Поднебесье гномов

Владимир Сергеевич Юстус

© Владимир Сергеевич Юстус, 2015

© Вера Филатова, дизайн обложки, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Пролог

В древние времена, когда волшебство было так же привычно, как рассвет ранним утром и закат поздним вечером, на небесах жили гномы, которые дни и ночи напролет работали над созданием различных магических предметов. До одного рокового момента, изменившего всю историю этой внеземной расы…

Глава 1

Шла дождливая ночь, на улице было пасмурно и сыро, небо было затянуто черным смогом. И лишь одна живая душа гуляла по улицам призрачного города, заглядывая в разбитые окна. Это был одинокий гном, который искал своей смерти, надеясь на встречу с голодными призраками Азарека, Азарек был темным городом призраков, охранявший единственный земной вход в небесное царство гномов.

Он шел, оставляя позади себя шаги громких кованых сапог, по темным переулкам призрачного города, и лишь ветер сопровождал его путь. Мысли его были туманны как ночное небо, а взгляд смотрел куда-то вдаль, еле различая силуэты далеких домов. Шаг за шагом, поворот за поворотом шел он вдоль своего отражения, которое угрожающе смотрело на него из разбитых стекол.

И тут протрубил боевой рог некромантов, собирая всех призраков на защиту портала, служащего единственным земным входом для живых душ в небесное царство гномов.

Одновременно с этим со стороны востока на город призраков начала свое наступление вооруженная армия бунтарей, которая хотела восстановить мир на земле, некогда нарушенный гномьим королем. Возглавляла армию дочь предводителя варварских племен по имени Лия, которая пришла отомстить за смерть своего отца, погибшего во время схваток с ордами нечисти. С самого детства она училась ремеслу войны среди варварских людских племен, занимающих половину востока. Люди были коварны и мстительны по своей природе. Они питались мясом убитых животных, орудия их были грубы, а одеяния сотканы из шкур того, за кем они охотились в постоянной борьбе за выживание, которая длилась уже двести лет с наступлением темной эпохи.

Эпоха эта вела свой отсчет с тех самых пор, когда гномы возгордились своей способностью создавать необычные предметы и наделять их волшебством. Гномий народ решил захватить власть над остальными земными расами, построив небесный город. Они заключили союз с некромантами в взамен на то что некроманты получат артефакты для открытия врат в потусторонний мир, который охранялся тремя великанами далеко в западных горах старого мира.

– Стойте! прокричала Лия, властным жестом останавливая за своей спиной армию уже почуявших приближающуюся битву варваров. Вдохнув полной грудью холодный воздух, она громко произнесла: – Сегодня мы пришли для того, чтобы отомстить за смерть нашего племени. Варвары, поднимите же свое оружие вверх и пригласите саму смерть на бал! Ради свободы!

И поднимая в воздух два огромных тесака, она побежала в сторону призрачного города, разрубая напополам головы зомби, которые шли отовсюду, злобно воя и волоча за собой оружие. Выпуская из вечной тюрьмы мертвой плоти души умерших людей, Лия отчаянно прорубала дорогу к Азареку. Тут и там падали люди, сразу же воскресая на стороне зла, призраки с жутким воем ревели, разрывая варваров на куски. Пожелтевшие от времени скелеты начали вылезать из-под промерзлой земли: они хватали все живое и скрежетали гнилыми зубами. Скелеты цеплялись за одежду, рвали живую плоть своими костлявыми пальцами и тут же рассыпались в прах, сраженные остро наточенными клинками вооруженных бунтарей. Тут и там был слышен лязг мечей, сопровождаемый яростными криками разъяренных людских племен.

Некроманты в спешке собрались в круг, рисуя в его центре пиктограмму в форме дьявольской звезды и торопливо произнося заклинания. Они призвали большого рогатого демона который изрыгая огонь и пробивая себе путь, ревел как бешеный бык, разбрасывал вокруг себя бунтарей и нанизывал их на свои острые рога, пока не сбил с ног Лию. В голове зашумело от звонкого удара о землю, руки и ноги были парализованы мертвой хваткой жуткого монстра, и после чего она услышала, как лязгнул металл закрывающихся кандалов у себя за спиной.

* * *

Шорох крадущейся мыши разбудил Лию в старой сырой камере, некогда служившей для городских преступников – в те времена, когда нечисть существовала лишь в страшных легендах. На полу рядом с ней лежал бородатый, закованный в кандалы гном, который только начинал приходить в сознание, тихо бубня себе под нос что-то несвязное.

– Ад опустится на землю, вы все погибнете, безумцы… одумайтесь пока еще не поздно… – бормотал гном, ворочаясь из стороны в сторону и сопровождая свои слова стонами мучительной боли. Тусклый лунный свет освящал его, и Лия, взглянув на заросшее лицо, с презрением отсела подальше, подумав про себя: «Раса трусов и предателей!»

В этот момент гном резко поднялся с пола и, взглянув прямо в глаза варвару, словно бы услышав ее мысли, произнес:

– Пройдет еще немного времени, и Ад опустится на землю, некроманты получат свои артефакты и освободят древнее зло, которое таится в западных горах старого мира!

Сказав это, гном начал рыться в своей густой бороде. Нащупав там маленькую отмычку, он медленно двинулся в сторону Лии, которая так же как и он была закована в кандалы, и со словами.

– Прошлой ночью я искал смерти, думая что все кончено, но теперь я вижу, что появилась надежда, – он начал сосредоточенно ковыряться в замке тяжелых кандалов. Через некоторое время гномья отмычка с жалобным скрипом провернулась, и кандалы со звоном упали на пол. Освободившись от оков, Лия с гневным видом подняла бородача высоко в воздух.

– Я лишь пытаюсь помочь… – болтая маленькими ногами жалобно произнес гном, всеми силами пытаясь освободиться от стальной хватки девушки-варвара.

– Помочь?! – с еще более гневным видом переспросила его Лия. – Уже двести лет гномы помогают некромантам захватить власть во всем мире и после этого ты, гном, говоришь, что хочешь помочь?!

Последние слова Лия выкрикнула, отчаянно нападая на своего сокамерника с кулаками. Гном, пытаясь уклониться от гнева человека, начал кричать в свое оправдание:

– Да, гномий король обезумел и решил захватить власть во всем мире! Еще немного, и будут выкованы три ключа, ведущие в потусторонний мир, и когда они будут переданы некромантам, то нечисть будет повсюду! Земля превратится в Ад, а мы все – в вечных рабов! Гномы будут работать над созданием еще более мощных по силе предметов, и когда-нибудь сила нечисти станет настолько безграничной, что уже ничто не сможет противостоять ей.

– И почему же ты тут, гном, закованный в кандалы? – спросила Лия, прекратив на время атаку и настороженно обходя камеру.

– Среди своего народа я славился ловкостью рук, разбоями и кражами, за что был пойман и изгнан из Небесного Города с позором. Стражи Небесного Города оставили меня в Азареке среди пустых домов. Это была верная погибель, но, напав на город, вы спасли мне жизнь. Я – последний из клана Ловких Псов, кто остался в живых. Остальные служители клана после того как были пойманы, не проживали и получаса. Все они были разорваны на куски голодными призраками, после того как их бросали помирать в призрачном городе. Наш клан не такой древний, как остальные гномьи кланы, но мы – единственные немногие, кто понимал, к чему приведет союз с некромантами. Стражи искали нас и днем и ночью, но мы скрывались, маскируясь под видом простых рабочих и тренируясь в тайных подвалах искусствам маскировки, воровства и грабежей по ночам. Мы – единственный клан, который противостоял союзу нечисти с гномьим королем. Похищая секретные ингредиенты из лабораторий и подделывая их под настоящие, мы оттягивали сроки изготовления артефактов на протяжении десятков лет. Но небесная стража разыскала нас по приказу короля, как самых опасных преступников королевства гномов, и мы, по очереди пойманные, с позором были брошены в призрачном городе на верную смерть. Я – последний, кто остался в живых, благодаря вам, варвары. – изрек гном, уходя в темный угол и задумчиво глядя куда-то в пустоту.

Нависло напряженное молчание, которое нарушил жуткий смех, сопровождаемый тихими шагами. Перед гномом и Лией возник призрак старца, пронзающий взгляд старца смотрел на пленников сквозь пелену окутавшего его тумана. Лия с криком набросилась на призрака, но тот, лишь еще больше рассмеявшись, исчез, вновь появляясь уже за спиной у девушки.

– Вы думаете, что сможете победить некромантов? – с издевкой в голосе произнес призрак.

– Кто ты такой? – спросила Лия старца, пока тот ходил кругами, с интересом рассматривая ее с ног до головы.

– Нет, кто такие вы? – переспросил их старец с любопытством.

– Я Гимлин, вор из клана Ловких Псов. Мой отец умер в призрачном городе, после того как был пойман за воровство артефактов из кузни небесного города.

– А я Лия, дочь варварского короля, которая пришла отомстить за смерть своего отца и разорение наших земель призраками Азарека.

– А кто такой ты? – спросил Гимлин, недоверчиво щурясь.

– Я старый маг, некогда живший в Азареке, – ответил призрак. – Когда нечисть напала на наш процветающий город и начала разорять его, я, используя магию, бежал из города за помощью. Но адские псы догнали меня и повалили на землю. Первый раз в жизни столкнувшись с такими жуткими тварями, я начал использовать все умения для защиты себя от псов, но их было гораздо больше, и я создал вокруг себя магический щит, который падает только после того, как с обратной стороны в него войдет другой живой человек. Нечисть и демоны мне стали не страшны и, наблюдая за падением города, я, в надежде на помощь, просидел в щите долгие месяцы, пока не помер от голода. Мой дух не смог покинуть этот мир, а тело лежит, закованное древней магией, не в силах истлеть. Я застрял между мирами живых и мертвых. Теперь лишь только живые смогут помочь моему истерзанному болью духу избавиться от тюрьмы мертвой плоти. Освободив и похоронив мое тело…

Глава 2

Где-то в лесах Зеленой долины шумели высокие кроны деревьев, бросая вниз лепестки опавшей листвы. Друиды варили целебные снадобья, лесные эльфы играли с животными, а высокие живые деревья, называемые энтами, гуляли в густой чаще, ухаживая за обитателями Зеленого леса. Среди лесных жителей долины гулял эльф-полукровка, имя которому было Миримон, что на языке эльфов означает «свободный». Он бродил в одиночестве, раздумывая над предназначением, которое было дано ему судьбой. Мать Миримона была простым человеком, а отец – эльфом, о котором она ничего не помнила, кроме того, что тот убежал в лес, зачав его при лунном свете в день новолуния.

Шумел текущий мимо ручей и казалось, ничто не может нарушить умиротворения живой природы… Ничто, кроме лесной стражи, которая привела на эльфийский суд ободранного и израненного человека. Окружив его на небольшой поляне, жители зеленого леса начали свой допрос:

– Кто ты такой? – спросил старший эльф.

– Я варвар, из племени людских племен, живущих на востоке отсюда. Мое имя Гергиос, что означает «земледелец». Всю свою жизнь я возделывал землю и работал в поле с раннего утра до поздней ночи, пока не пришла нечисть и не разрушила мою деревню.

– А что ты делаешь в Зеленом лесу, варвар? Разве ты не знаешь, что людям запрещено пересекать границы наших владений с тех времен, как вы начали здесь охоту, разрушая и уничтожая живую природу?

– Знаю, – ответил варвар с грустью в голосе.

– Надо было пустить в него стрелу сразу, как только мы увидели его на границе! – крикнул кто-то из толпы.

– Тихо! – скомандовал старший эльф. – Сейчас не те времена, когда вражда – лучший способ решения проблем. Миримон! Подойди ко мне! – позвал он полукровку, который наблюдал за происходящим в некотором отдалении от общей толпы. – Ты должен отвести его назад на восток и помочь ему отыскать людское племя.

– Слушаюсь! – ответил Миримон, выступая вперед.

– А тебе, человек, советую держаться подальше от наших владений! – проговорил старший эльф, скрываясь в чаще Зеленого леса.

Полукровка помог человеку подняться на ноги, и в напряженном молчании они пошли вдоль лесной дороги на восток.

Путь эльфа-полукровки и варвара пролегал через старое болото. Моросил слабый дождь, сопровождаемый раскатами грома, густая трава роняла на ботинки капли утренней росы, а на горизонте были видны очертания пышных крон деревьев. Двухметровый варвар значительно превосходил в силе щуплого, но также высокого эльфа, зато явно уступал тому в ловкости. Молча переглядываясь, спутники двигались по тропе до тех пор, пока не вышли на окруженную высокими соснами лесную поляну. В центре поляны стояла ветхая хижина, из трубы которой тугими кольцами шел дым. Внезапно этот дым начал заполнять пространство вокруг, окутывая путников своими клубами.

Ноги Миримона перестали слушаться, и он повалился на землю. Следовавший за полукровкой варвар с воинственным выражением на лице попытался подбежать к постройке, но так же как и его спутник, упал, поваленный рванувшимся навстречу черным гоблином.

– Я тебя пристрелю! – жуя слова попытался крикнуть эльф. Не в силах подняться с земли, он изловчился и доставал свой лук, натягивая на нем тетиву. В это самое время слабость в руках взяла над ним верх, заставив отбросить свое намерение.

– Ах-ха-ха-ха! – в голос рассмеялся гоблин, потирая руки. – Вы действительно думаете, что сможете сопротивляться моим чарам? Уже двести лет я скрываю свою хижину от рук эльфов-охотников, которые ненавидят гоблинов, орков и всех жителей каменной пустоши. Советую вам отложить свое оружие в сторону и послушать меня. Я, некогда великий шаман, собирал необходимые травы в Зеленом лесу и лечил свой народ от различных недугов, пока орки, гоблины, горные тролли и остальные обделенные умом народы не перешли на сторону нечисти. Теперь я живу тут и служу своим духам, общаясь с миром мертвых, которым не нравится вмешательство некромантов в их прекрасный мир. Когда орки перешли на сторону нечисти, я, собрав ритуальные вещи, убежал в Зеленый лес, чтобы молиться там своим духам за наш обделенный народ. За народ, который слепо перешел на сторону нежити, избрав тем самым гибельный для себя путь. Так что если бы я и хотел вас убить, то легко бы сделал это! Но мне было видение, что ко мне придут два путника, которым я должен буду отдать свои самые драгоценные вещи.

– И какие же это вещи? – спросил эльф, все еще лежа на траве и находясь под чарами старого гоблина.

– Двуручная секира нашего старого правителя Крушибошки и золотой лук, выкованный гномами в знак дружбы между ними и орками. Эти вещи обладают невероятной мощью, а их обладатели становятся почти непобедимыми в бою.

– А зачем это нужно тебе, отдавать нам такое мощное оружие? – спросил Гергиос с недоверием в голосе.

– Да, варвар, твое недоверие можно понять. Мы – самые сильные и могущественные существа в старом мире. С вами мы всегда были конкурентами и противниками, но теперь общая беда заставляет забыть прошлые обиды. Сейчас варвары и эльфы – последние, кто сможет противостоять некромантам. Есть, конечно, еще раса рыболюдей Мурлоков, которая тоже могла бы стать нашим союзником, но, расселившись по всему миру, они заняли позиции нейтралитета, во всех сражениях преследуя лишь свои цели. Убегая, я украл реликвии, как последнюю память о былых днях и теперь хочу даровать это оружие вам.

– Может, все-таки отпустишь нас, раз ты такой добрый, – с недовольством произнес Миримон.

– Да, конечно, – ответил ему гоблин. Он хлопнул в ладоши, и дым сразу же перестал обволакивать путников, направив свои клубы в небо.

Вновь почувствовав в себе силы и встав на ноги, эльф и человек подошли к гоблину, который по росту не доходил им обоим выше колена.

– Ну давай свое оружие, коль обещал, – произнес варвар, глядя сверху вниз, на что гоблин резко развернулся, направляясь в хижину. Прошло немного времени, прежде чем он появился вновь, вытаскивая из своего жилища обещанные реликвии.

– Как бы тяжело ни было, помните о том, что только вы способны спасти этот мир, – произнес он с грустью в голосе, передавая в руки путников огромную секиру и золотой лук, который святился слабым светом, бликуя на солнце.

– Идите на север, и там вы найдете гору Эльгор. Может быть, старый титан Харис поможет вам.

– Но последний, кто был у этой горы – это наш король Ходвиг. И было это тридцать лет назад! Кто знает, что за твари обитают там теперь.

– Это лучше, чем оставить все как есть, отдавая наш мир на растерзание демонам, – ответил гоблин, с гордо поднятой головой уходя в свою хижину.

Дым, направленный в небо, вновь полетел к земле, полностью затягивая собой ветхую постройку. Медленно растворяясь, она сгинула в пустоте, как будто ее никогда и не было. На месте, где еще секунду назад находилась избушка, теперь была лишь сочная зеленая трава с дикими лесными цветами.

– Эй, гоблин! – начал кричать на весь лес варвар, глядя, как житель каменной пустоши вместе со своим домом исчезают прямо у них на глазах. Но, услышав в ответ лишь пение птиц, он понял, что это была их первая и последняя встреча с этим мистическим шаманом.

– Мне уже многое пришлось повидать за свою короткую жизнь, – сказал полукровка варвару, успокаивая его.

– Да что ты понимаешь про многое, эльф! Я потерял свою семью, свое племя, а ты пытаешься успокоить меня! Возможно, этот шаман был моим последним шансом найти ответы на свои вопросы!

– Я понимаю тебя, Гергиос, – произнес эльф с грустью в голосе. – Мой отец был эльфом, а мать – человеком. Она воспитывала меня в лесной чаще долгие годы, пока нас не нашли стражи Зеленого леса, отобрав меня у матери. Я попал в эльфийскую общину, а мать выгнали из Зеленого леса в восточные земли, назвав ее распутной девкой за то, что она любила гулять по лесу, ночами соблазняя одиноких эльфов. До тех пор, пока не появился я… У каждого эльфа есть цель его нахождения тут, на Земле. Раньше они помогали людям, заблудившимся в лесу – до того момента, как наступила темная эпоха и одичавшие варвары не начали охоту на живых существ в лесной чаще. После этого эльфы запретили людям заходить в Зеленый лес под страхом смерти. У них осталась одна цель – забота о лесе и его волшебных обитателях. Каждый эльф имеет обязательство перед духами леса, а мое нахождение в их общине бесцельно: стражи подобрали меня из жалости, чтобы я не погиб от лап диких зверей. И теперь я тут, с тобой, Гергиос, иду спасать этот мир от демонов.

– Ты сильно много берешь на себя, Миримон. Мы всего лишь два путника, идущие искать мой дом.

– Да, но где твой дом? Он разрушен! Посмотри вокруг – может быть мы и не в силах спасти старый мир, но давай хотя бы попробуем сделать что-то для восстановления порядка на наших землях!

На небо опустились сумерки, и первые звезды загорелись, освещая своим чистым светом все вокруг. Каждый шорох был слышен эльфу: пение ночных сов, хлопанье крыльев перелетающих с ветки на ветку птиц, а также непонятное бормотание, сопровождаемое шагами и скрипом крутящихся колес вдалеке перед ними.

– Гергиос! Я чую зло впереди – до моего слуха доносится речь черных орков! – переходя на шепот, произнес эльф, натягивая тетиву на своем золотом луке. – Маленький отряд: наверное, три орка и тролль, – задумчиво закатив глаза, произнес эльф.

Действительно, слух у Миримона как у эльфа-полукровки был настолько хорош, что он мог определять врага на расстоянии, ориентируясь только на него. Однако в этот раз он распознал противника слишком поздно.

Практически в то же самое мгновение путники лицом к лицу столкнулись с орками. Минута молчания повисла в воздухе – перед тем как, обнажив свои устрашающие топоры, почувствовавшие близость добычи твари бросились на варвара. Обороняясь своей огромной секирой, тот сразу же насмерть уложил двоих из них, третий начал отступать, видя мощь оружия в варварских руках, но выпущенная Миримоном стрела настигла его и поразила прямо в сердце. Падая, орк обронил деревянный футляр.

В этот же момент огромный тролль выбежал из леса, злобно рыча и ломая своим телом деревья, но стрела эльфа вонзилась ему точно в глаз, наполовину ослепляя его. Разозлившийся тролль начал яростно топтать землю, пытаясь раздавить казавшихся ему крошечными врагов.

– Беги! – крикнул эльф варвару, пуская в него стрелы и отвлекая тем самым внимание тролля на себя.

С сомнением взглянув на слабые попытки Миримона сдержать гнев громилы, варвар все же бросился прочь, неуклюже ломая за собой ветки. Он бежал, пока не закончился Зеленый лес. За спиной его раздавались тяжелые шаги тролля, сопровождаемые треском падающих деревьев. Оглянувшись, Гергиос увидел, как ловко эльфийское тело уклоняется от неуклюжих ударов великана.

– Ррррр! – зарычал свирепый тролль, видя, как добыча ускользает у него прямо из под ног.

Варвар собрался с силами и бежал до тех пор, пока не споткнулся о маленький камень. Покатившись кубарем по склону, он увидел внизу женщину, которая сосредоточенно копала землю рядом с трупом мужчины.

– Некроманты!!! – закричал Гергиос, хватаясь за свою секиру.

Почувствовав сильный толчок со спины, он грузно повалился в уже практически вырытую яму. Следом за ним прыгнула женщина с тесаком наперевес. За ней последовал маленький бородатый гном, который сразу же прикрыл своей ладошкой рот Гергиосу, жестом заставив его замолчать.

– Если тролль нас заметит, то мы все станем ужином для него, – шепотом произнес гном испуганному варвару.

Обливаясь потом и с опаской глядя на гнома, Гергиос пытался успокоить свое сердце, колотившееся с силой боевого барабана в такт тяжелым, доносящимся снаружи шагам.

– Где вы?! – раздувая ноздри, рычащим хриплым голосом завопил тролль, заглядывая единственным оставшимся глазом в маленькую яму. – Ва-а-а-а!!! – проревел он яростно, когда в его глаз вонзился со всего маху запущенный варваром тесак. – Ваааарррр! – корчась от боли и вырывая тесак из своего глаза ревел тролль, преисполняясь еще большей злобы. – Я убью вас всех!!!

Держась своей огромной рукой за второй глаз, лишенный зрения тролль начал со злостью топтать землю. Воспользовавшись ситуацией, изворотливый гном набросился сзади на серого тролля, с силой метнув в его голень свой боевой топор. Оружие вонзилось в ногу великана с глухим хлопком, и потерявший равновесие тролль повалился на землю, с грохотом сотрясая ее. В этот же момент эльфийские стрелы градом посыпались на великана, пробивая своими остриями толстую кожу. Это был Миримон, который прибежал на помощь Гергиосу. Спрятавшись от погони, он вернулся в Зеленый лес, чтобы отыскать деревянный футляр, который обронил поверженный им черный орк при падении, теперь же он вернулся к битве.

– Гном!? – эльф с удивлением посмотрел на незнакомца, натягивая тетиву и целясь в бородача.

– Не надо! – Гергиос положил руку на эльфийский лук, отводя его в сторону.

– Это же гном из расы предателей! – воскликнул Миримон, все еще с трудом веря своим глазам.

– Да, из расы предателей, но не все же гномы заодно со своим королем! – ответил ему незнакомец, протягивая руку в знак примирения.

– Ну смотри, гном, только попробуй предать нас, и ты познаешь всю остроту эльфийских стрел на своей шкуре! – произнес эльф задумчиво, пожимая гному руку.

– Пойдем, пора упокоить душу нашего друга, – произнесла женщина, беспардонно дернув гнома за руку, и тот безропотно пошел за ней вслед. Дойдя до места, где до этого они прятались от серого тролля, гном осторожно поднял иссохший труп мужчины и, скинув его в яму, начал закапывать могилу.

– Я Гергиос из племени варваров с восточных земель, – попытался представиться человек, с интересом наблюдавший вместе со своим спутником-полукровкой за похоронной процессией.

– Нету больше твоего дома, – отрезала женщина, не дав ему договорить и стаскивая капюшон со своего лица.

Короткие черные волосы блеснули под светом полной луны. Уверенный воинственный взгляд показался знакомым Гергиосу, но, все еще не веря своему счастью, со звуком встрепенувшегося радостно сердца, он спросил:

– Лия?! Дочь варварского короля Ходвига?

– Да, это я, – ответила женщина, показывая в доказательство костяной перстень на своем указательном пальце.

Каждый варвар знал: этот перстень даровали людям титаны в знак того, что те почитали их как богов. Среди варваров ходили легенды, что титанов создали боги, а людей сотворили титаны из своей плоти, даровав им жизнь. Боги, считая, что все должны поклоняться только им, приказали уничтожить всех людей за то, что они начали поклоняться титанам как своим создателям. Но титаны ослушались богов и, покинув небо, даровали людям костяной перстень – символ того, что отныне люди свободны, и только смерть имеет над ними власть. В отместку за это боги уничтожили всех титанов, оставив лишь одного из них – Хариса. Они приковали его к огромной северной скале в назидание тем, кто рискнет ослушаться их божьей воли. А костяной перстень передавался годами от лидера к лидеру, как символ свободы всего человечества.

– Не может быть! – со вздохом радости произнес Гергиос, трепетно уставившись на перстень и торопливо преклоняя колено.

– Может, – ответила ему Лия, поднимая варвара на ноги. – Встань, теперь мы все равны. Наш дом разрушен нечистью, а те немногие, кто остался, вынуждены бродить по миру, с трудом выживая в нелегких условиях нового времени.

– Нам нужно закончить с нашим другом, – влез в их диалог гном, который как раз заканчивал закапывать яму. Он достал из бумажного свертка магический посох и, положив его на могилу, прощальным жестом снял со своей седой лохматой головы стальной шлем.

– Мы не знали его при жизни, но он помог нам выбраться из Азарека уже будучи призраком, – нарушив молчание, произнесла Лия.

– Из Азарека? – не веря своим эльфийским ушам переспросил Миримон.

– Да. Собрав армию из тех, кто еще остался в живых, мы решили нанести ответный удар и под покровом луны напали на призрачный город. Шла неравная битва между живыми и мертвыми. И когда призрачный город почти пал, некроманты в спешке призвали огромного демона, который, уничтожив всю нашу армию, заточил меня в темницу. Там я и познакомилась с Гимлином.

– Нас хотели принести в жертву, – добавил маленький бородач, – чтобы потом призвать еще более сильных демонов для похода на запад. Магическая кровь гнома в сочетании с варварской превзошла бы все ожидания, но нас спас призрак мага. Материализовавшись из воздуха, он показал нам тайные ходы, которые знал еще при жизни. Взамен на это он попросил лишь похоронить его мертвое тело, которое уже двести лет было заковано древней магией, не имея возможности истлеть…

Глава 3

Сделав запасы еды в Зеленом лесу, новые знакомые вчетвером отправились на север. Долго двигались они через непроходимые болота и зыбучие пески, пока не набрели на странное поселение, которое стояло на самом краю замерзшей реки. Деревушка эта была небольшой, а все дома в ней были сделаны из ракушек и морских водорослей. Вдоль жилых построек угрожающе расстилались высеченные из кусочков льда сверкающие бойницы. Они скрывали десятки рыбьих глаз, которые насторожено смотрели на путников из ледяной темноты, готовясь к разрушительной атаке.

– Мурлоки, сыны голубых морей и быстрых ручьев. Мы, люди, мало знаем об этой расе, кроме того, что они живут в воде, питаясь морскими водорослями, – произнесла Лия, поднимая правую руку вверх, в знак того, что они пришли с миром.

Ворота ледяной деревушки медленно открылись, и навстречу им вышел старейшина клана.

– Ледяной клык приветствовать вас, добрые путники! – он остановился недалеко от них, окруженный толпой амфибий, которые были вооружены самодельными копьями.

– Что заставлять приходить вас в столь далекий место? – спросил он у Лии, внимательно осматривая ее с ног до головы и опираясь на золотой трезубец, который держал своим плавником.

Мурлоки были немногим ниже людей, но выше даже самых высоких гномов, а вся их сила заключалась в том, что они нападали толпой, окружая и забивая врага до смерти.

– Мы идем на север, к снежной скале под названием Эльгор, – ответила Лия, присматриваясь к сиянию, которое исходило от золотого ключика, висевшего на шее у старейшины клана.

Лия вдруг вспомнила, что видела этот ключик у своего отца, когда была совсем маленькой. Потянувшись за ним к шее старейшины, она получила удар древком копья в бок такой силы, что, упав на колени, еще долго не могла встать с них.

– Так значит ты говорить, что вы следовать в Эльгор, – произнес старейшина, убирая ключ в маленький мешочек, который висел у него на поясе.

– Да, а кто ты такой? – сквозь стиснутые зубы, держась за больной бок, ответила ему Лия.

– А известно ли вам, глупцы, что там жить очень страшное чудовище, которое убивать очень много мурлок и есть их, – преисполнившись гневом, крикнул старейшина. – Мы много разведывать снежный поверхность, спасаясь от когтистых тварей морской бездны. Искать себе дом на земле и, найдя идеальное место, не мочь подобраться к нему из-за огромный чудовищ, живущий там! – старейшина показал пальцем в небо, имея в виду высочайший горный пик. – Убивать нас! Вести их всех темница!

– Но мы пришли для того, чтобы хоть как-то помочь вернуть мир на земле! – срывая голос, отчаянно крикнула Лия.

– Мир на земля? – растягивая слова, начал передразнивать ее старейшина. – И проводить с собой гнома! – брезгливо показал он пальцем на маленького бородача.

– Этот гном одним ударом своего топора повалил серого тролля, – вмешался в разговор эльф-полукровка, показывая на Гимлина, который с хладнокровным спокойствием взирал на старейшину.

– Ты сметь угрожать нам! – в очередной раз повышая голос, крикнул мурлок, – Вести их всех в темница!!!

***

Темница мурлоков представляла собой небольшую пещеру, пол которой прикрывали небрежно брошенные медвежьи шкуры. В углу лежал хворост и камни для выбивания искры. На входе дежурили амфибии, время от времени сменяя друг друга.

Безоружные пленники сидели в полной темноте, молча прислушиваясь к собственному морозному дыханию. Холодные капли падали сверху, время от времени нарушая воцарившуюся тишину.

Безмолвие нарушил Миримон:

– Почему гном позволил оскорблять себя этой огромной рыбине? Зачем мы сдали все наше оружие, позволив заточить себя в темницу?

Лия, нащупав в тусклом мраке два камня и выбивая из них искру, ловко развела костер в центре пещеры. Пляшущие языки пламени осветили сырые стены темницы и находящихся в них пленников.

– Ты думаешь, что-то изменится, если мы дадим бой амфибиям? – ответила она недоуменно глядящему на нее эльфу.

– Да, мы все падем, но падем в бою! Умрем в честной битве, а не с позором, медленно догнивая в этой проклятой пещере!

– Скоро все живое погибнет на этой земле, а мы будем сидеть здесь? – повысив голос, Миримон передал Лие в руки подобранный после битвы с орками футляр.

– План прохода на запад, – с грустью в голосе произнесла Лия, доставая из футляра карту и тщательно рассматривая ее.

– Орки идут к Западной горе! – крикнул яростно гном, вставая с насиженного места и нервно обходя темницу. Тут же шкура на входе отодвинулась и в пещеру ударил яркий солнечный свет, запуская с собой порыв ледяного ветра. Пара рыбьих глаз заглянула внутрь, прищурено осматривая узников. Убедившись, что ничего страшного пленники не затеяли, стражник убрался прочь, вернув шкуру на место и возвращая в пещеру прежний полумрак. Костер бросал тени всех присутствующих на стены пещеры, а гном ходил кругами, гладя седую бороду и погружаясь в свои мысли.

– Лия, – произнес вдруг Гергиос, задумчиво глядя на горевший костер, – я вспомнил…

– Что вспомнил? – Лия посмотрела на человека с любопытством.

– Я видел этот золотой ключик на шее у твоего отца, короля Ходвига, когда ты была совсем маленькой, – произнес он, глядя девушке прямо в глаза и потирая замерзшие мозолистые руки.

– И я видела его, Гергиос, на шее у своего отца Ходвига, но никак не могу вспомнить, какую роль он играл в нашем варварском племени.

– О-о-о! Слава титанам создателям! Этот ключ выковали самые лучшие мастера магии, вселив в него великую силу. Сам бунтарь бог Фест, покровитель воров и падших душ, вложил в него часть своей божественной силы, за что был изгнан в Ад из-за своей любви к грешным людям. Это было еще до начала великой войны, когда гномий король еще оказывал нам поддержку, а его душа не была продана лживым некромантам.

– Так какой же замок открывает этот волшебный ключ, Гергиос? – шепотом произнесла Лия, в предвкушении ответа направив на варвара свой горящий взгляд.

– Моя королева, легенды гласили, что этот ключ обладал столь большой силой, что был способен открыть божественные цепи и выпустить самого Хариса на свободу. И сделать это было возможно раз в тридцать лет, когда полная луна на небе становилась такой же алой, как человеческая кровь, и силы Феста входили в свою полную мощь.

– Но что же помешало королям выпустить титана на свободу, освободив его от вечных мук?

– Моя прекраснейшая царица, началась ужасная война, и этот ключ начал передаваться годами из поколения в поколение. Лишь ваш отец Ходвиг оказался достаточно храбр для того, чтобы собрать экспедицию к Северной скале Эльгор. Он сделал это не смотря на постоянные войны между эльфами и Альянсом проклятых, состоявшим из орков, гномов и мертвяков, которых оживляли некроманты на поле брани, вселяя в них темные души. До кровавого полнолуния оставалась последняя неделя, и караван с рассветом был готов отправиться в путь. Но неизвестный вор проник в наше варварское селение и под покровом ночи украл ключ, нагло сорвав его с шеи короля Ходвига, пока тот спал. Наша стража не смогла догнать неизвестного вора, и он скрылся в темной реке, стремительно уходя от погони вместе с ключом.

– Так вот откуда он взялся у этого вора и лжеца!!! – воскликнула Лия, резко подскакивая на ноги. – Он украл его у нас!

С яростным криком Лия сорвала шкуру на входе в пещеру, и солнечные лучи, в очередной раз ударив по полумраку пещеры ярким светом, осветили пространство темницы. Острые копья стражников, направленные в ее сторону, пытались остановить дочь короля варваров, но она, ловко изогнувшись, выхватила одно из них. Одним мастерским ударом она сбила с ног сразу обоих стражников, после чего, переступив через лежащих мурлоков, она направилась прямиком к дому старейшины, встретив на своем пути целую армию амфибий, которые с воинственным видом преградили ей дорогу.

– Ты думать, что смочь победить нас, варвар? – с усмешкой крикнул ей старейшина, прячась за толпой. – До кровавого новолуния оставаться три дня, а завтра вас приносить в жертву великой черной рыбе!

– Случайно не про эту рыбу ты говоришь, жалкий слизняк? – грубым голосом крикнул огромный орк в рогатом шлеме, беспрепятственно проходя через ледяные ворота и ведя за собой отряд, состоящий из двух огров, одного шамана и пары десятников, вооруженных огромными секирами и топорами орков. Один из огров кинул в толпу амфибий большую черную рыбу, которая была похожа на хищного зверя, и было видно, что она давно испустила дух.

– Хорошо потрепала нас твоя великая черная рыбина перед тем, как один из моих огров пробил ей башку! – с насмешкой передразнивая старейшину, произнес орк в рогатом шлеме, и смех его гулко прогремел, сотрясая ледяные стены домов.

– Вы?! Вы убивать великое творение голубых морей! – сокрушаясь над трупом черного хищника воплем выкрикнул старейшина.

– Отдавай нам своих пленников, если не хочешь узнать на своей шкуре силу топоров из каменной пустоши, – угрожающе зарычал орк.

Старейшина мурлоков промолчал, багровея от злости.

– Мы долго будем ждать тебя, тупой слизняк? Для моих огров твоя армия будет детской игрушкой. Отдавай нам пленников или умри! Они украли нашу карту и должны ответить перед некромантами за свой поступок.

– Вы убивать черная рыба, мы убивать вас, грязный орк с каменной пустошь! – с ненавистью крикнул старейшина Ледяного клыка, кидая свое копье в орков. Оружие его, со свистом разрезая воздух, навылет пробило одного из них, окропляя кровью разъяренную толпу.

Все вокруг замерло на миг, и Лия осеклась, отступая назад к пещере, возле которой, в ожидании стояли гном, эльф и варвар. Напряженная атмосфера сменилась криками, звуками битвы и несмолкаемым яростным ревом. Шаман, поднимая к небу свой посох, призвал огненный дождь, превращая поле битвы в настоящий Ад. Ледяные крыши домов таяли, смешивая пламя, кровь и воду в одно целое. Мурлоки, неся большие потери, окружили орков. Сгорая под пламенным дождем, один из них добрался до шамана, пробив его насквозь копьем и тут же завалившись с топором в спине.

Лия со своими спутниками перебежками кинулась к дому старейшины, откуда ярким светом исходило золотое свечение эльфийского лука. Они пробирались сквозь толпу мурлоков, которая, держа оборону, не обращала на них почти никакого внимания. Забежав в полуразрушенный дом, они в спешке начали искать свое оружие, пока капли таящего льда падали с потолка, напоминая, что в любую секунду дом может рухнуть, оставив их на веки в ледяной гробнице. С улицы доносились яростные крики, шум битвы заглушал шаги, заставляя торопиться.

Найдя свое оружие, бывшие пленники выбежали с ним из жилища, услышав, как за их спинами сотрясается земля. Повернувшись, они увидели, как огромный огр упал на дом старейшины, разрушив его до основания. Из его спины торчали копья мурлоков, а непослушное тело его еще пыталось подняться в предсмертной агонии.

Лия сделала несколько шагов вперед, осматриваясь по сторонам и безуспешно ища взглядом старейшину Ледяного клыка в кровопролитном сражении, которое развязалось в северной деревне мурлоков, в трех днях пути от Азарека, между северной скалой Эльгор и мертвым городом, пока тот готовил военный поход в западные горы старого мира. Огненный дождь сменился снежной пургой, и было сложно различить мелькающие лица вперемешку со взмахами оружия, сопровождаемыми фонтанами крови и криками двух столкнувшихся в ожесточенной битве рас. Старейшина мурлоков кинулся наутек, в то время как свист летящей в спину стрелы обрушил его ослабшее тело в сугроб, и оно покатилось вниз по заснеженному склону к замерзшей реке. Эльф-полукровка подбежал к нему, срывая с шеи золотой ключ. Буквально по пятам за ним следовал запыхавшийся Гергиос.

– Вы не понимать, что делать! – крикнул старейшина, пытаясь подняться с алого снега из последних сил, которые покидали его тело с каждой секундой. – Нельзя выпускать титана!

Вдалеке показался силуэт Лии, убегающей от орка, который преследовал ее, пытаясь вонзить в спину свой боевой топор. Миримон потянулся в висящий за спиной колчан и, обнаружив там всего одну стрелу, запустил ею прямо в сердце преследователю. За спиной девушки разгоралась нешуточная битва. Подбежав к Гергиосу и успев услышать предсмертные мольбы старейшины, она приказала убегать в заснеженные холмы.

***

До Эльгора осталось совсем немного. С горизонта уже скрылась деревня мурлоков, а от Гимлина уже день не было никаких вестей.

В заснеженных холмах поднялась пурга, время шло на убыль. Луна на небе становилась багрово-красной. Верхушки деревьев колыхались под напористым ветром, роняя на землю рассыпчатый снег. Лия шла впереди, протаптывая дорогу и ведя за собой дрожащего от холода Миримона, а Гергиос двигался позади всех, время от времени оглядываясь назад.

В холмах чувствовалось чье-то присутствие: кто-то определенно следил за ними из темноты, которая плавно сменила сумерки. Тучи медленно затянули серое небо. Миримон принюхался к морозному воздуху и резко остановился на месте, предостерегая своих друзей об опасности, которая таилась за верхушками снежных деревьев.

У эльфа уже не было стрел, и он достал свой маленький нож, который обычно использовал для того, чтобы срезать фрукты с деревьев, когда был голоден. На верхушке одного из деревьев притаилась снежная рысь: именно ее почувствовал Миримон. Животное смотрело на него своим кошачьим взглядом, спрятавшись за ветвями хвои, и лишь горящие в темноте глаза выдавали ее присутствие. Рысь осторожно спустилась вниз, цепляясь когтями за ствол пихтового дерева. Когда до земли оставался один метр, она грациозно прыгнула на белый снег, мягко примяв его своими пушистыми лапами. Осматриваясь по сторонам, она медленно двинулась в сторону эльфа, по дороге принюхиваясь к свежему ночному воздуху. Расстояние до эльфа стремительно сокращалось, и лишь легкий скрип шагов пушистых лап по снегу нарушал воцарившуюся тишину. Кошачий вертикальный зрачок принял округлую форму, и, встретившись с эльфом глазами, рысь остановилась, как будто пыталась что-то сказать.

– Друиды-отшельники, – с трепетом произнес Миримон, убирая свой нож. – Тысячи лет эльфы передают друг другу знания зеленых лесов, познавая живую природу, частью которой является все сущее на земле. Самые мудрые из нас, становясь друидами, через время покидают свой родной дом для того, чтобы стать отшельниками, которые, скитаясь по миру, поддерживают гармонию в нем. Они умеют принимать облик различных животных для поддержания гармонии в мире и защиты себя от немногочисленных врагов. – проговорил эльф-полукровка, глядя в округлые глаза дикой кошке.

Снежная рысь, мяукнув, обнажила в хищной улыбке острые зубы, кивком головы увлекая всех троих за собой. Так молча шли они навстречу своей судьбе сквозь суровые ветра и непроходимый снег северных холмов, следуя за друидом-отшельником по тайной тропе. Незаметно ночь сменилась днем, а до кровавого новолуния оставалось всего двое суток.

Наконец, на горизонте появился силуэт одинокой скалы, от которой исходили громогласные крики, сопровождаемые звоном огромных цепей. Дикая кошка, встав на задние лапы, начала принимать эльфийский облик. Над ее головой кружилась стая воронов, роняя с веток мерцающий мягкий снег, отовсюду веяло холодом. Превратившийся из дикой кошки седой эльф сел на белое снежное покрывало и приказал всем троим ломать сухие ветки для разведения костра.

– Дальше нам идти нельзя, – сказал он, рисуя на снегу эльфийские руны.

– Почему нельзя? – спросила эльфа Лия, отламывая от дерева сухую ветку.

– Там живут тысячи мертвецов, которые оживают каждую ночь для охоты на других живых существ. Все, чего они хотят – утолить вечный голод, который мучает их всю загробную жизнь. Повелитель мертвецов – гнилой и злобный наполовину разложившийся труп, живет под этой горой, убивая каждого, кто осмелится подойти к ней. Первый мертвец, родившийся под горой Эльгор, был простым крестьянином, который сеял пашню летом и убирал свои посевы перед наступлением холодных зимних месяцев. Он жил к востоку отсюда, как и большинство варваров в те времена. Возгордившись и ослушавшись воли богов, он решил освободить титана Хариса, заключив сделку с богом Фестом, который явился к нему под видом простого странника и лестью совратил его душу.

– Каким образом он совратил его душу? – спросила Лия, укладывая на землю сухие ветки.

– Он отправил его к королю гномов с поручением изготовить золотой ключ, который бы мог отрыть цепи Хариса. Крестьянин явился к гномам с сокровищами, и они приняли его как короля. Вино лилось рекой, а столы ломились от пищи в тот злополучный вечер, когда душа его возгордилась и нарекла себя королем варваров. Собравшись в обратный путь, он попросил короля гномов выковать ему корону. Алчный король гномов с радостью согласился помочь гордому крестьянину с восточных земель за все сокровища, оставленные им взамен. Заполучив золотую корону, крестьянин пустился в обратный путь. Войдя в поселение, он провозгласил себя королем варваров, за что был убит и брошен на дороге вдалеке от варварской деревни. Пролежав там долгие месяцы, тело было подобрано некромантами, которые, воскресив его в полнолуние, заставили служить себе. Душа крестьянина жаждала мести, и, выждав удобный момент, он бежал. Путь его лежал на гору Эльгор, неподалеку от которой ему назначил встречу бог Фест. Он ждал крестьянина с золотым ключом, и видя, что тот явился с пустыми руками, Фест проклял его. Теперь каждый, кого он убивает, превращается в зомби, которое, так же как и он сам, ходит по ночам с жаждой неутомимого голода, убивая все живое, что попадется на пути.

– Но как же ключ оказался у наших народов? – спросила его Лия, глядя, как друид ладонями зажигает сухие ветки.

– Прежде чем забить крестьянина камнями, варвары с насмешками сорвали золотой ключ с его шеи. С тех пор крестьянин, которого называют ныне королем мертвецов, мстит за себя, убивая каждого, кто приближается к горе Эльгор.

– Но разве к ней кто-то приходит? – вмешиваясь в их разговор, спросил Гергиос.

– Многие варвары приходили к этой горе, узнав, какой замок может открыть золотой ключ. Были даже те, кто приходил к подножию, не дожидаясь кровавой луны. Но все они были убиты безжалостным королем мертвецов и теперь вынуждены бродить вокруг проклятой горы в поисках новой добычи.

На улице темнело. Между тем пламя, которое разжег седовласый друид, разгораясь, выросло в большой костер, кидая по сторонам сверкающие искры. Вдалеке раздался загробный вой, распугивая кружащих над путниками воронов.

– Не выходите за руны и смотрите, чтобы костер не погас до самого утра, только он один в силах спасти нас, – уверенно произнес друид своим спутникам, наблюдая, как луна, оставив за собой на темном небе алый туман, приобрела кроваво-красный насыщенный оттенок.

Вой приближался, и вскоре путники увидели, как из темного леса выбежали тысячи мертвецов. Ударяясь о невидимую стену, они с обжигающим ревом отскакивали обратно, облизывая свои гнилые зубы в предвкушении добычи. Чувствовалось холодное дыхание, исходящее от зомби. Костер, разгораясь с новой силой, поддерживал эльфийские руны, не давая зомби пройти за магический круг, начерченный друидом на снегу. Друид сказал, что им ничего не грозит, пока сила костра поддерживает магические руны, а потому спутники продолжали вести свой диалог, лишь время от времени отвлекаясь на удары по невидимому магическому куполу.

– Но ведь легенды гласили, что король Ходвиг – первый, кто осмелился собрать экспедицию на Эльгор, – сказал Гергиос седому эльфу, на что тот, лишь пожав плечами, ответил:

– Были многие и до него, кто хотел освободить Хариса. Ключ кочевал от человека к человеку, от вождя к вождю. Все они сегодня находятся в армии короля мертвецов. А ваш отец, юная наследница Ходвига, хотел уничтожить самого короля мертвецов, навсегда покончив с этой чумой. Мои друзья мурлоки, украв золотой ключ, стремились отсрочить освобождение Хариса, потому что он пообещал уничтожить весь их род, после того как скинет божественные цепи.

– За что он дал им такое обещание? – спросила эльфа Лия, отвлекаясь на морозное дыхание, исходившие от гнилого скелета у нее за спиной.

– Мурлоки боялись пополнения армии короля мертвецов и сами периодически пытались с ней справиться, в чем я всегда им помогал. Эльгор является единственным стратегически важным объектом для их расы, имея подземные ходы и горные озера внутри своих пещер.

– А ключ, кочевавший от человека к человеку, я давал вам как приманку, пока эта жалкая раса не украла его у вас, лишив меня единственной радости убивать живых! – произнес седовласый мертвец с короной на голове, расталкивая толпу зомби и заглядывая внутрь купола.

– Король мертвецов? – удивленно спросила Лия, глядя на тусклую корону у него на голове.

– Да, это я! – ответил он ей, наполняясь гордостью. – И вы никогда не сможете освободить титана, потому что именно сегодня кровавое новолуние!

– Но откуда у него корона? – спросила Лия.

– Эта корона принадлежала твоему деду и отцу Ходвига, пока я не убил его, забрав назад то, что даровали мне гномы. А сегодня я убью вас и заберу назад то, что по праву принадлежит мне! Золотой ключ, нагло украденный мурлоками, вернется к своему хозяину, чтобы вновь стать приманкой для вас!

– Этому не бывать, пока бьется мое сердце! – крикнула Лия королю мертвецов, на что тот, лишь рассмеявшись, облизнулся, заглядывая холодным взглядом ей в душу.

– Сегодня настала та ночь, когда можно освободить вашего всеми любимого титана из под вечных цепей, а ты будешь сидеть здесь и прятаться от меня, потому что я великий, а вы – лишь жалкий перегной для земли, который ждет своего смертного часа в отличие от нас, бессмертных! – крикнул король мертвецов, заставляя сердца живых сжаться от пронзающего их страха.

– Этому не бывать!

– Ну и что ты мне сделаешь, девчонка! Убьешь того, кто уже мертв!?

– Не слушай его! – произнес друид, на что та лишь отмахнулась от него, наступив сапогом на горевший костер и заставляя в прощальном полете затухнуть красные искры.

На секунду в воцарившемся мраке нависла тишина, а в следующий миг секира Гергиоса уже унесла его в смертельный танец на бал с нежитью. Миримон лишь успел выхватить свой нож из-за спины, как тут же был повален на землю смертельным напором нежити. Друид перекинувшись в полярного медведя и, яростно рыча, налево и направо раскидывал мертвяков, заставляя их тела рассыпаться в пепел. Лия, вырвавшись из под смертельного напора, кинулась вперед, доставая на бегу ключ. Заметив это, король мертвецов кинулся вслед за ней.

Стоны измученного титана раздавались все ближе, и скала Эльгор находилась меньше чем в трехстах шагах от нее. Хрустящий снег перемешивался с мертвым воплем, позади варвара мелькали деревья, цепляясь за одежду сухими ветками. Не добежав до горы ста шагов, Лия повалилась на землю, почувствовав прикосновение холодных пальцев у себя на шее. Вступив в борьбу с нежитью, она познала на себе всю мощь древнего зла. Король мертвецов, настигший ее, явно превосходил девушку по силе и, начиная терять сознание от удушья, она уже подумала, что это конец. Но в последний жизненный миг Лия увидела, как мертвое тело ее обидчика насквозь прошили удары эльфийского ножа, и зомби с грустью в истлевших глазах ослабил свою хватку. Несколько драгоценных секунд ушло на то, чтобы достать тесак и отправить в полет украшенную золотой короной мертвую голову. Поднявшись на ноги, Лия вновь кинулась бежать вперед, уже видя перед собой огромного великана, который гремел не менее огромными цепями и корчился от боли.

– О, слава Фесту! Он выковал для меня обещанный ключ! Освободи меня, и я покажу твоим врагам такую мощь, перед которой никто из них не сможет устоять, – произнес громогласно титан, заметив приближающуюся к нему Лию с золотым ключом в руках.

Морозное дыхание, исходившее от девушки, покрыло ее лицо инеем, а ключ, приближаясь к замку, вспыхнул красным пламенем, обжигая руку. Словно живой, он сам влетел в замок, вырвавшись из рук королевы варваров и заставляя разомкнуть божественные цепи. Сначала упала одна цепь, следом за ней рухнула на снег другая и, наконец, все кольца в бессилии повалились на деревья, сотрясая собой морозную землю. Титан размял затекшие руки, посмотрел на себя, и чувство долгожданной свободы, наконец-то обволокло его приятной легкостью с ног до головы. Убегая от падающих цепей, Лия попала в окружение нежити. Достав свои тесаки, она приготовилась уже было к битве, но в это самое время мертвяки были снесены и раздавлены огромной ладонью титана.

– Благодарю тебя, смертная! – произнес титан, разминая пальцы рук. – Теперь я снова свободен и готов отомстить богам за их невежество.

– Отомстить богам? Но они создали нас! Как можно мстить тем, кто вдохнул в нас жизнь, Харис?

– Они должны познать всю боль, причиненную титанам. Я твой должник и лишь только поэтому спасу ваши жалкие жизни. Вы, люди, не стоили такой большой цены, заплаченной за вас. Наш великий род титанов вымер, и я последний, кто должен отомстить за них! Да возрадуется Фест, ибо я иду к западным горам старого мира, и армия демонов скоро вырвется на свободу, дабы поглотить этот мир!

– Но для чего это нужно тебе?! Ведь вы, титаны, когда-то создали нас, людей!

– Да, но теперь настало время вас уничтожить! Я не трону твоих друзей лишь только в благодарность за мое спасение! – гневно ответил титан, давя собой все подбегающих зомби, которым было не важно, на кого нападать.

Друид и Гергиос дрались на пределе своих сил, так же как и Миримон, который уже давно исчерпал границы своих возможностей. Спасением им послужил свирепый рев, который окутал своим устрашающим звуком весь окружающий лес. С верхушек деревьев осыпался снег, после чего последовал громогласный гул гигантских шагов титана по замерзшей земле. Мертвяки один за другим ломались под ударами великана, рассыпаясь в серый пепел, а наши герои, проворно уворачиваясь, бежали с поля боя как можно дальше в лес, теряясь между стволов темных деревьев.

Эпилог

Начало светать, когда друзья, бросив взгляд на Лию, устроили привал.

– Ну что, довольна? – гневно произнес друид, обращаясь к Лие и одновременно пытаясь залечить древней магией свои раны.

– Я всего лишь сделала то, что должна была сделать.

– Ты ускорила уничтожение этого мира, и теперь у великанов, охраняющих вход в потусторонние миры, появился достойный противник. Мы могли надеяться только на них… – ответил ей друид, задумчиво созерцая красоту окружающей природы.

И пока время шло своим чередом, находясь в гармонии с мирозданием, наши герои готовились к новой битве…

Content

Поднебесье гномов
Владимир Сергеевич Юстус

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Эпилог