Анна Одувалова

Когда сбываются мечты

© Одувалова А., 2014

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

* * *

Глава 1

Путевка в жизнь

Май в этом году выдался жарким и сухим. Ярко-зеленая свежая листва покрылась сизым, пыльным налетом, а на улице уже неделю можно было появляться в майке, не опасаясь простудиться. Днем, как правило, дул теплый, резкий ветер, за пять минут превращающий укладку на голове в воронье гнездо, а ближе к вечеру становилось тихо, чуть прохладно, а воздух наполнялся одуряющим запахом отцветающей сирени и едва распускающейся вишни.

А Дашка, как назло, две чудесно теплые недели безвылазно сидела дома и зубрила испанский. По правде говоря, зубрить испанский она начала с третьей четверти, но в последний месяц посвящала этому процессу все свободное время. Ее мучения должны были закончиться сегодня. На этот день девушка возлагала большие надежды. На последнем уроке в этом учебном году решалась ее судьба.

В просторном, светлом классе с большими окнами было душно и тихо. Обычно шумный десятый «Б», точнее, третья его часть, изучающая испанский язык, затихла и сосредоточенно скрипела ручками по двойным листам со штампом.

Дашка смахнула со лба выступивший пот и перевернула мелко исписанный лист бумаги. Эта сложная контрольная, к которой девушка готовилась почти полгода, являлась завершающим этапом целого ряда испытаний и давала путевку в жизнь. Двое счастливчиков, те, кто сегодня лучше всех напишет сочинение на испанском, в следующем году получат возможность закончить одиннадцатый класс в московском специализированном лицее с углубленным изучением испанского языка, а после окончания без проблем поступить в престижный вуз. Основные усилия педагогов лицея в последний учебный год направлены на подготовку учеников к не очень популярному ЕГЭ по испанскому языку. Об этом можно было только мечтать! И Дашка мечтала. Именно мечты заставляли ее не думать о разбитом сердце, каждый день открывать учебник, заводить иностранных знакомых в социальных сетях и, забыв обо всем, совершенствовать чужой язык.

Даша была одной из лучших в классе и всерьез рассчитывала на победу, даже задание выполнила первая. Сдала листок и вышла в холл за несколько минут до звонка. Здесь было значительно прохладнее и так же тихо. Урок еще не закончился, и девушка, достав из кармана телефон, начала набирать эсэмэску маме, которая сейчас, вероятно, сидела на кухне в компании своей лучшей подруги тети Лиды и пила валерьянку. Родительницу стоило успокоить, Дашка была на девяносто процентов уверена, что сделала работу на отлично, правда, результаты все равно будут известны лишь в начале августа. Это печалило. Даже будучи уверенной в успехе, Даша все равно очень переживала, что где-то допустила глупую ошибку или не дотянула до нужного уровня.

Прозвенел звонок – привычная, дребезжащая, заставляющая подпрыгивать на месте трель, и в просторный школьный холл сразу же хлынула толпа детей. Даша испуганно отпрыгнула к стене, уворачиваясь от ватаги пятиклашек, и прошмыгнула в узкий коридор.

«Немцы» из десятого «Б», в отличие от «испанцев», не писали сегодня контрольную, определяющую их судьбу. У них просто был последний урок в этом учебном году. Они вывалились из кабинета веселой, ржущей гурьбой и заполнили собой сразу все узкое пространство.

– Ну как, написала?

Лучшая подруга Ирка одна из первых выбежала из соседнего класса, на ходу закидывая на плечо небольшой джинсовый рюкзачок. Черные, с темно-синими прядями волосы подруги выбились из-под банданы с черепами. Вообще, Ирка была умной и очень симпатичной девчонкой, но слишком уж любила эпатаж. Она умудрялась даже при строгом дресс-коде выглядеть неформально и оригинально: прямая темно-серая юбка; синяя, как у всех, жилетка с белой блузой – и бандана с черепами, а на ногах ярко-красные, сшитые на заказ берцы. Девушки дружили, наверное, с рождения и очень друг друга любили. Непосредственный, яркий образ подруги заставлял Дашку чувствовать себя свободнее и не быть совсем уж серой мышкой.

– Написала. – Даша выдохнула и поправила идеально ровное, длинное каре. – Устала до невозможности, а вечером еще тренировка.

– Так не ходи, если не хочется, – пожала плечами подруга и направилась к распахнутым настежь дверям.

– Нет, ты что! – поразилась Дашка. – Нельзя пропускать, тем более сегодня последнее занятие, потом уходим на летние каникулы. Я, честно сказать, не могу представить себе, что буду делать без капоэйры.

– Да уж, – хмыкнула Ирка, – не думала, что ты увлечешься спортом. Сначала мне казалось, тебя интересует исключительно симпатичный тренер.

Эта брошенная вскользь фраза Даше не понравилась, и она помрачнела, возвратившись мыслями в ноябрьский вечер, когда на дороге ее едва не сбил автомобиль, за рулем которого сидел симпатичный парень, казавшийся совсем немного старше ее самой. Вадим – смуглый, черноволосый, с широкими азиатскими скулами. Тренер капоэйры, моментально покоривший сердце шестнадцатилетней девчонки. Именно из-за него Дашка пошла заниматься странным, похожим на танец боевым искусством. Но, как оказалось, ее чувства безответны. Вадиму не нужны были маленькие девочки, да и сама Даша быстро поняла, что ее влюбленность неправильная, все же Вадим намного старше. Девушка едва не бросила занятия, но одумалась и осталась, вопреки всему продолжив тренировки.

– Сейчас все в прошлом, – наконец ответила она на едкий Иркин комментарий. – Сейчас у меня есть Макс.

У нее действительно был Макс, сильный, милый и похожий на русского богатыря – русоволосый, высокий, с обаятельной улыбкой и ямочками на щеках. Они встречались уже несколько месяцев, и Дашка была практически полностью счастлива. Лишь иногда на тренировках ловила на себе задумчивый взгляд черных восточных глаз и чувствовала, как сжимается от тоски сердце.

На крыльце было солнечно и людно. Дашка зажмурилась от резкого яркого света и с удовольствием подставила лицо теплым солнечным лучам, все еще не веря, что впереди ждет целых три месяца безделья, когда не нужно учить уроки, вставать с утра пораньше и скучать в душном классе, – свобода, лишь слегка омраченная ожиданием результатов контрольной.

Столь долгий срок был обусловлен тем, что в течение полугода претенденты готовили резюме, участвовали в олимпиадах, и эта контрольная завершала череду различных заданий, оценивать ее будут не только родные учителя, но и представители элитного лицея. Все это сложно, долго и волнительно, зато и результат стоит нескольких месяцев ожидания.

Дашка жалела лишь о том, что придется надолго расстаться с любимой капоэйрой. Правда, Вадим говорил, что сейчас этот вид спорта популярен и секцию можно найти в любом городе, и уж тем более в столице. Дашка лишь однажды обмолвилась о возможности стажировки, и он обещал помочь, найти достойный зал и педагога. Как было объяснить, что никто не заменит его, Вадима…

– Ты опять о чем-то мечтаешь! – Макс подбежал внезапно и чмокнул Дашку в нос, заставив отпрыгнуть от неожиданности и смутиться.

– Да… – Даша опустила глаза. – Что-то задумалась.

– Ага, она мыслями уже в Москве! – хмыкнула Ирка.

– То есть все же хочешь меня бросить? – Макс шутил, но в его голосе промелькнули обиженные нотки. – Ну, может быть, ты еще пролетишь, – с отчаянной надеждой протянул он, и Дашке стало неприятно.

Конечно, ей тоже было жаль расставаться с Максом надолго. И девушка знала, что он желает для нее самого лучшего и просто хочет быть вместе, он даже в институт решил поступать в городе, так как надеялся, что Дашка тоже останется здесь. Но девушка не была готова идти на такие жертвы ради отношений. Поэтому стажировка вызывала вечный спор, который часто заканчивался ссорой. С некоторых пор Даша предпочитала вообще не заводить об этом речь. Можно подумать, ей было легко! К сожалению, Москва была очень далеко от их небольшого городка. Иногда казалось – проще добраться до заграницы, чем до столицы собственного государства.

Ирка невзначай затронула неприятную тему. Даша решила не вступать в спор, промолчать и не показывать свою обиду. В конце концов, либо она получит то, что хочет, и уедет к сентябрю, либо нет, и мнение Макса не играет никакой роли. Смысл заморачиваться и расстраиваться? Нужно просто наслаждаться жизнью и наступившими каникулами.

Макс и сам понял, что сболтнул лишнего, покосился виновато, захлопал длинными ресницами над грустными, словно у нашкодившего спаниеля, глазами и в очередной раз растопил сердце девушки, заставив ее невольно улыбнуться. Ну нет. Злиться серьезно на него было просто невозможно.

Макс был хорошим, добрым и правильным – это признавали все, даже Дашин папа. Правда, папа говорил об этом с легкой ноткой удивления, так как сам был нестареющим красивым байкером, который в свои тридцать семь носил кожаную куртку и гонял на дорогущем мотоцикле по всей России, наверное, пленяя сердца романтичных красоток. Об этом девушка старалась не думать. Ее родители развелись достаточно давно, так как совершенно друг другу не подходили. Как они при этом умудрились сохранить подобие дружбы, Дашка не понимала, но была им безумно благодарна за то, что у нее случались по-настоящему семейные вечера и было, по сути, сразу два дома вместо одного. Сегодня она шла в мамин.

Ирка по дороге болтала без умолку, Дашка отрешенно улыбалась и кивала. После нескольких месяцев наряженной учебы и подготовки к контрольной в голове было пусто – ни одной умной мысли, зато сотни разных отвлеченных рассуждений о жизни. Девушка наслаждалась солнышком, веселыми птичками, прыгающими прямо под ногами на асфальте, и тем, что Макс не поднимал снова тему возможной стажировки, а просто держал за руку и молчал.

Ирка попрощалась через пару кварталов и свернула в утопающий в сиреневых кустах проулок. Дашка с Максом жили в одном районе, состоящем из нескольких пятиэтажек, а Ирка недалеко в частном секторе. У ее родителей был свой огромный дом с автомастерской, принадлежащей отцу. Дашка с Иркой и знали-то друг друга благодаря родителям. Мама Иры была лучшей подругой мамы Даши, а папы вместе «тюнинговали» старые авто и гоняли летом на мотоциклах. Девушки знали друг друга практически с рождения. Даша считала Иру скорее сестрой, нежели подругой.

На улице сегодня было особенно хорошо и безветренно, можно было бы гулять, обнявшись, весь день, держаться за руки и сидеть на свежей зеленой траве, пахнущей солнцем. Если бы так сильно не хотелось спать.

Макс поцеловал Дашку на прощание, а она даже не пригласила его зайти домой. Устала и планировала упасть на диван и уснуть на пару часов до тренировки. Любимая подушка-черепашка оказалась намного привлекательнее собственного парня и замечательной погоды.

Впрочем, вечером ждала тренировка, на которой Макс тоже будет, а после можно и погулять, если останутся силы и настроение. Успокоенная этой мыслью, Дашка с чистой совестью помахала Максу на прощание и, хлопнув массивной дверью, исчезла в подъезде.

Глава 2

Последняя тренировка

Дашка проснулась за полчаса до тренировки. В распахнутое окно дул теплый весенний ветер, щедро приправленный дорожной пылью.

Взглянув на часы, девушка вскочила, кое-как пригладила рукой взлохмаченные волосы, впопыхах натянула старые линялые джинсы и выскочила за дверь, успев только крикнуть в приоткрытую дверь кухни:

– Мама! Как ты могла меня не разбудить!

– Ну, ты же так сладко спала… – без малейших угрызений совести отозвалась родительница, и Дашка страдальчески закатила глаза. Мама была неисправима: лучший ребенок – спящий ребенок. И дома, и не шумит.

Впрочем, сегодня Дашка на маму не злилась. Что и говорить, усталость, накопившаяся за последнее время, дала о себе знать. Дашка никогда никуда не просыпала, тем более на тренировку! Она и помыслить не могла, что способна сначала уснуть днем без задних ног, а потом прибежать на остановку в домашней майке с мишкой Тедди, не очень чистых «дачных» джинсах и со следами размазанной косметики на помятом заспанном лице.

Макс уже ее ждал и, судя по хмурому выражению лица, довольно долго.

– Ты откуда это такая?.. – подозрительно осведомился свежий и бодрый Макс. Несмотря на то, что сам он должен был со дня на день сдавать ЕГЭ, парень не заморачивался и не утруждал себя учебой. Макс многое схватывал на лету, а на большее и не рассчитывал. Он посмотрел на Дашку недоуменно и, подойдя ближе, аккуратно стер размазанную тушь с ее щек.

– Проспала! – буркнула девушка и, порывшись в маленьком кармашке рюкзака, достала оттуда круглое зеркальце в металлической оправе, с верблюдом на крышке – его в прошлом году на отдыхе в Египте подарил папа. Дашка любила и берегла это воспоминание о теплом ласковом море и солнечных деньках.

Из зеркала смотрела испуганно-сонная страшная физиономия с размазанной косметикой вокруг глаз. Дашка застонала и начала лихорадочно искать в рюкзаке влажную салфетку.

– Даш, мы и так опаздываем, – осторожно заметил Макс, заглядывая через плечо и пытаясь рассмотреть отражение в небольшом, слегка увеличивающем зеркальце. Судя по недоумению во взгляде, он так и не понял, что побудило Дашу приводить себя в порядок прямо посередине тротуара, не дойдя нескольких метров до дома молодежной культуры, где проходили занятия.

– Да знаю я, что опаздываем! – отмахнулась девушка, пытаясь убрать остатки косметики. – Но в таком виде идти нельзя!

– Ну ты же прошла в таком виде два квартала? – резонно заметил парень, но получив убийственный взгляд, благоразумно замолчал. Злить Дашку было чревато, она только с виду казалась совсем безобидной.

– Все, – наконец удовлетворенно выдохнула девушка, убрала зеркальце на место и, довольно улыбнувшись, взяла Макса за руку.

На тренировку молодые люди все же не опоздали, хотя по коридору к залу уже не шли, а бежали. Дашка даже не успела осознать, что, возможно, по этому коридору идет в последний раз. И не только в этом учебном году. Если она уедет на стажировку, тогда не известно, вернется ли обратно через год, а если вернется, возобновит ли занятия.

От этих мыслей хорошее летнее настроение испортилось, и девушка загрустила. Когда открывала тяжелую дверь в зал, на глаза навернулись слезы. Чтобы их не заметил Макс, буркнула что-то неразборчивое и проскользнула в раздевалку для девчонок, едва не сбив по пути тренера – Вадима.

Он, чтобы Дашка не упала, поймал ее за локоть. Девушка вздрогнула от обжигающего прикосновения, к щекам хлынула кровь, и пришлось поспешно вырваться. Дашка так и не научилась спокойно реагировать на его присутствие. Тренировки превращались в сладкий ад. Дашка даже не жинговала[1] с Вадимом. Он, как ни странно, не настаивал, видимо, понимал ее чувства.

Захлопнув за собой дверь, девушка отдышалась. Даже сейчас она чувствовала его пронзительный взгляд, а закрыв глаза, могла воспроизвести в памяти каждую черточку лица. Она давно смирилась с тем, что мечты о взрослом и красивом Вадиме так и останутся мечтами, но сегодня было как-то особенно больно. Возможно, не только этот зал, но и самого Вадима она видит в последний раз.

– Эй! Ты что застыла?

Дашка выдохнула и открыла глаза. В женской раздевалке она находилась не одна.

Вопрос задала невысокая стройная рыжая девушка – Лиса. С ней Дашка подружилась практически сразу же и сейчас достаточно часто общалась не только в секции. Лиса встречалась со скромным симпатичным Ромкой, который тоже занимался в секции и к тому же дружил с Максом. Поэтому совместные прогулки после тренировки стали хорошей традицией.

Дашка испытывала к Лисе самые теплые чувства. Если Ирка являлась практически сестрой, знакомой с детства, то Лиса была настоящей подругой, с которой Дашку объединяли общие интересы, привычки и увлечения, а также схожий взгляд на мир. Девушка была благодарна за то, что Лиса ей помогла зимой влиться в коллектив и стать лучшей среди новичков.

На лавочке у шкафчиков синхронно заплетали косички две удивительно похожие друг на друга девчонки, «близняшка один» и «близняшка два» – Наташка и Лелька. Озорные, смешливые сестренки сами предложили называть себя подобным образом при первой встрече, заметив, что их все равно все путают. А так никому не обидно. Дашка не общалась с ними вне тренировок, но симпатизировала. С близняшками всегда было весело и легко и почти не чувствовалась разница в возрасте. Они были младше на два года и иногда вели себя как дети.

А в углу, презрительно поджав губы, поправляла слишком яркий для тренировки макияж черноволосая Ксюша. Она была красива, особенно зеленые кошачьи глаза, которые девушка подчеркивала черными дерзкими стрелками. Ксюша – единственная, с кем у Дашки так и не сложились отношения. Впрочем, иного нельзя было ждать. По мнению Ксюши, ее лучшую подругу Аллу выгнали из секции именно из-за Дашки. История произошла зимой, когда Даша была здесь еще новичком. Старожилка и красавица Алла невзлюбила ее с первого взгляда из-за сущей мелочи – на первое занятие Даша пришла в сопровождении Макса, который тогда встречался с Аллой.

Ревность местной королевы становилась сильнее от занятия к занятию. Макс и правда симпатизировал Даше, а вот она даже не смотрела в его сторону. Алла злилась, отношения накалялись, и однажды мстительная девица заперла свою соперницу на целую ночь в подвале. По иронии судьбы, в ловушку Даша попала на пару с Вадимом.

Она до сих пор помнила его объятия и их единственный поцелуй. Ей тогда казалось, что это начало чего-то большего, на самом же деле – все вышло иначе. После этой выходки Вадим выгнал Аллу из секции, недвусмысленно дал понять Дашке, что между ними ничего не может быть, и подослал к ней Макса.

Девушка горько усмехнулась, вспомнив, как тонко все продумал Вадим. Он даже встречу с Максом организовал в той же кафешке, в которой сам сидел с Дашкой несколькими месяцами ранее, словно показывал, как все должно было произойти. Впрочем, быть может, она сама все это придумала, придавая обычным вещам некий романтический смысл.

Даша запоздало улыбнулась девчонкам, взирающим на нее с удивлением, прошла к своему шкафчику, плюхнулась на лавку и принялась расшнуровывать кроссовки.

– Ты сегодня странная, – заметила Лиса и присела рядом.

Близняшки хором поздоровались и убежали в зал, Ксюша зло прищурилась, промолчала и вышла следом. Она игнорировала Дашу принципиально. В раздевалке осталась одна Лиса.

– Устала, – пожала плечами Дашка. – Проспала и вообще…

– Переживаешь, что укатишь от нас в столицу и Макс найдет себе другую? – сощурила хитрые зеленые глаза подруга.

– Нет, – поморщилась Дашка и поняла, что действительно не переживает по поводу Макса. То ли уверена в нем, то ли просто не придает значения, но вслух девушка ответила другое: – Пока еще ничего не решено, о результатах я узнаю ближе к августу. Но я так много, долго и усердно готовилась, что неимоверно устала. Чувствую себя словно выжатый лимон. И еще я буду очень скучать по всем вам. Я даже на тренировки в последнее время ходила автоматически, не верится, что сегодня мы собираемся в последний раз и осенью я, возможно, уже не вернусь в зал. От этого очень грустно, кто знает, как дальше сложится судьба? Вот вроде бы и страна одна, но она такая большая! – На глаза навернулись слезы. – Я даже на выходные ездить не смогу, только на каникулы, и то не факт.

Лиса прижала Дашку к себе без слов. Она единственная, кто не стал начинать разговор на тему: «Сдалась тебе эта Москва, если ты будешь скучать (дальше можно подставить на свой вкус: по маме и папе, друзьям, тренировкам, школе). Подруга понимала Дашку лучше всех и знала, что за мечту придется платить, в том числе и расставаниями. Поэтому Дашка в последнее время только с ней и делилась своими сомнениями, остальным же ничего не говорила. Ни про надежды, которые могут не сбыться, ни про потери, которые последуют, если надежды все же сбудутся.

– Не расстраивайся, Дашка! – хлопнула по плечу подруга. – Мне бы твои проблемы! Мама через месяц собралась на весь свой отпуск на дачу – у нее там засажена целая плантация картошки, представляешь? Я уже всю голову сломала, придумывая, как бы избежать печальной участи. Не хочу я окучивать картошку больше половины каникул, и даже мамин аргумент «детям нужен свежий воздух» не срабатывает.

После откровений Лисы сразу стало легче. Даже появилась на лице улыбка.

– Ты права, мне лучше, – кивнула Даша. – У нас на даче растут исключительно сорняки и еще печальная, чахлая редиска в колесах от КамАЗа. Мама с тетей Лидой изначально планировали посадить туда цветы, но потом решили, что редиска полезнее.

Настроение наконец-то улучшилось, и девушки, взявшись за руки, отправились в зал, где уже началось традиционное построение.

Глава 3

Планы на лето

Сегодня, впервые за долгое время, Дашка получила настоящее удовольствие от тренировки, начиная от построения и бессмысленной беготни по залу кругами, заканчивая изучением новых, все более сложных элементов и отработки старых.

Девушка чувствовала ритм жинги, дышала в такт заводной латиноамериканской музыке, а не механически выполняла все сложные шаги и стойки, прокручивая в голове фразы по-испански. Капоэйра – не просто боевое искусство, где значение имеют лишь удары. В капоэре приходится постоянно двигаться, жинговать. Шаг – первое, что учится делать новичок. Сначала приходится сложно – Дашка это испытала на себе. Долго сбивалась с ритма, но потом он зазвучал в сердце, и тогда пришло удовольствие от занятий.

Сегодня девушке особенно хотелось смеяться и двигаться. Тело не чувствовало усталости, и к традиционной, завершающей каждое занятие роде[2] Даша подошла в приподнятом настроении.

Рода немыслима без живого музыкального сопровождения. Капоэйра как боевое искусство зародилась в Латинской Америке в среде рабов и долгое время маскировалась под национальный танец. Отсюда и ритмичные движения, и удары, больше похожие на танцевальные па. Даже шаг «жинга» очень сильно напоминает танец.

Мелодично запели беримбау[3], а атабаки[4] начали задавать быстрый, заводной ритм. По залу понеслось дружное:

– Оле-оле-ола…

Дашка, улыбаясь, села вместе со всеми в круг – роду, огораживающую место для поединка – жоги, и начала подпевать. Она привычно хлопала в такт ударам атабаки и следила за происходящим, ерзая от нетерпения.

В круг вышел Вадим, и девушка, как всегда, задержала дыхание. Он был не очень высокий, ниже того же Макса, но великолепно сложенный. Узкие бедра и талия, прокачанные «крылья», делающие спину визуально шире, смуглая рельефная грудь и ярко выраженные кубики пресса. Занимающиеся в секции ребята все были стройными и подтянутыми, тренировки по два часа несколько раз в неделю на любую фигуру действуют благотворно, но Вадим всегда выглядел притягательнее и лучше. Возможно, дополнительно занимался в тренажерном зале, а может, просто был старше и тренировался уже очень давно – больше десяти лет.

А еще у Вадима был дракон. Он распахнул крылья на спине парня, спустив похожий на змею хвост по позвоночнику. Дашка каждый раз сглатывала, когда в поле ее зрения попадал прорисованный до мелочей шип на кончике хвоста.

Дашка не говорила никому, но у нее самой между лопаток с некоторых пор поселился такой же дракончик, только маленький. Крошечная, чуть больше спичечного коробка копия того, который у Вадима на спине. Девушка набила татуировку зимой, когда поняла, что ее мечтам не суждено сбыться. Теперь пришлось забыть о слишком открытых майках на тренировках. Даша не готова была демонстрировать свою тайну всем. Дракончик являлся символом, понятным ей одной.

Даша задумалась и не сразу сообразила, что все смотрят на нее. Она испуганно вскинула глаза и встретилась с внимательным взглядом Вадима.

– Пожингуем? – Судя по интонации, парень задал этот вопрос уже как минимум второй раз.

– Да я… – нерешительно начала она, но, поймав на себе несколько недоуменных взглядов, мотнула головой. Отказаться глупо – не принято и подозрительно, в конце концов, сегодня последнее занятие.

Девушка шагнула в круг, сделав красивое и ровное ау[5]. Даже не пришлось прилагать усилий, тело все умело само. Оказавшись подле Вадима, Даша присела и подала ему руку в традиционном приветствии, а дальше начался бой – красивый, завораживающий и озорной, такой, каким может быть только поединок в капоэйре. Не столько сражение, сколько демонстрация умений. Попытка перещеголять друг друга. Впрочем, Дашке было далеко до Вадима, к тому же она больше завороженно смотрела на его поджарое мускулистое тело, нежели жинговала сама.

В который раз девушка порадовалась, что то направление, которое изучают они, является бесконтактным – танец, где нет ударов и нужно лишь показать, что ты могла бы физически воздействовать на партнера. Даша не пережила бы, если бы это был спарринг с настоящими захватами, похожими на объятия, и тесным контактом.

Здесь же требовалось лишь имитировать удар, зафиксировать ногу в миллиметре от лица партнера и тут же отступить, уклониться и сделать очередной акробатический трюк. Не зря «жинговать» – практически полный синоним слова «играть».

В один момент Вадим отступил и чуть наклонил голову, выражая удовлетворение жогой, а в круг тут же, сменяя его, выскочила Лиса. Дашка даже выдохнуть не успела, пришлось подхватывать озорной и быстрый ритм, который с ходу задала подруга.

На свое место Дашка села вся мокрая, запыхавшаяся, уставшая и, несмотря ни на что, довольная. Мышцы приятно ныли, и по мере того, как накрывала физическая усталость, проходила усталость эмоциональная. Снова стало грустно от понимания, что подходит к концу целый жизненный этап.

– Мне было приятно с вами работать в течение этого года, – улыбнулся Вадим, обращаясь к группе, но взгляд задержал почему-то на Дашином лице. – Впереди каникулы, и я надеюсь, за лето наши ряды не поредеют, а чтобы сплотить группу, хочу вам предложить одно интересное выездное мероприятие.

– Что за мероприятие? Шашлыки? – загорелись азартом глаза Лисы, и она плотоядно улыбнулась.

– Ну… – Вадим усмехнулся. – Шашлыки в программе тоже есть, а вообще я предлагаю вам выехать в летний археологический лагерь. Мой друг – руководитель раскопок, которые проводятся недалеко от города, в районе старой, почти опустевшей деревушки Заозеры. Там уже несколько лет копают стоянку времен, если не ошибаюсь, неолита. В августе у Игоря Юрьевича будут проходить практику студенты. Мы с вами вполне можем присоединиться.

– И что мы там будем делать? – наморщила высокий лоб Ксюша. Было видно: предложение ее не вдохновило. – Я не хочу сортировать черепки.

– Не переживай, к черепкам тебя никто не допустит. Это дело ответственное. Мы будем копать.

– Копать? – округлил глаза Ромка. – Так это ж скучно!

– Не скажи, – не согласился Вадим. – Лагерь расположен на берегу чистейшего озера. Если повезет с погодой, в начале августа еще можно будет купаться. Поэтому мы можем организовать очень насыщенный отдых. С утра – пробежка, купание; до обеда – помогаем археологам и копаем, потом отдыхаем, купаемся-общаемся, ближе к вечеру – тренировка и посиделки у костра. Это предложение действительно для всех, но, естественно, никто вас не заставляет. Единственная просьба – думать побыстрее. Сообщите мне в течение недели по возможности. А сейчас всем до свидания и веселых каникул!

Вадим махнул рукой и скрылся в раздевалке, а в зале началось оживленное обсуждение. Предложение Вадима взволновало всех. Кто-то уже сейчас готовился паковать чемодан. Кто-то думал, как отпроситься у родителей, кто-то расстраивался, что не выйдет присоединиться к общему веселью, и только одна Дашка, казалось, не горела желанием никуда ехать.

– Почему? – спрашивала ее Лиса. – Будет же здорово! Представляешь, романтические посиделки у костра, почти полная свобода от родителей… И никакой картошки! Мечта!

– Ага, а лопата все та же, что и на огороде! А еще отсутствие горячей воды… – скептически заметила Даша. – Нет уж, наверное, я воздержусь от поездки. Не уверена, что хочу…

– Как так? – подскочил Макс. – Дашка! Не смей! А потом ты укатишь почти на год в Москву? Ну уж нет, поехали, ну пожалуйста!

Лиса и Макс доставали ее всю дорогу до дома, и в конце концов Даша пообещала подумать, уверенная, что мама тоже не будет в восторге от двух недель археологического лагеря перед длительным отъездом в неизвестность.

Конечно, в душе Дашки жил маленький червячок сомнения по поводу московского лицея – результаты теста еще не пришли, и ждать их долго, поэтому нельзя настраиваться так сильно, но, с другой стороны, девушка была в себе уверена и не могла не мечтать.

Как ни странно, мама восприняла идею о летнем лагере с энтузиазмом и дала свое родительское благословение, лишив Дашку последнего аргумента в споре с друзьями.

Девушка забросила в угол сумку со спортивной формой, задвинула в дальний ящик тетради, и только усевшись на подоконник с чашкой ароматного чая, осознала, что пришло лето, а учебный год, который принес в ее жизнь столько нового, закончился. Впереди ждали беззаботные деньки, прогулки с Максом при луне и полное отсутствие домашних заданий.

Но было почему-то грустно, и Дашка знала, какое имя у ее грусти – Вадим. Девушка давно смирилась с тем, что между ними ничего не может быть, она поняла и приняла все его аргументы, и даже стала встречаться с Максом, который ей, безусловно, нравился, но сердце при этом все равно молчало и начинало биться сильнее лишь три раза в неделю, когда на горизонте появлялся Он. Каждый раз после тренировки Дашка не могла избавиться от ощущения неправильности происходящего, но наступало следующее утро, у подъезда ждал Макс – такой милый, веселый и понятный, и заботы уходили, правда, ненадолго. До следующего занятия.

Эти чувства напоминали болезнь. Дашка прекрасно все понимала, она старалась от них избавиться, и сейчас появился реальный шанс. Она не увидит Вадима долгих два месяца, в это время рядом будет только Макс. Короткие две недели в летнем лагере не в счет. А потом и вовсе все изменится: новый город, новые друзья, новые увлечения… только вот когда девушка начинала об этом думать всерьез, сердце сжимала боль.

Глава 4

Плохие известия

Два месяца пролетели удивительно быстро, слившись воедино и не оставив ни одного яркого впечатления. Лето выдалось солнечное, можно было ни о чем не думать, расслабляться и гулять, но, как назло, запомнила Дашка только один самый ужасный день, а не череду сплошного позитива, которая была перед ним.

Проснулась тогда девушка ближе к двенадцати в замечательном настроении и лениво выползла на кухню. Мама уже ушла на работу. Дашка поставила чайник и принялась мыть накопившуюся с вечера посуду.

У них с мамой существовало негласное правило. В каникулы мыла посуду и два раза в неделю убиралась дома Дашка, ну а мама больше не напрягала ее никакими домашними делами. Не заставляла ездить на дачу (впрочем, там Дашка сама бывала довольно часто, она любила природу и свежий воздух), не принуждала к другим малоприятными занятиям и вообще не мешала отдыхать и наслаждаться жизнью. Даже ложиться и вставать Дашка могла тогда, когда ей заблагорассудится. Такое положение дел было удобно абсолютно всем.

Последнюю неделю Дашка не расставалась с мобильником. Она даже в туалет ходила с ним – а все потому, что начался август. Все капоэристы, включая Макса и Лису, паковали рюкзаки и чемоданы в археологический лагерь, а Дашка денно и нощно ждала судьбоносного звонка из школы, хотя до отъезда оставалась всего пара дней, а сумки не имели привычки собираться в дорогу самостоятельно.

Судьбоносные вести настигли все равно неожиданно. Девушка нежилась на солнышке на городском пляже возле широкой быстрой речки в веселой компании, состоящей из Макса, Ирки и Лисы с Ромкой.

Дашка в который раз поразилась, насколько непохожи друг на друга две ее лучшие подруги. Ирка была эпатажной и немного сумасшедшей. Она носила рваную стрижку, красила волосы в немыслимые цвета и в тринадцать лет набила первую татушку. Получила единственную серьезную выволочку от родителей, и татушка стала последней. Зато на следующий год – в четырнадцать – подружка проколола себе пупок и нос. У Иры была светлая, почти прозрачная кожа с голубыми венами и хрупкое телосложение нимфы. Если Ирка надевала рваные джинсы, клетчатую рубашку, а волосы прятала под цветастую бандану, ее иногда путали с парнем.

Лиса олицетворяла собой женственность: невысокий рост, смуглая кожа, сильное, тренированное тело и роскошная грива медных волос. Правда, за всей внешней кошачьей мягкостью внутри скрывался стальной стержень спортсменки со стажем. Лиса была упрямой, смелой и принципиальной. Эти качества их с Иркой роднили. На фоне подружек Даша сама себе казалась какой-то уж очень обычной: русые от природы волосы, которые вот уже полгода она красила в черный цвет; серые глаза и худощавая фигура – ничего интересного. Правда, говорили, что каре с ровной челкой до бровей делает ее похожей на француженку, но Дашка воспринимала комплименты скептически, из зеркала на нее смотрела самая обычная девчонка.

Заметив, что на экране телефона высветилась надпись «классная», Дашка отбросила с плеча руку Макса, вскочила с цветастого полотенца и отбежала на некоторое расстояние от друзей. Она предпочла разговаривать на важные темы не под пристальными взглядами нескольких пар внимательных глаз.

– Даш… – голос классной звучал убито, и Дашкина рука, сжимающая мобильник, отчетливо задрожала. Дослушивать, что скажет учительница, не хотелось, Дашка и так все поняла по интонации, по продолжительной паузе. – Сожалею, но…

– Все ясно, ничего страшного, – сглотнула слезы девушка и нажала отбой. Слушать дальше не имело смысла. Зачем вникать в чьи-то утешения или узнавать о том, кому повезло чуть больше, нежели ей? Дашке было все равно, почему она не прошла по конкурсу и кто оказался чуть лучше и удачливее. Сейчас это совершенно неважно. Возможно, позже станет интересно, а пока хотелось спрятаться ото всех где-нибудь в тихом месте.

Накатило дикое отчаяние и отчего-то жгучий стыд. Даша была уверена в успехе и разболтала про заоблачные перспективы всем. И что же теперь? Как сказать друзьям, что она никуда не едет, если от одной мысли об этом неконтролируемо текут слезы?

Впрочем, друзья все поняли без слов. Все догадывались, какого именно звонка ждала Даша и что могут означать ее слезы. Девчонки кинулись утешать, а парни настороженно замерли в стороне. Дашка старалась не смотреть на Макса – боялась заметить на его лице невольно мелькнувшее торжество. Сейчас Дашка не смогла бы этого простить. Она знала – Макс был против Московского лицея и длительной разлуки, а значит, сейчас не может не обрадоваться.

Дашка вытерла тыльной стороной ладони слезы, отмахнулась ото всех утешений и, поспешно запихав вещи в сумку, рванула домой – было просто необходимо побыть одной и как следует прореветься. Показывать свою слабость на людях она не любила.

Лиса кинулась следом, но ее за руку поймала Ирка и едва заметно покачала головой, потому что знала Дашу лучше всех остальных, вместе взятых, и понимала: в таком состоянии ее трогать чревато – велик риск нарваться на неприятности и скандал. Но Макс почему-то Ирку не послушался и увязался следом, а у Даши не было даже сил его прогнать. Она ревела взахлеб, чувствуя себя совершенно беспомощной.

– Макс, уйди, пожалуйста! – сквозь слезы едва слышно прошептала она. Парень вместо того, чтобы послушаться, прижал к себе и погладил по волосам, пытаясь ко всему прочему еще и утешать. Это злило. Дашка не хотела делать объектом своей злости Макса, но и сдержаться было очень сложно.

Возможно, если бы Макс тогда ушел, все закончилось бы иначе, но вместо этого он неосмотрительно затронул скользкую тему разбившейся вдребезги мечты.

– Далась тебе эта Москва, Даш? – покровительственным тоном начал Макс, заставив Дашку захлебнуться слезами. – Возможно, так даже лучше… нам не придется расставаться… я же тебя люблю, ты знаешь?

Дашка знала, но ей было все равно, а вот слова Макса задели.

– Неужели ты можешь думать только о себе? – закричала она, не обращая внимания на идущих по улице людей. – Неужели ты не понимаешь, что я делала все возможное, чтобы попасть туда? А ты лишь хотел, чтобы у меня не вышло? Ты мечтал о моей неудаче? И это называется любовь?

– Но… – опешил Макс, не привыкший видеть Дашку в таком состоянии. Обычно она была сдержанна и не склонна к истерикам. – Я же хотел, как лучше для нас…

– Для нас? – хмыкнула девушка. – Для себя ты хотел как лучше, а не для нас! Почему ты считаешь, что у меня должна быть единственная мечта – не расставаться с тобой? А если я хочу большего? Если я хочу еще чего-то для себя лично? Если я хотела пожить в новом месте, довести до совершенства язык с хорошими учителями, нормально подготовиться к поступлению в вуз? Это неправильно, что ли? Если это был мой шанс получить то будущее, которое я хочу?

– Но без меня, – хмуро отозвался Макс, а Дашка замолчала, впервые осознав частичную правоту парня. Она и правда была нечестна с ним. В ее планах на будущее Максу места не нашлось, но девушка не чувствовала себя виноватой.

– Возможно, я не права, – утерев слезы, начала она. – Может быть, я не та, кто тебе нужен, но могу сказать точно: я всегда буду стремиться к большему и всегда буду покорять новые вершины… Ты говоришь, что любишь меня, значит, полюбил и за это тоже. Ты не стараешься подняться на мой уровень… ты тянешь меня за собой вниз и радуешься моим неудачам, потому что они уравняют меня с тобой… Это обидно.

– То есть то, что я хочу быть вместе, – это значит, тяну тебя вниз? – обиделся парень.

– Я не хочу об этом говорить, – покачала головой девушка. – Я просила тебя уйти. Почему ты не послушался? Тогда бы этого разговора не было… А сейчас прости, я действительно хочу побыть одна…

– Даш… – попытался поймать ее за руку Макс, но она лишь отрицательно мотнула головой и прибавила шаг, устремляясь к дому. Даша действительно была не рада, что разругалась с Максом и наговорила гадостей, но, с другой стороны, – когда-то стоило расставить все точки над «и».

Мама поняла все без слов и не стала изводить Дашку вопросами и утешениями. Девушка подозревала, что ей «донесла» Ирка или классная. Это и к лучшему. Сказать сейчас о том, что мечты рухнули и последние полгода были потрачены зря, Дашка не могла.

В комнате на подоконнике стояли стакан сока, вазочка с фруктами и тарелка с салатом и остывшей курицей. Мама подготовилась основательно, понимала, что Дашка не захочет общаться, скроется в своей норе и уж конечно не пойдет на кухню, чтобы поужинать.

Есть не хотелось и здесь, но было так обидно и грустно, что девушка кусочек за кусочком съела все, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.

Внутри все будто оборвалось, Дашка уселась на подоконник, закрыла ноги пледом и просидела неподвижно до глубокой ночи, не думая ни о чем, не анализируя причины неудачи, не жалея себя, просто изучая привычный куст сирени на улице. Очнулась, когда уже было совсем темно и в окно светила огромная, неестественно кровавого цвета луна.

Оцепенение прошло, и вернулись боль, обида и отчаяние. Дашка так долго пыталась сделать все правильно и достичь своей мечты, что сейчас хотелось выть на луну. Ссора с Максом только подлила масла в огонь. «Кого я обманываю? – прошептала в темноту девушка. – Макс хороший, милый, но зачем он нужен мне?»

Даша внезапно поняла, что у их отношений нет будущего. Девушке стало неприятно от осознания, что она, по сути, использовала парня и отсчитывала дни до отъезда в Москву. Ведь тогда бы расставание прошло просто и безболезненно. К этому не пришлось бы прилагать усилий, все вышло бы само собой, а что делать сейчас, Даша не представляла, но врать себе и Максу дальше точно не хотела.

Глава 5

В путь

Дашка два дня не выходила из дома, отключила телефон и даже с мамой общалась только по необходимости. И уж конечно девушка не собиралась ехать ни в какой археологический лагерь. Она хотела лежать на диване, смотреть в потолок и жалеть себя до конца лета, надеясь, что позорное первое сентября, когда придется возвращаться в школу, где ее никто не ждет, не наступит. От одной мысли о насмешках и глупых вопросах, которые посыплются в начале года, появлялось желание вообще никуда не ходить.

Девушке не хотелось никого видеть и ни с кем общаться, но судьба в лице неугомонной тети Лиды и мамы распорядилась иначе. С утра, в день выезда, две великовозрастные подружки растолкали Дашку ни свет ни заря, вручили увесистый рюкзак со всем необходимым и буквально выставили за дверь со словами:

– Твоя жизнь на этом не закончилась. Тебе нужно сменить обстановку, берег чудесного озера в августе прекрасен. Счастливого пути! Не скучай там, золотко!

Дашка растерянно замерла на лестничной клетке. Она еще толком не проснулась, сегодня не умывалась, и надеты на ней были домашние шорты и растянутая майка. По хорошему, стоило хотя бы привести себя в порядок, но, во-первых, до автобуса оставалось совсем немного времени, а во-вторых, она знала несносный характер тети Лиды – маминой подружки, обратно домой Дашку никто не пустит.

Девушка тяжело вздохнула и, закинув рюкзак на спину, уныло потащилась на остановку. Настроение как было дрянным с самого утра, так и не улучшилось. Хотелось либо зареветь, либо на кого-нибудь накричать. Две недели в палатке среди комаров представлялись сущей пыткой.

– Дашка! – К ней от небольшого белого микроавтобуса кинулась Лиса, одетая в камуфляжные штаны с многочисленными карманами, узкую черную майку и защитного цвета кепку. – Я уж думала, ты не придешь! Почему в инет не выходила и трубку не брала? Я же сильно-сильно волнуюсь!

– У меня было плохое настроение, – буркнула Дашка, но все же обняла подругу. – И я вообще думала, что никуда не поеду. Меня выпихнули из дома две сумасбродки…

– Кто?

– Мама и тетя Лида, – пояснила Дашка и следом за Лисой залезла в микроавтобус, в котором сидели уже все желающие отдохнуть на природе. В глазах разместившегося на заднем сиденье Макса мелькнула радость, и он подался вперед, приглашая Дашку устроиться рядом, но девушка, надувшись, его проигнорировала и расположилась в середине салона, у окна.

Лиса сделала страшные глаза, послала воздушный поцелуй Ромке, сидящему с Максом, и упала на соседнее кресло, рядом с подругой. Видимо, в знак солидарности. Или просто решила проконтролировать и, если что, не позволить подружке сбежать. Дашка сморщилась, но возражать не стала. Наверное, ругаться с Лисой не очень хорошая идея. Лучше от этого на душе точно не станет. К тому же подруга искренне переживала, в отличие от Макса, на которого Дашка все еще серьезно обижалась.

То, что она все-таки действительно едет в археологический лагерь, девушка поняла лишь тогда, когда, захлопнув за собой дверь, в микроавтобус последним зашел Вадим.

Девушка привыкла видеть его в зале в широких белых штанах, подвязанных витой веревкой-поясом. Она приучила себя воспринимать молодого человека как Вадима-тренера, и даже дракон, распахнувший крылья на его спине, перестал вызывать бурю эмоций. Сейчас же на Вадиме были узкие джинсовые шорты чуть ниже колена, белая, подчеркивающая смуглую кожу майка без рукавов, а темные, обычно стянутые резинкой волосы падали на плечи. Солнечные очки Вадим надел на голову, используя в качестве ободка. Дашка сама всегда так делала.

У девушки перехватило дыхание, а глаза защипало от слез. Невысокий, тонкокостный Вадим сейчас беззаботно улыбался и выглядел лет на двадцать, никак не больше. Казалось, что пропасть, разделяющая их, исчезла. «А две недели-то будут нелегкие…» – заключила Дашка и поняла, что уже несколько минут не думает о неудавшейся поездке в Москву. Вадим вытеснил все мысли о несложившемся будущем в столице.

– Я по всем вам очень скучал! – совершенно непосредственно поприветствовал своих учеников Вадим. – Рад видеть здесь ставшие родными лица! Сейчас мы отправляемся в путь, я надеюсь, вы все взяли с собой средства для загара, спреи от комаров и ложки-кружки? Потому как если средствами вы сможете друг с другом поделиться, то вот без своей ложки две недели будет грустно.

– Мы взяли столовый набор! – радостно воскликнула одна из близняшек.

– У нас пять ложек и пять вилок, – добавила вторая.

– И кружек тоже много. Так что, если кто и забыл, мы поделимся!

– Вот и замечательно, – кивнул Вадим. – Тогда можно ехать. Нас там уже ждут. Раскопом руководит мой хороший друг, профессор университета Игорь Юрьевич Свиридов. Формально мы с вами будем ему подчиняться.

– А мальчики там красивые будут? – хитро прищурила глаза Ксюша, которая даже сейчас была при полном макияже. Новенькая – русоволосая нимфа Настя – радостно поддакнула. Она пришла заниматься после Нового года и в последнее время постоянно ходила рядом с Ксюшей. Дашка относилась к девушке настороженно, слишком уж сильно она напоминала Аллу.

– Я, вообще-то, не очень большой эксперт по мужской красоте, – смущенно кашлянул Вадим. – А потом, вам что, своих парней мало?

– Свои – это уже не интересно, – со скукой в голосе протянула Ксюша.

– Ну, тебе, конечно, виднее, – хмыкнул с задних рядов Ромка.

– А ты, смотрю, завидуешь? – тут же нашлась девушка, пристально взглянув на смутившегося парня. – Так поздно уже, был у тебя шанс!

– Я ее сейчас убью, – зашипела Лиса, мрачнея. Ни для кого не было секретом, что Ксюша давно положила глаз на Ромку, но парень еще зимой выбрал Лису.

– Не кипятись. – Дашка взяла подругу за руку. – Ты же знаешь, она постоянно всех цепляет. У нее натура такая!

К спору подключились парни, которые требовали красивых девчонок. В результате Вадим сдался.

– Я-то думал, мы едем тренироваться и дышать свежим воздухом, а не устраивать личную жизнь!

– А что, неужели нельзя совместить? – подала голос Настя, которая вообще чаще всего молчала. В сплоченный коллектив капоэристов было не так-то просто влиться.

– Ну Вади-и-м, – протянула Ксюша. – Рассказывай, кто там будет.

– Студенты-археологи, преимущественно парни, насколько я знаю. Ну, может быть, есть пара девчонок, не больше.

– А парней сколько?

– Человек пять-шесть, думаю… но не уверен. Будут еще школьники вроде… я, признаться, не интересовался.

– Так не честно! – заорал Димка таким обиженным голосом, что заржали все.

– Ладно! – махнул рукой Вадим, сдаваясь. – Вчера заехали Ольга и гимнастки, но гимнасток пятеро, если я не ошибаюсь.

Мальчишки одобрительно загудели, а Дашка, даже не успев опомниться, ляпнула:

– А на фига гимнасткам раскопки?

Вадим посмотрел на нее укоризненно, но девушке было все равно. Она не любила тренера гимнасток Ольгу – именно ей Вадим говорил зимой, что не интересуется малолетками, и именно ее целовал. И гимнасток Дашка не любила, потому что они как одна походили на Ольгу – утонченные, худые и манерные.

– Гимнасткам раскопки нужны для того же, для чего и вам, – сухо пояснил тренер. – Чтобы насладиться свежим воздухом, видами, позагорать и получить какие-то новые знания и впечатления. Еще вопросы есть?

Вопросов было много. У каждого по десятку. В них входили: «Где это Вадим Дмитрич получил такой ровный загар?» с уточнением «Не надо нам врать, что на огороде» и «Нам почему-то кажется, что это Кипр», «Как это откуда мы знаем?», «Мы знаем все, иначе жить не интересно». И еще много такой же бессодержательно-веселой болтовни соскучившихся друг по другу людей.

Дашка сначала обиженно молчала, смотрела в окно, но постепенно начала втягиваться в общее беззаботное веселье, отвечать на беззлобные и не очень шуточки.

Рассказывать о себе и с интересом слушать истории из жизни других. Даже Ксюшины байки, которые всегда находились где-то на грани приличия, вызывали улыбку и не раздражали. В конечном счете в любом коллективе должна быть такая «плохая девчонка».

До места добрались часа за полтора, и веселой толпой вывалились из автобуса, покидав на проселочной дороге рюкзаки, пакеты и кульки. Дашка наконец-то оценила сборы в поход не собственными руками – ее рюкзак был одним из самых небольших. Оставалось надеяться, что мама и тетя Лида упаковали все необходимое.

– Даш, ты все еще дуешься? – спросил девушку подоспевший Макс. Она натянуто улыбнулась, решив не говорить парню о том, что «дуешься» не совсем правильное определение ее состояния.

Макс смотрел виновато, мило улыбался и, было видно, считал, что и на этот раз ему все сойдет с рук. Он был классным веселым парнем, и эти качества всегда перевешивали его недостатки. Дашка это прекрасно понимала, но для себя все решила, осознавая – дело не в Максе, а в ней.

Только вот время и место для сложного разговора были совсем не подходящие, поэтому она беспечно отмахнулась.

– Ты же знаешь, на тебя невозможно сердиться долго. – Девушка была собой довольна, она ведь даже не соврала.

– Тогда почему ты не звонила, не брала трубку, а когда я решил зайти к тебе, дверь открыла эта странная тетка в очках и буквально выставила меня за порог!

– Макс, у меня было плохое настроение. – И снова правда. – Мне хотелось хорошенько подумать, все взвесить, я даже сюда ехать не собиралась…

– Но ты здесь, а значит, все нормализовалось? – с надеждой уточнил Макс.

– Нет, – покачала головой Дашка. – Но ты прав, я здесь, а значит, мне лучше.

– Так, народ! – крикнул Вадим, предлагая обратить на себя внимание. – Мы остановились не у самого лагеря археологов. Нам предстоит немного прогуляться пешком по проселочной дороге, и так как я редко бываю с вами не в зале, а на улице, поверьте, мне очень хочется поставить вас парами, как в детском саду, чтобы вы не разбежались по лесу и не потерялись! Поэтому без глупостей. Всем понятно? Друг от друга не отстаем, кому надо в туалет, терпим, божьих коровок не фотографируем. О’кей?

– А почему божьих коровок-то фотографироваться нельзя? – изумилась Настя.

– Потому, что это попусту потраченное время! Дойдем до лагеря археологов, там обустроимся и фотографируйте все, что вашей душе угодно, а я выдохну.

– Там ты за нас уже отвечать не будешь? – хмыкнула Ксюха.

– Там за вас буду отвечать не я один, и это успокаивает. А теперь быстрым шагом за мной!

Глава 6

Розетка на дереве

Идти пришлось больше получаса, и немаленькая компания капоэристов растянулась унылой вереницей по извивистой тропке, ведущей по краю леса. Девчонки все же не утерпели и устроили фотоссесию на фоне поваленного дерева, мальчишки погнались за белкой, и Вадим, не выдержав, выполнил свою угрозу и заставил построиться парами. Копоэристы дружно похихикали, но просьбу тренера выполнили.

Дашку за руку хотел взять Макс, но она успела ухватиться за недоуменно покосившуюся на нее Лису. Подруга не стала ни о чем спрашивать, но было видно – вопросов у нее накопилась масса и рано или поздно Дашку ожидает «разговор по душам».

Так и вошли в лагерь – с тренером во главе небольшого отряда и распевая советскую строевую песню. Даша никогда раньше не была на таких мероприятиях и не знала, что представляет собой лагерь археологов. По факту это оказался небольшой палаточный городок, в центре которого под навесом была организована полевая кухня, рядом горел огромный костер и стояли большие чаны для приготовления еды, а под зеленым навесом находились длинный дощатый стол и лавки, сделанные из обычных досок, поставленных на березовые полешки.

– О! Вадим! Вы добрались быстро! – Капоэристам навстречу выдвинулся высокий, немного рыхлый мужчина с трехдневной светлой щетиной на добродушном, симпатичном лице. На вид ему было лет тридцать, может, чуть больше. Следом медленно шла улыбающаяся Ольга, одетая в светло-серый спортивный костюм и розовые кроссовки. Золотистые волосы были убраны под белую кепку. Даже на природе тренер гимнасток умудрялась выглядеть гламурно.

– Всем привет, – мило улыбнулась она, и Дашка почувствовала, что начинает закипать от злости.

Мужчины поздоровались за руку. Вадим чмокнул в щеку Ольгу и на какое-то время забыл о своих подопечных, перекидываясь шутками с начальником археологической экспедиции и руководительницей гимнасток, а Даша начала с интересом оглядываться по сторонам, изучая обстановку, в которой придется жить две долгие недели.

Палаток было несколько: три большие и еще штук пять поменьше. Они располагались хаотично, будто выросли из-под земли сами по себе, словно грибы. Раскопа отсюда видно не было. Из этого девушка сделала вывод, что до него либо еще нужно идти, либо копать и не начинали – ждали их. Дашке совершенно не нравилось название должности, в которой они сюда приехали, – младший препаратор. Вадим упорно именовал своих подопечных «младшими прилопаторами», и девушке казалось, что именно это определение верное.

У костра напуганной стайкой сидели три хрупкие гимнастки. Они все, как и их руководительница, были в узких разноцветных майках и серых укороченных спортивных штанах. Девочки, как всегда, держались вместе. Еще зимой, во-время поездки на соревнования, они показались Дашке представительницами какой-то странной секты – держались особняком и предпочитали общаться только между собой.

Рядом с гимнастками стояла высокая, статная девушка с толстой русой косой – Василиса Премудрая, судя по надменному выражению лица. Именно так настоящую русскую красавицу окрестила про себя Дашка. Было в ее облике нечто, выдающее любовь поучить всех уму-разуму. У костра сидели несколько загорелых до черноты парней в грязных шортах. От припаркованного в стороне джипа, который неизвестно как смог сюда подъехать, шли еще два молодых человека, судя по схожим чертам лица – братья.

– О, дети приехали! Вторая партия! – белозубо улыбнулся тот, который постарше. Он оказался красив. С черными волосами и поджарой фигурой. На парне были светлые шорты и распахнутая на груди клетчатая рубаха.

Дашке он сразу не понравился – какой-то уж слишком яркий, самоуверенный, с наглым взглядом, зато остальные девчонки оценили. Даже Лиса замерла с открытым ртом.

Второй парень казался намного бледнее. Такие же пронзительно-синие глаза под темными длинными ресницами, но рост чуть ниже, черты лица мягче, улыбка застенчивее и волосы не цвета воронова крыла, а обычные темно-каштановые с легким медным отсветом. Он молча проскользнул к костру и сгрузил на траву две пятилитровые бутыли воды.

– Итак, – Вадим, довольно улыбаясь, повернулся к своим ребятам, – вы будете жить в двух палатках вон в том конце лагеря. – Тренер махнул рукой куда-то в сторону леса. – Пойдемте, я вам покажу.

– Мы с тобой не будем, – шепнула Дашке на ухо Лиса и закричала, обращаясь уже к Вадиму: – Вадим Дмитрич, а можно мы с Дашкой свою палатку поставим где-нибудь рядышком?

– Почему бы и нет, – пожал плечами Вадим и, усмехнувшись, заметил: – А ты запасливая!

– Ну так! – самодовольно хмыкнула Лиса. В ее ярко-зеленых глазах вспыхнули смешинки.

– Так не честно! – возмутилась Ксюха. – Почему нам не сказали, что можно взять свою палатку?

– Не подумал, – беспечно пожал плечами тренер и двинулся вперед, показывая, что тема для разговора исчерпана.

– Ты с нами жить не хочешь, что ли? – обиженно в один голос заныли близняшки, и Ксюша добродушно отозвалась:

– Да нет, почему же? Но отдельная жилплощадь все равно намного привлекательнее, вдруг мне понадобится уединиться?

– Никаких «уединиться»! – гаркнул спереди Вадим. – Я все слышу!

– А я, может быть, люблю одиночество? – хитро заметила Ксюха.

– Знаю я ваше одиночество, – не поддался Вадим. – Будете у меня по лагерю передвигаться исключительно с компаньонками, как в XIX веке.

– А может, лучше с компаньонами? – Даша сама не знала, кто ее сегодня тянет за язык. Язвительные замечания вылетали сами и, похоже, выводили Вадима из состояния равновесия.

Он взглянул на девушку пристально и зло, но ничего не сказал, а лишь ускорил шаг. Дашка пожала плечами и, переглянувшись с понимающе хихикнувшей Ксюхой, отправилась следом. Как ни странно, отсутствие реакции Вадима разозлило и захотелось сделать или сказать что-то такое, что выведет его из себя окончательно. К сожалению, девушка так и не смогла придумать ничего стоящего, поэтому молчала.

Вообще, неудача с московским лицеем сделала Дашку взвинченной и злой. Ей, как никогда раньше, хотелось выводить всех из себя и шокировать, особенно Вадима. Подростковый бунт, который никак не проявлялся у девушки до сих пор, внезапно дал о себе знать. Лагерь вдруг показался очень удачным местом для того, чтобы оторваться по полной. И начать Дашка решила с демонстрации дракона на спине.

Летом на пляже и Лиса и Макс видели ее татуировку, но не придали никакого значения, хотя, раздеваясь до купальника в первый раз, девушка нервничала. Но Вадим дракончика еще не видел, Даша подозревала, что он оценит и без труда поймет намек.

Неожиданно настроение начало улучшаться, и Даша отправилась помогать ставить палатку необычно задумчивой Лисе. Подруга с момента приезда в лагерь была сама на себя не похожа. В глазах появился лихорадочный огонек, а движения стали неловко-суетливыми. Даша искренне надеялась, что виной тому не черноволосый красавец студент, на которого Лиса любовалась с открытым ртом полчаса назад.

В представлении Даши Лиса и Ромка были идеальной парой, подходящей друг другу по всем параметрам. Девушка даже думать не хотела о том, что может быть нечто, способное разрушить эту идиллию.

В отличие от Лисы, Дашка палатку ставила впервые, поэтому больше мешала, чем помогала. Более опытная в походных делах подруга на нее постоянно шипела. Но наконец непростое дело было завершено. Палатка Лисы оказалась ярко-зеленой, двухместной и смотрелась уютно.

Девушки затащили внутрь свои пожитки, накачали узкие надувные матрасы, а на них сверху кинули спальники. В необъятном рюкзаке Лисы даже нашелся небольшой складной столик на коротких ножках. У Даши был дома похожий, она его использовала, когда хотела поваляться на диване с ноутбуком и чашкой чая.

Дашка сунулась в свой рюкзак и обнаружила, что мама и тетя Лида положили ей теплые носки, дождевик, ярко-красный, явно Иркин, купальник – Дашка подозревала, что верх на ней будет смотреться слишком провокационно – Ирка была намного худее. А вот ложки и кружки не обнаружилось. Правильно, зачем? Шерстяные носки и чужой купальник в походе, безусловно, важнее.

Вздохнув, Дашка одна из первых отправилась на поклон к близняшкам за столовыми приборами, в душе радуясь, что хоть кто-то в их группе хозяйственный. Палатка девчонок стояла недалеко. Даша прошмыгнула быстро, стараясь не попасться на глаза Максу, который бурно, жестикулируя, объяснял что-то Ромке, расположившись на бревнышке у темно-синей палатки мальчишек. Макс был в своем репертуаре – ярко-красные шорты и обнаженный торс. Красивый, шумный и простой. Дашке он нравился, но, к сожалению, не больше. Она пообещала себе, что обязательно поговорит с ним, но позже, возможно, сегодня вечером.

Возвращаясь с веселой ярко-желтой пластиковой кружкой и алюминиевыми погнутыми ложкой и вилкой к своей палатке, Дашка увидела интересную сцену.

Недалеко от костра росла огромная, наверное, метр в обхвате сосна. На стволе, примерно на уровне груди, висела обычная розетка. Дашка ее увидела еще в момент приезда, сделав для себя заметку, что вечером нужно будет зарядить мобильник, который уже изрядно сел.

Сейчас рядом с розеткой крутилась Ксюша.

– А что, подзарядить телефон можно только здесь? – недовольно поинтересовалась она у проходящего мимо руководителя лагеря.

– Ну а где? – серьезно отозвался он. – В палатки пока электричество не провели…

Ксюха уверенно направилась к дереву. Даша уже собралась двинуться в сторону их с Лисой палатки, но замерла, наблюдая за развитием событий. Вокруг было подозрительно тихо. Студенты, довольно улыбаясь, смотрели на Ксюху, слышались редкие смешки. Что-то тут было не так.

– Эй! – спустя какое-то время недовольно выдохнула брюнетка. – А что зарядка-то не идет?

– А ты попроси получше! – хмыкнул черноволосый мачо, поразивший сердце Лисы. – Понимаешь, – вдохновенно начал он. – Сосна – это волшебное дерево, абы кому электричество не дает.

– Какая сосна? – возмутилась девушка, не понимая, почему все вокруг ржут.

– Вот эта. – Парень постучал рукой по дереву. – Красавица, – хмыкнул он. – Ты тут хоть один провод видишь? Тебе бы блондинкой стоило родиться!

– То есть… – начала понимать Ксюха весь абсурд происходящего. Даже на комментарий по поводу цвета волос не отреагировала.

– Да, розетка здесь для таких, как ты. Доверчивых и наивных. В лесу электричества нет. Увы.

Парень засмеялся и прошел к костру, заставив Ксюху покраснеть от злости. Она не привыкла к снисходительному отношению. Дашка вообще удивилась, как это черноволосая не залепила мачо в глаз. Она вполне могла повести себя подобным образом.

– Да не переживай ты, – панибратски хлопнул девушку по плечу брат мачо. – Ты не первая, кто попался на эту удочку. Практически все приезжающие в лагерь рано или поздно идут опробовать розетку. Кстати, я – Серый, а он, – парень махнул в сторону удалившегося черноволосого, – мой старший брат – Жека.

– Да мне все равно! – огрызнулась Ксюха и потопала к палатке.

– А зря! – крикнул ей в спину Серый. – У Жеки в джипе есть автомобильная подзарядка! Единственный шанс зарядить мобильник! Но брата придется просить!

– Не дождетесь! – упрямо заявила Ксюха и фурией пролетела мимо Дашки.

Даша с тоской посмотрела на розетку, порадовалась, что не стала жертвой розыгрыша, и тут же помрачнела. Зарядки в телефоне осталось максимум на пару дней, а идти подлизываться к Жеке совсем не хотелось. Вероятнее всего, стоило позвонить маме сейчас и сообщить, что с электричеством в лесу напряженка. Если произойдет нечто серьезное, пусть звонит Вадиму. Номер телефона у нее есть, а тренер уж точно не останется с севшим мобильником.

Следующий подвох Дашка обнаружила, когда не смогла дозвониться маме из-за отсутствия сети. Пришлось обежать лагерь три раза и в конечном счете забраться на холм, где с мобильником колдовала высокая русоволосая Василиса Премудрая.

– А-а-а, позвонить хочешь, – улыбнулась она, но низкий голос звучал так поучительно, что Дашке стало не по себе. Показалось, будто девица сейчас начнет за что-нибудь отчитывать, но она вполне миролюбиво заметила:

– Не получится. Максимум, что можешь сделать, – набрать эсэмэс и подкинуть телефон в воздух.

– И что это даст? – подозрительно поинтересовалась Дашка, ожидая подвоха.

– Эсэмэс уйдет, – серьезно заметила новая знакомая. – Ну, можешь еще залезть на дерево, там тоже ловит. Наши мальчики пробовали. А в лагере иногда связь проклевывается, а иногда ее весь день нет.

«Василиса» допечатала эсэмэс и подкинула телефон в воздух несколько раз. Судя по ее манипуляциям, с первого раза не получилось. Дашка вздохнула и начала писать маме эсэмэс, описывая первые впечатления и стараясь уложить бурю эмоций и тонну информации в нескольких коротких строчках.

Глава 7

Ночь у костра

Вечером к традиционному костру Дашка вышла взвинченная и нервная. Мало того, что весь день пришлось прятаться от Макса, который соскучился и жаждал общения, и наблюдать за хохочущим и не отходящим от Ольги Вадимом, так еще в довершение ко всему девушка почти поругалась с Лисой.

Дело было так. Дашка разобрала свой рюкзак и нашла наконец среди безликих одинаковых футболок топик с открытой спиной. То, что надо, – татуировка в нем будет всегда на виду.

За манипуляциями внимательно наблюдала Лиса, молчала, кусала губы и наконец, не удержавшись, выдала:

– Даш, я вот давно смотрю на твою татушку и не могу понять: она случайно так похожа на татуировку Вадима?

– Нет, – честно ответила Даша, которая пыталась влезть в узкий топик, поэтому сказала правду на автомате, не задумавшись ни на миг.

– Я так и думала… – протянула подруга. – Именно поэтому ты всегда на занятия приходила в футболке. Так ведь?

– Все верно. – Даша пока не чувствовала подвоха.

Она распрямляла завернувшуюся на спине ткань, но Лиса застала врасплох, неожиданно зло заметив:

– Так почему же сейчас вдруг решила надеть этот топик?

– Лето. Жарко. Мы на природе, – пожала плечами Даша. – Любой из этих ответов подойдет.

– Не подойдет. Зачем ты это делаешь? Ты же вроде бы давно с Максом, к чему тебе снова травить Вадима? Не понимаю. Я думала, все в прошлом.

– А почему бы и нет? – Дашка разозлилась. – Что хочу, то и делаю! А потом… если Вадиму все равно, он и не заметит.

– А если нет? – нервно поинтересовалась Лиса, а Дашка против воли мечтательно улыбнулась.

– Тогда это нечестно по отношению к Максу, – не отставала подруга. – Твое поведение нечестное.

– Поверь, я очень хочу поступить честно по отношению к Максу. И поступлю… – На последнем слове девушка запнулась. – А вот что ты скажешь по поводу Ромки?

– А при чем здесь Ромка? – нерешительно отозвалась Лиса и слегка покраснела, подтверждая Дашины подозрения.

– Я видела, как ты смотрела на того черноволосого. Так, будто готова съесть. Это честно по отношению к Ромке?

Лиса не нашла что ответить, а разозленная Дашка выскочила из палатки. Прогулявшись до костра, немного успокоилась и сейчас чувствовала вину за собственное отвратительное поведение, но сказанные слова назад не заберешь. Да и Лиса сама начала этот неприятный и ненужный разговор. Лучше бы молчала.

На улице уже смеркалось. Густая, плотная ночь наползала из леса, от этого единственное освещенное пятно – костер в центре палаточного городка – смотрелось особенно ярко. Все обитатели археологического лагеря постепенно стекались туда, тихо позвякивали ложки о металлические тарелки – начался ужин.

Дашке все это было странно и в диковинку. Она подозрительно принюхивалась к «лакомству», приготовленному для вновь прибывших, – гречневой каше, которую варили в общем котле. В честь гостей в кашу добавили целую банку сгущенки. Даша не была уверена, что эти два продукта сочетаются, но есть хотелось, а выбирать не из чего.

Девушка сомневалась, что ей придется по вкусу подобный деликатес. Но каша на удивление оказалась вкусной, или Дашка проголодалась сильнее, чем думала.

Скрыться от Макса и тут было невозможно, поэтому пришлось улыбнуться и позволить обнять себя за талию. Тем более парень выглядел очень довольным, видимо потому, что смог наконец-то ее поймать. Даше было жаль портить ему настроение. Время снова оказалось неподходящим, и девушка решила сначала поужинать и собраться с духом, прежде чем завести неприятный разговор.

Народа у костра собралось много, сидели прямо на траве. Кто-то взял гитару. Дашка рассмотрела черноволосого – Жеку, который ей не понравился днем, но сумел покорить Лису одним взглядом. Несмотря на то что парень был неприятный и наглый, пел он великолепно. Даже мурашки пробегали по коже от глубокого, сильного голоса. На Жеку смотрели все девчонки, кроме Даши. Она невольно отыскала в толпе Вадима, который ожидаемо сидел рядом с Ольгой и мило с ней болтал, постоянно улыбаясь. Длинные смоляные волосы падали ему на лицо, и он пытался заправить их за ухо. Дашка заметила, что недалеко от тренера у костра есть свободное место. Вадим и Ольга расположились на складных стульчиках ближе к столу рядом с руководителем практики. А студенты и школьники, наоборот, жались к огню, образовав тесный кружок, в котором сейчас имелось свободное пространство.

Чувствуя себя невероятно глупой, Дашка решительно схватила Макса за руку и потащила к костру.

– Эй! Даш! – возмутился парень. – Ты куда? Нам Ромка занял место…

Макс попытался махнуть рукой куда-то в противоположную сторону, но Даша даже не смотрела.

– Я хочу сидеть там, – безапелляционно заявила она и решительно двинулась дальше, не обратив внимания, идет за ней Макс или нет. Его руку она отпустила. Парень пожал плечами, удивленно покосился на свою спутницу, но спорить не стал.

Даша присела на траву, намеренно так, чтобы ее обнаженная спина оказалась как раз напротив Вадима. Теперь дракончик будет мозолить глаза сидящим сзади весь вечер – не заметить невозможно. От осознания этого Дашка испытала мрачное удовлетворение. Она не представляла, какие чувства вызовет татушка у Вадима. Но была уверена: безразличным он точно не останется. Не сможет. Испытает как минимум неудобство и неловкость.

– Да что на тебя нашло? – недоуменно поинтересовался Макс, устраиваясь рядом и пытаясь приобнять девушку за плечи, но Даша чуть отодвинулась и переложила руку парня себе на талию, чтобы не закрывала татуировку между лопаток, ради демонстрации которой и был затеян весь этот спектакль.

– Прости, – отозвалась Дашка и задумалась, пытаясь найти подходящую отговорку. – Просто я немного повздорила с Лисой, – нерешительно добавила она.

– А из-за чего? – удивился Макс.

– Не важно. – Дашка подумала, что закладывать подругу Максу, который тут же разболтает обо всем Ромке, не лучшая идея, поэтому решила молчать. – Это наши девичьи сложности, – отмахнулась она. – Но пока я не хочу общаться. Пусть побудут вдвоем с Ромкой. Романтика…

– А со мной ты хочешь побыть вдвоем? – вкрадчиво поинтересовался Макс, а Дашка закусила губу, не зная, что ответить. Неожиданно такой важный и необходимый разговор оказался невероятно сложным, да и время снова оказалось неподходящим. Вот сейчас, например, здесь было слишком людно и шумно.

К счастью для девушки, Жека, который сидел совсем недалеко от них, провел тонкими загорелыми пальцами по струнам гитары и запел волшебное:

До рассвета успеть встать на призрачный след

И испить эту чашу до дна.

Опьяняет меня звезд мерцающий след,

Как глоток молодого вина…

Дашка никогда не слышала эту песню, но она ее заворожила. Поэтому девушка совершенно натурально отмахнулась от Макса и буркнула:

– Подожди ты! Давай послушаем. Это же просто невероятно.

Где-то там, вдалеке, там, за гранью миров

И за зыбким туманом мечты,

Прозвучал в тишине долгожданный твой зов

И звезда сорвалась с высоты…[6]

По поляне растекался глубокий, сильный голос, и Дашка отчетливо поняла, в чем заключается магическая притягательность черноволосого парня. Она обвела взглядом сидевших с открытыми ртами девчонок. Обожание читалось даже во взгляде Ксюши. Даша нашла в толпе Лису и заметила, что лицо у подруги застывшее, околдованное. Она словно видела перед собой только певца, а сидящей сзади Ромка ее явно напрягал. Лиса выпрямилась и невольно пыталась отстраниться.

Заметив Дашкин взгляд, она дернулась и опустила глаза. Но это уже ничего не меняло. Дашка и так все видела и не одобряла. Впрочем, кто она такая, чтобы осудить подругу? Она и сама сейчас ведет себя не лучшим образом. Но зато не попала под обаяние Жеки, видимо, сколь бы хорош он ни был, у Дашки и так хватает проблем с парнями. Еще один ей ни к чему.

Девушка слушала завораживающее пение и изводила себя мыслью о том, как бы поговорить с Максом на сложную тему, и одновременно предвкушала реакцию Вадима. Дашка не удержалась и решила бросить взгляд за спину, чтобы посмотреть на лицо тренера. Она надеялась прочитать что-то по его глазам, но была разочарована. Ни Вадима, ни Ольги уже не было, видимо, они ушли, пока Дашка с открытым ртом слушала песню.

Девушка безуспешно поискала тренера глазами в толпе и приуныла. Похоже, все старания оказались напрасными и Вадим ничего не заметил или не придал значения татуировке. От этого настроение окончательно испортилось и захотелось уйти в палатку спать. Остановило Дашу только то, что Лиса, похоже, никуда не собиралась, а значит, к палатке придется идти в сопровождении Макса и либо находиться в компании парня до возвращения Лисы, либо все же решиться и порвать с ним. Даша не была готова ни к первому, ни ко второму. Если уж сидеть в компании Макса, то лучше в толпе.

Изучая обитателей лагеря, Даша заметила, что Вадим, оказывается, никуда не ушел. Просто пересел на другое место – подальше от нее, Дашки. Это обстоятельство разозлило. Девушка какое-то время боролась с желанием пересесть к Вадиму, но потом поняла, что подобное поведение будет смотреться очень глупо и по-детски.

Она бросила исподлобья взгляд в сторону расположившегося с другой стороны костра Вадима и на долю секунды поймала его задумчивый взгляд. Тренер отвернулся так быстро, что уже спустя секунду Дашке казалось, что ничего и не было. Только в душе осталась какая-то глухая тоска и нарастающая злость.

Дальше Дашей двигали исключительно безысходность и глупое желание досадить. Она повернулась к Максу, который явно начал скучать, поэтому сидел, вздыхал и перебирал рукой ее волосы, и поцеловала, обняв руками за сильную шею и вдыхая запах знакомой туалетной воды. Она уже знала, какие на вкус его губы, и помнила приятную волну тепла, которая обнимает за плечи, но не чувствовала сейчас ничего, кроме становящегося все сильнее стыда за свое глупое поведение.

Дашка отстранилась буквально через минуту и положила голову парню на плечо. Они с Максом встречались уже достаточно давно, и неожиданный поцелуй не требовал объяснений и не являлся чем-то особенным, но Даше стало не по себе, ведь она уже все решила. Так почему же вместо того, чтобы сказать Максу, что между ними все кончено, она его поцеловала? Это было неразумно. Девушка даже не стала искать в толпе Вадима и пытаться понять его реакцию, и без этого было тошно. В последнее время Даша не нравилась сама себе – она стала злой, эгоистичной и капризной, но поделать с этим ничего не могла. Ее поведение было спонтанным и непредсказуемым, но изменить его не получалось.

Глава 8

Будни с лопатой

Дашка совершенно не выспалась, а все потому, что вчера после костра отправилась не в свою палатку, как хотела, а к Максу. У парней собралась целая компания, чтобы поиграть в карты при тусклом свете захваченного из дома фонаря. Вечер обещал быть веселым и запоминающимся. Правда, большая часть народа, вызвавшегося сидеть до полуночи, очень быстро расползлась по своим палаткам. Дашка осталась в компании Макса и Димки.

Ребята планировали поиграть немного, просто дождаться прихода Ромки, который где-то гулял с Лисой, никто не думал, что он задержится и вернется далеко за полночь.

Посидели весело и по-дружески, Даша даже забыла, что испытывает неловкость от общения с Максом. Они оказались не наедине, а в компании заводного Димки, и это раскрепощало. Дашка ценила Макса именно как друга, только вряд ли сам парень готов будет принять это обстоятельство. Девушка уже совсем настроилась поговорить с Максом и обдумывала речь всю дорогу от костра к палатке, но потом их нагнали Димка, Ксюха с Настей и брат Жеки – Серый, который очень быстро влился в их компанию, видимо, потому, что был младше всех студентов и с ними чувствовал себя не очень уверенно. Зато капоэристы быстро признали в нем своего. Серый увлекался мотоциклами, даже в лагерь приехал на своем транспорте. Парень с четырнадцати лет участвовал в мотокроссе, а значит, как и капоэристы, был рисковым, безбашенным и немного сумасшедшим.

После неожиданной встречи с веселой компанией ни о каком серьезном разговоре не могло быть и речи. Пришлось вместе со всеми смеяться и играть в «дурака», делая вид, что ровным счетом ничего не происходит.

К себе Дашка отправилась, позевывая, уже во втором часу ночи. От провожатых девушка отказалась. Хотелось как можно быстрее упасть и уснуть, но все вышло не так. Буквально у самой палатки ее поймал Вадим и совершенно по-детски неприятно отчитал. Даже сейчас при воспоминании об этом инциденте на глаза наворачивались слезы.

– Я считал тебя более разумной, – заявил он, вогнав Дашку ступор, и, прежде чем она успела хоть что-то возразить, продолжил: – Я думал, буду гонять парней из палатки Ксюши с Настей, но никак не ожидал, что придется вылавливать тебя у палатки мальчишек…

– Мы же просто играли в карты… что такого-то? – опешила девушка и обиженно уставилась на тренера, но он, казалось, ничего не услышал.

– Быстро к себе, – рыкнул он. – И чтобы я тебя больше здесь не видел, иначе тут же отправишься домой. Поняла?

– Да что я сделала-то? – всхлипнула Дашка и, едва не сбив Вадима, умчалась в палатку.

Душили рыдания, было невыносимо обидно и хотелось самой уехать в тот же миг. Только вот куда денешься из леса в два часа ночи? Пришлось идти спать, а в палатке даже пореветь нормально нельзя, потому что совсем рядом спала Лиса, будить которую не хотелось.

Из-за всего этого с утра Даша еле встала в отвратнейшем настроении и, позевывая, отправилась на завтрак. С Лисой они не вспоминали ссору, произошедшую накануне. Негласно решили сделать вид, что ничего не произошло, но, несмотря на утреннее приветствие и улыбки, в воздухе висело оставшееся от не прошедшей обиды напряжение. О парнях сегодня с утра они не разговаривали. Лиса только задумчиво посмотрела на Дашкины припухшие от слез глаза и ничего не сказала, а Даша, поняв все без слов, нацепила на нос солнечные очки и снова поступила назло Вадиму – зашла сама за Максом и к завтраку вышла с ним в обнимку.

Девушка не знала, с чего тренер завелся так сильно накануне ночью, словно она одна была не у себя в палатке. Все капоэристы расползлись по территории лагеря и не думали ложиться спать. Дашка сомневалась, что влетело и остальным, а раз так, значит, Вадимом двигал какой-то личный мотив.

Даша злилась и с трудом скрывала свое настроение, стараясь ни на ком не сорваться. На Вадима она даже не смотрела. Впрочем, и он вел себя так, словно ничего не произошло. Перекинулся парой фраз с Лисой, подшутил над Ксюхой, хлопнул по плечу Ромку и, словно не замечая, прошел мимо Даши, заставив девушку снова расстроиться.

После завтрака всей немаленькой толпой отправились на раскоп, который находился недалеко от лагеря. Идти пришлось по краю леса, мимо небольшого кристально чистого озера, расположенного в низине.

Его берега поросли густым черничником, жаль, что ягод уже не было. Дашка бы с удовольствием закопалась в низкие, плотные кусты в поисках ароматной черники. Со склона холма озеро смотрелось удивительно синим и ровным по форме. К воде вели деревянные широкие мостки, а чуть в стороне виднелся насыпной песчаный пляжик.

– Там мы купаемся, – с удовольствием пояснил Жека и подмигнул тут же покрасневшей Лисе. – С мостков хорошо нырять, там глубина порядочная…

– Кто это тут ныряет с мостков? – донесся зычный голос Игоря Юрьевича откуда-то спереди.

– Но нас за это очень сильно ругают, поэтому мы только смотрим, как ныряют местные, и завидуем! – нарочито громко добавил Жека, с показной опаской покосившись на спину руководителя практики.

Эта демонстрация вызвала смех, и даже Дашка заулыбалась, хотя ее плохое настроение пока не улучшилось. За руку ее держал Макс, с которым она чем дальше, тем больше хотела просто остаться друзьями, а Вадим даже не смотрел в ее сторону и заставлял сильнее страдать.

Раскоп раскинулся на опушке и представлял собой унылое зрелище. Размеченные специальной бечевкой квадраты земли. На одних еще росла трава, на других только сняли дерн, а некоторые уже больше походили на глубокие ямы. Справа виднелись неряшливые кучи земли – «отвал», как пояснил Вадим, именно туда скидывали ненужную почву – в которой уже точно нет ничего значимого и важного для истории.

Игорь Юрьевич провел короткий инструктаж, во время которого объяснил, как и что нужно копать. Рассказал о важности даже самого маленького и на первый взгляд не представляющего ценности черепка, вручил лопаты и разделил между вновь прибывшими пустующие участки.

Дашка, Макс, Лиса и Ромка оказались на одном квадрате. Им сначала предстояло аккуратно снять дерн – первые десять сантиметров земли, а потом так пласт за пластом копать дальше. Если попадется что-то крупное и интересное – звать кого-нибудь из старших, и тогда они с маленькими скребками и кисточками будут отчищать находку.

Из интересного на раскопе попались странный, но совершенно обычный булыжник, коровья кость и зеленая стеклянная бутылка из-под советского лимонада «Дюшес». Сначала Дашку охватил азарт и желание найти что-нибудь действительно стоящее, хотя бы бусину или глиняный горшок, но потом она устала от монотонного труда, жары и влюбленных взглядов Макса.

Солнце палило нещадно, и девушка очень быстро пожалела, что сегодня опять решила выпендриться и надела злосчастный топик, оставляющий открытой спину. В результате уже к полудню плечи ощутимо пекло. Как ни странно, первым это заметил Вадим, который все утро находился совсем на другом конце раскопа.

Тренер подошел, когда, усевшись прямо на землю, молодые люди отдыхали. Они передавали друг другу ополовиненную бутылку теплой, все еще пузырящейся минералки и с наслаждением пили.

– Не боишься обгореть? – поинтересовался Вадим, указав пальцем на покрасневшую Дашкину спину.

– А ты что предлагаешь? – недовольно буркнула девушка. – Могу снять штаны и накинуть их на плечи, так ты же первый отчитаешь меня за аморальное поведение!

Вадим покачал головой, не говоря ни слова, стащил с себя тонкую клетчатую рубашку с короткими рукавом и протянул ее Даше.

– А ты? – немного виновато уточнила она, чувствуя неловкость из-за своего поведения.

– Не переживай, мне уже ничего не страшно, – беззаботно пожал он смуглыми, загоревшими до черноты плечами. – Ко мне уже загар не липнет.

Дашка делала все возможное, чтобы не поднять глаза на его обнаженный торс. Она и так помнила наизусть все, вплоть до небольшой родинки чуть ниже правой ключицы. Небольшое темное пятнышко сейчас было почти незаметно на бронзовой коже. Девушка, сглотнув, натянула на себя рубашку, а Вадим развернулся и ушел, больше не сказав ни слова. Даша не удержалась и уставилась на его сильную, красивую спину – сейчас казалось, что устроившийся на ней дракон собирается взлетать. При движении его крылья слегка шевелились.

– Даш, ты что такая недовольная? – с удивлением поинтересовался Макс, который привык видеть свою девушку вежливой и улыбчивой.

– Да так… – уклончиво ответила Даша, отворачиваясь от завораживающего зрелища. Она не собиралась говорить больше ничего, но наткнулась на холодный, явно осуждающий взгляд Лисы и решила пояснить: – Просто он поймал меня, когда я вчера шла ночью из вашей палатки, отчитал как десятилетку! Мы же просто в карты играли, что такого-то? Так нет! Устроил выговор, пообещал, что, если еще раз увидит, обязательно отправит домой! Представляете?

Тут даже во взгляде Лисы появилось понимание и сочувствие. Все знали: Вадим ругается редко, но уж если кто попадает ему под горячую руку, воспоминания остаются надолго. Тема была исчерпана, и Даша вздохнула с облегчением, накинула на плечи рубашку Вадима и отправилась дальше познавать профессию младшего «прилопатора».

К концу первого дня раскопок Дашка не была уверена, что ей здесь нравится. С одной стороны, было, безусловно, весело, занимательно, а тяжелая физическая работа позволила забыть и о Максе, и о Вадиме, но, с другой стороны, девушка чувствовала себя грязной, уставшей и вонючей. Вроде бы должен был успокаивать тот факт, что вокруг все такие, но почему-то это не срабатывало. Очень хотелось домой, в душ и зависнуть в Интернете, желательно на полночи.

Дашка не считала себя зависимой от Сети, но сейчас, оказавшись далеко от цивилизации, начала скучать и по «вконтактику», и по асечным беседам, и по новостям о любимых сериалах. Хотя по душу и горячей воде скучала все же сильнее. Хорошо хоть, недалеко от раскопа располагалось озеро. Оно было глубоким и холодным, но Дашка и Лиса уже успели сбегать к нему в обед и помыться. Правда, назвать это полноценным мытьем было никак нельзя.

А за ужином всем торжественно объявили о том, что через четыре дня – пятнадцатого августа – великий праздник, День археолога, и вновь прибывших ждет ответственное мероприятие – посвящение в археологи. Говорил об этом начальник археологической экспедиции, но подхихикивали почему-то все. Даже предатель Вадим, который как-то незаметно оказался с другой стороны баррикад.

Капоэристов археологи считали детьми – неразумными и ничего не знающими, они не были причастны к великому делу и являлись всего лишь гостями, а вот Вадим, похоже, был здесь своим.

Жека раздал капоэристам и жмущимся к Ольге гимнасткам помятые листочки с текстом гимна археологов – по мнению Дашки, он был бредовым и содержал сомнительные в плане литературной ценности строчки про лопату, нивелир и восставшие из пепла города. Гимн предстояло выучить наизусть и потом петь.

Глава 9

Незадавшийся день

День накануне испытания Дашка запомнила очень хорошо, потому что он весь состоял из неожиданных мелких неприятностей и неловких ситуаций, и если начался обыденно, с лопатами наперевес на раскопе, то вот уже после обеда все пошло наперекосяк. Дашка снова не смогла поговорить с Максом, хотя уже полностью настроилась и даже решилась отвести парня сразу после обеда к озеру. В это время там бывало тихо. Капоэристы собирались чуть позже – перед тренировкой, а студенты-археологи вообще ближе к вечеру, после окончания трудового дня. Но сегодня вместе с Дашей и Максом увязались близняшки и скучающий Серый. Разговора опять не вышло, но на сей раз Дашка не испытала облегчения. До этого дня она сама искала причины, оттягивая неприятное объяснение, и теперь жалела об этом. С каждым днем общаться с парнем становилось все сложнее.

Девушку изрядно напрягал ничего не подозревающий Макс. В последние дни он был как-то особенно мил и счастлив. То букет полевых цветов притащит, то неожиданно поцелует на глазах у всех. Это настораживало, смущало и заставляло чувствовать себя виноватой. Молодые люди словно жили в разных измерениях. Если Дашка решила, что отношения изжили себя, то Макс почему-то предполагал, будто они перешли на какой-то новый, одному ему известный уровень. С его стороны полностью исчезла отчужденность, парень даже начал поговаривать о будущем, например, звал в следующем году летом куда-нибудь в Турцию, отдохнуть от серых будней. Он говорил «веселой, дружной толпой», но при этом пристально смотрел Даше в глаза, и ей слышалось «вдвоем».

Дашку такие разговоры настораживали и пугали, она хотела, чтобы все это закончилось, а не затягивало ее глубже и глубже. Сегодня она твердо решила поставить точку, но нечего было и думать о том, чтобы избавиться от нежелательной компании. Непосредственные близняшки и такой же беззаботный Серый не понимали намеков и развлекали Дашку с Максом до самого озера.

Серый вдохновенно болтал о мотоциклах, Даша даже сама не заметила, как начала вникать и невольно поддерживать разговор. Девушке была близка эта тема. Она много времени проводила у папы в гараже, часто каталась с ним на мотоцикле. Лучшая подружка Ирка с детских лет увлекалась механикой и сейчас помогала отцу в гараже. Поэтому Даша свободно владела терминологией и разбиралась в теме даже лучше, чем Макс и тем более близняшки. Она даже самостоятельно ездила пару раз на папином мотоцикле, правда, по ровной дороге, недалеко, и прав у нее не было, но она, по крайней мере, представляла, что это такое.

Через полчаса споров и обсуждений Серый клятвенно обещал Дашке ее покатать, а Макс надулся, как мыльный пузырь. Неизвестно, что его расстроило больше – предложение покататься или то, что Даша разбирается в технике лучше, чем он.

– Ты ведь прокатишься со мной? – с надеждой уточнил Серый.

Дашка за спиной Макса сделала страшные глаза и указала подбородком в сторону своего парня, а потом часто-часто закивала, демонстрируя, что согласна, но не сейчас, и вообще лучше не затрагивать эту тему при Максе.

Серый Дашке нравился – он был простой и прикольный, к тому же понял ее без слов и тут же сменил тему, предложив близняшкам понырять с мостков, пока никто из взрослых не видит, а Дашка осознала, что не хочет больше оставаться здесь – лучше пойти и отдохнуть в палатке. Полуденное солнышко разморило, мышцы ныли после очередных упражнений с лопатой, а вечером – меньше чем через пару часов – ждала тренировка с Вадимом. Тренер не терял времени даром и гонял их на природе по полной программе. Был и бег по пересеченной местности, и прыжки, и настоящий спарринг.

Макс засобирался в сторону лагеря вместе с Дашей, но тут, к счастью девушки, к озеру начали спускаться Ксюха с Настей, а следом за ними – Димка с Ромкой.

– Даш, а ты Лису не видела? – удивленно поинтересовался Ромка, оглядываясь по сторонам, словно считал, что его девушка прячется в ближайших кустах. – Что-то я ее найти не могу.

– Нет, – нахмурилась Даша и уточнила: – Может, спит?

– Мы за ней заходили, – пожала плечами Ксюша, которая за несколько дней загорела и стала еще симпатичнее. Она даже на природе умудрялась выглядеть так, словно только что из салона красоты. – В палатке никого нет.

– Тогда ничем не могу помочь, я с обеда здесь. – Дашка помрачнела. Были у нее определенные подозрения, но озвучивать она их не стала, а вместо этого сказала: – Гуляет, наверное, где-нибудь… я сейчас иду к нам в палатку. Если увижу, скажу, что ты ее искал.

Ромка согласно кивнул, а Макс, покосившись сначала на Дашу, а потом на веселую компанию, с надеждой протянул:

– Ты не против, если я останусь здесь? – Он спрашивал так, словно предполагал, будто Дашка будет упрямиться и обижаться, но она только кивнула, испытывая огромное облегчение.

– Оставайся, конечно, я все равно хотела поспать пару часиков. Что-то подобный ритм жизни меня выматывает.

Даша накинула полотенце на плечи, сунула ноги в открытые босоножки и, помахав всем на прощание, начала подниматься по крутому склону, ведущему к опушке леса и археологическому лагерю.

Даша не знала, куда могла пропасть Лиса, поэтому решила поискать. Идти особо было некуда, обитатели лагеря предпочитали гулять здесь неподалеку, по краю леса. Имелась даже своя поляна влюбленных – небольшое открытое пространство в окружении деревьев, с огромной поваленной липой в центре. Кто-то добрый еще в прошлом году ободрал с дерева кору, и теперь на нем можно было удобно расположиться, как на лавочке. Это место казалось идеальным для романтических посиделок: с одной стороны, поляну не видно от лагеря, с другой – идти до нее недалеко.

Кроме поляны влюбленных имелась утоптанная грибная тропинка, по ней ходили гулять в лес. Чтобы не потеряться, никогда не отклонялись в сторону. Тропинка была хорошим ориентиром для тех обитателей лагеря, которые страдали географической несостоятельностью. Недалеко располагалось еще озеро, но Лиса там не появлялась. Поэтому Дашка медленно побрела по грибной тропинке к поляне влюбленных, предполагая, что подруга окажется в одном из этих мест. Пока Даша не хотела думать о том, что она там делает.

Девушка не ошиблась. К сожалению, оправдались подозрения, которые она старалась гнать из мыслей. Лиса была не одна.

К мощному стволу старого дерева ее прижимал Жека, одетый в привычные джинсовые шорты и майку без рукавов. Сильная, прокачанная спина загораживала обзор, Даша заметила только огненную гриву волос Лисы и тут же шарахнулась назад в тень деревьев. Парочка упоительно целовалась и не заметила случайного свидетеля. Даша поспешно отступила и уныло побрела в палаточный лагерь.

Лиса всегда умудрялась добиваться того, чего хочет. Полгода назад добилась Ромки, а теперь вот закрутила роман с Жекой. Ромку стало несказанно жалко, он, как и Макс, был действительно хорошим парнем. И тот и другой не заслуживали разочарований и такого к себе отношения. Но и осуждать Лису Дашка не могла. Она на миг представила на месте подруги себя, а на месте Жеки Вадима – сердце сразу же застучало в груди как бешеное, а по телу разлилось приятное тепло. Дашка знала: окажись она на месте Лисы, поступила бы точно так же. И ничего ее не остановило бы – ни совесть, ни здравый смысл.

Даша боролась со смешанными чувствами, но все же решила дождаться Лису в палатке и поговорить с ней перед тренировкой. Конечно, тема очень скользкая, но было интересно, собирается ли подруга что-нибудь рассказывать Ромке или надеется на то, что ее поцелуи с другим парнем останутся незамеченными в маленьком лагере, где все друг у друга на виду. Сегодня по тропинке возвращаться могла не Даша, а, допустим, Ксюха, которая тут же все разболтала бы Ромке. Так не проще ли поставить точку самой?

«Не проще», – сама себе ответила Даша, вспомнив о Максе, и тут же успокоилась тем, что у нее, в отличие от Лисы, новых отношений нет и, по всей видимости, не будет. Вадим относится к ней лишь как к одной из своих учениц. Вон даже татуировку не заметил, сколько Дашка ее ни демонстрировала.

Поспать, естественно, не вышло. Даша покрутилась с боку на бок и в результате уселась на матрасе ждать Лису, которая должна была забежать перед тренировкой, чтобы переодеться. Правда, Даша пока не знала, что скажет подруге, но поговорить однозначно стоило.

Лиса прибежала за пятнадцать минут до начала занятий, взлохмаченная и раскрасневшаяся, и была очень удивлена, обнаружив в палатке скучающую Дашку.

– Я думала, ты у озера вместе со всеми или уже ушла, – заметила она, стаскивая с себя короткие джинсовые шорты и швыряя их в угол.

– Тебя искал Ромка, – внимательно посмотрела на подругу Даша. Лиса уронила короткие спортивные штаны, которые достала из рюкзака, поспешно подняла и, отвернувшись, натянула.

– Да? – поинтересовалась она, на первый взгляд, безразлично. – Я просто пошла прогуляться…

– Не ври, – устало заметила Даша, – Я видела тебя и Жеку…

– Осуждать будешь? – огрызнулась Лиса, разворачиваясь. Ее щеки горели, а в глазах сверкнул гневный огонек.

– Нет, – неожиданно для себя покачала головой Даша. – Не буду… – И задумчиво добавила: – Я на минуту представила…

– Себя с Вадимом? – понимающе хмыкнула Лиса и присела рядом с помрачневшей Дашкой на матрас.

– Ну, и кто кого осуждает?

– Не осуждаю, – замотала головой Лиса. – Теперь нет. Я только сейчас тебя поняла в полной мере, и знаешь что?

– Что? – подняла Дашка глаза.

– Если ты действительно этого хочешь, борись. Некоторые вещи нельзя отпускать. И некоторых людей тоже, даже если, на первый взгляд, общение с ними кажется ошибкой. Это… – Лиса мечтательно закатила глаза. – Сумасшествие, адреналин. Оно того стоит.

– А Ромку тебе не жалко? – хмыкнула Даша, решив не напоминать подруге, что не она боится отношений с Вадимом.

– А тебе Макса? – парировала Лиса.

– Ну, во-первых, у меня с Вадимом нет ничего, и не было, и, вероятнее всего, не будет. А во-вторых, я давно собиралась поговорить с Максом…

– Ты хочешь его бросить? – округлила глаза Лиса.

– Не хочу врать ни себе, ни ему. Это неправильно, – махнула рукой Даша.

– Иногда, подруга, стоит делать неправильные вещи! – подмигнула Лиса, вскакивая.

– И тебе не стыдно? – удивилась Дашка, – Ну, перед Ромкой?

– Нет, – беспечно отозвалась Лиса. – Мне нравятся оба. Разве так быть не может? Женька – это просто мимолетное увлечение. А через неделю мы вернемся домой, и все встанет на свои места, – уверенно сказала она.

– Как ты можешь быть такой спокойной и рассудительной? А если Ромка узнает?

– Ты ему скажешь?

– Нет, – покачала головой Дашка. – Но он может увидеть, или вас заметит кто-то другой и скажет…

– И что же ты такая трусиха? – Лиса резко поднялась со своего места и дернула подругу за рукав майки. – В жизни нужно уметь рисковать. Как же без этого? А сейчас перестать печалиться и пошли на тренировку.

Глава 10

Романтика на берегу

Солнышко медленно закатывалось за верхушки деревьев, и жара спадала. В воздухе появилась несвойственная лету прохлада – робкий привет от скорой осени. Свежий ветер трепал волосы и приносил с поля запах увядающей травы, пока едва заметный, появляющийся лишь ближе к вечеру, но Даша знала: пройдет совсем немного времени – и он усилится, возвещая о приходе осени. Запах опавших листьев и пожухшей травы всегда ассоциировался с концом беззаботного лета и началом учебного года. В этом году он навевал тоску особенно сильно. «Наверное, он станет запахом моих несбывшихся надежд», – грустно подумала девушка.

Для тренировок капоэристы облюбовали поле сзади раскопа – там можно было резвиться и прыгать вволю, а потом, оно находилось на достаточном расстоянии от лагеря и добираться до него приходилось бегом по пересеченной местности, что особенно радовало Вадима, который не любил тратить время на разминку.

В остальном тренировки не отличались от тех, которые проходили в зале, – те же упражнения, та же рода и те же лица. Только в более неформальной обстановке. Каждый из знакомых почти год ребят открылся на природе с новой стороны. А уж рассудительная и смелая Лиса вообще сумела поразить Дашку в самое сердце. От нее она никак не ожидала подобного поведения и легкомыслия.

Сейчас было сложно смотреть, как она беззаботно и искренне улыбается Ромке. Дашка бы так не смогла, впрочем, и она с Максом поступала отвратительно и от этого страдала, ругая себя за нерешительность и слабохарактерность. Мысли были настолько тяжелыми и угнетающими, что даже от тренировки девушка не получила никакого удовлетворения и после, едва отдышавшись, сбежала.

Максу буркнула что-то неразборчивое про переодевание, для приличия заскочила в палатку, схватила полотенце и умчалась в лес – погулять и подумать над сложившейся ситуацией. Завтра предстоял тяжелый день – посвящение. Девушка убедила себя, что не хочет портить настроение ни себе, ни Максу, а значит, и заводить сложный разговор сегодня не будет, но и улыбаться парню весь вечер, когда саму обуревают сложные и противоречивые чувства, тоже не смогла, поэтому и ушла, надеясь побыть в одиночестве.

Дашка сначала долго гуляла по берегу озера, с противоположной от палаточного лагеря стороны. Сюда было достаточно далеко идти, но зато и встретить кого-то из знакомых тоже проблематично. Солнце уже почти село, на небе у горизонта расплавленным золотом растекался закат, лишь у самой земли тянулась тонкая ярко-алая полоска. Деревья и кусты вырисовывались черными корявыми силуэтами, напоминая киношных чудовищ, и девушке стало не по себе.

Умом она понимала, что здесь, скорее всего, безопасно и сложно заблудиться, но все же решила двинуться ближе к цивилизации и лагерю, предварительно завернув на пляж. Если повезет, там не окажется шумной компании. По большому счету, Дашке было все равно, не хотелось столкнуться, пожалуй, только с Лисой и одним из ее парней – девушка понимала, что будет чувствовать себя очень неловко, ну и с Максом – по вполне понятной причине. К счастью, уже на вершине холма Даша поняла, что пляж пуст.

Девушка медленно спускалась по утоптанной тропинке по направлению к озеру. Наступали сумерки – еще можно было разглядеть дорогу перед собой, но мир уже утратил краски, став черно-белым, словно негатив старинной фотографии. На темном, отливающем глубоким синим цветом небе появились первые звезды. Они были яркими и крупными. Такие увидишь только за городом и в августе.

Заглядевшись на небо, девушка споткнулась о выступающий корень и едва не упала. С трудом поймала равновесие и продолжила спускаться к озеру, стараясь не отвлекаться на окружающий пейзаж. На пути девушка стянула с себя майку. Шорты сняла уже на берегу. Не оглядываясь по сторонам, разбежалась и с вихрем брызг влетела в холодные волны. Вынырнула уже довольно далеко от берега, но еще не успела отдышаться, что-то темное поднялось из воды прямо перед носом.

Дашка заорала как оглашенная, неловко дернулась, растерявшись, и ушла под воду – озеро было глубокое, и плавный песчаный заход заканчивался обрывом. Почувствовав сильные руки у себя на талии, девушка перепугалась сильнее, заорала прямо под водой, суматошно отпихиваясь и глотая муть, обжигающую горло. Дыхания не хватало, нос и горло драло.

Даша не соображала, что происходит. Страх был сильный, удушающий. От него и нехватки кислорода кружилась голова. Девушка и не сразу поняла, что под ногами нащупывается дно, а в легкие вновь без проблем поступает воздух. Волосы полностью закрывали лицо, дезориентируя еще больше. Вдохнув нормально, Даша осознала, что руки, сжимающие талию, никуда не делись, и резко рванула в сторону, ударив наугад, а потом, не разбирая дороги, попятилась и едва не упала.

– Да что с тобой?! – донесся знакомый голос.

Даша наконец убрала с лица мокрые пряди. Прямо перед ней, потирая ушибленное плечо, стоял Вадим. Вода доходила ему до середины груди, открывая сильные плечи. Влажные после купания волосы немного вились, несколько мокрых прядей падали на лоб, и с них на лицо стекали тонкие струйки. В глазах молодого человека застыло негодование. Даша сглотнула, подозревая, что у нее начались галлюцинации, видимо, от недостатка кислорода, но все же пробормотала, чувствуя, как дрожат руки:

– П-п-прости…

– Даш, ты сошла с ума? – Вадим сделал несколько шагов вперед.

Она, забыв о том, что нужно дышать, завороженно наблюдала за тем, как с каждым шагом Вадима медленно убывает вода, открывая рельефные кубики пресса, кажущиеся в сумерках черными. – Сначала кинулась на меня в темноте, как дурная. Потом заорала и начала пинаться. Что это вообще было? Способ привлечь к себе внимание?

– Какой способ? – Слезы сами брызнули из глаз. – О чем ты? – Девушка всхлипнула громче, чувствуя, как начинается озноб. – Я пришла на берег, нырнула, и тут кто-то появился прямо передо мной и схватил.

– Ты начала тонуть! – нерешительно заметил Вадим. Из его взгляда исчезла злость, сменившись недоумением.

– Я не тонула, я просто растерялась и испугалась! Из-за тебя, между прочим! – обиженно выкрикнула Даша.

Ее последняя фраза потонула в рыданиях. Вадим, чертыхнувшись, сделал шаг вперед и притянул девушку к себе, погладив по голове.

– Все, все хорошо, – прошептал он. – Прости, что накричал! Но ты тоже хороша, зачем вообще пошла ночью одна к озеру? Ты вообще думаешь, что творишь? – Он немного отстранился.

Дашка подняла голову, мимоходом стерев со щек слезы, и утонула в черных, ласковых глазах, в которых серебрился лунный свет. Внезапно нахлынуло понимание, в какой двусмысленной ситуации они оказались. Рядом стоял Вадим, такой красивый, взрослый и обычно неприступный, и их разделяло совсем мало пространства. Его руки лежали на Дашиных плечах, и стоит только захотеть, можно протянуть ладонь и прикоснуться к своей мечте.

Наверное, мысли очень явно отразились на ее лице, так как Вадим отстранился, но Дашка в последнюю минуту успела закинуть ему руки на шею и сделать шаг навстречу. Его губы оказались совсем близко, девушка смотрела на них и чувствовала легкое покалывание на своих собственных. Нужно было так немного, всего лишь привстать на цыпочки, но, разгадав ее намерение, Вадим едва заметно покачал головой и нежно, но решительно снял тонкие руки со своей шеи со словами:

– Не надо. Мы это уже проходили.

Он отступил, а Дашка, сглатывая слезы, вдруг неожиданно даже для себя крикнула за спину:

– Но в этот раз я так просто не сдамся! Понял? В этот раз ты не сможешь спихнуть меня на кого-то другого!

Ответ девушка слушать не стала, а бросилась в глубину, стараясь остыть и прийти в себя. Холодная вода остудила голову, волны приняли тело, заставили сосредоточиться не на чувствах, а на действии. Даша нырнула глубоко, так что на уши стало давить, а в легких начал заканчиваться воздух. Для того чтобы выплыть, пришлось работать руками и ногами. Вынырнув на поверхность, девушка долго не могла отдышаться, зато стало легче и из глаз больше не текли слезы. Плавала Даша долго, до тех пор, пока не онемели в холодной воде руки и не начали ныть плечи. На берег она выходила с опаской.

Вадим все еще был там. Он сидел на коряге, чуть в стороне от пляжа, и играл на своем айпаде – Дашка сейчас ненавидела тренера даже за это. Ее собственный телефон сел, а привилегией зарядить она не пользовалась, так как Жеку намеренно обходила стороной.

Вадим, заметив, что Даша вышла, убрал телефон в карман и начал медленно подниматься наверх по склону. Девушка очень хотела крикнуть ему вслед что-то обидное, но не стала. Знала, что бесполезно, он не уйдет и не станет отвечать. Вадим и на берегу-то остался лишь для того, чтобы проконтролировать. Хотел убедиться, что с ней все будет нормально. Девушка нарочно медленно вытиралась и одевалась. Потом неторопливо поднималась по склону.

До лагеря так и шли на расстоянии друг от друга и не разговаривая. Едва только показались палатки, Вадим тут же потерял всякий интерес и, не прощаясь, ушел к горящему костру, а Дашка разревелась и убрела в палатку, которая, к величайшему облегчению, была пуста. Девушка забилась в спальник, закрылась с головой и задремала. Чуть позже заглядывал Макс, но Даша даже не стала с ним говорить. Буркнула «сплю» и запустила в сторону выхода шортами Лисы. К счастью, парень все понял и не стал настаивать, а скрылся в темноте.

А ночью девушке снился Вадим. Во сне он был беспечным и улыбающимся и там, на озере, не отстранился, как обычно, а подошел ближе и, нежно взглянув в глаза, поцеловал. Растворившись в приятном тепле и новых ощущениях, Даша проснулась и с грустью обнаружила, что лежит, завернувшись в спальник, словно в кокон. Ей невыносимо жарко, солнце давно встало и теперь просвечивает сквозь плотную ткань палатки, а рядом безмятежно посапывает Лиса.

Глава 11

Посвящение в археологи

Утром перед посвящением все были на взводе. Поддалась общему волнению и Даша. Почему-то за последние четыре дня стало важно влиться в общую дружную компанию и стать частью большой и нужной науки – археологии. Девушка и не думала, что в процессе утомительного занятия «бери больше, кидай дальше, пока летит – отдыхай» можно проникнуться важностью занятия.

Черепки по-прежнему воспринимались как нечто странное, но к «странному» неожиданно добавилось определение «важное». Это важное необходимо было не задеть лопатой, а аккуратно расчистить специальным скребком и потом довести до ума кисточкой. В последний день им с Лисой даже доверили это важное задание, и Дашка неожиданно испытала странную гордость. Лиса вообще сияла, похоже, она была готова сделать все что угодно, лишь бы Жека бросил на нее хотя бы один взгляд. И он бросал, причем такие, что даже у Дашки иногда алели щеки, хотя она была всего лишь невольным свидетелем. Девушка не понимала, как этих взглядов не замечает Ромка.

На само испытание следовало явиться в чистой одежде и с вафельным полотенцем для завязывания глаз – одно это пугало. Ждали новобранцев, или, как называли их старожилы, неофитов, за лагерем, на опушке леса недалеко от раскопа. Встречающая процессия была большой и пафосной. Все старожилы выстроились в ряд с лопатами, а на головах каждого из них красовались ветки, символизирующие то ли рога, то ли короны.

– Это, типа, помощники бога Археологии, – шепотом пояснила Лиса.

– Ты откуда знаешь? – удивилась Дашка, но подруга только пожала плечами и загадочно улыбнулась, бросив хитрый взгляд в сторону Жеки.

Очень подозрительные помощники бога археологии зачитали неофитам целый перечень правил. Сообщили о том, что предстоящие испытания символизируют тернистый путь археолога к познанию тайн истории. После пафосных речей Даше захотелось сбежать, но вперед вышел Жека.

– Учтите, – замогильным голосом начал он. – Испытания сложны, и не каждый способен их пройти, только смелые и отважные духом смогут стать посвященными. У вас еще есть шанс отказаться.

– Ага, щас! – прищурила хитрые зеленые глаза Лиса. – Не дождетесь.

Даша вздохнула, мысленно соглашаясь с Лисой. Да уж, после таких провокаций и предупреждений точно отступать нельзя.

– Девушкам будет особенно сложно, – поддержал его Серый и посмотрел почему-то в упор на мрачную Дашку, которая чем дальше, тем больше сомневалась в том, что хочет участвовать в предстоящем действе.

– Мы не просто девушки! – презрительно бросила Ксюха, которая недолюбливала Жеку после истории с розеткой. – А будете выступать и угрожать, мы вам потом посвящение в капоэйристы проведем!

– А у нас оно есть? – немного удивился Вадим, который впервые оказался по другую сторону «баррикад». Сам он посвящение прошел давным-давно, еще в школьные годы, и вспоминал об этом с содроганием, но своим подопечным решил ничего не говорить, чтобы не испортить впечатления.

– Будет, – воинственно отозвались близняшки и встали у тропы плечом к плечу, словно перед решающим боем. – Мы придумаем. Вот в археологи посвятимся и придумаем.

Сначала неофитов выстроили в одну длинную линию и завязали им глаза. Даша задержала дыхание, заметив, что к ней подошел Вадим. Он ловко затянул узел у нее на затылке, умудрившись не задеть девушку и пальцем. Спустя секунду молодой человек взял ее за руку.

Ладонь Вадима была горячей и сильной, Дашка, пользуясь случаем, словно не нарочно скользнула большим пальцем по тонкой, чувствительной коже запястья. Тренер сжал пальцы сильнее и слегка дернул, видимо выражая неудовольствие, а Даша победно ухмыльнулась.

– Во время первого испытания вы должны показать, хорошо ли знаете путь до раскопа. Настоящий археолог способен найти свой раскоп даже в полнейшей темноте. Ваши провожатые доведут вас до полосы препятствий. А уж дальше сами. – На последней фразе в серьезном торжественном голосе Жеки послышалась насмешка.

Даша послушно отправилась за Вадимом, чувствуя себя беспомощно и глупо. Сзади ругалась Ксюха, которой полотенце давило на нос. Ей вторили Лиса и громогласные парни.

Сначала пришлось пробираться через путанку из веревок, на которых висела какая-то непонятная пакость – типа веников. Причем разных – от обычных, с мягкими листьями, до колючих, сделанных из елки. На Дашином пути даже встретились несколько раз ветки крапивы. Одна мазнула по щеке, заставив охнуть.

Запнувшись за веревку и навернувшись под дружный, непрекращающийся хохот, Дашка поняла, что испытание – это не что иное, как издевательство над новичками в угоду ржущим старожилам. Рядом чертыхалась Лиса и сыпала угрозами Ксюша, из чего Даша сделала вывод, что плохо не ей одной. На путанке стали попадаться не только веники, Даша пару раз налетела на что-то тяжелое и жесткое, заработав несколько синяков на руках и плечах.

После веревок была грязная канава, которую предстояло проползти зачем-то на пузе. Настоящее издевательство, при учете, что единственная ванная в округе – это озеро, вода в котором становилась холоднее с каждым днем.

Испытания оказались не только противными, но и физически сложными. Дашка представила, как бы себя чувствовала, если бы не занималась больше полугода капоэйрой, наверное, сдалась бы еще на путанке, пробраться сквозь которую стоило неимоверных усилий и ловкости.

Две гимнастки отступили перед канавой, они сказали, что даже во славу гимнастики не полезут в грязь, а уж во славу археологии – тем более. Старший помощник бога археологии Жека, довольно похихикивая, с позором изгнал отступниц с тропы славы, а Дашка невольно позавидовала решительным счастливицам.

Сама она не привыкла отступать, ее гнало вперед упрямство и желание не пойми кому не пойми что доказать. К счастью, самое сложное осталось позади, им развязали глаза и грязных и злых повели к следующему этапу, на котором предстояло участвовать в своеобразной эстафете.

Бог археологии – Игорь Юрьевич, который до этого молчал и снисходительно наблюдал за развлечением, – со всей силы вогнал в землю две штыковые лопаты. Парням-неофитам связали руки за спиной и заставили вытаскивать лопаты без помощи рук. Смотреть на изощрения был смешно всем, кроме участников. Дашка ржала от души, наблюдая за тем, как Макс тянет лопату коленями.

Впрочем, радость была недолгой, так как девчонкам пришлось катить наперегонки банку сгущенки к финишу носом. Потом на вес определять, какая лопата в руках, совковая или штыковая, хором петь гимн и на коленях зачитывать клятвы.

Вперед вышел торжественный бог археологии с лопатой наперевес, подошел к каждому прошедшему испытание и коснулся черенком лба, бормоча под нос неразборчивое. Дашка со смехом вспомнила фильмы, в которых показывали посвящение в рыцари, только у бога археологии вместо меча в руках была лопата. Следом за богом шли его помощники и производили клеймление посвященных неофитов.

Меньше всего Дашка мечтала о том, чтобы в конце сложных и утомительных испытаний, из которых она вышла грязная, измученная и местами побитая, ей поставили на лоб клеймо сырой, разрезанной напополам картофелиной, на которой зеленкой нарисовали букву «А».

А потом последовала приятная часть: каждый из инициированных археологов получил в дар от бога по сувениру – маленькому кусочку керамики на обычной веревочке. После всех сложностей Дашка надела свой на шею с гордостью.

Осознав, что наконец-то все закончилось и можно смыть с себя всю грязь, девушка поняла, что абсолютно счастлива. Подбежала радостная Лиса и полезла обниматься, кинулся навстречу Макс, но он был настолько грязен, что Даша замахала руками и попятилась.

– Сначала отмываться! – непреклонно заявила она. – Я к озеру.

Измученная девушка уселась на берегу, достала из прихваченного в палатке рюкзачка зеркало и, взглянув на отражение, застонала. К чертям все испытания, больше она на это не поведется! Правы были две Ольгины гимнастки, которые, едва завидев полосу препятствий, сдались. Не стоит оно этого.

Из зеркала на Дашку смотрела страшная, чумазая физиономия, по бокам которой свисали немытые сосульки волос, испачканные в иле. А на лбу гордо красовалась зеленая буква «А», отмыть которую не представлялось возможным.

– Что, подруга, классно провели время! – плюхнулась рядом довольная Лиса, и Дашка застонала еще раз.

– Ты еще в состоянии смеяться? Я вся в синяках, хочу упасть и больше не шевелиться. Я устала и испачкалась.

– Это все мелочи! – отмахнулась рыжая. – Смотри, что у меня есть!

Она театральным жестом достала из рюкзака гель для душа.

– Вот!

– Ага, еще бы душ найти, – мрачно отозвалась Дашка.

– Чем тебя не устраивает озеро? Воды, что ли, мало?

– Действительно, чем? – Ксюха и близняшки, бодро спускавшиеся к воде, выглядели не лучше. Такие же грязные и лохматые. У Ксюхи на лодыжке наливался синяк, а руки были исцарапаны. Дашке даже полегчало. Раз уж их гламурная королева изрядно потрепана, нечего стыдиться собственных «боевых ран».

– Мы мальчишек сюда не пустили, оставили Ольгу их контролировать, – деловито пояснила Ксюша, кидая на землю ярко-розовое полотенце. – Нужно же нам нормально отмыться.

– А где нимфы? – Лиса со стоном поднялась. Гимнасток она всегда недолюбливала и принципиально не запоминала имен.

– Вроде бы тоже собирались, – безразлично пожала плечами одна из близняшек и начала раздеваться.

Даша медленно стащила через голову грязную, местами рваную майку и поинтересовалась:

– А пацаны так и послушаются Ольгу? Готова поспорить, сидят где-нибудь подсматривают…

– Так ты совсем-то не раздевайся, – отмахнулась Ксюха. – Купальник-то тебе зачем нужен? А там пусть смотрят, лишь бы воду не баламутили и не носились вокруг с идиотскими воплями и комментариями.

– Я не привыкла мыться в купальнике, – недовольно буркнула Даша и, поеживаясь, отправилась к воде.

– Ну, сними тогда, – огрызнулась Ксюха. – Порадуй общественность своими костями.

Дашка отмахнулась, даже не обидевшись. Внезапно она поняла, что привыкла к Ксюхе и ее язвительным комментариям. Сейчас они совсем не раздражали. Хотелось одного – отмыться.

После водных процедур стало намного лучше. Холодная вода освежила, и мышцы перестали ныть, кожу больше не тянуло от грязи, а волосы приятно пахли шампунем. Даша натянула единственные оставшиеся чистыми джинсы, свежую футболку и наконец ощутила себя человеком. Даже настроение поднялось, только вот изумрудная буква со лба никуда не делась, но девушка сильно не расстроилась. Ее почти не было видно из-под прямой, густой челки.

Глава 12

Все наперекосяк

В лагере уже вовсю пахло шашлыками, и от этого настроение поднялось еще выше – есть хотелось неимоверно. Дашка с усмешкой посмотрела на все еще грязных парней и удовлетворенно хмыкнула, испытывая странное чувство превосходства.

Макс тоже не любил ходить грязным, он даже к Даше подходить не стал, а рванул к озеру, едва дождавшись остальных. Это и к лучшему. Лиса тоже куда-то исчезла, и девушка осталась одна. Она, вспомнив о своих вчерашних словах и нежелании сдаваться, планировала найти Вадима, но он словно специально демонстрировал свое наплевательское отношение. Сегодня тренер не отходил ни на шаг от Ольги. Даже в жестах появилась какая-то неясная интимность. То приобнимет, то в щечку поцелует.

Если бы к Дашке не подсел довольный Серый, который сегодня получил бездну адреналина и положительных эмоций, наблюдая за посвящением со стороны, девушка, наверное, сделала бы какую-нибудь глупость, а так пришлось мило улыбаться и поддерживать ни к чему не обязывающий разговор.

Из-за испытания, несмотря на сгущающиеся сумерки, народа у костра собралось немного. Даша с Серым и прибежавшими на запах жареного мяса близняшками сидели на низких полешках, заменяющих лавки. Угрюмая Василиса Премудрая методично строгала салат в огромный тазик на полевой кухне. Даша сначала хотела предложить ей свою помощь, но так и не рискнула – слишком уж недовольное лицо было у девицы. К ней и подходить-то было страшно. А у мангала крутились Игорь Юревич и Вадим с Ольгой. Они, как обычно, перешучивались и смеялись, иногда срываясь на громогласный гогот.

Шумных парней не было – капоэиристы отмокали на озере, двоих студентов Игорь Юрьевич отправил за дровами, а вот куда исчез Жека, Даша не знала, но догадывалась, так как Лисы тоже не было. Вряд ли она, как Ксюха, прихорашивается к вечеру.

Буквально через полчаса народ начал постепенно сползаться к костру. Первыми вернулись мальчишки и расселись вокруг Даши, потеснив Серого в сторону. Девушка улыбнулась ему, словно извиняясь, но даже не сделала попытки пересесть. Скоро стало, как обычно, шумно и весело. В животе у Дашки урчало от голода, и единственное, что омрачало настроение, – это Вадим, без зазрения совести флиртующий с Ольгой.

Все оставшиеся задерживались, до их прихода успели даже съесть по порции шашлыка. Ксюха и Настя появились совсем поздно и замерли в нескольких метрах от импровизированных лавочек. Девушки как-то подозрительно переглядывались. Потом Ксюха закусила губу и поманила к себе Ромку. Ее лицо было непривычно обеспокоенным. Дашка среагировала слишком поздно – ее отвлек Макс очередным разговором, и девушка опомнилась лишь после того, как, выслушав Ксюху, Ромка кинулся прочь с поляны, а на лице хитрой брюнетки расцвела довольная улыбка.

– Да чтоб тебя! – выругалась Дашка, напугав Макса, и рванула следом за Ромкой, понимая, что предупредить Лису уже не успеет. Нужно попробовать хотя бы локализовать конфликт.

– Даш, да что случилось? – не понял Макс.

– Пока ничего, – отозвалась она на бегу.

– Погоди! – Макс кинулся следом, вызвав недоумение сидящих возле костра.

Дашка неслась во весь опор, но Ромку остановить не смогла. Можно было бы покричать ему в след, но девушка понимала: вряд ли это поможет.

– Ничего себе! – выругался Макс, влетев на поляну свиданий следом за Дашкой, которая едва не врезалась в Ромкину спину.

Лиса выглядела виноватой, а взлохмаченный Жека – удивленным. Парочка успела отскочить друг от друга, но, видимо, слишком поздно. Ромка увидел достаточно и все понял.

Впервые на Дашкиной памяти он ударил по-настоящему, с замахом, резко и сильно. Жека, несмотря на то что был старше и крупнее, со стоном согнулся пополам. Закричала Лиса, не понимая, к кому ей кинуться. Макс, отодвинув Дашку, бросился вперед, но Ромка успел ударить еще раз, уже в лицо.

Жека упал на колени, зажимая ладонями нос, из которого хлынула кровь, окрасив алым губы и подбородок.

– Ты что творишь? – испуганно подлетела Лиса. Ромка взглянул на нее с ненавистью. Оттолкнул от себя Макса и рванул с поляны, а Дашка вдруг ясно осознала, что никогда не настанет подходящего момента и никогда не стоит скрывать, если чувства вдруг изменились, иначе однажды можно оказаться на месте Лисы или, того хуже, Жеки.

Лиса кинулась к Жеке, Макс поспешил за Ромкой, а на поляну, привлеченные криками, уже начали стекаться все остальные, включая Вадима, Ольгу и Игоря Юрьевича.

Началась суматоха, общие попытки выяснить, что произошло, и Дашка, не желая участвовать в этом, отступила в сторону.

– Макс! – крикнула она и кинулась за парнями, едва не налетев на Вадима. Он поддержал ее под локоть, что-то хотел спросить, но девушка пронеслась мимо, даже не притормозив.

– Что? – обернулся Макс.

– Задержись на пять минут, – тихо и серьезно попросила она, чувствуя, как дрожат руки.

– А это не подождет? Там Ромка…

– Мне нужно с тобой поговорить, – настояла Даша, и Макс, как всегда, не смог отказать. – Пять минут, хорошо?

Парень недовольно сморщился, но послушно остановился, а Даша, убедившись, что он следует за ней, нырнула в темноту, убравшись в сторону от поляны на тропинку грибников.

– Нам нужно расстаться, – выпалила Даша, едва только они оказались одни. Фраза оказалась глупой, банальной, словно вырванной из какого-то сериала, но зато точно отражала суть.

– Не понял? – Макс замер и посмотрел на Дашу как на умалишенную.

– А что непонятного? – пожала плечами она, чувствуя, как появляется уверенность в правильности собственных действий. – Я давно хотела тебе сказать, еще когда мы только приехали сюда. Я не хочу быть больше с тобой, потому что не люблю. Мы очень разные…

– Постой! Ты что… – На щеках Макса появились красные пятна. Он злился и не верил. – У тебя, так же как и у Лисы, кто-то есть? Ты поэтому меня бросаешь?

– Нет, – Дашка покачала головой, – нет. Но произошедшее сегодня убедило меня: все нужно делать вовремя. Не злись, Макс.

Даша отступила в сторону, намереваясь уйти, но парень неожиданно сильно дернул ее за руку.

– Ой! – пошатнулась Даша и испуганно посмотрела в такие знакомые, сейчас пылающие гневом глаза.

– Нет, ты не уйдешь! – Голос Макса дрожал от злости. Парень почти кричал. – Ты должна мне объяснить…

– Я ничего тебе не должна! – зашипела девушка от боли, дернула руку, понимая, что вырваться вряд ли получится. Макс намного сильнее.

– Должна объяснить!

Голос Макса сорвался, и Дашка, разозлившись, крикнула:

– Какие объяснения ты хочешь услышать, кроме: «Я. Тебя. Не. Люблю!»

– Логичные! – уперся парень, но уже не так уверенно.

– Нет логичных объяснений! И не хочу я ничего объяснять! Понимаешь, не хочу! Оставь меня в покое, пожалуйста, – уже тише добавила девушка, чувствуя, что скоро заплачет.

Вадим на поляне появился бесшумно и грозно рыкнул:

– Вы все с ума, что ли, посходили?! Макс, ты что творишь?

– Не ваше дело, – хмуро буркнул парень, но руку Даши отпустил. Девушка тут же отскочила в сторону, потирая горящее запястье.

– Нет, ты ошибаешься. – Вадим сделал стремительный шаг вперед, заставив Макса отступить. – Мое. Хватит того, что Рома разбил Жене нос, хорошо хоть, не сломал! Теперь ты удерживаешь девушку силой. Твои крики слышны на весь лагерь! Ты так сильно хочешь, чтобы все знали о вашем разговоре и твоей глупой несдержанности?

Макс помрачнел, сжал зубы от злости, видимо осознав, что сам сделал себя посмешищем, и, выругавшись, стремительно скрылся за деревьями, а Вадим обеспокоенно повернулся к Дашке. Она все еще прижимала к груди руку, на которой от хватки Макса, вероятнее всего, выступят синяки.

– Ты как? – участливо поинтересовался тренер, внимательно изучая девушку, словно проверял, все ли части тела у нее на месте. – Он ничего тебе не сделал?

Голос Вадим звучал так обеспокоенно, что слезы навернулись на глаза, и это очень сильно разозлило Дашу. Она решительно посмотрела в черные завораживающие глаза и со злостью выдохнула:

– А тебе какая разница? Тебе же все равно!

– Мне не все равно, – отчеканил Вадим тихим и холодным голосом, от которого пробежали по спине мурашки.

Дашка сглотнула, не зная, что ответить. Если бы он сказал еще что-то, если бы принялся объяснять и доказывать, вряд ли бы его слова произвели такой сильный эффект, но Вадим просто развернулся и ушел, а Дашка осталась стоять одна, чувствуя, как начинают дрожать руки, а из груди вырывается рыдание.

Четыре коротких слова, сказанных тихим голосом, перевернули мир с ног на голову и заставили сердце биться быстрее. В желудке появился холодный комок и начался озноб. В лагерь Даша не пошла, а вместо этого вернулась на поляну, уселась на поваленное дерево и разрыдалась.

– Жалеешь себя?

Даша вздрогнула и скривилась, заметив Серого. На общение с ним она точно не была настроена.

– С чего мне себя жалеть? – утерла она слезы.

– Ну не знаю, – пожал худыми плечами парень. – А с какой еще целью можно сидеть на поваленном дереве и рыдать в час ночи?

– Не знаю, – честно отозвалась Дашка и, не в силах спорить, заметила: – Наверное, ты прав, я себя жалею.

– Забей. Это бесперспективное занятие, – усмехнулся Серый. – Поехали лучше кататься?

– Что? – не поверила Дашка. – Прямо сейчас?

– А почему бы и нет? – беспечно пожал плечами парень.

– Не-е, – покачала головой разумная Дашка. – Сейчас нельзя. Ночь. Старшие точно будут ругаться.

– Ты права, – с сожалением согласился Серый. – А я хотел тебя развлечь.

– Развлеки завтра с утра, – с тоской попросила Дашка. Ей внезапно очень сильно захотелось ветра в лицо и головы, свободной от мыслей и переживаний.

– А это идея! – повеселел парень, – только завтра мне нужно обязательно на раскоп. Часам к десяти придется вернуться. И это самый край.

– Ну поехали тогда совсем с утра? – оживилась Дашка. – Можно даже до завтрака.

– В семь сможешь проснуться?

– Почему бы и нет? – пожала плечами девушка и поднялась. – Только для этого мне нужно идти спать прямо сейчас. И знаешь что… лучше зайди за мной сам.

– Как скажешь, соня, – пожал плечами парень и подал Даше руку. Девушка нерешительно ее приняла, но почти сразу же отпустила, испытав неловкость. Серый не обратил на это никакого внимания.

В палатку девушка проскользнула по возможности незаметно и сразу же забралась к себе в спальник. Лиса уже была внутри и упорно делала вид, что спит, хотя редкие всхлипывания ее выдавали. День сегодня не задался не только у Даши. Но, засыпая, девушка осознала, что поступила правильно и прежде всего испытывает облегчение. А уже потом усталость, разочарование и затаенную боль от того, что, похоже, друзьями с Максом остаться не удастся.

Глава 13

Навстречу ветру

С утра Серый поскребся в палатку, по ощущениям Дашки, преступно рано, но на улице уже было светло и пришлось поверить, что без десяти семь – это именно сейчас. Что-то раздраженно буркнула со своего места Лиса и демонстративно закрылась одеялом с головой.

– Если тебя понесло куда-то ни свет ни заря, то хоть уходи тихо и быстро, чтобы никого не будить! – не выдержала она и отвернулась, а Дашка извинилась и выскользнула из палатки.

Правда, через минуту пришлось возвращаться – на улице оказалось неожиданно прохладно, и девушка решила прихватить с собой кофту. В этот раз Лиса не ограничилась гневными словами и запустила в подружку штанами. Дашка ойкнула, еще раз попросила прощения и убежала.

В столь ранний час в лагере было непривычно тихо. Все еще спали, только у начинающего разгораться костра сидели сонные дежурные из числа студентов, которых Даша, конечно, видела, но лично не знала. В лагере собралось немало народа, и познакомиться со всеми не получилось, да и не было необходимости.

– А нас не станут ругать? – еще раз с сомнением спросила Даша, на что Серый хмыкнул.

– А за что ругать? Сейчас светло, права у меня есть, а до завтрака мы вернемся. Не переживай! Все будет хорошо!

Даша с сомнением покосилась на довольного и беспечного парня, но больше возражать не стала, мысленно обозвав себя трусихой и паникершей.

Мотоцикл у Серого оказался хороший, блестящий, с хромированными дугами и хищно выдвинутой вперед рамой. Дашка даже подпрыгивала от нетерпения. Настроение было просто замечательным. Девушка всегда любила ощущение ветра в лицо и быстро меняющиеся виды по обеим сторонам дороги.

Мотор взревел разъяренным зверем, в воздухе волнующе запахло выхлопом – этот не совсем приятный запах у Дашки всегда ассоциировался с приключениями и папой. Девушка уселась сзади Серого, и молодые люди, пару раз подскочив на кочках, унеслись прочь, никем не замеченные.

Правда, рык мотора разбудил половину обитателей лагеря, но ни Дашка, ни Серый об этом не думали.

Сначала все было хорошо. Даша наслаждалась ощущением свободы, рычащим мотором, полями вокруг и дорогой, уходящей в бесконечность. Она любила длинные поездки, и даже не совсем удобное сиденье мотоцикла не раздражало.

Но потом стало хуже. Серый был молод и слишком горяч. В нем не имелось папиной, отточенной годами, уверенности. Дашин отец умел ездить быстро и аккуратно, так что не тряхнет ни на одной кочке, а Серый пока так не мог. Он ехал быстрее комфортной для него скорости, стараясь выпендриться перед Дашкой. Девушка чувствовала, насколько напряжена его спина, и волнение передавалось и ей самой.

Даша сжала зубы, понимая, что говорить о чем-либо бесполезно. Придется кричать, чтобы заглушить мотор, а девичий визг только раззадорит. Парни почему-то считают девчонок трусихами и пытаются покрасоваться перед ними. Если кричать, чтобы он снизил скорость, вероятнее всего, Серый ее только прибавит азарта ради.

К счастью, скоро мучения закончились и мотоцикл остановился в весьма живописном месте. Узкая проселочная дорога вывела к еще одному, довольно большому озеру. У противоположного берега, несмотря на ранний час, стояла припаркованная машина. Возле нее на складных стульчиках сидели две неподвижные фигуры с удочками – рыбаки.

– Ну ты и силен гонять! – недовольно выдохнула Даша, слезая с мотоцикла.

– Тебе не понравилось? – хитро усмехнулся Серый. – Я быстрый, не зря же я в мотокроссе участвую. А ты, оказывается, как и все девчонки – трусиха.

– Ты – безбашенный, – покачала головой Даша, проигнорировав последнее замечание, и на онемевших ногах подошла к воде. Тут не нужно было никуда спускаться. Всего лишь сделать несколько шагов – и уже окажешься у кромки воды.

– Сочту за комплимент, – подошел сзади Серый.

– Это не комплимент! – парировала девушка и резко развернулась, готовясь разразиться целой тирадой о безопасности, но захлопнула рот, так ничего и, не сказав.

Парень стоял очень близко, а синие внимательные глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц смотрели так пристально, что стало не по себе. Внезапно пересохло во рту, и Даша поняла: разбираясь со своими чувствами к Вадиму и Максу, она не заметила очевидного.

Серый сделал несмелый шаг вперед и, слегка улыбнувшись, сказал:

– Ты такая красивая, особенно когда злишься… – Рука нежно коснулась щеки, а Даша растерялась и даже не успела отступить, когда в следующий миг Серый нагнулся и поцеловал. Девушка отвернулась, и губы скользнули по щеке.

– Нет, – покачала она головой и отступила в сторону. – Не надо.

– Почему? – прищурил глаза парень. На его лице отразилась обида. – Ты же рассталась с Максом, я слышал. Это не просто так.

– Не просто, – не стала отрицать Даша. – Но ты тут ни при чем.

– Ты говорила, что я классный, – самодовольно улыбнулся он.

– Классный, – согласилась Даша. – Прикольный, веселый и добрый, как. впрочем, и Макс, – хмыкнула она, ковыряя носком ботинка землю под ногами. – Но этого очень мало. Я не могу целоваться с каждым классным парнем.

– Думал, что нравлюсь тебе, – сглотнул Серый. Даша не хотела поднимать глаза и видеть на его лице разочарование.

– Ты мне нравишься, но…

– Но этого мало, – закончил Серый и усмехнулся. – Какой я дурак!

– То есть ты меня кататься звал только за этим?

– Нет, – пожал он плечами и отвернулся. – Ты прикольно пугаешься и вцепляешься руками в олимпийку на моей спине. Веселит. Поехали, недотрога.

Дашка не отреагировала на подтрунивание. Она с утра надеялась развеяться, а вместо этого получила дополнительную проблему вдобавок к обиженному Максу и игнорирующему ее Вадиму.

Видимо, разговор действительно очень сильно расстроил Серого или парень осознанно мстил Даше за отказ. Такой кошмарной поездки у нее еще не было. Мотоцикл швыряло на проселочной дороге, он подпрыгивал на кочках, шел юзом в глубоких колеях, где, несмотря на жаркую погоду, скопилась грязь, еще не просохшая после дождя, прошедшего несколько дней назад.

Даша не единожды просила Серого снизить скорость, но парень, казалось, ее не слышал.

– Либо ты едешь нормально, либо тормози, я лучше пойду пешком! – наконец не выдержала она, и Серый немного расслабился и отпустил газ, но взвинченное состояние не прошло даром. Вел он неуверенно и на следующем отрезке грязи все же не справился с управлением. Даша почувствовала, что сейчас случится непоправимое, и инстинктивно сгруппировалась, прежде чем мотоцикл повело в сторону. Девушка немного оттолкнулась, сумев упасть вбок, и, перекувырнувшись, приземлилась на четвереньки, взвыв от неожиданной боли в коленях, а вот Серому повезло меньше – он улетел через руль, сделал сальто и упал навзничь.

– Блин! – Дашка выругалась и, морщась от боли, кинулась вперед, проверять, как дела у парня. К счастью, он был жив и медленно садился на земле. Одну руку Серый прижимал к груди, а второй ощупывал затылок.

Даша выдохнула и, едва не расплакавшись, села рядом. Им повезло, что скорость была небольшая. Первым подал голос парень.

– Прости меня… – едва слышно пробормотал он.

– Говорила же – не гони, – устало отозвалась Дашка и спустя какое-то время нерешительно добавила, кивнув в сторону мотоцикла: – Как ты думаешь, он увезет нас отсюда?

– Да что ему-то будет, чай, не в первый раз, – как-то очень уж обреченно отозвался Серый.

– А что тогда голос такой потерянный? – Даша уже начала приходить в себя, и осознание того, что серьезно никто не пострадал, придало сил.

– Он-то отвезет, а я – нет.

– Что с тобой? – снова всполошилась Даша и тут заметила, что рука, которую Серый все еще прижимал к груди, изрядно опухла.

– Сломал? – испуганно поинтересовалась она. – Нужно обездвижить.

– Не уверен, что сломал, – покачал головой Серый, пытаясь устроить руку поудобнее. – Но болит здорово. Не доеду точно.

– А голова как?

– С головой все в порядке.

– Может быть сотрясение. – Даша уже не злилась на Серого. Она за него волновалась, хотя понимала: больше с ним не поедет кататься никогда в жизни.

– Не может, – уверенно заявил парень и самокритично заметил: – Если мозга нет, то и сотрясаться нечему.

Первым делом Даша помогла Серому сделать из его олимпийки повязку для поврежденной руки.

– И что будем делать? – Серый поморщился от боли. Было видно, ему не очень хорошо. Вокруг простиралось поле, солнце палило нещадно, и помощи было ждать неоткуда.

– У нас даже телефонов нет, чтобы позвать на помощь, – сокрушенно покачала головой Даша. – Или у тебя есть?

– Не-а, – отозвался Серый. – Я забыл в палатке.

– А у меня сел… Кстати, – девушка посмотрела на валяющийся поперек дороги мотоцикл, – а ему не вредно вот так лежать?

– Да лучше бы поднять, – согласился Серый. – Ты мне поможешь?

– А у меня есть выбор?

Дашка поднялась и подала руку Серому, помогая ему встать. Колени болели, джинсы на одной ноге порвались, и сквозь разодранную дыру просвечивала содранная кожа. Ладони горели – на них тоже имелись ссадины, но Даша отделалась легко, а вот Серому пришлось хуже. Он даже встал с трудом, похоже, повредил еще и ногу.

С первой попытки поднять мотоцикл и поставить его на подножку не вышло. Он был слишком тяжел для Дашки, а от Серого помощи было не очень много. Пришлось снова садиться на пыльную обочину и отдыхать. Вторая попытка вышла удачнее, теперь мотоцикл, с помятой правой дугой и разбитым поворотником, гордо стоял посреди проселочной дороги.

– Ну и? – покосилась на него Дашка. – Что будем делать?

– Честно? – Серый выглядел замученным и потерянным. – Не знаю. Даш, я очень перед тобой виноват. Ты сможешь меня простить? Я такой дурак.

– Давай сначала хоть отсюда выберемся, – отмахнулась от несущественного вопроса девушка. – Мы ведь далеко уехали от лагеря.

– От озера двадцать пять километров.

– Это до лагеря? – уточнила Даша. – А отсюда до лагеря?

– Пятнадцать, может, больше.

– Нда… невеселые перспективы… но выбора нет. Нужно бросать мотоцикл здесь и идти пешком, потом его кто-нибудь тебе пригонит.

– Не вариант, – мрачно заметил Серый, который выглядел сейчас значительно хуже. Лицо побледнело, под глазами появились темные круги. Видимо, рука сильно болела. – Во-первых, я его здесь не оставлю. Это когда нужна помощь, тут никого нет, а только мы уйдем – сразу кто-нибудь сопрет «мою прелесть». – Даже в таком состоянии Серый находил в себе силы шутить. – Во-вторых, идти далеко, а нога у меня тоже… как бы это сказать, побаливает.

– Я могу одна пойти за помощью, – с сомнением начала Дашка, – но дорогу я не запомнила, да и доберусь до места дай бог к ночи. Мне бы не хотелось оставлять тебя одного.

– Вариантов больше никаких нет.

Серый присел на землю, спрятавшись в узкую кривую тень от мотоцикла.

– Вообще, есть один, – с сомнением начала Даша и тоскливо посмотрела на помятого хромированного монстра, – но этот вариант тебе тоже не понравится.

– Какой? Мне, кажется, сейчас любой будет хорош.

– Могу попробовать повести я…

– Не-е, нет-нет, – всполошился Серый. – Исключено. – Он выглядел очень напуганным. – Девчонка за рулем – это же обезьяна с гранатой! А у тебя даже прав нет. Думаешь, мотоцикл – это просто сел и поехал? Да с первого раза ты даже тронуться не сможешь!

– Прав у меня нет, – терпеливо заметила Даша. – Но на мотоцикле я самостоятельно каталась не единожды.

Дашка решила не уточнять, что «не единожды» – это два раза по трассе в начале лета, под чутким папиным руководством. Она ни за что бы не села за руль, если бы видела другой выход.

Серый был не в восторге, но удивительно быстро понял, что это действительно единственный вариант, позволяющий добраться до лагеря достаточно быстро и вместе.

Глава 14

Когда сбываются мечты

Даша никогда так сильно не переживала и не нервничала. Руки дрожали, нога подозрительно дергалась – даже тронуться с первой попытки не получилось. А еще и Серый сзади боялся настолько искренне, что Даша, с одной стороны, очень переживала, что сделает что-нибудь не так, а с другой – чувствовала себя отомщенной. Она была уверена: после этого приключения гонять Серый заречется.

Ехала Дашка медленно, чувствуя, как сжимается от страха низ живота. Очень быстро разболелась голова и затекли руки, локти свело до такой степени, что хотелось орать от боли. Напряжение оказалось на грани Дашкиных возможностей. Девушка понимала, что нет необходимости так сильно вцепляться в руль, но ничего не могла с собой поделать.

– Расслабься, – тихо шепнул сзади Серый. – Ты же едешь, все хорошо. Зачем себя так накручивать? Успокойся, управлять мотоциклом – это прикольно, поверь!

– Не прикольно, – коротко отрезала Дашка, которой даже эти слова дались с трудом. – Очень страшно.

– Не бойся.

– Мы уже упали сегодня по твоей вине, вдруг в этот раз виновата буду я? А у тебя рука сломана. – Словно в подтверждение этих слов, мотоцикл подскочил на кочке, и его резко вильнуло в сторону. Даша едва сумела выровнять руль.

– Даш, – уверенно заметил Серый, едва она справилась с управлением, – ты нас быстрее уронишь, если будешь дергаться и бояться. Расслабься, и все будет хорошо.

Расслабиться так и не получилось, но до лагеря Даша все же доехала, хотя и чувствовала себя вымотанной до предела. По ощущениям дорога заняла полдня, а по нездоровому оживлению, царящему в лагере – и того больше.

– Где вас черти носили? – выскочил взъерошенный Вадим, гневно сверкая глазами, и резко стащил Дашку с мотоцикла. – С ума сошла!

– Ой! – воскликнула она, задев больной коленкой о какую-то металлическую деталь. – Больно же!

– Серый! Ты почему ничего не сказал? – кинулся к брату Жека.

– Зачем ты ее за руль пустил? Вы убиться, что ли, хотите? – сыпался град вопросов со всех сторон.

– Да мы хотели сгонять ненадолго, покататься, – ответил Серый на первый вопрос.

Парень стоял, опираясь на здоровую ногу и придерживая руль здоровой рукой. Дашка понимала, что сам он не слезет, поэтому попыталась кинуться вперед, но Вадим держал ее крепко. Он переместил руки таким образом, что девушка оказалась зажата в стальных объятиях.

– Мы упали, – дернулась она еще раз. – Серый ранен, поэтому я и была за рулем! Помогите ему слезть.

– Ты в порядке? – испуганно уточнил Вадим, отстранившись и пристально посмотрев на девушку. – Вы вообще расскажете, что произошло?

После Дашкиных слов оживление возросло. К Серому начал пробираться Жека, отталкивая испуганно перешептывающихся гимнасток.

– Я так и знал, что она меня бросила из-за тебя, урод! – кинулся вперед Макс, намереваясь стащить Серого с мотоцикла, но Даша рванула из рук Вадима и постаралась поймать своего бывшего за майку.

– Тихо! – Грозный рык Игоря Юрьевича заставил всех замолчать и остановиться.

Жека и бросившаяся ему на помощь Лиса наконец помогли побледневшему Серому слезть с мотоцикла. Парень как подкошенный опустился на траву и в изнеможении закрыл глаза.

– Он руку, кажется, сломал, когда падал! – всхлипнула Даша. – Ему нужно в больницу!

– Я отвезу, Игорь Юрьевич. – Жека принялся помогать Серому подняться, отчитывая на чем свет стоит. К удивлению Даши, на помощь ему пришел Ромка, который старался даже не смотреть в сторону Лисы. Она, закусив губу, отступила. А Даша подумала, что поведение Ромки совсем не удивительно. Он был по-настоящему добрым и верным. Мог вчера ударить Жеку, а сегодня совершенно спокойно прийти на помощь его брату. Сам Жека помощь тоже принял без удивления и отторжения, и Даша осознала, что бесполезно пытаться понять мужскую логику.

Серый обернулся и серьезно сказал Дашке:

– Прости. Ты не трусиха, как остальные девчонки. Ты очень сильная и смелая. – И, подмигнув, бросил Максу, уже через плечо: – А тебя она бросила не из-за меня! Меня она тоже отшила, ищи соперника в другом месте!

Даша почувствовала, как после этих слов напрягся Вадим, который все еще удерживал ее за локоть. Его рука непроизвольно разжалась, и тренер отступил на шаг в сторону. Как обычно.

Серого под общие ахи и охи погрузили в машину Жеки и увезли, а Игорь Юрьевич скомандовал:

– Теперь рассказывай! Сама-то не пострадала?

– Нечего рассказывать, – внезапно смутилась Даша. – Мы поехали прокатиться перед завтраком, именно поэтому никому ничего не сказали. Думали, вернемся быстро, но упали, все. Я не пострадала, а вот Серый повредил руку. Поэтому обратно пришлось садиться за руль мне, а я не очень уверенно себя чувствую. Каталась пару раз – и все! Поэтому вышло так долго.

– Как ты могла, Даш?! – в сердцах бросил Вадим. – Почему ты ничего не сказала? Ты вообще понимаешь, что творишь?

Он развернулся и стремительно ушел, а Дашка обиженно пробормотала себе под нос:

– А что я-то! Серый так же виноват!

– Что это с ним? – удивленно посмотрела Вадиму вслед Лиса, которая материализовалась за спиной совершенно бесшумно.

– Не знаю, – покачала головой Даша, все еще чувствуя след от обжигающе горячих рук на спине, хотя Вадим держал ее в объятиях всего несколько минут.

Девушка отмахнулась от кинувшегося к ней Макса и безразлично буркнула:

– Я в порядке, правда!

Сейчас было совершенно не до него. Она поставила в их отношениях точку вчера и не понимала, о чем можно говорить сегодня. Не раздумывая, Даша отправилась следом за Вадимом.

Она нашла его на краю палаточного лагеря, у опушки леса, в тени одной из палаток администрации. Парень смотрел вниз с обрыва на простилающееся под холмом кристально чистое озеро.

Плечи Вадима были опущены, а голова слегка наклонена вниз.

– Прости… – Извинения застряли у Дашки в горле. В последнее время она будто сошла с ума и забыла даже о самом элементарном. – Я должна была спросить разрешения… я очень-очень виновата, знаю, ты за нас отвечаешь…

Дашка говорила быстро-быстро, сбиваясь и проглатывая окончания. Больше всего она боялась, что Вадим так и не повернется к ней, но он очень медленно развернулся и посмотрел темными, усталыми глазами, на дне которых поселилась печаль.

– Ты не представляешь, как сильно я переживал…

– Извини, я не должна… – Дашка запнулась и, сглатывая слезы, продолжила: – Не должна была заставлять тебя…

– Ревновать? – с невеселым смешком уточнил Вадим, и Дашка вспыхнула, поняв, насколько неразумно вела себя в последнее время.

– Глупо, да? – Она опустила глаза. – Я сейчас снова начну извиняться… а это еще глупее. К тому же я не думала, что ты будешь, – Даша запнулась, едва не ляпнув «ревновать», но вовремя остановилась, едва слышно шепнув: – переживать.

– Не знаю, чего ты добивалась… – Вадим взъерошил темные волосы. На лице парня появилось растерянное выражение. – Но эти несколько часов я сходил с ума, и не только потому, что у меня пропала одна из воспитанниц. Я волновался за тебя, Даш… – Парень облизнул губы и бросил быстрый взгляд Дашке за спину, девушка интуитивно обернулась.

В центре лагеря ребята начинали с любопытством коситься в их сторону. На них шикнула Ольга, отгоняя с наблюдательного поста, а Вадим нерешительно взял Дашу за руку и потянул за собой.

– Пошли! Тут слишком много народа…

– Зачем? – Дашка послушно поспешила следом.

Едва только тяжелые еловые ветви отгородили молодых людей от палаточного лагеря, Вадим резко остановился и притянул Дашку к себе, обнимая и зарываясь лицом в волосы.

Девушка замерла, не в силах поверить в собственное счастье. Голова кружилась, в висках стучало, а Вадим был близко-близко и шептал в волосы:

– Никогда больше так не делай, поняла?

Дашка, едва сдерживая слезы, кивнула, а он, чуть отстранившись, посмотрел ей в глаза и шепнул:

– У тебя получилось…

– Что получилось? – не поняла она, чувствуя, как подкашиваются колени от накатившего блаженного счастья.

– Ты заставила меня ревновать…

Вадим притянул ее к себе. Она была уверена, что все пропало и ей ничего не светит с Вадимом, слова убеждали в обратном. Сильные руки до боли сжимали плечи, словно Вадим боялся, что Даша растворится, как мираж. Девушка прижалась ближе, вдыхая ставший родным запах:

– А потом ты снова скажешь, что это не значит ровным счетом ничего? – отдышавшись, уточнила она.

– Не скажу, – покачал головой Вадим и нерешительно провел ладонью по щеке девушки. – Это значит слишком много, но я должен тебе кое-что сказать…

– Плохое? – испуганно сглотнула Даша.

– Да нет, – он привлек ее к себе и поправил прядь черных, блестящих волос, – не плохое. Звонила твоя мама, сказала, что в школе перепутали результаты… ты едешь в свой невероятно крутой столичный лицей.

– Как?

Дашка отскочила как ошпаренная и замерла с приоткрытым ртом, не зная, то ли зарыдать, то ли рассмеяться. Она уже смирилась с неудачей, и разочарование успело смениться безразличием, и вдруг – такой поворот! Еще с утра она бы прыгала от радости, а сейчас не знала, как реагировать. Как так вышло, что два ее заветных желания сбылись в один день, сделав при этом ее невыносимо несчастной? Разве так бывает?

– То есть… – сглатывая слезы, пробормотала она. – Я… мы…

– Да. – Вадим грустно улыбнулся, поняв, что именно хотела сказать Даша. – Нужно подготовить документы, тебе придется уехать уже завтра с утра…

– Так ты… – Дашку осенила внезапная догадка, и она попятилась от Вадима. – Ты знал, что меня завтра тут уже не будет, и поэтому…

– Нет… – Парень поймал ее за руку. – Нет, Даш, послушай! Знал, но… это не имеет значения.

Девушка рыдала, не пытаясь убежать или вырваться, а Вадим нежно гладил ее по волосам.

– Ты не права. Этот лагерь превратился для меня в ад. Я ревновал тебя к Максу и всем остальным парням, а ты как назло меня постоянно провоцировала. Вот скажи, зачем ты сделала эту проклятую татуировку?

– Заметил, – сквозь слезы улыбнулась Даша, увидев мелькнувшие на лице Вадима чувства.

– Как я мог не заметить, если ты мне ее демонстрировала столь откровенно? Зачем ты ее сделала? Чтобы позлить меня?

– Нет. – Даша сглотнула слезы. – Набила зимой, ну, после того как… – Она закусила губу. – Я не хотела тебя злить, я хотела помнить…

– За что мне все это? – пробормотал он и сжал девушку в объятиях крепче. – Как ты могла подумать: сделал шаг навстречу лишь потому, что завтра ты уедешь? Неужели ты так плохо меня знаешь? Правильнее было бы сказать тебе что-то грубое, ты бы обиделась, уехала и очень быстро забыла меня. Я так и хотел, но не смог. Ты сделала все, чтобы я понял в полной мере, что именно теряю. А сегодня и вовсе уехала не пойми с кем на мотоцикле, и я подумал, что это очень логично. Однажды ты уедешь от меня с каким-нибудь парнем насовсем. И в тот миг я осознал, что не хочу этого допустить. А потом ты не вернулась, ни через полчаса, ни через час, и я понял: другой парень – не самое страшное. Ты можешь просто исчезнуть, а я даже не успею сказать… – Вадим замолчал и сглотнул.

– Сказать что? – замерла Даша.

– Сказать, что я люблю тебя…

– Любишь? – Дашка разрыдалась еще громче, а он продолжил: – Звонок твоей мамы сегодня с утра стал последней каплей. Я понял, что ты действительно исчезнешь из моей жизни на целый год, и я не мог отпустить тебя, не сказав о том, что люблю… вот и все.

– Я могу никуда не ехать, – решительно заявила Дашка и вытерла слезы. Такое решение в данный момент казалось очень логичным. – В этом нет никакой необходимости. Зачем мне московский лицей, если все, что мне дорого, здесь?

Дашка, с одной стороны, удивлялась своим словам: совсем недавно она поругалась с Максом из-за того, что он не хотел, чтобы она уезжала в Москву, а сейчас сама предлагает этот вариант Вадиму. Но он только покачал головой.

– Ты еще такая маленькая и глупая…

– Я не маленькая и не глупая, – надула губы Дашка.

– Если бы была большая, никогда бы так не сказала, – усмехнулся он. – Понимаешь, есть в жизни такие предложения, от которых нельзя отказываться. Они являются путевкой в жизнь. Возможность учиться в Москве – это одно из таких предложений. Ты должна ехать. Ты стремилась к этому очень долго, ты много работала для того, чтобы добиться успеха, нельзя отказываться, иначе потом ты неминуемо пожалеешь, но момент будет упущен.

– Но… – Дашка всхлипнула, в душе признавая правоту его слов. – Но как же мы? Я тоже тебя люблю…

– Если и ты меня любишь, то что такое для нас один год? Если наши чувства настоящие, то никуда они не денутся.

– Правда?

– Правда. – Он поцеловал ее в лоб.

– Ну а если вдруг через год не получится вернуться… институт или еще что-то…

– Вот тогда мы и будем решать, что делать дальше. Тогда, а не сейчас, хорошо?

Вадим говорил тихо и уверенно, так, что Дашка хотела ему верить. Слезы высохли сами собой, и она отстранилась.

– Завтра мне ехать, да? А сегодня?

Она ожидала, что Вадим ее прогонит. Слишком много народа. Их отсутствие явно не останется незамеченным, но молодой человек ее удивил, так как сказал:

– А этот день принадлежит только нам…

– И что мы будем делать? – уточнила Дашка, а Вадим лишь усмехнулся, щелкнул ее по носу и сказал: – Гулять мы будем, просто гулять! Поняла? Пошли к озеру, там очень красиво, особенно на закате!

– Можно подумать, я не была там на закате! – засмеялась Дашка, чувствуя себя неприлично счастливой.

– Была, только без меня!

– Так до заката еще очень долго!

– А мы куда-то торопимся?

Эпилог

Над неподвижным, укутанным молочной дымкой озером занимался рассвет. У поросшего тиной берега сонно стрекотали кузнечики и редко квакали лягушки, а из чьей-то палатки доносилось тихое пение под гитару. Даша вздрогнула, когда услышала слова из старой песни:

Танцуй без меня,

Ла-ла-ла-ала,

Целуй не меня…[7]

Они звучали словно напутствие, Даше даже не нужно было закрывать глаза, чтобы представить печальный взгляд Вадима, который проводил ее совсем немного – до края палаточного городка.

Стало грустно, и на глаза навернулись слезы. «Все будет хорошо, – шепнула себе под нос девушка. – У нас все получится», – увереннее заключила она и двинулась по тропинке в сторону деревни, там ее должен был встречать папа на мотоцикле.

На душе было беспокойно и тяжело, слова из услышанной песни слишком уж сочетались с выражением лица Вадима. Внезапно Даша поняла, что, несмотря на все сказанные слова, он не верит в то, что у них есть будущее, но девушка была полна решимости доказать обратное. Да, следующий год не будет легким, но настоящая любовь способна выдержать любые испытания.

* * *

У едва тлеющего костра сидел невыспавшийся Вадим. Его щеки покрывала темная щетина. Молодой человек мрачно шевелил прутом угли.

– Ты снова ее оттолкнул? – Ольга подошла, как всегда, неслышно и протянула кружку с ароматно пахнущим кофе. В лагере было тихо, только кто-то один очень веселый горланил в палатке песни с утра пораньше. Разбираться, кто именно, было лениво. Все равно скоро подъем.

– Нет, на сей раз просто отпустил. – Вадим принял из рук подруги кружку и, закрыв глаза, с наслаждением принюхался.

– Ты мог ее удержать, оставить с собой, – вкрадчиво заметила Ольга, искушая.

– А если я не хочу?

– Почему?

– Мне не хочется, чтобы она отказывалась от своей мечты ради меня. Да, сейчас я мог бы уговорить ее остаться. Да и уговаривать бы не пришлось, – усмехнулся он. – Но потом Даша обязательно бы пожалела об этом и справедливо начала бы винить меня. Зачем это нужно? Для нее учеба в языковом лицее – путевка в будущее.

– Будущее без тебя?

– Пусть даже и так.

– Ты понимаешь, что она вряд ли вернется к тебе через год?

– Конечно, я же не наивная шестнадцатилетняя девочка, – грустно усмехнулся Вадим.

– Дурак, – беззлобно заметила Ольга и сделала большой глоток из кружки.

Утро только начиналось.

Сноски

1

Жинга – основной шаг в капоэйре (прим. автора).

2

Рода – круг, образованный участниками, место для поединка.

3

Беримба́у – однострунный музыкальный инструмент, родом из Бразилии.

4

Атабаки – атабаке, атабак – это большой деревянный барабан с мембраной из натуральной кожи.

5

Ау – название для обычного «колеса» или «солнышка».

6

Стихи Голубевой Марины, музыка Малышевой Натальи.

7

«Танцуй» – группа «Руки вверх», слова А. Потехина, С. Жукова.

Content

Анна Одувалова
Когда сбываются мечты

Глава 1 Путевка в жизнь

Глава 2 Последняя тренировка

Глава 3 Планы на лето

Глава 4 Плохие известия

Глава 5 В путь

Глава 6 Розетка на дереве

Глава 7 Ночь у костра

Глава 8 Будни с лопатой

Глава 9 Незадавшийся день

Глава 10 Романтика на берегу

Глава 11 Посвящение в археологи

Глава 12 Все наперекосяк

Глава 13 Навстречу ветру

Глава 14 Когда сбываются мечты

Эпилог

Сноски