Пеле-король футбола

Предисловие

к советскому изданию

Как рождаются великие спортсмены? Как найти в нашем мире, где, кажется, никого и ничем не удивишь, путь к сердцу своих современников, к сердцу миллионов поклонников спорта? Что надо делать для того, чтобы наша игра, наше мастерство, результаты наших выступлений были созвучны другим замечательным делам советских людей?

Несомненно, вопросы индивидуального мастерства, исполнительской виртуозности, доведение техники владения мячом до уровня искусства приобретают при этом большое значение. И не только теоретическое, но и конкретное, практическое.

Кроме того, в Мексике с новой силой, громче и безапелляционнее, чем когда- либо, был пропет гимн таланту, исполнительскому мастерству футболистов, доведенному до совершенства. «Нет футбола без звезд» — эта аксиома утверждена сегодня в своей незыблемой правоте. Вот почему сейчас много говорят, пишут и спорят о том, что нужно сделать, чтобы и наш, советский, футбол стал интереснее, богаче, чтобы и его палитра засверкала всеми цветами радуги. При этом называют такие понятия, как увеличение нагрузок, упорядочение учебно-тренировочной работы, совершенствование общефизической подготовки.

Все это, безусловно, правильно. И все-таки, на мой взгляд, это далеко не первоопределяющее условие. Самое главное — великая любовь к футболу. Любовь, рождающаяся в детском сердце и остающаяся в нем на всю жизнь. Но она не приходит сама по себе, не возникает на пустом месте. Ее нужно зажечь, и лучше всего — ярким примером.

Хорошо знаю это по собственному опыту. Не могу утверждать, что с самого раннего детского возраста я знал свою «судьбу» и точно определил свой путь в спорте. Но совершенно очевидно одно: у меня был свой любимый герой, своя мечта в образе бессмертного вратаря Республики— Антона Кандидова. Были и живые герои, которые увлекали, рождали в душе желание подражать им, желание пойти такой же дорогой. Алексей Хомич, Владимир Никаноров, Леонид Иванов — сколько раз с замирающим сердцем, с нескрываемым восхищением и завистью следил я за ними с высоты трибун стадиона «Динамо»!

У мальчишек семидесятых годов есть также немалый выбор спортивных героев. При современной технике они имеют возможность посмотреть по телевизору и оценить игру зарубежных мастеров футбола: Бенкса, Альбертози, Мазуркевича, Карлоса Альберто, Бобби Мура, Шнеллингера, Герсона, Ривелино, Беккенбауэра, Оверата, Жаирзиньо, Гарринчи, Эйсебио, Мюллера, Ривы…

В этом блистательном списке, несомненно, на первом месте был и остается несравненный Эдсон Арантес до Нассименто, известный во всем мире как просто Пеле.

И вот перед нами книжка об этом кудеснике кожаного мяча, о чародее зеленого поля, который довел свое футбольное мастерство до уровня высшего искусства и показал нам неисчерпаемые возможности древней и в то же время вечно молодой игры.

Книга о человеке, реально действующем, знакомом нам, всегда интересна. Этот интерес еще больше проявляется, когда речь идет о спортсмене, которым восхищается весь мир. И, наконец, она трижды интересна, поскольку принадлежит перу журналиста, знающего футбол и своего героя до тонкостей.

Имя автора книги — Алена Фонтана хорошо известно нашему читателю по его неоднократным выступлениям на страницах советского еженедельника «Футбол — хоккей». Специальный корреспондент популярной французской спортивной газеты «Экип» в Бразилии, проживший в этой стране долгие годы, Ален не просто знает бразильский футбол и его героев — он сроднился с ним, стал его частицей. Долгие годы он находился рядом с Пеле, был одним из тех, кто «открывал» этот несравненный талант, став впоследствии его большим другом. Это позволит читателю отнестись с полным доверием ко всему, что написано в книге.

Перед нами проходит большая, яркая и трудная жизнь знаменитого футболиста. С позиции человека, для которого и тяжелейшая, изнурительная жизнь бедняков в бывших африканских колониях, и жесточайшие законы профессионального спорта являются не чем иным, как само собой разумеющимися, Ален Фонтан, хочет того или нет, приоткрывает нам теневые стороны капиталистической эксплуатации человека.

Вот маленькая, скромно названная главка — «Тысяча крузейро». Речь идет о первом гонораре, полученном Пеле за выступление в составе, отныне знаменитого «Сантоса». Он отправляет его своим родным. Вроде бы безобидная, даже сентиментальная картинка. Но всмотритесь внимательно, и вы увидите в ней нечто иное. Там, в царстве капитала, в стране, названной Меккой современного футбола, спортсмен вынужден продавать свой талант, свое искусство, свое мастерство во имя того, чтобы вырваться самому и вырвать своих близких из зловещих объятий нищеты.

Еще один заголовок, весьма выразительный, — «Каторжные работы». Опять со спокойствием невозмутимого фиксатора фактов А. Фонтан описывает, как после тяжелейшего чемпионата мира в Чили, окончившегося выдающейся победой сборной Бразилии, после выигрыша чемпионата Сан-Паулу и Межконтинентального кубка Пеле и его товарищей по команде послали в длительную гастрольную поездку.

Автор, лишь перечисляет факты: бессонные ночи, трудные перелеты, серьезные травмы, которые некогда залечить… Он не делает выводов. Но сделали их мы: перед нами картина откровенной, бессовестной, не знающей меры капиталистической эксплуатации.

Но, конечно, главное, чему посвятил свой труд автор, — образ Пеле, который предстает перед нами во всем своем неповторимом многообразии.

Советский читатель не может, конечно, пожаловаться на то, что его не знакомили с личностью знаменитого футболиста. «Пеле… Пеле… Пеле…» — это имя, сдобренное самыми громкими и цветастыми эпитетами, не раз мелькало в газетных статьях и журнальных отчетах. Что касается автора этих строк, то ему доводилось не раз видеть великого бомбардира в деле и, увы, испытать на себе разящую, неотразимую силу его ударов. Казалось бы, что может быть ближе такого знакомства!

И все-таки я лично принял повествование Алена Фонтана как откровение и благодарен этой книге, которая помогла мне глубже узнать и по-новому увидеть хорошо знакомого человека.

Перед нами этапы сложного и яркого пути Пеле, от первого матча, сыгранного им в основном составе «Сантоса», до вершин великолепия и величия на мексиканском чемпионате. Ален Фонтан с добросовестностью и точностью историографа воспроизводит все сражения, в которых принимал участие Пеле. Но он отнюдь не удовлетворяется только регистрацией фактов. С большим вкусом и знанием дела корреспондент «Экип» обобщает накопленные сведения и рисует нам портрет выдающегося мастера футбола, в котором зримо и ясно просматриваются основные черты его необыкновенного дарования. Вот одна из характеристик:

«Пеле всегда отказывался посылать мяч наудачу, на авось. Его кредо — точность удара. Сегодня он достиг уже совершенства… Однажды в Марселе против «Реймса» он притворился, что бьет головой, и уложил колонну игроков на траву, а сам спокойно принял мяч на грудь и вошел с ним в ворота… Его умение состоит в том, чтобы не дать мячу отскочить, а заставить его нежно скатиться по телу к ноге».

Одним словом, перед нами умная, серьезная книга, и, мне думается, издательство «Физкультура и спорт» делает хороший подарок любителям футбола, всем поклонникам спорта.

Но, перед тем как отправить вас в упоительное путешествие по ее страницам, вот о чем бы я хотел сказать. Это относится в первую очередь к самым молодым читателям.

Бесспорно, после прочтения вы еще больше полюбите чудесного Пеле. Еще более искренним, горячим станет ваше желание приблизиться к высотам его мастерства или подражать тем из игроков, которых вы помните или которых видите сегодня на стадионах. И вот уже, смотришь, идет юная смена футбольных мечтателей. Ее ждут зрители. И больше всего ее ждем мы, те, кому довелось сделать хоть что-то во имя утверждения традиций советского футбола и кто страстно хочет, чтобы эти традиции крепли и умножались.

Вот почему лично я радуюсь каждому случаю, который может послужить нашему общему делу воспитания ярких «звезд» современного футбола. Вот почему я радуюсь появлению этой книги, слова и призывы которой бьют точно в нужную нам цель.

В герое предложенной вам книги счастливо сочетаются все качества художника-футболиста. Перечислять их нет смысла, вы о них узнаете сами. Скажу лишь одно: ни одного футболиста в мире не «опекали» более плотно, более внимательно, а иногда, чего греха таить, и более жестоко, чем Пеле. Но для него не существовало никаких преград и заслонов, никаких опасностей в его яром и неудержимом стремлении атаковать, принести пользу своей команде. И этой неуемности, неистребимой жажде гола нужно не только завидовать, но и учиться. Большой мастер должен быть мыслителем на поле, правильно оценивать тактическую обстановку, делать, подобно шахматным гроссмейстерам, самые правильные ходы. Примитивность тактического мышления может свести на нет многие другие достоинства. Великая сила Пеле как раз и состоит в его удивительном умении видеть игру и понимать футбол в высшем значении этого слова.

И наконец еще одно. Я видел Пеле не раз, начиная с его дебюта в Швеции. Но каждый раз я не переставал восхищаться им. В Мехико он поразил меня особенно. Он показал пример того, как должен относиться к своему искусству выдающийся мастер — ни на минуту не останавливаться в своем творчестве. И если в Стокгольме это был беспечный мальчик, весело забивающий голы, если в Чили он взял на себя огромный труд лидера атак, если в Лондоне он казался поверженным гигантом, то в Мехико мы увидели его в роли мудрого и вдохновенного дирижера.

В вечном стремлении вперед, в умении не обольщаться достигнутым и в минуту самого большого успеха прийти за помощью к самокритике и самоанализу и состоит истинное призвание спортсмена. На заветные вершины поднимается лишь тот, кто умеет трудиться изо дня в день, кто обладает счастливым даром посвятить всего себя достижению избранной цели.

Лев Яшин, заслуженный мастер спорта

Предисловие

К французскому изданию

Взгляните на десятилетнего мальчишку, гоняющего мяч на импровизированных маленьких стадионах во все времена года. Он счастлив от сознания жизни, и ему больше ничего не нужно. Но что это — удар или случай? Мальчик вдруг забивает гол и взрывается, кричит, прыгает, обнимает товарищей по команде. Его счастье ни с чем не сравнимо. Он мечтательно говорит: «Я — Пеле». И это так. Он — Пеле мгновения.

Вы их видели на экранах телевизоров во время чемпионата мира 1970 года. Пеле и его партнеры обладают большим вкусом к игре. Но они остаются прежде всего и большими детьми. Не ищите глубокой причины их сияющего превосходства…

Ален Фонтан видел рождение чудес Пеле. Он единственный европеец — свидетель его жизни и спортивных подвигов на всех стадионах мира. Он его друг, которому доверяется все.

Предлагаемая вам книга значительно больше, чем рассказ об исключительной карьере. Это искрящийся роман, если хотите — легкая прогулка по — стране, которая поет и танцует во славу круглого мяча, где футбол — вторая натура. Эта история человека без маски, без прикрас.

Однако раздались три удара. Место — Королю Пеле и его трижды мировой короне. Пеле, после которого, по словам Нильтона Сантоса, «футбол больше не будет таким».

Вместо пролога

Говорить, рассказывать о Пеле, казалось бы, задача нелегкая: ему уже столько раз пели дифирамбы на многих языках мира! Но при всей его знаменитости как игрока он остается малоизвестен как Человек. Присмотритесь к нему: ни слава, ни деньги не изменили его. Он как бы высечен из мрамора.

Кто он, Пеле? Что за дар уравновешенности, рассудительности живет в нем, делая из чемпиона исключительную личность, явление. Вот его слова: «Чтобы считаться лучшим игроком мира, — говорит Пеле, — мне нужно было бы стать номером «один» на любом месте в команде». В этом его скромность. Но он действительно может сыграть на любом месте. Каждый знает, что это физически очень трудно.

Никогда ему так сильно не хотелось называться просто Эдсон Арантес до Нассименто, быть средним бразильцем, как в часы славы. Возможно, поэтому он так любит свою жизнь отца семейства, жизнь человека, одновременно дикого и симпатичного, вчера еще бедного, сегодня богатого, который сражается, как и в первые дни своего профессионального контракта.

Он возродил атакующий стиль. Он играет сто матчей в год, чтобы довести этот стиль до совершенства. Пеле не обманывает ни других, ни себя. Но он стоит на своем, в нем объединены воля, инстинкт и ум. Он, этот завоеватель невозможного, знает, куда идет.

Забит гол, и ликует каждая его жилка, он счастлив, подобно художнику, последний мазок которого заставил ожить всю картину. Пеле по своему желанию мог бы оказаться в любом клубе мира. Счастливчик опустошил бы до последнего су свою кассу, лишь бы немедленно быть с Пеле. Но Пеле отныне вне всякой цены. Он вы- шел за пределы биржевой стоимости и взорвал все банки круглого мяча. Он обеспечивает доход и результат. Но это не все. Он актер на телевидении, композитор, деловой человек, студент. У этого удивительного «алхимика» эффективность действий уживается с неутолимой жаждой к совершенствованию.

Чем объяснить, что этот небольшой негр, выросший на черном кофе и на фасоли того же цвета, уехав из своей глухой провинции, оказался в один прекрасный день в «Сантосе», чтобы обрушить поток голов на лучшие команды мира уже в 1958 году?

Говорят, что Моцарт начал сочинять в семь лет. Это относится и к Пеле. И если бы в футболе было бы так же, как и в музыке, то он уже в десять лет мог бы выиграть для Бразилии Кубок мира 1950-го…

В книге сначала перед нами пройдет Пеле-ребенок, таинственный, со своими сомнениями, чувствами и сияющей верой, маленький Дико, как его вначале прозвали. Потом — Пеле. Затем — Король.

Скромный человек, отважный человек, который смотрит трудностям в лицо. Человек, который делает честь самому прекрасному из видов спорта — Футболу.

От Сан-Паулу нужно проехать 170 километров по очень красивой дороге, потом спуститься к морю, и вы окажетесь в Сантосе. Въезжаешь в нечто подобное почтовой открытке для туристов: бесконечные набережные, скрежет кранов и «порт кофе», заполненный готовыми к отплытию судами.

Сантос — футбольное королевство Пеле. И он королевствует над своим добрым народом с любезностью и озабоченным видом, который не покидает его никогда. В городе есть улица, носящая его имя, статуя, выполненная главным скульптором государства. Но и это еще не все. Он завоевал глубокое уважение 95 миллионов соотечественников. Популярность, которой никогда не видел Новый континент.

Король Пеле обрел свой двор, свои заботы и привычки. Вместе с женой Роз-Мари он купил дом, обзавелся детьми. Воспитывает их. Жизнь продолжается. А завтра начнется Кубок мира. Кубок мира-74.

В одном можно быть уверенным: Пеле знает лучше, чем кто-либо, о тех огромных надеждах, которые возлагает вся страна на международные матчи с его участием, и о роли, которая ему отводится в этих баталиях.

Над его бедной деревянной колыбелью склонялась добрая фея, и он явился на свет наделенный всеми талантами. Казалось, ему не нужно было учиться футбольной науке. Например, в 1958 году он забил в чемпионате 58 голов (рекорд, который держится до сего времени). Но он трезво смотрит на вещи.

 Раньше я хотя и был более результативным, но менее заметным, чем сейчас.

 Быть может, ты больше играл на острие атаки? — уточняю я.

 Возможно, но в настоящее время у меня значительно прибавилось опыта. Я вижу на поле гораздо больше, чем раньше, делаю все для того, чтобы образовать бреши в обороне соперника и ринуться туда или же передать мяч партнеру; таким образом, для команды я стал значительно полезнее, чем в прошлом.

Аргентинцы, которые остаются самыми трудными соперниками, но и самыми восторженными зарубежными почитателями его таланта, заявляют, что, когда играет Пеле, бог футбола должен останавливать время. Они уверены также — Пеле забивает гол тогда, когда хочет.

О врожденных качествах, об умении расслабляться, о склонности к борьбе, проявившихся у Пеле очень рано, рассказывал мне игрок «Сантоса» Жаир да Роза Пинто.

 Во время чемпионата Сан-Паулу, когда нам часто приходилось совершать переезды, мы прибывали на стадион рано. Делалось это потому, что все маленькие стадионы не имеют ограждений, и мы вынуждены были прятаться. Естественно, что в раздевалке начинался обмен мнениями о предстоящем матче. Одни рассказывали о новом игроке, появившемся в команде соперника, другие — о возможном ходе поединка… Маленький Пеле, едва поставив свою сумку, просил нас его извинить. Потом вытягивался на скамье, закрывал глаза и погружался в глубочайший сон. Он просыпался лишь перед самым выходом на поле… и тут же забивал один или два гола.

Эта отрешенность, эта беспечность раздражала иногда некоторых игроков, возбужденных важностью предстоящей встречи. Иногда один из них, совершенно измученный, поворачивался к Жаиру и бросал:

 Разбуди этого малыша, его храп действует мне на нервы.

Жаир спокойно говорил:

 Нет, будить его я не буду. Поверь мне, хищнику нужно отдохнуть.

Зато некоторое время спустя, после того как Пеле забивал свои голы, наступал черед отдыхать всей команде «Сантос».

Если хочешь, малыш, можешь выйти

…И впервые Пеле ступил на желтый газон стадиона «Вилья Бельмиро», этого храма футбольного клуба «Сантос».

По правде говоря, все считали, что тренер «Сантоса» Лула[1] просто хотел доставить Вальдемару де Брито, своему старому приятелю, в прошлом игроку сборной, удовольствие и не желал его огорчать. Свидетели слышали в голосе огромного «технико» (так в Бразилии называют тренера команды. — Ред.) снисходительную усталость.

Вальдемар де Брито проделал 500 километров, которые отделяют Бауру от Сантоса, и нельзя было не удовлетворить его просьбу — посмотреть, как двигается привезенный им негритенок. В конце концов дирекция клуба дала на это согласие.

«Ведь он, наверное, такой же мальчишка, как десятки других, которые ежегодно приходили показать себя в клубе, — думал про себя Лулу. — Еще один. Они уже устали от этих просмотров». Но Вальдемар де Брито, брат Петролино[2], очень настаивал… Он звонил из Бауру, так расхваливал по приезде в Сантос способности мальчугана, что невозможно было отказать парнишке в праве ударить по мячу.

Вальдемар остается крупной фигурой в бразильском футболе. Его уважают за человечность и помнят как популярного игрока сборной. Он и сегодня приехал, не имея никакой корысти. Тренер «Сантоса» прекрасно это знал. Только добрая воля и дружба с президентом клуба Атие Жорж Кюри толкнули его в эту далекую футбольную экспедицию. Он не имел ничего общего с теми импрессарио, которые носятся по Бразилии, готовые на все, только бы заработать. Его же интересовала судьба мальчишки («Малыш талантлив, и я решил ему помочь. Да и семья его стоит этого, она бедная»).

Тренировка продолжалась. Лула повернулся к Вальдемару и Пеле, неподвижно стоявшим у боковой линии, и бросил:

 Эй, малыш! Ты можешь немного выйти на поле, если хочешь…

Хотел ли он? Да ведь ради этого и приехал! Целую ночь трясся на деревянной скамейке поезда для того, чтобы принять участие в тренировочном матче.

Со всей пылкостью своих шестнадцати лет Пеле страстно желал блеснуть, но в этот день ему, как назло, ничего не удавалось. В голове было пусто, ноги одеревенели.

Матч пролетел незаметно. Сжавшись, Пеле думал о том, что еще будет время исправить свои оплошности. Страх владел им, ужасный страх новичка.

Пеле ушел печальный и разочарованный. Он вспомнил длительное путешествие, такое дорогое и утомительное, наивные мечты и надежды, которые его семья связывала с «Сантосом»… Увы! Взамен лишь короткое, жалкое появление на поле. Он сел на скамейку в раздевалке, наполненной запахом разгоряченных тел, и слушал веселые возгласы. Вальдемар де Брито, который догадывался о его мыслях, сел рядом, улыбаясь.

 Ну, видишь, все не так уж страшно…

 Я никому не понравился.

 Что ты придумываешь? Лучше иди под душ, чем говорить глупости.

Душевая была полна смеха и пара, черных и белых голых тел. Их крики звенели в голове маленького Пеле, перед глазами которого как бы прокручивался фильм о прошедшей тренировке.

Вальдемар де Брито медленно шел вдоль проволочного забора, отделявшего футбольное поле от зрителей. Пеле шел рядом, опустив голову, настроение у него было ужасное.

 Дико[3], ты ведь знаешь, что мне пора возвращаться в Бауру. Дорога длинна, я отсутствую уже четыре дня. Это много.

Все это верно, но мальчик не представлял себе, что Брито покинет его так быстро. Рвалось последнее звено, связывающее его с родными… Он принял удар безмолвно. Почему он не берет его с собой? Ему дается еще одна попытка? Широкая коричневая ладонь мужчины опустилась несколько раз на плечо мальчика. Каждый раз, когда Вальдемар де Брито давал ему важный совет, он похлопывал его по плечу:

 Я совершенно не волнуюсь. Оставляю тебя с отличными людьми. Окружение приятное, есть все условия для развития твоего таланта. «Сантос» — ты в этом скоро убедишься — не только великая команда, но и исключительная футбольная школа: это место, это клуб, где есть дружба, настоящая и искренняя. Я знаю все клубы и выбрал для тебя этот.

Пеле смотрел на него, понемногу успокаиваясь.

 Да, они симпатичные, — согласился он.

 Можешь быть уверен, это именно так.

Жара спала. Солнце пряталось за зелеными холмами, нависавшими над заливом. Нужно было расставаться. Пеле проронил:

 Там… поцелуйте их всех за меня. И скажите, что…

 Ладно… До свидания.

Вальдемар де Брито задержал на мгновение в своей руке руку мальчика и улыбнулся. У Вальдемара был добрый и уверенный вид. Сколько он совершил таких путешествий!

Пеле провожал его взглядом. Вальдемар шел легким, широким шагом по земляной дорожке. Не поворачиваясь.

Он скрылся там, в стороне какой-то стройки, где поднималось нечто похожее на белую пыль, а Пеле оставался на месте, не двигаясь, не думая уходить, словно ожидал чего-то. Может, Вальдемар вернется за ним? Он отвез бы его в маленький домик в Бауру, где не существовало ни проблем, ни вопросов, ни трудностей больших городов. Но он не появлялся. Дорожка была пуста. Лишь старый негр, одетый в лохмотья, босиком, возвращался к центру, неся на голове корзину с несколькими бананами. Пеле внезапно почувствовал себя одиноким, страшно одиноким и отправился в клуб.

Мальчик испытывал ужасную тоску. Впервые в жизни он почувствовал, как его точит безграничное горе. Это напоминало безысходное одиночество, о котором рассказывают старые самба времен рабства: это страдания бедных людей, оказавшихся на чужой земле и отрезанных от всего.

Пришло время ужина. Мальчик последовал за другими в столовую. Есть не хотелось, но он сел. Сидящий рядом парень во весь рот смеялся любой шутке. У него был забавный акцент, манера говорить, которую Пеле ни у кого раньше не встречал. Парень принялся шумно глотать свой суп. Пеле вторично поймал на себе его смеющиеся глаза.

 Ты что не ешь? — спросил парень.

 Не хочется.

 Не надо поддаваться унынию, старина!

Легко сказать! Но парень этот, с добрым лицом и квадратной головой, был симпатичным. Пеле осмелел:

 Откуда ты? Сколько времени здесь находишься?

 Я приехал несколько дней назад из штата Рио- Гранде-ду-Сул. Я «левый» из Порту-Алегри, где играл в команде «Электроэнергия». Сейчас меня проверяют. Да ешь же, пустой желудок делает человека грустным! Меня зовут Дорваль.

Пеле пожал плечами. Это имя ему ни о чем не говорило.

 А как зовут того, что сидит в конце стола?

 Васконселлос.

Пеле вытаращил глаза. Васконселлос! Лучший бомбардир чемпионата! Оказывается, он ростом еще меньше, чем на футбольном поле. Пеле наблюдал, как он ест. Каким образом этот человечек с фигурой карлика сумел забить столько голов? Пеле спросил, живет ли он со всеми вместе.

 Конечно, И защитник Фиоти, и Формига, и Зито.

Я тебя с ними познакомлю. Они хорошие друзья!

Он закончил есть суп и засмеялся, как ребенок.

 Васконселлос! Васконселлос! — позвал он. — Иди сюда! Вот этот малыш хочет с тобой познакомиться. Пусть он станет твоим младшим братом.

Знаменитый голеадор (бомбардир — Ред.)рассматривал Пеле.

 Честное слово, это больше не клуб, — проворчал он, — а детские ясли. Сколько тебе лет?

 Скоро шестнадцать.

Он поднялся и подошел.

 Я карлик, согласен, но в шестнадцать лет я мог бы есть feijoada[4], поставив тарелку тебе на голову.

У него была очень выразительная манера разговаривать. Его мимика и короткие руки вызывали у Пеле желание улыбнуться.

 Да ты не волнуйся! Совсем не обязательно, чтобы у ворот распоряжались великаны. И мы, малыши, проскальзываем!

Подмигнув, он вернулся на свое место.

 Ну ешь же, — сказал Дорваль.

Пеле сделал еще одно усилие. Безуспешно. Решительно ничего не получалось в этот первый вечер.

Пеле встал. Остальные вели оживленный разговор. Приблизился к окну. В Бауру в это время мать, наверное, уже поставила супницу на стол. Радио тихонько играет. Отец читает газету. Слышно журчание воды. Это Зока, его брат, или же Дюсина, сестра, моет руки. Как раз передают последние известия… Кот потягивается, подходит к матери и начинает тереться о ее ноги. Брат и сестра только что уселись у лампы. А его место, Дико, справа от отца… Пустует. А может, кот использовал его, чтобы сесть поближе к пище?

Вдруг Пеле почувствовал, как что-то холодное скользнуло по щеке — слеза. Опечаленный, он поплелся в спальню и упал на кровать, сотрясаясь от рыданий. Самая глубокая детская грусть охватила его в тот день. Именно тогда, когда он хотел казаться мужчиной.

Сколько прошло времени? Он не заметил. Шум шагов вывел его из оцепенения. Подходил Васконселлос. Эй, бамбино, ты не пошел гулять со всеми?

«Нет», — покачал головой Пеле, и Васконселлос продолжал:

 Пойдем, вставай! Пошатаемся немного. Еще нет девяти часов.

Пеле вытер глаза, шумно потянул носом. Но новый знакомый сделал вид, что не замечает его грустного вида. Посвистывая, он вытащил из чемодана Пеле одежду и повесил ее в гардероб.

Рядом со стадионом находилось бистро[5] «Людовик XV». Они вошли туда, и Васконселлос шутливым тоном заказал бифштекс.

Васконселлоса все любили. Это было заметно с первого взгляда. За едой Васконселлос делился забавными воспоминаниями, удивительными случаями, которые происходили во время больших матчей…

Потом они немного прошлись. Пеле почувствовал себя уже лучше. Ночь выдалась спокойная и мягкая, небо было усеяно звездами. Легкий туман поднимался с моря.

Безмолвно подводил Пеле итог этой последней недели. Как жизнь могла быть одновременно и переменчивой и неподвижной? Он вспоминал.

Все началось в один прекрасный день. Без каких-либо предупреждений Вальдемар де Брито позвал Пеле и, пристально глядя в его глаза, спросил:

 Не согласился бы ты провести несколько дней в Сантосе, в «Вилья Бельмиро»?

 Где? — переспросил Пеле, не зная, серьезно ли говорит его футбольный тренер.

Тогда Вальдемар объяснил все подробно и в упор спросил, не побоится ли мальчик расстаться с семьей на много дней, даже на месяц.

 Месяц в Сантосе? — спросил обезумевший Пеле.

Но Вальдемар не смутился.

 Конечно, это не рядом, но если ты хочешь сделать что-либо стоящее в жизни, я не вижу другой возможности. Надо смотреть правде в лицо и слушаться моих советов. Поверь, что при такой технике, как у тебя, как раз настало время попытать счастья.

Пеле от неожиданности так и сел. В голове прыгали тысячи вопросов. Вальдемар положил ему руку на плечо:

 Понимаешь, вот уже несколько дней меня терзают сомнения больше, чем сейчас тебя. Ты должен мне помочь. К тому же я тебе очень доверяю и поэтому решил поговорить с тобой, прежде чем хоть словом обмолвлюсь с матерью. Я считаю тебя мужчиной, и было бы неблагородно не спросить твоего мнения. Ведь в первую очередь заинтересован ты, не так ли?

Пеле потерял способность говорить. Горло сжалось, глаза были пустыми. Никто никогда не говорил с ним подобным образом. Как с большим, взрослым. Ему хотелось ответить Вальдемару отрицательно, просить его в дальнейшем не утруждать себя, но…

Время шло. Чтобы хоть что-нибудь сказать, Пеле проронил:

Сколько километров от Сантоса до Бауру?

 Пятьсот.

Это поразительно. 500 километров?! Для Пеле все равно что если бы сегодня вечером нужно было отправляться на Марс. Сантос… Мальчик вдруг понял всю важность решения, которое ему предстояло принять. Может, вся жизнь его будет зависеть от ответа, который сейчас нужно дать! Вальдемар де Брито, конечно, принимает его за мужчину. Но мужчина — это он, Вальдемар. Дико полностью ему доверял и не сомневался никогда в безукоризненной честности сен[6] Вальдемара. Он тихо сказал:

 То, что вы сделаете, будет хорошо…

Тонкая улыбка промелькнула на губах Вальдемара.

Сейчас он сделает еще одно признание. Насколько труднее пришлось ему убедить донну Селесте, мать Пеле. «Это был дождь из слез, настоящий тропический ливень, который обрушился на меня, едва я коснулся этого вопроса». По ее печальному лицу катились такие крупные и обильные слезы, что настала очередь Вальдемара де Брито потерять голос. Он неподвижно стоял посреди кухни, опустив руки. Мать Пеле, донна Селесте, беззвучно плакала. Добрый Вальдемар смотрел на блестящие от катившихся слез щеки. На мгновение он подумал, что придется отступить.

Но это был не тот человек, который признает себя побежденным, не испытав все (потрясающий адвокат этот Вальдемар де Брито!). Он снова начал говорить своим тихим и ласковым голосом, отвернувшись к окну, старательно избегая взгляда этой женщины, которой причинял боль. Вальдемар говорил о будущем ребенка, о своей привязанности к их семье, о судьбе футболистов-про- фессионалов в Бразилии, об их карьере, о страданиях негров, цене счастья, своей добросовестности и о многом другом.

Он, словно итальянец, все время жестикулировал руками. Мать Пеле остановила его и воскликнула:

 Но ведь Дико только пятнадцать лет!

Вальдемар почувствовал ее колебание… Он медленно прислонился к окну.

 Скоро шестнадцать.

А затем пустил в ход главный аргумент, тот, который и толкнул его на этот шаг:

 Во всяком случае, у меня предчувствие, что из него кое-что получится. — И добавил, что в этом возрасте очень полезно заставить парня самому выпутываться.

Но он увидел, что донна Селесте смотрит в сторону, а он, выходит, говорит в стену… Настаивать бесполезно.

 Хорошо, — последовал нервный жест. — В конце концов, это не мое дело, решать должны вы. Если хотите, чтобы Пеле всю жизнь оставался никем, — смотрите… Однако я всегда буду считать, что был прав. До свидания.

Никогда никто не видел его таким взволнованным. Он взял газету, скрутил ее могучими руками и быстро вышел из дома. Но едва он достиг тротуара, как мать Дико подошла к двери и стала его звать:

 Сеньор Вальдемар! Сеньор Вальдемар!

Он вернулся.

 Извините меня. Вы, конечно, правы. Стоит отвезти Дико в Сантос, раз вы считаете, что так для него будет лучше.

Вальдемар де Брито застыл по стойке «смирно» в дверном проеме. Пеле подумал, что именно так когда- нибудь ему придется стоять во время исполнения военным оркестром бразильского гимна перед международным матчем. Он находил Вальдемара необычайным.

Самое трудное было сделано. Нужно признать очевидный факт: если бы даже пришлось «играть третий тайм», с отцом, то все равно Вальдемар уже выиграл встречу. Еще одну.

По правде говоря, Пеле (он в этом потом признался) дал свое согласие Вальдемару лишь только потому, что верил в отказ донны Селесте. Несмотря на силу убеждения Вальдемара.

Этот бес (а не человек) всегда добивался своего. Пеле мог бы в этом не сомневаться. Разве не он сумел научить его футболу от «А» до «Я», день за Днем? Ему даже удалось привить вкус к нудным упражнениям, имеющим целью улучшить прием мяча.

Но оставалось еще убедить отца. Эта попытка страшила Вальдемара не более, чем предыдущие. Он был настроен решительно. Вальдемар де Брито знал и о трудностях, с которыми придется столкнуться Пеле, прежде чем он привыкнет к «Сантосу». Для него изменение обстановки будет, конечно же, ужасным… Короче, все могли остаться недовольны этим экспериментом и рассердиться на него.

 Что- поделаешь, — сказал Вальдемар, словно прочитав мысли мальчишки, — в жизни нужно уметь принимать решения.

Они молча шли к маленькой мастерской, где работал отец. Вальдемар де Брито улыбнулся. Его друг Дондино смотрел на него, ни один мускул на его лице не дрогнул. Пеле понял, что он все уже знал и что в какой-то степени он был в «заговоре» с тренером. Отец наклонился, подняв тряпку и спокойно вытер промасленные пальцы. Потом бесхитростно спросил;

 Она много плакала?

 Да, — ответил Вальдемар, — но она меня поразила!

Отец стал двигаться, делая вид, что ищет место, куда бы положить тряпку. Когда же он повернулся, его глаза блестели и странно подергивалось лицо.

Вальдемар почувствовал, как сам начинает волноваться, но не позволил себе расслабиться.

 Мы уезжаем послезавтра утром. Позвоню в «Сантос», чтобы всех предупредить.

Когда они прибыли на вокзал, жара спала. С наступлением ночи поднялся небольшой резкий ветер. Мальчик чувствовал, как холод пронизывает все тело, а голова горит и тяжелеет, словно он болен. Донна Селесте, сославшись на недомогание осталась дома. Отец говорил не. останавливаясь, как будто хотел всех оглушить. Пеле схватывал только обрывки фраз. Тот ему говорил, чтобы «всегда хорошо себя вел», «что это для него важнее, чем успешная карьера безнравственного футболиста» и т. п. В мыслях же Пеле был уже далеко, в неизвестности.

Поезд наконец тронулся. Вскоре силуэт отца исчез в темноте.

Поезд вышел из Бауру. Еще какое-то мгновение маленькие огоньки города танцевали за шумящим составом. Вальдемар сел справа от юноши и начал одну из тех историй, которые он так любил рассказывать: «Это произошло в 1934 году во время первенства мира в Генуе… Встречались с Испанией. Вдруг Леонидас [7] выкатил мяч между мной и Заморой[8]»…

Некий Вальдемар

Вальдемар де Брито принадлежит к людям довоенного поколения. Сегодня ему за пятьдесят. Так же как и Леонидас, его партнер по команде, Вальдемар де Брито в 1934 году участвовал в Кубке мира в Италии. Сейчас оба они спортивные комментаторы частной радиотелекомпании Сан-Паулу.

Довольно крупный, с живым взглядом, излучающим симпатию, он побывал на всех стадионах мира.

Сегодня он, конечно, вместе с Феолой[9] и Риерой[10] является одним из лучших знатоков южноамериканского футбола.

Как тренер он десять лет работает в Бауру, сначала в В.А.С., потом в «Нороесте», другом крупном местном клубе. Но все время он руководит только молодежными командами.

 Многие методы профессионального футбола мне крайне неприятны, — часто повторяет он.

Его страстью остается открытие подлинных талантов, подобных этому одаренному мальчишке, который впоследствии станет лучшим игроком мира — Пеле.

* * *

Наступила суббота. Кончились тренировки. Отныне для всех важным становится лишь одно — завтрашний матч. Все вокруг внезапно сбавили тон и озабоченно ходили взад и вперед.

Пеле был доволен, ибо почувствовал, что о нем понемногу стали забывать. Общая лихорадка, к которой он пытался застенчиво приспособиться, предоставила ему, наконец, передышку. Мысль о том, что у него есть целых три дня, прежде чем вновь начнутся тренировки, более тяжелые, чем настоящие матчи, давала отдых его нервной системе. Он бродил без цели, только чтобы убить время.

Невольно Пеле оказался на стадионе. По правде говоря, это была единственная знакомая ему дорога. У входа он заметил тренера Нене, который возился с коробкой, где лежали шипы. Увидев Пеле, он бросил:

 Ну, парень, как дела?

Пеле ответил, что дела идут неплохо. Бывший правый полусредний «Сантоса» был очень веселым человеком, вызывавшим у всех симпатию. Пеле с ним часто болтал. Но сегодня не удалось продолжить разговор.

 Ты подготовил форму? — спросил Нене.

Пеле широко открыл глаза:

 Какую форму, сеньор Нене?

Пеле не понимал, о чем идет речь. Он чувствовал себя настолько взволнованным, что, возможно, и забыл о чем- нибудь важном. Или же до него не дошел смысл фразы? Так можно с ума сойти. У этих жителей бразильского побережья особое арго. Сколько нового открывал он для себя каждый день с тех пор, как оставил Бауру!.. Пеле внезапно подумал, что «форма» означала, очевидно, необходимый багаж для путешествия. Какой же он глупый! Они, должно быть, решили отправить его обратно поездом… Холодный пот покатился по спине, и он почувствовал, как вдруг у него ослабели ноги.

Нене продолжал:

 Скажи-ка, парень, ты что, еще до сих пор не знаешь, что такое форма?

У тренера был такой вид, будто Пеле смеется над ним. Это переходило всякие границы. Но так как мальчишка глупо качал головой, он сказал:

 Это бутсы, шнурки, трусы, щитки, черт возьми…

И закончил:

 Форму готовят в субботу после обеда, накануне матча. Ты, я вижу, вообще ничего не знаешь. И чему только вас в школе учат?

То ли от страха, то ли от радости Пеле пробормотал:

 Какой матч, се Нене?

 Ты смеешься надо мной, парень, что ли? Накануне такого трудного матча против «Васкино» ты меня спрашиваешь: «Какой матч, се Нене?» Ты совершенно не в своем уме, милейший… Проснись!

Солнце плавило асфальтовые аллеи, а у входа в коридор кружились мухи. Так как нужно было принимать решение, Пеле пробормотал:

 Но, се Нене, зачем все это готовить, раз я не играю?

Руки собеседника упали ему на плечи.

 Слушай, малыш, кто здесь решает — ты или я. Если ты сейчас тренер команды, так надо об этом сказать!

 Но, се Нене, не думайте…

 Я ничего не думаю. Я просил тебя приготовить форму, потому что ты завтра играешь. Точка, и все!

 Но я ведь не знал, вы мне ничего не говорили….

Видя смущение мальчика, Нене засмеялся. Ему хотелось пошутить, и он остался очень доволен собой.

 Так вот, если ты не знал, так знай: подготовься хорошенько сегодня, так как завтра на поле будет несладко. Придется попотеть.

Пеле в то мгновение был очень возбужден. Он ушел, даже не простившись. Нене, бывший игрок «Сантоса» рассказывал потом: «В тот день я понял, что футбол у него в крови». Пеле же думал только о том, чтобы не побежать. Он, будущий футболист «Сантоса», должен уметь вести себя так, как подобает мужчине. По правде говоря, он шел как во сне, он парил в воздухе.

Ночь Пеле спал хорошо, хотя лег поздно. Однако на следующий день, когда укладывал свои футбольные пожитки, его вновь охватил страх. Сердце громко стучало, ускоряя свой бег. О, если б отец Дондино смог приехать, чтобы присутствовать на его первом матче или же Вальдемар оказался бы здесь, чтобы дать ему совет! Насколько все стало бы легче! Он сказал бы нужное слово и вернул ему равновесие. Но сейчас, одинокий и незаметный в этой белой майке «Сантоса», Пеле чувствовал себя ужасно беспомощным. Все было против него. Даже шнурки плохо завязывались. Почему он так нервничал? Почему так тряслись его руки? Конечно, толпа уже повисла на решетках «Вилья Бельмиро». Конечно, она будет критиковать его первые движения, конечно, «Васкино» — грозный соперник, но, наконец… О, как тяжело это чувство удушья! Скорей бы начался матч! Лучше иметь дело с самым грубым защитником, чем с действующим на нервы ожиданием.

«Васкино» — команда трудная. Она родилась в результате раскола рядов «Сантоса». Раскол этот вызвали дисциплинарные меры.

Упрямые головы взбунтовались и увлекли за собой лучших игроков. «Сантос» был ослаблен, и встреча с соперником, который отлично знал его, напоминала встречу быка с тореадором: жертва неизбежна. Никому не известные юные игроки кое-как «подремонтированной» команды должны были попытаться организовать достойное сопротивление мощным надменным бунтовщикам, явившимся взять реванш. Реванш, который обещал быть столь блестящим, сколь и безжалостным.

Вот на какую каторгу попал неприспособленный Пеле со своими «легкими» шестьюдесятью килограммами. Его выметут в два счета, в три приема. Напрасно он радовался, когда получил место левого полусреднего. Он всего не оценил. Перед ним открывалась короткая карьера метеорита. Но жребий был брошен. Оставалось только сражаться против 11 полных решимости игроков, 9 из которых раньше играли за «Сантос», и раненое самолюбие делало их готовыми ко всему. Впрочем, подобно Пеле, остальным дебютантам команды тоже было не по себе. Они разогревались без радости. Вся торсида, жаждущая реванша, пожелавшая присутствовать на расправе, отпускала грубоватые шутки по их адресу.

С самого начала матча команда «Васкино» повела умопомрачительную атаку. Предельно скованный, предвидя катастрофу, Пеле отошел назад. Слишком далеко назад, ибо игравший против него соперник воспользовался этим отходом и атаковал ворота (звали его Аннибал; Пеле до сих пор помнит это имя).

Он и его партнеры давили на ворота команды хрупкого Пеле, и то, что должно было случиться, случилось: команда «Васкино» открыла счет — 1:0. Дело принимало плохой оборот. Но хитрый Нене дал приказ Пеле выдвинуться вперед. Маленький форвард вновь включился в линию атаки. На позицию второго центра нападения. И, как по волшебству, все стало на свое место. Игра выровнялась, и некоторое время спустя «Сантос» забил ответный мяч. Используя замешательство соперников, Пеле, уже тогда обладавший удивительным даром чувствовать переломные моменты матча, послал второй мяч в сетку ворот — 2:1. Тут он почувствовал, что к нему возвратилось спокойствие. Нервозность внезапно исчезла. Все ему казалось легким. Он попытался даже провести серию дриблингов, заставших врасплох защиту соперника. Приблизившись вплотную к воротам, Пеле забил еще один гол — 3:1.

Замешательством воспользовался и его партнер Раймундино, доведший счет до 4:1. Дело, казалось, было сделано. Но Пеле нанес подряд еще два неотразимых удара по воротам окончательно растерявшегося «Вас- кино». Итог встречи — 6:1.

Матч закончен. Никогда Пеле не был так счастлив. Он подумал о том, что нужно позвонить в Бауру родителям и сообщить об успехе. Он скажет: «Алло, как дела, отец? А у меня жизнь прекрасна. Я впервые играл против «Васкино», да, да. Ты знаешь? Очень сильная команда… Ho мы им вкатили 6 голов, я забил 4».

Однако он не смог позвонить: звонок в Бауру стоил целое состояние, а у него в кармане не было ни единого крузейро. С облаков он спустился на землю. Придется довольствоваться небольшим теплым письмецом. Сообщить, что здоровье в порядке и что до сего времени все были довольны и им и его умением играть в футбол. Радость плясала в нем, но нужно сохранять спокойствие. Пеле взял лист бумаги и начал: «Сантос, 23 июля 1956 года. Мои дорогие родители…»

Чемпионат «босоногих»

Когда начали его называть Пеле? После двух-трех школьных лет он уже носил это забавное прозвище. Можно не сомневаться, что это плод фантазии одного из мальчишек ватаги, с которой он в то время встречался. Слово это португальское, и если оно происходит от «кожа», то абсолютно ни о чем не говорит.

Еще о школе. Пеле не был отличным учеником. Вначале, правда, все шло хорошо. А потом Пеле становился рассеянным, пропускал уроки, а затем и вовсе перестал посещать школу. И все из-за футбола.

Как только он научился переставлять ноги, так сразу же ощутил желание бежать за всем, что подпрыгивает, — мячами, банками, пробками, и он был похож на маленького котенка, выпускающего коготки. Едва перед ним возникал какой-нибудь предмет, как ничем не контролируемая сила толкала его к этому предмету. Он должен был властвовать над ним, укрощать его. Говорят, что если бы он не родился человеком, то в один прекрасный день его видели бы в облике футбольного мяча!

Этот мяч составлял почти всю его жизнь. Если не считать планеров и маленькой речки, текущей вблизи железной дороги. Но после того как мальчик увидел разбившегося летчика, а спустя некоторое время чуть было сам не утонул, он вернулся к своей любимой страсти — игре в футбол на маленьком поле. Физическая потребность бегать, двигаться составляла неотъемлемую часть его существования. Для этого мальчугана неподвижность была самым ужасным наказанием.

Но ни Пеле, ни его маленьких друзей поначалу не принимали в команды подростков. Несмотря на обиды, обвинения и всевозможные вызовы старшим, этих ребят по- прежнему отказывались включать в один из двух лагерей, которые возникали после уроков. Им повторяли, что «они не имеют нужного веса». Закон сильнейшего всегда справедливый. Небольшая группа малышей, переполненная гневом и надеждой, оставалась за воображаемой лицевой линией. Может быть, кто-нибудь из старших получит травму или уйдет, и тогда команде потребуется подкрепление. Может быть, эти задаваки признают наконец доблесть Дико-Пеле и его друзей. Но напрасно они надеялись, матч заканчивался, и никто их не звал.

Впрочем, иногда после неудачного удара мяч вылетал в их сторону. Тотчас же они его хватали, принимались бегать, пасовать друг другу, отдавать мяч так, чтобы другие не могли овладеть им. Они разыгрывали миниатюрный матч, подобный матчу больших. Но проходило несколько минут, и старшие, раздраженные неслыханной дерзостью этой «шпаны», прогоняли их, отвешивая им по дороге оплеухи. На этом импровизированный матч заканчивался.

Другими словами, футбол уже тогда был для Пеле синонимом синяков, приобретенных на футбольном поле.

И вот однажды малыши решили создать собственную команду. Они натерпелись от этих грубых эгоистов. К тому же старшие играли без изящества, они и понятия не имели, что такое красивый футбол. А малыши, от горшка два вершка, хотели независимости, желая доказать, что и они кое на что способны.

Началось великое приготовление к бою: каждый обшарил все закоулки своего дома, разыскивая старые тряпки, из которых затем сделали прекрасный мяч; обозначили игровое поле. Двоих обладателей ботинок выбрали вратарями, с тем чтобы их ботинки служили вместо штанг.

Вот так и проходил самый первый, самый чудесный матч Пеле.

Из-за тысячи доводов (недовольство старших, например) матчи эти, увы, продолжались недолго. Но Пеле и вся его ватага отныне не могли жить без футбола. Через некоторое время была создана новая команда. Первое большое нововведение. Мальчишки на этот раз имели мяч, самый настоящий. Они решили дать команде имя «Седьмое сентября» — в честь улицы того же названия, которая упиралась как раз в Рубене Аррида, где жили родители будущего центра нападения сборной Бразилии.

Оставалось решить только денежную проблему. Она была исключительно трудной для мальчишек, начинающих с нуля.

Происходили пылкие споры, громоздились макиавеллевские планы. Однако, несмотря на неслыханные ухищрения, удалось приобрести лишь трусы и майки.

«Мы пропали», — сказали ребята. Но они не были одиноки в столь затруднительном финансовом положении. Другие маленькие клубы тоже имели подобную вывеску. Но это им не мешало организовать официальные соревнования и принимать в них участие. Несмотря на отсутствие денег, «Седьмое сентября» вошла в чемпионат «Босоногих», как их называли. У команды был лишь один резиновый мяч, и его очень берегли. Мяч этот хранился дома у Пеле: во-первых, тот жил рядом, а во-вторых, к Пеле относились как к капитану.

Уже тогда Пеле не возражал, если его передвигали с привычного игрового места на другое, в зависимости от того, как сильно играл соперник…

Матчи проходили на улице, где жил Пеле. Перед началом игроки выстраивались в цепочку и представлялись полдюжине ровесников, сидящих в тени. Все было как на настоящем поле «Мараканы[11]» в Рио-де-Жанейро. «Толпа» маленьких зрителей аплодировала, игроки горделиво кланялись.

Пеле не помнит случая, чтобы «Седьмое сентября» проиграла хотя бы один матч, даже более взрослым ребятам.

Встречи, о которых идет речь, начинались после школы. Зимой они заканчивались в потемках, при свете газовых фонарей. Увы, очень часто неловкий удар — и лампа вдребезги, происходит короткое замыкание. Моментально весь квартал погружается в полную темноту: спасайся кто может! Игроки разлетаются, как стая воробьев.

В один прекрасный день мэр Бауру широко объявил, что муниципалитет готов поддержать организацию турнира с участием любой команды, возраст игроков которой не превышает пятнадцати лет. Положение о турнире, правда, содержало одно драконовское условие: играть в бутсах.

Абсурдное требование! Родители ребят слишком бедны, чтобы купить обувь, тем более еще на шипах. Что делать? Добросердечный болельщик пожалел их. Решив помочь, он отправился к знакомым секретарям различных клубов и силой убеждения спас положение. Хотя далеко не всем удалось получить обувь нужного размера, вся команда была полна счастья от этой модернизации, позволяющей наконец сравнить свои силы с сильнейшими командами того времени.

У Пеле оказалась довольно потрепанная пара, с очень твердыми мысками, которые мешали ему во время удара. Но, несмотря на это, он чувствовал себя в высшей степени счастливым.

Невиданная роскошь, внезапно свалившееся богатство — ведь они играют теперь в ботинках с шипами — привели к тому, что один из мальчишек предложил:

 А почему бы нам не называться «Маленькая Америка»? Пусть ее откроют… Молодую, новую, многообещающую команду.

Решили: «Маленькая Америка» — «Америкина».

Гордая своим именем и новой формой, «Америкина», не оглядываясь, пошла в атаку и на турнире дошла до финала. Больше того, после труднейшей борьбы выиграла соревнование. Взаимопонимание, сплоченность, достигнутая на полях маленьких площадей и улиц, автоматизм, который они приобрели, продолжая играть зимой, и дух самопожертвования, выработанный в тяжелейших условиях, свершили чудо.

Это был неожиданный, но заслуженный успех, и «Америкину» назвали великой командой. О ней заговорил весь город. Юный коллектив не только унес приз из-под носа признанных фаворитов, но и продемонстрировал, особенно в финале, зрелищный и многообещающий футбол. На молодых уже смотрели как на будущих звезд. Особенно на одного из них, хрупкого центра нападения.

Дондино, его отец, который пришел, чтобы незаметно взглянуть на решающую встречу, вернулся домой под впечатлением успехов своего сына. У мамаши Селесте тоже был счастливый вид.

Эта победа имела и другие последствия. О ней столько говорили, что «Бауру Атлетико» начал «строить глазки» многим футболистам победившей команды. Руководители клуба брали на заметку всех юных талантливых игроков. Вскоре «Америкину» стали растаскивать. Когда прекратились набеги, вновь начались игры, но энтузиазм всей ватаги с уходом игроков упал. Чудесная обстановка осталась лишь воспоминанием. Стала проявляться зависть. Пеле, который долго был верным своей дорогой маленькой команде, разочаровался и, вопреки сердцу, ушел в команду БАС.

В новом клубе все самые серьезные проблемы решались как по мановению волшебной палочки: бутсы, майки, гетры, трусы — будто шел дождь изобилия. Оставалось только играть в футбол и совершенствоваться. Какое удовольствие! Особенно когда Вальдемар де Брито начал заниматься с молодежью. Сильная личность. Он тут же заставил признать себя. Вальдемар требовал дисциплины, дисциплины во всем. Он обладал искусством утвердить свой авторитет, поставить на место тех, кто слишком мнил о себе. А тем, кто слушал его и пытался следовать его советам, был скорее старшим братом, чем тренером. Футбол он знал как свои пять пальцев…

Пеле, удивленный тем, что об игре, которую он любил больше всего на свете, рассказывали так ясно, буквально упивался его словами. Тренер сразу же ухватился за эту любознательность и стал проявлять особое внимание к сыну своего друга Дондино.

 Делай так, как подсказывает тебе темперамент, — повторял он. — Никогда не теряй из виду своих партнеров по нападению, но пусть это не мешает твоему порыву. Помни, ты должен стать нападающим, действующим по вдохновению…

И добавлял:

 Даже если тебе не удается, продолжай, как тебе подсказывает интуиция. Если ты стремишься добиться эффективности, я никогда не буду ругать тебя за то, что ты взял на себя инициативу.

Благодаря искренней дружбе Вальдемара де Брито Пеле быстро понял, какими огромными возможностями он располагает, и полностью доверился своему таланту.

Маленький БАС («Бакина», как они говорили) напоминал хорошо отрегулированную машину. В технике он превосходил многих соперников, умело держал мяч. Команда забила много голов, за первый год — 89.

Без особого труда выиграли чемпионат. Подобный успех повторили три года подряд. Команда БАС — а точнее, команда Вальдемара де Брито — стала непобедимой. К ее игрокам относились как к маленьким царькам, а публика дошла даже до того, что стала с шумом и гамом требовать включения большинства из них в «первую команду».

Несмотря на комплименты, похлопывание по спине и опубликованные фотографии в газетах, Пеле не зазнавался. Он прекрасно понимал, что ему только пятнадцать лет, что перед ним длинная дорога, что многому нужно учиться.

Из всех клубов, где протекала его — столь короткая! — карьера любителя, «Седьмое сентября» занимает самое большое место в сердце Пеле. Это была для него всего-навсего переходная ступень. Но у сердца свои законы…

«Америкина», которая дала ему возможность принять участие в настоящих матчах и упорядочить свою игру, а затем «Банкина», где за ним серьезно наблюдали и давали советы, внесли, конечно, значительно больший вклад в обогащение его природных данных. Пеле так много значил для этого маленького неизвестного клуба, так сражался за то, чтобы клуб выжил, что воспоминание его юности продолжает оставаться бесконечно дорогим.

«Банкина» благодаря четкой организации и благоприятным условиям для игроков составляет уже часть одной из позолоченных сторон его необычайной карьеры. И наоборот, мрачный и трудный период в команде «Седьмое сентября» остается исключительно богатым с точки зрения человеческих контактов, совместных испытаний… Он ел там черный хлеб и, как большинство людей, ставших знаменитыми, хранит самые трогательные воспоминания об этих временах.

Папа Дондино

Отец Дондино всегда поддерживал сына. Этот отец был на высоте! Строгий, но добрый, он знал, о чем говорит, когда касался футбола. В молодости он был известен по всему штату Минас-Жераис как блестящий «техник», владеющий грозным ударом головой. Но ему не повезло. Когда его звезда поднялась и самый знаменитый из клубов окрестности — «Атлетико Минейро[12]» пригласил его к себе, он получил серьезную травму. Это произошло во время товарищеского матча. Дондино надеялся, что его увидят в деле и он сможет наконец оказаться в столице. Первый тайм, справа летит невысокий мяч. Дондино рванулся вперед и попытался его подрезать. Но не успел даже притронуться к мячу: сильнейший удар опрокинул Дондино, и когда, распластавшись на земле и охватив колено, он открыл глаза, то увидел удаляющегося с мячом защитника соперника. Все было кон- чено. Его колено стало похоже на шар, надутый, а потом выпустивший воздух. Он пытался лечиться в маленьких городах, принимал тепловые ванны, но ничего не помогало. Даже при небольшом усилии колено вздувалось. Надежда умирает последней. Может быть, нужно хорошо отдохнуть? Но…

Наконец Дондино был вознагражден. У него появился сын, здоровый и крепкий, который играет в футбол так, что можно только мечтать. Чего же еще требовать? Нужно помочь ему. Не может быть, чтобы судьба противилась дважды — и отцу и сыну!

Благодаря ему Пеле, как только стал делать первые шаги, научился «чувствовать» мяч. Он заставлял его прыгать по груди, держаться на голове в движении. Часами мальчик жонглировал, «разговаривал» с этим круглым и капризным, как солнце, предметом. Все двенадцать месяцев в году. И добился того, что познал все его секреты. Теперь он составлял с ним единое целое: мог жонглировать даже завязав повязкой глаза! Эту способность обращаться с мячом ему дал папа Дондино. Он сделал сына хозяином футбольного мяча. Пеле всегда знал, как укротить его; мягко отдать в нужном направлении или пройти с ним так, чтобы поставить оборону соперника в трудное положение.

Это очень важно. Может быть, самое важное из всего того, что потом развил в нем Вальдемар де Брито. Было бы несправедливым, однако, говорить, что Вальдемар мало ему дал: удар по мячу, например, поставил он. И гибкость, и умение обрабатывать мяч на полном ходу, и стратегию атаки.

Можно быть очень способным, «чувствовать» игру и все что хотите, но многого не знать. Возьмем, например, удар с лета. Многие журналисты, особенно иностранные, спрашивали Пеле, почему мяч после его ударов практически никогда не летит выше перекладины. Некоторые, возможно, сошлются на то, что у негров более подвижные суставы, сухожилия колена тонки, как у кошки, или же святые Макомба управляют их ударами. Возможно. Но Пеле утверждает, что он долгими часами отрабатывал удары. В то время как другие ребята развлекались дриблингом, Вальдемар де Брито давал ему два-три мяча на маленьком стадионе Бауру. Пеле посылал их в воздух, а затем бил с лета. Мазуркевич[13] понял во время игр в Мехико, насколько Пеле овладел этими уроками. Это было так. Мгновенно увидев неудачный выход Мазуркевича, Пеле с лета принял мяч и послал его по крутой траектории. Тот, кто играл в футбол, знает, насколько труден такой прием. Нужно придать телу определенный угол, добиться особого равновесия, чтобы не потерять ни силу, ни точность удара. Вратарь «Пеньяроля[14]», спасая ворота, должен был совершить один из своих необычайных бросков, секретом которых он в совершенстве владел.

Пеле говорит, что если так тренироваться несколько месяцев, то мяч никогда не будет лететь выше перекладины. Когда есть хоть немного способностей, то можно со временем всего достигнуть. Вопрос лишь в сообразительности и настойчивости. Останется только научиться сохранять тот же коэффициент удачи… когда вас тянут за майку, задерживают, толкают, бьют, подкашивают. Другими словами, следует пополнить свой репертуар (помимо так называемой чистой техники, которая позволяет вам обводить соперника и бить по воротам) рефлексами самозащиты, способными дать вам возможность сохранить преимущество в решающий момент. Умение и опыт оценятся только своей эффективностью. Вальдемар не успокаивался до тех пор, пока Пеле не осознал это.

Для нападающего еще более трудным (кроме того, чтобы хорошо играть и ставить оборону соперника в затруднительное положение) является умение безукоризненно контролировать мяч и одновременно уклоняться" от действий, направленных против тебя, держа на прицеле'! ворота соперника. Как видите, Пеле не по мановению волшебной палочки стал лучшим игроком мира.

* * *

Следующий день, а за ним еще один протекали так же монотонно, как и все остальные после отъезда Пеле из дома. К нему закрадывались мрачные мысли: что думают о его игре, почему руководство клуба не принимает никакого решения? Ведь у них уже должно сложиться определенное мнение!

Конечно, товарищи по команде признали его. Да он и сам не так уж недоволен был своей игрой. Но личное мнение вряд ли ценится больше, чем мнение других.

Пеле не всегда был в ударе на тренировках, хотя во время небольших матчей между игроками клуба, играя с Ремудино, одним из самых «тонких» игроков, которых он знал, и Вальдиром, у Пеле складывалось впечатление, что он доставляет много хлопот защите соперника.

Но он не был удовлетворен. Ему всегда хотелось после того, как кончалась тренировка, подойти к тренеру и сказать: «Добавьте мне время. Не знаю почему, но с тех пор, как приехал сюда, я не получаю и половины моей нормальной нагрузки». Но он не решался это сделать.

Беспокойство грызло мальчугана. Однако через четыре дня после пробного матча, а точнее, 27 июля (всю жизнь он вспоминает это число), его позвал Нене-ле-Бониссимо:

 Эй, гигант из Минаса, где ты? Я с утра ищу тебя. Все видели, как ты проходил, но никто не знает, где ты находишься.

 Что случилось, сеньор Нене?

Тот вынул из кармана бумагу.

 Все из-за этого. Прочитай хорошенько, и если ты найдешь, что все в порядке, то тебе останется лишь расписаться внизу.

Пеле быстро пробежал контракт с «Сантосом». 6000 крузейро в месяц, а сверх того клуб обязуется оплачивать его учебу в течение года.

 Твой отец тоже должен подписать внизу эти документы, так как ты несовершеннолетний.

Пеле положил контракт на стол и подписал. Зито, Дорваль и Риоти — игроки «Сантоса» тут же заключили пари, ибо, как один из них утверждал, в истории бразильского футбола впервые шестнадцатилетний мальчишка подписывает профессиональный контракт (никто, впрочем, так и не узнал, кто же из них выиграл…).

 Внимание, — произнес Дорваль своим южным акцентом, — у тебя начинают появляться обязанности. Сейчас ты должен обмыть контракт, совсем немного.

Все стали аплодировать. Пеле привел их в кафе «Людовик XV», которое Васконселлос называл так; «Король всех бистро для команды-королевы». Пеле подумал о том, что Вальдемар де Брито был прав, называя «Сантос» клубом дружбы.

Меньше чем через месяц, 21 августа 1956 года, Пеле отправился играть в Субатао. Это одно из самых жарких мест в Бразилии, в штате Сан-Паулу. Выиграть у местной команды «Уньон Коммерсиаль» на ее поле очень трудно. Однако в этот день, имея на правом краю Дорваля, «Сантос» добился победы, и Пеле, казалось, вновь обрел легкость игры, как в «Бакина» (Бауру). Почувствовав вкус к аплодисментам (в этом он сам признался), Пеле проделал несколько трюков, исключительно с целью доказать, что он вновь стал самим собой. Ему казалось, что удается все. Публика это любит. На следующий день, проходя мимо «Людовика XV», он услышал, как незнакомый голос сказал: «Ты видишь там, на тротуаре, этого мальчишку, вчера в Субатао он всех разделал под орех…».

Это был первый безымянный комплимент в его адрес.

Некоторое время спустя «Сантос» официально объявил, что скоро никому не будет разрешено продолжать проживание в домах «Вилья Бельмиро». Помещение, которое как бы являлось «клубным домом», закрывалось. Всем игрокам, выбравшим в качестве резиденции «Урбано Кальдеиро», как он именовался официально, пришлось искать другое жилище.

Это решение доставило много хлопот Пеле. Куда ему отправиться жить? В какой квартал? Без знакомств нелегко было найти квартиру в центре. Ему давали много адресов, но каждый раз было что-то не то: или слишком большое расстояние, или шум, или неподходящая цена…

Все устроил тренер Луи Алонсо. Несмотря на свой отсутствующий вид и полузакрытые глаза, он был в курсе мельчайших деталей. Ничто от него не ускользало. Неизвестно, каким образом он узнал однажды, что жена баскетболиста Раимундо хочет открыть пансион. Разве это не лучший выход? В тот же вечер он явился к ней.

О чем он с ней говорил? Неизвестно. Но ему удалось добиться того, что большинство игроков отправилось в квартал Помпеи, недалеко от пляжа, в дом № 215 на улице Эуслидес де Куна.

Место ребятам понравилось сразу, улица тихая. Они ждали, вытянувшись в линию, вдоль маленькой каменной лестницы. Дверь открыла жена Раимундо. Среднего возраста, черные глаза, скупой жест, мягкий голос. Вот в таком виде появилась донна Жоржина, которая должна была стать второй матерью Пеле.

 Вот наша банда, — сказал Лула. — Клуб отвечает за своих игроков, можете не беспокоиться.

Она осмотрела одного за другим, не проронив ни слова.

 Я знаю, что ваш муж спортсмен и вы привыкли заботиться о чемпионах, — продолжал Лула. — Им будет хорошо, я знаю.

Донна Жоржина кивнула головой. Они вошли.

 А кто этот малыш? — спросила она, указывая на Пеле.

 Это о нем я вам говорил, — ответил тренер. — Признайтесь, было бы жалко отпускать такого симпатичного мальчишку в гостиницу или в какой-нибудь другой пансион.

 Как тебя зовут?

 Пеле, — ответил за него Лула.

 Забавное имя, — сказала она, смеясь, — Пеле! Это же не имя. Но говори же или ты потерял язык?

У нее для каждого находилось доброе слово. Чувствовалось, что это очень славная женщина. Настоящая находка.

На следующий день, когда все собрались, едва Пеле появился к завтраку, как из кухни вышла донна Жоржина.

 Пеле, — бросила она, — пойди и надень джемпер.

Ее тон не допускал возражения. Он тотчас же поднялся к себе в комнату, а когда вернулся, она спросила:

 Ты любишь жирное мясо?

 Да, я ем все.

 Возможно, но зачем же все?! Я думаю о твоем здоровье, Пелезино, ибо я знаю, что ты значишь для бразильской команды, которая в следующем розыгрыше выиграет первенство мира.

Все сидящие за столом рассмеялись, и Пеле в том числе. Какая она была смешная, эта донна Жо!

 Чемпионат мира будет в каком году? — продолжала она.

Пеле об этом сам ничего не знал.

 В 58-м, через два года, — ответил кто-то.

Она задумчиво покачала головой:

 Тогда ты обязательно поедешь, малыш Пеле.

Риоти помирал со смеху. Его мощный торс вздувал желтую рубашку. Она задала еще один вопрос:

 А где будут эти чемпионаты?

 Где-нибудь в Европе, в Скандинавии.

 Прекрасное путешествие, — мечтательно сказала она. — Мне всегда хотелось поехать туда…

Однако Дорваль не вытерпел:

 Хотелось бы знать, удастся ли сегодня поесть или же вы будете продолжать нести вздор.

«Я ни на что не способен»

Чемпионат юниоров подходил к концу. Во главе шел «Сантос», которому угрожала только лишь команда — «Жабакара», отстававшая на очко и продолжавшая отчаянно преследовать лидера. В течение многих недель «Сантос», ведущий этот танец, никак не мог увеличить разрыв, Руководимая старой лисой Арнальдо де Оливеира, команда соперника представляла собой крепко сколоченный ансамбль, жесткий в обороне, который без каких-либо ярких вспышек преследовал, словно тень, «Сантос» трудном, полном препятствий соревновании.

Волею судьбы «Сантос» в последнем матче чемпиона- та играл против «Жабакары». Это был финал во всем его величии. Напряжение выдерживалось до самого конца. Шансы были на стороне команды Пеле. Действительно, она блистала всеми своими огнями, в ее составе не оказалось ни одного травмированного игрока. Все были полны оптимизма, ибо самого простого ничейного результата хватало для победного финала.

С первого удара по мячу лидер почувствовал, что соперник доставит ему немало хлопот. И в самом деле, «Жабакаре» нечего было терять, она играла с невиданной запальчивостью и забила гол. Это произошло до того, как фаворит начал понимать, что происходит. Дело оборачивалось для «Сантоса» плохо. Обязательно нужно было собраться, удержать мяч и найти брешь, чтобы контратаковать соперника, играющего со скоростью сто километров в час. После двадцатиминутных усилий нападение «Сантоса» удачно использовало выгодную ситуацию, и счет стал равным.

Но у соперника еще оставались скрытые резервы.

В тот момент когда «Сантос» нашел свой ритм и начал навязывать свою игру, счастье улыбнулось «Жабакаре», и она, используя ошибку защиты, забила второй гол.

Первый тайм закончен. После перерыва «Сантос» начал хорошо, используя проходы крайних. Мяч не покидал половины поля соперника. Вынужденная перейти к защите, «Жабакара» с отчаянием обреченных переносила это страшное давление. Одна за другой возникали у ее ворот критические ситуации. Только чудо спасало каждый раз. Пеле подбадривал голосом и жестами своих партнеров (он всегда много «разговаривал» во время матчей).

Время, однако, шло. Много раз судьба отворачивалась от команды Пеле. В самый последний момент, когда, казалось, ворота уже были взяты, на пути мяча оказывалась то ступня, то голова, то колено. У игроков «Сантоса» нервы напряглись до предела. Но нужно еще больше ускорить темп, включить дополнительную скорость.

До конца игры оставалось немногим более десяти минут. Вдруг резкое движение в линии нападения — и мощный удар сотрясает верхнюю штангу. Вратарь соперника каким-то непостижимым образом успевает среагировать и отбить мяч. Возникает страшная свалка. Полное смятение, испуг, и центральный защитник «Жабакары» касается мяча рукой. Пенальти. Публика завыла.

Игра остановлена. Пеле не слышал свистка арбитра. А из толпы несутся завывания: «Пенальти, пенальти, пенальти!». Все смотрят, как судья, нервно жестикулируя, прибежал в штрафную площадку и начал отсчитывать 11 метров. Игроки «Жабакары» пытаются объяснить судье, что ошибка совершена неумышленно. Они устраивают своеобразную демонстрацию, подкрепляя ее пронзительными криками. Бесполезно.» Ничего не меняется. Наказание неотвратимо.

Игроки «Сантоса» смотрят друг на друга. Кто же будет бить пенальти и принесет столь ожидаемый гол, а вместе с ним и победу в чемпионате? Пеле. Он чувствовал себя взволнованным. И гордым. «Честь предоставляется тебе», — сказал один из его товарищей. Пеле улыбнулся и поставил на отметку мяч. Стадион замер. Никто больше не говорил. Маленький негр посмотрел вокруг себя. Все следили за каждым его жестом. Холодный пот прокатился у него по спине. Но ведь это ерунда, просто один пенальти. Такой же, какой он двадцать, тридцать раз бил на тренировках, пока вратарь не почувствует полного изнеможения. Послать один-единственный мяч в сетку — и все решено. Игроки вышли за пределы штрафной площадки. Слово предоставлялось Пеле.

Внезапно ему показалось, что весь стадион «Урбано Кальдеиро» встал. Болельщики теребили свои шляпы, прежде чем бросить их в воздух и приготовить фейерверк для приветствия по случаю заключительного удара. Ведь победу в чемпионате нужно отпраздновать.

Судья дал свисток. Пеле им сейчас покажет, что такое настоящий удар. Он определил позицию вратаря, взглянул на мяч, тщательно прицелился и ударил. И в тот же самый миг его охватило странное сомнение, сработал внезапный рефлекс торможения, который хотелось преодолеть. Пеле не поверил своим глазам… Мяч полетел более резко, чем обычно, — слишком напряженный удар — и прямо в руки голкиперу. Там он и остался.

Неистовый гул пронесся над стадионом. Глубокий и печальный. «Такой шум бывает в аду», — подумал Пеле.

Его партнеры опустили головы. Матч Пеле доигрывал как в тумане. Всякий раз, когда к нему попадал мяч, раздавались свистки. Он не знал, что делает. Он находился в со- стоянии боксера, пропустившего сильный удар.

Как только закончилась игра и раздался последний свисток судьи, Пеле стремглав убежал с поля. Никогда он не будет настоящим футболистом!

Ему стало стыдно. Он присел на корточки в углу раздевалки, и глубокие рыдания потрясли. его грудь. Он был в отчаянии, слезы затопляли глаза. Однако как они добры! Они пришли все, один за другим, и пытались его утешить: Васконселлос, Риоти, Дорваль. Все без исключения. Говорили с ним еще более дружеским тоном, чем обычно, как старшие братья. Мало-помалу слезы прекратились. Пеле хотелось оказаться достойным их доброты и доказать, что это проявление всеобщей поддержки ненапрасно… Но матч-то все равно проигран…

Вечером, в глубокой тишине пансионата донны Жо, он не, смог помешать себе начать письмо родным. Только они по-настоящему его поймут и простят. Неудачно пробитый пенальти и проигранный чемпионат… И он начал письмо:

«Мои дорогие родители. Я совершенно уверен в том, что вернусь к вам. Сегодня я смазал пенальти и испортил клубу все. Теперь я знаю, что никогда не стану великим футболистом. Я не родился для такой карьеры, и это только что было показано. Однако не думайте ничего дурного… Никто меня здесь не ругал, не смеялся надо мной, совсем наоборот. Они — потрясающие ребята и как могут стараются поднять мое настроение. Но о чем они думают сейчас? Что чувствуют? Я уверен, что они, возможно бессознательно, испытывают что-то похожее на злость, и я не смогу долго этому сопротивляться. Вот почему прошу вас разрешить мне вернуться домой и снова жить той жизнью, которую я никогда не должен был покидать.

Крепко целую. Эдсон Арантес».

Словно из-под земли появился Лула. До этого он как будто не интересовался его маленькими проблемами, его попытками влиться в коллектив, привыкнуть. Правда, время от времени Пеле чувствовал, что за ним неотступно следует его огромная бдительная тень. Но об этом скорее можно было догадываться, чем реально ощущать.

Утром в понедельник — на следующий день после катастрофического матча — Лула вошел в раздевалку. Там не было никого, кроме Пеле, который не находил себе места. При виде тренера он хотел удрать, но Лула спросил:

 Скажи мне, Пеле, ты уже слышал что-нибудь о Фреденрайхе, Гране или Леонидасе?

Его мысли мчались с такой скоростью, что в этот момент он не мог что-либо понять. Пеле недоуменно покачал головой.

 Так вот, знаешь ли ты, что и этим выдающимся бомбардирам случалось промазывать пенальти, посылая мяч то мимо ворот, то в руки вратарю?

 Так, как сделал вчера я?

 Точно так, как сделал вчера ты.

Пеле хотелось спросить, говорит ли он ему правду или просто хочет успокоить. Но тренер опередил:

 Больше не думай об этом, продолжай тренироваться, бить пенальти, заниматься всем остальным. Ты — бомбардир и должен в этом себя убедить, а не отступать безвольно назад. Запомни: великие игроки благородны всегда и смотрят на вещи реально!

Он не стал ждать ответа. Пеле увидел, как удаляется его светлый и круглый силуэт. Стукнула дверь раздевалки, будто захлопнулась печь: обжигающий ветер пахнул в лицо молодого спортсмена.

Пеле поднялся, наспех оделся и побежал в пансионат. Схватил написанное родителям письмо и разорвал его. Ему давали еще один шанс. Жизнь прекрасна!

Праздник в деревне

Участливое отношение тренера Луиса Алонсо к Пеле было очень важно для юного футболиста. Лула был другом игроков и не имел себе равных в умении завоевывать доверие молодежи.

Это великое искусство. Но для толстого Лулы оно, казалось, не представляло трудности. А разве маловажно то, что «Сантос[15]» имел одну из лучших в мире футбольных школ? Лула никогда не делал шумных заявлений в прессе, не выдумывал каждое воскресенье новую тактику игры, не искал виновника для объяснения поражения. Ничего похожего. Было совсем другое — истинное знание футбола и людей, античная мудрость и немалая доля скромности.

Благодаря ему Пеле смог акклиматизироваться и в хороших условиях самым тщательным образом подготовиться к тяжелому ремеслу профессионального бразильского футболиста.

Сантос, сентябрь 1956 года. Только что закончилась южная зима. Большие серые тучи, оглушенные ветром и наступлением весны, начали кружиться над бухтой. Временами сильная жара, которой всегда предшествовал грозовой теплый дождь, внезапно раскалывала город, этот старый кофейный порт. Пеле уже были знакомы температурные скачки, свойственные побережью. Он глубоко проник в этот пейзаж воды и холмов, медленных трамваев, готовых к отплытию судов и мощеных улиц, ведущих все до единой на стадион его клуба «Вилья Бельмиро[16]». Это — его второй дом.

Однажды утром Лула взял Пеле за руку:

 В следующее воскресенье в 10 часов утра отправляется автобус в Санто-Андре. Ты поедешь с нами запасным.

Пеле хотел что-то объяснить, сказать, что он еще слишком молод, чтобы сопровождать все знаменитости команды, что есть более достойные игроки, но ни один звук не смог вырваться из его горла. Он стоял ошеломленный.

О том, что его берут в поездку, он решил пока никому не говорить. Во-первых, потому, чтобы не прослыть хвастуном; во-вторых, чтобы не огорчить кого-нибудь из своих партнеров. В следующее воскресенье он пришел в условленное место за час до отхода автобуса.

Усевшись в самой глубине автобуса, Пеле все путешествие рассеянно рассматривал мелькавший пейзаж. Рядом с ним сидели люди, которых уважала вся Бразилия. У него переплелись все эмоции — восхищение болельщика и робость дебютанта; он чувствовал себя счастливым, гордым, но смущенным, участвуя в этом путешествии.

В окрестностях Сан-Паулу установилась изумительная погода. На стадион пришло довольно много зрителей. «Сантос» выставил следующий состав: вратарь Манга, защитники Хельвио, Рамиро, Урубатао, Иван, полузащита Жаир Пинто и Зито, нападающие Альфредино, Дель Веккио, Альваро и Тите. Они начали очень быстро: за 20 минут забили три гола. Затем потребовалась передышка. Местные футболисты сократили разрыв в счете. Тогда вместо Рамиро вышел Риоти. Но в первом тайме больше ничего не изменилось.

Вскоре после начала второго тайма массажист Маседо похлопал по плечу Пеле, который с восхищением наблюдал за комбинациями своих товарищей по клубу.

 Сеньор Лула мне сказал, парень, чтобы я тебя помассажировал.

Он стал на колени, а его проворные руки начали бегать по ногам дебютанта. Пеле почувствовал, как его живот утрачивает гибкость. Но вот зрители приветствуют четвертый гол «Сантоса». Игроки поздравляют друг друга, а массажист звонко шлепает его по бедру, которое только что массировал, и улыбается.

 Как только мяч выйдет из игры, ты заменишь Дель Веккио.

Пеле встал. Ему казалось, что ноги у него дрожат. Его черные глаза на какой-то момент скользнули по лицу тренера, потом стали тревожно следить за перемещением мяча в ожидании того, когда он выйдет из игры. Но игроки отлично контролировали мяч. Вот и сейчас они двинулись вперед, по очереди передавая мяч друг другу. Почему они так долго его держат? Честное слово, это делается нарочно! Они смеются над ним. Курчавый мальчишка нервно прыгал за воротами; он еще не понимал, что в этом одна из особенностей бразильского футбола. Сколько времени может оставаться мяч в игре, не покидая границ поля? Может, существует какой-то рекорд, который сейчас стремятся превзойти двадцать два актера!

Еще одна атака. Высокий мулат, удачно играющий в центре защиты «Сантоса», принял с лета мяч и отправил его далеко в публику. Уф! Пеле вздохнул и посмотрел на Лулу.

 Ступай и предупреди судью, мальчик! — крикнул ему тренер.

Пеле не заставил повторять дважды. Он бросился к центру поля и с явно выраженной отвагой, свойственной застенчивым людям, подбежал к судье и пожал ему руку.

 Счастлив познакомиться с вами, господин судья.

 И я также, но что тебе нужно, малыш? — удивленно спросил тот.

 Я меняю Дель Веккио.

У судьи поднялись брови. Потом он бросил:

 Эй! Дель Веккио, оставь поле, тут один гигант явился заменить тебя!

К новому игроку подбежал Дель Веккио, хлопнул его рукой, обнял и дружески напутствовал:

 Желаю удачи, парень.

Игра возобновилась. К Пеле приблизился Жаир.

 Какие указания от Лулы? — спросил он.

 Не знаю, — ответил мальчик. — Он мне ничего не сказал.

 Ладно. Тогда будешь играть выдвинутым левым полусредним.

Пеле занял указанное место. Он подумал о своих родных, которые, возможно, сейчас сидят на кухне и слушают трансляцию матча. Как они удивятся: их сын рядом с великим Жаиром!

Жаир пытался помочь Пеле, стараясь как можно чаще передавать ему мяч. Пеле очень благодарен Жаиру, доброму и умному человеку, который верит в молодых и делает все для того, чтобы они стали звездами.

Он регулярно направлял мячи своему юному партнеру. В какой-то момент Жаир овладел мячом, а Пеле помчался на свободное место, чтобы получить пас. И он его получил — быстрый, точный, исключительно удобный.

 Вперед, бей! — закричал Жаир.

Пеле бросился вперед и обошел соперника. Блестяще сделал ложное движение корпусом перед центральным защитником, отошел слегка влево, ворвался в штрафную площадку и в тот момент, когда голкипер бросился к нему навстречу, пустил мяч в угол ворот. Стадион взорвался бурей аплодисментов. Пеле бегом направился к Жаиру. Его мальчишеское лицо светилось невыразимой радостью, но Жаир не улыбался. Он вдруг показался Пеле задумчивым, далеким, этот старый Жаир Пинто. Он, который столько повидал на своем веку, он, который играл рядом с Леонидасом и Адемиром[17]… Публика, потрясенная чисто выполненным ударом, продолжала аплодировать. Жаир почесал свой бритый затылок, внезапно поднял голову и схватил Пеле за плечи:

 Это еще не все, милый.

Благодаря ему до самого конца матча Пеле участвовал во всех комбинациях. И он был бессознательно доволен тем, что единство линии нападения, ее пробивная мощь не уменьшилась. Даже наоборот, 7:1 — таков был счет, который венчал матч, один из самых волнующих в жизни Пеле.

Однако Лула никогда не спешил, не ускорял событий, именно поэтому вводил Пеле в игру не так часто. Напомню, что свой первый матч в составе «Сантоса» Пеле играл 7 сентября, второй — 15 декабря, то есть через три месяца, а его третье выступление состоялось 12 января 1957 года. Никакого перепрыгивания через этапы!

Кажется, писалось, что Швеция сыграла важную роль в его карьере, ибо действительно в этот день Пеле вышел на поле «Вилья Бельмиро» против клуба АИК из Стокгольма.

Игроки больше заботились о том, чтобы показать красивый футбол, чем победить, и матч, к великой радости местных болельщиков, получился очень зрелищным. «Сантос» выиграл 1:0, а так как выручка достигла 253 490 крузейро, все остались довольны. В качестве поощрения клуб дал своим игрокам разрешение на отдых. Пеле тотчас же сел в поезд, отправляющийся в Бауру. Второй раз в жизни (и это произошло в течение шести месяцев) он ощутил теплый и терпкий запах вокзала, угля и пива. Была перевернута еще одна страница его жизни. Он чувствовал огромное желание поскорее приехать к себе домой. Ему казалось, что он никогда не доедет — уж больно долгая дорога до Бауру, дорога к его детству, такому близкому и одновременно далекому! Он уже проделал этот путь в обратном направлении. Но тогда у него было совсем другое настроение — казалось, что мечты никогда не сбудутся. С той поры он получил первую порцию от суровой действительности. Кончался период ученичества, наступала зрелость. Почти за полгода он научился большему, чем за пятнадцать лет, предшествующих его отъезду из дома.

И вот он приехал. Какой праздник устроили в его честь! Блюда сменяли одно другое, приходили друзья, дом ни минуты не пустовал. «Вернувшихся с войны героев так не встречают», — подумал Пеле. Всплакнув на радостях, мать принялась за приготовление огромных пирогов. Она хлопотала на кухне, а глаза ее были красными от слез. Радостно было видеть счастье, царившее в их доме. Крупный лотерейный выигрыш не сделал бы всех такими веселыми, как появление сына. Дондино, который когда- то влачил жалкое существование в мелких клубах штата Минас-Жераис, был горд больше всех. Пеле рассказывал о выступлениях крупных клубов, о тренировках, о жизни футболистов, и своей в частности.

Родные не уставали слушать рассказы о сумасшедшем ритме Сан-Паулу, о фабриках, сером небе, которое, однако, над «Сантосом» становилось голубым.

«Г-о-о-о-о-о-л!»

«Сантос» отправился в турне по югу Бразилии. Для Пеле такие поездки являлись частью его обучения.

По дороге на Рио-Гранде-ду-Сул (назв. штата. — Ред.) команда Алонсо провела первый матч в штате Санта-Катарина, в Жоинвили. В этот день, 17 февраля 1957 года, большое количество зрителей аплодировали подвигам Манги, Альфредино и особенно Жаира. На Дорваля и Пеле, выдвинутых вперед, никто не обращал внимания. И уж совсем никто не думал ни об их происхождении, ни об их способностях. Без труда «Сантос» доказал свое превосходство и добился победы над командой «Америка» города Жоинвили со счетом 5:0.

Уязвленная проигрышем у себя дома, команда хозяев предложила сыграть матч-реванш.

И вновь огромная толпа заполнила стадион, надеясь увидеть реабилитацию своих любимцев. И действительно, они сражались так яростно, будто от результата зависела их жизнь. Но гости и на этот раз победили (3:1). Дорваль, воодушевленный мыслью о скорой встрече со своими (так как он был родом из местности, где проходило турне), забил все три гола.

Но обстоятельства переменились, клубы решили отложить свои товарищеские встречи с «Сантосом» на более поздние сроки и команде, к великому несчастью Дорваля, пришлось вернуться на свою базу. (Впоследствии, когда Пеле стал знаменит, для организации товарищеской встречи с «Сантосом» нужно было договариваться заранее, занимая очередь).

Через месяц все стало на свои места и каждый начал собирать чемодан, чтобы отправиться на юг.

В первом матче «Сантос» встречался с «Гремио» из Порту-Алегри. Матч был трудным, жестким, захватывающим. Поддерживаемый публикой, проявляя завидную волю, «Гремио» удалось вырвать победу — 3:2.

Теперь настала очередь «Сантоса» просить реванша. Дорваль занял место правого края, в то время как Пеле вошел в игру во втором тайме. И «Сантос», опытный клуб, стоящий двух других, нанес внушительное поражение — со счетом 5: 0 чемпиону этого района.

Отправляясь на следующий матч, «Сантос» спустился на автобусе на двести километров к югу через необозримые равнины, которые соединяют Аргентину с Уругваем.

Веселые южные ковбои приезжали в гавань верхом на лошадях и устраивали импровизированные танцы под звуки аккордеона перед провинциальными постоялыми дворами, куда заходили освежиться игроки. Пеле широко открывал удивленные глаза, видя, как они хлопают в ладоши, звенят шпорами и вращают цветными плащами. Какое веселье у этих мужественных людей с загоревшими от тысячи солнц лицами! Он не уставал смотреть, как они пьют красное вино или режут красное мясо, поджаренное на горячих угольях. Мальчишка из Бауру был только в начале своёго жизненного путешествия.

На следующий день «Сантос» обыграл «Рио-Гранде- на» со счетом 5:3. Несмотря на удачный матч, никто не говорил о Пеле. Ему еще предстояло утвердить свою индивидуальность под бдительным пастушечьим посохом толстого Лулы.

Следующий в этом турне матч в Пелотасе, в цветистом городе огромного штата Рио-Гранде-ду-Сул. Игра была резкой и тяжелой до самого конца — 2:2. Пеле оставался на скамейке запасных. По старой привычке Лула отказался «бросать в огонь» молодые дарования.

 Вам ничего не даст это побоище…

Когда журналисты спрашивали, почему он не осмеливается «толкнуть в этот огромный котел» таких способных маленьких негров, как Пеле и Дорваль, мудрый «технико» отвечал:

 Лучше лепить пластыри на лодыжки опытных Жаира, Дель Веккио и прочих, чем посылать мальчишек на бойню.

В джунглях южноамериканского футбола, где получаешь больше ударов, чем зарабатываешь денег, речь идет о проявлении большой мудрости. Лула, как никто другой, умел дозировать движение вперед. Не подрезая крылья своим будущим чемпионам. Позднее он точно так же поступал с Кутиньо, а затем с Менгальвио.

Пеле был самым младшим в делегации, и все игроки оберегали его. Когда наступал прохладный вечер, всегда находился какой-нибудь опекун, который думал о том, чтобы тот натянул джемпер или не пил ледяную воду. Ему давали всевозможные советы, например как нужно уберечь себя после тренировки от охлаждения. Иногда над ним немного подшучивали. Как-то раз его послали за ключом от стрелкового поля (имелся в виду «ключ» при стрельбе по воротам). Чаще всего его просили выполнять мелкие услуги: сходить за шоколадом или сигаретами; делали это всегда столь же ласково, сколь шутливо и разумно-весело. Пеле чувствовал, что отдыхает в обществе этих путешествующих людей. Руководители и игроки были для него как бы старшими братьями.

Рио-Гранде-ду-Сул… Делегация спустилась в автобусе еще дальше по нескончаемым равнинам юга, совершенно плоским, которые упирались в далекий горизонт и создавали у затерявшихся в этой бескрайности человеческих существ впечатление полной неподвижности. Машина подъехала к уругвайской границе. Бразильцам предстояло сыграть в Баге против местной сборной.

В этой замечательной команде выделялись два атлетически сложенных улыбающихся брата: Карлос и Рауль Кальве, потомки французов. В этот день они исполнили поистине классическую симфонию футбола: нападающий Карлос забил блестящий гол, а его брат Рауль сражался сзади как лев, разрушая все атаки, которые начинал Жаир.

Играли уже час, а обстановка не менялась, и Лула решил выпустить вместо Дель Веккио Пеле.

Как только мяч попал к Пеле, маленький негр обвел полусреднего Атанде, ушел от бросившегося навстречу Рауля Кальве, обманул защитника Башаклана и нанес блестящий удар правой. 1:1.

На следующий день все газеты говорили об изумительном голе Пеле. Но руководители «Сантоса» взяли на заметку и имя Рауля Кальве, которого вскоре пригласили в клуб.

Опущен занавес. «Сантос» после организованного в его честь большого праздника возвратился в отчий дом. Итог удовлетворительный: девять побед, три поражения и одна ничья.

Только Пеле не был полностью доволен собой. Действительно, играя 750 минут в своей команде, он записал на свой личный счет лишь… три мяча. Вот что печалило Пеле. Ничто не доставляло ему такой радости, как забивать голы. Он мечтал стать лучшим бомбардиром команды. Застенчивый ученик Вальдемара де Брито становился честолюбивым.

Уже в то время «Сантос» не простаивал. Вернувшись 3 апреля, по календарю он должен был 7-го играть матч с «Васко да Гама[18]», блистающими звездами первой величины и громкими именами. В линии нападения там сверкали футболисты национальной сборной: Вава, Сабара, Вальтер и Пинга. «Сантос» смог подняться до уровня своего блестящего соперника и, выступая перед торсидой, возбужденной высоким качеством спектакля, добился победы со счетом 4:2.

Но Пеле, который вышел на поле только во втором тайме, никак не мог найти свою игру и ничем не отличился. Встретившись с соперником высокого класса, он, обычно такой подвижный и ловкий, вдруг оказался не в своей тарелке. Ему хотелось сделать побольше, он «искал» поддержки, «предлагал» себя, но не нашел общего языка с партнерами. Уверенности и опыта ему еще явно недоставало. Чувствительный, преследуемый стремлением добиться невиданного еще совершенства, Пеле хотел блеснуть, порой в ущерб команде. А из-за этого сильно страдало качество его игры. Видно было, что он нервничает. Вот этот период утверждения и был самым трудным во всей карьере Пеле.

Раздраженный и разочарованный, он решил написать домой, когда его одолевали сомнения и в первую очередь это мучительное, — что же он собой представляет? Сон убегал, а когда наконец возвращался, ночь заканчивалась кошмарами. Пеле все время ворочался и просыпался весь в поту. Может быть, это письмо, в котором он сможет открыть сердце, успокоит его немного? Может ли он кому-нибудь рассказать о том, что чувствует?

Когда письмо прибыло, Дондино взглянул на конверт, повертел и медленно распечатал, будто заранее предчувствуя недоброе. Он прочитал его, потом перечитал, затем взглянул на часы: менее пятнадцати минут оставалось до начала матча «Сантос» — «Коринтианс[19]». Что делать? Позвонить по телефону, чтобы поднять моральный дух? А лучше, наверное, промолчать. Сам-то он испытал столько горьких разочарований, пережил столько мрачных часов, что прекрасно понимал реакцию сына. Лучше, как у них говорили, «дать время времени». А у Пеле, чтобы прославить себя, его было предостаточно. Поэтому самое мудрое решение — сохранять спокойствие. Пусть все идет как есть. Может быть, в час матча он уже и забыл об этом письме?!

С пересохшим горлом отец сел перед радиоприемником. Он чувствовал, что нервничает больше, чем когда-то перед своими решающими матчами, и думал, покачивая невольно головой, что чем старше становятся дети, тем больше приносят забот…

Встреча началась немного раньше. Или же отстают его часы? Дондино, обхватив руками Колени, слушал быстрое начало репортажа. Имена следовали одно за другим, то одной, то другой команды; они повторялись вместе с развитием атаки. Он хорошо знал все эти имена, и в кружеве комбинаций для него не было загадок.

«Коринтианс» оказался опасным соперником. Он атаковал волнами, которые потрясали оборону «Сантоса». Хуже того, ему удалось открыть счет. Что будет дальше? Сидя у приемника, Дондино заметно волновался. Почему не играет его сын? Неужели кризис так серьезен, как утверждает полученное в этот день письмо? Может, он уже покинул побережье и возвращается домой?

На улице стало темно, где-то залаяла собака. В соседней комнате ходила мамаша Селесте.

Начался второй тайм. И вдруг Дондино прислушался. Не грезит ли он? Нет, комментатор повторил: «Сантос» все атакует». Мяч перешел направо к Дорвалю, который пытается обойти стоящего перед ним соперника, теряет мяч, вновь- подхватывает и отдает его пришедшему на помощь юному Пеле. Пеле бежит рядом, посылает мяч Зито. Капитан возвращает его обратно в проход. Пеле бросается вперед, обводит одного, делает ложный замах, продвигается еще немного и бьет…

 Г-о-о-о-о-о-о-л!! — Крик заполнил кухню, дом и всю бразильскую провинцию…

Дондино выключил радио и отправился спать.

Тысяча крузейро

Прошло уже десять месяцев со дня приезда Пеле в «Сантос». Он часто задумывался над тем, что же произошло с тех пор, как покинул родной дом? Он еще не совсем был удовлетворен собой. Что-то неопределенное щемило внутри. Но в то же время внутренний голос говорил ему, что он взбирается вверх и что в один прекрасный день, если бог пожелает…

Богом для Пеле был также Лула, всемогущественный «технико». И вот однажды тренер позвал Пеле, предававшегося мечтам на скамейке стадиона.

 Как дела, Пеле? У тебя задумчивый вид.

 Все хорошо, сеньор Лула.

 Вот что, не называй меня больше «сеньор Лула», пожалуйста. С сегодняшнего дня ты можешь обращаться ко мне на «ты».

Пеле изумленно посмотрел на него широко открытыми глазами. Нет, он решительно не мог понять знаменитых людей.

 Отныне ты — в основном составе команды. Да, теперь ты будешь играть во всех матчах.

Наступила тишина.

 Спасибо, Лула, — сказал потрясенный Пеле.

 Не благодари меня. Трудности только начинаются. До сих пор ты играл лишь мелкие матчи, теперь увидишь, как все меняется, когда речь заходит о чемпионате. Предупреждаю, нахватаешь шишек.

 Это не страшно, — сказал Пеле, еле сдерживая радость, которая его переполняла, но он не хотел давать ей выхода.

 Возможно, но считаю своим долгом дружески предупредить, что тебе нужно подумать о той ответственности, которая отныне возложена на тебя.

Пеле кивнул — он согласен. Меньше всего на свете его пугала перспектива тяжелых ударов во время официальных соревнований, где нужно побеждать любой ценой. Ему оказывают доверие, и это все, что он просил. Тренер доверял ему, товарищи любили. Ничто другое по сравнению с этим не имело цены.

Приближался турнир Рио — Сан-Паулу, который следовал после регионального первенства каждого из двух штатов и давал возможность организовать очную ставку лучших команд городов-победителей.

Для «Сантоса» наступило время интенсивных тренировок: период расслабленности и адаптации закончился. Необходима ежедневная напряженная работа. И она была такой, что Пеле, который каждый вечер возвращался в пансионат буквально без сил, вскоре почувствовал небольшое растяжение мышц бедра. Впервые им занялся медицинский персонал клуба.

Пришла пора показать наконец в день первого матча, как в нем сочетается индивидуальное мастерство с коллективными действиями. Но так как Пеле еще не восстановил силы после тяжелых тренировок, то Лула отказался посылать его с самого начала в эту «свалку». Он решил подождать, пока темп немного спадет. Во втором тайме он подозвал своего подопечного:

 Будешь играть на правом краю.

 На правом?

Пеле никогда не занимал это место. Но он не протестовал. Лишь бы играть, неважно где или против кого!

Лула рассматривал его гладкое лицо, на котором заходящее солнце отражалось медным отблеском, и не было в нем, ни в одной черточке, хотя бы малейшего признака разочарования. Это лучше всяких слов доказывало доверие Пеле к своему тренеру. Многие игроки выразили бы свое нежелание случайно оказаться на месте крайнего нападающего. Но Пеле уже тогда не был таким, как все остальные.

«Сантос» играл хорошо. Соперник очень внимательно действовал в обороне. Пеле без труда вошел в контакт с партнерами, и, казалось, его не очень смущало непривычное место. Рисунок матча еще четко не вырисовался. Но на исходе десятой минуты Пеле получил на край мяч, обвел одного, второго и рванулся к воротам. Оказавшись в пределах штрафной площадки, он сделал вид, что отдает мяч назад, в центр. Вратарь бросился вперед, чтобы перехватить мяч, который должен был Позволить Дель Веккио выстрелить в упор… Но Пеле пробил сам. Задев правую штангу, мяч влетел в ворота, открытые оторопевшим вратарем. Весь стадион вскочил. Гол, и уже королевский!

На следующий день спортивная пресса Сан-Паулу впервые заговорила «о весьма живом мальчишке, уже хитром, как старый волк, носящем странное имя Пеле».

3: 1 в пользу «Сантоса». Так парень из Бауру заплатил за включение в состав нападения «мужчин в белом[20]».

Руководство «Сантоса» благородно уплатило по тысяче крузейро всем членам команды.

Когда Пеле вручили бумажку, он мечтательно осмотрел ее со всех сторон. Никогда в жизни он не имел такой суммы. По правде говоря, Пеле думал только о родных. Об их бесконечной, ежедневной работе, о мучениях, которые претерпел его отец, прежде чем получил должность мелкого чиновника в Бауру. Думал о ревматизме бабушки, о Своей юности без ботинок, о материнских стирках, которые никогда не кончались, и о скудном ежемесячном бюджете. А сейчас он, еще мальчик, получил тысячу крузейро за то, что играл сорок пять минут в футбол. До чего же жизнь странная! Он должен был что-то сделать с этими так легко добытыми тысячью крузейро. Такая прекрасная премия!

 Эй, милый, ты собираешься проводить здесь ночь? — Это Рочино, старый работник «Сантоса», ответственный за инвентарь. Его худые щеки были покрыты мелкими капельками пота. Он бросил последний взгляд на скамейки, проверяя, не осталось ли там какой-нибудь майки. Потом продолжал своим дрожащим голосом:

 Послушай, я начал заниматься носками и трусами в клубе тогда, когда ты еще не родился. Передо мной прошли игроки всех цветов и всех характеров, но такого копуху, как ты, я никогда не встречал.

Пеле поднялся, фамильярно похлопал его по плечу. На улице ждал автобус. Пеле присоединился к товарищам и сел на свободное место. Рамиго оторвался от окна и слегка ударил по колену своего молодого партнера:

 Что тебя заботит?

Пеле невольно улыбнулся. Он восхищался Рамиго, знаменитым Рамиго, которым так гордился «Сантос». Кое- кто даже видел в нем самого великого центра защиты Бразилии со времен Домингоса да Гуйи. И по слухам, он не включен в команду на Кубок мира исключительно потому, что Феола его недолюбливал.

 Я хотел бы отослать деньги родным, — сказал Пеле.

 Если хочешь, можно отправить их по моему банковскому счету. Если это тебя устраивает, он в твоем распоряжении.

 И деньги быстро прибудут в Бауру?

 Конечно. Сколько ты хочешь отправить?

 Тысячу крузейро, — ответил Пеле, который не понимал, как можно переправить такую крупную бумажку, чтобы никто не украл ее.

И о каком счете говорил Рамиго?

Рамиго слегка улыбнулся. Автобус тронулся и с трудом стал прокладывать себе дорогу среди болельщиков. Рамиго был взволнован, но лицо его оставалось бесстрастным. Его заставил задуматься поступок этого мальчика, который был проникнут единственной мыслью, как можно быстрее отправить родителям первую тысячу крузейро своей карьеры. Правда, и свою премию в тысячу крузейро он прекрасно помнит. Пеле еще не знает, насколько тяжело это ремесло… Но у него есть время все узнать. Он вошел в мир еще полный добродушия и детской чистоты. Рамиго, блиставший на полях Испании десять лет, оценил индивидуальность маленького негра и почувствовал, что этот «парень с будущим».

Автобус катил среди богатых вилл города.

 Значит, мне не обязательно самому отвозить их в Бауру?

 Нет, дай их мне, я все устрою. Только…

 Что?

 Ты угостишь меня оранжадом, — лукаво сказал он.

 Конечно! — ответил счастливый Пеле.

7 июля 1957 года: «Я — Пеле!»

По календарю «Сантос» встречался с «Фламенго[21]» в Рио-де-Жанейро. Пеле обезумел от радости при мысли, что наконец-то увидит знаменитый залив.

Это было 3 мая, в самый разгар южной осени.

В час, когда начинался футбол и команды вышли из туннеля на газон «Мараканы», повидавшие на своем веку болельщики обратили внимание на новичка. Они заволновались. Кто этот хрупкий молодой футболист, «десятка» «Сантоса»? Что за новая мода у руководителей знаменитого кофейного порта включать в свою команду подающих мячи мальчиков — шутили трибуны. Разве что в качестве амулета? Шумная торсида «Фламенго» веселилась вовсю. Она жаждала этого веселья в течение всей встречи.

И действительно, после минуты молчания перед началом игры матч начался неудачно для «Сантоса». «Фламенго» — крепкий орешек. Через несколько минут клуб уже вел 2: 0. Находившийся в отличной форме центральный нападающий Энрике и левый крайний Загало[22], будущий партнер Пеле в Швеции, забили голы, вытянув с привычных позиций защиту «Сантоса».

К концу матча счет удвоился — 4:0. Сухая. Игра шла в одни ворота, и Пеле совершенно не замечали. Да, возвращение не из веселых. Пеле чувствовал себя уязвленным.

Как еще далек тот день, когда в память о его спортивных подвигах здесь, на «Маракане», будет воздвигнута мемориальная доска!

Пеле без особого блеска сыграл еще два матча. Погрузившись в молчание, он снова возвращается к мрачным думам. Он не доволен ни собой, ни своим вкладом в игру команды. Он даже спрашивал себя, не обманул ли доверие руководителей и не упустил ли предоставленный ему шанс?

Что с ним происходило, однако? Физически он себя чувствовал превосходно. Тогда что же? Не оставил ли он в Бауру секрет своих проходов, которые приводили в такой восторг первых почитателей? Может, на его форме отражались духота и влажность климата Сантоса? Или изменения в пище? Окружающая среда? Сколько бесконечных вопросов теснилось в голове! Сомнения одолевали Пеле.

Но Лула оказывал ему полное доверие. Он ни минуты не колебался и продолжал «эксперимент Пеле».

В середине мая «Сантос» встречался со своим старым соперником — «Пальмейрасом[23]». Матч опять начался неудачно для Пеле. Он упустил две верные возможности. Но встреча продолжалась… Он готов был рвать на себе волосы. Путая скорость с поспешностью, Пеле никак не мог сделать что-либо хорошее. Это был ад.

И вдруг случилось чудо. Никто ничего не мог понять. Пеле, словно слепой, к которому внезапно вернулось зрение, казалось, вновь увидел свет, вернул себе тот врожденный футбольный дар, привлекший когда-то внимание Вальдемара де Брито. Получив от играющего сзади Урубатано мяч, он на полном ходу обработал его и обманул защитника. Когда тот рванулся навстречу, он уклонился в сторону. Показалось, что Пеле вынужден будет слишком сильно протолкнуть мяч и отойти далеко влево. И защитники с поразительным спокойствием быстро переместились в его сторону. Но Пеле нанес могучий удар низом, заставший вратаря Нивальдо врасплох.

Г-о-о-о-о-о-л! — закричали обозреватели на всех радиоканалах.

Встав, весь стадион оглушительно приветствовал маленького новобранца. Уже давно старожилы не видели гола подобной красоты!

Закончились первые сорок пять минут. Но весь второй тайм на трибунах сверху донизу только и было разговоров что о Пеле.

Во втором тайме, после другого удивительного прохода, Пеле забил второй гол. Взрывались петарды. Возникла настоящая пирамида из навалившихся на Пеле человеческих тел. Потом друзья подняли его. Он смеялся, как мальчик, которым и был на самом деле. У игроков «Пальмейраса» упало настроение. Дель Веккйо — а он всегда начеку — воспользовался этим, чтобы привести матч к конечному счету 3:0. В течение многих сезонов «Сантос» не добивался такой чистой победы над «зеленобелыми».

Возможно, именно в этот день маленький новобранец из Бауру стал Пеле, которого теперь знает весь мир. Как это уже вошло в обычай могущественного Сан-Паулу, его игра была прокомментирована вдоль и поперек большой прессой.

Вершиной второго, исключительно важного, этапа в начале карьеры Пеле стал другой матч в рамках грандиозного спектакля на «Маракане». Матч, достойный будущего короля.

Самый большой стадион мира принимал по этому случаю участников Кубка «Морумби», представленного в форме всегда заманчивого международного турнира.

Пеле играл в оригинальной команде, составленной из игроков «Сантоса» и «Васко да Гама», вместе с Беллини, Орландо, Жаиром и Пепе. Превосходная компания!

Однако первый матч собрал на «Маракане» немного зрителей. Объединенная команда «Сантос» — «Васко» легко одержала победу с красноречивым счетом 5:1. Пеле забил два фантастических гола. Местная пресса захлебывалась от восторга, а телевизионные камеры то и дело останавливали свое око на Пеле. Кто он такой? Откуда появился и как тренируется? Кто его подготовил? Мелькали биографии с его фотопортретами крупным планом.

Число зрителей стало увеличиваться. «Журналь до Бразиль» подчеркнул, что сбор достиг 516 300 крузейро. Чем объяснить этот непредвиденный сбор, как не любопытством, которое овладело любителями спорта Рио после хвалебных статей в адрес молодого нападающего «Сантоса»?

На этот раз, играя с белградским «Динамо», легко и изящно Пеле забил гол, позволив бразильской команде свести встречу вничью и выйти таким образом из затруднительного положения.

Осталось сыграть только заключительный матч этого турнира. Непобежденная «комбинация» «Сантос» — «Васко» встречалась с «Фламенго». С той самой экспансивной «Фламенгб», о которой болельщики говорят с рыданиями в голосе.

Как в дни великих сражений, на «Маракану» прибыла огромная торсида, чтобы присутствовать на финальной встрече. Борьба быстро достигла высшего накала. Это был день суперфутбола, полного технического совершенства. Итог — еще одна ничья, 1:1.

Когда свисток судьи известил об окончании матча, среди покрывшихся пятнами от пота маек, которые направлялись через туннель в раздевалку, была майка Пеле, вчерашнего тщедушного Дико, провинциального мальчишки, ставшего самой большой надеждой Бразилии.

В то время Рио-де-Жанейро еще являлся столицей Бразилии. Именно здесь, на «Маракане», этом гигантском стадионе, и нигде больше, ковалась известность. Так произошло и с Пеле. За играми Кубка «Морумби», в котором он только что принимал участие в составе «Сантос» — «Васко да Гама», внимательно следил Сильвио Пирилло, тренер КБД[24]. Ибо перед Кубком Рока[25] просматривали всех игроков, которых можно было включить в состав национальной сборной. Там существовал добрый обычай не интересоваться ни возрастом, ни именем приглянувшихся игроков. Выдающихся звезд и нетитулованных талантливых незнакомцев — всех помещали в одну корзину. Речь просто шла о том, чтобы лучшие доказали свое превосходство.

Так вот, после третьего матча турнира Сильвио Пирилло, официальное око конфедерации, перечитал свою записную книжку. Там находилось большое число имен, но не было того, которое он искал. Тогда Сильвио быстро записал: «Пеле».

 Сколько лет парню? — еще раз уточнил Сильвио у соседа.

 Шестнадцать, месье.

 Опыт интересный.

Он удалился, почесывая подбородок.

Новость прилетела в «Сантос» в одно прекрасное утро и разнеслась, словно пороховая вспышка. Для участия в Кубке Рока КБД вызывал Зито, Дель Веккио, Тите, Урубатано и… Пеле. Весь дом донны Жо был необычайно взволнован. В комнатах творилась настоящая революция. В то время как по радио гремела модная музыка, все живущие в пансионате гонялись по коридорам за Пеле.

 Малыш в сборной! Малыш в сборной! — кричали они хором.

Пеле удалось удрать. Перепрыгивая через четыре ступеньки каменной лестницы, он выскочил во дворик и бросился к центральному телеграфу. Там он двадцать минут говорил с отцом. Повесив трубки, тот и другой заплакали от радости. Неожиданность потрясла Дондино. Он играл столько лет, он хлебнул столько горя из-за колена и не мог представить, чтобы так легко можно было попасть в сборную, да еще в семнадцать лет. Его Дико — в компании самых великих игроков Бразилии! Отец шел по улицам Бауру быстрой походкой молодого человека.

Замечательный день 7 июля 1957 года. Эта дата окончательного признания таланта Пеле.

В Рио зима в разгаре, небо чисто-голубое. Но на это никто не обращал внимания. Человеческие гроздья срывались с разноцветных трамваев и автобусов. Конная гвардия неподвижно наблюдала за толпой. Рядом с бесконечными очередями вытянувшихся вдоль окошечек касс полные негритянки в цветастой форме продавали сосиски со стручковым перцем. Едкий запах дыма и жира несся от жаровень. Какие-то субъекты в лохмотьях орали; кто-то возил продовольственные тележки из конца в конец; торговцы с громовыми голосами чистили для посетителей апельсины и резали арбузы. Перекупщики билетов были в «работе». Толпа смеялась. Футбол в Рио — настоящий праздник.

На трибуне стадиона мулат с голым торсом размахивал знаменем и уже танцевал. Его сосед выстукивал самбу на консервной банке. Великий день это 7 июля 1957 года: народу предлагались «жертвы», которых он жаждал! И на самом деле, как в далекие времена христиан бросали на растерзание львам, так и сейчас аргентинцы отдавались на потеху. Новой, великой команде Бразилии! Те самые аргентинцы, счастливые и талантливые, которые в прошлом принесли столько огорчений местным болельщикам.

Бразильский гимн был подхвачен всем стадионом. Готовились к славной победе. По правде говоря, только с линией нападения соперника можно было считаться. Это — Комбатта, Эррера, Жуареза, Лабруна и Муаяно. Имена, которые много значат в Южной Америке.

Пеле не играл. Сначала превосходство было на стороне Бразилии. Команда отлично комбинировала в центре поля. «Зелено-золотые[26]» не позволяли сопернику овладеть игрой. Они уверенно контролировали мяч, хотя и не могли забить гол. Много раз их комбинация должна была завершиться успехом. Но буквально в последний момент кто-нибудь из аргентинцев успевал спасти положение. Трибуны дрожали.

Как это часто бывает в подобных ситуациях, команда Аргентины, которая вела недостаточно организованную борьбу, первой открыла счет. Прорвался Комбатта, сыграл в «стенку» с Эррера, а потом этот «черт» Анхел Лабруна[27] обманул всю бразильскую оборону, включая и вратаря Кастилло, — 1:0. Болельщики замерли от изумления. Выходит, аргентинцы снова готовятся сыграть шутку на свой лад? Неужели опять удача окажется на их стороне? Бразильцы нервничают и никак не могут забить гол. После первого тайма все игроки вернулись в раздевалку, и там воцарилась напряженная, давящая атмосфера. Они не жаловались, не сетовали на невезение. Лица вытянулись, вид у всех был подавленный…

Пеле сидел в углу. Он ведь не играл! Но тоже думал о возникших трудностях. О тех, которые встали перед тренером, перед игроками. К последним он испытывал невольную зависть. Конечно, они были поставлены в трудные игровые условия, они еще недостаточно сыгранны, и аргентинцы, безусловно, сильны. Но все-таки им повезло. Они играли! А он, Пеле, пока еще нет.

Ожидая своей судьбы, он уселся на скамейку запасных. Его. никто не замечал, будто он и не существовал.

Матч возобновился. Бразильцы казались скованными. Создавалось впечатление, что они не знают, как пройти защиту соперника. И вот тогда над Пеле склонился блестящий череп массажиста.

 Ты пойдешь поработать, Пеле. — И руки «почтового голубя» — его так прозвали, потому что он всегда передавал указания тренера игрокам, — забегали по черным ногам Пеле. — Теперь ступай! И скажи, чтобы Маццола[28] покинул поле.

Пеле уже ничего не слышал. Со всех ног бросился он к центру поля, и тому, кто был известен под именем Альтафини, оставалось только пожать руку Пеле, прежде чем уйти за лицевую линию. В ходе игры Пеле совершил несколько перемещений. Дважды врывался на свободное место, но паса, однако, не получал.

Наконец мяч попадает к нему. В тот же миг он обманывает стоящего перед ним соперника, обходит Пизарро и оказывается нос к носу с вышедшим вперед вратарем. Тот падает и каким-то чудом задевает мяч, по которому только что ударил Пеле. Угловой. Однако этот шанс не принес успеха. Немного спустя Пеле снова обводит соперника, делает вид, что хочет отдать мяч, а сам идет и идет вперед. И в тот самый момент, когда аргентинские защитники еще не осознали опасности, забивает неотразимый мяч. 1:1.

Переполненный до отказа стадион «Маракана» приветствует блестящий подвиг Пеле. Все до одного уже знали, что он игрок суперкласса, хотя ему только семнадцать лет. Не стоило долго подвергать анализу его игру. Подобного еще никто никогда не видел.

Это не помешало, однако, Аргентине праздновать победу. Действительно, в штрафной площадке бразильцев создалась довольно запутанная обстановка, и Жуарез сумел увеличить счет в пользу своей команды. 2:1. Это и был окончательный результат. Второй акт этой встречи (международные матчи в Бразилии часто проводятся в два этапа: один в Рио-де-Жанейро, второй в Сан-Паулу) состоялся через три дня, 10 июля.

Пеле официально включили в команду. Он, само собой разумеется, занял место правого полусреднего. Еще бы, после его грохочущего начала на «Маракане» иначе не могло и быть!

Состав бразильской команды: вратарь Жильмар, защитники Джалма Сантос, Беллини, Греко, Жаир, полузащитники Зито, Луизино, нападающие Маурино, Пеле, Мац- цола и Пепе. Вырисовывались контуры великой команды Кубка мира. С самого начала, желая избежать неприятностей, Бразилия взвинтила темп. К великой радости публики, которая отныне присягала только Пеле, он и на этот раз «нашел» свою игру. Обезумевшая аргентинская защита не знала, что делать. На пятнадцатой минуте, попав в штангу, хотя ворота Карриззо[29] были пусты, он не смутился и через минуту, сыграв в пас с Альтафини, открыл счет.

Весь первый тайм Пеле руководил атаками будущих чемпионов мира. С 1950 года бразильская сборная не играла так хорошо!

И если Альтафини забил во втором тайме еще один мяч, а бразильская защита держалась стойко и не пропустила ни одного гола, то в этом заслуга Пеле, который задавал тон игре. В семнадцать лет ему удалось войти через парадную дверь: в двух исключительно трудных международных матчах он подтвердил свой класс, оставив отпечаток своей яркой индивидуальности на игре всего нападения.

Для зрителей, для прессы, для всех бразильцев неизвестный маленький форвард стал Пеле. Новый черный бог. Футбол в Бразилии создает человека.

Год мечтаний

У каждого в жизни бывает год, когда все улыбается, все удается. Таким годом для Пеле стал 1958-й. Небесные светила были к нему благосклонны.

В 1958 году Пеле властвовал на чемпионате штата Сан- Паулу, забив 58 голов — рекорд, которому до сих пор нет равных. Да и нужно ли удивляться, если только за два матча, сыгранных им в полную силу на чемпионате мира, за два последних и самых трудных, в полуфинале против Франции и в финале против Швеции, этот семнадцатилетний парень забил пять голов?!

Какое восхождение! Говорили только о нем, и даже «Пари-Матч», крупнейший французский еженедельный журнал, посвятил ему специальный репортаж. Однако все не так просто. Чтобы достичь вершин, нужно бороться всегда и никогда не терять хладнокровия.

Когда Пеле пригласили в сборную вместе с тридцатью другими игроками, его прилежание и безукоризненная дисциплинированность произвели благоприятное впечатление на членов технической комиссии. Оставляя в стороне исключительную одаренность Пеле, следует отметить его необычайно серьезное отношение к тренировкам.

В Рио в старом госпитале «Санта Каза де ля Мизерикорда» более сорока врачей под руководством доктора Гослинга принялись за самое фундаментальное в истории спорта исследование. С помощью тестов доктора Карваласса проверялись даже подсознательные рефлексы. Медицинская карточка Пеле начиналась: «Эдсон Арантес до Нассименто, прозвище Пеле, вес 67 кг 400 г, рост 1 м 69 см…» Настоящий легковес!

Подготовительный период для сборной начался курсом лечения в одном из небольших городов. Для префекта это был знаменательный день. Он готовился к нему шесть месяцев. Забравшись на трибуну главной площади во время организованного с большой помпой приема, он начал вдохновенную речь:

 Наш город, такой гостеприимный и такой прекрасный, счастлив принять… Кто знает? Может статься, будущих чемпионов мира…

Префект продолжал свою торжественную речь, которую никто больше не слушал.

 Какие здесь очаровательные девушки, — прошептал чей-то голос позади Пеле.

Словно шокируемый такими дерзкими словами, префект кончил речь. Все вздохнули. Потом двинулись в путь в сопровождении роя мальчишек, мчавшихся во весь опор в облаках пыли, поднимаемой автобусами.

В «Палас-Отель» Пеле поместили в номере вместе с Маццолой-Альтафини (война «Милан» — «Сантос» не была еще объявлена[30]).

Акт I, сцена 1 будущего чемпионата мира. Объявлен распорядок дня: 7.30 — подъем, 8.00 — завтрак, до 11.00 — медицинское обследование, массаж, 12.00— обед, с 13 до 18.00 — свободное время, 19.00 — ужин, 22.30 — отбой.

Наступил час длительных пробежек по пустынным дорогам. Пеле обожал бегать вместе с этой ватагой, беззаботной, словно дети на каникулах, которая забавлялась в течение всего дня. Он чувствовал себя полным энергии и мог еще часа три носиться по свежему ветру, дующему с равнины. Вскоре свободное время во второй половине дня отменили. Перешли к серьезным вещам. Это пришлось кстати, ибо отдых и обильная пища увеличили вес Пеле на килограмм, и Гарринча прозвал его «Чита». Пауль Амарал, лысый тренер, который впоследствии работал с «Флуминенсе[31]», руководил физической подготовкой. В Бразилии знает каждый, что это такое: бег, прыжки и упражнения до тех пор, пока парни не могут уже держаться на ногах.

Начались прикидочные матчи. Пеле играл со знаменитостями, рядом с Диди и Нильтоном Сантосом[32], и его уверенность в своих силах все больше возрастала.

В Араксе, втором городе, принявшем «Сантос», Пеле перешел в запас. Тренер Феола уже устал повторять журналистам:

 У нас нет ни знаменитостей, ни запасных, а есть участники сборной, озабоченные тем, чтобы привезти Кубок мира.

Но и Пеле думал об этом не меньше. В Араксе полусредний «Фламенго» Моасир, с рыбьим лицом, блистал тысячью огней, и уже многие видели его на месте Диди. Последний, еще более благодушный, чем когда-либо, бросил свою знаменитую фразу: «Тренировка — это тренировка, а матч есть матч». Формула, которую потом подхватили многие для объяснения своего «я» в футболе.

Первая серьезная встреча — подготовка к «кампании-58» — состоялась на «Маракане». Играли с Парагваем. Пеле и его друг Зито, оставшись за линией ворот, подбадривали своих товарищей, играющих легко и непринуждённо.

Спустя немного времени после возобновления игры Дида (это другой футболист с похожей фамилией. — Ред.), центрального нападающего «Фламенго», сбили. Массажист Марио Америко вихрем промчался по полю, даже не получив разрешения судьи. Но не стал извлекать один из таинственных пузырьков, которые он носил в многочисленных маленьких карманчиках своего пояса. Марио наклонился, выпрямился, скрестил руки перед лицом. Травма, серьезная! Дида унесли в раздевалку под крики «браво» всей торсиды.

Его заменил Пеле, которому не терпелось выйти на поле. Радость выплескивалась через край, ему хотелось петь, когда он разогревался, танцуя на месте. Пламя матча разгоралось. Честное слово, все считали, что парагвайцы разгромлены, а они усиливают темп. Беллини вынужден скосить одного из них. Но Диди играл, словно на параде, и его поддерживал Дино Сани, вчерашняя звезда «Милана», а сегодня тренер молодежной сборной Бразилии. И тут произошел эпизод, который должен был удивить Феолу. Во время подачи углового Вава[33] расслабился и вдруг сильным ударом головы послал мяч в перекладину. Никто не шевельнулся, никто… за исключением Пеле. Когда мяч отскочил, он рванулся вперед, оказался один в шести метрах от ворот и вогнал его в сетку.

 Фантастично, — улыбнулся Феола, и его щеки задрожали.

Пеле словно разгадал точную траекторию полета мяча, отскочившего от перекладины. Все были изумлены. Это просто невероятно. Феола скрестил руки на брюшке с видом довольного будды.

В тот день все еще раз убедились в исключительном «чувстве» гола, которым владел Пеле. Шла атака слева, и, находясь в выгодном положении, он все же откинул мяч партнеру и крикнул:

 Бей!

Загало ударил. 5:1.

Традиционный реванш на «Пакаэмбу[34]» в Сан-Паулу.

Публика недовольна. Как могли, например, поставить За- гало на левый край, когда Канотейро и Пеле дрожали от холода в запасе? А этот Диди, а тот?..

Пеле снова сидел за воротами и плохо понимал всю эту манифестацию болельщиков. Разве, в конце концов, все они не были бразильцами? С начала игры стало ясно, что парагвайцы всеми силами постараются избежать крупного поражения. Играли они жестко. Подбили Загало, получил травму Диди. Оба они уступили свои места Канотейро и Моасиру. Но сформированная таким образом линия атаки все больше и больше топталась на месте и ничего не могла сделать. Счет так и не был открыт, и футболисты покинули поле с опущенными головами, под улюлюкание публики.

Приехав в Рио, игроки остановились в гостинице, которая находится на высотах, господствующих над бухтой. Вновь начались тренировки, двусторонние игры — «желтые» против «голубых», во время которых никто не делал друг-другу «подарков». И, наконец, встреча с «Фламенго». Толпы болельщиков, возбужденные больше, чем когда-либо, явились посмотреть, как «Фламенго» проучит этих задавак из сборной.

Время шло. Нашла ли наконец команда Феолы свою игру? В это поверили после матча с малоизвестными спарринг-партнерами — болгарами. Им «вкатили» четыре мяча, но, к всеобщему удивлению, Пеле не забил ни одного.

Во второй встрече в Сан-Паулу все изменилось. На тяжелом поле болгары лучше контролировали мяч и вносили панику в ряды защитников «зелено-золотых». Огромный Диев даже открыл счет. Но во втором тайме Пеле дважды прорывался к воротам болгар и позволил своей команде одержать победу. 3:1. Этот «дубль» дал ему возможность завоевать себе место в сборной и широко открыл перед ним двери в Швецию.

Почему же так случилось, что в последней встрече перед отъездом на матч в Парагвай неудачный удар вывел его из строя? Почему его так преследуют неудачи? Он без конца смотрел на опухшее колено и спрашивал себя, не передается ли иногда дурной глаз по наследству?

Несмотря на то что лечение уже началось, Пеле уехал с делегацией в Италию. В этой итальянской кампании, где в будущем сделает себе карьеру Альтафини, Пеле не разрешили играть. Не возникало даже и вопроса, ставить ли его на первые матчи в чемпионате мира. Конечно, нет, колено все еще болело.

Чемпионат был на носу. Но команда Бразилии играла плохо, нападению не хватало остроты. Диди, этот хитрый Вальдир Перейра (его настоящее имя. — Ред.), все понял и организовал нечто вроде совета старых игроков с целью ускорить возвращение Пеле в состав сборной. Еще не совсем здоровый, он и появился таким образом в возрасте семнадцати лет в команде, которой предстояло встретиться с русскими. Фантастичный Гарринча[35] сопровождал его на правом краю. И они вдвоем, молодые демоны, устроили такую карусель у ворот советских футболистов, что не хватило даже класса Яшина — 2:0[36].

В следующем матче Уэльс полностью ушел в защиту. Бетон! Но Пеле, продравшись через частокол ног, сумел забить победный гол, может быть самый важный за всю свою карьеру, как он говорил.

Затем встреча с Францией. Оценки возросли вдвое. О французской команде говорили в весьма хвалебном тоне. Бразилия начала в быстром темпе, и Вава сразу же забил гол. Фонтен[37] отквитал, но Вава (и снова он) на этот раз сломал малую, берцовую кость французскому защитнику Жонке. Защита французов дорого продавала свою шкуру. Перед концом первого тайма сильнейший крученый удар Диди достиг цели. Бразилия была неотразимой. Пеле, который, казалось, находится в тени, продемонстрировал удивительные для столь юного игрока хладнокровие и рассудительность. Он трижды вколачивал мячи в сетку «трехцветных[38]». Лишь удар левой Пиантони сделал счет не таким тяжелым: 5:2.

В финале маленький Пеле, юркий и неудержимый, еще раз проявил себя. Во встрече со шведами на глазах изумленного Стокгольма он записал на свой счет два мяча.

Благодаря этим пяти голам, забитым в результате блистательных атак, Бразилию провозгласили чемпионом мира. Там, на родине, в Бразилии, прошли мощные народные манифестации. Этого звания ждали 28 лет (первый розыгрыш Кубка мира состоялся в 1930 году, но бразильцы, единственные участники всех девяти финальных турниров, смогли стать лишь третьими (1938 г.) и вторыми (1950 г.).

С тех пор, став национальным героем, Пеле включался во все сборные команды страны. Отъезд Диди (он вместе с Пеле был признан лучшим футболистом на чемпионате мира) в Испанию сделал из Пеле персону № 1 бразильского нападения.

В это время «Сантос» стал «футбольным клубом Пеле». Удивительный класс игры молодой звезды получил признание в рядах своей команды и в испытаниях, которые могут быть отнесены к числу самых трудных — «Сантос» и сборная Бразилии благодаря блистательной индивидуальности Пеле в течение четырех лет удерживали неоспоримое превосходство. Вплоть до 1962 года, до чилийских встреч. Там уже начал наблюдаться некоторый спад.

Дело в том, что Бразилию представляла команда, очень похожая по составу на команду 1958 года, другими словами, основательно постаревшая. «Зелено-золотые» майки бегали меньше, чем в прошлом. Но среди них был Пеле, которому и предстояло принимать решение. В высоких сферах бразильского футбола совершенно справедливо рассчитывали на исключительный класс своих игроков, которые сумеют найти средства для того, чтобы расшатать оборону соперника. Что и случилось в матче против Мексики. Чертовы парни, эти мексиканцы! Надеясь на старого и надежного вратаря Карбахала[39], они бегали и сражались все полтора часа.

Бразильский механизм стал давать перебои. Пеле почувствовал, что его партнеры скованны и ужасно раздражены. Спортивная пресса страны уже критиковала ее за средний возраст — 31 год. Эти упреки посеяли сомнения в самих игроках и залили свинцом их подошвы. Они неумело бегали и сталкивались друг с другом, не находя того удивительного взаимопонимания, которым отличалась сборная 1958 года. Лишь ее призрак неотступно следовал за ними. Пеле, этот «двадцатидвухлетний ветеран», всех ласково подбадривал.

Мексиканцы, не мудрствуя лукаво, атаковали волнами. Первый тайм был мучительный. Потом все немного образовалось. Загало, само футбольное остроумие, забил головой мяч. Но мексиканцы не опустили руки. Пеле почувствовал, что дело принимает опасный оборот и что надо закрепить полученное преимущество. Он пошел из глубины, как любил это делать, ворвался на полном ходу в ряды мексиканцев, обвел всех защитников, которые бросались на него, и забил несравненный второй гол. На другой стороне южноамериканского континента облегченно вздохнули. Пеле снова возвратил бразильцам радость жизни.

«Я хочу видеть своего бога»

Драма, однако, висела в воздухе. И произошла она в игре против Чехословакии. Пеле только что нанес удар по стойке ворот Шройфа[40] как страшная боль обожгла ему низ живота: ослабла приводящая мышца. Разрыв паха. Кулаками он уперся в место ожога, сверлившего тело. Подняв голову, будто в тумане увидел блестящий череп склонившегося над ним массажиста Марио Америко.

 Это не страшно, я наложу тебе повязку.

Пеле сделал гримасу. Крупные капли пота текли по его лицу. Гарринча перекрестился. С Кубком Жюля Риме-62 для Пеле покончено. Лечение будет очень длительным, и ему придется основательно потерпеть. Легко сказать. Послушайте лучше рассказ самого Пеле о том, что он тогда думал:

 Откровенно говоря, в какой-то момент я спросил себя, уж не схожу ли с ума? Это было ужасно, невероятно. Старая команда рассчитывала на меня. Неудача, которая едва не вывела меня из строя в Швеции, настигла на этот раз здесь… Я потерял возможность играть в матче, во всех матчах. Судьба, казалось, хотела каждый год наносить удар чуть сильнее предыдущего… Как далеко пойдет она? Я думал о своем отце…

Если обычно партнеры завидовали легкости, с которой Пеле засыпал, то на этот раз он провел неспокойную и лихорадочную ночь.

В садах Эль-Ретиро, в одном из домиков которого лежал Пеле, иностранные журналисты, фотографы с внушительными телеобъективами, болельщики, обеспокоенные и, видимо, напуганные тем, что находятся в таком месте, озабоченно смотрели друг на друга. Что с Пеле?

Люди все прибывали, и можно было подумать, что собираются члены какой-то странной секты. Один из них, неопределенного возраста, огромный, с болезненным видом, вдруг закричал перед дачным домиком:

 Я хочу видеть своего бога! Я хочу видеть его немедленно!

С проворством, которого от него никто не ждал, он толкнул дверь и пронзительным голосом повторил фразу, которая, казалось, неотступно преследовала его.

Он очутился возле кровати. Поддерживаемый двумя подушками, Пеле смотрел, не говоря ни слова. На его лице не дрогнул ни один мускул. Человек онемел. Прошло несколько бесконечных секунд. Он, казалось, хотел что-то вымолвить, но его подбородок задрожал. Тогда он обхватил голову руками и вышел, нервно рыдая.

Взволнованные лица женщин показались — в дверях. У Пеле не хватило сил даже улыбнуться. Когда он снова будет играть? Место разрыва больше не болело. Сумка со льдом, которую ему регулярно меняли со вчерашнего дня, вызвала онемение болезненной области.

Появился какой-то старец: голубой костюм, седые волосы, сумочка. По всей вероятности, местный житель. Он спросил у доктора Гослинга, действительно ли тот установил растяжение. Получив утвердительный ответ врача, он слегка задумался и сказал:

 Бьюсь об заклад, что вы кладете сверху лед.

 Да- ответил доктор.

 Ерунда! Видите ли, я не медик, но все, что касается разрывов или растяжений, это моя специальность. Слушайте меня внимательно: пять капель арники[41] три раза в день, и наш Пеле молниеносно станет на ноги.

Визиты самые простые, самые почтительные, самые неожиданные следовали один за другим. Гарринча вышел из комнаты взволнованный.

 Кто знает, сказал мне Пеле, может быть, бог, наказывая меня, хочет успеха Амарилдо[42]. Я ведь испытал свое счастье в 1958 году.

Пеле не любит рассказывать о долгих днях заточения в четырех стенах в Эль-Ретиро. Кошмар! В то время как он волочил ногу, другие бились насмерть… Испания, Чили, Чехословакия… Льеса в трех актах… Но какой великий игрок этот Гарринча! Суперчемпион, способный действовать на любом месте нападения и обыграть любого соперника. Это наивысший класс.

Во всяком случае, ни один бразилец не был счастлив больше, чем Пеле, в момент финального свистка. Его стране удалось сделать дубль, и он был взволнован любезностью своих товарищей. Они любой ценой хотели сделать его одной из звезд праздника, будто ему самому удалось улучшить рекорд Фонтена.

В современном футболе нет героев, которые устают. После Кубка мира «Сантос» отправился в турне. Выбора нет: физическое состояние игроков плохое, а финансовое состояние клуба еще хуже.

Пеле находился в лазарете. Он не поехал с командой оспаривать «Турнир Парижа», не поехал на матчи в ФРГ или куда-нибудь еще, а продолжал лечение. Импрессарио других команд оказались в отчаянии и уменьшали тарифы товарищеских матчей. «Сантос» был сыт по горло от этого турне. Его изношенный футбол уже дорого не стоил. Приближалась катастрофа.

Вернувшись, команда вступила в чемпионат штата. Но без Пеле. У короля дела были неважные: нагрузки запрещались; лечение влажным паром; часами лежать на массажном столе; мрачное ожидание…

Наконец после длительных процедур доктор Азеведо констатировал: Пеле может постепенно возвращаться в строй. Он начал заниматься специальной гимнастикой под руководством Пеллегрини. Приближался конец кошмара. В середине следующей недели назначили первую пробу.

В тот день явился в полном составе весь руководящий комитет клуба. «Здравствуйте, здравствуйте». — Каждый старается держаться непринужденно. Они направились на поле, словно на увеселительную прогулку. Изумительная погода. После довольно длительной интенсивной разминки Пеллегрини попросил мячи. Два он взял в руки, а третий покатил в сторону Пеле:

 Отбей на меня.

Наступила тишина. Пеле боязливо ударил. Все взгляды устремились на него.

 Еще один…

Мяч подпрыгнул, удар. Пеле сделал гримасу.

 Ну что?

 Боль вернулась.

Не такая сильная, как в Чили, когда он ударил в боковую стойку ворот чеха Шройфа, но глухая и ужасно чувствительная. Он удалился, прихрамывая, в сторону раздевалки Президент Атие Кюри сжал зубы и ушел, не сказав ни слова. Журналисты бросились вслед за Пеле.

 Мне сказали, что нужно недельку отдохнуть, — вздохнул он.

В свободные часы между процедурами он раз за разом прокручивал фильм «Король Пеле». Не такой уж блестящий король! Но этот просмотр стал хорошим отвлекающим средством.

Чемпионат штата заканчивался без него. Лучше всего не ускорять событий — говорили ему — и возвратиться полностью здоровым. Это будет как раз к Кубку южноамериканских чемпионов в игре с «Пеньяролем» из Монтевидео, и его возвращение основательно напугает уругвайцев.

Но гремя пришло, а он все еще не был в состоянии выполнять свои функции. Боли не проходили. Огромный директор-распорядитель «Сантоса» Модесто Рома больше не дремал. Он суетился в своем широченном белом костюме, словно сшитом из двух простыней.

— Ну, как, дела идут лучше? — спрашивал он у врача, вытирая свой белый лоб.

Пеле горел от нетерпения, но не показывал виду. Наконец случилось чудо! В один прекрасный день боль исчезла. Когда же возвращение?

Он не смог участвовать, правда, в ответном матче Кубка чемпионов против «Пеньяроля». «Сантос» выиграл первую встречу. А вот во второй, на чужом поле… Жильмар, опрокинутый наземь нападающим уругвайцев Сасиа, получил горсть песка в глаза, а судья, чилиец Роблес, «схлопотал» бутылкой по голове, и матч после длительной паузы закончился со счетом 3:3. Это была самая длинная из всех ночей. Судья с испуга указал в протоколе, что матч закончился со счетом 3:2 в пользу «Пеньяроля».

Пеле вернулся, наконец, когда игрался «решительный» матч в Буэнос-Айресе. «Сантос» победил 2:0, оба гола забил воскресший Пеле. Второй — именно под тем углом, который желал Христиансен, режиссер фильма, посвященного Королю.

Газеты отметили, что черная «десятка» не потеряла своих старых навыков, она создавала спектакль. «Сантос» вновь стал «футбольным клубом Пеле».

После финального свистка зрители высыпали на поле, чтобы любыми средствами взять футболку Пеле и тут же ее разделить. Сначала это забавляло полицейских, а потом и они вмешались.

Итак, опять бесконечные переезды, ожидания на аэродромах, поездки в автобусах, удары по лодыжкам и коленям, лечение ультразвуком и теплом, драки между болельщиками, швыряние бутылок и камней, испуганное бегство судей, шум импровизированных оркестров, вопросы журналистов, просьбы дать денег, сплетни и опять петарды, толпа, репортеры… его повседневная жизнь.

Вот так подошел Пеле к финальному матчу Межконтинентального кубка чемпионов. Команда «Бенфика[43]» готовила свое оружие, и тренер португальцев Риера корректировал планы. Но и «Сантос» был уверен в себе.

Португальцам удался первый матч, напряженный и осторожный. Может, даже слишком осторожный, так как они в конце встречи забили два гола и закончили очень сильно. Но Пеле (два) и Кутиньо забили три мяча, позволив плохо игравшему «Сантосу» завершить игру с хорошим счетом. В ответном матче ритмы самбы изменились. На этот раз легкая кавалерия «футбольного клуба Пеле» буквально оглушила крепкую португальскую защиту. 5:2. Какое-то безумие! Пеле, вновь став самим собой, забил незабываемый гол, о котором даже хитрый Коста Перейра, игрок «Бенфики», долго вспоминал… Гений Пеле проявился еще трижды, и он прыгал, ударяя по воздуху кулаками в ознаменование победы. Он изобрел не только тысячу способов забивать голы, но и один способ для их чествования… С той поры многие стали ему подражать.

В этом же году «Сантос» одержал последовательно три победы, и Пеле еще раз выиграл «конкурс лучшего игрока» с 37 голами.

Растяжение — скрытое, стойкое, жестокое — вновь объявилось, увы, в следующем году. Пеле не закончил чемпионат. Пришлось отдохнуть. Но это длилось недолго. Приближался Межконтинентальный кубок чемпионов, который нужно было завоевать вторично.

Но снова разрыв мышцы.

Кое-как подлечившись, с опаской, он принял участие в первом матче международного финала с «Миланом[44]» 2:4. Забил два гола, хотя его надежно держал защитник хозяев Трапаттони, что позволило миниатюрному итальянцу приобрести репутацию «тюремщика Пеле».

Снова глубокий разрыв. Через Месяц на «Маракане» он не смог принять участие в реванше, второй тайм которого проходил под проливным дождем. Проигрывая 0:2, «Сантос» за 17 минут тропической бури забил четыре гола. «Маракана» превратилась в Венецию.

За линиёй ворот Пеле испытывал страдания мученика. Он должен был еще больше страдать через два дня на решающем матче. Футбол «смертников», дуэль на ножах, в которой отличился агрессивный Альмир, и… мрачная победа благодаря пенальти неузнаваемого «Сантоса». Боязнь проигрыша, которая пронизывает все внутренности и делает ноги слабонервных «свинцовыми», — печальная привилегия финалов на высшем уровне, которая позднее приведет к дурным эксцессам в Буэнос-Айресе.

Пеле продолжал лечение. Он скрупулезно следовал всем предписаниям врачей. Никогда не показывал усталости, никогда не жаловался на свою судьбу, но нервы его были на пределе.

Смертельный страх

Усталый, замученный финансовыми и многими другими проблемами, Пеле был печален. Почему это всеобщее непонимание? Здесь, во мраке лазарета, относительно прохладно. Но когда открывают дверь, с улицы резко врывается горячий воздух. Скоро полдень. Футболисты, не задерживаясь, спешат в раздевалку, гонимые с поля сильной жарой. Тренировка заканчивается.

Массажист Маседо вернулся первым. Еще мгновение, и слышатся смеющиеся голоса Зито и Мауро. Тренировка, как правило, завершается шутками и розыгрышами, ставшими какой-то частью обряда, как в солдатской казарме.

Маседо положил на подоконник сигарету и подошел к стоящему в углу столу для массажа. Не двигаясь, Пеле спросил себя, почему окурок такой мокрый? Откуда эта укоренившаяся привычка, заставлявшая Маседо молча курить с таким прилежанием, и пылом? Массажист снял остывшую простыню и приложил на бедро знаменитого центра нападения другую, обжигающую. Его почерневшие волосатые пальцы точно уложили ее на нужном уровне и проворно схватили сильно жеванный окурок.

 Кончится тем, что ты своими несчастными тряпками меня обваришь.

 Ничего не поделаешь. Чтобы быть красивым, надо страдать.

Какой-то автомобиль на полном ходу повернул у входа на стадион «Вилья Бельмиро», и его шины завыли, как в детективном фильме. Вошли Кутиньо и Пепе.

 Ты брось делать смущенный вид, словно помпадур на диване, — шутил Кутиньо. — Ведь это мы, два храбреца, обливаясь потом и кровью, зарабатываем твой хлеб насущный, коллега.

Да, основательно вспотел этот толстый Кутиньо. По его блестящей коже, словно смазанной маслом, бежали ручейки, начинавшиеся у золотой цепочки, которая спадала на шею.

 Хоть немного похудей, — сказал ему Пеле, — иначе ты не сможешь снять с пальца кольцо.

Его грудь раздалась настолько, что ноги казались тощими и созданными для чего-то другого. Говорили, что это происходило из-за гланд. Кутиньо улыбнулся и стал похож на счастливого мальчишку. Подсел к Пеле:

 Ну, лодырь, как дела?

 Все время дергает. Я скоро подохну от этих порошков, лекарств, врачей, газет, от этой неподвижности, лазарета, скамейки запасных, от всего.

 Почему ты так нервничаешь?

 Я хочу опять играть, вот и все. После Кубка мира в Чили я сижу в запасе. Вынужден оставить всех в самое трудное время, нервничать в качестве зрителя, и именно тогда, когда команда нуждается во мне. Финал Кубка мира, потом Кубок чемпионов, а я не участвую ни в одном из двух серьезнейших матчей против «Милана» и ответном и решающем на «Маракане». Я уже на пределе. Проходят дни, недели, месяцы, а я все заточен в лазарете, скованный мокрыми тряпками. Абсурд! Припарка на деревянную ногу.

 Ты себе в голову вбиваешь мрачные мысли, дружище. Эти процедуры нужны.

 Ну какое тепло может проникнуть через ткани, я тебя спрашиваю? У нас семь шкур, одна на другой.

 По одной шкуре на каждый день недели. Это позволяет менять их, — сказал Кутиньо, снимая бутсы.

А тебе нужно сменить пластинку, коллега.

 Я слышал, — продолжал Пеле, — что во «Фламенго» есть «край», у которого как раз эта болезнь. Забыл, как она называется… Это не выдумки. Ноги у него словно изъеденные молью.

 Он, конечно, служил вместо манекена? — подначивал Кутиньо.

 Тебе лишь бы посмеяться. Во всяком случае, если в один прекрасный день твои мышцы будут рваться, как папиросная бумага, ты тогда сам в этом убедишься.

 Ты слишком много болтаешь.

Был слышен чистый голос Винискус Морано, поющего популярную в последнее время песню, фатальную и веселую, где говорилось о любви, о женщине, которую куда-то забросила судьба, о слезах и страданиях, что несет с собой эта роковая любовь. Очень славная, мелодичная линия. Пеле, который немного играл на гитаре и даже, баловался сочинением нескольких песен, не возражал бы стать автором этой музыки. И слов тоже:

Я знаю, что буду тебя любить,

Всю жизнь буду тебя любить.

Я знаю, что буду слезы лить,

Всю жизнь, я знаю.

Этот тип кое в чем разбирался. Пеле самому хотелось знать, когда же кончатся его неудачи.

 Маседо, — позвал он — сними свои простыни. На сегодня мне хватит быть мумией.

В душевой вратарь Лаерсио требовал мыло, которое у него только что стащили. Чуть дальше — хохотал Дальмо, а Пеле пробивался сквозь все густеющий пар в надежде найти свободный бокс и пустить воду.

Думая об этом позднее, он пришел к выводу, что, пока мылся, кто-то о нем говорил с доктором. Маседо? Кутиньо? Пепе? Поди узнай! Иначе каким образом лекарь догадался? Откуда ему стало известно о плохом настроении Пеле? Медика беспокоила безысходная тоска, подтачивавшая Пеле. Врачи, как никто другой, знают, насколько важна воля больного для быстрейшего выздоровления.

Когда Пеле вернулся в лазарет, чтобы условиться с Маседо о процедурах на следующий день, доктор Итало Консенино искал в шкафу лекарство. Он наклонился и правой рукой стал рыться в тюбиках.

 Добрый день, доктор, — произнес Пеле.

 Привет, Эдсон. Прекрасный денек, но слишком жаркий для футбола, не правда ли? А вот и то, что я искал. Прекрасное средство для печени! Я точно помнил, что еще немного оставалось. Ну пошли обедать.

Доктор Итало Консенино никогда не повышал голоса. Очень часто он вообще не говорил, а ограничивался улыбкой. Увлеченный индусской религией и всем необыкновенным, он пользовался огромным авторитетом у руководителей и игроков «Сантоса». Этот сорокалетний мужчина со спокойными жестами и лукавым взглядом скорее походил на внимательного старшего брата, чем на ученого.

 К делу. В котором часу ты придешь сюда завтра?

 К десяти.

 Поздно. А не мог бы ты явиться до девяти?

 Зачем? Ведь процедуры уже назначены!

 Чтобы спокойно обследовать пораженный участок и посмотреть, как идет поправка.

 Говорят, что некоторые формы разрыва не лечатся, — не успокаивался Пеле, — что к мышцам не возвращается прежняя эластичность, что они остаются навсегда ослабевшими, как старые подтяжки. В Рио, во «Фламенго», играл «край», у которого мышцы были в подобном состоянии и рвались при каждом усилии.

 Разумеется, ты думаешь, что у тебя такое же состояние?

 Нет, не совсем, доктор, но я этим весьма озабочен.

 Ладно, решено. Завтра в девять часов я покажу, что у тебя нет ничего похожего.

Пеле проснулся от пения птиц. С моря дул прохладный ветер, но тянувшийся в сторону порта теплый морской туман извещал о том, что день будет жаркий. Нога, казалось, занемела. Он провел рукой по больной мышце, еще «не проснувшейся» после отдыха.

Он рывком соскочил с кровати и стал под душ до того, как начать чистить зубы. Тщательно завинтил крышку на тюбике с зубной пастой. «Как это некоторые люди могут оставлять открытыми тюбики, открытыми двери, открытой свою жизнь?» — подумал он.

Порыв ветра хлестнул по пальме, в саду длинные банановые листья сухо затрещали. Не предвестник ли это тропического урагана?

Кожа сидений в машине уже раскалилась. Пеле опустил все стекла и тихонько тронулся с места. В глубине улицы ему преградил путь катящийся с шумом трамвай, и кондуктор приветствовал дружеским знаком игрока, которого, конечно же, узнал. Вокруг «Вилья Бельмиро» жизнь еще не начиналась. Чего вдруг приезжать так рано? Но, к удивлению, доктор Консенино уже болтал с Лимой в лазарете. Что происходит в это утро?

 Вот и проснулся, парень.

 Откровенно, я не думал увидеть вас на ногах. Честное слово, вы перестали спать.

 Поехали быстрее, — сказал доктор. — Прежде чем приехать в больницу и обследовать ногу, мне нужно остановиться в одном месте минут на пять. Но это по дороге.

Они поехали вдоль моря, затем повернули к центру. Доктор вел машину молча, оба игрока тоже ничего не говорили. Проехав рынок, они затормозили, чтобы не наскочить на группу мальчишек.

Автомобиль ехал еще минут десять, прежде чем остановиться перед серым зданием. Над дверью висела надпись: «Институт судебной медицины».

Пеле и Лима переглянулись:

 Мы вас обождем, доктор, — сказал первый.

 Еще чего, — ответил врач, — я приехал сюда, чтобы показать тебе кое-что. Лима, можешь пойти с нами, ты не помешаешь.

Они снова обменялись удивленными взглядами и последовали за врачом, Пересекли вестибюль, вышли во двор, покрытый цементными плитами, и повернули направо. За высокой белой без стекол дверью находилась комната, куда вошло наше трио. Мебелью там служили три стоящих в углу дачных стула. Четыре никелированных крана блестели над двумя металлическими баками.

Можно подумать, что это фотолаборатория. В ноздри Пеле ударил специфический запах, но он не мог определить, какой именно.

Не обращая внимания на их нерешительный вид, врач открыл следующую дверь. Оттуда внезапно хлынул резкий запах, который Пеле уже распознал.

 Входите, — сказал доктор и закрыл за ними дверь.

Морг… Четыре плиты в водянисто-обманчивом свете и неподвижно лежащая фигура над белеющим полотном. Это морг. Раньше они слышали только рассказы об этом, не больше. А вот сейчас они тут. В ловушке. Ими овладело чувство дурноты, подобное тому, которое испытывают, внезапно оказавшись перед лицом смерти, перед ее властью, перед ее леденящим присутствием. О, доктор отлично провернул это дело! Формалин… Дурной запах, сильный и едкий, который хватал за горло. Он перемешался с плотным и пресным запахом тел.

Они застыли у двери. Доктор, открывая маленький ящик, пошутил:

— Подойдите, он не кусается. Вы, конечно, предпочли бы оказаться сейчас в самой гуще свалки самой грубой защиты чемпионата, чем быть в этой тихой комнате, не так ли? Впрочем, это вопрос вкуса…

Они подошли к врачу в тот момент, когда он поднимал простыню. Перед их ошеломленным взглядом предстала напряженная и с виду твердая нога мулата.

 Знаете ли вы, что мышцы являются органами? Они руководят большинством наших движений. Обладающие способностью сокращаться и наделенные большой эластичностью, они вытягивают или ставят на место рычаги нашего скелета. Интересно или нет? Если хотите, это внутренние провода, на которые возложена функция деятельности.

С помощью небольшого хирургического ножа, который скрылся в пальцах, врач резко разрезал бедро покойника. Пеле и Лима инстинктивно посмотрели на неподвижную голову, спрятанную под простыней. Как будто крик или протест мог вырваться оттуда. Ничего. В давящей тишине странно отозвался шум скальпеля, скользнувшего по мраморной плите.

 Некоторые мышцы являются простыми, другие — сложными, в зависимости от числа различных сухожилий, связывающих их с другими мышцами или костями. Некоторые покрыты бороздками, другие — гладкие и собираются в пучки.

Округлившимися глазами следили они за все расширявшимся белым разрезом. Запах формалина становился нестерпимым.

 В результате усталости, плохого разогрева или слишком большого усилия может случиться…

 Извините, — бросил Лима, устремляясь к выходу. Едва он открыл дверь, как его охватил внезапный приступ рвоты. Ему все же удалось выбежать наружу…

 Слабый характер. Итак, я говорил, что по какой-то определенной причине может произойти разрыв на одном из концов провода. Видишь, вот здесь, например.

Пеле наклонился, чтобы лучше видеть, но ничего толком не рассмотрел. Однако он утвердительно кивнул головой, не думая о том, что от этого зависят дальнейшие объяснения.

 В таком случае остается лишь одно решение: полный покой и серьезное лечение, с тем чтобы облегчить сращение. Оно обязательно произойдет, но потом необходимо дать время, чтобы концы залечились. Совершенно нормально, что тебе дают длительный отдых.

Пеле покрылся крупными каплями пота. Врач заметил, что лицо его приобрело зеленоватый оттенок и что он чувствует себя нехорошо. Стало ясно, что, несмотря на большое усилие воли, сопротивляться он долго не сможет и скоро присоединится к Лиме…

 Вот то, что я хотел тебе показать. Мышцы, пучки, волокна и сухожилия сказочно покорны и позволяют менять форму и начинать движения. Как же они могут не стать на место после небольшого отдыха? Они созданы для этого. Трудно поверить, что эти настоящие детонаторы содержат 75 процентов воды.

Доктор Консенино опустил простыню и взял ящичек. Пеле, задыхаясь, очутился снаружи. Ему казалось, что он выскочил из бочки с рассолом. Но все же он улыбнулся, увидев гуляющего по двору Лиму.

 Ну, старина, тебе лучше?

Вместо ответа Лима сделал многозначительную гримасу, продолжая массировать себе живот.

 Какое чудесное утреннее упражнение! Все же очень хорошо оказаться на солнце и почувствовать, что ты жив и двигаешься, не так ли? — сказал Пеле.

 Маленькие «болячки», которые мы собираем из-за того, что стучим по мячу, действительно ничего не значат, — отвечал Лима.

 Наоборот, они нам время от времени напоминают, что мы не железные. Они слегка извлекают нас из нашего небольшого комфорта, из всего того, что мы глупо считаем повседневным рабством. В сущности, жизнь футболиста весьма привлекательна, — резюмировал Пеле.

Вскоре в дверях появился доктор. Веселый и счастливый вид скрывал его обычную флегматичность. Не было ли это результатом того, что ему удалось так удачно разыграть властелина круглого мяча?

 Ну, ученики лекаря, поехали, сегодня вы достаточно повидали. Убери там все, — бросил он служащему в белой рубахе, который болтал с привратником.

 Слушаюсь, доктор Итало!

Ехали молча. Пеле отдал бы целое состояние за то, чтобы принять душ и освободиться от этого устрашающего запаха формалина, который пропитал его насквозь, приклеился к его коже.

Наконец они приехали в «Вилья Бельмиро». Дорога туда заняла много времени.

Солнце поднялось высоко над трибунами маленького стадиона «Сантоса». Они прошли турникет у входа и поздоровались с привратником. Голос Пеле разорвал тишину.

 Маседо, Маседо! — закричал он. — Быстро приготовь свой инструмент, я должен вернуться в строй раньше, чем через две недели!

Каторжные работы

В тот год Пеле наверстал потерянное в Чили время, выиграв еще раз чемпионат Сан-Паулу и Кубок Бразилии. Несмотря на успехи аргентинского футбола, он добыл для Бразилии и Кубок Рока.

Затем сразу же — длительное турне по Европе, о котором Пеле совершенно не в силах говорить. При этом воспоминании глухая ярость заставляет его дрожать. И действительно, он никогда не поймет, как могли руководители после невероятно трудного чемпионата, турнира Рио — Сан-Паулу, товарищеских матчей и Кубка Бразилии предусматривать еще поездки и матчи подобного рода.

После двух тяжелейших встреч с аргентинцами они совершили трансатлантический прыжок, и накануне матча команда прибыла в Лиссабон. Бессонная ночь, проведенная в самолете, трехчасовая разница во времени, тяжелое поле… 1:0 в пользу португальцев. Дальше все хуже и хуже. В Брюсселе эту полностью обновленную бразильскую команду, средний возраст которой уменьшился с 31 года в Чили до 23 лет, безжалостно размели. 5:1. Усталость!

Этот скандальный результат произвел в Бразилии впечатление разорвавшейся бомбы. Любой человек с улицы понимал, на какие каторжные работы послали его любимую команду, изнуренную, выбившуюся из сил.

Пеле вновь появился против «трехцветных» на стадионе «Коломб», и на следующий день французская спортивная газета «Экип» дала заголовок: «Пеле — 3, Франция— 2». Снова бразильский феномен, физические силы которого были истощены, решил судьбу матча, забив, как и в Швеции, три мяча в ворота французов. Он проходил между выстроившимися в два ряда зрителями, и в его облике чувствовалось что-то величественное.

Увы! Несравненный Пеле был ранен в колено… во время несчастного случая в такси. Не существовало более бразильского бога, и этот удар свел на нет все шансы команды в турне. Черный феномен вновь принялся лечить пораженную связку… по пути от аэропорта до гостиничного номера. Не в силах ни прыгать, ни бить, он едва передвигался, играя 20 минут против Италии… И защитника Трапаттони, державшего Пеле, провозгласили победителем.

Пеле не поехал на Ближний Восток, а остался в Риме, чтобы принять более эффективный курс лечения, и вскоре после этого поменял «зелено-золотую» майку этой хромающей сборной на другую, совершенно белую — сантовскую. Но его дела в родном клубе шли не лучше, чем в сборной. Голова, сердце, мышцы и нервы были отравлены круглым мячом… Каждый матч, казалось, длился три часа. Ребята играли, как в агонии. Пеле, хотя и неважно себя чувствовал, время от времени бросался в гущу схватки, скорее для того, чтобы поднять угрожающе низкий моральный дух своих товарищей, чем совершить подвиг, который был выше его физических возможностей.

Вторая итальянская кампания, второй кошмар… Наконец испытания закончились, и бразильцы возвратились к себе, чтобы зарубцевать раны. — быстро, за несколько дней, так как начинался чемпионат.

Пеле с момента своего появления в «Сантосе» играет в среднем 100 встреч в год. В свои двадцать пять лет он принял участие в большем количестве матчей, чем любой европейский игрок, достигший тридцати лет. Но, несмотря на молодость и крепкий организм, его нельзя считать все-таки машиной. Он даже подумал об отставке, так подводя итоги сложившемуся положению:

 Когда мы возвращаемся из турне, я задумываюсь иногда: а может быть, в один прекрасный день я заявлю во всеуслышание о том, что хочу оставить футбол. Мое имя и положение кажутся мне на сегодняшний день достаточными. После Италии я чувствовал себя очень усталым, обессиленным. Некоторые из тех, кто окончательно потерял голову, воспользовались этим, чтобы попытаться втянуть меня в бессмысленные авантюрные поездки. Сумасшедшая история! К счастью, благоразумие ко мне быстро вернулось, и я смог подвести под этим черту.

Слишком насыщенная программа, бесчеловечные руководители… Все эти чемпионаты, турниры, путешествия, которые в конечном итоге всегда выливаются в важнейшую встречу, в финал на высшем уровне, приводят все чаще и чаще к тому, что Пеле оказывается растерзанным на куски в часы решительного броска. Вспомните 1958 год в Швеции, 1962-й в Чили, 1963 год на «Маракане» во время бурного финала «Милан» — «Сантос». Чуть не сорвавшись во время одного ответственного соревнования, он не смог участвовать в двух других.

Нужно было видеть, как он жестоко страдал во время третьей встречи «Милан» — «Сантос», 16 ноября 1963 года, как ломал в отчаянии руки, а затем прятал лицо, когда били пенальти, который должен был принести победу его команде. И я знаю, как мечтал Пеле о ритмичном календаре и о настоящем отпуске…

Травмированный в ходе встречи на стадионе «Пакаэмбу» 2 ноября 1963 года, он вошел в строй только через два с половиной месяца в Порту-Алегри в полуфинале Кубка Бразилии. А в финале 28 января «Сантос» обыграл «Байю» со счетом 2: 0. Оба гола были его. Круг почета и т. д.

Тем, кто объявил о конце знаменитой «десятки», пришлось покаяться. Разве не забил Пеле восемь мячей в четырех встречах и не принес своему клубу третью победу подряд в розыгрыше Кубка Бразилии? Это громовое возвращение в строй явилось сильнейшим ударом по пессимистам.

Не успел Пеле снова встать на ноги, как руководители немедленно вернулись к своим старым привычкам. Накануне большого красочного праздника Карнавала, в то время как победители Кубка, игроки «Сантоса», надеялись насладиться вполне заслуженным отдыхом, были подписаны соглашения о двух новых матчах: один в Буэнос-Айресе, другой в Монтевидео. Протесты, коллективные жалобы ни к чему не привели. Пеле, выздоровление которого вызвало этот контракт, ужасно огорчился. Но его доводы никто не слушал. Команда поедет, чего бы это ни стоило…

Прекрасно, прекрасно… Результат этих двух матчей налицо. «Сантос» положил в карман 10 голов: 5 от аргентинской «Индепендьенте» и 5 от уругвайского «Пеньяроля». Пеле и его партнеры отказались бегать и играли шагом все 180 минут.

И как венец полного отсутствия гибкости (руководство «Сантоса» подготовило сюрприз, который дополнял программу «веселья») — еще один матч: необходимо было расплатиться с новым игроком. На обратном пути делегация сделает пересадку на самолет в Сан-Паулу.

Но Пеле поступил совершенно неожиданно. Пройдя таможню, он поочередно попрощался со всеми, остановил такси… и вернулся в Сантос на глазах у остолбеневших руководителей. Бомба Пеле разорвалась.

 Играйте сами, господа.

Забастовка, которую объявил Пеле, имела серьезные последствия, даже для других клубов. Вмешались газеты, и потребовалось немало дипломатии, чтобы благоприятно разрядить ставшую весьма деликатной обстановку. Игрокам дали десятидневный отдых.

Король после этих непродолжительных каникул снова собрал свое войско, для того чтобы отправиться в путь.

Год 1964-й отмечен для Бразилии двумя важными событиями: падение «Сантоса» и завоевание Кубка наций. Хотя команда еще раз совершила невозможное, буквально вырвав победу в чемпионате, она не смогла противостоять «Индепендьенте[45]». Пеле безуспешно дрался на смерть, стараясь воодушевить свою команду. Но был слишком одинок.

Полузащитник Зито не выдерживал более 20 минут матча, а в защите новобранцам Жоелю, Арольдо, Исмаелю и Модесто не хватало еще опыта международных встреч и уравновешенности. Все трещало по швам.

Из-за очень плохой защиты «Сантос» был выбит во время ответных матчей турнира Рио — Сан-Паулу. Эта маленькая капля переполнила чашу. Президент Атие заговорил, наконец, о подкреплении, и Пеле с облегчением вздохнул.

Но наступила пора ландышей, и «Сантос» приехал в Аргентину, чтобы сыграть три товарищеских матча. На берегах Рио-де-ла-Илата руководители всегда готовы положить на стол 100 тысяч франков для «Сантоса»… при единственном условии, чтобы играл Пеле. Если играет он, то даже самая скупая публика всегда готова раскошелиться. Три победы — над «Бока Хуниорс[46]», «Рэсингом[47]» (обе из Буэнос-Айреса) и «Санта-Фе».

Во время встречи с «Рэсингом» судья аннулировал пробитый Пеле пенальти, назначенный за его снос, и дал свободный в сторону… бразильцев. Однако 10 минут спустя Пеле снова сбили в пределах штрафной площадки, за что соперника наказали вторым пенальти. Пеле мощно послал мяч в угол. Обернувшись к судье, он спросил:

 А сейчас вы довольны?

Вернувшись в Бразилию, Пеле помчался на сбор, организованный федерацией перед маленьким «Кубком наций». Доктор Хильтон Гослинг внимательно осмотрел его:

 Э, дружище, ты основательно устал.

 О да! — ответил Пеле. — Почему вы не отправляете меня домой на отдых? Надо же время от времени уступать место молодым.

Добрый доктор улыбнулся:

 Ты чудесно отдохнешь с нами…

И, как всякий раз после передышки между двумя встречами, когда он может передохнуть и сбросить застарелую мускульную усталость, Пеле становится необычайным. Англичане, не видевшие его, испытали это на себе. Их тренер Альф Рамсей[48] широко открыл глаза при виде дьявольского дриблинга, а его защитники оказались «сидящими» на траве «Мараканы» после «ошеломительного слалома» Короля. Капитан англичан Бобби Мур вопил, отдавая приказы во время бури. Но тщетно. 5:0 — финальный результат.

Следующий соперник — Аргентина, старый постоянный соперник. Стадион «Пакаэмбу» в этот мягкий вечер южной зимы был забит до отказа. Средний возраст защитной линии — Карлос Альберто, Брито, Жоель и Рильдо — ровно двадцать лет. Увы, ничего не получилось в этот вечер! Левый край Ринальдо упустил полдюжины возможностей, и Пеле… потерял голову. Он травмировал аргентинца Мессиано. Встречу приостановили. Она возобновилась в ужасной обстановке, и молодые бразильцы потеряли самообладание. Словно испугавшись легко достигнутого преимущества, они пропустили на контратаках три мяча. Его поступок нанес травму всей команде. Откуда проявление этого грубого рефлекса?

Но он объяснил:

 Во-первых, у меня, так же как и у всех, бывают неудачные дни, дни, когда ничего не клеится, когда чувствуешь себя нервным, словно в лихорадке. Доказательством является этот матч. Однако Мессиано никогда не играл против меня корректно, а на «Пакаэмбу» он пришел… с целью отправить меня в клинику. Он играл с ненавистью. Несколько раз подряд грубо обругал меня, а потом плюнул в лицо, прежде чем нанести два болезненных удара по ногам, когда отвернулся судья. Я ему отплатил той же монетой. Знаю, что библия рекомендует подставлять другую щеку, когда вас ударили по одной, но случается, что я испытываю страх. У меня была неприятная, но твердая уверенность в том, что на поле кто-то лишний: или он или я! Мне совершенно не хотелось быть покалеченным из-за прихоти игрока: образ отца преследует меня. И я немедленно решил в этот самый день опередить…

Потом меня мучила совесть. На следующий день я отправился повидать его и попросить прощения. Но когда такси остановилось у его гостиницы, я, увидев рой ожидавших фотографов, не вышел. Немедленно вернулся обратно и присоединился к товарищам, не желая, чтобы этот поступок рассматривали как рекламу. Короче говоря, я обороняюсь тем же оружием, с которым на меня нападают. В современном футболе слишком много жестокости. Я не первый прибегаю к ней. Внимание: отныне око за око, зуб за зуб… за исключением Кубка мира, где я отказываюсь отвечать даже на удар ножа.

Это поражение имело по крайней мере одно достоинство: оно возвращало с облаков на грешную землю 80 миллионов бразильцев. Неисчислимая торсида наконец убедилась, что команда «зелено-золотых» — не единственная на земном шаре, что ее ждут могущественные соперники и что нельзя так просто, одним махом отправлять в отставку таких защитников, как Джалма Сантос, Беллини, Мауро, Зазимо и Нильтон Сантос, не испытав при. этом какой-нибудь утраты.

Чистая победа над Португалией (4:1) ничего не изменила в этом выводе.

Но фактически Пеле играл только один час против команды Эйсебио. Новый разрыв связки, и он понял, какие серьезные последствия его ожидают, если продолжать игру. Потом он утверждал, что не хотел оставлять своих товарищей, несмотря на настойчивые приказания доктора Гослинга. Он сделал это лишь за пять минут до окончания матча, и такое излишество Стоило ему того, что он дольше оставался вне сражений.

Все же в ноябре Пеле появился на поле и записал на свой счет шесть голов за восемь дней. Вновь Король не дал осечки после своего возвращения. В Кубке против «Атлетико Минейро», а затем в чемпионате штата ему удались коронные удары. И на этот раз великий Пеле оказался воскресшим.

Профсоюз «Сантоса» воспользовался этим, чтобы объявить о создании музея, посвященного Королю Пеле. Все трофеи, медали, кубки, памятные доски и сувениры будут выставлены в различных витринах. Майки, в которых он играл важнейшие матчи, будут прибиты к потолку, а стены украсят получаемые со всего мира письма.

Какое официальное лицо имело в двадцать пять лет свой музей?

Уроки учителя

Рио-де-Жанейро праздновал памятную дату — свое 400-летие — и надеялся привлечь туристов. Пеле тоже позировал для афиш, выпущенных тиражом 100 ООО экземпляров и разосланных во все концы мира. Человек, ложно приписываемый Рио? Возможно. Но он никогда не забывает, как восхищается им удивительно внимательная публика на «Маракане».

Король Пеле добился большого успеха своим способом пробивать штрафные удары. Это случилось в матче с «Коммерсиалем». В 30 метрах от ворот Пеле поставил мяч и ждал, подбоченясь, пока партнеры займут места. Защита соперника выстраивала стенку, а вратарь прыгал, выискивая лучший угол обзора. Судья дал свисток. Пеле без разбега, неожиданно для соперника нанес крученый удар, который вонзился в «девятку». Это была очередная находка Короля!

Пеле отлично начал 1965 год, демонстрируя напористую и эффективную игру. Перед этим, во время «ежегодного отпуска» бразильского футбола, он отправился удить рыбу и охотиться в окрестности Бауру, города своего детства. Вернулся Пеле основательно поправившийся и счастливый.

Но, несмотря на все свои усилия и фантастические голы, ему, однако, не удалось улучшить дела своего «Сантоса». Защита была и в самом деле слишком уязвимой. Впервые Пеле не мог самостоятельно решить эту задачу и открыто разочаровался защитными линиями своей команды. Эта депрессия знаменитого «номера 10» прозвучала сигналом тревоги для руководства клуба, который тут же перестал привлекать без разбора «дешевых» игроков и бросился закупать знаменитости: Карлоса Альберто[49], правого защитника «Флуминенсе», и Орландо, члена сборной, центрального защитника «Бока Хуниорс». Ветеран Мауро, увидев прибытие подкрепления, прервал переговоры с ФРГ и вернулся в команду, укрепив ансамбль защитников.

Конец мая. Бразильская конфедерация спорта собрала членов сборной в связи с запланированными матчами.

В игре с бельгийцами Пеле получил мяч, на огромной скорости ворвался в штрафную, обвел нескольких защитников, сделал вид, что бьет по воротам, чуть отошел назад, изумительно развернулся и ударил в угол… в тот момент, когда вся бельгийская защита бросилась на него. Вратарь бельгийцев совершил бесполезный бросок, поднялся… и подошел, чтобы пожать руку бразильскому Королю.

Этот гол буквально подломил ноги игрокам другого континента. Пеле тогда поднял бурю, и пошла лавина — 5:0.

Затем появились аргентинцы, вернувшиеся из Франции. Вот это оборона! Да еще какая: суперзадвижка, руководимая Рамосом Дельгадо, где два футболиста возводили бетонную стенку за пятью игроками обороны. Бразильцы натыкались на нее, как мухи на стекло. 0:0. Результат такой же, как в Париже.

В качестве дессерта в меню этой обильной недели была Западная Германия. Напряженный матч, как раз в духе немецкого футбола, боевого и обстоятельного! Бразилии все-таки удалось преодолеть супердот и открыть счет. Пеле, которого сбивали бесконечное число раз, вышел из себя, когда его скосили еще более грубо, чем прежде. Вскочив, он поставил мяч на землю и метров с двадцати пяти нанес удар небывалой силы под самую планку немецких ворот. 2:0.

Наступило время отправляться в путь. Алжир. Первая встреча турне с командой «Оран».

На североафриканских полях трава была редкой. Во время небольшой тренировки Пеле и защитник Рильдо, борясь за высокий мяч, потеряли равновесие и сильно столкнулись головами: Пеле наложили три шва. Врач потребовал полного покоя для Короля. Но положение обязывало… Пеле вышел на поле с плотной повязкой на лбу, хотя получил указание не играть головой. Толпы алжирцев пришли прежде всего посмотреть Пеле и ни за что не допустили бы его отсутствия.

Затем — команда Португалии. Пеле, как и Эйсебио, встретились с весьма усиленной обороной. Ничья. 0:0.

Весеннее бразильское наступление перекинулось севернее, в Швецию. Феола ввел двух новых крайних нападающих: Жаирзиньо[50] и Парана. 2:1 в пользу чемпионов мира.

Последнее свидание этого кругосветного путешествия — встреча с СССР на стадионе имени В. И. Ленина. Место, где иностранным командам не до шуток. Однако, как всегда случается с бразильцами, именно после ряда матчей команда «притирается» и становится неотразимой. Так произошло и на этот раз. Перед всей Москвой Пеле, блестяще руководя действиями команды, забил два гола и помог забить третий своему товарищу по команде — Флавио. 3: 0. Европейские тренеры, на которых этот результат произвел глубокое впечатление, пребывали в молчании. Бразилия к концу турне смогла представить список самых высоких достижений за 1965 год. Пеле остался необыкновенно доволен своей поездкой в СССР. И не только потому, что его руки по приезде домой были загружены подарками, — появилось много друзей.

Теперь он вместе с семьей жил в большом белом доме, предоставленном «Сантосом». Он был счастлив тем, что его близкие пребывали в добром здравии и уже привыкли к жаркому климату Сантоса. Для Пеле нет ничего важнее семьи.

И вновь этот нескончаемый чемпионат Сан-Паулу… «Пальмейрас», находящийся в ореоле своей сокрушительной победы в турнире Сан-Паулу, и жаждущий реванша «Коринтианс» уже поджидали «Сантос».

«Сантос», игравший пять встреч в две недели и уже захвативший лидерство, испытывал вполне законную необходимость перевести дыхание. Он устал. Однажды, когда «Сантос» играл у себя довольно легкий матч с провинциальной командой и вел после первого тайма 2:0, «мужчины в белом» замедлили темп и начали передавать друг другу мяч, чтобы немного отдохнуть. Эта пассивность пришлась не по вкусу части публики, ставшей очень и очень требовательной.

Наиболее агрессивные принялись свистеть. Король воспринял это весьма болезненно, рванулся вперед, обошел одного игрока, второго, потом третьего и, наконец, четвертого. Выйдя на ударную позицию метрах в двадцати от ворот соперника, он, вместо того чтобы яростно ударить, внезапно повернулся… в направлении своих ворот.

 Держи! — крикнул Пеле.

Мяч полетел в другую сторону поля и оказался в руках Жильмара.

Весь стадион, онемев от изумления, внезапно затих, а потом взорвался неистовыми аплодисментами в адрес Пеле и его партнеров.

Урок возымел свое действие.

«Сантос» без боя выиграл чемпионат штата Сан-Паулу 1965 года.

Правда, во время ответного матча против «Коринтианса» дело чуть не кончилось плохо. На сверхпереполненном стадионе «Морумби», вмещающем 150 тысяч зрителей, «Сантос» проводил контратаку. И Пеле, находясь на «границе офсайда», забивает несравненный по красоте гол, который привел в ужасную ярость кипящую торсиду «Коринтианса». Какой-то одержимый перелез через ограду и пытался ударить бокового судью. Полиция его схватила. В ответ на это мощно заколыхались возмущенные трибуны. Зрители напоминали обезумевшее стадо, которое ринулось лавиной вниз, началась паника. Если бы ворота стадиона оказались закрытыми, наверняка повторилась бы драма в Лиме.

Часть зрителей выпрыгнула на поле, где полиция их встретила дубинками. Тогда болельщики, разбушевавшись, стали бросать пустые бутылки в полицейских. Те в ответ полезли на трибуны, раздавая сильнейшие удары во все стороны… Было ранено сорок человек.

Это — самый драматичный матч года.

А самое «смешное» случилось в конце сезона. «Сантос», который завоевал звание чемпиона штата за три тура до конца игр, встречался со своим старым соперником — «Пальмейрасом». Перед этим игрокам «Сантоса» испортили настроение сообщением о серии товарищеских матчей в Южной Америке… во время летнего отдыха.

«Пальмейрас», казалось, проводил свой лучший матч года. Играя в бешеном темпе, команда Джалмы Сантоса хотела победить любой ценой. Пеле и все его партнеры, от Пепе до Жильмара, практически стали способствовать внушительной победе «Пальмейраса», что привело в бешенство руководителей «Сантоса». Новый чемпион проиграл 0:5.

Но если говорить о вещах более серьезных, то Пеле в девятый раз подряд завоевал звание бомбардира № 1 чемпионата, забив 49 мячей. Вот рекорд, на который пока никто не покушается.

Англия назначила на 16 ноября встречу, организованную в благотворительных целях герцогом Эдинбургским. Бразильская конфедерация спорта, думая вначале, что речь идет о матче на уровне сборных, заявила, что Пеле будет играть. Однако, как только англичане объявили, что Великобританию представляет «Арсенал[51]», бразильцы ответили, что пришлют клубную команду. Англичане стали оказывать нажим, чтобы поехал Пеле. Шли переговоры, вмешалось министерство иностранных дел, но «Сантос» наотрез отказался прислать Короля: он очень занят к концу исключительно перегруженного сезона. Таким образом английский герцог не смог увидеть футбольного короля. В Лондон отправился «Коринтианс», а Пеле был обеспокоен шумом, поднятым в связи с его отсутствием на том матче.

Некоторые говорили, что все это пойдет во вред Бразилии, когда она будет играть в Англии в июле 1966 года. Пеле в ответ на это заметил:

 Лично я был готов отправиться в Лондон даже вплавь, но я профессионал, который связан контрактом с клубом «Сантос», и его цвета обязан защищать в критические моменты.

Разве вы не поняли позицию клуба?! Кто ему обеспечил выигрыш Кубка Бразилии в четвертый раз из семи розыгрышей? Пеле. Бот счет, который прекрасно объясняет «эгоизм» руководства «Сантоса». Мало ли кто у них просил одолжить центра нападения! Он им сам всегда нужен.

Король Пеле до такой степени отбивает охоту другим играть в футбол, что депутат Педро Алькантара потребовал в палате штата Сан-Паулу экспроприации Короля! В обмен на крупную сумму, которую получал «Сантос», Пеле должен был стать национальным достоянием, чтобы сильнейшие клубы могли пользоваться им по очереди, каждый по одному сезону…

Несмотря на это политическое вмешательство, Пеле остался в своей команде.

21 ноября 1965 года Бразилия предоставила возможность советской команде взять реванш на стадионе «Маракана». После выигрыша 3:0 на стадионе В. И. Ленина «танцоры самбы» собирались продолжить победное шествие.

Команда поддерживала свой темп в течение часа и вела 2:0 после ударов Герсона и Пеле. Потом в результате ошибок вратаря Манги она позволила себя догнать. 2:2.

Таким образом, конец года для сборной оказался весьма грустным, несмотря на то, что «зелено-золотые» оставались непобежденными.

Вернемся, однако, немного назад, к тренировке, которая предшествовала встрече Бразилия — СССР. Во время учебной игры между основным и дублирующим составами Феола приказал дать пенальти в пользу команды Пеле. Затем он вышел на поле. Рядом с ним находился Педро Эскартин, президент судейской комиссии ФИФА. Толстый Висенте, еще более круглый, задыхающийся и усталый, чем когда-либо, хотел знать, является ли небольшая остановка Пеле в момент удара правильной? Позволяют ли это недавние изменения в правилах игры?

Все смотрели, как Пеле разбежался, а потом на какое- то мгновение резко остановился в 50 сантиметрах от мяча… и точно ударил в угол, противоположный тому, который вратарь выбрал для броска. Эскартин одобрительно кивнул головой: хорошо.

Для большей уверенности Феола попросил повторить маневр. Снова разбег, снова остановка, снова точный Удар.

 Все правильно, — подтвердил Эскартин и ушел в сопровождении Феолы за линию ворот.

Эту проверку для Пеле устроили потому, что в Европе пошли разговоры, будто Король делает ложный замах ногой. Но ничего подобного не было. Таким образом, его «остановка» совершенно законна, и ничто не может помешать ему пробивать этим способом пенальти на предстоящем первенстве мира.

Закончив сезон, Пеле смог, наконец, передохнуть и отпраздновать помолвку в ночь под Новый год с очаровательной брюнеткой двадцати лет Роз-Мари Шолби:

 Я обратил на нее внимание на одном баскетбольном матче в 1958-году, а через неделю мы познакомились. Подружились. Затем я узнал ее двух сестер — Веру и Изабеллу, работающих преподавателями, потом познакомился с их отцом, с которым иногда удачно рыбачили всякий раз, когда я был свободен от игр. Короче, мне нравилась вся семья. За серьезным и строгим видом интеллектуала Роз-Мари скрывается большая нежность и жизнерадостность. Она чувствительна, доброта ее не знает границ, а сердце — вот такое большое! Даже если предположить, что это единственная девушка, которую я хорошо знаю, то все равно второй такой не сыщешь. Она ничего не понимает в футболе и путает угловой с пенальти. Роз-Мари никогда не видела, как я играю! Она изумительная хозяйка, и это, пожалуй, поважнее.

Пеле провел свой короткий отпуск в конце года с родителями и невестой. Тренировки начались 3 января. Король должен сбросить три килограмма. Финская баня, массаж, игра в напяленных на себя одна на другую майках, режим и т. д. — вот обычная программа для футболиста. Тренировка скаковой лошади!

Пеле совершил тогда одно из самых приятных путешествий за всю свою долгую карьеру. Он отправился на Берег Слоновой Кости для игры в Абиджане. И там — неожиданность. Едва Пеле выпрыгнул из самолета компании «Эр-Африк», как несметное число болельщиков, приклеившихся к плоским крышам домов, принялись скандировать:

 Король! Король!

Это продолжалось до тех пор, пока он садился в машину и ехал до гостиницы. Осада — до самого матча. И Пеле, чрезвычайно взволнованный этой теплой встречей, этими братскими овациями, этими скромными людьми, которые проделали не один десяток километров, чтобы попытаться увидеть его и, если возможно, пожать ему руку, чувствовал, как слезы катятся у него по щекам. Катятся так же, как и в первый день одиночества в «Сантосе», как после победы, которую он одержал в Швеции в возрасте почти восемнадцати лет.

«Сантос» показал превосходную игру и забил семь мячей. Через два дня, все в том же Абиджане, бразильцы в благодарность за горячий прием приняли участие еще в одном матче. К великой радости зрителей, Пеле согласился играть второй тайм в составе местной команды… против «Сантоса».

И веселясь, как ребенок, он воспользовался случаем, чтобы потрепать защиту «Сантоса» и забить гол своему другу Жильмару.

Операция «кубок мира»

Большие маневры весны 1966 года начались рано. Однако те, кто знает, какими усталыми предстают перед врачами КБД игроки сборной, были уверены, что время уже упущено. «Зачем понадобился турнир Рио — Сан-Паулу в этом году?» — спрашивали они.

Б начале апреля были вызваны 45 кандидатов. Однако к маю создать настоящую команду все еще не удавалось. Через месяц то же самое. Через два, увы, не изменилось ничего. Феола горел. Когда же ему горящему пришлось броситься в воду, кто-то поспешил намутить воду. А разве не технические руководители-демагоги утверждали, что «исключительное богатство бразильского футбола позволяет ему выставить четыре равные по силе сборные»?

Феола неустанно тасовал карты большой игры, которую изобрел сам для себя: короли, валеты, «девятки», «семерки»… Гарринча или Жаирзиньо? Парана или Надо? С Амарилдо или без него? Зито или Лима? Молодежь или ветераны? А рядом с Пеле кого? Сильва или Сервилио? Миллион вопросов!

Тучи предстоящих неудач, которые скапливались на футбольном горизонте Бразилии, упорно не замечались спортивными обозревателями. Но буря, повернувшаяся в сторону залива Рио, грозилась покарать.

Первая репетиция. В воскресенье 2 мая на «Маракане» сборная Бразилии выходит на сцену. Но это появление не из самых удачных. Оно напоминало великую кинозвезду, промелькнувшую во второстепенной роли. В этом большом спектакле под названием «Если бы Бразилия: мне рассказала» нужно было просмотреть всех футболистов, чтобы отобрать в сборную самых лучших. После обеда начинался невероятный четырехматчевый марафон, в котором каждая команда играла по тайму с двумя соперниками.

«Команда А» в цветах граната состояла из Жильмара, Карлоса Альберто, Брито, Орландо, Рильдо, Дино Сани, Герсона, Гарринчи, Сервилио, Пеле и Парана. Травмированного Зито заменил другой герой 58-го года — Дино Сани, который после чемпионата мира блистал в Италии, а теперь «обстреливал» молодежь.

Три другие команды — «зеленые», «голубые» и «белые». Красивая радуга… перед бурей.

Тостао и Эду играли за «зеленых»; Джалма Диас, Джалма Сантос, Дуду, Денильсон и Флавио — за «голубых»; Манга, Беллини, Жаирзиньо и Сильва — за «белых». Кроме них — несметное количество дебютантов. Феола сидел в кресле, не отдавая себе отчета в том, что ему в руки всунули тюк с узлами, которые он никогда не развяжет.

Итог операции: «зеленые» выиграли 3:0 у «Атлетико Минейро» из Белу-Оризонти (голы забили Селио, Тостао и Эду) и показали себя относительно сыгранными; «голубые» взяли верх (голы забили Парана и Иваир во второй половине игры) над сборной штата Рио-Гранде-ду-Сул, хорошо играющей в обороне; «белые» ничего не добились, в то время как «гранатовым» удалось воспользоваться усталостью соперников и записать в свой актив два мяча (Сервилио и Герсон).

Защита справлялась с обязанностями неплохо, но края! Кто это был — Гарринча или его призрак? А Парана?! Во что он играет? Феола стал дальтоником.

Но не все казалось таким мрачным, и «тонкий» критик Армандо Ногейра писал в «Журналь до Бразиль»: «У «гранатовых» Карлос Альберто был безупречен. Он играл спокойно, с высоко поднятой головой, показывал высокий класс в защите и точность паса». И дальше: «Обратили ли вы внимание на форму Сильва, который прыгает сейчас этажом выше всех остальных?» (Однако где оказались они оба в решительный час сражений на полях Англии?)

Про Короля тот. же журналист писал: «Пеле вновь щадил свои силы. Кажется, слишком. У меня сложилось впечатление, что для Пеле наступило время усилить свой режим, с тем чтобы ускорить ритм команды. Вы не представляете, насколько трудно любому составу улучшить качество игры без полной отдачи Пеле. От его возможностей зависят коллективные и индивидуальные действия партнеров.

Нет сомнений — вчерашняя встреча выглядела бы совершенно по-другому, если бы Пеле проявил больше участия и интереса к игре».

А может быть, Король немного устал? Посудите сами, бразильский футбольный цирк отправился в турне по провинциям: не хватало только кавалькады слонов и наездников! Требуйте программы: «зелено-золотой» Шапито был всюду, сражаясь на всех фронтах. Эта демонстрация силы должна была действовать успокаивающе для народа и развлекающе для полудюжины «просвещенных» людей.

Но некоторые руководители испытывали страх. Пауло Машадо де Карвало требовал, чтобы с Феолой поехал Айморе Морейра[52], но ни один из руководителей не желал возглавлять делегацию, отправляющуюся в Англию. Не найдя другого выхода, президент КБД Жоао Авеланже сам решил обеспечить командование.

В поисках панацеи от всех бед стали ждать вызванного из Италии бразильского футболиста Амарилдо. Приедет или не приедет? Его великий «белый шеф» Карлос Нассименто определил крайнюю дату приезда Амарилдо — 24 мая. Впрочем, он определял все и хотел видеть его в сборной до конца месяца. Однако его все не было. История с Амарилдо начинала вызывать различные толки.

Величественную эстраду воздвигли на площади Олимпиа в Терезополисе, расположенном в двух часах езды от Рио. В сопровождении эскорта местной общественности каждый игрок сборной дефилирует, словно на конкурсе красоты. Префект Флавио Бортолуззи в это время произносит волнующую речь о величии спорта, о величии бразильской команды, о величии города, о величии… Короче говоря, о величии величия. Эта трогательная речь заслужила бурные аплодисменты. Показали фильм о Кубке мира 1958 года, после чего гимнасты начали свое выступление на трапециях.

Пеле давал автографы, не успевая взглянуть на аттракцион. Он писал: «Эдсон Арантес — Пеле». И на конце ставил круглый, как футбольный мяч, значок.

Губернатор вручил ключи от города руководителю делегации, а банк в целях рекламы передал команде миллион крузейро. Спектакль закруглялся.

На следующий день в холодном тумане началась тренировка. В лазарете доктор Гослинг оставил Жаирзиньо, Надо, Зито и Гарринчу — двух молодых и двух старых ворчунов: у них он нашел растяжение.

 А где Пеле, доктор? — спросил небольшого роста репортер с вьющимися волосами.

 У него болят мышцы и ничего более. Застаревшая, скопившаяся усталость, но он восстановится так же хорошо, как в 58-м и 62-м годах. Кроме того, он получил удар прямо в ахиллово сухожилие… но это не опасно. Смотрите, вот он!

В лазарет вошел Король.

Его спросили друзья.

 Пеле, больно?

 Немножко. С возрастом пройдет.

Он легонько шлепнул Зито, неподвижно лежащего на массажном столе, и сделал знак Марио Америко. Тот подошел с налитым до половины стаканом воды, в котором развел белый порошок. Капитан «Сантоса» Зито пошутил:

 Король имеет право на хороший аперитив!

 Как бы не так, похоже на глистогонное средство, — ответил, морщась, Пеле.

 Вот и попробуй его, только меня не приглашай чокаться.

Сильва, Тостао, Альсинда? Кого хотел видеть Король рядом с собой?

 Того, кто забивает голы и дает забивать мне, — неизменно отвечал Пеле.

Профессор Хермани, специалист по дзюдо, давал уроки гимнастики. Однако в следующее воскресенье на маленьком стадионе Терезополиса сборная выглядела плохо.

Приехав, чтобы посмотреть, как готовятся чемпионы мира, французский журналист Ролан Месмер категорично заявил:

 Я должен тебе сразу же сказать, дружище, что твои бразильцы, играя со скоростью не экспресса, а товарного поезда, не смогут ничего сделать. В Европе ребята с ними легко расправятся. Даже с Пеле я не вижу у них шансов, запомни это…

Начальник отдела «Фигаро» как в воду глядел. Европа, добившись больших успехов, с отлично подготовленными физически игроками, «не пустила» южноамериканские команды даже в призеры.

В Бразилии, однако, считали, что все идет наилучшим образом. Никаких проблем: третий чемпионат мира — наш. Богатым болельщикам надо ехать туда: сотни сядут на отправляющиеся корабли, а тысячи других торседорес полетят немного позднее самолетами.

Сборная все еще не определила состав. Ну и что же? Фантастическое мастерство игроков решит все. Немного терпения, черт возьми, и в час «х» бразильский гений докажет свое превосходство.

Здоровье Висенте Феолы было подорвано. Кровяное давление подскочило, взор стал мутным. Его одолевал сон в самый разгар беседы, но он не прекращал думать о дуэте Пеле — Сильва, хотя Алсиндо… Правда, и Тостао…

Найти идеального партнера для Пеле не так-то просто. Хотя, казалось, выбор есть. Когда ничего не получается, когда дела идут плохо, немедленно начинаются поиски подыгрывающего игрока для Короля.

Наслушавшись критики в свой адрес, Пеле, которого обвиняли в малой работоспособности, вдруг взорвался:

 Хорошая благодарность! Я болел гриппом, едва оправился от травмы левой ноги… Как же я мог играть против Чили, хотя я настаивал, чтобы доктор Гослинг разрешил мне занять свое место?! Вот как только смогу дышать нормально, тогда все пойдет хорошо!

Сборная готовилась закрыть чемоданы и уехать. Накануне международных товарищеских матчей она сыграла с одной командой в Сан-Паулу, международном аэропорту, где легко победила — 7:1. Пеле сдержал данное им слово: он играл отлично. Но улучшалось ли положение дел в команде? Едва-едва. Ведь на одиннадцать мест — 40 претендентов. Каждый игрок лез из кожи вон, чтобы проявить себя лично, без какой-либо пользы для команды. После 60 дней тренировок и больших маневров, за 45 дней до начала Кубка мира, только Жильмар, Пеле, Герсон и Гарринча могли рассматриваться как основные игроки.

Президент конфедерации Жоао Авеланже во время заседания в субботу 28 мая в Кампинасе объявил, что пришло время свести число игроков к двадцати шести. Таким образом, ему пришлось заниматься не только балансированием финансов для операции «Кубок мира», но, увы, и командой, которая его немного беспокоила.

В игре с «Ювентусом» (Италия) 30 мая отличился Эду, но на него не обратили внимание. Обстановка таинственности и неуверенности, которая с самого начала охватила делегацию, сгущалась, и единственной конкретной реальностью, впрочем мало ободряющей, стал почечный при- ступ у разыгрывавшегося Герсона. Еще одним игроком меньше.

В субботу 6 июня перед матчем Бразилия — Перу французский консул в Сан-Паулу господин Латур вручил Пеле «Орден за национальные заслуги». Когда поднимался флаг, звучала «Марсельеза».

Техническая комиссия еще раз перетасовала «зеленозолотые» перед этой встречей: ввели в состав Алтаира и Лиму, однако вывели… двух лучших бразильских защитников того времени — Карлоса Альберто, будущего капитана Мексики, и его кузена Джалму Диаса, необыкновенного центра защиты. Оборона уже не сможет на них опереться…

Слабость перуанцев позволила, однако, добиться чистой победы (4:0) и продолжать вести без ущерба политику страуса. Напомним, что Пеле забил тогда один гол и принял участие в двух других.

В следующую среду «Бразилия А» выиграла у Польши (2:1), тогда как «Бразилия Б» взяла верх над Перу (3:1) благодаря блестящей игре Тостао.

Но ошибки давали себя знать. Не хватало Карлоса Альберто и Джалмы Диаса, вместо которых играли ветераны Джалма Сантос и Беллини (о, латинский культ идолов!). Вместе с тем отсев продолжался. Отстранены прекрасные защитники Леонидас, Диас, Дитао и Дуду. Последний бурно прореагировал, выступив в прессе против мнимой анемии, которую ему великодушно приписали, чтобы объяснить его отчисление.

Феола выставил в июне против Чехословакии следующий состав: вратарь Жильмар, защита Фиделис, Брито, Фонтана и Пауло Хенрик, полузащита Зито и Лима, нападение Жаирзиньо, Алсиндо, Пеле и приехавший все же из Италии Амарилдо. К удивлению, первый тайм Бразилия провела хорошо. Пеле полностью восстановился: он обводил, давал великолепные пасы — словом, творил на поле и записал на свой счет потрясающий гол, несмотря на робость игравшего рядом Алсиндо. 2:1. Народ был уверен в своих кумирах.

Через три дня на «Маракане» чехи, жаждущие реванша, бросились в атаку. Бразилия провела трудные четверть часа. Потом Пеле, сместившийся на правый фланг, перехватил мяч, обошел защитника чехов Поплухара и, перемещаясь к центру поля, с изумительными обманными движениями тела миновал Новака и Хорвата; затем рванулся вперед и забил в противоположный от вратаря угол один из тех прекрасных голов, за которые бурно аплодируют. Шедевр!

Эксперимент — Сильва спереди и Алтаир сзади — оказался убедительным, но чехи вырвали ничью (2:2) из-за ошибок Манги, дублера Жильмара.

Накануне отъезда в Европу стало, однако, ясно, что техническая комиссия, находясь под впечатлением критики, слишком поспешно удалила весьма значительное количество нужных игроков и что команда, едва поставленная, наконец, на ноги, стала лишь бледной копией великой Бразилии прошлых лет.

После краткого пребывания в своих семьях игроки отправились в Мадрид.

Четыре дня спустя — первое боевое крещение на Старом континенте: Бразилия встретилась с мадридским «Атлетико». 5:3. Автор трех голов Пеле был лучшим на поле. В первом тайме, когда соперник вел 1:0, он громко крикнул:

 Теперь мы изменим обстановку!

Гулом восхищения сопровождался каждый удачно выполненный им прием. Особенно когда он забил на 58-й минуте гол, обведя трех защитников и вратаря. Тренер испанцев Эскудеро, на которого это произвело глубокое впечатление, утверждал, что Пеле в состоянии прорвать любую защиту.

А мадридские газеты принялись гадать: «Что произошло бы, если рядом с Пеле могли действовать физически отлично подготовленные игроки?».

Увы! Ни Зито, ни Сервилио, ни Герсон, ни Гарринча из- за травм, ни Жаирзиньо, над которым витал призрак Гарринчи, не в состоянии были помочь Пеле.

И не грозила ли эта плохо подогнанная «4+2+4» привести Бразилию к краху?

На встречу с Шотландией (в субботу 25 июня) Феола, занятый поисками лучшей игры, а может быть, увлеченный воспоминаниями, призвал в центр защиты Беллини и Орландо: он вновь вызывал к жизни 1958 год, не замечая, что годы легли тяжелым грузом на плечи звезд.

Уж не холод ли парализовал бразильцев? Столкнувшись с мощной обороной шотландцев, они радовались, что вырвали ничью (1:1) и вылезли из этого дьявольского котла без серьезных травм… В течение всего матча Пеле, жестко опекаемый Бремнером и Маккинноном, старался не выделяться. Английский судья Финней, потворствуя грубости шотландских защитников, дал бразильцам образец тех «контактов», с которыми им придется соприкоснуться в Ливерпуле. Кроме того, звезды прошлого — Беллини и Зито и будущего — Герсон и Сильва были далеки от их обычной спортивной формы.

Сборная «зелено-золотых», находясь уже совсем рядом с британскими островами, отправилась в… Швецию. Туда, где ей когда-то улыбалось счастье. Что это, суеверие или паломничество? Вкус к путешествиям, оборачивающийся стремлением показать себя?

Призрак чемпиона 58-го года был готов к встрече. А на стадионе «Уллеви», вмещающем 50 тысяч, счастливые шведы жаждали посмотреть, наконец, на этих смуглых бразильцев, о которых так много слышали. Однако им не удалось увидеть в деле «одержимого» Амарилдо, у которого произошел разрыв мышцы. На месте левого края оставались только юный Эду (шестнадцать лет), которому Феола не доверял, и посредственный Парана, на которого он слишком надеялся.

Пеле утверждал:

 Нам нужны быстрые края.

И отвечал, когда его вынуждали делать сравнение:

 Эта команда не лучше и не хуже той, которая была в 58-м и 62-м годах, она просто другая.

Не было ли это в устах Короля неким приговором? Встретившись с бледной командой Швеции, Бразилия, играя без вдохновения, одержала победу (3:2), хотя Беллини ужасно отяжелел, а бестолковый Парана получил, кроме того, травму. Рано созревший Тостао[53]забил два мяча, а Герсон провел третий. Пеле явно берег себя, но сумел выигрышно представить своего партнера Тостао, юношу с исключительными данными, не достигшего еще двадцати лет.

Поездка в Швецию, однако, не успокоила и не настроила оптимистически. Никто не открывал рта, но всеми владела мысль: «Кого отчислят еще?» Вскоре, в обстановке суда, был, наконец, объявлен приговор: вывести из состава Вальдира, Фонтана, Сервилио (который, однако, играл большую часть тренировочных встреч), Дино Сани и Амарилдо.

Взволнованный и смущенный гнетущей обстановкой, Пеле смог громко выразить то, о чем тихо думали другие:

 Это ужасное наказание для игроков, которые любят футбол так же, как и мы все… — и тихо добавил: — Я хочу верить, что со мной подобного никогда не произойдет и что господь даст мне достаточно здравого смысла, чтобы вовремя удалиться и не зависеть от технической комиссии.

Чувствовалось, что эта техническая комиссия его сильно раздражает! После 90 дней тренировок Бразилия все еще не знала истинного лица своей сборной.

Новое потрясение: поспешили посадить в запас Тостао и дали возможность проявить себя Денильсону, Брито и Эду во встрече с командой АИК (4:2). Феола без устали продолжал тасовать карты, все еще не называя цвет. Но некоторые теряли терпение.

После довольно унылого тренировочного матча со шведской «Мальме[54]» (3:1) бразильская делегация отправилась, наконец, в направлении Ливерпуля, к месту своего расположения — гостинице «Линн». Произойдет ли чудо на английской земле?

В то время как Стэнли Роуз[55] был вновь избран президентом ФИФА еще на четыре года, Пеле нетерпеливо ждал известий от жены Роз-Мари. Чувствовалось, что он находится немного в стороне от происходящих событий: Короля поглощали мысли о своем первом наследнике, который вот-вот должен был появиться на свет. Английские газеты, не сведущие в его личных делах, довольствовались сообщениями о том, что Пеле владеет пятнадцатью автомобилями, тринадцать из которых были журналистской уткой…

Кубок мира болтал вздор. Hо вот он начался в сверкании солнечных лучей, в праздничной обстановке, которая превращает «Уэмбли» (стадион в Лондоне на 97 тыс. мест. — Ред.) в ярмарку Престолов и Звезд. На встрече «Англия» — «Уругвай» присутствовала королева. Англичане много бегали, но часто «стреляли» впустую, за исключением Стайлза, который предпочел целиться в лодыжки… 0:0.

Бразилия будет играть 4+2+4, так как поставили Герсона. Специальный корреспондент Ногейра сообщал в «Жорналь до Бразиль»: «Я знаю человека, живущего заразительным желанием стать чемпионом мира. Ему не удается утаить даже в спокойном взгляде решимость, с которой он собирается проводить матчи в Ливерпуле. В жестах, манере говорить, тренироваться проглядывается ярость победы, которая охватила его. Вы знаете мотивы этого настроения: его драматическое отстранение от Кубка-62. И по сей день он перебирает в памяти то, чего был нечестным образом лишен на чилийской земле. Тогда Пеле потерял первый шанс подтвердить в расцвете физических сил свое господство, которое оспаривалось еще за границами «Мараканы» и «Пакаэмбу».

Его постоянные усилия выполнять различные гимнастические упражнения, его забота о поддержании нужного для формы веса, его прилежание в попытке улучшить свою несравненную технику, его оптимизм и активность даже в самых маленьких, не имеющих большого значения матчах — все это приводит к выводу, что он будет сражаться всеми своими мышцами, в том числе самой важной среди них — сердцем. Не знаю, преувеличиваю ли я, но мое глубокое убеждение, что Королю вполне по силам одному выиграть все шесть матчей этого Кубка мира». Так писал бразильский журналист.

Но в одиночку не выиграешь Кубка мира, даже если обнаруживаешь на каком-нибудь домике рядом со стадионом «Уэмбли» свой портрет двухметровой величины.

Бразилия победила Болгарию 2:0. Дорогая победа. Вытлачил[56]потребовал, чтобы оборона играла жестко, а Жечев прессинговал Пеле. Защитнику софийского «Спартака» удалось выполнить этот приказ.

Несмотря на «охоту», организованную на Пеле, он проявил себя самым блестящим нападающим, которому, увы, очень мало помогал угасший Алсиндо, явно не соответствующий важности встречи. Он словно слепой натыкался на могучий болгарский бетон в течение полутора часов, тогда как Пеле стремился обмануть и расстроить замыслы защиты соперника. Судья Ченчер допускал одну ошибку за другой. Серьезные, грубые судейские ошибки!

Парадокс: Рамсей высказал разочарование «командой Пеле», тогда как Феола выразил полное удовлетворение своей сборной. Но как он мог основывать игру коллектива на гении одного единственного человека? Каков бы ни был его талант, Пеле будет автоматически обречен выносить на себе всю тяжесть игры против обороны, соперника, против ее агрессивности.

Почувствовав жесткую игру болгар, нужно было отправить в резерв Пеле или Гарринчу, даже обоих, предохранив их от ударов. А свободное поле оставить, например, энергичному Жаирзиньо и гибкому Тостао. А потом оба маэстро вернулись бы в строй спустя три дня в игре с Венгрией, проповедующей атакующий футбол, который дает возможность сопернику проявить себя. В этом случае Бразилия не сыграла бы хуже своих возможностей с Болгарией, не склонилась бы, может быть, и перед венграми, хотя и имеющими в своем составе двух творящих чудеса нападающих. Легко, конечно, говорить…

А что писала о матче английская пресса? «Ливерпуль Дейли Пост» — о Пеле: «Легенда о нем — не плод воображения. Он только вчера показал, что является самым блестящим игроком всех времен».

Бриан Джеймс отмечал в «Дейли Мейл»: «Бразилия пойдет далеко, пока будет сохранять в составе молодых рядом с ветеранами-62, и особенно лучшего игрока мира, фантастичного Пеле».

«Дейли Мирор» добавляла: «Пеле остается чемпионом мира; это суперчеловек, гений, который затмевает всех остальных игроков. Он полностью господствовал на протяжении всего матча не только благодаря великому голу, забитому им, и полудюжине возможностей, предоставленных партнерам, но и за счет своего класса, который деморализовал соперника».

Посредник Э. Э[57]Анжело Мфатти предложил ему за переход в «Интер» гору лир, но Пеле остроумно заметил:

 У меня сейчас нет времени и желания учиться итальянскому языку.

Король сохранял свой добрый юмор. Однако его подстерегала неприятность. Проснувшись ночью из-за болей в колене, он отправился показаться доктору Гослингу. Тот, обследовав болезненное место, заставил Пеле лечь, приложив на колено мешочек со льдом.

«Бомба», начиненная этим известием, грозилась разлететься по гостинице. Однако ее удалось обезвредить, тщательно храня секрет: речь шла о необходимом для бразильцев молчании. Ни одна душа не должна знать, что Король оказался… вне игры. В течение двух дней интенсивно лечили не только колено, но и лодыжку. Восстановление продвигалось медленно.

Под ледяным ветром, который дул со всех сторон, чемпионы мира проводили тренировку на маленьком футбольном поле. Жаирзиньо стоял в воротах, Парана в центре, Герсон был осторожен, Пеле… отсутствовал.

Жаирзиньо хлопотал в «клетке», расположенной у границ поля.

 Почему ты тренируешься в воротах?

 Потому что, если вратарь получит травму, я его заменю.

Отныне все поминутно пожимали плечами, и виновником этого был не только холодный ветер, продолжавший дуть с ирландского моря.

Победа выводила Бразилию в следующий круг, поражение выбивало Венгрию.

Решение принято: Пеле не играет. Он еще чувствовал небольшую боль, и, несмотря на его желание принять участие в этой важной встрече, техническая комиссия предпочла сохранить Пеле для матча с Португалией. В течение нескольких месяцёв прилагался максимум усилий, чтобы ставку делать на него, а теперь вдруг нашли, что Короля можно успешно заменить. Попытайтесь-ка объяснить эту новую концепцию! Феола забыл, какое благотворное воздействие покажет эта новость на венгров. Психологически ничего не могло быть лучше для труппы Бароти[58]. Особенно для защитников венгров. Они почувствовали, как огромная тяжесть свалилась с их плеч…

В роскошном салоне гостиницы «Линн», обставленном с чисто английским комфортом, у телевизора волновался Пеле вместе с Марио Триго, веселым зубным врачом. Король молча наблюдал за первыми атаками венгров. О его нервном состоянии можно было судить по тому, как он бесконечно менял положение травмированной ноги, как ногти сильно впивались в ладони рук.

 Скажу без ложной скромности, что если б я играл, венгры не бросались бы так вперед. — Далее он комментировал: — Впереди Альсиндо, он все время помнит о своей травме, но Тостао хорош. Почему у нашей защиты нет больше чувства подстраховки? 1:0 в пользу Венгрии. Когда Алтаир вел мяч, образовалась огромная дыра… Пауло Хенрик слишком уходит вперед. Но мы забьем гол… Ну вот, я же говорил? 1:1. Блестящий удар Тостао. Парень далеко пойдет. Но нужно менять расстановку, тут-же забить второй, а затем держать Альберта[59]во втором тайме…

Король оживился. Но ненадолго.

Второй тайм еще раз показал, что бразильская сборная разваливается. Жильмар оказался один, когда венгры забивали второй гол, и, несмотря на травму, вел себя героически. Но защита допустила ненужный пенальти, а Герсон в центре, ослепленный игрой Флориана Альберта, затерялся. 3:1. Итог мог быть еще более горьким.

 Венгры вполне заслужили эту победу, — заключил Пеле. Он поднялся и, не говоря ни слова, ушел к себе в номер.

Уругвай выиграл у Франции 2:1.

Португалия обыграла Болгарию 3:0. Теперь, для того чтобы выйти в следующий круг, Бразилии нужно добиться победы с разницей в три мяча. Если, конечно, Венгрия не проиграет неожиданно Болгарии.

Гарринча, нога которого, чтобы принять нормальный вид, требовала неделю отдыха, выбыл из строя.

Бразилия обладала странной привилегией иметь сборную, игроки которой отныне боялись показаться на поле. В ней провели столько опытов, что никто больше не чувствовал в себе призвания оставаться подопытной морской свинкой. Но было другое: разочарование среди запасных футболистов, разногласия в рядах технической комиссии, внезапное поражение, которое лишило «зелено-золотых» восьмилетней непобедимости в играх на Кубок мира…

В субботу и воскресенье два массажиста — Америко и Сантана сменяли друг друга два часа подряд в надежде ликвидировать боль у Пеле. Потом, уже в сумерках, огромный Сантана ушел совершить свой молебен, чтобы святые, которые и сегодня ему верны в «Васко да Гама», помогли Бразилии. Он положил свои приношения в пустынном месте стадиона и воткнул в землю свечу, которую зажег, надежно предохранив от морского ветра…

Но в 1966 году бог был английским и святые тоже.

Под действием ультразвука опухоль колена Пеле спала. Но после проведенной тренировки появлялась глухая боль. Пеле стоял в воротах: никаких ударов, иначе не избежать катастрофы. Осаждаемый журналистами всего мира, Пеле утверждал:

 Конечно, я буду очень скован, но зато мои партнеры получат большую свободу действий. Они сумеют этим воспользоваться и будут забивать голы. Мы должны выиграть любой ценой.

Король не учел растерянности технической комиссии перед поражением, которое приближалось. Были побиты все рекорды импровизации: после матча с Венгрией, за три дня до встречи Бразилия — Португалия, у бразильцев были заменены девять игроков. Во время споров, достойных Гомера, которые предшествовали определению окончательного состава команды, Висенте Феола дошел даже до того, что пригрозил отставкой, если поставят вместо Парана Тостао. Это, однако, ничего не изменило во мнении комиссии, потерявшей представление о времени и пространстве. За весь длительный период подготовки бразильской команды было сыграно не меньше 33 встреч. 33 различными составами.

Футбол одновременно прост и сложен. Италия, выбитая КНДР, дорого заплатила за забвение этой истины. «Гудсон Парк» превратился в дьявольский котел в день битвы между «двоюродными братьями». Отто Глория, бразилец, тренирующий Португалию, вынашивал небольшую идею:

 Португалии придется испытать поначалу страшное давление, но если она преодолеет это препятствие, ей удастся переломить ход встречи, и тогда у бразильцев начнется паника. Поверьте, я-то хорошо знаю своих соотечественников.

Для бразильцев победа с разницей в три мяча — синоним выхода в финальную пульку. Эта цифровая необходимость стала неотвязчивой мыслью, действовавшей на нервы из-за неуверенности, в которой они пребывали уже три месяца.

С самого начала встречи Бразилия — Португалия игроки не видели друг друга, а вратарь не мог найти… даже своих рук. Бразилия перестроилась, наконец, в 4+3+3, поставив Парана на левый край.

На 11-й минуте португальские защитники вторично сбили Пеле. Он яростно пробил свободный, но Денильсон совершил «детскую» ошибку, напав на вратаря Зе Перрейру. Зачем это нужно было делать? Чтобы подсыпать пороха в огонь?

После четверти часа встречи португальцы перевели игру налево. Эйсебио послал относительно легкий крученый мяч… Манга опоздал с выходом и, вместо того чтобы отбить кулаком, откинул его точно на голову португальца Симоэса, стоящего на страже. 1:0.

Бразилия с отчаянной яростью бросилась вперед, но можно подумать, что ее игроки впервые видят друг друга. Свободный удар в сторону Бразилии метров с сорока. Португальцы повторяют комбинацию, применяемую командой Эйсебио — «Бенфикой», простейшую, но эффективную: подача Колуна[60] на голову Торресу, точная передача Эйсебио, проскользнувшего между Брито и Орландо, второй удар головой — гол. 2:0. Дело сделано. Король, подбитый португальцем, ушел с поля и вернулся через пять минут, сильно прихрамывая.

Во втором тайме бразильцы вышли вдесятером. Но через две минуты после продолжения встречи появился Пеле с огромной повязкой на ноге. Он почти не играл на своем левом крыле. Атака «зелено-золотых» все время топталась на месте. На 73-й минуте левый защитник Рильдо продвинулся вперед и сократил разрыв в счете, послав крученый мяч. 2:1.

Бразилия старательно пыталась ускорить темп, сама в это больше не веря. Пронизывающая сырость опустилась на. стадион. Наблюдающие за встречей Зито и Тостао дрожали в своих толстых светло-голубых куртках, лишившись, казалось, голоса.

Игроки искали возможность изменить счет. Пеле яростно устремился на летящий мяч… Ничего не поделаешь. За шесть минут до конца игры Эйсебио использовал неудачный проход Орландо и красивым ударом с лета подвел окончательный итог матча.

На улицах Бразилии плакали. В тот момент, когда травмированного Пеле уносили с поля, тридцатипятилетний рабочий Антонио Перейра Нето скончался от сильного волнения. Повсюду происходили сцены отчаяния.

Подводя итог различным мнениям, главный редактор «Журналь до Бразиль» Карлос Лемос писал: «Эта встреча в «Гудсон Парке» явилась оскорблением для бразильского футбола».

Желая отметить отвагу неудачника, президент Республики Кастело Бранко решил наградить Пеле орденом Кавалера Рио Бранко.

Десяткам журналистов, которые его засыпали вопросами, Пеле отвечал:

 Нам не хватало сыгранности.

Но у микрофона французского радио прославленный футболист Жюст Фонтен заявил:

 Я возмущен. Против Пеле устроили невероятную антиигру. Португальцы все время стремились его травмировать. Я знаю, о чем говорю. Это — преступление против Футбола!

Феола плакал. Этот храбрый человек, опытный тренер, внезапно ощутил всю глубину драмы. В лондонской гостинице, где остановилась делегация, он смотрел в окно, через которое было видно, как идет унылый английский дождь. Было свежо, но лицо Феолы покрылось крупными каплями пота. Врывающийся через приоткрытое окно ветер хлестал по занавескам, и казалось, что этот человек ничего и никого не видит.

Домой лучше всего нужно было возвращаться ночью, чтобы избежать неприятных встреч. Бразилия, конечно, могла простить проигрыш, но не такой. И она была права.

Тренер, Король Пеле, все футболисты сборной Бразилии страдали от разгрома, слишком жестокого для них.

Опасный поворот

Бразилия долго не могла прийти в себя после этого разгрома. С футболом прошлого нужно было покончить. Искусство ради искусства, красивая игра как самоцель не могли больше служить эталоном. Игра теперь должна подкрепляться безупречной физической подготовкой и основываться на новых концепциях. Пришел час не только заботиться о своей игре, но и держать под контролем действия соперника. Теперь нужно было всем сразу атаковать и всем до одного защищаться.

Европейское турне 1968 года должно было внести очень многое в эту реформу. Пеле, однако, разрешили не участвовать в серии товарищеских матчей, в которых выступил «Сантос».

Первый матч против Западной Германии в Штутгарте показал бразильцам, какая пропасть отделяет их от ушедших вперед других стран. Хотя они и проиграли с минимальным перевесом в счете, но зато смогли измерить весь объем работы, который предстояло им выполнить в будущем. Айморе Морейра, ставший тренером бразильцев, понимал это.

Исподволь игра налаживалась, и итог турне принес определенные плоды: победы над Польшей, Югославией, Португалией, Мексикой и Перу.

Но в следующем году под руководством Пауло Матадо де Карвало, возвратившегося на свой пост, весьма «потяжелевшая» комиссия совершила ряд серьезных ошибок. В помощь Айморе Морейра назначили трех тренеров, и вскоре наступил полнейший беспорядок. После трудных ничейных матчей с Западной Германией и Югославией заголовки футбольных отчетов пестрели резкими словами: «некомпетентность тренеров, отставка».

Айморе Морейра расплачивался за ошибки руководителей. В футболе, конечно, всякое бывает, но как объяснить, что сборная, имеющая в своих рядах Пеле, позволяет обыгрывать себя команде Мексики на переполненном стадионе «Маракана»?

Эта сборная не могла всего лишь за один год, по существу, за двадцать международных встреч сыграться и сплотиться. Казалось, что Бразилия катится по той же наклонной плоскости неудач. В действительности же она просто меняла кожу. Но публика этого не понимала.

В то время Пеле зарабатывал много денег, подписывая прекрасные рекламные контракты. Вместе с Зито он владел фабрикой синтетических нитей, небольшим предприятием, которое не доставляло ему хлопот. Он стал хорошим телевизионным актером. Но, как и прежде, отказывался от рекламы многочисленных марок, аперитивов и сигарет.

Настоящим возрождением бразильского футбола стало 12 июня 1969 года. Новый чемпион — Англия, одержав победы над Мексикой и Уругваем, страстно желала добиться успеха и на «Маракане».

Не имея возможности собрать игроков раньше чем за три дня до встречи, приняли мудрое решение: взять в качестве базовой команды «Сантос», укрепив его Герсоном в центре, Жаирзиньо на правом фланге и Тостао.

Первый весомый успех: Бразилия побеждает 2:1, выйдя из долгой ночи. Ливерпуль, конечно, не был сразу забыт, но уже показался проблеск надежды.

 Если мы будем играть в коллективный, более согласованный футбол, — утверждал Пеле, — то еще докажем, что бразильцы — сильнейшие в мире.

На горизонте вырисовывался чемпионат в Мексике. Меньше года оставалось до отборочных соревнований, в которых на пути команды Леле вставали Колумбия, Венесуэла и Парагвай. Они, конечно, были классом ниже «зелено-золотых», но отборочные соревнования чемпионата мира не позволяют делать прогнозов. И тут сразу вспомнились события прошлых лет: прежде чем пройти квалификационный барьер Кубка мира в Швеции (в 1958 г.), бразильцам с невероятным трудом предстояло тогда обыграть Перу (два ничейных Матча (1:1) — 13 апреля на перуанском стадионе «Эстадио Насьональ» в Лиме и через восемь дней на «Маракане»); Бразилия одержала тогда победу благодаря пенальти Диди (1:0). Об этой буквально вырванной победе помнят все!

Самым опасным соперником из этой тройки, казалось, должен был стать Парагвай, страна, готовящая блестящих игроков и умеющая играть в аргентинском стиле, которого бразильцы побаиваются. Готовились поэтому самым тщательным образом. Президент Авеланже не жалел денег. Были проведены длительные сборы, углубленный медицинский контроль и адаптация к высоте до начала сражений.

Южноамериканская зима обещала быть исключительно теплой.

Отлично подготовленные профессором Широлем игроки выбежали на поле в Боготе за своим капитаном Карлосом Альберто 6 августа 1969 года. Встречу судил перуанец Тажеда. Состав Бразилии (4+2+4): Феликс, Карлос Альберто, Джалма Диас, Жоэль, Рильдо, Пиацца, Герсон, Жаирзиньо, Тостао, Пеле, Эду.

Ривелино, прозванного «лучшим запасным мира», а также Клодоальдо и Эверальдо, которым предстояло отличиться в Мексике, новый тренер — Салданья оставил в резерве. Он предоставил свободу действия своим краям и считал, что Ривелино не может дополнить Герсона.

Бразильцы оказались хорошо подготовленными. Одержав важную победу (2:0) в Боготе над сборной Колумбии, они выиграли четыре дня спустя в Каракасе у футболистов Венесуэлы (5:0). Пеле забил два мяча, Тостао — три, приплюсовав их к двум ранее забитым в Боготе. В центре атаки родился новый сказочный дуэт — Пеле — Тостао, ставший наследником двух знаменитых тандемов в истории бразильского футбола: Пеле — Кутиньо и Пеле — Пагао.

С Пагао, футболистом огромного таланта, блиставшем в «Сантосе» до 1963 года, Европа не была знакома. Среднего роста, с изумительной реакцией и необычайным «чувством» мяча, он оказался идеальным партнером для юного Пеле в искусстве пробивать самую прочную оборону.

С Кутиньо это умение еще более усовершенствовалось. Оба владели великолепным дриблингом и несравненной техникой движений, в обоих жило не имеющее себе равных хладнокровие.

Пеле иногда говорил:

 Кутиньо не бьет по воротам, а только катит мяч вне досягаемости вратаря. Он исключительно умный игрок.

Что же касается самого Пеле, то самое лучшее определение ему дал, конечно, Жаир да Роза Пинто, стратег сборной 1950 года:

 Во время матча «Сантос» — «Коринтианс» в 1957 году юный Пеле, находясь в районе одиннадцатиметровой отметки, высоко выпрыгнул вверх за мячом. Он не ударил мяч головой, а принял его на грудь. Мяч скатился на живот, как вдруг судья дал свисток, фиксируя «положение вне игры». Расслабившись, Пеле дал мячу опуститься по бедру на ступню правой ноги, на которой и задержал его. Стоя на левой ноге и не давая мячу эти три-четыре секунды коснуться земли, он бросил взгляд на арбитра, чтобы убедиться в правильности офсайда. Когда понял, что это так, выбросил вперед ногу, мягко посылая мяч в руки Жильмару, который неподвижно стоял в пяти метрах от него, остолбенев от этого самоконтроля.

С той поры как Кутиньо ушел в отставку, Пеле больше не мог найти партнера, с которым можно строить диалог на полуслове. Другие партнеры, игравшие в связке с Пеле, — Флавио в сборной и Тонино в клубе — не умели возвращать мяч. С Тостао все пошло по-другому. Он, этот умный парень, «с поднятой головой», всегда следит за перемещениями, умеет «найти игрока» и организовать наступление.

В свою очередь, о Пеле Тостао говорил следующее:

 Даже зажатый четырьмя соперниками, он дает мне пас, и при этом ни один защитник не может коснуться мяча. Это сказочно.

Их взаимопонимание еще более совершенствовалось в ходе предварительных встреч. Однако в третьем отборочном матче никто из них не забил ни единого мяча. Крепкая команда Парагвая имела равное с Бразилией количество очков. Она обыграла Колумбию и Венесуэлу у них на поле. Почему бы Бразилию не заставить сложить оружие на глазах у своей публики?!

Обстановка накалилась, болельщики проявили агрессивные намерения, и их шумные провокации по отношению к бразильцам не замечались местными властями. Все нервничали. Бразилия пригрозила уехать, не сыграв матч, и только приезд президента конфедерации Жоао Авеланже смог успокоить умы. Он успокоил, во-первых, своих футболистов; во-вторых, через бразильское посольство установил контакт с начальником канцелярии президента этой страны и службами безопасности. Авеланже заявил, что он рассчитывает на спортивность и что только при этом условии может состояться игра. Это вмешательство спасло матч.

Когда 17 августа началась игра, страсти еще не улеглись. А тем временем тренер Бразилии желал иметь в своей команде вместо игроков 11 хищников. Лозунг, который, однако, совсем не улучшает внешние международные связи.

Парагвайская защита решила показать зубы. Судья Массадо быстро оказался погруженным в эту обстановку корриды. Эду, левый край «Сантоса», вторично сбитый с ног с самым злым умыслом, бросил в адрес парагвайца Рожаса известную фразу:

 Это не мне следует мешать любой ценой, это великому негру № 10, Пеле. Понимаешь? Мы здесь исключительно для того, чтобы помогать ему.

Костолом попытался воспользоваться советом, но безуспешно. Пеле был настороже и умело избегал ударов. А в споре за очередной мяч все увидели, как этот игрок-гроза опустился на колено, болезненно держась за щиколотку. Выбежали врачи, стали его массировать, пытаясь вернуть в строй. Встреча возобновилась, но грубость исчезла.

К несчастью для парагвайцев, Мендоза срезал мяч в свои ворота. 1:0 в пользу Бразилии. И если до этого бразильцы не желали раскрываться для того, чтобы в случае неудачи можно было восстановить равновесие, то теперь они заиграли свободнее, и усилием крайних — Эду и Жаирзиньо забили еще два гола, не пропустив ни одного в ответ. Финальный счет (3:0) превзошел все прогнозы.

Пока перуанцы и аргентинцы воевали с Боливией, Бразилия готовилась ко второй встрече со своими тремя жертвами.

Август 1969 года не стал периодом отпусков. 21-го числа на «Маракане» Бразилия преподнесла еще одну визитную карточку (6:2), на этот раз Колумбии. Пеле и Тостао забили вдвоем три гола, предоставив «краям» и Ривелино, выпущенному на несколько минут, заботу завершать жертвоприношение. Вратарь Феликс подарил два глупейших гола.

Полдюжина голов обрушилась и на Венесуэлу (6:0). Тостао забил три мяча, а Король довольствовался двумя. Жаирзиньо дополнил сумму голов под аплодисменты публики, восхищенной этой лавиной и тонкой игрой своих нападающих.

Оставался только один матч, чтобы определить, кто вместе с Уругваем, победившим уже в группе № 12, поедет в Мексику. У Бразилии — десять очков после пяти встреч, у Парагвая только восемь. Бразильцам достаточно свести матч вничью, они уже имели исключительное соотношение мячей — 22:2.

 Не забывайте, — шутил Пеле, обращаясь к своим крайним защитникам Карлосу Альберто и Рильдо, — что если вы пропустите один гол, то для того, чтобы сохранить разницу в мячах, нам придется забить десять.

 Жадина, — засмеялся Рильдо.

Решив сдержать натиск бразильцев, Парагвай окопался в защите, отвечая контратаками. Полусредний Соса действовал как дополнительный центр защиты.

В первом тайме счет не был открыт. Иметь подавляющее преимущество — еще не значит выиграть, и то, что игра идет вблизи ворот соперника, не дает оснований праздновать победу. Как и следовало ожидать в подобных случаях, вратарь парагвайцев Ажилар действовал блестяще. Игра шла уже больше часа. Пеле чувствовал, что пришло время забить гол, и сотрясал защиту соперника внезапными действиями. На 78-й минуте Эду прошел далеко вперед. Мяч вернулся к Пеле, и могучий удар Короля заставил парагвайцев начинать с центра поля. А стадион увидел, как он бежит, прыгает, бьет по воздуху кулаками, с тем характерным жестом, который сегодня знаком всему миру.

Бразилия вновь будет оспаривать Кубок мира. А вот Перу под руководством Диди, вырвав в тот же день путевку в Мексику, станет это делать впервые.

Аргентина присоединилась к Испании и Югославии, став в ряд «великих» неудачников. Португалия, Венгрия, Шотландия и Франция составили им компанию.

Бразильские болельщики вновь поверили в свою команду. И истинной причиной этого являлась огромная работа, проделанная тренером. Многомиллионная армия болельщиков Бразилии переживала вместе со своей командой медовый месяц.

«Привет, слепой!»

Во время матча «Крузейро» — «Коринтианс» в розыгрыше «Серебряного кубка» у Тостао отошла сетчатая оболочка глаза, и он отправился на отдых. Его отсутствие заметно ощущалось. Пеле потерял возможность успешно вести диалог… Он чувствовал себя тяжелым, уставшим от футбола. Команда в целом из-за отсутствия Тостао выглядела хуже.

На стадионе «Бейра Рио» в Порту-Алегри Аргентина одержала победу 2:0. Как эта команда, выбитая из розыгрыша сборной Перу, могла «поколотить» Бразилию на ее же поле? Следовало аргументировать, а это нелегко было сделать. Тренер Салданья, который в то же самое время был и журналистом, старался объяснить поражение, но никого не смог убедить. Оказалось, будто бы Пеле являлся виновником в этом неожиданном снижении формы из-за своей недальновидности. Это он-то недальновидный? К нему в шутку обращались:

 Привет, слепой!

Во время реванша на «Маракане» в следующее воскресенье именно гений Пеле спас команду. Во втором тайме он забил удивительный, принесший победу гол в ворота молодой, проворной, отлично подготовленной аргентинской сборной. Увидев, что вратарь немного вышел из ворот, он послал метров с двадцати пяти навесной мяч точно под планку. 2:1. Стадион «Маракана» устроил овацию.

Но команда «зелено-золотых» не чувствовала себя от этого лучше. Подвергаясь непредвиденным изменениям после предварительных игр (Феликс, Джалма Диас, Рильдо, Тонино были отчислены, после того как их обещали послать в Мексику), сборная свела матч вничью (1:1) с командой пригорода лишь благодаря ошибке их защитника. Взрывы Салданьи против репортеров, различнее дрязги, короче говоря, атмосфера крайней наэлектризованности вынудили президента Авеланже произвести хирургическую операцию. Несмотря на близость мирового первенства, он отстранил титулованного тренера и пригласил Загало. Опять начинали с нуля.

Вызвали вратаря Феликса, успокоился доктор Толедо, и снова был установлен мир.

 Загало, — обратился Пеле в первый день к новому тренеру, который с ним стал чемпионом мира в Швеции и Чили, — вокруг моего имени в последнее время пустили много тумана, и я очень об этом жалею. Разреши сказать тебе, что я вижу себя таким же игроком, как и другие, ни более и не менее важным, и ты можешь держать меня в запасе, даже отправить домой, если сочтешь необходимым. Однако я прошу тебя об одном во имя нашей старой дружбы: будь благороден.

Тот отвечал:

 Пусть тебя не беспокоит весь этот шум. Мне необходима твоя помощь, я рассчитываю на тебя. Хочешь, чтобы мы с тобой вместе попытались в третий раз выиграть чемпионат мира?

Они пожали друг другу руки. Самый важный пакт для достижения успеха в мексиканской кампании был заключен.

Команда отправилась в Мексику. Ей не очень доверяли, хотя все знали о серьезнейшей работе Загало и трех ответственных за физическую подготовку: Широля, Кутиньо и Паррейра. Три товарищеские встречи с мексиканскими клубами никого не воодушевили.

Произойдет ли чудо?

Да. Оно просматривалось с самого начала. Даже пять минут спустя в игре со сборной Чехословакии, победившей венгерских футболистов. Проигрывая, бразильцы сохраняли спокойствие, организованность и точность, и команда, победившая Венгрию, почувствовала, что идет ко дну.

Чемпионы мира, англичане, победившие Румынию (1:0), вставали на пути команды Пеле. В гостинице Гвадалахары «Хильтон» Рамсей проявлял полный оптимизм: его игроки подготовлены к тому, чтобы поддерживать неистовый темп, несмотря на жару и высоту.

Это был ужасный матч, напряженный и страшно изнурительный для нервной системы. В первом тайме Пеле сильно ударил головой, но Бенкс[61]отразил мяч, после того как он коснулся земли, — труднейший мяч из всех на этом первенстве мира.

Во втором тайме Пеле подбадривал своих товарищей, сражался как демон, дал выгодный пас Жаирзиньо, который его использовал. 1:0.

Обезумевшие английские нападающие упустили подряд две возможности.

В раздевалке после встречи бразильские игроки праздновали победу, словно они уже стали чемпионами мира. Конечно, успех имел важное значение, но еще не решающее. Пеле напомнил об этом своим партнерам.

 Мы выиграли сражение, но не выиграли войны. Остается еще четыре матча, не менее трудных, чем этот.

Песни смолкли. В автобусе, который вез команду в мотель «Карибес», царило молчание.

Третья, и последняя, игра 1/8 финала оказалась труднее, чем можно было предположить. Двадцать минут Бразилия играла в сверкающий футбол, забила два гола, дважды попадала в штангу, а затем угасла. И мало-помалу люди Анжело Николеску из Румынии вернули потерянное территориальное преимущество. Они уступили (2:3), однако заслужили лучшей участи.

Выходя из душевой, Король удивился:

 Почему все смолкли? — обратился он к своим игрокам. — После матча с англичанами вы пели и танцевали, а сегодня, заняв первое место в группе и завоевав право выступать в следующем круге, вы мрачнее тучи. Нет, я вас никогда не пойму.

У бразильца Диди, тренера Перу, в четвертьфинале были свои заботы.

Совершенно необъяснимо его центр защиты Роландо де ла Toppe свалился в игре против немцев. Нервы… Сломался лев отборочных соревнований.

Под руководством дуэта Пеле — Тостао Бразилия победила Перу. 4:2. Бельгийский судья Виталь Лоро получил самую высокую оценку. В тот же вечер Диди говорил в своей комнате:

 Я не могу пойти к бразильцам, иначе немедленно скажут, что я предал Перу и дело тут нечистое, но ступай к Пеле, — обратился он ко мне, — и передай ему от моего имени, чтобы он заставил мяч всю игру бегать, и дело будет в шляпе. Никто не сможет вырвать у них Кубок мира.

Уругвайцы грозились, что откажутся от полуфинальной встречи. Они считали, что после победы над советской сборной имеют право играть на стадионе «Ацтека» в Мехико. Однако для очередной игры с бразильцами они вынуждены были выехать из города Пуэбла в Гвадалахару. Taм было очень жарко. Огромный Педро Рома все еще был травмирован. Центр защиты Матоза, вытирая платком мокрый лоб, сказал, обращаясь к своему партнеру:

 Мы больше часа не продержимся, поверь мне.

Загало после первого тайма кое-кого поругал из игроков. Клодоальдо удалось сравнять счет. 1:1

Затем под кнутом Пеле оживился Ривелино (3:1). Уругвайцы выбыли из розыгрыша.

 Вот теперь, — сказал Пеле, смеясь, — наступило время бельканто.

И он громко запел:

 Катари, Катари…

В мотеле «Карибес» веселье шло полным ходом. На террасе первого этажа бразильские игроки организовали оркестр. Они играли самбу прошедшего карнавала, которая очень нравилась им всем. Их группа все увеличивалась, и бразильские болельщики, недавно приехавшие, чтобы присутствовать на финале, размахивали зелено-золотым знаменем «все еще тяжелым от дождя.

Ожидаемая уже два дня над Гвадалахарой буря внезапно разразилась, прополаскивая цементные проходы стадиона «Халиско», затопляя мрачный пейзаж окраин, покрытый тучами копоти.

Чтобы игроки не промокли, шофер подвел автобус вплотную к двери раздевалки. Не обращая внимания на хлещущий дождь, торседорес кружились со знаменами в бесконечном ритме самбы. Ничто не могло охладить их энтузиазма. Иногда порыв ветра, казалось, подхватит их и бросит друг на друга. Ливень приклеил рубашки и брюки к телам бразильцев, а они хохотали под этим шквалом и пели свою воинственную песню, смысл которой заключался в словах: «Бразилия все сметет».

Эти фанатики чувствовали себя настолько униженными в Ливерпуле в 1966 году, что сейчас их радость казалась удвоенной. Они помнили страшный рекламный лозунг, который был брошен там злым шутником в лицо одному из них, когда тот, выйдя потрясенным со стадиона «Олд Траффорд[62]» после победы Португалии (3:1) над его любимой командой, с отчаянным видом воскликнул:

 Что теперь?!

Португалец ответил:

 Теперь вам остается поработать десять месяцев, чтобы оплатить свое путешествие.

Сегодня — праздничный день! Не для того пересекли они всю Южную и Центральную Америку, чтобы отступить перед ливнем! Проливной дождь мог идти сколько угодно, но ничто не помешает им приветствовать своих чемпионов — капитана Карлоса Альберто, симпатичного Тостао и Короля Пеле.

Когда последний появился в дверях, чтобы войти в автобус, огромная группа людей, отбивающая ритм песни, пришла в движение. Все хотели дотронуться до него, как это смиренно делают верующие со своими пророками или богами.

 Пеле! Пеле! Пеле! — выла хором толпа.

Игроки за опущенными стеклами автобуса, по которому хлестал дождь, были похожи на уснувших рыб в аквариуме: они мысленно прокручивали фильм о прошедшем матче. Только два или три из них, которых не удавалось опознать во мраке «аквариума», омывающего машину, стояли в проходе и покачивались под ритм самбы.

Бригадир Жеронимо Бастос, сидящий спереди, приказал ехать. Пересчитали футболистов — все были на месте. Можно возвращаться.

Шофер дал сигнал, и колеса осторожно стали вырываться из черной, пористой земли. Два знамени еще кружились перед окнами, а автобус с надписью «Делегация Бразилии» удалялся в направлении дороги. Толпа, в которой преобладали цвета Бразилии — зеленые и желтые, ринулась следом, и постепенно сотни отяжелевших знамен стали растворяться во мраке ливня.

Испанский арбитр господин Мендебиль, укрытый высокими цементными сводами стадиона «Халиско», терпеливо ждал, пока появится «Рено», в котором бирманский делегат господин Кое Эве Тейк привезет своих судей. В его глазах светилось маленькое пламя удовлетворения. И в самом деле, ведь он мог бы дать пенальти в пользу Пеле, но разве уже разнервничавшиеся уругвайцы не подняли бы скандала?

Продавцы соломенных шляп снова упаковывали свои хрупкие товары. Полная индианка, которой помогали два босоногих мальчишки, грузила сундук на ручную тележку. Несколько журналистов возвращались из пресс-центра в сопровождении брюнетки в розовом платье.

Как удалось болельщикам так скоро добраться до места расположения команды? Пеле не понимал. Едва выйдя из душа, он закрыл дверь и обошел бассейн, чтобы направиться в ресторан. Хрустя поджаренным хлебом и потягивая оранжад, Пеле сказал об этом открывавшему конверт Эверальдо:

 Мы вернулись быстро благодаря мотоциклистам, которые прокладывали нам дорогу, а не позже чем через пять минут группа болельщиков была уже здесь, начав карнавал. Можно подумать, что у них есть вертолеты.

Голос профессора Широля прокомментировал:

 Они вымокли до нитки.

Дождь уменьшился. Слышались девичьи голоса, которые кричали:

 Ривелино! Ривелино!

Со второй попытки на балкон забросили блокнот для автографов.

Самба становилась все громче, с бесконечным синкопированным прихлопыванием, которое воспламеняется, потом внезапно рвется в самом неожиданном месте и опять появляется…

 Сегодня вечером Монтевидео[63], наверное, имеет мрачный вид, — сказал Карлос Альберто, закуривая сигарету.

 Да, но в Рио лихорадка достигнет сумасшедшего ритма, — ответил Пеле, ставя стакан на длинную металлическую стойку. — Что сегодня на ужин?

 Надо повидать повара. Думаю, что будет жареное мясо, салат из сердцевины пальмы и еще что-нибудь.

 Теперь, когда мы стали финалистами, нам все же должны дать право выбирать меню, — вздохнул Пиацца, самый большой обжора команды.

 В этой стране не едят рыбу, — заметил Жаирзиньо.

 Пустите Пеле на рыбалку, он нам принесет вдоволь— улыбнулся Эду. — На берегу реки у него получается еще лучше, чем на футбольном поле.

 Пеле, Пеле, — позвал дежурный гостиницы. — Кажется, международный вызов. Определенно из Бразилии. Может быть, жена?

 Алло, — сказал он тихим голосом. Это был Раймондини, его импрессарио.

 У нас в Бразилии все нормально. Да, все в порядке, в семье тоже. «Сантос»? Крутится, спасибо. Дела? Нормально. Рекламный контракт с банком и маркой велосипедов возобновлен. Вопрос о рекламе горючего будет решен после твоего возвращения. Телевидение решает вновь вернуться к постановке, но несколько в ином стиле, в детективном жанре, и ты будешь играть роль Помпе, симпатичного сыщика. Да, экономическое положение улучшилось, об этом можно не беспокоиться.

 Тем лучше, — сказал Пеле, — так как мне пришлось уплатить из своего кармана 6000 крузейро. А как дела с песнями? Ты встречался с издателем? Хорошо, очень хорошо, поговорим с ним о пластинках на 45 оборотов. Да, Кубок привезем! Чао, старина.

Пеле, в свободное время человек дела, принял отсутствующий вид.

 Хорошие новости?

 Все идет хорошо. Но в стране не верят в нашу победу в финале. Никто не поставил на нас ни крузейро месяц назад…

 У меня желудок ушел в пятки, — проворчал Пиацца.

 Просыпается, наконец, Гаргантюа.

 Слышите, банда, — сказал Пеле, — сегодня отправитесь рано в постель. Я вас завтра отвезу в Мехико-Сити. Посмотрим стадион «Ацтека», раздевалки, туннели, службы. Следите за гидом, он позволит вам коснуться пальцем Кубка Жюля Римэ. Внимание, если вы благоразумны…

Наверху какой-то странный инструмент издавал пронзительные, звуки. Мальчишки, удерживаемые толстой веревкой, с завыванием выкрикивали имена игроков под снисходительным оком полицейского.

Снова послышался голос дежурного:

 Пеле, Пеле, международный провод.

 Как утомительно быть миллионером, — улыбнулся Клодоальдо, ударяя по плечу Короля.

Мехико — земля огня

Утром в четверг 18-го дождь прекратился. Сквозь две ленивые тучи, ползущие в сторону Тихого океана, пробивалось солнце. Крыши и деревья блестели, будто покрытые тонким слоем лака.

В мотеле «Карибес» нет сигнала подъема. По обычаю каждый встает в удобный для него час — тогда, когда ему хочется. Пеле, повалявшись в кровати, пришел пить кофе в половине десятого. На нем — зеленая с желтыми полосами куртка и резиновые тапочки. Он был небрит и имел невыспавшийся вид.

Журналисты, не мешкая, вошли через деревянную дверь главного входа, охраняемого день и ночь. Пеле чувствовал усталость и легкий озноб. Немного позже ему надлежало принять тепловую процедуру травмированной мышцы бедра. Сейчас же он должен собраться, ибо самолет отправляется в Мехико в 17 часов и нужно пораньше выехать из мотеля. Как он втиснет свои вещи и купленные подарки в два чемодана? К счастью, он получил обратно свою сумку, а Эду обещал взять один сверток. Ну за работу!

В полдень повар Марио подготовил изумительное мясное блюдо с фаршированными баклажанами и слегка пряным соусом. Пеле отдал дань обеду: на сборах длительностью больше трех месяцев, с твердым распорядком дня, с жизнью в четырех стенах и редкими выходами в город, час приема пищи начинает приобретать особое значение, большее, чем где-либо. Техническая комиссия Бразилии проявила замечательную инициативу, захватив повара с помощником, так как значительное число делегаций, и среди них Уругвай и Англия, не смогли приспособиться к местным острым блюдам.

Когда открыли ворота, чтобы впустить автобус, который должен был доставить делегацию в аэропорт, — толпа мексиканских мальчишек устремилась вслед за ним и буквально заполонила мотель «Карибес». Бригадир Жеронимо Бастос, очень пунктуальный в вопросах дисциплины попытался остановить лавину, но тут же понял бесплодность своих усилий. Мальчишки, больше месяца сдерживаемые по ту сторону здания, взяли мотель штурмом. Они повисли на своих идолах, громко смеясь от счастья, в восторге от вознаграждения, полученного наконец за столь долгое терпение. Они были в храме, трепеща от прикосновения к своим богам, от того, что какое-то мгновение видят их живыми в этом запретном месте.

Бразильцы вскоре покинули мотель, где впоследствии президентом Жоао Авеланже была торжественно открыта доска-сувенир, напоминающая о пребывании делегации его страны во время розыгрыша первенства мира. Появился массажист Марио Америко, весь увешанный сумками и пакетами. Багаж сложили рядом с автобусом. Царила обычная при Отъезде суета. Маленькие мексиканцы, часть которых имела лица настоящих индейцев, бегали вокруг машины.

 Ты Пеле? — спросил один мальчишка, одетый в маленький рабочий балахон.

 Нет, я Эверальдо.

— А где Пеле?

 Пакует чемоданы.

 А с ним можно поговорить?

 Сейчас трудно, мы вот-вот уедем.

 А ты кем играешь? — спросил мальчуган с огромными черными глазами.

 Защитником.

 Ты не забил ни одного гола?

 Пока нет.

 Подпиши эту записную книжку, — попросил он со смиренным видом.

Добрый Эверальдо расписался. Он чувствовал, что ребята разочарованы и несчастны, и ему захотелось доставить Им удовольствие.

Я сейчас вам дам бразильский флажок.

Их глаза блеснули от радости, и один из них захлопал в ладоши.

Путешествие прошло без приключений. Они прибыли в Мехико. К ужину уже расположились в квартале Сан-Жёронимо, в большом здании для студентов, несколько наклонном, с металлической дверью. Здание было окружено решетчатым забором, надежно запиралось и хорошо проветривалось.

Здесь мы почти как дома, — вздохнул профессор Широль.

Да, это последний этап.

Повар Марио, приехавший накануне вечером, подготовил для встречи отличный ужин. Быстро распределили ключи от комнат. Делегация болельщиков вернулась к своим привычкам, и весь квартал наполнился глухим шумом голосов, который длился до ночи. А мексиканская весенняя ночь не очень торопится наступать. К тому же прибыли будущие чемпионы мира.

На следующее утро все мальчишки Сан-Жеронимо, казалось, собрались там. Взобравшись на стоящие автомобили, повиснув на решетках или толкаясь на тротуаре, они опознавали игроков.

 Как зовут того, что дает автографы?

 Пиацца.

 А черный, который сидит на траве?

Черный, вон там?

 Не знаю.

Мальчик стал нервничать, ему хотелось поскорее узнать.

 Тогда спроси у Пиацца.

 Фу ты, можно ведь спросить у ближайшего игрока.

Наконец выяснили.

 Это Пауло Цезар.

Это имя ему явно ни о чем не говорило.

 А Пеле?

Они хотели видеть Короля, они ради этого пришли. Однако, чтобы видеть его хоть несколько мгновений, им нужно было дождаться прибытия автобуса. Король появился.

На стадионе «Ацтека» журналистам никак не удавалось подойти к полю. Однако после суровой перебранки с церберами, стоящими у двери, и длинных споров с директором стадиона через предохранительный ров перекинули доску, и мы смогли приблизиться к историческому газону, немного более высокому и густому, чем это нравилось игрокам.

Профессор Широль уже занимался с игроками Бразилии, выстроив их в два ряда. Немецкое и английское телевидение работало полным ходом, подзывая то одного, то другого поближе к камере в перерыве между упражнениями. Жара стояла невероятная.

Пеле прыгал, делал стойки, шумно дышал. Игроки между собой переговаривались:

 Если солнце сможет продержаться до середины воскресенья, у нас будут отличные шансы.

 Да, итальянцы вряд ли сумеют восстановиться после дополнительного времени в матче с немцами и во втором тайме сломаются. Ничего страшного. Даже если пойдет снег, все равно их обыграем.

 Как бы не дала себя знать высота. Здесь выше, чем в Гвадалахаре, на 700 метров. На таком уровне становишься ватным.

 Не имеет значения, — вмешался Пеле, — команда физически подготовлена отменно, мы выдержим темп. Никогда наши не были так хороши в Кубке мира. Я ведь, дружище, участвую уже в четвертый раз. Но мне кажется, что это было вчера.

Ответственный за инвентарь Жак ленивым местом вытащил из сумки черно-белые мячи.

— Давай, ребята, поиграйте с мячиками. Думаю, — добавил он с хитрецой, — что некоторые итальянцы неправы, утверждая, что против Бразилии будет легко. А наши такие разговоры не любят.

Ривелино и Карлос Альберто стали обмениваться ударами, стоя друг от друга в 30 метрах. Их примеру последовали Эверальдо и Клодоальдо. Пеле вместе с другими организовали круг с игроком в центре, который пытался перехватить передаваемый партнерами мяч. Тот, кто его терял, занимал место в центре. Прекрасное упражнение.

Итальянские журналисты хотели узнать точный воздаст игроков и некоторые занимательные подробности из их жизни; бразильцы радовались, когда метеослужба предсказала к концу недели дождь; о своей железной защите они говорили с музыкой в голосе.

Загало и профессор Широль тренировали вратарей. Как обычно, вратарь Леао, официальный № 3 после Феликса и Адо, выглядел лучшим…

— Почему в Бразилии нет хороших голкиперов? — спросил седеющий мужчина с римским профилем.

 Эти трое — блестящие, — ответил репортер Витторино Виера, у которого на ремне висел магнитофон. — Чтобы в этом убедиться, достаточно заставить их играть в одно и то же время в одних и тех же воротах. Но Загало об этом еще не подумал.

Все рассмеялись.

Тренер только что закончил отвечать радиорепортерам. Да, команда будет играть в наилучшем составе… Да, он верит в победу… Да, поле стадиона «Ацтека» в прекрасном состоянии.

Мексиканские репортеры не унимались: почему вы не ставите этого или того? Почему сборная не играет так или этак?

 Потому что я не сумасшедший.

Он принял свой упрямый вид и удалился. Интервью закончилось. Тренировка тоже.

После отдыха все собрались в большой столовой. Ленч был священным: чай, поджаренные ломтики хлеба, пирожные, фрукты. На улице погода стала выделывать гримасы, и это волновало ребят. Началась нескончаемая игра в карты, чтобы хоть немного забыться и снять нервное напряжение. Пошел мелкий дождь. А стая мальчишек все оставалась висеть на решетках.

Субботние газеты подлили масла. в огонь: Эленио Эррера предсказал победу итальянцев и объяснил почему: «Посредственная защита Бразилии оказалась тщательно препарированной. Из трех международных матчей Италия проиграла лишь один — Бразилии, и она знает, как успешно противостоять южноамериканцам. К тому же безупречное умение «приклеиться», которым владеют все игроки сборной Италии, составит главное препятствие для динамичных людей Загало…»

А в это время, пробуя сыр а ля гопабада, своеобразное фруктовое тесто, составляющее неотъемлемую часть бразильского завтрака, эти «динамичные люди Загало» посмеивались себе в бороду: осуществить безупречное «приклеивание» к таким хитроумным техникам труднее, чем ловить угрей руками…

Дождь все шел. Жак взялся за бутсы и стал привинчивать более длинные шипы.

 Черное поле стадиона «Ацтека» быстро станет очень вязким, — прокомментировал Загало.

Профессор Широль и Кутиньо воспользовались временным улучшением погоды, чтобы дать небольшую разминку — упражнение для эластичности мышц. Игроки радостно визжали. В Сан-Жеронимо росло нервное возбуждение.

После обеда команда в полном составе устроилась перед телевизором, чтобы посмотреть матч ФРГ — Уругвай. Разыгрывалось третье место. Вначале шла довольно равная игра. Пеле, сидя в большом кресле рядом с Пауло Цезаром, комментировал:

 Если уругвайцы не будут нападать, они проиграют.

Они нападали, но все же потерпели поражение. После гола западногерманца Оверата тренер уругвайцев наконец решился. Он выпустил молодого Сандоваля («Пенья- роль») на место центра защиты и выдвинул огромного Аншетту вперед: его игра головой, находчивость и умение свалить соперника на землю доставляли много неприятностей защите с той стороны Рейна. Но ничего не изменилось. И Уругвай проиграл встречу, которую так надеялся выиграть. Футболисты вернулись к себе домой, уверенные в том, что они заплатили не за оборонительный футбол, а за свой старый короткий пас и жесткую игру.

Над одним полуфиналом опустился занавес, и центр нападения сборной ФРГ Уве Зеелер смеялся перед телевизионными камерами.

Вечером в субботу Загало подготовил сюрприз своим питомцам. После ужина он собрал их в большом читальном зале:

 Кроме обычной беседы о технике, — сказал он, — сегодня вечером мы сможем взглянуть на действия наших соперников. Вы помните, что наши специалисты Пар- рейра и Рожерио поехали в Мехико-Сити, чтобы присутствовать на полуфинале и познакомиться с нашими будущими соперниками. Кроме врученного нам доклада они привезли чудесные цветные фотографии, которые мы сейчас вместе посмотрим. Техник, покажите первые слайды.

Погас свет, и на экране появилась итальянская защита в голубых майках, «приклеившаяся» к белым майкам немцев.

 Тот, которого вы видите сзади, это Сера, № 5. По нашему мнению, его недостаток в том, что он слишком далеко отходит назад, не оказывает нужной помощи своим партнерам по защите. Между ним и защитниками имеется пространство, оно станет владением Тостао. Ты должен вводить туда Розато, который поможет тебе забивать, запутывать защитников или же уводить их в сторону, в зависимости от того, что вы сами почувствуете и что мы вам подскажем в ходе матча.

Второй слайд, Это итальянская атака» Она ведется чаще всего двумя футболистами: Бонинсенья, игроком, который борется за все мячи, и Ривой, № 11,—мы его уже видели по телевизору. Они мало взаимодействуют, каждый старается записать гол на свой счет, помните об этом. Эверальдо возьмет на себя Бонинсенью, а Брито будет следить за Ривой. Пиацца играет «лишнего», и его обязанность — ликвидировать возникающие угрозы. У кого есть вопросы?

Игрок Факкетти, — продолжал Загало, — его легко отличить по росту, светлым волосам и капитанской повязке на руке. Он будет следовать за Жаирзиньо, словно тень. Внимание, мы должны максимально использовать отсутствие гибкости этого итальянского «приклеивания», чтобы создавать голевые ситуации и расшатать их защиту. Жаирзиньо, ты не будешь, как обычно, совершать проходы по краю, а станешь смещаться в глубь поля. Тебя обязательно должен вытащить Факкетти из этого места. Ты ведь играешь центром нападения в «Ботафого», поэтому такое задание для тебя привычно. Мы же создадим свободное пространство, куда сможет врываться Карлос Альберто. Один капитан прогонит другого. Карлос Альберто часто будет дополнительным нападающим, пусть никто об этом не забывает.

Еще диапозитив:

 Вот итальянская защита под другим углом. Рядом с Розато находится Бертини, возможный ангел-хранитель Пеле. Не забывая ни на минуту об отсутствии оборонительной гибкости у итальянцев, мы делаем вывод, что Бертини последует за Пеле во всех его перемещениях. И всякий раз этим должен пользоваться Герсон, чтобы проскользнуть к воротам и ударить по голу.

Следующий слайд…

Показали около сорока диапозитивов. Дождь продолжался. Он стучал по металлическому навесу, доходившему до самого выхода, где топтались два полицейских. Появившись в холле, Загало сказал:

 Мы только что сделали шаг к победе. Ни один из наших игроков не будет захвачен врасплох соперником.

Засунув руки глубоко в карманы своей зеленой куртки, Пеле подпрыгивал на месте, словно боролся против окружающей сырости.

 Не будем загадывать, но завтра я их обману, честное слово.

 А ты, Тостао, все оценил?

 Еще как. Но, между нами говоря, я весьма озабочен. Левый глаз покалывает, и это каждый раз перед кровотечением. Но доктор Мура сказал — я все же смогу играть.

И он пожал плечами, удаляясь в свою комнату (ночью опять произошло кровотечение, но он все же играл. И отлично. Необычайный парень).

 Матч уже разжевали, никто не сможет помешать нам всадить тройку мячей! — воскликнул, смеясь, Жаирзиньо.

На улице все еще шел дождь. Но итальянские болельщики — тиффози презирали плохую погоду. Одна группа кричала перед гостиницей «Мариа Изабелла»:

 И раз! И два! И три! И четыре!

Италия, Италия, Италия…

Бесконечный дождь над возбужденным Мехико… Пеле вытянулся на кровати, но не спал. Чтобы легче было уснуть, он не стал даже пить кофе. Завтра — финал, «его» финал. Тот, который он не мог проиграть. В голове проносились картины всей его жизни, начиная с команды детства «Бакино» и первых матчей. Он слышал голос Вальдемара де Брито, пытающегося убедить мать, донну Селесте, обезумевшую от мысли, что ее сын будет продолжать опасную карьеру Дондино, его отца — великого игрока, который смог собрать лишь одни иллюзии да беспощадные удары по ногам. Он вспоминал обстановку «Сантоса», когда приехал туда Жаир Пинто и Лула, свои первые автографы и дебют в международном матче против Аргентины. Как все далеко! Сколько смешалось воспоминаний! Турнир в Париже… Межконтинентальный кубок… И Швеция… И Чили. А турне «Сантоса» и его первое путешествие в Соединенные Штаты?..

Вспоминались также девять голов в одном матче чемпионата первой лиги, победы в Кубке Бразилии, триумфальное турне по Африке, травмы во время Кубка мира… женитьба на Розе… и рождение дочки… и праздник по поводу 1000 голов. Под опущенными веками неслись картины прошлого вместе с бесчисленными проблемами всех бедных мальчишек, рассыпанных по пустырям бразильской земли… Король уже спал.

Сильнее, чем когда-либо

Нужно ли говорить о технических подвигах Пеле во время этого Кубка мира? Нужно ли напоминать о его ударе головой в первом тайме «Бразилия» — «Англия», когда Бенкс сумел ценой изумительного прыжка отбить мяч, ударившийся о землю в метре от него, самый трудный мяч чемпионата? А мяч, посланный с точностью До миллиметра капитану Карлосу Альберто, который забил четвертый гол финала и завершил разгром «Скуадры Адзурры»?..

И если некоторые обозреватели отмечают, что Пеле забил меньше, чем в 1958 году, то совсем немногие отдают себе отчет в том, насколько каждый забитый им сегодня мяч являлся чаще всего решающим, особенно в самые критические моменты.

Не возвращаясь к другим разительным фактам, как, например, победный гол в игре с Румынией (3:2) в 1/8 финала в Гвадалахаре или важнейший мяч, посланный головой, который должен был освободить команду «зеленозолотых» от психологического груза финальной встречи, стоит сохранить в памяти два шедевра, даже если они и не попали на табло счета. Первый — в начале встречи Бразилия — Чехословакия. Игра проходила в центре поля, но чехословацкие ребята продолжали оказывать давление. Получив мяч у центрального круга, Пеле оказался единственным человеком Не только среди участников этой встрёчи, проходившей на высоком техническом уровне, но также и среди 30 000 присутствующих на стадионе зрителей, который заметил, что чешский вратарь на мгновение выдвинулся за одиннадцатиметровую отметку. Без подготовки, не целясь, он внезапным ударом послал длинный навесной мяч, смысл которого сначала никто не понял.

А затем увидели, как бедный Виктор испуганно следит за траекторией полета этого неожиданного мяча. Казалось, что мяч тратит бесконечное время на то, чтобы достигнуть цели, а Виктор тщетно пытается вернуться в ворота. Все разворачивалось очень медленно. Весь стадион в недоумении встал. И когда, наконец, мяч вынули из ворот, продолжительные аплодисменты обрушились со всех сторон на Пеле, который уже занял место, чтобы возобновить игру. Один мексиканский журналист так резюмировал восхищение своих соотечественников и всех иностранцев: «Этот Пеле видит игру на три секунды раньше всех остальных».

В тот же вечер, когда я разговаривал с вратарем-блондином из пражской «Дуклы», он сделал гримасу и провел загоревшей рукой по глазам;

 Удар Пеле настолько застал меня врасплох, что впервые в жизни я испытал подобный страх.

Когда мы болтали о необыкновенных удачах его большой коллекции, центрфорвард «Сантоса», касаясь своего лучшего гола, заметил:

 Самым красивым остается тот, который мы забьем завтра. Я мечтаю о небывалом мяче, забитом из центрального круга ударом с лета. Я уже два или три раза пытался, но не смог это сделать неожиданно для вратаря соперника.

И он заключил с хитрым видом:

 Не рассказывай об этом в репортаже, иначе все вратари отныне будут настороже.

Второй шедевр — это целый фейерверк, зажженный бразильским нападением во встрече с Уругваем и заслуживающий упоминания. Больше того, копию его следовало бы иметь в передвижном музее и ежедневно демонстрировать в определенные часы, чтобы мальчишки всего мира могли увидеть этот эпизод столько раз, сколько им этого захочется.

3:1 в пользу Бразилии. В теплый предвечерний час Гвадалахары «стреляли» последними патронами. Задыхаясь, с трудом передвигая тяжелые ноги, уругвайцы показывали свой традиционный оборонительный футбол и сражались насмерть против превосходящих сил соперника.

Сборная Уругвая бросилась в атаку, чтобы сократить разрыв в счете.

Мощная бразильская контратака развернулась на левом фланге. Тостао послал низкий мяч в район штрафной площадки, где появился Пеле. Одним прыжком вратарь Мазуркевич рванулся вперед, но ему не удалось достичь мяча раньше Пеле. Тогда он мгновенно затормозил и сжался, подготовившись броситься в ноги бразильцу, если последний начнет вести мяч, или же расслабиться в случае удара по воротам — это были единственные две возможности для нападающего. Но Пеле царственно-обманным движением проскользнул над мячом, обогнул бросившегося вперед Мазуркевича и, чуть возвратившись назад, подхватил мяч, с тем чтобы направить его в пустые ворота.

Вратарь оставался сидеть на сухом газоне стадиона «Халиско». Однако уругваец Аншетта огромными шагами мчался, чтобы занять его место в воротах. Желая красиво завершить свой шедевр, Пеле хотел сыграть наперерез направления его бега и послать мяч не в ближайший угол ворот, что было легче сделать, а в дальний. При этом он закрутил мяч на пятки центрального защитника. Но, увы, чуть сильнее, ибо черно-белый мяч скользнул рядом с левой штангой. Мимо. Неважно. Зато это была самая блестящая комбинация, в которой налицо прикосновение гения.

Владислав Мазуркевич, один из самых умных вратарей своего времени, этот поляк, яркая индивидуальность, который знает толк, с трудом встал и пожал Пеле руку»

 Это высший класс, Пеле.

Пеле улыбнулся и поблагодарил его. Затем пожал плечами и отправился к центру поля, сопровождаемый восторженными криками.

Ему уже было ясно, что они вышли в финал.

В Европе, где его видели очень мало, совсем не отдают себе отчета в том, насколько блестящ Пеле и почему его манера игры позволяет господствовать в бразильском футболе.

Что за патологическое желание у некоторых людей обязательно «похоронить» игроков, достигших тридцатилетнего возраста? В чем, собственно, можно их упрекнуть? В том, что Пеле с четырнадцати лет играет с января по декабрь по два матча в неделю, ведет непрестанно борьбу, получает удары и отвечает на них тем, что привлекает публику, бьет рекорды денежных сборов?

Под его величавой тенью растения дали побеги и пышно распустились в мексиканский час: Жаирзиньо, Тостао, Ривелино и Клодоальдо.

Не говоря уже о технических подвигах, легендарная фигура Пеле в конечном счете стала бессмертной благодаря его упорному стремлению поставить бразильский футбол на вершину славы.

Только он один смог перебросить мост между двумя золотыми поколениями. Ведь после поражения 1966 года бразильцы жили в тоске, предаваясь воспоминаниям о «прекрасных временах» круглого мяча. Третья победа, которая позволяла оставить навечно Кубок Жюля Римэ в Бразилии, казалась по-человечески невозможной. Они ее не увидят. Может, их дети? Разве что Пеле… Нет, бразильский футбол окончательно потерялся во времени и пространстве, с тех пор как ушли Гарринча, Диди, Нильтон Сантос, Загало, Жильмар, Зито… Больше не существует ни сильных личностей, ни людей твердого характера, ставших зачастую тренерами, менажерами или коммерсантами, ни прошлогодних снегов.

Скачущая инфляция и огромные суммы, поступающие в клубы Рио, Сан-Паулу и Минас, разве не превратили наследников богов в продажных, беспринципных наем- ников? Нужно создать новое мировоззрение. Но какой сверхчеловек взялся бы за эту утомительно-продолжи-. тельную работу?

Лишь одна личность обладала достаточной мощью, чтобы совершить это чудо и заставить вновь возродиться фантастическую команду «зелено-золотых» — Пеле. Не принадлежал ли он сам к великой эпохе исчезнувших великих героев? Больше чем кто-либо он испытал на собственных плечах страшный разгром и унижение 1966 года. Он был членом делегации, которую несло в сторону и которую раздирали внутренние ссоры. Больше чем кто- либо он жаждал блестящего реванша и возрождения футбола-искусства. Больше чём кто-либо он превратил эти мечты в реальность и дал прекрасный пример: он, король-бомбардир, перевоплотился в защитника и заставил своих придворных стать настоящими бегунами, атлетами, дриблерами-волшебниками, дриблерами-таранами.

Лучший «техник» команды — маршальский жезл и сколоченное состояние, — он всегда готов совершать черновую работу. Без него Бразилия никогда бы не завоевала свой трижды чемпионский титул.

Европейцы совершенно не оценили его «кинотрюки» и «кратковременные сиесты» на газоне, после того как он оказывался сбитым. Теперь можно об этом сказать: они были частью сценария. Пеле ведь нередко становился жертвой жесткой игры. Он хотел таким образом воздействовать на судей. Все средства хороши в борьбе против антиигры. И в то время, как он катался по земле, капитан Карлос Альберто подбегал к арбитру и, воздев руки к небу, кричал:

 Господин судья, это невозможно, это невозможно!

Комедиа дель арте[64]. Хотели убить Короля и футбол?

Да, там речь шла о небольшом кордебалете, который был представлен с целью предохранить игроков от избиения. Пеле оказывал услугу своим юным партнерам, которые технически превосходили соперника и были непобедимы в «чистом» футболе. Он трудился во имя коллектива, во имя качества спектакля, даже если его не всегда понимали или делали из него притворщика.

В мире Живут противоречия. Чему удивляться, если, оказав помощь молодым звездам, которые вступили на небесный свод футбола, Пеле уже не один блещет футбольным мастерством?!

На этот раз Пеле забил меньше голов, чем в прошлом. Это правда, потому что он намного больше играет в обороне. Но сколько решающих мячей записано на его счет! Он их ищет. И, кроме того, когда перешагнёшь заветный барьер 1000, может быть, очарование этих голов немного тускнеет. Зачем так, как прежде, заботиться о нападении, когда теперь Жаирзиньо, Тостао и прочие Ривелино сами стали большими? Они владеют превосходной техникой в Движении.

В Мексике, куда приехал Пеле, чтобы выиграть, главной его заботой всегда оставалась эта ненадежная защита, и он спешил в ту сторону, где возникала опасность, где защита могла рухнуть. Он играл, оттянувшись назад, поспешно отводил угрозы в самом сердце взаимно связанной «4+2+4», не стремясь произвести впечатление на трибун*»! забивал голы, перехватывал мячи, ругал «новобранцев» до потери голоса. Но он был еще более совершенным и еще более великим, чем когда-либо. Конечно, не все блестящие удары записывали на его счет, конечно, он старался приподнять других, довольствуясь тем, что само его присутствие Оказывало сильное влияние. Особенно в тот момент, когда нужно было обогнуть трудный мыс, но не в роли наблюдателя, а в качестве опытного лоцмана. Для того чтобы кто-то забил гол, он сто раз подбодрит и даст десяток блестящих мячей… Король позволяет себе роскошь оставаться простым и брать на себя всю черновую работу.

Он изменил свою игру во время бега, он сменил свои «кошачьи» удары на рукопашную схватку, более эффективную и экономичную.

Добавляя новые оттенки в свою игру, увеличивая поле действия, являясь игроком в расцвете таланта, владеющим искусством скромным, без украшений («как он просто играет!» — говорят про него), которое покоится на умении принести максимальную пользу команде, он удивительно приспособился к новым условиям. Все футболисты бразильской сборной знают это, и тренер Загало тоже.

После первенства мира про него писали: «Футбол должен теперь сломить свои прежние представления. Он приговорен стать более быстрым. Пасы «кошачьих ударов» Короля Пеле отныне принадлежат учебнику футболиста Завтрашнего дня. То, что Пеле удавалось делать одному на протяжении десяти лет, теперь делают или пытаются делать 100 игроков, и Пеле должен придумать что-то новое или дополнить свое волшебное искусство».

Те 100 игроков, которые его удачно копируют сегодня, естественно, игроки «Сантоса» или других бразильских клубов, соприкасающиеся с ним в течение года.

Пример? Остановка мяча грудью. В конце первенства мира в Мехико отмечался серьезный рост числа остановок мяча грудью. И если Пеле этого не изобрел, то он имел смелость применить такой прием в самой штрафной площадке. До него нападающий был счастлив «подставить голову» и иметь таким образом возможность попытать Счастье в воздушном поединке. Но Пеле всегда отказывался посылать мяч на авось, наудачу. Его кредо — точность удара.

Сегодня он достиг уже совершенства. Тем, кому не удалось видеть его однажды в Марселе против «Реймса», когда он притворился, что бьет головой, и уложил колонну игроков на траву, а сам спокойно принял мяч на грудь и вошел с ним в ворота, оценили его в Мексике. Его умение состоит в том, чтобы не дать мячу отскочить, а заставить его нежно скатиться по телу к ноге. Еще большее совершенство в этом приеме он продемонстрировал в матче Бразилия — Чехословакия в Гвадалахаре, «разметав» двух защитников и оказавшись один на один с Виктором.

Пеле внес новую технику в трудное искусство забивать голы. И привлек много сторонников.

 Вы должны заставить себя, — говорит он молодым, — всегда сохранять спокойствие, чтобы дать почувствовать защитникам соперника, что не они хозяева штрафной площадки, а вы.

Легко сказать, но…

Его слушают. Анализируют его техническую смелость, инициативу, и все чаще и чаще от бразильских комментаторов можно слышать; «Нападающий выполнил прием, достойный Пеле». Это сравнение, которое не обманывает.

Будет ли Пеле играть в Мюнхене в 1974 году? Сейчас он говорит «нет», нужно, дескать, уступить место молодым, что футбол ему уже принес все. Но он вполне уверен, что к Мюнхену будет еще в отличной физической форме.

Конечно, короли невечны. Но, касаясь его игрового долголетия, я вспоминаю короткую тренировочную встречу перед турниром в Сантьяго (Чили) с участием Западной Германии, «Ресинга» из Буэнос-Айреса, Чехословакии и «Вашаша» из Будапешта, который три года назад обыграл «Сантос».

Мне разрешили занять место в команде Пеле, в защите. В воротах стал Эду. В нападении соперников — Карлос Альберто, Лима и Рильдо.

Пеле веселился, как ребенок. Перед матчем он поспорил с Лимой, своим будущим свояком, что наша команда выиграет, и факты, казалось, свидетельствовали о его правоте. Мы вели 2:0, конечно благодаря Пеле, Эду, взявшего фантастический мяч, и… двум ударам в штангу наших ворот. Пеле время от времени напоминал Лиме:

 Сказывается класс, сказывается класс…

Лима яростно бьет свободный, о котором спорили минут пять. Мяч пролетает над воротами, а Лима грозится под общий смех покинуть поле.

Пеле бросает реплику:

 Браво, впервые мы увидим капитана, который покидает свое войско… Прекрасное настроение.

 Карлос Альберто посылает невысокий мяч, Пеле его подхватывает, акробатически обрабатывает, прежде чем перевести игру на Клодоальдо.

Потом Пеле делился со мной:

 Видишь ли, место центра защиты действительно надежное. Немного умишка, и можно уверенно занять его. Мне кажется, что здесь я играл бы до сорока лет.

 В принципе, центральные нападающие становятся игроками середины поля для того, чтобы направлять игру. Когда они теряют скорость — это выход из положения. Надеюсь, Что сохраню достаточно умения взрываться и расслабляться, чтобы хорошо играть в обороне. Я люблю бороться и прыгать, даже если это всего лишь только сковывает нападающих соперника. Никогда нельзя допускать, чтобы соперники прыгали одни, особенно если вы чувствуете, что мяч скорее служит им, а не вам.

Уметь сковывать и успешно противостоять — этому тоже учатся.

А возможности Пеле, о чем говорят они? Никто лучше доктора Лидио Толедо не сможет об этом сказать:

 Пеле не пьет и не курит. Он необычайно следит за собой и может служить примером для молодых игроков.

В этой связи он уже отказался от нескольких десятков тысяч долларов, предлагаемых ему за рекламу аперитивов и сигарет: «Вы хотите, чтобы я по телевидению или в журналах предлагал ребятам: «Давайте дымите, как пожарники, и побольше пейте лучшие сорта виски».

Вы спрашиваете, будет ли он играть в бразильской сборной в 1974 году? Думаю, что да, — продолжал доктор, — так как он действительно настоящий атлет и необычайный игрок. Есть мелочи, которые не обманывают. Например, каждый день он без напоминаний проверяет свой вес и тут же узнает, проявил ли вчера гурманство или восстановился после матча. Если он чувствует какую- нибудь мышечную боль или недомогание, то говорит нам об этом немедленно и строжайшим образом выполняет предписания врача. Умный, спокойный, он и за пределами четырех Линий, ограничивающих поле боя, остается примерным футболистом.

Признайтесь: было бы феноменально встретить его в Мюнхене, победителем или побежденным — какая разница! Он, конечно, станет еще выше, чем когда-либо раньше. Пеле не повторится, я уверен.

К счастью, гении, как и все люди, меняются. От стремительного нападающего 1958 года до необычайного защитника (он сумеет революционизировать игру центральных защитников, будьте в этом уверены) 1974 года пройдет пять Кубков мира. Даже взяв худшее из предположений, только с тремя победами в своем активе, вряд ли найдется так скоро игрок с подобным списком наград: дважды выиграл Межконтинентальный кубок, давно прошел барьер тысячи голов, рекордсмен бразильского футбола по забитым мячам (58 в 1958 году!), многократный победитель чемпионата Сантоса, автор многих голов в международных турнирах (Париж, Сантьяго, Нью-Йорк и др.). К этому еще следует добавить: Пеле деловой человек, отец двух детей и глава семьи.

Он дал футболу невиданный взмах крыльями. Нильтон Сантос, самый великий южноамериканский защитник всех времен, говорит о нем с грустью:

 После Пеле футбол уже не будет таким.



Послесловие

С хорошей книгой всегда жаль расставаться, про знаменитость всегда хочется знать больше, чем тебе стало известно.

Популярность Пеле вывела его за рамки чисто футбольной темы. И как бы понимая интерес широчайших кругов любителей футбола к этому выдающемуся спортсмену, незаурядному человеку, автор вводит нас не только в его футбольную жизнь, но и в нефутбольную. Мы наблюдаем ее не только с фасада, но и, если можно так выразиться, со двора, где есть достаточно места для будничного, чтобы не сказать больше.

Пеле чрезвычайно талантлив как футболист. Может быть, он самый талантливый в более чем столетней истории этой замечательной игры, собирающей каждый день по вечерам сотни тысяч человек на бесчисленных стадионах всех частей света. О филигранной технике Пеле, об его игровом артистизме, о тончайшем решении самых запутанных ситуаций на футбольном поле написаны едва ли не поэмы. Тем труднее каждому последующему автору найти новые слова для описания его таланта.

Мне кажется, Алену Фонтану все же удалось это сделать.

Что главное в рождений великого мастера — талант, данный природой, или труд; который поднимает нас, фигурально говоря, над самими собой?

Пример Пеле отвечает на этот вопрос лучше самых подробных теоретических рассуждений. При всей талантливости Пеле только труд, скрупулезная шлифовка разнообразных технических приемов, постоянный анализ своей игры, поиск и устранение самых мелких «фальшивых нот» сделали из него такого выдающегося футболиста.

Читатель, склонный к раздумьям, без труда нашел множество мест в книге, где говорится об этой беспрерывной «домашней работе» над собой.

Плоды такой самоотверженной преданности любимому спорту не заставили себя долго ждать. Уже в юношеском возрасте Пеле становится кумиром бразильской торсиды. в семнадцать лет он — один из главных героев чемпионата мира и чемпион мира. Для молодого человека начинается трудный, зачастую скользкий путь звезды в профессиональном футболе. Вот здесь автор вовремя приподнимает занавес и вводит непосвященного в мир футбольного бизнеса.

Профессиональный футболист высокого класса действительно окружен, пока он блистает на поле, вниманием и заботой клубных заправил. Он не чувствует недостатка в деньгах, у него могут быть два или даже три самых современных автомобиля. В глазах болельщиков он преуспевает и благоденствует, ему поклоняются и завидуют.

Но за занавесом совсем иная картина. Жизнь даже великого футболиста нелегка. И описание испытаний, то и дело выпадающих на долю Пеле, рефреном проходит по всей книге.

Травмы преследуют короля футбола вот уже больше десятка лет. Но жертвенная преданность футболу побеждает все. И первый футболист планеты вновь на футбольном поле восхищает торсиду своим неувядаемым мастерством.

Нет, не для голой наживы тянет на поле бразильского кумира. Просто футбол вошел в его жизнь как душевная потребность, без удовлетворения которой он не смог бы существовать. Деньги у Пеле на втором плане. Он не стяжатель. В жизни он незадачливый коммерсант, его стихия — зеленое поле стадиона.

Из книги мы узнаем, что Пеле с момента своего появления в «Сантосе» играет в среднем 100 встреч в год и ему случается благословлять раны, которые дают ему возможность время от времени отдыхать. А потом снова турне, ибо в современном футболе «нет героев, которые устают». И даже после Кубка мира «Сантос» отправляется на заработки. Ведь выбора нет: физическое состояние игроков плохое, но финансовое еще хуже.

Когда играет Пеле, то любая публика в мире готова раскошелиться. Это отлично знают его хозяева. Но это знает и Пеле. И поэтому, когда команда совсем изнемогает, авторитет лидера побеждает в неравной борьбе с могущественной корпорацией футбольных капиталистов. Под натиском Пеле боссы даже идут на уступки, предоставляя всей команде десятидневный отдых. Таков противоречивый мир профессионального футбола, который без прикрас раскрывает автор книги.

Спорт есть спорт. Как бы там ни было, он приносит непередаваемое чудесное ощущение силы, легкости, эмоциональной приподнятости, заставляет ликовать и горевать, преодолевать свои чувства, возвышаться над собственными эмоциями. И неважно, на каком уровне идет состязание: в уличной команде босоногих или юниорской, команде на задворках стадиона или на глазах всего мира. Радость участия в игре — одна из главных привилегий человека, влюбленного в спорт.

Пеле сам упивается игрой, и эта неподдельность чувства, окрашенного артистическим исполнением, дарит радость и его многочисленным почитателям в Бразилии и во всем мире.

Здесь уместно сказать, что притягательность игры Пеле заключается не только в техническом совершенстве и тактической зрелости. Не менее важно (если не более), что он ведет игру на самых, я бы сказал, рыцарских началах. Он спортивно честен в самом прямом значении этого слова. Никто не видел, чтобы Пеле тайком пытался подыграть мяч рукой, извлечь выгоду, применяя нечестный прием — подножку или симулирование травмы.

Будучи объектом неспортивных приемов со стороны соперников, ор старается сдерживать себя при этом. У него свои моральные законы, которые свято чтут великие футболисты всех времен, входящие в списки «ультразвезд», ибо злодейство и гений несовместимы.

Португалец Мораис на чемпионате мира в Англии, не стесняясь десятков тысяч зрителей и ранга соревнования, травмировал Пеле, не скрывая намерений. Пеле это так же не свойственно, как невозможно себе представить в роли Мораиса Григория Федотова. Говорят, Пеле был однажды удален с поля. Но всеми это было воспринято как курьез, настолько его репутация безупречна.

У героя книги есть еще одно качество, без которого в разряд звезд попасть невозможно: он всегда играет изо всех сил. Неоднократно наблюдая его игру в матчах раз- личного значения, мне ни разу не удалось увидеть его на поле бездействующим. Только когда игра прервана, этот всеобъемлющий «работник» давал себе передышку.

Так же как грязную игру, он не признает игру инертную, «вполнакала». Он не гнушается никакой черновой работой. В ходе игры его можно увидеть у любого из угловых флангов.

В этом отношении Пеле — великолепный пример для подражания, и я надеюсь, что молодые футболисты, прочитавшие книгу, не раз и не два задумаются, вспоминая тяжелые ситуации, в которые попадали они сами, и сделают верные выводы, что сила духа, непримиримость в честной борьбе за победу — одно из важнейших качеств спортсмена.

В мире были, есть и будут футболисты с великолепной техникой, не менее быстрым бегом, тонкие стратеги игры, но, может быть, уступающие Пеле именно в силе духа. В связи с этим позволю себе привести выдержки из статьи в аргентинском журнале «Спорт», где наиболее выдающиеся футболисты нашего времени сравниваются с Пеле и где автор обосновывает превосходство Пеле над ними именно в силу его боевых качеств спортивного вожака.

«Бобби Чарльтон, как и Пеле, бегает все 90 минут. Как и Пеле, он бегает по всему полю. Как и Пеле, поддерживает высокий темп в течение всей игры. Его физическая отдача даже более постоянна, чем у Пеле.

Но зато у Пеле душа нападающего, и в этом Чарльтон с ним сравниться не может. На трех четвертях поля влияние Пеле на игру, несомненно, выше, чем Чарльтона.

Преимущество Пеле неоспоримо и во влиянии на игроков. Оно, как уже отмечалось, всеобъемлюще. Влияние же Чарльтона частично. Он лишь помогает своим партнерам выйти в прорыв, освободиться от опеки, забить гол, но не является их духовным вождем.

Чарльтон всего-навсего лучший игрок в английской команде, игрок, действующий в рамках определенной схемы. Пеле же выше всяких схем. Мастерство Чарльтона велико, но все же измеримо. Мастерство Пеле не укладывается ни в какие рамки». Другой пример.

«Франц Беккенбауэр ходит по полю медленно и невесомо, но атакует молниеносным прыжком «В манере его игры есть что-то кошачье. Атаку он ведет с такой же убежденностью и умением, как и Леле. Великолепно меняет ритм, умеет быть неожиданным, чувствует момент рывка. Он так же, как и Пеле, великолепно использует «стенку», выходит вперед и наносит удар. Все как Пеле.

Но только в моменты подключения в атаку, которых совсем немного в игре — четыре-пять, он может сравниться с Пеле. Когда же он отходит назад, то вновь превращается в рядового футболиста.

По темпераменту он рационалист, Ему явно недостает футбольного инстинкта Пеле, Не хватает страстности. Он загорается только в момент атаки, если играет в ней главную роль. Но и здесь он редко проявляет себя как боец. Скорее он напоминает ученого в своей лаборатории.

Поэтому его влияние на партнеров ограничено. Он то ведет всех за собой, то вовсе выпадает из игры. Ему не хватает того «рога изобилия» импровизаций, который приносит с собой Пеле. Он не умеет возвышаться, когда это больше всего необходимо». Еще один.

«Эйсебио похож на Пеле гибкостью движений. У него великолепно развиты чувство игры на опережение и вообще ориентация в ситуациях, не терпящих размышлений. В этом он схож с Пеле.

Параллели исчезают, если сравнивать вклад этих футболистов в общекомандное дело. Эйсебио — игрок более индивидуального плана. Ему не хватает умения жертвовать собой. Он почти не принимает участия в оборонительной работе, плохо приспосабливается к коллективной игре. В противоположность Пеле Эйсебио игрок концовки, эпилога атаки. Он редко ищет партнера, чтобы вывести его в прорыв. Он сам стремится выступить в качестве принимающего. Как и Пеле, Эйсебио остро чувствует голевую ситуацию, но ему не хватает понимания бразильца, как ее создать. Эйсебио — чистый инстинкт. Он почти не разбирается в тактических головоломках. Не умеет играть в коллективный футбол. Не является созидателем. Не является организатором. Все, что создает, делается чисто интуитивно и заключено в основном в завершении атак, начатых партнерами».

И наконец…

«Флориану Альберту все дается очень легко. Это иг- рок вдохновения. Чрезвычайно талантлив.

Альберт прекрасно оснащен технически. В точности и тонкости он не уступает Пеле. Альберт в этом отношении, возможно, выигрывает в сравнении с любым из остальных асов. Его выходы из глубины просто порази- тельны. Он великолепно регулирует движение. Он создает комбинации и сам их реализует. Он умеет пройти к воротам, никого не задев. Удар его весьма грозен, а пас рассчитан до сантиметров.

Возможно, Альберт достиг бы высоты, какая не под силу ни одному другому футболисту. И сам Пеле не мог бы тогда идти с ним в сравнение. Но Альберт не выдерживает длительного единоборства и останавливается, когда не находит отклика у партнеров.

Воздействие Альберта и Пеле на товарищей по команде сходно. Оба несомненные лидеры. Но влияние Пеле больше. Пеле отходит назад, чтобы помешать соперникам, чтобы обороняться. Альберт делает это только для того, чтобы попросить мяч.

Альберт может сравниться с бразильцем также в талантливости и скорости мышления. Но Альберт теряет масштабность, когда речь заходит о динамике, силе, внутреннем воздействии на партнеров, постоянстве и физической скорости, которая у Пеле соответствует скорости мышления. Кто-то назвал Альберта «фарфоровым игроком», имея в виду его физическую хрупкость, но это сравнение более справедливо в отношении его духовных сил. Характер — вот что формирует настоящего короля футбола».

Не все здесь, может быть, предельно четко и верно. Но нельзя не согласиться с тем, что волевые качества Пеле не оставляют желать лучшего. Что добавить к этому? Пеле — незаурядная личность. Он — артист не только на поле, он артистичен по своей натуре. Поэтому он сочиняет музыку столь популярных в Бразилии самб и пишет к ним слова, играет в телевизионных короткометражках и пытает в настоящее время счастье как киноактер-профессионал.

Ничем нельзя пренебрегать в мире чистогана! И Пеле не может возвыситься над этим миром. Он подвизается в качестве рекламного телеидола, выступает, правда наивно, как коммерсант. Но он остается человеком. Вы помните из книги, что он не дает свое имя для рекламирования различных марок аперитивов и сигарет, отказываясь от нескольких десятков тысяч долларов («Вы хотите, чтобы я по телевидению или в журнале предлагал ребятам: «Давайте дымите, как пожарники, и побольше пейте лучшие сорта виски»).

Кто знает, может быть, эти гражданские достоинства развились в нем как естественное следствие его моральных норм в спорте, которые он никогда не переступал.

Справедливость и трудолюбие в игре — качества, формирующие характер футболиста, и именно они помогают ему раскрыть в полной мере его природный талант. Вместе с тем они же облагораживают и личность человека, проявляющуюся во всех житейских треволнениях.

Пеле прост в быту, в нем нет и тени зазнайства. Он никогда не откажет мальчишке в автографе. Я сидел с ним рядом на полуфинальном матче сборных команд Бразилии — Чили. Пеле был в окружении местных болельщиков, и их симпатии к травмированному королю футбола были самыми искренними, и когда бразильцы одержали победу, то чилийские зрители откровенными аплодисментами поздравили маститого соседа из Бразилии.

Немало подобных описаний есть, и в книге, и в этом, кстати, одно из ее главных достоинств. Она поможет многочисленным (не сомневаюсь в этом) ее читателям понять и оценить Пеле как спортсмена и как человека. Поможет взрослым лишний раз убедиться во мнении, а молодежи твердо усвоить, что только страстная увлеченность и соблюдение моральных норм в спорте и в быту, трудолюбие способствуют расцвету таланта, доведенного до высшего футбольного мастерства, до рождения спортсмена, о котором пишут книги. Пеле заслужил такое признание. Книга о нем познавательна и полезна.

Андрей Старостин, заслуженный мастер спорта

Справка о бразильском футболе

Касаясь Пеле и бразильской, сборней, нельзя обойти историю возникновения и развития футбола этой страны, нельзя не рассказать, что представлял собой этот футбол в прошлом и как он выглядит теперь.

Этой игрой увлеклись в Бразилии еще в XIX веке. Причиной тому послужила организация клубов «Сан-Паулу» (1898 г.) и «Флуминенсе» (1902 г.) англичанами. С каждым годом число команд увеличивалось, и в настоящее время насчитывается 6 тысяч клубов и около 200 тысяч футболистов.

До 1971 г., когда впервые был проведен чемпионат Бразилии, крупнейшими соревнованиями внутри страны наряду, с Кубком Бразилии, который считался неофициальным первенством страны, являлись чемпионаты штатов.

Кроме того, в 1933 г. ведущие клубы штатов Гуанабара и Сан-Паулу стали проводить турнир им. Роберто Гомеса Педроза («Робертао»), в прошлом известного вратаря. С 1969 г. в турнире приняли участий команды других штатов, и он приобрел характер неофициального чемпионата страны, два победителя которого получили право представлять Бразилию в Кубке южноамериканских чемпионов.

Наибольшей популярностью пользуются клубы «Сантос», «Фламенго», «Атлетико Минейро», «Пальмейрас», «Коринтианс», «Крузейро», «Васко да Гама», «Сан-Паулу», «Флуминенсе» и др.

Как уже говорилось, в 1971 г. впервые был проведен чемпионат Бразилии с участием 20 сильнейших клубов. Победила команда «Атлетико Минейро».

С появлением великого Пеле бразильский футбол добился больших успехов на международной арене.

Ниже приводятся показатели спортивных успехов бразильских футбольных клубов и сборной страны в крупнейших международных турнирах.

Чемпионат мира

Бразилия — единственный участник всех девяти финальных турниров чемпионата мира. В 1938 г. сборная этой страны смогла занять 3-е место, а в 1950 г. — 2-е.

Настоящий успех к ним пришел в 1958, 1962 и 1970 гг., когда сборная стала сильнейшей командой мира.

Вот подробная справка об этих турнирах:

1958 г., VI розыгрыш, Швеция, 49 участников. Финал (52 тыс. зрителей): Бразилия — Швеция 5:2. Бразилия: Жильмар, Д. Сантос, Беллини, Н. Сантос, Зито, Орландо, Гарринча, Диди, Вава (2), Пеле (2), Загало (1). За 3-е место: Франция — ФРГ 6; 3.

1962 г., VII розыгрыш, Чили, 56 участников. Финал (60 тыс. зрителей): Бразилия — Чехословакия 3:1. Бразилия: Жильмар, Д. Сантос, Мауро, Н. Сантос, Зито (1), Зозимо, Гарринча, Диди, Вава (1), Амарилдо (1), Загало. За 3-е место: Чили — Чехословакия 1:0.

1970 r., IX розыгрыш, Мексика, 71 участник. Финал (112 тыс. зрителей): Бразилия — Италия 4:1. Бразилия: Феликс, К. Альберто (1), Брито, Пиацца, Эверальдо, Герсон (1), Ривелино, Клодоальдо, Жаирзиньо (1), Тостао, Пеле (1). За 3-е место: ФРГ — Уругвай 1:0.

Межконтинентальный кубок

1962 г., Ill розыгрыш (19 сентября, Рио-де-Жанейро, 150 тыс. зрителей; 14 октября, Лиссабон, 75 тыс, зрителей): «Сантос» (Сантос, Бразилия) — «Бенфика» (Лиссабон, Португалия) 3:2; 5:2. «Сантос»: Жильмар, Олаво, Мауро, Далмо, Зито, Кэльве, Дорваль, Лима, Ку- тиньо (2), Пеле (5), Пепе (1).

1962 г., IV розыгрыш (16 октября, Милан, 80 тыс. зрителей; 14 ноября, Рио-де-Жанейро, 150 тыс. зрителей; 16 ноября, Рио-де-Жанейро, 120 тыс. зрителей): «Сантос» (Сантос, Бразилия) — «Милан» (Милан, Италия) 2: 4, 4: 2, 1:0. «Сантос»: Жильмар, Исмаэль, Мауро, Гарольдо, Далмо (1), Лима (1), Менгальвио, Дорваль, Кутиньо, Альмир (1), Пепе, Пеле (4).

Кубок южноамериканских чемпионов

1961 г., II розыгрыш, 9 участников. 2-е место занял «Пальмейрас» (Сан-Паулу, Бразилия), проиграв в финале «Пеньяролю» (Монтевидео, Уругвай) — 0: 1,1:1.

1962 г., Ill розыгрыш, 10 участников. Финал: «Сантос» (Сантос, Бразилия) — «Пеньяроль» (Монтевидео, Уругвай) —2: 1, 2:3, 3:0. «Сантос»: Жильмар, Олаво, Мауро, Келье», Далмо, Лима, Зито, Дорваль, Кутиньо, Пеле, Пеле.

1963 г., IV розыгрыш, 9 участников. Финал: «Сантос» (Caнтoc, Бразилия) — «Бока Хуниорс» (Буэнос-Айрес, Аргентина) 3:2, 2:1. «Сантос»: Жильмар, Исмаэль, Мауро, Гарольде, Далмо, Лима, Мен- гальвио, Дорваль, Альмир, Пепе.

1968 г., IX розыгрыш, 21 участник. 2-е место занял «Пальмейрас» (Сан-Паулу, Бразилия), проиграв в финале «Эстудиантесу» (Ла-Плата, Аргентина) — 1: 2, 3: 1, 0: 2.

Кубок Рока

1914 г., I розыгрыш — Бразилия.

1922 г., II розыгрыш — Бразилия.

1945 г., VII розыгрыш — Бразилия.

1960 г., IX розыгрыш — Бразилия.

1963 г., X розыгрыш — Бразилия.

Кубок Атлантики

1960 г., II розыгрыш — Бразилия.

Чемпионат Южной Америки

1916 г., I розыгрыш, Буэнос-Айрес, 4 участника. 3-е место — Бразилия.

1917 г., II розыгрыш, Монтевидео, 4 участника. 3-е место — Бразилия.

1919 г., III розыгрыш, Рио-де-Жанейро, 4 участника. 1-е место — Бразилия. Состав команды: Маркос, Пиндаро, Бьянко, Серхио, Амилькар, Фортес, Миллон, Неко, Фриденрайх, Эктор, Арнальдо.

1920 г., IV розыгрыш, Вальпараисо, 4 участника. 3-е место — Бразилия.

1921 г., V розыгрыш, Буэнос-Айрес, 4 участника. 2- место — Бразилия.

1922 г., VI розыгрыш, Рио-де-Жанейро, 5 участников. 1-е местё — Бразилия. Состав команды: Кунтц, Паламоне, Барто, Лаис, Амилькар, Фортес, Формига, Эктор, Тату, Родригес, Неко.

1925 г., IX розыгрыш, Буэнос-Айрес, 3 участника. 2-е место — Бразилия.

1936 г., XIV розыгрыш, Буэнос-Айрес, 6 участников. 2-е место — Бразилия.

1942 г., XVII розыгрыш, Монтевидео, 7 участников. 3-е место — Бразилия,

1945 г., XVIII розыгрыш, Сантьяго, 7 участников. 2-е место — Бразилия.

1946 г., XIX розыгрыш, Буэнос-Айрес, 6 участников. 2-е место — Бразилия.

1949 г., XXI розыгрыш, Рио-де-Жанейро, 8 участнике». 1-е место — Бразилия. Состав команды: Барбоза, Аугусто, Мауро, Эли, Данило, Норонья, Тезуринья, Зизиньо, Адемир, Жаир, Чико.

1953 г., XXII розыгрыш, Лима, 7 участников. 2-е место — Бразилия.

1957 г., XXV резыгрыш, Лима, 7 участников. 2-е месте — Бразилия.

1959 г. (апрель), XXVI розыгрыш, Буэнос-Айрес, 7 участников.2-е место — Бразилия.

1959 г. (декабрь), XXVII розыгрыш, Гуаякиль, 5 участников. 2-е место — Бразилия.

Панамериканский чемпионат

1952 г., I розыгрыш, 6 участников — Бразилия.

1956 г., II розыгрыш, 6 участников — Бразилия.

Далее приводятся основные матчи, в которых принял участие Пеле в составе сборной страны.

В дополнение к тому можно сообщить:

свой последний «международный» гол Пеле забил 11 июля 1971 г. во встрече Бразилия — Австрия;

свой последний Международный матч Пеле провел в игре со сборной Чехословакии 18 июля 1971 г.;

в настоящее время Пеле продолжает выступать за команду «Сантос», публично отказавшись впредь играть в составе сборной Бразилии.

Примечание:

Пеле и бразильская сборная

В период между 7 июля 1957 года, датой его первого международного матча с командой Аргентины, и 21 июня 1970 года, днем финала чемпионата мира в Мехико, Пеле принял участие в 97 встречах за сборную Бразилии и забил 79 мячей. И те и другое — рекорды страны.

Ниже приводятся наиболее важные встречи в этой классификации (в скобках после счета — голы Пеле):

с Австрией

29.4.70 — Бразилия 1:0

с Алжиром

17.6.65 — Бразилия 3:0

с Англией

13.5.59 — Бразилия 2:0

30.5.64 — Бразилия 5:1 (1)

12.6.69 — Бразилия 2:1

7.6.70 — Бразилия 1:0

с Аргентиной

7.7.57 — Аргентина 2:1 (1)

10.7.57 — Бразилия 2:0 (1)

4.4.59 — 1:1

12.7.60 — Бразилия 5:1 (1)

13.4.63 — Аргентина 3:2

16.4.63 — Бразилия 4:1 (3)

3.6.64 — Аргентина 3:0

9.6.65 — 0: 0

4.3.70 — Аргентина 2:0

8.3.70 — Бразилия 2:1 (1)

с Бельгией

2.6.65 — Бразилия 5:0 (3)

с Болгарией

14.3.58 — Бразилия 4:0

18.5.58 — Бразилия 3:1 (2)

12.7.66 — Бразилия 2:0 (1)

26.4.70 — 0:0

с Боливией

21.3.59 — Бразилия 1:0 (1)

с Венесуэлой

10.8.69 — Бразилия 5:0 (2)

24.8.69 — Бразилия 6:0 (2)

с Голландией

2.5.63 — Голландия 1:0

с Данией

10.5.60 — Бразилия 4:3

с Египтом

29.4.60 — Бразилия 5:0

1.5.60 — Бразилия 3:1 (3)

3.5.60 — Бразилия 3:0

с Испанией

21.6.66 — Бразилия 5:3 (3)

с Италией

12.5.63 — Италия 3:0

21.6.70 — Бразилия 4:1 (1)

с Колумбией

6.8.69 — Бразилия 2:0

28.8.69 — Бразилия 6:1 (1)

с Мексикой

30.5.62 — Бразилия 2:0 (1)

31.10.68 — Мексика 2:1

3.11.68 — Бразилия 2:1 (1)

с Парагваем

4.5.58 — Бразилия 5:1 (1)

29.3.59 — Бразилия 4:1 (3)

21.4.62 — Бразилия 6:0 (1)

24.4.62 — Бразилия 4:0 (2)

25.7.68 — Бразилия 4:0 (2)

28.7.68 — Бразилия 1:0.

17.8.69 — Бразилия 3:0

31.8.69 — Бразилия 1:0 (1)

12.4.70 — 0:0

с Перу

10.3.59 — 2:2 (1)

4.6.69 — Бразилия 4:0 (1)

7.4.69 — Бразилия 2:1

9.4.69 — Бразилия 3:2 (1)

14.6.70 — Бразилия 4:2

с Польшей

8.6.66 — Бразилия 2:1

с Португалией

6.5.62 — Бразилия 2:1

9.5.62 — Бразилия 1:0 (1)

21.4.63 — Португалия 1:0

7.6.64 — Бразилия 4:1 (1)

24.6.65 — 0:0

19.7.66 — Португалия 3:1

с Румынией

10.6.70 — Бразилия 3:2 (1)

с СССР

15.6.58 — Бразилия 2:0

4.7.65 — Бразилия 3:0 (2)

21.11.65 — 2:2

с Уругваем

26.3.59 — Бразилия 3:1

9.7.60 — Уругвай 1:0

17.6.70 — Бразилия 3:1

с Уэльсом

19.6.58 — Бразилия 1:0 (1)

12.5.62— Бразилия 3:1 (1)

6.5,62— Бразилия 3:1 (2)

с Францией

24.6.58 — Бразилия 5:2 (3)

28.4.63 — Бразилия 3:2 (3)

с ФРГ

5.5.63 — Бразилия 2:1 (1)

6.6.65 — Бразилия 2:0 (1)

14.12.68 — 2:2

с Чехословакией

2.6.62 — 0:0

12.6.66 — Бразилия 2:1 (2)

15.6.66 — 2:2 (1)

3.6.70 — Бразилия 4:1 (1)

с Чили

15.3.59 — Бразилия 3:0 (2)

17.9.59 — Бразилия 7:0 (3)

20.9.59 — Бразилия 1:0

19.5.66 — Бразилия 1:0

22.3.70 — Бразилия 5:0 (2)

26.3.70 — Бразилия 2:1

со Швецией

29.6.68 — Бразилия 5:2 (2)

30.6.65 — Бразилия 2:1 (1)

30.6.66 — Бразилия 3:2

с Шотландией

25.6.65 — 1:1

с Югославией

17.12.68 —3:3

Пеле не только великий футболист. Он актер, композитор, деловой человек… отец семейства… У короля футбола, этого удивительного кудесника, эффективность действий основывается на неутомимой жажде совершенствования. Публикуемые фотографии дополняют наше представление о нем, переносят в мир его радостей, проблем, великолепия и обиды.

Таким мы его увидели на стадионе в Лужниках в 1965 г.

Его первый документ, выданный клубом «Бакино» в 1954 г.

В «Бакино» малыш Пеле (второй слева в первом ряду) уже тогда проявлял исключительную нацеленность на ворот.

Пеле-артиллерист во время службы в армии

Гибкость

Человек, открывший Пеле, — Вальдемар де Брито (справа) беседует с автором книги Аленом Фонтаном

Мехико. Перед решающей встречей (справа налево): Феликс, Жаирзиньо, Пеле, Ривелино, Клодоальдо, Тостао, Эверальдо, Пиацца, Герсон, Брито,

Контролирование мяча

Куда бы он ни шел, что бы ни делал, с ним всегда мальчишки

Повсюду, как только могут, ему мешают играть

Он с удовольствием играет с ребятами

Бразилия. Пеле — трижды чемпион мира. Болельщики сняли майки с Пеле и Карлоса Альберто

Он изобрел не только тысячу способов забивать голы, но и один способ для их чествования… С той поры многие стали ему подражать

Прорыв

В Москве, блестяще руководя действиями команды, Пеле забил два гола и помог забить третий своему товарищу по команде Флавио. 3:0

В Москве команды выступали в таких составах (справа налево): Сборная Бразилии: Парана, Дуду, Рилдо, Жаирзиньо, Д. Сантос, Герсон, Пеле, Флавио, Орландо, Манга, Беллини Сборная СССР: В. Иванов, В. Банников, В. Воронин, Г. Рябов, Г. Сичинава, В. Пономарев, В. Данилов, Ш. Яманидзе, С. Метревели, М. Месхи, Г. Хусаинов

Я — Пеле!

Участие в телевизионной программе

Справа налево: тренер Феола, доктор Гослинг, запасной Лима и массажист Америко

Для фильма «Король Пеле» были отобраны трое ребят, играющих роль «футболиста № 1» в разные периоды его жизни

Нильтон Сантос: «После Пеле футбол уже не будет таким»

Пеле со своей женой и дочкой

Забит гол, и ликует вся команда

Встреча приостановлена. Пеле: «Я обороняюсь тем же оружием, с которым на меня нападают»

На улице, носящей его имя. Под наблюдением Феолы(слева) Пеле открывает мемориальную табличку

А. Фонтан: «Без него Бразилия никогда бы не завоевала свой трижды чемпионский титул»

Вместе с певцом Симоналем (стоит спиной) и группой танцовщиц он репетирует шоу для телевизионного спектакля

Единоборство

Пеле: «В современном футболе слишком много жестокости»

«Попал или нет?»

Пресса: «От его возможностей зависят коллективные и индивидуальные действия партнеров»

Он наводит страх на вратарей

Пресса: «Этот Пеле видит игру на три секунды раньше всех остальных»

«Играйте сами, господа»

(Пеле) (Эдсон Арантес До Насименто)

Единодушно признан лучшим футболистом всех времен и народов. 3-кратный чемпион мира (1958, 1962, 1970 гг.). Лучший игрок чемпионатов мира 1958 и 1970 гг. Включен в символическую сборную мира за последние 20 лет. В результате опроса журналистов признан лучшим спортсменом за 25 лет.

Пеле начал играть в профессиональном бразильском клубе «Сантос» с 16 лет. Много раз объявлялся футболистом № 1 Бразилии и Южной Америки. Забил за всю свою футбольную карьеру около 1100 голов. Лучший результат показал в 1959 г. (125 мячей за сезон). Пеле не знает равных в исполнительском мастерстве, в то же время способен подчинять свое удивительное умение солиста интересам команды.

Примечания

1

Луи Алонсо (Лула) — тренер «Сантоса» в 50–60 годах. Команда, руководимая им, добилась больших успехов.

2

Петролино — знаменитый нападающий довоенного времени, любимец бразильских болельщиков.

3

Дико — так называли Пеле в детстве.

4

feijoada (португ.) — традиционная бразильская еда (вид рагу).

5

Бистро — небольшая закусочная, маленький ресторан.

6

«Сен», «се» — сокращенное от «сеньор».

7

Леонидас да Сильва (Браз.) 1910 г. рожд., центральный нападающий. Б 1932–1946 гг. провел 25 матчей за национальную сб. (25 голов). 3-й призер" и лучший бомбардир (7 голов) чемпионата мира 1938 г. Участник чемпионата мира 1934 г.

8

Замора Рикардо (Исп.) 1901 г. рожд., знаменитый вратарь, одна из самых ярких фигур в истории международного футбола. Особенно силен был в перехватах и акробатических бросках. Участник Олимпийских игр 1920, 1924 гг., чемпионата мира 1934 г.

9

Феола Висенте (Враз.) 1909 г. рожд., тренер. Подготовил сб. Бразилии к победе на чемпионате мира 1958 г. Ввел в практику систему 1+4+2+4. После неудачи футболистов Бразилии на чемпионате мира 1966 г. ушел в отставку.

10

Риера Фернандо (Чили) 1922 г. рожд., в прошлом игрок, затем тренер многих команд. С 1957 по 1962 г. был тренером сб. Чили, которая на чемпионате мира 1962 г. заняла 3-е место. Готовил сб. ФИФА к матчу со сб. Англии (1963 г.).

11

«Маракэна» — самый большой в мире стадион, вмещающий 200 тыс. зрителей.

12

«Атлетико Минейро» — одна из лучших команд штата Минас-Жераис. В 1971 г. выиграла первый официальный чемпионат страны с участием 20 клубов.

13

Мазуркевич Ладислао (Уругвай) 1945 г. рожд., вратарь, один из лучших вратарей чемпионатов мира 1966, 1970 гг. Участник матча сб. ФИФА — сб. Бразилии (1968 г.) и прощального матча Л. Яшина (1971 г.).

14

«Пеньяроль» (Уругвай, Монтевидео) основан в 1891 г. Один из основателей уругвайской футбольной лиги и первый чемпион страны. В 1969 г. в 29-й раз выиграл это звание. Неоднократный победитель крупных международных соревнований.

15

«Сантос» в конце 50-х — начале 60-х годов был лучшей командой Бразилии, Южной Америки и одной из лучших в мир«. Чемпион штата Сан-Паулу 1935, 1955, 1956, 1958, 1959, 1960, 1961, 1962, 1964, 1965, 1967, 1969 гг. Обладатель Кубка Бразилии 1961, 1962, 1963, 1964, 1965 гг., Кубка южноамериканских чемпионов 1962, 1963 гг., Межконтинентального кубка тех же лет. Вместе с Пеле честь клуба защищали известные игроки, входившие в сборную Бразилии: Жильмар, Зито, Орландо, Мауро, Пагао, Кутиньо, Пеле, Дорваль, Менгальвио и др. Большая заслуга в успехах «Сантоса» принадлежит его тогдашнему тренеру Луису Алонсо, проработавшему с командой 12 лет.

16

Стадион «Сантоса» «Вилья Бельмиро» вмещает 50 тыс. зрителей.

17

Адемир Маркес де Менезес (Враз.) 1927 г. рожд., лучший бомбардир чемпионата мира 1950 г.

18

«Васко да Гама» (Браз., Рио-де-Жанейро) основан в 1898 г. 13-кратный чемпион штата Гуанабара. Команду «адмиралов» (так называли игроков этого клуба) украшали впоследствии такие мастера футбола, как Адемир, Беллини (капитан сб. Бразилии — чемпиона мира 1958 г.), Вава (двукратный чемпион мира— 1958 и 1962 гг.), Орландо и Брито (чемпионы мира) и др.

19

«Коринтианс» (Браз., Сан-Паулу) основан в 1910 г., многократный чемпион штата Сан-Паулу (15 раз). Цвета клуба защищали и защищают известные футболисты: Жильмар (двукратный чемпион мира), Ореко, Альмир, Ривелино (чемпион мира 1970 г.), Зе Мария, П. Цезар и др.

20

«Мужчины в белом» — имеется в виду форма игроков «Сантоса»: трусы и футболки у них белые.

21

«Фламенго» (Браз., Рио-де-Жанейро) основан в 1895 г. (происходит от названия залива Фламенго). 15-кратный чемпион штата Гуанабара, 16 раз был вторым. Цвета клуба защищали или защищают знаменитый Леонидас, Зизиньо (до Пеле считался лучшим нападающим Бразилии), известные в стране игроки Жоэль, Энрике, Дида, Эверисто, чемпионы мира К. Альберто и Брито и др.

22

Загало Марио (Браз.) 1931 г. рожд., нападающий, двукратный чемпион мира— 1958, 1962 гг. Был чрезвычайно трудоспособен на поле, за что получил прозвище «Муравей». Тренер национальной сборной — чемпиона мира 1970 г.

23

«Пальмейрас» (Браз., Сан-Паулу) основан в 1914 г. Клуб назван по имени бульвара в Сан-Паулу, обсаженного пальмами («пальмей- расами»). 15-кратный чемпион Сан-Паулу, обладатель Кубка Бразилии и других крупных соревнований. Самый знаменитый футболист в истории клуба — чемпион мира 1958 и 1962 гг. Д. Сантос.

24

КБД — Бразильская конфедерация спорта (Комфедерасао Бразильера де Деспортос), осуществляющая руководство национальным футболом.

25

Кубок Рока был учрежден в 1913 г. президентом Аргентины А. Рока. В этом традиционном турнире участвуют сб. Аргентины и Бразилии.

26

«Зелено-золотые» — это бразильская сборная, у которой футболки желтые с зеленым воротником, трусы синие, гетры белые с желто-зелеными отворотами.

27

Лабруна Анхел (Арг.) 1918 г. рожд., один из популярнейших футболистов Южной Америки. 4-кратный чемпион континента. В 40 лет был участником чемпионата мира 1958 г. Ныне — один из руководителей Аргентинской федерации футбола.

28

Маццола — это прозвище футболиста Жозе Альтафини (1938 г. рожд., центральный нападающий бразильцев), которое он взял в память об известном итальянском футболисте, погибшем в авиакатастрофе. Был в составе сб. Бразилии на чемпионате мира 1958 г., впоследствии куплен итальянским «Миланом», который с его помощью стал обладателем Кубка европейских чемпионов. Лучший снайпер итальянского чемпионата 1962 г. Выступал за сборную Италии на чемпионате мира в Чили.

29

Карриззо Амадео (Apr.) 1926 г. рожд., вратарь. Участник чемпионата мира 1958 г. Считается лучшим игроком в истории аргентинского футбола. Манерой игры напоминал Л. Яшина, особенно в мастерстве перехвата мяча на штрафной площади.

30

Очевидно, это связано с покупкой Альтафини «Миланом». — Ред.

31

«Флуминенсе» (Враз., Рио-де-Жанейро) основан в 1902 г. Назван по имени одного из районов. 18-кратный чемпион своего штата, 16 раз был вторым, неоднократный участник и победитель многих турниров. Команда всегда славилась отличной обороной. Цвета клуба защищали многие известные футболисты, в том числе двукратный чемпион мира легендарный Диди, который на чемпионате, в Швеции (1958 г.) вместе с Пеле был признан лучшим игроком.

32

Сантос Нильтон (Браз.) 1927 г. рожд., защитник. Чемпион мира 1958, 1962 гг. Участник чемпионата мира 1954 г. В свое время считался лучшим левым защитником мирового футбола. Играл артистично и в то же время исключительно надежно.

33

Вава (Эдвальдо Изидио Нето) — Браз., 1934 г. рожд., нападающий. Чемпион мира 1958, 1962 гг. Небольшого роста, но физически сильный и выносливый, с хорошим рывком и точным ударом.

34

«Пакаэмбу» — стадион, вмещающий 100 тыс. зрителей.

35

Гарринча (Маноэль Франсиско дос Сантос) — Враз., 1933 г. рожд., нападающий. Чемпион мира 1958, 1962 гг. Лучший бомбардир на чемпионате мира в Чили. Отличался неповторимым исполнением финтов на высокой скорости. В конце 50-х — начале 60-х годов считался лучшим крайним нападающим мира.

36

Как известно, советские футболисты на чемпионате мира 1958 г. попали в исключительно сильную группу финального турнира вместе с командами Бразилии, Англии и Австрии. И все же им удалось выйти в 1/4 финала. За команду СССР выступали: Л. Яшин, В. Кесарев, К. Крыжевский, Б. Кузнецов, Ю. Войнов, В. Царев, И. Нетто, А. Иванов, В. Иванов, Н. Симонян, С. Сальников, А. Ильин, Г. Апухтин, Ю. Фалин. Тренер — Г. Качалин.

37

Фонтен Жюст (Фр.) 1933 г. рожд., герой чемпионата мира 1958 г., где установил до сих пор не улучшенный рекорд результативности (13 голов).

38

38 Французская сборная: футболки синие, трусы белые, гетры красные.

39

Карбахал Антонио (Мекс.) 1928 г, рожд., единственный участник 5 чемпионатов мира. В истории мирового футбола стоит в одном ряду с такими вратарями, как Замора, Планичка, Яшин. Высокого роста, сильный, ловкий и смелый.

40

Шройф Вильям (Чехосл.) 1931 г. рожд., 2-й призер чемпионата мира 1962 г., где был признан лучшим вратарем.

41

Арника — многолетнее травянистое растение семейства сложноцветных; соцветия некоторых видов используются в медицине.

42

Амарилдо Таварес да Смльвейра (Браз.) 1940 г. рожд., чемпион мира 1962 г.

43

«Бенфика» Португ., Лиссабон) основана в 1904 г. по имени одного из районов Лиссабона. 18-кратный чемпион Португалии. Обладатель Кубка европейских чемпионов 1961, 1962 гг., трижды финалист (1963, 1965, 1968 гг.). В лучшие свои годы демонстрировала красивый атакующий футбол. Большую роль в достижениях команды сыграло приобретение ряда выдающихся игроков в португальских колониях. Самый яркий из них — Эйсебио из Мозамбика.

44

«Милан» (Италия, Милан) основан в 1899 г. Многократный чемпион страны, рекордсмен своей лиги по числу голов за сезон (118 в 1950 г.). Один из самых богатых и сильных европейских клубов. Неоднократный победитель крупных международных турниров. Цвета клуба защищали многие известные футболисты.

45

«Индепендьенте» (Apr., Буэнос-Айрес) основана в 1908 г. Неоднократный чемпион страны. Обладатель Кубка южноамериканских чемпионов 1964, 1965 гг.

46

«Бока Хуниорс» (Арг.) основан в 1905 г. Один из богатейших клубов Латинской Америки, принадлежит миллионеру Армандо. Многократный чемпион Аргентины. В клубе выступал бразилец Орландо, тренировал команду Феола.

47

«Рэсинг» (Арг.) основан в 1903 г., 15-кратный чемпион Аргентины. Команда выиграла Кубок южноамериканских чемпионов (1967), стала обладателем Межконтинентального кубка.

48

Рамсей Альфред (Англ.) 1920 г. рожд., один из лучших защитников британского футбола, потом тренер. Под его руководством команда Англии стала чемпионом мира (1966 г.). За выдающиеся спортивные заслуги удостоен рыцарского титула «Сэр».

49

Карлос Альберто Торрес (Враз.) 1944 г. рожд., впоследствии капитан сб. Бразилии, выигравшей чемпионат мира 1970 г.

50

Жаирзиньо (Фильо Жаир Вентура) — браз., 1944 г. рожд. Участник чемпионата мира в Лондоне, а в 1970 г. в составе сб. Бразилии — чемпион мира. На этом турнире признан одним из лучших игроков.

51

«Арсенал» (Англ., Лондон) основан в 1886 г. Один из сильнейших английских клубов: рекордсмен страны по числу титулов чемпиона Англии — 8 раз; единственный клуб, с 1919 г. не покидавший английскую лигу. Обладатель Кубка ярмарок 1970 г. Родоначальник «дубль-ве».

52

Морейра Айморе (Браз.) 1912 г. рожд., в прошлом вратарь национальной сборной, затем тренер бразильских команд. В 1962 г. возглавлял сб. Бразилии, которая стала чемпионом мира.

53

Тостао (Андраде де Эдуардо Гонкальвес) — Браз., 1947 г. рожд., центр нападения, чемпион мира 1970 г.

54

«Мальме» (111 в., Мальме) основан в 1910 г., многократный чемпион Швеции. В 1950 г. установил рекорд своей лиги: 20. побед и ничьи в 22 календарных матчах. Обладатель Кубка страны.

55

Роуз Стэнли (Англ.) 1894 г. рожд., в молодости играл в любительских командах. Добился успехов на судейском поприще. С 1934 г. — секретарь Английской футбольной ассоциации. С 1961 г. — президент ФИФА. Инициатор турниров юниоров УЕФА, член Международного совета по правилам. Под его руководством ФИФА проводит большую работу по развитию футбола и международных связей футболистов.

56

Вытлачил Рудольф (Чехосл.) 1912 г. рожд., в прошлом футболист, потом тренер. В 1965–1966 гг. работал с болгарской «Левеки» и сб. Болгарии, которой руководил и на лондонском чемпионате мира.

57

Э. Э. — Эррера Эленио (Apr., Франция) 1916 г. рожд., известный в прошлом футболист. В 1934 г. принял французское подданство. Окончив тренерские курсы Франции, тренировал многие команды — французские, португальские, испанские, итальянские и сборные Франции, Испании и Италии, добиваясь значительных успехов. Так, «Интернационале» стал под его руководством 6-кратным чемпионом Италии, обладателем Кубка европейских чемпионов и Межконтинентального кубка 1964 и 1965 гг. В то время, о котором идет речь в книге, Эррера тренировал «Интернационале» (Милан).

58

Бароти Лайош (Венг.) 1914 г. рожд., в прошлом полузащитник. С 1948 г, — на тренерской работе. В 1957–1966 гг. — старший тренер национальной сб., которая трижды за это время выходила в финальный турнир чемпионата мира и заняла 3-е место в Кубке Европы (1964 г.).

59

Альберт Флориан (Венг.) 1941 г. рожд., центральный нападающий. С 1959 г. выступает за национальную сборную, 3-й призер Олимпийских игр 1960 г. и Кубка Европы 1964 г. Участник чемпионатов мира 1962, 1966 гг., где показал себя одним из самых виртуозных нападающих. В 1967 г. признан лучшим футболистом Европы, участник матча сб. ФИФА и Бразилии (1968 г.).

60

Колуна Марио Эстевес (Порт.) 1935 г. рожд., полузащитник, обладатель Кубка европейских чемпионов 1961 и 1962 гг. в составе португальской «Бенфики». Капитан сб. Португалии на чемпионате мира 1966 г. (3-е место). Признан на этом турнире одним из лучших полузащитников.

61

Венке Гордон (Англ.) 1939 г. рожд., чемпион мира 1966 г. Считается лучшим английским вратарем всех времен.

62

«Олд Траффорд» — стадион в Манчестере (Англия).

63

Имеется в виду проигрыш уругвайцев сборной Бразилии.

64

Комедиа дель арте (ит.) — комедия масок.

Content

Пеле-король футбола

Предисловие к советскому изданию

Предисловие К французскому изданию

Вместо пролога

Если хочешь, малыш, можешь выйти

Некий Вальдемар

Чемпионат «босоногих»

Папа Дондино

«Я ни на что не способен»

Праздник в деревне

«Г-о-о-о-о-о-л!»

Тысяча крузейро

7 июля 1957 года: «Я — Пеле!»

Год мечтаний

«Я хочу видеть своего бога»

Смертельный страх

Каторжные работы

Уроки учителя

Операция «кубок мира»

Опасный поворот

«Привет, слепой!»

Мехико — земля огня

Сильнее, чем когда-либо

Послесловие

Справка о бразильском футболе

Примечание: Пеле и бразильская сборная

Примечания