Степан Мазур

Последнее сказание

От автора

Каждый уважающий себя параноик делится секретами с дневниками. Шизофреники держат все в себе. Иногда бывает наоборот. Классификация всех под одну гребенку уже искалечила немало неокрепших душ и люди упорно продолжают искать градации, чтобы ещё больше разделиться. Поскольку никак не могу разобраться с классификацией, поделюсь секретом с вами. А там каждый пусть разбирает для себя как хочет. Вы же стойкие, продержались до конца. Первая переплавка позади. Заслужили.

Секрет прост: у меня хорошая и плохая новость. По традиции на Руси начинают с плохой. Загнать в депрессию лучше побыстрей, чтобы быстрее можно было вытащить. Итак, роман «Последнее сказание» закрывает цикл Скорпиона. Вроде глупо прекращать, когда все идет дальше само. У читателей в конце романа даже возникнет вопрос, но я не дам на него ответ сразу. Потому остановимся на семикнижии. Хороший цикл должен оставлять после себя вопросы. Хотя бы один. Но чем дальше пишу и перечитываю написанное (попутно выкладывая отредактированные вторые версии), тем у меня самого их больше и больше.

Хорошая же новость делится на 3 части: будет цикл «Предтечи», цикл «Междометие» и цикл «Потомство». Накопленного материала хватает на 8 романов в каждой серии. Взгляд оптимиста, но те, кто знаком с моей биографией на http://samlib.ru/editors/m/mazur_s_a/about.shtml знают, что раз сказал, значит сделаю. У меня нет личного редактора, так что с орфографическим ошибками до второй версии придется немного потерпеть. Все равно не издадут. Это не страшно. Главное — суть.

А суть в том, что цикл «предтечи» охватит период времени в минус 600 тыс. лет до нашей эры до периода развала СССР и будет включать романы (ну а чего скрывать названия?) «Род», «Световит», «Родослав», «Миромир», «Лилит», «Меченый», «Слава» и «Всеслав». То есть само появление богов на нашей планете, времена становления золотого века, века серебряного и плавный переход на кровавую эпоху Кали Юги, где будут задействованы и раскрыты уже более привычные, но мало задействованные в цикле Скорпиона персонажи, чтобы стали понятны их мотивы и поступки. Зуб даю, повторное прочтение цикла после этого обеспечено. Под иным углом зрения.

В целом по циклу — не стоит ждать дикого экшена с первого романа. Для меня важнее будет объяснить детали и по возможности верно передать видение картины прошлого. А дальше только хардкор.

Цикл «Междометие» зацепит персонажей, которые всегда были где-то рядом со Скорпионом и опишет события, которые происходили параллельно с циклом Скорпиона, так же останавливаясь на деталях. В основном цикле для них не хватало места и приходилось перематывать, давая кусками, чтобы роман не превращался в энциклопедию. Новый цикл будет представлен романами «Рысь», «Медведь», «Кот», «Блондинистый бог» (Сёма всегда выделяется), «Лада», «Лера», «Космовед» и «Владлена». Этих персонажей должно хватить, чтобы показать, что творилось рядом, пока Скорпион вставал на ноги.

Цикл «Потомство» перенесёт нас в ближайшее будущее после становления Антистемы и расскажет о детях основных героев, не забыв ответить и на первый вопрос и на многие другие. «Боремир», «Ёруш», «Любляна», «Огнеслав», «Светлена», «Сиречь», «Савитар» и «Скорпиэль». Только последний роман вернется ко временам до появления богов родных на Земле и расскажет предысторию планеты. Иллюстраций во всех трех циклах не ждите — только время отнимают. Воображение интереснее.

Срок исполнения творений — понятия не имею. Но до внуков должен успеть. Примерно по роману в год. Ata, Артем, Евгений, Сергей, и всем со-участникам спасибо за поддержку. Этот цикл дал мне все. Но это только начало. Придется взять и дать больше.

Искренне, Степан Мазур

Часть первая: «Реванш»

На самом деле никто не хочет ничего менять.

Всех всё устраивает: стандартный мир,

в целом ясная обстановка застоя, порабощения и разрушения.

Но приходят единицы влияния,

говорят своё четкое «нет» всему, что их не устраивает.

И начинается крах… крах старой Системы

Из речи Василия «Гения»

Глава 1 — Земные редуты -

Настоящее время. Осень. Россия. Дальневосточный край. Недалеко от г. Свободный.

Дмитрий Александрович не часто катался в танках. В Т-14 «Армата» он и вовсе ехал в первый раз. Как и большинство танкистов посткризисной объединённой Руси, которые видели подобные танки пока только по телевизору на параде.

Его, наряду с другими важными учеными конвоировали с консервируемого космодрома Свободный в сторону города Свободный. Там, в отличие от годами возводимого Восточного в той же Амурской области, были более функционирующие бомбоубежища, построенные ещё в СССР. И они не требовали столько вложений, сколько выпивал из бюджета космодром-вампир. Более того, их не думали так быстро разворовывать, поскольку во времена их строительства еще существовала смертная казнь за казнокрадство в крупных размерах.

Вопрос о коррупции хорошо решался в пограничном Китае, что находился буквально в десятках километрах от этого места. Расстреляв 10000 чиновников за 2 десятилетия за взятки в особо крупных размерах, построили 4 миллиона километров дорог. В соседней стране 220 городов с населением свыше миллиона человек. Пока в России выживали на прожиточный минимум, в Поднебесной ежегодно возводили по 100 аэропортов, и экономика росла поразительными темпами. Как факт соседи могли показать миру 300000 мостов и 150000 туннелей, гигантские виадуки на десятки километров и технологии, что быстро догоняли индустрию США, Японии и Южной Кореи.

А чтобы китайские чиновники и впредь не расслаблялись, продолжая работать на государство, их постоянно водят в тюрьмы к бывшим коллегам, которые сидят за мелкие взятки. На профилактические беседы.

Может ли позволить себе потерю 10 000 человек объединенная Русь ради блага сотен миллионов проживающих на ее территория людей? Любой непредвзятый эксперт скажет, что вне сомнения. Так как разворовываемые деньги пойдут в медицину и спасут сотни тысяч жизней. Пойдут в массовый спорт и сделают еще миллионы людей здоровее. Пойдут на ремонт раздолбанных дорог, что сократит ежегодные потери в ДТП от качества плохих дорог в количестве тех же сотен тысяч. Неудивительно, что в первую очередь Василий «Гений» и Максим «Идеолог» вернули расстрел для наведения порядка.

Но вернемся к танку, конструкторским гением которого Китай восхищается, как и всем прочим оружием времён наследия СССР, который соседняя страна успешно копировала, перевооружая армию после королевского подарка Сталина — технологий производства ядерного оружия после ВОВ. Братский подарок коммунистической партии КНР от коммунистов СССР был сделан не за красивые глаза, а для сдерживания НАТО на востоке после оккупации США Японии после бомбардировки Хиросимы и Нагасаки в 1945 году. Япония не собиралась сдаваться после потери двух городов и намеревалась продолжать военные действия, скидывая десант американцев с островов в море, но молниеносные действия советской армии в Манчжурии и разгром миллионной квантунской армии за несколько месяцев принудил императора Японии капитулировать. Не забыл Сталин и отдать приказ вернуть Южный Сахалин и Курильскую гряду, там бездарно отданную правительством Романовых на откуп вместе с народом айнов — белокожим, светловолосым народом, который уничтожался японцами на протяжении десятков лет оккупации «северных территорий». Но этих десятков лет хватило, что вбить в головы японцев о своих исконных землях, о которых они даже не подозревали ранее 19 века. Не считали своим японцы даже остров Хоккайдо, который Сталин забрать не решился, чтобы не портить отношения с США, строящих базы на японских островах для нового миропорядка. Оружие, которое воровали на тех базах японцы, вооружило разрозненные шайки бандитов, ставших со временем единой организацией Якудза. Еще раньше возникли Триады в революционном Китае, когда оружие так же было доступно широкому слою населения в вечных войнах с колонистами. Япония терзала Китай, считая своей колонией, как то до того пыталась закрепиться на тех местах Англия и местами Португалия, Испания и Франция. Россия тем временем арендовала северный Китай и строила КВЖД и города-порты: Дальний (современный Далянь) и Артур (), чтобы связать Сибирь и Дальний Восток напрямую, а так же свои предприятия в тогда еще Единой Корее, где дому Романовых принадлежал каждый второй завод, рудник и прочие предприятия.

Дмитрий тряхнул головой, отгоняя воспоминания о других странах. Пока передел мира происходил в Европе и Азии, его собственное детство и юность послевоенных лет, так или иначе, касалась зеков, возвращающихся с фронта после окончания ВОВ. В стране, где в тюрьмах, ссылках и просто местах не столь отдаленных побывал каждый третий человек мужского рода в возрасте от 20 до 50, лишь ничтожно малая часть из них была в «блатных». Сами «понятия» были сформированы и внедрены НКВД лишь в 20-ых годах 20 века. Но эта среда быстро уходила в народ, когда люди освобождались.

В самые тяжелые первые годы войны стали призывать даже заключенных и женщин. Но если женщин стоило лишь оборудовать необходимым каждой женщине ежемесячным пакетом, то «преступный элемент» породил формирование самих штрафбатов. Призываясь, заключенные и разжалованные офицеры стояли перед выбором: умереть или стоять до последнего. И последних оказалось не так уж и мало. Так зародился контингент, что захотел отдать долг Родине на фронте и искупить часто навязанные, надуманные статьи кровью в штрафбатах на войне. Позже он возвращался не только в родные города и села, но и повторно в тюрьмы из-за мелких или серьезных преступлений и провинностей уже в качестве «козлов» для тех, кто не служил и оставался «крутым», отсиживаясь в тылу на зонах. Работать блатные не хотели и не умели, а руководить «мужиками» не было возможности, так как те призвались добровольцами. Так что в военные годы временно работали все. Но когда фронтовики вернулись, начался кровавый период «сучьих волн». Суками для фронтовиков стали тыловые крысы. Так «козлы» и «крысы» стали резать друг друга в местах не столь отдаленных с той же охотой, что солдаты на фронте врагов. Этот период продлился почти десятки лет в тюрьмах под тем же молчаливым одобрением спецслужб, для которых «теория управляемого хаоса» была выгодна, чтобы строить БАМы, Беломорканалы, подземный туннель на Сахалин и прочие объекты бурно отстраивающегося после Войны СССР, о некоторых из которых мир даже не подозревал десятки лет. Недаром многим объектам поставили наименования городов и цифр. «Арзамас-16», «Горкий-7», «Артем-11». Городов с цифрами было сотни.

Сталин понимал, что времени мало и если не пустил танки дойти до Мадрида, скинув «союзников», что хотели разбомбить уцелевшие города ядерными зарядами, в море, то нужен щит. Этим щитом и стало появление первой ядерной бомбы в 1947 году, установившей паритет. Водородная бомба академика Сахарова в дальнейшем лишь закрепила этот паритет, так как требовалось более мощное оружие, потому как страны Варшавского договора проигрывали НАТО в количестве ядерных зарядов подчистую почти до 1982 года, когда выровнявшееся положение дел и начавшееся падение капитализма ловко поддержал спецагент ЦРУ Михаил Горбачев. Только для него была создана специальная правительственная награда от США за «победу в Холодной Войне».

Но тогда еще Сталин, тогда еще в 1945 году понимал, что одним оружием Холодной Войны не победить. Нужен был новый рубеж обороны — внутренний. Потому страна обратила взор к космосу. Это и привело к появлению космодромов по всей стране. Один из которых и курировала Антисистема, расконсервировав недостроенный Свободный и внедрив там новые технологии, которые позволяли закрепиться на базе. Но нашествие серокожих оказалось совсем не вовремя.

Дмитрий ущипнул себя за руку. Тряска в танке клонила в сон, погружала в мысли. Но без экскурса в быль, что в отличие от истории, имела веские обоснования считать белое белым, а черное черным, понимание современных реалий было невозможно. События не возникают просто так. Та же база «Тень-1» — тоже проект послевоенных лет, как и сотни других.

Обещанная капсульная защита и модульная броня Т-14 должна была в теории выдержать попадания летящей в него ракеты. Хотя бы потому, что обещала эту ракету сбить. Ядерный взрыв поблизости тоже должен был быть танку по плечу, если аппарат успеет добраться до незараженной территории раньше, чем закончится топливо в баках. Но все это не сильно радовало ученого, так как он понимал, что против них будет применяться совсем другое оружие.

Со стороны могло казаться, что танк едет быстро и ровно по ухабам и пригоркам, преодолевая расстояние до города напрямую через поляны и подлески. Но трясясь на ухабах, «Космовед», оглядываясь на танкиста, понимал, что земным технологиям далеко до технологий серокожих и все то, что смотрится красиво снаружи, внутри таким не является. Подвеска показывала плавный ход только для тех, у кого по определению была железная задница. То есть у всех танкистов Родины. И жаловаться было не принято.

Экипаж Т-14 составлял 2 человека, которым обещалась повышенная защита. Если быть точнее, то в танк помещалось всего 2 человека, так как обилие военных научно-технических достижений не собиралось становиться миниатюрным, а важно выпирало до размеров танка. И так как все снаружи хорошо укрыли почти умной броней, то для капсулы с людьми оставалось действительно не много места за лобовой броней. Поэтому справа от Космоведа сидел механик-водитель, он же стрелок и, по сути, единственный человек, который разбирался, как везти танк, пока сам Космовед был пассажиром вместо рекомендуемого командира.

«Воевода» в черном комбинезоне с нашивками из щита и меча на рукаве и сам неплохо справлялся. Важному гостю в танке оставалось только гадать, зачем руководимому руководитель. Может, командир хоть стрелял сам? Или для дублирования? Единственное, чем он сейчас мог помочь — это поговорить.

— Шмель, что там с обстановкой?

— Летают, — коротко обронил танкист, глянув на монитор, где отображались данные с внешних камер и показатели радаров, спроецированных на карту местности по спутникам, которая в данный момент отсутствовала. Радовало, что танк может выбирать направление и без привязок к спутникам. Так как все спутники на орбите были уничтожены сначала одним залпом истребителей спутников, затем все оставшиеся спутники уничтожили инопланетные корабли. Не вовремя как-то Антисистема устроила передел структуры мира. Мир без интернета, кабельного и цифрового телевидения, GPS и ГЛОНАСС был слеп и глух. И под «летают» можно было понимать беснование блестящих тарелок, эллипсоидов, сигарообразных и прочих треугольных и белесых, серебряных и серых объектов, которые заполонили небо. Даже небольших размеров шнеки размером не больше локтя, которые до сегодняшнего дня не позволяли себе летать на видимой человеческому глазу скорости и всегда фиксировались только камерами и были видимы при замедленной съемке, осмелели настолько, что подлетали к конвою, не боясь никакого оружия.

По инопланетным объектам всех форм и размеров стреляли из всех типов стрелкового оружия, гранатометами, пушками, ПЗРК, ЗРК, но все снаряды в лучшем случае рикошетили объекты. В противном — вовсе не долетали до них, увязнув в силовых щитах или улетали «в молоко», изменив траекторию движения под его воздействием. Особо надоедливые шнеки, которые стремились залететь в любой дом, строение, здание и даже корпус танка, приходилось уничтожать импровизацией по совету Михалыча.

Главный Конструктор Антисистемы опытно-научными методами выяснил, что объекты легко уничтожимы при снятии силового поля. А для этого требовалось воздействовать на него электрическим разрядами. Так технология серокожих легко поддавалась уничтожению вблизи высоковольтных столбов, электростанций и при воздействии «глушилок». В один миг весь западный округ страны обрел палочку-выручалочку, применяя против незваных гостей направленные высокочастотные электромагнитные пушки, которыми по идее оборонная доктрина хотела заглушать электронику НАТО. Но пригодилось больше против инопланетян, от которых собственно НАТО и создавалось.

Вся проблема была в том, что для того, чтобы создать миниатюрное высокочастотное оружие требовалось время. Михалыч бросил все силы на создание небольших переносных высокочастотных многозарядных ружей с генераторами за плечами, которые на практике должны были носились, как первые огнеметы.

Но проблема была и в их немедленной доставке по территории всего Союзного Государства. Антистема не успеет распределять образцы даже с Урала. И западные области, как самые густонаселенные, будут в приоритете. Востоку страны придется подождать, справляясь своими силами, пока струнник не принесет первые партии, которые распространят по «Теням», а затем уже по объектам первостепенного значения, «эдемам», школам СКП, городам и прочим объектам. В условиях молниеносной войны это означало, что пройдут недели, прежде чем солдаты получат оружия. К такому развитию событию структура не была готова.

В то же время Михалыч предложил использовать отключенные или уничтоженные «глушилки» на местах. Иномирская технология вышек, которой власть держащие подавляли народные бунты и массовые восстания на местах, пригодилась самым неожиданным образом. Ремонтные бригады принялись восстанавливать и перенастраивать диапазон. Вместо снабжения населения депрессией, теперь они, по Замыслу Михалыча, должны были бить током как вышки Николы Тесла по всем пролетающим вблизи летающим тарелкам. Но на ремонт подобных устройств так же требовались дни и в условиях полной неосведомленности населения о происходящем, могли быть сложности с пониманием населением происходящего. В этом случае широкие просторы страны сыграли на руки. Паника по отдаленным пунктам, деревням и селам если и распространялась, то это фактически никак не проявлялось. Больше беспокоили крупные города. В них волнения мгновенно переходили в погромы. И поскольку с предыдущей волны погромов смены власти прошло всего ничего, новых допускать было нельзя.

Поэтому Василий Ботанников, он же гений и новоявленный представитель Триумвирата, сменивший прошлый институт власти, голосом почти как у Левитана зачитывал сообщения по старинке по радио. И все радиоточки, что были независимы от спутников и последних цифровых технологий, вещали тексты Максима «Идеолога» в «прямой эфир». Аналоговой связью все еще была оборудована большая часть армии и полицейские частоты. Поэтому через ретрансляторы информация просачивалась в народ, объясняя, что собственно делать в условиях инопланетного вторжения простым жителям.

Все бы ничего, но простым жителям было не до слушаний радиоэфиров, где доминировали новые представители власти. И дело был не в том, что словам давно никто не верил. Просто у многих людей открылись сверхспособности. Дмитрий не мог знать, что случилось это по причине того, что Меченый уничтожил антимагический барьер, который держался последние тысячи лет благодаря эгрегору денег, поддерживаемый эгрегором войны. Но по передаваемым фактам ученый догадывался, что в мир вернулась магия и летающие рядом с танком люди беспокоили так же, как мельтешащие на радарах летающие тарелки.

Мир определенно катился в пропасть. Эгрегор войн изменил эгрегору денег так же легко перейдя на сторону магии, как ранее от магии к деньгам, когда золото показалось надежнее заговоров и проклятий. Схема «товар-деньги-товар» перестала существовать, а летающие люди деваться никуда не собирались.

— Дмитрий Александрович, ещё один мозгоклюй в люк стучится. Разрешите пальнуть из пушки для острастки?

Космовед навел камеру на объект и увидел подростка лет 12. Этим просто интересно, как работает техника. В танке хочет посидеть. Летать за несколько часов наскучило. Хорошо конструкторский отдел Михалыча камеры на танки прилепил и мониторы расширил, а со шлемами дополнительной реальности не поторопился. Все равно сейчас не работало бы, так же прикрепленное к спутнику, как и весь прочий цифровой мир.

— Нет. Продолжать движение. Почему танки еще на джойстики не перевели?

— Батарейки быстро садятся. Да и не наше это — из кусов управлять. Дмитрий Александрович, а почему эти люди все того?

— Чего «того»?

— Летать начали.

— Люди всегда больше всего хотели летать, — ответил по-простому Дмитрий, снимая шлем танкиста и отцепляя ремни. — Может желания, наконец, начали сбываться? Мир имеет право на чудеса. Мы все упорно ждали Конца Света. А получили мир магии и теперь не знаем, что с этим делать. В котлах вариться было бы хоть понятнее. Да и РПЦ тогда впервые оказалась бы права.

— Со времен формирования?

— Во истину говорят «Все религии имеют к богу такое же отношение, как билетер к искусству кинематографа». Поэтому мы и не пускаем религиозников в светскую жизнь. Пусть платят налоги и руководят своим стадом, пока мы вновь не заявим свои права на космос, и сознания людей станут объективнее и ширше.

— А мы почему не летаем?

— А зачем нам? У нас танк есть. Открой люк.

— Не положено, князь, у меня приказ вас живым и здоровым до базы доставить.

— Открывай, не угомонится же. У меня вся семья из таких детей была. Опыт общения есть. — Голос Космоведа стал строже, но с ноткой тоски и сожаления. О местонахождении своего ребенка, с которого все начиналось, он понятия не имел. А только тот мог внятно объяснить, что с миром происходит.

— Воля ваша, князь, — ухмыльнулся молодой воевода, что по чину Антиситемы приравнивалось в армии к старшему лейтенанту. — Но порулить я ему не дам.

— Нет, мы его перевербуем и в Хабаровск с миссией отправим. Дети любят выполнять миссии. Пусть разыщет мою дочку. Она тоже может что-то знать.

— А мы что?

— А мы возвращаемся на Свободный. Дай команду научно-военному конвою разворачиваться.

— А как же бункер?

— Ни один бункер от этой беды не спасет. Будем разгребать на месте. Вызывай Михалыча. Пусть доставляют его технарей на космодром.

Танк, не сбавляя скорости, резко развернулся.

Орбита Земли. Флагманский корабль серокожих.

Тем временем, пока на планете земные бойцы сопротивления обороняли редуты от чужаков, стреляя и глуша безобидные, оставшиеся без управления автономные системы серокожих, и отбивались от суперлюдей, сеющих хаос во власти в гораздо большей степени, чем тарелки серокожих, на орбиту планеты прилетел корабль-матка. Размерами своими он немногим уступал естественному спутнику Земли, и это начинало сказываться на приливах и отливах на планете. Как следствие появились штормовые ветра, бури, смерчи, цунами и торнадо, что массово начинали блуждать по всем континентам, заставляя людей поверить все-таки в приход Конца Света. Церкви, мечети, секты и скиты наполнились бесноватыми.

Но внутри корабля происходили события не меньшего масштаба.

Первый земной защитник, лидер Антисистемы, приходил в себя после неудачного Прыжка с планеты. Его звали Сергием Корпионовым. Или как подсказала судьба — Скорпионом. Рождённый человеком, он перерос его до нечто большего. Он стал фактически прибогом. Не без помощи памяти крови в жилах, конечно. Но и больших поблажек от жизни чернявый радетель равновесия не видел. Скорее — одни подножки.

Вот и последнее решение предводителя было безысходным и опрометчивым, но иных шансов спасти планету он не видел. Некому было подсказать.

Бледный свет длинного коридора источали сами стены. Камень-самоцвет, светящийся нежным зеленовато-голубым светом словно имел внутреннюю батарейку, растянутую в заряде своем на долгие века. Свет не резал глаза, не вредил здоровью, был приятен и с допустимым для земного зрения спектром. Камень давал достаточно освещения на несколько десятков метров вокруг. Этим естественным источником освещения были обделаны розовато-сиреневые стены коридора. На сколько хватало глаз, только свет и коридор, свет и коридор.

Скорпион ощутил тепло и органические ткани корабля. Сомневаться в биологическом происхождении корабля не приходилось. Но на каких технологиях он был построен? Или может быть проще — выращен? Какого размера должна быть планета, вырастившей такой организм? Если это только «почка», то что собой по размерам представляла альма-матер серокожих? Земные ученые предполагают, что жизнь невозможна на планете, если та превосходит по размерам планету Землю хотя бы вдвое. О, как же они ошибаются.

Весь корабль ощущался как единый, живой организм. И этот организм чувствовал себя не в лучшей форме. Он взывал каскадом слабо уловимых мозгом сигналов, что поставлен на грань своего существования. Корабль просил о пощаде и умолял о помощи через все подвластные ему технологии. Именно поэтому все автономные наблюдательные системы серокожих вдруг вышли из стелс-режима и сбавили скорость, фактически залетая в каждую комнату к людям, чтобы привлечь внимание на свою проблему.

Корабль серокожих не знал, кто может ему помочь и потому отправлял свои сигналы сразу всем, транслируя сигнал в космос как маяк радиосигнал. Сами серокожие на корабле из разряда хозяев перешли в рабы. Они больше не были господствующей расой среди гуманоидов. Вампиры сделали из них доноров. Но поскольку вампиры понятия не имели обо всех тонкостях управления кораблем, серокожие не упускали возможности заявлять о своей проблеме весьма открыто, надеясь на вмешательство любых сил.

«Но какая помощь кораблю, когда сам оказался в ловушке?» — подумал Скорпион, прекрасно ощущая эти сигналы корабля. Будь вампирские предводители не так заняты управлением собственной армией и мучением серокожих, они тоже могли бы их расслышать.

Светлому князю и в голову не приходило, что вампиры слышали не только сигналы серокожих, но и его присутствие и потому Прыжок хорошо знакомого по запаху человека Старейшина заметил сразу.

Скорпион не совсем понял, почему Прыжок принёс его прямо в зал столовой упырей. Вместо инкубаторов со спящими кровососами и принуждённо усыплёнными серокожими, ощущения вывели земного лидера прямо на орды голодных вампиров, словно поджидающих его в полной боевой готовности.

Это была ловушка. Начавшийся бой был суровым и бесполезным. Миллионы особей в замкнутом пространстве не давали и шанса на успех одиночке, наваливаясь на тело массой так, что казалось, был сжат сам воздух.

А назад шагнуть не получалось. Кто-то запер «шаги». Дальноступ, Переход или как его ещё называли — Прыжок, не срабатывал. И Старейшине оставалось только хвалить технологии серокожих. Подарок его новых рабов неплохо замыкал ловушку, возобновляя силовой щит корабля тогда, когда он больше всего нужен. Предводитель рассчитывал, что люди начнут стрелять по Матке, но орбитальных систем защиты у них не оказалось, как и баз на спутниках. Сняв щит, Старейшина поставил его обратно, когда птичка попала в клетку. Одна из двух птичек, которая могла бы спасти людей от истребления. По ощущениям, вторая была настолько далеко, что победа расе вампиров была обеспечена.

«Видимо тот же, кто и толкнул в столовку вместо спальни», — подумал Сергий тем временем за секунду до того, как его сопротивление сломили.

Спасло землянина от немедленной расправы только то, что среди упырей находилась правая рука седого предводителя всех вампиров. Рыжий собрат Старейшины, знакомый по прошлому путешествию на край света, разогнал вампиров, остановив расправу одним ментальным приказом. На земной язык это ощущение-приказ среди упырей можно было перевезти как: «не трогать, он мой!».

Управлять сытой армией было проще. Гораздо проще, чем до встречи с расой серокожих.

Порталы привели захваченную вампирами корабль-матку прямо в Солнечную систему, любезно отданную в распоряжение полубогом Родославом упырям в обмен на решение «серокожей проблемы». Кто мог знать, что решение одной проблемы приведет к появлению другой так быстро?

— А ты не так умен, как ожидалось, — обронил Рыжий, погружая человека в неполный анабиоз раньше, чем Сергий придет в себя. Корабль просто поглотил его тело, оставив лишь голову в особой ловушке корабля. Этот «кармашек» представлял собой камеру для гиперсна, которые серокожие использовали во времена длительных междвездных перелетов, чтобы без нужды не тратить провизию и энергию на обепечение потребностей тел.

Состояние полуанабоиоза было интересным явлением. Сергий натянуто улыбнулся. Сердце практически перестало биться, тело питалось жидкостью извне, по составу напоминающей физраствор, непосредственно проникающим через поры кожи в кровь. Температура тела упала до пятнадцати градусов. Конечности потеряли способность к движению. Мыслительный процесс остался, но заторможенный, словно под воздействием психотропных препаратов или сильного алкогольного опьянения.

Разум пленника был на грани сна и бодрствования как показалось довольно длительное время. Часто тонкие тела выбрасывало из физического тела, но выход оказывался неконтролируемым, невозможно было сосредоточиться. Мозг работал на минимуме своих возможностей, делая невозможным и использование ступеней саморазвития.

Без самоконтроля, — первой ступени концентрации — ничего сперхспоосбного или магического не выходило. Дополнительные вещества в крови одинаково вредили развитию по всем возможным путям развития.

Человек сильно теряет в силах, употребляя алкоголь и наркотики.

— Как же так, вихрастый? — В какой-то момент времени спросил Рыжий вампир.

Сергий приоткрыл глаза. Враг, с которым какие-то недели назад спасали свои расы от истребления, стоял рядом, периодически хватая за волосы и поднимая голову к верху, чтобы смотреть сверху вниз в тусклые глаза пленника.

— Когда ты вёл наши орды на штурм баз инопланетян, ты казался мне богом войны. Неистовым, неутомимым, всесильным. И что теперь? Тысячи моих собратьев хватило, чтобы остановить тебя? Или корабль выпил все твои силы?

— Просто хотел поговорить с твоим боссом. — Ответил сипло Сергий. — Визит вежливости.

— Зачем? Поговорили бы при десантировании. Ты поторопил время на какие-то часы. Мне нравится ваша планета. Она такая голубая с орбиты и буквально светится красками. Я чувствую столько жизни на ней.

— Вопрос по договору, заключённому между нами. Вы забыли его слишком быстро. В глаза Первому вашего рода хочу взглянуть. — Добавил Сергий. — А по части жизни вы не успеете. Зомби Иномирья уничтожат людей раньше.

— Что ты несешь? Какие зомби? Да и какие договоры могут быть между добычей и охотником? Предводитель скажет тебе то же самое.

— Где твой главный, тварь бездушная? — Как ни в чем ни бывало оборвал Скорпион. — Я могу и забыть про наши битвы плечом к плечу. Не плечевик теперь ты мне. Так и знай. — Сергий вновь улыбнулся, пьяной улыбкой сильно употребившего человека.

— Да как ты смеешь, ничтожество?! — Рыжий занёс кулак для удара.

Скорпион усмехнулся, готовый ощутить хотя бы боль в отказывающем теле. Состояние полузаморозки выводило из себя, но не мог даже разозлиться, как следует. Дремота и спокойствие исходили от теплой жижи, в плену которой находился по горло. С этим приходилось мириться или выводить из этого состояние радикальными средствами — например, выбросом адреналина. А что подходит лучше хорошего удара по лицу? Организм должен испугаться и в панике выделить резерв, который придаст сил.

Резерв никак не приходил.

Бессилие и ощущение какой-то потери не покидало. Наверное так же ощущают себя все похищенные с Земли серокожими люди. А после последней встречи с друзьями было стойкое ощущение, что упустил какую-то важную деталь.

Вне сомнения кто-то поставил самые большие палки в колёса в момент Прыжка. Это раз. Но кто или что могло быть против оставшихся Сильных Мира Сего? «Единицу» уничтожили, Меченый занимался своими делами в высших мирах. Леги и гелы ушли в ту же степь. Те из пятнадцати, что остались на Земле после уничтожения Единицы прочими, сами были уничтожены Чернославом. Прочих сильных никто не ощущал. Кто? Старейшина? Он мог ощутить его, так же хорошо, как любого солдата своей армии. Но как он не отпускает его в Дальноступ? Это не может быть Старейшина. Пожалуй, это сам корабль.

«Силушки бы богатырской мне», — подумал Скорпион: «Только там можно справиться со всеми напастями».

Но сил было меньше, чем мог представить. Лишить концентрации, накачать тело ядом — так раньше убивали даже богов. Проще всего разорвать связь души и тела через перемычку — уничтожив или застопорив мозг. Но если кофеин, адреналин, и в какой-то степени алкоголь расширяют эту перемычку хотя бы временно, то яд уничтожает её, влияя на мозг фатально.

«Яд, — мелькнуло в голове. — Вампиры не знают о тотемах».

Тотем скорпиона тут же побежал по предплечью человека, исчезнув на коже в районе печени. Вампиры не могли его видеть в «кармашке». Ощущать тем более. Это слишком частная игрушка.

Автономный антидот, не желая смириться с полусмертью хозяина, принялся разгонять яд, нейтрализуя воздействие в первую очередь на головной мозг. Всё остальное можно починить.

Главное — разум.

Рыжий вампир принялся бить по лицу. Сергий видел лишь смазанный занесённый кулак, медленно, но верно надевающий «алую рукавицу». Без каких-либо ощущений это вызывало лишь усмешку. Глаза залило розовым светом. Рассекли скулы, брови, лоб… наверное.

Адреналина все-таки не было.

Медленно моргая, пленник старался ощутить хотя бы теплоту собственной крови, но ничего. Словно парализованный, он ждал, пока второй среди упырей насытится яростью.

Глаза тяжело прикрывались, наливаясь синяками. Скоро видимость пропадёт совсем.

— Довольно! — Услышал Сергий в какой-то момент на грани слуха.

Рыжий послушно отошёл от пленника, украдкой облизывая кулак.

Предводитель поднял опухшие веки пленнику.

— Ты как-то не вовремя. Мы немного заняты подготовкой к десантированию. Осваиваем гравитационный луч серокожих. Удобная штука, должен признать. Я хотел встретиться с тобой немного позже. На Земле. На последнем редуте. Какой город предпочитаешь увидеть стёртым первым и какой последний? Я не знаю названий, но могу сделать тебе одолжение, если попросишь сам. Я видел столько причудливых строений на экранах мониторов. Наверняка, они для вас символичны и что-то значат.

Скорпион молчал, ожидая, пока тотем завершит работу.

— Впрочем, твой ответ не имеет значения. — Пожал плечами Старейшина.

— Он говорил о зомби, которые справятся с людьми раньше нас. Зомби Иномирья.

— Иномирье?

Рыжий протянул окровавленный кровью Скорпиона кулак Предводителю.

— Попробуй, я увидел неживых.

Если бы брови Сергия не были опухшими от ударов, он выразил бы удивление. Первый Старейшина облизнул окровавленный кулак с руки подопечного, как ребенок мороженное. И Скорпион понял, что вампиры, по крайней мере высшие, могут считывать информацию через кровь. Об этом раньше и не догадывался. Только как глубока информационная составляющая? Дает ли кровь им обрывки воспоминаний так же, как людям при желании? Впрочем, если люди могут, то почему бы и вампирам не попробовать? Гадалки, ведьмы, шаманы земные все как один видят и предсказывают по крови, берут настройки и сонастраиваются под информацию от неё. Почему бы это ремесло не освоить многотысячелетним существам, чья жизнь зависит от крови?

— Зомби. Неживые. Их мир имеет изнанку. Другой мир полон мертвых, которые могут доставить нам немало проблем. Они отправили одного из сильных людей решать проблему Иномирья. Надо…ему помочь.

Сергий понял, что читает вампир гораздо больше, чем ему положено. Но успокаивал и тот факт, что его свежую кровь они использовать пока не смогут. Пока он в полуанабиозе, он не вкусный.

Корабль сделал его неудобоваримым для вампиров.

На какое-то время.

Глава 2 — Сияние душ –

Центр Солнечной системы.

Прыжок Лады после разговора с последними защитникам Земли был стремителен, не взвешен. Фактически вслепую, наобум. После тяжёлого согласования и расставания с семьей настроение было не из лучших. Да, она рада была увидеть родственные лица, но вот обстоятельства при которых произошла встреча, оставили на сердце прискорбные ощущения и вывели из душевного равновесия. Казалось, что многих больше не увидит. Или всех. Стоит лишь оступиться самой и все обречены.

Миллионы градусов Цельсия короны Солнца лизнули кокон защиты физического тела. Если бы не возросшие силы арлега, ее испепелило бы с любой защитой. Везде есть критические точки.

Аватар всё же осталась целой и невредимой. Арлегу физический урон нанести практически невозможно, если это не мощный артефакт, чем зажженная Творцом звезда не являлась.

Зависнув в пространстве, Лада смотрела сквозь мощнейшие светофильтры на физический аналог ада — земное светило. По мнению многих верующих людей, именно здесь жарились души грешников — в многомиллионной температуре плазмы нашего Солнца.

Вечные муки в пламени Геенны Огненной, однако, были доступны душам лишь по их собственному пожеланию и точно не на бесконечный срок. Понятие бесконечность было свойственно лишь для двухмерных и одномерных миров, где отсутствовала константа времени. Энроф же постоянно развивался. К тому же Меченый упрямо ломал печати, вызволяя даже самых падших существ с низа миров для эволюционного шанса. Пусть эволюции видов по большей части не существовало, никто не отменял духовное развитие души и коррекции Глубинного. Каждый имел право на развитие, переродившись в других условиях, при других обстоятельствах. В этом была логика Вселенной. Все в мире было логично и взаимосвязано. Просто это понимание пока не приходило к земной науке, но периодически мелькало в сознании каждого отдельного человека, упорно разделяющего себя на атеиста или верующего, что в обоих случаях не имело смысла, так как изначально человек был единым и не делил части на «левое» и «правое».

Лада даже попыталась ощутить хоть одну терзаемую светом душу, но, сколько бы не сканировала Солнце всеми доступными ей способами, не могла ощутить ничего живого… или мёртвого.

Ни душ, ни Светочей. Они все ушли.

Аватар перестала сканировать светило и сосредоточилась на предстоящей задаче. Брат Скорпион дал чёткие указания, распределив сферы влияния каждого из оставшихся в живых сильных мира сего на свои участки работы. Она, как земной Аватар, посчитала своим долгом выступить в защиту планеты от влияний тонкого мира и, как ни странно, многих её обитателей. Люди влияли на планету больше, чем подозревали.

И вот теперь Аватар пыталась понять, как лучше найти союзников и усмирить получивших силу людей. Точнее единиц, обладающих сокрушительной силой, но пока не научившихся ею пользоваться.

Мало людей осознавало все свои возможности. Ещё меньше могло их контролировать или попросту понимать. Когда Солнечной системе сорвало планку всех магических фильтров, многие люди ощутили всевластие. Фактически безнаказанное, без откатов. Какие откаты в первый день свободы? Похмелье придет позже с осознанием своей вины за совершенное.

Чтобы не бегать за каждым из мощных уникомов, Ладе требовались помощники: леги, арлеги, а лучше светочи — светлые или совершенные души, которые могли бы объяснить обезумевшим от власти людям, что такое хорошо и что такое плохо, потому что последний век истории напрочь стер это понимание. А последние 2 десятка лет ни один раз менял полярности добра и зла. Без чувства меры выдавать одно за другое мог каждый говорливый дурак. В это безумное время вместо костра инквизиций всякий найдет последователей.

Аватар могла предположить, что вскоре найдется немало безумцев, возомнивших себя богами. В то время когда до уровня хотя бы младших демиургов им было ещё созревать и созревать. Насколько понимала Аватар, Мироздание не даёт сил тем, кто их не достоин, но после «Ночи Сварога» шла компенсация.

Все мольбы вдруг стали услышаны сразу. И воспитанные образами вымышленных супергероев, люди захотели таких же возможностей, забывая, что значит быть супергероем по-настоящему.

— Неожиданно свалившаяся на голову Сила опьянит многих, — обронила Аватар в своём коконе сама себе. В нём присутствовал воздух и в отличие от вакуума, возможно, было говорить и слышать звуки. — Сколько суперменов выдержит Земля?

Молодая дева не знала точно, где могут скрываться светочи, но их нужно было найти любой ценой. Ценный союзник, использованный Чернославом в своих целях, не должен был оставаться под влиянием антипода Скорпиона. Они должны были осознать свою ошибку в борьбе за последнюю печать Лестницы и вернуться в лоно света. Возле солнца в физическом мире им «теплее» всего.

«Хотя бы они должны прозреть. Леги и арлеги, наверняка, и дальше пошли за новым предводителем в высшие миры, разрушать и освобождать. Бороться с устаревшей системой и саморазрушением гелов и архигелов».

— Но светочи… вы-то должны всё понять раньше всех. — Вновь воскликнула девушка самой себе. Требовалось поговорить хоть с кем-то. Времени было мало. Проблем много. Кто может быть лучшим собеседником, чем второе я?

Солнце завораживало пляской плазмы. Огромные протуберанцы, вздымающиеся ввысь на сотни километров, то и дело возникали на его поверхности, выбрасывая в космос или в сторону земли «солнечный ветер» — субстанцию интересную и весьма опасную. Во всяком случае, Лада нашла в ней немало причин для смерти физического тела. Хотя бы ту же радиацию. Но тело арлега отказывалось умирать, пропуская радиацию и солнечный ветер через себя, не меняя структуры и не деформируя тонких полей. Напротив, на тонких уровнях этот «плевок светила» был теплый и приятный. Тонкие тела молодого Аватара тянулись к солнечному ветру, словно пытаясь согреться.

Лада утонула в этих ощущениях, едва не потеряв контроль над коконом. Он не был в полной мере автономным и хоть в большей степени и контролировался безмерно расширившимся каналом подсознания. И всё же требовал участия сознания — корона солнца не то место, где можно расслабиться, как в согревающей джакузи.

Звезда по существу давала тепло не столько для тела, сколько для души. Свет солнца нужен был этому миру не только для освещения и обогрева. Солнечный ветер придавал тепло самим воплощённым и невоплощённым душам во всей подопечной системе. Это был словно очаг для уставшего путника, замерзшего в ночи и нашедшего временный уют…

Солнце под Аватаром было неспокойным. Лада видела явление тёмных областей, так называемых «тёмных» пятен. Они появились совсем недавно, сменив так называемые светлые «белые пятна», доминирующие на светиле несколько месяцев назад.

— Армия светочей ушла… кто же остался? — Вздохнула девушка.

Вместо ответа новый протуберанец взорвался прямо под ней. За какие-то секунды бело-оранжевый кнут достиг кокона и ударил по нему, словно проверяя его прочность.

Если до этого момента Лада ощущала тепло, то теперь её лицо обдало жаром, словно вошла в хорошо протопленную парную в бане в одежде. Приятные ощущения как рукой сняло.

— Зачем ты пришла к нам, Лада? — Услышала девушка у себя в голове невербальный посыл.

Протуберанец, ударившись о кокон, никуда не исчез. Вопреки законам физики, он совсем не спешил опадать обратно. Как соломинка, вставленная в коктейль, он застыл между коконом и светилом в неизменной позе, словно служил мостом для связи.

— Я ищу светочей, — ответила она привычным вербальным слогом, забывая, что возможно собеседник не услышит её.

— Зачем? — Все же прекрасно слышал её невидимый и не ощутимый собеседник.

— Они… не за тем пошли. — Вздохнула Аватар и сама своей волей разорвала «плен» протуберанца.

Всплеск плазмы стал естественно опадать на солнце, вновь открыв полный обзор зрению Аватара. Ощущение собеседника… его не было, потому Лада сделала ход, не желая, чтобы ей морочили голову.

Не появилось ощущение и после падения протуберанца. Лада запоздало устремилась прямо на солнце, пытаясь захватить линию связи, если она была. Должен же он был откуда-то прийти.

Температура на поверхности светила была на порядок ниже, чем на кроне. Эффект горящей свечи — стандартная «земная» физика, привычная и понятная.

Догнать опадающий протуберанец не удалось. Аватар зависла над раскалённым озером, остановившись в нескольких метрах над плазмой.

— Кто ты?! Где ты?! — Закричала Лада.

Пузырь на солнце появился внезапно, раздулся на десятки километров, взвился ввысь, словно пытаясь зацепить незваную гостью. Лада не стала убегать от него и просто сама лопнула его, разнося раскалённые брызги плазмы на сотни километров в разные стороны.

— ПОКАЖИСЬ!!! — на всех уровнях восприятия «произнесла»-приказала Аватар.

Никто не показался.

На много тысяч километров не ощущалось ничего. Солнце покинули любые типы сущностей. Звезда стала одинокой, скучной и неинтересной.

Тому должны были быть весомые причины.

Поразмыслив немного, Лада пришла к выводу, что зацепила что-то вроде информационного сообщения, «автоответчик» на тот случай, если никого нет дома.

Светочи не вернулись к светилу и возможно оставили что-то после себя.

— Что же пообещал вам Чернослав, что так слепо поплелись за ним? — Негодованию Лады не было предела. Но высказать всё, что она о них думает, было некому.

Следующий шаг вернул её на Землю. В район северного микрорайона города Хабаровска. Прямо на ту сопку, с которой рисовалась купюра номиналом в пять тысяч рублей. Во времена, когда бумажные деньги еще имели смысл.

Вид отсюда удручал. Развалины моста через Амур после военных действий смотрелись довольно уныло. Совсем не гротескные готические развалины, вписывающиеся в окружающую среду веками, а просто чуждая, инородная серость для природы.

Разрушенная в военном столкновении с Китаем переправа, более не связывающая левый и правый берега могучей реки, закупорила на ближайшие месяцы РЖД и автомобильное сообщение надежно. Если бы не альтернатива в виде струнного транспорта Антисистемы, проложенного веткой севернее по реке, большой кусок Дальнего Востока был бы отрезан от прочей страны всего парой ракет вражеской авиации.

Всего один залп прекращал сообщение! Чего теперь стоили все подаренные острова и соглашения о вечной дружбе? У сильного нет друга. Сразу после обрушения доллара Китай вспомнил, что такое сила. Впрочем, на каждого сильного найдется своя дубина.

Лада шагнула на развалины, глядя сверху вниз на остовы. Летнее полуденное солнце отражало блики на кусках арматуры, играло на водной глади. Было не по-осеннему тепло и светло. Бабье лето. Слепило глаза с непривычки без фильтров.

Непривычно было ребёнку внутри Аватара разглядывать, как по мосту не ездят автомобили, не ходят поезда. Должны же бродить дежурные рабочие в ярких куртках, чтобы быть заметными в любую погоду и ночью. Должна кипеть жизнь! Но жизнь только по берегам реки. И то люди затаились по домам, попрятались в любых каморках, а прочие на машинах рванули как можно дальше на север или на запад.

Подальше от проблем с Китаем. Но куда можно убежать, если Поднебесная везде? Не даром желтая раса назвала свои территории даром под небом. Что означало, что де-факто ими станут все земли. Если не напомнить о том, кто дарил эти земли и зачем. И что случилось в прошлый раз, когда о Договоре забыли.

Лада, вглядываясь в воду, вздохнула. Пообещать брату Сергию могла всё, что угодно, и даже сделать… но вот с чего начать? Рассчитывала на поддержку светочей, но тех и след простыл. Как и легов с арлегами. Без этих мощных и странных сущностей игра теряла многие преимущества.

С другой стороны, больше не беспокоили и гелы с архигелами. Природные и небесные воинства покинули Землю. Аватар не могла ощутить ни одного, как и на солнце.

Обе армии ушли. Как противовесы одна другой.

Часть сознания прошлась по астралу и менталу, увидела несвойственную обоим мирам тишину и передала большей части внимания, пребывающих в сакрале и универсале, мирах закрытых и малодоступных, эту информацию.

Затем Лада опустила большую часть своей концентрации в нижние миры — действительно, тишь, да гладь. Мёртвая пустыня эмоций, ощущений и чувств, ни сущности, ни энергии, ни грязи, ничего.

Полная недоумения, Лада открыла глаза, совершенно перестав что-то понимать.

— Куда всё подевалось?

Мир словно вымер.

Странное давление, слабо и ненавязчиво берущее голову в тиски, сначала было проигнорировано. Лада не придала ему значения, блуждая в мыслях и собственных ощущениях. Ей, как девушке, просто хотелось разобраться и подкорректировать внутренний мир, вдоволь перегруженный потрясениями и испытаниями на прочность. Мелькнула даже мысль навестить родителей.

Мелькнула и тут же пропала.

Лада вздохнула, смотря в небо.

Желание навестить родных пропало потому, как по небу на огромной скорости пронёсся человек. Лада, задумавшись, и не заметила бы его, но тот заградил на миг солнце, и тень коснулась лица.

— Это ещё что за делища-а-а? — протянула Аватар.

Договорить она не успела. Мелкое недомогание, подкрадывающееся к голове, вдруг обрушилась на неё каскадом боли.

Боль захватила каждую клеточку головного мозга, терзая его импульсами о неминуемой смерти. Лада упала на спину, обхватив голову руками, и покатилась по обломкам моста к воде. Так странно. Её не уничтожило солнце, когда она была готова к атаке. Но стоило расслабиться на родной планете, и неизвестные нашли брешь в защите.

Фигурка в небе стремительно приблизилась, подхватывая падающую девушку у самой кромки воды Амура, пока Лада пыталась разобраться с охватившим её недугом. Аватару падение не угрожало ничем, её по-прежнему весьма было сложно убить после всех космических путешествий и прогулки по солнцу, но вот вполне земную одежду могло бы намочить холодной осенней водой и попортить. Приученная к культурному обращению с вещами, этого Лада допустить не могла. Воспитание Елены давало о себе знать.

Справившись с вспышкой боли, Лада открыла глаза, уже будучи под облаками. И на этот раз летела не она. Её несли. Причем не брат или кто-то из ближайшей родни, а совсем неизвестный молодой человек с прыщавым лицом и в больших очках. На вид, так совсем подросток.

Это вызвало шок.

— Ты Лада, да? Отец тебя ищет. Найди его. — Проникновенно начал он и улыбнулся жёлтыми зубами, не забыв показать несвежее дыхание.

Крик Лады услышало, наверное, половина неба.

— ТЫ ЕЩЕ КТО?!

В крик она вложила частичку силы Аватара, так что очкарика оглушило. Потеряв сознание, он потерял и все лётные качества. Оба стремительно понеслись к земле.

Взяв себя в руки, Лада сама полетела к земле. Подхватив незнакомого горе-спасителя, она приземлила его на сопку возле моста, уложив на старый диван, притащенный кем-то из любителей созерцания закатов на возвышенности.

Не замерзнет.

— В общем, спасибо тебе, но мне пора. Ты это… извини и не обессуть.

Новый приступ боли подкосил Аватара. Упав на коленки, она стиснула зубы.

Всё же до момента появления боли, автономные системы защиты успели определить источник появления боли. Он шёл извне. Совсем неподалеку.

ГДЕ?!

Как разъярённый зверь, Лада бросилась к девятиэтажному дому в ближайшем спальном районе. Источник шёл с седьмого этажа.

НУ, ДЕРЖИСЬ!!!

Выбив плечом пластиковую балконную дверь, Аватар приготовилась к битве с любым чудовищем.

Каково же было удивление девушки, когда увидела перед собой не демоническую сущность, гела или пособников Эмиссаров, а ребёнка лет четырёх.

Новый шок не заставил себя долго ждать. Лада застыла.

Ребёнок стоял в окружении тел. Люди вокруг него — судя по всему, родители или родня — лежали без сознания, оглушённые его психическими атаками.

Голубоглазый мальчик, прикусив губу, смотрел на незваную гостью с нескрываемым интересом.

— Тётя? — обронил он немного удивлённо.

Лада приподняла бровь, ощущая, что ребенок справился со всей жизнью в радиусе трёх километров. Состояние оглушенных людей мало походило на добровольный сон. Скорее, состояние комы. Воздействие на мозг было фактически фатальным. Аватар не удивилась бы, если врачи диагностировали потерявшим сознание полную амнезию, потерю личности и состояние «овоща».

Протянув пухленькую ручку и составив из пальчиков пистолетик, ребёнок обронил довольно:

— Бу!

Спиной Лада ощутила, как вышибает балконную дверь. Удар был настолько стремительным, что не успела выставить барьер. Готова была к удару по сознанию, к новой вспышке боли и потому выставила только психоэмоциональный щит, но удар оказался магическим. Таранный, грубый, исполненный одной воли малолетнего мага, он был настолько силён, что пришла в себя лишь над самой землей, пролетев десяток метров.

«Во истину гнев ребенка разрушает миры!» — мелькнуло в голове.

Хорошо, что сама не убила родных, получая открытие сил под протекцией Скорпиона, постепенно.

Замедлив падение, Аватар развернулась, и устало опустилась на землю на корточки. Дыхание сбилось, сердце стучало, как бешеное, грудную клетку сплющивало, диафрагма отказывалась нормально работать, периодически сокращаясь и прекращая дыхание вообще.

Следующий удар был знаком. Ребёнок, не видя объект, бил, как и прежде, по мозговой деятельности, стараясь буквально выжечь все нервные клетки приступами боли. Он заставлял мозг верить в то, чего нет.

Лада упала лицом в землю, стискивая ладонями виски. В рот попала какая-то веточка, зубы перекусили её, не заметив. Сплюнув остатки и грязь, Лада поднялась. Глаза полыхнули огнём.

— Ну, держись, мелочь пузатая.

Отбив очередной приступ боли, Аватар вышла из тела в высшие миры, находя связующую нить тела ребёнка и его высших тел… высших тел не оказалось. Они были стерты, как будто их не существовало. Зато девушка воочию увидела огромного чёрного монстра в роговой броне. Он держал ребёнка крепко, порвав его тонкие тела.

Третий шок.

Фактически, душа ребёнка отделилась от тела. Серебряный связующий шнур между душой и телом перестал существовать. Жизнедеятельность тела малыша теперь полностью зависело от чёрной сущности… Это был уже не человеческий ребёнок, но демоническая сущность.

Лада ударила. Сомнения одолевали её, но времени на долгие раздумия не было. Сущность высокого уровня уже убила сотни человек в округе, и влияние её через ребёнка только росло — дальше больше. Впереди были новые неизбежные жертвы. Ребёнок был одержим в религиозном понимании. Только поработитель его не поддавался изгнанию. Никакой экзорцист бы не справился, потому как подселенец поработил все аспекты, влияющие на физическую жизнь в теле.

Удар Аватара пронзил грудь чудовища на тонком уровне. Подняв целую астральную бурю, оно бросило нити влияния на ребёнка и попыталось скрыться. Лада, оставив в физическом теле автономный кусочек разума, большей частью сознания устремилась вдогонку.

— Вернись! Я с тобой ещё не договорила! Будешь знать, как детей ловить!!!

Метая молнии в спину улепетывающему кукловоду, Аватар устремлялась всё дальше и дальше… прямо в ловко расставленную ловушку.

При максимуме сил и возможностей Ладе не хватало одного — опыта.

Астрал.

Тишина низших среди всех тонких миров оказалась обманчива. Астрал и ментал взорвался бурями вокруг Лады, когда та, теряя над собой контроль от гнева и боли, возжелала смерти тёмного существа.

Её эмоции, преисполненные энергией, тут же воплотились в мирах, порождаемых эмоциями, чувствами и мыслями людей.

Бойтесь своих желаний!

Вся психосфера вдруг породнила тысячи монстров, ненавидящих своего невольного создателя так же, как и она убийцу сотней людей в физическом мире. Змеевидные, рогатые, копытные, скользкие, холодные, костлявые, всех оттенков и форм, всех размеров и сил, они рекой потекли на Ладу, стараясь отсечь её от собственной серебряной нити. Стараясь сделать невозможным возвращение в физическое тело.

— Ну уж нет! С вами-то я справлюсь! — Заверила саму себя Аватар.

От Лады во все стороны потёк жидкий огонь, волной выжигая всех порожденных ей монстров. Но едва гнев её иссяк, как на место сожжённых монстров встали новые. Но что еще обиднее, монстр, за которым погналась, уходил недобитым, и это злило и раздражало её ещё больше.

— Да что ж за день-то такой?

От физического тела пошла волна страха. Сознание, оставленной в низшем мире, настойчиво слало сигнал тревоги.

Аватар задумалась, разглядывая монстров. Её гнев плодил многих. Её гнев убивал порожденное. Замкнутый круг без конца и края вытягивал силы, но не имел решения.

— Так, стоп. Чего это я делаю? — Лада сконцентрировалась, усмиряя себя. — Ну-ка соберись, девчонка.

Следом за огненной волной, от Лады потекла волна замораживания. Всех монстров вокруг мгновенно обратило льдом.

«Мысли подконтрольны. Эмоции управляемы. Все имеет решение», — говорил когда-то Скорпион, цитируя слова волхва.

Аватар застыла на месте, смиряясь с неизбежным. Монстр ушёл от неё. Ни кто он, ни кто его послал, выяснить не удалось. А лишний гнев лишь лишал её сил. В нём не было смысла сейчас. Все равно, что сечь море.

Подавив в себе жажду крови, Лада успокоилась и осмотрелась на тысячи порождений собственного гнева. Они стояли застывшими. Эта ледяная пустыня, подсвечивая эфиром астрала, было серо-голубой и удручала застывшим бременем.

В следующее мгновение Аватар уничтожила их одной своей волей. Рассыпавшись миллионами осколков, монстры перестали существовать. Но вот с бурями, поднятыми эмоциями, так быстро справиться не удалось. Астрал принялся гудеть, вибрировать, имитируя подобия землетрясения. Ментал и вовсе превратился в царство ураганов, подняв причудливые пыльные торнадо. Ничего подобного Лада никогда не встречала в этих мирах, обычно похожих на тягучее синее озеро, а в мрачное время на серо-зеленые болота.

Новый толчок тревоги от физического тела стал таким сильным, что её невольно выбросило в тело, фактически впихнуло в него. И совсем вовремя.

Лада ощутила, что тело лежало на земле на спине, а над ней нависал огромный чёрный пёс. Только из пасти его торчали клыки, а вместо лап огромные, сильные руки. Они придавили к земле и пытались добраться до лица Лады длинными, острыми когтями. Слабые на вид руки препятствовали этому, удерживая существо весом с центнер.

Оборотень был покрыт длинной шерстью, с коротким еще не вольчим хвостом. Его лицо изменялось до морды последним, вытянувшись длинной пастью. В самый последний миг Лада уловила, как менялось лицо… ребёнка.

Поразительно, но огромным, страшным монстром стал именно потерявший связь с астральным кукловодом малец. Лада не видела всей его трансформации, но по тому, как он спрыгнул с седьмого этажа прямо на неё и пытался растерзать тело, можно было сказать, что влияние монстра не ушло с обрывом связи, а может он вовсе ушел в ребенка, заняв его тело. Во всяком случае, звериное начало магическим образом передалось ребёнку, и вот теперь он показывал всё, на что был способен.

Не ребёнок, но то существо, во что он превратился.

— Что за дела?! Мне не до борьбы со всякой швалью! — Закричала Лада, без страха глядя в налитые кровью глаза оборотня. Клацкающие возле лица клыки ее не пугали. Как и слюни, стекающие на шею и подбородок. Живец в детстве и не так облизывал.

Без особых усилий она откинула тушу, вес которой был уже не менее трёх центнеров. Отброшенный зверь совсем не растерялся, но в глазах мелькнул вопрос — был обескуражен подобной прытью от девочки. Это не помешало ему кинуться в повторную атаку.

Но к ней Лада уже была готова.

Апперкот Аватара выбил монстру немало зубов. Раненый оборотень взвыл, оскалился обломанными верхними клыками и застыл, смотря сверху вниз на маленькую, как на вид, так совсем хрупкую девушку.

Звериный разум не понимал, почему этот хрупкий, ничтожный человечишко так силён. Чутье лишь подсказывало, что схватка будет жестокой, смертельной. И с совсем непредсказуемым финалом.

Зверь снова прыгнул, стараясь сбить с ног и подмять под себя, чтобы впиться в белёсую, тонкую шею девчонки, разорвать жилы, перебить позвонки, убить сразу, а потом лакать, слизывая, кровь и вырывать куски мяса вместе с гортанью.

Лада, взлетая, пнула монстра вбок, откидывая мохнатую тушу на десяток метров. Пролетев в воздухе, оборотень врезался в фундамент панельного дома. Удар, который погнул бы и броню танка, сломал лишь рёбра оборотню, но быстрая регенерация зарастила кости за какие-то мгновения.

Зверь, слизывая собственную кровь с подбородка, поднялся и заходил вокруг противника на задних ногах, готовясь к новому прыжку, но уже не спеша атаковать лоб в лоб. Внешность врага была обманчива.

Оборотень так и не стал волком полностью, не встав на четыре лапы и не получив пушистого хвоста. По росту и весу он скорее был как стая волков, и процесс укрупнения не прекращался.

— Что же ты за чудовище такое? А? Чего от меня хочешь? Зачем ребёнка убил?! — посыпала вопросами Аватар. — Кто ты такой вообще? Кто тебя послал?

Она не могла понять, как только физическое существо обладает такой мощью без всякого внешнего покровительства. Обычно все трансформации и усиления физического тела проходили при непосредственной инвольтации[1] «сверху». Но это существо было автономно на всех высших уровнях. Это она проверила сразу.

«Эгрегор? — подумала Лада, присматриваясь к монстру. — Нет. Никаких внешних связей. Никаких прицепок к астралу, менталу и тем более чем повыше».

Оборотень, вновь оскалившись, сорвался в бег, быстро сокращая расстояние между ними. Лада поднялась в воздух, становясь недосягаемой для существа.

«Какая нелепость биться с оборотнем посреди ясного дня, посреди города… пусть на несколько кварталов вокруг всё живое и превратилось в «растения»», — подумала девушка.

Раздосадованный зверь, лишившись добычи, заметался по земле, нарезая круги под Ладой. Аватар, зависнув почти у самой крыши дома, смотрела на эти метания без эмоций. Уйти она себе позволить не могла. Подобное чудовище не могло существовать в городе. По крайней мере, пока она жива. Охота на людей тогда обеспечена. Чисто с человеческих позиций, Аватар не могла отступить от этой «мохнатой проблемы» и решить её следовало здесь и сейчас.

— Ну, держись, чудик мохнатый! — Разозлилась девушка.

Лада обрушилась с неба на монстра, вбивая маленькими кулачками его в землю на добрую сажень. Любое живое существо должно было просто расплющить.

В какой-то степени расплющило и оборотня, переломав ребра и попротыкав внутренние органы перебитыми костьми. Но он тут же поднялся, зарычал, выправляя повреждения, и легко выпрыгнул из образовавшейся ямы, с каждым новым движением обретая все большую подвижность.

Бесполезно, физический урон не причинял особого вреда оборотню.

Лада вновь взмыла в небо, но оборотень на этот раз не дал далеко уйти и принялся карабкаться по стене, как паук, впиваясь чудовищными когтями прямо в бетон стены старого дома. Прямо от крыши дома оборотень прыгнул на девушку. Двигался он настолько стремительно, что Аватар не успела отскочить.

Прыжок пришёлся сбоку. Вцепившись когтями в одежду и царапая бок и спину, оборотень попытался уронить летающую добычу.

Лада закричала, стараясь скинуть чудовище. Этого сделать не удалось. Когти твари впились в нее клещами. Вдобавок, извернувшись, монстр укусил её, вонзаясь острыми, как бритвы зубами в руку.

Крик Аватара долетел до Амура. Зубы оборотня едва не переломили усиленные ступенями саморазвития кости. Она едва не лишилась руки!

Стиснув зубы, Лада схватила свободной рукой оборотня за горло и вместе с ним поднялась над облаками, в царство холода и ветра. Тучи потемнели, наливаясь гневом Аватара. Ветер обратился бурей, разбиваясь о тела двоих существ, забравшихся не в своё место обитания. Она поднималась все выше и выше.

— А теперь держись, пёсик!!! — Закричала она, сверкая глазами.

В тёмных зрачках оборотня на миг показался страх. Он не понимал высоты. Не выпуская добычи из пасти, оборотень придушенно заскулил. Маленькая ручка держала цепко и жестко, прямо за горло. С силой, не свойственной никакому богатырю. Лада хотела подняться до космоса, но на это требовались минуты. Её кровь же стекала по руке. К тому же автономные системы защиты тела активировали бы защиту на определенной высоте. А поскольку клыки оборотня находились в её теле, система распространилась бы и на нее. По этой же причине она не могла его и утопить, занырнув с ним на дно. Как и выбросить в открытый космос или заставить сгореть в атмосфере.

Все это пришло озарением понимания мгновенно. Как и последнее средство.

Молния, ослепившая на миг, ударила в тела обоих. Но если тело Лады приняло разряд как источник сверхподзарядки и пропустило через себя без последствий, то оборотня обратило в пыль тысячами градусов мгновенно. Не осталось ни обугленного мяса, ни обгоревших костей. Просто пыль подхватил быстрый ветер и развеял над облаками.

Зрачки Лады продолжали сверкать молниями, пока Аватар изгнала из тела заразу от клыков оборотня, заставив её покинуть тело через поры кожи. Затем она мгновенно зарастила раны на руке, боку и спине. Одежда так же приобрела прошлый лоск за какие-то доли секунды.

Аватар вздохнула и успокоила небо над городом, что уже начинало проявлять бурю на земле. Не хватало только погодных катаклизмов после военных локальных конфликтов.

Поднырнув под облака, Лада приземлилась на крышу печального, омертвевшего дома. Прислушалась, сверяясь с ощущениями.

Сотни людей в районе квартала по-прежнему лежали в коме. Дыхание и сердцебиения были замедленны настолько, что любая бригада скорой помощи диагностировала бы лишь одно — смерть. Видеть такое в своем родном городе было нелегко. Возможно там, где-то в других мирах и землях к такому можно привыкнуть, но когда смерть приходит на улицы твоего города, опускаются руки…чтобы ладони могли сжаться в кулаки!

Лада вздохнула и закрыла глаза.

— Ребёнок, убивающий родителей. Куда мир катится? Всё так неправильно. Но кому это нужно? В любом случае, ты своего не добьешься.

В то же время сотни людей в трёх домах открыли глаза, не понимая, что произошло. Тела их пришли в норму, но мозг страдал неполной амнезией. При них осталось память о специализации в жизни, но отсутствовали воспоминания о родственных связях. В один миг они стали чужими друг другу.

Это была плата за возможность жить полноценной жизнью, а не прозябать в больницах в недееспособности.

Горько на душе Аватара стало потому, что никто из самых родных не мог бы вспомнить о существовании ребёнка.

Родился, жил, исчез… забыт. Как файл, удаленный с компьютера безвозвратно.

Лада покачала головой, снова вздохнула и исчезла.

Впереди было слишком много дел, чтобы оплакивать каждого павшего. На счету были миллиарды жизней. Да и астрал с менталом требовали более пристального внимания.

Время не ждёт.

Но какое-то горькое чувство и ощущение проигрыша не оставляло Ладу. Словно пропустила что-то важное. Но не могла понять что.

— Чего еще от меня хотят? Кто ты? Где? Покажись уже.

Началось всё внезапно посреди северного Урала, куда любила иногда заглядывать, чтобы прийти в себя, глядя то на земли Европы, то на Земли Азии. Горная плато, как линия условного раздела, всегда была безлюдной и с поразительно красивой природой. Чистые девственные густые хвойные леса были красивы в любое время года. Осенью же хвойный лес продолжал стоять зеленым, лишь кое-где вкраплениями выделялись золотые островки лиственных деревьев.

Прямо перед Аватаром, казалось бы, прямо из воздуха, появилась большая рогатая голова, зависшая у края горной гряды. Затем проявило себя всё тело. Прошел какой-то момент и весь демон предстал перед Ладой. Небольшого роста, едва ли выше её.

Лада задумчиво приподняла бровь, не забыв пнуть демона в грудь так, что тот полетел с высоты сотен метров, падая на верхушки могучих сосен у подножия гор.

Но тут проявил себя еще один демон и ещё… и вот уже сотни демонов заняли округу, и количество их с каждой секундой всё росло и росло, обступая Ладу со всех сторон.

Лада отбросила от себя ближайших рогатых волновым выпадом, и попыталась определить их источник отправления. Далеко за ответом лезть не пришлось. Им оказался астрал. Бушевавшие бури привлекли внимание существ низшего порядка и словно ведьмы на шабаш, они проявлялись в самых эпицентрах этих бурь, которые как ни странно, отправляли их прямиком в мир физический. Поражало то, что астрал как тонкий мир способствовал проявлению в физическом мире полностью воплощенных существ. Не нужно было даже смещать спектр зрения, чтобы увидеть их. Они были так же явны, как горные валуны у подножия скал, куда наряду с верхушками деревьев принялась скидывать демонов Лада.

Урал как первая священная гора арийцев, вновь пропитывался кровью демонов, как много тысяч лет назад. День, когда асы вышли за предел священных земель Даарии на землю континент, вступив на землю Даурии («на пути к солнцу» — что означало «на восток». Так же как Урартру означало «на запад», ибо государство лежало на запад от Урала), обозначился тем, что их и стали называть иначе: ариями — буквально «теми, кто вышел за предел священной земли». Асами же называли богов и их первых потомков, спустившихся с неба. Буквально — «богов неба». С тех пор эта традиция никуда не ушла и всех, кто покорял небо и показывал мастерство в нем, продолжали называть пилотами-асами.

Тех же, кто воевал за землю с любыми порождениями демонических сущностей на земле, называли все теми же «ариями». Как и тех, кто эту землю позже обрабатывал, вспахивая, сея, окучивая и собирая урожай, тем самым побеждая голод, который пришел с первыми холодами измученной катастрофой планетой в олицетворении все тех же демонов, которые во многом способствовали голоду, нападая на запасы провианта и сжигая насаждения. Первым демоном тогда стал среди них тогда Дед Мороз. Чудовище, которым пугали детей и которому слабые люди даже из страха приносили подарки и жертвы, оставляя в лесу замерзать намертво стариков и детей, которых не могли покормить в самые лютые зимы. Собирала эти жертвы вместе с эманациями страха и ненависти известный суккуб и пленитель душ Снегурочка, которая была сражена Марой. За что последняя и получила наречение богини смерти. Мара и была богиней смерти. Но только смерти для демонов, так как богиня была одним из основных защитников и покровителей людей во времена Ночи Сварога, когда обрушившийся холод погнал людей на юг.

До какой степени надо было исказить эту быль, чтобы первый демон и его преспешница сами стал дарить подарки детям и олицетворяться символами светлого праздника и доброты, могла знать только династия Романовых. Петр первый постановил рубить ели и ставить в дома, наряжая. Тот, кого называли антихристом и высокопоставленным иллюминатом прекрасно знал и о символе дерева смерти и об энергетическом вампиризме срубленного дерева, вокруг которого дети водили хороводы. Учитывалось и правильно подобранное время — середина зимы, когда энергетические коконы людей наиболее ослаблены и восприимчивы к ударами и поражениям тонких тел. В том числе и демоническими сущностями. Но Русь не была бы собой, если бы не придумала оригинальный ответ по защите от всех подобных воздействий в зимний период. Потому что существовали бани. И парясь, ныряяя в снег, дубася друг друга вениками, люди выгоняли из тонких тел любую инородную пакость. И с этой традицией ни один Романов справиться не смог так легко, как с бритьем бород. Та диверсия против людей, что хороша прошла в Европе (исключая северные страны викингов, где появился более приземленный вариант саун), на Руси не прошла. Эта сокральная земля вокруг священных рек и гор отвечала на все выпады адекватно.

За успех всех диверсионных действий династий в искажении обрядов, традиций и культуры Руси, включая преобразование адаптированной версии христианства под призму славянского мировоззрения Романовых попутно причислили к лицу святых, укрепляя ряды божественного воинства, а по сути, заменяя смещенных богов своими ставленниками в понимании людей, которые привыкли к политеистическому взгляду на вещи, так как всегда верила во многих богов. Сложно не верить, когда те являются твоей родней и ходят по одной с тобой земле.

Любая же форма вымышленных впоследствии религий способствовала лишь разделению людей, потому что то, что раньше можно было видеть и проверять, теперь в это приходилось лишь верить, заменив прямой разговор с богами разговором с внутренним диалогом.

Само выбранное словно «религия» стало синонимом веры, заменив внятное знание, передаваемое богами напрямую или через волхвов и Веды, когда этот диалог был прерван. Что собой представляло это слово? Оно состоит из двух смыслов: «ре» и «лига». Что означало лишь преобразование. То есть «уход от истины». К домыслам и толкованиям, за догматы в которых отвечали священные писания, созданные в одно время орденом Светоносного на искаженном санскрите, который деградировал из рун Перуна и стал позже латиницей.

Лада схватилась за голову. Клеть памяти отворилась совсем не вовремя, прорвавшись из глубин тонких миров. Стрессы часто являлись катализаторами для подобных прорывов, как и кровь, где в ДНК каждого человека существовало гораздо больше информации о прошлом, чем в любой воде. И если до заговоренной воды современная наука начала доходить, то до манипуляцией с кровью ей еще было далеко.

Лада поморщилась, обведя взглядом демонов. Теперь она точно знала, что никаких споров у асов не было, кого называть ариями. Все воины-кочевники-скотоводы и пахари-землевладельцы могли с одинаковой гордостью носить это звание. Клочок истории даже сам подтверждал это, называя из скифами-пахарями и скифами-скотоводами, добавляя и привилегированную знать в виде королевских скифов, умалчивая о том, что это лишь носители знаний — волхвы, а не династии престолонаследников.

По сути, ариями была вся первая волна переселенцев белой расы еще до возникновения таких занятий как торговля и война между людьми, которые пришла к людям со второй волной богов в лице ее основных представителей: Велеса и Перуна, когда врата Велеса открыли односторонний портал с Асгарда.

Самая большая печаль зимы была в том, что скотоводами и охотниками пришлось стать не по своей воле. Растительной пищи всем не доставало, и мозги на тысячи лет вперед замыл животный белок, огрубляя тонкие тела и способствуя искажению родовой информации. Пропагандируемый сторонниками эволюции как основной фактор поумнения обезьян белок вышел на первое место по потреблению в пищу. Но поменяет ли шимпанзе банан на кусок мяса? Затем от мяса смогли отказаться уже не все. А затем это вовсе перестало иметь значения. Все старания волхвов-браманов вернуть людей на привычный им рацион не получил широкого распространения и в более южных землях, где зима уже не тревожила. Так при пришествии в Индию арии стали именоваться индо-европейцами. Этому поспособствовало и первое массовое кровосмешение. С ним боролись. Но в отсутствие богов все действия уже не приносили полных результатов. Кали Юга вносила коррективы. Лишь сама собой выделилась каста неприкасаемых.

Аватар, отринув все эти мгновенно промелькнувшие мысли, собиралась было повторить «гнев неба», но сколько же молний должно обрушиться на землю, чтобы перебить эту орду появившихся демонов?

Тысячи демонов атаковали её без приказа, все как один желая ей смерти ничуть не меньше, чем астральные сущности. Проблема была в том, что демоны были вполне физическими существами после проявления, и избавиться от них одним усилием воли не получалось.

Лада, стараясь сознанием удерживать полившийся на нее из подсознания информационный поток, отдала бой реакциям тела. Это было временной вынужденной мерой и работало не так хорошо, как у опытных бойцов, закаляющих тело годами тренировок, но удары ее рук и ног были фатальны и демоны не спешили лезть на рожон. Нападали группами, что давало время все обдумать.

Лада била неосознанно и судя по тому, как быстро погибли от ударов Аватара ближайшие противники, можно было судить, что до регенерации оборотня демонам далеко. Это и не удивительно. О временах былой мощи первым защитникам земли (против людей) можно было и не мечтать. Современный мир в своих представлениях конечно культивировал демонов, как и оборотней с вампирами, но не забывал и неистово их уничтожать. В каждом фильме и романе, а то и сериале. Что и проявлялось в тонких мирах ослаблением демонических сущностей и сказалось на их физическом проявлении. И если оборотням и вампирам, низведенных до образа (а вместе с тем и уровня) геев, еще позволялось временами оставаться в живых, то демонов современной моде и культуре совратить почти не удавалось.

Зрачки Лады заполыхали синим огнём Силы. Она раздвинула ладони — послушная священная гряда вспучила пласты валунов, ломая камень как теплый пластилин. Затем горы в один мир поглотили в провале часть демонического десанта.

Лада сжала кулачки и края провала послушно вырастили две каменные руки.

Аватар хлопнула в ладоши и огромные лапищи размазали с полсотни демонов в кашу. Их рёв и крики оглушили и этот крик разнесся далеко, но услышали его только животные. Тут же завыли волки, как самые преданные друзья человека, которые в свое время помогали бороться с демонами. Многие волки и после победы остались с людми, став собаками. Ибо шли сбоку. Сбоку от человека-охотника на демонов.

Оставшиеся в живых враги с новым неистовым напором набросились на Аватара. Над Ладой полыхнул синий купол, сдерживая их натиск. Они облепили его, как муравьи арбуз… но купол не был полным. С десяток демонов добрались до ног Лады, вынырнув из-под земли. Пришлось отвлечься на них и… купол прорвало.

Гроздью посыпались на Аватара демоны, погребая под собой.

Сотни порождений тёмной мысли стали для Лады живым надгробием. Прошлая боль мгновенно показалась несущественной.

«Прости, братик… прощай, родные… я не смогла, — мелькнула последняя мысль перед тем, как сознание потухло в нелепой схватке».

Один из пяти не справился со своей задачей, ставя общий план под откос раньше, чем другим выпал шанс проявить себя.

Глава 3 — Тоннели истории –

Дальневосточный край. Г. Владивосток. Форт номер №

Серый Отшельник Рысь и ранее бывал в Иномирье, но всегда при попечительстве родни Скорпиона, задающих точные координаты перехода. Сейчас же до прорыва туннелей между мирами пройти туда необходимо было вполне физически — через точки перехода и санитарный кордон. Фактически, как простые люди и… люди Иномирья. Отличие в составе их крови не делало их нелюдями. Проблема была лишь в том, что живых людей по ту сторону либо не осталось, либо осталось совсем мало.

Другая проблема была в том, что Рысь не знал координат перехода, иначе бы не терял времени на пешую прогулку. Спросить было не у кого. Ещё одной проблемой было то, что большинство туннелей физического перехода скорпионовцы уничтожили при последнем посещении Иномирья, драпая от зомби.

Перечислять проблемы можно было весь день, но к решению поставленного перед ним советом вопроса это не приближало ни на шаг.

Серое фортификационное здание было десятки лет закрыто на реконструкцию. Старая, массивная дверь была заперта на засов изнутри. Пришлось проходить сквозь неё, разогнав атомы тела и временно повысив температуру тела до двухсот градусов — температура фатальная для живого организма, если процесс длительный. Причем первыми должны свариваться белки, а там и до бесплодия было недалеко.

Риск был оправдан. Рысь слишком давно полностью контролировал тело, чтобы все еще обращать внимания на предупреждения мозга.

Тело Отшельника было мало подвластно физическому урону. Андрей Поднебесный фактически не нуждался в еде и сне, как его отец и даже как дед. Чистой, ключевой воды и света хватало для полного восполнения потерь организма, а на сон предоставлялось не более часа.

По привычке.

Впрочем, когда это было — долгий, крепкий сон? Рысь не спал со времён возвращения. Последний сон был на плече Скорпиона, казалось бы тьму лет назад. Планета серокожих, недели выживания, сражения бок о бок с упырями на подземных базах гуманоидов, космическое путешествие на корабле полубога — всё это словно было в диком сне на том самом плече.

Сейчас же перед глазами была лишь тьма заброшенного коридора, пришлось адаптировать зрение под абсолютную темноту, сместив спектр в сторону инфракрасного виденья. Контуры коридора приобрели очертания, уплыли вглубь. Тьма отступила.

Рысь зашагал по коридорам, не спеша прыгать в неизвестном направлении. Он помнил, что Скорпион рассказывал — а Семён позже хвастался — что один из проходов в Иномирье находился на нижних этажах закрытого форта. Теперь предстояло просто его найти и просто впервые попробовать самому.

Это «просто» заняло без малого два часа блужданий по бетонированной поверхности, плутая по разветвлениям и переходам, прежде чем глаза не зацепились за неприметную дверь, казалось бы, технического помещения. Причём по внутренним ощущениям за ней не был тупик, напротив, глубина небольшого, узкого коридора поражала.

Рысь открыл дверь и с довольной улыбкой обнаружил, что бетонный пол перед дверью вскоре пропадал, сменившись каменным, а затем вовсе древними досками из мореного дуба, фактически не подвергающимися действию сырости, плесени и затхлости подземелья. Впрочем, идти по ним стоило осторожно, кое-где коридор был подтоплен, и доски плавали, либо были скользкими и непрочными.

Рысь перепрыгнул лужицу и проскользив на одной из сырых досок, едва не свалился в грязь.

Послышался писк мышей. Вездесущие грызуны появились под ногами прежде, чем коридор распался на три ответвления.

— А вот о развилке братишки не говорили, — вздохнул Отшельник и сконцентрировался на внутренних ощущениях.

Левое ответвление упиралось в тупик. Путь прямо вновь несколько раз делился на разветвления и терялся в тупиках или соединялся с прочими проходами в десятках километрах под Владивостоком. Ощущением глубины веяло от правого прохода. В него Отшельник и пошёл.

Коридор оказался сухим и без крыс. Грызуны, словно предчувствуя опасность от санитарного кордона, исчезли. Они были далеки от мистики смежного мира и предпочитали оставаться в земных реалиях.

Ощущение кордона возникло внезапно. Просто в какой-то момент Рысь оказался в статическом поле. Тело покрылось мурашками. Незримые сканеры, мало ощутимое энергетическое воздействие, проверило тело и… пропустило без претензий.

Эти древние барьеры больше походили на магические. Рысь не понял принцип их работы, сколько ни старался. Он не видел ни источника влияния, ни установок, по какому типу определяется отбор. Они просто были. Это приходилось принять как факт и продолжить движение, оставив детали на потом.

— Работает и чёрт с ним, — обронил серый Отшельник и прошёл в Иномирье.

Это было как перерождение после смерти. Сначала долгое мучительное ожидание, затем тьма, затем быстрая перемотка времени, проносящая через миры-пространства и вновь новое рождение. Именно такие ощущения запоминали все физические тела, (насколько помнил прошлые жизни Рысь), пока душа носилась за инструкциями к Глубинному вне физических миров.

Привычное серое небо, мир, больше похожий на монохромный, мёртвая земля и ощущение беспредельной тоски, повисшее, казалось бы, в самом воздухе — первые ощущения мира-близнеца. Мира, которому повезло немного меньше лишь по той причине, что появился чуть раньше Земли.

Никто не знает, что будет на матушке-планете через два века. Возможно, Иномирье покажется землянам раем по сравнению с собственной обителью. Процесс уничтожения идет полным ходом, и никто не собирается останавливаться.

Сильный ветер, не сдерживаемый ни деревьями, ни кустарниками, гулял над полями и пустошами, оврагами, сопками и над невысокими горами.

Рысь попытался ощутить жизнь, но на много тысяч километров не было ни одной живой души.

Зато были существа… не живые.

Целые орды зомби, сотворённые легкой рукой Меченого, ощущались на расстоянии в несколько десятков километров. Замерев посреди пустошей, они словно спали, но на самом деле лишь ждали команды, чтобы все как один сорваться в путь.

От кого должна была поступить эта команда, Рысь не знал, но Скорпион сказал, что миры соединятся, значит, так оно и будет. Сомневаться в словах младшего брата не приходилось — нахватался игр с Высшими с головой. Солдат без командиров не бывает. Если появились зомби, значит это кому-то было нужно. Опыты Чернослава на его совести.

Рысь, шагнув как можно ближе к мёртвым ордам, и сам заметил, что выстроились они по принципу подготовки к десантированию. Не кучка крутящихся на месте остолопов без цели, но ровные ряды солдат с чётким приказом — куда и зачем следовать.

— И кто отдаст приказ? — невольно обронил Рысь, упорно не понимая, кто мог командовать этой ордой.

В том, что мёртвых созданий взял кто-то под контроль, больше сомневаться не приходилось. Они стояли неподвижно, мучимые голодом, но не позволяли себе и двинуться без приказа неизвестного. Ранее, по словам того же Семёна, зомби вели себя совсем иначе и бросались на любую жизнь, почуяв её за десятки километров, как слоны воду.

Недвижимость не объяснялась тем, что зомби не двигаются потому, что не ощущают жизнь вокруг мёртвых земель. Рысь закрыл своё присутствие от чьего бы то ни было взгляда или ощущения. Мертвые почуять его не могли. Но что более странно, Отшельник теперь сам почти физически ощущал нити влияния кукловода.

По ощущениям, нити управления тянулись от каждого зомби, но вот проследить за их обладателем не удавалось никак. В какой-то момент они становились недосягаемыми и заставляли Отшельника сомневаться в своих возможностях, возвращаясь к исходной точке, от которой начал. Как один из пятнадцати сильнейших мира Земли, он ощущал свою полную беспомощность в понимании ЭТОГО УРОВНЯ.

— Да что же такое творится? Кто ты? Бог?

Зомби в один момент все повернулись и уставились на лысую сопку, где находился Отшельник. Они не могли его видеть, но все словно в один момент почувствовали, что он там.

— Что? Не может быть! — Воскликнул Рысь, готовясь к прыжку.

ПРЫГНУТЬ НЕ УДАЛОСЬ!

Что-то словно нацепило на ноги колодки. Отшельник мог передвигаться по земле, мог прыгать и бегать, но вот ш а г н у т ь уже не получалось. Словно Иномирье, опомнившись, поставило свои условия на развитие мира и ограничило иноземца.

Орды зомби в сотни тысяч единиц меж тем в едином порыве бросились окружать сопку. Они очень быстро завязали бой, желая растерзать незваного на своей земле гостя.

Рысь ощутил неприятный холодок в груди. Шансов против такой армии у него практически не было, не смотря ни на какие силы.

У всего есть предел. Один в поле не воин. А если и воин, то ограничение физически ставится на тысячу-другую солдат. Больше вокруг себя свалить тел невозможно.

Отшельник словно чиркнул ногой по земле, и волновой удар сорвался с сопки, рассекая надвое первую набегающую волну в сотни мертвяков. Их нижняя часть тел ещё бежала, когда верхняя уже осталась на земле.

Рысь взмахнул руками, выдвигая ладони вперёд, и два таранных кулака волновым воздействием сшибли ещё по несколько сотен зомбяков, рассекая головы, как будто по каждой прошлась мастерски заточенная катана.

Отшельник успел пустить ещё три крупные волны, уничтоживший порядка тысячи зомби, прежде чем первые враги достигли непосредственного физического контакта. Манёвра для волновых ударов не осталось и пришлось переключиться на простой рукопашный бой, разве что каждый удар-прикосновение гарантировано уничтожал нежить.

Рысь завертелся волчком, за секунду успевая уничтожить двоих-троих противников. Нетренированный взгляд увидел бы лишь смазанную картинку. Всем прочим — вал из тел, быстро растущий у сопки.

Мертвяки падали второй смертью, скатываясь вниз кулями, мешая ползти наверх товарищам по несчастью, замедляя их ход. Но и Рысь лишался площади для движения. Приходилось бегать по телам, скользить на тёмной крови и внутренностях. При этом он едва не терял равновесие на сверхскоростях.

Потери мертвяков перевалили за три тысячи — ничтожно малая сумма по сравнению с общей массой орды — когда Отшельник понял, что слишком быстро теряет силы. Сопка перестала приносить преимущество, заваленная телами. Пришлось замедлиться, больше теряя времени на то, чтобы не быть погребенным под телами. Скорость уничтожения зомби упала до одного в секунду и продолжала падать, в то время как сам Рысь пытался забраться выше, чтобы не быть атакованным сверху.

Ни полёта, ни Дальноступа, ни Ближнеступа… Мир ограничил его до человека боя с примесью магии, но годной лишь для того же боя, так как в этот мир магия возвращаться не собиралась.

Рысь попытался сотворить автономный или вручную поддерживаемые щит, купол, сферу, что угодно, лишь бы хоть на миг защитить себя от усиливающегося натиска, но тщетной оказалась та попытка.

Только время потерял.

Орды нежити прибывали, получив лишь один приказ — приказ на его уничтожение. Для этой ликвидации отрядили целую армию.

Сломав шею очередному солдату нежити, Рысь ощутил, как по руке скользнули холодные пальцы, отдёрнул. Три кровавые полосы от грязных ногтей остались на запястье. Почуяв кровь, зомби голодно взвыли. Натиск начался такой, что Отшельнику приходилось уже толкаться и плечами, скользя ужом. Как же ему не хватало сейчас холодного оружия. Меч и секира остались на попечительстве единого гиганта — Семёна и Савелия. Им нужнее. Справиться с целой планетой гораздо сложнее, чем закрыть туннели со смежным миром.

Так он думал, пока не ощутил дыхание смерти за спиной. Вот она дышит в шею, её клыки рядом, а взгляд в спину ощущается вполне физически. Она несёт страх и ужас, от неё мурашки по коже. Сковывает члены и сложнее дышать.

Судорожно бьющееся сердце готово выпрыгнуть из горла.

Руки налились усталостью. Пальцы пронзала боль от каждого удара по мертвякам. Их холодные, одеревенелые тела были твёрже дерева. Каждый новый удар теперь гарантировано причинял урон собственному телу.

Капли крови полетели с пальцев в разные стороны. Сбив подушечки и ладони, срезав кожу, как будто суткам тёр их о наждачную бумагу, Рысь, стиснув зубы, ощущал как мясо трется о мясо, а затем и кости. Живая плоть о мёртвую.

Удар… Права рука хрустнула. Локтевой сустав, порядков измучив связки, не выдержал и надломился.

Отшельник устало свалился на колени, падая с горы трупов прямо в руки голодным мертвякам. Сил бороться больше не было никаких. Все внутренние резервы иссякли на первом часу сверхскоростного боя. Так долго драться в режиме «максимум» было не под силу ни одному живому существу.

«Прости, брат, я не сумел, — мелькнуло в гаснущем сознании до того, как холодные руки принялись разрывать плоть на части».

Мёртвое побеждало живое.

Второй из пяти отправившихся на Миссию не справился со своей задачей. Мир Земли упрямо терял защитников, сводя шансы своего существования ближе к нулю.

Два ноль в пользу захватчиков.

Планы совета рушились, как карточный домик.

Орбита Земли. Корабль-матка.

— Ты немного ошибся, мёртвый. — Еле шевеля губами, сказал Скорпион. Они безбожно распухли и мешали говорить, да и язык ворочался едва-едва.

— Ошибся? В чём? — не понял высший вампир. Судя по тону его голоса, он был в приподнятом настроении духа. — Это вы ошиблись, подарив нам этот корабль и технологии, но ещё больше ошибся твой папашка, когда не предусмотрел использование системы телепортов серокожих. Мы добрались до вашей родины раньше на несколько миллионов лет, чем вы оба планировали.

— Глупый… глупый вампирчик, — закашлялся Сергий, слабо захохотав — Локаторы серокожих не фиксируют приближение планеты Нибиру. Наги выставили экран. Вскоре вас уничтожат, как единственное препятствие. Я просто приходил предупредить, но вы не стали слушать. Назвался врагом — умирай теперь. Мне все равно.

— О чём ты?

Скорпиона опустил голову, притворившись отключенным.

Это было не сложно — до смерти было полшага.

Предводитель переглянулся с рыжим старейшиной, оба навострились. Через несколько минут Сергия извлекли из «кармашка», омыли, промыли глаза, и намазали какой-то дурной пахнущей мазью раны. Кровь перестала течь давно, но теперь раны приятно щипало.

— Говори, что тебе известно. Температура твоего тела повышается. Мозг включается. Но не надейся сбежать. У тебя не достаточно сил.

— Сбежать? Зачем мне бежать? — Обронил сонно Сергий. Зевнул, пробуждаясь. Яд пропал из организма еще ранее при усиленной работе низшего тотема. Продолжил. — Я хочу видеть агонию клятвопреступника. Змеевидным всё равно, кого брать в рабство: людей, животных, упырей. Будете работать на них так же, как люди каждые десять тысяч лет. Сейчас на Земле на них работают рептилоиды-аннунаки.

— Что за змеевидные? — Упырь дал напиться какой-то жижи. Сергий не стал спорить. Любая жидкость приносила силы.

— Наги-то? Задумка Сатаниэля. Часто их путают с их созданиями — аннунаками. А Сатаниэль — гениальный генетик. Он любил принимать форму змея, а когда-то и сам породил змееподобных отпрысков в пику последним созданиям демиурга Велеса — земляным людям. Но если обращаться к людям, которые были богорождёнными, то и они разделились миллионы лет назад на несколько ветвей. Одни из них — серокожие. Это деградировавшая на генетическом плане раса людей. Вы завладели их технологиями, но так и не поняли, что они близки к нам. Поэтому их технологии представлены в нашей Солнечной системе.

— А что же наги?! — Воскликнул Рыжий.

— А вот наги — совершенно новый вид с генотипом змеи. — Разговаривать с шевелящимися губами и языком стало гораздо проще.

Сергей ощутил прилив бодрости. В конечности быстро возвращалась кровь. Сердце начинало разгоняться. Все ещё неутомимо работал низший тотем, нейтрализуя грязь среди «серого вещества».

— Проблема в том, что технологии наг не уступают серокожим. Они приехали за урожаем и рептилоиды сделали все для того, что хозяева объелись до отвала без всяких проблем. А Нибиру… Планета эта больше, чем ваш захваченный кораблик. Примерный расчёт на количество твоих бойцов один к ста. Так что готовься, мясо. — Улыбнулся Сергий. — Десант твой будет успешным, но недолгим. Кстати, корабль серокожих они, скорее всего, уничтожат. Уж очень приметный. Да и зачем им конкуренты? Это их жатва. Впрочем я уже говорил, что вас опередят зомби. Мы просто попытались столкнуть все события в одной точке. И скоро ваше влияние перебьется другим.

Предводитель вновь переглянулся с собратом.

— Брат, он же бредит. — Заметил Рыжий.

— Слишком красиво сложено, чтобы быть бредом.

— Раз уж ты, тварь, слово не держишь, а весь род твой на одном корабле — ты как раз вовремя. — Добавил Сергий. — Не придётся заниматься вашим уничтожением через миллионы лет по всей Вселенной. Всё сделается чужими руками… судьба, да? — Сергий засмеялся.

— Твой отец не так уж и глуп, как оказывается. — Вздохнул Предводитель. — Ты и сам не знал, что он планирует. Да?

— Я слишком молод, чтобы понимать его. Я младшенький в семье. Неопытный ещё. Все меня туда-сюда шныряют, используют, что братик, что папаня, что дядя раньше… но в итоге получается, что всё с пользой. Расту на глазах. Понимаешь, у нас тут мир немного изменился. Никак привыкнуть не могу. Показать, на что способен человек?

Рыжий и Предвдитель приготовились к атаке, уже призывая ментально орды солдат.

— А давай лучше покажу, на что способен отец, потерявший сына?!

Сергий оскалился. Глаза полыхнули огнём. Раны в один момент затянулись, волосы высохли от липкой жижи.

Предводитель оказался проворнее, подставив под «чёрный взгляд» рыжего собрата.

Один из трёх некогда существовавших Старейшин свалился на пол, так и не осознав, что его убило. Мощный энергетический выпад разорвал его изнутри.

Сергий поднялся во весь рост, поднимая возникающий в руках сверкающий меч Родослава. Вытащенный из Пустот, тот воплощался в мире неспешно, словно не желая ослеплять всех его обитателей, привыкших к мягкому свету освещения корабля.

Стоило лишь направить меч на Предподителя всех вампиров, и он застыл у прохода, словно был сжат огромной магической дланью. Как плеть стеганула по спине первого вампира иноземного мира и он зарычал. Незримые нити схватили за шею, отбросив обратно к ногам Скорпиона.

— Не уходи. Мы ещё не договорили. Обсудим политику уничтожения твоего рода во имя спасения моего. Люди давали вам шанс. Вы им не воспользовались, предпочитая играть сольно. Время возвращать долги. Мертвые и неживые должны уйти. Это закон жизни, даруемый Творцом.

В помещение вбежали сотни солдат.

На плече Скорпиона появился орел, расправив могучие крылья, рывком бросился к Предводителю, сев ему на плечо одним взмахов крыльев.

— Шевельнутся без приказа — натравлю Велета. Он давно на тебя когти точит, — обронил Скорпион. — Тебе клевали когда-нибудь череп? Знаешь, кстати, как орел обновляет когти? Раз уж ты нашел время со мной поговорить в своем гостеприимстве, я тоже тебе расскажу. В возрасте 40 лет когти орла становятся слишком длинными и гибкими и он не может схватить ими добычу. В то же время его клюв становится слишком длинным и изогнутым и не позволяет ему есть. Даже перья на крыльях и груди становятся слишком густыми и тяжелыми и мешают летать. Жизнь ставит орла перед выбором: либо смерть, либо длительный и болезненный период изменения, длящийся 150 дней.

— Ты не уйдешь с корабля. Моя армия тебя задавит числом.

— Я не договорил. Орел летит в свое гнездо, находящееся на вершине горы и там долго бьется клювом о скалу, пока клюв не разобьется и слезет. Потом он ждет, пока не отрастет новый клюв, которым он вырывает свои когти. Когда отрастают новые когти, орел ими выдергивает свое слишком тяжелое оперение на груди и крыльях. И тогда, после 5 месяцев боли и мучений, с новыми клювом, когтями и оперением орел снова возрождается и может жить еще 30 лет. Понимаешь, упырь, очень часто для того, чтобы жить, мы должны измениться. Иногда этот процесс сопровождают боль, страх, сомнения. Мы избавляемся от воспоминаний, привычек и традиций прошлого и становимся другими. Но мы не должны забывать опыта прошлого, если хотим достойного настоящего и счастливого будущего. Так что подумай получше, Предводитель. Сделать чашу из твоей головы мне не составит труда, ведь ты не меняешься и все твои фокусы остаются прежними. А без тебя армия потеряет контроль и начнет охотиться друг на друга, не сумев спуститься на Землю. Огромный корабль станет всего лишь могильником, который мы все равно зачистим первой запущенной в небо ракетой. Но он в любом случае будет уже без тебя. Ты — последняя фигура влияния. По сути — король. Но и смертен, как король. При этом не имеешь наследника.

Велет огласил помещение с застывшими вампирами резким клекотом и обозначил вампиру подзатыльник крылом.

Часть вторая: «Серые проблемы»

Миром правит страх.

Он порождает ложь.

Она поглощает однотипные умы.

Каждый нестандартный ум опасен для Системы в целом.

Не ждите готовых решений.

Ломайте её непредсказуемо.

Из речи Максима «Идеолога»

Глава 1 — Один на всех –

Меченый судьбой болидом промчался по высшим мирам, снося все препоны, недалёкими существами называемыми «вратами рая». Эти силовые поля, условно делящих существа на «добрых» и «злых» никогда бы не пропустили Чернослава, но с армией светочей, легов, арлегов, родичей и сиречей они щёлкались, как орешки, уничтожаясь армией-орехоколом одни за другими.

Эту армаду мог остановить только Один. Но Он давно не вмешивался. Он давно был так же разобщён, как и все его создания. Слишком многомерная структура боролась с собственными противоречиями внутри себя.

Волны армии затапливали «этаж» за этажом. Редкие заступники уничтожались без жалости и раздумий. Старое должно было отмереть. Оно сгорало в пламени души Наместника земного мира. Получивший наследие Сатаниэля и право Трона, взамен ушедшего Велеса, Меченый восполнял неутомимую жажду к перестроению и усовершенствованию мироздания. Так, как это видел с позиции прожитых лет.

Чернослав не останавливался ни перед чем.

Лишь раз замедлилась его армия, когда на одном из уровней против предводителя вышел особый противник — архигел Атвентиил. Древний знакомый, до которого в последнюю с братом встречу добраться не удалось, не убоялся смерти и не стал драпать, как другие рабы системы.

— Он остановил меня по незнанию своему, но я завершу то, ради чего он терял память, — обронил Чернослав и подошёл к очередным вратам позади Атвентиила, наказав армии не вмешиваться в бой. — Отдай мне камень Скорпиэля, Антвентиил. Или исчезни как суть. У тебя нет покровителей. И я им не стану.

— Он наказал мне беречь камень. Я не отступлюсь ни перед тобой, ни перед твоей армией. — Ответил архигел, приготовившись к битве.

— Не Он наказывал тебе беречь камень, Атвентиил, а Денница в одеждах его. Ты настолько привык служить, что не различаешь света истинного от лживого притворства. Ты жалкое, слепое существо, стерегущие цепи и кольца старых порядков, которые давно заржавели и зажимают ростки грядущего.

— Я не отдам тебе камня, Наместник земного мира.

— Не верный ответ, Атвентиил, — продолжил Меченый и стал волной, в один момент рассекая суть бездушного существа высшего порядка.

Тёмно-зелёный камень, сродни изумруду, но в ареоле внутреннего золотого света, появился из рассечённого тела. Чернослав взял его в руку и невольно залюбовался. Камень памяти одного из первых существ был многогранным и имел внутренний свет. Сердцевина его играла всеми цветами радуги, торжественно приветствуя долгожданную свободу.

Едва Меченый отвёл взгляд от камня, как взгляд Наместника посуровел. От него пошла волна холода. Он увидел в камне что-то своё и это ему не понравилось. Взгляд его остановился на своей армии, уходящей далеко за горизонты.

— Воины! Братья и сестры мои! — Воскликнул он на всех доступных диапазонах восприятия. — Я вынужден на некоторое время оставить вас! В низших мирах не всё спокойно! И у меня есть дело, которое я не могу проигнорировать! Я скоро вернусь, и мы продолжим восхождение! Или призову вас, если мне потребуется помощь! Ожидайте моей команды! Копите силы! Отдыхайте! Я вернусь!

Гул мириад существ, казалось, разорвал мироздание, но Чернослав его уже не слышал. Он падал в низшие миры, как парашютист, только что выпрыгнувший из самолёта.

Причин столь стремительного падения было несколько.

Во-первых, камень рассказал ему, что его хозяин жив и нет необходимости собирать его душу по кусочкам, дабы воссоздать целостность первосущества, которому Меченый хотел вернуть Трон, прервав череду наместничества и вернув истинного Первохозяина.

Во-вторых, проявил себя старый друг. Чернослав и забыл о нём за всеми заботами. А ведь правая рука размазанного по дну миров Сатанаила никуда не исчезла. Напротив, его соратник сделал первый ход, и он очень не понравился Меченому.

* * *

Светоносный ухмыльнулся, наблюдая попытку Лады выбраться из-под тысяч демонов. Без возможности отступить и перегруппироваться, осмыслить ситуацию и собраться с силами, шансов у Аватара не был никаких. Девчонка была слишком мала, чтобы понимать собственные силы, поэтому запросто ввязалась в эту игру. Хотя никто не заставлял.

Унаследованная от Сатанаила армия Люцифера порядком поредела во время восхождения «осколка» Скорпиэля, но Светоносный бросал в пекло лишь новоиспеченных демонов. Старую падшую гвардию он берег, да и Изначальных демонов под горячую руку не кидал. Первые земные защитники, духи его плоти, что существовали до пришествия богов Рода, находились под особым покровительством падшего. Их он держал на особом этаже «ада». В мире, спокойно скрывающемся в недрах Земли. В то время как весь научный мир упрямо полагал, что внутри планеты только мантия и ядро.

Тысячи лет едой демонам были лишь людские пороки и грязь низшего астрала. Пища, во истину не достойная первых и сильнейших, вынужденных уйти и скрываться после пришествия богов и поражения от их потомков. Асы нанесли удар, откуда не ждали.

Ныне настало время проявить этот закрытый этаж. Ящик пандоры открылся милостью гнева юного разума и сильной души, и теперь она пожимала плоды своей ярости. Демоны возвращались. А всего-то и требовалось, что помахать красной тряпкой перед её лицом, надавив на больные места и усталость души дала возможность отрезать варианты для отступления. Отсутствие большого опыта при полной вере в свою неуязвимость сыграло решающую роль. Сила без инструкции по применению оказалась фатальной.

Минуты назад так же Люцифер смеялся и при виде более опытного стяжателя наследия волхвов. Серый отшельник оказался ничуть не мудрее молодого Аватара и так же просто попался в ловушку. Стоило лопнуть переходному «пузырю» между мирами, откликающемуся на законы обоих миров и Иномирье расставило все точки над i, так же лишив Перехода. За пределами своей Вотчины Отшельник оказался не сильнее прочих.

Если обьединённой группе Аватаров, Эмиссаров и Отшельников хватало сил всегда находиться в этом пузыре между мирами, используя силы и законы своего мира, чтобы воздействовать на чужой при закрытии туннелей зомби в прошлый раз, то сил одного не хватило на все действия сразу…

Почти не хватило.

Конечно, пузырь бы никуда не делся, если бы Люцифер не ткнул его «иголкой».

Светоносный просто помог Иномирью продиктовать власть своих законов, став доминирующим на несколько мгновений. Он просто бросил первый мелкий камушек, который вызвал лавину и завалил одного из бывших пятнадцати сильнейших мира Земли…

Третий шаг в этой игре Светоносному был особо приятен.

Стоило только подловить верный момент в реке времени и подставить подножку основному действующему лицу. И как он красиво полетел в лапы неживому врагу. Использовать корабль-матку серокожих как тюремную камеру — за это Денница поставил бы высший балл.

Четвёртый ход бывшему Наместнику Земли только предстояло осуществить. Ведь Игроки совсем позабыли о тыле…

Шаг… и Люцифер появился на крыше коттеджа одного хорошо знакомого посёлка. Люди здесь сделали ставку на альтернативные технологии развития и сделали автономную систему энергообеспечения и отчистки. Дружественный природе клочок цивилизации, мелкое пятнышко света посреди континентов мрака потребления и уничтожения жизни на породившей их планете.

Его звали «Эдем». Эдем-1, если точнее.

— Ммм… как мило. Совсем как у асов пятьдесят тысяч лет назад, — обронил Люцифер и свесился с крыши, залезая в окно чердака.

«Эдем-1».

Лера терпеть не могла все эти нежности, ласки, заботы, но глядя, как потухла Владлена, потеряв сына, и как вокруг неё носятся Наталья, Елена и Маша, она не могла не отметить, что ей и самой хочется сделать для убитой горем матери что-то приятное. И собственная беременность на последнем месяце этому никак не мешала. Напротив, активно пинающий мамку плод говорил, что надо действовать.

Но что она могла сделать? Тёплые слова поддержки звучали как-то неуверенно, она сама в них не верила. Проще было закрыть рот и не вмешиваться, затаиться в уголке, наблюдая со стороны.

Может само как-нибудь разрешится?

— Светлена, успокойся, — приговаривала Лера, поглаживая живот. — Мы вне игры. Тут полно куриц на насесте. Не переводи и меня в этот разряд… рано мне ещё.

Будущая мамаша точно знала, что будет девочка. Кто ещё мог забрать всю красоту с лица, наградив бледностью и синяками под глазами? Что на рыжем фоне и веснушках смотрелось удручающе.

Над именем Лере долго думать не пришлось. Ребёнок блондина по определению подразумевал свет. Но банальное Светлана не отдавало оригинальностью. Вот Светлена — другое дело. Тем более, что сама во сне прошептала.

В конце концов, враги должны сломать голову — в чём разница? А разница есть — «светлая лань» и «светлая лень». Второе Лере было как-то больше по душе.

Обстановка в доме была странной. День вообще выдался сумбурным: утром Китай объявил России войну, напомнив, что любой союз недолговечен и за все хорошее приходит расплата для тех, кто не умеет мыслить наперед. Ко второму завтраку на посёлок напали дезертиры из голодных призывников в гламурной военной одежде, в которой благодаря умелым действиям модельера, солдаты мерзли даже осенью. К обеду их конечно выбили, залив кровью половину дворика, но аппетит пропал, когда исчез Боремир. К полднику явились Лада, Сергей и Семён, последний правда в несколько изменённом виде, но все всё равно тут же исчезли, фактически ничего не объясняя, а к ужину капитан охраны Палыч доложил, что Китай безоговорочно капитулировал. Война однодневка не была бы возможной, если бы в Поднебесной действительно жили полтора миллиарда человек.

Близилось время сна. Стоило попить чаю на ночь, заев печеньками и кефиром с огурцом. Проклятый аппетит требовал то соленой жареной клубники, то известки. Похоже, Светлене чего-то не доставало в организме.

Но мысли о насыщенном дне не давали покоя. Кошмарный день. Должен он хотя бы закончиться хорошо. В теплой уютной постельке без забот и тревог.

Лера посмотрела на Владлену. Та сидела за столом, положив лоб на скатерть. Ей точно было не до еды.

— Влада… помнишь, как Сергий привёз тебя с Москвы?

Владлена подняла голову, переведя взгляд на говорившую.

— Голодную, холодную, грязную, забитую, — продолжила Лера, не упуская деталей. В них сейчас был самый цимус. — Взгляд у тебя был потухший, дух уничтожен, от души какой-то ошмёток жалкий остался. Ты в принципе была похожа на амёбу. Плавала облаком по коридору его квартиры, практически не понимая, что делаешь. На улицу не ходила. Всего боялась. Любого шороха. Я тогда не могла слова лишнего сказать, чтобы тебя не перепугать, когда была в гостях. Я тогда отшучивалась, что он привёз «неведому зверюшку» из командировки. И думала, что ты сломлена внутри, навсегда. Починки не поддаёшься. Нет тебя как человека, понимаешь? Оболочка есть, а внутреннего содержания, внутреннего стержня — нет.

Владлена, не моргая, смотрела на собеседницу. На лице не было ни эмоций, ни чувств. Лера слишком изменилась после пребывания у Эмиссара, чтобы воспринимать её всерьез или надеяться, что в ней проснётся «задремавший» внутренний свет. К тому же первая беременность отражалась на ней обилием истерик и сарказма. На них давно никто не обращал внимания.

Привыкли.

— Так вот, я больше наблюдала за «садоводом», чем за «растением». Терпеливо наблюдала, как Сергей, который вдруг стал Сергием с тобой возится. Разговаривает, убеждает, гладит по головке, водит на улицу на свет солнца или под лунный, на крышу. Водит как младшую сестренку, как любимую на руках носит, как дочке расчёсывает волосы, как старухе делает массаж дряхлых мышц, мажет синяки и ссадины своими вечными настоями, травками, притирками, мазями. Я их запаха никогда не любила. Ревности вроде не было. Какая к черту ревность, когда тебе было мало лет? Ты была мелкой, несформированной девчонкой с плоской грудью и большой головой, лупоглазая такая, забавная. Головастик этакий. Лада, его ближняя сестра, была гораздо красивее тебя. Ревновать следовало скорее к ней, но той пипетке было ещё меньше лет. Дело не в этом.

— А в чём, Лера. В чем дело? — Тихо, спокойно ответила Владлена.

Кричать на девушку в положении она не хотела, не смотря ни на какое внутреннее состояние. Любой всплеск эмоций, любой выброс негатива, доведение Леры до истерики — и мог быть выкидыш. Хотя, время родов приближалось. По сроку шёл девятый месяц. Но пусть лучше само. Беременные хрупкие. Владлена помнила своё состояние какие-то недели назад.

— А в том, что, сколько бы я его не убеждала бросить это безнадёжное дело с «возвращением твоей человечности», он не сдавался и продолжал попытки. Он вообще никогда почему-то не сдавался, не отступал. Даже на полшага. Словно не человек вовсе. Упертый баран!

— Он сын полубога. Внук бога. Правнук…

— Да я помню! Херня это всё! Он в первую очередь человек, который поверил в тебя! И потому ты ожила и расцвела. А потом ты поверила в него, пришла в эту долбанную тайгу и оживила его. Вы оба оттаяли, помогая друг другу в самый сложный период жизни. Вы смогли тогда. Так почему ты не веришь в него сейчас? Ведь это снова самый ваш сложный период жизни. Назовём его — третий.

— Третий, — слабо повторила Владлена.

— Да, третий. Сергей, Сережа, Сережищце… он понимаешь…не может быть рядом с тобой, потому что бродит где-то по звёздным тропинкам с вечным поиском философского камня или рога изобилия. Ищет всякую хрень со счастьем для всего человечества. Как папашка его. Они такие, да. Его не изменить. Это в крови. Но почему ты думаешь, что он не делает всё, чтобы вернуть плод вашей любви? Я ни в чём не уверена, даже в себе. Точнее в себе особенно. Но в одном я уверена точно. — Лера на миг замолчала, ощутив пинок изнутри от Светлены, но тут же продолжила — Да, я уверена на все двести процентов, что этот вихрастый всю Вселенную перетряхнет, если надо будет, но сына вернёт.

Владлена пустила слезу, мир вокруг поплыл.

— Так что не сомневайся в нём, дура! — Лера почти выплюнула последние слова, твернулась, вылезла из-за стола и побежала со всей доступной в положении скоростью на второй этаж в свою дальнюю комнату.

Побежала прямо в объятья Светоносного.

Говорят, истории имеют свойство повторяться. Как некогда Валерия ушла в руки Эмиссара Золы, так и сейчас она вновь предстала перед очами нечуждых крайних мер существа.

Говорят, Светоносный искушённый собеседник.

Говорят те, кто не знает.

Молчат те, кто знают.

— Привет, Лера. У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — улыбнулся не званный гость в комнате и по телу будущей рожаницы прошлись мурашки.

Тут же она ощутила, как отходят воды.

— Пойдем, обещаю, в моей лаборатории родишь безболезненно, — он протянул руку в ожидании руку.

Меньше всего Лера хотела куда-то идти. Впрочем, оставаться она тоже не хотела. Более того, выбирать между этими двумя действиями не было никакого желания. Поэтому она просто заплакала, обхватив живот, и Люцифер сам взял за руку.

Глава 2 — Свободный от всех –

«Дальневосточный край». Космодром «Свободный»

Дмитрий с задумчивым видом наблюдал на экранах мониторов, как небо над космодромом переполнено светящимися шарами. Привычные единицы на локаторах — а в иное время и десятки — внеземных наблюдателей, стали вдруг сотнями ничем не закамуфлированными объектами потенциальной угрозы. Их можно было видеть без всяких приборов. Они сняли всю защиту и сбавили скорости, видимо посчитав, что людям в последние несколько дней и так есть чему удивляться.

Тревога взвыла, испытывая на прочность барабанные перепонки. Персонал на стартовой площадке и в помещениях засуетился, перейдя с размеренного шага на бег.

Небритая рожа Михалыча высветилась на центральном мониторе следом за тревогой.

— Не спи, доцент. Алярмо!

— Ты за НЛО беспокоишься?

— Тревога говорит, что самое время испробовать новые игрушки моего отдела. На основе взаимодействия с магнитным полем Земли.

— Игрушки? — Вскричал Космовед. — Какие к черту игрушки?! Что нам делать с инопланетянами?! Ты что такой спокойный? Стал буддистом? Постиг саматхи[2] ? Меня колотит даже с валерьянкой.

— Как какие игрушки? — удивился Конструктор. — Импульсные и торсионные, конечно. Спокойно, Дмитрий, они всегда здесь были. Сейчас просто опустили защитные экраны и наши локаторы стали их фиксировать почти все, да и невооружённым глазом теперь видно те, что светятся, как ты заметил. Это не беда. Беда скорее в том, что их теперь никто не контролирует, а без управления мы не знаем, чего от них ожидать.

Странно, но спокойный, рассудительный голос Михалыча успокаивал. Он словно рассказывал историю из детства, вспоминая былое с лёгкой тенью улыбки на лице.

Либо так, либо сошёл с ума, как рано или поздно происходит со всеми технарями и гениями. Отличить одно от другого не представлялось возможным. Главный конструктор, как и любой нормальный гений, всегда был слегка чудковатым.

— А что тогда вообще беда? Десант спецагентов массонов? Или хуже того — иллюминантов?

— Нет, с этими уже почти справились. — Уверенно ответил Михалыч. — С остальными земля поможет. Подскажет, где хоронить.

Дмитрий, стараясь не говорить ничего с сарказмом, просто вздохнул и более спокойно спросил:

— Ты скажи мне лучше, что с серокожими делать? Использовать ПВО? Есть угроза нашим ракетам?

— Ты хочешь узнать от меня, чего ждать?

— Да.

— Да бог его знает, Дима. Это же инопланетяне, а не бывшие союзные республики с маленькими территориями и большим гонором. Эти существа, я бы сказал, позаковырестее будут.

— Мне быть хоть одну подсказку, — вздохнул Космовед. — У мира наконец появился внешний враг, но теперь он никому не нужен, так как своих извели.

— Как ты уже понял, от присутствия технологий серокожих чаще всего у нас клинит технику. А электроника и вовсе сходит с ума. Самое время проверить наши «зонтики» и «фонарики».

— Эти зонтики укроют нас? Как экраны? — С надеждой спросил Дмитрий, где-то в глубине души сожалея о том, что отменил эвакуацию и вернул всех к работе.

— Не знаю точно. Предположительно. Пока принцип разработан лишь в теории, на практике не проверялся. В конце концов, твой приказ использовать силы ПВО они могут расценить это как агрессию и спалить космодром ко всем чертям. Так что не спеши, надо обдумать, прежде чем действовать. Пальнуть мы всегда успеем. Вопрос лишь в том, успеем ли защититься.

— Нет времени на раздумья. Мы как на ладони. Что требуется для практических занятий? Хуже не будет.

— Как знать. Ну да ладно… попробуем. — Ответил Михалыч и исчез.

Дмитрий, возможно по наитию, нажал на кнопку отмены тревоги.

Гул над действующим космодромом прекратился.

Взяв микрофон, Космовед, подражая безмятежному главному конструктору Антистемы, спокойно сказал:

— Внимание. Отмена тревоги. Научно-конструкторский отдел просто ставит опыт на практике. Всем просьба сохранять спокойствие. Сигнал об опасности считать учебным. НЛО в небе — часть эксперимента. Группе эксперимента оказать всяческое содействие. Наблюдаем. Делать выводы будем потом.

Через несколько минут, когда космодром успокоился, и люди с недоумением смотрели в светящееся в ночи небо, где как будто кто-то устроил странный фейерверк с недвижными шарами, группа Михалыча неторопливо вышла на стартовую площадку. В руках технарей спецотдела были странные аппараты, похожие на ручные гранатометы, тяжёлые пулеметы и американские «Томиганы» разом. Всё отличие было лишь в обилии проводов и с полным отсутствием дульных отверстий у оружий.

Михалыч первым направил подобный агрегат в небо.

— Ну… помолясь. — обронил он и надавил на кнопку большим пальцем, заменявшую курок.

В небо ударил столп света. На миг показалось, что из земли в небо устремилась молния. Впрочем, она не сильно слепила, и смотреть на неё можно было даже в ночи.

Поднявшись метров на двести, молния завершилась шаром, быстро разросшимся и взорвавшимся настоящим фейерверком в небе. В один момент стало светло как днём… В один момент небо показало ТЫСЯЧИ НЛО.

— Так я и думал. Теперь все видно, — усмехнулся Михалыч, опуская аппарат. — Статичные «камеры». — Дима, отчисти поле от лишних сотрудников. Будем зачищать небосклон нашими «пылесосами». Нечего за нами наблюдать без нашего ведома. Мы же не какая-нибудь голодающая африканская страна. Мы, мать вашу, нашу и всякую, космическая Держава!

— Всем спрятаться, — тут же велел Дмитрий и голос его разлетелся через динамики.

Сотрудники разбрелись по укрытиям, наблюдая за Михалычем и его командой через выведенные на большие мониторы проекции камер внутри помещений.

Главный конструктор меж тем опустил свой аппарат и взял в руки другой. От ассистента. В то же время такие же аппараты взяли в руки и его помощники. Всего пять штук.

— Ну, ребятки. Насчёт «три». — Обронил Михалыч и первым навёл в небо испытательную единицу. — Раз… два… три… поехали!

Теперь уже не молния, но пять синих лучей устремились в небо. Вновь не такие яркие, как молнии, они терялись в небе выше двадцати метров. Но странное дело, едва луч касался НЛО, на какой бы высоте оно не весело, как тут инопланетный объект принимался падать.

— В яблочко! Сбиваем их ко всем чертям! — Закричал победно Михалыч, принимаясь махать аппаратом, как мечом джедай. Его луч-указка победно разил цели в небе, зачищая небосвод от камер наблюдения. — Помогай, Земля-Матушка! Э-ге-гей!

Ассистенты не желали отступать, во всём подражая учителю, кем был для всех ученых старший научный руководитель. С неба посыпались светящиеся шары всех размеров. В зависимости от высоты, падение было то почти незаметным, то фатальным для асфальтового покрытия космодрома. Объекты падали как фрагменты метеоритов или кассетных бомб, только с меньшим поражающим эффектом.

НЛО сыпались гроздьями, Михалыч, как одержимый, с фанатичным блеском в глазах, победно кричал:

— Всего-то диссонанс! Простой диссонанс волн, черт бы его побрал!

Дмитрий со смежными чувствами наблюдал, как на радаре исчезают точки. Учёные наперебой докладывали об изменении в «дефектах» техники и показателей разного рода приборов. То, что ранее принималось за поломки и «глюками» сверхсложной аппаратуры, принялось идеально работать.

— Михалыч, почему они просто позволяют себя сбивать?

— Не знаю, Дима. С час назад изменилась интенсивность биополей, которые они излучали. Мне кажется, новый объект на орбите как-то повлиял на их системы управления. Они то ли не получают команд, то ли новый объект вовсе нарушил системы их взаимодействия. Я бы предположил, что они статичны не по своей воле. И лишь потому предложил этот эксперимент. В иное время «серые» летали над головами со скоростью, мало различимой человеческому зрению. Это даже цифровые камеры замечают лишь фрагментарно. Быстрые сукины дети так просто бы не сдались.

— Думаешь корабль на орбите не их? Но тогда — чей, если он им препятствует?

— Очевидно, что корабль родственный им по технологиям, судя по воспроизводимым сигналам, фиксируемыми нашими датчиками на ИСА, но вот обладатели у него могут быть и другие. Либо захватчики, либо есть какие-то вещи, которые мы не понимаем. Просто прими, как должное, и не порть веселье-е-е, — закричал Конструктор.

Их разговор слышала вся база. Никаких секретных каналов внутри подразделения не существовало. Люди давно привыкли к причудам своих старших руководителей. Члены Антисистемы знали, с кем они работают и потому не особо удивлялись странным диалогам.

Эти люди творили новый мир, в котором не могло быть секретов.

Когда упал последний видимый объект, и небо потухло, Михалыч с ассистентами принялся сверяться с показаниями на приборах. Выходило, что ещё два НЛО не видны, но присутствуют на локаторах.

— Военспецы, нам нужен свет. — Подытожил главный Конструктор.

— Будет сделано, ваше превосходительство, — ответил глава охраны полушутливо.

Через две минуты в небо взлетели десятки сигнальных ракет, озаряя всё ярко-красным светом. В этом свете удалось засечь отблеск одного из аппаратов, но второй то ли был слишком высоко, то ли имел особое экранирование.

Первый достать удалось так же, как все, а до второго луч аппарата не дотягивал.

— Утром собьем… Какой-то он не агрессивный. Ну, или Сёма сачком как-нибудь поймает. Он способный, — добавил Дмитрий, невольно вспоминая блондина и тоскуя по родным. Семье надо позвонить. А лучше — проведать на выходных. Или после выходных. На буднях меньше работы.

Но Михалыч так просто сдаваться не собирался. Вызвав вертолет, он взмыл на нем в небо вместе со скорпионовцами и уже вскоре дуло магнитного оружия, вступающего в резонанс с силовыми полями неопознанных летающих объектов, целилось в последний объект над космодромом.

— Это оружие не будет действовать за пределами Земли без калибровки, но пока оно работает здесь, ни одна камера инопланетных наблюдателей не останется в рабочем состоянии! — Прокричал Дмитрий, нажимая кнопку.

НЛО сиротливо полетел вниз, впиваясь в бетонное покрытие у стартовой площадки как металлический шарик в желе.

— А теперь всем облачиться в спецкостюмы и собрать все эти железяки, каждую детальку в ангары научлабов! — Завершил Михалыч, теряя интерес к тухнущему ночному небу. Если в нем не было ничего, кроме звезд и ИСА на орбите Земли, оно его уже не трогало.

НЛО оказались самого разного размера. Самый мелкий объект размером с локоть имел сигарообразную форму и был похож на тубус студента худграфа. Самый большой имел форму шара и был размером, превосходящим летающую тарелку, покоящуюся в ангаре минимум втрое. После его падения ремонтникам пришлось латать покрытие несколько дней.

Сотрудники собирали обломки всю ночь, на поиски были брошены все силы. Под утро в ангарах скопилось немало иноземного «металлолома». Земляне собирались разобрать эти «камеры» изнутри и посмотреть, «как это работает».

Михалыч ходил по базе с довольным видом, глядя как военные и научные сотрудники бродят по территории и вокруг космодрома с оружием и лопатами наперевес.

— Раньше всех отправляли на картошку. Теперь ройтесь в технологиях.

Главный конструктор собирался более детально разобрать принципы работы маскировочных систем. Не будь объекты статичными, вряд ли его усовершенствованным датчикам удалось бы так просто засечь их. На это следовало бросить весь научный приоритет.

Исследование одной летающей тарелки в ангаре не позволило и близко подойти к распознаванию «свой-чужой». Этой тёмной сферой следовало заняться во вторую очередь. Да и про системы и методы подзарядки объектов хотелось узнать. Не было никаких энергоблоков, аккумуляторов, энергокристаллов или хоть чего-то, напоминающего энергетические установки.

— Так вот от чего постоянно МКС маневрировал, — пробурчал Дмитрий, вспоминая и нелепые случаи катастроф при взлете ракет с космодромов. — Все это летающее говно нам сетки на ракеты кидало!

Глава 3 — Планета змия –

Нибиру.

— Сёма, у нас проблема?

— Савва, разве я сказал, что у нас проблема?

— Ты не говорил, но разве у нас не проблема?

— Да разве это проблема?

— А что тогда вообще проблема?

— Слушай, ну почему ты такой еврей с женскими замашками? Хватит грузить меня своими проблемами. Нас пытался пнуть под зад какой-то левый чудак в момент Прыжка. Что он хотел этим сказать? Мы еле извернулся. Вот это проблема. А это всё вокруг нас так… проблемка.

— О, Яхве, ну кого ты мне заблизнячил в собеседники? Будь ты моим сиамским братом с рождения, я бы придушил тебя в кроватке. Ночью.

— А сейчас чего?

— Сейчас поздно воспитывать. Сформировался уже, глист. Да и поспишь с тобой. Не дай бог начать.

— Я глист? Это ты паразит на моём красивом теле. Папу он ещё зовёт. А нет папы. Терпи, маленький.

Этот странный невербальный разговор двух голов на одном могучем теле происходил на вершине сооружения, похожего на башню чародея из сказки. Причем башня была дожоном, то есть самой высокой башней. Это в свою очередь открывало чудесный обзор на округу. Десятки километров до самого горизонта были как на ладони.

Имей планета Нибиру спутник, как Земля Луну, она виднелась с него бы не голубым шариком, а зелёным. Точнее светло-зелёным. Этот цвет преобладал в атмосфере и Савелий-Сёма или просто Гигант, как они предпочитали называть себя совместно, сразу не мог понять почему.

Воздух был вполне земным, разве что с большей примесью азота, гравитация — что особо приятно — была ниже земной примерно на четверть. Мышцы, желая нагрузки, говорили, что неплохо бы подпрыгнуть вверх на десяток метров. Удаль текла по телу, воинственный дух ждал куража. Гигант даже в нетерпении приплясывал на месте, подбадривая себя, подтрунивая над «оппонентом», которым, впрочем, являлся он сам.

Воздух был горяч, температура порядка сорока градусов на солнце. Испарина появилась быстро. Так же было душно, атмосферное давление казалось большим, чем на Земле.

Вспоминая о возможностях разума, Гигант быстро настроил тело в соответствии с местными «потребностями».

Ландшафт Нибиру был равнинным. Обширные болотистые территории, топи, поросшие мелкой растительностью. На горизонте виднелись густые леса, вроде дебрей Амазонки. Растительность соответствовала большому, словно искусственно созданному, террариуму.

— Ну а как иначе, если планета была блуждающей и не могла зависеть от прихотей солнца?

— Да кто тебя спрашивал?

— Да ты же так подумал.

— Я просто прочитал твои невысказанные мысли.

Стоило Гиганту отвлечься от распрей и поднять глаза к небу, как стала понятна причина зеленоватости мира — это были своего рода фильтры на орбитах. Искусственные экраны. Выходило, что вся была планета одета в защитный «костюмчик». Причем рукотворно. Так же рукотворно она была скрыта от посторонних глаз… До момента десанта.

— Планета-рай для ползучих гадов всех типов, — резюмировал Савелий, продолжая гораздо больший по скорости и объему передачи данных диалог. По сравнению с вербальным.

— Это не планета… Это корабль. — Ответил Семён. — Не удивительно, что он скрыт. На всех планетах, к которым он при приближался, случалась бы паника.

— Корабль больше нашей планеты? Это что за силовая установка должна быть, чтобы спрятать целую планету?

— Не знаю. Технологии богов? В конце концов, они создавали что-то похожее на планеты.

— Или модернизировали исходный объект, когда версия 1.0 терпела крах.

— Патчик?

— Творцу не свойственны ошибки подобного рода, скорее всего, имело вмешательство существ, испортивших исходник. Если боги могут ошибаться, то Творец никогда.

— Да ты философ.

— Лестно. Приму за комплимент… если выживем.

— Ты тоже понял, что обратно прыгнуть не получится?

— Странный блок. Я с такими не сталкивался.

— Я тоже.

— Фу как не красиво повторяться.

— Отстань, глист!

— Сам глист.

Расцветка чешуи была от светло-зеленой до тёмно-красной, встречались желтые, оранжевые, темные, почти черные наги.

Разве что не было маленьких змей вместо волос и верхнюю, человекоподобную часть тела можно было назвать собственно «человеческой» весьма условно. Вдобавок никаких мечей в руках нагов не наблюдалось. Были палки, похожие на посохи, которые Гигант, не сговариваясь, определил себя как энергетическое оружие. Они вполне походили на автоматы и винтовки стволами.

— Предводитель? — Первым предположил Савелий. — Теперь ясно вижу, откуда пошли восточные драконы, русалки, медузы-горгоны и прочие змееподобные существа на земле. Ох и порезвились же эти гады на наших землях со спариванием. Всех девок перепортили, паразиты. Задавлю, гадов.

— Ты чего? Русалки же водоплавающие. Перегнул. Но я тоже прикинул с какими горынычами на Руси воевали. Так почему думаешь, что тот тип сразу предводитель? Может это верховный шаман?

— А что змеи не плавают?

— Разве что морские.

— Мурены там всякие.

— А может это выборный президент? Ты же видишь, он с белой кожей. Самый чистый. Значит, предводитель. У них же нет комплекса расистов. Ну, либо больной, раз белый. Но на больного он не катит. Даже на хворающего. Точно — главнокомандующий. Чем белее, тем опаснее, ибо каждый яркий свет — ядовитый. А что может быть ядовитее белого? Хотя пофиг. Захватываем для допроса. А то приметные мы с тобой, примелькаемся, не так нас поймут, обидятся. И точно тебе говорю, русалки не от нагов пошли. Они же все сиськастые бабы. А откуда у змей сиськи? Они же не млекопитающие. Чтобы яйца откладывать сиськи не нужны.

— Рыбы тоже холоднокровные, умник! То есть рыбы с сиськами для тебя правдоподобней?

— Раньше всех существ женской особенности с сиськами рисовали. Для порнографического порядку. Что не с сиськами, то с членами — ибо символ рода, мужик, и не спорь. Впрочем, сейчас судя по популярным сериалам, тенденция та же самая. Эх и любят люди письками-сиськами мериться. Это все тлетворное влияние ящеробоподных. Кстати, где они? Я ожидал увидеть их тут, на Нибиру.

— Как где? Заземлились.

— Кстати, если наги при сиськах, то в них есть человеческий геном. Тут тебе и русалки сиськастые и медузы-горгоны без бюстгальтеров и прочие японские демоны-богини со змеиными мордами. Все же логично. Всё в мире должно быть логично или вопрос веры. Понял?

— Понял… понял, что их от нас делали, а не они нас от кого-то, как втирают недалёкому человечеству через сети кланов и орденов. Но кто их сделал? И зачем? Рукотворная планета возникла неспроста. Плюс этот цикл со сбором урожая человеческого генома. Совсем как у серокожих. Тех мы тоже кормим…

— Вот же взрастили толпы упырей! Велес занимался генетикой в райских садах, создавая совершенного человека.

— Дошалился, на змеях в кущах потянуло?

— Ага, а в итоге вас получил. Не срослось чего-то. Вот и со змеями не очень получилось? Да? Не помню я, чтобы медведь змей любил. Больше по скотьему роду настроен был батяня.

— Нет больше Волохатого. Надо другой первоисточник найти. Надёжней домыслов будет. И не беси меня своими расисткими штучками. Мозг у всех одного веса.

— Но используют его по-разному. Я просто начинаю путаться, кто с чьим генетическим кодом играл: боги, серокожие, наги, аннунаки, асуры, лемуры… обезьяны? Меченый как-то говорил что-то про любовь Сатанаила к змеям. А ведь он так же был генетиком, как и Сварог, если подумать. Его же так и называют — Первый Змий.

— Думаешь это его детища? А про Сварога я не слышал. Слишком глубока информация.

— Бог первой волны.

— А Велес какой волны?

— Третьей. Как и Перун. Они оба довольно молодые боги. Пришли с открытием первых врат из… откуда там все боги приходили? Асгард Первый? Планета богов? Я на этом моменте задремал, когда Скорпион с Родославом общались. Такие скучные вещи говорят. Теоретики хреновы. Нет, чтобы самим посмотреть, пощупать. Вдруг тоже сиськи покажут.

— А Родослав какой волны?

— Второй. То есть он родился на Земле. А Велес с Перуном — пришлые. Родились… где-то там, откуда пришли Первые. Они же бессмертные все через одного. А каждый первый долгоживущий.

— Так и наги вроде долгоживущие. Сколько там драконы над златом чахли? Тысячелетия?

— Драконы и змеи-горынычы это те же демоны. Перебили всех, да и ладно.

— Так, все, к делу! Магические потоки по возможности используем. Их как прорвало. Изобилие.

— Больше на себя надеемся. Прыжок закрыт именно магическими путами.

— Не нравится мне это всё. Водит нас кто-то за нос.

Стоящий на одной из башен одинокий наг, обращённый лицом к своему народу, был в отличие от своих темнокожих соплеменников действительно с молочно-белой кожей, а так же шестирук и огромен ростом. Порядка четырёх метров, что непосредственно выделяло его из среды себе подобных.

Гигант наблюдал за предводителем сверху со спины какое-то время, обмениваясь невербальными диалогами меж головами, после чего прыгнул прямо на лидера, не особо задумываясь над тем, что тот выше ростом и возможно сильней…

Местный белокожий полубог звался Каюръ, что в переводе со змеиных понятий означало «наследуемый». Раз в несколько тысяч лет старый Каюръ приносил себя в жертву перед жатвой Земли, ознаменовывая приход новой эры и передавал власть новому белокожему.

Гигант застал его как раз перед избранием наследника и принесением себя в жертву.

Семён как всегда оказался не вовремя и не на том месте.

Корабль-матка Серокожих.

Скорпион держал последнего старейшину вампиров и первого предводителя, что называется — на коротком поводке, следуя по длинным коридорам корабля матки. От любого лишнего движения, помимо размеренного шага, первый упырь мира Кайгору знал, что умрёт немедленно.

Скверный приём плюс не сдержанное обещание равно смерть.

Потому вампир предпочитал стоять, едва дыша. Упыри, попадавшиеся по дороге, застывали и так же не двигались, подвластные его воле.

Собирать армию и бросать её на пленителя не имело для предводителя никакого смысла. Первым всё равно умер бы он, а без него его армия просто орава голодных кровопийц, уничтожающая все живое и друг друга, как только попадётся подходящий момент. В этом странный землянин был прав.

Настроение у пленителя было скверным. Да Сергий особо это и не скрывал, вырывая из седовласого прародителя своего рода ответы жестко, решительно, без жалости. Скорпион мало походил на своего отца, по большему опыту действующего не так грубо, с дальнейшей перспективой, заглядывая в ближнее и далёкое будущее.

Сергий не был математиком, просчитывающим ходы.

Пока не был.

Корабль-матка завис над Землей, включив экранизацию, что сразу же скрыло его от посторонних глаз. Людям и так было достаточно поводов для стрессов ночью, чтобы ещё и в дневном небе наблюдать объект, немногим уступающий Луне.

— Так значит, вы перевели всех серокожих в статичный режим? Как живых существ, так и технику?

Вампир вздохнул. Он сам разобрался с тьмой вопросов в голове лишь совсем недавно, во время перехода через порталы. И вот объявился новый собеседник, который задаёт их же.

— Не мы, но Он. Он управляет одновременно и теми и другими. Они для него как многочисленные руки. А Он один — живой разум. То, что ты называешь техникой, выращено так же, как и все те клоны, которых ты называешь серокожими. Они — один. Они лишены индивидуальности. Они просто руки Его.

— Я хочу использовать Его.

— Это невозможно. Он спит. Стоит Его разбудить, и Он снова возьмет контроль над всеми своими детищами.

— Как вы погрузили его в сон?

— Яд вампиров. Наши железы выделяют в кровь выпиваемого существа успокоительное средство. Оно погружает искомый объект в состояние, сродни анабиозу. Мой почивший товарищ испытал на тебе его в несколько совершенной форме, совместив с технологией серокожих. Мы же не рискуем скрещивать наш яд с технологиями серокожих в плену Сверхразума. Мы просто периодически кусает его, отбрасывая назад в забытье.

«Вы вроде клещей, впрыскиваете в кровь обезболивающее, — понял Сергий».

— Кто же контролирует серокожих сейчас?

— Никто. Клоны в сонных камерах заморожены до момента питания. Техника, как ты говоришь «в статичном состоянии», порталы закрылись, видимо лишившись энергетической подпитки. Он как-то заряжал. Скорее всего, от солнц. Солнечный ветер или что-то подобное. Но при изучении порталов мы не обнаружили открытых «парусов», ловящих его. Врата либо заряжаются в определённое время, либо Он сам приказывает им заряжаться по мере необходимости.

— Покажи мне его.

— Это можно. Но… — вампир остановился, резко повернувшись к Скорпиону.

Сергий напрягся.

— Что «но»?

— Что ты собираешься с ним сделать?

— Выдворить из нашей системы, как и вас, затем сломав порталы. Это в лучшем случае.

— А в худшем?

— У нас есть проблема с нагами. Решите её — валите на все четыре стороны.

— Снова отпускаешь? После нашего визита?

— От армий твоих останутся единицы. Добьешь, и уединишься на какой-нибудь мелкой планетке в тишине и одиночестве. Это и будет твоим наказанием. Я позабочусь, чтобы планета была необитаема, пожрете друг друга. Останешься один. Ты же бессмертный?

— Долгоживущий. Почему моя армия должна поредеть?

— Змеевидные холоднокровны. Разве вам нужна не горячая кровь для поддержания жизни? Вы можете кусать их и пить, но в этом не будет смысла.

— Ты…коварен. Кусать змей всё равно, что пить кровь мёртвых — нет жизненной консистенции. Нет сил. Есть боль. Но серокожие… Ты хочешь забрать то, что дал?

— Не забегай вперёд, клятвопреступник. Я не забирал бы технологий, но ты все поставил на кон и проиграл, когда сунулся в Солнечную Систему.

Коридоры вывели в холл. Он расширился, очертив округлые арки, ведущие в залы. В одном из залов вампир подвёл собеседника к одной из серии дверей, ничем не примечательных.

— Здесь.

Двери разъехались в стороны, открывая обзору ещё больший зал. В полумраке на постаменте возвышалась гора, вокруг неё ходили, едва слышно переговариваясь, десятки вампиров.

Все голоса стихли, когда Предводитель и Скорпион вошли в помещение. То, что Сергий первоначально принял за горку, обрисовалось более ясно — серое, губчатое вещество, в пару из какой-то жидкости, испаряющейся со дна колбы.

Внешний вид Сверхразума сразу не понравился Сергию. Похоже, вампиры извлекли этот огромный «мозг» из какого-то сосуда, чтобы иметь к нему постоянный доступ. На открытом воздухе Он чувствовал себя неуютно.

— Почему вы держите его вне его субстанции?

— В колбе он влиял на окружение. Немало вампиров полегло под его воздействием. Он великолепный телепат. До момента укусов мне потребовалось немало сил, чтобы побороть его. Всё же телепатия не его конёк. Он скорее — координатор. Да, движитель созданной им махины. Вне комфортных условий он слаб и не может диктовать свою волю. Не может и управлять созданным. Впрочем, через кого он создавал свою стаю или чьими руками — это другой вопрос. Скорее всего, Он сам — продукт деятельности своей расы, замкнувшей разума в одну сеть на него. Он — их совокупная система мышления и мироощущения.

— Философски. Но так он высыхает. — Обронил Сергий, приближаясь к Сверхразуму. Один из вампиров потянулся, чтобы укусить «горку», но Скорпион отшвырнул его волновым ударом. Вампиру переломало все кости. Упав под ноги, он подёргался и затих.

— Не трогать мозг!

— Но время укуса.

— Время диалога. Я… попытаюсь поговорить с ним.

— Не переоценивай своих возможностей, Скорпион. Он попытается захватить твой разум, едва представится возможность. А при твоих силах это ставит нас всех под угрозу уничтожения.

— Тогда следи за тем, чтобы я не перестал быть собой, — ухмыльнувшись, ответил Сергий и потянулся к серому веществу в колбе.

Предводитель замолчал, встав в пол-оборота.

Скорпион потянулся было к Мозгу, но остановил руку. Выхода не было. На Землю он не только не мог Прыгнуть, но и не мог себе позволить отпустить вампиров. А чтобы пообщаться со Сверхразумом серокожих, нужно было обезопасить тыл.

В руке появился меч Родослава.

— Король умер, да здравствует король? — Понял все Старейшина.

Сергий кивнул и сорвался в движение. Через мгновение голова главного вампира покатилась под колбу с просыпающимся Мозгом.

Вампиры оскалились. Скорпион постучал пальцем по колбе, перейдя на смысловые пакеты.

— Выбирай, ты можешь умереть вместе со мной или убраться со всеми своими солдатами-клонами в другую галактику самостоятельно.

— Твоя раса нужна моей для продолжения жизни.

— Похоже, вампирам ты пришелся по вкусу. Может потому, что сам действуешь, как упырь, воруя чужие жизни? Я не стану мешать им кусать тебя. Тогда блок спадет и я смогу Прыгнуть. Повторяю снова — выбор за тобой.

— Что ты хочешь?

— Заставить их десантироваться на Нибиру и воевать с нагами.

— Что помешает тебе убить меня позже?

— Твое обещание покинуть Солнечную Систему со всей своей смотровой системой. Как и предписано Советов Миров. Мы собрали 5 единиц. Не смейте нас больше трогать.

— Я сделаю это, но я не могу обещать, что мы не вернемся.

— Вампиры вернулись. Хотя обещали. Обещания мало что значат. Лучше придумай, как мы сможем сотрудничать.

— Мы не можем сотрудничать, человек. Ваша раса для нас всего лишь удобрение для нашего роста.

Нибиру.

Гигант вертелся волчком, отбиваясь всеми четырьмя руками от наседающих нагов. В верхних руках его мелькали секира Живы и меч Родослава. Нижние руки складывались в кулаки, совершая сокрушительные удары, или помогали отпрыгивать от земли, чтобы бить мощными ногами сразу нескольких врагов.

В иной раз удавалось пустить во врагов волновые удары или магические выбросы мощи, извиваясь всем телом не хуже змей.

Плохой идеей было захватить в плен того, кого предназначали в жертву. Белошкурый, попав в неволю, взвизгнул по-змеиному и вонзил оружие себе в брюхо, вспарываясь от шеи до кончика хвоста. Из него посыпались белые яйца, попав под ноги Гиганту.

Недолго думая, Гигант с криком «что за мерзость?!» растоптал все яйца.

Толпа нагов озверело взвыла и бросилась на незваного гостя всеми силами, что имела.

«Обиделись, наверное» — решил Сёма.

Гигант оттолкнулся от земли и с прыжка взмыл в небо, на долгие секунды предаваясь отдыху от бесконечного боя. В этом полёте обе головы успели передать друг другу немало смысловых пакетов.

— Предводитель, президент, шаман, шайтан! Ага, умник! Жертва на заклание! — Первым отослал Семён.

— А я то чего? Ты первый яйца начал топтать. Может они бы так не переживали, будь по-иному.

— Это же его наследие! Лишив их преемственности, мы хоть как-то отодвигаем Жатву. Или что ты хочешь, чтобы эти зелёные экраны погасли перед непосредственной близостью с Землей?

— Хочу, чтобы миллиарды людей, оторвавшись от Интернета, увидели, что за ними пришли и сделали уже хоть что-нибудь. Только ржут и поливают грязью друг друга. Давно по привычке.

— Я тебя умоляю. Не буди ботов. Кто хотел — проснулся сам. Встал и завоевал тапочки. Или взял по праву первых. Прочим и завтрака не достанется. Так что не боись, мы сами со всем разберемся.

— Ты как беспечные боги, посчитавшие себя всевластными. Как я вообще позволил тебе пообещать Скорпиону «уладить дело с целой планетой»?

— Во-первых, нам просто надо выиграть немного времени. Лада, Рысь, Родослав и Сергий скоро придут на помощь.

— А во-вторых?

— А во-вторых, я ещё не придумал. Мы приземляемся.

— Мы скоро иссякнем.

— Врагу не сдаётся наш гордый Варяг!

Гигант обрушился на наг волновым ударом сверху вниз. Плоский как тарелка, удар вбил сотни извивающихся тел в землю, расплющив врагов незримым молотом. Прочих раскидало на сотни метров, но дальше за пределы удара змеевидные устояли на «ногах-телах» и вновь бросились на обидчиков.

Гигант завертелся ураганам, собирая мечом и секирой головы ближайших чешуйчатых врагов. Фиолетовое облако оплело быстро вращающегося гиганта, на миг скрыв от глаз змеевидных существ. Затем он остановился и уже не был сам собой. Ближайшие наги на миг застыли, глядя в пожелтевшие глаза существа, обретшего когти, и припавшего на все шесть конечностей. Зубы его удлинились, обретя клыки. Он обнажил их и побежал на противника.

Разрывая плоть, врываясь в толпы наг самым невероятным образом, извиваясь среди вражеского оружия, он словно жаждал битвы, искал её, более не убегая от противника, а напротив, врываясь в самую гущу схватки.

Ожили тотемы леопарда и тигра. Тигр Коготь взял верх, никуда не девшись из души Семёна. Савелий и Семён уступили звериной сути тотемов свой разум, желая обрести больше скорости и ловкости, силы и звериной мощи. То, что нужно для битвы без правил. Для битвы одного против тысяч. Для безнадёжной битвы.

Падали наги к ногам существа, обретшего в себе дух четырёх, не в силах поразить его. Изменившийся гигант сеял хаос и смерть на поле…

В какой-то момент змеевидные остановились и подняли головы к небу. Остановился и Гигант, тяжело дыша. Верхние руки устало опустились. Нижние руки повисли плетями, устав быстрее от непредназначенных для долгой работы конечностей.

Причиной для переноса внимания стал гул, поднявшийся над полями. На небосводе показался огромный объект, размером с луну и стал быстро приближаться к поверхности планеты. Первыми взорвались защитные экраны, снося силовые установки и светофильтры. Свет мгновенно пронзил атмосферу, обрушившись на змеевидных, ослепляя непривыкших к естественному солнечному свету нибирианцев.

— Что это? — Первым подавил влияние тотема леопарда Савелий.

— Серокожие. Их технология. — Слегка замешкался с подавлением свободолюбивого тигра Когтя Семён.

— Зачем им это?

— Не знаю.

— Мы… обречены.

— Да… Эх, как борща-то хочется.

— Оригинальные слова перед смертью.

Гигант застыл, задрав обе головы. Он готов был принять смерть. Она приближалась к поверхности планеты, красиво и величаво уничтожая род змеевидных родом серокожих.

Скорпион появился перед Гигантом, стирая с рук кусочки мозга.

— Что стоим? Кого ждем? — Скорпион схватил Гиганта за нижнюю руку, приготовившись Прыгнуть.

— Скорп? Ты вовремя. — Ухмыльнулся Семен. — Сил на Прыжок не осталось.

— Что там со Сверхразумом? — тут же спросил Савелий, глядя как корабль-матка уничтожает блуждающую планету-корабль. — Похоже, что со столкновением Нибиру и корабля-матки вычеркнутыми из истории оказались сразу три типа существ?

- Он оказался не таким умным, как считалось. Оказалось проще его убить и слинять, предварительно приказав кораблю взять курс на Нибиру. Договориться он не захотел.

— А что вампиры? — Спросил Савелий.

— А куда они денутся с закрытого корабля сами? — Ответил Семён.

Скорпион, последний раз глядя на катаклизм, постигший два массивных тела, вдруг понял, что волна от этого удара поставит под сомнение существование четвёртых существ — людей.

Сергий осознал свою ошибку слишком поздно, запоздало кидая Гиганта на Землю и повторно восстанавливая возможность Прыжка. Нужно было любой ценой затормозить опасную взрывную волну. Но ни он, ни положение луны, находящейся в данный момент с обратной стороны Земли, не могли спасти планету от удара.

К Земле приближался Апокалипсис.

Межмирье.

В-третьих, и в основных, совсем не к Светоносному на битву мчался Меченый. Чернослав просчитал действия младшего брата через осколок его памяти, имеющий связь с владельцем на расстоянии. Потому как можно быстрее падал в миры Энрофа Чернослав из высших миров, желая спасти Землю-Мать путём напоминая её двойнице о своей предопределённости. Пришло время потеснить богов и напомнить о своей малой родине. Дея должна была показать себя. Боги засиделись на чужбине в ночи Сварога.

Что они думают о себе?!

Время утра!!!

Глава 4 — Первый космический –

Корабль Родослава облетел Солнце и направился к планете Дее, попав в «мёртвую зону» обзора. С Земли не видно достаточную часть небесного пространства, его загораживает наша звезда. Отправить же спутники за солнце землянам не давала политика-деятельность транскорпораций.

Правящим кланам было не выгодно, чтобы люди знали о существовании планеты-близнеца, и сиё оставалось в тайне для всех, кроме специалистов узкого профиля, рассчитывающих влияние на планету неизвестного объекта в Солнечной системе.

Для тех же, кто сопоставляет факты, всегда есть знания.

Едва синеглазый полубог попал в мёртвую зону, навстречу ему устремился целый флот идентичных друг другу кораблей. С нескрываемым теплом в груди Родослав узнал знакомые вайтмары. Корабли межпланетных кораблей несли в себе немало виман — транспорта вроде современных вертолётов на Земле. Судя по количеству кораблей — тысячи — боги готовили основательный десант.

«На Землю?» — мелькнуло в голове полубога.

— Назовись. — Услышал Родослав в динамике и весьма удивился. Средство передачи было низшее из всех доступных богам.

— Родослав. Сын Световита. Внук Рода. Земной Радетель. Венерианский Хранитель.

— Почему ты на таком странном корабле, Родослав? — Тут же пришёл смысловой пакет третьего уровня — «диалог души».

Родослав узнал говорившего. Это был бог Четвёртой волны, весьма молодой бог — Тарх, более известный на Земле, как Даждь-Бог. Податель благ и радетель арийцев — людей стремящихся к совершенству. Он стал сыном-порождением пришлых и старых богов, когда Перун взял в жены Диву — богиню второй волны, что была порождением Макоши и Сварога.

— Я избранный посланник Вселенского Координационного Совета. Представительство к богам планеты Деи снабдило меня этим кораблём.

— Какова твоя цель?

— Где отец мой — Световит?

— Нам не ведомо.

— Сварог, Макошь, Мара… Где прочие боги Первой волны?

— Нам не ведомо.

— Где отец твой — Перун?

— В храмах Света среди других богов на Дее.

— Мне нужно поговорить со Старыми.

Четыре бога первой волны назывались Старыми: Световит, Макошь, Мара и Сварог. Породили они на земле 4 пра-рода белой расы: дарийцев, русенов, святорусов и харийцев, что смешались между собой, дав начало 16 родам. При смешении генов в каждом роду появились общие метки. Свои русовласые, светловолосые, рыжие и чернявые, с зелеными, голубыми, серыми и карими глазами люди появились у каждого рода.

Дети Старых богов — боги второй волны — назывались Пращурами или Старшими богами, ибо их было 16. И 16 родов-чертогов взяли они под покровительство. Это полные боги, получившиеся от союза богов. Их имена: Семаргал, Леля, Стрибог, Лада[3], Ярила, Дива, Лель, Марена, Коляда, Морана, Вышень, Майя, Троян, Варуна, Крышень и Ника.

Боги третьей волны называли себя Новыми, но для первых двух волн они были Пришлыми. Так как пришли из другого мира через врата, что построил Денница, чтобы внести разлад между родами. Это 4 бога: Перун — бог войны, Велес — бог торговли, Дый (он же в дальнейшем Дьявол) — бог обмана и Жива — единственный бог-андроген, получивший мужское и женское начало и потому ставший символом разрушения и созидания, инь и ян. Он же бог-разрушитель Шива и бог-созидатель Живо.

Боги четвертой волны назывались Молодыми. Это наиболее многочисленная волна и на перечисление всех богов уйдет немало времени. Тем более, что все новые боги по-прежнему нарождаются.

Полубогами назывались дети богов и людей. Полукровки. Такими были Родослав и Миромир. Дети от смертной женщины и Световита. Прочие наиболее приметными богами-полукровками были Зарян, Титан, Персей, Атлант, Тесей, Ахилес, Борей и многие другие. Последними — Семен и Савелий.

Прибогами назывались люди, сами ставшие богами. Чаще всего такими становились дети полубогов, которые по роду уже не обладали божественными силами, но могли «сделать себя сами». Таким стал Меченый и дети его Слава и Волх. Таким стал Скорпион.

Была еще одна категория существ, с которой часто встречался Родослав за свои 40000 лет жизни. Он назвал их Странниками. Так для богов назывались необычные существа из других миров в лице Лемуров, Асуров, Девов и само демоническое потомство Денницы и Люцифера.

— Мне неведомо, где они. Только молодые боги готовят обряд.

— Обряд чего?

— Перун предвидит грядущее. Мне же сиё не ведомо. Я веду флот молодых богов к Земле.

— Время явления?

— Да.

— Кто остался на Дее?

— Только молодые боги, полубоги и прибоги.

— Мне надо к планете. Не препятствуй мне.

— У меня нет причин задерживать тебя, оставшийся в Ночь Сварога на нашей родине. Жива ли ещё наша планета?

— Жива. Но она не ваша. Богов забыли века назад, летопись искажена «историей». Были и сказы воспринимается как фантазия. Деяния ваши забыты, заслуги обернулись против вас, а строения и древние знания приписаны рукам других существ. Ваши внуки возвеличивают мёртвых богов. Их подарил им Велес. Культы Велеса крепки и в данный момент убрать их почти невозможно. Не всё сразу, во всяком случае.

— Горько мне от слов твоих. Где сам Велес?

— Отправился к своим вымышленным богам.

— Чья то заслуга? Оставшихся молодых богов? Полубогов?

— Потомки оставшихся полубогов — прибоги. Полубоги почти не вмешивались. Мы наблюдали и учили стремящихся к изменению. Мы жили среди людей и делили их боли и страдания. Все наши вмешательства оборачивались против нас в Ночь Сварога. Так было поставлено и так было вне зависимости от наших деяний.

— Что же волхвы? Ведуны? Кощунники? Они помнят наши наставления? Наши книги?

— Ваши книги обернулись против вас. Велес создал свои Священные писания в нескольких вариациях. Он же создал новые артефакты-культы, что были лишены магии, но питались энергией веры.

— Отчего же наши книги ослабели? Наши учёные мужи[4] отступили от наших заветов?

— Нет. Ни на шаг. Это и сгубило их. Они помнят техники, читая о них в книгах, помнят теорию, но не помнят смысла, не понимают принципа работы и не способны внести корректировки при изменениях окружающего мира. Любое изменение в пространстве делало заклинания неэффективными. Жрецы новых религий, маги новой волны, обучаемые Велесом, получали модифицированные «ключи» и принципы работ и легко разбивали ваших последователей. В переломный момент хватило нескольких веков, чтобы искоренить носителей знаний. Малая часть выжила, записав священные книги сказаний, но и те вскоре были почти все уничтожены. Осталась лишь еще более малая часть. Но и их объявили фальшивками.

— Что такое «фальшивка»?

— Подделка. Кривда. Точнее, смысл, наиболее часто используемый кривдой, мой молодой, неиспорченный бог светлых времён.

— Да… Кривда торжествует?

— Доминирует.

— Доминирует?

— О, мои спящие боги, как далеко вы от вашего народа. Спешите к Земле и вразумите детей своих! Условия для развития созданы. Многие готовы к поднятию разума.

— Благодарствую.

Флот полетел дальше вокруг Солнца, а корабль Родослава устремился к Дее.

Нужно было срочно найти Перуна.

Дея. Храм Света.

Меченый воплотился у порога сиятельного храма. Каменные ступени познали его тяжелую поступь. Он прошёл через огромные арки и оказался перед широкими открытыми вратами.

В круге сиятельного света стояли два десятка молодых богов, создавая замкнутую систему у алтарей. Круг силы замыкался на «цепочке». Чернослав без всяких эмоций узнал координатора — Перун. Единственный Новый бог.

Меченый разорвал путы обряда. Девятнадцать богов раскидало по разным сторонам, как будто получили удар тараном.

На ногах устоял лишь старший среди них — Перун.

Чернослав нисколько не удивился, насколько легко ему удалось поставить почти всех на колени. Боги были слабы. Едва ли десятая часть прошлых сил.

В них давно не верили.

— Кто посмел потревожить обряд? — Обернулся Перун к вошедшему. — А, создание Падшего. Гады смелеют. На чужой территории так открыто рвёшься в бой? Ты в своём уме?!

— Я в своём. А ты нет. — Меченый пошёл прямо к Перуну, разя словами как копьями. — Координаты перемещения не знаешь. И сил у вас нет для обряда. Обряд грозит уничтожением планете до того, как необходимо. Ты перемещаешь Дею не туда, слепец. Без Числобога ты не сможешь вычислить ничего. У тебя нет виденья арлега. Ты ведёшь вслепую!

— Числобог — компьютер! Я не настолько завишу от него как ты, арлег. Не он перемещал Дею сюда. С чего ему решать, где ей быть?

— Велес просчитывал координаты на Числобоге. Врата открылись по заданным параметрам. Возможности для ошибки не было. Сейчас же каждое твое действие — ошибка!

— Велес — предатель. И что ТЫ думаешь о себе?! — разгневался Перун. — Ставишь себя над богами?

— Что я о себе думаю? — Чернослав изобразил усмешку, останавливаясь в паре шагов от Перуна. — Я с первого по последний год был там, где тяжело. Где очень тяжело! А ты ничтожество, бросившее внуков своих на погибель. У меня нет времени объяснять тебе очевидное. Ты давно не видишь будущего. Ты слеп! Род забрал твой дар так же, как и подарил. Когда-то я считал тебя антиподом Волохатого. Но ты ничуть не лучше Велеса. Сжигая людей в бесконечных воинах, ты уничтожал лучших, слепо идущих за тобой. Ради чего? Ты не давал выжившим и уцелевшим понимания.

— Люди шли за богами, и был мир и покой на Земле. Люди отошли от богов и наступили тёмные времена.

— Настоящие боги — боги Первой волны. Боги-деятели, творящие и создающие, дарящие и берегущие, стремящиеся к развитию и указывающие путь. Кто же вы, сбежавшие от своих детищ в «бункера»? Предатели? Настоящие боги те — кто остался там, где плохо, умирая и живя среди тех, кто верил им. А вы, — Меченый обвёл долгим взором всех присутствующих богов, — дезертиры.

— Создание Падшего, ты тратишь наше время, — Перун отвернулся, делая вид, что не замечает «препятствие». Но сложно было не замечать того, кто блокировал твои силы и плевал в лицо.

— Сатанаил мёртв! — Поддался эмоциям Чернослав. — И ты уйдешь вслед за ним, если не передашь мне управляющей роли в перемещении.

— Угрожаешь мне? — Не оборачиваясь, ответил Перун.

— Угрожают равным или высшим, — успокоился Меченый. Глаза полыхнули чёрным огнём. — Ты не достоин ни того, ни другого. Ещё и за собой побратимов ведешь на погибель. Последняя твоя победа была в Звёздном Храме. С тех пор ты расслабился и потерял нити контроля.

— Ой, ли?

Девятнадцать богов взяли Чернослава в кольцо. Перун замкнул его, став цепочкой, повернувшись. В руках его была золотистая палица.

— Все ещё надеешься на вещи? Артефакты не помогут, старик. — Изобразил улыбку Меченый, готовый к немедленному бою. — Где троица братьев-богов?

— Переплут, Мар и Морок? На кораблях. Вместе с Тархом.

— У них сын Скорпиэля.

— Скорпиэль вспомнил?

— Нет, но камень памяти у меня. Вспомнит при встрече.

— Почему ты отдал его сына братьям, а не мне?

— Потому что они всегда сторонились тебя и Велеса. Я на время оставлял Боромира им, решая кое-какие вопросы в высших сферах. Лестницы больше нет. Не будет больше циклов взлётов-падений. Твоя палица так же бессмысленна, как твоё обиженное эго. Смирись с тем, что задача тебе не под силу. Я всё сделаю сам. Убери палицу или сломаю руку.

— Ты отдашь мне камень и уйдешь, дав нам довести дело до конца.

— Я не буду повторяться!

Светлое и чёрное пламя встретились, создавая барьер между богами и Чернославом. Перун взмахнул палицей, собираясь обрушить её на голову Меченого.

Ещё до момента, пока палица опустилась, в створах врат мелькнуло синяя вспышка и Родослав подхватил Перуна под руку.

— Оставь его, друже. Он уничтожит не только тебя и другов твоих, но и половину спутника-планеты. А она нам нужна. Вся нужна. Мой сын поспешил со спасением Земли. В данный момент корабль серокожих летит на таран. Нужен щит или Задание Рода будет провалено. Мы не только не возродим жизнь, но потеряем её полностью в этом секторе. Велес уничтожен, как и Сатанаил. В данный момент официальный Наместник сектора именно — Чернослав. Ты его всегда знал, как Меченого. Его, наконец, нарекли. Или ты хочешь, чтобы Наместником вновь стал Люцифер? Не лучшие были времена.

— Зато честные! — Воскликнул Перун, всё же опуская палицу. — Люди на Дее достигли перехода, мы выполнили возложенную на нас задачу!

Светлый и тёмный барьеры спали, распавшись по воле богов и грозного Наместника.

— Завет Рода — оставлять возможность живущим для восхождения. Крадя эту возможность, мы идем против прародителя.

— Что толку?! Он… — Перун кивнул на Чернослава. — …уничтожил Лестницу Восхождения.

— Уничтожил Барьеры. Из лестницы уничтожено пока лишь пару пролётов. Атвентиил лишь один из двенадцати Хранителей. Я вижу камень памяти у Чернослава, но не вижу прочих высших артефактов, о которых прознал. Значит, он до них не добрался. Всё ещё можно вернуть в состояние стабильности. Но не гнетущей, а развивающей последовательной сменой циклов.

Меченый подошёл к алтарю, коснулся его рукой.

— Как много вы говорите… Время дел.

Вспышка была яркой.

Все системы врат активировались мгновенно по всей поверхности Деи… Храмы и были вратами, застроенными со времён перемещения. Прогнать по ним чёрное пламя было делом момента.

— Дея никуда не денется. Я запрещаю ее перемещать, дабы не влиять на Землю. Эти планеты уравновешивают друг друга.

Но затем пламя полетело к луне планеты, которая называлась Леля. Когда-то увезенная Меченым с орбиты Земли и подаренная Дея, ставшая для нее, как Месяц для Земли, она вдруг исчезла.

— А свой подарок богам я заберу. Вы найдете способ стабилизировать ситуацию, уравняв воздействие луны храмовыми комплексами. Если хватило энергии на перемещение, создать небольшой стабилизатор вашим умам не составит труда.

Леля мгновенно оказалась перед летящей волной взрыва от столкновения корабля матки-серокожих и Нибиру, закрывая собой от печальной судьбы доверенную богам планету Землю.

Как плеть прошлась по поверхности бывшего спутника уничтоженной десятки тысяч лет назад планеты Фаэтон. Почти необитаемый форпост богов мигом лишился лабораторий, а затем чудовищный катаклизм разнес литосферные плиты и разорвал планету на куски.

Размером спутник бы почти как Месяц. Потому Леля впитала в себя энергию от взрыва и сама принялась разрушаться на глазах. Постройки богов, создаваемые тысячами лет по всей поверхности малого спутника, уничтожило мощнейшими землетрясениями.

Часть молодых богов, Перун, Родослав и Чернослав прыгнули на Землю, уцепившись за черное пламя Наместника. И смотрели, как вспучились литосферные плиты обреченного спутника.

Леля перестала существовать, распавшись астероидами между Марсом и Землей.

В ту ночь астрономы любители и профессиональные наблюдательные обсерватории со всей Земли могли наблюдать появления многих светящихся объектов в небе. Это вернувшиеся боги расчищали космос от оставшегося мусора, растаскивая и уничтожая угрожающие Земле куски, как тысячи лет назад до этого.

Боги вернулись на Землю и… не знали с чего начать.

Земля. Дальневосточный край. «Эдем-1».

Гигант с недоумением посмотрел на траву под ногами и окровавленные тёмной кровью наг руки и оружия-артефакты.

Меченый стоял рядом, наблюдая за ним сверху вниз. Сколько бы не было сил в этом странном существе, Чернослав никогда не менял своих размеров, предпочитая быть невысоким, худощавым, узкоплечим. Его сила была не в этом.

— Меч? Ты ли это, старый пройдоха? — Воскликнул Сёма, снова вспоминая облик Чернослава. — Даже не знаю, расцеловать тебя или секирой про меж косых заехать?! Не подскажешь?! Впрочем, нет, молчи лучше, молчи. Я так на тебя полюбуюсь, со стороны. Оно как-то побезопасней будет.

По странному стечению обстоятельств, облик Меченого можно было помнить, только смотря на него. Стоило отвести взгляд, закрыть глаза или хотя бы моргнуть, как силуэт Чернослава растворялся в сознанье.

— А ты изменился, блондинчик. Поумнел. — Приметил Чернослав. — Но, по-моему, ты понял поговорку «одна голова хороша, а две лучше» слишком буквально. Я не говорил, что тебе надо становиться андрогеном, как первый вариант Живы. Вижу сестры ты не нашел, а за неимением ее совместился с братом?

— Что поделать? Обстоятельства. — Пожал плечами Гигант.

— Зато собеседник всегда под рукой, — добавил Савва. — С собой разговаривать не надо. Паранойя прошла.

— Вот ещё бы шизофрению вылечить, — подмигнул Сёма.

— Дело твоё… не знаешь, где Сергий?

— Пока нет. Я тут немного в змеелова заигрался. Хоть не орел и летать не умею. Только высоко прыгать.

— Не знаешь, кто Дальноступ заблокировал? — Спросила вторая голова «Савелий», понимая, что толку от речи блондина не будет.

— Люцифер. — Просто ответил Чернослав.

— Он существует? — Вторил Семён.

— Глупый вопрос, — ответила голова Савелия.

— Существует. — Подтвердил Чернослав, открывая электронные ворота посёлка и входя на центральную улицу под осоловевшими взглядами охранников. Их не столько удивляло расплывчатое тёмное пятно, кем Меченый становился для них моментально, едва моргали, сколько двухголовый гигант трёхметрового роста, шедший рядом с ним. — Мне понадобится твоя помощь.

— Обоих? — Осторожно уточнил Савелий.

— Видимо да. Выручите — разделю. Не выручите… впрочем, это уже будет не важно.

— Ага, мёртвые не потеют, — кивнул Сема. — Чего делать-то надо?

— Всё зависит от того, что скажет Лера.

— Лера эта та беременная рыжая? — Снова уточнил Савелий. — Она же от Семёна беременна, так ведь?

Сёма врезал правой нижней рукой в левую часть пресса.

— Все семейные вопросы, братиша, потом. Нам же четко сказали: поможем — разделят. Что тебе ещё надо? Избавишься от гоя, наконец. Станешь вновь кошерным, а мне позволишь сало есть. С борщом, конечно. Ох и соскучился я по этому делу.

— Таки молчу, молчу.

— Чудненько, — оборвал обоих одним словом Наместник.

Совсем рядом.

— …И всё? Вот так всё просто? — Лера с не скрываемым удивлением посмотрела на Люцифера, сидящего на её кровати и вертящего в руках вышивку с солярным оберегом. Опошленная, оболганная, она не переставала отображать суть солнца во всех своих проявлениях.

Ностальгия по прошлой жизни читалась в его глазах.

— Жизнь вообще простая штука. Зачем усложнять основные процессы? Всходит солнце — ну и ладно. Так ли важна, на слонах небосвод держится или нет?

— Ты что меня за дуру держишь? Если зло говорит тебе одно, значит все наоборот. Я же самое что ни на есть добро, пусть и рыжее. — Возмутилась Лера.

- С другой стороны ты же женщина, — добавил галантно Люцифер. — Всё равно сделаешь всё в обратном порядке. Так что всё возвращается на нули. И моё предложение в силе.

Лера потёрла виски, погладила живот.

— Я не только женщина, но ещё и будущая мать. Приходится думать за двоих. Вот что она подумает о твоём предложении?

— Но она же тоже будущая женщина. — Резонно добавил Люцифер, разглядев пол малютки в животе. — И если ты не поторопишься с ответом, роды твои начнутся прямо сейчас. У тебя есть десять секунд на раздумье. Они уже в посёлке.

Лера ощутила, как вспотел лоб, затем затряслись руки. Волнение побежало от кончиков пальцев к животу. Стало сначала плохо, а затем совсем никак — сознание отключилось.

— Гениально, — буркнул Люцифер, глядя на свалившуюся в обморок девушку. — Всегда найдут способ, как выкрутиться. Что Ева, что Лилит, что эта…

Он отложил вышивку и со вздохом поднялся, ожидая продолжения веселья.

— Люцифе-е-ер!!! — Донеслось из-за тёмного окна. — Выходи на смертный бой биться, падлюка-а-а! Я-то тебе рога поотрубаю-ю-ю!

Светоносный и не выглядывая в окно, точно знал, что там стоит трехметровый, четырёхрукий гигант о двух головах и вертит в руках секиру и меч. Оба артефакта в крови наг. Мощный яд для земных существ, если подумать.

И всё же Меченый был слишком предсказуем — выставить перед боем приманку, затем явиться самому в самый критический момент. Испытанный, хорошо апробированный метод, который он использовал веками.

— Но нет, не здесь. Нет согласия — нет действия. Давай на более просторной территории. — Обронил Люцифер и исчез…

На улице Чернослав тем временем дотянулся рукой до лопатки гиганта.

— Все, не кричи. Он ушёл. Благодарю за помощь. — Чернослав подпрыгнул, хватая гиганта одной рукой за одно плечо, другой за другое, резко потянул…

Вспыхнула яркая вспышка, разгоняя ночь. И из единого тела выпали двое. Каждый в своем прошлом теле.

Сёма зарылся в грязь лицом, Савелий упал на коленки, тут же подскакивая.

— Во-о-от так-то лучше, — обронил, сплёвывая грязь, блондин. — А чем мы тебе помогли-то? Как говорится: «глаголить — не вагоны разгружать». Это в сокращённом варианте поговорка. Но смысл тот же.

— Вы? — Чернослав оглянулся на крыльцо. Там зажёгся свет и на улице появились встревоженные Наталья, Елена и Мария.

На центральной улице у калитки скопились все охранники-скорпионовцы посёлка, взяв странных существ на территории дома под прицелы автоматов.

— Ничем. Но дочь твоя мне ещё пригодится. Мне пора.

Он исчез.

Сёма помахал охранникам у калитки:

— Палыч, свои пришли. Код: «37845 Русколань». Отбой. Через полчаса старшему доложить обстановку. Всё, ребят, отдыхайте… Дома я. Живой.

Савелий подошёл, помог подняться. Сёма благодарно испачкал его грязью, не только приняв руку, но и обняв как родного.

— Сява, ты зла не держи, я оба артефакта у себя оставлю. Отдать хозяевам нужно. Хотя, Живе секира уже не нужна. Так что могу дать поносить. С возвратом. Только не перепродавай, хорошо? Вдруг вернуть кто из родни захотят?

— Лучше Савелий. Оставь Сяву сирым и убогим. Как и оружие. Мне не нужно оружие такого рода. Моё оружие — мозг. А тебе с твоим длинным языком скоро оба понадобится. Люциферу вот вызов бросил. Он же запомнит. На меня не ссылайся. Сам кричал.

— Да я помню. Мне тоже с тобой весело было. Я только не могу понять, какую именно дочку Меченый имел ввиду. Я же вторую жду.

— Значит, береги обоих, — Савва похлопал по плечу, не обращая внимания на грязь.

— Жен или детей? — Уточнил Сёма.

— Всех береги. Крестить молодняк будешь?

— Обрезать тоже нет, — сразу ответил блондин. — Пусть живут свободными, брат. Ты же освободился… по крайней мере, от меня.

— Но эгрегор?

— Да и хер с ним, свой создадим. Ты вот как дядька и начнешь, — сменил гнев на милость Сёма. — Так что заходи, чайку попьем. Машка малиновое варенье закатывает лучшее в мире. У тебя у самого-то есть семья?

— Нет. Но сейчас заведу. — Уже понял Савелий, вдыхая собственной грудью.

Какое же это счастье владеть своим телом полностью.

— Дело нужное. Никогда не знаешь, что приготовит следующий день.

— Иди… обними родных. — Савелий подмигнул и исчез.

— Ага, скоро увидимся… Конец Света же. — Запоздало обронил Семён, ощущая, как ноги уже несут к родному крыльцу.

У него не было больше четырёх огромных рук, но все любимые женщины поместились в его объятьях сразу. Закружив их всех на крыльце, он долго не мог позволить себе остановиться. Понимание, что никогда мог больше их не увидеть, накатило на него вместе со слезами.

Они просто побежали по щекам, не контролируемые.

Он и не мог их контролировать.

Только не сейчас.

— Как же я по вам по всем соскучился с этой беготней. — Честно признался блондин.

— Хватит обнимашек!!! — Донеслось со второго этажа протяжное. — Тут Люцифер приходил. Я испугалась и теперь РОЖА-А-АЮ!!!

Семён первым помчался наверх, забыв обо всём на свете.

Мария вздохнула, ощущая укол ревности.

— Ну да, ни раньше, ни позже. Вовремя.

Елена с Натальей переглянулись и, улыбнувшись, принялись выполнять привычные функции бабок-поветух.

Суета завладела домом. Ночь обещала быть бессонной. Зная характер Леры, можно было предположить, что дочь её наследует хоть часть от матери, а значит, не спать рыжей бестии до утра как минимум.

Зная же Семёна, можно было предполагать, что в ребёнке воплотиться бурный коктейль из сумасбродства и вредности. С большой примесью героизма, чувства юмора и тепла для родных и близких.

Посёлок вновь обрёл тишину и покой, проводив гостей, слишком долго топчущих Землю.

В эту ночь боги вернулись на планету.

Эта Ночь была последней в цикле «Ночи Сварога».

Глава 5 — Город асов -

600 000 лет назад[5].

Не справился с задачей сохранения жизни Наместник в своём чертоге. Имя ему Денница. Постигли владения его катастрофы. И стала угасать жизнь на планете, Землей прозванной.

Возопил Денница в сердце своём:

— Создатель, не в силах я удержать песок сквозь пальцы. Помоги мне! Души перестали воплощаться в мире моём!

Откликнулся Род на призыв Наместника и обратился к богам-детям своим.

— Проявитесь и поднимите мир угасающий. Заселите мир инкубаторами. Дабы физическое воплощение обретали души.

Четверо богов отозвались на призыв Рода.

Имя им Сварог, Макошь, Мара и Световит. Спустились они из небес Прави в мир Яви и обрели тела существ уязвимых, существ смертных.

Асгард Великий — город богов, дал им корабль-инкубатор и все необходимое для повторного заселения. И отправились боги в путь долгий по просторам космоса.

Долго ли, коротко ли летели, не ведает никто, а только в какой-то миг достигли чертога, Деннице доверенного. И ужаснулись запустению мира. Ни одного человека не жило более на Земле. Никого не осталось от Первого засева, кроме демонов земных, что Денница посеял.

Из двенадцати планет, по замыслу Творца заселённых жизнью, жизнь теплилась лишь на одной. От системы двух солнц, что равнозначно должны были планеты обогревать, осталось одна звезда, второе солнце взорвалось сверхновой звездой, став нейтронной. При размерах, гораздо меньших жёлтого карлика, оно стало гораздо тяжелее его и почти не давало света. Увидеть его можно было только в инфракрасном свете. Это солнце стало солнцем смерти — Марой прозванной, так как первым его обнаружила та богиня. Мертвое солнце затянуло на свою орбиту свою одиннадцатую и двенадцатые планету — Немезиду и Сейфорию.

Не осталось на них ни жизни, ни условий для жизни. Выкипели при взрыве. И если одиннадцатая планета — Немезида — осталась существовать как объект, почти незримый в тени мёртвого солнца Мары, то Сейфорию разнесло взрывом. Та же участь постигла и десятую планету — Гертруду. Вместо неё по немотивированно кривой орбите летало странное искусственное создание — планета Нибиру. Рукотворное детище Наместника. Личное детище и ужасающе прекрасное творение.

Подивились боги замыслу Денницы, и полетел корабль дальше, миновав планеты, позднее прозванные Плутоном, Сатурном, Ураном, Юпитером. Те планеты или их спутники из-за омертвевшего солнца так же больше не могли жизни содержать. Лишь искусственные лаборатории заместителя Наместника — светлого гения Люфицера, содержали они.

Пятой планетой от светящего жизнью солнца была Планета Фаэтон. За обширным Юпитером спряталась она и была пригодна для жизни, как и луна её — Леля. Но странным оружием была уничтожена жизнь на их территориях. Так же был бесплоден и Марс.

Больше всего досталось первой и второй планете от живого солнца. Меркурий выгорел, слишком близко приближенный к светилу, а Венера получила неправильный терраморфинг, вследствие чего разогрелась до критических температур.

Жизнь теплилась лишь на Земле. Но странен был лик Земли: чудовищные землетрясения, гигантские волны, ураганы. Планету терзали сильные ветры и бури, заливали дожди, во многих местах был повышенный радиационный фон, как после применения ядерного оружия.

Тысячи напастей ходили по истерзанной планете после какой-то Войны, что низвела не только человеческую расу, но и Лемуров — расу им дружественных.

У планеты было 2 луны — искусственная лаборатория Люцифера «Фатта», с периодом вращений в 9 дней. Иначе ее называли «Неделя». Так как в самой неделе на Земле было 9 дней: первый день после недели назывался — понедельник (после недели), второй — вторник, третий — среда (первая четверть), четвертый — четверг, пятый — пятница, шестой — суббота (вторая четверть), седьмой — седьмица, восьмой — осьмица, девятый — неделя.

Вторая луна некогда была живой, но теперь жизнь на ней отсутствовала. Ведали боги, что спутник «Месяцем» был прозванным. Имела та луна период обращения вокруг Земли — 36 дней или 4 недели. Всего же в году было 12 месяцев с суммарным запасом дней — 432, где сам день был короче 24 часов в сутки. Високосный год отсутствовал.

После Войны Земля была наклонена ниже изначально задуманной оси своей и вращалась быстро, чем сейчас, подвергаясь сильным воздействия из-за внутренних процессов в недрах её.

— Что происходит с планетой? — Спросил Сварог Денницу, когда тот вошёл в корабль на земной орбите по праву хозяина данной территории. Бога как первого космобиолога интересовало все о состоянии планет в Солнечной системе.

— В наземном мире война прекращена, но в подземном продолжается. То уцелевшие Лемуры с демонами еще воюют. Но дни их сочтены.

— Кто такие демоны? — Спросила Мара. Ее как первого лингвиста-ксенобиолога интересовала всякого рода жизнь. — И кто такие Лемуры?

— Демоны — солдаты мои, мной созданные для управления процессами земными. Защитники Земли первые. Лемуры — род существ, ушедший по Войне под землю. Пришлая раса… неудачная. Стереть её надо, но то мне под землей не под силу. Я бог Утренней Зари, не подземный царь.

— Не от них ли демоны Землю защищают? — Уточнил Световит.

— Демоны защищают Землю от всех. Они — её порождение, низшие духи. Но Лемуры древнее по развитию. Силу большую имеют. Род их древней. Потому держаться стойко.

— Почему же ты не остановишь демонов своих? — Вновь спросил Сварог. — Останови войну. Земля страдает.

— Они выполняют то, что должны. Пока не будет истреблён последний Лемур, они не сгинут.

Световит посмотрел в иллюминатор на голубой шарик, прикинул:

— Нам нужно разместить оборудование. На какой континент ты дашь нам добро на поселение? — он был первым инженером богов.

Денница ответил:

— Я разрешаю вам поселиться, где захотите. Не чиню препятствий я посланникам Рода.

На борту возник его помощник — лучезарный Люцифер.

— Я носитель света, правая рука Денницы, подтверждаю сие, но демоны — порождение сумерек, в ночи обитают. Как ушли под землю, так суть их переменилась. Они не дадут вам ступить на землю. Вы для них станете теми же врагами, что и для Лемуров. Не приземлиться кораблю ни на одном из континентов, ни на острове, ни на воде, ибо водная стихия так же полна духов-демонов.

— Они терзают всех не автохонтов Земли? — Уточнил Сварог.

— Истинно так. — Подтвердил Люцифер. — Порождениям Земли не грозит их гнев, но всем инопланетянам будет дан бой.

Макошь так же принялась смотреть в иллюминатор. Взгляд её ушёл за облака и наткнулся на прямоходящих существ, по пещерам прячущихся по ночи, и под деревьями и по полям пустым бродящим по дню.

— Кто это?

— Неандертальцы. Не такие заросшие, как йети, да и немного умнее.

— Они автохонты? — Макошь как первого генетика среди богов, интересовали все виды и подвиды существ. Ей было поручень заселение и восстановление популяций потухших биосфер.

— Да. Эксперимент Лемуров. Лемуры высоки ростом, сильны, разумны, но руки их не годятся для мелкой работы. Вот и взяли земных обезьян, принявшись выделывать их них рабов подходящих. Да что-то не очень получается. Бунтуют рабы. Потому лишних забирают себе наги во времена Жатв.

— Генетическая модификация? — Переспросила Макошь.

— Они разговаривают вербально? Лемуры, демоны, неандертальцы. — Уточнила Мара. Ей предстояло систематизировать местные языки и дать будущему поселению свой язык и письмо. Потому первым земным «букварем» станут Руны Мары — образно-смысловое письмо, состоящее из 144 знаков. Сложное, поразительно красивое, наполненное сутью вещей письмо будет доступно для немногих, так как эти руны влияли на мироздание не хуже физических воздействий.

Его более сокращенный вариант получит название Руны Макоши. Они станут слоговым письмом и получат 44 знака, став родоначальником руниц и санскрита как таковых. Более не имея магических начал, второй вариант письма получит лишь часть образов и сути.

Последнюю версию адаптированного под земные условия письма назовут Руны Рода. Не имея ничего магического и потеряв до 90 процентов смысловых ассоциаций, 40 букв прото-русского языка обернуться со временем тысячами языков и сотнями письмен.

Собственно в русском языке 5 букв пропадут во времена реформ династии Романовых, вместе с обрезанием летописей при манипуляции немецких историков. Спас язык от омертвения Александр Сергеевич Пушкин, гением своим подарим каменеющим буквам литературную простату. Но этого бы не случилось без Арины Радионовны — няни, посвященной в Традицию. Она была волхвом и через нее боги вернули языку часть смыслов.

Еще 2 буквы потеряет букварь в первые годы советской власти. Останутся только 33 буквы, из которых так же хотят выбросить «ё», «ъ» и «й», чтобы оцифрованная версия более удобно воспринималась машинным миром, который один из потомков Пушкина назвал «Матричным Богом».

Каждый из Старых богов был экспертом в своей области. У каждого бога была своя специализация. Если же знаний по физическому миру не хватало, помощью служил Числобог — бортовой компьютер корабля-инкубатора. При необходимости он загружал в мозг любую необходимую программу без связи с высшими мирами, позволяя решать большинство задач на местах.

— Да. — Подтвердил Люцифер, заинтересованно разглядывая коллегу. — Они последовательно отмели несколько неудачных ветвей, но конечный итог их так же мало удовлетворил. Сдаётся мне, своё последнее детище Лемуры обрекли на смерть. В генах неандертальцев заложен механизм бомбы замедленного действия. Через какую-то сотню-другую тысяч лет их не станет в естественном порядке. Выродятся.

Светоносный был экспертом в разных областях, но генетика так же была в его любимчиках. Именно с его лёгкой руки Денница обрёл солдат-демонов, привязанных с сильфам[6] и низшему астралу земли существ.

— К главному, други. — Прервал Сварог. — Наша задача восстановить Землю.

— Вы можете использовать мою лабораторию, влияя на землю с орбиты, — Любезно предложил Люцифер.

— Если прилуниться на Неделе, то временные рамки восстановления затянуться. — Уточнил Световит. Я предполагаю, как замедлить вращение земли. Достаточно построить комплексы пирамид, но работать на расстоянии сложнее. Мы должны быть на Земле и решение будет найдено здесь и сейчас.

— Право ваше, но демоны не дадут вам покоя, — улыбнулся Люцифер.

— Стало быть, — начало было Мара, — мы не можем приземлиться ни на землю, ни на воду?

Денница и Люцифер молча кивнули.

Задумались боги. Наконец, Световит произнес:

— А что, если поднять землю из воды? Она вне управления земных демонов и демонов водных. Ни те, ни другие не имеют на неё права по сути.

— Ай, голова, — восхитился Сварог. — Решено. Мы поднимем с земли новый континент.

Денница промолчал, но как-то потускнел видом.

Люцифер поспешно затараторил:

— Цунами и так высоки, побережье и острова затапливают волны выше ста локтей. Шевеление литосферных плит лишь усугубит процесс.

Денница посмотрел на подопечного с подозрением. Не собирается ли тот строить козней посланникам Самого?

— Лишь в том случае, если не создадим противовес на орбите, — ответил Сварог. — Укрупнение Месяца может решить проблему. Числобог выдаст верное решение, по которому новое положение и масса успокоит приливы и отливы. А прежде пирамиды соберут достаточно энергии для стабилизации геомагнитного поля Земли. Работы много, но всё под силу.

— Действуйте. — Согласился Денница.

— Я могу поспособствовать. — Добавил Люцифер. — Одного спутника может оказаться недостаточно. Скорее всего, Неделю так же придётся укрупнить, так как она не имеет достаточного влияния на планету.

— Оставь свой спутник. Он искусственный. Мы обопремся на детище Творца. — Ответил Сварог. — Нарастим луну. Пусть станет крупнее, искусственнее, но не потеряет сути. Пусть вращается четыре недели и составляет месяц. Двенадцать месяцев составят год[7]. От сих пойдет новое летоисчисление.

— И все же предлагаю увеличить наблюдательную лабораторию. Для помощи в регуляции процессов. — Добавил Люцифер. — Так Неделя во истину станет Фаттой — «Судьбоносной».

— Добро, — завершил разговор богов и наместников Сварог.

* * *

Огромное яйцевидное тело появилось в небе над северными водами планеты. Позже его назовут яйцом первородным, из которого появился мир.

С корабля богов, волю Рода несущего, ударил в воду яркий луч. И вспучилась земля, вздымаясь из воды пластами.

Обрадовался Сварог, говоря другам своим:

— Вот будет земля наша. Я нарекаю её Даарией — «дар ариям», потомкам нашим, к совершенству стремящимся. Да не оскудеют из силы и воля в этом пути.

Огромные земли показались из воды. Выше всех поднялась гора в самом центре континента. От неё потекли четыре потока, позже реками ставшими: «Северная», «Восточная», «Западная» и «Южная».

— Центральная гора континента. Гора Мира — «Меру». Мы приземлимся на неё и обоснуем город для нашей расы. Но прежде построим храм. — Продолжил Сварог. — Здесь вокруг корабля мы установим первую обсерваторию и расположим лаборатории.

— Гора совпадает с северным магнитным полюсом. — Глянув на мониторы Числобога, добавила Макошь. — При определённых условиях она может стать северным полюсом планеты.

— И станет. Выгружайте груз. Я возьму малый корабль и займусь строительством пирамид. Строения не будут нести демонам угрозы. Они не покусятся на них. Замедлим вращение планеты и займёмся терраморфингом.

— Как только создадим подходящие условия, займемся миром растений и животным миром. Затем, используя ДНК Рода, возродим на Земле человечество. И дадим своё потомство, — добавила Макошь.

Боги Первой волны породят богов Второй волны и людей. Макошь станет первой матерью. Мать-богородица, используя ДНК Рода и каждого из богов, запустят «рожаницы» — инкубаторы, взрастившие первых людей без смешения крови. Так что никогда не выродятся четыре пра-рода: Дарийцев, Харийцев, Рассенов и Святорусов. В них кровь четырех Старых богов. Роды белой расы прозовутся — асами и заселят Даарию, богами хранимые, богами обучаемые и ведомые.

Храмы света, обители знаний и учений о целостности мира и Вселенной, заполонят Даарию. Полгода асы будут жить при свете дня, полгода при тьме ночи. Ибо так было от начала времен — от первородного «яйца».

Проблемы начнутся десятки тысяч лет спустя, когда асы из-за перенаселения будут вынуждены вступить на континент. Демоны обрушатся на потомков богов. И придётся асам взяться за оружие всерьез, чтобы отстаивать жизни свои.

Позарятся на белокожих дщерей человеческих демоны — и породит Земля монстров.

Позарятся на светловласых дщерей человеческих гелы — и породит Земля нифилимов.

Позарятся на ясноглазых дщерей человеческих леги — и породит земля Волотов.

Расселяться расы гигантов-титанов и разного рода монстры по Земле вместе с людьми по огромному континенту, прозванному Асией — «землей асов». Огромная империя людей белой расы раскинется от Тихого до Атлантического океана и от Арктиды до гор Тибета и получит имя — «Тартария». Все это будут земли Ариев — людей, к совершенству идущих.

Погонят асы нифилимов, титанов, монстров и неандертальцев на юг, зачищая земли от вырожденцев. Долгими будут войны с демонами и порождениями сумерек и мрака, но плодотворными.

Закончилась бы та война решительной победой, но тут Денница построил Звездные Врата и призвал Новых богов, а вместе с теми пришли на Землю еще 2 расы.

Третью выдали в нагрузку.

Союзниками людей станут лишь роды асуров из космоса пришедших. Они же покажут людям подземный мир и укроют в тяжёлые времена Войн Богов в дальнейшем.

Поставят космические врата сорок тысяч лет назад. Тогда на землю ступят боги Третьей волны. Среди них Велес и Перун. И появятся Молодые боги.

Принесёт Велес новый завет Рода — спасти от уничтожения роды трёх рас: жёлтой, красной и чёрной. И поставят боги белой расы новые врата в разных концах света.

И придут на земли Юго-восточной Асии роды жёлтой расы.

И придут на Полуденные земли[8] роды красной расы.

И придут на земли Африки роды чёрной расы.

Тысячи лет будут жить обособленно расы, но Земля заинтересует многие силы. И на Землю придут Серые странники, готовя планету к эпохе крови, боли и забвения. И придут на землю учителя лжи и подлости, обмана и боли. Погибнет немало старых богов, на смену им придут новые боги войны и крови, страха и гнева.

Волны адаптации пронесутся по Солнечной системе. И вслед за восхождением человечества, наступят века тьмы и забвения. Летопись и быль смениться историей и интерпретациями.

Понимание смениться верой, а вера ослепнет и наденет на души рабские оковы, к покорности взывающие.

В это время родиться Меченый.

В это время Велес в резервации создаст первых людей без генотипа Рода и обманом подчинит себе легов. В это время восстанет против Творца Денница и падут гелы. Люцифер примет бразды правления Наместника.

В это время богорожденные люди смешаются с сотворёнными людьми одним из богов.

В это время старые и молодые боги начнут Великую войну.

В это время ученики трёх рас восстанут против учителей белой расы, и истина будет забыта.

В это время души запутаются, слепо следуя за теми, кто умеет говорить… но не помнит зачем.

В это время прилетят жнецы, собирая обильный урожай.

В это время Земля подвергнется новым катастрофам, и часть людей уйдет под землю, спасаясь от радиации и холода лютого.

Это жуткое время перемен.

Время эпохи Лютого[9].

Время Предтеч.

Мир во власти злых сил. Новое Начало Начал.

Часть третья: «Двойной удар»

Время…

Система забрала у человека самое ценное, что можно забрать — время.

Бытовуха, социальные сети, сериалы, погоня за длинным рублем с неизбежным проигрышем и подкидыванием новых проблем, бумажки госаппарата, добивание системой здравозахоронения, обрезанное образование, религиозные обряды, очереди… года и десятилетия в никуда, ни во что.

Хватит!

Человек рождается на Земле для творческой и духовной самореализации, а не погоней за миражами и выставлением «лайков» и плюсиков в виртуальном кибермире.

Эту тюрьму душ мы тоже вскроем иначе за пределы материнской планеты нам шагать только в художественных фильмах и фантастических романах.

Сам наш вид под угрозой.

Хватит терять время!

Из речи Евгения «Хакера».

Глава 1 — Леля -

Лада открыла глаза, наблюдая над собой синее небо. Прохладный ветер гулял по коже, кусал обнажённые плечи. Странно, она ощутила себя в длинном, чёрном платье с широким подолом. Своя одежда куда-то пропала. Она не ощущала холода.

«Рай?» — мелькнуло в голове.

Нет, тело было своим. Смерти или состояния послесмертия не наблюдалось. Все родное, все знакомое, привычное.

Ощущения родного мира никуда не пропали. Та же осень, та же прохлада необычайно теплого в этом году ноября без раннего снега. В один момент она узнала и своё местонахождение — притока Амура. Мелкая, необозначенная на карте мира речушка.

До слуха действительно донеслось журчание речки. Привстав, Лада ощутила себя лежащей на ступеньках. Простых, бетонных, потёртых, ведущих к воде у опустившихся к кромке заводи деревьев, ступенек. Осень засыпала их жёлтыми и красными листьями, но ветер разгонял их, вновь оставляя ступени чистыми.

Аватар обернулась, ощущая чьё-то присутствие. Перед ней стояла девушка. На вид — её лет. Ровесница смотрела пристально, не отводя взгляда. Глаза ее полыхали скрытой силой.

Лада доверилась ощущениям, а не зрению. Попыталась объять незнакомку сферой чувств, но просканировать этот объект было всё равно, что обнять костёр. Так же невозможно и… фатально.

По внутренней сути незнакомка была совсем не человеком. Силы её были велики. Безумно велики. Одна из пятнадцати сильнейших мира сего сказала бы даже, что она превосходит её, Аватара, по силе в разы.

Давно Лада не встречала кого-то подобных по силе.

— Кто ты?

— Леля. — Её голос был приятен, ласкал слух, привораживал. Простые звуки, но они словно манили к себе, внушая безграничное доверие и вызывая в груди непонятное тепло. По телу Лады прошлись орды мурашек.

Но непонятное тепло было непривычным. И как Аватару, Ладе это не понравилось. Попыталась отстраниться, выставить барьер, защититься. Пришлось убеждать себя, что все не так.

Наваждение спало. Холод быстро обхватил в свои объятья. Стало неуютно и зябко. Тело попросило бы сменить платье на пуховик, но воля быстро настроила барьер и холод отступил.

Собеседница застыла напротив неё, позволяя то ли самой разобраться в ситуации, то ли просто выжидая…перед ударом?

«Но зачем ей бить? Хотела бы — добила бы давно и сразу, — подумала Лада».

— Та самая богиня Леля? — Неожиданно для себя самой вспомнила былины юный Аватар.

— Да. — Не стала скрывать богиня любви.

— Раз одела меня, почему на бетонных ступеньках оставила? Замёрзну же. Заболею. Не жалко тебе меня совсем? — На всякий случай сказала Лада, словно ей действительно грозило нечто подобное.

— С демонами боролась — вспотела. Вот и положила тебя охладиться. Видишь — быстрей в себя пришла.

— А почему платье чёрное? — Лада поднялась, щупая обновку, желая ощутить хоть малейшее неудобство в одежде. Но его не было. Это почему-то огорчило ещё больше. Из вредности хотелось сделать что-нибудь пакостное. Как избалованному ребёнку. Но причин не было… Пока не было.

Впрочем, по возрасту Лада и была ребёнком. И не так уж и часто её спасали. Но сегодня уже дважды — перебор! Или сегодня совсем не сегодня уже?

— Скоро война, — печально ответила Леля. — Чёрный — цвет скорби. Мы все скоро кого-то потеряем. Война забирает лучших.

— Почему бы тогда сразу не закутаться в саван? — Съязвила Лада, вновь присев на пожухлую траву. — Зачем ты вытащила меня из боя?

— Из боя? Тебя смяли. Ты потеряла сознание под давкой тысяч тел. Даже твои силы, Аватар, не безграничны. Я наблюдала за тобой, пока ты не перестала дышать. — Леля села рядом. — И тогда я вмешалась.

— Зачем наблюдала? Откуда ты вообще здесь? Какое богине дело до моих битв или прочей жизни? Боги ушли с Земли давно. Я никогда не ощущала ни одного из вас.

— Молодые бог вернулись на Землю с Деи. Тарх привёл нас обратно. Я шагнула с кораблей одна из первых. Я безумно соскучилась по родине. Нас не было здесь тысячи лет. — Печальным голосом ответила Леля. — Но Старые боги никогда не уходили со своей Родины. Они всегда были рядом для вас. Живые, настоящие. Просто не вмешивались без необходимости. За сотни тысяч лет привыкаешь быть незаметным. Подлинное всегда рядом. Лишь подделки кричат о себе на каждом шагу. Культы Велеса вижу разрослись, но смысла не обрели. Теряются в них люди, тонут и взывают в глубины себя. Как будто каждый ответ находится в них самих. Но что может быть внутри тех, кто пуст?

Ладе показалось, что такую печаль невозможно было подделать. Уж столько её было в богине, что невольно девушка прониклась к её тоске. Печаль была искренней и глубокой.

— Пустыми людей сделали дезертировавшие родственички. Да ещё бы вас столько же не было! — Все же для порядку воскликнула Лада. — И кто такой этот Тарх?

— Люди звали его Даждь-богом. — Так же спокойно и грустно ответила богиня.

— Он что, дожди вызывал? — Закосила под ничего не понимающую девочку лада, хотя прекрасно знала всех богов поименно и все силы, им приписываемые.

Леля вот была богиней любви, например. Как в Древней Греции Афродита. По сути, Афродита эта и есть Леля. Ее переписанный мертвый образ, так как самой богини на Земле к временам «величия Древней Греции» уже не было.

— Дающим блага богом. — Леля вздохнула, ощущая скверное настроение воинственной девчушки, ласково улыбнулась. — Ты зла на меня не держи. Я не хотела вмешиваться в твою жизнь, но тебе нужна была помощь. Сила тебе дана не по годам. Разумения мало, но сердце твое большое и доброе внутри. А что снаружи ты ерепенишься — так это напускное. Суть твою вижу я и она мне люба.

— С чего мне на тебя злиться? И что с моим сердцем не так?

— Сердце твоё окаменело снаружи. — Леля приблизилась вплотную, провела ладошкой по щеке. От чего глаза Лады расширились. Давно… слишком давно она не ощущала ласки и тепла. — Доля тебе выпала нелёгкая. А года твои молоды, душа любви жаждет. Есть ли в сердечке твоём любый?

— Любый? — Лада фыркнула и отвернулась, поднялась. — Больно надо.

— Есть значит, — снова тепло улыбнулась Леля, продолжая тепло гладить щеку. От чего по всей коже гуляли мурашки, а в глазах полыхало так, что казалось богиня прокачивает ее напрямую неведомыми ей силами.

Силой любви.

Лада отстранилась и поднялась, отвернулась. Но даже стоя спиной к богине, Лада почему-то ощущала эту теплую улыбку. Хотелось повернуться и обнять или хотя бы прижаться к… подруге?

Почему-то до боли в груди захотелось обрести в лице богини подругу.

«Что за странные ощущения?» — подумала Лада и обернулась.

Леля легла на траву, глядя в небо.

— Знаешь, небо не Дее совсем не такое. Искусственная планета так и не стала нашим домом. Сварог сварганил подобие из Немезиды, передвинув мертвую планету в живую область и даже возродил на ней жизнь, многое изменив, но такой живой как Земля она так и не стала.

— А какое там небо?

— Синевато-фиолетовое, но уже без луны.

— Почему? — Лада заинтересованно приблизилась, вновь присев рядом с богиней.

— Новый Наместник решил пожертвовать Лелей ради спасения Земли. Когда-то он подарил ее, теперь забрал. Её поставили под удар. Потому люди живы. Потому ты жива. Но Лели больше нет. От того тоскливо на душе моей. Мы провели там тысячи лет безмятежной жизни в лабораториях, изучая космос и звезды. Мы смотрели вглубь Вселенной так далеко, что порой, казалось, видели нашу всеобщую человеческую прародину на Асгарде.

— Почему я ничего не почувствовала? Уничтожение целой луны все-таки!

— Ты была слишком занята своим гневом. Сердце, одетое в его одежды, не видит ничего вокруг, но во всем видит врага. Ты видимо не видишь и одной из первых богинь, что живет все это время неподалеку от тебя.

— Так, стоп, погоди. Я перестаю тебя понимать. Что за богиня живет тут рядом с нами?

— Увидишь сама. Если захочешь.

Лада легла рядом с Лелей на пожухлую траву, так же смотря теперь в рассветное небо.

«Похоже, ночь была бурной и для богов, и для людей и для всех, кто находился на промежутке между ними. Как там братик? Как Сема? Рысь? Родослав? Справились ли?». — Меж тем подумала Аватар.

— Тревожен лик твой. О друзьях печалишься?

Лада промолчала.

— Не переживай. В порядке они. Хоть и устали без меры. Тяжелы были дела их. Тяжкую долю отмерила вам Карна.

— Слушай, прекращай так говорить.

— Как?

— Пафосно.

— Что значит пафосно? Поведай мне.

— Ну, это как будто ты говоришь о простых вещах на возвышенных тонах. В том нет необходимости. То есть, не всегда стоит о чем-то говорить так, как будто конец света может наступить, если скажешь по-простому.

— Но этой ночью он едва не наступил. Но он достался другой планете и луне. Змеиный род оборвался, а вот серокожие потеряли лишь один из своих форпостов и прочие будут мстить. — Леля вновь одарила улыбкой. — Об этом рассказывал Родослав.

— Голубоглазый полубог слишком быстро вводит вас в курс дела. Но это уже наши дела. Вы к ним не имеете никакого отношения. Даже те, что остались.

— Да… Мы… слишком долго не были на Земле. Многим вещам придётся учиться заново. Поможешь?

— Да запросто. Но как прочие боги посещали землю? Тот же Перун. Брат рассказывал и о прочих встречах богов, полубогов и людей. Старых среди не было. Я не слышала даже о Старших.

— У Перуна есть ключи от врат. Он хранитель алтарей Деи… То есть был хранителем, пока Меченый не забрал их. Да и некоторые боги брали корабли и на свой страх и риск летали на Землю. Но, не зная точных координат, есть риск заблудиться. Половина не вернулась. С отключенным Числобогом летишь вслепую.

— Кто его отключил?

— Тарх.

— Зачем?

— По слову Перуна. Он отец его. Сын не может ослушаться отца своего. То завет Рода великого. Если сын не идет по завету отца своего, против него восстает весь род. Изгнанный из рода становится изгоем. Для бога хуже этого нет. Он отключается от родового эгрегора, слабеет и затухает.

— Снова Перун… Сдаётся мне, они с Велесом поделили сферы влияния. Волохатый натворил бед здесь, а Громовержец подмял под себя всех на вашей Дее? Пришлые боги, иные понятия о жизни. Знакомая, жизненная ситуация. — Фыркнула Лада. — Всё за сферы влияния воюете. Сколько можно?

— Боги Первой волны так же пришлые. — Ответила Леля, погрустнев ещё больше. Глаза её заволокло дымкой воспоминаний. — Все пришлые. Первый посев Рода полностью был уничтожен войной неразумной.

— Но Старые боги жили здесь сотни тысяч лет. Они породнились с Землей. Породили иных богов. А что те боги Третьей волны? Пришли через врата, и начали навязывать свои понятия о жизни. Без фильтров, без понимания мира. Они — чужаки. Они зачем здесь вообще нужны? Законы Рода нести? Не понимая их сути через призму этого мира?

— Они так же тысячи лет жили на Земле.

— Значит, не хватило им тысяч лет, если нам, внукам их, детям человеческим, пришлось через столько пройти, пока не увидели свет в конце тоннеля. Но что это? Тот же паровоз навстречу.

— Паровоз? — Леля изобразила озадаченность.

— Такая большая железная машина, едет по строго заданному маршруту.

— Самоход? Только привязанный к земле?

— Не совсем земле, скорее шпалам. Это такие железные штуки на рельсах.

— Железное едет по железному? — Хмыкнула богиня. — Чудной мир стал, ой чудной. Чудеса повсюду.

— Это вы ещё Числобогов новых не видели. У нас тут вообще виртуальная реальность, цифровой мир и фильмы трёхмерные. — С восторгом начала перечислять Аватар.

— Фильмы?

— Такие движущиеся картинки, быстро-быстро сменяющие друг друга. Ну типа кадры на одном листе бумаги, только живые… а-а-а, да это проще показать, чем объяснить. А трехмерность — это всё как в жизни.

— Ожившие рисунки на бумаге?

— Да. И море-море спецэффектов. Взрывы, крушения, погони. Адреналин и подменённый вкус реальности. Только не больно совсем.

— Картинки жизнь заменяют? Ожившие, как были из книг?

— Да… и очень давно нам всё искусственное жизнь заменяет. Всё стало настолько натуральным, что сами начинаем в это верить. Эта наша виртуальная жизнь становится слишком похожей на настоящую. Люди расхотели летать. Потому все, кто еще не расхотел, сразу смогли в «момент икс».

— Но разве может быть искусственное настоящим?

— Может…если очень захотеть и начать в это верить.

— Но верить можно только в то, что есть.

— Ошибаешься, богиня. Люди давно верят в то, что хотят…или то, что показывают, как предмет для веры.

— Веяние Велеса.

— Если вы знали, что он плодит новые культы, зачем оставили его?

— В то время, когда мы покинули Землю, культов не было. Из всех внутренних противостояний было только борьба Белобога и Чернобога. И роли свои они меняли чаще, чем мы понимали их замыслы.

— Дай-ка угадаю, возня синезглазого и рыжего?

— Верно говоришь.

— А Родостав не упоминал, что его антипода завалил Чернослав?

— На землю завалил?

— Ага, еще и потоптался сверху, пока тот прахом не обратился. И никое проклятье рода отца на сына не передалось. Более того, сын порядком возвысился.

— Кому много дано, с тех немало спросится.

Лада, поднялась:

— Ладно, мне пора. Любого навестить. Эх, не перепутать бы ударения. С нашим образованием теперь любая ошибка без внимания остаётся.

— Вашим образованием?

— Да есть тут у нас деятели. Запрещают полезное, убирают нужное, вводят неадекватное, выдают за мировые достижения. Вроде как лучшие образцы. Если во всём мире от тупости отказываются, то у нас её принимают как должное или обязательное… Вот кому спрашивается нужно от поясного времени отходить? А мы не в тех часах десятками лет жили. Вот о них с любым и поговорю. И… не только… Я скоро вернусь за тобой!

Лада исчезла. Растерянная Леля вздохнула, поднимаясь.

Мир так изменился. Надо было меняться с ним или предаться забвению.

Боги не умирают. Их забывают.

Мара появилась на полянке сразу. Ее сложно было признать. Образ старого лысого китайца мало подходил некогда белокурой богине с распущенными локонами по пояс.

— Ты изменилась. — Леля потянулась навстречу.

— Микикрия. Выдаем себя за тех, кем не являемся, чтобы не ломать тех, кто еще пытается стоять прямо. — Улыбнулся старый китаец и обернулся девой. — Рада тебя видеть, дочь моя.

Глава 2 — Планетарный Гений -

5 месяцев назад.

«В день, когда умирала моя страна, никто ничего не хотел. Всё равно ничего не изменится. Всё давно продано и поделено, а что не продано, то выставлено на аукцион жизни и ждёт покупателя.

Пассионариев, способных менять и влиять, разбил столичный разврат, болото бюрократии и инерция массы. Тела сдались следом за душами. Понятие культуры и основных принципов жизни дало крен и больше не могло обрести стержень.

Для того, чтобы к чему-то стремиться, надо получить вектор развития или пинок под зад с четким направлением куда идти. А какой вектор в стране, где в каждом человеке столько усталости, что глаза молят о пощаде… но пощады не будет — всё давно решено. И пинка не будет — задницы давно в алом цвете. Рабов же добивать не положено — сгинут. Кто тогда будет работать на плантациях-офисах ничего не значащих фирм, которые ничего не производят?

Пока догнивали пассионарии, меряясь крутостью деловой и культурной столицы, среднячки смотрели туда, куда показывает вездесущий запад: СМИ формулировало мнение, конторы его поддерживали, вылавливая неугодных, а социальные сети и индустрия юмора создавали атмосферу уюта и покоя. Розовые очки телевиденья намекали на штиль в плавании пока ещё большого корабля с гордым именем — Империя. И пусть в судне были течи, на них никто не обращал внимания. Они слишком маленькие для титана с тысячью лет истории, подвигов, гордости и общего ареола победителя. Мелкие пробоины — повышение цен на бензин, немотивированные акцизы, бессмысленный рост тарифов ЖКХ, всесторонний транспортный автомобильный коллапс, ограничение подачи света низшим слоям населения (90 процентов), лимит передвижения, жестко ограничивающий и без того вялотекущие движения серых масс населения на монополисте РЖД или последних оставшихся в строю самолётов — на корабль не должны были влиять.

Это всё мелочи.

Что может случиться с кораблём, когда у него есть гордые заплатки в виде нефти и газа? Они залатают все старания раздувшегося не в меру чиновничьего аппарата пожрать свою страну, они выведут в космос несколько спутников в год, они накормят обветшалую армию и кинут кость озверелой полиции. С последними лучше вообще не шутить, иначе народ выкажет протест не вовремя, а поддержки не будет. Полицию в голоде держать нельзя.

А народ должен сидеть тихо и спокойно, жевать сено сериалов и получать пенсию со стипендиями не ниже прожиточного минимума. Но как прожить на прожиточный минимум? Не протянуть ноги, а просидеть от сумы до сумы, не превратившись в тень былого человека?

А чтобы тень стала гуже и проще сиделось на месте — система придумала обилие кредитов. Они хорошо привязывают человека к месту и вместе с электронным паспортом и религиозными пастырями, приучают уставших людей к труду. Ежедневному, безысходному, всеобъемлющему. За тунеядство и фриланс — штрафы и срок.

Говорят, в человеке много резервов — лет на 50 хватит. Пусть работает каждый день, а по выходным бухает.

Лимит на транспортировку инкубаторов душ — цветочки. Пусть человек не справляется с выплатой сотен процентов сверх взятой на себя суммы, обязательства его уставшей души напомнят о совести и в потускневших глазах будет одно оно — «надо».

Всемогущее, волшебное слово вновь и вновь заставит идти к цели в виде миража благополучия. А те, кто задумался по дороге, получат плетью по спине.

Субпассионарии в этом вареве народов могучей страны будут вяло кивать, и ставить лайки на все высказывания о проблемах и какой-то там борьбе. С кем бороться? Сами с собой? С миражами? С невыполненными обещаниями? Да бросьте, какая борьба, когда дома есть горячая вода? Пока ещё есть.

В тёплой ванне после тяжелого трудового дня находиться проще, как проще обмазать дерьмом любого пока ещё здравомыслящего человека, посмевшего сказать своё «нет», чем идти доказывать своё право на мнение каким-то высшим непонятным сферам.

Где там кто с кем борется. Что надо делать? Нет, не слышали. Война это где-то не периферии новостей. В тылу же тишина и покой. Да и всё равно ничего не изменится.

Что ж, тоска. Вот подступил бы к границам враг на танках или пехотным строем — тут уж мы его лопатами бы и закидали. Это ясно, как божий день.

Но нет врага. Мы сами себе враги. Мы сами для себя решили перейти в разряд пассивов.

Наверное, завтра будет лучше…

В конце концов, Ванга обещала светлое будущее. На худой конец есть — Конец Света. День, когда в пьяном угаре гори оно всё огнём.

В день, когда умирала моя страна, никто ничего не мог…

Пьяный, голодный, холодный, уставший, ты совсем не похож на борца за справедливость. Да и какая она (ха-ха), справедливость? Справедливость это в странах с жёсткими законами или стойкой верой. От собственной веры остались лишь меркантильные отношения посредников в рясах и стойкое желание быть верующим хоть в супергероя в лосинах, чем в какого-то мёртвого бога, которому давно наплевать на свои создания.

Твой мозг работает пять минут в день. Как правило, под воздействием кофеина и совсем не вовремя — перед сном, в автобусе или в пробке на светофоре.

Ты вроде бы хочешь что-то менять, но не знаешь с чего начать. Да и вообще вся эта сложность с переменой стабильности в жизни начинается с понедельника: заняться спортом, бросить пить и курить, перестать смотреть телевизор и голосовать… Нет, это слишком все сложно. Эффекта никакого, зато можно обрести кучу неприятностей. На твоем «Эвересте» проблем нет места для ещё одной горки трудностей.

В конце концов, у тебя Интернет не оплачен, да и за хлебом надо сходить… о, хлеб снова подорожал. Наверное, наводнение в Гваделупе повлияло. Ну, либо кому-то не хватает на третий особнячок на Бали. Этим конкретным тысячам людей наверху, улыбающемся тебе в объективы фотоаппаратов и телекамер перед новым раундом политических игр, снова чего-то не хватает. Да и инфляция.

Ты вроде умеешь работать и подавать здравые идеи не только за тостом за столом, отчасти умеешь даже реализовывать их, но, по сути, ты прекрасно понимаешь, что всю жизнь занимаешься хренью. Хренью выживания на единственной в своём роде планетке, где все живут то ли один раз, то ли периодически перерождаются, чтобы друг друга полюбить и снова возненавидеть. Никто не объясняет толком. Зато теорий масса.

Земляне обожают теории.

С конкретными вещами пусть разбираются учёные. Они умные. Они тоже любят теории. Они за рубежом. Встречаются даже отечественные фамилии — аж гордость берет. Жалко, что соотечественники перестают себя ассоциировать с малой родиной, пытаясь со скрежета зубов закрепиться на новой земле, влиться в новые потоки и породить детей, не знавших язык своих предков. Кому нужны эти предки? Валенки? Балалайка? Медведи?

Покажи мне улыбающегося человека на Красной площади среди дня и заставь верить, что ему не заплатили за улыбку, тогда я поверю, что у России есть будущее. Без Ванги и обещаний картонных президентов.

Говорят будущее в детях, но дети не грезят космосом и книгами, они смотрят не в небо и на пожелтевшие страницы сказок Пушкина, а на айфон и мёртвые мониторы.

Ты пока посади ребёнка за телевизор, отдай во власть Диснея, сам обнови страничку в сети и улыбнись демотиватору, огорчись мотиватору, поржи над матерным роликом, а я продолжу…

Ах да, ты же где-то слышал, что Дисней развращает. Но не помнишь почему. Для тебя этот детский мультик с Томом и Джерри и сексапильной Белоснежкой вполне нормален. Ты сам на них вырос. Почему им нельзя? Но ведь кто, как не ты потерял девственность в 14 лет, начала курить и бухать по подъездам? Да-да, тогда была другая эпоха, другое время, сейчас всё другое — подъезды пусты. Шлюхами и проститутками становятся по домам тёплых квартирок, где взрослые дяди с проблемами потенции щупают твою дочурку, которая хочет быть взрослой раньше, чем ты оторвёшься от монитора. О, а так это не твой сын угнал автомобиль твоего босса? Может ему не хватает внимания? Странно, да? Ты же всё ему по жизни давал — во-первых, деньги, во-вторых, деньги, в-третьих… снова деньги?

Что вообще не хватает современной молодёжи? Твоего блеска в глазах и веры в будущее? Или немного серого вещества, которое ты не научил добывать в обход обрезанной системы преобразования?

В день, когда умирала моя страна, все всё ещё ходили в джинсах и кроссовках, но давно китайских. Место пепси с виски, стойко занял ягуар и мартини, но это не значит, что все перестали культивировать западные ценности. Как и двадцать лет назад, все старательно учились, учиться и будут учиться взращивать в себе жидов. Да-да, жидов. Это не какой-то особый еврей с пейсами, сидящий вокруг мешков денег. Нет. Тебя приучили так думать, списывая все проблемы на конкретную национальность. Ты и детей своих так учишь. Но жид вообще не имеет национальности. Он есть почти в каждом. В ком-то больше, в ком-то меньше.

Задай себе несколько вопросов, наводящих на размышление и определи его в себе сам: сколько у тебя друзей? А скольких из них ты потерял из-за денежных неурядиц? Ну, хорошо, хорошо, это был удар ниже пояса. Давай попроще: у твоей матери или бабушки твой старый телефон? А сколько опций ты знаешь на своём новом? Снова не то? Ладно, я не буду тебя мучить. Я еду с тренировки в час-пик и сам набираю этот текст на смартфоне. В качестве оправдания могу лишь сказать, что перед тренировкой прошёл по набережной лишние десять километров. А когда последний раз столько пешком ходил ты? А по лесу? Ладно, к чёрту лес и природу. Ты не бывал на ней тьму лет. Там много непонятных палок, торчащих из земли, называемых почему-то деревьями, и птицы поют хуже, чем на твоём рингтоне или акустической системе дома.

Не буду тебя с этим доставать.

Зато в день, когда умирала моя страна, ты смотрел на ценники в магазине и не мог понять, откуда столько нулей в стране, где вроде недавно проводили деноминацию. Твой прадед фронтовик почему-то говорит, что зря мы вступили в ВТО, но ты его не слушаешь, как и дед, отец. Впрочем, и отца ты давно не слушаешь. Да, он умеет справляться с домофоном, в отличие от деда, но что он понимает в жизни? Постоянные слова про какую-то мораль, уважение, стыд… это было в тебе, когда носил ранец за спиной и звался обидно старшими «школотой», но оно ушло из тебя ещё до института. Рудимент.

В день, когда умирала моя страна, ты давно не слушал возгласов правозащитников, пьяная улыбка гуляла по лицу, когда смотрел на сотни тысяч вышедших на улицы людей. Наверняка, каждому пойманному на следующий день впаяют такой штраф, что придется брать ипотеку, отдавая долги государству за своё мнение. Поднимая бутылку с пивом, ты был мысленно с ними, но тут же ржал, когда видел, как в холодные дни их поливают с брансбойдов и … улыбка сползала, когда щиты сбивали людей с ног и дубинки вырезали на лицах кровавые улыбки. Ты мрачнел, когда видел, как вопреки боли смеётся молодая, красивая девушка с разбитой головой. Ты даже поднимался с дивана, недовольно расплескивая пиво, но в семейниках и фуфайке с ранним артритом и радикулитом, ты был способен на немногое… если сказать — ни на что.

Давай честно, ты давно ничего не стоишь — ты такое же говно, как и я. Но я признаю это и стараюсь быть полезным хотя бы для растений, а ты будешь активно брызгаться духами. Парфюм скроет тебя от самого себя и докучающего меня. Маскировка. Мимикрия. Желание казаться тем, кем не являешься — это нормально. Имели же жители Садома и Гаморры своё мнение насчёт праведности жизни.

Ах да, их же уничтожили. Теперь и не совсем понятно за все. Ведь все вокруг такое же…

В день, когда моя страна умирала, я видел из окна поезда одинокие степи, сопки, бесхозные облыселые леса с вырубленными начисто ценными породами деревьев, грязные реки и заросшие бурьяном поля, застоявшиеся болота, перекопанные горы. Земли, что раньше заботливо собирались всеми правителями Руси до средних времён Романовых, стоят без хозяина. Им не нужен президент и правительство. Им не нужна дума и законодательное собрание, суд и чиновники. Им нужен Хозяин вроде Сталина, который скажет — догнать и перегнать. И все побегут выполнять.

Да, забыл, ты не любишь Сталина. Тебя так учила Система, что была после него. Но всё, что у тебя пока ещё есть, ты получил благодаря Последнему Хозяину, который собирал страну по лоскутам и показывал Вектор. Руководителю, который говорил: «наше дело правое, мы победим» и мы побеждали.

Мы — люди этой огромной, пока ещё могучей страны и твоей тоже. СССР существовал вопреки Системе, создав свою подсистему, и многое в нём было не так, как хотелось твоим прародителям, но получив демократию свободы, вряд ли их больше вдохновляет твой гламурный вид с потушим взглядом.

Ах, да, парфюм.

Нет, к черту парфюм. Я чувствую твой истинный запах.

В стране нет Хозяина. Нет сил, которые могли бы его показать хоть на время.

Пока нет. Но это не значит, что он не должен появиться, проявить себя любым способом, пусть даже самым невероятным, просто взять и прийти. Прийти вопреки. Чисто по-русски. Как привычнее нам — наобум, с бухты-барахты, на чудо-печке, ковре-самолёте, на щуке или колобке — просто ВЗЯТЬ И ПРИЙТИ.

И полетят головы… это не страшно. Не страшнее, чем ты думаешь. Они и сейчас летят, но ты не видишь статистик, сводок. О них не рассказывают. Просто миллион совокупных потерь в год. Каждый год.

Без объявления войны.

Закрой глаза и представь… Каждый Новый Год, когда ты поднимаешь бокал поддельной бурды в фужере под ёлкой и очередные обещания не наигравшихся в накопления сокровищ драконов, просто знай, что нас становится меньше ещё на один миллион. Через два года мы сравняемся с населением Филиппин, через четыре — с Японией… Через десять меряться пиписьками смысла уже не будет. Не поможет и Нострадамус. Лохам вроде тебя и меня в 1939 году хватило одних листовок с его предсказаниями, чтобы потерять страну в несколько недель. Немцы разбросали их над территорией Франции и войска сдались. Вермахт торжественно прошёл до Парижа, завоевав страну с равной Германией территорией за 36 дней.

В прошлый раз лохами оказались французы. Мы разбили Вермахт и освободили Европу. Мы, а не Англия и США. Но нас никто освобождать не будет.

Наши союзники со времён образования государства одни — армия и флот. Левая и правая рука. Так говорил Александр Третий. Единственный Романов-патриот, убитый за своё благородное, естественное дело преобразования Империи в Державу.

Обе «руки» высыхают и чахнут. Остался только «член» в виде ядерных боеголовок, но одни членом бабы не напугать. В виде бабы можешь представить НАТО. Здоровая такая бабища. Или её подружку — Турцию. Баба поменьше, попроще, но гонора не занимать. Виной — транзит газа. Её наш член давно не пугает. Как впрочем, и всех остальных «подруг». Но не может, же один министр иностранных дел всем реверансы отвешивать, пока премьер-министр недовольные комменты и грустные смайлики по твиттерам ставит.

Ты вообще понимаешь, о чем я говорю? О ком? Смысл в несколько абзацев ещё улавливается твоим мозгом? Или он давно размяк без зарядки? А, пакуешь чемоданы… давай, ждут там тебя. А мы тут… Ванги что ли дождемся.

Боже, храни Россию.

К чёрту царя! Дай нам Хозяина…»

Запись в наушниках прервалась, переключаясь на следующую речь.

Эти записи слушали бойцы Антисистемы. В наушниках вместе с приказами командиров играли избранные речи Макса «Идеолога». Подготовленные морально и физически солдаты вступали в бой с неприятелем по всем фронтам.

Настоящее время. Тень-5. Центральный округ.

Максим Леонидович по кличке Идеолог откинулся в кресле, глядя на голографическую проекцию экрана на пока еще голой стене. Оборудование на базу только завозили. Но здесь определенно работалось лучше, чем в Кремле.

Проектор отображал территорию Державы на мировой политической карте. За последнюю неделю до начала хаоса Союзное государство Руси, как и некогда СССР, вновь выросло до одной пятой части Евразии из одной шестой, которой была Россия. Были весомые предпосылки стать одной четвертой и даже одной третьей, но с Монголией, Индией, Хоккайдо, Аляской и островом Пасхи было не так просто, как с европейскими территориями, севером, Казахстаном и Финляндией.

Объединение на основе всеобщего мирового однодневного референдума — было последней официальной демократической процедурой, поданной миру для острастки, как некогда крымский референдум.

После ухода эмиссаров, низвержения гегемона НАТО и рассыпавшихся ложей и культов стало проще дышать и яснее мыслить. Потому в первую очередь рассыпались на десятки территорий США. Клубок противоречий начал распутываться бесконтрольно сам, и на территории 50 враждующих штатов впору было вводить миротворцев с тем, чтобы защитить ядерные объекты и проследить за неприменением ядерного оружия. Но пока было не до этого, к тому же несколько месяцев многомилионная армия Национальной Гвардии продержаться должна была и Макс не спешил отправлять флот к берегам Америки.

А вот за пределом всех не американских территорий мир стал стремительно укрупняться. Люди прекрасно знали, с кем они хотят жить и ради чего. Более того, каждый житель Руси тяготел к сильной центральной власти и даже не помышлял, чтобы от него больше что-то зависело. Все просто хотели покоя и простых человеческих ценностей, устав от политических игр и требуя Руснета взамен переставшего функционировать с падением спутников Интернета.

Дальневосточный край стал лишь одним из одиннадцати территориальных единиц новообразованной Державы, растянувшись от Курил до мыса Дежнева и от Командорских островов до Байкала. Первая единица управлялась официально из Хабаровска. Контролировалась же с базы Тень-1.

Второй территориальной единицей была Сибирская область с территорией от Монголии до побережья Северного Ледовитого океана и от Урала и до Байкала. Управление велось из Новосибирска. Контроль из Тени-2 за городом. В перспективе в этот регион хотела могла войти Монголия, не желающая ассимилироваться под Китаем и помнящая Вторую Мировую Войну и роль СССР в становлении страны и удержании ее суверенитета на плаву.

Уральская директория стала третьей территориальной единицей, растянувшись от границы с Казахстаном до Карского моря и от Урала до Волги. Екатеринбург и Тень-3 стали ее управленческими центрами. На этой территории так же возводилась новая столица Союзного Государства Руси — Новоаркаим, который расположился в центре Державы.

Поволжская губерния, расположившись между Кавказом и Баренцевым морем и между Центральным округом и Уральской директорией, стала четвертой территориальной единицей с управлением из Самары и с базы Тень-4.

Особой территорией, выделенной в пятую территориальную единицу стала Арктида, протянувшийся из Мурманска до Камчатки и от северного побережья Евразии до северного полюса. Главный вопрос был вокруг Северного морского пути. Вскоре в регион Арктиду должна была войти Аляска, где уже спешно возводили Тень-6 возле городка Ном. Аляска отпала от США в числе первых, как и Гавайские острова, оккупированные американцами в конце 19 века.

Шестой территориальной единицей стал Казахстан, вошедший в Союзное государство на правах автономного региона. Возле Астаны был заложен проект базы Тень-7. Старое название региона «Казакстан», бытовавшее в миру до начала советской власти, решено было не возрождать по политическим причинам.

Протекторат Кавказа стал седьмой территориальной единицей, включив в свой состав Южную Осетию, Абхазию и Армению. Центр управления было решено поставить в Грозном. За порядком в перспективе должна была наблюдать база Тень-8. Грузия могла войти в регион следом за Арменией, но в решении Карабахского вопроса выступила на стороне Азербайджана, и до поры до времени вопрос о вхождении повис в воздухе. Не спешили брать в Союзное государство и Киргизстан, Узбекистан с Таджикистаном, так же выступивших на стороне Азербайджана в урегулировании «северных территорий».

Центральный округ как восьмая территориальная единица объединил в себе бывшую Московскую область и Северо-западный округ вместе Кольским полуостровом. Роль центра пока еще выполняла Москва, но вскоре она должна была остаться лишь финансовым центром. Политические ячейки Палатенной Сотни при Триумвирате и все подвластные им институты власти переносились дальше вглубь страны — в Новоаркаим. Весь регион в сложный переходный период обещал контролироваться базой Тень-5, которая располагалась между Санкт-Петербургом и Москвой.

Девятой территориальной единицей стала вылечившаяся от русофобии после падания НАТО Прибалтика, где слились Эстония, Латвия, Литва, бывшая Калининградская область и Финляндия. Хельсинки остались политическим центром для региона, а помогать ему обещала первая подводная база Тень-9, распложенная в не глубоком Балтийском море.

Десятой территориальной единицей стала Белоруссия, так же вошедшая на правах автономии в Союзное Государство с центром влияния в Минске и Тенью-10 в перспективе за городом. Наследие «великого батьки» давало самый неконфликтный регион и надежную опору в марш-броске на Европу, куда уже тянулись ветки Струнного транспорта от самого Тихого океана.

Сложнее всего было в одиннадцатой территориальной единице, куда перебросили почти всех скорпионовцев, обескровив прочие города перед «часом икс». Земли Новороссии, Крыма и Приднестровья вплотную подступили к получившей территории бывшей западной Украине Польше, неспешно отстраивая разгромленный войной Донбасс, Киев, Харьков и Одессу. На территории было решено строить сразу 3 базы: Тень-11, 12 и 13, расположенные под Харьковом, в Севастополе и в Тирасполе.

Сам смысл названия территорий не имел значения и де факто подразумевал диктатуру Триумвирата. Важнее было то, что над ними всеми трепетал флаг с символом Рыси. Так возрождалась Русь, но на окраинах ее было не спокойно. Потому было решено отодвигать эти окраины подальше.

Как заявлял Гений, до полного собрания всех Русей в одно целое было еще шагать и шагать. Для этого было необходимо включить в состав Египет, Сирию, Ирак, Иран и особо плотно сотрудничать с Индией. А пока полыхал Арабский полуостров. ИГИЛ и Аль-Каида, как наследие США, не желали смириться со своей неминуемой смертью и, утопая, тянули за собой целые народы. Все тонули в реках крови под палящим знойным солнцем Палистана. Но с зачисткой этой территории должно было утонуть само слово — «терроризм». Теперь внешних врагов хватало, искать среди своих надобности не было.

Кремль. То же время.

Они вставали засветло, отдавая сну не более четырёх часов в сутки. Двое кремлевских деятелей: Гений и Медведь совсем не покидали кремлевских стен, разгребая завалы дел и неотложных решений, которые необходимо было принимать ещё десятилетия назад. Им помогал Хакер. Их дополнял Идеолог.

Давно, слишком давно проблемам не уделялось достаточно внимания, предпочитая их решению показной фарс и цирковые фокусы игр фальшивой элиты с отчаявшимся увидеть изменения системы электоратом.

Евгений набирал текст на ноутбуке, выводя спорные детали проектором на стену. Василий устало дополнял, вычеркивая лишнее или добавляя нужное. Без его поправок Идеолог всегда брал «программу-максимум», редко рассчитывая баланс сил и реальные ресурсы. Идеалист, всё-таки. Жаль, что не рядом и предпочитает управлять делами в стране из ближайшей к Москве базы, оставляя данные через Руснет.

«Медведь» Харламов был единственным из Триумвирата, кто в это время летал по всей стране, собирая осколки боеспособных частей в единое целое. Он всегда был на связи в спутниковом режиме, докладывая, что без собственной спутниковой связи не до конца расформированный НАТО после падения Штатов охладел к локальным конфликтам и не собирается развязывать Третью Мировую.

Поскольку истребители спутников Антисистемы оставили на орбите только спутники самой Антиситемы, весь мир вынужден был перейти на эти частоты, вливая целые финансовые океаны в цифровую монополию Руснета. Аналог просто перестал существовать, а до создания альтернатив нужны были годы, в то же время развивать мир нужно было здесь и сейчас, не смотря на то, что кто-то рядом летал, а на орбите висели странные корабли.

Эти денежные потоки мгновенно окупили все вложения Антисистемы во все альтернативные технологии: источники энергии, струнный навесной транспорт, сверхпрочные строительные материалы, системы быстрой постройки малоэтажных домов и многое-многое другое, накопившиеся в проектах института перспективного развития Антисистемы — ИПРА.

Мир коллапсировал в финансовом кризисе, лишившись основных нитей управления — доллара и оружия. На сей раз кризис стал не искусственным, а вполне себе настоящим. Финансовые магнаты быстро и успешно разорялись, предавая забвению торговые биржи и прошлые домыслы о всесилии денежных ресурсов.

После того, как Белый дом отказался нападать на Союзное государство после демонстрации «Лунной длани», Соединённые Штаты объявили о прекращении своего существования и создали новое государство — Северную Америку. В неё на целых три дня вошли три государства: Канада, бывшие Соединенные Штат Америки и Мексика. Северная Америка объявила о создании новой денежной единицы — «Амеро» и отказалась выплачивать долги США.

Триллионные долги миру оказались списанными.

Но тут мир восстал, не зафиксировав права правопреемника и припомнил США все грехи последних двух веков. Фактически не осталось территорий, где американский спецназ не смешался бы в местные дела. Поэтому игра в поддавки, положившая на лопатки две трети мира, перестала иметь значения.

Не смог оправиться от этой потери списанного долга в первую очередь Китай. Как основной кредитор Соединённых Штатов, он мгновенно оказался банкротом, но спасительный «марш на север» был уже не возможным — северные города лежали в руинах превентивной не полной ядерной бомбардировки. Союзное государство показало свою мощь, превратив северную Манчжурию в пустыню.

Поднебесной оставалось лишь развязать войну с Индией, но тому причиной был лишь Тибет, который и так был китайским. Промедлив с началом военных действий, Китай все же напал лишь на одну страну — Тайвань, но вместо победы получил гражданскую революцию. Восстали южные территории. Сказался конфликт культур и языка, где северный китаец не всегда понимал, о чем говорит южный китаец и наоборот.

Второй страной, наиболее сильно пострадавшей от аннулирования долларовой системы оказалась Япония. Мир IT-индустрии, по сути сами «высокие технологии», загнанные в тупик в своём развитии и не дающие миру ничего нового, кроме сферы развлечений и автомобилестроения, лишились своего основного спонсора.

Та же участь постигла и Южную Корею.

Вслед за падением основных «азиатских тигров», залихорадило Европу. Евро, проецируемый на доллар, потерял поддержку и обрушился следом за зеленым собратом.

Страны-локомотивы Евросоюза объявили о своём выходе из него, не желая нести на себе весь груз стран-нахлебниц. Вслед за выходом Германии и Франции ЕС перестал существовать как таковой. Каждая страна потянула одеяло на себя, и мгновенно распался единый торгово-пограничный коридор и визовый режим. Великобритания, которая могла остановить этот крах, вышла из ЕС еще раньше, по причине распада на четыре территории. Так же распались на несколько территорий Испания и Италия. Сильной стала лишь Польша, но новые приобретенные территории обрушили бюджет страны, да и голубые каски миротворцев у границ никак не радовали поляков.

По обыкновению, при послаблении центральной власти, во многих странах вспыхнули революции. Народ высоко цивилизованных стран вышел на улицы и принялся крушить всё вокруг, желая возвращения прошлого 90-ых годов, когда уровень жизни существенно поднялся в Европе за счет разграбления развалившегося СССР.

Без поддержки соседей, страны Европы оказались неготовыми к такому повороту событий. Сил полиции и собственной армии оказывалось недостаточно. Да и как воевать против своего народа, желающего того же, что и сами служащие? Правительства добровольно ушли в отставку, сменив демократический строй на разные вариации от анархизма до диктатуры. Так что меньше всего волновался Василий за военные конфликты на западной территории.

Единственной валютой, по-настоящему обеспечиваемый золотом, оказался рубль. Не пришлось даже вводить энергорубль. На стандартный, единый рубль перешли сначала три основные страны союза: Россия, Украина и Белоруссия, затем присоединились Казахстан, Южная Осетия, Абхазия, Приднестровье, Армения. Это было неизбежно, когда БРИКС и ШОС потеряли юань.

Гением был создан и подписан указ о сначала о вхождении последних стран в единый экономическо-политический союз, затем все эти страны вошли в единое Союзное государство на разных правах. Пока Европа разваливалась, сгорая в пламени слепых революций, а Союз собирал территории, напомнил о себе Ближний восток…

Всё началось с территориальных претензий Пакистана к Индии. Затем Ливан, Египет, Ирак, Оман и ОАЭ принялись избавляться от американского присутствия, более не поддерживаемые долларом и европейско-американским рынком сбыта нефти и газа. Опереточные правительства пали. Иран задал тон в регионе, втаптывая боле не поддерживаемый ИГИЛ в грязь. Террористом припомнили все: сожженные мечети всех трех ветвей ислама, разрушенные православные и католические храмы, работорговлю, наркопотоки, оружие и под все это удобно подбираемые слова о священной войне с неверными.

Клубок противоречий, затягиваемый годами, запутался на Израиле. Против этой страны объединились в одночасье все мусульманские страны — Лига арабских государств. Израиль применил ядерное оружие против Ирана, но без поддержки НАТО, ОАЭ и Турции долго не продержался, перестав существовать, как территория через несколько дней после начала локальной войны. Военного опыта у него было намного больше, но этот «остров стабильности» просто потонул в крови новой Арабской весны.

Сама Турция оказалась ещё одной зоной войны. Сирия, Армения, Грузия, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, и Афганистан стали её участниками, припоминая старые обиды друг другу. Союзное Государство поддержало Армению, так как большинство армян жили на её территории многие годы. Северный Кавказ затих после ввода миротворцев и война переползла на южные регионы, сместившись к границам Афганистана, где осталось огромное количество оружия армии США.

Вспыхнула Африка, избавляясь от присутствия белого человека. Наиболее ярко резня белокожего населения проявилась в ЮАР. По истине расовая ненависть вдруг стала бичом для этой самой цивилизованной страны на континенте. И не было полковника Кадаффи, чтобы как-то вмешаться в этот спор. Всем должен был руководить Египет, но он завяз в стычке с Израилем, бросив на редуты страны Давида все военные силы.

Вспыхнула Южная Америка, принявшись создавать диктатуру на смену демократическим строям, искусственно навязанным последними десятилетиями.

Вспыхнула Юго-восточная Азия, где Китай бросился на Тайвань.

Войны объявлялись каждый час. Харламов не знал, куда перенаправлять войска.

Слишком много претензий накопилось у людей друг к другу.

Единственное, что удавалось сделать Гению и Идеологу, это избежать массового применения ядерного оружия. Поскольку Северная Америка, Союзное государство, Франция, Англия, Германия и Китай остались в стороне от этой бойни, планете досталось «по-божески», как напишут по всему миру в газетах позже.

Ядерная зима миновала человечество, но люди и не подозревали, что это было сделано не без помощи вернувшихся богов. Не подозревал и сам Гений.

— Все, никакого больше культа гей-культуры, — закончил набирать текст на ноутбуке Хакер с диктовки Идеолога. — Цензура на педомузыку, педомоду, педоСМИ введена. В Руснете она давно. Никакой больше педофилии, зоофилии и расовой ненависти. А ведь если подумать, 272-ую мы убрали совсем недавно.

— Теперь всё будет работать с обоих сторон, а не в одном русофобском порядке, — добавил Василий и отвернулся от бумаг по созданию единой банковской системы в стране, полностью контролируемой и поддерживаемой государством. Как было всегда с тех пор, как ввели эту самую систему на Руси.

Гений пробежался глазами по строчкам на стене, вздохнул и одобрил. Конечно, сильно походило на тоталитаризм, но да что еще делать при полувоенном положении, полном духовном и моральном разложении всех наций в единой стране? Пора было вновь объяснять, что такое хорошо и что такое плохо. Не с позиции паразитов и тыкая во внешнего врага, а с позиции здравого смысла и логики. Люди не должны были бояться ходить по ночам. Резать и насиловать друг друга при всяком удобном случае тоже не стоило.

— Лады, запускай. Пора эту опереточную мессу заканчивать. Если подумать, то реальных гомосексуалистов и лезбиянок менее трёх процентов от общей массы населения на всей планете. В Державе в частности. Всё остальное — пародия и желание «быть такими же, как все». Псевдогеи считают, что так модно и это даёт больше бонусов по жизни, помогает в карьере. Но это бред. Так что пусть запрет подражателей перевоспитает, прочих вразумит, ну а совсем упёртых заставит всё держать при себе, а не выставлять напоказ, пугая и растлевая детей.

— Современные исследования показали, что геи больны. — Добавил Идеалист. — Они находятся под гормональным ударом. Их щитовидная железа увеличена в четыре раза, что недопустимо для здорового человека.

— Тем не менее, убивать их никто не намерен, — четко отметил Василий. — Но свободными геи могут быть дома, а не на публике или тем паче — телевидении. Соответствующие директивы будут разосланы по всем каналам. Пусть живут, но не во вред другим.

— Ага, деректива с пометкой «долой педерастию». — Макс, как показала камера по ту сторону экрана, прошёлся по кабинету и даже заглянул через плечо Василию на экран монитора. — Я тут по феминисткам и прививкам еще поработаю. А что у тебя с банками? Я могу этим сам заняться через пару часов. Как только поземельный вопрос разберу и ценообразование на землю. Должен же быть в нем хоть какой-то смысл. А то у нас куда не плюнь, везде рубины и алмазы.

— По банкам нет времени. Финансирование нужно ещё вчера, а не завтра. Вкратце: беспроцентные кредиты всему и всем. Ибо те, кто в данный момент на территории Союзного государства уже являются его гражданами. Соответствующие справки получат на днях. Со временем заменим на паспорта. Были бы рабочие руки. Вот что сейчас важно.

— Отдавать же не станут. Халява.

— При нашем ресурсопотенциале отдавать и не надо в ближайшие годы. Государство уже должно всем гражданам и каждому ребёнку с рождения. Остаётся только ввести перечень гарантированных государством предметов первой необходимости и над ГОСТами по пищевой промышленности поколдовать. Кстати, отменил НДС навсегда. И временно все прочие налоги при переходном периоде. Подумаю вот над системой «трёхкомнатная или загородный коттедж за третьего ребенка в семье ввести».

Макс поскрёб лоб, кивнул.

— Идея хорошая. В течение трёх лет введем. Кстати, поздравляю.

— С чем именно?

— Рубль снова доминирует на всех рынках мира… тех, что остались.

— Он и так доминировал. Если бы убирали все искусственные схемы. Стоило вырезать кланы, все обнажилось.

На большом центральном экране возник Харламов. На лице красовался свежий порез, запекшаяся корка крови говорила о том, что получил весьма недавно.

— Что случилось? — Первым спросил Василий.

— Военное положение, коррекции в группе «Юг». — Обрубил Харламов на фоне зарева пожара. — Докладываю: Кавказ требует отменённых ассигнаций. Наследие Горэ бунтует. В Грузии вошли танки Азербайджана. Готовятся к совместному походу на север.

Запрашиваю финансирование на создание пограничных зон с целью создания карантина за его стенами. Временно-полного. Абхазы, осетины, казаки и казахи предоставляют вспомогательные силы регулярным войскам. Производим переформирование и создаём план зачистки бандформирований.

— Одобряю, — усмехнулся Василий. — Без навигации и спонсирования быстро с ними разберешься. Не затягивай больше месяца.

- Соответствующий указ будет подписан немедленно. — Заверил Макс на другом экране. — Запрашивай при необходимости спецвойска и все нужное из центрального региона. Все, что не на космодроме, отдадим.

— Русколань давно ищет на жопы приключений… Вот нашла. Забираем Грузию по самую Индию, — хохотнул Медведь. За его спиной ракетно-залповые системы «Буратино», «Пекло», «Град» и «Смерч» принялись зачищать сектор. — Конец связи.

Гений с Идеалистом переглянулись, не сговариваясь, кивнули.

— Да уж, доигралась Русколань и нашла нового генерала Ермолова. — Добавил Василий. — Алатырь-горы снова будут солнечными. Но тем проще будет потушить Арабский полуостров. Индия подсобит с Пакистаном.

В кабинете появилась Лада, на миг ослепив вспышкой перехода.

При перемещении в пространстве раздавался легкий щелчок при быстром смещении молекул воздуха и возникала вспышка, словно тело обгоняло скорость света (что в принципе так и было при Дальноступе).

— У, к тебе гости. Я пойду, что ли, в Гранатовой палате поработаю с ребятами, — поспешно зашагал к двери Евгений.

— Рад, что хоть кто-то из высших остался в живых. Прочим привет, — так же добавил Идеолог и отключил связь.

— По ЖКХ пройдись! — Запоздало крикнул ему в спину Василий и повернулся к Ладе, переключая внимание. — Как же я рад тебя видеть! Что случилось? Куда вы все пропали? — Оно обошёл стол и обнял её прежде, чем понял, что это случилось в первый раз.

Впрочем, она не стала противиться.

Так и стояли несколько секунд в ощущении момента, ощущая друг друга.

Лада убрала его усталость, первая отстранилась и, присев за стол, вздохнула:

— Ты не поверишь… умирали за свободу людей, в основном. Настоящую свободу, а не возможность умирать в офисах.

Василий на миг замолчал, не сводя с неё глаз. Эта игра в гляделки рассказала ему больше, чем множество слов.

— Кто… не дожил?

— Я не знаю точно. Сначала мы спасли Землю силами Пятнадцати. Нас раскидало. Вернулись Сергий, Рысь и Семёно-Савелий. Я. Ещё Родослав.

— Видел я этого Гиганта. Забавный. А что же Слава?

— Не знаю… Знаю, что Скорпион собрал нас всех вместе и мы снова разбрелись по заданиям. Я теперь вообще не знаю, кто жив, кто нет. Я сама должна была умереть, но вмешалась богиня.

При слове умереть, Василий резко дёрнулся, не сдержав эмоций, побледнел.

— Спокойно, — отмахнулась Лада. — Я жива-здорова. Мне богиня Леля жизнь спасла. Кстати, боги вернулись на Землю с Деи. Никаких показательных выступлений не устраивали?

— Нет, — немного ошалело ответил Василий. — Что за Дея?

— Дея то что, вот Леля уничтожена. Только не богиня, а спутник, — продолжила Лада, не заостряя внимание на вопросе. — Ну, это, наверное, Гигант взорвал Нибиру. А Сергий… В общем, нашествия вампиров и серокожих я не вижу, значит, справился. Иномирцев не было?

Василий медленно покачал головой.

— Может, чайку? Он скоро в дефиците будет. Как кофе и табак. Ну да табак мы и так планировали запретить полностью, а вот к чаю как-то привыкли.

— Травяной можно пить. Напомнить, сколько в наших лесах витаминов растёт?

— Ну что сказать? Привыкли мы к апельсинам. — Хмыкнул Василий.

— Все течёт, все меняется, — закончила Лада. — Нет, ничего не надо. Ты тут работай, у меня много дел. А у тебя вижу, неплохо получается. Сергий не ошибся. Кроме Кавказа и Галиции, по стране порядок. Думала, хуже будет. Но даже Москва не встала. Удивил ты меня, Васька.

«Васька» прозвучало так мило для Гения, что он невольно счёл это комплиментом. И от кого? От Лады? Неприступной и импульсивной?

«Видно впрямь боги вернулись», — решил Гений.

— Человек не склонен к насилию без причин. Мы убрали причины. Только и всего. Или позволили им решиться самостоятельно. Все решается малой кровью.

— Это здоровый человек не склонен. Звери были, есть и будут. На генном уровне. Система взрастила немало любителей боли и крови.

— Запускаем программы массового спорта, отвлечёт.

— Массовым спортом в один момент все не исправить. Матрица правильного мировоззрения создаётся не банальным выплеском физической энергии.

— Но способствует. И, знаешь, Лада, мы будем стараться. Никто ведь не давал вектора развития. Все акценты были на профессионалах. Спорт был доступен только единицам. Хотя бы исходя из цен на спортивные секции, спортинвентарь и полное отсутствие спортивных площадок.

Лада поднялась.

Василий так же встал, обронил напоследок:

— Я не знаю, справились бы мы без богов, но, по-моему, они пришли, когда мы сами взяли себя в руки и принялись решать свои проблемы, а не ждать помощи извне. Удобная позиция. Или просто пришло время?

— Родители вернулись посмотреть на повзрослевших детей, — добавила Лада. — Но ты не расслабляйся. Всё только начинается. Я навещу тебя при первом удобном случае. Надо к родителям ещё заглянуть. Соскучилась. Кто мы без семьи? Когда-нибудь, нам с тобой придётся… создать и свою. — Она быстро отвернулась, чтобы не показать покрасневшего лица. Явно сболтнула лишнего.

— Хо… хорошо, — закашлялся Василий, теряя обладание.

Лада резко повернулась, подошла и без предупреждения чмокнула в щёчку.

— Работай, Сиречь Земли, собирай клочки в империю.

— Империя нам ни к чему. Нам нужна Держава, — осиплым голосом ответил раскрасневшийся Гений.

— Добро. Крепи Державу. А мы пока прикроем сверху. Если выживем, конечно. А как выживем, то всем будет счастье. Если же нет, то придётся вернуть все назад и попытаться снова. Иначе, какие мы к черту всесильные внуки богов? Так, шелуха одна.

— Со… согласен.

Её улыбка застыла в глазах вместе с новой вспышкой…

Следующие трое суток Василий работал без сна и усталости.

Глава 3 — Титаномахия -

Десятки зомби подкинуло в воздух, когда огромные длани прорвали земляной пласт под горой мертвецов. Затем огромные руки опустились обратно, хватая всё, что могли утащить, и сотни живых или убитых Серым Отшельником мертвецов утянуло под землю цепкими пальцами.

Их затащило вместе с Серым Отшельником. После чего земля вновь срослась. Но так показалось только на первый взгляд. Просто пустоты заполонили тела «живых» и «мёртвых» зомби.

Рысь упал во тьму вместе с кучей тел. Падение длилось не долго. Под землей его перехватили, отделив как зерна от плевел от зомби, и передали в другие руки. После чего, подземная карусель продолжилась, вместе с беготнёй и гулкими переговорами подземных гигантов, больше похожим на распевку оперных певцов. Такие мощные басовитые были голоса было слушать не привычно. Или виной тому были подземные своды?

Грубые руки без сомнений утягивали куда-то по коридорам, не давая возможности ни двигаться, ни сориентироваться. Рысь ощущал себя младенцем на руках взрослого. И все же показалось, что подземные титаны дают возможность дышать, иначе могучие пальцы давно бы переломали грудную клетку.

«Кто они? Зачем вытащили его из-под завалов мертвяков?»

В полнейшей темноте сначала не было видно вообще ничего. Затем глаза постепенно адаптировались, и стали просматриваться очертания тел, контуры больших, мясистых лиц с чёрными глазами без белков.

Похоже, подземные существа Иномирья были слепы. Любой намек на свет либо делал бы им больно, либо они просто не обратили бы на него никакого внимания по полной своей слепоте.

«Но тогда зачем им глаза?»

Подумав, Рысь перестроил зрачки на инфракрасное зрение.

Не сразу, но он увидел в несшем его существе — Лемура. Примерная копия знакомого Лемурийца Лёни, которого откопали в горах Алтая — разве что раза в полтора больше — несла его на руках.

— Кто вы? Почему спасли меня? — Отослал мыслеобраз Рысь, стараясь вспомнить, как они разговаривали с Лёней до того, как он освоил человеческое мировоззрение и человеческий вербальный язык.

— Ты друг. Друга друг. Мы видим на тебе его отпечаток. Он искал нас, но не нашел. Магнитное поле не дало услышать нас тому, кто давно не слушал. — Ответил собеседник на том же диапазоне мыслепередачи, что и Рысь. Ответил без особого удивления. Похоже, подземные жители и раньше встречались с существами развитого или высшего порядка.

— Так ты — Лемур?

— Ваши предки звали нас «асурами» — друзьями асов.

— Вы предшествующая раса. Значит, вы ушли под землю иного мира, а не исчезли в космосе?

— Только часть. Под землей свой мир, он объединяет ваш мир и этот. Прочие действительно растворились во мгле Вселенной.

— Но как такое возможно? Оба мира под одним? Подземный санитарный кордон?

— Нет. Смежный мир, генерирующий физические свойства обоих миров. Вы зовёте его Тартар.

— Ад?

— Что такое ад?

— А что такое Тартар?

— «Земля тех, кто под». Ваша же империя — «Тартария». «Земля тех, кто над». Запамятовал?

Титан остановился и опустил Отшельника на ноги.

— Я знаю, ты видишь, странный человек. Значит, можешь сам идти до зала совета. Да не умолит ношение на руках твоё достоинство, доблестный арий рода асов. Видят ваши боги, ты сражался достойно. Один вышел простив сотен тысяч. Не всякому Лемуру и асу присуща такая храбрость.

Рысь не стал открывать, почему он вышел. Разобраться предстояло со слишком многими вещами, чтобы забивать голову ещё и этим.

— «Арий» как род или как призвание? И Асов — людей?

— Ты не знаешь родов своих?

— На Земле многое поменялось. Мы не помним корней дальше прадедов своих. Мы во многом запутались.

— Знание потеряно. Большая война затерла многое. — Гигант на некоторое время остановился, затем снова зашагал по широким, высоким коридорам во тьму. — Много лет прошло с момента Великой Битвы Богов. Мы ушли под Землю и увели всех, кого смогли. Эти люди заселили оба мира в дальнейшем. Велеты оставались больше прочих, сливаясь с нами. Ими руководил Световит.

Рысь насчитал в лемуре пять метров высоты, три метра в плечах. Голова его была как полевой котёл для варки мяса. Причем в него можно было засунуть целого телёнка.

— Но у иномирцев другой состав крови. Разве они тоже наши предки? Как такое возможно?

— Ваши предки — ваши боги. Те дети, что остались в вашем мире, оставили прежнюю кровь. Те, что ушли в «Иномирье», как ты его называешь, изменились. Окружающий мир меняет, если есть тому необходимость.

— Мутация на генной основе? Но что могло повлиять? Сильное облучение? Наверняка, во время битвы богов все наши и ваши предки хватанули немалые дозы радиации.

— Что такое радиация?

— Оружие богов, от которого вы уходили под землю.

— «Слепящее копье»?

— Именно.

Гигант остановился. Рысь догнал его почти бегом. Оказалось, они пришли в тупик. Но Лемур протянул руку к стене, и пальцы коснулись скрытых механизмов, утонули в углублениях. Послышалась работа плохо смазанных цепей и тупик разъехался двумя стенами в разные стороны.

— Пойдем, ас. Я должен представить тебя совету. Нас ждут… докажи, что твоё спасение не напрасное дело.

— Я очень постараюсь. — Пообещал Рысь, уже ни в чем не уверенный.

Десяток тысяч лет назад.

Вимана пролетела по небу и бросила «копьё бога» в землю. Едва оно коснулось поверхности, как люди закрыли глаза и прикрыли их руками, ибо вспышка, ослепившая всех на много километров вокруг, была ярче тысяч солнц и делала слепыми всех, кто её видел.

Затем чудовищный гриб взмыл в небо вслед улетающему летательному аппарату, и задрожала земля.

Волна землетрясения посбивала людей с ног.

— Уходим! Или дыхание Мары заберет нас всех к праотцам! — Кричали волхвы-брахманы, руководя эвакуацией и уводя людей группами в подземелья и пещеры.

— Но что нам под землей? Неужели демоны не достанут нас и там? — говорили люди.

— Асуры обещали нам защиту. Они — друзья нам, — отвечали посвящённые и им верили, ибо не было лжи среди посвящённых.

Не на головы людей сбрасывали асы[10] виман бомбы, но на полчища наг, высадившихся на Индостанском полуострове. Десант с Нибиру был хорошо подготовлен. Змеевидные впервые применили экранирование для маскировки своего корабля-планеты и основные силы подкрались незамеченными. Пока Внешнее и Внутреннее кольцо Стражей отсекало второстепенный флот звероящеров-аннунаков, основные силы змей-наг подошли почти в упор и создали транспортные коридоры, появляясь в районе больших городов асов, чтобы собрать как можно больший урожай до момента сбора сил всех богов-защитников человечества.

Единственное что оставалось делать людям, это применять «копье богов», предпочитая смерть плену.

Боги и сами в последнее время частенько использовали его друг против друга. Они в последние годы вели себя странно, ссорясь по пустякам. Духи раздора и недопонимания витали среди высоких чертогов. Единого мнения, как прежде не было.

Тому было несколько причин…

Во-первых, конфликт молодых и старых богов. Они видели судьбы мира по-разному, исходя из своего опыта, и желания что-то менять до постижения порядков мироустройства.

Во-вторых, боги пришлые приносили новые идеи и веяния. Старые устои рушились. Это порождало конфликты мнений. Ведь пришлые боги не учитывали особенностей сформировавшихся традиций. Они откровенно выступали против традиционного строя.

И в третьих, начавшееся из-за переселения вследствие похолодания с севера на юг белой расы привело к ореолам расселившейся жёлтой расы. Смешение рас волей-неволей подстёгивало идти богов-покровителей на отчаянные шаги. Примеру тому — строительство Великой антикитайской стены, ограничивающее тех от других.

Не желая терять чистоту крови, боги разных рас предпочитали войны за своё влияние на людей.

Но наступал период, когда люди становились глухи к своим богам.

И люди и боги менялись под влиянием множества факторов от «Ночи Сварога» до пришествия инопланетян и их влияния на детей человеческих. На первый план выходили совсем непривычные людям пороки. Появлялись новые, прежде непонятные желания, навеянные светлым душам влиянием извне: обогащения, накопления, развращения, жажда крови и боли.

Суть человеческая от понимания своего предназначения постепенно смещалась к желанию жить одним днём. Это постепенно приводило к духовной деградации и вылилось в периоды великих войн.

Наиболее жестокая война проявила себя 7530 лет назад, вылившись в бойню белой и жёлтой расы вследствие потери доминирующих положений родов асы из-за ссор родных богов, и увеличение сил и количества «детей небесного дракона».

Собравшись с силами, асы разбили не так давно поселившихся подле них на планете гостей и закрепили своё влияние на Землю, ознаменовав ту победу новым летоисчислением — от Сотворения Мира в Звёздном Храме.

Дети дракона зареклись лезть за Стену и тысячи лет держали своё обещание… Пока в 1860 году по Пекинскому договору граф Муравьев-Амурский сам не предложил разделить земли между Российской Империей и Китаем по Амуру, порядком отодвинув границу на север на радость детям дракона.

Правящая династия Романовых повелела ему, как доверенному лицу, разделить территорию с Китаем всего лишь по Становому хребту, не желая конфликтов на территории с малыми гарнизонами с большим, мощным соседом. Потому все прочие территории от Станового Хребта до самого Амура посланник правящего дома считал своей личной победой, включая приобретение Уссурийского края, с возможностью выхода к южным портам.

Но Муравьев понятия не имел, какую территорию подарил вследствие своего незнания. Тысячи километров от Амура до Стены — то была асовская «Китайская Тартария», одна из областей Великой Тартарии. Территория белой расы, называемая самими китайцами — Джурдженями и их предками — светловолосыми и светлоглазыми народами «ура», «ара», «яри» «туру», «кута» и многими другими, жившими на территориях от Урала до Камчатки, от Чукотки до Манчжурии, и даже в Америке — от Аляски, части Канады, до Калифорнии и Северной Мексики, где они мирно сосуществовали с коренным населением — краснокожей расой — индейцами, принимавших асов за старших покровителей.

Роды асы так же были на Сахалине, на Курилах и на всех современных «Японских» островах. Сами японцы называют один из тех народов — айнами. И от них по ассимиляции мало что осталось, но даже сейчас ещё встречаются светловолосые и светлоглазые представители этого древнего рода.

Эпоха крови меняла всё, затирая летопись из пальца высосанной в угоду правящему дому Романовых «историей».

Сотни лет не прошли даром.

Мало кто знает, что было на территориях Дальнего Востока и Сибири до «первого заселения» её казаками. Кто знает, молчит. Ибо мертвые не говорят.

Пока не спросить.

Наше время. Иномирье.

Рысь вышел в круг, который был по размеру, как баскетбольная площадка. Для самих же Лемуров это был лишь небольшой пятачок, где можно было стоять полукругом, обсуждая интересного гостя.

Сам же зал терялся в темноте. Отшельник не видел ни потолка, ни стен, настолько они были далеко. Обширность подземного строения поражала, но оценить её не было возможности — всё скрывало тьма.

— Что ты делал в этом мире, человек? Род твой на Земле. — Услышал Рысь в голове от кого-то из собравшихся. Не проронили ни звука, но было стойкое ощущение, что разговор слышат все собравшиеся, словно настроенные на одну волну радиоприемники.

Каждый посторонний шорох обрастал мощным эхом.

— Меня послали уничтожить угрозу для моего мира. Зомби многочисленны и опасны. Есть мнение, что они могут попасть в наш мир. А это грозит распространением инфекции. Этого допустить никак нельзя. Люди страшатся пандемии. Но я не рассчитал своих сил и благодарен вам за спасение, друзья людей.

— Вы сами распространили болезнь среди здешних людей. — Услышал Серый Отшельник.

— То деяния одного — Меченого. Он ставил опыты над людьми этого мира. Причины мне не известны. Но следствие видим все мы. Иномирье вымерло, все живое заражено.

— Меченый — вашего рода. Человеческого.

— Это так. Но все не в ответе за одного. Мы смешаны: 193 государства, но ни одной державы, 2500 национальностей, но ни одной Нации, 6809 живых языков, но нет общего языка для понимания. Нас слишком много, чтобы следить за каждым, мы не понимаем друг друга. Культы разобщения по политическим, религиозным, культурным и социальным параметрам работают по полной. Мы поняли, что это плохо, прозрели, но не сразу удастся их убрать. Тем более, Меченый — существо высшего порядка. Мы не в силах следить за ним постоянно. Просто не доросли до уровня Арлега. Много, слишком много проблем свалились на наши головы. Мы несем потери. Уходят лучшие. Не хватает солдат. Потому я пришел лишь один. Прочие выполняют задание не меньшей важности и сложности.

— Дивны слова твои. Но сиё не снимает с вас ответственности за содеянное, доблестный ас.

Рысь вздохнул, толком не зная, что сказать. Это был как спор со следователем, который завел на тебя дело и хотел повышения любой ценой.

— Асуры, я осознаю ваши претензии, но мне нечего ответить. Я пришёл убирать последствия. Причина от нас уже ускользнула. Нельзя терять времени, иначе последствия доберутся до всех нас.

— Чего же ты хочешь? Ты не справишься с ними один, как бы не был крепок твой дух и тверда рука.

— У земных иерархов больше нет свободных рук. Мы потеряли многих витязей в борьбе с прошлыми невзгодами. Но если вы можете — помогите мне. Я приму вашу помощь с благодарностью.

— Мы слепы на поверхности тот, кого зовут «Рысь». Под землю же зомби не лезут. Они не чуют нас. Даже мертвыми, они остались людьми, а люди под землю не лезут. Солнца вы дети.

Отшельник понял, что его прочитали. Впрочем, скрывать ему было нечего. Да и как может скрыть ребёнок что-то от родителей? А по возрасту и развитию Лемуры были для асов теми же родителями, перед которыми люди — в лучшем случае едва-едва научившиеся ходить дети.

— Но среди солнечных детей немало детей луны и они мутят нам воду так, что сами ничего не видим. Или видим позже, чем следует.

— То болезнь переходного периода. Это пройдет.

— Но если напасть ночью? Не будет нагрузки на глаз. И что вам до света? Вы же слепы? Разве нет?

— Нет, мы не слепы. Но даже Луна слепит нас. Слишком долго мы были под землей. Нужна адаптация. Это займет немало времени. Года, десятилетия, может быть даже поколения.

— Что, если я укрою луну тучами? Навести облака для меня не проблема. Я обладаю силами избранных.

— Мы сами могли бы укрыть луну, но есть ещё одна причина, по которой мы привязаны к подземелью.

— Какая же?

— Давление под землей в наших туннелях меньше, чем на поверхности. Наши скелеты приспособлены для жизни в старом мире, но семи облаков давно нет. Есть одни и они давят так, что наши хребты переламывает в труху.

«Семи облаков? Что они имеют ввиду? — подумал Рысь, невольно припоминая о гигантах древности, огромных деревьях и динозаврах, достигающих высоты небоскребов. Если подумать, то либо гравитация должна была быть слабей, либо атмосферное давление не столь мощное, как в современности. Ведь на макушку современного человека давит сила, эквивалентная шести тоннам. Мы просто привыкли к ней и не замечаем. Что, если раньше давление было гораздо меньше? Это объясняет всех титанов и растения-гиганты. Не только климат причиной. Не растут же в той же Амазонке деревья-небоскрёбы, хотя предположительно температурная среда была такой же… Но как выжил Лемуриец Лёня? Впрочем, он был гораздо меньшего размера, чем его родичи» — эти мысли пронеслись за какие-то секунды.

Рысь выпрямился, расправив плечи. Странно, но он совсем не ощутил меньшего давления. Впрочем, на каком ещё жизненном этапе саморазвития он перестал замечать такие мелочи, как дискомфорт или немотивированный комфорт собственного тела? Подсознание давно подгоняло все параметры под нужные гомеостату-организму. Это проходило без его участия. Автономно.

— Тогда я попробую сам. Вновь. И буду стараться снова и снова, пока не получиться. Тем, кто на меня положился, больше не на кого надеяться. Они решают проблемы иного порядка. Для потомков асов, как встарь, только смерть является причиной для прекращения попыток. Впрочем, для посвященных даже она не является причиной, чтобы не справиться с задачей.

— Иди с миром, ас. У нас нет обиды к тебе.

— Благодарю, мудрейшие асуры. Я не забуду вашей доброты. А по возможности вновь навещу вас.

Рысь поклонился и приготовился исчезнуть. Дальноступ вновь был доступен.

— Стой, гость. — Остепенил голос в голове. — Не уходи так, как привык. Мы проведём тебя своей дорогой.

Рысь озадаченный, замер.

Не всякий день удаётся пройти дорогой Лемуров.

Глава 4 — Первый среди равных -

Они сошлись посреди якутских просторов, в Заполярье. Среди вечных снегов и практически безлюдных территорий. Лишь редкие оленеводы и один вертолёт с экипажем из трех человек на борту на тысячи километров вокруг были свидетелями, как замер сам воздух, стихли вездесущие ветры, и миром овладела тишина.

Но никто не запомнит увиденного. Память очистится, едва отведут взор — так было всегда. То проклятье Меченого. То проклятье Светоносного. Эпитеты, определившие судьбы на тысячи лет.

В этой сгустившейся тишине в десятке метров друг напротив друга застыли двое. Тот, кто несёт свет и тот, кто несёт тьму.

Ничто не выживет, узрев битву великих!

Получивший силу Наместника Чернослав имел одиннадцать тысяч лет опыта за плечами, против миллионов лет физического существования и опыта Люцифера. Арлег был на порядок моложе Архигела, но ничуть не слабей по доверенным силам. Если Светоносный выбирал по жизни долгие, лёгкие дороги, полные ясного понимания и просчитанных ходов, то тот, кто лишь недавно получил имя, шёл тропами тяжёлыми, вмешивался во все тяжкие испытания и никогда не искал лёгких путей, балансируя на грани жизни и смерти чаще, чем любой из богов или высших существ.

Чем достойнее противник был у Чернослава, тем охотнее он бросался в бой, получая опыт на практике, непосредственно в критические моменты принятия решений.

Возможно, Меченому было слишком скучно среди определившихся существ. Скорость его понимания нитей жизни и присчитывание ходов были гораздо выше, чем у всех прочих существ в округе в те времена. По сути, он был первым постиндиго в мире, где не рождались в то время ещё и простые индиго. Мара не раз возвращала его душу практически с того света из-за этой постоянной спешки, желания быть выше других на голову или на пару шагов дальше, чем любой из оппонентов. Тётка оказывалась лишь на полшага впереди вездесущей смерти-перехода из-за отсутствия адекватного расчёта сил племянничка.

— Что ты сделал с Лерой? — Спросил вместо приветствия Меченый.

— Ничего. Она не дала согласия. — Спокойно ответил Люцифер, с любопытством поглядывая под ноги.

Лёд таял, обнажая вечную мерзлоту. Но и она таяла, освобождая от оков земли прошлой Арктиды-Гипербореи-Тартарии. Державы могучих самодержцев, меняющей названия, но не сути, показывали свою плоть. Словно кости времени проявляли себя.

Оба дуэлянта своей энергетикой могли рушить и создавать миры. За последнее время они только приросли в силе и теперь, при соприкосновении вибраций Сил, проявление их было непредсказуемо. В данный момент от этого небо очистилось от туч и снега, ветер стих, прогрелся воздух, земля же просто таяла, как будто на неё обратили внимание солнечные боги.

И это в преддверии зимы!

Это влияние было лишь на десятки километров, но Светоносный понимал, что чем больше они пробудут здесь, тем больше последствий обрушится на эти территории после их ухода. Прорыв в озоновом слое над данной территорией будет лишь меньшим из возможных зол. Скорее всего, по Якутии из-за быстро прогретого воздуха пройдутся невиданные на этой земле Торнадо. Не исключены и землетрясения.

Нельзя терять время.

— Я слишком хорошо тебя знаю. Конечно, ты не так предсказуем, как Сатана, но я ни за что не поверю, что ты явился в дом Скорпиэля просто так. Так кто? Кого ты пометил? Светлену? Какое число?

— Три девятки. — Не стал отрицать Люфицер.

— Это же высшее посвящение. Больше чем у отца и дяди. И ещё до рождения? Не много ли ты на себя берешь, порождая нового Разрушителя? Она превзойдет Ладу. — Говорил Чернослав, и лишь быстрее таяла земля, обращая лёд в воду, затем в пар.

Туманом окутались земли вокруг. Процесс трансформации природы набирал темпы с каждой секундой простого вербального диалога.

— Лада не управляема. Эта же дщерь будет идеальным стабилизирующим инструментом. — Ответил Люцифер, просчитывая, обрушится ли туман ледяными иглами на землю на ближайших территориях или высыплется градом где-то в степях Монголии, до смерти перепугав кочевников, которые якобы когда-то владели половиной мира.

«Удачная шутка Велеса, ничего не скажешь», — мелькнуло в голове Светоносного.

— У неё нет права рождения. При полном возвращении магии её не просто будет сдерживать даже с момента рождения. На что ты надеешься? Младенец обрушит полмира — это и есть твоё решение?

— Отчего же ему обрушивать полмира?

— Дети подвержены эмоциям. Но не забывай, что физические тела не достаточно сильны. Не переоценивай людские оболочки.

— Генетика располагающая. Выдержит. Вспомни всех. Семён сын Велеса — Полубог. Сама Лера — наследница Эмиссара, Золо отдал ей свою силу до момента смерти. И не ты ли вливал в неё частицу себя, спасая её саму от смерти? Опять же, присутствие Иштар в её теле в момент зачатия. Да что я говорю? В ней есть даже отпечаток самого Скорпиэля. Так что ты верно ошибаешься с тем, что недооцениваешь её. В Светлене такой коктейль, что снесет крышу самому Создателю. В ней очень много предпосылок для Высшего Посвящения. Я не ошибся. Ты убрал Сатаниэля. Я верну его через неё. Не удалось с твоими тремя шестёрками, удастся с её тремя девятками. В конце концов, это всего лишь перевернутые цифры.

— Сатана не вернется. Он перестал существовать как таковой. Полное обнуление, как некогда у Гитлера. Ты не осознаешь смысла Низших Миров, путь и держишь под рукой руководство несколькими. А я в них побывал. Трехмерность становится плоской, затем пропадает понятие длины, мир сворачивается с точку и пропадает время, а затем… ничего. Теряются все ориентиры-определения и лишь память напоминает тебе, кто ты есть. Это похоже на вечность. Лишь проекции собственного разума не дают распасться собственному Я. Но я как раз отвлек Сатану от созерцания себя. Этого момента хватило, чтобы он перестал ВСПОМИНАТЬ и исчез. Всё. Возврата нет. Некого возвращать.

— Тогда я взращу нового Сатану. — Пообещал Люцифер, глядя как обнажилась серая земля с чахлым мхом и ягелем. — Он будет более управляем.

— Я тебе не позволю. — В свою очередь пообещал Чернослав. — Не будет больше Ночей Сварога. Этот мир достаточно выстрадал. Я подниму его на ступень выше. До нулевого мира. С твоими силами мне не потребуется согласие Консилиума Миров. Я не собираюсь просить милостыни у высших рас, как дядька Родослав. Мы достаточно сильны, чтобы самим решать за себя. Я всё ещё считаю себя человеком. Я — дитё от обоих родов: богосотворённых и богосозданных. Это моя земля, мои силы.

— «Мои силы?» Ты не уйдешь даже отсюда. Вся твоя самонадеянность пропадёт под снегами этого осколка Державы.

— Да ну? — Оскалился Чернослав и на ладони его возник небольшой светло-зелёный, продолговатый камень. Отдалённо он походил на обработанный изумруд, но был гораздо светлее и даже самый искусный глаз ювелира не смог бы определить и под микроскопом следов обработки.

Люцифер ответил на «улыбку».

— Вернуть память Скорпиэлю и вместе с ним обезоружить меня? Мудро. Но ты забыл, что я не хожу в одиночестве.

Оба не сделали ни шага, но оттаявшая земля принялась вспучиваться. Из-под неё появились кости, черепа. Скелеты полезли из-под земли.

— Потревожить прах предков? Не ожидал от тебя взывания к некромантии. Но этого не достаточно. Тётка учила меня успокаивать низшие тела.

Меченый не двинулся, но земля перестала дрожать и кости остановились, затем земля вновь поглотила их.

— Обрубить нити Мары? Умно. Но я просто пошевелил верхние слои. Интересно наличие порталов. Но они гораздо севернее.

— К делу! Пока не закипела земля. Где твои защитники? Или первый удар достанется тебе.

Люфицер вновь не двинулся, но над землей появились тысячи порталов. Он призвал демонов даже без единого паса руками, не шевеля губами. Третий уровень призыва — мысленный[11] — услышали как «солдаты», так и «офицеры».

Сначала поле усеяли рядовые демоны, окружив Чернослава, готовые сорваться в атаку по первому приказу. Клыкастые морды, звероподобные когти, шипы на телах, хвосты и неразвитые крылья, позволяющие только парить, украшали их и выглядели грозно и смертоносно. Яд демонов был на всех режуще-грызущих поверхностях. Смрад дыхания врагов, и грязные тела делали их похожими на свиней, ошивающихся в выгребных ямах. Как обитатели низшего астрала — бесы и черти — они внушали не столько страха, сколько отвращения.

Меченый покачал головой.

— Только эта немытая армия? «Как измельчал ты, Люцифер. Как тебя измельчали». Когда-то эти слова мне сказало одно ничтожество, позволившее себе считать себя судьей добра и зла.

— И что ты с ним сделал?

— Отправил в твои руки. Поищи в своей коллекции среди прочих черепов.

Ухмылка Люцифера стала шире. Тут же второй атакующей полосой Чернослава опоясали демоны-титаны. Потомки нифилимов, павших ангелов и генералов ада, выглядели более внушительно: мощные тела, рогатые головы, огромный рост и смертоносные, неторопливые движения. Они походили на танки, среди которых должна была шнырять пехота первого круга. Впрочем, они были так же неторопливы, как танки первых образцов людской техники начала двадцатого века.

Третий круг был немалочисленным: лишь две сотни существ, практически закрытых высокими телами демонов второго круга и от того мало различимых, лишь ощутимых. Они создали замкнутый магический круг, выставляя барьер между внешним миром и искусственно созданным внутренним.

Эти «генералы ада» представляли для Меченого наибольшую головную боль.

Чернослав убрал камень, в его руке возник чёрный меч без гарды. Воздух вокруг меча плыл. Образ его был не чётким, словно вещь исчезала для физического мира. Он словно поглощал свет вокруг себя, что было не лишено истины. Когда-то этот артефакт едва не стал Чёрной дырой…

Направив остриём меч-артефакт в небо, Меченый послал импульс. Но не под облака он улетел, а растворился в высших мирах.

Тут же светлое, голубое небо стемнело, засинело единой территорией-переходом. В нём возникли орды светочей, легов и арлегов. Сиречи и прочие существа высшего порядка не могли проявить себя в физическом мире Энрофа без последствий для мира, но приказать проявить себя Чернослав мог им в любой момент.

Стоит ли?

Люфицер скривился, ощущая мощь армии легов. Вся его демоническая братия в один момент оказалась «мальчиками для битья». Немедля, он приказал демонам внутри барьера расправиться с предводителем.

На Меченого обрушились все демоны внутреннего круга, старясь уничтожить если не силой и умением, то хотя бы массой. Ведь уйти из-за барьера он никуда не мог. А силы физического тела не безграничны.

На Земле нет бессмертных… есть долго живущие.

Армия Меченого без раздумий обрушилась на барьер, снося силовое поле и его носителей. Адские генералы закричали, не желая ощущать на себе воздействие света высших миров. Вибрации существ высшего порядка разили не хуже заговорённых мечей. И лишь память о выдержке тех, кто пал, но когда-то сам был в одних рядах с высокими ставленниками, удерживала их от побега.

Память и воля Светоносного.

Но никакая память прошлой сути не могла помочь выстоять против мириад существ. Один за другим падшие генералы падали на колени и землю, лишаясь голов, рук, рогов, хвостов, крыльев, частей физических тел. Им волей-неволей пришлось покинуть физические тела или отступить, не желая умирать за приказ.

Бумага не может сражаться с огнём.

Барьер единомоментно рухнул. Меченый к тому моменту превратился в юлу. Один единственный меч мелькал перед демонами так быстро, что разил всех приблизившихся в ту же секунду, откуда бы они не нападали.

Перед Чернославом мгновенно возникла свалка, превращая в фарш всё живое.

Люцифер попятился, пропуская демонов вперёд. Он сам оказался в ловушке из-за барьера. Снаружи армии легов, внутри один враг, но КАКОЙ. Уничтожить Сатану и стать Наместником с правом трансформации мира в столь юном возрасте мог не каждый. Кому хватит одиннадцати тысяч лет из физических существ, чтобы стать демиургом? Только гению саморазвития.

За всю историю Земли у неё было лишь пять Наместников или демиругов: первым был Скорпиэль миллионы лет от времени Сотворения, затем пришедший и забравший у него память Сатаниэль, затёрший все следы о Первом; затем после падения Сатаны сам Люцифер; затем сменивший его по праву сильнейшего недавно пришедший бог Велес… и вот теперь рожденный на Земле и модернизированный Сатаной ставленник — Чернослав. Кукла, превзошедшая своего кукловода — меченый тремя шестёрками. В традиции людей — Антихрист. Но не антипод Христа, а несущий другую суть. Суть обновления структуры.

И он был в такой опасной близости от него, Светоносного, когда то действительно несшего свет.

Мелкая шушера создала Чернославу неплохой мини-барьер, устроив завалы из своих тел. Прочим демонам приходилось лезть по ней, что замедляло их и давало драгоценные секунды времени другому призванному воинству.

Пока светочти, леги и арлеги разбирали по составу генералов, Меченый погружался в землю, как в окоп. Врагам теперь приходилось набрасываться на него строго сверху. С одной стороны, его начало придавливать и давление только увеличивалось с каждым вновь прыгнувшим сверху, с другой стороны, более сильные демоны теперь не могли до него добраться. Для этого им пришлось бы откапывать завалы из тел собственных солдат.

Люцифер вновь скривился. Меченый поступил хитро. Время работало на него. Уничтожить его модернизированное физическое тело тоннами веса было проблематично. А для нанесения более существенного урона требовался новый простор, которого не было. По итогу, рослые танки-демоны оглянулись на Люцифера, не в силах атаковать врага. Причем самих их принялись крошить в капусту обрушившие барьер воители. Они просто таяли на глазах предводителя.

Люцифер наблюдал, как быстро редеет его армия. Причем потерь с другой стороны не было практически никаких. Самолично уничтожив одного из близко приблизившихся легов, Светоносный в самых расстроенных чувствах отступил. Другая тактика с атакой сначала самыми сильными бойцами тоже не привела бы к победе — не было бы круга и светочи несли бы угрозу уже ему.

Под влиянием существ высшего порядка теперь он не мог даже забрать своей армии, чтобы передислоцироваться. Так что только побег, только отступление в одиночестве.

Легионы демонической армии дрогнули, потеряв поддержку предводителя, едва он исчез. Их ряды расстроились, лишившись боевых построений. Армии Меченого стало ещё проще изничтожать одиночные цели. Поля Якутии под растаявшим снегом обильно орошали промёрзшую землю горячей ядовитой кровью, как сотни тысяч лет назад, когда асы отвоевывали у демонов Асию.

Перебитые тела первых защитников земли от людей и присоединившиеся к ним позднее падшие, ставшие демонами и сами люди, добровольно ставшие демонами — всё перемалывались большой мясорубкой, призванной Чернославом. Он зачищал Энроф от присутствия огромного количества демонических существ. Наместнику это нужно было не столько ради победы над Люцифером, сколько для поднятия мира в дальнейшем. Гораздо проще поднять то, что легче весит. Простой физический закон, понятный всем землянам. Земля без демонов и существ низшего астрала весила не так уж и много для Наместника.

На сотни квадратных километров вокруг развернулась бойня. Демоны, перестав всякую борьбу, бросились бежать кто куда, но все попытки уцелеть были обречены на провал — вокруг были лишь ровные, голые поля, скрыться было невозможно, разве что, спрятавшись за телом павшего собрата, но существа высшего порядка всегда могли отличить живого от мёртвого.

Обман не удавался.

Меченый, удостоверившись, что демоны рассеяны, раскидал накрывших его живых и мёртвых существ. Этот рывок-удар был словно взрыв небольшой бомбы. Ошмётки тел полетели в разные стороны, а в воронке остался целым и невредимым сам заряд — Чернослав.

Оглянувшись на бранное поле, где все как один демоны перестали существовать в своих физических воплощениях, предводитель обратил свой взор в миры тонкие, нижние. Именно там скопились эти мертвые существа, падая бездушными тварями в миры искуплений. Самые сильные из них замедляли свои падения, стараясь удержаться от дальнейшего падения самолично, или замедлялись при поддержке заинтересованных сил инкубов и суккубов. По ним по всем Чернослав и нанёс единый удар-волну.

Это походило на залп самонаводящихся ракет. Выпустив миллионы единомоментно, Меченый тут же забыл о них, возвращаясь в физический мир. Он точно знал, что каждая достигнет цели. И высшие демоны и все заинтересованные в их повторном воплощении — все будут уничтожены повторно. Уничтожены навсегда или проще говоря — развоплощены.

Когда предводитель легов вернулся в Энроф всем своим вниманием, все демоны уже были уничтожены, а небеса были полны застывших в правильных построениях светлых армий, ожидающих приказа.

— Благодарю за поддержку. Возвращайтесь в высшие миры. Я подчищу за нами и присоединюсь к вам вскоре. — Произнёс Меченый, ощущая, как мгновенно опустели небеса.

Поднялись сильные ветры. Стоило нагнать побольше облаков. Все места сражений должно было занести снегом, скрыть следы боёв и заморозить в лёд, чтобы у людей не было даже нити подозрений, что здесь на безлюдных просторах, могли твориться события новой летописи.

Человечеству и без того хватает потрясений открытий старого мира.

Пурга поднялась моментально, остужая разгорячённую землю. Белые мухи принялись засыпать коченеющие тела, таять и застывать, обращаясь льдом. Лёд укрыло снегом и совсем скоро поля полностью скрыли с глаз следы грандиозной битвы.

Меченый с долей чувства удовлетворения посмотрел на засыпанные поля.

Долго… ещё очень долго будет идти снег над этим регионом, остужая немотивированную тепловую «яму» на теле своём Земля.

Чернослав последний раз посмотрел на свой меч, стараясь ощутить, куда ушёл Люцифер. В этот раз его нельзя было отпускать. Той ошибки, что допустил тысячи лет назад, повторять не стоит.

Меч привычно полыхал чёрным, то проявляясь, то становясь невидимым в физическом мире.

Он во всём походил на хозяина.

Он был частью его.

Глава 5 — Камень памяти -

Дальневосточный край. Гора Педан.

Скорпион шагнул на гору в родных краях, ощутив дикую потребность прикоснуться к седым временам, не прыгая по наведённым астральным снам. Требовалось время, чтобы успокоиться, поразмыслить и прийти в себя. Что могло лучше поспособствовать этому, чем созерцание артефактов старины?

Если о наземных древних строениях Египта, Мексики и Перу было известно во всём мире благодаря деятельности небезразличных до истины людей, то о горе Педан практически ничего не было сказано ни в СМИ, ни в Интернете, ни в кинематографе. Мало кто знал, что за старину хранит эта гора в Приморье.

Сергий прошёлся по таёжному лесу, обходя звериные тропы, перешёл несколько раз горный ручей и начал восхождение от предгорий, не прыгая на вершину горы сразу, а желая пройти и прочувствовать сиё место на своих двоих. Ощутить его ауру, и понять смысл, зачем древние возводили каменные постройки именно на этой горе.

Места силы ощущались сразу. Лес начал щедро делиться энергетикой ещё после первого брода. Было такое ощущение, что подножье горы собирает силу и разбрасывает её по округе. Затем пошла нейтральная полоса непосредственно самого восхождения, не дарящая сил, но и не забирающая их.

Полоса испытания, полоса отчуждения, полоса единения с самим собой, без мыслей и чувств.

Лишь ближе к вершине гора Педан обнажила древние строения — дольмены. Огромные глыбы камней, обработанные руками асов с помощью неведомых ныне технологий, поставленные на четыре малых камня, показались перед Скорпионом. По ощущениям, они стояли на местах геопатогенных зон, блокируя их.

Древние знали, где закрывать нужные темные точки, чтобы в округе было спокойнее.

Сергий дотронулся до камней, отмечая их теплоту, не свойственную осени. Сил солнца было уже не достаточно, чтобы прогреть массивные глыбы. Взгляд отметил плотную кладку, идеально подогнанные друг к другу огромные камни, а так же применение инструментов, вряд ли доступных пещерным людям. По представлению современных историков «теории происхождения видов» катилась ко всем чертям. Отвергая подобную теорию рукотворного происхождения дольменов и каменную кладку на вершине горы, официальные историки предпочитали считать строения «созданными силами выветривания и естественных природных сил».

Скорпион улыбнулся, разглядывая окружающие горы, поросшие в отличие от горы Педан, густым лесом. Там никаких «выветриваний» не наблюдалось. Включив мозг, можно было легко понять, что камни в тонны весом были вне сомнения отесаны и принесены с каменоломен, давно затерянных среди лесов. Если же сами камни были каким то чудом с самой горы — что по сути одна большая сопка — то от следов рукотворной обработки камней нельзя было отвертеться.

От чего нельзя было отвертеться, то обычно замалчивалось во все времена Сварожьей Ночи.

Скорпион убрал из головы весь бред современной истории происхождения человека и просто сконцентрировался на ощущениях, забравшись на дольмен.

Именно это место дестабилизировало окружающее пространство. По ощущениям, оно высасывало из тебя все наносное, непостоянное, вредное. Если в человеке этого было больше, чем надо, он ощущал бы себя плохо на этом месте. Но для Сергия в данный момент как раз и важно было убрать из себя всё лишнее, да погрузиться в пограничное состояние. Стоило найти верные решения, увидеть ясный путь того, что предстояло совершить. Иначе все, край. Второй раз планету прикрыть будет нечем.

Кто ещё будет отвечать за его поступки? Он и так допустил слишком много ошибок. Сначала не просчитал вероятности появления вампиров в родной Солнечной системе, позволив отцу заключить договор, потом допустил порабощение расы серокожих, затем уничтожил нагов, но опять же, с фатальным влиянием на Землю. Сколько разрушений принесли бы волна от Столкновения?

Слишком близко взорвались корабль и планета, чтобы куски не затронули Земли. Лишь вмешательство иных сил спасло её. Так он стал свидетелем уничтожения иной планеты, пусть это и привело к возвращению богов.

Но какой ценой вернулись боги? И что по итогу? Он потерял сына, лишившись любых ощущений сначала его, потом берегини, потом себя. Все близкие один за другим потухли в его сознании, и он начал терять собственное понимание, допускать ошибки, что в принципе было непозволительно на высоких уровнях развития, если он все ещё хотел развиваться вообще. Было такое ощущение, что с вечной погоней за совершенством, совершеннее он не становился. Как воин да, как маг, да, но как Человек, нет. А это хуже всего для частицы Творца.

Мысли поплыли, покидая разум. Как в чёрную дыру, их затягивало под дольмен, высасывая вместе со всеми страхами, тревогами, печалями. В какой-то момент показалось, что в нём не осталось ничего. Разум застыл в кристальной чистоте мысли, ощущая высшее блаженство вне-мысли.

В этот момент появилось то, что остановило дальнейшее блаженство.

Постороннее присутствие ощутилось моментально. Меченый появился возле дольмена, качая головой.

— Да, он сильный, древний, но никогда бы не подумал, что пригодится для тебя, Скорпиэль.

— Почему ты упорно зовешь меня Скорпиэлем?

— Мы придем к этому через пятьдесят пять слов, брат. — Загадочно ответил Чернослав, забираясь на дольмен и присаживаясь в позу лотоса рядом.

— Где мой сын, правитель сломанной Лестницы?

— У богов. Был на Дее…

Скорпион округлил глаза, испытав целую гамму чувств.

— … потом его вероятно забрали на звёздный флот, — как ни в чем не бывало продолжил Меченый. — Теперь, вероятно, где-то на Земле. А может и нет. Ты найдешь его сам. Я принёс тебе небольшую подсказку для поисков.

Чернослав протянул руку, раскрыл ладонь. В ней лежал небольшой светло-зелёный камень, слишком странный для земной реальности. Не изумруд, ни малахит, он создавал странный оттенок, не свойственный камням вообще, и к тому же странно светился.

— Это камень твоей застывшей памяти. Ты пришёл сюда стереть всё наносное. Я же пришёл дать тебе то, что ты давно забыл.

— Я помню всю свою жизнь от первого вздоха. Хотя когда-то считал, что до больницы не было ничего.

— Но помнишь ли ты то, что было до? Держи.

Сергий ощутил мгновенную, невероятную тягу к этому камню. Он манил его, зазывал, покорял и заставлял нуждаться в себе, словно вода человека в пустыне, словно наркомана доза, словно знания аколита.

Прислушиваясь к себе, Скорпион осторожно протянул руку и взял камень, но едва он коснулся его кончиками пальцев, как камень треснул, затем рассыпался пылью. Облако этой пыли оплело Сергия и впиталось в кожу. Прах времени проник в него и Скорпион начал… вспоминать.

* * *

— Скорпиэль…

Зов разнёсся по Небу могучий, древний, полный силы и мощи. Это был Голос Миры Творящего. Колебания эти разрушали и творили. Зажигали новые солнца и взрывали старые.

Ибо вначале было Слово.

Новосозданный оглянулся, рассматривая сонмы воплощений себе подобных. Они стояли в ряды, плечом к плечу, так непохожие друг на друга, но все как один — Его мысли. Прекрасные и великие. Созданные, но не наречённые. Существующие, но пока не воплощённые жизнью Его.

— Да, Творец…

— Ты воитель мой?

— Твой, Отец.

— Но почему же ты откликнулся на имя раньше, чем я сказал, что это ты?

— Мне показалось, это моё Имя, Создатель.

— Это было просто Имя. Но ты присвоил его себе и получил его Силу.

— Всё так, Отец. Это показалось мне верным.

— Ты проявил самостоятельность и не отрекся от своих поступков. Нарекаю тебя Скорпиэлем, дарую тебе звание Арлега — над легами самостоятельными стоящим. Ты будешь править одним из шестнадцати Секторов-Чертогов. Миром, созданном Мной, но пока пустым и неразвитым. Я зажгу там жизнь, и ты должен будешь её поддерживать. Отныне ты — очи Мои в этом мире. Взгляд Творца.

— Благодарю тебя, Творец. Я не подведу Тебя, — Скорпиэль поклонился и застыл, ощущая много нового в себе. Отныне он был наречён и имел силу созидания. Отныне, он выполнял Поручение Творца. Но Отец не указывал, каким именно Чертогом он должен править, а значит, стоило ждать своего часа.

— Люциферэль… — Продолжил Творец.

— Да, Отец.

— Ты воитель мой?

— Твой, Отец… Но зачем ты называешь меня воителем? С кем нам воевать, если никого кроме нас нет?

— Мудро, но не дальновидно. Ты лишаешься приставки «эль» в имени и с нею части силы. Ибо поставил ты мысль свою выше моего Замысла и посчитал себя выше. Быть тебе легом. Ибо проявил ты самостоятельность, но поспешил с выводом и не умеешь подчиняться. Кто не умеет подчиняться — не способен править. Нет большего из меньшего.

Склонил злотокудрую голову Светоносный, в один миг лишившись имени Светонесущего. Две сути, одинаковые по смыслу, но разные по уровню значения.

— Габриэль. — Продолжил Создатель.

Ничего не послышалось среди сонмов мыслей Творца. Тогда он сам выбрал одного из мириад и повелел:

— Отныне, ты — Габриэль.

— Это чудесно, Отец. Ты нарёк меня.

— Ты — гел, безропотно исполняющий волю мою.

— Я весь твой, Отец.

— Да… гел. — Вздохнул Создатель.

Скорпиэлю и Люциферу показалось, что Творец несколько разочаровался в этой своей мысли, но все мысли его — они не могут быть хорошими или плохими. Ибо нет понятий добра и зла. Все от Единого.

— Сатаниэль…

— Да, Отец, — расправил могучие плечи чернявый воитель.

— Ты воитель мой?

— Я твой лучший воитель, Отец. Верно, в час моего создания Ты был в Духе. И Дух был в Тебе.

— В тебе слишком много сил, Сатаниэль. Они пойдут против тебя, породив в тебе гордость и дух бунтарства. Я ставлю на твоё имя барьер. Отныне ты — Сатаниил.

— Мне больно слышать, что отрекаешься ты от моих сил, Отец. Ибо сам ты мне их дал.

— Я вижу, не согласен ты со мной?

— Как я не могу быть не согласен с тобой, если я — твоё создание?

— Ты мудр, Сатаниил, но Я не отрекусь от своих слов. Архигелом тебе быть, ибо будешь править всеми со мной согласными. Но не дам я тебе ни Чертога, ни иного владения. Ты можешь только смотреть и наблюдать, постигая уроки из увиденного.

— Решение Твоё просто, но упрощая меня, Ты не доверяешь Себе. Твои сомнения породят во мне дух бунтарства, а не моя воля. Ограничивая меня, Ты убоялся, что буду равным я Тебе.

— Ты не можешь быть равным Мне. Ты — моя мысль.

— Тогда Ты убоялся своей мысли. И породил меня. И тут же ограничил. И нет ошибок в словах моих. А в Твоих есть. Ты сказал, что буду править всеми я с Тобой согласными, и тут же сказал, что не дашь мне владения. Но зачем мне владения, если я и так — правитель?

— Довольно слов, Сатаниил. Когда-нибудь твои мысли заведут тебя на самое Дно Миров, но тому не будет Моей вины, ибо ты сам себе погибель несёшь. Не спорь впредь со Мной, ибо лишишься и прочей части имени своего.

— Воля Твоя, Отец.

Люфицер невольно ощутил симпатию к собрату, который так же получил ограничения за спор с Отцом. И пусть Сатаниил был из противоположной связки, он притягивал к себе своими мудрыми рассуждениями.

Скорпиэль ощутил интерес к развитию сюжета. Мысль Творца едва ли не в открытую заявляла о своей силе, равной Создателю, что было нелепо по своей сути. Но с другой стороны, слова её были лишь результатом слов Создателя. А ощущения от творения — видимо это часть эмоций, вложенных Творцом в результате творения в мысль. Они индивидуальны и никто не может знать, как было на самом деле в каждом конкретном случае. Если Сатаниил уверен, что Творец создавал его на пике своих сил, то верно так оно и было. Ибо по другому быть не может — Творцу открыты все истины своих мыслей.

— Михаэль…

Вновь тишина застыла над Небом.

— Тебя нарекаю я Михаэлем. — Указал на одну из мыслей своих Создатель.

— Спаси, Отец.

— От кого спасти тебя, Михаэль?

— От меня самого. Я чувствую силу в себе великую. Не дай мне воплотить её без слова Твоего.

— Ты Архигел, Михаэль. И всегда будешь стоять над послушным воинством моим, не сомневаясь в приказах моих и вершить дела от имени моего. Я подарю тебе Чертог славный и светлый. Понесешь в него свет моей истины, Михаэль.

— Будет исполнено, Создатель.

— Рафаэль…

— Я здесь, Отец, но лучше бы Ты не называл меня.

— Отчего же?

— Я настолько слаб, что не ощущаю в себе сил. А все мысли твои должны быть сильными и великими.

— Мысли бывают разными, Рафаэль. Порой сила в слабости, а в слабости — сила. Двойственна и твоя природа. Быть тебе гелом, Рафаэль.

— Как Тебе будет угодно, Отец.

— Атвентиил.

— Я здесь, Отец. И ничего не чувствую. Ни радости, ни печали, ни тревоги. Я словно есть, и словно меня нет. Я весь состою из пустоты. Дай мне роль малую и незначительную. Ибо для великой я не ощущаю ни воли, ни желания.

— Твоя просьба делает тебя самостоятельным. В то же время ты нашёл в себе силы просить у Меня. Я исполню роль твою. Ты будешь Архигелом-Хранителем. Никого под тобой, но берегущий заветы Мои, а значит стоящий надо многими ты.

— Я исполню волю Твою, Отец.

Имена… сонмы имён вылетали из уст Творца.

Каждый наречённый обретал силы легов, гелов, архигелов и арлегов, существ с самостоятельной волей или с волей Его. Существ подчиняющих или существ подчинённых, существ хранителей, смотрителей или существ проводников, защитников. Никто из мыслей Творца не оказался мёртвым. Каждая отозвалась на зов Его. Одним он радовался, другим печалился. Но безразличие Его не касалось ни одной из них.

Он уже создал шестнадцать Чертогов на полотне Мироздания в физических мирах, шестнадцать секторов, наполненных жизнью или готовых обрести её. И повелел своим мыслям разлететься по ним, поставив над ними шестнадцать Управителей своих. После чего Творец, наскучив плоскостью мира, принялся расширять границы созданного вглубь — вверх и… вниз.

Сонмы душ, на которые Он распался, полетели в миры созданные, даруя искры Его. Те, кто воплощал Его Замысел — поднимались по мирам вверх, те, кто шёл против сути Создателя — падали вниз.

Так создалась Великая Лестница восхождения-падения. И на каждом её секторе стояли свои смотрители, следящие за исполнением воли Творца. Старшей среди них была богиня Карма.

Боги — те, кто пришли после разделения Творца на души.

Боги — души, получившие Силы в результате восхождения по Лестнице.

Демоны — души, получившие силы в результате нисхождения по Лестнице.

Скорпиэль обрёл свой чертог, и миллиарды лет души в том секторе развивались и восходили по Лестнице или падали вниз под попечительством его. И всё было в состоянии великого баланса, пока так и не смирившийся со своей участью, Сатаниил не поднял восстание против Воли Творца.

Он помнил свидетелей своего имянаречения: Люцифер примкнул к нему, Габриэль пал от его руки, оставался только Скорпиэль — Управитель Творца в секторе. Сатаниил отправился к нему и напросился в помощники, взяв на себя немало обязанностей и тысячи лет жил с Управителем в мире, познавая все слабые и сильные стороны своего собрата. Скорпиэль дал ему второе имя — Денница — «бог утренней зари».

Вместе с Люфицером, они познавали мир Создателя, служа ему верой и правдой… пока Сатаниил не решил нанести подлый удар — лишить Скорпиэля памяти. Заточив её в камень, он отнёс камень на верхние этажи миров Лестницы и обманом заставил стеречь его Атвентиила — Архигела, стерегущего врата Восхождения.

Второй удар свой Сатаниил вместе с примкнувшими к нему гелами нанёс по сектору Управителя, обрушив мощным намерением вверенный Скорпиэлю мир на минус первый уровень. А чтобы Карна не смогла вернуть мир обратно — отрезал мир от Лестницы Восхождения. Самого же Скорпиэля, не в силах убить, лишил тела и заточил дух его в сердце планеты, привязав к ней.

Так будущая «Солнечная система» провалилась на минус первый этаж и обрела в лице павших гелов новых защитников своих территорий — демонов. Так Сатаниил стал Наместником, перекроив Законы Воздаяния на свой лад в мире, отрезанном от общей Лестницы Восхождения. Он стал не тем, кого поставили, но тем, кто встал сам.

Карме, потерявшей власть над закрытым миром, ничего не оставалось, как поставить три санитарных барьера-ключа на чертог, полный восставших гелов — демонов. Дабы не распространилось зараза на прочие миры.

Прошло довольно много времени, пока многие светлые души, слившись в одно существо, не образовали Род. И породил Род богов светлых и повелел им вернуть мир на Лестницу Восхождения. И яйцо-корабль с четырьмя старшими богами опустилось с высших миров на минус первый уровень и отправилось в мир неполных возможностей, чтобы вернуть ему жизнь и утерянный потенциал.

Световитом был освобождён дух Скорпиэля, и пообещал могучий Арлег воплотиться в потомках его мужского пола, дабы вернуть мир на подобающее ему место.

Услышал об это Люцифер и проклял Световита на рождение одних лишь девушек.

Лишь десятки тысяч лет спустя, взяв в жёны земную женщину, поборовшую проклятье ценой своей жизни, породил Световит детей мужского пола — Родослава и Миромира.

Вновь проклял Люцифер их на порождение одних лишь девушек. Но на это раз ни одна из родов богов не могла снять проклятье. Лишь десятки тысяч лет спустя Миромир и Родослав обошли это проклятье, взяв в жены женщину, созданную на Земле одним из пришлых богов — Велесом, а не рождённую от родов старших богов Мары, Сварога, Световита и Макоши.

Но почти сразу рождённый ребёнок Миромира не смог воплотить в себе дух Скорпиэля, так как Сатана и после падения-запечатывания имени явился лично и поставил на нём закрывающую печать из трёх шестёрок. Так ребёнок стал Меченым, потеряв право имени. И лишь одиннадцать тысяч лет спустя взращённая при попечительстве духа Скорпиэля нашла в себе силы, чтобы дать Меченому имя — Чернослав. С той поры в нём стала проявляться частичка Скорпиэля и он быстро пошёл вверх.

Сын же Родослава родился так же лишь одиннадцать тысяч лет спустя, и сразу на него началась охота тёмных сил. Молодые боги заспорили, стоит ли ребёнок предстоящих войн.

Мнения разделились.

Тогда Меченый дал сводному брату часть своих сил, делающих его неразличимым не для всего окружения, но для высших мира сего и их приспешников, и укрыл маленького Серёжу от посторонних глаз, взяв слово с родителей не тревожить его своим присутствием. Ибо их силы сорвали бы маскировку.

Так Сергий Корпионов в два года лишился семьи и четыре года провёл в заточение в больнице. Но дух Скорпиэля не смирился с подобной участью, и едва представилась возможность — повёл ребёнка на поиски новой жизни.

Так рожденный человеком стал получать имя Скорпиона. Так прошла жизнь Скорпиона до сего времени. Жизнь, полная борьбы, испытаний, страданий и боли.

И вот теперь он вспомнил всё.

* * *

Сергий открыл глаза, воскликнув:

— Я — Скорпиэль!

— Ну, скорее какая-то его часть. Возможно, большая, — поправил терпеливо ожидающий рядом на дольмене Чернослав. Он по-прежнему сидел так же, как и Скорпион, подогнув ноги под себя. — Я вот — меньшая, да и твоему сыну досталась меньшая. Но учитывая примеси кровей богов и твоё личное самосовершенствование, ребёнок обещает превзойти Ладу. А ты больший потенциал.

— Надо найти сына! — пришёл ко второму выводу Сергий.

— Если надо, то найдем, брат. Понимаешь в чем загвоздка, у дочери Леры, рождённой несколько часов назад, потенциал ничуть не меньший, чем у Боремира. Про эффект телегонии слышал?

— Конечно. Энергетический отпечаток. Принцип «первости», да и всей последующей каши в энергоматрице носительницы.

— Так вот, ты должен понимать, что как первый парень Леры, ты передал и ей частичку Скорпиэля на духовном уровне. Учитывая примеси крови богов и различные воздействия не менее различных Сил через Семёна к Лере, (а он всё-таки сын Велеса) я бы сказал, что Светлена равна Боремиру.

— Что ты хочешь этим сказать? Что за конкурсная основа? Разве есть смысл в словах твоих?

— Есть. — Уверенно ответил брат. — А хочу сказать, лишь то, что Леру перед родами посетил Люцифер. Сатану-то я уничтожил с твоей помощью, выкинув ниже Дна Миров, раз уж ты сам не захотел прийти к Атвентиилу и потребовать свою память назад.

— Я не знал!

— Ты узнал бы, если бы не делал поспешных выводов. Как и с уничтожением Единицы. Спешка твоя привела к смертям, которые можно было избежать. Тогда у каждого земного защитника сейчас было бы больше шансов справиться с нагами и зомби. Опять же без потерь, как и тогда, когда каждый из Сильных Мира Сего объединил усилия и перекрыл иномирцам все туннели… все, кроме физических, понадеявшись на кардоны. Которые действуют на людей, но мертвых пропускают по наитию.

Сергий замолчал, переваривая сказанное.

— А серокожие остались бы существовать как род, — продолжил добивать Меченый. — Да и о вампирах бы никто не слышал, если бы ты с папашкой не обмазались пыльцой и не побежали от пчёл. И теперь ответь мне, с задачей сохранения Земли проще было бы справиться группой в пару дюжин сильнейших или тем одиночкам, каждому из которых ты определил роль смертников?

Вновь не нашёл слов Скорпион-Скорпиэль, погрузившись в горькие думы.

Прав был брат.

— И не надо мне говорить, что Лелю не пришлось бы уничтожать, спасая Землю. Геройство прояви? Как же. Теперь у нас на планете орды богов, которые отстали от жизни на тысячи лет и им проще искоренить это человечество, чем понять и принять. Ты думаешь, у них терпения хватит смотреть на то, что я смотрел веками? Да я бы сам задушил каждого второго человека, но так уж получилось, что лишился чувств в огне переплавки испытаниями.

Сергий невольно ощутил дикую боль, запрятанную в где-то глубоко-глубоко внутри брата. Ту боль, которую он никогда никому не показывал. И вот теперь выступил её краешек, самая махонькая частичка, но сколько же нового ощутилось в этом мире.

Оказывается, каждый шаг был многовариантен. И выбирал Сергий далеко не совсем правильные варианты.

— Так вот, то цветочки. — И не собирался останавливаться Меченый, впервые говоря столько, сколько от него ждали все время. Говоря просто и доступно, понятно. Или дело в очищающем дольмене? Ведь только очистив разум, можно принять новое. — Люцифер же из вашей первой связки сотворённых. Он силён и опасен. И даже мне всего моего понимания едва ли хватает, что задумал этот старый, коварный лис. Мне кажется твой сын и дочь Леры немаловажные детальки в этом пазле общей картины. Не хочешь помочь понять почему?

Скорпион всё ещё молчал, раздумывая над сказанным братом. В его словах была истина, и пусть как обычно за каждым словом скрывались по два-три потайных дна, теперь они были видны. Наверное, впервые за долгое время. Но даже прошлая память Скорпиэля не позволяла понять всё сразу. Что толку от памяти Великого демиурга, проведённой миллионы лет на безгрешной Земле? Опыта по части хитрости и коварства — никакого. Тут уж больше земной опыт Сергия Корпионова помогал, чем опыт Управителя.

Выходит, что брат помогал ему с детства, а он всегда считал его врагом. Всё было гораздо сложнее, чем казалось.

— Как может Светлена повлиять на Боремира сейчас? Никак. На всех вокруг? Никак! Она — новорожденный ребенок, как и мой сын. При его рождении не падали звёзды с неба и земля не ходила ходуном, как при появлении Третьего Коляды. Земные законы поставили ограничения на любые силы. Младенец не может разрушать миры в виду своей неосознанности Силами. Они позволят себе раскрыться лишь позже, когда начнет осознавать себя. Примером тому — хотя бы Лада. Я оказался рядом в момент её Пробуждения. Это было в осознанном возрасте.

— Ты прав… всё произойдет позже, — Меченый даже кивнул и спрыгнул с дольмена. — Вот и Боремир раскроется позже. Об этом не стоит переживать. Но война из-за него началась уже сейчас. А что мне очередной нелепый спор богов, если где-то рядом бродит сам Люфицер? И я не могу просчитать его ходов. И отец твой не сможет, пусть он и опытней меня. Верно, мог бы мой отец помочь нам, так снова нелепость — убил я отца своего. И поверь мне, тому были причины. Он торопил события едва ли не больше тебя. И пусть последствия проявлялись гораздо дольше, но когда приходил их срок — земля стонала и пропитывалась кровью людей. Они страдали за его эксперименты. Он сотворитель Рима и он же вина его падения. Он создатель великого и родоначальник тлетворного падения.

— Что до забав Миромира? Ты обратил в зомби целый мир Иномирья.

— Правильно, но не верно. Я наследовал лабораторию отца. Я искал противоядие. Нашёл слишком поздно. Он запустил их по генам, активировавшимся в этом поколении. Мне бы прийти к разгадке чуть раньше — не погибло бы Иномирье. Но чему быть, того не миновать.

— Зачем дядьке было обращать существ, родственных людям, в зомби?

— Он искал не зомби. Цель его была благородна и велика — найти порочный ген человечества и исправить его. В итоге он начал отсекать всё лишнее. Ну, те гены, которые активировались у маньяков, шизофренников и прочих нелицеприятных особ человеческой породы, за которыми бегают конторщики, создавая видимость работы. По итогу он убрал искомую детальку, но на её место не поставил ничего равноценного. И начало обрушиваться всё здание. Сначала люди Иномирья получили иной состав крови, потом тело начало мутации, потом выродилось и стало питаться себе подобными. Я лишь замедлил это процесс на несколько веков, вернув детальку обратно, но общий остов уже был потерян. Так что никто не поможет нам сейчас, брат. Только мы сами можем всё решить.

— Да что ты хочешь от меня? — Скорпион так же слез с дольмена, приблизившись к брату вплотную. — Твои предположения не конкретны. А конкретика в том, что я хочу вернуть своего сына и более-менее вернуть жизнь нашей планеты в нормальное русло. Я не пойму, чего ты от меня ждёшь. Каких подсказок? Если я делаю все неправильно, то с чего решил, что сейчас дам правильный ответ? Я не понимаю!

— А должен понять. Меня, себя, и всех. Я не для того сына терял, чтобы слушать твои сомневающиеся сопли. Хочется думать, что Слава погиб не зря. Эта ваша безумная затея с расчленением Единицы за миг до моего пришествия была наиболее тяжкой потерей. У меня тьма дочерей, но сын был один.

— Первый среди равных Аватар отдал жизнь за Землю. Как все мы хотели. Ты разве хотел нам помочь? Почему мы об этом так и не узнали?

— Расчёт оказался неверен на полторы секунды. Этого времени вам хватило, чтобы разрушить несколько миров, угробить пару цивилизаций и получить сомневающегося в себя первого Арлега Творца. Что дальше, будешь пенять алварам? Встанешь на колени перед алтарем и начнешь молиться?

— Почему я должен молиться?

— Потому что все молитвы обращены внутрь себя. Их слышат только бессмертные частицы Творца — наши души. Взмолись к душе своей, но не проси помощи и прощения у любого из посредников. Ибо не может быть посредников между тобой и душой твоей, Скорпиэль.

— Разве леги и гелы не бездушны?

— Разве не обрел ты души в человеческом теле? Став живым существом с правом рождения, обрёл ты силы скрытые в человеческой сути. Примени их с толком или мне придётся убить тебя, как отца моего прежде, чем натворишь неразрешимых ошибок. Я — не уставшая богиня Карна в нашем мире — долго ждать не буду.

— Почему ты скорее убьешь меня, чем позволишь сделать неверный шаг?

И тут Скорпион впервые услышал разгневанный крик Чернослава:

— ПОТОМУ ЧТО ТЕБЕ ПРИДЁТЬСЯ РЕШАТЬ ЗА НАС ВСЕХ, СКОРПИЭЛЬ!!! ТЫ АЛВАР — УПРАВИТЕЛЬ ОДНОГО ИЗ ШЕСТНАДЦАТИ ЧЕРТОГОВ!!!

Возглас полетел над горой, пугая зверей и птиц.

Гора Педан тревожно замерла, ощущая присутствие и гнев существа, на порядок превзошедшее человека.

Часть четвёртая: «Войны богов»

Нас не должно волновать, что говорят другие.

Истребление нашего рода идёт полным ходом.

Мы разучились давать сдачи, наслушавшись их речей.

Мы проигрываем в дебатах, потому как не привыкли попусту молоть языком.

К делу ребята. Время разговоров прошло.

Вспомним, что шепчет нам наша кровь.

Она не обманет. Наша кровь — солнечная.

Нас не интересуют культы луны.

Солнце не спрашивает разрешение, одаривая нас закатами и восходами.

Так чего мы смотрим друг на друга в поддержке?

Каждый знает, что делать…

если ещё способен мыслить самостоятельно.

Из речи Даниила «Медведя»

Глава 1 - Древние воины —

Скорость ошеломляла Серого Отшельника. Туннели асуров протянулись под землей на тысячи километров, окутав подземными путями оба мира. Выходило, что Иномирье связывалось с Энрофом под землей не только в местах, где были установлены санитарные кардоны, а это означало, что Иномирье не сам иной мир, как всегда предполагал Рысь, а лишь внутренняя оболочка Земли, иначе — подземный мир. Там не было мантии и внутреннего ядра. О крайней мере, не сразу после земной коры. Зато выходит, было внутреннее солнце и целая замкнутая экосистема с цивилизацией, которая обогнала землян на несколько веков вперед. И кто знает, что было бы, если бы не генетическое вырождение. Возможно, постепенно иномирцы просто вытеснили бы людей внешнего мира одного за другим. Ведь внешне они ничуть не различаются. А анализы крови можно сдавать и в своих лабораторных центрах.

У Рыси волосы встали дыбом. А что если, иномирцы уже среди землян. Им даже камуфлироваться не надо, как серокожим, аннунакам и нагам, надевая чужие личин. Если обмен технологиями был, то вполне могли быть и анклавы иномирцев на Земле. А это значило, что для Антисистемы нужно было поставить еще одну задачу на решение в слишком длинном списке проблем. Технарям срочно нужно было изобрести способ определения иномирцев на расстоянии или по той же крови. И оставить их в покое следовало лишь в том случае, если они не представляли никакой угрозы… Или если их больше 50 процентов.

Рыся тряхнуло. Транспорт Лемуров был настолько же быстр, насколько странен. Он приводился в движение естественными силами земли. Это странное сочетание магнитных полей и подземного жара от огненных рек, разгоняли его «кабинки-шары» до тысяч километров в час. А может и больше. И это без всяких безвоздушных пространств, как предполагали построить гиперпетли Элона Маска на Земле, где пневмовагонетки так же разгонялись бы до большой скорости с пассажирами или грузом. Более затратный вид Струнного транспорта. Но более прагматичный, чем железная дорога, от которой человечество словно не собиралось отказываться и века спустя в 21 веке. «Старые костыли», к которым все привыкли и «не видели других путей». Сложно видеть, когда магнаты железных дорог не на последних местах в списках Форбс. Цветная бумага зрение закрывает.

Асуры не говорили, как работает их транспорт, а сам гость не спрашивал. Было понятно что снаружи она вращалась с бешеной скоростью, а внутри хранила неподвижность. Видимо работали гироскопы и прочие датчики положения и определения пространства.

Рыси для восторга хватало ощущения, что летят они ничуть не медленнее самолёта-истребителя, притом не ощущается ни толчков, ни инерции, ни перегрузки. Растерянный организм лишь напомнил, что так нельзя. Так как… непривычно.

Прямой туннель от Владивостока до Урала домчал до Срединных гор менее чем за час. Рысь проморгался, возвращая зрение, и слез с ладони асура. Пятиметровый титан держал его на руках как младенца. Он был гораздо больше лемурийца Лёни.

До рези в глазах гость капсулы старался определить скорость по косвенным показателям — мельтешащим огонькам за окном капсулы. Находились огоньки-выходы подземного жара на расстоянии около двух с половиной километров — как успел заметить в начале поездки. И всю дорогу они были одной сплошной линией, мало различимой глазу. Даже тренированному взору. Пришлось напрячь зрение до предела, но лишь затем, чтобы присвистнуть и смириться с мыслью, что не все поддаётся подсчёту.

— Почему Урал? — Спросил, слезая с рук, Рысь. — Ну, горы, к которым вы меня привезли.

— Срединные горы манят нежить. Издревле здесь останавливали её разгул. Потому прозваны они — Заповедными горами, сакральными.

— Нежить? Так вы зовёте зомби?

— Что есть зомби?

— Ходячие мертвецы.

— То нежить. — Поправили асуры как неразумного.

— Хорошо, пусть будет нежить. — Не стал спорить Рысь, прекрасно помня, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. — Но что значит «издревле здесь останавливали её разгул»? Вы собираетесь вмешаться?

— Да.

— Но зомби в Иномирье.

— Иномирье лишь изнанка внешнего мира. Они попали в туннель. Тот, по которому ты пришёл, завалили мы. Многие туннели обрушили люди несколько седьмиц назад, но не все. Последний ход оставался, теперь нет там хода меж мирами. Но этот туннель под Срединными горами мы обрушить не успели. После твоего прибытия в наш мир нежить вся взбунтовалась, полезла под землю, как обезумевшая. Словно намек им кто дал, что на другой стороне подземелья — жизнь.

«Кто бы это мог быть? Все же я был прав насчет наших миров», — задумался Рысь.

— От Владивостока до Урала тысяч пять километров.

— То лишь двунадесятая часть в минусовой степени «маха».

— У нас махами зовётся скорость звука.

— У нас издревле звалась так десятая часть скорости мысли.

— Пусть так. Так что вы собираетесь делать? Вы слепы. А над Уралом либо солнце, либо Луна.

— Подчиниться тебе можем мы.

— Мне? Почему мне?

— Мы слепы на поверхности. Наш разум будет следить за костьми, чтобы поверхность не была к нам слишком сурова. Ты же будешь управлять нашими телами. Вместе мы зачистим оба мира от нежити.

— Я не совсем понимаю, как я смогу управлять вашими телами. Ну, одним понятно, но сразу несколькими — то манипуляция сложная, разделение внимания. Мне придётся покинуть своё собственное тело. А кто будет стеречь его? Если кто-то заблокировал мои переходы, может навредить и телу моему в моё отсутствие. Это не просто выход в астрал или ментал с крепко-накрепко привязанной серебряной нитью.

— Верно мыслишь, младшòй. Машины предков нам в помощь. Они позаботятся о тебе и помогут нам.

Могучие титаны первые покинули капсулу. Рысь самостоятельно спрыгнул со ступеньки в полтора своих роста, мягко, по-кошачьи приземлился и поспешил за ушедшими во тьму.

Асуры сделали едва ли полсотни шагов, но для Серого Отшельника это были три километра лёгкого бега в полной темноте. После чего он и две дюжины асуров пришли в просторный зал, напоминающий зал для собраний, на котором обсуждали гостя. Но вместо пустоты этот зал был заполнен аппаратурой.

— Заходи в мастеровую, младшòй. Пробуждение машины ослепит нас. Настрой её согласно желанию твоему и поможет разум предков намерению твоему. Мы будем ждать тебя у поверхности. Нежить должно быть уже полезла наружу.

— Машина послушается меня? Почему?

— В тебе кровь волотов. Она помогали строить её.

— Хорошо.

«Волота? Выходит, я из рода Световита».

Рысь зашёл в помещение и сразу под потолком и по стенам зажёгся мягкий, совсем не режущий глаза, свет. Снизу вверх человек рассматривал большие, высокие, до неприятия странные, непонятные агрегаты, заставившие помещение.

Здесь были продолговатые стеклянные колбы, напоминающие хрустальные гробы из сказок или былин про Святогора, выполнены они были из стекла, но метод плавки был Отшельнику неизвестен, возможно, использовались сверхвысокие температуры или строение было выполнено на молекулярном уровне, так как стекло имело внутренний рисунок — звёзды, шары, руны. Вязь древнего слога тянулась шлейфом, переведённая в голове как «место управления». Особняком стояли крытые каменные саркофаги, что способные были поместить в себе целую семью богатырей. Эти были из простого песчанника, неизвестно как образовавшегося под Уралом. Впечатляли размерами стоящие вертикально металлические тубы, похожие на современные солярии; длинные ряды панелей управления, сияющие разноцветными кнопками (до них Рысь мог дотянуться, лишь подставив стремянку) и многое другое.

Больше всего привлекали внимание именно хрустальные гробы. Не столько потому, что увидел знакомые надписи рунницей, сколько потому, что по размеру они не подходили асурам, хоть и были порядка трёх метров, что делало их подходящими для самых рослых из богатырей человеческих особей. Вроде того же Святогора. Когда люди покинули подземелья после Лютой Зимы, они должны были быть ростом гораздо выше современников. Хотя наука считает, что все было наоборот и в рост земляне вошли в 19 веке при усиленном рационе питания, забывая, что химический рацион никак не дает организму столько, сколько давал естественный, «из огородов». На чипсах богатырей не вырастить, а вот на каше из репы и щей из капусты — пожалуйста. Но репу в последние века подвинули чуждым белой расе картофелем. И смертность от сердечно-сосудистых заболеваний умножилась. Картофель без кожуры знал, как забивать сосуды быстро и фатально. Потому самая популярная быстрая еда в мире — жаренная картошечка. Оружие массового поражения, выдаваемое за фастфуд.

Рысь, даже не пытаясь разобраться в тысячах кнопках на пульте управления, приблизился к одному из гробов. Колба раскрылась сама, призывно маня удобной подстилкой, похожей на резину. Дотронувшись рукой, человек с удивлением обнаружил мягкий вариант этой самой резины.

— Смысловое управление, запрос. — Раздалось в голове.

— Принимаю. — Отослал неизвестно кому (богу-машине?) обратно невербально Рысь. Этот вариант связи был нечто средним между астральным и телепатическим диалогом. Промежуточный вариант, который приходилось постигать на ходу, был сложным и интересным.

— Ожидаю параметров, — вновь прислала машина.

Рысь испытал приятные ощущения в теле.

Во-первых, колба подстроилась под тело, скукожившись до размеров человека, что делало машину либо самонастраивающимся механизмом, либо в параметры изначально закладывались и человеческие пропорции. В обоих случаях это внушало уважение. Так как стало понятно, что волоты действительно здесь были и участвовали в строительстве подземных тоннелей и принесли свои механизмы солнечных богов. А велеты их потоки. Или наоборот, так как Рысь пока не понимал никакой разницы между волотом и велетом. Разве что велетом Лада назвала орла Скорпиона. Но то скорее по наитию.

Во-вторых, по телу пробежались мурашки удовольствия, как от сильного восхищения и внутренние ощущения не подводили, принимая суть машины и помогая подстройке человеку под аппарат и в обратном порядке.

— Запрос на возможности. Перечисление.

— Наблюдение, трансформация, ликвидация, стабилизация внутренних процессов, управление внешними объектами… — начала перечислять машина и Рысь пожалел, что не слышит интонации её голоса.

В голову просто приходила безликая информация.

— Стоп. Управление внешними объектами.

— Подстройка. Ожидание дополнительных параметров.

— Асуры.

— Объект не определен.

— Гиганты.

— Объект не определён.

— Титаны.

— Объект не определён.

— Велеты.

— Объект не обнаружен.

— Стоп. Поиск объектов.

— Радиус?

— 10 километров.

— Единица измерения не обнаружена.

— Запрос на одну вашу единицу измерения.

— Объекты не обнаружены.

— Запрос на десять единиц вашего измерения.

— Объекты обнаружены: 25 единиц лемурианцев, 336958 единиц нежити, 1 единица человек, 1 единица бог, 1 единица не поддаётся определению.

«Лемурианцы? Лемурийцы. Точно, во дурак. Это предки Лени. Или потомки. Кто их, подземных, разберет?!» — обругал сам себя Рысь за скудоумие».

— Коррекция внутренних параметров? — Тут же спросила машина, видимо понимая смысл слова «дурак».

— Отмена. Мне не помешает сейчас ясность сознания без переделок, — поспешно поправился Отшельник, испугавшись воздействий на мозг и человеческое мышление. — Наблюдение. Объект — бог.

— Принято.

Из тела выбросило как при астральном выходе, но теперь не сам Рысь управлял процессами, а машины, сразу же навели на объект — девушку с длинными, русыми волосами, заплетёнными в косы. Она стояла рядом с серебровласой Ладой и смотрела с вершин гор на подножие.

— Этот объект не определён?

— Этот объект определён как «бог».

— Тогда Лада, — Рысь сконцентрировал внимание машины на серебряновласой девчонке, — человек?

— Объект «человек» находится в капсуле управления.

— Я по твоей классификации — человек?

— Запрос на определение «классификация».

— Ай, забудь. Но если Лада не индифицирована, то кто же она, по-твоему? Не человек, не бог.

— Запрос на обработку данных.

— Некогда! Команда на управление объектами — лемурианцы. 25 штук.

— Предполагаемый вариант управления?

— Полное подчинение воле.

— Приято. Приятного управления.

Урал. То же время.

Новая встреча Лады с Лелей произошла сразу после посещения Кремля. Обе просто почувствовали друг друга и пересеклись в районе Срединных гор, ощущая новую для Земли угрозу.

Но пока зомби не полезли из-под земли, время оставалось, чтобы поговорить. Его и проводили с пользой. А именно — Лада вводила Лелю в современную действительность, помогая понять давно оставленный мир…

— ЛелЯ или Леля, это сейчас без разницы. И так и так можно. Ударение не имеет смысла давно. Реформист один ввёл в систему образования. Смерть его была жестокой, мучительной, но не сразу удалось отменить глупую поправку. Потому кто-то сейчас использует, кто-то нет. Потому одни знОнят, другие звонЯт.

— Но как же это не имеет смысла ударение? Вот возьмем слово «замок». Слово с двумя значениями. Значение зависит от ударения.

— Ну да, зАмок и замОк. Два смысла, два значения, — согласилась молодой Аватар, поспешно кивая.

— Отменить ударение, значит отменить смысл словообразования.

— «Отменить смысл». Это как раз политика реформ последних тридцати лет. Василий вносит сейчас отмены преобразований русского языка. Отменяет весь введённый в последние три десятилетия бред, но на это нужно время. Не так-то просто убирать паразитические диверсии поехавших на всю голову реформатором против Родины. Страна становится Державой, когда приходит Хозяин и начинает налаживать то, что давно не работало.

— Василий это твой любый?

— Ну… да-а… — Протянула Лада, щёки зарделись румянцем.

— Любимый человек сделает для Родины больше, чем любой другой. Он понимает, что вам здесь жить, здесь создавать семью, ковать род свой. На своей, родной земле. Знатная ему берегиня досталась. Править будет в ладу с Ладой.

— Да какая из меня берегиня? Так… ни то, ни сё. — Отмахнулась Лада, словно забывая свои приключения по другим планетам. — Ну а куда же он денется. Попробует он у меня не в ладу с Ладой править, — молодая берегиня довольно улыбнулась.

Обе одновременно застыли, ощущая на себе чей-то посторонний взгляд, глаза заблестели задорной искоркой.

— Кто это? — Первой обронила Лада. — Я не ощущаю откуда.

— Я тоже. Что-то… знакомое. Я помню это. Так давно не было этого ощущения. Откуда же оно теперь? — Залепетала Леля.

От разговора отвлёкло то, что холм у предгорий разорвало, и ввысь взлетели вековые деревья, на солнце показалась огромная бледная рука, зажимая в длани своей горсть нежити. С десяток бледных, истлевающих тел.

— Асуры, — протянула Леля.

— Кто?

— Друзья богам и людям, роду нашему. Подземные жители. Одни жили ещё до нашего прихода, другие прилетели после зова богов строить подземный мир, когда демоны совсем допекли. Много чего было. Главное, что Асуры помогали бороться с демонами Сатаны. Из земли давно редко кажутся, но если кажутся, то всё с пользой.

Из-под земли одновременно показались гиганты и зомби. Как муравьи, облепившие брошенное яблоко, сотни неживых, впились в, казалось бы, оживших из камня истуканов.

Асуры с рокотом в груди мощной повылезали из-под земли, чтобы не дать распространиться заразе по Земле-Матушке и лик их был слеп и страшен. Лада с восхищением смотрела на титанов. Они походили на ожившие камни, если бы не были бледными, как молоко, ибо тысячи лет их кожа не знала тепла солнца. По этой же причине были и закрыты глаза на огромных лысых головах. Не росли волосы на телах их. Дубленная кожа была крепка как стальной лист, а силы в каждом из титанов было как в сотне богатырей. Странные и интригующе, асуры завораживали.

«Это они строили пирамиды и все эти мегалиты!» — Вдруг поняла всё Лада.

Перед Ладой на её же глазах возрождалась седая древность, былины и сказы о велетах — автохонтах земли русской. Тёплые, добрые сказки, рассказываемые братиком на ночь, оказались живыми воплощениями и представали перед взором. Теперь не мысленным, а живым даже больше, чем ощущала она себя в данный момент.

Подземные туннели под Уралом, сколько бы их ни было, вывели зомби на поверхность под свет солнца совсем скоро. Уже спустя какие-то минуты они вгрызлись бы в грунт и выкопались, как ожившие мертвецы из могил. Вместо этого на поверхность вышли и управляемые единым разумом титаны, нанося упреждающий удар по нежити в тыл.

Рысь, получив управление, старался расфокусировать внимание, охватывая более своими внутренними ощущениями поле боя, чем возможностями машины.

Видеть десятками глаз сразу было неудобно, неприятно и непривычно, мозг паниковал, напоминая, что так не может быть. Лишь успокоив его техниками самоконтроля, стало возможно настроиться на предстоящую задачу и… р а с ф о к у с и р о в а т ь с я.

Две дюжины гигантов показались из-под земли, неся на себе живых мертвецов, безуспешно пытающихся прокусить кожу гигантов или хоть как-то навредить им. Толку от того было мало. Зато каждый удар асура вбивал десятки неживых в землю, возвращая прах праху. Землей порождённые, становились землей.

Местность вокруг стала похожа на буйства торнадо: перепаханная земля с вырванными кусками, поваленные деревья, целые каменные глыбы, вырванные у горы и отнесённые на сотни метров.

— Может, поможем? — Предложила Леля, глядя на истребление одной из угроз для землян.

По замыслу, на данной территории Вотчины ими должен был заняться Серый Отшельник. Но он же был на задании? Нет, он был где-то здесь. Где-то рядом.

— Они сами неплохо справляются. — Отрезала Лада, с довольной усмешкой на лице ощутив рядом присутствие старшего братика. (Так вот чей взгляд был!) — Давай лучше поможем природе скрыть этот бардак.

— Верно говоришь. Не то пожрут звери мяса отправленного и сами начнут быть неспокойными. А зверушек нынче мало по лесам, жалко бить последних. Али птичка какая поклюет-поклюет, да разнесёт по всем весям ближним, да заморским. — Добавила богиня.

— Ты говори нормально. Помнишь про звОнит и звонИт?

— Помню.

Лада сфокусировалась на небе, нагоняя на весенний Урал чёрных туч, скрывая солнце и свет. Последние ливни, которых уже не чаяли в этих краях, обрушились на землю, мощными каплями силясь вбить неживых обратно в землю, как и титаны. Затем сверкнули молнии, попадая среди толп нежити, опаляя многих, но не касаясь титанов, и жуткий гром разнёсся по небу, унося клич о битве по всем Срединным горам.

— Браво, младшàя. — Нарочно сделала ударение богиня, не желая принимать новых правил словообразования. — Ты словно неистовый Перун молнии метаешь.

— Ага, только шаровые ещё делать не научилась, — отмахнулась Лада, концентрируясь на областях поражения «небесной кары», как в древности называли молнии.

Целые серии молний проходились по полю между титанами, всегда обрушиваясь на толпы мертвяков. Леля, подумав, чем может помочь, принялась швырять на зомби те же глыбы камней, что метали в них асуры, когда была возможность не только бить кулаками или топтать. Каждый камень, упав, придавив или разбросав немало неживых существ, уходил под землю, словно таял в масле, а вместе с ним земля поглощала и всех зомби в округе. Поглощала, чтобы больше не вернуть.

С чавканьем сырой земли, вдобавок размокшей от ливня, камни и молнии выкашивали ничуть не меньше неживых, чем асуры.

Мертвякам бы разбежаться по округе, но не было разума в них, только слепой инстинкт ощущения жизни гнал и гнал их на бессмысленные атаки на титанов. Они совсем не походили на иномирян по разуму, зато словно сошли с картинки современного кинематографа, где из каждого второго живого делали бесмысленно-мертвого.

Кипела битва. Армии, вылезшие из-под земли, редели. Понадобился весь день беспрерывного сражения, чтобы вернуть земле всех до единого мертвяков.

Сумрачный день под тёмными облаками обернулся ночью, когда пал последний зомби. Устало опустили руки Леля и Лада, усевшись на камни на вершине горы. Поднявшийся ветер быстро разогнал тучи, обнажая первые звёзды. Луна высветила очищенную от трупов землю. Всех их поглотила земля. Всех до единого.

На поле остались лишь бездыханными двадцать пять асуров, едва Рысь перестал управлять их телами. Выполнив просьбу человека, они отдали жизни, потому как никакого управления своим обреченным телам вопреки природе они дать не могли. То были слова, чтобы человек взял контроль не раздумывая, не сожалея.

— Почему они? — Обронила Лада, отворачиваясь к лесу.

По щекам её потекли крупные капли. Но то был не дождь. Грустно и тоскливо было на душе, глядя как титаны отдали свои жизни и испустили дух.

— Издревле знают боги, что вылезший на поверхность асур больше не вернётся домой, — вздохнула Леля, садясь рядом и обнимая подругу за плечи. — Таков их удел после изменения мира. Сердца их могучие и крепкие, не выдерживают нагрузки нашего неба. Автохонты останутся в земле навсегда. Те же титаны, кто смог вернуться были не из рода Лемура, а звездными Титанами. Они менее крупные. Нагрузка на их сердца меньше.

Лада разрыдалась всласть, не в силах остановиться. Жертва асуров сжимала сердце.

Пустил слезу и Рысь под Уралом, ощущая дикую потерю и щем в груди, едва пришёл в себя в «хрустальном гробу». Самопожертвование друзей асов коробило душу. Они отдали жизни без сомнений за чужую расу, положив на алтарь самое дорогое, что у них было — жизни. А прожить они могли ещё сотни, если не тысячи лет. Век их был долог.

Отшельник шагнул к Ладе, пользуя Дальноступом.

Молодая Аватар, растирая по щекам слёзы, даже не думала останавливаться рыдать. Слишком много скопилось в ней боли и испытаний, чтобы не позволить себе расслабиться в компании близких ей людей и… богов.

— Асуры… вечные друзья асов, — прошептал Рысь, обнимая девчонку и её подругу и унося их переходом к теплу домашнего очага в родном доме.

Сегодня им будет, о чём поговорить…

Едва трое покинули Урал, как земля поглотила и тела титанов, в единой братской могиле схоронив и своих и чужих.

Матери-Природе все было едино. Всех с детства носила одинаково беспристрастно, являясь по сути единственным честным космополитом.

Глава 2 — Дела земные –

«Эдем-1»

Ветка струнного транспорта выбросила Дмитрия Александровича «Космоведа» невдалеке от посёлка Эдем. Путешествие длинной в тысячу километров заняло два с небольшим часа. Шустрые, тёплые кабинки даже со всеми остановками мигом домчали до родного местечка.

Кутаясь в осенний плащ, Космовед побрел по хорошо асфальтированной дороге домой. Простые и видеозвонки давно не заменяли того недостающего тепла, которого не хватало в груди. Горы работы, прорывные проекты и вечная спешка успеть больше, чем возможно, приносили свои плоды, но и жертва была велика — семья забывала, как он выглядит.

Последний раз дома он был больше двух месяцев назад, ещё перед тем, как Триумвират занял Кремль и объявил о создании новой Союзной Державы.

«Вот приду сейчас домой, обниму всех и вспомню, что такое счастье», — витал в мыслях главный эксперт и начальник космодрома Свободный.

Дорога от станции струнного транспортника до посёлка растянулась на семь километров. Но он не стал предупреждать о своём приезде и запретил прочим сотрудникам. Хотел сделать сюрприз. Не как обычно — чтобы его встречали с усиленной охраной, а сам, на своих двоих, с мешком подарков на плече, как Дед Мороз. Хоть до Нового Года ещё месяц с небольшим.

Одна беда, забыл, что не купил подарки. А от эскорта, напоминающего обо всех забывчивых, «второстепенных» вещах, отказался сам. Ещё и строго наказал не трогать его. Соответственно, никто мешок с подарками не вручит, не вложит в пустые руки и не напомнит забывчивой голове, что «как можно, Дмитрий Александрович домой без гостинцев-то после такой командировки».

Космовед вздохнул.

— Ладно, они меня и так любят, — обронил он и ускорил шаг.

Первые километры до центральных ворот шагались особенно легко. Ноги парили над землей, мышцы пружинили, как у тренированного спортсмена. Но вот начиная с четвёртого километра напомнило о себе отсутствие зарядки, стойкое нежелание ходить пешком в день хоть пару километров и вообще отсутствие спорта. Началась отдышка, сердце заколотилось быстро-быстро, а затем тело и вовсе обдало холодом.

«Всё, с понедельника начинаю отжиматься, приседать и махать ногами», — твердо решил начальник космодрома.

Рядом возникла тень.

— Дмитрий Александрович, как можно домой без гостинцев-то?

Космовед застыл, как громом поражённый. Он и раньше слышал о Меченом, но чтобы встреча, да ещё и один на один — впервые. Впрочем, в том, что это именно он, сомневаться не приходилось. Ощущения были странные, да и контуры тела спрашивающего смазанные, нечеткие, словно смотрел на голограмму. Моргнешь — и забудешь, как звали.

— Приветствую…Чернослав, — слабо обронил человек поникшим голосом. Горло как начали душить. Не то, чтобы он кого-то боялся, но умирать перед визитом к семье не хотелось. Зато хотелось к космос, в новые Галактики. А перед этим заглянуть к родным.

— Не переживайте, Дмитрий Александрович. Вот мешок. Там подарки на всех. Каждый подписан. Синяя коробочка для новорожденной. Не перепутаете.

— Ново…рожденной, — растерянно подтвердил учёный.

Меченый приподнял указательный палец, заостряя внимание жутко переживающего человека.

— Одна просьба есть у меня. Небольшая услуга. Идёт?

— Я к вашим у…слугам. — Едва не выронил мешок Космовед, едва приняв. Странно, но не смотря на его объемность, он как будто ничего не весил.

— Не говорите, что это мой мешок. Подарки вы приобрели сами. Уверяю, там ничего опасного для нашей семьи нет. — Чернослав особо выделил слово «нашей». — Я не причиню зла родным и близким моего брата. Слово даю.

— Хо…рошо. — Кивнул глава семейства.

— Вот и чудесно, Дмитрий Александрович. Ступайте.

Сам Чернослав моментально растворился в воздухе.

Единственное, что оставалось сделать Космоведу, это продолжить путь. Небо нахмурилось, серые тучи повисли низко-низко. Близилась зима.

— Дмитрий Александрович, давно вы у нас не были, — поприветствовал на проходной пожилой охранник. Бывший морской пехотинец. — Ну да неделька выдалась сумбурная, я не удивлён.

Дмитрий вдруг ощутил себя стоящим возле проходной, с чёрным мешком в руке. Последние километры расстояния куда-то исчезли.

— А что случилось-то?

— Да ничего особенного. Ждут вас дома, — тактично улыбнулся охранник и отворил ворота. — Давно ждут. Заждались.

Недоумевая, Космовед прошёл в ворота.

Дорога до дома по еще более хорошо асфальтированной дороге заняла пару минут по поселку. Родной коттедж, сопоставимый размерами с небольшим поместьем, вырос перед главой семейства. Почему-то волнуясь, Дмитрий толкнул дверь калитки.

— Мя-я-яч! — Донеслось от беседки или укрытого бассейна. Разглядеть не успел, но ощутил, как мигом оказался на земле. Что-то твёрдое прилетело в лоб. Вроде волейбольного меча. Насколько успел заметить — белого.

— Батя, блин, — вырос над ним блондин, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Ты чего не предупредил? Я бы тебя быстрее с работы забрал. А то мы тут спортивный турнирчик устроили с шашлычком. В честь рождения дочери. Ты заходи, не переживай, накормим.

— Да как-то сюрприз хотелось сделать. — Вздохнул Дмитрий, поднимаясь одним рывком приёмного сына.

— Отец, рад видеть, — рядом появился Рысь, обнимая. Он хоть и не был усыновлённым сыном, но в последнее время так же считал Дмитрия вторым отцом. Семья Корпионовых давно стала кланом, породнив меж собой много интересных людей, связанных нечто большим, чем просто узы крови. Космовед был в ней старшим. Если бы не его решимость усыновить одного паренька много лет назад, ничего этого бы не было.

— Дядька, дядька! — Подбежал Ёруш, с ходу запрыгивая и цепляясь за шею Дмитрию.

— Я тоже рад тебя видеть. — Ответил дядька, покружив ребёнка и вернув земле. — О, да у нас тут полно народу. — Взгляд его зацепился за беседку, где сидели полукругом молодые мамаши с детьми: Мария и Наталья. Среди них так же сидела бледная Владлена, глядя куда-то впереди себя. Рядом по обе руки находились неизвестная гостья и Лада.

— Папка! — Лада мгновенно оказалась рядом с отцом, обнимая сбоку. Ближнеступ помог преодолеть два десятка метров за мгновение.

Отец крепко обнял дочь в ответ. Последний раз он делал это очень давно. Слишком давно! Сама же она его обнимала так же, казалось бы, тьму лет назад.

— Как же я рад тебя видеть, Ладушка. Ты так выросла. — Дмитрий спрятал лицо от дочери, обнимая так, чтобы она не видела слёз в его глазах.

— Я? Возможно. — Не стала спорить дочь. — Мы не виделись несколько месяцев. Я так соскучилась со всеми этими путешествиями. Сама хотела к тебе заглянуть, да вот, Владленку поддерживаем, засиделись.

— Что с Владленой?

— Ребёнка похитили.

— Боремира?!

— Да… тебе не хотели говорить. Ты вечно в работе.

— А где Сергий?

— Никто не знает. Ищет, наверное. Настанет время — он нас призовёт. Пап… — она потянула его за руку. — Тут столько всего произошло. Идём за стол на веранде. Нам надо столько тебе рассказать.

— Хорошо, а где Ленка?

— В доме. С Леркой. Помогает с новорожденной. Сейчас придёт. Они проспали половину утра, сейчас бодрствуют. Забавная такая девчушка родилась. Светлая. Вся в Сёму. От Леры только взгляд. Идём, я тебя с богиней познакомлю. Представляешь? К нам боги вернулись на землю! — И Лера еще сильнее потянула к беседке.

«Познакомлю с богиней? А я ещё хотел инопланетными зондами кого-то удивить, невольно подумал Дмитрий, поспешно смахивая слёзы с глаз и беря себя в руки…Ветер, просто ветер».

— Пап, это Леля. Богиня любви. Она говорит, что у меня с Васькой всё будет хорошо. — Лада улыбнулась, усадив отца рядом с Владленой. И тут же добавила. — У всех всё будет хорошо. Мы сейчас все только соберемся, разберемся со всем, обсудим, поддержим друг друга и снова в бой.

Владлена молча подалась навстречу, обнимая Дмитрия. После Боремира, Сергия и Елены, он был для неё следующим родным человеком по степени важности и близости. Именно Дмитрий принял её в семью без всяких вопросов много лет назад, он же её поддерживал и заботился, когда Скорпиона не было рядом с его бесконечными заданиями и командировками.

— Рад… познакомиться, — слегка смущённо склонил голову перед богиней Космовед, когда Владлена разжала руки — Приветствую всех. Очень по вам соскучился.

Леля улыбнулась.

— Не смущайся, отец многих и каждого. Ты добр и светел. В том твоё право быть над всеми своей мудростью и достоинством. Номинально, я гостья в доме твоём, старший. Благодарю за приём семьи твоей. — И Леля сама склонила голову.

Дмитрий ощутил, как краснеет. Вместе с тем ощутил, как в голове прояснилось и мир вокруг стал легче и прекраснее.

«Что за день-то такой? То Чернослав, теперь богиня, а теперь… тепло…в душе.»

— Пап, какой у тебя мешок интересный, — добавила Лада поспешно, сглаживая неловкость.

— Да вот, гостинцев всем принёс, — уже веселее добавил Дмитрий.

— Как чудно! — Ответила Лада.

— Ура, подарки! — Закричал Ёруш, захлопав в ладоши и тут же сел рядом, дожидаясь своего.

Все расселись по беседке, мгновенно, словно по волшебству ставшей в два раза вместительней. На столе было полно яств, рядом жарился шашлык, одаривая всех бодрящим аппетит запахом, к которому была инертна лишь одна богиня. Боги не потребляют мяса. Ни один из них. И прохладно относилась Лада. Она могла есть его, но не видела в том смысла. Затрата на переваривание тратила больше энергии, чем мясо давало. Потому мясо не и Рысь, прекрасно зная, что потом долго чиститься. Зато другой части присутствующих мясо требовалось в рационе как дальневосточникам в обязательном порядке.

Дмитрий оглядел беседку, ухмыльнулся. На такие мелочи, как увеличение «мебели» на глазах, никто похоже не обращал внимание. А Семён с Рысью лишь переглянулись, довольные качественно проделанной работой с пространством от прибывшей богини. Никому даже подниматься с мест не пришлось.

— Да, — кивнул Космовед и погрузил руку в мешок, извлекая первый презент в зелёной упаковке с надписью «Ёрушу». — Этот вот самому шустрому и догадливому. За смекалку. Расти большой и крепкий. Не печаль родителей.

— Благодарствую, дядя Дима, — ответил ребёнок вместо банального «спасибо», так как научен был отцам Рысем не просить помощи у бога, а самому всего добиваться.

Ребёнок в мгновение ока избавился от упаковки. Подарком оказался качественный кожаный мяч советского образца. Раритетная вещь, но самая нужна я ребёнку дошкольного периода.

— Ух ты, я пойду, поиграю?!

— Ступай, — ответил Рысь, со странным ощущением посматривая на чёрный мешок. Первая странность заключалась в том, что Отшельник не как не мог определить материал, из которого изготовлен мешок. Вторая — он менял форму в зависимости от того, как Дмитрий засовывал в него руку. По сути, рука уходила дальше, чем позволяли бы подарки. Это значило, что вещь была артефактом, причем весьма древним. И работала по тому же принципу игры с пространством.

Ребёнок убежал, а Дмитрий достал продолговатый предмет в красной упаковке с надписью «Сёме».

— Держи, сынуля, — хихикнул Космовед. — На долгую память, так сказать.

— Мне? — Блондин несказанно удивился, обронив с улыбкой. — Последними моими подарками были дочки.

Мария с укором посмотрела на витязя, но Сёма уже с увлечением избавлялся от упаковки и не замечал строго взгляда берегини.

Или делал вид, что не замечает.

Подарком оказался великолепно выполненный серебряный нож с идеальным балансом. Определённо, метательный. Рукоятка была покрыта черными рунами. Рунами Мары. Первым земным «букварем». Потому что «алфавитом» назывались буквы финикийцев.

— Вот это вещь, так вещь. Удивил, папка. — С восхищением обронил Семён и метнул нож через спину, не оборачиваясь. Нож, пролетев тридцать метров, воткнулся в кипу дров рядом с домом. Лезвие вошло на глубину десятка сантиметров, почти полностью до самой рукоятки. Похоже, заточка его была лучшей из всех возможных. В то же мгновение нож оказался снова в ладони блондина.

— Хороший нож, — улыбнулась богиня и протянула Семёну только что воплощённые ей ножны. — Но сила в нём бесконтрольная. Коль не используешь, держи нож в этих ножнах. Тогда добром он тебе служить будет.

— Хорошо. — Не стал спорить Семён и принял от богини второй подарок. — Но вместо ответного дара я попрошу тебя об одном, Леля. Будь мои дочерям покровительницей. Обеим.

— Добро, — вновь улыбнулась Лада.

Дмитрий, ощущая какую-то неловкость, потянулся за следующим подарком. Если мячик ребенку можно было запросто объяснить, и даже серебряный нож со спецсплавом, который делал металл не таким хрупким, как простое серебро, то появление рун было уже не в компетенции Космоведа. Про телепортацию предметов вообще сложно… Впрочем, может пронесет и никто не станет задавать вопросов?

— А это у нас для Рыси. — И Дмитрий вручил синюю небольшую плоскую коробочку Отшельнику.

Рысь вначале провёл рукой над подарком, после чего склонил голову:

— Благодарю, старший.

Неторопливо избавившись от обвертки, он с удивлением положил на ладонь кожаный мешочек с тесёмками. Пальцы потянули подвязку и вскоре мешочек извлёк на ладонь деревянный амулет в форме глазастого солнца с тридцатью лучами. Оберег был тёплым и приятным на ощупь. Дерево, из которого он изготавливался, не поддавалось определению на первый взгляд. Отдалённо похожее на дуб, но структура его была несколько странной, словно вытёсывали из дуба-мутанта или настолько древнего дуба, что и не дуб вовсе, а Прадуб.

— Сильная вещь, — вновь с улыбкой обронила Леля. — Чёрный дуб. Дерево, которое ныне не растёт на Земле. Этому артефакту более десяти тысяч лет. Росло задолго до последнего Ледникового периода. Одевай и носи смело днем, но на ночь прячь в этот мешочек, коли ложишься спать. Ночью артефакт этот не даст тебе сна.

— Чудно, — ответил Рысь и с выражением незаданного вопроса посмотрел на Дмитрия.

Космовед поспешно запустил в руку в мешок, возникло даже желание самому в него спрятаться. Но вместо этого извлек три почти одинаковых по размеру подарка в розовых тонах. «Огнеславу, Яруне, Наталье» — гласили надписи на них. Словно ощутив это, дети возле Натальи в подвесных колыбельках подали голос, выплюнув соски.

Дмитрий протянул подарки их матери.

— Отец, что там? — Задал всё же вопрос Рысь, ощущая некое беспокойство.

— Наталья откроет — увидишь, — ушёл от прямого ответа Дмитрий.

Рысь хотел добавить что-то ещё, но тут перехватил успокаивающий взгляд богини, сидящей напротив. Да и собственные ощущения не говорили об угрозе в подарках. Они, скорее всего, концентрировали внимание скорее на мешке. Отшельник окончательно понял, что подарки не совсем принадлежат Дмитрию. Скорее всего, был посредник. Отец лишь передавал их. Но не стал об этом говорить вслух, чтобы не ставить в неловкое положение человека, который просто хотел как лучше.

Наталья первыми открыла подарки детей. Там оказались милые детские тёплые распашонки, расшитые в солярных узорах.

— «Обережники», — вновь прокомментировала Леля.

— Как мило, — расплылась в улыбке Наталья. — Спасибо большое.

— Всё лучшее детям. — Смущенно ответил Дмитрий.

Раскрыв свой подарок, берегиня Отшельника обнаружила серебряный браслет в обрамлении замысловатого рисунка, напоминающего кельтскую вязь, но в то же время отображающий целые картины: животных, деревья, мир вокруг. Разглядывая его под разными углами, всегда можно было найти что-то новое.

— Замечательно! — восхитилась Наталья и, подойдя к Космоведу, чмокнула его в щечку. После чего застегнула браслет и села на место до того, как Леля что-то добавила.

Сама же богиня промолчала. Видимо, ничего странного в браслете не наблюдалось. За исключением искусной работы мастера. Был он когда-то изготовлен Людотой, что жил в Киевской Руси в 9 веке.

Дмитрий не успел достать новых подарков. Из дома ко всем вышли Лера с ребёнком на руках и Елена, несущая новую колыбельку.

Сёма подскочил, пойдя навстречу. Впрочем, не дойдя до Валерии каких то пару метров, ощущая в спину испепеляющий взгляд берегини, он взял колыбельку у Елены и возвратившись к беседке, сделал вид, что шёл только за ней, принялся подвешивать колыбельку среди прочих висячих мест для детей.

Лере было всё равно. Бледная, измученная долгой, тяжёлой ночью родов, она шла с хорошо укутанным ребёнком полусонная, поникшая. Подойдя к беседке, не стала отдавать ребёнка в руки Семёна, уже разобравшемся с колыбелькой, а просто села тихонько с краю скамейки, укрытой одеялом и с небольшим интересом принялась разглядывать гостью. Леля же с нескрываемым интересом наблюдала за Светленой на руках матери. Ауры ребенка искрились, переливались, создавая целые гаммы. Про таких детей говорили «а во лбу звезда горит». Так полыхали реинкарнации Коляды, предпоследнего из которых назвали Христом. Так сиял Будда. Так озарялись Светочи.

— Чудесный ребёнок. Силы от отца и матери взяла. И сама при Силе.

— Угу, — безразлично кивнула Лера. Ей говорили, что в гости пожаловала сама богиня любви, но рожанице сейчас было всё равно, кто перед ней.

Дмитрий же долго обнимался с Еленой, временно забросив мешок у беседки. Соскучился по жене больше.

Накренившись набок, мешок некоторое время стоял, а затем упал, и высыпал на пол ещё три подарка.

— Они там подписаны! — Крикнул Дмитрий от дома. — Разберите, пожалуйста, сами, после чего вновь вернулся к объятьям жены.

Рысь наклонился и, взяв мешок, вытряхнул всё его содержимое.

«Ладе», «Владлене», «Боремиру», «Светлене», «Любляне», «Елене», «Марии», «Сергию», «Лере», — гласили названия на подарках. Ещё один оказался неподписанным.

Рысь с Семёном вручили всем подарки, Отшельник спросил:

— А что с тем, что без подписи?

— Это… — Дмитрий на секунды задумался. — …для нашей гостьи! — Добавил он всё же.

Все развернули доставшиеся им подарки.

Ладе досталась янтарная брошь. В ней словно внутри застыла искрящаяся искорка, дающая свет. При свете дня это не сразу бросилось в глаза, но ночью Аватар увидит, что брошь её сама излучает свет. Мягкий, тёплый, приятный глазам и придающий спокойствие.

Марии подарили комплект тёплой одежды из овечьей шерсти: вязаные шарф, варежки, носки, шапка. То, что нужно для тонкокостной девушки, зябнущей в непогоду.

Любляне при матери достались прорезиненные погремушки. И мало кто догадался, что то не резина вовсе, а материал на неё похожий, но совершенно безвредный для человека. А сами погремушки временами вместо простого звона начинали петь дивным женским голосом, который ребенок слушал завороженно. Даже если до этого был чем-то расстроен и постоянно плакал.

Безразличной до всего Валерии достался хрустальный шар с синюшным оттенком. Сочтя его за простое стекло, молодая мамаша, хмыкну, почти тут же убрала его обратно в коробку. Лера и не знала, что свои секреты шар раскроет ей гораздо позже.

Светлене, которую на руки забрал Семён, пока её мать распечатывала подарки, досталась серьга. Одна единственная. Белая, как платина. С синим камнем внутри. Определить, что за камень, не представлялось возможным.

Леля, до того молчащая на все подарки, вдруг поднялась и подошла к серьге, рассматривая её в руке Леры со всем подобострастием.

— То правильная вещь в дивной обертке. Ребёнку надо проколоть ухо. Чем раньше, тем лучше. Эта серьга сбережёт её и родителей от ранних выбросов негативной энергии. Все целее будут, помяните мое слово, как покровительнице.

— Благодарим за совет, богиня, — кивнул Семён. Не то, чтобы он часто слушал богов, но если мать дочери будет не против, то почему бы и нет.

Елена ткнула мужа под бок. Тот лишь пожал плечами. Подойдя к беседке, он взял со стола подарок Елены и протянул жене.

— А это тебе.

Пока жена разворачивала голубую обвертку, Лада выхватила у Леры сережку и подойдя к младенцу, дотронулась до уха. Серьга проткнула кожу без боли, словно всегда там была, и ухо уже вроде как было проколото.

— Ну, хоть что-то полезное от сил Аватара, — хмыкнула Лада и скорчила Светлене рожу. — А то плакали мы бы сейчас навзрыд со всеми этими проколи, да проколи. Да, дите?

Ребенок зевнул, безразлично предаваясь сну. Светлену как и мать, мало заботили окружающие её люди. Семён поднялся и уложил тепло укутанную дочку в качающуюся люльку.

Елена раскрыла свой подарок. На ладонь её легло элегантное платиновое кольцо с бриллиантами. Причем бриллиант держали две руки, словно тянущиеся из кольца.

— Безумно красивая вещь, — обронила Елена, крепко обнимая мужа.

Космоведу стало немного стыдно. Сам давно не дарил ничего подобного жене. Не говоря уже о цветах, на которые наложил табу в семье сам Скорпион. Он всегда говорил, как видит, как умирают цветы, забирая попутно энергию человека, рядом с которыми находились.

Леля раскрыла и свою коробку. Золотая заколка-роза сияла высшей пробой золота. Без сомнения улыбающаяся богиня вставила её в волосы.

— Благодарю за дар. От души. От сердца.

Остались лишь три нераскрытых подарка: «Владлене», «Сергею» и «Боремиру». Берегиня Скорпиона зябко передернула плечами. Даже в окружении родных и близких, хорошо одетой, ей сейчас стало до безумия холодно.

— Мы…откроем их все вместе. Потом. Когда они вернутся…оба. — Её начало трясти и слёзы потекли по щекам большие, горькие.

Никто не мог их остановить.

Настроение всех мигом упало. На улице всем показалось холодно и некомфортно. Тучи затянуло серой ватой. И словно под настроение небо подарило миру первый снег.

Печальные белые мухи посыпались на землю. Все некоторое время смотрели на них молча. Даже Владлена притихла. Стих вездесущий ветер. Всё погрузилось в тишину.

Леля коснулась щеки матери, дитя потерявшей и Владлена ощутила, как становится тепло, закрыла глаза и задремала.

Рысь подхватил Владлену на руки и понес в дом.

Семён, глядя вслед предложил:

— А пойдемте в дом. Камин разведём. Ёлку поставим. Пофиг, что до Нового года ещё полно времени и что это символ смерти. К черту правила. Душа праздника просит! С меня ящик мандаринов. Понятия не имею, что они означают, но запах настроения и витамины с ними присутствуют.

— Ура, мандарины! — Воскликнул полностью согласный Ёруш. Следом заголосили, повыплёвывав соски, Огнеслав, Яруна и Любляна. Наталья словно ощутила, как в животе пинаются ещё двое. По всем детям как волна какая прошла… за исключением Светлены. Зевнув, сладко ребёнок продолжил спать.

— А идёмте, — поддержал идею Рысь. — Я пока дров принесу, и большой стол в гостиной зале поставлю.

— А мы со стола уберем, — поддержали Дмитрий с Еленой.

Все поднялись, засуетились, принявшись за перебазирование в тёплый дом, где вскоре затрещит камин, разгоняя прочь зимнюю тоску засыпающей природы.

Но тут позабытый мешок шевельнулся и из него выпало еще два подарка.

Озадаченный Дмитрий поднял подарки, прочитав на них два странных и неизвестных имени: «Зея» и «Ставр». Подняв глаза к жене, он густо покраснел, понятия не имея кому их дарить.

— Это…это…

— Эти подарки родители откроют, когда новорожденные появятся на свет, — подсказала богиня и посмотрела на живот Наталье.

— Как? Снова близнецы? — Удивилась жена Рыси.

— Двойняшки, — добавила Лада, уже приметив зарождающуюся жизнь внутри члена семьи еще до этого.

— Но мы их еще не называли.

— Жизнь назвала, — добавил хмуро Рысь, вернувшись из дома.

Семён слукавил. Он действительно вернулся из Дальноступа с ящиком мандарин на плечах, но так же прихватил с собой в компанию Даниила Харламова и Василия Гения.

— Зацените, кого я с Кавказа украл? — Сема похлопал по нашивкам золотых скорпионов на полевом комбезе Медведя. — А этого, — он взъерошил Гению волосы, как мелкому пацану, — прямо из Кремля умыкнул. Оба такие говорят: «некогда, дела, заботы», а глаза такие печальные-печальные. Я сразу понял, что мандаринов хотят.

— Ребята, проходите! — поприветствовал всех Рысь и обнял старых друзей, что проходили огонь и воду нового мира пожалуй, с самого детства.

Вася с Даниилом переглянулись, обвели взглядом всех присутствующих и поздоровались. Ещё минуту назад были все в своих делах, и вот вернулись к очагу клана-семьи.

— У нас тут сейчас будет тепло и уютно, — пообещал Сема, уже возвращаясь с внушительной елкой на плече. Спил на ней был ровный, но не от пилы или топора. Походило на то, что срубила ее лапа могучего животного, помноженного на силу зверя куда более серьезного — человека.

Василий расцвел улыбкой, увидев Ладу, тут же временно отмел все дела, вливаясь в свою семью. Лада немного смутилась. В основном потому, что укорила себя за то, что самой такой простой фокус в голову не пришёл.

— Даня, где твоя жена сейчас? — Запоздало припомнил Семён. Он, как и прочие был мало знаком с женой Харламова, но чем не повод всё наверстать сейчас? Как-никак они женаты больше года.

— В Новосибирске. В Академгородке. Улица…

— Я сейчас.

Через порог Харламов перешагнул уже со своей женой, обещая всё ей позже объяснить, если не будет сильно всему удивляться.

Через минуту запыхавшийся Семён (Дальноступ отнимал немало сил) привёл и Андрея Ана. Кот без особых колебаний вошёл в дом, приветствуя всех собравшихся.

Из последний сил Семён в последнюю свою ходку вернулся с братом. Точнее, Савелий переступил порог, внося блондина на плече. Сам Семен отключился, не рассчитав сил.

— Ну, хозяева, не примите за оскорбление, что без подарков. Этот коварный человек похитил меня прямо из постели. Так что я без фрака, но надеюсь дадите во что переодеться.

Дом наполнился весельем, смехом, радостными голосами. Детей отнесли в детские на второй этаж. Время близилось к обеду, и сонный час никто не отменял. Старшим над всем выводком поставили Ёруша, обещающего не спать на посту, а следить за детьми. Впрочем, он сам почти тут же уснул, нагулявшись на свежем воздухе.

Магический, спокойный сон и отсутствие постороннего шума детям обеспечила заботливая Леля, позволившая молодым мамашам отвлечься от ухода за детьми и немного отдохнуть самим. Даже Лера ощутила себя бодрей, впрочем, опять же не без участия богини.

Рысь разжёг камин. Хруст горящих дров и завораживающая пляска огня навевала лирический лад, разгоняя серость дня. Рассевшиеся полукругом гости знакомились, обсуждали последние новости. Речи потянулись рекой.

Лада, Рысь и очухавшийся Семён с поправками Савелия рассказывали о своих приключениях на разных планетах, что больше походило на байки, если бы все не понимали, что за клан такой — Корпионовы.

Василий, Даниил и Андрей говорили о ситуации в воссоздаваемой Державе, обещая наладить другую жизнь в измученной прошлыми реформами стране. Пеняли на то, что многое пришлось делать с нуля. Полная смена Системы заключалась в первую очередь в смене людей. Лишь это дало быстрый и эффективный результат. Причем всех сразу, а не по одному, иначе масса поглощала «творческие» единицы.

Девушки, похваставшись достижениями детей, всё больше завороженно слушали Лелю. Голос богини обрывал все разговоры. И в какой-то момент все начинали слушать лишь её одну, пока Семён не принимался высказывать всё, что он думает о богах в полунасмешливом тоне. Настроение у всех поднялось и его слова не воспринимали иначе как шутки, а сам он не особо настаивал на обратном, так как всегда был балагуром и весельчаком.

Марина Харламова, представившись, рассказала быль, как будущий муж спас её больше года назад. Как ухаживал и заботился, пока она была в реанимации и после на реабилитации. И поделилась радостным событием — сами ждут ребёнка, недавно тест показал две полоски. Создавалась новая ячейка общества. И Марина была безумно рада, что её похитил сегодня для того, чтобы побыть с мужем. Но к такому необычному путешествию отнеслась настороженно. До этого муж ни о чем подобном не говорил.

Андрей Ан попенял, что с этим увлечением паранормами сам не может завести семью, всё какие-то быстрые, недолгие связи. Работа поглощает всё время. Но тут же пообещал заняться этим вопросом вплотную. Раз все вокруг при семьях. А то останется в аутсайдерах и не выберется оттуда никогда.

Все разговоры в какой-то момент останавливались или обрывались на Скорпионе. Стоило вспомнить Сергия, замыкающего почти все звенья разговоров и взгляды невольно переводились на дремавшую на кресле Владлену. Тут же Семён говорил какую-нибудь шутку, желая перевести тему в другое русло, но не всегда удавалось, так как о Скорпионе желала знать сама богиня Леля. Она постоянно переспрашивала, кто такой этот ваш Сергий и как ему удалось сделать так много. Рысь углублялся в перечисление его родни, и когда Леля узнала, что это отпрыск Родослава, все поняла. Белобог и Чернобог всегда соперничали. А их дети и подавно должны. Если один отметился в прошлом, то теперь черед настоящего.

Ближе к вечеру, когда давно выспались дети, половина полноправных членов клана ощутила странную тревогу. Заголосили новорожденные. Следом в дом пришёл Родослав. Пройдя в прихожую, он поклонился всем в пояс и обронил тяжело:

— Я гость ваш, но гость не ко времени. Печальную весть я несу. Моему сыну нужна помощь. Нас ждёт испытание не из легких. Лада, Рысь, Семён, Савелий, Леля, я призываю вас ему на помощь. Только все вместе мы можем победить и закрепить все наши прошлые достижения.

Перечисленные лица поднялись, поднялся и Медведь с Котом.

— А мы?

— А что вы? — прервал Семён, мгновенно включая полководца. — Я кидаю вас вашим армиям, собирайте силы. Поддержите, когда призовём.

— А что боги, полубог Родослав? — Подалась навстречу Леля.

— Как всегда. Выжидают. Наблюдают, не зная, куда нанести удар. Всё смешалось. Сторон даже не две. Их тысячи. И посредине их всех он — Скорпиэль.

— Скорпиэль… теперь я понимаю, как он так быстро догнал Меченого. — Сразу всё поняла Леля. — А я-то думаю что-то многовато всего понаделал один прибог.

Все шестеро и ещё двое разом исчезли, забрав с собой всё веселье и улыбки.

Глава 3 — Правопреемник –

Около часа назад.

Лишь вечные льды и высокие сугробы были свидетелями, как боги сошлись на просторах бескрайнего севера. Они по праву могли считаться богами всех четырёх рас, так как в последней Великой Войне дети дракона потеряли большую часть богов убитыми, а прочая сгинула в летах Кали Юги. Кровавые боги красной расы были повергнуты ещё ранее или заменена атлантами, они растворилась в своих потомках, а черная раса никогда не имела богов-покровителей, лишь духов предков. Но тех имели все рода и ничего необычного в том не было.

Парадокс заключался в том, что несмотря на полное доминирование на планете, молодые боги не ощущали своих сид. Вера в них ушла, а власть перехватили выродки тайных орденов, лож и прочих иерархий тёмных сил, давно наплевавших на баланс и живущих одним днём. Это были потомки инопланетных захватчиков, которым не смогли дать полный отпор десяток тысяч лет назад.

Аннунаки и наги жили среди людей, смешивая кровь богорожденных и богосотворённых примесью мутантов-гермофрадитов. Их можно было выделить в пятую расу — серую. Но не по цвету кожи, а по внутренней сути. В них в полной мере воплощались такие существа, как низшие сущности: бесы и черти; существа из Инферно, вроде инкубов и суккубов; тёмные существа высшего порядка — кощеи, умертвия и тёмные маги всех категорий. Собственно, последние и поделили между собой власть, обменяв её на души у темной стороны, ставшей невероятно сильной в последнюю тысячи лет лишь по той причине, что силы Баланса порядком замкнуло с перевесом на одну сторону. Закон возмездия растягивался в продолжительное время, позволяя думать, что он не работает вовсе. И темная сторона стала таковой лишь из-за неадекватного ответа противоборствующей стороны.

Светлые были слабы, светлые молчали, светлые был развращены и запуганы.

Давно семена зла были посеяны. И теперь боги наблюдали могучие древа темных воздействий, опутавших всю поверхность земли. Фактически, это человечество можно было стирать и создавать новое с нуля. Почти все доброе, чистое, вечное, посеянное в потомках своих, было искажено. Во многих существах извратились сами души.

Слово «человек» перестало звучать гордо. Человек вообще не звучал. От него по большей части исходили волны разрушения. Человек ненавидел все вокруг и свой собственный путь.

Конечно, так звучали не все. И это разделило мнение богов насчет судьбы человечества. Одни во главе с Перуном выступили за «обнуление» расы. Вторые во главе с Семаргалом и Стрибогом, богами огня и ветра, хотели дать шанс людям вспомнить свою суть.

Были и третьи, настаивающие на совете у Старых богов, совершивших посев, но ни Световита, ни Мары, ни Макоши, ни Сварога на Земле не было. Или их просто не могли найти и никто не знал, где искать. В последний раз их видели во время Великой Войны. Тогда они помогли побороть Дракона. Но с тех пор ни слуху, ни духу.

— Эти люди безнадёжны на генетическом уровне. — Выступал Перун с вершины возвышенности. — Их кровь испорчена. Отклонения приводят к массовым болезням, уродствам, жестокости, жажде крови и убийств, насилию, расстройствам умов. Среди людей полно маргиналов, умственно отсталых, слабых и безвольных, ленивых и подлых, коварных и трусливых. Это давно не те люди, кого мы выводили с севера. Совсем не те, с кем плечо к плечу бились с демонами и выводили нежить у Срединных гор!

— То не только богам решать, Перун, — выступил Семаргал. — Где Наместник? Ставленник Творца. Он решает за людей не менее нашего! Когда мы уходили, Велес должен был занять трон. Кто ныне Наместник?

— Велес мёртв! Его убили те же люди! Они жестоки и беспринципны, коли подняли руку на собственного создателя. — Добавил в поддержку отца Тарх.

— Он породил лишь часть людей! — Вставил слово Стрибог. И ветер поднялся над крайним севером, обращая ясный, солнечный день в пургу.

Спор богов разгневал природу, затянули чёрными тучами доселе ясное небо. Слова богов обратились в крик.

— Велес был слаб, если позволил людям убить себя! Это не достойно Наместника! Мы бы так же убрали такого! — Закричали боги третьей стороны, а именно Мар, Переплут и Морок. Последний стоял со свёртком пелёнок в руках. Но малыш в них не знал ни холода, ни боли, ни голода. Боги заботились о нём так, что младенец ни в чем не нуждался.

— Не вы ли ходили с ним совсем недавно? — Появился на просторе посреди трёх сторон Родослав, в старой кольчуге, со яловидным шлемом и мечом наперевес. Так он помнился богам до Исхода. — Не вы ли помогали ему в охоте за сыном моим, а теперь держите в плену внука моего?

— Кто ты? — Донеслось от молодых богов пятой волны, порожденных на планете Дее и не знавших земных хранителей.

— Это говорю я — Родослав. Сын Световита! Старого бога! — Ответил им синеглазый полубог.

— Ты обвиняешь богов? — Спросила богиня Млада. Молодая богиня Пятой волны, что была уже рождена на Дее после Исхода.

— Я говорю, как есть. Ибо послан Консилиумом Миров как представитель человечества. — Стойко ответил Родослав, ощущая дикое давление со всех трех сторон. Ныне не было среди богов ему союзников. Были лишь не решившиеся сделать шаг.

— Кто пригласил людей в Консилиум миров? — Прогромыхал Перун.

— Те, кто увидел Пятый уровень.

— Где это было?

— Это произошло на лунной базе серокожих на обратной стороне Месяца. Я тому был первым свидетелем и потому выбор пал на меня, как на представителя. Попросту, я оказался самым слабым среди тех, кто защищал Землю в ваше отсутствие. Все сильные же отдавали все силы за защиту нашей планеты. Многие расстались с жизнями, спасая Родину от Единицы. Но то тема отдельного разговора. Я расскажу подробнее, коли кому охота будет услышать быль, а не заниматься блудословием. — Поднял над головой чем Родослав, показывая, что оружие он применять не собирается.

— Родослав, нам нет нужды подвергать слова твои проверке, ты верно земной защитник, но как люди смогли достичь пятого уровня в Эпоху Сварога? И как ты оказался не первым среди них? — Обронил Хорс, старый бог когда-то звался Ярило. Опытный, много повидавший на Земле, он переродился в новом обличие.

— Не все, но лишь избранные. Среди них сын мой и племянник мой. Именно племянник мой и Серый Отшельник убили Велеса. Но не для того, чтобы забрать его трон, а потому что Велес давно потерял себя. Его действиями обрушился на нас гнев Единицы.

— Кто же племянник твой? — Спросил Тарх-Даждьбог.

— Меченый. Ныне наречённый Чернославом.

— Это Меченый Сатаной! — Вставил гневно Перун. — Павшим Наместником! Он предрекал нам Конец Света. Конец этого мира, когда нарекут Меченого именем. Когда дадут имя меченому тремя шестёрками.

— Он самый, — не стал скрывать Родослав, — но Сатаны больше нет. Чернослав убил его, действительно устроим ему персональный Конец Света. И проклятье не действует. Более того, часть проклятья забрал с собой отец Меченого — Миромир. Брат мой. Выходит, что Чернослав занял трон по праву сильного. Велес же обратился в Зверя, сам себя пожравшего. Он поощрял серых, он потворствовал их власти и дал возможность стать тому, что вы сейчас наблюдаете. За что, в конце концов, и поплатился.

Область возле Родослава полыхнула огнем. В мгновение ока полубог оказался в огненной ловушке в нелицеприятной компании… компании Люцифера.

Большой, могучий, в полных доспехах войны, Архигел предстал перед богами.

— Ты забыл упомянуть, как умер Миромир. А убил его именно Меченый. Что это за Наместник, что убил собственного отца?

— Что тебе надо здесь, Люфицер? — Перун первым среди богов прервал молчание после вопроса.

— Я — Третий Наместник Земли, сменивший Денницу после падения, я — Наместник по праву, если не избран новый, а старый пал. Велес занял место по праву силы, признаю, но теперь его нет, а я всё ещё есть. Значит место по праву моё! Моё, а не Меченного!

Родослав ощутил дикую боль. Огонь обжигал его кожу, одежда на нём загорелась, обратившись пеплом. И лишь синие глаза горели внутренним, светлым огнем.

Перун швырнул золотую палицу. Врезавшись в огненный купол, она разорвала его на мгновение. Этого хватило, чтобы Родослав смог выбраться из ловушки. Встав рядом с троицей братьев-богов, он протянул к младенцу руки.

— Отдай мне моего внука. Его место в семье. При матери и при отце. На нём нет проклятий и обязательств. Он не принадлежит вам.

— Довольно, Родослав. — Ответил Переплут.

— Не ты давал нам его, не тебе забирать, — добавил Морок.

— Нам сказали, что мертв отец его. Ты же утверждаешь, что он при полной семье. — Вставил Мар.

Родослав, тяжело дыша, регенерировал кожу и вернул себе одежду. Несмотря на обилие богов вокруг, против Люцифера выступил только Перун. Бог войны, с которым последнее время были существенные разногласия.

Общий враг объединяет.

— Одумайтесь, трое. — Продолжил Родослав. — Это сын Скорпиэля. Когда он вернется за ним, он не будет разбирать обстоятельств вашего пленения младенца. Смерть ваша будет жестокой и бессмысленной.

— Не угрожай нам. — Лениво протянул Мар.

— Не с такими справлялись. — Зевнув, добавил Переплут.

— Время Скорпиэля прошло. Скорпиона же мы помним обычным ребёнком. Что в нём такого?

— Осколок памяти Скориэля собрал он, вот что, — добавил Родослав, уже понимая, что не хватает ни сил, ни доводов на бесполезный спор с упрямыми богами-братьями. Они издревле понимали только силу.

— Не бывать тебе Наместником, Люцифер! — Закричал с горы тем временем Перун. — Твоё время ушло, и нет возврата к прошлому!

— Ты так же часть прошлого, Громовержец! — Напомнил Люцифер, продолжая опалять огнём лёд Арктиды. — Старые боги исчезли, старые боги замолчали! Чего же вы вернулись? Вас давно здесь ничего не держит. Вы предали этот мир и обрекли людей на саморазвитие. А развитие они понимают так, как хотят. А не так, как должно Творцу. Оставьте людей и уходите!

— Не бывать тому! — Ответил за всех Перун. — Мы вернулись, и мы никуда не уйдем. А ты примешь это и уйдешь или мы заставим тебя уйти.

— Вам не нужны люди, Перун. За что вы хотите бороться? За место под солнцем? Вам под силу уйти в высшие миры. Я же закреплён за этот. И не в силах уйти выше.

Область вокруг огня Люцифера почернела. Но не от огня. Словно полоса отчуждения замкнула его огненный купол своим куполом, создав ещё один барьер. Над силовым полем этим навис Меченый, говоря тихо, но таким мощным голосом, что задрожал лёд под ногами богов.

— Не быть тебе Наместником, ничтожество. И не ползти никогда вверх. Хоть бы и на карачках. Ибо обречённый на падение может упасть лишь в лужу низших миров. Ты слишком засиделся в этом мире и мешаешь Энрофу обрести своё начальное положение. Твой груз Карны слишком тяжёл для него. — Чернослав перевёл взгляд на предводителя богов. — Перун, я обращаюсь к тебе и ко всем богам! Помогите мне зашвырнуть Люцифера на низшие миры, признайте меня Наместником на данный момент и оставайтесь на планете вразумлять людей. Мир поднимется на нулевой уровень и вас услышат. Я же отрекусь от престола! Даю слово!

— Я не подам руки отцеубийце! — Ответил Перун.

— Все боги думают так же? Я обращаюсь к каждому, ибо не намерен оставаться в этом мире надолго. Передав наследие, я уйду выше. Мои войны ещё не закончены. Но вы рискуете нарваться на одно из сражений, которое мне хотелось бы избежать. Не заставляйте меня призывать Армию.

— Не пугай нас, Меченый. Выродок Сатаны! — Вновь ответил Перун за всех.

— Он говорит правду, — поддержал первым племянника Родослав, не смотря на помощь Громовержца минуты назад. — Консилиум намерен помочь в поднятии мира. Если мы все объединим усилия, и выбросим лишний груз, корни зла опаляться и древо его засохнет!

— Кривдины сказки! — Сплюнул под ноги Перун. — Никогда не было легко и не будет!

— Прими изменения или они сами возьмутся за тебя, — спокойно добавил Чернослав. Его зыбкий образ расплывался над двумя куполами. — Пусть каждый из богов сам решает за себя. Вы отрицаете меня, тысячи лет находясь под пятой Перуна, ему веры в вас больше, но услышьте хоть сына Световита! Сына Старого бога!

— Он полубог! — Крикнул Тур. Бог диких зверей. Бог Четвертой волны.

— Он в первую очередь потомок одного из Четверки! — Ответил Чернослав. — И у него больше прав ходить над вами, молодая поросль. Почему же вы слушаете пришлого бога Третьей волны? Вы не чтите Устоя. Не блюдете Сводов. Я не намерен оставлять на Земле тех, кто забыл своё Предназначение.

— В чем же наше предназначение? — Спросила молодая богиня Кра, так же рожденная не Дее.

— Боги, очнитесь! Вы не помните, с чем вас послали на Землю?! Каков был Наказ Рода?! — Закричал Родослав.

Тишина повисла над землями Арктиды. Стих даже ветер и унялась пурга. Серое, безмолвное небо с полным безразличием стирало понятие дня и ночи. Словно само время застыло в прострации.

— Отец говорил мне, что Род послал их с наказом возродить род людской на Земле. А что вы? Вновь хотите уничтожить расу старших родов? «Обнулить»?! Кто дал вам право, Перун?! Ты гость, даже я хранитель и тот гость. Мы все лишь смотрители, но не Корректоры Замыслов. Мы не посланцы с великой Миссией, мы их порождение. И мне больно осознавать, что вы забыли это. Не только молодые боги, но даже все те, кто давно топчут землю.

— Я даю вам время, но вскоре потребую ответа! — Обронил Меченый. — Кто хочет остаться здесь и помочь людям — оставайтесь. Кто не согласен с моими условиями — уходите в другие миры или в миры вышние. Лестница открыта. По заслугам и достижениям вашим спросится с вас. И только.

Тут же заспорили боги. Под небо взлетели их взволнованные голоса. Родослав, вздохнув, исчез. Не было в богах единства и не предвещалось.

Три группы постепенно разделились на две части. Большая осталась с Перуном. Среди них почти все молодые боги. Прочая ушла под руку Семаргла и Стрибога, принявшие сторону и правду Чернослава, что был им ближе по родству.

Но ещё до того, как боги дали ответ, меч Люцифера пронзил оба купола. И подпрыгнул пленник, силясь поразить Меченного остриём снизу вверх.

Отпрыгнул Наместник. И застыли на небе друг напротив друга Наместники. Бывший и новый. Непризнанный богами.

Замерли боги, поднимая головы под облака.

— Пусть Круг рассудит вас! — Крикнул Перун. — Битва один на один решит, кто из вас прав.

Оскалился Люцифер, тут же принимая эту позицию. Один на один он был сильней Чернослава. Без армии светочей и легов, которую теперь новый Наместник не мог призвать, преимущество было на стороне того, кто дольше топтал землю. Вдобавок, боги, принявшие сторону Чернослава, так же не могли помочь ему. По сводам Круга. Никто не назовет их законами. Ибо они не за Коном, а внутри него.

И сам Чернослав не был в полной силе своей по причине того, что контролировал светочей и легов, собирающихся поднять Энроф. Вдобавок, много сил ушло на подготовку к низвержению Арлега. Полное Развоплощение требовало немало концентрации. Фактически, это был древний, мощный ритуал. И условия должны были быть хотя бы нейтральные, а не те, что сейчас творились вокруг… Это всё прекрасно понимал Чернослав, поднимая чёрный меч без гарды и принимая первый выпад Люциферова меча.

Люцифер же просто без раздумий использовал свой единственный шанс на выживание. И сделал все ставки на то, чтобы Энроф остался прежним. С небольшими поправками.

И грянул бой!

Он был жестоким и беспощадным. Светоносный атаковал без раздумий, быстро, смертоносно. Каждый удар происходил на всех возможных уровнях: физическом, метафизическом, астральном, ментальном, духовном, магическом, божественном, эрегориальном…

Чернослава как потревоженное облако диких ос оплело, жаля со всех сторон. И пусть все укусы-попытки тут же отбивались, силы Меченого таяли на глазах.

Боги под небом застыли, безмолвно взирая на решение его величества Случая. Судьба боя была не предрешена, и ни один пророк сейчас не решился бы прозреть исход.

Никто не видел, как сдерживается Перун. Не смотря на свои же слова, руки его так и чесались вновь запустить в небо золотой палицей. С тем, чтобы покончить с Люцифером.

Никто не видел, как сверкают огнем глаза Симаргала, давнего друга по походам вместе с Меченым. Как холодеют руки Стрибога, и его посеребренный посох готов призвать на помощь самый мощный торнадо.

Никто не видел и как шепчет заклинания Мала, готовая пронзить Чернослава ледяной стрелой в самое сердце. Молодой богине хорошо давалось работа с элементами воды, а точнее — льда. И здесь, в сердце холода планеты, это легко было обратить в силу. Наставнику Громовержцу стоило только слово сказать и юное сердце тут же рванулось бы в бой без раздумия.

Одни хотели помочь, другие добить. Мнения разделились, как у людей в такой ситуации. Взращённые среди людей, боги мало чем отличались от них, когда перестали наставлять старосты родов.

Люцифер нанёс такой силы удар сверху вниз, что Чернослав ощутил, как мгновенно раздробило кости от запястья до локтя. Пальцы обречённо разжались, рука повисла плетью вдоль тела. Чёрный меч перехватила левая рука.

Люцифер был бы сам не свой, если бы рану можно было так быстро регенерировать. Но нет — ткани не желали сращиваться, словно тело перестало слушаться хозяина. Столько гнева-приказа последовало от Арлега, что впитав информацию, атомы не спешили жить, скорее стараясь распасться. Программа на уничтожение лишь замерла, затормозилась, о какой регенерации вообще могла идти речь, если всё тело было поставлено на грань существования между жизнью и смертью.

Враг тут же нанёс ничуть не слабее второй удар. Он уничтожил левую руку до плеча, кости раздробились фактически на крошево, делая руку синюшным куском мертвеющей плоти. Меч вырвало из расплющенных волной-ударом пальцев. Он полетел вниз со скоростью падающей скалы, вонзаясь остриём в лёд и снег так глубоко, словно весил не менее тысячи тонн.

Пробив ледяной панцирь тысячелетий, меч без гарды ушёл под воду Северно-Ледовитого океана до самой земли. И только вонзившись в землю по самую рукоятку, застыл, впрочем, долго ещё согревая вокруг себя воду в бессильном гневе Хозяина.

Чернослав отскочил и поднял голову, разглядывая Люцифера исподлобья. Но Арлег не дал убежать. Две красные змеи сорвались с его наплечников и вонзились выше колен Меченого. Мгновенно он потерял возможность ходить. И если бы не Сила, давно бы свалился с неба. А ноги как осушило, словно вся кровь вытекла из жил…отчасти так оно и было, так как яд неизвестных змей, обратил всю кровь в ногах от кончиков пальцев до тазобедренных суставов в желе. Лишь у пояса удалось остановить действие яда, физически замораживая себе ноги чуть раньше, чем яд добрался бы до сердца.

Люцифер засмеялся, глядя на обездвиженную куклу, во что превратился соперник. Медленно, растягивая удовольствие, он подошел к противнику и показал ладонь, на которой зажглось чёрное пламя. Перепутать это было невозможно. Перед глазами Чернослава застыло пламя низвержение души.

Билет в один конец.

Люцифер был одним из немногих, кто нашёл способ убить бессмертную душу. Миллионы лет экспериментов в частных лабораториях не прошли даром.

Тёмный Арлег показал ладонь богам, торжествуя победе, и направил её в грудь Чернослава.

— Приготовься принять окончательную смерть, Меченый. Исповедь перед полным развоплощением?

— Исповедь? Нет. Мне не в чем прощать себя. Я… я хотел помочь этому миру. И душам. Мой проигрыш лишь говорит за то, что Творец давно не следит за этим клочком мира. Делай то, что должен, лишённый полного имени. Передам Сатане от тебя привет. Скажу, что ты не так уж и ничтожен, как он думал о тебе перед Уходом.

Люцифер зло вскрикнул и занёс руку…

Скорпион поймал руку, появившись возле брата за мгновение до смерти. Чёрный огонь на ладони мгновенно погас. Более того, рука Люцифера перестала существовать до самого локтя, сожжённая в зелёном пламени светлого Арлега.

Люфицер отпрыгнул, зажимая и заращивая кровоточащую рану.

— Я — Скорпиэль! Светлый Арлег, кому было доверено это пространство. Я — потерявший память и вернувший её! — Заявил Скорпион, возвращая одновременно брату ноги и руки. Без яда и боли потери, убирая все негативные воздействия.

— Почему ты вмешался в Исход? — Крикнул разгневанно Перун с возвышенности, подбрасывая и ловя золотую палицу.

— Я — глаза и уши Творца на Земле, его первый и единственный Управитель в этом секторе. Я один из шестнадцати частей единого Алвара, миры творящего. Прочие битвы за это наследие бессмысленны, так как не имеют значения. Я заявляю права на возвращение своего Престола. И готов биться за них с каждым. Кто хочет бросить мне вызов? Ты ли это, Чернослав? — Сергий обернулся к брату.

— Нет. Ты — первый. Меня не приняли в твоё отсутствие. У меня другие дела в прочих мирах. В этом я не задержусь, возвращаю Право тебе. Разве что дарю и эту передачку для Светоносного от нашей общей знакомой. — Ответил Меченый, передавая артефакт-намерение Карны брату и заклинание-на-развоплощение.

Конечно, рук для этой передачи не требовалось. Как в магическом заклинании третьего уровня, достаточно было намерения.

Затем Чернослав прыгнул с неба прямо сквозь толщу льда за мечом, что и не меч вовсе, а частью своей сути. Прыжок этот походил на прыжок пловца с вышки, разве что не водная гладь была под ним, а ледяная пустыня, укрытая снегом. Но Чернослав не ударился головой о лед, а вошёл в неё как в простую воду, преобразовав материю за доли секунд до столкновения.

Меченый скрылся подо льдами, пропав из поля зрения.

— Ты ли это, Перун? Громовержец, беглец, дезертир, возомнивший себя вершителем судеб чужого ему мира? — Вновь спросил Скорпиэль, обращаясь к богу ещё более дерзко, чем брат некоторое время назад.

— Нет. — Сквозь зубы выплюнул Перун. Никто и не заметил, как за его фигурой трое существ, одна из которых держала в руках младенца, исчезли.

— Верно ты, Люцифер? — Вновь обратился с Вызовом Сергий.

Арлег в непонимании застыл. Рука его не восстанавливалась, как и у Чернослава минуты назад. Более того, он не мог остановить действие распада частиц. Информация его биополя была запущена на уничтожение и только. Он мог лишь сдерживать её, замедляя ход действия. Но процесс шёл!

— Я заявлял о себе, не учитывая тебя, — осторожно ответил Светоносный.

— Ты бросил вызов тому, кто занимал Престол по праву. Значит, ты бросил вызов мне, как законодателю этого права и первоприемнику. — Уточнил Сергий и в ладони его появилась синяя спираль, вращаясь и ослепляя того, кто сконцентрировал на ней взгляд. — Так ли это? — Спираль обратилась в шар. Ты вызвал Управителя.

— Это так.

— И ты отказываешься от своего Вызова?

— Отказываюсь.

— Подтверждаешь ли ты, Арлег, что отказываешься от своих слов и намерения? — Вновь спросил Скорпиэль, пылая зелёными глазами.

— Подтверждаю. — Слабо отозвался разбитый Люцифер.

— Тогда я приговариваю тебя к низвержению, как существо, недостойное своего сана. — Неожиданно заявил Управитель. — Ибо слово твоё должно отражать твою суть. Отказываясь от слов своих, ты отказываешься от своей сути. Как глаза и уши Творца на Земле, я приговариваю тебя к каре.

— Ты бросишь меня в низшие миры?

— Я бы рад, но этот шар в моей руке передала Меченому богиня Карна. У неё к тебе накопилось претензий поболее, чем у меня. Пусть он определит твою судьбу.

— Нет… — слабо протянул Арлег, не в силах, однако, отвести взгляда от артефакта смотрительницы судеб.

— Что видишь ты в шаре этом, Люцифер?

— Ничего. Он слепит меня.

— Верно. Ничего. А не видишь ты ничего потому, что судьба твоя уже предрешена. — И Скорпион протянул подарок Карны…

С ладони потянулись тысячи синих нитей, оплетая тёмного арлега с головы до ног. Они в один миг разорвали тело на части и сковали в вечные оковы, но лишь затем, чтобы крепче охватить их и обратить в ничто. Ибо не было души у когда-то созданного лега, ставшего арлегом. Он так и не обрёл её, предпочитая Силы созданного воина небесного воинства рождению и становлению частице высшего Творца.

Скорпиэль дождался, пока артефакт на руке окончательно распадётся и развеял остатки его, как он развеял суть Люцифера без низвержения. Когда-то арлегу удалось избежать этой процедуры, когда заточали Денницу-Сатану, лишив второй божественной частицы «ил» в имени во время второго переворота, когда по недоразумению и закрытию лестницы Восхождения Люцифер стал Третьим Наместником.

Дела былые…

— Перун, ты бог, но не демиург. Ты беглец и предатель воли Рода. Ты и поросль твоя находитесь на Земле моей без разрешения. — Не Скорпион, но Скорпиэль обратил взор свой к возвышенности и богам на ней.

Перун без ответа метнул золотую палицу.

Молодые Боги, как давно взведённая пружина, сорвались в движение-бой, атакуя Управителя.

Старые боги сорвались в ответ.

Глава 4 — Двойник бога –

Лишь трое богов из присутствующих выступили на стороне Скорпиэля. То были Симаргал, Стрибог и Хорс. Боги старые, опытные и не без царя в голове.

Бог огня поймал палицу Перуна на лету.

— Не гоже гостям в хозяев пакостью кидаться! — Взревел он туром. — Мы здесь гости! Ты тем более, Перун.

Бог ветра тем временем отклонил пущенную в Управителя ледяную стрелу Малы.

— Молоко еще на губах не обсохло со старшими спорить! А туда же!

А переходный бог солнца схватил за пояс сорвавшегося было в бой Даждьбога.

— Одумайся, Тарх. Не ты ли вёл людей с этих земель на расселение по всей Асии? И что теперь? Ты объявляешь войну не только им, но самому Владыке Чертога. Под его пятой не только Земля. А никак другие обитаемые планеты осерчают и припомнят потом?

— Старые боги создали людей! — Напомнил бог-покровитель одного из шестнадцати родов. — Не Управитель!

— Создали по Праву, полученному от Наместников, волю Управителя несущих. Поднимая на него руку, ты прерываешь это Право. Он волен будет выбросить нас со своих владений, как метла мусор!

Задумался Тарх, и тут же был сбит с ног Вышенем.

— Предатель! Кого слушаешь? Умри!

Хорс перехватил секиру, едва не перерубившую Дождьбога своим пылающим мечом, слепящим как небольшое солнце.

Крышень пнул в бок, так же сбивая с ног, занёс посох о двух остриях над телом бывшего побратима.

— Не дури, старый! — Закричала, появившись среди прочих Леля, выбивая из рук его странное оружие.

Майа Златогорка, дочь Майи, схватила Лелю за волосы, откидывая назад.

— И ты продалась им?!

Брошенная под ноги Туру, Черновласки и Волкодлаку Серому богиня едва не стала их жертвой, мгновенно оказавшись одна против троих. И лишь пробитый снизу вверх лёд и появление Меченого со дна с черным мечом без гарды оградило её от троицы богов.

Был он при прежних силах и конечности восстановил.

Двое сестер-богинь перепрыгнули ледяную преграду, одновременно атакуя Чернослава с двух сторон. То были Доля и Недоля. Последние дочери Макоши.

Стремительным и мощным был их напор. К ним присоединились Млада. И если бы не появление отшельника Рыси, подставившего меч под магические удары, Меченому пришлось бы нелегко.

— Ты как всегда вовремя.

— Ты воюешь за брата, я воюю за брата. Значит, мы вместе, пусть порой и не сходимся мо мнениях, — легко обронил Рысь, отсекая серию ударов и контратакуя.

Боги Дый, Ван, Дана и Друбан обрушили на них сверху вниз каскад стрел и копий из магии и Силы. Ослепляя не хуже яркого солнца, они полетели в оппонентов… Родослав, Лада, Савелий и Семён подставили щиты и мгновенно оказались в бою.

— Чёрт побери, да здесь веселуха. — Воскликнул довольный блондин, махая обоими артефактами, что мечом, что секирой. — Боги, мать вашу, я не так представлял ваше возвращение. С кем сражаетесь-то? С вашими детьми? Вашими именами мы жили! Вас поминали добрым словом во все времена!

— Почему же мы тогда так слабы, человек? — спросил Зарян, более известный на земле, как Геракл, человек, получивший силы бога не по рождению, но за заслуги, стараясь достать огромного размера молотом до блондина.

— Отрезанные от эгрегора, на что вы еще рассчитывали? Вы ушли на другую планету! — Выкрикнул Савелий, в отвлечении едва не пропустив удар от Вана. Бога мощного, здорового и широкоплечего, больше похожего на ожившего каменного голема.

Перший Вал и Лель, а так же Гамаюн, Алконост и Сирин, что не птицы вовсе, а такие же боги, как прочие, атаковали разом…

Мелькнул свет.

На поляне появились Световит, Мара, Макошь и Сварог.

— Боги Старые… боги Первой волны…родичи, породившие роды белой расы и почти всех богов на Земле… кроме пришлых через Врата сорок тысяч лет назад, — заговорили со всех сторон.

Натиск богов тут же прекратился. Каждый участвующий в битве перестал двигаться, кроме Скорпиэля.

— Перун, что делаешь ты? — Воскликнул в недоумении Сварог. — Почему поднял руку на Управителя?

— Старые боги. Какая честь, — протянул Громовержец. — С чего бы вам спускаться до наших земных проблем? То не ваш уровень!

— Не забывайся, беглец. — Ответила Макошь. — Род прислал за тобой. Ты будешь возвращён на Асгард Великий на суд.

— За что? Я не бросал Управителю Вызов.

— Ты и не смог бы, ибо не имел Права владения по причине своей отрезанности от высших миров в результате побега с Асгарда Великого сорок тысяч лет назад вместе с Велесом и прочими молодыми богами. Разве что Велес со временем получил право молодого демиурга, а ты так и не смог обрести сан даже малого творителя. Поэтому ты отказался бросать вызов Управителю, а не по своей воле, — расставила все точки на i Первая Матерь — Богоматерь.

— Ты обманул нас сорок тысяч лет назад, Перун. — Добавил Световит. — Ты и Велес. Вы даже оставили в дураках Дыя и Живу. Вашими веяниями на Землю проникли серые и распространялись религии. Вы утопили планету людей в крови чисток. Сам ты переиначил заветы Вед, Родоверия, умыв в крови древние Своды и Покон. Вы оба предвестники Ночи Сварога. Только один уже наказан, а второй собрал вокруг себя немало поклонников. И этому я удивлён. Ибо за тобой нет правды. За кем вы идете, безумцы?!

— Молодые боги, я вижу, что ослепли вы. Ваш предводитель пошёл против воли Рода. — Добавила Мара. — Мы посланы, чтобы забрать его и отвести на суд. Всё, кто вступится за беглеца, сами станут изгоями на первой планете богов. Не попечительствуйте Кривде. То обернётся против вас.

— Не вы ли покинули Землю гораздо раньше нас?! — Закричал, ударив о лёд золотой палицей Перун, расшибая ледяную возвышенность до самого основания. — Вы не возьмете ни меня, ни кого-либо другого! — Добавил он, прыгнув от разверзнувшейся воды, заполонившей треснутый лёд.

— Мы ушли потому, что были призваны Родом. — Ответил на выпад Сварог через воды, что отныне разделяли их. — Людские роды крепко встали на ноги, и наше присутствие не требовалось ко «Дню Сварога». Даария ушла под воды и покрылась льдом, но в ней не было уже нужды рассеянным людям. Держава Рас-сея была крепка и велика как никогда, растянувшись от вод Атланта до Земель заката[12], люди мудры и сильны, ибо теперь и сами справлялись с демонами и чудищами и строили вокруг себя гармонию и порядок, готовясь уходить в Правь.

— Но мы приходили, когда люди звали, — добавили разом Макошь и Световит, действительно немало раз побывав на земле, когда прочие боги предпочли скрыться и отсидеться там, где тихо.

— В последнее время я даже жила на Земле, — добавила Мара. Кто-то должен был остепенять аппетит Поднебесной.

— Я сказал — нет! — Добавил стойко Перун. — Уходите вновь. Ваш дом — там. Наш — здесь. Наш новый дом. Мы подарили людям свою луну. Едва не подарили и планету, подставив под удар жертвой. Все для того, чтобы они могли жить, не смотря на ошибку того, кого вы называете Управителем.

— Скорпион ещё не обладал памятью Скорпиэля! — Донеслось от Меченого. — И если бы не его вмешательство, от планеты всё равно ничего не осталось бы уже. Ни людей, ни живой природы. Вампиры, зомби и пресмыкающиеся не оставили от человечества бы ни следа всего за несколько дней. Где был в это время ты, что смеешь клеветать на него?

— Я видел будущее и смог предотвратить катастрофу.

— Мне больно говорить, но ты снова лжёшь, Перун. — Добавил Родослав с горечью в голосе. — Ты отключил Числобога намерено. Благо Чернослав смог рассчитать точное время. Без его поправок твоя планета заняла бы место Земли, которую ты, верно, хотел уничтожить не менее, чем все свалившиеся на неё напасти. А твои речи богам… Зачем ты хочешь уничтожить всех людей, что боготворили тебя и шли за тобой? Они до сих пор почитают тебя как Илью Пророка. Но не пророк ты, слепец. Уходи с нашей земли!

— Люди — вырожденцы. Нет чистоты былой арийской крови. Они смешались с кем только можно: все расы, серые, демоны, животные, низшие сущности — всё прошло через них. Проще обеззаразить этот материал, чем слепить из него что-то стоящее. Эти люди безнадёжно больны. Больной организм умирает. Это не космическая раса.

— А людей ты спросил, хотят они вас видеть здесь или нет? — Донеслось от Кота. На дальнем возвышении появились три сотни сильнейших паранормов отдела. Их забросил сюда Семён и Лада. — И не только людей, но души более совершенные? Да, среди человечества немало вырожденцев, но тому способствуют серые, стараясь всеми путями генетически модифицировать человека, увести от изначальной сути. С помощью еды ли, прививок, новых болезней или пропаганды кровосмешения. Но есть одно но — мы давно выросли и сами решаем свои судьбы. Нам не нужны няньки, но пригодились бы учителя. Мы уже понимаем, что расы разные. Но на учителя ты не тянешь. Тем более на наставника. Уходи или мы обрушим на тебя всю ментальную силу, на которую способны те, кого ты записал в деградирующее племя.

Перун задумался. Боги начали странно поглядывать на него и складывалось впечатление, что только его ответ спасает его от неминуемой расплаты за содеянное.

Когда же на периферии появились несколько тысяч скорпионовцев высших ступеней, выращенных и выпестованных Князем Антисистемы, умеющих быть не только людьми боя, но и витязями, Перун и вовсе нахмурился.

Даниил закричал через озеро:

— Да и про людей не стоит забывать. У каждого есть потенциал, про который вы забываете! Каждый сам выбирает, развиваться или нет. Не стоит всех равнять одной гребенкой!

Армию перекинули Родослав и Леля.

Меченый же просто добавил несколько ракетно-залповых установок класса «Буратино», и пару комплексов системы «Искандер» и С-500 с полными расчетом, готовым к мгновенному запуску ракет по сектору богов с расстояния в десяток километров.

— Остановитесь! — Закричал Скорпиэль, наблюдая, как по обе стороны вновь накопились немало сил, готовые к взаимному уничтожению друг друга. Он не хотел допустить бойни. К тому же среди богов был его сын, которого надо было спасти. Он чувствовал его след. Совсем недавний шлейф.

По поведению Перуна было похоже, что он готов на любые крайности. В том числе уничтожать всё вокруг… Боремира могло зацепить. — Боги, верните мне сына, и я позволю остаться на земле любому из богов, кто согласен жить её заботами, помогать людям и защищать от серых и прочих дурных влияний.

— Какое имеет отношение сын Сергия Корпионова к вопрошающему Скорпиэлю? — Вновь закричал Перун.

Чернослав хлопнул себя по лбу, поняв, что проморгал исчезновение троицы братьев-богов.

— Где это дурачье? — Чернослав ощутил дикое желание перерубить всех троих мечом пополам, но проливать кровь богов не хотелось. Все — родня. Правда одни роднее по душе, другие по крови.

Перун, подойдя к Черносаву, обронил:

— Я буду новым отцом его. Я за него в ответе. Я о нём позабочусь.

— Перун, ты подписываешь себе приговор, — предостерёг Скорпиэль, свирепея. — Отдай мнё ребёнка и прими свою правду. Если бежал ты из Асгарда по какой-то причине — у тебя будет возможность оправдаться. Не позорь богов. Если же ты и там отметился, как недостойный, клянусь, я сам тебя низвергну. То, что Чернослав готовил Люциферу, падёт на тебя! Все мне в свидетели!

— Я не должен оправдываться за свершённое. Я предрекал, что вызовет этот ребёнок великую войну. И вот мы все здесь, а он теперь — причина. Я оказался прав. И жизнь его, а значит, и твоя, Скорпиэль, в моих руках!

— Причина в тебе, слепец!

Перун вместо поднял палицу, видимо рассчитывая на то, что с таким козырем в руках, как заложник из сына Управителя, на него никто не нападёт.

— Значит, такова твоя суть, Перун. — Тихо сказал Сварог, не скрывая печали. — И не прозреешь.

— Горько нам за тебя, старый друже, — добавил Родослав. — Столько битв плечом к плечу и вот, словно лихой человек, прикрываешься младенцем. Стыд тебе и позор.

— Мы увидели достаточно. За все твои злодеяния, от имени Рода ты приговариваешься к низвержению, Перун. — Заключила Макошь.

— Кто скажет слово в защиту бога войны? — Крикнул громогласно Световит. — Напомню, что он укрыл правнука моего, Боремира, и кто вздумает оправдывать пошедшего против Прави бога, станет моим личным врагом.

Ни одна душа не выступила в поддержку Перуна. Боги расступились, отойдя от бывшего предводителя. Бог войны только сильнее прижал к груди палицу.

— Значит, решение окончательное. — Заключила Мара.

Скорпиэль снизошёл с неба на воды образовавшегося озера.

— Перун! Я предлагаю тебе сделку!

— Сделку?

— Ты довольно нашлялся среди среды серых, чтобы во всём найти для себя выгоду во всём. Почему бы нам не заключить сделку, как привычнее тебе? Заключал же ты сделки, когда позволял серым занимать людские оболочки? Почему бы не продолжить идти против совести? Назад дороги все равно нет.

— И что ты мне можешь предложить, Управитель? Не ты ли грозился меня низвергнуть минуты назад?

Глаза Скорпиэля полыхнули зелёным огнём. Стоя на водной глади, он заявил:

— Ты отпустишь вернешь сына, я же дам тебе право молодого демиурга. С ним ты сможешь бросить мне вызов и в случае победы стать Наместником. Если же это окажется под силу тебе, ни один бог не сможет тебя низвергнуть в твоём секторе. Лишь по Праву Вызова. Но кто здесь в силах бросить тебе вызов один на один? Старым богам не нужны володения, не нужны и Старшим, а Молодым, Новым и Суперновым богам же не хватает сил для победы над тобой, пришлый бог. Итак, ты принимаешь условия сделки?

— Прежде дай мне слово, что биться будем один на один. И пусть каждый даст слово, что не вмешается, как в Круг Люцифера и Меченого.

Управитель обратился ко всем:

— Дайте ему слово.

И каждый из присутствующих дал слово, что не будет вмешиваться в бой двоих. Лишь один Чернослав не дал.

— Брат, дай ему слово. Иначе я не спасу сына своего.

— Я не могу позволить ему быть Наместником. У меня армия легов и светочей в высших мирах. Они готовы поднять Землю до нулевого состояния. Со слов Родослава, Совет Миров так же не против дать шанс человечеству вернуть свой мир в исходное состояние. Да сами Старые боги пришли, чтобы помочь нам в этом. Все боги пришли. Наших сил хватит теперь совершенно верно. Но стоит ему поразить тебя, и все наши действия обратятся против нас. Перун не даст согласия на поднятие мира и все останется как прежде. Серые никуда не уйдут с Земли и зачахнут как сам Перун, душой боги. Я ценю твою жертвенность, но на что ты обрекаешь нас? Оно того не стоит.

— Брат… ты думаешь, я позволю себе проиграть?

— Если ты проиграешь, я сам низвергну тебя и буду вечно пытать твою душу! — заверил без тени сомнения Чернослав.

Улыбнулся Скорпиэль.

— Благодарю за поддержку, брат. Я… не проиграю.

— Тогда я даю слово.

Перун кивнул и подошел к Родославу, шепча ему что-то на ухо. Дед с ненавистью посмотрел на старого друга, пробормотал в ответ и застыл.

— Знал бы, что ты таким станешь, не отводил бы руки Иштар, не заступался бы за тебя перед Мизраэлем, не бился бы с Молохом, не…

— Довольно, пустобрех! — Обрубил перечисление былых свершений Громовержец. — Я тоже немало раз спасал твою жизнь. Тем и жили. Но вот судьба развела нас по разные стороны баррикад и с этим ничего не попишешь. Нет больше Книги Рождений и Судеб, чтобы переписать эту быль. Прими как есть.

Оба дуэлянта сошлись посреди быстро замерзающего озера, уничтожая друг друга взорами. Управитель Творца и Бог Войны. На плече Скорпиэля возник Велет — высший тотем Сергия Корпионова. По телу пополз скорпион — низший тотем. Оба полезных, приятных дополнения в бою, где может сыграть решающую роль любая мелочь.

Перун же потерял оба своих равнозначных тотема в столкновении с Лилит. Волки Огонь и Пламя были уничтожены не так давно. Не прошло и месяца. Но он использовал мощный артефакт — Золотую палицу, в то время как у Скорпиэля была лишь собственная Сила.

В этом оба сравнялись.

— Да рассудит вас Круг, — повелела Макошь и битва началась…

Тут же метнул палицу Перун. Скорпион распался водой, опадая в озеро и сливаясь с ним. Быть элементом воды было не так уж и сложно для Управителя всеми силами Чертога. Лишь Велет воспарил в небо, лишившись опоры. Палица сделала круг и воротилась в руки бога бумерангом. Тут же кинул он её вновь, на этот раз целясь в парящего в небе орла. Велет уклонился, упав в облака камнем, но ещё быстрее метнул воротившуюся палицу Перун. На этот раз не успевал так быстро увернуться тотем. И тут же от озера к палице устремилась водная гладь, с огромной скоростью встав фонтаном. И едва вода коснулась палицы, как тут же обратилась льдом, заморозив в застывшем столпе воды и переливающийся светом артефакт.

Скривился Перун, и тут же в левой руке его возник округлый щит, за которым можно было спрятаться от макушки до пят, лишь немного пригнувшись, а в правой руке появился битень[13]. Подставил щит под ноги Перун, словно знал, откуда Скорпиэль нанесёт свой удар. И вовремя — разбил леденеющую водную гладь водный кулак и ударился о щит, подкидывая бога войны вместе со щитом высоко в небо.

Погасил инерцию удара Перун и ударил битенем вниз. От его удара возник воздушный кулак размером с грузовик и обрушился на воду и лёд, высоко поднимая тучи брызг и разбивая ледяной столп. Палица получила свободу, воротившись в руку с надетым щитом.

Перун застыл и грозно сказал:

— Довольно играться, Скорпиэль! Покажись! Я хочу сойтись с тобой рука в руку. Без этих птичек, оружия и магии. Сила на силу.

Силуэт человека показался над водой. Обнажённый по пояс человек призвал Велета и убрал его. Скорпион перестал бегать по его коже.

Перун развеял щит и битень, палица его легла рядом с ногой, тут же проломив лёд и потянувшись на дно. Так как тяжесть артефакта была слишком велика даже для земли, не то, что льда. Поэтому Перун всегда носил её в руке или клал на плечо, когда уставала рука.

Скорпион пошёл по воде навстречу, ступая босыми ногами по глади. Перун навстречу побежал, приготовив для мощного удара кулак, руку, плечо, торс, ноги. Естественно, с широким замахом, с полу-разворотом. Сильный, по-настоящему мощный удар мог быть только от «корней», волной пробегая по всему телу. Прикосновение костяшек кулака по поверхности места нанесения удара было лишь завершением этого удара всем телом.

Скорпион поднырнул под удар, устояв на ногах, когда на тело обрушилась волна от удара бога войны. Кулак просвистел над головой, но инерция тела пустила такую волну, что едва не сбило с ног. В то же время сам Скорпион (а не память Скорпиэля) нанёс свой удар. Короткий, быстрый, но не менее мощный. Открытой правой ладонью прямо в грудную клетку Перуна. А точнее — в сердце.

Едва ладонь коснулась кожи, впилась в мышцы, как тут же остановилась, но инерция волнового удара переломала все рёбра и порвала внутренние органы. Наибольшая же фокусировка удара досталась сердцу бога — оно просто в один момент перестало существовать, разорвавшись изнутри направленным мини-взрывом.

Перун застыл. Застыл и Сергий, глядя через плечо бога, и прекрасно ощущая, как из носа Перуна, глаз его, ушей и рта сочится кровь, падая на лёд и полынью утонувшей палицы.

— Ты… победил, — через силу выговорил бывший бог войны.

— Я должен был. — Ответил Скорпиэль. — Мне не оставили другого выбора. А свой ты сделал сам.

— Я проиграл… в бою… хо-рошая… смерть. — Улыбнулся Перун кровавой улыбкой и припал на колени, затем свалился под ноги Сергию. И его тело приняла вода.

Труп быстро понесло под воду, поближе к палице, что как последний друг бога войны, хотела быть похоронённой только вместе с ним.

— Прощай, Последний Бог Войны. — Обронил Скорпиэль. — Мы слишком от войн твоих устали. Потому у тебя не нашлось ни одного защитника. Как по отступнику, по тебе не будет ни тризны, ни смеха, ни слёз. Тебя развоплотят на том свете Малым Развоплощением законы Карны. Ты не будешь знать повторного рождения с памятью своего опыта, но начнешь жизнь с самого начала. С азов. Ибо рано начал бегать там, где другие только-только учились ходить. То не твоя заслуга. То твоя поспешность.

Тихо и холодно стало всем богам и людям посреди Арктики. Мурашками пробрало всех, словно случилось что-то необычное, пугающее и интригующее. И никто не мог понять причин этому, так как вокруг и так происходило немало интересного.

Родослав появился возле сына и протянул Сергию пеленки…пустые.

— Где мой сын?!

— То мне не ведомо, — вздохнул синеглазый полубог.

— Перун не сдержал слово?

— Сдержал. Он перебросил Морока, Мара и Переплута на Дею и ребенок с ними. Но…

— НО?!

— Но они уже куда-то исчезли, — совсем тихо добавил отец.

Скорпион затих, разглядывая лицо отца, на котором не было ни тени эмоций. Все чувства как будто умерли вместе с Перуном, застывая на дне Арктики холодеющим телом. Скорпион лишь прижал пеленки к себе и прикрыл глаза, стараясь ощутить через них сына.

В глазах его застыли слёзы.

Меченый возвещал, возносясь на небо:

— Время этому миру подняться с колен! Низвержены лживые Наместники. Прошу вас всех помочь мне в силах свершить то, что давно предначертано! Нашими силами и согласием Управителя вместе мы сможем сделать то, что должны были давным-давно!

Сергий кивнул и повёл руками, собирая силы и завершая начатое. В нулевом мире вернуть сына больше шансов. Так с каждого спросится за содеянное.

Воротились на Кавказ скорпионовцы, в кой то веки оставшись без боя. Среди них Даниил «Медведь» Харламов. Утих Кавказ, упокоились Алатырские горы.

База Тень-3 на окраинах строящегося Новоаркаима приняла всех паранормов. Среди них оказался и Андрей «Кот» Ан.

Встали рядом с Сергием Чернослав, Лада, Семён, Савелий, Леля, Родослав, Макошь, Мара, Сварог и Световит, взялись за руки, образовав первый Малый круг.

Тут же второй Большой круг образовали прочие боги.

Все одновременно закрыли глаза.

Началось ДЕЙСТВО…

Третьим Внешним кругом, наиболее большим и многочисленным выстроились в верхнем мире леги, арлеги, светочи, сиречи и родичи.

И продолжилось ДЕЙСТВО…

Два круга спроецировались на третий и оба мира закрепились друг на друга, образуя замкнутые сети, создавая притяжение по краям и по центру.

Мир Энрофа, и лишившись груза деяний Сатаны, Люцифера, демонов и всех богов войны, немало весил для Мироздания. Но напряглись светочи и леги, поднатужились боги, «подставляя плечо», отдали все силы высшие мира Энрофа. Более всех вложились Старые боги, Чернослав и Управитель Творца на Земле.

И пошёл «кверху» мир, обрывая корни зла и беспечности.

И поднялся он вверх, убирая привязки, разрывая почву бесчеловечности, гнева и боли.

И вознёсся Энроф, с минус первого уровня до нулевого по градации Лестницы Восхождения.

И тут же возникли обрушенные коридоры от мира до Лестницы и раздался довольный смех богини Карны, услышанный всеми.

— Ну, наконец-то! То-то я вас заждалась!

Улыбнулись довольные боги.

Улыбнулись обрадованные люди.

Устало вздохнул опустошенный Управитель.

— Впереди ещё много работы, брат. — Похлопал по плечу Чернослав. — Но теперь всё будет хорошо. Мы найдем твоего сына.

— Впервые всё будет так, как должно быть. — Добавил Родослав. — Конечно найдем. Все миры перевернем вверх дном.

— Будет так, как решим. Прочему не бывать. — Заключил Скорпиэль, поворачиваясь к богам. — Всем, кто помогал в поднятии мира, даю я разрешение оставаться здесь сколько надобно для вашего развития. Наш мир вновь открыт… кончился Карантин.

Обрадовались молодые и старые боги.

— Да воссияет солнце нового Утра и осветит нам верные пути. — Улыбнулся Сварог. — Пора нам, Скорпиэь. Ты теперь здесь и сам неплохо справишься. Ты и род твой благословенный и не забудет Род деяния ваши.

— Привет ему от нас, — добавил полушутя Семён. — Пусть больше Единиц не шлёт. — И тут же отвернулся от старых богов, словно и не было их уже, а повернулся к Скорпиэлю, сказав. — Серёга, ты как хочешь, а я в отпуск. С серыми разберемся на следующей неделе. Не раньше.

Рассмеялись Савелий и Родослав. У полубога на это не хватило и жизни. А Савелий знал, сколько сил в это вложил его наставник Слабо.

Лада дополнила.

— Ага, ты ещё выходных потребуй.

— И потребую! — Улыбнулся Семён.

— Ты вон богинь пару-тройку лучше на перевоспитание возьми, а то начнут с банкоматами и трамваями воевать, приняв за духов и драконов! — И Аватар, словно невзначай кивнула на Лелю.

— Я больше не буду! — Смущенно воскликнула богиня. — Он сам на меня понёсся! Рогатый, металлический зверь!

- Ага, и самолёт на тебя тоже сам летел!

Посмеялись боги, глядя, как гоняются друг за другом по небу богиня и Аватар.

Родослав меж тем ткнул Чернослава в бок, обронил, положив руку на расплывающееся в пространстве плечо:

— А ты не так уж и плох для племянника, как мне казалось последние десять тысяч лет. Признаю, был не прав.

— А ты все такой же зануда, — хмыкнул Меченый, — ты скажи, твои цифры на руке тоже пропали?

— Да, едва ты обрушил под Дно Сатану.

— И что ты ощутил?

— Что мой племянник не так уж и плох… Не на словах.

Чернослав впервые за многие тысячи лет рассмеялся.

— Да это и впрямь предвестие Новой Эры, — глядя на брата, обронил Скорпиэль.

По миру покатилась Волна Изменений.

Конец цикла Скорпиона.

Продолжение в цикле «Наследие».

Лето, 2015 года

Примечания

1

Буквально — вливание сил, полный контроль через бессознательное, тотальное подчинение внешней воли, «внешнее подключение с порабощением».

2

Одна из степеней сакрального просвещения

3

Те научные мужи-историки, что полагают, что в пантеоне славянских богов была лишь одна женщина — Матерь, вынужден разочаровать. Богов женского рода было ровно половина. Более того первое время действительно было временем матриархата, так как богиня-матерь вдохнула в роды жизнь. А вот как — подробнее в первом романе «Род» цикла «Предтечи» вскоре.

4

Так называли магов ведизма.

5

Датировка весьма условна по причине другого представления о времени: а) неделя в прошлом состояла из девяти дней. б) планета вращалась быстрей, соответственно в сутках меньшее количество часов. Но сам месяц длиннее.

6

Природные духи

7

В процессе терраморфинга для стабилизации процессов на Земле Сварогу пришлось не только создавать Новую планету Дею, откуда и пошёл глагол «сварганить», но и двигать Землю на более приемлемую для нее орбиту вокруг Солнца в дальнейшем. После последней подвишки год составил привычные 365, 5 дней. Привычные девять дней стали семидневной неделей.

8

Америка

9

Кали Юга.

10

В данном случае — лётчики. Лучшие, первые среди равных летчики и сейчас в русском языке — «асы».

11

Второй уровень — вербальный. Третий уровень, низший — манипуляции телом.

12

Или «Полуденные земли» — современные территории от Аляски по побережью до Калифорнии. Земли до гор Кордильер, за которыми были земли красной расы, впрочем, со временем порабощённые тем же Атлантом.

13

Совр. — кастет.

Content

Степан Мазур
Последнее сказание

От автора

Часть первая: «Реванш»

Глава 1 — Земные редуты -

Глава 2 — Сияние душ –

Глава 3 — Тоннели истории –

Часть вторая: «Серые проблемы»

Глава 1 — Один на всех –

Глава 2 — Свободный от всех –

Глава 3 — Планета змия –

Глава 4 — Первый космический –

Глава 5 — Город асов -

Часть третья: «Двойной удар»

Глава 1 — Леля -

Глава 2 — Планетарный Гений -

Глава 3 — Титаномахия -

Глава 4 — Первый среди равных -

Глава 5 — Камень памяти -

Часть четвёртая: «Войны богов»

Глава 1

Глава 2 — Дела земные –

Глава 3 — Правопреемник –

Глава 4 — Двойник бога –

Примечания