Седова Анна Алексеевна

Лунный свет

Вступление.

Я б хотела бабочкою стать,

Чтобы в небесах твоих летать.

И грусть, снедай меня,

И боль на части рви -

Демоном я стану,

Заберу печали все твои!

Ветер мой неземной,

Сквозь поток временной.

Эти чувства мои

Ты в цвет весны обрати

Мимолетна мечта,

Завернется душа.

В тонкий кокон из сна, ожидая конца.

Лишь слеза в дымке.

Тает на небе луна.

(NN)

Пролог.

Темная ночь.

Что может быть удивительнее и таинственнее на этом свете?

Луна и горящие в небе звезды.

Что может быть прекраснее и загадочнее в нашем мире?

Каждый задается таким вопросом. Что лучше для него и для всех его близких. Кто-то скажет, что это единство плоти и души, а кто-то, что самое ценное в его жизни — это спокойный и тихий вечер в кругу семьи. Кто-то, да каждый верит во что-то свое. Верит, что когда-нибудь, он достигнет поставленной перед собой задачи, даже если это — Синяя Птица счастья, мимолетно оказавшаяся в его руке.

Но что делать тебе, скитающейся по этому миру тысячу лет?

Конечно же, жить и искать смысл в этой жизни для себя. Дальше продолжать поиски самой себя, а когда ты готова вот-вот найти, то самое и заветное, снова все потерять. Но упорно продолжать неумолимо ловить каждый светлый и добрый момент в твоей жизни. И конечно верить в хорошее и не отступать от цели.

1 глава "Ночная вылазка"

Город ночью всегда прекрасен. Темная гладь неба, звезды и желтеющая на темном фоне луна, словно маяк для кораблей, проводник идущих. Люблю гулять вечером, не смотря на страх и риск, присущий простым людям. Но именно сейчас мне не до прогулок. Свернув за уголок, и пройдя немного вперед по узкому уличному тротуару, нашла то самое место, которое искала. Не привлекая к себе внимания, вошла в дом и искала то за чем пришла.

Прошло несколько минут, а я уже стояла в тени и слушала разговор, надеясь услышать то, что мне когда-нибудь пригодиться. В темной комнате, освещавшейся одной лишь настольной лампой, разговаривали двое. По временами повышенным тонам в разговоре, можно было понять, что эти двое были чем-то сильно обеспокоены. И именно сейчас, в споре, решением этой проблемы и занимались. Мне было любопытно, пусть меня это и не касается, решили ли они свои проблемы и каким способом?

В темноте можно было разглядеть две фигуры. Одна из них вальяжно располагалась в кресле, другая стояла рядом и внимательно слушала и покорно отвечала на все поставленные вопросы. Из этого вывод простой, даже очевидный, слуга, ждавший приказа и хозяин, думающий над решением проблемы.

— Хозяин, что вы собираетесь с ним дальше делать? — Я не сразу поняла, что причиной проблем стал кто-то, а не что-то. Но когда привыкла к тусклому освещению комнаты, не прибегая к ночному зрению, дабы себя не выдать, смогла рассмотреть того, кто доставил проблемы, этим двоим. Неподалеку от них, на полу около окна, лежал третий, не считая меня.

Руки раскинуты в сторону, голова на бок, из-за чего можно было видеть закрытые глаза человека, бледные губы, искусанные от боли, причиняемой в пытках и мучениях, ссадины и синяки от избиения. И это только лицо, всего остального из-за моего местоположения увидеть не удалось, но думаю все остальные части тела не в лучшем состоянии, если судить по тому, что я вижу на лице. Но хозяина внешний вид и повреждения пленника мало волновали, он лишь улыбнулся и ответил с безразличным отношением к присутствующему человеку в его поместье, отсчитывающие последние часы жизни:

— Он давно портит все мои планы, да и его любопытство тоже ничего хорошего мне бы не принесло, как и болтливость. Я от него устал, да и от всех его палок, постоянно влезавших в мои колеса тоже, — резко ответил он, с силой сжимая бокал с напитком, от чего тот треснул, и вся жидкость оказалась на полу. Встав со своего места и подойдя к лежащему на полу человеку, схватил того за подбородок и посмотрев с призрением, добавил: — Да и что хозяин (это уже интересно) с ним сделает, когда мы отдадим наш подарок ему лично в руки, меня тоже мало волнует. Решать только ему.

А вот это уже интереснее. Оказывается этот субъект не главная фигура в этой игре, за ним стоит кто-то еще. Если постоять здесь еще какое-то время, можно встретиться с их господином. Но мне нет до этого дела, хоть и было желание узнать, что же здесь все-таки произошло, и что такого сделал простой мальчишка, что хозяин дома, без вмешательства правопорядка решает его дальнейшую судьбу, да и этот загадочный повелитель, в дар которому хотят принести парня. Все здесь пропитано загадкой, на которую у меня, к сожалению, нет времени.

— Хозяин, а что если он до приезда владыки не доживет? — Спросил слуга, — ведь вы его серьезно ранили, не думаю, что он долго протянет, — недоумевал он поэтому задал свой вопрос повелителю. Если все так как он говорит и парень действительно ранен, то долго он не протянет, да и о каком подарке может идти речь, если пленник будет при смерти. Только вот господина, судьба того, кто вот-вот отдаст душу Богу, его мало волновала, поэтому он ответил:

— Мне все равно, так было бы гораздо лучше для меня, — хотел встать и уйти, как вспомнил нечто важное. То, что могло принести ему неплохой бонус, если сделать так, как задумывалось раньше, поэтому с загадочным, пусть и мерзким голосом он добавил: — Хотя, — начал рассуждать вслух, — если он умрет раньше положенного срока и отдаст душу Темному Богу, дарить господину будет нечего, — настрой его быстро сменился. Он тут же оживился от предвкушения чего-то мерзкого, на его губах и в голосе слышалась приторная радость. Поэтому продолжил он уже по-другому: — Нет, так не пойдет! Отведи его в мои покои, — снова на его лице появилась злорадная ухмылка, — будем его лечить, что бы он дотянул до появления владыки, — хотелось неприлично выругнуться, желательно матом, но выдавать себя нельзя. Но было мерзко, особенно от последних слов о лечение.

Мне сейчас меньше всего хотелось вляпываться в чужие проблемы. Пусть и представляла, что произойдет с пленным, я не смогу вынести его отсюда, так как пришла за другим. Мне действительно было жаль парня, мало того, что он умирает, пусть из-за своего любопытства, так еще и сделать это спокойно не дают.

Хозяин замка по-прежнему улыбался как маньяк, а взгляд уже предвкушал развлечение. Он представлял все то, что с ним сделает, от этого к горлу подходил комок, а кулаки сами собой сжимались до хруста костей. Не люблю таких людей, которые получают удовольствие от мучений слабого. Но я сейчас ничего не смогу сделать, лишь стоять и наблюдать.

Парню предстояла агония перед смертью, пусть его и попытаются вылечить. Я же не ручалась за то, что человек, после серьезных повреждений, продержится долго. От силы сутки, а может еще меньше. Человеческий организм хрупкий, а переломы и несовместимые с жизнью раны заживить невозможно без помощи медиков, на одних лекарствах кровь не восстановить, как и срастить ребра, сломанные в неравном бою.

А тем временем, пока я раскидывала мысли по полкам и продумывала над дальнейшими развитиями событий той самой жертвы обстоятельств, слуга, получив приказ от своего хозяина, взвалил на плечо раненого и понес прочь из комнаты. Руки пленника болтались из стороны в сторону при каждом шаге человека, тащившего на себе пленника, светлые когда-то волосы свисали сосульками и закрывали осунувшееся лицо, а от одежды остались лишь лохмотья. Как только слуга своего господина прошел мимо меня, стоявшей в тени кабинета, до меня, наконец, дошел запах крови, и я действительно убедилась в том, что парень серьезно ранен. Крови он потерял много, практически все от этого умирают сразу, лишь не многие могут продержаться какое-то время, но ему это не помогло, а наоборот сыграло злую шутку.

Но забивать голову чужими проблемами мне не хотелось, как и брать лишний груз ответственности на себя и свои плечи. Поэтому я удалилась по своим личным делам. Именно сейчас меня это касается меньше всего. Я пришла сюда совсем по другому поводу, лезть в чужие проблемы, да еще и бесплатно, я не стану, пусть мне и было жаль пострадавшего. Исчезла не оставив после себя и намека на присутствие. Заклинание сокрытия не оставило и отпечатка моей ауры в этой комнате.

Но как только я оказалась у дверей в подвал и собиралась спускаться вниз, у меня как назло не во время завибрировал телефон. Достав его из кармана с руганью и бранью, вспоминала "хорошими" словами позвонившего, клятвенно заверяя, что устрою взбучку звонившему, обещая себе в следующий раз вообще телефон не брать. И то, что при встрече будет намылена кое-кому шея, была уверена на сто процентов, а уж посмотрев на экран, узнала номер Мишеля, вот зараза, вечно так. От него нет мне никакого в этой жизни покоя.

Скинув вызов, я переместилась по намеченному ранее маршруту, на поиски похищенного и пропавшего сородича. Мы с ним знакомы пару лет. Но встретились мы с ним не как сородичи, а как жертва и охотник. Мальчик решил вначале меня соблазнить, а потом перекусить. Но, получив от меня по клыкам, понял, кто перед ним и клятвенно заверил, что больше не станет так относиться к жертвам и не станет охотиться на моей территории, и извинился, исчезнув из моей жизни. Но как оказалось ненадолго. Его позыв я получила несколько дней назад, сидя в компании подруги обсуждая женские дела за чашечкой чая и сладкими угощениями, которые подруга постоянно получала от своих бесчисленных поклонников. Он связался с первым попавшимся источником силы и кинул позыв, им оказалась я. Но он не успел договорить точное место его заточения. Сил не хватило, на поддержание связи, его покинуло сознания. По всей вероятности мальчику сильно досталось от обидчиков, ведь пока он сопротивлялся похитителю, сконцентрировать и накопить достаточно энергии не получилось бы ни у кого. А спустя какое-то время, когда оклемался и пришел в себя решил позвать на помощь. Вот только мальчик так и не смог равномерно распределить энергию на позыв, выплеснул все одним залпом, а потом взял и снова потерял сознание, не договорив всех необходимых для поиска координат. Мне же пришлось все узнавать самой, по отголоскам и приблизительному расчету кинутого заклинания. А вот когда узнала, где его держат, со всех ног помчалась на выручку, помня его взгляд фиалковых глаз и хитрющую улыбку с кончиками клыков. По меркам нашего народа он еще в очень юном возрасте. Ему где-то, если перевести на человеческий возраст, лет пятнадцать/шестнадцать. Ребенок совсем. И именно поэтому я и отозвалась на его просьбу, скорее всего даже, мольбу о помощи. Ведь наш долг старших защищать и оберегать младшее поколение. Именно за этим я и пришла. Вытащить его и взять под свою опеку — вот моя цель.

Из мыслей меня вывел зов в голове, скорее всего мальчишка почувствовал меня и отдал последние силы на послание, просящее о помощи:

" — Я здесь, помогите мне… — договорить до конца у него снова не получилось. Скорее всего, опять сознание потерял".

Промчавшись по коридорам, как пуля, по ходу заглядывая во все камеры, пустовавшие без посетителей, искала нужную, продолжая свой обход. Ну, сколько же их у этого маньяка?

Камер и клеток для заключений и пыток было огромное множество и на каждом уровне еще несколько уровней. Видимо у хозяина этого дома "богатый внутренний мир". Садист он, если говорить проще. Любит приносить увечья и боль. Таких подлецов как он не люблю больше всего и когда вижу, или просто сталкиваюсь с последствиями их развлечений, хочется сделать с ним то же самое, что они делал со своими заключенными. Принести боль в трехкратном размере. Что бы он молил о смерти, как о помиловании.

Вот и сейчас, увидев коллекцию орудия для пыток, представляю картинку, которая возможно будет ничуть не лучше той, которая мне предстала еще в кабинете, когда они обсуждали, что будут делать с пленником и каким именно образом восстановить сломанную игрушку для повелителя, хотела как можно скорее забрать и спрятать ребенка. Но я все равно надеялась, что будет не так плохо. Но, уже дойдя до самого нижнего из подуровней, почувствовала знакомый запах крови нашего брата, с нотками каштана и ночного тумана. Я нашла того, кто мне был нужен. Отыскав камеру, зашла внутрь готовилась к худшему из возможного. Увидев, в каком состоянии был похищенный ребенок, пришла в ужас, а гнев запылал в крови. У меня тут же появилось одно простое, но вполне выполнимое желание.

Убью эту мразь!

Парнишка был прикован громадными, еле приподнимаемыми цепями и подвешен под потолком за руки, и к полу теми же кандалами за ноги, с которых ручейками стекала кровь. По телу пробегали дорожки багрового цвета, а на полу хлюпала лужа стекшей крови не только от израненных ног, но и от других повреждений. Голова свисала вниз, руки и ноги были заметно изранены, по всей вероятности первое время он пытался вырваться, но не удачно. Растрепанные, когда-то светло-русые, в крови волосы, свисали багровыми сосульками, на маленьком детском личике виднелись свежие раны и старые рубцы, из одежды остались только штаны, А на юное тело ребенка вообще без слез не взглянешь, сам мальчик, выглядел просто кошмарно. Бесконечное число ран, синяков и возможны даже внутренние повреждения, несколько переломов, а по всему не прикрытому тканью телу, шли огромные кровавые раны, начиная с шеи и плеч, сопровождающиеся мелкими порезами, ссадинами и не заживающими полосами, сочившимися кровью. Состояние мальчика просто кошмарное.

А когда он вернулся в сознание и поднял на меня свои фиалковые глаза, залитые слезами вперемешку с кровью, захотелось вернуться к тому уроду и как следует "поговорить с ним по душам".

Широ (полное имя Широноме) потерял в своей жизни, и так не особо длинной практически все и всех: родителей еще тридцать лет назад, оставшись в пятилетнем возрасте сиротой, свободу, которой он лишился по вине того садиста, а сейчас еще и честь, самое главное, что на тот момент у него и оставалось. Честь Ночного Скитальца. Но все равно, не смотря на все эти обстоятельства, трудные и порой даже не преодолимые простым людям, у него все равно осталась надежда. Надежда на то, что он, наконец-то обретет свободу и хоть какую-то, поддержку в моем лице.

— Анна, вы, наконец, пришли за мной? — Еле слышно спросил тот. Хоть он и слаб, в его взгляде все равно читалась радость, что, в конце концов, его вытащат, и он будет на свободе. Чуть заметная улыбка коснулась его губ.

— Да, я пришла, — ответила мальчику, вытаскивая из цепей. Пока я освобождала малыша из кандалов, он молчал, а когда последняя цепь слетела с его тела, и я взяла его на руки, он прижался ко мне дрожащим от страха и от холода телом, что есть сил, обнимая за шею устраивая голову на плече.

С Широ на руках я вышла из камеры. Нужно было доставить его в безопасное место, где я поставлю его на ноги, туда, где его никогда не найдут. Ко мне домой, на квартиру, в которой я проживаю последние десять лет. Можно, конечно, отнести куда-нибудь в другое место, но на это нет времени, за нами могут следить. А лучше чем моя квартира, места нет. Тихие улицы, спокойные жители.

Растворившись в темноте камеры, отправилась домой. Мальчик, только что висевший в кандалах, спал у меня на руках, опустив голову ко мне на плечо, так породному, будто я его старшая сестра. Это чувство напомнило мое прошлое и мою погибшую давным-давно семью, мать и всех братье. Ребенка было действительно жалко. Тот садист издевался над ним как мог, и насколько позволяло ему его больное желание причинить человеку и не человеку сильную боль. Ведь даже во сне мальчика мучили кошмары, а он, сжимая мою руку своими изувеченными и сломанными в пытках ногтями, искал защиты даже от кошмаров.

До нужного нам места мы добрались быстро. Учитывая наш способ перемещения. Я толь несколько раз останавливалась, выходя из тени, проверяя, нет ли погони или слежки. Когда коей не обнаружилось, растворилась снова, а проявилась уже около своего дома.

Дом, в котором я живу, довольно старинный и богат исторически. Правда его реставрировали местные власти, и теперь он, по их мнению, в полном порядке. Так что навскидку он должен продержаться еще какое-то время. Но верить их словам или нет, вот вопрос? Я склоняюсь к тому, что они ремонтировали его на совесть и простоит он достаточно. Ведь когда-то в нашем доме жили главы правительства, сами они давно умерли, а вот потомки в лице детей и внуков остались жить здесь. Так что властью и полномочиями их тоже не обделили, вот именно поэтому здесь за всем следят, условия и обслуживание на высшем разряде, но и цены за жилье здесь не маленькие. Да и сами квартиры огромные, и именно из-за такой роскоши я и все мои соседи за это расплачиваемся. Не знаю, как остальные расплачиваются за такие хоромы, у меня же все просто. Все это из-за своей довольно долгой жизни и кое-каких накоплений. Только поэтому и я могу себе позволить такие растраты на оплату квартиры и крыши над головой.

Свою квартиру я очень люблю. Просторная, теплая и родная. Приходя сюда после долгого и тяжелого дня, ощущаю, что стены помогают мне восстановиться и восполнить всю потраченную за день энергию. Открыв дверь и зайдя в родные стены, не забыв по дороге включить свет, прошла в комнату. Дом, милый дом.

Мальчишка, все это время лежавший у меня на руках, так и не дал о себе знать. По дороге он даже ни разу не шелохнулся. Что уж говорить о том, что бы проснуться. Ну и пусть спит, так даже лучше. А то новый стресс переживет по смене помещения, вдруг спросонья не поймет где находиться. У него потрясений и так было немало за последний месяц, хватит с него. Пусть отдохнет.

Положив его на диван, и накрыв простынёй, оставила на какое-то время одного, уйдя к себе в комнату. Скинув всю уличную одежду и переодевшись в домашние спортивные штаны и майку, направилась на кухню ставить чайник и разогревать утреннюю кашу. Кушать хочется. Оставив все на плите, ушла в ванну, что бы налить воды и промыть раны мальчика. Когда я зашла в комнату с бинтами и тазиком в руках, Широ все еще спал. Мальчик лежал так, как я его и положила. Сейчас было необходимо промыть и проверить его повреждения нанесенные тем похитителем. Сняв штаны (точнее, что от них осталось) покрыв его покрывалом и намочив тряпочку, стала смывать кровь с тела. Пока я промывала раны, тот только тихо посапывал и вздрагивал лишь тогда, когда я касалась самых болезненных повреждений. Убрав всю грязь, ужаснулась.

Дела у него были хуже, чем я ожидала. Рубцы, полученные в результате развлечения, никак не хотели заживать, а полосы и ссадины так и сочились кровью. Ну, мелкие царапины и синяки были не такими уж и важными, по сравнению с основными повреждениями. Из этого можно сделать простой вывод. Тот, кто мучил мальчика, знал о его принадлежности к ночному народу. А у нашего народа есть слабость, одна единственная, но во всех смыслах смертельная.

На самом деле обстоит все очень просто. То чем нанесли раны, не что иное, как серебро, и не простое серебро, а лунное. Такое серебро закаляют в определенной температуре, несколько новолуний и полнолуний подряд. Поэтому оно так и называется. Лунные фазы или циклы в таком деле очень важны. И именно это способно нанести такие ужасные раны, нашему брату. А у меня опять появилось большое желание вернуться и посчитать ребрышки тому ублюдку. Я положила руку на его голову, провела по волосам, коснувшись кожи на лице, и вспомнила себя, будучи ребенком. У меня снова кольнуло в груди. У него больше никого нет. Кроме меня, никто из старших даже бы и не пошевелились, чтобы что-то для него сделать. А раз я впустила его в свою жизнь, теперь, вся ответственность только на мне. Окончательно промыв и обработав раны раствором, перевязала покрепче сломанные ребра и поврежденные руки. Ногти вырастут быстро, а вот ребра срастутся не скоро. Дней пять — шесть и будет как новенький. Если ничего не предпринимать. Но думаю, как только оклемается, сам о восстановление позаботиться.

Вывел меня из мыслей заинтересованный взгляд фиалковых глаз. И когда успел проснуться? Широ смотрел на меня со страхом во взгляде. Еще бы. Принесла его куда-то, а теперь не пойми чего, с ним сделаю. Всякие мысли в голове могут быть. Иногда даже близкому и родному человеку верить нельзя, а первому встречному и подавно, пусть мы и пересекались несколько лет назад. Но я его успокоила, погладив по голове, с нежностью и спокойствием в голосе, дабы не нервировать его еще больше, сказала, что ему ничего не угрожает.

— Все хорошо, ты у меня дома. Здесь тебя никто не тронет, — убедившись в своей безопасности, потихоньку откинувшись назад, опустил голову на подушку, прикрыл глаза и снова провалился в лечебный сон.

— Отдыхай и восстанавливайся, — покрыв одеялом, сказала ему, ответом мне было только ровное и спокойное дыхание. Вот и славно. Пусть восстанавливается.

С ним все будет в порядке. Здесь с ним ничего не случиться. Мой дом словно крепость. Правда, пока никто не пробовал на прочность, я же все-таки надеюсь на лучшее, думаю мало, кто захочет ко мне в дверь ломиться, да и некому. Соседи мирные и вполне интеллигентные люди, а других не вполне воспитанных вроде не имеется в списке посетителей. Так что точно никто ко мне не войдет без должного на то согласия с моей стороны.

Сев за стол и налив чаю, поставив перед собой тарелку с кашей, взяла ложку и стала, есть свой поздний ужин. Взяла в руку телефон, который выложила перед осмотром и обработкой ран мальчика, посмотреть на время, но тут я вспомнила кое-что важное. Мне же звонили из ордена, просто так они этого не сделают, следовательно, мне нужно срочно узнать, что от меня хотели в такое позднее время суток. Ведь просто так спросить "как дела?" не звонят в два часа ночи? Тем более мне. Вот и нужно выяснить, что им от меня потребовалось в такое позднее время суток от их скромного информатора и осведомителя.

Набрав последний входящий вызов, услышала знакомый голос Мишеля:

— Доброй ночи Анна, я тебя не побеспокоил? — Поинтересовался всегда спокойный священник. С Мишелем у меня связаны только хорошие воспоминания об ордене. Он поддерживал, помогал советом и до сих пор является хорошим другом. Что же касается его вопроса, то ответить грубо у меня не получиться, язык не повернется. Ведь если не считать моего прикрытия, в том замке, то он ничему не помешал. Но ему, же не скажешь, что я по ночам делаю? Не его это дело. Вот поэтому и ответим, как подобает в таких случаях особой секретности, что бы остаться вне подозрений моей ночной жизни:

— Нет, Мишель. У тебя ко мне что-то важное, раз так поздно решил позвонить? — Спрашиваю равнодушно с капелькой сонливости, для того, что бы этот священник понял, что и мне необходим отдых, но и с ноткой заинтересованности. Ведь не просто так позвонил, значит, имею право любопытничать, хоть и, не показывая этого напрямую. Ведь любопытство одно из качеств девушки, а он не должен томить, лучше все мне рассказать, не то сама все узнаю, но не такими порядочными способами как беседа. Будет потом требовать извинения от своих подчиненных за халатность в работе и невнимательность из-за того, что пропустили и не заметили постороннего на территории.

— Да, — голос серьезный и тревожный, таким я его знала и видела крайне редко. Мишель всегда спокойный как удав, случись чего он и ухом не поведет, а тут сразу такие перемены в настроении, просто так он переживать не станет, а если мне позвонил, то творилось у них действительно что-то серьезное, но он продолжал: — Нам нужна твоя помощь. У нас тут кое-что стряслось, не могла бы ты подъехать? Или как ты там до нас добираешься? — Как о чем-то обычном спросил он.

Во времена работы на орден я добиралась всегда своим ходом, дабы не вызвать подозрение, а вот после моего ухода, каким именно способом я добираюсь до их конторы, Главу ордена и всех остальных ее членов это совершенно не касается. Рассказать свой способ перемещения, значит потерять эффект неожиданности. Обойдутся. Поэтому опустила его последний вопрос о способе перемещения и спросила:

— А как же Мария? — Это был самый важный вопрос в этом деле, — думаю ей не понравиться то, что я появлюсь в ордене, — продолжила я.

И ведь действительно как так? Она меня на дух не переносит и всяческими путями старается избавиться даже от мимолетного моего присутствия в ордене. И это все случилось после ее осведомленности касающейся моей истинной природы. До этого я была желанным гостем в ее кабинете, сейчас же все обстоит сложнее и запутаннее.

— Она сама попросила с тобой связаться, — вот от этих слов я села. В прямом смысле слова. Какого лешего вообще там твориться, если она сама попросила Мишеля связаться со мной? А вообще, не пойти ли ей к тому же самому лешему в гости в лес, пеньки пересчитывать? Так просто взяла и попросила, будучи со мной в натянутых отношениях, готовых перейти в стадию ненависти. Но не будем раньше времени в панику вдаваться, а спросим, так ли это важно.

— Вот оно как? Я, конечно, приеду, если только это очень важно? — Может ни так уж это и срочно. Я на это надеюсь. Не хочу лишний раз там светиться.

— Очень, — коротко и ясно ответил он, а я поняла, что орден снова меня во что-то втянул.

А дело действительно плохо, если даже Мишель, вечно улыбающийся и веселый, говорит что дело плохо, значит, так оно и есть. Мне лучше самой узнать, все ли так плохо, как говорит священник. Ведь если откажу, а потом с ними случиться беда, сама себя не прощу, да и совесть замучает, если погибнет невинный из-за моего отказа.

— Скоро буду, — коротко ответила я.

— Спасибо, — поблагодарил священник и положил трубку.

Забросив посуду в мойку, побежав в свою комнату, скинула все домашнее, полезла в шкаф. Переодевшись на скорую руку, отправилась в орден. Широ спал крепким сном, поэтому я оставила его одного, поменяв одежду. Когда-то у меня гостил соседский ребенок-подросток, от него кое-что осталось, соседи забирать не стали, мол, еще понадобиться. Пригодилось на первое время, а завтра одежду купить для ребенка было жизненно необходимо, иначе он и шагу из квартиры не сделает. Пленником мальчика делать не хочется, поэтому, как только поправиться, сам решит, как поступить, со мной остаться или к себе вернуться. Но стены моего дома защитят его и не дадут никому пробраться внутрь. Моя квартира нашпигована защитными заклинаниями под завязку. И если кто-то или что-то задумает против меня и моих гостей, то она разубедит это делать в два счета. Так что нет смысла переживать за покой мальчика и сохранность моих вещей.

Мне нужно срочно разобраться со всеми проблемами ордена, которые стали уже и моими, а так же выяснить причину, по которой Мария сама попросила о помощи ночного скитальца вроде меня.

Орден Святой Катрины. Эта организация специализируется на истребление демонов и прочей нечисти. Городок наш не такой большой и густонаселенный как столица, но в отличие от нее нечисти у нас больше. В столице обитают сливки общества темной братии, главы кланов и влиятельные чиновники, заключающие контракты с демонами, дабы возвыситься над остальными. Но у нас все по-другому. Влиятельные личности и у нас в городе присутствуют, но властью они поощряются, орден "Святой Катерины" вмешивается в любое несанкционированное заключение договора демонов с людьми. Как и тех, кто забывает об ограничениях, например темных магов, потерявшие голову от силы, придающее использование запрещенных заклинаниях и эксперименты на живых людях.

Когда-то и я в этом ордене работала, охотилась на демонов, нечисть и заигравшихся магов. Только убивала я демонов втайне от ордена, своим способом, дабы не привлечь внимания. Но, увы, не долго длился мой обман, стали ходить слухи, и появилось у главы подозрение относительно моего человеческого происхождения. А своим побегом я это подозрение подтвердила. Меня искали, долго и активно, и даже нашли, пусть я этого не хотела.

Но это был тот, кого я даже будучи объектом охоты ордена, была рада видеть. Наш начальник оружейного отдела. Он создал прибор позволяющий выслеживать темную энергию. А так как я пропала, Мария решила этот прибор опробовать для моих поисков, выставив все так, будто он ищет опасного представителя ночного народа, коим я и являлась на самом деле.

Для использования этого агрегата необходима была моя личная вещь, а так как после меня кое-что осталось, профессору не составило туда этим воспользоваться и найти объект поисков с помощью своего изобретения. Обнаружил он цель в моем лице в одном из заведений принадлежащих ночным скитальцам. Так что я была в полной безопасности, на тот случай если орден решил от меня избавиться. Но Эльдару было не ведомо, что он находится в логове врага. Его послали найти опасного представителя ночного народа, а получилось, что охотился он на меня.

А когда Эльдар узнал о моей принадлежности к ночному народу, и что именно на меня он охотился, то чуть не упал со стула, на котором сидел в тот момент. Ведь кроме сестры Марии и Мишеля никто даже и не догадывался о моей истинной принадлежности к темной стороне мира. А профессор вообще сильно расстроился, он думал, что у него феноменальная наблюдательность, и что он смог бы узнать во мне ночника, да и в любом человеке, только взглянув на него. Но к несчастью для него это не так просто, как казалось на первый взгляд.

Говорили мы с Эльдаром о многом. В основном о причине моего столь быстрого и скорого побега из организации.

— Профессор, посудите сами. Я и обычные люди, много подозрений и вопросов. Притом я не старею, а простые смертные очень щепетильны в этом вопросе. Сестра Мария уже догадалась, а там глядишь, весь орден будет знать о моей причастности к тем, кого они истребляют. Так что я не вернусь, теперь мне там не место.

Тот только посмотрел на меня печальным взглядом и спросил то, о чем я всегда думала сама. Думала и не знала ответа. Нет, может, и знала, просто… наверно это то, что обычные люди называют хандрой. Вечная и непроходимая. Когда столько живешь в секрете, держа правду при себе, трудно найти выход из той темноты, в которой ты сидишь вот уже не одно столетие. И именно этим вопросом он меня и озадачил.

— Ань, но ты же не будешь прятаться ото всех вечно, тем более ты наш самый лучший и незаменимый сотрудник. Да и куда ты пойдешь? Тебе все равно так и так придется скрываться от всех.

Он был прав во всем. От начала и до конца. Вот только одно меня и радует, есть те, кому я все-таки могу довериться. А профессор и Мишель те самые люди и есть.

— Нет, Эльдар, просто найду место, где мне не придется прятаться и срываться.

Наш с ним разговор продолжался довольно долго. Успели перебрать все темы для обсужденья. В итоге договорились о том, что они меня не трогают, а я им время от времени помогаю в особых проблематичных ситуациях.

И именно сейчас позвонили с просьбой о помощи. Только вот что бы сама Мария предложила мою кандидатуру для решения проблемы я в этом сильно сомневаюсь. Она меня не особо любит, а все из-за моей природы и некоторых особенных наклонностей. Ну, это конечно если не считать того, что она из светлого вечно сражающегося с нами рода, то в принципе ерунда и ничего особенного в этом нет. Но если она действительно сама решилась на такой шаг, значит, дело действительно приняло серьезный оборот.

Добравшись до ордена, раньше, чем планировала, не стала раскрываться. Решила немного пошпионить. А то вдруг они от меня, что-то утаить захотели. Чего-чего, а скелеты в шкафу у своих работодателей я не люблю больше всего. Я не люблю еще что-то дополнительно выискивать, помимо того, что уже буду иметь из предоставленной мине информации.

Но когда я стояла в тени, накрывшись темной завесой, застала Мишеля и сестру Марию не одних. Третьей личностью, помимо меня, была девушка. Если навскидку, то ей было где-то лет двадцать пять или двадцать семь. Ее длинные каштановые волосы, спадали по плечам водопадом почти до колен, черные брюки облегали роскошные бедра, а светлая блузка с парой расстегнутых пуговиц, показывала все ее достоинства, высокие сапоги на каблуке, придавали ее ногам стройности и элегантности, мне до нее далеко. Она просто красавица. По сравнению с ней я казалась ребенком. В отличие от нее у меня нет таких сногсшибательных форм и округлостей. Нет, я конечно не доска, но и не пышногрудая красавица, просто девочка-подросток.

Мои длинные черные волосы, всегда заделанные в косу или хвост, перекинуты через плечо, серые глаза, (а когда настроение становиться плохим или мне его портят, они сияют серебряным огнем) молочная кожа, хрупкое телосложение, детское личико, чуть заостренный кончики ушей. Так что ростом и еще кое-чем я не отличаюсь. А на вид, если не знать моей истинной сущности, можно дать от силы лет семнадцать. Поэтому, поработав в ордене семь лет, сестра Мария заподозрила неладное, а когда узнала, вообще была в бешенстве.

Кстати, о ней.

Она глава светлого ордена святой Катрины в нашем городе. Занимает она этот пост, где-то лет с семнадцати/восемнадцать, ей он достался по наследству. Мария вообще-то хороший человек, да и собеседник интересный. До того как она узнала обо мне всю правду, у нас были замечательные отношения, а когда раскрылась моя истинная суть, то она даже в мою сторону смотреть перестала, чуть ли не плевала и фырчала от презрения. При каждом моем появлении нос воротила, отворачиваясь в другую сторону.

Сейчас у них случилось что-то важное, а крайней оказалась как всегда я, и она попросила связаться со мной, такой презренной и отвратительной. В это я верю с трудом. Что бы она сама на такое решилась? Да не в жизнь. Быстрее конец света настанет, чем она сама ко мне с просьбой обратиться. Скорее всего, ее в моем вмешательстве убедил Мишель, сама бы она не в жизнь не согласилась со мной связываться. Не буду долго мучиться, разберусь, послушаю немного и обо всем узнаю самостоятельно.

— Сестра Мария, я вам гарантирую, что Анна справиться и ничего плохого не случиться, — успокаивал сестру священник. По всей видимости, идея позвонить мне исходила от него, как я и предполагала, а сестра только поддержала его, мол, если выхода и других кандидатур нет, то подойду и я.

— В том, что она справиться я не сомневаюсь, но в том, что последствий после нее не будет, не уверена, — с раздражением в голосе ответила она. Становиться все интереснее и интереснее. И какие же это последствия, которые могут помешать выполнить дело?

— Сестра Мария, я за нее ручаюсь. Она просто так силой разбрасываться не будет, — начал успокаивать ее Мишель, вот ведь человек. Я давно бы на его месте ушла из ордена, что я собственно и сделала, а вот он терпит. Золото, что характер, что его хозяин. Мне бы быть такой спокойной и уравновешенной, когда неприятные личности меня достают. Та же все никак не унималась.

— Силой не будет, а вот что ты скажешь по поводу другой ее особенности? — Ввергла меня и всех присутствующих в вопросительное молчание. Длилось оно до тех пор, пока все в кабинете не отошли от такого интересного и настораживающего вопроса Марии.

Я же ни капли не удивилась, к чему именно она клонит. Есть у меня одна сторона, которая даже мне не особо по душе. Вот ведь противная женщина. Теперь все понятно, она думает, что когда я использую слишком много энергии, ее придется восстанавливать. А вот от способа восстановления даже я не в восторге, что уж говорить про остальных.

Из мыслей меня вывел вопрос недавней гостьи:

— А вообще, раз она такая опасная, почему вы от нее не избавитесь? — Спросила та самая не знакомая мне личность.

Значит, я опасная? Вот оно как получается. Она в курсе моего происхождения. Очень интересно. Они решили ей рассказать, с кем она будет иметь дело и кого, в случае чего стоит опасаться. А если все пойдет совсем плохо — убить причину всех последствий. Вот ведь. Что же за люди пошли? Чуть что, сразу на виселицу или костер тащат, то ли было дело пару тысячелетий назад. Магам поклонялись как богам, считали их посланниками божьими, а сейчас? Чуть что, сразу тащат на костер. И это все началось из-за вмешательства демонов. Из-за их кровопролития и загребущих лап, вечно стремящихся к завоеванию. Вот и сейчас меня причисляют к монстрам. Нет, так дело не пойдет.

Все, хватит, пора бы мне уже вмешиваться в их разговор. А то еще немного и договорятся, на мою ликвидацию. Защитников моей жизни не так много, всего лишь профессор и Мишель, а так как Эльдара сейчас нет, остается только второй представитель моей защиты, но он сейчас в меньшинстве. Его голос против них ничего не стоит. Их две, а он один. Не честно получается. Я же, немного успокоившись и сосредоточившись, решила устроить маленькое представление. Вызвав воронку тумана и напустив на себя устрашающий вид, раскрыла свою маскировку.

Какого было их удивление, когда я вышла из темного угла кабинета, нарушив их идиллию. Все трое смотрели на меня, не отрываясь, и у каждого в глазах читалось недоумение. Разговор о моей некомпетентности тут же сам собой закончился. Но меня злило сейчас совершенно другое. Не слова, сказанные о том, что я опасна, а о том, что за моей спиной шифруются, прячутся. Позвали на помощь, а сами устроили заговор и решили избавиться. Вот на это способны только люди. Когда надо просят помощи, а по ненадобности стараются как можно скорее с тобой проститься. А вот причину срочного появления в ордене я и решила озвучить всем присутствующим:

— Все очень просто. Я им нужна. Вот именно, поэтому они не спешат уничтожить меня и все еще терпят выходки моей темной персоны. Но все равно сгорают от желания избавиться от стоящей напротив тебя, так, же как и от временного присутствие в их славном и светлом ордене, — ответила на вопрос, и сразу же немного распылилась. Огонек в глазах заплясал, говоря, что я готова к битве в любую секунду.

Серебром горящие глаза, развивающиеся по плечам длинные, как вороново крыло волосы, выглядывающие кончики заостренных ушей, черные джинсы, кремовая блузка, джинсовый жилет на трех пуговках и молнией сзади, черные кроссовки, плащ в моей закинутой через плечо руке и висящий на поясе клинок. Довершал картину моего столь эффектного появления, вихрь энергии пространственного перемещения, клубившегося за моей спиной, черной, закручивающейся по спирали дымкой.

Вот именно в такие моменты я больше всего похожа на представителя своей ночной братии. Многие из моих знакомых даже не подозревают о моей истинной сущности, но если узнают, разбегутся кто куда, с криками о помощи и сверкающими пятками. Из-за такого вот возможного последствия, я стараюсь ни с кем не сближаться и друзей не заводить. Ну а если они у меня и имеются, то их можно посчитать по пальцам одной руки

— Ой, Анна, а мы тут тебя уже заждались, — сказал Мишель так, как будто здесь ничего не произошло, и никто и слова о моей персоне и уничтожении оной не промолвил.

— Угу, вижу. До того заждались, что задержись я еще немного, договорились бы о моем истреблении, — с сарказмом сказала я, поворачиваясь в сторону незнакомки, обращаясь этими словами к ней. Она же сверлила меня своим ненавистным и презренным взглядом, с того самого момента, как я оказалась в кабинете сестры Марии: — Ведь так? — Спросила я у девушки. Ну, невиновата же, я в том, что не дала им договорить и составить план о моем уничтожении? Раньше бы заседали и рассуждали.

— Если ты такая опасная, почему бы и нет? — Ответила та, как будто она права, а я тут просто в гости пришла. Опешив от такого ее наглого заявления, пришла в ярость, правда тихую и мстительную, но постепенно перерастающую в бурную и жестокою. Мой суровый и полный злости взгляд не подействовал на гостью, наоборот, больше раззадорил и подлил масло в огонь ее гордыни: — Если бы не задание и миссия, лежали бы сейчас здесь твои останки, а не ты, — заявила мне охотница с презрительным и повелительным взглядом, вставая со стула и переходя к сестре Марии стоящей у окна. А уголки губ сестры Марии на секунду превратились в улыбку. Заговорщицы.

Все, я злая. Мое терпение может долго устоять, но не в этот раз. Выдержка дошла до предела, сдерживаться и вести себя тихо и спокойно больше нет сил и стойкости. Сейчас буду преподавать урок одной зарвавшейся девчонке. Поставлю на место, пусть знает, кто тут старше и сильнее. Моих губ коснулась шальная улыбка, а глаза засияли стальным огнем. Девушка не проявила должного внимания и продолжила свои высказывания: — Если бы мы с тобой встретились не здесь, а где-нибудь на улице, попробовала бы мой клинок на себе, — показывая рапиру на поясе. Мишель только нервно посматривал в мою сторону и пытался вразумить девушку. Но та не обращала на него внимания и продолжала оскорблять и насмехаться. Но я ей с рук такое к себе отношение не спущу. Злобно улыбнувшись, обнажая клыки, окутала ее туманом силы, наводя проклятие молчания. Сестра Мария проигнорировала мою выходку и никак не отреагировала. Что же касается объекта моей мести, то она не узнает о моем подарочке, пока не попытается заговорить. Я же начала свою реплику в ее сторону:

— Тогда, раз я для тебя представляю угрозу, почему еще ты здесь? От чего ж не драпаешь, что аж пятки сверкать должны? Почему я тебя еще здесь вижу? Неужели такая девушка как ты, будет протирать здесь штаны в такое позднее время суток. Ведь ты сейчас должна спать в постельки и видеть цветные сны, а не беседовать с таким опасным субъектом как я? — Как учитель понукала ее я и давала наставление правильного поведения.

— Хм? — Хотела, было что-то сказать она, но не тут-то было, заклинание сыграло свою роль в моей мести. Я смотрела на ее бесполезные потуги, продолжая свою вдохновенную речь с победной улыбкой на лице.

Эх, понесло меня. Теперь точно мы с ней враги. Тем более после магического воздействия оказанного на нее.

— А если мне не изменяет мой наметанный глаз, ты из благородных и довольно состоятельных персон. Так что тебе здесь не место. Иди, отдыхай, развлекайся, веселись на званых вечерах, спи на теплых и мягких перинах, живи в свое личное удовольствие, а к нам не суйся. Вот тебе мой совет.

Девушка, и не только она, вместе с ней и священник с сестрой, все это время стояли с открытыми ртами, а гостья еще и с краснеющим лицом от моей наглости в ее сторону. Наглость — второе счастье, а я первое. Точно про меня. Заткну таких заносчивых выскочек на раз. Не раз приходилось ставить на место таких фиф. Вот только одно меня сейчас смущало. Пристальный и умоляющий взгляд священника. Мишель посмотрел на меня умоляющим взглядом и я помиловав охотницу сняла с нее заклинание, дабы Мишелю не попало от сестры Марии. Девушка, как только поняла, что может говорить, смерила меня наглым и прожигающим от ненависти взглядом. Раскрасневшись от злости и попыток заговорить в обход моему заклинанию, выпалила:

— Да как ты смеешь? — Отошла от окна девушка и направилась ко мне, закатывая рукава. Ее рука потянулась к висящему на поясе клинку. Ой, ну и видок. Демоница одним словом. Бешеная, как бык на красное полотно, злая, как сестра Мария в особые приступы гнева, да, картина просто прелесть. Негативная энергия так из нее и шла. Бери не хочу. Я, в отличие от многих моих собратьев могу поглощать негативную энергию и преобразовывать ее в собственную.

Вот только длилась сцена гнева одной самовлюбленной охотницы не долго. Эх, печально. Моему плану, по ее полной выводке из себя пришел конец. Я-то думала, она на меня накинется, начнет отношение выяснять в грубой форме с применением оружия, но какого было мое разочарование, когда все это просто прекратилось. А как все хорошо начиналось. Обломали мне всю малину. Нашу с ней разборку остановила сестра Мария, оставив выигрыш за мной. Хоть какой-то плюс от ее вмешательства.

— Сейчас не время для ваших ссор. Анна, Элизабет, прекратите немедленно. Орден не место для разборок. Вот когда выйдите за пределы, там и ругайтесь друг с другом сколько угодно, но здесь не смейте, — сказала она с укором в наш адрес, но ко мне лично обратилась: — У нас к тебе есть просьба.

— И какая же? — Спросила у нее, а ответил Мишель. Даже разговаривать со мной брезгует. Ну-ну. Посмотрим, как ты заговоришь, если я откажусь выполнять ваш заказ. Ведь как сказал священник, без меня им не справиться. Вот и проверим, как ты запоешь потом. Но чудо все-таки произошло, сестра Мария ответила мне сама, без помощи посредников. Прогресс на лицо.

— Нам удалось узнать кое-что очень важное. В этом городе в скором времени появиться один из сильнейших демонов. Высший, древний, изначальный и очень могущественный. Нашему ордену и всем его сотрудникам с ним не справиться, даже совместными усилиями, я в этом уверен на все сто процентов. Именно по этой причине я и попросила Его Преосвященство позвонить тебе. Ты одна из сильнейших представителей ночного народа, и у тебя есть шанс с ним справиться. Ты — наша единственная и последняя надежда на победу против зла в его лице.

Подойдя к стоящей около окна Марии и одарив ее холодным взглядом, так же ответила, да так что бы поняла и не ждала звезды с неба. Я ей не подручная, а всего лишь странник, хоть и не из слабых. Но даже у меня есть ограничения в силе. Пусть об этом узнает.

— Я все прекрасно понимаю, и ситуацию и саму проблему. Даже сделаю всё, что в моих силах, — подойдя еще ближе, практически нос к носу, что бы она посмотрела мне в глаза, чуть шепотом сказала: — Но я уже не та, что была несколько сотен лет тому назад, — охотница сглотнула нервный комок, когда услышала о малой доле прожитых мной лет, поняла, что нагрубила взрослому представителю ночного народа, поэтому на некоторое время ее стало не видно не слышно.

На мои слова начальница ордена повернулась и внимательно прислушалась, ждя с моей стороны подвоха:

— Вы ведь в курсе, что я запечатала основную часть своей силы и поэтому я не уверена, что справлюсь с ним в таком состоянии, — сказала я уже лично сестре Марии и чуть слышно, практически одними губами, только для нее, глядя в ее глаза, а потом продолжила: — Но, как и говорила ранее, все, что смогу я, сделаю, — озвучила уже для всех присутствующих.

— Я все понимаю, и не требую от тебя больше, чем ты сможешь. Все что тебе потребуется, ты получишь, — снизошла до полноценного ответа сестра Мария.

— Помощь не нужна, меня лишь кое-что интересует, — нужна мне их помощь, как мертвому припарка. Я и сама справлюсь. Они мне только палки в колеса будут ставить.

— Что же? — Спросила она.

— Кто он и как его зовут? — Равнодушно спросила я, даже не глядя в ее сторону. Как она поступает со мной, так и я с ней. Той же монетой отплачу за все ее выходки. Пусть немного подумает, прежде чем отворачиваться. Не плюй в банку с компотом, возможно, ее подарят именно тебе.

— По словам наших наблюдателей, он изначальный, сын самого Анубиса, а зовут этого демона Арзель, — коротко и ясно.

После озвученного имени, я хищно улыбнулась. Он один из высших и первых демонов, все, как и сказала сестра. Моя давнишняя мечта сразиться с ним. Один из сыновей Темного бога. Он невероятно силен. От одного его имени в мире демонов, знающих его подвиги и походы на светлые народы, кровь стынет в жилах, волосы на голове шевелятся.

Моя заветная мечта, как долго ты спала и ждала выхода. Мечта, ради которой я даже готова пойти на сделку с орденом. Ты готова вот-вот исполниться. От предстоящей битвы перед глазами встают картины битв, когда мы сражались против демонов. Наши силы были практически равны, но нас всегда было меньше, чем демонов, поэтому мы и потеряли самое главное, нашу богиню и мать ночи. Вспоминая это, хочется поскорее скрестить с ним меч и разобраться раз и навсегда. Ведь больше тысячи лет назад мы с братьями бились против него, и я в том числе. Один на один он не выходил, поэтому мы брали его оплот штурмом. А то, что может произойти сейчас, это просто потрясающе. Неужели это все реальность и я вот-вот скрещу мечи с Арзелем, демоном, которого боится весь темный мир? Да, это так. Эх, а я все на судьбу жаловалась. Вот только помечтать и окунуться в воспоминания так и не дали. Нагло прервали поток мыслей и фантазий о том, как я порву на части древнего демона, неразумной репликой и вопросом.

— Ань, ты с ним знакома? — Спросил удивленный Мишель, тем самым, прервав мои мысли о предстоящем сражении.

Священник, ну почему ты такой настырный? Даже помечтать не даешь. Но ответить все-таки придется, иначе жди более настойчивого и обширного расспроса.

— Типа того. Кроме того, слышала очень много интересного от знакомых. Кто-то мечтает его одолеть и сыскать славу сильнейшего, а кто-то просто спрятаться и носу не показывать. Мне самой давно хотелось с ним сразиться, а сейчас как раз выпал такой удобный случай и я ни в коем разе не могу его упустить, — мои глаза при этих словах загорелись серебряным огнем. Свечи потухли, отреагировав на мою силу, тем самым, создавая мрачность и темноту в помещении. Смотрелась я воистину ужасающе. Светом в помещении были лишь мои глаза. Очертания моей тени на стене сменилось на истинный вид, когда мы с братьями только получили силу. Со временем я обуздала эту энергию, а вот братья не дожили до этого, погибли в тоже время. Но сейчас, выпустив всю накопленную энергию от предвкушения битвы, суть вырвалась наружу.

Присутствующие слегка поежились от смены обстановки. Ведь я не простая ночная странница. Меня должны бояться, пусть раньше наоборот боготворили. Пока не случилось неприятности и мы с матерью и братьями не пострадали от вмешательства Анубиса в мироне существование. Поэтому сразиться с Арзелем и принести победу нашему клану спустя долгое время, единственная заветная мечта. Ведь такой шанс выпадает очень редко. А если и представился случай, упустить его будет большой ошибкой. Я просто обязана сразиться и прикончить этого великого демона, руки которого по локоть в крови нашего брата, сразиться как тысячу лет назад и отомстить за всех тех, кто отдал за мать-богиню свою душу. На лице снова появилась злорадная улыбка.

— Значит, проблем не будет? — Спросила Мария, рассматривая мое хищное выражения. Да, представляю, что они сейчас обо мне подумали. Глядя на мои горящие серебром глаза, можно подумать о чем угодно. А накаленная до предела обстановка в комнате из-за моей магии, и временной темноты, просто переполняла их. Чувство страха витало в комнате, исходя от всех кроме священника. Этот никогда меня не боялся, всегда вел себя так, как будто ничего не происходит.

— Нет, проблем не будет, — коротко ответила я.

— Тогда мы на тебя надеемся, — успокоилась сестра и выдохнула с облегчением. Я же вернула все так, как было до моего магического всплеска. В комнате снова стало тепло и светло. Все были довольны, и я собралась, было уходить, как снова мои планы были нарушены одной аристократкой, возомнившей себя великой охотницей. Так что без ложки дегтя в бочку меда не обошлось. Пусть мы обо всем договорились, она все не унималась:

— Погодите, погодите. Значит, вы просто так взяли и поверили словам этой нелюди? А может она с ним заодно? — Стала она снова накалять обстановку. Только я на провокации не поддавалась, а стояла и помалкивала. Но такое сказать может лишь полная дура или просто незнающая бестолочь. Если ты охотник на сверхъестественное, то должна знать, тонкости отношений в темном мире. Но такое сказать?

Дожили! Ночной странник заодно с демонами. Она что вообще не в курсе что демоны и скитальцы, злейшие враги? По ходу нет, раз так рассуждает. Но я не учитель, мозги вправлять не буду. Тем более это бесполезно. Дело невыгодное. Просто пущу все на самотек, это уже не мои проблемы, это недочет ее учителей, раз эту охотницу не посвятили в тонкости отношений между кланами и видами темного народа. Отойдя от своего места, на котором стояла до этого, облокотившись сбоку от сестры Марии о край ее стола, скрестила руки на груди, одарив девушку серьезным и вопросительным взглядом, продолжила выслушивать ее вдохновенную тираду. Та все никак не могла успокоиться. Эка как ее понесло. Отыгрывается за заклинание молчания.

— Как давно вы вообще ее знаете? Может, она только притворялась, что вам помогает, делала вид, а на самом деле… — договорить ей не дал зазвонивший у меня телефон.

Удивилась такому звонку даже я. Это кому в голову взбрело позвонить в три с лишним часа ночи? Посмотрев на экран и узнав номер звонившего мне (вот ведь зараза и чего только не спиться?) нажала на подтверждение.

— Да я слушаю, — ответила я с легким раздражением.

Это был Сюзаль.

Он тоже ночник, но только наполовину. Его мать простой человек, а отец представитель моего клана. Когда-то его папаня, позарился на простую смертную девушку (его маму) естественно закадрил, соблазнил, совместно ребенка нажил да и прожил с ними немало лет, но потом спустя какое-то время просто пропал без вести. Искали, как могли и где могли, но безрезультатно. Сю тогда было лет шестнадцать. Он стал сам его искать, у знакомых, бывших возлюбленных, в клубах, но не нашел. Как в воду канул. Именно тогда мы с ним и познакомились. Я уже не работала в ордене, а занималась частным поисковым делом. Ему посоветовал обратиться ко мне один знакомый бармен, тоже ночник. С его то подачи я и начала работать поисковиком. Сюзаль ко мне и пришел. Мальчишка, заплаканный, встревоженный, напуганный и расстроенный. Молил, умолял, упрашивал, лишь бы согласилась. Я тогда только вошла в колею своего нынешнего постоянного заработка, разыскивала пропавших людей и не людей. Как оказалось, потом, после долгого расследования и поисков, его отца похитил и истязал демон. Похитителя нашли, а вот помочь отцу, к сожалению не успели. Погиб на руках у сына, от несовместимых с жизнью ран нанесенных лунным серебром. Теодор, отец Сю, рассыпался прахом, со словами любви к сыну и благодарности мне за возможность последний раз увидеть сына. Самое главное на тот момент было то, что мы отомстили за его смерть. С того момента Сю стал тренироваться и изучать боевые искусства. А для меня то дело принесло двойную выгоду. И клиенту помогла и ордену на будущее услугу оказала, одним проблемным демоном стало меньше.

После того случая мы с ним время от времени перезванивались, переписывались и встречались. Но только как друзья и сородичи. Но вот сейчас ему от меня точно, что-то понадобилось, раз решил позвонить и тем более так поздно.

— Сю, что-то случилось? — Спросила я по той постой причине, что у него был довольно взволнованный и напряженный голос, да и если бы было не так срочно, позвонил бы утром.

— Извини, что побеспокоил, — говоря все это, он стал немного запинаться от волнения, — но у меня друг пропал.

Я-то думала что-то серьезное, а он говорит, что друг пропал. Мало ли его куда занесло. Может где от родителей прячется или от властей темного круга. Ведь все его дружки довольно трудные личности. А он сразу тревогу бьет. Вот с чего он взял, что с ним что-то могло случиться? Все темные по своей природе самостоятельные личности, а взрослые тем более. Это если не считать того, что его дружок какой-нибудь разбалованный малец, то все возможно. Но все равно меру своей избалованности надо знать в определенные моменты и регулировать эти всплески, а вот если не делать и пускать все на самотек, то проблемы будут большие. Если это так и есть, тогда все возможно и нужно бить тревогу. Но перед этим все тщательно все узнать от парня, а потом делать вывод.

— И что? Из этого надо сразу трагедию делать? Может он, у какой подружки остановился? Не будет же он каждый раз докладываться о своих похождениях? Ты же ему не мамочка.

— Нет, но дело в том, я уже неделю не могу дозвониться, да и виделись довольно давно. А когда надоело каждый день набирать, начал всех его подружек проверять и тоже пусто. По всем знакомым ходил, там тоже глухо, по барам, где он любит ошиваться тоже ходил. Даже не знаю где теперь его искать. Может, поможешь? Ты же хороший поисковик, с отцом помогла, и его найти труда не составит.

— Не знаю, — не решалась я, — а что за друг? И почему с родными его не свяжешься?

— Ты, конечно, не удивляйся, но он демон, а к родным не пошел, потому что в курсе как они отнесутся ко мне, пусть я и на половину ночник, сама знаешь, — как-то виновато выпалил он. Знаю. Но вот это меня и беспокоило.

Но вот его дружок… с демоном связался. Одного убили, со вторым подружились. Интересно получается. Но мне все равно. Как и говорила я ему не мамочка. Даже под опеку не брала, связываться, и воспитывать не буду, сам разберется.

— А с чего я должна вообще удивляться? Ты большой мальчик с кем хочешь с тем и дружишь, да хоть с кикиморой болотной, мне какая разниться? — Просто по-дружески ответила, а он немного замялся и виновато сказал:

— Я думал ты не одобришь, особенно после того случая с отцом, — начал было оправдываться предо мной он.

— Мне все равно, — отмахнулась я. И действительно, мне-то какое дело? Я ему не родня, он мне не брат, возиться и наставления ему есть кому, мама под боком, пусть и учит уму разуму. Еще лет триста в ее распоряжении есть. Маги живут чуть дольше людей, поставит его на ноги и может со спокойной совестью покидать этот бренный мир, но, не смотря на мое негативное к будущему заказу настроение, продолжила расспрос: — Ты лучше скажи, как он выглядит. Не искать же мне не пойми кого только по тому, что он демон.

— Как выглядит? — Призадумался тот и на некоторое время замолчал, — так сразу и не скажешь.

— Как сможешь, так и говори, — стала торопить я его, время не резиновое, мне еще отдохнуть надо.

— Ну, волосы серебряные, глаза сиреневые, уши немного заостренные, наши напоминает, — я мимолетно взялась свой заостренный кончик уха, — да и выглядит лет на двадцать.

— Не густо. Зовут то как?

— На Натана откликается, — вроде бы все сказал, но вспомнил самую важную деталь: — А еще родовой знак у него длинный бескрылый дракон.

Я тяжело вздохнула и поймала недовольный взгляд Марии. Сама не рада, что ответила на звонок, но думала что это важно, но как оказалось, не очень. Хотя, если не помочь, Сю может пострадать. Так что, приплыли. Но вот чего мне еще не хватало для полного счастья, так это с драконами связываться, себе дороже выйдет, потом проблем не оберешься. Семейка вполне проблемная и хлопотная. С ней лучше не связываться, прожуют и не подавятся, даже если ты и ядовитый. А жить то многим хочется, вот и стараются, как можно реже с ними связываться. Драконы все-таки.

— А каким цветом сам дракон?

— Сапфировый, — все веселее и веселее расклад получается.

Получается из высших его дружок. Теперь понятно, почему он тревогу забил и страху на себя и окружающих нагоняет. Если пропал один из высших, тем более драконов, его будут искать первоначально у друзей, знакомых и дальних родственников, а так как он обратился ко мне, видимо к Сю уже приходили и искали пропажу, вот именно поэтому, он мне позвонил и попросил о помощи.

— Я тебя очень прошу, Анна помоги! — Взмолил тот.

— Хорошо, если найду или что-то узнаю — то непременно сообщу, — успокоила я друга, и ему, видимо, помогли мои слова.

— Спасибо, — ответил парень, уже вполне спокойным голосом и отключил телефон в надежде снова увидеть своего лучшего друга, пусть он и дракон.

Выдохнув от облегченья, вернулась к обсуждению моей личности посторонними лицами. И обратилась к Элизабет, как будто мы с ней мясо на рынке выбираем. Гнев и раздражение пропали, осталось только равнодушие к ней и ее словам:

— Так что ты там говорила? — Поинтересовалась я.

— Что тебе нельзя доверять, — заявила та с гордостью.

— Ну, нельзя и нельзя. Тебя доверять никто и не просит, — ответила я в том же равнодушном тоне, что и раньше.

Пререкаться и выяснять отношения с той кого я возможно больше не увижу, в мои планы не входило. Нервы дороже. Лишний раз показывать себя не с лучшей стороны не хочу. Пусть думаю, что у меня железная выдержка и стальные нервы. Им же лучше.

Мне то, какое дело, доверяет она мне или нет? Вот именно что никакого. Это ее личное дело, меня оно не касается. Нечего мне с ней церемониться, да и разговаривать тоже. Сестре Марии же сказала:

— Я постараюсь сделать все еще быстрее, если узнаю его местонахождение.

Глава только тяжело вздохнула и еще больше меня озадачила своим ответом. Вот что такое не везет и как с ним, этим невезением бороться. В наглую идти напролом и бороться, бороться и еще раз бороться. Выгрызать клыками, рвать когтями, резать клинками, рубить топорами, лишь бы достичь своей цели. А что неизвестно, то можно найти.

— Именно этого мы и не знаем. Наши датчики засекли лишь мощную темную ауру и ничего больше. Когда же мы сопоставили ее с нашими данными, полученными от оперативников из тайного отдела, то пришли к логическому выводу, что это не кто иной, как Арзель, древний и могущественный демон. Первый сын Темного Бога.

— Ясно. Значит, мне придется искать его самостоятельно, — смирилась и вышла из комнаты главы ордена.

Чтоб тебя. Мало мне приключений на свою голову, так теперь еще и этого.

Что же мне теперь делать?

Искать его просто так — это как поймать иголку в стоге с сеном. Придется наведаться к старой знакомой. Она должна знать. Вот только в моем внешнем виде лучше в баре не показываться, не на ту подумают, надо облачиться, как следует. То есть одеться в традиционный черный цвет и кожу. Следовательно, надо возвращаться домой. А если возвращаться, значит надо еще и кое, какие дела успеть сделать. Ванну там принять, чайку попить, да и мальчишку проверить. Хотя за него я волнуюсь меньше всего. Квартира под охранками, никто его там не найдет.

***

Когда я вернулась домой, Широ все еще спал. И, скорее всего даже не просыпался. Об этом говорила поза, в которой мальчик прибывал. Уснул парень в обнимку с коленями, спрятав там нос, да еще и подушку каким-то образом умудрился притянуть к себе. Вот именно поэтому я и сделала вывод, что мальчик даже не просыпался. Если бы он хоть немного приходил в себя, то подушка бы ускакала от него, и, скорее всего, лежала бы сейчас на полу около дивана, а сам бы он обнимал уже одеяло.

Мимоходом смеясь над младшим сородичем, подошла и наклонившись чмокнула того в макушку, от немного дернулся, но потом затих снова обнимая мягкую подружку. Я же оставив его спать, ушла в ванную, включила воду, что бы та набиралась, и открыв дверь зашла в свою комнату. Моя комната не большая, но тихая и уютная. Единственное с этой стороны окно, а вид открывается как раз на одно из красивых мест на нашей улице — парк. Я частенько там гуляю и наслаждаюсь местом, где все еще растет прекрасный мир фауны.

Скинув с себя уличную одежду в корзину для грязного белья, открыла шкаф с чистыми вещами и переоделась во все домашнее. Сейчас уже поздно кого-то искать, значит можно и даже нужно немного отдохнуть от сегодняшнего дня и всего случившегося.

Выключив в комнате свет, закрыла дверь и вышла. Неужели я сегодня таки отдохну и расслаблюсь? Прямо не вериться. А лучше всего мне помогает это сделать ванная, теплая и такая расслабляющая. Наверное, место хорошее, раз так помогает от усталости. Забравшись в теплую воду, растаяла. Уйдя совсем в сои мысли, а их было немало, даже не заметила как, уснула. А когда проснулась, оказалось что уже довольно поздно, то есть рано. Ранее утро. Вылезла из уже остывшей давным-давно воды, завернулась в полотенце и направилась в свою комнату досыпать, на ходу спя и надевая пижаму.

Когда проснулась во второй раз, было уже ближе к вечеру. Значит, пришло время потихоньку собираться и готовиться к предстоящему разговору с давнишней знакомой. Она представитель темного круга нижней ступени. Субора — демон любви и ласк. Если по-простому, то она суккуб. С ней я познакомилась чисто случайно. В одном из заведений, к ней пристали не особо культурные личности, а так как она не владеет боевыми заклинаниями, дела у нее были плачевные. Подоспев, во время на подмогу и наказав покусившихся на нее ребят, мы познакомились, а потом уже поболтали на разные жизненные темы. Она рассказала мне о своей жизни, а я собственно, своей. Но не все, конечно. Так и подружились. Она время от времени помогает, рассказывая мне о свежих новостях в темном мире, а я собственно и по сей день являюсь ее защитницей, и в случае чего могу поставить на место тех, кто обидел ее, такую слабую и беззащитную девушку.

Вот и сейчас, мне необходимо встретиться с ней, дабы узнать местонахождения Арзеля, да и Сюзалю надо помочь. Все-таки семья драконов очень влиятельна в мире демонов. И если что случиться он тоже огребет на орехи немало.

К встрече с ней я тщательно подготовилась. Волосы убрала в тугой конский хвост, оделась в тон вечера. Черные чулочки с ажурной вязью по бокам, длинная юбка с разрезами от подола до середины бедра, шелковая бардовая рубашка с длинными рукавами и парочкой расстегнутых сверху пуговиц, такой же, как и юбка, черный корсет со шнуровкой спереди и мои любимые туфли из черной кожи на высокой шпильке. В таком наряде я выглядела не как человеческий ребенок, а довольно взрослым представителем своего клана. Мне можно было уже лет так двадцать два, а не шестнадцать, как обычно это делали знакомые люди и соседи.

Накинув на плечи легкий плащ, не забыв прихватить для надежности меч, мало ли что, вышла из квартиры, закрыв за собой дверь, оставив мальчишку одного. Пусть спит и восстанавливается.

***

Ночь как всегда прекрасна. Тихие улицы, одинокие дороги и ни единой души. Но все равно на сердце какая-то тоска. Каждый день живешь с мыслью о том "куда же деться?" и вот когда ты готова вот-вот найти, теряешь снова. А потом все опять заново. Правильно когда-то говорил профессор, вечно убегать и прятаться, не получиться. Так оно и вышло. Прячешься, убегаешь, а толку ноль. Только больше проблем и неприятностей. Сейчас же меня волновал совсем другой вопрос. Как искать высшего демона и дракона. Ответ на него знала лишь Суббора. Вот к ней-то мне и надо. Работает эта жрица любви в одном знакомом мне баре. Да и хозяина я тоже знаю. Он бармен по совместительству, да и тоже ночник. Правда, не такой древний. Вот только есть одно обстоятельство. Для него я не такая уж и взрослая. Он думает, что мне от силы лет сто/сто пятьдесят, не больше. Ну и суккуба соответственно. Так о чем я? А да. Я пришла в тот квартал, где и располагался бар для таких же темных личностей как я. Ими он просто кишит. Некроманты, демоны, оборотни, кого ты там только не встретишь. Но если ты не один из нас, тебе туда лучше не соваться. Ну, если ты по приглашению одного из темного, пустят, только смотреть буду во все глаза. А так ради богини, сиди сколько хочешь.

Зайдя в нужный мне бар, который принадлежал одному моему знакомому (как я и говорила ранее), направилась к стойке поздороваться с Риком. Народу у него было как всегда полно. Правда, здесь всегда шумно, а я как раз такие места предпочитаю в самый последний момент. Рик же, как всегда вертелся, словно белка в колесе, пытаясь справиться со всеми заказами. Работа у него такая. Нет бы, сидел себе в кабинете, так нет, это не его. Ну да ладно, водяной с ним. Его заботы меня мало волнуют.

— Привет, Рик, как дела? — Спросила я у давнего друга, подсаживаясь на стул рядом со стойкой.

— Как всегда, дел полно, работать не кому, все, видите ли, заняты, как будто у меня по-другому. Ну а с семьей как обычно, дома маленькие спиногрызы сидят, жена вечная пила к каждому слову и действию придирается, в общем, ты знаешь.

— Знаю, — то ли не знать.

Как-то раз эта стерва и меня к нему приревновала. Мол, только о тебе и слышу. Анна то, да Анна се. Ну, мы с ней, конечно, мило побеседовали и выяснили все отношения, касающиеся меня и Рика, а потом и разошлись. Правда без мордобоя, к сожалению, не вышло, зато теперь поняла чем отличаются простые дружеские отношения и интрижки. Синяки остались знатные. Рик рассказывал, что после того случая она сама обо мне частенько упоминает. Ну да ладно, кикимора с ней. Меня сейчас совсем другое волнует, а помочь мне может только один субъект.

— Суббора у себя? — Спрашиваю я бармена. Тот только поглядел на меня таким печальным взглядом, мол, опять не ко мне, а к этой демонице, но ответил:

— А как же! Только не советую тебе сейчас заходить, у нее посетитель, — думал, он меня остановит такой репликой?

— А она со мной всегда делится, так что ничего страшного, — сказала я с огоньком в глазах.

Так как я представитель ночного клана мне необходима подпитка для восстановления энергетического запаса, а самый легкий и быстрый способ это сделать — выпить крови. Вот именно этим Суббора со мной и делиться. Она получает удовольствие от близости, а я от энергетического восстановления, а "жертва" одна и та же, которая считает все наши с ней действия обычным развлечением для персонального клиента. Ролевые игры, короче.

Раз в неделю я к ней заскакиваю и питаюсь. Так что опасности в повседневное для простого народа время я не представляю. Но сегодня мне не повезло, суккуба уже закончила, мы с ее "парнем" как раз встретились в дверях, когда тот еле выползал из ее комнаты, после развлечения.

Все-таки представители этого ночного сословия просто прелесть. Красивые, стройные, гибкие, привлекательные, завораживающие. Зависть берет. Один только бюст Су чего стоит, четвертый размер как минимум. Мне такого никогда не заполучить. А ее волосы отдельная история. Огненно-рыжие кудри струятся водопадом по спине, густым покрывалом падая по телу и прикрывая грудь, которая пока была без одежды. Я всегда любовалась демоницей, зависть была не только в ее округлостях, но и в судьбе этой девушки. Она не знала столько бед, сколько познала я. Ей не понять такого, как потерять дорогих тебе существ, а вместе с ней и частичку теплоты и любви, которая была у них и оставаясь одной на протяжении стольких уже не лет, а веков. Ей не понять той печали и боли, что томиться в моем сердце. Ее жизни до моей довольно далеко. Вот именно в этом я ей и завидую. Так, что-то я совсем раскисла.

Не будем о грустном, у меня к ней важное дело.

— Приветик Су, как дела? — Спросила подругу, облокачиваясь о дверной косяк, мимоходом отмечая, что у той появились новые боевые следы. Та заметила мою усмешку и спросила:

— Что? — Но потом увидела, куда я смотрю, и поняла причину моего смешка, — а ты об этом? Посетитель увлекся, не бери в голову. Через час исчезнут. А про дела, да как всегда, живем потихоньку, а бывает и не только, а ты чего так поздно, еще бы несколько минут назад пришла, тебе бы достался десерт из… — не договорила она, намекая на вышедшего парня, кидая взгляд в сторону только, что закрывшейся двери.

— Я к тебе не по этому поводу, — усмирила я ее, а то эта жрица любви меня потом доконает со своими вопросами "почему?", "да как?".

— А по какому поводу тогда? — Удивилась девушка, моментально придя в себя, натягивая водолазку и юбку чуть выше колен.

— У моего знакомого друг пропал из "драконов". А это попахивает большими для него неприятностями, он еще совсем мальчишка, лишний геморрой ему ни к чему, вот и обратился по старой памяти. Да еще как назло, под моими ногами древний путается. Достал уже. Прибить гада хочется, сил моих больше нет.

— А что за древний? Из демонов что ли? — Видно еще не отошла девушка. Еще бы. Так развлекаться. У простых смертных сил не хватит, а она еще бы продолжила если бы это не вредило клиенту летальным исходом. С представителями других рас она может всю ночь куролесить, а у людей лимит. Всего пара часов, не то смерть.

— Из вас родимых. Арзелем зовут, может, слышала о таком? — Поинтересовалась у подруги, на что получила ответ, которого ждала с нетерпением.

— А как не слышать, только о нем и говорят, — интересно. Значит в ночном мире он теперь большая сплетня недели. Ну и не удивительно. Он пару столетий назад пропал из виду, а теперь появился. Ясное дело, тема для разговора есть. Да и я давно, видать, местные байки да рассказы не слушала, а то бы уже обо всем узнала сама, а так… ну ничего страшного, у меня уши есть запасные, Субборой зовут. Все узнает и мне передаст. Так о чем я? Да. Точно. Демоница все продолжала: — Он срочно тебе нужен, что ли?

— Позарез. Есть информация, что парень драконий у него в заложниках, мало мне, так орден по старой памяти Арзеля заказал на уничтожение. Ты же помнишь о моей с ними договоренности?

— Помню, — расстроено ответила она.

А я-то как расстроена. Кто бы знал. Быть на мушке у этой шайки. Нет бы, по-хорошему попросили, мол, помоги по старой дружбе, так нет, с угрозами. Ладно, в баню их, веники пересчитывать и тазики отчищать. Я им как-нибудь припомню такое надо мной измывательство. Будут на коленях прощения просить.

— Вот теперь даже и не знаю, что мне делать, может ты, чем поможешь? — Озадачила я подругу. Она призадумалась и присев на край кровати, открыв очередную коробку конфет, ответила:

— Почему бы и нет? Помогу, — согласилась она, — слышала я кое от кого, что этот демон, которого ты ищешь, отсюда совсем неподалеку обстроился. В трех кварталах от нашего бара, прямо под носом. Да и сюда один раз заходил. Все сразу затихли. Говорят, искал кого-то, но так и не нашел.

— А не сказал кого?

— Сказал, что кто-то что-то похитил из его дома. Странно. Но никто не стал его расспрашивать. Побоялись.

— А где он вообще обитает?

— Дом такой шикарный, даже можно сказать что замок, с колоннами львами, стоящими на задних лапах и держащих парадный вход в здание. Огромный витой забор с массивными железными дверями. Роскошный сад с экзотической растительностью. Захочешь, не пропустишь.

Демона мне в мужья! Там же Широ держали, а тот парень, который лежал на полу, видно и есть сапфировый дракон. Как же я раньше не догадалась? Все сходится. Они говорили, про какого-то сира, и подарок дарить собирались. Значит, парень-дракон и был тем подарком? А сир не кто иной, как Арзель. Нужно срочно его вытаскивать и с заданием разобраться тоже необходимо. Первым делом надо связаться с Мишелем или Эльдаром, а потом и с Сюзалем.

Из бара я вылетела как пуля из револьвера, ругаясь про себя, на чем свет стоит. Развернув на ходу черные крылья, стремглав понеслась в то самое злополучное место, где когда-то держали мальчишку. Это же надо, взять и не заметить, что там были демоны, и не простые, а оп словам подруги высшие, и как минимум двое.

Долетев по крышам в нужном направлении, приземлилась на тротуар прямо около входа в дом. Убрав крылья, перепрыгнула через ограду и зашла в дом с парадного входа. Дверь была не заперта, и я с легкостью зашла внутрь. Скрываться мне без надобности. А толку? Рано или поздно узнают. Я ведь не воровать пришла, а сразиться с похитителями и ограничителями чужой свободы.

Зайдя в дом, направилась на поиски парня. Надеюсь, что он еще жив? После полученной раны, не каждый выживет. Будь ты хоть трижды демоном-драконом. От такой раны загнется любой, а тем более "добрый" хозяин его всяко чем-то напичкал. В этом вся беда и состояла. Так, куда же я сначала пойду? Начнем, пожалуй, с первого этажа.

Пробежав по всем комнатам, ауры демона я не почувствовала, значит идем выше, на второй этаж. Вот, уже что-то чувствую. Правда, слабовато. Скорее всего, из-за состояния пленника. Мельком осмотревшись по комнатам расположенным на этом этаже и найдя нужную, вошла внутрь.

В комнате было темно, хоть глаз выколи, но ведь я ночной скиталец, следовательно, видеть в темноте мне положено по статусу. Разглядев интерьер помещения, пришла к выводу, что это спальня самого хозяина, следовательно, пленник должен был быть здесь. Ведь как он, если я точно помню их беседу со своим слугой, приказал ему отнести парня в свою комнату. Следовательно, постоялец, который сейчас покоился на кровати и был тем сам пленником. Мое ночное зрение помогло убедиться в своей догадке относительно этого вопроса.

Я же войдя внутрь, стала приближаться. Когда подошла совсем близко, то увидела того, кого искала. Наверное. На кровати лежала фигура, похожая на фарфоровую куклу. Матово белое лицо, синие круги под глазами, последствием пыток и мучений было сильное перенапряжения, затрудненное дыхание и еле-еле различимый пульс. Даже капелька пота около виска и пальцы с силой сжимающие покрывало говорили о том, что у него серьезные проблемы, но он все еще жив. Правда парень держался из последних сил и готов был вот-вот уже уйти за грань. Губы побелели, руки холодели, дыхание временами пропадало. Не знаю, на что рассчитывал похититель, делая такие ужасные ранения и говоря при этом о нем как о подарке своему сиру. Парень вообще был еле жив. Если ему не помочь, то он умрет. А тот уже, судя по всему готов к этому.

Присев поближе, и посмотрев на него внимательнее, убедилась в том, что он действительно один из драконов. Ни у кого кроме представителей этой расы не было когтей под цвет родовому знаку. Будь то фиалковый, рубиновый, бирюзовый или еще какие драгоценные и редкие цвета, когти у них соответствующие, как и глаза. Глаз не вижу, а вот когти действительно, как и предполагалось, были сапфировые.

Я же решила осмотреть сложность его состояния не только на глаз. Немного отодвинув покрывало с дракона, приступила к осмотру. Хреново дело. Рана жутко воспалилась. Бинты, которыми парень был перевязан, нужно было менять постоянно, но сейчас это бесполезно. Жизнь и время его жизни шли на минуты. Про самозаживление и говорить нечего. Когда же я положила руку на лоб, еще больше расстроилась. У дракона начиналась лихорадка, надо помощь вызывать. Долго он так вот не протянет. Набрав на скорую руку Сюзаля и не получив ответа, выругалась и сбросила вызов, убрав телефон в карман.

Что же мне делать в такой не простой ситуации?

Если оставить все как есть и забрать его, после того как разберусь с хозяевами дома, он может просто-напросто не протянуть. Коньки отдаст. Вот именно поэтому так дело не пойдет. Пораскинув мозгами во всей этой ситуацией, пришла к выводу, что лучшим решением будет вызывать Широ, надеюсь, он уже поправился и с ним все в порядке.

"- Широ, ты меня слышишь? — Кинула я позыв мальчику".

"- Я вас прекрасно слышу, — ответил мне тот странным и встревоженным голосом. Скорее всего, еще не до конца оклемался. Оно и понятно, после такого не каждый на ноги встанет так просто, а он еще и по всей видимости в бой рвался".

"- Силы восстановились? — Спрашиваю чисто из лучших побуждений, а не из корыстных целей".

"- Более или менее, — заверил он меня. Вот и хорошо, а то мне еще одного полутрупа не хватало".

"- Помощь твоя нужна позарез, — это был не приказ, а просьба".

"- Я в вашем распоряжении, — ответил мальчик, слушая внимательно просьбу или приказ, не знаю, что он там для себя решил".

"- Помнишь тот дом, в котором тебя держали? — Спрашиваю мальчика". На что он ответил мне с такой злобой, что готов был взорвать этот дом вместе со всеми его обитателями.

"- Век не забуду, — сквозь зубы и с раздражением процедил он". И действительно, у нас помять отменная, а у него и отпечаток не хороший остался. Точно не забудет, даже если сильно захочет.

"- Как оказалось, здесь кроме тебя есть еще пострадавший, и в крайне тяжелом состоянии, если ему не помочь… — я не договорила, он перебил меня, схватив всю сложность ситуации на лету".

"- Я все понял, скоро буду, — коротко и ясно ответил тот".

Молодец. Не стал размусоливать причину, а ответил по существу. Таких вот и ценю. Не зря он мне приглянулся. Толковый парнишка. Под опеку, что ли официальную взять, да и братом назвать? Точно, так и сделаем. Будем воспитывать в старых традициях.

Не успела я прервать мысленную связь и поблагодарить мальчика, как на меня уже смотрели сапфировые глаза демона. Полумертвый, а драться и бороться за свою жизнь собирается до конца. Не разобрав всей ситуации, взглянул на меня как на врага народа, со злющим, метающими искры взглядом. Думает, что я по его душу пришла, и мучить так же буду, как и тот, кто похитил и покалечил. Мне же пришлось его переубедить в догадке относительно моего причастия к его плачевному состоянию.

— Не переживай, я от твоего друга. Он попросил найти тебя и помочь по мере моих скромных возможностей, — хотела, было его успокоить, но не вышло, тот только больше напрягся. Ай-ай-ай ему нельзя так делать, только положение усложнит, но разве вот таких вот личностей успокоишь так просто?

— А с чего ты взяла, что я тебе поверю? — Еле слышно сказал он, и верить мне отказывался напрочь, вот упертый какой.

— Можешь взглянуть на последний исходящий номер, я как раз ему звонила, правда трубку не взял, может, занят чем? — Пока доставала телефон из кармана плаща, отметила тот факт, что дракон внимательно наблюдает за моими движениями, но, не обращая внимания на его наблюдения, показала последний исходящий номер. Увидев знакомый номер друга, тот успокоился и снова повалил голову на подушку, на дальнейшее сил у него не хватило.

— Да, это его номер, — сил на разговор почти не было, каждое слово давалось ему с трудом. Он тяжело дышал, и было видно, что держится из последних сил и на одной только силе воли. Не успев подумать о плачевном состоянии парня, ко мне подоспела подмога.

Мне на выручку уже пришел Широ, в пижаме и босиком, но как раз во время.

— Вы меня звали? — Выглядел он довольно отдохнувшим и свежим.

Но у меня все равно осталось какое-то странное и едва уловимое предчувствие того, что он может сорваться, глядя на него в таком состоянии, верила, что все возможно. Глаза его горели фиолетовым огнем, а когти удлинились, это один из не хороших знаков показывал на то, что у него истощении и не только духовном, но и физическом уровне, а раз он не может удержать свою не человеческую сущность, следовательно, он голоден. И, по-моему, весьма сильно.

— Ты как, в порядке? — Мимолетно спросила я, отмечая то, что он это пытался скрыть, правда, не особо умело, но все-таки пытался. Значит, сильный характер у мальца, раз пытается скрыть и от кого? Но от довольно опытного скитальца такое состояние не утаишь. Мы и сами не раз так страдали, поэтому можем сказать наверняка лишь взглянув на признаки.

— Не совсем, но все под контролем, — заверил он меня, ну или, скорее всего себя.

Вот и хорошо, что из последних сил борется, а то мне еще и приступа с его стороны не хватало. Кормить-то нечем. Разве только демонами закусит, от этого им не убудет, я бы так поступила, а вот что предпримет он, даже не задумываюсь. Честно, мне все равно. Только бы с ним все было в порядке.

Голод Широ сейчас не главное, а вот что станет с драконом, если мы не поспешим, узнает на своей шкуре Сюзаль. Так что лучше поторопиться и отнести парня в безопасное место и оказать помощь.

— Отнеси его ко мне домой и окажи первую помощь и можешь возвращаться на предстоящее веселье. Я собираюсь отомстить хозяевам за ваши с ним мучения и оказанный теплый прием с их стороны. Надеюсь, и ты повеселишься со мной от всей души.

Мальчик ничего не ответил, только молча, взвалил дракона на плечо, растворяясь у меня на глазах, вместе с пострадавшим. Так, одну часть плана я благополучно выполнила, осталось только разобраться с похитителями и сразиться с древним. Вот и все. Как просто. Но только есть маленькая проблемка, я не знаю его уровень силы, да и все остальные тоже. Скрытный гад. Силу не афиширует. Но, а я все в предвкушении и жду не дождусь самого главного события в моей жизни. Этого я ждала больше трех сотен лет. Наконец-то моя мечта скоро осуществиться. От предстоящей схватки кровь закипает в жилах. Да и ребрышки посчитать кое-кому охота. Первым делом месть, а потом заказ на уничтожение. Работа подождет, а сладкая месть нет.

2 глава "Долгожданная битва"

В комнате темной и не просветной, где не горели люстры, а только светила одна единственная лампа, служившая тем самым источником света для присутствующих в кабинете, шел разговор. Если быть точнее разборки и выяснение сложившихся обстоятельств. Один, высший по рангу бранил второго, на чем свет держится, по всей видимости, ниже стоящего по статусу:

— Ты уверен, что везде посмотрел? — Начинал закипать главарь и что есть силы, дал в челюсть подчиненному. Раздался хруст ломающейся кости, а слуга все еще стоял на ногах. Да и все повреждения прошли как, ни в чем, не бывало. Слуга только покачнулся, но не упал.

— Да хозяин, — с уверенностью ответил второй, вправив челюсть и опустив голову в поклоне.

— И в спальне? — Уже с большей яростью потребовал ответа повелитель, хватая того за воротник рубашки и швыряя в другой угол комнаты. Слуга отлетел на два метра к стене, чуть не оставив там след от своей спины.

— Да хозяин, — вставая, и еще тише ответил слуга, сжимаясь в страхе сильнее прежнего, но подходя к своему господину.

— И в коридоре? — Закипал господин еще больше чем прежде, да так, что в комнате стало совсем жарко.

— Да хозяин! — Еле-еле сказал слуга, ждя очередного пинка или удара.

— Ну не мог же он просто так взять и исчезнуть? Он так серьезно ранен. Далеко ведь уйти не мог? — Уже рычал в голос повелитель, метая злобные искры круша все на своем пути.

— Нет, хозяин, — почти не слышно, ответил верный слуга.

— Да что ты заладил "да хозяин", "нет хозяин", лучше бы искал, что мы теперь сиру подарим? — Со всей злости рявкнул тот и со всего размаха заехал своему слуге с разворота ноги в челюсти. Слуга не удержался, пролетел всю комнату и впечатался в стену, оставив после себя напоминание, дырку в стене и выломанный кусок камня, лежавший на полу.

— Не знаю хозяин, — ответил слуга, поднимаясь с пола и потирая ушибленное место. И действительно, что же он мог сделать, если этот парнишка просто испарился? Вот именно. Он тут совсем не причем. Пусть бы хозяин сам со всем и разбирался. После удара, дальнейших действий от господина не последовало, а в комнате повисла тишина.

Но тут тишину нарушил тихий смех, легкий, но не предвещающий, ни чего хорошего тем самым, кто находился в комнате. Смех заставил их повернуться и напрячься от ощущения предстоящего знакомства со смеющимся. А раз такое чувство могло вселиться в души демонов, значит, гость не так прост, раз смог напугать таких могущественных и сильных существ как они. Да и чего ждать от постороннего они тоже не знали.

Анна

В комнате происходили разборки. Хозяин наказывал своего слугу. Со всей силы, пиная того ногами и швыряя из одного угла комнаты в другой. После каждой порции ударов тот вставал и продолжал вести себя, как ни в чем не бывало, вот, насколько он был предан своему господину. А причина такого поведения очень простая. Нерадивый слуга, по всей видимости, не досмотрел за "подарком" их с хозяином сиру. Ведь я его благополучно украла прямо у них из-под носа. Смотреть на то как они переживают из-за потери драгоценного, но изломанного подарка без улыбки я не могла. Переживают так, будто другого дара в милость не найдут. Неужели кроме парня дракона дарить было совершенно нечего? Скорее всего, были обстоятельства связанные именно с таким выбором. Нет, конечно, это не моё дело, но смешно, право слово. Демоны великовозрастные, а ничего лучше, кроме как подарить пленника для игр их сиру не нашли. Смеялись, издевались, и у меня пришла такая мысль, что и Широ они тоже хотели подарить Арзелю, ведь мальчик ночник, а демон бы обрадовался, что в его распоряжении есть еще и ночной скиталец, пусть еще и ребенок. Демоны всегда нас недооценивали. Но настала моя очередь играть и мстить, смеется тот, кто смеется последний. Месть моя свершиться, а для этого необходимо подготовить их к моему появлению. С нотками загадочности и таинственности мой смех нарушил монолог старшего демона.

Все вышло так, как я и задумала. Хозяин дома повернул свою голову в сторону, откуда раздавался мой смех, а в такт с ним и его слуга. А лицах застыла маска взволнованности. Слуга смотрел на своего господина и недоумевал, он с опаской и одновременно с надеждой оглядывался на господина, ждя его реакции на происходящее, но тот ничего не нашел лучше, как потребовал:

— Кто здесь? Выходи! — С какой-то хрипотцой в голосе сказал демон.

— Хозяин, может не надо? — Испугался его слуга и спрятался за спину.

— А ты вообще не лезь! — Повысил голос на него тот, и снова кулак старшего демона прошелся по лицу слуги, вследствие чего тот отлетел к стене. Но после встал и подошел обратно к левому плечу своего господина, тот же снова потребовал: — Выходи, я хочу посмотреть, кто это у нас такой смелый, покажись, раз смеешь насмехаться надо мной! — Я же не стала злить его еще больше, ведь о его злости, мне снова хотелось смеяться, но нарушать свой план я не буду, поэтому согласилась и поднимая руки вверх, как бы сдаваясь ответила:

— Ладно, ладно. Раз так просишь, выйду, — а про себя подумала, что он только что сам напросился на неприятности.

—--

Из тени вышла девушка, от силы выглядевшая лет на двадцать. Ее черные как смоль волосы водопадом рассыпались по плечам, а глаза горели холодным серебряным огнем. Но не покидало ощущение, что она как будто не из этого мира. Облачена ночная гостья была в вишневую рубашку, обтянутую корсетом, длинную юбку с разрезами от середины бедра, уходящими до конца подола, изгиб стройных ножек украшал узор ажурных черных колготок и туфли на высоком каблуке. Довершал ее экстравагантный образ — плащ, колышущийся за спиной, подобно крыльям летучей мыши и меч, висевший на поясе. А напряжение в энергетическом поле — все это доказывало. Пришла эта девушка не просто поговорить. Чувствовалась решимость и темное желание, сравнимое с местью или жаждой смерти присутствующих в комнате. Но узнают они об этом, только если она их просветит. Было такое чувство, что она сначала действует, а потом размышляет над сделанным и предполагает другие версии развития событий. Так ли это они и узнают сейчас на себе.

Анна.

На меня смотрели две пары удивленных глаз, разглядывая и изучая со всех сторон. Но во время опомнились и спохватились.

— Кто ты такая, черт тебя побери? — Как не красиво с их стороны так разговаривать с девушкой. Погрозив пальцем и покачав головой, ответила:

— Как грубо с вашей стороны, так со мной разговаривать, я простая ночная гостья, — заверила я их тоном наставника.

— И что же тебе надо, ночная гостья? — С ухмылкой на лице спросил демон, отойдя от эффекта моего неожиданного появления. Видно было, как у него горит любопытство, он желает поинтересоваться и выяснить все об моем незваном визите.

— Совсем немного, — все таким же ласковым голосом ответила я, но добавила, совеем по-другому, с угрозой в голосе: — Мести! — На этих словах мои глаза полыхнули серебром и зрачок, скорее всего, стал вертикальным.

— И кому же ты мстить собралась, девочка и за что? — Со смехом спросил демон, но видно было, как напряжение и страх за свою жизнь у него пропал, и появилось призрение к смертной, коей он думал я являюсь. Но не будем его разубеждать, продолжим вести свою игру. Так что мой ответ не заставил себя ждать.

— Мстить я буду тебе, — показывая в сторону хозяина дома, и тем самым успокоив его, ну и посвятила в свои планы и причины мести, — а причин в моем списке много, например за похищенного и искалеченного вами близкого товарища моего друга.

Тут на них нашло озарение и на лицах обоих застыло понимание и изумление. Они искали не похитителя, а похищенного, и как оказалось зря искали. Подарка из этого дома и след простыл. Я же оставила за собой выигрыш в виде их ошарашенных лиц. Главарь и похититель в одном лице посмотрел на меня метающим непонимание и одновременно раздражение взглядом, но спросил:

— Так это ты украла подарок сиру? — Озвучил свою догадку старший демон, понимая, что парень у меня. Да притом давно у меня, с пол часа точно. Так что упустили они возможность прогнуться перед своим господином. Да и жить им не долго осталось. Широ по делу должен был вернуться с минуты на минуту, а у него к ним список подлиннее будет. Но моя игра еще не закончилась. Теперь начнем выполнять вторую часть своего задуманного плана. Начнем наглеть и вызывать в них раздражение и гнев. Может и мне чего достанется. Меч в руках не держала давно, так что было бы не плохо порубить парочку демонов для разминки и встряски.

— Ага! — С наглостью заявляю я. А что? Наглость второе счастье, первое — это я! Точно про меня. Заверяю вас на все сто процентов. Нет наглее ночника, чем я, пусть моя наглость и проявляется лишь временами, так что бывает это, крайне редко. Наглею я не так часто и то только от хорошего настроения. А сейчас оно у меня прямо так и светиться. Насолила этим двум демонам, да еще и их сиру заранее настроение испортила, подарок украла, хорошо-то как, жить хочется. Но эти парни все никак не унимались. И чего вам мирно не живется?

— Верни его немедленно! — Начал снова закипать от гнева тот.

— А ты отними, — игриво ответил я.

Знаю, конечно, что нарываюсь, но хочется, наконец-таки размяться. Что я зря, что ли пришла сюда? Не в гости же? Правильно. Отомстить этим горе похитителям, да и руки заодно оторвать и в одно место убрать. В карман. Что бы надежнее было и лишний раз, прежде чем их достанут, подумают, а нужны ли они нам такие нехорошие и не послушные. Вот, пусть потом поразмышляют над своим поведением, если живы останутся. Но в этом я не уверена.

В мгновение ока демон начал преображаться. Стоявший когда-то "молодой человек", превратился в то, чем являлся на самом деле. Потомком тьмы. Проявился его полный боевой комплект: когти острые как бритва, крылья с когтем на основании, цвета крови, рога находящиеся на одном уровне с длинными ушами, которые вытянулись и приняли свою изначальную форму, да и в росте немного прибавил, стал выше на голову прежнего себя. А его золотые глаза от бешенства метали искры, готовясь испепелить противника, то есть меня. Сам же он облачен был в боевой костюм из белой кожи, который обтягивал его торс и выставлял напоказ мышцы, говоря о нм не как о дохляке, а о могучем и сильном противнике. Длинные волосы, когда-то заделанные в хвост шнурком, поменяли свой цвет, бывшие когда-то светло-каштановые стали черными с багровыми прожилками. От него так и разило магией вперемешку со злостью. Готов был биться до победного и порвать противника на кусочки. За спиной висел меч, а на грудной перевязи имелся набор метательных ножей. А сам он уже приготовился к бою, рука так и тянулась к мечу, в ожидание того, что моя голова слетит с плеч.

Вот это я понимаю веселье.

Для начала я сняла туфли и встала голыми ногами на пол, дабы не сломать ноги и каблуки в придачу. И тут уже настала моя очередь преображаться. Вот только моя боевая форма отличалась от истинного вида демона. У меня нет ни рогов, ни металлиума, который время от времени заменяет им меч. Это коса, внешне похожая на обычную, которую девушки заплетают из волос, только сделана она, из необычного метала высокого качества, который просто так не сломаешь. Именно поэтому так и называется это их приспособление, дающие преимущество над противником. Так же коса может удлиняться за счет нитей, что-то вроде нервных волокон, которые находятся в сердцевине каждой части оружия соединенных между собой. Ее строение чем-то похоже на позвоночник, так же подразделяется на части, разные по размеру. Так что это можно сказать один из важнейшей составляющей в строении их тела. Что же касается прибавления в росте, мне это тоже не светит. Все что у меня появляется — это колеще-режущий арсенал, клыки (если захочу) и когти в пол пальца, увеличивается ловкость, скорость и сила удара.

Когда демон приготовил свой меч, я обнажила свой. Рукоять приятно лежала в моей ладони и грела руку и душу война. Я не стала призывать клинок из астральной материи, а просто взяла и обнажила тот висевший все это время на поясе. Хоть я и могу вызывать и создавать оружие по желанию, это будет зависеть от моего резерва астральной энергии. Моя энергия может принять такой вид, какой я сама захочу, так что энергию можно использовать по-разному. Если захочу, в руке моей появиться револьвер, смениться противник и оружие поменяется. Создам все то, что захочу. От пистолетов до копий в масштабных количествах. Вот только использовать эту способность я стараюсь, как можно реже, ведь эта способность очень быстро осушает энергетический резерв. Восполнять его довольно проблематично, поэтому я пользуюсь материальным оружием. Но как мне кажется, при сражении с Арзелем, все равно придется перевооружаться не один раз, дабы его победить. Меня волновало лишь одно, как потом мою потраченную энергию восстанавливать? Но чего бы мне это не стоило, я все равно выполню свою миссию. Только сначала надо разобраться с этими двумя демонами, которые насолили не только лично мне, но младшему сородичу и драконьему парню, а уж потом можно выполнить и задание, порученное орденом. Самое главное отомстить тому, кто стоит передо мной, а потом уже все остальное по плану. Моя месть не заставит себя долго ждать, нужно лишь подождать прихода главного.

За всеми этими мыслями я не заметила, как мы с ним сошлись. Скорость у нас была огромная. Простым невооруженным глазом нельзя было даже разглядеть наши с ним движения, а что уж говорить о полноценном наблюдении за поединком. Мы с демоном сражались не по-детски. Он в полную силу наносил удары, я их отбивала и уклоняясь атаковала его самого. На его атаки я ставила блоки, выходя в нападение, а от моих атак ему приходилось лишь уклоняться, так как времени на ответ у него не оставалось. Он рычал, ругался, от безысходности, а я вообще не проявляла никаких эмоций. У меня есть цель, и мне необходимо ее исполнить, больше меня ничего не волновало кроме этого. Победа над ним самое главное сейчас. Одолеть его было не так уж и проблематично. Нужно только сделать финальный выпад в определенное время и поставить точку в сражении. Для этого нужно всего-то ничего, вымотать и обезвредить противника. А таким как он сейчас одолеть его может любой.

Мне всегда говорили: сосредоточенность, внимательность и рассудительность — вот самое главное качество война. Мой учитель всегда вбивал мне это в голову. Во время битвы быть спокойной, рассудительной и никогда не поддаваться эмоциям — вот залог победы. Спокойная и трезвая голова всегда поможет в сражении, какой бы ситуация не была.

И действительно, спустя какое-то время я убедилась в правдивости его слов. Наставник оказался прав во всем. Злость не помогает в битве, не дает тебе силы, а наоборот, ты становишься предсказуем и теряешь наблюдательность, давая противнику еще больший шанс себя одолеть.

Вот и сейчас мой противник слабел на глазах, становился предсказуемым и начинал проигрывать. Он не замечал, но движения его становились не такими точными и уверенными, он стал отставать по скорости. Я же воспользовавшись этим, подстраивалась под него и задавала темп, с которым он уже не справлялся. Но он все равно, упорно продолжал надеяться на свою злость даруемою от нее в замен силу и не понимать всего с ним происходящего. Лишь один раз, когда мы с ним разошлись в разные стороны комнаты, он спросил:

— Кто ты такая? Простой человек, да будь ты хоть флир (наделенный магической силой человек), не может просто так со мной справиться. Я один из высших, — сказал демон, восстанавливая дыхание и сплевывая кровь. На последнем выпаде, когда била наотмашь я его все-таки задела, раз он сейчас выплевывает разбитый зуб, вылетевший из-за удара по челюсти.

Мы с ним ждали атак друг друга стоя по разным сторонам комнаты. Глядя на него, я понимала, что еще, какое-то время, и он будет повержен. Сил в нем осталось не много. Его же положение дел сейчас и бесило больше всего. По делу простой человек вроде меня надрал ему его зад практически не напрягаясь. Ждать пока он отдохнет, я не буду, нужно поскорее разобраться с ним. Я тут же, недолго думая, сделала завершающий выпад в его сторону, он тоже рванул мне на встречу, но увы и ах, ему не повезло. Я уже стою у него за спиной, прижимая клинок к горлу. Шах и мат. Ферзь победил, оставив короля ни с чем. Месть свершилась. Широ отомщен, а вместе с ним и друг Сюзаля тоже. Просьбу друга я исполнила, перед Сюзалем я чиста, перед Широ тоже, осталось только поручение гильдии выполнить и я свободна.

— А ты и не проиграл так быстро, будь хоть немного спокойнее. Если бы ты не злился во время боя, то не валялся сейчас на полу в роли поигравшего, — спокойно, не проявляя эмоций, ответила ему, преподавая последний в его жизни урок.

— А я и не валяюсь, — удивился тот моей ошибке.

Не хотела унижать его еще больше, но по всей вероятности придется.

Сделав подсечку ногам и повалив его на пол, поставила ногу на грудь, а клинок же остановился около его шеи, в том самом месте, что и был несколько секунд назад. Вот теперь точно лежит на полу с приставленным клинком, как и было мной сказано. Думаю, больше спорить не о чем.

— Вот теперь валяешься, — констатировала очевидный факт, и посильнее вжав его в кафель пола ногой, осталась в той же самой позе, с мечом у горла противника: — Еще претензии будут? Может, прощенья попросишь, и мы разойдемся? Решение за тобой, — но ему невдомек, я только время тяну, что бы Широ полюбовался, как его заклятый враг будет повержен.

Но тут вмешался слуга, все это время следивший за ходом боя с открытым ртом.

— Не может этого быть! — Воскликнул он. — Хозяин вы и проиграли простой девчонке? — Удивился тот.

После вопроса, заданный слугой своего почти мертвого господина, астральная материя подсказала мне о приближении нового персонажа игры, и это был точно не Широ, а кто-то другой. Тот, кто по силе гораздо мощнее мальчика. А вот кто мы сейчас и узнаем. Из вихря раздался бархатный и завораживающий голос, который говорил о своем хозяине как о могучем повелителе и властной личности. То же самое можно было сказать и о его магической силе, в которой энергия так и бурлила, переливаясь всевозможными откликами и голосами силы. Ответ на вопрос о том, кто это был, я получила сразу, как увидела новую персону появившуюся в комнате.

— А с чего ты взял, что она простая девчонка? — Спросил тот, кого я так долго ждала и с кем мечтала сразиться.

Арзель!

Раз ты наконец-то появился, я смогу сразиться с тобой. Нет ничего лучше поединка с таким сильным соперником. От предвкушения битвы темная суть внутри прямо так и поет, желая вырваться наружу и порезать на ленточки напротив стоящего соперника.

Раз появился самый главный, пора заканчивать с этим демоном и переходить к следующему. Нанеся последний, завершающий удар в нашем поединке с похитителем, вернулась в свою привычную форму. А то, что осталось от демона, сожгла в черном огне, оставив только пепел, который моментально развеял вечерний ветер, ворвавшийся в комнату из-за открытого окна. Вот теперь от него остался только след крови на полу, пролившейся на последней секунде его жизни. Какая печальная ирония. Побежден, по его мнению, простой человеческой девчонкой, смешно.

Арзель, все это время стоявший в стороне, наблюдая за моими действиями, ухмыльнулся. Самый первый из древних, высший, могущественный. Красивый черт. Коротко постриженные пепельные волосы, широкие плечи, мускулистый торс, мечта любой девушки. Вот только не моя. А в глаза вообще можно влюбиться. Глубокого небесного оттенка, в которые, если взглянуть, просто утонешь. Сам он выглядел как божество. Не ирония ли? Синие одежды украшала вышивка с длинными и бескрылыми драконами из кожи синего оттенка, но чуть темнее самой ткани костюма. Драконы-украшения обвивали его руки по спирали от запястий до локтей. Хвост начинался на плече, а пасть переходила в тугие металлические наручи, закрепленные на запястьях, говорившие об его причастности к роду воинов. Ведь у демонов есть несколько как расовых, так и персональных категорий, такие как войны, врачеватели и маги. У каждого из них был отличительный знак по роду его занятости. А наручи именно то доказательство, говорившее о нем как о войне.

— Да, и кто же я такая? — Поинтересовалась я у него, вставая напротив и даря ему вопросительный взгляд, спрятав клинок в ножны.

— Вы леди, ночной странник, — ошарашил он меня, с первого взгляда поняв, кто перед ним.

Неужели так заметно? Ну почему если девушка хорошо владеет мечом и надирает задницу одному из высших, причисляется к странникам. Нет, против своего народа я ничего не имею, но неужели нас так просто узнать? Но демон поспешил изменить свое решение, предоставив все как ошибку. Так как спросил:

— Если только я, конечно, ничего не путаю? — Но одно обстоятельство не давало ему покоя, поэтому он отверг свое предположение и сказал: — Хотя, глядя на то, как ты быстро разобралась с этим, — махнул он рукой в сторону того, что осталось от побежденного демона, — могу с точностью сказать, что ты ночной странник. Сила, грация движений, и точно не человеческая ловкость, подтверждают все мной сейчас сказанное. У флиров такого нет. Они существа похожие на человеческое население, хоть и с большим сроком жизни, чем простые не наделенные силой люди. Ты на них совершенно не похожа. Они практически люди, в тебе человеческого просто нет.

Конспирация раскрыта. Вот неудача!

Нужно будет придумать что-нибудь другое, но сначала одолею его, скроюсь от глаз ордена, а потом подумаю. О будущем думать полезно, особенно если живешь не одно столетие.

Но вот незадача случилась, я за собой раньше не замечала всех обстоятельств, которые могли бы нарушить мою маскировку. Ну, движения плавные, точность ударов высокая, ловкость больше чем у простого смертного, любой атлет может похвастаться такой же, если хорошо потренируется. Что же он такого особого мог углядеть в моих простых движениях и не замысловатых действиях? Не знаю. Но спрашивать не буду. Сама догадаюсь.

Но словами древнего тут же заинтересовался бывший слуга, своего мертвого хозяина. По его лицу было видно, что он впервые слышит о такой расе, следовательно, Широ он не мучил и даже плетку в руки не брал. Ведь если бы брал, спросил, зачем такое необычное орудие пыток. Хозяин бы отмахнулся мимолетным ответом, а если он спрашивает, тут он совершенно не причем. Но мне одна разница. Пусть мучается. Тот же спросил у древнего:

— Сир, а кто эти ночные странники на самом деле? Ведь хочется узнать о тех, кто так быстро смог разобраться с хозяином, — спросил он, смотря в сторону своего мертвого господина, точнее на то, что от него осталось, пятно крови на полу.

— Все очень просто, — начал объяснять древний, — Ночные странники или скитальцы, как их многие называют, никто иные как вампиры, — от такого названия меня передернуло. Терпеть не могу, когда нас так называют. А придумали это название сами демоны. Арзель и был одним из них. Так что и за это я отыграюсь.

— Что, простые вампиры? — Удивился тот.

— О нет, друг мой. Не простые, — посмотрел на меня демон, наблюдая за реакцией, — Это не те вампиры, которых так любят описывать в современных книжках или про которых снимаются фильмы ужасов. Это совсем другая раса. Вот только они не любят когда их так называют, предпочитают называться ночниками на крайний случай, но не вампирами. За такое их название и убить могут, — и мимолетно посмотрел на меня, стоящую и скрипящую зубами от злости, но он продолжал, не обращая на меня внимания: — Они такие же создания тьмы, как и мы, пусть и были когда-то лишь послушниками. Только их в отличие от нас создала Богиня.

— Какая еще Богиня, я ничего подобного не слышал? — Удивился низший.

При упоминании богини, сердце екнуло и больно сжалось в груди. Конечно, хочется иногда вспомнить о прошлом, но не в такие моменты, когда вот-вот готова грянуть битва. Хотя, он, наверное, не в курсе, что я пришла по его темную душу, значит, немного отдохнем, а то две битвы подряд в моем-то нынешнем состоянии, довольно, проблематичное дело, ведь я давненько не пополняла запас энергии, так что второй бой я могу просто проиграть. Так что, будем "сыпать песок в глаза" то есть разговаривать с потенциальным противником, и вводить его в заблуждение. А потом можно еще эффект неожиданности устроить. Ну, это конечно в идеале. А пока…

— Богиня ночи и сновидений Анришат, — вмешалась я в их разговор, с нежностью и улыбкой на лице, вспоминала свою мать: — Она дарила сон людям и всем живым существам в этом мире. В помощь себе она создала рыцарей ночи или как любили назвать их люди Ночные Скитальцы или Странники, кому как больше нравилось. Красивые, могучие, дарующие сны вместе со своей матерью. Люди сочиняли про них баллады, сказывали легенды, пели песни, строили в их честь храмы и статуи.

Немного помолчав, вспоминая все сказанное, и приведя чувства в порядок, продолжила свой рассказ о матери и братьях:

— Так бы они и существовали, в мире и спокойствие целую вечность, пока с ними не произошел один довольно не приятный момент, — сказала уже с как-то грустью, вспоминая все до последней детали.

— Какой? — Обратился слуга к своему новому сиру.

— На богиню позарился наш создатель — Темный Бог смерти Анубис. Она ему приглянулась, и он захотел заполучить ее, во что бы то ни стало. Но вот незадача, на пути создателя встали ее детки — ночные охранники. Тогда он натравил своих воинов, что бы те убрали с его пути назойливых и бессильных мошек, которые мешают ему, Великому и Могучему в достижении цели. Но они оказались не такими уж и слабаками. Противостояли целым легионам, но и их силам был придел. Ведь так? — Спросил он, обращаясь ко мне.

— Да, они держались из последних сил. Но все равно понимали, что проиграют… — у меня перед глазами стояли картины прошлого: — Тогда им пришлось заключить договор с одним из Демиургов мира. В обмен на услугу с его стороны на них будет наложено заклинание. Только они не знали что тот Демиург, был сумасшедшим изобретателем и экспериментатором. Заклятье дало им силу, но били и последствия, именно те условия, которые им нужно было выполнить, этими последствиями и являлись, на то, что бы получить могущество сопоставимое с силой тысячи легионов.

— И какими же именно были те условия? — Все никак не мог успокоиться этот демоненок, тревожа мои старые раны.

— Они должны были пить кровь людей. Ведь вместе с силой, они получили и проклятье. Они обязаны питаться. Ведь благодаря крови, восстанавливался резерв их магической энергии, — наконец закончил свое объяснение древний, но обратился ко мне с непониманием, — вот только откуда тебе, молодой, но достаточно сильной представительнице этого народа известны подробности тысячелетней давности? — Удивленно спросил демон. Как же ты ошибаешься демон. Смертельно ошибаешься. Все вы так и умерли, недооценивая меня, моих братьев и нашу силу.

— Тут вы ошибаетесь, — вмешался в разговор Широ, вовремя появившись в комнате, вполне обычным способом — через дверь. Успел-таки к развлечению паразит. На него с удивлением смотрел слуга погибшего демона. По его глазам было понятно, что он узнал в мальчике, того самого ночника, висевшего у них некоторое время назад. А я судя по всему ошиблась. Он приложил руку в мучении Широ, раз при взгляде на мальчика так испугался. Сглотнув нервный комок, слуга приготовился к своей участи. Месть ночника страшна. Этого он и боялся больше всего. Но парень лишь кинул мимолетный и на первый вид безразличный взгляд, мол, не до тебя сейчас, но и до тебя доберусь.

— Как он? — Спросила я о нашем давешнем знакомом.

— Спит. Я его немного подлечил, так что с ним все будет в порядке, — ответил мне мальчик, ища глазами своего похитителя.

— Вот и хорошо, — успокоилась я, но мне нужно немного расстроить мальчика, — кстати, Широ, у меня две новости хорошая и плохая, с какой начать?

— С плохой, — приготовился он. Вставая рядом со мной, мальчик ждал ответа, то есть новости. Я же с едва сдерживаемой улыбкой "расстроила" его своим ответом.

— Плохая новость состоит в том, что главному твоему похитителю я отомстила, совершила месть самолично, так сказать. Надеюсь, ты не обижаешься?

— Нет, конечно, я рад, что он больше не будет ходить по этой земле. Я вам благодарен, только не пойму, раз это плохая новость то, что вы с ним разобрались, а хорошая новость, тогда какая? — Спросил он, удивленно хлопая глазами и не понимая, почему была плохой та новость, и какая же, может быть тогда хорошая.

— А хорошая состоит в том, что остался его слуга и стража дома. Они в твоем полном распоряжении. Развлекайся так, как пожелаешь, — обрадовала я мальчика.

— Премного благодарен, — поклонился мне он. С бесноватой улыбкой и огнем в глазах, растворился туманом, забирая по пути верного слугу своего мучителя. Через некоторое время раздался полный боли вопль демона и радостный хохот паренька.

Чувствую, он оторвется по полной программе. Месть ночника всегда была кровью. А у него чувство гордости задето вдвойне. Так что достанется тому демону на орехи так, что не унесет он их даже в несколько заходов. Останется лишь пепел, который развеет ветер. Пусть веселиться, и мстит на здоровье, мне же предстоит другая работа и весельем, эту проблему не назовешь. Ну, может чуть-чуть.

В комнате остались только мы с Арзелем.

— Ну, так что дальше? Мы остались с тобой вдвоем, — томным голосом сказал он, намекая на кое-что не вполне приемлемое и откровенное. Да обаятельный демон. Чувствую, не одно сердце было разбито этим соблазнителем. Прошелся он как татарское иго по землям беззащитным. Копия отец, получает то, что захочет. Но не сегодня. Меня так просто не сломаешь, руки обломаешь и нервы испортишь. Так что все его потуги на меня не действовали и были бесполезны. Но не будем разубеждать демона в его неотразимости.

— Я давно ждала встречи с тобой, это было одной из моих самых сокровенных желаний, — ответила ему той же монетой и в такой же вариации. Чуть опустив глаза и понизив голос, но, не намекая на то, чего хочет он от меня, а совсем по другому поводу.

— И почему же это? — Спросил он с удивлением, но не с восторгом, а просто с вопросом, на который хочет получить ответ.

— Сначала это было просто желание сразиться, помериться силой, сойтись в мастерстве, а потом это стало моим заданием, мне дали разнарядку на тебя. Так что я обязана это сделать по любому. Притом тебе в дар собирались подарить товарища моего давнего знакомого. Это еще одна причина. Выбирай, какая из них тебе нравиться больше.

— Кого подарить собирались? — Непонимающе спросил тот.

— Демона-дракона.

— Какого еще дракона? — Спросил он, все еще не въезжая, что за подарок такой и почему я за него мстить буду.

— Обыкновенного, Сапфирового.

— Эту малолетку сопливую? Да не за что. Связываться с детьми не в моих правилах. Вот если бы Алмазного дракона, было бы другое дело.

Алмазный дракон глава этого клана, он самый сильный из всех представителей темного драконьего семейства. Его боятся даже высшие. А этот захотел получить Алмазного брата себе в роли игрушки. Силен гад. Вообще-то, если мне память не изменяет, у него кроме Натана еще дети есть. Кажется трое или четверо. Точно не помню. Слышала о Рубиновом, он старший, бирюзовом, это девушка, и есть по моему двое. Точно, близнецы. Агат и Агата. Но не это главное. А самое важное сейчас то, что он захотел получить в свое распоряжение самого главного дракона-демона. Это говорит о многом. Нужно держать ухо востро. У меня же проблем снова прибавилось. В данный момент, как оказалось, у него совсем другие планы. Я влипла и сильно.

— Но сейчас мне нет до этого дела. Я нашел новую цель. Ты моя добыча. Тем более тебе меня не победить. Может тебе лучше сдаться а? Ведь проиграешь. А портить тебя мне не хочется. Миленькая же, — говорил он мне все это подходя все ближе и ближе, я же отступала и настаивала на своем.

— Битва с тобой дело принципа и мой долг экзорциста, — а про себя добавила, что хоть я им уже и не являюсь, ему это знать не нужно.

— Экзорциста говоришь? — И рассмеялся что было сил, — что бы ночной скиталец и вдруг экзорцистом заделался, в жизни не слышал большей глупости. Придумай что-нибудь поинтереснее. Не верю я в это.

А меня обуял гнев. Значит, если я ночник и людям помогала его детишек и племянников истреблять, то это не делает меня экзорцистом. Да что бы он понимал и знал. Я на орден работала почти семь лет и не разу не пожалела об этом. Правда до сих пор с ними якшаюсь, но это сути не меняет. Я была экзорцистом, и пусть засунет свое " не верю" в карман к Анубису.

— А мне все равно, веришь ты мне или нет. У меня заказ на твое уничтожение и я это сделаю. И плевать на все последствия и твою веру в меня как твоего убийцы. Пусть что будет.

— Даже если ты здесь умрешь? — Уже мурлыкав спросил демон. Вот жжешь, поганец. Терпеть таких не могу. Самоуверенный, самовлюбленный, как отец. Вечно влезающий и берущий что захочет, но я не игрушка. Так просто в руки не дамся.

— Пока тебя не убью, не умру, — сказала я на полном серьезе, но продолжила уже с грустью в голосе, — если тебя не будет, и ты отдашь своему отцу душу, то и мне можно будет уйти к своей Богине. Тем более меня уже заждались на том свете, — а ведь действительно все мои товарищи и братья уже давным-давно в объятьях матери-богини, только я осталась на этой бренной земле и до сих пор мараю руки о кровь демонов. Погано это. Продолжать дело тысячелетней давности.

Тот перестал смеяться и стал серьезным.

— Жаль будет убивать такую милашку как ты, но выбора у меня нет. Раз ты так решила. Ну что ж, давай сразимся, — налетая на меня, сказал он, меняя вид на ходу.

Сказать, что он изменился, значит во многом преувеличить. Как он изменился? Никак. В отличие от современных своих сородичах, изначальные демоны фактически не меняются. Ну, за исключением того, что у них появляются крылья. Рогов нет, металлиума тоже не имеется. Так что они выглядят почти как обычные люди. Вот именно это слово "почти" и отличает их от простых смертных. Первые способны одурачить даже тех, у кого наметанный глаз. Так что они могут скрыться от кого угодно и когда угодно.

Мне же снова пришлось входить в боевую форму. Опять. Эх, потом энергию восстанавливать и неделю, после не колдовать. Кошмар. Но дело принципа, что б его. Либо он меня, либо я его. И нет пути назад. Тут же миазмы, которые служили мне основой моей силы, приняли форму, катаны.

Арзель действительно могущественный демон. Не зря его боятся. В моем плачевном состоянии мне с ним не справиться. Можно конечно попробовать свой последний козырь, вот только потом придется восполнять свои силы довольно долгое время, где-то месяца два. Если, конечно, не сделать это по быстрому. Вот только этого я не люблю больше всего.

Побегав друг от друга какое то время, начали понимать, что так дело не пойдет. Он начал сражаться в полную силу, а мне не хватало на это смелости. Ведь если я решусь это сделать, мне придется снимать печать ограничения силы, но это может привести меня к полному истощению. И после битвы я возможно погибну.

Из размышлений меня вывел появившейся мальчик. Видно было, что он просто счастлив. Глаза его светились бесноватыми огоньками. Широ смог отомстить и это его несказанно радовало. Но когда он увидел меня в таком состоянии все его настроение тут, же пропало.

— Анна, с вами все в порядке?

На его вопрос не дал ответить зазвонивший как всегда не вовремя телефон.

— Да.

— Аня, это Мишель, — сказал священник. Как будто я его номер не узнала. Дурака из себя строит, мол, я на номер не смотрю.

— Я поняла. Чего надо? — Резко ответила я.

Знаю, что не хорошо поступаю, но дело-то серьезное, а он мне тут размусоливает, то, да се. Говорил бы конкретнее что надо и выключался. Так нет. Надо целую тираду по этому поводу устроить. Что б его.

— Мы высылаем тебе подмогу, — чего? Мне, высшему и древнему ночнику помощь и от кого, простых смертных? Да они только мешаться будут. Арзель и глазом не моргнет, как всех положит.

— Да не нужна мне ваша подмога, — рявкнула я в ответ. Эх, потом пожалею. Священник вообще человек обидчивый, и отходит долго. Слушать твои извинения он будет только через неделю молчанки. И то не факт. Так что я поступала рискованно. Но кроме возможной ссоры он меня еще кое-чем обрадовал:

— Поздно, мы уже здесь, — "успокоил" он меня. Вот же подстава. Гадство. Что делать теперь? А вот кто его знает?

— На кой ляд мне это надо, — в ответ прорычала я и сбросила вызов.

Что же делать, черт побери? Печать снимать нельзя, могут люди пострадать из ордена, потом, если я, конечно, выживу, Мария мне голову оторвет. А оставить это дело как есть тоже нельзя. Если так и дальше пойдет мне конец, положит на лопатки как котенка маленького и все.

— Широ.

— Да госпожа, — сказал он с уважением, даже не смотря на мое плачевное состояние.

— Там у входа стоит куча народу из ордена. Найди профессора или Мишеля, скажи им, что бы уходили как можно дальше отсюда или им всем конец настанет полный и бесповоротный, а я этого не хочу и постараюсь все как можно скорее исправить.

— А что вы собираетесь сделать? — Спросил он, хлопая непонимающими глазами.

— Печать снимать, — коротко и ясно.

Тот впал в ступор с открытым ртом.

— Но…как же? — Подбирая слова и не зная, что мне ответить, промямлил тот, — что, же с вами будет потом? — Он не договорил, я его перебила.

— Я сказала бегом. Чем быстрее ты их найдешь, и они уберутся отсюда, тем быстрее я разберусь с этим, — кивая в сторону Арзеля, сказала я мальчику, практически самолично выталкивая его из комнаты, — так что одна нога здесь, а другую оторву, если не поспешишь, — уже рыкнула я на ребенка.

— Как прикажите, — с поклоном ответил тот.

И исчез. Тут о себе напомнил демон, атакуя на лету, скорость с которой он на меня набросился не сравнима с моей, мне до него далеко, и с учетом того в каком я сейчас состоянии, то удивительно, как еще вообще жива. Кое как отбивая выпада и удары меча демона, уходя в глухую оборону, понимала, что если не снять печать, смерть не за горами.

Я уже теряла последние остатки сил. В итоге после бесполезных уклонов и атак мне порезали бедро, зацепили щеку, а потом дело приняло серьезный оборот. Сделала серьезную и непростительную ошибку в проведении поединка с более сильным противником. Подставила плечо, в результате чего демон с удовольствием и наслаждением обрушил мне на плечо свой остро-заточенный меч, сломав кость и почти повредив легкое, клинок был остановлен моим мечом, подставленным в противовес лезвию демонического оружия. Слава матери-богине успела во время поставить блок и отлететь после этого в сторону. Рана получилась серьезная на столько, что я взвыла, и села на пол, зажимая поврежденное место, которое теряло драгоценную алую жидкость с огромной скоростью. Радовало то, что удар не пришелся по назначению, а лишь на половину достиг желаемого.

— Так и будешь продолжать храбриться, и говорить о своей миссии? — Подходя ко мне, легкой поступью хищника, сказал демон, — может, просто станешь моей игрушкой? — Предложил он, и сменив тон на более заботливый добавил: — Ты только скажи, я тут же перестану наносить тебе такие тяжелые ранения и увечья, при которых ты можешь потерять свою красоту, — присев рядом со мной, заглядывая в глаза, проводя ладонью по лицу, сказал Арзель, — ну и жизнь, разумеется, — слизывая мою кровь со своего клинка, предложил демон.

— Иди к лешему пеньки пересчитывать, — плюнув ему в лицо. Слова выходили с трудом, говорила я еле-еле. Но, понимая всю сложность и плачевность ситуации, в которой оказалась, я приготовилась к самому худшему, а может и к лучшему. Тот уже подходил ко мне, предвкушая веселье. Я только закрыла глаза. Вот теперь мать-богиня я точно иду к тебе. Встречай свою нерадивую дочь.

(отступление)

Мишель.

Поговорил "по душам" с Анной, и узнав ее к нам отношение в данной ситуации, сделал вывод, что было лишним вообще информировать ее о нашем присутствии. Но то, что она мне выдала, это же надо, и чем только думает? А такой тон я ей потом еще припомню. Посылает в грубой форме и почти матом и кого? Близкого друга и помощника. Да и никто ей права не давал так со мной разговаривать, но, немного успокоившись и приведя мысли, как и нервы в порядок, стал ждать от нее дальнейших известий. Вернется с задания — шею намылю, что бы ни бранилась лишний раз. Вывел меня из мыслей о дальнейшей мести, вопрос Эльдара:

— Поговорил с нашей малышкой? — С нежностью спросил тот.

Он всегда к ней хорошо относился. В отличие от всех нас, он просто ее обожал, даже не вдаваясь в ее биографию. Всегда покрывал и защищал. Пока она служила в ордене, была его любимицей. Они могли часами сидеть в его лаборатории и попивая чай обсуждать всех и вся, говорить на разные темы, да и сейчас, когда открылась ее истинное лицо, по сей час просто обожает. Души в ней не чает.

— Поговорил, — и поспешил поправить Эльдара, — и ты ведь знаешь что она не малышка? У нее фора в возрасте нам с тобой вместе взятым и помноженным на сто.

— Но она все равно девушка и тебе не безразлична, так ведь Мишель? — просил он меня, с прищуренным глазом.

Вот он на что намекает, старый развратник?

Да она мне не безразлична, но кто я, а кто она. Я обычный, ну почти обычный, священник, а она древний, возможно даже изначальный ночник. Сильная, красивая, умная. Кто я для нее? Просто друг. Разница между нами как небо и земля. Так что мне ничего не светит. Но Анна мне действительно не безразлична. Вот только профессору знать о моих чувствах к ней не обязательно. Перебьется. Да и меньше поводов для болтовни будет. А то он любитель поболтать и выдавать чужие секреты. Правильно говорят: меньше знаешь, целее будешь. А то вдруг такие найдутся, которые готовы будут ему кое-что начистить, за слишком длинный язык. Вот именно поэтому ему о мох чувствах к Анне знать просто необязательно.

— Речь сейчас не об этом. До чего ж она упрямая, даже от нашей помощи отказалась. Гордость, что б ее. Вот скажи Эльдар это вообще нормально? — спросил я профессора, все еще не отойдя после такой трогательной беседы с девушкой.

— Вполне. Это ее бой, она сама сказала, ты же мне рассказывал, что она давно мечтает с ним схлестнуться, тем более что ты можешь сделать? Они там практически на равных сражаются, а твое вмешательство только все испортит. Вот поэтому она и сказала, что помощь не требуется. Ведь она сильная, не забывай кто она, да и волнуется, поди, за нас, поэтому и посылает так грубо, надеясь, что мы от нее отстанем. В отличие от Аннушки мы очень хрупки на жизнь. И если с нами что-то случиться девчушка себе этого никогда не простит. Будет винить только себя. Мы же ей не безразличны. Сам посуди, ты умный, раз она так отреагировала на твои слова, значит, были причины, или же нет?

— Были, скорее всего. Но ведь она тоже вполне может умереть. Если ее ранить ей будет больно, хоть и не покажет, но будет, а если оскорбить тоже так просто все не оставит, — и тут к нам в голову пришли одинаковые воспоминания связанные с девушкой.

— Это точно, да хоть возьми тот случай с Кристофером. Он ведь ее таким матом покрыл, что даже у самого "красноречивого" ночника-некроманта, уши в трубочку свернуться, а что сделала она, помнишь? — спросил Эльдар с улыбкой на лице. Я же засмеялся, держась за живот. Нас с Эльдаром одарили непонятливыми взглядами и посмотрели как на умалишенных.

— Это разве забудешь? — Все еще со смехом спросил я, и вспомнил как было дело: — Просто взяла и прокляла, что все его стороной обходили и зажимали нос. Не уподобилась ему в красноречивости бранью, не накричала, сделала все по-тихому, но просто так это дело не оставила. Молодец, не дала себя в обиду.

— Я бы на ее месте точно так же поступил. Ему давно надо было место указать, а наша малышка сделала все в лучшем виде. Так что и сейчас она нас не подведет и все будет хорошо, — сказал профессор, поднимая большой палец вверх, показывая этим жестом, что у нее все под контролем.

— Я все понимаю, но все равно за нее волнуюсь, — выдохнул я, надеясь на слова профессора. Вот я вроде и успокоился. Осталось только ждать от нее ответа о проведенной операции. Я же надеялся, что с ней все в порядке и она не пострадала, ведь если с ней что-то случиться ответственность за это буду нести непосредственно я, как втянувший ее во все это.

Мы бы так и простояли в неизвестности, как оживился прибор профессора, позволяющий выявить сверхъестественное. Сначала я вообще не верил, что он будет работать, глядя на внешний вид так сразу и не скажешь, что это высокоточный и высококлассный экспериментальный образец технического достижения, но профессор меня поразил и убедил в обратном, найдя с помощью него Анну, когда та сбежала из ордена. Не раз его штуковина срабатывала в нужный момент, так что в надежности я убедился достоверно. И действительно, как и говорил прибор, на нас двигалась темная энергия, постепенно приближаясь, а к нам вышел мальчик лет пятнадцати, с горящими фиалковыми глазами. Его светлые, подстриженные под каре волосы, развивались на ветру, а тьма клубилась плащом за его спиной. Тут я понял, кто перед нами. Один из представителей ночного клана. Но что здесь делает сородич Анны, я так сразу и не понял? Только мы с Эльдаром хотели поинтересоваться целью его неожиданного визита, как он ответил на мой вопрос своим.

— Мне нужен Мишель или профессор, — холодно спросил он, посматривая на людей с большим презрением. По поведению мальчика можно было понять, что представители нашего народа изрядно его раздражали. По взгляду, кидаемых на людей я понял, что их он просто ненавидит. Но может быть и другая причина. Возможно, кто-то из людей причинил ему боль и он ровняет всех по одному такому поддонку, это не правильно. Но не мне его учить, пусть этим занимаются старшие.

Мы с Эльдаром, как только услышали, кого он ищет, переглянулись и направились в его сторону. Так же как и Анне, ему можно дать не так много лет, но, узнав его и ее истинную природу, тут же возьмешь свои слова обратно и засунешь их, куда подальше.

Парень выглядел, если присмотреться, не особо взрослым. Но натерпелся он достаточно, об этом говорили его глаза, выдающие печаль и тоску, шрам около виска, оставленный, скорее всего по вине его обидчика, из-за которого он теперь всех сторониться. Из этого можно было сделать вывод, что он ведет себя так не просто так. Что же касается его отчужденного поведения, разберусь позже, как только встречусь с Анной, так обязательно выспрошу по поводу ее молодого сородича.

— Я Мишель, а это профессор, — сказал я, кивая в сторону Эльдара — тебе, что-то от нас понадобилось? — Спросил я у мальчика.

— Да, — все так же с презрением ответил он, — меня послала госпожа передать вам послание, — про какую госпожу он имел ввиду, мы поняли сразу. Только одна из представителей ночного клана сейчас в доме, и только она в состоянии разобраться с древним в одиночку.

— И какое же именно послание она просила передать? — поинтересовались мы с профессором.

— Что бы вы все сматывались отсюда как можно дальше и желательно быстрее, — ответил он так же, как с нами разговаривала Анна.

— А почему это? — Оживился Эльдар.

— Она печать снимать будет, — только и ответил он.

Какого демона она творит? Ей что жизнь не дорога? Совсем рехнулась? Если она снимет печать, сил огромное количество уйдет, да и тут все в клочья разнесет. Чем она вообще думает? Анна вообще из древних (правда, это только мое предположение), у нее сил немереное количество. Здесь только крошки останутся от такого выброса энергии.

А когда я выпалил ему все то, знаю об ее печати и последствиях после ее снятия, парень расстроил меня еще больше.

— Противник вообще изначальный. Один из первых сыновей Темного Бога. Ей в таком плачевном состоянии в каком она пребывает сейчас, не справиться. Тем более она уже потратила достаточное количество энергии во время предыдущего боя. Так что если она не снимет печать, ее ждет плачевный конец. Тем более Анна уже ранена, а что будет с ней дальше остается лишь гадать.

— Что ты сказал? — Резко схватив парня за грудки и подняв над землей, так и держа его в крепкой хватке, сказал я, не поверив своим ушам, — Анна, та самая Анна, которая по силе не уступает тысячам демонов, проигрывает какому-то высшему? Ты верно шутишь? — Понадеялся я на предположение, на что он тут же сменился в лице и стал вести себя совсем по-другому, более нагло и разъяренно.

Мальчик зыркнул на меня метающими злобные искры глазами и с нарастающим рыком ответил, хватаясь за мои руки и стряхивая их со своего воротника. А его когти мимоходом оцарапали мои пальцы. От крови у парня не хорошо сверкнули глаза. Так, значит он еще и голодный. Тот уже с еще большей злостью прошипел:

— Ш-ш-шутки говоришь? — Спросил он, сверкая клыками и фиолетовыми глазами с вертикальным зрачком, на что прибор профессора запищал на всю окрестность занятую нашим орденом, — вы поганые людиш-ш-ш-шки, из-за ваш-ш-шей миссии госпожа может умереть, а вам все ш-ш-ш-шутки ш-ш-ш-утить. Если вы сейчас же не провалите отсюда как можно скорее, и она не снимет печать — ей не жить, — но, немного взяв себя в руки, продолжил уже без шипения: — Да и вашего изначального отправлять в мир иной будет некому. Так что решайте, либо вы сами уматываете руки, либо я вам помогаю, — прорычал он все с тем же удлинившимся арсеналом клыков и когтей, которые не спрятал для большей внушительности и устрашения. Я же не стал задорить парня еще больше и скомандовал отряду отступать.

— Мы поняли. Уже исчезли, — сказал парню, а всем остальным: — Мы уходим, сейчас здесь будет жарко.

Анна.

Когда я готова была уже проститься с жизнью, со мной на связь вышел Широ:

"- Госпожа, все готово. Орден и все его сотрудники эвакуированы. Можете развлекаться" — с каким-то странным оттенком сказал мне мальчик. Скорее всего, повздорил с кем-то из сотрудников. Скорее всего, с Мишелем. Этому станется, пререкаться он мастер, и любит это делать, дай только повод. Но это сейчас не важно.

"- Спасибо" — поблагодарила я мальчика".

После этого не долгого разговора, на моих губах появилась злорадная ухмылка, тем самым, приведя демона в ступор непонимания. Он, наверное, решил, что я перед смертью совсем сума сошла от безысходности, на почве моего плачевного положения. Но улыбалась я просто потому, что теперь я буду биться, в полную силу, не сдерживаясь.

— Ты совсем двинулась? Неужели…

Недоговорил он потому, что услышал мое заклинание на снятие печати.

Что спало внутри, скорее проснись,

Сила моя от сна пробудись,

Поселится страх в сердце врага,

Отныне с тобой мы едины всегда,

— Полное снятие печати!

Вся та тёмная энергия, что покоилась под печатью, выплеснулась на волю. Огромный поток энергии просто вламывался в тело, меняя мою структуру тела и ауру на глазах, а от вихрей силы ломался камень, вырывало с корнем деревья за окном. Я сейчас была рада, что нет поблизости ордена. Им бы точно пришел конец. Именно поэтому я и попросила мальчика найти профессора или священника, дабы убрать отсюда тех, кто может пострадать от магического всплеска. Клубившееся энергия проходила через меня принося невыносимую боль, будто тысячи клинков входили в тело сразу. Хрустели кости, рвались мышцы, закипала кровь, глаза готовы были выпасть из глазниц. Но все прекратилось, когда тело впитало высвободившуюся энергию, и перестроился организм а, вся вышедшая энергия вернулась к законному владельцу, то есть ко мне. Под печатью скрывалась не только больше половины силы, но и мой истинный вид и дремавшая сущность изначального Ночного Скитальца, последнего представителя священной семерки, которые отдали свои жизни за дорогое им создание, ее свободу и душу. Нашу мать.

Проявившаяся суть никуда не денется. Мать пожертвовала своей жизнью, чтобы спрятать мою силу, никому кроме нее не под силу запечатать мои силы вновь, лишь скрыть на время. Но и это можно будет сделать, только тогда, когда я полностью поправлюсь и приду в норму, восстановив весь свой потраченный в бою резерв. А пока все это будет длиться, мне придется вспоминать, какой же я была несколько десятков сотен лет тому назад. Восполнять все пробелы в своей душе и сердце. Не ту, которая была подобием истинной меня, с ограниченной силой, нет, истинную, настоящую, взрослую представительницу ночного народа. Прибавила в росте, кое-где стало покруглей, появились формы и фигура. Порванная в битве с Арзелем одежда сменилась на новую и целую. Черное прямое платье по щиколотки с короткими рукавами, вышивкой вишневого цветка и разрезами от середины бедра и черные бархатные чешки. Бывшие в беспорядке растрепанные волосы теперь лежали локонами на плечах, спадая до живота. Представ перед демоном самой собой, хищно улыбнулась и преступила к веселью и мести за нанесенные мне раны и повреждения. В моих руках сама собой появилась коса. Вот теперь предстоит бой в полную силу. И именно сейчас я не проиграю.

Арзель.

Передо мной стояла уже не та девчушка, победившая Бизари и которая готова была кинуться в бой со мной, не смотря на все вытекающие из этого последствия. Эта девушка не такая. Та бы сражалась до последнего вздоха, а эта… нет, она совсем другая странница. Как только ее сила высвободилась, она стала взрослей, сильней, расчетливей, и красивей, настоящая леди ночи. Такого противника я ждал и искал долгое время. Но она сама меня нашла, мечтая сойтись в мастерстве техник и боевых навыков. Ее мощь витавшая в комнате просто упоительна. А оружие превосходило все мои ожидания. Коса жнеца — вот что это было. Огромная, почти три метра в высоту с витым орнаментом по всей ручке, само же лезвие острое как бритва, способное разрезать все на своем пути, пусть это даже сам Анубис.

И одно сейчас я понял наверняка, рассказывая ту легенду о богине, она говорила и о себе тоже. Понять это можно по мощи энергетического поля, которое выло от напряжения. Такое совпадение просто не возможно. У всех семи изначальных, как раз и была такая сила. Огромная, ни с чем не сопоставимая, такая мощь приравнивается только с сотней легионов самого Темного Бога. Поэтому сейчас, смотря на нее, я был уверен в своей догадке касательно ее происхождения. Даже не сомневался.

— Занятно, значит ты одна из первых ночников? — Спросил я посмеиваясь, скорее всего над самим собой. Надо было раньше догадаться, еще, когда она рассказывала о богине Анришат. В голосе слышалась тоска и ласка одновременно, а так может говорить только любящее чадо. Пропустить этого я не имел права, но пропустил. Поэтому, наблюдая за ее переменой как внешне так и внутренне, добавил: — Очень занятно.

Но ее хладнокровный взгляд и еще безразличный с нотками призрения ответ, привел меня в полнейшее изумление. Казалось, что чувства были ей совершенно не знакомы, а сама она словно соткана из кусочков льда и нитей морозного ветра.

— Что с того? Мог бы понять, когда я рассказывала легенду, — с сарказмом сказала она, лишь на миг проявилось чувство призрения. Но потом снова помрачнела, а злорадная улыбка не покидала ее губ и она продолжала насмехаться, — признайся, ты ведь не ожидал, что маленькая девочка окажется изначальной странницей? Ты просчитался, — укорила меня девчонка, я же согласился с очевидным фактом моей оплошности:

— Да, ты права, я не понял, но лишь от того, что ты мне приглянулась еще, будучи в своем подростковом образе, а сейчас я еще сильней жажду заполучить тебя в свою постель и полное распоряжение, и плевать на отца, пусть наши народы и враги, ты будешь моей. Но это потом, а сейчас самое главное это наше с тобой сражение. А вся та сила, которая тебя переполняет просто потрясающее ощущение. Жду не дождусь битвы с тобой.

— Ждать не придется, — только и ответила она, налетая на меня, не дав договорить.

В мгновение ока она оказалась подле меня с косой на перевес. Скорость, сила, красота, все, как и должно быть у всех изначальных. Потрясающий противник.

Анна.

Напав на демона и застав его врасплох, не дав даже договорить, я перешла в открытое нападение. Но он во время смог отразить мой выпад, поставив блок, тем самым, отсрочив свою кончину. Но ненадолго. С учетом того, что моя призванная катана, сменилась на боевую косу, а сама сила удара у нее стали намного сильнее, нежели от клинка. Так что демону оставалось только уворачиваться. А своим оружием я размахивала, так как будто это не тяжелая пятидесяти килограммовая коса, а моя любимая катана, весом в пять килограмм. Размах у нее был еще больше. Он то и не давал демону ко мне даже приблизиться. Не говоря уже о том, что бы сразиться и задеть меня. Значит, сейчас пойдет другая песня. Вех победы за мной, приз я тебе не отдам. Так что теперь ему, не оставалось иного выбора, как уклоняться, и при этом не переходить в наступление. Мы уже разрушили одну стену, теперь помещение для боя стало больше, и маневров прибавилось, можно и цепь у косы выпускать. Но для начала, необходимо поймать демона в ловушку поставленную мной втихаря. Тогда можно будет и дальше действовать по намеченному мной ранее плану.

— Ты сильна. Вот именно этого я и ожидал от первого вампира, — ненавижу, когда нас так называют, меня передернуло и захотелось разорвать его напополам, — не зря о вас ходят такие красочные легенды и истории. Да и косой ты владеешь в совершенстве. Просто настоящий жнец, — о да, он угадал.

На моих губах появилась слегка заметная улыбка, обнажившая клыки. Ведь в самую точку попал. В ордене за мое владение косой меня так и называли. Мое кодовое имя "Жнец". Ведь пользуясь ей в человеческой форме, на меня всегда ложиться черный, парящий за спиной плащ, создающий впечатление, словно сам собиратель душ пришел за ними несчастными. А во время битвы со всеми остальными братьями из нашей семерки, демоны меня так и прозвали. Этого имени боялись многие демоны, как высшие, так и древние.

— Именно так меня и называют, называли и будут еще очень долго называть в темном мире твои сородичи. Жнец — вот кто я! — Демона охватило понимание, с кем он столкнулся. Даже некоторые высшие боялись одного только имени, что уж говорить обо мне самой.

* * *

Сражались мы с ним довольно долго и успели друг другу немного порезать и вымотать, применяя всевозможные техники и стили фехтования, совмещая их в нашем дуэльном танце. Как я и говорила, цепь выпустила, из-за чего проблем у демона прибавилось, а сил у меня немного поубавилось. Цепь отнимала еще, по меньшей мере, четверть маневрирования в бою, а это дорогого стоило. Но игра стоит свеч. Бились мы с ним уже больше трех часов. Начали понемногу выдыхаться и уставать. Но не смогли все просто так бросить и разойтись по разным сторонам. Нужно, даже необходимо было найти победителя.

И он нашелся. Как я и говорила мы устали. Биться на такой скорости и выкладываясь на полную катушку, не каждый сможет. А, учитывая тот факт, что все наши техники и боевые умения отнимают достаточно много энергии, это было не удивительно. Так что делать ошибки в такие моменты проще простого. Мне их делать категорически запрещено, ведь я уже и так сильно пострадала и сейчас держусь на запасных батареях, то есть запасном резерве, оставленном для таких редких случаев. А вот демон, в отличие от меня, вел только первый бой, следовательно, и ранений кроме меня ему никто не наносил. Бой был не равный с самого начала. Но это дело поправимое.

Спустя какое-то время моя коса все-таки достала его, распоров спину лезвием, а цепь угодила в бедро и оставив там после своего визита огромные раны. Вот теперь его очередь выть и падать на пол, опираясь на здоровую ногу и меч, подгибая колено. Мне осталось только добить недвижимого противника. А недвижим он потому, что поврежден позвоночник, разорваны мышцы спины и повреждена артерия на ноге, которую благополучна, достала моя коса, а именно ее сюрприз — отравленная святой водой цепь. Тем более кровь после такого ранения, лилась ручьем, делая его еще более слабым и беспомощным, не давая даже пошевелиться.

Именно этим я и воспользовалась, нанося последний, ставящий точку в нашей с ним схватке, удар. Вот она моя победа. Но и тут демон напортачил с моим последним выходом. Из последних сил отвел руку назад с зажатым в ней мечом, тем самым, испортив мое выступление. Удар пришелся на грудь под сердце, а меч застрял в ребре, сломав кость, которая так и норовила порвать легкое. В результате его последнего выпада и последующего за ним тяжелого ранения, я стала оседать на пол. Но гордость, что б ее, не дала мне этого сделать. Ведь потом гордость с совестью на пару и на том свете замучают, если не доделаю начатое мной дело. Так что я держалась из последних сил и на одном только честном слове, что вернусь и наподдаю Мишелю за его вечное "срочно" и "необходимо", нанесла завершающий, ставящий в нашей битве с демоном удар, снеся тому голову с плеч, как одна многим известная королева в сказке говорила: "… — Голову с плеч" и все выполняли.

А в глазах все плыло, руки и ноги становились ватными и тяжелыми, голова была будто свинцовая, я же готова была уже рухнуть, но продолжала бороться за сознание и ясность рассудка.

Выполнив задание, и временно вернувшись в свою подростковую форму, дабы хоть немного сохранить остатки сил и энергии, стала выбираться из этого демонового логова. Для пущей надежности, все-таки поддерживая рану дабы остановить кровотечение, может, кто на помощь подоспеет, хотя, вряд ли, кое-как на ощупь я вышла на порог дома. Свежий воздух тут же придал мне немного ясности в глазах и мыслях.

Стоя на крыльце, я размышляла о своей дальнейшей жизни. Хотя, какая уже на хрен жизнь. Такое ранение не каждый ночник сможет пережить, будь ты хоть трижды изначальный. Так что мне осталось только ждать момента, в котором я скоро побываю. Такой момент называется "отключкой", а потом и смертью дело закончиться. Прощай мир. Мать-богиня я уже иду. Жди свое чадо.

Так бы я и стояла, думая о своем, вот только тело начало неметь, в глазах стал появляться черный туман, а сознание уплывало далеко и по ходу на долго. Рук и ног не чувствовала, значит скоро я уже упаду. Эх, прискорбно. Демона убила, парня освободила, миссию выполнила, а сама скоро помру. Печально. Я начала падать. Помню только порог, перила об которые прошлась на последок рукой и темноту. Сладкую и такую родную.

3 глава "Последствия и новые знакомства"

Широноме та Рейк (тень, идущая во тьму)

По энергетическому полю, которое так и выло от напряжения, я понял, что Анна все-таки сняла печать, следовательно, и силы к ней вернулись. Значит, можно не бояться, она точно справиться. Демону ее не одолеть. Она одна из первых. Но об этом я сам узнал недавно. Когда мои родители погибли, я выл от отчаянья, не зная, куда мне деться. Но тут встретил ее. Сначала я подумал, что она простая школьница, но как оказалось потом, девушка была не так проста, как казалось на первый взгляд. Я узнал, что она ночник, только тогда, когда решил попробовать ее на вкус. Анна съездила мне по челюсти и оттаскала за ухо. И как я понял потом, по прочитанным легендам, она не простой ночной странник, а древний, истинная дочь Анришат, матери-богини.

Да и ее поведение, как разговаривает и этот ее тяжелый пронзительный взгляд временами, говорил о том, что она прожила столько, сколько я даже не могу себе этого представать. Тогда, когда я еще не знал, что она ночник и думал что Анна простая школьница, искоса глядя на нее, мне казалось что ей не шестнадцать, а намного больше, об этом говорили ее глаза полные боли и отчаянья. Да и то, что она для меня сделала, не каждый ночник решиться прийти в дом к демону и вытащить оттуда пленника. Но жалею я сейчас только о том, что не смог помочь ей в этой битве против древнего. Арзель слишком сильный противник для меня, не прожившего и сотни лет.

Но Анна просто… не знаю, что я к ней испытываю, любовь или просто уважение, но точно что-то теплое. Она старшая, этим все сказано. Ради меня она сражалась с тем самым демоном, похитившим меня и вдоволь насладившимся моими мучениями. Сколько я не переживал и не отчаивался, все таки чудо произошло, Анна откликнулась на зов, посланный мной из последних сил, собранные мной на этот позыв. Это стоило мне полного опустошения, но дело того стоило, может, я и вышел из колеи на какое-то время, но она все равно меня нашла и вытащила из логова похитителей, спрятав у себя. Для меня она теперь все.

Начитавшись легенд и наслушавшись историй от своих сверстников о могучих и непобедимых изначальных не понимал, что она тоже может пострадать. Я думал, что она могущественна и никому не под силу одолеть ее, даже не смотря на то, что Анна запечатала основную силу. Но когда я увидел ее плачевное состояние в битве против древнего, понял, что пока она находится под печатью ей не удастся справиться с врагом как это было раньше. Это не говорило об ее слабости, нет, напротив, это показывало силу соперника. Ведь ради окружающих и самой себя она закрылась и спряталась, делая вид, будто сама она простой флир не более. Ей пришлось тяжело при сражении с таким противником. Но как только она сняла печать, я готов был рухнуть к земле и молиться, чтобы меня не задело выбросом энергии, от той магической волны исходящей от высвобождения силы девушки. Я видел все, что видела она. И как противник слабеет и как моя сестра (да теперь она моя сестра, я решил для себя и пусть что будет, даже если она меня пошлет, все равно не отстану, и буду пытаться стать для нее опорой, какой и она стала для меня) одерживает над ним победу. Ее сила не знала границ. А спустя какое-то время связь прервалась. Можно было предположить два варианта. Либо Анна просто рухнула без сознания, либо…умереть ведь может и она. Но надеюсь что это не так. Вот только когда нашел ее на пороге дома лежавшую без чувств, то чуть не закричал в голос от отчаянья.

Нет, только не это? Снова я теряю близкого.

Она была бледная как снег, а на боку зияла огромная кровавая рана. Девушка почти не дышала, и вот-вот готова была проститься с миром живых и перейти в мир мертвых. По всей вероятности, тот демон перед смертью оставил о себе напоминание. От такой ситуации у меня опустились руки. Я не знал, что мне делать. На помощь звать тоже было некого. Близких родственников, кроме нее у меня нет, да и у Анны кроме меня, тоже. Вытащив ее с порога дома, взял на руки с сел на пригорок около крыльца, притянув ее к себе ближе. При лунном свете она кажется еще моложе. Можно было дать ей и все пятнадцать, только вот почему же на лице застыла маска спокойствия? Тоже вопрос. Неужели она уже была готова к смерти и именно по этой причине, она сняла печать, забив на все последствия? Поверить в это не могу. Но придется. Скорее всего, так и было. Значит…

Так что же мне делать?

Анна лежит без сознания, раненая. Я же даже не знаю, что мне предпринять в такой ситуации. Кричать — бесполезно, плакать — глупо, звать на помощь — бессмысленно. Так что же?

Но не успел я подумать о своей безысходности, как меня окрикнули два знакомых голоса. Они принадлежали тем, к кому меня посылала сестра. Обернувшись, я увидел тех самых людей: профессора и Мишеля. Они шли по направлению ко мне. Все это время девушка лежала на моих коленях придерживаемая моей рукой. Непонимающие люди, приближались быстрее, чем шли до этого, о чем-то разговаривая и оглядываясь по сторонам, отмечая разруху из-за всплеска энергии, а когда подошли ко мне ближе поинтересовались:

— Эй, что у вас тут произошло? — Спросил профессор, подходя к нам поближе, но увидев в каком состоянии находиться Анна, ужаснулся: — Ого, вот это да. Посмотри Мишель, вот это рана. Кто ее так? Не уж то Арзель? — Спросил профессор у меня, замечая, мою кислую мину.

— Угу. Подарочек оставил перед смертью, — всхлипнул я, с грустью смотря на ее и думая, что было бы, если бы я на чуточку раньше пришел? Да, скорее всего бы просто помешал ей еще больше.

— Сильно ей досталось. Долго восстанавливаться будет, если… — не продолжил свое предположение вслух, тот, кого называли Мишелем, осматривая повреждения и держась из последних сил, что бы ни присвистнуть от такого поворота событий. Ага, они ведь думали, что госпожа всесильна, но как оказалось на деле, и она может пострадать. Вот именно сейчас эти люди и не хотели показывать все свои чувства и переживание по поводу того, что были не правы и делали все, что бы успокоить и заверить меня в своей правоте. Они же все знают. Ага…

— Ее к нам надо, иначе, если домой вести, — не протянет. У меня оборудование есть, да и она сильная, должна справиться и выжить, — сказал Эльдар, делая свой вывод из всей сложившейся ситуации.

— Хорошо, я все понял, — ответил Мишель, взяв сестру на руки и прижав к себе, а та даже не шелохнулась. А как же я? Меня спрашивать не надо? Какие шустрые. Вот именно об этом я и напомнил. Я тоже голос имею.

— Погодите, погодите. Вы даже моего мнения не спросите? — Те только повернулись и посмотрели на меня так, как будто я сказал самую несусветную глупость на свете.

— А у тебя есть предложение получше? Может быть, ты хочешь, ее домой отвести?

Нет, они меня что, совсем за идиота держат? Я все понимаю и согласен на все, лишь бы с Анной все хорошо было. Но и меня игнорировать тоже не нужно. Я же ее спас как никак.

— Нет, но может вдруг, чем помочь смогу? — Веду себя как ребенок. Хотя, по сравнению с ними, в данной ситуации, я и есть ребенок. Даже сделать ничего не могу, только сырость развожу и больше никакого толку от меня нет.

— Ей самой нужно восстанавливаться, чужое вмешательство только все испортит. Анне и так сейчас не сладко, а ты нас еще и задерживаешь.

— Это что получается, я даже помочь ни чем не смогу? — Это как получается, я совсем бессилен в этой ситуации? Не честно. Я тоже хочу помочь, чем смогу.

— Нет. Мы знаем, что делаем. Ведь она сражалась с нами на протяжении семи лет. Характер у нее такой, что просто так она не сдастся. Но все равно повреждения тяжелые. Она ведь под печатью была, так же сражалась, будучи не в полной силе, ранение получила, энергии много затратила. Потом печать сняла, снова огромный выброс, и вновь получила тяжелое ранение и вот результат, — сказал Мишель, показывая на ее плачевное состояние, — так что лишнее вмешательство в ее восстановление только ухудшит процесс. Сейчас она в очень затруднительном состояние — сказал он мне, а к профессору обратился — пошли Эльдар, мы ее быстро на ноги поставим — сказал он профессору — а ты чем шататься без дела, лучше сам отдохни. Если хочешь, можем временно в орден пропустить. Заодно и за сестрой своей старшей присмотришь, — понял священник, кем она мне приходится, — кажется мне, она долго в себя не придет. Так что, ты согласен поехать с нами?

Я только кивнул в знак согласия.

***

До ордена доехали мы быстро. А когда добрались, то нас уже встречали две девушки. Точнее одна девушка и женщина, уже довольно взрослая или просто такая строгая и непреклонная. Одета она была в монастырском одеянии, а та другая в облегающее вечернее платье. По всей видимости, та в рясе глава этого отделения, а вот на счет второй особы были кое-какие предложения, вот только это всего лишь предположения и мои личные мысли и догадки с голыми фактами, подтверждения нет, все мои рассуждения ведь ничего не доказывают. Но как кажется, мне кажется — это частный охотник на нечисть. Но это ведь опять все го лишь предположения и ничего более. Только все равно необходимо узнать о ней побольше. Так на всякий случай. Когда же священник вышел из машины и открыв дверь сзади, достал Анну, сестра настоятельница удивилась:

— Мишель, что с ней? — Спросила глава, разглядев поближе все раны Анны.

— По всей вероятности Арзель постарался. Она с ним схлестнулась, а он напоследок решил напоминание о себе оставить. Так что, извините меня сестра Мария, но первым делом ее спасение, а потом отчет о проделанной работе, на этом откланиваюсь, — сказал он, уже удаляясь, с Анной на руках.

Остались только мы вчетвером. И как назло все замолкли, дружно поймав тишину. Так хорошо. Будем молчать. Но не запрещают, же мне смотреть? Осмотримся. Прикрыв глаза, пустил сканер с заклинанием по всей территории. Площадь ордена просто огромна. Основное помещение, прилагающее к нему столовую, отдельные часовни, спальни и библиотеку. Все это располагалось на двухсот гектарах земли. Плюс ко всему окружалась эта огромная территория каменным забором под два с лишнем метра в высоту. Захочешь не сбежишь. Но хвала богине не стоит барьер, который может преградить путь сквозь тень. Значит, при большом желании можно свалить и прихватить с собой Анну, если что-то пойдет не так.

Но тишину и тем самым, порвав мое поисковое устройство, нарушил вопрос монахини к профессору, относительно моей персоны. И чего это я так ее заинтересовал?

— Кто этот мальчик? — спросила у профессора старшая по званию, но вот только как, то холодно и бесчувственно она это спросила. Будто сама и не хотела знать ответа, только чисто ради галочки у своего любопытства, а так моя личность ее мало интересовала, скорее она больше ждала отчет и подробный рассказ священника, нежели общение со мной.

— Он… — не договорил тот. Что ходить вокруг да около. Необходимо представиться, как и подобает джентльмену. С поклоном и должным уважением к даме. Пусть она и змея подколодная.

— Я Широноме та Рейк. Прихожусь Анне младшим родственником. Она взяла меня под опеку после смерти моих родителей. С тех пор я живу с ней. Я обязан ей своей жизнью именно поэтому я здесь, — представился я.

— Раз так, то можешь пока остановиться у нас, — сухо ответила она, — выделим место, с ней в одной палате спать будешь, на ближайшей кровати, — но добавила уже как-то совсем по-другому, с пониманием что ли: — А за Анну не беспокойся, наши врачи быстро поставят ее на ноги.

— Буду не сказано, благодарен, — так же как и раньше с поклоном и благодарностью ответил я.

Все эти несколько дней, пока Анна не приходила в себя я ухаживал за ней. Менял бинты и капельницы для переливания. Но помимо этого навещал сапфирового дракона в квартире девушки. Тот на третий день пребывания уже мог стоять на ногах и время от времени не впадал в спячку, а разговаривал со мной. Он мне рассказал, как именно он попал в передрягу и почему был на грани смерти. Не смотря на то, что он демон, общаться с ним было приятно. Не то, что с другими представителями его расы. В отличие от остальных драконы вообще вменяемые ребята. Не знаю как на счет остальных, но этот точно.

Спустя шесть дней Натан со мной попрощался и попросил передать пламенный привет и неописуемую благодарность Анне за его спасение. В благодарность он забил холодильник девушки всякими вкусностями, позволив тем самым не ходить по магазинам долгое время. Я же после того как проводил дракона, отправился к Ане. Та еще не пришла в себя, поэтому, поменяв повязки и посидев с ней какое-то время, ушел по своим делам.

Спустя пару дней, сидя за компьютером в поисках гитары моей мечты, получил позыв Анны: "- Широ, выручай, если проведу еще какое-то время в ордене, от него камня на камне не останется, умоляю, забери меня домой!"

"- Уже бегу, — и выключив компьютер, побежал на помощь, только кому ордену или девушки, пока не понял".

***

Несколько дней спустя.

Анна.

Пробуждение оказалось не особо приятным. Досталось мне от демона по первое число. Подарочек оставил напоследок, а мне теперь мучиться. У-у-у, ненавижу. Сейчас бы подняла и снова грохнула, и так несколько раз. Вот только вряд ли я встану, да и не знаю, где сама нахожусь. Если умерла, то почему мне так погано? А если жива, то почему до сих пор копчу небо своим присутствием? По делу после таких ран не живут, хоть я и странник, прямиком на тот свет отправляются. А вот со мной по всей вероятности незадача вышла.

Вот лежу и думаю. Все тело болит, что даже повернуться нельзя, да и в голове шум этот проклятый, что б его, в ушах звенит так, что ей богу, такое чувство, будто колокола звонят во всех церквях мира одновременно. Мама, но за что мне это все? Неужели я тебе еще не нужна, раз ты до сих про меня к себе не приютила? А то мне помереть хочется, все отдам из всего того, что есть, только бы не слышать этот проклятый гул у меня в ушах. И даже убрать его сама не могу, магии еще пару месяцев не будет. Да и печать снята, теперь не поколдуешь, сразу вычислят и поймут кто перед ними. Снова прятаться, но постараемся, как только силы более или менее устаканиться временное ограничение повесить, дабы лишний раз не светиться. Все эти мысли меня отвлекали от моего паршивого состояния, от шума в ушах, тяжелой головы и болящих конечностей.

Постаравшись забыться и отвлечься от этого доставучего шума в голове, попыталась открыть глаза. Ага, щаз. Разбежалась. Только с пятого раза и то с трудом. Оглядевшись и стараясь не слишком вертеться — осмотрелась. Мать моя богиня Анришат!!! Забери меня к себе! Лучше бы я глаза не открывала. Вот ей богу. Это же надо такие апартаменты достались: белый потолок, белые стены, белая ночная рубашка, "светлая" больничная комната, я теперь точно уверена, что я не дома. Кошмар. Ужас. Приплыли. Это же надо было меня в такую тюрягу засадить. Да я им здесь все разгромлю и разрушу, даже при отсутствии сил. Выход найду, мальчишку попрошу, он отомстит. И все мои подсознательно-придуманные угрозы случаться, если меня не выпустят в ближайшее время. Но то, что они называли палатой, это убожество и рядом с моей квартирой не стояло. Вот лежу и думаю, где я, но на ум приходит только одно. К счастью мой не озвученный вопрос, по поводу догадки местообитания, не заставил себя долго ждать без ответа.

— Пришла в себя? — Спросил Эльдар все это время наблюдавший за моими действиями, сидя на стуле около кровати.

Вот же засранец старый, даже не удосужился подать голос извращенец на пенсии. У меня, глядя в его светившиеся от радости глаза, появилось большое желание проклянуть оружейника ордена. Мне это ничего не стоит. Нужно лишь силы восстановить и резерв пополнить, тогда и свершиться моя месть за издевательское отношение с их с Мишелем стороны. Но на то чтобы мстить нужны большие обиды. Поэтому я отложила казнь профессору и священнику еще на некоторое время.

— Где я? — Еле слышно спросила у этого горе сводника, смотрящего на меня с улыбкой на губах.

Почему сводник?

А потому что он все пытается меня с Мишелем свести. А я все отбрыкиваюсь и отпираюсь. Не пара я ему. Он светлый, человек, а я ночной странник с темным прошлым, ничего общего.

Но как следует поразмыслить, так и не дало мое поганое настроение и тяжелое состояние. Горло пересохло, поэтому когда я попыталась обратиться к Эльдару вышло, что-то вроде хрипа, а не вопроса о том, где же меня все-таки держат. Про расспрос я вообще молчу.

Но как же все болит. Да и пить хочется, давно видать валяюсь, раз такой сушняк в горле. Все голосовые связки слиплись от обезвоживания.

— Как где? — спросил тот с наглой ухмылкой и своим ответом расстроил меня еще больше: — В ордене, — успокоил, ничего не скажешь, да еще и добавил: — Где тебе еще быть? — спросил профессор.

— Но… — начала было протестовать я, давая понять, что не нуждаюсь в их милосердии, но договорить не дал Мишель, встрявший в разговор, появившись в палате, как светлейший спаситель заблудших душ. Меня, то есть. Я же все-таки темная. А своей проповедью и добродетелью старается поставить на путь истинный заблудшую душу. Но пару раз, получив по своей хм… физиономии отстал и больше не наезжает по поводу чистоты моей души и исправления, вставая на путь истины. Но когда он сдается и смиряется с неизменностью причастности моей души к темному миру, мне только мед на самолюбие. Ведь он попытается снова, даже зная, что бесполезно, я же снова ему откажу, и все пойдет по кругу.

— Тебе сейчас вообще-то не желательно разговаривать. Досталось сильно, шесть дней без сознания пролежала, — обрадовал, ничего себе как поспала, неделю почти. Да после этого я спать не буду с месяц точно.

Но шесть дней?

Это же кошмар. Хотя, чего я удивляюсь. Рана то не шуточная, чуть было богине душу не отдала. Слава Единому создателю, хоть кто-то на помощь пришел. Кстати, это вопрос. Кто же этот рыцарь, позаботившийся о моем бренном теле? Ладно, выясним. Сейчас меня интересует совсем другое, как бы по скорее мне отсюда выбраться и наконец-то уйти домой. Но меня и тут ждал сюрприз. Эти горе няньки меня обрадовали:

— Тебе еще восстанавливаться и восстанавливаться, — сказал Мишель с серьезными нотками в глоссе. Мамочка заботливая, а с ним еще и папаня в роли профессора, подоспел поставить свои пять копеек в разговор. Два сапога пара. И комментарий этого второго заботливого папаши так же не заставил себя долго ждать.

— Ага, я с ним полностью согласен.

Согласен он. Нет бы, протестовал, так нет. Всегда поддерживает Мишеля и любыми способами пытается это привить мне. Еще чего. У меня свои мозги и чужими мнениями я не живу. Свои имеются, получше и поумнее некоторых заносчивых и напыщенных объектов уважения и идеала. Вот на что мне сдался его идеальный характер? Правильно. Не на что. Только вред от таких вот товарищей с их идеальными характерами.

Что же касается всего остального, я была уверена на сто процентов. Зря они говорить, не станут. Если сказали, что долго восстанавливаться буду, значит, так оно и будет. Всегда так и получается.

***

Они были правы. Восстанавливалась я довольно долгое время. Только через несколько дней после пробуждения свалила от них и их приветливых "светлых" апартаментов, но не без помощи Широ, конечно. Достали они меня с этими наставлениями и лежачим режимом. Вот я свистнула на помощь мальчишку. Тот как, оказалось, провел все эти дни, пока я была без сознания, около моей кровати. Караулил меня до тех пор, пока не пришла в себя. Вот кто оказался моим принцем, спасшим леди и вытащив из лап смерти. Правда мальчик еще и совмещал между мной и драконьим парнем, которого я спасла от назойливых демонов. Тот тоже более или менее придя в себя, ушел, когда рана затянулась, оставив в благодарность много чего вкусного в холодильнике. И записку с извинением и причиненным мне неудобством.

А вернувшись, первым же делом, улеглась в спячку, закрывшись в одеяло с головой. А кто бы побеспокоил, получил тапочкой в самое щепетильное место. Но к счастью смельчаков не нашлось, и я благополучно спала в свое удовольствие.

Поспала на славу. Целые сутки прошли. На большее меня не хватило. Я вообще мало сплю, а тут такое. Я потом вообще неделю спать не буду, если не месяц, а то еще больше. Организм такой. Нужно совсем немного сна, и всю усталость как рукой снимет. А когда ты в себя шесть дней не приходишь, а потом еще сутки спишь, вообще не нормально получается. Отдыха много, а подвижности в это время мало, следовательно, после такого отдыха вся накопившаяся энергия во сне будет расходоваться достаточно долго. И поэтому спать я буду еще не скоро. Но оно и к лучшему. Дел полно, а времени, как всегда это бывает, мало.

Полежав еще, какое-то время в кровати, направилась по гигиеническим инстанциям, зубы чистить, умываться, а уже после надо как следует покушать. В желудке пусто как в голове у тролля, так что нужно и даже необходимо его чем-то забить. Мне и готовить то в принципе не нужно. Сапфировый дракон целый холодильник всякими вкусностями забил. Так что стоять у плиты, даже не потребуется. Открывай холодильник, доставай, на что глаз положишь и ешь.

Закончив все гигиенические процедуры, перешла к осмотру и перевязке ран. Картина не особо приятная. Заживающие с неохотой раны, так и норовили при каждом движении снова открыться. Ужас просто. Даже смотреть не хочется. Что я в принципе и сделала. Поменяла повязку и наложила новый слой лекарств, как на плече, так и на боку, даже не смотря на всю эту "красоту". Одно радует, что я не человек и все это должно пройти через несколько дней или пару недель, как получится. А когда закончила все свои намеченные процедуры, поняла что устала и отдых мне необходим. Это только по пробуждению кажется, что ты полон сил и энергии, а на самом деле оказываешься полной развалиной. Даже перекус отменила, лишь бы положить голову на подушку.

Только я хотела отправиться в кроватку, как меня нагло прервали звонком в дверь. Кого это нелегкая принесла на мою голову? Не буду я открывать. Ага, прям так и не открыла. А что еще делать. Да так в дверь долбились, что у них там как, будто наводнение стряслось, вот и пришлось мне бедной и несчастной идти и открывать этим горе посетителям.

— Кого там черти принесли на мою голову? — Ругаясь по дороге, на этих незваных гостей трехэтажным матом, правда про себя. Я девушка порядочная, матом только про себя ругаюсь, молча и то только в редких случаях. А вот это как раз тот редкий случай и есть. Это же надо, ломиться в дверь да и к кому? Раненой и больной девушке. Совести у них нет.

Вот ведь. Мне даже не ответили, а только еще сильнее и настойчивее стали звонить. Можно подумать у меня здесь что-то случилось.

— Да иду. Чего так трезвонить? — Сказала я, а пороге у меня стоял…

***

Отступление.

Рубиновый дракон.

Что делать если без вести пропал твой младший брат?

Тот, кого тебе доверили оберегать, словно единственную драгоценность во всем мире?

Конечно же, искать.

Чем я в принципе и занимаюсь последнюю неделю. Напав на след его ауры, от остаточного выброса энергии, направился за этим паршивцем, решившим поиграть в упрямых и гордых. Найду — отшлепаю. Когда искал и сводил концы с концами засек его ауру в достаточно интересном месте.

Его угораздило засветиться в одном из заведений принадлежавшим ночным скитальцам, владелец как раз принадлежал к этой расе, следовательно, можно было с ним побеседовать лично и расспросить что да как. Может, он видел мою пропажу и поможет?

В баре было полно народа. Играла музыка. Все веселились и танцевали. Я же направившись к стойке побеседовать с барменом, увидел в толпе зачаровавшую меня фигуру, облаченную в одежды темного цвета. Это была девушка. Ее длинные, как вороново крыло, волосы были заделаны в высокий конский хвост и спадали ниже, на много ниже спины. Весь ее образ сочетался просто потрясающе. Вишневая рубашка, черный корсет с вышивкой, длинная прямая юбка до пола с разрезами от середины бедра, ножки в ажурных капроновых чулочках, на высоком каблуке туфли. Это все смотрелось завораживающе, этакая повелительница ночи. За ее плечом висел плащ, а на поясе катана, которая была обрамлена кожей с узором летучей мыши, сложившая свои крылья, устроившись на ножнах. Если исходить из этого символа незнакомка являлась представителем ночного клана, как и хозяин этого заведения.

Пока я размышлял над ее происхождением и принадлежностью к клану скитальцев, девушка направилась, куда-то вглубь толпы на танцевальной площадке и пропала. Но я точно помню, когда я только входил, она уже была в баре, стояла около стойки и разговаривала с одним из обслуживающего персонала, а когда подошел, ее уж и след простыл. Значит, тоже, кого-то ищет. А может и за кем-то следит. Ведь из ночников отличные поисковики, в любую щель залезут и обо всем узнают. И зрение ночным вылазкам способствуют.

Стряхнув впечатление от ослепительной и загадочной посетительницы, направился по заранее намеченному маршруту — к стойке бармена.

Подсев на один из стульев, задал трепещущий меня вопрос:

— Любезный, ты часом не видел здесь, где-то с неделю назад, парнишку такого симпатичного лет двадцати. Волосы у него светлые, глаза сапфировые. Натаном зовут.

— А тебе то что? — Спросил тот, таким тоном словно отвязаться поскорее от меня хочет.

— Так брат он мой младший, — все так же вежливо продолжал я.

Слышал я, ночники очень трепетно к своим детям относятся, за своих младших сородичей готовы все что угодно сделать. Любому глотку перегрызут и не побрезгуют. Они для них свет в окошке, единственная отрада в их столь длинной жизни. Бармен нехотя окинул меня взглядом, вздохнул, поставил стакан, который до этого был у него в руках и ответил:

— Ну, видел я похожего парня, где-то несколько дней назад, а если призадуматься и того больше. Поди, неделя прошла с того момента. Но он тогда не один, а с другом приходил. Тут ошивались. То коктейли пил, то с девчонками зажигали. Вообщем ты и так понял?

— Понял, понял, — заверил я его.

А про себя подумал, что когда найду этого гаденыша, запру в кандалы стальные и упрячу куда подальше, в подвал, например, недельки, так на четыре, а может и того дольше, месяца на три. И на хлеб с водой посажу. Что б мои глаза этого засранца малолетнего и сопливого не видели, и не было повода лишний раз ему шею намылить и наказать как можно строже, наподдав желательно сильно и больно, очень больно, чтобы потом на задницу сесть не смог. Забыл, видать как я его в детстве порол, но ничего, напомню. Мне за это ничего не будет.

— Кажись того парня, с которым я его и видел, Сюзалем звали, — все продолжал бармен, рассказывать всю ему известную информацию.

— Да я тоже такого знаю. Но у него уже был, сказал, есть знакомый поисковик. Первоклассная ищейка. Даже убийцу отца помогла найти в короткие сроки. Так что на нее можно положиться. И расслабиться. Мол, найдется и довольно скоро.

— Так это должно быть Анна. Тогда раз она за дело взялась, точно найдется твоя потеряшка. Если уже не нашлась.

Я этому потеряшке, при нашей с ним встречи, все клыки повыбиваю и рога посшибаю. Знать будет, как от старшего брата сбегать и самостоятельного из себя гнуть. Прибью паршивца и даже глазом не моргну. А родители благодарны будут. Спасибо скажут, что проучил, как следует. Потом неповадно будет.

— А кто она вообще такая, эта ваша ищейка? — Интересно же знать из чего из себя эта Анна представляет. Может быть, и нет ничего особенного.

— Да флир она, искусник темный. И некромантикой боевой немного балуется. Силушки то не занимать, вот и разбавляет, чем попало. Бывает, так шарахнет, чем-нибудь магическим, мало потом не покажется. А не спросишь, просто так никогда и никому не попадало. Всегда за дело и со всей силы, что бы ни повадно было. А разруху всегда за счет провинившихся клиентов и восстанавливали. Те только заикнуться об ее вине, а она как покажет сферу с чем-нибудь в руке, сразу все оплачивают, да еще и в трехкратном размере с чаевыми в придачу.

— А откуда такие способности, да и выглядит то она хоть как?

— Про способности не знаю, говорят, что в родне затесался ночник, это поколений три назад, толи бабка согрешила, толи дедуля позарился на девушку нашей расы, кто же их теперь спросит? Что же касается внешности, она у нее приметная. Волосы сия тьма, глаза расправленное серебро, кожа топленое молоко, роста не высокого, где-то метр шестьдесят, выглядит лет на шестнадцать/семнадцать. А что-то нужно?

— Да нет. Просто навестить хотел, вдруг мой братик у нее. Может помощь, какая требуется, а я не слухом, не духом. Он ведь у меня такая проблема ходячая, все шишки ему всегда достаются, — все продолжал играть заботливого брата.

— Подскажу, а лучше напишу. А то вдруг забудешь, — и принялся строчить.

До чего они все-таки интересный народ. Если бы я пришел искать не брата, а простого друга, точно бы не ответили, а так, пожалуйста.

Получив ниточку к возможным решением проблем, отправился на поиски. Вдруг и правда мой братец у этой девушки торчит. Может и мне чего перепадет. Не только ему со смертными романы крутить. Мне тоже женская ласка не помешает.

Значит, решено, сначала к ней за братом, а потом посмотрим, может у нас чего и получиться. Зря я, что ли первым сердцеедом и обольстителем при дворе своего отца признан?

Анна.

…Мишель на пару с Эльдаром. Компания блин приперлась на мою и так больную голову.

— Что же вам понадобилось в такое время суток, господа? — Сказала я им, скрестив руки на груди и одарив их вопросительным взглядом, с горящими в них серебряными огоньками. Вот надо было взять и завалиться к раненой девушке? Просто не стыда, не совести. Ей богу. Еще служители церкви называются.

— Да вот проверить пришли, — сказали те, улыбаясь.

— А ты чего Анют, не рада, что ли? — Обратился ко мне профессор с какой-то надеждой в голосе. Ага, рада. Они меня со своими белыми апартаментами чуть в гроб не свели, а тут добавить и добить решили. Пришли в то время, когда я спать собралась, неужели другого времени не было?

— Очень! — С сарказмом сказала я.

— Может тогда нам лучше уйти, раз нас здесь так "тепло" принимают? — Сказал расстроенный Мишель, обращаясь к Эльдару.

— Да нет оставайтесь. У меня как раз чайник вскипел, — сказала я им. Ведь не выгонять же? Тем более они тортик принесли, жаль, пропадет ведь.

А они все стоят и даже шагу вперед не делают из прихожей на кухню. На наши разговоры вышел заспанный Широ. Да, картинка конечно. Растрепанные волосы, мятая пижама, тапочки с ушками зайчиков. Прям мальчик-одуванчик, которого разбудили плохие дяди своими разговорами и разборками.

— Что у вас здесь происходит? Нормальным ночникам поспать не дают, — позевав, спросил он, не пряча клыки.

А как только увидел священника с профессором, просто поздоровался и, развернувшись стал уходить из прихожей на ходу высказывая свое мнение:

— Ну, раз ничего интересного, то я пойду, — и отправился досыпать, но не тут-то было.

— Широноме, стой! — Остановил его Мишель, того от полного имени скривило, но не любит он его, что с ним теперь делать? Правильно, ничего ни делать. Вот я так и сокращаю до Широ. За мной не заржавеет и ему приятно.

— Что надо то? Спать охота, — и даже зевнул, доказывая все сказанное.

— Потом доспишь. Мы торт принесли, — сказал священник, поднимая угощение и показывая мальчику — пошли лучше чай пить.

— Дайте хоть переодеться, что ли, — сказал он расстроено и пошел в свою комнату снимать пижаму и одеваться во все домашнее.

Взял и ушел, оставив меня с этими клоунами. Вот зараза малолетняя.

— Чего стоите? Заходите уже, раз пришли.

Пройдя в гостиную и расположившись, как следует, стали накрывать на стол. Чашки и ложки с блюдцами я принесла с кухни, чайник, пока мы разговаривали в прихожей, уже остыл, и я поставила его заново. А когда зашла в комнату, все были уже в сборе. Но как всегда дружно молчали.

— Чего молчите, как будто в рот воды набрали? — Поинтересовалась я у них, нарушив тишину первой.

— Ждем, пока ты остынешь от нашего прихода, — заявили обиженные дяди.

— А чего ждать то? Я рада, правда. Только незадолго до вашего прихода, я собиралась провалиться в лечебный сон. Но, увы и ах у меня не вышло. А так в принципе ничего страшного не случилось. Все в порядке. Правда.

— Ань, мы действительно волновались за тебя. Такое серьезное ранение не просто так залечить, да и крови ты потеряла довольно много. Хоть ты и ночник, мы ведь имеем право о тебе беспокоиться.

— Со мной, правда, все хорошо. Небольшая слабость, ничего более. Нужен только лечебный сон, отдых, и будет все в ажуре. Не переживайте вы так за меня. Не первый раз, справлюсь.

— Если ты так уверенно говоришь, то действительно ничего страшного, — сказал Мишель успокоившись.

— Раз мы все выяснили, то давайте тогда торт есть, — предложил Эльдар.

На слова о торте вышел мальчик, который уже переоделся и готов был приступить к разделения сладкого угощения и блаженства от вкуснятины. Но не успели мы открыть коробку со сладостями, разлить чай и разложить порезанный торт на блюдца, как в дверь снова позвонили.

— Ты гостей ждешь? — Спросил у меня Мишель.

— Нет. А ты Широ? — Перевела я вопрос Мишеля на мальчика.

Тот только отрицательно покачал головой, так как в рот уже отправил небольшой кусок сладкого угощения.

— Значит ко мне, — пришла я к логическому выводу.

Ведь кроме нас здесь никто не живет, и лишних жителей нет, значит, если малый гостей не ждет, то этот, звонивший сейчас в дверь, пришел ко мне. Я же встав из-за стола, я пошла к двери, открывать.

— Сегодня какой-то день открытых дверей в моей… — открывая дверь, сказала я. На пороге стоял посетитель — …квартире. Что вам нужно? — Спросила я довольно строго с не большими нотками властного и обиженного хозяина.

***

Отступление.

Рубиновый Дракон.

После того как бармен дал мне адрес ищейки, прошла уже почти неделя. Как я не приду, ее все не было дома. А соседи сказали, что всю эту последнюю неделю она не появлялась. Хотя это очень странно для нее. Она девушка не гулящая, работящая и ответственная. В общем, отзывы соседей только положительные. Хотя, что еще можно ждать от интеллигентного слоя общества? Ведь здесь только одни представители этого сословия проживают. Нет бабок-болоболок, любящих посплетничать и всем косточки промывать, около подъезда на лавочке, нет пьяниц и забулдыг, валяющихся в подъезде, создавая "аромат". Живи и радуйся.

Но все равно, хоть дома ее и не было, я постоянно, каждый день наведывался. Вдруг придет, а с ней и мой братец.

Вот и сейчас. Адрес уже в голову вбился давно, так что я иду уже точно и наверняка.

Поднявшись на нужный этаж и позвонив в квартиру, стал ждать ответа. Каково было мое удивление, когда дверь открыла девчушка лет семнадцати. Бледное уставшее лицо с суровым взглядом, и распущенными, падающими на глаза, черными волосами. Все эти факты указывали на ее ужасное состояние. Что же могло такого произойти, что бы молодая девушка была в таком паршивом состоянии?

Не думал я что, когда откроется дверь, мне здесь будут не особо рады. На меня смотрели раздраженные и недовольные серые глаза. Но тут на меня нахлынуло наваждение. Помню в баре, когда я искал брата, видел девушку. С такими же серыми глазами и черными как смоль волосами. Вот только та была старше и красивее, а эта… конечно для ребенка она может и мила, но в ней не было того шарма, которое присутствовало в незнакомке. Просто симпатичный подросток. Есть, какое-то сходство, но это просто нелепое совпадение. Но возможно я ошибаюсь и здесь что-то другое, а не простое совпадение. Вот только что, я не знаю.

— Что вам нужно? — Спросила девочка.

И что теперь отвечать этому человеческому ребенку?

— Мне нужна Анна, — сказал я.

Девочка только вздохнула, и подняла на меня свои серебряные глаза. Да, да, именно серебряные. Значит, она и есть поисковик и флир в одном лице? Следуя очевидным обстоятельствам и тем выводам, которые бросались в глаза, до меня дошла очевидная вещь. Девушка, стоявшая в двери, как и сказал бармен, оказалась флиром. Ведь только у них или ночных скитальцев горят глаза. То, что она не ночник — это точно. Остается только второе. Но это значит, что возможно ей далеко не семнадцать. Ведь они живут достаточно долго. Приблизительно около пятисот лет. А если сила не малая, то еще больше. Вот только, сколько ей, я даже предположить боюсь.

— Ну, я Анна. Повторяю, чего надо? — Да нет. Вряд ли, не такая уж она и взрослая. Начинающая или просто умелая. Наверно ей и ста нет.

— А больше с этим именем здесь никто не проживает? — Все никак не мог смириться я. Это надо. Первоклассная ищейка и вдруг малолетний ребенок?

— Нет! — Холодно ответила та.

Тут на наш с ней разговор подошли еще трое. Один из них был мальчик, лет пятнадцати, скорее всего родственник, а вот другие оказались двумя взрослыми мужчинами. Притом с одним из них, я довольно хорошо знаком. Вот только, что он здесь забыл — это вопрос.

— Привет Мишель, как дела? — Спросил, как ни в чем не бывало. Он только еще больше удивился. Как и девушка. Но она не стала спрашивать священника, откуда тот знаком с демоном и почему он, то есть я до сих пор жив. Промолчала, но взяла на вооружение и где-то в подсознание отложила этот вопрос к священнику.

— Рубин? Чего ты здесь забыл? — Спросил тот.

— Брата ищу. Меня к ищейке одной направили, адрес этот дали. Вот только не пойму, эта девчушка и есть первоклассный поисковик, который все что угодно и кого угодно найдет? — Сказал я, показывая в сторону Анны с каким-то пренебрежением что ли? Ну не могу я серьезно ее воспринимать, маленькая ведь. И поделать с собой ничего не могу.

Тут Мишель с напарником стали отходить, а следом за ними и мальчик. А я только удивился такому действию с их стороны. Чего это они? Но мой вопрос не остался без ответа. Мишель взмолил девушку.

— Ань, только не убивай его. Проблем не оберешься. Из состоятельной семьи зараза. Сам давно хочу с ним разобраться, но не позволяет его положение. Тебе оно надо с его сородичами разбираться, пусть это и твоя честь поисковика пострадала? Они на это не посмотрят. Плюнут и разотрут. Может не стоит? Лучше по физиономии дай, магией запусти, прокляни, в конце концов, но только не убивай. Рубиновый дракон все-таки.

Та только опустила на лоб руку и откинула голову назад со стоном и недовольным фырчанием. Как будто какая-то трагедия случилась. Ну, подумаешь дракон. Что теперь мне взять и закопаться где-нибудь поглубже, что бы меня никто не видел?

— Еще один дракон на мою голову. Мало мне сапфирового, так еще и рубиновый. Откуда же вы только беретесь? Что же не везет мне как? Мать-богиня, за что я провинилась?

— Что ты сказала? — Не поверил я своим ушам, — ты видела моего брата? Где он? Как он? — Сказал я, резко хватая ее за плечи — Чего молчишь? — Та только зашипела на меня как кошка и подняла горящие серебром глаза, в которых отражалась злость и бешенство, но, тут не смотря на удивление, до меня дошел запах лекарств, с примесью крови. И я понял, почему она такая бледная, словно снег. Она ранена. А я, по-видимому, повредил ее рану, схватив за больное место.

Анна.

Я была просто в бешенстве. Этот гаденыш, по-другому просто не назовешь, усомнился в моих способностях поисковика. Он меня вообще не знает, как в деле, так и в жизни и смеет так пренебрежительно со мной разговаривать.

После того как он выступил со всей вдохновенной речью по поводу моей профессиональной не пригодности, Мишель, Эльдар и Широ, стали отходить назад. А Мишель еще и добавил:

— Ань, только не убивай — сказал он.

Оказалось этот…слов приличных нет, из высших. Кроме того еще и демоном-драконом оказался. Мало мне сапфирового, так еще и братик его рубиновый пожаловал. Ну, в чем я провинилась, мать-богиня?

— Ты видела брата? — Ворвался он в гостиную с взволнованным взглядом, схватив меня за больное плечо. Тут я зашипела и посмотрела на него разъяренным, метающим искры, взглядом. Он, видать, понял, что натворил и сразу же опустил руку с моего многострадально плеча.

— Да в порядке он. Жив и здоров. У Сю отдыхает, — сказала я, потирая больную конечность, накладывая заклинание обезболивания.

— Как у него? Тот сопляк сказал, что не знает где он. Направил к тебе, сказал, ты точно найдешь и глазом не поведешь. Видать надул, лишь бы только отмазаться? — Начал было распаляться он, — поймаю, по шее надаю, а лучше сломаю, — но я затормозила его гневную тираду и отвела огонь от Сюзаля.

— Сю действительно не знал. Натан недавно к нему перебрался. Я сама его не так давно из плена вытащила, когда у вашей братии в заложниках томился. Кроме личных неприятностей, вызванных из-за чрезмерного любопытства, мог еще и в плен попасть к твоему дядюшке, его как раз в дар твоему родственнику хотели подарить. Сувенирчик преподнести, так сказать, к пробуждению и приходу нового властителя.

— Чего? — начал было распаляться демон.

— Да не переживай ты так. Его малолетки не интересовали. Как сказал сам, предпочел бы алмазного дракона сапфировому. То есть твоего отца вместо брата, дорваться до власти в твоем клане, вот что он хотел.

Тот уставил на меня не понимающий всей ситуации взгляд. Думал, что просто парень загулял, развлекается, но все не так просто. Его дальнейший выплеск раздражения и гнева с применением магии, прервал Мишель, успокоив давнишнего знакомого.

— Не переживай. Анна с ним разобралась. Правда, как ты мог заметить, сама пострадала, да еще почти неделю в сознание не приходила, но уже сейчас вроде в порядке. Ведь так Анют?

Я только кивнула в знак согласия.

— Ага, в порядке. Подумаешь, только чуть в ящик не сыграла от перенапряжения и огромной потери крови вследствие полученной раны, а так ерунда, — сказал с сарказмом Эльльдар.

— Профессор, сейчас бить буду — сказала я, зажигая на руке комок молний, занося ее над головой для дальнейшего полета к цели. Силы вернулись не полностью, но для баловства и для наказания кое-кому хватит.

— Это уже убивать, а не бить, получается, — сказал он с криками о помощи и воплями, убегая от меня в комнату, — ай Ань прекращай!

Рубин.

Ну и характер. Чуть что, сразу заклинаниями кидаться. Ни за какие коврижки не хочу себе такой невесты. А то вдруг ей поперек слова что скажешь, так и зашвырнет чем-нибудь магическим помощнее. Бегай, извиняйся потом. Уж увольте. Не надо мне такого счастья.

А пока я ушел в свои мысли, девчонка носилась по комнате за профессором с шаровой молнией в руке, приговаривая, что он получит за все хорошее. Да еще и старым извращенцем назвала. Правда что она под этим имела ввиду, не особо понятно. С чего бы такого милого старикашку в извращенцы записывать.

А все-таки миленькая она, хоть и человек. Да и магической силы не занимать. Раз сумела с изначальным демоном сладить. Огромный резерв с широким профилем умений хорошо сочетается. Но пока я разглядывал ее со всех сторон, как она бегала за Эльдаром с активированным заклинанием в руке, ко мне подошел серьезный Мишель.

Эх, сейчас начнется проповедь и промывание мозгов. Хоть он мне и друг, эту сторону в его характере не люблю больше всего. Как начнет лекции о морали читать, так сразу хочется его где-нибудь поглубже закопать до лучших времен. Так, если не будить в нем светлого, он нормальный парень, пусть и, по сути, мы враги, но как начинается промывание мозгов с его стороны, отношение к нему резко меняется. Вот и сейчас чувствую, придется терпеть его проповедь относительно моих изучающих взглядов, кидаемых на Анну:

— Рубин, ты ведь понимаешь, что у вас с ней ничего не получится? Кто она, а кто ты? — Спросил он чуть слышно, дабы не впутать в наш разговор девушку и остальных присутствующих. Я же, сменившись в лице и став тем, кем являюсь, наследником клана драконов, поинтересовался:

— А ты вздумал мне помешать? — Скрестив руки на груди, спросил я у старого друга, с нотками угрозы, напоминая тем самым о том, что мы немного на разных сторонах и дружим до определенного переломного момента. До того пока не пробудиться Темный Бог. А как только он пробудится, будет решаться не только судьба нашей с ним дружбы, но и всего мира, и именно тогда мы демоны-драконы будем вынуждены сражаться на его стороне. Друзьями мы считаемся, пока нет войны. Как только она разразиться, встанем мы с Мишелем по разные стороны баррикад, и не будет тех лет долгой и довольно интересной дружбы. И именно сейчас он не хотел портить отношения и поэтому ответил:

— Боже упаси. Нет, конечно, — начал отмахиваться от меня тот, — просто если ты будешь с ней чересчур груб и напорист, то эта девушка может показать и клыки с когтями. И не смотри на то, что она подросток. Сам видишь силушки ей не занимать. Размажет по стенке и глазом не моргнет. Будь с ней осторожней и не зли понапрасну.

Успокоил, ничего не скажешь. Может ведь непонимание нагнать. И с чего это после его слов на сердце, словно кошки скребутся? Неужели он намекал на что, а я не понял? Вот всегда у него так. Скажет, вроде, чушь полнейшая, только потом думай, всерьез он все это сказал или нет. Но если поразмышлять… да нет, вряд ли. Хотя, кто их поймет, священников этих? Мало ли что у них на уме.

— Народ, может, все-таки лучше чай пить пойдем? Торт я уже дорезал и чаю новому гостю налил, — сказал мальчик, ставя поднос со сладостью и показывая все им сказанное.

Все дружно сели за стол. Взяли по кусочку угощенья и налили чай в чашки. По квартире витал запах чая с травами вперемешку с ароматом шоколадного торта. Глядя на обустроенность жилья девушки, квартира был ей всем. И убежищем и баррикадой от посторонних и нежелательных гостей и просто теплым и уютным домом, в который хочется вернуться. Но тихое уединение и умиротворение нарушил дотошный священник.

— Ань, а скажи, как ты на след Арзеля вышла. Мы ведь тебе никаких координат не давали? — Спросил Мишель у девушки.

— У меня знакомая есть. Подрабатывает официанткой в одном баре. Вот она про всех все знает. Кто, где, с кем, а главное когда. Она мне и рассказала. А как потом оказалось в том доме, откуда я вытащила твоего брата, — обратилась она ко мне, — держали моего. Так что мстила я за двоих сразу и естественно за теплый прием с их стороны к похищенным, — слегка разозлившись, ответила она. Я же представил, что это был за прием, и мне самому лично захотелось пересчитать все кости и сухожилия тому, кто посмел тронуть моего брата. А зная любовь многих демонов к причинениям боли и нанесению увечий с уверенностью могу заявить, мстить было за что. Но все сложилось наилучшим образом, как для моего брата, так и для её.

— Довольно занятная история, — мимолетно ответил я, краем глаза смотря на встрепанного мальчика, пившего чай, заметил на шее, руках и лице белые полосы, которые остались от полученных в пытках ран. Но не стал теребить и так потрепанную психику ребенка, продолжал слушать все то, о чем сейчас разговаривают священник и Анна:

— Кроме того, я убила сразу двух зайцев. Отомстила за Широ и вытащила Натана из лап похитителя.

— Трех, — поправил ее Мишель. Вот что же ему не молчится? Готов везде свой нос сунуть и каждую вещь выпытать. За это я его и недолюбливаю, хоть он мне и друг.

— А почему трех то? — Спросил Эльдар.

— Так ведь ее давнишняя мечта сразиться с Арзелем, ведь так? — Спросил он у девочки.

Та только кивнула в ответ, подтверждая все сказанное. Она не так уж и многословна. Почти ничего не говорит, может это только из-за ранения, но впечатления сложились именно такие.

Болтали мы долго. Успели перебрать разные темы для разговора, а разошлись только ближе к ночи. Кроме Анны конечно. Та, доев торт, ушла досыпать и восполнять потраченные в битве против демона силы. Раны, полученные в сражении против древнего дали о себе знать. Она поэтому и пошла в свою комнату. Восстановиться ей сейчас не помешает.

4 глава "Примирение и допрос"

Три месяца спустя.

Анна.

Нет, нет мне покоя. Определенно никогда не дадут отдохнуть, как следует. Только расслабишься, найдется тот, кто тебе всю малину обломает и житья спокойного не даст. У меня даже такой человек есть, персональный, так сказать. Опять телефон звонит, показывая номер того самого, ломающего все планы, вездесущего священника. Точно когда-нибудь прибью Мишеля и Широ думаю, мне в этом с удовольствием поможет. Он его почему-то сразу невзлюбил. Надо только узнать чем ему святоша не угодил. Но вернемся к проблеме, а именно к звонку.

Вот постоянно так, чуть что случить у них не по их силам, сразу мне надо названивать. Вот теперь стою и думаю, надо мне это или не очень? Скорее всего, не очень, но совесть потом загрызет. Но брать трубку или нет? Ладно, пусть что будет, а то вдруг что интересное пропущу?

— Да, я слушаю — как всегда спокойно и вежливо сказала я. А что делать, пришлось. Если не так, то с угрозами. А я лучше по-хорошему поговорю. Мне же выгоднее. Ведь если сразу с претензией, мол, опять на мою голову свалились, разговор у нас со священником другой будет. Не как соратники, а как враги, временно объединившиеся, против общего врага. А я так не хочу. Поэтому и засовываю свои возмущения куда поглубже и от греха подальше.

— Ань, тут такое дело… — начал он тревожно. Так, опять с истреблением проблемы. Я по интонации сразу чувствую, что опять от меня потребуют. Именно потребуют. Ведь просто так мне никто не звонит. Неужели нельзя просто позвонить и спросить "как дела?", нет, только по делу и очень важному. Но плакаться не буду, обойдусь и без ваших звонков с пожеланиями всего наилучшего. Может так случиться, что вот возьму как-нибудь и не отвечу. Пусть сами со своими демонами и зомби разбираются. Но меня все же грызло любопытство. Что у них случилось, раз святоша такой нервный и взволнованный. Поэтому спрашиваю, как ни в чем не бывало:

— Что за дело? — С капелькой любопытства в голосе, дабы успокоить Мишеля и показать, что я всецело понимаю суть проблемы и просьбы ко мне.

— Приезжай лучше, это не телефонный разговор, — попросил он слегка подрагивающим голосом. Тут у меня действительно проснулось желание все поскорее узнать, ведь раз Мишель так себя ведет, проблемы у них серьезные. А раз так, то моя помощь им точно потребуется, и именно поэтому, дабы подстраховаться, священник и обратился ко мне раньше приказа Марии.

Кстати о ней. С ней мы, вроде, помирились. После того как я чуть не простилась с жизнью она пересмотрела свои приоритеты и стала со мной худо-бедно, но разговаривать. Пару раз мы выпили по чашечки чая и обсудили пару вопросов наших с ней отношений, поэтому я и удивилась звонку Мишеля без приказа вышестоящего начальства, то есть Марии.

— Скажи хотя бы в чем дело-то? — Продолжила настаивать я, ведь если не скажет он, узнаю у старшей сестры. И она мне точно скажет. Поэтому Мишель, зная, что я могу связаться с его начальницей, меня обрадовал:

— Труп нашли, и клиент как раз по твоей специализации. Никаких следов преступника, ни улик, ни орудия убийства, ни свидетелей, нет и остаточного магического выброса, короче голяк полный, ни одной зацепки. Так что наше расследование вообще ничего не понятно. Помощь твоя нужна позарез, — выложил он все, как есть. Так, стоп! Это откуда он знает о некромантии и моей к ней причастности? Я не говорила, а значит, есть два варианта причин по которым он мог узнать о способностях к некромантии. Во-первых: — кто-то из моих знакомых проболтался, а во-вторых, это вряд ли, я сама об этом рассказала. Но даже если это так и я действительно сама себя сдала, отвести от себя все возможные подозрения, просто необходимо, поэтому я и ответила:

— Так я и не владею такой магией, — соврала я, а про себя подумала, что знать ему такие вещи не обязательно. А то потом будут ко мне с колами врываться и с огнеметами, в целях изведения опасного существа с лица этого мира. Упаси Единый от такого. Нет уж, мне такого не надо. Но если узнаю, кто меня сдал, если такие доброжелатели имеются, кара небесная им покажется раем, по сравнению с моей местью. Но меня ждал еще один сюрпризец от священника.

— Ну, у тебя же есть какие-то знакомые специалисты в этой области? Попроси их, скажи, что очень срочно, — но вот это уже наглость.

Я что, по его мнению, должна раскрыть всех темных в этом городе, ради какого-то трупа без следов, свидетелей и опознавательных знаков? Ага, прямо сейчас бегом взяла, и список написала, да со всеми подробностями. Перебьется. Я своих темных собратьев сдавать не буду. Мне же потом хуже от этого будет. Меня могут раскрыть и подставить под удар. И многие захотят этим воспользоваться. Да те же самые демоны, убить одного из ночников, для них долг преданности своему Богу. Так что выдавать и ставить под удар я не буду, не при каких обстоятельствах, если только это не грозящий всему миру конец света.

Но если подумать, Мишель никогда не обращался ко мне с такими проблемами. Значит, ситуация поставила орден в безвыходное положение и действительно что-то случилось.

— А ведь сестра Мария против такой магии, говорит не по законам божьим это, — упомянула и вспомнила, что она когда-то рассказывала, когда мы с ней еще разговаривали, будучи сотрудниками ордена, что терпеть, не может темных магов, а тем более некромантов. Нос воротила и от одного только упоминания о допросе мертвого вся покрывалась пятнами от злости и пылала гневом. Но Мишель и тут превзошел мои ожидания.

— А она и не знает, да и не узнает, что я тебя прошу. Ань я тебя умоляю! — Начал, чуть ли не рыдать в трубку он. Мне его стала действительно жалко.

— Придумаем что-нибудь. Только потом, чур, не высказывать претензии касательно мага, если такого найду, конечно? — С укором потребовала я, на что Мишель меня заверил:

— Я не буду ничего тебе говорить, даю честное слово, только помоги!

— Ладно, скоро буду, — только мимолетно ответила и положила трубку, не успев дослушать благодарность священника.

Так, опять ты Анечка вляпалась по самые уши.

Что же мне теперь делать?

Не раскрываться же самой из-за их мимолетного решения их не последней проблемы? Нет. Но и оставлять просто так, взволнованного священника, готового взять груз ответственности за наказание Марии на себя, тоже не могу. И вот что теперь мне делать я тоже не знаю. Думай Аня, думай. Идея, конечно, есть, правда довольно рискованная и не факт, что получиться. Но, была, не была. Надо с Тетеюсом связываться. Он специалист лучше меня будет, да и искуснее. Я в основном на теории собаку съела, а он практик хороший. Есть только маленькая в этом проблемка. Мы с ним довольно давно не виделись. И как он отреагирует на мой звонок, даже представления не имею. Кроме этого надо еще его номер найти.

Тетеюс — однокрылый. Таких как он называют шивами. Когда-то давно жила раса шисарвы. Они не были ангелами, а просто удивительными крылатыми существами, с невероятной силой и светлой магией. Прекрасные и могучие, не знавшие бед. Но однажды, в их существование влез Анубис, проклятый темный бог смерти. Многие погибли, многих взяли в плен, а некоторые отринули свою чистоту души и перешли на темную сторону, впустив в себя энергию, противоположную своей. Тех, кто принял тьму в душу, называют однокрылыми или шивами. Однокрылыми их называют за то, что они потеряли половину своей души, а вместе с ней и крыло света. Но если вспомнить истории, рассказанные Тетом, белых крыльев у него не осталось. Да и вообще, крылья не важная часть, в облике шив, самое главное их сила и энергетическая структура, это и есть отличительная черта, таких как Тетеюс.

Найдя номер в своей телефонной книге, и набрав его дрожащими от волнения пальцами и нервно дыша в трубку, стала ждать ответа. Прошло гудков пять, а я стою и робею. Ведь я не знаю, как он вообще на мой звонок отреагирует. Но на мое счастье трубку он снял довольно быстро.

— Да Анна? — Ничуть не удивился он, зато сразу вспыхнули на его слова мои щеки. Но продолжим.

— Не думала, что ты меня раз узнаешь, — удивилась я. Действительно. Я думала, моего номера давно нет в его записной телефонной книге, но как оказалось он был в нее вписан. Правда, своим ответом он меня удивил еще больше.

— А могло быть по-другому? — В трубке я услышала, как тот слабо усмехнулся, — у тебя ко мне дело? — Спросил он уже серьезно и не так нежно как до этого. Сразу видно, понимает, что я просто так звонить не стану.

— Да. И как раз по твоей специальности, — решила немного опередить его следующий вопрос.

— Какое? — Спросил с любопытством.

— "Катринцы" (служители ордена святой Катрины) труп нашли, без каких либо следов, отпечатков, улик и опознавательных знаков, — но, услышав о светлом ордене, его настроение тут же изменилось. И не в лучшую сторону. Он их терпеть не может. Правда, до сих пор не пойму за что. То ли за то, что охотились за ним несколько лет, обвиняя в массовом жертвоприношении, то ли просто из-за принадлежности к темному народу, как ни старалась, так и не выяснила.

— А причем здесь я? — Не понимая причину моего звонка именно ему, спросил он, — ты ведь тоже вроде некромантией занимаешься, так почему меня зовешь? Не думаю, что тебе это дело не по зубам? Справиться и сама сможешь, — хотел, было отвязаться. Я же поспешила ответить так, что бы он понял всю сложность моей безвыходной ситуации.

— Заниматься то занимаюсь, и возможно справилась бы, только вот есть проблемка одна. Орден не знает о такой моей возможности, а вот если узнает… — не успела я договорить, как тот меня перебил.

— Понял я, к чему ты клонишь, — и немного помолчав, взвешивая все "за" и "против", ответил: — Ладно, раз так уж срочно надо, давай я подъеду к ордену или куда там надо? — Уже немного спокойнее спросил шива.

— Нет. Лучше сразу к местообитанию таких "гостей" — лучше будет им заранее не встречаться с Мишелем. Может я конечно дрейфу раньше времени и не права в чем-то, но все возможно. С Мишелем и тем более с Тетеюсом. Они оба не предсказуемые. От них можно ждать чего угодно.

— Хорошо. Подъеду в два часа, — согласился тот.

И положил трубку.

Давно я с ним не разговаривала. Последний раз лет десять назад. Тогда мы с ним поругались и довольно серьезно. А все дело в том, что я не сказала что на самом деле ночной скиталец. Тот посчитал меня простой девушкой. Правда на тот момент я в школу ходила, под прикрытием пряталась. Но когда случился один инцидент с участием нас с Тетеюсом, все встало на свои места.

Один представитель ночного сообщества создал организацию, где главной мыслью было вернуть Анубиса из забвения. Тогда, темный бог вернулся буквально на краткое мгновение, но за это малое количество времени, проведенного в этом мире, успел напортачить мне в личной жизни и сообщить моему напарнику об истинной сути девушки, с которой он находиться, то есть меня. Отправив бога смерти назад и тем самым, разобравшись во всей этой истории, мы поговорили с ним по душам. Я рассказала все правду обо мне, а он только развел руками, мол, мне все равно. Хотя я знаю, что это не так и ему не все равно. Делая вид, он не понял самого главного. Почему я не рассказала ему всей правды. Ведь не каждый поймет, а почти каждый осудит. Но мне надо было сразу оговориться по поводу моей причастности к ночникам, а я…просто не знала, как он на это отреагирует. Но одно знаю точно, я действительно виновата перед ним, но как, же мне тогда жить, если я всем буду рассказывать, что я последний скиталец из священной звезды богини снов? Думаю, что никак. Я и молчу. Не многие из моих знакомых осведомлены о том, что я скиталец, а что говорить о тонкостях и задевающих за живое подробностях моей биографии.

Отступление.

Тетеюс Виранте.

Как поступить если тебе звонит девушка, с которой ты не разговаривал почти десять лет, но которую ты безумно любил? Вот и я в замешательстве.

Прекрасная и сильная ночная странница. Древняя и такая одинокая. Оставшаяся совсем одна. Нет никого дорогого в этом мире, всех забрала грань, но отправил их туда Анубис, отомстить которому ее самая главная цель в жизни. Жить ради мести, это так печально. Моя месть свершилась и теперь я живу только для того, что бы узнать, сколько осталось жить всем живым на этом свете и когда этот мир канет в лету. А до тех пор я буду жить, и видеть изменение, как в культуре, так и в самих людях. Но, как и с какой целью будет жить она, когда Темный Бог погибнет. Ответа на этот вопрос не знает и она сама. Но я надеюсь, что выяснит.

Увидев до боли знакомый номер, впал в незнание. Что делать? Ответить или попустить? Вот теперь и думаю, как мне поступить, оставив все, как есть.

Я не знаю. Пусть что будет. Отвечу на ее звонок. Просто так, спустя пять лет, звонить не будет. Может судьба сжалиться, и мы снова встретимся как друзья, без тех долгих лет молчания, прошедшие для меня как мучительные и долгие столетия. Одинокие и пустые. Без ее глаз и нее самой.

— Да Анна? — Как ни в чем не бывало, отвечаю.

— Не думала, что ты меня сразу узнаешь, — сказала удивленно.

— А могло быть по-другому? — Усмехнулся я. Действительно, она думала, что я давно ее номер удалил, но нет, так поступить с единственным напоминанием о ней я так и не смог.

Как оказалось у нее ко мне дело как раз по моей специальности. Служители ордена святой Катрины, обратились с просьбой допроса умершего. Ведь действительно моя направленность. Я некромант вот уже больше тысячи лет, с тех самых пор как стал шивой. Но я удивился. Священники ведь не принимают такую магию, она для них считается грязной и не приемлемой, они вообще магию не воспринимают. Да и тем более Анна вроде тоже некромантией владеет? Так в чем тогда дело? Не понимаю. С ее уровнем силы древнего и изначального ночного скитальца, просить помощи у простого однокрылого, вроде меня…

— Так они не знают об этом. А если узнают… — начала было вдаваться в подробности она.

Я перебил ее дальнейший рассказ, сказав, что понял, о чем речь.

Действительно, если узнают что она еще и некромант, то не посмотрят на их договоренность, будут преследовать ее до конца, пока либо они ее не убью, либо она их. А вот по поводу второго я сильно сомневаюсь. Анна довольно долго жила вместе с ними, привыкла и считает их родными, она лучше будет скрываться, чем истребит весь орден подчистую. Они для нее стали близкими и дорогими людьми на долгое время ее одинокой жизни, но даже и по сей день, она их защищает и помогает в трудные минуты. В отличие от нее я бы сделал первое, не посмотрев на прошлые, связывающие меня с какими-то людьми отношения. В этом мы с ней и различаемся. Она не может отпустить из своей жизни тех людей, с которыми провела некоторое время, я же с легкостью могу с такими распрощаться. Правда, не со всеми. Есть такие с которыми я общаюсь и до сих пор, даже не смотря на их человеческую природу. Поэтому я понимаю ее.

И раз такое дело, помочь в этой ситуации просто необходимо.

Но для меня они были и останутся простыми истребителями всего темного населения этого мира. Мне их совсем не жалко. Я сделаю это только ради отвода глаз и подозрений, что бы ее лишний раз, не теребили.

Сначала было хотел сказать, что подъеду к ней, но потом передумал. Я ведь, как помню, не знал о ее принадлежности к ночникам, следовательно, пострадавшее лицо и обманутый здесь я. Значит, первым идти на сближение не буду, пока. Потом, может быть, и сделаю шаг на встречу, а сейчас просто буду ждать удобного момента для примирения.

Что же касается выхода на улицу, то готовиться надо тщательней. Погода, просто жуть. Волосы заделать в хвост, надеть теплый джемпер, джинсы, кроссовки и плащ. Поздняя осень с ее промозглым ветром и дождем, так и норовят забраться к тебе под теплую одежду. Поэтому нужно утепляться или вообще из дома не выходить, а сидеть и пить горячий чай. Но раз обещал помочь, значит помогу. Не в моих правилах отказываться от слов.

Выйдя из дома, и дойдя до остановки, благо она рядом, сел в нужный мне транспорт, на встречу с девушкой, которая, как я понял после ее звонка, до сих пор мне не безразлична и которая по прежнему разжигает огонь в моем сердце лишь голосом и всеми теми воспоминаниями о ней которые я пытался выкинуть из головы те пять лет, что мы с ней не виделись. А раз так то я, во что бы то ни стало от всего оберегу и защищу.

Анна.

Вот стою и думаю. Ну, позвонила, а что дальше? Как с ним разговаривать не знаю. Да и Широ как назло нет. Поганец в школу ходит, мол, что соседи подумают. Мальчик нигде не учится, дома сидит, подозрительно. А вдруг следить начнут? Так и смирилась. Пусть ходит, заодно с кем-нибудь из смертных познакомиться. Не дома же ему целый день сидеть за книгами и компьютером? Все в дело. Глядишь, повзрослеет пораньше.

Ладно. У него своя жизнь, а у меня своя, хоть и живем под одной крышей. Лишать его свободы и стоять надзирателем не буду. И ему самому нужно решать, как дальше быть и жить в этом мире. У меня же назначена встреча. С Тетом мы поговорить все равно поговорим, а там глядишь, может, и исчезнут все наши с ним шероховатости и пригрешности в отношениях.

Подготовиться к прохладной погоде нужно как следует, дабы потом не страдать от своего необдуманного решения. Заделав волосы в две косы, заплетя их колоском, надела теплые черные колготки, водолазку с горлышком цвета молодой зелени, юбку до колен и сапожки на невысоком каблуке, темно синее пальто на пуговках и с капюшоном. Прихватив на всякий случай перчатки, вышла из дома на назначенную встречу с однокрылым.

Поздняя осень, а там глядишь, и зима придет нежданно-негаданно, я в такое время года вообще предпочитаю из дома не выходить, а сидеть, дома закутавшись в плед. А тут на улицу выгоняют. Спасибо Мишелю, заданьеце подкинул. Зараза светлая. Все потом последствия на него спихну. Пусть расхлебывает и ко мне не обращается.

За всеми этими мыслями о мести Мишелю и предстоящим диалогом с Тетом, дошла да до автобусной станции. Простояв минут двадцать в ожидании заветного транспорта, чертыхнулась еще раз, помянув добрым словом священника. До морга едет только один номер рейса, и он, как на зло ездит в час по чайной ложке. И если ты не успел на маршрутку, то все, можешь смело разворачиваться и идти домой. Но, если есть время, то можешь и остаться, как это сделала я, ведь это жизненно необходимо.

Ведь если не приду, Мишель меня потом съест. Поэтому, прождав его какое-то время, я все-таки села на нужную мне маршрутку и направилась на встречу с шивой. В груди билось птицей сердце от предстоящей встречи с тем, кто был не безразличен мне. Хотелось поскорее увидеть его и заглянуть в омут, уносящих за пределы мира глаза. А, доехав на общественном транспорте до нужного мне места, увидела Тетеюса, уже стоявшего на остановке и ждавшего меня, вглядываясь в лица проходивших мимо людей. Видно уже давно меня дожидается. Тетеюс как и я одет был по теплому. Джинсы, джемпер, кроссовки и теплый плащ. Все такой же, даже ни капельки не изменился. Водопад белых, словно снег, волос, заделанные в хвост кожаным шнурком, светлая молочная кожа, зеленые изумрудные глаза. Высокий, красивый, но, к сожалению не мой. Хотя, мог бы им и стать. Если бы не тот проклятый день и появление Анубиса.

Я хотела, было подойти со спины и немного смягчить и утеплить нашу с ним давнюю молчаливость в отношениях, но не получилось. Он меня опередил, повернувшись в мою сторону и увидев тем самым, замешательство и нерешимость с моей стороны подойти к нему.

— Привет, — даже не знаю, как с ним разговаривать. Ведь не слова друг другу не говорили в течение десяти лет. А тут я возьми и позвони, нарушив десятилетнее молчание, он не просто так, узнать как дела и поговорить за жизнь, а с просьбой о помощи. Что же он мог обо мне подумать? Нахалка, вконец обнаглевшая и зарвавшаяся девчонка? Да, может быть, и подумал бы, если бы я была действительно просто девчонкой. Но увы, простой девчонкой я была больше тысячи лет назад, а теперь… но на все мои опасения, Тет повел себя как будто мы с ним и не ругались. Правда мы и не ругались. Мирно разошлись, перестав звонить друг другу и видеться каждый третий и двадцатый день месяца в кафе-мороженое у парка. Поэтому он так же мне и ответил, с легкой улыбкой на губах.

— Привет, — и замолчал, не находя дальнейшего пути в разговоре. Поэтому, дабы снова услышать его голос и нарушить тишину я спросила:

— Давно ждешь? — Кутаясь в капюшон, от холодного ветра, держа его за края. Немного подрагивая и переминаясь с ноги на ногу, ждала, что же мне ответит Тет.

— Нет, только приехал, — с таким же мотивом ответил он мне.

И оба замолчали, смотря друг другу в глаза. Общались мы раньше и так, глядя друг другу в глаза, понимая все с полуслова. Но это потерялось между нами, так как я, глядя в его изумрудные глаза, не понимала, о чем он думает, как и он в мои. Но у меня, как и у него таилась надежда, вернуть то, что мы потеряли в тот день, разбежавшись в разные стороны.

Вот поэтому мы так и стоим, не зная, как себя вести друг с другом. Толи снова отношения выяснять, высказывая все то, что друг о друге думаем, а возможно даже мириться, забывая все то, что произошло. Всем мои недомолвки, утайки и секреты, занеся их в файл "мусорная корзина". Хотя, кто его поймет? Может, он и откликнулся на мою просьбу только из-за этого.

— Ну что, давай, все-таки взглянем на "клиента"? — Снова нарушилась тишина, но уже Тетеюс спросил о дальнейших действиях.

— Пойдем, — согласилась, — только оговорюсь заранее, есть там один служитель, он на дух не переносит подобных нам.

— И кто? — Удивился он, — случаем не заказчик?

А кто его знает, как он к нему отнесется. Может, взорвется и выгонит к кикиморе лягушек от слизи отчищать? А может, и нет. Разве этого священника кто поймет без разбирательств? Лишь Эльдар с похмелья, и то не факт.

— Нет, девушка одна. Она частный истребитель, но все равно поддерживает с ними связь и выполняет заказы время от времени. Возможно, даже что когда-то в ордене служила, — этого я не знаю, ведь это только мои предположения, но выяснить нужно. Поговорить с бывшими сотрудниками и выяснить все меня интересующее, — скажу лишь одно, темных, на дух не переваривает и может сразу же вытащить меч.

— Девушка? — Небрежно спросил он, представляя, как какая-нибудь мадам с мечом на перевес, несется на него и пытается порубить на кусочки. Произвольно уголки его губ полетели вверх, и тот засмеялся, высказывая этим, что проблемы нет как таковой. К его веселью я добавила еще одно обстоятельство:

— Да. У нас с ней была одна стычка, я ее тогда успокоила и охладила пыл. Ко мне лезть не будет, а вот на счет тебя даже не знаю, как отнесется. Но надеюсь на ее благоразумие и желание жить. Если она будет присутствовать, конечно, — а сама внимательным и оценивающим взглядом посмотрела на Тета, можно ли понять, что этот парень принадлежит к древней расе. Узнаем через некоторое время.

— Ладно, разберемся как-нибудь, — успокоил он меня, отмахнувшись.

Морг от остановки находился примерно в двух остановках в глубь двора. Транспорт туда не ходит, поэтому мы и шли пешком. Молча, не проронив и слова, шли рядом друг с другом. Тет думал о чем-то своем, я же прикидывала возможные варианты примирения. Только одно шло на ум. Просто поговорить. Но в данный момент есть маленькая проблемка. Внутри меня просыпается голод. И если его не утолить ближайшие два дня, то придется туго. На улицу мне путь заказан, так как могу навредить окружающим, а другого выхода нет. С сукубой мы поссорились, питаться теперь негде. Поэтому примирение придется отложить на какое-то время, дабы не выставлять себя в не лучшем свете.

За всеми этими размышлениями и самоконтролем вперемешку с магическими манипуляциями, дошли до нужного нам места, встретив Мишеля. Тот стоял в своем рабочем амплуа, то есть в форме ордена, и ждал нас у входа, а посмотрев на меня и однокрылого он удивился, но потом посмотрев еще внимательнее разозлился. Я же вспомнила, как такие как Мишель относятся к таким как Тет и взвыла, память ни к черту, сама подписала приговор мирному существованию и своему личному спокойствию. Тем временем, священник только сильнее насупился и сжав губы, что они аж побелели, смотрел на шиву, ждя от того всего что угодно, а взгляд его отражал ненависть и призрении, сжатые в кулак руки показывал все его негативное отношение к присутствующему. Но что и говорить, не каждый день видишь такого представителя темного народа. Они вообще предпочитают не светиться, а тут возьми и появись перед лицом экзорцыста один из разыскиваемых столетиями приспешников тьмы. Правда, без моего участия, он бы в жизнь не показался. Так что если на него облаву устроят, вся ответственность будет на мне. Но я старалась вести себя, как ни в чем не бывало, дабы не распалять священника еще больше, чем сейчас.

— Привет Мишель. Я подмогу привела, ты же просил помочь, вот и получай помощника, — сказала я.

— Вижу. Я, конечно, предполагал, что это будет не фея цветочная, но чтобы грязный, (так называют однокрылых ангелы) даже и в мыслях не было, — сквозь зубы со злостью подходящей к нему, ответил Мишель.

— Тебя что-то не устраивает ангелочек? Запачкаться боишься? — Со смехом в голосе спросил Тетеюс.

— Нет. Просто, мне даже рядом находиться противно. Ты простой предатель, перешедший на темную сторону и запятнавший свет, до тебя мне дела нет, но все равно видеть перед собой предателя, просто мерзко, — зло сплюнул Мишель под ноги, подтверждая все сказанное.

Я, конечно, знала, что они холодно друг к другу относятся, но даже не предполагала, что так вражески настроены. Но Мишель тоже хорош. Ему же это надо. Или он и правду, как и говорит Тетеюс, боится испачкать светлые крылья, общаясь с ним, но и со мной за компанию?

То, что священник является ангелом, я узнала не так давно и чисто случайно. Мне об этом рассказал Рубин, когда говорил о том, что тот заделался сторожем моей личной жизни. Рубин хотел, было предложить мне начать встречаться, но этот ангелочек в рясе, Мишель, то есть, сказал, что бы даже и не думал ко мне на пушечный выстрел приближаться. Кто ты, а кто она. Умолчав при этом, что я представитель ночного народа. Одно радует, священник мой секрет не выдаст. Но и свой сохранит, зараза светлая. Если бы не демон-дракон, до сих пор бы сидела в неведении о светлой стороне Мишеля.

— Так, а ну прекратили, — сказала им обоим, разводя их, друг от друга в разные концы помещения. А то сцепились как два петуха, но Мишеля спросила: — Тебе некромант нужен или нет?

— Нужен, — скрежета зубами сказал тот, понимая всю сложившуюся ситуацию. Ведь если нет никаких следов, отпечатков и зацепок, некромант это единственный выход. А для блага общего дела можно и потерпеть, пусть они и терпеть друг друга не могут.

— А если нужен, тогда помалкивай в тряпочку, — тихо рыкнула я на священника, — кроме Тета никого лучше нет. Он самый способный из всех моих знакомых, — немного поскрежетав зубами он согласился с присутствием Тет.

— Аня, учти, его я стерплю, но только ради тебя, — сказал он мне, но продолжал метать злобные искры в сторону однокрылого. Светлый готов был сцепиться с ним сию минуту, не смотря на мое предупреждение и причину его пребывания здесь. Но, немного успокоившись, все-таки пошли выяснять причину смерти.

Пройдясь по коридору и найдя нужное нам отделение по неопознанным смертям, зашли внутрь. Сразу запахло кровью. Мне ночнику, не питавшемуся почти неделю, довольно трудно пришлось переносить такой "аромат". Я держалась из последних сил, а сама, скорее всего уже походила на тех же самых товарищей, которые нашли здесь свое пристанище. Я старалась бороться изо всех сил, ненадолго останавливая дыхание, применяла заклинание непроницаемости, но и оно сдавало сбой, из-за нехватки энергии, старалась не думать о своем состоянии, все тщетно. Да и от Тетеюса скрыть мой голод не удалось.

— Может тебе лучше выйти? — Спросил тот тревожно.

— Нет, все под контролем, — заверила я его, а возможно и себя, восстанавливая дыхание.

— Уверена? — Все никак не унимался он.

— Да, — коротко и ясно, что бы отстал.

Тут к нам подошел врач, дежуривший в эту самую смену и приглядывавший за умершими. Небольшого ростика мужичек, с пузиком и лысинкой на голове. Поверх белого халатика был накинут фартук. Как же без защиты? Вдруг чего-нибудь этакое из пациента вывалиться? Как ему потом халатик-то чистить?

Мед брат, завидев посетителей, направился в нашу сторону. Подойдя к нам поближе, стал пристально рассматривать. Начиная с Тета, заканчивая мной.

— Кто такие? — Спросил тот, прищурив глаз.

— Мы по поводу одного вашего пациента. Он погиб незнакомой смертью и был привезен утром, часов в десять, — ответил Мишель.

— А, помню. Вы мне звонили и просили не проводить вскрытие раньше вашего приезда. Некроманта привели? — Спросил он, глядя на однокрылого оценивающим взглядом. Похоже, этот человек осведомлен о нашей организации или вообще свой завербованный.

— Да. Он допросит клиента по поводу причины его смерти и заодно узнает, кто убил пострадавшего, — с каким-то отвращением ответил светлый.

— Этот, что ли? — С каким-то неодобрением спросил он, но, увидев закипающего от злости шиву, прикусил язык. От Тета расходилась магия смерти и лишь по одному его слову из своих ящиков могли подняться и прикончить нерадивого мед брата не один десяток зомбаков, поэтому тот тут же поняв, что оскорбил некроманта, стушевался и, извинившись, добавил: — Делайте что хотите, — сказал тот, открывая простыню, показывая нам гостя с неизвестной смертью.

Тетеюс сразу нахмурился. Да и я удивилась.

— У него нет и капли крови, — констатировала я факт, смотря с изумлением на Тета, — я ее вообще в теле не чувствую, не в одной мышцы, нигде вообще, — принюхавшись для надежности, проверила снова, — как будто выкачал кто-то. Странно.

— Да. И не только кровь, межсуставная жидкость так же отсутствует. Да и все тело высохло. Остался только ветхий скелет, обтянутый кожей и лоскутками, которые когда-то были мышцами, — рассказал врач то, что узнал сам лично. Шива тут же обрадовался, да и настроение его заметно улучшилось.

— Действительно, не зря я приехал. Такого я давно не видел, — но тут немного задумался и поторопился объяснить свое замешательство, поэтому сказал: — Простой убийца так бы сделать не смог. Только темный маг какой-нибудь или… — тут мы с ним переглянулись и в один голос сказали мысль, пришедшую одновременно в наши с ним головы:

— Жрицы Анубиса.

Я взвыла. Только не это. Неужели снова? Когда же ты от нас отстанешь? Перейди уже за грань и сгинь в небытие. Вся наша огромная и почти смертельная работа пошла коту под хвост.

Но труп поднять и допросить нужно по любому. А то вдруг мы ошиблись? И будет нам одной проблемой меньше, если все окажется простой нелепостью. И глупостью.

— Поднимать будешь? — Спросила я однокрылого.

— Придется, — расстроено ответил он, — а то вдруг мы поторопились и все обстоит совсем не так, как мы с тобой думаем?

— Надеюсь что это так, и нам не придется снова рисковать своими жизнями, — сказала я, с какой-то надеждой. Если всё это окажется не правдой и темный бог так и остается за гранью, жить будет легче, хоть и на какое-то время.

— Я тоже, — огласился он со мной. Но дело сделать надо.

Поднимать покойника довольно проблематичная задача. Прежде, нужен магический круг, а затем определенные заклинания. Одно на поднимание, другое на привязку и послушание хозяину. Кругом занималась я, чертя его на полу, а привязку и поднятие готовил Тетеюс. Сил надо не много, а вот концентрация при такой процедуре нужна немереная, ведь если ты хоть на миг ослабишь поводок, объект выйдет из-под контроля и покрошит тебя в мелкий фарш.

Закончив подготовку, перешли к допросу. Положив "клиента" на начертанною мной пентаграмму, приступили к его поднятию. Мы с Мишелем отошли подальше, а однокрылый принялся читать заклинание вызова. Из приятного парня он тут же превратился в могучего и грозного некроманта. На его руках замерцали зеленые огни мертвой магии, голос стал звучать как загробная песнь. Вот он истинный некромант. Сильный, могущественный, повелевающий мертвой плотью, привязывая к ней душу, вызванную из небытия и подчинивший себе призванного.

За это многие и не любят некромантов. Какого это и после смерти служить кому-то, называть хозяином, выполнять его приказы, которые могут повредить близким, если призывающий был при жизни заклятым врагом? Поэтому дабы не оказаться на круге призыва, многие просто сжигают себя, не оставляя свое тело на растерзание магу. Как и многих темных магов, у некромантов красочное воображение, которое может привести самого мага в неописуемый восторг, а жертву в ужас. По этой причине за некромантами охотились все время, с тех самых пор как узнали о магии и разделения на темных адептов и светлых. Ведь раньше всех гребли под одну гребенку и сжигали на костре правосудия. Но вот уже лет этак сто магов не истребляют, а лишь присматриваются. Но к темным особое отношение.

А тем временем, пока я вспоминала прошлое, Тет прочитав все нужные для ритуала заклинания, начал свой допрос.

— Кто тебя убил? — Спросил тот, мертвым голосом как будто это не живой, а мертвец. Это необходимо для того, чтобы те некроманты, которые соприкасаются с миром не живущих на этой земле людей, были хоть в чем-то похожим на своего клиента. Голос, вот то, что служит некроманту оружием, голосом маг заговаривает и повелевает тем, кого призвал.

— Жрец.

— Что за жрец?

— Темный прислужник.

— Чей прислужник?

— Шакала.

Тетеюс развеял заклинание о отправил дух в загробный мир. А я вот стою и ругаюсь на насмешки судьбы и обстоятельства. Твою мать! Вот так я и знала, что дело пять лет назад будет иметь продолжение, но надеялась…

Эта сволочь снова решила вернуться. Как сказал покойник, а ему можно верить, некроманту не кто и никогда не врал, разум поднимаемого человека полностью в твоей власти, так что это правда. А так как Анубис, бог с головой шакала, сомнений вообще не было. Но я не стала прерывать обряд, а выждала, пока однокрылый закончит допрос. Тот, отпустив мужчину, впал в осадок. Еще бы. Такая работа была проделана по его отсыланию обратно за грань, а тут он снова объявляется. У кого угодно настроение пропадет.

— Что делать будем? — Спросил он меня.

— Я даже не знаю. Не предполагала, что он когда-нибудь вернется, — задумалась я о дальнейшем.

— И я, — вторил мне Тет.

Тут нас перебил Мишель все это время стоявший в стороне и ждавший окончания процедуры. С ошарашенным и непонимающим видом он смотрел то на меня, то на Тетеюса и не понимал, что здесь происходит.

— Погодите, о чем это вы? Неужели вам знаком убийца?

— Знаком, — ответили в два голоса разочарованно мы с Тетеюсом.

— И кто же это?

— Это были жрецы Анубиса, Темного Бога. Решили вернуть своего покровителя, принося ему кровавые жертвы. Мы с Тетеюсом разобрались с этой сектой ценой потери своих сил и крови десять лет назад, но, тогда он всего лишь на долю секунды вернулся в этот мир, но как обстоят дела именно сейчас мы не в курсе. Скорее всего, кто-то из выживших последователей все же остался в живых и решил продолжить то дело, что они не смогли сделать их предшественники пять лет назад. И этот труп прямое тому доказательство.

— А почему мы ничего не знаем? — Спросил Мишель таким тоном, будто я его подчиненная, а он мой начальник. Иногда Мишель зарывается и забывает, что я уже не член их ордена, а в такие моменты хочется шарахнуть сферой молний и поставить на место зарвавшегося священника. Поэтому я ответила так, чтобы он понял, что я отчитываться перед ним не буду, и чтобы он от меня ничего не требовал.

— Так что же я должна за каждое свое действие перед вами отчитываться? Я давно не являюсь экзорцистом, да и вам не подчиняюсь. Тем более это мое личное дело. И вас ввязывать в эти давние разборки между демонами и ночниками не было нужды. Сами справились.

— Но хотя бы сказать о такой важной вещи могла? — Продолжал наезжать на меня священник и выпытывать всю информацию. Он не понимал, что если так и дальше будет требовать того, что не получит, схлопочет лишние проблемы и дополнительного врага в моем лице, а не информацию по данному делу.

— Могла, но не стала. Это мое личное дело. Он навредил моей семье и мой долг его уничтожить, тем самым, отомстив за уход в другой мир дорогих мне существ.

— А однокрылый здесь причем? — Спросил тот… с ревностью что ли? Но может, мне и показалось. Тут уже вмешался Шива, подоспев на помощь в разборке между ангелом и мной.

— А я чисто случайно под руку подвернулся, — но тут поменял интонацию и заговорил совершенно по-другому: — И вообще, что ты нам допрос устроил? Мы подчиненные твои что ли?

Мишель не стал ему ничего говорить и отвечать, только промолчал, про себя стоя картины, как вонзит шиве святой клинок в сердце. но главное то, что ссора между ними прекратилась и убивать друг друга они не станут. Вот и славно, а то мне скандала еще не хватало. Оба хороши. Что Тетеюс, что Мишель. Два сапога пара. Чуть что сразу в драку и выяснение отношений устраивают. Только их скандала мне не хватало. Но раз все обошлось, можно и по домам расходиться.

— Мальчики, может по домам а? — Слегка подуставшим голосом спросила я их, на что те переглянулись и согласились с дельной мыслью.

Мне ведь еще энергетический запас пополнить нужно. Это дело довольно проблематичное. После того как Субора узнала о смерти древнего и изначального и всеми почитаемого демона, не без моего участия в ней, перестала со мной разговаривать. А до этого, дней так за пять или шесть заявила, мол, я к ней прихожу только ради поиска и подпитки, а не как к подруге, да еще и потом убиваю ее сородичей. Их ведь так мало осталось, а я только и делаю, что сокращаю численность ее собратьев. Закатила такой скандал, что просто удивляюсь, как у Рика стены целы остались. Она так кричала, могли подумать, что я там ее убиваю. Да я б ее прибила к стене гвоздями, если бы не этика и когда-то связывающие нас с ней дружеские отношения. Я просто взорвалась и послала ее к лешему. Но и злость от ее вдохновенной речи тоже на ней выместила не плохо. Звон пощечины звенел потом в моих ушах еще несколько часов, как и слова Су о моей сволочной натуре. После ее гневного взгляда я вышла из ее комнаты, сказав все, что я о ней и ее сородичах думаю, хлопнув дверью так, что та слетела с петель. А потом правда пожалела. Нужно было объяснить всю ситуацию, а не скандал устраивать. Но сказанного не воротишь. И как говориться друг, познается в беде. Вот и узнали, какова она дружба демона и ночника.

Только после такого выяснения отношений моя спокойная жизнь закончилась, появились последствия. Теперь мне необходимо самостоятельно искать питание и боюсь старинными методами охотой на ночных улицах.

Попрощавшись с мед братом, и поблагодарив его за оказанную нам услугу, разошлись по своим делам. Мишель в орден писать отчет о проделанной работе. Я же в сопровождении Тета дошла до остановки и хотела, было, отправиться домой, но однокрылый меня остановил. Уже практически с ним попрощавшись, увидела свой автобус, как тот взял меня за руку, развернув к себе, уберег от возможной глупости, расставания при возможном примирении и продолжении отношений после долгого молчания. Поэтому, посмотрев в мои глаза, он спросил:

— Мы не виделись десять лет, и даже чаю не предложишь?

— Не думаю что это хорошая идея, — действительно, я сейчас не в особо хорошем состоянии. Так что компания из меня не очень. Энергетическое истощение у ночников, довольно проблемная ситуация. А я еще и древний. Двойная проблема.

— А если я тебе помогу? — На полном серьезе предложил он.

— Как? — Удивилась я.

— Знакомый есть. В центре переливания работает. Махом все организует, за ним тем более должок имеется.

Я только кивнула.

Отказаться от такой возможности просто невозможно.

Прежде чем отправиться к знакомому Тетеюса, мы с ним созвонились. А то приедем, а его и на месте нет. Достав мобильник и набрав номер знакомого, договорились и организовали встречу. Как оказалось знакомый Тета тоже ночник и поэтому накормить меня у него не составит труда, тем более, как сказал мне Тет тот ему кое-что должен. Вот и отдаст долг, организовав мне подпитку.

Договорившись с другом однокрылого, сели на нужный нам транспорт. Доехав до места работы его знакомого и встретив его, взяли все необходимое. Пополнять запас энергии пришлось прямо там, на месте. Не особо люблю такое мероприятие. Тем более перед кем-то.

Тетеюс даже не скривился, как это делает обычно Мишель. Все понимает и принимает меня такой, какая есть, со всеми моими недостатками. А после окончания процедуры, даже поинтересовался моим состоянием:

— Ты как? — Переживая, спросил он.

— Уже лучше, — отметив тот факт, что и впрямь лучше.

— Тогда может, все-таки чаем угостишь? — Настаивал на своем Тет.

— Угощу. Только я не знаю, как Широ отреагирует.

— Какой еще Широ? — Удивился тот.

— Родственник мой. Он не особо гостей любит, а сейчас вообще у него подготовка к экзаменам. Поганец в школу поступил, что бы подозрения соседей от себя отвести. Вот я и торчу дома одна целый день.

— Не переживай, договоримся, — успокоил меня Тет.

Тетеюс.

Встретились мы с Анной на остановки. Та хотела незаметно подойти, но я не вовремя повернулся.

— Привет, — сказала та, как ни в чем не бывало.

— Привет, — в таком же духе ответил я.

— Давно ждешь? — Спросила она.

— Нет, только что приехал.

Вот стоим и молчим. Не зная, что сказать друг другу. Но дело делать надо.

— Может, пойдем?

— Пойдем. Только оговорюсь. Есть там один субъект, который на дух не переносит таких как мы.

Так, приехали. Неужели заказчик? Как оказалось, этим субъектом была девушка. Но как заверила меня Анна, проблем с ней не будет, как сказала, охладила ее пыл своими высказываниями по поводу ее аристократичной персоны. Вот та и остыла. А вот по поводу меня даже не знает. Сказав, что разберемся, предложил все-таки отправиться на выяснение причины необычной смерти.

Дойдя до нужного места работы, встретили священника. Тот разглядывал меня с ног до головы. Да, не каждый день видишь однокрылых, тем более взрослых и опытных как я. Но правда не без участия Анны. Та, подойдя к священнику, сообщила, что привела подмогу.

Значит, Мишель. Интересно. Слышал я о таком. Вот только не помню где.

— Вижу. Я, конечно, предполагал, что ты не фею цветочную приведешь, но что бы грязного?

— А ты свои крылышки испачкать боишься? А ангелочек? — С сарказмом сказал я, вспоминая, где слышал его имя. Ангел он, а я вот не удержался от подколки в его сторону. Зато будет знать, с кем связывается.

— Нет, просто мне с тобой даже рядом стоять противно, не то, что общаться, — зло плюнул тот, — ты всего лишь предатель, впустивший в свою душу тьму, запятнав свет.

Хотели, было дальше продолжить наши препирания по поводу моего предательства света и перехода на темную сторону, но Анна нас перебила и развела в разные стороны помещения, не дав поругаться, и переубивать друг друга, окончательно.

— А ну прекратили! — Рыкнула она на нас с ангелом, разводя в стороны, а его отдельно спросила: — Тебе некромант нужен?

— Нужен, — сквозь зубы ответил тот, все еще кидая недовольный взгляд в мою сторону. Я так же посмотрел на него с презрением, чтобы у него не было сомнений относительно моего к нему аналогичного отношения.

— А раз нужен, то заткнись. Лучше него никого нет. Тет самый сильный из всех кого я знаю.

— Как скажешь, но учти, терплю я его только ради тебя, — смирился с безысходностью ангел и выйдя вперед потащил нас за ним.

Пройдясь по коридору и зайдя в нужный нам кабинет, стали ждать дежурного врача, работавшего в нужную нам смену.

В кабинете витал запах крови со всевозможными дополнениями из разложения и гнили. Я-то переношу все это нормально, но ведь есть те, кто только от одного такого запаха падает в обморок. За своими размышлениями не заметил, как отреагировала на такой аромат Анна. А когда все-таки увидел ее реакцию — ужаснулся. Та держалась из последних сил, задерживая и выравнивая дыхание. А сама стоит бледная и старается подавить приступ любой ценой.

— Может тебе лучше выйти? — Спросил я ее.

— Нет, все под контролем, — заверила она скорее себя, нежели меня.

Тут к нам подошел мужичек. Не большого ростика с лысинкой на голове и в белом халатике, а по сверх него был одет фартучек, для "сюрпризов" от таких вот разнообразных гостей.

— Кто такие? — Оценивающим взглядом встретил на тот. Начал свой осмотр с меня и закончил Анной.

— Мы по поводу неопознанной смерти одного вашего клиента — ответил ангел.

Как оказалось, он был заранее осведомлен о моем приходе. А когда мы сказали о цели нашего появления, тот только отмахнулся, мол, мне все равно, делайте что хотите.

Открыв простынь, показывая нам умершего, я удивился. Да и не я один. Анна так же насторожилась, забывая про голод. Как оказалось, в теле не было и капли крови, да и не только. Вся жидкость тела отсутствовала. А когда мы предположили, кто мог такое сделать, пришли с ней к общему выводу:

— Жрецы Анубиса.

Только не это? Мы же отправили его за грань. Что ему еще потребовалось в этом мире? Но поднимать все равно придется. А вдруг ошиблись? Малая надежда все-таки таилась внутри меня. Надежда на то, что этот монстр никогда не появиться, надежда на спокойную и тихую жизнь. Эта мечта была не только моя. Анна тоже надеялась на это. Видно было, как она старается подавить свое желание уйти и оставить все, будто и не видела действий секты. Но этому не дано было осуществиться.

И она поинтересовалась:

— Поднимать будешь? — Спросила девушка.

— Придется, а то вдруг ошиблись? Хоть я на это и надеюсь, — как оказалось не я один. Она тоже жаждала, что бы наши предположения, не оправдались.

Мне хотелось вселить в нее хоть малую толику надежды на то что возможно мы и ошиблись, делая поспешный вывод. Хотелось, но это было не в моих силах. Если судьба уготовила встретиться с этим выводком сектантов, значит так и будет. Но ритуал необходим для уверенности. Значит, будем проводить.

Подготовившись заранее к поднятию, то есть, начертив пентаграмму и подобрав нужные заклинания, приступил к поднятию. Что бы повелевать мертвыми, нужно быть на них хоть чем-нибудь похожим. Многие некроманты используют мертвую плоть или сами на половину мертвы, я же использую загробный голос. Моя сила идет от речи и мне не нужны дополнительные способы привлечения магии. Именно этим я и отличаюсь от множества магов. Магия для меня не просто жизнь, я сам магическое существо. Хоть я и рожден был в светлой магии, перейдя же на темную сторону, я не стал кем-то другим, просто сменил полярность силы. И ничего больше. Поэтому магия течет в моих жилах вместе с кровью. На моих руках тут же засияли огни мертвой магии. Я же начал допрос:

— Кто тебя убил?

— Жрец

— Чей жрец?

— Темный прислужник

— Чей прислужник?

— Шакала.

Твою мать. Только не это. Мы-то надеялись, что наши предположения окажутся не верными, а получилось, что как мы думали, так и случилось. Я был в шоке. И, скорее всего, не один я. Анна так же стояла мрачнее тучи. Тут же к нам присоединился священник.

— Вы знакомы с ними? Что это еще за жрецы? — Спросил священник у Анны. Что за настырный светлый нам попался?

— Да, лет десять назад мы с Тетем уже разобрались с ними, но, похоже, не со всеми, кто-то остался — отмахнулась она, и хотела было замять разговор, но не тут-то было.

— А почему мы ничего не знаем? — Начал, было, он вести себя так, словно мы его подчиненные. Но Анна так просто это дело не оставила, а отослала его, куда подальше и даже без намека на возвращение.

— А я что должна перед вами за каждый свой шаг отчитываться? — нагрубила ему та.

Правильно, так его. Будет знать, как разговаривать с кем-то из темных, как со своими подчиненными.

Хмыкнув, священник отправился по своим делам, а мы остались с Анной вдвоем. Проводив ее до остановки на автобус, ждал, когда же она раздумает уходить от меня. Она уже хотела, было сесть в маршрутку, но я не выдержал и остановил ее. Поймал за руку, повернув к себе лицом, посмотрел в ее глаза, задал вопрос:

— Мы не виделись пять лет, и ты мне даже чаю не предложишь?

— Предложила бы, но, к сожалению, я сейчас не лучшая компания, — сказала она, намекая на энергетическое истощение и голод.

— А если я помогу? — Предложил я.

— Интересно как? — Поинтересовалась девушка.

— Знакомый есть, он и организует.

Согласившись и приняв мое предложение, Анна последовала со мной к одному знакомому врачу, заведующему переливанием крови. Созвонившись заранее с Виром, и получив одобрение, поехали к нему. Он мне кое-что должен, поэтому я к нему и обратился. Не откажет. Я не отказал снять с него порчу наведенную одной ведьмой, хоть и был риск, что эта гадость перекинется на меня, выполнил просьбу друга. Тем более он сам ночник, пусть и не такой древний как Анна. Накормить ее ему не составит труда.

Встретив нас и дав все необходимое, покинул нашу компанию, уйдя по своим делам. А я остался с девушкой краем глаза наблюдал за восстанавливающем ее силы и энергию процессом. Она не особо хотела, что бы я за ней подглядывал, но я все равно остался. Не знаю, какой реакции она от меня ждала? Скорее всего, отрицательной. Но, увидев, мое безразличие и невнимание, сменилась в лице и приободрилась. Как только стакан опустел, то она успокоилась, а я тут же поинтересовался ее самочувствием:

— Ты как?

— Лучше, — с явным улучшением самочувствия ответила девушка. Кожа приобретала телесный оттенок, глаза сверкали своей стальной истинной окраской, волосы наполнялись жизненной силой, не выглядели как солома, а водопадом спускались по спине. Да и энергетический ореол вокруг нее светился ярко фиолетовым цветом с прожилками лазурного неба, а не серым и грязно-коричневым вперемешку.

— Ну, теперь то чаем угостишь? — Напоминаю ей о данном обещании, если помогу с восстановлением энергии.

— Угощу. Вот только не знаю, как Широ отреагирует, — стоп! Что еще за Широ такой? В первый раз слышу о таком. Неужели за то время пока меня не было в ее жизни что-то поменялось в ее взглядах на… может? Неужели так… да нет, навряд ли. Она не такая. Скорее всего, я зря паникую.

К счастью ли или наоборот, но мои предположения по этому поводу оказались не верными. И слава тебе Единый, терять ее на такое долгое время, не видеть ее серых пронзительных глаз, не слышать ее голоса, может временами и властного, холодного, а иногда и теплого, не быть рядом такая мука, вот именно поэтому я никому ее не отдам. Пусть держат карман шире. Никто у меня, ее не отнимет. Пусть это сам Анубис или его старший сын Алмаз, повелитель демонов-драконов, да кто угодно, никто ее просто так не получит. Порву на маленькие кусочки и скажу, что так и было.

И как же я был рад, что мои предположения все же оказались не верными и этот самый Широ никто иной, как младший родственник.

— Родственник мой. Он и так-то посторонних не любит, а сейчас у него еще и подготовка к выпускным экзаменам, — ответила она, а сама вздохнула и рассказала причину такого его странного поведения. Как оказалось, мальчишка поступил в школу, что бы отвести подозрения соседей. Умный парень. Я же заверил ее, что все будет в порядке, и мы договоримся.

5 глава "Праздник и предательство"

Анна.

До дома мы доехали быстро. А меня все не покидала мысль о тот как нам быть дальше. Неужели все опять сначала начинать? Тогда мы ели-ели оправили его назад и разобрались с его жрецами, а теперь, возможно, они набирают еще больше силы для нового открытия грани и входа в этот мир Анубиса. Мысли, мысли. Но не одного решения. Вопросы, вопросы и не одного ответа.

Но мои раздумья не остались незамеченными. Тетеюс прервал их поток, своим вопросом:

— О чем задумалась?

— О том, как быть дальше. Справимся ли мы с ним теперь, когда он снова набирает силу? И вообще можно ли с ним справиться? Ведь появляясь в этом мире, с каждым разом он становиться сильнее, могущественнее и злее. Кроме того, мы не знаем, сколько ведется уже ритуал возвращения. В прошлый раз мы узнали об этом довольно рано и поэтому смогли остановить и вернуть его обратно, а теперь я даже представления не имею, как давно они начали действовать. И вообще сможем мы их остановить или нет?

— Сможем. Ведь мы не одни. С нами орден, — хотел, было успокоить меня шива, но я только больше поникла. Из ордена вообще помощники посредственные. Они сами у меня помощи постоянно просят. Они ни на что не способны. О чем я и сказала Тету:

— Да, но они просто люди. Что они смогут сделать Богу Смерти? Ничего существенного, они люди, а он могущественный повелитель смерти. Захочет, всех лишь пальцами щелкнет, убьет.

— Не переживай. Все будет хорошо, — сказал он, прижав меня к себе.

— Надеюсь, — ответила я, посильнее прижавшись к нему и ища тепла в эту ненастную погоду с ее промозглым ветром и слякотью. В такие моменты всегда ищу тепла. Будь то простая чашка горячего чая, ну а в данном случае, не такие уж и простые объятия шивы. Хочется, что бы так было постоянно и чтобы не случалось того, что было между нами десять лет назад. Снова не видеть дорогое существо у меня не хватит выдержки. Первые несколько недель я вообще не спала, потом отсыпалась за те дни недосыпа, не вылезая из-под одеяла, а потом меланхолия, потом пессимизм, а потом посредственность, мол, как идет, так пусть все и идет, только не меняется. Но появился Широ, долгожданная битва с Арзелем, временное недомогание, знакомство с драконами, в частности с Натаном и Рубином, а спустя десять лет моего посредственного времяпровождения, случилось то обстоятельство, из-за которого я не надеялась вообще вернуться к прежней жизни.

Поднимаясь по лестнице и подходя все ближе к своей квартире, я почувствовала чужую и не знакомую энергию, которая ни разу не присутствовала в моем жилище. Даже не одну. Значит у нас гости, а может быть и не совсем так. Если их привел Широ, тогда ладно, ничего страшного в этом нет, но если это не так, буду действовать жестоко не смотря на последствия. Приготовившись к обороне, зажгла в руке комок молний.

Открыв дверь и войдя в квартиру — успокоилась. Гостями были ни кто иные как Мишель (когда только успел, вроде недавно вместе с ним допрашивали труп, а вот он уже здесь?) и профессор. Увидев активированное заклинание в моей руке, удивился и не понял причины. Но как только увидел входящего следом за мной однокрылого, сию секунду переключился на него и состроил недовольную мину, выказывающее презрение находящемуся здесь бывшему представителю светлого народа. Мишель хотел, было еще что-то словесно добавить, но я остановила, начавшийся было поток слов в сторону Тетеюса, напомнив, кто здесь хозяин. А то начнется ледовое побоище, а мне квартира моя дорога. Ремонт я делала не так давно. Восстанавливать и ремонтировать свое жилище я пока не хочу. Мне и так нравиться.

— Если тебе есть что сказать, говори мне лично. Здесь я хозяйка! — Добавила я в голос немного магии, дабы по их ушам прошелся ультразвук и прочистил мозги парочке взбунтовавшихся гостей, — это моя квартира! Ты такой же гость, как и он, что же касается Тета и его присутствия здесь, отвечу так — это моя квартира и кого хочу, того и привожу, — повторила я еще раз, для пущей надежности, — ты мне не указ и тем более не начальник. Понял? Не хочешь с ним видеться, можешь идти куда угодно. Я тебя не держу, — практически выгоняя, сказала я все это Мишелю.

Тот только промолчал, ни сказав в ответ и слова. Вероятно, понял, что действительно не имеет права голоса в моей квартире. Вот и правильно. А то вдруг не устою и еще чего-нибудь наговорю, а мне сейчас еще и ссоры с Мишелем не хватало. Он ведь обижается долго, и не каждый раз прощенья выслушивает, развернется и уйдет, мол, разговор окончен и ходи потом жди его хорошего настроения.

— Лучше скажите, что вы тут забыли? — Ушла я от темы разговора, сменив гнев на милость, дабы отвести огонь от шивы и заговорить священнику зубы, пусть он и не видеться на такие уловки. А точнее их перебранки и рушащей все на своем пути битвы с однокрылым. Но видимо понял, что битвы и выяснение отношений с Тетом не будет, так как сдался и ответил:

— Так в гости пришли. Широ экзамены сдал, надо же отметить? — Мальчик, как только услышал о себе, тут же показался из комнаты со счастливой улыбкой до ушей. Радостный парнишка был, эки полярное сияние на севере в темном ночном небе. Убедившись, что я в хорошем настроении, подошел и посмотрел на меня своими счастливыми как у кота глазами, и невинным видом и практически с мурлыканием спросил:

— Ань, а ты возражать не будешь, если ко мне ребята из класса придут? Отметить и отпраздновать так, сказать, — как с таким счастливым паршивцем спорить можно? Рука не поднимется отшлепать, а губы не скажут "нет", поэтому согласилась и разрешила на приход детворы к нам домой.

— Нет, только если вы буянить не будите? — Шуткой ответила я, но так что бы он понял, шутка может и правдой оказаться.

— Не будем, — заверил он меня.

— Тогда зови, я не буду против их прихода, — успокоилась я.

Мальчик, было, обрадовался, но опомнился. А увидев за моими плечами однокрылого, внимательно слушавшего и наблюдавшего за мной и каждым моим движением с какой-то нежностью — поинтересовался:

— А кто этот парень? Твой друг? — Чуть слышно спросил он.

— Тетеюс? Типа того. По поводу дружбы, могу сказать, что так и есть, — не упоминая тот факт, что в какой-то степени мы с ним встречались, пока вели то дело, касающееся Анубиса, — мы встретились лет десять назад. Распутали одно дело, а потом не виделись довольно долгое время и даже не созванивались. А сегодня мне позвонил Мишель по поводу допроса одного клиента, вот я и позвала его мне помочь.

На что мальчик ко мне обратился, но уже мысленно:

" — А сама, почему не допросила?"

" — Орден не в курсе, что я еще и некромант, если узнают, то сразу попаду из списка возможных сотрудников в опасные личности, поэтому и промолчала".

" — Вопросов больше нет, и как понимаю, делать вид и дальше что не знаю о такой твоей особенности?"

" — Да".

— А, тогда понятно, — благополучно умолчав, как и договаривались, о том, что я и сама вполне бы справилась с такой легкой работой, как поднятие умершего, язык за зубами держать умеет. Это мне в нем и нравиться, — кстати, тут еще письмо пришло. Кажется от Рубина. По-моему, по поводу какого-то там мероприятия в честь совершеннолетия младшей дочери. Прочитай, а то вдруг сам заявится? Мне его видеть что-то не особо хочется, — и ясно почему, демон как никак. А у нас с ними отношения натянутые и готовые в любой момент перейти к боевым.

— Хорошо, прочитаю, — успокоила я его.

Но не успели мы пройти в комнату, как в дверь снова позвонили. Ну и кого опять принесло на мою голову? И кому это дома не сидится. Открыв дверь, удивилась. Помяни черта и он явиться, да еще и с фанфарами. На пороге стоял Рубин собственной персоной, сияющий и радостный. Вот на кой леший он явился, ума не приложу. Но выясню, а когда узнаю…эх, плохо будет его головушке.

— Привет, к вам можно? — Попросился он так, будто мы его и на порог не пустим. Была бы моя воля, точно не пустила. Да и пинка волшебного дала для быстрого ускорения из моей квартиры. Но, нельзя. Обидится зараза.

— Можно, — но хотелось сказать "нельзя", но пришлось пустить, поэтому согласилась, пусть и не была довольна такому гостю. Но проблем с Анубисом полно, не хочу еще с Рубином отношения выяснять, поэтому смирилась с его присутствием в моем доме: — только по какому поводу? — Спрашиваю у демона-дракона, ведь о нем и Натане не было вестей очень давно, да и не видно было и не слышно почти месяц, а тут на тебе взял и появился. С чего бы это?

— Так наши поганцы экзамены сдали, — ответил мне, от чего я тут же потеряла дар речи. С какого перепуга наши-то? У меня вроде больше кроме Широ никого нет. Поэтому спросила:

— Кто это наши? — удивилась я, — Широ у меня один или ты на кого-то еще намекаешь? — А все оказалось намного проще:

— Так в его классе моя сестра учится. Бирюза с ним вместе и готовилась, не раз к вам приходила, — озадачил меня тот. А я, поворачиваясь в сторону мальца, как бы у него поинтересовалась, но не ждя ответа:

— Ах, вот оно как? — Вспомнив просьбу брата, на приход к нам несколько раз его одноклассников, спросила (точнее сказала, но не суть важно), заворачивая рукава. Щас на орехи получит партизан не доделанный. Устрою ему финское джакузи и русскую баню с веничками. Так запариться извиняться, что просто взмокнет от натуга. Это же надо? Секретничать вздумал. Эх, не поздоровиться тебе, точно выпорю.

После того как Рубин выдал все тайны мальчика, а я приготовилась, было его отшлепать, Широ из прихожей как ветром сдуло. По ходу понял, что лучше мне под горячую руку не попадать. Это ж надо? Взял гаденыш мелкий и не сказал, что вместе с ним учится демонесса из драконов, все, поймаю и побью. Знает, как я отношусь к его тайнам. А я, после того как засучила рукава, готовясь к порке, рванула, было за ним, но меня остановил Тетеюс, опередив порыв догнать мальчишку, схватил за талию и прижал к себе, что бы я, никуда не убежала и глупостей не натворила.

— Пусти! — Начала было вырываться я.

— Ань, не надо. Может, он не сказал потому, что не знал, как ты отреагируешь? — Тихо и нежно спросил он, а Широ уже и след из прихожей простыл. Знает, паршивец, что ему будет за тайны от меня.

— Зато он знает, что ему будет, если я узнаю о чем-то последней и тем более, совсем от постороннего лица, — сказала я, все еще пытаясь вырываться из захвата однокрылого. Но не тут, то было. Он только сжал руки еще сильнее. После чего я оказалась в стальном захвате шивы.

— Не надо, сам потом расскажет. Может он уже и не рад, что скрыл все от тебя? Сидит сейчас и плачет. Ты же не такая бессердечная, что бы отшлепать влюбленного мальчишку? У него это первый раз. Вспомни себя на его месте. Какой ты была? Спорим, тоже много чего не договаривала своей родительнице и братьям? — Пристыдил меня Тетеюс. И правда, было и такое, только не в сердечных делах, а как раз наоборот. Но не будем о прошлом, продолжим разбирательства.

Еще какое-то время для приличия повырывавшись из захвата Тета, сдалась и согласилась с его точкой зрения:

— Ладно. Ты прав. Так и быть. Но если не объяснит свои мотивы, накажу. Целый месяц будет в квартире убираться.

— А при чем здесь уборка? — Не понял Тет, как и все присутствующие. Ну, методы у меня такие, если нашкодил, то все исправишь только через усилия и труд. А уборка трехкомнатной квартиры это достойное наказание и метод исправления ошибок. Тем более такая, какой занимается мальчик в случае наказания.

— Так это не простая уборка, а не магическая. Он привык пользоваться силой, но благодаря такому наказанию он не имеет право ее применять во время уборки, сразу сигнал сработает, а за магию в наказании дополнительная неделя. Так сразу все желание халтурить отпадает. И это его сильно напрягает и выматывает. Так что это довольно интересное наказание с моей стороны.

— Строгая ты, Анют, — с улыбкой, сказал мне однокрылый. Мне же ничего не оставалось, как согласиться с ним, только и всего. Я, конечно, могу и с магией комнату в два счета вымыть и отчистить, но не стану прибегать к силе по таким мелочам. А Широ всегда этому удивляется и убирается в своей комнате исключительно с помощью магии. Так что такое наказание как раз ударит по его самолюбию и кое-чему научит. А что касается высказывания Тета, то я полностью согласна. Воспитывать современное поколение нужно в строгости. В современном мире полно соблазнов, техники и много того, чего не было у нас. Поэтому большинство и относятся к вещам, да и к людям, поскольку постольку.

— А то ты не знал? — Спросила я у Тета.

Но если не так наказывать, то как? По-другому он никогда не поймет людей. Будет думать, что не все можно решить с помощью магии. Есть вещи, которые решаются только с помощью ума и сердца, а не грубой силы. Для этого я придумала такую меру наказания, и если он не поймет таким способом, буду искать другие.

— Весело у вас, — сказал Рубин все это время стоявший около двери, — да еще такая компания собралась. Не каждый день шиву встретишь, — сказал тот с каким-то сарказмом. Тут же к нему повернулся Тетеюс и поинтересовался с небольшим удивлением. Что же он имел ввиду, говоря про веселую компанию.

— Что такого удивительного в моем присутствии?

— Да ничего, — пытался сделать вид, что ничего не говорил, но Тет уже увидел отрицательное к своей персоне настроение, — просто так сказал, что такого?

— Просто так? — Не веря словам Рубина спросил Тет. Но потом как-то изменился в лице, догадавшись о причине высказывания демона в его сторону. Ведь однокрылые скрытый народ, да практически все существа нашего мира их презирают и ненавидят, поэтому Тет так и завелся, когда речь пошла о его присутствии, — а-а-а! — Догадался шива, — Так тебя моя персона не устраивает? — Спросил тот, приподняв бровь в вопросительном взгляде, который начинался наливаться злым огнем. Ну не любит он такое отношение к себе. А настроение меняет, как перчатки надевает. Быстро и в разные стороны. То оно у него просто сверкает красками радости и позитива, то готово взорвать и разнести всё в округе, не оставив даже камня на камне. На такую перемену в настроение Рубин не обратил внимания, а продолжил свою тираду.

— Нет, просто вы из своего подполья никогда не вылезаете, а тут неожиданно стоит представитель древнего, предавшего свет народа собственной персоной.

Не надо было ему так с ним разговаривать, ох не надо. В глазах Тетеюса начинали потихоньку зажигаться зеленые огоньки. Вот первый этап злости у шивы. Даже мне немного жутко стало от предстоящей ссоры, если это все не остановить. Проявление магии второй этап, а истинное обличие наперевес с тотемным оружием (до сих пор не знаю каким) — третий. От последнего состояния вряд ли кто выживет. Особенно если это — Тет. Ведь он один из первых перешел на темную сторону, следовательно, тьма одарила его полноценно с огромными и всевозможными сюрпризами. Но мало кто об этом знает. Только я и еще несколько близких ему лиц. Я же решила опять взять на себя роль успокоительного и громоотвода.

— Рубин, может, лучше помолчишь? А то мне их перепалки с Мишелем и так хватает, сыта по горло, а если еще и ты присоединишься, то моя квартира просто не выдержит, а я вас всех на мелкие кусочки покрошу, если вы мне тут разруху устроите. Я понятно изъясняюсь? — Обратилась я ко всем присутствующим, а Рубину добавила: — Ты меня понял? Ведь Тетеюс терпит долго, но потом, если взорвется тебе точно не поздоровиться. По стенки размажет тонким слоем, не отскребаешься. А я ремонт делать не хочу, мне пока так нравиться.

— Ладно, ладно — только и ответил тот, поднимая руки вверх, показывая, что сдается. Но спустя минуту молчания обратился уже лично ко мне: — Раз подраться с ним не даешь, — Кивнув в сторону уже успокоившегося шивы, — тогда у меня к тебе дело важное и довольно личного характера.

— Какое? — Тут уже не только я удивилась. Все присутствующие повернулись к нему, внимательно слушая. Священник снова сделал вид пня, мол, меня это не касается, Эльдар навострил уши и внимательно вникал во все, а Тет ждал повода разобраться с Рубином за его пренебрежение к нему. Дракон же не капли, не засмущался, а продолжил, как ни в чем не бывало:

— Тебе мальчишка сказал по поводу приглашения на званный вечер? — Спрашивает. Уф, отлегло. Я то подумала на нечто серьезное. Слава матери-богине, обошлось.

— Да, — отвечаю ему я.

— И как? Пойдешь? — Спрашивает того, кто все эти собрания на дух не переносит. Все, за исключением демона в курсе как бы я послала, если бы не последствия.

— Нет, конечно, на кой мне его прислали? — Удивляюсь и думаю, как бы отделаться от этого приглашения. Как же не хочется там появляться.

— Так отец хотел тебя за спасение Сапфира отблагодарить, — не поняв моего удивления, спросил он.

— А устно поблагодарить было нельзя? Или у вас это не принято в устной форме, только лично и по приглашению? — Как-то грустно или даже обреченно спрашиваю.

Вот зачем сразу на званый вечер тащить? Неужели просто спасибо говорить разучились? Тяжелый случай. Тысячу лет живу и первый раз такое, что бы вместо благодарности тащили на мучение. А для меня это именно мучение. Терпеть не могу эти вечера, которые афишируют как дни рожденья, а на деле это просто ритуал подхалимства вперемешку с лизоблюдством, да еще и спиртным разбавляют для большей распущенности языков.

— Конечно можно, он даже и хотел так сначала сделать, только идея с балом принадлежит лично мне. Я подумал, что так будет лучше.

Для кого лучше? Для них или меня? Не вижу большой разницы. Как я ненавижу балы и эти вчера встреч! Прибью это самоуправца при удобном случае и скажу, что так и было.

Все присутствующие в курсе как я отношусь к таким мероприятиям. И взвыли от предстоящего разноса с моей стороны. Но дракон удивился.

— Что-то не так? — Спросил у меня Рубин, но ответил светлый, помня и зная мою "любовь" к таким мероприятиям. Помнит, как я посылала не один раз, еще работая в ордене. Мне несколько раз предлагали поработать под прикрытием на каком-нибудь собрании демонов или чернокнижников, я же отказывалась. Вот и сейчас мне выпадает неудачный случай посетить бал драконов. Но есть другая причина, по которой я не хочу и не могу придти в логово демонов. Я ночник, а к ночникам демоны относятся отрицательно. Я же одна, без поддержки не стану лезть к потенциальным убийцам.

— Она ненавидит все эти вечеринки и званые ужины, старается как можно быстрее от них отвязаться. А тут такая подстава с твоей стороны, так что готовься, она будет мстить и серьезно. А ч перепалка с шивой покажется тебе цветочками, по сравнению с тем, что она с тобой сделает, — сказал Мишель.

Рубин удивился. Как это так, милая девушка (это, по его мнению) и вдруг балы не любит? Не порядок. Следовательно, надо исправить ситуацию в лучшую сторону и заставить меня туда явиться любым способом.

— Но отказаться ты уже не можешь, — продолжал он настойчиво.

— Почему? — Все так же удивилась я.

— Так там печать правящего демона стоит и ты уже в списке приглашенных гостей. Отвязаться не получится. Отказом оскорбишь правителя и всю семью в целом, — показывая на печать главы клана драконов. Алмазный, переливающийся всеми чешуйками дракон, величественно восседавший на троне.

Я только сильнее расстроилась. Ну, неужели нельзя было обойтись без этого? Тем более там будут все представители темного народа, и я приду такая маленькая и хрупкая девушка, хоть для всех остальных и являюсь флиром. Кроме этого я на протяжении нескольких лет была истребителем демонов, и вообще я злейший враг их покровителя и первоначального создателя. Нет, я просто не могу туда придти. Раскроют и мне конец.

— Я не пойду, — заявила демону, все, продолжая упираться руками и ногами за свою позицию против прихода на этот вечер.

— Анна, так нельзя, — запротестовал Рубин.

Но тут влез шива. Эх, я его когда-нибудь укушу. Н, почему он помолчать не может?

— Действительно, если сам алмазный дракон приглашение подписал, тебе не отвязаться, — сказал Тетеюс. Рубин его подержал, кивнув в знак согласия — если тебе не хочется туда одной идти, то давай я с тобой пойду? — Спросил меня он, а к Рубину обратился: — Ты, ведь не против того чтобы она пришла в паре со мной?

— Нет, самое главное в том, чтобы Анна присутствовала на балу. А с кем она придет мне все равно, — с равнодушием ответил демон. Скорее всего он сам хотел составить мне компанию, но Тет его планы и порушил. Вот и пришлось ему смириться с тем, что я пойду не одна, но все-таки пойду.

А я со злостью посмотрела на однокрылого. Зараза. Как же мне хотелось отказаться от этого мероприятия, а тут он взял и поставил жирную точку во всем моем плане по отказу от этого приглашения. Все малину обломал. Гад.

— Спасибо тебе большое, — поблагодарила с сарказмом шиву, скрестив руки на груди и даже отвернувшись в знак моего протеста и оскорбления.

— Всегда, пожалуйста, — ответил тот нежным голосом, положив свои руки ко мне на плечи и обняв. Я даже скидывать не стала. Вот еще. Мы только помирились. Пусть думает, что я просто требую извинений. И они не заставили себя ждать, прикоснувшись губами к уху, прошептал:

— Извини, хотел как лучше, — я тут же растаяла и простила шиву за его вездесущее любопытство.

Рубин же только попрощался и напоследок сказал:

— Тогда договорились. Послезавтра в восемь, куда идти знаете, но только не опаздывайте, — и вышел из квартиры. А мы вчетвером остались.

Ну вот. Теперь и это. Мало мне проблем с Анубисом, так теперь еще и бал у демонов-драконов. Так еще и Тетеюс напросился со мной за компанию. День сегодня какой-то ненормальный. Да и мальчишка сюрпризец подкинул. Паршивец мелкий. Как вспомню — руки чешутся подзатыльник отвесить. Ладно, разберемся со всем постепенно. Для начала с Широ поговорить надо, разобраться в его тайнах и секретах, а потом уже обо всем остальном думать. Тем более раз у меня такие гости, придется на время забыть о проблемах и накормить. Вырвавшись из объятий однокрылого, решила разобраться в дальнейших действиях.

— Так, раз вы отмечать сданный экзамен пришли, то давайте и отметим, а заодно я с мальчишкой поговорю по поводу его молчания и секретов.

— Может тебе, чем помочь? — Поинтересовался шива.

— Было бы неплохо, — с согласием ответила я.

— Я в твоем распоряжении, — раскрыл тот руки и готовясь принять все что я скажу.

— Тогда на тебе сервировка стола, а на вас, — обратилась я к Мишелю и профессору, стоявших все это время молча пережевывая полученную информацию, слушавших и выжидающих свою роль во всем процессе, — поход в магазин за провизией на такие случаи.

Те двое, только молча, согласились и ушли за покупками. Однокрылый же то и дело метался по квартире. Перебегая с кухни в гостиную, он накрывал на стол.

Я же направилась в комнату мальчика, что бы выяснить все то, что тот от меня благополучно скрыл. Наши с ним комнаты расположены напротив, и благодаря этому первое время я слышала его возню из-за кошмаров оставшихся после плена. Сильно ему досталось. Долго потом еще отходил. Даже иногда ко мне приходил, что бы со мной поспать, ну а потом я с ним просто сидела пока он не уснет. Но даже тогда он метался в кошмарном бреду, стонал, кричал, плакал, зовя на помощь, переживая все те мучения трехмесячной давности заново.

Сейчас же он сидел на кровати, прижав колени к груди, уткнувшись в них носом. Боится. Когда я зашла в комнату, маленькую, обклеенную постерами известных рок-групп и его собственных рисунков любимых исполнителей, он только поднял на меня свои заплаканные, полные горя и отчаянья фиалковые глаза, в которых стояла тревога и незнание моей реакции на его скрытное поведение. Я же сев на край кровати положила руку на его макушку, пройдясь по волосам, погладив пальцем, шрам от лунного серебра, прижала его к себе что есть сил, накрывая теплом. Он перебрался ко мне на колени, обняв и уткнувшись в шею разревелся, выплескивая все накопившиеся эмоции. Проплакав где-то с десять/пятнадцать минут, постепенно пришел в себя. А спустя еще пять минут уже расслабился и успокоился, но головы с моего плеча так и не убрал, сидел на коленях, обнимая за шею. Я тоже остыла. Ну не ругать же парнишку за то, что тот влюбился в девчонку-дракона? Нет, конечно. Так и сидим. Прямо мамочка какая-то. Но ведь если подумать так оно и есть. После смерти его родителей я стала его семьей, кроме меня у него никого нет. Может я и не мать, но старшая сестра — теперь точно.

— Ань, ты больше не злишься на меня? — Всхлипнул тот, поднимая на меня свои фиалковые глаза, в которых застыли слезы, не знавшие литься им дальше или просто высохнуть. Вот как можно на такого лапочку и обояшку дуться и желать его такого милого и хорошего выпороть? Мне ведь потом самой стыдно и совестно за свои действия будет.

— Нет. Только в следующий раз точно получишь, — улыбнувшись, ответила, потрепав мальчишку по волосам. Реакцией на мое заявление, была его улыбка вперемешку со слезами, только уже от радости. Посидев немного в тишине, и подумав каждый о своем, Широ поинтересовался:

— Ань, а можно кое о чем спросить? — Чуть нерешительно начал он.

— О чем?

— Кто тот парень, который пришел с тобой на самом деле? Тетеюс кажется?

— Да. Тет — шива.

Мальчишка был в полном изумлении. Он много слышал о сородичах Тета, но, увидев его вот так, пришел в непонимание. Тем более что, Тетеюс не похож на своих собратьев. Те жестокие и высокомерные, никогда не считающиеся с другими. Тет не такой. В то время когда он не знал о моем настоящем лице и считал меня человеком, он относился ко мне как к равной, не было того презрения и надменности в его взгляде, как у других его собратьев. Он никогда бы не убил человека просто так, а другие шивы так и поступают, не считаясь с остальными. Вот поэтому мой ответ и вызвал такую реакцию у Широ. По легендам они само зло, за это многие светлые существа, а ангелы в особенности их ненавидят. Мишель не исключение, именно поэтому он и отреагировал так яростно на его появление в морге.

— Но ведь он не похож на все остальных однокрылых? — Спросил непонимающе мальчик. Слезы на глазах уже высохли, сейчас в них отражалось непонимание и удивление. На его вопрос адресованный мне ответил Тет, прервав наш диалог с братом:

— В этом моя главная особенность, — сказал шива мальчику, хвалясь своей неповторимой особенностью, — можно сказать, что я уникален в своем роде. Все те пороки, которые достались многим моим собратьям, лично меня обошли стороной. Поэтому я и не такой каким ты меня представляешь, — сказал мальчику Тет с нежной улыбкой на лице.

— Да, это его самое главное достоинство и отличие от остальных шив, живущих в этом мире, — согласилась я с ним.

— Так, вы долго здесь сидеть будите? Там уже стол накрыт давным-давно, праздник же отметить надо. Все-таки не каждый день экзамены сдаешь? Правда, ведь? — Спросил однокрылый у мальчика.

Тот только кивнул в знак согласия и всхлипнул.

— Помнишь, я говорил, что ко мне ребята обещали придти, и ты дала согласие? — Сказал мне мальчик.

— Да, — ответила я, а он миленько так покраснел.

Все с ним понятно. Значит, к нам придут не только ребята, но и девчонка, в которую влюбился Широ. Ладно, раз она ему так нравится, пусть приходит, а заодно еще и посмотрим на нее, и узнаем, что из себя представляет. Вдруг чего у них да получится.

Как и сказал Тетеюс, стол был уже накрыт. Мишель с Эльдаром сбегали в магазин, и все было готово к приходу гостей и отмечанию сданного экзамена. Накрыто было на десять человек. Значит, одноклассников будет пятеро. Эх, не дом, а детский сад. Малолетние детишки и мы с ними за компанию. По быстрей бы все закончилось, и у меня снова началась спокойная жизнь.

Пока я думала обо всем наболевшем, подоспели гости. Пять одноклассников мальчика стояли около нашего порога с широкими улыбками на лицах. А завидев меня светловолосая девочка (Бирюза по всей вероятности) забеспокоилась, ведь когда она приходила меня не было дома, лица моего она не видела, поэтому не в курсе кто я такая. Наверное, подумала, что я девушка Широ. Смешно право слово. Но тут ситуацию спас Тет, появившийся за моей спиной и по хозяйски обнимая меня за талию. Не будем вдаваться в подробности. Опустим этот инцидент. Скажем, что просто не заметила. А он и не спросит.

— Это и есть друзья Широноме? — Спросил шива, а дракониха завидев эту пикантную сцену с нашим участием, просто остыла и успокоилась. Поняла всю ситуацию девушка, не став разводить скандал. Но что-то себе все-таки отметила. В глазах зажглись огоньки любопытства, но ненадолго, всего на секунду и тут же остыли.

— По все вероятности, да — ответила, по-прежнему не обращая внимания на его руку, обвивающую меня за талию.

— Тогда чего у порога стоим? Заходите, — сказал шива, приглашая всю эту честную компанию в прихожею.

Зайдя в квартиру, те переобулись и прошли в комнату мальчишки. Видно есть что обсудить. А Бирюза осталась с нами. Правильно, нечего мальчишечьи секреты слушать. У девушек своих хватает. Вот она с ними и не пошла. Молодец, так и надо. Я же не успев, как следует над этим поразмыслить, заметила, как девушка направилась в мою сторону и вот она уже подошла ко мне поинтересовавшись:

— Можно вас кое о чем спросить? — Как-то нагло обратилась она ко мне.

— Конечно, спрашивай, — не замечая ее наглости, ответила.

— Кто вы ему? — Спросила она у меня, намекая на Широ и их отношения с ним. Ей богу детский сад. Ревновать своего парня к сестре.

— А как ты думаешь? — Поинтересовалась я у нее.

— Я даже не знаю. Сначала подумала, что вы его девушка, но потом после той сцены в коридоре, — она намекала на нас с Тетом, а ее щеки слегка заалели, — стала сомневаться и решила спросить у вас лично. Ответьте же мне, кто вы?

— Я его старшая сестра, — та только поникла и остановила начинающий прилив злости.

И девчонка сменилась в лице. Стала…скромнее что ли? Но продолжала:

— Тогда я хотела спросить вас еще кое-что.

— Что же?

Договорить нам не дала честная компания, вышедшая из комнаты Широ. Смеясь и разговаривая не о чем, они сели за стол. А мы к ним присоединились. Бирюза подсела рядом с мальчишкой, а Тет рядом со мной. Профессор и Мишель командовали за столом, раздавая угощения и наливая напитки. Немного перекусив, ребята принялись рассказывать, как каждый из них сдал тот или иной предмет. Кто-то со шпаргалками, кто-то сам, вспоминая все, что зазубрил в ближайшие дни. В общем, было весело. Широ смеялся на ровне со всеми. А я думала, что узнай они, кто он на самом деле, разбежались бы с визгом и криком о помощи. Ну, за исключением Бирюзы, конечно. Та же все время от времени кидала на меня косой заинтересованный взгляд. Это обстоятельство не скрылось от взгляда однокрылого, и тот поинтересовался причиной такого внимательного и пристального разглядывания моей персоны.

— А чего это она на тебя так смотрит? — Спросил тот шепотом, только так, что бы услышала я одна.

— Сама не знаю. Но когда я открыла дверь, она посмотрела на меня, как на соперницу и даже пока Широ был с ребятами в своей комнате, устроила мне сцену ревности. Но потом когда узнала что я его сестра, остыла. Только ее что-то еще интересовало, но спросить она об этом не успела. Ребята помешали.

— Весело. Девушка для собственного брата, — тихо засмеялся шива.

— Еще как весело, — в том же духе ответила я.

Мальчишки долго смеялись и разговаривали на разные темы, пока те не закончились. Перебрали все. Преподавателей, девчонок из класса, старшеклассников, предметы кому какие нравятся, кто куда учиться дальше пойдет и какую профессию выберет. Уйма всего. А когда лимит был исчерпан, они перешли на нас присутствующих. И начали с меня. Вот почему всегда крайняя я? Почему не Эльдар или не Мишель, а именно я? Так не честно.

— Широ, скажи, а это и есть твоя старшая сестра? — Поинтересовался один из его приятелей, кидая на меня заинтересованный взгляд, оценивая и присматриваясь.

— Да, это Анна, я о ней рассказывал. Она не на много старше меня, — соврал тот. Ой, как соврал. Я его старше и намного. Его возраст раз сто точно уберется в моем. Но не будем, же мы им все рассказывать? Не поймут. А что касается того, что он обо мне рассказывал, пропустила мимо ушей. Кроме меня ему не о ком рассказывать, так что я смирилась.

— Понятно, а кто эти двое? — спросили те, кивая в сторону Мишеля и профессора. На этих словах священник чуть бокал не выронил, а Эльдар сдерживал подступающий к нему смех.

— Они… — не договорил мальчик.

В разговор встрял как всегда зазвонивший телефон. Что понадобилось от меня опять? Но, посмотрев на экран, не решилась снимать трубку, номер звонящего не забит в мою книгу. На мое замешательство подоспел Тет, спросив, о моем бездействии.

— Почему на звонок не отвечаешь?

— Номер не знакомый, а я не беру трубку, если звонит неизвестный. Привычка. Кто мне нужен, те в моем списке есть, а этого абонента я не знаю. Вот и не отвечаю.

— Тогда давай я возьму. Мой голос собьет недоброжелателей и отобьет желание, они и отстанут, — сказал он, отнимая у меня телефон, взяв все в свои руки.

— Я слушаю, — серьезным голосом поинтересовался однокрылый.

О чем с ним разговаривал незнакомец, я не знаю, поняла только по отдельным фразам, вроде: "ясно", "передам", и "не твое дело" и реакции после разговора. Когда Тетеюс отдал мне телефон, настроение у него заметно съехало, сидел он мрачнее тучи, а магическая сила уже рвалась наружу. Готов был прямо сейчас найти того с кем разговаривал по телефону и начистить тому субъекту самодовольную и наглеющую харю. Ребята, завидев такую серьезную ситуацию, смылись. Даже Бирюза ушла. Мы же остались в предвкушение новых неприятностей.

— Кто звонил? — Спросила я нарушив тишину. Пусть сама и догадалась, но теплилась надежда, что мои худшие опасения не сбудутся.

— Лучше не спрашивай. Новость не понравиться, — все еще хмуро ответил он и я убедилась в своих догадках. Мне стало не по себе. Перед глазами стояли картины прошлого, города утопающие в крови, выжженная земля и крики боли близких мне людей и не людей.

— А какая разниться понравиться или нет? — Вмешался профессор не понимая, кто нарушил наше уединение.

— Большая, — разочаровал его шива, — я, конечно, скажу, но только от этого ничего не измениться.

— И все же, кто звонил?

— Не все так сразу, и Ань, тебе решать, что в этой ситуации предпринимать, — кивнув в знак согласия, я потребовала тем самым ответа, — хорошо, расскажу. Не знаю, как это объяснить, но каким-то образом Анубис уже прорвался через завесу, и теперь готовиться к нападению. Звонил тоже он и тебе просил передать, что он возьмет то, что хочет. Добавив, что ты поймешь, о чем речь. Да и как я понял, ты знаешь, что он от тебя хочет?

— Да, знаю, — и действительно, я знаю. Но неужели все опять сначала?

— И что же это? Что он хочет от тебя? — спросил Мишель.

— Меня.

— Тебя? Почему ты так решила?

— Ты же, наверное, догадался, что я не простой странник? — Поинтересовалась я у того, глядя на его реакцию.

— А причем тут это? — удивился он.

— А все просто. В то далекое время, пока между нами и демонами не произошла война, Анубис мечтал заполучить меня. Не мою мать, а меня. Это потом люди сочинили легенду, о прекрасной Ночной Покровительнице, но на самом деле все обстояло не так. Темный бог не обращал никакого внимания на богиню ночи, а пытался всеми способами заполучить меня, он жаждал только меня, хоть мне и было все это до лампочки. Я не придавала значения его выходкам и настойчивым предложениям и раз за разом посылала его. Потом, терпение Темного Бога треснуло по швам, и тот поставил мне ультиматум, либо я становлюсь его от корней волос до пят ног, либо он убьет всех дорогих моему сердцу людей и не людей, оставив меня и мою смерть, если отвергну его, на десерт, чтобы я не досталась никому. Я же не знала, что мне делать в такой ситуации и обратилась к матери. Она посоветовала мне скрыться. Пришлось спрятаться. А когда началась кровопролитная битва, а за ней и поражение матери-богини, я решилась на сделку с Демиургом, но и мои братья готовые были защищать меня до самого конца, так же согласились на его предложение.

— Что еще за сделка? — удивился шива.

— Они должны били пить кровь людей, что бы обладать силой сравнимой с миллионами легионов. Однако из всей семерки осталась только одна. Но ту странницу звали… — он задумался, вспоминая — Ее имя было… — Мишель не договорил.

— Мое настоящее имя Анаэль та эк Рей. Если перевести на язык звезд получается так: Лунный Свет в отражении воды.

Все присутствующие сидели в полном изумлении. Еще бы! Единственная изначальная оставшаяся в живых странница собственной персоной. Я бы тоже так отреагировала, но не реагирую. Вот уже тысячу лет просто смирилась, что осталась без родных. Я давно привыкла к одиночеству. Но на моем сердце кроме обиды и горя от потерь еще и груз вины за смерть матери и братьев. Я не смогла уберечь их от гибели, наоборот подтолкнул к смерти, втянув в разборки с Темным Богом. С этой ношей я живу уже довольно долгое время. И осилить да и простить себя не могу. Ведь из-за моей гордыни пострадали близкие и дорогие мне существа.

— Ань, но почему ты об этом не сказала сразу? — Спросил профессор, — ты ведь не одна. У тебя есть мы, готовые придти тебе на помощь в любую секунду.

— А как бы ты отреагировал? — Поставила я его в тупик своим вопросом.

— Ну, наверное, сначала бы молчал, пережевывая ситуацию, а потом поддержал, а ты Мишель? — Поинтересовался профессор, но ответ священника перебил шива.

— Он бы отвернулся и возможно даже бы попытался убить Анну. Ведь так ангелочек? Светлые никого не оставляют в живых. Не смотрят на причины, а без разбора истребляют. Будь то друг или враг. Всегда идут до конца и уничтожают всех без исключения. Я прав? — Видно вспомнив прошлое, заявил Тетеюс. После перехода он стал объектом охоты на темных, поэтому он и сказал то, что сказал. Шива хорошо знает поведение светлых. Ведь он сам им был. Поэтому определить действия Мишеля для него не составила труда. И ответ священника был именно тем, что и ожидал услышать он.

— Скорее всего, да. Я бы не стал церемониться, а просто бы убил ее без раздумий, если бы узнал еще тогда, когда она пришла к нам в орден, — не считая себя виноватым, ответил Мишель.

— А почему ты этого не сделал тогда, когда узнал о моей истинной сути? — пришла в бешенство я. Знал, но продолжал стоить друга. Все это время просто прикидывался и старался сблизиться, дабы потом кинжал предательства вошел в сердце с еще большей болью. И что получается? Это все была простая фальшь? Наигранность заботы и переживания, дабы затуманить врагу глаза и пристроиться как можно ближе. Держи друзей близко, а врагов еще ближе? Человеческая поговорка точно описывающая его поступок.

— Не знаю, — замешкался тот, увидев три пары глаз, пристально на него смотрящих, — наверное, решил дать тебе шанс, считал тебя ребенком, старался изменить, как мог. Ведь каждое существо в этом мире имеет право на исправление ошибок, как и на саму ошибку, и опережая следующий вопрос отвечу, что, да это я сказал сестре Марии о твоей принадлежности к вампирам, — за это название моей расы хотелось прямо сейчас шею ему сломать. На моих руках тут же удлинились когти, а Мишель немного поежился, но продолжил: — Ведь не зря же она уже была готова к новости Эльдара о твоем побеге. Но я даже не предполагал, что она откроет на тебя охоту. Ты помогала нам, вытаскивала из самых худших передряг. Мы с профессором были тебе благодарны, да и все в ордене тоже. Именно поэтому я и предложил ей, что бы ты стала нашим главным козырем в борьбе против демонов и прочего зла.

— Козырем? — Рыкнула я. От чего Широ подпрыгнул от испуга, посмотрев на меня, вжался в стул. Так, значит, простым рыком дело не обошлось. Следовательно, глаза горят, когти с клыками удлинились. Боевая трансформация, чтоб ее, ну раз начали в таком духе, так и закончим, — значит, для вас я всего лишь орудие? — Со мной в таком неуравновешенном состоянии лучше не связываться. Но как же они мне надоели со своей двойственностью. Довели.

— Если вы еще, хоть раз обратитесь ко мне за помощью, пошлю, куда подальше. А если попытаетесь на меня охотиться, разгромлю всю вашу контору так, что даже щепок и камней не останется, одна пыль. Ясно тебе? — Последний раз зло рыкнула я все это святоше в лицо, а после развернулась и ушла.

Надо одной побыть и подумать. Вместе со мной с кухни ушел и Широ. Видать тоже много чего перенес. Отдохнуть и ему не помешает. Пожелав мне спокойной ночи, мальчик растворился в темноте комнаты. Я же спать не собиралась. Нужно для себя много чего решить. Но как поступить, если тот, кто называл тебя другом, готов был воткнуть нож в спину? Не знаю.

Сев на подоконник и прижав колени к груди, просто расплакалась, словно маленькая девочка. Порой даже для прошедшего многие битвы война, слезы простительны. А что же говорить обо мне. Плакать я себе позволяю, но редко. А именно сейчас такой случай…

Мишель.

Да, не приятная ситуация. Взять и обидеть древнего и изначального вампира. А ведь она и правда может разнести наш орден, не моргнув и глазом. Но какой же я дурак. Так думал не только я. Этот однокрылый, что б его, только обрадовался моей выходке и нашей ссоре с ней. Решил меня еще добить, только уже окончательно.

— Молодец ангелочек, — сказал шива с издёвкой, похлопав меня по плечу, — прям мастер плохих новостей. Да тебе книгу надо писать под названием "как испортить отношение с союзниками", молодец. Она и так не в настроении и растерянности после звонка, а ты еще добавил. Хорош друг, ничего не скажешь. Просто молодец!

— Да я и сам знаю, что наговорил глупостей, но это все равно бы когда-нибудь открылось — хотел было оправдаться я.

— Но не все же сразу? — Поддержал однокрылого профессор, — ей и так тяжело, да ты тут еще. Она, поди, в комнате сидит и думает, с каким же она аспидом до этого дружила.

— Что? — Возмутился я и хотел, было еще что-то возразить я, но профессор меня заткнул, рявкнув на меня еще сильнее.

— И не спорь. Еще какой аспид. Она столько раз рисковала ради нас, даже взять случай с Арзелем, провела неделю на больничной койки без сознания, чуть не умерла, а ты возьми и оскорби ее добрые чувства к нашему ордену. Кто ты еще после этого, как не змей подколодный? — Сказал мне профессор в укор.

А шива после слов Эльдара только посмотрел на меня со злющим выражением, мол, еще и это. Но распаляться не стал, а просто поинтересовался подробностями того инцидента, произошедшего больше трех месяцев назад.

— Эльдар, а не расскажешь, что это за история такая, в которой она собой рисковала ради вашей организации? Очень уж интересно узнать, что за причина такая, которая повлияла на столь опрометчивое решение с ее стороны.

Эльдару ничего не оставалось, как просто выложить ему правду матку как есть. Мол, жизнью рисковала с высшим и изначальным сражаясь, должок у нее к нему был, для него в подарок собирались подарить демона-дракона, а тот еще совсем ребенок, да и в доме том еще и Широ держали. Так что целый список получается, вот поэтому она чуть не умерла, да печать сняла ради того что бы его убить, а сняв печать все равно попало, тот на последнем дыхании сделал ей подарок, оставив тяжелое ранение. Из-за которого, она и была на грани смерти. После всего того, о чем рассказал ему Эльдар, спокойный до этого момента однокрылый, изменился кардинально. Вот так вот резко менять настроение. Шива был в бешенстве. Рвал и метал. Энергия давила своей силой, темная магия на меня по-особенному действует, голова раскалывается, глаза того гляди из орбит вылетят. А, насколько мне известно, это только цветочки. Магия у однокрылых только вторая степень бешенства, а вот если меняться начнет, вообще камня на камне не оставит, если так и дальше пойдет, то он тут все разнесет. Но как только я об этом подумал, шива взял себя в руки и успокоился, ну относительно. Еще немного посидев и приведя себя и свои нервы в порядок, сказал мне с рыком и метающими искры взглядом:

— Если я еще хоть раз узнаю что-то подобное, ты светлый простым предупреждением не отделаешься, — пригрозил мне тот с зелеными огнями в глазах и ушел в комнату Анны.

Мы остались с профессором вдвоем. Тот только ахал и никак не успокаивался все продолжал размышлять над случившимся. То, что Анна изначальная странница никак не укладывалось у него в понимании. Он, да и я предполагали, что она не простая скиталица, но что бы первая, даже и не думали об этом. Знали, что не так проста, как кажется, и что-то скрывает, но что бы такое?

— Как думаешь, она нас простит? — Спросил я у профессора спустя какое-то время.

— На счет тебя не знаю, а вот на счет ордена думаю, что да. Ведь не виноваты наши ребята в том, что ты такой недоумок? Да, да именно, и даже не смей отрицать очевидного факта. Еще какая змеюка. Это же надо, назвать Аню козырным тузом нашей организации? Да я на ее месте тоже бы был в бешенстве, да какое там, прибил бы тебя на месте, так что и следа бы не осталось и всех делов. Скажи спасибо и будь благодарен ей за то, что она этого не сделала. Хвали богиню ночи за ее милосердие. Тот же Тетеюс если был бы на ее месте размазал бы тебя по стенке и глазом не моргнул, а она вот терпит и даже ругаться не стала. Просто молча, взяла и ушла, поняв какой же ты редкостный кретин. Ты ее только больше расстроил, растоптав добрые чувства и хоть какое-то доверие, она тебе доверяла, а ты просто предал все то добро которое у нее было к нам и нашей с ней дружбе.

— Да все я понимаю, — начал было оправдываться я, но Эльдар меня перебил.

— Да ничего ты не понимаешь. Что теперь делать будешь? Извинениями не отделаешься, — все не успокаивался тот.

— Я пока не решил как перед ней извиниться, но думаю… — договорить не дал Широ, который вошел в комнату зевая на ходу.

Растрепанный, полусонный и в пижаме он побрел мимо нас с Эльдаром. И чего ему не спиться? Спать давно пора, а он все никак не угомониться.

Мальчик, не замечая нас, пошел на кухню и открыл холодильник, достав бутылку молока и выпив все оставшееся, выкинул в мусор так, как будто нас здесь и нет во все. Все. Молча, спокойно. Словно он один, и рядом только мебель. Так же вернулся в свою комнату, не проронив по дороге и слова и не кинув даже взгляда в нашу сторону.

— И что это было? — Спросил я у Эльдара.

— Как что? Мы вообще по делу давно свалить должны, так что это тонкий намек на наше здесь отсутствие. Больше у меня к такому его поведению вариантов нет, — выдвинул профессор свою теорию случившегося.

— Ну раз так, то давай выметаться. Нам тоже спать пора. Завтра еще отчет писать по поводу сегодняшнего допроса. Так что пошли-ка по домам.

— И то верно. Мы тут лишние. Тетеюс сам справиться. Он ее мигом на ноги поставит. Нечего нам тут делать. Мы и так много чего натворили за сегодняшний день — опять камень в мой огород. Знаю, я поступил глупо, но что же меня теперь этим всю жизнь корить?

— Только не начинай по-новой? — Взмолил я профессора.

Ну и зануда ты порой Эльдар. Только и ищешь повод меня чем-нибудь упрекнуть.

— Ладно, ладно. Только в следующий раз думай, о чем говоришь и предугадывай все последствия. А то раз на раз не приходится. И жизнь у тебя одна, хоть ты и ангел.

— Как скажешь. Ну что теперь-то точно по домам? Или еще лекции имеются?

— Нет, теперь по домам.

7 глава[1] "История однокрылого и встреча со старым знакомым"

Тетеюс

Вот дурак! Ангел называется. Это же надо взять и так ее обидеть? Как могло ему вообще в голову придти, назвать ее хрупкую и ранимую девушку, пусть и ночного странника, козырным тузом их организации? Как же ей было тяжело, Анна готова была расплакаться, но держалась из последних сил. Чтобы разреветься у всех на глазах, она, выпустив весь пар накопившейся внутри в крик с приступом бешенства, а потом ушла в свою комнату. Вот теперь сижу и думаю, как ее утешить. Но для начала необходимо высказать все ангелу, пусть ему будет стыдно, что его такого светлого и безупречного темный поучает.

— Молодец ангелочек, — сказал я с сарказмом, похлопав его по плечу — ей и так погано, ты еще добавил. Тебе роман писать надо, как разорвать отношен с партнером. Прям мастер плохих новостей. Хорош друг, нечего сказать.

— Да я и сам знаю, — начал было оправдываться тот, но профессор меня поддержал, сказав что ей и так досталось, она поди в комнате сидит и думает, что как могла столько времени доверять такому змею как он. Правильно, так его. Будет знать, как наезжать на милую и хорошую девушку.

— Что? — Стал, было возмущаться он, но тот его резко остановил.

— Еще какой змей и не спорь. Она из-за нас столько всего перенесла, да хоть тот случай с Арзелем, а ты вот так и сразу козырь. Она тогда чуть не умерла, неделю провалялась в отключке, а ты? Морда не благодарная.

Мне же стало интересно, что же такого случилось, что она ради них жизнью рисковала. Я и спросил сдуру, на свою голову. Как оказалось тут бы замешан древний. На то что бы его уложить потребовалась запечатанная сила, без нее она почти проиграла, но и после снятия ограничителя тот поганец все равно оставил о себе напоминание. Задев ее так серьезно, что Анна провалялась без сознания неделю. Как я все это услышал, настроение мое кардинально изменилось. После того как я все узнал, впал в бешенство.

Это ж надо?

Она из-за них чуть жива, осталась, а он тут претензии устраивает. Вот ведь гад не благодарный. Взбесился я не на шутку. Стал рвать и метать. По комнате носился как раненый зверь, не зная, что делать. Готов был прямо на месте его порвать, не давала только гордость и чувство вины, которое последует после моего поступка. Ведь если я его убью, Анне еще хуже станет. Она этого поганца другом считает. Не правильно получится. Но все равно надо как-то повлиять на эту самодовольную физиономию, что бы потом лишний раз язык за зубами держал.

— Если я еще хоть раз услышу о чем-то подобном, простым предупреждением ты не отделаешься, понятно изъясняюсь, ангел? — Пригрозил я ему со злющим и метающим зеленые искры взглядом, а сам отправился в комнату Анны, надо ее хоть немного поддержать и успокоить.

Подойдя к двери, немного замялся. Что я буду ей говорить? Не переживай. Все наладиться? Или не бери в голову то, что друг тебя просто использовал? Нет, так дело не пойдет. Нужно войти с твердой уверенностью и сказать, что если ей что-то будет нужно, пусть обращается, ради нее я готов на все. Да, так и сделаем. Постучавшись в дверь, стал ждать ответа. Его не последовало. Тогда я еще раз постучался уже сильнее и поинтересовался:

— Ань, можно? — Спросил я и вошел в комнату, закрыв за собой дверь.

Войдя в комнату девушки, я увидел ее сидевшую на окне прижимавшую колени к груди. Уткнувшись в них носом, та задумалась и не заметила моего присутствия. Когда же я подошел к ней поближе, она отпрянула и посмотрела на меня глазами расплавленного серебра, в которых застыли слезы. Вот сволочь!!! Он заставил ее плакать. Все, при следующей встрече точно шею сломаю. Анна сидела удрученная, поникшая, осунувшаяся, замкнутая в себе вместе со своими проблемами. Никогда не видел ее такой. Она всегда улыбалась, смеялась, радовалась и искала положительное в любой ситуации, а тут сидит девушка, совсем не похожая на саму себя, и которую я хорошо знаю. Но это не удивительно. Ее предали. И кто? Тот, кому она верила и доверяла. Растоптали, унизили, оскорбили и просто обидели. Кто угодно может расстроиться, даже она.

— Я все понимаю, я не человек, но и у меня есть чувства, — начала сквозь слезы девушка, но потом сил на дальнейшее не хватило, и она просто расплакалась, закрыв мокрое от слез лицо руками. Я же подойдя еще ближе, убрал руки от лица и прижал ее к себе что есть сил. Та только всхлипнула и расслабилась, успокоившись в моих объятиях. Просидели мы с ней так долго. Она выплакалась и просто уснула. Взяв ее на руки и подойдя к кровати, положил, прикрыв одеялом. По щеке снова скатилась одинокая слеза. Я хотел, было уйти, но передумал. Сев рядом на пол, взял ее руку в свою и прижавшись к ней губами не отпускал. А потом и сам не заметил, как уснул рядом.

Когда же проснулся, было еще темно. Посмотрев, первым делом, на девушку убедился, что она еще спит. И скорее всего даже не просыпалась. Как лежала, поджав под себя колени, так и лежит. Я же всю ночь то и дело крутился на полу, ища оптимальную точку опоры. А как иначе? Неужели я одну ее оставлю, когда ей так плохо? Но спина не желала меня слушаться, а все мои косточки хрустели и надеялись встать на место. Встав и немного размявшись, направился к двери, но оглянулся посмотреть, на девушку. Та спала, как ни в чем не бывало. Стресс сказывается и виден только так. Если она крепко спит, и не замечает шебуршания, значит, сознание переваривает случившееся, и свалившееся на ее хрупкие плечи, восполняя все лечебным сном.

Выйдя из комнаты, так что бы ни было слышно, закрыв за собой тихонько дверь, столкнулся с мальчиком, младшим братом девушки. Широноме по всей вероятности волновался за сестру, и видно было, как он ждет от меня новостей о ее состоянии. Но молчит, не говоря и слова. Уходя от комнаты девушки, я только позвал его жестом следовать за мной на кухню, мол, там все расскажу. Не хотелось лишний раз шум создавать. Пусть спит, своими разговорами под дверью мы ее только больше побеспокоим.

Поняв, что я от него хочу, Широ пошел за мной следом. Надо проснуться окончательно, а для этого мне необходимо выпить кофе. Поставил чайник на плиту, насыпал кофе и сахару в кружку, стал ждать, когда закипит вода. Мальчик же наблюдал за мной и за каждым моим действием. Любопытный товарищ и занятный. Он изучает меня, а я смотрю на него, в ожидание, что возьмет верх, любопытство или воспитание. Но после долгого и пристального разглядывания, воспитание сдалось, и он спросил:

— А как давно ты стал таким? — С изучающим взглядом, спросил малый, но поспешил объяснить причину и извиниться, — не обижайся, конечно, просто мне любопытно, что послужило твоему кардинальному изменению? Да и почему Мишель тебя недолюбливает и смотрит на тебя как на врага, тоже никак не пойму. Может быть, ты меня просветишь?

Ну и дети пошли. Рассказать просит. Просто так взять и все выложить. Почему? Зачем? Из-за чего? Интересно ему. Что же касается ангела, я и так знаю. Он меня терпеть не может и люто ненавидит. Новость о том, что тот меня недолюбливает, меня ничуть не встревожила. Как будто я к нему иначе отношусь. Я от светлого тоже не в восторге. Но вот что бы ненавидеть? Но что можно еще от светлых ждать кроме ненависти? Что касается его вопроса, раз ему хочется узнать, расскажу. Но я даже и не знаю с чего начать. С того, почему я стал шивой? Возможно. Начнем с этого.

От предстоящего рассказа защемило в груди. Воспоминания нахлынули потоком боли, крови, страха и ненависти. Все вспомнить и постараться передать так, что бы собеседник понял и пережил то же самое, что и я.

— Ну, раз тебе так интересно? Начну с того, почему я изменился и ради чего. Было это давно, очень давно. Даже не помню сколько с того временя прошло и сколько лет назад это было. Началось для меня это так:

Стояла морозная ночь, а снег так и валил, закрывая все своим белым одеялом. Никто не смел и носа показывать за дверь, а выходить в такую пургу, было самоубийством, снесет махом, но в дверь одного дома в самый разгар пурги неожиданно постучали. Отзывчивые и всегда приветливые хозяева решили помочь и открыли дверь, впустив незнакомца на порог. Тот жутко выглядел. Еле стоял. Ни рук, ни ног он не чувствовал, только гуляющий холод по всему телу. Добрые люди поскорее посадили его к очагу и налили в кружку горячего чая с настоем трав. Немного согревшись, гость рассказал, что его привело в такую жуткую погоду в этот маленький городок. Здесь у него поселились друзья, и они позвали его на крестины маленькой дочки. Вот не смотря на ненастную погоду, он решился отправиться к ним на крестины, как и обещал. Но, попав в самый эпицентр метели, не дошел и постучался в первый попавшийся дом, в надежде на приют и теплый очаг. Выслушав рассказ гостя, приветливые хозяева показали ему место, где бы он мог поспать и переночевать, пока не утихнет метель. Выспавшись и дождавшись пока не стихнет пурга, гость тронулся в путь. И сколько с того времени прошло, мало кто помнит, об этом человеке все забыли бы, если б не одно "но". На городок спустя несколько недель напали кровожадные демоны и убили всех его жителей. Вырезали подчистую не оставив в живых ни женщин ни детей. Кроме одних. Пощадили только ту самую семью, которая приютила усталого и замерзшего путника. Тем самым путником и оказался тот, кто виноват в смерти всей деревни, главарь шайки демонов. В то время он промышлял бесчисленными убийствами людей. Но и этих людей, не смотря на обещанную жизнь, ждала такая, же участь, что и весь город. Выйдя вперед, глава сообщил, что дарует им полную свободу и отпускает, на все четыре стороны. Бедные люди поверили ему. Они не знали, что полная свобода обозначает смерть. И поверив ему, пустились в бега. Не прошло и минуты как его подручные настигли этих несчастных и порвали на кровавые клочки, оставив на белом снегу разлагаться и гнить растерзанные тела. Довольные своей силой, могуществом и непобедимости демоны ушли из этого мирного, но не совсем обычного городка.

Все это время мальчик слушал с замиранием, не издавая не звука, но как только я ненадолго отвлекся смочить горло, глотком кофе спросил:

— Тет, а почему городок не простой был? Ты не сказал, — поинтересовался Широ, напомнив мне о паузе. И я продолжил.

— Как я и сказал, городок был не простым. В этом городе жили не люди, а светлый народ шисарвы. Красивые, крылатые, обладающие светлой магией и доброй душой. Они никогда не сражались с окружающими, жили в мире и согласии. Этот народ был хорошими ремесленниками, учителями, певцами, артистами, художниками, но никак не войнами. И дать отпор демона они не смогли бы как бы ни старались. Шисарвы любили всех, как людей, так и весь мир. Но вот после развлечения и утоления самолюбия одного из демонов в маленьком городке их стало очень мало. Вся деревня превратилась в месиво крови и смерти. Но был тот, кто сумел остаться единственным выжившим из всего этого городка после налета кровавой шайки. Только один, единственный уцелевший в той бойне. Увидев весь ужас, творившийся в городе, он упал на колени, роняя горючие слезы по потерянным родителям и близким. Когда он выплакался, его глаза не проронили больше не слезинки. Он просто взвыл, словно раненый зверь, проклинал всех тех, кто это натворил. Даже не смотря на свою чистую природу души и светлые крылья, он метался, рвался, злился, бесился, проклинал всех виноватых, желая их смерти. Он молил о помощи, умолял, что бы хоть кто-нибудь откликнулся на его зов и единственную просьбу, кого угодно, лишь бы те, кто разорвал, растоптал, изуродовал и уничтожил весь мирный народ в городе сгинули в небытие и мучился так же как мучились все те с кем они так обошлись. И он был услышан. Светлые силы не могли помочь ему, но на зов явилась тьма. Она стала для юноши второй матерью. Отрекшись от света в своей душе и впустив тьму, он потерял внутренний свет, но получил силу способную сразить заклятого врага и отомстить. Так и появился первый шива или однокрылый. А случилось это по вине демонов и их самолюбия, — приостановил свой рассказ я, отходя от воспоминаний, давящих на меня своей тяжестью и болезненными ощущениями. Каждый раз, вспоминая весь ад который я прошел, хочется думать, что сделал это не зря. Ведь все мои товарищи и друзья были отомщены и оплаканы. Пока я пребывал в раздумьях, Широ опередил мой дальнейший рассказа и догадался, кто был тем самым первым шивой.

— Ведь этим шивой был ты Тетеюс? — Чуть слышно и осторожно спросил мальчик. Я чуть кофе не подавился. До чего догадливый ребенок. Он смотрел на меня с настороженно, будто бы я могу взорваться и вспылить от его настойчивости. Но я только посмотрел на него, кивая в знак согласия, подтверждая его догадку, а он, поняв все мои эмоции, дал время немного отдохнуть от болезненных воспоминаний. Я только с благодарностью посмотрел на него, так как словами сейчас я не опишу то, что твориться в моей душе. А там у меня творилось черте что. Воспоминания били по больным местам, не давая продыху и способности все временно забыть. Но раз вы так не хотите уняться, продолжу самокопание.

— Ты правильно понял, первым стал я. Времени на усмирение и привыкание к новой сущности у меня ушло не много. Меньше месяца я тренировался и искал подход к той силе, что дала мне тьма. Она сама, в какой-то, степени направляла меня, подсказывала, показывала, давала советы. Как ее приемное дитя, я достиг многого. И до сих пор благодарен ей, что пришла на мой зов, откликнулась на мольбу о помощи. Да и ни сколько не жалею о своем выборе. Когда же я успокоил и подчинил силу себе как полагается, то вычислил тот клан, кто вырезал весь мой город. Искать долго не пришлось. Опознавательными знаками, позволяющие мне их найти были реки крови, вселяющий в людей жуткий ужас и страх, непереносимая от гибели близких боль, огромные потери. Они не оставляли выживших, а просто уничтожали все поселения, города и деревни на своем пути. Но когда дело дошло до битвы с тем, кто мог им противостоять, оказались просто горсткой разбойников и бандитов. Может они, и считали себя великими демонами, вселяющими ужас в людей, убивая всех без разбора, но оставались простыми головорезами и убийцами. Никакого намека на сильную организацию или клан у них не было. Разобраться с ними в новом обличие ничего не стоило.

— Но что, же ты делал дальше? Месть осуществил, какие были планы на дальнейшее существование? Не поверю, что ты просто так успокоился? — Умный и сообразительный парень. Знает, что просто так чувство мести не успокаивается. Скорее всего, сам пережил подобное. Надо будет у Анны спросить, что же с ним такое случилось, раз он никак не может отпустить жгущую сердце месть. Но зато прекрасно помню, как ее отпустил я.

— А как твоя месть, помогла чем-нибудь? — Он поник, а я понял. Мальчик так же страдал, как и я. Только у него теперь есть покровитель, у меня же тогда его не было, вот именно поэтому мне и пришлось не сладко.

— Ему может и не помогла, но поспособствовала для дальнейшего существования в этом мире, — на кухню вошла Анна, выглядела она еще не очень, но хотя бы уже была решительно настроена. Было видно, что девушка еще переживала по поводу вчерашнего, но думала о чем-то своем. И мне казалось, что ее обидчику в скором времени не поздоровиться. Берегись ангел, она будет мстить.

— Ему она может и не помогла, а тебе поможет? — Спросил, зная, что убить Анубиса ее неугасаемое желание. Я ее хорошо понимаю. Только в отличие от меня, Анна приходила в себя сама, ей никто не помогал.

— Может и нет, но пока эта мразь не исчезнет из нашего мира и мира, мертвых окончательно я буду его преследовать и пытаться всеми мне известными способами убивать, — на этих словах она сжала руки в кулак, а ее глаза загорелись огнем. Боль от потери никак не давала ей покоя и не отпускала. То же самое было и у меня. Я же в отличие от нее смирился и отпустил месть, а она наоборот держала ее на поводке и готова была при встрече спустить ее с цепи.

— Но что будет, если ты ему отомстишь? Его не станет, а боль от потери останется, месть никуда не денется и станет только больнее. Некуда будет ее направить и не на ком будет сорваться, что же ты предпримешь тогда? — спросил я у нее почти шепотом, но мои слова она услышала и сжала кулаки еще сильнее. Понимала, что я прав, но никак не могла смириться. Держала все в себе и не отпускала.

— Я буду жить, а чувство мести? Пусть останется. Со временем раствориться, и исчезнет, — ответила она, решив для себя, что жить дальше все-таки стоит. Я же за нее только порадовался. Если она уже решила победить заклятого врага, то возможно и решит потом на больший подвиг, если не простить его, то хотя бы выкинуть из головы.

Анна.

Проснулась после тяжелого вчерашнего вечера я с неохотой. Все еще никак не могла придти в себя от слов светлого. Верила я ангелу зря, как оказалось на практике. Он готов быв в любую минуту предать меня и отвернуться, забыв обо всех хороших отношениях и моментах между мной и орденом, а именно им и Эльдаром. Но никак не могла вбить себе в голову, что все кончено и случившегося не воротишь. Но все равно удивляюсь, как же я раньше не заметила его ко мне истинное отношение? Считала его другом, товарищем, напарником по общему делу, но все оказалось совсем не так. Для него я всего лишь козырь, то время нашей дружбы оказалось фальшью. И это сильно огорчало. Я сильно, очень сильно ошиблась. Назвав меня пешкой, Мишель не подумал о последствиях, а надо бы. Орден не виноват, что один из его сотрудников оказался ослом, мстить именно им я не буду, но ангел получит по полной. Обидев меня и оскорбив он подписал себе приговор. На его сторону мало кто вступит, а на моей — да. Тот же Рубин с удовольствием окажет мне помощь. Да и Эльдар с радостью подставит плечо и протянет руку помощи. Так что на моей стороне сподвижников полно, а на его только Мария, но после того как она отправила меня на верную гибель, думаю она тоже меня поддержит, чисто из солидарности. Так что выигрыш на моей стороне.

Окончательно проснувшись и не обнаружив рядом Тета, который всю ночь провел рядом со мной, поняла, что тот давно проснулся и ушел, оставив меня досыпать в одиночестве. Решил меня оставить в покое и дать выспаться, забыться хоть немного и постараться успокоиться.

Выйдя из комнаты, я пошла на голоса, звучавшие неподалеку. Шива и Широ сидели на кухне. Слышался мягкий баритон Тета, который что-то с рьяным энтузиазмом рассказывал мальчику, а тот по всей вероятности его внимательно слушал и наматывал на ус. Говорил один только однокрылый, Широ молчал, из этого я сделала вывод, что парень был и есть, заворожен рассказом Тетеюса. А когда же подошла совсем вплотную к двери, узла и тему рассказа. А все оказалось очень даже просто и банально. Темой было причина, по которой Тетеюс обратился в теперешнего себя и стал тем, кем есть на данный момент, то есть в однокрылого. Я эту историю знала наизусть, но этот рассказ в его исполнении я могу слушать и не один раз. Жаль только, что я пришла почти к финалу.

— …когда же я расправился со всеми членами шайки, впал в отчаянье. Отомстить отомстил, но назад пути нет. Из тьмы в свет не возвращаются. Отрекшейся единожды от света никогда не увидит лика его и не вернется в объятия матери своей. Так говорила мне матушка. Я выслеживал и убивал многих демонов, но разорванное на клочки сердце и горящий огонь в жилах никак не хотел угаснуть и отпустить боль. Но нашелся тот, кто вытащил меня из пучины отчаянья и боли, — да, я помню. Он рассказывал мне, что нашелся человек избавивший его от чувства мести и неумолимой боли и желания рвать и метать всех и вся на своем пути.

Да, действительно, его учитель вышиб из него месть и гнев к демонам. Тот их только тихо презирает. Но отпустил ли он свою старую ненависть и желание подчистую вырезать всех тех, кто уничтожил его семью и город? Это я и спросила, тихо, но так, что он меня услышал:

— А как твоя месть, помогла чем-нибудь? — Обратился Тетеюс к Широ, увидев такоую же пустоту в глазах. Брат тоже пострадал от рук демонов, поэтому он и понимал однокрылого. Мальчик так же страдал, как и он. Только у него теперь есть покровитель, в моем лице, а у Тетеюса же тогда его не было, вот именно поэтому ему и пришлось не сладко в первые годы вступления на новую сторону.

— Ему может и не помогла, но поспособствовала для дальнейшего существования в этом мире, — входя на кухню, сказала я. Настроение мое еще не очень, но хотя бы уже была решительно настроена. Я еще переживала по поводу вчерашнего инцидента, но думала совершенно о другом. Как быть с балом и приемом у драконов. Необходимо было подготовиться, званный вечер уже сегодня, а мне даже надеть нечего. Нужно будет пройтись по магазинам, только потом. А сейчас представляла лишь то, как разберусь с Анубисом и поговорю по душам, а с ангелом разберусь потом. Так что берегись ангел, буду мстить.

— Ему она может и не помогла, а тебе поможет? — Спросил Тет, зная, что убить Анубиса моё неугасаемое желание.

— Может и нет, но пока эта мразь не исчезнет из нашего мира и мира, мертвых окончательно я буду его преследовать и пытаться всеми мне известными способами убивать, — на этих словах я сжала руки в кулак, а глаза загорелись синим огнем. Боль от потери никак не давала мне покоя и не отпускала. Тетеюс и Широ в отличие от меня смирились и отпустили месть, а я наоборот держала ее на поводке и готова была при встрече спустить ее с цепи на объект ненависти. Боль от потери никак не давала покоя и не отпускала, вот уже на протяжении тысячи лет. Мне же месть давала надежду, на то что мои дорогие и близкие обретут покой в том мире, победив Анубиса и отправив его в полное заточение в мир иной, я сама смогу спокойно умереть. Но пока он жив и правит демонами я буду жить.

— Но что будет, если ты ему отомстишь. Некуда будет ее направить и не на ком будет сорваться, что же ты предпримешь тогда? — Спросил он у меня почти шепотом, но его слова я услышала и сжала кулаки еще сильнее. Я понимала, что он прав, но никак не могла смириться. Держала все в себе и не отпускала. Жить можно и с местью в сердце, только вопрос, как? Но об этом будем думать потом, а пока…

— Я буду жить, а месть? Пусть останется. Со временем раствориться, — ответила ему я, решив для себя, что жить дальше все-таки стоит. Тетеюс же за меня только порадовался, — не переживай Тет, я вынесу. Лучше накормите меня, а то после вчерашнего выплеска эмоций в моем желудке пусто, мне нужно его заполнить.

Как только я об этом заикнулась, передо мной тут же появились, стакан с чаем, салат, бутерброд, а заинтересованные взгляды так и сверлили меня, пытаясь понять, чего это я так спокойна. Я же только ухмыльнулась и запихала в рот ложку салата, запив ее глотком ароматного чая. Пусть немного поволнуются, им это полезно, а мне приятно. Когда о тебе думают и переживают и не отвернуться от тебя, а примут и поймут, это ли не истинная дружба? Такими были Тет и Широ. Моими настоящими друзьями, не бросившими меня в трудный час, не отвернулись, не возненавидели, не отреклись, а выслушали и приняли такой, какая есть. Для меня это самое главное. Мне они об этом не говорили, но их глаза, взволновано смотрящие на меня, сообщали все мои догадки и наблюдения, красочнее и понятнее любых выражений и слов, которыми они могли бы описать свои чувства и переживания.

Так мы и сидели. Они смотрели на меня, а я наблюдала за ними. Мне это быстро надоело. Переглядываться с ними и при этом ничего не говорить, сведет с ума. Поэтому я решила от них по-тихому уйти. Доев и поблагодарив за завтрак, намыв посуду, пошла к себе в комнату.

Спать не хотелось, поэтому я села на кровать, взяла наушники и включила плеер. Музыка всегда помогала мне расслабиться, а еще карандаш и листок бумаги, отлично скрашивали тоску и печаль. Вот и сегодня я решила не выползать из своей комнаты и рисовать. Тем более я давно мечтала начать оформлять книги. А с учетом того, как рисуют многие оформители, хочется руки оторвать, в карман засунуть, там же и зашить. Так на кровати слушая музыку и рисуя обложку к новой книге неизвестного писателя я и провела день. Лишь изредка показывалась на кухне, перехватывая бутерброд, запивая чаем. Меня не отвлекали и не надоедали, за это я была благодарна. Тихо спокойно уснув сном без сновидений, я закончила этот день.

На утро, точнее в обед я проснулась и поняла, что живу. Мне захотелось пройтись, и поэтому я решила навестить старого знакомого, дабы узнать у него кое-что. А для этого необходимо привести себя в порядок. Переодеться, умыться, путь предстоит не близкий. Мой информатор должен много знать и быть осведомлен о том, что меня интересует больше всего. Раз Анубис вернулся, нужно принимать действия, а в каком сейчас состоянии темный мир, знает не только Суббора, мой знакомый сильф-информатор помимо нее, осведомлен о мире демонов не хуже и разбирается в нем как в своих пяти пальцах и двух хвостах — наизусть. Он-то мне и нужен. К нему и пойду, раз теперь Су запротестовала, помощь демоницы мне временно не нужна. Да и в магазин за вечерним платьем необходимо заглянуть, вот ведь еще и траты дополнительные, мало мне проблем, так еще и бал у драконов. Как представлю, что меня ждет, волосы на голове дыбом встают, жуть. Но я обещала, а слово ночника железно и сомнению не подлежит. А раз такое дело, нужно соблюсти все традиции и появиться, что бы ни оскорбить семейку драконов. Проблемы еще большие, чем у меня есть на данный момент, я заводить не хочу.

Контора Ланмао от моего дома находилась довольно далеко. До нужного района добираться привычным способом не стала, людей пугать не хотелось, как и выдавать тайну темного мира. Поэтому по старинке, то есть на автобусе. Со всеми пробками и заторами на дороге добираться каждый до нужного ему места и остановки. И естественно приехать быстро у меня не получилось. Сперва наш автобус пытался повернуться в кольце, намереваясь срезать, но не получилось, потом, вывернув на проулок, попали на двухполосную дорогу. И там нас ждал сюрприз. На середине дороги, стоя бок, к боку сигналя аварийкой, страдали две машины, а хозяева покрывали друг друга бранью, им же вторили водители проползавших кое-как машин. С горем, пополам выбравшись из пробки, угодили в новую. Или это день такой или водителю сегодня везет. Мы с остальными пассажирами кипели, но не понятно по какой причине. Из-за жары в автобусе от включенной печки, или же из-за злости, витавшей в салоне. У всех заканчивалось терпение. И вот о чудо, послышалась сирена полицейской машины, и пробка постепенно рассасывалась. Примерно за пол часа мы проехали раза втрое больше, чем за час, стоя в пробке. Пассажиры на нужных им остановках выползали, с благодарностью высшим силам, что все обошлось и что они в целости и сохранности добрались до места. Мне же еще как минимум пол часа ехать. Мой информатор жил неподалеку от кольца маршрута. Вот именно по этой причине я и не любила к нему ходить, а предпочитала общаться и узнавать нужную информацию у Субборы. Но из-за нашей с ней ссоры другого выхода не было. Вот именно поэтому я и еду за тридевять земель.

Выйдя из автобуса с благодарностью матери-богине за не вывернутый желудок и не оттоптанные ноги, пошла в сторону нужного мне дома. Прохладный осенний ветер остужал меня разгоряченную из-за длительной муки, которая предоставила мне поездка на общественном транспорте. Немного отойдя и отдышавшись, стала вспоминать место жительства моего второго информатора. Ланмао, как и я из темного народа, он сильф, воплощенный дух огня. Ярко рыжие, почти алые волосы, золотые глаза, и два хвоста с кисточками на конце. По меркам темного народа он уже устоявшаяся личность, лет ему немало, репутация осведомителя бежит впереди него, но живет он для довольно известной личности скромно. Простая однокомнатная квартира, первый этаж, частые аварийные случаи, но ему нравиться.

Как и для многих моих знакомых и некоторых друзей я всего лишь флир, принимающий заказы на изгнание и уничтожение расшалившихся призраков, зарвавшихся и обнаглевших демонов, любопытных ночников, оборотней, и прочей нежити, и много чего еще. А самое главное в маскировке то, что он не в курсе обо мне настоящей.

Найдя нужный мне дом, вошла в подъезд, поднялась на первый этаж, позвонила в дверь, но мне ни кто не ответил. Я позвонила еще и еще, по прошествии пяти минут терпенье готово было лопнуть, оно у меня железное, но не на столько, решилась еще позвонить, но в замочной скважине послышался скрежет. Открыв один замок, а за ним еще один, хозяин открыл дверь. Разлепляя глаза и смотря на меня с непониманием, Ланмао до сих пор не понял кто перед ним. Немного проснувшись и привыкнув к свету тусклой лампы, рассмотрел меня повнимательнее и узнал:

— Аня, ты? — Удивленно спросил он, протирая глаза, — заходи, — пригласил он меня в квартиру, — и извини, я только пару часов назад лег, а звонки не услышал, только наглый и бесцеремонный стук в дверь, — он сел в свое любимое кресло я же напротив него, — ты что-то хотела? — Спросил он, борясь со сном.

— Да. Спросить кое-что.

— А у Субборы никак? — Зевая, спросил он.

— Мы с ней в серьезных контрах.

— Почему? — Удивился сильф.

— Из-за моего последнего заказа. Демон был из высших, может, слышал про Арзеля? — Он лишь кивнул, — так вот, после того как я его убила, она мне заявила, что больше не хочет иметь со мной никаких дел, мол, я убиваю демонов, а их осталось слишком мало. На этой почве и поссорились. А обратиться я могу за информацией только к тебе.

— Так что нужно-то? — Практически засыпая, спросил он.

— Тут событие одно произошло на днях, слышал наверно, что Анубис вернулся? — Лишь кивок сонного юноши подтвердил его всемирную осведомленность, я же продолжила: — У меня заказ на него, не убить, конечно, лишь узнать место обитания и планы после столь длительного отсутствия в этом мире. Поможешь? — С надеждой спрашиваю.

— Помочь-то могу, но твои заказчики вряд ли его уничтожат, это им не по силам. Размажет он их так, что останки не соберешь.

— Они не уничтожить его хотят, лишь планы узнать и передвижения. Больше ничего, — заверила я его. Он скептически посмотрел на меня и не поверив спросил:

— Ань, а ты уверена, что это просто наблюдение?

— Уверена, — с моей стороны это наблюдение, а вот что будет дальше, это уж как карта ляжет.

— Тогда сейчас посмотрим, — он развернулся к экрану компьютера и принялся что-то там печатать. Спустя минут десять, от силы пятнадцать, он протянул мне распечатанный листок бумаги, — что же касается планов, то слухов по этому поводу ходят много. Одни говорят, что он, как и прежде желает поработить мир, ценой смертей и убийств, другие же склоняются к романтической версии. По легенде, говориться, что он ищет вот уже тысячу лет одну единственную девушку. Говорят, красота ее сравнима только с матерью-богиней Анришат. Ведь это ее дочь, — и краем глаза смотрит на мою реакцию, я же слегка расстроившись, продолжала слушать его вдохновенную речь, на что он меня ошарашил: — ведь это ты, Ань? — Введя меня в полнейший ступор, спросил сильф. Я не знала, что ему ответить. Но, зная его полнейшую уверенность в каждом произносимом слове, лишь кивнула, на что он продолжил: — Я догадывался, и я рад, что общаюсь с одной из первых стражей снов. Ань, я прекрасно понимаю, что ты не хочешь к нему в личное пользование, но что ты можешь без поддержки?

— Я не одна.

— У тебя есть друзья, но они не твои братья и мать, тем более силы Темного Бога растут, он не тот, что был тысячу лет назад, сподвижников и слуг у него хоть отбавляй. А планов у него действительно полно. И ты как раз к ним имеешь непосредственное отношение. Тебе лучше скрыться и залечь на дно, — посоветовал мне сильф.

— Спасибо за совет, — поблагодарила я осведомителя, а про себя подумала, что не ошиблась в планах Анубиса. Мне же хотелось сейчас лишь одно — спрятаться и стараться не встречаться с ним, подставляя под удар моих друзей и близких. Ведь если в этом мире появляется он, боль, отчаянье, горе и несчастье будут преследовать многих. Этого для меня и моих близких я хотела меньше всего, поблагодарив сильфа я вышла в полной задумчивости.

Анубис решил получить то, что не получил в прошлом, меня всю от головы до пят, а это с учетом моих представлений и наблюдений прошедших битв, грозит грандиозным разрушением. На его стороне демоны, а на моей лишь люди. Нет, они не смогут вступить с ним в битву, орден слишком слаб, и противопоставить Анубису они ничего не смогу, они слишком хрупки, а их жизни коротки. Оборотни и ночники, живущие в этом городе, тоже мало, что смогут сделать, если же обратится к Тетеюсу и его собратьям, может чего и получится. Но и этого будет недостаточно. Против такой силы, как у Анубиса могут устоять не многие. Мы с братьями тысячу лет назад лишились ради этого человечности, приняв на себя грех, что только получить силу, но мощь Анубиса только развивалась и неизвестен теперь его предел. Темный бог не один, у него есть семья, дети и внуки, которые не уступают ему по силе. Да и последователи всегда имелись, которые незамедлительно могут совершить не одно жертвоприношение и придать ему сил. А с их помощью он сможет поработить и уничтожить этот мир или править им как пожелает. Я же, как изначальная странница тоже не смогу ему помешать, а битва обещает быть жестокой и кровопролитной. А как представлю реки крови, по спине тут же бежит холодный пот. Жаль, нет матери и братьев рядом. Их поддержка была бы как раз кстати. Но их нет вот уже тысячу лет, а посоветоваться я могла лишь с ними.

" — Аня, — воззвал ко мне встревоженный голос Широ, выводя меня из задумчивости".

" — Что-то случилось? — Спрашиваю у мальчика, все еще витая в своих мыслях".

" — Нет, просто ты телефонные звонки не отвечаешь, не на мои, не на Тетеюса" — посмотрев на телефон, вытаскивая его из кармана, обнаружила пять не принятых звонков от брата и три от шивы. Перезвонив последнему, стала ждать, пока тот снимет трубку и прочитает мне нотацию о безопасности и внимательности, но ее не последовало, лишь встревоженный вопрос с легким раздражением:

— Аня, какого черта ты трубку не берешь?

— Прости, я задумалась и не услышала, как ты звонил. Я перемалывала ту информацию, которую получила от информатора, задумалась и не обратила внимания на звонки, — извинилась я за невнимательность и беспокойство со стороны однокрылого. Думала, что нотация продолжиться, но он спросил уже тихо и спокойно:

— Что узнала?

— То, что и предполагала. Дома расскажу. Я пока по магазинам пройдусь, платье подберу, а ты пока за братом присмотри, — попросила я Тета, на что он мне со смехом в голосе ответил:

— За ним есть кому присмотреть, — не найдя что ответить, ждала пока он объяснит что имел ввиду, и он не подвел моих предположений, — Бирюза пришла приглашение ему отдать и заодно фильм какой-то посмотреть. Так что он под надежной охраной. И надеюсь, ты не против их общения и не будешь запрещать общаться, даже из-за возможной стычки с Анубисом?

— Нет, конечно. Они не виноваты, что их предки жить мирно не могут. Но… — недоговорила я, так как на меня со всей скоростью летела машина, чуть не сбив. Я вовремя успела отскочить и только потом заметила, что иду по дороге. С криком и матом водитель пожелал мне всего хорошего и дав по газам, уехал по своим делам. В трубку кричал встревоженный Тет:

— Аня, что опять случилось? — С недовольными нотками спросил Тет.

— Все в порядке, — поспешила я его успокоить и придти в себя, а то еще бы чуть-чуть и попала под колеса машины.

— Ты не договорила, — напомнил мне шива.

— Забудь, потом, — и отключив телефон убрала в сумку. Тет решил узнать все сразу, но я не стану рассказывать все до мелочей и подумаю что можно сделать втихаря от него. Но не все сразу, сначала необходимо кое с кем поговорить и договориться о возможной поддержке. Надеюсь, что по старой памяти они мне не откажут. Ведь как и многие они пострадали от вмешательства в их жизнь орды демонов во главе с Анубисом. Что же касается Тета, то все свои планы и мысли я расскажу после того как домой приду, а сейчас самое главное, как следует подготовиться к приему у драконов и подобрать платье на этот вечер. Необходим такой наряд, который не сможет раскрыть мою маскировку человека-флира.

Есть у меня на примете один магазинчик с редкими и не дорогими платьями, продавец мой знакомый и посоветует то, что мне подойдет. Современной одеждой он не торгует, а вот антиквариата хоть отбавляй. Платья прошлого и позапрошлого веков как раз подойдут к стилю вечера.

Отступление.

Тетеюс.

Дозвонившись до Анны, я успокоился. Теперь, когда она стала целью поисков Анубиса, за ней нужен глаз да глаз. В любой момент он может напасть на нее и похитить. Ведь оказалось, что она единственная кто не поддался и не сломился под натиском его очарования и силы. Перезвонив взволнованному брату девушки, убедился, что и он осведомлен о ее сохранности. Мысленная связь позволяет им общаться без современной техники, так что если вдруг что-то случится, он узнает об этом первым.

— Тет, чего распереживался? — Спросил меня Тарон, сидевший, напротив, с бокалом пива в руке.

Он, как и я, когда-то отдал свою светлую душу темной стороне. Но совершенно по другим причинам. Он хотел силы не ради мести, а ради наживы и выгоды. Будучи шисарвом, у него не было никаких талантов, ни в магии, не в медицине, не в пении, ни в чем. А, отдав душу тьме, приобрел силу и власть. Не зря многие нас боятся и ненавидят. Есть среди нашего народа довольно неприятные личности. И именно в такой компании с Тароном и другими шивами вот уже несколько часов жду Мариуса, главу этого города и хозяина заведения по совместительству. Мне бы хотелось договориться с ним, о возможной помощи в борьбе против Анубиса. Думаю, что мне как старшему он не откажет. Пока я ждал Мариуса, решил связаться с Анной, но не получив ответа на звонок запаниковал. Это не скрылось от глаз Тарона, поэтому он и интересовался моим встревоженным состоянием.

— Да, есть причины, — как бы невзначай ответил я, но он со смехом предположил:

— Из-за девчонки, поди, так распереживался. Они бабы такие, — но не успел он и глазом моргнуть, как полетел к стене от удара моего кулака в его челюсть. Там он и остался. На меня и Тарона посмотрели все остальные присутствующие и ничего, не возразив, принялись дальше проводить свое время за выпивкой и разговорами. Лишь бармен у стойки, с бокалами в руках прокомментировал мои действия нравоучающей репликой в сторону Тарона:

— Сам виноват, не разговаривал бы так со старшим, может, и не собирал бы свою челюсть с пола по частям.

— Я с тобой согласен, — сказал тот, кого я жду в этом баре, вот уже час как. Мариус чем-то напоминал мне Мишеля. Пусть тот и стал темным, светлые замашки за ним еще остались. Как и ангел, он любил светлые цвета в одежде, проповеди и наставления, за это его многие называют проповедником, к нему за советом ходят практически половина темного населения. В том числе и я. Увидев меня, он спросил: — Тетеюс, какими судьбами? — Присел рядом со мной он, попросив у бармена кружку темного. Получив ее, отхлебнул и посмотрел на меня. Я же не знал с чего начать.

— Мариус, я пришел к тебе с просьбой, — начал я, на что тот нахмурился и спросил:

— Какой? — Но потом посмотрел на меня и спросил: — Не касается ли это той девушки, с которой ты общаешься? Кажется она человек? Не стоит ли с ней порвать, такие отношения к хорошему не приведут, — посоветовал мне он, на что я возразил:

— Это мое дело с кем встречаться, а просьба состоит в следующем. Анубис восстал, и готовиться снова, разрушить этот мир. Я, как и многие не хочу потерять все, что у меня есть сейчас и ради чего живу. Мы должны объединиться и выступить против него. Ведь это он уничтожал и убивал всех кто нам дорог, это он проливал реки крови наших собратьев. Это он разорял и жег дома и города, он должен поплатиться за все свои злодеяния. Если мы объединим силы со многими его противниками, у нас сможет что и получиться.

— Ты, конечно, прав, но нас слишком мало, а с нами вряд ли кто захочет работать вместе, я не смогу помочь тебе, — он хотел, было уйти, но я продолжил:

— С нами будут сражаться ночники, они ведь ненавидят Анубиса больше всех. Из-за них погибла их богиня, а такое не прощается.

— Но кто с ними договориться? Нас они тоже не послушают, ведь многие из шив, монстры, — эти слова и обвинения правда, как не прискорбно прозвучит.

— Есть у меня на примете одна, — и подумал об Анне, точнее об Анаэль, ведь так ее зовут на самом деле.

— Кто она?

— Его девушка, — войдя в бар, ответил Артер, мой старый друг. Присев рядом со мной, и посмотрев на меня изучающим взглядом, добавил: — Она ночник, тем более одна из изначальных. Не злись Тет, я узнал чисто случайно. У нас с ней общий информатор, и меня она тоже знает, так что я не шпионил, просто знаю, с кем ты общаешься. И, кстати, Мариус, Анубис претендует на нее. Легенды врут, единственным неисполненным желанием было сердце Анаэль и она сама. Но у девушки неподступный характер и гонору хоть отбавляй. Обломала она все его планы, а он поклялся получить ее, во что бы то ни стало и любым способом. А что касается битвы с Анубисом, мы сможем победить его, если только объединим силы, в этом я с Тетеюсом полностью согласен.

— Значит, другого выбора у меня нет. Тет я соберу необходимое число народа, а ты и Анаэль поговорите с ночниками, оборотнями и другими, кому Анубис насолил и давно в печенках сидит, — и ушел, оставив нас с Артером в полной задумчивости.

— Тет, — обратился он ко мне, дернув за хвост, накрутив его на руку — как долго ты собираешься ходить с этой шевелюрой?

— Чего? — Поперхнулся я.

— Давай я тебе ее обстригу? — От предстоящей работы у него заблестели глаза, — хоть раз в сто лет надо менять свой имидж.

— Хм, — задумался я и, проведя по мешающим, вот уже пол тысячи лет волосам, ответил: — А давай! — Сказал я, подставившись под резные и антикварные ножницы Артера, которыми он стриг еще, будучи знаменитым парикмахером, в столице светлого города. На пол тут же полетели длинные белые пряди, а голова почувствовала себя свободнее и легче. Теперь они чуть касались плеч. Спалив остатки гривы в зеленом огне, и поблагодарив друга, вышел из бара в хорошем настроении. Хотелось наконец-то встретиться с Анной и узнать все то, что ей сказал ее информатор. По голосу понял, что ничего хорошего от появления Анубиса не будет. Лишь бои с реками крови и горой трупов. Кроме этого он оставлять после себя ничего не умеет.

К дому девушки я решил пойти пешком. С того, как она позвонила мне, прошло пол часа. Так рано появляться в ее квартире я не стану, ведь девушка выбирает платье на вечер, значит, дома она появиться не скоро. Прогуляюсь, подумаю и навещу старого знакомого оборотня. Нужно и его привлечь в проблеме с Анубисом.

Зная, где он обитает и проводит все основное время, найти его не составит труда. Живет он уже лет пять в доме престарелых, но и оттуда издает приказы и управляет кланом. Как говорит сам, там он только на отдыхе.

По расписанию у них сейчас посещение родных и близких, поэтому я и решил навестить его именно сейчас. Подойдя к регистратуре и назвав фамилию пациента, стал ждать пока ко мне выйдет старый оборотень. Спустя минут десять под руку с медсестрой, из-за угла появился Орлон. В халате и тапочках, еле передвигая ноги, он шел ко мне на встречу. Завидев посетителя в моем лице, тот скривился и хотел, было провернуть назад, но я его остановил:

— Орлон, у меня к тебе серьезный разговор, а не разборки, — да, я не упомянул тот факт, что он пытался меня убить лет так триста назад, но сейчас, в дряхлом состоянии он вряд ли на что-то способен. Но связи и власть у него осталось. Присев на кожаный диван подозвал его. Он опустился рядом и одарил меня недовольным взглядом, я же продолжал: — Я не хочу с тобой ругаться, лишь предложить сотрудничество.

— В чем? — Не понимая, спросил он.

— В предстоящей войне с Темным Богом, — на что тот, отстранившись от меня и посмотрев как на ненормального, переспросил:

— С кем? — Посмеялся волк, но потом наткнувшись на мой серьезный взгляд, переспросил: — Ты ничего не перепутал?

— Нет, недавно я допрашивал одного человека, и он сказал мне, что Анубис вернулся к жизни, — на что старый оборотень снова засмеялся и сквозь смех спросил:

— Человек? — Все смеялся он, — тебе? — Держась за живот, подрагивал от хохота оборотень, — ой, не могу, ну ты и доверчивый, — но смех его прервался, как только на кончиках моих ногтей появились искры зеленого огня, а я сквозь холодный рык сказал:

— Некроманту никогда не врут, — а старик, проглотив нервный комок, решил реабилитироваться:

— Извини, не знал, — и уже серьезным голосом спросил: — Так чего ты от меня хотел?

— Хотел объединиться с вашим и другими кланами оборотней против Темного Бога.

— А с кем ты уже договорился?

— Со своими и с ночниками, — при упоминании о скитальцах, оборотень скривился. У них с вампирами, давняя вражда. Они друг друга ненавидят. Тем более оборотни живут так же как люди, ну, чуть дольше, а вот странники тысячи лет. Может, завидуют, но точно не сочувствуют. Но старый волк понимал, что если Анубис вернулся, значит, битвы все равно не избежать. Как он не хотел сражаться рядом с ночниками, биться придется. Ведь Анубис не пощадит никого, уничтожит всех, кто ему не подчиниться. А оборотни точно ластиться перед ним не станут. У них давние счеты к Темному Богу.

— Не нравиться мне перспектива бок о бок сражаться с вампирами, но другого выхода нет. Я договорюсь со своими и свяжусь с тобой, только больше не приходи ко мне, — попрощавшись со мной, оборотень встал с дивана и ушел в свою палату отдыхать и связываться с подчиненными. Я же пошел на встречу с Анной. Сегодня предстоит тяжелый вечер как ей, так и мне. С демонами у меня такие же отношения, как и у Анны, я их на дух не переношу. Ведь из-за них я стал тем, кем являюсь сейчас, пусть и смирился.

К Анне я шел в приподнятом настроении от проделанной работы. С оборотнями договорился, со своими собратьями тоже, осталось лишь орден подключить. Забежав по дороге, домой и, переодевшись к предстоящему вечеру, направился прямиком по намеченному ранее маршруту, а именно к девушке.

Анна.

Бал у драконов уже сегодня. Времени подготовиться морально, у меня нет, так что придется действовать по наитию и по обстановке. Думая, как я буду вести себя, если встречусь с Анубисом, на автомате выбирала из груды предложенного платье для вечера. Продавец вот уже минут тридцать никак не мог подобрать мне то, что нужно. Кружев и накрахмаленных воротников мне ненужно, простое и неброское платье, вот что я ищу.

— Я даже не знаю, что можно вам предложить! — Уже кипел от негодования продавец. Он вот уже несколько раз предлагал мне одно и тоже, рюшечки, кружевчики, бантики, я же просила совершенно другое. В этих розовых с бантами нарядах я буду смотреться как фарфоровая кукла. Я не спорю, платье красивое, но не для меня.

Продавец со стоном бегал туда обратно и приносил платья, я же каждый раз отбрасывала все эти варианты. Я уже не надеялась найти что-то стоящее, как мне в руки попалась мягкая на ощупь ткань, без каких либо ленточек и вышивок. Пусть оно было черным, пусть длинным, но тем, что я давно искала. Сердцем лиф и шнуровка сзади, пышная юбка с оборкой по низу от подола и тоненькие бретельки, держащие платье на плечах. К нему так же прилагались черные перчатки выше локтя. Осталось добавить обувь по цвету, и я готова к приему.

— Вот это мне подойдет, — и продавец с облегчением выдохнул. Я же повернувшись еще раз убедилась, что не ошиблась с выбором. То же самое сказал мне и продавец, отметив тот факт, что платье сидело на мне просто замечательно.

— Вы его берете? — Спросил радужно улыбающийся человек.

— Да, — обрадовала его я. У него от радости сияли глаза, и неудивительно, на сегодня я первый посетитель, не оставивший его в накладе.

Переодевшись в свои джинсы и водолазку, накинув плащ, подошла к кассе, а как, только расплатившись, вышла. Не став мучиться во второй раз на дню, теснясь в транспорте, переместилась своим привычным способом, через тень ближайшей арки.

Оказавшись во дворе дома, обнаружила за собой слежку. Кто-то следил за мной, даже не скрываясь. Не знаю от кого шпион, но точно выясню. Дойдя до первого подъезда, стала ускоряться, следивший за мной побежал следом. А как только я пропала между проемом увидела следившего. Молодой парнишка лет шестнадцати, держал в руках конверт и пристально осматривался, ища меня по всему двору.

Оказавшись за его спиной, похлопала по плечу и снова исчезла, а он обернулся и встретился с пустотой. Я же похлопала по другому плечу и снова спряталась за спиной. Но долго так развлекаться не буду, времени нет. Поэтому решила узнать кто же тот, кто, не раздумывая, кинул ко мне в лапы этого мальчишку.

Закончив игры с похлопываниями, отправила паренька пинком ноги под дых к ближайшей стене. Горе шпион сидел и ловил ртом воздух. Я же подходила к нему тихо, не спеша, но глаза мои горели серебром, а за спиной подобно плащу тянулась тьма, нависнув над шпионом, с холодным рыком спросила:

— Кто ты такой? — От испуга мальчик прижался спиной к стене, и вжавшись что есть силы в холодный камень приготовился проститься с жизнью. Поняв, что посланник не от Анубиса убрала все спецэффекты и спросила уже нормальным голосом, опускаясь рядом, — так кто тебя послал?

— Я-я-я из ордена, — запинаясь, сказал он, — меня послал Мишель, он просил передать вам письмо, — и протянул конверт мне. Мишель как всегда в своем репертуаре. По почте передать не судьба.

— А по-простому передать никак нельзя? Ящик почтовый мне на что? — Распалившись и повысив голос, воскликнула я. На что ребенок снова сжался от страха, я поторопилась его успокоить, — не бойся, я тебя не трону. Я не на тебя сержусь, ты лишь исполнитель, — и, протянув руку сидевшему на земле шпиону, предложила: — Пошли, горе, — он, еще немного побаиваясь и дрожа, протянул руку, я же дернув его, поставила на ноги и повела за собой.

Дойдя до подъезда и поднявшись на свой этаж, позвонила в дверь. Мне тут же открыл Широ, увидев незнакомца за моей спиной, спросил:

— Ань, кто это? — Впустил нас на порог брат. По отсутствию женской обуви, могу сказать с уверенностью, Бирюзы в квартире не было.

— Шпион, — на эти слова младший лишь понятно кивнул и дальше расспрашивать не стал, дав ему тапки, предложил войти.

Уйдя в свою комнату и оставив их одних. Кинув пакет на кровать, достала платье с прилагающимися бархатными перчатками, повесила их на плечики, дабы не помять еще больше, нашла почти новые черные туфли на каблуке в тон к платью, и тонкие чулки телесного цвета. Осталось лишь волосы привести в порядок, и можно будет собираться, но это не сейчас, а часа через два. За нами должен зайти Тет, и вести меня на это мероприятия, как сопровождающий.

Но тут мое внимание привлек конверт, доставленный мальчиком. Белый с ровным почерком, который я ни за что не перепутаю, красовалось лишь мое имя. Присев на край кровати, и открыв конверт, читала послание от священника. От бумаги пахло лампадкой и свечками, а еще чувствовался еле уловимый запах самого Мишеля. Как же я тосковала. По нашим шуткам, разговорам, спорам, и просто по общению. Предал, обидел, растоптал все доброе, что у меня к нему было.

Послание было коротким и емким, но по существу. Ему нужна моя помощь. И если бы я не была зла на него, помчалась бы сразу, а после позавчерашнего вообще видеть его не хочу. Но послание прочитала. Извинения на трех листах не было, даже элементарного слова "извини" тоже. Но если поставить себя на его место, и подумать, то действительно извиняться не за что. Кто я? Ночной скиталец, а он? Священник и ангел. Не в его привилегиях просить прощения у такой как я, вот и не извинился. Леший с ним. Мне его извинения ни к чему, только лишний раз нервы тратить. Без его извинений проживу.

Все что он хотел это встретиться со мной через пол часа в парке, на лавочке под дубом, вот и все. А вот что меня там ждет это загадка и тайна, покрытая мраком. Надеюсь только не облава, устроенная орденом, ведь если это так, то они наживут еще одного серьезного врага в моем лице, помимо ожившего Анубиса.

Принимать домашний вид не буду, останусь как есть. Поэтому вышла из комнаты в чем вернулась от Ланмао, но тут услышала ругань между мальчишками. Широ был в гневе, как и посланник Мишеля. Ругаясь, на чем свет стоит, они при этом умудрялись пить чай с печеньем. Уж не знаю, что они не поделили, но выясню.

— Что тут происходит? — Входя на кухню, спрашиваю, тут же утихомирившихся ребят. Но не отмолчитесь, все выведаю, — я не расслышала ответ, — потребовала я разъяснения ситуации, — живо! — Повысив голос, рыкнула на них я. На что ответа так и не последовало. Они сделали вид, будто мне все то, что я слышала, просто показалось, и весь тот мат, который я слышала, был всего лишь обманом слуха.

Скрестив руки на груди и вопросительно приподняв бровь, облокотилась о холодильник, с еще большей пристальностью посмотрела на них. Но и это не проняло, по-прежнему уткнувшись в чашки с чаем, продолжали молчать и строить из себя пай-мальчиков. Смирившись с их упрямством, подошла к шкафу с посудой и достав свою чашку налила чаю, присев на стул рядом с братом. После не долгого молчания посмотрела на горе шпиона и спросила:

— Скажи хоть как тебя зову, не буду же я тебя шпионом называть? — На что он смутился и тихо ответил:

— Крис, моё имя Крис.

— Кристофер, значит? — Но я ошиблась.

— Кристиан, полное имя Кристиан, — а немного погодя продолжил: — Его мне дала мама, когда я был еще в утробе. Она умерла, рожая меня, а в карточке, по ее просьбе так имя и оставили. Потом меня забрали в приют при монастыре.

— Значит, ты вырос в монастырском приюте? — Спросил слегка поникший брат. Его история чем-то похожа на историю Криса.

— Да, а потом я поступил в орден святой Катрины, охотиться на демонов. Но не пошло, и я перевелся в почтальоны. Я было, уже сдавал смену, как ко мне подошел священник Мишель и попросил передать послание, я и не отказал. Но мне никто не сказал, что вы темные маги, я же чуть от страха не поседел, — мы с Широ переглянулись, а в моей голове раздался голос брата:

" — Он, по ходу, не в курсе, что мы скитальцы? Ань, я прав?"

" — Похоже на то, — согласилась я с мыслями брата".

— Извини, если напугала, — попросила я прощения у паренька, он лишь отмахнулся и ответил:

— Ничего. Все уже позади, — и вставая со стула, добавил, — я, наверное, пойду, засиделся я что-то у вас. Спасибо за приглашение и чай, — поблагодарив он ушел, закрыв за собой дверь.

Мы остались с братом одни. Я мыла посуду, а брат, подпирая одной рукой подбородок, и болтая бокал с чаем другой, сидел и думал о своем. Тут он тяжело вздохнул и спросил:

— Ань, а скажи, что будет с нами, если она узнает, что я ночной странник? — Без дополнительных вопросов я поняла о ком идет речь. Он волнуется за отношения с Бирюзой. Подойдя к нему со спины, обняла и прижала к себе. Широ положил свои руки по верх моих и прижался еще сильнее, ища понимания. Он боялся, боялся потерять ее, их отношения. Ему не хотелось видеть в ее глазах ненависть, лишь любовь и нежность. Мне это знакомо. Я не видела Тетеюса десять лет, не слышала его голоса, не чувствовала его запаха лаванды и теплых рук, обнимающих меня. Лишь боль и тоску в сердце. Первые месяцы расставания хотелось выть. Такого я никогда бы не пожелала никому. Вот именно поэтому я и не хотела такой судьбы для Широ, и я сказала:

— Если она тебе дорога, открой свое сердце и расскажи все, но только если будешь, уверен на все 100 % в ее ответных чувствах, ведь если это простая симпатия, рвать душ на куски не стоит, — он, услышав грусть в моем голосе, сказал:

— Ты об этом знаешь не понаслышке, — камень в мой огород, я же не стала отрицать:

— Да.

— Я хотел сказать, что тоже буду на балу, Бирюза лично принесла приглашение, — и посмотрев на меня жалостными глазами, спросил: — Надеюсь, ты не будешь против?

— Нет, заодно узнаешь, как она к тебе относиться. Может даже представится случай все ей рассказать. Иди, собирайся, — и освободив из своих объятий брата отправила его в комнату. А у меня еще одно дело. Нужно с Мишелем встретиться.

Мишель.

За минут десять до назначенного времени я вошел в главные ворота парка. Мы с Анной всегда встречались в тайне от сестры Марии только в одном месте, на лавочке под старым дубом. Она присаживалась с одного края я с другого. Но в этот раз все было по-другому. Подходило время, назначенное мной для обсуждения проблемы, но она не села на лавочку, а прислонилась спиной к стволу дерева, скрываясь в тени. Руки скрещены на груди, недовольный тон и пренебрежительный, холодный взгляд вперемешку с обидой. Она еще злилась за мои слова, которыми я одарил ее два дня назад. Я виноват, конечно, ляпнул и не подумал о последствиях, и нет мне прощенья, но я хотел как лучше. Не узнай она правды от близкого человека, а от постороннего, злилась бы сильнее, а так она в курсе всего от меня лично, да и количество пострадавших сводиться к минимуму, лично ко мне. Знаю, я поступил как последняя свинья, а чувство вины так и скребет душу. Но ничего не воротишь, придется все менять и исправлять самостоятельно.

Стоявшая под тенью дерева Анна так на меня и не посмотрела, лишь чувство ответственности и банального гуманизма не давали ей уйти. Сквозь зубы с раздражением и неприязнью она поинтересовалась моим письмом:

— Ты звал, зачем? — Это напомнило мне прошлые ее года службе у нас в ордене, так она разговаривала с Себастьяном, относившимся к ней, как к зарвавшейся девчонке, он не воспринимал ее как экзорциста, унижал и оскорблял, пытался любым способом унизить. В один день терпенье Анны закончилось, она навесила на него проклятие, не смертельное, но обидное. Она создала вокруг него ореол аромата и благоухания общественного отхожего места. Все при столкновении с ним только и делали, что зажимали нос. Такая канитель продлилась с месяц точно. В конце концов, Себастьян приполз к ней на коленях. Он умолял, просил о прощенье, лишь бы она сжалилась и простила его. Но на Анну ничего не действовало, но по доброте душевной и от надоевших серенад Себастьяна под окном, сняла заклинание. Ей просто надоело его пристальное внимание.

Вот и я сейчас надеюсь на ее благоразумие, ведь нам нужна ее помощь, а кроме нее нам никто не поможет.

— Я хотел извиниться, — решил я попробовать, но она меня перебила:

— Ближе к делу, — потребовала она.

— Пропадают дети, за два дня из домов пропало пять человек, ушли сами по себе. Больше никто их не видел. Мы искали следы, но все напрасно. Даже элементарного запаха постороннего нет. Помоги, — попросил я девушку. В глазах ее промелькнуло сожаление. Я понял почему. Прежних отношений у нас не будет, лишь с Эльдаром она может общаться, как и раньше. Он поддержал, понял и принял, в конце концов. Я же отвернулся и предал. Я вел бы себя так же. Но на мою просьбу о помощи она заявила сразу:

— Это кромешник, низший демон, питающийся страхами, они любят тихие и темные места, поищите и найдете. Мои услуги не требуются, — и хотела, было уйти, как я ее остановил.

— Анна, я хотел… — и снова перебила, поняв, что я хочу ей сказать.

— Не надо, — с дрожащим голосом ответила она мне, — я все понимаю, странница, тем более изначальная, — с какой-то болью в голосе говорила она, — мне действительно было не место в вашей организации, да и никогда не будет. Ты правду сказал, ты вообще всегда прав, — веря в то, что она говорит, заверила девушка, но продолжала покрывать меня моими же словами и с ними же соглашаться, — я запасной вариант, козырь. Ведь если дело касается действительно опасного противника вы всегда обращаетесь ко мне, я не отрицаю, — на полном серьезе все это говорила Анна. Но интонация, с которой она все это выдавала, говорила о том, что понять она это поняла, но смириться душа так и не смирилась, поэтому она вогнала мне последний нож в сердце окончательной репликой: — Но от тебя, Мишель услышать эту правду было больнее всего. Я думала ты мой друг… — и расплылась туманной дымкой, оказываясь от меня далеко. В парке на лавочке я остался один. Шелест опадающей листвы и вечерняя тишина, вот что присутствовало рядом со мной.

— Думаешь о ней? — Спросил Рубин, подсаживаясь ко мне на скамью. С ним мы договорились встретиться на этом же месте, но чуть позже, где-то через час. Но дракон, судя по всему, об этом позабыл и пришел раньше, застав меня в задумчивом и растерянном состоянии.

— Ты все слышал? — Но он не ответил, лишь улыбнулся, подтверждая мои слова. Я знаю, что он слушал и чувствовал его присутствие, — слышал, что ты думаешь по этому поводу, можешь мне не говорить. И так знаю, что я — редкостный кретин. Лучше скажи, достал что просил? — Перевел я разговор в другую сторону, на что он ответил:

— Достал, — и вытащил из кармана сверток, протянув мне, — только зачем тебе это? На Анубиса это не подействует, зачем?

— Не подействует, но задержит на какое-то время.

— Хочешь дать Анне возможность? Бесполезная затея, каким бы сильным не был человек, пусть и одаренный силой, с Темным Богом ей не справиться, — пытался уговорить меня отступить, но я его не слушал. Кроме того, Анна козырь, она странник, а не человек. Справиться с Анубисом у нее есть.

— Посмотрим, — немного заинтересовал я знакомого, но поинтересовался мучавшим меня вопросом: — Почему вы нами помогаете, разве Анубис не твой родственник? Он твоя семья, а семья всегда должна поддерживать своих?

— Он первым начал, отец просил его помощи, но он постоянно отказывал, говоря, что он сам должен всего добиваться. Отец сам и добился. Сел на трон, возглавил драконов. Конечно, были и другие претенденты, но он их убил, самостоятельно встав на ноги, без поддержки отца. Даже после того, как отец возглавил драконов, дед его не принимал, он тайно пытался посадить на место отца старшего брата, но отец доказал свое превосходство и силу, пусть это и стоило семейных уз с дядей. Дед всегда отдавал предпочтение старшим, а младшего загонял в угол. Но отца это не расстраивало, а наоборот злило и подпитывало. И эта злость переросла в гнев и мечту отомстить. Так что это личное, и если что-то будет нужно, обращайся.

— Буду иметь ввиду, спасибо, — поблагодарил я Рубина и мы с ним разошлись в разные стороны, но хотел я было завернуть за угол, как меня окрикнул голос дракона:

— И Мишель, приходи сегодня к нам. Может у тебя появится шанс с Анной поговорить или потанцевать, — предложил мне Рубин, на что я хотел, согласиться, но вспомнил наш сегодняшний разговор и передумал. Он же настаивать не стал. Только расстраивать и обижать рубинового дракона я не хотел, поэтому пообещал, что постараюсь и если появиться возможность приду. Был маленький шанс на мир с девушкой и этот шанс я смогу получить на балу, но для этого мне нужно решиться придти.

8 глава " Бал драконов"

Анаэль

Бал уже через час, а я начинаю нервничать. Широ же вел себя спокойно и непринужденно и боялся только одного, потерять Бирюзу. А может случиться что угодно. Ведь если тайна откроется на балу, придется отбиваться от демонов прямо там. Этого он не переживет. Ночники тяжело переживают расставание, а если это первая любовь подавно. Мальчишка скрывал свой страх и нервозность за улыбкой и шутками, я же все понимала и поддерживала его всеми своими силами, не залезая в его душу.

— Ань, а скажи, если Анубис будет на балу, он тебя узнает? — Спросил мальчишка, смотря на меня с утюгом в руке и гладящую платье.

— Кто же его знает? Может быть, узнает, а может и не узнает. Но если такое произойдет, сражаться придется на балу, а этого мне не хотелось бы. Портить совершеннолетие мрачностью и кровью в мои планы не входит. А такое случится, если тайна раскроется, — он все понимал и не возражал, лишь спросил:

— А ты, что будешь делать, когда отомстишь за смерть матери и своих братьев?

— Кто знает, — но ответ даже я не знала. Будет видно.

Разговора дальше не получилось, у мальчишки зазвонил телефон, узнав номер звонящего, тот ушел к себе в комнату с улыбкой на лице. Без слов понятно кто ему звонил. Эта девушка всегда поднимала ему настроение. От одного ее имени у него святятся глаза и щеки алеют, а когда видит, вообще разум теряет. Не это ли любовь?

Но и с этими мыслями мне пришлось распрощаться. Звонок в дверь заставил меня отложить утюг и платье в сторону. Надев тапочки, пошла открывать. На пороге стоял Тет. Но что-то в нем изменилось. Улыбка, нежная и открытая украшала его губы, глаза свежей зелени горели прежним светом и белые волосы… Стоп! Волосы, он их обрезал. Раньше они касались его поясница, а теперь едва достают до плеч. Коснувшись их руками и потерев кончики пальцами, поняла, что случилось это не так давно, от силы пол часа назад.

Закрыв дверь, он вошел, притянув меня к себе, и прикоснулся губами к моей шее, я же зарылась пальцами в его обстриженную шевелюру. Не привычно видеть его в таком образе.

— Зачем? — Тихо спросила я Тета, на что он меня спросил:

— Не нравиться?

— Нравиться, просто не привычно, — слегка взъерошив его локоны, оправдываясь своему замешательству, ответила я. На что он откинул легким движением руки появившуюся челку и сказал:

— Друг посоветовал, а он в этих делах разбирается, — взяв в руку мою прядь черных, как ночь волос, поднес ее к губам, поцеловал и добавил: — Но ты не смей стричься, они прекрасны.

— Угу, — только и смогла ответить я, так как Тет притянул меня к себе ближе и накрыл губы поцелуем. С чего на него нашло такое игривое настроение, не знаю, но определенно он что-то задумал. Но пусть это останется секретом.

Время осталось не так много, так что, освободившись от объятий Тета напомнила, что скоро бал у драконов и надо поспешить. Он не стал настаивать и выпустил меня переодеваться и готовиться к вечеру.

Лишь на пороге своей комнаты я обернулась и спросила:

— Как будем добираться?

— Как обычно, — успокоил меня шива. Раз так пусть берет ситуацию в свои руки. Не успела я закрыть свою дверь, открылась дверь Широ. С радостным выражением лица он решил поделиться радостью:

— Ань, она сказала…, - но не успел он сказать, что именно она ему сказала, как снова позвонила Бирюза, играя мелодию, телефон пел. Одна только мелодия говорила о том, как она ему дорога. Я же тихо посмеялась над ним и сказала в пустоту:

— Дите малое, — и ушла к себе в комнату. Надев платье, чулочки и черные туфли на высоком каблуке, магией слегка завив волосы, прихватила небольшую сумочку для телефона и ключей, вышла к Тету уже в полной готовности. От моего наряда Тет на некоторое время потерял дар речи. Покрутившись перед онемевшим шивой, показывая спину и плечи, на которых локонами лежали завитые волосы, ждала оценки. И она не заставила себя долго ждать.

— Ты просто прелесть, все драконы твои, — но я только улыбнулась, приложила палец к его губам и ответила:

— Мне никого не надо, — кладя руки на грудь Шиве, тихо в губы добавила: — Лишь один ты.

Мои слова были ему приятны, он хотел, было снова меня поцеловать, как наш романтический настрой обломало появление брата, вышедшего из комнаты. Мы отстранились друг от друга, а брат, увидев наши кислые мины, спросил:

— Что-то случилось?

— Да так, — не хотели отвечать мы и увели тему разговора в другую сторону: — Ты готов?

— Да.

— Тогда выходим. Скоро поздравление, самое главное на него успеть. Я должен быть рядом с ней, — он слегка нервничал и даже не скрывал. Поэтому мы с Тетом его успокоили и притянув к себе переместились с помощью портала Тетеюса к парадному входу поместья драконов.

***

Поместье драконов

Праздник уже был в самом разгаре. Гостей был целый дом, но они все собирались и собирались, заполняя своей многочисленной толпой весь зал, который был украшен к самому важному празднику в этом доме. Цветы, накрытые столы, праздничные шторы и портреты предков и родных. Присутствовали все кто можно. Дальние, близкие родственники, друзья, коллеги, все спешили вручить подарок и поздравление имениннице.

Но ей было глубоко наплевать на всех гостей и их дальнейшее место в ее жизни. Ее волновал лишь один гость, которого она ждала с замиранием в сердце. Специально для него она надела самое красивое плате из своего гардероба, какое только нашла. Светлые кудри ее спускались по груди, спине, а в локонах горели белые жемчужные украшения, оплетенные золотой нитью. Все это было лишь для одного единственного человека на сегодняшнем вечере.

— Широ! — Радостно воскликнула девушка, увидев в толпе юношу. Он шел вместе со своей сестрой и ее провожатым. Вся тройка смотрелась шикарно, в тон самому вечеру.

Девушка засмотрелась на хрупкую и элегантно одетую сестру парня. На ней было черное шелковое платье с пышной юбкой и лифом в форме сердца, длинные бархатные перчатки, а волосы, как и у самой девушки слегка вились и струились по спине. На ее спутнике, который вел ее под руку, была надета белая рубашка и традиционный черный костюм. Длинные когда-то белые волосы были теперь по плечи. Выглядели же они действительно идеально. Словно были созданы друг для друга.

Увидев подходящую виновницу торжества, девушка решила оставить брата наедине с именинницей. Поэтому она вместе со своим спутником покинула брата и ушла к остальным гостям.

Юноша, подойдя к девушке, протянул ей руку, приглашая на танец. Но не успели его пальцы соприкоснуться с ее, как на весь зал прогремели слова отца девушки:

— Дорогие гости! — Обратился он ко всем присутствующим. Девушка, отпустив руку парня, встала к отцу. Он, положив руки ей на плечи, продолжил вступительную речь: — Сегодня мы собрались здесь с вами, дабы отпраздновать одно замечательное событие. В этот день тридцать пять лет назад родилась моя дочурка. Эта дата означает для меня и всей моей семьи очень многое. Ты моя милая вступаешь в совершеннолетнюю жизнь, и я желаю тебе любви счастья. Надеюсь что ты ее найдешь, — и посмотрев на Широ улыбнулся ему, а всем присутствующим радостно сообщил: — Можете веселиться! — После этих слов в зале заиграла музыка.

Пары кружились в танце. Зал был полон праздника и радости. Цвета тканей, украшения переливались в свете ламп. Гости радовались и веселились, правда, не все. Был тот, кто даже не удосужился улыбнуться в такой радостный для семьи день.

— Что же ты грустишь, отец? — Спросил глава семьи.

— Надеялся увидеть здесь ее, — сын понял своего отца. Он расстроено вздохнул и ответил то, что отец и сам знал, но не хотел в это верить:

— Вряд ли она придет.

— Придет, — пытался убедить в своей правоте сына, но тот его отговаривал, вразумляя:

— Дочь Анришат не появиться в доме полным демонов, она же ночник, а из толпы очень просто засечь ауру странника, сам знаешь, — отговаривал он отца, но все бес толку.

— Я уверен, она появиться, вот увидишь, — и с более внимательным взглядом всматривался в толпу, — если уже не пришла, — с надеждой ответил он. На что сын не удивился, махнул на все рукой и ушел за новым бокалом вина. Ему не понять отца. Зачем гнаться за тем, кто тебя ненавидит и никогда не полюбит? Она его никогда не простит, ведь он из-за нее устроил резню, убил богиню ее сыновей, преследовал саму Анаэль, и все ради ее гневного взгляда и очередного отказа. Но это уже не любовь, а одержимость. Лишь одно она отказала ему, это его до сих пор и гложет, не дает покоя. А заполучив ее он восстановит свою репутацию покорителя сердец. Он на этом просто тронулся. Его уже мало волнует семья, власть, лишь это желание. Но из этого ничего хорошего не выйдет. В конце концов, это просто сведет его сума.

Анаэль

В медленном танце меня вел Тет. Одной рукой он держал меня за талию, вторая держала мою руку в бархатной перчатке. Его зеленые глаза смотрели прямо на меня. Они завораживали и очаровывали, а короткие белые волосы давали возможность разглядеть его лицо, которое раньше было скрыто из-за длинных прядей. Он был открыт для меня, как и я для него. Вечер в его компании казался не таким страшным, даже с учетом того, что я нахожусь в логове своего врага.

Гости веселились, пили вино, смеялись, поздравляли именинницу, даже сам Алмаз наравне со всеми гостями смеялся и танцевал, приглашая милых девушек. Я же больше всего боялась, что когда Тет пойдет за бокалом вина, он ко мне подойдет. Но шива всячески старался уводить меня от него, уходя с траектории его направления, лавируя между парами каждый раз в противоположную сторону.

Но все-таки это случилось. Алмазный дракон возник из неоткуда, протягивая мне руку, он поклонился. Я же слегка замешкалась. Чтобы разрядить обстановку дракон поинтересовался:

— Могу я пригласить вас на танец? — Я же смирившись с неизбежность приняла его предложение и положив руку поверх его, пошла за ним. Одно рука дракона легла мне на талию, вторая вела меня в танце.

Танцевать с ним я боялась до жути. По одной простой причине, он, как и Анубис могут чувствовать ночников. Я не столько переживала за себя, сколько за брата. Я выкручусь, а он еще маленький и постоять за себя в такой толпе будет очень тяжело. Да и его разбитое сердце придется собирать заново, по кусочкам.

— Вы о чем-то задумались? — Спросил Алмаз, выводя меня из раздумья и вертевшихся картинок возможного развития событий.

— Да, просто я обещала танцевать только с одним, а вы меня у него украли, переживаю, как бы ни поругались, — на что он посмотрел на меня с добродушной улыбкой и уведя подальше от толпы. Я запаниковала, но не подавая виду поинтересовалась:

— Что вам от меня понадобилось? — Слегка рассерженным голосом поинтересовалась я, на что он ответил:

— Ничего, и вы не об этом переживаете, Анаэль, — я отстранилась от него. Он же прижал меня к себе и на ухо прошептал: — Не переживай, отцу я вас не выдам. Давно уже не поддерживаю его тягу к вашему заточению в золотой клетке под его присмотром. Но с ним лучше не сталкиваться, раскусит, — и отпустив меня добавил: — Не задерживайтесь слишком долго, я не хочу видеть вас пленницей отца. Вы слишком свободолюбивы и прекрасны, для заточения в его, пусть и надежных и нежных руках. Ведь кроме вас больше никто ему не отказывал, а он не привык принимать отказы, так что бегите как можно скорее и быстрее, я его задержу на сколько смогу, — и поклонившись оставил меня одну.

Я осталась в полном ступоре. Ко мне тут же подошел Тет и подхватив под локоть вывел на балкон. У меня из головы никак не выходил наш разговор с драконом. От глаз Шивы не утаилось то, что что-то произошло, поэтому он спросил, в чем дело, мне же пришлось рассказать наш разговор с Алмазом. У Тета появилось тоже выражение непонимания. Но убираться нужно как можно скорее, иначе будет туго.

Мы уже шли к выходу, прихватив из компании Бирюзы брата, как меня окликнул насмешливый голос:

— Анаэль, пытаешься уйти? — Ненавистный голос, который преследует меня в кошмарах, и по сей день. Я не хотела оборачиваться, но у меня не осталось выбора: — Хочешь, чтобы я во всеуслышание заявил, что на балу демонов присутствует ночник, сомневаюсь, что они останутся безразличными, в особенности к тебе, убившей их повелителя и моего старшего сына Арзеля, — голос его звучал победно и властно. Я же, к сожалению, понимала, что он прав и правота сейчас на его стороне. Он имеет полное право задержать меня и убить на глазах своих подчиненных. Только сдаваться я не собираюсь.

— Что тебе от меня надо? — Оборачиваясь, спрашиваю Темного Бога. Он смотрел на меня словно голодная змея, готовая проглотить жертву целиком. Тет сдерживал себя, дабы не выдавать раньше времени. Он мой козырь на спасение жизни. Поэтому он крепко сжимал мою руку и готов был накинуться на Анубиса в любую секунду.

— А то ты сама не знаешь, Анаэль, конечно ты, — на этих словах его глаза полыхнули, а сила рванула наружу. Тет заслонил меня собой, вызвал замешательство у Темного Бога. С глазами полными ненависти он пристально рассматривал шиву. Поняв с кем он столкнулся, сказал: — Значит, ты и есть тот самый защитник, шива, однокрылый, предавший свет? Занятно. И что ты мне можешь противопоставить, юнец? — Такого хамского отношения к себе Тет не перенес и ответил:

— Хотя бы то, что не гоняюсь за тем, кто меня ненавидит, — на его руках замерцали зеленые молнии, а глаза окрасились в сталь. Магия — второе проявление гнева у шивы. От его энергии у брата закружилась голова и он начал терять сознание, я же его во время подхватив, привела в чувство. Он смотрел на шиву как и на Темного бога с замиранием сердца. Широ прижавшись ко мне, ждал развития событий. Я чувствовала его страх не только за меня и себя, а еще и за Тета, он силен, но Анубис всесилен.

Темный бог смотрел на шиву изучающим взглядом, тут в его мыслях что-то щелкнуло, он тихо засмеялся, посмотрев с уважением на столь сильного противника, поинтересовался:

— Значит, это тебя мои подчиненные называли "Ангелом смерти"? Слышал, ты первый предал свой народ, а все из-за того, что какой-то самоуверенный демон недоучка вырезал всю твою семью и городок. Если я не ошибаюсь, зовут тебя Тетеюс, а раньше звали Тератерюэль, "Свет хранящий", а теперь ты "Темный крест", я прав? — Эти имена я слышала, и думала что это просто легенда. Самый жестокий и беспощадный к демонам шива, утопавший в крови, жаждущий полного их уничтожения. В течение столетий он преследовал демонов и расправлялся с ними самым жестоким способом.

— Да, меня так называли твои сородичи, но я этого никогда не скрывал и не собираюсь в дальнейшем. Если понадобиться заявлю во всеуслышание, — но он так и не договорил. Анубис кинулся на него, преображаясь на ходу, перенося нас всех подальше от гостей.

— Сразись со мной однокрылый, раз не боишься, — и с мечом в руке кинулся на Тета. Он, не долго думая, призвал свой. Черное резное лезвие с инкрустированным кристаллом рубина в основании, обтянутая кожей с развивающимися черными крыльями рукоять, и цепь, свисавшая с нее.

Битва была резкой и жестокой. В ход шли разные приемы. Спустя несколько минут, Анубис решил пустить в ход магию. Тет же переходил на последнюю ступень — истинный вид. Его окутало зеленое пламя, уши его вытянулись, на руках появились когти, а из-за спины показалось четыре черных крыла, глаза окрасились в фиолетовый цвет, как и волосы, снова ставшие длинными, а на левой стороне, под глазом, выступила метка тьмы, две алые линии. Анубис смотрел на преображение Тете с интересом и радостью. Ведь если он решил преобразиться, то биться будет на полном серьезе, до потери жизни одного из соперников.

— Шива в полной боеготовности, это нечто! — Восхищенно произнес Анубис. Все это время молчавший Широ сглотнул комок, прижавшись ко мне, спросил, что же нам теперь делать, мне ничего не оставалось, кроме как прижать его к себе еще ближе и пообещать, что все наладиться, пусть я сама в этом сомневалась.

— Ань, а ты не будешь вмешиваться? — Глазами полными страха, спросил брат. На что мне пришлось врать, дабы не пугать его еще больше. Ведь если я с ним столкнусь в бою, простым поединком не отделаемся. В прошлую нашу с ним битву мы разнесли за несколько минут город, от которого осталось одно название и руины.

— Нет, я сейчас не в состоянии ему противостоять. У меня энергии мало, и раскрывать силу тоже не стоит раньше времени.

Я боялась потерять самого дорого — Тета. Он сражался за меня не жалея себя. Мне же ничего не оставалось кроме как наблюдать. Наконец они остановились. Оба соперника были потрепанные и уставшие. Сильные и упорные противники, смотрящие друг на друга с ненавистью и одновременно восхищением. Анубис изрядно пострадал, но больше досталось, конечно, Тету. На его боку расплылось кровавое пятно, щека, бедро грудь, все было украшено мелкими уже затягивающимися царапинами. У Анубиса же в обеих ногах торчали стальные перья из черных крыльев Тета, а на плечах порванные рукава окрасились кровью. Темный Бог был зол. Еще никому не удавалось так зацепить его. Поэтому он, став еще злее, накинулся на шиву.

В своей атаке он использовал и магию, и удар одновременно, мечом он целился в грудь Тетеюса, а магией окутывал, не давая сделать ему ответный ход. Клинок отбросить Тету удалось, а вот магический всплеск не отразил. Он потерял ориентир и столкнувшись с магическим ударом полетел к стене, на некоторое время потеряв сознание. Подбежав к нему и заслонив собой, посмотрела на Анубиса с гневом и желанием убить.

— Ты не посмеешь его тронуть, — мои слова источали ярость и готовность в любой момент противостоять ему, лишь бы он не трогал дорогих мне людей.

— Что Анаэль, защитники закончились, сама в бой вступишь? — Я думала, что мне делать. Преображаться и биться я не хотела в первую очередь. Но надеяться не на кого. Пусть Тет уже и приходил в себя, отправлять его в битву в мои планы не входит, а кроме меня и братьев Анубису никто не мог противостоять. Братьев нет, осталась только я. Так что придется все взять в свои руки и биться с ним в одиночку. Взвесив все "за" и "против", решилась на битву. Ограничение и печать понемногу спадала, а потом и вовсе растаяла.

— Силы есть, — и на моих руках затрещали черные молнии. Старая сила вихрем темной дымки окутала меня с ног до головы, преображая. Я снова стала сама собой, как и при правлении матери-богини. Алые волосы, глаза с вертикальным зрачком, черные крылья с загнутым когтем на сгибе крыла. Кожа приобрела серый оттенок, на руках появились острые как бритва когти, и серебряные браслеты, которые когда-то подарила мне мать, а на шее кулон с алым рубином. Брат стоял с обескураженным видом и не мог слова сказать, пришлось выводить его из ступора, пусть и резко: — Широ, уводи Тета подальше, — мои слова его тут же протрезвили и он, подбежав к нему, призвал туман и перенес шиву к нам в дом. Посмотрев на Анубиса, спрашиваю: — Ну, что же ты не нападаешь?

— Любуюсь, — с язвительностью ответил он, хищно улыбаясь. Мне меньше всего хотелось сейчас с ним биться, но выбора нет. Призвав косу отведя ее за спину, готовилась к молниеносному ответу на любое его действие. Он смотрел на мою решительность и радовался: — Ты ни капли не изменилась, все такая же потрясающая и одновременно безжалостная к врагам. Прошло больше тысячи лет, а сила не угасла, наоборот, еще больше возросла, ты не та милая девчушка, которая отказывала мне во времена правления Ночной Повелительницы, ты взрослая женщина, как твоя мать, — от одного упоминания о ней из его уст разгорелось пламя ненависти.

— Не смей о ней говорить! Ты убил ее! — На что он засмеялся и ответил:

— Нет, это сделала ты. Ведь если бы ты мне не отказала, такого бы не случилось, а Анришат была бы жива. Но нет, твоя гордыня погубила всех твоих близких, — он давил на меня, убежал в его правоте, заводя и зля еще больше. Но на его провокации я поддаваться не буду. На его заявление о моей виновности я тихо засмеялась и с иронией ответила:

— Да, я виновата, но лишь в том, что не порубила тебя на кусочки тысячу лет назад, — и моя коса полетела ему на встречу и коснулась, было, его шеи, практически снеся тому голову, как он увернулся, лишь поцарапавшись о лезвие. От того, что я его порезала, он озверел и кинулся на меня с мечом в руке. Я отбивала его атаки, но с трудом, поэтому поменяла свою косу на привычную катану. Стало легче, но он по-прежнему не уступал, а наоборот добавил мощи в удары. От лезвий расходились искры и скрежет, а от отдачи и волны силы, отраженных ударов рушились стены, оставляя вмятины, куски камня, лежащих на земле.

Темному богу надоело сражаться на земле, поэтому он расправив крылья взмыл вверх. Я следом за ним. Бой продолжали на лету. Несколько раз ему, как и мне удавалось зацепить противника, но все решилось, когда он материализовал второй меч, от которого я не смогла увернуться. Удар пришелся на крыло, лезвие разрезало его поперек. От этого пришлось спускаться и продолжать битву на земле. В мою руку лег второй клинок, теперь, как и Анубис я держала два меча.

— Выросла, малышка. Но ты нечета мне. Сила есть, но опыта маловато, пусть ты и сражалась с моими подчиненными и детьми, они не я, — и снова напал. Но гораздо быстрее и жестче. Пришлось добавить сил в удар и отразить. Но такими темпами я долго не протяну. Нужно закругляться. Либо убивать его, либо запутать и сбежать. Заметив мою задумчивость, он будто прочитал мои мысли и сказал:

— Думаешь, как сбежать? Прости, но не получится, — и кинул мне в лицо сгусток магии. Его я отбила, выставив щит, но за ним следовал клинок, который вошел в живот. Притянув меня к себе, он коснулся моих губ и впился жадным и победным поцелуем со словами: — Теперь ты моя, Анаэль, — я чувствовала к нему только отвращение, поэтому меньше всего хотелось попадаться в его загребущие руки. Для этого мне пришлось собрать остатки сил и кинуть в него "Алые осколки", в его тело впились тысячи маленьких осколков, которые тут же проходили под кожу и текли вместе с кровью. Дойдя до сердца они впиваются и разрывают его на кусочки.

Он отпустил меня, я же рухнула на землю. Не знаю, сможет ли он избавиться от осколков до того, как они проникнут в его сердца, но зато знаю, что у меня появился шанс его убить. Пуст было тяжело дышать, а самая я истекала кровью, желание покончить с ним никуда не делось. Сквозь боль и слезы, давя крик боли, я вставала. Призвав косу и встав на ноги, держа одной рукой рану, зажимая, занесла оружие над его головой, готовясь нанести завершающий удар, который поставил бы точку в тысячелетнем сражении, но сделать то, о чем я мечтала все это время, мне не дали.

— Анна?! — Удивленно воскликнул Рубин на пару с Мишелем. Я отвлеклась, а Алмаз, во время подошедший загородил своего отца собой.

— Нет, не убивай! — Взмолил он. На что я усмехнулась, такому стечению обстоятельств и, опустив косу, заблокировала силу и снова стала прежней, как некоторое время назад, только в рваном, когда-то красивом платье и со сломанными туфлями, беспорядком на голове и истекающая кровью от ранения. От бессилия я рухнула на землю и заплакала, закрывая лицо руками. Я чуть не стала такой же, как он. Месть захлестнула меня с головой, как его желание заполучить недосягаемое. Я потеряла рассудок, пытаясь вернуть тех, кто уже мертв давно.

Боли от нанесенной им раны я не чувствовала, лишь от отчаянья, что таилось в моем сердце. Как только Алмаз подхватил падающего в бессознательное состояние Анубиса ко мне подбежал Мишель, оставив младшего дракона позади себя. Ангел, прижав меня к себе, взял на руки и понес подальше отсюда и от всех этих демонов. Утешая и успокаивая, говорил, все то, что случилось оно к лучшему. Алмаз же останавливал кровь отца. Анубис каким-то образом освободился от осколков, изгнав их из тела, но зато получил тысячу ран от струившегося в его крови стекла. Мои же раны не были столь серьезными. Не хотел меня портить, оставив птичку в целости и сохранности, пусть с подрезанными крыльями. Органы не были задеты, поэтому жизни ничего не угрожает. Но все равно нужно остановить кровотечение иначе будет плохо от ее потери.

Мы с Мишелем покинули драконов, и отправились ко мне на квартиру. Расправив крылья, он нес меня над городом, прижимая и согревая. Я держалась за него и смотрела того самого Мишеля, с которым была знакома, и с кем работала в ордене пять лет назад о которых не когда не жалела и не буду. Казалось, что не было того разговора, в котором, как оказалось я являюсь козырным тузом их ордена и что мы по-прежнему напарники. Он посмотрел на меня, я же тепло улыбнувшись, спросила:

— Что-то хочешь мне сказать?

— Да, — он немного погрустнел и ответил: — Хотел извиниться, прости за те слова, — не дав ему договорить, коснулась руки и ответила:

— Тебе не за что извиняться, тем более я злюсь на себя, ведь если бы я к вам не устроилась, то проблем бы от меня у вашего ордена не было.

— Ты не проблема, ты находка, возвращайся в орден, все будут рады, даже Мария, она давно остыла и просто делала вид, да и Эльдар сума сходит.

— Я подумаю, — и положив голову к нему на грудь слушала ровный стук сердца. Раны понемногу заживали, но без подпитки так просто восстановиться не получится. Дабы не терять остатки сил я уснула.

Проснулась уже в своей кровати. Рядом сидел брат, держа за руку. Он мирно спал. За окном была ночь, звезды сияли в такт луне на черной глади неба. Машин слышно не было, как и разговоров в зале или на кухне. Все спали. Поэтому, освободившись из объятий брата, взяв его на руки, вышла из комнаты. Уложив того спать в его кровать, пошла на поиски молока. В холодильнике, на сколько я помню, стояла еще одна бутылка.

— Не спиться? — Поинтересовался тихий голос Тета.

— А тебе смотрю тоже, — улыбаясь, ответила я.

Он усмехнулся и согласился. Достав две кружки, разлила на двоих бутылку и, выкинув в мусор села за стол. Было еще больно, но уже терпимо. Мы с шивой молчали и смотрели друг на друга. Я была виновата в том, что он так пострадал из-за меня, ведь если бы мы вообще не ходили на это мероприятие, он бы не пострадал.

— Самокопанием занимаешься, думаешь, если бы не пошла туда, не пострадали бы, но ты ошибаешься. Если он что-то задумал, то рано или поздно такое бы случилось, и не важно была бы ты на мероприятии или дома, нашел бы в любом случае, — его слова подтвердил вошедший ангел, севший рядом.

— Это точно. Такое рано или поздно произошло бы. Может, не с Тетом, а со мной, например, но случилось бы, — я же слегка удивилась и прокрутила все им сказанное. Когда они успели перемирие заключить? Кроме близких и друзей шива не разрешает себя так называть, следовательно, они подружились или хотя бы помирились, вопрос когда? На мой ступор ответил Тет:

— Нас объединяет любовь к тебе, так что не удивляйся. Мы нашли точки соприкосновения.

— Ясно, — и встав из-за стола, пошла к себе досыпать, оставив Тета и Мишеля одних. Мне нужно отдохнуть и восстановить потраченные в бою с Анубисом силы. Так что тот, кто рискнет разбудить меня раньше времени, полетит с балкона.

9 глава "Похищение"

Мишель

Со дня празднования прошла неделя. Об Анубисе за это время никаких известий не поступало. Все источники молчали, говоря лишь то, что последняя из древних ночных странниц его одолела. И это правда. Анна его серьезно ранила, думаю, по этой причине он бездействует. А может просто лечиться и выжидает время для нового удара.

Меня радовало одно, я помирился с девушкой и теперь мог общаться с ней как раньше. Даже с шивой нашел общий язык. Лишь с Рубином подпортились мои отношения, и все из-за того, что я не предупредил его о происхождении Анны. За это он на меня обиделся и не разговаривал всю эту неделю, но я его не виню, сам понимаю.

Но сегодня мне поступило странное сообщение с телефона Рубина, в котором он просил о встрече. Слегка удивившись, собрался и пришел к назначенному месту. У него была привычка постоянно приходить заранее, а теперь он опаздывал. Я хотел, было уйти, как за спиной послышался голос, принадлежавший его отцу:

— Не думал, что мой сын дружит с ангелом, он не придет, — и швырнул мне его телефон. Я посмотрел на него с опасением, он же улыбнувшись с толикой насмешки, добавил: — Я не убью тебя, лишь спрошу.

— О чем же?

— Об Анаэль, — и его окружил туман, лицо потекло, как и все остальные части тела, и передо мной стоял не Рубин и даже не Алмаз, а сам Анубис, — ты ведь дорог ей, ангелок? — Сглотнув нервный комок, я приготовился удрать, воспользовавшись крыльями, но не смог ими даже взмахнуть. Из-под земли вылезли корни. Они неслись на меня, от некоторых мне удалось увернуться, но сковав мне ноги и повалив на землю они проткнули мои крылья, от которых теперь мало что осталось. По всему телу разлилась боль. Изо рта вырвался сгусток крови, и я потерял на некоторое время сознание.

Очнулся связанный по рукам и ногам с гудящей головой. Открывая с трудом глаза, я понял, что нахожусь в темнице. Дела обстояли хуже некуда. Связаться ни с кем у меня не получиться, слишком велика вероятность, что я просто в подземном мире, владениях Анубиса.

— Как себя чувствуешь? — Поинтересовался знакомый голос. Прищурившись в этой кромешной тьме, кое-как различил очертания и увидел сидящего рядом Рубина. Он как и я был пленником этой темницы. Только в отличие от меня, его еще и били. На спине виднелись кровавые полосы от плетей, как на руках и ногах. Кроме этого была разбита губа, и красовался синяк под глазом, да и само лицо опухло от многочисленных ударов по нему.

— Лучше тебя, — и попытавшись распутать руки, пожалел об этом. По мне словно электрошокером прошлись.

— Не пытайся, они пропитаны темной энергией, при попадании в светлую кровь ангела, происходит резонанс сил, так что тебя может прилично шарахнуть магической отдачей, — предупредил он с опозданием.

— Понял уже, но еще одно хочу прояснить, почему ты здесь?

— Я предал свой народ, подружился с тобой, и с Анной, а по закону за этим следует смертная казнь. Анны я здесь не вижу, ну а мы умрем вместе, хоть это радует, — но меня это не радовало. Я умирать не собираюсь, так что придумаю что-нибудь. На крайний случай воспользуюсь силой, пусть после этого и последует агония боли. Лучше потерпеть боль от магического прилива темной энергии, чем вообще не пережить этот день.

Сколько мы вот так просидели, я не знаю, но понял одно, мы не в подземном мире, так что есть возможность дозваться магическим позывом до Анны, пусть меня и не радовал этот выход из ситуации. Ведь она только недавно залечила раны и отошла от общения со старым врагом ее народа. Но есть другой способ, дозваться до Тетеюса. Настраиваться на его волну пришлось долго, но оно того стоило. Правда мою настройку сбила открывающаяся дверь, так что пришлось отложить общение с шивой.

— Что ангелочек рад, что сидишь вместе с другом? — Поинтересовался охранник, кидая нам миску с похлебкой.

— Прекрати! — Скомандовал вошедший следом Алмаз, — он все еще мой сын, пусть и предавший семью, — охранник поклонился и вышел, оставив дракона с нами, — не знал, что мой сын сможет понять такого как ты, — и присев рядом освободил мне руки.

— Зачем вы здесь? — Посмотрел я на него с подозрением и опаской.

— Помочь сбежать и покончить с правлением моего отца, — улыбнулся дракон. С меня тут же полетели веревки, как и с Рубина. Дракон подошел к своему покалеченному сыну и прижав его к себе попросил: — Прости меня, ведь если бы не я, то он, а это на много страшнее, — на что Рубин отстранил его от себя и ответил:

— Я не злюсь, и нам пора, — получив все, что нужно мы сбежали из поместья драконов.

До квартиры Анны мы добирались на крыльях дракона, так как свои я потерял. Измученные, израненные мы стояли на пороге девушки. Она с ужасом посмотрела на нас и молча впустила в квартиру. Мы прошли в зал и сев на диван ждали ее появления. Тут же прибежал Широ с лекарствами, бинтами и тазиком воды. Промыв раны на спине Рубина, обработав их и перевязав, Анна перешла к моим рукам, которые сочились темной кровь, так как в нее попала темная энергия. Поняв это девушка ушла на кухню. Пришла она уже с плошкой полной чего-то красного. Присмотревшись узнал в ней кровь.

— Ты что делаешь! — Воскликнул я, на что она посмотрела на меня и монотонно ответила:

— Моя кровь вытянет из твоей темную энергию, так что не кричи, — и затянув бинты потуже сожгла остатки крови в плошке, — а теперь рассказывайте, — потребовала она.

— Дела обстоят худшим образом. Мой дед призвал всех верных ему воинов, а их у того тысячи, сама понимаешь. Они будут в городе через три дня. Нужно эвакуировать всех, ведь от города ничего не останется, как и от населения. Он сметет все, на что только не обратит свой взор. Ты его сильно разозлила, он будет мстить. Начал он с Мишеля, а закончить может братом и Тетом, — но ей пришлось прервать его речь и ответить:

— Рубин, есть те, кто сможет противостоять демонам, и таких много. Так что помощь у нас будет. Что же касается людей, то мы не будем биться здесь, создадим иллюзию, и все будет выглядеть так, будто мы сражаемся в этом мире. Так что потерь со стороны населения мы не допустим.

— Из кого же будет ваш отряд, из служителей ордена? — Но на его вопрос, ответил Тет появившийся из комнаты напротив:

— У нас есть поддержка всех кланов в этом городе, от ночников, до однокрылых, так что твоему деду придется противостоять не только людям, а еще и нам всем, — с довольной улыбкой сытого кота озвучил шива, присев рядом с Анной, приобняв ее за плечи. Девушка успокоилась и расслабилась в его руках.

— Значит, подготовились вы хорошо, лишние воины не помешают. А сражения будет горячим и жестоким. Но наша семья на вашей стороне. Мы давно не поддерживаем взглядом Анубиса, так что свои у вас в стане врага есть. И если что-то пойдет не так, отец мне сообщит.

— Тогда все спать, — скомандовала Анна и ушла к себе, шива же остался с нами. Он помог расстелить раскладушку мне и Рубину, а сам лег на диван. Я еще долго не мог уснуть, поэтому размышлял о том, что может случиться, если мы не одолеем Анубиса. Будет битва. Жестокая, кровопролитная с многочисленными потерями.

— Не спится? — Поинтересовался Тет, на что я отвернулся и сделал вид что уснул, шива же усмехнувшись сказал: — Я почувствовал, что с тобой произошло, ты теперь не сможешь чувствовать ветер свободы, поднимаясь вверх, летать над облаками, мне жаль, — искренне сказал шива и замолчал. Я же был благодарен, ведь еще несколько слов и я бы поддался чувствам.

— Не говори Анне, пожалуйста, не хочу, чтобы она переживала еще и за меня. Ей и так проблем хватает. Так что не говори, прошу, — тихо попросил я, на что шива согласился, и отвернувшись на другой бок тут же уснул, как и я, следом за ним.

Проснулся я раньше всех. На рассвете. Заправив кровать, убрав все принадлежности, умылся и решил приготовить для всех завтрак. Хоть какая-то польза от меня в этом доме. Достал из холодильника яйца, колбасу, помидору, лук и майонез. Нарезал колбасу и лук, обжарил на сковороде, добавил помидору и майонез, довел до кипения, посолил и разбил десяток яиц в сковороду, посыпав перчиком. На запах яичницы проснулся весь дом.

Широ прибежал первым. Встрепанный и еще не умытый он стоял рядом со мной и облизывался. Отправив того умываться, достал тарелки и накрыв на стол, разложил каждому по порции.

— Пахнет замечательно, — вошла на кухню девушка и сев на свое место, принялась поедать свой завтрак, — это потрясающе, Мишель, ты молодец!

— Это точно, — поддержал ее Тет, как и вошедший брат на пару с Рубином. Тот с кислой миной сел на свой стул, и быстро съев завтрак, поблагодарил и ушел. На ушедшего дракона все посмотрели с состраданием. Он сейчас находился меж двух огней. Девушка печально посмотрела на закрывшуюся дверь и тяжело вздохнув, закинула последний кусок в рот, и бросив тарелку в мойку, встала и ушла вслед за драконом.

— Что это с ней? — Поинтересовался Широ, но что Тет положив руку к нему на голову потрепал того по волосам, ответил:

— Чувствует себя виноватой, за то, что он лишился семьи и дома. Ему теперь некуда вернуться и семью не вернешь в целостное состояние.

— Ясно, — понуро ответил мальчик, доев порцию поблагодарил и ушел в свою комнату. Ему тоже не легко придется, он близок к сестре дракона, так что потрясение и боль переживает и он. Отношения между врагами и противоположностями легко проверяются. Конфликтом и стечением обстоятельств. Ведь если бы не вернулся Темный бог, мы бы сейчас не стояли перед выбором, долг перед видом или перед друзьями. И многие выбирают первое. Но вот Рубин исключение. Он лишился и того и другого. Пусть я и остался с ним, но он ушел, дабы не причинять вреда всем нам, в том числе и мне, его лучшему другу. Мне тяжело смотреть на него рвущегося как зверь в клетке, но помочь ему я, к сожалению не могу. Так что мне остается только наблюдать, другого выбора у меня нет.

Анаэль

Я чувствовала ответственность за то, что случилось с Рубином. Он потерял семью из-за меня и ангела. Пусть он знал Мишеля дольше меня, это не отменяет того, что изгнали его по моей вине. Ангел не сказал о моей причастности к ночному народу, но он сам мог просканировать меня, чтобы быть осведомленным, но он этого не сделал, значит виноват. Да и дружба с ангелом сыграла злую шутку. Пусть Алмаз и не против общения со мной, возродился его дед, ненавидящий всех тех, кто мешал заполучить ему власть во всем мире.

Именно по этой причине Рубин сейчас не знал куда податься. Нагнала я его около входа в метро. Он хотел уехать из этого города, но вот куда так и не решил. Поэтому я предложила другой вариант.

— Рубин, у меня есть знакомый. Он приютит тебя на некоторое время, пока все не утихнет, — он выглядел подавленным, но отказываться не стал. Согласился. Поэтому мы шли сейчас к автобусной остановке. Я хотела спрятать его в кафе у Рика, думаю, он не будет против. Только Рубина нужно предупредить, у кого он остановиться: — Только предупреждаю сразу, он ночник. Что же касается проживания, то можешь не переживать, он мне должен, тем более ты наш сторонник, не сдаст и не предаст.

— Ночник? Ладно, я не возражаю, но как долго я смогу там жить?

— Сколько захочешь, там какое-то время было мое убежище, когда я пряталась от ордена, в котором служит Мишель.

— Я был там, так что можешь не провожать, — но мне нужно было поговорить кое с кем, поэтому шла я к Рику не только из-за Рубина.

Мне нужно было разобраться в наших отношениях с Субборой. Либо дружить дальше, либо нет. Если нет, то мне придется сделать так, чтобы она не смогла раскрыть Анубису все мои секреты, которыми я с ней делилась, на протяжении нескольких лет.

К Рику мы пришли ближе к открытию. Он встретил меня с радостью, а вот дракона с опаской, но когда услышал, чем тот пожертвовал, смиловался, пустив в мою комнату нового постояльца.

Поблагодарив друга, я спросила о бывшей подруге:

— Су у себя?

— Да, но она не в духе и увидев тебя разозлиться окончательно, — на мой вопрос, почему он ответил: — Дело в том, что к ней приходили от Темного, а она хотела тебя сдать, как в комнату вошел я. Естественно я перебил ее речь и выпроводил не желательных в моем баре посетителей. Но ее саму мне пришлось сковать печатью и посадить в пентаграмму, дабы она не воспользовалась силой и не сбежала, рассказав всем демонам, где можно найти саму Анаэль, — но потом, посмотрел на меня и спросил: — Ань, неужели это ты? — Мне ничего не оставалось, кроме как ответить и раскрыть себя. Рик улыбнулся и прижал меня к себе, со словами: — Я рад, что древние еще живы, пусть ты и единственная среди выживших, — я отстранилась от него и сказал:

— Мы потом поговорим, я должна разобраться с Су, — и вошла в комнату, где сидела в пентаграмме суккуба, ждавшая наказания. Но не от меня. За мной закрылась дверь, и в комнату вошел Рик. На его губах играла победная улыбка, но принадлежала она не бармену, а Темному Богу.

— Вот ты и попалась в мои руки, Анаэль, — меня тут же окружил круг символов, из-за влияния которых ноги подкосились, и я рухнула на пол. Су сидела рядом и смеялась над моей беспомощностью, я же могла шевелиться, пусть это и приносило жуткую боль.

— Зря радуешься, — выставив руку, которую тут же обожгло как огнем, притянула к себе суккубу и втащила ее к себе в круг. Она кричала, пиналась, пытаясь вырваться, но я держала крепко, — пришло время расплаты, — одна рука держала в стальной хватке горло девушки, вторая прижимала к груди ее тело, дабы кроме сытости получить еще и энергетическую подпитку, — смотри на ту, которую хочешь получить, — обратилась я к Анубису. Он смотрел, и лицо его косилось от гнева. Я вонзила клыки в шею демонессы и пополняла истраченные силы в бою с Темным богом. Кровь демона приятно жгла горло, наполняя каждую клеточку энергией. Пока я пила кровь демонесы, она выгибалась, от того же ощущения, которое приносила своим клиентам. Она стонала от удовольствия, руки ее сжимали мою талию и ноги, впивались в кожу, от раны, но незначительные раны, которые она мне оставляла, тут же пропадали. Она все сильнее прижималась, умоляя о продолжение, но не долго. Осушив ее досуха, откинула тело, вытирая испачканные в крови губы, смотрела на реакцию Анубиса, которого до сих пор коробило от увиденной картины в моем исполнении.

— Что ты сделала? — Его била дрожь оттого, что он во мне разбудил.

— Исполняла условия контракта с Демиургом, который заключила больше тысячи лет назад, — вставая с ног, ответила ему. На что он сделал шаг назад, — у братьев был договор о том, что они должны пить кровь людей у меня же все обстояло куда сложнее. Кровь людей на некоторое время заглушала голод и давала силы, но лишь на время, после истечения срока, боль и раны открывались в несколько раз сильнее. А вот когда была битва с твоими порождениями, я напивалась их крови, тем самым восстанавливаясь. Я питалась твоими сородичами как братья людьми, получая силу от крови врагов, — и вспомнив концовку заклинания, произнесла вслух: "… — Испив кровь врага своего, получишь ты силу сравнимою с легионами…", вот каким было условие, а знал его лишь Демиург и я. Даже братья не знали.

— Ты… — разозлился он, и протянул ко мне руку, но наткнулся на преграду-пентаграмму, которую я переделала, пока пила Суббору. Теперь это мое от него убежище.

— Да, одно забыла добавить, ты не сможешь сюда проникнуть, а вот я смогу выбраться, оставив тебя здесь, — и окутав себя дымкой, появилась рядом со спящим драконом. Рубин лежал на кровати, окутанный сонными чарами. Будить его я не стала, лишь призвала туман и перенесла нас в квартиру. Нашему с Рубином появлению удивились все. Мне пришлось рассказать все, что произошло, за исключением картины с моим участием, лишь то, что Темный Бог начал действовать и то, что он уничтожает всех, кто со мной как-то связан. У меня крутилась мысль, что может пострадать Ланмао и орден. Сю вместе с Сапфиром и ему ничего не грозит, а вот ордену и Ланмао, может. Поэтому я решила его перенести сюда и укрыть у себя на квартире.

Предупредить орден отправился Мишель на пару с Тетом, я же перенеслась сразу к Ланмао, чтобы не тратить время, пусть и тратились мои силы. Он был, как всегда занят, но на слова об опасности отреагировал тут же. Согласившись, какое-то время побыть под моей охраной, прихватив с собой кое-какие вещи.

Расположив сильфа у себя дома, ушла в орден. Там метала искры гнева Мария. Она ругалась, на чем свет стоит, а все потому, что Мишель привел Тета в священное место. На его слова и попытки все объяснить, ругалась еще сильнее. Всех пришлось успокаивать как всегда мне.

— Сестра Мария, он здесь под мою ответственность, — она смерила меня пристальным взглядом и согласилась, но с условием, что он не станет здесь пользоваться силой, — если что-то случиться он, как и я сможет вас защитить.

С таким доводом не поспоришь. Поэтому мы решили предупредить всех о возможном нападении Темного Бога. Все восприняли это спокойно и стойко. На лицах не было страха и негодования, лишь решимость. Люди были готовы биться с самым опасным врагом, врагом, который не щадил никого.

— Милая, — услышала я знакомый радостный голос за спиной, — я рад, что ты в эти минуты с нами, — сжимая меня в объятьях, сказал Эльдар.

— Я тоже Эльдар, — вырываясь из его крепкой хватки, сказала я.

Но меня окликнул голос Тета, поэтому пришлось покидать теплую компанию экзорцыста и нагонять шиву. Он повел меня в укромный уголок и сказал так, чтобы не слышал никто. Армия Анубиса прибыла в город и готова со дня на день атаковать. Я не удивилась, лишь согласилась с тем, что нужно созывать всех наших сторонников, дабы не опоздать. Он согласился.

Оборотней и однокрылых мы решили посетить вместе, а вот ночников мне придется навещать самой. Назначив встречу в баре однокрылых, отправились туда сами.

Когда мы с Тетом пришли, представителей кланов еще не было, лишь посетители. Увидев Тета в моей компании, все посетители зашептались, а один из них решил подойти и спросить:

— А не вы ли та самая древняя странница, на которую охотиться Темный Бог, готовый даже мир уничтожить?

— Я, — коротко и ясно, но этот ответ их не удовлетворил, поэтому настаивать стали по-другому:

— Значит это из-за тебя и твоих интриг с Темным мы можем пострадать? — Я не стала долго терпеть оскорбления, просто воспользовалась силой. С помощью энергетических каналов, которые связывали тело и душу, я проникла к сердцу шивы. Как бы сжимая сердце, я сдавливала руку в кулак, от чего решивший оскорбить меня поплатился за свой язык. Он упал на колени и ловил ртом воздух, но завершить дело мне не дал Тет, взявший мою руку в свою. Я тут же остыла и вернулась в реальность.

— Прости, я чуть тебя не подвела, — прошептала губами, на что он лишь развернул меня от взглядов присутствующих, обнимая за плечи.

— Забыли, — и снова повила тишина.

Мы ждали глав кланов, но не долго. Уже минут через десять после случившего инцидента с моим участием, открылась дверь, и в проеме показалось несколько фигур, одна из которых была прикована к креслу. Этого представителя не человеческого населения я узнала сразу. Глава оборотней, пострадавший в стычке с нашими ребятами около сотни лет назад. Поговаривали, что его хотели сместить с поста главного, но у них не получилось, так как почти все оборотни подчинялись и верили ему. Поэтому пришлось пересмотреть приказ и вернуть опального главу в должности, только чуть ниже из-за травмы и преклонного возраста. А так все было по-прежнему. Все дела кланов решал он.

Вторым кого я знала, был глава клана сильфов, дядя Ланмао, который знал меня как флира, магически одаренную девушку, а не древнего ночника, остальных я не знала, так как среди остальных не было, тех с кем я когда либо сталкивалась.

— Неужели ты та самая Анаэль? — Удивленно спросил сильф, подходя ближе, на что я улыбнулась и поприветствовала старого знакомого:

— Здравствуйте, Алошель, я и есть та самая Анаэль, — на что тот попытался усомниться в неосведомленности Ланмао, поэтому мне пришлось объяснять: — Он знал, просто не говорил, а вот причинами поинтересуетесь потом, — со мной согласился глава однокрылых:

— Господа, леди права, все разборки между собой потом, сначала насущные проблемы, — и начался диалог, в котором помимо договоренности были и личные разборки, но благодаря тому же главе однокрылых тут же на время забывались.

Глава однокрылых, Мариус, согласился с тем, что нужно объединить силы и закрыть город, сделать ему подобие, дабы не пострадали мирные жители. Многие с этим согласились, и препятствовать не стали. Осталось решить малость, как заманить Темного бога в нашу ловушку, нам и в этом поспособствовали, только те от кого помощи и не ждали.

Дверь открылась, и на пороге стояли четверо, всех пришедших к нам гостей я знала, как и все присутствующие. Алмаз, Бирюза, Сапфир и один из близнецов Агат. Посетителей бара тут же не стало, так как их попросили выйти, мы же с осторожностью пригласили их присесть рядом. Визит их был не случаен, поэтому мы решили их выслушать.

— Анаэль, я хочу предложить свою помощь, мой отец не имеет права править этим миром и завоевывать его, когда вздумает, вы все знаете, чем грозит его правление, поэтому я и мой клан на вашей стороне и мы сделаем все, что от нас потребуется, — вот и подвернулся случай затащить Анубиса в подставной город, только не всем понравилось предложение и не все на него согласились, но предложения лучше никто не нашел, пришлось несогласным мириться с мнением большинства.

— Мы принимаем ваше предложение и помощь, — озвучила я за всех принятое решение, — только вопрос, как вы Алмаз это сделаете, и останетесь ли вы после этого в живых? — Он улыбнулся и ответил, что лучше быть убитым за правое дело, чем жить как предатель.

— Я защищаю семью, если не будет тех, кто дорог моим детям, какой я после этого отец? Пойми меня Анаэль и прими тот факт, что семья даже у нас святое, пусть отец и забыл об этом, опьяненный силой и желанием поработить тебя.

— Я понимаю и благодарна за помощь, — на этих словах собрание было окончено, все решили, что битва в подставном городе должна будет выглядеть так, словно рушатся стены и погибают жители реального города. Для этого потребуются иллюзорные маги, способные обмануть даже высших демонов.

Мы с Тетом было ушли, как ко мне подошел Алмаз с вопросом:

— Анаэль, не скажешь где мой сын?

— У меня дома, — он хотел попросить о встречи с ним, но понял, что пусть мы союзники, это не значит, что я доверяю ему, как всем остальным. Поэтому попросил хотя бы поговорить, я набрала Широ, и тот соединил меня с Рубином:

— Рубин, ты как? — Голос его был спокоен, но в глазах таился страх, — ладно, подожду, — согласился с тем, что ответил ему сын и передал телефон мне со словами: — Анаэль, могу я попросить вас присмотреть за моим сыном, пока все не уляжется?

— Можете, но не долго, как только все закончиться миритесь сами, — развернувшись, ушла с Тетом, покинув компанию драконов. Мне многое предстоит сделать, в первую очередь узнать как дела у брата, по звонку и последующем диалогом он был чем-то расстроен, приду — узнаю, а пока, нужно отдохнуть и настроиться на предстоящую битву с Анубисом.

Домой мы вернулись быстро по дороге никуда не заходили, нас сразу с порога встретила толпа народа, я сразу же схватила брата за руку и повела в комнату, дабы поговорить.

Он сел на край кровати пока я за ширмой приводила себя в порядок, и молчал, лишь иногда ерзал и устраивался поудобнее на моей кровати. Переодевшись, присела рядом с ним, обняв за плечи, притянула к себе, спросив:

— Рассказывай, — на что он посмотрел на меня печальным взглядом и молча уткнулся в плечо, слезы текли, а сам он хлюпал носом, — ясно, дела плохи. Поговорили или встретились?

— Нет, я боюсь, что она меня пошлет и разорвет все ниточки нас связывающие, она же теперь знает кто я и кто ты, — и уткнулся носом мне в колени, я же поглаживала его по спине, уговаривая и успокаивая:

— Поговорить придется, к тому же я ее сегодня видела и могу с уверенностью сказать этой ночью она ревела не меньше твоего, думая и накручивая себе все тоже самое, что и ты. Так что поговорить и все выяснить вам жизненно необходимо. Могу попросить у Сапфира о личной встречи, она же его сестра. Но по делу вам самим нужно встретиться без чьей либо помощи, — на что он поднял на меня полные надежды глаза, осознав, что все может наладиться моментально стер слезы с лица. Я же улыбнувшись, погладив брата по щеке, встрепав волосы, добавила: — Вот и умница, иди и звони, — он улыбнулся в ответ, вскочив с кровати, поцеловав меня и обняв, побежал к себе в комнату.

С одной проблемой разобрались. Осталось дело остальные более серьезные проблемы разрешить. Битва с Анубисом. А вот дальнейших планов строить не буду, неизвестно как распорядиться судьба. Вот когда все кончиться тогда и будем думать о дальнейшем будущем.

А пока нужно отдохнуть и собраться с силами. Мешать мне никто не будет, об этом позаботиться Широ, а Тет поспособствует. Поэтому, забравшись под одеяло, крепко уснула.

Широноме

Я был в полной растерянности. Теперь, когда всем демонам известно истинное лицо сестры и мое заодно, отношения с Бирюзой были под угрозой. А потерять ее значит потерять половину сердца. Сестра меня прекрасно понимала, поддерживала и уговаривала поговорить и все выяснить. Я так и решил поступить, послушав ту, которой все это знакомо.

Набрав номер девушки, с замиранием сердца ждал ее ответа. Прошло уже пять гудков, а она все не брала трубку, но прошло еще два, и мне ответил грустный и заплаканный голос девушки:

— Широ, ну как же так? — И снова разревелась в трубку, — почему не сказал? Почему я должна узнавать это не от любимого парня, а от отца и братьев?

— Рю, прости меня, я испугался, боялся тебя потерять, но не подумал, что так потеряю еще быстрее, — она хлюпала носом, но почему-то смеялась, — что смеёшься?

— Рубин то же самое мне говорил по телефону до тебя, я же… — и снова разревелась, пришлось успокаивать и уговаривать, как это делала некоторое время сестра:

— А давай плюнем на всех и будем вместе, пусть другие ногти кусают и завидуют, а кто-то злиться, давай? — Мне ответил радостный, но все еще хлюпающий голос драконницы:

— А давай, — согласилась она и предложила: — Может, встретимся где-нибудь?

— Давай в кино, мы давно не ходили, а я тебя так с днем рожденья не поздравил, — на что мы решили встретиться и обо всем поговорить с глазу на глаз, дабы телефоны и сети е мешали общаться. Договорились, что встретимся около кинотеатра в шесть вечера, я же хотел зайти к сестре поблагодарить и сказать, что уйду на некоторое время, но когда зашел в комнату она крепко спала. Все эти приключения, свалившиеся ей на голову, изрядно изматывают и не важно кто ты. Пусть древний ночник, пусть простой подросток, достать можно и тебя. Поэтому, закрыв дверь, пошел докладывать Тету о том, что она спит и будить ее не желательно.

— Тет там Аня спит, не будите ее, пусть отдохнет, — увидев меня не в домашней одежде, спросил, куда я собрался, на что ответил: — Встретиться с Бирюзой, — он же пожелал удачи и попросил не выключать телефон. Согласившись, я ушел на встречу с той, кого ни за что не отпущу, пусть наши видя и враждуют. Одно меня забавляло в этой истории, мы с Рю словно Ромео и Джульетта, только у одного клыки и крылья, а у другой чешуя и рога, но история похожа.

За этими мыслями не заметил, как подошел к месту нашей с ней встречи. Она немного опоздала, но это не так важно как-то, что вместе с ней шла еще одна девушка, похожа она была на своего отца — Алмаза, из этого я сделал вывод, что она ее сестра Агата, моя догадка подтвердилась, как только девушки подошли.

— Я ее сестра и хотела с тобой поговорить, — я согласился и пошел за ними. Мы пришли в небольшой скверик, присев на лавочку рядом с Бирюзой спросил, что же агате от меня понадобилось, — дело в том, что дед жаждет уничтожить всех тех, кто дорог Анаэль, я же знаю ваши отношения с сестрой и если с тобой что-то случиться, она не переживет, — я перебил ее и сказал тоже самое на что она улыбнулась и сказала: — все как и говорила Рю, ты ответственный и на тебя можно положиться, и что ты не сбежишь, поэтому у моего отца к тебе просьба.

— Какая?

— Пока вся эта канитель не закончиться, не видься с Бирюзой, ведь вы можете попасться в руки деда, а он скор на расправу, — и оставила нас, чтобы мы обо всем договорились и на время попрощались.

— Я буду ждать, — прижалась губами к моей щеке девушка и поцеловав на прощанье побежала за сестрой, оставив меня полным надежды и решимости как можно скорее со всем разобраться.

Еще какое-то время я сидел на лавочке и думал чем же я могу помочь сестре. Но не долго длилось мое одиночество, ко мне подсел какой-то мужчина и улыбнувшись отвлек внимание от остальных. На мою голову накинули мешок и вырубили. Пришел в себя я в какой-то камере, оглядевшись, понял, что нахожусь именно там, откуда вытащила меня сестра. В доме Арзеля, и его подчиненных. Снова накатила паника, а как только стражник, следивший за мной, понял, что я пришел в себя, позвал главного. Ко мне подошел в темном одеянии мужчина, которого я мельком видел на балу, и который сражался с Тетеюсом. Сам Анубис пожаловал ко мне в пыточную камеру, а значит, в живых я не останусь. Слышал я, что он самый жестокий в пыточном деле, а развлечения Бизари и его подчиненных просто игрушки по сравнению с тем, что ждет меня.

— Красивый мальчик, не зря внучка увлеклась тобой, — улыбнувшись, продолжил восхищаться моим народом и сестрой отдельно. От его голоса и улыбки внутри все сжималось и бурлило, страх которым он меня окутывал, просто рвал здравый смысл и терпение напрочь.

— Дед, прекрати, — со слезами вбежала в камеру Рю, но Темный Бог был только рад такому стечению обстоятельств, он приступил к пыткам прямо на ее глазах. Начал он с плетей. Каждая нить была сделана из лунного серебра и окроплена раствором, от которого регенерация не проявлялась, кровь текла и никак не останавливалась. Я стойко вытерпел все два десятка ударов от чего он, насмехаясь, похвалил и продолжил, но уже более болезненный процесс. Кровь застилала мне глаза, я не кричал, просто отключился, дабы не слышать крики девушки и не видеть довольную улыбку Анубиса.

Не знаю, сколько прошло времени, но на какое-то время пытки прекратились. Я почувствовал вкус собственной крови в горле, значит, во время пыток прокусил губу, и кровь таким способом попала в горло.

— Пей, — произнес кто-то и вода на некоторое время смочила пересохшие губы, — Широ, прости, если бы я не согласилась встретиться, ты бы не пострадал, — и расплакалась, я же попытался ее успокоить и заговорить дабы отвлечь, но язык меня не слушался, поэтому получилось что-то невнятное, но она меня поняла. Стерев с лица кровь, улыбнулась и убежала.

Я снова провалился в беспамятство. Но ненадолго. Ко мне снова пришел личный кошмар Анны и мой тоже. Пытка продолжилась, но не долго было его развлечение, он опустил плеть, потеряв свою улыбку, стал серьезнее, чем тогда на балу, при сражение с сестрой.

— Ты? — Удивился он, на что посетитель лишь тихо засмеялся и произнес:

— А ты ожидал увидеть здесь кого-то другого? — Голос был смутно мне знаком, но был он слишком мрачен, словно мертв, веяло загробным холодом и тьмой, — ты похитил того, кто мне дорог, не думай, что просто так отделаешься, — это была сестра, но не та какой я ее знал. Слишком она меня пугала, я не испытывал такого страха даже перед Темным Богом, как перед ней сейчас. А может, это потому, что она изначальная и власть ее надомной велика по праву первой? Одно ясно, она не та милая девушка, а истинный и темный страж Ночной Богини.

— Что в тебе так кардинально изменилось, что веет от тебя моя милая смертью и желанием убивать? — У Анубиса так же сменились энергетические вихри. Их сила давила на меня, от чего из носа и ушей текла кровь, но не успел я взмолить сестру о помощи, как меня окутало туманом, и боль в голове почти прошла.

— Брат, ты как? — Поинтересовалась она, на что я попытался ответить, но язык меня не слушался, пришлось отвечать мысленно:

" — Жить буду, ведь ты снова меня нашла и спасла, — и попытался сделать что-то наподобие улыбки"

— Раз так, то долго мстить не буду, — и обратилась уже к Темному Богу: — Может, решим все между собой, и не будем втягивать сюда невинных, и тех, кто к делу не относиться? — На что он улыбнулся своей надменной улыбкой и спросил:

— Боишься, что твои соратники не выстоят против меня?

— Боюсь, просто время потратим зря, да и кто захочет править в полуразрушенном городе, где и людей-то для прислуги не будет нормальной, только сумасшедший, — Анубис взревел и кинулся на нее. Анна не стала ждать, а снова стала той, кого называли "Жнецом", в руке ее появилась коса, а алые волосы светились силой, как и глаза с вертикальным зрачком, — выйдем, — окутавшись туманом, исчезла. Вслед за ней Анубис исчез из камеры, оставив меня прикованным к стене.

Анаэль

Когда я проснулась в голове и душе царила паника. Я чувствовала боль, страх и отчаянье брата. А значит, он снова влип в неприятности. И даже знаю, в какие именно. Несколько раз набрав его номер и позвав мысленно не получив ответа, удостоверилась в своей догадке относительно того кто его похитил и по какой причине.

Приносить кому-то боль было всегда самым любимым развлечением Анубиса. Даже когда он еще только входил в силу, слухи о его пыточном умение и мастерстве пугали как людей, так и его сородичей. И вот сейчас мой маленький братишка страдает от его любимого занятия. В глазах темнело. Я помню, каким он предстал предо мной в первую нашу с ним встречу, и каким я его увидела после больной фантазии в камере.

Щиты и ограничители схлынули сами собой. В комнату тут же вбежал Тет, увидев меня в окружении собственной силы, не сказал ничего кроме как пожеланий и напутствий удачи.

Чудовище, вот кто я сейчас. Вся моя тьма рвалась наружу, а эмоции наоборот залазили глубоко внутрь, прячась. Хотелось лишь одного порвать врага на куски, не из-за гнева или злости, просто потому что сила требует жертвы, а лучшей жертвой моего всплеска энергии станет последняя битва с Анубисом.

С помощью тумана перенеслась в его поместье, которое он отстроил, после того как я убила здесь Арзеля и разрушила все подчистую. Стража накинулась на меня, но не долго был миг развлечения. Как только в моих руках появилась коса, а на губах сияла улыбка не отражавшая эмоций, лишь жажду убивать, все тут в панике разбегались с криками, которых я не слышал уже тысячу лет:

— Жнец!

Но никто не уходит от меня в живых, если нет на то моего желания, поэтому все попались в мою туманную ловушку и нити силы выпили каждого досуха, наполняя меня силой. Останки демонов ошметками лежали на асфальте, разносимые ветром. Но атаки продолжались снова и снова, как и тела, падающие без жизни.

— Никто не уйдет от меня живым, — и стража дома так же легла кучкой праха на кафель и плитку. И лишь одного я оставила в живых, того, кого считала соратником на неопределенное время. Алмаз шел мне на встречу:

— Давно не чувствовал такого страха от тебя, последний раз ты пользовалась силой тысячу лет назад, когда погибла твоя мать, — кончики губ дрогнули лишь на мгновение, как и брови, — отец в подвале, как и твой брат, — и приказал страже отступить.

Спустившись в подвал, снова почувствовала знакомую кровь брата. Я слышала каждый стук плети, пока шла и ощущала каждый удар, будто на себе. Желание его убить быстро прошло, мучить я не любила, но скорее всего придется. Услышав мои шаги и почувствовал постороннюю ауру он прекратил пытки, а брат на некоторое время испугался.

— Ты? — Удивился он, на что я рассмеялась, смех вышел жутковатым, поэтому от брата пришла волна тревоги.

— А ты ожидал увидеть здесь кого-то другого? — Я чувствовала страх брата от того, какой я пред ним предстала, — ты похитил того, кто мне дорог, не думай что просто так отделаешься, — Анубис отложил орудие пыток и посмотрев на меня произнес с долей интереса:

— Что в тебе так кардинально изменилось, что веет от тебя моя милая смертью и могильным холодом? — Я не удосужилась ему ответить, поэтому он стал менять вокруг себя энергетические потоки, от чего Широ заметно поплохело. Из носа и ушей текла кровь, поэтому пришлось применить силу, дабы ненароком не убить мальчишку самостоятельно.

— Брат, ты как? — Поинтересовалась я, он попытался ответить, но язык его не слушался, поэтому ответил мысленно:

" — Жить буду, ведь ты снова меня нашла и спасла, — и смазано улыбнулся"

— Раз так, то долго мстить не буду, — и обратилась уже к Темному Богу: — Может, решим все между собой, и не будем втягивать сюда невинных, и тех, кто к делу не относиться? — На что он улыбнулся своей надменной улыбкой и спросил:

— Боишься, что твои соратники не выстоят против меня? — Он подходи все ближе, я же не шарахалась как раньше, а наоборот, смотрела ему прямо в глаза, от чего он злился и не понимал, почему я так себя веду. А все просто, мне было все равно, что он предпримет, я для себя все решила, не важно останусь я той, кем была раньше или стану бесчувственной, главное для меня сейчас убить злейшего врага всего мира.

— Боюсь, просто время потратим зря, да и кто захочет править в полуразрушенном городе, где и людей-то для прислуги не будет нормальной, только сумасшедший, — Анубис взревел и кинулся на меня. Я, окутав себя туманом, перенеслась на улицу и ждала его там. Он не заставил себя долго ждать. И битва между нами началась.

Кроме меня сражались и другие. Оборотни, сильфы, однокрылые, ночники и даже орден пришел на помощь, как и маги, желая помочь в битве против общего врага. Как и было договорено, битва проходила в подставном или, проще говоря, несуществующем городе, созданный искусными магами. На нашей стороне так же сражались и драконы. Алмаз во всю бился с главнокомандующими других кланов, которых призвал Анубис.

— Предатель! — Кидались на него со словами обвинений, подчиненные Темного Бога, но Алмазу было все равно. Он не предавал клан, он защищал семью, и пусть отец его забыл о семейных узах, он никогда не забудет. Любовь к семье давала ему сил и уверенности в своих действиях.

— Я не предатель, а вот мой отец да, — и кровь врага снова окрасила его меч. Анубис смотрел на него с восхищением и злостью одновременно. Он был зол, что такой сильный воин не на его стороне, а на моей и тех, кого он собрался подчинить. Он считал, что Алмаз на стороне проигравших. Но сила сына вызывала гордость и уважение.

Но Анубис не стал долго любоваться сыном, а переключился на меня. Наша с ним битва должна стать для одного из нас последней. Я не хотела умирать, но и он тоже. Поэтому биться мы будем жестоко и изо всех сил. В моей руке была любимая коса, в его руках сверкали в лунном свете два меча из лунного серебра.

Отражая удары, друг друга и нанося каждый свой, надеялись на победу, но силы, как и раньше, были практически равны. Он могущественный демон, возведенный до статуса Бога Тьмы, я же простая, пусть и древняя представительница лунного народа. Бились мы с жаром и злостью. А все потому что один самоуверенный и не получавший отказа демон не смог подчинить себе маленькую и упрямую странницу. С этого и начались все неприятности. Ведь если бы ни это, мать и братья не погибли бы, как и многие пытавшиеся меня тогда защитить. Да и этого договора с Демиургом бы тоже не было. Но это все слова, а реальность такова, как она есть. Битва с Анубисом меня полностью опустошила, как и его самого. Он устал, как и я. Но сдаваться каждый из нас не собирался. Поэтому все решал сейчас последний решающий удар. Решив немного потянуть время Анубис обратился ко мне:

— Ты сильно изменилась, малышка, — на его губах играла нежная улыбка, пусть и в самом разгаре была битва между нами, а я считалась врагом, смотрел он на меня не как на врага, а как на кого-то близкого, — жаль, что все так получилось, мы же были друзьями, малышка, но я действительно потерял голову от тебя, — его слова заставили меня вспомнить прошлое. Как он и сказал, мы были друзьями, и очень долго. Но потом спустя сотню лет, когда он повзрослел и стал мужчиной, а за ним тянулся хвост покоренных и разбитых сердец, все изменилось. И лишь об меня сломались его зубы. Вот тогда он и забыл обо всех, переключившись на меня. А потом увлечение и безответность на его попытки соблазнить, переросли в безумие. Так и закончилась наша с Аном, как я его называла раньше, дружба.

— Ан, мне жаль то время, — и коса в моей руке зашла за спину, готовая в любой момент нанести последний удар, — я была ребенком и понять слов любви я не могла, а ты не мог подождать, знал, что я еще ребенок, но видел во мне уже женщину, — на эти слова он горько улыбнулся и, скрестив клинки, так же ждал решающего удара.

Мы ударили друг по другу одновременно. Его клинки достигли меня, как и моя коса его. Моя коса разрезала его от левой ключицы до правого бедра, а один из его клинков пришелся в левое легкое, практически рядом с сердцем, второй, как ни печально срезал мою косу, которая тут же упала в лужу моей крови. Он умер практически сразу, лишь легкое "извини" слетело с его губ на прощание. Присев рядом коснулась его лба губами, отпустив со словами прощанья, выдернула клинок бывшего друга из тела и отшвырнула его подальше. Сидя на коленях рядом с трупом побежденного врага и одновременно мертвого друга, чувствовала, как истекают мои силы и тает жизнь.

Я не хотела, чтобы любимые и родные видели меня в таком печальном состоянии, поэтому решила подстроить собственную смерть. Благо сил на последний магический трюк должно хватить. Кровь и частичка меня есть, так что все должно получиться. Призвав остатки магии, устроила всплески посмертной энергии и за всем этим эффектом от моей подставной смерти, построила портал. Умирать на глазах близких не хотелось, предпочитаю тихую и одинокую смерть. И пусть все на меня за это будут злы, мне уже будет все равно.

Эпилог.

Примечания

1

Примечание от изготовителя fb2. Где 6-я глава - не знаю. Возможно, ошибка нумерации.

Content

Седова Анна Алексеевна Лунный свет

Вступление.

Пролог.

1 глава "Ночная вылазка"

2 глава "Долгожданная битва"

3 глава "Последствия и новые знакомства"

4 глава "Примирение и допрос"

5 глава "Праздник и предательство"

7 глава "История однокрылого и встреча со старым знакомым"

8 глава " Бал драконов"

9 глава "Похищение"

Примечания