Сергей Соболев

Чума приходит с запада

Пролог. Сицилия, курортный городок Сан Вито ло Капо

В местном воздухе витает атмосфера безмятежности. Все счастливы и довольны жизнью. А как живописно выглядит скала Монако, в честь которой названо лучшее городское кафе! Здесь очень чистые пляжи, весьма ласковое море и добрые, приветливые люди.

Стоит пробыть в Сан Вито хотя бы день, и ты проникаешься этой негой, полнейшей безмятежностью. Идеальное место для отдыха. Вдобавок, что немаловажно, в этом сицилийском городке нет никакой мафии.

Один весьма почтенный местный синьор так и сказал Ветрову: «Никакой мафии на самом деле не существует. Это миф, раздутый в угоду публике, падкой на сенсации».

В ушной раковине Ветрова прозвучал голос старшего группы:

«Уходи из кафе!.. Немедленно!»

— Уже выхожу, — сказал Константин, взбегая по лестнице вслед за прыткой проводницей.

«Через главный вход идут!.. — бросил еще одну подсказку Кэп. — Полиция! Карабинеры! В штатском и в форме!»

Ветров схватил девушку за рукав и заявил:

— Нам нельзя через главный вход!..

Та вырвала руку:

— Не учи меня, мистер! Двигай за мной! Быстро!

На пути у полицейских возникла непредвиденная преграда. В центральном проходе, загораживая его почти весь своим необъятным телом, застыл местный шеф-повар. С выпученными глазами, пучком укропа в одной руке и длинным острым ножом в другой, он представлял собой весьма комическое, но и жутковатое зрелище.

Пока полицейские пытались продавить этого толстяка, загородившего им проход, девушка и рослый шатен успели выскользнуть через запасный выход. Они оказались во внутреннем дворике. А навстречу им уже бежали двое!

Ба, знакомые лица! Именно этих ребят Ветров видел на паркинге сегодня утром!

«Надо добраться до отеля! — прозвучал в наушнике голос Кэпа. — Не дай им себя задержать в этом кафе!»

— Мистер, вломи им! — крикнула девушка. — Выруби! Как прошлой ночью!

Первым, на ходу доставая ствол из подмышечной кобуры, бежал парень лет двадцати семи, смуглый, черноглазый, с внешностью уроженца Магриба. За ним, пытаясь не отстать, поспешал второй. Кто такие? Да бог весть. Поди-ка разбери, кто из ху в этом итальянском театре масок.

Ветров прибавил скорости. Теперь уже он сам несся навстречу этой парочке! Они сошлись посреди двора. Парень, похожий на араба, выдернул пистолет, и в этот самый момент Ветров в прыжке врезал ему стопой в грудь, свалил на землю, заодно и сам несколько погасил инерцию.

У второго типа то ли не было ствола, то ли он изначально не рассчитывал на такой поворот событий. Но вздорный характер — или служебное положение, если он из полиции, — не позволил ему ретироваться или хотя бы отпрянуть в сторону.

Рука нападавшего скользнула по выставленному блоку. Ветров уклонился от прямого удара, засадил коленом в пах и тут же добавил локтем точно в челюсть.

Девица тем временем выкатила из подсобки черный байк, поблескивающий глянцем, завела его, уселась в седло.

— Садись, мистер! — крикнула она, опуская забрало шлема. — Быстро!

Едва только Ветров опустился на заднее сиденье и уже привычно для себя обнял эту особу за талию, как та рванула с места в карьер. Байк с двумя седоками вылетел на боковую улицу, стекающую от церкви к набережной. Свернул он, однако, не в сторону набережной, а именно к центру. Тут же сверху, от собора, на эту же улицу выехала полицейская машина и, подвывая сиреной, понеслась в сторону кафе.

Городской квартал наполнился ревом двигателей. Послышались чьи-то крики.

Байк, натужно ревя мощным двигателем, с трудом набирал скорость на подъеме и вдруг выскочил на тротуар. Раздался скрежет тормозов. Буквально под носом у второй полицейской машины, въехавшей на эту же улицу, байк влетел в боковой переулок.

— Куда отвезти вас, мистер? — крикнула девица из-под шлема. — Где для вас будет безопасно?

— В мой отель.

— Ты с ума сошел? Тебя арестуют!..

«К главному входу!» — прозвучало в наушнике.

— Как можно ближе к главному входу! — скомандовал седок.

Байкерша высадила своего пассажира почти у самого паркинга. Там она, как показалось Ветрову, лишь чуть сбавила скорость. Едва ее спутник успел соскочить с заднего сиденья, как бесстрашная красотка уже вновь дала по газам.

Ветров, не теряя времени, быстрым шагом направился в сторону главного входа. Вплотную к дверям парадного стояли две машины.

— Пара тачек у входа, — сказал «бастионовец» на ходу. — «Фиат» и микроавтобус, зеленый «Фольксваген».

«Это сводная опергруппа из Трапани, — прозвучал в наушнике голос старшего группы. — Кстати, они приехали в отель, чтобы тебя арестовать».

Глава 1. Рим, Италия

Алиса и ее местный коллега приехали в аэропорт Фьюмичино за час до вылета рейса на Палермо. Паоло, так звали этого субъекта, остановил «Гелендваген» почти у самого входа в здание терминала. Парковка, судя по разметке и щитовым знакам, предназначалась исключительно для служебного транспорта аэропорта, а также машин «Скорой помощи», противопожарной службы и полиции. Джип, на котором они приехали в аэропорт, не только не числился на балансе любого из этих ведомств или служб, но и не имел отличительных знаков, фирменных эмблем, рекламных надписей.

Являлось ли это действо следствием выпендрежа со стороны ее спутника? Или же его личные и служебные связи позволяли ему пренебрегать некоторыми правилами даже в столь чувствительных местах, как крупнейший аэропорт Италии?

Спрашивать у Паоло об этом — как и о многом другом — не имело смысла, потому что он все равно не скажет правды. Да и незачем ей. Уже через несколько мгновений она наконец-то избавится от этого типа.

— Спасибо за помощь, Паоло! — Алиса повесила на левое плечо компактный чехол с ноутом, на эту же руку, на сгиб локтя, она определила дамскую сумочку. — Я должна идти. Надеюсь, еще увидимся.

Паоло бросил на нее удивленный взгляд.

— Алиса, дорогая, как ты могла так обо мне подумать? — Обойдя джип, он открыл багажник и извлек из него среднего размера чемодан с выдвигающейся ручкой и колесиками. — Наши аэропорты, особенно Фьюмичино, это просто чума! — сказал Паоло. — То есть они лучшие в мире, и это вам подтвердит любой итальянец. — Детектив улыбнулся. — Но есть свои нюансы, особенно на внутренних линиях. — Он легко, без малейшего усилия, поднял за ручку чемодан. — Я провожу тебя, дорогая Алиса. — Паоло свободной рукой слегка коснулся женского локотка. — Я лично проинструктирую проводников и служащих компании, чтобы они проследили за тобой и твоим багажом!..

В здании терминала царила приятная прохлада. Шелест голосов, турбулентные потоки у стоек и магазинчиков дьюти-фри, броуновское движение человеческих частиц по эскалаторам и проходам. Итальянец уверенно торил дорогу. Они поднялись на второй этаж и остановились у стойки компании «Алиталия».

На табло светился номер рейса. Все правильно — им именно сюда. Вернее, не им двоим, а Алисе, поскольку именно она должна вылететь сегодня на Сицилию, где ее ждет второй и завершающий этап служебной командировки.

У стойки кучковались примерно полтора десятка мужчин и женщин. Кто-то из них улетал этим рейсом на Сицилию, кто-то приехал проводить родственников или знакомых.

Итальянец направился прямо к стойке, но женщина придержала его за локоть:

— Минутку, Паоло. Хочу кое о чем спросить, раз уж ты вызвался меня проводить.

— Давай сначала сдадим багаж, Алиса.

— Не к спеху, — сказала женщина. — Тем более что я кое-что забыла.

— Что, прости? — Паоло посмотрел на нее своими синими яркими глазами. — Я не расслышал. Ты что-то забыла в номере гостиницы?

— Нет, я так не думаю. Просто мне кое-что надо взять из чемодана. — Алиса кивнула в сторону пластиковых кресел, расположенных поблизости. — Иногда я бываю такой рассеянной. Ты уж меня извини, Паоло. — Девушка определила чемодан на приставной столик, открыла его и принялась копаться в вещах, разложенных в свертки и пакеты. — Паоло, у тебя, наверное, есть другие дела? — спросила она, не прекращая своих занятий. — Мне не хотелось бы тебя задерживать.

— Я должен позаботиться о тебе, Алиса, — сказал детектив. — Остальные дела обождут.

— Я могу и сама о себе позаботиться.

— Наши авиалинии!.. — Паоло сделал многозначительную паузу. — Как хочешь, но я не могу оставить тебя здесь одну.

— Почему? Я опытный путешественник, Паоло.

— Я должен убедиться, что ты благополучно села в самолет.

— Я, наверное, тебе уже порядком надоела?..

— Как ты могла такое сказать? — Паоло прижал руку к сердцу. — Клянусь, Алиса, знакомство с тобой — это одно из лучших событий во всей моей жизни.

— Ты мне льстишь.

— Нисколько.

— Ну и куда я могла положить этот сверток? — пробормотала девушка. — Не в пакет же с нижним бельем? Ой, как неудобно!..

Детектив деликатно отвернулся. Теперь он стоял лицом к стойке, за которой только недавно начали регистрировать пассажиров на рейс до Палермо.

Алиса вздохнула про себя. Вот же привязался!..

Паоло — очень доброжелательный, вежливый, улыбчивый мужчина лет тридцати пяти. Он настолько хорош собой, что можно глазеть на него часами, как на картину или скульптуру. Иногда Алисе хотелось даже потрогать его, коснуться безупречно вылепленной кисти с дорогими часами или погладить по безупречно выбритой щеке. Для чего? Хотя бы для того, чтобы избавиться от наваждения, убедиться в том, что это живой теплокровный человек, а не скульптура из мрамора с идеальными мужскими пропорциями, изваянная каким-нибудь гением эпохи Возрождения и упакованная в современный костюм.

Этот субъект наверняка прекрасно знал о том, какое мощное действие он оказывал на клиентов самим своим внешним видом: эмпатическое на большую часть сильного пола и гипнотическое на женщин любого возраста. Кстати, в отличие от большинства соотечественников, Паоло говорил не так уж и много. Как правило, он давал возможность клиенту или заказчику — в зависимости от того, с кем имел дело — выговориться самому. Паоло умел участливо слушать, направлять разговор в нужное русло вовремя поданными репликами или к месту заданными вопросами.

Данный метод известен любому психоаналитику. За счет использования этого нехитрого приема Паоло часто добивался определенных результатов. Такой умело приготовленный коктейль из участия, интереса и сдержанности оказывает, как правило, весьма сильный и позитивный эффект на большинство людей. Ведь в реальности человек все чаще сталкивается с равнодушием, а то и грубостью ближних своих.

Они сразу же перешли на «ты». Для Италии это обычное дело. В девяти из десяти случаев сами же итальянцы предлагают поступить так.

— Мы можем перейти на «ты»? — спросил у нее Паоло в самом начале их первой встречи.

— Конечно, — сказала тогда Алиса. — Я и сама хотела тебе это предложить.

Паоло — сотрудник сыскного бюро «Скудо», входящего в тройку крупнейших в этой стране. Трехэтажный офис этих тружеников тайного сыска и деловой разведки находится в одном из самых престижных уголков Рима. Этот тихий переулок притаился неподалеку от площади, носящей имя Энрико Матеи — основателя крупнейшей нефтегазовой компании страны.

По мнению весьма информированных источников, бюро «Скудо» до сего дня работает на экс-премьера страны, ныне находящегося под следствием, а также выполняет заказы его старых друзей. Например, людей из совета директоров крупнейшей энергетической компании Апеннинского полуострова, являющейся четвертой по величине в Европе. Если не считать, конечно, русских нефтегазовых гигантов.

Есть у итальянцев такое выражение: «Ora viene il bello». Перевести его можно так: «Слушайте дальше, сейчас будет самое интересное».

Паоло умел произвести именно такое впечатление. Мол, кроме вас, никого на свете для меня больше не существует, и я вот-вот скажу самое интересное.

Именно этот красивый обходительный мужчина, работающий в столь непростой конторе, и опекал молодую женщину, прилетевшую в воскресенье в его город из Москвы. В Италию она была откомандирована ее собственным начальством.

— Я забыла свою еду, — сказала Алиса. — По-видимому, и в самом деле оставила пакетик в отеле. — Она глубоко вздохнула. — Ужас…

— Что? — Паоло обернулся и бросил на нее удивленный взгляд. — Ты забыла взять еду? — переспросил он, с не меньшим удивлением разглядывая многочисленные пакеты и свертки, разложенные на столике и пластиковом кресле. — Не надо так расстраиваться, дорогая Алиса, — добавил он, увидев, как вдруг повлажнели ее глаза, и она поднесла к ним смятый носовой платок. — Здесь есть кафе и бары. Хочешь, я что-нибудь принесу? Пиццу? Гамбургер?

— Я дико извиняюсь, Паоло, — расстроенно произнесла Алиса. — Столько впечатлений, так много всего навалилось!.. У меня особое питание — я на диете.

Итальянец продемонстрировал одну из самых обворожительных своих улыбок.

— В Палермо тебя встретит мой коллега, — сказал он. — Я ему позвоню. Он сразу же отвезет тебя в самый лучший семейный ресторанчик на острове!..

— Но…

— Там подают такую лазанью!.. — Итальянец поцеловал кончики пальцев. — Ты даже не представляешь, как это вкусно. Сыры, овощи, морепродукты — все наилучшего качества.

— Охотно верю. — Алиса посмотрела на наручные часики. — Но у меня прием пищи строго по времени. А тут еще перелет!.. Если я не поем, то просто умру по дороге.

— Здесь всего час с четвертью лета.

— Ты не понимаешь, Паоло. — Женщина вымученно улыбнулась. — Извини, я не хотела грузить тебя своими проблемами. — Она принялась вяло складывать пакеты и свертки обратно в чемодан.

Итальянец озадаченно почесал пальцем подбородок и сказал:

— Ну так давай что-нибудь купим. Здесь есть бары, магазины. До окончания регистрации еще много времени.

Алиса выпрямилась, обвела глазами зал отправления.

— Это хорошая мысль, — сказала она. — Паоло, могу я попросить тебя об одолжении?

— Все, что в моих силах, дорогая Алиса!

— Я видела продуктовый маркет на первом этаже…

— Говори, что нужно купить.

— Овсяное печенье, да, одну небольшую упаковку. Но без фруктовых или шоколадных добавок. Простое овсяное печенье.

— Овсяное печенье, — повторил Паоло. — Без добавок.

— Еще упаковку йогурта. Но не самую маленькую, а среднюю — двести граммов. Простой обезжиренный йогурт. И бутылочку воды без газа, маленькую. Это все. — Она вымученно улыбнулась. — Вот то немногое, что определенно спасет мне жизнь. — Алиса достала из сумочки кошелек, извлекла из него купюру в двадцать евро. — Возьми деньги. А я пока заново упакую чемодан.

— Ну что ты, дорогая! — Паоло небрежно махнул рукой. — Экий пустяк. Я быстро — одна нога здесь, другая там!..

— Спасибо, ты настоящий друг! — крикнула ему вслед женщина.

Спустя всего пару минут Алиса с собранным и закрытым чемоданом стояла у стойки. Но не у той, к которой они с Паоло подошли первоначально, а возле соседней.

Девушка в форме авиакомпании «Меридиана Флай» погасила табло над стойкой и собиралась выключить служебный ноутбук. Увидев рыжеволосую женщину с чемоданчиком на колесиках, явно иностранку, она бросила на нее вежливо-вопросительный взгляд.

— Пожалуйста, одну минутку! — Алиса поставила чемодан на низкий поддон у стойки. — Я иметь билет на этот рейс!

— У вас билет на самолет до Ольбии? — спросила сотрудница авиакомпании.

— Да! — Пассажирка положила на стойку тикет-бук. — Моя хотеть лететь в Ольбия. — Алиса сознательно несколько искажала свой итальянский. — Сардиния! Я надеяться, что не опаздывать на этот самолет, да?

— Время регистрации истекло, — сказала девушка. — Но вам повезло, синьора. — Она мило улыбнулась. — Вас мы еще успеем оформить.

— Давайте ваш багаж! — Вторая сотрудница прикрепила к чемодану бирку и вручила половину отрывного талона женщине, явившейся на регистрацию последней. — А теперь следуйте за нами. Мы сопроводим вас прямо на борт лайнера.

«Прощай, Паоло, — мысленно сказала Алиса тому субъекту, который мешался у нее под ногами последние трое суток. — Ты очень красивый мужик. Но красота и ум — качества зачастую несовместные. Так бывает не только у женщин».

Глава 2. За несколько дней до событий. Окрестности Сан Вито ло Капо, Сицилия

Витторио Джанини припарковал свой видавший виды «Фольксваген» на площадке, расположенной в нескольких километрах от окраины города, почти на самой границе местного природного заповедника. Он сверился с часами — без одной минуты три ночи — и широко, со всхлипом зевнул.

«Надо было тебе пораньше лечь спать, дружок, — сказал он себе. — А не болтать почти до полуночи с приятелями в баре у Косты».

Витторио поднес к лицу ладонь, дохнул. Вроде не так уж много выпил вчера, всего три или четыре стакана вина, а запах все равно ощущается. И в салоне тоже пахнет. Нехорошо.

Местную полицию он не боялся, в городском участке служили сплошь друзья детства или соседи. Здешние дороги Витторио знал как свои пять пальцев, по любой из них мог проехать с завязанными глазами.

Если он кого-то и опасался, то своей жены. У его Карлы характер и повадки истинно сицилийской женщины. Она молчит, хмурится, долго носит напряжение в себе, а потом вдруг взрывается, как самый настоящий вулкан. И тогда берегись, Витторио! Жена может размахнуться скалкой или вывернуть горячее варево тебе на голову. Да и матушка Карлы, проживающая сейчас с ними, точно такая же.

Витторио выбрался из машины. Он ощущал такую вялость во всем теле, как будто ему было не тридцать восемь, а далеко за шестьдесят. Не мудрено! С первых чисел мая, как только начался полноценный туристический сезон, он вкалывал с рассвета до заката. Именно на нем лежала обязанность содержать всю семью.

Витторио сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. На свежем воздухе он быстро придет в себя. Главное, как-то пережить ближайшие час или два. Когда фотограф закончит свою утреннюю работу, ему можно будет вернуться домой и еще немного поспать.

Витторио взял с заднего сиденья сумку с аппаратурой. В дневное и вечернее предзакатное время эта сравнительно небольшая стоянка запружена транспортом: микроавтобусами, «неопланами», арендуемыми туристическими фирмами, и личными авто. А сейчас тут, кроме него, нет ни одной живой души.

К обзорной площадке вела каменистая тропа, кое-где посыпанная песком или мелким гравием. Сам подъем не крутой, крен не превышает пятнадцати градусов. Однако Витторио порядком запыхался, пока сделал те триста с небольшим шагов, которые отделяли паркинг от смотровой площадки.

Оказавшись на месте, он поставил сумку на одну из двух скамеек, установленных здесь, и подошел к заграждению. В качестве такового тут выступала полукруглая балюстрада. Столбики расположены часто, между ними натянута сетка. Это сделано для того, чтобы какой-нибудь юркий ребенок, за которым плохо присматривают родители, взявшие его в поездку, не попытался протиснуться между ними и не свалился с обрыва. Высота скалы в этом месте, кстати, достигает полутора сотен метров.

Едва отдышавшись, Витторио закурил сигарету. Стоя возле балюстрады, положив левую руку на перила, он задумчиво смотрел в ту сторону, откуда только что приехал. В бархатистой августовской ночи блестели, мигали, переливались, как драгоценности на свету, огни курортного города.

Когда Витторио только появился на свет, Сан Вито ло Капо был небольшой рыбацкой деревушкой. Отец, как и большинство его сверстников, промышлял рыбной ловлей. За тридцать лет здесь все переменилось до неузнаваемости. Деревня превратилась в современный курортный центр, который во всех рекламных проспектах называется не иначе как жемчужина Сицилии.

На темном фоне ночного неба, в той стороне, где находится вершина Монте-Монако, мерцали красные предупреждающие огни. Но самой этой массивной причудливой скалы пока толком не было видно. Ее верхушка откроется, рельефно высветится лишь с первыми лучами солнца. Сам полуостров, являющий собой северо-западное окончание Сицилии, напоминает по форме половинку массивного гаечного ключа, между двумя зубцами которого лежит бухта, давшая название этому населенному пункту.

По направлению на северо-восток, примерно в двух сотнях миль отсюда, находится остров Сардиния, любимое место отдыха нуворишей. Один дневной переход на моторной яхте, не говоря уже про быстроходные катера, и вы в Кальяри, столице острова.

Если мысленно прочертить линию, параллельную береговой черте, то она упрется в Мессинский пролив, Везувий и Неаполь, но до него отсюда не близко.

На юге находится Мальта, еще дальше — африканский берег, Ливия и Тунис.

Витторио бросил окурок в урну. Он был профессиональным фотографом, работал на свадьбах, на похоронах, брал заказы у рекламщиков и местных турфирм. Ему платили деньги отнюдь не за то, чтобы он созерцал местные пейзажи и достопримечательности. Фотографии здешних красот, сделанные Витторио Джанини, выставлялись в Интернете или включались в буклеты. Люди, созерцающие их, должны были загореться желанием приехать в этот прекрасный уголок Сицилии и увидеть все эти прелести уже наяву, в живую. Конечно же, пусть они потратят здесь свои деньги, весь год собираемые на отдых и развлечения.

На днях он договорился о заказе с директором одной из местных турфирм. Они расширяли бизнес, готовили новый сайт, планировали издать собственный рекламный буклет. Им нужны были снимки для фотогалереи, а также проморолик, который они собирались крутить на местных островных и итальянских кабельных каналах.

Часть работы Витторио сделал позавчера. Был пригожий день, съемка предзакатных видов и самого заката получилась просто великолепно, даже самому понравилось. Теперь надо было снять утренние виды побережья. Включая, разумеется, и сам восход солнца.

Часы показывали десять минут пятого. На площадке, кроме фотографа, по-прежнему никого не было. Витторио обожал эти мгновения творческого одиночества, любил оставаться наедине с великой природой. Да, он не смог стать всемирно известным фотографом — слишком жестока конкуренция. Но в нем, в Витторио Джанини, все равно живет художественное начало!..

Он установил на площадке две треноги: одну для видеокамеры, другую для зеркального фотоаппарата. На камеру Витторио планировал заснять восход солнца, используя береговую линию в качестве фона. Потом он сожмет отснятый материал, перезапишет его на «рапиде».

В рекламном ролике этот блок займет не более двадцати секунд. Сам же ролик должен уложиться в три минуты, никак не более. Люди в массе привыкли к клипам. У многих нет ни времени, ни желания смотреть длительные видеофильмы, особенно рекламные.

Вялость и сонливость улетучились. Сейчас Витторио чувствовал себя уже вполне хорошо. Восточная часть небосвода теперь заметно высветилась. Над морем, особенно у берега, клубился туман.

Еще каких-то полчаса, и он развеется. Белесые полосы, тянущиеся вдоль берега, тоже надо отснять. Возможно, эти кадры пригодятся для ролика.

В какой-то момент Витторио увидел, как из этого клубящегося тумана показалась белоснежная моторная яхта. В бухту Сан Вито ло Капо они заходили часто, как парусные, так и моторные, да и разнокалиберные катера.

Витторио знал толк в таких вещах. К тому же он не раз видел именно эту яхту и даже знал, как она называется — «Магеллан».

Это настоящая красавица, относительно небольшая, длиной около тридцати метров, но обладающая выглаженными стремительными формами. Четыре каюты повышенной комфортности. У этой яхты небольшая осадка, ею легко управлять. Именно это обстоятельство позволяет ей заходить в небольшие мелководные бухты, лавировать между отмелями, которых в этих местах более чем достаточно.

Витторио чуть подрегулировал треногу, чтобы захватить в кадр эту прелесть, появившуюся из туманной дымки. Он слышал разговоры о том, что эта яхта входит в коллекцию бывшего премьер-министра страны, одного из самых богатых людей Италии.

Километрах в четырех или пяти от того места, где сейчас стоял Витторио, находилась небольшая бухта. Там еще лет тридцать назад были построены две очень крутые виллы — под старину. Их отсюда не было видно, обзор загораживал зубчатый выступ соседней скалы. Попасть туда можно только по морю. Еще, как сказал фотографу один знакомый, там имеется вертолетная площадка.

Фактически это уже территория заповедника. Но тем двум богатеям, которым принадлежат эти виллы, плевать на людей, на общество и на законы. Абсолютно! Почему? Ответ прост: они сами и придумывают эти законы, так что попробуй-ка им что-нибудь запретить или как-то их наказать.

Витторио предположил, что яхта проследует прямиком в эту небольшую бухту, почти закрытую от взоров посторонних людей. Но белоснежная красавица застыла метрах в трехстах от берега.

«Странно, — подумал фотограф. — Обычно катера и яхты сразу же заходят в бухту. Здесь не то место, где удобно становиться на якорь или ложиться в дрейф. — Витторио решил, что кадры с яхтой, вынырнувшей из тумана, тоже можно будет вмонтировать в видеоролик. — Красиво получится, — прикинул он. — Хотя мне придется слегка подретушировать снимки, чтобы нельзя было однозначно идентифицировать яхту и ее владельца».

А уже в следующую секунду случилось то, чего местный фотограф Витторио Джанини совершенно не ожидал увидеть в этот предрассветный час.

Глава 3

Салон двухмоторного «Дугласа» наполнял гул двигателей. Самолет на высоте шести километров плыл над Тирренским морем. Рука великого мастера расцветила эту дивную картину изумрудными и синими красками с вкраплениями белопенных облаков.

Сквозь шум двигателей были слышны обрывки разговоров. Местные жители общались на певучем родном языке, туристы — на собственных наречиях, стюардессы — на английском и итальянском.

Хотя перелет был короткий, кому-то все равно понадобилось срочно воспользоваться туалетом, расспросить стюардессу об удаленном поселке, о специфике заказа такси, о погоде на севере Сардинии или о том, ходит ли автобус от аэропорта до нужного ему места. На вопросы, задаваемые стюардессе, тут же пытались ответить соседи или пассажиры с другого ряда. Все это сопровождалось жестикуляцией. Любое слово надо подчеркнуть взмахами рук и кивками. Иначе информация, конечно же, будет неполной.

У Алисы сложилось впечатление, что она попала в цыганский табор, который на двух двигателях поднимался в лазурное небо. Сам лайнер, кстати, как-то подозрительно вибрировал и потрескивал. Такие звуки издает цыганская кибитка на пыльной проселочной дороге или переспелый арбуз, когда его крепко сжимают ладонями, проверяя на спелость.

Алиса сидела у иллюминатора ближе к хвостовой части салона. Ее сосед, седовласый мужчина лет шестидесяти, оказался приятным компанейским человеком. Он сказал, что счастлив лететь вместе с такой очаровательной синьорой, и попросил называть его запросто, по имени — Леонардо.

Молодая женщина вежливо улыбнулась и сказала соседу на английском, что, к своему огромному сожалению, совсем не понимает прекрасного итальянского языка. Но синьора Леонардо, совершенно незнакомого ей мужчину, это нисколько не смутило. Он, как и большинство итальянцев, похоже, был убежден в том, что для того чтобы иностранец его понял, нужно просто говорить чуть медленней и громче обычного.

— Изумрудный берег Сардинии когда-то был лучшим местом на всем свете, — сказал сосед. — Старик Леонардо — это я о себе — еще застал те времена, когда красотами Коста-Смеральдо могли наслаждаться простые смертные. Горы, бухты, каштановые и оливковые рощи, виноградники, великолепные природные пляжи! Все это было доступно простым людям. А теперь!.. — Леонардо энергично махнул рукой, чуть не перевернув стаканчик с водой, который ему протянула стюардесса, остановившаяся возле них с передвижной тележкой. — И что? — Мужчина жестом отказался от напитка, предложенного ему. — Теперь-то там шагу нельзя сделать. Кругом собственность каких-нибудь мультимиллионеров — арабов, американцев или русских. Разве это хорошо, разве это правильно?

Алиса чуть повернула голову и вновь улыбнулась соседу. Да, здесь все крайне доброжелательны, вежливы и улыбчивы.

— Вы только поймите меня правильно. — Мужчина прижал руку к сердцу. — Итальянцы рады гостям. Но те очень большие деньги, которые пришли в Сардинию, нарушают гармонию как в людях, так и в самой природе. Разве я не прав, моя очаровательная соседка?

— Извините, — пробормотала Алиса на английском. — Но, боюсь, я ничего не поняла из сказанного вами. — Выдав эту реплику, она вставила в ушные раковины микронаушники и включила плейер на воспроизведение.

Алиса, надо сказать, все еще находилась под впечатлением от почти трехсуточного пребывания в Вечном городе. Сам Рим, естественно, она почти не видела. Так, что-то мелькало за окном авто, взятого напрокат, либо служебного джипа Паоло, если они ездили куда-то по его наводке. Ей не удалось побывать в некоторых заведениях, знакомых по прежним приездам. Даже пиццей она пока не побаловалась, зато успела перепробовать все мыслимые виды лапши.

Первым взялся вешать лапшу на ее нежные ушки частный детектив из фирмы, принадлежащей одному из старых друзей бывшего премьера Италии. Может, и самому этому деятелю. Да, речь о Паоло, о человеке, умеющем пудрить мозги, часами трындеть ни о чем, но при этом говорить со значением, доверительно.

— Вот здесь у меня приготовлены копии бумаг. В другом ящике, кажется. Нет, это немного не те бумаги, но оно и не важно. Так, я сейчас кое-что еще в компьютере посмотрю. Это любопытная информация в рамках известного дела. Ты, наверное, голодна? Может, продолжим разговор в кафе?.. Я тебе расскажу кое-что, о чем не хотелось бы говорить в четырех стенах. Видишь, как все любопытно? А вот сейчас, дорогая, ты услышишь самое интересное. Ну вот кто бы мог подумать, а? Надо вернуться в офис, там у меня в столе флешка с фотоснимками.

Тем же самым, разве что не столь артистично, занимались двое мужчин из службы безопасности крупнейшей итальянской энергетической компании, к которым Алиса отправилась в понедельник. Визит был согласован накануне ее прилета в Рим. Эти господа были многословны, порой перебивали друг друга, столько всего им хотелось сказать и открыть миловидной синьорине. Она была довольно молода для этих занятий и весьма прилично владела итальянским. Лишь иногда в ход пускался интернациональный инглиш.

Эти двое были в меру вежливы и предупредительны. Они не стали изображать бурную радость. Мол, как мы счастливы видеть вас здесь, дорогая Алиса! Вот только вас мы тут все и ждали! Но синьоры и не раздражались, как это порой бывает у людей с южным темпераментом, особенно если они общаются с женщиной.

Они вели себя вполне профессионально и не выказывали неудовольствия даже тогда, когда москвичка переключала разговор в нужное ей русло. Алиса пользовалась этим. Она задавала им не те вопросы, которые они сами себе придумывали, а совсем иные, по существу дела, согласованные с ее московским начальством.

Они показали коллеге, приехавшей из Москвы, ролики, снятые на прошлой неделе, в четверг — на следующий день после ЧП, имевшего место в окрестностях сицилийского городка Сан Вито ло Капо.

— Вот берег, смотрите, — говорил ей один, водя ручкой с закрытым колпачком по экрану лэптопа. — Это в десяти километрах от города, с другой стороны горы.

— А вот вода, — вторил ему другой. — В бухте глубины сравнительно небольшие, до тридцати метров. Но потом резкий обрыв — как ножом обрезано. Далее сразу свыше километра!

Алиса слушала все это и решила называть для себя этих господ Первым и Вторым — Примо и Сэкондо.

— Если бы яхта стояла на якоре в самой бухте, тогда было бы проще заниматься поисковыми работами, — продолжил Примо.

— И знаете, какие там бывают течения?.. По нескольку раз на день меняются! Это любой местный житель вам подтвердит, — подхватил Сэкондо.

Синьоры часто смотрели друг на друга, после чего переводили взгляды на москвичку, приехавшую для сверки информации по недавнему ЧП.

Примо:

— Там такие подводные потоки, столь мощные течения, что покойников, случается, находят у берегов Африки.

Сэкондо:

— А бывает и так, что этих бедняг, то есть утопленников, и вовсе не находят.

Ничего сверх того, что она знала до момента встречи с ними, Алиса из данного разговора не вынесла. Но эти люди и не собирались кормить ее качественным информационным продуктом. Они небось даже обрадовались, что из Москвы к ним прислали фемину. Как правило, женщинам проще вешать на уши лапшу, чем мужчинам.

В понедельник, уже после окончания рабочего дня, двойной порцией грубо нарезанной и почти сырой лапши ее угостил заместитель главы одного из департаментов Генеральной прокуратуры Италии. Их неофициальная встреча происходила на какой-то левой квартире. Как только Алиса приготовилась задавать свои вопросы этому знающему человеку, у того запиликал сотовый.

Мужчина обменялся с кем-то парой реплик, после чего сказал особе, приехавшей для встречи с ним из далекой северной страны:

— Извините, синьорина, очень сожалею, но возникло срочное дело. Как только появится новая информация, мы будем рады поделиться ею с вашей стороной.

Знакомый трюк.

Затем, уже во вторник, имело место общение с двумя офицерами МВД, из управления ДИА, занимающегося этнической преступностью и нелегальной торговлей людьми. Оба в свое время служили на Сицилии. Один из них также успел поработать в Кальяри, на Сардинии. Это про таких, как они, говорят: «В своем деле собаку съел».

Этот разговор состоялся в небольшом ресторанчике, находящемся в одном квартале от их офиса. Первые полчаса двое волков, поседевших и наживших язву на службе — обоим около полтинника, — почти не скрываясь, обменивались изумленными взглядами. По-видимому, они пытались понять, что здесь делает эта девица или же чем они сами занимаются в ее компании.

Кого видели перед собой эти опытные ищейки?

По другую сторону стола устроилась особа, которой было максимум лет двадцать семь. Они лицезрели хорошо сложенную девушку, явно не чурающуюся занятий фитнесом или чем-то в этом роде. На расстоянии вытянутой руки от них сидела молодая симпатичная женщина. Особе с такой вот внешностью надо заниматься шопингом в миланских бутиках, тратить состояние своего мужа или богатенького папика. А она собиралась принять участие в расследовании дела, к которому можно привлечь далеко не каждого спеца, тертого песочком, а то и наждаком.

Когда они пришли в себя, то вместо ответов на вопросы принялись вешать на ушки русской красавицы отборную лапшу. Как водится у такого рода публики, синьоры плотно покушали и пригубили кое-что из дорогих напитков, которые им обычно не очень доступны. За счет гостьи, понятное дело.

Алиса слегка улыбнулась, представив выражение лица этого Паоло. То-то он удивился, не обнаружив у стойки регистрации той особы, за которой ему поручило плотно присматривать его начальство.

«А как ты хотел, красавчик? — подумала она. — Надеялся, что я буду как овца ходить за тобой? А потом, уже в Палермо, на таком же коротком поводке меня будет водить какой-нибудь другой очаровательный брюнет? Ну уж нет. У вас, парни, свой бизнес, у меня — свой».

Стояла середина августа, огромный наплыв отдыхающих. У местных авиаперевозчиков и турфирм самый сенокос. Первого класса здесь не было, весь салон — «туристический». Вместо обычной конфигурации, рассчитанной на сто сорок пассажиров, использовалась уплотнительная схема. Сегодня в салоне сидели сто семьдесят два пассажира, включая и саму Алису. Кресла были установлены так экономно, столь тесно, что даже ей, девушке, некуда было девать ноги. Ну да, они у нее длинные. Что есть, то есть.

Откуда она знала точное число пассажиров?

Оттуда.

Одним из качеств, которыми должен обладать человек ее профессии, особенно женщина, является умение подмечать любые детали, даже кажущиеся совершенно незначительными.

Их итальянские партнеры — и «частники» из «Скудо», и сотрудники службы безопасности местной энергетической компании, и здешние правоохранители, занимающиеся расследованием ЧП в Сан Вито, — что-то скрывали, как минимум недоговаривали, утаивали какую-то часть информации.

Почему они так себя ведут? Да, вопрос интересный и, надо сказать, очень важный.

Следующим пунктом в ее командировочном листе значился отнюдь не Палермо, как это было предварительно согласовано с принимающей стороной. Она направлялась в Коста-Смеральдо, на Изумрудное побережье Сардинии. Именно оттуда, из Порто-Черво, восемь дней назад вышла в плавание тридцатиметровая моторная яхта класса круизер-люкс, на борту которой находились, среди прочих, трое граждан России.

Это было ее последнее плавание.

Глава 4. За несколько дней до событий. Окрестности Сан Вито ло Капо

Из тумана, который уже начал распадаться на отдельные полосы и клубы, вынырнул небольшой катер, оставляющий за собой пенную струю. Следом донесся и звук мощного двигателя.

Катер этот был раза в два меньше яхты. Цвет корпуса — стальной или серо-голубой. Небольшие суда такого класса Витторио тоже доводилось видеть. Мощный двигатель и аэродинамическая форма корпуса позволяли им развивать скорость до семидесяти километров в час.

Катер красиво очертил дугу вокруг яхты и подошел к ней. На палубе этой красавицы, в ее кормовой части, появились люди.

Витторио на какое-то время отвлекся от наблюдения за этими двумя небольшими судами. Он перешел к другой треноге, на которой был установлен фотоаппарат с объективом, купленным совсем недавно. Ему нравилась эта камера, да и собственная работа.

Сегодня у него должны получиться отличные снимки береговой черты. А если не подкачает дневное светило, то он сделает этим утром великолепные панорамные фото окраинных городских кварталов на фоне верхушки скалы Монте-Монако. С такого ракурса, под таким углом эту гору, кажется, еще никто из профессионалов не снимал.

Витторио полез в карман за сигаретами и зажигалкой. И в этот самый момент он услышал громкий раскатистый звук.

Фотограф от неожиданности даже присел, потом резко обернулся. Он и сам не заметил, как оказался у парапета балюстрады.

Подавшись вперед, Витторио Джанини жадно высматривал подробности того, что происходило в эти самые секунды в трех или четырех километрах от него. А увидел он вот что. Вначале это был клуб дыма с огненными проблесками, расширяющийся кверху. Затем из сердцевины этого гриба, поднявшегося метров на семьдесят, если не выше, стали вываливаться и падать в закипевшую, вспененную воду отдельные фрагменты и осколки.

Он охнул. Это были остатки того, что еще недавно представляло собой белоснежную моторную яхту класса круизер-люкс.

Катера тоже не было видно.

«Одно из двух, — решил Витторио. — Этот катер, минут двадцать назад подплывший к яхте, взлетел на воздух вместе с ней либо отошел от ее борта еще до взрыва и укрылся в бухте или пропал в полосе тумана».

— Пресвятая Дева Мария!.. — изумленно прошептал Витторио. — Боже мой! Какой ужас, какое несчастье!

В следующую секунду ему пришла в голову мысль, от которой его сначала бросило в холод, а потом — в жар. Он метнулся к камере, установленной на треноге, чуть нагнулся и стал смотреть в видоискатель.

— Святые мученики!.. — Витторио попытался вспомнить по имени хоть одного представителя местного католического пантеона, но его мозг уже был занят другим. — У меня есть запись! — пробормотал он. — Это же будет самая настоящая сенсация!

Он огляделся, нет ли кого поблизости. Как и прежде, ни на самой площадке, ни на тропе, ведущей к верхушке прибрежной скалы, кроме него, пришедшего сюда в такую рань по своей профессиональной надобности, не было более никого.

Гриб, возникший сразу после взрыва, очень быстро опал. Сизые клочья дыма смешались с утренним туманом. Водная гладь вскоре успокоилась. Теперь на воде были видны лишь мелкие обломки и фрагменты. Издали место катастрофы выглядело так, словно кто-то высыпал там несколько контейнеров с мусором.

Витторио выключил камеру, быстро уложил аппаратуру в сумку, повесил ее на плечо и поспешил к машине. На ходу он достал из поясного чехла мобильный телефон.

Директор турфирмы пообещал ему по выполнении заказа выплатить четыреста евро. Это совсем немного. Всю сознательную жизнь он работал за скромные деньги. За пределами их городка его мало кто знал.

Теперь же у фотографа Витторио Джанини появился шанс стать знаменитостью. Не исключено, что на одном ролике, отснятом им совершенно случайно, он заработает столько денег, сколько не получал за всю жизнь, прожитую им.

Глава 5. Остров Сардиния

Пассажирский «Дуглас» снизился недалеко от побережья Сардинии и пошел на посадку в аэропорту Ольбия Коста-Смеральдо. Алиса снимала момент посадки и строения аэропорта через иллюминатор на камеру айфона. Кстати, она была не одинока в этом своем занятии. Треть пассажиров делала то же самое.

Полет оказался не утомительным, всего-то пятьдесят пять минут.

Над ухом Алисы прозвучал голос мужчины, сидевшего в соседнем кресле:

— Самый красивый уголок на планете, не так ли, синьора? Или, простите, синьорина?

— Красиво, — продолжая съемку, сказала молодая женщина по-английски. — Даже очень.

— Леонардо знает толк в красоте и гармонии.

— Я не понимаю по-итальянски.

Лайнер слегка тряхнуло, когда его колеса коснулись бетонной полосы.

— На остров пришли деньги, — сказал мужчина. — Весьма большие. А вместе с ними появились и проблемы.

— Извините, я плохо понимаю итальянский.

Ее седовласый сосед отстегнул ремень безопасности и продолжил:

— Леонардо во всем ищет золотую середину, хотя сделать это бывает не просто. — Он улыбнулся. — Извините, если утомил вас своими разговорами. Благодарю за компанию. Возможно, мы еще увидимся. Мир велик, но и тесен. Наряду с хаосом в нем есть место и гармонии.

Через двадцать минут Алиса стояла в полупустом зале прибытия и несколько озадаченно смотрела на ленту багажного транспортера. Та дернулась напоследок и остановилась.

— Чемодан, — негромко сказала она. — Не поняла. Куда девался мой чемодан?! Его нет!..

«Чемодан? — с вопросительной интонацией прозвучало где-то у нее под черепом. — Его нет?»

— Нет чемодана, — вполголоса сказала женщина самой себе. — Проблема.

«Да, проблема», — подтвердил голос под черепной коробкой.

Алиса достала из сумочки айфон и набрала номер справочной второй по величине авиакомпании Италии, вбитый ею в меню. Следовало выяснить, куда подевался чемодан, сданный ею в багаж.

Она глянула на экран и удивленно вскинула брови.

— И телефон не работает!

«И телефон не работает?» — с той же вопросительной интонацией отозвался голос.

— Странно.

«Странно», — эхом отозвалось в ушах.

Алиса обернулась на звук шагов. Ее брови удивленно поползли вверх.

Вот это да! Мужчина, вошедший в зал прибытия, оказался как две капли воды похож на Паоло.

Алиса уже хотела было резко спросить, какого лешего он здесь делает и как вообще тут оказался. Ведь он остался в аэропорту! Но в самый последний момент она прикусила язычок.

У этого мужчины, столь похожего на римского частного детектива, нос другой, широкий и приплюснутый, видимо сломанный в молодости. Данный субъект смотрит на нее хмуро, даже сердито. Паоло бы себе такого не позволил. И, что тоже немаловажно, одет он не в штатское, как тот красавчик, которого она одурачила в аэропорту Фьюмичино, а в форму сотрудника полиции.

Глава 6

Этот субъект несколько долгих секунд сверлил взглядом девушку, застывшую возле транспортера для выдачи багажа.

— Синьора Алиса? — глухо произнес он. — Или вас можно называть синьориной?

— Э-э… да. Синьорина. Можно и по имени. А вы?..

Полицейский достал из нагрудного кармана форменной рубашки смартфон.

— Паоло слева, — сказал он и показал молодой женщине снимок на экране. — А справа стою я.

Алиса увидела изображение двух загорелых мужчин в шортах и майках. Они были засняты на берегу моря. Полицейский перевернул смартфон другой стороной, сам зачем-то посмотрел на экран, после чего вновь уставился на женщину, только что прилетевшую из Рима.

— Да! — сказала Алиса. — Поняла. Вы родственник Паоло? Наверное, его старший брат?

Лицо полицейского стало еще более угрюмым.

— Сразу видно, что вы иностранка, — заявил он.

— Это потому, что у меня рыжие волосы и белая кожа? Или из-за акцента?

— На севере Италии можно встретить рыжеволосых и белокожих женщин. Но ни одна из них не скажет такой…

— Глупости, вы хотели сказать?

— Паоло старше меня. — Полицейский хмуро усмехнулся. — Пусть и всего на год.

— И потому вы находитесь здесь, а он — в Риме? Я правильно поняла?

— Для того чтобы понимать что-то, надо здесь жить, — сказал полицейский.

— Паоло не говорил, что у него есть брат. Мое имя вы уже знаете — Алиса. Я из Москвы.

— Меня зовут Николо.

Алиса протянула ему руку, но ее узкая ладонь повисла в воздухе.

— Извините, я не хотела вас обидеть. — Она поправила чехол с ноутом, свисающий с плеча. — Вы очень похожи на Паоло. Правда. Поэтому я сначала подумала, что вы — это он.

— Мы к этому привыкли. Как я, так и Паоло.

— А почему мои слова показались вам глупостью, Николо?

— Это не глупость, а незнание.

— Вы имеете в виду какие-то местные обычаи?

— У меня нет времени заниматься вашим просвещением, — сухо сказал полицейский. — Что вы делаете здесь, в Ольбии, синьорина Алиса?

— Я только что прилетела из Рима.

— Зачем вы сюда прибыли? Брат сказал, что вы должны были лететь в Палермо.

Женщина прокашлялась и пробормотала:

— Мои вещи…

— Мой брат… — одновременно с ней произнес полицейский.

— Говорите сначала вы, Николо.

Полицейский включил набор номера. Звонка явно кто-то ждал и отозвался мгновенно.

Николо протянул мобильник женщине:

— Это Паоло. Он хочет сказать вам несколько слов.

— Мне очень неловко, Паоло, — проговорила Алиса, кое-как вклинившись в поток итальянской речи. — Я увидела, что у соседней стойки идет регистрация рейса в Ольбию, и тут вспомнила, что у меня имеется броня на него.

— Но почему ты мне не сказала? — услышала она. — Почему не дождалась меня, Алиса?

— Не было времени, дорогой Паоло. Меня сразу провели на борт, и самолет тут же поднялся в воздух!

— Ты даже не представляешь, что я перенес, когда не обнаружил тебя на месте!

— Паоло, я собиралась позвонить из самолета. Я пыталась набрать твой номер, чтобы ты не нервничал и не искал меня.

— Я чуть с ума не сошел!

— Но у меня что-то случилось с телефоном. Он почему-то не работает, поэтому я не смогла дозвониться до тебя. А сейчас я говорю с тобой с аппарата твоего брата Николо.

— Это я ему позвонил и попросил встретить тебя в аэропорту.

«Интересно, дружок, откуда ты узнал, что я отправилась на Изумрудное побережье?» — подумала Алиса, но вслух сказала другое:

— Кстати, вы с ним очень похожи.

— С тобой все в порядке?

— То есть?..

— Ты ведь говорила, что не перенесешь перелет без еды.

— Поняла. В самый последний момент, когда уже складывала вещи обратно, я нашла сверток с едой. Так что все обошлось.

— Я очень за тебя переживал.

— Извини, Паоло. Спасибо тебе за внимание, сочувствие и дружескую поддержку.

— Так ты в порядке?

— Конечно. Вот только чемодан куда-то подевался.

— Чемодан?

— Ну да. Я сдала его при регистрации на рейс.

— И что? Его нет?

— Я стою как раз в зале прибытия. Все пассажиры, летевшие одним рейсом со мной, уже забрали свои вещи и ушли. А моего чемодана нет.

— Что говорят служащие компании?

— Я пока не общалась с ними на эту тему.

— Понятно. Алиса, дорогая, дай-ка телефон моему брату.

Николо перебросился несколькими репликами с родственником. Закончив переговоры, он хмуро посмотрел на женщину, мнущуюся у пустой ленты транспортера.

— У нас не так уж много времени, синьорина.

— Это почему?

— До вылета самолета местной авиалинии в аэропорт Винченцо Флорио осталось уже менее часа.

— Не поняла.

— Это в Трапани. Есть такой город на северо-западе Сицилии.

— Это-то я знаю. А при чем здесь Трапани?

— Оттуда вас отвезут на машине в Сан Вито ло Капо. Это соседние города.

— Но…

— Вы ведь собирались лететь в Палермо, а оттуда добираться машиной в Сан Вито ло Капо, где сейчас находится ваш русский коллега, не так ли?

— Это вам Паоло сказал?

— Да. Ведь именно такими были ваши планы, синьорина Алиса?

— Первоначально — да. Но мои планы поменялись, Николо.

Сотрудник полиции посмотрел на часы.

— Пойдемте, я провожу вас к стойке регистрации.

— У меня нет билета на тот рейс, о котором вы говорите!

— Это не проблема. Мое ведомство имеет броню на всех местных авиалиниях.

— А как же мой чемодан?

— Возможно, служащие найдут его еще до вылета рейса в Трапани.

— А если не найдут? Как я буду обходиться без личных вещей?

— Я не исключаю, что ваш чемодан по ошибке отправили… скажем, в Палермо.

— Вот как?

— Почти не сомневаюсь, что высококвалифицированные служащие наших прекрасных авиакомпаний разберутся с этим… казусом.

— Хотелось бы в это верить.

— Вот увидите, этот чемодан с извинениями доставят в ваш номер в известном вам отеле в Сан Вито ло Капо еще до конца нынешних суток.

Алиса прерывисто вздохнула.

— Я рада это слышать, Николо, но не собираюсь лететь в Трапани или в Палермо. Во всяком случае — не сегодня.

Полицейский процедил воздух сквозь сжатые зубы, поднес мобильник к уху и спросил:

— Паоло, ты еще на связи? Синьорина Алиса отказывается лететь в Трапани. — Выслушав ответ, он хмуро посмотрел на женщину и пробубнил: — Паоло спрашивает — почему?

— Почему я не хочу сейчас лететь на Сицилию?

Тут Алисе показалось, что сотрудник полиции с трудом удержался от употребления крепких выражений.

— Да, — сказал он. — Паоло спрашивает именно об этом.

Алиса поправила выбившуюся прядь волос и проговорила:

— Скажите ему, что у меня здесь есть дела.

— Какие дела?

— В рамках моей командировки.

— Что именно вы собираетесь предпринять и как долго намереваетесь здесь пробыть?

— Я планирую пробыть на Изумрудном побережье день, максимум два. Можете передать это Паоло.

— Он вас слышит. А вот я не услышал ответа на свой первый вопрос.

— Извините, Николо, но я не обязана вам этого открывать.

Алиса включила айфон. Однако и эта ее попытка набрать контактный московский номер не увенчалась успехом.

Странно. Симка почему-то не опознавалась местным оператором. В Риме, вплоть до вылета в Ольбию, с телефоном все было в порядке. Уже находясь в салоне «Дугласа», за пару минут до вылета, она отправила СМС-сообщение на контактный номер, и оно дошло. А тут вдруг как отрезало.

Полицейский к этому времени закончил переговоры, сунул мобильник в поясной чехол и сказал:

— Ну что, пойдемте к стойке регистрации? В половине седьмого вы уже будете в Сан Вито.

— У меня другие планы, Николо.

— Паоло сказал, что его фирма оплатит вам стоимость авиабилета. Если, конечно, вы улетите прямо сейчас.

— Николо!.. — Алиса чуть наклонила голову вправо. — Неужели я так плохо говорю по-итальянски? Или мне нужно повторять каждую фразу по два-три раза?

— У вас отличный итальянский.

— Тогда послушайте, что я вам скажу. Я никуда не полечу! Во всяком случае, не сегодня.

— Я думал, только в Италии встречаются такие упрямые женщины, — сухо сказал полицейский. — Да и то исключительно в сельских районах Сицилии.

— Вы очень учтивы, господин полицейский. Впрочем, если вам хочется считать меня сельской дурочкой — ваше право.

— Я не называл вас дурочкой. Я сказал, что вы упрямая.

— Николо, спасибо, что встретили меня и дали поговорить по телефону с вашим братом. А теперь давайте попрощаемся. Всего вам доброго.

Алиса направилась в сторону прохода, через который можно было попасть в другой зал аэропорта. Николо шагал вслед за ней. Надо сказать, что этот мужчина в форме полицейского, в фуражке, с пистолетом в поясной кобуре выглядел весьма внушительно.

— Вы что, преследуете меня? — не оборачиваясь, спросила женщина. — Я уже не знаю, что мне о вас думать.

— Плевать я хотел на то, что вы обо мне думаете, — сказал Николо. — Я вообще-то человек занятой и нахожусь здесь лишь потому, что меня об этом попросил брат.

— Ваш брат Паоло более учтив.

— Ему за это деньги платят.

Алиса подошла к стойке авиакомпании «Меридиана Флай» и проинформировала дежурную сотрудницу о возникшей проблеме.

Та сверилась с данными в компьютере, затем позвонила кому-то по служебному телефону и сказала:

— Извините, синьора, произошла какая-то досадная ошибка.

— Да, это очевидно. Меня интересует другое: где мой чемодан?

— Мы обязательно выясним, где находится ваш багаж, и доставим его вам в самые сжатые сроки. Оставьте, пожалуйста, ваш контактный номер. Мы с вами свяжемся. — Служащая выложила на стойку лист бумаги и авторучку.

Алиса написала номер своего мобильного, на том же листке указала название отеля в Порто-Черво, в котором у нее забронирован номер.

— Я бы хотела получить свой чемодан как можно скорее, — передавая листок сотруднице, сказала она. — Желательно до конца этих суток.

— Конечно, синьорина. — Служащая сохраняла вежливое выражение лица, но посмотрела на нее как на слабоумную. — Мы постараемся решить эту досадную проблему как можно быстрее.

Алиса направилась в другой конец зала. У стойки местной фирмы, специализирующейся на прокате автомобилей, ее ждал еще один удар.

— Как это? — спросила она у смуглого парня, одетого в униформу прокатной фирмы. — Неужели у вас совсем нет свободных машин?

— Остались только лимузины, — сказал служащий.

— Лимузины? Хм…

— Лимузины с водителями, — уточнил парень. — Класса экстра-VIP. Стоимость аренды — полторы тысячи евро в час.

— Сколько?! Неужели у вас нет хотя бы малолитражки?

— Ни одной свободной.

— На вашем сайте, который я открывала пару дней назад, было большое предложение по транспорту именно в аэропорту Ольбии. Там указывалось, что машину можно арендовать прямо в аэропорту, у вас здесь основная парковка.

Парень бросил на нее какой-то странный взгляд и сказал:

— На сегодня предложений нет, не считая лимузинов. Возможно, свободные машины будут завтра.

Алиса подошла к полицейскому, стоявшему в трех или четырех шагах от стойки, и спросила:

— Это ваша работа, Николо?

— Что стряслось, синьорина? — хмуро поинтересовался тот.

— В прокате машины закончились! Ну и как прикажете это понимать?

Полицейский надвинул фуражку чуть глубже.

— Август, — сухо произнес он. — Большой наплыв чудаков, приезжающих со всего света в наши края.

Алиса направилась к выходу. Вслед за ней, держась всего в паре шагов позади, шел полицейский. Они вышли на свежий воздух. Температура в Ольбии, судя по надписи на табло, была такая же, как и в Риме, когда они с Паоло приехали в аэропорт, то есть плюс двадцать девять. Но если в Вечном городе московской гостье казалось, что ее окружала липкая жара, то здесь, невдалеке от моря, зной совершенно не ощущался.

Пройдя всего несколько шагов, Алиса остановилась. Полицейский, шедший за нею по пятам, — тоже.

— Николо, как это прикажете понимать? — осведомилась женщина.

— Что именно, синьорина? — хмуро поинтересовался тот.

— Ну, это вот. — Алиса сделала неопределенный жест. — Зачем вы ходите за мной?

— Раз вы уж такая упрямая, то давайте я вас довезу до места.

— Вы же сетовали на занятость.

— Нам по пути.

— А откуда вы знаете, господин офицер, куда именно я направляюсь?

— Перефразируя известную поговорку, здесь все пути ведут в Порто-Черво. — Николо кивнул на служебный «Фиат» с мигалкой, припаркованный неподалеку. — Прошу, синьорина Алиса.

«Не хватало еще, чтобы я приехала в поселок миллиардеров на полицейской тачке, — подумала про себя Алиса. — И в компании местного стража порядка. Ну уж нет».

— Это ваше авто? — спросила она, чтобы хоть что-то сказать.

— Это служебная машина.

— Скромно, особенно для этих мест.

— А вы думали, в Порто-Черво полицейские на лимузинах рассекают?

— Откуда мне знать. Благодарю, господин полицейский, но я сама доберусь до места.

— Минутку, синьорина Алиса.

Молодая женщина с удивлением посмотрела на мужчину в форме, подошедшего вплотную к ней и осмелившегося взять ее за локоть.

— Вы собираетесь меня арестовать, господин полицейский?

— Я хочу вас предупредить, — понизив голос, сказал тот.

— О чем, интересно?

— Здесь, на побережье, был большой шум. Еще ничего не закончено.

— О чем это вы говорите?

— О тех трех ваших соотечественниках, которые отплыли отсюда на яхте в прошлый понедельник.

— Так-так.

— Да, о тех людях, которые погибли… пропали без вести в ночь с понедельника на вторник неподалеку от городка Сан Вито ло Капо.

— Вы хотите поделиться со мной информацией по этому делу? Если ответ «да», то я готова сесть в вашу машину. Но при условии, что вы расскажете все, что знаете о пребывании этих трех российских граждан на Изумрудном побережье вашего замечательного острова.

— Не имею такого права.

— Тогда зачем вы это мне говорите? — почти сердито спросила женщина.

— Я не хочу, чтобы список пропавших или погибших пополнился еще одной персоной, — сказал полицейский. — Тем более что речь идет о такой молодой и красивой синьорине.

— Молодая красивая синьорина благодарит вас за комплимент и за предупреждение. — Алиса высвободила локоть из цепкой мужской руки. — И вот что, господин полицейский. — Она отступила на шаг, чтобы восстановить дистанцию между ними. — Пусть каждый занимается собственными делами: вы — своими, а я — своими.

Глава 7. Сан Вито ло Капо

Мужчина лет тридцати пяти, сидевший за столиком в одном из кафе, заполонивших набережную, бросил взгляд на наручные часы. До встречи с местным адвокатом осталось полчаса. Если не спешить, то до офиса можно добраться минут за двадцать. Ну что ж, пора допивать кофе и отправляться.

Константин поднял руку, попытался привлечь внимание смуглого паренька-официанта. Он уже успел заметить, что среди обслуги тут довольно много южан, выходцев из стран Магриба. Встречаются и русскоязычные официанты и менеджеры низового звена, но таких здесь сравнительно немного.

Он сунул под блюдце купюру в десять евро, надел светлую шляпу, слегка одернул полы легкого пиджака из льняной ткани, повесил на плечо сумку из светло-коричневой кожи. Не дожидаясь, пока парень соизволит принести счет за выпитую чашку кофе, он вышел с террасы на улицу и направился в сторону центра.

Ветров прилетел на Сицилию в понедельник, во второй половине дня. Как Алиса и другие сотрудники их группы, подключившиеся к этому делу, он работал под прикрытием.

Документы у него были качественные, комар носа не подточит. Согласно легенде, он являлся сотрудником московского частного сыскного агентства, имеющего международный сертификат и разрешение на оказание определенных услуг за пределами России. Он также числился в штате филиала данного агентства на острове Кипр, в городе Лимасол. У него имелся кипрский вид на жительство, необходимые разрешения и сертификаты, позволяющие оказывать профессиональные услуги клиентам, проживающим в большинстве стран Евросоюза.

Командировка на Сицилию была согласована сразу по нескольким каналам, как открытым, официальным или, если угодно, легальным, так и через дружественные связи, дающие выход на разные контакты, интересные для их дела. К примеру, на близкое окружение бывших чиновников довольно высокого ранга.

Часы показывали половину пятого. Константин сразу по приезде взял напрокат машину. Джип сейчас отдыхал на парковке возле отеля, где остановился Ветров. Он решил прогуляться в офис адвоката пешком.

День выдался солнечный, к полудню стало основательно припекать. Но сейчас, когда солнце перешло от скалы Монако к западному сектору небосвода, погода была чудо как хороша.

С моря задувал приятный ветерок. Пахло водорослями, кофе и жаренным на углях мясом. Курортники после полуденной сиесты потянулись в сторону набережной, к прибрежным кафе или к Монте-Монако, туда, где тянулась длинная полоса чистейших пляжей. В местном воздухе витал дух безмятежности. Все счастливы, довольны жизнью. Настоящий парадиз, рай на земле.

«Стоит здесь пробыть хотя бы день, и ты сам проникаешься этой негой и безмятежностью. Идеальное место для отдыха. — Ветров криво усмехнулся. — Нет, не только для этого. Но также и для обмана, организации афер и устранения неугодных персон».

Тема, из-за которой Ветров и еще несколько сотрудников группы «Бастион» прибыли под прикрытием в Италию, возникла, надо сказать, довольно неожиданно. Это была не совсем их специализация. С другой стороны, если хорошенько подумать, то когда они получали задания, которые на все сто процентов соответствовали изначальной специализации подразделения «Бастион»? При Ветрове такого не было точно, а ведь он один из ветеранов спецгруппы.

В минувшую пятницу, точнее, в ночь с пятницы на субботу старший группы Кэп, он же Иван Иванович, был вызван к заказчику. Термины «начальство» или «руководство» в их группе, кстати, никогда и никем не использовались. Их заменой служило нейтрально-коммерческое определение «заказчик».

В качестве такового на сей раз выступил один из высокопоставленных федеральных чиновников. Имя и должность этого человека Кэп опять же озвучивать не стал. Таковы были правила, действующие у них.

Заказчик поделился со старшим группы «Бастион» первичной информацией. Несколько дней назад в южной Италии случилось ЧП. Ранним утром неподалеку от сицилийского городка Сан Вито ло Капо взлетела на воздух моторная яхта класса круиз-люкс. По данным, предоставленным итальянскими правоохранителями, занимающимися расследованием, взрыв произошел близ частного пляжа, во время постановки яхты на якорь. Самая вероятная версия — срабатывание авиабомбы или мины времен Второй мировой.

Яхта от взрыва раскололась и затонула. На борту ее, по данным полиции, находились трое членов экипажа, а также четверо пассажиров. Таковыми числились один гражданин Италии и трое — России. Имена последних известны.

Найдены пока тела лишь трех жертв кораблекрушения; остальные четверо, включая россиян, официально считаются пропавшими без вести. В районе происшествия работали спасательные службы, включая водолазов. Они тщательно обследовали дно и останки затонувшей яхты. По мнению итальянских экспертов, тела трех россиян и одного итальянца придонным течением были вынесены в открытое море.

По предварительной информации, один из россиян, топ-менеджер крупной отечественной нефтегазовой компании, оформил на себя аренду этой яхты за четыре дня до ЧП. Судно совершило переход из курортного городка другого итальянского острова — Сардинии. Точно известно, что россияне за сутки до трагедии встречались в Порто-Черво с секретарем и ближайшим помощником бывшего премьер-министра Италии. Не исключено, что они общались и с ним самим, хотя эта версия пока не подтверждена.

Известна и тема беседы. Двое «шерпов» — тайных переговорщиков — должны были сообщить через помощника этому влиятельнейшему человеку предложения по так называемым ливийским бумагам и потенциальной доле итальянских партнеров в консорциуме. Они наверняка это сделали, донесли данные предложения до того — или тех, — кому они предназначались.

Драматичности и таинственности этому происшествию добавляло и то обстоятельство, что яхта, взлетевшая на воздух у побережья Сицилии, ранее принадлежала бывшему премьер-министру Италии, по сию пору весьма влиятельному и, безусловно, очень состоятельному человеку. Как стало известно, она была продана примерно за месяц до крушения и на момент трагедии числилась в собственности фирмы, сдающей элитные плавсредства в аренду не самым бедным людям.

Через несколько часов после этой трагедии, утром того же дня, в тридцати километрах от этого места потерпел крушение пятиместный «Джет». На его борту, кроме пилота, находился лишь один пассажир. Но зато какой! Это был личный помощник президента крупнейшей итальянской нефтяной и газовой компании.

Именно с этим человеком, как проинформировал заказчик главу «Бастиона», должны были встретиться двое «шерпов» на вилле близ сицилийского городка Сан Вито ло Капо. А помогать им в переговорах должна была молодая женщина, сотрудница МИДа РФ, дочь одного из заместителей министра, прожившая несколько лет в Италии, прекрасно знающая язык и обычаи. Эти трое граждан России и находились на яхте.

Обломки самолета были найдены. Тела пилота и пассажира — в отличие от тех, кто был на яхте, затонувшей в результате взрыва, — тоже обнаружили.

По мнению заказчика, эти два происшествия, то есть взрыв на яхте и крушение «Джета», могут быть взаимосвязанными событиями. Но итальянские власти ничего общего тут не обнаружили.

Перед Кэпом и его сотрудниками были поставлены следующие задачи. Во-первых, максимально полно выяснить все детали случившегося. Во-вторых, установить, кто за этим стоит, что за структура или организация осуществила эту своеобразную акцию устрашения. В-третьих, и это главное, выяснить судьбу трех граждан России. Если они все еще живы — а некоторые детали говорят в пользу этой версии, — предложить варианты решения проблемы, включая возможное привлечение сотрудников спецслужб обеих стран. Или же осуществить операцию по их освобождению собственными силами, если того потребуют обстоятельства.

Действовать для выполнения этих задач позволено жестко, даже жестоко, но, разумеется, не оставляя следов причастности официальных российских властей к чему-либо противозаконному.

Ветров без труда нашел нужный ему адрес. Он не сомневался в том, что его вели с первых мгновений приезда в этот городок. Вот и сейчас за ним наверняка наблюдала пара внимательных глаз. Возможно, и не одна.

Для порядка Константин сверился с визиткой, которую ему выдал сотрудник филиала частного сыскного агентства «Скудо», расположенного в Палермо. Он бросил взгляд на латунные таблички, прикрепленные у входной двери, нашел нужную и тут же нажал на кнопку звонка, размещенную под ней.

Глава 8. Порто-Черво, Сардиния

Алиса нисколько не удивилась бы, если бы водители всех такси, припаркованных на площади близ терминала аэропорта, — а их здесь было не менее десятка — сказали бы ей, что они заняты. Мол, мы приехали по заказу и не можем вас обслужить. Эти ребята могли бы придумать иную отмазку, чтобы только не брать на борт молодую женщину, сопровождаемую сотрудником полиции. Благо итальянские мужчины очень талантливы по части изготовления и развешивания лапши.

Но то ли «теория заговора», выстроенная Алисой к этому времени, оказалась неверна, то ли у ее спутника в форме не было такой власти, чтобы перекрыть кислород. Как бы то ни было, первый же таксист охотно посадил ее в свое авто с шашечками.

— Куда вас доставить, синьорина? — поинтересовался водитель, дядька лет сорока с небольшим.

— В Порто-Черво. Знакомое название?

— Прекрасное место. — Водитель обернулся. — А почему вы без багажа, синьорина? — удивленно спросил он.

— Я путешествую налегке. — Алиса едва удержалась, чтобы не вздохнуть. — И в каждом новом месте покупаю себе все необходимое.

— Это интересный подход, — сказал водитель. — Я знаю несколько магазинов в Порто-Черво.

«Их там всего ничего, — подумала Алиса. — Вещи в этих бутиках стоят втридорога или еще круче».

Как только таксомотор выехал с площади перед аэропортом, служебную парковку покинул и полицейский «Фиат».

В половине седьмого вечера у главного корпуса четырехзвездочного отеля «Колонья Черво» остановилась машина. Алиса расплатилась с водителем, взяла три пакета с эмблемами местных магазинов и выбралась из салона.

Это было уже третье по счету такси. Машина из аэропорта довезла ее до центра поселка Порто-Черво. Путь занял менее получаса. Алиса рассчиталась с водителем и отпустила его восвояси. Сама же она устроила небольшой шопинг.

Это была вынужденная акция. Ведь из-за проблем с багажом она осталась без личных вещей.

В одном из бутиков она присмотрела платьице небесного цвета с подсолнухами, очень даже яркими на этом фоне. Обошлось оно недешево, кстати, почти шестьсот евро. Но другие платья, которые более или менее подходили ей по расцветке и по крою, стоили много дороже — от полутора тысяч европейских денег.

Еще Алиса купила туфельки на низком каблучке, чтобы иметь пару сменной обуви — сто девяносто девять евро. Ночная рубашка была приобретена ею за сто шестьдесят. Комплект нижнего белья встал в две сотни еврорублей. Зато тапочки с помпонами обошлись всего в тридцать.

Ну, и кое-что по мелочам. Санитарно-гигиенический набор обошелся в сотню с небольшим. Еще три сотни евро Алиса выложила за флакон духов. Она, конечно, знала, что в любом другом месте на земном шаре они стоили бы вполовину дешевле. Но ей как-то надо было приободриться, чем-то себя побаловать. Хотя бы такой вот мелочью. Алисе хотелось перебить ту темную масть, которая постоянно выпадала ей все последние дни.

Она договорилась с сотрудницей парфюмерного бутика и оставила там все пакеты с покупками. Там же, в центре, Алиса увидела таксомотор, отдыхающий на стоянке. Таксист по просьбе синьорины отвез ее сначала к церкви Стелла Марис. С холма, на котором она возведена, открывается великолепный вид на бухту, очертания которой напоминают фигуру оленя. Этим обстоятельством, кстати, объясняется и название городка. «Черво» по-итальянски как раз и означает «олень».

Фотоаппараты и оптика к ним хранились в ее чемодане, который — так уж получилось — путешествовал отдельно от хозяйки. Так что выбирать было особо не из чего. Алиса сделала несколько общих снимков бухты на камеру айфона, а также щелкнула с холма несколько прибрежных вилл.

Пробыла она там минут десять, не больше. Потом тот же таксист отвез рыжеволосую иностранку на другую — северную — сторону бухты. Остановились они примерно в том месте, где на плане бухты, если смотреть с высоты птичьего полета, находились оленьи рога.

Алиса рассчиталась с водителем. Около получаса она провела за столиком кафе, с террасы которого открывался отличный вид как на саму бухту, так и на причалы, расположенные невдалеке, где швартовались паромы и пассажирские суда. Но главным украшением бухты являлся яхт-клуб «Коста-Смеральдо». Алиса съела изумительное пирожное со смешанным вкусом фундука и земляники, запила его стаканом свежевыжатого грейпфрутового сока. Потом она сделала еще некоторое количество снимков. Девушка запечатлела причал, с двух сторон которого были пришвартованы шикарные яхты, а также ковш малого порта, настолько тесно уставленный разнокалиберными судами, что между ними почти не было видно воды.

Там же, неподалеку от яхт-клуба, обнаружилась стоянка таксомоторов. Алиса уселась в машину с шашечками и попросила водителя отвезти ее в отель «Колонья Черво», но через центр, поскольку ей нужно было забрать в парфюмерном магазине пакеты с покупками.

В отеле за стойкой регистрации дежурила девушка азиатской наружности в униформе. Она улыбнулась гостье так широко, радостно и открыто, что можно было увидеть ее желудок. Алиса достала из дамской сумочки скан ваучера, сложенный пополам. Номер в этом отеле заказан был утром того же дня, когда она вылетела из Москвы в Рим.

Пока рыжеволосая иностранка копалась в сумочке, улыбчивую филиппинку — или кто она там по национальности — сменил за стойкой лощеный парень примерно того же возраста, что и Алиса.

— У меня забронирован номер в вашем отеле. — Алиса передала менеджеру копию ваучера. — На трое суток.

Служащий сверился с компьютерной базой.

— Двухместный люкс, но на одну персону?

— Верно, — сказала Алиса. — И эта персона — я.

— Очень хорошо, синьора… — Менеджер назвал ее по фамилии, обозначенной на бланке заказа. — Номер вас ждет. Но…

Молодая женщина удивленно вскинула бровь.

— Но?..

— Но оплата, как отмечено в бланке заказа, внесена лишь за сутки пребывания в нашем отеле.

— У вас на сайте написано, что внести оплату за вторые и третьи сутки можно по прибытии в отель, не так ли?

— Да, именно так.

— Что, прямо сейчас оплатить?

— Если вы собираетесь пробыть здесь больше одного дня, то да, синьора. Оплату нужно сделать при заселении.

— Оформляйте, я заплачу карточкой.

Алиса достала из сумочки «золотую» карточку VISA.

Менеджер проставил на бланке несколько недостающих цифр и сказал:

— Готово. Вставьте, пожалуйста, карточку в прорезь кард-ридера и наберите ПИН-код.

Молодая женщина сделала это и вдруг услышала:

— Извините, синьора. Попробуйте, пожалуйста, еще раз.

Вторая, а затем и третья попытки закончились неудачей. Терминал почему-то не принимал деньги через эту карточку, хотя на счету было депонировано не менее двадцати тысяч евро.

— Странно, — сказала рыжеволосая девушка. — Минутку…

Она достала из кошелька другую банковскую карту. Но и в этом случае все ее попытки расплатиться по счету, выставленному гостиницей, оказались тщетными. Либо карты были заблокированы, либо возникли какие-то проблемы в коммуникационных сетях.

Алиса растерянно посмотрела на карточку, зажатую меж пальцев, затем перевела взгляд на менеджера.

— Странно, — повторила она свою же реплику, затем сказала уже громче:

— Какой-то сбой произошел. Я всего час назад расплачивалась в бутиках этой карточкой.

— Мне очень жаль, но терминал не принимает оплату.

— Я позвоню в свой банк. Они разблокируют карточки или переведут вам деньги с другого моего счета. Думаю, утром нужная сумма уже будет на вашем счету.

— Синьора, если вы не оплатите счет, мы не можем гарантировать вам пролонгацию.

— Но до утра-то вы можете подождать?

— Очень большой спрос на номера, — сказал менеджер. — Если до девяти утра номер не будет оплачен, то начальство меня уволит.

— Я не хочу, чтобы вас уволили. — Алиса улыбнулась так тепло, как только смогла. — До какого времени надо внести деньги?

— Смена заканчивается в девять утра.

— К этому времени я оплачу счет.

— Хорошо, синьора. Я буду только рад.

— Теперь я хочу получить ключ от моего номера.

— Минутку, — сказал менеджер. — Одну секунду. — Он уставился на плоский экран компьютера.

— Что еще? — поинтересовалась Алиса. — Я ведь оплатила номер за первые сутки?

— Да, оплатили, — сказал служащий. — Но…

— Почему я не могу получить ключ от номера? Я очень устала с дороги и хочу отдохнуть.

— При заселении оплачивается дополнительный сбор. На сайте нашего отеля это указано.

— Ах да. — Алиса вновь достала из сумочки портмоне. — Сколько?

— Восемьдесят евро.

Женщина положила на стойку купюру номиналом в сто евро.

— Сдачу оставьте себе.

— Спасибо, синьора.

В следующую секунду купюра испарилась со стойки, словно этот парень работал фокусником, а не портье.

— Ключ!.. — напомнила ему гостья.

— Минутку. — Парень сверился с экраном компьютера. — Но вами не был внесен депозит.

— Депозит? А это еще зачем?

— Таковы правила, — сказал служащий. — Вдруг клиент что-нибудь сломает или разобьет?.. Кто тогда будет оплачивать убытки?

— Я не собираюсь крушить гостиничный номер!..

— Таковы правила, синьора.

— Сколько?

— Восемьсот евро.

— Сколько? — Алиса уставилась на менеджера отеля. — Да вы шутите!

— Восемьсот, — повторил портье. — Вам их вернут, когда вы будете выселяться из номера.

Алиса судорожно вздохнула и открыла портмоне. Внутри обнаружилась одна купюра в пятьсот евро, а также четыре сотки. Еще мелочь — двадцатка и столько же металлом.

Если она отдаст этому типу восемьсот евро, то останется почти без наличных. С другой стороны, если Алиса не внесет указанную им сумму на депозит, то он может и не дать ей ключ.

И что тогда? Найдет ли она хоть какой-то приют в этом поселке, предназначенном для отдыха и проживания не самых бедных в мире людей? В этом случае ей придется бомжевать — искать лавочку в парке или заночевать на одном из местных пляжей.

— Держите. — Алиса выложила на стойку восемьсот евро. — Теперь-то я могу получить ключ?

Служащий вновь уставился в компьютер так, словно там содержались рецепты по доведению клиентов до белого каления. У Алисы даже похолодело внутри. Если этот молодец изобретет еще какой-нибудь повод вытянуть из нее деньги, то ей уже нечем будет крыть этот ход.

Наконец парень выложил на стол пронумерованную смарт-карту с эмблемой отеля.

— Ключ от вашего номера, синьора.

— Телефон в номере имеется?

— Да, конечно. Но…

— Но что?

— Сегодня был ремонт телефонной подстанции.

— Вот как. И что?

— Что-то еще не до конца устранили и не все как надо настроили. Так что возможны перебои со связью.

— Интернет, надеюсь, имеется? Вай-фай?

— По уже указанной мною причине могут возникнуть проблемы с выходом в Сеть.

— Я почему-то не сильно этим удивлена, — пробормотала Алиса.

— Но телевидение работает, — жизнерадостно изрек менеджер. — У нас здесь полторы сотни каналов, почти на всех языках мира.

— Зашибись! — процедила Алиса на том языке, который был родным для нее. — Еще и связи у них нет.

— Вы что-то сказали?

— Вам показалось.

Служащий широко улыбнулся:

— Желаю приятного отдыха, синьора! Искренне надеюсь, что пребывание в нашем отеле оставит яркий след в вашей памяти.

Девушка с азиатской внешностью сопроводила иностранку в ее номер. Выяснилось, что двухместный люкс находился не в основном корпусе, а в одном из двухэтажных бунгало, которых здесь было примерно с дюжину. Алиса экономно отблагодарила служащую — десять евро металлом! — и закрыла дверь за девушкой, слегка офигевшей от такой «щедрости».

— Фух!.. — облегченно выдохнула она. — Ну, наконец-то я осталась одна.

«Одна», — отозвался в ушах голос.

Алиса положила пакеты на большую кровать, стоявшую в спальне, достала из одного ночнушку и тапочки, из другого — гигиенические принадлежности и флакон духов. Потом она сняла туфельки и огляделась.

Выяснилось, что из номера можно выйти на балкон — как из гостиной, так и из спальни. Алиса отодвинула штору, открыла дверь. Балкон метров восемь длиной, ширина — полтора метра. Пол выложен тиковыми плашками, прямо как палуба какой-нибудь недешевой яхты. На балконе стояли столик и два кресла. На столе в вазе — свежие цветы.

Номер занимал часть первого этажа этого бунгало. Небольшое строение имело высокий фундамент, поэтому и балкон находился не так уж близко к поверхности земли, на высоте двух с небольшим метров.

Алиса хотела было уже вернуться обратно в номер, но ее внимание привлек мужчина, сидящий за столиком возле овального бассейна, расположенного во внутренней части гостиничного комплекса. До кромки бассейна от ее балкона было метров пятнадцать. Мужчина сидел под зонтом, его лицо находилось в тени, к тому же он держал в руках развернутую газету. На столе лежала фуражка. Сам он был одет в полицейскую форму.

Появилась девушка, местная служащая. Она поставила на столик поднос, сняла с него чашку кофе, бутылочку воды и стакан.

Мужчина свернул газету и положил ее рядом, на стол. На какие-то мгновения их взгляды встретились.

«Ну и что теперь делать? — подумала Алиса. — Вот же привязался, репей!»

Можно было, конечно, крикнуть: «Чао, Николо! Давно не виделись!.. Как дела?» Ну, или еще что-то в этом роде. А еще дружески помахать ему рукой и попросить передать привет Паоло.

Можно поступить иначе. Надеть на лицо суровую маску, подбочениться и рявкнуть на всю округу: «Николо, какого хрена ты здесь забыл? Что ты делаешь под балконом моего номера? Что тебе вообще от меня нужно?»

Но молодая женщина, вышедшая на балкон, выбрала третий вариант, взвешенный и, пожалуй, самый разумный. Ее взгляд скользнул в сторону. Она сделала вид, что не заметила мужчину в полицейской форме, сидящего за столиком у бассейна.

Алиса задернула штору, но саму балконную дверь закрывать не стала. С залива так приятно тянуло свежим морским ветерком!

Она на секунду задумалась. Не исключено, что в номере имеется аппаратура скрытого наблюдения. Алиса пожала плечами. Ну и что ж теперь, не принимать душ? Не пользоваться туалетом? Сидеть тихо, как мышь в норке, потому что где-то рядом бродит голодный кот? Ну уж нет! Она не для того сюда прилетела, чтобы вести себя подобно мышке.

Алиса быстро разделась догола, босиком прошлепала в ванную комнату и включила свет. Рядом с дверью висел банный халат с эмблемой отеля.

Стопка чистых полотенец. Отлично. Сейчас она примет душ, вытрется, нанесет на влажную кожу капельку духов и плюхнется на постельку, на чистые простыни.

Нет, спать ей не хотелось. Алиса желала немного побыть наедине с собой, отдохнуть от окружающих, будь то Паоло, его брат, сосед по перелету, рассуждающий о гармонии и золотом сечении, таксисты, продавщицы в бутиках и менеджеры отеля. К тому же ей было о чем подумать. Дело, ради которого она прилетела в Италию, приобретало все более странный оборот.

Душевая кабинка с полупрозрачными стенками оказалась довольно большой. При желании здесь можно было предаваться водным процедурам — и не только им — вдвоем.

Алиса уже закрыла дверь ванной комнаты, как вдруг услышала какой-то тихий и странный звук. Она замерла. Звук этот, как ей показалось, донесся отнюдь не снаружи, не из-за двери, только что закрытой ею.

Алиса осмотрелась, нет ли чего опасного на виду, насторожила уши. В какой-то момент она даже дышать перестала.

Вот!

Опять послышался тот же звук, сухой, шелестящий, сопровождаемый негромким шипением.

Алиса, не оборачиваясь, протянула руку в сторону и сдернула с крючка халат. Держа его на весу, она скользнула к кабинке, потянула за ручку двери, но приоткрыла ее лишь самую малость, чтобы видеть в просвет то, что находилось в кабинке, издавало там эти подозрительные и весьма неприятные звуки.

Алисе не раз доводилось лицезреть разных гадов и крупных ядовитых насекомых, но при виде этой незваной гостьи кожа у нее тут же покрылась пупырышками. Пространство кабинки было наполнено золотистым светом, падающим сверху. На полу, опираясь на хвост и вздернув треугольную голову, застыла гадюка.

Это была некрупная змея, длиной не более шестидесяти сантиметров. Светло-коричневого цвета, ближе к песочному. На спине отчетливо виднелись пятна четырехугольной формы, складывающиеся в две симметричные полосы. Довольно толстая, солиднее обычной гадюки. Судя по окрасу и форме головы, это самка.

В голове Алисы, начиненной всяческими знаниями, как-то само собой всплыло название этой рептилии: Vipera aspis, гадюка асписная. В простонародье — аспид.

Тварь, невесть как оказавшаяся в душевой кабинке четырехзвездочного отеля, похоже, сама была напугана до крайности.

— Змея, — дрогнувшим голосом сказала Алиса. — Гадюка! В ванной!

«Змея? — с вопросительной интонацией прозвучал голос внутри ее черепной коробки. — В ванной?!»

«Ну, и что теперь делать? — промелькнуло у нее в голове. — Как мне себя вести в этой ситуации?.. Может, надо испугаться и закричать?»

«Кричи! — сказал внутренний голос. — И убегай!»

Алиса резко закрыла дверку кабинки, смахнула рукой на пол какие-то емкости, стоящие на полке, — шампунь, жидкое мыло и еще что-то в таком роде. Она опрокинула этажерку со сложенными полотенцами и выскочила из ванной.

Надевая на ходу халат, Алиса заорала истошно, срываясь на ультразвук:

— Кто-нибудь! Помогите!

Глава 9. Сан Вито ло Капо

Синьор Поццо, к которому пожаловал с визитом русский сыщик, — именно так отрекомендовали Константина люди из «Скудо», давшие ему этот контакт, — считался лучшим и самым дорогим адвокатом в этом городишке. Учитывая местную специфику, это означало, что сей господин пребывал в курсе всех событий, происходящих как в самом Сан Вито ло Капо, так и в ближней округе.

Ему было немногим за пятьдесят. Лощеный, ухоженный, с вкрадчивыми манерами, одет в дорогой костюм. Офис его тоже не выглядел таким уж провинциальным.

Адвокат имел молодую и довольно симпатичную секретаршу. Пока русский сыщик и владелец офиса разговаривали в кабинете, она появлялась дважды. Сначала девушка принесла поднос с кофейным сервизом, а потом — папку с деловыми бумагами, затребованную синьором адвокатом.

Общение проходило на английском. Ветров неплохо говорил по-итальянски. У них в подразделении весьма приветствовалось знание иностранных языков. Более того, владение четырьмя-пятью из них являлось обязательным условием для отбора в группу. Но этот козырь он пока решил не предъявлять.

После знакомства и обмена дежурными репликами в воздухе повисла пауза. Ветров расстегнул портфель, взятый им с собой, достал незапечатанный конверт, на котором отсутствовали какие-либо надписи. Он положил его на стол и передвинул поближе к хозяину этого офиса, сидящему напротив.

— Это вам, синьор Поццо, — сказал посетитель. — Здесь ваш гонорар.

Адвокат заглянул в конверт. Его чуткие пальцы пересчитали наличные — десять купюр номиналом в пятьсот евро каждая.

— Здесь слишком много, — сказал он, изобразив на лице удивление. — Или у вас, синьор Константин, имеются какие-то дополнительные пожелания?

— Синьор Поццо, если вы добудете по своим каналам и передадите мне какую-либо ценную информацию о судьбе троих наших граждан, то получите в двадцать раз больше того, что лежит в этом конверте.

Адвокат на короткое время вскинул глаза к потолку. Видимо, он занимался арифметическими вычислениями.

— Сто тысяч? — переспросил синьор Поццо. — В европейской валюте? За сведения о судьбе пропавших русских? Я правильно вас понял, синьор Константин?

— В этой части — да. Но это должны быть надежные сведения, подтвержденные документами и показаниями очевидцев.

— Да, я вас понял. У вас есть еще какие-то пожелания или предложения?

— Я вам показывал сопроводительные письма. — Ветров положил ладонь на папку, которую несколько минут назад достал из портфеля. — Сыскному агентству, в котором я имею честь работать, близкими родственниками этих граждан делегировано право осуществить параллельное расследование.

— Меня об этом проинформировали.

— Мы ни в коей мере не пытаемся заместить собой правоохранительные органы, проводящие официальное расследование.

— Это было бы противозаконно.

— Мы уважаем закон. — Ветров криво усмехнулся. — Мы не собираемся вторгаться в чужую компетенцию. Наша задача заключается в том, чтобы собрать максимум сведений о случившемся, в том числе и от правоохранительных органов. — Он посмотрел на адвоката и добавил: — А также через любые другие каналы и возможности.

— Я вас понимаю, синьор Константин.

— Родственники этих граждан, пропавших без вести, — мы пока не будем говорить об их гибели — хотят иметь максимально полную информацию. Сегодня ведь мы не знаем, что именно случилось, не имеем никакого права утверждать что-то наверняка.

Адвокат нашел глазами распятие, укрепленное на противоположной стене, перекрестился и проговорил:

— Ужасная трагедия. Будем молиться об их душах.

— Мы не теряем надежды, что эти люди живы. Я очень рассчитываю на то, что информация, которую удастся получить в том числе и через ваши, синьор адвокат, возможности, позволит нам оперативно выяснить их судьбу и местонахождение.

— Хочу вас проинформировать, синьор Константин, что у нас в Италии не очень четко прописано законодательство по этой части.

— Имеется в виду частный сыск?

— Все, что касается работы частных детективов, охраны собственности и физических лиц, местных и тем более иностранных резидентов. — Адвокат посмотрел на свои идеально подстриженные ногти и продолжил: — Видите ли, четких законов, регулирующих данную сферу, в нашей стране не существует, хотя их пытаются принять с конца восьмидесятых годов прошлого века.

— Меня известили об этих особенностях итальянского законодательства.

— Существует очень тонкая граница между законом и противозаконными деяниями. — Адвокат выдвинул верхний ящик стола и смахнул туда конверт с деньгами. — Даже наши местные частные сыщики не всегда умеют определять эту грань. — Он, слегка прищурившись, посмотрел на посетителя. — Иногда они сами нарушают закон и имеют неприятности от наших правоохранителей.

— Благодарю за эти уточнения, господин адвокат. Они весьма важны и своевременны.

— Буду рад оказаться вам полезным, синьор Константин. Да, вам лично и вашим клиентам.

— Синьор Поццо, руководство компаний и структур, в которых работают эти трое граждан России, тоже заинтересовано в выяснении истины.

Адвокат поглядывал на визитера и ожидал продолжения.

— Заинтересованными лицами создан денежный фонд.

Взгляд хозяина офиса стал еще более пристальным.

— Сумму, которую этот фонд готов выплатить за сведения, проясняющие судьбу трех российских граждан, я уже вам назвал.

— Это достойное вознаграждение, — сказал адвокат.

— Но еще больше получит тот человек, который укажет точное местонахождение этих российских граждан, считающихся пропавшими без вести.

— То есть?..

— Если они живы и их удастся найти, то человек, поспособствовавший их спасению, может рассчитывать на следующий гонорар…

Адвокат передвинул по столу к визитеру свою записную книжку.

Ветров вытащил из стаканчика черный фломастер и, не торопясь, как водится у солидных людей, написал на нем: «1 000 000 €».

Глава 10

Алиса, продолжая истошно вопить, вылетела на балкон через открытую дверь спальни. Ее пронзительные крики разносились по всей округе.

Первым на них среагировал полицейский, сидевший за столиком у бассейна. Николо сначала от неожиданности выронил газету, затем сообразил, что вопль доносится из номера, в котором остановилась та особа, которую ему пришлось встречать в аэропорту. Он вскочил и побежал по краю бассейна к бунгало, доставая на ходу пистолет из кобуры.

Из номера на балкон выскочила женщина, одетая в банный халат. Она продолжала вопить так истошно, словно за ней гнались демоны, оглядываясь при этом на дверь, из которой только что выскочила.

Николо подбежал к балкону и крикнул:

— Синьорина, что случилось?

— Помогите! — Женщина металась по балкону как безумная.

Ее охватила настолько сильная паника, что она, кажется, готова была спрыгнуть на землю.

Да, так и есть!.. Алиса перебросила ногу через перила, потом легла животом на деревянный брус. Вздернувшаяся пола банного халата обнажила ноги на всю их длину. Женщина какие-то мгновения балансировала в этом неудобном положении, находясь между небом и землей.

— Алиса, осторожно! — крикнул полицейский, торопливо засовывая пистолет обратно в кобуру. — Я готов, прыгайте! — велел он. — Я вас поймаю! — Николо вытянул руки.

Уже в следующую секунду с невысокого балкона прямо в его объятия свалилась эта рыжеволосая особа.

Николо аккуратно поставил ее на землю. Женщину била мелкая дрожь. Она наконец-то прекратила оглашать округу криками, но пока, кажется, была не в себе.

Николо поднял фуражку, свалившуюся с головы, отвернулся в сторону, сдул с тульи пыль или крошки сухой грязи, если она там была. Потом он пригладил ладонью волосы, которые были много короче, чем у Паоло, и надел форменный головной убор.

— С вами все в порядке, синьорина? — Сотрудник полиции уставился на молодую женщину, только что спрыгнувшую с балкона гостиничного номера. — Вы меня слышите? — Он щелкнул пальцами, привлекая ее внимание. — Узнаете меня? Мы только недавно виделись!..

Рыжеволосая особа, придя в себя или подчиняясь женскому инстинкту, резко запахнула полы банного халата.

— Так это вы, господин полицейский?! — Она смотрела на него затуманенным взглядом. — Николо, кажется?

— Собственной персоной. — Офицер полиции криво усмехнулся. — Что случилось, синьорина? — Улыбка тут же сошла с его лица. — Почему вы кричали? Вас что-то напугало? К вам кто-то забрался в номер? Алиса!.. — Он слегка встряхнул ее за плечи. — Вы меня слышите?

Какие-то мгновения ему казалось, что женщина вот-вот потеряет сознание, лишится чувств, упадет в обморок. У нее даже подогнулись колени. Но когда полицейский обнял ее за талию, придерживая другой рукой под локоть, она вдруг ожила.

— Что вы делаете? — спросила молодая женщина. — Вы не за меня цепляйтесь! — вновь сорвалась на крик она. — Вы ее лучше схватите!.. — Алиса махнула рукой в сторону открытых балконных дверей. — Она там!

Николо убрал руку с женской талии, чуть отступил, восстанавливая дистанцию, но стоял близко. Если эта рыжеволосая красотка надумает брякнуться в обморок, то он успеет ее подхватить.

— Кто она? — спросил полицейский. — О ком идет речь? Объясните же толком, что произошло?!

— Она!.. — Алиса, не найдя слов, подняла согнутую в локте руку с распяленными пальцами. — Вот такая!.. — Ее ладонь метнулась в сторону полицейского, наблюдающего за ней. — Понимаете?

— Пока не очень, — хмуро сказал мужчина в форме. — Что это вы пытаетесь тут изобразить?

— У меня все итальянские слова из головы выскочили! Змея!.. Гадюка!.. Вы меня понимаете? — проговорила Алиса по-английски.

На шум прибежали трое служащих: девушка в униформе, которая приносила полицейскому кофе, парень в спецовке с эмблемой отеля и крепкий мужчина в темном костюме, должно быть, охранник. Через окна и с балконов соседних строений за сценкой у бунгало наблюдали встревоженные постояльцы отеля.

Полицейский посмотрел на охранника, подскочившего к ним, и сказал:

— Синьорина утверждает, что в номере у нее змея.

— Змея? — Охранник удивленно уставился на полицейского. — Змея? — повторил он. — У нас? В отеле?

— Так говорит эта женщина.

— Но…

Николо перевел взгляд на рыжеволосую особу и спросил:

— Вы уверены, синьорина, что видели именно змею?

— Я не слепая! — Алиса еще плотнее запахнула халат, для верности придержала его рукой на груди. — Она в ванной!..

— В ванной, значит? — Полицейский бросил на нее странный взгляд. — Змея?

— В душевой кабинке! Я хотела принять душ. — Рыжеволосая женщина передернула плечиками. — Ужас, — сказала она. — Ведь эта тварь могла меня укусить!..

Офицер полиции посмотрел на служащих отеля и распорядился:

— Немедленно осмотрите номер! Обшарьте там все. Исследуйте каждый уголок!

— Дверь закрыта изнутри, — сказала Алиса. — Если только через балкон.

— Не извольте беспокоиться. У служащих имеются запасные комплекты ключей.

Охранник и парень в спецовке отправились осматривать номер, в который всего несколько минут назад вселилась рыжеволосая иностранка.

— А вы?.. — спросила полицейского Алиса. — Почему вы не пошли ловить эту мерзкую рептилию?

— Такая услуга не входит в круг моих должностных обязанностей, синьорина.

— То есть?..

— Я не занимаюсь ловлей пресмыкающихся. Полиция, в которой я имею честь служить, занимается обеспечением общественной безопасности. Мы охотимся на преступников. Двуногих правонарушителей, — уточнил он. — Такое объяснение вас устроит?

Во внутреннем дворе нарисовался менеджер, тот самый, который оформлял заказ. Он обменялся с полицейским несколькими репликами. Оба тарахтели как пулеметы, так что Алиса не разобрала и половины из сказанного ими.

Менеджер бросил на нее странный взгляд. Точно так же, именно как на сумасшедшую, на нее минутой ранее смотрели вначале полицейский, а затем и местный охранник, примчавшийся на шум.

— Змея? — вопросительно и как-то даже задумчиво произнес молодой человек. — У нас? Здесь? В номере нашего отеля?

Алиса не успела ничего ответить. Менеджер пригласил ее и сотрудника полиции пройти в главное здание. Там он отпер дверь кабинета управляющего отелем. Одна стена помещения была почти полностью увешана фотографиями в рамочках. В этой гостинице, некогда пятизвездочной, построенной в восьмидесятых годах прошлого века, останавливалось немало знаменитостей: политиков, бизнесменов, артистов, шоуменов и просто известных людей. Мебель из красного дерева, великолепный кожаный диван и удобные кресла.

В одно из этих кресел он и усадил рыжеволосую женщину, кутающуюся в банный халат.

— Синьора, вы очень бледны, — сказал менеджер. — Вы пережили стресс.

— Синьорина Алиса кричала, — сказал полицейский, усаживаясь в другое кресло. — Причем очень громко.

— Я пока не знаю, что произошло, — заявил служащий и промокнул лоб носовым платком. — Мы с этим разберемся уже в скором времени. А сейчас я предлагаю выпить чего-нибудь, чтобы снять стресс. За счет заведения, естественно. — Менеджер посмотрел на женщину. — Могу я предложить вам шампанское, синьора? Вино? У нас имеются винтажные образцы. Или вы предпочтете что-нибудь покрепче?

Он подошел к встроенному бару. Несколько десятков разнокалиберных бутылок были выложены на наклонных полках, другие виднелись через прозрачную дверку шкафа.

— Виски? Ром? Коньяк? Может, водка?..

— Благодарю, но мне не хочется спиртного.

— Кофе? Чай? Сок?

— Бутылочку воды. Простой, негазированной.

Менеджер связался с кем-то по рации и распорядился осмотреть номер Алисы. Закончив эти короткие переговоры, он вопросительно посмотрел на офицера.

— Я за рулем и при исполнении, — угрюмо сказал тот. — Итак, синьорина!.. — Полицейский посмотрел на женщину, сидящую в напряженной позе напротив него. — Вы утверждаете, что вас хотели убить?

— Что? — Алиса сделала большие глаза. — Убить? Меня? Я разве такое говорила?

Полицейский покосился на менеджера.

— С вашего позволения, я вас покину, — сказал тот. — Хочу лично понаблюдать за тем, как будет производиться осмотр номера уважаемой синьоры. Если понадоблюсь, воспользуйтесь этим. — Он слегка надавил рукой на звонок старомодного вида, установленный на столешнице.

— Вы уверены, что у вас нет врагов? — спросил полицейский, когда они остались вдвоем. — Может, вы кому-то перешли дорогу?

— Откуда здесь взяться моим недругам? — после непродолжительной паузы проговорила женщина. — Я всего-то несколько часов назад прибыла на Сардинию.

— Это может быть как-то связано с тем делом, которое привело вас в нашу страну? Вы желаете что-то сообщить по этому поводу?

— Вы что, пытаетесь допросить меня, синьор полицейский?

— У вас в России все отвечают вопросом на вопрос?

— А у вас?

Николо покосился на ее босые ноги. Алиса мысленно похвалила себя за то, что в канун вылета в служебную командировку нашла время и выбралась в салон, где ей сделали маникюр и педикюр. Но она подобрала под себя ноги, еще плотнее запахнула халат на груди.

— Вы замужем? — спросил полицейский.

— Что? — Алиса бросила на него удивленный взгляд. — Какое это имеет отношение к нынешнему происшествию?

— Вы не должны так рисковать. Помните о своих родных и близких!

— А вы?

— Я? — Полицейский уставился на нее своими яркими синими глазами. — Это моя работа.

— Я о другом спрашиваю. Вы женаты?

Полицейский криво усмехнулся и заявил:

— Вижу, вы та еще штучка.

— Штучка? Как прикажете понимать вас?

— Про таких говорят, мол, им палец в рот не клади. Вот что имеется в виду.

— Я не кусаюсь, — облизнув губы, сказала рыжеволосая женщина. — Но не люблю, когда кто-то пытается покусать меня.

Менеджер вернулся в кабинет минут через двадцать. Николо упруго поднялся из кресла. Рыжеволосая женщина осталась сидеть.

— Ну?.. — спросил полицейский. — Что там? Нашли что-нибудь?

— Ничего.

— Что, совсем ничего?

— Наши служащие обыскали этот номер и два соседних.

— Подвальное помещение осмотрели?

— Подвала в бунгало нет.

— Как это «ничего»?! — Алиса сердито посмотрела на менеджера. — Там была змея! В душевой кабинке!..

— Кабинка оказалась пустой, — сказал тот. — В ванной налицо некоторый беспорядок. — Он покосился на рыжеволосую особу. — Но никаких рептилий там нет.

— Хорошо осмотрели? — спросил офицер полиции.

— Я привлек всю дежурную смену — девять человек. В номере синьорины мы тоже не нашли ничего подозрительного.

Две пары мужских глаз уставились на женщину, сидящую в кресле.

Алиса сжала в кулачке полу халата и сказала:

— Но я точно видела рептилию! Это была толстая гадюка, что-то вроде аспида!

— Ничего не найдено, — с той же вежливой улыбкой заявил менеджер.

— Систему вентиляции проверили? — спросил полицейский. — Может, по трубам как-то проникла?

— Проверили. Фильтры и заглушки на месте. Номер перед заселением убирали, дверь, балконы и окна были закрыты. Да и откуда бы ей взяться?

— Действительно. — Сотрудник полиции хмыкнул.

— Что это вы на меня так странно смотрите? — спросила женщина. — Немедленно объясните, в чем дело!

— Синьорина, позвольте задать не очень деликатный вопрос…

Алиса сердито махнула рукой:

— Деликатности от вас я уже не жду.

— Вы принимаете какие-нибудь лекарства?

— То есть?..

— Антидепрессанты, к примеру. Или препараты седативного свойства.

— Нет! — сказала Алиса. — Не принимаю! Не курю травку, кокс тоже не нюхаю!..

— Извините, но я должен был спросить.

— А вот меня интересует, как в моем номере оказалась ядовитая змея! Кстати, я не знаю, куда она потом подевалась.

— Дело в том, что у нас здесь не водятся змеи, — сказал Николо. — Совсем, совершенно.

— Как это? — опешила Алиса. — На вашем острове нет ядовитых змей? Я правильно вас поняла?

— Коста-Смеральдо считается одним из самых безопасных уголков во всем мире, — сказал Николо и улыбнулся краешками губ. — Сколько живу здесь, ни разу не видел рептилий. Так что вам показалось, синьорина.

— То есть?.. — Алиса вскочила на ноги. — Вы хотите сказать, что я сумасшедшая? Что у меня глюки?

— Я этого не говорил.

— Или что я устроила переполох, потому что… потому что мне скучно жить?

Полицейский пожал плечами, пристально посмотрел в женские глаза и проговорил:

— Наверное, вы считаете, что это было покушение на вашу жизнь, вам угрожает какая-то опасность. Если хотите, мы можем поговорить на эти темы, но не здесь, а в моем офисе.

Алиса слегка закусила губу.

— Возможно, мне почудилось, — сказала она. — Устала с дороги. Извините, что доставила беспокойство.

— Вы уверены, синьорина, что хотите остаться в отеле?

— Конечно, — сказала рыжеволосая женщина. — Я даже не буду просить, чтобы мне предоставили другой номер.

— А если вам опять что-то привидится?

— Надеюсь, этого больше не повторится.

— А я надеюсь, синьорина, что вы больше не будете нарушать покой окружающих.

Полицейский надел фуражку, привычным жестом поправил кобуру, из которой выглядывала рукоять штатной «беретты». Он кивком попрощался с менеджером и беспокойной клиенткой отеля.

Уже стоя в дверях, Николо негромко сказал:

— У нас на Изумрудном побережье отдыхают в основном не самые бедные люди. А деньги, как известно, любят тишину.

Глава 11

За время беседы, продолжавшейся около часа, Константин не услышал от адвоката ничего такого, чего бы не знал до момента знакомства с ним.

— Итак, эти две дамы согласились приехать на встречу и поделиться информацией? — спросил Ветров, меняя тему.

— Я действовал через их адвоката. Мне-то он не может отказать. — Синьор Поццо посмотрел на часы. — Без двух минут шесть. Думаю, сейчас они появятся. — Он посмотрел на русского сыщика и поинтересовался: — Вы принесли то, о чем я сказал вашему коллеге из «Скудо»?

Ветров извлек из портфеля еще один конверт и передал хозяину офиса. Адвокат открыл его. Внутри обнаружились десять купюр номиналом в пятьсот евро каждая.

— Отлично. Это не мне, — уточнил синьор Поццо. — Деньги пойдут адвокату тех женщин, с которыми вы, синьор Константин, хотели о чем-то побеседовать.

Две женщины и их адвокат приехали с получасовым опозданием. Дамы были из числа местных. Одной примерно тридцать пять, другой за шестьдесят. Обе одеты в черное — траур. Та, что помоложе, жена местного фотографа Витторио Джанини. Другая, надо полагать, ее мать, приходившаяся Витторио тещей.

Разговор проходил в другом помещении офиса. Там было оборудовано что-то вроде комнаты для гостей. Два дивана, овальный стол, вокруг него шесть стульев с высокими спинками. На окнах жалюзи. Комната освещена мягким светом.

Синьор Поццо на правах хозяина сказал небольшую речь, адресованную этим двум женщинам и их адвокату.

Переводить всю ее на английский он не стал, ограничился одной фразой:

— Господин Константин, я объяснил нашим гостям, кто вы, и попросил по возможности ответить на ваши вопросы. Не буду вам мешать. Если понадоблюсь, я в своем кабинете.

Коллега синьора Поццо оказался довольно молодым человеком. Ему было лишь немногим за тридцать. Чуть выше среднего роста, худощавый, в стильных очках. Взгляд у него внимательный, изучающий и чуточку настороженный. Он не из этого городка, а из окружного центра Трапани, расположенного примерно в сорока километрах отсюда. Это все, что удалось вызнать о нем Константину от местного юриста.

Уже в первые минуты общения выяснилось, что женщины не разговаривают на английском, знают только сицилийский диалект итальянского. Но их адвокат прекрасно владел английским и взял на себя обязанности переводчика.

— Синьор Поццо сказал нам, что вы представляете здесь родственников погибших… — начал было он.

— Пропавших без вести, — уточнил Константин.

— Да-да, конечно.

— Не будем преждевременно хоронить людей.

— Рад, что вы настроены столь оптимистично. Но я не очень понимаю, чем вам могут помочь мои клиентки, — проговорил адвокат и посмотрел на рослого мужчину, сидящего напротив. — Какие у вас есть к ним вопросы?

«Все ты понимаешь, — подумал Ветров. — Я же видел, как Поццо передал тебе конверт с наличностью».

— Прежде чем приступить к разговору, я хотел бы выразить соболезнование вдове погибшего, синьоре Карле, а также всем его родным и близким.

Адвокат перевел сказанное им на итальянский. Ветров внимательно смотрел на молодую женщину, одетую во все черное. Она молча, с опущенной головой, сидела по другую сторону стола, справа от адвоката, занятая какими-то своими мыслями. Зато другая женщина, ее мать, расположившаяся слева от адвоката, не спускала глаз с незнакомца, одетого в светлый льняной костюм.

Лицо женщины обожжено солнцем и покрыто тонкой сеткой морщин, губы поджатые, на подбородке бородавка. Смотрит исподлобья, прищурившись. Мол, что за гусь такой и чего тебе от нас надобно?

— Можете задавать свои вопросы, синьор, — сказал адвокат. — Только прошу вас быть деликатным. Ведь эти женщины потеряли родного человека.

— Постараюсь.

— И еще просьба учитывать, что ведется следствие. Поэтому мои клиентки могут дать откровенные ответы не на все ваши вопросы.

— В полицейском протоколе указано, что синьор Витторио Джанини был свидетелем несчастного случая, а именно крушения яхты.

— Там написано, что он мог быть очевидцем, — уточнил адвокат.

— Да, пусть так. — Ветров решил не спорить по этому пункту, а двинуть в обход. — Синьор Джанини производил съемку в то утро, когда случилась трагедия. Он находился на обзорной площадке неподалеку от заповедника. Так указано в протоколе.

— Значит, так все и было, — сказал адвокат.

— Этот эпизод имел место быть между четырьмя и пятью часами утра, верно?

— Согласно фактам, установленным следствием, синьор Джанини находился в это время на обзорной площадке. О большем пока говорить не приходится.

— В тот же день он и погиб?..

— К сожалению, это так.

— Его нашли мертвым в Трапани, около одиннадцати утра?

— Так сказано в полицейском протоколе.

— Около семи утра того же дня на одном из местных сайтов был выложен видеоролик длительностью в пятнадцать секунд, на котором запечатлен момент взрыва яхты «Магеллан»…

— Я не видел этого материала, — после паузы сказал адвокат.

— Но наверняка слышали об этом? Как и о том, что ролик был выставлен синьором Джанини на его страничке в Интернете?

— Я не берусь утверждать, что все это соответствует действительности.

— Затем, спустя короткое время кто-то убрал из открытого доступа этот файл, не так ли?

— Мои клиентки не располагают такими сведениями. — Адвокат нахмурил брови. — Какие еще будут вопросы, синьор?

Ветров выдержал небольшую паузу. Вдова фотографа по-прежнему не проявляла ни малейшего интереса к их беседе. Зато ее мать очень чутко прислушивалась к звукам иностранной речи. Она не сводила глаз с того человека, который сидел по другую сторону стола.

— Вопрос у меня такой. Скажите, синьор Джанини заезжал домой перед поездкой в Трапани, утром во вторник?

— Мне об этом ничего не известно.

— Спросите у ваших клиенток.

Адвокат перевел вопрос на итальянский.

— Нет, — вяло отозвалась вдова. — Витторио домой не заезжал.

— Ты умом тронулась, Карла, — скрипучим голосом сказала старшая женщина. — Он приезжал, чтобы взять денег и переодеться.

— Но, мама!..

— Витторио сказал тебе тогда: «Мы, Карла, скоро будем богатеями», — продолжила та. — А ты сразу же рассказала мне! Забыла?!

Ветров, не подавая виду, что он и сам отлично разобрал слова женщин, вопросительно посмотрел на адвоката и попросил:

— Переведите, пожалуйста.

— Они говорят, что не помнят такого.

— То есть?..

— Они не помнят, приезжал Витторио в то утро домой или нет. Еще вопросы?

— Остались ли дома записи или фотографии, сделанные Витторио в то утро?

— Нет, ничего не найдено, — сказал адвокат.

— Поинтересуйтесь у женщин, пожалуйста.

Адвокат перевел вопрос на итальянский.

— Ничего не знаю, — пробормотала под нос вдова. — Не помню.

— Приезжали какие-то люди в штатском. Они все выгребли, — сказала старуха. — Забрали компьютер, которым пользовался Витторио, всю его аппаратуру, даже наши семейные фотографии! — Она высморкалась в платок, после чего продолжила свой сбивчивый рассказ: — На следующий день приехали люди из полиции. Весь дом перерыли, тоже что-то вынюхивали, ищейки! Я у них спросила: «Что вы роетесь? Что вам всем нужно?» А они мне в ответ выдали: «Закрой рот, старая карга, это не твое дело!» Представляете? Не зря мой покойный муж так не любил полицейских ищеек.

Ветров вновь вопросительно посмотрел на адвоката.

— Они сказали то же самое, что минутой ранее сообщил вам я.

— Что именно?

— Никаких фотографий или видеоматериалов, имеющих отношение к интересующему вас делу, у них в доме не обнаружено.

Пожилая женщина, сверля глазами мужчину, сидящего напротив, громко сказала:

— Я не знаю, связано ли это как-то с проклятой яхтой!.. Но Витторио убили в тот же день, зарезали, как свинью!.. — Женщина подняла руку с воображаемым клинком, сделала широкий замах и едва не зацепила ладонью опешившего адвоката.

Тот резко отодвинул стул, поднялся из-за стола.

— Все, прекращаем разговор, — сказал он по-итальянски, затем перешел на английский и добавил: — Извините, синьор, но я вынужден увезти отсюда моих клиенток.

— Двадцать тысяч евро за информацию, — сказал Ветров, перехватил взгляд пожилой женщины, напряженный, как будто она пыталась читать по губам, и повторил: — Двадцать тысяч евро.

Дамы в траурных одеждах тоже поднялись со своих мест.

— Вот так! — Пожилая женщина сжала губы и как бы с усилием провела воображаемым клинком снизу вверх. — Вспороли брюхо парню! От паха и до грудной клетки!

Адвокат увел расстроенных женщин.

Спустя еще несколько минут офис синьора Поццо покинул и рослый шатен, приехавший в этот сицилийский городок из далекой северной страны.

Глава 12. Порто-Черво

Кровать огромных размеров идеально подходит для занятий любовью. Особенно в тех случаях, когда ты занимаешься сексом не с одним, а сразу с двумя мужчинами. И с какими!..

Справа от нее лежит Николо, слева — его младший брат. Или наоборот? Да какая, в сущности, разница?! Оба хороши, сложены просто божественно.

Голова у Алисы идет кругом. То ли от шампанского, выпитого накануне, то ли от того, что она оказалась в постели с двумя такими красавцами. Эти божественно сложенные мужчины, братья, так похожие друг на друга, знают толк в любви. Они не торопят события. Их ласки пока еще нежны, прикосновения легки и приятны, как предрассветный ветерок, задувающий с залива.

В какой-то момент ей захотелось большего, чем эти легкие, дразнящие прикосновения. Чего-то по-настоящему горячего, живого, чувственного. Ее ладошка скользнула по гладкой прохладной поверхности…

Паоло?

Николо?

Да какая разница! Оба красавцы, наверняка опытные любовники.

Однако рука женщины не обнаружила того, ради чего она совершила это путешествие. Даже намека не нашлось. Как сказал минувшим вечером менеджер отеля: «Ничего».

«Странно, — подумала она. — Они оба красивы, сложены почти совершенно. Когда Микеланджело ваял своего Давида, ему, должно быть, позировал их молодой предок. Но у мраморного Давида — а я видела оригинал во Флоренции — есть нечто, что указывает на его гендерную принадлежность. Пусть даже не живая плоть, а ее подобие, изваянное из мрамора. А у этих двоих нет абсолютно ничего.

Ну и зачем, спрашивается, они пришли в мой номер и легли в мою постель? Чего ради все это, если у них нет ничего из того, что составляет смысл, гордость и силу, иногда позор и слабость многих мужчин, живущих на этом свете?..

«Эй, парни! — захотелось крикнуть ей. — Зачем вы пришли в гости ко мне?»

«У тебя гость! — прозвучал где-то внутри ее черепной коробки голос. — Парень какой-то!»

Алисе потребовалось всего пару мгновений на то, чтобы преодолеть зыбкую границу между сном и явью. Организм на автомате принялся синтезировать и впрыскивать адреналин — знакомое состояние мгновенной мобилизации при стрессе.

Она находится в спальне. На ней ночная рубашка, надетая на голое тело. Конечно же, никаких братьев в ее постели нет. Вся эта фигня ей приснилась.

Зато в гостиной точно кто-то был. Слух Алисы, настороженный до предела, уловил сторонние звуки. Вряд ли в ее номер вернулась гадюка.

Дверь в гостиную она оставила открытой. Если бы не это и не внутренний голос, то Алиса могла бы и не услышать, что к ней среди ночи пожаловал какой-то гость.

Стараясь не шуметь, она спустила ноги с кровати. Оружия у нее при себе не было. Вообще ничего из того, что можно было бы использовать в качестве средства защиты или нападения. Ну, разве что подушку прихватить с собой?

Что-то звякнуло в гостиной, пусть и очень тихо, но она услышала. Алиса медленно подняла руку. Ее пальцы нащупали кнопку включателя настенного бра и надавили на нее. Женщина тут же сорвалась с места.

Случившееся далее, похоже, стало неожиданностью и для ночного гостя. Это был парень лет пятнадцати или шестнадцати. Того света, который лился в гостиную через открытую дверь спальни, оказалось достаточно, чтобы его рассмотреть.

Узкое смуглое лицо. Араб? Или, может, цыган? На нем шорты и длинная майка без рукавов. Зубы оскалены. Да уж, он куда опаснее, чем тот аспид, которого Алиса вчера обнаружила в душевой кабинке номера.

За спиной у него ветерок колыхал легкую занавеску. Временная хозяйка этого номера оставила на ночь балконную дверь в гостиной незапертой, чтобы сохранить доступ для свежего воздуха. Именно через открытую дверь этот смуглый парень и проник в ее номер.

Послышался легкий щелчок. Пружина выкинула из рукояти острое лезвие.

Парень стоял у стола, с другой его стороны, ближе к двери. На столе лежала раскрытая сумочка, принадлежащая Алисе. Там же ваза с фруктами, рядом с ней неоткупоренная бутылка дорогущего шампанского. Кстати, его принесли ей в номер после инцидента с аспидом. То ли в качестве компенсации за ущерб, причиненный нервам постоялицы, то ли для того, чтобы беспокойная русская дамочка выхлебала всю бутылку, завалилась спать и не причиняла более персоналу и окружающим каких-либо неудобств.

Парень поднял руку с ножом и сразу же чуть опустил ее так, чтобы острие смотрело на девушку в ночнушке, так некстати выбежавшую из спальни. Возможно, он рассчитывал, что она испугается и даст ему спокойно уйти.

Алиса переложила подушку в левую руку — хоть какая-то защита.

— Брось нож! Тогда ты останешься в живых, — сказала она по-итальянски. Парень смотрел на нее не мигая, прямо как та гадюка, которую Алиса обнаружила в ванной и которой, по словам Николо и местных служащих, там не было и быть не могло. Надо отдать ему должное. Этот воришка был хладнокровен.

Алиса вздохнула. Менее всего ей хотелось сейчас устраивать разборку. Тем более что такие вот пацаны с лезвиями бывают безбашенней и опаснее иных взрослых преступников.

— Уходи! — сказала она. — Так и быть, отпущу!.. Только сумочку не трогай!

В сумке лежало портмоне. Но важнее всего документы, хранящиеся там — загранпаспорт с шенгеном, водительские права, карточки.

Алиса едва успела увернуться. Этот тип бросил в нее вазу с фруктами! Раздался грохот. Ваза, кажется, угодила в плазменный телевизор, висевший на стене у нее за спиной.

Алиса сделала шаг уже в другую сторону. Мимо ее плеча пролетела бутылка. Что-то с хряском лопнуло!.. опять, кажется, досталось экрану.

Парень цапнул левой рукой сумочку. Удерживая нож в правой и поигрывая им, он попятился в сторону открытой балконной двери.

— Брось сумку, урод! — вполголоса сказала Алиса. — Иначе я не дам тебе уйти!

Кричать ей почему-то не хотелось. Нельзя повышать голос. Четыре часа ночи, люди лежат в постельках, отдыхают. Николо ведь четко предупредил ее. Мол, у нас тут места тихие, спокойные, поэтому не надо шуметь.

Алиса потеряла две или три секунды на то, чтобы решить, как ей сподручнее атаковать. Если обогнуть стол справа, то будет ближе. Да и места там больше, а это тоже немаловажно, когда имеешь дело с типом, вооруженным ножом.

Но в этой части гостиной на полу валялись осколки вазы и разбившейся бутылки. А Алиса вбежала в комнату босиком.

Слева от стола осколков будет поменьше. А на диване, который стоит у стены слева от нее, их вообще не должно быть.

Пока она перебирала варианты, парень выскочил на балкон. Он ловко перебросил сухощавое тело через перила и побежал по дорожке в сторону живой изгороди, за которой находился один из местных парков, а еще дальше — морской берег и пляжи.

Этот парень был быстр и ловок, но не учел, что есть те, у кого эти качества развиты гораздо сильнее. Алиса так же легко, как этот ловкач, перенесла тело через поручни, мягко приземлилась на полусогнутые ноги и метнулась по дорожке за ночным вором. Босиком, в одной рубашке!

Алисе помогало то обстоятельство, что территория гостиничного комплекса оказалась очень неплохо освещена. К тому же ночь уже была на исходе. В той стороне, куда побежал парень, прихвативший ее сумочку, заметно высветился край неба.

Учащенное дыхание, шлепки босых ног по гладким плиточным дорожкам!.. Алиса практически нагнала этого парня у живой изгороди. Тот почуял, что рыжая фурия его не отпустит, вот-вот настигнет. Он резко швырнул сумочку в сторону, влево от себя, а сам понесся дальше по дорожке, уже по территории парка, примыкающего к отелю.

Фурия не стала его преследовать. Воришка, ощутивший в эти секунды отчаянной погони нешуточную угрозу, исходящую от нее, похоже, на это и рассчитывал. По уму ли или подчинившись инстинкту, но он понял, что сумочка с документами и кошельком представляет для ее хозяйки большую важность, чем он сам, вор, которого еще надо догнать, обезоружить и скрутить.

Алиса подняла с земли свою сумочку, расстегнула ее. Она в полутьме нашарила паспорт, кошелек с карточками и облегченно вздохнула.

У нее и так нешуточные проблемы. Она почти бомж — с оплаченным до полудня номером и заблокированными банковскими карточками. А если бы у Алисы еще и документы тут украли, то ей стало бы совсем невесело.

— Синьора! — окликнул кто-то женщину в короткой полупрозрачной ночной рубашке, бредущую по дорожке к бунгало. — Синьора, с вами все в порядке?

Навстречу ей от главного здания трусил знакомый местный охранник.

— Я в порядке, — сказала она.

— Это у вас был какой-то шум? — Он остановился. — Нам позвонил один из постояльцев…

— У меня в номере побывал вор. — Женщина прошла мимо опешившего охранника и легонько махнула сумочкой, зажатой в руке. — У него был нож.

— Что?! — Охранник, похоже, удивился непритворно. — С ножом, говорите? — Он поспешил за ней. — А куда он делся?

— Туда. — Алиса вяло махнула рукой. — Убежал. Кстати, я старалась не шуметь. Люди спят, кругом тишина, покой. Я все понимаю.

— Я вызову полицию!

— Сначала, если вас не затруднит, откройте дверь моего номера, — устало сказала женщина. — Не лезть же мне туда через балкон!

Глава 13. Сицилия

На следующий день после визита к адвокату Поццо Ветров встал довольно рано. В четверть восьмого утра он позавтракал в кафе близ отеля, а в восемь уже выехал на арендованной машине в Трапани, столицу одноименной провинции.

Дорога довольно неплохого качества вела на юго-запад. Солнце, поднимающееся слева и чуть позади, заливало мягким светом живописные прибрежные пейзажи. Над морем висели негустые, округлые, четко очерченные облака, смахивающие на отару овец. Жары пока еще не было. Ветерок, проникающий через приоткрытое окно машины, приятно холодил кожу.

Этим утром Ветрову предстояло встретиться с сотрудником окружной прокуратуры, в ведении которого находилось уголовное дело, открытое в связи с убийством фотографа Джанини. Номер его мобильного был получен от римских знакомых. Они же по телефону заверили Ветрова в том, что тот готов встретиться в четверг, в первой половине дня, даже намекнули, что этот господин не откажется сообщить некоторые детали расследования, проводимого его отделом. Для этого служивого человека вряд ли будут лишними пять тысяч евро. Именно такую сумму, уложенную в конверт, прихватил с собой Ветров, отправляясь в поездку.

В среду Константин отправил на контактный номер СМС-сообщение.

Ответ не замедлил ждать. В нем было указано название кафе, расположенного в Трапани, и уточнено: «Завтра, четверг, 09.00».

Ветров легко нашел адрес, указанный ему. Кафе с летними столиками и выходом в закрытый двор располагалось неподалеку от железнодорожного вокзала, всего в квартале от здания окружной прокуратуры. С летней террасы заведения открывался прекрасный вид на прибрежную бухту в форме серпа, но русский сыщик предпочел устроиться именно во внутреннем дворике.

На часах без пяти девять. Посетителей здесь немного. За одним из столов сидели за чашкой утреннего кофе двое пожилых мужчин. Похоже, местные, головы седые, лица выдублены солнцем и изборождены морщинами. Оба в старомодных роговых очках. Сидели они вольно, читали газеты. Вид у них был такой, как будто они провели здесь неотлучно последние лет двадцать.

За другим столиком устроилась пара, говорящая по-немецки: статный мужчина за сорок, с седеющим ежиком и загорелым лицом, и блондинистая женщина лет тридцати. Бундес хотел остаться здесь, во внутреннем дворе. Его спутница настаивала на том, чтобы они перешли на открытую террасу. Она хотела бы позавтракать с видом на море. В итоге фрау победила. Эта пара, громко переговариваясь — до чего же они шумные, эти немцы! — наконец-то покинула внутренний двор кафе.

Как и повсюду в ЕС, здесь действовал запрет на курение. Ветров устроился поудобнее и развернул газету, захваченную с собой. «Гардиан» трехдневной свежести была куплена в отеле. Газету он держал невысоко, так, чтобы не мешала обзору. Но и вроде как занят человек, читает прессу.

Одна из стен — та, что напротив, — была украшена постерами, плакатами и увеличенными фото в рамках. На большинстве изображений присутствовал мужчина с узнаваемой киношной внешностью. Он был запечатлен с пистолетом в руке либо на фоне кровавого пятна, от которого во все стороны расходились отростки или щупальца. На постерах красовались яркие надписи: «Спрут», «Спрут-3», «Спрут-5».

Ветров понимающе качнул головой. Он прочел в местном путеводителе, что большая часть всемирно известного сериала снималась именно здесь, в Трапани. В том числе, кстати, и в этом самом кафе. На одном из снимков, увеличенных и забранных в рамку, был запечатлен Микеле Плачидо, известный итальянский актер, сыгравший знаменитого комиссара Каттани. У него грустный, немного отстраненный взгляд. Он пьет кофе за тем самым столиком, за которым устроился мужчина, приехавший из далекой северной страны.

Вскоре официантка принесла заказ: кофе по-сицилийски и стакан минеральной воды со льдом. Ветров принялся неспешно потягивать вторую за утро чашку кофе, смакуя вкус, а заодно и дожидаясь местного аналога комиссара Каттани. Он подумал, что на самом деле этот напиток представляет собой ординарный кофе по-турецки, сваренный в джезве и сдобренный капелькой лимона или лайма. Да, стоило добавить в напиток каплю этой вот острой субстанции, и уже другой вкус, иное название.

Он слегка усмехнулся мысли, посетившей его. Кофе по-сицилийски — горячий и острый напиток. Дело, ради которого его, «бастионовца», командировали на Сицилию, тоже можно охарактеризовать терминами «горячее» и «острое».

Штука вот в чем. Если яхта «Магеллан» и те люди, которые находились на ее борту в ту злопамятную ночь, взлетели на воздух из-за старой донной мины или крупной авиабомбы, лежавшей на дне со времен Второй мировой войны, то это можно считать несчастным случаем. Блюдо горячее, но ординарное. Такие ЧП происходят время от времени. А вот если выяснится, что причиной взрыва стали действия неких злоумышленников, пытавшихся замаскировать свои преступные деяния, то такое острое блюдо будет квалифицироваться уже иначе. К примеру, покушение на жизнь двух и более лиц. Или того острее — террористический акт.

Ветрову и тем людям, которые командировали его на Сицилию, нужна была хотя бы капелька информации о трагедии, случившейся в прошлый вторник. Требовался зацеп, какая-то ниточка, которая поможет распутать весь этот клубок, туго кем-то закрученный. Если «Бастиону» удастся распутать интригу вокруг яхты, взлетевшей на воздух, то наверняка получится и прояснить судьбу трех россиян, находившихся на ее борту.

Прошла четверть часа. Затем еще столько же. Двое пожилых мужчин отложили газеты. Теперь они развлекались какой-то местной настольной игрой типа нардов. Тутошний комиссар Каттани в кафе пока не объявился. Мобильник Ветрова тоже молчал.

Константин сложил газету, бросил ее рядом со второй чашкой кофе, принесенной официанткой. Он уже отметил про себя, что местные товарищи не отличаются пунктуальностью. Сицилийцы — это не немцы с их знаменитым педантизмом.

Ветров чуть переменил позу. Он отодвинулся вместе с креслом и положил ногу на ногу. Во внутреннем кармане его светлого пиджака из льняной материи лежал небольшой конверт. В нем десять купюр номиналом в пятьсот евро.

Предлагать взятку сотрудникам правоохранительных органов любого государства означает нарушать закон. Следует чтить Уголовный кодекс страны пребывания. Поэтому конверт с деньгами не будет передан из рук в руки. Пусть он пока лежит под газетой.

Далее смотря по тому, как пойдет разговор. Если товарищ из здешних правоохранительных органов окажется понятливым и общительным, то конверт останется под газетой. Ветров уйдет из кафе первым. Это уже дело синьора, подсевшего за столик, будет ли он забирать газету вместе с конвертом, лежащим под ней, или оставит ее здесь, в кафе.

«Что скажешь, комиссар? — мысленно спросил Ветров у киногероя, изображенного на постере. — Неплохо я придумал, да?.. Кстати, где твой здешний коллега, почему он так задерживается?»

Ветров посмотрел на часы. Пять минут одиннадцатого. В этот самый момент угукнул смартфон — пришло сообщение.

Константин прочел текст:

«Только что звонил друг из Рима. Его знакомый из Трапани, тот, с кем ты должен встретиться, внезапно ушел на больничный. Кто его заменит по службе, пока неизвестно».

Ветров удалил депешу, присланную Кэпом, рассчитался с официанткой. Конверт с деньгами остался у него в кармане, газету он тоже забрал с собой.

Проходя мимо стены с постерами, Ветров заговорщицки подмигнул комиссару. Им обоим приходилось иметь дело с самым настоящим спрутом.

Пройдет немногим более часа, и он вспомнит эту свою мысль.

Глава 14. Порто-Черво

В половине одиннадцатого утра Алиса стояла у стойки регистрации. Перед тем как покинуть гостиничный номер, оказавшийся несчастливым для нее, она приняла душ, кое-как накрасилась и надела новое платье с яркими подсолнухами. Потом Алиса открыла флакончик духов, приобретенных вчера. Ими-то она осталась довольна, но в целом настроение у нее было отвратное. Из-за ночного бедлама Алиса не выспалась. Хороших новостей тоже пока не имелось.

Айфон все еще не работал. Она не смогла связаться с нужными людьми и через Интернет. В отеле не был доступен вай-фай.

Алиса посмотрела на старшего менеджера отеля. Это был тот самый хлыщ, с которым она имела дело со вчерашнего вечера.

— Вы хотите сказать, молодой человек, что историю про ночного вора я сама придумала?

— Был вызван дежурный наряд полиции, синьора…

— Я знаю! Они и ко мне в номер приходили.

— Не надо так нервничать, синьора.

— А кто вам сказал, что я нервничаю? — огрызнулась девушка в новом платье с подсолнухами. — Да, я нервничаю. А вы, молодой человек, смогли бы хранить спокойствие, если бы вас в душе попыталась укусить ядовитая змея?!

— Но ведь никакой змеи не нашли.

— Вы бы не нервничали, если бы ночью к вам в номер забрался вор?!

— Синьора…

— Да еще и с ножом!..

— Но полицейские сказали, что они не обнаружили этого злоумышленника.

— Это они вам так сказали?

— Да, синьора. Я недавно звонил в полицейский участок.

— Так что, по-вашему, я все придумала?

— Не знаю, что и сказать, синьора. — Менеджер сверился с какой-то записью, выведенной на экран компьютера. — Имуществу отеля нанесен определенный ущерб…

— Это мне нанесен моральный и материальный ущерб! — сердито сказала молодая женщина.

— Разбит телевизор марки «Самсунг».

— А вы хотели, чтобы ваза угодила мне в голову?

— Да, кстати, еще и ваза. — Менеджер оторвал глаза от экрана. — Кто будет компенсировать ущерб, синьора?

— Вот именно, — процедила Алиса. — Кто за все это непотребство заплатит?

Менеджер вздохнул и осведомился:

— Банк уже разблокировал ваши карточки?

— Откуда мне знать?!

— Давайте попробуем. Возможно, вам удастся снять деньги со счета.

— Я не собираюсь оплачивать этот вот ущерб, придуманный вами!

Менеджер покосился на телефонный аппарат. Наверное, он раздумывал, звонить ли в полицию или попытаться самому как-то договориться с этой неспокойной клиенткой.

В этот самый момент ожил городской телефон.

Выслушав человека, позвонившего в отель, менеджер протянул трубку молодой женщине и сказал:

— Вас, синьора.

— Меня? — удивленно спросила та. — Кто?

— Он сам представится.

Алиса поднесла трубку к уху.

— Синьорина Алиса, это Николо. Сейчас за вами машина приедет.

— Машина? За мной?

— Наш полицейский транспорт.

— А что случилось?

— Я вам на месте расскажу. Выходите на парковку, мой человек уже подъезжает к отелю.

— Но…

— Поверьте, это в ваших же интересах.

Вскоре сине-белый «Фиат», в котором находилась Алиса, свернул к двухэтажному кремовому зданию, расположенному на окраине Порто-Черво. Судя по надписям, здесь находилась больница.

Они въехали в открытые ворота, возле которых стоял человек в полицейской форме. «Фиат» остановился не у главного входа, а проехал чуть дальше. Водитель припарковался возле торца этого здания.

Сотрудник полиции, посланный за Алисой в отель, выбрался наружу.

Он обошел машину, открыл правую заднюю дверцу и заявил:

— Синьора, прошу следовать за мной.

Алиса выбралась из салона. На одно плечо она повесила ту самую сумочку, которую ей удалось отбить у вора, которого якобы не существовало в природе, на другое — чехол с ноутбуком. Хоть где-то в этом поселке миллиардеров должен быть вай-фай?

— Куда вы меня ведете?

— Прошу. — Полицейский придержал дверь, пропуская ее в коридорчик. — Мы уже у цели.

Они вошли в помещение, напоминающее операционную. Окон здесь не было. Из-под потолка лился свет, чуть подсиненный, как вода в бассейне. Тот полицейский, который привез ее сюда из отеля, остался снаружи. Алиса замерла у входа. Ей стало тревожно. Еще она подумала, что ее новое платье с подсолнухами выглядит кричаще в этой обстановке.

В помещении находились какой-то мужчина в темно-зеленой медицинской униформе, шапочке и маске и Николо. Он был гладко выбрит и одет в отутюженный комплект полицейской формы.

Приглядевшись, Алиса увидела еще одного человека. Он лежал на каталке под лампами, укрытый прорезиненной простыней.

— Синьорина Алиса, подойдите поближе, — сказал офицер полиции.

— Зачем?

— Не бойтесь, он уже не опасен.

— Кто? Про кого вы говорите?

— Про покойника, — сказал Николо. — А это наш судмедэксперт, — полицейский кивнул в сторону мужчины в медицинской маске. — Мне доложили, что вас этой ночью пытались ограбить. Это правда?

— Да, — неохотно сказала Алиса.

— Подойдите ближе. Оттуда вам будет плохо видно.

Алиса сделала пару неуверенных шагов.

— Это официальное мероприятие? — спросила она. — Это законно… вот то, что здесь происходит?

— Я мог бы распорядиться, чтобы вас привезли сюда в наручниках.

— Даже так? — пробормотала женщина.

Николо взял простыню за краешек, чуть приподнял, затем резким движением сдернул ее и сбросил на пол.

Алиса несколько секунд расширенными зрачками смотрела на того человека, который лежал на каталке. Он был полностью обнажен. Да, это, вне всякого сомнения, тот самый смуглявый парень, который побывал в ее номере нынешней ночью.

У него распорот живот от паха и до грудной клетки. Этот ужасный разрез лишь слегка, в двух местах, прихвачен швом, чтобы внутренности не вывалились наружу.

— Мертвец, — пробормотала Алиса.

«Мертвец?» — с вопросительной и какой-то озадаченной интонацией прозвучал голос где-то в ее черепной коробке.

— Мертвец! — сухо констатировал очевидный факт полицейский.

«А ведь местные ребята могут повесить на меня этот труп! — подумала женщина. — Скажут, мол, это ты, милашка, ночью его зарезала».

Алиса вспомнила, как должна себя вести в этой ситуации нормальная женщина, закатила глаза и стала медленно оседать на пол.

Глава 15. Сан Вито ло Капо

Рыбка клюнула быстро, примерно через час после того, как Ветров, получив уведомление от Кэпа, покинул кафе, расположенное в центре Трапани. Константин остановился на автозаправке, невдалеке от своего отеля, заплатил наличными за тридцать литров и залил бензин в бак.

Тут рядом с ним остановился какой-то парнишка на скутере и тонким голосом позвал:

— Эй, мистер!..

Ветров обернулся к парню, бросил на него вопросительный взгляд.

— Езжай за мной! — сказал тот на английском. — Быстро!

— Ты кто? — негромко спросил Ветров. — Почему я должен за тобой ехать?

Парнишка, не слезая со скутера, произнес свистящим шепотом:

— Джанини!.. Я покажу дорогу.

— Что? — продолжая изучающе смотреть на него, спросил рослый шатен. — Я не расслышал.

— Витторио Джанини! Быстро!..

Спустя несколько минут русский сыщик свернул вслед за скутером на окраинную улицу.

Парнишка, едущий впереди, был невысок. Годков ему вряд ли больше шестнадцати. Одет в мешковатые хипстерские джинсы и легкую куртку. На голове темно-синий шлем, забрало опущено, так что лица его Ветрову толком рассмотреть не удалось.

Внедорожник полз со скоростью пешехода вслед за проводником, сидящим на скутере, миновал временный мост, перекинутый через траншею, выкопанную строителями.

В этой части города Ветрову еще не доводилось бывать. Справа виднелся каркас здания в шесть этажей. Должно быть, здесь будет новый отель. Территория стройки частично огорожена столбиками с рабицей. Работал кран, на межэтажном переходе сверкала дуга электросварки, кое-где виднелись люди в рабочих спецовках. С левой стороны котлован, нулевой цикл строительства гостиничного комплекса.

Они миновали квартал, в котором велось строительство, и въехали в старую часть городка. Улица, в которую свернул скутерист, была вымощена камнем. По обе ее стороны теснились дома в один и два этажа с неухоженными облупленными фасадами. Улица довольно узкая. На тротуарах, вплотную к стенам домов, с правой стороны припаркованы авто. Ветров понял, что тут надо быть предельно внимательным, чтобы не зацепить их, не повредить чужую собственность, не говоря уже про арендованную машину. Это и была та самая рыбацкая деревня, с которой началась когда-то история нынешнего курортного городка Сан Вито ло Капо.

Хипстер на скутере остановился возле небольшого двухэтажного дома с наглухо закрытыми ставнями, вросшего в каменистую почву почти до подоконников. Он ловко соскользнул со своего транспортного средства, поставил его у стены на разножку. Внедорожник замер в нескольких шагах от него.

Ветров не стал глушить двигатель и не торопился выходить из салона. Да, он не бывал в этом районе, но знал адрес семейства Джанини. На стене дома, рядом с которым стоял скутер, имелась табличка с названием улицы. Если расчеты Ветрова были верны, то дом фотографа находился метрах в ста отсюда.

Когда его проводник подошел к машине, Константин смог разглядеть его чуть лучше.

«Оп-па, — подумал он. — Похоже, это вовсе не парень, а девушка!»

Основания так думать давали как минимум два открывшихся обстоятельства. Во-первых, длинная прядь темных волос, выбившаяся из-под шлема. Во-вторых, форма губ и подбородка.

Девушка жестом показала Ветрову, чтобы тот выбирался из машины. Почти одновременно с этим открылась дверь строения, выходящая на эту узкую улицу. В проеме показалась немолодая женщина в черном одеянии.

Ветров без труда опознал ее. Это была мать вдовы Витторио Джанини, теща покойного фотографа, та самая особа, которая довольно эмоционально вела себя во время вчерашней встречи, происходившей в офисе местного адвоката.

Константин выбрался из машины и бросил взгляд по сторонам. На улочке, кроме них троих, не было видно ни одной живой души.

Женщина по-прежнему стояла в дверном проеме. Ее черные как уголь глаза буравили иностранца, приехавшего на темном внедорожнике. Ветров остановился в трех шагах от нее. Рядом, слева от него, встала та особа, которую он поначалу ошибочно принял за парня.

— Анжела, спроси, он привез деньги? — сказала женщина.

— Деньги у вас с собой? — проговорила девушка на английском.

Ветров слегка хлопнул себя по левой стороне груди. Этот жест не нуждался в переводе.

— Пусть покажет, — сказала женщина в черном.

— Покажите деньги, — перевела на инглиш девушка в шлеме.

— А у уважаемой донны есть то, что мне нужно?

— Есть, — не дожидаясь ответа женщины, сказала девушка. — Деньги!.. — нетерпеливо произнесла она. — Быстро! Нас могут увидеть.

— Может, пройдем в дом? — спросил Ветров.

— Нет.

Константин достал из кармана конверт.

— Сколько там? — спросила пожилая женщина.

Дождавшись перевода на английский, Ветров сказал:

— Пять тысяч евро. Я ведь не знал, что встречусь с вами сегодня.

— А где еще пятнадцать? Вы обещали двадцать тысяч.

— Эти пять тысяч предлагаю считать задатком. — Ветров вновь продемонстрировал конверт с купюрами. — Если товар того стоит, то я готов выплатить и остаток обещанной суммы. Кстати, где сам товар?

Пожилая женщина достала откуда-то из вороха тряпок, надетых на нее, плотный пакет из оберточной бумаги.

— Здесь шесть фотографий, сделанные Витторио в то утро. Полиция о них не знает.

— Это все? — спросил Ветров.

— Нет. Есть еще и другие снимки. А также и этот… эта…

— Флешка с записью, — подсказала девушка.

— Да.

— С записью чего? Что именно зафиксировано на той флешке? Уточните, это важно.

— Витторио заснял на камеру момент взрыва.

Ветрову понадобилась вся его выдержка, чтобы не показать, насколько он впечатлен этой новостью.

— А разве эту запись не изъяла полиция? — осведомился он.

— Витторио сделал дубликат.

— Он у вас, синьора?

— Деньги! — сказала та.

— Вначале покажите фотоснимки.

Женщина достала из коричневого конверта фотографию, чуть приподняла ее в правой руке и показала иностранцу.

Ветров затаил дыхание. На цветном снимке был запечатлен дымный шар с проблесками огня, поднимающийся к небу. На кипящие волны валились какие-то обломки.

Они одновременно обменялись конвертами. Деньги исчезли в складках черной одежды. Конверт с выкупленными снимками Ветров сунул под полу пиджака.

— Где запись? — спросил он. — Когда я могу ее забрать?

— Пятнадцать тысяч, — сказала женщина. — Когда я их получу?

Ветров не успел ответить на вопрос этой немолодой женщины, переведенный девушкой. Послышался звук рингтона. Это был не смартфон Ветрова.

Женщина поднесла аппарат к уху. Константин увидел, как изменилось ее лицо. Не говоря ни слова, она отступила внутрь строения. А уже в следующее мгновение кто-то невидимый Ветрову плотно закрыл дверь этого старого сицилийского дома.

Константин с недоумением посмотрел на девицу в мотоциклетном шлеме.

— Не понял. Что случилось?

— Уезжайте! — прошипела девушка. — Быстро! — Она метнулась к своему транспортному средству и крикнула: — Садитесь в машину и гоните за мной! — Эта особа завела свой скутер. — Ну?! Давайте же, мистер, шевелитесь!

Девушка на скутере рванула с места в карьер. Ветров на внедорожнике едва поспевал за ней. Скоростная езда по узким улицам старого рыбацкого поселка — удовольствие ниже среднего.

В какой-то момент он вынужден был сбросить обороты и тут же потерял девушку из виду.

«Похоже, Костя, тебя развели, — подумал русский сыщик. — Вытащили деньги, сколько было, и разыграли этот вот дурацкий спектакль».

Чуть попетляв по узким улицам, Ветров выехал к уже знакомому ему кварталу, тому, где велось строительство новых отелей. У временного мостика его нагнал хипстер на скутере. Он по-хулигански подрезал внедорожник и вдруг резко остановился. Ветров тоже вынужден был ударить по тормозам.

Он не сразу заметил, что у этого скутериста шлем совсем другого цвета. Темно-красный. Кроме того данный тип имел несколько иные габариты. На локте правой руки у него болталось что-то вроде пакета.

— Твою мать!.. — пробормотал Ветров, услышав, как что-то опустилось на крышу машины.

Он рывком открыл дверь и пулей вылетел из салона.

Глава 16. Порто-Черво

Молодую женщину подхватили сильные мужские руки.

— Док, чего застыл?! — крикнул полицейский. — Не видишь, даме стало плохо!..

Николо усадил рыжеволосую иностранку на низкий деревянный топчан. Медэксперт метнулся к шкафчику, открыл дверки, взял бутылочку с бесцветной жидкостью и упаковку ватных тампонов. Он смочил один из них и поднес его к носу женщины, излишне чувствительной к виду мертвецов.

Дама вдохнула резкий аммиачный запах, поперхнулась, потерла кончик носа и недоумевающе посмотрела на мужчину, склонившегося над ней.

— Что это? — слабым голосом сказала она. — Зачем?

Доктор передал ей бумажную салфетку. Пациентка отвернулась и высморкалась. В поле ее зрения вновь попал стол, на котором лежал обнаженный мертвец с взрезанным животом. Мужчины не успели прикрыть его.

— Мертвец?.. — пробормотала она, вновь закатила глаза и стала клониться на бок.

Николо придержал впечатлительную иностранку за плечо, иначе она свалилась бы с топчана на пол. Медик угостил ее еще одной порцией нашатыря.

Спустя пару минут женщина пришла в чувство. Чтобы избежать рецидивов потери сознания особы, приглашенной на опознание, медик прикрыл труп простыней.

— Где я? — слабым голосом спросила женщина.

— В морге, — сказал мужчина в форме полицейского. — Вернее, в больнице нашего чудесного городка. Вас привезли сюда на опознание.

— Это вы, Николо? Что это со мной было? Я себя неважно чувствую.

Полицейский неодобрительно взглянул на рыжеволосую дамочку, прижимающую к носу надушенный платочек, и сухо произнес:

— У вас что там, острый кадровый голод?

— Где? — Женщина с усилием подняла голову. — Вы это о чем? — глядя на полицейского, спросила она. — Где это «там»?

— В детективном агентстве, в котором вы работаете. В фирме, которая отправила вас в служебную командировку в нашу страну.

— А, вот вы о чем. — Алиса покосилась на мертвеца, прикрытого простыней, и осведомилась: — Я что, потеряла сознание?

— Типа того.

— У вас был глубокий обморок, — сказал медик.

— Хм. — Алиса натужно улыбнулась. — Наверное, это потому, что я еще не завтракала. — Она принялась рассматривать себя в зеркальце, которое достала из косметички. — Мне всю ночь не давали спать, — пробормотала Алиса. — Вчера оставили без ужина! — уже громче сказала она. — Может, мне надо было съесть ту змею, которая заползла ко мне в ванную комнату? — Женщина припудрила носик и продолжила: — В довершение мне не дали позавтракать, привезли сюда и сразу, без предупреждения сунули под нос мертвеца с распоротым животом! — Алиса убрала косметичку в сумочку и заявила: — Да тут самый крепкий мужик в обморок грохнется!..

— Вы закончили жаловаться? — сухо поинтересовался полицейский. — Теперь мы можем приступить к делу, синьорина?

— К какому именно делу вы пытаетесь меня припутать?

— Вас привезли на опознание. — Полицейский кивнул в сторону мертвеца. — Хотите еще раз посмотреть?

— Ну уж нет, — заявила женщина и нервно повела плечами. — Хватит и того, что я видела.

— Итак, что вы скажете по поводу этого молодого человека?

— А что вы хотите от меня услышать, синьор офицер?

Полицейский досадливо поморщился и спросил:

— Вы узнаете этого парня? Скажите, это именно он проник в ваш номер минувшей ночью?

— В отеле наверняка имеются камеры слежения.

— Я задал вопрос.

— А разве я должна отвечать на ваши вопросы? А может, мне… я хочу…

— Хотите позвонить своему адвокату?

Алиса не успела ответить на этот вопрос, поскольку в больничное помещение, используемое и для временного хранения покойников, вошел коллега Николо, молодой, лет двадцати пяти, тоже в форме.

Он подошел к старшему товарищу и что-то негромко сказал тому на ухо. Алиса напрягла слух, но разобрала лишь несколько слов — «звонили из офиса» и «фотоснимки». Николо бросил на нее странный взгляд, затем достал из чехла смартфон и стал кому-то звонить.

Спустя короткое время они втроем — двое полицейских и иностранка — выбрались из подвального помещения местной больнички. Николо открыл заднюю дверцу служебного авто.

— Садитесь, синьорина Алиса, — сказал он. — Проедемся в мой офис, это рядом.

— Почему я должна ехать с вами? — поинтересовалась женщина. — Я что, арестована?

— Ни о каком аресте речи не идет, — слегка поморщившись, сказал красавец в полицейской форме. — Во всяком случае пока.

— Тогда зачем мне ехать в полицейский участок?

— Это в ваших же интересах.

— Ладно, — сказала женщина. — Так и быть, поеду с вами, если только ненадолго.

— Я вас не задержу, — заверил ее Николо. — Чем раньше мы с вами попрощаемся, тем лучше будет для всех.

Глава 17. Сан Вито ло Капо

Прошло какое-то время. Пара минут или, может, всего несколько мгновений.

Хорошо иметь в своем арсенале отточенные до автоматизма рефлекторные реакции. Это помогает в сложных, опасных, чреватых увечьем или гибелью ситуациях. А они для сотрудника спецгруппы «Бастион», кстати сказать, не редкость.

Иногда выигранные мгновения помогают выжить. Доверяться одному только рассудку в критических положениях нельзя. Пока будешь соображать, что и как, тебя тупо убьют.

С другой стороны, действуя на рефлексах, ты можешь попасть в глупую ситуацию. Примерно так, как произошло в данном случае.

Откуда-то сверху послышался мужской голос:

— Синьор, с вами все в порядке?

Ветров кое-как выбрался из довольно глубокой траншеи, в которую он буквально влетел. Так солдат ныряет в спасительный окоп во время артобстрела или бомбежки.

К счастью, погода стояла сухая. На дне и стенках траншеи не было грязи, поэтому он не так уж и сильно перепачкался. Местный работяга в комбинезоне и каске подал ему руку.

Ветров выбрался наверх и пробормотал:

— Спасибо, дружище!

Они оба уставились на пакет, который лежал там же, где его оставил парень, сидевший на скутере, то есть на крыше внедорожника. Обыкновенный пакет из супермаркета. Не пустой. Из открытой его стороны вывалилось нечто парящее, темно-красного, почти коричневого цвета.

— Ага. Так-так!.. — пробубнил работяга.

— Что это? — поинтересовался Ветров.

— Говяжья печень. Бык-двухлетка, — уверенно проговорил пролетарий.

Без малейшей опаски он стащил рукой в рабочей перчатке этот пакет с крыши, держа его за ручки, заглянул внутрь свертка.

— Внизу кишки, — сказал работяга, понюхал содержимое и добавил: — Еще там свежая требуха. Сегодня утром бычка забили. — Он посмотрел на рослого шатена, только что выкарабкавшегося из траншеи, и задумчиво проговорил: — Готовый набор для ливерной колбасы.

Ветров бросил на него удивленный взгляд.

Строитель истолковал его по-своему и сказал:

— Я работал в разделочном цехе. Когда его закрыли, пошел на стройку.

Ветров вытер руки носовым платком и спросил:

— Вы его видели?

— Кого?

— Парня на скутере.

— А! — Строитель посмотрел по сторонам. — Бывает, что хулиганит молодежь.

Он взвесил в руке пакет, в котором было килограммов эдак пять всякой требухи, заметил, что тот надорвался в одном месте. Там из дырки капала бурая жидкость.

Пролетарий отвел руку с пакетом чуть в сторону и поинтересовался:

— Он вам нужен, синьор?

— Кто?

— Пакет с требухой.

— Что? — Ветров бросил на него недоумевающий взгляд. — Вот этот пакет?

— Я могу его забрать? У меня как раз смена заканчивается. Отнесу все это домой — жена сделает колбасу и пирожки с ливером.

— Да, конечно, — пробормотал Ветров. — Он ваш. И спасибо за помощь, дружище.

Спустя короткое время внедорожник въехал на автомойку. Там дежурил парень лет двадцати. Он читал какую-то книгу. Судя по всему, это был студент, подрабатывающий здесь в летнее время.

Молодой человек отложил свою книжку и направился к очередному клиенту.

— Добрый день, синьор!

Он посмотрел на потеки бурой жидкости, хорошо видимые на крыше внедорожника, стекле и передней боковой дверце. Затем парень уставился на рослого шатена, выбравшегося из этой машины.

— Синьор, это похоже на кровь. Может, следует позвонить в полицию?

Ветров достал из кармана бумажник.

— Это не кровь, а дерьмо, — процедил он по-русски.

— Что? — Парень уставился на него. — Не понял?..

— Какой-то юморист бросил на крышу моей машины пакет с говяжьими потрохами, — сказал Ветров на понятном парню языке. — Кто-то у вас тут нехорошо шутит. Помойте машину и почистите салон.

— Молодежь!.. — сказал работник автомойки таким тоном, как будто сам был стариком, убеленным сединами. — Не всем здесь нравится, что приезжают богатые иностранцы. Вот и хулиганят иногда. — Он взял у такого вот иностранца сотенную купюру, улыбнулся и продолжил: — Но лично мне очень нравится иметь дело с щедрыми людьми.

Глава 18

Порто-Черво — очень компактный городок. Его площадь составляет примерно полтора квадратных километра, если не считать пригородных вилл и отелей, расположенных неподалеку. В дневное время он выглядит довольно провинциально. Даже и не скажешь, что это местечко облюбовали в качестве курорта многие нувориши.

Ядром города богачей служит единственная здесь площадь. В центральных кварталах компактно располагаются полтора десятка бутиков, три ресторана, несколько баров и кафе помельче, филиалы банков и почта.

Николо припарковал «Фиат» на крохотном пятачке между стеной местного ресторана с одной стороны и торцом бутика с другой. С третьей стороны, как бы в нише, тоже стена какого-то двухэтажного строения. Стены разрисованы каким-то местным или приглашенным художником. На них изображены пейзажи: скалы, круто опускающиеся в лазурное море, белоснежная яхта, лодка с рыбаком, забрасывающим невод.

Довольно странная затея — разрисовывать стены домов прибрежного городка подобными сюжетами. Здесь и натуральных таких видов более чем достаточно. Но смотрелись эти картинки вполне симпатично.

Николо подошел к стене, размалеванной уличными живописцами. Только сейчас Алиса заметила, что там имеется дверь. Ее-то офицер и отпирал. Так вот, оказывается, где находится комиссариат — местный участок полиции!..

— Комиссариат, — сказала она негромко. — Угол Пьяцетто и ресторана «Марина».

«Местная ментовка», — перевел голос на язык родных осин.

Николо распахнул дверь и жестом пригласил иностранку войти. Алиса прошла мимо него и удивленно покачала головой. Сама она ни за что не нашла бы полицейский участок, вход в который так мастерски замаскирован уличной живописью.

Офис оказался крохотным. В коридоре три двери, ведущие в какие-то помещения. А вот лестницы, по которой можно было бы пройти на второй этаж строения, не видно.

— Это такая специальная маскировка? — спросила Алиса. — Чтобы не было видно вывески вашего учреждения?

— Вы догадливы, синьорина.

— Специально так придумано, чтобы богатенькие персоны не нервничали, когда они прогуливаются мимо участка?

— А вот это уже не ваше дело.

Николо открыл какую-то дверь. Кабинет, скрывавшийся за ней, тоже оказался небольшим, примерно четыре на три метра. Окно закрыто жалюзи не только извне, но и изнутри. Офицер включил настольную лампу.

— Присаживайтесь, — он указал на стул, стоящий с торца его служебного стола. — Секундочку. — Николо поднял крышку своего служебного лэптопа и включил его.

Пока гаджет грузился, хозяин кабинета задумчиво смотрел на гостью.

— Что?.. — спросила Алиса. — Почему вы так смотрите?

— Вы одна здесь, синьора?

— Одна? — удивленно переспросила девушка. — Почему одна? Мы с вами тут вдвоем.

— Имеется в виду — в нашем городе.

— То есть?..

Николо проигнорировал ее вопрос и положил руки на клавиатуру. Пока он клацал по клавишам, Алиса думала одновременно о двух вещах.

Первое: с чем связан этот его вопрос: «Одна ли вы тут?»

И второе: кто из этих двух братьев симпатичнее, Паоло или Николо?

Полицейский некоторое время рассматривал какие-то изображения на экране. Алисе тоже было интересно. Николо словно подслушал ее мысли и развернул лэптоп так, чтобы картинка на экране была видна и рыжеволосой иностранке, приглашенной им в офис.

Алиса уставилась на экран. На него был выведен снимок, сделанный, по всей видимости, при помощи ночной оптики, совмещенной с тепловизором. На фото некая молодая женщина, бегущая по дорожке за каким-то типом. Это уже где-то на границе территории отеля и парка. В правом нижнем углу изображения указан тайминг — время, когда был сделан этот снимок.

«Не слишком ли высоко задралась ночнушка? — подумала Алиса, разглядывая собственное изображение. — Почти вся попка на виду. Ну и ну!»

Николо вывел на экран другой снимок. На нем запечатлена уже одна только иностранка в короткой рубашке. Она держала в руке дамскую сумочку.

Полицейский поочередно вывел на экран еще четыре снимка. На одном из них было видно, как к женщине, возвращающейся к своему бунгало, спешил местный охранник. На двух был зафиксирован тот парень, который сперва пытался ограбить Алису, а затем убегал от этой разъяренной фурии. На последнем из снимков, продемонстрированных полицейским Алисе, видны две мужские фигуры. Они уже за пределами парка, на пляже. Фотограф щелкнул их со спины. Лица второго субъекта не разглядеть.

— Что скажете, синьорина?

— Мне как-то даже неловко.

— В смысле?

— Я там почти не одета.

— Я о другом вас спрашиваю. — Полицейский уставился на гостью. — Меня прежде всего интересует, кто мог сделать эти снимки?

— Вас интересует, кто мог сделать эти снимки? — повторила Алиса.

«Кто мог сделать эти снимки? — с насмешливой интонацией прозвучал голос в ее ушах. — Хороший вопрос».

— Я жду ответа, синьорина.

«Он ждет ответа, слышишь?!»

— Откуда мне знать? — Алиса пожала плечами. — Я не понимаю, зачем вы мне показали эти снимки. — Она посмотрела на хозяина кабинета. — Кстати, откуда они у вас?

Николо поскреб пальцем подбородок.

— Кто-то прислал их на контактный мэйл квестуры.

— Куда прислал?

— На сайт нашего полицейского управления в Ольбии. С припиской, что снимки следует перенаправить в мой офис.

— Ну а я-то тут при чем?

— Это не полицейская съемка. — Николо покосился на экран лэптопа. — Да и это не работа частных детективов… местных, я имею в виду.

— Договаривайте же, Николо!

— Плохо, — сказал он. — Кто-то следит за вами. Поэтому я и спросил у вас, знаете ли вы об этом.

Алиса пожала плечами и услышала:

— У вас есть какие-нибудь версии на этот счет?

— Я об этом подумаю… на досуге. А что дают эти снимки? — спросила она.

— Это ваше алиби.

Женщина вскинула брови.

— Мое что? Алиби, вы сказали?

Полицейский досадливо поморщился и заявил:

— Но кто-то ведь убил этого парня.

— Вы что?! — сердито произнесла женщина. — Да как вы могли на меня такое подумать? Вы что, с ума сошли?

— Полегче, синьорина, — буркнул полицейский. — Я при исполнении.

— Но как вы могли такое про меня подумать?!

— Работа у меня такая. — Николо закрыл крышку ноута, взял фуражку со стола, надел ее.

Хозяин кабинета и его гостья поднялись. Николо смерил ее таким долгим взглядом, что у нее даже мурашки по коже пошли.

«Да, его старший брат Паоло очень-очень красив, — как-то не к месту и не ко времени подумала она. — Глаз невозможно от него отвести. И характер у него золотой».

— Очень плохо, — сказал полицейский. — Мне не понравились эти снимки.

— Вам не понравились эти снимки?

«Ему не понравились эти снимки! — Голос сегодня был настроен несколько язвительно, возможно, тоже не выспался или был не в настроении. — Надо же!»

— Кто-то за вами следит. Вам грозит смертельная опасность.

— Почему вы так думаете?

«Если бы мне пришлось выбирать между двумя братьями?»

— Мне не нужен тут еще один труп.

«Этот угрюмый, сердитый, брутальный тип со сломанным носом!»

Офицер открыл дверь, после чего жестом предложил гостье выметаться из его офиса.

— Да и вам, Алиса, рановато умирать — вы такая молодая и красивая!

— Ого! — удивилась женщина. — А вы, оказывается, умеете не только говорить гадости, но и делать дамам комплименты.

— Поэтому будет лучше, если вы покинете наш город. Причем немедленно.

«Да, я выбрала бы Николо».

Глава 19

Отель, в котором остановилась Алиса, прилетев на Сардинию, находился километрах в шести от комиссариата, на берегу соседней бухты. Полицейский вызвался сам отвезти иностранку в гостиницу. Это предложение было сделано таким тоном, что Алисе не оставалось ничего иного, как сесть в служебную машину Николо.

Офицер вел машину молча.

Лишь когда за поворотом показался корпус главного строения отеля «Колонья Черво», он покосился на женщину, сидящую в кресле пассажира, и вдруг спросил:

— Синьорина Алиса, кому вы звонили в первый день своего пребывания в Черво?

— Что? Повторите, пожалуйста. — Алиса повернула к нему голову. — Я тут вся была в своих мыслях и не расслышала.

Полицейский повторил вопрос.

— Кому я звонила?.. Хм.

— Это не ответ.

— Вообще-то у меня не работает телефон.

— Ваш сотовый?

— Да. Он почему-то не работает здесь, в ваших местах. Хотя, находясь в Риме, я им пользовалась постоянно, и никаких проблем со связью у меня не возникало.

«Фиат» свернул на дорогу, ведущую к паркингу, находящемуся перед главным корпусом отеля.

— Я спрашиваю о другом, синьорина. Кому вы звонили, когда ходили по бутикам?

— Ага! — сердито сказала женщина. — Так это вы, значит, следите за мной!..

— Слишком поспешное заключение.

— А откуда вы тогда знаете, что я кому-то звонила?

— Работа у меня такая — знать обо всем, что происходит в нашем городке. Так кому и по какому вопросу вы звонили?

— Не помню, — сухо сказала Алиса. — И не уверена, что должна отвечать на ваши вопросы.

Полицейский сам отстегнул ее ремень безопасности.

— Выходите, — хмуро сказал он. — Возможно, вы и правы, — добавил Николо, когда они вдвоем направились к входу в главный корпус. — Вы все равно уезжаете, так что все это уже не имеет никакого значения.

Они прошли в вестибюль. За стойкой дежурил уже знакомый Алисе молодой человек, на удивление свежий, в ладно сидящем форменном костюмчике, с влажными от геля волосами и профессионально вежливым выражением лица.

— Ага! — сказала Алиса. — Это опять вы.

— Здравствуйте, синьора. — Менеджер отеля учтиво кивнул ей. — Рад вас видеть.

— Виделись уже, — буркнула по-русски гостья.

— Извините?..

— Ну что, насчитали ущерб? — спросила она на итальянском. — Сколько там я вам должна?

— Ничего вы не должны, синьора, — сказал менеджер. — Мы получили сообщение. — Молодой человек бросил быстрый взгляд на полицейского. — В ваш номер действительно…

— Там был вор, — сказал Николо.

— Замечательно! — заявила Алиса и скривила губы. — У вас охрана дрыхнет по ночам. В номерах ползают гадюки!.. В них вламываются бандиты с ножами. А оплачивать ущерб, значит, должны постояльцы?

Менеджер нагнулся, через мгновение опустил на стойку бутылку шампанского и коробку дорогих шоколадных конфет.

— Синьора, примите от заведения вместе с нашими искренними извинениями.

— Это мне?

— Управляющий сожалеет о том, что он не смог лично встретиться с вами.

Алиса покачала головой.

— Отдайте это обратно вашему управляющему или возьмите себе. — Она усмехнулась. — Угостите свою девушку.

Презенты тут же исчезли со стойки.

— Нам следует поторапливаться, — сказал Николо.

— Нам?.. — не оборачиваясь к нему, произнесла женщина. — Лично я никуда не тороплюсь. — Она посмотрела на молодого человека с влажной модельной прической и осведомилась: — А что это вы без подмены работаете, любезный? Вы вчера говорили, что ваша смена заканчивается в девять утра, не так ли?

— Позвонил коллега и попросил подменить его на несколько часов, — с вежливой полуулыбкой сказал служащий.

— Синьорина Алиса выписывается и уезжает, — сказал полицейский.

— Прямо сейчас? — удивилась рыжеволосая женщина.

«Прямо сейчас?» — эхом отдался голос в ее ушах.

— Да, прямо сейчас. — Николо посмотрел на часы и заявил: — Надо поторопиться. Уже начинается регистрация на рейс до Палермо, а нам еще до аэропорта полчаса добираться.

— Я никуда не поеду, — решительно заявила женщина. — Почему это я должна куда-то ехать? Мне здесь нравится. Хороший городок. Приятные люди. К тому же я еще не осмотрела все здешние достопримечательности.

На нее уставились две пары мужских глаз: полицейского и менеджера.

— Я свободный человек! — сказала она. — Правильно? Так?

«Правильно, — сказал голос. — Так!»

— Это ошибочное решение, — процедил Николо. — Для вас же будет лучше, если вы возьмете вещи из номера, и я отвезу вас в аэропорт.

— У меня нет денег на авиабилет.

— Полицейская броня!.. — напомнил Николо.

— Мне она без надобности.

— Если у вас нет денег, синьора, то как вы собираетесь дальше существовать?

— В смысле?

— Где будете жить, что кушать и пить?

— В отеле буду жить, — сказала Алиса. — В этой самой гостинице. — Она язвительно улыбнулась. — Мне здесь очень понравилось.

— Не шутите так, — сердито отреагировал полицейский. — У вас есть деньги на проживание?

Алиса достала из сумочки кошелек, тут же вспомнила, что внутри находится сущая мелочь — немногим более сотни евро, — и сунула его обратно.

— У нас не самый дешевый город на свете, — сказал офицер. — Тут действуют определенные правила. Здесь, в Порто-Черво, никому — слышите, никому! — не позволено спать в парке или на лавочке. Говорю это вам как представитель правоохранительных органов.

Женщина посмотрела на менеджера и спросила:

— Я могу пройти в свой номер?

Служащий для проформы бросил взгляд на плоский экран компьютера и тем же безупречно вежливым тоном произнес:

— Сожалею, синьора, но номер оплачен только до середины сегодняшнего дня. Ваши вещи аккуратно, — менеджер сделал акцент на последнем слове, — собраны персоналом и перенесены в служебное помещение. — Он ткнул пальцем за спину, где виднелась служебная дверь. — Я распоряжусь, чтобы принесли ваш чемодан.

— Не надо с этим торопиться, любезный. Лучше скажите, могу ли я вернуться в свой номер?

— Сейчас. — Менеджер сверился с наручными часами. — Так, уже половина первого. А номер был оплачен до полудня, — напомнил он.

— Я заплачу! Мне просто надо позвонить кое-куда! Ну, или съездить в ваш местный банк за наличностью!

— Ничем не могу вам помочь, синьора.

— Но… почему?

— Если я оставлю номер за вами, не взяв с вас плату, то меня уволит наш босс.

— Попробуем еще раз, дружок! Начнем все с самого начала. — Рыжеволосая иностранка достала из портмоне банковские карты.

Менеджер заполнил форму и предложил гостье расплатиться. Полицейский хмуро посматривал на них и неодобрительно молчал.

Женщина набрала ПИН-код. Карточка оказалась заблокированной. Спустя минуту выяснилось, что она не может воспользоваться и другой своей банковской картой.

— У меня есть деньги, — сказала Алиса, не теряя присутствия духа. — Оформляйте номер еще на двое суток! Я позвоню в банк, и до вечера карты будут разблокированы.

— Сожалею, но у меня стоит отметка. — Менеджер покосился на экран. — Дело в том, что по временному распоряжению управляющего отелем деньги за проживание теперь могут вноситься только наличными.

— У синьорины, подозреваю, проблемы с наличностью. — На лице полицейского появилась кривая ухмылка. — Ей нечем оплатить проживание в вашем отеле. — Он перевел взгляд на девушку и заявил: — Так уж и быть, отвезу вас в аэропорт. А то у вас, по-моему, не хватит денег даже на то, чтобы заплатить за такси.

Алиса, а затем и двое мужчин посмотрели на юношу, вошедшего в отель. Парню лет двадцать, не больше. Одет в униформу — посыльный или курьер.

— Здравствуйте! — обращаясь к менеджеру, стоящему за стойкой, сказал молодой человек. — Я из службы срочной доставки. У меня корреспонденция для одного из постояльцев вашего отеля. — Курьер сверился с накладной. — Это синьора… — Он с трудом выговорил русскую фамилию

— Это я, — сказала женщина.

— Вы? — Парень доброжелательно улыбнулся. — У меня пакет для вас.

— Мне пакет? — с удивлением сказала женщина. — Мне?

«Тебе пакет», — отозвался голос в ушной раковине.

— Покажите, пожалуйста, документ, удостоверяющий вашу личность.

Алиса достала из сумочки загранпаспорт и передала его курьеру. Парень заглянул в него, вернул ей, открыл сумку с логотипом фирмы и достал оттуда небольшой пакет.

— Распишитесь здесь, синьора.

Алиса взяла у него квитанцию и авторучку, расписалась в получении.

— Кто принес в вашу контору этот пакет? — угрюмо спросил у курьера Николо. — Кто отправитель?

— Извините, синьор офицер, я не могу этого вам сказать. — Парень передал иностранке пакет. — Свяжитесь с нашим офисом, номер справочного отдела…

— Свободен! — оборвал его полицейский. — С твоим начальством я позже поговорю.

Алиса отошла в сторонку и осмотрела тоненький сверток. На лицевой стороне конверта было написано название отеля, а также ее имя и фамилия. А вот отправитель не указан.

Она надорвала конверт. Внутри оказался еще один, чуть меньших размеров. А в нем деньги. Европейская валюта! Восемнадцать купюр по пятьсот евро и десять сотенных.

— Десять тысяч евро, — пробормотала Алиса. — Неплохо. Хотя можно было подбросить и побольше.

«Не вредничай, — отозвался голос. — Сама же говоришь, что неплохие деньги».

— Оформляйте номер на двое суток, — сказала Алиса, вернувшись к стойке. — Деньги у меня есть. — Она помахала конвертом и уточнила: — Наличные, как вы и просили.

Менеджер хотел что-то сказать, но полицейский жестом велел ему заткнуться.

— В отеле нет свободных номеров, — сухо произнес Николо. — И в этом, и в других отелях нашего города тоже.

— Не знала, синьор офицер, что вы работаете в гостиничном бизнесе. Я-то думала, что вы — начальник местной полиции.

— Теперь будете знать.

Не успела Алиса отреагировать на реплику офицера полиции, как в фойе отеля вошли двое мужчин. Увидев эту парочку, рыжеволосая женщина охнула.

Это были очень крупные ребята. Верзилы ростом под два метра, с широченными торсами и квадратными подбородками. Обоим около тридцати. Коротко стрижены, в темных костюмах и в солнцезащитных очках. Мощные шеи. Рукава бугрятся от бицепсов и трицепсов. Полы пиджаков топорщатся с левой стороны. У ребят там сбруя, пистолеты в подмышечных кобурах.

— Ого! — пробормотала Алиса. — Это что еще за братцы? На Сардинии что, каждый мужчина имеет дубликат?

— Привет, Николо! — сказал один из этих братцев. — Как дела?

— Что вам надо? — угрюмо спросил полицейский.

— Познакомь нас с этой красивой девушкой!..

— Девушка уезжает, — сказал Николо. — Я сам отвезу ее в аэропорт.

— Ты ее арестовал, что ли?

— Не ваше дело.

Один из братцев то ли зевнул, то ли улыбнулся девушке. Второй тем временем ловко вклинился между сотрудником местной полиции и иностранкой.

— Что здесь происходит? — нервно произнесла Алиса.

— Синьора, вы из России?

— Допустим. И что?

Один из этих мощных мужчин с внешностью и повадками профессиональных охранников достал из кармана снимок и спросил:

— Вы искали встречи с этим вот господином, не так ли?

С фотографии на нее смотрел немолодой, но все еще энергичный, широко улыбающийся мужчина. Она его сразу же узнала. Да и как можно было не узнать человека, долгое время находившегося в фокусе мировой прессы? На него были заведены десятки уголовных дел, но он всегда выходил сухим из воды.

На снимке, который держал в огромной ручище один из громил, пожаловавших в отель, был запечатлен человек, не так давно занимавший высший государственный пост — премьер-министр Италии. Нынче он простой гражданин, что нисколько не мешает ему оставаться одним из самых богатых людей страны и Европы.

— Да, — сказала Алиса. — То есть… допустим. И что?

— Вы хотите с ним встретиться?

— Нет! — сказал полицейский.

«Опасно, — озабоченно отреагировал голос. — Не стоит».

— Да, — сказала Алиса после небольшой паузы. — Я готова встретиться с этим уважаемым господином.

Глава 20. Cицилия

Во второй половине дня Ветрову позвонил синьор Поццо. Владелец местной адвокатской конторы поинтересовался, может ли синьор Константин прийти к нему в офис к семи вечера. Русский сыщик подтвердил свою заинтересованность в такой встрече.

Ровно в назначенное время Ветров нажал кнопку звонка.

Дверь открыл сам адвокат и тут же осведомился:

— Надеюсь, я не отвлек вас от важных дел, синьор Константин?

— Всегда рад встрече с вами, уважаемый синьор Поццо.

Адвокат запер дверь и пригласил гостя проследовать в кабинет.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — сказал хозяин офиса.

Мужчины уселись в кресла, стоявшие возле низкого журнального столика.

— Я вас слушаю, господин адвокат.

— Я мог бы отправить вам сообщение, — заявил адвокат и пригладил прическу, и без того идеальную. — Или просто позвонить вам и сообщить…

— Интригующее начало.

— Но я предпочел все же пригласить вас, уважаемый господин Константин, в офис и сообщить вам лично…

— О чем же? — Ветров бросил на него удивленный взгляд.

— К моему величайшему сожалению, я не смогу представлять ваши интересы. Речь идет о вашем расследовании и всем, что с этим связано.

В кабинете на какие-то мгновения повисла тишина. Потом адвокат, глядя в глаза визитеру, коснулся уха. Жест весьма красноречивый и понятный всякому. Вслед за этим синьор Поццо слегка постучал пальцем по столику, на котором лежали два его сотовых телефона. Ветров медленно кивнул. Мол, понял, не дурак. Твой офис прослушивается, и ты решил меня об этом предупредить.

— Могу я узнать, с чем связан ваш отказ от сотрудничества? — спросил он ровным голосом.

— Я ведь, кажется, уже говорил вам, что в законодательстве нашей страны недостаточно четко прописаны нормы, регулирующие деятельность частных детективов и сыскных агентств?

— Да, вы об этом говорили.

— Я проконсультировался с некоторыми весьма уважаемыми знатоками и экспертами.

— И что они вам сказали?

— Эти специалисты рекомендовали мне отказаться от юридического сопровождения вашей миссии, синьор Константин.

— По какой причине? Могу я узнать?

— Во избежание, скажем так, правовых коллизий.

Адвокат раскрыл перекидной блокнот, лежащий на столе рядом с телефонами. Затем он повернул его так, чтобы визитеру была виден текст, написанный крупными буквами: «Завтра в 13.00. Бар «Монако».

Глава 21. Порто-Черво, Сардиния

— Оставьте номер за мной, любезнейший, — сказала Алиса менеджеру. — Вот, держите задаток. — Она выложила на стойку шесть купюр по пятьсот евро и поинтересовалась: — Что?.. Еще добавить?

— Пока достаточно, синьора.

Молодая женщина защелкнула сумочку, повесила ее на плечо и сказала:

— Когда вернусь, доплачу остаток по счету.

Двое габаритных мужчин и женщина, одетая в броское платье с подсолнухами, направились к выходу. Их сопровождали взгляды людей, оставшихся в холле гостиницы. Сотрудник полиции смотрел напряженно, а менеджер — безразлично.

Проходя мимо полицейского, Алиса едва удержалась, чтобы не показать ему язык. Николо неодобрительно покачал головой вслед ей. Менеджер пожал плечами и убрал в сейф деньги, оставленные этой странной клиенткой.

Транспортное средство у двух братцев было под стать им самим: огромный черный внедорожник «Хаммер». Один из этой колоритной парочки уселся в кресло водителя.

Второй открыл заднюю дверцу джипа и сказал:

— Прошу, синьора. Здесь недалеко.

— Спасибо. — Алиса скользнула в салон, обитый натуральной кожей и заметила: — Здорово тут у вас.

«Хаммер» выехал на дорогу, ведущую в сторону Черво. У обоих мужчин к ушным раковинам были прикреплены устройства хендсфри. Второй охранник — Алиса предположила, что они бодигарды бывшего премьера или что-то в этом роде, — тоже сел впереди, в кресло пассажира. Так что сейчас она видела лишь их крепкие стриженые затылки.

Алиса понимала, что с подобными субъектами без особой надобности заговаривать не стоит. Один только их внешний вид отбивал всякое желание вступать в дружескую беседу с ними. Женщине хотелось сидеть тихо, как мышка в норке, но она все же решила их побеспокоить.

Алиса осмелилась спросить этих ребят о том, чем должна была поинтересоваться еще до того, как она оказалась в этом брутальном транспортном средстве:

— Синьоры, скажите, пожалуйста, а куда мы едем?

— Скоро узнаете, — не оборачиваясь, сказал водитель.

— И все же?

— В яхт-клуб, — процедил второй.

— В порт? Но зачем нам туда?

— Так надо, синьора.

— Но, насколько я знаю, в резиденцию того уважаемого синьора, фото которого вы мне показали, можно проехать по местной дороге.

«Хаммер» миновал развилку на окраине городка и покатил в объезд бухты.

— Кстати, мы проехали нужный поворот, — сказала Алиса. — Резиденция этого уважаемого человека находится в другой стороне.

— Не волнуйтесь, синьора, — не оборачиваясь, сказал водитель. — До цели можно добраться по воде.

— По воде? То есть?..

— То есть по воде, — сворачивая к северному причалу яхт-клуба, сказал водитель. — Увидите, вам понравится.

Служащий яхт-клуба поднял шлагбаум. По всему было видно, что «Хаммер» и его пассажиров здесь хорошо знают.

Причальные стенки в это время суток были лишь частично заняты яхтами и катерами, «припаркованными» здесь. Свободных мест хватало. Многие владельцы и арендаторы плавсредств, вероятно, решили воспользоваться прекрасной погодой и покинули гавань.

На противоположной стороне виднелась церковь, построенная на холме. Белоснежная, с черепицей бордового цвета, с колокольней в форме завитого белого листа и узорчатыми коваными решетками на окнах, Стела Марис скорее была похожа на один из пряничных домиков архитектора Антонио Гауди, чем на католический храм.

Джип припарковался на небольшой стоянке, практически у самого входа на одну из причальных стенок. Мужчины выбрались из салона. Вслед за ними это сделала и особа, приглашенная к бывшему премьеру.

Алиса почувствовала на себе чужой взгляд и обернулась. Под навесом кафе яхт-клуба стоял седовласый мужчина. Ей показалось, что это ее сосед по перелету в Ольбию, тот самый разговорчивый Леонардо. Алиса сняла солнцезащитные очки, чтобы получше его разглядеть. Но мужчина отступил в глубину крытой террасы, а затем и вовсе исчез из поля зрения.

Алиса поплелась к причалу вслед за колоритной парочкой. Водитель направился к серебристому катеру, пришвартованному у стенки. Эта посудина выделялась своими стремительными обводами даже на фоне многочисленных собратьев, застывших у причала и колышущихся на поплавках в ковше гавани.

Второй братец вслед за первым шагнул с причала на открытую корму.

— Прошу вас, синьора. — Он протянул свою широкую крупную ладонь. — Смелее!..

— Синьорина, — поправила его Алиса, бросила взгляд по сторонам и полюбопытствовала: — Значит, мы на этом катере поплывем?

— Да, на этом. Поторопитесь, синьорина!..

Мгновение-другое девушка как будто колебалась. Один из братцев занял место за штурвалом. Загудел прогреваемый движок.

— Дайте руку! — поторопил Алису, застывшую на кромке причала, второй субъект. — Ну же!

Она лишь слегка коснулась мужской руки и перешла с причала на корму катера.

Глава 22

Ветров прочел записку, вновь медленно кивнул и сказал:

— Жаль. Теперь мне придется искать другого адвоката.

Синьор Поццо поднял большой палец.

— Что поделать, такова жизнь. — Адвокат прикрыл ладонью блокнот с интригующей записью. — Хочется помочь как можно большему количеству людей, но не всегда есть такая возможность.

— Да, я вас понимаю, синьор Поццо. Сложное дело. — Ветров покосился на телефоны, выложенные адвокатом на стол.

— Я много думал, господин Поццо, над тем делом, от сопровождения которого вы только что отказались. — Ветров выбил пальцами дробь на крышке стола и продолжил: — Я считаю, что версия окружной прокуратуры о несчастном случае и гибели все тех людей, которые находились на яхте в момент взрыва, близка к истине. Об этом говорят все те факты, с которыми я ознакомился.

— Наши правоохранители и органы следствия работают весьма профессионально.

Ветров едва сдержал кривую ухмылку.

— У меня сложилось такое же впечатление, — сказал он. — Я высокого мнения об итальянской прокуратуре и ее окружном управлении. Настоящие профессионалы.

— Осталось разрешить лишь один вопрос.

— Какой же?

— Аванс. Вы выдали мне деньги, синьор Константин.

— Ах да, аванс. Что-то такое припоминаю. — Рука Ветрова скользнула в карман.

На столешницу лег почтовый конверт без марки и надписей. Его содержимое — два десятка купюр по 500 евро — было бесшумно пересчитано владельцем офиса. Через мгновение спустя конверт с деньгами исчез в кармане адвокатского пиджака.

— Секундочку! — сказал синьор Поццо. — Сейчас гляну в записях, сколько именно вы заплатили в качестве авансовой суммы за предоставление адвокатских услуг. — Он вновь открыл блокнот, но уже на другой странице.

Потом синьор Поццо повернул его, чтобы визитер смог прочесть текст:

«К вам подойдут. У этих людей есть информация по вашему делу. Мне больше не звоните».

— Синьор Поццо, все в порядке, — сказал Ветров. — Вы уделили мне время, дали несколько очень ценных советов. Так что сумма, выплаченная мною в качестве аванса, вами полностью отработана.

— Рад это слышать.

— Ну что ж…

Ветров и хозяин офиса поднялись на ноги.

— Я вас провожу до выхода, — сказал Поццо.

— Было приятно с вами познакомиться, синьор адвокат, — проговорил рослый шатен. — Меня, признаться, предупреждали, что в этих местах все адвокаты работают либо на полицию, либо на мафию. Я рад убедиться в том, что эти слова не соответствуют истине.

— Все эти истории про ужасную сицилийскую мафию — досужие выдумки журналистов, писателей и киношников.

— Даже так? — сказал визитер, чтобы не молчать. — И что, никакой мафии не существует?

— Я всю жизнь прожил на Сицилии. Да, иногда нехорошие люди совершают правонарушения. Как и повсюду…

— Как и повсюду, — эхом повторил шатен.

— Но мафию и ее членов лично мне доводилось видеть только по телевизору, — сказал адвокат.

Он отпер дверь, выпустил посетителя, остановился на пороге, оглядел улочку и спросил:

— Может, вас подвезти до отеля?

— Благодарю вас, синьор Поццо, я сам найду дорогу.

— Вы уверены? Может, все-таки вызвать такси?

— Спасибо, не нужно. — Ветров учтиво кивнул адвокату, стоящему в проеме двери, и сказал: — В такой прекрасный вечер я предпочту прогуляться пешком.

Рослый шатен приподнял руку так, как будто коснулся края шляпы, и неторопливо зашагал по узкому плиточному тротуару в сторону своего отеля.

Глава 23

Сравнительно небольшой, длиной около десяти метров, но весьма мощный катер, построенный менее года назад на норвежской верфи, пулей вылетел из горловины бухты Черво. Алиса устроилась в удобном кресле, стоявшем под небольшим козырьком. На ней солнцезащитные очки. Волосы она стянула резинкой сзади, а затем туго повязала голову легкой прозрачной косынкой. Сумочку определила на коленки, правой рукой прижала на всякий случай подол платья. Хотя Алиса была укрыта от встречного воздушного потока, но на поворотах все равно основательно задувало.

Оба братца сняли пиджаки, остались в белых сорочках, перехваченных сбруей, поддерживающей подмышечную кобуру с пистолетом. Солнце часто закрывали небольшие кучевые облака. Не жарко, градусов двадцать семь. Ветер слабый, переменный, почти штиль.

Один братец угнездился на мостике, широко расставил ноги и управлял катером так же уверенно, как до этого — «Хаммером». Второй братец расположился чуть ниже, на кожаном сиденье.

Внизу имелась двухместная каюта. Этот тип отнес туда пиджаки и предложил даме устроиться там. Но Алиса отказалась. Нет, не столько из-за красивых пейзажей, сколько для того, чтобы видеть, куда именно плывет катер, на палубу которого она столь отважно и легкомысленно ступила несколько минут назад.

Великолепная, кстати, оказалась лодка, без особых излишеств и каких-либо внешних причуд — лишь хорошо облизанный корпус и два мощных двигателя. Они неслись на скорости под сорок узлов. Справа, примерно в миле, был виден весьма живописный берег, заросший кустарником и деревьями, всхолмленный, местами скалистый, изрезанный бухточками.

Направление — почти строго на юг. Алиса предположила, что шкипер держит курс в одну из соседних бухт. В ту самую, где на пологом участке с удобным спуском к морю раскинулась на нескольких гектарах усадьба «Чертоза», то есть «Обитель», владение одного из самых богатых граждан Италии.

Прошло еще примерно четверть часа. Стремительный серебристый катер, оставлявший за собой кипящий бурунами след на поверхности лазурного моря, вдруг сбросил скорость.

Алиса поднялась из кресла, шагнула на ступеньку и встала слева от шкипера, чтобы лучше разглядеть окрестности. Впереди, километрах в трех, никак не более, был виден берег. Чуть правее располагалась примерно такая же бухта, как Черво, с причалами для яхт и катеров, со всякими строениями, облепившими прибрежные холмы.

Это был городок Порто-Ротондо. Он находится посреди пути от Ольбии до Порто-Черво, километрах в пятнадцати от отеля, в котором остановилась Алиса. Да уж, приняли там ее от всей души.

Несколько левее, на всхолмленном побережье, раскинулся заповедный парк. На небольшом пятачке у самого берега можно было даже без бинокля рассмотреть какие-то старые строения, деревянный причал с мостком. Что-то вроде заброшенной рыбацкой деревушки.

Чуть дальше раскинулась большая богатая усадьба с добрым десятком строений, ухоженным парком, полями для гольфа и отдельным причалом, вырубленным в подошве прибрежной скалы. Это и была вилла «Чертоза», одна из самых дорогих приморских усадеб не только на этом благодатном острове или в Италии, но и во всем мире.

— Видите вон ту виллу? — осведомился шкипер и показал ручищей на объект, который иностранка приметила и без него.

— Вижу.

— Знаете, кому она принадлежит?

— Тому человеку, который вас прислал за мной, не так ли?

— Она принадлежит очень уважаемому человеку, — сказал рулевой. — Тому самому, которому вы пытались дозвониться вчера.

— Если и не ему, то его помощнику, управляющему виллой, — уточнил второй братец.

— Вы вчера сделали несколько попыток, — сказал шкипер. — Не менее пяти звонков из бутиков!..

— Вы упросили продавцов дать вам возможность позвонить по местному телефону.

— Еще зафиксировано не менее трех ваших попыток дозвониться на виллу с таксофонов, установленных в Порто-Черво.

— Вы вчера именно для этого купили карту телефонной компании?

— Чтобы названивать уважаемому человеку?

— Или тем, кто на него работает?

— Чтобы надоедать своими назойливыми просьбами уважаемым людям?

Алиса бросила удивленный взгляд сначала на одного верзилу, затем на другого и проговорила:

— Не поняла. А что, собственно, происходит?

— Мы разговариваем, — сказал шкипер.

— С вами, синьора, — уточнил второй, как будто тут был еще кто-то, кроме них.

— А почему мы остановились? — спросила женщина. — Почему не плывем дальше? Мы ведь туда направляемся, верно? — Она показала рукой на виллу экс-премьера Италии.

— Что, поплавать захотелось? — Шкипер ухмыльнулся.

— Не понимаю вашего юмора.

— Так ты звонила этому уважаемому человеку?

— Не помню что-то, чтобы мы с вами переходили на «ты».

— Она звонила, — сказал второй. — И очень настойчиво.

Вновь взревел двигатель. Шкипер круто переложил руль, и катер лег на обратный курс.

Алиса хотела было сказать этим милым ребятам, что она больше не будет так делать. Мол, обещаю не доставать своими звонками синьоров, уважаемых не только в данной местности, и вообще буду вести себя хорошо. Например, Алиса сама предложит местному комиссару полиции отвезти ее в аэропорт Ольбии. Если Николо сердит на нее и откажется с ней увидеться, то она сама заберет вещи из гостиницы, вызовет такси и немедленно отправится в аэропорт. Да хоть и пешком пойдет. Даже без вещей.

Однако, глядя на хмурые физиономии этих типов, рыжеволосая женщина подумала, что ее оправдательный лепет их лишь разозлит. Поэтому она решила молчать и ждать, чем закончится это странное морское путешествие.

Прошло минут десять с того момента, как они легли на обратный курс. До входа в бухту Черво, если следовать на полной скорости, оставалось не более двадцати минут.

И тут шкипер неожиданно для единственной пассажирки переложил руль влево. Сейчас они находились примерно в миле от берега. Близ побережья Сардинии довольно много островков. Большей частью это скалы, обгрызенные ветром и морем, лишенные растительности, в лучшем случае покрытые мхом и местным цепким живучим кустарником. К одному такому островку и направился серебристый катер со стремительными обводами.

Шкипер, не оборачиваясь, спросил:

— Кстати, красотка, ты плавать-то умеешь?

— Эй! — Алиса попыталась вырвать руку из клешни второго гоблина. — Что это вы придумали?! А ну прекратите! Я боюсь воды!..

— Это твои проблемы, — сказал гоблин и тут же сильным толчком отправил женщину за борт.

Глава 24. Сан Вито, Сицилия

Ветров без приключений добрался до отеля. Он ненадолго поднялся в номер, чтобы проверить электронную почту и принять душ. Затем, сменив костюм на более свободную одежду, Константин выбрался на свежий воздух.

Смеркалось. Дневное светило вызолотило на прощание закатными красками верхушку скалы Монако и удалилось на покой. Жара спала, с моря тянуло легким ветерком, несущим запахи йода, водорослей и рыбы.

С наступлением темноты жизнь в Сан Вито ло Капо отнюдь не замерла, как это бывало в те времена, еще памятные местным старожилам, когда о туристах, понаехавших со всего мира, тут даже слыхом не слыхивали. Прибрежный город блестел, переливался в бархатистой августовской темноте гирляндами огней. В барах и ресторанах звучала зажигательная музыка, на набережной и в центре кипела праздная вечерняя жизнь.

Ветров неспешно шел вдоль набережной. День прошел не впустую. Ему удалось раздобыть несколько довольно интересных снимков. Он отсканировал эти фото, вдобавок переснял их собственной камерой. Копии изображений отправлены с коротким комментарием на два мэйла — Кэпу и еще одной сотруднице их группы.

Да, поездка в Трапани ничего не дала. К сожалению. Однако после визита к синьору Поццо у Константина появилось предчувствие, что он находится на верном пути.

Особых планов на этот вечер у него не было. Время, оставшееся до отбоя, можно провести в одном из местных ресторанчиков, где на глазах у клиентов готовят блюда из свежайших морепродуктов. Идея посетить пиццерию на центральной улице Венца, работающую до полуночи и расположенную неподалеку от дворца Ла Порта, тоже выглядела заманчиво. Во всей Италии найдется не так уж много мест, где готовят такую пиццу, как в Сан Вито, — на любой, даже самый взыскательный вкус.

Ветров подумал, что с учетом позднего времени будет лучше, да и полезнее, если его выбор остановится на чем-то не слишком калорийном и легко усвояемом. К примеру, на умеренной порции свежевыловленной рыбы.

Но прежде чем отправиться ублажать собственный желудок, он должен был проверить парочку закидушек. Да, тех самых снастей, которые Константин забросил в надежде на клев крупной хищной рыбы.

Ветров выехал с паркинга, расположенного у отеля. Внедорожник, арендованный им, весь блестел и лоснился, как породистый скакун после купания. Парень, читавший книжку на автомойке, честно отработал свой гонорар.

Спустя короткое время Константин подкатил к бензоколонке. Это была та самая заправка, где он уже побывал сегодня утром. Именно здесь к нему подкатила девушка на скутере и неожиданно предложила иностранцу ехать за ней.

Заправки в Италии обычно работают до восьми вечера, но в курортных городах — до десяти или даже одиннадцати. Ветров остановился у нужной колонки. На часах половина десятого. Он вставил карту в автомат для оплаты и потратил 10 евро на девяносто пятый бензин. Бак машины и раньше был заполнен примерно наполовину. Так что этот визит на заправку — лишь повод появиться в данном месте.

Константин сел за руль, сдал кормой, развернулся и поставил машину возле небольшого маркета, входящего в комплекс автозаправки. Магазинчик тоже еще не закрылся.

Константин купил пачку сигарет и бутылочку негазированной минеральной воды. Когда он выбрался из маркета наружу, то увидел знакомого персонажа — хипстершу на скутере.

Особа в синем шлеме с опущенным забралом притормозила в шаге от Ветрова и скомандовала:

— Мистер, езжайте за мной! Быстро!..

Глава 25. Где-то у побережья Сардинии

Цепляясь за валун, обросший длинными лохмами водорослей, Алиса, облепленная мокрым платьем, кое-как выбралась на берег. Впрочем, «берег» — это громко сказано. Островок ей, в отличие от Робинзона Крузо, попался совсем крохотный, всего-то метров тридцать в диаметре.

Максимальная высота скалы составляла метров восемь. Отвесная стена с трехэтажный дом. Это как раз с той стороны, с которой ее, культурно говоря, высадили эти два урода. Алисе пришлось сначала преодолеть вплавь расстояние, отделявшее ее от скалы, — примерно около сотни метров. А затем она еще и плыла вокруг островка вкруговую, чтобы найти место, где можно было бы попытаться выбраться на сушу.

Такая возможность, к счастью, сыскалась. С восточной — мористой — стороны островок оказался не так обрывист.

Алиса сначала взобралась на валун, затем по неширокой наклонной расщелине переместилась чуть выше, туда, где природа создала нечто вроде полки размерами примерно три на два метра.

Эта полка оказалась выстеленной слоем водорослей, вынесенных сюда волнами в период штормов и высохших на солнце. Можно только представить, как в период осенних и зимних штормов об эту скалу бьются крутые волны, порой накрывающие ее с макушкой.

Какое-то время был слышен шум мощных моторов катера, но вскоре он стих. Если бы не пронзительные вскрики чаек, охотящихся за рыбешкой, то тишину, разлитую вокруг, можно было бы назвать абсолютной, космической.

Алиса спасла свою сумочку, но потеряла в воде туфли. Те самые новые и такие удобные, которые она купила намедни в одном из местных бутиков за две сотни евро.

«Ну и фиг с ними, — подумала она, отжимая мокрые волосы. — Это не самая страшная потеря».

Здравомыслящий человек, к тому же оптимист по натуре, способен найти какие-то плюсы всегда и во всем, даже если он окажется в сложнейшем положении. Алиса отыскала сразу несколько таких положительных моментов.

Во-первых, ее могли бы просто пристрелить, а тело сбросить в воду.

Во-вторых, ей пришла мысль о том, что если бы эти двое уродов выбросили ее за борт во время шторма, то это была бы катастрофа. Тогда она ни за что не смогла бы взобраться вот сюда, на эту полку. Волны попросту расплющили бы ее о скалу.

В-третьих, это своеобразное покрывало из высохших водорослей, которым была устлана каменная полка, оказалось на удивление мягким и приятным для тела. Конечно, это сущая мелочь, но весьма приятная.

Алиса не стала открывать сумочку — пусть сначала обсохнет извне. Конструкция ее и материал, из которого она сделана, просто изумительны. Вещицам, хранящимся внутри обычной с виду дамской сумки, ничего не сделается. Этот аксессуар герметичен и водонепроницаем. Так что за сохранность паспорта и прочего, что там хранилось, она была спокойна.

Молодая женщина стащила через голову мокрое платье, слегка отжала его, затем встряхнула и разложила рядом с покрывалом из сухих водорослей. Для верности, дабы платье не унесло порывом ветра, она придавила его плоским камнем, найденным здесь же.

Алиса осталась в нижнем белье: бирюзовых стрингах и ажурном, почти прозрачном бюстгальтере того же цвета. Стесняться кого-либо не приходилось. На этом диком «пляже» ее все равно никто не увидит. Да и обгореть она никак не сможет. Солнце, к счастью, было закрыто кисеей облаков. Мало того, от прямых лучей светила ее защищал скальный выступ.

— Ну?.. — спросила Алиса у моря, волн и самой себя. — И что теперь делать?

«Ну и что?» — прозвучало у нее в ушах.

Алиса вытерла мокрые руки пучком почти невесомых сухих водорослей. Она тряхнула головой, как делают купальщики, чтобы убрать воду из ушных раковин, аккуратно протерла кончиками пальцев клипсы, прикрепленные к мочкам. Пока она занималась этим нехитрым делом, ее глаза обшаривали морскую гладь в поисках каких-нибудь плавсредств, колышущихся на волнах.

— Зашибись! — хмуро сказала она. — Нет, надо же! Они ведь и вправду выкинули меня за борт!..

«Зашибись», — отозвался голос, но так тихо и неразборчиво, что она едва расслышала.

— Ничего не могу понять, — сказала Алиса. — Булькает что-то, блин.

В ушах послышались какие-то скребущие звуки, затем что-то щелкнуло.

После этого голос наконец-то прозвучал довольно громко и вполне отчетливо:

«А сейчас слышно?»

— Теперь слышно.

«Отлично. Как сама-то?»

— Бывало и лучше.

«Не вешай нос, ладно?»

— Прибереги такие советы для сопливых девиц.

«Я тебя тоже люблю».

— Мне что, теперь вплавь отсюда до берега добираться? Тут примерно два километра!

«Полтора, — уточнил голос. — Могу, если хочешь, сообщить расстояние с точностью до метра».

— Ты издеваешься надо мной?!

«Да боже упаси. Пытаюсь быть полезным».

— Тогда скажи вот что. А акулы здесь водятся?

«В воде? — уточнил голос, звучащий в ушах Алисы. — Ну, теоретически — да».

— Мне нужна точная информация!

«В Средиземном море водится сорок семь видов акул, — пробубнил голос. — Возможно, уже только сорок шесть, потому что акулу-молот в последний раз фиксировали пятнадцать лет назад».

— Ты, как никто другой, умеешь поднять настроение и успокоить.

«Сама же попросила сообщить!»

Алиса прерывисто вздохнула и спросила:

— Как бы мне отсюда выбраться? Меня хоть видно… ну, визуально или по маячку?

«Наблюдаю, — сказал голос. — Вижу сам островок, имею на приборе отметку от маячка».

Алиса криво улыбнулась. Если бы кто-то наблюдал сейчас за ней со стороны, то, вероятно, подумал бы, что женщина, очутившаяся на этом крохотном клочке суши, тронулась умом. А как иначе расценивать то, что она разговаривала сама с собой? Вернее, с неким голосом, который периодически звучал в ее черепной коробке?..

— Как бы меня отсюда… это… эвакуировать?

«Нельзя, — сказал голос. — Сама должна выбраться».

— Как так можно?! — сердито произнесла Алиса. — Взять и сбросить за борт молодую хрупкую девушку!? Вот же уроды!

«Им очень повезло».

— Это почему же?

«Если бы они знали, с кем имеют дело, то держались бы на приличном расстоянии от этой молодой хрупкой девушки».

— Скажешь тоже.

Помолчав немного, голос уточнил:

«Как минимум на таком расстоянии, какое сейчас отделяет эту девушку от берега».

— Да ладно тебе.

«Ходят слухи, что аспидная гадюка схлопотала инфаркт, когда обнаружила себя в ванной комнате у одной постоялицы некоего отеля».

— Сказочник.

«А один парнишка, случайно зашедший ночью в номер этой же постоялицы, и вовсе отдал концы».

— Дай мне только выбраться отсюда, — сказала Алиса. — Один знакомый парнишка тогда точно схлопочет по башке.

Следующие минут двадцать ничего не происходило. Единственная обитательница клочка суши, расположенного в полутора километрах от побережья Сардинии, хранила молчание. Голос тоже взял паузу. Алиса сняла лифчик, осталась топлес. Она положила под голову охапку сухих водорослей, чуть разровняла их, чтобы не было комков. Потом рыжеволосая женщина легла на спину, вытянулась на этом покрывале, неожиданно удобном и приятном для тела, прикрыла веки.

Как-то так получилось, что за все время нынешней командировки у нее не было возможности искупаться и позагорать на великолепных пляжах этой прекрасной страны. Вот теперь она получила ее. Тучи рассеялись, а тень от скального навеса ушла в сторону.

— Чего молчишь? — сонным голосом спросила Алиса. — Ты должен поддерживать меня. Духовно, по крайней мере.

«Я занят материальным», — после паузы отозвался голос.

— Чем именно?

«У меня ланч».

— Ты захватил с собой еду?

«Я же предусмотрительный. Не то что некоторые».

— Ты там лопаешь, что ли?

«Нет, вкушаю».

— А что ты там трескаешь? Не скажу, чтобы мне было интересно, но…

«Я прихватил с собой пиццу. Ее продают в одном местном кафе, навынос. Очень вкусно».

— Сволочь!

«Тебе не удастся испортить мне аппетит».

Алиса прерывисто вздохнула и сказала:

— Я бы тоже не отказалась сейчас заморить червячка.

В ушах послышалось странное бульканье, смахивающее на смех.

«А ты попробуй жевать водоросли, — сказал голос. — Я где-то читал, что они не только съедобны, но и полезны. Особенно для молодых женщин, которые следят за своим здоровьем».

— Когда молодая женщина выберется отсюда и доберется до кое-кого, то здоровья у него заметно поубавится. И желания так шутить со мной — тоже.

«Ой, как страшно. Боюсь-боюсь».

Прошло еще несколько минут. Алиса перевернулась на живот, чтобы тело подрумянивалось равномерно.

— Ну и чего молчишь? — вяло произнесла она. — Набил уже пузо?

«Лень разговаривать. Меня в сон кидает».

— Меня тоже.

«Сиеста».

— Я тебе дам сиесту!.. Поговори со мной, а? Мне скучно.

«Не могу», — после паузы отозвался голос.

— Это почему же?

«Плывет тут какой-то чувак».

— Что? Кто плывет? И куда?

«Минутку. Так!.. Похоже, к тебе гость».

Глава 26. Сан Вито, Сицилия

Внедорожник с включенными фарами какое-то время следовал за проводником, вернее сказать, за проводницей. Поездка оказалась недолгой, а маршрут — уже знакомым Ветрову. Они через окраинную улицу въехали в квартал, где велось строительство.

Каркас возводимого отеля зиял темными провалами пустых оконных и дверных проемов. Здесь было довольно темно. Горел лишь светильник у входа в недостроенное здание, да еще видна была полоска неяркого света у вагончика, поставленного строителями за щитовой оградой.

Впереди угадывались темные низкие строения — это сохранившаяся часть рыбацкой деревни. Свет горел лишь в некоторых окнах. Уличное освещение в этой части города не работало. Возможно, силовые кабели были отключены из-за работ, проводимых строителями.

Ветров уже приготовился было перемахнуть через временный мост, сооруженный здесь, как вдруг вынужден был резко затормозить. Так же поступила и барышня, ехавшая впереди на скутере. Константин выбрался из машины. В свете включенных фар были видны два бетонных блока, которые кто-то установил на другой стороне этого временного моста. Вероятно, это было сделано при помощи строительного крана.

Константин озадаченно почесал в затылке. Кому это, интересно, понадобилось перегораживать с этой стороны проезд в старую часть городка?..

— Эй, мистер! — подала голос с другой стороны мостика девица в шлеме. — Эй!..

— Я не могу проехать, — сказал Ветров.

— Выключите фары! Закройте машину! Быстро!

— Ишь ты, раскомандовалась тут! — буркнул Константин, но указание своей проводницы все же выполнил.

— Идите сюда! Ну?.. Быстрее.

Ветров перешел на другую сторону мостика.

— Объясните, синьорина, в чем дело?

— Потом! — отрывисто сказала она. — Садитесь! Быстро!

— На скутер? — удивленно спросил рослый шатен.

— Да! Садитесь назад! — Девушка нетерпеливо махнула рукой мужчине, застывшему возле бетонных блоков. — Быстро!

— А кроме «быстро», синьорина, вы еще какие-то слова знаете? — буркнул Ветров. — Например, «пожалуйста»?

— Садитесь, пожалуйста! — тем же нетерпеливым тоном сказала особа в шлеме.

— Вот так-то лучше.

Ветров с трудом разместился на пятачке заднего сиденья.

— Обнимите меня, а то свалитесь.

Барышня чуть раздвинула локти, чтобы Константин, подсевший к ней, мог просунуть под них руки и зафиксироваться. Ветров обнял водителя этого нехитрого транспортного средства. Неожиданно он обнаружил, что у этой особы в том самом месте, куда легли его ладони, имеются две упругие выпуклости.

— Эй! — отреагировала она. — Нельзя ли опустить руки пониже?!

— Предупреждать надо, Анжела, — проворчал Ветров, опуская ладони на девичью талию.

Скутер с двумя седоками, натужно подвывая моторчиком, ехал по узким улочкам бывшей рыбацкой деревни. Они миновали тот дом, возле которого Ветрову сегодня уже довелось побывать. Проехав еще с полсотни метров, скутер свернул в боковую улицу и остановился у второго дома справа.

Их появления уже ожидали. Стоило рослому шатену выпустить из объятий свою проводницу, как отворилась дверь низкого одноэтажного строения, возле которого они остановились.

В дверном проеме появилась немолодая синьора, мать вдовы Витторио Джанини. Она включила фонарь, снабженный подсиненным фильтром, посветила на мужчину.

Убедившись в том, что это именно тот, кто ей нужен, женщина сказала, адресуясь девушке в шлеме:

— Анжела, спроси у него, привез ли он деньги.

Девушка перевела эти слова на английский.

— Я уже заплатил задаток, — заметил Ветров. — В прошлую нашу встречу, если помните, уважаемая донна, нам помешали.

— Вы получили несколько снимков, — выслушав перевод, заявила эта почтенная дама.

Ветров дождался перевода, хотя и не нуждался в нем.

Затем он взглянул на девушку, так и не снявшую шлем, несмотря на темень, разлитую в переулке, и негромко проговорил:

— Скажите этой уважаемой госпоже, что мне нужна видеозапись. Повторяю, видеозапись. Вот ее-то я готов купить.

— Уточните, какая именно запись вас интересует?

— Сделанная Витторио на смотровой площадке. Сами же говорили, что такая запись сохранилась.

— А фотоснимки?

— И это тоже. Но самый большой интерес представляет именно флешка с этой записью. Или любой иной носитель, на котором зафиксирован инцидент с яхтой.

— Запись стоит больших денег, — заявила донна. — Гораздо дороже той суммы, которая была предложена тобой, иностранец.

— Сколько? Назовите цену.

— Цену назовет другой человек.

— Эта запись что, не у вас?

— На этот вопрос я не стану отвечать.

— Как же тогда нам быть?

— Я могу устроить тебе встречу с человеком, с которым ты будешь договариваться о цене и прочих условиях.

— Где и когда?

— Эта информация стоит денег. — Донна сделала характерный жест, словно пересчитывала купюры. — Ты при деньгах, иностранец?

— Я уже дал вам пять тысяч евро.

— Давай еще пятнадцать! Как и обещался!..

— За что я должен заплатить эту немалую сумму? — спросил Ветров. — Где товар, который стоил бы таких денег?

— Товар при мне, иностранец. Есть ли у тебя деньги, чтобы его купить?

— Вы же только что сами сказали, уважаемая донна, что записи не у вас.

— Фотографии! — сказала женщина. — Я дам еще несколько снимков.

— А записи?

— Завтра. Анжела найдет тебя сама. Ты привез деньги?

Ветров надавил на специальный клапан, выщелкнул из брючного пояса монету и положил ее на открытую ладонь. Женщина, оставаясь в проеме, посветила фонариком, силясь разглядеть этот предмет.

— Что это? — спросила она.

— Монета достоинством в два евро.

— Всего лишь? — Донна фыркнула, даже не выслушав перевод. — Ты что, издеваешься надо мной?

— Это юбилейная монета, — сказал Ветров. — Она выпущена княжеством Монако в две тысячи седьмом году. Весьма ликвидная. Коллекционеры охотятся за такими монетами.

— Монако? — переспросила женщина, услышав знакомое название. — Так называется наша гора!

— Есть еще такое государство, донна, — сказала девушка. — Крохотное, как наша деревушка.

— И сколько может стоить такая монета? — спросила женщина.

— Рыночная цена одной такой монеты сегодня несколько выше полутора тысяч евро, — сказал Ветров. — А еще через год она будет стоить как минимум две тысячи.

Девушка вытащила из кармана куртки айфон.

— Дайте-ка, взгляну на нее! — сказала она. — Не бойтесь, не украду.

Анжела извлекла из одного из многочисленных карманов небольшой фонарик. Она несколько секунд внимательно рассматривала монету. Сначала аверс, на котором была изображена знаменитая актриса и принцесса Грейс Келли, а затем и реверс с картой Европы, традиционной для монет такого типа. Она вернула раритет его владельцу и стала искать информацию в Интернете при помощи айфона.

Спустя пару минут она сказала женщине:

— Он говорил правду, донна.

— Что, эта монета стоит полторы тысячи евро?

— Даже больше.

— Ее можно легко и быстро продать?

— За полторы тысячи — да. Легко и быстро.

— Даже у нас на Сицилии?

— Конечно, донна. В Интернете полно заявок от желающих приобрести такие монеты.

— Не верю я этому вашему Интернету, — пробормотала женщина. — Спроси у иностранца, почему он не принес наличные.

Дождавшись перевода, Ветров с кривой усмешкой сказал:

— Носить при себе такие суммы наличными — немалый риск.

— Пятнадцать тысяч, это десять таких штучек, верно? — Женщина в свете фонарика разглядывала монету, которую иностранец передал ей для ознакомления. — С виду ничего особенного. У меня похожие в кошельке лежат. Надо же!

— Остальные монеты у вас? — спросила Анжела.

— Где еще девять монет? — одновременно с девушкой поинтересовалась мать вдовы Джанини.

Ветров не успел ответить. Все трое замолчали и стали прислушиваться к рокоту, нарастающему слишком быстро.

Глава 27. Окраина Сан Вито

Когда Константин увидел то, что неслось на них по темному переулку, в голову ему сразу пришло определение, странное даже для него, — конная атака. Столь дикая мысль посетила Ветрова потому, что водитель мотоцикла, управляющий механическим конем левой рукой, правой стискивал нечто, напоминающее шашку.

Впрочем, времени на долгие размышления у Ветрова не было. Уже в следующее мгновение все вокруг пришло в движение. События, разворачивающиеся в темном переулке, приняли сколь неожиданный, столь и драматичный оборот!

Девушка юркнула в дверь, которая сразу же и захлопнулась. Улочка заполнилась ревом мощных движков. Ветров едва успел уклониться от секущего удара чем-то вроде мачете. Байкер, проехавший мимо, попытался достать клинком мужчину, оставшегося в переулке.

В следующее мгновение Костя одним рывком выдернул пояс. На него несся второй субъект на мотоцикле. У этого тоже мачете!

«Конник», затянутый в кожу, уже приготовился махнуть свой «шашкой», но тот человек, на которого они устроили охоту, оказался весьма проворен.

Мотоциклист не успел даже сообразить, что произошло, как его руку с мачете что-то сильно рвануло. «Конник» неожиданно для себя выскочил из седла, пролетел по воздуху несколько метров и шмякнулся спиной о твердую землю. А его железный конь вильнул на узкой улочке и завалился на мостовую возле угла соседнего строения.

Вновь послышался рокот двигателя. Невдалеке, по той улице, которая вела к временному мосту и стройке, промчался еще кто-то на мотоцикле. За ним еще один. Скорее всего, они из этой же компании.

Тем временем в переулке успел развернуться первый байкер. Он перебросил мачете в левую руку и явно готовился повторить атаку.

Неожиданно открылась дверь.

— Монеты, мистер! — крикнула девушка.

— А где товар? — готовясь встретить этого «конника», спросил рослый шатен.

— У меня! — Анжела показала конверт. — Давайте монеты!

— Секундочку, синьорина!..

— Держите, мистер! — Девушка бросила в его сторону какой-то предмет, смахивающий на палку. — Берегись! — крикнула она, после чего дверь вновь с треском захлопнулась.

Ветров успел схватить на лету нечто, напоминающее кусок изогнутого арматурного прута или железную кочергу. Штуковина эта весила прилично.

Мотоциклист в темном шлеме, весь затянутый в черную кожу, рванул с места и, сотрясая округу ревом движка, понесся по переулку в сторону своего одинокого противника. Ветров стоял практически посредине проезжей части. «Конник» летел прямо на него, но в последний момент взял правее, чтобы иметь возможность нанести секущий удар. Он даже привстал на своем мотоцикле, подобно тому, как кавалерист приподнимается на стременах, готовясь рубануть врага по голове.

Но Ветров почему-то оказался не с той стороны, где он должен был бы находиться. По шлему байкера звучно шваркнула железяка! Он стал заваливаться на бок. Сначала на мостовую упал незадачливый седок, а затем свалился и его железный конь.

Ветров резко обернулся. И вовремя, как оказалось. К нему бежал, прихрамывая, тот самый байкер, которого он недавно выдернул из седла при помощи петли, сделанной из ремня. Он уже не выглядел таким бодрячком, но мачете не выронил и явно задумывал что-то нехорошее.

В переулке раздался металлический лязг. Острое лезвие мачете рубануло по железной палке, подставленной Константином, и высекло сноп искр.

Ветров не позволил противнику повторить атаку, встретил его прямым ударом ноги. Послышалось сдавленное «пффф» — как будто из кожаного мешка выпустили воздух. Парень выронил свой клинок и схватился за живот. Константин врезал ему еще разок, и байкер распластался на мостовой.

В следующую секунду открылась дверь строения, в котором только что укрылись донна и девушка по имени Анжела.

— Что это за цирк с конями? — крикнул Ветров. — Что происходит?!

— Еще двое! — предупредила его девушка через дверной проем. — Осторожно!

Ветров влетел в открытую дверь за секунду до того, как мимо, держа наготове мачете, промчался еще один мотоциклист.

— Сюда! — Анжела взяла его за руку и потащила куда-то. — Монеты?!

— Одна у донны. В поясе еще девять. Где фото?

Они выскочили в другую дверь, оказались во внутреннем дворе и в темноте обменялись товаром. Ветров передал девушке пояс с монетами, а она сунула ему конверт со снимками.

— Держите, донна! — Анжела перебросила женщине, материализовавшейся возле них, пояс с монетами. — А вы, мистер, за мной! Быстро!

Девушка схватила за руку Ветрова, который был выше ее на голову, и увлекла за собой. Они протиснулись в щель между сараем и оградой. Потом Анжела открыла калитку, и уже через нее беглецы попали в еще один двор.

Со стороны переулка доносился рев мотоциклетных двигателей. Окна дома, во двор которого они перебрались, были темны.

Анжела остановилась у небольшого строения, весьма похожего на сарай, присела на корточки. Звякнула цепь. Негромко заработал двигатель скутера.

— Держите! — Девушка передала спутнику бейсбольную биту. — Это вам.

— Зачем она мне? — удивленно спросил иностранец.

— На всякий случай.

Анжела открыла калитку, высунула голову, осмотрелась. Убедившись в том, что поблизости нет типов на байках, она выкатила на улочку запасной скутер.

— Садитесь сзади! — шепотом скомандовала барышня. — Я вас отвезу к машине. Быстро!

— А «пожалуйста» где? — осведомился Ветров, левой рукой обняв девушку за талию.

— Пожалуйста! И держитесь крепче!

Скутер в считаные минуты домчался до мостика, рядом с которым Ветров оставил авто, взятое напрокат. В этом месте тоже было не особенно спокойно. Возле джипа копошились какие-то личности. Были отчетливо слышны чьи-то хрипы и звуки тугих ударов.

Но Анжелу это обстоятельство почему-то особо не встревожило. Скутер с двумя седоками проскочил между парой бетонных плит.

— Идите к машине, — крикнула девушка, притормаживая. — Я вас завтра найду.

Едва Ветров успел соскочить с этого хилого транспортного средства, как особа в шлеме дала по газам и унеслась на своей тарахтелке в направлении, известном лишь ей. Константин обернулся и увидел, что на него, сотрясая округу ревом двигателей, светя фарами, катились три байка. Он посмотрел в другую сторону. От машины, оставленной им за мостиком, доносились чьи-то хрипы, ругань, звуки ударов. Там явно происходила какая-то жестокая заруба.

Ветров замер на мосту, переброшенном через глубокую траншею.

«Похоже на то, Константин, что тебя заманили в западню», — подумал он.

Глава 28. Побережье Сардинии

Послышался басовитый рокот двигателя. Вскоре показался и сам катер — белоснежный, метров двенадцати длиной, с приподнятой носовой частью и мостиком, прикрытым прозрачным козырьком.

Человек, управляющий этим плавсредством, определенно не был новичком. Во всяком случае, он точно рассчитал свой маневр и вовремя сбросил обороты. Катер остановился всего метрах в тридцати от скалы, причем именно с той стороны, где находилась каменная полка, на которой устроилась единственная обитательница данного клочка земли.

Молодая женщина к этому моменту успела вернуть бюстгальтер на его штатное место. Она потянулась было за платьем, но в последний момент передумала. Этот остров стал ее временным обиталищем. Алиса не приглашала сюда гостей. Она вольна ходить здесь так, как ей удобно, хоть голышом может разгуливать. Правда, особо тут вышагивать негде.

Если кому-то что-то не нравится, то этот фрукт может валить отсюда, куда ему угодно. Да хоть туда, откуда приплыл.

Алиса сидела на природной, экологически чистой подстилке. Левой рукой она обняла коленки, правую прислонила козырьком к глазам. Кого это еще принесли сюда морские духи, покровители острова Сардиния?

Когда белоснежный красавец катер развернулся боком к островку и к единственной обитательнице этого клочка суши, Алиса удивленно произнесла:

— Вот это номер! Не ожидала.

«А вот я не удивлен, — заявил голос. — Надо же, примчался!.. Тоже мне, комиссар Каттани».

— Эй, полегче! — процедила Алиса. — Выбирай выражения.

«Да он же на тебя запал!»

— Умолкни! — прошипела женщина. — Не можешь помочь, так хоть не мешай мне работать!

«Работать? — эхом отозвался в ушах голос. — Ну-ну. Ладно-ладно, молчу».

Человек, стоявший за штурвалом катера, переместился к боковому планширю крохотного мостика. Да, Алиса без труда опознала его и слегка усмехнулась. Прежде ей доводилось видеть этого человека лишь в полицейской форме. Сейчас он был скорее не одет, а раздет. На нем шорты до колена и майка цвета морской волны с коротким рукавом.

— Эй, на острове! — крикнул мужчина, стоявший на палубе катера. — Синьорина Алиса?! Вы меня слышите?..

— Не только слышу, но и вижу! — глядя на него из-под ладони, громко ответила обитательница островка. — Вот только не могу разглядеть. Мы что, знакомы?

— Это я, Николо!

— Вот как?! А что вы здесь делаете?

— То же самое, синьорина, я хотел спросить у вас!..

— Я, как видите, загораю. А вас каким ветром сюда занесло?

— Проплывал мимо, — донеслись до нее слова Николо. — Увидел яркое пятно.

— Это я-то пятно? — возмущенно выкрикнула Алиса.

— Я про платье. Его видно издалека.

Алиса прокашлялась в кулачок и заявила:

— У меня голос скоро сядет! Почему я должна с вами перекрикиваться?

— Тогда плывите сюда.

— Что?

В их странных переговорах возникла небольшая пауза. Николо поставил управление на автомат, зафиксировав на бортовом компьютере точку с параметрами плюс-минус десять метров.

Справившись с этой несложной задачей, он вновь подошел к боковому поручню и крикнул:

— Вы еще там, синьорина? Плывите сюда!.. Я доставлю вас в Порто-Черво.

— А мне и тут неплохо, — ответила женщина. — Здесь хотя бы нет гадюк!..

— Что? Чего нет?

— Трупов нет! И мафиози, которые выбрасывают женщину за борт в открытом море!

Тут она, конечно, немного преувеличила. Это было не совсем открытое море. Гоблины выкинули ее в воду, в общем-то, совсем недалеко от суши. Но это их все равно не оправдывало.

— Местная полиция ко мне здесь не пристает! — крикнула Алиса. — Не заставляет разглядывать выпотрошенных покойников! Никто не гонит меня отсюда, как пытались выселить из отеля!

Послышался громкий всплеск. Это Николо с мостика нырнул в воду.

Он поднялся на полку тем же способом, что и Алиса. Вначале сотрудник полиции взобрался на плоский валун, затем преодолел разделяющее их пространство по косой расщелине. На согнутом правом локте у него болталась прорезиненная сумка или что-то в этом роде.

Алиса потянула к себе платье, разложенное для просушки. Однако надевать его она не стала, положила так, чтобы оно прикрывало живот и бедра.

Николо вначале опустил на полку свою ношу. Это и в самом деле была водонепроницаемая сумка. Затем он поднялся туда сам, опустился на корточки рядом с девушкой, потрогал мокрой рукой мягкий настил из водорослей так, словно проверял качество кроватного матраса или перины.

— Это еще мартовскими штормами нанесло, — сказал Николо. — Надо же, как замечательно выглядит! — Его яркие синие глаза уставились на единственную обитательницу этого клочка суши.

— Извините, я не одета, — заявила Алиса, смутившись под его взглядом. — У меня нет купальника.

— А мне нравится.

— Простите, не поняла?

— У вас отличная фигура, — заметил Николо. — Роскошная, я бы даже сказал.

— У меня платье не высохло, — пробормотала Алиса. — Неловко себя чувствую. Вы-то одеты!

Николо сдержанно улыбнулся, пригладил рукой короткий ежик волос, встряхнул мокрую ладонь. Потом он стащил с себя майку, пропитанную морской водой, и бросил ее рядом с сумкой.

Это оказался не совсем равноценный размен. Ведь она была в крохотных стрингах, а он остался в шортах. Но Николо сделал это с доброй открытой улыбкой, так просто, что как-то разом пропала дистанция, разделявшая их с первой минуты знакомства.

«Будь бдительной! — посоветовала себе Алиса. — Возможно, он с тобой играет. Боже мой, какая фигура! — подумала она вслед за этим, наблюдая за ним из-под чуть опущенных век. — Бывают же на свете такие красивые люди!»

Да, Николо, как она и предполагала, хотя видела его прежде только в полицейской форме, оказался великолепно сложен. Рост примерно сто восемьдесят пять. Ему лишь немногим за тридцать, для мужчины это самый расцвет. Широкие плечи, развитая грудная клетка, ни грамма жира. Хорошо разработанные, эластичные мышцы, четкие, рельефные, но не чрезмерные, не как у качков, выделялись под гладкой загорелой кожей.

Сильные руки с кистями, так восхитившими ее еще при взгляде на Паоло. Такие притягивающие, намагниченные ярко-синие глаза.

Да, Николо и его брат, оставшийся в Риме, представляли собой скорее даже не современный средиземноморский, а античный типаж красоты. Алиса думала о красоте именно телесной, мужской, не искусственной, как у геев или некоторых киноактеров.

Пришел черед удивиться Николо.

— Что это вы так на меня смотрите? — осведомился он.

— Как?

— Странно как-то.

— Пить хочу, — сказала Алиса и покосилась на прорезиненную сумку.

— Боже мой! — Николо хлопнул себя по лбу. — Простите меня, идиота!.. — Он ловко снял ремешок, перехватывавший горловину этой сумки, раскрыл ее, извлек оттуда литровую бутылку минеральной воды.

— Пейте. — Николо передал бутылку женщине. — Или вы предпочитаете другую марку?

— Да я бы сейчас даже из-под крана напилась!

Алиса запрокинула голову и принялась пить воду, показавшуюся ей сейчас необыкновенно вкусной.

— Много не пейте, — сказал Николо. — Остановитесь, пожалуйста.

— Это почему же? — оторвавшись от горлышка, поинтересовалась Алиса. — Вам что, жалко?

— У меня есть еще кое-что, получше воды.

Он извлек из сумки бутылку из темного стекла, емкостью примерно в литр, закрытую подпружиненной пробкой.

— Что это? — удивленно спросила Алиса.

— Вино. — Николо слегка усмехнулся. — Урожая… впрочем, не важно. Несколько бутылок такого вина мне когда-то подарил один достойный синьор.

Он положил бутылку на пучок водорослей, извлек из сумки два стаканчика и сверток. В нем находились четыре пластиковых контейнера, а в них — куски пиццы и еще какие-то тонкие лепешки, свернутые в трубочки.

— Замечательно! — пробормотала Алиса. — Так у нас тут что-то вроде пикника? — Она взяла один полупрозрачный контейнер — такие упаковки используются в кафе и ресторанчиках для отпуска блюд навынос. — А что здесь, Николо?

— Лепешки с начинкой из кус-куса. Повар из яхт-клуба божественно их готовит.

— Лепешки с кус-кусом, — повторила за ним Алиса.

«Лепешки с кус-кусом?» — эхом прозвучал голос в ее ушах.

— Еще пицца, — сказала Алиса, осматривая содержимое другого контейнера. — Тот же повар делал?

— Он лучший мастер на всем побережье, — сказал Николо. — Берите руками, не стесняйтесь! Да, вот так!..

Алиса отправила в рот кусок пиццы.

— Восхитительно! И вправду лучший!..

— Я вам так и говорил.

— Это просто шедевр! — сказала Алиса. — Этот ваш знакомый повар сам готовит или только руководит? — Женщина отправила в рот еще один кусок пиццы,

— Для друзей — сам. Вот как в данном случае. А так у него помощники имеются.

— Да, очень вкусно. — Алиса облизнула пальцы. — Вот это пицца! Не тот ширпотреб, который готовят для некоторых идиотов… я хотела сказать, для иностранцев.

«Но-но! — отозвался голос. — Я тоже не в фастфуде пиццу покупал!»

— Которым лишь бы набить утробу, — продолжила Алиса и вытерла губы. — Я в восхищении, Николо. Ничего более вкусного в жизни не ела.

«Неплохо устроились, вижу, — пробубнил голос. — Пикничок в рабочее время. Так и запишем».

— Это у нас вроде делового ланча, верно? — сказала Алиса соседу, а заодно и тому надоедливому типу, голос которого часто звучал в ее ушах. — Очень вкусно, — повторила она. — При случае поблагодарите вашего знакомого повара.

— Рад, что вам понравилось, синьорина. — Николо передал ей стакан, примерно до половины наполненный темно-красной жидкостью. — Давайте выпьем?..

— Ох. — Алиса, чуть поколебавшись, взяла у него стаканчик. — Я вообще-то человек малопьющий. И потом, я ведь не отдыхать на ваш прекрасный остров приехала, Николо.

— Расслабьтесь хоть немного, — заявил Николо и дружелюбно улыбнулся.

Алиса тут же решила, что эта улыбка, редко посещающая его суровое лицо, ему очень идет.

— О делах поговорим чуть позже.

Они выпили по стаканчику вина. Вначале Алиса ощущала чуть кисловатый привкус, но эта нотка оказалась не единственной в его прекрасном букете.

Островитяне съели по лепешке с кус-кусом.

Алиса пучком водорослей вытерла пальцы, испачканные соусом, и спросила:

— Как вы меня нашли, Николо?

— Мимо проплывал. — Сотрудник полиции тоже воспользовался природной салфеткой. — Увидел яркое пятно…

— Меня то есть?

Николо покосился на платье, лежащее у нее на бедрах, и продолжил:

— Вот и подумал, дай-ка я посмотрю, а кто это там на острове. И не нужна ли человеку помощь?

— А также пицца, кус-кус и коллекционное вино?

— А также все, перечисленное вами.

— А если серьезно, Николо, без этих вот шуточек?

— Вы хотите поговорить со мной о деле, синьорина?

— Ну не ради же моих прекрасных глаз вы здесь появились?

— Я говорил о прекрасной фигуре, — уточнил мужчина. — Хотя и глаза у вас красивые. — Он чуть улыбнулся. — У нас в Италии редко встречаются глаза цвета зеленого льда.

— Надо запомнить это определение, — сказала Алиса себе под нос. — Итак, что у вас за дело? — уже громче спросила она. — Я вас слушаю, синьор офицер.

Николо чуть поморщился.

— Не стоит так официально, — сказал он. — Что за дело? Минутку… — Он странно посмотрел на девушку. — Мне нужно кое-что достать.

— Из плавок? — удивилась Алиса, заметив, как он запустил руку под шорты.

— Из кармана, — уточнил полицейский.

Николо извлек на свет божий плоский прозрачный пакетик. Криминалисты применяют их для сбора и хранения улик вроде волоска, окурка или клочка бумажки.

Сотрудник полиции подцепил ногтем край пакетика, раскрыл его, вытряхнул на ладонь небольшой снимок и сказал:

— Держите, синьорина.

Алиса взяла у него фотографию и чуть переменила позу, чтобы получше рассмотреть изображение.

На снимке был запечатлен тот самый синьор, к которому, как она предполагала поначалу, намеревались отвезти ее на катере двое гоблинов. Рядом с ним стоял Николо в штатском. На нем светлый костюм и серая шляпа. Все это ему необыкновенно идет. Оба слегка улыбаются в камеру. Бывший премьер-министр Италии дружески обнимает начальника полицейского участка в Порто-Черво за плечи, причем с таким видом, как будто это его родственник или давний знакомый.

Алиса перевернула фото.

На обратной стороне обнаружилась надпись на итальянском: «Синьорина, доверьтесь этому человеку». Внизу, на русском, крупными буквами: «Спасибо!» Дата — вчерашняя. Рядом с ней размашистая подпись, знакомая не только подавляющему большинству итальянцев, но и молодой женщине, приехавшей в служебную командировку в эту прекрасную солнечную страну.

Глава 29. Окраина Сан Вито

— Добрый вечер! — сказал мужчина в рабочей спецовке, вышедший из темноты. — Хотя по нашим деревенским меркам уже глубокая ночь. Решили прогуляться, синьор?

— Да, вышел подышать свежим воздухом, — ответил Ветров. — А у вас какое-то дело ко мне? — спросил он, разглядывая этого типа, а биту на всякий случай держал на изготовку. — Или вы тоже совершаете вечерний променад?

— Не извольте беспокоиться, — сказал мужчина, по виду из местных, типичный сицилиец. — Мы их остановим.

— Извините, кого именно? — решил уточнить рослый шатен.

— Всех, кто мешает добрым людям спокойно прогуливаться по нашему тихому городку.

— Буду весьма обязан вам, — пробормотал Константин.

— А вот это можете отдать мне. — Мужчина посмотрел на бейсбольную биту, зажатую в руке иностранца. — Вам такая вещица без надобности.

— Да, конечно. — Ветров передал ему биту и добавил: — Признаться, я не такой уж большой поклонник бейсбола.

Из темноты соткались еще два субъекта. У одного из них был ствол — то ли ружье, то ли карабин. Они встали на линии двух бетонных блоков и, должно быть, были хорошо видны трем мотоциклистам, которые тоже замерли шагах в двадцати от этого места.

— Идите к машине, синьор, — сказал один из этой троицы, не оборачиваясь к Ветрову, застывшему на мостике. — Будет лучше, если вы уедете отсюда.

Константин подошел к внедорожнику. То, что он увидел здесь, удивило его ничуть не меньше, чем появление в переулке несколькими минутами ранее моторизованных «конников».

Двое крепких парней, лица которых были закрыты балаклавами, держали за руки какого-то субъекта. Они крепко приложили его физиономией о капот внедорожника. Затем еще раз! Да так, что у их жертвы из носа хлынула кровь.

— Эй! — послышался мужской голос. — Зачем синьору машину пачкаете?! Вы сами-то головой думаете или чем?

Парни в балаклавах подхватили своего недруга под локти и потащили его, обвисшего, к строительному вагончику.

— Добрый вечер, синьор, — поприветствовал иностранца мужчина в строительной спецовке и каске. — Уж извините за неудобства. Наши молодые подмастерья иногда сначала что-то делают и только потом думают.

— Спасибо! — сказал Ветров, разглядев в мужчине того строителя, который помог ему днем выбраться из траншеи. — Вы выручаете меня уже второй раз! Благодарю, дружище. Вы, вижу, работаете допоздна?

— Иногда приходится брать сверхурочную работу. Семью-то надо кормить.

— На стройке, наверное, лучше работать, чем на бойне?

— Особой разницы нет. — Мужчина пожал плечами. — Везде одно и то же.

Бригадир, или кто он там, этот мужик в спецовке, присел на корточки у кормы джипа. Ага, вон оно что! У левого заднего колеса внедорожника лежал пластиковый пакет. Строитель включил фонарь, подсвечивая им, осторожно, двумя пальцами, приоткрыл этот пакет.

Ветров наблюдал за его действиями сверху. Он успел заметить, что содержимое этого пакета очень даже напоминало тротиловые шашки. Увиденное ему сильно не понравилось.

— Я даже не буду вас спрашивать, что вы здесь делаете так поздно. — Мужчина с тонкими усиками усмехнулся. — У каждого свои причуды. — Он выключил фонарь и выпрямился.

— Это вы верно подметили, — сказал Ветров. — В пакете, похоже, на этот раз не требуха?

— Да уж. — Мужчина скривил губы. — Из этого добра ливерную колбасу и начинку для домашних пирогов не сделаешь.

— Согласен.

— Если не возражаете, синьор, я заберу этот пакет.

— Нисколько не возражаю.

— Мне-то самому он без надобности. Но зачем оставлять такие вещи без присмотра?

— Весьма мудрое замечание. Хотя я советовал бы вам быть поосторожнее с этим пакетом.

— Благодарю, синьор. Я буду иметь в виду вашу подсказку. — Мужчина посмотрел на мотоциклистов, разворачивающихся невдалеке, и процедил: — Хулиганы какие-то. — Он сплюнул сквозь щель в передних зубах. — Похоже, что не наши, не городские.

— Могу я как-то вас отблагодарить? — спросил Ветров. — Вас лично и ваших молодых подмастерьев?

— Ну что вы? — Мужчина ухмыльнулся. — Ближние должны помогать друг другу.

— Так я поеду?

— Конечно, — сказал строитель. — Единственное, что хочу спросить…

— Да?

— Вы собираетесь звонить в полицию?

— В полицию?

— Чтобы сообщить об этом. — Строитель сделал неопределенный жест. — Ну, вы понимаете.

— А разве есть о чем сообщать?

— Действительно, — сказал строитель. — Налицо мелкое хулиганство и ничего больше.

— Именно так я и думаю.

— Зачем отвлекать полицию подобными мелочами от борьбы с настоящими преступниками?

— Действительно, совершенно незачем.

Они обменялись рукопожатием.

— До свидания, синьор.

— Спасибо вам, добрый человек. До свидания.

Вскоре Ветров припарковался на платной стоянке в квартале от своего отеля и заплатил через автомат карточкой за двенадцать часов. Он имел право бесплатно парковать авто на стоянке отеля, в номере которого сейчас проживал. Но кто, спрашивается, может запретить ему оставлять машину там, где Ветрову хочется? Там, где он сам сочтет нужным ее приткнуть?..

В другой ряд, на свободное место, заехала «Ауди». Из салона выбрались двое — та самая пара бундесов, которых Ветров видел в кафе, в Трапани.

Зазвучала лязгающая немецкая речь. Дойчам, как и всегда, по фигу, что уже поздний вечер, что они не у себя дома и что надо бы приглушить немного свой лающий командный голос. Мужчина с седым бобриком направился к автомату — оплатить стоянку. Ветров, стоя к нему спиной, неспешно открыл пачку сигарет.

— Ты как? — послышался быстрый шепот. — Не ранен?

— Я в порядке, — тоже шепотом отозвался Ветров. — Держите.

Кэп на ходу взял из заведенной назад руки плотный конверт и в одно мгновение убрал его под полу пиджака. Потом он подошел к автомату и заплатил с карты за парковку.

Когда этот моложавый мужчина с ранней сединой и его миловидная спутница, переговариваясь на немецком, направились в ближайший бар, рослого шатена уже и след простыл.

Глава 30. Cкала Коста-дель-Маре

— Николо, что ж вы вчера не показали мне этот снимок?

— Вчера его у меня еще не было. И потом…

— Что?

— Следовало к вам присмотреться, синьорина.

Алиса перехватила мужской взгляд. Ей показалось, что Николо смотрел на ее грудь, просвечивающую сквозь почти прозрачную ткань лифчика. Она подтащила край платья повыше, но из-за этого обнажились ее ноги. В итоге рыжеволосая женщина сменила позу — уселась на пятки.

Николо протянул к ней руку.

— Вы позволите, синьорина?

— Николо… не следует терять голову.

— Вы позволите снимок?

— А! Держите. — Алиса передала ему фото.

Николо неожиданно разорвал его на мелкие клочья и выбросил их в море.

— Зачем вы так?! — спросила девушка. — Красивое же фото! К тому же надписанное.

— Так надо, — веско проговорил начальник местного полицейского участка и потянулся к бутылке.

Пока Николо разливал вино в стаканчики, Алиса судорожно пыталась сообразить, что именно ей нужно от этого красавца-мужчины. Немаловажно также понять, что требуется от нее тому высокому лицу, с которым она искала встречи. Фото этой персоны с короткой надписью, адресованной Алисе, показал ей этот местный комиссар Каттани.

— Это ваш?.. — спросила она, кивнув на катер, застывший всего метрах в тридцати от скалы. — Он не из дешевых.

— Взял у знакомого попользоваться, — сказал Николо. — Держите, Алиса. — Он передал даме стаканчик с вином. — Давайте-ка выпьем… за взаимопонимание!

— Хороший тост, — одобрительно заметила женщина. — За лучшее понимание!

— Помнится, Алиса, вы спрашивали меня в аэропорту…

— О чем, Николо?

— Женат ли я.

— Я позволила себе такое? — удивилась женщина. — Прошу меня извинить. Я не должна была задавать вам этот вопрос.

— Я разведен, — глядя куда-то в сторону, сказал Николо.

— Так, значит, вы были-таки женаты? — спросила Алиса, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Я тогда был молод.

— Да вы и сейчас еще далеко не старик. — Алиса кокетливо стрельнула глазами. — Извините, — поправилась она. — Это мне вино в голову ударило. Говорите, не буду вас больше перебивать.

— В ту пору я был рядовым полицейским. Только-только начал службу. — Николо показал рукой на берег, виднеющийся невдалеке. — В той стороне находится городок, где я родился, Ротондо.

— Ах, вот оно что.

— Паоло тогда занимал тот пост, который сейчас достался мне.

— Он был начальником участка в Черво?

— Да. — Николо слегка усмехнулся. — Недолго, около года. Потом уже перебрался в Рим. В частное агентство, там больше платят. А до него начальником участка полиции был наш отец.

— Понятно. Семейное дело, можно сказать.

— У нас тут своя мафия. — Николо слегка улыбнулся. — Это была шутка, если что.

— Кем она была, ваша супруга?

— Я женился на девушке из Ольбии. Она после колледжа устроилась работать в отеле в Черво, менеджером. Мы прожили три года, уже собирались завести ребенка.

— И что? — Алиса чуть подалась вперед. — Что же произошло? Что разрушило ваш брак, если это не секрет?

— Богатенький иностранец, — сухо сказал Николо. — Француз. Лет на двадцать старше ее.

— Ужас!.. — Алиса округлила глаза. — Ваша жена променяла вас на какого-то толстосума? Да еще и старого козла, извините, лягушатника?

— Она ушла к нему.

— От вас?! — Алиса довольно красноречиво посмотрела на мужчину, сидящего напротив нее. — От такого мачо, настоящего красавца?

— Вы мне льстите. — Николо криво усмехнулся. — Я полицейский со скромной зарплатой и с потолком служебного роста. А здесь, на нашем Изумрудном побережье, в кого ни плюнь, попадешь в толстосума.

— Но почему?! Вы спрашивали у нее, какова причина?

— Нет, не спрашивал.

— Но она сама сказала?

— Конечно. Мы, итальянцы, весьма эмоциональны.

— И какая была названа причина?

Николо пожал плечами и сказал:

— Деньги. Он пообещал ей то, чего ни при каком раскладе не мог обеспечить простой полицейский. Даже если он будет брать взятки.

— Например?

— Стать хозяйкой в его замке, самом настоящем, расположенном где-то во Франции. Понимаете?

— Хм.

— Еще собственную квартиру на выбор в Риме или в Париже. А также возможность тратить на свои женские прихоти столько, сколько ей взбредет в голову.

— Вот же сучка! — пробормотала Алиса на русском. — Везде одно и то же.

— Мне нравятся звуки русской речи, — сказал Николо. — Правда, в том случае, если на этом языке говорит красивая девушка, а не…

— А не какой-нибудь богатый пузан, приехавший на Сардинию разбрасываться деньгами?

— Вы сами это сказали.

Они какое-то время молчали.

— Это была прелюдия, — проговорил потом Николо. — Подводка к основному разговору.

Алиса вынуждена была переключить мысли на деловой лад.

— Так, значит, вы, Николо, работаете на уважаемого синьора…

— Давайте без имен.

— Почему? Нас ведь тут никто не слышит.

— Все равно. — Николо покосился на сумочку, лежащую у ног девушки. — Мало ли что.

— Ладно, как скажете.

— Я не буду касаться бизнеса неких больших людей и прочих высоких материй.

— И не надо.

— Я в этом ничего не смыслю.

— Зато вы, как мне представляется, неплохо разбираетесь в криминальных вопросах.

— У Паоло похитили мальчика, — негромко произнес Николо.

Алисе с большим трудом удалось справиться с лицевыми мускулами.

— Похитили мальчика, — повторила она с задумчивым и в то же время расстроенным видом. — У Паоло, значит, похитили мальчика?..

«Я об этом уже знаю, — прозвучало у нее в ушах. — Мы об этом уже знаем, — поправился голос. — Не было времени поставить тебя в известность, уж извини».

Алиса прерывисто вздохнула.

— Зашибись, — пробормотала она на великом и могучем. — Твою же мать!

— Это русские ругательства? — спросил Николо. — Вы расстроены?

— Извините, Николо, я иногда заговариваюсь. И, конечно же, я расстроена. — Алиса посмотрела на бутылку с водой.

Николо угадал ее желание и налил в стаканчик. Отпив пару глотков, она протянула стакан мужчине. Тот, не чинясь, допил остаток воды.

— Сколько лет мальчику? — спросила Алиса.

— Восемь, уже почти девять.

— Это… это из-за меня случилось?

«Не говори ерунду! — сердито отреагировал голос. — Мальца утащили еще на прошлой неделе!»

Из-за этого настырного голоса, звучавшего у нее в ушах, она не расслышала реплики мужчины, недавно присоединившегося к ней на этом островке.

— Извините, Николо, — сказала Алиса. — Вы не могли бы повторить?

— У вас временами бывает какое-то отсутствующее лицо.

— Я расстроена, — повторила она. — Итак, что вы сказали?

— Его похитили на прошлой неделе. Лицей, где учится Луиджи…

— Его так зовут?

— Да. Луиджи. Так вот, лицей находится по соседству с домом, где Паоло купил в кредит квартиру. Буквально в ста метрах. После занятий Луиджи не вернулся. Ну а потом…

— Что потом случилось?

— Потом с Паоло поговорили. Сказали, что скоро приедет кто-то из русских. Именно ему нужно будет работать с этим человеком. Или с этими людьми, если он будет не один.

— Боже мой! Я этого не знала.

— Пообещали вернуть мальчика после того, как он выполнит то, что от него просят.

— А что именно от него попросили?..

— Вести себя с русскими соответствующим образом.

Алиса внимательно посмотрела на собеседника и сказала:

— Значит, кое-кто не заинтересован в расследовании этого дела? Я правильно понимаю расклад?

— За этой историей стоят большие люди с огромными деньгами и серьезными возможностями. — Николо на секунду поднял глаза. — Они хотели бы помешать заключению какой-то крупной сделки.

— Вот как.

— Но есть и другие люди. — Николо посмотрел на женщину своими яркими глазами. — Эти персоны готовы сделать все возможное для торжества справедливости. Да, назовем это так.

«Бери быка за рога! — потребовал голос. — Начинай торг немедленно, прямо сейчас!»

Алиса коснулась кончиками пальцев мужской руки.

— Николо, я не хочу показаться торговкой…

Он перехватил ее ладошку и неожиданно поднес ее к губам.

В ушах женщины звучал настырный голос суфлера:

«Мы готовы обменять информацию о местонахождении мальчика на сведения, касающиеся судьбы трех наших граждан».

Алиса повторила эти слова вслух. При этом она подумала, что если Крякер, голос которого звучал в ее ушах, блефует, если он выдает желаемое за действительное, то гореть ему за это в аду! Ибо речь сейчас идет о человеческих судьбах. Да и ее он может здорово подставить.

— Мы? — Николо поднял голову, хотя и продолжал сжимать ладонь Алисы. — Вы сказали «мы», синьорина?

— Мы это знаем, — с легкой вопросительной интонацией произнесла Алиса. — И про мальчишку тоже.

«Да, знаем! — рявкнул Пашка Крякер. — Мы хакнули криптомодуль одного субъекта из их агентства и еще пасем мужика, имеющего самое прямое отношение к этому!»

— Мы? — Николо продолжал пристально смотреть на нее. — А нельзя ли уточнить, о ком именно идет речь?

— Вы недавно спрашивали, одна ли я здесь.

— Да, я помню.

— Так вот — я не одна.

— Я что-то в этом роде и заподозрил.

Алиса заметила, что Николо обернулся так, словно подозревал, что кто-то еще мог находиться поблизости, негромко рассмеялась.

— Их здесь никого нет, — сказала она, не став уточнять касательно голоса, периодически звучащего в ее ушах.

Его обладатель, скорее всего, находился где-то в паре-тройке миль отсюда, на каком-нибудь арендованном катере.

— Это информационная поддержка, Николо. Вот что я имела в виду.

— Значит, вы можете помочь мне… нам? К примеру, сообщить адрес, где некие нехорошие люди держат Луиджи?

«Торгуйся!»

— Мы можем быть полезны друг другу, — сказала Алиса, глядя ему в глаза. — Кстати, Николо, почему бы нам не перейти на «ты»?

— Отличная идея! — сказал итальянец. — Предлагаю за это выпить!

«Только не вздумай снимать клипсы! — сердито сказал голос. — Это будет крайне серьезное нарушение дисциплины!»

Алиса взяла сумочку, открыла ее, сняла клипсы, положила их во внутренний кармашек.

— Каковы наши планы, Николо? — спросила она у мужчины, взяв у него стаканчик с вином. — Вернемся в Черво?

— Не сейчас, дорогая.

— Почему, милый Николо?

— Вечером у больших людей состоится какое-то важное совещание. Нам надо немного выждать. — Рука Николо вдруг оказалась на ее плече, а губы — у ее губ. — Так что будет лучше, дорогая, если мы вернемся в город уже затемно, — прошептал он.

Глава 31. Сан Вито

Ветров, по своему обыкновению, встал в семь утра, позанимался около часа в тренажерном зале отеля, искупался в закрытом бассейне, примыкающем к нему. Потом он поднялся в номер, принял душ, побрился, проверил сообщения, поступившие на телефон и электронную почту.

Важных сообщений было два. Оба от Кэпа. Тот прислал их через кодированную форму и электронный ящик, специально заведенный для секретной переписки.

Первое из них гласило:

«Получено сообщение от наших друзей из Рима. Новый руководитель оперативно-следственной группы, округ Трапани, готов встретиться с тобой в ближайшие часы.

В рамках расследования обстоятельств гибели фотографа Витторио Джанини он имеет доступ к материалам того делопроизводства, которое нас интересует. Речь о ЧП с яхтой.

Ему передан твой контактный телефон, сообщены имя и фамилия, под которыми ты поселился в отеле.

«.

Второе сообщение оказалось не менее интересным:

«Сегодня, перед посещением кафе «Монако», наведайся в известный тебе банк. Но не раньше одиннадцати. Иначе мы не успеем заложить в ячейку все то, что тебе нужно, и переслать ключ.

Ячейка на предъявителя, банковский депозитарий, ключ в конверте, на котором стоит твое имя. Спросишь у администратора отеля.

Ты вчера добыл ценные снимки, особенно вечерние. Это серьезные улики. Посмотри сканы этих изображений и комментарии к ним.

Крайне важно добыть видеозапись, сделанную Джанини. Заказчик сообщил, что на приобретение этой записи, а также любых сведений, способных прояснить судьбу наших граждан, денег жалеть не следует.

«.

Около девяти в номер постучалась служащая отеля, молоденькая девушка-мулатка. Она принесла вещи, отданные постояльцем в химчистку, работающую при отеле. Их вычистили и погладили. Ветров подписал счет и дал девушке на чай.

Встав чуть сбоку от окна, Константин посмотрел на свету костюм — отдельно брюки и пиджак. Он немного запачкал его, когда вчера около полудня, поддавшись алармистскому импульсу и чувству самосохранения, сиганул в траншею, выкопанную строителями.

Ну что ж. Работу сделали на совесть. Никаких следов грязи после чистки не осталось, вещь как новенькая.

Джинсы и рубашку, которые он надевал вчера вечером, ему пришлось упаковать в пакет и вынести в мусорный бак. На них были заметны брызги бурой жидкости. По ходу схватки с «конниками» или чуть позже, когда он был уже у машины, на него угодила-таки чужая кровь.

Ветров подумал, что сегодняшний день обещает быть таким же погожим, как и вчера. Он распаковал новую сорочку, надел вычищенный легкий льняной костюм, в котором можно ходить даже в дневную жару. Сам он, кстати, предпочел бы одеться легко, по-курортному — в шорты, майку и кожаные сандалии. Но ему предстоял визит в местный банк. И не в операционный зал, где шортами и сандалиями летом никого не смутить, а в депозитарий. Это уже иной уровень.

Ему следовало держать в голове и еще один возможный визит. В то место, адрес которого вчера написал на листке бумаги адвокат Поццо. Поди-ка угадай, с кем там придется иметь дело. Не исключено, что инициатор этой встречи, тот человек, с которым Константину еще только предстояло познакомиться, принадлежал к тем кругам, где человека встречают по одежке.

Русский сыщик разложил по карманам и чехлам, прикрепленным к поясу, документы, гаджеты и разные мелочи вроде сигарет и зажигалки. Потом он подошел к столу, на котором лежала небольшая сумка. В нее Ветров уложил два цифровых аппарата — точь-в-точь такие же камеры, какие использовал для работы ныне покойный местный фотограф Витторио Джанини. Марку аппаратуры спецы из «Бастиона» установили по относительно свежим фотографиям и видеоматериалам, снятым им. Витторио успел перед гибелью выставить их на своей страничке в соцсетях.

Ветров посмотрелся в здоровенное зеркало шкафа-купе, стоявшего в гостиной его люкса. Он криво усмехнулся и подумал, что если и дальше все пойдет в том же духе, что и вчера, то ему придется срочно приобретать более подходящую экипировку. Например, бронежилет, наколенники, налокотники и каску. Да и надежный ствол нисколько не помешал бы.

Арендованный внедорожник Константин обнаружил там, где оставил его накануне поздно вечером, — на муниципальной парковке. Он обошел машину и хмуро покачал головой. При свете дня обнаружилась одна деталь, которую вчера в темноте он не заметил. А именно потеки засохшей буроватой жидкости с левой стороны, ближе к кормовой стойке.

Еще он засек сотрудника местной дорожной полиции. Тот, правда, расположился метрах в двадцати и смотрел в другую сторону.

Ветров наметанным глазом выделил среди прохожих и просто праздношатающихся граждан двух молодых и слегка небритых мужчин, один из которых смахивал на араба. Они торчали на тротуаре, примерно на том же расстоянии, что и местный гаишник, но с другой стороны стоянки, ближе к столикам летнего кафе. Оба в вытертых джинсах, бейсболках, в солнцезащитных очках. У «араба» перевязана левая клешня — то ли порезался, то ли еще какая-то неприятность случилась. Второй, скорее всего местный, переговаривался с кем-то по сотовому телефону.

Этот вот второй парень, которому на вид было лет этак двадцать пять, по ходу разговора смотрел не на своего смуглого дружка, не еще куда-то или на кого-то. Он почему-то уставился на рослого шатена, застывшего у внедорожника, припаркованного на муниципальной стоянке.

Вскоре Ветров подкатил к автомойке, расположенной на окраине городка. Из открытых настежь дверей небольшого модульного строения летела музыка. С появлением потенциального клиента она стихла. Навстречу Константину вышел уже знакомый ему парень. Ветров выбрался из джипа.

— А! — сказал работник, увидев старого знакомого. — Это вы, мистер. Я вроде бы хорошо вашу машину вчера помыл. Разве нет?

— Привет, дружище. — Константин улыбнулся краешками губ. — Да вот, я опять где-то запачкался.

— Это ничего, — сказал парень, обходя вокруг машины. — Отмою, почищу, будет как новенькая.

— А вы, вижу, без замен работаете?

— Лето, — сказал парень, присаживаясь на корточки возле кормы джипа. — Никто из наших работать в сезон отпусков не хочет.

— Так же, как и повсюду, — пробормотал Ветров себе под нос.

— Ого! — сказал парень, разглядывая бурое пятно с потеками. — Это что, кровь, синьор? Или дерьмо, как в прошлый раз?

— Как в прошлый раз, дружище. — Ветров достал из лопатника купюру. — Вообще-то у меня мало времени, — заметил он, передавая работнику автомойки сотню евро.

— Я мигом, синьор!..

— Постойте! — Ветров придержал парня за локоть. — У вас тут, вижу, и яма имеется.

— Конечно, синьор. А как же иначе?

— Зеркало для диагностики найдется?

— Чтобы днище осмотреть? — спросил сметливый работник.

— Мне хотелось бы удостовериться в том, что какая-нибудь грязь не прилипла к днищу.

— Понял, синьор!.. Сделаю.

Парень уже практически управился с работой, когда послышался шум движка скутера, подъехавшего к модулю.

— Доменико! — звонко прозвучал девичий голос. — Ты отрегулировал сцепление на моем байке?

— Анжела?! — Парень выпрямился и с улыбкой посмотрел на особу в шортах, курточке с металлическими бляхами, в шлеме с опущенным забралом. — На твоем байке вариатор полетел! — заявил он.

— Я это и без тебя знаю!

— Мне как раз нужную деталь привезли.

— Ну так чего ты лыбишься? — строго произнесла девица в шлеме. — Делай давай! Быстро! Мне байк сегодня понадобится. Да уже прямо сейчас нужен!

— Вот закончу с машиной синьора и займусь твоим байком. Там на час работы.

— После полудня приеду. Чтобы все было сделано! — Тут девушка вдруг прошептала рослому шатену, скучающему у входа в модуль: — Сегодня, в двенадцать дня!

— Четверть первого, — отозвался Ветров. — Не раньше. Где именно?

— Пляж напротив кафе «Монако». Сойдешь с дорожки, займи любой шезлонг в первом от набережной ряду.

— Хорошо, я понял.

Девушка вновь уселась на свой скутер.

— Смотри мне, Доменико! — крикнула она. — Попробуй только халтуру сделать, как в прошлый раз. Прибью тогда!

— Чао, дорогая! — Парень послал ей воздушный поцелуй. — Я тебя тоже очень люблю.

Спустя минут десять молодой человек управился с работой.

— Готово, — сказал он. — Как новенькая.

— Днище осмотрели?

— Никаких посторонних предметов не нашел, синьор.

— А что с тем подозрительным пятном бурого цвета?

— Каким пятном, синьор?

— А разве не было ничего?

— Лично я не видел на вашей машине никаких подозрительных пятен.

— Хм. Возможно, мне показалось.

— Я просто помыл машину. И все.

— Это бонус, дружище. — Ветров добавил ему еще полтинник. — За хорошую работу, скорость и сообразительность.

— Благодарю, синьор. — Парень спрятал купюру в нагрудный карман комбинезона. — Если вдруг еще запачкаетесь, милости прошу.

Глава 32. Коста-Смеральдо, Сардиния

Алиса проснулась довольно поздно, вдобавок не на лавочке в парке и не на скалистом островке, а в своем номере, в бунгало четырехзвездочного отеля «Колонья Черво». Она лежала на огромной кровати, на спине, с закрытыми глазами и с блуждающей улыбкой. Под легчайшей простыней, в чем мать родила.

— Хорошо-то как. — Женщина сладко потянулась. — Вот бы еще кто-нибудь завтрак в постель подал!

Молодая женщина уселась, подтянула коленки к подбородку, обняла их. В номере царил полусумрак. Легкий ветерок колыхал край занавески, однако окно, с учетом недавнего ЧП, не было открыто полностью, а поставлено на фиксатор в режиме вентиляции. То же самое и в гостиной. После визита к ней ночного воришки и некоторых других событий последних дней и часов обитательница этого номера не решалась оставлять окна и дверь, ведущую на балкон, полностью открытыми.

В ушах послышались негромкие, но какие-то нетерпеливые щелчки.

— Так это ты меня разбудил?! — сонным голосом сказала она. — Признавайся!

«Увы, я. А ты, наверное, хотела, чтобы тебя разбудил кто-то другой?»

— А вот это не твое дело! — Алиса взяла с прикроватной тумбочки часики, взглянула на них и пробормотала: — Ого! Без пяти десять. А мне показалось, что я только глаза сомкнула.

«А нечего было шляться незнамо где до часа ночи», — заметил голос.

Алиса потрогала пальцами мочки ушей.

— До чего же противно, когда в ушах у тебя постоянно звучат голоса, — процедила она. — И когда только это кончится?!

«Я бы советовал тебе поторопиться, — сказал голос. — Есть новости».

— Придержи их минут так на двадцать. — Алиса зевнула в кулачок. — Мне нужно принять душ и одеться.

Она потратила несколько секунд на то, чтобы осмотреть номер. К счастью, аспидных гадюк и воров с ножами тут не обнаружилось. Зато в гостиной сразу в трех вазах, включая напольную, красовались охапки роз, гербер и еще каких-то цветов, названий которых она не знала.

К бутонам цветов, стоявших в двух вазах, были прикреплены визитки. Одна управляющего отелем, в котором Алиса остановилась. Надо полагать, эти цветы преподнесло ей заведение в качестве компенсации за разные непонятки, то и дело возникавшие по ходу всего ее пребывания в этом отеле.

Вторая визитка и букет от некоего синьора Леонардо. Без указания телефона или иных контактных данных. Но сама стилизованная надпись, выполненная золочеными буквами, что-то смутно напоминала Алисе и на что-то загадочно намекала.

Третий букет был составлен из гербер. Они смахивали на маленькие желтые и оранжевые подсолнухи, те самые, которые изображены на ее платье. Дюжина маленьких солнц. Визитки тут не имелось, но Алиса догадывалась, кто именно прислал в отель этот букет.

Эти цветы уже стояли в ее номере в тот момент, когда она приехала на такси из Порто-Ротондо. Именно в этот родной для Николо городок, кстати, вечером, ближе к закату, приплыл катер с двумя молодыми людьми. Там, в небольшом ресторанчике, они и провели остаток этого долгого дня. В полночь Николо посадил ее на такси, водителем которого был какой-то его хороший знакомый.

Начальник местной полиции сказал Алисе, что не нужно, чтобы их видели вместе. Особенно с учетом договоренностей, достигнутых ими по ходу этого волнительного приключения.

На столе в гостиной также появилась коробка очень дорогих швейцарских конфет. В баре возникли две бутылки с не самыми дешевыми напитками — вино какого-то там года из погребка одного из отпрысков славной фамилии Ротшильдов и «Дом Периньон».

После душа Алиса слегка подсушила феном волосы, надела трусики и лифчик. Из гостиной послышались звуки рингтона ее сотового. Надо же, ожил! Тут же — одновременно — затрезвонил телефонный аппарат, установленный в номере.

— Ого! — оживилась Алиса. — Появилась связь. Ну, наконец-то.

Сначала она ответила на вызов сотового.

— Доброе утро, миссис… — Какой-то мужчина назвал ее по фамилии, под которой она прибыла в Италию. — Это Фабио Толмей из Лугано.

— Фабио Толмей?.. — удивленно произнесла Алиса.

«Это твои бодигарды приехали! — скороговоркой сказал голос. — Надо меньше гулять по ночам. Не принимать душ по часу и не жужжать феном. Тогда ты была бы в курсе».

— Бодигарды? — удивленно произнесла Алиса. — Из Лугано?

— Да, миссис, — подтвердил этот самый Фабио Толмей. — Из Лугано.

— Это ведь Швейцария?

— Совершенно верно. Мы получили заявку от вашего представителя, — сказал мужской голос. — В Лугано находится ближайший офис нашей организации. Мы только что приехали, миссис.

— Только что? Так. И что же?

— Я и мои коллеги готовы приступить к выполнению своей работы. Если вы, конечно, не передумали.

— Вы сказали «работы»?

— Да, у нас контракт на сопровождение и охрану на ближайшие двадцать четыре часа.

— Оплаченный? — уточнила Алиса. — Деньги точно внесены?

— Да, миссис, конечно. Ведь мы работаем только по предоплате.

Алиса набросила на плечи халат, метнулась к окну, чуть отвела ладонью штору. За одним из столиков, установленных во внутреннем дворе, лицом к ее номеру сидел незнакомый мужчина в светло-сером костюме. На столике бутылочка минеральной воды и какой-то иллюстрированный журнал. Мужчина довольно габаритный. Европейской внешности, не очень-то похож на местного.

При взгляде на него ей вспомнились два вчерашних гоблина. Он точно не уступал им в росте и в мышечной массе.

Ага!.. Похоже, этот человек заметил колыхание шторы в номере, расположенном на первом этаже бунгало. Но посмотрел он на ее окно как бы мельком, не стал задерживать взгляд надолго.

Алиса поднесла к уху сотовый.

— Скажите, мистер?..

— Просто Фабио.

— Скажите, Фабио, а мужчина в сером костюме?..

— За столиком? Напротив ваших окон?

— Да.

— Не волнуйтесь, это мой сотрудник.

— Спасибо, понятно. Фабио?..

— Да, миссис.

— Просто Алиса. Зовите меня по имени, ладно?

— Как скажете, Алиса.

— Дайте мне несколько минут. Я только вышла из душа.

— Конечно, Алиса. Занимайтесь спокойно своими делами. Мы работаем так, чтобы не мешать клиентам жить обычной жизнью и заниматься собственными делами.

— Значит, вы позвонили…

— Я вам позвонил с единственной целью — доложить, что мы на месте и приступили к выполнению своих обязанностей.

Едва Алиса дала отбой, как вновь стал трезвонить городской телефон, недавно умолкший. Она подошла к аппарату.

В трубке прозвучал знакомый голос менеджера отеля:

— Синьорина, извините, что побеспокоил вас.

— А, это вы, дружок!.. Опять работаете?

— Попросили подменить…

— Что на этот раз? Кажется, я вам оставила кучу денег!

— Плату за номер я вам верну.

— Что это еще за фокусы?

— Таков приказ владельца отеля.

— Вот как!..

— У вас в номере цветы от синьора хозяина и небольшие сувениры от заведения.

— Я видела, любезнейший. Цветы — это штука куда более приятная, чем аспидная гадюка.

— Еще раз приносим свои извинения, синьорина. Но я вам звоню по другому поводу.

— Что еще?

— Вас из полиции спрашивают. Сказали, что это срочно! Переключаю.

Глава 33

Ветров покатил обратно в отель. Он оставил машину на выделенном ему пятачке местного паркинга, проследовал в вестибюль, подошел к стойке. Служащий, опередив вопрос постояльца, выложил на нее небольшой плотный конверт, на котором были написаны фамилия и имя, а также указан номер, где остановился тот человек, которому адресован пакет.

— Благодарю. — Ветров спрятал конверт во внутренний карман. — Меня кто-нибудь спрашивал?

— Нет, сэр. Только курьер, который принес это письмо четверть часа назад.

— А по телефону?

— Извините, сэр, в каком смысле?

— Если кто-то позвонит вам и спросит, как можно со мной связаться…

Менеджер придвинул блокнот и ручку.

— Что прикажете передать?

— Скажите, что в отель я вернусь после трех пополудни, никак не раньше.

— Хорошо, сэр.

— И еще. Пусть этот человек, который будет интересоваться мной, оставит свой контактный телефон.

— Ясно, сэр. — Служащий захлопнул блокнот. — Хорошего дня, сэр.

В начале двенадцатого Ветров уже сидел в удобном кресле. Он наслаждался приятной прохладцей в небольшом помещении, расположенном на первом этаже местного филиала крупного итальянского банка. Клерк, бегло говорящий на английском, выслушал визитера и вызвал по интеркому другого служащего.

Спустя пару минут появился лысоватый мужчина лет сорока в темно-сером костюме. Он и новый клиент банка прошли мимо охранника, открывшего перед ними вначале матовую стеклянную, а затем и решетчатую дверь.

Они спустились по лестнице этажом ниже. Банковский служащий, а также охранник, дежурящий здесь, открыли своими ключами еще одну дверь. Вдобавок клерк набрал какую-то кодовую комбинацию.

Ветров и служащий прошли через открывшуюся дверь в банковское хранилище, миновали первую комнату, со стеллажами депозитарных ячеек от пола до потолка, проследовали во вторую, чуть меньших размеров. Ячейка, ключ от которой прислали Ветрову в отель, была типовой — узкий пенал с ящиком. Клерк вставил в прорезь свой ключ, повернул его в нужное положение. Рослый шатен сделал то же самое. Он сам открыл крышку ячейки и вытащил оттуда небольшой и нетяжелый пенал.

— Все хорошо, сэр? — поинтересовался клерк. — Моя помощь еще нужна?

— Все в порядке, — сказал клиент. — Если не затруднит, подскажите, где я мог бы устроиться примерно на полчаса или чуть больше?

— Пожалуйста, сэр. — Клерк отодвинул шторку, за которой оказалась небольшая кабинка. — Если понадоблюсь, нажмите звонок в торце столика.

Ветров зашторил кабинку, затем устроился на стуле за приставным столиком и открыл крышку пенала. В нем обнаружились две коробочки. В одной находился смартфон, вроде самый обычный. В другой — пара очков, с виду мало чем отличающаяся от тех солнцезащитных, которые Константин только что снял и сунул в нагрудный карман пиджака.

Ветров легонько кивнул. Знакомая вещица. Это новейшая модель очень даже умных компьютерных очков была разработана специалистами «Бастиона». Константин проверил, как действует микрокамера, встроенная в дужку очков. Ее можно обнаружить разве что с помощью лупы. Он на короткое время приоткрыл шторку. На линзу, а через нее на сетчатку подавалось четкое изображение. Были видны стеллажи с депозитными ячейками, расположенные по другую сторону помещения.

Микрофон тоже действовал. Он позволял транслировать звук, равно как и картинку, поступающую, с микрокамеры за пределы этого помещения.

Смартфон был уже в сборе, с элементом питания и симкой. Этот аппарат кое-чем отличался от своих серийных собратьев. Он имел дополнительную перепрошивку. Крохотный чип, добавленный в шину, являлся криптомодулем. Имелась также функция поддержки и усиления сигнала — от «жучка», к примеру, или от тех же очков, которые сейчас красовались на его переносице.

Кстати, в банковской ячейке не обнаружилось фотоснимков, добытых Ветровым вчера. Да, тех самых, которые он сначала выкупил за редкие монеты, не имея возможности ни разглядеть, ни оценить товар, а затем, прямо как кота в мешке, передал на паркинге Кэпу. Не было в пенале ни конверта с оригиналами, ни флешки с оцифрованными копиями.

Ветров в течение примерно пяти минут проверял шпионскую аппаратуру, подогнанную ему кем-то из коллег через банковскую ячейку, интересовался ее исправностью и функциональностью. Убедившись в том, что техника, внешне неотличимая от серийных образцов, прекрасно работает в основных режимах, он зашел в Сеть, в один из рабочих ящиков.

Он открыл письмо, пришедшее около часа назад на этот контактный бокс. В нем содержался пароль, состоящий из двенадцати букв, цифр и символов. Ветров скопировал его, перешел на один из международных фотосайтов и вставил в окошко регистрации. Затем, уже по памяти, он добавил три символа в конец всей этой комбинации. Только после этого Константин нажал кнопку Enter.

На страничку, заведенную всего несколько часов назад и закрытую для просмотра другими пользователями, кроме, естественно, знающих пароль, было залито двенадцать фотоснимков. Очки позволяли Ветрову считывать и воспринимать картинки в качестве, практически неотличимом от того, как если бы он смотрел сейчас на дисплей ПК или экран ноута. А то и получше.

Заливка изображений на данный фотосайт, согласно показаниям таймера, была осуществлена в четверть пятого утра. Это означало, что когда Константин преспокойно дрых в своем номере отеля, другие члены их спецгруппы, не светящиеся пока в этом городке, трудились в поте лица. Благодаря им он теперь мог наконец-то толком рассмотреть фотоснимки, доставшиеся ему от донны и ее молодой помощницы при не самых простых обстоятельствах.

Изучение снимков и чтение комментариев к ним заняло у Ветрова около получаса. Самыми интересными и ценными оказались две фотографии. Причем обе, как и писал Кэп, из вечернего улова.

На одном из этих снимков были видны люди, стоящие на кормовой палубе яхты «Магеллан». Тут же можно различить и нос катера, подошедшего к яхте, хотя и несколько размытый. Ведь съемка велась в предутреннем тумане.

Их пятеро, этих людей. Два итальянца и трое русских, включая женщину. Эта молодая особа, кстати, единственная из всей компании стоит спиной к точке съемки. Ее лица не видно. Однако волосы, развеваемые ветром, одежда и сам силуэт бесспорно указывают на гендерную принадлежность.

Учитывая рост, примерный возраст и тот немаловажный факт, что на борту яхты во время перехода из Черво к Сицилии находилась лишь одна женщина, можно с огромной долей вероятности сделать вывод о том, что на снимке запечатлена именно та женщина, судьбу которой, как и еще двух российских граждан, пытались выяснить сотрудники спецгруппы «Бастион», подключившиеся к этому делу.

Лица четверых мужчин вполне можно разглядеть. Качество позволяет это сделать. Двое из них стоят со связанными спереди руками. Они как раз россияне.

У одного из итальянцев в правой руке пистолет, у другого — ружье или карабин. Тот, что с пистолетом, стоит вполоборота так, что виден его профиль. Он числится в списке команды яхты «Магеллан». На нем форменная одежда. Он значится как механик. Останки этого человека, согласно данным, предоставленным российской стороне итальянскими властями, найдены водолазами в бухте, неподалеку от места гибели яхты.

А вот второй мужчина в списках людей, вышедших в рейс на борту «Магеллана» из Порто-Черво, не числится. Об этом написано и в текстовом комментарии к данному снимку. Там же указано, что этот человек с большой долей вероятности является сотрудником островного филиала частного агентства «Скудо», имеющего офисы в Ротондо и в Кальяри, столице острова Сардиния.

На втором фото запечатлен момент, когда как минимум четверо из этих пяти людей перешли с яхты на катер, подошедший с кормы. Они сделали это под прицелом мужчины, стоящего на корме.

Ровно в полдень Ветров вернул пенал в ячейку депозитария местного филиала банка. Спустя две минуты он вышел из этого небольшого здания и направился в сторону набережной.

«Возможно, эти трое все еще живы, — подумал Константин. — Во всяком случае, в момент взрыва на яхте их уже не было».

Глава 34

Этот мужской голос был ей не знаком.

— Извините, а вы, собственно, кто? — спросила Алиса.

— Старший инспектор Росси.

«Врет! — прозвучал голос в левом ухе Алисы. — У него другая фамилия».

— Синьора, вы не могли бы подъехать в офис?

«Прилетела опергруппа из Рима, — пробубнил голос в ухе. — Они едут из Ольбии в Черво. Он старший».

— В какой офис?.. Извините, я не поняла.

— В полицейский участок в Черво, — сказал мужчина. — Его местонахождение должно быть вам знакомо, синьора.

— А что, собственно, случилось?

— Это не телефонный разговор.

— У меня есть кое-какие планы, синьор инспектор.

— Я могу приехать прямо в отель. — В голосе синьора Росси прозвучали строгие, если не сказать угрожающие нотки. — Нам непременно нужно встретиться, синьора. Это в ваших же интересах.

«Пора рвать когти, — сказал голос. — Лично я уже на низком старте».

— Секунду, синьор инспектор. — Алиса сунула в ухо хендсфри и принялась одеваться, продолжая разговор с инспектором:

— У меня назначена очень важная встреча. И я в любом случае хотела бы знать, зачем мне приезжать в полицейский офис?

— Скажите, когда вы в последний раз видели инспектора Николо?

В ушной раковине Алисы послышались щелчки, прозвучал какой-то скрежет, потом довольно громкий хлопок.

— Ну что там еще? — сердито пробормотала она.

В следующую секунду Алиса поняла, что хлопок донесся откуда-то снаружи, и метнулась к балконной двери. Из открытого окна одного из гостиничных номеров, расположенного в соседнем бунгало, стоявшего напротив, валил сизый дым!..

Алиса покачала головой. Паша Крякер в своем репертуаре. Ему обязательно нужно устроить небольшой фейерверк.

Взвыла сирена пожарной сигнализации. Снаружи донеслись крики постояльцев и персонала.

Мужчина в сером костюме надел шляпу, оставил на столике мелкую купюру и направился к балкону, на который вышла женщина.

— Синьора, доброе утро! — подойдя ближе, сказал он. — Я из команды Фабио. Вам нужна помощь?

— Секунду!.. — Алиса метнулась обратно в номер, но вещи собирать не стала, схватила лишь сумочку с документами и сотовый телефон.

В дверь номера уже кто-то стучал. Звонили оба телефона — ее собственный сотовый, безмолвствовавший двое суток, и городской. Алиса вновь выбралась на балкон.

Бодигард, глядя на молодую женщину снизу, спросил:

— Хотите выйти из номера через балкон, синьора?

— Пожалуй, да.

Алиса не особо нуждалась в помощи, но спрыгнула с балкона прямо в мужские объятия.

Глава 35. Сицилия

Сан Вито — крохотный городок. Прогулка до места, близ которого Ветрову было назначено следующее свидание, заняла у него всего каких-то десять минут.

Константин вышел на набережную как раз в том месте, где находилось одно из самых крупных кафе города. Заведение, расположенное в двухэтажном здании, вытянутом вдоль береговой линии, имело также две открытые террасы. Название «Монако» оно, вероятно, получило в честь местной живописной скалы, хотя находится примерно в полутора километрах от нее, почти в центре города и посередине трехкилометрового пляжа.

Две или три минуты Константин стоял в тени пальмы, у балюстрады набережной. Мимо него по лесенке в несколько ступеней на пляж спускались одиночки, семейные пары и небольшие компании.

Пляжи здесь, надо сказать, великолепные. Они входят в число лучших не только в Италии, но и во всем Средиземноморье. Но мысли Ветрова были заняты не местными красотами и даже не загорелыми прелестницами, коих здесь, как и на любом средиземноморском курорте, превеликое множество.

На часах было двадцать минут первого. Ему назначено явиться на пляж — первая линия, у набережной, напротив кафе «Монако» — в районе полудня. Эту просьбу передала Ветрову его старая знакомая, особа в мотоциклетном шлеме по имени Анжела.

Кто и зачем его хочет видеть, от кого именно исходит это пожелание, Константин пока не очень понимал. Если исходить из вчерашнего, то, скорее всего, это тот человек, который хотел бы продать запись, сделанную в роковой для него день местным фотографом Витторио Джанини.

Но тут вот что интересно. Еще до своего второго по счету посещения рыбацкой деревни Константин имел разговор с адвокатом синьором Поццо. Тот на словах отказался обслуживать клиента, прибывшего из далекой северной страны, но дал знать, что с ним хотят встретиться серьезные люди. Мол, у них имеется информация по вашему делу.

Итак, по факту Ветров имел два предложения о встрече. Оба были практически идентичны. Они исходили от разных людей, но прослеживалось сходство по времени и по месту.

Является ли это случайным совпадением? Соответственно, предложения встретиться и переговорить о чем-то важном для человека, приехавшего из северной страны, исходят от разных людей и организаций? Или же оба предложения сделаны одним лицом или структурой?

Константин подумал, что уже менее чем через час он получит ответ на этот немаловажный вопрос. Возможно, и не только на него.

Ветров извлек из сумки, висящей на плече, фотокамеру и сделал несколько снимков. Сначала он щелкнул набережную, затем развернулся и запечатлел ближайшие строения, включая, естественно, кафе «Монако». За те несколько дней, которые ему довелось провести в этом райском местечке, Константин сделал уже немало снимков.

В этом плане он мало чем отличался от тех туристов, которые щелкают направо и налево своими камерами. Они делают снимки на память, для того чтобы потом, разглядывая их на экране ноута или на планшетнике, вспоминать о приятных мгновениях отдыха на сицилийском курорте. Но рослый шатен, приехавший в Сан Вито из России, делал снимки по рабочей необходимости — для отчетности.

Даже если предположить, что за ним кто-то сейчас наблюдал — а Ветров и вправду ощущал спиной чужие взгляды, — то в таком поведении иностранца, находящегося здесь, в этой курортной местности, в служебной командировке, вряд ли можно обнаружить что-то необычное, тем более противозаконное.

Ветров сунул камеру обратно в сумку. Никого из своих он визуально не наблюдал. Константин и не должен был их видеть. У его коллег теперь имелась возможность получать картинки с двух точек. Микрокамера, вмонтированная в очки, надетые на его переносицу, обеспечивала передний обзор. Еще одна миниатюрная камера, встроенная в кант сумки, висящей на плече, смотрела назад.

Константин вновь развернулся лицом к пляжу. Народу там собралось уже довольно много. Почти все шезлонги были заняты, однако два, каждый под зонтом, находящиеся метрах в двадцати, чуть правее спуска на пляж, пока пустовали. Ветров снял мокасины и, ступая босиком по горячему песку, направился в ту сторону.

Стоило ему положить сумку на ближний шезлонг, как рядом нарисовался какой-то пацаненок. Прожаренный солнцем, худой, черноглазый, одет в шорты. Ему где-то годков двенадцать, не больше.

— Это место занято! — крикнул мальчишка. — Я его стерегу!..

— Надо же. — Ветров посмотрел на него сверху вниз и усмехнулся. — Так ты сторожем тут работаешь? — спросил он.

— Работаю, да! — Парнишка показал на второй шезлонг и осведомился: — Хочешь этот?

— Мне он не нужен.

— На песке плохо лежать. Неудобно. И горячо!..

— А я и не собираюсь.

— Я специально для тебя его держал, мистер! И возьму недорого.

— Так ты, значит, бизнесмен? — Ветров потрепал мальчишку за вихры. — Ну и сколько стоит этот твой товар? — Он кивнул на пустующий шезлонг.

Мальчишка поднял вверх руки с растопыренными пальцами.

— Десять евро? Ого!.. Не дешево.

— Первая линия, — сказал пацан. — Лучшие места во всей округе! И кафе рядом.

— Кафе рядом, — пробормотал под нос рослый шатен, доставая купюру из бокового кармана пиджака. — Действительно удобное местечко.

Мальчишка уставился на него своими живыми черными глазенками и заявил:

— Если захочешь искупаться, мистер, то я постерегу твою одежду и сумку!

— Вот как?

— Я хороший сторож!

Константин усмехнулся и подумал, что этому типу, смахивающему на цыганенка, он не доверил бы постеречь даже ржавого гвоздя.

— Знаешь, я пока не решил, буду ли купаться. Держи деньги, бизнесмен. — Он протянул мальцу десять евро.

— Спасибо, мистер!..

Деньги исчезли вместе с парнем. Он вот только что стоял рядом, а всего через мгновение как сквозь землю провалился.

Ветров поставил сумку на шезлонг, снял пиджак, положил его поверх нее. Купаться он, естественно, не собирался, не для того сюда пришел. Хотя Константин и сам пока толком не знал, для чего именно. Чтобы не выглядеть на фоне людей, одетых в бикини и шорты, белой вороной, он снял сорочку, присел на край шезлонга, выкупленного у мелкого бизнесмена, достал из бокового кармашка сумки пачку сигарет и зажигалку. Но закуривать Ветров пока не стал, положил все рядом с сумкой, чтоб было под рукой.

В запасе у него еще было немного времени. Минут тридцать, это точно. Если здесь не появится особа в мотоциклетном шлеме, донна или кто-то от серьезных людей, то он успеет одеться и перебраться в кафе «Монако». Благо до него отсюда всего несколько десятков шагов.

Море застыло в полуденной дреме. Изредка по водной глади проносились молодые люди на скутерах, оставлявших на лазурной поверхности пенные следы. Метрах в двухстах от берега застыли небольшие парусные яхты и катера, картинно, как на морских акварелях, вписанные в горизонт.

По левую руку от Ветрова находился местный порт. Он считался одним из самых безопасных и защищенных во всей Сицилии. В местном путеводителе сказано, что об этом знали еще древние. Когда-то римляне, финикийцы, арабы, а затем норманны, испанцы, еще позже пираты и простые рыбацкие суденышки находили в этом заливе укрытие от бурь. Сейчас здешний порт с четырьмя пристанями в состоянии одновременно принять почти пять сотен лодок, катеров и довольно больших яхт.

Ветров легонько покачал головой в такт своим мыслям. Да, пятьсот судов такого размера и класса, как «Магеллан», порт точно способен принять. Более того, эта яхта, судя по имеющимся данным, в прошлые годы несколько раз заходила в Сан Вито. Имелись даже фотоснимки, подтверждающие этот факт.

«Но не в этот раз, — подумал Ветров. — В свое последнее плавание яхта направилась в другую бухту. Там ранним туманным утром она и взлетела на воздух».

Наручные часы показывали без четверти час. Никто из окружающих не проявлял видимого интереса к мужчине, устроившемуся на шезлонге неподалеку от спуска с набережной.

«Пора, однако, — подумал Ветров. — Самое время отправляться в кафе».

Константин уже потянулся за рубашкой, как вдруг увидел девушку. Она шла в его сторону от моря. Мокрые волосы, капельки влаги на загорелом теле свидетельствовали о том, что эта особа только вышла из воды.

Невысокая, где-то чуть больше ста шестидесяти, но сложена весьма гармонично. Да чего уж там. У девушки просто великолепная фигурка. Да и лицо, кстати, весьма симпатичное.

Парни, мимо которых она проходила, сворачивали шеи, кто-то даже восхищенно присвистнул. Но девушка, кажется, никого в упор не видела, держалась прямо, ступала легко, грациозно, словно не шла, а плыла.

Во всем этом не чувствовалось никакой рисовки, ни малейшего самолюбования. Эта девушка была так же восхитительна и естественна, как здешняя природа.

Девушка подошла к шезлонгу, остававшемуся свободным, гибко нагнулась, поставила на песок спортивную сумку. Она открыла ее, достала полотенце, слегка промокнула им лицо, а также руки и предплечья. Какое-то время красотка стояла спиной к мужчине, занявшему соседний шезлонг. На ней крохотные бикини, оставляющие упругие, идеальной формы ягодицы практически открытыми чужим взорам. Чуть ниже поясницы, на крестце видна татуировка — крылья ангела или что-то в этом роде.

Девушка сунула полотенце в пакет, а его — в сумку. Затем она достала из бокового кармашка пачку сигарет, выпрямилась и обвела глазами округу так, словно выискивала что-то или кого-то. Только сейчас эта прелесть обратила внимание на рослого шатена, устроившегося в шезлонге всего метрах в четырех от нее.

— Мистер, у вас зажигалки не найдется? — обратилась она по-английски к мужчине, внешний вид которого выдавал в нем иностранца. — Свою я, кажется, потеряла.

Ветров поднялся на ноги.

— Найдется, синьорина, — после некоторой заминки сказал он.

Девушка протянула ладошку за зажигалкой и вдруг прошептала:

— Пойдете за мной. Держитесь близко, почти вплотную.

— А вы?.. — тихонечко произнес Ветров. — Вы та самая?..

— Не узнал? — В ее голосе прозвучала ехидная нотка. — Та самая, ага.

Девушка прикурила сигарету, вернула зажигалку ее владельцу и улыбнулась, демонстрируя белые ровные зубки.

— Спасибо, мистер! — звонко сказала она. — Вы очень любезны.

Та самая его знакомка, которую Ветров сначала принял за мальчишку-подростка, на самом деле оказалась очень симпатичной и фигуристой девушкой лет двадцати. Анжела сделала всего две или три затяжки и бросила сигарету в металлическую урну, стоявшую рядом со щитом, надпись на котором предупреждала о запрете курить на общем пляже.

Потом Анжела достала из сумки одежду. Стоя вполоборота к соседу, не обращая внимания на него или кого бы то ни было еще, она сняла верх бикини. Упруго колыхнулись полушария с маленькими коническими сосками.

Ветров отметил, что у девушки великолепная грудь, и усмехнулся про себя. Будучи уроженкой острова Сицилия, известного своими строгими нравами, эта особа принадлежала уже к новому, эмансипированному поколению, которое носится на байках, делает себе татуировки, не особо слушается старших и живет собственным умом.

В планы девушки, впрочем, не входило долгое позирование под восхищенными мужскими взглядами. Анжела быстро и ловко повязала вокруг груди цветной платок, заменивший ей лиф, так же споро натянула шорты, надела поверх влажной гривы волос бейсболку, водрузила на переносицу солнцезащитные очки, к ушной раковине прикрепила хендсфри. Держа сумку в одной руке, а сандалии в другой, она направилась к лестнице.

Ветров, как ему и было сказано, поднялся и двинулся следом за проводницей. Чтобы со стороны не казалось, будто они вместе или что рослый иностранец в светлом костюме привязывается к симпатичной девушке, увиденной им на пляже, он приотстал на несколько шагов.

Анжела, как и предполагал Ветров, направилась к открытой террасе кафе «Монако». Ближние столики стояли всего метрах в двадцати от пешеходной улицы, так называемой первой линии, выложенной цветной плиткой.

Константин особо не крутил головой по сторонам, понимал, что это ни к чему. Но кое-что он подметил, прежде чем прошел от балюстрады до столиков кафе.

По левую руку от него расположились двое молодых людей. Судя по внешности, местные. Один стоял почти там же, где недавно Ветров — у спуска на пляж. Другой расположился неподалеку, в тени одной из пальм, высаженных здесь. В руке у него газета, сложенная в четверть, которую он якобы просматривал. Оба развернуты спиной к кафе. Это, скорее всего, наблюдатели.

Еще двое местных жителей расположились справа от террасы. Они, похоже, отслеживали другой сектор набережной и ближний переулок.

Ветров чуть ускорился. Анжела прошагала мимо столиков, которые почти все были заняты, и через главный вход в кафе. Константин подумал, что эта особа не только любила быструю езду, но и на своих двоих перемещалась довольно резво.

Девушка, не задерживаясь, не вступая ни с кем в разговоры, двинулась через зал первого этажа. Народа здесь было совсем немного. Посетители предпочитали сидеть за столиками с видом на море и пляж.

Она прошла мимо официанта, несущего в полусогнутой руке поднос, уставленный напитками, толкнула от себя дверь в конце зала и исчезла из виду. Ветров вслед за ней вошел в одно из служебных помещений, где стали ощущаться запахи кухни. Девица прошла через арочный проход. Теперь они оказались уже непосредственно в помещении кухни. Трое мужчин в поварском одеянии занимались своими делами. Ни один из них никак не среагировал на появление девушки и рослого шатена.

Ветров обогнул довольно габаритного повара, шинковавшего овощи острым длинным ножом, и вошел вслед за проводницей в какое-то подсобное помещение. Здесь уже было довольно прохладно.

Послышался быстрый шепот, знакомый Ветрову по их прежним совместным вылазкам:

— Осторожно, мистер, ступени.

— Вижу.

— Берегите голову!..

Ветров чуть пригнулся. Они прошли под каменной аркой и оказались в помещении, которое напоминало подземное хранилище или бомбоубежище. Его стены были вырублены в скальной породе. Кое-где виднелись столбы из дерева, потемневшего от времени, поддерживающие свод.

Девушка стукнула костяшками пальцев в дверь, обшитую металлом. Ветров ожидал услышать скрежет ключа, звяканье щеколды или что-то в этом роде. Но дверь открылась совершенно бесшумно.

— Вам туда, мистер! — Девушка показала наманикюренным пальцем куда-то в темноту. — Смелее!

Ветров шагнул в этот темный коридор. Дверь сразу же захлопнулась за ним. Если бы на нем не было очков, которые тут же переключились в ночной режим и давали более-менее сносную картинку, то он вообще ничего не увидел бы.

На серовато-зеленом фоне высветился контур в виде прямоугольника. Похоже, это была еще одна дверь.

Долго ждать, впрочем, ему не пришлось. Едва захлопнулась одна дверь, внешняя, как открылась другая. В проеме был виден мужской силуэт, освещенный теплым электрическим светом, льющимся из комнаты.

— Добро пожаловать, мистер, — произнес этот человек на довольно сносном английском. — Проходите, пожалуйста.

— Благодарю, — сказал Ветров, проходя мимо него. — Кажется, мы уже где-то виделись?..

«И почему я нисколечко не удивлен?» — подумал он.

Глава 36

— Спасибо, — сказала Алиса бодигарду, ловко поймавшему ее на руки. — Можете теперь поставить меня на землю.

Она одернула юбку, поправила легкий пиджачок, повесила сумочку на плечо. Эти несколько секунд Алиса использовала также и по другому назначению. Рыжеволосая женщина смотрела на открытую дверь того номера, в котором недолго обретался Паша Крякер. Именно его голос звучал в ее ушах все эти дни.

Дым из приоткрытого дверного проема уже перестал валить густыми клубами. Теперь оттуда тянулась лишь тонкая сизая струйка.

Алиса озадаченно хмыкнула. Пашка, наверное, счел невозможным в нынешней ситуации вывоз аппаратуры, которую он здесь установил. Поэтому он и использовал вариант экстренной «уборки». Вероятно, что-то подтолкнуло его к этому решению.

Кстати, это стандартный прием, давно отработанный у них в «Бастионе». Дистанционно или вручную активируется термопатрон, встроенный в специальную сумку, в которую быстренько помещается все шпионское оборудование. После срабатывания термопатрона это хозяйство начинает быстро и весело выгорать. Уже через несколько секунд вся высокотехнологичная начинка сумки превращается в оплавленную массу, не подлежащую ремонту или восстановлению, а зачастую даже и идентификации.

— У вас есть транспорт? — спросила Алиса у бодигарда.

— Машина на стоянке у входа.

— Ведите!..

Навстречу им по боковой внутренней дорожке бежали двое местных служащих.

Один из них, с портативным огнетушителем в руке, поравнялся с мужчиной и женщиной и крикнул на ходу:

— Эвакуация! Всем постояльцам срочно покинуть номера! Сбор на большом паркинге!

— Спасибо, дружок! — буркнула Алиса. — Видишь, мы уже и так бежим со всех ног.

Они обогнули главное строение отеля. Телохранитель держался справа и на шаг впереди. Он показывал путь и прикрывал клиентку. Под пиджаком у него угадывалась наплечная кобура с пистолетом. Лицензия позволяла гардам носить табельное оружие, а в ряде случаев даже применять его при возникновении угрозы охраняемому лицу либо его имуществу. Хотя последнее зависело от законодательства страны, на территории которой происходило дело.

Наперерез им от главного входа двинулись двое субъектов в полицейской форме. Одновременно от длинного черного лимузина, припаркованного на основной стоянке перед главным зданием отеля, к парочке, спешащей от бунгало, направился еще один габаритный бодигард. Он был в темном костюме и солнцезащитных очках.

Именно этот мужчина успел встать на пути у полицейских.

— В сторону! — крикнул один из них. — Если не хочешь неприятностей!

— Я старший охраны этой синьоры, — сказал мужчина в темном костюме и показал стражам порядка свое удостоверение, в которое была вложена металлическая бляха специального образца. — А теперь представьтесь вы, пожалуйста, — заявил он.

— Эй, синьора! — крикнул полицейский. — Постойте! Вас хочет видеть наш начальник.

— У вас имеется ордер на задержание нашей клиентки, подписанный прокурором и подтвержденный через суд? — осведомился мужчина в темном костюме.

— С ней хочет поговорить наш шеф! Нам приказано доставить синьору в участок! — заявил один из сотрудников полиции.

Тем временем женщина и телохранитель, сопровождавший ее, добрались до машины. Бодигард открыл заднюю дверцу лимузина.

— Прошу, миссис! — сказал он. — Это наш транспорт.

Старший охраны, к уху которого был прикреплен микродинамик, вежливо, но сухо сказал полицейским:

— Значит, у вас нет оснований препятствовать нашему выезду.

Он отступил к лимузину, в который его коллега только что усадил клиентку.

Гард, тот самый, который вывел женщину из отеля, сел в кресло пассажира спереди. Мужчина в темном костюме пристроился на боковое сиденье в середине салона. Один из полицейских принялся что-то сердито бубнить в портативную рацию. Длинный тяжелый лимузин тронулся с места и, медленно набирая скорость, покатил на выезд с гостиничного паркинга под сердитыми взглядами двух полицейских, оставшихся там.

— Миссис, куда прикажете? — не оборачиваясь, спросил водитель на английском. — Указывайте курс.

— Пока езжайте прямо, до перекрестка.

В машине, кроме Алисы, находились трое мужчин: водитель, уже знакомый ей гард и их старший, который отшил на паркинге полицейских. Она чуть повернулась и посмотрела на мужчину в темном костюме. Ему примерно лет тридцать пять. Крепкий, рослый, широкоплечий, лицо как будто вырезано из гранита. От него исходила волна спокойствия и уверенности.

Алисе уже доводилось слышать о данной конторе. Эти ребята охраняли VIP-персон и пользовались безупречной репутацией, поэтому их услуги стоили весьма не дешево. Вот теперь она могла воочию видеть в деле эту команду или часть ее.

— Извините, а вы?..

— Фабио Толмей.

— Очень приятно. — Алиса протянула ладошку.

Мужчина, чуть подавшись вперед, осторожно пожал ее.

— Приближаемся к перекрестку, — сказал водитель, сбрасывая скорость. — На повороте в Ольбию стоят две полицейские машины. Похоже, они хотят заблокировать нам проезд!

— Прикажете следовать в аэропорт? — глядя на нее через затемненные линзы очков, спросил Фабио. — Я сам поговорю с этими полицейскими, если позволите.

— Поворачивайте в Черво! — сказала Алиса. — Это ведь возможно, Фабио?

— Желание клиента — закон для нас, — заметил тот. — Если, конечно, наш подопечный не нарушает законов страны пребывания.

Лимузин свернул направо, на северо-запад, к центру поселка миллиардеров, расположенного неподалеку. Следом за ним, сорвавшись с обочины, понеслась одна из полицейских машин.

Глава 37

Ветров оказался в небольшом коридоре. Справа, вплотную к стене, стояла простая деревянная скамья, за ней — небольшой столик. Слева, чуть дальше, металлическая дверь. В конце коридора, длина которого не превышала шести метров, еще одна дверь. С виду тоже очень крепкая, сейфовая.

Мужчина, впустивший его в это помещение, был уже знаком Ветрову. Это оказался тот самый строитель, который уже дважды помогал неудачливому иностранцу, то и дело попадающему в переплет. Но, в отличие от их прежних встреч, одет он был не в рабочую спецовку, а в чистые темные брюки и белую сорочку.

— Определенно виделись, — сказал мужчина. — Это у вас, кажется, я разжился пакетом со свежим ливером?

— Надеюсь, пригодился в хозяйстве? — вопросом на вопрос ответил высокий шатен.

— Еще как! — сказал мужчина, пригладив темные усы. — Жена все это прокрутила на мясорубке, получилась знатная ливерная колбаса. — Он показал на сумку, свисающую с плеча иностранца. — Простите, но я должен задать вопрос. Что там у вас?

Ветров снял сумку, положил на скамью, сам раскрыл. Затем Константин отступил чуть в сторону, давая возможность этому привратнику осмотреть сумку и даже ощупать ее, если тот сочтет нужным.

— Там две цифровые камеры, — сказал Константин. — Еще сигареты и зажигалка.

— Сумку придется оставить, мистер.

— Здесь?

Строитель указал на дальнюю дверь и заявил:

— Когда вы закончите разговор с тем человеком, который вас ждет, я верну вам ваши вещи.

— Хорошо.

— Сотовый телефон?

Ветров положил на скамью рядом с сумкой свой мобильник и устройство хендсфри.

— Брелок с ключами от машины?..

— Его тоже?

— Да.

Визитер выложил на скамейку небольшую связку ключей с брелоком.

Строитель взял со столика портативный детектор и осведомился:

— Надеюсь, вы не против?

— Не против.

Строитель провел детектором спереди и сзади. Он проверял, нет ли на теле у пожаловавшего сюда иностранца металлических предметов.

— Порядок, — негромко произнес этот субъект, посмотрел на визитера и поинтересовался: — Вы ведь говорите по-итальянски, насколько я помню?

— Немного говорю… на простые темы.

— А мне показалось, что вы очень неплохо знаете итальянский.

— То была стрессовая ситуация. — Ветров чуть усмехнулся. — Но если нет переводчика…

— Разговор будет с глазу на глаз.

— И если мы не будем говорить о каких-то сложных вещах, требующих безукоризненного владения языком…

— Разговор будет идти о простых вещах, — заверил его строитель. — Мы и сами люди простые, — добавил он.

— Прекрасно, — переходя на итальянский, сказал рослый шатен. — Мне нравится, когда люди не усложняют жизнь себе и другим.

— Портмоне и документы можете взять, — сказал строитель. — Пройдите сюда. — Он переместился к дальней двери. — Как я должен вас представить?

— Константин из России.

Привратник открыл дверь и сказал какому-то человеку, находящемуся в другом помещении:

— Синьор Джорджио, к вам синьор Константин из России.

В ответ прозвучал глуховатый голос:

— Пусть войдет.

Помещение, в которое строитель впустил русского сыщика, внешне здорово напоминало кабинет адвоката Поццо. Ветров, кстати, не очень сильно удивился бы, если бы встретил его здесь. Пробыв в этом милом курортном городке всего несколько суток, он уже ничему не удивлялся. Даже тому, что в здешних краях, оказывается, сроду никто не видел никакой мафии.

Однако это был не синьор Поццо. Мужчина, сидевший в кресле с высокой спинкой и смотревший из-под кустистых бровей на рослого славянина, выглядел заметно старше лощеного адвоката. Надо сказать, что он здорово походил на одного из той парочки пожилых итальянцев, которых Константин видел недавно в кафе, расположенном в припортовом районе столицы округа Трапани.

Пожилой мужчина неспешно взял со стола очки, надел их и несколько секунд молча рассматривал визитера. Взгляд его, пробивающий линзы очков, был неожиданно молод и цепок.

А вот свои очки, внешне выглядящие как обычные солнцезащитные, Ветров еще раньше, в предбаннике, снял с переносицы и сунул в нагрудный карман, зацепив наружу дужкой. Привратник, кстати, не обратил на них никакого внимания. Ну, очки и очки. В этом солнечном краю все так ходят.

— Ага, Константин из России! — наконец сказал пожилой синьор чуть хрипловатым голосом. — Вот вы какой.

«Вот оно, значит, как у вас тут устроено, — в свою очередь подумал Ветров. — Ну что ж, огромные традиции у людей, вековой опыт, свои наработки и люди, проверенные в нескольких поколениях. Это все за деньги не купишь».

— Синьор Джорджио!.. — Ветров подошел поближе и пожал сухую костистую руку, протянутую через стол.

— Присаживайтесь, — сказал синьор. — Устраивайтесь напротив.

— Благодарю.

Ветров уселся на стул. Практически всю стену за спиной у синьора, расположившегося в кожаном кресле вишневого цвета, занимали фотообои с прекрасным видом на гору Монако и местную бухту. Картинка была настолько удачной, что казалась живой реальностью. У Ветрова возникло такое впечатление, что он находился не в подземной части кафе, а сидел на террасе и смотрел на гору, давшую название этому заведению.

— Красиво, — сказал Ветров. — Хорошая работа. Я про картину, — уточнил он.

— Один местный фотограф сделал, — заметил синьор Джорджио.

— Он большой мастер.

— К сожалению, недавно погиб.

Ветров молча кивнул, ожидая продолжения.

— Константин… — Синьор Джорджио бросил задумчивый взгляд на рослого мужчину, сидящего напротив. — Не знаю, как трактуется это имя в стране, откуда вы прибыли. А у нас здесь оно означает «постоянный», «упрямый», «несгибаемый». — Он неожиданно усмехнулся и осведомился: — Вы ведь человек упрямый, да?

— Смотря о чем речь, синьор.

— Несмотря на неблагоприятные для вас обстоятельства, вы настойчиво шли к какой-то своей цели и даже, как мне рассказали знающие люди, готовы были поставить на кон собственную жизнь.

— Это плохо?

— Это характер, — сказал синьор. — Лично я уважаю людей с характером. — Он выдвинул ящик стола, достал оттуда лист бумаги и авторучку, а потом спросил: — А знаете, Константин, как истолковывается на нашем языке мое имя?

— Наверное, это как-то связано со святым Джорджио?

— Сан Джорджио? Который победил дракона?

— Да. У нас в России этого святого очень почитают.

— У нас тоже. Но здесь, на Сицилии, имя «Джорджио» имеет и другую трактовку.

Ветров развел руками.

— Этих тонкостей я не знаю, синьор.

— «Джорджио» в нашей местности — это «крестьянин». — Мужчина наклонил седую голову и принялся что-то выводить на листе. — Я родился в крестьянской семье, Константин, — глухим голосом продолжил он. — Конечно, кое-чего я добился в жизни. — Синьор Джорджио отложил в сторону ручку. — Но, будучи крестьянином по складу характера, я привык уважать свой и чужой труд. Так что не будем терять времени даром. — Он поднял лист формата А4 так, чтобы была видна запись, сделанная им только что.

Ветров посмотрел на лист. Число, которое он там увидел, было ему знакомо. Именно его он сам начертал в кабинете у адвоката Поццо: «1 000 000 €».

На какое-то время в помещении с весьма реалистичным видом на гору Монако повисла тишина. Ветров ждал продолжения. И оно последовало.

— Предположу, что именно в такую сумму вы оцениваете информацию о судьбе трех пропавших русских. Такого же мнения придерживаются и те люди, которые послали вас в наш городок. Я прав? Или это ошибочное предположение? — поинтересовался синьор Джорджио.

— Ваше предположение удивительно соответствует реальному положению дел, синьор Джорджио. Именно такую сумму мое агентство, а также родственники российских граждан, пропавших без вести, готовы заплатить за информацию. Уточню — не за всякую информацию, но за сведения, которые помогут установить точное местонахождение этих граждан.

— То есть вы думаете, что они все еще живы? — спросил синьор Джорджио и внимательно посмотрел на визитера через линзы своих старомодных очков.

— Мы очень на это надеемся. — Ветров потер переносицу и добавил: — А лично я в это верю.

— Это хорошо, — одобрительно сказал синьор. — Вера способна творить чудеса. Вот лично я, Константин, верю, что мне и моим друзьям удастся достроить гостиничный комплекс. Кстати, вы могли видеть эту строительную площадку. Мне рассказали, что на вас там вечером напали какие-то хулиганы. Это правда?

— Да, было дело. — Ветров кивнул в сторону двери и продолжил: — Один добрый человек, а также его друзья или знакомые отогнали этих нехороших молодых людей. Да, вот сейчас припоминаю. — Он вновь кивнул, но теперь уже как бы в такт своим мыслям. — Этот досадный инцидент произошел именно рядом со стройкой.

— Планировалось, что это будет самый большой отель в нашем городе, — сказал синьор. — Строительство было начато три года назад. Но случился кризис.

— Понимаю.

— Банкиры ужесточили свои требования по кредитованию.

— Сейчас не самые простые времена.

— Но я верю, что нам удастся найти инвесторов и закончить строительство. Еще я надеюсь… нет, я уверен в том, что этот новый отель откроется уже к началу следующего курортного сезона. — Синьор Джорджио вновь взял со стола самую обычную шариковую ручку, какие продаются в супермаркетах, придвинул к себе лист бумаги и что-то подправил в записи, сделанной ранее. Затем он перевернув лист и показал его визитеру.

После единички появился еще один ноль. Соответственно, число стало восьмизначным: «10 000 000 €».

Глава 38. Поселок миллиардеров

Шофер с точностью до сантиметра вписал длиннющий и тяжелый членовоз в очередной поворот. Он оказался мастером своего дела. Хотя, возможно, — скорее всего, так оно и было — ему не впервой водить машину по улочкам Порто-Черво.

Вот уже они подъезжали к Пьяцетто, единственной площади поселка миллиардеров. Показались стены, разрисованные художниками-маринистами. Лимузин катил по переулку, в котором находился местный полицейский участок.

Алиса прикипела к боковому стеклу. На пятачке, зажатом меж живописными стенами зданий, стояли две машины. Обе уже знакомы ей. Полицейский «Фиат» — это служебная машина Николо. Мощный черный внедорожник — это тот самый «Хаммер», в котором она каталась в компании двух парней, официально числящихся в охране местного яхт-клуба.

У «Хаммера» как раз стоял один из этой парочки. Заметив лимузин, проезжающий мимо, он поднес к губам портативную рацию.

«Николо сказал, что пакет с какими-то бумагами и записями будет в оговоренном месте не позднее часа пополудни, — подумала Алиса. — Вопрос заключается в том, там ли он сейчас. Если нет, то эта моя поездка окажется зряшной».

— Водитель, сейчас прямо! — скомандовала она. — Через площадь. Остановитесь в следующем переулке, у первого же бутика.

Улочка, на которой располагался обувной магазин, оказалась довольно узкой. Лимузин встал в горловине и перегородил ее. Эту громоздкую тачку никак нельзя было объехать ни слева, даже с учетом наличия тротуарчика, ни справа.

— Мне нужно в бутик! — сказала Алиса старшему охраны. — Туфли присмотрела.

— Желание клиента — закон, — ответил тот.

Двое мужчин покинули салон. Один из них открыл заднюю правую дверцу, чтобы клиентка могла выйти. Второй, а именно Фабио, встал ближе к корме представительской машины. Поза открытая, уверенная, демонстрирующая готовность к немедленному и эффективному действию. Но самое главное состояло в том, что он по-прежнему выглядел совершенно спокойным. На его невозмутимом лице не читались никакие эмоции.

— Я ненадолго! — сказала ему Алиса. — Всего на две или три минуты!

Гард открыл дверь обувного бутика, пропустил клиентку внутрь.

Пройдя мимо него, Алиса сказала:

— Пожалуйста, обождите меня снаружи.

В небольшом, стильно оформленном магазине женской обуви в это предобеденное время было всего три живые души. Две из них — местные продавщицы, взрослые женщины за тридцать. Третья постарше, лет сорока пяти. Одета в юбку и жакет цвета морской воды. Туфельки у нее хороши, да и сумка не из дешевых. Хотя она, пожалуй, великовата. Если, конечно, эта женщина не использует сумку от кутюр для походов за продуктами.

Дама переговаривалась с одной из продавщиц. Да, она итальянка. Судя по диалекту, уроженка Сардинии.

Алиса подошла к одному из стеллажей. Рядом с ней словно из воздуха соткалась вторая продавщица.

— Здравствуйте, синьора! Могу я чем-то помочь вам?

— Вот эти, пожалуйста, — Алиса показала на пару туфель на высоких каблуках. — И еще эти.

— Кажется, вы, синьора, недавно покупали у нас точно такие. — Продавщица взяла с полки стеллажа вторую пару. — И как они вам?

«Плавать в них не очень удобно, — подумала Алиса. — Свалились с ног, когда эти уроды швырнули меня за борт».

— Прекрасная обувь, — сказала она вслух. — Хочу взять про запас еще пару.

— Отличная идея, синьора.

— Прекрасные туфельки, — сказала женщина с дорогой сумкой, посмотрела на рыжеволосую иностранку и полюбопытствовала: — Синьора, вы собираетесь их примерить? Могу я взглянуть, как они будут смотреться на ноге?

— Конечно, — сказала Алиса. — Почему бы и нет.

Они прошли в примерочную кабинку. Женщина поставила расстегнутую сумку на пол. Алиса присела на удобный пуфик и сама достала оттуда сверток. Он был вложен в фирменный пакет, имеющий эмблему сети бутиков, в местном филиале которой они сейчас и находились.

Конверт довольно пухлый. Не заклеен. Внутри пачка фотоснимков. А еще флешка в отдельном маленьком прозрачном пакетике.

— Пожалуй, я беру все, — сказала Алиса, с благодарностью посмотрев на эту незнакомую ей женщину. — Извините, синьора, у меня мало времени, не успею примерить.

— Ничего страшного, — сказала та. — Я и так вижу, что это хороший выбор.

Они вышли из примерочной кабинки. Продавщицы к этому времени успели перебраться к полупрозрачной входной двери.

— Ужас!.. — вскрикнула одна из них. — Там драка начинается!

— Я позвоню в полицию, — растерянно произнесла вторая.

— А полиция уже здесь, — пробормотала первая, прижимая нос к стеклу.

Женщина с дорогой сумкой, уже несколько полегчавшей, вопросительно посмотрела на иностранку, которой только что передала пакет.

Затем она кивнула в сторону, противоположную от двери, и одними губами произнесла:

— Там запасной выход.

— Спасибо, — прошептала Алиса. — Я, пожалуй, выйду здесь. Девушки, отвлекитесь на секунду! — громко сказала она.

Продавщицы обернулись на голос.

— Да, синьора?

— Я вообще-то тороплюсь, — заявила рыжеволосая иностранка. — Вот, держите. — Она выложила на столик рядом с кассовым аппаратом несколько купюр. — Сдачи не надо. Чао!..

Алиса вышла из бутика в переулок с двумя одинаковыми фирменными пакетами в руках.

Впрочем, «вышла» — это сильно сказано. Она смогла открыть дверь и выбраться на низкое крыльцо. Но и только.

Проезжую часть по-прежнему загораживал лимузин. Охрана Алисы сдерживала натиск сразу четырех типов. Двое из них — уже знакомые ей гоблины из охраны яхт-клуба. Еще два субъекта примерно такой же фактуры появились невесть откуда.

Слева от нее, всего в паре шагов, в промежутке между стеной и лимузином стоял телохранитель. Его пытались смять и прорваться к входу в бутик сразу двое: один из гоблинов, старых друзей Алисы, и здоровяк, пришедший ему на подмогу.

С другого боку, справа от нее, ближе к передку лимузина, стоял, упираясь изо всех сил, тот охранник, который недавно сидел за рулем. На него тоже наседали двое.

Фабио обнаружился по другую сторону машины. Рядом с ним пара сотрудников полиции в форме. Они пытались что-то объяснить ему. В переулке стоял несусветный ор. Даже двое полицейских эмоционально размахивали руками.

Один из гоблинов уцепился рукой за приоткрытую заднюю дверцу лимузина. Он изо всех попытался продавить гарда, оттеснить его в сторону.

Алиса достала из пакета туфлю из той пары, что с высокими каблуками, и крикнула:

— А я с обновками! Туфли вот новые купила.

— В машину! — скомандовал Фабио. — Быстрее, миссис!

— Мне в бутике сказали, что каблуки у них очень крепкие. — Рыжеволосая женщина взяла туфлю за носок и хрястнула острием каблука по гоблинской клешне!..

Тот взвыл, встряхнул ушибленной лапой и отскочил в сторону на пару-тройку метров.

— А ведь и вправду крепкие! — заявила Алиса и бросила туфлю в пакет. — Надо же, не обманули.

Второй гоблин, которого телохранитель притер корпусом к стене, натужно хекал, цедил ругательства и продолжал упорствовать в своем желании прорваться к женщине, выбравшейся из бутика. Алиса бросила взгляд на двух полицейских. Они смотрели на Фабио и по-прежнему пытались что-то ему доказать.

Она слегка сместилась, но не отшатнулась, не отодвинулась от гоблина, уже тянувшего к ней руки. Наоборот, Алиса сама шагнула к нему. Когда тот уже почти продавил гарда и собрался схватить ее, она врезала ему ногой по правому колену, на которое мальчонка опирался всем своим немалым весом.

Не дожидаясь повторной команды Фабио, Алиса забралась в машину и плюхнулась на заднее сиденье. Кто-то из двух гардов тут же закрыл тяжелую дверцу. Лимузин, кстати, бронированный, четвертый класс защищенности как минимум. Ей самой не раз доводилось водить транспорт такого рода, а также охранять тех, кто передвигался на нем.

Вторым в салон ввалился водитель и тоже закрыл за собой дверцу. Вслед за ним в машину практически одновременно сели еще один гард и старший этой команды.

Водитель посигналил и тут же тронулся. Двум крепким мужикам, которым почему-то захотелось срочно пообщаться с синьориной Алисой, пришлось прижаться к стене. Иначе четырехтонный бронированный лимузин отдавил бы им ноги.

Алиса обернулась и посмотрела в заднее стекло. Второй гоблин корчился на тротуаре, схватившись за коленку.

«Это тебе, урод, за морское купание!» — подумала женщина.

К счастью, гоблины не успели перекрыть улицу впереди. Лимузин неспешно покатил по ней в сторону церкви, откуда уже можно было свернуть на приморское шоссе.

Алиса подумала, что, в принципе, морское купание закончилось для нее очень даже неплохо. Но это не оправдывало гоблинов, додумавшихся до того, чтобы выбросить девушку за борт. Ну а дальнейшее, включая ее спасение, пикник на скале, а также романтический ужин в семейном ресторанчике в Ротонде, — целиком заслуга человека, который занимал в этом городке пост начальника полиции.

Николо, кстати, взял трехдневный отпуск за свой счет. Он не согласовал этот поступок со своим начальством в местной квестуре, так что неизвестно еще, чем для него это все обернется.

Как бы то ни было, но он исчез из поля зрения местных воротил, а также некоторых своих коллег, как здешних, так и столичных. Это решение принял сам Николо, хотя, по-видимому, он с кем-то его все же согласовал.

Кстати, Алиса была одна из немногих, кто знал доподлинно, куда подевался начальник местного участка. Николо и кто-то из его родственников минувшей ночью отплыли на катере из Порто-Ротонды в Чивитавеккью, порт, расположенный в часе езды от Вечного города.

Если все удачно сложится, если подтвердится адрес пригородного дома, добытый Крякером в хакнутой базе службы безопасности некоей компании, располагающейся на известной римской площади, то уже этой ночью в пригороде итальянской столицы будет проведена полицейская спецоперация. Алиса хотела бы надеяться, что в ходе ее будут освобождены родственники двух сотрудников крупного римского частного сыскного агентства, взятые в заложники, среди которых оказался и сынишка Паоло.

Алиса вновь уселась ровно, вложила пакет меньших размеров в тот, в котором находились две пары только что приобретенной обуви. Она примерно представляла себе, что находилось в пакете, переданном ей в бутике женщиной, описание которой дал вчера Николо. Это важная, очень ценная информация.

Глава 39

— Десять миллионов евро? — с вопросительной интонацией произнес визитер, и его реплика наверняка попала в нужные уши. — Это большие деньги, синьор.

Рослый шатен откинулся на спинку стула. Лицо его стало задумчивым. В помещении вновь повисла тишина. Ветров вспомнил фрагмент сегодняшнего сообщения, полученного от Кэпа. Старший группы, словно предчувствуя намечающийся торг, написал буквально следующее: «Денег жалеть не следует».

Еще в Москве Ветрову было рекомендовано не скупиться в тех случаях, когда информацию, полезную для расследования, можно купить за наличные. У него имелся доступ к счетам, открытым в местных банках на его имя, вернее, на то, которое фигурировало в документах прикрытия. На эти несколько счетов на момент его приезда сюда было перечислено в общей сложности триста тысяч евро. Часть этих денег он уже потратил на покупку информации. Те же снимки, кстати, обошлись ему ой как недешево.

Ветров также имел доступ к счету, на котором лежал миллион евро. Тот самый, который он уже предложил адвокату синьору Поццо, а через него тем людям, для кого это могло представлять интерес. Но Константин не мог распоряжаться этой суммой. Для расходования части ее или целиком всего миллиона требовалось добро старшего группы «Бастион».

Помимо этого в торгпредстве России, расположенном в Риме, была приготовлена некая сумма наличностью в европейской валюте — на всякий пожарный. Об этом ему сказал Кэп. Правда, он не назвал точную цифру, но, возможно, и сам не полностью владел такой информацией.

Российская сторона, на каком-то этапе расследования посчитавшая нужным привлечь к делу специалистов из «Бастиона», готова была действовать по ситуации. Если удастся решить возникшую проблему при помощи денег — хорошо. Если нет — будут изыскиваться другие возможности, использоваться иные средства.

Сам факт торга, кстати, можно считать событием позитивным. Скорее всего, у этих людей есть то, что нужно российской стороне, — запись, сделанная Джанини, возможно, и еще какая-то ценная информация.

Но все же сумма, озвученная синьором Джорджио, этим простым сицилийским крестьянином, как он сам себя охарактеризовал, оказалась весьма серьезной по любым меркам. Не факт, что Кэп и заказчик согласятся заплатить такую цену за очередного кота в мешке.

— Это очень большие деньги, — вновь сказал визитер, но теперь уже глядя на своего собеседника. — Могу я знать, какой именно товар оценивается в такую сумму?

— Есть ролик… видеозапись, сделанная Витторио Джанини в то утро. — Синьор Джорджио пожевал сухими губами. — Прекрасная запись, — глухо произнес он. — Так мне сказал человек, знающий толк в этих делах.

— И что на этой записи?

— Вы пытаетесь добыть ее и даже не знаете, что там может быть?

— Представляю, но весьма туманно.

— Эта запись сделана беднягой Джанини. — Синьор Джорджио перекрестился. — На ней очень даже хорошо видно все то, что вам нужно. Несмотря на некоторые туманные обстоятельства, эта картинка многое прояснила бы. Я полагаю, что она вывела на правильную дорогу как вас лично, так и тех людей, по поручению которых вы приехали в наш тихий городок.

— Десять миллионов евро!.. За такую сумму можно не то что ролик, а полнометражный фильм снять.

— Или достроить и отделать гостиничный комплекс, — гнул свою линию синьор Джорджио.

— Надеюсь, вы понимаете, что у меня нет при себе таких денег?

— Конечно. Но они наверняка есть на счетах у ваших работодателей.

— Запись, сделанная Джанини, — это все, что вы можете предложить, уважаемый синьор Джорджио?

— А разве этого мало?

— Я просто пытаюсь понять. Мне ведь нужно будет связаться…

— Я понимаю, — не дождавшись окончания фразы, сказал собеседник Ветрова. — Но я хочу, Константин, чтобы и вы кое-что поняли. То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами.

— Конечно, синьор Джорджио, — заявил Ветров. — Строго между нами. — Константин хотел бы усмехнуться, но не мог.

Он знал, что миниатюрный микрофон, встроенный в дужку очков, сейчас транслировал их разговор за пределы этого подземелья через гаджет, оставшийся в предбаннике.

— Мы люди простые, Константин. Бывшие крестьяне, рыбаки…

Ветров молча кивнул, ожидая продолжения.

— Мы не лезем в большую политику. У нас тут свой небольшой участок, и мы трудимся на нем в поте лица, добывая пропитание себе и давая работу ближним. Мы также не хотим иметь проблем с полицией или иными правоохранительными органами.

Последовал еще один кивок.

— В нашем городке, всегда таком тихом, в последнее время стало как-то неспокойно.

— Я здесь прежде не бывал, но верю вам на слово, синьор.

— Мы хотим, чтобы это прекратилось. Любые чрезвычайные происшествия в нашей курортной зоне могут отпугнуть клиентуру.

— Я согласен с вами.

— Прекрасно. Значит, вы должны понимать, что мы, простые местные жители, желаем, чтобы возникшие проблемы были разрешены как можно скорее. — Старик пожевал губами. — И, по возможности, бескровно.

— Наши интересы, синьор, полностью совпадают.

— Я надеюсь на это, а также на то, что нам удастся закончить строительство отеля.

«Вот же упертый старик, — подумал Ветров. — А еще меня упрямцем обозвал!»

— Синьор Джорджио, я прошу уточнить один момент, — сказал он. — Вы хотели бы получить деньги наличными?

Собеседник русского сыщика вновь усмехнулся, показав вставные зубы.

— Мы законопослушные граждане, — сказал он. — Работаем легально, это наше кредо.

— Тогда как вы это сами видите?

— В форме инвестиции. Юридические и финансовые подробности можно будет получить через местного адвоката.

— Так.

— Пакет бумаг уже готов, — уточнил синьор Джорджио. — Дело за малым…

— Что именно мне сообщить своим работодателям в этой связи, синьор?

— Кто-то должен выступить контрагентом в этой сделке. Нужна какая-нибудь «прокладочная» фирма. Можно задействовать компанию, имеющую офшорную юрисдикцию.

— Понятно.

— Деньги, Константин, должны быть переведены на наши счета не позднее окончания завтрашнего банковского дня. — Синьор Джорджио перехватил удивленный взгляд визитера и глухо сказал:

— В противном случае сделка не состоится. И не по нашей вине. — Он дал гостю время на переваривание этой информации, потом продолжил: — Теперь вернемся чуточку назад. Поскольку проблема все же существует, мы готовы помочь вам ее решить. Вы должны понимать, что мы тоже рискуем, идя с вами на контакт.

— Еще раз благодарю за приглашение встретиться с вами и обсудить дело, представляющее общий интерес.

— Мы поможем вам, возможно, даже в большей степени, чем вы сейчас представляете.

Ветров чуть подался вперед.

— У вас есть еще что-то, кроме видеозаписи? — спросил он.

— Буквально перед вашим приходом один местный человек сообщил мне кое-что интересное. Информацию надо проверить, конечно. — Синьор Джорджио пристально посмотрел на визитера. — Этими сведениями, скорее всего, не располагает пока даже полиция.

— Вот как.

— Если бы информация была проверенной и у нас не было бы сомнения в ее полной достоверности, то мы немедленно передали бы эти сведения в Трапани, в следственный отдел прокуратуры. Мы люди законопослушные, Константин.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, синьор Джорджио.

— Но, повторюсь, у нас пока нет полной уверенности в ее достоверности. Поэтому никто не торопится передавать эти сведения правоохранителям.

— О чем именно идет речь?

— Как минимум о двух вещах. Во-первых, о местонахождении некоего катера…

— Он виден на записи?

— Да. Потом его затопили.

— Что еще?

— Во-вторых, о возможном местонахождении отдельных личностей, которые в то утро передвигались на этом катере.

Должно быть, синьор Джорджио нажал кнопку, вделанную в стол. В следующую секунду в помещение без стука вошел привратник. Он же строитель, он же, если предположения Ветрова касательно принадлежности этих людей верны, — не рядовой солдат. Этот человек вполне мог быть и консильери, то есть советником при местном доне, руководителе мафии. Пришел он, кстати, не с пустыми руками, а с лэптопом.

— Алессандро, покажи нашему гостю те куски записи, о которых ты говорил.

Ветров хотел подняться со стула, чтобы освободить место для человека, вошедшего сюда, но тот жестом показал, что этого делать не нужно. Алессандро встал возле торца стола, положил на него ноут, открыл крышку.

— Алессандро, скажи нашему гостю, какова длительность ролика, сделанного покойным Джанини.

— Сорок две минуты и шестнадцать секунд.

— Могу я спросить, синьор? — Ветров посмотрел на дона Джорджио.

— Спрашивайте.

— И что, на протяжении всего этого времени на ролике фигурирует известная яхта?

Дон кивнул своему помощнику.

Алессандро взглянул на экран и негромко сказал:

— Большую часть времени — да. Вплоть до того момента, как она взлетела на воздух. — Он развернул ноут так, чтобы экран был виден гостью. — Смотрите, Константин.

Фрагмент, вырезанный из ролика, длился всего одиннадцать секунд. Посмотрев его, Ветров едва удержался, чтобы не выругаться в голос. Он увидел тот самый момент, который был зафиксирован и на фотоснимках, полученных им вчера днем от тещи покойного Витторио Джанини. Алессандро по его просьбе запустил ролик еще раз. Затем он включил на воспроизведение второй фрагмент. Ветров подался вперед.

А вот здесь уже содержалось кое-что новое. Эта запись дополняла то, что Константин уже видел на снимках, которые получил вчера вечером, когда вынужден был отбиваться от моторизованных головорезов.

В помещении раздался звук рингтона. Дон вопросительно посмотрел на своего помощника. Кто-то звонил на сотовый Алессандро. Синьор Джорджио медленно кивнул, видимо, разрешил ответить.

На экране лэптопа происходило следующее. Катер с россиянами, а также как минимум еще тремя мужчинами, двое из которых были в масках, отошел от кормы яхты «Магеллан». Пленников по одному вталкивают в открытую дверь, ведущую под палубу. У катеров такого типа там расположена небольшая каюта.

На корме яхты виден мужчина, оставшийся там. Это механик. В одной руке у него карабин, второй он машет вслед катеру, уходящему прочь.

Этот субъект, очевидно, участвовал в преступном сговоре. Но его не посвятили во все детали замысла. Бедолага совершенно точно не знал, что спустя всего пару минут яхта, на борту которой он остался, взлетит на воздух.

Длительность этого ролика составляла двадцать четыре секунды. Воспользовавшись тем, что Алессандро говорил с кем-то по телефону, Ветров достал из нагрудного кармана очки, надел их на переносицу и сам включил ролик на повторное воспроизведение.

Алессандро обменялся со своим собеседником несколькими отрывистыми репликами и дал отбой. Затем он подошел к дону Джорджио, нагнулся и стал что-то шептать ему на ухо.

Ветров напряг слух, но разобрал только два слова: «карабинеры» и «обыск».

Дон Джорджио выслушал помощника, задумчиво потеребил подбородок, затем взглянул на визитера и сказал:

— Константин, у нас возникли проблемы.

Ветров как раз дождался окончания этого ролика, снял очки, сунул их в нагрудный карман и спросил:

— Что за проблемы, синьор Джорджио?

— Приехала полиция, — сказал тот. — Не наши, не местные.

— Похоже, они ищут какого-то иностранца, — пояснил Алессандро. — Несколько полицейских и карабинеров находятся на набережной рядом с кафе. В любой момент они могут ворваться в заведение.

— Вам нужно уходить, — заявил дон Джорджио.

— А как же сделка? — поднимаясь со стула, спросил Ветров.

— Все остается в силе. Сообщите своим. Пусть ваши люди свяжутся с адвокатом Поццо. Сделать это надо как можно скорее.

— Хорошо, синьор.

— Удачи, Константин. — Дон Джорджио на прощание пожал гостью руку, взглянул на своего помощника и приказал: — Алессандро, помоги гостю безопасно покинуть заведение.

Глава 40

Ласковое, солнечное, живописное, столь любимое небедными гражданами и простыми туристами Изумрудное побережье не торопилось отпускать из своих объятий гостью, прибывшую сюда из далекой северной страны.

Когда они проезжали мимо модернового здания церкви, их машину нагнал серый джип. Его водитель посигналил, показал, что намерен обогнать членовоз. Еще один джип, такой же массивный, выехал с боковой улицы и пристроился в корме бронированного лимузина.

— Вы их знаете, Алиса? — спросил Фабио. — Что это за люди?

— Мне кажется, это друзья одного моего знакомого. Возможно, они намерены оказать нам посильную помощь.

На перекрестке, с которого можно было выехать на приморское шоссе и следовать по нему до Ольбии, обнаружились три машины. Две с полицейской символикой и микроавтобус — темно-синий, с тонированными стеклами и надписью на борту белыми буквами: «Карабинеры». Два джипа и лимузин, успевшие образовать на выезде из городка небольшую колонну, стали разом притормаживать.

— Миссис, вы остаетесь в машине, — сказал Фабио. — Я сам поговорю с полицией.

Швейцарец выбрался из лимузина. Одновременно с ним из джипов вышли еще двое мужчин. Они были в темных костюмах и смахивали на бодигардов. Скорее всего, это были охранники какой-то местной VIP-персоны. Алиса даже догадывалась, кого именно оберегали эти ребята. Полы пиджаков оттопырены. Мальчики не считали нужным скрывать, что они вооружены.

Открылся боковой люк микроавтобуса. Из салона вышли трое карабинеров в полевой форме, при оружии. Двое еще раньше покинули свой транспорт. Они стояли рядом с сотрудником полиции, приказ которого остановиться вынуждены были исполнить водители машин, двигавшихся по шоссе небольшой колонной.

Полицейский, которому с виду было лет сорок, сердито посмотрел на двух мужчин, выбравшихся из джипов, и заявил:

— Вернитесь в свои машины. Это вас не касается!..

Те и не подумали ему повиноваться, но и подходить непосредственно к полицейским тоже не стали, торчали метрах в десяти, у джипа, ближнего к перекрестку.

— Старший инспектор Росси. — Полицейский махнул приоткрытым удостоверением под носом у мужчины, подошедшего к нему. — Ваши документы! — Свои, кстати, он тут же спрятал в нагрудный карман.

— Пожалуйста, синьор старший инспектор. — Фабио Толмей протянул этому человеку и свое удостоверение, а также специальную номерную бляху. — Если позволите, инспектор, я хотел бы еще раз взглянуть на ваши.

— Я вам уже показал их!

— Я не успел прочесть вашу фамилию. Да и название вашего подразделения я не знаю.

— Перед вами старший сводной оперативной группы! — сердито сказал полицейский чин. — Мы проводим расследование. Большего вам знать не требуется.

— Извините, инспектор, мы очень торопимся. Какое у вас ко мне или к моему клиенту дело?

— Назовите имя и фамилию вашего клиента!

Швейцарец выполнил это требование, затем достал из папки, которую захватил с собой из машины, копию титульного листа контрактного договора.

— Пусть ваша клиентка выйдет из машины! — услышал он.

— Зачем?

— Мне нужно, чтобы она дала показания!

— Вы можете пригласить мою клиентку в свой офис в другое время. Если для этого есть законные основания. А сейчас… — Швейцарец посмотрел на часы. — Извините, у нас нет времени, мы очень торопимся.

— Без дачи показаний ваша клиентка этот город не покинет.

— Это почему же? — чуть удивленно спросил швейцарец. — У вас, старший инспектор, имеется ордер на задержание моей клиентки, разумеется оформленный в полном соответствии с законом?

— Речь об аресте не идет, — нехотя процедил инспектор. — Пока. Но у меня имеется ордер на обыск. — Он, не оглядываясь, поманил кого-то рукой.

Из полицейской машины, стоящей на проезжей части, выбрался младший сотрудник, подошел к начальнику; передал тому папку. Инспектор достал из нее какую-то бумаженцию в прозрачной обложке. Потом он нехотя, кривя губы, с трудом сдерживая себя, протянул ее Толмею:

— У меня ордер!

— Это ордер на обыск в номере гостиницы, — сказал швейцарец, изучив бумагу.

— Ну.

— К моей клиентке он не имеет никакого отношения.

— Она там жила, в этом самом номере.

— Там много кто проживал еще до моей клиентки.

— Но я бы хотел…

— Этот ваш ордер не проведен через суд, — возвращая бумагу инспектору, сказал швейцарец.

— Но…

Послышался стрекот винтов вертолета, летящего со стороны соседнего городка. Все люди, стоявшие на перекрестке, запрокинули головы и некоторое время наблюдали за этим воздушным аппаратом, стремительно приближающимся к ним. Вертолет был не полицейский и не военный, а гражданский. Вначале он описал круг, а затем завис метрах в тридцати или сорока от того места, где полицейские перегородили дорогу. Через открытую дверь левого борта был виден какой-то мужчина в тужурке. Он закреплен страховочным ремнем, в руках у него телевизионная камера.

— Прошу вас, инспектор, разблокировать проезжую часть, — сухо сказал начальник охраны Алисы. — В противном случае ваше поведение будет сочтено противоречащим закону. Со всеми вытекающими последствиями.

— Папарацци!.. — подал реплику младший полицейский чин, придерживающий рукой фуражку, чтобы та не свалилась. — Телевизионщики. Шеф, он снимает на камеру!..

Его старший коллега беззвучно прошептал какое-то ругательство.

Фабио извлек из чехла сотовый телефон. Двое мужчин в штатском, остановившиеся возле передового джипа, тоже достали мобильники и приготовились куда-то звонить. В следующую секунду старший инспектор с перекошенным от злобы лицом жестом приказал своим сотрудникам разблокировать проезд.

Спустя каких-нибудь тридцать минут массивный лимузин подкатил к местному аэропорту. Охранники сопроводили свою клиентку до маленького двухмоторного самолета. Пилот его уже прогревал двигатели.

— Фабио, на этом ваша миссия заканчивается, — сказала Алиса старшему. — Благодарю вас, господа. — Она попрощалась с бодигардами общим кивком. — Вы настоящие профессионалы.

«Но мы, «бастионовцы», все равно гораздо круче вас!» — подумала она, забираясь в салон самолета.

— Ага! — с чуть насмешливой интонацией сказала Алиса, увидев человека, сидящего в кресле пилота. — Синьор Леонардо!.. У тебя ус отклеился, гений.

— Во всем важна гармония, синьора, — принялся бубнить Пашка на языке родных осин. — Нужно уметь находить правильные соотношения и пропорции. Золотое сечение — идеальная пропорция, об этом говорил великий Леонардо!.. — Павел, пока избавившийся от грима лишь частично, обернулся к женщине, в ушах которой его голос звучал последние несколько дней. — Ну что, отпустила мальчиков? — осведомился он, снял седой парик и сунул его в пакет.

— Эта птичка не рассчитана на еще троих крупногабаритных пассажиров. Поэтому я подумала, что надо с ними прощаться.

— Умная девочка.

— Кстати, чья была идея нанять этих пафосных ребят? — спросила Алиса, дождавшись, когда напарник закончит переговоры с диспетчером. — Не твоя ли?

Павел ткнул пальцем куда-то вверх и заявил:

— Там, наверное, посчитали, что без посторонней помощи тебе будет сложно выбраться. Да еще и с добычей. Кстати, улов-то хоть приличный?

— Сама пока не знаю. Пакет едва успела цапнуть. Думаю, Паша, улов жирный.

Самолетик вырулил на полосу. Пилот жестом показал, чтобы единственная пассажирка надела наушники. Вдруг им захочется поговорить о чем-то во время полета.

— Да ну тебя, Пашка!.. — Алиса отмахнулась. — Дай отдохнуть немного от твоего бубнежа.

Двухмоторный самолет цвета средиземноморского неба взмыл в родную стихию. Пилот совершил набор высоты и взял курс на Сицилию, аэропорт Трапани.

Глава 41

Ветров подхватил свою сумку и устремился к выходу вслед за помощником дона Джорджио. Но Алессандро не стал сам провожать посетителя. В подземном сводчатом помещении их ждала девица, уже знакомая русскому сыщику. Пока ее подопечный находился в гостях у дона, Анжела успела переодеться. Теперь на ней были джинсы с прорезями и такая же вытертая винтажная курточка. В руке она держала мотоциклетный шлем, в ухе торчало хендсфри.

— Быстро, мистер! — скомандовала она. — За мной!..

Ветров на ходу тоже прицепил фри. На его сотовый уже шел звонок от Кэпа.

Они выбежали на кухню. Одновременно с ними, но через другой вход, из зала, туда ворвались двое: некто в штатском и полицейский!..

— Эй, вы! — заметив парочку, крикнул мужчина в штатском. — Стойте! А ну стойте, кому сказано!

Но тут на пути у полицейских возникла непредвиденная преграда. В центральном проходе, загораживая его почти весь своим необъятным телом, застыл местный шеф-повар.

Пока полицейские пытались продавить толстяка, загородившего им проход, девушка и рослый шатен успели выскользнуть через запасный выход. Во дворе этого заведения Ветрову пришлось разобраться с еще двумя субъектами. Он видел их сегодня утром на паркинге.

— Садись, мистер! — крикнула Анжела, опуская забрало шлема. — Быстро!

Байк с двумя седоками вылетел на боковую улицу, которая плавно стекала к набережной. Однако Анжела свернула не туда, а к центру. И тут же сверху, от собора, на эту же улицу выехала полицейская машина. Подвывая сиреной, она понеслась в сторону кафе. За ней еще одна.

Байк вильнул и вылетел на тротуар. Заскрежетали тормоза. Буквально под носом второй полицейской машины, выехавшей на эту же улицу, беглецы просквозили в боковой переулок.

— Куда отвезти вас, мистер? — крикнула девица из-под шлема. — Где для вас будет безопасно?

— В мой отель.

— Ты с ума сошел? Тебя же арестуют!..

— Как можно ближе к главному входу, Анжела!

Байкерша высадила своего пассажира почти у самого паркинга.

Она, как показалось Ветрову, лишь чуть сбавила скорость, резко свернула, заложила крутой вираж, едва не касаясь бедром и локтем асфальта! Затем девчонка выпрямила машину и уже в следующую секунду скрылась за зеленой изгородью, высаженной между зданием отеля и соседним строением.

Со стороны центральных кварталов доносился истошный рев полицейской сирены. Он нарастал, догонял беглеца, наполнял собой всю округу. Так волна накрывает пловца.

Ветров, не теряя времени, быстрым шагом направился в сторону главного входа. Вплотную к нему стояли две машины.

«Это сводная опергруппа из Трапани, — прозвучал в ухе Ветрова голос старшего группы. — Они приехали в отель, чтобы тебя арестовать».

Глава 42

«Бастионовцы» сняли для своих оперативных нужд небольшой особняк на окраине Трапани. Именно в этом двухэтажном доме, построенном во времена дуче, часов в девять вечера собрались четверо сотрудников группы.

Кроме старшего, то есть Кэпа, в гостиной, освещенной лишь светом настольной лампы, находились Алиса, Крякер и штатный медик их подразделения Светлана Шаманова.

Старший и Алиса расположились за столом, почти всю поверхность которого занимали фотоснимки, разложенные в несколько рядов. Шаманова устроилась чуть поодаль, в кресле.

У нее спокойное, расслабленное лицо, голова чуть запрокинута назад, веки прикрыты. Человек, который ее не знал, глядя на эту миловидную женщину, мог бы подумать, что она задремала. Мало ли, не выспалась, устала. Но коллеги не сомневались в том, что ни одно слово, сказанное в этой комнате, не пройдет мимо ее внимания.

Павел к этому времени уже полностью избавился от грима и превратился в самого себя — в парня двадцати девяти лет с внешностью и повадками типичного современного яппи. Его доклад прозвучал первым. Затем, испросив разрешение у старшего, он перебрался в комнату меньших размеров, соединенную с гостиной арочным проходом. Ему следовало проверить свежую информацию, уже отфильтрованную, отцеженную поисково-аналитической программой «Гидра», к созданию которой он сам имел непосредственное отношение.

Помимо людей, собравшихся в этом арендованном особняке, на острове сейчас находились еще трое работников «Бастиона». Ветрова днем задержала у отеля бригада сотрудников прокуратуры округа Трапани. Это мероприятие носило декоративный и даже маскировочный характер.

К этому времени в основных деталях уже был проработан план секретной операции, к участию в которой прокуратура, полиция и спецслужбы Италии привлекли самых надежных своих сотрудников. За некоторыми подозреваемыми велась электронная слежка, их телефоны были поставлены на прослушку, устанавливались и анализировались связи и контакты этих персон в Италии и за рубежом.

Основной штаб сводной временной группы находился сейчас в Палермо, вспомогательный — в Трапани. Благодаря поддержке самых верхов как правительства Италии, так и российского МИДа и других ведомств РФ, информацию о планах этой группы с сегодняшнего утра начали получать и сотрудники спецподразделения «Бастион», работающие в Италии под прикрытием. Вернее сказать, эта информация передавалась Кэпу. Ну а остальные члены группы получали ее по необходимости, в тех объемах, которые были нужны для выполнения их конкретных заданий.

Еще двое «бастионовцев» сейчас находились в Палермо. Это бывший сотрудник «Альфы» Антон Силаев, которого Кэп переманил в «Бастион». А также Виктор, он же Технарь — спец, отвечающий за амуницию и техническое снаряжение группы.

— Как удалось выяснить, всего за несколько часов до выхода яхты «Магеллан» из Черво был заменен один член команды, — проговорила Алиса и взяла два фотоснимка из пасьянса, разложенного на столе. — Это штатный механик. — Она показала Кэпу фото. — А вот тот самый субъект, который вместо него вышел в этот рейс. — Алиса продемонстрировала второй снимок.

— Это тот, который зафиксирован на видео, отснятом покойным Джанини?

— Совершенно верно. Он остался на яхте. Вероятно, его не посвятили во все детали замысла.

— Чем была мотивирована замена члена экипажа яхты?

— Штатный механик почувствовал приступ острой боли. «Скорая» забрала его прямо из яхт-клуба Порто-Черво. Мужчину, страдающего жестокими болями, доставили в клинику Ольбии. Его состояние было критическим. Вначале возникло подозрение на перитонит. После дополнительного исследования и в ходе подготовки к экстренной операции выяснилось, что у него тяжелое отравление.

— Понятно, — сказал Кэп. — А тот, кто занял его место?..

— Он устроился в компанию, которая сдает в аренду яхты и катера, всего за несколько дней до ЧП. Ранее работал в яхт-клубе Палермо, затем некоторое время подвизался в Порто-Черво. Подробной информацией о нем должна располагать итальянская полиция.

— Флешку ты уже отсмотрела?

— Да, шеф. На нее скопированы записи с камер наблюдения, установленных в яхт-клубе Порто-Черво. На этих записях видно, как туда приехали трое наших граждан. Я уверена, что эти записи имеются и у полиции. Но по каким-то причинам те лица, которые первоначально занимались расследованием ЧП, засекретили данную информацию. Меня в Риме откровенно водили за нос.

— Что еще тебе удалось выяснить?

— За несколько часов до отплытия произошла подмена и сотрудника охраны. Прежний, тот, кто работал по линии агентства «Скудо», сослался на семейные обстоятельства и запросил срочную замену. Новый сотрудник, как выяснилось, устроился в «Скудо» совсем незадолго до тех событий, которые нас интересуют.

— А ранее где работал?

— В другом охранном агентстве. В том самом, кстати, где числятся те двое, которые вначале устроили мне морскую прогулку, а затем и купание. — Алиса постучала ноготком по одному из снимков, выложенных на столе.

Кто-то заснял парочку крупногабаритных братцев на причале яхт-клуба, на фоне многочисленных яхт и катеров.

— Готовились основательно, — сказал Кэп. — Значит, засланных казачков на яхте в день ее последнего выхода в море было… двое?

— Да, это как минимум.

— Материалы, которые ты доставила, вряд ли могли оказаться у тебя… то есть у нас без содействия очень влиятельных людей. Как думаешь?

— Я думаю, что Николо поддерживает контакты с ближним кругом экс-премьера. Без ведома и помощи этой влиятельной персоны…

— С которой встречались незадолго до выхода в море трое наших граждан.

— Да, иначе эти материалы не попали бы ко мне, следовательно, и к вам, шеф.

— Я переслал нашему эксперту снимки и фрагмент записи Джанини. Он сделал предварительное заключение, что причиной взрыва была не донная мина или авиабомба времен Второй мировой войны, а некое взрывное устройство…

— Находящееся непосредственно на борту яхты, не так ли? Этого можно было ожидать.

Кэп почесал раздвоенный подбородок и уточнил:

— Это именно предварительное заключение, основывающееся на доступном нам фото— и видеоматериале.

— Если бы не запись, сделанная в то раннее утро покойным Витторио Джанини, то было бы сложно прийти именно к такому выводу, — задумчиво сказала Алиса.

— Соответственно, и нам трудно было бы размотать весь этот клубок, — согласился Кэп.

В гостиной повисло молчание. Кэп еще раз прокрутил в голове некоторые обстоятельства того дела, к которому им пришлось подключиться, причем в экстренном порядке. Его отдельные нюансы таковы, что он не мог — не имел права — говорить о них даже со своими не раз проверенными сотрудниками.

Ливия пылает в огне гражданской войны. Каддафи давно уже мертв, но хищники, стоявшие за его свержением, все никак не могут поделить наследство, оставшееся после диктатора. Любая война когда-нибудь обязательно закончится. Это хорошо известно истинным инициаторам разгрома Ливийской джамахирии, крупнейшим энергетическим компаниям и финансовым структурам Запада, решившим прибрать к рукам регион, богатый нефтью и газом.

Еще до начала гражданской войны в Ливии некоторые российские компании заключили очень выгодные контракты по разработке ливийских недр. Специфика этих сделок в том, что они оформлены в полном соответствии с нормами международного права и гарантируются всем набором документов, безусловно признаваемых на Западе.

Заказчик проинформировал руководителя «Бастиона», что российские компании, имеющие на балансе ливийские бумаги, решили действовать в определенном ключе. Заручившись поддержкой государства в лице МИДа и некоторых профильных госучреждений, отечественные бизнесмены принялись искать варианты создания международного консорциума. В рамках этой структуры они смогут не только защитить инвестиции, сделанные ими ранее в Ливии, но и получать прибыль. Либо — это тоже рассматривалось как вариант — выгодно продать ливийские бумаги пулу европейских компаний и банков.

На каком-то этапе произошла крайне нежелательная утечка информации. «Третья сторона» узнала от своего источника о тайных переговорах по ливийским бумагам, начавшихся в Италии, и решила во что бы то ни стало сорвать сделку, в результате которой весьма жирный кусок мог пройти мимо ее зубастого рта.

«Если эти трое граждан России еще живы, то лишь потому, что противная сторона намерена использовать их как предмет торга, изображая из себя посредников, либо для устрашения, для острастки», — подумал Кэп.

Именно на этом фоне острого закулисного противоборства, при цене вопроса, исчисляемой миллиардами долларов, в условиях, когда противники России пытаются наступить каблуком сапога на ее финансовые и геополитические интересы, протекают драматические события в «золотом треугольнике»: Сардиния — Сицилия — Ливия. Это, если можно так выразиться, взгляд, брошенный с высоты птичьего полета.

Но в перечень задач, стоящих перед «Бастионом», не входит разруливание комбинаций, подобных этой. Главная задача группы — выяснить судьбу и возможное местонахождение трех граждан России. Если они живы, сотрудники «Бастиона» должны сделать все возможное для их освобождения и безопасной доставки на родину.

На девять утра субботы в оперативном штабе, расположенном в здании прокуратуры в Палермо, было назначено совещание. Кэп получил извещение, что он и двое его людей, Алиса и Ветров, смогут принять в нем участие в качестве сотрудников охранного агентства, привлеченного к делу родственниками российских граждан, считающихся пропавшими без вести.

Ход доклада Алисы и размышлений старшего группы нарушил звук рингтона.

Рыжеволосая женщина взглянула на экранчик мобильника и сказала:

— Это Николо.

Уловив разрешающий кивок Кэпа, Алиса ответила на вызов и услышала:

— Дорогая, я звоню с чужого телефона!.. — В голосе Николо звучали тревожные нотки. — Мой прослушивают. Ты слышишь меня?

— Да, я слушаю.

— В ближайшие несколько минут начнется операция. Ты понимаешь, о чем я говорю, да?

— Это про Рим? Про одного мальчика, которого ищут его близкие?

— Да, конечно! Мы установили его местонахождение. Ты точно меня слышишь?

— Да, говори.

— Передай сама знаешь кому благодарность за те сведения, которые были нам переданы. Это очень помогло делу. Теперь знаем точный адрес!..

— Удачи вам. Надеюсь, все будет хорошо.

— Спасибо. И тебе удачи, дорогая.

Едва Алиса закончила разговор, как сработал сотовый старшего группы. На него пришло какое-то сообщение. И тут разом затрезвонили мобильники Кэпа и Крякера.

Старший вышел в помещение кухни, на ходу разговаривая с кем-то по-русски. Через проем арки донесся бубнеж из другой комнаты. Крякер принял вызов и стал вполголоса общаться с кем-то на английском.

Шаманова, только что, казалось, пребывавшая в состоянии дремы, гибко поднялась из кресла.

— Эти трое живы, — сказала она. — Они сильно истощены и находятся на грани. — Женщина говорила так тихо, что Алисе пришлось напрячь слух, чтобы уловить ее слова. — Да, пора. Утром будет уже поздно.

У Алисы по коже побежали мурашки. За такие вот штучки Шаманову в их спецгруппе очень уважали и даже побаивались. Услышав буквально пару слов, она моментально улавливала суть дела.

— В темпе собираемся! — скомандовал старший, вернувшись в гостиную. — Выезд через пятнадцать минут!

Глава 43

В десятом часу вечера в офисе адвоката Поццо были подписаны некие документы. В Сан Вито из Палермо приехал мужчина средних лет, которого сопровождал то ли помощник, то ли телохранитель. Этот господин имел необходимые полномочия, мог подписать договор об инвестициях в местную недвижимость. У него имелись банковские поручительства. Сумма сделки оценивалась сторонами в десять миллионов евро.

В начале одиннадцатого на сотовый Ветрова пришло сообщение. В послании был указан адрес электронного ящика, а также пароль.

Константин в это время находился в здании окружной прокуратуры. Для работы ему выделили отдельное помещение, принесли ужин из ближайшей пиццерии. Разговорами местные сотрудники ему не докучали. Вероятно, начальство проинструктировало их соответствующим образом.

Ветров сразу же вошел в почту, пароль к которой ему прислали. В папке «Входящие» обнаружилось сообщение, отправленное из другого ящика всего четверть часа тому назад.

Он открыл его и прочитал:

«Трое пленников с яхты «Магеллан» предположительно находятся в погребах старой артиллерийской батареи, расположенных на окраине городка Кастеллмаре, рядом с кварталом, в котором живут переселенцы из Ливии. Охрана вооружена».

К этому сообщению была прикреплена карта северо-западной части острова Сицилия. Рядом с названием городка, примерно в полутора километрах от окраины, ближе к береговой черте, чернела жирная точка, обведенная красным кружком.

Ветров скопировал данное сообщение и отправил его Кэпу. Затем, не дожидаясь подтверждения, он набрал тот же номер — похоже, настала пора действовать.

Городок Кастеллмаре находится на половине пути между Трапани и Палермо. «Ауди» и джип с сотрудниками «Бастиона» присоединились к полицейским машинам, ехавшим в том же направлении. Водитель передового автомобиля включил было сирены и проблесковые маячки, но немедленно получил распоряжение по рации и вырубил их.

Машин на шоссе в это время было немного, полотно качественное. Колонна, насчитывающая пять авто, включая микроавтобус с карабинерами, неслась со скоростью за сто двадцать.

За рулем «Ауди» сидел старший группы «Бастион». В кресле пассажира расположилась Шаманова, пристегнутая ремнем безопасности. Были включены тактические переговорники. Кэп держал связь по мобильному с Силаевым и Технарем, выехавшими из Палермо по его звонку.

Джип вела Алиса. Крякер устроился на заднем сиденье. На коленях раскрытый ноут, на голове гарнитура с микрофоном. На экране ноута, в его левом углу, был виден маркер, появившийся несколько секунд назад: женская голова, пульсирующая золотистым светом. Глаза у нее очень яркие, синие. Это «Гидра», любимица Крякера, поисково-аналитическая программа, созданная им при финансовой и технической поддержке «Бастиона». Это виртуальное существо, обладающее незаурядным интеллектом, только что побеспокоило своего папочку. Вызов был сделан через прямой телефонный звонок.

— Слушаю, бэби, — сказал Крякер, одновременно кликнув по иконке в виде светящейся женской головы. — Что у тебя?

В ответ в наушнике послышались телефонные гудки. «Гидра», экономя время, свое и папочки, просто включила трансляцию разговора с прослушиваемого номера.

«— Здравствуй, брат! — прозвучало на арабском. — Почему не берешь трубку?

— Это ты, Гамиль?

— Я, конечно. Кто же еще!

— Что стряслось, Гамиль?

— Это я хотел спросить у тебя, брат. Почему не появилась машина? Ты же говорил, что приедет микроавтобус!..

— Пока не получается, Гамиль. Завтра приедет.

— Я эти ваши «завтра» слышу каждый день.

— Подожди…

— И деньги не все привезли! Нет даже половины того, о чем мы договаривались.

— Да подожди! Дай сказать, Гамиль!..

— А мне надоело ждать! Сколько можно? Мы так не договаривались! — Голос этого человека был взвинчен сверх всякой меры. — Скажи тому шайтану…

— Не называй его так!

— Этому Джонни или Джими…

— Я же просил не называть по имени!

— Скажи, что мое терпение лопнуло!

— Возьми себя в руки, Гамиль! Заклинаю тебя именем Всевышнего! Ты не понимаешь…

— Я тебе говорил, что убью одного заложника?

— Ты не представляешь, что это за люди…

— Говорил, что мы зарежем одного из них, если вы их не заберете, а нам не отдадите обещанные деньги?

— Не делай глупостей, Гамиль! Через несколько часов их заберут у вас.

— Я устал ждать. Да и опасно. Мы так надолго не договаривались.

— Клянусь памятью брата, которого замучили псы проклятого полковника Каддафи!..

— Ты уже клялся. Вчера, помнишь? Да и позавчера тоже.

— Гамиль, дорогой земляк, брат мой, прошу тебя…

— Позвони сам этому шайтану, Джону или Джиму, как там его!.. Ты знаешь, о ком я говорю!

— Хорошо, только успокойся.

— Пусть он сам мне позвонит. Сразу же!..

— Он не будет этого делать, Гамиль! Все общение должно идти только через меня.

— Если он мне не позвонит…

— Гамиль!..

— И не объяснит, где мои деньги и почему никто не забирает этих троих…

— Возьми себя в руки, Гамиль! С ними нельзя так разговаривать, брат!..

— Тогда я убью одного из пленников, а видео со сценой казни пришлю тебе, дорогой земляк и брат».

В наушниках послышались короткие гудки. «Гидра» по ходу этого разговора пробила все, что только можно было выяснить по данному соединению. На экране лэптопа возникла карта центральной части Средиземного моря, стилизованная под гугловский формат. На ней виднелись две отметки. Они появились почти одновременно с началом перехваченного телефонного разговора.

Одна из отметок в виде желтого треугольника с зигзагообразной молнией, острие которой направлено вверх, была расположена на побережье Сицилии. «Гидра» пунктиром прочертила на карте трассу коммуникации, указала спутник, через который шел звонок, а также сотового оператора.

Затем на экране появилась карта побережья Ливии. На ней был хорошо виден треугольник зеленого цвета. Сотовый телефон, с которого шел разговор, находился на окраине Бенгази, второго по величине города этой страны.

Крякер кликнул по желтому треугольнику. Программа изменила проекцию. На экране появилась карта северо-западного побережья острова Сицилия. Этот Гамиль, судя по отслеженному сигналу, сейчас пребывал всего в четырех километрах от того места, где находилась небольшая автоколонна.

Павел прерывисто вздохнул.

— Что, проблемы? — не поворачивая голову, спросила Алиса.

— Кэп, это Крякер! — прозвучало в микронаушниках всех без исключения сотрудников группы «Бастион». — У меня экстренное сообщение!..

Глава 44

Звонок, перехваченный Крякером, сломал все планы участников спецоперации. У штаба теперь не было времени ни на разведку местности, ни на формирование подразделения, которому следовало бы поручить проведение акции по освобождению заложников. Не говоря уже про согласование деятельности разных ведомств. Надо сказать, что здесь, на пустыре близ поворота на второстепенную дорогу, ведущую к окраинному кварталу городка, огни которого были видны с шоссе, собралась весьма пестрая компания.

Практически в одно время с машинами, прибывшими из Трапани, сюда же, на пустырь, прикатили еще четыре транспорта из Палермо. Три из них доставили местных спецслужбистов. На борту четвертого к месту событий прибыли Силаев и Технарь.

Кэп попросил двух старших чинов местных спецслужб уделить ему немного времени. Пока шеф переговаривался с ними, его сотрудники потихоньку наведывались в микроавтобус, в котором двое их коллег привезли сумки со снаряжением.

Вскоре в наушниках сотрудников «Бастиона» прозвучал голос Кэпа:

— Переодевайтесь для работы! Местная таможня дала добро, — уточнил старший группы. — Но инструмент пока не светите.

Всего в грузовом отсеке микроавтобуса оказалось семь больших сумок, по числу персон. Ветров переодевался в фургоне.

Он уже почти закончил это дело, как вдруг снаружи послышался чей-то голос:

— Синьор Константин, вы где?!

Ветров через кормовой люк выбрался из фургона, застегивая на ходу липучки бронежилета с интегрированной кобурой, пока еще пустой, без ствола.

К нему подбежал полицейский, один из тех, кто для маскировки задерживал его в Сан Вито, и сообщил:

— Синьор Константин, вас спрашивают!..

— Кто?

— Девушка на байке. — Полицейский показал рукой на шоссе.

— Распорядитесь, пожалуйста, чтобы ее пропустили, — проговорил Ветров.

Вскоре послышался сдержанный рык мощного двигателя. Байк с выключенной фарой остановился метрах в тридцати от скопища машин. Константин направился к нему. Вернее сказать, к ней. В темноте он не сразу рассмотрел, что девушка не одна.

В ночи послышался быстрый шепот:

— Привет, мистер! Это ты, Константин?

— Привет, красавица, — негромко сказал Ветров. — Говорят, ты меня искала?

Тут кто-то соскочил на землю с заднего сиденья байка. Ветров включил фонарь со светофильтром.

— Ага! — сказал он. — Пляжный бизнесмен…

— Его зовут Серджио, — проговорила девушка. — Он местный, все тут знает досконально.

— Так, — заинтересованно произнес Ветров. — Серджио, значит? — Он попытался поймать мальца за руку, но тот ловко увернулся. — Ты и правда знаешь все здешние тропки?

— Знаю, — сказал тот.

— И крепость?

— Я все здесь облазил.

— А батарею?

— Ту, что ли? — Паренек показал рукой в сторону старинной береговой батареи, находящейся в трех километрах отсюда. — Как свои пять пальцев! — Парнишка показал растопыренную ладонь.

— Покажешь дорогу? Надо пройти так, чтобы местные не увидели.

— Легко.

— Как туда можно попасть? Чтобы незаметно?

— Можно по рву пройти или через люк канализации, а дальше по подземному ходу.

— А много возьмешь? Денег, в смысле.

— Ничего не возьмет, — сказала Анжела. — Хорошим людям надо помогать. Правда, Серджио?

— Ага, — несколько разочарованно произнес мальчуган. — Конечно.

— Ну, тогда мне пора. Я-то не при делах, просто мимо проезжала.

— Да, конечно. Спасибо, Анжела. — Ветров подошел поближе, чтобы пожать руку этой странной девушке.

Она сняла шлем. На короткое мгновение женская рука обняла его шею, а он наклонился. Поцелуй был сладким, но коротким.

— Чао, Константин!

— Ариведерчи, Анжела!

Возвращаясь к фургону, Ветров улыбался. Дельце предстояло не из простых, но на секунду-другую можно было отвлечься. Никакой мафии, как его заверили, в этих местах не существует. Но отдельные члены этой самой семьи, якобы несуществующей, очень даже милы.

— Костя, куда это ты пропал? — поинтересовался Силаев у коллеги, подошедшего к фургону. — Через пять минут выдвигаемся!.. А это еще кто? — Антон удивленно посмотрел на мальца, пришедшего сюда вслед за Ветровым.

— Младшенький, так, из одной местной семьи. Кэп, этого парня зовут Серджио, — сказал он старшему группы, подошедшему к ним. — Он проведет нас тайной тропой прямо на объект.

Глава 45

В подземном помещении с низкими сводчатыми стенами коротали время трое мужчин. Один устроился на деревянной плашке возле потухшего очага. Второй уселся в пластиковое кресло, которое неизвестно кто и когда принес сюда, в один из подземных казематов заброшенного военного объекта. Третий лежал на ворохе тряпья у стены, противоположной от арочного прохода.

В подземелье стоял крепкий запах свалки. Да, почти вся территория бывшей береговой батареи давно превратилась в хранилище бытовых отходов.

Этот объект был построен в тридцатых годах прошлого века. За годы Второй мировой четырехорудийная батарея не сделала ни одного выстрела. Ее личный состав испарился в первый же день, когда стало известно о высадке союзников на острове.

Две башни с огромными орудиями были демонтированы в семидесятых годах. Местные коммерсанты вроде бы хотели оборудовать в погребах овощехранилище, но что-то у них не задалось. По-видимому, сыграло свою роль и то обстоятельство, что этот объект изначально соседствовал с городской свалкой. Казематы и подземные галереи стали пристанищем местных голодранцев и подозрительной публики разного рода.

Власти городка несколько раз объявляли тендер на продажу заброшенного объекта, отошедшего к коммуне, но бизнесменов, желающих приобрести его, пока не нашлось. Слишком большие потребуются вложения для реновации территории, превращенной в свалку.

К тому же на окраине городка и в соседней деревушке в последние годы поселилось немало выходцев из стран Магриба, прежде всего переселенцев из Ливии, страдающей от войны. А такое соседство способно отбить желание вложить деньги в данный участок у любого инвестора.

В углу приглушенно тарахтел старенький переносной генератор. Помещение лишь кое-как было освещено тусклым светом двух лампочек. На столе, сколоченном из досок и брусков, лежала разгрузка с рожками к автомату Калашникова. Он куда более привычен этим людям, чем любое другое оружие. А достать его здесь для знающих людей — не проблема.

Рядом с разгрузкой пристроились две гранаты «Ф-1» с ввинченными взрывателями. Там же фонарь.

В миске сох кусок козьего сыра. На газете с жирными пятнами лежали небольшой кусок подкопченной бараньей лопатки и половина лепешки. Эта еда была оставлена четвертому и последнему члену их компании. Вахид сейчас караулил возле запертых дверей соседнего помещения.

Предводитель этой компании как раз и сидел в черном пластиковом кресле. Ему лет тридцать с небольшим. На нем разгрузка, в кармашках запасные обоймы к «калашу», портативная рация и две ручные гранаты. Лицо, вытянутое книзу, заросло жесткой щетиной. Лоб был наморщен, губы беззвучно шевелились так, будто этот человек разговаривал сам с собой.

Он крепко сжал кулак, ударил себя по колену и хрипло сказал:

— Я не намерен больше ждать! Саид!

В этот момент две штурмовые группы находились уже на территории объекта и ждали лишь сигнала к атаке. Одна состояла из русских. Все «бастионовцы» были в масках ночного видения, совмещенных с тепловизорами. У каждого пистолет с глушителем. В эту группу вошли Антон Силаев, Ветров, Алиса и Док.

Что касается включения в ее состав Шамановой, то, во-первых, она сама вызвалась. Во-вторых, Светлана не только психолог, но и медик с соответствующим образованием и практическим опытом. В-третьих, все без исключения сотрудники «Бастиона», включая докторшу, Технаря и Крякера, имели соответствующую подготовку и реальный опыт участия в операциях, проводимых спецподразделениями в сложных, зачастую боевых условиях.

Кэп находился в компании двух старших спецслужбистов, руководителей опергрупп, прибывших из Палермо и Трапани. Они расположились метрах в четырехстах от оплывшего холма, частично срезанного со стороны пустыря, примыкающего к нему, в заброшенном одноэтажном доме.

Крякер перебрался в фургон. Он выполнял функции оператора-координатора группы россиян, подключившихся к операции. На два панельных экрана в салоне микроавтобуса подавались картинки, поступающие с камер, укрепленных на головах «бастионовцев».

Обычно Технарь следует по пятам штурмовой группы. Он тащит на себе две сумки с дополнительным снаряжением, прихваченным на всякий случай. Если вдруг возникнет необходимость, он сможет подстраховать товарищей с тыла, оказать помощь раненому или заменить бойца, выбывшего из строя.

Другая группа была куда более многочисленной. Карабинеры и полицейский спецназ готовились войти на объект через провал, частично заваленный мусором. Он образовался после демонтажа орудийной башни.

Ни русские, ни итальянцы не обнаружили поблизости от объекта никаких наблюдателей или тех личностей, которых можно было принять за таковых. Охраны тоже не было видно ни через ночную оптику, ни в тепловизоры. Если на этом заброшенном объекте и находились какие-то живые люди, то они прятались под землей, в бывших казематах и погребах.

Серджио оказался не по годам сметлив. Он действительно знал эту местность как свою ладонь. Но мало обладать информацией, надо еще сообразить, как лучше распорядиться ею.

В отличие от «бастионовцев», надевших маски с ночным каналом и картинкой, поступающей от тепловизоров, парень полагался исключительно на органы чувств, дарованные ему природой. Серджио двигался впереди небольшой группы. За ним Ветров, на правах старого знакомого. Антон пока шел замыкающим, все остальные держались в середине.

Метрах в трехстах от оплывшего холма обнаружился ров, похожий на косой шрам, частично рассекающий и подножие этого невысокого бугра. Скорее всего, это был не фортификационный ров. Зачем он нужен на береговой батарее, да еще выкопанный не в параллель к окружности, а наискосок, к барбету одной из двух орудийных башен? По-видимому, экскаватор рыл здесь траншею, предназначенную для сбора и захоронения всяческого мусора, но эта работа так и не была завершена.

По дну этого рва, наполовину засыпанному отходами, но сухому, группа добралась до небольшой плоской площадки. От строения, которое стояло здесь ранее, сохранился лишь бетонный фундамент.

Парнишка присел на корточки. Действуя почти бесшумно, он стал откладывать в сторону расплывшиеся, потерявшие форму картонные упаковки. Под ними обнаружился люк без крышки.

Серджио посмотрел на Ветрова, присевшего рядом и направившего ствол с глушителем на этот открывшийся провал, и приложил палец к губам. После чего мальчонка первым стал спускаться в вертикальный колодец по металлическим скобам, вмурованным в стенку.

А в подземелье в это время звучал громкий голос:

— Саид, я к тебе обращаюсь!

Парень лет двадцати пяти, как и все прочие, выходец из небольшого городка, расположенного в Киренаике, сидевший у очага и клевавший носом, поднялся на ноги.

— Батарея у цифрового аппарата заряжена? — услышал он.

— Да, Гамиль. Я ходил к нашим в деревню, ставил там на подзарядку камеру и телефоны.

— Где камера?

— Там. — Парень показал на черную сумку, лежащую под столом.

— Достань и установи камеру. — Старший медленно вытащил из ножен, прикрепленных к бедру, острый тесак и спросил: — Сделал? Теперь иди и скажи Вахиду, пусть приведет одного из пленников.

Парень сглотнул и уточнил:

— Кого из них? Женщину?

— Нет, ее черед еще не пришел. Одного из мужчин. — Гамиль почесал подбородок, заросший жесткой щетиной, и добавил: — Любого из них. Того, на кого падет ваш выбор и укажет перст Всевышнего.

Преодолевать боковую галерею «бастионовцам» и их малолетнему проводнику пришлось на четвереньках, а кое-где и ползком. В какой-то момент парнишка остановился, затем исчез из виду.

Ага, там еще один люк.

Бойцы вслед за чумазым проводником спустились в него. Парнишка замер, все остальные тоже затаили дыхание. Откуда-то из-за угла, из коридора, послышались звуки гортанной речи.

Ветров взял парня за плечо, медленно, чтобы не напугать его, передвинул к себе за спину и скользнул вперед. Сделав три или четыре шага, Константин замер у поворота. К нему присоединился бывший «альфовец».

Из коридора вновь донеслись звуки арабской речи.

— Вахид! — громко сказал некто, находящийся совсем неподалеку, в нескольких шагах. — Отпирай дверь!..

— Зачем, Саид? — Голос второго мужчины тоже был хорошо слышен. — Мы же договорились, что не будем больше давать им еду и питье.

— Гамиль приказал!.. Одного из них под нож пустим!

Главарь этих ребят надел на голову балаклаву и посмотрел на стену. Там висело черное полотнище с полумесяцем и звездой. Это старый флаг Киренаики. Под ним, наряду с зелеными джихадистскими стягами, отряды патриотов, в одном из которых служил Гамиль, сражались с псами, лизавшими пятки проклятому полковнику Каддафи.

Этих троих иностранцев привезли сюда еще в прошлый вторник люди, которые и похитили их. На головах у всех были полотняные мешки, руки связаны сзади. Гамиль, по предварительной договоренности, должен был укрыть пленников в надежном месте, охранять их, если прикажут, то убить, а тела припрятать.

Согласно уговору, похитители должны были вывезти пленников в прошлые выходные. Гамиль предполагал, что их собираются переправить морским путем в Ливию и передать там местным людям, которые разыграли бы дальнейший спектакль.

Впрочем, этих деталей Гамиль в точности не знал. Да и ни к чему. Лично ему пообещали семьсот тысяч долларов. Часть этой суммы он должен был отдать своим помощникам, но львиную долю, конечно же, собирался оставить себе. В воскресенье связник привез пакет с деньгами, но в нем обнаружилось только триста тысяч!

Похитители не забрали у него пленников ни в минувшие выходные, ни в понедельник, ни в последующие дни. Они должны были вроде бы прислать морское суденышко, чтобы вывезти этих неверных, но с этим тоже почему-то не сложилось.

Все как-то вдруг зависло. Те люди, которые передали ему этих пленников, вообще перестали отвечать на звонки. Ну а посредник, земляк и давний знакомый из Бенгази, тот самый человек, который подключил Гамиля к этому делу, продолжал кормить его по телефону завтраками.

Гамиль включил камеру на запись и встал позади пустующего кресла, на фоне флага Киренаики. Сейчас его люди приведут сюда одного из пленников. Он усадит его в кресло, заставит назвать имя, фамилию, страну проживания и должность, которую тот занимает в крупной российской нефтяной компании. А потом Гамиль под запись перережет ему горло.

Караульный поднялся со стула. Саид, на плече которого висел автомат, встал рядом. Вахид снял с пояса связку ключей, подошел к двери, окованной металлическими листами, вставил ключ в замочную скважину, но провернуть не успел. Из коридора донеслись негромкие хлопки.

Саид как-то странно дернулся и тут же стал валиться прямо на Вахида. Тот попытался поймать его. Он все еще не понимал, что происходит. Пуля проломила ему правый висок. Так, почти в обнимку, пара боевиков и свалилась на грязный цементный пол.

По этим двум целям отработал Антон Силаев. Алиса страховала его, но открывать огонь ей не пришлось.

Одновременно с бывшим «альфовцем» начал действовать и синьор Константин. Он сместился к арочному проходу и успел поймать на себе взгляд боевика в балаклаве. Этот тип стоял у пустующего кресла. В руке у него тесак солидных размеров, на нем разгрузка, из поясной кобуры торчит рукоять пистолета.

В углу лежал еще один субъект. Этот, похоже, спал. Рядом с матрасом стояли берцы. У изголовья на ремне висел «калаш», рядом с ним — пояс с кобурой. Это явно не заложник.

На треноге стояла видеокамера. Судя по мигающему огоньку, она уже была включена.

Послышались упругие хлопки. Звякнул о каменный пол тесак, выроненный боевиком. Затем опрокинулся, дернув головой, и некто Гамиль, главарь этой банды.

Четвертый из этой компании приподнял голову. Видимо, шум падения тела его разбудил. В закопченном помещении вновь зазвучали негромкие выстрелы.

Ветров отщелкнул израсходованную обойму, вставил непочатую. Держась в стороне от камеры, чтобы ненароком не попасть в кадр, он для верности выстрелил в голову, закрытую балаклавой. Потом Константин переместился поближе к лежбищу и произвел контрольный выстрел по второму клиенту.

— Двое в коридоре мертвы, — прозвучал в наушниках голос Антона. — Других целей не наблюдаю. Чисто!..

— Двое в каземате мертвы, — почти в точности воспроизвел доклад коллеги Ветров. — Чисто!

Силаев тоже вставил новую обойму. Докторша с медицинской сумкой уже стояла рядом с ним. Алиса сместилась в другой конец коридора для страховки. Но вроде бы, кроме этих четверых боевиков, других нехороших людей здесь не было.

Антон отпер замок, потянул тяжелую дверь на себя. Пистолет он держал наготове. Шаманова включила фонарь. Подсиненный луч прошелся по всему этому помещению, сравнительно небольшому.

Мебели тут не было никакой. Матрасы валялись прямо на полу. Трое пленников зашевелились, кто-то из них прикрыл глаза рукой. Они повернули головы к входу.

Шаманова направила луч в сторону, на стену. Даже неяркий свет способен вызвать болезненное ощущение у людей, долгое время просидевших в кромешной темноте.

— Пожалуйста, не волнуйтесь! — сказала она на родном языке. — Мы из России. Я доктор. — Она первой шагнула в эту подземную тюремную камеру. — Главное, не волнуйтесь, все уже хорошо. Мы вас искали и нашли. — Она поставила сумку на пол. — Сейчас я и мои друзья окажем вам первую помощь.

Эпилог. Аэропорт Фьюмичино, Рим. Воскресенье, около полудня

В здании пассажирского терминала царила приятная прохлада. Шелест голосов, турбулентные потоки у стоек и магазинчиков дьюти-фри, броуновское движение человеческих частиц по эскалаторам и проходам.

Алиса поднялась на второй этаж. Она не так хорошо ориентировалась в этом огромном строении, как некоторые ее местные знакомые, но все же без труда нашла бар, название которого ей было сообщено.

Двое рослых мужчин — один в светлом костюме, второй в полицейской форме — ждали ее возле стойки. Негромко, чтобы не мешать посетителям, работал телевизор. На плоском экране шел выпуск дневных новостей.

Алиса слегка улыбнулась. О спецоперации, проведенной полтора суток назад в небольшом сицилийском городке, местные СМИ ничего не расскажут. Газеты и телевидение не упомянут о боевиках, ликвидированных в ходе операции, да и о том, что в этом деле принимали участие люди, прибывшие из далекой России.

Некоторые другие драматические события, предшествовавшие освобождению заложников, трех граждан России, тоже, скорее всего, останутся тайной для широкой публики. Такое решение, как сообщил своим сотрудникам Кэп, было принято где-то в верхах. А с начальством, как известно, спорить не следует. Ему с высокой колокольни виднее.

Мужчины обернулись одновременно. Паоло едва не выплеснул на себя кофе. Николо надел фуражку, которую он до этого держал в руке.

— Привет, дорогие мои, — сказала Алиса первое, что пришло ей в голову. — Рада вас видеть.

«Боже, до чего же они красивы! — подумала она, переводя взгляд с одного на другого. — Жаль, что я не могу сделать селфи на память в их компании. Начальство этого не одобрит».

Паоло первым бросился к ней и обнял за плечи. Алисе показалось, что он вот-вот разрыдается.

— Ну-ну, все же хорошо, Паоло, — сказала она. — Ведь хорошо, да?

Паоло чуть отстранился, но лишь для того, чтобы достать из кармана пиджака снимок. Алиса взяла у него фото. На нем был запечатлен мальчик, удивительно похожий на своего отца.

— Красавец, — сказала Алиса, возвращая фото его владельцу. — Весь в отца. — Она посмотрела на Николо. — И в своего дядю тоже. С мальчиком все в порядке?

— Да, он в порядке, — сказал Николо. — Сейчас ребенок в безопасности, у нашей родни.

— Спасибо, Алиса! — Паоло спрятал фото сына во внутренний карман пиджака. — Я… вся наша семья — мы твои вечные должники.

— У вас хорошая семья, — сказала Алиса. — Славная. Какие у тебя новости, Николо?

— Я увольняюсь из полиции, — сказал тот, сдержанно улыбнувшись. — Буду работать в частной охране. Здесь, в Риме.

— А я увольняюсь из агентства и восстанавливаюсь в полиции, — заявил Паоло.

— Дай-ка я угадаю, где ты будешь служить. Начальником участка в Черво, верно?

— Точно, — ухмыльнувшись, сказал Паоло. — Я говорил Николо, что ты очень умная девушка.

«Алиса, закругляйся! — Голос, прозвучавший в ушном микродинамике, конечно же, принадлежал Крякеру. — Командир судна сказал, что до вылета всего полчаса».

Через панорамное окно было видно летное поле. Час с небольшим назад здесь приземлился российский «Ил-76ТД», приписанный к МЧС. Трех россиян, освобожденных из плена в ночь на субботу, вначале доставили на трех каретах «Скорой помощи» в госпиталь, расположенный в Палермо. К счастью, серьезных травм или ранений у них не обнаружили. Если не считать психологических травм, конечно.

Сегодня же на частном самолете в сопровождении двух врачей и охраны, то есть «бастионовцев», эти российские граждане были доставлены из Палермо в аэропорт Фьюмичино. Вскоре, через каких-нибудь полчаса, если только Крякер не врет из чувства ревности или из вредности, самолет МЧС с бывшими пленниками, сотрудниками группы «Бастион» и бригадой медиков, прилетевшей из Москвы, отправится в обратный путь, на родину.

— Мне пора, — сказала Алиса. — Ну что, будем прощаться?

Паоло вновь обнял ее, поцеловал в обе щеки, потом растроганно, едва сдерживая слезы, сказал:

— Алиса, знакомство с тобой — это одно из лучших событий во всей моей жизни. Ты мне веришь?

— Вот теперь верю, Паоло. — Алиса посмотрела на другого мужчину, который теперь уже не казался ей точной копией своего родственника.

— Братец украл у меня реплику, — сказал тот. — Да я и не мастер говорить сладкие речи.

Они обнялись. От чувственного поцелуя у Алисы даже дыхание перехватило.

— Не провожайте меня, друзья. До свидания! — Синьорина Алиса послала братьям по воздушному поцелую, повернулась на каблуках и направилась к эскалатору.

В баре негромко, чтобы не мешать посетителям, работал телевизор. Дикторы продолжали знакомить миллионную аудиторию с главными событиями прошедшей недели. Среди таковых не будут названы ни освобождение заложников в одном из сицилийских городков, ни вылет самолета МЧС из римского аэропорта Фьюмичино.

Content

Сергей Соболев
Чума приходит с запада

Пролог. Сицилия, курортный городок Сан Вито ло Капо

Глава 1. Рим, Италия

Глава 2. За несколько дней до событий. Окрестности Сан Вито ло Капо, Сицилия

Глава 3

Глава 4. За несколько дней до событий. Окрестности Сан Вито ло Капо

Глава 5. Остров Сардиния

Глава 6

Глава 7. Сан Вито ло Капо

Глава 8. Порто-Черво, Сардиния

Глава 9. Сан Вито ло Капо

Глава 10

Глава 11

Глава 12. Порто-Черво

Глава 13. Сицилия

Глава 14. Порто-Черво

Глава 15. Сан Вито ло Капо

Глава 16. Порто-Черво

Глава 17. Сан Вито ло Капо

Глава 18

Глава 19

Глава 20. Cицилия

Глава 21. Порто-Черво, Сардиния

Глава 22

Глава 23

Глава 24. Сан Вито, Сицилия

Глава 25. Где-то у побережья Сардинии

Глава 26. Сан Вито, Сицилия

Глава 27. Окраина Сан Вито

Глава 28. Побережье Сардинии

Глава 29. Окраина Сан Вито

Глава 30. Cкала Коста-дель-Маре

Глава 31. Сан Вито

Глава 32. Коста-Смеральдо, Сардиния

Глава 33

Глава 34

Глава 35. Сицилия

Глава 36

Глава 37

Глава 38. Поселок миллиардеров

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Эпилог. Аэропорт Фьюмичино, Рим. Воскресенье, около полудня