Птицын Аркадий

ХРОНИКИ СОЛАРА. ЧУЖИЕ ИГРЫ

Глава 1

Аттиан Кан'Дэлур. Печать Призыва

Солнце уже почти достигло острых горных пиков, отбрасывая длинные тени и погружая долины в серый сумрак. Чистое небо окрасилось оттенками багряного, подобно крови, пролитой на ритуальный камень. Спокойный ветер бродил между скалами, никак не тревожа людей собравшихся здесь, лишь разгоняя дневную жару и легонько колыша редкие травы, которые смогли прижиться на голых камнях. На скалистом уступе неподвижной статуей замер император, только трепетал на ветру тёмный плащ за его спиной. Сняв покрытый вязью древних рун шлем, он обратил свой взор на заходящее светило, подставив лицо теплым лучам и тихому ветерку. Облачённый в ритуальный доспех, подобающий случаю, властитель был похож на демона войны — такой же грозный, сильный, опасный и по-своему прекрасный. Сегодня он принял очень важное решение, отважился на отчаянный шаг и теперь наблюдал, как на искусно выровненном камне шла подготовка к одному из самых сложных и великих ритуалов магии Тьмы. В глубине души он осознавал, что это очень дорогая авантюра, но решение было принято и пути назад нет. Но вместе с тем, ему очень хотелось поверить в успех задуманного. Если всё получиться — то этот день станет переломным в истории всего мира, началом новой эпохи, новым рассветом империи Тэнэрис. Его империи.

Подготовка к великому ритуалу шла неторопливо и аккуратно — такое дело не терпит спешки, ошибиться нельзя. Начнётся всё ещё не скоро, потому у императора было время предаться размышлениям. Уже в который раз он задавал себе одни и те же вопросы. Что сделано не так? Где он ошибся? Как так получилось, что при его власти разрушилась некогда великая империя? Мысль, что именно он, Аттиан Кан'Дэлур, войдет в историю как владыка, растерявший величие Тэнэриса заставляла вскипать кровь. Но при этом на его лице не отражалось ни единой эмоции, не дрогнул ни единый мускул. Он император и негоже проявлять чувства перед подданными. Вспыхнувшую бурю переживаний никто не разглядел за вечной холодной маской отрешенности.

Оглядываясь назад в прошлое, он вновь и вновь вспоминал историю рассвета и забвения империи Тэнэрис при правлении рода Кан'Дэлур. Его отец, великий правитель, воин и маг, смог пережить печально известную эпоху Десятилетия четырёх императоров. Время, когда грызня за власть и право сидеть на троне стали для великих родов империи выше интересов самого государства. Время переворотов, интриг, восстаний и самой страшной гражданской войны в истории Тэнэриса. Тогда на престоле за совсем короткое время сменилось четыре правителя — небывалое явления для страны, которой избранные лидеры правили столетиями. Кровь лилась рекой и целые роды были преданы огню.

Несмотря на то, что его предшественник смог вернуть своему роду власть и железной рукой подавить противостояния и бунты, именно в тот момент начался путь империи к развалу. Некогда нерушимая и цельная глыба дала множество мелких трещин и это увидел весь мир. Всё поняли, что Тэнэрис не вечен. Великая держава показала свою уязвимость. Покоренные народы неуверенно подняли головы, желая заявить о своих правах. Именно тогда были посеяны первые зерна забвения и сейчас Аттиан Кан'Дэлур в полной мере пожинал их горькие всходы.

А потом была война и он, тогда ещё молодой и неопытный правитель, только-только получивший власть, проиграл её. Империя начала таять как снег под летним солнцем, постепенно теряя как военные, так и экономические позиции. Избранные[1] гибли сотнями. Тэнэрис пал, а на месте руин мгновенно возродились старые и были созданы новые государства и города. Остатки некогда великого государства, тысячелетиями державшего мир в железном кулаке, были изгнаны на юг материка за Килинское море и были вынуждены ютиться среди Серых гор. В мире Солара возродилось многовластие, а жернова начатой войны не пожелали остановиться.

Да, горькие и неприятные воспоминания, но император должен помнить своё поражение, чтобы вновь не повторить тех же ошибок. Особенно теперь, когда он решил любой ценой вернуть империи её утраченное величие.

Чтобы отвлечься от невесёлых мыслей, Аттиан принялся наблюдать за подготовкой ритуала. Зрелище было поистине захватывающим. В серых сумерках множество четких изящных линий Аркана[2] Призыва уже начинали отсвечивать бледным матовым светом. Воздух на многие пассы вокруг уже вибрировал от переизбытка энергии, а заклинание даже ещё не было завершено. Сложность и многоуровневость построения аркана поражали даже искушенный в практичной и боевой магии разум императора. Увиденное смогло развеять грустные мысли правителя — Аттиан принялся с возрастающим интересом изучать строение аркана. Как-то так получилось, что до этого момента он не особо и вникал в техничную сторону заклятия, целиком и полностью доверив эту часть своему учителю и советнику, одному из величайших магов Тэнэриса и Говорящему с Тьмой[3], Рошану из рода Кан'Эфлор.

Рисунок заклятия напоминал собой цветок с четырьмя лепестками, каждый из которых в свою очередь был разделён на несколько, пока не соединенных между собой частей. В центр каждого лепестка был помещён жертвенный алтарь, а вокруг расположились по три концентратора энергии с редкими очень большими кристаллами — накопителями внутри. Всего таких кристаллов было двенадцать — невиданная роскошь для одного заклятия и небывалая мощь. Страшно даже представить если в построении будет допущена ошибка и вся сила, собранная в аркане, бесконтрольно вырвется на волю. В радиусе минимум одной лиги не останется ничего живого, а сама плоть реальности претерпит необратимые изменения. Но если учитель Рошан не выявляет беспокойства, значит всё идет как надо и переживания можно отбросить.

Каждый дактыль[4] аркана был испещрён небывалым множеством мелких рун, призванных собирать, концентрировать, преобразовать и направлять океаны энергии. А в центре всего этого величия, в круге не больше пасса в диаметре, разместилась Печать Призыва, перед сложностью построения которой блекли все четыре «лепестка». Учитель собственноручно вычертил печать, не доверив никому даже приблизиться к своей работе. И лично он должен был возглавить проведение ритуала — а наверное больше никому это и не было по силам. Как бы это не задевало самолюбие, но император не был уверен, что смог бы совладать с этим арканом, доведись ему этим заняться лично.

Да, Рошан Кан'Эфлор смог создать нечто небывалое. Он Мастер, создавший свой шедевр. Правда и цена управления такими силами очень и очень высока.

Когда всё было подготовлено, проверено и перепроверено учитель поднялся к императору.

— Всё готово, учитель? — первый обратился к Рошану император.

— Да, мой повелитель. Но время ещё есть. Звезды ещё не заняли свои места.

Аттиан кивнул, понимая о чём говорит наставник. Весь аркан был рассчитан под определенное положение небесных тел и потоков энергии междумирья. Нельзя начать слишком рано или слишком поздно. Каждому движению будет свое время.

Повисла пауза. Императору было тяжело подбирать слова.

— Учитель, вы не передумали? — наконец спросил он.

Старый Рошан улыбнулся и нежно похлопал императора по закованному в доспех плечу — непозволительный жест даже для человека его положения, но сегодня был особенный день. Сегодня старику было дозволено всё. Аттиан улыбнулся своему наставнику в ответ, чего не было уже много лет. Большинство из придворных увидели улыбку императора впервые за долгие годы.

— Всё в порядке, мой мальчик, всё в порядке, — ответил он. — Я шел к этому моменту всю свою сознательную жизнь. Для меня это более чем достойный конец.

Ну вот и прозвучала цена Призыва. За право повелевать такими силами заклинатель должен расплатиться жизнью. И не он один, но именно жизнь учителя была особенно важна для императора. Он искренне любил своего порой очень строгого, но мудрого наставника.

Пауза повисла вновь. Учитель и ученик просто стояли рядом и смотрели на последние лучи уходящего дня. Когда погас последний из них, Рошан заговорил вновь:

— Пора начинать, — кивнул он, как бы размышляя вслух, а потом добавил уже значительно громче и увереннее: — Начинаем! Всем занять свои места!

На площадке аркана началось шевеление, все участники заклинания занимали отведенные им места, все готовились исполнить уготованную им роль.

— Мне пора, ученик, — вновь улыбнулся Рошан, обращаясь к императору. — Во славу империи!

— Тэнэрис не забудет ваш подвиг, — пафосно сказал император, но тут же отбросив условности, заговорил нормально: — Я никогда не забуду вас, учитель. Спасибо за все.

— И тебе спасибо, мой мальчик. Я горжусь тобой. Ты достойный наследник своего рода. Для меня было честью обучать тебя.

Бросив на императора последний, полный тепла, взгляд, Рошан Кан'Эфлор без страха и тревоги пошел занимать отведенное ему место, чтобы исполнить свое предназначение. Он больше сотни лет работал над этим заклятием, зная, что в нем будет потребность, и надеясь, что ещё при жизни сможет увидеть приход Тьмы в этот мир. Он всем сердцем мечтал о возрождении Тэнэриса и со своей стороны сделал для этого всё. Осталось только воплотить призыв в жизнь. Рошан Кан'Эфлор верил в свои силы. А дальше уж ученик сможет воспользоваться его трудами. Старик всей душой верил в Аттиана.

— Мы ещё встретимся во Тьме, учитель, — сказал император слова прощания в след уходящему Рошану.

— Мы ещё встретимся во Тьме, мой мальчик, — улыбаясь ответил старик, услышав слова правителя.

Заняв свое место в центре Печати Призыва, Рошан принялся нараспев читать заклинания на древнем практически утерянном языке. В определённый момент в действо вступили маги северного «лепестка». На алтаре нервно задергался пленённый стихийный маг. Уже давно осознавший свою участь огневик не мог не пытаться освободиться или как то помешать проведению ритуала. Но не тут то было, его силы надежно блокированы мощными защитными арканами. Естественно все его усилия пропадали зря. От безысходности в его глазах плескался страх, а чем больше страха тем лучше. Когда над ним вознесли жертвенный кинжал, из груди мага вырвался отчаянный крик, который прервался, когда лезвие глубоко погрузилось в его грудь, пронзив сердце. На мгновение руны алтаря вспыхнули рыжим ярким пламенем, но тут вступили в действие концентраторы энергии и руны преобразования. Тьма мгновенно поглотила принесенный в жертву огонь, стократ усилившись за его счёт. Сама реальность задрожала от сил всего лишь одного лепестка. Море энергии устремилось по проложенным каналам к пирру[5] — молодому магу управляющему лепестком и сидевшим на его вершине лицом к печати.

Следом подключился западный лепесток, практически повторив действия предшественника за тем лишь отличием, что в этот раз в жертву был принесён жрец Дасмира, вспыхнувшие ярким голубоватым светом руны так же погасли под напором тьмы. Дрожание реальности усилилось, второй пирр также как и первый начал поглощать жертвенную энергию.

Южный лепесток пролил кровь десяти пленных воинов, их жизненная сила без видимого сопротивления перекочевала в дар Тьме. Восточный же лепесток принес в жертву специально отловленного демона инферно. Этот сопротивлялся дольше остальных, руны преобразования долго горели адским диким багряным пламенем не желая сдаваться под напором магии Тьмы. На лицах адептов отразилась сильнейшее напряжение и усталость, но они были готовы к такому сопротивлению. Тьма получила ещё одно подношение и последнего пирра скрутило дугой под напором дарованной мощи.

Первый этап был пройден, теперь настал черёд пирров использовать полученную энергию для насыщения пока ещё дремлющей Печати Призыва. В той же очередности — от северного лепестка к восточному — продолжая напевать заклинания молодые маги без сомнений и дрожи в руках принесли себя в жертву, вогнав кинжалы в район солнечного сплетения, обрекая себя на долгую и болезненную смерть. Получивший дарованную мощь пирр, который убивает себя во имя и во славу Тьмы, способен пробудить невероятные силы. И если все и дальше пойдёт по плану, то энергии хватит, чтобы пробить маленький прокол в закрытый мир, извлечь оттуда носителя и призвать в Солар Тьму, даровав ей тело.

Четыре потока чёрного плотного тумана устремились от пирров к Рошану. Это была кульминация построения аркана. Выкрикнув финальные составляющие заклятия, старый маг пронзил себя кинжалом. Чёрный туман закрутился тугими спиралями и устремился в небо. Рисунок печати под ногами Рошана начал оживать. Линии девятилучевой звезды и сложнейшие свернутые спиралью руны внутри заполнились колышущейся тьмой, а в ушах каждого из присутствующих зазвучал еле слышный шепот. Это многие тысячи тысяч обитающих во тьме душ завели свою песню. Шепот затягивал, поглощал всё внимание и норовил утянуть зазевавшегося участника ритуала в глубокие пучины безумия. Только тренированный разум и истинная вера адептов Тьмы могли выдержать такое испытание.

Но так должно было быть, это означало, что Тьма отозвалась на призыв своих последователей и теперь в глубинах междумирья завели хоровод потоки силы, перед которыми поставлена чёткая цель — пробиться через щиты закрытых миров и найти для Тьмы носителя.

С последним вздохом единственного пока ещё живого участника заклинания, Рошана Кан'Эфлора заполненная тёмным туманом Печать Призыва оторвалась от земли и устремилась в неведомые простым смертным дали. Шепот утих так же неожиданно, как и начался. И это тоже было по плану. Аркан был построен и воплощен без единого изъяна.

Император Аттиан Кан'Дэлур, последний правитель Тэнэриса, проигравший войну и всем сердцем жаждущий возрождение величия своей страны, не скрывая своего нетерпения и восторга, принялся ждать…

Глава 2

Артём Соколов. Чёрное солнце

— Ну что ж, дорогие радиослушатели, мы с вами насладились очередной песней и получили небольшую порцию рекламы, — продолжало вещать меленькое радио на батарейках, иногда зло и усердно шипя на Сашку, пытающегося толком настроить чудо техники на чёткий прием местного сигнала. — Теперь давайте же обсудим главное сегодняшнее события в нашем городе. А именно долгожданное солнечное затмение. Причём должен заметить — полное солнечное затмение, которого в нашем скромном городке отродясь не было. Простые, то есть частичные, были и на моей памяти. Одно или два. Правда давно. Ну вот, как говориться, дождались. Уже сейчас можно увидеть тёмный круг луны которая вот — вот начнет закрывать собой наше с вами тёплое солнышко. Но, как говориться, лишь бы успелось — на горизонте уже начинают собираться малоприятные тучки, которые угрожают перекрыть нам весь обзор. Хочется надеяться, что погода будет к нам благосклонной и позволит полностью рассмотреть одно из редчайших явлений. Кстати, именно в связи с последним, хотелось бы выразить свое негодование и недоверие нашим предсказателям погоды, видимо они что-то там намудрили, но вчера нам обещали ясную погоду на весь день. Ни о каких тёмных тучах речь не шла. Ну да ладно, может стороной пройдет, а может и затмение раньше закончиться. А сейчас песня…

— Лишь бы не накаркал, — буркнул Саша, наконец оставляя несчастное радио в покое и доставая бутылочку пива из пакета.

Лида в шутку трижды сплюнула и постучала кулачком по голове Александра. Тот ни капельки не смутился и повторил этот незатейливый жест. Одним словом вся молодая компания продолжала шутить, веселиться и радостно смеяться над каждой мелочью. В общем, все как обычно.

На улице стояла летняя жара, очередной курс учёбы благополучно пройден и молодым парням и девушкам ничего не оставалось кроме как с головой отдаться каникулам и отдыху, посвятив большую часть своего времени праздному ничегонеделанию. Одним словом благодать, чего ещё можно желать.

Как обычно, устроившись на бетонном парапете возле небольшой речушки в городском парке, компания продолжала болтать о всяком разном, с интересом поглядывая в небо. Сегодня ожидалось интересное зрелище — полное солнечное затмение. Как правильно сказал диктор с радиостанции — вещь это редкая и раньше невиданная.

— А я помню, в детстве видел затмение. Частичное, — сказал Артём, усердно пытаясь закоптить одолженной зажигалкой очередной кусок стекла, кстати нормальный самодельный оптический прибор для рассматривания затмения, тоже воспоминание из детства, такой себе самопальный светофильтр. — Только мелкий я тогда был.

— Тёмка, ты не поверишь, но мы тоже его видели, — отшутился Саша. — И тоже в детстве.

— А я не помню, — надула губки красавица Иринка, смотря на солнце сквозь закопченное стеклышко, смешно прищурив левый глаз. Луна уже краешком зацепила светило.

Артём в очередной раз окинул взглядом ладненькую фигурку однокурсницы и, завершив копчение стекла, ловко подсел рядом. Красавица негодовать не стала, напротив, хитро так улыбнулась парню.

— Кажись, ветер в нашу сторону сильнее дуть стал, — заметил молчун Дима, жуя арахис из пакетика. — Накаркал наш косноязычный диктор.

Все дружно повернулись в сторону мрачных туч. Они действительно как будто приблизились. Та и стало немного холоднее.

— Неутешительная динамика, — подвел итог все тот же Дмитрий.

— Та ну вас, — легкомысленно отмахнулась Лида. — Тучи ещё далеко, а затмение уже началось. Смотрите.

Девушка ткнула деликатным пальчиком с серьезным таким разукрашенным ноготком в сторону солнца. Все опять дружно повернули головы. Обративший внимание на такую синхронность Артём тихо хмыкнул. На звук его смешка обернулась Ирина, чем сразу заработала одну из самых обворожительных улыбок из арсенала парня. Улыбнувшись в ответ, девушка вернулась в своему занятию — рассматриванию первого в жизни солнечного затмения. Тёма и сам посмотрел на светило сквозь свою стекляшку. Луна надвигалась на солнце с правой стороны, уже откусив от него маленький кусочек, где-то пятую часть и заметно продвигалась в своих начинаниях. Вокруг даже стало немного темнее. Особенно со стороны захода луны на светило — спутник земли отбрасывал нехилую тень на землю.

Но оптимизм Лиды оказался преждевременным, спустя какое-то время поднялся уже нешуточный ветер, пробуждающий на воде пока ещё небольшие волны и расшатывая деревья. Мрачные грозовые чёрные тучи надвигались с непоколебимой решимостью асфальтного катка, только гораздо быстрее. Стремительно темнело и холодало. Раздались первые, пока ещё далекие и тихие раскаты грома. Диктор по радио во всю проявлял своё недовольство, чередуя гневные отзывы в сторону метеослужбы — вроде она была виновата в непогоде — с популярными, уже всем изрядно надоевшими песнями. Настроение у всех немного подпортилось. Девушки, одетые во всё легкое, красивое и открытое на радость парням и зависть подругам, начали зябко растирать себя руками. Парни, которые точно в прошлой жизни были интеллигентами и джентльменами, отдали кто что мог в помощь мерзнущим красавицам. Артём, у которого куртки с собой не оказалось, поступил хитрее и приобнял Ирину, естественно исключительно ради того, что б девушке стало теплее. Сопротивления он не встретил, что резко улучшило настроение молодого человека. Теперь бы ещё затмение посмотреть.

Тем временем луна закрыла солнце уже больше чем на половину, а тучи ускорили свой бег. Как точно подметил Дмитрий — динамика не радует. Невольно получилось что-то вроде состязания в скорости, беге наперегонки — что успеет первым: интереснейшее и горячо ожидаемое явление затмение солнца или никому не нужная, крепко за всю жизнь надоевшая и совсем не редкая гроза. Естественно все без исключения болели за затмение. Если бы луна реагировала на мысли людей, то точно бы ускорила свой бег в попытке опередить грозовой фронт. Ну а тучи бы, соответственно, развеялись к чёртовой матери.

— А я слышала, что затмение — это плохой знак, — вдруг сказала Лида.

— Та ну, — отмахнулся Сашка. — Это всё ненаучные суеверия.

— Ого, ну ты и загнул: «ненаучные суеверия», — засмеялся Артём. — Непривычно слышать такие словарные обороты от КМС-а по боксу.

— Сам дурак, — поддержал шутку Александр, искренне улыбаясь на все тридцать два зуба. — Что за стереотипы, уважаемый? Ваши взгляды на жизнь меня тревожат. Как говориться: «Печально я гляжу на наше поколенье…»

— Туше! — смеясь констатировал Тёма. — Молчу и завидую вашей образованности, коллега.

Дружеская перепалка немножко развеселила компанию, но Лида сдаваться не собиралась. Она решительно настроилась развивать интересную ей тему:

— Всё равно, примета это плохая. Вон в «Слове о полку Игореве» тоже всё с затмения началось. Ничего хорошего князю это не принесло.

— А ты говоришь «печально я гляжу на наше поколенье», — продолжал шутить Артём. — Вот неправ ты, дружище, смотри какие у нас девушки начитанные.

Лида показала парню язычок.

— А что, зря смеетесь, — поддержал девушку Дмитрий. — Лида дело говорит. История, а тем более людская молва, хранит множество случаев когда с затмением связывались малоприятные события. Может немалая часть из них и надуманна и является ненаучными суевериями, но множество совпадений не утешает. Как говориться, нет дыма без огня.

— Ну ладно, убедили, — шутливо бросил Саша. — Будем ждать неприятностей.

— Да ну тебя, — отмахнулась Лида. — Не накаркай!

За такой неторопливой беседой с пивом и шутками, прошло немного времени, скрасив нетерпеливое ожидание. Луна не сдавалась и отхватывала всё больше и больше от светила. Вскоре от солнца остался только маленький серповидный ободок — как месяц на турецком флаге. Это была кульминация. Всех охватило непонятное возбуждение. Некоторые даже начали подтанцовывать в такт звучавшей музыки, подхватив дикий ритм какого-то классного незнакомого трэка. Артём сам не заметил как поднялся на ноги. Мир вокруг погрузился в мрачные непривычные сумерки, тени поблекли. Природа утратила краски, став однообразно серой, нереальной. Ирина сильно сжала руку парня, всецело отдавший магии момента. На небе появились первые самые яркие звезды. Казалось что во всём городе завыли все бродячие псы, бедные твари наверное перепугались внезапному наступлению тьмы. Молодые люди молчали, с замиранием сердца ожидая финальных аккордов. Все чувствовали, что в эти секунды приобщаются к великой мистической тайне.

Сильный ветер трепал одежду и волосы. Холод норовил проникнуть в саму душу, заставляя содрогаться. Чаще и чаще гремели грозовые раскаты. Чёрное небо распороли первые молнии. Начинался дождь, но это всё уже было не важно — затмение наступило! Поглотив последний солнечный луч, луна полностью закрыла собой светило. В следующий миг вокруг чёрного диска вспыхнула нереально прекрасная, яркая бледная солнечная корона, чуть приплюснутая сверху и снизу. Артём решился посмотреть на происходящее невооруженным взглядом. Он хотел поглотить каждый миг затмения, запечатлев его в своей памяти.

— Как это красиво! — восторженно прошептала Лида, также как и все не обращая внимания на разбушевавшуюся непогоду.

— Посмотрите на тучи! — неожиданно прокричал Дмитрий, оторвав взгляд от камеры на которую — вот же молодец какой! — решил записать затмение.

— Что за на фиг?! — выразил общую мысль Саша. — Что вообще происходит?!

А происходило что-то и вправду невероятное. Грозовой фронт необъяснимо разделился на два независимых рукава, мистическим образом обходя чёрное солнце. Когда тучи взяли солнце в кольцо, в небе начался невообразимый дикий хоровод.

— Никогда такого не видела! — воскликнула Ирина.

— Боюсь, что вообще никто такого ещё не видел, — выразил свою мысль Дмитрий, возвращаясь к съемкам.

Закручиваясь спиралью тучи танцевали вокруг свободного клочка темного неба, оставляя открытым спрятанное за луной солнце. В душах молодых людей зарождался огонёк первобытного страха перед неведомыми силами, но взгляд отвести было невозможно. Молнии начали хлестать с удвоенной силой. Дождь промочил всех насквозь, заставляя дрожать от холода.

— Так не бывает! — крикнул Саша.

Артёма просто разрывало изнутри, его как будто бы наполнило первобытной энергией. Он закричал, раскинув руки и подставив лицо тугим струям дождя, ни на миг не отводя свой взор от этой пугающей и притягательной сюрреалистической картины. Сначала на него посмотрели как на сумасшедшего, но неожиданно для самих себя его поддержали все. Напряжение искало выход и Артём предоставил возможность выплеснуть его. Казалось, что в какой то миг друзья смогут перекричать даже столь странную грозу.

Но следующее событие прервало их дикий крик — в каких то метрах перед ними в землю ударила самая настоящая молния, яркая и ветвистая. Все рефлекторно отшатнулись, Саша споткнулся, упал и больно ударился копчиком. Повсеместно зазвучали ругательства и испуганные визги. Произошедшее остудило пыл молодых людей. Событие было слишком шокирующим и неожиданным.

— Твою дивизию! Вы это видели?! — вскрикнул Артём, первым пришедший в себя.

— Давайте уйдем отсюда, — забормотала Лида. — Мне страшно, давайте пойдем домой!

Остальные девушки её поддержали. Они уже начали стыдиться того, что так самозабвенно и радостно орали и смеялись несколько секунд назад. Возбуждение и магия момента схлынула, оставив после себя горькое послевкусие и липкий страх.

Но Артём был иного мнения. Минутный всплеск страха быстро прошел и к нему вернулось сладкое ощущение контакта с чем то большим, чем простая серая жизнь, он прикоснулся к тайне и был этому несказанно рад. Он чётко знал, что события этого дня никогда не покинут его. Память намертво сохранит это, безусловно одно из самых ярких событий в его жизни.

— Я хочу посмотреть! — сказал он без тени страха.

— Дурак, не ходи туда! — попытался остановить его Александр.

— Ничего, молния два раза в одно место не бьет!

Оставив друзей за спиной, Тёма неторопливо двинулся к месту куда угодила молния, ежесекундно поглядывая на чёрный диск луны обрамленный белой короной сияния, темный клочок чистого неба и дикий хоровод грозовых туч. Насколько парень помнил с книг и учебников, молния всегда ударяет в высокие объекты, а эта повела себя по меньшей мере странно, жахнув по простом с виду кусочке парка. Может её заинтересовало что-то под землей? Электрический кабель? Хотя какой к бесу кабель возле реки. Непонятно.

Артём замер где-то в метре от неглубокой ямы метра под два диаметром с оплавленными краями и разбросанными вокруг клочками земли и травы. Парня начало подёргивать от переизбытка адреналина, но отступать он не собирался. Не увидев ничего подозрительного и опасного, он отважился на спуск. Сделав несколько резких и глубоких вдохов-выдохов, Тёма спустился в воронку, которая оказалась немного немало ему по пояс. Провел рукой по гладким и неожиданно холодным стенкам кратера, запоминая свои ощущения. Это какая должна была быть температура, чтобы оплавить грунт, пусть и песчаный?! И почему стенки тогда холодные? Опять непонятно. Даже страшновато немного, но интерес перевесил сомнения и страх. Он даже согнутым пальцем постучал по странным стенкам кратера. Прозвучавший глухой стук подтвердил, что это не галлюцинация.

Но самое интересное ждало его на дне воронки. Там лежал какой-то круглый небольшой предмет. Наплевав на все меры предосторожности, Артём полез за ним. Не в меру развитое любопытство всегда заставляло парня совать свой нос во всякие сомнительные и порой не совсем безопасные дела, что и принесло ему вполне заслуженную славу немного обезбашенного создания. Правда некая доля везения умноженная на личные умения и навыки постоянно позволяли ему выходить сухим из воды. Одним словом за свои двадцать с хвостиком он так ни разу серьёзно и не обжегся. Иначе, возможно, и не полез в совсем уж странную яму и не стал трогать руками совершенно непонятные предметы.

— Ну что там? — спросил Сашка, отважившись подойти чуть ближе.

— А хрен его знает, — честно ответил Артём, аккуратно держа найденный на дне воронки медальон.

Изящная вещица была диаметром чуть меньше ладони, имела очень насыщенный чёрный цвет и поражала тонкостью работы. Непонятный материал из которого она была изготовлена, глянцево блестел в бледном сиянии солнечной короны. Медальон казался чрезвычайно хрупким на вид, по этому Тёма аккуратно положил его себе на ладонь и принялся рассматривать детали. Он был, как будто свит из тонкой проволоки, но вместе с тем следов скручивания, спаивания или других методов соединения частей заметно не было.

Изображение носило более чем мистический характер — в круг была вписана удивительно симметричная девятиконечная звезда, каждый луч которой украшал незнакомый Артёму знак. Центр медальона занимала тугая спираль очень мелких символов. Они, словно арабская вязь, плавно перетекали один в другой, притягивая взгляд своей целостностью и совершенством. Положа руку на сердце, Артём мог поклясться, что никогда в жизни не видел ничего подобного. И ещё, если долго всматриваться в спираль рун складывалось впечатление, что они начинали медленно вращаться. Вот такая вот оптическая иллюзия.

— Артём, — опять крикнул Саша. — Чего замер? Вылезай оттуда!

Тёма помотал головой, пытаясь разогнать неожиданно отяжелевшие и медленные мысли. Артём не имел подобного опыта, но ему почему то показалось что именно так люди должны чувствовать себя под транквилизаторами или гипнозом. Неужели виной всему странный медальон?

Парень поднял взгляд на замерших на безопасном отдалении друзей. Всё были мокрыми, дрожали от холода, а в глазах читалась растерянность и легкий страх. У кого меньше, у кого больше, но боялись все. Та чего уж там, ему самому стало не по себе. Тёма уже начал корить себя за то, что отважился залезть в яму. Выпендриться решил. Всё как обычно.

Руку, в которой Артём продолжал держать медальон, неожиданно пронзила острая боль, как будто кто-то плеснул на неё кипяток. Лицо парня перекосила гримаса. Он попытался выбросить неожиданно ставший опасным предмет, но к его удивлению ничего не получилось. Странный медальон просто въелся в кожу ладони, продолжая её обжигать.

— Тёма, что с тобой?! — крикнул Саша, увидев маску боли и страха на лице друга, отбросив осторожность, он пошел на помощь Артёму.

— Стой на месте! — заорал Тёма. — Не подходи!

Как выяснилось, остановил он друга вовремя и тем самым спас его. Он уже пытался впопыхах покинуть странный кратер, но высшие силы распорядились по-другому. Огромная молния рассекла чёрное небо, ярко осветив всё вокруг, выбрав своей целью испуганного Артёма. Ещё за мгновение до удара, парень осознал, что всё кончено и шансов спастись нет. Темной волной накатили отчаяние и печаль. А вот страха почему-то не было. Единственное, что он успел сделать, так это грустно улыбнуться на прощание своим испуганным друзьям. Всё это уложилось в считанные мгновения, которые растянулись как вечность.

Удар молнии и сильнейший раскат грома стали финальным аккордом в событиях этого дня. Спустя ещё одно мгновение первые солнечные лучи распороли мрачный сумрак — затмение завершилось, луна начала отступать. Грозовые тучи так же неожиданно прекратили свой хоровод, дождь начал утихать, ветер стал слабее.

Испуганные друзья наконец решились посмотреть на место трагедии. От Артёма не осталось ни единого следа.

Глава 3

Безымянный. Высшие силы

Пространство между мирами никогда не знает покоя. Океаны энергии постоянно бурлят в котле борьбы между населяющими междумирье сущностями. Силы, осознавшие себя и обретшие подобие разума, пребывают в вечной схватке за право занимать свой клочок реальности. Здесь не место для слабых, слабые здесь погибают. В хаосе потоков колоссальных энергий выживают только сильные.

Единственной заветной целью для каждого обитателя этих просторов есть желание овладеть верой и душами смертных. Всегда всё дело в душах. В них кроется истинное величие и могущество. Но не каждому дано обрести такой источник силы. Для этого нужно очень много сделать, надо чтобы в тебя поверили и преклонились. Только единицам повезло достичь этого.

А ещё у каждого из них есть практически несбыточная мечта — обрести тело и ступить в мир живых. Вечность тому назад такая возможность была, но существ, способных вместить в себя такую силу изгнали из всех миров, заперев в неприступном пласте реальности.

А что такое вечность? Вечность это скука. Именно так осознавал свое существование Безымянный. Нескончаемые эры он блуждал по междумирью без цели и без возможности что либо изменить. Владеющей уникальной силой, он так и не смог найти себе источник душ. Про него не знали, в него не поверили, ему не преклонялись. Ему даже не дали имя.

На Безымянного особо и не нападали, опасались, но и он не мог что-либо изменить в устоявшемся порядке. Отчего приходилось бесцельно скитаться по просторам междумирья, время от времени вступая в схватки с другими беспризорными странниками. Он побеждал, но такие победы уже не радовали его. Так продолжалось очень долго.

Но однажды что-то изменилось. Могущественная Тьма, захватившая множество миров и заполучившая мириады душ пришла в непонятное движение. Её хаотические волны, повинуясь неведомому порыву, вдруг скрутились в тугой бур и с неимоверной силой врезались в неприступную броню далёкой закрытой реальности. Толчком для этих движений стал призыв из одного населённого мира под названием Солар. Между ним и закрытой реальностью протянулся непоколебимый мощный канал.

Что всё это значит? Что происходит? Безымянного охватило непонятное волнение, он предчувствовал что-то грандиозное. Неужели адепты Тьмы смогли найти путь в закрытый мир, решили помочь своей покровительнице обрести тело? Это невероятно, остаться в стороне от таких событий Безымянный не мог.

Но и другие обитатели междумирья не обошли стороной необычное событие. Возле Солара оборону Тьмы проверяли на прочность Аскарот и Дасмир — две вечно враждующие мощные сущности, обитающие возле этого мира. Им, как и Тьме, поклонялись в Соларе, потому они имели силу, чтобы попробовать отнять у своей соперницы её добычу. Другие сущности без имен также бросались на построенный канал, но безуспешно — Тьма слишком сильна и легко отражала такие неумелые атаки.

Безымянный размышлял. Умудренный опытом многих сложных битв, он понимал, что там, где не пройдет грубая сила, всегда поможет хитрость. И ещё он знал, что у каждого есть слабое место, его только нужно уметь найти. Он решил попытать свои силы, и даже тот факт, что отныне могущественная Тьма станет считать его одним из своих врагов, не останавливал Безымянного. Он без колебаний поставил свое существование на кон. Теперь пора начинать игру.

Пока другие терпели неудачи, пытаясь проломить оборону противника, Безымянный начал действовать по другому. Уникальность его силы состояла в том, что он мог подстраиваться под практически любой поток энергии. И сейчас пришло время использовать козырь на полную. Выбрав место и время для атаки, Безымянный прозрачным покрывалом тумана окутал построенный Тьмой туннель, но не пытался проломить его. Максимально подстроившись под чужую силу, он на какое-то время исчез из внимания противника. Он принялся изучать строение тоннеля. Оказалось что оно не цельное, а состоит из четырех тугих, крепко свитых спиральных потока. А значит, существует возможность проникнуть между ними. Создав тоненький незаметный щуп, он начал ввинчиваться в чужое построение — в стык между потоками. Медленно и незаметно, полностью синхронизировав свои движения с Тьмой, он потерялся на фоне остальных неудачных атакующих, которые так выгодно для Безымянного отвлекали внимание на себя.

Наконец он сделал то, что не удалось другим — он проник внутрь канала, что пробил путь в закрытый пласт реальности. Оставалось только поражаться, как адептам Тьмы удалось так ювелирно проколоть ход в закрытый мир. Выполнить то, что ранее считалось невозможным. Сложность такого действа восхищала. Но сейчас не время отвлекаться, Безымянный должен обхитрить не только Тьму, но и всех остальных, и перехватить жителя закрытого мира. Он собирался воплотиться в это тело и снизойти в Солар. А дальше он справиться, пора и ему, наконец, обрести имя.

Оставаясь незамеченным, он дожидался, когда же появиться житель закрытого мира. Тот, кто может воплотить мечту в реальность. Существо, которое отдаст ему свое тело и поможет получить имя. Станет его ключом к душам.

Им оказался молодой человек, мужчина. Он был напуган, растерян, но продолжал сопротивляться. Безрезультатно, но уважение вызывало то упорство, с которым человек пытался высвободиться с опутывающих его чар. Поражала тонкость и глубина его внутренних энергетических каналов, при их рассмотрении Безымянный легко поверил, что такое тело пригодно для воплощения высших сил. Это уникальное создание способно стать тем сосудом, который даст возможность наконец спуститься в живой мир. Сейчас энергетические каналы человека были пусты, как чёрные каверны междумирья — закрытые миры полностью отрезаны от потоков силы, потому и стали тюрьмой для подобных существ.

Переход в Солар уже был близок, Дасмир и Аскарот продолжали упорно долбить оборону Тьмы. Они смогли достичь некоторых результатов, их силы тоже были немалыми. Тьма вынуждена была сопротивляться, огрызаясь на самые агрессивные нападки. Выждав момент, Безымянный принялся за дело. Подобравшись к человеку, он погрузил щуп в его тело и начал стремительно заполнять его своей собственной силой. Тело мужчины выгнуло под напором дарованной мощи. Осталось только подавить его разум и полностью завладеть оболочкой.

Но тут начался настоящий хаос. Все три могущественные силы наконец заметили, что происходит у них под боком. Такая наглость со стороны Безымянного повергла их в ярость. Они даже забыли про собственное противостояние, сосредоточив атаки на общем противнике. Упускать возможность воплотиться в реальном мире из-за наглости противника, они не собирались. Под колоссальным напором сразу трёх врагов, Безымянный был вынужден отступить, так и не завершив начатое. Он только подобрался к ментальным барьерам человека, как его начали атаковать со всех сторон.

Единственное что он успел, так это наполнить разум мужчины некоторыми крохами знаний, что помогут тому выжить. Темную печать так же удалось немного повредить. Теперь адепты Тьмы не смогут легко найти человека и завершить ритуал. Вместо этого, он оставил на нём свою метку. Это нужно чтобы не потерять установленную связь. Сейчас Безымянному помешали и он отступал, уйдя в глухую оборону, но это ещё не конец. Он обязательно дождется своего часа и завершит воплощение.

В хаосе противостояния, когда четыре враждующих стороны пытаются захватить одно тело, не так и сложно подтолкнуть человека в мир Солара. А то, что гость закрытых миров выжил в этом аду объяснить очень просто — его смерть никому не нужна. Его жизнь — это великий шанс. И упускать его не желает никто.

Тьма яростно ревела, такая сложная и желанная добыча ускользнула из её лап. Аскарот и Дасмир также потеряли покой — их одолевали те же желания, что и остальных. Мелкие сущности, пытавшиеся пробить барьеры Тьмы, спешно отступали, боясь отмщения и расвоплощения. Безымянный же хоть и потерпел неудачу, но был доволен. Он достиг большего, чем все остальные. Теперь надо затаиться и ждать. Главное не упустить полученную возможность.

Вокруг Солара назревала буря.

Глава 4

Тавис, сын Сахи. Добрый знак

Мрачные сумерки опускались на лес, лишая людей возможности ясно видеть. Толстый слой прелой листвы противно пружинил под ногами. Казалось, на следующем шаге неминуемо провалишься в бездонную пропасть или пасть неведомого монстра, поджидающего добычу. Мощные корни вековых деревьев, словно окаменевшие змеи, взрывали ненадежную почву, пытаясь переломать конечности невнимательным путникам. Густые тяжелые запахи тления забивали легкие и дурманили разум. Мелкая живность, неприятно шурша, нехотя уступала дорогу отряду двуногих хищников, непременно перед этим пытаясь продемонстрировать свои права на эти влажные гнилые земли. Цепкие лианы и густая поросль нижнего яруса леса неохотно пропускали незваных гостей, опутывая их словно паутиной. Путь сквозь особенного густые дебри приходилось прокладывать с помощью коротких мечей.

С наступлением сумерек и без того неспокойные джунгли начинали оживать. Пространство вокруг заполнялось дикими криками. Ночные хищники начинали обход своих территорий в поисках добычи или нежданных конкурентов.

Быстро темнело, густая крона верхнего яруса надежно перекрывала доступ лучам угасающего светила. Идти становилось все труднее, а возможность сбиться со следа увеличивалась.

— Тавис, надо бы остановиться, — обратился один из воинов к своему командиру. — В темноте двигаться опасно.

Тавис, третий сын Сахи — верховного вождя племени хмэров, раздраженно повел плечами. Он прекрасно осознавал опасность ночи в джунглях, тем более в такой близости от проклятых земель, но необходимость помочь соплеменникам и желание отомстить гнали его вперёд.

— Надо идти дальше, — ответил он, не останавливаясь. — Хторры нас ждать не будут.

Спорить не стал никто, все тридцать воинов понимали, какая ответственность лежит на них. Два дня назад на одно из поселений их горного племени было совершено дерзкое и жестокое нападение извечных врагов — хторров — многочисленного лесного племени, поклоняющегося темным духам. Почти все жители поселения в кровавой бойне были убиты, многих пленили и потащили в лес. Лишь двоим детям, старшему мальчику и совсем крохотной девочке, удалось избежать печальной участи. Родители заставили их убежать, как только началась битва. Их, голодных и напуганных, встретили на пути к главному поселению хмэров.

По следу убийц тут же были высланы лучшие воины племени и сейчас они упорно продирались сквозь враждебные джунгли в надежде успеть прежде, чем их соплеменников принесут в жертву кровавым и жестоким хторрским богам.

— Слышите? — шедший первым воин предостерегающе поднял руку. — Стало заметно тише.

Дополнительных команд опытным воинам не потребовалось — отряд мгновенно замер, прикрывшись круглыми легкими щитами и ощетинившись короткими широкими мечами и копьями с длинными немного изогнутыми наконечниками — излюбленным оружием хмэрских воинов. Немногочисленные лучники изготовились стрелять при малейших признаках опасности.

Тавис чутко вслушивался и всматривался в темнеющую стену неприветливых джунглей, пытаясь уловить тень угрозы, те малейшие изменения в течении лесной жизни, что помогут выявить затаившегося врага. Передовой воин подметил правильно — стало заметно тише, а это могло означать только одно — кто-то или что-то заставило местную живность на некоторое время затаиться. Неважно человек это или зверь — в любом случае оно таило в себе угрозу.

— Авар, Тимн, Глаук, аккуратно вперед, — Тавис начал отдавать распоряжения, понимая, что простое выжидание пользы не принесет. — Лучники прикрывают, остальным укрыться и наблюдать.

Трое воинов отделились от общей группы и, внимательно следя за каждым своим шагов, двинулись вперед под присмотром стрелков. Остальные немного распределились, дабы спрятаться за стволами деревьев от неожиданной атаки со спины или фланга и не создавать толкучки в случае возможных неприятностей. При этом воины разместились так, что могли контролировать и прикрывать нескольких своих товарищей. Стало очевидно, что они не новички в лесных сражениях, даже не смотря на то, что джунгли небыли их родным домом.

Спустя десть ударов сердца тишину замерших в ожидании джунглей нарушили короткие глухие звуки — несколько резких «фууух». Один из лучников тот час же схватился за торчащий из шеи короткий дротик с красным оперением, выпустив натянутую тетиву. Стрела отправилась в неконтролируемый полет, чудом не задев никого из товарищей. Глаза лучника резко закатились, обнажив белки, а тело забилось в мелких судорогах. Несколько мгновений спустя он замертво рухнул на землю. Ещё одного из воинов настигла та же печальная участь, ему дротик угодил в неприкрытое щитом бедро.

— Хторры! — закричал Тавис, озвучивая очевидное — никто, кроме представителей лесного племени больше не использовал духовые трубки и дротики, смазанные убийственным ядом огненной жабы.

Двоим воинам уже не помочь. Остальным повезло больше — красное оперение дротиков украшало щиты ещё троих воинов. Все же духовая трубка не самое точное оружие и видно, что стреляли на пределе дальности — лесные убийцы не решились подпустить хмэров ближе. Вечные враги не привыкли недооценивать друг друга.

— В атаку! — закричал Тавис. — Задавите их!

Опытные бойцы, молниеносными перебежками от дерева к дереву, начали продвигаться в сторону засады. Лучники выстрелили на слух, выпуская стрелы в невидимых противников. Скорее всего, вреда этим они не принесли, но для острастки стрелять надо — когда возле твоей головы шелестят острые стрелы, особо не прицелишься. Лишь один дротик из трех последующих залпов смог найти брешь в обороне и повалил на землю ещё одного воина.

Тем временем отряд Тависа, сократил дистанцию и вынудил хторров прекратить стрельбу. Но в бой они вступать не спешили.

— Уходят! — крикнул один из воинов, заметивший противника.

— Их мало! — ответил ему другой. — В бой не полезут!

— Догнать! — приказал Тавис. — Догнать и убить! Полукольцом!

Все уже поняли, что это был небольшой отряд, оставленный прикрывать отход основной группы с пленниками. Хторры видели, что за ними тянется слишком заметный след и решили подстраховаться. Их бдительность была привычной. Тавис догадывался, что будут ещё сюрпризы. Но отпускать врагов нельзя, они могут вернуться с дополнительными силами и предупредить своих соплеменников.

— Смотреть под ноги! — опять крикнул он. — Они могли подготовить ловушки! — хторры славились своей привычкой оставлять убийственные подарки незваным гостям.

Иногда воздух вспаривали стрелы — это лучники, ловя подходящие моменты, на миг останавливались и стреляли в петляющих врагов. Это дало свои результаты, один хторр остался лежать мертвым, а другой оставлял за собой кровавый след, его ранило в ногу. Хотя все же большинство стрел попадали в деревья — густой лес это не лучшее место для стрельбы из лука.

Где-то справа от Тависа раздался резкий крик:

— Стой!!!

Но было поздно, один из хмэров слишком увлекся погоней и в густеющих сумерках не заметил ловушки. Гибкая ветвь усеянная заостренными кольями, потеряв фиксацию, со свистом распрямилась и пронзила невнимательного воина. Очередная потеря. Тавис яростно зарычал и побежал ещё быстрее.

Расстояние сокращалось. Раненый хторр, потерявший возможность быстро бежать, остановился принять бой и нашел мгновенную смерть от клинков сразу троих хмэров. Затем ещё одного врага настигла стрела. Но двое продолжали убегать. И было что-то неправильное в их целеустремленном побеге, у них явно была определенная цель — Тавис начал подозревать подвох.

— Внимательнее! — на ходу прокричал он.

И не зря! Один из хторров достиг задуманного — резко остановившись возле старого приметного дерева он со всей силы ударил своим топориком по стволу, перерубая одну из лиан. Глаза предводителя хмэрских воинов и опасного беглеца встретились. Тусклого света хватило, чтобы разглядеть самодовольную ехидную улыбку на лице последнего.

— Ловушка! — не теряя ни секунды, что есть мочи, проорал Тавис.

Его крик слился со свистом освобожденных убийственных механизмов — раньше закрепленные и спрятанные в густой листве, на встречу воинам с колоссальной скоростью устремились четыре колоды, утыканные острыми кольями. Двигаясь с разных направлений, они угрожали собрать богатую жатву среди хмэров. Но инстинкты воинов не подвели — словно тростник под напором ураганного ветра, они рухнули на землю, пропуская летящую смерть над собой. Одна колода мало не убила Тависа, но он успел спастись. Лишь единственный особо длинный кол совсем немного оцарапал кожу сына вождя, как бы намекая, что гибель была очень-очень близко. Ударяясь о стволы деревьев, смертоносные колоды быстро прекратили раскачиваться. Тавис и другие воины поднялись на ноги, но хторров рядом уже не было.

Сын вождя громко выругался.

— Кто-нибудь заметил, куда они побежали? — без особой надежды спросил он.

— Они ушли, — озвучил очевидное старый ветеран отряда.

Больше никто не ответил, но ответов Тавис и не ждал — даже знай они приблизительное направление, искать хторра в его родном лесу в темноте — гиблое дело. Проклятые враги воспользовались ситуацией и скрылись в темнеющих джунглях.

— Тимн погиб, — сказал один из воинов, указывая на искореженное тело мертвого воина, которые не избежал встречи с хторрской ловушкой.

Сын вождя опять зарычал от бессилия и со всей силы ударил мечём по стволу ближайшего дерева, пытаясь хоть немного потушить яростный огонь внутри. Помогло слабо.

— Пятерых! Мы потеряли пятерых! — шипел он. — Попались в ловушку как зелёные юнцы!

— В этом нет твоей вины, Тавис, — опять заговорил ветеран. — Мы должны были попытаться догнать хторров…

— Но не догнали!

На самом деле было очень важно настигнуть и убить лесных воинов. Очень нужный эффект неожиданности был потерян — теперь хторры будут готовы встретить отряд преследователей.

— И что нам теперь делать? — спросил кто-то из воинов.

— Надо попросить духов помочь нам, — сказал ветеран.

Все посмотрели на Тависа, ожидая что он ответит. Сын вождя колебался недолго.

— Да, — твердо сказал он. — Я сделаю это!

Хмэры владели шаманством, они могли разговаривать с духами, которые часто подсказывали им какое решение принять или показывали будущее. Немногим из племени был доступен этот дар. Такие люди всегда пользовались уважением среди своих. Тавис был одним из них, но его дар был слаб. Поэтому общение с духами для него было опасным — начав ритуал, он мог не вернуться с их мира. Он осознавал риск, давая свое согласие, но был готов пойти на это. Все-таки он винил себя в сегодняшней неудаче.

— Найдите поляну и разведите огонь, — распорядился он. — И… похороните мертвых.

Воины отправились выполнять распоряжение.

— Тудр, — Тавис позвал к себе того самого ветерана, с которым минуту назад разговаривал и, дождавшись когда он подойдет, тихо сказал. — Если со мной что-то случиться возглавишь отряд.

Ветеран молча кивнул.

Когда все было готово, ночь окончательно вступила в свои права. В центре небольшой поляны, найденной недалеко от места недавнего боя, горел маленький костер. Обнаженный по пояс сын вождя заканчивал наносить на свое тело ритуальные рисунки. Под неровным светом огня, нарисованные змеи казались живыми и удивительно подвижными. Простые воины, не занятые патрулированием окрестностей, наблюдали за действом с почтительного расстояния. Тавис начал гортанно петь и бросать в огонь специальные сушёные травы и коренья. Из костра повалил густой дым. Воин начал жадно вдыхать его аромат, погружаясь головой в белые завихрения. В какой-то момент он поднялся на ноги и начал танцевать вокруг костра. Его движения были резкими и дикими, наполненными хищной грацией. С каждым кругом он все больше и больше уходил из реальности, погружаясь в таинственную обитель духов. Затем воины увидели, как их лидер рухнул на землю и забился в мелких судорогах. Но никто не бросился помогать, все шло так как положено.

Привычный мир померк и Тавис начал воспринимать окружающее иначе. Ночная тьма отступила, а все вокруг начало казаться легким и нематериальным. Деревья, люди, вещи утратили чёткие контуры, расплылись. Сознание Тависа покинуло бренную оболочку и начало плыть по невесомым волнам великой реки духов, неощутимый ветер гнал его вперед. Казалось он взмыл в небо и мог лететь вместе с птицами. Выше птиц. Выше звезд! Рядом с ним парили законные обитатели этих мест — те, кого хмэры называли духами. Тавис пытался дотянуться до них, но эфирные создания ускользали, не желали идти на встречу незваному гостю. Не хотели делиться своими знаниями.

— Я пришел за советом! — говорил он, но в ответ слышал лишь недовольный шепот и никаких внятных ответов. — Помогите мне!

С каждым мигом великая река затягивала Тависа все больше и больше, но он со всех сил держался, стараясь не разорвать тонкую нить, которая связывала его с миром живых. Прозрачная нить угрожающе трепетала под порывами эфемерного ветра. Но он продолжал взывать к духам.

Их собралось уже очень много, они кружились вокруг сознания Тависа, желая выкинуть его из своего мира. Сыну вождя пришлось собрать всю свою волю в кулак и, терпя обжигающую боль, держаться на плаву.

— Я пришел за советом! — повторял он снова и снова.

Собравшись с силами, он бросился в сердце хоровода духов, ухватив нескольких из них. Те пытались освободиться обжигали его разум, насылали кошмары, но вырваться не смогли. Тавис выдержал.

— Я пришел за советом! — прокричал он.

— Ищи упавшую звезду, ищи упавшую звезду… — недовольно зашептали плененные духи, продолжая вырываться.

В следующий миг, под неустанными ударами духов, нить натянулась и сознание Тависа, со скоростью молнии, покинуло их мир. Он раскрыл глаза и глубоко вдохнул, загоняя сырой воздух в ослабевшие легкие. Закашлялся. Костер давно погас, лишь легкий дымок поднимался над едва краснеющими углями. Тавис продолжал лежать, он медленно приходил в себя после опасного путешествия. Возле него собрались воины.

— Духи ответили? — тихо спросил ветеран. — Они сказали, что нам делать?

Тавис не спешил с ответом, послание духов было непонятным. Начинало светать — ритуал занял много времени. Сын вождя молча смотрел на маленький клочок едва сереющего неба и думал. И тут произошло невероятное — ярким огненным росчерком небосвод разрезала падающая звезда. Мгновение спустя землю сотряс мощный удар. Настолько сильный, что не все смогли устоять на ногах.

— Что это было?! — спросил Тудр, ошеломленно озираясь.

— Знак, — ответил сын вождя и радостная улыбка озарила его лицо. — Это был знак.

— И что нам теперь делать?

— Искать упавшую звезду…

Глава 5

Артём Соколов. Чужие земли

Артем как заведенный продолжал переставлять ноги и шагать вперед, продираясь сквозь неприветливые странные джунгли. Огромный кратер, посреди которого он очнулся, и дикий бурелом остались позади. Это был самый сложный этап — заставить себя подняться и выбраться из мешанины искореженных деревьев. Но он это сделал. Подгоняемый инстинктом самосохранения он смог преодолеть первое препятствие. Про то, сколько их ещё будет впереди, он в тот момент старался не думать.

В голове бурлил хаос невесёлых мыслей. Последнее что он чётко помнил перед пробуждением — была молния. Дальнейшие воспоминания были размыты, обрывочны и хаотичны. Они не могли пролить свет на происходящее. В памяти вспыхивали фрагменты недавних событий и пережитых ощущений. Затмение — предвкушение и радость… Молния — боль… Туннель и полет — непонимание и беспомощность… Чувство чужого присутствия — страх… Но в целостную картину все это складываться не желало. Это было больше похоже на бред, иллюзию, рожденную воспаленным разумом. На страшный сон, который все никак не хотел закончиться.

Ещё был этот странный медальон. Артем в который раз посмотрел на свою ладонь, чтобы убедится, не померещилось ли ему. Не померещилось — девятилучевая звезда и спираль символов всё также «украшали» его кожу. Он даже ногтем поцарапал изображение, так ничего и не ощутив — натуральная татуировка, иначе и не скажешь. Правда сейчас картинка немного изменилась. Медальон как будто бы треснул и раскололся на несколько частей. Непонятно. Ну да ладно, на эту странность он пока мысленно махнул рукой.

Хотелось пить. Но как назло среди мокрого и гнилого леса Артем не мог найти и глотка чистой воды. Он все чаще ловил себя на мысли, что с жадностью смотрит на сырые почерневшие листья под ногами, представляя как выдавливает из них крупицы влаги и ненадолго утоляет жажду. Пока он справлялся и одергивал себя. Разум ещё мог сопротивляться бездумным порывам. Он понимал, что пользы от этого поступка совсем не будет, учитывая насколько грязной должна быть вода, добытая таким способом.

Как ни странно жажда была единственной физиологичной проблемой Артема. В остальном его физическое самочувствие было замечательным. И это тоже было странно. Откуда взялись силы и энергия при таком диком депрессивном состоянии рассудка он не понимал. Но огорчаться по этому поводу не собирался.

И было ещё что-то. Что-то эфемерное, неуловимое. Какое-то изменение его сущности. Он не мог сформулировать это чувство, но на глубоком неосознанном уровне понимал, что полет сквозь черный туннель что-то в нем перестроил. Что-то добавил. К добру это или к худу, с этим предстоит ещё разобраться, но это произошло. В этом у Артема сомнений не возникало.

Он никогда не был в тропиках, никогда не терялся в лесу и никогда не оставался без воды и еды. И теперь Артем получил возможность насладиться всем этим одновременно.

С одной стороны, лес был достаточно красив, наполнен яркими красками и неутомимым мелодичным пением птиц. Это должно было радовать. Но Артем абсолютно не ориентировался среди этой красоты. И это радовать не могло. Он не понимал где оказался. Не мог понять как он здесь оказался. И не имел ни малейшего представления куда ему надо идти. Парень двигался скорее ради самого движение вперед. Это его немного успокаивало. Поиск пути в незнакомом диком лесу заставлял не думать о более важных проблемах. О том, как выжить и как вернуться домой, к семье, друзьям и своей привычной веселой жизни.

Артем осознавал, что бездумное движение может не принести никаких реальных плодов, поэтому надо было что-то решать. Первой мыслью было забраться на самое высокое дерево и осмотреться вокруг. Скептически осмотрев обросший мхом ствол ближайшего великана, он вынужден был отбросить эту идею. Все высокие деревья в погоне за солнцем стремительно тянулись вверх, сбрасывая ненужные нижние ветки, которые больше не видели света. Лиственная крона великанов шелестела высоко над головой заблудшего путника. Очень и очень высоко. Прямые широкие стволы казались неприступными, там попросту не было за что зацепиться. Кроме того, влажный скользкий мох, что рос буквально на каждом дереве, делал эту затею невыполнимой вдвойне.

Разочарованно вздохнув, Артем продолжил перебирать варианты. Начал вспоминать все советы по выживанию в дикой природе о которых слышал. Информации в памяти парня оказалось не очень много, но кое-что вспомнилось. Одна из идей ему показалась особенно интересной. Собственно суть была простой — двигаться постоянно вниз в надежде найти ручей или реку, а дальше спускаться по течению в поисках людей.

Идея Артему показалась удачной, учитывая что заметный уклон вниз в этом лесу наблюдался. Он уверенно двинул в намеченном направлении. Сейчас ему очень хотелось найти ручей.

Остановился Артем где-то спустя час. Его путь пересекала неширокая, но вполне заметная тропа. Эта находка вызвала нездоровый прилив радости в душе парня. Он едва сдержался от громкого радостного крика. Казалось бы, ничего особенного, но эта протоптанная дорожка мгновенно подарила парню надежду на спасение. Она кричала ему, что он не одинок в этих джунглях.

Это была единственная ассоциация, рожденная утомленным разумом Артема. К сожалению, он не подумал о том, что тропами в лесу могут пользоваться не только люди.

Тем не менее, находка заставила парня пересмотреть направление движения. Тропа лежала строго перпендикулярно до начального маршрута. Артем на мгновение застыл на распутье.

— Налево пойдешь — коня потеряешь, — тихонько пробормотал он себе под нос и повернул налево. — А коня-то у меня и нету.

Но его надеждам быстро встретить людей не суждено было сбыться. Спустя ещё пару часов беспрерывного блуждания он наконец встретил настоящего хозяина этой тропы. И эта встреча парня не обрадовала. Совсем. Он, конечно, мог бы догадаться, что впереди таиться опасность, ведь среди птичьих голосов начали появляться тревожные крики, но он не был знатоком птиц. А теперь он получил возможность воочию познакомиться с тем, кто вызывал беспокойство среди пернатых.

Посреди тропы застыл огромный зверь. Артем такого раньше никогда не видел. Формой тела он отдаленно напоминал льва. Эта ассоциация появилась первой. Скорее всего виной тому была морда, характерная всем большим кошкам и длинный хвост, которым зверь изредка шевелил. Передние лапы были длиннее и массивнее задних. Мощная грудная клетка плавно двигалась в такт спокойному дыханию. Вместо шерсти тело зверя покрывала мелкая чешуя. Расцветка чешуек практически идеально подходила для маскировки среди зелени леса. Под этой змеиной кожей бугрились страшные мышцы. Лапы венчались ужасными когтями, которым бы позавидовали африканские львы. Зверь был страшен. Он был огромен. И он смотрел прямо на Артема, оскалив внушительные клыки. Лишь каких-то десять метров разделяли хищника и его потенциальную жертву.

Так страшно Артему ещё не было! Это был кошмар во плоти. Парень вдруг отчетливо понял, что если не случиться чуда, то он умрет. Будет растерзан этой машиной смерти здесь и сейчас, посреди незнакомого странного леса, вдали од родных и близких.

Парень замер и казалось даже забыл как дышать. Он оцепенел. Сработали древнейшие инстинкты — увидел хищника, притворись мертвым, вдруг пронесет.

Но зверь сделал маленький шаг вперед. Он наслаждался страхом своей жертвы. Потому никуда не спешил. Он был хозяином положения, грозой всего этого леса. Все это Артем увидел в глазах зверя. Эти странные полностью черные глаза гипнотизировали, завораживали. В них плескалась ненависть и жажда крови. Было отчетливо видно — пощады от такого зверя ждать не стоит. Совершенно. А ещё в этих глазах Артем увидел разум. Извращенный и злой разум. Хотя возможно это разыгралось его воображение.

Смерть приблизилась к Артему ещё на один маленький шажок, а в голове парня забилась совершенно несвоевременная, абсолютно ненужная, но бесспорно верная мысль: таких зверей на Земле нет.

Таких! Зверей! На! Земле! Нет!!! — каждое слово набатом билось в его голове в такт ударам сердца. Так где же он оказался?!

Зверь приблизился ещё на пару шагов, но Артем все так же не сходил с места. Он мог побежать. Но куда? От этого воплощение смерти не сбежать. Он собрался защищаться? Это даже не смешно. Он решил умереть? Этого он не хотел всей душой. Но идей не было. Оставалась только безумная надежда на чудо. Совершенно ничтожная надежда.

Зверь сделал ещё несколько шагов и подобрался для завершающего рывка. Жертва никуда не убежит, жертва уже мертва, только ещё не знает этого, — читалось в глазах зверя. И он прыгнул.

Артем увидел, как напряглись мышцы твари. Он увидел, как тело зверя распрямляется подобно стальной пружине. Он увидел страшные когти, направленные ему точно в грудь. Он увидел грациозный прыжок. Рывок смерти. Свою погибель. Его сердце готово было остановиться от страха.

Но все было совсем не правильно, слишком медленно. Тварь двигалась как в замедленной съемке. Как муха, увязшая в сосновой смоле. Зверь, нарушая все законы физики, застыл в полете.

И это было ещё не все. Мир вокруг поплыл, утратил привычные краски. Вместо этого пространство наполнили потоки легкого голубоватого тумана. Подгоняемые незримым ветром, они танцевали в воздухе. Плотные нити желтых цветов казалось заменили собой землю. То тут, то там вспыхивали островки красного сияния, будто вспышки пламени. Деревья светились нежной зеленью. И все это было пронизано темно-синими грациозными лентами. Все это буйство красок искрилось, переливалось и танцевало известный только им танец. Это было странно, но это было очень красиво.

В эти мгновения страх покинул Артема, он обрел покой. Но ему суждено было удивиться вновь. Маленькое чудо, на которое он даже не смел всерьез надеяться, свершилось! За миг до столкновения со смертью, тело Артема окутало призрачной золотистой дымкой. Эта невесомая паутина ярко вспыхнула когда когти твари соприкоснулись с ней. И зверю это не понравилось. С диким ревом он отлетел в сторону.

Время опять понеслось с нормальной скоростью, мир обрел прежние краски, а Артем с непониманием уставился на отброшенного зверя. Он не мог объяснить, что произошло в те секунды, но он был безмерно рад этому маленькому чуду. К нему вернулась способность мыслить, а дикий ужас, сковавший его тело, немного отступил. Артем вновь обрел способность двигаться.

Тварь прыгнула вновь, но невесомая золотистая паутинка никуда не делась. Эта призрачная непонятная защита опять справилась, откинув зверя на шаг назад.

Но тварь не хотела сдаваться, она снова и снова пыталась пробить непонятную преграду. С каждой атакой Артем в испуге отступал на шаг назад. В какой-то миг, практически неосознанно, парень схватился за дряблую палку, что валялась возле тропы и начал ею отмахиваться. Эффект от этого примитивного оружия превзошел все, даже самые смелые, ожидания. Вместо того, чтобы развалиться от первого же удара, палица налилась уже знакомым золотистым светом. Первый удар нанес твари колоссальный ущерб — из разбитой морды хлынула темная, практически черная, кровь.

Зверь был ошарашен, никогда ещё добыча не приносила столько боли как сейчас.

Окрыленный успехом Артем пошел в контрнаступление. Удары палкой посыпались непрерывным потоком. Каждый удар не проходил зря, тварь рычала от боли. В глазах ужасного хищника Артем увидел растерянность и страх. Или это опять воображение сыграло с ним злую шутку?

Опять проснулись древние забытые рефлексы. Артем понимал, что нельзя оставлять подранка за спиной. Такой враг ему не нужен. Последним и решительным ударом он вогнал палку в голову зверя, как копье. Смертельный удар сопровождался яркой вспышкой золотистого сияния. Дряхлая гнилая палка глубоко вошла в череп зверя, пробив несокрушимую кость. Это было невероятно. Для этого не было логичных объяснений. Но это было. Если бы в мире существовала магия, то Артем сказал бы что это она и есть. Но ведь магии не существует? Не так ли?

Глава 6

Аттиан Кан'Дэлур. Слово императора

Киларос — столица империи Тэнэрис. Этот древнейший город поражает своим величием и немного мрачноватой красотой. Здесь, в Серых горах, много тысяч лет назад зародилась империя тьмы и Киларос поистине был её сердцем. Восемь, по числу великих родов, огромных башен и соединявшие их широкие крепкие стены окольцовывали город, делая его неприступным. Ещё никогда штурм столицы не приносил успеха врагам. Каждая башня была уникальна и прекрасна по — своему, но все они были гармоническим продолжением скал, на которых стояли. Увидев их впервые, каждый задавался вопросом, построили ли их люди, или они так и стояли тут вечно, рожденные самой природой. Каждый род, отвечавший за отдельную башню, стремился сделать её крепче и прекраснее остальных, но все они блекли перед главным Императорским дворцом, размещенным в центре города. Это была крепость внутри крепости, шедевр среди шедевров. Здесь по праву жил император и все его приближенные[6].

В одной из комнат этого дворца сегодня было неспокойно. Прекрасная ваза великолепной работы старинных мастеров, брошенная рукой разъяренного императора, с тихим обиженным гулом пронеслась через всё помещение и, ударившись о стену, разлетелась на сотни мельчайших осколков, создав непривычный этой изысканной комнате антураж.

Из уст Аттиана прозвучало сдавленное рычание, несвойственное вечно холодному и властному императору. С портретов на стенах за необычным поведением своего приемника строго наблюдали давно почившие во Тьме великие правители рухнувшей империи. Их, как показалось в тот момент Аттиану, укоризненный взор обвинял правителя в неприличествующем его положении поведению. Это помогло взять себя в руки.

Сделав глубокий вдох, император напряженно опустился в свое кресло и опять задумался. Все пошло не так как планировалось. Вырванный из оков закрытого мира человек, который должен был стать носителем истинной Тьмы в мире Солара и возродить величие империи, по неведомым причинам вышел из под контроля заклинания. Его выбросило на тысячи лиг севернее того места, где проводился ритуал. Фактически он оказался за Килинским морем, на территориях уже даже формально не принадлежавших империи. Конечно, координаты приблизительные, но поиск по метке более точного результата не дал, что странно. И это ещё больше раздражало Аттиана. Неужели учитель принес себя в жертву зря? Нет! Этого нельзя допустить. Нужно любой ценой отыскать этого человека и завершить ритуал.

Размышления Аттиана прервал деликатный стук в дверь.

— Войдите, — негромко сказал он.

В комнату вошел Таис Кан'Эфлор, сын Рошана, занявший место главы рода после смерти своего отца. Давний хороший друг императора, а теперь ещё и официальный советник — новый Говорящий с Тьмой.

Он с легким недоумением уставился на осколки вазы и перевел вопросительный взгляд на Аттиана.

— Не спрашивай, — отмахнулся тот, состроив кислое лицо.

Таис пожал плечами, выражая свое безразличие к судьбе вазы.

— Все уже собрались, — сообщил он. — Пора начинать совет.

В малом зале совета было людно. Здесь собрались все главы восьми великих родов и их приближенные. Когда вошел император, все поднялись со своих мест, согласно традициям и этикету. Верные императору роды Кан'Эфлор, Кан'Пэур и Кан'Навер сделали это легко и быстро, как то подобает, а остальные же в большей или меньшей мере радикально настроенные по отношению к нынешнему правителю позволили себе сделать небольшую паузу перед тем как встать. Паузу, явно недостаточную, чтобы её расценили как неуважение к правителю, но вполне заметную, чтобы выказать этим своё отношение к нему. Многие негласно обвиняли именно Аттиана в падении империи, так было проще и можно было закрыть глаза на собственные ошибки.

Последним со своего кресла поднялся Шаар Кан'Сэнас. Он был намного старше Аттиана и ещё во времена Десятилетия четырёх императоров боролся за право занимать трон. Его ненависть к императорскому роду Кан'Дэлур была известна всем.

Шаар давно потерял военную выправку и обзавелся немалым животом, что очень не характерно для обычаев империи. Ведь каждый представитель великих родов, каждый избранный Тьмой, будь то мужчина или женщина, обязан был всю свою долгую жизнь посвятить совершенствованию боевых искусств. Впрочем самого Шаара его полнота волновала мало — его магическая сила и опыт применения боевых арканов позволяли ему уделять гораздо меньше времени изучению танца теней[7].

От внимания императора не ускользнул почтительный взгляд который бросил на Шаара тщедушный Лабин Кан'Балес — глава одного из слабейших великих родов.

«Эти двое за одно, — мгновенно догадался император. — Этот бесхребетный Кан'Балес точно примет сторону Шаара во время спора. Интересно, чем так приманил его этот толстый хитрец?».

— Присаживайтесь, — разрешил император после того, как занял свое место. — Думаю у вас появились некоторые вопросы в связи с событиями последних дней. Сегодня вы получите ответы на них.

— Будет ли нам разрешено узнать, с чем был связан колоссальный энергетический всплеск, произошедший два дня назад и свидетелем которого без преувеличения стал весь мир?! — первым не выдержал Дио Кан'Лэбэн, самый молодой и нетерпеливый глава рода, получивший право голоса в совете после не совсем ясной смерти своего отца.

Император ожидал именно такого начала, ведь ритуал призыва хранился в строжайшем секрете, а его провидение действительно содрогнуло мировые энергетические потоки и не осталось незамеченным.

— Господа, — начал император после паузы. — Всем нам известно, что мировое влияние империи в последние пять сотен лет стремительно ухудшилось, а количество адептов Тьмы катастрофически уменьшилось. Наша богиня этим недовольна. Потому было принято решение о проведении ритуала призыва. Нам удалось пробить барьер в закрытых мирах и извлечь оттуда человека, способного стать сосудом для истинной Тьмы.

В зале мгновенно воцарилась звенящая тишина — все переваривали эту более чем невероятную новость. Но когда до присутствующих дошел смысл сказанных слов зал взорвался десятками голосов.

— Кхм… — неуверенно прочистил горло Дио. — А разве это возможно? Закрытые миры — миф.

— Это не миф! — громко, вместо императора, ответил Таис Кан'Эфлор, — Мой отец смог добиться своей цели!

Не смотря на то, что Рошан Кан'Эфлор заслужено считался одним из сильнейших магов империи, над его желанием пробиться за барьеры мифических закрытых миров часто посмеивались у него за спиной, считая такое фанатическое влечение стариковским маразмом. Про многочисленные провалы его опытов в высшем свете ходили множество шуток. Не имея достоверной информации подавляющее большинство аристократов увязало смерть старика с очередным фиаско в магических изысканиях. И тут вдруг такое заявление.

— А мы можем стать свидетелями такого успеха? — спросил Шаар.

— Действие заклинания призыва сложно поддавалось управлению, — император выдал заранее заготовленный ответ, не желая ставить присутствующих в известность о постигшей их неудачи. — Потому человек из закрытых миров оказался севернее Килинского моря. Но на нем метка Тьмы, которую легко можно отследить. За ним уже выслан отряд, но путь их неблизок. Потому мной было принято решение о начале военной кампании к которой мы давно готовились. Захват Логаса позволит выслать на поиски человека передовые отряды Корпуса теней и завершить начатый ритуал призыва.

— Вы решили принять такое решение без согласования с советом? — было видно, что Шаар едва сдерживает себя. — Ведь неоднократно поднимался вопрос о нецелесообразности войны. Мы можем вернуть величие Тьме иными способами.

— Окончательное решение всегда было за императором, — ответил новый Говорящий с Тьмой.

— Это неуважение к другим великим родам! — вспылил Шаар, от возбуждения он даже привстал со своего места. — Зачем мы здесь, если к нам не прислушиваются!

— Не все великие рода поддержали вас, — спокойно вступил в разговор Салде Кан'Пэур, верный друг Аттиана, непревзойденный воин и маг.

Это заставило Шаара на время замолчать, но уж никак не изменить свое мнение. Он напряженно опустился в свое кресло.

В который раз воцарилась тишина. Многие оказались не готовыми к таким радикальным новостям. Да, война готовилась давно, несколько столетий. Но для многих все это было лишь игрой слов и развлечением, а её начало — слишком далекой перспективой. Их длинная жизнь уже много веков протекала тихо и мирно. Могло даже показалось, что многие уже смирились с падением империи, спокойно смотря на затухание последних отблесков былого величия.

— Будет ли мне позволено спросить, — выдавил Шаар практически не скрывая свой сарказм, но и не переступая границы разумного. — На сколько мы готовы к войне? Путь на Логас очень неблизкий, за сколько армия сможет преодолеть его?

— Мы поступим иначе, — ответил император. — В стенах города уже давно находятся больше трех сотен элитных бойцов Корпуса теней. Все они ожидают своего часа, оставаясь незамеченными…

— А как же их ауры? Их могут отследить, — заметил Дио.

— Не могут, — решительно ответил Таис. — Отец давно разработал идеальную методику сокрытия истинной силы бойцов. Сейчас они не отличимые от обычных людей и уже очень долгое время спокойно живут среди жителей Логаса.

— Почему, кхм… — под тяжким взглядом Шаара Лабин выдавливал из себя слова которые могли разгневать императора. — Почему нам было неизвестно об этих разработках и о проходящей переброске военных сил на территорию наших бывших городов?

— Император не обязан отчитываться о принятых им тактических решениях, — резко бросил Салде, подавив слабохарактерного главу рода Кан'Балес.

— И тем более, — добавил Таис. — Методика сокрытия аур, это тайна рода Кан'Эфлор.

Это была особенность внутренней конкурентной борьбы между родами — каждый из них постоянно работал над совершенствованием собственной магической и боевой школы, стремясь таким образом заполучить преимущество и больше власти. Конечно, многое постепенно становилось всеобщим достоянием, но самые сложные, новые и сильные техники оставались тайной того или иного рода. Император понимал, что такая система неидеальна и во многом такое внутреннее дробление послужило причиной давних распрей между родами. Но что поделать — так сложилось и одному человеку не под силу это изменить.

— Трёх сотен воинов будет абсолютно недостаточно для подавления города, даже столь небольшого — спокойно заметил до этого молчавший Этор Кан'Сарош, глава последнего из восьми великих родов.

— Перед ними и не будет стоять такая цель, — ответил император. — Их задача — вернуть контроль за алтарем и открыть с его помощью портал для переброски дополнительных сил…

— Кхм, — опять перебил императора Лабин. Весь покрываясь красными пятнами под немигающим взором Шаара и обильно потея, он продолжил выполнять отведенную ему роль и задавать опасные вопросы. — Никто из нас не был… кхм… свидетелем призыва человека из закрытых миров. Можем ли мы… кхм… можем ли мы начинать войну основываясь на не подтвержденных сведениях?

Бедолага под конец своей речи полностью втянул голову в плечи, уподобившись черепахе, а голос его резко сорвался. Он искренне боялся реакции императора на свои слова, но не мог пройти против воли Шаара, своего союзника.

Император мысленно усмехнулся — как хорошо, что подобные вопросы задает не сам Шаар, я его слабовольный прихвостень.

— Я был свидетелем призыва, — холодно ответил он. — Или вы не верите слову императора?

Последнее прозвучало с угрозой в голосе. Казалось, что Лабин вот-вот потеряет сознание.

— Ну что вы, — тут в игру вступил сам Шаар, удачно воспользовавшись возможностью «реабилитироваться» в глазах императора. — Никто из нас не ставит под сомнение ваши слова. Но что, если этот человек уже мертв. Всё-таки он из другого мира и возможно не готов к поджидающим его опасностям?

— Он жив, — ответил за императора Таис. — Как уже было упомянуто, на нем метка Тьмы. Мы можем его отслеживать.

— Потому и не стоит затягивать с началом кампании, — подхватил император. — Чем скорее мы захватим Логас, тем скорее найдем человека и завершим ритуал. Я надеюсь все присутствующие, так же как и я, желают воплощения истинной Тьмы в нашем мире?

Это был опасный вопрос, припасенный императором напоследок. Козырь, который невозможно крыть. Поклонение истинной Тьме — это был фундамент империи, основа их магии, их религия, источник силы великих родов и секрет невероятного долголетия всех избранных. На этот вопрос не было иного ответа кроме «да». И как бы некоторые из присутствующих не жаждали смены власти, они не могли препятствовать проведению такого великого ритуала. Теперь они не могли отказаться от участья в войне.

— Так вот, — продолжил император, не услышав отрицаний. — Как нам известно, уничтожить алтарь невозможно, Мертвый Дорим тому яркое подтверждение, потому задача наших передовых отрядов сводиться к восстановлению контроля над алтарем и открытием портала.

— Такой портал не сможет провести значительные силы за короткий срок, — опять заметил опытный в военном деле Этор Кан'Сарош. — Существует большая вероятность, что попытка захвата города будет подавлена.

— Большие силы и не понадобятся, — император решил открыть свой последний козырь. — Я собираюсь вскрыть Древнюю Колыбель.

От такого заявления Лабин Кан'Балес непроизвольно издал звук напоминающий хрюканье, за что начал сбивчиво извиняться. Весь совет в очередной раз за этот поистине необычный день был повергнут в глубокий шок.

Совет затянулся ещё на несколько часов, присутствующим было что обсудить, но Аттиан остался доволен, все прошло так как он запланировал и даже лучше.

«Пора начинать войну», — в который раз подумал император, улыбнувшись.

Полностью захваченный своими мыслями, он не заметил пристального и злого взгляда главы рода Кан'Сэнас. У старика Шаара на будущую столь неожиданную войну определенно были собственные планы.

Глава 7

Артём Соколов. Неожиданная встреча

Артем был весь на нервах, а в мыслях царил сумбур. Столько невероятных событий за такой короткий период времени мог любого выбить из колеи. Парню нужно было время, чтобы придти в себя и все осмыслить. Найти объяснения всем этим непонятным явлениям. Но как это сделать, если весь предыдущий жизненный опыт пасует перед этими вопросами и никакая логика не помогает узнать истину. Принять на веру самые фантастические объяснения? Признать, что попал в чужой мир, в котором существует магия? Все указывает именно на это, как бы бредово не звучала такая версия. Раньше для Артема другие миры и магия существовали только на страницах книг и киноэкранах, были всего лишь плодом воображения писателей. На практике же сложно поверить в реальность фантазий. Очень сложно. Проще усомниться в собственной вменяемости.

Артему нужно было успокоиться. Но как это сделать, если теперь ему казалось что за каждым деревом сидит кровожадная тварь, готовая наброситься на него? В душе поселился назойливый червячок страха. Поможет ли ему в следующий раз та непонятная защитная пелена или нет, он не знал. Та и проверять не очень хотел.

Тем не менее, он продолжал свое движение вперед, хотя ему начинало казаться, что эти джунгли никогда не кончаться, а все его попытки отыскать выход лишь предсмертные трепыхания утопающего. Но Артем был упёртым и сейчас эта черта характера ему пригодилась.

В какой-то момент слева от тропы он заметил большую каменную глыбу, частично обросшую мхом. Она заинтересовала парня своей правильной формой, которая, не смотря на то, что время, дожди и растения немного сгладили острые углы, до сих пор легко угадывалась. Каменный блок был длиной примерно в метр, пол метра шириной и столько же в высоту. И он всем своим видом демонстрировал свое рукотворное происхождение. Эта неказистая находка частично вернула Артему позитивный настрой. Ведь если принять на веру гипотезу о иномирности этих джунглей, то этот камень указывает на существование разумной цивилизации в этом мире. А это уже хоть что-то.

Решив развить успех, Артем сошел с тропы и углубился в лес, ведь где один камень, там, возможно, и второй. И его надежды оправдались — деревья заметно поредели и его взору открылись древние руины. Это было что-то вроде старого храмового комплекса, по крайней мере Артему сразу пришла в голову именно такая аналогия. Было заметно, что сооружения стоят здесь очень давно — буйная растительность была тому доказательством. Деревья и нижний ярус леса вовсю отвоевывали себе земли занятые каменными постройками. И, несмотря на свою фундаментальность и немалые размеры, камни проигрывали эту войну. Часть строений уже были безвозвратно разрушены, а некоторые были готовы сдастся в ближайшие десятилетия. Единственным несгибаемым форпостом в этой войне была центральная пирамида. Монументальное сооружение твердо стояло на своем месте и, казалось, не собиралось поддаваться напору времени.

Этот колос заслуживал отдельного внимания. Сложенная из огромных темно-серых каменных блоков, пирамида возвышалась на высоту не менее пятнадцати метров. А может даже больше. Две трети высоты собственно занимала сама трехступенчатая пирамида, служившая своеобразным фундаментом для кубической постройки, которая венчала её. Эта постройка была украшена многочисленными резными колоннами. Но рассмотреть, что именно изображено на них Артем пока не мог, слишком далеко. Скорее всего, это и был центральный храм заброшенного комплекса. От основания пирамиды до неприветливо зияющего чернотой входа в храм вели ступени.

Почему-то все это место вызывало тревогу у парня, хотя явных причин для этого не было.

Медленно и аккуратно подойдя чуть ближе, Артем с облегчением обнаружил чистый ручей и с жадностью утолил жажду. Вода была приятной на вкус и не имела посторонних запахов, потому парень не очень переживал, когда пил её. Как вскоре оказалось, источник тоже имел рукотворное происхождение. Вода лилась из пасти скульптуры, изображающей непонятного двуногого крылатого хищного зверя, очень отдаленно напоминающего дракона. Статуя была сделана из того же темно-серого камня, что и все строения вокруг и была выполнена достаточно грубо и схематично. Это могло указывать на не очень высокий уровень развития изобразительного искусства той цивилизации, что возводила эти постройки. Артем в этом разбирался плохо, потому не придал особого значения. Лишь подтвердил для себя, что все здесь достаточно древнее.

Невдалеке нашлись ещё две подобные статуи-фонтаны, но этим повезло гораздо меньше, время их не пощадило. Они были практически уничтожены, а вода пробивалась прямо из-под груды камней, что раньше были скульптурами.

С опаской, Артем приблизился к подножью пирамиды и начал подъем вверх. Ступени оказались достаточно крупные и их было сорок девять, он пересчитал.

Вокруг храма оказался своеобразный бордюр шириной больше метра, который позволял обойти постройку вокруг и рассмотреть резные колонны, которые украшали стены храма. Этих колонн оказалось тоже сорок девять. Стало очевидно, что число не случайно, а имело определенный смысл для строителей. Колонны Артему не понравились. Только не в плане художественной обработки, а в плане смысловой нагрузки. Изображались на них разные непонятные существа, какие-то полуживотные-полудемоны, единственной общей чертой которых была явная кровожадность и злость. Это авторам удалось передать достоверно, несмотря на уже виденную ранее схематичность и простоту изображений.

Артему лишь оставалось надеяться, что это просто фантазии строителей, а не реальные обитатели этих джунглей.

Храм оказался не очень большим, тем не менее, света не хватало, чтобы открыть все тайны его внутренней части. Артем на секунду замер у входа, но, не услышав и не увидев ничего подозрительного, решительно шагнул внутрь. Врожденное любопытство опять победило.

Когда глаза привыкли к полумраку, он смог рассмотреть все более детально. И увиденное лишь усилило его страхи. Посреди помещения лежала ровная глыба метровой высоты и длиной метра два. Вытесана она была из камня иной породы, чем все вокруг. Этот был антрацитово-черный. От этого камня разило угрозой, будто от дикого хищного зверя. И это было, мягко говоря, странно.

Артем уже догадался, для чего предназначалась эта мрачная глыба, но все же решил подойти поближе и убедиться в своих подозрениях. Увидев по углах камня выдолбленные сквозные отверстия, сквозь которые можно пропустить веревку, он окончательно убедился в своих мыслях. Это был ритуальный камень для жертвоприношений. Его поверхность была идеально отполирована и рассечена множеством неглубоких желобков для стока крови. А по периметру камня в полу были пробиты отверстия, по которых кровь уходила куда-то вглубь пирамиды.

Одна небольшая странность привлекла его внимание. Пол под ритуальным камнем возле отверстий был темнее обычного. Пришлось опуститься на корточки и присмотреться. Увиденное Артему крайне не понравилось. Он готов был поклясться, что это старые следы крови. Просто старые, не древние, в отличие от самих строений. Это было невероятно, но буйная фантазия парня подсказывала, что жертвенный алтарь не потерял спрос. Его продолжают использовать. Редко, возможно несколько раз в год или даже ещё реже, но продолжают. От этой мысли по тело пронеслась холодная волна мурашек. Артем поспешно отступил от алтаря и осмотрелся вокруг новым взглядом.

Теперь, незначительные детали, на которые он раньше не обратил бы внимания, резко бросались в глаза. Вон в углу лежит старый кожаный ремешок, который не смог бы сохраниться на протяжении веков и явно не был ровесником построек. Возле некоторых внутренних колонн гораздо меньше пыли, чем в других местах, будто там кто-то сидел. Примитивное подобие факелов не стенах также из совершенно другой временной эпохи. А копоть на потолке, наверное, должна была исчезнуть, если бы она не обновлялась время от времени. Возможно эти признаки немного притянуты за уши, но Артем в них безоговорочно поверил. Ему срочно захотелось покинуть это место. И чем быстрее, тем лучше.

Но волевым усилием, он смог подавить панику, которая зарождалась в его душе. Разумом он понимал, что даже если он прав насчет жертвоприношений, то эта местность посещается людьми настолько нечасто, что вероятность их встретить прямо сейчас стремиться к нулю. Тем более дать гарантию, что обжитую местность он найдет весьма нескоро и оставлять за спиной территорию на которой можно поживиться категорически нельзя. Даже вон, те же факелы, мелочь, а может пригодиться. А ещё надо придумать как набрать с собой чистой воды впрок.

В результате тщательного осмотра помещения Артем стал владельцем трех факелов, которые ему показались чуть более качественными, чем остальные, метрового кожаного ремешка, который он сразу приспособил чтобы связать эти факелы вместе и чего-то вроде короткого кремниевого ножа с обломанным кончиком. Ножик, несмотря на укороченный вид, был весьма остр и теоретически мог пригодиться.

К сожалению не удалось ничего приспособить под флягу для воды — ничего подходящего не нашлось, ни полого дерева, типа бамбука, ни специфичных растений. Ну да ладно. Особой проблемы с этим пока не было, ведь Артем решил вернуться к первоначальному плану и двигаться вниз по течению обнаруженного ручейка. Оставалось надеяться, что дальше вода останется такой же чистой и вкусной. Напившись вдоволь, он двинул в намеченном направлении, осторожно осматриваясь по сторонам.

Но буквально шагов чрез сто Артем вынужден был замереть, широко открыв глаза. Из кустов на него смотрел низкорослый, щуплый абориген вполне человеческого вида, вооруженный коротким копьем с костяным зазубренным наконечником и духовой трубкой на поясе. Недобро так смотрел. Он был измазан какой-то темно-зеленой краской, которая великолепно маскировала его среди леса и одет в плетенную из сухой травы юбку. Волосы на голове, стриженые под горшок также были измазаны этой глиной и были похожи на смешную шапку. Артем его заметил только потому, что тот не прятался. Наоборот он вышел навстречу парню и грозно выставил свое оружие.

— Привет, — неуверенно сказал Артем, поднимая руки вверх. Он решил не нагнетать конфликт и, указав на себя пальцем, сказал: — Меня зовут Артем. А тебя? Я пришел с миром.

Был ли это мирный житель местных лесов или агрессивно настроенный дикарь ещё предстояло разобраться, но Артем очень надеялся на положительный исход встречи. Ведь это был хоть и странный и чужой, но вроде как человек. Он мог бы ему помочь. Наверное.

Тем временем, из леса показались ещё двое представителей этого племени — идентичные раскраска, одежда, оружие и телосложение выдавали это.

— Кто это, Дрол? — на очень странном щелкающем языке спросил один из новоприбывших.

Еще более странно было то, что Артем понял вопрос. В первые секунды он даже не осознал, что именно произошло. Затем решил, что просто домыслил суть прозвучавшего вопроса, ведь он был логичен. Но тот, кого назвали Дролом ответил и Артем смог убедиться, что ему не показалось.

— Не знаю, он шел со стороны святилища.

— Что нам делать? — спросил третий.

— Может убить? — спросил Дрол у своих спутников, не сводя настороженного взгляда с Артема и не опуская копье. — Нам ещё нужно подготовиться к празднику Старших. Мы должны спешить.

Артем понял, что ситуация выходит из-под контроля и скоро его начнут колоть и резать. Надо было срочно что-то делать. Налаживать контакт. Артем решил заговорить с дикарями, используя неожиданное и необъяснимое знания их языка, но как-то совершенно ясно осознал, что знает всего несколько слов. Только те, что услышал минуту назад.

— Не нужно убить! — произносить слова было очень сложно, приходилось постоянно щелкать языком, чтобы добиться нужного звучания, но парень справился, а для усиления эффекта ещё выше поднял руки и замотал головой из стороны в сторону.

Все трое аборигенов удивленно уставились на Артема.

— Ты говоришь на языке Старших? — спросил Дрол после паузы.

Тёма во второй раз услышал про каких-то Старших, но опять не понял о ком речь. Он судорожно перебирал слова, чтобы ответить на вопрос, объяснить ситуацию, что плохо говорит на чужом языке. Но запаса слов не хватало, пришлось ограничиться максимально лаконичным ответом:

— Говоришь, — кивнул он, понимая при этом, что даже форму слова изменить не может и разговаривает как чукча из анекдотов «моя твоя не понимать».

— Тебя послали Старшие в честь праздника?

Артем решал врать или не врать. Дилемма. Но в конце концов, дабы не накликать беды опять ответил просто:

— Не знаю.

— Кто ты?

Сформулировать ответ на этот вопрос из тех слов, что успел услышать не удавалось. Артем мысленно застонал. Пришлось импровизировать и ответить на родном языке.

— Я друг, меня зовут Артем, я заблудился.

Парень осознавал, что аборигены ни слова не поймут, но хотел показать готовность идти на разговор и вытянуть из них ещё несколько слов для расширения своего запаса.

— Что ты сказал? Я не понимаю тебя.

— Он странный, — шепнул Дролу его товарищ. — Нужно его убить.

«Да что ж они заладили — убить-убить», — мысленно взвыл Артем, но виду не подал.

— Не нужно убить! — торопливо повторил он.

— Отведем его к вождю, пусть решает.

Вот такой вариант Артема более-менее устраивал и он быстро поддержал эту идею.

— К вождю, спешить к вождю, пусть решает.

Аборигены опять переглянулись и указали Артему обратно в сторону руин.

— Иди вперед, не оборачивайся.

Ситуация Артему нравилась все меньше и меньше. Постепенно крепла уверенность в недобрых намерениях этих дикарей и их прямую связь с ритуальным алтарем. Но он не спешил что-либо предпринимать. Причин было несколько. Во-первых, он мог ошибаться и аборигены окажутся добрыми и ласковыми, только недоверчивыми, а во-вторых, не был уверен, что справиться с тремя противниками, хоть и щуплыми, но вооруженными пускай и примитивным, но оружием.

Не хотелось оборачиваться к ним спиной, но особого выбора ему и не оставили. Пришлось повиноваться.

К подножью уже знакомой пирамиды добрались быстро. Двое из конвоиров тут же убежали внутрь, наверное готовиться к празднику каких-то там Старших, а Артем с указания Дрола и под его неустанным присмотром уселся под деревом и принялся ждать обещанного вождя. Парень понимал, что своего нового знакомого надо разговорить, но скудность его словарного запаса не давала толком этого сделать. Это бесило.

— Дрол, — осторожно начал Артем, надеясь что его поймут. — Что праздника Старших?

Дрол свел брови к переносице пытаясь разобрать суть вопроса и вскоре с этим справиться.

— Ты странный и странно говоришь. Но я тебя понял. Старшие создали этот мир, сегодня их праздник. Мы принесли им дары.

— Что дары? — Артему очень нужен был ответ на этот вопрос, от этого многое зависело, в частности то, не стоит ли попытаться сбежать, когда охранник остался всего один.

— Ты увидишь. Старшие будут довольны. Хочешь есть?

Толи из врожденной хитрости, толи абсолютно случайно, но Дрол дал самый обтекаемый ответ из всех возможных и даже больше, умудрился перевести тему на еду.

При мысли о последней, желудок Артема громко заурчал. Дрол это услышал и улыбнулся вполне дружелюбно. Он срезал несколько неприметных толстых стеблей и передал их парню. Тот с непониманием уставился на дар. Артем никогда бы не подумал, что это растение съедобно.

— Ешь, — подбодрил его Дрол. — Вкусно.

Артем неуверенно попытался откусить кусок, но напоролся на твердую оболочку, чем вызвал смех Дрола.

— Не так, — продолжая смеяться, прокомментировал тот. — Надо почистить.

После демонстрации, дело пошло лучше, а стебель действительно оказался вкусным. Сладким и сытным. Вкусом он отдаленно напоминал банан.

Артему пришлось признать, что возможно он был не совсем прав, подозревая этих людей во всех смертных грехах. Вполне адекватные аборигены. Парень даже начал надеяться, что сможет извлечь пользу из этой случайной встречи в лесу.

Но тут подошли остальные. Первым, что бросилось в глаза была дюжина пленных. Эти явно были из другого племени. Тоже не высокие, но более плотные и мускулистые. Одетые в добротно пошитые кожаные одежды, на которых, правда, сейчас виднелись разрезы и следы крови — очевидно результаты битвы. Их руки были связаны за спиной, на шеях затянуты удавки, а в глазах плескалась дикая смесь ненависти и обреченности. Среди пленных было двое детей и трое женщин. Один ребенок заплакал и за это его ударили. Одна из женщин, та что стояла ближе, попыталась закрыть собой дитя и теперь бить начали её. Пленные мужчины в бессилии попытались переключить внимание на себя, но не преуспели, их связали слишком сильно. Конвоиры громко заржали, потешаясь с чужих страданий.

— Кто это? — спросил Артем, кивком указав на пленных, в горле вмиг пересохло от волнения.

— Это дары Старшим, — довольно ответил Дрол. — Хорошие дары. Будет хороший праздник.

Наихудшие подозрения подтвердились и Артем понял, что заблуждался надеясь на доброту дикарей. Он не смог увидеть в лице Дрола приверженца кровавого культа, не отличил от обычного человека. Но разве он мог это сделать? Разве у убийцы будут руки по локоть в крови, а на лбу надпись «кровожадная тварь»? Он ошибся, потому что устал блуждать в одиночку и бояться каждого шороха.

Закон Мерфи оказался верным — если есть возможность случиться беде, то она непременно случиться.

Нужно было попытаться убежать, когда Дрол остался один, но теперь было поздно. Среди руин вмиг стало слишком людно. Не меньше четырёх десятков дикарей вертелось в поле зрения и не ясно, сколько их ещё скрыто в зелени джунглей. Ситуация казалась безвыходной.

— Пошли к вождю, — не обращая внимания на терзания Артема, добавил Дрол. — Я покажу ему тебя.

Артему ничего не оставалось, как последовать совету. Если начать рыпаться сейчас, то его вмиг нашпигуют дротиками и поднимут на копья. А так ещё оставался шанс выбраться из ситуации без вреда для себя.

Вождь оказался самым упитанным со всей шайки и достаточно немолодым — морщины на лице на это явно указывали. Одет он был богаче остальных. Шею украшали множество рядов экстравагантных бус — чего на них только не было, и кости с маленькими черепами животных, и клочки какой-то кожи, зубы разных видов, камушки и ракушки, и даже несколько сушеных человеческих ушей. Последнее Артема слегка шокировало. Но особенно вождя выделял взгляд — колючий и властный.

Верным спутником вождя оказался шаман и его внешний вид тоже заслуживал внимания. Разный висюлек на нем было даже больше чем на вожде. В руках он держал узловатый деревянный посох, увешанный костями не меньше чем его хозяин. А голову венчал рогатый череп, богато украшенный перьями. Взгляд шамана тоже был специфический — складывалось ощущение, что он презирает весь мир вокруг себя и все ему что-то должны.

Одним словом, эта парочка была яркой.

Дрол коротко поведал вождю историю их встречи с Артемом.

— Откуда ты пришел? — спросил вождь, внимательно разглядывая парня.

Если раньше Артем собирался не врать, то сейчас передумал, нужно было максимально запудрить мозги аборигенам. Оставался маленький шанс выдать себя за посланца богов, или кто-то тут у них за главного.

— Послали Старшие в честь праздника, — выдал парень.

— Это громкие слова, — ответил вождь после паузы. — Ты должен доказать их, иначе смерть.

«Вот влип», — сокрушенно подумал Артем и начал перебирать варианты.

Один нашелся, в старых фильмах любили такое показывать — когда продвинутый турист демонстрирует неотесанным дикарям огонь зажигалки и те падают в экстазе. Пришло время проверить этот миф. Парень достал из кармана зажигалку, ту самую, которой ещё недавно коптил стекло при затмении, и торжественно чиркнул колесиком. Огонь не зажегся. Артем мысленно застонал и торопливо повторил движение. На этот раз ему повезло больше — в его руке затрепетал маленький огонек.

Обещанного экстаза на лицах собеседников не возникло, но некоторая заинтересованность все же появилась.

— Хорошо, — нейтрально кивнул вождь. — Тебя благословили Старшие, только они могут дарить огонь своим детям, но твой дар слабый.

В подтверждение его слов на раскрытой ладони шамана заплясал сгусток огня с кулак размером. Существование магии опять подтвердилось, но это знание сейчас не особо могло помочь.

— Ты отличаешься от нас, — продолжил вождь, наверное намекая на рост, Артем был минимум на голову выше всех. — Потому мы тебя выслушаем, если тебе есть что сказать.

Артем был в замешательстве, он не знал что говорить. И даже в не количестве слов проблема. Проблема в сути, что просить, свободу для себя или попытаться спасти незнакомых ему людей? А ему это надо? Наверное да, сердце сжималось при виде обреченных пленников. Артем бы не смог себе простить, если бы не попытался. И вообще не ясно, на что согласится вождь.

— Старшие сказать, что дары слабый. Старшие будут не довольны. Ты увидишь.

Что тут началось! Вождь подскочил как ужаленный, глаза налились бешенством, руки сжались в кулаки, аж костяшки побелели.

— Что ты сказал, гниль?! — прорычал он. — Ты умрешь за такие слова!

Вокруг все зашевелились, у шамана в руках опять возник огненный шар, воины окружили Артема, наставив на него копья. Он испугался, но продолжил гнуть свою линию.

— Ты умрешь за такие дары! Так сказать Старшие! Старшие будут не довольны!

— Связать его! — скомандовал разъяренный вождь.

Несколько воинов кинулось выполнять поручение. Защитная пелена не появилась, на что в тайне надеялся Артем, и он пропустил удар со спины чем-то тяжелым по голове. Это было неожиданно, ноги подкосились. Руки вмиг оказались стянуты за спиной, а парень слишком поздно начал сопротивляться. Дело было сделано, несмотря на видимую тщедушность, дикари хорошо справились с поставленной задачей.

— Ты станешь главным даром, гниль, — выплюнул вождь. — Теперь-то Старшие будут довольны, как думаешь?

Шаман неожиданно громко рассмеялся, спустя миг к нему присоединился и сам вождь.

Артем понял, что сделал ставку не на тот номер. Он пошел ва-банк и все проиграл.

Солнце ещё не зашло, а праздник уже начался. Ему накинули удавку на шею, под ребра уперли копья и первым повели к алтарю. Возможности убежать не было вообще, он не мог даже нормально двигаться. А на геройскую смерть храбрости не хватало — Артем не мог заставить себя броситься на врагов, чтобы быстро умереть и забрать с собой хоть кого-нибудь на тот свет. Вместо этого он покорно шел на плаху с призрачной надеждой отстрочить смерть хоть на несколько минут. Очень хотелось поверить в чудо. Очень хотелось жить!

Его уложили на жертвенный камень, он начал сопротивляться, но все это было тщетно. Ему крепко привязали руки и ноги, лишив возможности спастись. На него смотрели с предвкушением все присутствующие, а их было немало, человек двадцать включая вождя и шамана.

Именно шаман занес над ним ритуальный костяной нож, читая молитвы своим проклятым Старшим. Артем с ужасом смотрел на острый кончик ножа, что был направлен ему точно в сердце. Вот она, его смерть. Это острие заполонило все внимание парня, загипнотизировало его, мешало думать про что либо иное. Жизнь не проносилась перед глазами, был только кончик ножа, который стал больше вселенной и был самым важным в этот миг — вершителем его судьбы.

Шаман резко замолчал и начал опускать нож. Медленно. Давая насладиться этими последними мгновениями. Очень медленно. Слишком медленно! Опять. Как в лесу, в битве со зверем!

Мир поплыл, утратил краски. Артем снова увидел потоки разноцветного тумана, только в этот раз основным был грязно-серый, отвратительный даже с виду. Неужели вот оно, чудо! Потоки радости заполонили сознания парня, он ощутил свою силу, несокрушимую мощь, бурлящую в его жилах. Золотистое сияние окружило его, он увидел защитную пелену, готовую остановить нож, но к ней было ещё слишком далеко. Слишком долго ещё ждать пока шаман завершит удар. Нужно начинать действовать раньше. Уже сейчас.

Он напряг мышцы рук и веревки, что связывали их с удивительной легкостью порвались. Артем перехватил нож и вонзил его в живот шамана. Без колебаний и сожалений. Тот ещё не понял, что произошло, а Артем уже развязал свои ноги и бросился в бой. Ему хотелось крушить врагов. Отомстить им за пережитый страх и унижение. За свою беспомощность.

Страх ушел и не было сомнений в правильности действий. В мыслях царил покой и рациональность. Странное состояние для человека, который убивает впервые. Наверное побочный эффект этого мистического транса.

Он успел пронзить костяным ритуальным ножом десятерых, в том числе и вождя, когда течение времени вернулось в привычное русло. Пелена ещё держалась, но Артем не был уверен в её долговечности. Он вообще не мог понять, как все это работает, но был рад этому дару.

До его слуха неожиданно донеслись шумы битвы — крики, удары и стоны. Но они звучали не в храме. Кто мог поддержать его маленькую войну, он не знал.

Защита вспыхнула ярким золотом, когда Артема попытались ударить копьем. Пелена справилась. Дикарь упал, пронзенный ножом.

Тема подхватил выпавшее из рук умирающего копье и продолжил бой с новым оружием. Все было примитивно и просто — вспышка золотого сияния, контратака и зачастую смерть врага. Но некоторые ещё держались.

В один миг в храм ворвались новые силы. Это были не дикари. Эти были похожи на пленников — кожаные одежды, более мускулистые фигуры, деревянные круглые щиты в руках и короткие металлические мечи.

Они вступили в бой, оттеснив Артема себе за спины. Это друзья — мгновенно сориентировался парень и отступил. Воины, действуя умело и слажено, быстро довершили начатое Артемом. Вскоре в храме не осталось врагов.

Один из воинов внимательно посмотрел на Артема и заговорил на своем языке.

— Я Тавис, третий сын Сахи. Если ты упал с неба, то я искал именно тебя. Ты понимаешь меня, высокий человек?

— Понимаешь, — кивнул Артем, этот язык оказался намного проще в произношении, чем наречие дикарей. — Я упал с неба. Я Артем.

— Ар-тем, — по слогах произнес Тавис, изучая новое имя. — Духи не обманули меня, Артем. Ты помог победить врагов. Ты убил шамана. Мой род у тебя в неоплатном долгу. Пойдем, нам предстоит неблизкая дорога домой.

Артем опять кивнул. Ему очень хотелось поверить Тавису. Сил отказаться от помощи у парня не оставалось — его выбили из колеи последние события. Спасая свою жизнь, ему пришлось убивать. Боевое безумие отступило и теперь на душе лежал тяжелый камень греха смертоубийства.

Разум сковали оковы безразличия, потому он готов был идти за этим воином не зная куда приведет его эта дорога.

Глава 8

Артём Соколов. Песнь духов

Возвращение Тависа в родное поселение было сродни празднику. Соплеменники освобождены, а мертвые отомщены — чем не повод для радости. Даже потери среди воинов не омрачали радость встречи — по — видимому отношение к смерти у этих людей иное, они не горевали о воинах что выполнили свой долг и погибли в славном бою. По крайней мере в открытую.

На Артема глазели с неподдельным интересом и это нестранно. Он очень выделялся среди местного населения — как уже говорилось, был на голову выше всех и очень непривычно одет для этих мест. Но тот факт, что он прибыл с сыном вождя, оберегали его от излишне назойливого внимания.

Пока местные с любопытством разглядывали его, парень не чурался с интересом осматриваться по сторонам. За время пути он смог многое узнать от Тависа и достаточно неплохо поднаторел в языке хмэров, потому приблизительно представлял куда попал. Из рассказов сына вождя у Артема сложилось некоторое представление об этих людях. Хмэры, по первому впечатлению, представляли собой многочисленное племя, которое обжило граничащие с джунглями горы. У них, что удивляет, оказалось некоторое подобие централизованной власти. Правил всем верховный вождь, отец Тависа, но вместе с тем во главе каждого поселение стоял отдельный старейшина. Все глобальные проблемы племени решались на сборе старейшин под руководством верховного вождя. Правда, со слов Тависа, такие сборы проводились не очень часто.

В основном жизнь хмэров была достаточно мирная и уравновешенная. Единственными врагами оказались лесные хторры, с которыми Артем уже успел познакомиться. Примерно несколько раз за год они совершали нападения на слабые поселение и воровали людей для своих кровавых ритуалов. В такие моменты хмэры отправлялись в преследование. Именно свидетелем этого Артем и стал.

У хмэров существовало некое подобие религии — поклонение духам предков. Духовными лидерами племен были шаманы, которые могли общаться с духами. Они имели силу предсказывать будущее, лечить болезни и изменять погоду. А самый сильный и умелый из них получал статус Великого и был правой рукой верховного вождя. Раньше, услышав такое, Артем бы сказал, что это лишь фантазии дикарей. Но в свете последних событий парень воспринял шаманизм хмэров без скептицизма.

По уровню развития, с точки зрения Артема, племя стояло выше своих лесных врагов, но порядком отставало от уровня земного прогресса. Хмэры жили за счет скотоводства, умели обрабатывать землю и промышляли рыбной ловлей с горных рек. Умели работать с металлом и камнем. Но дальше в своем развитии они не шагнули.

Войдя в главное поселение, Артем смог всё увидеть своими глазами. Дома хмэров были каменные и только одноэтажные. Все круглой формы и крытые островерхими крышами. У Артема сразу возникла ассоциация с огромными ульями. У его деда в деревне была подобная пассика. От этой мысли он усмехнулся, но сразу немного погрустнел, вспомнив о родных. Как они там? Они должно быть очень волнуются и ищут его.

Главное поселение хмэров находилось в уютной небольшой долине, высокие скалы окружали её с трех сторон, защищая от холодных горных ветров и оберегая от нападения врагов. Долину рассекала горная река с хрустально чистой холодной водой. Хорошее место во всех отношениях.

— Как тебе у нас? Нравиться? — спросил Тавис, отрывая парня от рассматривания окрестностей.

— Очень. Красиво у вас.

— Пойдем, я познакомлю тебя с отцом. Ему, должно быть, уже доложили о нашем прибытии.

— Пойдем, — согласился Артем.

Дом верховного вождя был больше остальных и был богато украшен резьбой по камню и непонятными символами. У входа стояли на карауле два воина. Увидев Тависа, они приветливо распахнули вход и уступили дорогу.

Войдя, Артем смог рассмотреть внутреннее убранство дома. Где-то треть постройки было скрыто за шкурами, очевидно, там была личные покои вождя, но основное помещение осталось открытым для глаз.

В центре дома было отведено место под открытый костер. Каменные борта не давали огню распространится и сейчас там весело пылало пламя, освещая все вокруг. Дым уходил через отверстие в крыше, но при этом порядком закоптив весь потолок дома. Возле стен стояли лавки для гостей, а сам вождь восседал на высоком троне в нескольких метрах от огня.

Вождем оказался седобородый но крепкий мужчина с твердым но не злым взглядом. Его одежда была обычной и лишь богато украшений камнями золотой обруч на лбу указывали на его статус.

— Благослови тебя духи, сын мой, — сказал он приятным низким голосом. — Я вижу ты вернулся с победой и это радует меня. Но скажи кто твой странный спутник?

— Здравствуй, отец, — Тавис почтенно поклонился. — Духи не отвернулись от нас и мы смогли победить врагов. Это так. А этого высокого воина зовут Артем. Духи послали его нам на помощь.

— Ты уверен в своих словах, сын? — перебил Тависа вождь.

— Да, отец. Он упал с неба и храбро сражался. Он убил хторрского шамана и сразил десяток сильных воинов.

По залу поползли шепотки, множество недоверчивых и удивленных взглядов скрестились на парне. Артему стало немного неуютно. Он не знал как реагировать, потому решил молчать пока не спросят.

— Я верю тебе, сын, — кивнул вождь. — Но очень удивлен твоими словами. Мы видели, как с неба упала звезда. Правда, что тебя послали духи? — это уже было обращено к Артему.

— Я не знаю, — пожал плечами парень, не имея понятия как ответить на этот вопрос.

— Откуда ты? И как выучил наш язык?

— Издалека. И я не знаю, как тут оказался, — про знание языка парень решил не отвечать, потому что сам не понимал, как это происходит.

— Это очень странно, Артем. Но ты помог нам в битве и мой сын привел тебя в наш дом, потому ты будешь желанным гостем здесь. Но сначала мы должны спросить духов как быть с тобой. Если они послали тебя, то смогут сказать для чего.

Вождь сделал небольшой знак рукой и из тени трона вышел немного сгорбленный старик — Великий шаман хмэров. Он вроде и не прятался, но Артем до этого момента его не замечал. Неспешной походкой шаман подошел к парню и впился в него изучающим взглядом. От старика исходила странная сила и мощь, у Артема даже мурашки по спине побежали.

— Что?.. — начал было парень, но шаман взмахом руки его прервал.

— Тише, мальчик, — спокойно сказал он. — Тебе не навредят.

Шаман продолжил осмотр. Совершенно неожиданно он ухватился за левую руку парня и удивительно цепкими пальцами разжал его кулак. Все увидели треснувшую девятилучевую звезду.

Повисла пауза.

— Это знак, мальчик, — сказал шаман спустя минуту гробовой тишины, глядя в глаза парня. — Очень плохой знак.

Артему стало ещё больше не по себе. Вспомнился полет сквозь туннель и страх, что связан с этим.

— О чем ты говоришь, Великий? — встревожено спросил вождь.

Шаман не сразу отреагировал на вопрос вождя.

— Я должен спросить духов, — сказал он, не отпуская руку Артема. — Пойдем, мальчик. Не надо бояться.

Шаман двинулся к выходу, увлекая парня за собой. Волю Артема как будто подавили и он покорно поплелся следом. Он был встревожен, но страха перед стариком не испытывал. Шаман мог дать хоть какие-нибудь ответы, а это уже было неплохо.

Им уступали дорогу и не сопровождали — очевидно, шаман пользовался непререкаемым авторитетом среди племени. Всю дорогу к своему дому старик молчал и не отвечал на вопросы Артема.

Хижина шамана отличалась от всех построек в деревне и стояла на отшибе. Огражденная высоким частоколом, она скрывалась от любопытных взглядов жителей поселения. Количество мистических знаков на квадратный метр тут превышала все разумные переделы. У Артема аж в глазах зарябило от бесчисленного количества символов и мелкой шаманской атрибутики — перьев, черепов животных, камней, кристаллов и прочего. Но, тем не менее, у этого места была своя уникальная сильная энергетика — парень смог это ощутить. Как будто легкий ток пропустили сквозь его тело.

— Ты ощутил, — утвердительно произнес шаман, наконец нарушив свое молчание.

— Что это? — Артем неопределенно покрутил в воздухе рукой, пытаясь разобраться в своих ощущениях.

— Обитель духов, — ответил шаман. — Место силы. Пойдем внутрь.

Если честно, Артем ничего не понял, но последовал за шаманом. Внутри шаманского дома было очень жарко и темно. Огромный костер посреди постройки сейчас не горел, но красные угли продолжали тлеть, давая достаточно жару и едва рассекая темноту багряными всполохами. Мрачноватое место.

Шаман скинул свой плащ и уселся возле костра.

— Садись, — он указал на место напротив себя, по другую сторону костра. — И ничего не бойся.

Артем неуверенно присел на указанное место.

Шаман щедро плеснул на угли и раскаленные камни каким-то отваром. Тлеющий костер недовольно зашипел, будто рассерженная кошка. В помещение распространился дурманящий аромат трав и стало еще жарче, как в парной. Артем стащил с себя футболку, которая мгновенно пропиталась потом насквозь.

Следом в костер полетели сушеные листья и травы. К пару прибавился дым. Дышать стало тяжелее, но не намного. Аромат трав был приятен.

Волнение отступило, Артем расслабился и немигающим взглядом уставился на тлеющие угли. Переливы багрянца на гранях сожженного дерева завораживали его.

Шаман начал гортанно петь и раскачиваться. В этой песни не было слов, только звуки. Артем молча слушал и смотрел. Вихри белого дыма поднимались верх и танцевали в такт странной музыки. Это было красиво. Артем улыбался.

Мир привычно поплыл и темная комната наполнилась светом и цветами. Переливы радужного тумана подчинились шаманской песни и затанцевали вместе с дымом. Артему очень захотелось присоединиться к этому действу. Он посмотрел на свои руки, они сияли золотистым светом. Сияние пульсировало и просилось в танец. Парень улыбнулся и протянул руки в сторону хоровода. Золотистые нити радостно сорвались с его пальцев и вплелись в общий рисунок, дополнив гармонию этого места.

Парень радовался, его звонкий смех лился в такт песни старика.

К ним прибыли гости. Бестелесные существа ныряли в хоровод света и шептались о чем-то своем, Артем не мог разобрать слов как ни старался. Но он был рад новой компании. Чувства легкости и силы заполнили его.

Но в один миг все закончилось, шаман замолчал и видение развеялось. Артем ещё несколько мгновений недоуменно осматривался вокруг.

— А где все? — растерянно сказал парень. — Почему все ушли? Что это вообще было?

Шаман не отвечал, он молча и внимательно смотрел не парня. В его взгляде не было удивления, лишь знание и сострадание.

— Поспи, мальчик, — спокойно сказал он вместо ответов. — Тебе нужно отдохнуть. Ты устал. Завтра ты все узнаешь.

Артем и вправду ощутил как его веки отяжелели, а руки налились свинцом. Он действительно очень сильно захотел спать. Смачный зевок стал тому подтверждением. Парень устало опустился возле костра и, несмотря на сильную духоту, спокойно уснул.

Старый шаман ещё несколько секунд посмотрел на спящего гостя и сокрушенно покачал головой. Духи многое ему поведали об этом парне, но еще больше осталось скрыто завесой тайны. Но того, что он узнал было достаточно, дабы понять что судьба этого человека простой не будет.

Позвав нескольких человек, шаман приказал перенести спящего парня в более пригодный для отдыха дом.

Глава 9

Безымянный. Линии судьбы

Буря вокруг Солара набирала обороты, но Безымянный был доволен. Очень доволен. Результатом его борьбы совершенно неожиданно стало приобретения своего личного плана возле этого мира — его связь с человеком принесла свои первые плоды. Неожиданные, но чрезвычайно приятные. Он смог создать свой маленький мир и привязать его к Солару. Впервые за миллиарды лет существование Безымянного наполнилось смыслом. Ещё никогда он не был так близок к обретению имени. К тому, чтобы получить источник душ и силы. Стать не просто скитальцем междумирья, но божеством одного из миров.

Создавая свой план, Безымянный черпал образы из памяти жителя закрытого мира. Леса, реки, горы и поля сплетались с потоков его собственной энергии и заполняли этот маленький пласт реальности.

Но что же делать дальше? Призванный получил в свое распоряжение часть силы Безымянного, но этого было недостаточно. Безымянный решил, что обязан подкорректировать судьбу своего протеже, благо для божества, привязанного к миру, это стало возможно. Необходимо создать условия, в которых призванный человек получит шанс выжить в чужом для себя мире. Напрямую это сделать нельзя, но подкорректировать вероятности можно.

Занимаясь этим нелегким делом, Безымянный чуть было не пропустил важное событие — сознание человека непонятным образом раскрылось для связи. Связующий канал перебросил часть сознания человека в новосозданный мирок.

От неожиданности Безымянный растерялся. Это уникальный шанс! Вторая возможность занять оболочку и воплотиться в мире! Пусть для этого надо уничтожить сущность человека, но что такое одна жизнь смертного по сравнению с будущим величием. Стать первым воплощенным в мире божеством междумирья! Об этом можно только мечтать.

Не теряя времени Безымянный принялся за дело. Прежде всего, нужно усилить связь и получить возможность изучить ментальные барьеры человека. Безымянный кинул зов и был услышан. Человек заколебался. Безымянный усилил напор и достиг результата! Да! Человек двинулся на зов и раскрылся еще больше. Врожденная ментальная защита, оказавшаяся неожиданно мощной, немного приоткрылась и Безымянный поспешил этим воспользоваться. Это шанс! Ещё немного и сбудется заветная мечта божества. Ментальные невесомые щупы начали проникать под барьер. Ещё совсем чуточку…

Но неожиданно человек закрылся, мимолетом отсекая ментальную связь. Что-то привлекло внимание человека и Безымянный понял что именно. Другой более близкий зов отвлек его. Заставил покинуть этот пласт реальности.

Ещё одна возможность была утеряна! Ну ничего, это ещё не конец. Главная битва ещё впереди. Безымянный не собирался отказываться от своей цели…

Глава 10

Артем Соколов. Изгнание

Артему снился странный сон, он видел дивный мир, сотканный из золотого света множества оттенков. Темно-золотая земля под ногами, ярко-золотистое сияющее небо над головой, багряно-золотые, словно отлитые из металла, деревья и бледно-золотистые веселые ручьи под ногами. Фантасмагорический мир. Мечта золотоискателя, Клондайк и золотой город инков в одном флаконе. От последний мысли Артем усмехнулся.

Мир был странным, но не пугал — парень четко осознавал, что это лишь сон и ничем иным это быть не может. Но такой сон он видел впервые. Хотя, многое за последние несколько дней с ним произошло впервые в жизни. Причем наяву. Чего удивляться простому сну.

Здесь не было четких ориентиров — все было однообразным, потому было без разницы куда идти. Артем неспешно брел вперед, не задумываясь о необходимости искать что-либо. Он поймал себя на мысли что любуется этой непонятной золотой природой, она не вызывала у него отторжения несмотря на узкую цветовую гамму. Он с интересом зачерпнул золотую воду из ближайшего ручья. Она была холодной, мокрой и легко утекала сквозь пальцы, как настоящая. Лишь слабая золотистая окраска руки после омовения выдавала неестественность местной воды. А так, по ощущениям, и не отличить. Очень странное место.

С очередным порывом ветра Артем уловил тихий шепот. Сначала он подумал, что ему показалось и это шелестят золотые кроны деревьев, но ветер принес новые слова, разобрать которые парень не смог, лишь убедился в существовании голоса. Ему удалось представить примерное направление к его источнику. С интересом Артем двинулся на поиски. Голос был тихим и спокойным. Он звал парня к себе.

Теперь его путешествие обрело смысл — найти голос. Это было важно. Пришло понимание, что именно ради этого Артем попал в этот золотой мир.

Но гармонию поисков прервал другой звук — низкое гортанное пение без слов. Песня шамана! Артем остановился. Он начал вспоминать — бой, Тавис, племя хмэров, шаман, танец духов, чужой мир, магия… Что все это значит? Куда он идет? Так ли важно найти источник шепота и понять суть его слов? Или лучше проснуться и покинуть этот мир?

Чем больше крепли сомнения в душе парня, тем громче становилось пение шамана.

Золотой мир потускнел…

Артем проснулся и резко открыл глаза, мгновенно вываливаясь из сна.

Он попытался резко встать, но был остановлен твердой рукой старого шамана, что легла на его плечо.

— Спокойно, мальчик. Спокойно. Все хорошо.

Артем встретился глазами со стариком. Лицо шамана было уставшим, но спокойным.

Парень оглядел помещение, в котором проснулся. Это было не то место, где он уснул, не дом шамана. Небольшое низкое строение без углов выдавало обычный хмэрский дом и Артему выпала возможность осмотреть быт этого племени изнутри. Впрочем, ничего особенного он не увидел. Все тот же открытый огонь в центре дома, закопченный черный потолок и стойкий запах сажи, парочка низких топчанов, накрытых шкурами на одном из которых он сейчас и лежал, стол, несколько лавок вдоль стен и подвешенные под потолком мешки с припасами. Вот собственно и все внутреннее убранство простого дома, ничего особенного.

На одной из лавок сидел Тавис и встревожено наблюдал за парнем. В глазах сына вождя читалось искреннее переживание и живой интерес к происходящему. Артем коротко кивнул старому знакомому.

— Что произошло? — спросил парень, вновь посмотрев на шамана.

— Ты путешествовал в мир духов, — устало ответил старик. — Я не знал, что у тебя есть эта сила. Не увидел её. И ты ушел слишком глубоко. Глубже чем уходим мы. Ты мог остаться в мире духов навсегда, но я смог тебя вытащить.

Артем опешил от мысли, что тот казалось бы безобидный сон мог стать последним в его жизни, но постарался сохранить спокойствие. И ему это удалось — множество угроз за такое короткое время немного закалили его волю. Опасность, которая миновала, уже не смогла ощутимо пошатнуть его душевное равновесие.

— Что вам удалось узнать? — после паузы спросил Артем.

— Я узнал не многое. Духам закрыта твоя судьба. Кто-то очень сильный влияет на неё.

— О чем вы? Как влияет?

— Это сложные вопросы, на которые у меня нет ответов. Но сущности, которые следят за твоей судьбой очень могущественные. И духи сказали, что ты узнаешь ответ на этот вопрос сам, со временем.

Артем не знал, что сказать и что спрашивать. Он терялся в догадках и категорически не понимал, о чем говорит шаман.

Хотя нет. В памяти всплыли обрывки воспоминаний связанных с полетом сквозь туннель. Он ощущал присутствие неведомой силы. Он чувствовал её внутри себя. Возможно, именно об этом и говорит старый шаман.

— Тавис, — шаман обратился к сыну вождя. — Позови своего отца. Есть ещё кое-что, что я должен рассказать. И лучше, когда это услышит вождь.

Тавис, не задавая лишних вопросов, кинулся выполнять поручение.

— О чём вы? — Тёма встревожился.

Шаман не ответил.

— Не молчите! — уже не на шутку встревожился парень.

— Спокойно, мальчик, — взгляд шамана выражал сожаление. Это ещё больше заставило Артема волноваться. — Сейчас я все расскажу. Подождем вождя.

Артем поднялся с кровати и принялся бродить по дому, проявляя свое нетерпение.

Спустя минуту шкура, исполнявшая роль двери в этом доме, была отброшена в сторону и внутрь вошел Тавис со своим отцом. Они не заставили себя долго ждать.

— Что-то случилось? — с порога обратился вождь к шаману, выражая искренний интерес и волнение.

— Не случилось, но может случиться, — обтекаемо ответил шаман, заставив всех напрячься.

— Поясни, — потребовал вождь. — Духи тебе что-то сказали?

— Да. Они показали мне будущее. Оно очень туманно, но одно я могу сказать наверняка — Артема ищут и если он останется здесь, то сюда придет смерть.

Повисла пауза. Все были ошарашены. Особенно Артем.

— Кто меня ищет и зачем? — испуганно спросил он.

— Те, кто втащил тебя в наш мир. Да, — предвосхищая вопросы, сказал шаман. — Духи показали мне, что ты не был рожден в нашем мире. Это так. Тебя силой призвали к нам и ты им очень нужен. Для чего, я не знаю. Но тебя будут искать, невзирая на препятствия. Если ты останешься здесь, то нас уничтожат.

Артем опять обессилено рухнул на кровать. Наихудшие его подозрения подтвердились — он в чужом мире. И его ищут те, кто виновен в его попадании сюда. Что же делать?

— Уничтожат? Это точно? — пришел в себя вождь.

— Да, — ответил шаман. — Нашу судьбу духи определили ясно.

— И что нам делать? — встревожено спросил Тавис. Опять воцарилось неловкое молчание. Все прекрасно понимали, что надо делать, но сказать об этом вслух было непросто.

— Артем должен уйти, — твердо, хоть и не громко, ответил вождь после паузы. Это решение далось ему нелегко.

— Но он помог нам! Без него мы бы не справились! — воскликнул Тавис.

На лице вождя отразилась целая гамма чувств. Он прекрасно понимал своего сына и был согласен с ним, но не мог принять иное решение. Жизнь его племени была важнее жизни чужака.

— Я понимаю, но своего решения не изменю, — тяжело ответил он.

— Но отец!..

Договорить ему не дал Артем.

— Не надо спорить. Я уйду, — твердо сказал парень. — Я не хочу, чтобы вы пострадали из-за меня. Вот только куда мне идти?

В который раз воцарилась неловкая тишина.

— Вот на этот вопрос у меня есть ответ, — после паузы, ответил шаман. Все с интересом посмотрели на него. — Духи подсказали мне. Иди на восток по каменной реке. Там ты найдешь ответы. И ещё запомни слова Духов: «Когда утратишь то, что приобрел, верни это любой ценой. И тогда откроется тебе путь домой».

— И что это означает? — Артем не совсем понял суть последнего совета.

— Ты сам поймешь со временем, просто хорошенько запомни эти слова.

Обескураженный этим разговором, Артем повалился на кровать. Слишком странно все, слишком туманно. Кто его призвал в этот мир и зачем? Кто его ищет? Что это за могущественная сущность, которая следит за его судьбой? И ещё это непонятное пророчество про путь домой. Что приобрел? Когда утратишь? Как вернуть? Опять слишком много вопросов и опять практически нет ответов. Но одно ясно наверняка, из поселения хмэров надо уходить — подвергать опасности невинных людей Артем не собирался.

«Что ж, посмотрим, куда меня заведёт судьба», — подумал Тёма.

Глава 11

Артём Соколов. Большая дорога

Артем сдержал обещание и покинул племя хмэров. Теперь его путь лежал на восток. И если верить пророчеству шамана, там он отыщет ответы на свои вопросы, которых накопилось до неприличия много. Что ж, время покажет.

Обещанная шаманом каменная река оказалась обыкновенной дорогой, немного разбитой, заброшенной, но рукотворной. Она была явно намного новее тех руин, которые парень отыскал среди джунглей и это внушало определенный оптимизм. Подтверждало существование современной цивилизации в этом мире. Хотя, кто знает, куда приведет эта дорога и кем являются её строители.

Прощание с племенем получилось сумбурным, многие прятали глаза, осознавая, что фактически прогоняют парня. Тавис до последнего сопротивлялся решению отца, порывался пойти вместе с Артемом, но все же, в конце концов, не сумел пойти против воли вождя. Тут уж ничего не поделаешь. Духи предсказали беду, значит нужно уходить. Зато Тёму неплохо снабдили провиантом — полный мешок продуктов приятно оттягивал плечи. Кроме того, Артема приодели в добротные кожаные одежды, оперативно сшитые специально для него, подарили короткий меч, которым парень, как истинное дитя двадцать первого века, откровенно не умел пользоваться и вручили круглый деревянный щит. Последний так и вовсе, по мнению Тёмы был балластом и откровенно мешал. Приходилось постоянно бороться с желанием его выбросить.

Путь обещал быть не близким, но это мало волновало парня. Ему показали несколько видов точно съедобных растений и научили где искать воду. Последнее так и вовсе оказалось элементарным заданием, Артем зря страдал во время своего первого знакомства с джунглями. Одним словом, проблем с пропитанием теперь возникнуть не должно. И вообще, под напором обстоятельств, Артем немного поумерил волнение — сработал естественный защитный механизм, психика защищалась от избытка переживаний. Можно сказать, что в нем проснулась некоторая доля фатализма.

По пути парень пытался осмыслить те фантастические изменения, что произошли с ним. Внести некоторую структуру в существующий сумбур. Первое, и уже неоднократно подтвержденное, это реальное существование магии в этом мире. Больше того, Артем сам овладел некоторой силой, естественно абсолютно без необходимых знаний и умений, но магический талант имеет место быть. Источником этой силы, скорее всего, стала та сущность, о которой говорил шаман. Тут, наверное, нужно сказать «спасибо», ведь не будь этих даров, жизнь парня давно бы трагически оборвалась. Второе — это понимание чужих языков. Талант тоже весьма полезный и однозначно пригодиться во время скитаний. Третье — это замедление времени во время критических ситуаций. Тут логика подсказывала, что это скорее всего не время притормаживает, а ускоряется сам Артем. Опять таки полезный навык и следует научиться его как-то контролировать. Если это возможно, конечно. И последнее — это странные видения разноцветного тумана, которые хаотически появляются все в тех же опасных ситуациях. Опять таки логически напрашивался вывод, что это «магическое зрение» — некое видение энергетических потоков. Во многих фэнтезийных книгах такое описывалось.

И вообще, размышляя о событиях минувших дней, Артем испытывал искреннюю благодарность к писателям этого жанра. Множество прочитанных книг все-таки оставили свой след и помогли смириться с фактом попаданста. Ведь читая такие произведения, многие представляли себя на месте главного героя. Артем не был исключением. Что ж, теперь ему выпала возможность почувствовать это на своей шкуре. И во многом, реальность не такая красочная и веселая как рисуется на страницах книг.

Каменная река медленно плыла под ногами. Яркое белое солнце (а местное светило Артем привычно окрестил именно так) ощутимо пригревало, заставляя парня жаться в придорожную тень. Мысли в его голове продолжали вертеться в одном направлении — как вернутся домой. На данный момент это была главная цель парня. Нормальное желание любого человека попавшего в непонятную обстановку — покинуть опасную территорию и вернуться в привычную безопасную среду обитания. Но на данный момент эта цель была недостижимой.

Монотонный путь и невесёлые мысли сделали первый день самостоятельного путешествия очень долгим. Но как бы то ни было, он подошел к концу и солнце спряталось за высокими кронами. По совету хмэров это было время для поиска ночлежки, ведь дальше потемнеет очень быстро. Выбрав подходящее дерево, парень с легкостью забрался на нижние толстые ветки. Подходящая развилка нашлась практически сразу. Закрепив себя и свои пожитки специально припасенной для такого случая верёвкой, Артем принялся укладываться. Жуть как неудобно, но зато безопаснее, чем на земле. Оставалось надеяться, что умеющие лазить по деревьям крупные хищники этой ночью обойдут ночлежку парня стороной.

Ночь прошла относительно спокойно и без особых происшествий, если не считать таковыми тот факт, что за ночь пришлось много раз просыпаться, дабы сменить положение тела. Ветки ощутимо намяли парню бока. Один раз, неудачно разместившись, Артем чуть не упал со своего насеста и лес услышал несколько интересных словосочетаний из великого и могучего. Ну и самым страшным событием за ночь стала небольшая наглая ящерица, решившая погреться на груди парня. С перепугу Артем отправил бедное животное в недалекий полет. Пакостная ящерица! Хоть и маленькая, но чуть не сделала человека заикой.

После короткой разминки, завтрака и скорого умывания, Тёма продолжил свой путь.

«Интересно, а сколько я прошел за один день, — размышлял парень, мерно шагая по дороге. — В общей сложности, если отбросить перекуры, в пути я был часов шесть. Какая там скорость движения пешехода? Километров пять в час? Или меньше? Ладно, пускай будет пять. Это получается километров тридцать. Дохрена! Даже не вериться. Не удивительно, что ноги так ощутимо болят после вчерашней прогулки».

Мир был полон звуков, и за прошедший день Артем свыкся с ними и не обращал особого внимания. Мелодичное щебетание птиц для этих мест было естественным явлением. А вот изменения в общем звуковом фоне внимание парня привлекли. Далеко, на грани слышимости, происходила непонятная возня. И если верить слуху, то источник звука располагался прямо по дороге. Но тот факт, что тракт постоянно незначительно петлял, лишали Артема необходимой видимости. Парень напрягся. Ситуация попахивала неприятностями.

— И что мне делать? — пробормотал он себе под нос.

Данных было недостаточно для принятия какого-либо решения, потому Артём продолжил движение. Лишь поудобнее перехватил щит левой рукой, готовый в любой миг спрятаться за этой преградой и вытащив меч из ножен. Навыков владения холодным оружием у него не было, но, в конце концов, хоть попытается отмахаться острой железякой в случае нападения. Уже толк. С оружием в руках, он почувствовал себя чуть более уверенно.

Звук усиливался и все больше напоминал звуки борьбы.

«Кто-то на кого-то напал», — такая ассоциация возникла в голове парня.

Его терзали сомнения, с одной стороны врожденное любопытство требовало разобраться в ситуации, а холодный инстинкт самосохранения предлагал поумерить пыл и не вмешиваться. В данном случае Артёмом был принят компромиссный вариант — сначала посмотреть издалека и лишь потом принимать окончательное решение.

Дальнейший путь принес сюрприз — парень вышел на развилку дорог. Более того, полотно тракта как дальше по курсу, так и на соседней дороге, которая уходила на север, выглядело более ухоженным и очевидно использовалось чаще. Теперь казалось, что источник звука находится как раз за следующей небольшой извилиной. Ещё метров сорок.

Тракт вильнул ещё раз и Тёма действительно смог увидеть источник шума. Это был караван. Несколько повозок беспомощно застыли посреди дороги. Лошади и почти все люди лежали вповалку. Толи умерли, толи их усыпили. А вокруг повозок мельтешили десятки мелких созданий, проявляя явный гастрономический интерес к неподвижным телам. Единственным препятствием на их пути был одинокий худощавый воин, вооруженный изогнутым одноручным клинком. С неимоверной скоростью он петлял между телами и отгонял незваных гостей. Многие из нападающих уже лежали мертвыми, но стоило ему отвлечься на одну повозку, так стая мелких хищников бросалась на тела, что были незащищены. Противников у одинокого воина было ещё слишком много. Не смотря на своё очевидное мастерство и скорость, он не справлялся.

«Надо помочь!» — твердо решил Артем.

Скинув мешающий сейчас мешок с провиантом и поудобнее перехватив свое оружие, Тёма направился к месту схватки. В крови бурлил адреналин, но обретенные спецспособности пока не активизировались.

«Придется справляться своими силами», — промелькнула ёще одна мысль. — «Жаль».

Одинокий воин заметил приближение Артема, и продолжая отмахиваться от мелких, но быстрых и назойливых тварей, начал что-то активно жестикулировать свободной рукой.

Один знак Тёма понял сразу — его заставляли остановиться. Но почему? Что не так? Парень решил подчиниться и в недоумении развел руками, показывая, что не до конца понимает, что ему надо делать.

Свободной рукой воин демонстративно закрыл рот и нос. И что это означает? Нельзя дышать?

Точно! Мелкие твари каким-то образом усыпили своих потенциальных жертв. В их присутствии дышать нельзя. Многое сразу стало понятно.

Артем кивнул, давая понять, что разобрался с жестами незнакомца. Тот кивнул в ответ и принялся рубить врагов дальше. И что это получается, все это время этот человек не дышит? Бред! Судя по звукам, бой продолжается уже минут пять, а то и больше. И это активный бой, с постоянным маханием саблей и быстрыми перебежками. Невероятно. Это невозможно с точки зрения физиологии. Человек ли это вообще?

«Ладно, все потом!» — сам себя одернул Артем.

С усилием провентилировав легкие, словно перед погружением под воду, парень глубоко вдохнул, задержал дыхание и кинулся в бой. Действия Тёмы были не столь эффективны, как у незнакомца, но вдвоем дела у них пошли немного лучше.

Оказавшись в гуще боя, Артем смог рассмотреть своих противников. Небольшие, размером с кота, но очень юркие, похожие на ящериц. Огромные желтые глаза с вертикальным узким зрачком. Зеленовато-бурый окрас чешуи. Большая пасть с множеством мелких зубов и умение высоко прыгать, поэтому надо было беречь открытые участки тела. Новую кожаную одежду Артема они прокусить не могли, в этом парень быстро убедился. Время от времени они замирали на месте, раскрывая на спине ярко-красные кожистые гребни, напрягались, шипели и выпускали в воздух очередную порцию какой-то отравы. Прав был незнакомец, дышать тут нельзя.

В общем и целом эти ящерицы были не страшным противником, прямой схватки старались избегать, полагаясь исключительно на свое химическое оружие. Главной задачей было отогнать эту пакость от спящих людей и животных. Нескольких ящериц Артему даже удалось убить.

Спустя минуту активного боя Артем начал испытывать заметную нужду в кислороде. Он скосил глаза на своего союзника и заметил, что его движения также замедляются.

«Значит воздух ему тоже нужен», — проскользнула в голове несвоевременная мысль.

Это плохо. Они не справлялись с проблемой. Несмотря на совместные действия живых и невредимых противников оставалось ещё достаточно много. Ситуация грозилась выйти из-под контроля с минуты на минуту. Людей ещё как-то получалось оградить от хищников, а вот кони уже были серьезно покусаны. Множество мелких ран на теле животных обильно кровоточили. Артем принял решение отдать коней в жертву, лишь бы ящерицы отстали от людей.

Шла вторая минута боя без воздуха. Парень вертелся как юла, оберегая одну из повозок, в то время как его союзник справлялся с обороной двух остальных. Пока справлялся. Перед глазами Артема начали плыть цветные круги, легкие горели, требуя воздуха, но возможности сделать вдох не было. Хотя уже тот факт, что удалось продержаться столько времени поражал парня. Раньше таких возможностей за собой он не замечал.

Но, несмотря на все усилия, которые Тёма прилагал для борьбы, он все-таки пропустил атаку со спины. Одна из ящериц выпрыгнула ему на плечо и укусила за шею. Место укуса дико обожгло огнем, а рана начала обильно кровоточить.

От неожиданности, страха и боли Артем закричал. Весь воздух, вместе с криком, покинул уставшие легкие и парень сделал инстинктивный вдох. Сознание начало мутнеть, изображение перед глазами поплыло, а на плечи опустилась неимоверная усталость. Парень рухнул на колени.

«Зря вдохнул», — сокрушенно подумал Артем. Ситуация перешла в разряд критических.

Затухающим сознанием, парень осознал, что смотрит на свое оружие, которое наливается золотистым сиянием. Опять его дар проявил себя во время крайней опасности. Нет бы раньше.

«Надо что-то с этим делать» — проскользнула на грани сознания вялая мысль.

Странно, но ящерицы на парня нападать перестали.

«Испугались магии? Воспользоваться этим или прилечь отдохнуть?»

Последним усилием, не понимая что собственно он делает, парень ударил мечём о щит. Освобожденная от этого удара энергия взрывной волной пронеслась по дороге, распугивая мелких убийц. Ещё один удар… и ещё… все, больше сил не осталось. Артем безвольно упал на камень дороги.

— Ты маг? — донесся до него почему-то недовольный голос воина. — Почему тогда сразу не использовал силу? А?

Ответить Артем уже не смог, сознание его окончательно покинуло.

Глава 12

Тавис, сын Сахи. Одержимость

На долину хмэров давно опустилась ночь и практически все жители, за исключением дозорных, уже крепко спали.

В доме старого шамана было темно, как и всегда, огромный костер опять не горел, но тлеющие угли источали жар, при этом едва-едва разгоняя мрак. Специфический аромат трав, необходимых для погружения в транс, казалось навечно поселился в этих стенах и щекотал ноздри.

Самого хозяина дома не было, он отправился в соседнее поселение, где возникла необходимость в его даре. Третий сын вождя воспользовался отсутствием старика и тайком проник внутрь. Этим он нарушил древний запрет — нельзя входить в дом шамана без приглашения. Но он отважился на такое потому, что хотел найти ответ. Тавис видел с какой скоростью и силой высокий человек сокрушал врагов. И теперь он узнал, что эта сила дарована Артему великими духами. Так может и он, сын вождя, сможет одержать её? Обладание таким даром многое изменит как в жизни племени, так и в жизни самого Тависа.

Дом шамана был выбран не случайно. Отсюда Артем уже проникал в мир своих духов, а значит умеющий шаман сможет повторить этот путь. Да, умений Тависа может не хватить для совершения подобного путешествия, он сомневался в своих силах, но вместе с тем отступать не собирался.

Откуда вдруг такое желание овладеть неведомой силой? Ответ прост — он третий сын вождя. Всего лишь третий.

Тавис убеждал себя, что совершает этот поступок во благо своего народа, ведь овладей он великой силой — никакие хторры больше не смогут причинить вред его племени. Но в глубине души, он знал, что желает править. Ну и что? В его понимании желание защищать и желание повелевать были неразрывны. Разве он будет плохим вождем, если сейчас сможет, пойдя на великий риск, обрести могущество ради блага всех хмэров? Тавис был твердо убежден в обратном.

Опустившись на колени возле костра, он привычно бросил на угли подготовленные травы. Специально вымоченные растения не воспламенились, но стали испускать густые клубы дыма и пара. Вдохнув их, Тавис начал тихо петь и проваливаться в транс.

Мир изменился и сын вождя погрузился в великую реку духов, в чьих водах находят прибежище покинувшие этот мир. Жители этого измерения зашептались между собой, увидев незваного гостя. Но сегодня Тавис пришел не к ним, потому не обратил внимания на их бормотание. Сын вождя искал следы, высматривал тропинку, по которой Артем проскользнул к своему покровителю. И он увидел то, что разыскивал — тонкие золотистые нити ещё сияли среди волн великой реки. Неутомимое течение ещё не успело унести их.

Тавис мысленно потянулся к одной из них, но под его неосторожным прикосновением золотая нить утратила целостность и развеялась. При этом Тависа обожгло, будто он прикоснулся к раскаленному мечу в кузнице.

Перетерпев боль, сын вождя совершил вторую попытку, на этот раз действуя более аккуратно. На мгновение его сознание начало скользить вдоль этой нити, правда это длилось совсем недолго. Та снова развеялась, принеся новую порцию боли. Но в этот раз Тавис был готов терпеть.

Небольшой успех добавил уверенности и сын вождя подступил к третьей нити, при этом отметив, что тех осталось не так уж и много. Количество попыток не бесконечно.

Тавис заставил себя действовать ещё нежнее и более рискованно. Не цепляться за нить силой и пытаться самостоятельно идти вдоль нее, а отдастся её власти, полностью отключив самоконтроль — опасное решение, потеряв контроль можно и не покинуть воды великой реки.

Перед прикосновением нить, помимо воли молодого шамана, неожиданно уплотнилась и уверенно ухватила сознание Тависа, утаскивая его в неведомые глубины…

Когда к нему вернулась возможность видеть, ощущать и мыслить, сын вождя обнаружил себя стоящим посреди леса. Ему открылся невероятный дивный мир, созданный из золота. Оглядываясь по сторонам, Тавис поражался красоте и необычности этого места.

— Кто ты, смертный? — неожиданно раздался голос, казалось он звучит отовсюду и сын вождя не увидел вопрошавшего. В голосе улавливался интерес и не было злобы, но ощущалась невероятная сила.

— Я Тавис, третий сын Сахи, — привычно представился он, вертя головой.

— И зачем ты здесь, Тавис, третий сын Сахи? — полюбопытствовал голос.

— Я пришел просить силу, — осмелился произнести он.

— У тебя она уже есть, ведь ты смог достучаться до моего мира, — со смешком произнес голос.

— Я не об этом. Я видел, как воин, посланный тобой, сокрушает врагов. Я пришел просить даровать и мне такую же силу, о великий, — Тавис опустился на одно колено и склонил голову, выражая почтение.

Над золотым миром воцарилась тишина.

— Ты встречал человека с моей силой? Опиши его, — приказал голос. Интонация изменилась, теперь голос выражал нетерпение.

— Молодой, высокий и крепкий, темные короткие волосы и карие глаза, прямой нос, странно одет, понимает наш язык…

— Хватит, — остановил Тависа голос. — Я услышал тебя, смертный.

Опять воцарилась тишина и Тавис не решался нарушить её, он продолжил стоять на колене, покорно опустив голову и ожидая решения.

— Хорошо, смертный, ты получишь свою силу, ведь ты за этим пришел, — твердо ответил голос, источая недобрую радость. — Но теперь ты будешь служить мне!

Тавис не успел ничего ответить, как его тело сотряс удар невероятной силы. Боль была нестерпимой и лишала разума. Поток энергии казалось выжигал саму душу.

— Ты выполнишь моё желание, смертный, — донеслись до его сознания слова Хозяина у которого нет имени. — Ты найдешь высокого человека и приведешь его ко мне! А теперь иди, смертный! Исполни мою волю!

Сын вождя стремительно покидал золотой мир…

…Дом шамана был превращен в руины, он не вынес напора силы, что влилась в Тависа.

Все хмэры, разбуженные небывалым грохотом и мимолетной ярчайшей вспышкой, покинули свои дома и с опаской смотрели на место взрыва, но не решались подступиться ближе. Лун этой ночью на небе не было, а бледного света звезд было мало, чтобы что-то рассмотреть.

И только вождь решился подойти.

В неверном свете факела, Саха увидел, как среди руин поднимается на ноги его третий сын.

— Сын! Что случилось? — крикнул он, но не был услышан — Тавис молча двинулся прочь, он покидал поселение и не оборачивался на зов. — Сын!

Саха подбежал ближе и попытался его остановить, ухватив за плечо и развернув к себе лицом.

В следующий миг их взгляды встретились и отец увидел, что глаза сына сияют ярким диким золотом. В этих глазах не было узнавания и понимания, лишь нечеловеческая устремленность. Это были чужие глаза.

— Сын? — растеряно пробормотал Саха. — Ответь мне, сын! Тавис!

Но его крик опять не возымел влияния.

Мощным толчком Тавис отшвырнул отца прочь. Удар был нечеловеческой силы и Саха услышал, как ломаются его ребра.

Не замечая этого и не осознавая глубины причиненного зла, Тавис продолжил свой путь. Перед ним стояла чёткая цель и на пути к ней не должно быть преград.

Нельзя огорчить Хозяина…

Глава 13

Артём Соколов. Первые ответы

Маленький караван как обычно в полдень остановился на привал, выбрав для стоянки затенённое место. На небе не было ни единого облака и солнце ощутимо раскаляло мостовую тракта. Люди весело переговаривались, занимаясь привычными делами, одни готовили еду, другие таскали дрова, а кто-то ухаживал за животными. В котле варился общий обед, распространяя приятный запах вокруг. Лошади флегматично жевали овес, время от времени тихо пофыркивая и отмахиваясь от надоедливых насекомых.

Артём сидел под деревом, скрестив ноги по-турецки. Его глаза были прикрыты, а лицо спокойным. Руки лежали на коленях, ладонями вверх. Он постигал новую для себя науку — магию.

— Магия — это инструмент влияния на реальность посредством оперирования энергией, — продолжил читать импровизированную лекцию старый маг-воздушник. — По своей сути она разделена на два основных направления: божественную и природную. Первая, как следует из названия, дарована людям богами. Энергия для воплощения заклинаний этой ветви так же приходит извне. Вторая — является следствием самостоятельного развития человечества и не зависит от воли богов. Маги природного направления черпают энергию из силовых линий самого мира.

Удивительно, но слова старого шамана оказались верны — дорога на восток дала парню возможность получить ответы на некоторые свои вопросы.

— Твой же случай, Артём, выбивается из общепринятого понятия о разделении магии. Имея силу очевидного божественного происхождения ты сохранил возможность подключаться к мировым энергопотокам. Раньше это считалось невозможным.

Эту тему они уже обсуждали, но старый маг время от времени поднимал её вновь — наверное никак не мог свыкнуться с таким ходом вещей.

— Сегодня мы с тобой ещё попрактикуемся в этом направлении, — произнес маг, внимательно следя за действиями Артёма. — Создай энергетический щуп, как я тебя учил, и попытайся присоединиться, скажем, к воздушному потоку.

Тёма, руководствуясь наставлениями своего нового учителя, предельно сосредоточился и уже в который раз сознательно переключился на энергетическое зрение. Мир разукрасился потоками цветного тумана. Это умение освоить было просто.

Создавая энергетический щуп усилием мысли, он мог наблюдать, как в его золотистой ауре формируется уплотненная нить. Выбрав ближайший голубой искрящийся поток, Тёма мысленно направил созданный щуп к нему. Золотая и голубая нити легко сплелись и Артем ощутил как в его тело вливается дополнительная энергия. Очень приятное чувство — будто выпил стакан холодной воды в летнюю жару.

— Великолепно, — прокомментировал маг, его голос выдавал нескрываемый интерес естествоиспытателя. — Ну а теперь попытайся создать ещё один щуп и попробуй впитать энергию землю.

Артем выполнил указание и подсоединился к плотной желтой линии, которая в магическом зрении обозначала стихию земли. Слияние прошло так же легко, как и в первом случае. Магический узел получил ещё один источник энергии.

— Поразительно. А теперь ещё две — воды и огня. Постарайся.

Напряжение достигло предела, но Артем таки смог создать ещё два щупа. А вот уже само непосредственное подсоединение к синему энергетическому потоку воды и красному огня прошло без проблем.

Все четыре стихии легко делились энергией, которая внутри парня без проблем видоизменялась и приобретала привычный золотистый оттенок.

— Это просто поразительно! — в который раз воскликнул маг, от волнения перейдя на официальный тон. — Молодой человек, своими действиями вы рушите незыблемые постулаты магических наук! Это невероятно! Потрясающе! Какой колоссальный пласт для исследований! Одновременное подключение ко всем стихиям и одновременное использование сил-антагонистов! Если бы не увидел сам — никогда бы не поверил!

Артём улыбнулся и против своей воли выпал из транса. Энергетические щупы тут же оборвались, прервав поступление энергии в узел. Он пока не мог долго поддерживать такое медитативное состояние, не хватало практики…

Но обо всем по порядку.

Со времени боя с ящерицами прошла почти неделя и парень уже успел близко познакомиться со спасенными. Среди них оказался старый маг по имени Витор Эйсмонт. Он практически мгновенно определил наличие уникального, по его словам, магического дара у Артёма и принялся обучать его азам этой нелёгкой науки, невзирая на все странности парня. Он же и занимался лечением всех пострадавших, включая животных, так как по совместительству являлся ещё и магом-целителем. Причём довольно таки неплохим, учитывая, что после нападения на караван умерла только одна лошадь, которая потеряла слишком много крови. От раны Артема также не осталось ни единого следа.

Под неусыпным контролем этого немолодого и опытного мага Тёма делал первые маленькие шаги в познании своей новой силы.

Как оказалось, на своем пути Артём встретил караван бродячих артистов. Они постоянно переезжали из города в город, нигде подолгу не задерживаясь, и зарабатывали себе на жизнь, развлекая народ цирковыми номерами. В этот раз их путь лежал в сторону Логаса — большого города на берегу Килимского моря. Правда, как выяснилось, их встреча с Тёмой могла и не состояться, ведь изначально они планировали воспользоваться более новой и безопасной дорогой. Но обстоятельства странным образом сложились так, что им пришлось свернуть на более опасный старый доримский тракт, где и произошла приснопамятная стычка с ящерицами.

Одним словом их встреча — результат невероятного стечения обстоятельств. Артем даже подумывал, что это местные боги судьбы улыбнулись ему.

Компания подобралась более чем пестрая и интересная. Представители разных народов, религий и занятий, которые так или иначе не смогли отыскать себе постоянное место в этом мире. Как обмолвился в один из вечеров Витор: «Все мы здесь изгои. Цирк отшельников». После этих слов старый маг невесело улыбнулся и надолго задумался о чем-то своём.

Артисты легко приняли Артема в свою маленькую семью и практически не задавали вопросов, но и о себе рассказывали неохотно. У каждого были свои тайны и все это прекрасно понимали. А Тёма особо и не расспрашивал, ведь он тоже решил пока не распространяться о себе и своем иномировом происхождении.

— Ну что ж, — продолжил тем временем Витор, немного успокоившись. — Думаю уже можно перейти к простейшим атакующим плетениям.

Артём аж заёрзал от нетерпения, а в его глазах загорелся искренний интерес к происходящему. К этой теме они подошли впервые. Все предыдущие занятия старый маг учил просто формировать энергетические нити и щупы, без какого-либо их практического применения. За исключением энергоподпитки, конечно. А парню от всей души хотелось обучиться магическим трюкам. И вот теперь ему, наконец, выпала такая возможность.

— Магические заклинания бывают нескольких типов: рунические, структурные и комбинированные. Первые и, соответственно, последние тебе ещё рано изучать, а вот для освоения начальных вариантов структурных ты уже достаточно подготовлен, — тон Витора снова приобрел лекторские оттенки. — Можно также выделить направление прямой работы с энергией, но об это немного позже. Любое структурное магическое плетение[8] будет считаться завершенным и выполнит возложенную на него роль, если будет сформировано минимум из двух замкнутых энергопотоков, и будет иметь минимум две узловые точки. Перейди на энергетическое зрение, я продемонстрирую.

Артём послушно выполнил требование учителя и смог наблюдать как между ладоней Витора сформировалась голубая энергетическая нить воздушной стихии. Маг медленно сблизил её концы, которые в маленькой вспышке при прикосновении соединились. Витор проделал такую манипуляцию во второй раз и теперь в его ауре зависло два энергетических кольца.

— А теперь соединим их вместе, — прокомментировал он свои действия.

Одно кольцо послушно скрестилось с другим. Ещё одна вспышка и Артём смог наблюдать, как между ладоней мага вращается простая конструкция на подобии шара, состоящая из двух колец. Места соединения поддерживались двумя энергетическими щупами.

— На данном этапе плетение простейшего воздушного кулака можно считать успешно созданным. Ярким признаком успешного воплощения заклинания является его материализация. Если говорить по-простому — то плетение становиться видимым.

Артём перешёл на простое зрение и увидел, как между ладоней мага слабо пульсирует прозрачный комок уплотненного воздуха.

— Фактически это простейшее базовое структурное плетение, — продолжил Витор. — Оно не обладает функциями самонаведения, его легко уничтожить, а по степени нанесенных повреждений при данном объеме закачанной энергии оно сродни сильному удару дубиной. Отсюда, кстати и возникло такое название — кулак. Но, несмотря на все его недостатки, это структурное плетение является первым шагом в обучении любого мага. Ну а теперь попробуй ты, у тебя должно получиться, главное не теряй концентрацию.

Тёма с удовольствием приступил к формированию своего первого боевого плетения. Создав первую нить, он свел её концы вместе. Дальше все произошло само собой — энергопоток сомкнулся в кольцо. Повторив свои действия во второй раз, Артем, как и ранее Витор, стал обладателем двух колец. Теперь пришла пора соединить их вместе. Аккуратно насадив одно на другое Артем принялся уменьшать диаметр внешнего пока оно не соприкоснулось с внутренним. Произошла меленькая энергетическая вспышка и первое плетение парня было завершено. Он изумленно уставился на свое творение.

— Отлично, — похвалил Витор.

Артем перешёл на простое зрение и увидел в своих руках яркий светящийся золотистый шар размером с маленькую дыню. Парня наполнило чувство гордости за свои успехи. Наконец он увидел первые плюсы своего пребывания в чужом мире.

— В дальнейшем созданное плетение можно и нужно совершенствовать. Более того, плетение кулака является излюбленным в арсенале практически всех магов.

— И как его можно улучшить? — поинтересовался парень.

— Во-первых, увеличением количества энергоколец и узлов. Чем их больше, тем сильнее заклинания и тем сложнее его уничтожить. Также весомым аргументом в усовершенствовании кулака является использование рун. Добавляя определенные руны можно придать плетению очень интересные и полезные свойства. Такие как наведение на цель, взрыв при ударе, активация побочных плетений, пробивание защиты и многое другое. Позволь тебе продемонстрировать комбинированный воздушный кулак магистерского уровня.

Артем развеял свой шар, дабы не отвлекаться, и опять перешел на магическое зрение. Он увидел как между ладоней мага появилось новое плетение. На этот раз оно отличалось умопомрачительной сложностью — количество энергоколец невозможно было сосчитать, многоуровневость плетения поражала воображение, а десятки странных символов, вплетенных в заклинание, наверное и были теми рунами, о которых говорил Витор. Парень аж присвистнул от восхищения.

— Это руны? — решил уточнить он, указывая пальцем на один из символов.

— Абсолютно верно, — кивнул маг.

— А что это вообще такое эти руны?

— О, это отдельная тема для разговора и изучения. Руны[9] по своей сути — это удивительно сложные плетение из сверхтонких энергетичеких потоков. Секрет их создание считается утерянным, а все известные руны — это наследие древних магов. Каждая руна имеет свои специфические свойства, которые не подлежат изменению.

Артем с интересом слушал и поглощал информацию о мире в котором оказался. Кто его знает что именно пригодиться ему в будущем.

— А кто такие древние маги? — перебил он учителя.

— История нашего мира далеко не простая, — издалека начал Витор, он уже привык к постоянным расспросам со стороны парня и с удовольствием на них отвечал, хотя иногда вопросы Артёма вызывали у старого мага удивление. — Летописи рассказывают о нескольких войнах, которые изменяли лицо мира. Во время одной из таких войн была уничтожена древняя высокоразвитая цивилизация. Руны — это то, что сохранилось с тех времен. Хотя кто знает, созданы ли они были в то время или древние маги так же как и мы искали ответ на вопрос о происхождении рун.

— А как их изучать и использовать? — не унимался Артем.

— Скопировать с носителя — это такой чёрный восьмиугольный камень с изображением руны. Достаточно напитать его своей силой и руна будет скопирована. Правда процесс это энергоемкий, достаточно длительный и немного неприятный.

— Неприятный?

— Немного болезненный, — пояснил маг. — Но знание новой руны того стоит.

— А как вам удалось создать такое сложное плетение так быстро? — задал Артем ещё один интересующий его вопрос.

— А вот это правильный вопрос, молодой человек, — похвалил его Витор. — Сложно впервые создавать и модифицировать плетения, а вот воссоздавать их просто. Тут вступает в дело так называемая аурная память — единожды созданное плетение навсегда закрепляется в подсознании мага и его легко создать вновь, достаточно просто подумать про него. При этом важно, что бы заклинание имело название, таким образом в сознании закрепляется якорь, что упрощает процесс воссоздания плетения. Вот попробуй создать свое. Просто представь уже готовое.

Артем, немного сомневаясь в результате, постарался представить ранее сплетенный шар. И о чудо, готовое плетение легко возникло между его ладоней, главное было чётко представить его образ. Развитое воображение — полезная вещь при изучении магии, как оказалось.

— И как мне назвать свое? — поинтересовался парень, рассматривая собственное плетение.

— Как тебе заблагорассудиться, Артем, — пожал плечами Витор. — Я своё именую просто «кулак», без каких либо приставок.

Артем пожал плечами и кивнул, соглашаясь со словами наставника. Действительно, зачем усложнять-то?

— Ну что, желаешь провести полевые испытания? — со смешинкой в глазах спросил маг, заметив что поток вопросов временно приутих.

— Конечно! — парень часто закивал и поднялся на ноги.

Они отошли немного глубже в лес и Тёма снова воссоздал готовую конструкцию. При этом он даже не переходил на энергетическое зрение. Но вот как задать плетению начальный импульс?

— Просто толкни шар рукой в сторону цели, — сказал Витор, будто бы прочитав мысли парня.

Как все просто оказалось. Присмотрев толстое дерево метрах в трех, Тёма толкнул в её сторону созданный кулак. Шар будто того и ждал. Плетение, с легким свистом, достаточно резво устремилось к намеченной цели. При ударе шар лопнул, вызвав небольшую вспышку и содрав с дерева причинный кусок коры.

— Отлично! Видишь как все просто.

— Эй вы, маги! — со стоянки донесся громкий бас рыжего двухметрового здоровяка по имени Вестар Дикий с витиеватой татуировкой на пол лица. — Клянусь бородой Отура[10], за своими делами вы забудете про обед! Все уже готово!

Война войной, учёба учёбой, а вот обед по расписанию.

Глава 14

Артём Соколов. Вольный город

Повозка неспешно катилась по мостовой, постукивая колесами и плавно покачиваясь, словно лодка на спокойной реке. Артём сидел возле Вестара, управлявшего лошадьми и любовался открывшимся пейзажем. А посмотреть было на что — в какой-то момент путешествия, неприступные джунгли отступили и взору путников открылось огромное бирюзовое море, раскинувшее свои воды до самого горизонта. Запах леса сменился пряным ароматом морской воды, а утренний ветер, казалось, нес в себе капельки влаги, оставляя на губах едва уловимый вкус соли. Каменистое плато, по которому проходила дорога, возвышалось над всем этим великолепием, давая возможность полностью насладиться прекрасным видом.

Путешествие подходило к концу — на горизонте уже виднелся город. Всего несколько часов пути отделяли усталых путников от благ цивилизации, а Артёма — от первого большого города, увиденного в чужом мире.

— Клянусь топором Отура, сегодня я, наконец-то, утолю жажду добрым бочонком пива. А ещё лучше двумя! — мечтательно пробасил здоровяк Вестар.

Артем окинул взглядом мощную фигуру рыжего северянина — рост больше двух метров, косая сажень в плечах, вес далеко за центнер. Такой точно сможет одолеть бочонок-другой хмельного напитка.

— Выпей воды, — флегматично посоветовал ему Бакир, восседая на своем скакуне, который неторопливо вышагивал возле повозки.

Бакир — именно так звали того единственного воина, который остался на ногах во время боя с ящерицами. Из всей компании циркачей он был самым молчаливым и загадочным. Если остальные хоть что-то рассказывали о себе, то Бакир за все годы, проведенные с труппой, умудрился сохранить свое прошлое в абсолютной тайне. Никто даже не знал, откуда он родом. Очень смуглая кожа, карие глаза и яркое мастерство владение кривыми клинками выдавали в нём уроженца восточных земель, но это были лишь догадки, которыми с Артемом поделился Витор в один из вечеров.

— Ничего ты не понимаешь! Только пиво может утолить мою жажду, а свою воду сам пей! — притворно возмутился Вестар. — Именно пива мне сейчас не хватает для полного счастья.

Ещё кроме пива, этот весёлый здоровяк очень любил холодное оружие, женщин и хорошую драку. На эти темы он мог рассуждать бесконечно и Артем с удовольствием слушал его постоянную болтовню. Истории Вестара изрядно пополнили словарный запас парня.

— Кто про что, — хихикнула Элли — симпатичная миниатюрная гибкая блондинка лет семнадцати отроду. — Мне вот для полного счастья не хватает горячей ванны. Так хочется смыть с себя дорожную пыль, — она мечтательно закрыла глаза, представляя как будет воплощать в жизнь своё желание. — Витор, а вам чего бы хотелось по приезду в город?

— Я старый человек, — маг усмехнулся в седую бороду. — Мне много не надо, но мои древние кости скажут мне спасибо за ночь, проведенную в нормальной постели.

— А тебе, Бакир? — Элли решила полностью развить эту тему.

— Коня заново подковать надо бы, — спокойно и на полном серьезе ответил он.

— О великий Отур, — возвел очи к небу Вестар. — Какой ты скучный, мой молчаливый друг.

Звонкий смех Элли стал ответом на эту незатейливую шутку…

За неспешным разговором прошло несколько часов и путники наконец-то вплотную приблизились к городу. Земли вокруг изменились. Теперь чаще встречалась не дикая местность, а обжитые вспаханные поля. Вдоль побережья тянулись маленькие рыбацкие деревеньки. Небольшие лодки бороздили бирюзовую гладь моря, очевидно, в поисках косяков рыбы. А ещё на своём пути караван пересек два придорожных селения. Жители этих деревушек промышляли сельским хозяйством во всех его проявлениях.

Весь этот конгломерат мелких поселений формировал обширный пригород, который легко обеспечивал большой город необходимым провиантом и делал его независимым от внешних источников пищи.

— Чёрный Логас, — прокомментировал Витор, когда они проезжали вторую деревеньку.

— Что? — не понял Артем.

— Говорю, чёрный Логас, ну или внешний, как кому больше нравиться. Эта часть города так называется.

— А за воротами начинается серый Логас, — подхватил Вестар. — Там в основном живут ремесленники и торговцы. А есть ещё и белый. Он тоже отелен стеной от остального города. Там местная знать обитает и богатые гильдии. Туда не всех пускают. Это уже самый центр.

— Тогда уж и про закрытый район стоит вспомнить, — продолжил Витор.

— А это ещё что такое?

— Память про тех, кто построил этот город, — ответил маг. — Раньше эти земли принадлежали великой империи, но эти времена давно прошли. Только заблокированный старый храм Тьмы служит напоминанием о былом.

Логас был возведен на берегу моря на скальном возвышении. Сплошная крепостная стена окружала его. Высота стены воображение не поражала, но и маленькой не была — где-то метров пять. Только надвратная башня мощным исполином возвышалась на добрых тридцать метров. Башни пониже были возведены каждые метров сто.

Все же колоссальная работа — возведение крепостных укреплений. Хотя, скорее всего, тут не обошлось без применения магии. Ведь по сути, та же дорога, как оказалось со слов Витора, строилась совсем не вручную, а как раз таки с помощью заклинаний. Воспитанный миром технологий, Тёма часто забывал, что применение магии в Соларе глубоко пронизывает практически каждую сферу деятельности.

— Артём, — от размышлений парня отвлек голос мага. — Послушай, тут в общем такое дело — постарайся особо не применять свои способности в черте города. Твоя сила слишком уникальна и может привлечь ненужное внимание.

— В смысле? — слегка удивился парень.

— Видишь ли, твои возможности и сила слишком интересны, что бы пройти мимо. Я лично знаю с десяток высших магов, которые готовы будут продать душу за возможность провести некоторые эксперименты с твоей энергетикой, а твоих умений совершенно не хватит для того, чтобы воспротивиться их желанию, — лицо мага на мгновение скривилось, будто от зубной боли и это не сулило ничего хорошего — приятные воспоминания не вызовут такой реакции.

Парень опешил от такого заявления. Неужели есть вероятность попасть в какую-нибудь местную лабораторию и превратиться в подопытного кролика? Очень неприятная перспектива. Над этим аспектом своего попадания в другой мир он пока не задумывался. Хотя надо бы.

Артём изумленно и с недоверием уставился на Витора.

— Меня можешь не опасаться, — поспешно пояснил старый маг, немного неверно растолковав ошарашенное выражение лица парня. — Я давно уже отошел от дел и связи с такими людьми больше не поддерживаю.

«А раньше поддерживал?» — возникла логичная мысль, но парень её не озвучил. — «Ох, непростой вы человек, совсем не простой».

Хоть он и сблизился с Витором и причин не доверять старому магу у парня пока не было, но кое-какие волнения в душе появились.

— Вообще колдовать нельзя? — решил уточнить он.

— По возможности. Но если придется, то постарайся не делать это на виду и сразу уходи с места, где применял магию. Остаточные следы смогут тебя выдать.

Артем кивнул, показывая, что понял и осознал услышанное.

Тем временем караван вплотную приблизился к воротам.

— Стоять, — от стены лениво отклеился стражник и вразвалочку подошел к остановившимся повозкам.

— Стоим, служивый, стоим, — приветливо пробасил Вестар. — Как служба?

— Жарко, — прокомментировал стражник облаченный в стальную кирасу и шлем, которые не способствовали спокойному несению службы на таком то солнце.

— Ну, дык, освежиться всегда же можно, пива холодного там попить, — простодушно посоветовал Вестар, плавно перейдя на свою любимую тему.

Стражник сглотнул слюну, очевидно разделяя мнение здоровяка, но ответил согласно уставу:

— Не положено, служба.

— Ну а мне положено, так что пропускай и, клянусь шлемом Отура, я выпью за твое здоровье, — искренне улыбнулся здоровяк.

Стражник наградил северянина взглядом полным зависти.

— Без досмотра не положено.

— Ну, дык, досматривай тогда. Чего тянуть-то?

Артём с интересом наблюдал за тем, как стражник с большой неохотой бегло осмотрел повозки, пересчитал людей, животных и озвучил положенную до оплаты сумму таможенного сбора. За свою расторопность, которая была вызвана банальной ленью, он получил от Вестара несколько монет сверху. Подарок мигом перекочевал в личный кошель на поясе.

Путь в Логас был открыт.

Вопреки опасениям, город был чист, хотя Артём ожидал увидеть потоки грязи на мостовой. Ведь по сути Солар вызывал у него стойкую ассоциацию со средневековьем, а города того времени не отличалось чистотой и здоровьем жителей. Но сейчас он был приятно удивлен. Толи в этом городе была канализация, толи опять не обошлось без магии, но внешний вид Логаса радовал глаз.

Город встретил путников паутиной узких улочек, одно-двухэтажными каменными домами, различными вывесками мастеровых, стайкой кричащих детей, увязавшихся за ними, и любопытными взглядами случайных прохожих — видать с развлечениями тут было не густо, а караван циркачей обещал внести разнообразие в их будничную жизнь.

В общем ничего экстраординарного на глаза парню не попалось — город как город и люди как люди. Кто-то занят своим делом, кто-то бездельничает, а кто-то за всем этим следит. Всё как обычно.

Вестар уверенно правил повозкой, явно зная, куда нужно ехать.

Так и оказалось, вскоре они прибыли во двор трактира под мелодичным названием «Хромая кобыла». Хозяин заведения, низенький лысый толстячок с шикарными усами, радушно встретил новоприбывших (видать не в первый раз циркачи останавливаются здесь) и сделал все для того чтобы оперативно разместить гостей.

Но несмотря на обилие помощников, заселение приезжих заняло довольно таки много времени и лишь под вечер, усталые и голодные, но довольные проделанной работой товарищи ввалились в обеденный зал. Но не все, Элли, например, осталась воплощать свою мечту в реальность.

— Хозяин, пива и вкусной еды нам! — прокричал Вестар. — Я устал как собака.

Трактир оказался классическим. Артём себе представлял его именно так. Небольшая барная стойка, за которой стоял хозяин, длинные столы и лавки по центру и возле стен, несколько отдельных столов по углах, наверное, для более важных персон, ищущих уединения, небольшие окна, дающие свет днем и множество масляных светильников, освещающих помещение вечером.

— Сейчас всё будет, уважаемые, — заверил хозяин и принялся раздавать распоряжения, пока гости занимали понравившиеся им места. В трактире было мало народу, потому было из чего выбрать.

После его слов началось воплощение в жизнь и мечты Вестара — им принесли пиво и еду. Хмельной напиток, на вкус Артёма, выгодно отличался от бутылочных вариантов родного мира. А еда радовала приятным видом и ароматами.

— Эй, красавица, — заорал Вестар, диким темпом вливая в себя очередную кружку. — Ещё пива мне!

Артем на автомате обернулся посмотреть к кому обращается северянин и так и замер с не донесенным до рта куском мяса.

В трактире подавальщицей работала потенциальная «мисс мира». Идеальная стройная фигура, черные длинные вьющиеся волосы, потрясающие зеленые глаза, лицо достойное кисти лучших художников, слегка смуглая бархатная кожа, искренняя улыбка… Как бы банально это не звучало, но девушка была идеальной.

На несколько мгновений парень выпал из реальности, что не осталось незамеченным добродушным здоровяком. От всей своей широкой искренней души он прокомментировал на весь зал:

— Кажись, Артёму понравилась эта красотка! — свои слова он сопроводил дружеским ударом по спине, от которого приоткрытая челюсть парня отчетливо клацнула, а кусок мяса слетел с вилки и укатился под стол.

Пока Тёма приходил в себя девушка упорхнула куда-то по зову трактирщика и сколько он не высматривал, она не возвращалась.

Сидя за столом и попивая пиво, парень размышлял, как бы получше познакомиться с такой красавицей. Оставлять такую великолепную девушку без внимания он не собирался.

От приятных мыслей парня отвлекли некоторые естественные надобности — это выпитой хмельной напиток напомнил о себе.

— Уважаемый, — подозвал Артем трактирщика. — Где у вас тут туалет?

— Пристройка на заднем дворе к вашим услугам.

— Лучше предоставь к нашим услугам ещё кружку пива, — среагировал на появление хозяина заведения слегка захмелевший Вестар.

Следуя указаниям трактирщика, Тёма вышел на улицу. Смеркалось. На небе уже показалась первая из двух лун, потому было достаточно светло. Искомый объект был обнаружен практически сразу — длинное здание на заднем дворе полностью подпадало под описание.

И ничем особенным этот поход бы не завершился, если бы не разговор, случайно услышанный парнем.

— Не, ну ты видел, какая цыпочка работает на толстяка? — полушепотом вещал пьяный голос.

— А то! — вторил ему второй. — Я бы не прочь развлечься с этой брюнеточкой!

Артем напрягся и, стараясь не выдавать своего присутствия, принялся подслушивать разговор. Парень не мог утверждать наверняка, но предполагал, что речь идет о той самой девушке с трактира.

— Ну, так что нам мешает? — горячо шептал третий. — Я слышал, что трактирщик отправляет её за какими-то травами в лавку к старой Нэн.

«Одну? Ночью? Он что, дурак?!» — промелькнула здоровая и логичная мысль.

— Ну, так чего мы ждем, пойдем!

— А то!

«Вот уроды!»

Пьяная троица неверным шагом отправилась на поиски своей потенциальной жертвы, а Артём задумался. Что ему делать? Пойти в таверну и предупредить девушку или трактирщика? А если она уже ушла? Тогда он не сможет ей помочь. Позвать на помощь Вестара или Бакира? Тоже вопрос времени. Смогут ли они найти нужную лавку достаточно быстро, если сейчас потеряют из виду преследователей. Единственным правильным вариантом, с точки зрения Артёма, было начать самостоятельное преследование за местной швалью. Учитывая, что на его стороне новообретённое умение пользоваться магией, он подумал, что сможет в одиночку справиться с ними. Наверное.

Тёма последовал за троицей, держась на некотором отдалении и прячась в тени домов.

«Блин, не заблудиться бы», — появилась нелепая мысль.

Увлечённые своими думами и одурманенные алкоголем, никто из троицы его так и не заметил. Попетляв среди паутины улиц, они наконец остановилась, пошептались о чём-то и принялись ждать. Было далековато и парень не разобрал о чём конкретно они говорили, но понял что их совместный путь завершен. Артём последовал их примеру и также замер в ожидании.

Ждать пришлось не очень долго, быстрым шагом из-за поворота появилась красавица-подавальщица. Она спешила по своим делам и немного нервно осматривалась по сторонам. Кретин трактирщик действительно отправил её одну непонятно куда на ночь глядя.

Как на зло улица была абсолютно пустынной — ни прохожих, ни стражников.

Троица мигом развернула бурную деятельность и обступила испуганную девушку. Говоря разную похабщину, они примерялись как бы половчее схватить красавицу. Та от волнения и не подумала кричать, что даже странно, ведь крик — самая естественная реакция на опасность.

Тёма также медлить не стал.

— А ну всем стоять, уроды! — рявкнул он, стараясь придать голосу побольше стали и агрессии.

— Ты ещё кто такой? — с пьяной наглостью и спокойствием спросил один из троицы, по голосу Тёма узнал инициатора этого похода. — Уходи откуда пришел и мы тебя не тронем.

— Отпустите девушку, — вместо ответа рявкнул он.

— А то что? Что ты нам сделаешь? — и видя, что парень не реагирует на его слова, обратился к одному из своих подельников: — Щербатый, поговори-ка с молокососом, пускай не путается под ногами.

Самый крупный из троицы мелким зигзагом уверенно двинулся на Артема, по пути закатывая рукава и нагло ухмыляясь. Сразу стало понятно суть его прозвища — двух передних зубов на своем месте не было.

Этого Артём встретил резким прямым ударом ноги в живот. Хороший получился удар. Качественный. Тёма ощутил, как его нога продавливает мягкий живот мужика, явно не ожидавшего такой прыти от одинокого защитника. Того резко согнуло пополам, чем и воспользовался парень, нанеся сокрушительный удар коленом в так удачно подставленную голову. Занятия тайским боксом не прошли зря. Нокаут.

— Один-ноль, — пробормотал парень.

Остальные не собирались допускать ошибку своего невезучего товарища. Они переглянулись и одновременно выхватили большие ножи, начав обходить парня с двух сторон. Ситуация начала накаляться. Сумбурная идея завершить бой без применения магии была жестоко растоптана — бой с двумя вооруженными бандитами — это совсем не шутки.

Тёма быстро создал немного усовершенствованный кулак небольшого размера. Он не собирался убивать пьянчуг, но причинить им боль или легкие травмы было бы очень кстати.

— Маг! — испуганно крикнул первый и мгновенно рухнул, получив кулак в грудь.

— Два-ноль.

Все получилось даже лучше, чем планировалось. Видать простой народ магов побаивался.

Третий противник отшвырнул нож и принялся бежать, но брошенный парнем кулак был быстрее. Оглушенный точным ударом в спину, бандит рухнул на мостовую без сознания. Может и не красиво бить убегающего, но для воспитательных целей это было необходимо. Та и не такие это достойные противники, чтобы думать о честном и чистом бое.

— Три-ноль.

Вспомнив совет Витора, Тёма принял решение побыстрее убраться с этого места. Лишних свидетелей так и не появилось, и это хорошо.

— Не бойтесь, — Тёма медленно подошел к испуганной девушке, выставив ладони перед собой. Впрочем та уже практически успокоилась и без его утешений. Стойкая барышня, как оказалось. Хотя легкая бледность ещё выдавала былой страх.

— Вы маг? — она внимательно посмотрела парню в лицо и практически сразу пришло узнавание. — А я вас знаю, вы в «Хромой кобыле» ужинали. А как вы тут оказались?

— Случайно услышал разговор этих молодчиков и решил проследить, — Тёма кивнул на одного с лежащих бандитов.

— Спасибо вам, — девушка немного смутилась.

— Да что вы! Не стоит меня благодарить! — Тёма не собирался упускать этот более чем прекрасный повод познакомиться. — Позволите вас проводить?

— Почту за честь, — улыбнулась девушка. — Меня зовут Мира, и можно на «ты».

Парень улыбнулся, все сложилось просто замечательно.

В последний раз оглянувшись по сторонам, Артём заметил одинокую фигуру в тени дома. На один миг незнакомец показал лицо и парень с облегчением узнал Бакира. Воин весело подмигнул Тёме и скрылся обратно из виду. Его подстраховка не пригодилась, новичок отлично справился и сам.

Глава 15

Аттиан Кан'Дэлур. Наследие предков

Древняя колыбель — наследие избранных, воспетое в легендах. Великий дар Тьмы своим детям. Могущественный инструмент и огромная опасность. Возможность победить или путь в небытие.

Каждому рожденному во Тьме известна легенда о древней колыбели. Придя в мир Солара, богиня даровала своим истинным детям силу, дабы завоевать этот мир. Три огромных дракона, призванные из других миров, покорились воли божества и выжгли скверну с лица мира. Слабые народы склонили головы, а сильные были уничтожены и Тэнэрис раскрыл свои крылья над Соларом на долгие тысячелетия. Выполнив свою миссию, драконы уснули.

Это было очень и очень давно. Никто из ныне живущих уже не помнил истинный облик великого зверя. Но память поколений бережно хранила предания о величие и силе драконов Тьмы.

— Одумайся пока не поздно, — тихо прошептал Таис, но уже без былой настырности. — Мы можем победить и без этого.

Аттиан дернул плечом, призывая друга замолчать и не отвлекать его пустыми и не нужными разговорами. Он готовился к великому событию — открытию древней колыбели. Решение уже принято и его не изменить.

Лишь истинно желающий возродить свою империю правитель мог отважиться на этот шаг, ведь ценой за неудачу была смерть. Не так давно, во время печального Десятилетия четырёх императоров, колыбель пытались вскрыть дважды и оба раза неудачно — участники ритуала погибли. Яркий пример чтобы отступить, но Аттиан этого делать не собирался.

— Если ты умрешь, начнется хаос! Ни о каком возрождении империи и речи не будет, — продолжал взывать к разуму правителя новый главный советник. — Борьба за власть начнется вновь.

— Не начнется, — хладнокровно ответил император. — Скорее всего, толстяк Шаар быстро возьмет власть в свои руки.

— И ты так спокойно об этом говоришь?!

— Я верю в успех, ибо мои намерения чисты. Тьма не отвернется от меня.

— Я тоже на это надеюсь, но…

— Никаких но! — резко прервал император Таиса. — Я не отступлюсь.

Говорящий с Тьмой поспешно опустил голову в знак покорности и отступил на шаг. Он прекрасно осознавал, когда можно перечить Аттиану как старому другу, а когда нужно подчиниться его воле и склониться перед ним, как перед правителем.

Аттиан посмотрел на небо. Обе луны бледными дисками сияли на небосклоне, заливая скалы серебристым светом, а мириады звезд мерцали загадочными огнями, беспристрастно наблюдая за людьми. Они многое видели и многое знают, но этой ночью император собирался удивить этих безмолвных смотрителей.

Взгляд императора опустился на ритуальную площадку. Большой круг, усыпанный мельчайшим снежно-белым песком, ждал его. Этот песок, сияющий при свете лун, превращал ритуальную площадку в подобие ристалища. За пределами круга, разделяя его на равные части, стояли девять высоких камней. Каждый из них был покрыт сотнями древних знаков и рун, значение которых так и не удалось узнать. Говорят, сама Тьма нанесла эти символы, даровав право призывать драконов.

— Начнем, — уверенно сказал император, сжимая в руках свое излюбленное оружие — два легких слегка изогнутых острейших клинка, и шагнул в круг.

Девять воинов ждали этого момента. Лучшие из лучших. Огромный северянин с двуручной секирой и лицом, покрытым татуировкой. Маленький, но очень юркий хмэр с копьем. Бронзовокожий житель степи с острейшей саблей в руке и огромным кривым бледным шрамом на груди. Опытный наёмный убийца с двумя кинжалами, худощавый и неприметный. Приземистый широкоплечий воин со щитом и длинным мечом — неприступная крепость в человеческом обличии. Боец-раб — мастер работы двумя клинками, купленный за большие деньги. Молотобоец с бледной кожей и белыми, как снег, длинными волосами, гроза всех латников. Высокий и жилистый рыцарь с двуручником лезвие которого изгибалось волнами, подобно застывшему пламени. И странный воин с далеких восточных земель с черной, как ночь, кожей и экзотическим оружием в виде двух серпов в руках.

Здесь они собрались не по своей воле, но их роль важна. Это место должно стать для них могилой, но нет тревоги в их сердцах. Сложнейший ритуал превратил их в воинов без страха и жалости. Их сила возросла в разы, но цена за это высока — жизнь и бессмертная душа, которая прекратит свое существование и никогда не возродиться вновь.

Их глаза зияли чернотой, а тело окутывала малозаметная темная дымка — следы проведенного ритуала. Частое дыхание и крепко сжатое в руках оружие выдавали жажду смертельного боя. И Аттиан собирался дать им то, чего они желают.

Ритуал начинался и лишь пролив кровь девятерых великих воинов удастся пробудить дракона.

Огромный северянин первым шагнул навстречу императору. Воин уверенно и легко держал в руках тяжеленную секиру, словно не замечая её веса. Длинная рукоять его оружия и высокий рост давали ему возможность навязывать дистанцию боя. Аттиан машинально отметил эти детали.

Северянин нанес первый размашистый горизонтальный удар. Шансов блокировать такую сокрушительную атаку легкими клинками не было и Аттиан отскочил на шаг назад. Острое лезвие просвистело в ладони от его живота. Скорость удара была потрясающей. Практически полностью игнорируя понятие инерции, воин ловко остановил замах, который не достиг цели, и вернул свое громоздкое оружие в исходное положение, лишая императора возможности нанести ответный удар в открывшийся бок. Мастерство северянина и увеличенная ритуалом сила и скорость творили чудеса. Очень неудобный и опасный противник.

Но Аттиан не зря считался одним из лучших мастеров танца теней, ему было, что противопоставить этому воину. Он с легкостью уклонялся от секиры, ожидая ошибки противника, сохраняя при этом холодный рассудок. Движения императора были плавными и точными, а его скорость не уступала скорости противника. Как быстрая горная река ищет путь между скал, так и он уклонялся от широких размашистых ударов северянина, выискивая бреши в обороне и нанося крохотные порезы.

Северянин распалялся все больше и больше, его измененное сознание требовало крови. Ритуал погасил его жажду жить, потому он не думал об осторожности, страх смерти не мог остановить его. Движения воина ещё больше ускорились, а атаки стали яростнее. Аттиану приходилось носиться вокруг своего первого противника, подобно вихрю. Он ощущал всю мощь изменённого заклинаниями тела северянина, но и в его арсенале была возможность ускорять восприятие и увеличивать собственную скорость.

Когда огромная секира в очередной раз проскользнула мимо Аттиана, он резко пошел на сближение, нанеся широкий скользящий удар и глубоко рассекая кожу и мышцы противника. На груди воина появилась длинная кровоточащая рана. В тот момент император мог нанести и более опасный удар, даже смертельный, но спешить нельзя — ритуал требует красивого, длительного и кровавого боя.

Первые алые капли падали на ристалище, изменяя цвет песка, а земля под ногами ощутимо вибрировала — верный признак правильного начала. И это хорошо.

Противник взревел, не от боли, но от осознания своей раны и своей беспомощности. С неудобного положения он нанес удар древком. Но это был скорее сильный толчок, чем полноценный удар. Получив дополнительный импульс, Аттиан быстро разорвал дистанцию.

Спустя мгновение, бой продолжился с прежней скоростью. Страшная кровоточащая рана, казалось, вовсе не тревожит огромного воина. Секира летала в его руках подобно легкой тростине.

Уходя от очередного диагонального замаха, Аттиан подставился под удар. Лезвие совсем слабо резануло бедро императора. Мышцы не задело, потому это не могло помешать дальнейшим боям. Но кровь начала течь.

И этого требовал ритуал — призыватель должен пролить не только кровь девятерых врагов, но и свою собственную.

Нескольких минут боя хватило Аттиану, чтобы достаточно неплохо подстроился под своего противника, изучить его темп, основные удары и финты. Атаки северянина уже не вызывали сильного удивления. Все-таки двуручное оружие, несмотря на свою колоссальную мощь, в открытом бою против быстрого и легкого, а главное опытного, противника не способно застать врасплох. Оно не создано для изысканного и сложного фехтования один на один, его цель — сминать строй вражеских армий и уничтожать закованных в броню рыцарей.

Пришло время заканчивать первый бой. Подловив северянина на финт, Аттиан сблизился и четким ударом подрезал сухожилья на запястье воина. Пусть он не чувствует боли, но поврежденная рука не удержит оружие. Так и произошло — обездвиженные пальцы выпустили древко. Северянин перехватил оружие одной рукой ближе к точке равновесия, но это уже было совсем не то. Упавшая скорость, маневренность и сокращенная дистанция лишили воина всех преимуществ. Он уже проиграл. Несколько быстрых атак довершили дело и первый противник рухнул на песок ристалища.

Несмотря на кажущуюся легкость, этот поединок дался Аттиану очень непросто. Ему пришлось приложить много сил на поддержание нужной скорости. А это был всего лишь первый бой.

— Тьма, помоги мне, — беззвучно прошептал он, взывая к богине.

Тем временем, ритуал шел своим чередом — площадка под ногами вибрировала, а кровавые пятна на песке стремительно исчезали. Казалось сама земля поглощает пролитую кровь. Руны на камнях ярко вспыхнули и темные дымные нити потянулись к телу северянина, полностью окутав его. Миг, и от поверженного противника не осталось и следа, а один из ритуальных камней остался светиться мягким зеленоватым светом, выделяясь среди себе подобных.

Следующим на ристалище шагнул молотобоец. Стиль его боя мало чем отличался от первого воина. Все таки молот и секира — орудия со сходными задачами и приемами.

Лишь привычка второго воина использовать молот в качестве тарана удивила императора. Первая подобная атака стояла ему сильного удара по ребрам. Хорошо что она прошла вскользь и не причинила серьезных травм. Этот воин давил грубой силой. А техника Аттиана намного превосходила уровень молотобойца. Вторая победа досталась проще первой.

Степняк также легко погиб от рук императора — он был хорош, смог ранить Аттиана, полоснув левую руку, но сам быстро пал от множества ран. Аттиан заставил себя не чувствовать боль, потому мелкие кровоточащие порезы не мешали ему биться.

Уже три ритуальных камня пробудились. Аттиан уверился в успех и это мало не стояло ему жизни. Укрытый за высоким и массивным щитом воин ловко нанес колющий удар. Лишь чудом император смог парировать этот выпад и в последний момент отклонить лезвие, направленное ему точно в сердце. Вбитые столетиями тренировок рефлексы спасли его жизнь, но не уберегли от раны — меч сильно порезал кожу на ребрах.

Это отрезвило императора. Очистив разум от лишних мыслей и сосредоточившись, он начал закручивать щитоносца, постоянно смещаясь вправо и держа дистанцию. Такой финт не давал противнику эффективно атаковать — собственный неповоротливый щит мешал это делать. Такая тактика — единственно верная против противников такого типа и Аттиан это знал.

Но несмотря на то, что удалось относительно обезопасить себя от неожиданных ударов, император лишился возможности активно нападать. Большой прямоугольный щит надежно защищал своего владельца.

Сложилось патовое положение, и оба воина это осознавали. И этот вариант не устраивал ни одну из сторон.

Первым не выдержал щитоносец, он решил провести резкий выпад — свою излюбленную атаку, как понял император, и это заставило его приоткрыться. Аттиан именно этого и ждал.

Отклонив удар левым клинком, он пошел на сближение и провел резкий колющий удар поверх опустившегося щита. Воин мгновенно осознал свою ошибку и уже начал поднимать щит для защиты, но император был быстрее — его клинок угодил точно в шею противника.

Фонтан темной, при свете лун, крови ударил из раны и окропил ристалище. Быстро слабея, воин кинулся в атаку, забыв про оборону и вложив все силы в последний удар. Но выпад получился слишком размашистым и потому слишком очевидным. Не потерявший бдительность Аттиан смог уклониться от этой атаки и добил этого бесспорно сильного и достойного воина.

Четвертый ритуальный камень также засиял призрачным светом.

Пятым умер убийца с кинжалами. Этого человека нашли в одном из вольных городов. Он был лучшим в своем деле. Его обманули, наняв для выполнения привычной работы. Но реальность оказалась иной и застала его врасплох. Как оказалось, он был нужен совсем для другой цели.

Его мастерство владения короткими клинками вызывало уважение, но видимо открытый бой — не его родная стихия. Он быстро умер, оставив после себя несколько слабых порезов на теле Аттиана.

Шестым на арену вышел двурукий боец-раб. Этого боя Аттиан ждал больше остальных, ведь противник избрал оружие и стиль боя подобные его собственному. Два мастера парных клинков сошлись в центре ристалища и началась невероятная пляска смерти. В этот раз было не до уворотов, только парирование могло защитить императора. Ночную тишину разорвал лязг стали. Для сторонних наблюдателей фигуры бойцов утратили четкость — настолько высокой была скорость их боя.

С каждой секундой Аттинан удивлялся все больше. Мастерство раба превосходило мыслимые пределы. Это была не просто выучка, это был дар. Мечи в руках раба, казалось, жили своей собственной жизнью, удары приходили под немыслимыми углами и порой совершенно с неожиданных направлений. А оборона противника была практически непрошибаемая. Лишь многовековое совершенствование танца теней позволяли императору не рухнуть под градом ударов двурукого. И это было просто удивительно — как за такую короткую человеческую жизнь раб смог достичь таких высоких результатов? На одно короткое мгновение Аттиану даже перехотелось убивать этого воина, но пропущенный удар и очередной порез на груди быстро выбил эту мысль. Жаль что их встреча произошла при таких обстоятельствах, в другом случае император оставил бы жизнь такому мастеру. Но не в эту ночь. Сегодня они встретились, чтобы убивать или бить убитыми.

Только заклинание фантома позволило Аттиану победить — рывком сместившись в сторону, он оставил на прежнем месте свою призрачную копию наносящую псевдоудар. На совсем крохотное мгновение противник растерялся. Ничтожно малое мгновение. Но императору этого было достаточно — он также был мастером боя. Короткий удар и сердце противника пронзено острым клинком.

Спустя несколько секунд мастер умер. Он упал на колени и начал заваливаться лицом в песок. Аттиан не мог допустить такого. Оставив свои клинки, он перехватил тело и аккуратно уложил его на спину, позволив воину в последний раз посмотреть на ночное небо. Он был достоин этой последней почести.

Шестой камень зажегся дорогой ценой.

Утерев пот с лица, Аттиан продолжил бои. Он держался исключительно за счет магической силы, которая питала его тело и желания победить, которое питало его волю.

Копьеносец хмэр и мечник с пламенеющим фламбергом зажгли седьмой и восьмой камни. Оба раза было не просто, каждый удивил своим мастерством и в полной мере продемонстрировал особенности собственного оружия, оставив на теле императора новые раны, но с двуруким им было не сравниться.

Остался последний противник — черный человек с серпами в руках. Самый непонятный и непредсказуемый. С таким типом оружия Аттиан ещё не сталкивался, потому не знал что от него можно ожидать.

Они медленно сошлись, но император не стремился начать бой. Нельзя бросаться на воина, о котором ничего не известно, нужно присмотреться.

Но противник был иного мнения. Мгновенно кинувшись в бой, он не давал Аттиану шанса атаковать. Только глухая оборона. Магическими щитами пользоваться нельзя, так написано в старых книгах, потому надежда была только на мастерство. Оружие странной формы было очень сложно блокировать, лишь разница в длине клинков давала кое-какие шансы императору. Рисунок боя складывался плохо. Темп поединка полностью диктовал противник, а этого допускать нельзя. Потеря контроля — верный путь к гибели.

Но воплотить в жизнь этот постулат не удавалось. Противник был очень опытным и пресекал все попытки изменить ход боя.

Ситуация выходила из-под контроля. Каким-то хитрым ударом захватив один из мечей императора и сопроводив это мощным ударом по ногам, черный человек вырвал клинок из рук Аттиана.

Это ещё больше усложняло дело. Кинув несколько фантомов, Аттиан попытался разорвать дистанцию, но не получилось — черный человек уже видел этот прием и смог сохранить холодный разум. Он не попасться на уловку.

Аттиан осознал, что этот путь ведёт к поражению, лишь радикальные перемены могут ему помочь. Рискнув всем он бросился в ближний бой. Один из серпов глубоко вонзился в его плечо, рука сразу стала хуже двигаться, но прорыв удался. Клинок Аттиана нашел прореху в обороне и глубоко вошел в бок противника, пронзая легкие и, возможно, сердце. Изо рта противника хлынула кровь. Тот час же, император отпустил рукоять, оставшись полностью безоружным. Очень опасный шаг, если противник разорвет дистанцию и сможет контратаковать на последнем дыхании, Аттиан обречен.

Но этой ночью Тьма улыбнулась своему истинному сыну — черный человек не смог вырваться из цепких рук императора. Удерживая кисти противника и лишая его возможности атаковать, Аттиан раз за разом наносил удары головой сминая нос черного человека. С каждым ударом, с каждой каплей крови, противник слабел. А у Аттиана, казалось, открылось второе дыхание. Он отрынул расчетливое ведение боя и подобно берсеркеру сминал противника, отнимая его жизнь.

Вместе они повалились на землю, серпы давно выпали из рук черного человека, а покрытый коркой своей и чужой крови, император продолжал избивать противника голыми руками. Сиплое дыхание вырывалось сквозь плотно сжатые зубы. Лишь когда от лица противника осталась кровавая маска, в которой невозможно разглядеть человека, Аттиан успокоился.

Последний девятый камень уже давно сиял призрачным светом.

Наконец-то бои закончились, изнеможенный Аттиан слез со своей жертвы и без сил улегся на песок ристалища. Он очень устал, в теле появилось чувство опустошенности — признак длительного использования энергии для ускорения. Вставать не хотелось.

Таис порывался подойти, но был резко остановлен поднятием руки — ритуал ещё не закончился, это была лишь первая фаза. Нельзя прерывать начатое и менять порядок.

Девять рунных камней больше не горели ровным светом, они пульсировали и такт все нарастал, вибрация земли достигла максимума и стала настолько сильной, что мелкие песчинки поднимались в воздух. Дымные нити, рожденные камнями, извивались и сплетались только в им известный узор.

Превознемогая боль и усталость, Аттиан поднялся на ноги. Перед ним начало формироваться большое облако, свитое из черного дыма и всполохов зеленого свечения. Красивое зрелище, будто величественная грозовая туча нависла над миром и опасные молнии пульсируют в её сердцевине.

Вскоре облако начало обретать очертания. Проявилось мощное тело, крепкие ноги, длинная шея, голова, раскрылись огромные крылья. Все ещё было очень расплывчатым, совсем не четким, но величественный силуэт зверя уже угадывался. Создание было огромным.

Аттиан перестал дышать от восхищения. Таких эмоций он не испытывал очень давно. Его бой удовлетворил Тьму и призыв состоялся. Впервые за долгие тысячелетия.

Постепенно силуэт обретал детали, проявилось грациозное мускулистое тело, покрытое роговыми пластинами и чешуей. Вдоль хребта тянулся частый гребень острых отростков. Мощные лапы венчались устрашающими когтями. Длинный гибкий змеиный хвост с ужасными шипами на самом конце безостановочно извивался. Голова, украшенная великолепными рогами и ярко зеленые светящиеся глаза довершали идеальный образ прекрасного и опасного зверя. Покорителя миров.

Сто оттенков черного переливались на чешуе дракона. Аттиан и не подозревал, что существует столько вариаций этого цвета, но это было так. Сквозь стыки роговых пластин и чешуи пробивалось зеленоватое свечение, создавая ореол потусторонности вокруг зверя.

Пробудившись от долгого сна, дракон расправил гигантские перепончатые крылья, закрыв небо над головой императора. Взгляд его сияющих глаз был направлен ввысь.

Спустя мгновение крик дракона разорвал ночную тишину. Немыслимо соединивший в себе высокие и низкие ноты, этот крик пронзал саму душу и давил разум. Хотелось зарыться куда-нибудь под землю дабы не слышать его. И лишь усилием воли Аттиан прогнал недостойные правителя желания и задавил возникший страх.

Именно он призвал дракона в этот мир и негоже трепетать перед этим созданием.

Будто услышав мысли императора, дракон устремил свой взор на мелкого человека. В тот же миг разум правителя сжали тиски неимоверной боли. Захотелось взвыть и просить о смерти чтобы прервать поток страданий, но Аттиан собрал всю свою волю в кулак. Он догадывался, что произойдет нечто подобное — старые книги описывали это. Вторая часть ритуала вскрытия колыбели — подчинить себе дракона или умереть.

Мысленно взывая к Тьме, император задавил страх и начал борьбу. Раскрыв свой разум, он представил возрожденное величие своей империи. Великие битвы и осады городов. Радость побед. Красота Серых гор, бирюзовая гладь морей, зелень лесов — все эти картины сменялись в его воображении. Он делился своими желаниями с призванным зверем. Показал ему возможность вновь парить в небе Солара. И боль начала отступать — дракон услышал его. Желания человека совпали с его собственными мечтами. Дракон ощутил силу призвавшего, чистоту его помыслов и мощь разума.

Человек был достоин. Великий зверь склонил голову, не как раб, но как равный приветствует равного.

Аттиан смотрел в зеленые глаза дракона и его сердце наполнялось радостью. У него получилось. Зверь признал его. Протянув руку, император прикоснулся к наклоненной голове. Чешуя была теплой, будто раскаленный на солнце камень. Зверь фыркнул, обдав правителя волной горячего дыхания, но не отстранился от прикосновения. Тепло дракона исцеляло его тело и дарило силу.

В какой то миг император ощутил жгучие желание дракона взлететь. И, неожиданно для себя, разделил это желание. Ему страстно захотелось воспарить к мерцающим звездам и посмотреть на мир с их высоты.

Дракон ещё больше наклонился, позволяя человеку залезть себе на спину и разделить с ним свой полет. Без слов, Аттиан забрался на подставленную спину и умостился между огромных острых шипов, надежно ухватившись за них. Зверь несколько раз взмахнул крыльями, разгоняя белый песок, и одним мощным рывком оторвался от земли.

Аттиану перехватило дыхание, а его душу наполнило чувство легкости. Он наслаждался полетом. Ему покорились небеса.

Паря в небе, он размышлял о будущем. Ритуал пробуждения спящих уже начался. В ночь, когда обе луны не взойдут, элитные воины, засланные в Логас под личинами простых жителей вновь обретут себя и выполнят возложенную на них роль — возродят храм и откроют портал.

А дальше он со своим драконом довершат начатое. К такому повороту никто готов не будет.

Аттиан был счастлив, ведь через двадцать один день начнется война, которая возродит его Тэнэрис…

Глава 16

Артём Соколов. Счастливые дни

Три недели пролетели незаметно и это были не самые плохие дни. Наоборот, приятные события и отсутствие проблем немного разогнали угнетенность Артёма, скрасили попадание в чужой мир, позволили чуточку расслабиться и поверить в возможность справиться с неприятностями. Дали время спокойно осмыслить происходящее.

Хорошо, что события прошедшего месяца кардинально отличались от первых дней пребывания в чужом мире. Смерть больше не дышала в затылок, никто не стремился Артёма сожрать или принести в жертву. Благодать.

А вообще подумать было о чём, ведь вопросов меньше не стало. Что это за мир и чем он живет? Как быть и что делать дальше? Кто его втянул во всё это и как отыскать путь домой?.. Опять много вопросов.

Да, во время общения с новыми друзьями, Тёма понемногу узнавал этот мир, его историю и традиции. Существование магии создавало огромную пропасть в направлении развития Солара и его родной Земли, но кое в чем они были схожи. Этот мир, если судить с услышанного, населяли, хоть и разные, но такие же люди, как и сам Артём. Тут не было зелёнокожих орков, остроухих эльфов, подгорных гномов и других фэнтезийных рас, знакомых парню со страниц книг. Все эти обычные люди появлялись на свет, взрослели, заводили семьи, рожали детей, стремились к власти, желали заработать больше денег, старились и умирали, как и многие поколение земляков парня в его родном мире. Большинство людей. Ведь в этом мире были ещё и маги. А вот они отличались от простых обывателей. Хотя бы тем, что жили намного дольше. В свое время Артем очень удивился узнав, что Витору сто тридцать два года.

Тёма опасался задавать слишком много вопросов, желая скрыть свое происхождение, но кое-какое представление о географии Солара у него сложилось. Территориально все страны и народы жили на одном большом материке и островах возле него. По крайней мере пока рассказов о других больших землях парнем услышано не было. Здесь встречались как и сформированные высокоразвитые страны с централизованной властью и развитой инфраструктурой, так и народности не достигшие этого этапа — проще говоря, обычные племена.

Слушая рассказы о государствах Солара, Артём подсознательно искал аналоги среди земной истории. Так, например, Литория — самая западная страна материка — во многом напомнила парню Римскую республику. Там также, как и в земном аналоге, процветало рабство и регулярно устраивались гладиаторские бои. Витор рассказывал, что чародеи этой страны достигли небывалых высот в магии смерти.

Центр материка делили относительно молодые королевства Валия, Кронсаль и Роншольд, которые начали плотно ассоциироваться в понимании парня со средневековой Европой не самых лучших времен. Единственным, что объединяло эти государства была вера — поклонение Дасмиру, одному из местных богов. В остальном же эти страны общий язык находить не очень хотели и если бы не единая достаточно могущественная церковь, то быть серьёзной войне за передел территории. Сейчас эти королевства ограничивались мелкими стычками на приграничных землях и придерживались политики вооруженного до зубов перемирья.

Северный Анхор был особенно интересен. Витор очень много о нём рассказывал, так как сам был оттуда родом и прожил в этой стране большую часть своей жизни. Это был оплот природной магии и на данный момент одно из самых мощных государств на Соларе. В Анхоре поощрялось развитие магических и прочих наук, обязательным было начальное образование, запрещалось рабство, а власть принадлежала Большому совету магов. Это была единственная страна, которая, по мнению Артёма, шагнула чуточку дальше средневековья. Вот где нужно искать информацию о межмировых путешествиях, если такая вообще существует.

Восток Солара был загадочен. Южную его часть занимала довольно большая страна под труднопроизносимым названием Ра'аммос. Об этом государстве Артем услышал совсем мало, потому не мог придумать с каким земным аналогом его сравнить. Большинство жителей этой страны поклонялись Аскароту — ещё одному богу Солара. Центр востока занимала классическая бескрайняя степь населяли которую не менее классические кочевые племена. Усиливали чувство дежавю рассказы о любимом занятии этих кочевников — постоянных набегах на соседние страны. Единый земной аналог — татаро-монголы до эпохи Золотой орды. И точка. О северо-восточной и дальневосточной частях материка информации вообще не было.

Артему же повезло очутиться на юге, в зоне так называемых вольных городов. Здесь не было централизованной власти — а были лишь разрозненные, относительно самостоятельные города-государства. Логас был одним из них. Почему относительно самостоятельные? А тут все просто — практически все эти города находились под протекторатом Анхора и платили небольшие налоги в казну этой страны. Остальные страны также имели доступ в эти города. Тут процветало множество вероисповеданий, каждый мог осваивать свободные территории и каждая страна могла немного заработать на этих землях. Для этих мест Артём также придумал земную аналогию — Антарктида, вроде и ничейная, но доступ и интересы есть у всех. Правда тут намного теплее.

А ещё южнее был Тэнэрис — очень старая и загадочная империя. Были дни, когда это государство повелевало огромными территориями, подавляя своей силой остальные страны. Эти времена давно прошли.

Но в целом информации пока было слишком мало. Все рисовалось слишком крупными мазками и картина не желала обретать чёткость. Артёму нужно ещё много времени, чтобы разобраться со всем этим.

Сегодняшний день ни чем особенным не отличался от предыдущих. Циркачи как обычно давали интересные и весёлые представления в различных частях города, собирая множество зевак, которые не скупились за развлечение отдать монетку-другую, а Тёма продолжал постепенно изучать магию. Теперь в его арсенале было несколько щитов, парочка простых атакующих и бытовых плетений. Он обучался с невероятным старанием и интересом, ведь все это для него было ново, увлекательно и необычно. Правда для занятий магией приходилось постоянно выходить за стены города. Того требовал Витор — конспирация превыше всего. Но это не столь важно.

Своему прогрессу в познании силы Артём несказанно радовался, хоть и не добился пока ничего экстраординарного. Получить уникальный дар это одно, а научится им достойно пользоваться — совсем другое. Витор постоянно указывал парню на это и уверял, что любой молодой адепт магических наук одной из академий Анхора после года нормального обучения спокойно сможет одолеть Тёму, невзирая на его колоссальный магический потенциал и уникальный объем энергетических каналов. Парень согласно кивал в ответ на эти слова, но в глубине души, как это свойственно большинству молодых людей, был уверен в обратном.

Пока старый маг что-то искал в своей сумке, Артём молча любовался бирюзовой гладью Килинского моря. Невдалеке спокойные волны с тихим шелестом бились о берег, а яркое светило игриво бросало отблески на морскую гладь, заставляя жмуриться. Морские птицы, удивительно похожие на земных чаек, с криками носились над водой в поисках рыбы, а дальше в море, занимаясь тем же, ходили рыболовецкие шхуны. Как оказалось, Логас во многом жил за счет добычи, заготовки и продажи рыбы соседним городам. Будучи изначально заложенным на берегу моря ради этой цели, город продолжал исполнять отведенную ему роль и после падения основавшей его страны.

— Пора сделать следующий шаг в твоем обучении, — сказал Витор, прекратив рыться у себя в сумке.

Артем оторвался от созерцания морского великолепия и, с интересом, перевел взгляд на старого мага. В своих руках он держал три восьмиугольные пластины черного цвета. На каждой из них был изображен сложный непонятный символ.

— Носители рун? — догадался парень и его глаза зажглись интересом.

— Точно. Удалось выторговать их на один день.

— Здорово! И что это за руны?

— Первая — это малая руна видимой цели, — начал объяснять маг, выкладывая носители перед собой. — Боевая руна, будучи вплетенной в атакующее заклинание позволяет осуществить мысленную привязку к цели и уменьшает шанс промахнуться. Её также любят накладывать на стрелы и болты, но там эффективность значительно ниже, чем при использовании плетений. Вторая — бытовая. Очень полезная. Это малая руна чистой воды. Делает любую воду пригодной для питья. Идеальным вариантом будет наложить её на любую емкость, ту же флягу, например. Ну а третья — малая руна крепкой защиты, укрепляет любые типы щитов, как магических так и физических. А теперь слушай, что нужно сделать…

Артем сидел на земле и аккуратно держал обеими руками черную пластину. Следуя полученным наставлениям, он начал заполнять носитель энергией. Камень, подобно прожорливому монстру, легко втягивал в себя вливаемую силу. Символ руны на пластине наливался золотистым сиянием и Тёма неотрывно смотрел на него. В глазах появились разноцветные пятна и выступили слезы, так бывает если долго смотреть на солнце. Знак руны будто выжигало на сетчатке. Дискомфортные ощущения, но парень взгляд не отвел, лишь сильно прищурился.

Спустя ещё несколько мгновений голову пронзила резкая боль, будто кто-то вогнал в череп раскаленную иглу. В это мгновение Артем не уронил носитель лишь потому, что его пальцы свела жестокая судорога.

Витор предупреждал, что это болезненный процесс, но чтобы так. Тёма стиснул зубы.

Ещё миг и все прекратилось. Сияние погасло, а основная боль ушла так же резко, как и появилась, оставив только неприятное послевкусие. Как пломбированный зуб продолжает ныть ещё некоторое время после успешного лечения, так и в голове Артёма остались неприятные отголоски боли.

Но вместе с тем, парень понял, что знает как и когда использовать руну видимой цели, может её легко воссоздать и прекрасно понимает как её нужно вплетать в структурные заклинания. Эти знания, казалось, напрямую вбили ему в голову вместе с болью. Уверенность была стопроцентная, даже мысли не возникло перепроверять это.

— Ты как? — поинтересовался Витор, отбирая первую руну.

— Нормально, — вопреки пережитому парень усмехнулся, немного боли — невысокая цена за полезные знания. — Можно следующую?

Две оставшиеся руны были изучены так же — не проще и не сложнее. Можно терпеть. Главное, чтобы эти знания пригодились.

— Удивительная вещь, — прокомментировал он, рассматривая последний носитель. — Кто их создал?

Раньше Витор вскользь упоминал о каких-то древних магах, но Артём не желал упускать ни единой возможности больше расспросить об истории мира. Кто знает, какая именно информация поможет найти ответ на главный вопрос — как отыскать дорогу домой.

— Все известные руны найдены среди руин старых ашурских городов, потому принято считать, что именно ашуры их и создали. Правда эта теория имеет и своих противников. И во многом, я должен признать, их аргументы имеют вес…

— А кто такие эти ашуры? — немного невежливо перебил Артём старого мага, но это было сделано намеренно, ведь иногда Витора заносило в совсем непонятные темы, которые без базовой информации было ну никак не понять.

— Ты слышал историю о Спящем боге? — вместо ответа поинтересовался Витор, устраиваясь поудобнее.

Тёма отрицательно замотал головой.

— Очень давно, примерно пять тысячелетий назад, в нашем мире существовала цивилизация ашуров. Они построили много городов, достигли больших высот в магическом искусстве и вообще были очень развитой цивилизацией. Ашуры поклонялись своему богу, имя которого утрачено. Сейчас его именуют не иначе как «Спящий бог». Согласно легенде, именно этот бог даровал им знания и возможность создать руны.

— И что стало с этой цивилизацией? — Тёма верно истолковал слова о руинах городов.

— Согласно историческим и археологическим изысканиям, есть основания полагать, что произошла великая война между ашурами и приверженцами Тьмы — праотцами империи Тэнэрис. Причины этой войны неизвестны, но на лицо факт, что ашуры были полностью уничтожены, а все упоминания о их боге целенаправленно стерты.

— Полностью уничтожены? Как такое возможно? Тем более, что вы сами сказали, что ашуры были высокоразвитой цивилизацией.

— Видишь ли, во многом история этой цивилизации строиться на домыслах ученых, потому точного описания тех событий тебе никто не даст. Имеется лишь факт — ашуры проиграли. Хотя некоторые ученые, полагаясь на те же сомнения, что озвучил ты, выдвигают теорию, что ашуры не были уничтожены, а ушли из Солара самостоятельно.

— Куда ушли?

— А кто знает? В какой-нибудь другой мир.

Артём навострил уши. Путешествия между мирами — вот та тема, которая его действительно интересовала.

— Другой мир?

— Да, вселенная состоит из множества миров, это давно доказанный факт. Теория перехода между мирами — излюбленная тема исследований многих достойных магов.

— И как результаты?

От Витора не укрылся повышенный интерес парня, но он решил не заострять на этом внимание.

— До практических исследований пока не дошло. Слишком огромны расчетные нужды в энергии для осуществления этой цели. На данный момент отсутствует возможность аккумулировать такую силу.

Артём слегка приуныл, но виду постарался не подать. Хотя ещё не все потеряно, раз загвоздка только в силе, возможно ему удастся что-то сделать в этом направлении, ведь его потенциал, со слов Витора, очень высок, осталось только добраться до нужной информации. Анхор и ашурские города — вот те источники знаний, которые ему нужны.

После этого разговора занятия продолжились по уже привычной схеме: медитация, построение плетений, воссоздание рун и их применение. Хороший получился день.

— Пора возвращаться, — подвел итог занятий Витор и, усмехнувшись в седую бороду, добавил: — Небось твоя Мира тебя уже заждалась.

При упоминании девушки, улыбка вернулась на лицо Артёма. Именно она стала особым украшением прошедших недель. Тёма всегда просто находил общий язык с противоположным полом, потому легко сблизился с этой замечательной во всех отношениях девушкой. Возможно именно она окончательно вывела парня из депрессивного настроения.

Витор и Артем неспешно брели в сторону восточных ворот, разговаривая о всяких мелочах.

— Сегодня будет тёмная ночь, — сказал Витор, глядя на небо. — Луны не взойдут.

Парень проследил за взглядом мага. Солнце уже коснулось горизонта. Одинокие тучи окрасились багрянцем. Красота.

«Ну и пусть будет тёмная, — напоследок подумал Тёма. — В этом нет ничего плохого».

Глава 17

Лилиан Кан'Эфлор. Маски прочь

Безлунная темная ночь, очень редкая в этих краях, безраздельно властвовала над Логасом. Мерцание далеких звезд и одинокие слабые огни фонарей на главных улицах не могли разогнать мрак и лишь подчеркивали отсутствие света. Волны беспроглядной темени, густым туманом, вливались в окошка горожан, заполняя все уголки домов и заставляя их обитателей теснее жаться друг к другу и тихонько вздрагивать во сне. Ночь холодными пальцами гладила загривки собак и наслаждалась их тихим скулежом, немигающим взглядом присматривалась к редким стражникам, неохотно бродившим по улицам, и любовалась их обеспокоенными лицами, нашептывала спящему городу тысячей невнятных голосов и купалась в их волнующих сновидениях.

Но не всем этой ночью было суждено уснуть, некоторым наоборот пришло время проснуться…

Лилиан Кан'Эфлор пробудилась ото сна. От очень долгого сна длиною в несколько лет. Она тихо лежала на кровати в маленькой комнатушке на втором этаже трактира «Хромая кобыла» и тысячи мыслей проносились в её голове. Этой ночью её длительный сон, её личный кошмар, наконец-то закончился. Она, дочь великого избранного рода, мастер танца теней, приор[11] Корпуса вынуждена была существовать под искусственно созданной личиной обычной служанки. Среди безмозглых простушек, готовых скрасить вечер любого желающего за медную монету. В окружении мусора и грязи. Была обязана терпеть похотливые взгляды пьяных посетителей и смеяться над их глупыми шутками. Вынуждена была скрывать свою силу и истинную сущность. Жить чужой жизнью, мыслить другими понятиями, наслаждаться не своими радостями и мелкими успехами. Не быть собой.

Волна отвращения к прошедшим годам на миг исказила красивое лицо Лилиан. Её предупреждали, что блокирование ауры и наложение псевдосознания может быть неприятным, но реальность смогла удивить. Было хуже, чем ей обещали.

Правда она знала, на что шла и не стоит сокрушаться об утраченном времени. У неё было задание — проникнуть в город и сжиться с ним. И она выполнила возложенную на неё роль. Реализовала первую часть миссии. А теперь пришло время воплотить в жизнь вторую — вернуть контроль над храмом.

Девушка повернула голову. Совсем рядом на кровати тихо посапывал парень с чужеземным именем Артём, с которым простушка Мира решилась разделить постель. На симпатичном лице молодого мужчины застыла легкая улыбка, видимо приятный сон посетил его этой безлунной ночью. Дыхание парня было глубоким и спокойным. Но не это заинтересовало Лилиан. Вернув себе магические силы, она смогла ощутить эманации незнакомой энергии, бурлящей в его теле. Её опыта хватило, чтобы увидеть огромный потенциал этого мага. Но и это было не главным. Внимание девушки привлекла ещё одна важная деталь — парень был отмечен Тьмой. На нем был след её богини.

Что это означает? Каково предназначение этого человека? Может ли это оказаться важнее её миссии? Вполне возможно, но сейчас у Лилиан есть чёткий приказ — возродить храм любой ценой. Ради этого она здесь и нельзя отступать от цели.

Парнем можно будет заняться позже…

Контролируя реакцию безмятежно спящего Артема, Лилиан аккуратно покинула кровать, не издав при этом ни звука. Легкой невесомой походкой опытного скрытного бойца, она двинулась в дальний угол комнаты, оставив без внимания ворох своей старой одежды. Сейчас ей не нужны грубые неудобные платья. В глубине стоящего там шкафа лежал небольшой неприметный сверток — оружие и легкая броня Корпуса теней, терпеливо ожидавшие своего часа.

Старая дверь тихо скрипнула, когда Лилиан попыталась её открыть. Девушка замерла неподвижной статуей. Артём заворочался на кровати, но столь незначительный шорох не смог потревожить его сон. Он лишь поплотнее закутался в одеяло и повернулся на бок.

Больше таких оплошностей не было. Лилиан одевалась тихо и быстро, как привыкла за долгие годы службы в Корпусе теней, и этот процесс тешил её. Она соскучилась по своему оружию и тренировкам. Изголодалась по магии. Забыла, как это приятно ощущать энергию внутри себя. Быть в состоянии изменить реальность силой своего дара. Каково это драться и побеждать.

«Сегодня моя ночь», — подумала Лилиан, с нежностью проведя пальцем по темному металлу одного из своих клинков.

Убрав волосы под капюшон и надев маску, закрывающую нижнюю половину лица, Лилиан подошла к ставням и тихо распахнула их. Прохладное дыхание ночи проникло в комнату. Бросив последний взгляд через плечо на спящего Артёма, девушка легко и стремительно выпрыгнула из окна. Извернувшись в полете, она уверенно приземлилась на ноги и совершила беззвучный кувырок, погасивший инерцию падения. По правде, можно было не рисковать и не заниматься подобным, но непреодолимое желание вновь ощутить свою физическую силу и приобретенную годами тренировок ловкость перевесило осторожность. К счастью, окутанный покрывалом мрака спящий город остался безучастным к этим движениям.

Она осмотрелась по сторонам, изучая обстановку. Слабенькое заклинание позволило ей сносно видеть в кромешной тьме. Никого рядом не было. Но явно ощущались волнения в окружающем мире. Город, будто трусливый дрожащий заяц, замер, ощутив на себе тень хищного орла, парящего среди облаков.

Лилиан не единственная, кто этой ночью вновь обрел себя. И это хорошо. Она улыбалась, поглядывая на безлунное небо.

Невидимой молчаливой тенью, оправдывая название своего корпуса, она перемещалась из одного укрытия в другое. Недалеко, в конце улицы легко было заметить яркий островок света — это стандартная двойка стражников неохотно прогуливается по вверенному им кварталу. От них просто скрыться, достаточно изменить направление и держаться тьмы. Их глаза, привыкшие к свету факелов, неспособны обнаружить крадущегося опытного воина, второе имя которого — тень. Лилиан не стала обезвреживать их и просто проскользнула мимо. Ещё рано начинать активные действия. Нельзя потерять эффект неожиданности — важнейшее преимущество ради которого бойцы корпуса отважились на блокирование своей силы и изменение собственного сознания.

Её путь лежал в сторону центра, за стены закрытого Логаса — древнего сердца этого города. Но сперва нужно отыскать своих.

Ещё до начала заселения был разработан приблизительный план действий и обозначены начальные точки сбора, потому Лилиан знала, куда надо идти.

Добраться до нужного места не составило никакого труда, ведь это всего лишь серый Логас — не самая защищенная часть города. Дальше будет сложнее, а сейчас это так — легкая прогулка.

Замерев на месте, Лилиан стала просматривать каждый пасс небольшой балаганной площади. Для постороннего взгляда это место было абсолютно пустым и погруженным в сон. Но это не так. В разных её уголках, в самых темных и неожиданных местах сейчас прятались воины империи. Она легко, практически моментально, заметила три размытые тени возле соседнего дома. Прислушавшись к своим ощущениям, стало понятно, что эти трое из приближенных родов. Не избранные. Их магическая сила значительно ниже, чем у истинных детей Тьмы, но они хорошие воины, готовые пожертвовать собой во благо Тэнэриса…

— Приветствую, кан'нис[12], — неожиданно совсем рядом раздался тихий неприятный шепот, напоминавший шелест гонимого ветром песка.

Лилиан инстинктивно вздрогнула. Говоривший подобрался абсолютно незаметно, несмотря на всю концентрацию девушки. Среди тех, кого она знала лично, лишь единицы могли проделать такое. Говорившего девушка узнала сразу. Этеон Кан'Сарош — беловолосый и красноглазый, как и большинство представителей этого рода. Знатный мастер скрытности, возможно лучший в этом. Такое умение подкрадываться — тайна его рода, которой они не желали делиться с остальными.

Белые призраки — вот как их называли за глаза. Они заслужили это прозвище.

— Здравствуй, Этеон, — поприветствовала она альбиноса и в голосе Лилиан проскользнули нотки раздражения, так всегда бывало, когда кто-либо превосходил её. — Отрадно видеть, что ты не растерял свои навыки. Все ли собрались?

— Почти, — альбинос источал довольство, ему нравилось демонстрировать свое умение. — Избранные уже на месте, осталось дождаться ещё нескольких приближенных. Потому у нас ещё есть некоторое время дабы обсудить последние детали…

Серый Логас остался за спиной и перед детьми Тьмы предстала первая серьезная преграда — стена, отделяющая бедную часть города, от более достойных и обеспеченных горожан.

Взглянув на неё истинным зрением, Лилиан чётко увидела нити сигнальных заклинаний, которые беспрерывной вязью покрывали базальтовую кладку. Простое, но очень эффективное плетение, настроенное на контакт с живым существом или разрыв целостности. Ни обойти, ни обезвредить — любое повреждение структуры заклинания привлечет внимание. А этого допускать нельзя.

Остается единственный вариант — пройти через ворота. Дерзкий, но правильный и вполне осуществимый вариант.

Врата в белый Логас всегда открыты, исключение лишь времена смуты, но сейчас мирное время. Не всем разрешено пересекать эту черту, жители внешних районов и гости города должны оплачивать высокие пошлины за право войти.

Оберегать покой знатных горожан был поставлен пяток стражников. Облаченные в яркие накидки из дорогой ткани поверх стандартных доспехов городской стражи, они денно и нощно защищали богачей от назойливого внимания черни.

Сейчас на посту было трое. Остальные стражники либо совершают близкое патрулирование, либо, что более вероятно, отдыхают в специально отведенном для этого помещении, дверка в которое виднеется возле ворот. Все равно работы у них не то чтобы очень много — нищих прогонять, да перед вельможами кланяться. И как противники они никакие, редкие учения и спокойная сытая жизнь не способствуют военной выправке.

Главная проблема — незаметно подойти, слишком светло вокруг входа. Но уже было придумано как с этим бороться. Не можешь подкрасться незаметно — подойди в открытую.

Живя в этом городе, Лилиан давно заметила одну деталь — тут не было женщин-воинов. Вообще. Служба считалась исключительно мужским делом. Даже магессы очень редко выбирали для себя боевую стезю. Потому у местного населения давно сложился стереотип — женщина угрозы не представляет. Сейчас Лилиан собиралась доказать обратное.

Сняв маску, капюшон, перевязь с клинками и метательными ножами, расстегнув куртку и несколько верхних пуговиц блузы, девушка спокойной походкой двинулась в сторону ворот. Она искренне улыбалась и как только её заметили вежливо и приветливо помахала рукой. Стражники удивились, увидев одинокую странницу ночью, но на их лицах не отразился страх, возникло лишь легкое недоумение и интерес. Их даже не смутила её странная одежда. Глубокое декольте надежно отвлекло их внимание от остальных деталей.

— Милочка, чего тебе? — нагловато улыбаясь, произнес усатый стражник, когда Лилиан практически вплотную приблизилась к ним. — Не страшно одной ночью гулять?

— Ничего не страшно, когда город оберегают такие доблестные воины.

После этих слов, она резко ушла в ускорение. Довольные ухмылки только расцветали на лицах ничего не подозревающих стражников, а Лилиан уже выхватила скрытый за спиной нож и молниеносно бросилась в атаку. Первому она распорола горло от уха до уха и, увернувшись от хлынувшего потока крови, аналогично расправилась со вторым. Третий воин осознал неладное и изменился в лице, он уже не смеялся.

Стражник потянулся к висящему на груди сторожевому амулету, должному передать сигнал беды в городскую управу, но метко брошенный нож, вошедший ему в правую глазницу по самую рукоять, оборвал его планы. Безвольным кулём он рухнул на землю, так никого и не предупредив об опасности.

Течение времени вернулось в нормальное русло и вокруг забурлила работа слаженного тренированного механизма — подбежавшие воины Тэнэриса, не дожидаясь приказов, принялись тушить факелы и прятать трупы. Некоторые пробежали дальше проверять наличие патрулей за воротами. Несколько бойцов, во главе с Этеоном ворвались в дверь ведущую в сторожевые помещения. Остальные растворялись во мраке уже среди домов белого Логаса.

Все было сделано четко и быстро. Никто ничего не заметил.

Вскоре вернулся улыбающийся Этеон.

— Эти даже не проснулись, — довольно прокомментировал он, пока Лилиан приводила себя в нормальный вид и возвращала оружие на положенные места.

— Не радуйся раньше времени, — оборвала она альбиноса. — Все проблемы ещё впереди.

Этеон не удосужился прокомментировать эту реплику.

— Все помнят, что нужно делать? — вместо ответа, он обратился к подошедшим командирам подразделений. Те молча кивнули, подтверждая готовность. — Тогда вперед. Во славу Тьмы!

Закрыв ворота и оставив на посту четверых бойцов, многочисленный отряд двинулся дальше, рассыпавшись поодиночке, чтобы вскоре сойтись вместе в назначенных местах.

Улицы белого Логаса выгодно отличались от серой части города. Дома здесь были больше, их отделка значительно лучше, чаще встречались островки зелени — ухоженные деревья и кусты радовали глаз. И на беду здесь было светлее. И стражники чаще прогуливались по улицах. Но темных мест все же было предостаточно.

Двигаясь вперед, к намеченной цели, Лилиан размышляла о плане. Отряд разделился на три группы. Первая — малочисленная направилась к усадьбе городской управы. Они должны нанести первый максимально громкий удар. Их роль — посеять панику и отвлечь внимание, ярко и шумно атаковать важную для Логаса, но в принципе не первоочередную цель для Тэнэриса. Сделать так, чтобы основные силы обороны кинулись защищать правящую верхушку города.

Вторая — многочисленная сильная группа, должна атаковать резиденциею Анхора — обитель стихийных магов. Сойтись в битве с основными, самыми сильными противниками. Этот бой будет страшен, стихийников нельзя недооценивать. Но роль воинов определена — они должны связать боем анхорцев и не позволить им мешать третьей, самой важной группе. Практически все избранные вошли в неё и Лилиан в их числе. Именно перед этой группой стоит важнейшая роль — им предстоит возродить храм.

И вот она цель — ещё одна стена, преграждающая дорогу к храму. Но в этот раз препятствие нематериально. Сейчас на их пути творение магов. Плетение невиданного мастерства. Непреодолимый купол, навеки запечатавший Тьму. Плотность стены настолько высока, что невозможно рассмотреть храм за ней.

Лилиан погрузилась в транс и принялась изучать строение этого купола. Именно ей предстоит возглавить взлом стены. Представители рода Эфлор всегда славились мастерством изысканной работы с потоками, а Лилиан достойная дочь своего рода.

Осталось только дождаться сигнала…

Наконец прогремел взрыв со стороны городской управы и яркая вспышка разорвала ночную тьму. Бой начался. Первая группа справилась со своей ролью.

Ощутимо затрепетали потоки магических энергий, демонстрируя повышение активности — разгорались магические битвы. Очевидно, вторая группа завязала бой с анхорцами.

Спящий город начал подавать признаки жизни: в окнах загорался свет, заспанные люди с недоумением выходили на улицы, пытаясь понять что именно произошло. Шум и крики нарушили ночную благодатную тишину.

Но Лилиан не обращала на это внимания. Ей предстояла своя собственная война.

В магическом зрении стена переливалась яркими красками всевозможных оттенков. На этот раз анхорцы превзошли сами себя. Все четыре стихии были сплетены вместе дабы преградить путь к храму. Плетения были завязаны на энергетические потоки мира, потому не требовали подпитки и были очень надежны. Мало того, в стене присутствовали ещё и энергетические нити божественного происхождения. Видимо жрецы Дасмира также приложили руку к построению купола. Потрясающая в своей сложности работа.

Но ничего, все преодолимо. Лишь бы хватило времени.

Лилиан пристально рассматривала плетение, изучая его, и выискивала точку с которой стоило бы начать проникновение. Поначалу казалось, что в этом многоуровневом построении нет уязвимых мест, но чем детальнее девушка присматривалась к структуре стены, тем больше уверялась в возможности пробить ход.

И наконец-то подходящее место было обнаружено. С определенной периодичностью в карте плетения использовался схожий блок — две скрещенные мощные нити огня и воды, между которыми размещался воздушный щит, щедро укрепленный рунами. Несовместимые силы-антагонисты нуждались в использовании такой прослойки, ведь их контакт мог нарушить целостность всей структуры. Как оказалось, в силе многослойных стихийных щитов кроется и их слабость. Не бывает плюсов без минусов, за все нужно платить и все имеет свою цену.

Слабая точка найдена, ведь если убрать воздушный щит в потоках купола возникнут излишние напряженности.

Но проще сказать чем сделать. Сначала надо добраться до этого щита, ведь он надежно укрыт между вышеупомянутыми нитями стихий-антагонистов. Нужно как-то разболтать этот блок.

— Удерживайте нити огня и воды, — Лилиан начала раздавать команды, указав на нужную точку. — Дайте мне доступ к воздушной прослойке.

Сидящие рядом маги поняли идею. Они начали плести заклинания, которые способны пробивать бреши в щитах. Знание великих рун разрыва помогало им в достижении этой цели.

Маги одновременно ударили в выбранную область. Структура стены прогнулась, но очень слабо — прямое подключение к энергетическим потокам мира делало конструкцию очень мощной и стабильной. Проделанные бреши стремительно восстанавливались. Лишь на крохотные мгновения возникали микроразрывы в потоках огня и воды. И Лилиан пыталась максимально эффективно использовать эти мгновения.

Она точечно воздействовала на воздушный щит. Для начала нужно оторвать привязку к силовой линии, благо в этом фрагменте она не очень объемная. Хорошо, что воздушная стихия менее стабильна по сравнению с другими.

Сила магов Тьмы уходила в неимоверных количествах, и казалось их метания могут не принести результата, но Лилиан продумала все правильно. Манипулируя тонкими потоками собственной силы и пересыпая все это десятками сложнейших рун разрушения, ей удалось отрезать фрагмент воздушного щита от энергетической подпитки. Теперь можно браться за его уничтожение.

— Я пуст, — раздался голос мага, долбившего нить огня.

— Этеон, подмени! — скомандовала Лилиан. — Ещё немного осталось!

Усердно работая, Лилиан не могла уследить за происходящем в городе. А между тем события разворачивались не в их пользу. Хоть первой группе и удалось навести шороху возле городской управы, маги Анхора не кинулись на её оборону. Будто поняв, что это лишь отвлекающий маневр, они бросились искать истинную причину ночной битвы. Кроме всего прочего, жрецы Дасмира уверенно ринулись в бой, что не способствовало успешному развитию событий. Вторая группа поспешно вступила в битву, но не могла связать всех магов.

— К нам гости! — неожиданно воскликнул воин из группы поддержки.

— Задержать любой ценой! — скомандовал Этеон. — Не дайте им добраться до нас.

За спинами напряженных магов разгоралась битва. Воины из приближенных родов истово кинулись в бой, они не боялись встретить смерть. Воины хотели выиграть ещё немного времени для магов.

Пока ещё незначительный поток стражников при поддержке прорвавшихся магов вступили в бой с силами Тэнэриса. Корпус теней ещё справлялся, но было видно что это лишь вопрос времени, когда их сожмут количеством. Силы были не равны изначально. Слишком мало воинов Тьмы проникло в город. Слишком сильна оборона, возведенная возле храма.

На плечах Лилиан лежала громадная ответственность. От верности принятого решения зависит исход этой ночи. Либо геройская победа, либо позорный провал. Иного не дано.

Воздушный щит, лишенный подпитки дрожал и изгибался под ударами девушки. Узловые точки истончились до невозможного и лишь каким-то чудом конструкция продолжала держаться. Лилиан поднажала. Энергия утекала рекой. Скоро и она осушится полностью.

— Помогите, — простонала она. — Ещё немного силы.

Один из немногочисленных избранных был вынужден оторваться от боя и придти ей на помощь. Это грозило прорывом обороны, ведь на плечах избранных лежала защита от постоянных магических атак.

Он начал делиться остатками своей силы. Ощутив поддержку, Лилиан собралась с мыслями и нанесла последний удар по ослабленным узлам щита. В неяркой вспышке, плетение наконец схлопнулось.

— Получилось! — радостно вскрикнула Лилиан, увидев результат. — Отпускайте потоки!

Этеон и второй избранный с громкими вздохами облегчения выполнили приказ и во все глаза, невзирая на кровавую бойню, происходившую за их спинами, уставились на проделанную работу.

Лишенные предохранительного щита нити огня и воды соприкоснулись, проявляя свою истинную антагонистическую природу. Будто две враждующие армии, два лютых зверя, они слились в последнем бое. Произошел коллапс, колоссальная вспышка распорола мрак, на время ослепив невольных зрителей. Одна из секций стены буквально разорвалась, породив небольшую брешь в непробиваемом куполе.

Но слишком опытные маги возводили эту защитную стену. Они предусмотрели такую возможность, потому структура заклинания была заблаговременно разделена на независимые сектора. Нанесенный удар не был критичен. Более того, структура купола начала стремительно восстанавливаться.

— Держите края разрыва! — крикнула Лилиан, поняв что происходит, и молнией рванула в сторону храма.

— Выполнять! — вторил ей Этеон. — Держать оборону!

Двое избранных, у которых ещё оставались силы, заблокировали восстановление плетения. Это было намного проще, чем сотворить прорыв. Но теперь они были вырваны из боя.

Все кто мог, держали оборону, давая Лилиан возможность завершить начатое.

Многочисленные тела усеивали площадь перед храмом. Кровь обильно орошала мостовую. Агония умирающих и крики раненых сопровождались взрывам заклинаний. Темные щиты обороняющихся дрожали под ударами пришедших в себя анхорцев. От огня плавились камни и горела плоть воинов. Удары молний и ледяные вихри вгрызались в оборонительный строй детей Тьмы. Десятки стрел свистели в воздухе. Дикий лязг стали, набатом разносился над ночным городом. Силы покидали воинов.

Девушка мчалась к храму. Его не посмели уничтожить, слишком древний алтарь помещен внутри, слишком много силы скопилось за тысячелетия. Нужно её только пробудить.

Вбежав внутрь храмового комплекса, Лилиан рухнула на колени перед глыбой алтарного камня. Казалось стены храма дрожат от переизбытка заблокированной силы. Алтарь чувствовал рядом свое дитя. Впервые за многие столетия.

И стоило Лилиан лишь прикоснуться к теплому камню и влить остатки силы в изображенный на нем аркан активации, как неудержимый поток силы устремился ввысь, сминая на своем пути изысканный и сложный защитный купол, продавливая его голой необузданной мощью.

Дух обороняющихся возвысился, опустошенные маги, вынужденные вступать в ближний бой, вновь восполнили свои резервы. Новый этап противостояния начался и атакующие прогнулись. Они осознали бесплодность попыток. Узрели свое поражение. Но это было ещё не все. Не все сюрпризы.

Лилиан активировала портальный камень и выбежала на улицу, оценить дело рук своих. Она наконец увидела поле кровавой битвы. От вида искореженных тел детей тьмы её сердце пронзила скорбь утраты, но вместе с тем она знала, что жертва не напрасна. Миссия выполнена!

Перед храмом закручивалась воронка портала, и Лилиан восхищенно наблюдала за этим. Она ждала как сквозь открывшиеся врата твердой поступью выйдут стройные ряды имперских легионов, сметая всё на своем пути. Лилиан неистово молилась об этом.

И этой ночью девушка была услышана. Богиня даровала ей возможность лицезреть даже более величественное зрелище, чем она ожидала. Из воронки портала вылетел огромный двукрылый зверь. Знакомый по книгам силуэт, черная чешуя, гибкая шея, грозный рык. Лилиан узнала зверя. Легендарный дракон пробудился! Свершилось то, о чем мечтали многие поколения тэнэрисцев. Тьма даровала своим детям возможность покорить небеса!

На краткий миг все застыли, смолкли даже взрывы атакующих заклинаний. Все были поражены увиденным. И в следующий миг оборона рухнула, солдаты противника бежали. Растерянные маги не знали кого атаковать и что им делать. Страх вселился в сердца жителей Логаса, а души бойцов Корпуса теней наполнила радость. Многие из них погибли, но все было не зря!

Лилиан заметила, что на спине дракона восседает человек — это был её император. И он указал дракону на цель. Потоки зеленого пламени обрушились на стихийников и остатки отрядов городской стражи. Воспользовавшись неожиданным прикрытием остатки корпуса теней отступили к храму.

А из портала продолжали выходить войска. Но этой ночью, по всей видимости, им выпадет лишь вспомогательная роль — император и дракон прекрасно справлялись в одиночку. Защита зверя была великолепна, атакующие плетения стихийных магов не приносили ему вреда, а его собственные атаки были точны и смертоносны.

Заложив вираж, дракон обрушил свой удар на анхорскую резиденцию. Император осознавал, что необходимо уничтожить их портал. Нельзя допустить прихода подкрепления.

Наблюдая за величественным полетом дракона, Лилиан вспомнила начало этой жаркой ночи. Ей нужно вернуться в серый Логас и решить, что делать с Артёмом.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, она тихо растворилась среди ночного города. Но её поступок не остался незамеченным. Этеона заинтересовало её поведение…

Лилиан быстро добралась к намеченной цели и замерла недалеко от трактира, наблюдая за метаниями циркачей. Они спешно собирались покинуть город. При этом казалось, что они начали подготовку к отъезду заблаговременно, ведь их маленький караван был практически готов к отбытию.

Артём беспокойно носился по двору, о чём-то ругаясь с хозяином трактира и активно жестикулируя. В ответ на крики, трактирщик беспомощно разводил руками.

Девушка не слышала о чем они говорят, но почему то подумала, что Артем ищет её. От этой мысли что-то шевельнулось внутри. Она мигом прогнала это ощущение. Не стоит расслабляться. Видимо переутомление всему виной.

Лилиан сняла маску и подошла ближе, держа оружие наготове.

Когда Артём заметил её, выражение его лица сменилось с растерянного и злого на радостное. Догадка девушки подтвердилась, он волновался именно из-за её отсутствия.

— Мира! Я искал тебя! Тут такое творится… — парень подбежал ближе, но замер в недоумении, когда девушка подняла один из клинков. — Мира, что?.. Зачем это? — он неуверенно указал пальцем на клинок. — Что ты делаешь?

Сборы циркачей как-то мигом приостановились. Все затихли, пытаясь понять что происходит.

Лилиан прислушалась к себе. Да, она не ошиблась, на парне метка Тьмы. И это важно. Она обязана задержать его. Не зря же она бежала обратно…

— Уходи из города, — вопреки своим мыслям, он сказала совершенно другое.

— Что? — было видно, что Артём совсем не понимает, что происходит. — А, да! Нужно уходить из города! Я именно тебя искал. Нужно уходить! Мира…

— Меня зовут не Мира! — отрезала девушка, она злилась на себя. — Уходи!

Что с ней такое? Наверное это последствия наложения псевдосознания. Какая-то часть чувств Миры перешла к ней. Или наоборот…

— Уходи!

Артем попытался подойти поближе и кто знает как бы Лилиан повела себя в такой ситуации. Её терзали противоречивые чувства. Но к счастью, в разговор вмешался старый маг-воздушник. Он крепко взял парня под локоть и что-то прошептал ему на ухо.

Глаза Артёма удивленно округлились. Он посмотрел на свою левую ладонь, на девушку, опять на ладонь…

— Этого не может быть!

Старый маг опять что-то зашептал и ещё крепче сжал руку парня.

Лилиан, одолеваемая странными чувствами начала отступать в тень. Она поступала глупо, но ничего не могла с собой поделать. Слишком много переживаний за ночь, слишком сложный бой, чересчур сильное напряжение, не до конца известны последствия длительного использования псевдосознания. Все смешалось. Она не смогла принять окончательное решение.

— Мира? — неуверенно обратился парень к уходящей девушке.

— Меня зовут не Мира, — опять сказала Лилиан и скрылась из виду.

Артём остался стоять в смятении. Он категорически не понял, что сейчас произошло.

А Логас пылал. Сегодня его мирная жизнь кончилась. В небе парил дракон, дожигая резиденцию Анхора и храм Дасмира. На улицах шли бои. Сотни людей панически носились по городу и лишь немногие решались бросить все нажитое добро и убежать пока ещё такая возможность есть.

Эту ночь многие запомнят на всю жизнь.

Война началась.

Глава 18

Артём Соколов. Город в огне

Чужой мир опять смог неприятно удивить. Всего за одну ночь спокойный симпатичный город превратился в охваченное паникой поле брани. Шум, крики, взрывы, звуки битвы, ощутимое дрожание энергетических линий мира, яркие всполохи — все смешалось. Лица жителей исказил страх и непонимание. Их беспомощные метания лишь умножали хаос, происходящий в городе.

А ведь ничего не предвещало беды…

Всё началось с того, что Артёма посреди ночи разбудил громкий стук в дверь. Он нехотя открыл глаза, но когда обнаружил отсутствие Миры, настежь распахнутое окно и запертую изнутри дверь, сон как рукой сняло. Парень принялся наспех одеваться, отметив, что одежда девушки лежит там же, где её оставили. И это добавляло странности. Что ж происходит? Каким образом Мира исчезла из комнаты? Куда? Зачем? Не выпрыгнула ведь она из окна, в конце-то концов.

Ко всему прочему ощутимо защекотало левую ладонь — непонятный знак, полученный ещё на Земле во время солнечного затмения, неожиданно напомнил о себе. Странно это и явно не к добру.

— Просыпайтесь! — стук не прекращался, а по голосу Тёма узнал старого мага.

— Случилось что? — торопливо открыв дверь, парень увидел обеспокоенное лицо Витора. — Вы Миру не видели? Она куда-то пропала…

— Сейчас не время! — было заметно, что всегда спокойный и уравновешенный маг не на шутку взвинчен, раз позволил себе бесцеремонно перебить Тёму. Такого раньше не бывало. — Нам нужно срочно уходить из города. Собирайся.

Сказал и убежал, оставив парня в полной растерянности.

Напоследок, закономерно сомневаясь в положительном результате, Тёма все же выглянул в окно, но ничего, кроме пустынной мостовой, не увидел. Пришлось спускаться вниз, дабы попытаться распутать этот клубок непонятностей.

На улице было тихо — город ещё спал, но циркачи уже вовсю готовились к отъезду. Правда, никто ничего толком объяснить не мог, все пожимали плечами и отправляли парня к Витору — раз старый маг сказал срочно собираться, не дожидаясь утра, значит так нужно. Он пользовался непререкаемым авторитетом среди бродячих артистов, потому никто не посмел усомниться в необходимости столь скорого отбытия. Тем более, труппа уже загостилась в этом городе — все номера уже были отыграны и все трюки показаны. Жители стали менее охотно посещать представления, они уже достаточно насытились развлечениями и могли с чистой душой вернуться к своей работе и серым будням.

Попытка расспросить Витора также успехом не увенчалась. Маг нервно отмахивался от вопросов, обещая пояснить все позже. Он пребывал в состоянии повышенной концентрации, будто готовясь к созданию сложнейшего заклинания. После нескольких бесплодных попыток, Тёма от него отстал и, не найдя себе лучшего занятия, начал приставать с расспросами к хозяину трактира. Его целью было выяснить, как можно сбежать из комнаты, оставив входную дверь закрытой изнутри. Мало ли, вдруг весь трактир пронизан тайными ходами?

Он до того достал трактирщика, что дошло до скандала. Тут уж ничего не поделаешь — нервы. Но, увы, парень так ничего и не добился.

И тут город тряхнуло. Артём ощутил волну магических искажений, его словно окатили ведром холодной воды в жаркий летний день. Даже дыхание перехватило. Затем, на мгновение над городом вспыхнуло яркое сияние, будто кто-то взорвал склад с пиротехникой, и столб непонятной энергии, подобной плотному чёрному дыму, устремился ввысь.

А потом появился дракон, повергнув Артёма в состояние священного трепета! Самый настоящий, будто сошедший со страниц древних мифов. Воплощенная фантазия сотен тысяч земляков Артёма. Ужасный и прекрасный одновременно.

Этот мир не переставал удивлять парня. Что ещё он тут увидит? Страшно даже представить.

Не обращая внимания на мельтешение людишек в сером Логасе, черный дракон ожесточенно выжигал богатые кварталы города, исторгая пламя фантастического зеленоватого оттенка.

На несколько мгновений все замерли, уставившись на величественного и опасного зверя.

— Клянусь кольчугой Отура, — пробурчал Вестар, во все глаза пялясь на дракона и нервно подергивая рыжую бороду. — Пора мотать отсюда!

Это стало своеобразным сигналом и сборы возобновились с удвоенной скоростью. Теперь все поняли, почему Витор их подгонял — будучи очень опытным магом, он ощутил тревогу в магических потоках, которая обычно предшествует воплощению глобальных заклинаний, и понял, что ничего хорошего это не сулит.

А потом, совершенно неожиданно, появилась Мира. Она была облачена в очень красивую кожаную черную броню с нечастыми металлическими вставками и была вооружена двумя клинками. Это очень удивило парня, но не остановило его.

— Мира! Я искал тебя! Тут такое творится… — сказал он, подойдя ближе, но резко поднятый клинок остановил его. — Мира, что?.. Зачем это? Что ты делаешь?

Он замер от неожиданности, категорически не понимая, что происходит.

— Уходи из города, — без каких-либо пояснений сказала она после небольшой паузы.

— Что? — переспросил Артём. — А, да! Нужно уходить из города! Я именно тебя искал. Нужно уходить! Мира…

— Меня зовут не Мира! — резко крикнула девушка, заставив Тёму проглотить окончание фразы. — Уходи!

Артём растерялся окончательно. К чему все это? Зачем она угрожает ему оружием и говорит уйти? Кто она?

— Уходи! — ещё раз, уже тише повторила Мира. Или не Мира?

Артём сделал шаг вперед, надо было что-то решать, как-то разобраться в ситуации, но неожиданно твердая хватка Витора остановила его.

— Послушай её, — прошептал он на ухо Артёму. — Она очень изменилась. Её сила сродни той, которой отмечена твоя ладонь.

Артем удивленно посмотрел на свою руку и перевел взгляд обратно на девушку.

Мало того, что ко всему прочему, добавился тот факт, что Витор заговорил о знаке, ведь раньше на эту тему разговоров не было, так ещё и приятная во всех отношениях девушка как-то связана с этим. И вообще оказалась не той за кого себя выдавала.

Весёлая ночка. Интересно, а до чего ещё додумался старый маг?

— Этого не может быть! — вполне закономерно отреагировал Тёма.

«Или может?» — тут же появилась резонная мысль.

— Очень даже может, — продолжил шептать Витор, подтвердив мысли парня. — Послушай старика, эта ночь изменит историю. Грядут неспокойные времена и ты как-то связан с этим. Возможно не по своей воле, но связан. Я это чувствую. Ты многое мне не рассказал и это правильно — не надо доверять всем подряд, но я старый человек, многое повидавший. Я умею сопоставлять факты. Такие как она, — небольшой кивок в сторону девушки, — будут искать тебя, ты им для чего-то нужен. Я не знаю, почему она тебя отпускает сейчас, но советую воспользоваться её предложением.

Пока Тёма прислушивался к словам Витора, девушка начала медленно отходить от компании циркачей.

— Мира? — на автомате, окликнул её парень.

— Меня зовут не Мира, — повторила она, и свернула за угол ближайшего дома…

И вот парень стоит посреди охваченного паникой города и пытается переварить полученную информацию. Все события этой треклятой ночи рушили устоявшуюся в течение месяца спокойную жизнь. Опять менялось слишком многое. Тёма догадывался, что его попадание в этот мир не случайно и кому-то нужно, но он не рассчитывал, что проблемы отыщут его настолько быстро.

Действительно, надо поскорее убираться из Логаса.

Но вероятно этой ночью местная богиня судьбы была в дурном настроении и это были ещё не все неприятные сюрпризы, ожидавшие парня. Не успел Тёма отойти от предыдущей встречи, как из темноты к ним вышел мужчина крепкого телосложения с красноватыми, лишенными пигментов, глазами альбиноса. Белесые ресницы и бесцветные брови лишь подчеркивали его дефект. Остальные части лица были скрыты под маской. Одежда мужчины один в один походила на броню Миры, выдавая их связь. Короткие изогнутые клинки, выкованные из темного метала, так же ничем не отличались от чуть ранее увиденных в руках девушки.

Подойдя ближе, ночной незваный гость принялся с любопытством рассматривать Артёма. Казалось, он вовсе не испытывает страха и чувствует себя хозяином положения. Это настораживало. Вполне возможно у него есть причины быть столь уверенным в себе.

Артём в ответ не сводил глаз с альбиноса, ощущая явный вызов в его поведении. Парню не пришлось даже оборачиваться, чтобы понять насколько напряжены его спутники — это было легко определить по гробовой тишине за его спиной.

— Кто ты? — с интересом спросил альбинос, первым нарушив молчание.

— А ты кто? — переспросил Артём, немного глупо, но вполне в духе начала разговора.

Альбинос чуть склонил голову набок, будто рассматривая парня под иным углом, и под пристальным взглядом этих кроваво-бесцветных глаз Артёму становилось немного не по себе. От странного гостя ощутимо веяло скрытой угрозой, но Артём старался не показывать свой страх. Это было не очень сложно, учитывая, что он не одинок в этом противостоянии и за его спиной стоят друзья. Соотношение не в пользу непонятного воина, но это, впрочем, того особо не волновало.

— Ты должен пойти со мной, тогда твои друзья не пострадают, — своим неожиданным предложением, альбинос ещё раз подтвердил уверенность в собственных силах.

Тёма откровенно растерялся. Ситуация начинала напрягать, но к счастью для парня, ему на выручку поспешил здоровяк Вестар.

— Это кто тут должен пострадать-то? — пробасил он, приняв достаточно грозный вид и держа в руках два своих любимых топора, которыми он обожал жонглировать, развлекая публику.

Но это слабо подействовало на альбиноса. Похоже, он даже не воспринял всерьез угрозы северянина. Окинув изучающим взглядом всех присутствующих, немного дольше задержав его на Виторе, он продолжил разговор, обращаясь все так же к Артёму.

— Тебе решать. Дорога ли тебе жизнь твоих друзей? — его тон при этом ничуть не изменился и остался абсолютно безмятежным, будто он не угрожал, а всего лишь обсуждал погоду.

Непробиваемая самоуверенность гостя окончательно смутила парня, в его голову на мгновение даже проникла слабовольная идея реально сдаться без сопротивления и уйти с альбиносом. Но Тёма постарался подавить пораженческие мысли.

Точку в его сомнениях поставил все тот же Вестар, применив достаточно радикальные меры — вместо ответа в альбиноса полетел один из топоров здоровяка.

Вокруг ночного гостя моментально сгустилась темная дымка, легко отклонившая метко брошенный снаряд и это послужило сигналом к началу боя.

Альбинос рванул вперед и его фигура смазалась — настолько высокой была его скорость. Должно быть так же выглядит сам Артём, когда проваливается в состояние замедления времени. Но это длилось всего несколько мгновений, после чего восприятие парня также ускорилось — теперь он мог наблюдать за ходом поединка и попытаться хоть как то на него повлиять.

Артём видел как ночной гость приближается к своему обидчику, занося клинок для единственного смертельного удара, и понял, что Вестар не успевает защитить себя — противник слишком быстр. Ещё Тёма осознал, что ему не хватит времени, дабы подбежать к ним и как-то прикрыть своего товарища, потому принял единственно верное решение — сплел щит перед северянином. Его заклинание не осталось незамеченным и альбинос был вынужден отвлечься на него. Он создал горсть мелких плетений, которые, подобно агрессивным осам, накинулись на щит, быстро уничтожая его.

Но этого времени хватило, чтобы в дело подключился Витор. Он принялся теснить противника, применяя каскады сложных боевых заклинаний воздушной стихии. Вестар получил возможность разорвать дистанцию и избежал неминуемой гибели.

Но альбинос оказался достойным противником — все плетения старого мага разбивались о крепкую защиту незваного гостя. Он даже успевал активно атаковать в ответ, демонстрируя высочайший уровень магического искусства.

Хорошо, что с ними был Витор — маг также уверенно держал оборону, сдерживая атакующие порывы противника. Он успевал защищать себя и по необходимости прикрывал остальных. Только Артёму защита не требовалась — в его сторону совершенно не летели атакующие плетения. Всем стало понятно, что альбинос не желает навредить парню — он нужен ему живым и скорее всего невредимым. Тёма решил воспользоваться своей неприкосновенностью и принялся беспрерывно атаковать вражеского мага своим излюбленным плетением кулака, уже порядком усовершенствованного по сравнению с первой изученной формой этого заклинания. Ранее освоенная и вплетенная в кулак, малая руна видимой цели изрядно упрощала наведение ударов — кулаки сами отыскивали цель, невзирая на её перемещения. К сожалению видимых результатов удары парня не принесли — темные щиты противника с легкостью развеивали его плетения.

Видя бесперспективность магических атак, в дело вступил Бакир. Выхватив свою излюбленную саблю и взяв во вторую руку кинжал, он начал обходить противника. Пришедший в себя Вестар, понял замысел товарища и взялся огибать альбиноса с другой стороны.

Под прикрытием Витора, двое бойцов практически одновременно кинулись на противника. Артём значительно уменьшил поток атакующих плетений — он серьезно опасался задеть кого-то из своих.

Завязался ближний бой. Благодаря ускоренному восприятию, Артём смог наблюдать за ходом поединка. Он имел возможность смотреть, но не решался вмешиваться. И на это было несколько причин. Во-первых, он бы мешал своим и был бы лишним в этой пляске смерти, а во-вторых, в бое на мечах он был абсолютным профаном. Более того, свой клинок, подаренный хмэрами, он давно перестал носить с собой, закономерно полагая, что сможет воспользоваться магией, если вдруг его настигнут неприятности.

Движения альбиноса были очень быстры и Вестар заметно не успевал за ним. Он не справлялся, невзирая на свою колоссальную физическую силу. Ему постоянно приходилось полагаться на щиты Витора. Хорошо, что старый маг пока справлялся. Возможно северянину стоило бы покинуть этот бой, но его охватила агрессия, он не желал отступать и смело бросался на заведомо более сильного врага.

А вот Бакир, неожиданно, смог держать заданный противником темп боя. Постепенно его движения ускорялись и вскоре он догнал альбиноса. Очень таинственный человек, этот Бакир — у него много секретов. Сейчас для всех стало очевидным, что он владеет неким даром — простой человек не смог бы поддерживать такую скорость. О чём-то подобном Артём уже подозревал, вспоминая бой с ящерицами на дороге в джунглях — тогда Бакир смог очень долго задерживать дыхание в активном бою. Сейчас подозрения Артёма подтверждались.

Но незнакомец был хорош. Очень хорош. Он уверенно бился сразу против четырех противников — двух магов и двух сильных воинов. Клинки в его руках плели беспрерывную изысканную вязь ударов и блоков. Его техника была превосходной. Страшно представить сколько лет нужно для достижения такого уровня мастерства. Больше того, ведя бой он успевал своевременно сплетать щиты, удерживая атаки Витора и Артёма, и бросаться заклинаниями в ответ. Невероятная координация. Слишком сильный противник.

Весы боя застыли на одном месте, никто не мог склонить чаши на свою сторону. Пока ни у кого не получалось переломить ход поединка. Но вечно так продолжаться не может. Рано или поздно кто-то допустит ошибку, кто-то отважится на рискованный шаг, который изменит всё.

И вот, в какой-то миг всё пошло не так. Незнакомец каким-то образом создал несколько своих копий и все они одновременно с разных сторон бросились на Вестара. Альбинос выбрал его первой целью, хотя и было заметно, что незнакомец воспринимает здоровяка как слабое звено в команде циркачей. Все таки, северянин под прикрытием мага, здорово мешал ночному гостю. Не давал плотнее заняться быстрым саблистом.

В этот момент то ли Витор не успел растянуться щиты до нужного размера, то ли альбинос применил особенно сильный удар или какое-то хитрое заклинание, но факт остается фактом — он смог преодолеть преграду и дотянуться до Вестара. Один из клинков альбиноса глубоко вонзился в грудную клетку северянина, пробив её насквозь — кончик клинка вышел из спины.

Это было ужасно, добродушный смелый великан получил страшную рану. Из его рта хлынула кровь. Не довольствуясь этим результатом, незнакомец нанес удар вторым клинком, разрезая горло своей жертвы. Этим он поставил точку в бою с Вестаром. Тело северянина упало на мостовую, а его верный топор выскользнул из ослабевших рук. Уходя от дикой контратаки Бакира, последовавшей за этим, альбинос разорвал дистанцию и опять перешел к обороне.

Артём не смог на это спокойно смотреть. Он понимал, что Вестар погиб из-за него. Вступившись за парня, северянин определил свою судьбу и приблизил собственную смерть. Кровь Вестара на его совести.

В голове будто бы переключили некий тумблер и сорвали ограничители. Артем начал атаковать незнакомца с новой силой. Да, он был совершенно неопытным магом, но его мощь была огромной. Относительно простые кулаки полетели с такой частотой и были столь насыщены силой, что альбинос был вынужден перейти в глухую оборону. Будь у парня возможность трезво соображать, он бы удивился тому прорыву в способности создавать плетения, что произошел сейчас, но ему было не до этого. Он всем сердцем желал выковырять проклятого альбиноса из-под панциря магической защиты и бесследно испепелить его. Уничтожить малейшее упоминание о существовании этого убийцы.

Напор парня был столь сильным, а его расходы энергии столь велики, что непроизвольно заискрился воздух в нескольких метрах вокруг него. Но к сожалению это не приносило результата — защиту незнакомца было не пробить.

Но зато парень совершенно лишил альбиноса возможности атаковать. Он начал отступать, осознав, что ему не справиться с циркачами.

Этого нельзя допустить!

Течение времени ещё больше замедлилось и Артём смог охватить картину происходящего целиком. И только благодаря этому от него не укрылось очень важное и непонятное событие. Бакир непостижимым образом ускорился настолько, что даже сверхбыстрое восприятие Тёмы не могло зафиксировать его перемещения в пространстве. Охваченный жаждой мести, саблист сделал невозможное — в короткой кроваво-багряной вспышке непонятной природы, его оружие смогло пробить магический щит альбиноса. Он сделал то, что не удалось проделать совместными усилиями Витору и Артёму.

Ночной гость откровенно не ожидал ничего подобного — перед тем, как его голова отделилась от туловища, глаза альбиноса округлились от искреннего удивление. Впервые за бой его лицо выражало растерянность и даже страх.

В эти короткие мгновения, Артём не сводил изумленного взгляда с Бакира и ему на какой-то миг показалось, будто глаза воина изменили свой цвет. Парню почудилась кроваво-красная радужка сияющая на фоне черных белков. Это видение длилось ничтожно малое мгновение и когда Бакир в очередной раз повернул голову, Тёма увидел привычные карие глаза, источающие злобу. Лицо воина было запачкано чужой кровью. Наверное Артёму показалось, слишком большой была скорость Бакира, чересчур нечётким был его силуэт.

Этот невероятный финал страшного боя занял не больше пяти секунд. Но они растянулись как вечность.

Не успело ещё лишенное головы тело альбиноса упасть на мостовую, как Витор подбежал к Вестару. Маг опустился на колени прямо в огромную лужу липкой ещё горячей крови и его руки засияли бледным светом — он начал творить непонятную волшбу над неподвижным телом северянина.

Лицо Витора исказила гримаса страданий и начало происходить что-то невероятное. Края страшной раны на шее здоровяка задымились, а страшное кровотечение значительно уменьшилось — рана перестала фонтанировать кровью.

Циркачи с замиранием сердца и глубокой надеждой обступили тело Вестара, впрочем не подходя слишком близко — все боялись хоть чем-то помешать магу.

Артём перешел на энергетическое зрение. Картина мира изменилась и он смог различить бледные нити сложнейших плетений. Это был не цвет стихии воздуха — основной силы Витора — это была энергия жизни. Маг пытался исцелить полумертвого северянина.

Нити плетения исходили из рук мага и щедро вливались в раны здоровяка, закупоривая их, и проникали глубже, возобновляя израненное тело.

Секунды тянулись подобно густой смоле и ничего не происходило. Было слышно лишь болезненное дыхание мага, звуки войны за спиной и тихие слова молитвы, которую читала Элли, прося помощи у своих богов.

Все ждали, чем закончится волшба Витора.

И тут, бессознательный, бледный от ужасной потери крови Вестар сделал вдох. Его грудная клетка заметно приподнялась.

— Получилось, — еле слышно прошептал маг. — Успел.

После этих слов, общий вздох облегчения прокатился среди артистов. Многие вымученно улыбнулись. У многих на глаза навернулись слёзы.

Обессиленный старый маг начал заваливаться на бок, но Бикир успел придержать его. На Витора было страшно смотреть. Он будто состарился на десятки лет. Всегда бодрый и энергичный, сейчас он походил на оживший труп. Холодный пот покрывал лицо мага. Его мелко трясло. Он явно чувствовал боль. Но ему удалось совершить невероятное — смертельно раненый северянин вернулся к жизни.

Правда магия восстановления высушила не только мага, сам северянин также выглядел ужасно. Он будто бы стал меньше, под глазами появились круги, щеки запали, мертвенно бледная кожа натянулась и черты лица заострились. Корка запекшейся крови покрывала все его тело и одежду.

Но он был жив.

— Надо уходить, — сказал Бакир. — Ещё с одним таким противником мы не справимся.

— Да, вам надо уходить, — кивнул маг. — А я остаюсь с Вестаром, ему нельзя двигаться. Ещё нужно многое сделать, чтобы поставить его на ноги.

— Тогда мы тоже остаемся! — вытирая слезы, сказала Элли.

— Нет! — Витор постарался придать голосу твердости, но получилось плохо — слишком много сил потрачено на исцеление. — Вы все должны покинуть город. Тут становится слишком опасно.

— Я останусь, — подключился Бакир.

Маг отрицательно покачал головой.

— Чуть позже обсудим это, — сказал он, после небольшой паузы. — Для начала нужно отнести Вестара внутрь.

После этих слов все забегали. Были сделаны импровизированные носилки и очень аккуратно, будто драгоценный хрусталь, северянина внесли в один из номеров трактира. Хозяин принялся ругаться, хотел отказать в помощи, но Бакир быстро угомонил строптивого, сначала запугав его до полусмерти, а затем щедро оплатив его молчание и услуги.

— Артём, Бакир, подойдите ко мне, — когда все было сделано, измученный маг подозвал их к себе.

— Я остаюсь, — сразу сказал Бакир, ещё не зная о чём будет говорить Витор.

— Нет, ты пойдешь вместе с Артёмом и поможешь ему добраться до Анхора.

— С чего вдруг? — удивился Бакир. — Я сам решу, где мне остаться или куда идти.

Витор отмахнулся от этих слов и обратился к Артёму:

— Послушай меня, ты должен найти моего брата. Его зовут Теор Эйсмонт. Запомни это имя. Он преподаватель в академии Хеймрида. Только он сможет помочь тебе.

— Я не пойду с остальными?

— Нет, с остальными тебе нельзя. Этот альбинос, он приходил именно за тобой, Артём. И другие придут. Они чувствуют твою метку, — после этих слов, парень в очередной раз с ненавистью посмотрел на свою отметину. — Ты им нужен. Они не перестанут искать тебя.

— Так это он виноват в том, что на нас напали? — от перемены тона Бакира Артёму стало немного не по себе.

— Успокойся, Бакир. Мальчик не виноват. Он всего лишь жертва обстоятельств.

Бакир промолчал, но его взгляд стал колючим и холодным.

— Пускай уходит сам, — отрезал он. — Я ему не нянька. Я должен помочь вам.

— Прости, но ты выполнишь мою просьбу! — старый маг повысил голос. — Мне неприятно об этом напоминать, но вспомни Валию. Что ты мне тогда сказал?

Бакир вскипел, он крепко стиснул зубы и кулаки, но все-таки ответил:

— Сказал, что я твой должник, — его голос больше напоминал шипение.

— Вот и пришло время оплатить долг.

Повисла долгая пауза, маг ждал ответа.

— Хорошо, — медленно, сквозь зубы протянул Бакир. — Я сопровожу его в Анхор. Только скажи, зачем это нужно тебе?

— Можешь считать, что я хочу сделать доброе дело перед смертью. Это не очень далеко от истины.

Воин кивнул и повернулся к выходу, но Витор ещё раз окликнул его:

— Прости, что заставляю тебя. Так нужно, — не оборачиваясь, Бакир кивнул вновь. — И спрячь тело, пожалуйста.

— Сделаю.

Молча следивший за этой сценой Артём, перевел взгляд на Витора. Старый маг смог удивить.

— Ну что ж, — продолжил Витор. — Давай поговорим серьезно. Можешь не отвечать, только слушай. Я практически уверен, что ты из другого мира. Также я подозреваю, что ты хочешь отыскать дорогу домой. Ведь так? Если так, то тебе может помочь только мой брат. Он плотно занимается исследованием межмировых переходов.

Недооценил парень Витора. Крепко недооценил. Тёма наивно полагал, что сохраняет свое происхождение в тайне, а на самом деле, ему на пути просто подвернулся невраждебно настроенный человек. Нужно быть намного осторожнее в будущем.

— Возьми это, — старый маг протянул парню листок на котором был изображен странный рисунок, напоминавший сложную схему.

— Что это?

— Это схема плетения. Мы придумали её с братом на всякий случай. Вот видишь, пригодилось. Создашь такое плетение, и Теор поверит, что ты пришел от меня. Иначе он даже слушать тебя не станет. Заучишь схему и уничтожишь рисунок, ты понял? Только будь очень точен, когда будешь изучать её.

— Хорошо, — кивнул парень и добавил после неловкой паузы: — Спасибо вам.

— Всё, теперь ступай. Каждая минута на счету.

Артём поднялся. Он в последний раз посмотрел на израненного Вестара и чертовски уставшего Витора, и двинулся на выход.

— Простите, что подверг вас опасности, — сказал он напоследок.

— Ты спас нас тогда, в джунглях. Сегодня мы вернули долг.

Парень молча кивнул.

Пришло время покидать город и на счастье путь был свободен. Кто бы не начал эту войну, они ещё не успели перекрыть выходы и многие воспользовались этим, убегая подальше от беды. Многие, но не циркачи. Витору, несмотря на угрозы и свой авторитет, не удалось заставить их уйти. В городе остались все, несмотря на очевидную опасность. Они не просто бродячая труппа — они семья. И лишь Бакиру пришлось покинуть их, что совсем не прибавляло ему радости.

Оглядываясь на охваченный огнем город и парящего в небе дракона, Артём размышлял о том, какая сложная и далекая дорога ему предстоит.

Ещё одна страница его жизни в новом мире была перевернута.

Глава 19

Аттиан Кан'Дэлур. След беглеца

Для размещения резиденции императора был выбран старинный особняк. Хороший большой дом с долгой историей, уходящей своими корнями во времена эпохи возведения Логаса. Образец изысканной архитектуры и немалой щедрости первых хозяев.

Ещё вчера в этом великолепном доме проживал кто-то из городской знати, но сегодня все изменилось.

Стоя на чудесном балконе и опираясь руками на изящные резные перила из белоснежного мрамора, Аттиан любовался своим городом. Да, своим, и никак иначе. Ведь Логас не завоёван, он всего лишь возвращен в лоно империи. Город вновь очутился под крылом тех, кто возвел его на берегу прекрасного бирюзового моря.

Император наблюдал как по улицам деловито двигались его войска, выполняя возложенные на них задачи, и несмело показывали головы местные жители. Последние были напуганы. Они не понимали причин того, что произошло и пока не могли представить свое будущее. Но Аттиан верил, что даст им лучшую жизнь, нежели раньше. Уже сейчас солдатам строго-настрого приказано не чинить беспорядки и проявлять максимальную лояльность. Лишь народные волнения и возможные бунты могли заставить правителя применить силу, но пока ничего подобного не наблюдалось. И за это император благодарил Тьму.

Аттиан размышлял о начале войны. Первая битва длилась всего одну ночь и завершилась полной, молниеносной и безоговорочной победой Тэнэриса. Анхорские маги и жрецы Дасмира оказались беспомощны перед силой призванного дракона и магами Тьмы. Городские стражники ничего не смогли противопоставить превосходно вышколенным воинам империи. Высокие прочные стены не защитили от хитрой атаки изнутри.

Да, не обошлось без потерь. Особенно досталось бойцам Корпуса теней, которым выпала честь начать победоносный марш армии Тэнэриса. Но это допустимые жертвы. Больнее всего терять избранных, трое погибло этой ночью. Они не пережили бой со стихийниками. Пускай Тьма примет их души. Эта жертва не напрасна.

Ещё один истинный сын Тьмы пропал без вести. Превосходный воин из рода Кан'Сарош пока не найден, поиски продолжались.

Но в общем все прошло великолепно и сейчас Аттиан был по-настоящему счастлив. Он сделал первый шаг на пути, пойти которым мечтал давно.

— Мой император, нам нужно поговорить, — Говорящий с Тьмой отважился потревожить правителя.

— Что-то случилось? — оторвавшись от созерцания городских кварталов, Аттиан повернулся в сторону вошедших.

Таис прибыл в сопровождении своей родственницы. Император знал её имя, впрочем как и имена всех избранных — Тьма дарила своим детям хорошую память. Это была Лилиан из рода Кан'Эфлор. Приор Корпуса Теней и отличный маг. Одна из тех, кто превосходно сражался в первой битве. Воин, который отважился заменить свое сознание другим и отказаться от силы, дабы тайно проникнуть за стены города. Поступок достойный уважения.

Немного бледноватая кожа и усталый вид говорили о бессонной тяжелой ночи. Но это не делало её менее красивой, нежели обычно.

Лилиан держалась немного позади советника, как того требовал этикет, и старалась не встречаться взглядом с правителем. Последнее было не обязательным, напротив, выходило за рамки обычного поведения избранных. Эта странность не укрылась от внимательного взгляда Аттиана, но он пока не понял причин такого поведения славной дочери рода Кан'Эфлор.

А вот во взгляде вошедшего советника, император разглядел возбуждение и малую толику тревоги. Это заинтересовало его.

— Говори, — потребовал правитель, предчувствуя важность предстоящего разговора.

— Призванный! — выпалил Таис. — Он был в этом городе.

Взмахом руки остановив друга, Аттиан указал на выход почетному караулу. Не стоит позволять слышать подобные разговоры простым воинам. Кто знает, чьи уши потом услышат пересказ этой истории. Охрана безоговорочно подчинилась и скрылась за дверью. Только после этого император потребовал продолжить доклад:

— Ты нашел его?

— К сожалению нет, мой император, но Лилиан видела его этой ночью.

— Видела? — немного удивленно переспросил Аттиан. — Ты говоришь так, будто ей было известно о наших поисках.

— Нет, мой император, — Таис отрицательно покачал головой. — Она ещё не знает, кого встретила, но по всем признакам это тот, кто нам нужен. Думаю Лилиан лучше пояснит ситуацию нежели я.

Становилась понятной причина странного поведения девушки. Она неожиданно для себя оказалась втянутой в события, которых не понимает. Она растеряна.

— Что именно ты видела? — поинтересовался император, дабы подбодрить её.

— Это был молодой мужчина, — склонив голову, начала рассказ девушка. — Маг. Его переполняла сила неясной природы. И чётко чувствовалась метка Тьмы. Непонятно было только её происхождение…

— Это был он, — полушепотом сказал император, ни к кому не обращаясь, просто его мысли оформились словесно.

Он чувствовал уверенность в этом. Если размышлять здраво, то стоило бы допустить возможность какого-либо совпадения, но Аттиан не желал этого делать. Правитель верил в истинность своих слов. Это сама Тьма ведет его. Он все делает правильно!

Цель близка как никогда. Призванный практически у него в руках. Но почему Лилиан не удосужилась захватить его?! Будущее империи зависит от этого, а она позволила себе пройти мимо!

— Почему ты не задержала его? — тон императора заметно похолодел.

Таис был знаком с императором долгие столетия, они практически выросли вместе, потому легко разглядел бурю эмоций на лице правителя. Кто-то другой бы этого не заметил, но только не советник. Он не на шутку испугался за Лилиан. Нужно было срочно перехватывать инициативу в свои руки.

— Она не знала, насколько он нам нужен, мой император. — Таис незаметно сделал шаг в сторону, спрятав родственницу себе за спину. — Кроме того, в тот момент у неё была иная, более чёткая цель — взломать защиту храма. Из всего отряда, только ей это было под силу. Лилиан не могла рисковать. И она превосходно справилась со своим заданием. А призванный не мог уйти далеко, возможно он даже ещё в городе.

Выслушав аргументы друга, Аттиан был вынужден признать, что позволил себе лишние эмоции. В последнее время он не похож на себя прежнего. Нужно собраться и не позволять эмоциям гасить разум.

— Он может быть ещё в городе? — вопрос был адресован Лилиан и на этот раз голос был более спокойным и уравновешенным.

— Возможно, но маловероятно. Когда я увидела его впервые, он с труппой заезжих артистов собирались покинуть город. Они жили близко к выходу, в сером Логасе, а там военные действия практически не происходили. Никто не мог преградить ему выход. Скорее всего, его уже нет в городе. Но я могу и ошибаться.

Император кивнул и на несколько мгновений задумался. Выходы с города сейчас перекрыты, он давно отдал это распоряжение, ведь ему не хотелось, чтобы Логас опустел. Жители ему нужны. Теперь он видел, что это решение верно вдвойне. Есть небольшой шанс найти призванного здесь, значит нужно искать. Император начал раздавать распоряжения:

— Мы должны прочесать город, заглянуть в каждый дом, поднять каждый камень. Необходимо найти призванного. Кан'нис, ты видела его лицо, тебе и возглавить эти поиски.

— Да, мой император, — склонив голову в поклоне, ответила она.

От взора императора не укрылось, как Лилиан вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки и это хорошо. Было видно, что непонимание ситуации напрягает её. Возникла необходимость приоткрыть завесу тайны.

— Таис, введешь Лилиан в курс дела. С этого дня она присоединится к нашим поискам.

— Выполню, мой император, — говорящий с Тьмой кивнул.

— Если призванного не окажется в городе, — продолжил раздавать указания правитель. — Необходимо продолжить поиски за пределами стен. Кан'нис, отдаю под твое командование ещё четверых избранных и десяток приближенных из вашего родного корпуса. Таис укажет на верных людей. Сформируете пять троек и распределите векторы поиска. В общем, не мне тебя учить.

— Да, мой император, — вновь кивнула девушка.

— Не возвращайся без него, кан'нис. Этот человек нам очень нужен. Живой и невредимый. Приступай к выполнению.

— Слушаюсь.

Лилиан уже собралась выходить. Она получила очень странное и неприятное для неё лично задание. Неужели человек, которого она отпустила, настолько важен? Видимо да. Страшно представить какое наказание ждет её за провал этой миссии. Ещё страшнее думать о том, что император узнает правду, а не ту историю, которой она поделилась с Таисом.

— Да, ещё одно, — император оторвал девушку от невеселых мыслей. — Ты говорила про труппу артистов, сопровождавших призванного. Если найдете кого-нибудь из них, приведете ко мне.

— Да, мой император.

Говорящий с Тьмой также собрался покинуть кабинет императора вслед за Лилиан, ведь ему предстояло многое ей объяснить. Но Аттиан в последний момент остановил его.

— Таис, собери народ на главной площади, — произнес император, вновь глядя на город. — Мне есть, что им сказать.

Глава 20

Артём Соколов. Меч в руке

Новый клинок Бакира, тот самый, трофейный, снятый с убитого мага, с диким шипением рассек воздух. Удар как всегда получился чётким, техничным и слишком быстрым. Артём никак не успевал его блокировать, хотя и сам был вооружен близнецом черного клинка. Пришлось в который раз прибегнуть к магии. Энергетический щит, вспыхнув ярким золотом, остановил удар, опять спасая парня.

Тёма прекрасно осознавал, что не годится даже в подметки мастеру. В открытом бою не победить. Однозначно. Призрачные шансы на победу есть только сейчас, пока Бакир играет с ним, наслаждаясь слабостью своего неопытного противника. Неприятно ощущать себя беспомощной мышью в быстрых когтистых лапах скучающего сытого кота.

Ещё больше печалил тот факт, что ускорение никак не желало активироваться. Взять это явление под свой контроль парень так и не смог. Единственная надежда только на обретенную силу — щиты и кулаки.

Понимая это, Артём все же не выпускал меч. Его приятная тяжесть согревала сердце и внушала уверенность, его мощь была физически ощутимой. Наверное страсть к оружию у человека заложена на глубинном уровне, которая пробуждается всякий раз, когда ладонь сжимает очередную смертоносную игрушку.

Сжав зубы и преодолев страх, Тёма попытался атаковать. Бакир легко заблокировал неумелый выпад и парень был вынужден тут же укутаться магической защитой. Опять. Но он не отступал и не желал сдаваться.

— Ты слаб, — прокомментировал Бакир.

Его голос был спокоен, а дыхание свободным, в то время, как Артем, подобно кузнечим мехам, с силой закачивал легкие кислородом. Бакир дрался в полсилы, если не меньше. Он наслаждался процессом, вымещал свою злобу и обиду.

— Зря ты появился на нашем пути.

Новая атака незамедлительно последовала после этих слов. Дикий каскад смертоносных ударов обрушился на защиту Артёма. Как плененная река пытается проломить искусственную дамбу, так и Бакир налегал на магическую преграду. Его напор мешал сосредоточиться, не давал шанса использовать магические навыки. Только защита, лишь одно желание — продержаться.

Но мастер в который раз ослабил натиск, растягивая удовольствие. Это давало мизерную надежду на успех.

— Кровь Вестара на твоих руках…

Артём не дал ему договорить, сплетенный кулак устремился навстречу цели. Вплетенная руна очень облегчала прицеливание. Должна была обеспечить попадание. Но не в этот раз — Бакир снова смог совершить невероятное. Его силуэт на мгновение смазался, как на фотографии с выставленной длительной задержкой при съемке, и кулак бесполезно пролетел мимо. Ускорение не подвело мастера. Да, плетение изменило траекторию полета, но этого было недостаточно против такого человека, как Бакир. А человека ли?

Второй кулак Артём создать не успел, так как вынужден был снова укрыться под щитами. Очевидно Бакиру не понравилась попытка парня. С искаженным злобой лицом, он бросился в атаку, вновь проверяя магическую защиту на крепость.

Очередная серия страшных ударов, опять чувство собственной беспомощности, яркие золотые всполохи, мешающие видеть, и снова разрыв дистанции. Неприятную игру затеял Бакир. Но очевидно ему нравится.

— Из-за тебя я вынужден был оставить собственных друзей в городе, охваченном войной. Молись всем богам, чтобы с ними ничего не случилось.

Артем молчал. Он не знал, что ответить на эти слова, ведь во многом был согласен с ними. Свежие воспоминания приснопамятной кровавой ночи нахлынули на парня. Тот боец, ведь он приходил именно за ним. Не будь среди труппы Артёма, циркачи смогли бы легко покинуть город. Та даже и в сложившейся ситуации все могло повернуться иначе — Тёма мог уйти сам, такое предложение поступало от альбиноса. Но парень замешкался, он не хотел уходить с незнакомцем, не желал лишиться чувства защищенности, которое давала ему случайно встреченная в джунглях труппа бродячих артистов.

Да, именно он принес несчастья циркачам. Из-за него чуть не погибло много хороших людей. И кто знает как повернется их дальнейшая судьба, ведь артисты так и не покинули захваченный город.

— Нападай, будь мужчиной! — крикнул Бакир, отвлекая от грустных мыслей. — Сейчас рядом нет ни Витора, ни Вестара. Ты лишен возможности спрятаться за их спинами! Покажи на что способен!

Этот день выдался жарким, в буквальном значении этого слова. Назойливая жара мешала думать. Горячий пот заливал глаза, обжигая их. Горькие слова правды дурманили разум. Желание завершить страшный бой смешалось с мечтой заткнуть Бакира. Понимание верности его слов шло в разрез с жаждой жить. Дико неприятно, когда тебя тычут лицом в свои недостатки, указывают на слабости, подчеркивают вину. Все это злило и мешало обрести контроль. Не давало сохранять мысли холодными.

Коктейль ярких противоречивых эмоций и желаний наконец сделал свое дело — восприятие ускорилось. Взгляд сфокусировался на цели, оставив вне внимания все второстепенное. Мысли обрели четкость, отринув бесполезные метания. Приятное чувство.

Артём подавил желание атаковал вновь, хотя мгновением ранее был готов броситься на противника, лишь бы заставить его замолчать. Он начал смотреть, внимательно изучая стойку Бакира. Правая нога впереди, левая смотрит немного в сторону, придавая устойчивости. Колени полусогнуты, как в боксе. Стойка не слишком широкая, чтобы не замедлять перемещения. Хват жесткий, но кисть относительно расслаблена, это заметно по плавным покачиваниям меча. Кончик клинка направлен в лицо парня.

Странное понимание физиологии стойки, немного удивило парня, но не сбило концентрацию. Он попытался воссоздать увиденное. Сымитировать своего противника.

Движения парня не укрылись от опытного взгляда Бакира, но он лишь презрительно ухмыльнулся. Видя, что атаки не будет, он сам напал на Тёму. Простой удар опять встретился с магическим щитом, и в этот раз Артём даже не сделал попытки парировать его. Он пытался анализировать атаку, не отвлекаясь на ненужные неумелые отмахивания собственным оружием.

Левая нога упирается в землю, принимая вес тела на себя, маленький шаг вперед, буквально на полстопы, клинок направлен в грудь, рука распрямляется, но не до конца, локоть немного полусогнут. Вот почему кончик клинка не шатает при ударе. Именно поэтому точность ударов у противника выше.

Странно, что парень раньше не замечал ничего подобного. Не обращал внимания на столь важные детали.

Не зря говорят: истина кроется в мелочах. Ох не зря.

Но откуда такое понимание языка тела? Новая грань полученного дара? Скорее все так и есть. И это хорошо.

Бакир не стал развивать свою атаку, ограничившись лишь этим, самым простым выпадом. Он с интересом ждал ответного шага парня. И он не был разочарован. Тёма провел собственную атаку, практически идеально воссоздав увиденное.

Правда Бакир легко отклонил клинок противника и контратаковал, заставив парня вновь прибегнуть к магии. Но это было не важно. Суть в другом — Артём, житель современного города, дитя эпохи ядерного оружия и огнестрела, провел первую в жизни правильную атаку с мечом в руке.

При этом Артём увидел как был заблокирован его удар — плавное движение кистью, круговой полет клинка и прямой выпад легко отклонен в сторону.

— Думаю пора заканчивать эту игру, — бросил Бакир, видя успехи парня и спокойное выражение его лица.

Он перестал финтить, его удары наполнились силой, скорость возросла скачкообразно. Уровень опасности превысил все пределы. К парню опять вернулся страх.

И это погубило концентрацию. Тёма перестал видеть технику исполнения ударов. Все вновь превратилось в хаотическое мельтешение остро отточенной полоски стали. Понимание физиологии пропало, осталось только наблюдать за прекрасной и очень опасной пляской смерти. Благо хоть не исчезло ускорение.

Удары все ускорялись и ускорялись и парень с долей ужаса заметил, что в щитах возникают явные прорехи. Проходимости энергетических линий уже не хватало для восстановления защиты. Страшно представить чем все это может закончиться.

Тёма пытался подставлять клинок в попытке заблокировать чужие удары, но часто отставал на доли секунды. Только он делает попытку заблокировать, как меч Бакира изменяет траекторию и вгрызается в защиту в другом месте. Лишь иногда раздавался звон стали, предотвращая повреждение энергетического щита. Это был заведомо проигранный бой.

Но Артём старался, его скорость тоже возрастала. В крови бурлил адреналин. Сердце гулко билось о грудную клетку, с натугой прогоняя по жилам вязкую кровь. Мышцы гудели от напряжения, как высоковольтные провода. Сухожилья звенели от прикладываемых усилий. Физическое и психологическое напряжение достигло пика.

Наверное поэтому удалось повторить тот трюк, который произошел в первой схватке с чешуйчатым зверем в джунглях, а затем был воссоздан в последние мгновения боя с ящерицами на дороге — клинок начал наливаться золотистым светом. Пусть меч не пока не стал продолжением руки, как то уверяют мастера, но с энергетической составляющей тела он слился. Это один из аспектов прямой работы с энергией, о которой говорил Витор. Жаль, что они так и не подошли к её освоению. Эта способность парня пока также оставалась спонтанной.

Вот Бакир проводит очередную атаку — клинок летит по широкой дуге. Очень сильный, но трудно контролируемый удар. Такие Тёма блокировать успевает. Налитый золотым светом клинок встретился со своим близнецом и вместо привычного лязга раздался звон лопнувшей стали. Меч Бакира переломился посередине, а отломленный кончик бесполезно улетел в траву.

Удивленный Бакир сделал шаг назад и с сожалением уставился на обломок в своих руках.

— Сожги тебя демоны, вражье отродье!

Сказано это было не обычным языком южных земель, который Тёма уже хорошо знал, а неким шипяще-рычащим неизвестным диалектом — по всей видимости родным для Бакира. Давно замечено, что люди в экстремальных ситуациях ругаются на родном языке. Наверное сейчас не произошло исключение из общего правила.

Неприятный язык, даже страшноватый немного. Народ, который так разговаривает априори не может быть добрым.

Тёма постарался сделать вид, что не понял слов Бакира. Он решил воспользоваться такой улыбкой судьбы и стремглав бросился в атаку. Вот она, возможность завершить поединок на свою пользу.

Предчувствуя победу он провел прямой выпад, так замечательно выученный минутой ранее…

Золотая вспышка с багряным отсветом застила его взгляд. Клинок не встретил сопротивления, не нашел цель. Вместо этого Артём почувствовал холод клинка на своем горле. Цепкие пальцы воина крепко до боли сдавили подбородок. Защита подвела парня и злой голос зашептал на ухо:

— Ты проиграл.

Легкий толчок в спину заставил парня пошатнуться. Тёма неуверенно провел рукой по горлу, но не обнаружил даже легкой царапины.

— И это ты называешь тренировкой? — укоризненно бросил парень, глядя на Бакира. — Я чуть не помер от страха! Подумал, что ты взаправду убить меня собрался.

— Я должен был увидеть на что ты способен, — ответил воин, рассматривая обломок некогда чудесного трофейного клинка. — Я пообещал довести тебя до Анхора и для этого ты должен перестать быть тюфяком. Я не собираюсь быть твоей нянькой и отгонять от тебя москитов.

— Все увидел?

— Достаточно. Ты ничего не умеешь.

Тёма задохнулся от возмущения.

— Что значит «ничего»?!

— Тебя побьет даже старая немощная женщина.

Конечно Бакир сгущал краски, но ему нравилось выражать свое презрение в такой форме. Да и в целом он был прав, Артёму ещё учиться и учиться.

— Дайка свой клинок мне, — попросил он.

— Зачем? — подозревая подвох, переспросил парень.

— Мне нужно тебе кое-что продемонстрировать.

Тёма неуверенно протянул меч рукоятью вперед. Взяв предложенное, Бакир нагло вложил клинок в ножны.

— Это мой меч! — немного по-детски крикнул Тёма, когда осознал насколько опростоволосился.

— Уже нет. Тем более, ты все равно не умеешь им пользоваться.

— Что?!

— Ну мой же ты сломал, — пояснил свой поступок Бакир и, как ни в чем не бывало, отправился к костру, оставив парня наедине со своим возмущением.

Тёма мысленно послал Бакира по всем известному адресу и также отправился к костру. Над огнем висел небольшой котелок, источая аппетитный аромат и призывно булькая. Желудок парня призывно заурчал. Физические и магические тренировки заставили парня изрядно проголодаться. Это немного отвлекло.

Тёма взял миску и принялся молча кушать. Желания разговаривать с Бакиром не было вообще. Но неожиданно воин сам начал разговор:

— С завтрашнего утра начнем тренировки. Надеюсь азы ты освоишь быстро, у тебя есть потенциал.

Тёма мало не подавился. Было удивительно слышать столь лестные слова после тонн грязи. Но протестовать парень не стал. Если есть возможность стать сильнее, он ею воспользуется.

На кое-какое время разговор вновь увял. Было очевидно, что эти двое не созданы для дружеских непринужденных бесед.

Артём оперся на ствол дерева, сильно напоминающего земной дуб и бессмысленно уставился на парочку лошадей, флегматично жующих овес, насыпанный в специальные подвесные мешки. Как же ему повезло, что он немного умел ездить верхом. Спасибо за это дедушке и летним каникулам в деревне. Хоть в этом не возникло явных проблем. Парень явно лишил Бакира ещё одной причины издеваться над собой.

— Куда мы поедем? — спросил Тёма, особо не надеясь на ответ, но воин вновь его удивил, принявшись объяснять.

— По суше далеко и долго, потому нам нужно на западное побережье. Там полно портовых городов и всегда много кораблей, готовых уйти в нужную нам сторону. У нас много путей к цели.

— А деньги на корабль?

— Это пусть тебя не волнует, я дал Витору слово, потому доставлю тебя в нужное место, как бы мне это не нравилось, — после этих слов, Бакир решительно поднялся с поваленного дерева, на котором сидел, и скомандовал: — Сворачивайся. Пора ехать дальше.

Затем пошла обычная рутина: чистка мисок и котелка, тушение костра, подготовка лошадей. Многое Артём умел, ещё большему обучился во время путешествия с циркачами, потому особо не напрягался, выполняя такую работу.

Но размеренный ритм нарушило уже знакомое чувство — левую ладонь заметно защекотало. Это могло означать только одно.

— Бакир! — уже только по голосу было понятно на сколько встревожен парень. — У нас проблемы! За нами погоня!

— Уверен?

— Абсолютно!

— Далеко?

— Без понятия!

Больше ничего спрашивать воин не стал.

— Уходим! — скомандовал он, вскочив в седло.

Артём и не думал перечить. Он сам был заинтересован в том, чтобы поскорее убраться отсюда.

Кто же его преследует? Зачем он так нужен? Нужно узнать ответы на эти вопросы. Обязательно нужно.

Уже сидя в седле, Тёма обернулся и прислушался к своим ощущениям. И в этот миг произошло ещё одно событие, добавившее странности. Магические нити мира колыхнулись от удара невероятной силы. Знакомое чувство погружения в ледяную воду вновь нахлынуло на парня.

За их спинами разгорался магический бой. Это точно. И Тёма смог различить среди эманаций что-то знакомое. Силу, которая сродни его собственной. Очень странно.

В борьбу вступали все новые участники. Кто же на этот раз вмешался в ход событий? Враг или друг?

Слегка ударив коня по ребрам, Тёма устремился следом за Бакиром.

Он продолжал убегать.

Глава 21

Тавис, сын Сахи. Воля хозяина

За спиной остались родной дом и семья, но нет сожалений в душе Тависа. Забыты прежние мечты и желания — они слишком мелки, чтобы вспоминать о них. Отринуты идеи и стремления — их затмила иная цель.

Как же хорошо ему сейчас. Невероятное чувство полноценности, силы и целеустремленности. Как он раньше жил без этого? Как мог мечтать о власти и успехе? Все это слишком низко. Единственно верное — служить Хозяину. Быть проводником его воли, слышать божественный голос у себя в голове, ощущать великую силу в своем теле. Какое удовольствие не жалея себя мчаться по следу высокого человека. Забыть о боли в стертых ногах и шагать вперед. Искать и мечтать найти.

Тавис знал, куда надо двигаться. Он чувствовал цель. Великий вел его вперед, придавая сил.

Мир стал ярче и насыщеннее. Воздух и вода вкуснее, а небо чище. Все благодаря Хозяину.

Он был никем, а теперь стал всем. Впервые за всю жизнь цель была настолько ясна и правильность обретенного пути не вызывала сомнений.

Вперед, только веред. Хозяин нуждается в сосуде. Каменная река неустанно плыла под ногами. День сменял ночь, а ночь — день. Солнце пряталось за горизонт и луны освещали путь. Все для достижения цели. Все служит во благо.

Но Тавис, несмотря на полученные дары, все-таки нуждался в пище и сне. Он презирал себя за это. Он все ещё слаб. Но ему необходимо тратить драгоценное время на охоту и отдых. Оставалось надеяться, что Хозяин простит его. Ведь нет страшнее горя, чем немилость и недовольство Всесильного, как нет выше счастья, чем его радость.

Но вот, несмотря на все преграды, настал тот день, когда цель близка как никогда. Душа пела от предчувствия встречи. Хозяин ликовал и Тавис наслаждался этим.

Сын вождя ступил на неприметную тропу среди густого леса. Люди не часто пользовались ею, но все же заброшенной она не была. Именно этой дорогой совсем недавно прошел высокий человек.

Тавис преклонил колено и с нежностью сгреб горсть сухой земли. Он улыбался, смотря как мелкая пыль утекает сквозь пальцы. Легкий ветер уносил пылинки на север. Да, именно в ту сторону ушел высокий человек. Тавис знал это. Сам ветер подсказывает путь. Все покоряется воле Хозяина.

Но ветер не только указал направление, он также принес дурные вести. Сын вождя уловил топот копыт. Звук приближался. Кто-то спешил пройти тем же путем, что и высокий человек. Неужели незваные гости желают заполучить добычу Хозяина? Взять то, что не принадлежит им? Нельзя!

Тавис уверенно шагнул на середину дороги и принялся ждать. Никто не пройдет мимо него.

И вскоре на тропе появилось трое всадников. Двое мужчин и красивая женщина. Черные кожаные одежды с металлическими вставками и рукояти клинков выдавали в них воинов. Сильные кони несли их вперед. Дорожные плащи трепетали за их спинами. У них была цель — это очевидно.

Тавис чувствовал магическую силу, исходящую от незваных гостей. Темную силу. Голос Хозяина сказал — это враги.

Сын вождя демонстративно обнажил меч. Он хотел, чтобы всадники остановились. Он улыбался, приветствуя врагов Хозяина. В его сияющих ярким золотом глазах не было страха, лишь уверенность в силах Великого.

Всадники осадили коней. Они ещё не понимали, кого встретили на своем пути, но уже почувствовали тревогу. Самоуверенность одинокого низкорослого воина настораживала.

— Кто это, кан'нис? — спросил один из мужчин.

Тавис услышал вопрос, но не понял язык. Но это и ненужно ему. Не о чем говорить с врагами.

Женщина, а видимо она была главной в этой тройке, промолчала.

— Уйди с дороги! — крикнул второй мужчина.

Рука всадника потянулась к мечу.

Тавис продолжал улыбаться, не отводя взгляд. Он внимательно смотрел на заметно взволнованную девушку, определив в ней самого сильного противника.

— Одержимый, — зашептали её губы и спустя миг, когда она поверила в свое предположение, уже громче: — Он одержимый! Атакуйте!

С её рук сорвалась темная туча неизвестного, но явно смертельно опасного плетения. Двое воинов бросились в стороны, дабы атаковать противника с флангов. Они также нанесли магические удары, пусть и не такие мощные как у своей предводительницы.

Сильная и слаженная команда. Достойные враги. Тавис продолжал улыбаться. Энергия переполняла его — Хозяин щедро делился силой. Подобно яркому солнцу, его тело засияло от переизбытка мощи. Стало невозможно смотреть на него. Темные плетения сгорели в этом свете чистой божественной силы.

Достигнув пика, энергия мощной волной прокатилась по окрестностям. Как взбешенный океан посылает на прибрежные деревушки огромные валы, бесследно сметая хлипкие постройки, так и Тавис атаковал своих врагов неуемной силой. Небесное светило поблекло на фоне этого яркого удара. Энергетические линии мира содрогнулись от невиданной мощи.

Дикий крик полный боли стал ответом на атаку. Мужчины-воины выронили мечи и рухнули наземь. Их не спасли наспех возведенные щиты, не защитила чудесная броня, не унесли от беды быстроногие кони. Они кувыркались по земле в страшной агонии, закрыв глаза ладонями. Из-под пальцев сочилась алая кровь.

На десятки шагов вокруг высохла трава, пожухли и осыпались листья, будто вековая засуха обрушилась на этот клочок леса. Туши лошадей быстро исчезали под шелестящим ковром.

Но этот удар не прошел зря и для Тависа. Будто часть души сгорела во время атаки. Невыносимая боль пронзила каждую мышцу и косточку тела. На миг потемнело перед глазами. Но все это отступало на второй план от осознания страданий Хозяина. Великий также ощутил боль от воплощения этого удара. Они не рассчитали силы, не знали цены.

Чувство боли быстро ушло, но Тавис понял, что так действовать больше нельзя. Слишком опасное оружие дано в его руки.

Окинув взглядом выжженную землю, сын вождя увидел, как на ноги поднимается женщина. Из её ушей сочилась кровь, красивые черные волосы свалялись и сухие листья вплелись в них. Кровавые дорожки слез текли по щекам. Её шатало и приходилось опираться на парные клинки, чтобы встать. Лицо исказила гримаса боли, но она могла продолжить бой.

— Будь ты проклят! — выплюнула она, крепче сжимая в руках клинки.

Тавис поднял свой меч с земли — тот выпал, когда боль пронзила его тело, и неуверенной походкой двинулся к последней из врагов. Девушка готовилась дать отпор, сил идти на встречу у неё не осталось.

Они сблизились. Два изнеможенных бойца готовились сойтись в последней битве. Оба выглядели так, словно прошли сквозь многочасовую бойню. Таковы последствия всего одного необдуманного страшного удара.

Начался обмен вялыми ударами. Клинки встретились, высекая искры. После каждого замаха, совершенно не тяжелые мечи заваливались, будто имели неимоверный вес. Оба воина дышали глубоко, с надрывом.

Это был бой силы воли и духа, а не мышц и скорости. Каждый взмах, каждое поднятие мечей давалось с великим трудом. Лишь взаимная ненависть двигала бойцами.

Как два слабых изголодавшихся волка в суровую зиму дерутся за последний кусок промерзлого мяса, так же остервенело двое бойцов попеременно вгрызались в оборону друг друга. Удар за ударом, секунда за секундой…

Крики умирающих аккомпанировали битве, их агония не прекращалась. Ядовитый шелест сухих листьев под ногами смешивался со звоном стали. Мертвый листопад не прекращался. Падающие листочки все норовили попасть под удар острого клинка.

В один миг фигура девушки раздвоилась, её темная копия отчаянно бросилась в атаку, занося клинки для решающего удара. Тавис растерялся, рука инстинктивно подставила меч для блока. Но темные клинки без сопротивления прошли сквозь преграду и рассеялись не причинив вреда. Он понял, что попал на уловку. И поздно было менять что-либо — настоящий клинок уже летел к цели. Сын вождя успел лишь скосить глаза, чтобы увидеть, как реальная сталь соприкасается с его рукой. Идеально отточенный меч вонзился в плоть будто в теплое масло, отсекая правую кисть. Рука вместе с мечом упала наземь, орошая мертвые сухие листья горячей кровью. Из обрубка хлынул ярко-красный фонтан. Удар был столь неожиданным, что даже боль появилась с опозданием на несколько секунд. Разум не желал поверить в такую потерю.

Но боль пришла, и вместе с ней нахлынуло понимание, что смерть стоит рядом, приняв образ плачущей кровью красивой женщины. Горечь поражения перебила страх гибели. Он не оправдал оказанное доверие. Попрал великую честь, дарованную ему. Не выполнил волю Хозяина.

Тавис пристально посмотрел на врага. В её глазах ему увиделось ликование. В них читалась уже свершенная месть и победа. Сын вождя приготовился принять смерть, ему не оставалось иного выбора.

Но высшие силы в этот раз распорядились иначе. Сила хозяина вновь неудержимым потоком влилась в его израненное тело. Яркое золотое сияние опять озарило окрестности.

Ликование на лице девушки сменилось страхом.

Стоя на коленях и прижимая к груди обрубок правой руки, Тавис улыбался. А как иначе — ведь Хозяин не оставил его.

Смертельный удар опоздал лишь на доли мгновения. Повторный взрыв золотого света не позволил завершить бой в пользу воина тьмы.

Новая волна боли задурманила разум одержимого, ещё один кусочек души безвозвратно сгорел в огне праведного гнева, но когда все прошло, Тавис увидел лежащую на спине девушку. Её тело содрогалось в судорогах, на месте красивых глаз зияли кровоточащие черные провалы. Парные клинки бесполезно валялись рядом с ней.

Сын вождя перевел взгляд на свою руку. Хозяин позаботился о его ране — сизо-багряный уродливый рубец возник на месте обрубленной кисти. Пусть теперь у него нет правой руки, но он все так же в состоянии исполнить желание Великого.

Тавис с трудом поднялся на ноги, его пошатывало. Он приблизился к лежащей девушке и поднял один из её великолепных клинков.

Её губы шевелились, произнося непонятные слова:

— Прокляни тебя Тьма, — шептала умирающая. — Прокляни тебя Тьма…

Сын вождя опустился на одно колено и вознес меч над врагом. Острый клинок направлен точно в сердце девушки. На кончике меча поселилась её гибель.

— Сосуд принадлежит Хозяину, — сказал сын вождя и нанес последний удар.

Черный клинок легко пробил броню аккуратно под левой грудью, найдя стыки между пластинами. Тонкий ручеёк крови окрасил антрацитовую одежду. Губы девушки перестали шевелиться. Последний выдох и жизнь покинула её.

Тавис поднялся и пристально посмотрел на север. Время не ждет. Нужно продолжить свой путь.

Глава 22

Безымянный. Первая боль

Ураган невозможной силы обрушился на золотой мир. Бережно созданные деревья, горы и реки искажались и рассыпались, будто мягкая материя под жаркими лучами молодой горячей звезды. Мир потерял равновесие, небо и земля менялись местами. Реальность сжималась, будто попав в ловушку черной каверны междумирья.

Безымянный стоял на пороге краха стремлений. Собственный пласт, лелеемый в мечтах и наконец созданный, истончался и терял границы. На плоти его мира возникали разрывы, словно рубцы на телах слабых смертных. Волны серой реки виднелись сквозь эти дыры. Обитатели пепельных земель норовили прорваться в новый для них мир, угрожая усложнить положение — независимые души в божественном пласте точно будут лишние.

А ещё была боль. Впервые за эри существования Безымянный ощутил подобное чувство. Настолько неприятное, что захотелось мгновенно оборвать связь с куклой. Кто же знал, что элементарное вливание силы в смертного вызовет столь мощный резонанс в созданном пласте реальности. Стало очевидно, почему по мирам не бродят сотни одержимых, навязывая волю богов — слишком опасное это занятие. Возможно когда связь с Соларом окрепнет, будет проще делать это, но сейчас нужно поступать осторожнее.

Смертный наконец-то приблизился к цели вплотную. Он был близок, как никогда раньше. Казалось, кукла может увидеть сосуд, докричаться до него, убедить в необходимости покорится воле бессмертного. Но нет! На пути одержимого появились выкидыши Тьмы, грозя прервать его жалкое существование. Миссия оказалась на грани провала.

— Это враги, — шептал Безымянный. — Убей врагов! Помешай им! Останови!

И начался бой. Темные смертные, будто жалкие букашки, замельтешили, пытаясь уничтожить одержимого. Стало очевидно, что самостоятельно это убогое существо не справится. Пришлось вмешаться. Конечно, божественная сила легко подавила потуги жалких магов, но цена оказалась слишком высока. Как бы в будущем это не сказалось на возможностях Безымянного.

Молодой бог задумался, нужен ли ему такой помощник. Спасение одержимого обошлось слишком дорого. В ответ на эти мысли, нить угрожающе натянулась. Одно желание и кукла лишится жизни. Но бессмертный справился с мгновенным порывом. Одержимый — единственное средство достичь поставленной цели, его нужно беречь. Наспех исцелив человечка, Безымянный взялся восстанавливать свой мир.

— Беги, смертный, беги, — пронеслись слова над руинами золотого мира. — Не подведи меня…

Примечание автора: в ответ на замечания, ГГ получил прозвище «Арт». В дальнейшем производное имени «Тёма» встречаться не будет. При последующем редактировании текста, прозвище появится во второй главе и заменит собой все «Тёмы» по тексту.

Глава 23

Артём Соколов. Плохое место

Странные события на дороге послужили началом стремительного побега двух невольных спутников. С того дня чувство надвигающейся опасности не покидало Арта. Преследователи мчались по пятам — все ощущения говорили об этом. Сломанная печать не унималась: то стихая на несколько часов, давая надежду и время для отдыха, то вновь распаляя кожу, заставляя мчаться вперед. Словно крупная заноза засела в ладони, постоянно напоминая о себе.

Дикая гонка серьезно измотала парня. Уметь ездить верхом — это одно, а проскакать практически безостановочно несколько дней кряду — совершенно другое. Жгучая боль в ногах и пояснице стала привычной спутницей стремительного забега. Кислый резкий запах конского пота, казалось, въелся в кожу, заставляя с тоской вспоминать о жизни в городской гостинице. Дубовое сушеное мясо и черствые сухари колом ставали поперек горла, но приходилось обходиться такими харчами — времени приготовить что-то съедобное совершенно не оставалось. А за возможность нормально выспаться Артём готов был кого-нибудь убить.

Вероятные кандидаты на эту незавидную роль мчались где-то позади. И пока лишь здравый смысл не давал остановиться и принять бой. Арт понимал, что это практически верная гибель. Смертельная стычка с альбиносом в Логасе тому яркое подтверждение. А что если в этот раз противников будет больше?

Артём чувствовал себя жалким трусливым зайцем, удирающим от стаи тренированных охотничьих псов. Гнетущее состояние, но нужно бежать, задавив гордость.

Постепенно окружающий мир менялся. Густой лес нехотя уступал права холмистой лесостепи. Видимость стала лучше. Появился дополнительный обзор, но, с другой стороны, и двоих спутников стало проще обнаружить.

Но островки густого леса ещё встречались. Тому подтверждение — настоящие дебри слева от дороги. Правда, это место почему-то казалось инородным, недобрым веяло оттуда. Деревья стали заметно ниже, листва мельче и желтее, воздух затхлее. Будто старческий артроз покрутил стволы и ветви. Казалось, даже птицы стали петь тише, словно что-то пугало их. Складывалось ощущение, будто неведомый мор прошелся этими местами. Что-то тянуло силу из окружающего мира. Невозможно было не заметить столь разительный контраст.

Бакир, руководствуясь собственной логикой, заложил очень крутую дугу, огибая больной лес. Очевидно, он знал причину перемены ландшафта, но не спешил делиться своими соображениями.

— Что там? — спросил Арт во время очередной передышки, кивком указав в сторону чахлого леса.

— Мертвые земли, — нехотя ответил воин.

Судьба навязала Артёму неразговорчивого спутника. Порой, чуть ли не силой, приходилось вытаскивать из него каждое слово.

— Какие земли?

— В какой глуши ты вырос? Не знать таких простых вещей, — Бакир осуждающе покачал головой. — Порой мне кажется, что ты свалился с неба.

Не смотря на очень точное попадание, Артем привычно пропустил язвительный комментарий мимо ушей. Он уже немного свыкся с неприятным стилем общения напарника.

— И все же, почему мы обходим это место стороной?

— Потому что там — мертвые земли, — медленно, словно для слабоумного, повторил спутник.

— Издеваешься?

Было видно, что это именно так — Бакир никогда не упускал возможность поглумиться над парнем. Но, получив очередную порцию извращенного удовольствия, все-таки удосужился разъяснить.

— Сильная магия плохо влияет на мир. Мощная волшба всегда оставляет следы и убивает землю.

— А что произошло здесь? — Артём с возрастающим интересом рассматривал больной лес.

— А кто ж его знает? Я тебе не магистр землеведения и не историк. Возможно тут ашурские руины. Или просто поле забытой древней битвы. А может какой-нибудь сильный, но очень глупый маг проводил тут опыты. Всякое может быть. И вообще, это не важно. Отстань от меня.

Упоминание о ашурах заинтересовало парня. Возможно, это шанс узнать кое-что новое про эту цивилизацию. На эти знания Арт возлагал большие надежды.

— Мне нужно посмотреть что там.

— О, боги! — в глазах Бакира читалось удивление и даже нотки сочувствия. — Тебе проблем мало? Ты и вправду хочешь туда сунуться?

— Хочу, мне бы…

— Мы туда не пойдем! — отрезал воин, отказавшись слушать доводы парня. — Я не собираюсь нарушать свое слово по твоей глупости.

Артем уже успел немного узнать Бакира. Когда его тон приобретал такие интонации, это означало только одно: спорить бесполезно. Только сверхъестественный случай мог заставить упертого спутника изменить решение. Правда оставалась ещё одна возможность исследовать мертвые земли — пойти туда одному. Но эта затея не казалась удачной. Пока, без поддержки опытного воина, Арт чувствовал себя не очень уверенно.

Разговор увял, как это часто бывало. Печать молчала, указывая на то, что преследователи отстали, либо сбились с пути. Лошади неспешно вышагивали, наслаждаясь часами передышки.

Артём размышлял о последних событиях, пытаясь хоть немного упорядочить накопившуюся информацию. Его мысли вновь и вновь возвращались к самому началу — полету сквозь тоннель. Кто так щедро поделился силой, даровав шанс выжить в чужом мире? Можно ли рассматривать этот источник, как возможность вернутся домой? Такой вариант вполне реален. Но как выйти на связь с этой таинственной сущностью? И не опасно ли это?

Покалывания в ладони сбили с мысли, оповестив о конце передышки. Вновь нужно бежать, оставив размышления до более спокойных времен. Арт с ненавистью посмотрел на девятилучевую печать. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — этот знак, как маяк для преследователей, словно открытая рана для чуткого нюха голодного хищника. Нужно что-то решать с этим вопросом. Но как? Кто поможет справиться с подобной проблемой? Витор ничего не говорил о способах скрыть знак. Но это не означает, что такой возможности не существует.

— Нас догоняют, — в который раз за последние дни сообщил парень.

Бакир выругался на своем шипящем языке. Он все чаще использовал это наречие в присутствии Арта, не зная о способности парня понимать языки. Артём привычно запомнил новые слова, но его знания в этом направлении получались однобоки — он слышал исключительно ругательства.

Эти безумные гонки утомили Бакира.

— Ты точно ничего не путаешь? — раздраженно переспросил он. — Если окажется, что мы мчимся сломя голову зря…

— Не зря, это точно. Но если хочешь, то можем остановиться. Проверим прав ли я.

Воин с нехорошим прищуром посмотрел на Артёма, но промолчал.

— Направление то же самое? — оглядываясь за спину, бросил он.

— Не знаю, — пожал плечами Арт. — Не могу определять откуда исходит опасность.

— Ладно. Тогда вперед! — Бакир подстегнул коня, задавая высокий темп.

Ничего другого им не оставалось — только продолжать убегать. Единственная надежда — успеть в ближайший город раньше преследователей. Хотя и это не гарантия спасения. Нужно что-то придумать с печатью, обязательно нужно…

Но спустя несколько минут, скачущий впереди Бакир резко осадил лошадь. Бедное животное от неожиданности приподнялось на дыбы, испуганно заржав.

— Шасса рра! — ругнулся воин. — Ты говорил, что преследователи сзади!

— Я такого не говорил, — на автомате огрызнулся Арт, до того, как осознал истинную суть слов спутника.

Проследив за взглядом Бакира, Артём рассмотрел троих всадников в черных одеждах. Их фигуры маячили на холме справа. Неужели охотники обогнали их? Или групп преследователей несколько и их зажали в клещи? Последний вариант хуже, но нужно отталкиваться именно от него. Спутники застыли, словно волки выбежавшие на стену красных флажков. Их заметили.

— Будь проклят тот день, когда мы встретились, — процедил Бакир и завернул коня. — За мной!

Давно известен такой драматургический принцип: «Если в первом акте на стене висит ружьё, то в последнем оно должно выстрелить». Артёму выпала честь воплотить этот постулат в жизнь. При всем нежелании Бакира, им таки пришлось повернуть в сторону таинственных мертвых земель. И теперь Арту выпала возможность исследовать больной лес, но он начал сомневаться, стоит ли благодарить судьбу за такой подарок.

Кривые деревья сомкнулись за их спинами, на некоторое время скрывая от преследователей. Мгновенно энергетическая чужеродность этого места могильным камнем придавила Артёма, демонстрируя истинное лицо мертвых земель. Казалось, будто неведомый палач, наворачивает кишки на ледяной кулак. Это место жадно тянуло силу из любого доступного источника. Арт исключением не стал, мертвые земли принялись высасывать его запасы энергии, словно туча голодных клопов. Силовые линии мира здесь были невероятно бледны, лишая подпитки.

С каждым шагом вглубь картина менялась в худшую сторону. Искореженные мертвые стволы деревьев черными скелетами доисторических монстров навеки застыли в диком танце. Каждый изгиб ветвей кричал о боли и бренности бытия. Ни одно живое существо не решалось ступить на эти земли. Жизнь покинула этот лес. Покров истлевшей листвы шелестел под копытами, а сама почва была изрыта котлованами и кратерами, будто поверхность луны после метеоритного дождя. Повсюду из земли торчали выбеленные временем костяки животных и людей. Их были сотни, словно кто-то цинично перекопал древнее кладбище, нарушив покой мертвых. От вида этой картины бросало в дрожь. Откуда здесь столько костяков? Возникало острое желание поскорее покинуть это место.

Если это последствия применения магии, то имеет ли она право существовать? Подобно атомной энергии, она может дарить не только благо, но и нести смерть миру.

И никаких следов заброшенных зданий или руин. Ашурами здесь и не пахло. Зато в воздухе отчетливо витал запах неминуемой гибели. Мертвые земли давили своей абсолютной безжизненностью. Арт осознал: долго находиться здесь нельзя, это место убивает. Но как стряхнуть с хвоста погоню? Где опаснее: здесь или в руках преследователей?

Лошади испуганно фыркали, лишь воля погонщиков заставляла их бежать вперед. Но очевидно, что близок час, когда животный страх пересилит привычку покоряться.

Неровности земли делали скачку опасной вдвойне.

— Слезай! — скомандовал Бакир, когда стало невозможно продвигаться верхом.

Воин первым подал пример, выскочив из седла. Схватив дорожную сумку, он хлестким ударом отправил лошадь восвояси.

— Слезай, кому говорю! И вещи свои возьми!

Арт подчинился. Он не до конца понимал замысел напарника, но решил довериться его опыту. Второй конь мигом последовал за первым. Испуганное животное изо всех сил стремилось покинуть опасное место, Артём разделял его порывы, но никак не мог поступить также.

— За мной! — тревожно оглядываясь, скомандовал Бакир. — Надеюсь, лошади подарят нам несколько минут. Нужно найти место, где спрятаться!

— Ты собираешься здесь прятаться? — округлив глаза, спросил Артём. — Здесь нельзя долго оставаться!

— Но ты же хотел исследовать эти земли, — ехидно заметил Бакир. — Прошу! Или уже передумал? Ступай след в след.

Низко пригибаясь, воин тихим шагом заскользил вперед. Он двигался удивительно бесшумно, мастерски выбирая места, куда поставить ногу. Арт со всех сил старался не отставать, не шуметь и не следить. Получалось не очень хорошо.

— Ты не ответил, как долго мы собираемся здесь отсиживаться?

— Помолчи.

— Здесь нельзя оставаться!

— Я сказал, помолчи!

Парень решил не злить спутника и прекратить безрезультатные расспросы. Все равно ничего не добиться.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — пробормотал Арт себе под нос.

Воин резко остановился, присматриваясь к ближайшей яме. Огромный котлован был просто усеян белыми костями, будто братская могила взорвалась изнутри. Самое жуткое место из виденных ранее. Чужеродной силой от этого места веяло особенно сильно. Дикий аномальный фон лишал магического зрения.

— То, что нужно, — прошептал Бакир, повергая Артёма в шок. — Полезай туда и спрячься!

— Ты шутишь?

— А ты жить хочешь? Давай полезай.

Артем печально посмотрел на дно котлована.

— Там долго нельзя оставаться, очень плохое место.

— Знаю, потому сюда и привел. Думаю, здесь тебя не найдут.

— Что ты задумал?

— Доверься мне. Я решу нашу маленькую проблему.

— Как? Их минимум трое!

— Это не должно тебя волновать. Но если вдруг все пойдет не так, как я задумал — уходи без меня.

Арт не знал, что делать, потому пошел путем наименьшего сопротивления — полностью отдался воле судьбы и умениям одного очень странного человека. Иного выхода у него не оставалось. Самостоятельно эту проблему не решить.

— Долго тебя ждать?

— Сиди здесь столько, сколько сможешь выдержать. Я постараюсь успеть.

— Моя помощь точно не нужна?

— Точно, ты будешь только мешать. И не вздумай идти за мной.

Артем кивнул и полез вниз, аккуратно переступая белые кости.

— Не шуми и не разводи огонь. Магией пользуйся только в самых крайних случаях, это выдаст тебя, — скомандовал Бакир напоследок и скрылся из виду.

Множество трещин в земле давали возможность хорошо спрятаться, что парень и сделал. Компания мертвецов пугала, но живые несли большую угрозу. Арт притаился, преодолев страх и брезгливость.

Оставалось только ждать и надеяться.

Глава 24

Артём Соколов. Старый знакомый

Нет ничего хуже ожидания. Трусливо сидеть на одном месте, не имея возможности изменить положение вещей. Покорно ждать, улыбнется ли судьба или молитвы останутся без ответа. Изнывать от бездействия.

Сколько нужно сидеть? Кто ответит на этот вопрос. Возможно Бакир уже мертв и враги подкрадываются ближе и ближе, разыскивая его. Может они уже стоят возле котлована и беззвучно смеются над потугами парня остаться незамеченным. Сомнения терзали душу.

Время тянулось мучительно медленно. Гулкие удары сердца отсчитывали секунды пассивного ожидания. С каждым мгновением силы покидали тело парня, бесследно растворяясь в пространстве, словно капли чистого дождя в океане гнилой воды. Отбеленные временем черепа пристально рассматривали незваного гостя, осмелившегося потревожить их сон. От всего этого становилось только хуже. Мертвые земли тревожили душу, проникали в разум, пробуждали неизвестные страхи, насылали странные видения.

Арту казалось, что его шумное дыхание слышно на многие метры вокруг. Он старался дышать через раз, но от этого становилось только хуже. Стук крови в ушах мешал сосредоточиться и услышать что-либо. Воображение рисовало ужасные картины. Сколько уже прошло времени? Сутки? Месяцы? Вечность? Конечно нет, это лишь разыгралось воображение. В своем схроне Арт просидел не больше получаса, но этого оказалось достаточно, чтобы увериться в необходимости бежать отсюда не оглядываясь. Под влиянием проклятых земель, Артём впервые в жизни ощутил столь яркий страх. Насыщенный красочный ужас, совершенно не свойственный его натуре. От безудержного побега его отделяли лишь последние крупицы здравого смысла. Но надолго его не хватит, это точно. Очень хотелось вылезти и посмотреть, но пока удавалось сдерживать порывы.

Неожиданный, как гром среди ясного неба, странный шум поблизости вызвал бурю чувств: смесь радостного ожидания встречи с Бакиром, агрессивной ненависти перед решающим боем с преследователями и страха перед пленением. Близкий шелест сухой листвы превратил парня в сжатую пружину, влажная ладонь крепко сжимала рукоять хмэрского меча, подсознание норовило подсунуть рисунок боевого плетения. Но был и плюс, это отрезвило парня, разогнало бесконтрольные, сжигающие душу страхи. Чтобы то ни было, но это лучше безвольного ожидания. Неужели его собственная мягкотелость стала источником страха или все же это влияние непонятной силы? Если второе — нужно уходить отсюда, если первое — необходимо искоренять подобную слабость.

— Да, хозяин. Я чувствую. Иду. Уже близко. Совсем рядом, — очень странное бормотание донеслось до Арта.

Глаза удивленно округлились, когда он разобрал слова. Голос казался смутно знакомым, но главное Арт узнал наречие. Это ничто иное, как язык хмэров. Но как? Откуда? Встретить низкорослого представителя племени именно здесь практически невозможно. Или возможно? А может это мертвые земли насылают видения?

— Иду, хозяин. Я иду. Где он? Здесь. Да, где-то здесь. Я слышу, хозяин. Но где?

Бредовое бормотание стало чётче. Арт аккуратно покинул убежище, выйдя в центр котлована, и внимательно осмотрелся. Один из склонов осыпался и чья-то рука ухватилась за край. Артём выпрямился и настроился принять бой. Но странное чувство не покидало его. Слишком знакомый голос. Слишком невероятные предположения рождает разум. Чересчур невозможное совпадение.

— Высокий человек здесь, хозяин. Я вижу!

На краю котлована появилась голова. Самое странное предположение Арта подтвердилось. Он узнал неожиданного гостя.

Это был Тавис. Третий сын вождя Сахи. Первый друг на чужой земле.

Его узнать было сложно — осунувшееся лицо, странные золотистые глаза, поседевшие волосы. Он словно постарел на десяток лет. Крепкий воин превратился в худого немощного старца. Правая кисть отсечена, страшный сизый рубец подчеркивает потерю. В голосе практически нет разума, лишь странная радость.

Сработали инстинкты, прежде чем разобраться в ситуации, Арт подскочил к нему и втащил старого знакомого на дно котлована.

— Я нашел, — ни на миг не прекращал бормотать он. — Да, хозяин, я нашел.

— Тавис? Что ты здесь делаешь? Как ты тут оказался? — шепотом спросил Арт, пребывая в состоянии легкого шока.

— Я искал. Я нашел, — громко повторял он, копаясь в сумке. — Ты встретишь хозяина.

— Говори тише! Какой хозяин? Чей? О чем ты говоришь?

— Ты встретишь хозяина. Хозяин будет рад. Я искал. Я нашел.

Казалось Тавис не слышит слов Артёма. Он отвлеченно и радостно бормотал о непонятном хозяине, роясь в своей сумке.

— Тавис, — Арт встряхнул его, пытаясь привести в чувство, помогло слабо. — Что случилось?

— Хозяин будет рад. Нашел. Он ждет.

— Тавис? — Арт дал звонкую пощечину, пытаясь достучаться к сыну вождя.

— А? — его взгляд наконец сфокусировался на парне. — Я искал тебя…

— Как ты здесь оказался? Что тебе нужно?!

— Я так долго искал. Я несколько дней шел по мертвой земле. Я не хотел, но хозяин сказал — так надо. Он сказал, я найду тебя здесь. Он не обманул.

Вот почему он выглядит столь немощно — мертвые земли выпили жизнь из молодого и крепкого воина. Но это сейчас не самое важное. Слишком много непонятных вопросов возникло. Артём отчетливо ощущал родную силу в теле Тависа. Но как это произошло? Зачем он здесь? О каком хозяине идет речь?

— Хозяин — это кто? — пожалуй, это один из самых важных вопросов.

— Ты увидишь. Он ждет тебя. Нашел!

Достав руку из сумки, Тавис неожиданно бросил горсть странного порошка в лицо Арта. Мелкая пыль мгновенно попала в глаза и дыхательные пути. Жесткий спазм сдавил горло, выступили слезы, смазывая четкость граней мира.

— Что ты сделал? — кашляя, прохрипел парень.

Арт из последних сил оттолкнул Тависа прочь. Но, пожалуй, уже слишком поздно.

— Тебя ждет хозяин. Иди к нему.

Голова закружилась, парень не смог устоять на ногах. Дурманящий порошок ослабил тело и разум. Сознание затуманилось.

— Ты…

— Иди к хозяину.

Тавис счастливо улыбался.

Вспышка гнева придала немного сил, Арт попытался поднять меч. Он чувствовал, что это конец. Хотелось только отомстить. Но гнева оказалось недостаточно, пальцы разжались и клинок выпал.

— Ты… — еле слышно хрипел парень, раздирая пальцами горло.

— Все будет хорошо. Хозяин будет доволен. Он ждет.

Артём проиграл этот бой. Упав среди белых костей, он широко раскинул руки. Его сознание покинуло мир живых под радостный смех человека, выполнившего свой долг.

И лишь молчаливые черепа остались безучастны к происходящему.

Глава 25

Бакир. Забытые навыки

Распластавшись на земле, Бакир, подобно ядовитой змее, аккуратно крался, выслеживая всадников. Получалось у него удивительно справно, даже ковер сухих шелестящих листьев молчал, не выдавая воина. Находясь всего в нескольких метрах от ближайшего противника, он оставался незамеченным. Вбитые годами упорного обучения навыки не так то просто забыть.

Преследователи действовали осторожно, азарт погони не затмил их разум. Растянувшись неширокой цепью, они внимательно высматривали добычу, не теряя друг друга из виду. Этим они заслужили уважение Бакира, он всегда высоко ценил умение действовать спокойно и расчетливо. Но вместе с тем, была заметна некоторая нервозность в их движениях — всадники чувствовали истинную суть мертвых земель, но желание достичь цели не позволяло им уйти. Их страхи не напрасны, Бакир слишком хорошо знал, как мертвые земли влияют на людей. Старые воспоминания, горький опыт. Но и у него нет возможности уйти. Данное слово надежно держало его на месте, словно крепкая цепь на шее сторожевого пса.

Мысли о последних событиях опять всколыхнули душу, вызвав бурю не самых приятных чувств. Спокойной жизни пришел неожиданный конец, обретенная семья утрачена и нет возможности забыть о прошлом, а виной всему странный парень с чужеземным именем Артём. Видимо боги наконец нашли способ покарать Бакира за многочисленные грехи. Но сейчас это не важно, очистив разум от лишних мыслей, воин сосредоточился на первой цели. Пришла пора вспомнить старые навыки, обратиться к родовому наследию, забыть которое он хотел больше всего на свете.

Воин уверенно сократил дистанцию до первого противника, не самого сильного из тройки. Глубоко вдохнув, он вошел в особое состояние полного восприятия. Сейчас даже сущие мелочи не могли укрыться от него, все имеет значение: моргание и дыхание жертвы, сектора обзора других всадников, периодическое фыркание лошадей, шелест сухих листьев под копытами. Нет несущественных деталей, лишь полное понимание дает абсолютный результат. Бакир не пропустил нужный момент. Ускорившись, он приблизился к цели со спины нанося коротким клинком сложный удар в основание черепа. Крошечная впадина, там где череп соединяется с шеей, будто специально создана природой, указывая на хрупкость человеческого тела. Точка мгновенной смерти, так это называли учителя Бакира. Одна из многих на теле человека.

Рука не дрогнула, жертва умерла в тот же миг, даже не ощутив боли. Чистая смерть. Придержав тело, Бакир стащил его с лошади, спрятав в ближайшей яме. Все эти действия заняли не больше секунды. Когда остальные всадники заметили исчезновение соратника, Бакира рядом уже не было.

Во второй раз воин отдал должное подготовке незнакомцев, они не принялись глупо орать на весь лес и не разбрелись, пытаясь найти товарища. Они сразу приняли на веру самый худший вариант и перешли в оборону, принявшись высматривать опасность. Обладатель парных мечей попытался применить какую-то магию, скорее всего что-то из арсенала поисковых заклинаний, но Бакир был спокоен. Есть у мертвых земель особая черта, которая ему сейчас на руку — здесь очень плохо и нестабильно работают заклинания, особенно поисковые.

Воин кружил вокруг противников, постепенно сужая кольцо. Вокруг целей постоянно возникала темная стена — очевидно, они пытались создать щит, но мертвые земли жадно поглощали энергию, руша структуру заклинаний.

Два метательных ножа скользнули в ладони. Технику бросков Бакир оттачивал годами, часто развлекая этим смертоносным искусством зевак в городах. Присмотревшись, можно было увидеть тонкую бурую маслянистую пленку на лезвиях — не стоит рассчитывать только на сталь если хочешь убить, в этом вопросе яд всегда надежнее.

К сожалению не было четкой периодичности возникновения щитов, их исчезновение и появление зависело от множества факторов. Сейчас Бакиру кроме мастерства пригодилась бы и удача. Когда защитная пелена поблекла в очередной раз, два ножа, быстрыми хищными рыбами, устремились к целям.

Видимо боги решили не упрощать судьбу воина, но и не отвернулись от него окончательно: один нож попал в образовавшуюся брешь. Бакир целил в шею, но клинок прошел немного выше. На самом деле, череп пробить очень сложно, нож, оставив глубокую кровоточащую рану за ухом, бесполезно отлетел в сторону, но яд сделал свое дело. В считанные секунды глаза всадника закатились, изо рта брызнула густая пена, мышечный спазм остановил сердце и перекрыл дыхание. Вторая смерть была не столь чистой, как первая.

В живых остался лишь обладатель парных клинков — самый сильный и опасный из троицы. Его спас магический щит и он успел заметить Бакира. В сторону воина полетели атакующие плетения, но мертвые земли опять сыграли ему на руку. В иной раз, эта атака завершилась бы его смертью, но сейчас воин смог ускользнуть. Заклинания быстро истаивали, не долетая до цели.

Поняв бесперспективность своих атак, маг соскочил с лошади, обнажая клинки.

— Выйди и дерись! — крикнул он.

Бакир разобрал суть этих слов, несмотря на некую странность языка. Во многом наречие было похоже на говор южных земель, который распространен среди вольных городов и немного встречается среди жителей Литории и кронсольцев. Но Бакиру было не до лингвистических изысканий, он не задумался, что сейчас слышит древнюю речь основателей большинства городов и стран, язык которых стал основой для множества остальных.

— Зачем вы преследуете нас? — спросил он, держа безопасную дистанцию.

Бакир никогда не любил говорить с жертвами, но ему необходимы знания об Артеме и его преследователях. Возможно, это пригодится в будущем и поможет выполнить данное обещание.

— На тебе нет метки, — сказал воин после продолжительной паузы. — Вас было двое. Где второй? Отдай его мне и можешь уходить.

Бакир не стал говорить о том, что маг не в том положении, чтобы выдвигать подобные требования, а лишь ехидно усмехнулся в ответ на эти слова. Очередная пара метательных ножей давно лежала в ладонях, ожидая своего часа.

— Зачем он вам?

— Не твое дело!

— От твоего ответа зависит мое решение, учти это.

Маг колебался, видимо решая какую линию поведения выбрать и как поступить с дерзким воином, так ловко убившим его спутников. И он принял решение. Возможно, он догадался, что Бакир не собирается следовать его требованиям ни при каких условиях, потому высказался резко против.

— От твоего решения ничего не зависит! Мы сами…

Договорить ему не дал Бакир, два ножа в тот же миг полетели в сторону жертвы, но все оказалось не так просто. Фигура воина смазалась, раздался звон стали и отравленные клинки бесполезно разлетелись в стороны. Вокруг мага начала закручиваться черная воронка и Бакир вдруг понял, что это заклинание окажется мертвым землям не по зубам.

Но на этот случай у него были контраргументы. Воин вновь должен обратиться к силе, которую поклялся не использовать. Так же, как и в бою с альбиносом в Логасе, Бакир совершил удивительный рывок и пробил заклинание противника. Свет багряной вспышки осветил мертвый лес.

Удивленные глаза смотрели на Бакира, маг все понял. Он явно не ждал такого поворота.

— Ты…

— Я, — кивнул Бакир, проворачивая клинок и рассекая нервы солнечного сплетения и повреждая сердце.

Тело противника расслабилось и Бакир мягко опустил его на землю. Проведя пальцами по лицу, он закрыл глаза мертвого воина. Хорошая смерть.

Теперь нужно поспешить к Артему и поскорее покинуть эти земли. Поймав двух лошадей на замену убежавшим, воин двинул в сторону котлована.

Увиденное очень удивило его. Артем лежал без сознания, широко раскинув руки, а возле него сидел странный однорукий старик с блуждающей улыбкой на лице и пустыми глазами. Казалось, он не заметил приближение Бакира.

Осторожно обойдя котлован по кругу, воин тихо подошел со спины однорукого. Ухватив старика за волосы, он приставил клинок к его горлу.

— Кто ты?

Чужак даже не шелохнулся. Казалось, ему вообще нет дела до смертельной угрозы в лице Бакира. Он что-то забормотал на незнакомом языке. Воин слов не разобрал, но не заметил страха в голосе странного человека.

Проскользнула мысль убить незваного гостя, но Бакир остановил себя. Вдруг от него зависит пробуждение Артема? Нельзя принимать поспешных решений и совершать поступки о которых потом пожалеешь. Резкий удар по затылку лишил однорукого сознания.

— Артем! Проснись, демоново отродье! — Бакир попытался разбудить парня, но безрезультатно. — Боги, за что мне это наказание?!

В любом случае нужно уходить. Погрузив бесчувственные тела на лошадь, воин покинул мертвые земли. К счастью, других преследователей он не заметил.

Глава 26

Артём Соколов. Иная реальность

Сначала было чувство падения, которое длилось очень долго, словно это и не падение вовсе, а свободный полет. Артем, будто мертвая погасшая звезда, тонул в необъятной глубине вселенной, переживая ужасное в своей бесцельности и бесконечности стремительное погружение. А вокруг — лишь странный серый клубящийся туман, словно всё сущее истлело и превратилось в пепельную пустыню. Он заполнял собой все пространство, мешая видеть и чувствовать. Парень даже не ощущал собственное тело, хотя, впрочем, не обращал особого внимания на эту деталь. Сознание утратило целостность, лишившись возможности осознавать. Мыслей, как таковых, вообще не было, существовали только разрозненные бессвязные образы. И лишь эти хаотические всполохи воспоминаний последней трепещущей нитью удерживали Артема среди живых, позволяя не раствориться в пепельной пустоте.

Хватаясь за эти разрозненные клочки, Арт смог постепенно собрать свой разум воедино и наконец осознать себя. В одночасье к нему вернулась возможность думать. Это было похоже на резкое пробуждение, оставляющее за незримой чертой ночные кошмары. Водоворот мыслей заполнил сознание, как свежий воздух опустевшие легкие спасенного утопающего. Как только это произошло, чувство падения исчезло, а туман развеялся. Реальность обрела четкость, появилось ощущение тела и Артем окончательно пришел в себя. Вспомнилось все: чужой мир, мертвые земли, Тавис, дурманящая пыль и странные слова о хозяине.

Артем осмотрелся. Вокруг был тот дивный золотой мир из сна. Только на этот раз парень понимал, что никакой это не сон, а странная чужая реальность, порожденная неведомыми силами. Хотя после первого посещения, тут многое изменилось: золотой мир потерял упорядоченность и красоту, лишился гармонии, словно шаловливый ребенок размял пластилиновую скульптуру, превратив некогда изысканные формы в чудовищное месиво. Деревья были изломаны, будто дикий ураган прошелся этими землями. Иногда казалось, что небо и земля отказались покоряться законам логики и физики, странными изгибами переплетаясь между собой. То здесь, то там плоть золотого мира оказалась прорвана. Сквозь эти шрамы проглядывалось непонятное серое марево, так похожее на пепельный туман. Золото и пепел отчаянно боролись за каждый сантиметр реальности, но были одинаково далеки от победы — противостояние этих сил застыло в шатком равновесии. Постепенно одни разрывы исчезали, но в других местах появлялись новые.

Что же здесь произошло? Почему он здесь? В прошлый раз парня силой вытащили из этого мира, не объяснив, как искать выход самому. И как же теперь отыскать путь обратно? А нужно ли? Возможно, именно здесь найдутся ответы на все вопросы.

Яркий свет в небе привлек его внимание. Словно сверхновая звезда разгоралась на горизонте, ослепляя своим неимоверным блеском. Арт пытался разглядеть источник света, но жгучие лучи мешали сделать это. Парень прикрыл глаза ладонью, но помогло слабо. Сияние распространялось с невероятной скоростью, будто пожар в сухом лесу, заполоняя собой остальной мир. С каждой секундой мощь света нарастала, сжигая реальность. Вокруг больше не было леса, земли и неба, существовал лишь этот жестокий свет. Смотреть стало невыносимо больно. Артем закрыл глаза, но лучи просачивались сквозь пальцы, проникая под веки и принося адские страдания. Сквозь сжатые зубы вырвался сдавленный рык. Хотелось убраться отсюда, но выхода не было. Прижимая ладони к закрытым глазам, Арт побежал, бездумно и не зная направления, словно дикое животное, напуганное пламенем. На каждом шагу он спотыкался, но раз за разом вставал и слепо убегал от всепоглощающего золотого света. Переступая боль, иногда он на мгновения приоткрывал слезящиеся глаза, отыскивая путь. На фоне золотого безумия темные пепельные озера выделялись особенно четко.

А потом появился голос. Он требовал остановиться, шептал о единении, рисовал красочное будущее, кричал о великой цели, обещал избавление от боли, страданий и страхов, вгрызался в разум, неутомимым молотобойцем стуча в голове. Но Артем открещивался от этого, ему пока хватало сил не поддаваться искушению. Парню казалось, что стоит лишь остановиться и безликий голос завладеет его разумом. Уже сейчас Арта не покидало ощущение, что кто-то бесцеремонно роется в его голове.

— Остановись, — шептал голос. — Это конец твоего пути, смертный.

Ещё одна вспышка и правая рука безвольной плетью повисла вдоль тела. Артем пытался сжать кулак, но отклика не было, словно золотой свет отобрал у него часть тела. Появились странные мысли, вторящие голосу: нужно остановится, так будет лучше, уже можно расслабиться, страдания останутся позади.

— Нет! — прорычал парень, преодолевая вторжение в разум и продолжая бежать.

Артем паниковал, он оказался в ловушке, но желание сохранить личность было сильнее страха.

— Остановись, — ненавистный голос не умолкал. — Покорись!

— Иди на хер! — рычал в ответ Арт.

Опять вспышка света и боли. Такое ощущение, словно раскаленного песка насыпали под кожу, а в глаза заливают расплавленное олово. Ноги подкосились, парень рухнул наземь и больше не смог подняться — тело не слушалось. Лишь левая рука подчинялась командам. Цепляясь скрюченными пальцами за податливую тестообразную почву, парень продолжал тянуть свое бесполезное слабое тело вперед.

— Открой свой разум! — настаивал неведомый хозяин этих земель.

Но Арт не покорялся. Сжав до хруста зубы, он продолжал ползти вперед и отторгать чужую волю. Ненависть и страх придавали ему сил.

Каждый метр давался все труднее и труднее, силы покидали его. Дышать было невозможно, золотой свет, словно раскаленный воздух доменной печи сжигал легкие. Бежать некуда, это конец.

Но Артем не мог остановиться, борьба за свой разум — единственное, что ему осталось. Нельзя сдаваться без боя.

— Ты мой! — довольно повторял голос, не замечая потуг Арта. — Ты мой! Ты мой!

Казалось, это конец, но вдруг тоненький слабый ручеек холодного воздуха коснулся ноздрей парня. Это было сродни глотку свежей ледяной воды в пустыне, или словно приговоренному к смерти отменили наказание. Тлеющее пламя надежды разгорелось с новой силой. Наплевав на жгучий свет, Артем посмотрел на источник прохладного воздуха. Им оказался пепельный разрыв, так пугавший его в начале. Неужели это и есть его спасение?

Собравшись с силами, парень бесстрашно скорректировал направление своего движения. Благо ползти было недалеко.

— Это бесполезно, смертный, — насмехался голос. — Тебе не уйти.

Артем больше не отвечал и не огрызался, сил на это не осталось. Он экономил каждую крупицу жизненной энергии лишь бы дорваться до вожделенной цели. Пусть там не спасение, но желание оставить ненавистного обладателя голоса ни с чем затмило все, подталкивая вперед.

Парень снова и снова повторял однообразный цикл действий: протянуть руку, вцепиться ногтями в землю, рывком подтянуть собственное безвольное тело, отдышаться. И опять по кругу, снова и снова, под гулкий рокот сердца и невыносимые волны боли.

Цель так близка и столь далека одновременно…

— Ты мой! — кричит голос.

Новая вспышка боли прижила к земле, из глаз брызнули слезы, тело практически не ощущалось, но разрыв совсем рядом. Трясущейся, словно онемевшей рукой парень все же дотянулся до края пепельной дыры.

Дальше все произошло помимо его воли, но в соответствии с его желаниями: разрыв словно сделал глубокий вдох, с удовольствием поглощая парня. Пепельный туман нежно окутал его, охлаждая ожоги и снимая боль. Вернулось чувство падения. Золотые нити еще тянулись вслед за ним, но среди пепла они теряли силу. Парень смог ускользнуть.

— Стой, смертный! Стой! — голос отдалялся и Арт слышал в нем нотки отчаяния, это было бальзамом для его истерзанной души.

Артем умиротворенно улыбался, погружаясь в неведомый мир. В этот раз он не проиграл, но теперь у него есть ещё один враг.

Будь проклят этот новый мир.

Глава 27

Артём Соколов. Пепельные земли

Артем вновь тонул в океане пепельного тумана, но в этот раз все было немного иначе. Он сохранил возможность чувствовать и мыслить, но, к сожалению, это не помогло понять, куда он все-таки попал. Что же это за миры? Только смутные догадки были ответом на этот вопрос. Парень предполагал, что все происходит не в материальном мире, а где-то в иных плоскостях бытия и это что-то большее, нежели игры подсознания. Возможно, это путешествие души в параллельных слоях реальности или полет сознания сквозь астрал, назвать это можно по разному. Но все сводится к одному — тело и разум парня сейчас разделены. Осталось выяснить существует ли возможность соединить эти части? Арт очень надеялся, что существует.

В какой то момент мгла немного развеялась, позволив парню рассмотреть место своего нового заточения. Этот мир был соткан из всевозможных оттенков серого, словно старая черно-белая фотография. Здесь безраздельно властвовал пепел, как в последний день существования Помпеи. Ещё одна однотонная реальность. Такое чувство, словно местные боги напрочь лишены фантазии. И если тот золотой мир принадлежал таинственному хозяину Тависа, то кто властвует в этом? Не попал ли Арт из огня да в полымя, заменив одну смертельную опасность на другую?

Артем стремительно приближался к далекой земле и рассматривал все это однообразие с огромной высоты, подвластной лишь хищным ястребам. Но, к удивлению, он очень спокойно отнесся к данному факту. Видимо сказывался недавний вал переживаний и страхов — Арт просто устал постоянно бояться. Будь что будет, ведь если эта реальность нематериальна, то здесь невозможно разбиться, рухнув с неба. Не так ли? Видимо, вскоре придется узнать верно ли подобное предположение.

Подобно Икару, потерявшему крылья, Артем летел к земле, слушая свист ветра. Он раскинул руки, подражая птицам, и наслаждался чувством свободного падения, бросая вызов себе и всему миру. Странно, но в эти мгновения он улыбался и совсем забыл о страхе.

Множественные препятствия на пути способны закалить волю человека либо безвозвратно сломать её. Какой же вариант выпадет на долю Артема?

Неожиданно падение замедлилось, словно мир отреагировал на чувства и обреченную храбрость парня, вознаграждая его за бесстрашие. Потоки воздуха бережно придержали его, будто желая сохранить жизнь таинственному гостю. Последние десятки метров были преодолены удивительно гладко и это позволило Артему, подобно падшему ангелу, плавно ступить на поверхность истлевшего мира.

Ноги тут же утонули в толстом ковре пушистого пепла, устилавшем всю землю. С неба, словно снег, медленно опускались хлопья, так похожие на сожженную бумагу. А высоко над головой, пепельные тучи неустанно танцевали под песни ветра, отвечая ему частыми сполохами немых ярких молний. Это было единственным источником света среди пепельной пустыни, отчего окружающее воспринималось урывками. Подобный эффект создают стробоскопы в ночных клубах, разбивая реальность на отдельные слайды.

Артем осмотрел окрестности. Все вокруг напоминало те земли, среди которых он встретил Тависа: те же холмы и островки леса. Только вот жизни здесь не было. Все деревья были лишены листвы, лишь темно-серые стволы торчали из пепла, а земля давно забыла, как выглядит живая трава. Для уверенности, Артем ногой разгреб пепельный покров, докопавшись до черной твердой безжизненной почвы. Мертвый чужой мир.

Мертвый, но не опустевший. Чувство постороннего присутствия и пристального взгляда в спину ни на миг не покидало парня. Постоянно возникало желание оглянуться, но пепельный снег ограничивал видимость, бережно укрывая возможных преследователей.

В магическом зрении все выглядело куда более удивительно — привычных разноцветных энергетических линий здесь не существовало, вместо них мир омывался величественным потоком, напоминающим спокойное, но могущественное течение великой реки. Среди волн этого потока, на границе видимости, шныряли неизвестные сгустки. Они, словно осторожные охотники, издалека рассматривали нежданного визитера. Наверное, именно их навязчивое внимание ощущал парень. Пока они не нападали, но кто знает, как поведут себя эти сущности в скором времени.

Ради любопытства, Арт попытался впитать часть серой силы, разлитой вокруг, но ничего не получилось. Подобная энергия неожиданно оказалась неподвластна парню, заставив разувериться в своей универсальности.

— Пусть так, — пробормотал он, возвращаясь к обычному зрению. — Прорвемся.

В любом случае, собственных запасов энергии ему хватит на некоторое время и это главное. А загадывать на более отдаленную перспективу парень пока опасался.

Чтобы не стоять на месте, Артем побрел в сторону ближайшего холма. Особой веры в правильность направления не было, но это лучше, нежели просто стоять на одном месте. Возможно, получится хоть немного осмотреться.

Приходилось высоко поднимать колени, чтобы облегчить продвижение — ноги вязли в пепле, словно в глубоких снежных сугробах. Серые невесомые хлопья липли к лицу, рукам и пачкали одежду, делая парня неотличимым от окружающей среды.

Внезапно, его внимание привлекло тихое рычание, Арт резко развернулся, на автомате выставив магический щит. Покров пепельного снега смазывал очертания, но Артем смог немного рассмотреть преследователя — вокруг него кружил зверь, очень напоминающий крупного волка, столь же серого, как и весь мир вокруг. Он постоянно принюхивался и с интересом порыкивал. Такое повышенное внимание Арту совсем не понравилось. Легкость поступи зверя говорила о том, что пепельный покров ему совсем не помеха. Это не очень хорошо, ведь если будет бой, то у противника появится преимущество в маневренности.

— Пшел вон, — махнул рукой парень, на всякий случай не убирая щит.

Не хотелось дополнительно провоцировать волка, потому Артем удерживал себя от агрессивных действий. Пока ещё оставалась небольшая надежда разойтись сторонами с местным обитателем.

Зверь продолжал кружить вокруг парня, сохраняя дистанцию и заставляя Артема медленно вращаться на одном месте. Почему-то казалось, что стоит только отвести взгляд и зверь атакует. Но парень немного ошибся, события начали развиваться по худшему сценарию из возможных — ещё один рык прозвучал за спиной. Крутанувшись на месте, Арт увидел второго волка, подкравшегося значительно ближе первого, но как только их глаза встретились, зверь разорвал дистанцию.

Хищники не спешили нападать, видимо не зная чего ожидать от Артема, но теперь их было двое. Стоило парню перевести взгляд на одного, как второй сокращал дистанцию. Это заставляло парня постоянно вертеться на месте, словно юле, контролируя обоих пришельцев. Подобная странная игра в гляделки начинала утомлять и раздражать.

— Уйдите, а? — недовольно пробурчал парень. — Без вас тошно!

Но его слова остались без ответа — звери никуда не собирались уходить, продолжая пассивное кружение вокруг Артема. Вскоре к первым двум присоединился ещё один преследователь и они продолжили раздражать парня уже втроем. Неутешительная тенденция.

После десяти минут таких маневров парень не выдержал, создав небольшой кулак, он запустил плетение в одного из надоедливых гостей. Тут же раздался скулеж, магия оказалась действенным оружием против местных обитателей, но двое остальных сразу же ответили агрессией на агрессию, напав на парня. Их атака была стремительной, красивой, но, к счастью для Артема, бесполезной. Звери со всего маху налетели на магическую преграду, которая оказалась им не по зубам.

— А ну брысь! — крикнул парень, забрасывая волков слабыми плетениями, ему почему-то не хотелось травмировать этих грациозных хищников сверх необходимой меры — все же он нанес первый удар, спровоцировав ответную реакцию.

Обижено поджав хвосты, волки ретировались. У Арта получилось справиться с этой неожиданной проблемой удивительно легко. Прислушавшись к себе, он понял что энергии хватит ещё на долго, и это хорошо.

— Я предупреждал, — немного виновато пробурчал парень.

Но звери далеко не ушли, правда и атаковать больше не торопились. Укрывшись под пологом пепельного снега, волки продолжали преследовать парня, держа почтительную дистанцию. Их взволнованное рычание было хорошо слышно и судя по всему, их становилось больше.

Парню ничего не оставалось, как продолжить двигаться вперед. Ещё бы знать куда тут идти. В этом совершенно однообразном мире не существовало никаких подсказок.

Его путь был долог и бесполезен, после первого холма был второй, затем третий и так далее, после десятого Артем считать перестал. Они ничем не отличались друг от друга, везде одно и тоже: пепел, молнии, мертвые деревья и надоедливые волки. Обзор совершенно не улучшился, казалось пепельный снег никогда не прекратиться.

— Эй, кто-нибудь меня слышит?! — со злости заорал парень, смотря в пепельные небеса. — Выпустите меня отсюда! Что б вас всех! Кто-нибудь, эй!

Его крик остался без ответа, а собственно чего он ждал: гласа с небес, прекрасных валькирий, которые укажут ему путь домой или чего? Он и сам не знал к кому обращался. Наверное к силам, которые виноваты в его проблемах. Но как заставить их повернуть все обратно? Когда же закончатся его беды?

Так и не найдя ответа, Артем обессилено присел на ближайший валун и стер с лица надоедливые липкие хлопья.

— Вашу ж мать, — пробормотал он, не замечая, что все чаще и чаще разговаривает сам с собой. — Достали…

Что же ему делать? Продолжать бесполезные поиски, но что именно он надеется найти: дверь среди пепельной пустоши, портал или нечто иное? Скорее всего ничего подобного парень не отыщет. Наверное, тут нужно действовать иначе, ведь мир нематериален, это лишь ловушка для души. Но как?

Должен существовать какой-то способ покинуть это место, просто должен. Артем сосредоточился и вновь погрузился в бесплотные воды великой реки. Поток чужеродной энергии опять омыл его, а бестелесные сгустки все так же кружили вокруг парня, не решаясь приблизится. Артем искал хоть какую-то зацепку, хоть что-то…

— А вот хрен, — сказал Арт сам себе после получаса безрезультатных поисков.

Ничего не получилось, совершенно никаких подсказок. Червячок обиды грыз душу парня, не хотелось, чтобы все закончилось именно так.

Поднявшись на ноги, он привычно разогнал стаю волков и вновь заорал, обращаясь к мерцающим небесам:

— Вашу ж мать, выпустите меня отсюда! — парень раздраженно пнул пепельный ковер, подняв столб мелкой пыли. — Уроды, блин!

— Я слышу тебя, мальчик, — совершенно неожиданно, он услышал далекий старческий голос.

Хмэрское наречие он узнал сразу, не так давно ведь слышал представителя этого племени. Артем напрягся, кто его нашел в это раз?

— Отзовись, мальчик, — голос раздался вновь.

Обращение «мальчик» парень слышал только от одного представителя племени — старого шамана. Неужели это он? Шаман был добр к нему и один раз уже помог покинуть нереальный мир. Но можно ли доверится ему сейчас? Тавис также не был ему врагом, но в итоге отправил его в это путешествие.

— Не бойся, мальчик. Где ты?

Стоит ли воспользоваться этой возможностью? Наверное да, иного выхода все равно нет.

— Я здесь! — крикнул Арт, сплетая щиты.

— Я слышу тебя, мальчик. Говори со мной. Я помогу тебе.

Очень удачное совпадение, слишком удачное. Впору заподозрить неладное, но решение принято.

— Здесь я! — громко повторил Артем.

— Слышу, мальчик. Говори ещё, я иду к тебе.

Арт начал кричать словно потерявшийся в лесу грибник в надежде, что к нему выйдут спасатели, и вскоре из-под покрова пепельного снега показалась сгорбленная фигура старого хмэрского шамана. Парень создал парочку мощных кулаков и приготовился обороняться.

— Вижу, ты осваиваешь свой дар, это хорошо, но можешь снять защиту, я не враг тебе, — шаман был немного удивлен поведением парня, но постарался это скрыть.

— Как вы нашли меня? — Арт не спешил с выводами.

— Услышал, ты создаешь очень много шума, духи неспокойны.

— Где мы?

— Это земли духов, их обитель, — шаман театральным жестом обвел пепельную пустыню.

— Не очень красивое место, — скептически заметил Арт.

— У этого мира много лиц, каждый видит что-то свое.

— Да?

— Именно так, мальчик, — степенно кивнул шаман, он понял суть переживаний парня, потому спокойно отвечал на его вопросы.

— А как вы так быстро пришли ко мне?

— Для тех, кто умеет ходить землями предков, не существует расстояний.

— И часто вы здесь бываете?

— Я уже стар, — усмехнулся шаман. — Земли предков манят меня, я бываю здесь чаще, нежели в мире живых.

Пояснения шамана выглядели логично, их встреча действительно могла быть совершенно случайной, хотя на первый взгляд так не казалось.

— Тавис предал меня, почему?

Шаман не удивился этим словам, он словно знал об этом.

— Он потерял душу. Он больше не свободен, — грустно сказал собеседник после небольшой паузы. — Но ты должен простить его.

— Почему?

— Духи говорят, что он ещё будет нужен тебе. Больше не скажу, слишком туманно твое будущее.

Странные слова, ну да ладно, сейчас важно совершенно другое:

— Я могу вернуться в мир живых?

— Конечно, это сделать легко.

Артем облегченно вздохнул, но постарался не показать этого. Он все-таки убрал щиты, но до конца решил не расслабляться, слишком неожиданные сюрпризы подбрасывает ему судьба.

— Как?

— Не спеши, мальчик. Прежде дай мне ответ на один вопрос: ты знаешь, как враги находят тебя?

Артем автоматически взглянул на свою грязную ладонь, проклятая печать никуда не делась.

— Знаю, они чувствуют это, — парень продемонстрировал рисунок.

Шаман кивнул.

— Ты хочешь скрыть этот знак?

— А это возможно?

— Нет ничего невозможного, вопрос лишь в цене, которую ты готов заплатить?

— И какова цена? — подозрительно спросил парень, этот разговор начинал пахнуть неприятностями.

— Ты должен стать проводником между миром живых и миром духов, тогда энергия этой реальности немного скроет темный знак.

— А если проще?

Шаман склонил голову набок и посмотрел на парня как на юного несмышленыша, но пояснил:

— Ты впитаешь в себя часть этого мира и сможешь направлять души в мир духов, но главное — ты спрячешься от врагов.

Артем не до конца разобрался в пояснении старика, но сам факт, что удастся скрыть печать уже дорогого стоил. А там будет видно, действительно ли высокая цена уплачена за такую возможность. Проблемы надо решать по мере их возникновения.

— Я смогу разорвать эту связь, когда мне будет это нужно?

— Сможешь, просто перестань поддерживать её и твое тело само исторгнет чужеродную силу.

Вроде все выглядело не так уж и плохо.

— Я согласен, — твердо кивнул парень.

— Хорошо.

Шаман поднял руку и к нему тихо подошел старый знакомый парня — припадающий на переднюю лапу серый волк. Злобно посмотрев на парня, зверь остановился возле старика.

— Кто это? — парень кивком указал на зверя, с трудом сдерживая желание укрыться за щитами.

— Страж духов, — сказал так, словно это сняло все вопросы. — Протяни руку и ничего не бойся.

Арт подчинился и зверь, довольно рыкнув, подошел ближе. Мощные челюсти плавно сомкнулись на его ладони, парень лишь чудом не отстранился. Скривившись, он приготовился к боли, но появился лишь легкий зуд. Постепенно он поднимался все выше и выше по руке, не создавая особого дискомфорта.

— Все будет хорошо, — сказал шаман. — А теперь тебе пора домой.

Мир перед глазами поплыл, воды великой реки подхватили его, оставив шамана и волка где-то далеко. И лишь последние слова старика звучали в ушах:

— Не убивай Тависа, — настойчиво повторял он. — Не убивай…

Артем чувствовал, что все идет как должно. Он пробуждался ото сна.

Глава 28

Лилиан Кан'Эфлор. Чужая смерть

В предрассветных сумерках ярко полыхали три похоронных костра, унося души погибших в лоно Тьмы. Лилиан стояла невдалеке, ощущая на лице их жар, и неотрывно смотрела на чудесный танец языков живого пламени с темными нитями заклинания Последний путь, в этом танце была какая-то грустная красота и завершенность. Именно так принято прощаться с верными детьми Тэнэриса — заклинание поможет огню превратить тела в пепел и укажет душам дорогу в край вечного блаженства и радости.

Среди погибших была её верная подруга из императорского рода, молодая и сильная, достойная дочь империи, чья жизнь прервалась столь ужасным способом — ей выжгли глаза и закололи собственным оружием. Совершивший подобное должен ответить за дерзость и понести наказание. Неужели это тот самый парень, которому она зачем-то подарила жизнь в стенах Логаса? Если это так, то смерть Весты на её руках, ведь именно она определяла основные вектора движения групп, направив подругу этой дорогой. Впрочем, виновный в преступлении лишился руки, узнать его будет просто. Конечно, если он все ещё жив. Лилиан втайне надеялась на это. Ей хотелось верить, что это не Артем, ведь его смерть противоречит приказу императора. Но остаточные следы магического боя выдавали именно его. Хотя, возможно, он не единственный представитель новой силы? В любом случае, парня нужно найти.

— Великая Тьма, — прошептала девушка. — На её месте могла быть я. Помоги мне отомстить, укажи путь…

Лилиан мысленно вернулась к событиям последних дней. Определив приблизительное направление поисков призванного, пять отрядов разделились и отправились выполнять волю императора. Лилиан шла по слабому следу, но он оказался неверным. Это стало понятно когда в стороне вспыхнуло пламя магической битвы. Ощутив её далекие отголоски, Лилиан тут же скорректировала путь. Но она слишком сильно опоздала, прибыв на место спустя несколько дней.

Среди выжженной пустоши, стыдливо укрытые покровом сухой листвы, лежали тела воинов корпуса теней — израненные, оскверненные поражением, неотомщенные, с лицами, искаженными страхом и болью. Она — сильный воин, но слезы текли по щекам при виде этого.

Поиски было решено приостановить — негоже бросать тела на потеху зверью и времени. Только погребальное пламя будет достойным проводником для погибших воинов…

Костры догорали и только черный дым поднимался ввысь. Заклинание сделало свое дело — на месте погибших остался лишь легкий пепел, простой огонь так бы не смог. Шаловливый ветер быстро разнесет останки доблестных бойцов, даруя им последние почести. Но Лилиан все так же неподвижно стояла, заворожено смотря на затухающее пламя. И кто знает какие мысли роились в её голове.

— Кан'нис? — один из спутников вывел её из задумчивости, ожидая распоряжений. — Возможно, нам уже пора?

Действительно пора, настало время двигаться дальше, оставив за спинами место страшного магического боя. Пройдут десятилетия, и этот кусочек леса превратится в мертвую пустошь, как это часто бывает на местах страшных битв. Уже сейчас искаженные энергетические линии говорили об этом.

— Да, пора, — кивнула Лилиан. — В округе вы что-нибудь нашли?

Она отдала это распоряжение сразу после того, как воины подготовили все для прощального ритуала.

— Нет, кан'нис, — те, кто совершил это — воин указал взглядом на тлеющие угли, — уже давно двинулись дальше.

— Следы?

— Их почти нет, кан'нис. Но здесь только одна дорога, вряд ли они свернули в лес.

Лилиан кивнула, слова воина имели смысл — старая дорога вела прочь из Логаса и незачем ломать ноги коням, когда можно пройти проторенным путем. Так и легче, и быстрее.

— Я проведу обряд поиска и двинемся дальше, — скомандовала она. — Готовьте лошадей.

Воины склонили головы, подчинившись приказу и ушли, оставив девушку одну.

Опустившись на колени, Лилиан сосредоточилась на предстоящем ритуале. Постепенно вокруг её ауры сформировались тонкие линии. Казалось, их перемещения хаотичны, но вскоре, движения обрели порядок и начал проявляться запутанный рисунок поискового заклинания. Сложное плетение призванное отыскать носителя метки до этого дня ни разу не подводило, всегда указывая приблизительный путь. Но в этот раз все пошло не так как надо — отклика не было. И это было очень странно.

Лилиан дважды повторила ритуал, потратив на поиск достаточно времени, но оба раза результат был тот же, вернее его не было совсем — поисковое заклинание развеялось бесполезной дымкой.

Что же стало причиной? Это могло быть что угодно. Возможно носитель метки ушел слишком далеко, может быть он как-то отыскал способ скрыть печать, а может призванный погиб? Последняя мысль испугала Лилиан, ведь от Артема многое зависит. Она осознала это, когда Таис открыл ей всю правду. Что же делать? Её спутники молча стояли и ждали указаний.

— Я не чувствую призванного, — призналась она, в ответ на невысказанные вопросы.

Воины переглянулись.

— И что теперь, кан'нис? — спросил один из них.

— Мы обязаны продолжить поиски, от этого зависит слишком многое.

— Да благословит нас Тьма, — прошептал второй, признавая очевидность слов приора.

Девушка молча кивнула и ловко вскочила в седло. Пришпорив лошадь, она направилась на север в надежде отыскать хоть какие-нибудь следы. Теперь, когда метка потухла, лишь благословение Тьмы поможет им достичь цели.

Какое-то чувство подсказывало, что носитель не погиб и это было сложно объяснить. В любом случае, сдаваться она не собиралась.

Глава 29

Артём Соколов. Сомнительные дары

Артем открыл глаза и с надеждой посмотрел в небеса. Вместо мерцания белесых молний на фоне пепельных облаков он увидел чистое светлеющее небо и последние отблески самых ярких звезд. Расслабленная улыбка тронула его уста. Да здравствует реальный мир!

Вдохнув приятный лесной воздух полной грудью, парень приподнялся на локти. День только-только разгорался. Солнце ещё не взошло, но мир уже просыпался, облачаясь в краски. Ранние пташки весело щебетали о своих важных птичьих делах. Недалеко, привязанные к поваленному дереву, спокойно пофыркивали две лошади. Не те, которыми они завладели в Логасе, другой масти. Рядом, распространяя приятное тепло и пряный аромат дыма, догорал костер. Возле него тихо спал Бакир, плотно укутавшись в шерстяной плед. С ночи действительно было немного прохладно. А около ближайшего дерева, безвольно опустив голову, сидел связанный человек. Присмотревшись, Артем с трудом узнал Тависа. На том не было живого места, словно кто-то усердно, долго и с удовольствием бил его.

Интересный момент конечно, но сейчас кое-что занимало парня гораздо больше. Первым делом Арт взялся осматривать левую руку. Было чертовски любопытно, что же сделал старый шаман. Не ошибся ли Арт, приняв неожиданную помощь.

Зрелище оказалось не самым приятным. Венозная сетка вплоть до локтевого сгиба приобрела насыщенный серый цвет, украсив кожу страшноватым кружевом. И если бы не отсутствие болезненных ощущений или дискомфорта, подобную картину легко было спутать с какой-нибудь гангреной или чем-то подобным. Арт несколько раз сжал и разжал кулак, прислушиваясь к собственным ощущениям. Нет, никаких проблем не возникало — рука не потеряла тактильную чувствительность и уверенно выполняла все команды.

Особенно плотным был рисунок на ладони, серые нити практически скрыли треснувшую печать. Неужели это поможет избежать преследования?

Ещё более интересной была картина в магическом зрении — руку словно укутывал кокон серого марева. Под влиянием этой клубящейся субстанции, энергетические нити мира заметно истончались, стоило только прикоснуться к ним. Казалось, серый туман растворяет разлитую вокруг энергию, бесследно поглощая её. Как плюс, эманации темной печати так же исчезали в этом потустороннем мареве, но вместе с тем воздействие тумана распространялось и на ауру парня. А это уже минус.

Артем провел небольшой эксперимент, попытавшись создать несколько золотистых нитей над левой ладонью. Получилось далеко не с первого раза, но Арт добился результата. Создавая плетение, ему словно приходилось пробиваться сквозь плотный барьер. Неприятный момент, это может усложнить процесс создания заклинаний…

— Очнулся? — неожиданный вопрос Бакира вывел парня из задумчивости.

Артем мог поклясться, что не издал ни единого звука, но его спутник каким-то звериным чутьем всегда реагировал на любое изменение обстановки, улавливая малейшие шорохи. К такому скрытно не подкрасться.

— Долго меня не было? — спросил Арт, поспешно одергивая рукав рубахи.

— Почти сутки.

— А что с Тависом? — кивок в сторону пленника.

— С кем? — удивился Бакир, но быстро разобрался в ситуации. — А, с этим. Так вы знакомы?

— Было дело. Так что с ним?

— Не хотел говорить, почему ты не просыпаешься. Пришлось воздействовать. Правда, все равно не помогло. Он вообще какой-то пришибленный.

— Он языка не знает…

— Да? То-то я думаю, он не отвечает, — было непонятно шутка ли это. — Ну и демоны с ним. Ты очнулся, значит он нам больше и не нужен.

Бакир легко поднялся и потянулся к кинжалу. Его намерения были однозначно понятны.

— Стой! Ты чего?

— А что? — искренне удивился Бакир. — Он тебе враг, а врагов нужно убивать.

— Его нельзя убивать!

— Почему?

— Меня попросили.

— Кто попросил? Ты вообще нормально себя чувствуешь? — вопрос был задан с толикой сочувствия, но это лишь подчеркивало отношение воина к ситуации в целом.

— Прекрасно я себя чувствую, но его убивать не стоит.

Артем также вскочил с места. Нет, к своему удивлению, сочувствия к Тавису он не испытывал, прекрасно понимая степень вины последнего. Но игнорировать слова старого шамана он не хотел. Мало ли как это обернется в будущем.

— Так надо, поверь, — повторил Арт.

— Как знаешь, — Бакир пожал плечами, убирая кинжал. — И как ты хочешь поступить с ним? Заберешь с собой? — последний вопрос прозвучал с открытой издевкой.

— Нет. Оставим его здесь, — медленно ответил парень, словно принимая трудное решение. — И развязывать не будем.

Бакир весело хмыкнул. И сложно было понять, что он выразил этим. Чего в этом звуке было больше: насмешки или одобрения? Впрочем, не столь важно.

— Давай завтракать, — сказал Бакир, оставив скользкую тему.

Арт полностью поддержал это предложение, так как чувство зверского голода и жажды не покидало его с момента пробуждения. Шутка ли — провалятся без сознания практически сутки.

— Что у тебя с рукой? — как бы между делом спросил Бакир во время трапезы.

Артем нехотя отвлекся от поглощения пищи и вновь посмотрел на свою ладонь.

— Нас преследовали? — уточнил парень.

— Нет, — несколько неуверенно покачал головой Бакир. — Я не заметил.

— Это должно помочь нам остаться незамеченными и дальше, — Арт помахал ладонью.

— Да? А выглядит так, словно тебе нужно отрубить руку. А как оно появилось? — полюбопытствовал собеседник.

— Не нужно ничего рубить, все нормально, — заданный вопрос Арт демонстративно проигнорировал.

— Надеюсь. Но все равно, ко мне не прикасайся. Мало ли…

— Перестань, я думаю, ничего не произойдет, — парень сам себе не поверил и задумался, вспоминая слова старого шамана.

— Ну-ну.

Дальнейшая трапеза прошла в молчании, как это часто бывало в компании невольных спутников. Но Артем был не против тишины. После посещения мертвых потусторонних реальностей, он искренне наслаждался звуками живого леса. И лишь тихие стоны Тависа портили идиллию.

Сборы, как обычно, прошли без лишней спешки, но достаточно быстро. Напоследок, Артем подошел к связанному Тавису и присел на корточки перед ним. Сын вождя медленно поднял голову и посмотрел на парня пустыми потухшими глазами обреченного человека. Из него словно выдернули стержень, лишив главной цели.

— Хозяин недоволен, — грустно прошептал Тавис, опухшие губы немного искажали слова. — Мы подвели его.

— Мне нет дела до твоего хозяина.

— Есть, ты родился ради встречи с Хозяином, вы должны стать единым. Но ты оттолкнул его.

— Ты болен, Тавис.

— Мы подвели Хозяина, — некогда храбрый и сильный воин горько зарыдал.

На мгновение в душе парня всколыхнулось сострадание, но он быстро подавил эту слабость. Чужой мир требует от него жесткости? Да будет так.

— Ты заслужил смерть.

— Почему ты не захотел остаться с Хозяином? Выполнять его волю так приятно…

Разговаривать с умалишенным очень сложно. Чужие слова не могут пробиться сквозь скорлупу безумия и одержимости.

— Но в этот раз ты не умрешь.

— Хозяин огорчен…

— Не преследуй меня больше. В следующий раз пощады не будет.

— Тебе не сбежать от своей судьбы.

Артем глубоко вдохнул, унимая приступ ярости. Неприятно, когда тебя отказываются слышать.

— Я сказал — ты услышал, — прошептал Арт после паузы и выпрямился.

Небольшой нож упал в траву возле ног пленника, это даст ему шанс самостоятельно освободится от пут. Призрачный шанс, учитывая его состояние, но этого оказалось достаточно, чтобы успокоить совесть Артема. Он выполнил просьбу шамана, больше от него ничего не зависит.

Теперь пришло время отправляться в путь. Незнакомая лошадь нервно заржала, когда парень подошел к ней. Чтобы успокоить взволнованное животное, Арт успокаивающе заговорил с ней и похлопал по шее. Не задумываясь, он прикоснулся к животному своей посеревшей рукой. И в следующий момент произошло странное событие — серое марево на миг стало видимым, укутав тело животного и, тяжело всхрапнув, конь рухнул замертво.

В руке тут же проснулось знакомое чувство зуда. Казалось оно поднимается выше и выше. Закатав рукав, Артем смог наблюдать как удлиняются метастазы серой заразы. Помешать процессу парень не мог, но вскоре все прекратилось само собой. Теперь потустороннее кружево достигло середины бицепса.

Так вот как работает подарок старого шамана — мгновенное убийство и отправка души в земли мертвых. Вот что означает быть проводником…

— Что ты сделал? — крикнул Бакир. — Ты зачем лошадь убил?!

А воин ведь оказался прав когда запретил прикасаться к себе. Как чувствовал.

— Я случайно, — рассеяно пробормотал парень, осмысливая свою новую способность.

Очень интересный побочный эффект. Так можно убить кого угодно? А, что будет, если серые вены достигнут сердца? Наверное, лучше и не проверять.

Бакир завернул очередное ругательство на родном языке, но парень как обычно проигнорировал это.

Неожиданное происшествие задержало их на некоторое время. Пришлось нагружать пожитки на одну лошадь, а самим готовиться к пешему путешествию. Естественно, это очень усложнит их в дальнейший путь, что не добавляло хорошего настроения.

От дармового конского мяса Бакир отказался, мотивируя это нежеланием разделить судьбу бедного животного.

— И куда нам дальше? — спросил Артем, чтобы перевести тему.

— В Астар, — нехотя ответил Бакир. — Это город такой. Там можно будет пристать к какому-нибудь каравану и спокойно дойти к побережью. А дальше корабль и Анхор. Все просто.

Действительно, на словах оно просто, но как будет на самом деле. Артем искренне сомневался, что все получится так, как того желает Бакир.

— И далеко этот город?

— Ну, учитывая, что весь путь теперь нам придется пройти пешком, избегая дорог, то да — далеко. Даже очень. Если уложимся в три декады, то будет хорошо. Хотя вряд ли успеем так быстро.

Действительно неблизкий путь.

— Но думаю это путешествие пойдет тебе на пользу, — неожиданно заявил Бакир.

— В каком смысле?

— Продолжим усердные тренировки, мне не нужен бесхребетный балласт в пути. Страшно подумать, но ты даже не справился с одноруким калекой.

Артем не обратил внимания на очередную подколку, привык уже. Тем более в этом случае воин прав. А тренироваться и вправду надо, тут не поспоришь. И с подарком шамана надо что-то решать.

Что ж, долгий путь и новый город ждут их.

Глава 30

Аттиан Кан'Дэлур. Бравая поступь

Пришло время сделать следующий шаг и Аттиан выбрал цель. Император обратил свой взор на совсем небольшой город на северо-востоке от Логаса. Даже скорее не город, а лишь крохотное поселение отщепенцев. От силы три сотни жителей, не больше. Бледная тень древней имперской крепости Торслос. Стены когда-то мощной твердыни нынче частично обрушились, но никто не собирался их восстанавливать. Подъемный мост, некогда преграждавший путь врагам, сейчас казалось врос в землю, а удерживающие его цепи были изъедены вековой ржавчиной. Ютившиеся возле замка деревушки опустели и время практически уничтожило заброшенные дома. Но никто не строил новых, ведь для тех, кто остался, места было достаточно внутри городских стен. Доступные избранным внутренние дома сейчас стали пристанищем черни. Жалкое зрелище, но есть причина столь разительных перемен. Сотни лет назад Торслос был одним из источников серебра для Тэнэриса и стал таковым для новых хозяев после войны, но со временем рудники истощились и старатели ушли из этих мест в поисках лучшей жизни. И лишь немногие смирились с потерей главного источника дохода, согласившись жить за счет охоты и обработки земель, уподобившись неотесанным племенам. Казалось весь мир забыл о существовании этих руин. Никакой защиты, ни одного солдата, отсутствие умелых магов — легкая добыча. Но поселение было защищено от возможных посягательств своей ненужностью и никчемностью.

Так что же заинтересовало императора в этом Тьмой забытом месте? Точно не заброшенные шахты и не руины городских стен. Аттиан преследовал иную цель. Здесь сохранилось нечто более важное и ценное — один из старых темных храмов. Укрытый прахом прошедших веков, здесь покоился намоленный алтарь, переполненный божественной энергией. Ещё одна точка для привязки портала. Дополнительная возможность нарастить мобильность армии возрождающейся империи. Достаточно весомая цель, чтобы возжелать вернуть власть над этим городком.

Это и стало причиной прибытия императора в эти края. Самолично, лишь в сопровождении десятка преданных воинов, верхом на драконе Аттиан за короткое время преодолел значительное расстояние, чтобы вознести длань империи над этим клочком диких лесов. И сейчас, стоя на вершине холма, он мог наблюдать за прекрасным танцем дракона в небе над Торслосом.

Великий зверь парил над руинами имперского города, подавляя волю одиноких отщепенцев и погружая их разум в пучины страха. Его грозный рык пробуждал ужас в сердцах горожан, всполохи огненного дыхания ослепляли их, а огромные крылья бросали тень на их дома. Аттиан желал взять власть над городом без крови и собирался покорить последних горожан. А для этого нужно сломить их дух.

Он буквально кожей чувствовал, как одинокие поселенцы вжимаются в щели, моля своих ложных богов о спасении. Как трепещут их сердца при виде истинной силы Тэнэриса. Как дрожат их руки и потеют ладони, сжимая жалкое подобие оружия. Император позволил себе улыбнуться, представляя эти картины.

— Пора, — кивнул Аттиан, когда посчитал уровень страха достаточным для воплощения своей задумки.

И горстка воинов, каждый из которых стоил отряда вышколенных бойцов, начала спуск с холма, уверенно направив свои стопы к воротам города. Первый из них нес штандарт императора, изображавший гордый полет черного ворона на фоне багряных небес. Ветер трепал полотно, отчего казалось, что птица хлопает крыльями, предвкушая пиршество.

Полет императорского ворона на миг всколыхнул в душе правителя горькие воспоминания. В последний раз, когда штандарт был поднят над полем брани Тэнэрис познал горький вкус поражения. Но Аттиан быстро прогнал ненужные мысли, сосредоточившись на предстоящем.

Они остановились, когда ко входу в город оставались не больше двух десятков пассов[13]. Древко штандарта вогнали в землю, предварительно привязав длинную красную ленту на острие — старинный знак переговоров. Оставалось надеяться, что невежество местных жителей не достигло крайней степени и они догадаются выйти из-за стен, чтобы выслушать слова правителя. Это в их же интересах.

Повинуясь мысленному приказу Аттиана, дракон обрушился на противоположную от городских ворот башню, кроша старый камень острыми когтями и изрыгая в небо потоки изумрудного пламени. Достаточно яркая подсказка на то, в каком направлении надо двигаться местным жителям.

Салде Кан'Пэур выступил вперед в ожидании парламентеров и они не заставили себя ждать. Несколько перепуганных мужчин показались у ворот. Некоторые из них трусливо прикрывались деревянными щитами, кое-кто сжимал в руках охотничьи луки, единицы были облачены в какое-то подобие кожаных доспехов с металлическими нашивками. Среди них был замечен молодой жрец Дасмира, но и он не представлял серьезной угрозы. Все они испугано жались возле выхода, не решаясь покинуть защиту городских стен. Жалкое зрелище.

Очередной рык дракона и приветливо поднятая рука Салде, в конце концов помогли им принять верное решение — они двинулись к императорскому десятку. Наверное им казалось, что несколько облаченных в легкие темные доспехи воинов представляют меньшую угрозу нежели огнедышащий зверь за их спинами. Глупцы.

Представители поселения остановились на почтительном расстоянии и лишь седобородый крепкий мужчина сделал ещё несколько шагов вперед. Более качественный доспех и поведение выдавали в нем лидера этой шайки.

— Что вам надо? — крикнул он, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и стараясь скрыть свой страх.

Говор седобородого напоминал исковерканную версию имперского языка, но был понятен.

— Этот город принадлежит нам, — ответил Салде, которому выпала честь говорить от имени правителя. — Вы уйдете с нашего пути, либо умрете.

Рык дракона красноречиво дополнил это обещание, заставив многих оглянуться и вжать головы в плечи. Это помогло поверить в слова воина.

— Но у нас ничего нет! — попытался заверить пришельцев седобородый.

— Старые стены — вот то, что нам нужно.

— У нас семьи! — крикнул какой-то мужичок из толпы. — Это наша земля!

— Не препятствуйте нам и вам ничего не грозит. Живите как жили. Более того, мы умеем быть щедрыми с верными вассалами.

Толпа зашепталась, они видели страшного зверя, чувствовали уверенность и силу пришлых, но некоторых ещё одолевали сомнения.

Император ждал, он мог истребить непослушных, но не желал этого. Пока не желал.

— Именем Дасмира заклинаю! — вдруг прозвучало из толпы. — Тьма и демоны искушают вас! Не дайте сладким речам затуманить ваш разум, не отрекайтесь от своей веры! — срывающимся голосом кричал жрец.

Молодой послушник вышел вперед на негнущихся деревянных ногах. Он истово верил в силу своего божества, уповая на его могущество, но вместе с тем невыносимо боялся. Но его слов оказалось достаточно, чтобы посеять надежду в сердцах поселенцев. И это понятно, никому не хочется менять привычный уклад жизни. И если кто-то пытается оградить их от изменений — пусть делает.

— Бог света, дай мне силы! — завопил жрец, распевая молитву.

Но Салде спокойно наблюдал за происходящим, не выражая и тени страха. Он выразительно скрестил руки на груди, уступая право первого удара.

Жалкое подобие яркой молнии распороло воздух, но мгновенно возникший щит истинного сына Тьмы легко справился с этой нелепой атакой. В ответ темные нити опутали выжатого досуха жреца. Крик, полный боли, резанул по ушам и бездыханное тело горе-защитника упало в траву. Это произвело должный эффект.

— Жрец сделал свой выбор, — произнес Салде. — Кто хочет присоединиться к нему?

Тишина была ответом, желающих не было.

— Тогда склоните колени перед своим правителем и вы сохраните свои жизни и жизни ваших родных!

Несколько мгновений ничего не происходило, но затем один за другим поселенцы побросали оружие и опустились на колени.

Город сдался без сопротивления и одиннадцать воинов спокойно вошли внутрь. Им предстояло возродить храм, сняв с него анхорский купол.

— Что дальше, мой император? — тихо спросил Салде, когда маги взялись за работу.

— Дальше? — думы Аттиана были где-то далеко. — Дальше нас ждет Астар, мой друг.

Спустя некоторое время на центральной площади Торслоса затрепетал вихрь портала. Тэнэрис начал переброску сил, готовясь к важнейшему сражению.

Глава 31

Неизвестные. Тень предательства

В таинственном зале без окон было темно и пусто. Слабый свет крохотных фонарей не мог разогнать вековечный мрак, поселившийся здесь. Тусклых лучей едва хватало, чтобы высветить несколько колонн и топорные арочные своды потолка, небольшой крепкий стол посреди помещения и несколько добротных стульев, серость каменных плит под ногами и грубую отделку стен, небольшую деревянную дверь в одном углу и таинственный алтарь в противоположном. Игривая тьма не позволяла увидеть большего, заполняя дальние углы и пространство между арками чернильным мраком. Танцующие на границе света грациозные тени создавали иллюзию безграничности, из-за чего помещение казалось большим, нежели на самом деле.

О существовании этого зала знали лишь несколько человек. В сыром неподвижном воздухе витал аромат тайны, а тяжесть каменных плит над головой, подобно вознесенной секире палача, напоминала о важности сохранения этого секрета.

Редко кто навещал таинственный зал, но сегодня был особенный день. Могильный покой этого места нарушило слабое мерцание алтаря. Волна едва заметной дрожи прокатилась по помещению, а возле темного алтарного камня начал разливаться черный туман, словно капля густых чернил в стакане воды. Из этой капли зародился вихрь небольшого портала, открывая загадочным гостям доступ внутрь зала. Один за другим, преодолев значительное расстояние, из него вышло шесть мужчин. Все они прятали лица в тени глубоких капюшонов, словно соблюдая какой-то древний обычай. Темные дорожные плащи надежно скрывали одежду и оружие визитеров, но не могли смазать очертания тел. Четкие лаконичные движения и крепкие фигуры пятерых выдавали принадлежность к касте воинов. На их фоне полнота шестого бросалась в глаза. Но это не мешало его движениям быть властными и не портило гордую осанку.

Усевшись за столом, толстяк принялся ждать. Двое воинов стали за его спиной, замерев словно каменные изваяния. Остальные тихо отошли в угол, слившись с тенями.

Ожидание длилось недолго. Скрипнув несмазанными петлями дверь отворилась и, вместе с потоком свежего воздуха, внутрь вошла процессия людей в серых накидках. Подражая темным посетителям они также прятали лица в тени капюшонов.

Пятеро остановились на некотором отдалении, а трое из вошедших уселись за столом напротив гостя. Полумрак и однотипные одежды скрывали различия и только перстни вносили хоть какое-то разнообразие. Тонкие женские пальцы первого украшало кольцо с прозрачным алмазом, перстень второго был увенчан пылающим рубином, в то время как третий отвлеченно вертел кольцо с темно-синим сапфиром на пальце с грубо обгрызенным ногтем.

— Ну здравствуй, темный, — спокойно заговорил обладатель перстня с рубином.

— И ты здравствуй, огненный, — слегка кивнул толстяк. — Давно не виделись.

— Все в твоей воле, — развел руки собеседник. — Ты приходишь к нам в гости, не мы к тебе.

— Верно, — качнулся капюшон. — Возможно причиной моих редких визитов служит мрачная атмосфера вашей гостиной? — рука плавно обвела зал.

В ответ послышался легкий смешок. Даже для постороннего было заметно, что это далеко не первая встреча загадочных собеседников.

— К сожалению, наше сотрудничество необходимо держать в тайне, ты же понимаешь. Но это лишь временная мера.

— Уже много лет это лишь временная мера, — саркастически ответил темный. — Впрочем, я прибыл не для этого. Произошло несколько событий неподвластных мне. Это внесет кое-какие изменения в наши договоренности.

— Если ты о начатой войне, то да — это может создать проблемы, — голос обладателя рубинового перстня похолодел на несколько градусов.

— Это лишь ускорит начало изменений, в которых мы заинтересованы, — парировал темный.

— Возможно, но ваши действия ставят под сомнение наличие общих интересов, — вклинился женский голос обладательницы прозрачного алмаза. — Вы лишили нас важной информации, не сообщили о начале войны, не помогли организовать оборону и, в конце концов, нам все так же неизвестна причина двух мощных энергетических всплесков, произошедших не так давно.

— Я прибыл, чтобы наверстать упущенное, — ответил толстяк. — Приготовьтесь слушать.

Темный начал рассказ о планах императора, о воскрешении дракона, о странном ритуале призыва, о грядущих битвах. Рассказ был долог и насыщен невероятными подробностями.

— Потрясающе! — хозяин рубинового перстня откинулся на спинку кресла. — Столько всего нового: война, возрожденный дракон, таинственный призыв. Очень захватывающе!

— Твои эмоции неуместны, — впервые за встречу заговорил носитель сапфира. — Скажи мне, темный — ты веришь в призыв из другого мира? Он реален?

— Я не уверен в истинности слов Аттиана, но скорее всего он не врет. Думаю призыв действительно состоялся.

— Невероятно! — огненный все никак не мог успокоиться, в его голосе звучала радость от происходящих событий.

— Темный, почему ты здесь? — опять спросил обладатель сапфира. — Если все так как ты говоришь, Тэнэрис может добиться возрождения силой, а не договоренностями.

— Не может! — впервые повысил голос толстяк. — Это угробит мой народ. Нас осталось слишком мало, многие размякли за последние столетия. Мы не готовы к войне. Рано или поздно дракон будет уничтожен, а без него не видать побед. Призванный, даже если он и существует, сейчас неизвестно где и неизвестно жив ли вообще! Император, этот глупый мальчишка, не хочет видеть правду. Чего он добьется? Захватит несколько вольных городов? Этого можно достичь и без войны. Дальше он не пройдет, вы этого не допустите. Я знаю это и вы знаете! Война погубит Тэнэрис! Я здесь чтобы не допустить этого. Именно для этого мы с вами многие годы обсуждаем возможности и ищем средства! Я не дам Тэнэрису погибнуть!

— Достаточно, темный, — поднял руку обладатель сапфирового перстня. — Я услышал тебя. Ты говоришь мудро.

— Осталось только придумать как нам быть дальше, — вмешалась хозяйка алмаза.

— Фактически у нас две проблемы. Первая — дракон, вторая — бунтарь-император, — выделил главное огненный.

— У меня есть мысль, что делать с драконом, — задумчиво произнес хозяин сапфира.

— А я знаю что делать с императором, — тихо сказал темный.

— Разреши полюбопытствовать, что именно ты задумал? — спросил огненный.

— Император должен умереть.

— Рациональная мысль. И как ты это сделаешь?

Повинуясь жесту толстяка из тени вышли фигуры таинственной тройки. В неверном свете фонарей глаза одного из них блеснули багрянцем. Это не укрылось от цепкого взгляда обладателя рубинового перстня.

— Неужели это то что я думаю?! Красноглазые убийцы, ты их нашел? Этот день поистине полон невероятных сюрпризов. Три мифа обрели плоть!

— Проведите их в город и позвольте дождаться императора.

— А какова цена их услуг? — поинтересовался огненный.

— Лучше тебе и не знать.

— И все же?

— Давайте обсудим детали предстоящего, — предложил темный вместо ответа.

Переговоры длились еще долго. Планы заговорщиков были грандиозны. И речь не только о сегодняшнем дне. Неизвестно какой ценой, но таинственный толстяк смог заложить фундамент для мирного возрождения своей империи. Да, не в том виде как было раньше, далеко не с былой властью, но все же это было возрождение. Постепенное открытие древних храмов, восстановление веры, обмен знаниями. Мечты темного были невероятны, но грядущая война могла все разрушить. Неудивительно, что он приговорил к смерти главу империи.

— Значит, все решиться в Астаре, — подвел итог долгим переговорам огненный.

Темный поднялся, пришла пора покинуть негостеприимный мрачный склеп.

— Ещё одно, — остановил его обладатель сапфира. — Если призванный существует, он должен принадлежать нам.

— Да будет так, — после небольшой паузы ответил темный и ступил в открытый портал.

Таинственный гость истово верил в правильность своих поступков. Он был честен со своими союзниками, но не во всем. Призванного отдавать он не собирался. Грядут великие события и многое поставлено на кон, нельзя лишать себя преимуществ.

Глава 32

Артём Соколов. Глаз бури

— Наконец-то! — облегченно выдохнул Артем, глядя на панораму далекого города и почесывая заметно отросшую бороду.

Изнурительное путешествие длиною в месяц завершилось и это не могло не радовать парня. Ведь эти тридцать с лишком дней в компании Бакира превратились в сплошную череду испытаний. Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки — они занимали все свободное время. Воин выжимал последние соки из Арта, по-настоящему наслаждаясь мучениями ученика. Но парень принимал испытания стоически. Он даже готов был простить учителя за постоянные издевательства, ведь тот дарил поистине бесценную вещь — знания и умения. То, чего ему действительно не хватало в новом мире.

— Чуешь запах?

Артем послушно втянул горячий полуденный воздух, уловив лишь аромат сухой пыли и резкую смесь конского и собственного пота.

— Так пахнут деньги, — продолжил Бакир, не дожидаясь комментариев.

— Не самый приятный запах, — ухмыльнулся парень.

— Глупец!

— Ну прости, о мудрейший, — лицо Арта расплылось в ехидной улыбке. — Расскажи мне, несведущему, почему тут витает аромат денег?

Хотя большую часть пути спутники преодолели молча, но близость города и его благ оживила их.

— Астар построен на серебре, — Бакир пнул дорожную пыль в подтверждение своих слов. — Где не копни, наткнешься на серебряную жилу. Одни государства умирают, зарождаются другие, рождаются и стареют короли, а здесь все копают и копают.

— Неплохо, — парень посмотрел на город по новому.

— Из местного серебра чеканятся монеты половины мира, а дороги на запад и восток отсюда переполнены караванами торговцев и любителями легкой наживы. Блеск монет притягивает всех.

— И этот город вольный? Ни за что не поверю. Должен быть кто-то, кто наложит лапу на такой источник.

— Вольный? — Бакир усмехнулся. — Ну уж нет. Астар — город рабов. Одни рабы в кандалах долбят камень, другие, те которые в шелках, думают, что правят. Город с потрохами принадлежит анхорским магам, хотя те и позволяют многим верить в свободу и дают подбирать крошки со своего стола некоторым государствам. Так они сохраняют иллюзию равенства.

— А вот в это я поверить могу.

Артем давно перестал удивляться схожести Солара и Земли. Миры разные, но людьми движут одинаковые мотивы.

Уже издали новый город поражал размерами. По мнению Арта, привыкшего к иным реалиям, тот же Логас носил статус города не совсем заслуженно, но вот Астар действительно достоин такого права.

Человеческий муравейник занимал огромную территорию, разрастаясь вдоль изгибов широкой реки. Внешние стены отсутствовали, что уже говорило о необъятности поселения. Но это отнюдь не указывало на незащищенность астарцев. Существовали внутренние стены, призванные уберечь избранных. Издали виднелись высокие башни, возведенные не для декоративных целей. И, в конце концов, город пристально оберегали маги.

Но у излишних размеров города существовали и минусы — шум, грязь и запах. Едва преодолев незримую черту многотысячного поселения, лишенного благ канализации, Артем наконец осознал что такое запах средневековых городов со страниц древней истории. В этом плане Астар проигрывал Логасу по всем пунктам.

— Спрячь руку, — посоветовал Бакир. — Больных здесь не очень любят.

Пропустив «больных» мимо ушей, Арт низко спустил рукава, пряча подарок старого шамана. На протяжении последнего месяца парень наблюдал за странным образованием, пытаясь разобраться, с чем имеет дело. Во-первых, оно действительно работало — преследователи сбились со следа. Во-вторых, оно имело свойство убивать все живое и расти, но, и это главное, если ни к кому не прикасаться, то зараза понемногу уменьшалась. Опытным путем парень определил: чем больше магии, тем скорее исчезают серые вены. Уже сам факт, что образование постепенно убавляется, безмерно обрадовал Артема.

Астар, помимо вони и грязи, встретил усталых путников многоголосым шумом, блеянием животных и отсутствием какого-либо любопытства со стороны местных жителей. Отдельные прохожие лишь иногда скользили ленивыми взглядами по лицам прибывших. Очевидно, потрепанные путники явление привычное для местных обитателей.

— Оживленно здесь, — заметил Арт.

— Подожди, сейчас выйдем на рыночную площадь, вот где действительно шумно.

— Хорошо знаешь город?

— Неплохо, мы часто здесь бывали, — вспомнив своих цирковых друзей, Бакир немного помрачнел и Артем это заметил. — Не отставай.

До ближайшего постоялого двора дошли молча. По пути Арт увлеченно вертел головой, продолжая изучать чужой мир. Астар удивлял многогранностью жителей: от нищих оборванцев и закованных в кандалы рабов до разодетых успешных торговцев. Последних было не так много, но это лишь окраина города, не самый престижный из районов. Иногда слышались незнакомые наречия, но Арт, благодаря своим способностям, легко разбирал о чем говорят иностранцы: некоторые обсуждали цены и местных шлюх, кое-кто шептал, как лучше провернуть прибыльное дельце, другие жаловались на опасности пути и связанные с этим расходы на охрану. Одним словом, город жил полной жизнью.

Очутившись под крышей недорогой приветливой гостиницы, усталые спутники принялись наслаждаться заслуженным отдыхом. И только на второй день, отмывшись, побрившись, наевшись и нормально выспавшись, они отправились на рынок, дабы подыскать замену изношенной одежде и обуви, а затем обдумать следующий этап своего путешествия.

Незнакомый с обычными порядками в городе Артем не обратил внимания на обилие стражников, но Бакира такая активность насторожила.

— Что-то не так, — заметил воин, отойдя от купца к которому пытался набиться в спутники. — Стражников слишком много и торгаши нервничают. Что-то происходит.

— Что именно?

— Пока не знаю, но это необходимо выяснить.

— А как насчет каравана?

Как и собирались, спутники пытались пристать к какому-нибудь отряду, чтобы спокойно добраться до побережья, но пока дела шли не очень хорошо.

— Этот тоже отказал. Говорю же, купцы чего-то боятся. Видел, как много из них готовится покинуть город. Они что-то чуют и собираются бежать, как крысы с тонущего корабля.

Остаток дня посвятили поискам ответов. Продвигаясь вдоль торговых рядов и слушая чужие разговоры, завязывая непринужденные беседы со странствующими артистами и торговцами, спутники пытались выведать причину странного поведения окружающих. Но внятных ответов отыскать так и не получилось.

Правда, совсем уж бесполезной их прогулку назвать было нельзя. Бакиру наконец удалось договориться с одним купцом и тот принял их в качестве дополнительной охраны. Пронырливый торгаш за это ещё и денег требовал, но Бакир переубедил его, доказав свое мастерство в учебном бою с одним из лучших бойцов охраны каравана. Купец ожидал завершения какого-то дела, потому у спутников был ещё целый день перед отбытием.

— Нужно наведаться в центральную часть города, — предложил воин, не желая сдаваться. — Возможно, там удастся что-то нарыть.

Возле входа в старую часть города их ждал сюрприз в виде усиленного дозора. Среди стражников выделялись несколько безоружных человек. Никем иным кроме магов они быть не могли.

— Стой, — Артем ухватил спутника за рукав. — Там полно магов.

— И что?

— Как что? Они проверяют входящих и смогут почувствовать, что я не совсем обычный, — напряженно прошептал Арт. — Нам нужны неприятности?

Бакир на короткое мгновение задумался.

— Нет, не нужны. Убедил, обойдемся без ответов, — решил он. — Возвращаемся на постоялый двор, нужно кое-что прикупить перед отъездом. Хотя с этим городом явно что-то не так.

И, возможно, на этом бы день и закончился, но случилось кое-что странное. Бакир резко остановился, будто налетел на невидимую стену. Его глаза яростно зашарили по многоликой толпе, а ноздри хищно раздулись. Он словно пытался уловить чей-то запах, уподобившись голодному волку.

— Бакир? Что-то случилось?

Но воин будто не услышал вопрос.

— Бакир? — Артем попытался ухватить соратника за плечо, но тот каким-то неуловимым смазанным движением сбросил руку, парень даже не понял, как это получилось.

Арт попытался заглянуть в лицо напарника и увиденное ему категорически не понравилось. Ироничный и расчетливый воин преобразился в бешеного зверя. Артему стало не по себе, когда он узрел подобную трансформацию.

— Не иди за мной! — глухо прошипел Бакир и в этих словах прорезались нотки родного языка.

От такого голоса пошел мороз по коже.

Не сводя глаз с какой-то видимой только ему цели, воин двинулся вперед, уверенно и жестко расталкивая толпу. Он проникал сквозь столпотворение, словно острый нож сквозь податливую плоть испуганной жертвы.

На миг Артем опешил, но быстро согнал наваждение.

— Ну уж нет!

Редкий запрет мог остановить парня. Приказ Бакира чуть было не стал исключением, но истинная неугомонная натура взяла верх. Жизнь так ничему его и не научила.

Артем не поспевал за напарником, толпа не поддавалась ему. Каждый норовил преградить путь, толкнуть или обругать за настырность.

— Извините, пропустите, — повторял парень, пытаясь отыскать глазами напряженную спину Бакира. — Да где же ты?

Случайно или нет, но воин смог скрыться с глаз навязчивого спутника. Артем отчаянно вертел головой, но никак не мог понять, куда же двинулся Бакир.

— Твою же мать!

Вариантов не было. Он мог пойти куда угодно…

Резкий многоголосый женский крик резанул по ушам.

— Бакир… — пробормотал Арт и, не задумываясь, рванул в сторону источника шума.

Продираясь сквозь уплотнившуюся толпу, парень пытался представить, что его ждет. Но, не смотря на буйное воображение, увиденное смогло поразить. Среди домов метались три размытые тени, круша все на своем пути. Оглушительный лязг стали вторгся в привычный городской гул. На мгновения тени замирали, позволяя рассмотреть силуэты бойцов. Брызги крови, искры и странные, но уже знакомые Арту, багряные вспышки сопровождали смертоносный хоровод. Сложно было разобрать подробности, но Артему привиделось нечто странное в лицах дерущихся.

Одно можно было утверждать наверняка: Бакир влип в серьезные неприятности.

За дикой пляской бойцов наблюдала толпа перепуганных зевак. Женщины подняли визг, кто-то громко звал стражу и это только вопрос времени, когда те появятся здесь. Арт решил, что просто обязан вмешаться.

Кое-как уняв нервную дрожь, парень потянулся к оружию и глубоко вдохнул. В последнее время все легче получалось входить в ускоренное состояние, усиленные тренировки не прошли зря.

Толпа будто застыла, а тени бойцов резко замедлились, позволяя увидеть больше. Дрались не люди. Серая кожа, ярко-красные глаза на фоне черных белков, оскал острых антрацитовых клыков, заостренные уши — все эти дикие детали скользнули по сознанию парня. Состояние повышенной концентрации гасило эмоции и только это позволило продолжить начатое.

Артем молниеносно ринулся к месту схватки, ладонь крепко сжала рукоять меча, острие не дрожит — сказывается практика. Спина врага совсем рядом и нет сомнений в необходимости такой атаки — Бакир выбил ложные понятия об этике поединка. Один удар может решить исход боя…

Но вместо упругой плоти меч рассек лишь воздух, руку повело от сильного удара по клинку — противник смог как-то парировать коварный удар. Артем рефлекторно сформировал защитный купол, что и спасло его от резкой контратаки. Завязался опасный бой с призрачными шансами на успех — противник был быстрее и сильнее. Заблокировав часть ударов собственным клинком, Арт послал в ответ парочку мощных кулаков. Но от первого противник играючи увернулся — заряд обрушил часть хлипкого дома, а второй шар исчез в багряной вспышке, так и не долетев до противника. В красных глазах врага читалось желание поскорее избавиться от назойливой мухи.

Не к месту всплыло воспоминание о битве с альбиносом в Логасе, тогда у Бакира были те же глаза, что и сейчас. В тот миг это показалось игрой уставшего разума, но сейчас все стало на свои места. Бакир — не человек. Это многое объясняло.

Над городом зазвучал тревожный набат. Где-то на задворках сознания парня появилась нелепая мысль о незначительности повода для столь громкой тревоги. Но запал битвы задвинул мысль поглубже.

Свирепый противник атаковал вновь, его движения и техника чем-то напоминали стиль боя Бакира. Впрочем, это не странно, внешний вид говорил о близком родстве между этими тремя. Артем старался парировать удары, а не слепо полагаться на магический барьер. Он видел, с какой эффективностью действуют багряные вспышки, рассекая магические преграды. Весь магический потенциал тратился на атаки. Именно это и помогало сдержать агрессивный напор странного создания.

Увлеченный собственным боем Артем не смотрел на то, что происходит вокруг. Но парень надеялся на Бакира и ждал своего шанса. У него было ещё одно оружие в резерве.

Резкий хрип умирающего человека заставил противника на краткий миг отвести взгляд. Он также ждал, чем закончиться бой за его спиной и Артем воспользовался предоставленной возможностью. Отклонив клинок врага, он ударил левой ладонью в лицо противника. Тот заметил атаку, но среагировал вяло, не ожидая опасности от столь нелепого на первый взгляд выпада. Он не знал, чем обернется для него подобный удар. Не мог знать.

Серая дымка вновь сгустилась вокруг ладони парня и стала видимой. Знакомое чувство зуда поползло вверх по руке. Марево мгновенно перекинулось на противника. Гримаса боли исказила лицо серокожего, его душа отделилась от тела и растворилась в пепельном мареве. Он погиб мгновенно.

Дурманящий откат выбил Артема из ускоренного состояния. Из последних сил он создал щит, понимая, что это не спасет его, если Бакир проиграл. Сейчас он был легкой добычей.

Под тревожный звон колоколов и панические крики толпы, он поднял глаза и поймал пустой взгляд Бакира. Пошатываясь, он стоял над окровавленным телом своего противника. Он победил. Воин зажимал рану на груди и алые капли сочились из-под пальцев. Артем вымученно улыбнулся и опустился на колени, бой вымотал его, а дикий зуд жег кожу ещё больше путая мысли.

В то время вокруг ристалища творилось безобразие, сотни людей с перекошенными от ужаса лицами панически метались, но никто не решался вторгнуться на окровавленный островок спокойствия. Артем не мог понять, что же здесь происходит.

Бакир первым пришел в себя, он принялся обшаривать одежду убитых, собирая их оружие и вещи.

— Вставай! — его резкий крик привел парня в норму. — Пора уходить из города!

Он попытался ухватить парня за куртку, но Арт отмахнулся.

— Нет! Я не понимаю! Что это было? Кто это? — Артем был на взводе. — И кто ты?!

— Сейчас не то место и не то время! — Бакир был зол. — Уходим!

— Почему? И откуда этот звон?!

— Демоны… — голос Бакира совался на шепот, а глаза уставились за спину Арта.

— Что?

Парень обернулся, пытаясь отыскать глазами, что именно шокировало воина. И замер подобно соляному столпу. В небе над Астаром парил черный как ночь дракон. Живое воплощение земных мифов. На миг он замер возле одной из наблюдательных башен и поток изумрудного пламени обрушился на строение.

— Это война, — прокричал Бакир, разворачивая парня лицом к себе. — Колокола оповещают о вторжении! Нужно уходить!

Лицо воина вновь приобрело привычный вид. Красные глаза и черные клыки исчезли.

— Кто ты? — повторил Арт.

— Не время, Артем! — он попытался силой потащить парня прочь из охваченного паникой города, но Арт сопротивлялся.

— Ты — человек?

— Потом, я все расскажу потом. Даю слово! Но сейчас нам нужно уходить, — Бакир скривился. — Прошу, так надо. Я не враг тебе!

Крик дракона резанул по ушам. В небо полетели боевые плетения, но зверь легко уходил от атак. По соседней улице промчался отряд стражи, но они даже не смотрели на место кровавой драки. Очевидно, у них были другие задачи.

— Уходим! — повторил воин и пошатнулся.

Арт рефлекторно подхватил его, к счастью не забыв спрятать левую руку за спину.

— Ты ранен!

— Пустяки, — Бакир побледнел, но отстранился от помощи. — У нас совсем мало времени!

И двое спутников, наплевав на планы, рванули вслед за вереницей беглецов, уходящих на запад. Без провизии, без лошадей, уставшие и окровавленные. Беда застала их врасплох.

Глава 33

Аттиан Кан'Дэлур. Цена выбора

— Ворота закрывают, — прокомментировал Салде, стоя за спиной императора.

— Этого следовало ожидать, — поддержал его кто-то.

Аттиан, в окружении командующих, советников и телохранителей, издали наблюдал за началом битвы. Под сталью ритуального доспеха часто билось горячее сердце, нежданно пробуждая древние воспоминания и мечты. Желание покорять и править, нести свою веру и идею, нападать и побеждать — вот чего на самом деле ему не хватало. Ведь именно война и победы превращают правителя в императора, а страну в империю. Вот он, шанс вернуть то, что украли у Тэнэриса, шанс обелить свое имя перед лицом предков, которые своими великими победами завоевали право носить этот гордый титул.

Первая тысяча вышколенной пехоты, под прикрытием сотни избранных магов неудержимой рекой обрушилась на город, сметая внешние ничтожные рубежи обороны. Их первая цель — ворота. За ними, глубоко в сердце города, дремлет ещё один великий темный алтарь. И лишь освободив его, можно будет говорить о победе.

А в небе над Астаром, сея страх и панику, бесновался дракон. Потоки изумрудного пламени выжигали одинокие смотровые башни. Жалкие попытки поразить великого зверя пропадали зря — простая магия и стрелы не в силах причинить вред тому, кто существует в двух мирах одновременно. Но откуда об этом знать анхорским недоучкам?

Битва только-только начиналась, а город уже превратился в потревоженный муравейник. Страх застил разум простых людей, вынуждая искать спасения внутри городских стен либо далеко за их пределами. Понукаемые животными инстинктами, жители бежали. Многолюдный поток устремился на запад, прочь из города. Им не суждено понять, что смерть простых людей не интересует ни правителя, ни его войско. Ну и пусть, император не собирался никого останавливать. Рано или поздно они вернуться в Астар.

Но далеко не все решились на бегство, даже страх возможной смерти не заставил людей бросить нажитое непосильным трудом имущество. Огромный ком собрался под наспех закрытыми городскими воротами, уповая на милость стражи. Но то, что, по мнению черни, должно было стать спасением, стало их гибелью. Никто не собирался открывать ворота и пускать их внутрь. Обезумев от страха, жители давили друг друга, пытаясь пробить себе путь к спасению. А вчерашние владыки и стражи без зазрения совести взирали на эти жалкие попытки, их больше заботила собственная судьба. Лучники со стены посылали стрелы не разделяя кто свой и кто враг.

— Жалкое зрелище, — пробурчал Салде с презрением в голосе.

Аттиан опять промолчал, хотя и разделял мнение друга. Древним городом правят недостойные трусы. Пришло время это изменить.

Тем временем, одинокие смотровые башни пали окончательно, а последние очаги сопротивления оказались подавлены. Внешний, незащищенный, город быстро отошел на откуп атакующим, чего и следовало ждать. Непомерно разросшийся Астар утратил возможность полноценно оберегать себя.

Такой ход битвы тешил Аттиана, хотя умом он понимал, что нет великой заслуги в подобном результате. Это ещё не победа, а лишь начало битвы. Самое интересное впереди.

На пути армии возвышалась первая стена — главное преимущество обороняющихся, надежное укрытие для лучников и магов. Непреодолимое препятствие для атакующих. Так было всегда, во все века. Но что такое стена для дракона, чья родная стихия небо? Несколько заходов и храбрые лучники, без разбору посылающие стрелы в своих и чужих, горят яркими факелами. А мудрые и умелые маги отдают все силы, только бы удержать защиту и не пополнить ряды сгорающих заживо. Крики умирающих посеяли ещё большую панику среди толпы. Пылающие трупы, яркими звездами падая со стены, зародили в испуганных умах сомнения, а стоит ли топтаться под закрытыми воротами?

— Жители Астара, отойдите от стены, — многократно усиленный заклинанием голос избранного разнесся над городом. — Вас не тронут! Укройтесь в своих домах и ждите.

Страх не позволял черни мыслить здраво, но демонстративно опущенное оружие темного войска и повторяющиеся слова безымянного командира подарили им надежу. И вот несколько человек, испугано втянув голову в плечи, безнаказанно проскользнули мимо воинов. Воодушевленные успехом первопроходцев, за ними последовали другие. Поток окреп, и вскоре под воротами остались лишь растоптанные и сгоревшие тела. Путь был свободен.

— Этот поступок заслуживает отдельной награды, — удовлетворенный подобным исходом, распорядился Аттиан.

Дракон черной молнией вновь пронесся над стеной, заставляя осмелевших защитников забиться обратно в щели. Небольшая кучка избранных магов, воспользовавшись очередным замешательством противника, принялась долбить ворота. Каждый удар заставлял окованные сталью тяжелые дубовые створки трещать и прогибаться. И лишь вложенная в них магия пока сопротивлялась натиску, но надолго её не хватило. Ворота разлетелись мелкими щепками, открывая путь вглубь города.

Радостный вопль тысячи воинов заглушил крики страха и боли. А в небе взревел дракон, словно поддерживая темное войско. Солдаты уверенно двинулись дальше, навстречу настоящей битве.

Но, к удивлению, вместо слаженного сопротивления, армия встретила лишь вялые несогласованные попытки дать отпор. Редкие стихийники и жрецы мало что могли противопоставить четким действиям элитных магов. Пехотинцы Тэнэирса демонстрировали значительно превосходящий уровень мастерства, вынуждая городскую стражу отступать. Дракон без устали поливал огнем врагов, внося значительный вклад в битву и ещё больше облегчая и без того быстрое продвижение войск.

На этот раз большая часть жителей успела попрятаться в своих домах, надеясь избежать опасности. И это к лучшему, чем меньше жертв среди мирного населения, тем легче будет удержать власть в городе.

В общем, все шло удивительно гладко. Казалось, достичь второй стены удастся так же легко, как и преодолеть первую. Но, смотря на все это, в душе Аттиана начали зарождаться здоровые ростки сомнений. Столь многолюдный и богатый город не может так вяло защищаться.

— Выдвигайте резерв, — скомандовал император. — Пусть занимают внешний город, но внутрь пока не суются. Что-то здесь не так.

Было заметно, что Салде собирался высказать противоположную точку зрения, но резкий всплеск чужеродной магии оборвал его. Могущественный поток стихийной и божественной силы обрушился на дракона, вынуждая зверя воспарить высоко в небо. Тело дракона окутала темная дымка защиты, что говорило о многом.

Появившись словно из ниоткуда, в бой вступили отряды жрецов и рыцарей Дасмира — элита ордена ложного бога. Их многочисленность и слаженность действий не укрылись от глаз императора. Рыцарей было слишком много для далекого вольного города. Такие силы собирались в одном месте только для войны, а значит их появление не случайно. Над второй стеной, которая была уже совсем близко, вспыхнул яркий и мощный защитный купол.

Сила встретила силу, навстречу мастерам вышли мастера, зазвенели мечи, а улицы внутреннего города окрасились багрянцем.

— Нас ждали, — сделал вывод Аттиан, смотря на сражение.

— Но как? — удивился Салде.

— Не знаю. Хочется верить, что это всего лишь удачная разведка или маги почувствовали работу портала в Торслосе…

Эти слова правитель произнес в слух, хотя глубоко в душе родились мысли о иных возможных причинах осведомленности противника. Но пока это были лишь призрачные беспочвенные подозрения.

Встретив достойного противника, продвижение темного войска значительно замедлилось. Но все же, армия Тэнэриса смогла дать достойный бой, потому о поражении пока речи не шло.

— Думаю, пришла пора роду Кан'Сарош продемонстрировать свои таланты, — Аттиан обратился к светловолосому представителю славного рода убийц. — Отправьте парочку отрядов, пусть прокрадутся в тыл жрецам. Нужно их ослабить.

Молчаливый альбинос важно кивнул и начал отдавать необходимые распоряжения.

Пока небольшой отряд опытных убийц выдвигался на позиции, к битве неожиданно подключились маги и многочисленная анхорская пехота. Выстроившись на второй городской стене, стихийники наносили точные и смертоносные удары. Благо они не могли развернуться в полную силу боясь задеть союзников и не желая причинять излишний ущерб городу, но все же их действия причиняли значительный вред. Худшее развитие событий сложно было представить.

К счастью, император имел возможность не ограничивать себя в методах.

— Вводите резерв, — приказал он.

Аттиан мысленно связался с драконом, подсказывая тому приоритетную цель. Нужно внести смятение в ряды анхорских магов, отвлечь и запугать их. Подчинившись воле правителя, зверь спикировал на вторую стену, поливая её огнем. Изумрудное пламя, яркими искрами разбилось о защитный купол, не причиняя ущерба, но главная цель была достигнута — потоки атакующих заклинаний иссякли, а маги переключились на поддержание защиты и попытки отбиться от дракона.

Неожиданно, в стройных рядах рыцарей Дасмира возникло странное замешательство.

— Приказ выполнен, — важно обронил советник из рода Кан'Сарош, объясняя присутствующим суть произошедшего.

Застывшие в шатком равновесии чаши весов дрогнули, и темное войско начало теснить противника. На подмогу первой тысяче уже спешили свежие силы, и это позволяло возродиться надежде на скорый успех. Но дальнейшие события поставили под вопрос успешность всего сражения.

Когда дракон опустился низко, собираясь в очередной раз обрушиться на надвратную башню, небо рассекла яркая бледная молния. Зверь только-только раскрыл пасть, но вместо потока изумрудного огня издал душераздирающий вопль. Грациозное тело утратило легкость и великий зверь камнем рухнул на землю, руша богатые дома. Все произошло настолько быстро, что мало кто сумел осмыслить событие. Дракон повержен? Но как анхорские маги смогли достичь подобного результата? Южное светило палило нещадно, но по телу Аттиана прокатилась волна озноба.

Примененное заклинание оставило удивительно знакомые следы, так непохожие на все остальные типы энергии, и столь редкие, что впору было задуматься о правильности сделанных выводов. Древняя магия почти забытого бога, единственная, что могла нанести реальный вред призванному дракону и изгнать его из Солара обратно в глубины Тьмы — магия ашуров.

Вторая вспышка подтвердила всю реальность последних мгновений. Анхорские маги, при помощи старинной магии, пытались уничтожить главный козырь темного войска, неся нешуточную угрозу планам императора. Дракон был слишком важен для него и достался слишком большой ценой, чтобы его потерять.

— Все на защиту дракона! — заорал Аттиан, активировав заклинание связи, отчего его прямую команду услышали все. — Всем магам, построить защитный купол против ашурской магии! Спасайте дракона!

Императору пришлось выбирать: спасение зверя или дальнейшее продвижение армии. В эти мгновения у него был шанс прижать противника и захватить вторые ворота, обеспечив себе путь внутрь города. Но тогда беззащитный раненый дракон будет уничтожен. И Аттиан сделал выбор.

Избранные маги, моментально подчинились приказу и создали барьер вокруг зверя, защитив его от очередной атаки, которая могла стать последней для дракона.

Но, лишившись магической поддержки, атака армии Тэнэриса захлебнулась и войска противника смогли организовано отойти к воротам, перекрыв доступ внутрь городских стен. Храм Тьмы остался под контролем анхорцев и, несмотря на великолепные действия магов и солдат, битва оказалась проиграна.

Улыбка исчезла с лица Аттиана. Он осмысливал принятое решение и пока не мог оценить его последствия. Возможно, он поступил верно, а может быть потерял единственный шанс на победу. Как бы то ни было, сделанного не вернуть.

— Оцените потери и приготовитесь к осаде, — сипло отдал распоряжение правитель. — Мы обязаны взять это город.

Командующие принялись отдавать соответствующие приказы, а советники решили сохранять молчание.

— Меня предали… — одними губами прошептал правитель, ни к кому не обращаясь.

Этот вывод напрашивался сам собой.

Дополнения

Божества Солара

Тьма — одно из старейших божеств Солара. Поклоняются Тьме в основном жители Тэнэриса (юг материка), кроме этого редкие очаги приверженцев культа можно найти на территории бывших имперских колоний. На момент повествование, влияние в мире низкое из-за малой популярности самой империи Тэнэрис. Известность искусственно снижена приверженцами других религий и магами Анхора. Хотя история помнит периоды огромного влияния и распространения этого культа. Дарит истинным последователям невиданное долголетие, магическую силу и повышает физические возможности. Остальные верующие получают значительно меньше.

Аскарот, или как его называют приверженцы культа — «Указующий путь» — верование распространено в стране Ра'аммос, иногда встречается среди степных кочевых племен и, в очень редких случаях, среди Вольных городов. Распространение ограничено из-за высокого влияния церкви Дасмира — извечного соперника Аскарота. Аскарот щедро одаривает силой своих жрецов.

Дасмир — имя среди верующих «Бог света». Верование распространено среди жителей центральных стран материка: Валия, Кронсаль и Роншольд, а также часто встречается на территории вольных городов и городов Анхора. Известность вероисповедания очень высока благодаря активным действиям церкви. Жрецы и ярые верующие получают в дар от божества магическую силу.

Отур — бог-воин, покровитель северных племен. Влияние в мире не высокое из-за низкой грамотности и цивилизованности основной массы верующих. Дарит избранным последователям физическую силу и мощь, классические магические дары не встречаются.

Безымянный — молодой бог мира, известность и влияние очень низкое, возможности не изучены.

Спящий бог — древнейшее божество Солара. Его часто связывают с Ашурской цивилизацией. Согласно теорий, вероисповедание предано сильным гонениям со стороны Тэнэриса ещё на заре истории империи. Влияния в мире практически нет, последние поклонники скрываются и ждут возвращения своего бога. Магических даров у приверженцев нет, но древние ашурские накопители ещё хранят силу этого божества. Ашурские артефакты работают исключительно на данном типе энергии.

Примечания

1

Избранные — самоназвание Великих родов империи Тэнэрис, все представители которых являются магами высоких уровней и очень долго живут (от 500 до 1000 лет зависимо от уровня магической силы). Перед именем рода используется приставка «Кан».

Кан'нор — вежливое обращение к мужчинам Великих родов.

2

Аркан — общепринятое название заклинаний ритуальной магии.

3

Говорящий с Тьмой — титул верховного жреца и главного советника императора Тэнэриса.

4

Дактыль — мера длины, принятая на землях империи Тэнэрис, около 2 см.

5

Пирр — маг-оператор, отвечающий за накопление, преобразование, дозировку и передачу энергии во время проведения магических ритуалов.

6

Приближенные — самоназвание аристократии Тэнэриса, стоящей по рангу ниже Великих родов. Возведение рода в статус приближенного осуществляется решением императора за определенные заслуги.

7

Танец теней — боевая система Великих родов Тэнэриса, основана на одновременном использовании магии, рукопашного боя и двух легких клинков. Основная особенность — высокая скорость и подвижность бойца. Очень сложна в изучении, но чрезвычайно эффективна.

8

Плетение — общепринятое название заклинаний всех типов.

9

Руны — сложные плетение из сверхтонких энергетических потоков. Способ создания утерян. Точное количество изученных рун неизвестно. Способ изучения — копирования с носителей (секрет создания носителей утерян).

10

Отур — бог-воин, покровитель северян.

11

Приор — должность в армии Тэнэриса. Аналог десятника, но с дополнительно усиленной магической специализацией.

12

Кан'нис — вежливое обращение к женщинам Великих родов.

13

Пасс — мера длины, принятая на землях империи Тэнэрис, около 1,5 метра.

Content

Птицын Аркадий
ХРОНИКИ СОЛАРА. ЧУЖИЕ ИГРЫ

Глава 1 Аттиан Кан'Дэлур. Печать Призыва

Глава 2 Артём Соколов. Чёрное солнце

Глава 3 Безымянный. Высшие силы

Глава 4 Тавис, сын Сахи. Добрый знак

Глава 5 Артём Соколов. Чужие земли

Глава 6 Аттиан Кан'Дэлур. Слово императора

Глава 7 Артём Соколов. Неожиданная встреча

Глава 8 Артём Соколов. Песнь духов

Глава 9 Безымянный. Линии судьбы

Глава 10 Артем Соколов. Изгнание

Глава 11 Артём Соколов. Большая дорога

Глава 12 Тавис, сын Сахи. Одержимость

Глава 13 Артём Соколов. Первые ответы

Глава 14 Артём Соколов. Вольный город

Глава 15 Аттиан Кан'Дэлур. Наследие предков

Глава 16 Артём Соколов. Счастливые дни

Глава 17 Лилиан Кан'Эфлор. Маски прочь

Глава 18 Артём Соколов. Город в огне

Глава 19 Аттиан Кан'Дэлур. След беглеца

Глава 20 Артём Соколов. Меч в руке

Глава 21 Тавис, сын Сахи. Воля хозяина

Глава 22 Безымянный. Первая боль

Глава 23 Артём Соколов. Плохое место

Глава 24 Артём Соколов. Старый знакомый

Глава 25 Бакир. Забытые навыки

Глава 26 Артём Соколов. Иная реальность

Глава 27 Артём Соколов. Пепельные земли

Глава 28 Лилиан Кан'Эфлор. Чужая смерть

Глава 29 Артём Соколов. Сомнительные дары

Глава 30 Аттиан Кан'Дэлур. Бравая поступь

Глава 31 Неизвестные. Тень предательства

Глава 32 Артём Соколов. Глаз бури

Глава 33 Аттиан Кан'Дэлур. Цена выбора

Дополнения

Примечания