Люси Кинг

Одна ночь с бывшим

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

One Night with Her Ex Copyright © 2014 by Lucy King

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Так. Все. Хватит.

Когда последний, двенадцатый, удар Биг-Бена эхом раздался в ночи и небо взорвалось фейерверками, Кит Бьюкенен залпом выпил оставшееся в стакане виски и посмотрел на восхитительное зрелище сквозь огромное – от пола до потолка – окно гостиничного пентхауса.

Кит подумал о том, скольких усилий стоило ему организовать этот вечер, хотя плодами своего труда он все равно не воспользовался. Уже полночь, и стоит собачий холод, и алкоголь обжигает, а в голове роятся печальные мысли, в довершение всего Киту кажется, что он весь горит.

Он решал очень важный вопрос: ему надо было разобраться с тем хаосом, который творился вокруг него, причем разобраться немедленно.

Он страдал вот уже пять лет. Пять долгих, мучительных, печальных лет. И вот наконец свершилось! Он поборол мучительное чувство вины, которое терзало его и с которым он прожил слишком долго. Угрызений совести и сожалений в его жизни было более чем достаточно.

К тому же ему надоели неудачи в отношениях с женщинами.

Его последний роман закончился, едва начавшись: с Карлой он встречался месяц и порвал всего несколько часов назад, а она нравилась ему больше остальных, но он не мог продолжать отношения, потому что с ним случилась беда.

Кит с грохотом поставил стакан на стол и вызвал по телефону один из гостиничных лимузинов. Потом взял пальто, вышел из номера и вызвал лифт. Все это время он не переставал думать о своих сексуальных проблемах.

Первые несколько лет после развода неспособность проявить себя в постели не беспокоила Кита. Он объяснил себе, что заслужил это наказание после всего, что натворил. Он убеждал себя в том, что это временное состояние. Надо немного потерпеть, он ведь не одержимый сексом подросток, помешавшийся от гормонов.

Но проблема не исчезала, и это начало его беспокоить. Кит стал нервничать, из гордости и боязни унижения он долго не решался что-то предпринять, но наконец, все же стиснув зубы, набрался решимости и записался на прием ко врачу.

Врач заключил, что физически Кит здоров, и предположил, что проблема в его случае психологическая. Он порекомендовал обратиться к психотерапевту, но все оказалось бесполезным, потому что Кит не смог открыться и честно рассказать врачу об отношениях с Лили и о разводе с ней.

После этого Кит перепробовал практически все и даже сам удивился тому, насколько далеко готов был зайти в поисках исцеления. Он читал книги, рыскал в Интернете, обращался к гомеопатии и даже прибегнул к гипнозу, желая заглушить глубокое отчаяние. Но ничего не помогло, и от этого Кит сходил с ума.

Этим вечером, сказав Карле грустное «прощай», он думал о том, не упустил ли еще какую-нибудь возможность. И вдруг его осенило. Он действительно не испробовал один вариант!

Гарантий на успех почти нет, подумал Кит, когда перед ним с тихим свистом распахнулись двери лифта и он шагнул внутрь. Видит бог, вариант совершенно непривлекательный. Но если это единственный путь, то Кит согласен. Он пойдет прямо к той, что, по мнению его врача, может быть причиной его проблем, – к бывшей жене, и выяснит, сможет ли разговор помочь там, где другие средства оказались бесполезны, потому что мириться с недугом у него больше нет сил.

– Ты обручена?

Ища поддержки, Лили облокотилась на кухонный стол. Она гадала, не готовит ли ей вечер еще каких-нибудь шокирующих сюрпризов, и если готовит, то лучше отправиться в постель, как только закончится телефонный разговор.

– Да, – ответила сестра, ее голос дрожал от волнения и радости, которые должны были бы передаться и Лили, но не передались, потому что она больше не питала доверия к институту брака.

– И с кем?

– То есть как это «с кем»? – переспросила Зои. – С Дэном, конечно!

– Но я думала, вы расстались. – Свободной рукой – другая прижимала к уху мобильный – Лили вылила остатки шампанского в бокал и сделала глоток.

– Расстались.

– Ты разве не говорила, что это к лучшему?

– Говорила. Я тогда действительно так считала.

Лили поставила бокал и нахмурилась. Она пыталась найти смысл в словах сестры.

– Так что же случилось?

– А случилось сегодня! – ответила Зои и мечтательно вздохнула, что ей было совершенно несвойственно. – Он сам меня нашел!

– Ты где? – Судя по громкой музыке, едва не заглушавшей голос сестры, она находилась не дома, что было необычно: Зои, как правило, все вечера проводила уютно устроившись перед компьютером.

– Я на вечеринке.

– На вечеринке? – эхом откликнулась Лили. Ее асоциальная сестра в принципе не любила куда-то выбираться, а вечеринки для нее были сущим наказанием.

– Знаю, – сказала Зои, и в ее голосе слышалась радость, – ты не поверишь. Я и сама не очень верю! Но это не важно. Дэн появился примерно час назад, спас меня от слишком навязчивого танцевального партнера, а потом сказал, что понял, каким был идиотом, и элегантно извинился. Это было очень романтично. – Последовала пауза. Зои, видимо, погрузилась в приятные воспоминания. – А потом он сделал предложение, – добавила она мечтательно. – И я сказала «да».

И все? Несколько мягких, волшебных слов – и Зои сломя голову бросилась в объятия Дэна? Это не похоже на ее рациональную сестру, однако, видимо, именно так все и было.

Хм. Вечер неожиданно стал очень неуютным.

– Но ведь на Рождество ты сказала, что не простишь Дэна, даже если он будет последним мужчиной в мире и приползет к тебе на коленях.

– Разве?

– Именно так.

– Ну, это было тогда, – весело ответила Зои, будто это не она впадала то в отчаяние, то в ярость, будто и не было двух недель грусти и слез, которым так сочувствовала Лили. – Но теперь-то все хорошо, и мы обручены. Разве это не здорово?

Лили сделала еще один большой глоток шампанского. Она вовсе не была уверена в том, что все здорово. Плавали, знаем. Может, она и не старшая из двух сестер, зато точно самая опытная в том, что касается брака. Последние полчаса ее терзали живые и очень неприятные воспоминания. Непродолжительный и очень бурный опыт подсказывал, что в случае с семейной жизнью ожидания не соответствуют действительности.

– Но ведь вы знакомы всего пару месяцев…

– Три.

– Тебе не кажется, что ты торопишься?

– Ты вышла замуж через шесть, – напомнила Зои.

– И посмотри, что из этого вышло! – мрачно ответила Лили. Меньше чем через два года брак с Китом распался. Она вышла замуж поспешно и потом сильно страдала.

– Дэн не Кит, – возразила Зои. Судя по голосу, она уже начала защищаться.

– Надеюсь, что так.

– А я не ты.

– Это правда, – согласилась Лили и подавила вздох. – Ты умнее и мудрее меня. И старше. Но понимаешь ли ты, на что идешь?

– Прекрасно понимаю, – ответила Зои с тихой уверенностью, какой Лили от нее раньше не слышала. – Он лучшее из всего, что случалось со мной. Так что порадуйся за меня, Лил. Пожалуйста.

Просьба была такой мягкой и искренней, что Лили вдруг ощутила вину и угрызения совести. Что она делает? Портит самый счастливый вечер в жизни Зои – и все из-за чего? Из-за того, что последние полчаса с раздражением думала о себе и о своем неудачном опыте. И какая она после этого сестра?

Потерев переносицу, Лили закрыла глаза и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

Они с Китом не справились, но это не означает, что у Зои и Дэна ничего не выйдет. Возможно, брак сестры будет из тех, что длятся долго. Зои классная, Дэн классный, так что, может, все получится. Лили слышала, что такое бывает.

Да, ее вечер испортился, неожиданно нахлынули воспоминания о приятных моментах брака, а за этим последовали угрызения совести и сожаление о том, что пошло все не так, но это не дает ей права отравлять счастье Зои.

Решительно взяв себя в руки, Лили сказала:

– Я рада за тебя.

– Правда?

– Правда, – уверенно ответила Лили. – Извини, что сначала приняла все в штыки. Просто это было неожиданно, и я немного растерялась. Вот и все. Мои поздравления! Надеюсь, нет, знаю, вы будете счастливы вместе.

– Спасибо! Мы обязательно будем счастливы!

В голосе сестры слышались радость и надежда; сердце Лили сжалось.

– Я тебе, кажется, даже немного завидую. Самую малость, – сказала она, потому что прекрасно понимала, как Зои себя чувствует. Головокружительное счастье. Не сходящая с лица улыбка. Предвкушение будущего…

– Ты в порядке, Лил?

– В порядке, – ответила Лили и с досадой отметила, что голос немного дрожит.

На другом конце линии раздался резкий вдох и звук от шлепка ладонью по лбу.

– Вот черт! Сегодня же у вас годовщина!

Это была бы уже седьмая. Ну, не то чтобы Лили считает…

– Да, но это не имеет совершенно никакого значения.

– Конечно имеет! Боже, прости, пожалуйста! А я-то болтаю про Дэна, помолвку и все такое!.. Это ужасно грубо. Мне следовало бы прежде подумать.

Лили пожала плечами так, будто ее это ни капли не беспокоило, что в общем-то было правдой. Обычно.

– Да забудь.

– Хочешь поговорить об этом?

– Нет.

– Уверена?

– Вполне. – Ей не то что говорить – даже думать не хотелось о своем браке, но этим вечером избежать таких мыслей никак не удавалось.

– Ну ладно. Позвони мне, если вдруг захочешь. В любое время. Я серьезно.

Лили знала, что сестра не шутит. После развода Зои очень ей помогла, и теперь, оглядываясь назад, Лили даже не могла себе представить, как справилась бы без нее.

– Спасибо. Буду иметь в виду.

– Ладно, я пойду. Уже поздно, а тебе рано утром улетать…

– Да, точно. – При мысли об отдыхе на лице Лили расцвела улыбка. Уже много лет у нее не было отпуска, и теперь она не могла его дождаться. – А тебе сейчас надо не со мной по телефону разговаривать, а обниматься с Дэном.

– На это еще будет много времени, я надеюсь. И потом, он пошел за нашими пальто. А мне хотелось, чтобы ты первой обо всем узнала.

Улыбка Лили стала шире.

– Спасибо. Ты же понимаешь, что я заставлю тебя рассказать обо всем в деталях, когда вернусь?

– Ты еще пожалеешь, что сказала это!

– Никогда! Я хочу знать каждую…

Звонок, гулко раздавшийся в тишине дома, оборвал ее на полуслове и заставил подпрыгнуть.

– Что это? – спросила Зои.

– В дверь звонят, – ответила Лили, и ее улыбка поблекла, а настроение испортилось от мысли о том, кто это может быть. – Мне пора.

– Ты уверена, что стоит открывать? Уже так поздно! – забеспокоилась Зои. Теперь она говорила как старшая сестра. – Я понимаю, первый гость[1] и все такое, но ты совсем одна, и уже далеко за полночь…

– Не переживай, это, наверное, Ник, – ответила Лили, с неохотой оттолкнулась от стола и направилась в холл. – Он забыл шарф.

Она написала ему сообщение о том, что положит шарф в почтовый ящик, но Ник, видимо, несмотря на ужасное завершение вечера, не захотел так долго ждать и, посчитав, что риск того стоит, решил зайти.

– Кто такой Ник?

В голосе Зои слышалось любопытство, и внутри у Лили все сжалось, потому что Ник уже стал историей, к сожалению.

Интересный, умный, веселый и симпатичный мужчина, он сумел заставить ее рассмеяться. Они встречались всего три раза, но Лили уже готова была перейти на следующий уровень, потому что Ник казался ей совершенством. Оригинальная личность, красавец и вдобавок к этому, насколько ей известно, не хочет детей. А еще у него нет проблем с общением, и он не заставляет ее сердце биться чаще.

По мнению Лили, последние характеристики делали Ника идеальным партнером, потому-то она и пригласила его провести канун Нового года вместе.

Первая часть вечера прошла легко, в полном соответствии с планом. Ник пришел ровно в девять с бутылкой шампанского и теплой улыбкой. Она стала еще теплее, когда Лили предложила ему довольно богатое меню. Четыре блюда, винтажное шампанское, домашние шоколадные конфеты – все было призвано соблазнять!

Следующие несколько часов они провели за столом, оживленно болтали и отчаянно флиртовали… Это было многообещающе. Потом они перебрались на диван в гостиную, чтобы выпить кофе с конфетами перед камином, и в полночь Ник наклонился, чтобы поцеловать Лили.

И в этот момент все пошло наперекосяк. Часы отбивали двенадцать, Ник придвигался все ближе и ближе – и вдруг Лили вспомнила о дне своей свадьбы.

Она не вспоминала о нем уже много лет, но на шестом ударе часов в ее голове возник образ: они с Китом танцуют, обнявшись, и желают друг другу счастливого Нового года. Картинка была такой яркой, будто все это происходило вчера.

Лили была не рада воспоминанию – и не только потому, что оно возникло в самый неподходящий момент… Она заморгала, пытаясь отогнать воспоминания, а Ник немного отодвинулся назад и спросил, не попало ли ей что-то в глаз.

Она тут же перестала моргать (это все равно не помогало) и приказала себе полностью сконцентрировать внимание на мужчине, который сидел рядом и опять наклонился к ней для поцелуя.

Лили посмотрела ему в глаза, чтобы понять, какой оттенок зеленого лучше всего подойдет для их описания, провела рукой по его русым волосам и опустила взгляд на губы, но ничего не помогло. Через секунду она поняла, что думает о бывшем муже, представляет, как смотрит в его глаза цвета горького шоколада, как проводит рукой по его густым темным волосам и целует его в губы.

По ее телу пробежала волна желания, она вся размякла, а пульс участился вдвое.

Все это расстроило Лили. Во-первых, потому, что она знала: это желание никак не связано с Ником, а во-вторых, потому, что последние пять лет она старалась избегать подобных мыслей и, естественно, была совершенно не рада им теперь. Она непроизвольно отодвинулась в тот самый момент, когда их с Ником губы соприкоснулись.

Ник удивился, в этом не было никаких сомнений. Он сел прямо и, нахмурившись, спросил, в чем дело. Смущенная и раздосадованная, Лили смогла в свое оправдание лишь пробормотать, что еще не готова к таким отношениям.

Трудно сказать, кто из них был больше удивлен, когда она вскочила с дивана и сунула Нику в руки его пальто.

Он ушел без шарфа. Лили так старалась выпроводить гостя, что проглядела это. Она думала, они больше не увидятся, но теперь, выходит, встретиться все же придется. Н-да, вот так завершение новогоднего вечера!

– Да не важно, – пробормотала она. Не было смысла рассказывать Зои про Ника после того, как вечер испорчен, а вместе с ним и идеальные в перспективе отношения.

Зои фыркнула.

– Не важно? И это все, что я получаю в ответ?

– Ага.

– Гм. Кажется, когда ты вернешься, нам с тобой нужно будет поговорить не только о моей помолвке.

Лили пробормотала что-то неразборчивое.

– Ладно, – ответила Зои. – Удачного тебе завтра полета. Держи меня в курсе.

– Хорошо. Позвоню тебе, как доберусь. И, Зои, еще раз поздравляю. Я рада за тебя. Правда.

– Спасибо. Спокойной ночи.

– Пока.

Лили дала отбой и со вздохом бросила телефон на столик, где лежал шарф Ника, дожидаясь, пока его засунут в конверт и опустят в почтовый ящик. Она взяла шарф и сквозь замерзшее стекло входной двери посмотрела на темную мужскую фигуру.

Черт, а ведь она возлагала на Ника такие надежды! Почему именно этим вечером воспоминания о Ките и о свадьбе пробились сквозь крепкие – как Лили казалось – стены, что она возвела? Долгие годы у нее прекрасно получалось не думать о браке, так почему же теперь в голове все мысли только о нем?

Может, дело в том, что она впервые проводит день годовщины наедине с мужчиной, а не в толпе на танцполе? Может, дело в том, что она трезва как стеклышко, а не пьяная в стельку?

И почему она не смогла подавить воспоминания и чувства даже после того, как Ник ушел? Почему они снова и снова бесконечной чередой возникали у нее в мозгу? Вот Кит целует ее перед алтарем, вот протягивает кусок свадебного торта, вот они танцуют, обнявшись… За воспоминаниями о том, что она чувствовала в тот день, пришли воспоминания о том, как все стало плохо после нескольких месяцев головокружительного счастья.

Накатила новая волна эмоций, голова у Лили закружилась, горло сдавило, и от боли, пронзившей тело, подкосились ноги.

Что ж, если это Новый год, то Лили больше не станет встречать его одна или вместе с мужчиной. В следующий раз рядом с ней будут сотни гуляк и море алкогольных коктейлей.

Сделав неуверенный вдох, она приказала себе собраться. Надо просто открыть дверь, протянуть руку с шарфом, еще, возможно, извиниться и попытаться все объяснить.

Потом можно забраться в кровать, укутаться одеялом и попытаться уснуть до будильника, когда придет пора занять себя подготовкой к перелету и рабочему дню.

Ничего сложного.

Взяв себя в руки, она расправила плечи, открыла замок и приклеила на лицо улыбку, потом повернула ручку, широко распахнула дверь, подняла взгляд – и замерла.

Приветствие застыло у нее на губах. Извинения испарились. Улыбка исчезла, а тело и разум пережили шок. Потому что мужчина, который стоял на пороге, притопывая от холода ногами и потирая замерзшие руки, был не Ник. И не первый гость.

Это был Кит.

Глава 2

На мгновение Лили утратила способность двигаться. И дышать. И думать. Она могла только смотреть на него.

Сердце бешено стучало, кровь отлила от лица, и голова кружилась, Лили никак не могла осознать тот факт, что Кит, мужчина, сделавший Лили самой счастливой и самой несчастной, мужчина, с которым она не общалась последние пять лет и о котором непрерывно думала последние полчаса, стоит перед ней.

Из всех сюрпризов, которые ей преподнес вечер, этот был самым неожиданным.

Не до конца уверенная в том, что Кит не плод ее воображения, разыгравшегося этим вечером не на шутку, Лили зажмурилась. Крепко. А потом тряхнула головой. Но Кит по-прежнему стоял перед ней, высокий, широкоплечий и невероятно красивый. Как всегда.

Нет, даже лучше, чем обычно, подумала она, оглядывая его, пока собиралась с мыслями. Он изменился за последние пять лет. По крайней мере, внешне. Стал крупнее и импозантнее. Ему всего тридцать два, но седина уже пробивается в темных волосах на висках, а в уголках губ и глаз залегли тоненькие морщинки.

Он казался более жестким и циничным, чем Лили его помнила, но в этом, пожалуй, нет ничего удивительного. После разрыва она ему немало насолила.

Не то чтобы внешний вид Кита и его отношение к жизни имели какое-то значение… Нет, Лили уже давно оставила все это в прошлом. И уж конечно она прекрасно обошлась бы без встречи с ним этим вечером. Да и не только этим вечером.

– Счастливого Нового года, Лили. – От теплого дыхания в холодном ночном воздухе остались маленькие белые облачка пара. Глубокий голос Кита эхом раздался в теле Лили и зажег внутри ее крошечный огонек, от которого стало теплее.

Этого только не хватало! Вот проклятье!

Сказав себе, что надо оставаться холодной и сосредоточенной и что иммунитет у нее не только к взглядам, но и к голосу, Лили затоптала в себе огонек, выпрямила спину и спросила:

– Какого черта ты тут делаешь? – Она была слишком взволнована из-за всего произошедшего и слишком раздражена из-за вспыхнувшей искорки для того, чтобы следить за словами.

Кит удивленно поднял брови в ответ на ее грубость.

– Ждешь кого-то?

– Да.

– Кого же?

– Хозяина вот этого. – Она подняла шарф.

Кит взглянул на него и нахмурился.

– Хороший, – сказал он, заметив, что это дорогой кашемировый шарф.

– Очень. – И Лили имела в виду не только шарф.

– Он сейчас едет сюда?

– Сомневаюсь.

– Тогда можно мне войти?

– Зачем?

– Ну, во-первых, на улице ужасно холодно. – Кит поднял повыше воротник пальто. – А во-вторых, мне надо с тобой поговорить.

– О чем? – Лили считала, что они уже давно все друг другу сказали.

– Впусти меня, и я тебе объясню.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Почему же?

Лили нахмурилась. Действительно хороший вопрос. Разумных причин не впускать Кита в дом не было. Много лет назад они, опустошенные и грустные, развелись без взаимных упреков и оскорблений. От усталости не было ни сил, ни желания воевать друг с другом.

Когда они подписали бумаги, Лили испытывала только одно – облегчение. К тому моменту их больше ничто не связывало, а у отношений не было будущего.

Так что, если подумать, она должна широко улыбнуться, отступить назад, жестом пригласить Кита внутрь и выслушать его.

Но всему мешал чертов огонек, который упрямо не хотел тухнуть. Чем дольше Лили смотрела в глаза Кита, тем ярче разгоралось пламя. Одного этого было достаточно для того, чтобы послать бывшего мужа куда подальше: в первый раз все началось с такой же искры, а Лили не собиралась разжигать из нее огонь.

Так что внутрь ему нельзя.

– Извини, я занята, – сказала она решительно.

Кит с сомнением посмотрел на нее:

– В полпервого, в новогоднюю ночь?

– Да.

– И чем же ты занята?

– Не твое дело. Приходи завтра. – Ее к тому времени уже не будет дома.

– Я бы предпочел разобраться со всем этим сейчас, если ты не возражаешь.

– Возражаю.

– Мы можем хотя бы поговорить?

Лили подавила желание закатить глаза. Вот ирония! Их брак распался именно из-за нехватки общения, а теперь Кит хочет поговорить?

– А у нас это когда-нибудь получалось? – спросила она с неприкрытым сарказмом.

Обдумав этот вопрос, Кит вздохнул и коротко кивнул.

– Укор, кажется, справедливый. Хорошо, тогда просто выслушай меня.

– Не помню, чтобы из этого хоть раз выходило что-то путное.

– Это не значит, что и теперь ничего не выйдет.

Лили скрестила руки на груди и подняла подбородок вверх.

– И не значит, что выйдет.

Кит нахмурился и провел обеими руками по волосам. Он даже не пытался скрыть, что непреклонность Лили его раздражает.

– Послушай, Лили, пять лет прошло. – Кит явно старался сохранить контроль и над своим терпением, и над своей злостью. – Ты правда думаешь, что мы не сможем вести себя как разумные, рациональные взрослые люди?

Разумные и рациональные? Ха! Здравый смысл никогда не оказывал большого влияния на их отношения, поэтому неприкрытое обвинение в неразумности и нерациональности сильно задело Лили.

– О, я-то смогу! – сказала она.

– И я смогу, – ответил Кит, и у нее перехватило дыхание от его напряженного взгляда. – Почему же ты тогда против разговора? Тебе даже это не по плечу? Ты что, совсем не изменилась?

Вопросы сыпались один за другим. Лили вздрогнула, ужаленная обвинением в том, что она не может даже поговорить, и вынужденно признала – в аргументах Кита есть смысл.

Она действительно изменилась. Больше не было двадцатичетырехлетней спонтанной и немного зацикленной на себе любительницы приключений, которая не знала, как справляться с тем, что преподносит жизнь. Лили стала ответственной, успешной, серьезной, более зрелой и при этом не разучилась веселиться.

А раз изменилась она, то, может, изменился и Кит? В конце концов, Лили ведь читала, что он воплотил в жизнь свою мечту – стал владельцем сети отелей класса люкс, а значит, преодолел все препятствия и направил амбиции, которые она в нем видела, в нужное русло.

Судя по обрывкам сведений, которые доходили до нее (нет, она не наводила справки о нем), его теперь считали хладнокровным и безжалостным дельцом с хорошо развитой интуицией, уверенным в себе человеком, который никогда не делает неверных шагов. Так что он, возможно, даже научился общаться.

И да, как он сказал, уже прошло пять лет.

Может, зря она упорствует? Ее поведение похоже на ребячество.

Ведь могут же они вести себя как цивилизованные люди, даже несмотря на неприглядную историю в их прошлом, правда? Они могут поговорить, спокойно пообщаться, не скатываясь при этом в воспоминания с горькими обвинениями, болезненными оскорблениями и бессмысленным перекладыванием вины друг на друга, да?

Она, пожалуй, даже обязана его выслушать. В тяжелые дни, последовавшие за разводом, Лили анализировала их совместную жизнь и поняла, что практически не слушала Кита. И если он теперь пришел к ней, это, наверное, важно для него.

К тому же, если она продолжит сопротивляться, Кит может подумать, что она по-прежнему переживает из-за их разрыва, а Лили этого вовсе не хотела.

Да и на улице холодно, как в Арктике!

– Ладно, – пробормотала она. – Только уже поздно, а мне рано вставать, так что у тебя десять минут, не больше.

– Спасибо!

Черты его лица разгладились, и он широко улыбнулся. От этого у нее внутри все перевернулось, сердце на мгновение замерло, а искорка вспыхнула ярче прежнего. Все это напомнило Лили о том, что следует быть осторожной. Очень-очень осторожной.

И начинать надо прямо сейчас, подумала она, делая шаг назад и с опаской глядя на то, как Кит проходит мимо. Она отступила, чтобы не коснуться его, закрыла дверь, и вдруг ей почудилось, что холл, который всегда казался ей большим, вдруг сжался до размеров шкафа и вызвал у нее приступ клаустрофобии.

– Проходи, – сказала Лили, ее голос предательски дрожал. – Гостиная справа.

Кит послушно прошел в гостиную. Лили положила шарф Ника на стол и пошла следом, с каждым шагом пытаясь убедить себя в том, что волноваться не из-за чего. Она ведь уже давно оставила в прошлом и брак, и Кита, так что ее странная реакция вызвана шоком из-за его внезапного появления.

Она встала у камина подальше от Кита и стала наблюдать за ним. Он расстегнул пальто, снял его, положил на подлокотник дивана, а потом выпрямился, засунул руки в карманы джинсов и огляделся.

В камине весело потрескивал огонь. Лили видела, что Кит заметил вмятины на диванных подушках, пару кофейных чашек на низком журнальном столике и в глубине, за открытыми дверьми, разделявшими пространство, стол, который явно был накрыт для романтического ужина на двоих.

Взглянув на эту сцену глазами Кита, Лили поняла, как все выглядит, и даже обрадовалась тому, что еще не начала убирать.

А еще она обрадовалась тому, что так и не зажгла свечи, не приглушила свет и не включила медленную сексуальную музыку, которая доносилась бы из колонок, встроенных в потолок по углам комнаты.

Правда, Лили предпочла не задумываться над тем, почему все это так ее обрадовало.

– А ты тут развлекаешься, – заметил Кит, и по его тону стало ясно, что он недоволен.

Это было грубо. Право высказывать мнение о поступках Лили Кит утратил после того, как переспал с кем-то из отдела по связям с общественностью в отеле, где он работал. Их брак тогда уже разлетелся на осколки.

Подавив воспоминания, Лили заставила себя многозначительно улыбнуться.

– Да, – пробормотала она мягко и мечтательно, будто ужин уже превратился в нечто большее.

К ее удовольствию, Кит напрягся.

– Мужчина с шарфом?

– Да.

– Твой бойфренд?

Нет, к сожалению.

– Это, – ответила Лили, – не твое дело.

– Боже правый, да мы, кажется, обороняемся! – неодобрительно воскликнул Кит.

– Предпочитаю другую формулировку: мы защищаем частную жизнь, – заявила Лили, на мгновение задумавшись над тем, что мешает ей рассказать правду о Нике.

– Да-да, я помню, как ты это делаешь, – ответил Кит, и в тот же момент в голове Лили возник образ: они с Китом скрытые, как ей казалось, от посторонних глаз за деревьями, вдвоем в его автомобиле.

Они возвращались с вечеринки в кабриолете Кита, было жарко, как бывает только в конце лета. Кит что-то сказал, Лили не расслышала и, когда повернулась к нему, чтобы переспросить, вдруг испытала такой прилив желания, что все мысли улетучились из головы. Кит был умопомрачительно прекрасен, загорелый, смеющийся, с ветром в волосах, уверенный, и Лили, сведенная с ума желанием, велела ему остановиться.

Она буквально прыгнула на него, когда он притормозил в удобном укромном местечке. Кит не возражал. Их губы встретились, их руки срывали мешавшую одежду, они были так поглощены друг другом, что не заметили туристов, шедших по дорожке. Кит и Лили не обратили внимания на спешивших мимо людей.

Только когда Лили оторвалась от Кита, села рядом с ним и посмотрела вперед, она поняла, что произошло. После этого унизительного опыта Лили всегда настаивала на том, чтобы заниматься любовью в помещении.

Ей было непонятно, почему Кит вдруг решил напомнить о том происшествии. Лучше бы он этого не делал. Она прекрасно обошлась бы без воспоминаний и без волны жара, которой ее обдало.

И уж конечно она могла прекрасно обойтись без понимающего многозначительного взгляда Кита, который, очевидно, прекрасно знал, что творится у нее в голове.

Может, и хорошо, что Кит думает, будто у нее есть бойфренд. Если ее иммунитет окажется не таким сильным и если разговор продолжится в том же русле, бойфренд будет прекрасным средством устрашения и защиты.

Лили отогнала от себя воспоминания.

– Ну, это только начало, – сказала она с неизвестно откуда взявшимся спокойствием, – я имею в виду нас с Ником. Пока что все идет хорошо.

– Замечательно, – ответил Кит, но звучало это так, будто думает он совершенно иначе.

Отведя взгляд, он посмотрел на бокалы, стоявшие на кофейном столике, и нахмурился.

– Это что, наши?

Эти высокие и узкие хрустальные бокалы под шампанское были свадебным подарком. После развода они пять лет пролежали у Лили на чердаке, завернутые в пузырчатую пленку.

Лили не знала, почему решила достать их, однако это решение однозначно было неудачным: каждый раз, когда она подносила бокал к губам, в голове у нее проносилась череда горько-сладких воспоминаний о том, как они с Китом вместе пили шампанское.

– Понятия не имею. – Лили небрежно пожала плечами, не желая признаваться.

– Похоже, наши.

– А это имеет какое-то значение? – спросила она.

– Имеет, если ты пьешь из них с другим мужчиной. Это меня задевает.

Она поборола желание фыркнуть и обратилась к внутренним запасам спокойствия.

– Ты мог бы забрать их себе. Только об этом надо было думать, когда мы делили имущество. Ты тогда не проявил к ним никакого интереса.

Кит кивнул, потер рукой подбородок и грустно ей улыбнулся.

– А пожалуй, следовало бы. Впрочем, насколько я помню, мне тогда было слишком тяжело из-за того, что мы расстаемся, и меня не волновало, кто что получит.

Лили с удивлением уставилась на него, всю ее показную холодность как ветром сдуло.

– Тебе было тяжело?

– Конечно. А тебе разве не было?

– О да! Я была просто в отчаянии. Впрочем, помню, меня тогда переполняло чувство облегчения.

Кит опять кивнул:

– Да, было такое.

Повисло молчание, они сидели и смотрели друг на друга. Было слышно лишь, как тикали антикварные часы из красного дерева на каминной полке. В голове у Лили все мысли почему-то были только об одном: неужели Кит был так же расстроен, как и она? Может, они слишком рано развелись? Может, надо было приложить больше усилий? Может, следовало дать друг другу еще один шанс?

Часы пробили три четверти первого, и она резко остановила себя.

Нет. И миллион шансов не имел бы никакого значения, ведь еще до того, как зашел разговор о разводе, еще до того, как вскрылась измена Кита, они утратили способность общаться и прошли в отношениях точку невозврата.

К горлу подступил комок, Лили постаралась привести мысли в порядок и взяла себя в руки. Тяжело сглотнув, она примостилась на буфет, встроенный в стену слева от камина.

Пожалуй, лучше сконцентрироваться на настоящем, на той причине, что привела Кита сюда. И подумать о том…

– Как ты узнал, где я живу? – спросила Лили с любопытством. В ней проснулись подозрения: после развода она несколько раз переезжала, прежде чем купить этот дом.

– Я уже давно знаю адрес.

– Это не ответ.

– Неужели?

– Ты следил за мной?

– Время от времени.

– Но зачем?

– Даже не знаю.

Лили не понимала, как реагировать.

– Я должна чувствовать себя польщенной?

– Вовсе нет.

– Почему ты просто не позвонил? – Раз у него есть ее адрес, то, значит, есть и номер телефона.

– Знаешь, по телефону так сложно…

– Написал бы письмо по электронной почте.

– Не хотел ждать.

– У тебя, кажется, трудности.

– Ты даже не представляешь какие… – пробормотал Кит.

– Ты прав, понятия не имею, – ответила она заносчиво, будто совершенно не испытывала к нему сочувствия.

Кит улыбнулся ее задиристому тону.

– Здесь мило, – одобрил он.

– Спасибо.

– А ты хорошо справляешься.

Она справляется не просто хорошо, а очень хорошо. После развода она бросила работу в сфере маркетинга и открыла свое дело, попросив сестру – фактически единственного человека, которому могла доверять, – развивать его вместе с ней.

Это ее и спасло тогда, собственное дело. Она принадлежала ему, а оно – ей. Успех, который пришел к ним с сестрой, был неожиданным – и приятным, конечно.

– Пожалуй, да. Ты, я думаю, тоже.

Улыбка Кита поблекла. Склонив голову набок, он посмотрел на Лили так, что ей стало не по себе.

– Да, несмотря на все твои попытки мне помешать.

У нее внутри все сжалось. Когда Кит сорвался и признался в измене, Лили изрезала его костюмы, поцарапала ему машину, а потом разослала во все организации, которые он хотел привлечь в свое дело в качестве инвесторов, письма, а в них, не стесняясь в выражениях, объяснила, что за человека эти организации поддерживают. Это, конечно, создало для Кита определенные затруднения, если можно так выразиться.

– Ты пришел за извинениями? – спросила она. На ее взгляд, это было маловероятно, но все же вполне возможно.

– А что, я мог их получить?

Лили закусила губу и кивнула.

– Мог.

Кит удивленно поднял брови.

– Серьезно?

Она равнодушно пожала плечами, будто ощущение вины не мучило ее долгие месяцы.

– Ну, как ты сказал, уже прошло пять лет, и я, оглядываясь назад, понимаю, что совершила нечто недопустимое.

Кит пристально посмотрел на нее, и она, к своему неудовольствию, почувствовала, что краснеет.

– Пожалуй, у тебя были на это причины, – признал он и потом добавил: – По-настоящему недопустимую ошибку совершил я.

На несколько долгих мгновений установилась полная тишина, и воздух стал гуще от возросшего напряжения. Лили совершенно не хотелось, чтобы прогремел взрыв.

Можно было бы заняться болезненным анализом их брака, только зачем? Время залечило раны, а шрамы разговорами не сотрешь. Разбирать по косточкам их отношения Лили сейчас хотелось меньше всего на свете, ей и без того было плохо. К тому же в свое время она потратила на это много сил и поняла, что сама немало сделала для разрыва, но теперь не собиралась рассказывать об этом.

Да и Кит, скорее всего, пришел сюда не для того, чтобы ворошить былое.

– Так почему теперь, Кит? – спросила она. – После стольких лет. И что за срочность? Почему ты здесь в первый час новогодней ночи?

Кит потер подбородок и принялся мерить шагами комнату. Лили показалось, что он нервничает, и это было странно, потому что она прежде не видела его в таком состоянии. Даже когда они ждали результаты бесконечных тестов на беременность, это Лили была как комок нервов, грызла ногти и почти дрожала от страха и надежды, а Кит сидел с каменным выражением лица.

– Можно мне выпить? – вдруг спросил он, резко остановившись и повернувшись к ней.

Лили отвлеклась от своих размышлений и поднялась.

– Конечно. Прости. Что бы ты хотел?

– Что угодно. Желательно покрепче.

Она подошла к бару, взяла бутылку бренди и наполнила бокал. Кит выпил его залпом, и в ней проснулась тревога.

– Все так плохо, да? – спросила Лили, слегка нахмурившись. Ее решение оставаться сильной и отрешенной испарилось, когда стало ясно, что Кит волнуется сильнее, чем она думала.

– Все очень плохо.

– Ты болен? – Лили обхватила себя за плечи.

– Не совсем, – пробормотал Кит.

– Что это значит?

Она протянула бутылку Киту на тот случай, если ему вдруг захочется еще, но он покачал головой и поставил бокал на стол. Потом выпрямился, провел руками по волосам, нахмурился и, уставившись в одну точку на полу, пробормотал:

– Все очень сложно.

Лили убрала бутылку в бар и сдавленно вздохнула. С Китом всегда все было непросто. Впрочем, и она сама далеко не «мисс простота». Не умея ни говорить, ни слушать и почти не зная друг друга, они не могли быть вместе. У них не было ни единого шанса.

– Ладно, Кит. – Лили подошла к дивану. Она надеялась: этот опыт не будет слишком травмирующим и ей не придется жалеть о том, что не настояла на своем и не прогнала Кита, когда была такая возможность. – Хочешь поговорить – говори.

Глава 3

Если у Кита и были какие-то сомнения по поводу того, что его проблема связана с бывшей женой, то все они испарились, едва Лили села на диван.

По пути к ней Кит говорил себе, что напрасно тратит время. Почему разговор с Лили поможет там, где все другое оказалось бессильно? И чего именно он от нее ждет? Прощения? Понимания? С чего он решил, что она поймет его и простит сейчас, ведь она отказала ему в понимании и прощении тогда, много лет назад?

Да ее и дома-то, скорее всего, нет, думал он. Лили – тусовщица, а сейчас главная праздничная ночь года.

Но мягкое золотистое сияние в просвете между задернутыми занавесками означало, что Лили дома. Кит опасался этой встречи, но своего водителя домой он все же отослал, потому что отступать не собирался, раз уж сумел зайти так далеко.

Эта же мысль – и предчувствие того, что он скоро избавится от своей напасти, – удержала его на крыльце Лили, когда она пыталась его прогнать.

Только эта мысль помогала ему игнорировать и ее нежелание общаться с ним, и ее периодически обнажавшиеся шипы, и раздражение, то и дело мелькавшее в ее взгляде, и свою собственную не пойми откуда взявшуюся неприязнь к ее новым отношениям.

Все слова, все намеки и напряжение, сопровождавшие разговор последние полчаса, – все это отошло на второй план, на первом стояли необходимость заставить Лили слушать и надежда на то, что проблема Кита вот-вот разрешится.

Однако, когда Лили села на диван, устроилась поудобнее и закинула ногу на ногу, отчего платье поднялось вверх и обнажилось бедро, все мысли улетучились из головы Кита.

Он вдруг вспомнил, как крепко она обнимала его ногами за талию, когда они занимались любовью, и как прикасался губами и руками к ее мягкой коже. Внезапно на него обрушилась волна желания, такая мощная, что все его тело содрогнулось. Он заметил блеск ее зеленых гипнотизирующих глаз, чудесное сияние ее волос и божественные изгибы тела, обтянутые невероятно узким платьем.

Окинув Лили взглядом, Кит дернулся, будто его ударило током. Давно дремавшие нервные окончания завибрировали, а голова вдруг так сильно загудела от желания, что он тут же забыл, о чем говорил. Он даже своего имени не мог вспомнить.

А Лили однозначно ждала, пока он прервет затянувшееся молчание. Она скрестила руки, отчего груди сдвинулись вместе и приподнялись над линией декольте.

Кита это движение очаровало. Его рот увлажнился, пульс ускорился, а колени подогнулись, ему захотелось схватить ее и повалить на пол. Чтобы все было как во время их первой встречи.

Лили тогда поехала с друзьями покататься на лыжах. И Кит тоже. Она совершенно профессионально неслась вниз с горы, а он стоял внизу и любовался ею. У подножия она оступилась и влетела в него, отчего они упали в сугроб.

Запыхавшиеся и ошарашенные, секунду они просто лежали, пытаясь отдышаться, и их сердца бились в унисон. Спустя мгновение, все еще лежа на Ките, Лили, с сияющими глазами и румяными щеками, стала извиняться, но встретилась с ним взглядом, и извинения замерли у нее на губах.

Это было чистым безумием, но страсть сделала свое дело, несмотря на лежавший вокруг холодный снег: жар и желание вспыхнули между Китом и Лили, и через несколько секунд они начали целоваться, буквально впившись друг в друга. Кит даже забыл, что они на публике.

Теперь он вспомнил, какой Лили была в постели до того, как все пошло наперекосяк, – дикой и податливой, горячей и несдержанной. От воспоминаний его кровь вскипела, и через несколько секунд Кит почувствовал, что тверд, как гранит, и ощутил небывалое возбуждение.

Здорово, подумал он. Все его тело пульсировало, выступила испарина. Пять лет эта его часть не функционировала должным образом, пять долгих пресных и печальных лет! А теперь один взгляд на бедро Лили, один намек на нежную, соблазнительную ложбинку между ее грудей – и вот, пожалуйста! Либидо вернулось вместе со зверским возбуждением.

Кит засунул руки в карманы, чтобы не дать им стянуть с Лили платье и чтобы скрыть тот эффект, который она на него оказала.

– Ну так что? – спросила Лили, и Кит уставился на ее губы.

Ему отчаянно хотелось узнать, такая же она на вкус, как прежде, или нет.

Впрочем, очень вовремя вернулся здравый смысл, и Кит понял, что это невозможно. И причин на то достаточно. Лили его бывшая. Он не думал о ней в таком ключе уже много лет. Она, вероятно, до сих пор его ненавидит. А он не уверен в том, что она ему нравится. К тому же у Лили есть мужчина.

Ему следует уйти. Прямо сейчас. До того, как он утратит над собой контроль и совершит что-то, о чем потом пожалеет. А это вполне возможно, если принять во внимание его продолжительное воздержание и то давление, под которым находились его тело и разум.

– Мне пора, – произнес он хрипло и резко.

Удивленная, Лили уставилась на него.

– Что? Пора? Почему?

– Ты была права, нам не о чем разговаривать.

А сколько было чепухи про то, что надо вести себя как разумные, рациональные, цивилизованные и взрослые люди, подумала Лили. Прямо сейчас Кит этим характеристикам точно не соответствует.

– Ты уверен?

– Уверен.

Она нахмурилась:

– Ты в порядке, Кит? Ты будто бы из-за чего-то расстроился вдруг.

Кит сделал над собой отчаянное усилие, надеясь взять под контроль бушевавшую внутри его бурю.

– Я в порядке.

– Не похоже.

– Не обращай внимания, Лили.

– Я не могу в это поверить, – сказала она. – Ты правда выглядишь не очень хорошо.

– Как-нибудь переживу.

Когда выберется отсюда и найдет время и возможность разобраться со всем, что происходит, он будет в порядке. Вероятно.

Резко поднявшись с места, Кит схватил пальто и стал его натягивать.

– Подожди, – тут же выпалила Лили. – Я что-то не то сказала?

От волнения, звучавшего в ее голосе, Кит смутился еще сильнее:

– Нет.

– Значит, сделала?

Заметив краем глаза, как она закусила губу и нахмурилась, он со стиснутыми зубами подавил в себе желание наброситься на нее и зацеловать до смерти.

Нет, это просто кошмар! Почему она? Почему именно сейчас? Кит спрашивал себя об этом, а его сердце бешено стучало. За последние несколько лет он встречался с дюжиной разных женщин, красивых, умных и веселых. Многие из них были так же красивы, как Лили, а некоторые – даже красивее. Так что же, черт побери, сейчас происходит?

– Нет, видимо, я действительно что-то не так сделала, – сказала она, резко встала, шагнула вперед и оказалась так близко к Киту, что могла бы до него дотронуться.

Кит тут же шарахнулся.

– Не надо, – бросил он.

Лили замерла. Побледнела. Нахмурилась. И спросила:

– Что происходит, Кит? – Ее голос задрожал.

– Ничего. – Почему она просто не заткнется и не позволит ему собраться и уйти?

– Неправда!

Кит ее проигнорировал. Может не верить сколько ей угодно. Ему все равно. Он уходит.

Не желая тратить время на пуговицы, он повернулся и пошел к выходу, но, прежде чем успел пересечь холл и выйти в спасительную темноту холодной ночи, Лили проскользнула вперед и встала перед ним, лишив его возможности сбежать.

Он замер. Лили уперлась руками в бедра и придала лицу такое выражение, которого Кит прежде не видел. Судя по всему, она не собиралась отпускать его без объяснений, а он не собирался их давать. Если она не отступится, придется ее просто отставить в сторону.

– Отойди, Лили.

– Нет, – сказала она. Ее глаза блестели в мягком, приглушенном свете холла. – Ты заявляешься в первом часу нового года, прилагаешь столько сил, чтобы добиться разговора, и вдруг не хочешь разговаривать? Ты заставил меня волноваться, я никуда тебя не отпущу в таком состоянии. Так что давай выкладывай, в чем дело.

Теперь точно пора двинуть вперед, отставить Лили в сторону и сбежать. Так подумал Кит. Но тогда придется подойти совсем близко и прикоснуться к ней, заключил он. А это может кончиться тем, что Кит не отставит Лили в сторону, а прижмет ее к себе и разденет.

И он обругал себя за то, что счел разумной идею встретиться с Лили. А потом также тихо обругал и ее. Какого черта она придает всему этому такое значение? Почему бы ей просто не отпустить его? Какая ей разница, что творится у него в голове?

И раз уж зашла об этом речь, то почему он сам придает всему этому такое значение? Почему так бурно реагирует на то, что с ним случилось?

Ему бы порадоваться: проблема, кажется, решена, он «исцелен». Ему бы поблагодарить Лили, направиться в ближайший бар и найти там кого-нибудь, с кем можно на время забыться. Или, может, даже позвонить Карле.

И не важно, что Лили его до сих пор привлекает. В этом нет ничего удивительного. Связавшая их страсть всегда вызывала мгновенную, пламенную и невероятно мощную реакцию. Даже когда они были на грани разрыва, измученные всем тем, что между ними происходило, эта страсть продолжала действовать.

Но что, если его чувства к Лили – это не просто влечение, а нечто большее? Что, если проблемы в постели с другими женщинами в последние пять лет не связаны ни с чувством вины, ни с самоистязанием? Вдруг Кит просто по-прежнему привязан к своей бывшей жене?

Ему казалось, что он оставил Лили в прошлом много лет назад. Но в тот самый момент, когда они встретились, она забралась к нему под кожу, проникла в его кровь, как лихорадка, быстрая, опасная, смертельная. И неизлечимая. Так что, вероятно, она по-прежнему там. Под его кожей. В его крови. В давно забытом уголке сердца.

Наверное, именно поэтому он следил за ней, и поэтому его так раздражали ее новые отношения. Вот только что он решил напомнить ей о том хорошем, что объединяло их, и намеренно намекнул на тот случай в лесу.

Возможно, она тоже до сих пор что-то чувствует, думал Кит, мысли в его голове крутились с бешеной скоростью, его сердце тяжело билось. Она ведь вздрогнула, когда он пришел, и покраснела, когда он напомнил о сексе на свежем воздухе.

Несмотря на исходивший от нее холод и на колючий взгляд, Кит заметил, что Лили учащенно дышит. Видимо, над их страстью время не властно, как не властно оно и над привязанностью и доверием. Кит по-прежнему нравится Лили, а она нравится ему. И вероятно, для нее это тоже что-то значит. Пожалуй, Киту следует разузнать об этом побольше.

Его голова кружилась от желания. Он сделал два шага вперед, оставив позади здравый смысл и последние крохи контроля над собой, и остановился в пятнадцати сантиметрах от нее, так близко, что мог чувствовать тепло ее тела и ее запах.

– Этот, как его там… Он действительно твой бойфренд? – спросил Кит, глядя ей в глаза. У него во рту пересохло, он весь напрягся.

Лили зажмурилась, застигнутая врасплох.

– Ник? – спросила она. Дыхание у нее сбилось, а жилка на шее пульсировала.

– Да.

Глаза Лили расширились.

– Так все из-за этого, Кит? Ты не смог смириться с тем, что я живу дальше и все такое?

– Возможно, – пробормотал он, подозревая, что это правда, какой бы обескураживающей и неожиданной она ни казалась.

Лили прищурилась, потом расправила плечи и бросила на Кита полный негодования взгляд.

– Но это грубо! Ты не имеешь больше права указывать мне, что делать! И уж точно ты не имеешь права комментировать моих мужчин!

– Знаю, – ответил Кит хрипло.

– В любом случае неужели это так трудно – поверить в то, что мы с Ником действительно встречаемся?

– Вовсе нет.

– Хорошо.

– Но это меня ужасно расстраивает.

Она изогнула бровь и склонила голову набок.

– Неужели? И почему?

Ее вызывающий тон, энергия, с которой она говорила, убили остатки терпения Кита, и он почувствовал, что теряет контроль над собой.

– А вот почему. Да, это кажется мне безумием, – начал Кит, он пытался сдержать себя, и от этого его голос охрип, – да, нас с тобой тянет груз, который мог бы потопить целый лайнер, да, мы не видели друг друга пять лет, но я, несмотря на все это едва сдерживаюсь от того, чтобы не обнять тебя и затащить в постель. Меня останавливает только одно: у тебя есть мужчина, но и это волнует меня все меньше и меньше. В общем, если у тебя есть инстинкт самосохранения и если ты не испытываешь того же, что и я, лучше сделай шаг в сторону и дай мне уйти.

Когда смысл сказанного дошел до Лили, у нее закружилась голова, и сердце забилось быстрее. Кит хочет затащить ее в постель? Не ослышалась ли Лили? Нет, наверняка ослышалась, ведь в этом нет никакого смысла. Это близость Кита так сильно повлияла на ее тело и разум, что она все поняла неправильно.

До этого дня Кит ничем не выдавал своего желания, даже наоборот, был холоден и абсолютно безразличен к ней. Именно такого поведения и стоило ожидать. Они не виделись пять лет и, кажется, даже не испытывали друг к другу привязанности.

Но нет, подумала Лили, с удивлением глядя на Кита, ей не послышалось, и он действительно сказал, что хочет с ней переспать. Она читала это в его темных глазах, пылавших подавленным желанием, она чувствовала это в его теле, излучавшем тепло и дрожавшем от напряжения.

И хотя это могла быть всего лишь мужская зависть, неудачная попытка пометить территорию или что-то вроде того, на одно короткое безумное мгновение Лили захотела отбросить осторожность, обвить руками шею Кита и слиться с ним воедино, потому что у нее давно не было отличного секса, и она скучала по нему гораздо сильнее, чем готова была признать.

Но Лили затоптала желание и, стиснув зубы, осталась верна себе. Она потратила пять лет жизни на возведение стен, чтобы защитить себя от мужчин, которые, как и Кит, могли вызвать в ней смятение чувств, и теперь не позволит разрушить эту линию обороны тому, из-за кого она и возводилась. Лили научила себя смотреть вперед, а не назад, а Кит не вписывался в ее настоящее, не говоря уже о будущем.

В любом случае спать с Китом ей не хочется, сказала она себе твердо. Он остался в прошлом, у нее теперь к нему иммунитет. И вообще это оскорбительное предложение вызвало у нее лишь шок и отвращение.

Особенно если подумать, что Кит пришел сюда специально ради этого… Лили нахмурилась, когда эта мысль пришла ей в голову. Так ли это? Действительно ли он решил ее соблазнить?

Что ж, если так, подумала она, сгорая от негодования, то это ужасно. Если он и в самом деле собирался это сделать, то она с радостью воспользовалась бы возможностью отмотать время назад и хлопнуть дверью перед носом у Кита, когда он только заявился к ней на порог.

– Ты хочешь затащить меня в постель? – Лили старалась говорить язвительно, но получалось у нее не очень хорошо.

– Очень сильно.

– Почему?

– Тебе обязательно это знать?

– Обязательно, – сказала она сухо. – Тебе нужна компания на новогоднюю ночь, Кит?

– Возможно.

– Похоже, ты действительно в отчаянии, раз пришел сюда.

– Да.

– Так в чем дело? Вспоминаешь старые добрые времена и прежних знакомых?

– Не знаю, что это, – пробормотал Кит и провел руками по волосам. Как и Лили, он казался сбитым с толку. – Я пришел сюда не для того, чтобы переспать с тобой, но тем не менее очень хочу этого.

– А я нет, так что мечтай, дорогой, о том, чего никогда не будет.

Кит кивнул:

– Хорошо. Тогда отойди в сторону и дай мне уйти.

– Да, пожалуйста.

– Ты стоишь на месте.

– Я сейчас отойду.

И не отошла. К ее ужасу, ноги не слушались.

Лили запаниковала и почувствовала, как покрывается холодным потом.

Почему она не отпускает Кита? Почему не отходит в сторону, не распахивает дверь и не выпроваживает его? Почему по-прежнему стоит на месте, сомневаясь, и борется сама с собой?

О нет, подумала она. Почему простое решение вылилось в борьбу? Почему она сомневается? Она ведь хочет, чтобы он ушел, так ведь? Ей не важно, что привело его сюда, правда? Он уже давно в прошлом. Разве нет?

Кит замер, как леопард, готовый к прыжку.

– Ты тоже до сих пор это чувствуешь, да?

– Чувствую что?

– Влечение.

– Я не понимаю, о чем ты, – ответила Лили. Впрочем, она была неискренна.

– Нет, понимаешь.

– Все, с меня хватит, – сказала она, скорее чтобы убедить в этом себя саму, а не Кита.

– Правда?

– Не сомневайся.

– Тогда почему ты стоишь на месте?

– Потому что ты мне мешаешь.

Он сделал шаг назад, но, к ее ужасу, способность двигаться к ней не вернулась. И Кит это знал: Лили видела это по блеску в его глазах. Ее захлестнула паника.

Что, если Кит не в прошлом, как Лили казалось? Что, если Кит по-прежнему много значит для нее?

Если бы Лили забыла Кита, ей не пришлось бы каждый новый год напиваться, чтобы спастись от воспоминаний, так ведь? Тогда Лили было бы несложно пить из их свадебных бокалов, она не боялась бы умопомрачительного секса и не вступала в отношения исключительно с теми мужчинами, на которых не реагирует ее тело.

Если бы Кит был забыт, то Лили не задело бы то, что он пришел к ней исключительно ради секса.

– Ты хочешь знать, что я думаю, Лили?

– Нет, – тихо ответила она.

– Ты вовсе не в прошлом для меня, как и я для тебя.

Лили прочистила горло и попыталась вернуть себе самообладение.

– Можешь думать что заблагорассудится.

– Ты можешь искренне сказать, что не хочешь меня?

Нет.

– Да.

– Я тебе не верю.

– Жаль.

– Я тебя хочу.

– Ну, мы не всегда получаем то, чего хотим.

– Неужели? – пробормотал Кит.

Она стиснула зубы. Чего бы ни хотел Кит, чего бы она сама ни хотела, секс стал бы катастрофой ужасающих масштабов, и Лили не собиралась на это идти.

– Нет.

Кит подошел ближе, он не сводил с нее взгляда, и она почувствовала, что ее решимость и иммунитет к нему рассыпаются.

– Ты уверена в этом?

Сердце Лили бешено стучало.

– Вполне. – Увидев хищный блеск в глазах Кита, она добавила: – Что?

– Я думал о тебе, и ты это знаешь.

Лили пожала плечами, будто ее это совершенно не волнует, но внутри у нее все трепетало.

– Правда?

Он кивнул – его глаза блестели – и сделал шаг вперед.

– И очень много.

– А я совсем о тебе не думала.

– Правда?

Лили кивнула:

– Правда. Ни разочка.

– Ты не помнишь, как все было?

– Я помню только конец наших отношений.

– Трусиха.

Кит прикоснулся рукой к ее волосам, а его взгляд скользнул на губы Лили, и она невольно вздрогнула.

– Если поцелуешь меня, то потом пожалеешь об этом. – Но это, кажется, Кита не остановило.

Он склонил голову набок, его глаза были темными, как ночь. От этого напряженного, полного желания взгляда у Лили перехватило дыхание.

– На такой риск я готов пойти, – прошептал Кит, и, прежде чем Лили успела подумать о сопротивлении, он положил руку ей на затылок, притянул к себе и прикоснулся губами к ее губам.

Глава 4

Лили пыталась держать глаза открытыми, а рот – закрытым, правда пыталась. Но Кит пробудил в ней знакомые ощущения. Тепло его губ и его запах лишили ее способности сопротивляться, и через секунду Лили поймала себя на том, что подчиняется пьянящему желанию, охватившему ее тело.

Ее веки задрожали и опустились, и она застонала, когда язык Кита с дьявольскими намерениями скользнул к ней в рот. Пламя, которое Лили чувствовала раньше, вспыхнуло с новой силой, и ее ноги подкосились.

Ей больше не хотелось отталкивать Кита. Она вцепилась в его рубашку, чтобы притянуть его ближе к себе. Несмотря на все то, что они пережили вместе, и все то, в чем она много лет пыталась себя убедить, ей не хватало Кита. Ужасно не хватало.

Лили могла сколько угодно убеждать себя в том, что ей не нужно это пламя внутри, но, боже, как же она по нему скучала! Пьянящая, горячечная лихорадка простого, страстного желания без страха и душевных терзаний, которые омрачали последние месяцы брака! Лили скучала по такому желанию, примитивному, чистому, животному.

Когда Лили уже стало казаться, что она рухнет на пол или упадет в объятия Кита, он оторвался от ее губ и поднял голову.

– Так вы встречаетесь или нет? – Его голос был хриплым, дыхание сбилось, а глаза сверкали.

Она посмотрела на него – ее сердце билось в бешеном темпе – и почувствовала, что снова поддается его чарам точно так же, как в тот момент, когда взглянула в его глаза у подножия горной трассы в Италии.

И чем дольше Лили смотрела на Кита, тем сильнее кружилась ее голова от эмоций, которые так долго заглушались и теперь наконец вырвались на свободу. Любовь, ненависть, радость, отчаяние, желание…

И недоумение. Неужели долгими одинокими неделями, месяцами и годами после развода Лили надеялась на это? Неужели ждала, что Кит найдет ее и придет? Неужели она пять лет жила ложью? И если да, то о чем это говорит? Что она безумна? Что ей повезло? Что она безнадежный случай?

И вообще, что все это значит? Кит по-прежнему испытывает к ней что-то кроме сексуального влечения? Нечто большее? Может, их до сих пор связывают какие-то чувства? Есть ли у них второй шанс?

В голове теснились мысли, сердце бешено стучало… Лили позволила эмоциям заглушить голос разума, громко призывавший ее быть осторожнее.

Разговоры, анализ, вероятно, сожаления и, возможно, надежда – все это можно отложить, а сейчас она просто хочет Кита.

Дрожа от волнения, с бешеным пульсом, Лили сделала неровный глубокий вдох и сказала:

– Несмотря на все то что я говорила до этого, Ник не мой бойфренд и никогда им не будет.

Кит был напряжен от волнения и желания и ждал пощечины, так что даже не сразу понял, что Лили сказала.

А когда его шокированный мозг наконец смог это переварить, Кит ему не поверил. Он не решался признать, что риск окупился.

И все же, кажется, так оно и есть, несмотря на все странности: вот она, стоит и не двигается, не поднимает руку для того, чтобы его ударить. Ее грудь тяжело поднимается и опускается, ее глаза сияют, и она смотрит на него так, как смотрела в самом начале их отношений. От такого взгляда у Кита всегда начинала кружиться голова, он переполнялся теплом и желанием.

Они знали, что совершают ошибку. Они понимали, что через многое прошли, и если начнут сначала, то только сделают хуже и сами отбросят себя назад, но это больше не имело значения.

Кит тонул в волне желания, которая уже давно не накрывала его, вожделение пульсировало в нем, заглушая все чувства и все мысли, кроме одной: ему нужно это, ему нужна Лили. Очень нужна. Он изголодался по ней. И, судя по тому, как она отвечает на поцелуи, ей его тоже не хватало.

Не давая Лили времени на то, чтобы передумать, Кит одним быстрым движением обнял ее и прижал к стене. Он поставил руки по обеим сторонам от головы Лили, а она обвила его шею, их губы встретились и языки сплелись. В голове у Кита потемнело.

Он никогда не встречал женщин, которые целовались бы лучше Лили, которые бы отдавали все, что у них есть, и раскрывали все свои чувства. Ее поцелуи всегда были пьянящими, они и теперь сводили его с ума. Знакомые, жаркие, они разбудили пламя в Ките. А тихие стоны и ее податливость только подлили масла в огонь.

Кит провел рукой по волосам Лили и склонил ее голову набок, чтобы поцелуи были глубже и горячее. Лили охотно откликнулась на это.

Спустя несколько долгих и жарких минут Кит откинулся назад и взглянул ей в глаза.

– Ты уверена, что хочешь этого? – прошептал он.

– Нет. – Лили все еще была в смятении, она дышала хрипло и неровно. – А ты?

– Нет, черт побери.

– Тогда что мы творим? Что это?

– Кто знает? – Он скользнул рукой вниз по ее подбородку и погладил большим пальцем нижнюю губу. – Страсть, которой невозможно сопротивляться. Притяжение, которое нельзя отрицать. А может, проклятие.

– Наверное, ты прав.

– Хочешь остановиться?

Это убьет его, но если у Лили есть какие-то сомнения, он не станет ее винить.

– Даже не думай об этом!

Она притянула голову Кита и еще раз его поцеловала. И все сразу стало прекрасно, потому что Лили начала постанывать – знакомые воодушевляющие звуки, которых Кит не слышал уже много лет, – и раздевать его. Она забралась под пальто, вытащила из-под пояса джинсов рубашку и подняла ее наверх.

Он чувствовал нетерпение Лили, но оно не шло ни в какое сравнение с его желанием. Она прикоснулась к его обнаженной спине, и его словно окатило мощной волной страсти. Кит не мог больше ждать.

Он прервал поцелуй – они оба тяжело дышали, – опустил руки ей на бедра, поднял вверх платье и стянул с нее трусики, почувствовав, что она уже влажная и готова его принять. Он отпустил ее на мгновение, чтобы она могла отбросить их в сторону, и занялся своим ремнем. Расстегнуть его дрожащими руками было невероятно сложно.

– Давай я, – прошептала Лили, оттолкнула руки Кита в сторону, расстегнула ремень и быстро справилась с пуговицами джинсов.

Когда ее рука скользнула к нему в трусы, там все было твердое, как камень, и уже почти болело от напряжения. Кит застонал.

– Достаточно, – прошептал он и убрал руку Лили к себе на шею.

– Скорее, – ответила Лили с такой поспешностью, что Кит едва не утратил над собой контроль.

– Держись за меня.

Она сделала, как он ей сказал: обняла его руками за шею и обхватила ногами его талию. Кит поднял ее, прижал спиной к стене для опоры и с облегчением, объятый жаром и желанием, вошел в нее.

Оказавшись в ее влажном тепле, он застонал от удовольствия.

Лили, закинув голову назад, тоже стонала. Кит был на небесах.

Она двигалась, рай приближался, и Кит вдруг понял, что у него большие проблемы. Ему хотелось насладиться моментом, убедиться в том, что Лили каждое мгновение вместе с ним. Но этого у него не было уже давно, так давно!.. Если она сейчас же не прекратит, то он утратит над собой контроль.

– Замри, – сказал Кит хрипло, сжимая бедра Лили в надежде остановить ее.

– Не могу ничего с собой поделать, – простонала она, сжала его крепче и придвинулась ближе.

Кит стиснул зубы. Он чувствовал неровное дыхание Лили, чувствовал, как она сдавливает его ногами, слышал ее короткие стоны, и самоконтроль покидал его.

– Остановись, Лили!

– Нет, мне слишком хорошо…

Она пошевелила бедрами, пробудив тем самым в нем примитивное желание, которое он не мог ни понять, ни обуздать. Его голова кружилась от жажды обладать и укрощать. Его сердце стучало тяжело, а внутри было слишком много вожделения, слишком много напряжения – слишком много всего. И под натиском этих чувств сопротивление Кита пало.

Под звуки стонов и вздохов Лили он стал бездумно двигаться, все быстрее и жестче, не в силах ни остановиться, ни замедлиться.

И когда давление, сковывавшее нижнюю часть его тела, стало невыносимым и когда ему стало казаться, что он вот-вот взорвется от напряжения или умрет от божественного наслаждения, вокруг все исчезло.

С громким стоном Кит изверг в нее семя, и казалось, что блаженная пульсация длилась вечно.

Это жаркое сексуальное приключение закончилось не так, как хотелось бы, подумала Лили, когда Кит в изнеможении прижался к ней. Ее сердце бешено колотилось, дыхание сбилось, а тело болело от неутоленного желания насладиться Китом.

Но это ничего. Встать ей надо только в семь часов утра, а восстанавливаться после бессонных ночей она умеет хорошо, у нее большой опыт. К тому же потом ее ждет десятичасовой перелет, во время которого можно отоспаться, да и Кит, остаток ночи старающийся для нее, стоит любой усталости.

– Извини, – пробормотал он, уткнувшись ей в шею. Из-за этого его голос звучал сдавленно.

– Не переживай, – мягко ответила Лили, поглаживая его по затылку и улыбаясь в предвкушении того, что ее ждало.

– Да как я могу из-за этого не переживать? Со мной такого с шестнадцати лет не случалось. Я даже пальто не снял!

Гордость проснулась в Лили, когда она вспомнила самозабвенность, с которой Кит отдался ей.

– На моем месте любая подумала бы, что у тебя просто давно этого не было.

– И была бы права.

– Правда? И сколько времени прошло? – Он точно не превзойдет ее восемнадцатимесячную паузу.

Не то чтобы Лили хотелось думать о толпе его девушек, но отрицать их существование было глупо: Кит прекрасен, вот-вот войдет в какой-нибудь список самых богатых людей и вдобавок к этому одинок, если верить колонкам сплетен, которые Лили конечно же не читает. В общем, у такого мужчины, как Кит, всегда есть компания.

Он вздохнул, и его теплое дыхание защекотало кожу Лили.

– Пять лет.

Она замерла в удивлении и перестала поглаживать его затылок.

– Что?

– Не заставляй меня повторять это.

– У тебя не было секса пять лет?

– Да. Ни разу после нашего развода.

– Правда?

Кит поморщился:

– Ты думаешь, я бы стал такое придумывать?

Нет. Да и кто бы стал?

Ей вдруг стало плохо. Кровь похолодела, тело стало деревянным, а горло сдавило.

И это случилось вовсе не потому, что Лили вновь поддалась чарам бывшего мужа. И не потому, что ей хотелось продолжения и она чувствовала твердую плоть Кита внутри себя.

Нет. И дрожь, и боль, и желание выгнать к черту Кита из себя и из своего дома – все это возникло из-за того, что Лили вдруг поняла: последней сексуальной партнершей Кита была, скорее всего, та самая его коллега, к которой он пришел, когда их брак уже лежал в руинах.

Эта мысль вызвала целый поток воспоминаний. И опустошенность, которую Лили испытала, когда Кит рассказал ей о случившемся. И острую боль от того, что ее предали. И страдания, и крушение иллюзий, и признание того, что между ними действительно все кончено…

Поток воспоминаний был бурным и стремительным. Лили ощутила набиравшую силу волну эмоций и почувствовала, что сейчас рассыплется на кусочки. Ей пришлось сглотнуть, чтобы избавиться от комка, подступившего к горлу. Как можно было сделать такую глупость? Как можно пять лет возводить стену вокруг себя, а потом с такой легкостью ее разрушить? Лили снова упала в объятия Кита. О чем она только думала? Почему так мало сопротивлялась? Почему решила, что у них получится начать все сначала? Да почему она вообще захотела этого?!

Не глядя на Кита – Лили не знала, что он мог увидеть в ее глазах и на лице, – она опустила платье и пригладила рукой растрепавшиеся волосы.

– Лили? – спросил Кит с волнением. Он явно почувствовал – что-то изменилось.

– Что? – ответила она отстраненно, ища взглядом свои трусики и краем глаза заметив, как Кит приводит одежду в порядок – заправляет рубашку в джинсы.

– Ты в порядке?

– В порядке.

Кит прикоснулся рукой к щеке Лили, но она отпрянула, будто он ее ударил. Нахмурившись, Кит убрал руку.

– Что не так?

– Думаю, тебе лучше уйти.

Лили нужно было время, чтобы осмотреть раны и шрамы, которые только что были содраны.

– Не уйду, пока не скажешь, в чем дело.

– Ни в чем, – спокойно ответила Лили. – Ты получил что хотел. Теперь уходи.

Этот колючий тон заставил Кита побледнеть.

– Извини, что не смог сдержаться.

Как будто ее именно это расстроило.

– Забудь.

– Нет.

– Слушай, я была не права, – сказала Лили, скрестив руки на груди и посмотрев на Кита. – Это ошибка, ужасная ошибка, которую нам не следовало совершать. И теперь я действительно хочу, чтобы ты ушел. Пожалуйста.

Должно быть, Кит услышал в ее голосе, что все кончено, почувствовал ее усталость или что-то еще, потому что он пристально посмотрел на нее, а потом кивнул:

– Хорошо. Я позвоню тебе утром.

Сказав это, он повернулся, открыл дверь и вышел.

Лили его избегает. Это единственное объяснение происходящему.

Кит сидел за столом у себя в кабинете, в пентхаусе главного из принадлежавших ему отелей – это место он называл домом, – и разочарованно смотрел на экран телефона.

Все утро Кит пытался связаться с Лили, но, к его раздражению, домашний телефон упорно переключался на автоответчик, а мобильный – на голосовую почту. Короткое электронное письмо, в котором Кит просил ее перезвонить, тоже осталось без ответа.

Потерев рукой подбородок, он еще раз воспроизвел в памяти конец вчерашней ночи, пытаясь понять, почему Лили не захотела с ним разговаривать. Для него это было лучшее время в жизни, но не для нее. Она казалась расстроенной. Разочарованной. Измотанной. Будто вечер у нее был не из простых, и появление Кита стало последней каплей.

Тогда, много лет назад, ему следовало быть жестче, следовало настоять на том, чтобы они встретили трудности вместе, как бы тяжело это ни было. Лили не ошиблась, когда сказала, что они не умели разговаривать и слушать. Они и правда этого не умели.

Но что бы там ни было в прошлом, теперь все будет по-другому, подумал Кит, в сотый раз проверяя папку входящих писем, чтобы узнать, не ответила ли Лили. Теперь он настоит том, чтобы они разговаривали и слушали друг друга. И потому вдвойне обидно, что Лили не отвечает.

Ночью он не только понял, что они должны научиться общаться, – он многое осознал и сделал выводы, к тому же у него появились новые вопросы и некоторые из них было бы неплохо задать Лили.

Что, например, она имела в виду, когда сказала, будто готова извиниться? Почему дала ему надежду на то, чего делать не собиралась? И чем была вызвана резкая перемена в ее настроении за несколько минут до ухода Кита? То теплая и мягкая, то вдруг холодная и напряженная в следующее мгновение. Он хотел знать, почему так вышло.

И по большей части из-за того, что понял: между ними еще не все кончено, как бы она ни сердилась на него.

Стиснув зубы, Кит снова взялся за телефон и уже собирался нажать на кнопку повторного набора номера, но вдруг замер – ему в голову пришла одна мысль: сегодня, конечно, выходной для всех, но Лили, возможно, работает. Поэтому, наверное, домашний телефон и не отвечает. А мобильный вне зоны доступа, потому что она в метро. Или на совещании. Так что, может быть, Лили его и не избегает. Просто занята.

Воодушевившись этой идеей, Кит нашел информацию о компании Лили, набрал номер офиса и откинулся на спинку стула, слушая гудки в трубке. В животе у него крутило, во рту пересохло, но это, скорее всего, потому что кофе он пил уже давно, а на завтрак времени так и не нашел.

– ММС, доброе утро.

– Зои? – Кит сразу узнал голос своей бывшей свояченицы.

– Да, чем могу помочь?

– Это Кит.

Последовало долгое молчание, а потом раздалось тихое «о!».

– Как дела?

– Нормально. Да. Хорошо… Если честно, не ожидала тебя услышать.

– Да, прошло немало времени.

– Это точно. А ты как?

– Хорошо. С Новым годом!

– И тебя тоже. – Зои немного помолчала. – Так… ты звонишь Лили?

– Она там?

– Нет. Да и сама я дома. Сегодня офис закрыт. Твой звонок переадресовался на мой мобильный.

– Понятно. – Кит нахмурился. Его теория про то, что Лили на работе, рассыпалась. Конечно, Лили не в офисе. Кто сейчас работает? Это же первый день нового года. Значит, она все-таки его избегает?

– Какие-то проблемы? Что-то случилось? – спросила Зои, и Кит вернулся к разговору:

– Лили не отвечает на звонки и письма.

– А она и не может ответить.

– Это почему?

– Она в самолете.

Это застало Кита врасплох. В самолете? Лили не говорила, что улетает. Не то чтобы она обязана была об этом рассказать, но все же…

– А когда вернется?

– Через несколько недель.

Через несколько недель? Кит не был уверен в том, что готов столько ждать. Терпение никогда не входило в число его сильных сторон – и это, возможно, стало одной из причин развода, – а теперь оно истончилось до предела.

– Так, понятно. – Кит переключился на ежедневник и понял, что в ближайшие несколько недель у него нет дел, которые нельзя было бы передвинуть или перепоручить кому-нибудь. – А где она?

– Я не могу тебе этого сказать.

– Почему?

– Ну, во-первых, потому что работа, которой Лили сейчас занимается, требует анонимности.

– А во-вторых?

– А во-вторых, я не уверена, что Лили поблагодарит меня, если я скажу тебе, где она. Ты думаешь, она будет рада тебя видеть после всего, что между вами было?

Кит глубоко вздохнул и стиснул зубы.

– Вчера вечером она была рада меня видеть.

Последовала короткая пауза.

– Вчера вечером?

– Да. Мы провели вечер вместе.

– Правда?

– Ну, не весь, часть.

Он услышал, как Зои вздохнула.

– М-да…

– Мне нужно поговорить с ней, Зои.

– Она вернется через несколько недель. Тогда и поговоришь.

– Я не могу так долго ждать.

– Прождал пять лет, а теперь не можешь потерпеть две недели?

– Нет.

– И почему же?

– Даже и не знаю.

– Ты до сих пор ее любишь?

Вопрос был неожиданным. Киту показалось, что его ударили в грудь.

Любит ли он Лили?

Последние пять лет он думал, что не любит, но кто знает? Прошлым вечером они увиделись, и сложившиеся за последние пять лет представления Кита об их отношениях и о его жизни оказались под вопросом. Теперь Кит не знал, что чувствует к Лили.

Он был уверен лишь в одном – точку ставить им пока рано. Да, у него накопилось к Лили немало вопросов, однако он сам так и не извинился перед ней за то, что сделал пять лет назад и в чем обвинил ее. Он не рассказал ей о чувстве вины, лежавшем бременем на нем, не попросил прощения, и это жгло его изнутри, как тлеющий уголь.

Прошлая ночь приоткрыла перед Китом двери, в которые, как ему казалось, надежды войти уже не было. Теперь он искал не только искупления. Теперь он чувствовал, что у них с Лили, возможно, есть шанс начать все сначала. Раньше Кит об этом даже не думал, но теперь понял: вот чего он хочет больше всего на свете. А это разве не доказывает его любовь к Лили?

– Не знаю, – очень осторожно ответил он, потому что его чувства все еще нуждались в анализе. – Может быть, да, может быть, нет. В любом случае есть вещи, которые нам надо обсудить. Пожалуйста, Зои!

Повисла еще одна пауза. Зои, видимо, думала о том, стоит ли отвечать Киту, и взвешивала за и против. Он затаил дыхание.

– Ну ладно, – сказала она наконец, и Кит почувствовал, как напряженные плечи расслабились. – Только, слушай, она правда работает, тебе нельзя ехать к ней прямо сейчас.

– А когда будет можно?

– Она закончит в следующее воскресенье и останется там еще на несколько дней, до субботы, чтобы отдохнуть.

Кит потер рукой подбородок. Мысли неслись с бешеной скоростью. Неделю подождать можно, так ведь? И будет время на то, чтобы все обдумать. Спланировать. Понять, что именно говорить и как. Подготовить аргументы, с помощью которых удастся убедить Лили дать второй шанс их отношениям. Пожалуй, нейтральная территория, не связанная с прошлым, будет даже кстати.

– Хорошо, – сказал Кит. – Я подожду. Даю слово.

– Хм. – Зои будто бы сомневалась в том, что его слово чего-то стоит.

– Где она, Зои? – снова спросил он, не обращая внимания на сарказм свояченицы. Были вещи поважнее этого.

– Она летит к Индийскому океану. Остров Святой Терезы. Остановится в «Корал-бей-лодж».

– Спасибо тебе.

– Слушай, Кит, у Лили уже несколько лет не было отпуска, и она его очень ждала. Она потратила много сил на то, чтобы забыть тебя. Пообещай мне, что я не пожалею о том, что сделала.

– Ты не пожалеешь об этом.

Он этого не допустит.

Глава 5

По сравнению с другими заказами этот в общем-то нетрудный, думала Лили, усаживаясь в шезлонг и готовясь тестировать качество работы персонала в пляжном баре. На этот раз исследование она проводила для собственного удовольствия.

Впрочем, так бывало не всегда. Задания с самого начала попадались разные. ММС начинала с исследований степени удовлетворенности потребителя, а по том включила в список услуг анализ производительности сотрудников, демографическое исследование целевой аудитории и разработанные на заказ образовательные программы. Все это помогало улучшить качество обслуживания клиентов, а они были самые разные.

Вот этот – простой – клиент был с ММС с самого начала. Он рос и развивался примерно с такой же скоростью и как-то – это был побочный эффект от крупной сделки – приобрел комплекс недвижимости, в том числе и на острове Святой Терезы. От того, что не нравилось, клиент потом отказался, но бывший некогда пятизвездочным отель на острове Святой Терезы решил оставить и нанял ММС для проведения тщательного анализа с целью выяснить, как можно повысить качество сервиса.

Обычно для работ «в поле» ММС нанимала подрядчиков – в этом деле анонимность была чрезвычайно важна. К тому же наличие небольшой команды незаметных и надежных внештатных сотрудников позволяло Лили сконцентрироваться на маркетинге, продажах и работе с клиентами, а Зои – на цифрах и их анализе.

На этот раз, однако, женщина, которую они наняли для недельного изучения качества работы персонала и вообще качества обслуживания в «Корал-бей-лодж», на Рождество поскользнулась на льду, сломала лодыжку и полететь не смогла. В праздники, да еще и за такой короткий срок замену ей найти не удалось, поэтому Лили сама взялась за эту работу.

На самом деле она была искренне рада возможности отвлечься. Январь в Лондоне всегда проходил скучно, и если бы Лили сидела дома, ничего не делая, то у нее было бы слишком много времени на то, чтобы в деталях обдумать все случившееся в новогоднюю ночь. А так она была занята работой, отчитывалась Зои о своих наблюдениях и ни мгновения не думала о Ките.

Ну, почти ни мгновения, призналась себе Лили, изучая коктейльное меню и раздумывая над тем, не слишком ли рано пить алкоголь в пять вечера.

По какой-то странной и непонятно откуда взявшейся причине мысли о Ките постоянно возникали в голове у Лили, и, как только это происходило, она снова и снова повторяла себе, что идея провести с ним воскресный вечер была ужасной. Как больно по-прежнему было от всего того, что Кит натворил, и как глупо и недальновидно было думать, что его внезапный визит был вызван не просто желанием заглушить зуд в одном месте!

К счастью, секс был ужасным. Сложись все иначе, у нее сейчас были бы серьезные проблемы, подумала Лили, изучая длинный список коктейлей. Если бы секс оказался таким сумасшедшим, каким он мог быть с Китом, она бы сейчас мечтала о том, чего ей не хватало все эти годы, и пыталась понять, почему решила заводить отношения только с теми мужчинами, от которых ее пульс не подскакивал.

А еще хороший секс мог заглушить способность рассуждать здраво, и Лили сейчас наверняка убеждала бы себя в том, что слишком бурно отреагировала в воскресенье. И пожалуй, думала бы, что все их с Китом проблемы были и прошли и теперь нет причин не попробовать еще раз.

День стоял жаркий, но Лили, несмотря на это, почувствовала, как по спине побежал холодок. Ничего себе! Вовремя уехала!

И очень удачно: только один день Кит пытался с ней связаться. О да, в тот понедельник он звонил и звонил. По крайней мере, Лили думала, что это он. Его номера у нее не было, однако Кит обещал с ней связаться. Да и кроме него никто с неизвестного номера не стал бы названивать ей с такой настойчивостью.

К тому времени как поезд на Хитроу вынырнул из-под земли, на телефоне уже было больше дюжины пропущенных вызовов, но Лили чувствовала себя слишком усталой и эмоционально измотанной для разговора и потому просто выключила мобильный.

Она включила его только двенадцать часов спустя и отругала себя за увеличившееся количество пропущенных звонков. Но после этого Кит больше не звонил. И Лили это порадовало. Правда.

Улыбнувшись официанту, который материализовался под ее соломенным зонтиком, она заказала «Маргариту». Уже не слишком рано для алкоголя. А если и рано, то что с того? У Лили это первый отпуск за два года, и она собирается наслаждаться.

Да и как можно этим не наслаждаться? Подумав так, когда официант удалился, она откинулась на спинку шезлонга, надела солнечные очки и удовлетворенно вздохнула.

На бесконечном лазурном небе всю прошедшую неделю не было ни облачка, температура воздуха держалась в районе идеальных двадцати восьми градусов. У Лили были километры белых песчаных пляжей на тот случай, если ей захочется потренироваться, и множество книг. Добавьте к этому море, чистое, бирюзовое, манящее, а еще отличный ресторан и пляжный бар. Лили не собиралась шевелиться еще неделю.

Она была готова отключиться, когда вдруг внезапно возникшее напряжение в мышцах и резкий скачок сердца подсказали, что над ней кто-то стоит.

Официант с коктейлем, решила она, сняла очки, открыла глаза – и чуть не потеряла сознание. Над ней, закрывая солнце, стоял Кит с ее напитком.

О нет, подумала Лили, глядя на Кита. Ее сердце бешено стучало. Планы на отдых рассыпались.

– Привет, Лили, – сказал Кит буднично. От его глубокого голоса у нее по коже побежали мурашки.

– Привет, Кит, – ответила Лили и улыбнулась, чтобы показать, что тоже не утратила самообладания.

Действуя механически, она села, спустила ноги, взяла саронг, который лежал на соседнем шезлонге, потом встала, необычайно спокойная, и обернулась им, чтобы прикрыть бикини. Еще утром оно казалось ей целомудренным, но теперь вдруг стало слишком откровенным.

Завязав саронг на груди, Лили попыталась привести мысли в порядок. Надо признать, что сумбур в голове был не таким уж и ужасным. Наверное, причина этого крылась в том, что Лили, если честно, вовсе не удивилась, увидев Кита. Учитывая то, что между ними было той ночью, и то, как они потом расстались, ей следовало бы догадаться: настырный Кит не забыл их последнюю встречу. Уже когда он перестал звонить, она должна была понять, что ее ждет.

– Это твой, я так понимаю. – Он протянул ей бокал.

Лили приняла его, проследив, чтобы их с Китом пальцы случайно не соприкоснулись.

– Спасибо, – сказала она. – Что, плохо идет гостиничный бизнес, дорогой, приходится подрабатывать официантом?

От улыбки Кита Лили бросило в жар, который был вызван совсем не полуденным зноем. И это несмотря на все ее попытки сохранять спокойствие и безразличие.

– Гостиничный бизнес идет прекрасно. А я шел к тебе и потому решил помочь официанту.

Лили поднесла бокал к губам, сделала большой глоток и поморщилась, когда «Маргарита», опалив ей горло, добралась до желудка.

– Как предусмотрительно!

– Да, я такой.

Слизнув соль с губ, Лили почувствовала удовлетворение – взгляд Кита на мгновение задержался на ее губах.

– Это уже становится традицией.

– Что?

– Твои неожиданные появления.

– Допустим, я в отпуске.

Ага, как же.

– Ты правда в отпуске?

– Конечно.

– Боже! Вот это совпадение!

– Бывает же такое! Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь?

Возражаю.

– Конечно нет, – ответила она и села, указав рукой на шезлонг, стоявший справа от нее. – Располагайся.

Кит снял солнечные очки, сложил их и зацепил дужкой за V-образный вырез футболки. Потом сел и наклонился вперед, упершись локтями в колени.

Когда их с Лили взгляды встретились, она почувствовала, что теряет способность рассуждать здраво, как это всегда бывало, когда Кит смотрел ей в глаза. Она пожалела, что он снял очки, и надела свои.

– Мне сказали, что ты будешь отдыхать в «Корал-бей-лодж», – нарушил молчание Кит.

– И кто же это был?

– Зои.

Ну конечно! Кроме нее и клиента никто не знал, куда уехала Лили. И о чем только Зои думала? Обычно она сама осмотрительность, так что же случилось? С чего ей вдруг взбрело в голову, что Лили будет рада видеть Кита? Как он убедил Зои открыть местонахождение сестры? Неужели рассказал что-то о той ночи в канун Нового года, и Зои, пребывая в состоянии экстатического счастья, вообразила, что сумеет помочь воссоединению?

Какой бы ни была причина, мрачно думала Лили, она обязательно поговорит с сестрой, когда будет возможность позвонить.

– Когда ты с ней связался?

– В первый день нового года.

Неделю назад.

– Понятно. И зачем ты это сделал?

– Я звонил тебе, но ты не ответила.

– Я была в дороге.

– Но ты и потом не перезвонила.

– Я не знала, что это ты звонил.

Кит с сомнением выгнул бровь.

– Правда?

– Оставил бы мне сообщение.

– И ты бы мне перезвонила?

– Конечно!

– Уверена? Я что-то не помню, чтобы ты ответила на мое письмо.

Лили улыбнулась и беспечно пожала плечами.

– Ну, теперь мы уже никогда не узнаем ответа на твой вопрос.

– Похоже что так.

– Так, значит, ты за меня переживал, Кит? Это очень мило.

– Я ни капли не переживал, – ответил он спокойно. – Просто хотел с тобой поговорить. И это, кажется, был единственный способ.

– Я польщена.

– Так и должно быть. Тебя не просто было найти.

– Я переезжала из отеля в отель.

– И с острова на остров.

Лили сделала еще один большой глоток «Маргариты».

– Да, эти острова очень маленькие, и было бы странно, если бы я осталась на острове Святой Терезы после того, как сделала там всю работу.

– Мне понадобилось больше времени на то, чтобы найти тебя, чем я ожидал.

– Хочешь, чтобы я за это извинилась?

– А есть шанс, что ты это сделаешь?

– Не в этот раз.

На губах Кита заиграла улыбка, от которой женские сердца всегда трепетали, и Лили почувствовала, что у нее внутри все перевернулось. Это ей не понравилось.

– Я так и думал, – пробормотал он.

– Ты не мог подождать, пока я вернусь? У меня так давно не было отпуска.

– Терпение не входит в число моих достоинств.

– Это да. – Лили немного помолчала и предприняла последнюю и, как ей казалось, напрасную попытку: – Я могу как-то заставить тебя исчезнуть?

– У тебя нет на это ни единого шанса.

Так она и думала. Лили вздохнула и попыталась приготовиться к неизбежному.

– Ладно, хорошо. Ты победил. Только я одета не для разговора.

Кит осмотрел ее так внимательно, что ей показалось, будто он раздел ее догола.

– А по-моему, ты отлично выглядишь, – сказал он вдруг охрипшим голосом. – Но возможно, ты права. Это не самое подходящее время и место для разговора.

Лили казалось, что для этого разговора никогда не найдется подходящего времени и места, но что она могла поделать? На острове такого размера от Кита ей не скрыться, не прыгать же в ближайшую лодку до материка. Убегать от Кита бесполезно, он только что доказал это.

Впрочем, все не так уж и плохо. Они ведь просто поговорят, а от разговоров еще никто не умирал.

К тому же в последнюю неделю в те действительно редкие моменты, когда мысли о Ките приходили ей в голову, Лили осознала: у них никогда не было проблем с общением, и она была не права, утверждая обратное на пороге своего дома. Трудности возникали только тогда, когда речь заходила о чем-то важном, и эмоции зашкаливали. Тогда они оба – и Кит, и Лили – чувствовали себя беззащитными, уязвимыми, и общение сводилось к обмену грубостями.

В этот раз на кону ничего не стоит. Да, Лили немного нервничает, да, Кит в белой рубашке поло и шортах цвета хаки выглядит так, что у нее по телу бегают мурашки, но эмоционального влечения она к нему больше не испытывает.

А если Киту хочется ворошить пепел их отношений, то пожалуйста, Лили не возражает. Ей тоже есть что сказать. Она многое поняла в последние пять лет и теперь хотела поделиться этим с Китом и снять груз со своих плеч.

Теперь Лили была сильнее, чем пять лет назад, и слабость, которую она проявила в канун Нового года, была всего лишь следствием шока, не более того. Кит больше не сможет сделать ей больно.

Поэтому, если она как следует подготовится и будет предельно внимательна, разговор с Китом пройдет нормально. И даже, возможно, принесет успокоение.

– Может, поужинаем?

– В ресторане?

Конечно в ресторане! Она ни за что не закажет ужин в свою виллу и не пригласит туда Кита!

– Почему бы и нет?

– В восемь?

Три часа на то, чтобы выработать стратегию? Три часа на то, чтобы облачиться в доспехи? Или – несмотря на все ее смелые мысли – на то, чтобы абсолютно и окончательно расклеиться? Какой бы путь Лили ни выбрала, три часа – оптимальное время.

Она допила «Маргариту» и спокойно кивнула, не обращая внимания на комок нервов, крутившийся в животе.

– В восемь.

Терраса, где они собирались ужинать, была воплощением всего того, чего можно было ожидать от роскошного отеля на острове возле побережья Мозамбика. Край дощатого настила украшали фонари, в сумерках мерцали свечи. На террасе и на пляже было множество столов, на всех – белоснежные скатерти, столовое серебро и прекрасный хрусталь. В теплой ночи плыла тихая и страстная музыка, доносившаяся из бара.

Природа тоже приложила руку к созданию чувственной атмосферы. Волны с тихим плеском накатывались на песок и снова отступали. В воздухе стоял густой аромат брунфельсии. Бриз шуршал листьями пальм, окружавших ресторан, в траве стрекотали цикады.

Впрочем, Кит красоты вечера совершенно не замечал. Он стоял у бара и, нахмурившись, смотрел на свой стакан с пивом. Видимо, переживал один из редких моментов неуверенности в себе.

На прошлой неделе идея приехать сюда казалась ему удачной. На волне адреналина, одержимый жаждой погони, пылавший надеждой на второй шанс с Лили, он попросил секретаря организовать поездку и раздал инструкции менеджерам. Он ждал встречи с Лили и трудностей, которые неизбежно должны были возникнуть. Он ждал возможности снять с души тяжелый груз и убедить Лили попробовать еще раз.

И вот он здесь, вот он увидел, что она к нему относится вполне дружелюбно – хотя предпочла бы, наверное, это скрыть. И теперь ему кажется, что решение приехать было опрометчивым и несправедливым.

Да, он сам хочет все обсудить и наконец успокоиться, а Лили, возможно, это не нужно. Кто он такой, чтобы ворошить былое, когда она, учитывая наличие в ее жизни мужчин, прекрасно живет дальше, в отличие от него.

Появившись из ниоткуда без предупреждения и потребовав разговора, он поставил ее в ужасное положение и помешал ей насладиться отдыхом. Не будет ничего удивительного, если она прыгнет в ближайшую лодку до материка и улетит домой первым же рейсом. Или, по крайней мере, сбежит на какой-нибудь другой остров архипелага, чтобы оказаться подальше от Кита и все-таки отдохнуть.

Оба варианта развития событий вполне вероятны, подумал Кит, глядя на часы: они показывали уже четверть девятого, а Лили никогда не опаздывала.

Он заглушил начавшее было охватывать его разочарование, прочистил горло и заставил себя сконцентрироваться на практической стороне дела. Если Лили не опаздывает, если она уехала, то что Кит станет делать? Снова найдет ее и на этот раз где-нибудь запрет, чтобы больше не сбегала? Оставит в покое до тех пор, пока они оба не вернутся домой? Или вообще сдастся?

В животе закрутило. Кит выдохнул и приказал себе успокоиться. Он решил, что подождет еще пятнадцать минут, а если Лили и тогда не появится, то позвонит ей и будет строить план действий в соответствии с тем, какой получит ответ.

Впрочем, спустя тридцать секунд все сомнения на тему того, сбежала она или нет, испарились, потому что Кит, даже несмотря на то что сидел спиной ко входу, почувствовал: Лили пришла.

Кит медленно поставил пиво и обернулся. От вида Лили его сердце остановилось. Он был поражен. Ослеплен. Воздуха не хватало. Лили надела простое легкое черное платье и блестящие шлепанцы. В руках она сжимала маленькую черную сумочку. Украшений на шее не было. В ушах покачивались крупные серебряные серьги кольцами.

Платье не было ни слишком откровенным, ни слишком облегающим, но во рту у Кита все равно пересохло. Лили будто бы светилась изнутри. Ее темные волосы сияли в мягком свете, падавшем из бара, ее глаза блестели, губы сложились в едва заметную улыбку, от которой у Кита подскочил пульс.

Лили выглядела… Кит долго подбирал подходящее слово. Умиротворенной. Да, вот оно. Она выглядела умиротворенной. В отличие от него.

С сердцем, бьющимся в два раза быстрее нормы, он наблюдал за тем, как она идет к нему, и впервые за много лет волновался, потому что не знал, как ее встретить. Поцеловать в губы? Или в щеку? Пожать руку? Или вообще ничего не делать?

Решение принять было невероятно сложно. У Кита даже ладони вспотели.

Голова Кита кружилась все сильнее с каждым шагом, который делала Лили по направлению к нему. Наконец она остановилась и – хвала небесам! – сама приняла решение: легко и нежно поцеловала Кита в щеку, потом отступила и улыбнулась. Кажется, ей было невдомек, какой эффект она оказывала на него.

– Хорошо выглядишь. – Лили быстрым взглядом окинула Кита с ног до головы, и его обдало жаром.

– А ты просто восхитительна! – ответил Кит, когда ему удалось наконец справиться с волнением.

– Спасибо.

Кит прочистил горло:

– Я забронировал столик.

– Отлично.

– Хочешь что-нибудь выпить, прежде чем мы сядем?

– А ты сам как?

– Только если будешь ты.

– Я бы не отказалась.

Он чувствовал себя так, будто внутри жужжал рой пчел. Кит сглотнул. Да это абсурдно, черт побери! Ему тридцать два. Он уверен в себе, обладает развитой интуицией и готов на решительные действия, когда ситуация того требует. Он управляет международной компанией с многомиллионным оборотом – и вот теперь сидит весь обмякший, с одеревеневшим языком и ждет ужина с бывшей женой. С абсолютно спокойной и собранной бывшей женой, которая готовилась к серьезному разговору, а не к встрече с истекающим слюной идиотом.

Сказав себе, что пора уже собраться, Кит сделал над собой усилие и взял себя в руки.

– Давай лучше сразу пойдем за столик, – пробормотал он, схватил Лили за руку и буквально потащил ее от бара на пляж.

Глава 6

Это не свидание! Это не свидание! Это не свидание!

Повторяя это, как мантру, Лили шла за Китом к столику, стоявшему у самой воды и накрытому для двоих, однако все ее внимание было сосредоточено на электричестве, которое образовалось от соприкосновения с Китом и теперь пронизывало все ее тело. Как и тогда, когда Лили одевалась, сосредоточиться на своем «заклинании» у нее не получалось.

Днем, вернувшись в свой номер и приняв холодный душ, который, впрочем, не помог утихомирить примерно сотню кузнечиков, поселившихся в животе у Лили и начинавших прыгать от одной мысли о свидании – нет, об ужине! – с Китом, она решила, что броню надеть надо обязательно, а вот заглатывать спиртное не стоит. Это не лучший способ пережить вечер. Ситуация и так скользкая, а если Лили ослабит все, что ее сдерживает, алкоголем, кто знает, что может случиться?

Приняв это здравое – что очень радовало – решение, она позвонила сестре.

Набирая номер, Лили собиралась отругать Зои за то, что та рассказала Киту, куда Лили уехала. Она готова была признать, что понимает зашкаливающий уровень счастья сестры, и собиралась напомнить, что не все желают того же, по крайней мере точно не Лили и точно не с Китом. Она даже знала, чем ответить на аргумент о необычайной способности Кита убеждать, к которой Зои точно прибегла бы, чтобы оправдаться.

Однако Лили не была готова к тому, что услышала: Кит, похоже, до сих пор любит ее, и потому Зои ему все рассказала. Она хотела дать им шанс понять, смогут ли они начать все сначала.

Когда разговор закончился, Лили была в смятении. Именно в тот момент она снова скатилась в эмоциональную пропасть, которую так долго старалась избегать. В голове крутились вопросы. Неужели? Правда ли? А в сердце зародилось странное чувство, к ужасу Лили, очень похожее на надежду. Какая насмешка над всем тем, чего она добивалась последние пять лет!

Следующие несколько часов Лили мерила шагами комнату, гадая, все ли правильно поняла сестра, и если да, то что она – сама Лили – хочет, если вообще чего-нибудь хочет, и что она чувствует, если вообще что-нибудь чувствует.

К половине восьмого Лили еще не успела высушить волосы. Так и не ответив ни на один из мучивших ее вопросов, она заставила себя забыть о них на то время, пока собирается. В следующий раз они всплыли, когда она зашла в бар и увидела там Кита. Он держал в руках стакан с пивом и выглядел в тот момент таким родным, таким прекрасным, что сердце у Лили перевернулось, а мозг превратился в желе и утратил способность мыслить.

Придав своему лицу нейтральное выражение, которое, она надеялась, скрывало то, что творилось у нее в голове, Лили сделала глубокий успокаивающий вздох и напомнила себе, ради чего пришла на ужин.

Но, боже, как же сложно было на этом сосредоточиться под восхищенным взглядом Кита? Ей казалось, что она одета непримечательно, но, судя по жару, вспыхнувшему в глазах бывшего мужа, для него не было никого прекраснее на всей планете.

Сосредоточиться на той причине, из-за которой они решили встретиться, было трудно еще и потому, что все вокруг, начиная от освещения и заканчивая музыкой – даже расположение столов, – просто кричало об интимности, уединении и романтике.

К столику они подошли одновременно с официантом. Тот отодвинул стул для Лили, подождал, пока она сядет, потом повторил все то же самое для Кита, дал им обоим меню, принял заказ на аперитивы и испарился.

Взглянув на список блюд, в котором каждое последующее название выглядело соблазнительнее предыдущего, Лили быстро сделала выбор. Кит, похоже, тоже определился: он отложил меню с коротким кивком и откинулся на спинку стула.

Их взгляды встретились. Шли секунды, и Лили вдруг поняла, что связь между нею и Китом крепка, как и прежде, их тянет друг к другу, вне всякого сомнения. Напряжение и жар тоже никуда не делись.

– Рад, что ты здесь, – наконец сказал Кит. Его слова вывели Лили из задумчивости.

Лили сглотнула и мысленно заставила себя встряхнуться. Надо взять себя в руки. Причем немедленно, иначе этот ужин она не переживет.

– Где – здесь? На этом острове? – спросила Лили и, поняв, что задала глупый вопрос, тут же добавила более логичный: – Или за столом?

– Здесь, со мной, сейчас.

– А почему бы мне и не быть здесь?

– Я подумал, что ты захочешь использовать время до ужина для того, чтобы сбежать.

А он ее все-таки хорошо знает!

– Да, такая идея меня посещала, – ответила она с легкой улыбкой. – Но потом я подумала: а что мне это даст? Я могу убежать, но нам это не поможет.

Откинувшись на спинку стула, Кит задумчиво смотрел на Лили. Его лицо в сумерках казалось таинственным.

– А что поможет?

Лили пожала плечами:

– Не знаю. Может, честность?

– Да, это меня устраивает.

Он взглянул вверх и улыбнулся в знак благодарности официанту, который поставил перед ним пиво, а перед Лили бокал шампанского. У нее перехватило дыхание. Боже, улыбка Кита действительно восхитительна! Его улыбка всегда очаровывала Лили. Вот и сейчас так же! Официант смотрит выжидающе, потому что пора сделать заказ, а она напрочь забыла, что выбрала!

Жестом пригласив Кита говорить первым, Лили, пока он заказывал лобстера и тилапию, нашла в меню свою закуску – креветки и морского окуня с карри.

– Извини меня за то, что случилось в Новый год, – сказал Кит, когда официант удалился и они снова остались одни.

– В Новый год? – эхом откликнулась Лили, приподняв бровь. – И за что ты должен извиниться?

– А разве не должен? – пробормотал Кит и поерзал на стуле, как будто ему вдруг стало неудобно. – Я свалился как снег на голову, буквально заставил впустить меня в дом, а потом повел себя как одержимый гормонами подросток!

– А, ну да, – ответила Лили, почувствовав, что краснеет при воспоминании об их горячем сексе в прихожей. Проще говоря, о ее безрассудном и глупом поведении. – Считай, что твои извинения приняты.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

«Ну вот, мы вполне можем цивилизованно обсуждать случившееся», – отметила про себя Лили и сделала глоток шампанского. Сухое, ледяное, оно было восхитительно вкусным. При этом в голове у нее царил хаос.

– Я вовсе не удивился, когда ты выставила меня за дверь после… ну… после того, что случилось, – продолжил Кит, немного покраснев.

Лили посмотрела на него и поставила бокал.

– Ты думаешь, я рассердилась и выгнала тебя, потому что не получила… ну… ты меня понял…

Обычно они не скромничали так при обсуждении подобных вопросов. Правда, они их никогда и не обсуждали в общественных местах. По крайней мере, Лили.

На этот раз Кит удивленно поднял брови.

– Ты не получила?..

– Конечно нет.

– Но почему? Что случилось?

– Когда ты сказал, что у тебя пять лет не было секса, я поняла, что последней женщиной, с которой ты спал, была… ну, ты понимаешь, о ком я… – Лили собралась с духом, она хотела показать, что хочет быть до конца честной, как и обещала, и добавила: – Ну, она.

Кит нахмурился:

– Понятно.

– Это вывело меня из себя. Откинуло назад во времени, в тот момент, который я пять лет пыталась забыть.

Он потер лицо рукой:

– Да, конечно. Прости меня.

– Пожалуй, я отреагировала слишком бурно. В свое оправдание скажу, что вечер у меня выдался нервный, причем он был таким еще до твоего появления. – Лили пожала плечами и слабо улыбнулась. – В любом случае ты не виноват.

– Неужели? – спросил Кит, его лицо было мрачным, глаза сверкали в сумерках. – А я думал, я всегда во всем виноват.

Вот он, тот самый момент! Лили может согласиться с ним, и тогда все останется по-прежнему, а он, скорее всего, завтра же утром исчезнет из ее жизни. Или она может рассказать о том, что осознала в последние пять лет, и тогда они пойдут дальше, правда, неизвестно, куда это их приведет.

Понимая, что именно надо сказать для того, чтобы успокоить и себя, и Кита, Лили сделал глубокий вдох.

– Ну не совсем, – сказала она и почувствовала, что ей стало легче, как только она решилась сказать Киту правду.

Кит сел прямо. Он явно напрягся, судя по выражению лица.

– Что?!

– Не надо так удивляться, – улыбнулась Лили, впрочем понимая Кита: когда-то она всю вину возложила на него. – У меня было много времени на то, чтобы все обдумать. И я поняла, что это была не твоя вина. По крайней мере, не только твоя.

– Правда?

Она кивнула и отломила кусочек хлеба.

– Да, я помню, как обвинила тебя во всем и что говорила тогда. Это было несправедливо с моей стороны.

– Ты серьезно? – Кит выглядел уже не таким удивленным, но он заметно успокоился.

– Ты сам знаешь, что это так, и не раз мне об этом говорил. Я, правда, не хотела тебя слушать. Тогда я могла думать только об одном – о том, что ты сделал, и отказывалась замечать, почему ты так поступил. – Она положила в рот кусочек хлеба, немного пожевала и проглотила. – Я понимала: ты не из тех, кто изменяет, но боль ослепила меня. Я чувствовала себя преданной и больше ничего не замечала. Я не спрашивала себя о том, почему ты это сделал, и не думала, какую роль сама во всем этом сыграла. Мне казалось, что я жертва и прохожу через ад, а ты этого не замечаешь.

– Я пытался понять.

– Я знаю.

– Но может быть, моих усилий было недостаточно.

– Может быть, это я тебе мешала.

Кит потер рукой подбородок.

– Оглядываясь назад, я думаю, что должен был проявить настойчивость, заставить нас преодолеть трудности вместе. – Он грустно усмехнулся. – Но, поверь, мне тоже было невесело.

– Теперь я это понимаю. – Лили вздохнула. – Но вся эта история с искусственным оплодотворением была грустной, болезненной и опустошающей по определению, к тому же в ней все крутилось вокруг меня, и я не заметила, что и тебя это тоже касается. Я помню, что ты был единственным ребенком в семье и очень хотел детей. А я не могла тебе их подарить, и меня просто разрывало на части от этой мысли. Я не справилась с проблемой и сорвалась на тебе.

– А я позволил тебе это сделать. – Кит нахмурился и провел рукой по волосам. – Я убеждал себя в том, что даю тебе время побыть с собой, но на самом деле просто убегал, потому что не знал, как себя вести.

Кит впервые признал, что тоже имел отношение к краху их брака, и это неожиданно согрело душу Лили.

– Мы оба пострадали, – признала Лили. Внутри ее разливалось странное чувство спокойствия. – От того, с чем не могли справиться, потому что были недостаточно мудрыми. – Она немного помолчала. – И ты вдобавок ко всему изменил мне.

Эти слова повисли между ними, и Кит заметно побледнел.

– Никогда себе этого не прощу, – сказал он. Его голос немного дрожал. – Меня постоянно мучит чувство вины. Прости меня, Лили. За все. И особенно за то, что не оправдал твоего доверия.

– Ты прощен.

– Правда?

– Да.

– Ты уверена?

– Абсолютно. – Лили отпила немного шампанского. – Невозможно злиться и обижаться пять лет. Мне кажется, я уже давно простила тебя. Ты говорил, что тогда чувствовал себя одиноким, брошенным, и теперь я тебя понимаю. – Она вспомнила бесконечные вечера, в которые сама все это переживала. – Но это не означает, что твой поступок меня не разочаровал, – очень разочаровал. Но теперь я вижу причины, которые тебя на это толкнули. У нас с тобой не было секса много месяцев, так ведь? И мы почти не разговаривали. Мы стали друг другу почти чужими.

Черты Кита стали резче, на его лице промелькнула тень.

– И тем не менее измена была моим выбором, – произнес он угрюмо. – Это я растоптал наш брак.

– Что правда – то правда.

– И я очень об этом жалею.

– А ты не думал о том, чтобы скрыть от меня измену?

– Думал. Одну наносекунду.

Лили склонила голову набок и посмотрела на Кита.

– Это действительно был просто секс на один раз?

– Да.

– Тогда, наверное, действительно было бы лучше, если бы ты ничего мне не говорил.

– Возможно.

– Впрочем, наш брак развалился еще до этого, так ведь? Так что результат, скорее всего, все равно был бы таким же.

– Если бы я считал, что есть хоть малейшая надежда на спасение, то я бы никогда на это не пошел, – сказал Кит.

– Правда?

– Правда. Но это не оправдание. Моему поступку вообще нет оправданий. И уж точно его не извиняет то, что я тогда говорил.

Лили нахмурилась. Угрюмость, эгоизм, нежелание договариваться – она вспомнила все, в чем ее обвинял Кит.

– Думаю, мы оба тогда наговорили лишнего.

– Пожалуй, – согласился он и кивнул. – У меня тоже было время все обдумать, и я понял, что слишком рано себя оправдал. Что бы с нами ни происходило, я должен был заставить нас пройти через это вместе. Я жалею, что этого не сделал.

Мгновение они сидели молча. Но они больше не упрекали друг друга, не сокрушались, казалось, между ними возникло нечто похожее на взаимопонимание.

– Ты только послушай нас, – мягко сказала Лили, – каждый пытается взять вину на себя.

– А когда все случилось, мы только обвиняли друг друга.

– Да.

Кит улыбнулся, его глаза блестели в сиянии свечей.

– Кто бы мог подумать, что мы так поумнеем.

– Ну, у меня было много времени на то, чтобы все обдумать, и я поняла вот что. Для меня все это было так, будто бы кто-то, то есть ты, умер или вроде того. Потому что мужчина, которого я знала в тебе, никогда бы не поступил, как ты. Так что я, можно сказать, перенесла боль утраты, всю, начиная с гнева и отрицания. Немало времени и вина понадобилось для того, чтобы перейти к стадии примирения и прощения, но я сделала это. И вот мы здесь.

Кит ничего на это не ответил. Несколько долгих тяжелых мгновений он просто смотрел на Лили, его взгляд потемнел, а выражение лица изменилось так, что сердце у нее дрогнуло, а горло сдавило.

– Что? – спросила она хриплым голосом.

– Ты восхитительна.

– Нет, вовсе нет, – запротестовала Лили, пытаясь заглушить биение сердца и волну жара, поднимавшуюся внутри ее. – Просто я стала чуточку старше и теперь не отказываюсь от возможности пересмотреть прошлое. Оно действительно неоднозначное. Ты ведь тоже говорил, что много думал.

– Было дело.

Она грустно улыбнулась:

– Я тоже натворила такого, о чем теперь сожалею. – Улыбка поблекла. Лили снова ощутила прилив стыда и закусила губу. – Прости, что изрезала твою одежду и испортила «порше», Кит.

– Не надо, не извиняйся.

– А электронное письмо – это было вообще непростительно. Мне не следовало так делать.

Кит пожал плечами:

– Все это в прошлом.

Но не для нее. Она все еще ощущала боль и пустоту в душе. Чувство вины до сих пор терзало Лили.

– Это сильно усложнило тебе жизнь?

– Да, довольно сильно.

У нее внутри все сжалось.

– И что же ты сделал?

– После того как британские банки узнали о моей «неблагонадежности» и стало ясно, что они мне ничего не дадут, а венчурные капиталисты не притронутся ко мне даже багром, я уехал в Штаты.

– Я читала, что твой первый отель появился в Нью-Йорке. Мне очень интересно, как ты этого добился. Расскажешь?

И за ужином Кит поделился своей историей. Он рассказал, как из Нью-Йорка перебрался в Париж и открыл отель там, а потом – совсем недавно – вернулся в Лондон.

Он рассказал о том удовлетворении, которое испытывал, реализуя детскую мечту. Она появилась у него тогда, когда его богатые родители, порхавшие от развлечения к развлечению, сняли апартаменты в «Клэриджис». Его мечта поддерживала его во время изучения гостиничного дела и быстрого подъема по карьерной лестнице.

Он рассказал о трудностях, с которыми столкнулся, и о радостях, которые пережил.

А Лили в ответ рассказала, как открыла свое дело, как вскоре после развода оставила любимую работу в маркетинге и как, остро нуждаясь в переменах, решила предложить бизнесменам комплекс продуктов для улучшения клиентского сервиса. Этой идеей она поделилась с Зои, и та пришла в восторг. Так все и началось.

Потом Лили спросила у Кита, как поживают его родители, а он узнал о том, что Зои обручена. Еще они обсудили места, где жили, нескольких знакомых, которые когда-то были общими, и много других тем, все время избегая разговора о бывших любовниках Лили и несуществовавших любовницах Кита.

Ужин был очень вкусным. По крайней мере, так сказала Лили. А Кит вообще ничего не почувствовал. Между аперитивами и первым блюдом у него закружилась голова от признаний Лили. Она простила его. Это открытие сбивало его с ног! Возможно, второй шанс реальнее, чем Киту кажется. Он наслаждался звуками ее голоса и смеха, любовался ее лицом и тонул в ее гипнотических глазах. Он был слишком занят для того, чтобы понять: сомнений в том, любит ли он Лили, больше не осталось.

Он однозначно обожал ее. Она была самой сильной, самой решительной и самой прекрасной женщиной из всех, которых он встречал. И он поступил ужасно глупо, когда отпустил ее. Он никогда не переставал ее любить и теперь собирался сделать все возможное для того, чтобы вернуть ее.

Но просто так рассказывать о своих намерениях нельзя, подумал Кит, наблюдая за Лили, которая допила кофе и подавила зевок. Кит понял, что больше не может придерживаться прежней стратегии, дальше надо действовать осторожнее. Их отношения еще такие хрупкие, перемирие пока непрочное, нетерпением легко все испортить, так что он должен держать себя в руках и постепенно завоевывать Лили.

Это, возможно, самое сложное испытание века. С Лили Кит должен изменить стиль мышления. Надо затаиться и выжидать, пока она сама не придет. Тогда они смогут начать все сначала.

Больше никакого давления. Больше никаких призывов делать то, что она не хочет. Больше никаких действий, которые могут ее напугать.

Что бы ни случилось, следующий шаг должна сделать Лили. Кит лишь может проследить за тем, чтобы это был тот шаг, который ему нужен.

Несмотря на все ее опасения, ужин прошел великолепно, пришла к выводу Лили. Кит провожал ее на виллу, и чернильная темнота ночи окутывала их теплым, уютным одеялом.

После того как закончился трудный разговор о распавшемся браке, за божественными блюдами и невероятно вкусным вином они смеялись не переставая. Им так много надо было обсудить, так много узнать… Все было как в старые добрые времена и даже лучше того.

Они сильно изменились и теперь фактически знакомились друг с другом заново. Лили понимала, что Кит нравится ей все больше и больше. С каждой его обворожительной улыбкой власть его чар над нею становилась все сильнее.

Лили все это понимала и знала, что ведет себя опрометчиво и безрассудно, не оказывая сопротивления Киту, но она так давно не чувствовала себя счастливой, томной и веселой в одно и то же время, что не могла остановиться.

Да ей и не очень-то хотелось. За вечер появились ответы на все вопросы, которые она задавала себе днем, и сразу стало казаться, что ночь скрывает мириады возможностей.

Возможностей, в предвкушении которых тело Лили трепетало, а сердце билось быстрее. Ужин разогнал тучи и сгладил старые обиды. Теперь они оставили позади все старые проблемы, были готовы встретиться с новыми и решать их.

И это замечательно, думала Лили, трепеща. Внутри у нее все пылало. Это восхитительно. И именно этого она хочет.

А вот чего хочет Кит, было неясно. Он молчал с тех пор, как предложил проводить ее, и это ужасно раздражало.

Впрочем, возможно, он тоже ее боится. Тогда у этого вечера может быть только одно логичное завершение. В глубине души Лили понимала, что перед тем, как отправиться с ним в постель, надо как следует подумать, но желание, овладевавшее ею, было слишком сильным для того, чтобы его игнорировать.

– Если бы я знала, что откровенный разговор принесет мне такое облегчение, я бы связалась с тобой много лет назад, – вдруг охрипшим голосом произнесла Лили, когда они шли по дорожке к ее вилле.

– Правда? – прошептал Кит.

– Однозначно. Мне теперь кажется, что последние пять лет я несла неподъемный груз, а теперь он исчез. Я стала легче. Спокойнее.

– Прекрасно тебя понимаю.

– Я рада, что мы поговорили. И что получше друг друга узнали, – добавила она с улыбкой.

– И я тоже.

У дверей виллы Лили повернулась к Киту и подняла к нему лицо. Ее сердце стучало, как молот. Кит, наверное, мог даже слышать его.

– И что теперь? – спросила она, дрожа от радостного возбуждения.

– Теперь? – переспросил Кит и мягко провел указательным пальцем по ее щеке.

Лили кивнула и задержала дыхание. Все ее чувства были сконцентрированы на Ките.

Он склонил голову набок, его глаза были темными и бездонными.

– Это, милая, зависит от тебя.

– От меня? – эхом откликнулась Лили. От ласки Кита и от его прикосновения она лишилась способности мыслить здраво.

Он кивнул и слабо улыбнулся.

– Да. Так что подумай и сообщи мне свое решение.

И прежде чем Лили успела спросить, что он имел в виду, Кит склонился к ней, легко поцеловал ее в щеку, развернулся и ушел в ночь.

Глава 7

Лили спала плохо. Большую часть ночи она ворочалась с боку на бок. Ее тело гудело от разочарования и неудовлетворенного желания, а разум – от смущения. Когда забрезжил рассвет, она все еще лежала с открытыми глазами, и вопросы, мучившие ее ночью, по-прежнему вертелись в голове.

Что за игру, черт побери, затеял Кит? Лили думала об этом, глядя на медленно вращавшийся под потолком вентилятор и слушая его гудение.

Она готова была поклясться, что прошлой ночью Кита тянуло к ней, как и ее к нему. Она была уверена, влечение было взаимным. А ласковые слова, которых она не слышала много лет, и нежное прикосновение к щеке, такое знакомое и такое желанное, что у Лили щемило сердце при одной мысли о нем… Она была уверена, что так Кит просил разрешения войти, и не сомневалась в том, что впустила бы его.

Но как же она заблуждалась! Эта ужасная ошибка разочаровала ее.

Неделю назад у нее в холле Кит не смог сдержаться, потом он пересек полмира, чтобы найти ее, а сегодня за ужином демонстрировал неподдельный интерес к ней. После всего этого его неожиданное отступление сбило Лили с толку. Она не ждала – и не хотела – той холодности, которую он ей продемонстрировал, и того беглого, легкого поцелуя.

Что это вообще было?

Что имел в виду Кит, когда сказал, что следующий шаг делать ей? Почему ей? И как?

И чего вообще Кит от нее ждет? Приглашения в постель? Что ж, этого не будет до тех пор, пока он сам не подаст какой-нибудь знак, мрачно подумала Лили. Нет. Не сейчас. Прежде чем снова стать уязвимой, она хотела узнать, что чувствует Кит. Ей нужна была уверенность в том, что для него это не просто секс.

А у нее, к сожалению, уверенности в этом не было. Прошлой ночью она готова была затащить Кита в постель, потому что примерно представляла себе, что он к ней чувствует, а сегодня утром даже не знала, что и думать. Ей казалось, что нежное обращение и прикосновение были случайностью, просто привычкой.

Так что же их ждет дальше? Чего хочет Лили? И чего хочет Кит?

Она наклонила голову сначала в одну сторону, а потом в другую, чтобы потянуть шею, и нахмурилась. Боже, почему все так сложно? Почему все так запутанно?

Лили вздохнула печально и устало. Самолет принес ее на море. А вот куда заведут странные отношения с вернувшимся в ее жизнь Китом? Она спустила ноги с кровати.

Впрочем, что бы сейчас ни происходило, думала Лили, дойдя до ванной и включив душ, она скоро узнает намерения Кита. С его подачи все зашло очень далеко, так что теперь остается просто ждать, пока он придет и объяснит, чего от нее хочет.

А может, она опять ошиблась.

Лили позавтракала – в одиночестве – и провела у бассейна достаточно много времени для того, чтобы быть замеченной. Но прошло два часа, а Кита, к ее разочарованию, нигде не было видно.

Где он? Занят? Избегает ее? Или покинул остров?

Возможно, и так. Едва эта идея возникла у нее в голове и пустила там корни, Лили с отвращением нахмурилась и опустила электронную книгу, в которую уже десять минут смотрела, ничего не видя.

Возможно, она ошиблась, посчитав старые обиды забытыми. Возможно, сделанное ею за ужином признание испугало Кита. Лили не считала, что это так, да и последовавший за этим признанием разговор был легким. Впрочем, теперь, оглядываясь назад, она решила, что не стоило вываливать все на Кита, не давая ему возможности сказать и слова.

Может быть, и весь разговор, и взаимопонимание, которого они достигли, и обмен новостями, накопившимися за последние пять лет, – все это было ради того, чтобы поставить точку в их истории. Кит сделал что хотел и уехал.

Может быть, он искал просто ее дружбы и будет рад услышать, что Лили думает по этому поводу, когда она вернется в Лондон.

Может быть, легкий поцелуй в щеку был не сдержанным, а прощальным.

Ее сердце сжалось, горло сдавило. Но Лили встряхнулась и взяла себя в руки. Ведь не исключено, что она просто все драматизирует.

Конечно, Кит не отправился бы в такой долгий путь для того, чтобы улететь через двадцать четыре часа. Разве он не говорил, что приехал отдохнуть? Да и наверняка ему захочется остаться для того, чтобы узнать, какое решение приняла Лили, хоть она так и не поняла, что Кит имел в виду.

Она отложила электронную книгу, решив, что нужно пойти и поискать Кита. По крайней мере, так она будет знать, что случилось, и поймет, как ей действовать.

Взяв саронг, Лили встала и направилась в отель.

– Доброе утро, – сказала она менеджеру у стойки регистрации и улыбнулась, скрывая напряжение, сдавливавшее ее внутри. – Скажите, пожалуйста, я могу узнать, уехал ли Кристофер Бьюкенен?

– Насколько мне известно, нет, мадам, – ответил менеджер.

– Слава богу! – Лили прижала ладонь к груди и шумно выдохнула. Напряжение исчезло, теперь ее переполняло чувство облегчения. Возможно, причин так радоваться и не было, но какое это имело значение?

– Хотите узнать, где он?

– Да. – Очень. Если он не ищет ее, то она сама пойдет его искать.

– Кажется, он пошел в спа.

– Спасибо.

Вот и отлично, с облегчением подумала Лили, выходя из главного здания и направляясь по дорожке к крытому соломой навесу, под которым размещался спа-салон. Кит не уехал. Он просто отдыхает. Расслабляется. Делает то же самое, что и миллионы других людей в отпуске.

Впрочем, спа – довольно странный выбор для Кита. Лили считала его человеком действия и движения. Обычно он не сидел сложа руки и не занимался самокопанием. Хотя, возможно, теперь все иначе. В конце концов, прошло пять лет, и никто – даже Кит – не может вечно сохранять все время постоянный уровень умственной и физической активности.

Хотя парная и массаж плохо вязались с Китом, которого Лили когда-то знала, она легко могла себе это представить.

В ее воображении он сидел на деревянной скамье, прислонившись к стене, а вокруг клубился пар. На груди Кита виднелись капельки воды, они стекали вниз, очерчивая кубики пресса и исчезая в полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Лили буквально видела, как Кит прикрывает глаза и запрокидывает голову назад, и представляла себе, как целует его в плечо, ловя капельку воды, а потом повторяет кончиком языка путь, который та должна была проделать.

Вниз, все ниже и ниже…

Вообразив себе, что она может сделать потом, Лили, охваченная вспышкой жара, от которого подгибались колени, схватилась за дверь спа, чтобы не упасть.

Боже правый!

Тряхнув головой, прогнав таким образом легкое головокружение и разрушив соблазнительный образ, Лили заставила себя проигнорировать жар и прочистила горло. У нее много лет не было подобных фантазий, и теперь не стоит им поддаваться. Она ищет Кита не для того, чтобы залить его слюнями или растаять от желания и превратиться в лужу у его ног, а для того, чтобы узнать, что, по его мнению, тут происходит.

Спустя пять минут она его нашла. К счастью, не в парной, а в джакузи, что, впрочем, было не намного лучше, потому что Кит оказался обнаженным.

Ну, наверное, не совсем обнаженным, вынуждена была признать она, когда ее отупевший мозг снова заработал и когда здравый смысл, оглушенный до этого жаром желания, снова вернулся. Спа – это все-таки общественное место, так что на Ките, скорее всего, есть плавки. Не то чтобы она хочет исследовать этот вопрос, но…

Положив руки на бортики бассейна, в пузырьках воздуха, сидел Кит. Он был так прекрасен, что Лили не могла отвести от него взгляд. Она смотрела ему на грудь, не решаясь ни спуститься ниже, ни подняться выше.

Эта грудь была прекрасна, с изумлением отметила Лили. Все ее нервные окончания вибрировали. Грудь Кита стала лучше – если вообще можно было стать еще лучше, – чем была тогда, когда Лили впервые ее увидела. Теперь плечи были шире, мускулы казались четче очерченными и более крепкими, а кожа на тон потемнела.

Лили вспомнила, каково было чувствовать Кита рядом, сверху, внутри, и кончики ее пальцев стали зудеть от желания прикоснуться к нему и узнать, изменились ли ощущения, изменилась ли его реакция…

Только когда ее нога скользнула вперед, Лили вернулась к реальности.

А если серьезно, что вообще происходит? Абсурд! Это же Кит, ее бывший муж. Она знает каждый сантиметр его тела, так почему же испытывает такое желание, будто ни разу не видела ничего подобного?

Лили расправила плечи, подняла взгляд вверх и с раздражением отметила, что Кит смотрит на нее. На его губах играла улыбка, которая заставила ее вести себя еще сдержаннее и холоднее.

– Привет! – сказала Лили весело. Пожалуй, даже слишком весело.

– Доброе утро!

– Как спал? – спросила она и тут же пожалела об этом, потому что вопрос вызвал воспоминания о том, как они с Китом засыпали в обнимку, разгоряченные, довольные и усталые.

А потом вспомнилось еще кое-что: Лили просыпается одна, грустная и напряженная от того, что Кит, на самом деле спящий в пустой комнате через холл, находится будто бы за миллион километров от нее.

– Как бревно, – ответил он с непринужденной улыбкой, которая предполагала, что происходящее на него совсем не давит. – А ты?

– Прекрасно, – солгала Лили, безжалостно отгоняя воспоминания. – Я не видела тебя за завтраком.

– Я завтракал в номере.

– А-а.

– Надо было немного поработать.

– Понятно.

На этом цепочка мыслей Лили оборвалась, потому что – боже! – как же трудно было смотреть Киту в глаза, когда так хотелось опустить взгляд ниже. И почти невозможно было устоять перед соблазном скинуть саронг и запрыгнуть в джакузи.

Это просто ужасно, подумала Лили, начиная отчаиваться. Она всегда знала, что ее тянет к телу Кита, что на существующий между ними магнетизм трудно не обращать внимания, но теперь с ней творилось что-то невообразимое. Она практически чувствовала вкус влечения. Пьянящий. Сводящий с ума. И ему все труднее было сопротивляться.

– Хочешь чего-нибудь, Лили?

Его. Она хотела его. И это желание ее ослепляло. Но ему надо было сопротивляться до тех пор, пока не станет ясно, что чувствует Кит и чего он хочет. Сопротивляться ради душевного равновесия, ради уважения к себе и ради самосохранения. Как же непросто это будет! Боже!

– Лили?

Она заморгала и очнулась.

– Что? А, да. – Правда, в тот момент она не могла вспомнить, чего именно хочет. Кажется, узнать, что думает Кит.

Что ж, пока об этом не может быть и речи: у Лили в голове кавардак. Она практически не способна рассуждать здраво. Если сейчас начнется разговор и Кит признает, что между ними все кончено, она, возможно, даже начнет умолять его. Этот вариант не нравился Лили и пугал ее.

Ей нужно свыкнуться с ситуацией и с сильнейшим влечением, которое она испытывает к Киту, прежде чем заводить с ним серьезный и многозначительный разговор о том, чего он хочет. Ей нужно сначала понять, как обстоят дела, и дать Киту возможность сделать свой ход.

Так что пока, пожалуй, не время бросаться в бой с ружьем наперевес.

– Я тут подумала… – сказала Лили. Теперь она чувствовала себя спокойнее, потому что у нее было подобие решения, как вести себя с Китом в сложившейся ситуации. – Что собираешься делать, когда освободишься?

– Пока не знаю.

Этот ответ застал Лили врасплох, и она заморгала. Вот уже второй раз за последнее время Кит удивляет ее. У него нет планов? Странно. Ей казалось, что раньше у него были планы на все случаи жизни.

– Не знаешь?

– Нет. А почему ты спрашиваешь?

– Ну, я подумывала насчет рыбалки.

Да? Неужели? Это стало новостью для самой Лили! Она ведь ни разу не была на рыбалке и даже не знает, нравится ли ей это.

– Здорово.

– И хотела спросить у тебя, не присоединишься ли ты ко мне.

Кит дружелюбно улыбнулся, и Лили почему-то захотелось отвесить ему пощечину.

– А почему бы и нет?

Рыбалка прошла гладко. Настолько гладко, что на следующий день Лили предложила объехать с экскурсией остров. А экскурсия прошла настолько хорошо, что на следующий день они с Китом отправились нырять с аквалангом.

Впечатления от всего этого, даже от рыбалки, были восхитительные, пьянящие голову и приятные. Экскурсия по острову оказалась очень увлекательной, а во время погружения Лили была просто очарована прекрасным экзотическим подводным миром. Ничего подобного она не видела прежде.

Однако то, что происходило между нею и Китом, вовсе не было ни восхитительным, ни пьянящим голову, ни приятным. Это ставило в тупик.

Прошло уже три дня, а она знала не больше, чем в начале недели. Они с Китом проводили вместе дни напролет, но в постель всегда отправлялись по отдельности, и несмотря на то, что было много смеха и разговоры тянулись бесконечно, ситуация не становилась понятнее, и – это разочаровывало сильнее всего – Кит так и не предпринял никаких действий.

Для описания их отношений отлично подходило одно слово, думала хмурая Лили, запихивая в пляжную сумку полотенце, и это было слово «платонические».

Ну ладно, большую часть времени рядом с ними на ходился кто-то еще и не было условий для того, чтобы разобраться с неодолимым желанием. И на рыбалке, и на экскурсии по острову рядом были гиды и другие туристы. Во время погружения с аквалангом Кит и Лили оставались наедине, да, только это почти всегда происходило под водой. И хотя от одного вида Кита в плавках у Лили все внутри переворачивалось и температура подскакивала, маски и акваланги не способствовали ни разговорам, ни созданию интимной обстановки.

Зато в последние три дня было множество возможностей для случайных прикосновений и поцелуев. Правда, все они, к разочарованию Лили, оказались упущены.

Она и представить себе не могла, что у них с Китом будут платонические отношения, и сходила с ума из-за того, что не могла прикоснуться к телу, которое так хорошо знала и любила.

Именно поэтому утром, за завтраком, Лили предложила съездить на пикник в одну из уединенных и пустынных бухточек на другой стороне острова. Она надела свое самое соблазнительное бикини, тщательно уложила волосы, хоть и понимала, что прическа испортится, едва лодка отойдет от берега, увлажнила каждый сантиметр кожи и заново накрасила ногти.

Она выглядела совершенно великолепно, и с удовольствием думала о том, что обстановка и изысканная еда будут способствовать соблазнению. Если все это не подтолкнет Кита к действию, то тогда ей уже ничего не поможет, решила Лили, взглянув на себя в зеркало и беря шляпу и сумку.

Кит заполнял в офисе отеля бумаги на аренду скоростной лодки, которую Лили предложила взять, и чувствовал себя совершенно растерянным. Решение подождать, пока загадочная женщина поймет, чего хочет, и даст ему это понять, было хорошим, однако он не учел того, что такого может и не произойти. Никогда.

Кажется, именно так и случилось. Он был тактичен и обходителен, а она вот уже три дня не проявляла к нему никакого интереса. По крайней мере, в сексуальном плане. И хотя последние несколько дней в компании Лили прошли замечательно, Кит начинал терять терпение.

Он видел, как она смотрела на него, когда он лежал в джакузи, и принял это за хороший знак, предварительно поблагодарив Бога за то, что нижняя часть тела была скрыта бурлящей горячей водой.

Предложение отправиться на рыбалку Кита немного удивило, однако он ждал ее с нетерпением, потому что хотел провести время наедине с Лили. Он надеялся, что на этот раз все решится само собой.

Но к сожалению, за многообещающим стартом так ничего и не последовало, и на третий день отдыха Кит задумался над тем, почему решил ждать, пока Лили сама придет к нему. Может, послать свой план к черту и просто обнять ее?

Нет, этого делать нельзя, напомнил он себе уже, наверное, в сотый раз, потому что, если они надеются начать новые отношения, у них должны быть равные права и возможности. Кит хотел, чтобы Лили стремилась к близости так же сильно, как и он. Она должна захотеть его так же, как он хочет ее.

Так что первый шаг Кит делать не должен. Он уже сделал немало и теперь сознавал, что полностью в ее власти, но не собирался больше ничего предпринимать до тех пор, пока не узнает, что она к нему чувствует. Если он ей нужен, то пусть она придет и возьмет его. Пляж, куда они направляются, тихий, пустынный, уединенный. У них будет вкусная еда, хорошее вино и целый день впереди. И Лили стоит лишь подать знак.

Закончив бумажную работу, с зажатыми в руке ключами, убежденный в правильности своей стратегии, Кит направился к молу, где его ждала лодка. Взойдя на борт, Кит принялся проверять, все ли готово для путешествия. Действуя сосредоточенно и внимательно, он изо всех сил старался преодолеть смущение и растерянность.

И это у него прекрасно получалось до тех пор, пока он не почувствовал покалывание кожи и напряжение в мышцах – верный признак того, что Лили пришла.

Заставив себя расслабиться, Кит бросил взгляд вверх и беззаботно улыбнулся ей, будто его сердце не стало биться чаще, как только он ее увидел.

На самом же деле он просто с ума сходил, глядя на Лили, потому что выглядела она восхитительно. На ней было что-то полупрозрачное, развевавшееся при каждом дуновении бриза и обрисовывавшее соблазнительные изгибы ее тела. Казалось, Лили сошла с рекламного плаката: невозмутимая, сияющая, великолепная. Кит был сражен.

– Привет, – сказал он, когда к нему наконец вернулся дар речи.

– Привет, – ответила она.

Напоминая себе, что он во что бы то ни стало должен придерживаться своего хорошо обдуманного разумного плана, Кит подошел по палубе к Лили и протянул ей руку.

Она приняла ее, и Кит, несмотря на все свои принципы и стратегию, вдруг захотел притянуть Лили к себе, а когда она потеряет равновесие – поддержать ее, заключив как бы случайно в объятия.

Когда Лили оказалась на борту, Кит хотел задержать ее руку в своей на мгновение дольше, чем было необходимо, и сказать что-нибудь приятное о том, как она хорошо выглядит и какой привлекательной он ее находит. Это могло стать призывом к ответному шагу.

Но прежде чем Кит успел что-то сделать, Лили высвободила руку, будто он вдруг обжег ее, отвела от него взгляд и принялась засовывать свою сумку под пассажирское сиденье. Кит мысленно обругал Лили за ее нерешительность, а себя за минутную слабость.

– Готова? – спросил он. Его охватило разочарование, настроение испортилось, а терпение готово было вот-вот лопнуть.

Усевшись и поправив шляпу, Лили обезоруживающе улыбнулась, при виде которой Кит напомнил себе, что должен собраться, если рассчитывает сохранить самоконтроль.

«Еще никогда в жизни я не была так хорошо готова к чему-то», – подумала Лили.

Глава 8

Она-то, может, и готова на все, подумала Лили несколько часов спустя, а вот Кит – явно нет.

Пока они мчались на лодке по водной глади, подпрыгивая на волнах, слушая шум ветра и мотора, говорить было неудобно. Но когда они бросили якорь, привязанный к бую, и дошли вброд до берега, Кит при этом нес корзину с продуктами на голове, Лили решила, что все будет иначе.

Она надеялась, что этот день изменит характер их отношений, и, прежде всего, рассчитывала на уединенность очаровательной бухточки. И все же Лили сомневалась, спрашивая себя, стоит ли заводить разговор о том, что они делают и чего хотят.

И кажется, ее сомнения были справедливы.

С того самого момента, как они отошли от мола, Кит был угрюм и односложно отвечал каждый раз, когда Лили пыталась с ним заговорить. Он явно не был настроен на общение, так что о столь важном разговоре не могло быть и речи.

Время от времени, не в силах больше выносить неловкое, напряженное молчание, она поднимала глаза на Кита и ловила на себе его мрачный, напряженный взгляд, значение которого понять была не в состоянии. От этого взгляда у нее начинала кружиться голова и перехватывало дыхание. Лили пугалась. Она не могла рассказать Киту о своих сомнениях и надеждах.

В общем, утро до сих пор не располагало к общению, и не было ничего удивительного в том, что Лили растерянно отступала каждый раз, когда решалась завести разговор об их отношениях.

Возможно, теперь, за обедом, настроение у Кита улучшится, подумала она, немного просветлев. Может, он просто проголодался. В этом предположении был смысл. Кит всегда становился хмурым, когда ему хотелось есть, а после завтрака прошло уже довольно много времени. И теперь Кит лежал возле нее с закрытыми глазами, и по его ровному, глубокому дыханию она догадалась, что он спит, а это тоже должно было благотворно сказаться на его настроении.

В общем, если раньше возможности поговорить не было, то, может быть, сейчас самое время. Может быть, Лили должна все же решиться и воспользоваться преимуществом их уединения для того, чтобы со всем разобраться.

Лили сделала глубокий вздох, собралась с мыслями и, повернувшись на бок, приподнялась на локте.

– Кит? – окликнула она его и улыбнулась, надеясь на то, что улыбка получилась спокойной и ободряющей.

Открыв глаза, он повернул голову, чтобы посмотреть на Лили, окинул ее взглядом с ног до головы, а потом резко сел и фыркнул:

– Что?

Этот резкий тон оборвал ход мыслей Лили и разрушил ее планы на разговор. Все ее внимание было приковано теперь к лицу Кита. Черты были искажены так, будто он испытывал боль. Он был мрачным. Он явно страдал.

– Ты в порядке? – спросила Лили. Она разволновалась и немного испугалась. Вдруг у Кита сердечный приступ или что-то еще?

– Я пойду купаться, – прорычал, к ее удивлению, Кит, вскочил и направился к морю.

Улыбка Лили его когда-нибудь убьет, мрачно думал он, разрезая грудью волны в надежде избавиться от напряжения, охватившего его тело.

Все утро Лили красовалась перед ним, это сводило его с ума. И теперь он оказался на волосок от того, чтобы наброситься на нее, когда она снова продемонстрировала всю свою привлекательность, изящно повернувшись на бок и что-то промурлыкав при этом, а он должен был смотреть на эти волшебные округлости и манящие ложбинки, наблюдать игру света и тени на них…

Проклятье! Вся эта затея с лодкой и уединенным пляжем была плохой идеей! И о чем он только думал, когда соглашался? Неужели решил, что обстановка заставит Лили броситься на него в диком, неукротимом порыве страсти? Или считал, что без труда сохранит над собой контроль? Какой же он идиот! У него не получается держать себя в руках, когда дело касается Лили. И никогда не получалось.

Что ему теперь, черт побери, делать? Он не может вечно качаться на волнах, рано или поздно придется вернуться на берег. И что тогда будет? Как ему вести себя? И вообще стоит ли об этом думать?

Пожалуй, нет. Пожалуй, лучше просто подчиниться инстинктам, принять всю тяжесть последствий и поведать о том, что он испытывает к ней, не словами, а действиями. По крайней мере, так он точно будет знать, что думает Лили. И если она его отвергнет, он сможет это пережить.

Приняв решение, он почувствовал, что сердце стало биться ровно, а напряжение спало. Кит направился к берегу. Он был уже на полпути, когда остановился, чтобы передохнуть, взглянул на пляж и увидел Лили, сидящую на песке. С искаженным от боли лицом она сжимала ступню.

У Кита все внутри похолодело, его сердце забилось сильнее, и он стал что есть силы грести к берегу, чтобы поскорее узнать, что случилось. Желание помочь Лили заглушило все мысли о физическом влечении.

Достигнув отмели, Кит встал. Сердце громко стучало. Он бросился к Лили.

– Что случилось? – Кит опустился на колени и с волнением отметил, что она побледнела.

Лили поморщилась и потерла ногу.

– Я тоже хотела искупаться, пошла к тебе и напоролась на что-то острое.

– Больно?

– Немного.

По выражению лица Лили было видно, что она сдерживается, чтобы не показать, как ей больно.

– Дай взгляну.

Кит обхватил рукой лодыжку Лили и, почувствовав ее дрожь, поднял на нее взгляд. В ее глазах теперь читалась не только боль, но и испуг. Терпение у Кита лопнуло.

– Боже правый, Лили! Не надо на меня так смотреть! Я тебя не изнасилую!

– Нет?

Неужели она и вправду думала, что Кит способен на такое? Ему придется забыть о своих смелых планах. Испуг в глазах Лили все ему сказал. Она не любит его. Теперь он понял это. Наконец. Он оставит ее в покое. Но только не здесь и не сейчас.

– Конечно нет, – прошипел Кит. – Расслабься.

Закусив губу, хмурая Лили кивнула, и он почувствовал, как напряжение в ее мышцах ослабло. Кит опустил глаза и осторожно повернул ее ступню в ладонях, стараясь не думать о мягкой коже Лили, о том, как он раньше делал ей массаж ног, который часто перерастал в нечто большее. Он старался не думать о том, что она нежная и невероятно приятно пахнет, о том, что ее губы совсем рядом – стоит лишь повернуть голову и немного наклониться вперед, чтобы ее поцеловать.

– Похоже, ты наступила на морского ежа, – сказал он, и его голос прозвучал хрипло.

– Это очень опасно?

– Я вижу всего пару шипов, но кто знает, сколько их там? – Кит порылся в памяти, пытаясь вспомнить, насколько опасны укусы и прикосновения океанских гадов, но все его мысли были о том, что он хотел бы сделать с Лили. – Дышать тяжело? – Ему – да. Казалось, рядом с Лили его легкие забыли, как они должны работать.

– Нет.

– Боль в груди есть?

– Нет.

– Тогда, пожалуй, не опасно.

Он отпустил ее ногу и поднялся. Еще пару минут назад казалось разумным решение подчиниться инстинктам, но сейчас это было неуместно.

– Ты куда? – спросила Лили, бросив на него взгляд украдкой.

– В корзине для пикника есть уксус. Кислота должна помочь.

Она слабо улыбнулась:

– Да, пожалуй, это верное решение.

Кит хмуро посмотрел на Лили. Румянец на ее щеках ему совершенно не нравился.

– Не двигайся.

– Не буду.

Нога начала пульсировать, ее словно кололи крошечные иголочки боли. Кит пошел за корзиной для пикника, Лили смотрела ему вслед. Ее сердце сжалось, и она упала духом.

Идея присоединиться к Киту в море и начать разговор обернулась неудачей, но ответ на вопрос о том, к чему они идут, Лили все же получила.

Кит не собирался заниматься с ней любовью, и, кажется, не только сейчас. Минуту назад они, почти обнаженные, оказались совсем-совсем близко друг к другу, а Кит показал себя хладнокровным, практичным и заботливым товарищем, и только.

Она вздохнула, наблюдая за тем, как он ищет уксус, который предназначался для салата.

Она солгала, когда сказала, что проблем с дыханием нет и в груди не болит. Впрочем, все это не имело никакого отношения к морскому ежу.

В ту минуту, когда Кит прикоснулся к ноге Лили с нежностью, которой она от него не ожидала, ей стало тяжело дышать. А когда он сказал, что не собирается заниматься с ней сексом, ее грудь сдавило так, что сердцу стало физически больно.

Теперь, держа этот чертов уксус в руке, он идет обратно, и Лили должна собрать всю свою волю, чтобы не броситься неосторожно в его объятия.

Сглотнув, она заставила себя удержать руки на песке, когда Кит опустился рядом с ней на колени.

– Я постараюсь вытащить как можно больше шипов. – Он обнадеживающе улыбнулся. – Буду как можно осторожнее.

А ей не хотелось, чтобы он был осторожен, думала Лили, сжав губы, чтобы не проговориться, когда Кит поднял ее ногу и стал выдергивать шипы. Ей хотелось жестко. Напористо. Страстно. Ей хотелось, чтобы он прикасался к ней не холодно и обезличенно, как врач, а нежно, как любовник, поглаживая, лаская. Она мечтала о том, чтобы его руки ласкали ее тело, заставили ее дрожать, сходить с ума от желания.

И кажется, она тихонечко застонала. Или всхлипнула. Что бы это ни был за звук, Кит тут же остановился, отдернул руки и посмотрел на нее.

Что-то мелькнуло в глубине его темных глаз, и у Лили перехватило дыхание. Казалось, все вокруг на мгновение замерло, а Лили с надеждой ждала, что будет дальше.

Кит отшатнулся, отвел взгляд, запустил пальцы в волосы – и мир вокруг снова ожил.

– Кит? – прошептала Лили. Она дрожала.

– Ты вскрикнула, – пробормотал Кит, закрыл бутылочку с уксусом и встал. – Извини, если сделал больно. Но теперь все в порядке.

– Не волнуйся, – сказала Лили и неуклюже поднялась. Огорчение и разочарование заглушили боль. – Спасибо тебе.

– Нам лучше вернуться.

– Да, хорошая идея.

После посещения больницы, где ее ногу проверили и выдали справку с заключением «здорова», Лили вернулась на виллу, бросила сумку на диван и плюхнулась на кровать, неудовлетворенная, раздираемая чувством разочарования и напряжения.

Кит не хотел ее. Теперь это стало очевидно. Причем настолько, что Лили не понимала, как могла думать иначе.

Неужели она могла так ошибиться? Сестре придется за многое ответить, мрачно подумала она, перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Если бы не тот глупый телефонный разговор, Лили не решила бы, что Кит до сих пор к ней что-то чувствует.

Да, Зои сказала, что Кит, возможно, до сих пор ее любит. А это значит, что, возможно, и нет, так ведь?

Если так, то Лили ошиблась, придав так много значения взгляду, которым Кит одарил ее перед ужином в день своего приезда. Возможно, она так много увидела в его глазах просто потому, что хотела это увидеть? И наверное, она была не права, когда вообразила, что их с Китом отношения могут измениться.

Это ужасно огорчало, потому что последние три дня хоть и не привели ни к чему, зато показали, за что Лили когда-то полюбила Кита. Он все делал с удовольствием, считал, что надо жить полной жизнью; рядом с ним она чувствовала себя желанной и защищенной, он был добр к ней и щедр.

А еще эти несколько дней доказали, что Лили, несмотря на все уверения в обратном, несмотря на все то, что она сама себе говорила в последние пять долгих и ужасных лет, до сих пор любила Кита. Теперь она знала, что любит в нем абсолютно все. Всегда любила и всегда будет любить.

А он к ней абсолютно равнодушен.

Ее сердце сжалось; Лили сдавленно застонала и ударила матрас кулаками. Боже, что за кошмар! И все из-за желания узнать, что их ждет! А их ничего не ждет. Только возвращение домой. Завтра. И они заживут каждый своей жизнью. По отдельности.

Лили впала в отчаяние. Она перевернулась на спину, села и бросила печальный взгляд в окно.

По крайней мере, погода испортилась и теперь соответствует ее мрачному настроению.

С тех пор как они вернулись – какая все-таки ужасная выдалась поездка! – атмосферное давление падало, температура воздуха росла, жара стала уже почти невыносимой. Облака, которые начали собираться на небе, когда они швартовали лодку у мола, теперь стали такими плотными и темными, что казалось, будто остров накрыло тяжелым, влажным и теплым одеялом.

После полудня прошло совсем немного времени, но уже стемнело. Это были не нежные и мягкие сумерки, как в последние несколько дней, а неприятный, зловещий сумрак. Он ничего хорошего не обещал. Ветер хлестал море и почти пополам сгибал деревья, а воздух потрескивал от электричества так, что Лили вздрагивала всем телом.

Она была странно возбуждена и раздражена. Будто внутри ее поселился целый рой пчел.

И что теперь делать до конца дня? Читать она не сможет. Работать тоже. Никаких развлечений на территории отеля не будет из-за надвигающегося шторма. Остается только крытый спортзал. Но Лили не пошла бы туда, даже если бы захотела: когда они вернулись, Кит пробормотал, что собирается там потренироваться.

Просто лежать на спине и расслабляться тоже не получится, вместо этого Лили остаток дня будет сводить себя с ума всякими «если бы», гадая, чем Кит занимается, о чем думает, и сможет ли она понравиться ему снова. Ей придется избегать его оставшееся время на острове.

Но сможет ли она?

Раскат грома прокатился по небу, заставив Лили подпрыгнуть, а окна – задрожать.

Погодите-ка, подумала Лили, вскочила с кровати и принялась ходить по комнате, мысли неслись с бешеной скоростью. Кто она? Какая-нибудь плакса? Кто эта женщина, которая испугалась трудностей? Где та женщина, которая была так решительно настроена до того момента, как наступила на морского ежа?

Неужели она смиренно примет то, что у них ничего не может быть, и оставит все в прошлом? Неужели сдастся, не убедившись в том, что у них точно нет будущего, когда возможность все узнать есть?

Нет, черт побери! Она не сдастся!

Чем ей придется поступиться, если она решится действовать? Гордостью? Она потеряна много лет назад. Покоем? Да, Лили обманывала себя, когда говорила, что он у нее есть.

И чего именно она боится? Того, что он ее отвергнет? Или того, что примет?

Молния расколола небо, осветив комнату, и Лили почувствовала, что ее сердце забилось быстрее. Теперь она знала, чего хочет и что должна сделать.

Она не уедет домой, не узнав, есть ли у них с Китом шанс быть вместе. И ни одной минуты дольше не станет она выносить неопределенность. Да, что ее ждет, неизвестно, и это пугает, да, погода стоит дьявольская, но бывало и хуже, решительно подумала Лили и надела дождевик.

Вернувшись из спортзала к себе на виллу за секунду до того, как небеса разверзлись, Кит прошел в душ и включил воду. У Кита было скверно на душе, он потерял терпение и утратил надежду.

Он сделал все, что мог, для того, чтобы заставить Лили захотеть его так же, как он хотел ее, но этого оказалось недостаточно. Значит, надо смириться с тем, что он ей не интересен.

Вдруг он вспомнил Лили, сидящую на краю пляжа. Вспомнил, как она тихонько застонала – от боли или от чего-то другого, и их взгляды встретились. Казалось, что они балансируют на лезвии ножа. Это был момент, в который он надеялся, что Лили воспользуется возможностью начать все сначала. А она не решилась или не захотела?

Тот момент, который рассказал ему все, что он хотел знать.

Боль сдавила грудь, Кит снял спортивную форму, бросил ее в корзину для грязного белья и шагнул в душевую кабинку.

Встав под ледяную воду, он поморщился и почувствовал, как мышцы расслабляются после напряженной тренировки. Боль в груди, подумалось ему, так легко побороть не удастся.

А придется, потому что Кит должен был принять знак от Лили. Точнее, его отсутствие. Он больше не станет ее искать. Не станет пытаться что-то изменить. Он ошибся, считая, что есть шанс на воссоединение. Их отношения изжили себя, следовало оставить их в прошлом.

Не стоило сюда приезжать, подумал Кит, добавил горячей воды и, взяв флакон с гелем для душа, стал намыливаться. Теперь, оглядываясь назад, он понимал, что лучше было остаться дома.

Но это теперь не имеет значения. Ему осталось провести на этом богом забытом острове всего двадцать четыре часа, а потом он вернется обратно. К нормальной жизни. Более или менее нормальной. Кит выкинет Лили из головы и станет жить дальше. Так следовало сделать еще тогда, когда он понял, что его «проблема» решена. Он преодолеет отвращение к другим женщинам и станет встречаться с кем-нибудь. Конечно. Обязательно, через какое-то время.

Ему в любом случае придется сделать это, потому что в будущем – что бы оно ни готовило – не было Лили.

Сквозь раскаты грома, обрушивавшегося с небес, грохот дождя, молотившего по крыше и окнам, шум душа, яростно бившегося в тело, и пульсацию крови в ушах, образовавшуюся от мыслей о том, что с Лили все кончено, он не сразу услышал стук в дверь.

Уловив его наконец, Кит нахмурился. Кого там еще черт принес в такую погоду? Что такое случилось, что не могло подождать до окончания шторма?

Рассердившись, он выключил душ и обмотал вокруг бедер полотенце. Выйдя из ванной, он направился в холл. И замер, потому что за дверью стояла Лили.

Ее он хотел видеть меньше всего на свете. И больше всего на свете тоже.

Не ожидая ничего хорошего от внезапного визита Лили, Кит подошел к двери – сердце его бешено стучало, – открыл ее и вздрогнул от ворвавшегося в дом порыва ветра.

Одетая в дождевик, у которого не было шансов выстоять против бушевавшего тропического шторма, Лили была насквозь мокрая, вода стекала с плаща на ступени, ее волосы намокли, зато глаза сверкали в слабом дневном свете. Она была скованна и напряжена. Это взволновало Кита еще больше. И смущало его. Он пожалел, что не одет.

Игнорируя неприятный эффект, который Лили на него оказывала, Кит втянул ее внутрь и не без усилия закрыл дверь.

– Что ты здесь, черт побери, делаешь в такую погоду? – прорычал он с наигранной злостью, чтобы сдержаться и не прижать Лили к себе. Он был уверен, что получит за это пощечину. – С ума сошла?

– Очень может быть, – ответила она и стала, дрожа, стягивать с себя дождевик.

Кит сделал шаг вперед, чтобы забрать его у нее, а потом, прежде чем успел уловить ее запах, поспешил в ванную, чтобы повесить мокрый дождевик там, вернулся с полотенцем и протянул Лили.

Она стала вытирать волосы, а Кит стоял и смотрел, мечтая сделать это за нее. В его голове царил хаос, его тело было как комок нервов, поэтому он не решался заговорить и просто ждал, пока Лили закончит.

– Я сто лет стучала! – сказала она, бросив полотенце на диван, и принялась расчесывать волосы пальцами.

– Я принимал душ и не слышал тебя.

– Извини за внезапное вторжение.

Кит нахмурился, услышав дрожь в ее голосе. На улице было жарко и влажно, но Лили, казалось, совсем замерзла.

И вдруг как зигзаг молнии, которые били вокруг них, Кита озарила мысль: Лили ведь всегда ужасно боялась грозы! С первым раскатом грома она всегда забиралась под одеяло и сидела там, дрожа, обливаясь потом и часто дыша. Успокоить ее могли только объятия Кита. Она прижималась к нему и сидела так до тех пор, пока не заканчивалась гроза.

– Ты в порядке? – спросил он у нее. Желание и досада, пульсировавшие в нем, отступили перед тревогой за Лили.

Она часто заморгала.

– Конечно! Почему я должна быть не в порядке?

– Ты ненавидишь грозу.

Она удивленно на него посмотрела:

– Что?

– Ты боишься грозы.

– Вовсе нет!

– Ну, по крайней мере, раньше боялась.

– А, да, точно. Но я посещала специалиста, – сказала она, сцепила пальцы и крепко стиснула их. Кит решил, что это не просто так. – Прошла курс и поборола страх.

– Прошла курс?

– Да.

– Я не знал.

– Ты многого обо мне не знаешь.

– Естественно. – Например, вот это… – Что ты здесь делаешь?

Мгновение Лили просто смотрела на него. Потом прочистила горло и расправила плечи.

– Так… Ну… Дело в том… – Она немного помолчала и сделала глубокий вдох. – Я хочу знать, что происходит, Кит.

Кит напрягся, его мозг принял состояние повышенной готовности.

– О чем ты?

– О нас.

Разве это не очевидно? Кит считал, что очевидно. Хотя, может, и нет. Его сердце забилось тяжелее, но он не понимал почему.

– И что, как ты думаешь, происходит?

Лили выдохнула и всплеснула руками, будто больше не могла сдерживаться, будто прорвало какую-то плотину.

– Да я понятия не имею! Сначала ты появляешься: «Впусти меня, нам надо поговорить, это срочно», прижимаешь меня к стене, летишь через полмира, чтобы найти меня, а потом демонстрируешь мне абсолютное равнодушие.

Кит поморщился так, будто его ударили в грудь. Лили решила, что она ему не интересна. Почему? Он ведь пытался доказать ей как раз обратное!

– Я к тебе не равнодушен, – хрипло возразил Кит.

Она закатила глаза и скрестила руки на груди.

– Ну да, конечно. Только ты относишься ко мне по-братски!

Он стиснул зубы, его глаза сузились. Что за черт?!

– Ты считаешь, что я отношусь к тебе по-братски?

– А как еще это можно назвать?! – воскликнула она, вздернув подбородок. – Постоянно помогаешь, весь такой дружелюбный! И еще эта ерунда с морским ежом и уксусом! И это не говоря уже о нелепом волнении о моем самочувствии в грозу!

– И вовсе это не по-братски, – напряженно ответил Кит. – Совершенно не по-братски.

– А как тогда? – спросила Лили. Ее грудь тяжело вздымалась, щеки порозовели. – Потому что я схожу из-за этого с ума! С катушек съезжаю! Мне не нужна твоя помощь, Кит, и твоя забота тоже!

Кит почувствовал, как кровь ударила в голову, его сердце забилось тяжелее.

– А что тебе нужно, Лили? Чего ты хочешь?

– А как ты думаешь?

– Скажи мне!

– Ладно! Я скучаю по тебе.

Он помедлил, и каждая клеточка его тела затаилась в ожидании.

– Но в последние четыре дня мы почти все время были вместе…

– Я скучаю по твоим прикосновениям, по твоим поцелуям. Мне не хватает тебя рядом.

– А в чем проблема? Сексуальная неудовлетворенность?

– Да, это проблема, черт побери! – сказала Лили. Она дышала прерывисто. – Ты должен мне оргазм.

– Так сказала бы.

– Я говорю об этом сейчас.

Он сделал шаг вперед, глядя ей прямо в глаза:

– Расскажи все.

– Все?

– Ты же сама сказала, что честность – лучший способ со всем этим разобраться.

Лили сглотнула. У нее перехватило дыхание.

– Последние несколько дней были адом, Кит.

– В каком смысле?

– Я так хочу тебя, что желание просто разъедает меня изнутри. А ты… – Лили пожала плечами. – А ты, кажется, не чувствуешь того же самого.

– Чувствую.

Она взглянула на него:

– Правда?

– Правда.

– Тогда что все это было?

– Мне было нужно, чтобы и ты меня захотела.

– Я тебя хочу, – сказала она дрожащим голосом. – Очень хочу.

Раздался раскат грома.

– Тогда докажи это мне.

Глава 9

Лили не нужно было просить дважды. После стресса, волнений и сомнений, бушевавших внутри ее, новость о том, что Кит хочет ее так же, как и она его, привела ее в восторг, и Лили, пылающая, с бешено бьющимся сердцем, бросилась в объятия Кита.

Она обвила руками его шею и крепко-крепко к нему прижалась. Кит обнял ее за талию и припал губами к ее губам.

Его язык скользил у нее во рту, извиваясь и сплетаясь с ее языком, у Лили подкосились ноги. Охваченная желанием, она прижалась к Киту и почувствовала, как его естество напрягается и растет.

Он еще крепче обнял ее и провел рукой по волосам. От этого знакомого движения у Лили защемило сердце. Решение взять все в свои руки и, набравшись смелости, прийти к нему оказалось самым лучшим из тех, что она могла принять. Ради этого можно было и промокнуть, борясь с порывами ветра и проливным дождем. Оно того стоило!

Лили так скучала по нему! Так скучала! Прижавшись к Киту всем телом, она скользила руками по его плечам, по спине, повторяя контуры мускулов и чувствуя, как они отвечают на ее прикосновения.

Изнемогая от вожделения, которое уже невозможно было сдерживать, Лили стянула полотенце, обмотанное вокруг его талии, и бросила на пол. Кит остался обнаженным. Она положила ладони на его ягодицы, прижалась к нему вплотную и, подстроившись, стала тереться и покачивать бедрами.

Прервав поцелуй, тяжело дыша, Кит посмотрел на Лили – его взгляд был темным, страстным, полным желания – и потянул ее топ вверх. Она подняла руки, чтобы Киту было удобнее. Он снял топ, бросил его на пол и в следующую секунду уже расстегивал юбку и стянул ее вниз вместе с трусиками. Лили переступила через них и скинула кроссовки, которые надела, чтобы легче было идти по песку под дождем.

Снова притянув Лили к себе и прильнув к ней губами, Кит повернул ее и подвел к кровати. Споткнувшись, Лили упала навзничь на мягкий матрас, а Кит оказался сверху. Не прерывая поцелуя, он завел ей руки за голову и прижал их к кровати.

Лили стонала и извивалась, тяжело дышала и хватала ртом воздух, но Кит крепко ее держал. Он стал спускаться ниже, к шее, по округлости левой груди, и вот его губы сомкнулись вокруг ее соска. После этого Лили прекратила все попытки освободиться.

Поддавшись мощному безудержному желанию, которое охватило ее тело, Лили забыла обо всем на свете. Она перестала сопротивляться и позволила Киту взять ее с собой в рай.

Кит скользил вниз по телу Лили, покрывая его страстными поцелуями. Он остановился только тогда, когда достиг влажной, разгоряченной точки, и Лили застонала, почувствовав там его жаркое дыхание.

Тогда он отпустил ее запястья, чтобы она могла прикасаться к нему так, как хотела, прижал к кровати ее бедра и склонился над ними. Почувствовав, что от желания кружится голова, Лили вцепилась в простыню и мягко сказала:

– Эй. – Ее голос был хриплым и нежным, она пыталась сгладить шуткой то мощное и всеподавляющее чувство, которое их сейчас объединяло. – Кажется, это я должна была доказать, что сильно хочу тебя…

Замерев в то же мгновение, Кит поднял голову и посмотрел на нее.

– Так-то так, только вот, как ты тактично напомнила, я задолжал тебе оргазм.

– Задолжал, – изумленно повторила Лили. Во рту у нее пересохло, в ушах шумела кровь.

– Тебе решать.

Как будто она его сейчас остановит! Как будто ей этого хочется!

– Думаю, мне лучше просто заткнуться.

– Верное решение.

И это было истинной правдой. Когда Кит снова обратил все свое внимание на ее жаркий и влажный треугольник, веки Лили затрепетали, и все тело содрогнулось от ощущений, охвативших его.

Когда язык Кита прикоснулся к ее клитору, она выгнулась с тихим стоном. Кит скользнул одним пальцем, а потом и вторым внутрь ее и стал нежно и до безумия медленно ласкать ее. С мастерством эксперта он заставлял напряжение в теле Лили нарастать, то ускоряясь, то замедляясь, и вскоре ей стало казаться, что она сойдет с ума либо от желания, либо от разочарования.

Она стонала, кричала от желания, хватала ртом воздух, извивалась. И когда уже готова была умолять Кита о пощаде, он ловким движением пальцев заставил твердый шар напряжения взорваться внутри ее. Лили словно впала в забытье, разлетелась на тысячу крошечных осколков и задрожала, зажав руку Кита бедрами. Его имя застыло у нее на губах.

– Это точно сравняло счет, – пробормотала Лили, когда судороги стихли, зрение прояснилось и дыхание вновь стало ровным.

Кит приподнялся и, опершись на локти, посмотрел на нее.

– Это хорошо.

– Я хочу еще.

– Серьезное заявление.

Лили озорно улыбнулась:

– Ты даже не представляешь, насколько.

– Я заинтригован.

– Я по-прежнему должна доказать, как сильно хочу этого. Как сильно хочу тебя.

– Так чего же ты ждешь?

– Ничего. – Она заставила Кита перевернуться на спину, закинув ногу ему на бедро.

Наклонившись, она поцеловала его и, не желая ждать дольше, опустилась вниз.

Кит застонал, а Лили резко вздохнула, почувствовав, как он расширяет ее и наполняет ее тесные глубины.

– Подожди, – сказала она, когда он начал двигаться.

– Что?

– Немного терпения, дорогой мой.

– Я этим не грешу. Хотя, должен признать, на прошлой неделе я сам себя удивил.

– Неужели?

– Как будто ты мне не веришь! Впрочем, я удивил себя не так сильно, как ты сейчас удивляешь меня.

– Тебе нравится? – поддразнила она его.

– Мне всегда нравилось. И ты об этом знаешь.

– И мне нравится.

Тогда он вдруг словно пришел в ярость, схватил Лили одной рукой за шею, а другой – за бедра и прижал ее к себе. Она почувствовала, как его сердце бьется рядом с ней, внутри ее, и, не сумев себя сдержать, начала двигаться. Она медленно покачивалась над ним, скользя бедрами вперед-назад, а он каждый раз в такт ей приподнимался вверх.

Дождь продолжал стучать по крыше и террасе, пот покрывал кожу Лили, а жар внутри ее становился все нестерпимее.

Кит склонил голову и нашел губы Лили. Она стиснула его плечи. Сил выносить удовольствие, охватившее ее тело, уже почти не было. Она застонала. Кит ответил тем же, и Лили почувствовала, как ее охватывает доходящее временами до отчаяния вожделение.

– Боже, Лили… – прервав поцелуй, хрипло сказал он. Его дыхание стало учащенным, а лицо – напряженным.

– Я знаю. – Она дрожала от переполнявших ее эмоций. И ей казалось, что от этого можно даже взорваться.

– Я люблю тебя, – тихо сказал Кит, глядя ей в глаза.

– И я тебя люблю.

Его руки сжались крепче, он начал двигаться резче и быстрее; Лили извивалась на нем. Одним последним и мощным движением он вошел глубоко в нее, его естество запульсировало. Эта пульсация и слова, которые он шептал ей на ушко, переполнили Лили, и ее тело забилось в экстазе.

Лежа в шезлонге и глядя на россыпь звезд вместе с Лили, удобно устроившейся у него между ног и положившей голову ему на плечо, Кит никак не мог поверить в то, что всего пару часов назад он готов был все бросить и уехать.

В какой-то момент ему стало казаться, что хуже уже быть не может, но теперь, после самого безумного дня за много последних лет, перед ним открывались новые возможности. Бесконечное количество возможностей.

Как гроза очистила тяжелый воздух тропиков от пыли и жара, оставив после себя чистоту и свежесть, так и они с Лили очистили свои отношения от сомнений и разочарований, которые разделяли их.

Теперь у них появилась возможность начать все сначала, и Кит собирался воспользоваться тем, что дверь к этой возможности была не приоткрыта, а широко распахнута.

– Ты думал об этом в последние четыре дня? – промурлыкала Лили, прервав ход мыслей Кита, и нежно провела по его руке, лежавшей у нее под грудью.

– Почти каждую секунду.

– А я и не догадывалась.

– А я не догадывался, что ты тоже об этом думаешь.

– Как много времени мы потеряли!

В ее словах были нотки сожаления, и Кит слабо улыбнулся:

– Я так не думаю.

Лили повернула голову, чтобы посмотреть на него.

– Нет?

– Взгляни на все с другой стороны. Если бы мы сделали это несколько дней назад, то многого не увидели бы. Мы бы, скорее всего, вообще не покидали виллу.

– Это правда.

– Я бы так и не узнал, что ты так хорошо ловишь рыбу…

– Новичкам всегда везет.

– И мы не увидели бы рыбу-клоуна…

– Не увидели бы. Она прекрасна… Но я все равно уверена, что предпочла бы заниматься этим с тобой.

В ее словах был смысл.

– Рад, что мы не растратили навыков общения, – заметил Кит.

– Да уж.

– Когда мы разучились понимать друг друга? – тихо спросил он и, лениво проведя по волосам Лили, почувствовал, как она задрожала.

– Ты правда не знаешь?

Кит нахмурился в темноте:

– Кажется, знаю…

Они не сорвались с резкого обрыва, они катились вниз по пологому склону. Все началось – Кит это знал – после того, как провалилась третья попытка искусственного оплодотворения. Они так надеялись – и снова ничего не вышло. Не сумев побороть разочарования, Лили начала замыкаться в себе и через какое-то время превратилась в совершенно чужого человека. Кит не знал, как ей помочь, и все больше времени проводил на работе. Себе он говорил, что это нужно для того, чтобы двигаться вперед, но на подсознательном уровне понимал: он просто избегает Лили, всей этой ситуации и разлада в их отношениях.

– Впрочем, теперь уже не важно, – заявила Лили и тем вернула Кита к реальности. – Пару часов назад мы заново открыли для себя это искусство.

Чистая правда. Их тела инстинктивно узнали друг друга и двигались в едином порыве, будто бы их никогда не разделяли. Безо всяких усилий Кит вспомнил, что именно нравится Лили, а она вспомнила, что сводит его с ума.

Нежное дуновение ветерка всколыхнуло волосы Лили, и они шелком выскользнули из пальцев Кита.

– Тебе идет, – сказал он.

– Что, стрижка?

– Да. Тебе хорошо с короткими волосами.

– Спасибо.

– Когда ты подстриглась?

– Несколько лет назад.

– Что-то вроде нового старта?

– Да.

– Почему ты больше не выходила замуж, Лили?

От этого вопроса Лили замерла и напряглась, правда, она тут же расслабилась, но казалось, что ей для этого понадобилось приложить некоторые усилия.

– Даже и не знаю, – ответила она легко. Кит решил, что даже слишком легко. – Обжегшись на молоке, на воду дуют.

– Только поэтому?

Откуда взялся этот вопрос, Кит не знал, но теперь ему стало даже интересно. Он надеялся, Лили признает, что так его и не разлюбила.

Она вздохнула:

– Нет, не только поэтому.

– Тогда почему?

– Я так никого и не встретила.

– Правда?

Кит не мог в это поверить. Лили была восхитительна. Веселая. Успешная. Он думал, она найдет себе другого через пару недель, и был очень рад тому, что все вышло иначе.

– Точнее, я так и не позволила себе встретить кого-нибудь, – сказала она, и их с Китом пальцы переплелись. – По крайней мере, кого-нибудь, кем могла заинтересоваться.

Не уловив смысл ее слов, Кит нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– Похоже, я всегда считала, что серьезные отношения сделают меня уязвимой или вроде того. Я не хотела и не хочу снова оказаться в ситуации, после которой остаются только страдания, головная боль и чувство пустоты внутри. А с тобой я прошла именно через это. Теперь понимаешь, что я имею в виду?

– Да. То есть ты все эти годы хранила обет безбрачия?

– Нет, конечно нет, – сказала она с легким смешком, явно не приняв в расчет ревность, пронзившую Кита, который представил Лили с другим мужчиной. – Я ходила на свидания с другими мужчинами. Они были милыми, и у нас даже возникали какие-то чувства друг к другу. Но ни с одним из них не было умопомрачительного секса, похожего на землетрясение и фейерверки. Такого, как у нас с тобой. Казалось, будто просто чешешься, чтобы избавиться от зуда. Но в тот момент меня это вполне устраивало.

– А теперь?

Лили повернулась к Киту и улыбнулась ему.

– А как ты думаешь?

Кит надеялся, что у нее больше никогда не будет секса – ни хорошего, ни плохого – с другими мужчинами.

– А что ты? – спросила она. – Почему ты так и не женился больше? Наверняка ведь были возможности. И потом, ты всегда хотел детей.

– Да, возможности были.

– Не стоило мне об этом спрашивать…

Нотки ревности в ее голосе заставили Кита улыбнуться.

– Но все мои отношения разрушались из-за проблемы, которую ты решила в новогоднюю ночь.

– Ты про свою импотенцию?

– Вот обязательно было, а?

– Прости, – сказала она, но ее тон не был извиняющимся. – А как бы ты сам это назвал?

– Временная психологическая проблема, касающаяся вопросов интимной близости.

– Не такая уж она и временная, если существовала пять лет.

– Пожалуй.

– И потом это похоже на диагноз от терапевта.

– Так и есть.

Лили высвободилась из его объятий, села прямо и повернулась к нему. На ее лице было написано удивление.

– Ты ходил к врачу?

– Ходил.

– И это не помогло?

– Мне ничего не помогало.

– Должно быть, тебя это ужасно расстраивало.

– Ты даже не представляешь как.

– Ну, теперь ты исцелен и можешь наверстать упущенное.

Кит многозначительно на нее посмотрел:

– Могу. Но не буду.

Она замерла на мгновение, пристально глядя на Кита.

– Да?

– Ведь то, что происходит с нами, – не просто секс.

– Я тоже так думаю, – ответила Лили так мягко, что это был почти шепот. – Всю прошлую неделю я вспоминала, за что полюбила тебя.

– Аналогично.

– И теперь мне кажется, я так и не смогла завести новые отношения только потому, что не разлюбила тебя.

– А я начинаю думать, что проблемы с сексом у меня возникли не из-за чувства вины за измену, а от того, что я так и не разлюбил тебя.

Лили склонила голову набок и слабо улыбнулась.

– Ну мы и парочка!

Они могут быть странной парой, подумал Кит. Прекрасной парой. Если только она даст ему шанс, Кит потратит остаток жизни на то, чтобы доказать это. Он глубоко вздохнул. Его сердце билось так сильно, что, казалось, касалось ребер.

– Лили?

– Да?

– Как насчет того, чтобы попробовать еще раз?

Несмотря на то что в глубине души Лили ждала чего-то подобного, она заставила себя проглотить то «да», которое было готово сорваться с губ, и подавила желание броситься на Кита и осыпать его поцелуями.

Днем она много об этом думала и даже фантазировала, причем гораздо дольше, чем была готова признать, но реальность сильно отличалась от сказок. В ней были не только розы, воссоединения с любимыми и концовки типа «и жили они долго и счастливо».

Их с Китом история была болезненной, мучительной, душераздирающей, а теперь все больше походила на хаос, полный воспоминаний, не все из которых способствовали созданию крепких и здоровых отношений.

Поэтому сама по себе идея начать все сначала нравилась Лили, но сомнения и страхи останавливали ее.

Проигнорировав сердце, которое запомнило признание Кита в любви, и прислушавшись к голове, которая требовала действовать осторожно, Лили вздохнула:

– Я не знаю, Кит.

Он нахмурился, его улыбка поблекла.

– Чего ты не знаешь? Я уверен в том, что люблю тебя.

– И я тебя люблю. Только мы и тогда друг друга любили, и посмотри, что из этого вышло. Почему ты считаешь, что на этот раз все будет по-другому?

– Потому что мы изменились.

– Достаточно ли сильно мы изменились?

– Думаю, да.

Он прав. Они изменились. Но все же…

– Кое-что осталось прежним. Например, твое желание иметь детей, – сказала она и почувствовала внутри тупую боль. Было не так тяжело, как раньше, потому что Лили уже свыклась с этим, но все равно очень неприятно. – Я не смогу тебе этого дать, потому что, боюсь, я не решусь еще раз на процедуру искусственного оплодотворения.

Трех раз было вполне достаточно, и Лили не хотела снова переживать надежду и разочарование, которые пробуждала в ней эта процедура. Не хотела, чтобы ей снова напоминали про боль, внематочную беременность и последовавшее за этим бесплодие.

– Есть и другие варианты, – заметил Кит, внимательно глядя на Лили.

– Усыновление?

Он предлагал этот вариант и раньше, сразу после того, как третья попытка оплодотворения не принесла результатов. Тогда Лили решила, что провалила миссию, возложенную на нее эволюцией, и накричала на Кита. Она сказала, что он черств и совершенно ничего не понимает, ведь усыновление не сравнится с возможностью держать на руках собственного ребенка.

Но теперь, возможно, Лили поймет, что это приемлемый для них вариант. И единственный.

– Мы можем обсудить это, – сказал он. – Когда-нибудь, а можем и не обсуждать. Как хочешь. Лучше у меня будешь одна ты, чем семья с другой женщиной. И я всегда хотел только этого.

Не обращая внимания на тепло, которое разлилось по ее телу, Лили тихо произнесла:

– Это ты сейчас так говоришь. А что будет, если ты передумаешь?

– Не передумаю.

– Ты можешь передумать.

– Поверь мне.

– И это тоже проблема. – Лили нахмурилась, вспомнив еще одну причину для волнения. – Почему я должна доверять тебе? Откуда мне знать, что ты не пойдешь искать утешения в объятиях другой, когда начнутся трудности, когда я разозлюсь и замкнусь в себе, мне ведь это время от времени свойственно?

Кит обнял Лили и снова усадил, как прежде, устроив ее голову у себя под подбородком.

– Мы будем разговаривать, – сказал он и крепко прижал Лили к себе, – общаться.

– Ты думаешь, мы сможем?

– Я прослежу за этим. Не позволю нам не справиться.

Заметив, как на небе промелькнула падавшая звезда, Лили почувствовала, что ее сердце пропустило один удар.

– Разве это так просто?

– Это может быть просто, если мы станем решать проблемы по мере их поступления.

От искреннего голоса Кита, от тепла его тела Лили будто воспарила.

Может быть, стоит попробовать? Может быть, на этот раз у них все получится? Слова Кита вселяли в нее уверенность. Этой ночью они оказались в своем собственном мире, как в пузыре, и там все казалось возможным.

Но на что это будет похоже, когда они вернутся в Лондон, к обычной жизни? Смогут ли они справиться и со своей работой, и с отношениями? И это не говоря об общении с семьей и друзьями. Хватит ли на все это сил и выдержки? Сумеют ли они быть открытыми и честными? Ведь в прошлый раз не сумели.

– Послушай, Лили, я не говорю, что все будет так уж легко, – тихо сказал Кит, будто прочитав ее мысли. – Я вовсе не считаю, что у нас совсем не будет трудностей. Зато я знаю, что люблю тебя и что сделаю все ради наших отношений, если мне каким-то чудом удастся вернуть тебя.

Кит говорил тихо и уверенно, его сердце билось мощно, это успокоило Лили, и она почувствовала, что сдается.

– Мне нужна честность.

– Ты ее получишь.

– И так будет всегда?

– Всегда. И у тебя не будет причин усомниться во мне. Никогда.

– Правда?

– Обещаю.

И Лили бросилась, как в омут, в будущее с Китом.

– Хорошо, – прошептала она с комком в горле. – Давай сделаем это.

Глава 10

– Ты выглядишь счастливой.

Лили бросила сумку на стол, села и радостно улыбнулась своей сестре. Такая улыбка теперь постоянно играла у нее на губах.

– Так и есть.

Лили действительно была счастлива. Последние несколько месяцев, несмотря на ее опасения, прошли замечательно. Лучше не придумаешь. Им с Китом было невероятно хорошо. Лили не понимала, как в последние пять лет одиночества могла считать, что все в порядке. Она с удивлением качала головой каждый раз, когда вспоминала об этом.

Теперь она осознала, что чувствовала тогда на самом деле. Она жила по инерции, просто существовала, и вся ее жизнь была черно-белой. Несмотря на множество друзей и прекрасную семью, Лили была одинокой. Ужасно одинокой.

А теперь, вернувшись с Индийского океана, она чувствовала внутри огонь и каждое утро просыпалась с желанием дышать полной грудью, радостная и энергичная. Дни проносились в ярких красках, а ночи были жаркими и страстными. Никогда Лили не чувствовала себя такой счастливой, уверенной в том, что дать отношениям второй шанс было отличной идеей.

Правда, так думали не все. Родители, например, очень волновались. Они не хотели нарушать ее счастья, но от совета быть осторожнее все же не смогли удержаться. Впрочем, это было вполне естественно, ведь они видели, как тяжело Лили переживала расставание с Китом.

Друзья, по большей части, осторожно поздравляли ее, однако некоторые, те, что видели страдания Лили, спрашивали, как она могла снова довериться Киту. В ответ она лишь просто пожимала плечами.

Единственным человеком, который радовался за нее искренне и безоговорочно, была Зои. Но она сама была влюблена, да к тому же с головой ушла в предсвадебные хлопоты, поэтому ее радовало вообще все.

– Мне кажется, ты даже счастливее, чем обычно, – заметила она, возвращая Лили от мыслей обратно в офис, где ей следовало готовиться к встрече.

– Вполне возможно, – ответила Лили, взяла со стола нужную папку и убрала ее в портфель.

– Что случилось?

Лили застегнула портфель.

– Кит предложил мне переехать к нему.

– И?..

– И я согласилась.

Зои выдохнула:

– Ничего себе!

– Да. Правда здорово? Только я предложила, чтобы он сам ко мне переехал. Он ведь живет в отеле, а я болтаюсь одна по дому с четырьмя спальнями.

– И он не возражал?

Лили помотала головой и повернулась к компьютеру, чтобы понять, куда точно ехать.

– Кажется, нет. – Она открыла страницу с картами и ввела почтовый индекс. – Он уже перевез большую часть вещей. Мы ведь через все это уже проходили. Я знаю все его вредные привычки, а у меня их конечно же нет.

Зои улыбнулась:

– Ну конечно! Так когда он окончательно переедет?

– В следующие выходные. – Лили не могла этого дождаться.

– Значит, у вас все хорошо?

– Ага.

– Я рада. Знаешь, он мне всегда нравился.

– Правда? – спросила Лили, взглянув на сестру, и улыбнулась ей. – Помню, ты как-то сказала, что его мало будет повесить, утопить и четвертовать.

Зои отмахнулась:

– Это было сказано много лет назад в очень специфических обстоятельствах. Теперь все иначе.

– Это точно, – согласилась Лили, подумав о том, что все действительно изменилось.

Да, они столкнулись со всеми трудностями, которые бывают в браке, и смогли пройти через них. Но они остались разными людьми. И теперь заходили на новый круг отношений сложившимися личностями. Они больше не были увлечены друг другом так, как это было в прошлый раз. Они стали более мудрыми. И их отношения теперь были более зрелыми. Причем во всех смыслах, подумала Лили и с удовольствием вспомнила новые штучки, которые они с Китом опробовали в спальне, на кухне и в ванной…

– И Дэну он тоже нравится, – сказала Зои, прервав приятные воспоминания Лили.

– Это взаимно.

Бывший муж Лили и ее будущий зять сразу после знакомства сошлись легко и быстро. Теперь они регулярно вместе играли в сквош, что было странно, но приятно.

– Так что ты сегодня делаешь?

Лили откинулась на спинку стула и улыбнулась.

– Иду на свидание. Завтра Кит улетает в Рим, чтобы проверить место для нового отеля, поэтому сегодня он ведет меня в ресторан, который недавно открылся за углом, прямо возле дома. Там очень тяжело заказать столик. – Но Кит это сделал. Для нее.

Зои улыбнулась и закатила глаза.

– Я имела в виду работу!

Лили покраснела.

– Ну конечно! Я так и подумала! – Заглушив охвативший ее жар, Лили взяла себя в руки и переключилась в «бизнес-режим», потому что, если честно, уже давно пора было прекратить вести себя как постоянно хихикающая девочка, которая в первый раз влюбилась. – У меня встреча на другом конце города. Новый клиент. Очень крупный. Очень важный. Для нас так просто огромный. – Она посмотрела на часы. – Мне пора.

Чувствуя знакомое возбуждение, которое охватывало ее всегда, когда появлялся новый клиент, Лили встала, взяла портфель и перекинула через плечо сумочку.

– Удачи, – сказала Зои.

– Спасибо.

– Расскажи потом, как все прошло.

– Обязательно.

В роскошном офисе в лондонском Вест-Энде Джон Бэрроуз, маркетинговый директор компании, которая должна была стать их самым важным и самым крупным клиентом, расписался на обозначенной точками линии, и Лили мысленно поздравила себя с триумфом.

Эта сделка далась нелегко. Бэрроуз задавал сложные вопросы, требовал много информации и никак не соглашался на предложения Лили. В какой-то момент она решила, что взорвется от напряжения, но все же взяла себя в руки. Она уступала, когда могла уступить, и стояла на своем, когда не хотела что-то терять. Наконец они пришли к соглашению.

И теперь, когда он передал ей договор на подпись, Лили улыбнулась. Ей показалось, будто она парит в экстазе, только он был вызван не наркотиками, а адреналином, любовью, успехом и радостью. Отношения складывались восхитительно, бизнес процветал, и, если честно, Лили, ставя свою подпись рядом с подписью Бэрроуза, не могла представить себе жизни прекраснее.

– С нетерпением ждем начала сотрудничества, – сказала она, вставая, и с улыбкой протянула ему руку.

Джон Бэрроуз коротко и уверенно ее пожал и отпустил.

– Взаимно.

– Удовлетворите мое любопытство. – Лили спрятала драгоценный документ. – Как вы о нас узнали?

– Вас порекомендовали.

Волна радости и гордости накрыла Лили и смешалась с другими чувствами, буйствовавшими внутри ее, отчего там образовался полный беспорядок. Клиенты чаще всего приходили именно по устной рекомендации, и было приятно узнать, что их с Зои компания высоко котируется.

– А кто это был? Если не секрет, конечно.

– Вовсе не секрет. Кит Бьюкенен.

– О! – воскликнула Лили и в удивлении приподняла брови. Кит ничего ей не говорил. – Вы с ним знакомы?

– Я – нет, – ответил Джон. – А вот моя жена – да.

– Да? – с улыбкой спросила Лили. – Но откуда?

– Паула работает с ним, время от времени помогает ему со связями с общественностью. Она спросила у него, не знает ли он кого-нибудь, кто мог бы мне помочь, и он порекомендовал вас.

При упоминании связей с общественностью рядом с именем Кита у Лили кровь застыла в жилах, и все хорошее тут же улетучилось, внутри остался лишь холодный, неприятный комок. Она задрожала, память перенесла ее в тот вечер, когда Кит вернулся домой и сказал, что переспал с кем-то из отдела по связям с общественностью в том отеле, где он работал.

Холодный пот выступил на лбу Лили, ее горло сдавило, а голова на мгновение закружилась от мысли, что Кит до сих пор встречается с женщиной, с которой ей изменил.

Но Лили заставила себя встряхнуться и собраться. Не надо так бурно реагировать. Это абсурдно. Иррационально. Не надо видеть совпадение там, где его нет. Тысячи людей занимаются связями с общественностью, и примерно половина из них женщины.

И потом, они с Китом вместе всего несколько месяцев, поэтому велика вероятность того, что Паула Бэрроуз начала работать с ним совсем недавно.

Да и Кит наверняка сказал бы, если бы работал с женщиной, с которой тогда изменил, правда ведь? Конечно, сказал бы. Он ведь обещал быть честным и открытым, говорил, что не даст повода усомниться в нем.

Лили верит ему, ей не из-за чего переживать. Ей нечего бояться. Она должна оставить сомнения, списать на тревогу свою неадекватную реакцию на сообщение Джона и забыть про все это.

И Лили забыла про это на те десять минут, в которые она обсуждала последние детали с новым клиентом и шла к лифту, потом еще на три, в которые она неслась с двадцать пятого этажа на первый, а потом еще на две, чтобы пересечь холл и выйти на улицу, и еще на две, чтобы перейти через дорогу и войти в парк.

Она забыла про это ровно до тех пор, пока не опустилась на скамью, залитую ранним весенним солнцем, а сразу вспомнив, стала искать в сумочке мобильный телефон. В глубине души она ругала себя за слабость и неуверенность, но она должна проверить, работает ли Паула Бэрроуз в компании Кита.

А что еще остается делать? Об этом Лили спрашивала себя, когда наконец нашла мобильный.

Несколько раз нажав на крошечный экран смартфона, Лили набрала в строке поиска «Паула Бэрроуз» и рядом с этим название компании Кита.

Нужный результат высветился сразу же.

С комком в горле Лили заставила себя пролистать в резюме Паулы разделы с профессиональными характеристиками и отраслевыми наградами и остановилась на списке работодателей.

Эта женщина – спала она с Китом или нет – сделала фантастическую карьеру. Последние два года – компания Кита, до этого – агентство из десятки лучших, а еще раньше – отдел по связям с общественностью в «Бринкли-хотел-груп». Кит тоже там работал. Причем в то же время.

Из этого не следует, что у них была связь, думала Лили, отчаянно цепляясь за логику и борясь с участившимся дыханием, но Паула Бэрроуз – тогда она носила фамилию Барнс – оказалась единственной женщиной в отделе по связям с общественностью.

Как не следует и то, что не было связи, заключила Лили. И если по нелепому стечению обстоятельств Кит опять работал с той, с которой когда-то изменил своей жене, то есть Лили, и ничего об этом не сказал, то что это значит? Что происходит?

Лили не знала. Еще полчаса назад она была абсолютно уверена в себе, в Ките и в их прекрасных отношениях, переживавших новый рассвет. Но теперь ее мучили вопросы и сомнения, самоконтроль был утрачен, и она совершенно ничего не понимала.

Ясно было лишь одно: она не в силах вернуться в офис к бесконечным вопросам Зои и ее безграничной радости. По крайней мере, сейчас, когда в голове такой беспорядок, а эмоции грозят вот-вот выплеснуться наружу.

Поэтому она нашла номер Зои и нажала кнопку вызова.

– Привет! – на другом конце линии раздался радостный голос Зои.

– Привет, – сказала Лили, ее голос внезапно изменил ей, стал низким и хриплым.

– Ну, как все прошло?

– Хорошо. Мы их получили.

– Здорово! Ты молодец! Поставлю шампанское охлаждаться!

Лили прижала пальцы к пульсирующему виску и закрыла глаза. Праздновать ей сейчас хотелось меньше всего.

– Думаю, я поеду домой.

Последовала короткая пауза.

– Ты в порядке?

– Да. Просто голова немного болит.

– Точно? Что с тобой?

– Сама знаю. Но скоро все будет в порядке, я уверена.

– Ну ладно. Попробуй отдохнуть.

– Конечно.

– Увидимся завтра.

– Да, до завтра, – грустным эхом откликнулась Лили.

Как в тумане, она жестом подозвала такси, назвала адрес, когда машина остановилась, и села в салон.

Лили ехала домой и ничего не замечала вокруг. Голова кружилась, внутри все застыло.

Что делать с этой информацией? Спросить Кита? Набраться храбрости и попросить его все прояснить? И потом, каким бы ни был ответ, вытерпеть это и спросить о той женщине, чтобы получить ответы на все вопросы. Лили давно тайно хотела все узнать, уж если быть до конца откровенной с собой.

Или просто оставить все как есть?

Может, она все неправильно поняла. Может, это просто совпадение. Может, Кит изменил ей с кем-то еще. На самом ли деле она хочет ворошить былое? Действительно ли ей интересны грязные подробности того, что случилось пять лет назад? И все это ради чего – чтобы удовлетворить нездоровое любопытство?

Нет, не нужно ничего делать, твердо решила Лили, когда такси остановилось возле ее дома, и она вышла, расплатившись с водителем и оставив ему щедрые чаевые. Нужно все это убрать в самый дальний угол сознания и забыть.

У них с Китом все хорошо. Жгучая – и, скорее всего, неоправданная – ревность померкнет. И боль в сердце тоже. Если приложить немного усилий, то и о сомнениях удастся забыть. Мгновение – и Лили вернется в нормальное состояние.

И потом, завтра Кит улетит, а сегодня их ждет чудесный вечер, так что она ни за что не станет раскачивать лодку.

Глава 11

Что-то случилось, понял Кит и внутренне напрягся. Он сделал шаг назад, чтобы пропустить Лили в лифт, который должен был поднять их к его номеру. За ужином она была тихой, много молчала, отвечала односложно и странно отчужденно.

Такое поведение было необычным, оно приводило Кита в замешательство, ведь Лили только что заключила крупную сделку и наконец попала в ресторан, который манил ее с самого открытия. Все охотились за столиками в нем, а Кит, потянув за нужные веревочки, сумел в короткий срок забронировать место. Он, конечно, не ждал выражения признательности от Лили, но хотя бы порадоваться она могла. Поводов для этого было предостаточно, кроме ресторана и сделки.

Лили была в восторге, когда Кит предложил ей съехаться, и ее энтузиазм оказался заразительным для него. Однако сегодня, когда он снова заговорил об этом и по шутил, сказав, что придется менять свои привычки и снова учиться закрывать тюбик с зубной пастой, Лили почти никак не отреагировала. Шутка была, конечно, не самой смешной, но Лили даже глаза не закатила, и Кит счел перемены в ее настроении тревожными.

Что же случилось? Это из-за работы? Из-за Зои? Из-за него? И что ему с этим делать?

С тихим шорохом открылись двери, и Лили впереди Кита вошла в его номер-студию, бросила сумку на стул и скинула пальто. Кит решил дать ей время, подождать, пока она сама решит, как поступить, и либо расскажет ему обо всем, либо успокоится, но потом отверг эту идею.

Нет, подумал он и, стиснув зубы, пошел на кухню, где хранились напитки. Однажды он уже принял неправильное решение и больше не повторит той ошибки. Он не даст Лили шанса избегать его. Не позволит ей уклониться от разговора. Что бы ни случилось, они смогут с этим справиться; до сих пор у них все шло хорошо, и он не позволит все испортить.

Наверняка это какой-нибудь пустяк, думал Кит, наливая себе виски, а Лили – красное вино. Они, безусловно, смогут с этим справиться вместе, если только она позволит.

Поставив бокал с вином на стойку, Кит облокотился о стол.

– Ладно, Лили, что случилось?

Она посмотрела на него, этот взгляд был пугающе пустым, и Кит, несмотря на то что у него дома было тепло, почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Ничего.

Ну да, конечно.

– Что-то на работе?

– А что там может случиться? – спросила она и залпом выпила полбокала.

Кит нахмурился. Лили пила так, будто хотела выстроить защиту с помощью алкоголя, а это было на нее не похоже.

– Это ты мне скажи.

– На работе все отлично.

– Что-то с Зои?

– У нее тоже все прекрасно.

Оставался только один вариант: дело в нем самом. Нет, теоретически и другие варианты были возможны, но Кит был не настолько глуп, чтобы спрашивать у Лили про то, не подошло ли ее время в этом месяце. Он глубоко вздохнул и собрал в кулак свои силы.

– Что я натворил?

– Ты? Ничего.

– Ну да.

Она пожала плечами и допила вино.

– Забудь. Уже поздно, а тебе вставать рано. Пойдем спать.

Чувствуя, что терпение иссякает, Кит поставил свой стакан.

– Ради бога, Лили, не надо. Разве мы не договорились общаться, разговаривать, быть честными друг с другом? Так скажи мне, что случилось? Что бы это ни было, я выдержу.

На мгновение установилась тишина. Ожидая ответа Лили, Кит почувствовал биение своего сердца и легкое покалывание на коже. Странное предчувствие надвигающейся беды охватило его, и впервые после воссоединения с Лили он поддался панике.

Потом Лили коротко кивнула. Кит не знал, радоваться тому, что Лили согласилась открыться, или пугаться, потому что она по-прежнему была необычайно тихой. Такой зловещий покой обычно предвещает бурю.

– Ладно. – Ее голос был таким холодным, а едва заметная улыбка – такой напряженной, что Кит взмок. – Ты прав. Ты абсолютно прав.

Он почувствовал всплеск адреналина в напряженном теле, будто оно к чему-то готовилось, бог знает к чему.

– И?..

– У меня к тебе вопрос.

– Давай.

– Когда наш брак был на грани, ты изменил мне с Паулой Бэрроуз?

Эти слова эхом разнеслись по номеру и шоком отдались к груди Кита. В его голове крутилось множество предположений, но этот вопрос в их число не входил. Откуда он вообще взялся?

– Как ты узнала о Пауле? – хмуро спросил Кит и тут же пожалел об этом. Это был неправильный, неправильный способ начинать такой разговор. Теперь казалось, что Паула – его маленький грязный секрет, что совершенно не соответствует правде. – То есть откуда ты ее знаешь?

– Я сегодня встречалась с ее мужем, – ответила Лили. Она по-прежнему сохраняла подозрительное спокойствие, правда, стала чуть бледнее, чем была неделю назад. – Он сказал, это ты нас порекомендовал.

– Да, точно, я совсем забыл.

– Ты забыл? – не поверив, переспросила Лили.

– Это было довольно давно.

– Так какой ответ на мой вопрос?

Кит сглотнул и подавил желание солгать ей. Это помогло бы легко решить ситуацию, но он не лгал Лили раньше и не собирался начинать сейчас. Он обещал быть честным, и Лили это получит, какими бы ни были последствия.

– Ответ – да, – сказал Кит и стал ждать ее реакции, не зная, к чему готовиться.

Лили побледнела и сжала ножку бокала так сильно, что пальцы побелели.

– Понятно, – кивнула она. – Давай начистоту. Ты работаешь с женщиной, с которой изменил мне. Ты по-прежнему видишься с ней. И ничего мне не сказал.

Понимая, что надо быть очень осторожным, чтобы разговор не принял опасный оборот, Кит решил рассказать всю неприукрашенную правду.

– Я об этом не подумал. – Он внутренне сжался. Это, конечно, была правда, только звучала она странно.

Лили смотрела на него так, будто не верила своим ушам.

– Ты об этом не подумал?

– Нет. Она помогала нам всего лишь с несколькими проектами, и за последние несколько лет я ее видел всего раз шесть.

– И что вы делали, когда встречались? Вспоминали былое?

– Конечно нет! – Кит решил проигнорировать ее сарказм и сохранить спокойствие. Это был единственный способ пройти через все это, потому что Лили уже разозлилась. – Мы просто общаемся по делам!

– И эти дела меня, кажется, не касаются.

Горечь и боль слышались в голосе Лили, и сердце Кита откликнулось на это. Но что он мог сказать? Правда была в том, что он не думал о Пауле как о женщине после той ужасной ночи, за которой последовало его признание и пламенная ссора с Лили. Потом Кит просто уволился из «Бринкли-хотел-груп».

Он не рассказал Лили о Пауле, потому что в последние восемь недель мысли о ней ни разу не приходили ему в голову.

Теперь он жалел, что не рассказал. Он жалел, что у него не было времени подготовиться к этому, что он не предвидел боль и обиду Лили, ее страхи и сомнения, ее реакцию на подобную новость и не подготовил простого и ясного объяснения.

Теперь ему приходилось плыть в незнакомых и очень неспокойных водах, он не знал, как себя вести, и боялся, что чем дольше длится его молчание, тем хуже все становится.

– Твое молчание красноречивее слов, – сказала Лили с горькой усмешкой, словно прочитав его мысли. – И знаешь, что? Ты хочешь общаться? Тогда я буду общаться с тобой вот так, сволочь! – И она запустила в него бокалом.

Быстрым рефлекторным движением Кит отклонился влево. Бокал просвистел над его правым плечом, ударился о шкаф и разлетелся на мелкие осколки. Их звон вывел Кита из состояния паралича.

Лили повернулась и взяла пальто и сумку, но Кит через мгновение настиг ее, схватил за запястье и остановил. Она резко вскрикнула, он почувствовал под пальцами ее неровный пульс, но Кит, не обратив на это внимания, развернул Лили к себе лицом.

– Отпусти меня! – в отчаянии воскликнула она и попыталась вырваться.

«У тебя нет на это ни одного шанса», – мрачно подумал Кит. Что бы ни случилось, он не собирался ее отпускать. Они должны пройти через это вместе. Они смогут. Если, конечно, он сам все не испортит.

– Зачем? Чтобы ты смогла убежать?

– Чтобы я смогла уйти, прежде чем покалечу тебя, – заявила Лили, злобно сверкнув глазами.

– На такой риск я готов пойти.

– Идиот!

– Возможно. Только на этот раз ты не имеешь права убегать.

– А ты не имеешь права указывать мне, что делать!

Это было правдой, однако Киту точно предстояло решить, что делать ему самому, и если он хотел все исправить, то должен был начать с честности и открытости, которую обещал Лили.

– Спроси меня про нее, – предложил он. – Спроси что угодно.

Лили прекратила вырываться и замерла, потом моргнула несколько раз, и Кит почувствовал, как ее враждебность ослабевает.

– Что угодно?

Он немного ослабил хватку, но Лили даже не шелохнулась.

– Что угодно.

– С чего ты взял, что мне это интересно?

– А разве нет?

На мгновение установилась тишина, и Кит буквально увидел ту борьбу, которая шла внутри Лили.

– Ладно, – сказала она, поднимая подбородок вверх. – Как она выглядит?

– Как все.

Лили покачала головой и посмотрела на Кита.

– Плохой ответ, Кит. Очень плохой.

– Я серьезно. Каштановые волосы. Голубые глаза. Примерно метр семьдесят. Не толстая, не худая. Ну правда как все.

– И как она в постели? – резко спросила Лили. – Лучше меня? Или хуже? Она более страстная? Может, более изобретательная? Более смелая? Более креативная? В конце концов, связями с общественностью занимается. – Она бросила на него взгляд. – Если опять скажешь, что она как все, я тебя ударю.

Кит отогнал от себя мысль о том, что этот разговор ему вести не хочется, – выбора все равно не было. Открывшиеся вопросы и сомнения Лили были вполне естественными и обоснованными, и он не станет их осуждать или игнорировать.

– Я не помню.

Лили закатила глаза.

– Да ладно.

– Правда не помню. Я тогда был не в себе.

– Тогда почему она?

– Потому что именно она подвернулась под руку. – Внутри у Кита все сжалось. Впервые за много лет воспоминания о той ночи мелькнули у него в голове, но глаз от Лили он не отвел. – Я был в отчаянии. А она оказалась рядом.

– Как это было мило с ее стороны.

– Ты хотела честности – ты ее получила. Я вовсе не горжусь тем, что сделал.

– Она знает, что ты ее использовал?

– Да.

– Ты ей сказал?

– Да. На первом же проектном совещании.

– Восхитительно!

– Да не особенно. Было очень неловко.

– У меня просто сердце кровью обливается.

– Больше ничего не было, Лили. После той ночи – ничего. И не будет. Это была ошибка, и мы оба из-за нее переживаем. Если это для тебя не аргумент, то как насчет того, что я с тобой, а Паула – замужем?

– И что с того? Тебя это не остановило.

– Она счастлива в браке.

Лили поморщилась:

– Ты так хорошо с ней общаешься, что знаешь об этом?

– Я спросил. Мы разговорились. Я извинился. Она меня простила. И мы живем дальше.

Киту казалось, что Лили его тоже простила. Разве она сама не сказала так еще во время их первого разговора? Впрочем, ему следовало бы догадаться, что она была неискренна.

Он наивно полагал, что их отношения развиваются прекрасно, однако прогресс был иллюзорным. В физическом плане все было отлично, а в эмоциональном – по-прежнему плохо, Киту это не нравилось, но только теперь он осознал, что под поверхностью всегда скрывалось недоверие. И в этом не было ничего удивительного: Кит начинал понимать, что не он один живет с грузом прошлого.

Сейчас у него нет причин чувствовать себя виноватым и сгорать от стыда, но это не имеет значения – Лили страдает от сомнений и боли из-за того, что Кит уже сделал. Одной честности и открытости не хватит для того, чтобы сохранить отношения. Киту придется доказать, что ему можно доверять, а как это сделать, он понятия не имел.

Надо бы обмозговать все как следует. Черт, если бы можно было отменить завтрашнюю поездку в Рим!

– Я тоже думала, что могу жить дальше, – тихо сказала Лили. – Но как оказалось, прошлое давит на меня сильнее, чем я считала.

Киту стало трудно дышать.

– Это мешает тебе настолько сильно?

Лили пожала плечами и вздохнула.

– Я не знаю.

– Я могу как-то это исправить?

Несколько долгих мгновений она просто смотрела на него, будто искала в глазах и в выражении лица искренность, а потом закусила губу и нахмурилась.

– Ты правда хочешь все исправить? – Лили расправила плечи, приподняла подбородок и будто бы немного повеселела. Киту от этого стало не по себе.

– Ну конечно!

– Тогда смени агентство по связям с общественностью.

Ультиматум повис в воздухе, и Кит замер. Он упал духом, понимая, что не может ответить ей «да». Из всего, что могла попросить Лили, именно этого он дать ей не мог.

Он понимал, это проверка. Лили хотела, чтобы он доказал, что говорил всерьез. И Кит доказал бы. Но сменить агентство? На это он пойти не мог. Не готов был допустить, чтобы личное разрушило прекрасные деловые отношения, которые строились много лет и теперь были выгодны для обеих сторон.

– Я не могу этого сделать.

Она смотрела на него так, будто не могла поверить в услышанное.

– Я думала, ты хочешь все исправить.

– Хочу. Но не таким способом.

– Почему?

– Потому что они лучшие в своем деле, и у нас с ними превосходные отношения.

– Ну ладно, – сказала Лили со слабой улыбкой, которая совершенно не понравилась Киту. – Тогда попроси Паулу уволиться, перевестись в другую команду или что-то в этом духе.

Кит совсем отчаялся:

– Этого я тоже сделать не могу.

– Почему?

– Потому что она отличный специалист, и это будет несправедливо. Да к тому же еще и незаконно.

– Понятно, – ровно произнесла Лили, но Кит не поверил в это спокойствие. – Значит, ты не откажешься от агентства и не уволишь Паулу?

– Нет.

Лили ударила его в грудь и сделала шаг назад.

– Тогда, мне кажется, нам больше нечего сказать друг другу.

Глава 12

На следующее утро, впервые с тех пор как они с Зои открыли свое дело, Лили опоздала на работу. В этом, впрочем, не было ничего удивительного: она уснула только на рассвете и теперь чувствовала себя раздраженной и усталой, причем виноват был не только недосып.

– Доброе утро, – сказала Зои и, оторвавшись от монитора, улыбнулась сестре. – Наконец-то! Я уже начала волноваться.

– Извини. – Лили швырнула сумку на стол и пошла к кофемашине.

– Как ты себя чувствуешь? Головная боль прошла?

– Что? – переспросила Лили, засунула в кофемашину капсулу эспрессо и захлопнула крышку.

– Твоя головная боль, – повторила Зои чуть медленнее. – Она прошла?

– Нет. – Голова у Лили болела адски. И причиной тому была половина бутылки вина, выпитая по возвращении домой.

– Ты уверена, что тебе надо было приходить сегодня? – В голосе Зои звучала тревога. – Ты выглядишь ужасно.

– Вот уж спасибо! – Лили схватила чашку, поставила ее в кофемашину и нажала на кнопку пуска, думая о том, что выглядит она плохо, а чувствует себя еще хуже.

Ссора с Китом прошлой ночью была ужасной, Лили вспоминала о ней с дрожью. И все это из-за надежды на то, что беспричинная – как ей казалось – ревность исчезнет, и из-за того, что на скамье в парке не получилось проигнорировать сомнения. Весь день вчера Лили сидела дома, одна со своими мыслями, и едва не лезла от них на стену. Сомнения и ревность, подпитываемые страхами и сомнениями, усиливались.

Но Лили заставила себя успокоиться и к тому времени, когда присоединилась к Киту за ужином, уже была уверена, что сможет сдерживать эмоции, контролировать их и игнорировать. Но ошиблась. Кит давил на нее, подталкивал, задевал, и она в конце концов взорвалась, потому что была не в силах больше все это выносить.

До того самого момента Лили была готова подарить ему презумпцию невиновности и списать свою бурную реакцию на любовь к мелодрамам. В глубине души она ждала, что Кит все опровергнет, объяснит это простым совпадением и назовет ее идиоткой.

Но он все подтвердил… И это было ужасно. Все его обещания, которые он давал на острове, оказались насмешкой. И вся та чепуха про честность и открытость – тоже, ведь он лгал ей с того самого момента, как вернулся в ее жизнь. Ну, или, по крайней мере, не рассказывал о том, о чем должен был рассказать.

Оправившись от шока, Лили разозлилась на саму себя. Боль и разочарование терзали ее, ведь она так и не сумела простить Кита за былой проступок, несмотря на все то, что говорила.

Вернувшись домой, она забралась в постель, но долго не могла уснуть. Голова шла кругом. Теперь, когда прошло время, когда боль и злость улеглись, а способность рассуждать здраво вернулась, ссора с Китом стала казаться кошмаром. Лили жалела о том, что не сдержалась, не смогла сохранить контроль над эмоциями и решила проверить Кита с помощью ужасного ультиматума.

– Нет, серьезно, Лили, – с тревогой сказала Зои. – Ты выглядишь ужасно.

– Я в порядке.

– Да нет же. Что случилось?

– У меня похмелье, вот и все.

– Шумный вечер?

– Можно и так сказать.

– Как ресторан?

– Отлично. – Еда была отличной, а вот атмосфера – слишком холодной. И именно в ресторане все пошло наперекосяк.

– А как Кит?

У сестры был настоящий талант, она попала прямо в десятку.

– Понятия не имею.

– В чем дело?

– Медовый месяц закончился.

Какое-то время Зои переваривала полученную информацию.

– Что?

– Мы поругались.

– Из-за чего?

Кофемашина справилась со своей работой, Лили взяла кофе и отнесла его на стол.

– Помнишь, он тогда мне изменил? – спросила она и обхватила руками чашку, будто тепло могло придать ей сил, чтобы побороть ужасы прошедшей ночи.

– Как я могла забыть?

– Оказывается, он сейчас работает с ней.

У Зои брови полезли на лоб.

– Нет! – выдохнула она.

– Да.

Воспользовавшись тем, что удивленная сестра утратила дар речи, Лили сделала глоток кофе и рассказала, как обо всем узнала.

– И что ты сделала? – спросила Зои.

– Вспылила.

– Я не удивлена.

– Бросила в него бокал.

Зои поморщилась:

– Полный?

– Пустой.

– Замечательно.

– Знаю, – со вздохом сказала Лили. – Не самый лучший мой поступок.

– Ну, я бы сказала, тебя спровоцировали. Но взгляни на это с другой стороны. Все могло бы быть и хуже.

– Куда уж хуже!

– Ты могла бы взять ключи от его машины, изрезать его костюмы и разослать письма всем инвесторам.

– Могла бы, – сказала Лили, поморщившись. – Но в этот раз сумела сдержаться.

– Сумела. – Зои покачала головой. – Только, Лил, этот ультиматум… Ты серьезно?

– Знаю. – Лили помрачнела. – Он беспричинный и совершенно несправедливый. Мне не стоило так делать. Ужасно теперь себя из-за этого чувствую, но тогда в голове был туман.

– И что будет теперь? Между вами все кончено?

Лили думала над этим вопросом всю ночь, но ответа так и не нашла.

– Не знаю, – ответила она, ее переполняла боль. – Надеюсь, нет. Я теперь понимаю, что отреагировала слишком бурно, поддалась порыву. Паула Бэрроуз не проблема. Мы с Китом – проблема. В особенности я.

– Он звонил?

Лили покачала головой, которая, к несчастью, снова заболела.

– Нет. И думаю, уже не позвонит.

– Но почему нет?

– Боюсь, это я должна перед ним извиниться. – Лили поморщилась и потерла виски.

– Думаю, и он перед тобой тоже.

– Возможно.

– Почему ты сама ему не позвонишь?

– Он в Риме.

– И что?

– Это не телефонный разговор. Кому-то придется прогнуться. Скорее всего, мне. И это будет неприятно.

Зои улыбнулась.

– А тебе не кажется, – сказала она, – что для таких случаев телефон как раз идеально подходит?

Зои права, подумала Лили, отпирая после работы входную дверь дома и заходя внутрь. Что плохого в извинениях по телефону? Ничего. Так они с Китом не увидят смущения друг друга. Да и других вариантов у Лили не было: она, если честно, сомневалась, что ее нервы выдержат еще одну ночь.

Бросив сумку на пол и повесив пальто, Лили посмотрела на часы. Она сделает это прямо сейчас. Куй железо, пока горячо, и все такое. В Лондоне семь, значит, в Риме восемь. Слишком поздно для встреч и для посещения достопримечательностей. Кит, наверное, ужинает. Или пьет что-нибудь крепкое. Или работает у себя в номере.

Может, даже ждет ее звонка.

Немного посветлев от этой мысли, она пошла на кухню и налила себе вина, – похмелье уже давно было побеждено с помощью четырех чашек эспрессо и двух пакетиков чипсов, – и взяла телефон.

Похлопав им себе по губам, Лили пошла в гостиную и села на диван. Так. Хорошо. А что говорить? И как?

За десять минут она продумала стратегию. Лили даже кратко записала несколько пунктов, чтобы не забыть их. Она была готова извиняться, прогибаться и делать все, что Кит попросит. Бокал вина уже опустел, щеки залил румянец стыда за то, что было сделано прошлой ночью, но значения это не имело, Кит все равно ничего не увидит.

С комком в горле Лили набрала номер Кита. Звонок сразу был перенаправлен на голосовую почту. Она повесила трубку. Попробовала еще раз. Но произошло то же самое. Тогда она оставила сообщение с просьбой перезвонить, когда будет возможность. И вдогонку отправила эсэмэску.

Стараясь справиться с разочарованием, она попыталась дозвониться до гостиницы, где Кит остановился, но телефон в его номере не отвечал, и на стойке администратора помочь ничем не смогли.

Теряясь в догадках, Лили положила телефон на кофейный столик, потом откинулась на спинку дивана и нахмурилась. Ей казалось, будто из нее выпустили весь воздух. А она еще делала заметки! Думала об этом! Долго! В деталях! Она собрала все свое мужество для того, чтобы позвонить. После этого потерпеть поражение было особенно обидно. Будто ее обманули. После всех тех трудностей – и в особенности после того эмоционального напряжения, что она преодолела, чтобы позвонить Киту, – ему нужно было только поднять трубку и выслушать.

Так где он был? С кем? Что делал? Стоило ли Лили волноваться?

Нет, волноваться не стоит, твердо сказала себе она. Наверное, он куда-то вышел. Или принимает душ. А батарейка в мобильном села. Или Кит оказался там, где нет сигнала.

Правда, ссора вчера была ужасной, Лили повела себя неразумно и нерационально. Не толкнула ли она этим Кита в объятия другой женщины? Более спокойной, более сговорчивой, не склонной к спорам и мелодрамам.

Лили похолодела. Сердце замерло, а голова закружилась от мысли о том, что Кит может быть с кем-то еще. Лили моргнула и заставила себя встряхнуться и собраться. Нет, это смешно. Такого не может быть.

Или возможно?

Нет. Нет. Нет.

Они просто поссорились. Что в этом такого? Миллионы пар по всему миру ссорятся. Постоянно. И даже чаще. И это нормально. Волноваться не из-за чего. Лили просто надо расслабиться, и все. Взглянуть на все со стороны спокойно и хладнокровно, а не делать совершенно невероятные выводы, имея лишь сомнительные предположения.

Наверняка есть абсолютно рациональное объяснение тому, почему Кит не ответил. Не может не быть.

Кит подавил зевок. С самого утра он боролся с усталостью, и теперь она накрыла его, как прилив. Поднявшись наверх из расположенного в подвале ресторана, где он ужинал с коллегами (они остались там и сейчас заказывали напитки), Кит проверил телефон.

Два пропущенных звонка. Одно голосовое сообщение и одно текстовое. Все от Лили.

Желание позвонить ей целый день жгло Кита. И на экскурсиях, и на деловых встречах, и потом вплоть до самого вечера ему ужасно хотелось поговорить с ней. Но сделать это было невозможно – не было времени даже на то, чтобы обдумать, что говорить и как говорить.

Теперь он это знал, но было уже слишком поздно. В Риме полночь, значит, в Лондоне около одиннадцати. Кит может потревожить ее. Нужно подождать до утра. Только сможет ли он? Вряд ли. Всю прошлую ночь его так сильно мучили уколы совести, что он почти не спал. Еще одну такую ночь ему не вынести.

Ну, к черту! Он нажал на кнопку «ответить» и написал: «Еще не слишком поздно для звонка?» Кто не рискует, тот не пьет шампанского.

Жестом подозвав такси, Кит сел в него, когда оно со скрипом притормозило рядом с ним, на ломаном итальянском назвал водителю адрес отеля, откинулся на спинку сиденья и потер глаза. Вдруг запищал телефон. Кит резко выпрямился. За весь день он еще ни разу не был так взволнован.

«Никогда не поздно», – ответила Лили, и Кит тут же набрал номер. Его сердце бешено колотилось, однако это было вызвано вовсе не тем, что таксист гнал так, будто он на автодроме Монцы.

Лили ответила сразу же.

– Привет, – сказала она так, будто запыхалась, бежав к телефону, но этого точно быть не могло, ведь всего секунду назад от нее пришло сообщение.

– Привет, – ответил Кит. – Извини, что так поздно. Только прочитал твои сообщения. Ужинал с парой коллег в подвальном ресторанчике, там не было сигнала.

Он услышал, как она выдохнула, словно испытала огромное облегчение.

– Ничего. Как все прошло?

– Очень хорошо.

– Это здорово.

Повисла пауза. Кит уже собирался прервать ее, но Лили его опередила.

– Послушай, Кит, – она говорила мягким хрипловатым голосом, от которого в Ките проснулось желание, – прости за вчерашнюю ночь.

Кит чуть не выронил телефон. Она извиняется?

– Если кому и надо просить прощения, так это мне, Лили.

– За что? Это я назвала тебя сволочью и запустила в тебя бокалом. Это я поставила тот ужасный ультиматум. Конечно, я не жду, что ты откажешься от работы со своим агентством по связям с общественностью. Если это послужит тебе утешением, мне ужасно стыдно.

– У тебя были причины на меня сердиться, – пробормотал Кит. Его не радовало то, что Лили чувствовала себя виноватой. – Я должен был сказать тебе о Пауле. Если бы я догадался, я бы обязательно рассказал. Но она для меня совершенно ничего не значит, и я не вспоминаю о ней вне работы. Пожалуйста, поверь мне.

Лили вздохнула:

– Я верю. Кажется. И теперь, оглядываясь назад, думаю, что прошлой ночью все это было не из-за нее.

Кит поморщился.

– Не из-за нее?

– Нет. Я много думала об этом, и, знаешь, я тебя действительно простила.

– Так в чем же было дело?

– Я немного растерялась, вот и все. Испугалась на мгновение.

– Из-за нас?

– Наверное.

– Но почему?

Ненадолго повисла пауза, и Кит представил себе, как Лили хмурится и закусывает губу, готовя ответ.

– Кажется, я просто напугана. Все произошло так быстро… Это просто чересчур для меня.

– Тебе нечего бояться, милая моя.

– Если все опять пойдет наперекосяк, то моя жизнь снова развалится на части. Тогда, пять лет назад, я сумела собраться, но сомневаюсь, что мне удастся сделать это еще раз, и это пугает.

– Тебе больше не придется этого делать.

– Откуда ты знаешь?

– Теперь, если ты почувствуешь себя уязвимой или вдруг испугаешься, скажи мне, я буду рядом.

– Я бы хотела, чтобы ты был рядом со мной сейчас, – тихо сказала она.

– И я тоже этого хочу. Я вернусь завтра утром, и остаток выходных мы можем провести вместе.

– Буду очень ждать.

Они оба немного помолчали, и потом Лили сказала:

– Кит?

– Да?

– Я люблю тебя.

– И я тоже тебя люблю, сладкая моя. Очень сильно. Всегда любил и всегда буду любить. Даже если ты станешь швырять в меня бокалами и ставить мне невыполнимые ультиматумы.

– Значит, у нас все в порядке?

Легкое дрожание в ее голосе ранило Кита до глубины души, и он в то же мгновение понял: он сделает все, для того чтобы это было именно так.

– Конечно.

Глава 13

Но у них не все было в порядке. По крайней мере, у Лили.

Сначала она ухватилась за уверенность Кита в том, что у них все хорошо, будто бы это был спасательный круг, и похоронила крошечный пузырек сомнения глубоко-глубоко, там, где он не мог ее побеспокоить.

Сделать это было нетрудно, потому что после возвращения Кита из Рима все шло просто отлично. После выходных, посвященных, как он и обещал, примирению, Кит сказал, что постарается работать как можно меньше и как можно чаще делегировать свои обязанности другим, а освободившееся за счет этого время будет тратить на ухаживания за Лили, если ей, конечно, нравится эта идея.

Эта идея очень нравилась Лили. Она была в восторге от свиданий, ужинов и нескольких коротких поездок, которые устроил для нее Кит. Каждую каплю свободной энергии он тратил на них, и Лили с каждым днем влюблялась в него все сильнее и сильнее.

И из-за этого пузырек сомнения, от которого никак не удавалось избавиться, раздражал все больше.

Лили старалась, очень-очень старалась сконцентрироваться на настоящем, на отношениях, которые были у них с Китом, и на их положительных моментах. Она велела себе не заглядывать слишком далеко в будущее и жить настоящим, как предложил Кит много недель назад на островах.

Но, к своему разочарованию, все время скатывалась в прошлое. Снова и снова вспоминала распад их брака и опять переживала боль, которую тогда перенесла.

Она не знала, почему делает это. Ей этого однозначно не хотелось. Она жалела, что не может забраться к себе в голову и навести там порядок, вытащить все мысли, сомнения и страхи. И ничего не помогало.

Побороть ужасное, предательское, жгучее желание проверить телефон Кита, когда он его оставлял без внимания, тоже не получалось. Еще все время хотелось проверить его электронную почту, когда он отходил от компьютера. Особенно после тех редких случаев, когда Киту не удавалось перепоручить задание кому-нибудь и приходилось уезжать.

Лили все это ненавидела. Ненавидела, что подозрения отравляют все ее действия и чувства, когда дело касается Кита. Она это замечала, говорила себе, что у них все хорошо, что дела идут отлично, но все было бесполезно, потому что в действительности дела шли не так уж и хорошо, и виновата в этом была сама Лили. Она ужасно боялась, из-за этого страха плохо справлялась с тем, что творилось у нее в голове и на сердце. Чаще всего она просто не могла с собой справиться.

А Кит старался, как мог. Он не только отдавал ей все свободное время, не только рассказывал о том, что делает и с кем встречается, он еще и постоянно с нею разговаривал, убеждал в том, что всегда готов ее выслушать и что она может смело делиться с ним своими переживаниями. Но Лили казалось, что они могут провести в одной комнате неделю, но все равно Кит не сумеет ее разговорить.

Она не знала, что не так. Не знала, как долго сможет мириться с пропастью, все увеличивавшейся между ними. Не знала, что с этим делать, боялась того, к чему все это могло привести, и даже не хотела думать о том, что это могло для них значить.

Время от времени она ловила на себе его взгляд, взволнованный, грустный, разочарованный, и не могла ни в чем винить Кита – в нем отражалось все то, что чувствовала она сама. Их отношения медленно распадались. Лили ничего не могла с этим поделать, и это разрывало ее сердце.

Когда пришло время девичника Зои, Лили совсем упала духом. Она запуталась и плыла по течению. Праздновать совершенно не хотелось. Но что поделаешь? Отказываться Лили не собиралась, чтобы не отравить своими сомнениями и печалями радость сестре: у нее был небольшой круг знакомых, и потому приглашены были только сестра Дэна Селия и сама Лили.

Так что когда вся троица спустилась по ступеням в бар, расположенный в одном из подвальчиков Ноттинг-Хиллз, Лили приклеила на лицо улыбку и после того, как официантка спросила, что они хотят, заказала «Маргариту».

А потом еще одну. И еще одну. И повеселела.

Зои сияла, как бриллиант, украшавший безымянный палец ее левой руки. Селия была необычайно остроумна и шутила очень оригинально. Бар гудел, еда в стиле тапас оказалась вкусной. Лили немного опьянела, и этого было почти достаточно для того, чтобы забыть, во что превратились их отношения с Китом.

– Так, – сказала Селия, когда официантка принесла новую порцию напитков. – Я знаю, сегодня у Зои девичник, но она, как показал тест на совместимость, знает моего брата так хорошо, что это даже скучно.

– Эй! – запротестовала Зои.

– Так ведь правда! – С улыбкой Селия повернулась к Лили: – А вот у вас отношения просто поразительные.

Лили как-то умудрилась улыбнуться, но это было непросто. Несмотря на ободряющее действие текилы, настроение у нее было ужасное.

– «Поразительные» не то слово, – сказала она мрачно.

– А какие тогда? Восхитительные? Жаркие? Сводящие с ума?

– Ну вообще-то «сводящие с ума» – это три слова, – вклинилась Зои.

– Слово, которое ты ищешь, «безнадежные», – ответила Лили, почувствовав, как подступают слезы.

Селия удивленно посмотрела на нее:

– Что?

– Это пример того, как не надо строить отношения, – сказала она. Веселый гул теперь превратился в неясное, старое воспоминание, отчаяние и чувство одиночества охватывали ее.

– О! Как же так вышло?

Лили прочистила горло.

– В первый раз мы так запутались, что я замкнулась в себе, а Кит мне изменил.

Повисла неловкая пауза, а потом Селия воскликнула:

– Боже!

– Да, – ответила Зои. – Ужасно, правда?

Селия нахмурилась:

– Но ведь вы снова вместе.

Лили кивнула и вздохнула.

– Да. И снова повергли все в хаос.

Зои открыла рот, а Селия просто покачала головой.

– Я не удивлена, потому что, если честно, не понимаю, как ты можешь ему доверять после того, что было.

И Лили вдруг замерла. Она все поняла. Селия попала не в бровь, а в глаз. Лили не доверяла Киту. Совсем.

– А я и не доверяю, – выдохнула она, наконец осознав это, и почувствовала, как гора свалилась у нее с плеч. Все вопросы и сомнения, которыми Лили терзала себя, наконец обрели смысл. Разрушительный, ужасный смысл.

– Что? – переспросила Зои. Она смотрела на сестру с испугом.

– Я не доверяю ему, – ответила Лили, объятая легкой дрожью. – Я много месяцев ему не доверяю.

– Черт, – пробормотала Селия. – Не стоило мне спрашивать.

Долю секунды Лили была с ней согласна, пожалуй, лучше было бы не произносить это вслух.

Но теперь выбора не оставалось, теперь надо было при знать то, что она отказывалась замечать каждый раз, когда запрещала себе подходить к ноутбуку Кита. Каждый раз, когда в его отсутствие к ней возвращались сомнения, и она гадала, с кем он на самом деле и что делает. Каждый раз, когда она думала, правду ли он ей говорит.

Теперь надо было признать, что на самом деле стало причиной их разлада.

Она ему не доверяет.

Голова закружилась от этой мысли и от ее значения. Все стало предельно ясно. Она любила Кита всем сердцем, но без доверия это ничего не значило. Ее сердце сжалось. Она понимала, что есть только один способ спасти их отношения.

Нужно поговорить с Китом и все ему объяснить, даже если после этого наступит конец. Лили должна рассказать ему правду, какой бы ужасной она ни была, причем немедленно.

– Зои, Селия, извините, – сказала Лили, вставая. Ноги дрожали, глаза жгло, в горле стоял комок. Теперь она чувствовала себя абсолютно трезвой, будто весь вечер пила только воду. – Мне пора.

Кит сидел в темном саду с полупустой бутылкой виски и стаканом, когда услышал, как хлопнула входная дверь.

Когда Лили уходила, он сидел за столом в комнате, которая теперь считалась его кабинетом, и делал вид, что работает. В последнее время он так обманывал самого себя каждый день.

Как Кит мог сконцентрироваться на работе, когда их с Лили отношения рассыпались? Как он мог думать о чем-то, кроме того, что это снова происходит? Что Лили ускользает от него, как вода сквозь пальцы, а он опять не знает, что, черт побери, с этим делать?

Он чувствовал, что теряет ее, и это его пугало. Это причиняло ему боль и наполняло его сердце страданиями.

Он старался, приложил столько усилий. Один, ночью, в Риме, в гостиничном номере расставил приоритеты и практически изменил свою жизнь ради нее! Он решил поставить работу на второе место, а Лили – на первое, чтобы снова ее завоевать.

С упорством и прилежанием, что помогли ему за пять лет выстроить успешный гостиничный бизнес, он водил ее на свидания, напоминал ей о том мужчине, в которого она влюбилась когда-то, и показывал мужчину еще лучше – того, кем он стал. Он в деталях рассказывал о том, чем занимается, он обнажал перед ней душу, делился вещами, в которые прежде никого не посвящал, и доверял ей все.

Но этого оказалось недостаточно.

Раз за разом он спрашивал у Лили, что не так. И раз за разом она смотрела на него и говорила, что не знает. Вряд ли она лгала. Казалось, что этот вопрос для нее как пытка. У Кита даже сложилось впечатление, что Лили, как и он сам, не понимает, что происходит. И в отличие от той ночи, когда они спорили о Пауле, в этот раз давить на нее было бесполезно.

Кит не знал, что может ему помочь. Он лишь знал, что Лили несчастна, и это его убивало.

В тишине спокойной ночи он, нахмурившись, в который раз спрашивал, что же пошло не так. Ему казалось, они с Лили достигли нового уровня взаимопонимания, и их отношения на этот раз выстроены на более прочном эмоциональном фундаменте, но, похоже, все было иначе. Шли недели, и Лили становилась все более угнетенной, более напряженной и испуганной. Она замкнулась в себе точно так же, как в прошлый раз.

Возможно, он давил на нее слишком сильно, думал Кит. Возможно, такой скорый переезд к ней был ошибкой. Возможно, Лили не изменилась так сильно, как он думал – и надеялся.

Возможно, им просто не суждено было быть вместе.

При мысли об этом внутри у Кита все перевернулось, и в глубине его души зародилась боль. Но он стиснул зубы и заставил себя встряхнуться. Нет. Все это чепуха. Они предназначены друг для друга. Ему нужно только найти способ все исправить. Их проблема не может не иметь решения. Просто не может, и все!

Позади зажегся свет, и Кит почувствовал на террасе облако аромата Лили. Едва она вошла, все его чувства обострились, как это всегда бывало в ее присутствии. Сердце забилось мощнее, подпитываемое усилившейся уверенностью в том, что решение Киту обязательно откроется. Обязательно. Оно не может не открыться.

– Что ты здесь делаешь? – мягко спросила Лили.

– Думаю.

– О чем?

Как помочь их отношениям.

– Ни о чем.

Она подошла к нему, и сердце Кита, как всегда, заколотилось, словно сумасшедшее. Так бывало всегда, когда он видел ее.

Но сегодня что-то было иначе. Да, на ее губах не играла улыбка, а ее прекрасные глаза не блестели, но к этому Кит уже привык. Дело было в том, как она себя держала. От странного выражения ее лица он похолодел.

Страх и дурные предчувствия мешали думать, ему показалось, что силы его иссякли, и он вдруг решил, что теперь поздно что-то менять. Они с Лили уже прошли точку невозврата, а он и не заметил, когда это произошло.

– Ты что-то рано, – сказал Кит и проглотил подкативший к горлу комок.

– Да.

– Было скучно?

– Не очень весело.

Лили села рядом с ним и Киту захотелось отмотать время назад. Он предпочел бы оказаться где-нибудь в другом месте в тот момент, когда она вернулась – он боялся того, к чему все уже давно шло, хоть и понимал в глубине души, что это неизбежно. Он хотел бы подготовить к этому разговору какие-то аргументы. Если бы только эти аргументы у него были.

– Хочешь выпить? – спросил он.

– Нет, спасибо.

– Не возражаешь, если выпью я?

– Пожалуйста.

Наливая себе в стакан виски, он заметил, что руки дрожат.

– Ты сейчас скажешь, что нам надо поговорить, да?

В глазах Лили сверкнуло удивление, и она кивнула.

– Да.

– Потому что у нас ничего не получается, да? – Из-за борьбы, которую он вел с эмоциями, голос его был хриплым.

– Нет.

– Тогда скажи почему.

Глаза Лили наполнились слезами, а подбородок задрожал, и Кит едва сдержал желание обнять ее и сказать, что все будет хорошо – хотя он сам в это уже не верил.

– Я не смогу.

– Скажи мне, Лили. Я выдержу.

– А я, скорее всего, нет.

– Ну же, – он хотел подбодрить ее улыбкой, но улыбнуться не сумел, – будь храброй.

Она кивнула и моргнула, но слезы от этого не исчезли, и подбородок дрожать не перестал.

– Я думала, что смогу, – сказала она, ее голос то и дело обрывался, – но не смогла.

– Почему нет?

– Потому что здесь есть кое-что. – Она потерла рукой грудь и поморщилась, будто сама понимала происходящее не до конца. – Оно крошечное. Но оно там. И я никак не могу от него избавиться. Той ночью, после ссоры из-за Паулы, когда ты в первый раз ушел, я не знала, где ты, и гадала, что ты делаешь и с кем.

– Я сказал тебе, что я делал и с кем.

– Знаю. Я поверила тебе тогда и до сих пор верю. Но, мне кажется, тот случай кое-что вызвал к жизни, и это кое-что никак не исчезнет.

– Что это?

– Недоверие.

– Ты можешь мне доверять.

– Могу ли?

– Конечно можешь.

– Но почему? Объясни мне, я очень хочу знать.

Лили смотрела на него с отчаянием, будто уже дюжину раз задавала себе этот вопрос. И что же мог ответить Кит? Потому что можешь? Что это за ответ? Но другого у него не было. Кит знал, что никогда не предаст Лили, но как заставить ее поверить в это, если однажды он уже не оправдал ее доверия?

– Потому что я люблю тебя.

Она положила руку ему на щеку, и он почувствовал, что его кожа горит от этого прикосновения.

– Я тебя тоже люблю. Сильнее, чем прежде. И как бы слащаво это ни звучало, ты для меня и солнце, и звезды. Ты единственный мужчина, с которым я хотела быть. Кроме тебя я никого полюбить не смогу. При мысли о том, что больше не смогу тебя поцеловать, не смогу к тебе прикоснуться, не смогу с тобой заговорить, мне становится физически плохо. У меня внутри непрекращающаяся боль.

– Тогда не думай об этом.

– Я должна.

– Но почему?

– Потому что без доверия нельзя жить вместе, одной любви недостаточно. – Лили покачала головой и убрала руку. Лишившись ее тепла, Кит почувствовал, что его сердце пронзил осколок льда. – Так не получится, Кит. Просто не получится.

От грустной обреченности в голосе Лили Кита охватила паника.

– Что я могу сделать, Лили? Скажи мне. Что бы это ни было, я все сделаю!

– Уже никто ничего не может сделать.

– Но должно же что-то быть!

– Ничего нет.

Это все его вина. Он разрушил их отношения, когда изменил Лили и утратил ее доверие. Едва Кит осознал это, ему показалось, что кто-то ударил его в солнечное сплетение. Он не заслуживал ее любви. Он не заслуживал ее доверия. Он ее не стоил. И он должен был ее отпустить.

– Лили…

– Знаю. Мне так жаль… – прошептала Лили. По ее щекам бежали слезы. Она наклонилась вперед и поцеловала Кита. – Ужасно жаль.

Кит знал, что поцелуй прощальный, и это разрывало его на части.

– И мне, моя дорогая, – сказал он. – И мне…

Глава 14

В профессиональном плане последние две недели были для Кита необычайно удачными. Дела с новым отелем в Риме продвигались хорошо, бизнес процветал. Если не к радости Кита – то уж, во всяком случае, при полном отсутствии сожаления с его стороны, – Паулу Бэрроуз переманили в другую фирму по связям с общественностью, а буквально вчера он услышал, что один из его отелей номинировали на получение награды.

Однако в личной жизни последние несколько недель все было дьявольски плохо. Чем бы Кит себя ни занимал, как бы усердно ни работал, выкинуть из головы Лили не удавалось. Он все время думал о ней и пытался понять, мог ли сделать что-то иначе и избежать разрыва.

У Кита никак не получалось избавиться от ноющей боли, которая поселилась у него внутри и наполняла каждую клеточку его тела. Горе и сожаление, накатившие на него, не отступали ни на минуту.

Острая нужда выяснить, как живется Лили, постоянно терзала его; желание позвонить ей было таким сильным, что Киту даже пришлось удалить из телефона ее номер.

Если бы можно было с такой же легкостью удалить и ее саму из памяти! Но это было невозможно, и мысли о Лили постоянно крутились в голове. Они дразнили его, пытали, сводили с ума и заставляли делать то, что он не хотел. Из-за этого Кит вставал рано утром и искал в Интернете фотографии, новости – что угодно, лишь бы узнать, что происходит с Лили. Из-за этого он писал электронные письма, которые потом не отправлял. Из-за этого он в особенно тяжелую ночь приехал к дому Лили, чтобы хоть мельком увидеть ее.

С этим пора кончать, подумал Кит, сидя на кухне. Он потер рукой сначала покрывшийся щетиной подбородок, а потом затылок. Пора, как бы больно не было. Некоторые его поступки уже граничат с преследованием, а ведь Лили очень четко дала понять – между ними все кончено. Да он и сам знает, что ничего уже не исправишь.

Разве он не старался все то время, которое они провели вместе? А той ночью в ее саду разве он не забыл о гордости? Разве не умолял? Боже, да он чуть не разрыдался!

Что ж, больше это не повторится, подумал Кит и содрогнулся, вспомнив о том, как сильно он хотел удержать Лили и на что решился ради этого. Нет, больше он не повторит того, к чему прибегнул в отчаянии. Он уже устал от боли, терзавшей сердце, и не сомневался в том, что подчиненным уже надоело его дурное настроение. Так что больше никаких поисков в Интернете. Больше никаких попыток встретиться с ней. Больше никаких мыслей о ней. А в обеденный перерыв больше никаких игр с Дэном, которого можно расспрашивать.

Кит должен выкинуть ее из памяти и сердца, потому что он ее не достоин и быть с ней рядом не может. Пора уже привыкнуть к этому.

Стоя на небольшом подиуме в примерочной свадебного салона, Лили взглянула в зеркало и буквально отшатнулась. Она выглядела ужасно.

Вытащив себя утром из постели после очередной бессонной ночи, полной слез, Лили кое-как нанесла макияж, пару раз провела расческой по волосам и решила, что выглядит не так уж плохо, хоть и чувствует себя разбитой.

Но под безжалостной лампой дневного света в примерочной она поняла, как глубоко заблуждалась. Под глазами у нее были огромные серые мешки, щеки запали, волосы безжизненно свисали, а кожа, даже несмотря на увлажняющее тональное средство, была цвета клейстера.

И с какой бы стороны Лили на себя ни смотрела – а ракурсов благодаря окружавшим ее зеркалам было много, – она видела, что не украшает собой восхитительное воздушное платье из шелка.

Но разве было в этом что-то удивительное?

После того как они с Китом в первый раз расстались, все говорили, что она справится. Ей нужно только время. И они оказались правы. Но теперь эта стратегия, как Лили и боялась, не помогала, и не было никакой надежды на то, что поможет.

Прошло уже две недели с тех пор, как он ушел из ее сада, из ее дома и из ее жизни, а Лили все еще не стало легче. Наоборот, ей было все хуже и хуже, потому что она не знала, как забыть Кита. Казалось, это невозможно.

Она постоянно о нем думала и мечтала. Каждое утро, едва проснувшись, она вспоминала о расставании, и ее сердце снова разбивалось.

В доме больше почти не было вещей Кита, – он заехал, когда Лили была на работе, упаковал все и бросил ключ в почтовый ящик, – но она то и дело находила что-нибудь случайно забытое. В выдвижном ящике обнаружился одинокий носок. На раковине – зубная щетка. Выпуск «Файнэншл таймс», сложенный так, как его складывал только Кит. И каждый раз, когда Лили находила что-то из его вещей – или просто что-то, напоминавшее о нем, – она падала бесформенной кучей на пол и заливалась слезами.

Все было не так, как в прошлый раз. Тогда, едва ей в голову приходили мысли о Ките, она думала: «Скатертью дорога!» и «Какое облегчение!» А теперь их связывало гораздо больше, новые отношения были глубже прежних, они стали ближе друг другу. И из-за этого разрыв был болезненнее.

Лили понимала, что расставание было единственным выходом из их ситуации, но легче от этого не становилось. Боль не утихала, и Лили по-прежнему скучала по Киту.

Она знала, что третьего шанса у них не будет. Теперь действительно наступил конец.

Снова вспомнив о том, что она натворила, Лили почувствовала, как к глазам подступили слезы, и шмыгнула носом. Портить платье было нельзя. Она бы себе этого не простила. И Зои тоже. Она сидела на диване, в то время как портниха порхала вокруг Лили и втыкала булавки в ткань. Зои, кстати, почему-то оказалась на удивление равнодушной к печальному положению сестры.

Закончив, портниха помогла Лили снять платье и унесла его, оставив ее одеваться под пристальным взглядом Зои.

– Что? – спросила Лили, не в силах больше выносить напряжения. Она застегнула джинсы и сделала себе мысленную заметку – купить ремень.

– Когда ты в последний раз ела?

Ела? Может, это был кусочек тоста прошлым вечером? Лили не помнила.

– Довольно давно, – ответила она.

– Хочешь пообедать?

Чуть не потеряв сознание при мысли об обеде, Лили проглотила подступившую тошноту и надела жакет.

– Спасибо, но я не думаю, что смогу сейчас переварить обед.

– Тогда просто посмотришь, как я ем.

– Этого мне тоже делать не хочется.

– Плохо, – сказала Зои, взяла Лили за руку и повела к выходу из салона. – Потому что нам надо поговорить.

С решительностью, которой Лили не ожидала от своей неконфликтной сестры, Зои за пять минут нашла паб, заказала две порции жареной рыбы с картошкой и два бокала белого вина и усадила Лили за столик в углу.

– Так, – сказала Зои и сердито посмотрела на нее, сев напротив и тем самым заблокировав ей путь к побегу. – Это продолжается уже слишком долго.

– Что «это»?

– То, что происходит с тобой. Это твое нытье.

Лили посмотрела на сестру. Что за черт?

– Мне можно ныть, – сказала она, и ее сердце сжалось. – Мы с Китом расстались! Я в отчаянии!

– Заканчивай это. Я не позволю тебе похудеть еще больше. Твое платье ушивают уже второй раз за неделю. Остановись, а то от тебя ничего не останется.

– Спасибо за сочувствие, капризуля. И кстати, раз уж зашла об этом речь. Где оно?

– Что?

– Сочувствие. Ты должна утешать меня, как я утешала тебя, когда Дэн ушел.

– Сейчас совершенно другая ситуация.

– Почему это?

– Потому что ты ведешь себя как идиотка.

Лили открыла рот. От возмущения ей даже расхотелось плакать.

– Что, прости?

– Что слышала.

– Я не могу доверять мужчине, которого люблю! Мое сердце разбито!

– Ну да.

– Ну да?

– Это все чепуха, то, что ты не можешь доверять Киту.

Чепуха? Чепуха?!

– Это не чепуха! – воскликнула Лили гневно. – Это главная проблема! Это причина нашего расставания!

Зои многозначительно посмотрела на нее:

– Тогда давай, расскажи мне, что такого сделал Кит, что ты теперь не можешь ему доверять?

– Ты знаешь, что он сделал.

– Я имею в виду, недавно, после того, как вы снова сошлись.

Лили на мгновение задумалась и порылась в памяти.

– Ну, кажется, ничего.

Даже наоборот. Он изменил своим привычкам, чтобы доказать Лили, что достоин ее доверия.

– Так. Понятно. Выходит, что Кит пять лет назад сделал одну ошибку и ты до сих пор его за это наказываешь.

– Вовсе нет.

– А что тогда ты делаешь?

– Единственное, что мне осталось. – Лили повторила мантру, которая поддерживала ее последние две недели: – Веду себя разумно. Защищаюсь. Выживаю.

– И как, получается?

– Не очень, – честно призналась она. – Но что мне делать?

– Внимательно посмотреть на себя в зеркало.

Лили поежилась:

– Уже смотрела и сильно испугалась.

– Надо посмотреть еще внимательнее.

Сделав глоток вина, Лили вздохнула:

– К чему ты клонишь, Зои? Не говори загадками, пожалуйста, моему мозгу сейчас не до этого.

– Я хочу сказать, твоя вина тоже есть в том, что случилось тогда, много лет назад.

– Знаю.

– Когда Кит предложил тебе начать сначала, он поверил в то, что ты изменилась, так ведь? А почему ты не веришь, что и он теперь другой? Мне кажется, это несправедливо.

Лили открыла рот, чтобы ответить, и тут же закрыла его. Во-первых, потому что пришел официант и принес их рыбу с картошкой, а во-вторых, потому что она не придумала ответа. И когда официант вернулся со столовыми приборами и приправами, она еще не знала, что сказать Зои.

– И еще кое-что, – продолжила Зои, выдавив немного кетчупа себе на тарелку. – Если кто не оправдал чужого доверия, так это ты. Судя по тому, что было между вами до разрыва, это ты, в отличие от Кита, совершенно не изменилась.

Зои обмакнула кусочек картошки в кетчуп и отправила себе в рот. А Лили просто сидела и удивленно смотрела на сестру.

– Что?

– Ты снова сделала эту ужасную штуку.

– Какую?

– Снова спряталась в свою раковину, оставив жизнь и проблемы снаружи.

Откровенность сестры рассердила Лили.

– Даже если и так, хоть я и не согласна, тебе не кажется, что это естественно? Ты не считаешь, что самозащита – это нормально?

– Никаких «если», – сказала Зои. – Именно это ты и сделала. Самозащита или что-то другое – это в любом случае ошибка, и совершила ты ее намеренно.

Лили устало посмотрела на сестру. Зои, конечно, вся в любовных делах, но неужели она и правда думает, что все так легко? Неужели не понимает, как тяжело было Лили разорвать эти отношения? Да этот разрыв разбил ей сердце! Неужели Зои серьезно считает, что попытка защититься от боли, которая когда-то уже терзала Лили, это ошибка?

Неужели сама Лили совершенно не изменилась?

– Я не могу заставить себя доверять ему, вот и все. – Она запуталась. А ведь раньше была так уверена в том, что теперь стала совсем другой.

– Почему?

– Так не бывает.

– Бывает.

– Ты серьезно? – Ей очень хотелось услышать ответ.

– Некоторые чувства, например любовь, нельзя включить или выключить. – Зои взяла вилку с ножом и посмотрела на Лили. – Но доверие в их число не входит. Доверие – это личный выбор каждого. И я бы на твоем месте хорошенько подумала. Кит – лучшее, что было в твоей жизни. Если ты сейчас все не исправишь, то просто лишишься его.

Когда Зои переключила внимание на рыбу, Лили сделала глоток вина и попыталась привести в порядок мысли, крутившиеся у нее в голове.

Неужели сестра права? Неужели Лили до сих пор наказывает Кита за то, что было пять лет назад? Прячется ото всех? И совершает ошибку? Можно ли ему доверять?

Когда в голове у Лили сформировались ответы, которых она даже не ждала, все ее убеждения стали рассыпаться.

Возможно, она и правда до сих пор наказывает Кита, подумала Лили, и горло у нее сжалось, а сердце забилось чаще. Кит лишь один раз оступился, он, пожалуй, самый надежный мужчина из всех, кого она знает. Самый искренний. Самый верный. Да, он изменил, но потом сразу же пришел и обо всем рассказал. И после этого ужасно страдал. Он и изменил. Зато никогда не врал. Он всегда был честен с ней. И невероятно откровенен.

А вот она такой не была, верно? Она просила его быть открытым, а сама не ответила тем же и замкнулась. Не справившись со своими эмоциями, она спряталась от них, не стала бороться и трусливо сбежала, чтобы снова не мучиться от боли.

Правда, прямо сейчас боль ей причиняет только один человек – она сама, и это легко исправить, потому что Зои права: Кит действительно заслуживает доверия, а доверие – вопрос выбора.

Какой же идиоткой была Лили! У нее был миллион причин доверять Киту и ни одной причины для того, чтобы лишить его доверия, а она позволила себе пойти легким путем и сбежать, тогда как Кит, забыв о гордости, буквально умолял ее подумать еще.

– А вдруг я уже испортила все, что можно? – спросила она. Ее голос стал хриплым от сожаления и стыда.

Зои наколола кусок рыбы на вилку, замерла, посмотрела на сестру и сказала:

– Тогда немедленно иди в спортклуб «Фитнес-рулз» рядом с отелем Кита, где он, насколько мне известно, играет в сквош с Дэном, и исправь все.

Глава 15

– Да, вот это была игра! – сказал Дэн, потер шею и повел плечами. – Не уверен, что мне удастся оправиться!

Почувствовав укол вины, Кит вытер пот со лба, повесил полотенце на шею и пробормотал:

– Прости.

Если б он только знал, что станет вымещать свое дурное настроение на партнере по сквошу, то обязательно отменил бы игру. Ее в любом случае следовало отменить: не стоит поддерживать отношения с мужчиной, который скоро станет зятем Лили, как бы он ни нравился. Кит ведь хочет забыть про нее и жить дальше.

– Да не проблема, – согласился Дэн. – Иногда можно и проиграть. Ты, кстати, ужасно сегодня выглядишь.

– Спасибо.

– Ни о чем не хочешь поговорить?

– Да нет, – ответил Кит, засунул ракетку в чехол и закинул сумку на плечо.

– Ясно. Ну ладно. – Дэн тоже взял свою сумку и вместе с Китом пошел с корта в раздевалку. – Я слышал, вы с Лили расстались, – будничным тоном сказал он.

Киту вдруг стало так больно, что у него перехватило дыхание.

– Да, – ответил он спокойно, будто его сердце не разрывалось при одной мысли об этом.

– Тебе не интересно узнать, как она?

Я очень хочу знать, как она.

– Мне абсолютно все равно.

– Значит, нет. Понятно. Думаю, это вполне логично. Она ведь так обошлась с тобой!

Кит вздрогнул и решительно отогнал воспоминания о той ночи в саду у Лили, когда он не смог исправить ситуацию.

– Если бы тебе было интересно, – продолжил Дэн, – то я бы сказал, что ее сердце разбито. Это не мои слова, а Зои. И выглядит Лили ужасно, краше в гроб кладут. Но раз тебе все равно, то я ничего не говорил.

Услышав, что Лили так же несчастна, как и он, Кит почувствовал, что внутри у него что-то оборвалось. Выкинуть ее из своей жизни и из своего сердца? Что за бред! Кого он обманывает? Этого никогда не будет!

Когда дело касалось Лили, у Кита не хватало силы воли. Рассердившись на себя из-за этого и стиснув зубы, он решил все-таки поговорить с Дэном. Взгляд со стороны не помешает, потому что сам Кит пока не очень справляется.

– Ты знаешь, она сказала, что не может доверять мне. – Он бросил вещи на скамейку и сел на тот случай, если вдруг ноги подведут.

– Да, я слышал.

– Что думаешь? Можно это как-то исправить?

– Никаких идей. А она действительно может тебе доверять?

– Да.

– Ты говорил ей об этом? – спросил Дэн, открыл свой шкафчик, достал полотенце и убрал внутрь сумку и ракетку.

– Много раз. Но никакого эффекта.

– Она нужна тебе?

– Больше чем воздух, – сказал Кит. – Но пять лет назад я сделал ужасную глупость. До сих пор жалею.

– Про это я тоже слышал.

– Оказалось, это непреодолимое препятствие.

– Мы все совершаем ошибки. – Теперь Дэн держал в руках не только полотенце, но и гель для душа.

– Это была ужасная ошибка.

– Да, но ведь прошло уже много времени, так ведь?

– Пять лет.

– А Лили что, никогда не ошибалась?

Кит нахмурился, вспомнив все ее промахи:

– Много раз.

– Ну так прекрати себя мучить и сделай что-нибудь! Я не знаю… Женись на ней! Свяжи ее, чтоб не сбежала, и докажи, что тебе можно доверять. Мера, конечно, крайняя, но других вариантов у тебя нет.

Дэн ушел в душевую кабинку и закрылся там. Тогда Кит тоже убрал вещи в шкафчик, взял полотенце и пошел мыться. Его мозг бешено работал.

Может, Дэн прав? Кит включил воду и почувствовал, как горячие иглы впиваются в кожу. Может, он сам напрасно мучится? Может, он зря позволил Лили диктовать свои правила? Наверное, этого делать не стоило. Лили тоже несовершенна. Последние несколько недель его терзали угрызения совести, а ведь он принес столько жертв и пошел на такие перемены! А что она? Она не сделала ничего, только замкнулась в себе, отчего дела стали еще хуже.

В общем, Кит, конечно, был виноват в их разрыве, но и Лили оказалась не безгрешна, как и в прошлый раз. Они два сапога пара. А значит, Кит ее достоин, черт побери! Он заслужил ее! Они оба друг друга заслужили.

Не нужно было ее отпускать, подумал Кит, выключив воду и взяв полотенце. Это была ошибка. И он ее больше не совершит, потому что любит Лили, а она любит его, а он… А он теряет время.

После того как Зои сказала, что делать, Лили оставила ее в баре и направилась в спортклуб. Правда, без четкого плана. На то, чтобы сформулировать его, у нее не было ни времени, ни возможностей – голова шла кругом. Лили поняла, какой идиоткой была, и теперь сожалела о том, что так глупо вела себя. Кроме этого ни о чем думать не получалось.

Так что, войдя в спортклуб и увидев, как Кит идет через холл, она ненадолго растерялась и мгновение просто смотрела на него с тяжело бьющимся сердцем. Он был восхитителен, такой родной… и такой любимый!

По нему было видно: он испытывает то же, что и Лили. Измученный, осунувшийся и какой-то помятый. Будто простейший уход за собой был для него слишком тяжелым бременем в последнее время. Это немного подбодрило ее. Если бы Кит был чисто выбрит и свеж, то это означало бы, что он совершенно не страдает и больше не любит Лили. Тогда ей пришлось бы сразу уйти.

Заметив ее, Кит замер; по выражению его лица было непонятно, обрадовался он, удивился или испугался. Зато Лили чувствовала, как бьется ее сердце. Просто чудо, что его стук никто кроме нее не слышал. Ее тело рвалось к Киту, но она не двигалась. Бросаться на шею Кита нельзя до тех пор, пока не будет сказано все, что должно быть сказано.

– Привет, Кит, – сказала Лили. Она старалась говорить легко и весело, но ничего не вышло.

Кит нахмурился, сдвинув брови в одну линию, прошел немного вперед и остановился примерно в метре от Лили.

– Ты здесь.

– Как видишь. – Лили почти задыхалась.

– Почему?

– Хотела с тобой поговорить.

– Похоже, это теперь модно.

– Что?

– Забудь, – пробормотал Кит.

– Я подумала, мы можем пойти к тебе в отель. Может, в конференц-зал или куда-нибудь еще. – Но не в его апартаменты. Нет. С ними связано слишком много воспоминаний.

– Хорошая идея, – сказал Кит и взял Лили за руку. – Пойдем со мной. – И он двинулся прочь из спортклуба с такой скоростью, что Лили пришлось бежать.

Кит крепко держал ее за руку, пока вел до отеля, и потом, когда они шли через холл, а Лили с ума сходила от счастья. Когда они прошли мимо конференцзалов на первом этаже и оказались возле лифтов, она запротестовала, но ее возражения остались без внимания.

К тому времени, когда они добрались до апартаментов Кита, у Лили сбилось дыхание и закололо в боку. Из Кита била ключом энергия – гремучая смесь из напряжения и решительности. Ничего подобного в нем Лили раньше не видела, и это оказывало фантастический эффект на ее сердце.

Кит бросил свои вещи на стул, повернулся к ней и засунул руки глубоко в карманы. Его взгляд пылал. У Лили задрожали колени. В ней затеплилась надежда на то, что еще не все потеряно.

– Дэн был прав, ты ужасно выглядишь, – сказал Кит, окинув Лили взглядом.

– И ты тоже.

– Да. Я и чувствую себя отвратительно.

– И я.

– Но я рад, что ты пришла. – Он слабо улыбнулся.

Слава богу! Лили с облегчением выдохнула. Кит вел себя странно, и до этого она не знала, чего ей ждать.

– Правда?

Кит кивнул:

– Избавила меня от необходимости ехать.

– Куда?

– К тебе.

Сердце Лили затрепетало. Она почувствовала, как разгорается крошечный огонек надежды.

– О!

– Окружающая среда скажет тебе спасибо за то, что я не стал ее загрязнять поездкой на автомобиле.

– Всегда пожалуйста. Можно я скажу, зачем пришла? – спросила Лили, воодушевленная тем, что Кит ее не отверг и не проигнорировал. Теперь ей не терпелось исправить свою ошибку.

– Минутку, – ответил он. – Присядь.

– Я не хочу.

– Присядь.

Лили села, удивленная и немного напуганная мрачным и резким настроем Кита.

– Ты в порядке, Кит? – спросила она, наклоняясь вперед и глядя на него в упор. – Ты ведешь себя немного странно.

– Я в порядке.

– Конечно, – пробормотала Лили и тут же забыла, о чем думала до этого, потому что от взгляда Кита у нее пересохло во рту, а голова закружилась.

– Значит, так, слушай, Лили, – сказал Кит, и Лили почему-то задрожала. – Несмотря на то что случилось две недели назад, между нами еще не все кончено.

Когда ее бедный, измученный мозг уловил эти слова, сердце от радости так затрепыхалось, что чуть не взорвалось.

– Ты даже не представляешь, как я рада это слышать, потому что…

Кит поднял руку вверх и перебил ее:

– Дай мне закончить. Я люблю тебя, Лили, но ты не идеальна, как и я сам.

– Ты абсолютно прав, – совершенно искренне согласилась она. – Я не идеальна.

– И да, я совершил ошибку, но это было много лет назад, и я не хочу больше страдать от чувства вины.

– И я…

– Ты наделала еще больше ошибок.

Лили кивнула:

– Знаю, знаю…

– Я думал, что не стою тебя, но это не так.

Лили вздрогнула. Как он мог такое подумать? Неужели это она подтолкнула его к этой мысли?

– Ты достоин меня, – возразила она, ощутив укол совести.

– Мы нужны друг другу, – сказал Кит, его темный, напряженный взгляд был сконцентрирован на Лили. – Мы любим друг друга, и мы достойны друг друга.

– Да.

– А теперь сделаем вот что. Мы с тобой поженимся, и остаток своей жизни я буду доказывать тебе, что мне можно доверять. Мы с тобой будем общаться. Разговаривать. Станем настоящими партнерами. А еще мы усыновим кучу ребятишек и будем невероятно счастливы. – Кит поднял бровь и вопросительно посмотрел на Лили, будто ждал ее возражений. – Что скажешь?

Но с чего бы ей возражать, если именно этого она и хочет? Переполненная счастьем и любовью, Лили не смогла сказать ни слова. Она просто подошла к Киту, обняла его и, прижавшись к нему, поцеловала.

Как же это было прекрасно! Уже давно она не была в его объятиях, и теперь это печальное время закончилось. Кит вынул руки из карманов, прижал ее к себе и жадно поцеловал.

Освободившись от всех сомнений, которые терзали ее последние несколько недель, от страхов и смущения, которые ее беспокоили, преисполнившись уверенности в том, что у них с Китом все будет хорошо, Лили подарила ему долгий, страстный поцелуй, вложив в него все свои чувства. И когда они оторвались друг от друга, чтобы перевести дух, Кит дышал так же прерывисто, как и Лили, его сердце билось так же тяжело, как и ее сердце, и глаза сверкали так же, как, наверное, сверкали глаза у нее самой.

– Я так понимаю, ты не против, – хрипло сказал Кит.

– Я только за, – ответила Лили и глупо улыбнулась. – Только вот доказывать всю оставшуюся жизнь, что тебе можно доверять… Тебе не нужно это делать.

Кит нахмурился:

– Нет? Почему? Я очень этого жду.

– Не понимаю, с чего я взяла, что тебе нельзя доверять. Я доверила бы тебе даже свою жизнь. Извини, что раньше говорила иначе.

– Ты доверяешь мне? – спросил Кит после секундной паузы. – И давно?

– Примерно час.

– И что случилось час назад?

– Я поняла, что доверие – вопрос выбора, я решила тебе не доверять, не знаю почему. Может, потому, что была напугана? Все произошло слишком быстро, и я запаниковала? Или почувствовала, что убегаю, и ничего не смогла с этим поделать?

– А теперь?

– Теперь я хочу доверять тебе и доверяю. Безгранично. Разве ты дал мне повод усомниться в тебе? Нет. Ни разу такого не было. И не будет. Я это знаю. – Она в отчаянии покачала головой. – Я вела себя так глупо! Попросила тебя быть со мной откровенным, а сама замкнулась. Больше это не повторится, обещаю. Я не стану замыкаться в себе. Так делают только трусы, а я не хочу быть трусихой. Ты достоин меня, прости, что заставила тебя в этом усомниться. Ничего хуже я сделать не могла. Последние две недели стали самыми тяжелыми в моей жизни. Они были настоящим кошмаром.

– И для меня тоже, – хрипло сказал Кит. – Я думал, что окончательно все разрушил.

– Нет, нет, – возразила Лили. – Это я все разрушила.

Он склонил голову и посмотрел на нее. Его взгляд был полон любви и теплоты, он обещал будущее.

– И все-таки это моя вина, я уверен. Ты действительно хочешь об этом спорить?

– Да не особенно.

Кит мягко улыбнулся, и его глаза заблестели.

– Потому что мы можем заняться кое-чем поприятнее, и ты об этом знаешь, – сказал он.

Его руки скользнули вверх по спине Лили и легли ей на плечи. Она задрожала от желания.

– Например, чем?

– Например, ты можешь согласиться выйти за меня замуж. Согласишься?

Лили почувствовала, как к глазам подступают слезы. Второй шанс выпадает немногим. Таких счастливчиков очень мало.

– Да, – кивнула она и заморгала. – И только потому, что сама хочу этого, а не потому, что ты напугал меня своим «а теперь мы сделаем вот что».

Кит, поглаживая плечи Лили, улыбнулся. И она совсем растаяла.

– Извини, что так вышло, – прошептал он. – Я не хотел рисковать.

– Не извиняйся, – тихо-тихо ответила Лили. – Это было очень напористо. Динамично. По-мужски.

– Я рад, что ты так думаешь.

– И убедительно.

Кит скользнул под тонкие бретельки ее топа и медленно стянул их.

– Насколько убедительно? – мягко спросил он.

– Невероятно убедительно. – И Лили задрожала.

– Так вот, о тех приятных вещах, которыми мы можем заняться…

Примечания

1

В некоторых странах, в частности в Англии и Греции, существует традиция: считается, что первый, кто войдет в дом в первый день нового года, принесет этому дому удачу, поэтому первый гость выбирается тщательно. (Примеч. пер.)

Content

Люси Кинг
Одна ночь с бывшим

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Примечания