Миранда Ли

Обними меня крепче

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

© 2014 by Miranda Lee

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

* * *

Глава 1

– Что значит – я не могу нанять Вивьен? – воскликнул Джек. – Я всегда нанимаю ее. Найджел подавил вздох. Ему очень не хотелось разочаровывать своего лучшего клиента.

– Мне очень жаль, Джек, но со вчерашнего дня мисс Свон больше не работает на «Классический дизайн».

Джек с возмущением вскинул голову:

– Вы ее уволили?!

Теперь уже пришла очередь Найджела возмущаться.

– Она была одним из лучших наших дизайнеров. Нет, – добавил он с искренним сожалением в голосе. – Она сама ушла.

Джек не смог сдержать удивления. В принципе он не так хорошо знал Вивьен, несмотря на то что она работала на него на трех последних строительных проектах. Она была абсолютно самостоятельной и очень сдержанной женщиной, которая не тратила ни минуты на пустую болтовню. Она была всецело поглощена делом, что являлось просто неоценимым качеством в глазах любого работодателя. Не так давно он спросил ее, почему она не откроет собственную фирму по дизайну интерьеров, на что она ответила, что такая ответственность ей не нужна, особенно сейчас, когда она помолвлена и собирается замуж. Еще она добавила, что не хочет больше жить только ради работы, – признание, на которое Джек не обратил внимания. До вчерашнего дня.

Он катался на машине по району Порт-Стефенс, подыскивая подходящий участок земли для следующего проекта, когда наткнулся на объявление о продаже, которое приковало его внимание. Это было совсем не то, что он искал. Недостаточно ровный участок, посреди которого на вершине холма стоял огромный дом. Дом, не похожий ни на один, которые Джек видел в своей жизни.

Даже понимая, что напрасно тратит время, Джек не мог удержаться от изучения виллы «Франческо Фолли». И с первого же мгновения, как зашел внутрь и вышел на первый из множества балконов, с которых открывался вид на залив, он понял, что хочет заполучить его. И не просто приобрести его, но и жить в нем. Это была сумасшедшая идея, учитывая, что до района Порт-Стефенс добрых три часа езды от Сиднея. Обычно Джек жил в удобно расположенных и сравнительно скромных апартаментах в том же здании, где располагался головной офис его строительной компании. Даже если не считать неудобного расположения, дом был настолько далек от привычного ему скромного жилища, насколько это вообще возможно: восемь спален, шесть ванных комнат, бассейн внутри и бассейн снаружи – он мог бы дать фору любому голливудскому особняку.

Будучи заядлым холостяком, Джек не нуждался в доме таких размеров. Но все эти доводы не имели для него никакого значения. Он просто должен его получить. Может, пришло время расслабиться и насладиться жизнью? В конце концов, вот уже два десятка лет он гнал себя вперед и вперед, работая по шесть, а то и по семь дней в неделю, зарабатывая свои миллионы. Почему бы ему не порадовать себя хотя бы разок? Совсем не обязательно жить тут постоянно. Он мог бы использовать этот дом для приездов в выходные или праздники. Так же, как и его семья. Мысль о том, как им будет приятно иметь такое место для отдыха в своем распоряжении, утвердила его в намерении совершить эту сделку. В тот же день он подписал все документы и стал полноправным владельцем «Франческо Фолли». Однако интерьер дома был в ужасном состоянии, поэтому Джеку был срочно необходим дизайнер, такой, чей вкус и стиль работы совпадали бы с его собственными. Джек был очень раздражен из-за того, что единственный человек, которому он мог доверить работу, оказался недоступен.

Неожиданно Джеку пришло в голову, что причина кроется в чем-то другом.

– И кто тот подлец, который ее переманил? – спросил он.

– Вивьен не уходила к кому-то другому, – сообщил Найджел.

– Откуда вы знаете?

– Она сама мне об этом сказала. Послушайте, Джек, если уж на то пошло, Вивьен не очень хорошо себя сейчас чувствует. Она решила отдохнуть от работы.

Джек был ошарашен.

– Что значит – не очень хорошо себя чувствует? Что с ней случилось?

– Ну… думаю, что могу вам сказать. В любом случае все уже об этом знают. – Джек нахмурился. – Судя по вашему выражению, вы не читали колонку сплетен в воскресных газетах.

– Я не читаю колонки сплетен, – ответил Джек. – Так что я пропустил? Хотя, честно говоря, я не могу представить, чтобы Вивьен могла иметь какое-то отношение к сплетням.

– Это не Вивьен, а ее бывший жених.

– Бывший? Бог мой, когда это произошло? В последний раз, когда я ее видел, она была счастливо помолвлена.

– Да, но Дерил разорвал их помолвку около месяца назад. Сказал, что полюбил другую. Бедная девочка была разбита, но держалась молодцом. Конечно же эта крыса утверждала, что он не изменял ей, пока они были помолвлены, но вчерашние газеты доказали, что он врал все это время.

– Что ж такого было в этих чертовых газетах?

– Дело в том, что Дерил бросил Вивьен не просто ради какой-то девушки. Он ушел к Кортни Эллисон. Вы знаете ее? Избалованная дочка Фрэнка Эллисона. Вивьен делала интерьер в их особняке на берегу гавани, который вы построили. Как раз там, я думаю, голубки и познакомились. В любом случае в новостях об их помолвке на фотографиях – а их было несколько – видно, что у дочки Эллисона помолвочное кольцо с огромным бриллиантом и еще более огромный живот. А раз уж она так глубоко беременна, значит, их интрижка явно длится не первый месяц. Конечно же никто не упоминал о том, что этот красавчик – будущий муж Кортни – еще совсем недавно был помолвлен с другой женщиной. Папочка не допустил бы такого. Как вы можете себе представить, Вивьен эта новость окончательно подкосила. Она была вся в слезах, когда позвонила мне вчера, а это на нее совсем не похоже.

Джек был более чем согласен с этим. Лить слезы не в стиле Вивьен. Он никогда еще не встречал девушку более холодную и собранную, чем она. Но у каждого есть свой предел. Он потряс головой, сожалея о том, что вообще порекомендовал ее Фрэнку Эллисону. Ему было неприятно думать, что он в какой-то степени был ответственным за несчастье Вивьен. Но откуда он мог знать, что эта пожирательница мужчина нацелит свои челюсти на жениха Вивьен?

Джек видел Дерила только один раз – когда он ненадолго заезжал на рождественскую вечеринку в «Классический дизайн». Однако этого было достаточно, чтобы составить о нем мнение. Дерил был очаровательным – для тех, кому нравятся сладкоречивые болтуны, которые без конца улыбаются, прикасаются к собеседникам и называют свою девушку «малышка». Очевидно, что Вивьен он нравился, раз уж она собиралась за него замуж.

Джек был расстроен тем, что ей разбили сердце, но, с другой стороны, он не сомневался, что со временем она поймет, как ей повезло. Ее постигло бы еще большее разочарование, если бы она вышла замуж за Дерила. А пока нельзя допустить, чтобы отчаяние поглотило ее. Джек понимал, что Вивьен, возможно, чувствует себя несчастной, но ей не станет легче, если она отгородится от того, что делала лучше всего и что могло заставить ее прийти в себя, – от своей работы.

– Понятно, – сказал он, быстро обдумывая план действий. – А у вас есть адрес Вивьен, Найджел? Я бы хотел послать ей цветы, – добавил он, прежде чем Найджел начал рассказывать ему о праве на личную жизнь.

Найджел посмотрел на него долгим взглядом, прежде чем зайти в базу данных компании и написать адрес.

– Я думаю, что ваши шансы очень малы, – сказал он, передавая листок.

– Мои шансы на что? – ответил Джек, ничем не выдавая свои мысли.

Найджел сухо улыбнулся:

– Да ладно вам, мы же оба знаем, что адрес вам нужен не просто для того, чтобы послать ей цветы. Вы собираетесь заявиться к ней и попытаться уговорить сделать то, что вы от нее хотите. Что это, кстати говоря? Очередной дом престарелых?

– Нет, – сказал Джек, – это личный проект, загородный дом, который я купил и который отчаянно нуждается в отделке и оформлении. Вивьен будет полезно заняться чем-нибудь.

– Она сейчас очень уязвима, – предупредил Найджел. – Она не такая стойкая, как вы, Джек.

– Я часто убеждался в том, что слабый пол гораздо более прочный, чем мы о них думаем, – сказал Джек, вставая и протягивая руку на прощание.

Найджел постарался не сморщиться, когда большая рука Джека сжала его ладонь. Честно говоря, этот мужчина иногда не осознавал своей силы. И не знал женщин так хорошо, как думал. Вивьен не позволит ему уговорить себя на эту работу. Если даже забыть, в каком состоянии она сейчас находится, она никогда особенно не любила владельца «Стоун констракшн», чего Джек определенно не знал.

Она не раз признавалась Найджелу, что Джек как заноза в заднице в качестве работодателя – сумасшедший трудоголик с невозможно высокими стандартами, что, с одной стороны, вызывало восхищение, но с другой – было настоящим испытанием. Конечно же он очень хорошо платил, но это не улучшало ситуацию в том, что касалось Вивьен. Деньги ее никогда особенно не интересовали, возможно, потому, что у нее своих было достаточно. Ее мать оставила ей хорошее наследство после своей смерти пару лет назад.

– Если вам нужен мой совет, – Найджел последовал за Джеком к двери, – я скажу, что если вы подарите Вивьен цветы – только не красные розы, имейте в виду! – это несколько увеличит ваши шансы.

Хотя Найджел очень серьезно в этом сомневался.

Глава 2

Найти Вивьен оказалось легко. Она жила недалеко от офиса «Классического дизайна» на севере Сиднея. Гораздо сложнее было найти цветочный магазин и решить, какие же цветы ей подарить. К тому времени, как Джек припарковался рядом с двухэтажным зданием из красного кирпича, в котором находилась квартира Вивьен, прошел уже час с того момента, как он ушел из офиса Найджела.

Джек не любил тратить время напрасно, поэтому был уже практически вне себя, когда выбирался из своего черного «порше», держа в руках корзину с розовыми и белыми гвоздиками.

Здание было достаточно старым, но в довольно хорошем состоянии. Он нажал на дверной звонок. Никто не открывал. Он с раздражением подумал, что Вивьен вообще может не быть дома. Теперь Джек сожалел, что не позвонил ей.

– Я просто идиот, – пробормотал он себе под нос, вытаскивая из кармана телефон и ища номер Вивьен, но тут услышал щелчок замка.

Однако дверь ему открыла не Вивьен, а дородная женщина средних лет с короткими светлыми волосами и добрым лицом.

– Да? – сказала она. – Могу я вам чем-то помочь?

– Я очень надеюсь на это, – ответил Джек, убирая телефон обратно в карман. – Вивьен дома?

– Ну… да… но… она сейчас в ванной. Я так понимаю, эти цветы для нее? Я могу ей их передать.

– Я бы предпочел вручить их лично, если вы не возражаете.

Женщина нахмурилась:

– Простите, а вы кто?

– Меня зовут Джек. Джек Стоун. Вивьен работала на меня на нескольких проектах.

– А-а, да. Мистер Стоун. Вивьен упоминала вас пару раз.

Джек был поражен тем, каким сухим тоном она сказала это. Ему стало очень интересно, что такого Вивьен говорила о нем.

– А вы? – в свою очередь поинтересовался он.

– Марион Хейверс. Я живу в соседней квартире, – сказала женщина. – Мы с Вивьен не только соседи, но и хорошие друзья. Послушайте, раз вы пришли с цветами, то, полагаю, вы знаете, что случилось.

– На самом деле я понятия не имел об этом, пока не приехал в офис «Классического дизайна», чтобы предложить Вивьен один проект. Найджел рассказал о сложившейся ситуации и о том, как расстроена Вивьен, поэтому я решил заехать к ней и узнать, как она.

– Как мило с вашей стороны, – произнесла женщина со вздохом. – Девочка совершенно подавлена. Не ест. Не спит. Доктор даже выписал ей снотворное, но оно не помогает. Боюсь, ей понадобятся серьезные антидепрессанты после той катастрофы, которая с ней приключилась.

Джеку не нравилось, когда люди начинали пить таблетки, чтобы решить свои жизненные проблемы.

– Что Вивьен сейчас надо, Марион, так это занять себя чем-нибудь, – сказал он серьезно. – И это главная причина, по которой я здесь. Я надеялся уговорить ее поработать на меня.

Марион посмотрела на него как на сумасшедшего, но потом пожала плечами:

– Вы можете попробовать, но, мне кажется, у вас нет шансов.

Если честно, он был уверен, что у него был чертовски хороший шанс. Да, понятно, сейчас Вивьен очень расстроена, но ведь она продолжала оставаться той же самой благоразумной молодой женщиной, к которой он испытывал чрезвычайное уважение. Она поймет, что в его предложении есть смысл.

– Могу я зайти и подождать, пока Вивьен выйдет из ванной? – спросил Джек. – Я был бы рад лично поговорить с ней сегодня.

Марион сомневалась несколько мгновений, но потом взглянула на свои часы:

– Думаю, это возможно. У меня есть еще полчаса до выхода на работу. Вивьен уже должна будет выйти из ванной к тому времени. – Она подняла на него глаза и улыбнулась: – А пока я могла бы выпить чашечку чая. Хотите составить мне компанию? Или предпочитаете кофе?

Джек улыбнулся ей в ответ:

– Чай меня вполне устроит.

– Хорошо. Давайте мне цветы и пойдемте. Только закройте за собой дверь, – бросила она через плечо.

Марион повела его через коридор с очень высоким потолком, белыми стенами и паркетным полом. Джек прошел мимо трех закрытых дверей слева, прежде чем они оказались в гостиной, которая поразила его своей убогой обстановкой. Она не была похожа на те стильные, но очень уютные гостиные, которые Вивьен придумывала для него. Джек оглянулся вокруг, не веря своим глазам. Где те теплые женственные детали, которые являлись отличительной чертой ее дизайна? Здесь не было разноцветных диванных подушек или элегантных ламп, никаких шкафов и полок, никаких украшений, даже ни одной фотографии. Только длинный черный кожаный диван с ковриком нейтрального цвета перед ним и массивный деревянный кофейный столик того же цвета, что и паркет. Единственная картина украшала белые стены – рисунок в черной раме, на котором была изображена девочка, одетая в красное пальто, идущая в одиночестве под дождем по городской улице. Это была явно очень хорошая картина, но Джек не получал удовольствия от взгляда на нее. Даже в яркой красной одежде девочка выглядела печальной и замерзшей. Как и вся эта комната.

Ему пришла мысль, что дорогой старина Дерил мог забрать какие-то вещи, когда уходил, что могло бы объяснить, почему комната выглядела настолько пустой. Он не мог объяснить, откуда он знал, что Дерил жил здесь с Вивьен, но он был в этом уверен. Может, она что-то когда-то сказала. Или Дерил говорил – на той самой вечеринке. А, да, он упоминал, что переезжает к ней в новом году. Как бы там ни было, возможно, здесь все же было больше мебели перед тем, как он съехал.

Марион остановилась, чтобы поставить корзину с цветами на кофейный столик, а потом повела его на кухню. Она была маленькая, но великолепно спланированная. В ней были предусмотрены все необходимые приспособления и приборы, и в то же время оставалось достаточно много места для стола и четырех стульев. Было очевидно, что ее совсем недавно отремонтировали, так как в отделке использовались материалы, которые стали популярными только в последние несколько лет. Оборудование из нержавеющей стали – то, на чем Вивьен всегда настаивала, когда делала дизайн для его проектов. Но она обычно добавляла какие-то цветные детали и другие декоративные штрихи – например, тарелки с фруктами, вазы с цветами. Ну и конечно же что-нибудь яркое на стенах.

Но в квартире Вивьен не было ничего похожего. Если это ее квартира, конечно. Джеку вдруг стало очень интересно. Возможно, она снимает ее? Он не подумал об этом.

– Эта квартира принадлежит Вивьен? – спросил он.

Марион, наливавшая чай, посмотрела на него через плечо:

– Она купила ее, когда унаследовала деньги некоторое время назад. И отремонтировала от и до в прошлом году. Мне не очень нравится, но о вкусах ведь не спорят, не так ли? Вивьен терпеть не может беспорядок.

– Это заметно, – заметил Джек.

– Хотите печенье? – спросила Марион.

– С удовольствием, – ответил Джек. Был уже почти час дня, а он с утра ничего не ел.

Марион тяжело вздохнула, ставя чашку и тарелку с печеньем перед ним.

– Что она там делает? Вивьен в ванной уже целую вечность.

Их взгляды встретились, и Джек почувствовал тревогу.

– Может, стоит постучаться к ней и сообщить, что я тут? – предложил он.

– Да, думаю, я так и сделаю, – сказала Марион и заторопилась из кухни.

Джек слышал ее удаляющиеся шаги, стук в дверь, звук ее голоса, когда она спрашивала, скоро ли Вивьен выйдет. Потом еще более громкий стук. Поскольку ответа не последовало, он направился к Марион.

– Она не отвечает! – с отчаянием воскликнула женщина. – А дверь закрыта. Вы же не думаете, что она натворила глупостей, правда?

Джек не был уверен ни в чем, поэтому он начал стучать в дверь сам.

– Вивьен! – позвал он громко. – Это Джек. Джек Стоун. Откройте, пожалуйста!

Ни слова.

– Черт! – пробормотал он, изучая дверь, которая была сделана из цельного дерева. Велев Марион отойти подальше, он плечом толкнул дверь так, что та просто слетела с петель.

Джек почти упал в ванную, с трудом удержавшись на ногах. Пары секунд ему хватило, чтобы оценить ситуацию.

Вивьен вовсе не лежала бездыханная под водой, она была жива и здорова и с испуганным криком подскочила в ванне, когда треск выломанной двери наконец-то проник сквозь наушники, в которых она все это время была.

Джек стоял в искореженном дверном проеме, потеряв дар речи. Он и прежде думал о том, что Вивьен может оказаться раздета. Но в тот момент его больше всего волновала ее безопасность. А теперь вдруг он понял, что единственное, о чем он может сейчас думать, так это о том, что она обнажена. Он не мог оторвать взгляда от ее груди, без сомнения, самой красивой, какую он когда-либо видел. Гладкая влажная кожа блестела, кремовый цвет двух пышных полушарий подчеркивался темно-розовым цветом ареол с вызывающе торчащими сосками. Джек никогда не думал, что у Вивьен такая пышная грудь. Она всегда носила свободные костюмы и рубашки, которые скрывали все изгибы ее тела. Он вспомнил, что даже на рождественской вечеринке она была в свободном платье, которое успешно прятало ее потрясающую фигуру. Фигуру, которая бы свела с ума любого живого гетеросексуального мужчину.

К сожалению, Джек и сам был живым гетеросексуальным мужчиной, у которого не было женщины уже где-то с начала марта. Больше двух месяцев. Черт, неужели так долго? Очевидно, да – если судить по тому, как тесно стало в его джинсах.

Слава богу, Марион протиснулась мимо него, кинулась к Вивьен, которая до сих пор с ужасом смотрела на Джека, и начала торопливо объяснять, в чем дело. С трудом оторвав взгляд от этих восхитительных грудей, Джек развернулся и отправился на кухню, сердито убеждая себя, что ему давно пора заняться личной жизнью. Точнее, сексуальной жизнью. В конце концов, ему всего тридцать семь – зрелый, крепкий мужчина в самом расцвете сил. Нельзя без конца ограничивать себя только отпусками и редкими встречами на одну ночь. Ему нужен регулярный секс.

Но завести себе постоянную подружку означало, что она будет требовать от него больше, чем просто секс. Он уже проходил через это и не горел желанием снова наступать на те же грабли. Все его бывшие подружки хотели постоянных свиданий, посещения всяких семейных сборищ и в конечном счете кольца на палец с предложением руки и сердца. Даже если они готовы были обойтись без кольца и просто жить с мужчиной, они все равно хотели детей.

Джек не хотел детей. За последние двадцать лет он достаточно побыл в роли отца, а по совместительству старшего брата своим двум младшим сестрам. Он оберегал и обеспечивал их вместе с их матерью, которая опустила руки и совершенно перестала что-либо делать с того момента, как неожиданно овдовела в сорок лет. Джеку самому было только семнадцать, когда их отец погиб, попав в аварию на своем мотоцикле. После этого обнаружилось, что он совершенно не умел обращаться с деньгами, так что не было никаких страховых выплат, зато остались одни сплошные долги, которые необходимо было выплачивать. Это окончательно добило их мать. Она совершенно отошла от всего, оставив Джеку решение всех проблем. Ему пришлось бросить учебу и начать работать, чтобы они могли хоть как-то выжить.

Ему было до смерти обидно, что придется выбросить из головы свои мечты стать инженером, но выбора не было. Он устроился чернорабочим на стройку и работал семь дней в неделю, чтобы выплачивать закладную за дом и обеспечивать хотя бы какую-то еду. К счастью, он был крепким парнем и мог выдерживать такую изнурительную нагрузку. И достаточно сообразительным, чтобы разобраться в тонкостях строительного мастерства в рекордно короткие сроки и основать собственный строительный бизнес, который вот уже много лет приносил более чем достаточно средств, чтобы обеспечить и его самого, и его семью.

Джек больше не сожалел о том, что не стал инженером. Ему нравилось то, чем он занимался. И он очень любил свою семью. Но забота о них все эти годы требовала стольких душевных сил, что в его сердце просто не осталось места для другой семьи. Ему не нужны жена, дети. Чего он действительно хотел, так это больше секса.

Однако это не так просто. Без сомнений, у Джека не было проблем с тем, чтобы получить любую женщину, которая ему понравилась. Но к тридцати семи годам его интерес к одноразовым встречам пропал. Сейчас он предпочитал заниматься сексом с теми женщинами, которые ему нравились, а не только вызывали желание.

Что ему нужно, так это любовница. Какая-нибудь привлекательная и умная женщина, которую он мог бы регулярно навещать, которая бы не требовала от него романтических чувств или выполнения каких-то социальных обязанностей.

Джек как раз обдумывал этот вопрос, когда Марион ворвалась в комнату.

– Прошу прощения, Джек, но мне действительно уже нужно бежать. Вивьен попросила вас подождать здесь, она скоро будет. Была рада познакомиться с вами, – добавила она.

Джек сморщился при мысли о том, что остался наедине с, без сомнения, еще более расстроенной Вивьен. Один Бог знает, что она подумала, когда он ворвался к ней в ванную. «Могу поспорить, она не слишком рада и тому, что я сломал ей дверь», – пробормотал он себе под нос, когда Вивьен собственной персоной зашла на кухню, завернувшись в пушистый белый халат.

– Так что вы там говорили? – спросила она, затягивая пояс на талии.

Мысль о том, что она все еще обнажена под этим халатом, выбивала его из колеи. Так же как и ее волосы, золотисто-каштановыми волнами ниспадающие на плечи. Джек никогда прежде не видел Вивьен с распущенными волосами. Он и не представлял, что они такие длинные. И такие красивые. Обычно она их убирала в тугой пучок, что выглядело практично и профессионально. Он также был уверен, что она их не распускала на той рождественской вечеринке. Он бы заметил.

Заметил бы?

Джек никогда не уделял особого внимания женщинам, с которыми работал или которые принадлежали другим мужчинам. Он уже давно понял – незачем осложнять себе жизнь проблемами с противоположным полом. Конечно, он осознавал, что Вивьен была привлекательной женщиной, но это было не больше чем просто наблюдение.

А сейчас, изучая ее лицо более внимательно, он обнаружил, что она не просто привлекательна, а по-настоящему красива. Изящная форма лица, маленький прямой нос, пухлые губы и самые восхитительные на свете зеленые глаза. Он не мог понять, как можно было не заметить такие глаза. Может, потому, что она чаще всего ходила в темных очках?

Но теперь он их разглядел как следует, так как взгляд ее был направлен прямо на него и наполнен такой яростью, которая заставила бы менее смелого мужчину спрятаться в собственных ботинках.

– Я надеюсь, что вы в самое ближайшее время почините мою дверь! – потребовала Вивьен.

– Будьте уверены, я займусь этим вопросом сегодня же, – не стал спорить Джек.

– Ума не приложу, кому пришло в голову, что я там собираюсь утопиться? – возмущенно продолжала Вивьен. – Это просто абсурд!

Джек пожалел, что не послушал своих инстинктов, которые убеждали его, что Вивьен не относится к разряду самоубийц. Но теперь уже поздно.

– Марион сказала, что вы там уже очень долго, – объяснил он, надеясь, что его спокойный тон заставит ее немного остыть. – А после рассказов Найджела сегодня утром…

– Да? – Она сложила руки на груди и с издевкой взглянула на него. – И что же такого, интересно, Найджел обо мне наговорил?

Джек решил, что сарказм определенно лучше, чем ярость.

– Он сказал, что я не могу вас нанять, потому что вы уволились.

– Уверена, это далеко не вся его история, – фыркнула Вивьен.

– Нет. Он рассказал, что произошло с Дерилом и дочкой Эллисона.

– Ну да, конечно, – пробормотала Вивьен, и ее подбородок вдруг задрожал, словно она была готова заплакать.

Джек замер, не представляя, что ему делать, если она все же расплачется. Ему не нравилась мысль о том, что придется утешать ее. Обнимать плачущих сестер и мать – это одно, но вот женщина, которая вдруг стала для него настолько сексуально притягательной… Было нечто невероятно соблазнительное в ее недавнем порыве ярости. У него было предчувствие, что если она окажется в его объятиях, то он не сможет сдержаться и наверняка совершит какую-нибудь глупость. Например, поцелует ее. И тогда все его планы нанять ее для оформления «Франческо Фолли» пойдут прахом. Вивьен наверняка не только ответит ему пощечиной, но и прямым текстом пошлет его куда подальше.

К счастью, она удержалась от слез. Упрямо задрав подбородок, она заявила:

– Ну так это было вчера!

Джек не мог сдержать восхищения ее силой духа.

– Сегодня уже новый день. Итак, Джек, – продолжила она, присаживаясь на стул напротив него. – Что за работу вы хотели мне предложить?

Глава 3

Вивьен даже испытала некое удовлетворение, увидев выражение потрясения на обычно непроницаемом лице Джека Стоуна. Значит, он все же не робот. Ну да, он действительно пялился на ее грудь в ванной комнате совсем недавно. Но это был совсем не тот взгляд, которым на нее смотрели другие мужчины. В его пронзительных голубых глазах не было похоти, только шок. Возможно, это оттого, что она все же оказалась не настолько мертвой, как он себе представлял.

Вивьен была потрясена, когда Марион объяснила, о чем они с Джеком оба подумали. Она поняла, что столь несвойственное ей поведение заставляет волноваться людей, которые к ней по-настоящему привязаны. Конечно же она не имела в виду Джека. Вивьен была далеко не глупой, чтобы подумать, что Джек беспокоится лично о ней. Она его хорошо знала. Его появление здесь, цветы – все это проделано с одной целью: заставить ее сделать то, что ему нужно. Его ни в малейшей степени не волновало, разбито ее сердце или нет, пока она хорошо выполняет свою работу.

А ее сердце разбито.

Ужасно, что мужчина, которого она любила, признался, что больше ее не любит. Но еще хуже было узнать, ради кого он ее бросил. И еще ужаснее было увидеть размер живота Кортни Эллисон.

Осознание того, что Дерил уже много месяцев изменял ей, и вовсе убило ее. А она ведь поверила его заверениям, что он не спал еще со своей новой любовью.

Боже, мысль о том, как она была глупа и наивна, просто невыносима! «Нет, я не буду больше об этом думать», – поклялась себе Вивьен. Она выпрямила спину и твердо – как она надеялась – посмотрела Джеку в глаза. Последнее, чего бы она хотела, так это разрыдаться прямо перед ним.

– Итак, давайте уже решим этот вопрос.

Его голубые глаза потемнели, густые темные брови озадаченно сошлись на переносице. Вивьен ощутила что-то вроде триумфа – она второй раз удивила Джека.

– То есть вы хотите сказать, что действительно готовы рассмотреть мое предложение? – спросил он.

Вивьен рассмеялась:

– Только если это не предложение руки и сердца. Я поняла – глупо было увольняться с работы, особенно если это заставляет людей думать, что я готова покончить с собой. Итак, Джек, расскажите мне, что вы хотите, чтобы я сделала, и если мне понравится, то я возьмусь за работу.

И снова какой-то странный взгляд. Он никогда так на нее не смотрел. И еще эта улыбка – неспешная, с долей изумления. Вивьен было интересно, чем это она его так развеселила. Может, это из-за ее шутки насчет предложения руки и сердца? Все вокруг прекрасно знали, что Джек Стоун закоренелый холостяк. В этом нет ничего удивительного. А как могло быть иначе? Этот мужчина – настоящий трудоголик. Откуда ему взять время на жену и семью? И с подружкой она его никогда не видела. Ни на работе, ни даже на прошлой рождественской вечеринке. Однако Вивьен и мысли не допускала, что он ведет монашеский образ жизни. «Ходячий тестостерон» – так его однажды описала одна из ее коллег по «Классическому дизайну». Вивьен прекрасно понимала, что та имела в виду. Шести футов ростом, широкоплечий, с фигурой, излучающей мощь и силу… Достаточно вспомнить, что он сделал с ее дверью в ванной! Его лицо тоже было образцом мужественности. Высокий лоб, сильный нос, мощная челюсть и широкий, решительный рот, выдающий бескомпромиссность своего обладателя. Темные короткие волосы и густые брови довершали образ настоящего мужчины. Без сомнения, множество женщин считали его притягательным, даже несмотря на отсутствие теплоты и шарма. У него по-настоящему красивые голубые глаза, призналась себе Вивьен, но взгляд его обычно был жестким и холодным. В них очень редко можно было увидеть искорки юмора и веселья, как несколько мгновений назад. Но какое это имеет значение? Он совершенно не во вкусе Вивьен.

Однако ей по какой-то причине было очень любопытно, какого типа женщины ему нравятся. Интересно, с кем он спал? Ну, когда у него находилось для этого время. Ей пришло в голову, что у него, вероятно, есть тайная любовница, которая всегда в его распоряжении, когда он хочет секса, и больше ничего не требует. Кроме денег, конечно. А их у Джека куры не клюют.

Вивьен пристально посмотрела в глаза Джека, пытаясь понять, что он за человек. Он не отвел взгляда, а принял вызов. По спине Вивьен прошла чувственная дрожь, когда она осознала, что Джек именно из тех, кто может держать такую любовницу. Как странно, что такие мысли возбуждают ее. Она должна чувствовать отвращение. Но не чувствовала. Ничего даже отдаленно похожего.

– Вы что-то вдруг притихли, – сказал Джек, прерывая молчание.

– Простите. Просто задумалась. Я сегодня весь день думаю. Как раз этим и занималась в ванной. А потом решила послушать музыку, что-нибудь громкое, чтобы заглушить все мысли. Поэтому и не слышала стука.

– Одними мыслями мало чего можно добиться, – сказал Джек. – А вот действия решают большинство проблем в жизни. Вам нужно занять себя, Вивьен. Не важно, будете ли вы работать на меня или на кого-то еще. Но нужно что-то делать. Сперва вы не в состоянии есть и спать, потом вам придется пичкать себя таблетками каждый день. Неделя будет проходить за неделей, и в конце концов вы поймете, что уже никто не хочет нанимать вас на работу.

– Боже мой! Судя по всему, вам не только Найджел наговорил с три короба, но и Марион подлила масла в огонь.

– Они просто беспокоятся о вас, Вивьен.

– А вы, Джек? Вы тоже просто беспокоитесь обо мне, предлагая мне эту работу?

Он пожал плечами:

– Должен признать, я руководствовался не только вашими интересами, когда пришел сюда сегодня. Но это совершенно не значит, что я совсем бессердечный. Можете поверить мне, в конце концов вы будете радоваться, что не вышли замуж за того ублюдка.

Вивьен сжала зубы. Ее ранили его слова. Она любила Дерила, и ей понадобится немало времени, чтобы пережить такое предательство.

Но в то же время она не собиралась прятаться в какой-нибудь норе, чтобы позволить ему окончательно разрушить ее жизнь. У нее есть любимая работа.

– Возможно, – процедила она. – Хорошо, выкладывайте, что у вас за предложение, а там посмотрим.

Пятью минутами позже Вивьен вынуждена была признать, что Джек ее очень удивил. И заинтриговал. Последнее, чего она от него ожидала, так это просьбы полностью переделать загородный дом, который он недавно купил. Порт-Стефенс, где находился этот дом, в последнее время стал очень популярен из-за своих великолепных пляжей. Но Джек сказал, что он купил не просто пляжный дом. Из него действительно открывался шикарный вид на море, но он стоял немного поодаль, на холме, и был просто огромным, а декор представлял собой безумную смесь средиземноморской виллы и голливудского особняка пятидесятых годов. В любом случае все это было настолько увлекательно, что Вивьен не могла противостоять желанию обустроить его. Этот вызов для нее как для профессионала, кроме того, работа продлится целую вечность и позволит ей отвлечься от грустных мыслей. Как раз то, что ей сейчас надо.

– Должна признать, вы меня удивили, – сказала она.

Джек откинулся на спинку стула:

– Вам интересна эта работа?

– Без сомнения, – сказала она твердо.

– А теперь вы удивили меня, – признался Джек. – Я был уверен, что вы собираетесь сказать «нет».

Вивьен пожала плечами:

– Пока я только сказала, что мне интересно, Джек. Но я пока не дала согласия.

– Ясно. – Джек взглянул на свои часы, потом снова на нее. – Послушайте, не знаю, как вы, а я умираю с голоду. Предлагаю вам одеться, и мы пойдем в какой-нибудь ресторан. Мы можем обсудить детали за обедом. В данный момент я пока не могу подписать с вами никаких бумаг, поскольку документы на недвижимость пока еще находятся в процессе оформления, но это не займет много времени. А завтра мы можем поехать туда, чтобы вы посмотрели на все собственными глазами. Я заеду за вами завтра утром.

– Завтра?! – воскликнула Вивьен.

– Только не говорите, что вы заняты чем-то другим, ведь мы оба знаем – это не так.

Вивьен подавила вздох. Она понимала – бесполезно просить Джека вести себя по-другому. Он всегда вел себя так на работе, словно каждая минута дня была критической. Если у него есть любовница, то можно себе представить, как проходят их встречи. Он, наверное, звонит ей заранее, а она готова обслужить его сразу, как только он входит в дверь.

Вивьен шокировало то, насколько возбудила ее эта картина. Ее тело отозвалось напряжением в груди и жаром в низу живота. Она была рада, что на ней пушистый халат, который с успехом скрыл то, как напряглись ее соски. Волна жара прошла по ее жилам. Она непроизвольно сжала челюсти, чтобы хоть как-то вернуть контроль над своим своенравным телом. Вивьен не привыкла к тому, что ее так возбуждают простые фантазии. Обычно ей требовалась романтическая обстановка, чтобы почувствовать желание. Ну и конечно же мужчина, которого бы она любила.

Почувствовав нечто вроде паники, она даже хотела сказать Джеку, что вовсе не голодна, и предложить ему пообедать где-нибудь в одиночестве, а потом вернуться к ней, но решила, что это глупо. Джек не подозревал о том, какие мысли бродят в ее голове. К тому же она действительно была голодна.

– Ну давайте же, – приказал Джек. – Идите и переоденьтесь.

Вивьен закатила глаза, но все же встала и направилась в спальню, надеясь, что раздражение, которое обычно вызывали у нее его властные манеры, поможет ей справиться с неожиданным желанием, которое он у нее вызывал. Ну, точнее, не совсем он, а ее фантазии по поводу его любовницы, которой, может, и вовсе не было. Вивьен понятия не имела, почему она вообще напридумывала все это. Она поклялась себе, что выкинет из головы и любовницу Джека, и все то, что Джек мог бы делать с ней.

Но легко сказать – трудно сделать. Надевая нижнее белье – простые хлопковые трусики и белый бюстгальтер, который скорее скрывал, чем подчеркивал ее грудь, – Вивьен размышляла о том, какое белье обычно носят любовницы. Что-нибудь очень сексуальное, вне сомнений. Ничего хлопкового, однозначно. Или вообще ничего.

– О боже! – Вивьен в отчаянии закрыла лицо руками.

Глава 4

Джек успел ответить на пять пропущенных звонков, организовал на завтра приход мастера, который должен был починить дверь ванной комнаты, и заказал им столик для позднего ланча, пока Вивьен переодевалась. Она надела брюки цвета слоновой кости, белую футболку и черный льняной пиджак. Ее волосы так и остались распущенными, на лице минимум косметики, а глаза были опухшими и покрасневшими.

– Вы плакали, – сказал он, не придумав ничего другого.

Вивьен с укором взглянула на него:

– Обычно именно это женщины делают, когда мужчина, которого они любили, оказывается двуличной крысой. Простите, Джек, но, если вы хотите, чтобы я работала на вас в ближайшие недели, готовьтесь наблюдать приступы рыданий.

– Только если вы не ждете, что я должен буду что-то с этим делать.

Она спросила в замешательстве:

– Например, что?

– У меня две сестры и мама, – сообщил он. – Если бы я не обнимал их каждый раз, когда они плакали передо мной, – а это случалось удручающе часто, – то мог оказаться вычеркнут из их жизни навсегда.

– У вас две сестры и мама?

Джек засмеялся, увидев потрясенное выражение ее лица.

– А что вы думали? Что я найденыш, которого подкинули на стройплощадку в возрасте нескольких дней от роду?

Она засмеялась. По-настоящему засмеялась. Нетипичное поведение для Вивьен. Она всегда была очень серьезной девушкой.

– Ну, не совсем так, – сказала она. – Но вы не производите впечатления человека, который склонен к таким поступкам.

– Живя с тремя женщинами большую часть жизни, я не имел выбора. Должен признать, я не из тех мужчин, кто умеет готовить, убираться и посылать сентиментальные открытки, но обнимать я умею очень хорошо.

– А еще вы дарите правильные цветы, когда это нужно. А я даже не поблагодарила вас за них, – искренне сказала Вивьен. – Простите меня, Джек. Обычно я не бываю грубой и неблагодарной. Я просто не в себе сейчас.

– Извинения принимаются. Ну что, теперь мы можем выходить? Время идет, а я забронировал нам столик.

– Правда? Где?

– Почему бы мне еще раз не удивить вас?

Он действительно удивил ее снова. И не один раз. Не только тем, что привез в очень модный ресторан, где подавали вкуснейшие морепродукты, но и тем, как к нему относился персонал ресторана – словно он был чрезвычайно ценным клиентом, который заслуживал самый лучший столик и самое лучшее обслуживания. Было очевидно, что Джек уже не раз тут бывал, что заставило ее задуматься, а таким ли уж на самом деле трудоголиком он был, как она себе вообразила. Может, он вел активную социальную жизнь и у него есть нормальная девушка, а не просто любовница. Но Вивьен не могла прямо задать ему такой личный вопрос. Однако любопытство все же взяло верх.

– Я так понимаю, вы часто сюда приходите, – сказала она как бы между делом, поднося стакан с минералкой к губам. Она отказалась от вина, так как боялась, что, выпив, снова расклеится.

– Достаточно часто, – ответил Джек уклончиво. – Моя мать живет недалеко отсюда. Ей нравятся морепродукты, поэтому я привожу ее сюда по крайней мере раз в месяц. Еще мы были здесь на День матери. Все остальные тоже были. Если учесть, что обе мои сестры сейчас замужем и с детьми, то можно представить, какой огромный стол нам пришлось заказывать.

– Понятно, – кивнула Вивьен, а потом решила, что ей нечего терять. Она хотела знать больше. – А вы, Джек, почему не женаты?

Это был вполне уместный вопрос, и, похоже, он был готов ответить на него, судя по его невозмутимому выражению лица.

– Если бы я сказал, что у меня никогда не хватало времени, да и сил, вы бы, вероятно, не поверили мне. Но это правда. Мой отец умер, когда мне было семнадцать, оставив семью с ужасными долгами. Мне пришлось бросить учебу и начать работать. Не могу сказать, что я был счастлив. Я собирался поступить в университет, стать инженером. Но пришлось забыть об этом. Хотя я не жалуюсь. Я сумел воспользоваться тем, что имел, самым лучшим способом.

– Это так, – согласилась Вивьен. – Ваша компания не только успешная, но еще и входит в число очень немногих строительных компаний в Сиднее, которые заработали свою репутацию тем, что заканчивают проекты, укладываясь в бюджет, сроки и с высоким качеством.

Джек улыбнулся ей:

– Вы забыли упомянуть, что я нанимаю только самых лучших специалистов, в число которых входят и дизайнеры интерьеров.

– А вы забыли упомянуть, почему, добившись всего, чего вы хотели, так и не нашли время для женитьбы и детей. Давайте будем откровенными, Джек, вы ведь уже давно находитесь на верхней ступеньке в строительном бизнесе.

– Это правда. Но забраться туда было непросто. Кроме того, на мне всегда лежала ответственность за младших сестер и за маму. С моей мамой все очень непросто. После того как умер мой отец, она буквально стала расклеиваться на глазах. Даже сейчас она впадает в депрессию по любому поводу. Есть такие люди, знаете ли. Им и самим тяжело, и тяжело тем, кто их любит и заботится о них.

– Да. – Вивьен сказала это с жаром. – Я знаю это.

– Это трудно понять, если сам не переживешь подобное, – отозвался Джек, ошибочно предполагая, что ей лично незнакома подобная проблема. – В любом случае, как я уже говорил, к тому времени, как я стал зарабатывать серьезные деньги, я уже не хотел брать на себя дополнительные обязательства и ответственность. И до сих пор не хочу. Я… Черт, Вивьен, – неожиданно осекся он, его голубые глаза вспыхнули, – с какой стати я вам все это рассказываю?

Вивьен демонстративно закатила глаза. Можно подумать, что это уголовное преступление – облегчить душу хоть немного. По крайней мере, она у него есть, не то, что у некоторых!

– Ради бога, Джек, – сказала она более резко, чем собиралась, – не надо мне демонстрировать все эти штучки настоящего мачо. Нет ничего страшного в том, что вы при случае выразили свои чувства. Женщины постоянно это делают. Вам стоит послушать меня и Марион, когда мы устраиваем девчачью вечеринку. Если хотите знать, я считаю, что это чудесно, как вы заботитесь о своей семье, особенно о матери. А что касается того, что вы не хотите жениться и заводить детей… Ну, в этом тоже нет ничего страшного. В конце концов, вы настоящая находка. Осмелюсь предположить, множество женщин бегают за вами.

– Да уж, были моменты, когда я становился целью. – Джек собирался сказать что-то еще, но замолчал.

Вивьен было очень интересно, о чем он подумал, но тут принесли еду – лобстеров с картошкой фри и салатами.

– Бог мой, – сказала она, – я даже не осознавала до этого момента, насколько голодна.

– Мы оба. Давайте прекратим болтать и займемся едой.

Именно этим они и занялись, замолчав и полностью погрузившись в процесс поглощения пищи. Когда от лобстера на тарелке Вивьен остались одни воспоминания, она подняла взгляд и обнаружила, что Джек тоже закончил есть и с наслаждением облизывает кончики пальцев. Даже нет, не облизывает. Он их посасывает.

– О, это было по-настоящему вкусно, – проговорил он.

Вивьен не могла вымолвить ни слова. Она уставилась на Джека, и в голову ей приходили самые неприличные мысли о его пальцах. О его удивительно длинных и крепких пальцах… Когда совсем уж извращенные фантазии, включающие ее и Джека, окончательно заполонили ее голову, она резко выпрямилась, прижавшись спиной к спинке стула. Она была совершенно ошеломлена не только тем, насколько эротичными были ее мысли, но и тем, как сжались все мышцы глубоко внутри ее, словно в предвкушении вторжения. Она несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и найти хоть какое-то разумное объяснение своему поведению. Это был уже второй раз за день, когда Джек умудрялся так завести ее. Не специально конечно же. Он и понятия не имел, какие мысли он в ней пробуждал. Сначала мысли о любовнице, спрятанной где-нибудь, а сейчас о том, какие глубоко интимные вещи он мог бы с ней делать своими пальцами. Она пыталась понять, имеют ли ее мысли о таких сексуальных вещах какое-то отношение к тому, что Дерил бросил ее. Весь последний месяц Вивьен изводила себя мыслями, что она не удовлетворяла Дерила в постели. Позволяла ли Кортни Эллисон вытворять с собой всякие извращенные штучки, о чем, может быть, Дерил втайне мечтал? Возможно, ее собственное странное поведение сегодня – просто следствие всего, что с ней произошло, или сумасшедшее желание доказать, что она тоже может быть ненасытной и сексуальной, как любая другая женщина? Как бы там ни было, Вивьен не могла отрицать, что она чертовски возбуждена в этот момент. Когда уже Джек прекратит облизывать свои пальцы? Она отвела взгляд, а потом сделала то, что всегда делала, когда не могла справиться с чувствами, – сконцентрировалась на работе.

– Итак, Джек, – сказала она, постаравшись придать своему лицу строго деловое выражение, – расскажите подробнее, на каких условиях вы предполагаете нанять меня.

Джек нахмурился, взял льняную салфетку и вытер руки.

– Не могу точно сказать, пока не увижу дом еще раз. Если вы поедете со мной завтра, то можете сами изучить «Франческо Фолли» и прикинуть, сколько времени, по-вашему, займет выполнить все работы. Я всегда предпочитаю платить дизайнерам сумму целиком, а не почасовую оплату. Кстати, учитывая, что вы оказываете мне услугу, берясь за эту работу, я готов быть особенно щедрым.

Вивьен изогнула бровь. Джек Стоун никогда не славился своей излишней щедростью. Он был справедливым бизнесменом, но очень жестким.

– Насколько щедрым?

– Очень щедрым.

– Но почему? Я уверена, что вы можете заполучить любого перспективного молодого дизайнера, который будет готов выполнить эту работу почти за бесплатно. Это вопрос престижа.

– Я не хочу никаких перспективных дизайнеров, Вивьен. Я хочу вас.

Глава 5

Когда Джек сказал, что хочет Вивьен, он подразумевал чисто профессиональный интерес, но стоило ему посмотреть в ее дивные зеленые глаза – глаза, которые слегка расширились в ответ на его слова, – как его поразила мысль о том, что он хочет Вивьен не только как профессионала, но и как женщину.

Осознав это, Джек просто потерял дар речи. До сегодняшнего дня он не думал о Вивьен в этом смысле. Конечно, он прекрасно знал, что она хороша, и даже иногда оборачивался, когда она проходила мимо. Но она никогда не вызывала у него эрекцию. Ни разу.

А сегодня она умудрилась сделать это дважды. В первый раз – когда он увидел ее обнаженной в ванной, и вот сейчас, здесь, в этом ресторане. И снова это случилось совершенно неожиданно, ведь между ними не происходило ничего, что могло бы вызвать в нем желание. Черт, они просто обсуждали дела. Но похоть в этот момент взяла под свой контроль тело Джека. И его разум. Он без каких-либо усилий представил себе Вивьен полностью обнаженной, и эта картинка вызвала у него столь сильное возбуждение, что оно даже начало причинять боль.

«Бог ты мой, – подумал он с отчаянием, – что же мне теперь делать?»

Абсолютно ничего. Заигрывать с Вивьен в ее теперешнем состоянии глупо и совершенно бессмысленно.

Но что же потом? Работа, которую он ей собирается поручить, займет недели. Даже, вероятно, месяцы. Сможет ли он так долго ждать, прежде чем начать действовать? Вероятнее всего, нет, если теснота в его джинсах о чем-то говорит. Оставалась одна надежда, что весь этот ураган желаний вызывала не Вивьен сама по себе, а просто долгое воздержание.

– Но почему вы хотите меня? – настаивала Вивьен.

Джек очень надеялся, что лицо его не выдало всех тех мыслей, которые пронеслись у него в голове, так как они не были никаким образом связаны с работой.

– Потому что вы по-настоящему хороши, – ответил он, желая вместе с тем, чтобы это было не так. Он бы очень хотел, чтобы она была очень плохой. Типа Кортни Эллисон. О, в этом случае вариантов было бы просто бесконечное множество…

В этот момент подошел официант, чтобы забрать тарелки и уточнить насчет десерта. К тому моменту, когда они снова остались наедине, Джек все-таки смог взять под контроль свои мысли и остановить поток образов обнаженной Вивьен, атаковавших его мозг.

Вивьен была несказанно рада приходу официанта, так как это дало ей возможность прекратить делать из себя дурочку и задавать глупые вопросы. Что она, интересно, ожидала от него услышать? Она и так знала, что ему нравятся ее работы. Он это много раз говорил. Разве ей нужно было еще раз услышать, как он ее хвалит?

Ощутив очередную волну возбуждения, Вивьен так резко вскочила, что чуть не опрокинула стул. Поймав его, она слабо улыбнулась Джеку, извинилась и ринулась в уборную.

Покрасневшая и смущенная, Вивьен стояла, упершись руками в раковину, глядя на себя в зеркало. Бог мой, что же это с ней происходит? Ведь он ей никогда не нравился. А тут вдруг он стал для нее невероятно привлекательным. Даже нет, не просто привлекательным, а убийственно сексуальным.

Она пыталась объяснить это тем, что Дерил бросил ее. Поэтому ей отчаянно нужно, чтобы хоть кто-нибудь если не любил, то хотел ее. У нее было несколько знакомых, которые вытворяли странные вещи, когда их бросали мужчины. Одна коротко подстриглась и обесцветила волосы. Вторая увеличила грудь. Третья каждую ночь в течение месяца спала с разными мужчинами. Вивьен же не собиралась делать ничего подобного. Но у нее было нестерпимое желание – абсолютно нестерпимое! – заставить Джека Стоуна желать ее не просто как дизайнера для «Франческо Фолли». Она хотела, чтобы он смотрел на нее пылающим взглядом. Чтобы он готов был на все, чтобы добиться ее.

Вивьен потрясла головой. Кого она пыталась обмануть? Она не из тех, кто может вскружить голову мужчине. Ее нельзя назвать кокеткой, а уж тем более роковой женщиной. Можно сказать, что у нее почти никого и не было до Дерила. Если честно, она была слишком скромной, когда дело касалось постели. А Дерил сделал все, чтобы соблазнить ее и влюбить в себя.

При мысли об этом Вивьен нахмурилась. Действительно ли Дерил сделал так, чтобы она в него влюбилась? Это звучало очень странно, словно у нее и вовсе не было выбора. Если Вивьен и гордилась чем-то, так это своим умением делать правильный выбор. Принимать решения. Именно этим она занималась сегодня в ванной – решала, что делать со своей жизнью. Правда, ничего стоящего пока ей в голову не пришло – она еще была слишком расстроена, чтобы мыслить рационально. Поняв, что это бесполезно, она решила просто полежать в теплой воде и послушать музыку, не осознавая, сколько времени прошло. Она испугалась чуть не до смерти, когда Джек ворвался к ней в ванную комнату, не говоря уж о том, как она была смущена, оказавшись перед ним полностью обнаженной. Тем более странным было то сексуальное притяжение, которое она испытывала к нему. Вот этому точно нет никакого логического объяснения.

Так что же ей делать с работой, которую предлагает Джек? С одной стороны, она не обязана ничего делать, он не может ее заставить. Но с другой стороны, отказать ему было бы не самым мудрым решением, если она собиралась продолжать работать дизайнером, ведь Джек очень влиятельный человек в строительном бизнесе. Но ее смущало то, что она будет чувствовать себя неловко, находясь с ним наедине – завтра в машине, да и потом, когда будет выполнять для него его личный проект. Очевидно, что им придется проводить вместе гораздо больше времени, чем прежде, на других объектах. Ей придется очень тяжело, если мысли о нем будут постоянно крутиться у нее в голове. Но какой у нее выбор? Сказать «нет» и остаться дома, утонув в своей печали? Вивьен передернуло при мысли об этом. Она, конечно, могла собрать чемоданы и отправиться куда-нибудь отдохнуть. Но ведь там она все равно будет одна. Одинокая, несчастная… Уж лучше вернуться на работу в «Классический дизайн». Бегство никогда ничего не решает, нужно просто посмотреть в глаза реальности.

А если посмотреть в глаза реальности, ее безумно притягивал Джек. Безумно притягивал и возбуждал. Без всяких видимых причин. Может, это просто временное явление? Может, завтра она проснется, а эти чувства уже исчезнут? Может, когда она увидит его утром, то почувствует только то же самое, что и обычно? Ее ведь всегда жутко раздражали его властные манеры.

Успокоив себя этими доводами, Вивьен решила пока не давать ему окончательного ответа. Она подождет и посмотрит, что будет завтра. Если дорога туда покажется ей кошмаром, то она откажется от его предложения, объяснив ему, что пока не готова браться за такую серьезную работу.

Вернувшись к столику, она с облегчением осознала, что ее чувства снова под контролем. Джек нетерпеливо постукивал пальцами по столу. Да уж, он был самым нетерпеливым мужчиной из всех, кого она знала. Нетерпеливым, требовательным, всегда добивавшимся того, чего хочет. Подумав об этом, Вивьен снова порадовалась тому, что ее сознание снова кристально ясно и полностью контролирует ее тело.

– Кофе еще не принесли? – спросила она, присаживаясь за стол.

– Нет еще. Так да или нет, Вивьен? Скажите прямо.

Вивьен улыбнулась. Ну что ж, все вернулось на круги своя. Но она не позволит давить на себя.

– Я думаю, Джек, что с моей стороны было бы правильнее не давать обещаний, пока я лично не увижу «Франческо Фолли».

– Хорошо. Тогда я заберу вас завтра рано утром. Около семи. Так что не принимайте слишком много снотворного, которое вам прописал доктор.

Вивьен раздраженно вздохнула:

– Марион, конечно, хорошая подруга, но она слишком много болтает. Что еще она вам обо мне рассказала?

– Немного. Например, что эта квартира ваша собственная, а не арендованная. Но это только потому, что я ее спросил.

– Понятно. А зачем вам это знать?

– Меня очень удивила скудная обстановка в вашей квартире. В ней совершенно отсутствуют тепло и стиль, так присущие вашим работам.

– О… – выдохнула она, пораженная тем, что он заметил. Ее горло сжалось, как и всегда, когда она думала о прошлом. Такие вещи очень трудно объяснить. Марион она сказала, что просто не любит беспорядок. Но причины конечно же были гораздо глубже. – Я не так давно делала ремонт в квартире, – сказала Вивьен, – и отделка еще не закончена.

– Это все объясняет. Я подумал, что, возможно, ваш бывший жених забрал какие-то вещи при расставании.

– Там не было ничего, принадлежащего Дерилу, – ответила она. – Только одежда. – И та была куплена на деньги Вивьен. Его зарплата консультанта в салоне сотовой связи не позволяла ему покупать модную дизайнерскую одежду. Боже, какой же она была дурой, когда дело касалось мужчин! Вивьен подсознательно потянулась к тому пальцу, на котором еще месяц назад красовалось кольцо в честь помолвки. Его тоже купила она сама, а Дерил клятвенно пообещал вернуть ей деньги. Но этого так и не случилось. Теперь кольцо лежало в верхнем ящике ее туалетного столика, напоминая девушке о ее глупости.

Внезапно Вивьен подумала, что Кортни Эллисон, скорее всего, тоже сама заплатила за тот булыжник, который она гордо демонстрировала на фотографиях в воскресных газетах. Дерил точно не мог себе позволить бриллиант такого размера.

В этот момент принесли кофе. Официант разлил его по чашкам и опять оставил их вдвоем. Вивьен добавила сливки и сахар, а Джек предпочел черный.

– Он ушел не из-за вас, Вивьен, – сказал он неожиданно, сделав глоток кофе. – Он ушел из-за денег, которые он сможет получить, являясь мужем Кортни.

Вивьен стиснула зубы, прежде чем взглянуть на него.

– Возможно.

Марион тоже пыталась ее в этом убедить. Вивьен соглашалась с ней, но все же не могла избавиться от мысли, что здесь также и ее вина. Может, Дерилу надоело ее навязчивое стремление к чистоте, не говоря уж о ее запретах в сексе. Ей не нравился оральный секс и смелые позы, в которых она чувствовала себя слишком открытой и беззащитной. Ей даже не нравилось находиться сверху. Дерил, конечно, говорил, что ему достаточно того, что они вообще занимались любовью.

– Ни один нормальный мужчина не уйдет от такой милой девушки, как вы, к женщине типа Кортни Эллисон, – сказал Джек. – Если только ему не пообещают золотые горы.

Вивьен могла бы почувствовать себя польщенной, если бы ей не пришла в голову мысль о том, что раз уж Дерил оказался таким хладнокровным охотником за приданым, то, вероятно, с ней он был тоже из-за денег. Она, конечно, не так богата, как Кортни Эллисон, но и далеко не бедна. У нее своя квартира и машина, приличный счет в банке. Кроме того, будучи одним из самых успешных дизайнеров в Сиднее, она получала очень хорошую зарплату. Мысль о том, что Дерил ее никогда не любил, что их отношения с самого начала были обманом, шокировала ее даже больше, чем их разорванная помолвка.

Увидев, что Вивьен резко побледнела, Джек решил сменить тему разговора.

– Да, пока я не забыл, – сказал он, поставив чашку на блюдце, – мастер, с которым я договорился, придет посмотреть на вашу дверь завтра в семь утра – примерно тогда же, когда и я. Завтра он не будет ее чинить, а просто снимет мерки.

Вивьен даже закашлялась:

– Вы верите, что мастер придет вовремя? Когда я ремонтировала свою квартиру, то поняла, что у этих людей время совершенно отличается от того, по которому живут во всем мире.

– Значит, вам следовало обратиться в мою компанию, – сказал Джек. – Можете мне поверить, мастер, которого я пригласил, будет у вашей двери ровно в семь утра. Он прекрасно знает, что если он опоздает, то больше не будет у меня работать.

– Чтобы поверить такому, мне нужно увидеть это собственными глазами.

– Увидите. Я тоже приеду вовремя. Постарайтесь к этому времени проснуться и быть готовой.

– Не стоит беспокоиться за меня. Уж чего-чего, а пунктуальности мне не занимать.

Джек нахмурился, услышав грусть в ее словах, и почувствовал злость. Этот подлец очень сильно подорвал веру Вивьен в себя. Если только Дерил попадется на пути Джека, он его отделает как следует, и плевать на последствия.

– Вы выглядите усталой, – сказал он. – Допивайте свой кофе, и я отвезу вас домой. Вам нужно как следует выспаться.

Вивьен открыла было рот, чтобы возмутиться, – он пока еще не ее босс, чтобы раздавать приказания, – но вдруг поняла, что он просто заботится о ней, но не умеет делать это по-другому. Поэтому она послушно допила кофе и позволила отвезти ее домой. Она не хотела, чтобы Джек провожал ее до двери, но он проигнорировал ее слова. Вивьен решила не спорить, у нее не было на это сил.

– Вы уверены, что с вами все будет в порядке? – спросил Джек, глядя на то, как она безуспешно пытается попасть ключом в замочную скважину.

Вивьен со вздохом обернулась и посмотрела на него:

– Со мной все в порядке. Спасибо за прекрасный обед, Джек. Я ведь поблагодарила вас за цветы?

– Да.

– Хорошо. Просто я временами немного не в себе пока.

– Вижу. Но завтра вы будете чувствовать себя лучше. А послезавтра – еще лучше.

– Очень надеюсь на это.

– Я знаю, так и будет. Все, что вам надо, – это выполнять указания доктора. Ну, до завтра, – сказал он, и без всякого предупреждения склонился к ней для прощального поцелуя.

Конечно, это был лишь дружеский поцелуй, но стоило его губам коснуться ее, сердце Вивьен перестало биться. Счастье, что Джек тут же развернулся и ушел. Ведь если бы он только взглянул в ее глаза, то увидел бы, насколько далека она от дружеских чувств.

– Я определенно схожу с ума, – со вздохом пробормотала Вивьен.

Глава 6

– Какой я идиот! – ругал себя Джек, запрыгивая в машину и вдавливая педаль газа в пол. Он знал, что ему следует поехать в офис. Там всегда была работа, требовавшая его присутствия. Но вместо этого он направился в сторону Балморал-Бич, где выключил свой мобильный и очень долго просидел в машине, пытаясь привести в порядок мысли. Когда это не помогло, он совершил нечто еще более бессмысленное: направился к дому своей матери.

Она конечно же дома. Его мать теперь всегда была дома, добавив к списку недугов агорафобию. Редкими исключениями, когда она выходила из дому за последний год, были День матери и ее день рождения в феврале. Джек пытался уговорить ее поехать с ним в Вануату, но бесполезно.

– Джек! – воскликнула она, открыв входную дверь.

Джек заметил, что его мать выглядит на удивление хорошо. И очень красиво одета. Иногда, когда он навещал ее, она была в ночной рубашке посреди дня.

– Ты обычно не приезжаешь в будни, – добавила она. – Ничего не случилось?

– Нет, – соврал он. Не было смысла рассказывать матери о его личных проблемах. Ее это только бы расстроило. – Я просто был тут недалеко по работе и решил заскочить повидать тебя.

– Как хорошо! Заходи! Будешь кофе? – спросила она, пока он следовал за ней на кухню.

– Я бы не отказался, – ответил он.

Сегодня кухня была поразительно чистой. Их мать всегда была чистюлей, пока они росли. Но после смерти отца он всегда мог догадаться о степени ее депрессии по состоянию кухни. Если судить по тому, как сияла раковина и все вокруг, его мать сегодня была в превосходном настроении.

– Ты куда-то собираешься? – спросил он, усевшись за большой деревянный стол.

Мать застенчиво взглянула на него:

– Вообще-то да, но не раньше, чем в пять. Джим из соседнего дома – ты ведь знаешь Джима? – пригласил меня сегодня на ужин. Мы идем в ресторан на Палм-Бич. Похоже, не так-то просто найти работающий ресторан вечером в понедельник.

Джек не смог скрыть своего удивления. Мало того что его мать собиралась куда-то идти, так она еще и согласилась на свидание с мужчиной.

– Да-да, я знаю, – сказала она. – Много времени прошло. Но я так устала сама от себя на прошлой неделе, что поболтала с Джимом, пока мы оба копались в саду. Мы и раньше здоровались. А тут оказалось, что с ним так легко разговаривать… И когда он позвал меня на чашечку чая, я согласилась. Потом он пригласил меня на ужин. Я снова сказала «да». Знаю, он старше меня, но он такой милый… Я подумала, что ничего не потеряю, если соглашусь.

– Конечно, мама! Полагаю, это прекрасно!

– Правда? – Она передала ему кружку с черным кофе. – Ты действительно не возражаешь? – переспросила она, усаживаясь напротив него.

– Ну конечно! Джим – очень приличный мужчина. – Джек знал Джима уже много лет, с тех пор как его мать переехала в этот дом. Тот часто работал в своем саду и был рад перемолвиться словечком.

– Я рада, что ты не возражаешь. Ведь это не первое мое свидание с ним. Мы уже почти неделю ходим с ним куда-нибудь ужинать.

– Ух ты! А он не промах!

Когда его мать покраснела, он все понял.

– Мама! Ты молодчина! На самом деле вы оба молодцы!

– Мы не хотим жениться, – призналась она почти шепотом, – нам обоим просто нужна компания. – Ее голубые глаза сияли.

– Уже много лет я не видел тебя такой счастливой, – сказал Джек.

И тут мать снова удивила его, когда, подняв подбородок и глядя ему прямо в глаза, произнесла:

– А сейчас мне надо привести себя в порядок, Джек. Ты сиди и допивай свой кофе, но было бы хорошо, если бы ты ушел к тому времени, когда Джим заедет за мной. Боюсь, ты можешь ляпнуть что-нибудь и смутить меня или его.

– Кто? Я?! – воскликнул Джек, стараясь изо всех сил удержаться и не улыбаться.

– Да, ты! Иногда ты бываешь ужасно бестактным.

– Кто? Я?! – Теперь уже он улыбался во весь рот.

– Ради бога! – сказала его мать, закатывая глаза. Наклонившись, она поцеловала сына в макушку. – Я очень тебя люблю, но могу ли я попросить тебя в следующий раз звонить перед приездом?

Выйдя от матери и садясь в машину, Джек улыбался. Но через некоторое время улыбка сошла с его лица, и он снова задумался. Но не о своей матери и Джиме, а о себе и Вивьен.

Пока он двигался с черепашьей скоростью в сторону города, – как раз начался час пик, – его мысли крутились вокруг событий сегодняшнего дня, до того момента, как он поцеловал Вивьен на прощание. Именно в тот момент он осознал, что во время завтрашней поездки с Вивьен во «Франческо Фолли» он может совершить что-нибудь, что может испортить их рабочие отношения навсегда.

Джек не хотел, чтобы это случилось. Он очень ценил Вивьен как делового партнера и уважал как женщину. Но нельзя отрицать, что сегодня она вызвала у него такое сильное желание, которое не поддавалось никаким объяснениям. Он вообразил, что обрел над собой контроль тогда, в ресторане, но прощальный поцелуй мгновенно смел все его благие намерения.

– Черт! – выругался он, вспоминая, с каким трудом подавил безумное желание схватить ее в объятия.

Его борьба с самим собой потребовала всей его выдержки и воли, поэтому он очень сомневался, что выдержит такое испытание еще раз. Конечно, никакого второго раза не будет. Это факт. Но если его и дальше будут преследовать фантазии о том, что он хотел бы с ней сделать, – и гораздо более интимные, чем просто поцелуи, – то он снова заведется. А Джеку очень не хотелось провести весь завтрашний день в возбужденном состоянии. Значит, ему нужно пойти сегодня вечером в клуб и провести ночь с какой-нибудь девушкой. Иногда он так поступал, но, видимо, сегодня был не тот случай, потому что единственное, чего Джек сейчас хотел, так это заняться любовью с той женщиной, которую он знал и которая ему нравилась. С женщиной с изумительными зелеными глазами, длинными каштановыми волосами и грудью, за которую не жалко и умереть.

Джек ударил по рулю, выругавшись от отчаяния. Но легче ему не стало. Добравшись до своей квартиры, он первым делом скинул одежду и ринулся в душ. Стоя под ледяными струями, пока его тело не начало неметь, он понял, что на мозг действие холода не распространяется. Он понимал, что хочет Вивьен так, как не хотел ни одну женщину в своей жизни.

Как человек, привыкший достигать поставленных целей, Джек чувствовал злость, когда не мог получить то, что хотел. Если бы только не все эти условности, диктуемые цивилизацией и современным обществом! У пещерных людей все было гораздо проще. Если мужчине нравилась какая-то женщина, он просто мог дать ей по голове дубинкой и утащить в свое логово, а там уже делать с ней все, что ему заблагорассудится. И после этого ей не оставалось ничего, как стать его женщиной. Джек рассмеялся, представив, что случилось бы, если бы он поступил так с Вивьен. Ему бы даже не пришлось ждать возмездия от правосудия. Она просто убила бы его при первой же возможности. Господи, чего бы он только не отдал, лишь бы заполучить ее в свою постель!

К тому моменту, когда Джек вышел из душа, он принял два важных решения. Во-первых, он решил, что сегодня подцепит какую-нибудь незнакомку и переспит с ней. Хотя нет, эта идея никуда не годилась. А второе решение заключалось в том, что не важно когда и не важно, что придется для этого сделать, но Вивьен Свон станет его любовницей.

Глава 7

– Это заняло совсем немного времени, правда? – сказал Джек, заводя двигатель своего «порше». – Я же сказал, что плотник придет вовремя.

Вивьен наградила его холодной улыбкой, надевая темные очки. После четырнадцати часов крепкого сна она встала в шесть утра с совершенно ясной головой и твердым намерением взять контроль над своей жизнью в собственные руки. А это означало не раскисать больше из-за лжи Дерила, а также положить конец всем своим похотливым мыслям, касающимся Джека Стоуна.

Когда он приехал за ней утром, она с трудом сдержалась, чтобы не спросить, провел ли он ночь со своей любовницей. Джек выглядел сногсшибательно в голубых джинсах, белой футболке и темно-синем пиджаке.

Вивьен скользнула на пассажирское сиденье его спортивной машины, стараясь не беспокоиться о том, что им столько времени придется провести наедине.

– В следующий раз я обязательно позвоню, если мне понадобится мастер для ремонта в квартире, – сказала она. – Похоже, у вас работают нужные люди.

– Звоните в любое время, – ответил он.

Вивьен нахмурилась, расслышав непривычную теплоту в его голосе. Вероятно, это просто благодарность за то, что она возьмется за работу, которая ему нужна. Но она бы предпочла, чтобы он опять стал резким и бесцеремонным, каким был всегда. Так меньше шансов на повторение вчерашнего.

– Могу я задать вам личный вопрос? – спросил он.

– Насколько личный?

– Насчет Дерила.

– А что насчет Дерила?

– Я видел его только один раз, в прошлом году на рождественской вечеринке. Но я до сих пор гадаю, как этот мужчина заставил вас влюбиться в него?

Вивьен была поражена тем, что Джек тоже использовал слова «заставил влюбиться» в отношении Дерила. Он словно прочитал ее мысли.

– Звучит так, как будто он вам не особенно понравился.

– Вы угадали.

– Но почему? Вы же с ним разговаривали всего несколько минут.

Джек пожал плечами:

– Мне не требуется много времени, чтобы понять, что за человек передо мной.

– И что же он за человек?

– Сладкоречивый мелкий соблазнитель.

– Вот это да! Кажется, вы его и вправду невзлюбили.

– В отличие от вас, по всей видимости.

– Ну… да. Да, конечно. Я любила его.

Джеку понравилось, что она сказала об этом в прошедшем времени. Ему также нравилось, что его вопросы заставляли ее задуматься о том, за какого пройдоху она собиралась выйти замуж. Ему хотелось, чтобы Вивьен забыла о Дериле как можно скорее и смогла двигаться дальше.

Это его единственный шанс добиться желаемого в ближайшем будущем.

Джек никогда не отличался особым терпением. Увидев Вивьен сегодня утром, он понял, что его желание ничуть не уменьшилось, хотя ее черный костюм нельзя было назвать сексуальным, а свои шикарные волосы она спрятала в пучок. Но он-то ведь теперь знал, как она выглядела, когда ее волосы струились по плечам, и какой была ее грудь под этой строгой блузкой.

– Но за что, Вивьен? – настойчиво спросил он. – Что в нем было такого? Ведь это не только из-за его смазливой мордашки?

– Нет! – возразила Вивьен, хотя Дерил действительно был красивым. Очень красивым. – Скорее за то, как он обращался со мной.

– Вы имеете в виду, что он говорил именно то, что вы хотели услышать. Все мошенники очень хорошо врут. И щедры на комплименты.

– Это точно, – согласилась Вивьен. Дерил действительно без конца говорил ей комплименты. Оглядываясь назад, она понимала, что их было слишком уж много. Она не была сногсшибательной красоткой. Не умела так уж хорошо готовить. Вивьен снова начала злиться, но в этот раз больше на себя, чем на него. Как она могла быть настолько глупой, чтобы поддаться на эти уловки? Утешало лишь то, что она не успела ничего организовать для свадьбы, словно предчувствовала, что никакой свадьбы не будет.

– Вы не возражаете, если мы перестанем обсуждать Дерила? – спросила она достаточно резко.

– Простите, – сказал Джек. – Хотите, чтобы я совсем замолчал? Дорога долгая, и мы заскучаем, если просто будем сидеть в тишине. Я могу включить радио, если хотите.

Джек пожалел, что вообще заговорил о бывшем женихе Вивьен. Было очевидно – она до сих пор еще влюблена в этого подонка. Или думает, что влюблена. Его бесила мысль о том, что старина Дерил был весьма хорош в постели. Обычно мужчины такого типа отличаются этим искусством. Хотя какого черта? Он и сам хоть куда. Джек был уверен, что после ночи с ним Вивьен почувствует себя счастливой. Но ему не нравилась мысль о каких-либо уловках и хитростях для достижения целей. Джек ненавидел лжецов и манипуляторов. Он сам отличался прямотой. Если он говорил девушке, что она красива, то лишь потому, что и вправду считал ее красивой. Он был человеком действия, а не болтуном. Точнее, обычно. Вчера вечером он рассказал Вивьен намного больше, чем какой-либо другой женщине в своей жизни, рассказал ей о своей семье и о проблемах, которые у него были с матерью. Это наводило на размышления.

Джек решил сменить тему.

– Вы ни за что не догадаетесь, что сделала моя мать, – сказал он.

Вивьен, казалось, была ошарашена.

– Хм-м… Даже представить себе не могу. И что же?

– Она завела интрижку с соседом.

– Ничего себе! Надеюсь, жена соседа не ее лучшая подружка!

– Нет, что вы! Джим не женат. Он недавно овдовел.

– Но тогда ведь это не интрижка, не так ли? Интрижка – это что-то нехорошее, что надо скрывать.

– Да, правда. Тогда правильнее будет назвать это романом. Но они не влюблены друг в друга.

– Откуда вы знаете?

– Мама сама так сказала. Они просто хорошие друзья. И знаете что? Я никогда не видел ее более счастливой. Более уверенной в себе. Меня это даже шокировало сначала, но потом я подумал и понял – это лучшее, что с ней произошло за последние годы.

– И когда вы об этом узнали? – спросила Вивьен.

– Вчера днем. Я заезжал к ней после того, как уехал от вас.

Джеку было приятно, когда она улыбнулась ему.

– Вы ее очень любите, правда? И очень за нее переживаете.

– А как не беспокоиться о матери, которая живет совсем одна? Тем более если она такая эмоционально неустойчивая.

– Да… Как я вас понимаю.

Джек подумал о матери Вивьен. Может, она тоже вдова? Или разведена? Но потом в его памяти всплыли слова Марион о том, что Вивьен недавно получила наследство. Обычно это означает, что в семье кто-то умер. Но кто именно? Надо будет аккуратно это выяснить. Ему не хотелось больше расстраивать ее.

– Вы говорите так, как будто вы тоже сталкивались с такой ситуацией, – сказал он.

– Да, так и есть. Мой отец развелся с мамой, когда она была еще довольно молодой, и она так и не смогла это пережить. Она умерла два года назад от сердечного приступа. – Вивьен надеялась, что Джек не станет больше задавать вопросов. Сказать ему правду означало открыть ящик Пандоры, чего она абсолютно не хотела.

– Это очень печально, Вивьен. А что с вашим отцом?

– Я не видела его с тех пор, когда он ушел от мамы. Мне было около шести лет. Он уехал в другую страну и больше не вернулся.

Лицо Джека выражало полнейший шок.

– Как он мог так поступить?

Были причины, по которым отец поступил именно так. Но Вивьен не хотелось вдаваться в подробности.

– Но надо отдать ему должное, он позаботился о том, чтобы мы были хорошо обеспечены. Он оставил маме все, что они нажили за десять лет совместной жизни: дом, мебель, две машины. И он выплачивал пособие на мое содержание до восемнадцатилетия.

– А еще он должен был поддерживать связь с вами, быть хорошим отцом. Я так полагаю, вы были единственным ребенком?

– Да, я одна, – ответила Вивьен, стараясь избавиться от кома в горле, который появлялся всегда, когда она погружалась в воспоминания.

Джек потряс головой:

– Я никогда не смогу понять, как некоторые мужчины могут просто отвернуться и уйти от своей семьи, особенно от детей. Зачем тогда вообще заводить детей, если не собираешься их любить и заботиться о них?

Тут неожиданно им навстречу выскочил автомобиль, и Джек с ругательствами отвлекся на него, выкручивая руль, чтобы избежать столкновения. Вивьен была рада, что появился повод уйти от разговора, из-за которого она чувствовала себя все более неловко.

– Так сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до Порт-Стефенса? – спросила она.

– М-м-м… В прошлое воскресенье дорога отсюда заняла у меня где-то два с половиной часа, но я нигде не останавливался.

– Вам не нужно нигде останавливаться из-за меня, – сказала Вивьен, – со мной все в порядке. На завтрак я съела целую тарелку каши, обычно мне этого хватает до обеда.

Брови Джека поднялись:

– Подумать только, я тоже ел кашу. Вы правы, она действительно очень сытная. Но, я думаю, мы могли бы остановиться и выпить кофе где-нибудь в Раймонд-Террейс.

– Даже не знаю, где это. Никогда не бывала в этой стороне.

– Правда?

– Если честно, я вообще очень мало путешествовала. Никогда не выезжала за пределы Австралии. – «Даже из Сиднея, если уж на то пошло», – подумала Вивьен, но не стала произносить вслух. Зачем провоцировать лишние расспросы?

– Я тоже не так много путешествовал, – ответил Джек. – Если когда и беру отпуск, то отправляюсь туда, куда недолго лететь, например, Бали или Вануату и Фиджи. Ну вы же знаете меня – вечно занят.

– Может, пора немного снизить темп?

– Совершенно с вами согласен. Это одна из причин покупки «Франческо Фолли».

– «Франческо Фолли»… – повторила Вивьен задумчиво. – Вы знаете, почему его так назвали?

– Агент по недвижимости сказал, что так звали одного итальянца, который купил этот дом в конце семидесятых. Я полагаю, что у этого итальянца была большая семья, многих из которых он пережил. Он скончался пару месяцев назад в возрасте девяноста пяти лет, два его праправнука унаследовали это имение, но так как оба живут в Квинсленде, они решили его продать.

– Мне не терпится увидеть его, – сказала Вивьен.

– А мне не терпится показать его вам, – ответил Джек.

Глава 8

Они добирались до Порт-Стефенса немного дольше, чем рассчитывали, так как больше чем на полчаса задержались на Пасифик-хайвей, к северу от Нью-Кастла. Джек ответил на несколько пропущенных звонков, а Вивьен поболтала с Марион, которая была рада тому, что ее подруга чувствует себя гораздо лучше и планирует вернуться к работе, хотя и не в «Классический дизайн».

Оттуда им потребовалось сорок минут, чтобы доехать до Нельсонс-Бей – главного прибрежного городка в Порт-Стефенс, – где они забрали ключи в агентстве, занимающемся продажей дома, а затем уже направились во «Франческо Фолли». Несмотря на удовольствие, которое Вивьен получила во время поездки, она была счастлива наконец-то увидеть сам дом.

И что это был за дом! Он словно парил на вершине холма.

– Бог ты мой! – воскликнула она, когда они приблизились к нему по длинной, необычайно крутой подъездной дороге.

– Впечатляет, правда? – ухмыльнулся Джек.

– Это, конечно, не типичный австралийский загородный дом, а какая-то сумасшедшая смесь тосканской виллы и греческого дворца. Какой он внутри?

– Ужасно устаревший. Поверьте мне, будет невероятно сложно превратить все это в место, где я бы мог постоянно жить. Но виды, Вивьен! За такие виды и умереть не жалко!

– Но, Джек, он же просто нереально огромный! – проговорила Вивьен, когда они подъехали достаточно близко и она смогла оценить реальные размеры. – Вы уверены, что хотите иметь такой огромный дом? Я имею в виду… другое дело, если бы вы были с семьей и детьми…

Джек пожал плечами:

– У меня две замужние сестры с большими семьями и пятью детьми в общей сложности. Мама со своим возлюбленным. Они тоже будут сюда приезжать. Хотя, если уж быть совсем честным, я покупаю этот дом не для них. Я покупаю его для себя. В тот момент, когда я вышел на один из тех балконов, я понял, что хочу здесь жить. Может, не все семь дней в неделю, но по крайней мере все выходные и праздники. Можете назвать меня сумасшедшим, но оставьте свои попытки отговорить меня, Вивьен. Это решенный вопрос.

Главный вход представлял собой две огромные двери с такими же огромными медными ручками.

– Оставьте это здесь, – велел Джек, когда Вивьен попыталась взять свою сумку. – Не хочу, чтобы нас без конца прерывали телефонные звонки. Я тоже оставлю свой телефон здесь.

– А камера? Я бы хотела сделать фотографии.

– Для начала никаких фотографий. Только ваши глаза. Пойдемте.

Она подчинилась его приказу. Джек просто помешан на контроле. Она улыбнулась, когда он велел ей отвернуться, пока открывал двери. Он распахнул их, но продолжал преграждать ей путь.

– Прежде чем вы обзовете меня лгуном, я хотел бы предупредить, что эта часть дома не так уж плоха.

Войдя внутрь, Вивьен рассмеялась. Описание «не так уж плоха» даже близко не отражало реальность. Фойе было просто грандиозным: со сводчатым потолком, с полом, сделанным из итальянского мрамора, элегантно изогнутыми лестницами с обеих сторон. Прямо впереди находился широкий арочный проход с колоннами, за которым располагался огромный бассейн, кажущийся бесконечным. Он тянулся до следующей аркады и выходил под открытое небо, сияя под солнцем.

– Ух ты! – это было все, что она могла сказать.

– Да, бассейн в лучших голливудских традициях, – согласился Джек. – Правда, он не обогреваемый, надо будет решить этот вопрос. Но вам не надо об этом беспокоиться. Ваша забота – декор комнат, которых тут очень много и они очень разные. По обе стороны от бассейна расположены отдельные трехкомнатные апартаменты, – продолжил он, взяв Вивьен за руку и ведя ее вдоль левой стороны бассейна. – В последние годы Франческо совсем их запустил. Он был болен и жил на втором этаже. За это время дом пришел в упадок.

– Он не выглядит таким уж запущенным, – ответила Вивьен, стараясь сконцентрироваться на окружающей обстановке, а не на том, что ее руку держал Джек.

Она думала о том, как бы высвободиться, не выглядя при этом грубой, но он, словно прочитав ее мысли, еще крепче сжал пальцы. У нее перехватило дыхание от ощущения, что электрические разряды помчались вверх по ее руке и затем вниз по всему телу, заставляя напрячься низ живота и соски. Она уже не знала, где взять силы для того, чтобы держать это сумасшедшее влечение под контролем.

– Думаю, агент по недвижимости нанял команду уборщиков, чтобы привести это место в порядок, прежде чем выставить на продажу, – рассказывал Джек, ведя за собой ошеломленную Вивьен. – Праправнуки забрали всю мебель, которая им понравилась, поэтому комнаты наполовину пустые. Но хватит об этом. Пойдемте смотреть, какие тут виды.

К счастью, он отпустил ее руку, как только они дошли до освещенного солнцем балкона, и Вивьен тут же отошла на безопасное расстояние от Джека и вцепилась в перила так, словно от этого зависела ее жизнь. Хотя, если подумать, так и было, учитывая высоту балкона и скалистый склон холма под ними. Однако в следующую секунду она забыла обо всем, потрясенная видом, от которого просто захватывало дух.

Вивьен никогда в жизни не видела ничего подобного – такого сочетания природной красоты и панорамы. Ей казалось, что она стоит на макушке горы, возвышаясь над верхушками деревьев, а залив находится прямо под ее ногами. Она понятия не имела о размерах Порт-Стефенса, но отсюда он выглядел просто бесконечным. И таким восхитительно прекрасным! Конечно же свою роль тут сыграла и погода – день был солнечным, безоблачным, так что вода отражала весеннее небо. Возможно, в дождливый день тут все казалось бы довольно мрачным, но сегодня мать-природа постаралась так, что Вивьен не могла дышать от восторга. Хотя… все же не до такой степени, как в тот момент, когда Джек взял ее за руку.

Джек встал рядом с ней.

– Ну что? – спросил он самодовольно. – Потрясающий вид, не правда ли?

– Потрясающий – слишком слабо сказано, Джек, – сказала она, гордясь тем, что голос ее звучит спокойно. – Если бы у меня было достаточно денег, я бы тоже не смогла удержаться. Этот вид слишком соблазнительный.

– А со второго этажа вид еще лучше, – сказал он. – Посмотрим?

Что она могла сказать? «Нет, не думаю, Джек. И нет, мне очень жаль, но я не возьмусь за эту работу». Он сразу начнет выяснять почему, а она ведь не сможет сказать правду. Не признаваться же, что она испытывает к нему непреодолимое вожделение. Он просто решит, что она ненормальная. Хотя, наверное, так оно и есть.

– Не лучше ли сначала осмотреть комнаты на первом этаже? – предложила Вивьен.

– Это может подождать.

– Тогда идите вперед, а я следом, – быстро предложила она, прежде чем Джек снова взял ее за руку.

Однако идти следом за ним тоже оказалось не лучшей идеей. Вивьен не могла оторвать глаз от его крепких ягодиц, особенно когда они поднимались по лестнице. Она в отчаянии опустила взгляд себе под ноги и не поднимала его, пока они не оказались на втором этаже. Перед ними было просторное полукруглое помещение с искусно оформленной хрустальной люстрой на потолке.

– Предполагаю, что когда-то это была частная картинная галерея Франческо, – сказал Джек. – Но, как видите, все картины забрали.

– А вы хотите, чтобы тут опять была галерея? – спросила Вивьен, изо всех сил стараясь думать только о бизнесе.

Джек пожал плечами:

– Это вам решать. Я знаю, вы сделаете то, что мне понравится.

Вивьен в смятении поняла, что она загнана в угол. Правда заключалась в том, что она очень хотела получить эту работу, хотела превратить «Франческо Фолли» в такой дом, который полюбит Джек. Его доверие чрезвычайно льстило ей. Да и сам по себе дом предоставлял ей фантастические возможности.

– Сюда. – Джек подошел к двойным дверям в центре полукруглой стены, распахнул их и помахал Вивьен, приглашая ее пройти внутрь.

Они попали в массивную четырехугольную гостиную. Как профессионал, она сразу представила, как эта комната будет выглядеть, когда она уберет эти помпезные обои, выкрасит стены в белый цвет и заменит устаревшую мебель на более современную. Мраморный камин в дальнем конце комнаты можно оставить, но остальное нужно убрать, особенно тяжелые шторы из парчи, которые выглядели просто ужасно.

– Вижу, ваши мысли уже заработали в нужном направлении, – улыбнулся Джек, – но сначала самое главное, мисс, – вид!

Даже с того места, где она стояла, Вивьен видела, что вид сверху был даже более впечатляющий, чем с нижнего балкона. Но для того, чтобы туда пройти, ей следовало протиснуться мимо Джека, который все еще стоял у наполовину открытой двери, ожидая ее. Она каким-то невероятным образом умудрилась сделать это, не коснувшись его, торопясь схватиться за перила, но стоило ей опереться на них, как вся конструкция неожиданно зашаталась.

Глава 9

Джек увидел падающее ограждение балкона за долю секунды до того, как Вивьен закричала. Всплеск адреналина помог ему преодолеть разделяющее их расстояние, когда она потеряла равновесие и начала падать, уронив очки вниз. Сначала он ухватил ее за пиджак, но этого оказалось достаточно, чтобы предотвратить падение. В конце концов он смог оттащить Вивьен подальше от опасного места и отвести в комнату. Она упала в его объятия, дрожа, хватая воздух ртом. Джек принялся успокаивать ее, прижав крепче к себе.

– Ну все, все, – бормотал он, крепко обняв ее за талию, – перестань, ты в безопасности.

Но она не могла остановиться. Слезы все лились и лились, и Джек подумал, что шок от возможной гибели выпустил на волю и другие эмоции, вызванные всем тем, что случилось с ней в последнее время. Однако стоять вот, прижимая ее к себе, было опасно для его психического здоровья. И для физического тоже. Как бы он ни хотел, чтобы его плоть перестала реагировать на нее, он ничего не мог с собой поделать. Разум говорил ему, что нужно оттолкнуть ее от себя. Но сделать это было бы просто бессердечно. Он очень надеялся, что Вивьен сейчас не в том состоянии, чтобы заметить его эрекцию. Однако дело приняло и вовсе неожиданный оборот, когда она подняла руки и крепко обняла его за шею. Теперь он чувствовал мягкую полноту ее груди, тепло ее дыхания. Когда ее рыдания наконец стихли, он попытался отодвинуться он нее, но оказалось, что это просто невозможно – так отчаянно она прижималась к нему.

– Вивьен… – хрипло выдавил он.

Она подняла к нему лицо, все еще в слезах, но от этого ничуть не менее прекрасное, ее чудесные зеленые глаза со странной напряженностью разглядывали его. А потом она сделала то, что шокировало Джека до глубины души. Она положила руки ему на плечи, поднялась на носочки и поцеловала прямо в губы. От неожиданности он отдернул голову. Ее руки упали, и она тут же отскочила от него.

– Прости меня, – бормотала она, – я думала… я подумала… О, не важно, что я думала. Очевидно, я ошиблась. – При этом она еще дальше отошла от него, опустив плечи, а глаза ее сделались совершенно несчастными.

– Нет. Ты все совершенно правильно поняла, Вивьен. Я борюсь со своим желанием с того самого момента, как увидел тебя вчера обнаженной в ванной. Надо признать, это явилось для меня абсолютным сюрпризом. Но я очень хочу тебя. И мечтаю заполучить тебя в свою постель больше всего на свете. Но не хочу, чтобы это случилось вот таким образом.

Она потрясенно взглянула на него:

– Что значит – таким образом?

Джек вздохнул:

– Твой поцелуй только что. Он ведь был не для меня. Это просто реакция на то, что ты могла погибнуть. Инстинктивное желание убедиться, что ты все еще жива.

– Нет! – Ее яростное несогласие заставило его замереть. – Это неправда. Этот поцелуй был только для тебя. Не уверена, что могу понять это внезапное влечение, которое я к тебе испытываю, так же как и ты, – продолжила Вивьен. – И раз уж мы говорим правду, то должна признать, что до вчерашнего дня ты мне даже не нравился. Тем более странными были для меня все эти неприличные мысли о тебе.

– Какие неприличные мысли?

Вивьен замотала головой:

– Я… я старалась выбросить их из головы, потому что в них не было никакого смысла. Но я точно знаю – я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью. Очень хочу.

Джек из последних сил старался сохранить спокойствие. Несмотря на то что ему до смерти хотелось проверить ее слова, он боялся. Если ему нужны долгие отношения с Вивьен, ему нельзя пользоваться ее нынешним состоянием. Если он прямо сейчас потащит ее в постель – Джек не к месту вспомнил, что в соседней комнате стоит огромная кровать, – она может потом об этом пожалеть. Но в то же время соблазн поступить именно так был практически непреодолимым.

– Черт, Вивьен, ты не должна говорить такие вещи.

– Почему нет? Это же правда. Поцелуй меня, Джек! – умоляла она. – Пожалуйста!

«Бог мой», – подумал Джек, чувствуя болезненные спазмы в паху.

– Если я поцелую тебя, на этом мы не остановимся, – прямо заявил он.

Ни слова не сказав в ответ, она просто закрыла глаза и разомкнула губы самым провокационным образом. Джек зарычал, затем резко притянул ее к себе и обхватил руками ее лицо так, что у нее не было ни единой возможности скрыться от его безжалостной атаки. Но Вивьен даже и не пыталась. Она сдалась в тот самый момент, когда его губы прикоснулись к ее. Ее тело таяло под его натиском. Она застонала, когда их языки сплелись в огненном танце, что воспламенило Джека еще больше. Будучи довольно холодной и сдержанной внешне, Вивьен скрывала дикую и страстную натуру под этой оболочкой. Она была женщиной, которая любила секс и хотела его.

Именно то, что ему нужно.

Когда он смог оторваться от ее губ, она протестующе застонала, затем неохотно открыла глаза и с удивлением посмотрела на него.

– Ничего не говори, – прошептал он. – Я не собираюсь останавливаться. Просто я хотел сразу же прояснить пару моментов.

Она была не состоянии говорить, и Джек чувствовал себя польщенным.

– Я не хочу, чтобы это был одноразовый секс, – сказал он. – Или, точнее, секс на один день. Ты мне очень нравишься, Вивьен. Очень. Я хочу от тебя гораздо больше. Но если тебе эта идея не подходит, скажи мне сразу, чтобы я не строил никаких планов на будущее. Если я тебе не настолько нравлюсь, чтобы иметь со мной длительные отношения, тогда после сегодняшнего дня каждый из нас пойдет своей дорогой, поскольку, как только мы перешагнем эту грань, милая, мы не сможем работать вместе, если не будем спать вместе. – Джек очень надеялся, что Вивьен не воспримет его слова как шантаж. Он просто обрисовал ситуацию такой, как она есть. Он не был ее боссом. Пока не был. Но он очень этого хотел, особенно в постели. Горячие образы проносились в его голове, он представил, как она подчиняется ему, представлял ее обнаженной, привязанной к кровати, в полном его распоряжении. Но все это глупые фантазии, как он подозревал. Судя по той страсти, которая кипела в Вивьен, вряд ли она будет ему подчиняться. Хотя кто знает? Может, ей понравится, если он будет доминировать в постели? Его возбуждение, немного поутихшее во время разговора, разгорелось с новой силой.

– Ты не должна отвечать мне прямо сейчас, – пробормотал он все еще молчащей, покрасневшей Вивьен.

Не в состоянии ждать больше ни секунды, он схватил ее на руки и направился прямо в спальню.

Глава 10

В голове Вивьен роились мысли, перебивая одна другую. Она ухватилась обеими руками за шею Джека и уткнулась лицом в его шею. Ускользающее благоразумие требовало остановиться прямо сейчас. Джек ей нравился больше, чем раньше, но заняться с ним любовью было неправильно. Однако эти мысли моментально заглушило мощное желание, охватившее ее. Оно сокрушило все возражения обещанием никогда доселе не испытанного удовольствия. Страстные поцелуи Джека показали ей, чего ожидать. Не просто возбуждения и удовольствия, а свободы и удовлетворения.

Свободы, о которой она втайне всегда мечтала. Удовлетворения, которого она никогда по-настоящему не испытывала.

Вивьен каким-то образом знала, что, побывав в руках Джека, она станет совершенно другой женщиной, не той, что хранила свою девственность до двадцати одного года и которая оставалась скромной, застенчивой любовницей с того самого первого, совершенно не вдохновляющего посвящения в мир любовных утех. С Джеком она могла стать дикой и необузданной. Даже неприличной.

Джек поставил ее на ноги посреди большой комнаты, в которой из мебели была только огромная кровать, снял с себя пиджак и небрежно бросил его на пол.

Его плечи оказались впечатляюще широкими, на руках перекатывались мышцы, а грудь была слегка загорелой и мускулистой. Узкая талия и бедра, сильные ноги, обтянутые джинсами. Вивьен всегда думала, что ей никогда не понравится крупный мужчина. Один их размер внушал ей страх. Но оказалось, что она чертовски ошибалась! У нее перехватило дыхание, когда он расстегнул ремень и потянул вниз молнию на джинсах.

– Почему ты не раздеваешься? – спросил он, стянув с себя брюки и оставшись в одних черных плавках, которые совершенно не скрывали огромную выпуклость под ними. – Только не говори, что ты вдруг засмущалась. Давай же, Вивьен, мы оба знаем, что тот образ, который ты создаешь на работе – это не настоящая ты. Ты – горячая штучка, дорогая.

И Вивьен действительно чувствовала себя горячей в этот момент. Ее лицо пылало, она с трудом дышала. Джек понимающе улыбнулся:

– А, я понял! Тебе нравится наблюдать. Отлично, меня это устраивает. – И с этими словами он снял с себя оставшуюся одежду.

Ого! А она-то думала, что у Дерила было все неплохо! Но он даже ни в какое сравнение не шел! Вивьен бесстыдно разглядывала его с ног до головы.

– Тебе и правда нравится наблюдать, так? – сказал Джек, потянувшись за брошенными джинсами и доставая из кармана свой бумажник. – Не могу сказать, что я именно это обычно предпочитаю, но для тебя, милая Вивьен, я готов сделать исключение.

Вивьен была застигнута врасплох, когда, взяв пакетик с презервативом, он улегся прямо посреди кровати и непринужденно закинул руки за голову, словно вовсе и не был полностью обнаженным, с эрекцией размером с Эйфелеву башню.

– Ну, теперь я готов смотреть. Раздевайся! Но только, пожалуйста, делай это медленно! Я хочу насладиться каждым мгновением.

Вивьен не могла пошевелиться, во рту у нее все пересохло.

– Ну давай же, Вивьен! Чего ты ждешь? Ты же знаешь, что терпение не относится к числу моих добродетелей!

Внутренний голос, голос той самой, свободной и раскрепощенной Вивьен, начал убеждать ее: «Ты же хочешь раздеться перед ним! Ты хочешь, чтобы он снова смотрел на твою грудь так, как смотрел вчера. И ты хочешь, чтобы его голубые глаза горели желанием. И ты больше, чем когда-либо, хочешь избавиться от всех сомнений. Джек думает, что ты горячая и сексуальная. Так стань же ею! Или сейчас, или никогда!»

Ее руки все еще дрожали, когда она начала снимать свой пиджак, очень медленно, как и велел Джек. Когда она сбросила его на пол, ее охватило странное чувство освобождения. Потянувшись к нижней пуговице своей блузки, она с удивлением заметила, что пальцы ее больше не дрожат, хотя дыхание ускорилось, но не от страха, а от возбуждения. Она смотрела на Джека, и, понятное дело, его взгляд был прикован к ее груди. Ее беспокоило то, что на ней всего лишь хлопковый бюстгальтер, а не какое-нибудь роскошное белье, подчеркивающее и открывающее формы, и она постаралась избавиться от этой непривлекательной части гардероба как можно быстрее.

При виде ее обнаженной груди глаза Джека сузились, он с шумом втянул воздух:

– Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя самая красивая грудь в мире?

– Нет, – призналась она честно. Дерил, конечно, постоянно твердил о том, какая она красивая, но никогда не выделял ее грудь как нечто особенное.

– Она просто невероятная! Я мог бы любоваться на нее весь день. Но все же мне не терпится прикоснуться к ней, – сказал он.

Соски Вивьен тут же отреагировали на слова Джека самым однозначным образом – напряженные, торчащие, они совершенно очевидно требовали его ласк. Она быстро сняла с себя оставшуюся одежду, не позволяя мыслям о слишком широких бедрах или недостаточно плоском животе поколебать ее уверенность. Джек, конечно, восхищался ее грудью, но ему, например, могла не понравиться ее фигура в форме песочных часов.

Ее первый серьезный парень – бесчувственный подонок – сказал ей, что на самом деле ему нравятся худышки. Но ему очень понравилось, что она была девственницей. Естественно, их отношения на том и прекратились, а Вивьен потребовалось еще очень много времени, прежде чем она рискнула второй раз доверить кому-либо свое сердце и тело.

К счастью, сейчас ей не нужно беспокоиться о своем сердце, ведь она не влюблена.

– Ты просто невероятно красивая женщина, – глухо пробормотал Джек, его горячий взгляд выражал восхищение. – А теперь иди сюда, Вивьен.

Она никогда в жизни не чувствовала себя такой сексуальной.

– Иду, босс! – сказала она низким, соблазнительным голосом, подойдя к краю кровати.

Джек медленно оглядел ее с головы до пят.

– М-м-м, мне нравится, когда ты меня так называешь.

По какой-то непонятной причине ей самой это нравилось. Странно, ведь ее всегда раздражали его властные манеры.

– Хорошо, Вивьен, – продолжил Джек. – Возьми презерватив и надень его на меня. Мне кажется, после твоего стриптиза я с этим не справлюсь.

Вивьен тоже не была уверена, что справится, она еще никогда ни на кого не одевала презервативы. Но ему это знать не обязательно. Любая опытная женщина должна уметь это делать с закрытыми глазами.

– А ты уверен, что он тебе подойдет? – с шутливым беспокойством сказала она, взяв пакетик и открыв его так, как это делал Дерил, и уставившись на маленький кусочек резины.

Джек вздохнул:

– Дай его сюда.

– Конечно, босс! – Она с облегчением вздохнула.

– Правильно говоришь, – ответил он, подражая ее шутливому тону.

Она проследила за тем, как легко Джек надел презерватив. Глядя на его мужское достоинство, она напряженно сглотнула, пытаясь представить, что будет чувствовать, когда оно окажется внутри нее.

– Надеюсь, тебе нравится быть сверху, – сказал Джек, закончив. – Обычно я не люблю уступать контроль кому-либо, но сейчас хочу именно этого.

Вивьен прикусила нижнюю губу. Если она признается, что ей не нравится такая позиция, он не поверит. Она нервно сглотнула, твердо сказав себе, что она должна сделать это. Это же не из области ракетной инженерии. И она как-никак делала это раньше. Пару раз.

«Просто заберись на кровать. Одну ногу перенеси через него. Не думай о том, что он может увидеть. Просто опустись на колени над ним. Да-да, вот так. А теперь возьми его в правую руку. Боже! Он и правда огромный! А вдруг он просто не поместится в меня?»

Но он проскользнул внутрь ее с шокирующей легкостью. Вивьен боялась дышать, медленно опускаясь, пока не села верхом на него, чувствуя, как его член заполнил ее так, как она и подумать не могла. Она закрыла глаза, чтобы насладиться этими восхитительными ощущениями, начав дышать лишь тогда, когда начала покачиваться вперед и назад. Услышав его глухое рычание, она вздрогнула и распахнула глаза. Он лежал перед ней, с трудом дыша, стиснув кулаки так, что костяшки его пальцев побелели.

– Перестань так делать, ради бога! – глухо взмолился он.

Вивьен понравилось, что он почти терял контроль над собой.

– А если мне хочется? – промурлыкала она и продолжила подниматься и опускаться над ним в медленном чувственном ритме.

Он тихо выругался, потом схватил ее за плечи и, резко перекатившись, прижал ее своим телом к кровати. Она не могла двигаться, распластавшись под ним.

– Так и знал. Ты не сможешь слишком долго подчиняться тому, что тебе говорят, – проворчал он. – Ты слишком сильная личность.

– Ты всегда так много говоришь во время секса? – спросила Вивьен.

– Только когда стараюсь растянуть удовольствие. Не хотелось бы, чтобы все закончилось слишком скоро. Тем более в случае, когда мне может быть предоставлен всего один шанс.

– О, не думаю, что смогу ограничиться всего одним разом, Джек, – сказала Вивьен, глядя на него мерцающими глазами, – не могу представить, чтобы мне не захотелось повторить это еще несколько раз с мужчиной, обладающим столь выдающимися… достоинствами.

Неужели она это сказала?

– Приятно слышать, Вивьен. Но на всякий случай предупреждаю – мы будем делать это так, как мне нравится.

Вивьен вскрикнула, когда он вдруг вышел из нее, резко развернул, обняв мощной рукой за талию, и опустил ее на четвереньки. «Вот это да!» – подумала она изумленно. Она чувствовала его прямо позади себя, но не могла видеть. Перед ее широко раскрытыми глазами была только покрытая обоями стена над кроватью. Она не могла сопротивляться ему, тем более после того, как он вошел в нее опять, и тем более когда он положил руки ей на грудь и начал двигаться внутри ее. Она интуитивно подхватила его нарастающий темп, ее тело страстно желало освободиться от все возрастающего мучительного напряжения. Когда Джек начал массировать ее и так уже горящие соски, Вивьен думала, что не сможет больше выдержать такого шквала чувств. Но тут он убрал руки и опустил ее голову и плечи на кровать, от чего она оказалась в таком положении, когда ее ягодицы и бедра бесстыдно возвышались перед ним. Ее лицо вспыхнуло от опьяняющего сочетания смущения и возбуждения. Почувствовав, что он остановился, она запротестовала, ее ягодицы судорожно сжались, когда он начал медленно их ласкать своими большими руками.

– Тебе это нравится? – спросил Джек хрипло, лаская ее чувствительную плоть.

Вивьен пыталась вызвать в себе возмущение, шок, но вместо этого испытывала только изысканное, всепоглощающее удовольствие.

– Да, – сдавленно проговорила она.

– Тогда в другой раз вернемся к этому, – прорычал Джек и опять взял ее за бедра.

В этот раз он двигался быстрее и проникал глубже. Вивьен старалась молчать, как она это обычно делала во время секса. Сначала она глушила свои стоны в подушке, но в конце концов уже не могла сдержать все те звуки удовольствия, которые срывались с ее губ. Стоны перешли в крики, пальцы вцепились в покрывало. Она кончила стремительно, ее освобождение было похоже на то, как воздух вырывается из воздушного шара. Еще мгновение назад она билась в эротической агонии, и вот уже ее напряжение сменилось волнами удовольствия, которые одна за другой сотрясали ее тело. Вивьен закусила губы, чтобы не расплакаться. Джек же не особенно церемонился, издавая громкие стоны от получаемого наслаждения, крепко прижимая ее к себе и извергаясь внутри ее, отчего его мощное тело сотрясала крупная дрожь. К тому времени, когда он кончил, невероятный оргазм, который испытала Вивьен, только-только затих. Руки и ноги казались ей ватными, и она бы упала на кровать, если бы Джек ее не держал.

Осторожно и удивительно нежно он вышел из нее и уложил ее на кровать. Вивьен закрыла глаза и удовлетворенно выдохнула. Все, что она сейчас чувствовала, это полное сексуальное удовлетворение.

– Никуда не уходи, – прошептал он и поцеловал ее спину.

Вивьен бы улыбнулась или засмеялась, если бы у нее осталась на это хотя бы капля сил. Через мгновение она уже крепко уснула.

Глава 11

Джек не понял, что Вивьен спит, пока не вернулся из ванной. Она не ответила ему, когда он сказал, что собирается съездить в магазин неподалеку отсюда, чтобы купить там что-нибудь, и поинтересовался, не хочет ли она чего-нибудь конкретно.

«Бедняжка», – подумал он, посмотрев на ее роскошную фигуру. Она была явно вымотана, не столько из-за секса, сколько из-за всего того, что ей пришлось пережить в последнее время. Лучше дать ей поспать хотя бы немного.

Джек тихо оделся и вышел из комнаты. На кухне он нашел в одном из ящиков лист бумаги и ручку. Написав записку, он вернулся и положил ее на видное место. Стараясь не смотреть в сторону Вивьен, чтобы желание вновь не овладело им, он решительно вышел, подумав, что после обеда у них будет достаточно времени, чтобы все повторить.

Джек не собирался останавливаться на паре-тройке повторов. И не собирался позволить Вивьен сказать «нет» тому, чтобы стать его постоянной любовницей. Было очевидно – ей самой это нужно сейчас. Помимо работы, ей нужен мужчина, с которым бы она могла заниматься любовью, который бы показал ей, что жизнь не закончена только из-за того, что ее бросил какой-то охотник за деньгами.

Джек был уверен – он и есть тот самый мужчина.

Он даже готов был предложить ей дружбу, если она захочет. Тут он нахмурился, вспомнив, как Вивьен сказала о том, что он ей не очень нравился. Ему стало интересно почему. В любом случае это было до того, как она узнала его лучше. За последние два дня они разговаривали друг с другом гораздо больше, чем за все годы, что работали вместе. И он рассказал ей гораздо больше, чем когда-либо рассказывал женщинам. Подумать только, он даже рассказал о любовнике своей матери! Джеку понравилось, что Вивьен ничего не осуждала, особенно его решение не жениться и не заводить детей, говоря, что он имеет право выбирать, как прожить свою жизнь.

Она была похожа на него в каком-то смысле. Такая же практичная и прагматичная. Ну, во всем, что не касалось того придурка Дерила. Конечно, старина Дерил был неглуп, он точно знал, что надо сказать, чтобы поймать Вивьен на крючок. Без сомнения, он считал ее хорошим вариантом до тех пор, пока не нашел что-то получше. Или то, что он по ошибке счел лучшим. Глупец понятия не имел, во что он ввязывается, собираясь жениться на Кортни Эллисон. Хотя они очень подходят друг другу, оба абсолютно беспринципные и жадные.

Джек уже собирался выйти из комнаты, когда услышал какой-то звук с кровати. Он подумал, что Вивьен проснулась, но это было не так. Она просто перевернулась на другой бок и свернулась в клубочек, выставив свои ягодицы нежного персикового цвета самым провокационным образом. Джек подавил стон, потом аккуратно накрыл ее покрывалом. К сожалению, оно закрыло ее только до талии, оставив верхнюю часть на виду. Не в силах отвести взгляда, он мысленно вернулся в тот момент, когда поставил ее на четвереньки, когда ее полная грудь лежала в его ладонях. Он вспомнил ее стоны, когда он сжимал ее соски, как она двигалась, стоя на коленях, скользя ягодицами по его бедрам, как она закричала, когда наконец кончила, и те непередаваемые ощущения, когда он был внутри ее.

«Лучше пока не думать об этом», – пробормотал он себе под нос и заторопился вниз, закрыв входную дверь за собой.

Вивьен проснулась от тишины. Она поняла, что в какой-то момент Джек укрыл ее покрывалом. Усевшись, она огляделась в пустой комнате, пытаясь понять, куда он ушел. Никаких звуков, кроме отдаленного пения птиц, слышно не было. По ее спине пробежала дрожь. И только потом в глаза ей бросилась записка. Вскочив, она кинулась к ней и с облегчением прочитала. Нет, она не думала, что Джек бросит ее тут одну. С чего бы ему так поступать, если она могла решить сразу две его проблемы? Она ему и дизайнер по интерьерам, да еще и сексуальный партнер. После того как она вела себя с ним в постели, он, естественно, решит, что она готова на все.

Хотя, призналась себе Вивьен с долей смущения, она действительно поглощена желанием и страстью к этому мужчине. Она наслаждалась всем, что они делали, наслаждалась новой собой. А что касается того сумасшедшего оргазма… Нужно быть ненормальной, чтобы не хотеть это повторить. Почему она не испытывала ничего даже отдаленно похожего с Дерилом? Все же она была влюблена в него. Но ее ни разу не охватывали в постели те чувства, которые она сегодня испытала с Джеком. И она ни разу не кончала, когда Дерил был в ней. Вряд ли это зависело от размера. В конце концов, Джек ведь заставлял ее трепетать еще до того, как снял одежду. А как он сводил ее с ума вчера в ресторане! Все это совершенно непонятно.

Звук подъезжающей машины вверг Вивьен в состояние паники. Несмотря на то, как распутно и раскованно она вела себя с Джеком во время секса, она не хотела, чтобы он застал ее раздетой.

Схватив свою одежду, она кинулась к двери, которая, по ее расчетам, должна была вести в ванную. И да, это действительно была ванная… в каком-то смысле.

– Бог ты мой! – воскликнула она, смеясь.

Она конечно же знала в теории, что черно-розовые ванные комнаты были популярны какое-то время в прошлом веке, но сама она ни разу не видела такого. Это было просто омерзительно! Тряся головой в изумлении, она закрыла за собой дверь. Освежившись, она быстро оделась и пыталась расчесать пальцами волосы, когда услышала стук в дверь.

– Вивьен, ты там? – позвал ее Джек.

– М-м-м… да, я одеваюсь, – ответила она, внезапно почувствовав себя неловко. Похоже, что прежняя Вивьен пыталась вернуться.

– Я купил нам поесть, – сказал Джек, открыв дверь и решительно входя внутрь.

– Ты не знаешь, что нужно стучать? – резко бросила она.

Он удивился:

– Насколько я помню, я постучал.

– Это да, но все же стоило подождать, пока я предложу тебе войти.

– Кажется, твое настроение испортилось. Осмелюсь предположить, ты разозлилась на то, что я не остался и не дал возможности тебе повторить то, чего ты хотела. Прости, красотка, но кроме презервативов такому большому мужчине, как я, необходимо время от времени еще и подкрепляться.

Вивьен пожалела, что он упомянул свои размеры. И ее нахальное утверждение о том, что нужно будет повторить. Та распутница, которая это заявила, похоже, уже испарилась, к огромному сожалению. Она нравилась себе такой. Оставалось лишь надеяться, что как только Джек опять займется с ней любовью – а это обязательно случится рано или поздно, – она опять превратится в ту восхитительную новую Вивьен.

– Ну, что ты думаешь об этой ванной комнате? – продолжил Джек.

– Что? А, да. Она просто ужасна.

Джек засмеялся:

– Ты еще не видела другие! Самая худшая – коричневая, с джакузи грязно-оливкого цвета в углу.

– Святые угодники!

– Кухня немного получше, но только если тебе нравится сосна. Кстати, о кухне, я оставил там еду. Боюсь, это просто гамбургеры, жареная картошка и кола. Но я посчитал, что их любят все.

Не дожидаясь ответа, Джек взял ее за руку и повел из ванной комнаты через спальню и вниз по коридору в большую кухню в деревенском стиле, где, о да, сосна царила везде. Сосновые шкафы, сосновые скамьи, три сосновых табурета, стоящих в ряд вдоль сосновой барной стойки. Хотя какое это имело значение? Вивьен была уверена, что Джек попросит полностью изменить интерьер и здесь тоже.

– Присаживайся, – предложил Джек, отодвинув для нее стул. Сам он обошел стол и сел на противоположной стороне. Увидев озадаченное выражение лица Вивьен, он улыбнулся и пояснил: – Приходится держать дистанцию, пока я не поем. Я не могу думать о сексе и есть одновременно, а каждый раз, когда я оказываюсь рядом с тобой, красавица, я могу думать только о сексе.

Вивьен чувствовала себя польщенной, однако не удержалась от колкости:

– Верится с трудом.

Его улыбка стала еще шире.

– Ешь и перестань притворяться, что ты не хочешь вернуться в постель как можно быстрее.

Вивьен открыла было рот, чтобы возразить, но промолчала. Джек прав, нет смысла отпираться. Они молча поглощали свои гамбургеры, показавшиеся Вивьен самыми вкусными из всех, которые она когда-либо пробовала. Картошка тоже была хороша: золотистая, хрустящая, в меру соленая. Ну а кола… Вивьен вздохнула от удовольствия, запивая еду своим любимым напитком.

– Ты хоть представляешь, сколько сахара в этой баночке? – спросила она, выпив весь напиток до капли.

– Ну, маловато, чтобы отправить ракету на Луну, – ответил Джек, – но в самый раз, чтобы зажечь тебя, – добавил он с похотливой улыбкой, а в глазах его читалось неприкрытое желание.

Вивьен изо всех сил старалась вести себя сдержанно, несмотря на участившийся пульс. Она, конечно, не собиралась изображать из себя недотрогу, это уже было поздновато. Но все же ей не хотелось казаться слишком легко доступной.

– Я думала, для начала ты мне покажешь дом, – сказала она, вытирая губы салфеткой.

– Значит, ты ошибалась, – ответил Джек.

Вивьен сердито уставилась на него. Вот почему она никогда не любила работать на него. Он слишком властный. Все должны делать только так, как хотелось ему. Она мирилась с этим, пока работала в «Классическом дизайне». Но теперь этого не будет.

– А я вообще имею право голоса? – спросила она сердито.

На секунду он оторопел. Но потом засмеялся:

– Конечно. Я не собираюсь тебя заставлять делать то, чего ты не хочешь. Я тебя слишком уважаю. Так что бы ты предпочла, Вивьен? Потратить час или больше на скучнейший осмотр дома или фантастически провести время в постели?

Она вздохнула:

– Ты просто дьявольски хитрый и коварный, знаешь это?

Джек ухмыльнулся:

– Сочту за комплимент.

– Ну и зря!

– Значит ли это, что ты предпочитаешь тур по дому?

Она замотала головой:

– Ты прекрасно знаешь, что нет. Но это не значит, что я всегда буду делать все, что ты захочешь. Твоя проблема, Джек Стоун, заключается в том, что ты слишком привык к тому, что все пляшут под твою дудку.

– Должен признаться, мне нравится быть боссом. Особенно в постели.

– Я уже это поняла.

– А я понял, что тебе это понравилось.

Вивьен демонстративно закатила глаза. Он и вправду ужасно самонадеянный. И чрезвычайно уверен в себе, когда дело касается секса. Интересно, это из-за его впечатляющих физических данных, или богатства, или опыта? Как бы там ни было, она не собиралась позволять ему командовать в одиночку.

– Как современная женщина, живущая в двадцать первом веке, – холодно сказала она, – я считаю, что любые сексуальные отношения должны быть построены на равных правах.

– Это справедливо, – кивнул Джек.

– Тогда у нас будут некоторые правила, – твердо продолжила Вивьен.

Джек изогнул бровь:

– Какие правила?

Она, честно говоря, понятия не имела. Нужно быстро что-нибудь придумать.

– Во-первых, ты всегда будешь использовать презерватив. – Она, конечно, не собиралась признаваться ему, что пьет таблетки.

– Ну, с этим я не собираюсь спорить, – ответил Джек. – Именно поэтому я поехал и купил сразу дюжину.

– Дюжину?! – воскликнула она, ошарашенная мыслью, что им может столько понадобится в течение одного только дня.

Джек пожал плечами:

– Уж лучше пусть останутся, чем не хватит. А остальные мы можем использовать завтра.

Вивьен захлопала глазами:

– Что значит – завтра? Тебе же нужно завтра на работу? Я же тебя знаю, Джек. Ты – трудоголик.

– Да, но всегда есть время после работы. Я подумал, было бы хорошо пригласить тебя куда-нибудь поужинать, а потом бы мы вернулись ко мне и продолжили, – добавил он нарочито сладострастно.

– Ты просто неисправим! – проворчала Вивьен, несмотря на то что в глубине души уже не могла дождаться завтрашнего вечера. – Итак, правило номер два: ты всегда спрашиваешь меня, Джек, а не просто ставишь перед фактом.

– О! Хорошо. Скажи, ты бы хотела поужинать со мной завтра вечером?

– Может быть. Я тебе дам ответ позже.

– Нет, так не пойдет, Вивьен. У меня тоже есть некоторые правила, и самое главное, это если и когда я у тебя что-нибудь спрашиваю, то получаю конкретный ответ. Я человек прямой, и меня не интересуют словесные игры. Так да или нет?

Вивьен была впечатлена тем, что он не позволил ей манипулировать собой.

– Я говорю «да» ужину, но насчет продолжения спроси меня завтра вечером. Я не уверена, что после сегодняшнего буду так быстро к этому готова.

– Понял. Еще какие-нибудь правила?

– Мне пока ничего больше не приходит в голову. Но я оставляю за собой право что-нибудь добавить, если вспомню о чем-то важном.

– Я тоже, – сказал Джек, достав из пакета рядом с собой коробку с презервативами, о которых он говорил до этого. – Итак, теперь, когда я знаю твои правила и мы закончили есть, я еще раз спрошу тебя. Очень вежливо. Ты хочешь, чтобы я показал тебе дом, или предпочитаешь заняться сексом?

Вивьен судорожно сглотнула. Она-то знала, чего хочет, но не могла себя заставить сказать это вслух.

Джек поднялся со стула и подошел к ней.

– Конечно, есть еще и третий вариант, – сказал он, глядя ей прямо в глаза. – Мы можем совместить первое и второе.

Вивьен могла только смотреть на него широко открытыми глазами, так как язык ее как будто прилип к нёбу. Джек потянулся и обвел кончиком пальца ее полураскрытые губы. Вивьен застонала, когда он медленно и чувственно проник пальцем в глубины ее рта. Ее голова закружилась, и неожиданно она снова почувствовала себя той самой новой Вивьен, свободной и раскованной. Ее губы сомкнулись на его пальце, чувственно лаская его.

– Я так понимаю, это «да», – хрипло сказал он.

Глава 12

– Джек, что ты это делаешь? – резко спросила Вивьен, когда мужчина взял камеру и направил на нее.

Она полулежала в одном из кресел, на ней была лишь белая блузка с одной застегнутой пуговицей, что выглядело умопомрачительно сексуально.

– Фотографирую мою прекрасную новую подругу, – ответил он.

– Но я же почти раздета! – запротестовала она. – И волосы у меня растрепаны.

Джек засмеялся:

– Ты выглядишь просто сногсшибательно.

– Я серьезно, Джек. Я не хочу, чтобы ты фотографировал меня в таком виде. И я тебе не подруга. Не совсем. Мы любовники, и это все.

Джек постарался не злиться. Он должен был радоваться тому, что Вивьен хочет ограничить их отношения только сексом. Он ведь думал, что и сам этого хочет. Но, проведя целый день вместе с Вивьен, он понял, что ждет от нее больше.

– Я бы не стал приглашать тебя на ужин завтра, если бы хотел от тебя только секса. Мне нравится быть с тобой, Вивьен. Разговаривать с тобой, и не только о работе. Мне хочется проводить с тобой время и в постели, и вне ее. Я думал, это очевидно.

– Мне тоже нравится проводить время с тобой, – сказала она. – Но…

– Так в чем проблема? – Джек положил камеру. – Слишком мало времени прошло после Дерила, да?

Вивьен уставилась на него в изумлении. Если честно, она даже ни разу не вспомнила о Дериле за весь этот день. Но теперь, когда Джек напомнил ей о нем, она подумала, не связано ли ее резкое превращение в женщину-вамп с чувством мести?

Благоразумие требовало, чтобы она не принимала решений, пока не сможет мыслить более ясно. Было бы глупо согласиться сейчас стать девушкой Джека – это все равно что прыгнуть из огня да в полымя. Но, несмотря ни на что, она так отчаянно хотела именно этого! И тут ей пришла в голову идея.

– Знаешь, сейчас мне действительно сложно согласиться стать чьей-либо девушкой. – «Особенно девушкой человека, который считает себя эмоциональным банкротом», – подумала она. – На это есть много причин. Но я бы хотела тебе кое-что предложить. Я могла бы стать твоей тайной любовницей на то время, пока выполняю работу на этом проекте.

– Тайной любовницей?! – Джек был явно шокирован. – Как ты себе это представляешь? Я поселю тебя в тайной квартире, буду оплачивать твои счета, а ты взамен всегда будешь в моем распоряжении?

– Не говори глупостей. Я просто не хотела бы, чтобы о наших отношениях кто-то знал.

– Почему? Мне абсолютно все равно, будет кто-то об этом знать или нет.

– Мне не хочется, чтобы мои друзья или родственники задавали мне вопросы, на которые я пока не готова отвечать.

– Может, ты боишься, что они о тебе плохо подумают?

Он попал в точку.

– Ну да, конечно, – сказала Вивьен. Не считая того, что еще слишком мало времени прошло после разрыва с Дерилом, все вокруг знали, что она терпеть не могла Джека. Люди подумают, что она совсем сошла с ума.

– Но если бы ты стала моей девушкой, тебе не нужно было бы беспокоиться об этом.

– Но я не хочу становиться твоей девушкой, Джек! – воскликнула Вивьен в отчаянии. – Я просто хочу секса с тобой, понятно?

Было очевидно, что Джеку не слишком нравится такой вариант.

– Хорошо, – резко сказал он. – Где?

– Что значит – где?

– Где собираешься все это осуществлять? Полагаю, твоя квартира отпадает, ведь твоя хорошая подруга и по совместительству соседка Марион обязательно задаст тебе те самые вопросы, на которые ты не хочешь отвечать. Так что остается либо моя квартира, либо комната в отеле.

Джек с изумлением увидел, как покраснела Вивьен. Боже, сколько же в ней противоречий! Хотя он сам не намного лучше. Он не мог понять, почему идея Вивьен не радовала его. Ведь это именно то, чего он хотел: секс без всяких обязательств. Ему следует отодвинуть эмоции в сторону и рассмотреть предложение с практической точки зрения.

– Судя по всему, это тебе не очень нравится, – медленно произнес он. – Тогда вернемся к моему предложению насчет квартиры: я вполне могу себе позволить снять ее для тебя, и проблема места будет решена.

Несмотря на то что Вивьен так и подмывало согласиться, но ей совершенно не хотелось жить с ощущением, что Джек платит за секс с ней.

– Я уже тебе говорила, Джек, что я не из этого сорта девушек. Слушай, у меня есть другое предложение, которое, полагаю, станет самым лучшим выходом для нас обоих.

Джек задержал дыхание:

– Говори.

Глава 13

– Прекрасная новость, дорогая! – обрадовалась Марион.

Они сидели на кухне у Вивьен. Марион заглянула к ней, чтобы узнать, как все прошло с Джеком накануне. Естественно, Вивьен не стала делиться всей шокирующей правдой, сообщила только, что она приняла предложение Джека переделать интерьер «Франческо Фолли», а также о том, что планирует жить там, пока будут вестись работы. Хотя это случится не раньше, чем они подпишут контракт, то есть через пару недель.

Сначала Джеку не понравилась ее идея жить во «Франческо Фолли», но она сказала, что он может навещать ее там по выходным, чтобы в течение недели спокойно заниматься работой, ни на что не отвлекаясь. Еще Вивьен заявила, что стоит того, чтобы подождать, и пообещала два выходных дня быть полностью в его распоряжении. К тому времени, когда Джек привез ее домой поздно вечером, он уже оценил эту идею.

Ночью Вивьен спала беспробудным сном и проснулась в чудесном настроении. Ей уже не терпелось увидеться вечером с Джеком. Он обещал пригласить ее в какое-нибудь укромное место, хотя сначала пытался ее убедить в том, что их совместный ужин легко можно объяснить как деловой. В конце концов, она собиралась работать на него. «И подо мной. И на мне», – добавил он развратно.

Святые небеса. Вивьен судорожно сглотнула.

– Значит, я смогу спокойно уехать на следующей неделе, не беспокоясь за тебя, – продолжала Марион.

– Что? Ты уезжаешь? – заморгала Вивьен.

Марион замотала головой:

– Я так и думала, что ты забудешь, ведь столько всего произошло. Я ведь уезжаю в отпуск, в Европу, помнишь? Сначала в Лондон, повидаюсь с родственниками, потом в Париж, а потом собираюсь в круиз по Рейну. То есть меня не будет около шести недель. Не представляешь, как я этого жду! Я уж и не помню, когда у меня был нормальный отпуск. Но хватит об этом. Лучше расскажи мне побольше о доме, который купил Джек. Как, ты говоришь, он называется?

– «Франческо Фолли».

– Звучит очень романтично.

Вивьен рассмеялась.

– Ничего подобного! – возразила она, думая про себя, что этот дом для нее не связан с романтикой. Только с сексом и неконтролируемой страстью.

Странно. Она никогда не ассоциировала эти слова с собой. Она никогда еще не сходила с ума от желания и страсти. Только с Джеком. Когда она была в его руках, она теряла над собой контроль. Когда же наступит вечер?

– У меня есть несколько фотографий, если хочешь, могу показать, – предложила Вивьен.

Но, как оказалось, это было не самое мудрое решение. Глядя на снимки, она не могла удержаться от воспоминаний о том, что они вытворяли в этих комнатах. Особенно вот в этой спальне… и на этой старой кровати со спинкой…

– Похоже, тут предстоит большая работа, – покачала головой Марион. – Тебя не будет дома несколько недель. Может, даже месяцев.

– Возможно, – согласилась Вивьен. Ее это совершенно не волновало.

Марион внимательно посмотрела на нее.

– Честно говоря, Джек Стоун меня очень удивил, – сказала она. – Он совершенно не похож на того урода, которого ты мне описывала. Мне он очень понравился.

– Ну да, он может быть милым, когда хочет от кого-то что-то получить, – кивнула Вивьен.

– И выглядит он гораздо лучше, чем я думала, – добавила Марион.

– Сносно, – пробормотала Вивьен, потягивая свой кофе.

– Гораздо лучше, чем сносно! Это мой тип. Я всегда любила мужественных мужчин. Как мой Боб, например, – добавила Марион печально, и стало понятно, что Вивьен предстоит выслушать ее грустные воспоминания о давно умершем муже.

Обычно она ничего не имела против них, но только не сегодня. Ей не хотелось слушать о том, какой бывает настоящая любовь. Услышав звонок телефона, она восприняла это как спасение. Звонил Джек. Сердце ее забилось, однако разум не давал забыть о том, что Марион еще тут и все слышит.

– Привет! – сказала она.

– И тебе привет! – отозвался Джек. – Хорошо спала? Я – прекрасно!

Вивьен заметила, что Марион с любопытством смотрит на нее.

– Это Джек, – прошептала она ей, словно его звонок ничего не значил. – Спасибо, что быстро организовал все с дверью, – громко продолжила она в трубку.

Джек моментально догадался, в чем дело.

– А, ты не одна? Полагаю, там Марион?

– О, это было очень быстро! – сказала она, и он засмеялся. – Значит, я жду мастера с новой дверью уже завтра. Во сколько он придет?

– Ну уж точно не в семь утра, – ответил Джек. – Ты вряд ли будешь в состоянии проснуться в такую рань после всего, что я собираюсь с тобой делать сегодня вечером.

Жар моментально затопил все ее тело в ответ на его чрезвычайно провокационные слова.

– Днем будет нормально, – сказала она, удивляясь тому, как спокойно и сдержанно звучал ее голос. Кто бы мог подумать, что она такая хорошая актриса? – Спасибо, Джек. И спасибо за то, что предложил мне такую прекрасную работу. Мне не терпится приступить.

Он снова рассмеялся:

– Но не так, как мне, мисс Сдержанность. Ну ладно, пора мне идти, работа зовет. Я заеду за тобой в семь. Только не надевай ничего сексуального, если хочешь, чтобы это сошло за деловой ужин.

Вивьен открыла было рот, чтобы ответить ему, но он уже отключился. Это было даже к лучшему, учитывая, что Марион ловила каждое слово.

– Прекрасно, – сказала она в молчащий телефон. – Еще раз спасибо. До свидания.

– Мне кажется, ты ему нравишься, – не утерпела Марион.

Вивьен положила телефон на стол:

– Почему ты так решила?

– Женское чутье. Ну и потом, он ведь мог нанять любого дизайнера, но специально приехал за тобой.

Несмотря на то что слова Марион польстили Вивьен, она не собиралась давать ей повод думать, что между ними могло быть что-то помимо работы. Тем более что все произошедшее стало полнейшей неожиданностью как для нее, так и для него.

– Просто он знает, что я сделаю все хорошо.

– Ты меня не убедила, – настаивала Марион. – И знаешь что? Тебе он тоже нравится.

Вивьен улыбнулась ей:

– Как может не понравиться мужчина, который сначала принес мне цветы, а потом дал такую прекрасную работу. – Не говоря уж о бесчисленных оргазмах. – Но ты права, мне он и правда нравится намного больше, чем раньше.

– Хм-м-м… Он же не женат?

– Да. И не планирует ничего менять.

– А у него есть девушка?

Что сказать на это?

– Да, есть, – сказала она наконец.

– Какая жалость! Какая она? Ты знаешь ее?

– Не особенно. Я видела ее всего раз. – Вчера, когда она неожиданно превратилась в Вивьен-вамп.

– Она блондинка?

– Нет, рыжая.

– О! Как и ты! Красивая? Сексуальная?

– Осмелюсь предположить, что Джек ее считает такой.

– А ты – нет?

– Я думаю, она нормальная. Работает. Тоже дизайнер. Джек познакомился с ней на работе.

Боже, словесная игра, которую она сама же и затеяла, становилась все запутаннее. Вивьен уже жалела, что начала ее.

Марион хмыкнула:

– Думаю, она надеется, что в конце концов он полюбит ее и женится.

Вивьен чуть не рассмеялась от того, насколько это все было далеко от правды.

– Думаю, да, – сказала она. – Большинство женщин хотят любви и свадьбы. – «Только не я. По крайней мере, не сейчас. Я хочу только как можно больше великолепного секса. С Джеком».

Марион нахмурилась:

– Если она дизайнер, то почему Джек не попросил ее переделать «Франческо Фолли»?

Вивьен нужно было срочно придумать какой-нибудь ответ.

– Думаю, он не хотел давать ей повод считать, что это их будущий совместный дом. Джек мне вчера сказал, что он купил его совершенно случайно, поддавшись импульсу, когда искал землю для дома престарелых.

– Понятно. Значит, Джек и вправду не собирается на ней жениться. Бедняжка. Он может разбить ей сердце, если она не будет осторожна.

«Ну уж нет, – подумала Вивьен. – Все, что меня связывает с Джеком, не имеет никакого отношения к сердцу. Это не влюбленность, а просто интрижка».

– Она из тех девушек, что умеют позаботиться о себе, – сказала Вивьен твердо, вставая. Это правда. Она всегда заботилась о себе сама, но не потому, что так хотела, а потому, что ей приходилось. Отсюда ее независимость и самодостаточность. И эмоциональная закрытость.

Но потом появился Дерил. Он смог пробраться сквозь ту оболочку, в которую она заковала свое сердце. С ним она становилась слабой. И слепой.

Джек был прав, это к лучшему, что она не успела выйти замуж за Дерила. Он стал бы ужасным мужем, а она – жалкой женой. Его предательство до сих пор причиняло ей боль.

– Ты сейчас думаешь о Дериле, не так ли? – догадалась Марион.

Вивьен повернулась и посмотрела на подругу.

– О ком? – спросила она с показной небрежностью.

Марион рассмеялась:

– Правильно мыслишь, дорогая!

Глава 14

Джек выскочил из своего «порше» в двадцать минут восьмого, раздраженный тем, что опоздал. Он ненавидел опаздывать, но невозможно контролировать пробки. Джек надеялся, что Вивьен не сильно на него разозлится.

Открывая ему дверь, она улыбалась, и это вселяло надежду.

– Ты опоздал, – укорила она его. Но очень нежно.

– На мосту была авария, – объяснил он. – Прости меня.

– Да ладно, не извиняйся, я понимаю. Я сейчас только возьму свою сумочку и запру дверь.

Теперь уже Джеку не понравилось, что она так легко отнеслась к его опозданию. Если бы Вивьен ждала сегодняшнего вечера с таким же нетерпением, как он, то расстроилась бы гораздо больше. Но ведь для нее он только партнер по постели, с которым она может развлекаться. Она не считала себя его девушкой. Было бы глупо ждать от нее чего-то большего сейчас. Надо пользоваться тем, что есть, а потом расстаться. Сжав зубы, Джек решил для себя: все, для него она тоже только партнер по сексу. Это значило, что их ужин не затянется надолго. Он хотел заполучить ее в свою постель как можно быстрее.

Джек позволил себе оглядеть ее с головы до ног, ничуть не скрывая похотливого взгляда. Вивьен не подчинилась его просьбе не одеваться сексуально, что слегка его озадачило. Если она не хотела, чтобы кто-то догадался об истинной природе их отношений, ей следовало одеться менее вызывающе. На ней было пурпурное платье, облегающее ее фигуру в форме песочных часов. Волосы она убрала наверх, но прическа при этом выглядела мягкой и сексуальной, с несколькими прядями вокруг ее милого лица. На лице Вивьен было немного больше макияжа, чем обычно, отчего ее зеленые глаза казались просто огромными. Ну а ее губы… покрытые блеском, они вызывали совершенно непристойные мысли и желания. Дополняли образ длинные хрустальные серьги.

– Я же просил тебя не надевать ничего сексуального, – упрекнул он ее, как только она подошла достаточно близко.

Вивьен пожала плечами:

– Я подумала, что нормальная любовница не должна выходить куда-либо со своим любовником в затрапезном виде.

– Это точно, – сказал Джек и, не спрашивая ее разрешения, схватил ее в объятия и страстно поцеловал.

Вивьен сопротивлялась секунду или две, да и то только от неожиданности. В конце концов, именно этого она и хотела – оказаться снова в его объятиях. Почувствовать жар его тела. Она уже не хотела никакого ужина. Если бы он тут же затолкал ее обратно в ее же спальню, она бы совершенно не возражала.

Она случайно выронила ключи. Джек наклонился, чтобы поднять их. Вивьен сжала руки, пытаясь вернуть контроль над собой. Ее лицо горело, она не могла говорить. Выпрямившись, Джек внимательнее взглянул на нее.

– Я сам закрою, – сказал он.

Она молча смотрела на него, не в первый раз пытаясь понять, почему Джек так легко вызывает в ней такое сильное желание. Один поцелуй – и она принадлежит ему и готова сделать все, что он захочет.

Особенно ей нравилось, когда он был с ней властным. Требовательным. Когда он брал, не спрашивая ее разрешения. Как странно. Она всегда ненавидела доминирующих, самонадеянных мужчин. Но она не могла ненавидеть Джека. Если честно, он ей нравился даже гораздо больше, чем она призналась Марион. И он казался ей гораздо более красивым, чем раньше. Сегодня он выглядел особенно привлекательно в темно-сером костюме, белой рубашке и голубом галстуке под цвет глаз. И непривычно элегантным.

В этот момент Джек повернулся и увидел, что она разглядывает его. Но ничего не сказал, просто передал ей ключи, взял за руку и повел на улицу.

На улице было прохладнее, чем ожидала Вивьен. Она резко остановилась.

– Думаю, мне надо вернуться за пиджаком, – сказала она Джеку.

– Не хочу ничего лишнего на тебе сегодня, красотка, – ответил он решительно.

Вивьен поморщилась:

– Можно не называть меня так? Мне это совсем не нравится.

– А как мне тогда тебя называть? Любимая? Сладкая? Вряд ли тебе понравится «дорогая».

Она сжала сумочку:

– Почему ты вдруг начал вести себя так отвратительно?

Он посмотрел на нее несколько мгновений, потом вздохнул:

– Да, ты права, я веду себя как ничтожество. Можешь винить в этом мужское эго. Я все еще обижен из-за того, что ты не хочешь стать моей девушкой.

Вивьен была готова сдаться немедленно и согласиться стать его девушкой. Ей была невыносима мысль о том, что он сердится на нее. Но она знала, что потом пожалеет.

– Но вчера, когда ты подвез меня домой, ты выглядел довольным, – аккуратно напомнила она ему. – Кроме того, мне казалось, что такие отношения – это как раз то, чего ты хотел.

– Я тоже так думал.

– Так в чем же проблема?

Он пожал плечами:

– Да в принципе и проблемы-то нет. Но ты, возможно, согласишься на компромисс и будешь хотя бы иногда выходить со мной куда-нибудь.

– Но ведь именно это я сегодня и делаю, разве нет?

Джек засмеялся:

– Мы оба с тобой прекрасно понимаем, что сегодняшний ужин – всего лишь прелюдия, а никак не свидание. Черт, одного взгляда на тебя в этом платье хватило, чтобы решить сократить ужин до одного блюда. А моим десертом станешь ты, красавица. Так что хватит болтать, поехали быстрее. Чем быстрее мы туда доберемся и поедим, тем быстрее вернемся.

Вскоре после того, как они уселись за стол в маленьком итальянском ресторанчике, где Джек заказала столик, ему пришло сообщение. Извинившись, Джек прочитал сообщение и нахмурился.

– Что-нибудь не так? – спросила Вивьен.

Положив телефон назад в карман, Джек ответил:

– Ничего такого. Приглашение отметить помолвку на следующей неделе.

– И кто женится? Кто-то из родственников или друзей?

– Ни то ни другое. Дочка одного делового партнера. Очень богатого делового партнера.

– Ну тогда было бы глупо не пойти туда.

– Не уверен. Возможно, было бы глупо пойти туда, потому что я могу просто-напросто избить жениха.

Вивьен была шокирована:

– Но с чего тебе это делать?

– Потому что его зовут Дерил.

Официант, который принес заказанную Джеком бутылку вина, не дал Вивьен сказать то, о чем она, вероятно, пожалела бы позже. Кроме того, его приход дал ей возможность собраться и обдумать новость. Было очевидно, что Фрэнк Эллисон пригласит Джека на помолвку Кортни. В конце концов, Джек построил особняк для Фрэнка. Тот самый, который она оформляла в прошлом году. Тут ей пришла в голову идея.

– А твое приглашение наверняка на двоих?

У Джека возникло нехорошее предчувствие.

– Да, – сказал он осторожно.

– Отлично! В таком случае я бы хотела пойти с тобой.

Он так и знал! Джек вздохнул с отчаянием:

– Послушай, я правда думаю, что это не самая лучшая идея, Вивьен.

В ее глазах запылало мятежное пламя.

– Это почему же?

– Потому что ты не знаешь, во что ты ввязываешься, – ответил он резко.

– Прекрасно знаю! И понимаю, что имею дело с подонком, которому все сходило с рук… до настоящего момента, – с жаром продолжила Вивьен. – Он лгал мне. Утверждал, что не изменял, что поступал благородно, расставаясь со мной до того, как начал спать со своей новой любовью. Подумать только, какая я была доверчивая! Когда я увидела те фотографии в газетах, мне следовало пойти к нему и высказать все, что я о нем думаю. А тут такая отличная возможность! Мне кажется, Кортни Эллисон даже и не знала о том, что Дерил был со мной помолвлен. Он наверняка врал и ей тоже. Я хочу, чтобы она знала, за кого собирается замуж.

– А я ни секунды не сомневаюсь, что Кортни прекрасно о тебе знала, – заявил Джек прямо. – Можешь мне поверить, тот факт, что Дерил был помолвлен с тобой, только добавил ему привлекательности в ее глазах. Соблазнение – это ее любимая игра. Она пыталась соблазнить меня, когда я занимался строительством дома для ее отца, и однажды даже заманила меня в одну из десяти спален, где поджидала меня полностью обнаженная.

Глаза Вивьен стали размером с блюдце. Ее реакция на эту историю показала ему, что она бы так ни за что не поступила. Эта интрижка с ним… она явно не в ее характере. Она из тех девушек, что мечтают о свадьбе и детях, но никак не о роли тайной любовницы.

– Бог ты мой! – воскликнула она. – И ты… ты поддался?

– Нет. Я бы к ней на расстоянии пушечного выстрела не подошел, – возмутился Джек.

Неужели в ее глазах отразилось облегчение? Он очень на это надеялся, потому что это значило бы, что он ей действительно нравится. Так же, как она нравится ему.

– Зачем тебе эти люди? – продолжал он. – Они жадные, бездушные. Ты слишком хороша для них. Как я уже говорил, тебе повезло, что Дерил исчез из твоей жизни.

– Я верю всему тому, что ты сейчас сказал. Но мне очень хочется показать Дерилу, что я пережила его предательство. Если я приду туда с тобой, это будет прекрасная месть.

Джеку показалось, что он не может дышать. Он откинулся на спинку стула и некоторое время изучал ее.

– Это то, чем я являюсь для тебя, Вивьен? – спокойно спросил он. – Просто способом отомстить?

– Что? Нет, нет, конечно же нет! Как ты вообще можешь такое говорить после всего, что у нас с тобой было? Все это не имело отношения к мести. Это было… это… ну, это было просто сумасшедшее желание, – наконец закончила она, покраснев и запинаясь от смущения.

– Просто желание, – повторил он. Это все же лучше, чем месть.

– Джек, поверь мне, я уже забыла о Дериле, а наши сексуальные отношения не имеют к нему никакого отношения.

– Не могу сказать, что ты меня убедила, но я возьму тебя на эту вечеринку, если ты этого действительно хочешь.

– Я действительно этого хочу, – сказала Вивьен.

– В этом случае у меня есть одно условие.

– Какое?

– Как только ты скажешь все, что ты хотела, мы сразу уйдем. У меня нет никакого желания тратить свое свободное время на этих людей. Я с гораздо большим удовольствием проведу его в другом месте. С моей прекрасной любовницей, – добавил Джек и улыбнулся ей.

Глава 15

Сексуальная улыбка Джека творила с Вивьен что-то невообразимое. Она не переставала удивляться тому, как быстро он ее заводит. Всего мгновение назад она думала о том, что скажет, что будет делать на помолвке Дерила. И вот пожалуйста, она уже сгорает от желания.

– Мне надо посетить дамскую комнату, – пробормотала она.

– Только не задерживайся там, а то тебе ничего не останется! – предупредил ее Джек, потянувшись за очередным кусочком чесночного хлеба.

Вивьен вернулась очень быстро. Но этого времени ей хватило, чтобы изменить свое решение насчет вечеринки. Она сама удивилась тому, что чувства Джека ее волновали гораздо больше, чем ее собственная потребность выяснить отношения с Дерилом. Ей очень не хотелось, чтобы Джек думал, что она использует его для мести.

– Думаю, ты порадуешься, – сказала она, садясь за стол, – узнав, что я решила не идти на эту вечеринку.

– Ого! И почему же?

– Ты явно не хочешь брать меня туда. А я не хочу портить наши отношения.

Он изогнул бровь.

– Послушай, Дерил для меня мертв, его больше не существует, – твердо продолжила она.

Джек ни на секунду ей не поверил. Дорогой Дерил далеко не мертв для Вивьен. Он все еще занимал очень много места в ее голове, влияя на все, что она делала. Именно то, что он ее так жестоко бросил, заставило ее оказаться в постели Джека.

– Ценю твое беспокойство обо мне, Вивьен, – сказал он. – И мне очень нравится, что ты не хочешь рисковать нашими отношениями. Но у меня тоже было время все обдумать, и я решил, что это хорошая идея – пойти туда с тобой. Иначе ты так никогда и не закроешь для себя эту главу. Тебе нужно высказать своему бывшему все, что ты о нем думаешь. А еще доказать себе, что ты не трусиха.

Вивьен была удивлена до глубины души.

– Так, значит, ты будешь рад взять меня с собой?

– Конечно же. А вот и наш ужин.

Вивьен уже, честно говоря, забыла, что заказала. Тарелка со спагетти маринара, стоявшая перед ней, была заполнена огромным количеством морепродуктов и рыбы: мидиями, креветками, гребешками, кальмарами.

– С ума сойти! – воскликнула она, беря в руки вилку. – У меня уйдет вся ночь на то, чтобы все это съесть!

– Я искренне надеюсь, что это не так.

Желудок Вивьен сделал кульбит. Она точно знала, о чем он, и эта мысль возбуждала ее. Кажется, она превратилась в одержимую сексом. Надо срочно что-то сделать или сказать, чтобы сменить тему.

– Джек…

Он с наслаждением проглотил мидию, прежде чем взглянул на нее.

– Да? – спросил он, промакивая губы салфеткой.

Вивьен уставилась на его рот и мгновенно вспомнила, какое удовольствие он ей доставлял. Особенно его язык. Она практически чувствовала, как он касался ее, ласкал ее, проникал внутрь ее.

Жар от этих мыслей заставил ее судорожно сжать бедра. Надо взять себя в руки. Решительно положив вилку на стол, она выпрямилась:

– Я хотела спросить, есть ли какие-нибудь новости о «Франческо Фолли»? – Работа всегда выручала ее, когда эмоции грозили выйти из-под контроля. – Уже известно, когда я смогу въехать туда и начать работу?

– Мы должны все закончить к концу недели. После этого ты можешь въехать туда в любое время.

– А что с моим контрактом?

– Я составлю его на этой неделе. Ну все, хватит разговаривать. Ешь, нет ничего хуже холодной пасты.

Вивьен старалась изо всех сил. Но аппетита совсем не было. Она наблюдала, с каким удовольствием ест Джек, и даже смогла справиться с морепродуктами. Но паста так и осталась нетронутой. Еще она пила вино. Почти всю бутылку. Джек сказал, что никогда не пьет больше одного бокала, когда он за рулем. К тому времени, когда он отодвинул пустую тарелку в сторону, алкоголь уже подействовал на нее, избавив от всех чувств, кроме одной, самой ненасытной потребности.

– Не голодна? – спросил он.

Вивьен допила вино:

– Не очень.

– Хочешь еще чего-нибудь? Кофе?

– Нет, спасибо.

Джек напряженно посмотрел на нее, затем кивнул.

– Прекрасно, – сказал он и помахал рукой официанту.

Через пять минут они уже оказались на улице и вдохнули прохладный ночной воздух. Вивьен начала дрожать. Джек взял ее за локоть и повел в сторону маленькой стоянки позади ресторана. Его «порше» стоял в слабо освещенном углу, рядом с красным «мерседесом».

– Ты, наверное, замерзла, – сказал он.

Вивьен бы замерзла, если бы не сгорала от желания. Она удивилась, когда он подвел ее к машине со стороны водителя, в небольшое пространство между машиной и деревянным забором.

– Вот так, – хрипло прошептал Джек и прислонил ее к дверце машины. – Я просто не в состоянии ждать, пока мы доберемся до моей квартиры, Вивьен. Ты должна это понимать. Положи сумку и сними туфли, – велел он.

Она послушалась и, все еще дрожа, прислонилась спиной к дверце, в то время как его руки уже оказались под ее юбкой и резко сдернули с нее и чулки, и трусики.

– Подними юбку и держи ее на талии, – скомандовал Джек.

Она снова послушалась, шокированная своим слепым повиновением ему.

Вивьен услышала голоса неподалеку, но знала, что ни за что не опустит юбку. По крайней мере, до тех пор, пока он ей не прикажет этого сделать. Но Джек ничего не сказал. Он просто смотрел на нее, затем провел рукой между ее трепещущих бедер, раздвигая их, а затем погрузился в ее горячую влажную глубину. Она тихо застонала. Слава богу, голоса стихли, потому что сейчас, даже если бы весь мир смотрел на нее, она бы не остановилась.

Вивьен уже была близка к тому, чтобы кончить, когда он остановился и опустился на колени перед ней. Со всхлипом она развела ноги шире, слегка согнув колени, чтобы его рот мог беспрепятственно проникнуть к ее отчаянно требовавшему этого телу. Ощущения, которые охватили ее, когда его язык начал ласкать ее пульсирующий клитор, казались просто невыносимыми, и она не смогла сдержать крика освобождения, которое последовало почти сразу.

Следующие несколько секунд Вивьен провела словно в тумане. Если бы она не опиралась на машину, то давно рухнула бы на землю. Она не осознавала, что делает Джек, крепко закрыв глаза, сотрясаясь от бурного оргазма. Только она начала приходить в себя, как почувствовала, что Джек вошел в нее и начал двигаться. Распахнув глаза, она увидела его раскрасневшееся лицо, глаза, горевшие первобытным желанием.

Когда он ее поднял, она автоматически обхватила ногами его талию, а руки, отпустив наконец юбку, обвились вокруг его шеи. Ее платье прикрыло их словно занавес. Хотя трудно было не заметить, что именно они делают. Любой проходящий мимо сразу же понял бы, чем они тут занимаются.

Он застонал, медленно входя в нее, одновременно держа ее за ягодицы.

Но она не хотела медленно. Она хотела жестко. И быстро.

– Быстрее, Джек! – поторопила она, сжимая его внутри.

– Дьявол, Вивьен! – пробормотал он, крепко схватил ее за бедра, прежде чем резко войти в нее, от чего у нее перехватило дыхание.

Он кончил почти так же быстро, как и она, сотрясаясь внутри ее со стонами удовлетворения.

Когда он опустил ее на землю, Вивьен снова начала дрожать. Жар пережитых минут начал отпускать ее, уступая прохладе ночи.

Джек помотал головой:

– Мы просто сумасшедшие.

– Да, – согласилась она, трясясь от холода. – Совершенно сумасшедшие.

– Любой мог прийти сюда.

– Мне было все равно.

– Мне тоже. Ну ладно, давай быстрее залезай в машину, иначе совсем замерзнешь.

Сев в машину, Вивьен задумалась. Когда она была с Джеком, то становилась удивительно безрассудной. Хотя он тоже не лучше. Они точно сумасшедшие. Они сводят друг друга с ума. Он хотел ее так же сильно, как и она его.

– О чем ты задумалась? – спросил Джек, когда они остановились на светофоре.

– Да так, ни о чем.

– Ну давай же, Вивьен, я тебя слишком хорошо знаю. Ты не можешь ни о чем не думать.

Она посмотрела на сумку, которую держала на коленях. Она затолкала туда свои хлопковые трусики, но чулки пришлось выкинуть. Наконец она взглянула на него.

– Я думала о том, что завтра мне надо будет пойти и купить по-настоящему сексуальное белье, – начала она изобретать на ходу. – Только если ты пообещаешь, что не будешь его портить.

Джек улыбнулся:

– Прости, но этого я тебе не могу гарантировать. Ты будишь во мне зверя.

– Правда?

– Ты же знаешь, что правда.

– Обычно я так себя не веду.

– Что ты имеешь в виду? – тут же спросил Джек.

Вивьен пожалела о своих словах. Как она могла ему признаться, что никогда до этого не делала и десятой доли того, что делала с ним? Он ей, скорее всего, не поверит. Или начнет задавать вопросы. А у нее не было на них ответов. Вивьен не желала задумываться о том, почему она так ведет себя с ним. Она просто хотела наслаждаться моментом. Говорить и делать все, что приходит в голову. Быть дикой, необузданной… и – да, даже откровенно развратной.

Вивьен дерзко улыбнулась:

– Ну, обычно я не занимаюсь сексом на парковках.

Загорелся зеленый свет.

– Ты же останешься у меня на ночь, правда?

– Что?.. На всю ночь? – Вивьен этого не ожидала. Но вдруг оказалось, что именно этого ей и хотелось. Спать с ним обнаженной всю ночь, иметь возможность касаться его, целовать…

– Какие-то проблемы? – спросил Джек, не получив ответа. Он даже представить себе не мог, какие мысли проносятся у нее в голове. – Я мог бы отвезти тебя домой утром, по пути на работу. Ты сможешь проскользнуть в дом, как непослушный тинейджер, пока Марион спит.

– Марион никогда не просыпается раньше десяти, – сообщила Вивьен.

– Значит, решено. Ты остаешься у меня на ночь.

– Если ты этого хочешь, – согласилась Вивьен, едва сдерживая возбуждение.

Джек посмотрел на нее. О чем она на самом деле думает? Уж точно не о покупке нижнего белья.

Вивьен оставалась для него загадкой. Всегда сдержанная с виду, она была просто огонь внутри. Он напрягся, вспомнив, как она его подгоняла там, на парковке.

«Быстрее, Джек!»

Ведь впереди у него вся ночь. Он мог спокойно распоряжаться своим временем. Заставить ее дольше ждать. Дать ей возможно наслаждаться прелюдией. Было что-то необъяснимо притягательное в долгих, медленных занятиях любовью, когда главное не результат, а процесс. Он будет массировать ее спину, ласкать прекрасную грудь. Он заставит ее вздыхать от удовольствия. Ему хотелось удовлетворить ее так, как никто и никогда ее не удовлетворял.

– А о чем сейчас задумался ты? – спросила Вивьен.

Джек улыбнулся ей:

– Я думал о том, что тебе не надо покупать никакого белья, потому что с сегодняшнего дня ты вообще не будешь его носить.

Ее покрасневшие щеки изумили Джека. Как может девушка, которая только что вытворяла такое, краснеть от одной только мысли, что будет ходить без нижнего белья? Это никак не укладывалось у него в голове. Она действительно была загадкой. Женщина, состоящая из противоречий. Вероятно, причиной тому ее детство, жизнь в семье.

Но сейчас он решил не гадать на эту тему, а дать ей то, чего она хочет, прямо сейчас, потому что, честно говоря, в данный момент он сам этого хотел больше всего на свете.

Глава 16

– Удивительно, как он смог найти дверь, которая бы подходила к твоему старому косяку? – сказала Марион, рассматривая новую дверь в ванную. – Удивительно также, что мастер пришел вовремя, – добавила она.

– Джек сказал, что все его подрядчики приходят вовремя, – сказала Вивьен, очень довольная своей новой дверью.

Она была выкрашена в тот же самый цвет. Берт объяснил, что взял с собой образец краски, когда приходил в первый раз. Ему потребовалось всего полчаса, чтобы убрать старую дверь и установить новую. Марион прибежала сразу же, как только ушел Берт.

– Если так, то я точно позвоню Джеку, если мне придется что-то ремонтировать. Обычно мастера меня всегда подводят.

– Джек не будет терпеть тех работников, которые опаздывают, или если они ненадежные, или их работа не соответствует его высоким стандартам.

– Тяжело работать на такого человека, – сказала Марион.

– Он очень требовательный, – согласилась Вивьен. – Но справедливый.

– Ты все-таки проверь свой контракт. Нельзя быть слишком доверчивой, даже если Джек – честный человек. Он может захотеть, чтобы ты сделала эту работу неофициально. Ну, ты знаешь, когда наличные сразу дают на руки. Это небезопасно. Когда дело касается денег, то даже самый честный человек может соблазниться и воспользоваться ситуацией. А Джек бы не добился такого успеха, если бы не был беспощадным при необходимости.

– Не беспокойся. Я не позволю ему попользоваться собой. Но я бы тебе хотела напомнить, что насчет Дерила ты мне никогда ничего такого не говорила.

Марион вздохнула:

– Должна признаться, Дерил меня тоже провел. Он так умел очаровывать! Хотя, вспоминая его сейчас, я понимаю, он был слишком хорош, чтобы быть настоящим. Слишком много комплиментов. Ну, если ты меня понимаешь.

– Да, прекрасно понимаю, – сказала Вивьен.

Он слишком уж расхваливал ее. Не только ее внешний вид, но и многое другое, что точно не соответствовало действительности. Но она наслаждалась его комплиментами, думая, что говорит он это от любви к ней, воображая, что он ослеплен любовью, хотя на самом деле это именно она ничего не видела.

Джек, напротив, был довольно скуп на комплименты. Да, он называл ее иногда красоткой, но это обычное дело для мужчины, который хочет секса. И да, он говорил ей в постели какие-то приятные вещи насчет ее тела. Особенно про ее грудь и бедра. Но, к счастью, не так много.

На что он точно не скупился – особенно прошлой ночью, – так это на занятия любовью с ней. Она не могла это назвать по-другому. Джек показал ей, что секс с ним не обязательно должен быть извращенным, быстрым или в необычных местах или позах, чтобы быть непередаваемо приятным. Он удивил ее тем, как много времени он уделял прелюдии, лаская ее, восхищаясь и изучая каждый дюйм ее тела, прежде чем наконец войти в нее. Он медленно двигался, целуя ее и постепенно доводя до высшей точки наслаждения, после чего она чувствовала себя абсолютно счастливой и удовлетворенной.

Затем, после небольшой передышки, когда они лежали в объятиях друг друга и обсуждали свои планы в отношении «Франческо Фолли», он снова занялся с ней любовью. И снова он не спешил, оставаясь внутри ее и одновременно лаская ее грудь и восхищаясь ею.

Вивьен думала, что сегодня она будет совершенно без сил. Но вместо этого чувствовала себя по-настоящему живой и не могла дождаться вечера, чтобы снова увидеть Джека.

– Мне надо собираться на работу, – Марион прервала мысли Вивьен. – Забудь об этом трусливом подонке Дериле. Он не стоит того, чтобы о нем думать. Увидимся завтра, милая.

Слова Марион напомнили Вивьен о том, что она собралась на помолвку Дерила. Если честно, у нее уже не было никакого желания туда идти. И вообще, образ Дерила почти испарился из ее памяти. Да, то, что он сделал, до сих пор причиняло боль. И да, он не заслуживал того, чтобы уйти безнаказанным. Но хватит ли у нее духу устроить ему взбучку прямо на вечеринке в честь его помолвки? Это будет нечто вроде финальной сцены в пьесе. Вивьен надеялась, что сможет это сделать, но только если Джек будет рядом. Он не позволит ничему плохому с ней случиться. Джек – тот мужчина, на которого можно положиться.

Вивьен распахнула дверь в ванную комнату, с удовольствием замечая, что она не скрипит и не заедает, как старая. Она улыбнулась. О да, на Джека можно положиться.

– Марион советует мне убедиться в том, что я подписываю с тобой нормальный контракт, – сказала Вивьен Джеку вечером.

Они лежали в его удобной кровати, в его квартире, крепко держа друг друга в объятиях.

– Она говорит, чтобы я не позволяла тебе пользоваться мной, и еще она думает, что ты наверняка можешь быть жестоким, а иначе невозможно добиться такого успеха в бизнесе.

Брови Джека взлетели вверх.

– И ты согласна с ней?

– Ну, не совсем. Нет, я не думаю, что ты жестокий. С тобой тяжело работать, но ты справедливый. И я так ей и сказала. Скажи спасибо, что я не проболталась ей, что на самом деле ты очень мягкий.

Джек рассмеялся:

– Буквально несколько минут назад ты говорила совсем другое. Ты утверждала, что я твердый как скала.

Она игриво хлопнула по его великолепной груди:

– Ты же знаешь, что я имею в виду. Я говорю о том, как ты любишь свою семью, особенно мать. Человек, который так любит свою мать, не может быть плохим.

– Правда? Мне кажется, я как-то читал, что Гитлер очень любил свою мать.

Вивьен возмущенно уставилась на него:

– Ты это придумал!

Он изобразил шок:

– Ты думаешь, что я не читаю?

– Я этого не говорила.

– Между прочим, чтобы ты знала, я все время читаю. Вот буквально только вчера я взял с собой экземпляр «Плейбоя» на стройку и прочитал его от корки до корки. Должен сказать, в этом журнале есть очень интересные статьи.

Теперь пришла очередь Вивьен смеяться.

– Я тебе верю! Нет, а серьезно, ты любишь читать? Я, например, очень люблю.

– Не могу сказать, что это мое любимое занятие, – признался Джек.

– А я всегда читаю перед сном. Ну, читала, – добавила она, подумав, что ни слова не прочла с тех пор, как начала встречаться с Джеком. Страстные ночи не оставляли ей сил ни на что больше.

– Если так, почему в твоей квартире нет полок, забитых книгами? Или ты хранишь их под кроватью? Кстати, я еще там не был.

«И, надеюсь, не будешь», – подумала Вивьен в панике. Ей категорически не хотелось спать с ним в той же кровати, которую она делила с Дерилом.

– Я не храню прочитанные книги, – ответила она Джеку. – Я покупаю сразу пару штук в местном букинистическом магазине, а потом возвращаю их и беру еще две. Не вижу смысла хранить то, что я уже прочитала. Разве я не права?

Джек пожал плечами:

– Ну, не знаю. Можно, например, отдавать их друзьям. Разве Марион не читает?

– Читает, но не те книги, которые бывают у меня. Ей нравятся любовные романы, а мне больше криминальные.

– Понятно, – сказал Джек. – А мне нравится смотреть шоу по телевизору.

– Мне тоже! А какие тебе больше всего нравятся? – спросила она, и они еще некоторое время обсуждали свои любимые программы, из чего Джек понял, что Вивьен любит такие шоу, в которых смешаны и детективы, и взаимоотношения, а не только криминал.

– Кстати, ты мне говорила, что повезешь Марион в аэропорт в субботу, так ведь?

– Да.

– Во сколько?

– Около часа. У нее самолет где-то после трех.

– А ты будешь ждать, пока самолет улетит?

– Ну да, думаю, что подожду. Не брошу же я ее там одну.

– Конечно. Я не жалуюсь, а просто пытаюсь распланировать выходные. Сначала я хотел предложить поехать во «Франческо Фолли» в субботу и остаться там на ночь. Но, видимо, это не очень разумно, потому что ты вряд ли вернешься из аэропорта раньше четырех. Так что я навещу свою маму, пока ты будешь занята, а потом заеду за тобой и мы поужинаем где-нибудь в хорошем месте. Конечно, если ты захочешь, – добавил он, соблюдая правила, которые она ему озвучила. – А потом, если хочешь, мы можем остаться на ночь у меня, а утром выехать во «Франческо Фолли» на день. Что думаешь?

– Звучит чудесно! – согласилась Вивьен, хотя ее терзали мысли, что ведет она себя не как любовница, а как официальная подруга.

Поужинать в каком-то особенном месте, провести ночь вместе – хотя и не в первый раз – и потом еще весь воскресный день. Конечно, до тех пор, пока их отношения остаются тайными, не важно, сколько времени они проводят вместе. Но Вивьен не хотелось, чтобы о них кто-то узнал. Ей не хотелось, чтобы люди подумали, что она настолько глупа. В конце концов, Джек никогда на ней не женится. Он с самого начала сказал об этом. Но если она не влюбится в него, то нечего и беспокоиться, что он причинит ей боль.

– Хорошо, – удовлетворенно сказал Джек. – Ну а теперь, я думаю, пора повторить…

Глава 17

– Обычно ты не приезжаешь ко мне в субботу, – сказала мать Джека за ланчем в субботу.

Он позвонил ей накануне вечером, предупредив, что заедет к ней около полудня, а она предложила остаться на обед.

– Завтра у меня не получится, – объяснил он. – Я еду во «Франческо Фолли», чтобы еще раз посмотреть дом. – Он рассказал матери о доме, когда они разговаривали по телефону. Она не особенно удивилась. Она вообще казалась подозрительно довольной, хотя, может, это оттого, что он предложил ей и Джиму проводить там романтические выходные, когда все будет готово.

– Надо будет мне как-нибудь поехать туда с тобой, – предложила она.

– Я бы подождал то тех пор, пока там все не переделают. Ну и вообще-то я поеду туда не один. Со мной будет дизайнер, которого я нанял, чтобы оформить внутреннюю отделку. Это та девушка, которая часто со мной работала.

– И что это за девушка?

– Что ты имеешь в виду?

Элеанор приложила все усилия, чтобы выглядеть простодушной. Она знала – Джек не любит, когда она начинает его расспрашивать. Но что-то ей подсказывало – возможно, материнский инстинкт, – что эта девушка отличается от всех остальных.

– Ну… м-м-м… она молодая? Старая? Простушка? Симпатичная? Обычные вопросы.

– Я не знаю точно, сколько ей лет. Нет тридцати, думаю. Я бы скорее назвал ее привлекательной, а не симпатичной. У нее чудесные зеленые глаза. Ее зовут Вивьен.

– Одинокая?

– Да. Хотя до недавнего времени она была помолвлена с одним охотником за деньгами, который бросил ее ради Кортни Эллисон. Ну, знаешь ведь, дочь Фрэнка Эллисона? Горнодобывающий магнат.

– Да, я знаю, о ком ты говоришь. Как ужасно, Джек. Она, должно быть, совершенно подавлена.

– Ей без него гораздо лучше.

– А Вивьен тоже так думает? – спросила мать как ни в чем не бывало.

Джек нахмурился. Думает ли? Когда она изнывала от удовольствия под ним, он бы сказал, что да. Или когда лежала обнаженная в его объятиях, удовлетворенная после очередного занятия любовью. Однако если быть совсем уж честным, Джек не был абсолютно уверен, что страстное поведение Вивьен в постели не было просто спектаклем. Нет, конечно, он не думал, что она симулировала оргазмы. Черт, нет. Никто не мог бы притворяться так громко.

– Возможно, что и нет, – ответил он на вопрос матери. – Но, надеюсь, скоро она поймет. – Едва сказав слово «надеюсь», Джек уже понимал, что совершил ошибку.

Мать очень внимательно посмотрела на него:

– Тебе нравится Вивьен, так ведь?

Не было смысла отпираться.

– Да, – коротко ответил он и продолжил есть.

– А ты ей нравишься? – настаивала мать.

– Да.

– Ты спишь с ней?

Джек со вздохом отложил вилку:

– Мам, мне тридцать семь лет. С кем я сплю, тебя совершенно не касается.

– Ты мой сын, и твоя жизнь всегда будет меня касаться. Я не собираюсь уговаривать тебя остепениться и завести семью. Хотя я бы, конечно, попробовала, если бы от этого была хоть какая-то польза. Я всегда думала, как повезет какой-то девушке, потому что ты станешь прекрасным мужем. И прекрасным отцом.

Джек молча закатил глаза.

– А если она влюбится в тебя, Джек? Это же может случиться.

Джек нахмурился:

– Послушай, у нас другие отношения. Мы просто развлекаемся, ничего серьезного. – Почему-то ему вдруг ужасно захотелось, чтобы все было по-другому.

– Физическая близость часто ведет к более глубоким чувствам у женщины. Сложно состоять в интимной близости с мужчиной и эмоционально не привязаться к нему. А если ты влюбишься в нее? Ты думал об этом?

Джек чуть не заскрипел зубами от раздражения. Не надо было говорить матери об этих отношениях. Вивьен была права: лучше всего хранить все это в секрете.

– Не говори ерунды, мама. Я не собираюсь никого любить.

Она рассмеялась:

– Ты не можешь собираться любить или нет, Джек. Это просто случается.

Он промолчал.

– Я бы хотела с ней познакомиться.

Джек со стуком положил вилку на стол:

– Думаю, ей эта идея не понравится. Вивьен и я, мы совершенно спокойно относимся к нашим отношениям, и никто из нас не влюбится.

Элеанор вздохнула. Как с ним тяжело. Джек может сколько угодно говорить, что он не собирается влюбляться в эту Вивьен, но, скорее всего, именно это с ним как раз сейчас и происходит. Она слышала ревность в его голосе, когда он говорил о ее бывшем. Да и вообще, это первая девушка, о которой он ей рассказал. Это что-то да значило.

– Ну ладно, больше не буду к тебе приставать, – сказала она наконец.

– Отлично. Тогда я доем, если ты не против.

Глава 18

– Повидался с мамой? – спросила Вивьен Джека вскоре после того, как они выехали в сторону Нельсонс-Бей на следующее утро. – Я совершенно забыла тебя вчера спросить об этом.

На самом деле она так ждала встречи с ним в субботу вечером, что была не в состоянии думать о чем-либо, кроме своего желания остаться с ним наедине. Ужин в ресторане был пыткой, она с трудом могла вспомнить, что вообще ела и о чем они разговаривали. Ей пришлось призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы не позволить себе неприличных вещей в такси, пока они ехали к дому Джека, особенно после того, как он поцеловал ее, скользнув при этом рукой ей под юбку. Она читала о женщинах, которые отдавались мужчинам на заднем сиденье такси, но всегда думала, что это просто возмутительно. Но тут она себя еле сдерживала.

По спине Вивьен прошла дрожь, когда она вспомнила, как близка была к оргазму, когда Джек ласкал ее сквозь трусики. Однако этот дьявол-искуситель убрал руку чуть раньше, оставив ее изнывать от желания. Она вспомнила, как ее разозлило то, что он сам казался абсолютно спокойным. Однако это была только видимость. Едва за ними закрылась дверь квартиры, как Джек показал, насколько сильно его желание. Он взял ее прямо у двери, не успев даже толком раздеться.

То, что он не использовал презерватив, дошло до них только позже. Джек извинялся, в то время как Вивьен была скорее шокирована, чем озабочена. В конце концов, она принимала таблетки. Ей пришлось сказать ему об этом. Оставшуюся ночь Джек уже не пользовался защитой, уверяя, что ее здоровью ничто не грозит. Было так восхитительно не думать об этом все время, не говоря уж о том, насколько это было приятнее физически.

Джек взглянул на Вивьен, прежде чем ответить.

– Хорошо, – сказал он. – Она приготовила мой любимый салат. Кстати, я ей рассказал, что купил «Франческо Фолли» и нанял тебя для восстановления интерьера. И что сегодня я привезу тебя сюда взглянуть на дом, – добавил он, не упоминая тот факт, что его мать попросила познакомить их.

– А ей не показалось все это странным?

Джек удивленно посмотрел на Вивьен. Почему эти женщины ни с того ни с сего приходят к правильным выводам? Возможно, это то самое таинственное женское чутье.

– С чего это? Я же говорил, что объяснил ей ситуацию. Рассказал, что ты уже работала на меня раньше. Много раз.

– Может, и так, Джек, но сегодня воскресенье, а не будний день.

Джек пожал плечами:

– Она знает, что я часто работаю без выходных. Если ты хочешь побеспокоиться о чем-нибудь, то лучше скажи мне, как мы пойдем в следующую субботу на помолвку вместе? Там наверняка будет туча папарацци, и мы можем попасть в кадр. Как ты собираешься объяснять это людям?

Вивьен как-то не подумала об этом.

– Сомневаюсь, что это случится. Мы же не какие-нибудь знаменитости, Джек. Ты стараешься особенно не светиться на публике, а я вообще никто. Они не будут нас фотографировать.

– Просто решил тебя предупредить.

– Прекрасно, а теперь мы можем поговорить о чем-нибудь еще? Мне совсем не хочется думать о следующей субботе. У меня нет никакого желания идти, но я пойду. Буду воспринимать это как визит к стоматологу.

– Что ты имеешь в виду?

– Я ненавижу ходить к стоматологам. Глупо, правда, тем более что мой врач очень аккуратный. Когда я пошла к нему в первый раз, я не была у стоматолога больше десяти лет. Я так нервничала все дни перед приемом, что меня чуть не вырвало, когда я села к нему в кресло. Он мне сделал пару уколов, так что мне совсем не было больно. Теперь я хожу к нему каждые шесть месяцев на проверку, но все равно чувствую себя отвратительно перед этим. В конце концов я взяла себя в руки и решила, что нет смысла бояться до того момента, как я окажусь уже у него в кресле. Я приучила себя не думать об этом заранее, хотя позволяю себе понервничать, уже придя туда. То же самое я собираюсь сделать с этой вечеринкой: я подумаю об этом, когда мы уже будем подниматься по ступенькам дома Фрэнка Эллисона.

– Да ты шутишь! – с веселым изумлением воскликнул Джек. – Тогда я королева Англии.

Вивьен качнула головой:

– Ну ладно, ладно. Возможно, я немного подумаю об этом заранее. Все-таки мне надо хотя бы купить платье. Я не собираюсь выглядеть как оборванка. Что было написано в приглашении? Смокинги и вечерние платья?

– Думаю, да.

– У тебя есть смокинг?

– Надо будет купить.

– Можно взять напрокат.

– Думаешь, я об этом не знаю? Я ж все-таки не полный дикарь. Предпочитаю покупать, а не брать напрокат. А почему ты так долго не ходила к стоматологу? – спросил он. Ему казалось очень странным, что перфекционистка Вивьен могла так запустить свои зубы.

– Что? О… я… м-м-м… Ну, это было давно, десять лет назад, когда мне было семнадцать. После развода мама меня просто не водила туда. А я сама и не думала об этом, пока в конце учебы у меня не началась дикая зубная боль.

– А почему она тебя не водила? Не могла себе позволить?

– Да нет. У нее были деньги. Она… она… Ох, тут все так сложно, Джек. Пожалуйста, я очень не люблю говорить о том времени. Я же выжила, и с зубами у меня все в порядке. Видишь? – И она продемонстрировала два ряда жемчужно белых зубов.

Джеку хватило одного взгляда в ее глаза, чтобы понять, что она-то, может, и выжила – физически, но душевная рана ее так и не зажила. Читая между строк, он понял, что ее мама, видимо, впала в очень сильную депрессию после развода. Для некоторых женщин развод равносилен смерти.

Джек вспомнил, какой стала его мать после смерти их отца. Прошло много лет, прежде чем она пришла в себя. А мать Вивьен, судя по всему, так и не пережила это. И совершенно запустила своего единственного ребенка.

Джек был бы рад выяснить еще какие-то моменты из ее прошлого, но увидел, что Вивьен закрылась. Она выглядела мрачной. Он решил сменить тему:

– Возможно, нам придется выполнить кое-какую работу сегодня.

Ее глаза загорелись.

– Ого! Что за работа?

– Ничего слишком сложного. Но я хочу решить, с чего мы все начнем. Будем сносить стены или оставим как есть?

– Я бы не стала сносить стены. Планировка у дома замечательная. Но вот то, что находится внутри комнат, точно надо полностью убрать, особенно в ванных и на кухне. В спальнях нужно все перекрасить и заменить ковры. Ну и мебель, конечно. И те ужасные шторы. Возможно, ты захочешь сделать затемнение на стеклах, чтобы утреннее солнце не слепило глаза.

– Ты и правда думала об этом?

– Ну, мне все равно было нечего делать всю пятницу, так что я решила начать.

– Хорошая девочка.

– Мне не терпится въехать туда. Я думала сделать это в следующее воскресенье. Конечно, если мы подпишем мой контракт, – добавила она нахально.

– В следующее воскресенье – отлично. Мы обязательно составим и подпишем твой контракт на этой неделе.

– Хорошо.

– А ты уверена, что тебе не будет тут одиноко?

Вивьен покачала головой:

– Я привыкла жить одна, Джек.

Еще один непонятный комментарий. Он бы хотел выяснить это поподробнее, но не стал этого делать. Не сейчас.

– Если честно, жду не дождусь этого момента, – добавила она.

И Джек тоже. Он чувствовал, что больше не выдержит. Ему было очень сложно сконцентрироваться на работе после того, как он по несколько часов занимался любовью с Вивьен, а это происходило каждую ночь. В пятницу он был даже рад, что они не виделись, надеясь, что это даст ему возможность прийти в себя. Хотя он не смог уснуть так же легко, когда был вместе с Вивьен. Секс оказался прекрасным снотворным.

Джеку следовало закончить работу по одному из контрактов, так что в любом случае у него не было бы возможности видеться с Вивьен каждый день. Конечно, он будет скучать по ней, но тем слаще будут выходные, проведенные вместе.

– Ненавижу дождь! – проворчал Джек, глядя на лобовое стекло. – Он превращает жизнь строителей в ад. Заставляет отставать от графика.

– Но «Франческо Фолли» дождь не страшен, – сказал Вивьен. – Там почти все работы будут внутри помещения.

– Это правда. Как ты думаешь, сколько времени это займет? Я бы хотел все закончить до Рождества.

– Это зависит от того, насколько добросовестных строителей ты нанял.

– Они очень добросовестные. Но если что, я надеюсь, ты их будешь подгонять.

Вивьен рассмеялась:

– Я же говорила тебе, что я не из тех девушек.

– В спальне – может, и нет, но на работе ты довольно грозная. Не забывай, я видел тебя в действии. Ты всегда хочешь, чтобы все было сделано идеально.

– Кто бы говорил!

– Ну, значит, мы – два сапога пара, разве не так?

Их взгляды встретились, и Джека пронзило доселе неизвестное ему чувство.

– Я ведь нравлюсь тебе теперь, да, Вивьен? – спросил он.

Его вопрос сначала ее изумил. Потом она заволновалась, ведь ей пришлось признаться себе, что он нравился ей все больше и больше с каждым днем. «Интересно, – подумала она, – сколько времени потребуется на то, чтобы симпатия – в сочетании с желанием – превратилась в любовь? Неделя? Месяц? Полгода?» Вивьен боялась, что к тому времени, когда закончит работу над «Франческо Фолли», она будет уже по уши влюблена в Джека. Конечно, она знала, на что идет, вступая с ним в отношения. Он и не скрывал того, что не хотел женитьбы и детей, что ему не нужна «вечная» любовь. Просто дружба, развлечение. Он ей не врал. Никогда. И это ей в нем нравилось больше всего.

– Очень, – честно призналась она.

Сердце Джека подскочило от счастья, и он вспомнил слова матери.

«Ты не можешь собираться любить или нет. Это просто случается».

Он всегда был уверен, что ему никогда не захочется жениться и заводить детей. Но когда пришла любовь – а это, очевидно, с ним случилось, – ему сразу все это стало нужно. Теперь для него не было ничего более желанного, чем жениться на Вивьен и завести с ней детей. Забавно.

Хотя есть одна проблема. Она его не любит.

– Это хорошо, – сказал он немного рассеянно. – Смотри, дождь прекратился.

Это было очень кстати. Джек сомневался, что в дождь «Франческо Фолли» будет выглядеть так же потрясающе. Он очень хотел, чтобы Вивьен полюбила это место так же, как и его. Возможно, на это потребуется время. Но он готов ждать. Они подпишут контракт, и работа займет у нее несколько месяцев. А уж Джек постарается использовать каждый день.

Глава 19

Вивьен зря надеялась, что сможет держать свои нервы под контролем. Утром в субботу она проснулась от ужасной тяжести в животе, которая стала только хуже, когда она вспомнила, что настал день Д.

День Дерила.

Прошлую ночь Вивьен не стала проводить с Джеком. На раннее утро она записалась в салон красоты рядом с домом. Обычно она наслаждалась тем временем, пока над ней колдовал парикмахер, пока ей делали маникюр и педикюр. Но сегодня ничего не отвлекало Вивьен.

– Какого цвета лак вы хотите? – спросила ее девушка-мастер.

– Красный, – ответила Вивьен, вспомнив о красном вечернем платье, которое висело на передней дверце ее шкафа. – Яркий темно-красный.

– Вот этот очень популярен. – Девушка показала ей пузырек. – Оттенок называется «Грешница». Если хотите, у нас еще есть подходящая по цвету помада.

Вивьен решила согласиться на помаду. Она, конечно, вряд ли будет чувствовать себя уверенно сегодня вечером, но черта-с-два она это кому-нибудь покажет.

Выражение лица Джека, когда она открыла ему дверь вечером, доставило ей огромное удовольствие. Он и сам выглядел восхитительно. Высокий, красивый, изысканный.

– Боже, Джек! – воскликнула она, прежде чем он успел сказать хоть слово. – Смокинг выглядит так, словно сшит специально для тебя.

– Ну, на самом деле он действительно сшит специально для меня. Я не смог найти ничего подходящего, так что выбора не было. Могу я то же самое сказать о тебе? Красный тебе очень идет.

Странно. Она никогда не носила этот цвет раньше. Всегда считала, что он слишком бросается в глаза. Фасон платья тоже был для нее непривычен, очень уж облегающий. И хотя у него были длинные рукава и спереди оно было довольно закрытым, сзади вырез был очень глубоким, а разрез очень высоким, видимо, для того, чтобы в этом платье можно было хоть как-то ходить.

– Ты похожа на звезду из старых фильмов, – сказал Джек, – особенно когда твои волосы убраны в такую прическу.

Рука Вивьен автоматически поднялась, чтобы проверить заколку, украшенную драгоценностями, которая удерживала ее волосы с одной стороны. С другой они ниспадали на плечо, как это было модно в сороковых годах.

– Тебе и правда нравится? – спросила она, не в силах сдержать дрожь в голосе.

– А как это может не нравится? Ты выглядишь так, что я готов тебя съесть, и прекрасно знаешь это, так что не задавай глупых вопросов. Если и существует способ выглядеть так, чтобы бывший жених сошел с ума от сожалений, а его новая невеста – от ревности, то ты его сегодня использовала на все сто. Главное, чтобы ты сама не пожалела. Но теперь уже слишком поздно сомневаться. Золушка едет на бал.

Вивьен закатила глаза:

– Я что-то не представляю себе Золушку в таком платье, как это. А ты?

– С трудом, – ответил он, демонстративно разглядывая ее с головы до ног похотливым взглядом.

– Ну, тогда мы подходим друг другу, потому что ты не годишься на роль прекрасного принца, – не удержалась она от колкости. – Ну давай уже, поехали. Чем быстрее я скажу все, что хочу сказать, тем быстрее мы уйдем оттуда.

Джек молчал, пока они шли к машине. К счастью, когда он заговорил, то уже на другую тему.

– Ты уже подготовилась к завтрашнему переезду? – спросил он.

– Конечно, – ответила Вивьен. – Все уже лежит в багажнике.

– Я подъеду к тебе около девяти, и ты сможешь ехать за мной на своей машине.

– Хорошо. У тебя уже есть ключи от дома?

– Пока нет. Надо будет забрать их завтра по пути. Я еще договорился с подрядчиком, чтобы он заехал туда около часа дня, так что ты сможешь с ним познакомиться. Его зовут Кен. Кен Стратерс.

– Прекрасно.

– Как ты думаешь, родственники Дерила будут сегодня на вечеринке?

Вивьен была захвачена врасплох такой резкой сменой темы.

– Что? А, нет, он не общается со своей семьей.

– Интересно, почему меня это не удивляет?

– Он говорил, что они не самые приятные люди. Его отдали в приемную семью, когда ему было всего десять.

– И ты ему поверила?

Вивьен вздохнула:

– Да, конечно, тогда я ему поверила. Глупо с моей стороны. Но не беспокойся, ту доверчивую дурочку проучили как следует. Теперь Дерил мог бы заявить, что земля круглая, и то я бы ему не поверила. Я презираю его и хочу, чтобы он знал об этом. Как ты и говорил, Джек, сегодня вечером я хочу закрыть эту тему.

«Да, – подумал Джек, – нас ждет трудная ночь».

Глава 20

Служба безопасности в особняке работала очень серьезно. Они проверили, есть ли имя Джека в списках гостей. Ему даже пришлось показать свои права, и это еще раз доказало, что они не относились к узнаваемым персонам. Возле ворот не было видно папарацци, но над ними кружил вертолет, который мог быть наполнен журналистами, хотя это больше походило на охрану. Фрэнк Эллисон был параноиком в том, что касалось его частной жизни.

Когда они проехали на стоянку, Джек испытал гордость за то, как величественно выглядел дом ночью благодаря буквально тысячам лампочек, которые были установлены везде: на фасаде, на крыше, в саду, не говоря уже о дорожках и ступеньках, ведущих к главному входу.

– Это самый большой дом, который ты строил? – спросила Вивьен, когда он бережно вел ее по ступенькам, придерживая за локоть.

– Пока да, – ответил он. – Мне кажется, что и для тебя это самый большой дом, в котором ты выполняла интерьер.

– Это точно. Заняло у меня шесть месяцев.

– Строительство дома заняло два года.

– Могу себе представить! Надеюсь, ты заработал на этом кучу денег.

Джек усмехнулся:

– Уйму.

– Очень хорошо, – кивнула она.

Когда они дошли до массивного входа, где за дверями была слышна музыка, Вивьен резко вдохнула и расправила плечи.

– Еще не поздно передумать, – спокойно сказал Джек.

Но тут двери распахнулись, и перед ними предстал Фрэнк Эллисон собственной персоной – человек лет шестидесяти, с широким красным лицом и большим животом. Он был почти такой же огромный, как и его дом.

– Я же сказал им, чтобы держали эти чертовы двери открытыми! – грохотал он, не сразу заметив вновь прибывших. – Джек! Ты приехал! Я так рад! А что за потрясающее создание рядом с тобой?

Он даже не узнал Вивьен, понял Джек. Конечно, она выглядела совершенно не так, как обычно на работе. Но все же…

Вивьен не удивилась этому. Единственный нормальный разговор между ними состоялся в тот день, когда он приехал в «Классический дизайн», чтобы нанять ее на работу.

– Деньги – не вопрос, – говорил он тогда. – Пусть все об этом знают. Я хочу, чтобы дом выглядел так, словно там живет королевская чета. Или же неприлично богатый шейх. Ты поняла меня, девочка?

Вивьен его поняла. И сделала так, как он просил. Дом был похож на дворец, начиная с полов из итальянского мрамора и заканчивая изысканной мебелью. Атмосфера роскоши подчеркивалась произведениями искусства, висящими на каждой стене.

– Я – Вивьен, мистер Эллисон, – сказала она с холодной улыбкой. – Вивьен Свон. Я выполняла работы по интерьеру в вашем доме. Вы меня не помните?

Он ни на секунду не смутился:

– Конечно же помню. Просто не узнал тебя в этом потрясающем красном платье. Так вы с Джеком встречаетесь? Я даже не догадывался об этом, когда он сказал, что ты – лучший дизайнер по интерьерам во всем Сиднее. Значит, ты был заинтересованной стороной, а, Джек? – спросил он, ухмыляясь и подмигивая. – Хотя я ничего не могу сказать, ты проделала великолепную работу, девочка. Вы оба поработали на славу. Я не мог себе представить ничего лучше. Ну, если только сегодняшний вечер, когда моя дочь наконец-то нашла себе глупца, готового потакать ее прихотям и даже жениться на ней.

Вивьен поняла, что Фрэнк Эллисон понятия не имеет, что она когда-то была помолвлена с женихом его дочери. Он даже не вспомнил, что она была с Дерилом на вечеринке, посвященной окончанию строительства дома. Ей это было только на руку. Она пришла сюда вовсе не затем, чтобы ссориться с Фрэнком.

Увидев новых гостей, Фрэнк предложил Джеку и Вивьен пройти внутрь и пообщаться с присутствующими.

– Он даже не знает, что ты была помолвлена с Дерилом, – сказал Джек сквозь зубы, когда они проходили под массивной люстрой, свисающей с мраморного потолка атриума.

– Не знает, – согласилась она. – Может, Кортни тоже не знает? Я вспомнила, что не носила помолвочное кольцо, когда мы пришли на вечеринку к Фрэнку. Дерил уже сделал мне предложение, но я… м-м-м… он… м-м-м… В общем, мы еще тогда не купили кольцо. – Она ни при каких обстоятельствах не собиралась признаваться Джеку, что сама покупала себе кольцо в честь помолвки. Это слишком унизительно. – Наверняка она знает только то, что сказал ей Дерил, а это сплошная ложь.

Джек сухо рассмеялся:

– Кортни прекрасно о тебе знает, Вивьен. Готов поспорить на все свои деньги.

Как по заказу, в этот момент Кортни, сияющая, в роскошном коктейльном платье, плавно поднялась по ступенькам, отделяющим фойе от огромной гостиной. Ее платье, явно сшитое на заказ, было черного цвета, без бретелек, с таким глубоким декольте, что оно едва прикрывало ее соски. Юбка из черного шифона удачно скрывала ее живот.

Несмотря на все свои старания, Вивьен не смогла найти ни одного изъяна на лице девушки. Идеальная кожа, изящный носик и пухлый ротик. Интересно, это все натуральное или же результат стараний пластического хирурга? Ее отца даже с натяжкой невозможно было назвать красавцем, от него Кортни никак не могла получить в наследство красоту. Вероятно, это ей досталось от матери, кем бы та ни была. У Фрэнка Эллисона было множество жен, и все красотки. Мужчины вроде него не женятся на простушках. В любом случае длинная грива светлых волос Кортни явно была не своей – темные корни выдавали ее, хотя ей это шло. Невозможно было отрицать, что Кортни Эллисон – чрезвычайно сексуальное создание, как ни крути.

Однако Джек сумел устоять.

Дерил следовал за своей невестой, потягивая шампанское. Он еще не заметил Вивьен. Он смотрел через плечо на яркую брюнетку, которая маняще улыбалась ему. «Горбатого могила исправит», – с сожалением подумала Вивьен, переводя взгляд с брюнетки на своего бывшего. Дерил, без сомнения, был очень элегантен в своем черном костюме с галстуком, но ему было далеко до Джека. Теперь она увидела слабость в его чертах и пижонство в походке. Ей даже не понравилось, как лежали его волосы – прическа как у подростка, хотя ему уже за тридцать.

Вивьен была рада, что она больше не чувствовала ни капли горя, ревности или зависти. Если что и осталось, так это жалость к Кортни, которая ждала ребенка от Дерила. Он будет отвратительным отцом.

– Джек! – внезапно закричала Кортни и кинулась к нему, чтобы запечатлеть слишком долгий поцелуй на его щеке, бросая одновременно колючий взгляд в сторону Вивьен, словно желая оттолкнуть ее. – Как я рада видеть тебя снова! Спасибо тебе, что пришел. И спасибо за тот милый подарок, который ты прислал.

Брови Вивьен поднялись в удивлении. Он послал им подарок?

– Моя мама говорит, что утюгов никогда не бывает слишком много, – сказал Джек, мастерски сохраняя невозмутимое лицо, тогда как Вивьен еле-еле удержалась, чтобы не прыснуть со смеху.

Он послал ей утюг? Ей, дочке миллиардера, которая в жизни ничего не гладила?

Кортни выглядела ошарашенной. Было очевидно – она понятия не имела, что он подарил. Наверняка в одной из спален лежала гора неразвернутых подарков.

Дерил наконец-то добрался до своей невесты, когда увидел свою бывшую, стоящую прямо перед ним.

– Бог мой! – воскликнул он. – Вивьен?

Голова Кортни дернулась, и она уставилась сначала на Вивьен, потом на Дерила, потом перевела взгляд на Джека.

– Это какая-то шутка? – От злости ее фарфоровая кожа на щеках вспыхнула.

– Вовсе нет, Кортни, – ответил Джек шелковым голосом. – Дерил решил двигаться дальше, и Вивьен тоже. Мы с ней стали… хорошими друзьями. У нее не осталось никаких обид за то, что ты украла ее жениха, так ведь, Вивьен?

– Никаких, дорогой, – ответила она.

В этот момент она решила, что нет никакой необходимости ругаться с Дерилом. То, что она пришла сюда с Джеком, стало самой лучшей местью. Она видела, как шокирован Дерил. Да и Кортни тоже, а это доказывало, что она прекрасно обо всем знала. Неожиданно Вивьен перестала жалеть ее. Кортни получит то, что заслужила: Дерила в качестве мужа, со всем его тщеславием, жадностью и эгоизмом.

– Ты оказала мне услугу, – добавила Вивьен с сияющей улыбкой, нежно касаясь руки Джека.

Глаза Кортни потемнели.

– Да что ты! – выплюнула она.

К ним подошел ее отец.

– Ребята, хватит толпиться в фойе, – заявил он. – Пойдемте туда, где еда и вино. Икра из России, трюфели из Франции, не говоря уж о нескольких ящиках их лучшего шампанского.

Следующие полчаса Фрэнк усердно угощал Джека и Вивьен шампанским и икрой, в то время как Кортни время от времени куда-то отзывала Дерила. Вивьен очень надеялась, что это были шумные семейные разборки. Она видела – Кортни была просто вне себя от злости.

Потом Фрэнк наконец оставил их одних, и они вышли на огромную террасу. Вивьен была рада, что можно отдохнуть от болтовни с гостями Фрэнка. Все эти богатые снобы считали себя лучше других только потому, что могли позволить себе купить особняк на берегу гавани или подлинники Пикассо.

– Значит, я теперь «дорогой», да? – Это были первые слова Джека, как только они подошли к огромному бассейну. Вокруг никого не было.

– Прости, я не смогла удержаться. Я подумала, что самой лучшей местью будет, если он поверит, что я забыла обо всем так же быстро, как и он. Ты ведь не против?

«Конечно же против», – подумал Джек.

– Конечно же нет, – соврал он. – Ты вела себя просто великолепно. Проявить благородство – самая лучшая политика.

– Я думала, честность – лучшая политика.

– Это тоже.

– Тогда я хочу сказать, насколько я благодарна тебе за то, что ты рядом со мной сегодня вечером. И честно тебе говорю, что Дерил тебе и в подметки не годится.

Сердце Джека сжалось. Он надеялся, что по его лицу не было заметно, как много ее комплимент значил для него.

– Спасибо за приятные слова… дорогая, – добавил он с шаловливой улыбкой. – Похоже, ты еще не собираешься уезжать?

– Думаю, пока не стоит, – ответила Вивьен, хотя на самом деле очень этого хотела. – Фрэнк может обидеться, а он не тот человек, которого стоит обижать. За себя я не беспокоюсь, но тебе не стоит приобретать врага в его лице.

– Мне плевать на Эллисона. Я проживу и без его покровительства. Но если хочешь, мы можем остаться еще ненадолго, чтобы по-нервировать Дерила.

– Отличная идея! Ладно, мне надо в дамскую комнату. Ох уж это шампанское! Подождешь меня здесь?

Отдав Джеку свой пустой бокал, она ушла в дом.

Он смотрел ей вслед и думал о том, как она шикарна. Женщина, на которой был бы счастлив жениться любой мужчина.

Вздохнув, Джек пошел к ближайшим столикам, чтобы поставить бокалы. Он уже входил в дом, решив прямо сейчас забрать Вивьен и увезти ее отсюда, когда увидел Дерила, который выскользнул из домика у бассейна, торопливо поправляя брюки. Следом за ним выскочила сексуальная брюнетка, хихикая и на ходу поправляя одежду. Когда Дерил увидел, что Джек наблюдает за ними, он сказал что-то брюнетке, отправил ее подальше, а сам направился к Джеку, пряча виноватые глаза.

– Это не то, что ты подумал, – выпалил он.

– Какая тебе разница, что именно я подумал? – холодно ответил Джек.

– Я не хочу, чтобы ты поссорил нас с Кортни.

– Слушай, мне абсолютно до лампочки, что ты делаешь, старина. Просто держись подальше от Вивьен.

Дерил засмеялся:

– Да я бы ни за что и не стал к ней возвращаться, можешь мне поверить. Она не только занудная чистюля, но и ужасно скучная в постели. Бог его знает, что ты в ней нашел. Хотя тело у нее что надо.

Это было уже слишком. Его правый кулак вылетел вперед раньше, чем он успел понять это и остановиться, и встретился с мягким животом Дерила с нежностью отбойного молотка. Дерил издал охающий звук и сложился вдвое, воздух вышел из него со свистом, как из надувного шара. Держась за живот, он попытался выпрямиться, но шагнул назад и, дико размахивая руками, рухнул в воду.

Он не кричал. Вероятно, у него просто не было воздуха в легких. К тому моменту, когда он появился на поверхности, вернулась Вивьен.

– Что случилось? – встревоженно спросила она Джека, увидел барахтающегося в воде Дерила. – Он что, пьян?

– Он ударил меня! – захлебываясь, пробормотал Дерил.

– Он это заслужил, – спокойно ответил Джек.

Дерил наконец подплыл к бортику бассейна.

– Я до тебя доберусь! – начал угрожать он. – Я расскажу Фрэнку, что ты напал на меня, он тебя уничтожит!

Джек подошел к Дерилу, склонился над ним и прошептал ему в ухо:

– Скажи только слово, и я поведаю Кортни о той милой брюнетке, с которой ты только что развлекался в домике у бассейна.

Это заставило Дерила закрыть рот, так как к ним как раз направлялась Кортни.

– Малышка, это просто случайность, – говорил вымокший Дерил после того, как Джек вытащил его из воды. – Я просто наклонился, чтобы сполоснуть руки, но не удержался. Ничего страшного.

– Но ты испортил свой новый костюм! – кричала Кортни.

– Господи, это ж всего-навсего костюм, – резко ответил он, явно с трудом сдерживаясь.

Джек видел, что у них начинается чудесная ссора. Это было почти так же приятно, как и ударить этого подонка.

– Давай, Вивьен, – он взял ее за руку, – поехали домой.

– Что ты имел в виду, когда говорил, что он этого заслуживает? – шепотом спросила она его, когда он повел ее в дом, затем через гостиную к ступеням в фойе. – Что он такого тебе сказал, что ты его ударил?

– Давай позже, Вивьен. – Он не знал, что ей ответить. Слова Дерила причинят ей боль, а Джек этого не хотел. Ну да, она и вправду помешана на чистоте, но назвать ее занудной чистюлей было просто оскорбительно. А что касается постели… С какой планеты прилетел Дерил, чтобы назвать ее скучной?

– Я не могу больше ждать, – сказала Вивьен, как только они остановились у светофора. – Мне до смерти хочется знать, что случилось между вами. И я хочу услышать правду.

Джек наморщил лоб:

– Ты уверена?

– Абсолютно. Давай уже, Джек. И никакой лжи.

– Хорошо. – Он понимал, что это единственно возможный вариант. – Он сказал, что ты занудная чистюля и скучная в постели. – Посмотрев на нее, он увидел, как она покраснела.

– Понятно, – натянуто сказала она. – Ну, тут он, я думаю, сказал чистую правду.

– Не говори ерунды, – возразил Джек. – Ну да, ты немного нервничаешь, когда видишь беспорядок, но это же не преступление. А уж насчет того, что ты скучная в постели… Мы оба с тобой знаем, что это наглая бессовестная ложь, – добавил он, пытаясь вызвать у нее улыбку. Не сработало. – Я не позволю тебе отмалчиваться, Вивьен, – сказал он твердо. – Я хочу знать, почему Дерил сказал, что ему было скучно с тобой в постели, потому что мне это все кажется совершенно лишенным смысла.

Глава 21

По выражению лица Джека Вивьен поняла, что его устроит только правда. Это было справедливо. Она лишь надеялась, что он не сделает неправильных выводов насчет того, почему с ним она была другой. Она не хотела, чтобы он думал, что она в него влюблена. Но как можно было не влюбиться в мужчину, который пришел, чтобы спасти ее, предложить отличную работу, как раз тогда, когда это ей было больше всего нужно? В мужчину, который спас ей жизнь, прижал ее к себе, а потом занимался с ней любовью со страстью, которая стала для нее настоящим исцелением? Не говоря уж о том, как он заступился за нее сегодня вечером.

Джек стал ее героем, ее рыцарем в сияющих доспехах. Мужчиной, которого она любила. По-настоящему любила. Все то, что она чувствовала к Дерилу, было просто миражом.

Но она не могла сказать этого Джеку. Стоит ей проговориться, и он сразу ее бросит. А она этого не выдержит.

– Мы можем подождать, пока приедем домой и я сниму с себя это платье? – сказала она.

Джек нахмурился:

– Я решительно настроен получить ответы на свои вопросы. Не надейся избежать этого, соблазнив меня.

Вивьен заморгала. А это хорошая идея!

– Не говори глупостей, – сказала она. – Мне просто неудобно, вот и все. Платье ужасно узкое.

Джек знал – она специально тянет время, но промолчал. Дома она сразу же ушла в спальню, пообещав быстро вернуться.

Он сел на черную кожаную софу, еще больше настроенный добиться от нее ответов. Когда она наконец появилась, на ней был пушистый халат, в котором она была в тот самый судьбоносный день, когда он пришел предлагать ей работу. Распущенные волосы рассыпались по плечам в притягательном беспорядке.

– Хочешь кофе? – спросила Вивьен.

– Не возражаю, – ответил он, вставая и следуя за ней на безупречно чистую кухню. Снова увидев ее квартиру – а он давно уже тут не был, – Джек подумал, что ее страсть к чистоте действительно граничит с наваждением.

– Правда, у меня нет еды. – Вивьен повернулась к нему с вымученной улыбкой. – Кое-кто водил меня каждый вечер на ужин.

– Я не хочу есть, Вивьен. Я хочу, чтобы мы поговорили.

Она вздохнула и отнесла две кружки с кофе к столу, за который уже сел Джек.

– Давай сначала, – предложил он. – Вернемся к обвинению Дерила в том, что ты скучная в постели. Из того, что ты сказала, я понял – с ним в постели ты была совсем не такая, как со мной. Это правда?

– Ну… хм… да, – призналась она. – Если хочешь знать, я не делала с ним и десятой доли того, что делаю с тобой.

Это должно было польстить мужскому эго Джека, если бы только его не тревожила мысль, что все ее действия были вызваны только отчаянием.

– Но почему? Ты что, просто притворялась сексуальной? Играла какую-то роль со мной?

Ее шок не вызывал сомнений.

– Нет! Я никогда ничего не изображала с тобой, Джек. Никогда. Мне нравилось все, что мы делали. Я… я даже сама не знаю, почему я с тобой не такая, как раньше. Так было с самого начала. Ты заставлял меня чувствовать то, что я никогда не чувствовала с Дерилом. Я сама этого не могу до конца понять. Знаю только, что обожаю заниматься с тобой сексом и ни за что на свете от этого не откажусь.

Джеку было приятно это слышать.

– Между нами действительно какая-то невероятная химия, – сказал он. – Ну и раз уж мы честно говорим обо всем, ты можешь мне рассказать, почему твоя квартира так выглядит? Я говорю даже не столько о чистоте, сколько об оформлении. Потому что если честно, Вивьен, то это вообще не ты.

Первым ее порывом было отказаться отвечать на эти вопросы. Но потом она поняла, что если уж она не может рассказать об этом мужчине, которого она любит, то кому тогда вообще рассказывать? Она вздохнула.

– Мне придется вернуться в те годы, когда мой отец еще не ушел от нас…

– Я слушаю тебя, – мягко сказал Джек.

Она посмотрела на него долгим взглядом:

– Ты когда-нибудь смотрел по телевизору шоу о барахольщиках?

– Да, было пару раз. – Джек чуть не сказал, какими отвратительными ему казались дома тех людей, но остановил себя.

Вивьен опять вздохнула:

– Судя по твоему лицу, ты уже понял, к чему я клоню. Да, моя мама была барахольщицей.

Джек не был шокирован, ему стало грустно.

– Я понял, – кивнул он. И он действительно понял. Неудивительно, что дети барахольщиков вырастают либо такими же, как их родители, либо диаметрально противоположными. Это объясняло, откуда у Вивьен такая тяга к чистоте.

– Из-за этого ваш отец ушел от вас? – спросил он.

– Да. Он больше не смог этого выносить.

– Она всегда была такой?

– Нет, конечно нет. Я помню, когда я была маленькой, мама всегда содержала дом в прекрасном состоянии. Но после того, как умер мой младший брат – ему была всего неделя, – она погрузилась в депрессию. Иногда она неделями не вставала с постели.

– А отец не отвел ее к доктору?

– Она не хотела идти.

– И тогда все это и началось?

– Да. Она не только не стала избавляться от всех тех вещей, которые купила для малыша, а наоборот, стала покупать новые. Одежду. Мебель. Игрушки. Словно Брендан был все еще жив. Мы бы могли обеспечить половину малышей в Австралии тем количеством вещей, которые она купила. Она ходила за покупками каждый день, пока однажды не отказалась выходить из дому. После этого она открыла для себя покупки через Интернет.

– То есть в вашем доме не было грязи, он был просто забит детскими вещами?

– Грязи там тоже хватало. Было невозможно убираться в комнатах, забитых сверху донизу. В доме не было ни одной комнаты, ни одной плоской поверхности, где бы не лежали вещи. Даже на кухне. Даже в раковине. В конце концов мы перешли на еду из службы доставки.

– И ты питалась только такой едой? Пиццами и прочей подобной ерундой?

– Да, и довольно долго. Но когда я перешла в старшие классы, я поняла, что становлюсь толстой. Тогда я потребовала более здоровой еды. Но маму не интересовала готовка, а кухня была просто катастрофой. Я пыталась навести там порядок, когда приходила из школы, но это оказалось невозможно. В конце концов я договорилась с ней и переехала в большую спальню, у которой была отдельная ванная комната и туалет и достаточно места, чтобы устроить отдельную кухню. Там, конечно, была только микроволновка и тостер, ну и еще маленький холодильник, оставшийся от папы. Приходя домой, я сидела только в той комнате, махнув на остальную часть дома рукой. Естественно, не было и речи о том, чтобы приглашать домой одноклассниц, тем более с ночевкой. Так что у меня не было близких подруг, пока я не закончила школу и не съехала оттуда. Ну и никаких мальчиков, конечно. К тому времени у меня совсем не было навыков общения с противоположным полом. Я была девственницей до двадцати одного года, что можно назвать рекордом в наши дни.

– Для такой красивой девушки, как ты, это точно рекорд. Ты очень красивая, Вивьен, и внешне, и внутренне. И очень смелая. Это печальная история. Но ты выжила, и я могу только восхищаться тобой. Давно с твоей мамой случился сердечный приступ?

Вивьен скривилась:

– На самом деле, это был не сердечный приступ. Она запуталась в вещах, которые стопками лежали на лестнице, упала и сломала себе шею. Я ее постоянно предупреждала, что такое может случиться, но она меня не слушала. Само собой, когда я переехала оттуда, все стало еще хуже. Ступени были просто завалены вещами. Не только детские вещи, но и куча всего другого, что ей было совершенно не нужно. Обувь. Сумки. Лампы. Украшения. Когда я не смогла дозвониться до нее однажды вечером – а я ей звонила каждый вечер, – то поехала туда и обнаружила ее тело у подножия лестницы.

– Ох, Вивьен! Это ужасно.

Воспоминания до сих пор причиняли ей боль. Несмотря ни на что, она любила свою мать. Хотя та не отвечала ей тем же. Может, как раз поэтому она и поддалась на ухаживания Дерила. Ведь он все время говорил, что любит ее. Именно поэтому она и чувствовала себя такой подавленной и опустошенной, когда поняла, что его все его заверения в любви были ложью с самого начала. Джек, по крайней мере, никогда ей не врал. Она это уважала.

– Да все нормально, Джек, – сказала Вивьен. – Я не собираюсь плакать. Если честно, смерть мамы стала в каком-то смысле облегчением для меня. Если посмотреть правде в лицо, то она была очень несчастна многие годы. Я даже удивлена, что она не покончила с собой. Она часто грозилась это сделать. После похорон я наняла компанию, которая вычистила весь дом снизу доверху. Мне была невыносима сама мысль о том, чтобы делать что-то в нем. Было очень больно даже видеть его. Как только он был готов к продаже, я его продала. Я хотела избавиться от него, и мне было не важно, за какую цену. Как ни странно, он ушел по очень хорошей цене. Агент сказала, что, несмотря на слегка запущенное состояние, дом находится в прекрасном месте, к тому же участок земли был достаточно большой. Так что я получила достаточно денег, чтобы купить эту квартиру и даже полностью ее переделать. Да еще у меня осталось достаточно, чтобы привлечь такого типа, как Дерил. Конечно, пока он не встретил кого-то по-настоящему богатого, – добавила она.

Пальцы Джека с силой сжали кружку, когда он услышал горечь в ее голосе. Сколько еще времени ей понадобится, чтобы забыть этого подонка?

«Терпение, Джек. Терпение».

– Я уже говорил, Вивьен, тебе повезло, что ты избавилась от такого типа, как Дерил. Ты молодая женщина. У тебя вся жизнь впереди. – «Со мной», – очень хотелось ему добавить, но пока он не мог этого сделать. Слишком рано. – И уйма времени, чтобы выйти замуж и родить детей, если, конечно, ты этого хочешь. Ну а пока ты можешь пожить немного для себя, заняться тем, что доставляет тебе удовольствие. Жить настоящим моментом. Тебе ведь не терпится заняться «Франческо Фолли», я правильно понимаю?

Ее глаза загорелись.

– О да!

– Но я хочу предупредить, мне нужен тот дизайнер, который всегда работал на меня, а вовсе не тот, который оформлял твою квартиру, – прямо сказал он.

Вивьен засмеялась:

– Я тебя понимаю.

– И только подумай, кроме того удовольствия и удовлетворения, которые ты будешь получать от этой великолепной работы, у тебя еще буду я на все выходные. Это отличное дополнение, раз уж тебе так нравится заниматься со мной любовью. Только представь, каким горячим я буду после целой недели без тебя! Могу поспорить, ты не сможешь угнаться за мной.

Вивьен улыбнулась:

– Тебе не стоит бросать мне вызов, босс. Я очень азартна по натуре. И привыкла побеждать. Могу гарантировать, что это ты будешь просить пощады!

– Я могу сказать только одно, детка.

– И что же это?

– Попробуй!

Глава 22

Вивьен обходила комнаты на втором этаже, включая везде свет – зимой темнело очень рано – и проверяя, все ли в порядке. Она решила в первую очередь закончить отделку именно здесь, в то время как сама жила в апартаментах на первом этаже. Хотя это была самая легкая часть работы, у нее все же ушло на нее около двух месяцев, в основном, конечно, из-за того, что заказанная ею мебель была доставлена только через шесть недель. Но она была довольна результатами и думала, что Джеку тоже понравится.

Она не давала ему даже одним глазком посмотреть на происходящее. Дразня его, она заявляла, что сделала все в черно-белых тонах и что там нет ничего, кроме черной кожи, стеклянной мебели и фальшивого Пикассо на стенах.

Вивьен не могла дождаться, когда приедет Джек, ведь сегодня он должен был все увидеть. Чувствуя себя ребенком в рождественское утро, она заторопилась вниз к тому балкону, который был ближе всего к подъездной дороге. Почти шесть. Скоро он должен быть здесь, так как обычно выезжал из Сиднея около трех. Конечно, в пятницу днем движение на дорогах непредсказуемо. Иногда он застревал в пробках на выезде из города, но в таком случае он звонил и предупреждал, что задерживается. Джек был очень внимательным в этом отношении. Еще он всегда привозил ей букет самых чудесных роз, чем очень ее радовал. Это давало ей надежду, что его чувства к ней становятся такими же сильными, как и ее. Может, в один прекрасный день он все же решит, что больше не хочет оставаться холостяком навсегда?

Однако Вивьен не позволяла себе слишком сильно на это надеяться. Он все еще испытывал к ней сильную страсть. Они проводили великолепные выходные дни вдвоем, но в последнее время она стала замечать, что он временами бывал странно молчаливым. Субботними вечерами они часто сидели вдвоем на балконе, прихватив бутылку вина. В прошлый раз, когда она спросил его, о чем он думает, он ответил: «Так, о жизни». Для него это был очень нетипичный ответ.

Вивьен не могла не волноваться, что Джек захочет разорвать их отношения, когда «Франческо Фолли» будет готов. Эта мысль вызывала у нее депрессию, но она не собиралась на ней зацикливаться. Сейчас она была счастлива. Насколько возможно быть счастливой в данных обстоятельствах. Она очень старалась не сказать или не сделать чего-то, что могло бы испортить время, которое им осталось провести вместе. Она не говорила ему, что любит его, хотя эти слова постоянно были готовы сорваться у нее с языка.

Ее сердце подскочило, как и всегда, когда она увидела огни машины, поворачивающей к дому у подножия холма. Джек дома. Дома и в безопасности.

Горя от возбуждения, она помчалась вниз, заглянув по пути на кухню, чтобы проверить карри. Она всегда готовила для него по пятницам, зная, что он будет слишком уставшим, чтобы идти куда-то. Она предпочитала поберечь его силы для кое-чего другого.

– Милая, я дома, – позвал он, входя в дом, держа в одной руке букет роз, как обычно, а в другой – бутылку шампанского.

– Мы будем праздновать открытие великой тайны? – спросила она, сияя от счастья.

На какую-то секунду он засомневался, но потом наклонился, чтобы поцеловать ее.

– Конечно, а что же еще?

«Почему его голос звучит так странно, словно он разочарован? Может, я сказала что-то не то? Или сделала?»

– Я приготовила карри, как ты любишь, – сказала она, убирая бутылку в холодильник. Повернувшись, она увидела, как Джек ставит розы в вазу. – Ты же знаешь, не обязательно покупать цветы каждую неделю.

– Но мне это нравится, – сказал он и улыбнулся ей. – Ну давай же, покажи мне дом! Я знаю, ты этого хочешь. Ты ни о чем другом не могла говорить всю эту неделю. Только учти, если мне не понравится, у тебя будут большие проблемы.

– Какой кошмар! – сказала она в притворном ужасе. Вивьен была уверена, что он придет в восторг.

Так и случилось. Он просто влюбился в то, что она сделала, несмотря на то что она содрала все обои и выкрасила стены в белый цвет. Но не холодный белый, а очень мягкий, с налетом кремового оттенка. Эти стены наилучшим образом оттеняли мебель, которую она заказала. Мягкие диваны и стулья, которые она выбрала для гостиной, были покрыты мягкой льняной обивкой теплых оттенков: кремового, бежевого и цвета сливочного масла, с деталями оливкого цвета. Камин остался на месте. Его когда-то тяжелое деревянное обрамление было заменено на итальянский мрамор теплого коричневого оттенка с золотыми прожилками.

Две ванные комнаты и кухня были тоже белыми, но она использовала тот же коричневый мрамор для поверхностей и туалетных столиков. Фурнитура была золотого цвета. Жилые помещения были выложены большими плитками кремового оттенка, на полу лежали пушистые яркие ковры. Ковры в спальнях были черного цвета, что очень хорошо сочеталось с обстановкой.

Что больше всего понравилось Джеку – и, соответственно, Вивьен, – так это ее выбор произведений искусства, которые висели на стенах апартаментов и в картинной галерее наверху. Конечно, это были не оригиналы и они не стоили целое состояние: фотографии известных пейзажей, прекрасные пляжи и элегантные яхты. Величественные горы и живописные долины. Хотя рамы были очень дорогие: некоторые из них позолоченные, некоторые белого цвета, искусственно состаренные – зависело от того, что было изображено на картинах.

– Ну что, тебе нравится, босс? – спросила она, смеясь.

– Даже слишком, – ответил Джек.

– Как что-то может слишком нравиться?

Он не ответил, лишь резко развернулся и пошел к раздвижной стеклянной двери, которая вела на балкон. Открыв дверь, он подошел к тому месту, где сломанные перила были заменены прозрачными панелями из армированного стекла. Вивьен последовала за ним, не понимая, что происходит. Джек долго стоял у перил в тишине, прежде чем повернулся к ней.

– Прости, – сказал он вдруг. – Я думал, что смогу это выдержать, но я ошибался. Я больше так не могу.

– Не можешь чего? – спросила Вивьен, внезапно почувствовав тошноту.

– Ждать, пока будет закончен ремонт «Франческо Фолли».

«Вот и все, – подумала она в отчаянии. – Он собирается порвать со мной». Ей хотелось закричать, что она еще не готова. Что он ей еще нужен. Но потом она поняла, что ей никогда не будет его достаточно. Какой смысл оттягивать неизбежное?

– Что ты хочешь этим сказать, Джек? – спросила она в отчаянии. – Ты меня больше не хочешь? Ты это имеешь в виду?

Его глаза округлились.

– Бог мой, женщина! О чем ты говоришь? Не хочу тебя больше? Да я мечтаю о тебе каждую минуту. Я люблю тебя, Вивьен, люблю так сильно, что невозможность говорить об этом убивает меня. Я больше не могу играть в эти игры. Я думал, что смогу подождать, пока ты полюбишь меня, но когда я увидел этот дом сегодня… этот великолепный дом… я понял, что не хочу здесь жить один. Я хочу жить здесь с тобой. Как муж и жена.

– Как муж и жена? – выдавила она.

Джек видел, что шокировал ее, но его уже ничто не могло остановить.

– Да, знаю, я сам говорил, что не хочу жениться и заводить детей. Но это было до того, как я влюбился в тебя, Вивьен. Любовь все меняет. Она заставляет хотеть большего. И да, я понимаю, что для тебя это, возможно, слишком быстро. Но как ты думаешь, сможешь ли ты меня когда-нибудь полюбить? Я знаю, что нравлюсь тебе, тебе нравится заниматься сексом со мной, а значит, до любви осталось не так уж и много. Обещаю, если ты выйдешь за меня замуж, я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать тебя счастливой. Я никогда не буду тебе изменять. И я дам тебе все, что ты хочешь. Ты можешь иметь сотню детей, если тебе этого хочется. Хотя, нет… пожалуй, все-таки не так много… но пару-тройку… даже на четверых я согласен. Три – не очень хорошее число. Да, четверо будет в самый раз. Так что ты скажешь, моя дорогая, прекрасная Вивьен? Ты готова подумать об этом?

Она не могла вымолвить ни слова. Просто стояла, уставившись на него, а потом залилась слезами.

«Боже, – подумал Джек беспомощно. – Что это значит?»

Он обнял Вивьен, прижав к себе, и держал ее, пока рыдания не сменились более редкими всхлипами. К этому времени Джек уже чуть не окоченел, стоя на ветру.

– Думаю, лучше нам зайти внутрь, – сказал он и провел ее назад в гостиную, закрыв за собой дверь. – Прости меня, – сказал он печально. – Я говорил себе, что надо быть терпеливым, но я нетерпелив. И, боюсь, я все разрушил.

– Нет! Нет! – торопливо возразила она, ее зеленые глаза сияли. – Ты ничего не разрушил! Джек, я уже целую вечность люблю тебя.

– Любишь меня?

– Я тоже не хотела тебе говорить, потому что надеялась, что ты когда-нибудь полюбишь меня. И да, конечно же я выйду за тебя замуж, мой чудесный, восхитительный, дорогой Джек! – Она положила теплые ладони на его все еще холодное лицо.

Теперь уже она обнимала его и говорила снова и снова, как сильно его любит. Так они стояли, целовались, смеялись друг над другом, называя друг друга глупцами за то, что боялись сказать правду. В конце концов они пошли вниз и открыли бутылку шампанского, чтобы отпраздновать свое счастье, прежде чем снова подняться наверх и закрепить свою любовь самым древним способом.

Глава 23

Оставалось три недели до Рождества. Небо было чистым и голубым, воздух теплым, а невеста была просто прекрасна.

Джек держал ее за руки и смотрел в ее чудесные зеленые глаза.

Они стояли на том самом балконе, где все и началось несколько месяцев назад.

Гостей было немного, только самые близкие. Конечно, семья Джека восхищалась Вивьен. Но разве могло быть иначе? Она была по-настоящему прекрасным человеком.

Джек купил ей обручальное кольцо на следующий же день после своего предложения. Это был большой бриллиант, окруженный изумрудами, сочетающимися с цветом ее глаз. Но со свадьбой они решили подождать, пока не закончат все работы во «Франческо Фолли».

Теперь дом был белым, с терракотовой крышей. Он возвышался на вершине холма, словно драгоценный камень, в окружении роскошной зелени пышной растительности. Внутри дома все изменилось. Вивьен дала волю своим дизайнерским идеям, не соглашаясь ни на какие компромиссы.

То, что она рассказала ему о своей матери, каким-то образом освободило ее от своего страха перед вещами, беспорядком. Хотя конечно же она все равно не любила комнаты с избытком мебели или отделки. Уж лучше меньше, чем больше, говорила она Джеку.

Вивьен так больше и не вернулась жить в Сидней. Она продала свою квартиру. Они решили, что, как только дом будет закончен, Джек перенесет свой бизнес сюда, в Ньюкасл. Вивьен сделала свой сайт, через который занималась дизайном бутиков, и начала получать заказы.

Она не хотела заводить ребенка, пока они не поженятся, и Джек поставил себе цель добиться этого как можно быстрее. Ему действительно не терпелось стать папой.

Вивьен сжала его пальцы, вернув в настоящее.

– Мы теперь муж и жена, – сказала она нежно. – Ты можешь поцеловать меня, если захочешь.

Его не пришлось долго упрашивать.

– Так о чем ты думал, пока шла церемония? – прошептала она, отстраняясь.

– О том, чтобы сделать тебя мамой сегодня же вечером.

– Но это ведь не всегда происходит так быстро. Может, придется ждать несколько месяцев.

Вивьен оказалась права, она не забеременела той ночью. Это случилось в начале нового года. И это был мальчик.

Что касается «Франческо Фолли», то этот дом всегда был наполнен счастьем, смехом и любовью. Через несколько лет у Вивьен и Джека было уже четверо детей: два мальчика и две девочки. Вивьен продолжала работать, хотя и неполный день. А Джек? Он перестал быть трудоголиком и стал посвящать гораздо больше времени своей семье. Его мать так и не вышла замуж за Джима. Но они все равно были счастливы, живя по соседству и часто путешествуя вдвоем.

Обе сестры Джека с семьями часто приезжали к ним, и все они отлично проводили время вместе, готовя барбекю и выбираясь на пляж.

По правде говоря, к ним во «Франческо Фолли» приезжало очень много народу. Марион и Уилл. Даже Найджел с женой. Такой это был дом.

Иногда летним вечером, когда Вивьен сидела на своем любимом балконе, потягивая охлажденное белое вино и любуясь закатом, она представляла себе Франческо высоко в небесах, как он смотрит вниз и радуется, что его любимый дом наполнен людьми и любовью. В эти моменты она благодарила Бога за то, что спас ее в той ужасной ситуации несколько лет назад и послал ей такого мужчину, как Джек. Конечно, ее жизнь нельзя было назвать идеальной. Но разве это вообще возможно? И это хорошо. Очень хорошо.

Content

Миранда Ли
Обними меня крепче

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23