнишь, мы в каком-то фильме старом видели, как в тюрьмах над людьми измываются? Только там было еще про довоенные времена, а у нас-то двадцатый век! То есть это в большом мире двадцатый век, и то всякое бывает, а тут вообще гребаное средневековье! Нет, ну я все понимаю, тетушку трудно назвать адекватной, нападения-убийства-пытки… Хотя крестный сидел за то же самое практически, но условия, говорит, были получше. А еще, помнишь, мы какую-то книжку читали, вроде бы русского писателя, как его в лагерь куда-то на севере загнали и заставили лес рубить? Так вот, по-моему, лучше на лесоповале вкалывать, чем вот так в одиночке гнить. Чем там кормят — Адвокат выяснил, меня чуть не стошнило от одного описания. И, плодожорка, прикинь — никакого тебе душа, даже раз в неделю, даже холодного, как в тех ужасных русских тюрьмах. Знаешь, какой там запашок стоит, за столько-то лет накопился? А ведь тетушка все же женщина, хоть и маньячка! Немудрено ей было вконец спятить…

Так или иначе, я намерен устроить скандал. Вторая тетушка, жена Павлина, как фотки увидела, пару раз хлопнулась в обморок, потом устроила истерику и надавала мужу по физиономии. Это она-то! С ума сойти! (Это я от Павлиныша слышал, он сам в ужасе был. Я думаю, навещать заключенную они особо не рвались, так что мало о чем знали.) Так что снова все напряглись, Адвокат поднимает волну, присоединяются остальные, у кого родня сидит.

Спросил Луну, как она к этому относится. Она только плечами пожала и сказала, что это мое дело. У них в семье вроде бы от тех ребят никто не пострадал, но насмотрелись они порядком. Но, опять же, что такое семья, никому из чистокровных объяснять не нужно.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ты как, грейпфрут-то осилил? А то я для тебя тут помело присмотрел, оно с дыню будет…

Ладно, о серьезном. Похоже, раз ты уж начал, то не остановишься. Ну и ты прав — это волна. Серферов видел? Встал на гребень — так держись, иначе полетишь кувырком. Правда, не знаю, что ты будешь делать с безумной теткой, и не пришибет ли она тебя случайно, но в наше время держать человека в таких условиях просто гадко. Волшебники же, неужели сложно заклинаниями камеру почистить? Ты извини, я папе с мамой кое-что рассказал, они оба в шоке. Папа-то уже кое-чего нахватался в своем банке, а маме это все в новинку. Она тут же кинулась к Лунатику за доказательствами, а тот, хоть и выглядит фриком, соображает отменно (твоя девочка явно в него удалась). Он и рассказал, что знал, так мама теперь кричит, что тебя непременно надо спасти из этого дурдома. Они с твоей тетей часа три гоняли чаи и обсуждали, как ужасно жить в таком месте… ну, ты понял. Конечно, забрать тебя из школы они не смогут, но имей в виду, мои на твоей стороне!»

* * *

«Здорово, яблоневая плодожорка!

Все, скоро начинаются слушания по делу тетки. Кипеш поднялся страшнейший, директор смотрит на меня волком, сам-знаешь-кто только головой качает и ничего не говорит, остальные косятся как-то странно. Даже министр приезжал пообщаться, а я отказался разговаривать в отсутствие родственников, адвоката и магического опекуна (а этим, как ты помнишь, теперь заняты наши зубастые друзья, которых приглашать как-то поостереглись). Интересно, к чему бы это?

Павлин ходит, распустив хвост, явно что-то знает, Павлинша нервничает. Посмотрим, чем кончится дело…»

* * *

«Удачи, пожиратель лимонов! Но родственнички у тебя, должен сказать, как на подбор! Теперь-то я понимаю, в кого ты такой удался.»

* * *

— Поттер, Поттер, стой! — Драко придержал Гарри за рукав. Хватать того за руки было чревато как минимум сломанным носом, это уже все усвоили.

— Чего тебе? — сонно спросил тот.

— Это правда?

— Малфой, или сформулируй вопрос четко, или проваливай, — зевнул Гарри.

— Правда, что тетю выпустили?!

— Не совсем, — очнулся тот. — Пока что она в Мунго, у нее крыша маленько съехала, но обещают подлечить. А потом да, под надзором министерства, аврората и всех, кому не лень, сможет более-менее нормально жить.

— Ой… — тут у Малфоя вырвалось несколько выражений, которые совершенно не пристало знать отпрыску благородной семьи. — Я не верил, что получится!

— Я тоже не верил, — пожал плечами Поттер. — Но надеялся. Разницу ощущаешь?

— Ну… вроде как. Это мы теперь тебе обязаны, выходит? — прищурился тот.

— Ха, это смотря под чью опеку передадут тетушку Беллу, — фыркнул Гарри. — Если под вашу, вы от нее очень скоро взвоете, так что молитесь, чтоб ее отдали Сириусу!

— И правда что…

— Поттер! — окликнул напряженно прислушивавшийся Лонгботтом. — О чем это вы? Ты сказал, кого-то выпустили? Твою тетю? Откуда?

— Из Азкабана, — беззаботно ответил тот. — Она мне, конечно, не родная тетя, как Малфою, а седьмая вода на киселе, но все-таки родня. А родней бросаться…

— Ты… о Лестрейндж? — негромко выговорил Лонгботтом.

— Ну да, о тетушке Белле. Ей, бедолаге, совсем плохо, — непритворно вздохнул Гарри.

— А моим родителям хорошо? — еще тише спросил тот. — И теперь, выходит, благодаря тебе эта тварь будет лежать в одном блоке с ними? С теми, кого свела с ума пытками?!

— Вряд ли, — ляпнул Поттер. — Она все же не вполне безнадежная, просветления случаются.

— Берегись!

Тот вовремя пригнулся — от вроде бы неповоротливого и полноватого Лонгботтома трудно было ожидать такой прыти. Крэбб с Гойлом сгребли того под руки и удержали, но не без труда: сила у него была немалая.

— Ну, Поттер… — выдохнул тот. Такой ненависти в человеческих глазах Гарри сроду еще не видел. — Я надеялся, что она там и сгниет, а теперь…

— Хватит, пошли, — подхватил Поттера под руку Малфой. — Ну и слухи теперь пойдут!

— А, пусть идут, — отмахнулся тот. — Но вот к Лонгботтому я теперь спиной точно не повернусь!

— Ну и правильно. Он же гриффиндорец, — фыркнул Малфой. — Разве можно поворачиваться к ним спиной?

* * *

— Сэр, что это с вами? — спросил Поттер, привычно ввалившись в кабинет Снейпа, едва лишь постучав.

Тот и впрямь выглядел странно — сидел у стола, засучив левый рукав выше локтя, разглядывал руку и пил. Судя по всему, пил давно.

— Да ничего особенного, Поттер, — ответил он на изумление трезвым голосом. — Я только хотел отметить, что вы выбрали исключительно удачное время для того, чтобы вытащить Беллатрикс из тюрьмы.

— Это вы к чему? — осторожно спросил Гарри, обходя профессора по широкой дуге. Он знал, что тот может и запустить чем-нибудь, а сейчас под рукой у него было несколько пустых бутылок.

— Она — самая преданная последница Темного лорда, — напомнил Снейп. — Ну а он возрождается. Смотрите сами!

Он сунул руку Гарри под нос. Метка, еще недавно совсем бледная, как старая татуировка, заметно потемнела.

Поттер по наитию коснулся ее пальцами — ощущение было очень странным, но не неприятным.

— С-с-смерть! — невесть откуда выскользнула Шен. — Мерз-с-сость!

Она тугим узлом обвила руки Снейпа и Поттера, касаясь метки раздвоенным языком.

— Гадос-с-сть! — подтвердила она и зашипела.

— Уберите змею, Поттер, — сказал мгновенно протрезвевший профессор. — Очень вас прошу!

— Шен, потише, — попросил тот. — Я согласен, что это гадость, но так пугать людей не нужно, хорошо?

— Глупые людиш-ш-ки… — она развила кольца и скользнула на плечо Гарри. — С-с-сами не з-с-снают, что с-с-делали!

— А ты знаешь? — заинтересовался тот.

— Конеш-ш-шно, я же з-с-смея, — на свой лад хихикнула Шен.

— А ты не знаешь, можно ли это убрать? — наугад спросил Гарри.

— Мож-ш-шно, — ответила она. — Но это будет больно… или с-с-с-мертельно…

— Полагаю, не больнее Круциатуса, — холодно сказал Снейп, опуская рукав. — Если иного выхода не будет, придется прибегнуть к твоим услугам, уважаемая Шен.

— Вс-с-сегда пож-жалуйс-с-ста, — свистнула та, свиваясь кольцами на шее хозяина.

— Кстати о Круциатусе, сэр, — сказал Гарри. — Авада меня не взяла. Но мне бы хотелось знать, как действуют остальные непростительные!

— Вы сдурели, Поттер?! — с профессора слетели последние остатки хмеля.

— Нет. Если я буду знать, каково это, я смогу хоть попытаться сопротивляться. Ну или хотя бы пойму, что это было, — серьезно ответил тот. — Наложите на меня Империо!

— Меня за это уволят.

— А я никому не скажу! И вот, — Гарри вытащил нелегальную палочку. — Я вам так и не вернул. У меня с ней почти ничего не выходит, но вам-то, наверно, по силам будет?..

— Ладно… — Тот потер переносицу. — Только змею уберите и попросите не бросаться на меня.

— Шен, ползи в кресло и смотри внимательно, запоминай, — велел Поттер. — Я готов, сэр!

— Ну что ж… Imperio! Встаньте и подойдите ко мне, Поттер!

Тот встал и подошел.

— Ну а теперь… спойте что-нибудь.

— Вы точно этого хотите, сэр? — с опаской спросил Гарри. — У меня ни слуха, ни голоса…

— Imperio! Пойте, Поттер!

— Сами напросились…

Тот встал поудобнее, вдохнул поглубже и завел «Правь, Британия, морями…»

На втором куплете Снейп зажал уши и отменил действие заклинания.

— У вас правда нет ни слуха, ни голоса, — сказал он. — Вернее так: голос есть. Но лучше бы не было.

— Так я же предупредил, — пожал тот плечами. — Я когда в школьный хор пробовался, меня оттуда пинками выгнали! Так это и был Империус? Я чего-то не почувствовал.

— А… почему вы послушались, Поттер? — поперхнулся профессор.

— Да по приколу. Встать и подойти несложно, спеть тоже. А вот если б вы попросили сплясать, тут уж простите, я бы вас нафиг послал!

— Дивно.

— Да! Аваду повторять не будем? Давайте Круциатус!

— Нет.

— Да!

— Я сказал, нет.

— Сэр! Ну хоть чтоб я знал, к чему готовиться, если вдруг что! Вы несильно!

— Сядьте, Поттер, — сквозь зубы произнес Снейп. — Чтобы не расшиблись, если вдруг что, как вы выражаетесь.

— Шен, кыш с кресла! И не лезь! — тот удобно устроился на мягком сидении.

— Crucio!

Профессор едва обозначил касание, но Поттера выгнуло и затрясло. Он поспешно прекратил воздействие.

— Круто! — сказал Гарри, едва открыв глаза. — Я как-то в детстве за оголенный провод схватился, вот такие же ощущения, только тогда не было больно. М-да, а если во всю силу, мало не покажется…

— Вот именно, — нахохлившись, произнес тот, встретил недоуменный взгляд и пояснил: — Лорд любил пытать людей именно так. Ну а ваша новая тетушка достигла в этом искусстве небывалых высот, имейте в виду. Лонгботтомы тому примером.

— Вам тоже перепадало, сэр? — с неожиданным сочувствием спросил Поттер.

— Реже, чем остальным. Я все-таки зельевар, а хорошие зельевары на дороге не валяются.

— И шпионы тоже, — подытожил Гарри. — Сэр, хватит о гадостях, вы мне обещали объяснить, почему то зелье нельзя готовить днем…

16

— Мне не нравится эта затея, — пробормотал Сириус. — Я не хочу…

— Надо, — твердо сказал Гарри, крепко держа его под локоть, чтобы никуда не сдернул. Рядом тосковал Снейп и нервничали Нарцисса Малфой с сыном.

Отпускать мальчиков из школы, дескать, до каникул подождут, директор не желал до последнего. В смысле, до тех пор, пока Сириус Блэк не пообещал искусать Малфоя-старшего, а тот не дал пинка министру. Ну, не только пинка, денег тоже, но какое это имело значение?

— Как она, сэр? — спросил Гарри дежурного целителя.

— Скверно, молодой человек, — развел тот руками. — А чего вы хотели после стольких лет в Азкабане? Вот этот юноша, — покосился он на Сириуса, — восстановился быстро, но у него и условия содержания были куда как лучше! Да вы пройдите, взгляните, это не возбраняется.

Два аврора у входа в палату наморщили было лбы, но тут же опознали визитеров и расслабились.

Беллатрикс Лестрейндж не стали стричь под ноль, как Сириуса, просто укоротили ее гриву, расчесали и тщательно отмыли. Правда, лучше выглядеть она от этого не стала.

— Она не понимает, где находится, — бубнил целитель. — То плачет, то начинает бросаться на служителей. И никому не отдает эту мантию, не знаю, где она ее взяла!

Гарри наблюдал за тем, как Беллатрикс машинально гладит ладонью белую простыню, устремив невидящий взгляд за окно, где уже падал снег. Другой рукой она комкала темную тряпку, в которой Поттер признал свою мантию.

— О Мерлин, Белла… — Нарцисса всплеснула руками и хотела было обнять сестру, но явно побоялась.

— Нарси? — повернула та голову. — Откуда ты здесь? Или я умерла?

— Белла, ты живая, живая! — вскричала леди Малфой. — Очнись, пожалуйста! Вот, смотри, это Драко, твой племянник!

Она вытолкнула вперед явно перетрухавшего сына.

— А он уже родился? — недоуменно спросила Беллатрикс.

— Тетушка Белла, я на втором курсе учусь, — выговорил тот. — Вы… вы поправитесь, я верю!

Больше всего, по мнению Гарри, ему хотелось удрать как можно быстрее и как можно дальше.

— А где Рудольфус? — тихо произнесла Беллатрикс.

— Умер, дорогая, — Нарцисса пересилила себя, присела на край кровати и принялась гладить кудрявые волосы сестры. — Полгода как умер. А Рабастан жив еще, но… — Она вздохнула и развела руками.

— А Меда? — та тревожно оглянулась.

— Она не смогла прийти, но не беспокойся, с ней все в порядке, — заверила леди Малфой. Гарри только подивился ее самообладанию. — У нее прекрасная дочка, она уже закончила школу и работает…

Нарцисса изящно обошла тот факт, что Нимфадора Тонкс служит в аврорате.

— А вот и Сириус… Ты же помнишь Сириуса? — ворковала она, подзывая кузена жестами. Тот несмело подошел. — Он тоже жив, с ним все в порядке, всё такой же шалопай…

— А, помню, — безразлично произнесла Беллатрикс. — Предатель.

— Знаешь что, Белла, — тут же вспылил тот, — кто бы говорил!

Гарри полюбовался, как полыхнули два взгляда — черный против серо-синего, — и поспешил встрять:

— А я Гарри. Гарри Поттер. Мы уже с вами виделись, тетушка Белла.

— Ты же умер, — недоуменно произнесла она.

— Да нет, я вполне жив. Кстати, если позволите мне на минутку взять мою мантию… спасибо. У меня там лимон в кармане, если бы он протух, вони было б на все отделение! — обворожительно улыбнулся Гарри. — Вот, если хотите, берите обратно… Вы не беспокойтесь, все будет нормально. То есть паршиво, конечно, что вас продержали столько лет в этом… м-м-м… замке, но я самую чуточку Блэк, а Блэки родню не бросают.

Беллатрикс машинально прижала мантию к груди, а потом совершенно неожиданно разрыдалась.

— Срочно успокоительного! — вскричал целитель.

— Не надо ей никакого успокоительного, — мрачно сказал Снейп, державшийся поодаль. — Проплачется — станет лучше.

— И ты тут?! — вскинулась Беллатрикс.

— Да мы все тут, тетушка, — быстро встал между ними Гарри. — И сестра ваша, и племянник, и кузен, вот только шурин… или зять? Путаю постоянно… Короче, лорд Малфой не смог прийти, разборки у него какие-то в министерстве, и другая ваша сестра тоже, ну так в другой раз…

— Так я все-таки не умерла? — в который раз переспросила она. — Мне не мерещится?

— Сейчас…

Гарри открыл окно, набрал с подоконника свежего снега и слепил снежок, который и вложил в худую руку Беллатрикс. Та дернулась сперва, потом уставилась на свою ладонь, с которой падали ледяные капли.

— Могу еще за шиворот напихать, — невозмутимо сказал Гарри. — Очень отрезвляет. Ну как, мы вам мерещимся или что?

— Я… — Беллатрикс вдруг встряхнулась, вытерла мокрую руку о простыню и попыталась сесть. Сестра хотела помочь ей, но та решительно отстранилась. — Если ты — Гарри Поттер, я хочу поговорить с тобой наедине.

Присутствующие обменялись тревожными взглядами.

— Она и без палочки может проклясть, — сказал Сириус.

— Не надо, Гарри, — попросила Нарцисса, прижимая к себе Драко.

— Поттер, это дурная идея, — фыркнул Снейп.

— Ну если ей так хочется, почему нет? — ответил тот. — Вы же будете за дверью. Мы ненадолго, я думаю.

Оставшись наедине с Беллатрикс, он внимательно всмотрелся в ее лицо. Так же внимательно смотрел с портрета директор Блэк, все это время хранивший гробовое молчание.

— Почему ты зовешь меня тетушкой? — спросила она.

— Потому что мы родственники, но связь очень замысловатая. Но если вы против, я буду называть вас миссис Лестрейндж, — пожал плечами Гарри.

— Помоги мне сесть, — велела Беллатрикс, помолчав, и тот осторожно поправил подушки. — Он хотел убить тебя.

— Я знаю. Не вышло.

— Ты в курсе, что это такое? — она подняла левую руку. Метка выглядела темной, темнее даже, чем у Снейпа, наверно, из-за очень бледной кожи.

— Конечно, — пожал плечами Гарри, опять дотронувшись до метки и испытав то же чувство, что и прежде. — И давно уже.

— Он должен возродиться… — Беллатрикс горящими глазами смотрела на метку. — Видимо, поэтому я понадобилась ему, именно я…

Директор Блэк на портрете прикрыл лицо рукой.

— Я не знаю, как и когда, но он вернется, и тогда…

— Мир содрогнется, — кивнул Гарри и вдруг ляпнул: — Тетушка, вы так не волнуйтесь, я пока вместо него.

Шен, которую он протащил в больницу, специально надев великоватую мантию (а как еще спрятать двухметровую змею?), высунула голову из его рукава, легла на грудь Беллатрикс и потрогала языком ее лицо.

— Уж-жас-с-сно больна, — заключила она. — Но оправитс-с-ся.

— Спасибо, милая, — сказал ей Гарри, — а теперь спрячься, пока не засекли.

— Конечно, хос-сяин…

— Тетушка, не теряйте сознания, — аккуратно встряхнул Поттер Беллатрикс. — Вы нам нужны здоровой и в трезвом уме. Приходите в себя, лечитесь — тут вам вон ваш предок поможет, я его напротив приклеил, — а потом мы уже побеседуем, хорошо?

— Да… — обморочным голосом произнесла та. — Поттер?! Быть такого не может!..

— Может, может… — фыркнул Гарри и подмигнул портрету. Тот явно собирался пропесочивать Беллатрикс, пока той окончательно не поплохеет. — Сириус! Я думаю, нам уже можно идти. Видите, тетушка отключилась?

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Такие вот дела. Спасибо, тетку вывели из коматоза, она, конечно, еще совсем плоха (ну ты прикинь, больше десяти лет на баланде!), но уже поадекватнее прежнего, так что к зиме ее выпишут… та-дам! К крестному. Павлинша отказалась наотрез (боится за мелкого), вторая сестра вообще не в курсе, по-моему, так что остался бедный мой пёс. К тому же у него дом под такими чарами, что никто не отыщет (круче, чем у моих было), ей там самое место. Крестный рад так, что аж… гм… я даже слов таких не знаю! Но отказать не может, ей иначе одна дорога — в приют какой-нибудь, а в нашем семействе это нонсенс. Уживутся уж.

Кстати, летом крестный зовет меня к себе, хоть на недельку. Ты со мной?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ну хорошо уж то, что жива и на свободе. И в своем уме (надеюсь).

В гости — это заманчиво, но, приятель, эта тетка меня не ухайдакает? Я же не волшебник!»

* * *

«Йо, яблоневая плодожорка!

Не бойся, хозяином там крестный, а у тетки даже палочку отобрали. Она и так может колдануть, я уверен, но не рискнет. Давай, а? Мне без тебя скучно ужасно, но и с крестным тоже пообщаться охота!»

17

В дверь дома на Тисовой улице настойчиво позвонили. Открывшая на звонок Петуния Дурсль увидела высокую женщину в старомодном длинном платье, худую, изможденную даже, с белой прядью в коротких пышных волосах.

— Что вам угодно? — холодно спросила она, сразу опознав одну из «ненормальных».

— Гарри Поттер живет здесь? — коротко спросила та.

— Да, мадам, но его сейчас нет. Скорее всего, он пошел к приятелю, это через два дома по левой стороне улицы… — Больше всего Петуния опасалась, что дама останется подождать. — О, простите! Вернее всего они сидят на яблоне на заброшенном участке, это во-он там, видите крону?

— Благодарю, — ледяным тоном ответила дама и ушла, шелестя подолом.

Петуния закрыла дверь, перекрестилась и пообещала себе всыпать Гарри, как только тот вернется. Ведь просила же никогда больше не водить сюда этих чудиков!.. Хм, а прическа у этой женщины интересная. Эта белая прядь выглядит очень стильно… что, если самой покрасить волосы примерно так же? С этой мыслью Петуния устремилась к зеркалу…

…-Ну так вот, выпустили ее, — говорил Гарри, с аппетитом жуя апельсин и капая соком наземь. — Ой, Терри… Чую, придется нам менять место дислокации.

— Засекли? — коротко сказал тот.

— Нет… Мы с тобой вон как отожрались, сук аж потрескивает. Мы навернемся — ладно, а яблоню жалко, — вздохнул тот.

— Пойдем на большой дуб, тот слона выдержит. А Дадли, если что, мы и так накостыляем, — пожал тот плечами. — Яблоню и впрямь жалко. Сейчас идем или позже?..

— Мистер Поттер, — раздался снизу женский голос, и Гарри сделал страшные глаза. — Вы здесь?

— Да, тетушка Белла! — ответил он, спрыгивая наземь. Перед этим он сделал Терри знак, сиди, мол, и не отсвечивай. — Я рад, что вы уже на ногах, но… что-то случилось?

— Я хочу поговорить с вами, Поттер, — сказала она сквозь зубы. — Но я вижу, там есть еще кто-то?

— Это мой друг, — быстро произнес Гарри. — Только, тетушка Белла, он маггл. И я вас умоляю, не надо ничего с ним делать. Вы же в курсе, я с магглами вырос и вообще… Можно, я вас познакомлю?

— Хорошо, — коротко сказала Беллатрикс. Ей было неприятно и неуютно.

— Терри! Приземляйся! — рявкнул Поттер.

С дерева десантировался еще один мальчишка, меньше ростом и щуплее так называемого племянника, рыжеватый, голубоглазый, с лисьей мордочкой.

— Теренс Хиггс, к вашим услугам, мадам, — неуклюже поклонился он. — Если изволите, просто Терри.

— Маггл, значит? — приподняла она бровь.

— Стопроцентный, — заверил Гарри. — Эм… Где бы нам поговорить… Вы извините, тут нет скамеек, но вот это бревно вполне чистое, я могу вам куртку подстелить…

— Благодарю, не стоит, — обмахнув бревно носовым платком, Беллатрикс уселась на него. Поттер сел рядом, Хиггс — за его спиной. — Поттер… Гарри… Я о возрождении…

Тут она покосилась на Хиггса.

— Терри в теме, — предвосхитил вопрос Гарри. — Не беспокойтесь. И… Тетушка Белла, простите, что перебью вас, но концепция немного изменилась.

— О чем вы?..

— С магглами не надо воевать, — сказал он. — Одних только китайцев несколько миллиардов, а сколько магов на свете, вы знаете? Какой смысл силой захватывать власть в Британии? Нет, ну теоретически это возможно, но смысл? На континенте нас либо сочтут идиотами, либо забросают ракетами. С магглами надо сотрудничать! Вот взять Терри…

— Ну что сразу я-то?!

— А то! Тетушка Белла, вы знаете, как ведутся современные маггловские войны?

Она покачала головой.

— Терри, у тебя дома есть кто?

— Не-а, папа умотал в «Гринготтс», а маму мистер Лавгуд умыкнул, — радостно ответил тот.

Беллатрикс тряхнула головой: магглы и «Гринготтс»? Лавгуд и какая-то…

— Мы же магглы, — спокойно пояснил Терри, — камином пользоваться не можем, поэтому у папы постоянный портключ в «Гринготтс», а маму, если что, мистер Лавгуд провожает лично. У них бизнес. Так что дома пусто.

— Тогда пойдемте, тетушка Белла, мы вам кое-что покажем. Только не крушите мебель, очень вас прошу! Терри, ты ту киношку про войну еще не стер?

— Ага, сейчас! Папа ее на ночь смотрит, ему от этого лучше спится…

Беллатрикс очень неуютно чувствовала себя в маггловском доме, а уж когда неведомый ящик засветился изнутри, ощутила желание приложить его чем-нибудь основательным. Остановило ее только отсутствие палочки и то, что Гарри сосредоточенно копался во внутренностях агрегата, сдержанно ругаясь.

— Готово, работает! — сказал он. — Включай, Терри!

…-Тетушка, вам, может, чаю сделать? — сочувственно спросил он через полчаса. Подумаешь, запись военных учений, холостыми же пуляли!

— Не надо…

— Видите теперь? Автоматную очередь можно принять на щит, а кто сказал, что сзади еще не пульнут? Гранатомет против Бомбарды… А огнемет? А танки? Это в войну с Гриндевальдом они были паршивые, а теперь плавают даже и с самолетов их скидывают… Понимаете, ну нет смысла в том, что вы делали. Вот замучили сколько-то десятков магглов до смерти, так ведь остальные даже не поняли, что произошло! На маньяков подумали или еще каких рецидивистов… В магию в этом мире не верят, — добавил Гарри. — Вернее, так: с теми, кто верит в колдовство, прорицания, летающие тарелки и снежного человека, дела иметь нельзя, у них давно поехала крыша. А с теми, кто не верит, тем более каши не сваришь, они решат, что у них массовые галлюцинации. Или их загипнотизировали. Да, Терри?

— Ага.

— Вот… А взвод десантников, уверенный в том, что берет гипнотизера, раскатает любого мага в лепешку. Кстати, вы истребители и крылатые ракеты видели?

— Хватит, пожалуйста… — Беллатрикс закрыла глаза рукой. — Все было зря? Мы проиграли? Вы правы, теперь нужно искать экономические решения, и мы, боевики, никому не нужны! Зачем вы вытащили меня из Азкабана, позора ради?!

— Тетушка! — Гарри осторожно взял ее за худое запястье. — Да вы что?! А кто будет учить молодежь? У нас вот в школе Дуэльный клуб основали, так это ведь ужас что такое! Правил никто не знает, драться не умеют… Такие специалисты, как вы, на вес золота! Я вас очень прошу, выздоравливайте, а там уж мы такое придумаем!..

В гостиной раздался громкий хлопок, и Беллатрикс метнулась в сторону, выхватывая несуществующую палочку.

— Это мама с мистером Лавгудом, не беспокойтесь, — сказал Терри. — Но какая же у вас реакция отменная!

— Мне бы не хотелось с ними встречаться, — произнесла она негромко.

— Не вопрос, выйдем через черный ход, — ответил Гарри. — Идемте, тетушка… или вы прямо отсюда аппарируете?

— Нет, — ответила Беллатрикс, подумав. — Мне хотелось бы еще кое о чем с вами побеседовать, Гарри. И…

— Я доверяю Терри, как себе самому, — предвосхитил тот ее слова. — Пожалуйста, пусть он пойдет с нами. И очень вас прошу, говорите мне «ты», я же не взрослый!

— Пусть будет так, — ответила она и молчала до тех самых пор, пока они не вернулись на поляну, к поваленному дереву. — Гарри, вы… ты что-то знаешь о Темном лорде?

— Что-то знаю, — охотно отозвался тот. — Наверно, меньше, чем следовало бы, и если вы расскажете еще что-то, буду очень признателен! Например, о том, как это он будет возрождаться, я ничего подобного в книгах не нашел!

— В общедоступных источниках этого нет и никогда не будет, — чуточку высокомерно произнесла Беллатрикс. — Ты когда-нибудь слышал о крестражах?

— Нет, — честно ответил Гарри и навострил уши. — А что это такое?

— Сильный маг может отделить часть своей души и поместить в некое вместилище, — ответила она. — Ты улавливаешь?..

— Ага, — кивнул тот, вынул из кармана мандарин и принялся задумчиво его чистить. — Улавливаю. Видимо, Темный лорд понаделал этих штук столько, сколько смог, да? Хотите мандаринку?

— А… нет, спасибо, — отказалась Беллатрикс. — Ты прав. Он создал несколько крестражей, благодаря которым стал фактически бессмертным.

— Это если их не покоцать, я полагаю, — произнес Гарри. — А вы знаете, что это вообще такое? Вы же были его правой рукой, если не ошибаюсь…

— О да… — она тяжело вздохнула. — Но я слышала не обо всех.

— А если подробнее? — заинтересовался тот.

— Я точно знаю лишь о чаше Хаффлпаффа, диадеме Рэйвенкло, медальоне Слизерина и кольце Певереллов, — не без самодовольства произнесла Беллатрикс.

— А у дяденьки все нормально было с чувством собственного достоинства… — пробормотал Гарри. — Спасибо, в меч Гриффиндора он ничего не запихал! Гм… Вы хотите сказать, на самом деле их было больше?

— Да. Подозреваю, что одним из крестражей была его змея, Нагайна, — зачем-то сказала Беллатрикс. — Это великое искусство — сделать крестражем живое существо!

— Верю, — серьезно произнес Гарри. — То есть, если собрать все это добро или добыть хоть что-то, можно возродить Темного властелина? Ой, простите, Лорда?

— Именно, — глаза Беллатрикс вспыхнули.

— Надо этим заняться, — спокойно сказал Поттер. — А вы, часом, не знаете, где все это может храниться?

— Я наверняка знаю, где находится чаша, — усмехнулась она.

— И где же?

— В сейфе моего мужа, — еще шире улыбнулась Беллатрикс. — Вот только я не смогу взять ее оттуда, все наши счета арестованы, доступ в хранилище закрыт!

Гарри задумался, переглянулся с Терри…

— Миссис Лестрейндж, — произнес тот. — А что, если сделать гадость?

— Что вы имеете в виду? — приподняла та бровь.

— Возьмите и заявите, что раскаялись, а чтобы искупить вину, желаете преподнести в дар Хогвартсу эту самую чашу, — спокойно ответил Терри. — Я думаю, ради такого случая они вам доступ к хранилищу откроют. А уж в Хогвартсе Гарри найдет способ добраться до этой штуковины. И вообще, если есть описания, а лучше даже рисунки, можно сделать копию чаши и спокойно ее подменить уже после акта… хм… дарения. Чтоб сразу не засекли.

— Забавно, — подумав, произнесла Беллатрикс. — Мне бы такое и в голову не пришло.

— Я таки еврей, — с достоинством сказал Терри. — Мне положено уметь придумывать подобные вещи.

— Можно попробовать…

— Попытка не пытка, тетушка Белла, — фыркнул Гарри, чистя очередной мандарин. — Может, все же попробуете?

Она машинально взяла несколько долек.

— Да, а где все остальное?

— Не имею понятия, — покачала головой Беллатрикс. — Медальон, кажется, пропал, Лорд был в ярости. А где диадема, кольцо и змея, я не знаю.

— Диадема Рэйвенкло… — почесал в затылке Гарри. — Надо Луну спросить, может, она что-то знает. А про медальон — Малфоя.

— Лучше не стоит, — остановила она. — Им никогда нельзя было доверять! И пусть Нарцисса моя сестра, но муж ее и сын оставляют желать лучшего!

— Ладно, пойдем другим путем, — миролюбиво согласился Поттер. — Кто такие Певереллы, я не знаю, но мы поищем. А вот змея… Тоже найдем. Вот хорошо бы, если бы вы знали, сколько всего было крестражей у Лорда!

— Увы…

— Жалко, — искренне ответил он. — Но я так понял, нужно найти хотя бы один? Ну или парочку, для верности? Ритуал там какой-нибудь кровавый провести? Тетушка Белла, а как он возродится-то? Откуда возьмется тело?

— Его можно создать, — неуверенно ответила та. — Но лучше вселить дух в уже существующее…

— Что вы на меня так смотрите? — нахмурился Гарри.

— Может быть, он возродится в тебе, — прошептала Беллатрикс. — Ты станешь Темным лордом… он займет твое тело и разум…

— Э! Мой разум попрошу не трогать! — возмутился Гарри. — Он мне все еще дорог!

— Мне тоже, — вставил Терри.

— Но вообще идея богатая, — подумав, сказал Поттер. — Тетушка, помните, в этом дурацком пророчестве были слова «отметит как равного себе». Вам ни о чем это не говорит?

— А…

— Лорд умер, — ласково сказал Гарри, вставая во весь рост. — Да здравствует новый Лорд!

Терри обеими руками зажал рот, чтобы не засмеяться в голос. Беллатрикс смотрела на Гарри округлившимися глазами.

— Я пошутил, — сказал он и сел на место. — Но в каждой шутке есть доля истины. Будем искать крестражи, вдруг какой-нибудь вмонтируется в меня?..

* * *

— Гарри, как ты вообще умудряешься разговаривать с этой жуткой теткой? — спросил Терри, когда Беллатрикс исчезла.

— Да она нормальная, — утешил тот. — То есть, конечно, долбанутая на всю голову, но кто из нас не таков?

— А зачем ты ей внушил, что ты реинкарнация этого… властелина?

— Я не внушал, она сама так решила, — хмыкнул Гарри. — Но это к лучшему, я теперь могу быть уверен, что она меня не убьет в ближайшее время. Тебя тоже, кстати. Так что поедешь со мной!

— Не-не-не, я не хочу! — уперся Терри.

— Я там с ума сойду с этими двумя! Поедешь, и не спорь! — тот вздохнул. — Так, ну, с медальонами и кольцами номер дохлый, а вот змеи… Терри, ты куда?

— Я догадываюсь, что ты хочешь сделать, так что посижу пока на яблоне, — ответил тот. — Одного меня она уж как-нибудь выдержит!

— Трус, — сказал Гарри, не выдержал и засмеялся. — Ладно уж, лезь…

Дождавшись, пока приятель скроется в кроне, он прошептал:

— Змейки, подружки, покажитесь!

Трава зашевелилась — со всех сторон к нему спешили змеи, в основном ужи, но попалось среди них и несколько крупных гадюк.

— Змейки, милые, — продолжал Гарри, — мне очень нужно найти одну вашу родственницу, да только я не знаю, где искать! Передайте через родню, через соседей: мне нужна очень, очень большая змея по имени Нагайна… Скорее всего, она сейчас спит, так вот, если ее кто найдет, то будить не надо, просто сообщите мне, где она. Я скоро отсюда уеду, но мой друг, который на дереве… чувствуете?.. Вот он передаст мне важные сведения.

— Эй! Я не умею с ними разговаривать! — крикнул Терри.

— А и не надо. Они тебе на карте покажут, — хмыкнул тот. — Заранее спасибо, милые змейки, и не обижайте моего друга. Пусть он и не умеет с вами говорить, но мы с ним выросли вместе!

Змеи быстро расползлись.

— Ну и что они сказали? — сварливо спросил Терри, слезая с яблони.

— Что нет совершенства в этом мире, — хмыкнул Гарри. — Так что если проснешься и увидишь на подушке змею, не ори. Они очень умные, не тронут, раз я приказал.

— Повелитель змей хренов!

— Ага. Иди, собирай шмотки! Мы едем к моему крестному!

* * *

— Это здесь? — с удивлением спросил Терри.

— Ага. Дом под чарами, ты его не увидишь. Давай руку, я проведу, — сказал Гарри. — Тут защита куда круче родительской, я ж говорил…

— Ух ты! Вижу особняк, а раньше его не было!

— А я о чем… У предков похожая стояла, но не настолько сильная. Мне тут крестный лично настраивал доступы…

Гарри постучал в дверь условным стуком, та распахнулась.

— Что это? — шепнул Терри.

— Не что, а кто, домовик. И не ори, а то портрет вопить начнет, — кивнул Гарри на картину с изображением суровой дамы. Та дремала. — Я у нее таким матюкам научился! Как начнет голосить, так не скажешь даже, что это благородная леди! Хм, а в доме гости…

— Ты рассказывал про домовиков, но я не думал, что они такие… такие… — Терри отчаялся подобрать определение, опасливо разглядывая домовика.

— Кидай рюкзак в угол, — сказал Поттер. — Тс-с-с! А ну пошли…

— Сириус, мальчик мой, — доносилось из гостиной, — ты ведь понимаешь, что Ордену нужна штаб-квартира!

— Разумеется! Но пусть она располагается где угодно, только не в моем доме, — непреклонно отвечал тот. Гарри показал Терри большой палец.

— Но почему, мой мальчик?

Гарри и Терри одновременно обернулись на шелест платья. Со второго этажа спускалась Беллатрикс.

Гарри приложил палец к губам, сделал страшные глаза и поманил ее к двери. К чести миссис Лестрейндж стоило заметить, что та нисколько не удивилась, а бесшумно подошла ближе, наклонилась и стала слушать, приобняв обоих подростков за плечи.

— Но этот дом идеально защищен!

— Вот найдите себе другой дом и защищайте его сами, сколько влезет!

— Никто и не подумает…

— Никто и не подумает, что здесь живет Пожирательница смерти! — издевательски отметил Сириус. — Идеальное место для собраний Ордена!

— Ну, ваша кузина могла бы некоторое время пожить в другом месте, — ласково сказал Дамблдор. — У сестры, например…

— Тетушка, мне больно… — тихо сказал Гарри, и та разжала пальцы на его плече. Терри выдохнул с облегчением. — Так… Я все понял. Тетушка, вы можете позвать домовика и попросить его проводить Терри?

— Разумеется… Кричер! — властно сказала она.

— Да, хозяйка Беллатрикс?

— Проводи молодого человека в его комнату и отнеси туда его вещи, — велела она.

— Терри, потом все объясню, — коротко сказал Гарри, и его приятель, кивнув, пошел за домовиком на второй этаж. — Тетушка, пожалуйста, подождите тут, а входите на кодовое слово… «лимончик»!

— Ты невыносим!

— Я знаю, — довольно ответил тот и вломился в гостиную, прервав перепалку. — Крестный! Я приехал!

— Гарри! — отозвался Сириус, схватив его в охапку. — Ух, как ты вырос!..

— Ой, господин директор, здрасьте! А что это вы тут делаете? — спросил Гарри, когда его поставили на пол. — Простите, я вас сразу не заметил.

— Я по делу, мой мальчик, — улыбнулся тот.

— А! Это понятно! Это святое… Хотите лимончик? — спросил Гарри, доставая из кармана означенный лимон.

Почти сразу же двери распахнулись, и ворвалась Беллатрикс, куда более раздраженная, чем полагалось по сценарию.

— Твой домовик совершенно отбился от рук! — сказала она Сириусу. — Сделай что-нибудь, пока я его не убила!

— Тетушка Белла! — обрадовался Гарри и кинулся ей на шею. — Вы прекрасно выглядите!

— Не льсти мне, маленький мерзавец, — мрачно ответила та, едва устояв на ногах.

— Нет, правда! Тетя Туни вам так завидует, что даже выкрасила прядь вот тут… — он изобразил, где именно. — Правда, у нее это кошмарно смотрится, не то что у вас… Тетушка, а вы мне обещали рассказать…

— Ты забыл поздороваться с директором.

— Неправда, я поздоровался! Верно ведь, профессор Дамблдор?

— Да, конечно, мой мальчик, — бледно улыбнулся тот. Мрачные взгляды двоих Блэков явно не прибавляли ему хорошего настроения. — Сириус, и все же подумай. Твой дом решительно нам необходим, конечно, когда он будет очищен от последних следов темной магии…

— Это чего ж, выкинуть библиотеку и все наследство? — изумился Гарри, начиная жевать лимон. Он уже понял, что это отчего-то нервирует директора. — Ничего себе… Сириус, я б не согласился. Мало ли, чего у тебя там завалялось, вдруг что полезное? А тут понабегут всякие Уизли, половину сопрут, другую выкинут, и что ты делать будешь?

— Гхм… — произнес Сириус, обменявшись отчаянным взглядом с кузиной. Та только прищурилась, мол, сам виноват. — Мы… мы обсудим это предложение и сообщим о своем решении.

Эта фраза явно далась ему нелегко.

— Кричер, — властно приказала Беллатрикс. — Ужин! — Она обернулась к директору. — Мы очень рады были видеть вас, господин Дамблдор. Прекрасно, что вы не забываете моего кузена!

— Да, дорогая, — тот явно понял, что его выпроваживают, и снова заулыбался. — Надеюсь, Сириус, ты по здравом размышлении поймешь, что все это делается лишь для твоего блага! А теперь разрешите откланяться…

— Вот блин, — сказал Гарри, когда Дамблдор ушел. — Крестный, а зачем ты его вообще впустил?

Тот передернул плечами, а Беллатрикс зло сказала:

— Кузен всегда отличался умом и сообразительностью! Заблокируй камин, Сириус! Почему я каждый раз должна напоминать тебе об этом?

— Угу…

— И запрети доступ сюда этому… — она подавила ругательство. — И остальным тоже!

— Но, Белла…

— Я сказала, запрети! — возвысила Беллатрикс голос. — Я понимаю, что ты не в восторге от моей компании, но я не желаю, спустившись утром вниз, видеть толпу неприятных мне людей, о чьем визите мне даже не сообщили! Может быть, я вообще буду в пеньюаре, а показаться чужакам в таком виде — верх неприличия!

— Хорошо, хорошо! — замахал руками Сириус. — Я все сделаю!

— Немедленно! — приказала она. — Так… Кричер! Где ужин?

— Простите, госпожа, на сколько персон прикажете подавать? — прижал уши домовик, с откровенным страхом глядя на нее.

— На четверых, — холодно ответила та. — Не задавай впредь таких вопросов! За стол садятся только те, кто живет в этом доме, если тебя заранее никто не предупредит о гостях. И поворачивайся живее, ленивая тварь!

— Ух ты… — вздохнул Гарри. — Надо научиться у вас, тетушка, этому тону. Мне нравится.

— Учись, мальчик, — вздохнула она и села. Ей явно было нехорошо. — Иди, позови своего приятеля.

— А ничего, что он маггл? Вам не зазорно будет сесть с ним рядом? — с некоторой опаской осведомился тот.

— Полагаю, в свете новых веяний мне следует приобретать соответствующий опыт, — хмуро ответила Беллатрикс. — Тем более, рядом мы уже сидели.

За Терри Гарри мог не переживать: матушка выдрессировала его отменно, и за столом тот демонстрировал безупречные манеры, и даже мрачные взгляды Беллатрикс не могли смутить достойного отпрыска семейства Хиггс.

— Сириус, — спросил Гарри за десертом, — а почему в доме такой беспорядок?

— Я ведь тут не жил, — фыркнул тот. — А одному Кричеру не под силу содержать в порядке такую громадину! Тем более, если хозяев нет.

— Так давай, мы сами! — загорелся азартом Гарри. — Да, Терри?

Тут он подмигнул приятелю, и тот, отложив столовые приборы, вежливо сказал:

— Если мистер Блэк не возражает, то я с удовольствием помогу Гарри. Тут и правда… паутины многовато. К тому же моя мама не переносит беспорядка, а я удался в нее.

У Гарри было несколько иное мнение насчет того, в кого удался Терри, но он тактично промолчал. Тем более что идея обыскать дом Блэков пришла в голову именно приятелю: в хорошо защищенном особняке такого семейства да не спрятать что-нибудь запретное — кто устоит?

— Помогайте, — пожала плечами Беллатрикс. — Только не касайтесь ничего, что покажется вам подозрительным. Я о тебе говорю, Гарри, ты сумеешь это почувствовать, а твой друг — нет. Ты за него отвечаешь.

— Разумеется, тетушка, — серьезно сказал тот и снова перемигнулся с Терри.

— Возьмите Кричера, — вклинился Сириус. — Он поможет вытащить мусор и скажет, если вдруг попадется что-то совсем уж… темномагическое.

— С удовольствием, крестный, — чопорно произнес Гарри. — Только это… Ты ему скажи, чтоб он меня слушался, а то я ж ему пенделя дам, если что!

— Скажу, скажу! — захохотал тот, явно расслабившись…

…-Да-а, — произнес Терри спустя два дня.

Оба подростка сидели на полу перед грудой вещей, которые вытащили из самых несусветных закоулков большого дома. Мусора хватало, но и непонятных артефактов — тоже. Некоторые смог опознать Сириус, некоторые — Беллатрикс, кое-какие — портрет Вальбурги (она кошмарно ругалась, но против излюбленной тактики Гарри «ты ему слово, он в ответ десять» не устояла), однако ничего похожего на хоркруксы не попадалось.

— Сколько хлама, — мотнул головой Гарри. — Эй, Кричер!

— Да, молодой господин, — мрачно ответил тот, возникая из ниоткуда. Необходимость подчиняться какому-то Поттеру явно его раздражала.

— Слушай, а ты не видел такого медальона со змеями? — спросил Гарри и коротко описал его. Как выглядит медальон Слизерина, он вычитал в старинной книге из здешней библиотеки. — Ты чего, а?

Домовик затрясся и прижал уши.

— Видел, — заключил Терри. — Гарри, ну-ка, расспроси его…

В итоге допроса, к которому пришлось-таки привлечь Беллатрикс, Поттер сделался обладателем медальона со змеями, вполне может быть, что того самого, искомого. Вот только проверить это было никак не возможно, и Гарри прикарманил медальон с тем, чтобы подсунуть его профессору, благо Беллатрикс отвлеклась, а Терри выдавать приятеля не собирался…

Каникулы проходили плодотворно.

— Тетушка! — орал на весь дом Гарри. — Тетушка, вы обещали мне кое-что показать!

— Я не могу делать это с твоей палочкой или палочкой кузена, — отвечала та. — А своей у меня нет.

— Ой, ну нашли проблему… — Поттер вытаскивал из носка кошмарное изделие неведомых мастеров, которое снова выпросил на лето у Снейпа. — Она слабенькая, но суть-то я уловить сумею?

— Хм…

— А можно мне присутствовать? — вежливо встревал Терри. — Интересно до ужаса!

— Только не лезьте под заклятия, молодой человек, — хмурилась Беллатрикс, и дело кое-как ладилось…

— Вы приедете меня проводить? — строго выспрашивал Гарри, расставаясь с родственниками. — А то ведь в школу со дня на день!

— Не уверена, что нас будут рады видеть, — фыркнула Беллатрикс.

— Тетушка Белла, меня не волнует, кто там что подумает, главное, я буду рад, — отчеканил тот. — Пожалуйста, проводите меня в школу, для меня это важно!

— Я так уж точно провожу, — сказал Сириус и покосился на кузину.

— Ну что ж…

* * *

Утро на вокзале Кингс-Кросс выдалось ясным и шумным. На платформе 9 Ў бурлило людское море.

— Может, мы не будем подходить ближе? — неуверенно говорила Петуния Дурсль.

Присутствие семейства Гарри выудил пронзительным «Ну пожа-а-алуйста, тетя, дядя, всех провожают, а я как распоследний сирота! И Дадли возьмем, ему интересно будет!» На это Дадли заявил, мол, нет-нет, у него тренировка сегодня, и милостиво позволил кузену взять свою старую игровую приставку, на что Гарри трагически сообщил, что в этой ужасной школе нет электричества и не работают никакие игрушки. Теперь ужаснулся Дадли и сказал, что мама с папой просто обязаны проводить племянника, а воле родного сына те противиться не могли.

— Надо, тетя Туни, надо, я же не безродный какой-то! — твердил Гарри и тянул их с Верноном за руки на платформу. Дядя сдержанно ругался, глядя по сторонам.

— А мы обратно-то выберемся?

— Куда ж вы денетесь? Видите ту парочку? Это родители Грейнджер, оба обычные люди, стоматологи, кстати, так ведь приходят и уходят спокойно, не беспокойтесь! О, а вот и Терри!

— Привет, пожиратель! — крикнул тот. — Доброе утро, мистер Дурсль, миссис Дурсль…

— Здорово, плодожорка! Здрасьте, мистер Хиггс, миссис Хиггс…

— Вы тут! — оживилась Петуния, увидев знакомых.

— Да, Терри хотел проводить Гарри, и мы не смогли ему отказать, — сказал мистер Хиггс. — Мои работодатели настроили нам с супругой… гм… проход сюда.

С негромким хлопком появились еще двое провожатых.

— Сириус! — обрадовался Гарри. — Тетушка Белла! Позвольте, я вас представлю…

Церемония знакомства несколько затянулась: оба Блэка сторонились обычных людей, а Дурсли шарахались от чистокровных магов.

— Ну и заварил ты кашу, — прошептал Терри.

— Так весело же! — сказал Гарри, отслеживая краем глаза явление Лонгботтомов, для которых присутствие на платформе Беллатрикс Лестрейндж стало тяжелым ударом, а также прочих гриффиндорцев. — Вон, гляди, Толстый. Лахудру сам узнаешь, трудно ее не признать, а рыжие — это Уизли, почти полный комплект.

— Вижу.

— Малфой! — завопил Гарри, увидев еще одно семейство. — Ты чего там толпишься, иди к нам! Ой, леди Малфой, лорд Малфой, простите…

Те, натянуто улыбаясь, приблизились к семейной группе, и тут уж Нарцисса показала себя с лучшей стороны, обняв и о чем-то расспросив сестру и кузена, а потом мирно заговорив с миссис Хиггс. Малфой-старший поигрывал тростью, нервируя мистера Дурсль.

— Поттер, ты в своем репертуаре, — буркнул Малфой-младший. — Знаешь же…

— Знаю, что за все лето твои предки даже не подумали навестить сестричку с кузеном. Так что пусть выкручиваются!

— Говнюк, — изрек тот.

— Это ты его научил таким словам? — в полнейшем восторге спросил Терри.

— А кто еще? Винс, Грег! Тео! — Гарри замахал рукой, знакомые махнули в ответ, но не подошли. — Гм, кажется, нас тут многовато…

Раздался очередной хлопок, на платформе появились еще двое.

— А вот и Луна, — довольно сказал Гарри и принялся размахивать уже обеими руками. — Лавгуд!!! Сюда!

— Привет, Гарри, — безмятежно произнесла Луна, подойдя ближе. — Это мой папа. Папа, это Гарри.

— Очень приятно, — сказал Поттер. — Разрешите, я вас представлю… Это мои тетя с дядей, мистер и миссис Дурсль, это мистер и миссис Хиггс, ну да их вы знаете. Это мой крестный, Сириус Блэк, и моя другая тетушка — Беллатрикс Лестрейндж. А это вот Терри Хиггс — мой лучший друг.

— Ксенофилиус Лавгуд, — поклонился тот, хотя явно удивился такому набору родственников, — и моя дочь Луна.

— А она и правда ничего, — Терри ткнул Гарри в бок. — Везучий! А Марта меня послала… Парень из баскетбольной команды ей больше нравится.

— Найди то, что ей по душе, — спокойно сказала Луна.

— Ой, будто я не искал! Проще с другой замутить, — фыркнул тот.

«Родственники» активно общались: лорд Малфой пытался о чем-то договориться с мистером Хиггсом, леди Малфой расспрашивала Сириуса и Беллатрикс, миссис Хиггс держала за пуговицу мистера Лавгуда, миссис Дурсль с супругом внимательно прислушивались, а младший Малфой осторожно мигрировал в сторону своих приятелей.

— Гарри, — властно сказала вдруг Беллатрикс. — Поди сюда. С подругой вместе.

Терри вытаращил глаза. Остальные притихли.

— Лавгуд… — проговорила Беллатрикс, взяла девочку за подбородок, вынуждая поднять голову. — Недурно. Гарри, проследи, чтобы она привела в порядок волосы.

— Э? — не понял тот.

— У леди могут быть короткие волосы, — та невольно коснулась собственной стрижки, — у леди может вообще не быть волос. Но неопрятных быть не должно. Думаю… — Она нахмурилась. — Если расчесать их как следует, уже будет неплохо. И, скажем, приподнять с висков…

— Хм, а и правда, Луна, тебе пойдет, — спокойно сказал Гарри. — Что еще посоветуете, тетушка?

— Руки, — сказала та, поймав девочку за запястье. — У леди могут быть длинные ногти, короткие ногти, но никогда — обломанные или обгрызенные. Запомни это раз и навсегда.

— Хорошо, мадам, — невозмутимо ответила Луна.

— У моего племянника… так называемого, — Беллатрикс бросила взгляд на Гарри, — не может быть неухоженной невесты.

— Невесты? Так рано? — заикнулась было Петуния, но тут же умолкла.

— Что в этом дурного? — весело спросил мистер Лавгуд. — В мое время вообще женили едва появившихся на свет… или вообще не появившихся, а ваш племянник, я вижу, вполне уже дееспособен и может сделать выбор. Я, со своей стороны, препятствовать не стану, я очень люблю свою девочку, и если она будет счастлива с Гарри…

— Мистер Лавгуд — изумительной доброты человек, — вступила миссис Хиггс. — И такой, не побоюсь этого слова, креативный!

— И состоятельный, — негромко сказал мистер Хиггс, чем развеял последние сомнения четы Дурсль. На самом деле состоятельным Лавгуд не был, но это ведь смотря с чем сравнивать!

— Да, растет парень! — задумчиво прогудел Вернон.

Терри гнусно хихикнул.

— А ты не хрюкай, плодожорка, — сказал ему Гарри. — Видишь вон там светлые косички? Это Ханна. Пойди и познакомься!

— Ты сдурел, что ли? — опешил тот. — Она симпатичная, конечно, но… Я же не волшебник!

— Слабо, да? — ласково улыбнулся Поттер.

— Я их представлю, — произнесла Луна, вывернулась из-под руки Гарри, схватила Терри за рукав и потащила за собой. — Привет, Ханна! Это Терри, друг Гарри Поттера, он очень хотел с тобой познакомиться…

— Теренс Хиггс, к твоим услугам, — привычно отрекомендовался тот.

— Очень приятно, — произнесла удивленная Ханна. — Но я тебя не помню, ты что, прежде учился не в Хогвартсе?

— Увы! Я никогда не буду там учиться, я маггл, — печально произнес тот. — Просто Гарри показывал мне колдографии, я увидел очень красивую девочку… Жаль, нам больше никогда не встретиться!

— Нет, ну почему… — смутилась та. — Это же не запрещено… Ты… ну…

— Я пишу Гарри, — пришел тот на помощь.

— И он может передать что-то через него или меня, — встряла Луна.

— Ну вот, — улыбнулась Ханна. — Я же… я не против. Только…

— Да кому же я расскажу, — улыбнулся Терри той улыбкой, от которой таяли все, кроме, разве что, суровой Марты. — Я напишу тебе, если не возражаешь, Ханна!

— Я не возражаю… — ответила та, провожая взглядом странного маггла, которого утащила за собой Луна Лавгуд.

— Да ты крут, приятель, — серьезно сказал Гарри, от всей души треснув его по спине. — Ты ее склеил на раз-два!

— Я не поняла, у нас что, тоже появилась невестка? — оглянулась миссис Хиггс.

— Пока нет, мам, — дипломатично отвтил Терри. — А там — кто знает! Вроде хорошенькая и, Гарри, ты говорил, не дурочка?

— Отнюдь, — выдал тот. — Но с характером.

— А! Ерунда, — махнул младший Хиггс рукой. — Будто я характеров не видывал…

Он покосился на мать, миссис Дурсль и миссис Лестрейндж.

— Пора нам, — дипломатично сказал Гарри, — а то реально поезд без нас уйдет. Тетя Туни, дядя Вернон… — Он полез обниматься к родственникам. Петуния всплакнула, гладя его по лохматой макушке, Вернон мрачно вздохнул. — Крестный…

Сириус облапил Гарри.

— Тетушка Белла… — этой можно было только поцеловать руку. — Благодарю за науку!

— Всегда рада, — фыркнула та. Ничейная палочка — все равно лучше, чем ничего, спасибо «племянничку». — Пиши.

— С удовольствием, тетушка! Мистер Хиггс, миссис Хиггс… Мистер Лавгуд… — Гарри оглянулся. — А куда Малфои слиняли?

— Вон они, — показал Терри. Чета Малфоев обнимала и наставляла единственного наследника. — Оставь ты их, пусть живут спокойно!

— И правда… — вздохнул тот. — Ладно, плодожорка… Давай, я на тебя рассчитываю в плане домашки.

Они обменялись тычками и коротко обнялись.

— А я обещала поцеловать Терри, когда встречу, — вспомнила Луна и коснулась губами его щеки. — Он хороший, и мозгошмыги у него дрессированные!

— Хватит тут соблазнять мою девушку! — Гарри взял ее за плечи и подмигнул Терри. Тот состроил оскорбленную мину. — Ну, нам пора, а то поезд правда уйдет, видите, Малфой с компанией уже упаковались…

— Пока, пожиратель лимонов, — усмехнулся Терри, хлопнув Гарри по плечу. — Спишемся!

— Луна! — Мистер Лавгуд сделал какой-то странный жест, дочь ответила тем же, и Гарри поволок ее в вагон.

— Странная девочка, — мрачно сказала Беллатрикс.

— Зато чистокровная, — мстительно ответил Сириус, аппарируя с нею вместе на площадь Гриммо.

— Может быть, пообедаете у меня? — предложил мистер Лавгуд чете Дурсль. Отказываться было неловко, и те согласились. — Ах, ну прекрасно. Жду всех по этому адресу… — тут он протянул визитку, — через час. Вы успеете доехать, как раз подадут на стол!

— Вы с нами? — весело спросила миссис Хиггс, обнимая сына. Тот махал вслед алому паровозу. В окно последнего вагона высовывался Гарри, что-то кричал, но его не было слышно за грохотом колес. Луна ответственно придерживала его за рукав, чтобы не выпал. — Нет? Ну сами тогда доедете. Жаль, миссис Лестрейндж уже убыла, она такая стильная!

Тут она глянула на крашеные волосы Петунии, и та невольно покраснела.

— Ждем вас, — сказала она, и чета Хиггс удалилась с Лавгудом заодно, чуть не столкнувшись с Грейнджер и Уизли, которые неприязненно покосились на магглов настолько наглых, чтобы использовать портключ посреди платформы.

Малфои исчезли еще раньше, их знакомые тоже, одни Дурсли торчали у всех на виду.

— Идем, — пробурчал Вернон, набычившись. Если бы столб не пропустил его, он вполне мог бы снести его лбом. Однако все обошлось, и они с супругой оказались в обычном Лондоне. — Проклятые колдунишки!

— Но миссис Лестрейндж и вправду такая стильная… — стиснула руки на груди Петуния. — Надо мне постричься и сделать завивку. И, Вернон, на обед к Лавгуду мы идем непременно! Это очень полезное знакомство, ты же знаешь Хиггса, даром он ничего не делает!

— О да, — вздохнул тот, разглядывая визитку. — И верно, как раз доедем. Но тебе же надо переодеться, а?

— Я не успею, — вздохнула жена. — Впрочем, мы вполне прилично одеты, дорогой. Едем!

* * *

— Идем, идем, а то все места займут! — Гарри волок Луну по проходу, а та не сопротивлялась. — Давай сюда, тут вроде свободно!

— Тут кто-то спит, — меланхолично сказала она, разглядывая свои ногти.

— А… ну, мы будем говорить потише, и ему не помешаем, — сбавил обороты Гарри. — А кто это, как ты думаешь?

— На чемодане написано Р. Дж. Люпин, преподаватель защиты от темных сил, — ответила Луна. — Гарри, а миссис Лестрейндж серьезно сказала про волосы?

— Да. Тетушка всегда говорит серьезно. То есть, — поправился он, — у тебя очень красивые волосы, но только надо бы ими заняться! Шампунь Терри пришлет, я его даже… гх-х…

— Я поняла, — сказала девочка вполне серьезно. — Мне подойдет. Пускай присылает. Твой друг мне нравится, жаль, что он маггл. Он бы наверняка учился на Рэйвенкло!

— Хм, возможно… — почесал затылок Гарри. — Рад, что он тебе по душе пришелся…

На самом деле он думал о том, что фамилия спящего в купе человека ему как-то подозрительно знакома, а также о том, что с этим делать.

— Поттер! — это явился Малфой, на сей раз без вассалов, зато с Ноттом. — Ты слышал?!

— О чем? — лениво спросил тот и достал из сумки лимон.

— Из Азкабана сбежали особо опасные Пожиратели смерти, они за тобой охотятся, поэтому Хогвартс будут охранять дементоры! Это папа мне сказал!

— Очешуеть, — сказал Поттер. — Луна, мандарин будешь? Сама там возьми… А не проще ко мне пару авроров приставить? Держи, кстати…

— Я почем знаю? — Малфой присел напротив и машинально взял половину мандарина. — Тео, возьми… Я теперь летать боюсь! Так вот сделал свечку — а рядом дементор, можно и равновесие потерять…

— А я тебе сколько раз говорил, что летать на метле — занятие не для приличных людей! — хохотнул Гарри.

— Ты вообще… — фыркнул тот и вдруг замер.

Поезд дернулся и остановился.

— Нет, я давно хотел дернуть стоп-кран, но какая сволочь сделала это вместо меня?! — спросил Гарри. — Малфой, сидеть! Нотт, подержи его!

— Да что такое? Я хочу узнать, что происходит… — выдирался тот.

— Я сказал — сидеть, — тоном тетушки Беллы произнес Поттер. — Скоро выясним. Палочки наизготовку, господа… и леди.

— Я мало что умею, Гарри, — спокойно сказала Луна.

— А это неважно, любая поддержка важна, — ответил он. — Малфой! Хватит бухтеть! Сейчас по шее получишь!

Это подействовало на Драко волшебным образом, и уже четверо подростков держали палочки наизготовку. Люпин спал.

Дверь дрогнула и открылась. На пороге появился дементор — мерзкая тварь, от которой веяло холодом и чем-то еще на редкость гадким…

Нотт сориентировался первым, запустив по дементору простым заклятием. Поттер следом выпустил несколько убойных, но не очень сложных, — непростительным его тетушка Белла обучила, но приказала не применять иначе как в безвыходных ситуациях, а эта явно таковой не являлась. Луна из-за его плеча шваркнула чем-то непонятным, вроде бы не сильным, но пришедшимся не по вкусу мерзкой твари. Очнулся Малфой и засадил в опешившего дементора какой-то дрянью, заставившей того отступить.

— Спокойно, дети, я прогоню его, — сказал проснувшийся Люпин, и серебристое облачко заставило дементора убраться. В коридоре кричали. — Вы в порядке?

— Луна? — оглянулся Гарри на девочку. — Парни? А, все живы, сэр. Что это за херня была? Почему в поезде?

— Возьмите шоколадку, — сказал тот, не ответив на вопрос, — это помогает…

— Спасибо, мы лучше по мандаринчику, — фыркнул Гарри, пряча палочку и делясь с Луной. — Ребят? Вы как?

— Ничего…

— Сэр, вы бы глянули, как там остальные, — сказал Поттер. — Не все же такие крутые, как мы! Ребят, еще по мандаринке?

— Давай, извращенец… — буркнул Нотт и начал чистить фрукт. — Драко?

— Да вы охренели! — выдал наследник древней и благородной семьи, но тут же скис, взял половину мандарина и принялся жевать. — В поезде! Дементор! Я папе напишу!

— Пиши, пиши, — кивнул Поттер. — Подробно пиши. У нас тут в купе имелся преподаватель защиты, так он нас не сразу спас, об этом упомянуть не забудь!

— А ты откуда знаешь, что он преподаватель? — жадно спросил Малфой.

— А я вообще много чего знаю, — улыбнулся тот. — Не веришь, погоди до пирушки…

— Нет уж, раз ты так говоришь, то не врешь, — произнес Драко. — Сейчас все успокоится, и напишу, а как доедем, сразу и отправлю. А что это за вопли?

— Надо думать, дементоры другие купе проверяют, — фыркнул Гарри. Луна сосредоточенно полировала ногти. — Отсюда их поперли, но, повторяю, не все же такие ушлые и дошлые, как мы!

Подростки переглянулись.

— Крэбб и Гойл?

— А, эти умеют за себя постоять, — махнул рукой Малфой. — Не переживай. Но вообще круто было, Поттер, не офигеть при виде дементора…

— Гм, а я что, должен был офигеть? — спросил тот.

— Ну… Плохие воспоминания, все такое…

— Прежде всего я хотел его уничтожить, — любезно сообщил Гарри. — За крестного, за тетушку Беллу, за всех остальных… Как думаешь, было там где-то место плохим воспоминаниям?

— Ой, — ответил Драко.

— Они были не просто плохими, они были… — Гарри улыбнулся. — Сам посуди, может дементор убить человека, который его ненавидит? И при этом в красках, ярко представляет, что он сделает с данным конкретным дементором за свою родню, и радуется этому?

— Ты все же слизеринец, — сказал Теодор, подумав.

— Все может быть, — сказал тот. Луна прижалась к его плечу. В вагоне истерически голосили. — А теперь тихо, изображаем жертв агрессии! Малфой, я кому сказал?! Тео, дай ты ему наконец по шее, тебе ближе!

— Не надо мне по шее, я уже страдаю… — выдавил тот.

— Как вы тут? — спросил Люпин, открыв дверь.

— Мандарины жрем, — ответил Поттер, извлекая из сумки очередной. — Будете? Кстати, что случилось, почему стоим?.. Сэр, — добавил он, подумав.

— Дай мне дольку, — дернула его за рукав Луна.

— Держи половину! — ответил Гарри щедро. — У меня их тут полно. Тео, Драко, ловите!

Оба получили по физиономии мандаринами и принялись сосредоточенно их чистить. Спорить с Поттером было себе дороже.

— Шоколаду? — потерянно спросил Люпин.

— Спасибо, сэр, мы предпочитаем витамины, — фыркнул Гарри.

Значит, Люпин. Едет в Хогвартс. Преподавателем работать. Просто замечательно!

Он переглянулся с Луной. Та только улыбнулась своей обычной странной нездешней улыбкой.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Жесть невероятная! Эти дементоры начали проверять поезд! А мы так удачно заняли купе, где дрых профессор, который будет вести защиту… Хотя дементора мы и сами выгнали: я даже не все использовал, что тетушка Белла показала, Луна вообще чем-то непонятным швырялась, а Павлиныш с приятелем — уже готовые боевые маги. Только этот профессор (сюрприз, это старый дружочек крестного, сам сообрази, который) прогнал дементора быстро и просто (я такого заклинания не знаю, надо выучить) и пошел спасать остальных. Ну а мы собрались в кучку, пересчитались, мандаринов нажрались и к Хогвартсу приехали уже в нормальном состоянии.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Я тебе там послал еще флакон шампуня, это для Луны.

Ну у вас и веселуха! Ты со своим профессором пока не говорил?

П.С. Может, прикололся кто-то? А если нет… ты там уж по сторонам-то посматривай. Фиг знает, вдруг Властелин раздобыл какой-нибудь из своих бэкапов (тетушка твоя ведь говорила, что их несколько) и того, норовит вернуться! Вот неугомонный-то!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Пока никак не выходит, хоть ты убейся! Впору слизеринцев просить записочку передать, но, сам понимаешь, так поступать нельзя.

Как только начнутся занятия по зельям, я тут же напрошусь к сам-знаешь-кому. Защита — смешное дело. Чуть не уржался тут, едва сделал вид, будто плачу.

П.С. От Луны спасибо. И от Ханны записочка, я в нее не заглядывал, клянусь!»

18

— А теперь следующий, — сказал профессор защиты от темных сил. — Гарри?

Он как-то странно поглядел на студента, который безо всяких колебаний открыл шкаф. Ничего не появилось.

— Как-то там пустовато, — сказал он. — Сэр? Я ничего не вижу, ну так не может быть моим боггартом пустота!

— Гм…

— Я думаю, все дело в том, что я в детстве ужасно боялся монстра в шкафу, — вдохновенно вещал Поттер. — И решил, что надо с этим что-то делать. Взял, спер фонарик у дяди из машины и посреди ночи взял и открыл дверцу! И никого внутри не оказалось, только мои шмотки, носки там нестираные… С тех пор я не боюсь никаких монстров, — завершил он, — а за фонарик мне влетело, хоть я его и вернул.

— Ой, ну Гарри, как всегда, в своем репертуаре, — фыркнула Ханна и подняла бровь, что означало «сегодня вечером в совятне».

— А то! — хмыкнул тот и подмигнул.

— А я дементоров боюсь! — сказал кто-то.

— Чего их бояться-то? — повернулся к нему Гарри. — Мои тетя с крестным одиннадцать лет с ними бок о бок провели… и выжили! А вы разок увидели — и сразу обдристались… Не, ребят, ну это даже не смешно! Видел я эту тварь, нос к носу видел, мерзкая, это да, но будто вы на уходе за магическими существами или на зельеварении большей гадости не встречали!

— Так ты ж у нас Избранный! — пискнули сзади.

— Ага! Лавгуд тоже? Малфой? Нотт? — фыркнул Поттер. — Мы там все были, спросите у них! И нечего бояться всякой мерзости…

— Я хотел научить вас вызывать Патронуса, — вклинился Люпин.

— Ну так научите, профессор, — улыбнулся тот.

* * *

— Поттер, — сказал Снейп, — я надеюсь, вы осознаете, почему не стоит оставаться наедине с профессором Люпином, даже если он будет очень настаивать?

— Он извращенец и любит маленьких мальчиков? — живо спросил тот.

— Поттер, не идиотничайте, я знаю, что вы меня прекрасно поняли!

— А зачем спрашивать, если вы и так знаете?

— На всякий случай, — вздохнул профессор. — От вас неизвестно, чего ожидать, так что, очень вас прошу, не надо пытаться подсмотреть за Люпином… ну… вы поняли, в какое время.

— Я вообще не питаю склонности к подсматриванию за взрослыми потрепанными дядьками, это раз, — ответил Поттер, — два — зоофилией тоже не страдаю. Так что не переживайте, профессор, я постараюсь обходить его подальше. Особенно в то самое время. Только…

— Что?

— Очень сложно отказаться от беседы с преподавателем, если он настоятельно предлагает пройти с ним, — вздохнул тот. — Вам ли не знать, сэр!

— Хм… Тогда, Поттер, — хищно улыбнулся Снейп, — сделайте так, чтобы ему больше не захотелось с вами разговариватть! Я думаю, вам это вполне по силам.

— О, вы можете во мне не сомневаться, сэр, — точно так же улыбнулся Гарри в ответ. — Конечно, немного жаль его, к тому же он был другом моего отца, но, с другой стороны, что-то я его первый раз в жизни вижу… Мог бы и поинтересоваться, где я и как мне живется! Да, сэр, и дайте мне какую-нибудь книжку про оборотней! Подчитать, так сказать, матчасть. Только пострашнее!

«Бедный Люпин!» — лицемерно подумал Снейп, выбирая в своей библиотеке наиболее неприятные вещи.

— Только не действуйте в лоб, Поттер, — сказал он, сгрузив на стол зловещего вида книги.

— Когда это я действовал в лоб, сэр? — спросил тот, чистя мандарин. — Нет, сперва я составлю план. Ой, да, а скажите еще: вам ведь профессор Люпин не нравится не только потому, что он с отцом дружил? Вы говорили, он особо не задирался, в сторонке стоял…

— Ну?

— Значит, есть еще причина. Ну, то, что он вас едва не покусал, это само собой. Но все равно маловато будет, вы же сами тогда пошли в эту хижину и нарвались!

— От вас не отвяжешься, — мрачно сказал Снейп. — Хорошо, вот вам третья причина: вообще-то, я хотел получить место преподавателя защиты, но нет! Наш дорогой директор берет этого блохастого… Этого вы не слышали, Поттер!

— Не-не, не слышал, — заверил тот. — Итак, он берет профессора Люпина…

— Именно. А я вдобавок вынужден варить для него зелье, потому что иначе он по полнолуниям становится опасен. Все выяснили?

— Вроде того, — кивнул Гарри.

— Тогда, пока вы составляете план, идите-ка и нарежьте то, что я вам скажу! Хватит прохлаждаться, в конце концов…

— Без проблем, сэр, — ответил Гарри сквозь мандарин, засунутый в рот целиком. — Только вы расскажите, чего готовить будете, а то скучно просто так работать. Хотя я и сам догадываюсь…

— Вы омерзительны, Поттер, — привычно сказал профессор.

— Я знаю, — довольно ответил тот, вытирая руки о мантию.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Нет, представь, взять на то место, которого сам-знаешь-кто добивается годами, его старого „приятеля“ — это надо додуматься! Причем ты помнишь, какие проблемы у нашего нового препода — это ж сам-знаешь-кто ему еще и зелье варит постоянно! (Я резал ингредиенты, так что в теме.) Старик что, вообще ку-ку?

Передай, пожалуйста, крестному и тетушке, что в Хогсмид меня не выпускают. Выйти-то я могу, ходы знаю, но не стану. Просто назло! Если что важное будет — передам через Луну, она просто мое спасение!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ну у вас там и кадровые перестановки! Даже Златовласка не был таким опасным, я верно понимаю? То есть он был вообще никаким, а если чего творил, то сдуру…

Все передал, крестный может забежать к тебе в гости в виде пса, ходы он тоже помнит, а тетушка, он сказал, очень рассердилась (дом немного пострадал). Да, оба передают приветы и намеки, что у вас будет бал на Рождество. И, лентяй, папа мой выцыганил у наших зубастых друзей зеркало, лови!

Я так понял, что на каникулы тебя домой не отпустят. Скучаю.»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Что бы я без тебя делал! Сегодня ночью опробуем зеркало!

Кстати, вот тебе записочка от Ханны, я опять же нос туда не совал.»

* * *

— Гарри, я хотел бы с тобой поговорить, — негромко произнес Люпин, задержав того после занятия.

Поттер ждал этого, поэтому преспокойно уселся на парту.

— Да, сэр?

— Скажи, чувствуешь ли ты присутствие Сам-знаешь-кого?

— Не-а, — ответил Гарри и вынул лимон, от одного вида которого сводило скулы. — А вы о ком вообще?

— Ну… О Том-кого-нельзя-называть… — полушепотом сказал тот.

— Если его нельзя называть, то как я пойму, кого вы имеете в виду? — нахально спросил Гарри сквозь лимонную корку.

— Не притворяйся, пожалуйста, ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю, — поморщился Люпин.

«Нюх тонкий. Лимоны не любит, — сделал мысленную пометку Гарри. — Или его просто сильный запах раздражает.»

— Ну, допустим. И что? — спросил он.

— Мне казалось, тебе следовало бы проявлять большую озабоченность своей судьбой в связи с тем, что Сам-знаешь-кто, вполне вероятно…

— Да знаю я, что он не сдох, — равнодушно сказал Поттер. — Только меня-то это почему должно колыхать? Я вообще несовершеннолетний.

— Боюсь, Гарри, — грустно улыбнулся Люпин, — он не станет делать различий между детьми и взрослыми.

— Вот козел, — хмыкнул тот. — То есть нехороший человек, прошу прощения, сэр.

— Гарри, чтобы суметь противостоять ему, тебе следует заниматься усерднее, — продолжил атаку профессор.

— Ага, — скептически ответил Поттер. — Толпа взрослых магов ему противостоять не смогла, а один мелкий Избранный сможет. Очень смешно. Да и вообще, может, я одноразовый! И следующая Авада меня таки добьет… Нет уж, спасибо, сами разбирайтесь с этим вашим… ну вы поняли, о ком я.

— Но учиться все-таки нужно лучше. Я видел, у тебя высокие оценки только по зельеварению и по моему предмету, но…

— Они легкие просто, — соврал Гарри. — Ваш особенно. А на остальных напрягаться надо.

— Ты ничего не путаешь? — осторожно спросил Люпин. — Это зельеварение-то простой предмет?

— Ну сами видите, — пожал плечами Поттер. — Мне по приколу. Я супы хорошо варю, тетя научила, так что тут вообще без проблем. Ну разве что суп обычно пахнет получше, — добавил он справедливости ради.

— И… с преподавателем у тебя никаких неприятностей не возникает?

— С чего бы? — изумился Гарри. — Он, правда, сперва злился, потому что я слишком много уточняющих вопросов задавал, а потом ничего, привык. И остальным нравится: когда он увлекается, то мало кого спрашивает, времени не остается. Вот. А почему вы вдруг об этом спросили?

— Так… — неопределенно сказал тот.

— Ну, тогда я, может быть, пойду, сэр? — Поттер спрыгнул с парты. — А то обед скоро.

— Конечно, иди, Гарри, — кивнул Люпин, задумчиво почесав в затылке.

— Блохи донимают? — участливо спросил Гарри.

— Что?..

— Вам послышалось, сэр, — мило улыбнулся тот и улетучился.

За обедом Гарри демонстративно читал красочный том под названием «Оборотни: мифы и легенды», совершенно открыто взятый в школьной библиотеке, и при этом время от времени поглядывал на преподавательский стол.

Снейп сидел с каменным лицом, хотя книгу, конечно, заметил, Люпин то ли ничего не видел, то сделал вид, будто не увидел.

— Что это ты вдруг? — спросила Ханна, сунув нос в книгу. — Мы до оборотней еще не дошли.

— Ничего, — веско ответил тот, — предпочитаю подготовиться заранее.

— Как ты полюбил защиту! — хмыкнула она.

— Не то чтобы полюбил, но считаю, что толк от нее кое-какой имеется, — все так же серьезно сказал Гарри.

— Какая муха тебя укусила? — нахмурилась Ханна.

— Хорошо, если просто муха… — последовал загадочный ответ, и Гарри перевернул страницу.

* * *

— Вы были правы, сэр, — бодро отрапортовал Поттер, ввалившись на свои «дополнительные занятия». — Люпин начал наводить ко мне мосты.

— Профессор Люпин, — машинально поправил Снейп. — Что он хотел?

— Пока просто расспрашивал, что да как, да нет ли у меня проблем, убеждал учиться получше, ну и все в том же роде, — ответил Гарри, забираясь в облюбованное кресло и подзывая змею. — Уж ты моя красавица…

— Хос-сяин… А твой профес-с-сор пахнет пс-с-синой, — прошипела Шен.

— Лишь бы блох у него не было, — серьезно сказал Гарри.

— Поттер, вы вроде бы сказали, что не будете действовать в лоб, — сказал Снейп, прекрасно понимая, что змея имела в виду не его. — Вам не кажется, что за обедом вы поступили с точностью до наоборот и устроили грандиозную провокацию?

— Никак нет, сэр, — отозвался тот. — Большинство ничего не заметило и не заметит, если не ткнуть их носом в очевидное. Вы в курсе, директор в курсе, а если что-то заметил сам Люпин, ну так…

— И дальше вы что намерены делать?

— Пока не знаю, — честно ответил Гарри. — У моего плана был только один пункт.

— Поттер, вы… — профессор осекся.

— Я в курсе, сэр, — с достоинством сказал тот и углубился в книгу.

* * *

«Привет, плодожорка!

Слушай, я не могу уже, ну почему всем так хочется меня облагодетельствовать? Теперь вот этот наш новый профессор защиты (кстати, у нас тут путаница — у него кличка Лунатик, а мы с тобой другого человека так зовем, так что второй пусть будет мистер Лунатик, договорились?) меня достал. Смотрит собачьими глазами и вздыхает. Блин, если он весь такой благородный, раньше-то где был? Зла на них не хватает… Еще раз пристанет с душеспасительным разговором, и я за себя не ручаюсь!

П.С. И снова записка от Ханны. Вот ведь… кто-то через дупло дуба сношался, а вы через меня… Групповуха-с!»

* * *

«Привет, пожиратель!

Я тебе за похабные намеки башку откручу, хоть ты и здоровее меня!

Насчет Лунатиков понял. Но ты там это, поосторожнее все-таки. Вдруг он с виду мирный, но может в ярость впасть? Кстати, я тебе одну штуку посылаю, может, пригодится!»

* * *

«Плодожорка, ты гений!»

* * *

— Гарри, задержись на минуточку, — попросил Люпин некоторое время спустя.

— Хорошо, сэр, — дисциплинированно ответил тот и уставился на профессора ясными глазами.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Никак нет, сэр, — удивленно сказал Гарри.

— А спросить?

— Нет, сэр, я все на занятии усвоил, — еще более удивленно произнес тот.

— Я не об этом, Гарри, — Люпин присел на край стола. — Ты наверняка уже слышал, что я знал твоего отца и маму, и вот подумал, что, наверно, тебе захочется…

— Простите, сэр, но меня уже все достали, — честно сказал Поттер. — Все так и норовят рассказать мне про родителей. Вот честное слово, я уже достаточно о них узнал. И я не сентиментальный… Ну ладно, если только самую капельку, — подумав, решил он. — Очень жаль их, конечно, но я их не помню и, честно говоря, не вижу смысла ворошить прошлое. Пусть земля им будет пухом, ну и все такое…

— Гарри, но они погибли, защищая тебя от Того-кого-нельзя-называть! — явно не поверил своим ушам Люпин.

— Я в курсе. Но по мне так что из-под грузовика вытолкнуть, что под Аваду кинуться — разницы никакой, — пожал тот плечами. — Я им крайне благодарен за то, что остался жив, хотел бы побывать на их могиле, но бить себя коленом в грудь и причитать вряд ли стану. Хотя скупую мужскую слезу пустить могу, — добавил он великодушно.

К чему ведет Люпин, было ясно, как божий день. Раз родители погибли, спасая сына от злодея, сын обязан отомстить. «Не мытьем, так катаньем, господин директор? — мрачно подумал Поттер. — А вот выкусите!»

Самое удивительное, что он ни капельки не привирал. Конечно, хотелось, чтобы родители были живы, рядом, но если ты их и не помнишь, зачем растравлять душевные раны? Тем более, есть дяди, тети, друзья… А на фотографиях, которые он видел, были просто молодые люди, Гарри никак не мог представить их в роли своих отца и матери. Крестный — другое дело, он живой, из плоти и крови, со своими заморочками и тараканами в голове, невыдержанный, но по-своему добрый, с ним оказалось не так уж сложно ужиться. А тех-то давно нет, поди представь, какими они оказались бы теперь! Словом, это была сложная философская проблема, а такие проблемы Поттер обычно посылал Запретным лесом.

— Я не думал, что ты вырастешь настолько черствым мальчиком, Гарри, — сказал наконец Люпин.

— Я не черствый, сэр, я прагматичный. — Поттер посмотрел на лицо преподавателя и предупредил: — Я еще много длинных слов знаю. И понимаю, что они означают.

— Не сомневаюсь… — профессор потряс головой и снова грустно взглянул на Гарри. — Надо же, лицо отца, глаза матери, а чей характер, не поймешь…

— Думаю, кого-то из старшего поколения, — небрежно ответил тот. — Скорее всего, это блэковская кровь. Тетушка Белла говорит, что я ей напоминаю кого-то, деда или прапрадеда, забыл имя, вот стыдобища!

— Тетушка… Белла? Ее же Петунией зовут!

— Да нет, Петуния Дурсль — это тетя Туни, которая меня вырастила, а тетушка Белла — это миссис Лестрейндж, — терпеливо пояснил Гарри. — Вам что, директор не сказал?

— Про Сириуса сказал, а про нее… нет… — Казалось, профессора вот-вот хватит сердечный приступ. — Но как…

— Долгая история. Кстати, а чего вы в гости не заглянули, если знали про Сириуса? — коварно спросил Поттер.

— Ну… как-то… Готовился к учебному году, — выкрутился Люпин.

— Так долго?! О том, что крестного выпустили, все газеты трубили еще когда!

— Да я не читаю газет, Гарри, — вымученно улыбнулся тот. — Не до того.

— Понимаю, — сказал Поттер. — Бывает. Но вы все же заходите, я летом обычно гощу у крестного пару недель. Только предупредите заранее, он все доступы в дом перекрыл. Туда только я могу войти и тетушка Белла.

— А, да, я… — Люпин осекся, и Гарри понял, что тот в курсе незадачи со штабом Ордена. — А что это на него нашло, не знаешь, случайно?

— Случайно знаю. У него синдром с каким-то замысловатым названием. Ну, привык к одиночеству, скоплений народа не переносит. Меня и кузину свою еще выдерживает, а так… Представляете, хочется человеку побыть одному, а тут толпа Уизли заваливается! Я бы сам озверел!

— Отчего ты так не любишь Уизли? — нахмурился профессор.

— А чего их любить? — развел руками Гарри. — Шумные, бестолковые, лезут во все. Близнецы вот ничего, хотя их шуточки… Старших братьев не знаю, ничего сказать не могу. А младшему я уже не раз пятак начистил…

— Ты общаешься со слизеринцами, — снова забросил удочку Люпин.

— Да, они в большинстве своем умные, приятно поговорить, — кивнул Поттер и сладко улыбнулся. Потом выудил из сумки очередной лимон. — Вы не против, сэр? Спасибо.

— А подруга у тебя с Рэйвенкло…

— Тоже башковитая, — сказал Гарри с полным ртом. — Люблю, знаете ли, умных, слабость у меня такая… И на моем факультете хорошие ребята есть.

— А…

— Нет. Никакого Гриффиндора, — отрезал Поттер. — Никакой Грейнджер. Я от ее проповедей начинаю выть на луну и бросаться на ни в чем не повинных людей.

«Показалось или правда дернулся?»

— Ну как знаешь, — тяжело вздохнул Люпин. — А зря.

Тот пожал плечами.

— Гарри, оценки у тебя стали еще хуже, чем прежде, — продолжил профессор.

— Сэр, вы не мой декан и не директор, уж извините за дерзость, — сказал Поттер уже откровенно хамским тоном. Ему надоело прикидываться. — Что вам до моих оценок?

— Ну… я полагал, что мог бы тебе помочь по праву друга твоего отца, — смешался тот.

— Угу, по праву друга моего отца вы меня увидели в поезде первый раз за… сколько там лет-то прошло?

— Ты обиделся? — встревоженно спросил Люпин.

— Не-а, — честно ответил Гарри. — Мне пофиг. И на оценки пофиг. И на чужое мнение тоже пофиг.

— А все же, — доброжелательность эта была поистине непрошибаемой, — почему ты прогуливаешь прорицания?

— Потому что это ересь, — ответил Поттер. — Эта дура очкастая, может, раз в жизни чего-то и изрекла, но сейчас от нее проку нет, и преподаватель она хреновый.

— Конечно, профессор Снейп намного лучше преподает, — не удержался Люпин.

— Он мой кумир, — нежно улыбнулся Гарри. — Мне порой снится, как я в экстазе начищаю для него котлы и с наслаждением режу ингредиенты… Стоп, почему снится? Я ж этим частенько занимаюсь! А может, поэтому и снится?

Профессор закашлялся.

— Ты пошутил, да? — с надеждой спросил он.

— Нет, я редко шучу, — ответил Гарри. — Ну а прорицания… Я и так умею. Хотите, предскажу вам ближайшее будущее по мандаринной шкурке?

— Ну давай… — с опаской произнес Люпин.

Поттер вытащил из кармана мандарин, быстро очистил его, посмотрел на оранжевую шкурку и изрек:

— Через неделю вы заболеете, и дня два-три ваших занятий у нас не будет либо вас заменит профессор Снейп.

Люпин изменился в лице.

— Что ты такое…

— Да ладно вам, сэр, — поморщился Гарри и вынул из сумки календарь, присланный Терри. — Можно подумать, так сложно вычислить, что заболеваете вы точно по полнолуниям, вот, у меня тут все подчеркнуто. Очень удобно, я всегда знаю, когда можно забить на домашку по защите, потому что профессора Снейпа она не волнует, у него другая программа.

— Если бы не твоя внешность, я сказал бы, что ты его сын, а не Джеймса, — сквозь зубы произнес Люпин, и в глазах его полыхнуло желтое пламя. — Снейп тоже в свое время… вычислил.

— Ага, я в курсе, как вы его чуть не сожрали, — мило улыбнулся Поттер, прикидывая пути к отступлению. — Сэр, я вот тут много чего читал, но брехни, кажется, все же многовато… Это правда, что оборотня можно убить только серебряной пулей?

Тот издал непонятный звук.

— А что будет, если выпить оборотное зелье с волосом оборотня? Если он в человеческом облике и, наоборот, в зверином?

— Это ты лучше у профессора Снейпа спроси… — выдавил тот.

— Непременно спрошу, — кивнул Гарри, делая пометки в блокноте. — Кстати, я в прошлый раз ваше зелье не слишком испортил?

— Что?!

— Да профессору некогда было, он мне велел сварить, получилось чуточку не так, как у него, он ругался страшно, но переделывать уже времени не было. Нормально обошлось?

— Нормально, — сглотнул Люпин. — Ты хочешь сказать…

— Все, что хотел, я уже сказал, — Гарри захлопнул блокнот. — Сэр, давайте договоримся, а? Вы больше не лезете ко мне, а я молчу о вас. Если кто сам догадается, я тут ни при чем, у меня язык всегда за зубами.

— Потребуешь Непреложный обет?

— С вас и честного слова было бы достаточно, — ответил Поттер. — Да вот только директор у нас — большой любитель шарить по чужим мозгам. Так что, профессор, уж извините — я настаиваю на Обете. Могу тоже его принести, если вы чего-то опасаетесь.

— Не надо, — ответил Люпин и произнес слова, которые подсказывал ему Гарри (битый час составлявший хитрый текст, а потом согласовывавший его с Терри, вернее, его отцом). — Кажется, мы все ошиблись в тебе, Гарри…

— Профессор Снейп не ошибся, — улыбнулся тот. — Он говорит, что я ужасен!

— И в кои-то веки я с ним соглашусь!

* * *

— Поттер, я вас убью!..

Очередная склянка разбилась о стену.

— Не надо, я вам еще пригожусь! — ответил Гарри из-под стола, где занял глухую оборону.

— Вы что натворили, негодяй?!

— Ничего, я поговорил по душам с профессором Люпином…

— После чего он уволился!

— Он не смог вынести разочарования, сэр, я обманул его ожидания, а у него такая ранимая душа…

— Поттер, животное, вы соображаете, что оставили школу без преподавателя защиты?! В середине учебного года?!

— А что сразу я-то?! Я же не требовал от него увольняться, я просто попросил не приставать ко мне больше со всякой сентиментальщиной… и взял с него Непреложный обет.

— Зачем, чудовище?!

— А чтоб директор ничего не узнал, — честно ответил Гарри. — Мы там о довольно интимных вещах говорили, а я не люблю, знаете ли, когда посторонние в такое лезут.

— Спасибо вам, Поттер. Искреннее вам спасибо, — выдохшийся Снейп упал в кресло. — И вылезайте уже оттуда.

— Всегда пожалуйста, сэр, только за что? — Гарри выбрался из-под стола и потянулся.

— За двойную нагрузку. Как вы думаете, на кого повесят высвободившиеся часы? Часть, допустим, возьмет МакГонагалл, часть — директор, а основное достанется мне, будто мне своих забот мало!

— Но вы же мечтали о месте преподавателя защиты, разве нет, сэр? — Взгляд Гарри был чист и ясен. — Видите, как удачно все сложилось… Говорят, мысль материальна, просто раньше вы недостаточно сильно хотели и…

— О Мерлин… — простонал Снейп, закрывая лицо руками. — Поттер, пытающийся облагодетельствовать ближнего своего, хуже несущегося на водопой носорога: зрение у него плохое, но его это не волнует!

— Сказано! Дайте, я это запишу, сэр, — обрадовался тот.

— Лучше уйдите с глаз моих. Хотя бы до завтра, — глухо сказал профессор. — И вот что, раз вы мне подложили такую свинью, то с чтением книжек придется завязать. Будете ассистировать мне в лаборатории, иначе я ничего не успею…

— Да с моим большим удовольствием, сэр! — обрадовался Гарри. — До свидания!

— До свидания… — буркнул тот.

Не так он хотел получить это место, совсем не так. Учитель на замену, вот и всё. Гарри нарочно этого не планировал, дураку ясно, просто Люпин распсиховался, не зная, что предпринять, а попросить совета у директора не мог, не позволил Обет. (Зная Гарри, можно было с уверенностью утверждать — тот не оставил лазеек. Консультанты-то у него отменные.) Ну и пожалуйста…

«Ладно, — сказал сам себе Снейп. — Как там говорит Поттер? Надо решать проблемы по мере их поступления? Так и сделаем.»

* * *

— Послушай-ка, Луна, — сказал Гарри задумчиво, отловив подругу после занятий. — Ты знаешь что-нибудь про диадему Рэйвенкло?

— Знаю, — ответила та. — Она пропала.

— Круто, — оценил информацию Поттер. — А конкретнее?

— Это случилось еще во времена Основателей, — дополнила Луна, подумав, и начала накручивать локон на палец. За что ценил ее Гарри, так это за то, что ей никогда и в голову не приходило спросить, зачем это он интересуется разными странными вещами. Он полагал, это редкое и очень ценное для девушки качество. — Вроде бы она была у самой Ровены Рейвенкло, но после ее смерти и смерти ее дочери диадему так и не нашли.

— Кое-кто все-таки нашел… — почесал в затылке Гарри. — А как она выглядит, ты знаешь? А то на картинках в книжках она все время разная. На статуе Ровены она есть, но фиг знает, чего там скульптор навыдумывал!

— Можно спросить у Серой Дамы, — по-прежнему невозмутимо произнесла Лавгуд. Вместе с Поттером в ее жизнь пришел плохо управляемый хаос, но он порождал столько неизвестных науке существ, что стоило потерпеть некоторые неудобства.

— У привидения, что ли? — нахмурился Поттер, не уделявший особого внимания легендам Хогвартса. — А оно откуда знает?

— Так это ведь Хелена Рэйвенкло, — пояснила Луна. — Дочь Ровены. Ее Кровавый Барон убил, а потом покончил с собой. Он был в нее влюблен.

— Вот ведь… — Гарри придержал язык. — Прям сериал! У Ровены была дочка, он ее любил, но Хелена не давала, он ее убил… Ладно, давай спросим! Пойдем поищем ее, что ли?

— Пойдем, — согласилась девочка. На кой Поттеру потребовалась диадема, она опять-таки не спросила, справедливо полагая, что тот и сам расскажет рано или поздно. — Откуда начнем?

Гарри задумался. Искать привидение в громадном замке было затеей безнадежной, а ждать, пока Серая Дама объявится сама, можно было очень долго.

— Пошли в туалет, — решил он наконец.

— Какой? — спросила Луна, опять-таки не став уточнять, зачем.

— Заброшенный, где Плакса Миртл живет, — пояснил Гарри. — Она-то всегда на месте. У нее и спросим, где Дама. Только ты помалкивай, я с ней сам потолкую, а то эта дура обидчивая до ужаса… А ты на стреме постоишь, туалет-то все-таки женский!

Девочка молча кивнула: выкладки Поттера выглядели для нее вполне логичными.

— Приве-е-ет, — звал он четверть часа спустя. — Крошка Ми-и-иртл! Ты где? Покажись, сделай милость!

— Чего тебе? — нелюбезно ответило привидение, вынырнув из унитаза и едва не забрызгав Гарри. — Тоже пришел надо мной посмеяться, да? Вы все такие…

— Нет, мне нужна твоя помощь, — честно ответил Поттер и угнездился на краю раковины.

— Помощь? — удивилась Миртл, зависнув напротив, и поправила очки. — Какая еще помощь может понадобиться от кого-то вроде меня?!

— Ну ты же весь замок и округу знаешь, кого еще спрашивать? — серьезно произнес Гарри и для начала решил зайти с другой стороны, тем более, его давно интересовал один вопрос. — Слушай, мне тут сказали, что где-то в подземельях живет василиск. В этом я уверен на сто процентов, только не знаю, как туда пробраться… Может, ты в курсе?

— Зачем тебе василиск? — удивилась Миртл, забыв даже поплакать по привычке. — Ты тоже хочешь умереть и стать привидением? Вот здорово, ты мог бы поселиться тут со мной!..

— Гм… Нет, я просто любопытствую, — сказал он. — Потому что, понимаешь, василиск — это не просто опасная тварь, это пара тонн ценнейших ингредиентов для зелий! Рубишь фишку? Хочу профессору подарок сделать, вот!

— А-а-а… — заинтересованно протянула призрачная девочка. — Ну, я знаю, где это место. Только вот как туда пробраться… Туда ведет тоннель. Но я не знаю, как он открывается снаружи.

— Угу, остается разве только просочиться по канализации… — буркнул себе под нос Гарри. — А тоннель-то где начинается? Может, я сумею его вскрыть?

— А прямо тут! — хихикнула Миртл. — Но ты не сможешь туда попасть! Не сможешь!

— Однако кое-кто туда, похоже, все-таки лазил, а раз так, то и я смогу, — фыркнул Поттер и принялся оглядываться. — Говоришь, тоннель начинается прямо здесь? А поконкретнее можешь показать?

Миртл, явно заинтересовавшись происходящим, зависла над той самой раковиной, на которой сидел Гарри.

— Точно, через канализацию, — вздохнул он и принялся разглядывать сантехнику. — Это что, интересно, за наскальная… то есть накранная живопись? Змейка? Хм… Миртл, я сейчас подружку позову, не пугайся.

— Чего мне пугаться, я мертвая, — вздохнула та и пустила слезу, но тут же спохватилась: — Какую еще подружку?! Девчонку?! Чтобы она надо мной насмехалась?!

— Не, сейчас увидишь… — хмыкнул Гарри и позвал: — Шен, эй, Шен, ползи сюда, ты мне нужна!

Из дальнего угла к нему скользнула длинная змея, и Миртл отчаянно взвизгнула, взлетев повыше.

— Ничего себе у тебя подружки, — сказала она с содроганием.

— Ш-ш-то случ-ш-шилось, хос-сяин? — поинтересовалась Шен.

— Помнишь, ты про василиска говорила? — спросил он. — Вот тут мне сказали, что проход в подземелье начинается где-то здесь, под раковинами, что ли? Глянь, а? Ты-то в любую щель можешь просочиться, а я нет…

— З-с-сдес-с-сь, — подвердила та, сползав на разведку.

— Под этой раковиной? Где кран со змейкой? Круто! Но как этот лаз открыть, вот в чем вопрос?

— Хос-сяин! — насмешливо произнесла змея. — Прикаш-ши з-с-смее впус-с-стить!

— Вот я тупой! — хлопнул себя по лбу Гарри и потыкал пальцем в нацарапанную змейку. — Сезам, откройся!

Кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться, потом умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск. Шен мигом скользнула туда и скрылась из виду.

— Ух ты!.. — сказала Миртл и посмотрела на Гарри с явным уважением.

— Да, круто! — подтвердил тот. — Но пока я туда не полезу. Ходить на василиска с голыми руками и в одиночку как-то… гм… глупо. Спасибо, Миртл, детка, ты мне очень помогла!

Та густо посерела от удовольствия.

— Сезам, закройся, — велел Гарри, и умывальник вернулся на прежнее место. — Миртл, слушай, а ты не подскажешь, где сейчас можно найти Серую Даму?

— Зачем это она тебе? — подозрительно спросило привидение. — А, ну конечно, она красивая, не то что я…

— Нет-нет-нет! — замахал руками Поттер. — Ты не так поняла. Мне надо у нее спросить кое о чем важном, а где ее искать, ума не приложу! Ты ее не позовешь?

— Как же, послушает она меня… — всхлипнула Миртл. — Она — факультетский призрак, а я… я…

— А без тебя бы я никогда бы не отыскал вход в поздемелье! Ну ладно тебе дуться, помоги лучше! Скажи ей, что речь идет о наследстве ее матери, и это очень-очень важно… Ну сделай это для меня, а, Миртл? Будь хорошей девочкой! — Гарри терпеть не мог сюсюкаться, но дело есть дело. И он пустил в ход самый трогательный свой взгляд и самый мерзкий тон: — Ну пожа-а-а-алуйста!

— Ну так и быть, — подумав, согласилось привидение. — Но если она не захочет меня выслушать, я не виновата!

— Это само собой, — быстро сказал Гарри. — Главное, передай, что я сказал… А я тут подожду.

Когда Миртл исчезла, он высунулся в коридор и спросил у Луны, изображавшей почетный караул:

— Ну чего? Никого не было?

— Много кто проходил, — пожала она плечами. — Но сюда никто не заглядывает, ты же знаешь… А что я бываю в странных местах, никого не удивляет. Я всегда могу сказать, что караулю какого-нибудь зверька, который водится только здесь…

— Это точно, — довольно ухмыльнулся Поттер и вернулся в туалет.

Пришлось немного подождать, но, наконец, вернулась крайне довольная собой Миртл.

— Серая Дама сказала, что ей не пристало ходить по заброшенным туалетам, поэтому она будет ждать тебя в Зале наград, — сообщила она. — И поторопись!

— Спасибо, Миртл! — выкрикнул Гарри. — Будь ты материальной, я б тебя поцеловал!

Выскочив наружу, он подхватил Луну под руку и поволок за собой.

— Узнал? — невозмутимо спросила она.

— Ага, — ответил Гарри. — Когда это я не мог чего-то разузнать? Но теперь у нас второй раунд переговоров, а Серую Даму развести на бла-бла будет посложнее, чем Миртл…

— Я думаю, ты справишься, — с абсолютной уверенностью произнесла Луна.

В Зале наград было темновато и мрачновато, а в дальнем углу реял призрак очень красивой печальной женщины.

— Здравствуйте, госпожа! — кое-как отдышавшись, раскланялся Поттер.

— Это ты меня звал? — поинтересовалась она. — Что тебе нужно?

— Да понимаете, я спросить хотел, — сказал Гарри и выудил из сумки книгу, — вот на картинках диадема вашей матушки — она правильно нарисована? Или художник отсебятину малевал?

— Почти правильно, — с некоторым удивлением ответила Серая Дама. Видно было, что расспросы ей неприятны. — А на статуе диадема в точности такая, как была… Но зачем тебе это?

— Ищу! — сказал он. — Позарез надо! Не знаете, куда она могла продолбаться, а? Скажите, госпожа, это жутко важно!

— Я… я спрятала ее. — Привидение отвернулось. — В лесах Албании. Не знаю, где она теперь…

— Блин! Албании нам еще только и не хватало! — выпалил Поттер и принялся ожесточенно чесать в затылке. — Так… так… но если властелин таки вбабахал в нее хоркрукс, как говорит тетушка, значит, он действительно нашел диадему.

— О чем ты? — удивились хором Серая Дама и Луна.

— А, вы не в курсе, — вздохнул Гарри и сел прямо на пол. Луна устроилась рядом. — Короче, был один нехороший тип, весь из себя Темный властелин. Наделал хоркруксов… слыхали о такой фишке? Типа, чтоб если помрешь, можно было потом ожить.

Привидение кивнуло, Луна промолчала, и Гарри так и не понял, знает она о такой специфической вещи или нет. Никогда нельзя было со стопроцентной уверенностью утверждать, что именно известно Лавгуд.

— Ну так вот, а поскольку с чувством собственной важности у дядьки все было отлично, то для своих экспериментов он выбрал реликвии Основателей, — добавил он. — Чашу мы, походу, нашли. Медальон тоже. В меч он точно ничего впихнуть не мог. Ну там еще какое-то барахло было, но остается диадема…

— Я, кажется, догадываюсь, кого ты имеешь в виду, — задумчиво произнесла Серая Дама. — Здесь когда-то учился один мальчик, очень одаренный. Я рассказала ему об Албании… Ты второй, кому я вообще говорю об этом.

— Ага, значит, это наш фигурант и был, — кивнул Гарри. — Тут-то все сходится. Он чувак упорный, мог все леса прочесать, все дупла облазить… Но куда он потом эту цацку задевал?! Вот блин, фиг ее найдешь, поди знай, где он мог ее зарыть!

— Постой, — сказало вдруг привидение. — Он ведь возвращался в Хогвартс. Кажется, хотел получить место преподавателя защиты от темных сил, но директор отказал ему.

— Неудивительно, — снова почесал в затылке Поттер. — Хотя, по идее, лучше всего знает, как от этих темных сил защищаться, именно тот, кто с ними на короткой ноге… Гм… Хотите сказать, он мог припрятать диадему в школе? Ну бли-и-ин…

— Что? — удивилась Луна.

— Да то, что здесь слона можно спрятать, никто и не заметит, — фыркнул Гарри. — Вон, василиск есть. Тролля вообще проворонили. Так что… Обыскивать все закоулки — жизни не хватит! Так, Луна, давай думать логически!

— Давай, — согласилась она.

— Какие у нас тут есть места, где на диадему нереально наткнуться случайно? Классы и прочие залы отпадают, там полно народу, — Гарри поднялся, поднял крышку гигантского кубка и заглянул внутрь. — Пусто, как я и думал… Вот гад, мог бы тут спрятать, не пришлось бы далеко ходить!

Серая Дама с проснувшимся интересом наблюдала за его мыслительным процессом.

— Потом есть еще подземелье с василиском, — продолжал вещать Поттер. — Надо там проверить. Потому как наш приятель был змееустом и с василиском вполне мог договориться… Шен, милая!

— Да, хос-сяин? — вскоре отозвалась змея, а Серая Дама взвизгнула в точности, как Плакса Миртл.

— Сползай в подземелье, поищи там диадему, — велел Гарри, решив, что от привидения уж прятаться смысла нет. Вряд ли факультетский призрак раньше не видел его змеи… Да и все равно, не она, так Миртл растреплет. — Вот такую, видишь?

— Яс-с-сно, — ответила Шен и исчезла.

— Еще он мог закинуть диадему в озеро, — продолжил он. — Но тогда, во-первых, русалки сказали бы об этом директору, во-вторых, даже если б не сказали, ее оттуда надо как-то выудить…

— Акцио, — подсказала Луна.

— Гм… Accio, диадема Рэйвенкло! — произнес Гарри, но ничего не произошло. — Я так и думал. Будь все настолько просто, ее б давно нашли! Гы… — добавил он. — Представляешь, как Властелин стоит посреди дикого леса и орет: «Акцио, диадема!»?

Луна кивнула. Видимо, она вполне представляла себе эту картину.

— Потом у нас есть Запретный лес. Но там тоже всякие шляются… Могут и засечь, и случайно найти. Да и самого запросто склацают! — Гарри для разнообразия почесал нос. — Луна, не молчи, у тебя что, вообще идей нет?

— Выручай-комната, — сказала она.

— А?..

— Папа рассказывал, — пояснила она. — Хорошее место, чтобы спрятать что-нибудь.

— Опа! — подорвался с места Поттер. — Годится! А ну, пошли… Спасибо, госпожа, что уделили нам время, — спохватился он и поклонился Серой Даме. — Если найдем диадему, вернем на факультет…

Привидение тихонько вздохнуло и растворилось.

— Слушай, — говорил по пути Гарри, — значит, там можно спрятать что угодно? А как потом туда попасть? Вот у меня там уголок отдыха и спортзальчик маленький, а никаких чужих вещей я и не видел…

— Ну… — Луна прижала кончик пальца к переносице. — Надо захотеть.

— Чего?

— Это же комната по требованию. Что тебе нужно больше всего, то и появится, — пояснила она. — Папа от кого-то слышал, что хранилище выглядит для всех одинаково. И сколько там всего, никто и не знает.

— Ага-а-а… Значит, нужно пожелать попасть в то место, где можно что-то спрятать, — заключил Поттер. — Ну, давай попробуем…

Угодить в хранилище спрятанных вещей ему удалось только с третьего раза, до того Выручай-комната выдавала что-то вовсе уж несусветное.

— Ни хрена себе! — выдал Гарри, оглядев громадный зал, заваленный горами хлама. — Это сколько ж лет тут все это копилось?!

— Наверно, со времен Основателей, — пожала плечами Луна, с интересом оглядываясь по сторонам.

— Тут наверняка полно всяких полезных вещей… — задумчиво произнес Поттер, проходя извилистыми коридорами, стены которых были составлены из всякой всячины. — И опасных тоже. Так что не цапай, что ни попадя! А то мало ли, кто тут чем баловался…

— Хорошо, — согласилась девочка. — А как мы будем искать диадему?

— Предлагаю для начала испытанный метод, — ответил Гарри и вынул палочку. — Accio, диадема Ровены Рэйвенкло!

Некоторое время ничего не происходило, и он почти уже уверился, что снова вытянул пустышку, как вдруг гора книг и каких-то безделушек поодаль зашевелилась, очередная «стена» обрушилась, а ему прилетело в лоб чем-то увесистым.

— Спасибо, не по очкам, — философски заметил Гарри, подбирая диадему. — Луна, похожа на настоящую, как по-твоему?

— Похожа, — кивнула она, с интересом рассматривая реликвию. — Смотри, и надпись есть…

— Точно, — присмотрелся он. — Ладненько, приберем сокровище… и пошарим тут еще! Ты не возражаешь?

Луна помотала головой. Гарри сунул диадему в сумку и зарылся в книги.

— Ух ты! — раздалось оттуда спустя полминуты. — Да профессор за такую древность удавится! Луна, помоги мне с раскопками! Держи это… это… и еще вот это! Складывай там в сторонке…

Из гостеприимной комнаты они выходили, до отказа нагруженные всевозможным скарбом, от книг у Гарри до непонятных украшений и безделушек у Луны.

— На себя не цепляй, — велел он. — Пошли сперва к профессору, пусть проверит твою добычу, а то вдруг она опасная.

Луна кивнула и улыбнулась. С Гарри абсолютно невозможно было соскучиться, равно как и предсказать, что он выкинет в следующий момент, а людей с полетом фантазии она очень ценила.

…-Так, — сказал Снейп, открыв дверь на условный стук. — Теперь вы ко мне с подружкой приходить будете? Вам что, уединиться больше негде?

— Какое ж тут уединение, если здесь вы? — удивился Гарри и грохнул на стол кипу пыльных фолиантов. — Это вам, сэр! Может, пригодится…

— Где вы это взяли? — нахмурился тот, но моментально сунул нос в верхнюю книгу. — Однако… Вы что, ограбили Запретную секцию в библиотеке?

— Да нет, как можно, сэр, — беззаботно ответил Поттер. — Это мы случайно нашли, в той самой комнатке, про которую вы мне давеча рассказывали. Там такого добра — завались! Мы просто больше упереть не смогли: я уменьшающие чары еще толком не выучил, а левитировать все это добро — замаешься…

Снейп тяжело вздохнул. О том, что в Выручай-комнате можно найти много ценного, он и сам знал, да все недосуг было туда забраться. Ничего, судя по всему, Поттер намерен был стараться за троих.

— Сэр, а не могли бы вы глянуть на добычу Луны? — попросил Гарри. — Мало ли, чего там могло заваляться… Вдруг хоркрукс!

— Вы со своими шуточками, Поттер… — зашипел профессор, но за палочку взялся. Действительно, мало ли, что! — Порядок… порядок… Поттер!!!

— А? — тот смотрел абсолютно невинным взглядом, но ясно было, что трюк придуман заранее. Когда негодяй успел подложить в кучу побрякушек массивную тиару, непонятно!

— Вы где это взяли?!

— Да все там же, — беззаботно ответил тот. — Собственно, мы ее и искали, а остальное уже в нагрузку прихватили.

Снейп обессиленно опустился в кресло.

— Луна, огневиски в шкафу слева, подай профессору, будь добра, — заботливо сказал Гарри и покрутил в руках диадему Рэйвенкло. — Ну что, сэр, собирается комплектик-то?

Тот только молча вздохнул. Остановить взявшего разгон Поттера было не легче, чем Хогвартс-экспресс. У того хоть стоп-краны есть, а тут, похоже, вообще тормоза проектом не предусмотрены!

— В общем, осталось не так много, — задумчиво произнес Гарри, глядя, как Снейп берет у Луны стакан и разом его ополовинивает. — Теперь надо бы придумать, как их обезвредить. Как вы там говорили, сэр, чем можно их взять?

— Адским огнем, ядом василиска или мечом Гриффиндора, — машинально ответил тот. — Живого носителя придется убить.

— Ну, со змеей мы как-нибудь совладаем, — оптимистично сказал Поттер. — У нас своя имеется. А вот остальное… огонек-то, я помню, из запретного? Разжигать костерок в школе как-то не хочется… За мечом к директору идти — тоже… Ай, да чего я туплю-то? — хлопнул он себя по лбу. — У нас же василиск есть! Надо только придумать, как с ним договориться, я Шен на дело пошлю, не самому же сразу лезть… Кстати, сэр, я теперь знаю, как до него добраться!

— Мисс Лавгуд, передайте мне всю бутылку, пожалуйста, — попросил профессор.

19

«Привет, яблоневая плодожорка!

Павлиныш рассказал, что летом был кубок мира по квиддичу. Ну ты знаешь, мне это неинтересно, но дело в другом: там кто-то выпустил знак Властелина, да и вообще заварушка случилась! Все пересрали, ясное дело…

А еще у нас новый преподаватель защиты, старый аврор с волшебным глазом. Какой-то он шибанутый на всю голову… Контуженный, наверно. Прикинь, показывает нам непростительные, правда, пока на пауках…»

* * *

«Привет, пожиратель!

Может, прикололся кто-то? А если нет… ты там уж по сторонам-то посматривай. Фиг знает, вдруг Властелин раздобыл какой-нибудь из своих бэкапов (тетушка твоя ведь говорила, что их несколько) и того, норовит вернуться! Никак не успокоится…

Ну, хоть кто-то вас чему-то научит, хе-хе!»

* * *

«Здорово, плодожорка!

Да уж не беспокойся, буду поглядывать. Мне тоже такая мысль в голову пришла, вдобавок сам-знаешь-кто дерганый какой-то, тетушка мрачная, а Павлиныш говорит, его папаша совсем нервным стал. Возможно, что-то знают или чувствуют, они же все клейменые.

Ага, научит! Конечно, Павлиныш тот еще засранец, но превращать его в хорька — это уже перебор. У него до сих пор глаз дергается!

П.С. Скажи моим, что у нас тут какой-то Турнир намечается, поэтому на каникулы я в этом году, кажется, вообще не приеду, все присутствуют, туча гостей… Дурдом, а не школа!»

* * *

«Плодожорка! Я не знаю, как, но я в этом Турнире участвую! Я даже по возрасту не прохожу, но не могу отказаться… А-а-а… Слушай, а францу… Извини за кляксу, это мне Луна дала по голове, чтоб не отвлекался. Плодожорка, там драконы будут, я подслушал, но я не хочу!..»

* * *

— В жопу, — сказал Поттер первой же пробившейся к нему журналистке.

— Вы предпочитаете… — нацелила она перо на пергамент.

— Нет. Вы идёте в жопу. Немедленно. Иначе я вызову тетушку Беллатрикс и крестного Сириуса. Оба — из семейства Блэк, — уточнил Гарри. — Оба соскучились по любимому делу.

Журналисты приуныли.

— Ответьте хоть на один вопрос!

— Давайте.

— Правда ли, что у вас уже есть невеста? — вякнул кто-то.

— Правда, — сказал Гарри честно.

— Кто?

— А это уже второй вопрос.

Тут он мерзко ухмыльнулся, припомнив уроки Терри.

— Вы обманули Кубок?

— Я?! — поразился Гарри. — Посмотрите в мои честные глаза, разве я способен обмануть хоть кого-то?!

Поодаль давились смехом Малфой с компанией. Луна с Ханной стояли чуть в стороне, но им тоже все было слышно.

— Чего вы ждете от первого тура соревнований?

— Серьезных травм, — мрачно ответил Гарри. — А теперь идите-ка вы все Запретным лесом…

— Куда?! — вскричали корреспонденты.

— О боже, они даже иносказаний не понимают…

* * *

— Сэр…

— Поттер! — Снейп тяжело выдохнул. — Вы не просто испортили мне лето, вы испортили его с большим искусством!

— Я?! — поразился Гарри. — А чего я-то сразу? Я к вам даже не подходил…

— Да! Но мне прожужжал о вас уши Люциус, это раз, а два — Дамблдор вдруг обеспокоился вашей подготовкой…

— Надеюсь, вы сказали ему, что я безнадежен? — живо спросил Поттер.

— Раз пятнадцать, — мрачно ответил Снейп и смерил взглядом подростка. — А вы выросли.

— Ну так, — довольно ухмыльнулся тот. — Я даже мантии новые купил!

— Я счастлив…

— Тетушка велела. Сказала, что я похож на босяка, а это недопустимо для наследника такой семьи.

— Петуния всегда была… гм… консервативна.

— Причем тут тетя Туни? Я про тетушку Беллу, — хмыкнул Поттер, оценил выражение лица Снейпа и добил: — Ух, чему она меня летом учила, с ума сойти! Я ей вашу палку-копалку оставил, ничего?

— Поттер… — нехорошим голосом начал профессор.

— Нет-нет, никаких непростительных, что вы! Я еще в своем уме… — Гарри скрестил пальцы за спиной и вздохнул. — Сэр, но у нас опять проблема, и я клянусь, что я не имею к ней никакого отношения!

— Это вы про Турнир? — мрачно спросил Снейп.

— Ну а про что ж еще! Опять же клянусь чем угодно, что не кидал записки в Кубок, вообще к нему не подходил… Что мне делать, сэр?! Я так понял, что мне не отвертеться от участия… — Поттер помотал головой и снял очки. — Луна говорит, это чужие мозгошмыги шалят, и я ей верю. Я тут подслушал, что на первом этапе там драконы, это как вообще понимать?! Я не самоубийца!

— Ага, — хмыкнул профессор. — А где же ваша Шен?

— Ищет Нагайну… Опа! Шен! — замер Гарри. — Шен, милая…

Из угла заструилась темная тень, метра два с лишком, и с удовольствием обвила хозяина.

— Нашли? — спросил он коротко.

— Ищ-щут…

— Прости, что бросил тебя надолго, родственники не поняли бы.

— Людиш-шки…

— А ты перелиняла! — сказал вдруг Гарри. — Красота какая! Серебристо-зеленая с золотом, а тут вот теперь синее…

— Польщ-щена… — сказала змея, и видно было, что комплимент ей приятен.

— Милая, а ты мне поможешь? Я вот выяснил, что первое задание — взять что-то у дракона, но как…

— Хос-сяин! Ты говориш-шь со мной, что тебе эти ящ-щерицы! — с заметным презрением сказала Шен. — А если они тебя не послуш-шают, я их укуш-шу…

— Зубов-то хватит? — мрачно пошутил Снейп.

— А ты хочеш-шь проверить? — красивая змея обвила его шею.

— Не трогай! — приказал Гарри, стаскивая Шен за хвост. — Договорились же, кусать только тех, на кого я укажу…

— Ну прос-сти, хос-сяин…

— Извините, сэр, — сказал Поттер. — Распустилась без меня! Ничего, я тут порядок наведу… Гм… Так что, мне поговорить с драконами? Тогда все поймут, что я змееуст, а вы сами предупреждали!..

— Теперь другого выхода нет, — пожал плечами Снейп. За это лето он устал неимоверно. — Думаю, в том гвалте все равно никто ничего не разберет. А на всякий случай что-нибудь наколдуйте. Шумное и яркое.

— Идет… — сказал тот, потирая лоб. — Сделаем!

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Так вот, не кидал я записку в этот гребаный Кубок! Но он все равно меня выбрал… Какой был скандал — это что-то с чем-то! Ясно, нашего директора обвинили в жульничестве (кстати, директриса французской школы — полувеликанша, и Хагрид так на нее смотрит!). Меня тоже кое-кто назвал жуликом, получил по сусалам, и теперь если и кто-то и шепчется, то от меня подальше.

Лады, первое испытание я прошел, спасибо моей змейке. Взял и пошел прямо к дракоше… Тут, кажется, весь стадион офонарел! А я фейерверк запустил, типа того, что тебе показывал, но покруче, типа внимание отвлечь, а сам говорю этой зверюге, мол, слушай, отдай яйцо по-хорошему, оно ж все равно не твое! А то ведь хуже будет! А Шен тем временем проползла к гнезду (в траве-то ее не разглядишь!), нацелилась на настоящее яйцо и шипит, дескать, лучше соглашайся, а то детенышу хана, яд-то сильный, а скорлупу прокусить — нефиг делать… Драконица в панику, сама мне ту золотую хреновину выкатила. Ну, я потом перед ней извинился честь по чести, в книжке прочел, как надо. Прикинь картину: я такой стою с яйцом в обнимку и кланяюсь, дракониха на кладке крылья растопырила зонтиком (дождь пошел, тут из-за дементоров теперь постоянно льет), меня прикрыла и морду ко мне поближе наклонила, у них слух плохой… На трибунах паника, решают, не пора ли меня уже спасать, а мы с ней общаемся. Я, значит, говорю, мол, ты извини, если напугал, мне велено забрать эту штуку, а она — я тоже не нарочно, мне приказали охранять, не откажешься, а у меня вот тут детки малые… Обнялись на прощанье и разошлись. Сам-знаешь-кто раз пятнадцать меня ощупал, пока не решил, что я таки жив и здоров. Луна-то сразу сказала, мол, порядок.

Но в итоге я последний — времени слишком много потратил на эти разговоры. Но это пофиг, мне выигрыш не нужен.

П.С. Лови записку от Ханны. Какие-то они у вас увесистые стали! Таки наладилось дело, да?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ну тебе везет, как утопленнику…

Скажи спасибо, что дракониха тебя не сожрала нечаянно, а то ты вроде говорил, у них и зрение так себе.

П.С. А в глаз? Тебе ведь уже можно!»

19

— До чего же они красивые… — сказала Луна, наблюдая за девушками из Шармбатона, прогуливающимися по берегу.

— Ага… — Гарри, едва отдышавшийся после пробежки по Запретному лесу (а где еще бегать, если всё занято? Опять же, не скучно, поди увернись от акромантула и удери от кентавра). — Это ты к чему?

— Скоро бал, — ответила она.

— Тьфу, черт, и правда, — Поттер сел, обняв колени. — А чего там положено делать?

— А что обычно делают на балу? Главное, ты, как чемпион, должен присутствовать, — безмятежно сказала Луна. — С дамой, которую выберешь…

— Короче, с тобой, — оборвал Гарри. — Чего напяливать?

— Я не знаю, — пожала плечами она. — Я спрошу старшекурсниц, если хочешь. Но мне сказали, что Виктор Крам пригласил Грейнджер…

— Вашу мать! — взвился Поттер. — Так! Ты не будешь спрашивать старшекурсниц, еще не хватало, мы спросим… — тут он мерзко улыбнулся, — уж найдется, у кого!

* * *

— Терри, опа, вижу тебя, как наяву! — заржал Гарри, увидев приятеля. — Только сперва дай линию мамахен!

— Гарри, я тебе по шее дам, а не линию! — пообещала миссис Хиггс. — Что у вас там такое стряслось?

— Ой, миссис Хиггс, очень вас прошу, взгляните на девочку и скажите, как ей лучше одеться на бал, а?

— Подальше отойдите, целиком не видно, — велела та. — Хм… А можно этот ужасный балахон снять? Ага! Отлично! Я пришлю через мистера Лавгуда модные журналы, у вас там можно ведь что-то сшить, нет?

— Я не в курсе… — пробормотал Поттер.

— Просто надо позвать домовиков, — улыбнулась Лавгуд. — Ты не знал?

— Не вникал!

— Поттер во всей красе! — вставил Терри, маячивший на заднем плане.

— Попрошу крестного тебя покусать! — сказал Гарри и засмеялся.

— Так, милочка, — продолжала миссис Хиггс, — тебе пойдет темно-голубой или серо-голубой, а если получится, чтобы сверху был светлый оттенок, а внизу темный…

— Сделаем, — спокойно говорила Луна.

— Чулки!

— Ой…

— Смотри сюда… Гарри, Терри, отвернулись оба немедленно!!! Так, так и вот так, поняла?

— Да, мадам…

— Нижние юбки… Гарри, Терри!..

— Да отвернулись мы уже! Даже зажмурились!

— Туфельки сможешь достать? Умеешь на каблуках ходить?

— Я научусь, — с редким самообладанием сказала Луна.

— Мама, — встрял Терри, — так долго нельзя по зеркалу говорить, ты уж прости, тебе это вредно! Гарри, Луна, удачи!

— Давай! — ответил тот, а Луна улыбнулась.

Они переглянулись.

— Это не все, — сказала Луна. — Ты чемпион, я твоя девушка… понимаешь?

— Ты хочешь сказать, что теперь тебе нужна тетушка Белла? — хмыкнул Гарри. — Давай сперва соорудим платье и туфли, а она уже поправит, если что не так, идет? И вызови домовика, у меня с ними отношения не сложились… после Добби.

Что правда, то правда: строптивого эльфа невзлюбили и быстро выгнали обратно к хозяину.

— Сейчас, — Луна постучала по столику. — Привет, Вилли!

— Доброй ночи, госпожа, — поклонился домовик. — Чего изволите?

— Скоро я дам вам картинки, — сказала та рассеянно, — сможете вы по ним сделать мне платье? Ткань пришлют, если нужно, да, Гарри?

— Не вопрос, — ответил тот.

— Сможем, госпожа, — взмахнул ушами домовик. — Как будут картинки, зовите, а то бал уже совсем скоро!

Он исчез.

— Видишь, — улыбнулась Луна. — Они такие милые!

— Не то слово! — согласился Гарри.

* * *

«Яблоневая плодожорка…

Я тут сдохну… Мало мне того бала, так мне все время подсовывают модные журналы! Дамские! Это же кошмар! Я знаю, что некоторые девчонки идут в мантиях (ну там, приталенные, все дела), но другие — в платьях, длинных бальных. Кошмар! Луна-то у меня — в нормальном, пышненьком таком, стиль начала восьмидесятых, как в журнале написано было… А танцевать?! Я попросил ребят дать мне пару уроков… и нас засек директор. Вальсирующих. Я чуть не умер там на месте, Павлиныш тоже… Но обошлось без санкций.

П.С. Да что тебе Ханна в посылки пихает, кирпичи, что ли?!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Гы! Хотел бы я это видеть, да Ханна описала, она видела, как вы там чинно кружились парами… Думаю, старикан просто подглядывал, как и она.

Учись, ты у нас в школе не ходил в кружок, мучайся теперь. На вальс тебя всяко хватит!

П.С. А вот нечего! Себе оторвал девчонку, я тоже хочу!»

* * *

— Ух ты… — сказал Гарри, впервые увидев Луну в новом платье, светлом сверху и темнеющем к подолу, который заканчивался чуть ниже колен. — По мне, так и вообще умереть не встать!

— Чего-то не хватает, — строго сказала она. — И ты обещал!..

— Ага… — Поттер коснулся зеркальца. — Тетушка Белла! Здрасьте! Простите, что беспокою, но поглядите на мисс Лавгуд… Луна, встань прямо! Чего не хватает, по вашему мнению?

— А, — мрачно сказала Беллатрикс. — Девушка занялась волосами? Похвально… Подберите их с висков, мисс Лавгуд, как я вам уже говорила, и довольно. Впрочем, на концах их можно немного завить. Немного! Далее… Брови — выщипать. Справитесь сами? Прекрасно. Их и ресницы — подкрасить, несильно, иначе очень будет бросаться в глаза неестественная темнота. Тени нанести сумеете? Лучше серо-голубые… А губы… — Она задумалась. — Нежно-розовый оттенок. Все-таки вы еще почти ребенок. Ногти такого же цвета либо с бесцветным лаком. И все равно чего-то недостает!

— Украшений, Белла, — сказал Сириус, появляясь в поле зрения зеркала. — Ты как маленькая!

— Точно! — та ткнула пальцем в Луну. — Сюда нужна нитка жемчуга. И серьги. Гарри, не вздумай заказывать, я пришлю свой. В нем я когда-то открывала бал…

— Тетушка, да как же можно!..

— Если ты намерен жениться на этой девице, то пусть носит, — фыркнула та и исчезла.

— Ты намерен на мне жениться? — спокойно спросила Луна.

— Господи, да на ком же еще! — воскликнул Гарри.

— А, ну тогда хорошо, — кивнула она. — С тобой не скучно.

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Это был… полный аллес капут! Значит, чемпионы открывают этот долбаный бал!

И вот идет Седрик с дамой, потом красотка Флер, потом Крам с… та-дам!.. Лахудрой! Оказалось, если ее причесать, она очень даже… А потом выхожу я. С Луной. Ну ты видел эту картинку: платье шикарное, куча нижних юбок, чтобы попышнее, каблуки, декольте… Ей там обнажать пока особо нечего, но тетушка же прислала свой жемчуг! А Луна не дура, привела волосы в порядок — снизу локоны такие, с висков подобрала, прям красота! И подкрасилась, так-то она бледновата.

Ну и все, трындец. Я ей руку подал — и понеслось… Честно скажу, я и правда только вальс умею, и то кое-как, но это уже никого не интересовало. У меня ее раз пять пытались умыкнуть!

Сам-знаешь-кто, по-моему, от смеха чуть не сожрал собственный рукав. Старик вообще охренел. У старой кошки глаза полезли на лоб, а моя деканша весь вечер хихикала с Флитвиком.

П.С. Ханна часто танцевала с Седриком.»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Ну ты там и отжигаешь! Впору пожалеть, что я не один из вас. (Тут я вытер слезу рукавом, проржался и снова кинулся в бой.)

Ты там отгоняй от моей Ханны всяких…

Фотки где?!»

* * *

«Ой, плодожорка, забыл!

Лови фотки. Носится тут один такой с колдоаппаратом, я у его старшего брата уже отбирал, помнишь? Ну да пускай, будет свой корреспондент!

Только фоткает он сам видишь, чего…»

* * *

«Вау!!! Пожиратель! Так парень в моднявом костюме и девчонка в голубом платье — это вы с Луной?! Даже не признал сразу! Охренеть! Завидую! Можно, я фотки маме покажу, особенно ту, где ты ее так — бац за талию! — и у нее локоны по полу метут?»

* * *

«Ха! Показывай, плодожорка! Только сперва представь, как я на Павлиныше тренировался… На нем удобно, он мелкий.

И хватит уже пересылать через меня какие-то… я не знаю, это уже не кирпичи, это шлакоблоки, что ли? У Ханны что, своей совы нету?! Нет, мне не трудно, но двойной вес для бедной птички… Имей совесть!»

* * *

«Тьфу, пожиратель, я и правда не сообразил, что у Ханны есть сова. А мой папа вообще-то сотрудник „Гринготтса“… Все, перестаю тебя терроризировать, теперь мы сами спишемся, ты, главное, скажи ей, куда писать-то! А вообще ладно, пусть у Луны спросит…»

* * *

— Сэр, скажите мне, что это шутка, — потребовал Гарри.

— Не шутка, — ответил Снейп, отрываясь от книги. — Гм, а вы о чем?

— Я вот об этом, — тот потряс золотым яйцом. — Эта хреновина говорит…

— Сколько раз я просил вас не ругаться в моем присутствии?!

— Простите, сэр, нервы! Так вот, она говорит, что надо будет нырять в озеро! А вообще-то не июль месяц! Устроители что, решили разом от нас всех избавиться? Тем более, в этом вашем озере какая-то дрянь водится, я точно помню!

— Это не мое озеро, — огрызнулся профессор. — И задания придумываю не я, так что прекратите на меня орать, Поттер!

— Гм, снова извиняюсь, сэр, — сбавил тот тон. — Но все равно меня не радует перспективка свалиться с воспалением легких.

— Ничего не поделаешь, — вздохнул Снейп. Ему эта затея тоже не нравилась, но деваться было некуда. — Вы заниматься сегодня будете или как?

— Буду, — серьезно сказал Гарри. — А кто в озере водится?

— Гриндилоу, русалки, гигантский кальмар, — машинально перечислил профессор, — еще мелочь кое-какая, людям она не опасна. А вам зачем?

— А я вот думаю… Шен, Шен, радость моя… — позвал Поттер. — Иди ко мне… Скажи, ты плавать умеешь?

— Умею, хос-сяин, — прошипела та. — Но холодно…

— Знаю, что холодно, да и спрятать тебя я не сумею… Но все равно — сможешь заползти в озеро прежде, чем начнется соревнование, и встретить меня на месте? Что-то мне подсказывает, дельце будет не из легких, поддержка не помешает!

— Вы рехнулись, Поттер! — отмер Снейп.

— Никак нет! Я мыслю исключительно здраво! Как думаете, русалки испугаются здоровенной ядовитой змеи?

— Возможно. Равно как и то, что потом они доложат об этой змее директору, — ответил тот.

— Черт. А вот об этом я и не подумал, — уныло сказал Гарри и погладил Шен. — Ну что ж, хотя бы тебе мерзнуть не придется! А я еще чего-нибудь придумаю…

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Слушай, вот деньги, будь другом, закажи мне хороший гидрокостюм! Можно утепленный, если такие бывают (размеры написал на всякий случай). Еще ласты и маску для подводной охоты. Я бы еще попросил ружье для той же самой охоты, но не знаю, продадут тебе или нет. Если да, то бери и его, денег еще вышлю, если не хватит.

Теперь объясняю, зачем мне вся эта снаряга. Зацени, плодожорка, второе соревнование Турнира такое: придется занырнуть в наше озеро (ну, то самое, где мне запретили купаться) и освободить заложников (это Шен подслушала, так-то говорили, мол, надо будет спасти что-то важное для нас). Кто первым справится, тот и выиграл. Что они курили, как ты думаешь? Холод собачий! Вдобавок под водой надо плыть минимум час — озерцо-то будь здоров! — затем мне маска и нужна. Трубку выставил и греби себе. Под водой же!

Ну так вот, с гигантским кальмаром вроде обойдется — он напугался дурмштранговского корабля и забился на дальнюю сторону озера. Гриндилоу мелкие, но зубастые, хотя хорошую гидру не прокусят, я думаю. А вот русалки — это уже хуже, они будут охранять пленников. Как колдовать под водой — ума не приложу! Вроде есть какие-то приемы, но я уже не успею их разучить, так что полагаться придется на грубую силу. Вся надежда на тебя, приятель! В одних плавках я в такую погоду нырять не собираюсь!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Да-а, эти ваши устроители точно или обкурились, или упоролись чем-то другим, посерьезнее. У вас там в Запретном лесу ничего такого не растет? Грибочков, к примеру…

Заказал я тебе гидрокостюм и прочее, есть утепленные, это ты правильно сказал. Ружье, извини, достать не удалось, тем более, я посоветовался с предками, те с мистером Лунатиком, в общем, сказали, что если ты русалок покалечишь, будет только хуже. Но я взял еще пояс для инструментов, прицепи что-нибудь потяжелее, чтоб отбиваться. Гаечный ключ прислать? Или монтировку?

П.С. А что, сам-знаешь-кто не может что-то подсказать? Зелье какое-нибудь? А то вдруг тебе запретят маску с трубкой использовать?»

* * *

«Здорово, плодожорка!

Не знаю я, что там где растет, но штука забойная, я бы не рискнул попробовать…

Что б я без тебя делал! Я тут ночью выбрался из замка и опробовал снарягу, а то уже почти забыл, как с ластами плавать. Все просто супер! И не холодно совсем, особенно если намазаться кое-чем.

М-да, придется обойтись без ружья… А за пояс отдельное спасибо, я уже туда приспособил кое-что. Если конкретно — то топор. В смысле, кухонный топорик, у домовиков выпросил. Ну и нож, само собой, заложники-то, наверно, привязаны будут, вряд ли их в кандалы закуют, это уж слишком. Ну то есть я-то умею замки вскрывать, сколько раз варенье у тети тырил и порножурналы у дяди, но остальные — не факт…

П.С. Да он прямо подсказывать права не имеет, но оставил на видном месте справочник. Я порылся и нашел одну гадость — если ее съесть, то можно дышать под водой. Но это на крайний случай — жуткая мерзость даже на вид! Что до нырка поглубже, так две минуты я под водой нормально держусь, мы ж проверяли. В крайнем случае, нырну несколько раз, я за временем не гонюсь.»

* * *

«Хай, пожиратель.

Ну я рад, что шмотки пришлись впору!

И потише там с топориком, ты уже совсем озверел, я смотрю! Кстати, а если все-таки кандалы будут, тогда что? Будешь заложникам руки рубить?

П.С. Расскажи потом непременно, как всё прошло!»

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Могу сказать одно — это было эпично!

Итак, выводят нас на бережок, зрители уже наготове, овации, речи… Сопернички мои потихоньку синеют, потому как, повторюсь, погодка не летняя, а парни таки в плавках… а девушка в та-аком бики… Извини за дырку в письме, это меня опять Луна треснула. И вовсе я на нее не заглядывался, на француженку эту!

Ну, поплыли, я последний, ясное дело. Кто-то что-то наколдовал, типа древнего водолазного шлема, только прозрачное, и еще какую-то фигню. Болгарин вообще наполовину в акулу превратился! Ты бы это видел! Сверху рыбья башка, снизу ноги! Хотя увидишь, фотки наверняка в журналах будут…

Ну а пока они ныряли, я мантию снял (я же не идиот мерзнуть!). Бог мой, какими глазами на меня смотрели! Будто никогда гидрокостюма не видели…

Нырнул я и поплыл спокойненько, соплю через трубку, по сторонам гляжу. Я был прав, гриндилоу нифига прокусить гидру не могут. Синяки остались, правда, но и только. Доплыл до места (хорошо, компас взял, а то хрен сориентируешься, вода мутная), воздуха набрал и нырнул к этим русалкам. И ты прикинь?! Устроители мне подсунули Рыжую! Ну ладно, у француженки сестренка ее была, у болгарина — Лахудра, у Диггори — девчонка с другого факультета, вроде они встречаются… Но мне! Рыжую! Я уж чуть было не передумал ее спасать… Еще русалки эти пристают, пришлось им топорик показать.

Но нырять все равно пришлось несколько раз — привязали Рыжую крепко, а распутывать узлы под водой — дохлый номер. Я в итоге топориком и рубанул. Кажется, задел немножко девчонку, ну да выживет… Вынырнул, взял ее (как нас спасатель на море учил, помнишь?), да и погреб потихоньку к берегу. Опять последним явился, но задание выполнил!

А потом было ужасно весело. У меня захотела взять интервью одна журнашлю… га, прожженная такая тетка. Вечно гадости пишет, а врет так, что не подкопаешься. Разве я мог устоять?!

П.С. Помнишь, как ты физрука в третьем классе подставил? Работает приемчик!»

* * *

Жаборосли Поттер глотать не стал, хотя прочесть о них наверняка прочел, в этом Снейп был уверен, не зря же оставлял книгу на видном месте: мальчишка не мог пройти мимо, не сунув в нее нос! А где их раздобыть… Ну, он что, первый день в профессорской лаборатории и не сумеет сориентироваться? Однако из кладовой ничего не пропало, а Поттер имел чрезвычайно благостный вид, из чего следовало — он что-то задумал. И хорошо бы не как в прошлый раз: Снейпа чуть удар не хватил, когда тот полез обниматься с драконицей. Достаточно той было разок пыхнуть огоньком или просто попробовать нахала на зубок… Ладно, удалось замять разбирательство, не то слишком многое выплыло бы наружу… хотя кое-кто наверняка догадался, в чем тут фокус. Спасибо, промолчали. Сам же Поттер на голубом глазу заявил, что всегда был уверен: драконы прекрасно понимают человеческий язык, а не разговаривают исключительно потому, что считают такие беседы ниже своего достоинства. И вообще, если подойти к любому существу с добром и лаской, то и бояться его нечего, Хагрид тому примером! А кто не верит, пусть сам попробует, он-то вообще готов на бис повторить, либо уж тогда его надо дисквалифицировать… Возражений отчего-то ни у кого не нашлось.

Так вот, дождавшись, пока в воду ступит третий соперник, Поттер картинным жестом скинул мантию, оставшись в чем-то… чем-то черном и облегающем. Пока публика протирала глаза, он деловито натянул капюшон, потом большую маску, проверил, плотно ли она прилегает, сунул в рот загубник, быстро нацепил ласты и враскорячку пошлепал к воде.

Снейп закрыл лицо рукой. На поясе у негодяя висел внушительный нож и не менее внушительный топорик для разделки мяса.

Поттер помахал зрителям рукой и скрылся в озере.

— Позвольте! — воскликнул Каркаров. — Что позволяет себе ваш чемпион? Разве так можно?!

— А почему нет? — желчно спросил Снейп. — Вы его над водой видите? И я не вижу. Следовательно, он под водой. Условие соблюдено, не так ли? Господин директор?

— Совершенно верно, — улыбнулся Дамблдор, и остальные, мрачно сопя, притихли.

Время шло. Зрители мерзли. По одному появлялись участники Турнира с освобожденными заложниками, их отправляли отогреваться и лечить последствия встречи с подводными обитателями. Поттера все не было, и Снейп начал уже беспокоиться, когда вдруг кто-то из толпы крикнул:

— Вон, вон он!

Еще довольно далеко от берега, не спеша плыл на спине последний участник, буксируя свою добычу, которую без лишней нежности держал за шею. При этом он время от времени отфыркивался, явно изображая кита.

— Вы опять последний, Поттер, — мрачно сказал профессор, когда у того забрали слегка окровавленную Джинни Уизли. — И что вы сделали с девочкой?!

— Я резал веревки, сэр, — с достоинством сказал тот, снимая маску и ласты. — Но нож их толком не брал, поди перепили такие канаты, а я вам не профессиональный ныряльщик. Пришлось топориком рубануть, вот, кажется, задел слегка. Но все пальцы у нее на месте, я проверил! — Он вздохнул. — А вот топорик я там посеял. Домовики ругаться будут!

— Идите переодевайтесь, — велел ему Снейп. — И держитесь подальше от репортеров!

— Почему это? — спросил Гарри. — Их очень прикольно посылать Запретным лесом!

— У вас жаждет взять интервью некая Рита Скитер, — сказал профессор, — а я рекомендовал бы вам воздержаться от общения с нею. Иначе вы потом никогда не докажете, будто не говорили того, о чем написано в ее статье!

— Сэр… — вздохнул Поттер. — Вы же меня давно знаете…

— Лучше бы не знал.

— Вот-вот. А она со мной не знакома лично. Так что я сейчас быстренько обсохну и поболтаю с ней, так и быть! — он хищно улыбнулся. — Не беспокойтесь, сэр. Лишнего я не скажу.

И если бы только Снейп знал, во что выльется эта затея…

* * *

Гарри как раз успел натянуть мантию, когда в палатку проникла чересчур ярко одетая и несколько вульгарно накрашенная женщина. (Благодаря Беллатрикс он успел научиться разбираться в таких вещах.)

— Эй! — возмутился он. — Почему без стука?! А если бы я был не одет?!

— Но как же постучать в палатку? — улыбнулась она.

— По лбу себе постучите, — невежливо ответил Поттер. — Вы, я так полагаю, мисс Скитер?

— Да, но ты можешь называть меня просто Рита… — она улыбнулась еще шире.

— Как можно! — воскликнул Гарри. — Вы же мне в матери годитесь!

Улыбка Риты слегка увяла, но остановить опытную репортершу было не так-то просто.

— Итак, — застрекотала она, вынимая пергамент и перо, — я хотела бы взять интервью у самого молодого из участников Турнира, и мне сообщили, что ты, Гарри, не возражаешь против приватной беседы…

— Не возражаю, — кивнул тот и галантно пододвинул даме занозистый ящик, невесть зачем стоявший в палатке. — Прошу.

Сам он привычно уселся на корточки в излюбленной позе лондонских эмигрантов с Ближнего Востока. Сидеть так Гарри мог очень долго, а вид при этом имел самый что ни на есть дебильный.

— Итак, Гарри, — Рита ласково посмотрела на него, а перо само собой побежало по пергаменту. О таких штучках Поттер слышал, поэтому наблюдал с интересом. — Расскажи, пожалуйста, о своих впечатлениях от Турнира!

— Дурдом, — коротко ответил он. — Никакой техники безопасности. Не удивлюсь, если в прошлом проигравшим рубили головы. Хотя, скорее всего, их просто съедали.

— Как же тебе пришла идея участвовать в столь опасном испытании?

— Мне она не приходила, — сказал Поттер, вынул из кармана апельсин и откусил чуть ли не половину.

— Но…

— Мисс Скитер, — прищурился Гарри, глядя на пергамент. Он прекрасно умел читать вверх ногами: незаменимый навык для того, чтобы, будучи вызванным отвечать урок, подглядывать в учебник кого-нибудь из сидящих на первой парте. — А что это у вас тут такое написано? «Худенький бледный мальчик в больших очках, за толстыми стеклами которых светились печальные изумрудные глаза, сидел передо мной на голой земле, стеснительно опустив голову.» Во-первых, мисс, в каком месте, по-вашему, я худенький? И бледный? И тем более печальный? Во-вторых, если я опустил голову, как вы могли видеть мои глаза? Я понимаю, конечно, что публика и не такое схавает, но…

— Ах, Гарри, это просто художественное преувеличение!

— Да? А вот это? «Исцарапанные руки высовывались из слишком коротких рукавов старенькой мантии, под которой виднелась потрепанная маггловская одежда». Ясен пень, мантия старая, я что, дурак, новую надевать на гидрокостюм? А моя одежда стоит дороже, чем ваши фальшивые бриллианты! — сказал он. — Кстати, надевать бриллианты до шести вечера — моветон, особенно для незамужней особы, в вашем возрасте пора бы уже это усвоить.

— Гм… — Скитер поняла, что нарвалась на человека, которого сложно будет переговорить, однако сдаваться не собиралась. — Дорогой, но нужно ведь привлечь внимание к твоему бедственному положению!

— Не понял…

— Ты жил с ужасными магглами, теперь ты здесь, но… Скажи, у тебя много друзей?

— Тут — ни одного, — честно ответил Гарри, скрестив пальцы. О Луне он даже упоминать не собирался, еще не хватало! — А что?

— Вот! Ты одинок! Тебя выбрали в жертву, но ради чего?!

— Ради спасения мира, это ежу понятно!

— Именно! — подняла та палец с длинным алым ногтем. — Ну и что же?

— А что? — лениво спросил Гарри. — С чего вы взяли, что я одинок? Маггловские родственники у меня хорошие, да и здешние ничего так…

— Хм?.. — приняла охотничью стойку Рита.

— Крестный — Сириус Блэк, — начал загибать пальцы Поттер. — Тетушка — Беллатрикс Лестрейндж. Другая тетушка — Нарцисса Малфой, ну и, следовательно, дядюшка Малфой и… кем мне там Драко приходится, интересно? Неважно… Есть еще одна тетка, но я с ней пока не знаком, это успеется.

При упоминании о Блэках вообще и Пожирателях смерти в частности Рита как-то поутихла.

— Хорошие однокурсники! Прекрасные преподаватели! — продолжал вещать Поттер, искренне наслаждаясь собой. Наслаждался он ровно до тех пор, пока снова не прочел написанное зачарованным пером, после чего смог выдать только: — Incendio!

— Ай! — вскрикнула Рита, выронив загоревшийся пергамент. — Гарри, что ты делаешь!

— Хватит нести чушь обо мне и моих родственниках, — сказал тот. Кажется, игра зашла слишком уж далеко. — А если вы напишете все то же самое по памяти… На вас давно не подавали в суд, мисс Скитер?

— Ах, Гарри, суды — это такая ерунда! Я отделаюсь штрафом, а гонорар за твое интервью покроет все убытки, — сладко улыбнулась она.

— Ага, ясно… — Поттер встал на ноги и потянулся. — Ладно, тогда мы поступим иначе…

— Что ты делаешь? — нахмурилась Рита.

Гарри же сунул недоеденный апельсин в карман, содрал и без того расхристанную мантию с плеч, наполовину вытащил из джинсов футболку и расстегнул ремень, после чего со словами «Пардон, мадам!» ухватил Риту за плечи и вынудил прижаться губами к своей щеке. Большая часть кроваво-красной помады осталась на его коже.

Совершив все эти странные действия, Поттер отскочил подальше от Скитер, набрал в грудь воздуху и завопил во всю силу тренированных легких так, что запросто заглушил бы гудок Хогвартс-экспресса:

— Помогите! Насилуют!!!

— Да что… — Рита вскочила, и в этот момент в палатку ворвались обеспечивающие какую-никакую безопасность авроры, Снейп и даже министр.

Зрелище их глазам предстало изумительное: в углу палатки жался взъерошенный Поттер, перемазанный помадой, в полурасстегнутых джинсах и задранной футболке, а напротив застыла Рита Скитер, почему-то с пустыми руками…

— Выведите ее отсюда! — приказал министр, обретя дар речи. Протестующую репортершу подхватили под руки и вытащили из палатки. — Вы не пострадали, Поттер? Ну и отлично… Скитер! Это уже переходит все границы! Если вы еще раз приблизитесь к Поттеру хотя бы на милю, вам не миновать Азкабана, ясно?!

Гарри с довольной физиономией заправлял футболку в джинсы и застегивал ремень.

— Ну и дрянь же вы, Поттер, — сказал Снейп с явным одобрением.

— Я знаю, сэр, — ответил тот с широченной улыбкой и принялся стирать помаду с уха. — Прием испытанный, правда, пришлось его чуточку… гм… адаптировать к ситуации…

20

«Привет, яблоневая плодожорка!

Скоро третье испытание. Понятия не имею, что там будет, разузнать ничего не смог, ну да где наша не пропадала! Выкручусь.

Слушай, не нравится мне этот наш преподаватель. Он на мне непростительное попробовал…»

* * *

«Пожиратель! А что, пожаловаться ты никому не мог?! Сам-знаешь-кому, например? Да хоть тетушке, она бы ему оторвала все, что отрывается!»

* * *

«Плодожорка, я и сам справился. Больше он ко мне не лезет, ха! Как увидимся, расскажу, писать про это не хочется, уж прости.»

* * *

Случай в самом деле вышел неприятный. Разошедшийся профессор Грюм перешел от пауков к студентам, заявив, что хотя бы Империус они на себе испробовать должны. Гарри он вызвал не в первых рядах, но вниманием все же не обошел.

— Ну-с, — произнес он, бешено вращая волшебным глазом. — Поттер! Наша последняя надежда! Извольте-ка выйти вперед!

— Конечно, профессор, — спокойно сказал тот, вылезая из-за парты.

— Готовы?

— Всегда готов!

— Ну тогда… Imperio! А теперь студент Поттер нам станцует, — произнес Грюм. — Давайте, Поттер, пляшите!

— А что плясать? — невинно спросил тот. Показывать, что Империус на него не действует, Гарри не хотелось, но, с другой стороны, приколоться над придурочным аврором тоже было приятно.

— Что хотите!

— Как прикажете… И-эх! — Поттер подоткнул мантию, раскинул руки и прошелся вприсядку. Это он подсмотрел у гостивших болгар, которые тоже у кого-то подсмотрели, и ему ужасно понравилось.

— Недурно, — оценил Грюм. — А теперь спойте что-нибудь! Imperio!

— Сэр, — перебил его Гарри, поправляя мантию, — а если я сейчас в вас Авадой в ответ запущу, что мне будет?

— Азкабан, — мгновенно ответил тот, как-то не обратив внимания на непослушание студента.

— А вот и нет, — радостно улыбнулся Поттер. — Я, сэр, законы знаю, и адвокат у меня хороший…

С законодательством магической Британии он действительно ознакомился, так, на всякий случай. Чтобы точно знать, когда какой закон нарушает, и чем это может грозить.

— И?! — привстал профессор.

— Что — и? Во-первых, я несовершеннолетний, — принялся по привычке загибать пальцы Поттер. — Во-вторых, я был под Империусом, весь класс видел, как вы его на меня наложили, так что свидетели точно найдутся. — Однокурсники одобрительно загудели. — В-третьих… так обращаться со студентами вообще разрешено уставом школы? Или, может, мы тут еще и Круциатусом побалуемся? Так что, сэр, ничего мне не будет, максимум — штраф. А вот вы ничего этого, увы, уже не увидите…

— Угрожаешь, щенок?! — наливаясь краской, прогремел Грюм.

— Предупреждаю, — тоном Беллатрикс произнес Гарри. — Кстати… может, мне написать дорогой тетушке? Ей будет очень интересно ознакомиться с вашей методикой преподавания!

— И что мне сделает ваша маггловская тетка? — фыркнул тот. — Насмерть забьет сковородкой?

— Он имеет в виду миссис Лестрейндж, — пояснила Ханна, явно бывшая в курсе дела; Терри постарался, не иначе. — Или леди Малфой… Ну и мистер Блэк, я думаю, присоединится.

— Именно, — Гарри вернулся на свое место. — Профессор, а может, вы нас научите еще чему-нибудь? Не столь… м-м-м… запретному?

Тот определенно пытался прийти в себя: это как же, мальчик-который-выжил, преспокойно поминает в числе родственников Пожирателей смерти?!

— Ну что ж, научу… — произнес он, решив прекратить препираться со студентом. — Итак, тема занятия…

…-Вот такие дела, сэр, — сказал Поттер, изложив историю своих похождений Снейпу. — Не нравится мне этот Грюм, вот хоть убейте!

— Давно бы убил, — хмуро ответил тот, — да права не имею. Что вам в голову взбрело, Поттер? Ну сплясали же, отчего бы не спеть?

— А вы мое пение помните, сэр? Вот. А в классе, между прочим, девочки были! Ну и вообще, надоело уже… — вздохнул Гарри. — С пауками он закончил, слава богу, я их люблю… если это не акромантулы, решил перейти к мышам. А кто его знает, так вот превратит кого в мышь — и вперед! Луну, например… Как вообще директор разрешает в школе такое? Я читал, непростительные в школе только теоретически изучают!

— В нашей школе, — уточнил тот. — В других они входят в программу. Хотя, разумеется, на студентах их не опробуют… Поттер!

— А?

— А когда это вы успели Аваду разучить, позвольте поинтересоваться?

— Так еще летом, — безмятежно ответил тот. — Когда у крестного с тетушкой гостил.

— Надеюсь, ни на ком еще не применяли?

— Только на манекенах. У них там такой тренировочный зал!..

— Знаю, — буркнул Снейп. — Кстати, ваш крестный так и не сдал позиций?

— В смысле? А! Насчет штаба? Нет, что вы! Его тетушка с Блэком-с-портрета — а тот, похоже, совсем на Гриммо переселился, — так обработали, что он звереет, едва только об этом слышит!

— Да уж, семейка… — вздохнул профессор. — Кстати, Поттер, с чашей я поработал. Это именно то, о чем вы и подумали.

— Отлично… — Гарри почесал нос. — Итого: чаша, диадема и медальон у нас.

С чашей Хаффлпаффа все прошло на ура. Миссис Лестрейндж выразила горячее и искреннее желание вернуть реликвию Основателей Хогвартсу, Министерство временно сняло арест с ее имущества, чашу с помпой извлекли из хранилища и торжественно передали директору Дамблдору. Гарри очень опасался, что спереть чашу из директорского кабинета не сумеет, поэтому заранее подговорил своих, и факультет выступил единодушно: реликвия должна храниться в подземельях Хаффлпаффа! Мадам Спраут поддержала, и чаша воцарилась на монструозной каминной полке… откуда через пару недель ее преспокойно забрал Гарри, подменив копией, трансфигурированной из какого-то забытого кубка из Зала наград. Никто ничего и не заметил. Правда, чары надо было время от времени подновлять, но это Гарри нисколько не обременяло.

— Змею пока не нашли, — продолжил он. — Где болтается кольцо, непонятно. Остается еще две штуки, о которых не знает тетушка!

— Одна, — неохотно сказал Снейп, встретил удивленный взгляд и пояснил: — Помните ту тетрадку? Это тоже крестраж. Самый первый. Я недавно это выяснил.

— Супер! — воскликнул Поттер. — Итого у нас уравнение с одним неизвестным. А прочее разыщем… Только что потом делать с этим добром, а, сэр?

— Чтобы я знал, — буркнул тот. — Поговорю с Каркаровым, у них много специалистов по Темным искусствам. Может, хоть зацепку дадут…

— Тоже дело, — одобрил Гарри. — Гм, ну, я пойду, сэр! Доброй ночи!

— И вам того же…

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Наконец-то объявили условия третьего этапа. То еще веселье — нужно пройти лабиринт, справиться с какими-то там опасностями и все в том же роде. А в центре лабиринта стоит Кубок. Кто первый дойдет и его захапает, тот и чемпион. Я бы поставил на болгарина, он крутой парень. С другой стороны, надо болеть за свою школу… Ну, пусть будет 50/50. В смысле ставок. На себя я тоже поставил — на проигрыш. Ясное дело, не лично, нашел посредника! Но я приложу все усилия, чтобы сорвать куш — директор-то до сих пор убежден, что я выиграю, так что о-очень многие тоже в меня верят!»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Да, ты и правда там особо не усердствуй, мы это уже обсуждали, а вот деньжат срубить — другое дело!

Держись, дружище, немного осталось!»

* * *

Гарри Поттер последним вошел в лабиринт, откуда уже доносились крики, рычание и где сверкали лучи заклятий.

— Ой-вэй, — произнес он, пародируя бабушку Терри. — И куда я лезу? Оно таки мне надо?

Идти, однако, пришлось. Он, правда, никуда особенно не торопился, плелся нога за ногу, усеивая свой путь мандариновыми корками, но, впрочем, бдительно поглядывал по сторонам и обходил подозрительные места далеко стороной. Ну и, соответственно, делал вид, что основательно заплутал, хотя как можно заблудиться в этом палисаднике, Гарри решительно не понимал.

— Ух ты, настоящий сфинкс! — выдал он, выйдя на очередную полянку.

— Отгадай загадку, — монотонно произнесло существо с львиным телом и женской головой, — иначе я тебя убью.

— Хорошо, — кивнул Гарри. Голова у сфинкса была очень красивой. — Ой, простите, а вы из Египта, да? Очень уж черты характерные… А там у пирамид не вашего родственника статуя, нет?

— Загадка! — прогремела та.

— Ну, давайте вашу загадку, — пожал плечами Поттер. — Я просто хотел быть вежливым…

— Гм… Что ж, слушай…

Почесав в затылке пару минут, с загадкой Гарри справился.

— Иди, — махнуло лапой сказочное чудовище.

— Простите, м-м-м… мадам, — галантно произнес Поттер, — а я последний, да?

— Именно. Так что поторопись, смертный!

— Не хочу, — поморщился он. Кто бы первым ни добрался до кубка, остальные проиграют, и какая разница, где именно застрял Гарри? — Скучно. Давайте лучше поиграем в загадки! Неужели вам не надоело уже в четвертый раз загадывать одно и то же? Или… или вопросы разные были?

— Одинаковые, — мрачно ответила она. — Но неужели ты знаешь что-то, что неизвестно мне?

— Ну а вдруг? — пожал плечами Поттер, вспоминая шустрого Бильбо Бэггинса и выуживая из памяти все, что помнил. Кольцо Всевластия ему не светило, но куда приятнее было общаться со сфинксом, чем сражаться… да, судя по воплям Флер — с гигантским акромантулом. — Даже смертный может иногда удивить!

— Хм-м… — Львиный хвост дернулся туда-сюда. — А как же соревнование? Этот ваш… Кубок?

— Да ну его, — махнул рукой Гарри, привычно усаживаясь на корточки. — Когда еще выдастся случай поговорить с умным собеседником!

— Льстец…

— Ничуть! Я читал, что сфинксы самые умные из мифических созданий, но я никогда их раньше не видел… Это… — Он кое-что припомнил: Билл Уизли служил в египетском отделении «Гринготтса». — Вас сюда гоблины прислали?

— О да. Обычно я охраняю их сокровища, но им сделали предложение, от которого они не смогли отказаться.

— Ясненько… Простите, а как я могу к вам обращаться? Госпожа сфинкс как-то… не звучит.

— Вряд ли ты сумеешь выговорить мое истинное имя, смертный! — фыркнула она.

— А можно мне называть вас… ну, скажем, Бастет? — выудил Гарри из глубин памяти обрывок египетской мифологии.

— Честью будет для меня зваться именем богини, — с некоторой насмешкой, но вполне дружелюбно ответила та. — Ну что ж, приступим, смертный?

— Меня Гарри зовут, — вставил он. — Мандаринчик не желаете?

— Не откажусь… Итак, ты отгадал мою загадку, так что теперь твоя очередь!

— Хорошо… Вот! Выше дерева она, корни не находят дна, вверх никак не подрастет, но до неба достает!

— Гора, — презрительно ответила его собеседница. — Теперь ты…

На третьей загадке Гарри взмок и сел наземь, что не укрылось от глаз сфинкса.

— Это не дело, — сказала она. — Вы, люди, такие хрупкие, простудишься еще, чего доброго!

— Где-то я это уже слышал… — пробормотал Поттер и подал ей последний мандарин.

— Иди сюда… — Бастет улеглась совершенно по-кошачьи, каким-то немыслимым образом свернулась и поманила его когтем. — Сядь, так я смогу тебя видеть, а ты не заболеешь от холодной земли. Ужасный тут у вас климат!

— Ну, если я не доставлю вам неудобства… — Гарри вскарабкался на заднюю лапу сфинкса и уселся поудобнее. Шерсть была пушистой и мягкой. — А насчет климата согласен целиком и полностью!

— Что за неудобство, ты ничего не весишь, — фыркнула она. — Кстати, снова твоя очередь…

— Без голоса кричит, без крыльев летает, безо рта рычит, без зубов кусает, кто это?

— Ветер, — мгновенно ответила Бастет. — А вот послушай такую загадку…

* * *

Из лабиринта вынесли бессознательную Флер Делакур и раненого Виктора Крама. Седрика Диггори еще не было, но, судя по всему, до Кубка добрался именно он.

— Гарри не возвращался? — тревожно спросил Дамблдор.

— Нет, его никто не видел, найти не могут, — мрачно ответил Снейп. Можно было бы облететь лабиринт на метле, да только он ненавидел такой способ передвижения. — С вашего разрешения, я сам за ним схожу.

— Иди, иди, мой мальчик…

Найти след Поттера было очень просто — по ярким мандариновым коркам. Судя по всему, он шел замысловатым зигзагом, вовсе не стремясь попасть в центр лабиринта.

Ядовитые кусты при приближении профессора просто расступались, а которые медлили — обращались в пепел. Зол он был невероятно. «Если ты еще не сдох, Поттер, — мысленно пообещал он себе, — я тебя лично убью!»

— А вот это? — раздался из зарослей знакомый голос. — Сперва полизать, потом прижать?

— М-м-м… Я знала… знала… Марка! Почтовая марка!

— В точку! Ваша очередь!

— Зубасты, а не кусаются!

— Грабли! У какого молодца утром капает с конца?

— Гарри, мы вроде бы договорились — без непристойностей! — возмутился второй голос, явно женский.

— Никакой непристойности! Честное слово!

— Не знаю, — с обидой призналась женщина.

— Самовар, — ехидно сказал Поттер.

— Что-что?!

— Это у славян такая штука, типа чайника. Ну как вам объяснить… Такой котел, внутри труба, в ней огонь разжигают, а вокруг вода кипит. И краник, чтоб наливать. И с него капает… А чай у них обычно по утрам пьют.

— Ха, я это запомню! А ты откуда узнал?

— От наших болгарских гостей, — фыркнул тот. — Так, у вас пропуск хода, снова я загадываю…

— Поттер! — металлическим голосом произнес Снейп, выступая из-за куста. — Потрудитесь объяснить, что тут происходит?!

Глазам его предстала необычайная картина. Посреди поляны разлегся… то есть разлеглась сфинкс, а на ее… гм… крупе верхом восседал Поттер, крайне довольный собой и абсолютно невредимый. Мифическое создание аккуратно придерживало его хвостом, чтобы не свалился.

— В загадки играем, — ответил тот. — А что?

— А то, что Турнир давно закончился, только вас найти не могут!

— Ой, ну мы увлеклись немножко… — Гарри сполз наземь, оправил мантию и вполне элегантно поклонился сфинксу. Та уже приняла привычную позу. — Благодарю за соревнование, уважаемая госпожа!

— Мне тоже было очень приятно, — мурлыкнула та, сверкнув миндалевидными глазами. — Если вдруг окажешься около пирамид, не сочти за труд, передай привет моему дедушке. Он уже почти совсем окаменел, но слух у него всегда был отменный!

— Обязательно, госпожа Бастет! А теперь простите, нас там ждут…

— Вы чем тут занимались, Поттер? — шипел Снейп, за шкирку таща подростка обратно.

— Я ж сказал, в загадки играли, — удивился тот. — Что такого-то?

— А правила Турнира вам не писаны?!

— А я не смог миновать сфинкса! — нахально ответил Гарри. — Честное слово, сэр, не смог! Ну сдался мне этот Кубок, а? А она такая интересная дама, и она отчаянно скучала. Жалко, сфотографироваться с ней нельзя было…

Профессор промолчал. Он и сам не отказался бы побеседовать со сфинксом.

— Ну и что мы скажем директору? — спросил он наконец. — Правила есть правила…

— Ну… не все ведь прошли дистанцию, да? — получив кивок, Гарри зачастил: — Кого-то укусили, кого-то придавили, а я…

— Не смогли миновать сфинкса и чудом остались в живых, — сформулировал Снейп. — Этой версии и станем придерживаться…

— Да, сэр!

На выходе к ним кинулась целая толпа.

— Гарри, мой мальчик! — причитал Дамблдор.

— Поттер! — ревел Грюм.

— Ах, ах, — заходились женщины, — ты цел!

— Простите, сэр, — покаянно сказал Гарри директору. — Я не сумел пройти дальше сфинкса…

— Ничего, ничего…

— Какой счет? — шепнул Снейп.

— Шестнадцать — десять, — ответил Поттер. — В ее пользу. Но я жульничал.

— Как можно жульничать в игре в загадки?!

— Запросто. Она не знает современных реалий, особенно маггловских, — фыркнул Гарри. — Хотя все равно угадывала, в логике ей не откажешь. Ну и загадок из других стран хвостатая мадам тоже не знает…

— Вы чудовище.

— Я знаю, сэр! — с гордостью ответил Гарри.

— А где же победитель? — спросил вдруг Каркаров. — Он ведь давно должен был выйти из лабиринта!

— Проблема в том, — медленно произнес Дамблдор, поглаживая бороду, — что, как мне только что сообщили, Седрик Диггори бесследно исчез вместе с Кубком.

— Спер, что ли? — несмешно пошутил Гарри. — На кой черт ему эта кастрюля?

— Ну и дела творятся в вашей школе! — гневно фыркнула мадам Максим, чуть не сдув шляпу с МакГонагалл. — Что вы намерены предпринять?

— Мы вызвали усиленный отряд авроров, будем искать…

К ночи напряжение достигло предела. Школа то бурлила, как кипящий котел, то затихала в ожидании новостей. Ну а когда новости все-таки появились, то рвануло так, будто пресловутый котел не выдержал давления пара и разлетелся на куски…

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

Ну, я тебе скажу, и заварушка тут случилась! Дамблдор до сих пор оправдаться не может, только твердит, что не знал, не мог предположить и все такое.

Значит, пока я развлекался, Диггори все-таки добрался до Кубка. Тут бы мне порадоваться, парень же с моего факультета, да только ничего веселого здесь нет.

Авроры искали долго, но в конце концов все-таки выяснили, в чем было дело. Этот чертов Кубок оказался замаскированным портключом, и как только Диггори до него дотронулся, бедолагу зашвырнуло в какую-то глушь, на кладбище. А там, как мне удалось подслушать, остались следы подготовки к какому-то очень-очень темномагическому ритуалу. Сам Диггори тоже остался, убитый.

Смекаешь, в чем тут дело?»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

Господи, если бы не твоя привычка делать всё шиворот-навыворот, это ты бы мог на том кладбище остаться! Говоришь, ритуал темномагический? Не значит ли это, что Властелин действительно добыл какой-то из своих бэкапов (помнишь, мы обсуждали?) и чуточку возродился? А чтоб с этим делом закончить, ему зачем-то нужен был ты… Ты говорил, все убеждены, что победа будет за тобой, вот Кубок и зачаровали. Но кто это мог сделать?!»

* * *

«Здорово, плодожорка!

Я аккуратно потыкал сам-знаешь-кого, тот меня обшипел, но в итоге сказал, что да, с одного бэкапа так просто не загрузишься. Нужен этот самый ритуал, а в нем используется куча всякой дряни, включая кровь врага. Мою, то есть. Так что Властелину действительно нужно было мое юное тело, уж прости за сарказм… А я третий этап продинамил, так что бедняга Диггори погиб вместо меня. Наверно, его прихлопнули, чтобы никого не опознал и ничего не смог рассказать.

А вот кто приложил к этому делу грязные ручонки, я обязательно выясню! Хотя бы потому, что, выходит, в школе есть помощник Властелина! Можно было бы подумать на сам-знаешь-кого, но это уж ни в какие ворота… Посторонних тут нет, хотя могли бы, конечно, пробраться потайными ходами, не я один их знаю. С другой стороны, посторонних как раз достаточно: и французы, и болгары, но им вроде бы ни к чему такое проделывать. Хотя, судя по тому, что я успел услышать и углядеть, сам-знаешь-кто с главой делегации болгар давно и хорошо знаком, так что тот вполне может оказаться Пожирателем. С третьей стороны, Кубок охраняли, там и директор чары навешивал, и наш препод защиты, и сам-знаешь-кто, не подойдешь просто так… если, конечно, никто из них лазейки не оставил.

В общем, у меня уже мозги кипят! Луна говорит, что мозгошмыги мои уже так бесятся, что за милю слышно. Пойду, забудусь сном… Может, что ценное приснится.»

* * *

Отправив письмо, Гарри, однако, спать не пошел, а вместо этого отправился побродить по замку. Что-то не давало ему покоя, но что именно, он пока понять не мог.

— Привет, киса, — рассеянно сказал он, повстречав миссис Норрис. Та негромко мяукнула в знак приветствия. — Прости, сегодня ничего с собой не захватил. Завтра занесу.

За поворотом послышались тяжелые шаги завхоза, но Гарри его ничуть не опасался и удирать не собирался.

— А, Поттер, — сказал Филч, выворачивая из-за угла. — Опять бродите после отбоя? В точности как ваш папаша с компанией, вечно они где-то шастали до рассвета…

— Да, вы рассказывали.

— Главное, я в толк не мог взять, как это они от нас с миссис Норрис умудряются уйти, — продолжал завхоз. — Будто знают, где мы с ней окажемся… Ни разу не удалось их накрыть, а не поймал — так не докажешь, что они шлялись… А ведь я нюхом чуял!

— И правда, как это им удавалось? — Гарри принял охотничью стойку. Конечно, у отца была мантия-невидимка, но вчетвером под ней, мягко говоря, тесновато, особенно учитывая то, что и Джеймс, и Сириус были парнями рослыми. Да и кошку мантия не обманет, миссис Норрис просто учует человека!

— А! — довольно хмыкнул Филч. — Пошли, покажу. Тебе-то можно, поди… Ты хоть и бродишь, да не безобразничаешь…

— О, идемте! — неподдельно обрадовался Поттер. Интересно, что это может оказаться? Неизвестные потайные ходы? Какие-нибудь хитрые волшебные двери?

Это был всего лишь кусок старого пергамента, который Филч с кряхтением и сопением выудил из ящика с кривоватой наклейкой «для особо опасных вещей».

— И что это такое, мистер Филч? — недоуменно спросил Гарри, хотя уже догадался.

— Карта, — хмыкнул тот. — Карта, которую ваш папаша с приятелями состряпали. Мне ее директор на сохранение отдал, потому как у меня никогда ничего не пропадает, а вещь опасная! Попади она в дурные руки…

— Какая же это карта, — произнес Поттер, разглядывая небольшой сложенный лист пергамента, — на ней ведь нету ничего!

— Ха! А ну-ка, палочку достань… Доставай, доставай, я сам ничего сделать не смогу, куда мне, старому сквибу! Директор-то мне объяснил, как она работает, да что толку? Хотя уж пригодилась бы мне эта карта, ох, и пригодилась! Готов? Повторяй за мной…

— Клянусь, что замышляю шалость и только шалость, — произнес Гарри, касаясь пергамента палочкой. — Ни хрена ж себе!

Невзрачный лист развернулся, увеличившись в несколько раз, являя надпись, в которую Поттер вчитываться не стал — это было что-то вроде автографа создателей, — а затем подробную карту Хогвартса и окрестностей. Во всем замке и вокруг кишели черные точки, подписанные каллиграфическим почерком.

— Вот так вот, — сказал Филч с такой гордостью, словно сам изобрел такую замечательную вещь. — Гляди, вот они мы с тобой…

Гарри вгляделся в надпись.

— Тут вот опять Уизли на кухню потащился, прорва ненасытная, — продолжил завхоз. — Вот директор в кабинете… Понял теперь?

— То есть она показывает, кто где находится в эту минуту?

— Точно. Эх, жаль, не могу я ей пользоваться…

— Так давайте я вам ее оставлю прямо в таком виде, — предложил Гарри. — Повесите на стену и будете следить.

— А если увидит кто? — хмыкнул старик. — Да и директор недоволен будет. Нет уж, мы с миссис Норрис лучше по старинке, обойдем коридоры, авось кого и поймаем, да?

— М-р-р-р, — подтвердила кошка.

— Закрывай ее, — велел завхоз, — и спать иди. Поздно уже.

— Шалость удалась, — повторил за ним Гарри и карта мгновенно свернулась.

Филч, прищурившись, посмотрел на него. Видимо, на физиономии Поттера было написано столь явное разочарование от невозможности обладать волшебной вещью, наследством покойного отца, такое искреннее огорчение несправедливостью жизни, такая безропотная покорность судьбе, что даже старый завхоз не выдержал печального взгляда зеленых глаз. (Знал бы он, сколько времени Гарри отрабатывал мимику перед зеркалом и на скольких людях испробовал эту тактику, ни за что бы не повелся, но увы!)

— Ты ведь это… — сказал он. — Не хулиган?

— Да вроде бы нет, мистер Филч, — удивленно ответил Гарри. — Шалю, конечно, не без этого, возраст такой, сами понимаете. Но чтоб всерьез кому-то навредить — это не ко мне.

— Ага, ага, то-то половина мальчишек то и дело в Больничное крыло бегает!

— Ну а чего они задираются?! — возмутился Поттер. — Я отбиваюсь, вот и всё. Бывает, что и трое на одного кидаются, и что ж мне, терпеть?

— А младшему Уизли кто руку сломал?

— Не сломал, а вывихнул, и не я, а он сам, когда с лестницы упал.

— А с лестницы он почему упал?

— У него шнурки вечно развязаны, вот и наступил. С ним это уж в который раз случается, да он ничему не учится, — фыркнул Гарри.

— А кто Малфою на первом курсе глаз подбил?

— Так не нарочно же! Он просил прием показать, да повернулся не так, как я сказал…

— Другой глаз, — уточнил Филч, хихикая.

— Другой — за дело, — ответил Гарри серьезно. — Ничего, мы с ним это давно уладили.

— А кто профессора Грюма к стулу приклеил?

Тут Поттер не выдержал и фыркнул. С Грюмом у них шла затяжная позиционная война, и, недолго думая, Гарри решил применить маггловские методы. Допустим, мыло с доски удалить нетрудно, да и писали на ней мало и редко, а вот суперклей, доработанный близнецами Уизли, схватывался быстро и держал намертво.

Сам Гарри этого не видел, поскольку благоразумно провернул операцию не в тот день, когда у его потока были занятия, но ему в красках пересказали, как разъяренный аврор отбивался от приклеившегося стула, как метался по классу, сшибая ножками всё подряд (и все это, разумеется, согнувшись вдвое), пытался удалить клей (но тут близнецы не подвели, клей не удалялся), и только минут через пять сообразил уничтожить сам стул.

«Тоже мне, профессор защиты, — сказал тогда Малфой презрительно, — аврор! От стула отбиться не сумел!»

— Понятия не имею, — весело сказал Поттер Филчу. — Меня там вообще не было, знаю эту историю с чужих слов!

— Значит, все-таки ты… — протянул завхоз. — Кстати, клей остался еще? Отлей немного, тут кой-чего починить надо…

Гарри вздохнул.

— Завтра занесу, — ответил он так же, как миссис Норрис.

— Ну и славно… Держи уж, — Филч, воровато оглянувшись, протянул ему карту. — Но только чтоб ни одной живой душе! И мертвой тоже!

— Сэр, так вам же попадет! Если директор потребует карту, а у вас ее не окажется… — опешил Гарри.

— Ну так отдашь, когда скажу, — сварливо ответил завхоз. — А летом она тебе и вовсе ни к чему!

— Спасибо, сэр! — искренне поблагодарил Поттер. Вот это был королевский подарок! — Но все-таки, зачем вы мне ее…

— Ну а чего она лежит, пылится, — буркнул тот и остро взглянул из-под кустистых бровей. — Мне, говорю, от нее проку никакого, а тебе, глядишь, пригодится. Да не от меня прятаться, как те четверо, чего тебе прятаться-то… Так… мало ли. Только без фокусов!

— Ни-ни! — заверил Гарри, еще раз поблагодарил, пожелал спокойной ночи и выскочил за дверь.

«Вот так дела! — подумал он. — Интересно, а не директор ли велел подсунуть мне эту карту? Хотя почему мне? Мантию он отдал Лонгботтому, логичнее было бы и карту ему всучить… Или тот не прошел теста на геройство? Или это инициатива Филча? Вот кабы знать наверняка…»

* * *

«Плодожорка!!! Я добыл ту карту, помнишь, рассказывал?! Вернее, мне ее дали „поносить“. Чумовая вещь!»

* * *

«Пожиратель, еще раз пришлешь сову в два часа ночи, я тебя удавлю!

А вообще дело хорошее. Ты вот что, рассмотри внимательно замок и округу. Если там кто чужой и есть, его же должно быть видно? Он, конечно, мог уже удрать, но вдруг нет? Если Властелину нужен ты, вряд ли он внедренного агента уберет сразу! А не внедренный к Кубку бы фиг пробрался, я так думаю.»

* * *

— Сэр? — Гарри привычно постучал в дверь, потом подумал, что в два часа ночи Снейп все-таки может спать, но ему повезло.

— А, это вы, Поттер? — раздалось изнутри. — Входите, раз пришли.

Профессор, как в прошлый раз, сидел за столом и мрачно разглядывал метку. Хоть не пил, и на том спасибо.

— Что вам не спится, Поттер? — спросил он.

— Не могу, сэр, я такую штуку нашел — очуметь можно!

— Вы уже очумели, — заметил тот. — Что вы там нашли? Еще один хоркрукс?

— Нет, — Гарри плюхнулся на стул. — Вот!

Не то чтобы он не знал цены своему слову, но… Терри не проговорится, это точно, а Снейп мог подсказать что-то толковое.

Тот нахмурился.

— Кажется, я уже это где-то видел… — пробормотал он. — Я даже помню, когда… Поттер, где вы ее взяли?!

— Где взял, там больше нет, — довольно ответил тот, не собираясь сдавать Филча.

— Только не говорите, что ограбили директора!

— А почему это у директора так и липнет к рукам всё, что принадлежало моему отцу с крестным и прочими? — в свою очередь возмутился Гарри.

— То есть все-таки ограбили?

— Ну как сказать… Вернее, как посмотреть… — задумчиво произнес Поттер. — Скажем так, скорее всего, директор об этом не знает. А если знает, то наверняка сам хотел, чтобы эта вещь попала ко мне в руки. Смотреть будете, сэр?

— Нет, — ответил тот. — Меня она материт. Ваш папаша с крестным и остальными поставили на свою игрушку отменную защиту! Их энергию да в мирных бы целях, как вы обычно говорите.

— Да, ее точно хватило бы на электрификацию Хогвартса и даже Хогсмида, — фыркнул Гарри. — Ладно, я сам открою, тогда и поглядите…

— Хос-сяин! — на колени к нему скользнула Шен.

— Привет, подружка, — отозвался он. — Ну ты и выросла! Скоро я тебя и не подниму! В замке еще крысы-то остались?

— Как з-с-снать… — прошипела она.

— К чему это ты? — насторожился Гарри. Вообще-то давно надо было расспросить Шен, она ведь ползала по всему замку и могла заметить что-то неладное!

— Профес-с-сор — не профес-с-сор, — загадочно отозвалась змея.

— Который? — нахмурился Поттер. Снейп напряженно вслушивался в шипение. — И с чего ты это взяла?

— Он раз-с-с-слил то, что нос-с-сит во фляж-ш-шке, — ответила Шен. — Я з-с-с-наю это з-с-селье, хос-сяин…

— Стой, погоди, я ничего не понимаю, — помотал головой Гарри. — Давай сначала. Я полагаю, ты шныряла по замку, верно? Охотилась? Ага… И увидела кого-то из профессоров, который что-то разлил из фляжки. И это было зелье, которое ты узнала. Остался вопрос — какое? И кто это был? Ты не можешь сказать, что ли?

— Нет с-с-слов, — виновато ответила змея.

— Скорее всего, в серпентарго нет таких звуков, — подал голос Снейп. — Попросите ее описать и зелье, и профессора.

— З-с-селье, чтобы с-с-стать не с-с-собой, — прошипела Шен. — Профес-с-сор… одноглаз-с-сый…

У Поттера вырвалось нецензурное ругательство. Снейп оторопел настолько, что даже не сделал ему замечания.

— Ты уверена? — спросил он.

— С-с-соверш-шенно! Хос-сяин делал это з-с-селье зс-с-сдес-сь, я помню з-с-сапах!

— Оборотка, — сообразил Поттер. — Вы меня в прошлом году учили ее варить. А одноглазый и с фляжкой у нас…

— Грюм, — заключили они в один голос, переглянувшись.

— Ты золото, Шен! — сказал Гарри змее, и та довольно зашипела.

— Невероятно… — произнес Снейп.

— Почему, теперь все сходится! — спустив змею на пол, Гарри вскочил и заходил по кабинету взад-вперед. — Грюм ставил защиту на Кубок. Тогда же и чары мог наложить, или в любой другой момент, когда проверял, все ли в порядке! И с моим участием тоже мог нахимичить…

— Пожалуй… Поттер, однако провести столько времени под оборотным зельем — это не шутки!

— Верю! То-то он такой долбанутый, — фыркнул тот. — То Малфоя в хорька превращает, то в меня Империусом кидается… Хм, интересно, а не было ли это проверкой? Ну, в смысле, если Кубок сработает, как надо, и я окажусь на том кладбище, сумеют ли меня заставить сделать, что им требовалось? Или, если не сработает, взять, подчинить меня и… и я бы спокойненько ушел с этим так называемым Грюмом! Или еще что, не знаю… С другой стороны, может, он Грюма недавно заменил? Нет, стоп. Не выходит. Турнир уже давно начался. Этот тип тут минимум с начала года!

— Получается, так, — Снейп встряхнул головой. — Выходит, у нас под носом уже несколько месяцев живет Пожиратель смерти, причем явно не из рядовых, — я ведь говорил вам, Поттер, сколько стоят ингредиенты для оборотного зелья, а насколько сложно его готовить, вы и сами убедились… Ну а мы…

— А вы лоханулись, сэр, — хмыкнул Гарри. — То есть вы все, с директором во главе. Интересно, а где ж настоящий Грюм? Жив еще или нет?

— Скорее всего, жив, — пожал плечами профессор, — если только подменыш не держит его труп на леднике. Где-то ведь ему нужно брать материал! И…

— Что, сэр?

— У меня обнаружилась недостача, — ответил тот медленно. — Совсем недавно. Вообще-то я грешил на вас, Поттер, мало ли, что за пакость вы затеяли? Расспросить вот только не успел. Но теперь…

— Дайте угадаю, сэр, сперли что-то из дорогих и редких ингредиентов?

— Именно.

— Значит, это он у вас пошарил. А раз так, выходит, зелье он варит сам, ему ничего не передают снаружи, иначе прислали бы то, чего не хватает, либо само зелье. Следовательно, других чужаков в замке быть не должно, — оптимистично заявил Поттер.

— Вашими бы устами… Ладно! Осталось выяснить, кто это такой, — мрачно сказал Снейп.

— Что, просто так пойти и спросить? Он ведь и заавадить может, когда поймет, что его раскрыли! — фыркнул Гарри.

— Поттер, вы идиот?! Карта лежит перед вами!

— Ой… — хлопнул тот себя по лбу. — А я и забыл! Сейчас…

Две темные головы склонились над пергаментом.

— Ага, это мы тут… — бормотал Гарри, водя пальцем по линиям. — Это Луна на башне торчит… Директорский кабинет… Ага, вот его комнаты! Глядите-ка, Грюм здесь!

— Да, только не один, — указал Снейп на другую темную точку.

— И кто такой Барти Крауч? — удивился Поттер. — Первый раз… Хотя нет, стойте, я где-то это имя слышал!

— Ну конечно, это глава департамента международного магического сотрудничества, — устало ответил профессор, — только тот старший, а тут, если не обратили внимания, есть приписка «мл.»

— Родственник?

— Сын. Только отец от него отрекся по понятным причинам: Барти был предан Лорду не меньше вашей обожаемой тетушки, — криво усмехнулся Снейп, — и, вообще-то, он должен сейчас находиться в Азкабане.

— Ну дела! — присвистнул Гарри. — Смылся? Ну или ему помогли смыться… Как же этого не заметили? Там что, узников вообще не пересчитывают?

— Это можно выяснить позже. — Профессор с силой потер переносицу. — Сейчас важнее его обезвредить. И, кстати, принять во внимание тот факт, что у Лорда осталось не так уж мало верных людей. На свободе, я имею в виду, и с деньгами. А вот у самого Лорда сил не так много…

— Почему это?

— Сами подумайте. Ритуал возрождения он завершить не смог, и я не хочу представлять, в каком виде он сейчас пребывает. А судя вот по этому… — он приподнял рукав и замолчал.

— Что, сэр?

— Метка совсем почернела, но вызова не было, его нельзя не почувствовать, — вздохнул Снейп. — Я говорил с Люциусом, у него то же самое. То есть Лорд здесь, но созвать всех своих людей не может… к счастью.

— Ясненько.

— Кстати о деньгах… Миссис Лестрейндж не могла в этом поучаствовать, а, Поттер? Вы говорили, у нее есть влияние на кузена, а тот, вашими стараниями, далеко не беден…

— Сэр! — оскорбился тот. — Ну это уж перебор! Зачем бы она стала меня учить… всякому, чтобы потом подослать убийцу? Да еще таким замысловатым способом, с Кубком этим? Если им нужна была моя кровь, ее еще на Гриммо могли бы раздобыть: я там пару раз нос разбил, когда грохнулся неудачно от ее заклятий. Ну или оглушила бы и руку бы порезала, дел-то!

— Хм, логично, — вынужденно признал Снейп.

— И вообще, — вредным голосом произнес Гарри, — она считает, что Темный Вла… тьфу ты, лорд должен возродиться во мне, вот.

— Что?!

— Да я сдуру ляпнул, — сконфуженно сказал тот, — что, мол, пока он не возродился, я вместо него. Ну, помните, когда мы к ней в больницу ходили? Еще Шен при мне оказалась, тетушка и поверила, она тогда малость не в себе была. И пускай дальше верит, так она меня хотя бы не пристукнет…

— Я опять скажу очевидную вещь, — устало ответил профессор. — Вы чудовищны. Не удивлюсь, если вы и впрямь очередной Темный лорд, Поттер!

— А что? — хмыкнул он. — Я так и так лорд, а цветовую гамму на досуге подберу! — Гарри посерьезнел. — Так что с Краучем-то делать будем, сэр?

— Вы — ничего, — отрезал Снейп.

— К директору пойдете? — ядовито поинтересовался Поттер. — Придется тогда ему и карту сдать, и Шен, и наши с вами… хм… интимные встречи по ночам…

— Я когда-то зарекся бить детей, — сообщил профессор. — Но, кажется, сила воли мне изменяет.

— Ничего, я уже не ребенок… Сэр, по-моему, надо действовать, как в случае с Петтигрю. Авроров сюда, и дело в сторону. Только сперва нужно придумать, как вы героически разоблачили этого Крауча!

— Придумывайте, — разрешил Снейп и привычным жестом скрестил руки на груди.

— Н-ну… — Гарри почесал в затылке, ему от этого лучше соображалось. — Настоящий Грюм — аврор. Исходя из того, что я слышал о них вообще и Грюме в частности… Сириус многое вспоминал, кстати… В общем, он мог нам рассказать про непростительные и даже показать на… ну на тех же пауках, но не на нас самих. И Круциатус перед Лонгботтомом бы не продемонстрировал, — про это я от Малфоя слышал. Это раз. Превращать студента в животное тоже бы не стал. — Он снова почесал в затылке. — Ведет он себя странно, ну да вы сказали, что столько времени под обороткой даром не проходит. Это два. Три — у вас ингредиенты пропали, как раз те, что для оборотки нужны. Четыре — это бездоказательно, но как эпизод сойдет, — именно он мог что-то сделать с Кубком. Еще вы или директор, но это ж бред! Пять — надо подержать его часок без зелья и посмотреть, в кого он превратится… А тогда уже сдать со всеми потрохами. То есть этими вот выкладками.

— Ну и как вы намерены его держать? — хмыкнул профессор.

— Шен, лапочка… — нежно сказал Гарри. — Ты же сможешь пробраться к тому профессору снова?

— Конеш-шно!

— Хотя стоп, — задумался Поттер. — А спит он, интересно, в каком облике? Грюма или Крауча? Если последнее, то не удивляюсь, отчего он такой психанутый, раз в час просыпаться и глотать эту отраву — очумеешь!

— Да, но если есть вероятность, что кто-то придет к нему ночью, то придется либо рисковать, либо мучиться, — вздохнул Снейп.

— Шен, а ты сильная?

Вместо ответа змея обвилась вокруг хозяина и сжала кольца. Глаза Гарри полезли из орбит.

— Верю, верю, сильная! — прохрипел он. — И ядовитая! Пусти! Фух… Сэр, как думаете, если человек проснется от того, что его немного подзадушили, а над ним нависает огромная и определенно ядовитая змея, что он сделает?

— Постарается не шевелиться, полагаю.

— Ну вот. Так мы и поступим, — довольно сказал Гарри.

— Поттер, а вы соображаете, что человек, вынужденный просыпаться каждый час, спит очень чутко?

— Да. Поэтому надо засечь момент, когда он только-только очухается и потянется за фляжкой. И тут его хватать. Шен, придется понаблюдать немного и только потом действовать. Справишься?

— Пос-с-с-тараюсь, хос-сяин, — ответила та.

— И смотри, чтобы он тебя там ничем не приложил! — напутствовал Гарри. — Не давай ему схватиться за палочку! Если что, сразу кусай. Так и так ясно станет, что это не Грюм.

— Поттер, вы с ума сошли?! — опомнился Снейп.

— Никак нет! — отрапортовал тот. Шен соскользнула с его колен и растворилась в темноте. (Профессор так и не смог понять: то ли в стенах есть дыры, причем достаточно большие, то ли змея минует эти стены иным образом. Сотворил на свою голову!) — Давайте смотреть, сэр! Глядите, карта животных тоже показывает! Вот миссис Норрис, вот чей-то кот, не знаю такого… А Шен нету, кстати. Может, это потому, что она волшебная?

— Понятия не имею, — сознался тот. — Поттер, вы сейчас носом клюнете в свою карту!

— Не-не, я не сплю, — тот снял очки и протер глаза. — Я должен дождаться финала!

Он достал из кармана лимон и впился в него зубами. Снейп привычно передернулся.

…Точка с подписью Барти Крауч-мл. не двигалась уже полтора часа. Гарри ненадолго уснул, проснулся и продолжил гипнотизировать карту взглядом.

— Как думаете, сэр, пора? — спросил он.

— Пожалуй. Только вы останетесь здесь! — бросил Снейп и пояснил: — Не нужно, чтобы он вас увидел.

— Вот всегда самое интересное — без меня! Ладно… Ни пуха ни пера, сэр!

— К черту, Поттер, к черту…

* * *

«Привет, яблоневая плодожорка!

У нас продолжается веселье. Для начала, мы вычислили того гада, что и имя мое в Кубок подкинул, и саму эту кастрюлю заколдовал! Моя змейка помогла! Ну а с картой убедиться в ее словах вообще было легче легкого.

Представляешь, весь год нас учил очень крутой Пожиратель смерти под оборотным зельем! (Да, того аврора, которого он подменил, нашли. В больнице отлеживается, немудрено — столько времени проваляться бревном.)

Когда мы это вычислили, то придумали правдоподобную версию расследования для аврората, а потом послали мою змейку придержать клиента (знаешь, живой канат в два с половиной метра и толщиной в руку кузена — это очень весомый аргумент, особенно если этот канат еще и смертельно ядовитый). Я тебе рассказывал, за час действие зелья выветривается.

На дело сам-знаешь-кто меня не взял, но я так страдал, что он потом показал мне воспоминания. Это было круто! Почти как видик, только ты как бы сам там находишься.

Значит, врывается он в спальню липового профессора, причем умело так врывается, как наши спецназовцы, чтобы под пулю… тьфу, заклинание сразу не угодить, и сразу хлобысь это тело обездвиживающим, да не одним! Хотя тот и так не сумел бы руку поднять, я же говорю, моя змейка — прелесть! Потом сам-знаешь-кто змею отпустил и воспоминания подменышу подправил, потому как о ней никому знать не надо. Дальше оформил клиента, как полагается, чтоб и пальцем не шевельнул, палочку отобрал, а потом все по знакомому сценарию — авроры толпой, шум, беготня…

Директор, ясное дело, снова оскорбился: не сказали ему первому! А почем я знаю, может, он от доброты душевной этого парня бы отпустил? Или наоборот… Нет уж! Так что теперь идет следствие: как подменыш умудрился сбежать из Азкабана, что с ним было потом, как он подловил настоящего профессора и так далее. Там такой перечень, что загремит он обратно, как пить дать, если не что похуже. Тем более, Павлин подключился (как же, единственного сынулю превращают черт знает во что!) и бабка Лонгботтома (у мальчика и так психологическая травма, а тут всякая сволочь… дальше непересказуемо), а против этого тарана даже министр не устоит. В общем, даже если подменыш вдруг самоубьется, шумиха уже стоит такая, что фиг заткнешь.

П.С. Привет от Луны!

П.П.С. Слушай, вы с Ханной поссорились, что ли? Чего она такая мрачная ходит? Я хотел расспросить, а она на меня наорала…»

* * *

«Привет, пожиратель лимонов!

У тебя что ни год — так приключения! Не хотел бы я так учиться, честное слово… (И, кстати, лови домашку по физике, хотя не знаю, когда ты на нее время найдешь.)

Но хорошо хоть, вычислили этого гада, а то вдруг бы он решил тебя сам укокошить? Или ему приказали бы… Бр-р-р! Как подумаю, аж мурашки по коже! Давай уже возвращайся на каникулы, я соскучился ужасно!

П.С. И Луне от меня привет! Спроси, ей не нужны хрустальные подвески от люстры? Я тут на чердаке нашел, они звенят так миленько…

П.П.С. Не обращай внимания. У нас с ней обнаружились непреодолимые разногласия во взглядах на равноправие магов, магглорожденных и просто магглов. Причем понять мои выкладки она понимает, но принять не может. Пока не может, ха-ха! Ничего, подуется немножко и снова начнет мыслить здраво. Надеюсь, за лето точно остынет.»

* * *

«Здорово, плодожорка!

Мне самому эти приключения уже так надоели, что сил нет! (Отправил домашку. Не переживай, время найдется. Я ж все равно тут почти ничего не делаю.)

Кстати, я был прав. Подменыш — тю-тю. В смысле, якобы покончил с собой. Следствие, правда, все равно продолжается, там много чего накопать успели.

Скоро приеду, жди! А ты отпрашивайся на пару недель на Гриммо, к крестному-то я точно поеду, а он обещал какой-то сюрприз, так что…

П.С. Непременно нужны!

П.П.С. Понял. Не лезу. Хм, если ты ее убедишь, это будет очень даже интересно! Потом перенесем опыт на других. Я вот Павлинышу мозги клюю понемногу, он хоть перестал обзывать магглорожденных нехорошим словом. Потому что знает: если я услышу, он получит затрещину. А от моих затрещин он почему-то падает либо носом в пол, либо животом на мою коленку, а это больно. Так-то!»

21

— Красота какая! — сказал Терри, плюхаясь на белый песок.

— А то! — ответил Гарри, приземляясь рядом. — Ты на Сириуса глянь, ну чисто ребенок маленький…

Тот как раз пытался то ли оседлать серф, то ли просто нырнуть в волну, у него ничего не получалось, но меньше веселиться от этого Блэк не стал. Его кузина недовольно наблюдала за шумной забавой, укрывшись от солнца под большим пляжным зонтом. Разумеется, она не могла себе позволить открытый купальник, поэтому щеголяла в легком летнем платье. Впрочем, охлаждающие чары никто не отменял.

— Ну а чего ты хочешь, — рассудительно произнес Терри, — человек не то что пляжа, неба столько лет не видел, надо ж ему оттянуться!

— Да я разве спорю? — Гарри довольно потянулся. — Эх, еще бы Луну сюда…

— А чего, отец ее не отпустил?

— Не, он по ней очень соскучился, так что они вдвоем куда-то умотали, — пояснил Поттер. — Но вообще Сириус здорово придумал. Я тыщу лет на море не был!

— Ха, я тоже, — фыркнул приятель. — Красотища! Но, наверно, в копеечку влетело, а?

— Наверно, — пожал плечами Гарри, рисуя узоры на песке. — Я не спрашивал. Охота ему была устроить сюрприз, так я не возражаю!

— Почаще бы такие сюрпризы… — протянул Терри. — С тобой крайне полезно дружить…

— А ты сомневался? Эх… Жалко, каникул осталось всего ничего. Еще дома пару недель побыть, а там обратно в школу…

— Ты уж как-то не так тоскливо об этом говоришь, как раньше, — поддел Терри. — Из-за Луны, да?

— Не только, — покосился на него Гарри. — Там, видишь ли, остались нерешенные дела. Ну, ты понимаешь, о чем я.

— Ага. Бэкапы, — тот осторожно посмотрел на Беллатрикс, но она углубилась в книгу и к тихому разговору не прислушивалась. — Все думаешь, как их покоцать?

— Именно. Ну, о способах я тебе рассказывал, — сказал Поттер. — Причем, что ценно, василиск у нас есть. Только он спит, а Шен отказывается его будить, потому что ей это не по статусу. Выходит, придется мне.

— Ты сдурел? Или на солнышке перегрелся? — нахмурился Хиггс. — Ты что, намерен сунуться к василиску в пасть?!

— Ну один я туда точно не попрусь, — заверил Гарри. — Осталось только убедить профессора, что я не сошел с ума… А потом убедить василиска, что я невкусный, и уговорить понадкусывать все то барахло, что мы успели собрать. Даже и не знаю, с кем будет сложнее!

— С профессором, — уверенно ответил Терри. — Ну и авантюрист ты, приятель! Только будь поосторожнее, не хотелось бы, чтобы понадкусывали тебя, а не артефакты!

— Само собой. Я еще пожить хочу! — фыркнул тот. — Пошли купаться!..

…-Поттер, вы рехнулись, — ожидаемо произнес Снейп, когда тот после каникул явился к нему с очередным безумным планом.

— Да ладно вам, сэр, — сказал тот, с ногами забираясь в кресло и начиная грызть лимон. — Ни за что в жизни не поверю, что вам неинтересно попыриться на живого василиска!

— Главное, чтобы он на меня не попырился, — буркнул профессор. Конечно, ему было интересно! Вот только он вполне осознавал опасность такого мероприятия.

— А я его попрошу глаза не открывать, — обрадовал Гарри. — Ну а в крайнем случае вы ж можете его заавадить. Для наших целей и от дохлого клыки сойдут, правда ж? Хотя жалко реликтовое чудовище уничтожать… Но если придется выбирать между ним и собой, я все-таки выберу себя.

— Ну хорошо, — сдался Снейп, понимая, что с Поттера станется полезть к василиску в одиночку. — И как вы предлагаете попасть в это подземелье? Вы научились ходить сквозь стены?

— Ну что вы, сэр! — мерзко ухмыльнулся тот. — Я еще в прошлом году выяснил, как туда залезть. Правда, подозреваю, там будет грязновато, но тут уж выбирать не приходится…

— И когда вы намерены провернуть это дельце? — поинтересовался профессор.

— Да чем скорее, тем лучше, — ответил Гарри. — Когда у вас с утра занятий нет? Накануне тогда и пойдем. Чтоб уж разделаться с этим… Как Метка-то?

— Все так же, — неохотно ответил Снейп. — Но пока все тихо.

— Вот пока тихо, и надо действовать, — авторитетно заявил Гарри. — Чтоб не в суматохе… Я правильно понял, сэр, что если уничтожить эти хоркруксы, то властелин ваш заметно ослабнет?

— Угу.

— Ну супер. Он сейчас и так не в форме, а тут еще такая подлянка. — фыркнул Поттер. — Ну так чего, когда на дело-то идем?

Снейп подумал и наконец решил:

— В пятницу. Только вы, Поттер, речь заранее отрепетируйте, а то вдруг этот василиск спросонья зол будет… У вас может не оказаться времени собраться с мыслями.

— Само собой, сэр, — серьезно кивнул тот. — Я так думаю, общаться с ним надо самыми простыми фразами. Фиг его знает, может, он давно в маразм впал…

«Мерлин великий, ну на что я опять подписался? — вздохнул про себя профессор. — С другой стороны, если Поттер сумеет убедить эту тварь уничтожить хоркруксы, это уже хорошо. А если он вдруг сможет упросить василиска поделиться ядом или там чешуей… Это же золотое дно!»

Каковой мыслью он немедленно и поделился с подростком.

— Фигня вопрос, — отреагировал тот, дожевывая лимонную корку. — Если в принципе сладится, то попрошу. Жалко ему, что ли…

…В ночь на пятницу Гарри тщательно собрался и отправился к Снейпу.

— Вы бы, сэр, мантию-то сняли, — сказал он, придирчиво оглядев профессора.

— Зачем? — не понял тот.

— Затем, что придется лезть в канализацию, — терпеливо пояснил Гарри. — А там, судя по запашку, не особо чисто. Видите, какую я рванину напялил? Это чтоб не жалко было!

— А очищающие чары вам не знакомы, да, Поттер? — ядовито спросил Снейп.

— Знакомы, но возиться влом, — честно ответил тот.

— Я боюсь, если кто-то повстречает меня без мантии, его придется откачивать.

— Ну, если у вас под ней ничего нет, тогда да, наверняка, — задумчиво произнес Гарри.

— Поттер!..

— Знаю, знаю, я ужасен! — махнул тот рукой. — Так что, идемте, сэр?

— Идемте… Кстати, куда именно?

— В туалет Плаксы Миртл, — хихикнул Гарри. — Ну что вы так смотрите, сэр? Вход там. И я не виноват, что тот, кто оборудовал это подземелье, был таким извращенцем!

— Хм… — Снейп помолчал. — Поттер, а скажите-ка мне, почему профессор МакГонагалл в последнее время опасается выходить по вечерам из своих комнат? Она даже замок патрулировать перестала…

— Без понятия, сэр, — помотал тот головой.

— А еще от нее третий день пахнет валерьянкой…

— М-м-м… госпожа профессор запила, что ли? — удивился тот. — Нет, я еще на первом курсе хотел ей валерьянки подлить, но не рискнул, а потом вообще забыл, так что я тут опять же ни при чем!

— А почему она выспрашивала меня о фамилиарах моих студентов? Я имею в виду, слизеринцев? — не отставал Снейп.

Гарри резко затормозил и врезал себе ладонью по лбу.

— В чем дело, Поттер?

— Так Шен же! — сказал тот. — Ну это… Помните, когда вы ее создали, я ее отправил охотиться на крыс. И предупредил, чтоб не трогала миссис Норрис. А о МакГонагалл-то я и забыл! А она ж любит кошкой побродить… Вот блин! Хорошо, что Шен ее до инфаркта не довела, был бы номер!

— Да уж, — буркнул Снейп, но тут же не выдержал и ухмыльнулся, представив шок коллеги, вышедшей на вечерний променад и нарвавшейся на громадную змею. Хотел бы он посмотреть на это! — Вы уж не забудьте предупредить свою питомицу и о анимагической форме профессора.

— Да уж постараюсь! — фыркнул Гарри. — Мне еще мокрухи не хватало для полного счастья… Сэр, мы пришли. Так… Сезам, откройся!

Раковина уже привычно ушла вниз, открывая тоннель.

— М-да, пожалуй, мантию я и в самом деле сниму и оставлю здесь, — задумчиво произнес Снейп. — И как вы собираетесь спускаться, Поттер? Левитировать ведь вы не умеете, не так ли?

— Не-а, — ответил тот и принялся разматывать веревку, до того спрятанную в сумке. — Я думаю, если ее обмотать вокруг пары унитазов, меня они точно выдержат. А вы, наверно, левитировать как раз умеете, сэр?

— Умею. Только вы уверены, что длины хватит?

— Нет, — оптимистично ответил Поттер. — Но Миртл говорит, это тут почти отвесно, а дальше полого, можно на заднице съехать. Я вот и картоночку припас!

— А выбираться вы как намерены?

— Ну, вы что-нибудь придумаете, сэр! — с завидной верой в лучшее ответил Гарри. — Ну что, я полез!..

Как и предсказывал Снейп, длины веревки не хватило и на треть пути, дальше Поттер усвистел по широкой трубе на своей картонке с матерным воплем, сперва испуганным, потом восторженным.

— Спускайтесь скорее, сэр! — проорал он снизу. Акустика в трубе была отменной. — Тут круто!

— М-да, действительно… — проговорил тот, мягко опустившись рядом с Поттером, который заправлял задравшуюся футболку в джинсы.

В свете Люмоса видны были мрачные стены, покрытые то ли илом, то ли слизью.

— Ничего так отгрохали, — оценил Гарри. — Интересно, это мы где сейчас? Как бы не под озером…

— Понятия не имею, где мы.

— Ну и пофиг. Я так думаю, нам в ту сторону, сэр, — кивнул тот и зашагал вперед, бодро насвистывая. — Ой, бля!

Реакция у Снейпа всегда была отменной, он успел схватить Поттера за плечо, отшвырнуть себе за спину и запустить оглушающим заклинанием в гигантскую змею практически одновременно.

— Фу-ты, ну и пересрал же я, — честно сознался Гарри, выглядывая из-за спины профессора. — Гы, да это ж шкура просто… Это, выходит, змеюка еще и линяет? Круто! Вам пригодится, сэр?

— Еще как, — ответил тот, разглядывая нежданную добычу. Да она тянула на сотни, если не тысячи галеонов!

— Только я пару чешуек отдеру, — деловито произнес Поттер, проделывая это. — Луне на серьги. Больно уж красивые! Идем дальше, сэр? Шкуру и на обратном пути прихватить можно…

«Угу, если он будет, этот путь», — подумал Снейп, но вслух ничего говорить не стал.

— Вау, вот это дверки! — оценил Гарри, чуть не уперевшись лбом в массивную преграду. — М-м-м… А ничего так изумрудики… Может, выковырнуть, а, сэр?

— Поттер, прекратите паясничать, — нахмурился тот. — Мы тут всю ночь будем торчать?

— Ладно, ладно… Сезам, откройся! Ух ты! Вот это хоромы!..

Гарри завертел головой по сторонам, разглядывая гигантский зал, громадные колонны и чудовищных размеров статую.

— Это что за хрен? — деловито поинтересовался он.

— Подозреваю, что Слизерин, — ответил Снейп, вглядываясь в скрытое тенями каменное лицо. Делать замечания за ругань он уже устал. — Вы что, «Историю Хогвартса» вообще не открывали, Поттер? Там портреты Основателей на первой странице!

— Да поди признай их по этим картинкам, — фыркнул тот. — Гм. Ну и где же тут мог заныкаться василиск? Судя по той шкурке, это тварь здоровущая… Шен! Ше-ен!

— Тиш-ше… — появилась откуда-то змея.

— Чего тише-то, мне его разбудить надо! — возмутился Гарри.

— Надо уваж-ш-шительно! — с укоризной прошипела та.

— А, ну так сразу бы и сказала… — Поттер почесал в затылке. — Гм… А он услышит, если я позову?

— Долж-ш-шен…

— Ну ладно… Сэр, — Гарри повернулся ко Снейпу. — Вы б, может, отошли за колонну? А то фиг знает, вдруг я не смогу с ним договориться? Тогда придется его валить, но не в упор же, стремно…

Тот молча кивнул, признавая правоту мальчишки, и отступил подальше, но так, чтобы видеть Поттера.

— Уважаемый василиск! — завел тот. — Не соблаговолите ли на минуточку проснуться и показаться? У меня к вам страшно важное дело, и только вы можете помочь в этом! Нормально? — спросил он у Шен. — Глубокоуважаемый василиск, мне очень неловко вас будить, но времени у нас совсем мало!

— Прос-с-снулся… Ползс-сет с-сюда… — сообщила Шен.

Пол тяжело задрожал, а статуя Слизерина пришла в движение: казалось, будто этот мрачный тип зевает.

— Уважаемый василиск! — завопил Гарри, зажмурившись на всякий случай. — Не могли бы вы прикрыть глаза? А то ж я окаменею и не смогу объяснить, зачем вас будил!

— Это мож-ш-шно… — гулко прошелестело под сводами, и из открытого рта статуи начала выползать колоссальная змея. — Ш-ш-што тебе нуж-ш-шно, говорящ-щ-щий?

— Да это… Здрасьте… — Гарри осторожно приоткрыл один глаз, обнаружил у себя перед носом морду василиска, по счастью, с закрытыми глазами, и добавил: — Ой, мамочки! Какой вы большой-то…

— С-с-старый… — прошипел тот. — Ус-с-стал… С-с-столько лет с-с-сплю…

Стоящий за колонной Снейп был близок к тому, чтобы начать по-маггловски креститься.

— Ш-што желаеш-шь? — повторил василиск.

— Ну, если вас не затруднит, не могли бы вы понадкусывать пару зловредных вещичек? — спросил Гарри, отчаянно сигналя Снейпу, который, между прочим, пер хоркруксы на себе. — Видите ли, их только ваш яд и возьмет! Ну пожа-а-алуйста!

— Покаж-ш-ши… — велел тот, и профессору волей-неволей пришлось покинуть убежище и выложить перед чудовищем набор артефактов.

Раздвоенный змеиный язык чутко ощупал их все, и василиск явно задумался.

— Что, не станете? — огорченно спросил Гарри.

— Слиш-ш-шком мелкие… — ответил тот. — Как достанеш-ш-шь?

— Гм… — Поттер почесал в затылке и повернулся к Снейпу. — Сэр, а если просто тыкнуть клыком в хоркрукс, тоже ведь сойдет?

— Надеюсь… — мрачно ответил тот. Близость василиска очень нервировала.

— Ну тогда, уважаемый василиск, если вас не затруднит приоткрыть пасть, я сам их вам на клык надену, — решил Гарри. — Ну то есть если вы не против.

— Пус-с-скай… — прошелестел тот и разинул пасть, в которой, казалось, запросто мог поместиться автомобиль.

— Вы с ума сошли, Поттер! — прошипел Снейп. — Если вы хоть заденете…

— Спокойствие, сэр, — ответил тот и вытащил из заднего кармана рукавицы из драконьей кожи… явно прихваченные в профессорской лаборатории. — Все под контролем! Я, видите ли, предполагал что-то в этом роде, когда Шен мне рассказала о размерах уважаемого василиска. Все-таки чаша для него и впрямь маловата, не говоря уж о медальоне! А начнем мы, пожалуй, с дневника…

Крепко ухватив тетрадку обеими руками, Гарри подошел вплотную к жуткой морде и, глубоко вздохнув, насадил артефакт на длиннющий острый клык, истекающий ядом.

Хогвартс, казалось, содрогнулся. Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Чернила потоком хлынули из дневника, по рукам Гарри потекли ручьи, заливая пол, потом наступила тишина, нарушаемая лишь упорным «кап, кап, кап»- это чернила всё ещё сочились со страниц дневника: яд василиска прожёг в нём шипящую сквозную дыру.

— Круто! — сказал Поттер и отбросил бесполезный хоркрукс. — Следующий, пожалуйста!

Снейп молча передал ему чашу. Все-таки в безбашенности Поттера были свои плюсы… Сам он вряд ли бы рискнул пойти на такое, да и с василиском бы договориться не сумел. В лучшем случае, прикончил бы древнее чудовище, чтобы воспользоваться его клыками…

— Вот и всё! — радостно сказал Поттер и хотел было стащить перчатки, но Снейп успел поймать его за локоть и указал взглядом на клыки. — А! Уважаемый василиск, а вы не позволите нацедить у вас немного яду? А то мало ли, еще такая пакость попадется, вот чтоб вас лишний раз не тревожить…

Громадная голова утвердительно качнулась, и профессор живо подсунул Гарри флакон.

— Вы бы еще в чашу Хаффлпаффа предложили нацедить, — фыркнул тот. — Чего уж мелочиться-то? Кстати, а это идея, а то во флакон неудобно, потом перельем…

Снейп молча прикрыл лицо рукой.

— Спасибо, глубокоуважаемый василиск, — искренне сказал Гарри, покончив с делом. — Вы нам так помогли, даже не представляете…

— Было невкус-с-сно, — прошипел тот.

— Простите уж, другого выхода не было… Может, вам гостинчик какой-нибудь передать? Пару овец там или еще чего? Я б на кухне стырил!

— Буду приз-с-с-нателен, — отозвался василиск. — В З-с-сапретном лес-с-су мало вкус-с-с-ной дичи…

— А, ну я тогда загляну на днях, — пообещал Поттер. — Оставлю тут, а Шен вам передаст, чтоб забрали. Можно ей?..

— Мож-ш-шно… — благосклонно ответил монстр и начал разворачиваться, чтобы вернуться в свое логово. — Прощ-щ-щай…

— До встречи, — оптимистично сказал Гарри и повернулся к Снейпу. — Всего и делов! А что это вы такой бледный, сэр?.. Кстати, помогите мне с перчатками, пожалуйста. А то одну-то я сниму, а за другую голой рукой хвататься как-то боязно…

Тут профессор сообразил, какое зрелище представляет собой, стоя в подземелье с чашей Хаффлпаффа, полной яда василиска, в одной руке и диадемой Рэйвенкло и медальоном Слизерина в другой. Реликвии немного пострадали, но в целом остались вполне узнаваемы, можно было бы вернуть их на факультеты, да только пришлось бы объяснять, откуда они взялись. Впрочем… Чаша уже имелась, диадему Поттер с Лавгуд честно отыскали в Выручай-комнате, ну а медальон вполне мог передать школе тот же Блэк!

— Надо выбираться, сэр, — сказал Поттер. — А то мы тут такое землетрясение устроили… чего доброго, директор всполошится.

— Да, — отмер Снейп. — Идемте. Вам придется взять вот это всё, мне нужны свободные руки.

— Угу, я возьму всё это барахло, а вы возьмете меня, правильно я понял? — хмыкнул Гарри. — О, и шкуру еще надо не забыть! М-м-м… Интересно, а что дальше?

— Дальше я умру раньше времени, — хмуро ответил профессор. — Потому что вы меня все-таки вгоните в гроб, Поттер!

— Я же вам уже сказал — ни-ког-да! — сказал тот. — Вы меня еще не всему выучили!

Снейп смог только тихо застонать…

* * *

«Привет, плодожорка!

Ну, скажу я тебе, это было приключение! Правда, я чуть было не обделался с перепугу, но это уж мелочи. Главное, с вещичками мы разобрались. Правда, где-то еще мотается змея властелина, но я рассчитываю на Шен.

Итак, я все же подбил сам-знаешь-кого слазить в подземелье к василиску, потому как одному стремно. (По-моему, он тоже чуть не того… в обморок не упал.) Василиск — змеюга размером с поезд метро (на самом деле меньше, конечно, но у страха глаза велики). Но вполне такая контактная тварь оказалась. Поди поскучай один в подвале столько лет, любому собеседнику обрадуешься! (Моя Шен теперь горда до ужаса — он ей разрешил с ним беседовать. У змей там тоже какие-то свои заморочки с этикетом есть.)

Мало того, что мы дельце провернули, так еще подобрали сброшенную шкуру (а она стоит дохренищи!), надоили яду… в общем, развлеклись. А у Луны теперь сережки из чешуек василиска, красиво офигенно, они такие ярко-зеленые, ей очень идет. Я еще несколько заныкал, хочешь, она для Ханны что-нибудь сделает? Кулончик или тоже серьги?

Одно мне интересно: проведал директор про наши подвиги или нет? Пока вроде помалкивает…»

* * *

«Привет, пожиратель!

Вижу, скучать тебе там просто некогда… Слушай, а ты не можешь василиска сфотографировать? Шен же снимал, помнишь? Интересно до ужаса! Но только если это не очень опасно, конечно, а то так вспышка полыхнет, а он тобой и закусит…

Знаешь, я тут подумал: с одной стороны мне немножко завидно — такие приключения! А с другой — еще пожить хочется. Ты там не особенно испытывай везение, а то мало ли… Сам говорил, у властелина еще бэкапы есть, эти ведь не последние были. А если он узнал, что их не стало, то наверняка разозлился до усрачки. Так что поосторожнее.

Если не жалко, то давай пару чешуек на серьги. Будут у нас девушки в униформе! Кстати, а директор-то чешую не опознает? Спросит девчонок, где такие штуки взяли, а они… С другой стороны, у Луны ничего не выведаешь, а Ханна… Ну, скажет, что я подарил. А я — что отец по моей просьбе в подарок купил. Нормально же?»

* * *

— Северус, мальчик мой… — директор выглядел усталым и больным. — Прошу, взгляни, можешь ли ты что-то сделать с этим…

Взглянув на черные, будто обугленные пальцы Дамблдора, Снейп только покачал головой. Остановить распространение действие проклятия он мог, но и только, о чем и сообщил.

— Хотя бы так… — произнес Дамблдор. — Представь, я не удержался! Я не смог преодолеть соблазна!

— О чем вы? — приподнял бровь Снейп.

— Ты же знаешь, что такое хоркруксы? — спросил тот. — Ну вот… Наш старый друг создал несколько, и я отыскал один из них. Знаешь, в детстве он был падок на яркие безделушки, которые отбирал у других детей. В зрелом возрасте он наверняка заменил игрушки чем-то посерьезнее…

— Так вы…

— Не удержался, — тихо сказал Дамблдор, разглядывая руку. — Так, знаешь ли, тянуло… Я надел кольцо.

— Что?

— Перстень Певереллов, один из Даров Смерти, — ласково объяснил директор седеющему уже зельевару. — Том был тщеславным мальчиком, он выбирал самое ценное, самое… А, что там! Северус, пожалуйста, мне нужно протянуть еще немного…

— Вы продержитесь, сколько будет нужно, — пообещал тот, стиснув зубы. — Я обещаю.

«Да сколько же можно обещать!» — воскликнул он мысленно и тут же увидел внутренним взором Гарри Поттера с его нахальной ухмылкой.

«А лично мне вы ничего не обещали, сэр! — нагло произнесло видение и откусило пол-лимона разом, даже не поморщившись. — Да и вообще у нас все круто выходит!»

— Том наверняка создал не один хоркрукс, — сказал Дамблдор. — Я уничтожил первый… Что с тобой?

— Н-ничего, поперхнулся, — ответил Снейп, действительно подавившийся чаем.

Его так и подмывало сказать, что Гарри легким движением руки уничтожил пять хоркруксов, но тогда пришлось бы выдать свое участие, существование василиска… словом, он промолчал.

— Том был падок на славу, — продолжал Дамблдор, разглядывая свои пальцы, — уверен, он постарался создать хоркруксы из родовых реликвий или просто ценных вещей. Вот список, Северус, мой мальчик, это то, что пропало за последние три десятка лет…

«Очень смешно!» — подумал тот, но склонился над списком вместе с директором. Тот явно что-то знал, потому что реликвии Основателей пометил галочками сразу.

— Что еще это могло быть?

— У лорда имелась змея, — в который раз повторил Снейп. — Я думаю, он вполне мог создать хоркрукс из нее, он с нею не расставался!

— Пускай… Итого шесть, — сказал Дамблдор, подумав. — Самое верное число, но…

— Но?

— Вмешался случай, — туманно ответил директор. — Спасибо тебе, мой мальчик. Прости за беспокойство.

— Ну что вы, — пожал плечами Снейп и сохранял на лице сдержанную полуулыбку, от которой шарахались встречные, до самого входа в свои покои.

Профессор ненавидел Поттера. Ненавидел его наглые замашки и маггловские шуточки. И манеры его ненавидел! И обязанность приглядывать, чтобы мальчишка не свернул себе шею раньше времени, хотя тот скорее бы свернул шею кому другому…

Он смертельно не хотел его потерять.

22

— Какой-то вы смурной, сэр, — сказал Гарри.

— Голова болит, — огрызнулся тот. — Не галдите!

Поттер послушно умолк: он знал, что если профессор в таком настроении, то его лучше не трогать, хуже будет. У него было, чем заняться…

— Хос-с-сяин! — Громадная змея скользнула на колени Гарри. Правда, половина ее тела теперь оставалась на полу, не умещаясь на Поттере. — Наш-шли! Наш-ш-ли!

— Чего нашли? — спросил тот, не отрываясь от задачек по математике.

— Зс-с-смею влас-с-стелина!

— Да ты что! — подскочил тот. — Вы слышали, сэр?! Шен, где она?

— Тащ-щат с-с-сюда, хос-с-сяин! Уж-ш-ше с-с-совс-сем близ-с-ско! — Та самодовольно облизнулась. С тех пор, как василиск проявил к ней благосклонность, она считалась выше по положению, чем все окрестные змеи, и могла им приказывать. Во всяком случае, так понял Гарри. — С-с-сильная… больш-ш-шая! Поз-с-своль, хос-с-сяин, я с-с-сама ее уничтож-ш-шу!..

— Да не вопрос, — ответил тот. — А куда тащат-то? В Хогвартс?

— В З-с-сапретный лес-с-с…

— Круто! — сказал Гарри. — Сэр, пойдемте посмотрим? А то я, конечно, могу и один, но с вами как-то спокойнее…

— Пойдемте, Поттер, что ж с вами сделаешь, — угрюмо ответил тот. Если Нагайну нашли здесь, то и Лорд с подручными может оказаться совсем рядом. Оставлять мальчишку без присмотра не годилось. — Только давайте потише…

— Ясное дело, чтоб не застукали… А давайте через подземелье выйдем? Где василиск живет? Он же ползает в лес, там ход есть, Шен его знает!

— Нет уж, мы пойдем обычным путем! — отказался Снейп. — Хватит с меня василиска… Одной встречи более чем достаточно!

— Да? — огорченно сказал Гарри. — А мне он понравился…

— Вам вообще Мерлин знает что нравится! Хватило вам ума подарить Лавгуд его чешую…

— Мерлина?

— Василиска! Директор ее серьги чуть не обнюхивает, знает же, что у ее отца нет денег на такие покупки!

— Ой, да пусть, — фыркнул Гарри. — Она правды все равно не скажет. Ну идемте уже, сэр! Я ж от любопытства помру!

— Вот это уж точно, — точно так же фыркнул Снейп. — Ваше любопытство вас когда-нибудь погубит!

— Кто бы говорил, сэр, — с достоинством ответил Поттер. — Кто на прошлой неделе лабораторию взорвал? Доэкспериментировавшись с ядом василиска из этого самого любопытства, между прочим? Хочу отметить, это был ну никак не я!

Профессор рыкнул на него, но как-то уже больше по привычке.

— Идем!

На опушке Запретного леса было темновато, пока Снейп не засветил мощный Люмос. Теперь стало видно, что в траве свился клубок из нескольких десятков самых разных змей, облепивших еще одну, громадную, похожую на кобру.

— Она? — деловито спросил Гарри.

— Она самая, Нагайна…

Снейп шагнул поближе, чтобы удостовериться в этом, и вот тут-то гигантская змея и рванулась, как разжавшаяся пружина, прямо ему в лицо.

«Ну вот и все…» — подумал он, понимая, что не успевает даже отшатнуться, и тут же грохнулся наземь.

— Не ушиблись, сэр? — с тревогой поинтересовался Гарри.

— Ч-что это было? — заторможенно спросил Снейп, глядя, как почти вплотную к ним две огромные змеи сплелись в смертельном поединке. Нагайна была крупнее, но зато Шен — быстрее.

— Футбольный подкат, сэр, — ответил Поттер, поднимаясь и отряхиваясь. — Палочку я выхватить не успевал, а вот врезать вам под колени, чтоб эта тварь промазала — вполне.

— В маггловском воспитании есть свои плюсы… — процедил профессор, тоже отряхиваясь. — Спасибо, Поттер. Похоже, вы мне жизнь спасли.

— Фигня, сэр, — сказал тот с достоинством.

— Это в вашем семействе уже становится традицией, — не смог не съязвить тот.

— Надеюсь, нет, — хмыкнул Гарри. — Живым и невредимым вы мне как-то больше по душе, так что уж… не суйтесь под Авады, что ли? А то ведь я могу не успеть лоб подставить!

— Шуточки у вас, Поттер, неаппетитные, — нахмурился тот. — И вообще, вы, кажется, собирались посмотреть на поединок?

— Угу… — кивнул тот и завопил на весь лес: — Давай, Шен, милая, не подведи!

Змеи свивались клубком, отлетали друг от друга, яростно шипели, но ни одна пока не могла взять верх. И вот наконец Шен, немыслимо извернувшись, запустила клыки в основание шеи Нагайны… Та забилась из последних сил, но вскоре обмякла…

— Хм, — сказал Гарри, — а говорили, хоркрукс только теми тремя вещами можно уничтожить. Шен, лапочка, да ты крута!

— С-с-спас-с-сибо, — прошипела та, выпуская жертву. — Вас-с-силис-ск может поделитьс-с-ся ядом, ес-сли нуж-ш-шно… Понимаеш-ш-шь?

— Догадываюсь, — кивнул Поттер. — Намазала клычки его ядом? Ну ты у меня предусмотрительная девочка…

— Хос-сяин, поз-с-своль мне с-с-съесть ее!

— Сэр? — спросил Гарри у Снейпа. — Она сама в хоркрукс не превратится, если поужинает этак вот?

— Н-нет… Не должна, — заторможено ответил тот.

— А, ну ешь тогда, — разрешил Поттер змее. — Только осилишь ли?

— Я раз-с-сделю трапез-су с-с-с ос-с-стальными, в благодарнос-с-сть за помощ-щ-щь… — облизнулась Шен, и тело Нагайны исчезло под сплошной копошащейся змеиной массой.

— Бр-р! — вздрогнул Гарри. — Пойдемте, сэр? А то вон там, кажется, фонарь мелькает, как бы это не Хагрид оказался… То-то будет ему сюрприз!

— И не говорите, Поттер, — тяжело вздохнул тот.

— Выходит, — вслух рассуждал тот по пути обратно в замок, — дело идет к концу, а, сэр? Нагайну придавили. Насчет кольца вот непонятно… Остальное-то мы вроде нашли. Если у него еще чего-нибудь в загашниках не завалялось, конечно…

— Угу, — мрачно произнес Снейп, о перстне решивший помалкивать. — Лорд был сильным магом, но создать более одного хоркрукса — и то не всякому под силу, а у него мы их насчитали шесть как минимум. Так что могут оказаться и другие.

— Но у него мания величия, сэр, — напомнил Поттер. — А известных реликвий вроде бы не так уж много, разве нет?

— Тоже верно…

— Сэр, а интересно, почему властелина развоплотило, именно когда он на меня попытался наехать, а?

Снейп замер на полушаге. Внезапная догадка ему совершенно не понравилась.

— Создание даже одного хоркрукса — сложное деяние, которое отделяет часть души, — скороговоркой произнес он. — Для него нужен ритуал, включающий в себя убийство. Но вас Лорд убить не смог…

— Та-ак… — произнес Поттер с интересом. — Вместо этого сам гикнулся, да? И что?

— Подозреваю, что один из не найденных хоркруксов — это вы, — убитым голосом произнес Снейп. — Авада не оставляет шрамов. А он у вас… своеобразный. Вы не знаете, но профессор Квиррел… гм… некоторым образом носил в себе часть Лорда.

— И поэтому у меня в его присутствии трещала башка? — проявил сообразительность Гарри. — Вот блин!!! И чего теперь? Допустим, самого Лорда найдут… а я как же? Выходит, чтоб окончательно уничтожить эту падлу, мне придется помереть?!

— Боюсь, что так… — выдавил профессор.

— М-да. Не нравится мне эта идея, — вздохнул Поттер. — А может это, пусть его, когда найдут, в зоопарке держат или в Отделе тайн? А я поживу себе спокойно… Хотя, блин, вдруг его оттуда выкрадут? Мало ли психов? Уф… Ну и задали вы задачку, профессор!

— Я задал?!

— Ну не я же, — хладнокровно ответил Гарри. — Ладно… С этим надо переспать. А потом дальше думать будем. Пока-то чего психовать?

У Снейпа было невыразимо пакостно на душе. Стыдно сказать, но он, нелюдимый и недобрый человек, непостижимым образом успел привязаться к Поттеру. Не тому, которого придумал, сыну Джеймса и Лили, а просто к хамоватому и умному (чего греха таить!) парнишке. Тот был себе на уме, но что ж с того?..

* * *

Дни летели незаметно, Снейп исправно поставлял Дамблдору восстанавливающие средства, но те, судя по всему, действовали слабо.

Насчет хоркруксов он перечитал все, что смог найти, даже, наступив на горло собственной гордости, связался с Блэком, но тот ничем помочь не сумел. Балбес еще тот! Но по всему выходило, что шесть хоркруксов — предел. Вот лорд их создал, а на седьмом и развоплотился, то ли сноровку потерял, то ли еще что…

— Северус, зайди ко мне, будь добр, — послышался вызов, и Снейп устремился в директорский кабинет. Он ненавидел это всей душой, но бросить Хогвартс не мог, наобещал лишнего, как сказал бы старый друг Люциус… Вот уж кто умел давать такие клятвы, которые при случае ничего не стоило обойти!

Выслушав новости, профессор обомлел: Отдел тайн не сидел сложа руки, как обычно, он сумел отловить немногих оставшихся приспешников Лорда и даже захватить его новое тело, каковое подлежало теперь тщательному изучению и дальнейшему уничтожению.

— Вот так, — сказал Дамблдор. Снадобья Снейпа еще поддерживали его в форме, но больше года профессор ему не дал бы. — Знаешь, мой мальчик, я очень устал…

— Если вы намерены завещать директорское место мне, то лучше не нужно, — сказал Снейп. Ему хотелось на волю. — Я не оценю, дети расстроятся… Профессор МакГонакгалл займет ваше место, а я всегда готов прочитать курс по продвинутым зельям…

— Ты смотришь в будущее, — усмехнулся тот. — Но нас не отпускает настоящее. Я о хоркруксах, мой дорогой. Да, да, и не меняйся в лице, ты давно уже догадался, что один из них — это твой драгоценный Гарри.

— Я бы попросил!.. — зашипел Снейп, привставая, потом понял, что это бесполезно, сел на место и безнадежно спросил: — Никакой ошибки?

— Увы… В этот раз я и рад бы ошибиться…

— Он — хоркрукс?

— Именно.

«Можно, я с вами посижу, сэр?» — и тяжелая голова лежит на плече.

«Ой, ну подумаешь, так уж сильно напакостил! Я в момент отмою!» — зеленые глаза весело блетят из-за очков.

«А по биологии и химии книги вон там, сэр, и тележку сразу возьмите, что я, не знаю вас, что ли? А мы с Терри пока фантастики наберем!»

— …и только он, сразившись с Темным лордом, сумеет одержать победу!

— Да уж скажите прямо, Гарри придется принести себя в жертву! — прервал воодушевленную речь директора Снейп. — Да, я так и понял…

— Северус!..

Тот грохнул дверью, добрался до своих комнат и собрался уж было напиться в хлам, как вдруг увидел на столе записку:

«Вот не вздумайте нажраться, сэр! А что, если вы вот прям сейчас понадобитесь?»

Записка была странной, зато и надираться Снейпу расхотелось.

* * *

— Ты уверен? — спросила Луна.

— Не-а, — ответил Гарри, — но, знаешь, иногда другого выбора нет. Если что, ты знаешь, где взять… ты знаешь, что.

— Да, — спокойно ответила девушка. — Давай, я тебя поцелую.

— Ага, — улыбнулся он. — Давай. Только чтоб от всей… м-м-м… ого!.. Ну, Луна!..

— А я что? Я ничего, — флегматично ответила та. — Удачи.

Гарри поднял руку и пропал из виду.

* * *

«Привет, плодожорка!

Очень может быть, что пишу я тебе в последний раз. Понятия не имею, что бы такое пафосное задвинуть… Что ты мой лучший друг, ты и без того знаешь, а об остальном и говорить нечего.

Короче, у нашего властелинчика остался еще один бэкап — и это я, парниша! Аплодисменты в студию… Ну так вот, напоминаю, живой бэкап можно только убить. Я попробую кое-что сделать, но не думаю, что выйдет…

Не поминай лихом, плодожорка!

Завещание я написал, там дяде с тетей прилично причитается, крестному и тетушке Белле тоже, ну также сам-знаешь-кому, Луне с отцом и вам с родителями, конечно. Ты проследи, чтоб тетю Туни не обидели, ладно?

В общем, и все.

Навеки твой, пожиратель лимонов.»

* * *

Луна Лавгуд уже собиралась лечь спать, когда в окно заколотилась сова.

«Луна! Гарри задумал что-то самоубийственное! Скорее скажи профессору Снейпу! Терри», — прочла она.

— Что-то срочное? — спросила соседка.

— Нет, что ты… — Луна сосредоточенно расчесывала волосы. Тетя Гарри велела ей следить за собой, и она старалась изо всех сил. — Сто пятьдесят!

— Что?

— Я провела щеткой по волосам сто пятьдесят раз, — ответила девушка. — Пойду прогуляю боздыханов перед сном…

Ну и кто бы стал следить за нею после таких слов?..

…Снейп открыл дверь на стук и обмер.

— Мисс Лавгуд? В чем дело?

— Видите ли, сэр, — спокойно произнесла она, — судя по всему, Гарри пошел к василиску.

Снейп на мгновение онемел, потом кинулся к камину, понял, что теряет время…

Лавгуд неподвижно стояла в дверях.

— Соберите других преподавателей! — велел он и ушел другим путем.

— Пф! Можно подумать, Гарри первый раз туда спускается, — пожала плечами Луна и неторопливо отправилась выполнять поручение.

* * *

Снейп влетел в Тайную комнату вихрем и сразу же понял, что опоздал.

Шен была на страже, и когда Снейп попытался подойти ближе, приняла недвусмысленно угрожающую позу. Видимо, Поттер велел ей не подпускать никого, кто мог бы помешать его затее… Ну а убивать змею или что-то делать с ней в присутствии василиска профессор, мягко говоря, опасался.

Гарри стоял нос к носу с прикрывшим глаза василиском и что-то тихо ему нашептывал.

— Понял? — разобрал профессор. — Открой глаза, а потом укуси, как те вещи. Не наоборот. И больше мы тебя не побеспокоим, честное слово, если сам не попросишь!

— Хорош-шо… — прошелестел тот.

Гарри сунул руку ему в пасть.

Василиск открыл глаза. Снейп чудом успел зажмуриться.

Сперва раздался звук падения, а затем замок сдрогнулся до основания. Снейпу почудился далекий вопль, и он открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как хвост василиска скрывается во рту статуи, а над неподвижно распростертым Гарри тает темное облачко.

— Поттер… — окликнул он, подходя ближе. — Поттер?

Тот не подавал признаков жизни. Остановившиеся глаза за дымчатыми стеклами очков глядели в одну точку, на губах застыла премерзкая ухмылочка.

Снейп невольно припомнил, как этот мерзавец спал у него на плече, и тогда у Поттера было спокойное чистое мальчишеское лицо, не эта вот хамская физиономия.

А у него самого уже никогда не будет сыновей, потому что магия страшно мстит преступившим обет. Он вот не сберег единственного сына Лили, и его род тоже не получит продолжения…

— Гарри? — тихо спросил Снейп, держась за палочку, пригляделся, а в итоге от непростительного заклятия или хорошего пинка его удержало только присутствие Шен. — Сукин ты сын! Папаша бы тобой гордился, гадина малолетняя!

Смех профессора эхом отдавался под сводами…

Чуть погодя прибыли остальные преподаватели.

— Гарри, мой бедный мальчик! — тут же запричитал Дамблдор. — Ты ценой своей юной жизни…

МакГонаггал всхлипнула, мадам Спраут тоже полезла за носовым платком.

— Да не разоряйтесь вы, — фыркнул Снейп. — Эта мелкая скотина еще много лет будет отравлять существование всем присутствующим. В основном мне.

— То есть?! — спросила мадам Помфри.

— Ни до кого не дошло? — тот тяжело вздохнул. — Он дал василиску укусить себя, только перед этим посмотрел ему в глаза. Сквозь очки. Жив ваш герой, просто окаменел…

И Снейп снова захохотал, что само по себе было настолько неестественно и необычно, что мадам Помфри начала нашаривать в карманах успокоительное.

— Все-таки он слизеринец! — отмерев, сказала МакГоннагал.

— А мандрагоры почти поспели, — улыбнулась мадам Спраут. — Мы его скоро оживим!

— А может, пусть полежит? Ему полезно, — процедил Снейп. — Пускай подумает о вечном, чтобы впредь не устраивал такого безобразия! И вообще…

Он осекся: левую руку вдруг обожгло болью — это Метка таяла, таяла, исчезала, и не у него одного, по всей стране люди не верили глазам своим…

…Гарри открыл глаза и увидел до боли знакомый больничный потолок. Он с удовольствием потянулся, нашарил на тумбочке очки и нацепил их. Заодно он пригладил челку и очень удивился, не обнаружив шрама.

Буквально через несколько минут в палату ворвался Снейп.

— Поттер, скажите хоть что-нибудь, из-за чего я не должен заавадить вас на месте! — выпалил он.

— Азкабан, сэр, — серьезно ответил Гарри. — А сработало, надо же!

— Поттер!

— А здорово я вас всех… м-м-м… подколол?

— Поттер!!!

— Риск был велик, — признал тот. — Но эксперименты показали, что у меня шансы больше пятидесяти процентов, стоило рискнуть!

— Что?..

— Ну, — Гарри сел на кровати, обняв колени руками, — я давно предполагал, что лорд за мной не просто так охотится. У Сириуса начитался всякого, опять же. Вот… А когда девчата на василиска с зеркалами пошли, я прикинул… — Он почесал в затылке. — Короче, взял лабораторных мышек, стекло и двинул вниз. Помните, я спрашивал, можно ли от магии очками закрыться? Ну вот. Мышки, Шен, окно выбил…

— И окно тоже вы!

— Я, — довольно сказал Поттер. — Вот… Ну и попросил василиска окаменить мышек. Через стекло. Потом спер немножко мандрагоры — мышам-то пара капель нужна… Почти все ожили.

— Почти?.. — Снейп дернул воротник.

— Я так понимаю, это зависело от толщины стекла и его цвета. Я экстраполировал и решил, что мои очки вполне сойдут, — поправил их Гарри. — Вспомнил тех наших жертв и решил, что вы меня потом запросто оживите, а яд… ну, сами понимаете!..

— Вас надо было убить еще на первом курсе, — глухо сказал Снейп. — А ваша тетушка Белла готова произвести геноцид прямо сейчас…

— Переживет. Я ей еще когда сказал, что лорд помер, — фыркнул Гарри. — Ой, а кому-нибудь пришло в голову написать Терри? Чтобы не психовал?

— Мисс Лавгуд написала.

— А, отлично… Луна у меня девочка умная, фишку рубит!

— Так… Она что, знала?!

— Конечно, мы же вместе ходили, — сказал Поттер, — чисто для страховки!

— Авада — слишком милосердно для вас, — после паузы выговорил Снейп.

— Сэр, вы что делаете?!

— Мерлин великий, как же давно я мечтал об этом… — произнес Снейп, выкручивая ухо Поттера. — И не пищите, как подопытная мышь!

— Ну так больно же… — обиженно сказал мальчишка. — У вас пальцы железные!

Снейп сам не понял, как так вышло, что Поттер ткнулся носом в его плечо.

— Я поклялся вас оберегать, — сказал он мальчишке. Ну правда ведь, мальчишке, пускай он высоченный и крепкий, но…

— По обязаловке — не надо, сэр, — Гарри отстранился и посмотрел ему в глаза. Снейп не стал его читать, это было как-то совсем уж гнусно. — В память о ком-то тоже не надо. Они там, — он махнул рукой вверх, — сами разберутся, хорошо мы поступили или нет. Сэр? Вы что, сэр?..

Это было невероятно, но Северус Снейп крепко обнял Гарри Поттера, а тот не стал отстраняться.

— Да все же путём, сэр, — сказал он негромко и на всякий случай прикрыл глаза. Что-то ему подсказывало: в лицо профессору лучше не смотреть, тому и без того скверно на душе, так к чему лишние свидетели? — Главное, чтобы тушку лорда прибили, правда?

Снейп дернулся. Об этом он совсем позабыл. Да, хоркруксы они уничтожили, но сам Волдеморт!..

— Я скажу крестному, — зевнул Гарри, — и тетушке. Пусть они там сами разбираются, мне надоела уже эта тягомотина! Кстати, сэр, вы жениться не хотите?

— Я?! — от ужаса Снейп даже позабыл о Волдеморте. — Мерлин упаси!..

— Ну а что такого-то? Вы еще молодой… Хм… — Гарри задумался. — Тетушку вам сосватать, что ли?

— Она старше!

— Подумаешь, у волшебников такая разница не считается… — судя по горящему взору Поттера, он нашел новое развлечение. — Сэр, ну чем плохо, а? Вы будете держать ее под присмотром и вообще…

— Я не хочу иметь в родственниках вашего крестного!

— Ой, ну вы как маленький, — начал откровенно издеваться Гарри. — Хочу, не хочу… Сириус тоже много чего не хотел, так ему предок дал пенделя, и готово. Или вам тетушка Белла не нравится просто? Старая, да?

— Гм… — произнес Снейп, чувствуя, что краснеет. Беллатрикс, несмотря на возраст и отсидку, была очень даже хороша, а теперь, оправившись и придя в себя после Азкабана… И не о ней ли он думал на старших курсах, когда старался забыть Лили? О, смоляные кудри Беллатрикс…

— О, сэр, — гнусно ухмыльнулся Поттер. — Вижу, тетушка поразила вас если не в сердце, то… не скажу куда. Говорите сразу: мутим дело или нет? А то я ее уговорю, а вы в отказ пойдете, она ж вас убьет! Или вы ее.

— Я вас ненавижу, — честно сказал Снейп. — Не пойдет она за полукровку, младше нее, а вдобавок…

— Не пойдет так не пойдет, — деловито сказал Гарри. — Подумаешь, мы ж на всю магическую Британию не станем объявлять, что профессор Снейп присватался к миссис Лестрейндж, урожденной Блэк и получил отлуп!

— И убить я вас мечтаю…

— …с первого курса, знаю. Это фигня, сэр! — улыбнулся Поттер. — Скажите лучше, как прикончить этого нашего властелинчика? То есть как, я сам знаю, но мне бы в этот их Отдел тайн попасть, где они тушку держат… А то, чувствую, не будет нам ни сна, ни покоя!

— Дайте мне пару дней, — сказал Снейп. — Я выясню пути… Ну а там видно будет, как вы говорите, а, Поттер?

— Да… — кивнул тот, гладя на невесть когда появившуюся Шен. — Сэр, а я не понимаю теперь, что она говорит. Почему?

— Это, видимо, было частью хоркрукса, — быстро сообразил тот. — Лорд был змееустом, это передалось вам. Но когда хоркруксы были разрушены… все ваши умения пропали.

— Да и ладно, правда, Шен? — спросил Гарри, рассматривая громадную змею. — Ты же меня понимаешь?

Та прошипела что-то в ответ и положила голову на колени хозяину.

— Ш-ш-ш… ш… ш-ш… На азбуку Морзе похоже, — серьезно сказал Поттер. — Сэр, а выучить змеиный язык можно?

— Я же выучил, — буркнул тот.

— О! Точно, вы говорили, что понимаете, но сами не шипите… Шен, милая, ты мне поможешь? — спросил Гарри свою питомицу. — Мне так жаль, что я теперь не могу с тобой разговаривать! Поэтому надо живо выучить язык…

Снейп взялся за голову. С Поттера сталось бы не только серпентарго выучить!

* * *

— Ты сошел с ума! — сказал Сириус, услышав о планах крестника.

— Сам дурак, — ответил тот.

— С Беллой сам договаривайся!

— Ну само собой…

— Ты свихнулся! — воскликнула Беллатрикс, когда Гарри предложил ей такой… такой… мезальянс!

— Нет. Я в своем уме! Ну чем вам не нравится Снейп? — Гарри понял, что эта тактика не пройдет и сказал прямо: — Тетушка Белла, лучше б, чтобы он стал нашим родственником. Мало ли что… Я вас неволить не могу, ясное дело, но случись вдруг что, и мы его просто не вытащим. Прав у нас таких не будет, не родня! Я до вас-то еле-еле добрался…

— А, ты в этом смысле, — успокоилась она. — Фиктивный брак?

— Точно, тетушка Белла, расписаться, где надо, и дело с концом! А если что, так у нас уж целый клан, — хмыкнул Гарри. — Ну вы поймите, привык я как-то к профессору, он умный хороший человек…

— Хм… — произнесла Беллатрикс.

— Честно! Ну пожалуйста! — он посмотрел умоляющим взглядом. — Ну вам же не трахаться с ним, он весь год в школе торчит!

— Гарри… — произнесла та. — Кажется, кому-то пора вымыть рот с мылом!

— Нет! — Поттер прикрылся руками. — Не надо! Я был груб, признаю и извиняюсь! А можно, Луна ваш шлейф понесет?..

* * *

«Привет, плодожорка!

Рассказываю: когда я выполз по-пластунски из-под непростительных тетушки, мне как-то полегчало. Если что, ты приглашен на церемонию. Тетушка скежещет зубами, но крестный в таком восторге… Надо и его женить, короче, подумай, на ком. А то он дурак такой, пока тетушка в доме, еще ничего, а вот она съедет, и тогда как быть?

П.С. Вас с предками заберет мистер Лунатик.»

* * *

«Привет, пожиратель!

Знаешь, по-моему, с василиском было безопаснее…

Крестного твоего женить нужно непременно, но на ком, не знаю. Надо чистокровную искать.

П.С. Слушай, ну куда твоя тетка съедет? В тот домишко? Не смеши, она точно мужа притащит на Гриммо, и вот тогда-то и начнется самое веселье…

П.П.С. С Ханной у нас все закончено. Не везет мне, приятель, на девушек! Я не жалуюсь, я просто сообщаю, а то мало ли…»

* * *

— Ты будешь шафером, и даже не пытайся смыться, — сказал Гарри Сириусу. — Но вот подружки невесты у нас нет… О!

— Что? — спросила Луна, понимавшая, когда ее друга осенило.

— Ты еще мелкая на эту роль. Но у тетки есть еще сестра, а у той — дочка! — выпалил Поттер. — Сириус, как их найти, а?

Тот застонал, но отправил крестника и Луну к Андромеде. Сами пусть с ней объясняются!

— Здрасьте, — сказал Гарри, когда ему открыли дверь, не обратив внимания на нацеленную в лоб палочку. — Я это, типа, с приглашением на свадьбу! А вы палками тычете! Тетка называется…

— Гм… — Дверь приоткрылась чуть шире. Андромеда была очень похожа на Беллатрикс, но, конечно, куда лучше сохранилась. — А ты кто, мальчик?

— Поттер я, — охотно ответил он. — Гарри. А это Луна Лавгуд. А свадьба, если что, у вашей старшей сестры, Беллатрикс.

— У Беллы?! — дверь распахнулась. — Заходите, дети! Я слышала, что ее выпустили, но чтобы она снова пошла замуж…

— Я заставил, — Гарри непринужденно развалился в кресле. Луна села на подлокотник. — А то прям безобразие!

— Так за кого же… — Андромеда жадно посмотрела на него. — Я слышала, Рудольфус умер в тюрьме, и…

— На вдову с таким наследством желающих хоть отбавляй, — сказал Поттер. — Так что она выходит за парня моложе нее, нищего, амбициозного… Короче, там даже о поцелуе речи не идет, но, во-первых, он ее не кинет, во-вторых, они друг друга уважают.

— Может, так оно и лучше… — опустила голову Андромеда, и тут в прихожей что-то грохнуло.

— Мам, это я! — радостно заявила незнакомая девушка, ввалившись в гостиную. — Ой, да у тебя гости!

— Это моя дочь, Ним…

— Тонкс! — выпалила та. — И никак иначе!

— Гарри, — привстал тот, — а это Луна.

— Гарри Поттер?! — округлила глаза девушка. Волосы ее меняли цвет с лилового на ярко-розовый. — С ума сойти! А чего вы просто так сидите? Ты чай будешь? Я сейчас!

— И ведь служит в авротате, — тяжело вздохнула Андромеда. — Пойду гляну, а то расколотит все…

С кухни послышался грохот и звон.

Гарри и Луна обменялись взглядами.

— Она мне нравится, — сказала Лавгуд.

— По мне — тоже прикольная. И возраст ничего так…

Поттер почесал в затылке, пытаясь прикинуть родственные связи.

— Мне кажется, — сказал он, — Сириуса однозначно пора женить. Эта Тонкс настолько долбанутая, что скучно им наверняка не будет, а?

— Она милая, — кивнула Луна. — Думаю, ты прав. У нее даже мозгошмыгов нет, все разбежались!

— От ужаса?

— Нет, по команде, — серьезно ответила Лавгуд. — Они у нее дрессированные.

— Пусть так. А тетушка Белла живо отучит ее носить такие волосы, — поежился Гарри. — Кошмар, а не расцветочка! Ты мне поможешь?

— Конечно, — сказала Луна спокойно. — Ты только объясни, чего хочешь!

* * *

— Что?! — МакГонаггал выронила чашку. — Кто?!

— С-с-северус попросил неделю отпуска… — повторил Флитвик. — Он ж-ж-женится.

Мадам Спраут и мадам Помфри обменялись ошеломленными взглядами.

— Вот приглашения на всех, — сглотнула МакГонаггал. — Вот имя невесты…

Профессора обменялись полными ужаса взглядами. Невестой значилась Беллатрикс Лестрейндж, урожденная Блэк.

— Как это может быть? — спросила Минерва.

— Н-не знаю, — сказал Флитвик, почему-то обретший устойчивое заикание. — Н-но п-приглашения — в-вот!..

…-По-моему, твоя тетушка очень хороша, — сказал Терри, затянутый в парадную мантию Гарри. На нем она смотрелась куда лучше, чем на хозяине.

Беллатрикс в скромном платье цвета слоновой кости (ведь не девица уже) под руку с профессором, на лице которого читалась искренняя мука и вопрос «что я тут делаю?», прошествовала к алтарю.

Дурсли, приглашенные, как ближайшие родственники, жались друг к другу: отец семейства в лучшем выходном костюме, Петуния в шляпке с цветами и наряде из лилового шифона и Дадли в школьной форме. Им явно было страшновато, пусть их и опекал мистер Лавгуд. Не то что соседям: миссис Хиггс в милом палевом платье уже завела знакомство с какой-то молодой ведьмой, мистер Хиггс вполне уверенно общался с Малфоем-старшим, а Нарцисса смотрела на старшую сестру и промакивала глаза платочком. Сын поддерживал ее под руку. Судя по всему, он не верил в происходящее.

Так же не верила в это средняя из сестер, Андромеда: подойти к Малфоям она пока еще опасалась. Правда, с ужасом глядела на то, как Тонкс, от волнения меняя цвет волос каждые полминуты, несет шлейф Беллатрикс, отчаянно пытаясь не оплошать и закусив губы от старания. До алтаря — обошлось…

— Да вообще зашибись тетка, — кивнул Гарри, державший за руку Луну. — А теперь смотри, начинается веселуха! Спорим, Тонкс непременно навернется с этим шлейфом на обратном пути!

— Ну уж не настолько она неуклюжая, — хмыкнул Терри и будто сглазил: та зацепилась собственным подолом за какой-то стульчик, выпустила шлейф, взмахнула руками и начала падать, но тут ее очень удачно подхватил шафер.

— Й-йес! — произнес Поттер.

— Это ты ей, что ли, препятствий понаставил?

— Да ей и не надо, сама упадет, — фыркнул тот. — Но вот с Сириусом я имел беседу, это да… Чего они там, глянь? А то я типа так… не обращаю внимания.

— Ну, этот кобель держит девушку за талию и что-то говорит, — ответил Терри, посмотрев в нужном направлении. — Девушка зеленеет… нет, я в прямом смысле, у нее волосы зеленеют… теперь синеют… ух ты, какой роскошный цвет! Теперь она хихикает… По-моему, Тонкс не против пообщаться поближе, маменька вот ее только хмурится. Я пойду, налажу свою — пусть познакомится и отвлечет внимание, а уж Сириус, думаю, своего не упустит.

— Спасибо, друг, — искренне сказал Гарри. — Что улыбаешься, Луна?

— Мне кажется, анимаг и метаморф — хорошая пара, — ответила она.

— А ты помнишь, что они близкие родственники?

— Не настолько близкие, как родители твоего крестного.

— Вот и спорь с тобой… Пойдем тетушку с профессором поздравлять! Хотя он, кажется, намерен поскорее смыться в школу!..

— Это так кажется, — негромко сказала Луна. — Он очень устал и хочет домой.

Они переглянулись и двинулись к молодоженам.

— Не поеду, — сквозь зубы говорила Беллатрикс. — За кого ты меня держишь?!

— За свою супругу, — ядовито отвечал профессор. — Не желаешь жить со мной, живи с кузеном, но зачем тогда нужна была эта тягомотина?

— Спроси у своего ученика!

— А че? — удивился Гарри. — Вообще-то, чтобы вон тех двоих поженить…

Он кивнул в сторону Сириуса, который уже увлек Тонкс на какую-то лавочку, а та млела, румянясь. Волосы ее переливались такими немыслимыми оттенками синего, что просто загляденье!

Беллатрикс и Северус лишились дара речи.

— Я вас убью, Поттер, — выговорил, наконец, профессор.

— Нет, по праву родства я — первая, — сказала новоявленная миссис Снейп. — Ты добьешь, если что, кто из нас, в конце концов, боевик, а кто зельевар?

— Знаешь, Белла, я и непростительные изучил!

— Но это мой племянник, и убивать его мне!

— Он тебе не племянник, а…

— Родственник!

— А мне — ученик, я за него отвечаю!

— Видите, как много у вас общего! — захохотал Гарри и на всякий случай спрятался за дерево.

Луна хихикала поодаль.

— Это фейерверк? — спросил мистер Лавгуд.

— Нет, это меня тетушка с новым дядюшкой так любят, — ответил Гарри из кустов. — Да отвлеките вы их! Правда же убьют!

Терри подполз с тыла и поделился жвачкой.

— Идеальная пара, — сказал он. — Тебе надо идти в профессиональные свахи. Гляди, эти двое собачатся так, что смотреть любо-дорого, но я тебя уверяю: через годик у тебя самого племяннички будут, чернявые такие, носатые…

— Логично, они оба брюнеты, а вот насчет носов еще поглядим!

— А крестный твой уже чуть было Тонкс в оранжерею не затащил. Она, кстати, была совсем не против, но ее мать вмешалась и вознамерилась вырвать дочку из лап Сириуса… — поделился Терри.

Гарри тихо заржал. Тихо потому, что Беллатрикс палила по площадям, а дать ей прицелиться не входило в его планы. Даже с «левой» палочкой она была способна очень на многое. Опять же, рядом лежал Терри.

— Но миссис Малфой вовремя перехватила сестру, так что не знаю, что там сейчас в оранжерее, я бы не сунулся, мало ли… — докончил тот. Гарри зажал рот обеими руками и зафыркал. — Как думаешь, можно вылезать?

— Вроде да. Только я первым, а то тетушку не разберешь, как приложит…

Он задом наперед выбрался из-под куста и тут же наткнулся на профессора.

— Да, дядюшка Северус? — спросил он сладким голосом, чуть не захохотал, но все же сдержался. — Вы что-то хотели?

— С каких пор я вам дядюшка? — мрачно осведомился Снейп.

— Да с тех, как женились на тетушке Белле, — довольно ответил Гарри, и вот тут-то его и согнуло пополам. — Ы-ы-ы… Приезжаю я такой в школу и на весь класс: «дядя Северус!»

— Я вас раньше убью, — сказал тот, сгреб подростка за шиворот и потащил за собой. — Белла! Я отловил этого мерзавца!

— Ну хоть что-то тебе можно поручить! — Беллатрикс с переброшенным через руку шлейфом подошла вплотную.

— А что это, тетушка, вы обижаете дядюшку? — спросил Поттер. — Я что, зря вас за него сватал? И вообще сейчас Сириуса позову! Кре-е-е!..

Рот ему зажимали в четыре руки. Ладно, в три, одной профессор держал Гарри за шкирку.

— Не кричи, — велела Беллатрикс. — Может, у моего глупого кузена только-только личная жизнь начала налаживаться… Эта девица, конечно, то еще чудо, но, с другой стороны, кто еще пойдет за блохастого идиота?

— Анимаг и метаморф — сочетание редкое, интересное, — задумчиво произнес Снейп.

— Изучать можно, — поддакнул Гарри, вспомнив слова Луны. — Всячески скрещивать…

На него посмотрели плотоядно.

— А можно, я заберу Гарри? — спросила Луна, подойдя сзади. — Он обещал мне кое-что показать.

— Берите, мисс Лавгуд, такого добра нам не жалко, — презрительно ответил Снейп, отпуская подростка.

— Спасение ты мое, — произнес он, увлекая девушку подальше. — Обнаглели. Не жалко им! Меня-то!

— Они пошутили, — просветила она.

— А то я сам не понял… — ухмыльнулся Поттер. — Пойдем погуляем, что ли? Полюбуемся… м-м-м… луной?

— Как ты сегодня поэтичен, Гарри, — сказала она. — Идем.

* * *

— Не понял, на что приглашение? — не понял Поттер, прочитав официальную бумагу.

— На торжественное убиение властелина, — ответил более подкованный в бюрократическом сленге Хиггс, просмотрев документ. — Возьми меня, а? Интересно поглядеть, что это за чудище такое!

— Не вопрос, но там и опасно может быть, — заметил Гарри.

— А, ты имеешь в виду, что не всем по нраву казнь? Из его бывших приятелей?

— Именно, плодожорка, кого-то могли и не поймать. Или вон тетушку Беллу переклинит, как начнет непростительными кидаться и своего героя освобождать… Я, конечно, верю в таланты профессора, но, как говорится, достаточно одной шальной Авады…

— Там же наверняка толпа авроров будет, — пожал плечами Терри. — Папа о чем-то таком упоминал. Могут и палочки на входе отобрать.

— Ладно, уговорил! — Гарри хлопнул его по плечу липкой от апельсинового сока рукой. — Протащу тебя! Кстати, Терри, а что это к вам вдруг совы зачастили? У отца работенки прибавилось?

— Нет, это ко мне, — довольно ухмыльнулся тот, грызя кислое даже на вид яблоко. — Помнишь, я писал, что у нас с Ханной не сложилось?

— Угу, на фоне неразрешимых противоречий во взглядах.

— Вроде того. Ну, в итоге она признала, что я таки был прав. И что некоторые магглы очень даже ничего.

— Это она про тебя, что ли? — заржал Поттер.

— Конечно, про меня, — пригладил рыжеватые вихры Хиггс. — Первая написала, не выдержала. Говорит, со мной так интересно спорить, что она начисто забывает — я маггл. Ну и, опять же, папа мой пользуется расположением наших зубастых друзей, а это, сам понимаешь, весомый аргумент в пользу моей теории…

— Ты мне эту теорию хоть расскажи, — фыркнул Гарри. — А то развел тайны, понимаешь!

— Так ты прежде не интересовался, — пожал плечами Терри. — У тебя то василиски, то темные властелины, то еще какая-то нечисть, до социологии ли тебе?

— Определенно, нет, — мотнул тот головой. — Ну да ничего, наверстаем! Пошли, плодожорка, будем подбирать парадные костюмы!

— Идем, пожиратель… Слушай, а фотик взять можно? Где я еще живого темного властелина увижу!

— Там и без тебя прессы будет выше крыши, — хмыкнул Гарри. — Но ты захвати, может, не отберут…

* * *

— Проходим по одному, не толпимся, соблюдаем очередь, соблюдаем, я сказал! — бубнил здоровенный аврор, пока его напарник тщательно обыскивал приглашенных и, действительно, изымал у них палочки.

— Что-то мне это напоминает, — шепнул Терри, разжившийся приглашением через отца.

— Проверку в аэропорту, что ж еще, — ответил Гарри, по торжественному случаю даже причесавшийся не как обычно, пятерней, а нормальной расческой. — Или метро в час пик.

— Точно. Так, гляди, Лавгуды тут, Лонгботтомы тоже, крестный твой с Тонкс мелькает…

— Ага, ее поди не опознай, переливается, как светофор, — хмыкнул Гарри. — Как это Сириус еще рябь в глазах не заработал?

— У него и спроси… Кстати, а почему она не в оцеплении? Аврор же!

— Выпросила отгул, наверно. О, а вот и тетушка с профессором… Терри, не вздумай назвать ее миссис Снейп, ее до сих пор перекашивает!

— А как же мне к ней обращаться? — удивился Хиггс.

— Лучше вообще не обращайся, — серьезно ответил Поттер. — Ну или там… «мадам», «сударыня», ты умеешь!

— Усвоил.

— Вот и хорошо, что усвоил, а то Сириус ее тут подразнил на днях, еле увернулся…

— От Авады?

— От малахитовой пепельницы, — вздохнул Гарри. — Окно высадила, дребезгу было! А уж маты стояли! Будь у нас на Гриммо соседи, точно бы полицию вызвали. Или аврорат.

— А профессор что?

— А он в подвале заперся. Там же отличная лаборатория, вот он и смотрел, что к чему.

— Хороший способ избежать семейного скандала, — одобрил Терри. — Идем, наша очередь…

Миновав тройное оцепление, они смогли, наконец, протолкаться к своим. Лучшие места в огромном зале, разумеется достались Дамблдору, министерским шишкам и заслуженным аврорам, и за спинами и шляпами видно было мало.

— Я так не играю, — сказал Гарри и начал решительно проталкиваться вперед, волоча на буксире Терри и Луну. Взрослые переглянулись, пожали плечами и двинулись следом. — Я, понимаешь, тут чуть не главное действующее лицо, не считая властелина, а как шрама лишился, так мне, значит, крайнее место в седьмом ряду выделили… Не-ет уж! Добрый день, профессор Дамблдор!

— Гарри, мальчик мой! — удивился тот. — А как же ты… то есть…

— Мы тут семейной группой, — пояснил Поттер, невзначай наступив на ногу министру. — Да, понимаете, нам, героям войны, почему-то выделили места у стеночки. Взрослым еще чего-то видать, а нам — шиш да маленько, вот я и решил отвоевать себе немножко места под солнцем! В смысле, рядом с вами, сэр, — ядовито произнес он и еще раз наступил на ногу министру, который явно намеревался что-то сказать.

— Да, но это почетные места… — начал было Дамблдор и осекся: — В каком смысле — героям войны?

— Ну как же? Сириус и миссис Лонгботтом в первой отличались, Тонкс — во второй. Профессора Снейпа вы и сами знаете… с супругой вместе. Луна — моя невеста, но не может же она без папы… вот! — на едином выдохе выпалил Гарри. — Ну это не считая меня. А если меня без шрама не узнают, так я могу маркером нарисовать, мне не сложно!

Директор хотел что-то сказать, но тут встрял тот самый аврор, который руководил захватом Лорда:

— В самом деле, — сказал он, — если мальчик додумался, как уничтожить хотя бы один хоркрукс, вдобавок таким сложным и опасным для себя способом, то вполне может считаться героем!

— Чего это только один? — оскорбился Гарри, вынул лимон, вытер о мантию и принялся жевать, брызгаясь соком.

— Ты хочешь сказать… — Дамблдор посмотрел на свою руку.

— Остальные — тоже я! — самодовольно ответил Поттер. — Но, конечно, без помощи я б не справился. Как вы всегда говорите, господин директор, помощь и взаимовыручка — наше всё! Терри — мой штабной аналитик, у Луны бешеный креатив, ну а… — Тут он заметил, как Снейп исподтишка показывает ему кулак, и закончил: — А в остальном пришлось положиться на удачу. Где наша не пропадала!

— А что это были за предметы? — с интересом спросил какой-то важный господин из Отдела Тайн.

— Медальон Слизерина, чаша Хаффлпаффа, диадема Рэйвенкло, дневник Риддла, я сам и еще змеюга, — посчитал по пальцам Гарри. — Мы прикидывали, что где-то еще перстень завалялся, но тут явно кто-то успел первым, раз уж властелинчика умудрились отловить.

Дамблдор крякнул. Министр уронил котелок и глубоко задумался.

— Однако, — сказал сотрудник Отдела Тайн после долгого молчания. — Вы, молодой человек, не думали поступить к нам на службу после окончания школы?

— Не-а, — честно ответил Поттер. — Я хочу стать Мастером Зелий, как мой дядюшка! Ну или колдомедиком хотя бы.

Тут ему прилетело по затылку от Снейпа:

— На правах родственника, — сказал он елейным голосом, — теперь, Поттер, я могу наказывать вас не только снятыми баллами и отработками.

Сириус гнусно заржал и тоже получил от кузины.

— Веди себя пристойно, — произнесла она холодно.

— Кажется, начинается, — попытался призвать всех к миру мистер Лавгуд.

В зале зашушукались, зашелестели мантиями, когда большой занавес раздернулся, открывая изрядных размеров клетку на постаменте. В клетке стояло кресло, и при виде сидящего в нем создания кто-то из дам лишился чувств…

Маленькое, меньше домовика скрюченное существо приоткрыло красные глаза и первым делом увидело Беллатрикс, Снейпа и чету Малфоев.

— Вы все-таки явились, мои преданные соратники… — проскрипело оно.

— Это… это Лорд?! — выдавила Беллатрикс, невольно вцепившись в супруга.

— То, что от него осталось, — пояснил аврор.

— После возрождения могущество мое станет прежним, — продолжало вещать существо, явно не соображая, где находится. Впрочем, должно быть, обстановка напоминала ему собрания Пожирателей: полутемный зал, знакомые лица, благоговейная (на самом деле подавленная) тишина…

— Дяденька, окститесь! — сказал Гарри, вылезая вперед. — Хоркруксы-то ваши кончились!

С этими словами он постучал себя по лбу без следов знаменитого шрама.

— Поттер?! — пришло в себя существо. — Гарри Поттер?!

— Я, я, — покивал тот. — Видите, шрама нету, а я живой, прикольно, правда? Спорим, вы так не умеете?

— Беллатрикс?! — существо в кресле повернулось к ней. Та рыдала на груди у супруга.

— У-у-ужасно! — выговорила она, оглянувшись через плечо. — И <i>этому</i> мы все годы верили?! <i>Это</i> я любила?!

— А я много раз замечал, дорогая супруга, что ты серьезно заблуждаешься, — хладнокровно ответил Снейп. Судя по наблюдениям Гарри, ему было далеко не неприятно.

— Супруга?.. — не понял бывший Лорд.

— Да, а что? — спросил Поттер, затачивая мандарин. Пресса наслаждалась спектаклем, перья скрипели безостановочно. — Разве не видите, какая тут семейная идиллия?

— По-моему, Лорд сейчас умрет без посторонней помощи… — пробормотал аврор.

— Я тебя прибью, племянничек, — пообещала Беллатрикс и снова посмотрела на Лорда. — Мерлин, ну и уродище!

— Профессор Снейп куда симпатичнее, — вставил Гарри.

— Конечно, у него хотя бы нос есть, — не удержался Сириус и с намеком покосился на внушительный обонятельный орган профессора, а Беллатрикс даже его потрогала. Блэки друг друга стоили.

Судя по взгляду Снейпа, всем обитателям дома на Гриммо в ближайшее время следовало быть крайне осторожными и проверять все съестное и напитки на наличие… впрочем, зелья профессора можно было и не суметь обнаружить.

Вопреки предположению Гарри, скорее Беллатрикс управилась бы со Снейпом, чем наоборот. Стоило вспомнить очередной грандиозный скандал, учиненный ею по поводу предложения мужа переехать в его дом. Поттер тогда впервые увидел, как методично бьют старинный сервиз. О щитовые чары Снейпа.

— Не поеду! — гремела Беллатрикс, и тяжеленная люстра угрожающе раскачивалась.

— Но я там вырос!

— Вот и живи в этом курятнике, если угодно, а я — урожденная Блэк! И я останусь здесь, места довольно… не так ли, Сириус?

Забившийся под стул Гарри черный пес мелко закивал. Спорить с кузиной, когда она пребывала в таком настроении, явно не стоило.

— Сама ты курица! — неожиданно рявкнул Снейп так, что с люстры все-таки сорвалась подвеска. — Самодовольная чистокровная курица!

Беллатрикс на пару секунд оторопела от такого хамства, что дало Гарри и Сириусу возможность живо ретироваться за массивный буфет. Зря они это сделали — именно буфетом Беллатрикс через мгновение швырнула в супруга, и Поттер с Блэком остались без укрытия.

— Ах, значит, я курица? — опасным тоном протянула она. — А твоя конура, должна отметить, еще хуже, чем Нора Уизли!

Воцарилась тишина: Снейп переваривал оскорбление, после чего в ход пошел диван.

Гарри с крестным по-пластунски выбрались за дверь, спасаясь от тяжелой артиллерии. Вскоре внутри стало как-то подозрительно тихо.

— Интересно, кто-нибудь выжил? — поинтересовался Поттер вслух, Блэк, принявший человеческий облик, пожал плечами.

Отпихивая друг друга и заглядывая в замочную скважину, они увидели посреди разгромленной комнаты супругов: надутого Снейпа и злую Беллатрикс. Друг на друга они не смотрели.

— Я сказал это сгоряча, — буркнул профессор мрачно. — Извини.

— Я не Эванс и не обижаюсь на глупости, — высокомерно ответила она. — За дом тоже извини. Он все-таки маггловский, не то что Нора.

— Жаль, в ходе нашего увлекательного диалога закончилась мебель, — задумчиво произнес Снейп. — Я с огромным удовольствием приложил бы тебя стулом.

— Ты еще скажи, уложил бы меня на диван!

— Может, и уложил бы, да он разбит в мелкую щепу

— А чары ты забыл, да? Одни зелья в голове остались?..

Гарри с Сириусом в полном ужасе переглянулись и сбежали к Лавгудам. Просто на всякий случай…

— Чем ты думал, когда организовал этот жуткий брак? — ворчал Сириус, разглядывая странноватый дом Лавгуда.

— Он не думал, — ласково сказала встретившая их Луна и погладила Гарри по голове, — он угадал. Это редко кто умеет — правильно угадывать…

Сириус только за голову схватился, совершенно верно поняв, кому обязан личным счастьем…

— Гхм… — откашлялся Дамблдор. — Приступим же!

Министр, ногу которому в очередной раз оттоптал Поттер, выступил вперед, развернул пергамент и нудным голосом принялся читать:

— Согласно постановлению Визенгамота так называемый Лорд Волдеморт, — тут он запнулся, — за убийства и жестокое обращение с гражданским населением, увод гражданского населения с целями пыток и в других целях, убийства и жестокое обращение с военнослужащими, сиречь аврорами, и членами их семей, подвержение обычных людей преследованиям, унижениям и пыткам, убийства; бесцельные разрушения больших и малых городов и деревень, опустошения, не оправданными никакой необходимостью… — Фадж перевел дух: — А также многочисленные преступления против человечности, — тут он запнулся еще раз, а Гарри начал тихо хихикать, потому что наступал на Фаджа не просто так, а чтобы подменить пергамент; второй, ясное дело, был составлен не без участия Хиггса, — развязывание политики преследования, репрессий и истребления противников своего так называемого режима, попытку установления диктатуры и так далее, и тому подобное, приговаривается к отправке за Завесу. Да свершится же суд — справедливый и суровый!

— Авадой не надежнее ли? — пробормотал Сириус.

— Из-за Завесы еще никто не возвращался, а после Авады можно выжить, чему примером ваш крестник, — заметил тот самый аврор. — А вы, мистер Блэк, кстати, не желаете восстановиться на службе?

— Я подумаю, — дипломатично ответил тот и покосился на Тонкс. Ясно было, что желает, только при кузине нипочем об этом не скажет.

— Привести приговор в исполнение! — громыхнуло под сводами.

— Я еще!.. — успел вякнуть бывший Лорд, прежде чем канул в небытие. Воцарилась тишина.

— Что, и это все? — удивился Гарри. — А где аплодисменты, переходящие в бурные овации? Ну же, аплодируем, аплодируем!..

И сам первый заколотил в ладоши. Постепенно зал и впрямь взорвался овациями и криками «Ура победителям Волдеморта!», «Слава героям!» и почему-то «Даешь!».

— Поттер, — выловил Снейп довольного подростка, успевшего раздать десяток интервью на тему «как я уничтожал хоркруксы» (ни одна версия не походила на предыдущую, Гарри считал, что легенды о себе надо сочинять самому, а не доверять это дилетантам). — Вы всерьез сказали, что хотели бы стать Мастером?

— Да, а что, сэр? — невинно посмотрел тот поверх очков. — Вроде какие-никакие способности у меня имеются, разве нет? Ну так что?

— Ничего, — плотоядно улыбнулся профессор. — Только то, что я с вас теперь живого не слезу…

— Погодите… — Гарри нахмурился. — Вы же всегда хотели получить место преподавателя ЗоТИ, а оно опять свободно!

— Поттер, после общения с вами ни о каких монстрах я даже слышать не хочу, — поморщился тот. — Хватит с меня василиска… А год за годом втолковывать, как избавиться от боггарта, кажется, еще скучнее, чем учить варить зелье от фурункулов. Тем более, половина боггартов наверняка будет похожа на меня.

Поттер жизнерадостно заржал.

— Или на вас, — добавил тот.

— А кто ж у нас тогда будет защиту вести? — задумчиво произнес Гарри. — Сириуса попросить? Или тетушку Беллу?

— Ну зачем же так радикально, — встрял в беседу Фадж. — Вот, прекрасный специалист, мисс Амбридж, она с удовольствием займет вакантную позицию…

Полная дамочка в розовом кокетливо улыбнулась и сделала губки бантиком. Гарри протер глаза. Дамочка никуда не исчезла. Он протер очки. Ноль эффекта.

— Н-да, — сказал он задумчиво. — Был у нас на должности преподавателя недоделанный Волдеморт, придурочный писатель, оборотень, Пожиратель, но пожилых кокоток я не ожидал…

— Ведите себя пристойно, Поттер! — рявкнул Снейп, который Амбридж терпеть не мог.

— Мальчик немного ослеплен славой, — пропищала та детским голоском и потянулась потрепать Гарри за щеку.

— Ну а что, я победитель Волдеморта, мне можно, — фыркнул тот, увернувшись. — Мадам… то есть мадемуазель, а можете огласить ваш послужной список? Ходили ли вы с голыми руками на оборотня? На тролля? У нас вон грифы еще на первом курсе одного такого в женском туалете замочили… Со сфинксом спорили? Змей приручали? А василиску в глаза смотрели? А я вот смотрел!

Дамочка заморгала и как-то нервно посмотрела на Фаджа. Снейп улыбнулся и добавил:

— Подозреваю, после бесславной кончины Волдеморта единственный, от которого нужно учить защищаться всерьез — это Поттер.

— Я уникален, — согласился тот и посмотрел на дамочку в розовом, как Шен на белую мышку. — А еще у меня родственники хорошие. Блэк вот, Снейпы, Малфои… А хотите, я вас со своей змейкой познакомлю? Хорошая такая, больше двух метров, ядовитая…

— О, Гарри, это наш новый преподаватель? — сказала рядом Луна. — Добрый день. Кажется, в этом году снова будет весело!

— Э-э… — произнесла Амбридж и сделала шаг назад, наткнувшись на аврора.

— Знаете, Корнелиус, — сказал тот министру. — Зачем так утруждать Долорес? У нее полным-полно работы по основному профилю! Давайте, я подберу кого-нибудь из отставных авроров, тех, кто ушел в наставники…

— Только не Грюма! — быстро сказал Гарри. — У нас о нем не самые добрые воспоминания.

— Так Аластор никогда и не был наставником. Не беспокойтесь, кандидатур предостаточно, — тот усмехнулся и отошел.

Министр принялся обмахиваться котелком.

— Снейп, где тебя носит?! — раздался голос Сириуса. — Выведи Беллу на воздух, тут духота страшная, она чуть в обморок не грохнулась…

— Вовсе необязательно так орать, — процедила та, но за руку супруга взялась.

— Если это то, о чем я подумал… — собачьим жестом почесал за ухом Сириус, — я точно возвращаюсь в авроры! Куда ушел тот тип? Эй! Мистер! Эй! Я согласен! Заберите меня!..

— Сириус такой взбалмошный! — хихикнула Тонкс и устремилась следом.

Нарцисса переглянулась с супругом и быстрым шагом пошла за сестрой, за ними, промешкав, последовала Андромеда.

Уизли прошли мимо, не оглянувшись.

— А вот теперь, когда мы уладили все эти мелкие неприятности, — серьезно сказал Гарри приятелю и обнял Луну. — Я могу быть уверен, что на пятом курсе действительно можно будет немного поучиться! Без всех этих… — он покрутил пальцами, — погонь, засад и приключений. Надоело!

Эпилог

— Драко! Эй! Блин, Малфой, ты вообще слышишь, когда к тебе обращаются?! — разорялся на платформе 9 Ў рослый черноволосый мужчина. — Ну ваще обнаглел, что ли?!

— Он не обнаглел, ему стыдно за твое поведение, — просветил второй молодой человек, рыжеватый, пониже ростом и куда спокойнее товарища. — Ты же знаешь его семью!

— Да. Но это не повод! Малфо-о-ой! — очередной вопль слился с гудком паровоза.

— Ну что ж ты так орешь… — обреченно сказал тот, подходя ближе.

— А тебя иначе не дозовешься. Ты сегодня еще и дочку провожаешь?

— Да, — ответил Драко, невольно улыбнувшись. Его жена помалкивала, шумного Поттера она побаивалась. Особенно после того, как тот научил маленького Скорпиуса делать петарды из подручных средств, а одна такая петарда залетела в окно супружеской спальни и чуть не оставила Малфоев заиками, если не похуже.

— Где дочка, показывай давай! — требовательно сказал тот и заржал. — А то вон у Терри пацан, как дурак, без приятельницы ходит!

— Сам дурак, — с достоинством ответил младший Хиггс. — Сам же говорил, дружить поздно, влюбляться рано. А потом девчонки еще и покрасивее, чем у этих белобрысых Малфоев, вырастут.

— Я его этому не учил! — быстро сказал старший Хиггс.

— Я тоже, — добавила Ханна, урожденная Эббот, и перевела взгляд на Гарри. — Это его крестный постарался, не иначе…

— Ага! — радостно сказал тот. — А чего такого?

— Ничего, — ответил Малфой, глядя, как его дети уже знакомятся с двумя неотличимыми Поттерами — Джеймсом и Джейн — и Марвином Хиггсом. — Вы нарочно постригли девочку под мальчика или дали обрасти мальчику?

— Луна? — обернулся Гарри к жене.

— Они так захотели, — пожала та плечами. — Говорят, пока забавнее не различаться…

— Хогвартс жалко… — тоскливо сказал Драко.

— Да… — согласилась его супруга, посмотрев на младших Блэков и Снейпов. Те были постарше, так ведь и изобретательнее! Особенно учитывая, что Блэки — метаморфы. — Жалко.

— Ничего, — оптимистично ответил Гарри, помахав рукой тетушке Белле, профессору и крестному с женой. — Волдеморта пережил, аж два раза. Меня пережил. Значит, и этих переживет!

— Ну-ну, посмотрим, — скептически произнес Терри. — Бедная МакГонаггал!

— А чего она бедная? Я Шен когда еще из Хогвартса забрал? Сразу после выпуска и забрал…

— Да я не про змею твою… кстати, куда ты ее дел?

— Она у нас в саду, — просветила Луна. — Отдыхает. Ну и сторожит маленькую.

— Ясно… Так вот, я не про змею, я про детей!

— Терри! — поучительно произнес Поттер, воздев заляпанный реактивами указательный палец. — Вот как раз детей Хогвартс переживает уже который век!

— А профессура?

— А это естественный отбор, — выкрутился Гарри и засмеялся. — Ничего, поживем, увидим!

— Доживем — узнаем, — подхватил Терри старую присказку.

— Выживем — учтем, — завершил практичный Драко.

Паровоз дал гудок, созывая учеников. Начинался новый учебный год…

Content

Измайлова Кира
Vice Versa

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

19

20

21

22

Эпилог