Скворцов Владимир Николаевич

Попаданец на рыбалке. Книга 5

Мы наш, мы новый…

Часть 1

Глава 1

В основном воспоминания о прошедшем

Сурск, Вик

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — такими словами закончил своё выступление Вышеслав. Надо немного пояснить причину, по которой сейчас произносились такие речи. Сегодня мы праздновали десятилетие Сурска. Да, да, он уже прожил свой первый десяток лет из тех столетий, которые, как я надеялся, ждали его впереди.

Если проводить сравнение с ребёнком, то получается, что мальчик вырос из пелёнок, колготок и шортиков, и начал носить брюки, пусть ещё маленькие, не форменный камуфляж, но уже настоящие штаны. А это признак взросления. Тем более, когда мы говорим о городе, причём определяющем порядок жизни во многих окружающих его землях. Да, уже именно так обстоят дела, и сейчас можно смело говорить о том, что это десятилетие, потребовавшее от нас напряжения всех сил, труда, сравнимого разве что с каторжным, участия в нескольких войнах за свою свободу, расставило всё по своим местам.

Сейчас город контролировал по меркам этого мира огромную территорию, начиная от устья Оки на западе и заканчивая устьем Камы на востоке. На север была пробита дорога до Белого моря. На юге была проложена дорога на Дон, так что наши корабли уже выходили в Азовское море, правда, дальше пока не пошли. Но раз уж пробило меня на оценку сделанного, придётся вспоминать по порядку.

А начать лучше всего с прихода в наши земли словен, которых привёл Вышеслав, и под руководством Явана людей с верховий Оки, как я считаю, тех, кто в своё время был ассимилировал или уничтожен отступившими в те места после своего разгрома антами или венедами. Сейчас трудно определить, кто есть ху, но местным от этого лучше не стало. Приход такого большого числа новых людей едва не привёл к трагическим для города последствиям — но благодаря установленному нами приоритету мастерства и соответственно социальному положению, нам удалось с этим справиться.

Начало положил Азамат своим памятным всем марш-броском на полигоне. Потом произошли похожие споры с мастерами из словен, пытавшимися доказать своё превосходство над лесными дикарями. В этом случае всё практически повторилось, правда, происходило несколько по-другому, но результат был тот же самый. Для этого пришлось провести несколько конкурсов профессионального мастерства, причём судейство отдать сторонним людям.

И практически все наши специалисты в очном соперничестве доказали, что они лучше владеют своим мастерством. А Могута, Житко и Путята вообще вне конкуренции. И правильную позицию заняли приведшие сюда эту вольницу люди — Вышеслав и его друзья. В результате через несколько месяцев это брожение прекратилось и началось создание нормального общества, основанного на простых и понятных всем принципах. Тем более, что почти всех, годных по состоянию здоровья, прогнали через подготовку ополченца, правда, несколько её подправив.

Зато через полгода мы уже имели единое общество, живущее по одним принципам. Немаловажную роль в таком воспитании сыграл наш театр и концерты художественной самодеятельности, да и школа внесла свою лепту, когда освоившие грамоту помогали осваивать её новичкам, добиваясь при этом дружеского к себе расположения. В общем, можно сказать, что военно-патриотическое воспитание населения в духе любви и преданности городу принесло свои плоды. В результате, к концу четвёртого года своего существования, город достиг численности немногим меньше двух тысяч человек и имел около пяти сотен регулярной армии, вооруженной огнестрельным оружием.

Благодаря росту численности мы смогли решить множество проблем. Наши мастерские заработали на полную мощность, что позволило резко нарастить выпуск продукции и увеличить объём торговли. А вырученные деньги опять пошли на улучшение условий жизни людей и дальнейшее развитие промышленности, рост и укрепление других поселений. В магазинах появились новые товары — ткани и украшения, сладости, фрукты и продукты питания, порой и заморского происхождения. Так что у всех сложилось стойкое убеждение, что своим трудом можно обеспечить, по меркам этого времени, вполне сказочную жизнь.

Но кроме развития самого города развивались и соседние поселения. Там появились свои школы и производства, было выполнено благоустройство территорий, организованы водопровод и переработка отходов. За порядок и чистоту старейшины драли всех хуже сидоровых коз, так что с этим там было всё в порядке. Безопасность обеспечивало земское ополчение, засеки, стены и система блокпостов. Кроме того, движение по Суре и Ветлуге чужим судам было недоступно. Свои плавали, а чужие нет, их просто не пускали. Им вообще допуск был только до рынка в Шумске.

Вообще-то как такового плавания по Волге не было, некому в это время было плавать здесь по рекам. Был Булгар, связанный караванными маршрутами с арабами; существовало Гнездово, со временем превратившееся в Смоленск, и куда добирались самые отчаянные купцы из будущей Европы; имелось небольшое поселение Самботас, со временем ставшее Киевом, и по-видимому, выполнявшее роль не только местного племенного центра, но вполне возможно и местной торговли; появилась Ладога, с которой товары могли через Скандинавию уходить дальше на запад.

А на всей остальной территории существовали отдельные племенные поселения, никак не способные создать мощный торговый флот. Строительство корабля само по себе подразумевает владение определёнными технологиями и инструментом, а его эксплуатация и непосредственно торговля — несколько другие отношения между людьми, порой значительно отличающиеся от общепринятых в данное время в конкретной местности

Вся торговля была на Средиземном море и в других центрах цивилизации, никоим образом не связанных с Волгой. Она для всего мира просто не существовала и никого не интересовала, хотя меха отсюда все очень даже уважали. Вот здесь и возник город Сурск, ставший фактически центром торговли и поставки многих необычных для этого времени товаров.

А кроме того он послужил своеобразным центром кристаллизации, из которого могла зародиться и начать свое развитие новая цивилизация, коренным образом отличающаяся от уже известных. Благодаря чему вся история этого мира могла пойти по другому пути и избежать проблем, едва не уничтоживших планету в моё время. Но подобные уже геополитические прогнозы дело неблагодарное, а сейчас меня интересует непосредственно торговля с внешним миром.

И пока в роли посредников в ней выступали булгарские купцы, имевшие возможность принять участие в такой торговле благодаря караванным путям, связывающим их с известными центрами — арабами, Средней Азией и Средиземноморьем, ну и если смотреть по максимуму — то и с Китаем через Великий Шёлковый Путь. Наш местный рынок в таких условиях процветал.

Теперь на нём постоянно бывают купцы из Булгар, иногда приходят лодии из Ладоги, постоянными посетителями стали местные жители со всей округи, приезжают чуваши с Цивиля и мордва выше устья Суры, меряне из племён, проживающих выше по Волге, черемисы из лесов Заволжья. Да и вообще, сейчас он стал местной достопримечательностью, здесь старается побывать каждый, если появляется для этого хоть малейшая возможность.

На нашем рынке можно в любой момент купить отличный стальной инструмент, наконечники, топоры, посуду, железную, глиняную, стеклянную или деревянную, предметы роскоши, приобрести инструмент, необходимый для ежедневной работы. Много, очень много произошло изменений в нашей повседневной жизни, просто так всё и не упомнить, но самое главное, что стоит отметить — я сумел сделать двигатель.

На это потребовалось пять лет и организация нескольких новых производств, начиная от изготовления медной проволоки, её покрытия и изоляции, и заканчивая роликовыми подшипниками и смазкой. Но сейчас были готовы появиться первые моторные баржи и боевые корабли, вернее почти готовы первые корпуса для них, и они ждут только силовых агрегатов.

После долгих раздумий и проведения различных расчётов и прикидок, я выбрал более длинный, но технологически более простой путь. Я остановился на двигателе Стирлинга, вернее на комбинации его и генератора электрического тока. Стирлинг служил источником механической энергии, приводившим во вращение генератор, а тот обеспечивал электроэнергией асинхронный электродвигатель.

И хотя мне пришлось разбираться с кучей лишних проблем и создавать дополнительно электротехническое производство, но каждая из этих задач решалась или могла быть решена на уже достигнутом техническом уровне. Тогда как создать даже обычный ДВС при существующем уровне техники было невозможно. А делать паровой — может быть и проще, но не намного, да и вряд ли безопасней. Поэтому и появился такой гибридный силовой агрегат.

Можно, конечно, было сразу делать Стирлинг, совмещённый с линейным генератором, но по имеющимся у меня сведениям в моё время не удалось с него получить мощность более одного киловатта, а мне этого было мало. Может быть, я ещё вернусь, скорее всего — не может, а обязательно вернусь к этому проекту, но мне требовался более мощный мотор. И я его получил — моя гибридная установка сегодня давала восемнадцать лошадиных сил. Не бог весть что, но первые паровые волжские буксиры развивали в несколько раз меньшую мощность. И спокойно плавали по всей Волге.

Но усилий это требовало неимоверных. Мало сказать, что каждый из первых двигателей представлял собой практически уникальное изделие. Первоначально у нас с мастерами не получалось сделать всё одинаковым, на каждом образце появлялись какие-то отклонения, и приходилось под них делать свои детали. Но радовало, что они работали, и наработка на отказ составляла уже больше ста часов. Учились все: мастера, мотористы, занимающиеся улучшением и эксплуатацией моторов, и все, кто хоть каким-то краем имел отношение к их производству.

Первые образцы работали в цехах, использовались для привода станков. Мой Уазик, бывший до этого главным и единственным источником энергии, обеспечивающим работу станков, был при последнем издыхании. Но новый мотор снял эту проблему, а его работа в цехах позволяла всем пройти своеобразный курс по обучению, ремонту и обслуживанию такого силового агрегата. И уже появились местные специалисты, способные сами эксплуатировать подобный двигатель.

Во всяком случае, благодаря всем принимаемым мерам удалось добиться некоторого соответствия моторов друг другу, появилось хоть что-то, похожее на стандартизацию. И теперь можно было готовить корабли для этих двигателей. Да и мне пора опять посетить все земские поселения, навестить хана Атагула и бека Айдара. А то за это время виделся со всеми как-то урывками, да и своим глазом надо глянуть, что творится в земских поселениях.

Сурск, Вышеслав и его друзья

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — завершив такими словами своё выступление, я сел на место и приложился к кружке с медовухой. Что-то в горле запершило, да и глаза заслезились, от ветра, наверное.

— Молодец, Вышеслав, красиво сказал, а главное, правильно — поддержал меня Мстислав, поднимая свою кружку. Да, постепенно за эти годы мои друзья перебрались сюда. Уж больно тут жизнь началась интересная, да и торговля пошла такая, что только мечтать можно. Вот и перебрались сюда Мстислав и Мень, два моих друга купца. А всё началось после первой встречи Вика с ханом Атагулом и первого прихода булгарских купцов в Шумск. При виде предлагаемых к продаже Сурском товаров, у Каракуза, старшего булгарского купца, чуть руки не затряслись. Он был готов взять всё, но не мог.

Стекло в самых разных его видах — посуда, грубая, для повседневного пользования, и особо ценная, тонкая, для парадных приёмов, достойная любых правителей. Стекло, прозрачное оконное и цветное для витражей, а также готовые витражи, бутылки, фигурки и самые разные бусы, отличающиеся по форме и цвету.

Глиняная посуда, обычная и глазурованная, игрушки, свистульки и прочие поделки из глины. Деревянная посуда, в том числе и расписная, достойная украсить стол любого правителя. Бочки, ведра, ушаты и всё, необходимое для обычного быта в любом селище. Металлическая посуда — котлы самых разных размеров, в которых можно приготовить пищу как для одного человека, так и на целое селение. Топоры, ножи, пилы, наконечники, иглы, блёсны, крючки, косы, фонари и лампы — всё хотелось купить, при перепродаже в других местах эти товары принесли бы не менее чем тройную прибыль.

Но ведь и это далеко не всё. Кожаные сапоги, доспехи, вязаные изделия — свитера, носки, рукавицы с их замысловатыми и хитрыми узорами буквально притягивали к себе взгляд и кричали — купи, будет красиво и тепло. Журналы и тетради манили чистотой листов, приглашая оставить свои мысли и размышления, описания пройденных дорог для потомков. А тут же лежали ручки и чернильницы, готовые помочь в этом благом деле.

А драгоценности? Сверкающие стразы, блестящие золотые, и скромные, отсвечивающие мягким светом серебряные поделки, зеркала из белой бронзы как бы говорили — смотри, не обожгись, это товар не для всякого. Зато наливки, настойки и чистый спирт приглашали в гости любого. В общем, даже сейчас я не могу вспомнить всего, что показали мастера на первой своей ярмарке.

Вот и занялись мои друзья торговлей, тем более, что Вик договорился с ханом Атагулом о строительстве торгового двора в Булгаре. Пока это был обычный дом со множеством надворных построек, правда обнесённый стеной высотой в два человеческих роста с установленными на ней станкачами. Из охраны там постоянно находилось два десятка бойцов. По договорённости с Виком торговлей в Булгаре занимался Мень, налаживая связи с приезжими купцами, подготавливая новые торговые маршруты на восход и на полдень. Он очень выгодно торговал, да и информация от него поступала крайне интересная. Кстати, совсем забыл:

— Мень, ты с теми купцами, что приходили с низовий Волги, встречался?

— Да, а что?

— Они тебе обещали карту дать, сделали?

— Привезли, хотел тебе завтра передать. Ты что-то задумал?

— Есть одна задумка. По словам Вика, надо пройти до города, где нефть получают. Он его Баку называет. Хочется мне туда попасть, да и само это море посмотреть. Там много интересного. Сам же рассказывал.

— Да, такое место известно. Мне много про него рассказывали. Но я пока не могу туда пойти, у меня в Булгаре появились очень интересные купцы, пришли откуда-то с гор, по-видимому с Урала, как Вик говорит. Завтра буду рассказывать ему, так что приходи, послушай. Тебе будет интересно.

— Приду, конечно.

А вот Мстислав занимался больше торговлей по Волге, Суре и Ветлуге. И здесь всё обстояло очень даже хорошо. Серебра, правда, такая торговля давала мало, но зато мехов приносила много, очень много. А я занимался, как и хотел, прокладкой новых маршрутов. Нашли мы с помощью Булгака дорогу к франкам, правда долго добираться, за сезон не обернуться. Но Вик обещал сделать новые самоходные лодии, так что скоро и туда пойдём.

Здесь очень интересной была торговля с буртасами. Вику удалось и с ними договориться, бек Айдар оказался в достаточной степени жадным, но вполне вменяемым человеком. Получив ещё пару раз от наших бойцов по самое не могу, и собрав сведения о городе, в том числе выяснив, что хан Атагул наш друг, он воспылал к Сурску горячей любовью и согласился на прямую торговлю, получая, как Вик это называет, откат. Зато после этого к нам пошёл дополнительный поток мехов, зерна и скотины.

И самое главное, удалось пройти по Суре и через найденный волок на Дон. Вик долго объяснял Маска, что надо, но он сумел найти. Правда, чуть не схлестнулся с буртасами, но вовремя опомнились и договорились. Теперь осталось только пройти по этой дороге к ромеям.

— Мстислав, а ты пойдёшь к ромеям? — поинтересовался я у соседа.

— Пока нет. Вик все дальние экспедиции запретил, только на север разведку отправляет. Правда и там не всё так просто, дорога очень трудная, и значительную её часть составляет путешествие на телегах и санях. Но очень выгодный маршрут. Говорит, пока не будут готовы новые корабли, никого не пустит. Мне, говорит, нельзя ждать два года до вашего возвращения, надо обернуться за один сезон. Здесь хватает маршрутов для торговли.

Глава 2

И опять воспоминания о былом

Сурск, Виряс, городской голова

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — Вышеслав знает, что говорить, подумалось мне, он из первых, пришедших на это место. Да вообще-то и я попал в город не в числе последних.

Помню своё бессилие, когда нас вели уже как рабов для будущей продажи, и я ничего не мог сделать для своих родичей. И вспыхнувшую в душе надежду на спасение, когда увидел, как буквально на глазах горит охранявшая нас сотня степняков. И ту непонятную ситуацию, когда мы оказались между миром живых и мёртвых, с одной стороны вот они мы, живы и здоровы, а с другой нас уже успели похоронить.

Тогда внутри всё затопило поднимавшееся отчаяние, отнимавшее последние силы. И то чувство радости и свободы, когда Вик сумел нас спасти. Я потом переговорил не с одним из бывших со мной пленников, и в общем-то у всех были одинаковые чувства. Поэтому все готовы были делать любую работу по указанию Вика. Со временем это чувство немного ослабло, но никуда не исчезло.

Для всех нас, бывших жителей Пьянска, хотя он и не имел в то время такого названия, Сурск дал свободу и новую жизнь. Вообще-то нечто подобное могут сказать больше половины жителей этого города. Поэтому они и готовы прилагать любые усилия, чтобы он рос и процветал. А он действительно сейчас растёт и процветает. Для многих из нас, живших в небольших поселениях, это как воплощение нашей мечты, что-то яркое, сказочное и непривычное.

Тёплые дома, в достатке еда, безопасность — что ещё надо для спокойной жизни. А придумки Вика и Галины по благоустройству города делают жизнь ещё лучше. Грязи нет, отходов нет, все дома изукрашены резьбой, посажены деревья и цветы. Я и сам не ожидал такого когда Галина ввела моду на посадку цветов перед домами, и теперь каждая хозяйка старается перещеголять других.

А тут ещё и конкурс организовали на самую красивую клумбу. Так бабы теперь только о своих цветах и говорят, конечно, когда есть возможность. Чуть за косы друг дружку не таскают. Да и пусть их, поругаются — успокоятся, главное, что город стал красивее. Да и Дугиня в нём за порядком следит. Он у нас теперь, как Вик говорит, главный ополченец и дружинник, причём отвечает не только за Сурск, но и за все поселения Земства.

Ведь что удумали, теперь каждый, кто не больной, хромой или инвалид, регулярно проходит тренировку по программе ополчения. Бегают, стреляют, гранаты кидают, приёмы отрабатывают. А ещё постоянно, по графику, все выходят на дежурство и следят за порядком, вот такая у нас народная дружина. У Дугини есть, конечно, постоянные командиры, их обучают вместе с военными. А вот все остальные дружинники — это жители города, и они в составе своих подразделений выходят на дежурство.

Так что в любом из наших поселений, входящих в Земство и живущих по его законам, постоянно дежурит кто-то, обеспечивающий порядок. Но Дугиня молодец, не только в городе за ним следит. У него вокруг, на расстоянии до десяти километров, конные патрули егерей с собаками дежурят. Постоянно объезжают окрестности и отлавливают всех пришлых.

Сейчас хорошо, сил на это хватает. Ввели такой закон — хочешь жить в городе — отслужи три года в армии или в силах ополчения, их ещё Вик называет внутренними войсками. Люди на тебя посмотрят, оценят, что ты за человек, а потом скажут, согласны они с тобой рядом жить или нет, будет ли от тебя польза городу, или так себе окажется человечишка. Хотя пользу городу любой приносить будет, те же отходы и дерьмо вывозить сгодится.

Сурск, Могута

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — ишь, как красно говорит Вышеслав. А приятно, когда понимаешь, что это и к тебе относится.

Однако эта приятность ох как непросто даётся. С каждым годом Вик всё крепче и крепче заставляет свободу любить. И ведь ничего насильно делать не требует. Сам, добровольно берешься за новое дело, а потом бросить не можешь — ты мастер, или погулять вышел. Вик сам во всём этом участвует, учит всех новому, а вот когда все освоят его уроки, то жалеть не будет. Раз ты мастер — докажи. Вот и приходится каждый день доказывать. Но зато потом тебе уважение ото всех.

Вон ведь как повернул с этим мотором? Сначала сам месяца три возился, не поднимая головы с утра и до утра. Лишь на несколько часов спать падал. Как только Галина ни ругалась, ничего не помогало, там же в мастерской и засыпал. Кормить приходилось, как маленького. Все уже извелись, что же будет на этот раз. И ведь опять сделал диковину. Правда, когда закончил, на лице одни глаза остались. Но всех удивил — стоит на столе небольшая коробочка, её свечка греет, а она крутит и крутит маленький пропеллер.

Потом он нам объяснил, что это только модель мотора, он на ней проверил, как она работать будет, и расписал, что нужно для того, чтобы сделать настоящий, мощный двигатель. А потом так хитро на всех столпившихся смотрит и спрашивает:

— А что, мастера, слабо нам сделать большой мотор? Или вы погулять тут вышли?

Ну мы, конечно, взялись за это дело. А с Виком ведь как, взялся — так хоть тресни, а сделай, а то проходу потом не будет. Вот и делали это мотор три года, пока первый работающий образец не получили, а потом ещё два года доводили. Но зато сколько станков наделали, сколько молодых мастеров появилось из тех, кто занимался этим мотором, и чему только не научились. Пожалуй, даже больше, чем при изготовлении оружия.

А рядом на столе стоит модель, всё время крутится и крутится, пока свечка горит. Порой так хотелось её молотом пристукнуть. Но справились, сейчас сам даже удивляюсь, как смогли такое сделать. А сколько мальчишек около модели постоянно крутилось. Раньше все хотели стать кузнецами, потом оружейниками и военными, теперь все хотят быть механиками и мотористами. Правильно Вик говорил, как только сделаешь, отбоя от учеников не будет.

И вдруг я почувствовал, что сзади меня так тихонечко кто-то за рукав тянет. Оглянулся — девушка, лет шестнадцати.

— Чего тебе, красавица, — спрашиваю.

— Мастер Могута, а можно вас попросить пряник мне передать, вон тот, медовый.

— А чего сама взять не можешь?

— Так подойти никак нельзя.

— Звать то тебя как, и сама откуда будешь?

— Мирава я, сирота, с Яваном приплыла.

— А чего же одна бродишь, без подружек?

— Да они все на качели убежали, и хоровод водить потом будут, а я как-то не люблю этого.

— Ну так садись рядом, поговорим о твоих местах, пряников поедим с чаем с мёдом. Я уж на качели и в хоровод точно не пойду.

— Можно? Ух, здорово! Теперь меня никто отсюда не сгонит и никуда не потащит.

Сурск, Шумат

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — после таких слов Вышеслава осталось только принять праздничные пятьдесят граммов.

— Ну что, Кугерге, давай за эти слова выпьем! Как-никак, и мы участвовали во всех делах. И вы, старейшины, присоединяйтесь — обратился я к Йолташу и Яруске, старейшинам двух новых поселений, расположенных выше Рудника и недавно присоединившихся к Земству.

— А что бы не выпить, когда праздник, — ответил Кугерге.

Мы выпили, да и закусили, благо было чем.

— Шумат, а как ты с Виком встретился? — спросил меня Яруска.

— Вот здесь, на этом самом месте и встретился. Он тогда после его переноса богом Электро в эти места по Суре от Урги спустился, мы были первыми встреченными им людьми. Совсем молодой был, в необычной одежде, в каких-то странных зелёных сапогах, на маленькой лодочке, с ним была какая-то странная баба и неизвестный зверь, похожий на волка. Бабой была Галина, а зверем оказалась его собака. Трогать мы его не стали, очень уж непривычно он выглядел, кто его знает, что за человек и что от него ждать.

А после того, как угостил своей едой и огненной водой и рассказал про своего бога, стало просто любопытно. Поговорили мы с ним, рассказал он нам про своего бога Электро, мы ему про эти места, он и уплыл на своей чудной лодке вверх по Суре. А теперь видишь, какой торг образовался на этом месте. Специально сюда пришлось праздник переносить, чтобы всех гостей принять. Да и негоже всем пришлым по Сурску шляться, там секретов слишком много.

— Шумат, а Шумат — вмешался с вопросом Йолташ. — А как ты решился с Виком объединиться?

— Это же Вик, ты что! Он кого хочешь уговорит, если ему надо, даже буртасы и булгары на мир согласились. Это, по его словам, называется управленческие технологии двадцать первого века. Честно говоря, я и сам не заметил, как всё произошло. Встречались, пили огненную воду, много разговаривали, о жизни, про наши обычаи, о происходящих изменениях в мире. В общем, мы и сами не заметили, как он стал нам нужен. А дальше больше — все его предложения шли на пользу роду, и постепенно оказалось, что род вообще обязан Сурску своим спасением.

— Точно, — добавил Кугерге. — Вик и нас спас, и от голодной зимы, и от бандитов. Он нам показал и научил, как можно жить правильно и хорошо.

— Это ты точно сказал, что правильно. Вон Паруш начал своих родовичей обманывать, пытался на них нажиться, и всё только для себя. Так недолго после этого прожил, замёрз в лесу. Там сейчас новый старейшина — Сурай. Правильный хозяин. Добро ценит, но людей уважает, что самое главное. У нас во всех поселениях самое главное — забота о людях. Так что учтите это, старейшины.

Будете заботиться о людях — всё, что нужно для спокойной и безопасной жизни получите. Помогайте Городу, заботьтесь о роде, и всё окажется хорошо. А то ведь и всяко может повернуться. Историю Явана слыхали?

— Слыхали, как же.

— Вот и я об том же. Нельзя своё горе на других вымещать. Хуже только будет. Ну ладно, не будем о грустном, вам ещё многому научиться придётся, но самое главное вы уже знаете. Так что давайте выпьем, чтобы у вас всё получилось, как у нас с Кугерге.

Сурск, Галка

— Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед! — я готова повторить эти твои слова, Вышеслав, ещё много и много раз. Пусть растёт и развивается.

Подумать только, десять лет! А пролетели, как один миг. И почти ни о чем не жалею. Вот только жалко, что детей нет. Видно как-то с переносом связано. Не даёт нам этот мир пустить здесь корни навсегда. Видимо, так мы и останемся в нём мимолётными гостями. Про такую мысль Витёк мне сказал, и я думаю, он прав. Про это он заговорил, когда я ему предложила взять молодую наложницу, он меня так обнял, и говорит:

— Мы с тобой вместе пришли, вместе и уйдём, Галина Александровна. После нас в мире останутся наши мысли, дела, планы, но нашей плоти ему не надо. Из-за этого нам с тобой и не даёт бог детей. Как говорится, мавр своё дело сделал, и он должен уйти. Вот и мы с тобой в таком же положении. Нам надо научить всему людей всему, что знаем, направить этот мир по новому пути, заложить основы нового образа жизни, вернее не нового, а сохранить настоящие ценности, а не те, что придуманы всякими пиндосами и евриками, гомиками и лесбой.

Я тебе говорил, что это не совсем правильный перенос, и мы попали в другой мир. Значит, кукловоду, который организовал подобное, что-то от нас надо. И судя по тому, что мы с тобой ещё живы, делаем мы всё правильно. Так что будем мы с тобой, Галина свет Александровна, работать на благо того, чтобы здесь не было ни евриков, ни пиндосиков, ни лесбы, ни гомиков. И наша с тобой задача сделать так, чтобы мир этот развивался по правильному пути даже после нашего ухода. Я так думаю.

Долго потом мне пришлось обдумывать эти слова, а затем подняла вверх руку, махнула ею и сказала нерусское слово. Как там в песне — я полагаю, следует жить. Вот и будем этим заниматься. Тем более, что жизнь тут лучше и интересней, чем в любом сериале, показываемом по ящику. Когда бы я могла подумать, что стану театральным режиссером, да и вообще, экспертом по культуре. И ко всему в придачу буду определять, чему и как всех надо учить. А ведь так и получилось. Но самое главное, театр всем нравится, на любое представление аншлаг.

Я понимаю, что в царстве слепых и кривой — снайпер. Но ведь люди чувствуют и воспринимают происходящее на сцене не каким-то там органом спереди или сзади, а сердцем и душой. А значит, всё происходит правильно, раз другим нравится. И не стоит комплексовать, а надо работать. Много, до чёрных мушек в глазах. После нас должно остаться ясное понимание, на долгие века, как правильно жить, и что такое хорошо, а что такое плохо.

Глава 3

О том, как город будет жить дальше

Сурск, Вик

— Итак, Мастера, позвольте мне открыть первое наше собрание в новом десятилетии. Сразу скажу, спокойной жизни у нас не будет, слишком многое надо сделать. Ну, думаю, вам не привыкать работать в таком режиме.

— А может, не надо спешить? — спросил Путята. — Сделано уже много, надо всё в порядок привести, обдумать и новых диковин наделать.

— Это ты верно заметил, мастер. Только вот всё это придётся делать на ходу, нельзя нам останавливаться. И знаешь, почему?

— Почему? — спросил Путята.

— Жить хочется. Вы что думаете, что мы теперь стали непобедимыми? Мы пока сумели договориться с двумя нашими соседями, и только с отдельными личностями, а не правителями всего народа. При всём моём уважении к хану Атагулу, он контролирует только одну область Булгарии — сам город и небольшую территорию вокруг него. А кроме него есть и другие правители, и гораздо более сильные. То же самое можно сказать и про бека Айдара.

Да, пока все знают про наше оружие и боятся его. Но со временем это начнёт забываться, да и узнают все, что нас очень мало — и попытаются захватить. Так что воевать в любом случае придётся. И к этому надо готовиться.

— Так что, всё было напрасно, как раньше боялись, так и теперь будем всех бояться? — спросил Житко.

— Нет, конечно! Мы ведь эти годы не только боялись, мы отбивались от врагов и заводили друзей, мы создавали оружие и армию. Так что будем жить, но как говорится, будем готовыми достойно встретить врага. А для этого я предлагаю внести некоторые изменения в наши сложившиеся порядки.

Самое главное — предлагаю начать строить новую промышленную зону, в стороне от города. Фактически, это будет второй город. Туда перенесём почти все наши производства: оружейное, моторное, металлургию, химию, стекло, керамику, бумагу, всю механику. Здесь оставим только ювелирку. Хотя это надо ещё решить, что переносить, а что оставлять. Все мастерские, имеющиеся здесь, будут использоваться как учебные, в них школьники будут осваивать ремесло.

— А где всё это строить? — поинтересовался Житко.

— Надо определить. Хотелось бы найти достаточно уединённое, глухое место, чтобы туда просто так никто не стал соваться. Наши промышленные секреты придётся охранять, и очень даже тщательно. Первоначально думал устроить на Урге, немного вверх по реке подняться, там есть хорошие места — достаточно высокие, сухие. Там можно и скотину пасти, и леса хватает. Но близко, а может и опасно будет.

Есть предложение поискать на той стороне Волги, там есть глухие, почти не проходимые болота, их и защищать будет легче.

— Если придётся защищать такие места, то значит, город уже уничтожен. А этого быть не должно — высказался тут же Путята.

— Ты прав, конечно, мастер. Но надо быть готовым ко всему.

— К такому развитию событий готовиться не надо, — высказал своё мнение Виряс.

— А вы что молчите? — обратился я к остальным.

— Да говорить-то пока нечего, — за всех ответил Могута. — Обдумать надо такое дело. Тут вроде бы всё налажено и работает, а где-то в другом месте придётся всё сначала делать. Время потеряем.

— Так я и не говорю, что надо всё бросить и сразу перебираться на новое место. Но здесь у нас нет возможности расширять производство.

— Как же нет, вон места сколько вдоль реки, да и в сторону от берега можно строиться. Город пусть остаётся здесь, а все мастерские выведем в сторону.

— Так я то же самое и говорю, только немного подальше от города всё расположить.

— То, да не то. Одно дело, люди будут жить где-то на выселках, а совсем другое — в самом городе.

— Вот и думайте, у вас головы большие и даны не для того, чтобы только кашу есть. Короче, нужен план развития производственных мощностей, пора их резко увеличивать. Нужны корабли, оружие, порох, металл, да и всего остального надо много-много. На следующее совещание жду от вас конкретных предложений. Заниматься этим будут Могута, Житко, Галина, Жихарь, Мышонок.

Теперь следующий вопрос, которым вам придётся заняться. Необходимо начать специализацию учеников — создавать новые группы мастеров. В первую очередь нужны мотористы, электрики, механики, да и оружейников пора готовить. Надо вводить специализацию и готовить учеников уже непосредственно для новых профессий. Да и про остальные работы не забывайте. Детишки уже подрастать начали, так что пора их к делу приучать. Я повторюсь, нас ждут, думаю года через два, очень трудные времена. И в первую очередь я боюсь хазар. Теперь всем всё понятно?

— Да.

— Тогда приступайте. Рисуйте планировки, составляйте списки, ищите людей. Жихарь, Мстислав, Дугиня, Маска, Азамат останьтесь. Да, Могута, Мирослав, Изик — через час встречаемся на верфи.

Когда все разошлись и остались только те, кого просил задержаться, мы продолжили начатое обсуждение.

— Так, товарищи командиры. К вам особый разговор. Начнём с вас, разведчики. Вы и так всё знаете в окрестностях города, но проверьте ещё раз, можно ли будет защитить город при его выходе за существующие рвы. Мне хотелось бы знать, как мы будем его защищать, если строительство промышленной зоны будет начато рядом. Да, Дугиня, это тебя тоже касается.

В первую очередь защита будет обеспечиваться силами внутренних войск и ополчения. Армия будет принимать на себя удар и сражаться на дальних подступах, так что смотри, что тебе надо. Если будет принято решение строиться за пределами существующего оборонительного кольца, ты должен быть готов сказать, что нужно сделать для защиты, где построить блокпосты, засеки, прорыть рвы и поставить стены. Посмотрите места вдоль Урги.

Теперь второе. Дальняя разведка, начинайте удлинять свои маршруты. И хотя я знаю, что егеря далеко ходят, но подумайте, как такие рейды выполнять чаще, и присмотрите места для постройки блокпостов. Меня интересует в первую очередь направление вниз по Волге и вверх по Суре. Предупредите ополченцев в Пьянске, усиливайте дальнюю разведку.

— Кого опасаться? Булгар? — спросил Азамат.

— Нет, думаю и булгары, и буртасы будут нашими противниками только в том случае, если их принудят хазары. А эти могут зайти с любой стороны, хоть по Волге, хоть по Суре, да и через леса их могут провести. Ну и за реками смотрите, Изика я пока трогать не стану, ему другое задание будет.

Тебе, Дугиня, дополнительное поручение, патрульную службу вокруг города надо усилить. Я думаю, перед тем, как сюда идти, враги начнут лазутчиков к нам засылать, дороги искать. Так вот, ты их должен всех выловить. Увеличивай число патрулей, используй собак, устраивай засады, надо — Азамат тебе поможет, но ни одна тварь не должна к городу пробраться. Ты понял меня?

— Так точно.

— Отлично. Товарищи командиры, вам всё ясно?

— Так точно. Разрешите исполнять?

— Исполняйте.

— Так, теперь разговор будет к вам, товарищи разведчики. Я знаю, у тебя, Мстислав, есть осведомители в Булгаре и во многих других местах. Так вот, ты у нас выступаешь пока в роли начальника внешней разведки. Напряги своих ребятишек, пусть ушки держат на макушке, мне надо знать всё, что слышно про хазар. Кстати, думаю, будет правильно, если информацией с тобой поделится Мень. Ему там про хазар должно быть больше известно.

— Да, я понимаю твоё беспокойство и постараюсь узнать всё, что можно.

— Не только сейчас, этим ты будешь заниматься постоянно, до особого распоряжения.

— Да, конечно.

— А тебя, Жихарь, как исполняющего обязанности руководителя службы внутренней безопасности, кадровой службы и обучения вояк, прошу усилить контроль за всеми новичками, прибывающими в город. Они все через тебя проходят, так что ты больше других о них знать должен. Думаю, гостей у нас в ближайшее время прибавится. Если я ошибусь, то буду только рад.

— Я понял, сделаю.

— Ну, тогда все свободны.

Сурск, Мирослав

Опять Вик что-то придумал, не зря же попросил всех здесь собраться. Правда, это уже не та верфь, что была раньше, на ней сейчас почти не ведутся работы. Маленькие лодочки научились делать на Руднике, сейчас они в основном этим и занимаются. А лодии пока делают на той стороне Суры, немного выше города. Место хорошее, вода близко, берег не слишком крутой, но в половодье не затопляет, на зиму можно лодии на берег в хранилища вытащить. Удобно одним словам, так лучше им зимовать будет.

Надо отдать должное, за лодиями тут ухаживают хорошо. Вон Вирия уже десять лет по рекам пробегала, а всё как новенькая. Да и не одна она такая. Каждую из них гоняют весь сезон просто без продыха. Вон моя Ладога, куда только не сбегала, до Смоленска дошла, в Ладоге бывала, теперь Вышеслав собирается в Баку на ней добраться. Чудные названия какие-то. А всё Вик, нарисует на бумаге, покажет и говорит — здесь должен быть город такой-то. Или поселение. Плывёшь, смотришь по сторонам, что-то схожее есть с нарисованным, глядь — и действительно город или поселение стоит.

Сейчас уже легче плавать стало, на всех лодиях кормщики появились, хоть и молодые, но уже что-то понимают. А поначалу совсем мальчишки были, им бы только лодочки пускать, ан нет, они кормщики. Ну да ладно, научатся, особенно такие, как Булгак. Этот как Изик, ничего не надо, только бы плыть куда угодно. Вот он нас и провёл на Днепр. Интересная туда дорога. Что касается Волги и Оки, то тут всё понятно. А вот интересен сам переход на Днепр.

В верховьях Оки в неё впадает небольшая такая речка, местные называют её Очка, не слишком длинная, неширокая, но глубокая, лодия проходит. Начинается она из какого-то озера, называемого в тех местах Самодуровским. Небольшое, шириной до двух километров, но длинное и глубокое. Питается оно из местных болот, их там много, и со всех вода сюда стекает, а также из подземных источников. И хотя оно потихоньку по берегам зарастает, но плыть там вполне можно.

Самое интересное, что с другой стороны из него вытекает ещё одна речка — Свапа, и вот она-то впадает в Сейм, а тот в Днепр. Так что добрались мы из Оки в Днепр безо всяких волоков. А там уж поднялись вверх по течению и попали в Гнездово или Смоленск, как его называет Вик. Хорошее, большое поселение, чем-то напоминающее Булгар. Туда многие купцы приходят, а самое главное — оттуда дорог много, я так немного с местными поговорил, пути никто не называет, но по рассказам, заплыть можно далеко. Ничего, ещё сплаваем.

Ага, Вик пришёл, послушаем, что скажет. Так, понятно, готовить к новому сезону не менее трёх лодий, самоходных. Хорошо, значит, далеко пойдём. Так, что дальше:

— Тебе, Могута надо за зиму сделать десять моторов, а лучше больше. Значит, под пять из них надо готовить лодии. Мирослав, — ага, и до меня добрались, — я тут подготовил наброски, возьми, посмотри, но не тяни, весной по первой воде отправишься на двух из них в Баку, а одну Булгак поведёт в Гнездово. Две будут ходить в Булгар, а две здесь по Земству.

Теперь смотрите, что это будет. Сзади специальное отделение, называется моторное. Там будет располагаться двигатель и моторист. Здесь у него должно быть предусмотрено всё для ремонта мотора. Над этим помещением располагается рубка, она приподнята на полтора метра над палубой, чтобы лучше было видно дорогу впереди. Над ней располагается в специальной башне станкач, который может крутиться во все стороны.

Ещё один станкач в башенке стоит на носу и тоже может крутиться во все стороны. По бортам предусмотрены вёсла, на всякий случай, по шесть штук с каждой стороны. Экипаж — двадцать четыре гребца и шесть стрелков. Все гребцы тоже стрелки. Плюс кормщик, купец и моторист. Всего тридцать три человека и собака. Вот из этого и исходите. Грузоподъёмность должна быть не менее ста тонн, а лучше больше. Так что через неделю жду тебя, Мирослав, с чертежами.

Да, обрадовал. Вон и корабельщики, смотрю, резко затылки зачесали, увидев эдакое чудо.

— Вик, а зачем десять моторов? — спросил Могута.

— Сейчас узнаешь. Есть ещё одно задание. Кто будет делать, разберётесь сами. Надо сделать лодию, которая будет ездить по снегу.

О как! Чудеса, да и только! Едва привыкли, что лодки плавают без вёсел, а теперь они будут и по снегу ездить.

— Называется это — аэросани. Вот сюда и пойдут оставшиеся моторы. Как это сделать — смотрите эскизы. Вот основа в виде буквы Т, сзади две лыжи, спереди одна, которая может поворачиваться, и с помощью которой можно менять направление движения. На этот киль ставите небольшую лодию, сзади у неё мотор и винт, который крутится в воздухе. Здесь ещё надо будет с редуктором поработать, но всё должно получиться. Здесь ничего сложного нет, главное, правильно корпус сделать и подобрать редуктор для винта. Так что беритесь за дело, мастера.

И как это всё понимать? Строили и строили себе лодии, а тут вдруг какие-то самоходные лодки нужны, да ещё и сухопутные. А ведь он прав. Когда ветер дует, то по льду тебя так и несёт, а если ветер будет сзади лодии, то она и побежит. Ох и хитёр, что задумал — ветер гонять! А ведь придётся делать, мастера. Неужто не осилим? Засмеют ведь. Скажут, всё им нарисовали, а они сделать не смогли. Давайте ближе все сюда, смотреть будем. Изик, и ты давай присоединяйся. Может, всех кормщиков собрать? Последнее я, похоже, спросил вслух, и мне ответил Изик:

— Не надо пока, Мирослав. Надо сделать как Вик. Давай сначала модель изготовим. Без мотора, просто нарисуем чертёж и сделаем по нему маленькую лодку. Тогда всё будет понятно. Вик рассказывал, что у них так делали, да и он сам всегда так поступает. Мотор сначала в модели изготовил, а только потом Могута его начал собирать в натуре. Так и мы поступим, посмотрим, как модель себя на воде поведёт, сколько груза возьмёт, как людей и мотор расположить, а потом начнём собирать уже настоящую.

— Отлично придумал, Изик. Так и сделаем. Ну что, корабельщика, мастера мы или погулять вышли?

Сурск, Галка

Похоже, Витёк опять решил дать всем нового пинка, опять начинает ускоренное техническое развитие. Он для этого мира действительно решил перекроить всю историю. Она и так уже идёт по другому пути, а с его ускорениями начнётся вообще неизвестно что. Если сейчас заключить союз с булгарами и буртасами, то так они будут защищены от нападения князей будущей Киевской Руси и хазар.

Последних не уничтожит Святослав, а скорее всего, будет наоборот — хазары подомнут под себя полян, и не будет древнего Киева, а будет какой-то хазарский опорный пункт, например Самботос. А вятичей он уже начал пристёгивать к себе, потом присоединит древлян и кривичей — тогда прощай Киевская Русь и Великая Польша. Юг будет под хазарами, правда, пока не придут монголы, а север и вся центральная Россия? Московского, Владимирского и других княжеств ведь тоже не будет. А получается, что будет распоряжаться тут господин великий Новгород, образуется Великая Новгородская Республика, не начнутся княжеские междоусобицы и деление наследства. Во как!

И всё из-за того, что Волжскую Булгарию не подомнут под себя хазары. Мне так кажется. А может, я ошибаюсь, и всё будет происходить совсем по-другому. Хазары ведь тоже не подарок, Это только почему-то у нас отдельные историки считают их светочем цивилизации и двигателем прогресса. Но нам такой светоч не нужен! Пусть они идут через Дунай просвещать Европу. А мы уж как-нибудь сами разберёмся, со своей лучиной и дубинушкой. М-да.

Глава 4

У каждой Марфушки должны быть свои игрушки

Сурск, братья-оружейники

— Пиксай, а Пиксай?

— Чего тебе?

— Слышал, что вчера у кормщиков творилось?

— Нет, а что?

— Да они чуть не передрались там. К ним Вик заходил, думаю, новое задание им оставил. А они к такому непривычные, вот и разволновались. Как мне рассказывали, только и слышно было — так никто не делает, так не бывает, нельзя так делать. Хорошо, что там Изик и Мирослав были, они привычные к задачкам Вика, вот и сумели успокоить крикунов.

— Интересно, что там он ещё придумал?

— Узнаем, придёт время. Меня другое беспокоит, если он начал так других напрягать, то что с нами сделает?

— Да ничего необычного, мы уже всё это проходили.

— Да, твоя правда. А я о чём тебе говорил, Пиксай? Вот и Вик.

Да нет, что ты, Вик. Мы тут планы строили, обсуждали, что нам в первую очередь сейчас надо сделать. А тут ты зашёл.

Да ничего ещё не решили. Я предлагал Пиксаю испытать новый калибр для станкача, говорю ему, мол, давай калибр увеличим, а он предлагает не калибр увеличивать, а навеску сделать больше. Что лучше, так и не решили.

Так это когда мы такую работу завершили! Теперь и сталь для стволов другая идёт, лучше они стали, и порох другой. Вот и думали ещё раз заняться этим делом, дальность стрельбы повысить.

Знамо, что хорошо, только вот не успели мы провести эти работы, только наметили. А теперь, думаю, опять придётся её откладывать, ты что-то другое для нас приготовил.

Погоди, не спеши. Пиксай, бери бумагу, садись, записывать будешь. Готов? Ну давай, Вик, слушаем мы тебя.

Что? Особое внимание уделить минам? Понял, сделаем. Записал Пиксай? Хорошо! А на что обратить внимание и какая цель этих испытаний?

Так, увеличить поражающую способность. Понятно! Новые приёмы минирования. Это как? Вверх ногами, что ли мины ставить. Ах дистанционный подрыв! Ну, это как два пальца. Да? Ты так считаешь?

Мы-то, конечно, подумаем, только скажи, в каком направлении думать. Так, Пиксай, записывай: бикфордов шнур, растяжки, мины направленного действия, что ещё? Оптимизация заряда мин и поражающих элементов. Задача — остановить движение конницы. Проверка возможности нахождения мины длительное время на боевом дежурстве. Нам всё ясно и понятно, Вик. Только давай теперь сначала. Что это за шнур такой? И что значит оптимизация заряда и поражающих элементов?

Да, с оружием всё нормально, на всех, включая и ополчение, по два ружья. Одно в оружейке, второе в арсенале. Патронов хватает, на каждый ствол штук по пятьсот будет. Да, все прошли проверку, журнал ведём. Отстреливаем самые старые, пока не было осечек.

Понятно, всё надо вчера. Хорошо, Вик, мы всё сделаем. Да, и тебе всего хорошего.

А я что тебе говорил! Видишь, и до нас добрался. Ладно, посмотрим, кто будет следующим?

Сурск, Путята

Интересно получается, зима у нас будет очень весёлой, а значит, и целый год веселиться будем. Хотя война это не самое лучшее веселье. Но тут Вик прав, спокойной жизни нам не дадут. Всегда так было — как только ты начинаешь жить лучше, кто-то хочет это лучше забрать себе. Что в селище, кто-то начинает строить пакости, что на дороге, стараются тебя ограбить. Все знают о том, что Город богат, так что стоит ждать прихода тех, кто хочет этим воспользоваться.

Одно радует. Пусть слух о возможной войне среди горожан прошёл, никаких волнений среди них не последовало. И хотя среди нас много новеньких, не испытавших страха ожидания предстоящего нападения, но рассказы о победах и нашем оружии сделали своё дело. Люди собраннее стали. Старожилы вспомнили, как боялись и преодолевали страх работой, а новички просто скопировали их поведение.

Но это хорошо! Город начинает потихоньку готовиться к войне, а то за эти спокойные годы все как-то разленились и успокоились. Ничего, без спешки, без лишних страхов скоро раскачаемся, и тогда уж повоюем. Мы тоже умеем кусаться.

Сурск, Мышонок

Нет, надо что-то делать, так больше нельзя! Вокруг столько интересного происходит, а я только порох делаю. Тем более, что сейчас уже всё определилось, технология отработана, ничего нового не требуется. Лаборатория создана, служба контроля есть, все люди обучены. Пора что-то новое изучать.

— Привет, Мышонок, вот и до тебя добрался. Чаем напоишь?

— Да, конечно, Вик, проходи. Как раз чайник вскипел, садись, чайку попьём, заодно поговорить хотел.

— А ничего у тебя чаёк. Так, давай сначала я спрошу, а потом уж ты.

— Ну давай.

— Что у тебя с порохом и всеми твоими производствами?

— Да всё в порядке, порох и взрывчатку делаем устойчиво, переработка осмола идёт постоянно, на складе запас смолы, скипидара и угля. Нефть не гоним, не из чего. Производство кислоты не прекращаем, сейчас на складе есть запас для работы на месяц, извести в достатке, пока никто её не берёт, как Житко поставил блокпосты, больше и не нужна она никому, только Гойко использует.

Устойчиво выпускаются спички, надо, наверное, расширять производство, я конечно не считал, но мне кажется, что дело выгодное. Надо людей и станки новые делать.

— А зря не считал, надо обязательно посчитать, обратись к Мстиславу, он тебе даст цены в Булгаре и Гнездове. Исходя из них и посчитаешь, что тебе надо. Учись, Мышонок, пока есть возможность. Ну ладно, это ты сделаешь, что ещё у тебя интересного? Что касается людей, то с ними каждый сможет сделать, а ты вот попробуй без привлечения новых людей справиться. Тогда совсем молодец будешь!

— Ты знаешь, Вик, мне кажется, что самое интересное сейчас не здесь, может, там моя помощь больше понадобится?

— Так я и знал, что запросишься на что-то новое. Учу я тебя, Мышонок, учу, а ты всё как маленький. Да самое интересное у тебя и происходит, ты просто не хочешь этого видеть.

— Что тут интересного, всё одно и то же! А у Могуты моторы, электричество, новые корабли. Об этом сейчас все говорят.

— Так что ты хочешь, разговоров о себе или новое делать?

— Конечно делать. Как ты учил — за тебя дела должны говорить.

— Тогда я тебя не понимаю. У тебя столько тут возможностей. А ты сидишь и думаешь о каких-то глупостях.

— Да какие тут возможности, всё уже сделано.

— Хорошо, проведу для тебя ещё один урок. Про спички помнишь, когда ты, немного подумав, мог сам это сделать?

— Забудешь такое, как же!

— Тогда смотри. Вот мы запускаем из метателя гранаты, они долетают до цели и взрываются. Теперь представь, что гранату ты запустил в воздух, вертикально вверх. Только это будет не простая граната, а картонная, и набита не взрывчаткой, а чем-то наподобие спичек. И взлетев на большую высоту, эти спички загорятся. Что будет?

— Огонь в небе?

— Правильно, в небе появится огонь. А если вместо спичек там будет бертолетка с добавками, которые добавляют для получения цветного дыма? В небе будут разноцветные огни. Подобное называется фейерверк, и это просто красиво и доставит радость на любом празднике. А если сделать такие патроны, то воинам не нужны будут сигнальные дымы, достаточно будет выстрелить патроном нужного цвета, и все будут знать, что впереди что-то происходит. Понимаешь?

— Кажется, да.

— Вот, это новый вид сигналов, а кроме того новое украшение на любой праздник. А если такую штуку забросить на вражеский дом, то он должен загореться. Это будет что-то типа нашего коктейля, только действующего на большом расстоянии. Как тебе такие новинки?

— Это интересно и можно попробовать сделать.

— А ты говоришь, что ничего нового нет. Надо только немного подумать, и в самых привычных вещах увидишь неожиданные возможности. Так что не жалуйся, а работай и твори.

— Я понял, Вик. Только ты подскажи что-нибудь. А то когда ещё придёшь.

— Да у тебя интересной работы, Мышонок, больше всех. Причём, без неё никто ничего делать не сможет. Вот смотри. Для намотки моторов используют медную проволоку, ну ты видел, как это делают.

— Видел.

— Каждый её участок приходится покрывать специальной смесью, мы там какую-то придумали, но она не самого лучшего качества. Так вот, сделай лак, который будет надёжно защищать проволоку от замыкания. Из чего? Экспериментируй, используй всё, что можешь. Смолу, мазут, канифоль, масло, глину — перегоняй их, смешивай, растворяй. Я тебе основы дал, так что думай и экспериментируй. Ты должен получить лак, сохраняющий свои свойства при нагреве, и прочный, не разрушающийся при намотке. Без него мы не сможем получить надёжных моторов.

— Вот это действительно очень интересно!

— А вот тебе ещё задачка. Смотри — и Вик взял несколько штук опилок и сжал их между пальцами. — Видишь, слиплись.

— Вижу.

— Правда, держатся между собой плохо, чуть отпустишь, развалятся. А если сжать при большом давлении, например, большем, чем у Могуты на прессе, да ещё при этом нагреть. Я тебе скажу, что получится — все опилки слипнутся в новую деревяшку. В итоге из опилок можно получить хотя бы дрова. Особенно полезно будет так поступить с тем, что остается после варки бумаги. Вообще, твоя задача работать без отходов.

Всё, что идёт в отходы, должно стать сырьём для получения нового продукта. Я тебе просто для интереса сейчас набросаю, что можно получить в наших условиях из того же дерева, а ты думай. Будут вопросы, приходи, будем обсуждать. И готовь новых химиков.

Долго ещё Вик мне рассказывал о том, что я должен сделать. И об уксусной кислоте, и о метиловом спирте, канифоли, горючем газе, пиролизе древесины, целлулоиде, вискозе и вискозном шёлке, рубероиде. Не обошёл вниманием опилки, отходы варки целлюлозы, их он назвал лигнином, рассказал об изготовлении ДСП, Я специально сидел и записывал, а он рисовал, как можно реализовать самые разные идеи, как и что можно получать из дерева. И чего я решил, что всё сделано, тут работы ещё и не начинались.

Сурск, Могута

Я как раз возвращался домой, темно уже было, но ноги сами дорогу знают, так что решил пройтись, пока ещё тепло, и на Суру посмотреть, благо идти-то недалеко. Только добрался до своей скамеечки, смотрю, там кто-то сидит. Ба, знакомые всё личности.

— Мирава, ты что-ли?

— Я, мастер Могута.

— Нет у меня сегодня для тебя пряника, не обессудь уж.

— Да я не за пряником пришла. Сегодня тепло, луна светит, вот и решила пока морозы не пришли, на реку полюбоваться. Красивая она ночью. Какая-то мягкая становится, никаких топляков не видно, кручи уже не такими страшными кажутся, свет другой, и при нём как-то по особому всё выглядит. Хорошо!

— Вот и я хотел посмотреть на речку, да ты мою любимую лавочку заняла.

— Так я подвинусь, места всем хватит.

А чего же ты, Мирава, опять одна? Или молодых парней не хватает?

— Хватает, мастер, да вот только хочется почему-то на эту красоту посмотреть. А парни так смотреть не могут, им всё разговоры разговаривать надо.

— Ну и давай тогда смотреть молча.

Я присел на лавочку и, по словам Вика, начал медитировать, проще говоря, молча сидел и смотрел на реку. А рядом тихонько, как мышка, притулилась Мирава.

Сурск, Галка

Что-то меня сегодня любопытство одолело, прям сил никаких нет. И удовлетворить я его решила самым кардинальным образом, поспрашивав того, кто все эти слухи породил. Вечером, когда Витёк по обычаю что-то писал, я пристроилась рядышком и приступила к расспросам.

— Витюш, тут все вокруг говорят про войну, да и ты сам об этом заикался. Так что, опять воевать будем? А может у тебя какие-то другие планы? Просвети глупую женщину.

— Ты знаешь, Галчонок, я сам сейчас нахожусь в каком-то непонятном состоянии. Давай я тебе опишу общую картину всего происходящего, а потом уж затрону войну.

— Давай.

— Вышеслав из поездки в будущий Смоленск привёз конкретную дату текущего времени, сейчас идёт семьсот восемьдесят второй год. По своим примерным прикидкам я не ошибся и время, куда мы попали, определил правильно. Вот только от этого ничуть не легче. Как я понимаю, именно сейчас формируется облик будущего мира. Всё, что было раньше, уничтожено, и о нём можно забыть, а ничего нового ещё нет. Новгорода нет, привычной нашим учебникам Киевской Руси нет, князь Рюрик на Русь ещё не пришёл, да и зачем он нам нужен. Из древнего мира уцелел один Константинополь, да и тот будет уничтожен.

Европы как таковой ещё нет. Первую попытку через двадцать лет ещё только сделает Карл Великий, создав Римскую Империю, не ту, которую уничтожили варвары, а свою, которая распадётся через пятьдесят лет после основания и даст начало Германии, Италии и Франции. Сирия, Египет, Персидское царство захвачены арабами. Мусульманство доходит уже сюда, до Булгарии. По Европе распространяется христианство, хазары должны принять или уже частично приняли иудаизм. У нас основная религия — язычество, а какой общественный строй, я даже не могу определить.

— Ну какой же, общинно-родовой.

— Э нет, Галина свет Александровна. Это уже далеко не так, скорее всего, его можно охарактеризовать как первобытный коммунизм, ну или ещё как-нибудь — дикий, стихийный или ещё какой. Отношения — да, общинно-родовые, религия — язычество, хотя можно её определить как многобожие, политеизм или ещё как. Но это, в общем-то, неважно. Главное — как нам развиваться дальше. Нужны ресурсы и люди, их надо учить, привлекать к себе, обеспечивать им хорошие условия для жизни, т. е. заниматься тем, чем мы и занимались всё время.

Но когда человек получает что-то просто так, он это не ценит, легко пришло, легко ушло. У нас всё, что мы имеем, выстрадано почти каторжным трудом по созданию оружия и промышленности. А этого сейчас нет, и значит те ценности, которые мы предоставляем новым жителям, для многих из них ничего не стоят. Они не выстраданы тяжёлым трудом, их ценность не осознана руками, стёртыми до кровавых мозолей, не пронизана опасностью потери жизни и всего имущества, не полита кровью в боевых схватках.

А вот это и плохо. Значит любой, кто сможет людей обмануть, уболтать или иным способом ввести в заблуждение, те же попы и муллы, могут получить всё. Допустить этого нельзя. Значит, нам нужна маленькая победоносная война, которая многих заставит понять ценность того, что они имеют. Но сами мы воевать не можем, это будет крушение всей нашей идеологии мирного развития.

Значит, мы должны прийти на помощь соседям, на которых напал коварный враг. А сейчас таким врагом может выступить только хазарский каганат. Халифату мы не нужны, его интересы дальше Дербента не распространяются, а нам пока туда не надо.

— А куда нам надо, Витюш?

— Я сам бы хотел знать, куда. Мы контролируем Волгу от устья Оки до устья Камы. Больше нам просто физически не охватить, сил нет. Какое-то время придётся просто переварить, что есть, и копить силы. На этой территории надо поставить ещё один острог, на Оке, где переход на Днепр. И тогда всё среднее Поволжье и дорога на юг будет под нашим контролем. Другим, не менее важным направлением для нас будет Кама и дорога на Урал. Вот главная наша цель! Урал! Надеюсь понятно, чем он интересен и почему нужен?

— Понятно.

— Есть ещё несколько важных маршрутов нашей экспансии — Каспий, а от него дороги пойдут к арабам и на реку Урал, что фактически позволит контролировать непосредственно Южный Урал, а там много разных вкусняшек. Вот на этом пути мы и должны столкнуться с хазарами.

— Почему ты так считаешь?

— Раньше хазарский каганат воевал с арабским халифатом и фактически проиграл войну, но арабы на север не пошли, они решили, что тут не их сфера жизненных интересов. Зато пограбили они хазар крепко. Последние будут искать себе новую добычу, и судя по историческим материалам нашего времени, возьмут дань с булгар, буртасов, славянских племен, тех же самых вятичей, полян и прочих.

Вот я и считаю, что нам надо помочь в первую очередь булгарам, благодаря этому мы получим дружественный нам народ и свободную дорогу на Урал. Ну а помощь буртасам откроет нам свободную дорогу по Суре и волок на Дон, Азовское и Черное моря.

— Вить, но ведь это кочевники, у них несметные полчища кавалерии.

— В данной ситуации численное превосходство противника — просто вопрос количества боеприпасов и правильного их использования. Тем более, не мы к ним придём, а они к нам.

— Ну, с движением на юг всё понятно, а что же, все русские земли отдашь неизвестно кому?

— Ну почему же? Туда мы тоже будем продвигаться, только не так целеустремлённо. А в этом случае там будет хозяйничать, как мне кажется, Великий Новгород. С ним воевать не будем, а вот если туда придут какие-нибудь поляки, их уничтожим. Это наши резервные территории. Курск с его железом, Смоленск как форпост против запада, да что я тебе рассказываю, сама знаешь, что у нас там есть.

— А не кажется тебе это слишком хитрым планом?

— Всё, что я сказал, не план, а анализ возможного развития ситуации. А как оно повернётся на самом деле — сейчас предсказать трудно.

Вот такую мне мой милый устроил политинформацию. А моё любопытство от этого только ещё больше разгорелось. Что же будет, и что нас ждёт? Дальняя дорога да казённый дом!

Глава 5

Благополучие — это прежде всего учёт и контроль

Сурск, Маска

Кажется, опять будет очередное задание. Результат, полученный при инспекции окрестностей города, обрадовал Вика. Провести её не составило никакого труда. Вот когда дорогу на север искали, это да! При всей нашей привычке к лесной жизни, было порой несколько неуютно. Даже сейчас, через несколько прошедших лет, иногда становится не по себе.

В этот поиск нас ушло десять человек, два отделения, в начале весны. Поднимались мы по Ветлуге, на каждое отделение выделена одна лодка, снабжённая некоторыми припасами. По замыслам Вика наш поиск должен был занять год. Запасы взяли в основном длительного хранения, да и то немного. В достатке соль, ограниченно мука и крупа. Остальное мы должны были добывать охотой и рыбалкой. Но боеприпасов взяли в достатке, в основном патроны и гранаты. Не забыли и своё старое оружие — луки и копья, никто из нас навыков обращения с ними не потерял.

В редких селищах, расположенных по течению Ветлуги, нас принимали не сказать, что с радостью, но мирно. Как-никак две лодки и десять вооружённых бойцов сила немалая. Но узнав, что мы являемся жителями Города, местные переставали бояться и начинались расспросы. Тем более, что нередко находились наши, хоть и дальние, но родственники. Пользуясь каждым случаем, мы расспрашивали о том, что нас ожидает впереди, но чаще всего полученные известия касались пути на несколько дней. Что-либо конкретное о дороге на полночь нам узнать не удалось.

Как ни хороши были наши лодки, но порой и им было трудно пройти по верховьям реки. Она становилась всё более узкой, иногда даже русло перекрывали стволы деревьев, упавшие на одном из берегов и достававшие при этом вершиной до другого. Надо честно признаться, мне редко приходилось бывать в таких местах. Мы все привыкли к более светлым, приветливым лесам. А этим местам самое подходящее название будет Чёрный лес. Но именно там нам и повезло.

В одном из последних селищ нам подсказали, что в трёх днях пути вверх по реке есть с правой стороны приток, а там надо поискать старого карта, жреца, Йуштерге, он лучше всех знает эти места, и если кто-то сможет нам помочь, то только он. Река уже почти совсем обмелела, глубина не превышала полуметра, во многих случаях нам пришлось пользоваться шестами вместо вёсел. Но тем не менее, мы добрались до жилища Йуштерге. Оно напоминало те, в которых жили и мы раньше, неглубокую землянку, поверх которой установлен шалаш. Заходить туда мы не стали, а разместились на полянке перед ним.

Дом карта располагался на небольшом холме, начинающемся от отмели на излучине этого притока Ветлуги. Место было очень хорошее, твёрдый грунт позволял спокойно выйти на берег. На предыдущем пути такое встречалось не часто, обычно берега были не то что бы топкие, но достаточно мягкие, из-за чего порой приходилось достаточно долго выбирать подходящее место.

Сам Йуштерге оказался старым, но ещё крепким и сильным человеком. Ни за что бы не назвал его картом, скорее уж охотником. Одет он был в кожаные штаны, такую же рубаху. Встретил нас достаточно настороженно, но узнав, что мы из селения Шумата, успокоился. Как оказалось, он его хорошо знал, как и Кугерге, и даже про меня слышал. На ужин мы наварили похлёбки из подстреленных по дороге птиц. После еды и пошёл настоящий разговор. Узнав, что мы ищем дорогу на реки, текущие на полночь, Йуштерге после долгого раздумья сказал, что есть такая дорога.

Вот только пройти, по его словам, на лодках там невозможно. Дальше его жилища река вообще кончается, там начинается болото, из которого она и вытекает. Пройти можно только по лесам пешком, и то дорога достаточно сложная, проходит по гривам, местами через небольшие заболоченные низины в обход трясин, задевая только их края. После долгих уговоров и за стальной топор, нож, копьё и мешочек соли в два килограмма весом он согласился показать нам дорогу.

Для начала нам пришлось вернуться на Ветлугу и ещё подняться вверх. Там обнаружилось примерно такое же место, на каком располагалось жилище Йуштерге. Оставив там лодки, предварительно вытащив их высоко на берег и замаскировав, мы отправились в путь. Леса по пути были сосновые, лиственных практически не встречалось, дорога, как и обещал карт, в основном шла по гривам. Одно радовало — это были достаточно свободные места, не так, как бывает в осиновых зарослях, когда еле-еле удаётся пройти между отдельными деревьями.

Сосны росли достаточно далеко друг от друга, и хотя во многих местах образовались значительные буреломы, но пройти можно было спокойно. Да и болота не давали деревьям слишком разрастись, на них местами стояли только чахлые сосёнки, да среди мшаников поблёскивали зеркальца воды. Но мы туда не лезли. Целыми днями нам приходилось петлять, переходя с гривы на гриву, местами преодолевая заболоченные низины. В общем, через три недели мы вышли к какому-то ручью, вытекающему из болота, и Йуштерге нам сказал, что он впадает в другую реку, та в следующую и, в конце концов, они доходят до большой реки, текущей на полночь.

В этот раз мы дальше не пошли. Возвращаясь обратно, разметили дорогу, где затёсами, где установкой вешек, но дальше исследование проводить надо зимой, когда тут можно будет пройти на лыжах. А то вокруг одни болота, а на лодках плыть тут нельзя. Возвращаясь, мы в разговоре с Йуштерге узнали, что выше по течению есть дорога получше, чем эта, по которой можно добраться до большой реки, текущей на восход и полдень, и впадающей в ещё более крупную реку, текущую на восход. Речь, видимо, шла о Каме. Но на этот год мы в такой поход не пошли, вернулись назад, готовиться к зимней дороге на север.

Вот и сейчас у меня складывается впечатление, что Вик отправит нас в какую-нибудь подобную экспедицию, пока зима и реки не вскрылись. Летом он уже пообещал нас отправить туда, куда Макар телят не гонял. Вот интересно, кто такой Макар, и где он телят не гонял? Хотя думаю, что когда я это узнаю, мне уже будет неинтересно.

Сурск, группа будущих светил электротехники и её начальник Ведяш

Урр-а-а! Теперь мы будем заниматься электричеством. Вик сказал, что закрепит за нами эту тематику, будет учить и помогать. А нам надо работать и учиться делать моторы и прочие электрические машины. И ничего, что молодые, вон Мышонок в таком же возрасте, а уже мастер и главный химик. Всё равно никто ничего не знает, так Вик говорит, а мы самые сообразительные.

Отобрал он нас пять человек и пообещал сделать из нас настоящих электриков. Для нашей лаборатории построили специальное помещение, поставили там один мотор и генератор, и по возможности каждый день Вик проводит с нами занятия, учит, что надо делать. Что-то мы уже умеем, во всяком случае, провода мотать научились. А ещё он нас научил делать аккумуляторы. Газовые. Других, говорит, нам пока не осилить. И теперь мы вместе делаем измерительные приборы. Вик говорит, пусть будет безобразно, зато однообразно.

А планов у него сколько! Когда он нам стал рассказывать, что может электричество, мы все были готовы спать в обнимку с генератором. Вот только наука эта больно тяжёлая, рыбу ловить гораздо легче.

Сурск, Вик

Итак, мастера, давайте начнём наш разговор. Дела у нас серьёзные начинаются, так что тянуть больше не будем. Новый год отметили, погуляли хорошо, пора и поработать. Как я понимаю, все вы считаете организацию нового промышленного центра на другом месте нецелесообразной. Почему? Кто готово ответить? Могута? Давай, начинай.

— Ты сам всегда говорил, что надо концертировать усилия.

— Концентрировать, Могута.

— Ну да, но вы меня поняли. Когда мы все рядом, то при нужде можем помочь друг другу, и дело быстрей будет идти. А если растащить всех по разным местам, то много времени потеряем. А так за один день можно зайти на обработку, на литьё, да ещё успеть с учениками поработать. Мне кажется, что надо ставить новые мастерские рядом с городом, за рвом.

— Если уж враг сюда прорвётся и сможет уничтожить наши мастерские, то мы и город не удержим. Так что бежать нам некуда, а вот дополнительные меры защиты принять надо — это Житко высказал своё мнение.

— Как я понимаю, это мнение поддерживают все. Вообще-то другого решения от вас и ожидать было бесполезно. В нём есть свои достоинства и недостатки. Но будем считать, что вы меня убедили. Тем более, что Маска и Дугиня нашли вариант, как можно расположить мастерские рядом с городом, всего где-то километра три выше по течению Суры. Там есть хорошие места для выпаса скотины, не забывайте, что навоз даёт газ для печей. Так что будем считать вопрос закрытым, можете рисовать планировку промзоны.

Однако это не всё, что я хотел с вами обсудить. Нам предстоят сложные времена, на наших внешних границах не всё так спокойно, как хотелось бы. И в такой ситуации было бы крайне нежелательно столкнуться с внутренними проблемами. Сейчас в земство входит шесть поселений, среди них три новых — на Пьяне, на Ветлуге и в устье Оки. На новогоднем празднике вы увидели и многие покатались на аэросанях, нашем новом виде транспорта, отлично приспособленном для передвижения зимой по рекам.

Поэтому пока есть возможность, я предлагаю совершить поездку и ознакомиться на местах с реальным положением дел. Все помнят, как Паруш ввёл нас в заблуждение?

— Да, хитёр оказался, всех обманул, — подтвердил Путята.

— Вот я и предлагаю, собраться и съездить в новые поселения, своими глазами посмотреть на новые места и расспросить людей о происходящем.

— А что, хорошая мысль, — поддержал меня Виряс.

— Так что давайте на новых санях и отправимся в инспекторскую поездку, заодно и технику испытаем. В сани помещаются два пассажира, а ещё водитель и механик. Предлагаю такой состав: Дугиня, Шумат, Мстислав, Галина, я сработаю за механика, Изик будет водителем. Предлагаю сначала отправиться на Пьяну, потом на Ветлугу и закончить инспекцию на Оке. На подготовку два дня, на третий отправляемся. Да, не забудьте прихватить всё необходимое для ночёвки в дороге.

Глава 6

Трудное это дело — инспекторская проверка

Вик, поездка по самым разным местам

Вот так и получилось, что посреди зимы пришлось отправляться в дорогу для инспекции поселений. После долгого раздумья у меня сложилось мнение, что весной всем нам будет сделать это гораздо труднее. Да и технику новую хотелось испытать, оценить, что же у меня получилось и на что она способна. На сани много пришлось времени потратить, фактически с осени с редкими перерывами на другие дела и новые производства, занимались только этим проектом. Вот и оценю результат, а также посмотрю, на что способны моторы.

Транспорт получился довольно неказистый, с виду напоминающий лодку, закрытую брезентом и поставленную на лыжи. В задней части саней располагался Стирлинг-генератор (СГ) с электромотором и винтом. Они размещались в небольшой надстройке. За кормой располагался дубовый воздушный винт диаметром полтора метра. Лыжи были изготовлены из дерева, оббиты жестью и снабжены пружинными амортизаторами, рулевое управление — мотоциклетного типа. Длина саней составляла немногим меньше шести метров, корпус наборный деревянный, сверху затянут плотной тканью типа брезент, в которой установлены толстые стекла.

Управлял аэросанями водитель, располагающийся впереди, сбоку от него во время боевых действий было предусмотрено место для стрелка со станкачом, а наверху надстройки мог размещаться второй. В качестве пассажиров в так называемом салоне могли поместиться два человека, они же являлись и стрелками. Но самым интересным был нагреватель и рабочее место механика. Именно он управлял режимом работы СГ и мотором по командам водителя. Ну нет у меня электроники и возможности использовать продвинутые устройства типа регуляторов, вместо них пусть этим занимается механик, тем более, у него есть ещё множество других дел.

В качестве коробки и редуктора я использовал трансформатор. Управление осуществлялось коммутацией обмоток, изменяющих напряжение, подаваемое на электромотор. В моих условиях это самый простой способ, правда, пришлось достаточно долго заниматься искрогасящими цепочками, но уж лучше так, чем изготавливать редуктора, вариаторы и шестерёнки.

С моей точки зрения, достаточно удачным оказался нагреватель для двигателя. С этой целью я применил водородную горелку. Способ достаточно простой и давно известный, в частности, по такому принципу в наше время в некоторых случаях выполняют отопление домов, получая так называемый газ Брауна из воды. Часть тепла, остающаяся после нагрева Стирлинга, используется для испарения воды, в результате чего у механика всегда есть возможность провести её дистилляцию и использовать в дальнейшем в качестве топлива.

Правда, часто приходится менять железные электроды, но тут уж ничего не поделаешь, расходники есть расходники. Однако на всякий случай нагреватель сделан универсальным, вместо разложения воды и получения водорода можно использовать и другие виды топлива, которые при сгорании дадут необходимое тепло для работы двигателя внешнего сгорания.

Оставшееся тепло использовалось для обогрева салона. На испытаниях такие сани показали при полной загрузке скорость сорок километров в час по достаточно рыхлому неглубокому снегу. На мой взгляд — вполне приличный результат, тем более, что я хотел в дальнейшем использовать подобные сани для курьерской связи между поселениями. Работы ещё с ними, конечно много, конструкцию надо отрабатывать, в том числе винты, лыжи, управление, может, удастся грузоподъёмность повысить.

Но сейчас надо нарабатывать данные по эксплуатации двигателей, так что такой испытательный пробег будет только полезным. В ближние поездки возьму всех, а вот на Оку вряд ли, слишком дальний пробег.

В дорогу отправились с раннего утра, стоял небольшой морозец, порядка минус десяти градусов. Первыми санями управлял Изик, он вообще, похоже, был готов променять лодку на этот транспорт. Все испытания сам проводил, влезал во все тонкости, и пожалуй, сейчас являлся лучшим знатоком саней. Пассажирами ехали Галка и Шумат, Дугиня и Мстислав расположились во втором экипаже.

Снег на реке слежался, так что сани шли довольно-таки быстро. Открывающееся впереди зрелище воспринималось как что-то нереальное — между берегами реки, окаймлёнными зелёными соснами и елями, вставало солнце, и его лучи буквально заставляли вспыхивать весь окружающий нас снег мириадами ярких искр. Но при всей внешней красоте меня не оставляло ощущение, что это всё не живое. Холодная, строгая красота, радующая глаз, но не дающая и не обещающая никакого тепла.

Даже скорее наоборот — безжалостная красота смерти, укутавшая своим белым саваном весь окружающий мир. Застывшие неподвижно на высоком обрывистом берегу сосны только подчёркивали такое впечатление. Пытаясь преодолеть охватившее всех оцепенение, вызванное демонстрацией безжалостной силы, способной уничтожить любого, я спросил Изика:

— Как аппарат, ушкуйник?

— Отлично, Вик. Управляется легко, идёт ровно, не рыскает, скорость — я так быстро никогда не ездил.

— А на мой взгляд, где-то километров сорок. Правда, мотор не на полную мощность раскручен, и можно добавить.

— Давай добавим, Вик!

— Не, ушкуйник, торопиться не будем. Мы с тобой ещё успеем это сделать немного позже. Пока надо оценить, как себя моторы ведут при такой нагрузке. Не забывай, что мы их поставим на корабли. И нам не надо, чтобы они отказывали в пути. А дороги у них будут ой какие дальние.

— Отпустишь, Вик?

— Не торопись, Изик, всё в своё время.

— А что, сам не пойдёшь далеко? — спросил Шумат.

— По необходимости, старейшина, по необходимости.

— А куда бы пошёл?

— На север, на рыбалку. Или по Каме вверх, тоже рыбу ловить.

— Да ну тебя, Вик, вечно ты прикалываешься.

Так мы и двигались вперёд, изредка перебрасываясь такими полушутейными фразами. Ровно гудели моторы, и только свист винта порой незначительно менял тональность. Дорогу до Пьянска, которая занимала обычно целый день, мы прошли за три часа, и вскоре обе наши машины выскочили на отмель перед поселением. Подняв целый шлейф снега, сани остановились перед подъёмом в поселение, и мы заглушили моторы. Стирлинг ещё трудился, но работал только на зарядку аккумулятора, мотор был обесточен.

Нас заметили, и за стеной уже собрались бойцы ополчения, но враждебных действий не предпринимали. Выйдя из саней, я крикнул:

— Бойцы, отставить панику! Командира ко мне. И Сурая зовите.

За стеной сразу загомонили:

— Вик это, опять что-то учудил. Зовите командира и Сурая.

Через некоторое время из-за стен за спинами нового старейшины и командира местных ополченцев потянулась жидкая толпа любопытных, узнать, что же за необычная лодка появилась перед их поселением. К этому моменту рядом со мной уже собрались все прибывшие, и когда подошёл старейшина Пьянска, я обвёл вокруг нас всех рукой и спросил:

— Примешь незваных гостей, Сурай?

— Вы не просто званые, вы для нас дорогие гости.

— Смотри, как бы тебе не расстроиться от таких гостей. Вдруг что-то нехорошее узнаем?

— А я не боюсь. Всё по совести сделал, да и люди довольны новой жизнью.

— Вот мы и приехали узнать, чем вы тут дышите. Времена впереди трудные, так что сейчас самое время поговорить.

— Так пойдёмте в селение. В земской избе и поговорим. Бабы уже, поди, стол готовят, немного угостимся, поговорим, а там и определимся с делами.

— Ну пошли. Дугиня, это твои кадры? — и я кивнул на земских ополченцев.

— Мои.

— Распорядись насчёт охраны возле саней, смотреть можно, руками не трогать.

Мы поднялись к воротам и прошли на территорию поселения. Ничего неожиданного, много новых рубленых домов, похожих на наши, но остались местами ещё и старые полуземлянки. В середине стояло большое двухэтажное здание, служившее одновременно школой, местным клубом и при необходимости земской управой. Сейчас каникулы, занятий нет, так что там накрывали стол.

Так уж принято, что все разговоры ведутся после еды. Здесь свои, несколько отличающиеся обычаи и порядки. Если образ жизни, сложившийся в Сурске, можно сравнить с коммуной, то здесь скорее колхоз. У нас все работают на общий результат, а потом каждый получает всё, что ему надо, в рамках положенного, конечно. А здесь все работают также на общий результат, но потом делят всё, то ли по трудодням, то ли по нормо-часам. У них тут свои принципы распределения. Но это уже, скажем так, особенности местного самоуправления. Народ так решил.

Несмотря на небольшой промежуток времени, прошедший с момента нашего появления и скажем так, опознания, в земской избе накрывались столы и готовился обед.

— Вик, можно уже пройти, выпить медовухи и заедки попробовать, а бабы потом на стол принесут. Заодно и поговорим, я знаю, ты за столом привык разговоры вести.

— Хорошее предложение, я только за.

Мы прошли в избу, там на столе, покрытом скатертью, стояли тарелки с копчёным и прочими видами мяса и птицы, рыбой, пироги, грибы, хлеб и кувшины с медовухой. И хотя все недавно позавтракали, но выставленное угощение было настолько аппетитно, что под чарочку медовухи от доброго куска мяса никто не отказался. А больше пить мы и не стали, дел впереди много, и все это прекрасно понимали.

— Ты видел наши новые машины, Сурай?

— Да кто же их не видел, всё поселение сейчас там, и рассматривают их со всех сторон.

— Вот такие сани научились делать в Сурске. Это только первые, потом будут построены большие по размерам и передвигающиеся ещё быстрее. А пока мы решили испытать наши первые машины и заодно приехали к тебе в гости, узнать, как живут ваши люди, и послушать, что они думают. Мы все помним, как обманывал нас Паруш.

— Да кто бы отказывался, хотите что-то осмотреть — смотрите, хотите с кем-то говорить — говорите, у меня тайн нет.

— Давай мы поступим так, сначала ты со своими помощниками, командиром твоего войска, учителем расскажешь нам, как живут ваши люди, потом мы пройдём по поселению и побеседуем с людьми. Галина поговорит с женщинами, Дугиня с ополченцами и воинами, Мстислав, Шумат и я вместе с тобой пройдём по улицам, и ты нам расскажешь и покажешь, что делается и что ты ещё планируешь. Мы переночуем у тебя и завтра поднимемся вверх по Пьяне, навестим новое поселение Кирдяша. А потом отправимся домой. Вот такие у нас планы.

— Это хорошо, Вик. Пусть люди увидят, что Сурск заботится о своих младших братьях. Я буду рад показать тебе всё, что уже готово и что мы хотим ещё сделать.

— Ну и отлично. Смотрю, твои помощники уже здесь, так что можешь начинать рассказывать о жизни поселения. Мы тоже с тобой поделимся своими планами, может быть, чем-то сможем помочь в реализации твоих. Начинай, Сурай.

— Да особо рассказывать-то и нечего. Когда Паруша забрали к себе духи предков, мы все, несмотря на его обман, решили остаться в Земстве. Нам, честно говоря, жить стало лучше. Хорошие инструменты позволяют получить добрый урожай, картошка принялась хорошо и очень даже помогает пережить зиму. Так что никто не сомневался — мы будем с Сурском. Но вот как мы будем жить вместе — тут начались споры. Да ты и сам всё знаешь, просто я немного волнуюсь и начинаю так издалека.

— Ничего страшного, продолжай, и успокойся, никто тебя ни в чём не подозревает, и тебе ничего не угрожает.

— Так вот, в первую очередь люди решили принять у нас вашу оценку человека и приносимую им пользу поселению — мастерство, умение трудиться и уважение поселян. Так у нас появился свой совет мастеров, и многих из них ты видишь здесь. Об этом ты тоже знаешь, но без этого мой рассказ будет неполным. Дальше — больше. Мастера разделились — местные и земские. Последние — те, чьё мастерство признал совет мастеров Земства.

Да, это мне понятно. Как-то забыл упомянуть, что у нас образовался такой орган управления — Земский совет мастеров, что-то типа Совета Федерации в наше время. И надо сказать, что в Пьянске и на Руднике, не говоря уже о Сурске, признание Земским мастером ценится очень высоко. Другие поселения пока не имеют возможностей подготовить мастеров такого уровня, но многие об этом мечтают и стараются получить признание и на таком уровне.

Подобное уважение купить невозможно, оно является следствием уровня мастерства и умения создавать уникальные вещи. Что-то типа Героя Социалистического Труда. Это я так, отвлёкся, слушаю дальше Сурая.

— У нас, правда, немного другой подход к распределению результатов труда, но ты ведь был не против?

— Я и сейчас не против. Это ваше дело. Для меня главное, что мы вместе работаем и руководствуемся одними целями. И наши отношения от этого только выиграют.

— Вот и я так думаю. Поэтому мы стараемся выдерживать общие интересы, но используем свои подходы. Так, мы всех детей отправили учиться грамоте, а вот людей старшего возраста от подобного избавили. Хотя некоторые учатся добровольно. Кроме того, мы пытаемся начать делать что-то у себя, отправили несколько учеников на обучение к вашим мастерам, глядишь — и у нас будут свои, пусть не такого уровня, но для обеспечения поселения своей продукцией их умения хватит.

Хотим сделать как у вас водопровод, прокладываем тротуар и думаем о переработке отходов. Нашли несколько молодок, по оценкам твоих знахарок, имеющих небольшой талант, и отправили их к ним на обучение. Надеюсь, ты нам что-то ещё посоветуешь. Вот пока и всё, что могу сказать. Мы работаем на Земство и надеемся на его помощь и защиту.

— Всё правильно ты говоришь, Сурай. Но давай мы вернёмся к этому разговору вечером. Сейчас немного перекусим, а потом я и мои советники пройдёмся по поселению и поговорим с людьми.

Так мы и поступили. Мы с Шуматом в сопровождении Сурая ходили и общались с местными жителями, Галка занялась школой и беседами с женщинами, Мстислав интересовался продукцией и возможностью организации торговли, Дугиня инспектировал земское воинство.

Наше общение с жителями только подтвердило слова Сурая. В этом плане очень интересным был разговор с одним из встретившихся нам стариков.

— Здравствуй, уважаемый, можно тебя спросить?

— А почему нельзя, спрашивай.

— Ты человек опытный, жизнь хорошо знаешь. Вот хочу услышать от тебя, как ты смотришь на сегодняшнее положение. Лучше стало или хуже, может какие мысли и желания есть.

— Я знаю тебя, — он указал на меня, — ты Вик, старейшина Сурска, ты нам помогал, от бека защитил, наших людей к жизни вернул. И тебя знаю, — он указал на Шумата, — ты старейшина черемисов, живших на большой горе. Тебя раньше боялись, всё думали, на нас нападёшь.

— Зря боялись, не напал же.

— Может и зря боялись, зато теперь уже не страшно, теперь ты нас со своими людьми защищаешь. Так что мне не на что жаловаться. Жить стало безопасней, бабы рожают детей, еды хватает, с новыми инструментами любой лес расчистить можно. А тут ещё какие-то удобрения дают, с ними и на старых полях жито хорошо родится. Так что жаловаться не на что. Раньше ведь как было? Что добудешь, то и съешь. И ещё неизвестно, жив останешься на охоте или нет.

А теперь все вместе работают. Но что хорошо — при этом видно, кто чего стоит. Кто сколько вспахал, кто сколько рыбы поймал или мёда принёс. Здесь нам никто не нужен, люди сами между собой разберутся, кого побьют, кого куском лишним отблагодарят. Так что правильно ты в наши дела не лезешь. А вот что помогаешь — спасибо тебе. Ну и мы не забудем хорошего отношения, в долгу не останемся.

— Значит, всё устраивает тебя и других жителей?

— Нет конечно. Но так и должно быть. Я прожил уже много лет, и знаю, что каждый будет говорить что-то своё. Но решение всегда принимает старший, и он за него отвечает. А старший сейчас ты. Так уж получилось, что ты старший не только в твоём городе, но и у нас. И пока люди довольны.

— Ну что же, уважаемый, спасибо за такое отношение.

— Мне-то за что? Я правду сказал.

Вечером, после обмена мнениями со своими советниками мы продолжили разговор с Сураем. При нём присутствовали местные старейшины и некоторые мастера, разговор принял для меня несколько неожиданное направление.

— Мы ознакомились с жизнью в поселении, Сурай, в основном всё в порядке, хотя есть замечания и предложения.

— Если они для нас будут полезными, то мы их примем, если нет — то извини.

— Вот тут ты несколько неправ. Дело в том, что ты смотришь с точки зрения своего поселения, а я оцениваю, насколько происходящее полезно для всего Земства. Поэтому что-то из предлагаемого вам придётся принять. Не забывай, мы с самого начала договаривались, что вы работаете на интересы Земства, а не только оно помогает вам. Ты, конечно, можешь поторговаться, попросить помощь в своих делах, но принять придётся. Не возражай, а выслушай сначала.

Так вот, замечаний у меня немного, а вот предложений гораздо больше. Самое первое — тебе надо серьёзно заняться ополчением. Сегодня ты ограничиваешься тем, что на пять лет отдаёшь молодых на службу в земскую армию, и всё. У тебя всего сейчас двадцать бойцов. Этого мало. У нас же каждый из городских жителей готов взять оружие в руки и защищать город. И они это умеют.

В Пьянске жители тоже готовы взять оружие, но вот пользоваться им достаточно эффективно они не могут. Скажу больше. Именно ополченцы должны стать основной силой, защищающей города. Почему? Мне так кажется, что нас ждёт война с хазарами. Причём ожидать её стоит с двух сторон — через Булгар или со стороны буртасов. Они на сегодняшний день если не наши союзники, то во всяком случае, настроены дружески. Так что помощь оказать придётся. И туда может уйти основная часть бойцов. Тогда защита поселений ляжет на ополченцев. Понятно?

— Да.

— Как это делается в Сурске, тебе расскажет Дугиня. Он же поможет тебе организовать весь процесс обучения. Это будет трудно, все будут ругаться и ворчать, но сам покажи пример и заставь всех пройти через обучение. Так вы сможете выжить в любых условиях.

Второе, что я хотел бы с тобой обговорить, это возможность дополнительного обучения ваших ребятишек. Дело в том, что после прохождения начального образования, у нас теперь для тех, кто хочет учиться дальше и имеет определённый талант, есть возможность это осуществить. Так что мне бы хотелось, чтобы ребятишек, прошедших начальное обучение, проверила Галина и наши учителя. И потом тем, кто пройдёт проверку, надо будет представить возможность учиться. Город даже готов предоставить вам за это некоторую компенсацию.

— А зачем вам это нужно?

— Ты видел новую машину?

— Видел, конечно.

— Там много диковин, чтобы их делать, требуются новые знания, вот им и будут учить тех, кто окажется способен их воспринять.

— Понятно, выучите наших детей и оставите их работать у себя.

— Не исключено, хотя и в этом случае они будут помогать вам, только эта помощь будет выглядеть несколько по-другому. Но это уже решение, касающееся и затрагивающее интересы всего Земства. И если вы остаётесь в нём, то будете его выполнять. Другого быть не должно, единственное, о чём можно говорить — это о некоторой компенсации. Но мы здесь возвращаемся к самому началу, когда говорили о первичном обучении.

И хотя вы обошли это пожелание, учите только детей, а не всех, как требовалось, но я не буду на это обращать особого внимания, если будет проводиться дополнительное обучение детей. И помни, Сурай, нельзя быть самым хитрым, и кроме того, чтобы всегда брать, иногда надо и давать что-то своим партнёрам. Есть решения, принимаемые в интересах всех, и они кому-то могут казаться невыгодными, но в любом случае их надо выполнять, нравится тебе это или нет.

— Хорошо, я понял, и мы решим вопрос об обучении детей.

— Теперь, что бы я хотел с тобой обсудить. Надо бы вам здесь какое-то производство организовать. То, что кузнеца и гончара готовишь, это правильно. Но этого мало, нужно что-то ещё. Тем более, если затеваешь переработку отходов. В этом мы тебе поможем, но ты должен знать, как будешь использовать газ. Скотины у тебя много, так что удобрения и газа будет достаточно. Думай, что будешь делать. Глина у вас есть, может тебе есть смысл поговорить с Путятой?

Кроме того, у тебя много растёт конопли, можешь заняться изготовлением ткани. Из неё ещё хорошая бумага получается. Учи ребятишек, они тебе подскажут, что делать. Кстати, это будет хорошая продукция — растишь коноплю, делаешь ткани и верёвки, а из отходов бумагу. Ищи железо, Паруш одно время нам обещал его поставлять, раз привёз, и забыл. Мы всё возьмём, тем более, вы же умеете выплавлять крицы.

Но не забывай о добыче камня, и я хотел бы, чтобы она увеличилась. Он мне нужен. Есть и ещё одно дело. Попробуй организовать здесь рынок. Конечно, он будет не такой, как в Шумске, но для местных жителей окажется хорошим местом для обмена своих товаров. У вас тут достаточно глухие места, поэтому одной из задач, что поможет решить этот рынок, будет привлечение новых людей и их вербовка в земскую армию.

Ты знаешь правила — отслужил пять лет в армии, и можешь жить в наших поселениях. Думаю, желающие найдутся. Что нужно будет для организации рынка, тебе подскажет Мстислав. Кстати, вполне возможно, что сюда торговать будут приходить буртасы, так что воины тебе понадобятся и для соблюдения порядка. Вот пока всё, что я могу тебе сказать по текущему состоянию дел. Укрепляй поселение, готовь воинов, расширяй производство и строй рынок.

Глава 7

Продолжение инспекторской поездки

Река Пьяна и местные поселения, Мстислав

А что, это оказалась хорошая идея. Я всё думал, зачем мне в эту поездку ехать? А она оказалась очень полезной. Пьяна хоть река и не слишком большая, но несколько поселений, по словам Вика, там есть. Ещё больше их находится где-то в лесах. И добраться туда сложно. А вот создать место, куда все придут, это правильно. Хорошая задумка — выманить из леса всех прячущихся и предложить защиту и сытую жизнь.

Посмотрел я местные товары. Самые обычные, хорошо будут продаваться в любых местных поселениях. Правда, Галина подсказала, а Вик подтвердил, что если использовать наши прялки, а станки немного доработать, то и ткань может получиться, которую купят в любых местах. Да и меха есть, хоть и не сказать, что много. Но и не охотники тут живут, как черемисы. Во всяком случае, зерно растить умеют и картошки много сажают. Это хорошо.

Нет, правильно сделал Вик, что вытащил сюда. Ещё один рынок не помешает. Пусть и немного там будет товара, но птичка по зёрнышку клюёт и тем сыта бывает. Заодно посмотрел, что им предложить на обмен. Теперь подскажу Молчуну, что ему делать.

Пьяна и местные поселения, Шумат

Здорово как на таких санях ездить! Раз — и на месте. В Пьянске, как потом и в другом поселении, расположенном выше по течению, где старейшина рода Кирдяш, мы провели по одному дню. Похожи, однако, поселения друг на друга. И порядки такие же, и проблемы. Да они везде такие же. Кугерге с тем же столкнулся. Правда, он сразу послушался Вика и организовал у себя производство лодок, выплавку руды и изготовление кулей.

И хотя у него, как и здесь, по словам Вика, колхоз, все идёт нормально. Правда, как и во многих местах, Вик идёт на серьёзные нарушения главных принципов Земства. Ведь как было задумано с самого начала? Должны быть три представителя — местный, кем обычно бывает старейшина, военный, командующий земскими бойцами и назначаемый командующим, и представитель Земства. А вот последнего, как правило, и не бывает.

Мне, конечно, понятно, что это не от хорошей жизни, но что-то с этим делать надо. Вот так хоть и интересно ездить, но без присмотра слишком быстро все начинают своевольничать. А везде не наездишься. Взять того же самого Сурая, и то попытался с Виком спорить. А был бы на месте представитель, тогда давно бы все распоряжения местные для исполнения приняли бы. Я об этом Вику уже говорил, но он мне так ответил: — называй, мол, достойную кандидатуру, и я её приму. Но отвечать за него ты будешь.

Вот и получается, что надо усиливать местные власти своими кадрами. Надо будет Вику предложить, чтобы тех, кто отслужил три-четыре контракта в войсках, отправлять представителями Земства в поселения. Они уж точно порядок наведут. Вот только такие вояки у нас не скоро появятся. А контроль от Земства в каждом поселении нужен, а то опять будет сплошной обман и работа только на свой карман в ущерб общим интересам.

Пьяна, Ветлуга, Ока, Вик

А хорошо себя показали саночки. Проблемы с ними были, как же без них. Но решаемые, даже в дороге и в таких условиях. Основное беспокойство доставили двигатели и генератор. Главные трудности — уплотнители, подшипники, смазка и изоляция проводов. Это было и так известно, но в условиях ударов и вибрации, возникающих при движении, они только обострились. Но ничего, профилактика и регламент, а также постоянная модернизация скажут своё слово.

За время пробега посетили пять поселений. Пьянск и Кирск, это я для себя так назвал новое место, где старейшина Кирдяш, в общем-то мало чем отличались друг от друга. Люди хоть к нам и приветливо настроены, рады и ничего не скрывают, но ведут себя как-то настороженно. Видимо, неосознанно ожидают каких-то неприятностей. Давить я на них не стал, обрисовал, что их ждёт, и предложил выбирать.

Во всяком случае, надеюсь, что хотя бы несколько десятков воинов дополнительно это обеспечит. По-другому вёл себя Кугерге. Да это и понятно, мы с ним и его людьми гораздо ближе сошлись. Там и отношения более дружественные, да и люди более открытые, видимо, опять же из-за длительного общения. Так что на Руднике и другом поселении, расположенном выше по течению Ветлуги, где старейшиной был Яруска, мы тоже провели по одному дню.

Рассказали о возможных предстоящих событиях, ожидании войны, обсудили возможности по улучшению жизни поселений. Точно так же, как и в Пьянске, предложил отправлять самых подготовленных и способных детишек на продолжение обучения в Сурск. С пониманием была встречена идея организации ополчения и дополнительного призыва, пока добровольного, в земское войско. С большим одобрением старейшинами было встречено моё предложение об освоении у них новых производств.

Мало того, что у них в каждом поселении должен был появиться свой кузнец, они брались за обеспечение всех досками и прочими лесоматериалами и готовы были начать производство бумаги, части военного снаряжения и амуниции. Лодками они уже и так все поселения обеспечивали.

Брались они помочь в установлении более-менее надёжного сообщения с севером. Там требовалось проложить хорошую сухопутную дорогу, где-то навести мосты, расчистить лес, да много чего там требовалось. Кроме того, совместно с Шуматом обещали предпринять дополнительные усилия по вовлечению новых членов в Земство из поселений, расположенных выше по течению Ветлуги. В качестве жеста доброй воли, и как поддержка их благих намерений со стороны Сурска, им будет дополнительно передана посуда разных видов, инструмент и оружие для ополченцев.

Так что наши поездки по близлежащим местам на этом закончились, осталось добраться до Явана, основавшего поселение в устье Оки. Однако дорога туда предстояла дальняя, техника у нас особой надёжностью не отличалась, и перед отправкой, для успокоения, пришлось провести ей полное обслуживание. Правда, туда отправились в несколько меньшем составе. Меня сопровождал только Шумат, и хотя было место и возможность взять кого-либо на вторых санях, там расположились сменные механики.

Но все мои опасения оказались напрасными. Сани проявили себя просто прекрасно. От устья Суры до устья Оки мы добрались почти за день, пришлось, правда, заночевать уже на подходе к Оке, но это понятно. Снег местами был достаточно рыхлым, и сани двигались медленно. Зато обратно, по проложенной колее проехали без ночёвки. Отличный транспорт получился. Придётся ещё с ним, конечно, повозиться, много чего нуждается в доработке, есть несколько принципиальных изменений, которые надо внести в конструкцию, надёжность надо повышать, но общее впечатление хорошее.

Порадовал меня и Окск. Так я решил назвать поселение в устье Оки. Там у меня произошло несколько интересных разговоров и встреч, тем более, что провести в нём мне пришлось три дня. Но всё пошло на пользу, и поездки можно считать очень удачными, как и испытания.

Окск, Яван

Поселение у нас небольшое, но крепкое. Четыре года назад его основали. После моей поездки к родовичам Вик обещал на следующий год дать лодию и отправить за выжившими, так он и сделал. Но переезд в тот раз не получился, зато потом переехали все, и сразу сюда. Тогда всем миром острог строили. Лодии между Сурском и устьем Оки постоянно ходили. Сразу построили деревянные стены в два человеческих роста, рубили клети и ставили их друг на друга. Землёй мы их потом уже сами засыпали. А устроили острог на самом высоком месте, с одной стороны крутой берег к Волге спускается, а с другой ровное поле, ближний лес вырубили на строительство.

Внутри острога дома для всех вновь переехавших поставили, амбары, склады, казармы, в общем всё, что надо для жизни. Поселилось нас тогда здесь около сотни человек, но из родного поселения всего человек двадцать. Остальные были из словен, а также черемисы, переселенцы с Пьяны, выкупленные рабы и другие люди, все из разных мест. Вик мне тогда сразу сказал — не будет вновь отстраиваемых поселений, в которых живут представители одного племени. Мы все жители Земства, вот и будут в таких местах жить люди из разных мест и разных племён.

Я в общем-то не в обиде, да и Прокош тоже. У нас тут сейчас две силы — я как бы от армии и подчиняюсь ее командиру и Сурску с его советом мастеров, Прокош — местная власть, отвечает за обычную жизнь поселения. Правда есть ещё и Григош, местный учитель, но молоденький ещё парнишка, хотя умный, и учит хорошо. Все его уважают. Он даже по примеру Галины, она, кстати, его учила, театр пытается организовать.

У меня в подчинении двадцать бойцов, все с огнестрельным оружием, на стенах на каждой предусмотрены защищённые места для двух станкачей, но они там постоянно не стоят, хранятся в арсенале. Поначалу народ из местных пытался нас прижать, мол, чужаки, платите нам дань. Даже как-то раз собрали человек пятьдесят и на приступ пошли. Жаль, рано стрелять мы начали, до стен ни один не добрался. Потом ещё несколько раз пытались атаковать, опять с тем же результатом.

После этого решили на рыбаков нападать. Но надолго у них сил не хватило. Гранат у нас достаточно, и одного бойца хватает, чтобы справиться с десятком местных долблёнок. Так что на второй год нападать перестали, поняли, что мы им не по зубам, сейчас торговать пытаются начать. Место вокруг острога мы расчистили, теперь там картошка, горох и жито растут. Так что наш острог сейчас силой не взять.

Я как раз проводил тренировку с бойцами, когда наблюдатель с вышки закричал, что по Волге снизу движется что-то непонятное. Действительно, это были какие-то повозки, без лошадей, за каждой из которых тянулся снежный хвост. На всякий случай объявил тревогу, все бойцы заняли места на стене. Там же собрались мужики, бабы, пацаны, все хотели своими глазами увидеть, что собой представляет это непонятное. И только когда они добрались ближе, понял, что это какой-то механизм. Я так сразу и подумал, что Вик очередную диковину соорудил.

Как оказалось, я угадал. Правда, затаскивать эту штуку, Вик назвал её санями, хотя на сани совсем и непохоже, в поселение оказалось довольно хлопотно, но и оставлять на реке нельзя. Вечером Вик долго беседовал со всеми жителями Окска, вникал в наши повседневные дела и рассказывал о возможных событиях, которые ожидаются летом. Меня и Прокоша просил ускорить подготовку ополчения, настраивал всех на учёбу и освоение новых ремёсел. А вечером, когда пришёл ночевать к нам с Доляной, он первым делом попросил чаю, а потом спросил:

— Как ты оцениваешь положение Окска, Яван. Устоит он?

— Думаю, да. Мы тут с Прокошем по-всякому рассуждали, но нет тут нам сейчас противников. Каких-то больших поселений нет, живут в окрестностях хоть люди и одного племени, но сами по себе. А объединиться они не могут. Так что пока у нас есть патроны, нас никто не возьмёт.

— Это хорошо. Я уже говорил про войну, мы будем пытаться справиться своими силами, тебя не тронем. Для тебя другая задача, ты должен растить город. Работай с местными родами, приглашай людей из своих краёв, ищи их вверх по Волге, Оке — здесь у тебя возможностей больше, чем на Суре и Ветлуге вместе взятых.

Учи детишек и готовь мастеров, отправляй всех желающих учиться в Сурск, но постепенно здесь должны быть все такие же производства, как и там. Готовь армию и ополчение. Но не забывай, ты частица Сурска, и хоть до тебя далеко, но дорогу мы проложили, так что поселение не на отшибе.

— Вик, а почему ты так озаботился этим городищем?

— Я не сейчас озаботился. Да, совсем тебе забыл сказать. Постарайся в ближайший год-два поставить острог на пути к Днепру. Поселения там не нужны. Пусть леса и землю в тех местах никто не трогает. Пока они стоят, будет река и дорога на Гнездово. Как только там всё вырубят — река пересохнет. Так что ставь там остроги и селиться никому не давай. Охраняй дорогу.

— Понял.

— Так, отвлёкся я немного. Окск занимает ключевую позицию на Волге. По Оке можно пройти очень во многие места, так же как по Волге и её притокам вверху попасть можно практически в любую точку этих земель. Они очень богатые, и со временем на них будет жить много самого разного народа. Но дороги будут начинаться отсюда. Поэтому так важно поселение на этом месте. Кто контролирует слияние Оки и Волги, тот контролирует все дороги. И чем здесь будет крепче поселение, тем больше людей будут сюда тянуться, тем сильнее будет Земство.

— Значит, ты думаешь, нам надо двигаться вверх по Оке?

— Пока особо торопиться не надо. Сейчас нужно набирать силу, но как только появится возможность, поставить и содержи первое время новый острог, в этом мы тебе всегда поможем — продуктами, оружием, инструментом. Ты должен привлекать на свою сторону местных. Вспомни, как делалось такое в Сурске. Совместные праздники, гуляния, помощь, когда военная, когда торговая, но все должны почувствовать, что ты им нужен.

И тогда они сами к тебе придут. И строй около поселения рынок. Лодки к тебе теперь будут ходить регулярно, так что торгуй смело. Может быть, отправишь кого-нибудь из мальчишек учиться к Мстиславу.

— Постараюсь так и сделать, отправлю при первой возможности, и не только к Мстиславу, а также буду договариваться с местными.

Я тогда и не знал, что уже на следующий день мне представится такая возможность. Мы с утра только позавтракали и собирались пройтись по окрестностям, наметить, где и что лучше всего поставить и какие производства будем развивать, как прибежал дежурный и сообщил, что перед воротами стоят местные с окрестных селений и хотят поговорить.

Вышел я к ним. Действительно, старейшины с нескольких соседних племён — Пивцай, Резей и Тремас пришли в гости. Подарки принесли — шкуру медвежью и с десяток беличьих. Приняли мы их конечно, лучше торговать и говорить, чем воевать и убивать. Провели в земскую избу, сначала, как водится, угостили травяным отваром и медовухой, пирогами, мясо и рыбу выставили, заедки разные. Так что только после этого начали разговоры говорить.

В первый раз к нам такие гости пришли, пришлось ещё и пояснения давать. Что за посуда, да как её делают, откуда столько зерна и хлеба, как мы столько рыбы и зверя добываем. На общие темы, как говорит Вик, наговорились досыта. Он, кстати, тоже тут был вместе с Шуматом, но не вмешивался, только слушал и смотрел, разговаривали только мы с Прокошем. Но оказалось, что старейшины их узнали. Кто-то из них был на рынке в Шумске и там Шумата видел. Так что пришлось и ему со временем в разговор вступить.

— Вот о чём мы хотели с тобой поговорить, Яван. Повоевали, кровушку полили, может, хватит уже?

— Так не нами, старейшины, это начато. Мы только защищались. Я так только за мирную соседскую жизнь буду. Делить нам нечего, селения ваши далеко, сколько там будет? Дня три пути? Места тут на всех хватает.

— Вот и хорошо, так и будет, — проговорил Пивцай. — Значит, до кривого оврага по этой реке — он указал на Оку, и до выхода из старой протоки вверх по этой, — он махнул в сторону Волги, — будут ваши земли, а уж дальше наши. Согласен?

— А почему бы и нет. Пусть так и будет. Нам пока хватит, тем более все земли и угодья ниже этого места наши.

— Как так? — удивился Резей.

— А так, эти земли были свободными, а теперь у них хозяин есть, город Сурск.

— Правду, что-ли, он говорит, — спросил Пивцай, обернувшись к Шумату.

— Да, именно так. Это городище, — и Шумат обвёл руками вокруг себя, — поставил Сурск. Так что всё, что ниже него до Сурска, принадлежит нашему городу.

— А не многовато ли берёте? — поинтересовался Резей.

— Да нет, старейшины, в самый раз. Тем более, мы не жадные. Плавать по реке никому не запрещаем, можете и рыбу ловить, и в лесах охотиться. Места тут дикие, никто селиться не хочет. Мы сюда потом придём, а пока готовы дружить с каждым, кто захочет этого. Или воевать.

— Сурск город сильный, не нам с ним воевать. А что, торговать с вами можно?

— Конечно, и даже нужно. А для этого не обязательно даже к нам ехать. Торгуйте с ними, — и Шумат указал на Явана и Прокоша, — это будет то же самое, что с нами. Наши товары у них будут почти по такой же цене, и выбор тот же самый. Будет инструмент, ножи, топоры, посуда, всё, что вам надо. Если что-то потребуется, скажите, привезем.

— А что брать будете в оплату?

— Что и везде — меха, мёд, еду, можем брать железо, только его проверить надо. Дополнительно будем платить за ваших людей, которые будут готовы перейти жить к нам или станут, хотя бы на время, нашими воинами.

— Это что, мы можем отправить вам молодых, они у вас станут воинами, проживут какое-то время в Сурске и потом вернутся к нам домой? И за это вы заплатите нам деньги?

— Да, именно так. Заплатим, но не деньгами, а инструментом железным.

— А если этого воина у вас убьют?

— Заплатим за это в двойном размере. Но если он сам не захочет к вам возвращаться, уж не обессудьте.

— Ну да, может быть и так. А ещё чего можете?

— Примем на обучение ваших детей, вот здесь учить будем, в Окске. И тоже заплатим, но если они не захотят возвращаться, так тому и быть.

Долго ещё гости сидели и разговаривали, то с Шуматом, то с Виком, нас с Прокошем расспрашивали, в общем, целый день на это ушёл. Думаю, ещё не раз они придут к нам. Но во всяком случае, дело пошло на лад, торговать согласились, а дальше посмотрим, коготок увяз, вся птичка наша будет.

Сурск, Галка

А что, хороший отпуск получился. По Суре, Ветлуге и Пьяне прокатилась. Новые места увидела. И хоть всё привычно, но интересно. Посмотрела, как люди живут. Немного по-другому, но самое главное, цели и жизненные ценности такие же. Тяга к знаниям у них просто неисчерпаемая. И если взрослые предпочитают слушать истории, то дети не по одному разу перечитали уже пару наших книжек.

Я тут ненароком и писателем стала. Записала небольшую книгу сказок и некоторые истории про богов и героев, естественно, в подходящей обработке. Так они все нарасхват, сама видела, по вечерам перед сном грамотные ребятишки читают эти книги вслух в доме. Надо ещё писать. А пока, воспользовавшись случаем, в каждом поселении, где ночевали, рассказывала истории. Аншлагом это назвать нельзя, это что-то гораздо более крутое, абсолютно все жители приходили послушать.

Понятно мне стало и ещё одно. Пора создавать службы по контролю и управлению. Вот и сижу, рисую структуру и инструкции, как понимаю, всё равно Витьку будет легче. А без бюрократии не выживем.

Глава 8

Все, что ни делается, к лучшему

Сурск, Мышонок

Ну что бы Вику раньше рассказать про такие интересные проекты. Как он мне дал… пинка, так сразу пропали мысли о скучной работе. Хотя я его понимаю. Он специально молчал, и только спрашивал о текущих делах, заставляя меня вылизывать это производство. Зато сейчас оно работает безо всякого вмешательства и ежедневно выдаёт свою норму пороха и взрывчатки. А уж когда всё здесь оказалось налаженным, он и дал мне новые задачи.

Зато сейчас есть где развернуться и чем заняться. Сделал я сигнальные гранаты. Всё оказалось достаточно просто, надо было только немного подумать. А вот как пинка получил, сразу и думки закрутились. Взял обычную гранату, вместо металлического корпуса использовал картонный, внутри поместил смесь пороха и красящего вещества, что для дымов использовал, а воспламеняющийся запал взял от коктейля с задержкой на четыре секунды.

А когда выстрелил из метателя в небо, там образовался цветной шар. Мне так понравилось, что я не удержался и выстрелил ещё раз. А больше не успел, тут же прибежали оружейники и Азамат, и кричат:

— Ты что делаешь?

А я им так важно отвечаю:

— Испытания провожу. Это называется сигнальная граната. Можно использовать вместо дымов.

Хорошо, что отскочить и пригнуться успел, а то Азамат мне отсигналил бы по башке. А потом за меня взялись оружейники, отобрали все гранаты, сказали, что я ничего в испытаниях не понимаю, и велели идти делать новые образцы. Ну я и пошёл. Делать толь, а не гранаты. Да, после того, как я понял, что будет новое строительство, решил с этим делом не тянуть. Строить новые мастерские достаточно долго, и чтобы хоть немного сократить этот срок, дам Житко толь.

Большие куски картона бумажники делать умеют, так что я пропитал их смолой и оставил сохнуть. Пришла пора испытывать, я тогда утащил эти листы к роднику, соорудил какое-то подобие крыши из нескольких листов и полдня поливал всё это водой. Потом оставил всё мёрзнуть, а на следующий день пригласил Житко и показал, что получилось. Он долго смотрел на это сооружение, ковырял пальцами, потом хлопнул по плечу и, совсем как Вик, сказал:

— Молодец. Возьми пирожок на полке. Их там два, в середине с мясом.

А потом добавил:

— Действительно молодец, но ничего пока не скажу. Сделай ещё пять десятков таких листов, будет подходящее сооружение, сделаем из них крышу и испытаем. Вот потом и решим.

Так что сделал я эти листы, отдал Житко и теперь жду результатов. За время ожиданий сделал шлифовальную шкурку. Сам придумал, хотя ещё в самом начале видел, как Вик такой пользовался. На бумагу нанёс тонкий слой клея и посыпал песком. Когда высохло, отдал Тумне на испытания. Не очень удачно получилось, быстро осыпается песок, но Тумна остался доволен.

А я вот теперь сижу и пытаюсь сделать электроизоляционный лак и компаунд. Что это такое, Вик мне в прошлый раз объяснил, так что использую воск, смолу, скипидар, целлюлозу и пытаюсь что-то получить. Только что-то плохо получается.

Сурск, Житко

Вот вроде бы и план расположения новых мастерских готов. Долго его рисовали. Сначала все вместе определили, какие мастерские там будут строиться, потом мастера нарисовали, какими они их хотят видеть, каждый свою запланировал. Для меня в этом главное размеры. А потом разместили это на месте. Много его потребуется, слишком сильно размахнулись, правда за выделенный участок не вышли. Но хоть и красиво нарисовано, и по уму вроде всё располагается, но не пойдёт.

Прав Вик, от чужих глаз прятать всё равно производство придётся, поэтому на берегу располагать его нельзя, надо вглубь сместить и прикрыть лесочком. Вот так-то лучше будет. А вдоль берега коровок и лошадок пасти будем. А вот здесь, как раз на излучине Суры, луга хорошие. Вот там и поставим коровники. Оттуда и отходы возить будет на переработку не далеко. А станцию поставим около Путяты, он много газа сжигает на свои поделки.

Второе стадо оставим на старом месте, пусть пока остаётся как есть. Так, а где у нас блокпосты стоять должны? Дугиня говорил, вот на этих холмах ставить надо, значит тут и будут располагаться. А низины надо засадить лесом и сделать засеки, это мы изобразим таким образом. Получается, от реки мы закрылись, здесь тоже в лесочке спрячем блокпосты, со всех других сторон опять блокпосты, все на холмах или вот тут башню поставим, остальное засадили лесом и сделали засеки. Никто не пройдёт. Так? Нет, не так.

Надо ещё лес перед этой защитной полосой вырубить. Где-то почти километр должно быть чистое пространство, так Вик говорил. На нём опять коровки пастись будут или картошка расти. А может, коноплю посадим? Тоже вещь хорошая, штанов наделаем на всех с запасом. Что-то ещё забыл, но никак не вспомню.

Сурск, Мирослав

Ну вот, скоро весна, а мы успели сделать всё, что хотели. Сейчас начало февраля, две новые лодии готовы, и две уже под моторы переделали. На двух пойдём на юг, одна будет на Булгар ходить, а одна тут бегать будет. Хорошо бы ещё две сделать, чтобы в Гнездово можно было сходить, но точно не успеем. Ничего, на следующий год сделаем.

Но это пока в планах, нам и сделанного хватило. Много времени потратили на сани, правда, там больше мотористам пришлось возиться, сам корпус мы собрали быстро, больше разбирались, что от нас требуется. Но честно говоря, весь проект нас как-то мало коснулся. Всех интересовали новые лодии. Большие они получились, пришлось много железных деталей делать, чтобы дополнительно крепить корпус.

Длина двадцать шесть метров, ширина восемь, двенадцать пар вёсел, закрытая палуба, рубка сзади и под ней силовая установка. На ней сверху два станковых гранатомёта в круговых башенках, впереди ещё один, отверстия для вёсел служат дополнительными амбразурами для метателей. Один недостаток — тяжёлая получилась лодия, через волок вряд ли удастся перетащить. Но зато по Волге, Оке и Днепру сможет ходить где угодно, особенно если учесть, что ходить такие лодии должны парами, никто их остановить не сможет.

Осталось их на воду спустить и оценить, как смогут двигаться и маневрировать. Уж больно они большие. Но по тем задачам, что им предстоит решать, меньше делать невыгодно. Дойти до устья Волги, да потом по Хазарскому морю плыть — дело долгое, так что если идти туда, то и товара надо брать немало. Эх, скорей бы испытать новых красавиц.

Окрестности Сурска, Азамат

Сани, сани, лыжи — вот наша сила. А то Изик всё на технику надеется. А мне нравится по старинке — ушёл в лес, и ищите меня, если можете. На лыжах в нём меня никто не достанет. А что мороз? Костёр всегда можно развести, он обогреет, а добычу лук обеспечит. Ружьё вещь тоже хорошая, но не всегда. Так что я на охоте больше по-старому — лук, копьё, нож да топор — и ничего больше не надо. Вот спички очень полезны для таких как я.

Так что эти четыре недели я провёл в лесу с полным удовольствием. Да и не я один. Всех егерей, ушкуйников и разведчиков Вик в рейд послал. Дальний и продолжительный. Кто-то ушёл вдвоём, кто-то с молодыми, учить их, а я один пошёл. Мне никто не нужен. Далеко забрался, там шалаш себе сделал, да потом от него ещё на несколько дней в сторону уходил. И места разведал, и поохотился. Где ловушки поставил, где силки, а то глухаря подстрелю. Так что хорошо было.

Шкурок не слишком много добыл, бывало, больше брал, но и этого достаточно. Тащить всё и так тяжело, санки сзади мешают, быстро не побежишь. Но мне торопиться некуда, потихоньку дойду. А все так же как и я по рейдам и на охоту ушли. Хочешь — не хочешь, а зимой охотиться почти все идут, только городская охрана остаётся. Нам ведь тоже надо для города что-то давать. Вот и охотимся. Рядом уже мало добычи осталось, приходится далеко уходить. Зимой для нас самое рабочее время. Мясо, шкуры и меха постоянно кто-то приносит.

Вот и Волга, а по ней я, ребята, не пойду. Лучше сбоку, по лесочку, меня не видно, а я всех вижу. Тем более, что места знакомые, знаю, где можно спокойно к берегу подойти, и не выходя на него, всё осмотреть.

Сурск, Жихарь и Дугиня

— Ну что, Жихарь, как оцениваешь этих ополченцев?

— Вполне нормально. Для егерей и прочих кадровых бойцов слабовато, но для ополчения хорошо. Сидя в городе или в любом другом укреплённом месте смогут воевать вполне успешно против гораздо лучше подготовленных врагов.

— Значит, нужно ещё погонять.

— Не надо, ты их совсем заморишь. Они лучше уже всё равно не смогут. А вот поддерживать этот уровень надо. Ты как командир ополчения за этим и следи. Совет хочешь?

— Хорошему совету буду рад. Тем более от тебя, ты воин добрый и плохого не посоветуешь.

— Надо тебе твоих ополченцев разделить. Тех, кто старше по возрасту, определи в городское ополчение. Они будут в основном город защищать или рядом с ним в блокпостах обороняться. А тех, что помоложе и пошустрей, учи на драгунов. Лошади есть, стрелять ополченцы умеют, так что научатся. Во всяком случае, будут способны быстро перемещаться в нужное место, там постреляют и уйдут в другое.

Дело это трудное и не быстрое, но зато будет отряд, способный нанести неожиданный удар. Да и при необходимости соседям сможет помочь или засаду на пути у врагов устроить.

— Да, об этом стоит подумать. С таким отрядом и защищаться будет легче.

— Вот и я о том же. Но создавать его можно только тогда, когда будут полностью подготовлены все ополченцы. У тебя сейчас такая ситуация. Так что пусть все поддерживают свой уровень, а вот кое-кого можно и поучить дополнительно. Наберёшь хотя бы два десятка, будет хорошо.

— Понял тебя, Жихарь. Переговорю с Виком и займусь такой подготовкой.

— А лучше попроси Азамата, он тебе даст хорошего воина, тот всё объяснит и покажет.

— Так и сделаю. Спасибо за совет.

Окрестности Сурска, на Волге, Изик

Сегодня после пробега и обслуживания саней выехал на проверку. Снег плотный, слежавшийся, нового давно не выпадало. Для испытаний всё хорошо складывается. Ух и разогнался! Так и кажется, что взлечу. Тут сбоку ворона летела, я её обогнать сумел. Но хватит, немного проверил машину, пора и возвращаться. Та-ак, а что там впереди чернеет, кто-то по реке идёт? Проверим, кто такой. Да это же Азамат, только еле-еле идёт.

— Азамат, что с тобой?

— А Изик, ты как всегда вовремя. Медведь меня достал, ногу слегка порвал.

Выбравшись из саней, я помог другу залезть на пассажирское место и собрался рвануть в город, но у Азамата было другое мнение.

— Изик, тут недалеко, забери моё оружие и добычу. Я вполне в норме, рану обработал, так что ничего страшного, идти только трудно.

— Как же ты так, брат?

— Ружьё осечку дало. Ничего не было, тихо по лесу шёл, а тут шатун на меня выскочил. Я попытался из ружья выстрелить, а тут осечка. Бросил его в морду шатуну, он чуть задержался, успел выхватить пистолет и оба ствола в него разрядил. Не убил, конечно, но остановил на мгновение, за это время смог копьё взять, а он низом пошёл. Лыжи-то я скинул, а там снега по колено. Но устоял, на копьё медведя взял. Но он уже мертвый мне ногу задел, не сильно, но идти могу с трудом.

Я рану обработал, промыл спиртом, засыпал, чем Пашай велела, перевязал. Так что с этим нормально будет. Ты уж доедь туда, забери моё оружие, меха и медведя возьми. Пусть Маска с ним обряд проведёт как положено.

— Где это было?

— У двух кривых сосен, там всё осталось.

Знаю я это место, долетел туда быстро. По следам всё так и было. Забрал оружие, меха снял с санок, на них вдвоём с механиком кое-как медведя уместили, да и отравились в город. Вот называется и покатался.

Сурск, Могута

Как-то уже стало привычным, что по пути домой, хотя я и иду туда поздно, но выхожу к своей любимой лавочке на берегу Суры, и обычно там меня дожидается Мирава, а если её нет, то появляется почти сразу после меня, как будто где-то рядом стоит и дожидается. Я уж порой даже с собой пряник стал брать, хоть чем-то девчонку порадовать. И ведь ничего ей не надо, и ни о чём не говорит.

Только попросит разрешения посидеть рядом, притулится и тихонечко так сопит. Как будто сразу заснула. Но ведь не спит, точно знаю. Я пытался с ней разговаривать, хотел чем-то помочь, говорит, ничего не надо, просто ей здесь хорошо и спокойно. Вот и всё, что я от неё смог добиться. Так что порой сидим мы вдвоём, два чудика, и молча на реку смотрим. А ведь хорошо, и говорить ничего не хочется.

Сурск, Галка

Тихая мирная жизнь! И тут же приключения. Это надо же, медведь Азика достал! Но Пашай всех успокоила, ничего страшного не произошло, скоро он опять будет как лось бегать. Долго выясняли, что же там произошло и почему ружьё дало осечку. Нашли, конечно, причину. Иголка затупилась, менять надо было, вернее, менять ещё рано, но оказалось, что игла своё уже отработала. Эх Витёк и ругался. Оружейников чуть на клочки не порвал не хуже медведя. Хотя по давно выверенным нормам до замены иглы было далеко, что-то получилось не так. Теперь все на ушах стоят.

Но это самое страшное, что произошло. Хотя нет, появились первые пострадавшие от электричества. Пока не смертельно, но надо это воспринимать как звоночек. Если раньше такое было с мотористами, то теперь стало доставаться всем, кто лез из любопытства. Так что опять летели кусочки шкурки по углам и заулочкам. Я уже давно таких слов не слышала, а порой даже приходилось объяснять некоторым особо непонятным, куда, как, каким образом и сколько раз их будут бить.

Но самое главное, что у нас прошли несколько конкурсов, вернее даже не конкурсов, а представлений. Самый первый и основной — конкурс профессиональный, скажем так, выставка достижений мастеров Земства. Приурочили это мероприятие к окончанию зимы, хотя она не закончилась ещё и по календарю. Но людям нужен праздник, а кроме того, после таких мероприятий отношения между ними становятся теплее и благожелательней. А для нас это очень важно. Ради этого устроили даже два выходных дня.

Конечно, в основном были образцы творчества из Сурска, но появились хорошие специалисты и в других поселениях. Правда, это были, скажем так, изделия не слишком сложные, простейшие бытовые механизмы и устройства, про которые говорили давно, обсуждали, что они должны собой представлять, но никто не брался их делать.

А вот новички не испугались и сделали. Мне понравилась усовершенствованная ручная крупорушка-мельница. И печатные пряники. И что интересно, додумались мастерицы печатать рисунок на ткань. Теперь можно делать в достаточно большом количестве материю с узорами. Я сразу сказала, что этим девчонкам надо давать мастеров, и пусть они работают дальше в этом направлении. Ну и вязальщицы меня не подвели, было несколько хороших работ с красивыми рисунками.

Кроме этого было множество самых разных изделий, начиная от гранат и заканчивая кухонной посудой. Мне даже стало самой удивительно, как многое мы успели сделать. Особенно в восторге от увиденного был Мстислав. Он как купец уже всё обсчитал, получил прибыль, и она его обрадовала. Поэтому и готов был продавать такой товар в любых количествах и плыть с ним хоть на край света. Кстати, он уже подходил к мастерам и интересовался, когда и сколько они смогут сделать такой продукции.

Другим конкурсом стало что-то вроде «А ну-ка, парни» и «А ну-ка, девушки». Конечно, это было скорее театрализованное представление, и устраивали его в основном ребятишки старшего возраста, но всем очень понравилось, и участники получили свою долю аплодисментов и прочих благодарностей.

Был проведён и первый земский конкурс художественной самодеятельности. Правда, от других поселений выступали только отдельные исполнители с простыми номерами в жанре декламации, но и это уже большой прогресс, надеюсь, через год-другой будут представлены целые ансамбли и театральные группы. Во всяком случае, в этом направлении работа идёт.

Надо ли говорить, что все эти мероприятия были встречены с огромным энтузиазмом, так что было решено провести выездные аналогичные конкурсы в других поселениях. Можно сказать, что начинаются нормальные театральные гастроли. И мне это нравится.

Часть 2

Глава 9

Булгар, дела торговые

Булгар, Мирослав

Ну вот и дошли. Первый караван в этом году провёл успешно. Четыре лодии привёл. Правда, на двух пойду дальше с Вышеславом, наша цель — пройти всю Волгу и выйти в Каспийское море. Так у нас на схеме нарисовано, что Вик дал. А там две, нет, скорее даже сколько получится, целей. Самое первое — проложить дорогу на Баку, и запастись там нефтью. Другая задача — найти реку Урал и посмотреть, куда по ней можно пройти. Нужна полная разведка этих мест.

Было ещё пожелание обойти побережье Каспийского моря, найти на его южном побережье возможные места, чтобы можно было туда пригонять лодии и торговать с арабами напрямую. А также найти такие же поселения на восточном берегу, предположительно для этого подходит Красноводский залив. Оттуда возможна прямая дорога на Самарканд, Бухару и Хиву.

Так Вик предполагает и это всё нарисовал на карте. Я пока не понимаю, о чём идёт речь, вот и молчу. Схема есть, всё это нарисовано, а там вживую посмотрим. И нужно предварительно определить места на Волге, где можно ставить остроги. Дорога длинная, где-то надо иметь надёжные стоянки.

Вот такие у нас планы. А вернуться должны к концу сезона. На мой взгляд — очень интересной будет дорога. А пойдём мы на двух лодиях, самоходных, старую «Ладогу», хоть на неё мотор и поставили, оставим здесь, в Сурске. Пошли мы на двух новых, «Сура» и «Урга» их назвали. Обе самоходные, на каждой по тридцать пять человек экипажа с полным комплектом вооружения. В моём понимании, их остановить может только сама река или море.

Булгар, Вышеслав

Здравствуй, дружище, ты тут не одичал? Или нашёл себе молоденькую кочевницу, совсем нас позабыл, только здесь и сидишь, — обнял я Меня на крыльце дома.

— Рад тебя видеть, Вышеслав. Товар весь привёз, что я просил?

— Конечно привёз.

— И тебя рад видеть, Вик — шагнув ему навстречу, сказал Мень, протягивая руку.

— Я думаю, мне стоит с тобой поговорить, прежде чем я пойду на рынок, — ответил Вик, пожимая руку.

— Это конечно так, но зачем тебе туда вообще идти? Всё я тебе и так расскажу, — пообещал Мень.

— При всём моём к тебе хорошем отношении, Мень, запомни, что я всегда сам решаю, что мне делать и что мне надо. Соблюдай простые правила поведения, и мы с тобой будем друзьями.

— Извини, Вик, я неправильно сказал. Я, конечно, расскажу всё, что знаю и чем занимаюсь.

— Вот и договорились, я готов выслушать тебя прямо сейчас.

Мы прошли внутрь дома, Мень сразу провёл нас в рабочий кабинет. Он был почти такой, как у Вика, только здесь было много ковров на стенах и на полу. Нам принесли чай, и мы где-то с час слушали новости, которые нам рассказывал Мень. После этого Вик поблагодарил хозяина за чай и отправился на рынок, а я остался пообщаться со старым другом. Всё равно ночевать будем здесь на подворье, мне в Булгаре ничего не надо, моя дорога дальше лежит.

Если сегодня разгрузят, завтра и отправлюсь в путь.

Булгар, Вик

Вокруг привычный рынок, ничего здесь не изменилось, как и в самом городе. Да и дорога сюда стала вполне привычной. Уже есть свои постоянные места стоянок, окружающий пейзаж тоже не меняется, хотя нельзя сказать, что река постоянна. Любое плаванье по ней всегда приводит к новым впечатлениям и ощущениям, вот только порой на них не обращаешь внимания, занятый своими делами и мыслями.

Но сейчас не время много думать, пока надо собрать всю известную информацию, и только потом стоит начинать размышлять. В этом плане мне очень не понравилось сообщение Меня. Ничего он не сказал, ни про цены, ни про отношения с купцами, ни про новые планы и торговлю. Создалось такое впечатление, что человек ничего сам не делает и всем доволен, а только по необходимости подключается к делам. В его сообщении не было никакой информации, только пустые слова.

— Хамид, друг, ты что такой грустный сидишь? Торговля плохо идёт?

— Вик, это ты? Ура! Где пропадал, так давно не приезжал, что мы тебя уже забывать стали.

— Занят был, Хамид. Как освободился, сразу приехал.

Тут Хамид вдруг сразу погрустнел и так мне с обидой заявляет:

— А я думал, что ты про нас забыл, и товар для тебя не приготовил.

— Зато я про тебя не забыл, и мой подарок готов. Держи, — и протянул ему бутылку спирта.

— Вик, ты настоящий друг. Подожди, я проверю, у тебя огненная вода не испортилась ли, и потом всё расскажу.

Надо ли говорить, что пока сто премиальных граммов из бутылки не оказались оприходованными, все дела оказались отложены в сторону. Но судя по блаженному лицу Хамида, они оказали правильное воздействие, и можно было надеяться на хороший разговор.

— А скажи мне, Хамид, тут вроде бы наш купец есть, ты к нему обращался?

— Конечно, но он не стал меня слушать. Говорит, что такой товар его не интересуют.

— Понятно. Ну расскажи, как ты тут живёшь и что творится у вас в городе.

— Торгуем потихоньку, вот только хуже всё стало.

— Что так?

— Купцам стало тяжело сюда приходить. Сухопутные караваны степняки часто перехватывают, а по реке мы не ходим. Хотя и там, говорят, бандиты объявились. Давно не было, а вот в прошлом году, под зиму слух прошёл, что пару караванов снизу остановили. Вот к вам дорога безопасная. Но ведь и ваш товар надо где-то продавать. Раньше была ещё дорога по другой стороне Итиля, к буртасам, но сейчас и там стало небезопасно. Так что трудно живём.

— А кто на дорогах балуется, купцы не сообщают?

— Говорят, что хазары. Они при выходе в море своё поселение поставили, так что там просто так не пройдёшь.

— Ну да, в таком случае там дорога тоже будет опасной. А в степи кто разбойничает?

— Когда хазары, но от тех можно откупиться, а вот бывает, и другие какие-то налетают. Но эти очень редко, они, видимо, далеко кочуют, разве что случайно в эти места заходят. От них не откупишься. Все отберут, хорошо если самого живым отпустят. А то и продадут. Вон у меня несколько таких пленников есть.

— А что ещё про хазаров говорят?

— Да в общем-то ничего. Всё как обычно. Кто-то где-то стада угнал, кого-то ограбили или убили. Живут, как привыкли.

— Ну ладно, друг. Пойду дальше посмотрю, что творится. Новости будут, найди меня, не обижу.

Обход рынка не занял много времени. Это раньше он мне казался большим, не с чем сравнивать было. А сейчас, пожалуй, в Шумске торговля и поболе будет. Правда, разнообразных товаров здесь больше, всё-таки сказываются проложенные пути в другие страны и большие развитые соседние поселения. Ничего, скоро и у нас будет лучше с выбором. Всю торговлю с западом перехвачу, а с востоком и югом сам торговать буду.

И станет Булгар обычным заштатным городишком, ничем не примечательным. Вот мастеров здесь хватает, может, сделать из него промышленный центр? Нет, это неправильно. Насколько я помню, это место было торговыми воротами Волжской Булгарии на Волге, и он выводил товары со всего государства на внешние рынки. Вот для этих целей пусть и служит. Надо заставить работать всю Булгарию на мои нужды, причём добровольно.

А значит, она должна стать своеобразной промышленной площадкой, да и сельхозугодиями тоже. Свои мощности буду растить, но работать они будут на создание техники двадцать первого века. А здесь будет делаться всё для обычной жизни. Металл пока будет свой, а вот когда пробью дорогу на Урал, потихоньку буду давать сталь. Станет Волжская Булгария занимать место Китая в наше время, будет мировой мастерской, в первую очередь по производству металлической продукции, керамики и продуктов питания. А сам буду делать хай-тек.

Да, что-то я задумался и размечтался. Сначала надо выжить, а всё остальное потом. Но как говорится, мечтать не вредно. Самое опасное — когда всё сбывается. Но мечтать нас всех научили, у любого русского столько найдётся самых разнообразный проектов, что никакой волшебник с ними не справится.

— Здравствуй, Каракуз. Как здоровье, как торговля?

— Да не очень, опасно стало торговать. К тебе только спокойно можно добраться, а на остальных дорогах разбойников много стало.

— А торговать с другими городами хочешь?

— Кто же этого не хочет?

— Тогда давай где-нибудь сядем и поговорим на эту тему.

— Пройдём в мою лавку, отвару попьём, в прохладе посидим, и ты поведаешь мне о своём предложении.

Мы прошли через лавку и устроились под навесом на своеобразной веранде. Купец уже знал мои привычки, и слуги быстро принесли травяной отвар, мёд, фрукты и какие-то местные кондитерские изделия. Сделав первый глоток и съев ложечку мёда, Каракуз спросил:

— Так что ты хочешь мне предложить, Вик?

Мы с ним, кстати, уже давно перешли к дружеским отношениям, особенно после того, как он понял, что хан ко мне настроен доброжелательно.

— Я готов помочь вам выйти из такого неприятного положения, в которое попали все ваши купцы. Естественно, у меня при этом есть своя выгода, и я тебе раскрою её обязательно, но немного позже. В чём будет заключаться моя помощь? Я готов закупать все металлические изделия, что сделают ваши кузнецы. Не только в Булгаре, но и в Биляре, Суваре, а также других поселениях и весях. Но меня интересует мирная продукция — обычные ножи, топоры, пилы, косы, котлы и разные инструменты. Ну, может быть, нужны будут наконечники для стрел и копий охотников.

Конкретный список товаров мы с тобой обговорим, но мне нужно много самых разных товаров. Покупать я буду прямо здесь, твоим купцам придётся самим ездить по стране и договариваться с кузнецами об изготовлении этих товаров или привлекать к этому делу местных специалистов. Пока предлагаю торговать только железными изделиями, потом будут и другие. Но начать лучше всего с чего-то одного. Когда получится, будем торговать и другими товарами.

— Очень интересное предложение, Вик. И по какой цене ты готов брать такие изделия?

— По цене меньше на одну десятую, чем сейчас на рынке. Просто так ты сейчас такой товар не продашь, и кроме того сюда входит скидка за то, что я покупаю всё.

— Это справедливо и цена приемлемая. И как часто ты будешь забирать товар?

— Постоянно. У меня есть своё представительство, там будут принимать товар и рассчитываться с тобой в тот же момент. Но это можно будет обговорить дополнительно

— И чем будешь платить?

— Мехами, мёдом, своими изделиями: бумагой, лампами, свечами, мылом, огненной водой, украшениями, одеждой — ты видел весь наш товар, выберешь сам, что тебе нравится, цену согласуем, чтобы тебе было не в убыток, и мне выгодно.

— И когда мы начнём так торговать?

— Когда договоримся, можем прямо сегодня, на кораблях новый товар привезли, так что есть из чего выбирать и определять цену. А я заберу весь нужный мне товар на рынке.

— Это конечно хорошо, но без разрешения хана нам такое сделать не удастся. Я думаю, что всё, что есть нужного для тебя на рынке, ты купишь, но на будущее надо договариваться.

— Ты меня не понял, Каракуз. Покупать будешь ты, и привозить товар ко мне на склад, а уже с тобой буду рассчитываться я, а с остальными купцами рассчитываться будешь сам. Цена, которую я назвал, относится к тому, что платить буду я тебе, а по какой цене ты будешь закупать у других, меня не интересует. И свой интерес ты будешь зарабатывать сам, на разнице в цене закупки у них и продажи мне. Но сразу предупреждаю, не жадничай, много не набавляй, или слишком сильно купцов и кузнецов не дави. Деньги ты получишь огромные просто за счёт большого объёма торговли.

— Да, здесь жадничать нельзя.

— Вот поэтому я пришёл к тебе, ты купец опытный и знаешь, как себя вести в такой ситуации, чтобы все были довольны, и при этом соблюсти свой интерес.

— Понятно, но ведь это не всё?

— Да, есть ещё предложение. Я готов оказать помощь твоим купцам в торговле, естественно не бесплатно.

— И как это будет выглядеть?

— Я предоставлю свои корабли для перевозки товаров и бойцов для их охраны. Ты видел мои новые корабли, они могут взять много товаров. Но при этом поставлю несколько условий.

— И какие же?

— Торговля будет вестись за пределами моих земель, среди товаров будет не меньше половины моих, не купленных у меня, а принадлежащих мне, и к ним будет приставлен приказчик или ученик, от которого у купца не должно быть никаких секретов и которого он будет учить. Все деньги, что будут получены за проданный товар, достаются тому, кому товар принадлежит. Твой купец должен помочь и научить моего ученика продавать товар с выгодой, вернее, продавать будет твой купец, а мой ученик будет смотреть, чтобы не было обмана.

Если при возвращении купеческий совет, в который будут входить твой и мой представитель, определит, что при продаже чужого, считай, моего товара, был причинён убыток, то его придётся устранить тому, кто это допустил.

— Сложное что-то ты придумал.

— Да ничего сложного. Решил, например, твой купец торговать в Ладоге, нанял мой корабль, взял с собой свой товар и поплыл. Но половину груза будет составлять мой товар, и с ним приказчик, На моём корабле доплыть можно куда угодно, никто его не сможет разграбить. Когда приплывут на место, купец продаёт свой товар, а заодно и мой, но деньги за него или то, на что его обменяли, забирает мой приказчик. Ну например, было на борту сто бутылок огненной воды, купец продал её за какое-то количество шкурок.

Шкурки забрал приказчик, купец продал свой товар, и корабль отправился домой. Там опытные купцы посмотрели и сказали, что купец продал товар по честной цене, а значит всё правильно. Он забирает свои деньги и может свободно плыть домой. Получается, что твой купец продал свой товар, не затратив ничего на дорогу и охрану товара, а я свои затраты вернул продажей своего товара. Всем хорошо, все довольны.

Но если совет купцов решит, что купец продал товар по слишком низкой цене, то он должен будет заплатить за причинённый ущерб. Если же продаст дороже, то прибыль пополам. Мои корабли побывали уже во многих местах, и цены там известны, так что перед отправлением в дорогу купцу скажут, на что ориентироваться.

— Ну, более-менее понятно, но тут подумать надо.

— А я тебя и не тороплю, думай, но не слишком долго. Кстати теперь, надеюсь, раз в две недели будет ходить корабль от Шумска до Булгар, может и ваш груз перевезти, и купцов доставить туда.

— Это тоже достаточно хорошее предложение, Вик, но подумать надо. Не думаю, что кто-то согласится. Отвечать за чужой товар никто не захочет.

— Это ваше дело. Я предлагаю различные варианты для спасения вашего города, а уж воспользуетесь или нет вы этой возможностью — решать не мне. Но у меня есть ещё вопрос, который хотелось бы обсудить.

— Давай обсудим.

— Вопрос касается реки Камы, так у нас называют ту реку, которая уходит немного выше вашего города на восход.

— И что тебя интересует?

— Мне бы хотелось получить ваше содействие в торговле на этой реке. Там должно быть много поселений, есть и другие реки, так что я хотел бы там плавать и торговать. Я понимаю, что это не в твоей власти, но если будешь говорить с Повелителем о моих предложениях, постарайся сказать и об этом.

— Хорошо, я запомню твои слова. Ещё раз спасибо, Вик. Я постараюсь найти Повелителя и с ним переговорить. Так что готовься к встрече с ним.

Глава 10

Дела военные и дипломатические

Булгар, Вик

К хану меня позвали через день. Прошедшее время я потратил на общение с различными купцами на рынке и изучение городских окрестностей. В целях, так сказать, повышения общего уровня знаний. Увиденное меня только укрепило в той оценке, которую я сделал раньше — небольшой городок, единственным достоинством которого является его выход на Волгу и возможность принимать и отправлять речные караваны.

Взобравшись на имеющуюся лошадь, я вместе с Каракузом отправился к хану в ставку. Дорога не заняла много времени, и вскоре мы с ним предстали перед местным правителем.

— Доброго тебе здоровья и многих лет жизни, Повелитель, — распрямляясь после низкого поклона, произнёс я. — Позволь тебе вручить небольшой подарок, показывающий, как дорого стоит твоё внимание, уделённое чужеземцу — я протянул подскочившему слуге заранее подготовленный подарок.

Надо сказать, что на деньги от продажи такого подарка можно построить пару кораблей, но тут уж жадничать было нельзя. В большую медвежью шкуру оказались завернуты связка соболиных шкурок, черных лисьих, несколько колец и кулонов из золота и серебра со стразами и испанский кинжал, украшенный натуральными камнями. Судя по довольному лицу хана, он оценил подарок и остался доволен. И это радует.

— Проходи, правитель Земства. Поговорим о твоём предложении. Мне Каракуз всё рассказал, но я хотел услышать об этом сам и от тебя. Говори.

— Повинуюсь, Повелитель. Я предлагаю свою помощь в организации торговли и перевозке грузов. Берусь купить и продать все металлические изделия для хозяйства, что сделают ваши кузнецы. И не только здесь, но и в Биляре и Суваре. За это прошу разрешения и помощи в организации торговли на новых землях. Когда это получится, буду платить в казну Повелителя десятую часть стоимости купленного здесь товара.

— Я услышал тебя. Скажи, что ты знаешь о нашем народе и стране?

— Немного. Вы пришли в эти места откуда-то из полуденных краёв, от берегов моря и гор, не очень давно. У вас там были столкновения с оставшимися, гораздо более сильными племенами. В поисках мира и спокойствия ваш народ оттуда ушёл и основал свою страну. Небольшую, но свободную от врагов и живущую по своим законам. Вашим предпочтением является не война, а торговля, у вас хорошие мастера, отличные пастухи и умелые пахари, выращивающие хорошие урожаи. Вот, пожалуй, и всё.

— Очень даже хорошо, ты знаешь практически всё. Но я расскажу тебе более подробно историю моего народа. Эй, чтец, иди сюда. Расскажи нам, как в эти места пришли наши предки и как образовался хазарский каганат.

Прибежавший на зов седобородый старичок сел с позволения повелителя рядом с ним и начал свой рассказ:

— У южных морей и гор, а также далеко от них на восход и заход солнца располагалась большая страна, созданная народами многих племен, пришедшими в эти места с восхода, спасаясь от голода и других, более сильных племён. Это были наши предки. Победив всех местных врагов, они мирно кочевали вместе со своими стадами на благодатных пастбищах, растили детей и были довольны такой жизнью.

От местных жителей они научились выращивать зерно и обрабатывать землю. Но таких было мало, в основном те, кто не мог кочевать по просторам тех степей. Но и земледельцы, и пастухи, жили мирно, помогая друг другу в трудные времена.

Однако умер правитель, приведший их в эти места, после чего мирная и спокойная жизнь закончилась. Началась вражда между отдельными племенами, их вожди старались подчинить себе бывших союзников и соседей, за счёт этого захватить лучшие места и увеличить свои стада. Кто-то подчинился, кто-то сопротивлялся, а кто-то ушёл. Вот и некоторые рода нашего племени ушли в новые места, кто дальше на заход, а кто на полночь, вверх по течению реки, которую ты называешь Волга.

Они стали обживать эти места, и хотя здесь жить труднее, чем там, но зато спокойней и безопасней. На старых местах жизнь потихоньку стала налаживаться, но беглецам возвращаться было некуда, их пастбища и земли были захвачены другими и поделены между собой. Так здесь появились первые булгары.

Места у моря и гор были очень привлекательны для самых разных людей, на них можно было без затруднений выращивать зерно и скотину. И с восхода, через много лет после нас, пришли новые воины, построившие в тех краях сильную страну, захватывающие новые земли и подчиняющие их своему влиянию. Это были тюрки, а государство их называлось тюркский каганат. Они стали хозяевами и здесь, и одним из народов, который стал им служить добровольно, было одно из местных племён, называемое хазары.

Вместе с пришельцами они занимались уничтожением недовольных новыми владыками, забирая себе всё, что им оставляли их новые хозяева — земли, пастбища, стада. И тогда ещё часть булгар, несколько родов из оставшихся жить там, перекочевали на полночь к своим родственникам. Однако и тюркский каганат не вечен. Пришло время, и умер их правитель, началась война между братьями, каждый хотел сам стать новым хозяином всех земель. Долго они воевали между собой, но наконец победа досталась одному из них, и тюркский каганат стал опять вести свои завоевательные походы.

Вернулись они и на наши земли. И под их рукой хазары отправлялись в набег на новые земли, в том числе принадлежавшие арабским племенам. Была взята богатая добыча, захвачены пленники, но после этого все, кто ходил в поход, ушли к себе домой. В набеги ходили народы разных племён, но основная добыча почему-то всегда доставалась хазарам, а умирать приходилось всем другим.

Так продолжалось довольно долго, многие рода потеряли лучших воинов и уже не представляли для тюрков и хазар никакой опасности. Казалось, опять всё успокоилось, но тут опять началась борьба за власть в тюркском каганате, и на этот раз всё закончилось полным развалом. Все роды и племена, образовавшие его и дающие ему силу, разбежались, и государство исчезло. Некоторые воины из самого сильного рода бежали в наши земли, где их ждали верные слуги, хазары.

Эти бежавшие правители встали во главе хазар, и в конце концов, на месте земли наших предков образовался хазарский каганат. И в этот момент ещё некоторые рода стали откочёвывать из этих мест, не желая попадать под власть новых правителей. И это оказалось правильное решение. Начались притеснения прежних противников хазар, а также любых недовольных. От всех требовалось отдавать воинов в войско каганата, участвовать в набегах на соседние земли и воевать с любым, на кого укажут новые правители.

Набеги проводились во всех направлениях, тысячи воинов уходили в дальние походы, и не всегда они возвращались домой. А хазары богатели. А вот уйти от них уже не было никакой возможности. Все, кто пытался покинуть свои земли, умирали в пути. Только отдельным отчаянным храбрецам, бросившим свои стада и земли, верхом на конях удавалось уйти от погони.

Так продолжалось много лет, и казалось, нет уже спасения людям от всевластия хазар, но тут они вспомнили о богатой добыче, взятой ими в набегах на арабские земли в прошлые годы, и жадность повела их в новый поход на эти земли. Однако арабы стали гораздо сильнее, у них появились новые полководцы, а самое главное — новый бог, под знаменем которого они начали побеждать хазар.

Длилась эта война не один десяток лет, и в конце концов окончилась полной победой арабов. Они вырезали многие поселения хазар, захватили большое количество пленников и богатую добычу, но вглубь их земель не пошли. Их не интересовали земли на полночь, а добычу они и так взяли хорошую. Воспользовавшись такой ситуаций, когда все хазарские войска оказались разгромлены, оставшиеся рода булгар снялись со своих мест и ушли к нам сюда.

И произошло это совсем недавно, с тех пор прошло не более одной человеческой жизни. А затем среди всех булгар нашёлся потомок одного из самых уважаемых нами рода, хан Курташ, он и стал правителем всех родов, и теперь у нас новое государство — Булгария, в котором есть только один народ.

— Можешь идти — и Повелитель отпустил чтеца. — Как ты думаешь, правитель Земства, зачем я велел рассказать тебе эту историю?

— Ты попытался мне этим сказать, что вы с хазарами враги, что вы предпочитаете мирную жизнь, и сообщил мне о возможных неприятностях со стороны каганата. И кроме того, предупредил, что окончательное решение многих вопросов будет зависеть от хана Курташа.

— Всё правильно. Те неприятности, которые коснулись купцов, связаны с хазарами. И мы постоянно живём в ожидании набега с их стороны. После поражения от арабов они нуждаются в новых воинах, конях и добыче. И одним из лучших, с их точки зрения, выбором будет поход на нашу землю. Скорее всего, это будет не общий набег всего каганата, а одного из родов, который раньше постоянно грабил наши земли. По моим прикидкам, к нам должно прийти не менее десяти тысяч воинов.

— Да, сильное войско, и когда оно ожидается?

— Думаю, в середине лета. Оставшиеся в каганате люди пока не сообщают о подготовке войск, но разговоры о хорошем набеге и добыче уже идут.

— Моя помощь в борьбе с хазарами будет принята?

— Ты хочешь воевать вместе с нами? Почему? Тебе ведь ничего не угрожает. До твоих земель далеко, тебя не достанут, а во время пути ты сможешь устроить врагам множество неприятностей.

— Друг познаётся в беде. Если мои добрые соседи в опасности, я должен им помочь. Глядишь, потом и они мне когда-нибудь помогут. Я считаю, что жить надо в мире, лучше торговать, а не умирать. Но это не значит, что за свою землю не надо воевать. Её надо защищать, и при этом в борьбе с сильным врагом любая помощь будет полезна. Поэтому я и предлагаю свою.

Моих воинов будет немного, но наше оружие позволяет нам справляться с гораздо более многочисленным противником. Только я бы хотел воевать по-своему. Вы не знаете, что могут мои воины, я не смогу управлять вашими, так что нам надо договориться, как мы будем воевать, и кто кем будет командовать. Предупреждаю сразу, Повелитель, никому командовать своими воинами и собой я не позволю. Я готов сражаться с врагом вместе, но как это делать — решу сам.

— Я понял тебя, правитель. Но это должен решить хан Курташ.

— Пусть решает. Когда я узнаю его волю?

— Когда придёт время цвести деревьям. Мне надо будет съездить в Биляр и переговорить с ханом самому. Заодно спрошу его о поддержке твоей торговли на новых землях. Что касается торговли здесь, это дело купцов. Где и с кем они будут торговать, меня не интересует. Так что торгуйте, я не возражаю, но твои условия, правитель, я услышал. Слышишь, Каракуз?

— Да, Повелитель, мы уже начали торговать по-новому.

— Если всё, то ступайте, мне надо подумать.

Встав с подушек и низко поклонившись хану, мы вышли на улицу. Да, это получилась очень даже необычная аудиенция. Но перспективы сотрудничества и торговли открывались просто удивительные, и этим надо было воспользоваться.

Вечером мы согласовали с Каракузом список того, что и по какой цене будем покупать у булгарских купцов. При этом разговоре присутствовали Вышеслав и Мень, и я видел, что последний уже мысленно подсчитывал прибыль, но пришлось его обломать.

— Слушай меня, Мень, из-за того, что теперь с Булгаром торговля будет идти по-другому, мне здесь такой опытный купец, как ты, не нужен. Поэтому тебе придётся вернуться в Сурск, и там либо ты будешь помогать Мстиславу, либо торгуй сам, если хочешь — можешь вернуться на Ладогу. Через месяц я снова вернусь сюда, привезу нового приказчика и заберу тебя в город. Так что вот такие тебя ждут перемены. Время ещё есть, решай, что будешь делать.

Хазарский каганат, ставка бека Булана

— Сильнейший, привезли для показа тебе некоторые образцы изделий, захваченные у булгарских купцов, — с этими словами к беку приблизился его верный слуга, ухаживающий за ним с младенческого возраста. Сейчас он занимал пост секретаря и доверенного лица бека, именно через него осуществлялось управление войсками и хозяйством одного из сильнейших беков хазарского каганата.

— Ну-ка, покажи, что там есть интересного?

— Есть хорошие украшения, а всё остальное обычный товар — горшки, ткани, шкурки. Вот украшения в этой шкатулке, смотри.

— А что, хорошие украшения. Видно, что камни какие-то неправильные, но красиво.

— По словам купца — это стекло, называется стразы, и только напоминает настоящие драгоценности.

— Очень хорошая вещь, особенно если награждать кого-нибудь. Выглядит хорошо, а стоит немного. Настоящая награда для простых воинов. И много таких украшений в Булгаре?

— По словам купца, их привозят из другого места, с какого-то Сурска. Он расположен выше Булгара по течению Итиля. До него две недели пути по реке.

— Давно мы наших булгарских овечек не стригли, как думаешь, Рифат?

— Давно, воины уже и позабыли, как это, брать добычу.

— Они думают, что от нас убежали. Это хорошо! На новых землях они подкормились и отрастили шерсть. Пора их стричь, раз у них появляются такие игрушки.

— Как скажешь, сильнейший.

— Готовь воинов, десять тысяч, пойдём в середине лета, как раз все откормятся, травы будет много, идти легко. Пойдём вдоль Итиля, начнём с Булгара, а потом и до других доберёмся.

— Слушаю и повинуюсь!

Сурск, Галка

Витёк уехал, но пинка всем хорошего дал, до сих пор бегают. Как Могута любит повторять, учатся свободу любить. Да уж, прав Вик, маленькая победоносная война необходима. Даже само известие о том, что такое возможно, уже бодрит и заставляет двигаться гораздо быстрее.

Да и время пришло, как-никак, зима кончилась, пора из спячки выходить. Так что город, можно сказать, бурлит. Кто проспал подготовку к весне, судорожно пытается что-то сделать, кто вовремя позаботился, тот спокойно начинает заниматься новыми делами. Рыбаки ставят сети, перемёты и подпуска, свежая рыбка занимает достойное место на нашем столе.

Колхозники уже готовятся, как раньше любили писать в передовицах, к весенним полевым работам. А планов у нас громадьё. Все свободные места вокруг города засевают картошкой и травой разной, опять восстанавливают паром, готовятся окучивать засурье. В общем, как и положено после зимы, город прихорашивается и очищается, весь накопившийся с осени мусор отправляют на переработку.

Ребятишкам устроили каникулы, ох и рады, сорванцы. Всё, как и в наше время. Наделали лодочек и по ручьям с утра до вечера их гоняют. Как стая воробьёв, бегут вдоль ручья и о чём-то галдят. Причём неважно, слышит их кто, или нет, главное, тепло, свобода и можно развлекаться. Ничего, пусть отдохнут. Скоро будут трудиться так, что и взрослые не смогут.

А ещё, наконец-то у нас появился свой флаг. Ну да, я нарисовала, вернее придумала, его одобрил совет мастеров, теперь начинают потихоньку делать, но пока не выставляют, ждут утверждения Витька. А чё, всё просто — российский триколор, а на нём серп и молот. В этом и есть весь смысл нашей жизни.

Глава 11

О подготовке запасного пути

Сурск, Вик

— Итак, мастера, позвольте вам доложить о результатах моих переговоров с ханом Атагулом. Самое главное — он ждёт нападения хазаров во второй половине лета. Ожидается десять тысяч воинов.

— Ох ты ж, и дела! — задумчиво произнёс Житко. — Столько мы ещё не били.

— А придётся, мастер. Я сказал, что мы поможем булгарам.

— А нам это надо? — спросил Путята.

— Надо. Они разрешают нам торговлю по Каме, тем самым позволяют нам её исследовать, и если мы найдём что-то интересное, то будем договариваться о добыче ресурсов. И ещё. Учтите, мастера, что поодиночке нас перебьют легко и быстро. Сколько мы сил потратили на то, чтобы обзавестись союзниками?

— А толку-то нам от такого союзника? Забот больше, чем прибытка.

— Потому и больше, что ты только про себя думаешь. А ты подумай обо всём земстве.

— А обо всех у нас ты думаешь, этого достаточно.

— Ох Путята, Путята, доведут тебя до беды язык и твоё желание спорить. Думай хотя бы иногда, что говоришь. Да за такие слова тебя как врага города уже можно заставить дерьмо по улицам возить. И никакое мастерство тебя не спасёт. Много себе позволяешь, я как мастер посильнее тебя буду, ты только со своей глиной возишься, а возомнил о себе невесть что.

— Прости, Вик, сам не заметил, что сболтнул. Прав ты, сказал, лишь бы что-то сказать. Я же не враг города.

— Знаю, поэтому не обижаюсь. Но в следующий раз за такие слова не посмотрю на твоё умение, а отправлю дерьмо возить.

Ладно, не будем больше спорить. Задачу все представляют, начинайте готовиться к войне, всё нужное для неё идёт в первую очередь. На этом пока закончим, остаются все военные и Мстислав. К остальным зайду сам, и обговорим задачи каждого на месте.

Так, товарищи командиры, ситуация перед нами стоит довольно-таки сложная. Правда, вопрос численного преимущества сейчас решается достаточным количеством боеприпасов и соблюдением нужной нам дистанции, а также возможностью обеспечения нужной плотности огня. Я так думаю. Что можете сказать?

— У нас есть уже неоднократно проверенная тактика, позволяющая уничтожать значительно превышающего по силе противника, — ответил Азамат. — Так что, тут наверное, не стоит ничего выдумывать, надо просто применить уже проверенный метод.

— Ай-яй-яй, разведка, на тебя это непохоже. Не хочешь думать или зазнался? Тебя медведь ничему не научил? Нельзя всё время делать одно и то же. В общем-то ты прав, но есть нюансы. И самый главный — слишком много людей надо убить за очень короткое время. Ты просто вдумайся — десять тысяч человек. Не знаю, как тебе, но мне представить это удаётся с трудом. Но выбора у нас нет, либо мы это сделаем, либо погибнем сами. Вот из этого и давайте исходить.

Затянувшуюся паузу прервал Жихарь:

— А сколько бойцов мы может отправить на эту войну?

— Давайте считать. Ополчение мы не трогаем, войска в других поселениях не трогаем, Маска со своими охотниками у нас ушёл вместе с Вышеславом, а кроме того, необходимо обеспечить экипажи на наши корабли.

— Да, получается не более четырёх сотен, — быстро сосчитал Азамат.

— Если нас будут атаковать десять тысяч, и даже меньшее количество воинов, не поможет никакое оружие. Просто затопчут, — подвёл итог Жихарь.

— Я уже вам не раз говорил, что дело не столько в самом оружии, сколько в правильном использовании его возможностей. Так что предлагаю обдумать несколько вариантов проведения боя. Самым главным остаётся обычная наша тактика — ударил, отскочил. Дорога длинная, пока враги дойдут до Булгара, мы должны успеть применить её несколько раз. Но её использование должно быть немного другим.

Нам надо буквально засыпать всё это воинство гранатами, не подвергая себя лишнему риску. Поэтому предлагаю этот батальон, что пойдёт на войну, вооружить станкачами. Это первое. У каждого будет, конечно и метатель, но как минимум у половины, если не больше, бойцов на двоих должен быть метатель, и на каждый не менее трёх-пяти десятков гранат. Учтите, всё это придётся таскать на себе.

Скорость стрельбы из метателей должна быть максимальной. В минуту надо суметь выпустить не менее десятка гранат. Пара стрелок-заряжающий должны работать, не теряя ни единого мига. Поэтому надо отработать за имеющееся у нас время все движения, чтобы добиться такой скорострельности. Стрельба должна вестись на максимальной дистанции, чтобы иметь возможность вовремя уйти. Цель, надеюсь, понятна? За кратчайшее время нанести максимальный урон и уйти.

Поэтому тут возникает следующая проблема — этот батальон должен быть конным, все будут перемещаться на лошадях. Так что необходимо, кроме умения передвигаться верхом, отрабатывать перевозку оружия и боеприпасов, причём необходимо обдумать, сколько для этого надо лошадей.

Ещё один вопрос, на который следует обратить внимание, — как мы будем перебрасывать такое количество бойцов в Булгар. Я жду от вас потребность в необходимом количестве кораблей для перевозки личного состава и снаряжения. Лошадей, думаю, купим на месте. И самое главное — нужна разведка местности, чтобы суметь выбрать лучшую позицию для обороны или засады. Поэтому Изик и Азамат — вам особое задание. Отправитесь в те места, возьмёте с собой отделение егерей и ушкуйников и вместе с воинами хана определите возможные маршруты движения противника и найдёте места для засады или обороны.

Вами должны быть изучены места по обоим берегам Волги и составлены подробные описания этих мест, схемы с промеренными расстояниями и отмеченными позициями для стрельбы. Вы уже подобное делали, так что опыт имеется. Всё понятно?

— Так точно.

— Всё сказанное является одним из возможных вариантов ведения боевых действий. Однако будем исходить из того, что нам не удастся провести ночные атаки противника во время отдыха. Поэтому необходимо выбрать удобное место для обороны, прикрытое оврагами или другими препятствиями, ограничивающими применение кавалерии. В тех случаях, если такого места найти не удастся, то его надо будет создать самостоятельно.

Для этого готовьте запас мин и чеснока. Дистанция, с которой возможно вести стрельбу из луков, должна быть недоступна для врагов. На ней придётся ставить мины и рассыпать чеснок. Ещё на что хотел бы обратить внимание. Засады могут быть выполнены и в дневное время, например при переправе через какие-то речки или овраги на пути движения. То есть вами должны быть определены позиции, на которых можно скрытно разместить свои силы.

Привожу пример — при переправе можно расстрелять скопившиеся войска и уйти. Пути отступления должны позволять сделать это беспрепятственно, а минирование выхода с переправы на берег или дороги отхода должны обеспечить гарантированный результат. Ещё одна дополнительная возможность нанесения урона противнику — обстрел с воды. Найти и предусмотреть такие места, особенно вблизи возможных ночёвок. Вот пожалуй и всё, что нужно сделать для подготовки экспедиционного батальона. Вопросы?

Вопросов нет! Тогда так. Изик, Азамат — за вами разведка, отправимся туда через неделю, к этому моменту как раз должны решиться все вопросы с ханом Курташем. Жихарь, Дугиня — на вас подготовка и отбор личного состава. Я думаю, что бойцы с радостью должны ждать появления врага, ведь это избавит их от тренировок под вашим руководством. Чего они должны уметь — точно стрелять на предельную дистанцию, за минуту выпускать не менее десяти гранат.

Быстро ставить и снимать мины, передвигаться на лошадях и ухаживать за ними. Учить вас более не буду, задачу вам поставил, что будет непонятно — задавайте вопросы или сами думайте, вы воины опытные, сообразите, что надо делать. Для сведения — сегодня-завтра корабли проходят профилактику, а потом я ухожу вверх по Суре на встречу с беком Айдаром.

Сурск, Мстислав

Вот это да! Я бы до такого не додумался. Скупить все железные изделия — это сколько же нахальства надо иметь, чтобы даже просто предложить такое! А денег? Но ведь если это вытянуть, то и прибыль будет не просто большой, а немереной. А инструмент уйдёт, в первую очередь возьмут вверху по Ветлуге и на севере. А там такие вещи продаются чуть ли не на вес в обмен на меха. Вот только хватит ли возможностей осилить подобное? Это сколько же товара надо продать?

Так, надо подобрать приказчика в Булгар. Что-то у Вика с Менем там не заладилось, но влезать не буду. Сами не маленькие, разберутся. Захочет оставаться — пусть помогает, нет — держать не буду. А я от такого дела отказаться не могу. Тем более, что если получится, Вик обещал очень щедро отблагодарить за помощь. Так и сказал. А он своё слово держит.

Надо ещё пацанов и молодых парней искать, приказчиков готовить. Если он ещё и вместо себя сумеет заставить торговать чужих купцов, это будет вообще что-то необычное. Я бы пошёл на такой вариант; коли нет денег на лодию и опасаешься за товар в пути, то самое милое дело. Лодию дадут, охрану тоже, торговать надо только честно и по правильной цене, и будешь с прибытком. Надо подсказать Вику, пусть такое предложит в Ладоге, там найдётся пара-тройка купцов, готовых пойти на это.

Сурск, Могута

Значит, ты решил от нас избавиться? — спросил я Вика, узнав о закупке изделий в Булгаре.

— С чего ты взял, наоборот, буду только расширять ваше производство и отправлять к тебе и Молчуну всех, кого сочтете нужным взять.

— А зачем же у булгар товар берёшь? — спросил Молчун. Нам что делать, Вик?

— Эх, Молчун, Молчун. Мастер ты хороший, да вот купец и дипломат из тебя не очень. Почти все твои изделия из стали, а значит, они гораздо лучше по качеству. Ты их маркируешь своим клеймом, и все знают, что это очень хорошая вещь. Но ты один столько не сделаешь, сколько надо изделий. Вот и будут эту потребность закрывать булгарские кузнецы, давая всем не самый лучший товар.

А ты всегда будешь продавать товар лучшего качества, да и цену на него можно будет сделать ещё выше. Теперь слушай дальше. Во многих местах любое, даже не самое лучшее изделие из железа стоит дорого. Но это ведь будет не всегда так. Как говорится, дорога ложка к обеду. Поэтому сейчас и надо, пока есть возможность, продать людям как можно больше железных изделий. Потом они захотят иметь лучшие по качеству и придут к тебе.

Нет, сворачивать своё производство нельзя, наоборот, надо его расширять и делать всё более лучшие товары. Так что успокойтесь, вам никакого ущерба не будет, наоборот, всё сделанное пойдёт на пользу.

— Ну хорошо, мы тебе верим. В торговле мы действительно не очень сильны, — пришлось мне согласиться с Виком. — Ты мне вот что скажи, что сейчас для нас будет главным?

— Для этого и пришёл к вам. Молчуну надо работать, как работал. Если сделает больше, будет хорошо. А вот тебе придётся разрываться, мастер. Нужно оружие, много, в первую очередь, как я думаю, надо больше делать станкачей. И гранат к ним и метателям. Их потребуется очень много. Много нужно будет взрывателей для мин. А кроме того, к тебе будут обращаться оружейники с различными заказами. Постарайся их выполнить, я им своё задание дам.

И моторы, Могута, что хочешь делай, но моторы нужны. К корабельщикам я ещё зайду, но без моторов нам будет очень тяжело. Наша сила в мобильности. Я надеюсь на тебя, мастер.

Будет и тебе поручение, Молчун. Надо сделать лопату, поменьше обычной, чтобы на поясе её можно было носить. Ну и при необходимости она будет служить оружием в рукопашной схватке. А нужна она будет для того, чтобы можно было быстро поставить мины. На тебе чертёж, сделаешь образец, отдай оружейникам, пусть испытают и скажут, можно ли делать. И ещё делай чеснок. Тоже много. Надо будет прикрыть наших стрелков от кавалерии.

Вот ведь неугомонный какой! А ты знаешь, Молчун, я уже как-то и привык, что получаю от него всё новые и новые задачи, и каждая становится всё сложнее. Мне так кажется, на каждом изделии, поручении он нас учит чему-то и проверяет наше умение. Раз справляемся, значит, можно учить дальше. А с кем ему становится неинтересно, тех он и не трогает. Вот Путята и злится поэтому.

— Да и у меня такое же мнение сложилось. Только думаю, это скоро пройдёт. Вспомни, как мы долго с тобой занимались сами по себе. Просто он ставит себе какие-то задачи, о которых никому не говорит, а потом зовёт помощников. Ну а если не хочешь, или не можешь, то живи спокойно и как умеешь.

Да, ты правильно рассудил. Так что думаю, скоро и Путята будет бегать как молодой и забудет про всю свою гордость. Как же, лучший горшечник, а ждёт он, ждёт, когда ему новое дело дадут.

И пошли мы заниматься поставленными делами, Молчун делать лопаты и чеснок, а я станкачи, моторы, взрыватели. Вот только не забыть бы со всеми этими делами в столовой пряник взять медовый. Мирава их любит, а мы сегодня опять будем на реку смотреть и молчать.

Сурск, оружейники Сурдей и Пиксай

Привет, Вик заходи. Чай будешь? Пиксай, давай сюда чайник и чашки. Слушай, Вик, всё хотел спросить, какое ты для нас задание приготовил?

Конечно, сделали всё, что только можно. С минами мы много работали, сейчас готовы дать все указания для военных, как их надо использовать.

Что? Ну хорошо, проведём обучение повторно. Да нам не трудно, мы уже всех, кого надо, обучили в своё время, обучим и других.

Только вот надо мины немного переделать. Мы тут посмотрели, как ты велел, на предмет увеличения поражающего эффекта, провели испытания, и у нас получилось, что надо внести небольшие изменения в конструкцию мин.

Да, эти изменения уже оформили, нарисовали новые чертежи и отдали Тумне. Он сказал, что ближайшие поставки пойдут уже по новой конструкции.

Да, они все рассчитаны как минимум на два типа взрывателей, вернее, это один тип, но как ты говорил, мы сделали так, что он срабатывает либо при нажатии на крышку, либо дистанционно.

Смотрели и проверяли, сколько мина может пролежать в снегу и в мокрой земле. Пока партия из трёх штук отлежала по месяцу в снегу и в земле, после этого сработала на растяжке. Мы для этого специально ящики смолой покрыли, Тумна очень ругался, но стал делать.

Вот с бикфордовым шнуром ещё работы не завершили. Можно сказать, что какое-то подобие того, что ты хочешь, получили, но дать окончательный ответ мы не готовы. Надеюсь, за десять дней будет окончательный результат.

Я слушаю, Вик, Пиксай, давай записывай. Так, провести работы по увеличению дальности стрельбы из станкача. Понятно. Работы вести по двум направлениям — увеличение диаметра ствола станкача и увеличение навески пороха. Найти оптимальное сочетание. Да, с этим всё ясно. Так, провести опытные работы по изменению длины ствола и тоже с целью увеличения дальности стрельбы.

Как срочно надо провести эти работы? Хорошо, мы быстро завершим испытания шнура и займёмся этой работой. Хорошо, спасибо, что предупредил Могуту, теперь ясно, он ждёт наших заявок.

Ещё две работы? Хорошо, записываем. Увеличить число поражающих элементов в гранатах. Понятно, будем смотреть, где там можно ещё рублёную проволоку засунуть. Может сверху обмотать, как раньше делали? Хотя, скорее всего, это уменьшит дальность полёта.

Так, что ещё? Новый тип гранаты? Зажигательная граната? Это интересно. Да, смесь от коктейля разместить внутри гранаты, длину можно увеличить, корпус можно картонный, лишь бы выстрел выдержал, два взрывателя, ударный и тёрочный. Вик, а зачем такое оружие?

Понадобится при штурме городов, уничтожении вражеских лодок и уничтожения пастбищ возле реки? Понял, значит, такими гранатами можно заставить противника просто покинуть занимаемые позиции, не уничтожая живой силы. Интересное решение.

Да, нам всё понятно. Сразу же и займёмся. Пока-пока.

Вот так вот, Пиксай. Как говорится, всё только начинается.

Сурск, Мышонок

Сегодня Вик опять заходил. Доложил я ему про гранату и толь, обрадовался. А вот по поводу лака огорчился. Правда добавил, что и не рассчитывал на быстрый результат. Но сказал так:

— Ты, Мышонок, главное эту работу не прекращай. Не получилось сейчас, получится позже. Самое главное, всегда помни принцип, которым ты должен руководствоваться — а где ещё можно применить новое вещество или открытый эффект. И тогда всё у тебя получится.

А ещё Вик поручил мне новую работу. Испытать вместе с оружейниками различные сорта пороха и способы их изготовления. Он давал различные сочетания веществ в смеси с бертолетовой солью, предлагал проверить другие технологии изготовления этих порохов, называл какие-то составы и советовал дополнительно получить новые ингредиенты. Всё это конечно записано и будет прорабатываться, но мне запомнились такие названия, как ружейный порох Мелло и белый порох.

Вик говорит, что на данный момент хватит и того, что есть. А вот года через три этого уже может быть и недостаточно. Так что велел начинать эту работу сейчас, искать новые пороха, позволяющие увеличить дальность стрельбы и силу взрыва.

Естественно, что я обещал всё это проверить вместе с оружейниками. Вик только предупредил, что все испытания надо проводить в сравнении со стандартным патроном в стандартных условиях. В общем, загрузил по самое не могу, заодно в очередной раз обругал за отсутствие учеников. И объявил последнее тысяча первое предупреждение. Война, однако, впереди.

Сурск, Изик

После получения от Вика плана проведения боевых действий против хазар, мы ещё несколько часов сидели и обсуждали различные варианты и всё больше и больше сходились во мнении, что основа в любом случае будет такая же. Есть и другие предложения, но всё сказанное сегодня — это оптимальный вариант. Так что я после этого отправился проверять готовность лодий к походу по Волге, а заодно посмотреть, что можно сделать для ускорения строительства новых кораблей.

На берегу меня догнал Вик, он тоже собрался на верфь, так что приехали мы туда вместе. В затоне стояли Вирия и Ладога, обе уже с новыми моторами. На Вирии мотор поменяли, как говорил Вик, старый своё отработал, честь ему и хвала. Вот и весь наш моторный флот. Была ещё одна лодия, но не самоходная. Глядя на помрачневшее лицо Вика, я подумал, что он сейчас сильно пожалел, что отпустил Вышеслава.

Моё и его настроение несколько улучшилось, когда мы прошли внутрь, где на стапелях стояли две почти готовые и одна с установленным набором лодии. Пять лодий позволяют хоть с трудом, но перебросить до четырёхсот бойцов. Лучше бы ещё парочку, но это уже вряд ли.

Корабельщики в общем-то ситуацию понимали правильно, и за месяц обещали эти три корабля доделать. Моторы на них Могута обещал выдать в срок, они у него уже стояли на проверке на стенде, сам видел. Насчёт четвертой были большие сомнения, но мастера обещали приложить все силы, чтобы сделать и её. Так что можно сказать, что транспортная проблема если не решена, то будет закрыта в ближайшее время.

Сурск, Галка

Ну вот, погнали наши городских. Все забегали, только пятки сверкают. И прекратились всякие страдания о том, что хорошо бы получить новую нитку бус или брошку. Все стали бороться за сохранность имеющегося и понимать ценность достигнутого. Меня это радует. А то получается, что сложившаяся жизнь, спокойная и безопасная, праздники и концерты, даётся сама по себе. А теперь должно появиться понимание истинной ценности нашей жизни.

Витёк, увидев мой флаг, сначала посмеялся, потом расцеловал и сказал: молодец, давно надо. И велел на все корабли повесить такой флаг. А в общем-то, хоть все и озабочены, но паники нет. Я помню то давящее чувство безысходности, когда мы, горстка людей, пытались защитить свою жизнь от сотни безжалостных охотников за головами. А сейчас нет такого, мы знаем силу нашего оружия и не сомневаемся в победе.

Глава 12

Дороги и разные места

Ставка бека Айдара, бек

— Что тебе, Кемай? Зачем ты отвлекаешь меня от важных дел.

— К тебе просится на встречу этот чужак, правитель Сурска.

— Что он хочет, не говорит?

— Он сказал — засвидетельствовать своё почтение и вручить подарки?

— Подарки? И что же ты молчал раньше, Кемай? Конечно зови его.

Верный слуга отправился за чужаком и через непродолжительное время привёл к беку его самого и с ним двух людей. Все они низко поклонились беку, и чужак заговорил:

— Долгих лет жизни тебе, Могущественный, да пусть славится среди потомков время твоего правления.

— Что привело тебя ко мне, правитель Вик?

— Хотел прикоснуться к твоей мудрости, Могущественный, засвидетельствовать своё уважение и вручить скромный подарок от жителей Земства.

После этих слов чужака по его знаку один из его людей протянул Кемаю свёрток. В медвежью шкуру оказалась завернута связка бобровых, среди которых нисколько не терялись собольи и горностаевые меха, а также небольшая шкатулка, отделанная резьбой и украшенная стразами.

Погладив шкурки соболя и горностая, и получая от этого огромное удовольствие, свидетельством чего была довольная улыбка и заблестевшие глаза, бек торопливо открыл шкатулку и отдался созерцанию лежащих там украшений — перстня, браслетов и необычного зеркала. Украшения были выполнены из золотой и серебряной проволоки, и все изделия украшены различными по цвету камнями.

Чувствовалась, что чужак угодил своим подарком беку, приведя его в хорошее расположение духа. Однако просто так выгонять пришельца после принятия таких подарков было бы как-то неправильно, поэтому бек поинтересовался:

— Что тебя беспокоит, и нужна ли от меня помощь?

— Да в общем-то нет, всё идёт как договаривались, купцы торгуют, караваны ходят. Вот только слухи какие-то появились, что хазары готовят нападение на эти земли. Правда ли это, Могущественный?

— Кемай, ты что-нибудь знаешь об этом?

— Нет, Могущественный.

— И я не знаю. Но раз люди говорят, надо обратить внимание на такие слухи. Узнай всё по этому поводу, пусть купцы смотрят внимательней и докладывают вовремя.

— Благодарю, Могущественный. Надеюсь, что узнаю о результатах твоего расследования.

— Конечно, Кемай тебе сообщит.

— Чтобы не доставлять лишних забот твоему верному слуге, дозволь, Могущественный, поставить на берегу реки торговую лавку или дом. Тогда всё, что нужно, можно будет сообщать купцу, а уж он сам всё передаст мне в город.

— Хорошо, Кемай, распорядись выделить на берегу хорошее место для дома. Вижу, что-то ещё хочешь спросить, старейшина. Спрашивай.

— Боюсь я хазар, Могущественный. Но если они будут нападать, мои воины встанут рядом с твоими. Мы вместе под твоим командованием, конечно победим, но мне бы хотелось ознакомиться с теми местами, где нам возможно придётся сражаться с врагами. Выдели нам кого-нибудь из твоих опытных воинов, пусть они покажут и расскажут моим бойцам про хазар, а также помогут проехать по твоим землям и посмотреть, где им придётся воевать.

— Кемай это сделает, обращайся к нему.

— Тогда не буду больше отвлекать тебя от важных дел, Могущественный. Надеюсь, что мы ещё встретимся.

Окск, Яван

Кажется, дело в конце концов, сладилось. После того памятного приезда Вика, мы встречались ещё несколько раз со старейшинами ближайших племён. При более близком знакомстве они вынуждены были принять сложившееся положение — за нашей спиной стояло Земство, а по окрестным землям это было серьёзной рекомендацией. У него уже появилась определённая репутация — сильный союзник и надёжный помощник, никогда не бросающий своих и оказывающий всяческую помощь друзьям.

Поэтому старейшины согласились со всеми нашими предложениями. Особенно многих заинтересовала возможность получения железных инструментов и платы за службу своих людей в армии земства. Решение большинства вопросов было отложено до прихода каравана из Сурска, когда ожидались первые товары. Мы даже с Прокошем, как только вскрылась Волга и по ней шли ещё льдины, отправили лодочку с весточкой о происходящем.

За пятнадцать дней наши гонцы сумели добраться туда и обратно и привезли ответ, что в начале мая придёт корабль с нужным нам товаром. К его приходу мы уже почти подготовили территорию будущего рынка — место выбрали напротив поселения на расстоянии не более двухсот метров от его стен. Много усилий пришлось затратить на прокладку дороги от берега до самого поселения — очень уж высоко тут было. Но немного в стороне нашли более-менее пологую лощину, там и проложили удобный подъём. А у поселения осталась обычная лестница, ступени которой были вырезаны непосредственно в земле и укреплены досками.

Кирск, Кирдяш

Сурай, конечно, мужик хозяйственный, но и мы тоже не пальцем деланы. А живут они богаче других только потому, что раньше от Города инструмент стали получать. Тут уж, как ни крути, а Паруш оказался прав. Как начал работать на Сурск, так к нему добро и пошло. Ничего, мы тоже что-то понимаем в жизни. Самое главное для нас — быть полезными Вику, а тогда он нам и первым сладкий кусок предложит.

А полезность эта будет определяться тем, как много ты даёшь Сурску. Вон Шумат весь отдался, и теперь его люди и в ус не дуют, они сами стали Городом. Нам такого не надо, но хорошим помощником быть выгодно. Поэтому и будем выполнять всё, что от нас просят, и немного больше. Поля закладываем в три раза больше, Вик всегда обещал, что всё купит. Но будем сеять не только жито, а много посадим конопли и картошки. Правильно Вик говорил, бабы у нас рукастые, не говоря уж об остальном, так что будут ткани делать.

Тем более, что Виряс и сурские мастера обещали помочь со станками и прялками. У них нитка получается гораздо лучше, чем у наших, а значит и ткань будет лучше. А ещё отправлю девок учиться, на выставке видел ткани с напечатанными рисунками. Пусть учатся и делают такие же. А кроме тканей будем бумагу делать. Её всегда все покупают. Рядом поставим переплётную мастерскую и печатню. Ну и кузню, и гончарную мастерскую, это уже для своего хозяйства. Как же без этого. Вот только надо железо бы поискать в наших болотах.

Скотины надо побольше завести, резать пока не будем, наоборот прикупить надо. Вика попрошу, пусть от буртасов привезёт или купцам своим скажет. Ну и рынок надо свой делать. Пусть будет маленький, но лесной народ узнает, всё равно зайдут, и что-то да купят.

Рудник, Кугерге

Да, пожалуй, надо начинать искать новое место с рудой. Скоро всё это озеро уже выберем. Искали конечно и раньше, но рядом ничего похожего на это место нет. Значит, надо дальше уходить. А без железа плохо будет и роду, и Земству. Хорошо, что сейчас ещё доски стали пилить, да смолу гнать, хоть немного, но доход увеличился. А на одной охоте не прожить, опять голодать начнём. А все уже привыкли к сытой и спокойной жизни.

Надо будет с Ярым поговорить, пусть возьмёт в ученики пару мальчишек, научит делать бочки и кадушки, хорошим подспорьем будет. Их всегда покупают, без них в хозяйстве никуда.

— Слышь, Эрнелат, давай-ка собирай нескольких своих охотников и идите искать железо. Ищите на свободных землях, Я думаю, надо подняться немного вверх по Волге или уйти на заход от Ветлуги, там места глухие, болот и озёр много, может быть, там и найдёте.

— Рассказывали, что Могута по первому году где-то по берегу Волги нашёл место с железом.

— Да знаю я это место, там его немного, и дорога туда топкая. Поищи дальше на заход, там расположено несколько похожих озёр, в них втекают небольшие речки, а добраться туда вполне можно на лодке. Там таких мест много. Бери двоих-троих охотников, и отправляйтесь. Что искать, знаете

— Да, старейшина, завтра уйдём на поиски.

Вниз по Волге, Вышеслав

А места здесь благодатные. Когда на ночёвку или на охоту останавливаемся, посмотрел на здешнюю землю. Я, конечно, не пахарь, но сразу видно, добрая земля. Да и травы об этом говорят. Сейчас как раз всё цвести начинает, так что какого только цвета не увидишь в степи. Лес почти совсем исчез. Вернее, исчез привычный для нас лес, а тут уже какой-то другой, и даже не лес, а скорее отдельные его участки.

Как это Вик называл, ага, вспомнил — лесостепь. Птицы, оленей и прочей бегающей живности много, так что у Маска трудностей с охотой нет. Есть у нас, конечно, и свои запасы, но свежатина она как-то вкусней. М-да, один раз с этой свежатиной меня наказали. Но нас теперь много, так что не думаю, что кто-то решится напасть. Да и не видно никого. Судя по всему, эти хазары, которых боится Вик, не пользуются рекой. Хотя он ничего зря не делает, и значит, стоит их остерегаться.

Река спокойная, перекатов и мелей нет, движемся посередине, берега далеко, так что опасаться вроде бы и некого. Тем более, поселений не встречается. Можно догадаться, что где-то рядом живут люди, но таких поселений, как Булгар, нет. Видно, местные жители не жалуют реку. Непонятно мне, как это можно жить у реки и её не любить. Опаньки, а что это я вижу? Какая-то конная толпа летит к берегу.

— Тревога, всем занять свои места!

Воины быстро разбежались, заняв стрелковые позиции, в которые превратились отверстия для вёсел. Нет, нас так просто не возьмёшь, мы на середине реки, а дострелить из лука сюда не получится. Сами поняли, на берегу столпились кучей, что-то кричат, руками машут. А, понятно, мол, иди сюда, говорить будем. Мне с вами говорить не о чем.

— Эй, на лодиях, курс не менять, держаться середины! Мирослав, тут мы пройдём?

— Да без проблем.

Вот и держись так. Судя по карте, нарисованной Виком, нам ещё долго так плыть.

Булгар, Вик

— Долгих лет жизни, тебе, Повелитель. Как ты говорил, я прибыл для встречи в назначенное время.

— Я помню, правитель Земства. Встречался я с ханом Курташем. Он не возражает против твоего участия в войне против хазар. Но своим войском он командует сам. Так что он решил, что ты пойдёшь с моими воинами, а нас вместе с тобой пустят впереди всего войска. Не боишься?

— Я только рад. Думаю, это правильное решение. Если всё будет так, как задумано, мы сами справимся с врагами.

— На что надеешься, правитель? На своего бога?

— На бога, на оружие и воинское умение. Здесь важны два момента — надо вовремя узнать, когда враги начнут набег, и успеть занять нужные позиции, а также разведать места, где можно сражаться.

— Сколько ты сможешь привести воинов?

— Четыре сотни.

— И с ними ты хочешь воевать против хазар? Мне кажется, я зря тебе поверил.

— Не сомневайся, Повелитель. Тебе не придётся вступать в сражение, вернее, ты будешь уничтожать врага, когда он побежит. Но чтобы этого добиться, я попрошу твоей помощи, небольшой и не трогающей твоих воинов.

— Что ты хочешь?

— Продать мне или на время дать пятьсот лошадей, чтобы мои воины смогли на них перемещаться. И нужна помощь одного из опытных воинов, который должен показать, по какой дороге будут идти враги. Мои бойцы должны изучить эту дорогу и другие места, чтобы определить, где мы будем сражаться.

— Это сделать нетрудно. Лошадей я тебе продам дешево, купцы подготовят сколько надо. Слышишь, Каракуз?

— Да, Повелитель.

— Воина опытного дам, пойдёт сотник Иркен. Слуги, позовите Иркена.

— Вот и хорошо. Осталось только узнать, когда начнётся поход. Мне ведь надо время, чтобы добраться до этих мест. Когда будет хотя бы примерно известно, пусть твои слуги скажут моим воинам, которые будут жить здесь, они сообщат мне, и тогда я приду с остальными.

Тут вбежал незнакомый воин, склонился в поклоне и спросил:

— Ты звал меня, Повелитель?

— Да, Иркен. Чужаки готовы помочь нам в борьбе с врагами, но они просят показать, по какой дороге могут идти враги, а заодно другие места, удобные для сражения. Возьми десяток из своей сотни и покажи им всё, что они захотят увидеть.

— Всё сделаю, Повелитель.

Поняв, что процесс раздачи ЦУ завершён, я обратился к сотнику сам.

— Иркен, тогда поедешь со мной, и я покажу тебе тех, кому ты будешь указывать дорогу.

— Хорошо.

На этом аудиенция оказалась законченной, но не завершены дела в этом городе. Перво-наперво я свёл сотника с Изиком и Азаматом. Заметив пренебрежительный взгляд Иркена, брошенный им на моих бойцов, сразу предупредил:

— Учти, сотник, они выглядят молодыми, но прошли уже не одно сражение. И не пытайся показать, что ты лучше владеешь конём и саблей. Ты это действительно делаешь лучше их. Они воюют по-другому и другим оружием. Надеюсь, тебе не надо объяснять, каким, и на что оно способно?

— Я понял тебя, правитель. Ни я сам, ни мои воины не усомнятся в храбрости твоих бойцов. А своё умение пусть показывают в битве с врагом.

— Ты мудр, Иркен. Думаю, со временем станешь беком.

После этого ещё раз пояснил, что я хочу от своих разведчиков.

— Значит так, орлы. Пока вы должны разделиться. Изик, я оставляю тебе Вирию, сам вернусь в город на Ладоге. Твоя задача — пройти как можно дальше по Волге и определить места, с которых корабли смогут атаковать врагов на берегу, поддержав огнём с воды наших воинов или поразить вражеский лагерь, если он будет в пределах досягаемости. Глубины, течение, подходы — учить тебя не буду, сам всё понимаешь.

Кроме того, ты должен найти выше Булгара место, лучше всего на том берегу, хорошо защищённое от лишних взглядов, в котором можно спокойно разместить наших солдат и тренироваться. Никто это место найти не должен. Но оно должно быть достаточно близко, чтобы при получении известия о выходе хазар, батальон можно было перебросить сюда за несколько часов. Думаю, нам придётся заранее посадить на этой скрытой базе войска и ждать урочного часа. Понял?

— Так точно!

— Твоя задача, Азамат — пройти возможным путём, по которому будут идти хазары. Ты должен определить места для постановки мин, организации засад и пути возможного безопасного отступления. Если будет определено, где заночуют враги, необходимо наметить, откуда их можно атаковать гранатами, а потом уйти. Не забудь, что мы на конях, а эти лошади к взрывам и шуму не приучены, как бы не разбежались. Для их охраны придётся выделять людей и держать их в стороне.

Кроме того, ты должен найти места, в которых можно будет устроить сражения, например холм, прикрытый оврагом. Или узкое место, которое враги не смогут обойти и вынуждены будут собраться кучей. В общем, мы с тобой уже не один раз обсуждали самые разные варианты, как нам можно воевать. Да, и не забудь, что тебе нужно определить, где батальон сможет пополнять боеприпасы. Я понимаю, что они будут на кораблях, значит, ты должен будешь где-то подойти к берегу и их получить. Действуй.

И не забудьте, времени очень мало. Вам ещё точно такую же работу придётся проделать у буртасов.

Затем пришла пора заняться делами торговыми. Мень решил отправиться сначала в Сурск, а что дальше, пока и сам не знает. Во всяком случае, он мне так сказал. Мстислав выделил на организацию представительства в Булгаре своего приказчика и дал ему в помощники молодого парнишку. В этот раз он прибыл сюда сам вместе со своим новым приказчиком и его помощником.

Мы встретились с Каракузом и обговорили все торговые дела. Выкупили у него весь товар, который он успел собрать. Договорились, что по конкретным дням будет приходить наш корабль, забирать весь купленный им товар и расплачиваться. Потом поторговались и сошлись в цене за лошадей. Много пришлось потратить денег, но думаю, это необходимо. Так что шестьсот лошадей вместе с упряжью нам обещали подогнать на специально выделенное место в течение недели.

Пришлось поверить, что лошади будут хорошие, ведь их обещал сам хан. Первый десяток лошадей будет завтра, они для разведчиков. А кроме того, пришлось заплатить за наём пастухов, конюхов и корма для наших лошадей. Да, дороговато мне обойдётся эта миссия принуждения к миру.

Сурск, Галка

Хотя перевод экономики на военные рельсы и не планировался, чрезвычайное положение уже начало ощущаться. Продолжительность рабочего дня увеличилась, причём добровольно, решение об этом приняли мастера самостоятельно. Теперь любой, кто хоть каким-то боком имели отношение к армии, трудились полный световой день. И как обычно бывает, выяснилось, что забыли про овраги, хотя всё было гладко на бумаге. Для перевозки имущества требовалось достаточно много лошадей. А вьюков и прочего снаряжения для перевозки всего необходимого, как оказалось, просто нет. Есть какие-то одиночные образцы, и больше ничего.

Так что пришлось девушкам-красавицам опять поднапрячься и заставить петь о себе всю страну. Пусть не кожаную сбрую, а из грубой ткани, но сшили, и хоть она не прослужит долго, но на безрыбье можно и попа послушать. Полным ходом шла учёба личного состава, сборка кораблей и заполнение арсенала. Кажется, до народа начало доходить, что в жизни бывают не только праздники, но и трудовые будни, среди которых всегда есть место подвигу. Хорошо, если только трудовому.

Глава 13

Про мирную жизнь и подготовку к войне

Окск, Яван

Кажется, наше поселение становится своеобразным центром безопасности. Хотя о случаях набегов какого-то одного племени на другое нам неизвестно, это не значит, что разбоя нет. Отдельные люди приходят к нам и просят разрешения построить дом около поселения. Получается, что кто-то не готов жить по нашим законам и правилам, пользуясь при этом всеми привилегиями городского жителя, но нуждается в нашей защите.

В конце концов мы с Прокошем поступили, как рекомендовал Вик — дали таким разрешение, но с двумя условиями — нам они платят десятую часть от сделанного, пойманного, выращенного и всего прочего, и могут делать что угодно. Было в своё время такое положение в Сурске, что-то типа работник на договоре, помню, тогда мастера долго ругались по этому поводу, говорили, что это неправильно, но Вик настоял, что такое вполне приемлемо.

А вторым пунктом было обязательное условие обучения детей в школе. Если с этими требованиями соглашались, то могли строить себе дом рядом с поселением, жить, как хочется, но при необходимости пользоваться нашей защитой. Таких желающих становилось всё больше и больше, и нам пришлось даже выделять для них отдельные участки, где они строились и обзаводились домами. Места определялись достаточно далеко от стен, имея в виду, что нам самим надо расширяться.

Хотя это тоже были своеобразные наши жители, хотя надежды на них при нападении было маловато. Но вот запасы они пополнять помогали. Вообще, ситуация получалась какая-то странная. Окружающие нас племена и одиночки с удовольствием с нами торговали, расплачиваясь чем придётся — едой, мехами, добычей, порой даже работой на благо поселения. Все нуждались в нашей помощи, но жить как мы, не хотели.

Число жителей, решившихся на переезд в посёлок, росло медленно, обычно это были мастера или те, кто осваивал какое-то мастерство. Все, кто обеспечивал себе пропитание работой на земле, охотой и рыбалкой, предпочитали договорные условия. Чисто по-человечески мне понятно их поведение — отдал десятину, и больше у тебя нет никаких проблем, дальше можешь делать, что хочешь. Тогда как посёлок, взяв плату, принимал на себя обязательство защищать доверившихся ему людей.

Какой может быть выход из сложившейся ситуации, не представлял ни я, ни Прокош. Но что-то делать надо было. Вокруг уже селилось людей чуть ли не больше, чем в самом посёлке. И не откажешь ведь, пользу они приносят, а вот то, что защищать их скоро станет некому, это они понимать не хотят. Если так будет продолжаться, то скоро это будет не вольный город мастеров, как нам мечталось, а казарма, окружённая обычными пахарями. И задачей жителей посёлка станет охрана окружающих его селищ.

Что было хорошо, так это поставки инструмента из Сурска. Как минимум раз в месяц приходил корабль, привозил инструменты и забирал какую-то часть полученной платы. Это всё было справедливо, на что-то ведь надо было закупать следующую партию. С новыми инструментами у селян и окружающих племён дело шло хорошо. Расчищались новые земли, засевались поля, и все ожидали хороших урожаев. Ладно, посмотрим, что зима покажет.

Устье Волги, Вышеслав

Как ни странно, прошли мы всю дорогу спокойно. И даже в хазарской столице, Итиль, кстати, её название, не возникло проблем. Зашли на указанное нам место, встали, заплатили мыто, и на этом всё. Несколько дней простояли там, проверяли моторы, проводили профилактику, собирали информацию и готовились к переходу по морю. Город оказался довольно интересным. Фактически, это три различных города.

На острове посредине Волги располагается дворец самого кагана. На одном берегу реки живут хазары, на другом — все прочие. Город довольно-таки большой, но какой-то непонятный. Рядом могут располагаться дома из кирпича и жалкие хибары из прутьев и палок. Правда, кирпич какой-то рыхлый, Путята лучше делает. Хотя мне потом объяснили, что обжигать кирпич можно только для царских покоев.

На территорию хазар и царского дворца попасть очень трудно, только при наличии сопровождения, и то в зависимости от уровня сопровождающего. Живут хазары в городе только в зимнее время, летом чаще всего отправляются в свои кочевья. По сути дела, они как были, так и остались кочевниками, вернее, ими остались представители знатных родов, правители. Остальные занимаются обработкой земли и прочими промыслами.

Тем более, что это не представляет значительных трудностей. Земля здесь плодородная, а полив обеспечивает получение хорошего урожая. Пока стояли и искали лоцмана, посетил базар. По отзывам местных купцов, настали трудные времена. Очень большие потери в войне с арабами и устроенные ими грабежи чувствуются до сих пор. Войск мало, так что порой приходится нанимать их со стороны. В качестве наёмников часто выступают печенеги, хотя по отзывам купцов, часто бывает, что вместо того, чтобы защищать своего нанимателя, могут запросто его ограбить.

Много идёт споров о вере. Знатные хазары в большей своей части приняли иудаизм, тогда как простой народ до сих пор верит в Тенгри-хана, прежнего самого старшего бога. Здесь фактически действуют три, если не больше, религии — старые боги хазар во главе с Тенгри-ханом, новая религия знати — иудаизм, и много мусульман. Да и христиане есть, пусть и немного, но есть. Так что долго такое продолжаться, как мне кажется, не может, они друг друга перережут.

Сурск, Изик и Азамат

— Ну вот и орлы вернулись, — так нас встретил Вик после разведки в Булгарии. — Давайте присаживайтесь ближе, берите чай и рассказывайте. Начинай ты, Изик.

— Осмотрел я все берега, на неделю пути спустился по течению. Конкретные места для ночёвки войска определить не сумел. Их слишком много. Но к любому из них можно подойти с воды достаточно близко, глубины позволяют, течение не сильное, при работающих моторах можно лодию вполне держать на месте. А можно просто пройти вдоль берега и обстрелять. Чем стрелять — зависит от расположения войска. Если встанут на ночь вблизи берега, то и метатели можно использовать.

Берега разные, есть и высокие, но не слишком, в основном ровные, и земля там без оврагов и каких-то особенностей рельефа. Так что возможность атаки на ночёвке есть, но конкретный план надо разрабатывать непосредственно на месте. Нашёл я и хорошее место для тайной стоянки. Расположено немного выше того места, где мы обычно останавливались на ночлег после выхода из Булгара.

Там есть старая протока, она хоть и заросшая, но пройти по ней можно, там глубоко. С реки её найти довольно трудно, кусты мешают. Посередине этой протоки есть удобное место для разгрузки лодий, а дальше располагается большая поляна, со всех сторон окружённая лесом. Он там достаточно густой и тянется довольно далеко, я пытался его пройти, шёл час, но даже и признаков его окончания не увидел. Выход из этой протоки есть и с другой стороны. Так что получается место, скрытое со стороны реки протокой, которую не так-то просто преодолеть, и её можно спокойно защитить, а с других сторон место закрывает лес.

— Отлично, ушкуйник. Теперь давай ты рассказывай, Азамат.

— Мы с Иркеном прошли вдоль правого и левого берегов. По его словам, наиболее удобный путь — вдоль реки, на расстоянии порядка километра от воды, с тем чтобы встать на ночёвку вблизи реки. Как правило, для этого выбирают низкое место с удобным подходом к воде, так проще поить лошадей. Таких мест много, но на большинстве из них атака невозможна, нет путей отхода. Разве что просто надеяться, что в темноте не найдут.

Но есть несколько особо примечательных мест по левому берегу, про правый скажу потом. Берег очень удобен для ночёвки, есть много кустов и хвороста, подход к реке широкий и удобный, трава в низине сочная, и её много. Иркен сказал, он бы обязательно здесь встал на ночёвку. На расстоянии метров пятисот от берега стоит холм, за ним находится овраг, дно широкое, стены крутые, по верху идут густые, труднопроходимые кусты, окружающие почти всю поляну.

На неё удобно зайти и так же удобно с уйти при движении вдоль реки. А вот через кусты не пройти. Но овраг немного зарос только в начале, а по всей длине он удобен для прохода. Выход из него тоже пологий. За ним метров через двести есть ещё один такой же овраг, и так же обходить его очень долго. С этой позиции можно обстрелять лагерь, потом уйти по оврагу, его засеять чесноком, на выходе поставить мины, уйти в другой овраг, и точно также поставить мины на выходе. Это точно собьёт погоню со следа и надолго её задержит. А дальше просто надо уходить.

— Отлично, я тебя понял. Продолжай.

— Есть ещё одна небольшая речка, сама она мелкая, но возле Волги у неё крутые берега. Её лучше всего переходить выше по течению, на расстоянии километров двух от устья. Там левый берег низкий, а правый крутой, но в этом месте проходит широкая лощина, так что удобно перейти речку и подняться на крутой берег. Крутой берег поверху зарос кустами, за ними можно хорошо замаскироваться. Низина с левого берега длинная, километра полтора.

Так что если подход к реке и её дно засеять чесноком, то в этой лощине можно остановить движение всего войска, оно соберётся в кучу и попадёт под обстрел. Выход на крутой берег надо также засеять чесноком и заминировать. Это позволит избавиться от погони. Но держать там оборону трудно. Как ты говоришь, рано или поздно мины кончатся, и тогда обороняющимся не отбиться, там слишком много места для движения конницы.

Для целей сражения лучше всего подходит третье место, но оно находится немного в стороне, вдали от реки, на расстоянии километров трёх. Там у Волги достаточно крутые берега, метров пять-десять высотой, а поперёк дороги проходит глубокий овраг. Пройти его можно в двух местах — прямо у реки, порой даже заходя в воду, или на расстоянии трёх километров от берега, поперёк оврага располагается лощина, неширокая, метров двадцать, но с высоким правым откосом.

Напротив лощины располагается холм высотой метров двадцать, склоны довольно пологие, но перед ним на расстоянии метров пятидесяти небольшой овраг, скорее даже не овраг, а просто канава, достаточно глубокая. Вот здесь, я думаю, можно и держать оборону. Да, километрах в пяти от берега располагается небольшой лесок, и там же кончается овраг. Там хан может держать свои войска и потом атаковать хазар в спину. Примерно такие же, но конечно со своими отличиями, места есть и на правом берегу. Так что на каждом из них есть три хороших места для засады, обороны и сражения. Конечно, можно найти и другие места, но они хуже. Я назвал лучшие из возможных.

— Отлично, орлы. Конечно, хочется самому всё это увидеть, но у меня нет оснований вам не доверять. Значит так, сейчас начало мая, скорее даже ближе к его середине, время пока есть. Вам два дня на отдых и обслуживание техники, а затем отправляетесь в разведку к буртасам. Я отправлюсь с вами, так же с нами будет Мстислав, война войной, а торговать надо. Да, забыл совсем спросить, как там купцы с лошадьми, не подвели?

— Всё в порядке, пригнали шестьсот штук, с ними конюхи и пастухи, все кони собраны отдельным табуном, объезжены и приучены к седлу, есть сёдла и прочая упряжь. Уход хороший, кони тоже.

— Ну и отлично, отдыхайте.

Сурск, Житко

— Вик, по-моему, ты просто издеваешься. Я уже третий раз приношу тебе проект будущей промзоны, и ты каждый раз заставляешь меня его переделывать.

— Да не в тебе дело, мастер. Ты всё правильно сделал, и к тебе претензий нет, наоборот, могу только похвалить за сделанную работу. А вот остальных я не понимаю. Давай завтра вернёмся к этому разговору, после совета мастеров.

А назавтра я увидел и услышал то, чего не хотел бы видеть и слышать больше никогда. Начиналось всё просто и обыденно:

— Мастера, — сказал Вик, открывая общее собрание, тут Житко мучается, пытаясь спроектировать новую промзону, а все остальные от этого устранились. Моё предложение о расположении производства вдали от города вы провалили, над своим же решением об организации мастерских и цехов вблизи города не работаете, как это всё можно понимать?

В комнате установилась какая-то вязкая тишина, все сидели и молчали, никто не решался ответить, даже Путята, извечный спорщик, сидел на месте и только шевелил губами.

— Своё предложение о переносе я обосновывал требованиями безопасности, вы же, по сути, не желая заниматься новым производством, не приведя каких-либо веских обоснований, это предложение отклонили. Ладно, я с вашим решением согласился, надеясь, что его вы будете отрабатывать. Однако и этого не случилось. Что происходит, мастера? Почему вы все самоустранились от общих проблем города и Земства? Вам кажется, что достаточно хорошо делать свою продукцию, а всё остальное пусть сделает кто-то другой?

Сразу скажу, что это не так. Для тех, кто забыл, напомню, а кто не знает, пусть поинтересуется у знающих людей, что раньше у нас не было чужих проблем. В какой бы они области ни возникали, решали их совместно. Это наш город, и все были заинтересованы в его развитии и безопасности. Сейчас же всё это куда-то ушло, и главным стало только признание тебя мастером. Ничто другое не имеет для вас ценности.

Пожалуй, так бы всё и закончилось обычным выговором, но тут не выдержал кто-то из молодых и влез со своей репликой:

— А разве не так? От признания тебя мастером, зависит, сколько и чего каждый получит. Это как на поле — дождик вовремя полил — урожай хороший, засуха — и нет ничего. Так и здесь — стал мастером — есть доход, не стал — нет никаких благ.

А вот после этого у Вика сорвало крышу, иначе это назвать никак нельзя.

— Да, моя недоработка, не додумал я, что такое возможно. Как-то привык считать, что человек, достигший мастерства, умеет правильно оценивать ситуацию и последствия своих действий. Ошибся. Ах, как я ошибся! Значит, вы считаете себя мастерами, и вам больше ничего не надо. Пристроились к кормушке и этого достаточно? Личные блага, говорите? Да какие вы мастера! Неучи, неумейки, бездари — вот вы кто. Завтра же проведу конкурс мастерства, и ни один из вас его не пройдёт! Азамат!

— Я!

— Тебе воины и ополченцы нужны?

— Так точно, нужны!

— Вот завтра я и обеспечу тебе много новых рекрутов. Каждому для начала по двухпудовому мешку и марш-бросок на десяточку. Этого времени как раз хватит понять, что такое личное благо, и как любить Родину.

— Так точно!

— Вы что же думаете, — продолжил Вик, — что всё делается для вашего благополучия? Что бы вы могли жрать в три горла, при этом ни за что не отвечать и ни о чём не думать? Когда вы перенесли промзону ближе к городу, вас интересовало только одно — как бы оказаться поближе к своему дому, а вот о том, что город будет задыхаться от выбросов ваших производств и их вони, вы не думали. Вы и сейчас не думаете, что делаете. Куда деваются все отходы от производств? В Землю, в реку? Хотите всё загадить и потом сидеть среди этого дерьма и жрать его? Не позволю!

Слово Мастер подразумевает в первую очередь личную ответственность не только за доверенное ему дело, но и за ту жизнь, которой живут люди. Оно свидетельствует, что это не равнодушный человек, озабоченный личным обогащением, а тот, кто за порученным ему делом видит обычных людей, живёт их проблемами и бедами. И это едва ли не большая забота мастера, чем успешное развитие производства. Оно только является вершиной тех проблем, с которыми он обязан справиться. А вы даже производства не понимаете!

Где ваши мысли о его расширении, улучшении и развитии. Или вы думаете, что вам всегда будут давать всё на блюдечке и гладить по головке? Нет уж. Я в этот город всю свою душу вложил и топтать её вашими грязными сапогами не позволю. Теперь как единственный среди вас мастер, имеющий право на это звание, я объявляю, что аннулирую все звания мастеров, все, кто носил его, становятся в лучшем случае подмастерьями. Кто со мной не согласен — уходите, кто будет сопротивляться и противиться — тех просто убью!

Сказав это, Вик повернулся и ушёл из комнаты, а все сидели, боясь дышать. Первой не выдержала Галина, бросив сквозь зубы: — «Доигрались, сволочи» она бросилась вслед за ним. Потом встал Путята, Шумат, Могута, я, Молчун, Мышонок, и мы пошли следом. К нам присоединились Изик и Азамат, последний добавил: — «А я хорошо стреляю и гранаты точно кидаю».

Вик сидел на берегу реки на своей любимой лавочке, рядом пристроилась Галина, и они молчали, только она изредка поглаживала его по руке. Следом за Изиком к нам подошли Жихарь, Мстислав, Дугиня, Виряс и ещё кто-то из бывших мастеров, сейчас всех и не помню. Немного помолчав, Путята сказал:

— Проехали, Вик. Мы сами разберёмся с остальными, ты прав во всём. Упустили мы этот момент. Давно такой разговор должен был состояться. Но мы всегда с тобой, помни об этом!

Сурск, Жихарь

Так, бойцы. Начинаем отработку нового маневра. Начинаем с этого места. Два отделения верхами вместе с заводными скачут до оврага, там спешиваются, всех лошадей оставляют коноводам. Командирам отделений заранее определить для этого людей. Остальные разгружают лошадей, берут оружие, имитацию боеприпасов на тридцать выстрелов из каждого ствола, с этим грузом бегом по дну оврага до конца, выход на поверхность, там занять позиции, имитация тридцати выстрелов, после чего сворачиваются, и бегом обратно.

Одно отделение отходит последним, минируя дорогу. Упаковать оружие, боеприпасы на лошадей, и все вместе верхом обратно сюда. Контроль буду проводить лично по каждому этапу. Всё делать быстро и без шума. Пока всё выполняется днём, затем будем отрабатывать то же самое ночью. Вопросы есть? Тогда приступаем. Командирам получить учебное оружие.

Сурск, Ведяш, светило электротехники, правда, ещё не взошедшее

Сегодня Вик обещал нам показать новые возможности электричества. До этого мы неделю собирали странное устройство, которое он назвал трансформатором. Заниматься у него с нами постоянно не получается, но он проводит обучение, называется это лекция, показывает, что надо делать, и потом заставляет всех проводить исследование и писать отчёты. Потом проверяет.

А сегодня он показал, как можно ещё использовать трансформатор. Это он назвал электросваркой. Заставил всех сделать специальную маску и одежду, а потом взял и соединил в одно целое две полоски железа. Получилось, как будто это один кусок. Сначала мы все попробовали, как такое можно сделать, а потом он позвал Могуту и показал ему новый способ соединения деталей.

Могута сразу всё понял и хотел сварочный аппарат забрать себе, но Вик пообещал, что мы ему другой дадим, через два дня. Так что будем делать аппарат и изучать сварку. Правда, пришлось выслушать лекцию по технике безопасности, а потом Вик пообещал, что если увидит хоть одного, нарушающего эти требования, выпорет всех. Он сможет, никто не сомневается.

И оставил нам задание — разработка новых двигателей, малого размера и разной мощности. Объяснил, что надо сделать и что от чего зависит, показал всё это на рабочем моторе, написал формулы и объяснил, что в них значит каждый знак, и на что он влияет. В общем, новую работу заставил всех делать. И не забывать писать отчёт.

Сурск, Могута

Слышь, Мирава, а вон тот как выводит, а?

— Да, мастер, очень красиво.

Как ни покажется это странным, мы сидели и слушали соловьёв. Кажется, сколько вёсен я уже встречал, где только ни бывал, а вот поди ж ты, никогда не обращал внимание на таких певцов. Так, чирикают птички, и ладно. Ан нет, тут не просто чириканье, тут мастерство великое, и даже не верится, что на это способна такая малая птаха, у меня в кулак, наверно, с десяток таких поместится.

Да ещё эта черёмуха так одуряюще пахнет. Особенно вечером, когда ветер стихнет, так буквально с ног сшибает запахом. И ведь тоже не великой силы дерево, так, кустики какие-то. Да и опять же не первую весну я их вижу. Может, меня эта малышка заколдовала, и я вместо того, чтобы заниматься со сварочным аппаратом, сижу тут и слушаю соловьёв. А?

В окрестностях Сурска, на реке, Мстислав

Наша лодия возвращалась со ставки бека Айдара. Встреча с его советником Кемаем прошла успешно, он нас свёл с местными купцами, мы обговорили, чем будем торговать, а Изик и Азамат отправились в сопровождении воинов в разведку. Дом пока решили не ставить, людей и бойцов не хватает, сделаем это немного позже. Вот я и решился на обратном пути спросить:

— Вик, отпустишь меня в Ладогу на зиму? Хочу совсем сюда переехать, заберу ладу свою, детей, и по весне приеду. Примешь?

В ответ он меня только обнял, а потом, слегка отвернувшись и пряча почему-то покрасневшие глаза, ветром, наверное, надуло, ответил:

— Рад буду, Мстислав. Хороший ты человек, а чем больше таких людей будет, тем лучше для города. Но не обессудь, лодию и воинов дам только после войны с хазарами.

— Да мне и не надо, на своей пойду.

— Э нет, друже. Не годится моему первому советнику просто так плавать. Я думаю, на моторе за два месяца успеете дойти. Возьмёшь Ладогу, три десятка бойцов для охраны, твою лодию я за счёт города загружу, заслужил, тем более я тебе обещал премию. На нашу нагрузи товара, там продашь и закупишь, что нам тут нужно. Проверишь на собственном опыте, как брать лодию в лизинг?

— Чего? Какой лизинг?

— Да это я так, о своём, не обращай внимания. Повезёшь подарки старейшине Горомыслу, купцам, ну сам сообразишь. Закупишь железа, товаров для города, наберёшь новых людей, желающих переселиться, найди купцов и приказчиков, готовых работать здесь. На следующий год буду тебя ждать, хочу в Гнездово сходить, сам посмотреть на него и дорогу оценить. Но всё это после войны с хазарами. Воины и лодии пока нужны.

А честно говоря, я рад, что ты выбрал Сурск. Значит, правильно мы делаем, что здесь жить хочется.

Сурск, Галка

Сорвался Витёк, не выдержал. Как только не перестрелял этих уродов. Я уж броситься на него хотела, когда заметила, что рука тянется к пистолету, и он кричит «убью!». Но сдержал себя. Зато потом не сдерживался. Отложил отъезд на пару дней, но провёл полную реорганизацию города. Всех мастеров, как и пообещал, разжаловал. Ввел новое понятие — ведомство.

Учредил такие: Механическое во главе с Могутой, Ресурсов и их переработки с Мышонком во главе, Оружейное, на него поставил Сурдея, Промыслов, которое доверил Путяте, Торговое, там рулить будет Мстислав. А ещё Разведки, под командой Вышеслава, Корабельное, пока бесхозное, Строительное с Житко, Общегородское, где заправляет Виряс. Над армией поставил Жихаря, ополчение под Дугиней, Общеземское, там Шумат командиром, Образования и культуры, тоже пока бесхозное. Ну и управление делами под моим присмотром.

Ну и раздал кучу дополнительных обязанностей каждому, пока устно, но вот сижу и пишу, не разгибаясь, уже который день, а Витёк днём мечется по городу, а ночью правит мои записи. Но раз пошла бюрократия, значит, для нас это хорошо. Она всегда побеждает и не умирает никогда, она бессмертна. А значит, и мы победим.

Глава 14

Война, Первая Хазарская

Каспийское море, Вышеслав

Ну что, побывали мы в этом Баку. Что в нём хорошего — это гавань удобная, чувствуется, что лодии часто сюда заходят, хотя там я их большого числа и не заметил. Основу города составляет крепость, окружённая разнообразными домами и хижинами. По отзывам местных, в этих краях часто появляются какие-то вооружённые отряды.

Как и положено в таких местах, в гавани хватает всякого народа и самых разных заведений. В городе выбор товаров, конечно, достаточно большой, но как мне кажется, основным из них здесь служит серебро. Главным является именно оно, и продавать можно любую продукцию ради получения серебра.

В других местах оно редкость, и на него можно будет купить всё, что угодно. Сдаётся мне, местные купцы готовы скупить любой товар именно по этой причине, серебра у них достаточно, а всё остальное можно будет всегда продать. Правда, надо честно признать, что шелк у них хороший можно приобрести, и по вполне приемлемой цене. Чего-то другого необычного, я не приметил. Но видимо, этот город находится в стороне от основных маршрутов, так что искать здесь чего-то особого не приходится

Вот нефти здесь в достатке. За ней мы и приехали сюда, и она гораздо дешевле, чем в Булгаре. Но что делать, добираться сюда долго. Хотя на наших лодиях за сезон можно будет, по прикидкам, два раза обернуться. А в общем-то, обычное городище, не особо крупное, и ничем не выделяющееся среди других. Может быть, многие годы спустя, судя по рассказам Вика, будет и не так, но не сейчас.

Загрузили мы одну лодию этой нефтью и отправились дальше. Что делать, брать надо, нам она нужна для взрывчатки. Море спокойное, особых трудностей дорога не доставляет. И хотя Вик нас предупреждал, что наш мотор не для морей, но пока всё проходит нормально. Новые города увидели, товар нужный купили, дорогу узнали, осталось пройти по берегу, определить, где можно лучше всего остановиться, чтобы караваны отправлять в Багдад.

Можно, конечно, и в Баку, но посмотрим и другие места. Тут ведь главное, верблюдов найти и караванщика хорошего, а то можно не только без товара остаться, но и без головы.

Сурск, Дугиня

Как говорит Вик, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Вот и пусть теперь все утопающие себя спасают. У меня осталась сотня воинов, остальные ушли в Булгар. Месяц их перебрасывали на лодиях на секретную стоянку. Так что теперь половина в дальней разведке, остальная половина дежурит в окрестностях города, а всё ополчение призвано под ружьё, несут службу в городе и на его окраинах. Да и в других поселениях все настороже, весточки им послали.

На всех блокпостах стоят круглосуточно наряды, так что нас так просто не возьмёшь. Все эти опорные точки неоднократно проверены, нет других подходов к нам, кроме как через них. А мобильный резерв сидит в городе и готов выдвинуться в любое место. Хорошо, что сейчас стало просто сигналы подавать, новой гранатой выстрелил, и все знают, где и что происходит. А дозорный на башне вокруг смотрит и всё видит.

Булгар, Азамат

Мы тут с Изиком с лошадьми дружим, повышаем, так сказать, воинское мастерство при движении верхом. Хотя в последние месяцы столько наездились, что порой просто пробежаться хочется. То все берега вдоль Волги осмотрели, то по «буртасии» мотались, а теперь ждём, что дальше будет. В преддверии начала войны войска уже переброшены на секретную стоянку, корабли стоят там же, мы здесь с Изиком, можно сказать, отдыхаем, ждём сигнала.

О, не ко времени вспомнил. Кажется, Иркен скачет, да шустро так, когда вместе в разведке были, так не гонял. Домчался до нас, осадил коня и сказал:

— Вышли хазары, по левому берегу идут. Отправляйте весточку своему правителю.

Булгар, секретная стоянка и самые разные места, Вик

Ну вот, двадцатого июля 783 года хазары отправились в набег на Булгар. Только что Вирия пришла с этой новостью. Так что придётся и нам повоевать. Хорошо бы, недолго и успешно.

— Жихарь, командуй, началось. Давай грузиться будем, и в Булгар. Думаю, день нам понадобится, чтобы разобраться с лошадьми, загрузиться и начать выдвижение. Так что сегодня все должны быть там.

— Есть.

Так и получилось. До вечера успели перебросить всех, правда последние подразделения пришли уже почти в полной темноте, но справились. А вечером мне пришлось отправиться к хану Атагулу. Меня ждали и сразу провели к нему.

— Здоровья и долгих лет жизни тебе, Повелитель.

— Мне сказали, что ты уже привёл свои войска. И много их?

— Триста пятьдесят воинов.

— А хазаров почти десять тысяч. Хан Курташ объявил общий сбор всех воинов, но меня вместе с тобой отправил на разведку вперёд. Я поведу две тысячи бойцов. Думаешь, мы сможем задержать хазаров, пока хан собирает войска?

— Если ничего не изменится, думаю, мы уничтожим врагов.

— Вот как? На своего бога надеешься?

— На него, на выбранное место и воинскую удачу. Не зря же мои воины искали хорошие места для сражения.

— Так как мы пойдём вперёд, правитель?

— Твои воины лучше знают эти места и лучше обращаются с лошадьми. Вот пусть они, несколько десятков, идут впереди всех и следят за врагом, но в бой не вступают. Нам надо просто знать, где находится противник и где он встанет на ночлег. За разведчиками будут идти мои воины, а уж ты со своими бойцами будешь нас поддерживать, если мы не справимся.

— Хорошо, тогда сотня Иркена будет идти с тобой. Он вышлет дозоры и отправит гонцов ко мне. Когда ты выступишь?

— Завтра буду готовить войска к походу, если не смогу вечером, то на следующий день с утра. Думаю, разведку можно отправить и завтра.

— Иркен, ты слышал?

— Да, повелитель.

— Отправляйся вместе с его воинами. Будешь моими глазами. Я почему-то верю, что он справится, а ты должен всё увидеть и мне рассказать. А теперь идите.

Уйдя от хана и вернувшись вместе с Иркеном в свой лагерь, я ещё раз собрал всех и распределил обязанности.

— Жихарь, ты командуешь движением батальона. Наша задача — сначала мы должны атаковать хазар во время ночёвки. Для нас самый лучший вариант — на том месте, где овраги. Выдвигаемся в тот район и там ищем место для стоянки, где ждём данные от разведчиков. На каждый станкач взять по четыре десятка выстрелов, десяток на метатели, по десять ручных гранат, мины, чеснок. Азамат?

— Я.

— Покажешь Жихарю и мне это место. Надо самим всё осмотреть и заранее наметить позиции для стрелков. Учтите, там надо расположить порядка трёхсот человек. После того, как выведешь нас на место, берёшь отделение егерей и отправляешься с воинами Иркена в разведку. Ты должен оценить скорость их передвижения и возможные сроки подхода к месту засады. Может быть, удастся атаковать раньше. Всё понятно?

— Так точно.

— Иркен, скажи, как долго будут идти хазары до этих мест?

— Я думаю, долго, — и он три раза сжал и разжал ладонь.

— Значит, две недели у нас есть, поэтому горячку пороть не будем. Изик?

— Я.

— Ты идёшь по Волге со всеми судами и ведёшь разведку. Зря не высовывайся. Когда мы откроем огонь, ты поддержишь нас с реки. Держи дистанцию за пределами досягаемости стрельбы из лука и обрабатывай лагерь из всего, чем сможешь. Учти, после этого нам надо будет с тобой где-то встретиться и пополнить боекомплект. Возможные места и порядок действия согласуй с Жихарем. Понятно?

— Так точно.

— Тогда у меня всё, товарищи командиры. Выясняйте межу собой все вопросы, договаривайтесь о взаимодействии и определяйте сроки.

Булгария, военный поход, Жихарь

Шли мы до места возможной засады шесть дней. Стоянку организовали на большой поляне в глубине леса, который прикрывал нас от всех любопытных глаз. До выбранного места засады отсюда было час ходу, причём дорога до него проходила по низине, среди небольших холмов. Так что двигаться можно было вполне незаметно. Посмотрел я это место, всё так, как рассказывал Азамат.

Большая поляна, окружённая кустами, вход и выход с неё около реки, подход к ней удобный. Можно сказать, идеальное место для ночлега большому отряду. Для нас дорожка тоже вполне удобная, овраги широкие, так что по дну идти могут одновременно в ряд до трёх человек. Места для стрельбы возле холма вполне достаточно. После осмотра позиций и определения порядка, в котором бойцы будут их занимать, провели несколько тренировок, как это будет осуществляться.

Азамат с булгарами ушёл в разведку, и по его донесениям, врага следовало ждать дня через три, причём судя по скорости движения, они будут ночевать на этом месте, тем более, что проводники знают про него. Иркен, который сопровождал нас всё это время, хоть и не подавал вида, нервничал. Враг приближается, а мы ничего не делаем. Чувствуется, в отправляемых им донесениях хану в наш адрес должно звучать немало злых слов. Ну и ладно.

Как планировали, так и получилось. Разведчики сообщили, что хазары встали на ночлег в нужном месте. Вечером примчался Азамат и подтвердил, что как стемнеет, можно выдвигаться на позиции. Я предупредил Иркена, что ночью мы атакуем врага, пусть сообщит об этом хану. Главное, чтобы никто не лез вперёд, мы справимся своими силами. Он захотел пойти с нами, я не возражал, но предупредил, чтобы он держался около меня и любой мой приказ выполнял незамедлительно.

Выдвинутые по пути движения разведчики сообщали, что путь чист, и когда почти стемнело, мы двинулись вперёд. Как и определяли, за час добрались до оврага, ведущего на поляну. Разведка никого вокруг не обнаружила, очевидно, что хазары считают себя в полной безопасности. Оставив коноводов с лошадьми, отряд скрытно выдвинулся на позиции. Проведённые тренировки не прошли даром. Всё делалось спокойно, без суеты, и даже темнота не мешала.

Вик, Иркен, Азамат и я расположись на вершине холма, у его подножия сто пятьдесят расчётов станкачей. Хазарский лагерь угомонился, большинство воинов спало. Летняя ночь коротка, и сейчас настало самое подходящее время.

— Командуй, Жихарь. Мы их не звали, пусть получат по заслугам, — сказал Вик.

Я и скомандовал. И началось что-то необыкновенное. Я сам в первый раз увидел подобное, и хотя и Вик, и Азамат принимали участие в такой операции, но и они были поражены. Сто пятьдесят станкачей одновременно выстрелили по вражескому лагерю, потом ещё и ещё. Одно плохо, мы не учли, что при такой стрельбе будет слишком много дыма от сгоревшего пороха.

Но несмотря на густое облако, окутавшее позицию, стрельба продолжалось, и только после десятого залпа наступила небольшая пауза. Хорошо, что дул довольно сильный ветерок, и дым стало сносить в сторону. Уже после первых залпов было видно, что мы стреляли удачно. В лагере творилось что-то невообразимое. И хотя до него было немногим меньше километра, крики, стоны, проклятья доносились даже сюда. А с реки продолжали работать лодии Изика. Им места хватало, и они просто меняли позиции, и стреляли, стреляли, стреляли.

Оценив результаты, мы также продолжили стрельбу, внеся небольшие коррективы. Новая порция гранат полетела в расположение врагов, и всё там повторилось с новой силой. Насколько было видно с вершины холма, там гулял огненный вал от одного конца лагеря до другого. И хоть я уже неоднократно видел действие гранат, такое их массовое применение не могло оставить никого равнодушным. Бросив искоса взгляд на Азамата и Вика, я заметил, что и они оказались не совсем готовы к подобному результату. На мой взгляд, там не могло остаться никого живого.

После того, как был расстрелян весь боезапас для станкачей, мы начали отход. Сейчас соблюдать тишину не было никакой необходимости, и бойцы бегом преодолевали овраг. Последние два отделения минировали путь отхода, как говорится, во избежание. Вся стрельба заняла не более десяти минут, столько же отход, и после этого отряд без излишней спешки покинул место. Не думаю, что нам надо ожидать погони. Рядом со мной ехал Иркен, и хорошо, что я в темноте не видел выражения его лица.

К месту своей стоянки мы добрались, когда уже стало светать. После быстрого завтрака мы отправились на следующую позицию, а разведчики во главе с Иркеном и Азаматом вернулись назад, надо было оценить результаты нашего ночного налёта. До места следующей засады было два дня хода, по пути мы встретились с Изиком и пополнили боезапас. По его словам, мы уничтожили почти половину врагов, с утра они остались на месте, и видно решали, что делать. Догнавший нас Азамат подтвердил его слова.

Хазары смогли двинуться только на следующий день после нашей атаки, и их число значительно сократилось. К этому времени мы заняли место у второй засады, устроили позиции, замаскировали их и заминировали все пути подхода. В самом ручье дно было засыпано чесноком, весь подъём из лощины и значительная часть местности после её окончания заминированы, как и возможный проход вдоль берега Волги. Дополнительно там стояли лодии Изика. В общем, как могли, так и подготовились.

Хазары появились на следующий день после обустройства засады. Сначала они сунулись к проходу вдоль Волги, но получив несколько гранат от Изика, отошли от берега. После небольшой заминки тронулись в нашу сторону. В этот раз они двигались более осторожно, впереди и по бокам шла разведка.

Наша позиция находилась в ста метрах от ручья, наш берег был крутым, а вот противоположный пологим, да вдобавок это дефиле тянулось достаточно далеко. Со своей позиции стрелять мы могли из всего имеющегося оружия. События развивались, как и предполагалось. Сначала вперёд пошла разведка, но пройти, естественно, не смогла, встали кони, напоролись на чеснок, и в самом низу образовался настоящий затор.

Пока разведчики пытались понять, что происходит, в лощину втянулись основные силы, не все, но передовые части точно. И тогда мы открыли огонь. Станкачи били вглубь колонны, метатели — по ближним рядам. Началась паника, задние успели отступить, передние пытались развернуться и тоже уйти, но получалось у них это плохо. Рвущиеся гранаты вносили панику, и это обезумевшая толпа пыталась куда-то уйти от настигшего их огненного вала.

Грохот рвущихся гранат, ржание обезумевших и встающих на дыбы лошадей, крики раненых и умирающих людей, сплошное месиво из человеческих тел и мёртвых лошадей, покрывающих дно лощины — при одном взгляде на это буквально стыла кровь. Часть из бойцов просто не смогли больше стрелять, кого-то выворачивало наизнанку в приступах рвоты, кто-то впал в ступор от увиденного, а кто-то закрыл лицо руками, чтобы не видеть происходящего.

Тут я понял, что меня трясёт Вик и кричит прямо в лицо:

— Жихарь, уходим! Уходим! Командуй, мать твою! Сейчас нас убивать будут!

И только после этого я начал приходить в себя и что-то понимать. Вик с Азаматом побежали вдоль позиций, щедро раздавая пинки, приводя в себя впавших в ступор бойцов. Я присоединился к ним, правда, шевелился ещё кое-как. Но тем не менее, пусть и не так быстро, как хотелось, мы снялись с позиций и начали отступление. Сначала двигались еле-еле, но постоянная ругань и мат Вика, Азамата и некоторых командиров, уже прошедших через подобное, привели в чувство остальных, и отряд стал двигаться более-менее нормально.

До места последней нашей позиции было два дня хода, и в этот день мы двигались без остановок, хоть и не быстро. Тем более, что оставленные сзади разведчики сообщали, что хазары вперёд не пошли. А вечером, на ночёвке, Вик устроил общее построение.

Глава 15

И война, и мир

Булгария, ночная стоянка, Вик

Я лежал на брошенной на землю куртке и бездумно смотрел в синее небо, где среди лёгких облачков загорались первые звёзды. Подошедший Азамат тихонько, будто боясь отвлечь меня от чего-то важного, произнёс:

— Вик, отряд построен.

Встал, оправил форму, надел куртку, ещё раз убедился, что всё в порядке, и мы с Азаматом пошли к бойцам. Надо было полностью прояснить сложившуюся ситуацию, и сегодняшнему разговору в этом плане я придавал особое значение.

— Бойцы! Слава вам! Вы сделали то, что должны были. Сильный враг, идущий на земли наших союзников, хоть и не уничтожен, но ослаблен, и его боевой дух подорван. Однако дело не завершено. Нам предстоит ещё одна битва, и она будет более страшной и кровавой.

Я понимаю, что увиденное сегодня для многих из вас стало большой неожиданностью. Одно дело, стрелять ночью и не видеть, к чему это приводит, совсем другое — когда на твоих глазах происходит что-то страшное и необъяснимое. Мы все верили в силу нашего оружия, но немногие её действительно представляли. Теперь вы знаете, на что оно способно. Но не надо этой силы пугаться, тем более, что для большинства хороших людей она ничем не грозит.

Вспомните, как вы защищаете свой скот, дома и близких, когда на них нападают голодные волки. Разве вы их жалеете? У них одна цель — убить и сожрать всё, до чего смогут дотянуться. Волк будет резать овец, пока всех не уничтожит. А выход здесь только один — убить волка.

Вот это мы сегодня и делали. То, что вы видели — закономерный итог расправы над стаей голодных волков. И если бы мы не начали их уничтожать, они бы вырезали и людей, и скотину. Так что сегодня вы совершили не злое, а хорошее дело — защитили мирных жителей. Да, это не самая лучшая работа, да, она грязная и страшная, но кто-то её должен сделать во имя того, чтобы маленькие дети и женщины могли спокойно спать.

Именно так и необходимо воспринимать всё произошедшее — грязная, страшная работа по уничтожению волков, шедших убивать детей, женщин и стариков. Я бы сказал, что радоваться тут нечему, но гордиться есть чем. Мы с вами сделали это! Мы их защитили и подарили им жизнь и свободу! Но наша тяжёлая и страшная работа ещё не завершена. Враг силён и попытается добраться до мирных жителей. И у нас уже нет возможности отступить, мы должны принять бой и выполнить до конца свой долг — уничтожить эту стаю волков, пришедших убивать детей и женщин.

Но я надеюсь на вас, отважные и бесстрашные воины. Я знаю, что вы сможете сделать и это, как бы вам ни хотелось избежать лишних смертей. Возможно, кто-то из нас и не переживёт эту битву, но нас всех будет поддерживать и придавать силы знание, что каждый уничтоженный враг — спасённый ребёнок или женщина, которая сможет родить ещё не одно дитё. Я верю в вас, отважные воины города Сурска, протянувшие руку помощи своим соседям! Предстоящая нам битва будет ещё более страшной и кровавой, но нам придётся в очередной раз сделать свою грязную, но такую нужную работу, чтобы спасти мирных жителей.

Я смотрел на ряды стоящих передо мной понурившихся людей, оставленных наедине со своими мыслями и до сих пор переживавшими тот кровавый хаос, который развернулся перед ними. И замечал, что мои слова начинают пробивать ту пелену ужаса, что держала их в своём плену. Поднялись низко опущенные головы, распрямились плечи, выровнялись ряды. И порой долетавший шёпот или негромкие слова — грязная и страшная работа, дети, бабы, старики, волки, убьют всех — свидетельствовали о том, что мне удалось вывести людей из того упаднического настроения, которое охватило большую часть отряда.

— Жихарь, Азамат — разводите людей на ночлег, кормите, и каждому по сто граммов водки. Пусть немного успокоятся.

Булгария, Жихарь

С утра люди вроде бы более-менее пришли в себя. То ли сытная еда и сон подействовали успокаивающе, то ли оказала своё действие водка, но отряд выглядел почти нормальным. Так что, быстро собравшись, мы отправились на позицию, где должны были окончательно добить врага. Молодец Вик, нашёл правильные слова и сумел вернуть людям веру в правильность всего происходящего. Я и сам, несмотря на свой значительный боевой опыт и участие в большом количестве стычек и схваток, почти потерял самообладание от увиденного.

Страшное оружие, а ещё страшнее то действие, которое оно оказывает на других. Но в голове постоянно крутятся слова — волки, которых надо уничтожить, грязная, но нужная работа, радоваться не надо, но гордиться можно, дети, бабы — и становилось легче. Действительно — работа, к которой мы готовились, и теперь надо её делать. И доносившиеся со всех сторон разговоры только подтверждали мысли.

А тут ещё пошли рассказы Азамата и тех, кто уже сталкивался с подобным. Радовало, что пережив первое потрясение и осознав, что и почему делается, люди дальше оставались вменяемыми и не впадали в ступор. К концу дня мы добрались до намеченных позиций, по пути взяли сколько смогли боезапаса с лодий и принялись готовиться к схватке. Вик подозвал Иркена и сказал:

— Смотри сотник, с этого места мы не уйдём и будем держать здесь оборону. Как говорит разведка, хазар осталось четыре тысячи. Сколько-то мы ещё уничтожим, а остальных может атаковать Повелитель. Вон там, за лесочком он может расположить свои войска, и когда хазары будут тут остановлены, у него появится хорошая возможность атаковать их сзади. И тогда все противники будут уничтожены. Но смотрите, не лезьте куда не надо, а то с вами будет то же самое, что и с хазарами.

— Я понял тебя, правитель, и сообщу об этом Повелителю. Ты сможешь дать сигнал, когда начинать атаку?

— Азамат, запусти зелёную гранату. Как увидите такой сигнал, сотник, то можете начинать атаку.

— Я всё понял и сейчас отправлюсь сам к Повелителю. Разреши мне потом вернуться сюда?

— Да возвращайся, может, вместе и погибнем тут.

По сведениям разведчиков, хазары были на расстоянии двух дней пути и продолжали двигаться в нашу сторону. Занимаемая сейчас отрядом позиция была похожа на предыдущую, правда лощина была уже и короче, а холм располагался метрах в ста от оврага, ну и перед ним проходила глубокая канава. В общем, с учетом возможностей оружия — хорошее место. Дно оврага опять усыпали чесноком, наш берег был плотно заминирован, как и походы к позициям. Только бойцы стояли открыто, негде тут было прятаться.

Да и не требовалось это. Такой небольшой отряд должен был спровоцировать врага на прямую атаку, ну а там посмотрим, что лучше — гранаты, мины и картечь или сабли, пики и арканы. Для прохода на ту сторону была оставлена одна узкая тропинка в стороне от расположения отряда.

Ставка хана Атагула

— Повелитель, есть известия от правителя.

— Да, Иркен, рассказывай.

— Они встали на последней намеченной позиции. Говорят, отступать не будут и станут сражаться, пока не уничтожат всех хазар.

— Ты в это веришь?

— Верю, Повелитель. Я уже видел два раза, как они это делали. Если в первый раз я наблюдал только, как они стреляли, и после этого врагов стало вполовину меньше, то во второй раз я своими глазами смог оценить, что наделало их оружие. А ведь они не показали ещё всего, что могут.

— Опасные противники?

— Очень, Повелитель. Они могут пройти по всей нашей земле, и никто их не остановит. Прямой атакой их не взять, они просто не позволят добраться до них. Из луков их расстрелять нельзя, потому что их оружие стреляет гораздо дальше. Я бы не хотел их атаковать. И если я сначала смеялся над их воинами и думал, зачем они нам нужны, то теперь должен признаться, что их боюсь. Ты как всегда оказался прав, став с ними дружить и приняв их помощь.

— Хотелось бы думать, что я не ошибся.

— Повелитель, этот их правитель, Вик, говорит, что ты можешь атаковать хазар сзади, когда они будут пытаться уничтожить этот отряд.

— И что он предлагает?

— Там немного в стороне стоит небольшой лесок, в котором могут скрыться твои войска. Когда враги будут заняты атакой на чужаков, им в спину сможет ударить наша конница, и тогда все хазарские войска будут уничтожены. Этот Вик обещал дать сигнал, в небе загорится большой зелёный огненный шар, и тогда можно атаковать.

— Ты думаешь, это получится?

— Да, Повелитель. Я думаю, это хороший план. Если так сделать, то перед ханом Курташем ты будешь являться победителем врагов. Иначе всю славу припишут чужеземцам.

— Пожалуй, так будет правильно. Хорошо, мы займём место в лесу и будем ждать сигнала. В конце концов, заставить нас атаковать никто не сможет.

— Чужаков лучше не обманывать, Повелитель.

— Я тебя услышал, Иркен. Иди, оставайся с чужаками.

Булгария, Азамат

Ну вот, кажется и дождались. Как там Вик говорит? Это есть наш враг, и мы его решительно! Неважно, не помню. Но у меня сегодня особое поручение. Вик с Жихарем остались на холме, оттуда командовать будут. А я с тремя отделениями в передовом охранении расположился. Прямо у выхода из оврага место заняли. Нашли несколько мешков, набили их землёй и соорудили баррикаду. Если будут прорываться, должны остановить всех ручными гранатами и ружейным огнём.

Место тут узкое, трупами завалим, никто не пройдёт. Так что это просто крайняя мера на случай прорыва. Не думаю я, что пойдут хазары на прорыв через минное поле, да ещё усыпанное чесноком. Ага, наши разведчики вернулись. Значит, скоро гостей ждать надо. Вот и они. Осторожно идут, уже научены. Да, это разведка, увидели овраг, наших на той стороне, и обратно умчались. Научились, волки позорные, осторожности, так уже нагло не лезут.

Ничего, мы подождём, деваться вам некуда. Вон дорожку стали искать в обход, к реке пошли. Идите, идите, там вас Изик встретит. Вижу и слышу, уже встретил. А в другую сторону не пошли. Так, расстояние до них метров пятьсот, можно и пугнуть. Да, так и сделали, с холма один выстрел с недолётом, обозначили себя, вот, мол, мы, те кто вас обидел. Подействовало? Похоже, разведка осторожно пошла в овраг.

Как и ожидалось, далеко не прошли, чеснок кусается. Ага, нашли его, схватили и потащили к своим. И что дальше? Какая-то суета началась. Понял! Мешки собрали и отправили гонцов за песком на берег Волги. Ну да, вот теперь и начинается самое интересное. Так, мешки готовы, потихоньку стали подъезжать и заваливать ими дно. Бойцы! По готовности, пулями огонь! Так, уже лучше, потихоньку, но держим. Вот волки позорные, стрелами по нам стали стрелять.

Ага, недолго музыка играла! Станкачи приложились по стрелкам. Что, ни вам, ни нам? Они не могут пройти, а мы можем их сдержать. Так, похоже, решились на что-то. Мешками и трупами будут дно выстилать. Подобрали отряд смертников, нагрузили мешками, и судя по всему, сейчас отправят вперёд. Или песком чеснок закроют, или трупами дно выстелят, по ним и пойдут вперёд остальные. Да, хорошо, знать, их приложили, увидели нас и на всё готовы, только бы посчитаться.

Бойцы, гранаты приготовить! Сейчас на прорыв пойдут. Как только до дна оврага с той стороны дойдут, гранатами огонь. Держим проход. Так, положить-то мы их положили, но почти всю дорогу мешками засыпали. Разведка докладывает, что можно пройти, основные силы собираются в атаку, ближе подтягиваются. Это хорошо, сейчас должны по толпе станкачи ударить, как раз в кучу собрались. Так и есть, общий залп хорошо лёг, однако уже привыкли гады, сразу вперёд кинулись, понимают, что уходить из зоны обстрела надо.

Гранатами огонь! Бить по готовности. Так, станкачи с холма бьют по задним, метатели по середине, а мы тут передних держим. Мины сработали, значит прорвались. Гранатами их! Не трусь, один раз умирать придётся! Кто может, давай картечью. Сволочи, волки гадские, стрелять начали с того берега. Увидел Жихарь, молодец, из метателей прошлись по стрелкам. Так, одной напастью меньше! Что? Гранаты кончились? Давай картечью, нам их из оврага выпускать нельзя, если вырвутся — всех тут порежут.

Отлично, Жихарь подмогу прислал. Давай бойцы, гранатами по оврагу. Так, мины ещё есть, вижу, срабатывают, прорваться не могут, но уже продвинулись. Почти вся волчья конница собралась для удара через овраг. Молодец Жихарь, всё правильно понял, полный залп из всего, что можно, с максимальной скорострельностью. Там один сплошной взрыв. Не пройдёте, не пройдете, гады! Бей, чем можете! Что? Зелёная граната? А, это привет от союзников.

Держись, братья! Сейчас конница ударит! Картечью огонь, быстрее стрелять, ещё быстрее. Ура! Кавалерия появилась! Союзнички проснулись! Дави их, дави!

Глава 16

Возращение в город и мирная жизнь

Берег Волги, Булгар, Изик

Благодать-то какая! Война закончилась нашей победой, потеряли мы восемь человек, пятеро раненых, все во время последней битвы, когда пришлось дорогу через овраг закрывать, не пускать хазар на оперативный простор. Все раненые и убитые из числа передовых воинов Азамата, он и сам получил стрелу, правда не опасно, уже опять руками машет. Вот не везёт ему в последнее время — то медведь его достал, то волки, как он хазар называет, дотянулись. Но он молодец. В том бою удержал овраг. Жихарь говорит, что его крики, ругань и команды на холме слышали. Чисто лось от волков отбивался.

Ни один из его бойцов не отошёл назад, расстреляли всё, до железки, уже готовы были на штыки брать хазар, но тут кавалерия подоспела, ударила в спину. Так что наши союзники тоже воевали. Но признают нашу победу, половину трофеев отдали — самое главное, оружие и коней. Вот только как я всё это домой повезу, тут больше тысячи голов с теми, что раньше купили. Ничего, как-нибудь перевезу, сначала бойцов за одну ходку, а потом буду до снега лошадей возить. Лучше уж лошадей возить, чем стрелять.

Река Урал, Вышеслав

Ох, время уходит, совсем ничего уже осталось, скоро возвращаться пора, а сколько ещё мест разведать надо. Но некогда горевать, вот река, и её надо пройти. Правда, судя по рисункам Вика, мы уже половину прошли, о чём можно судить по течению реки — она повернула на восход. Тяжело по этой реке плыть, очень тяжело. Река быстрая, мелкая, много плёсов и перекатов. Судя по размеру речной долины, разливается широко.

Но плыть можно, наши лодии почти через любую мель проходят. Метр воды будет — и пройдут. Но очень внимательным надо быть, особенно если не знаешь реки. Так что движемся осторожно и медленно. Чего-то особенного не видели. Вик всё говорил про месторождения угля, железа, даже золото здесь, по его словам, есть, соли много. Но пока ничего не видно. Наверное, надо где-то встать и пешком по лесам-холмам пройтись. Но времени нет.

Единственное, что заметили — белую глину. И набрали её много, очень много. Вик её каолином называл, просил привезти, если увидим. А так сходу ничего не поймёшь. Берега реки достаточно разнообразные, то крутые, сплошные яры, то вполне низкие. Много стариц, в которых рыба сама в лодку заскакивает. Осваивать эту реку, конечно надо, но очень уж далеко. Так что разведку провели, а скоро и обратно пойдём.

Да и народу я что-то особо тут не заметил. Хотя в этих местах люди больше в степи держатся. Там места много, корм для скотины. Хотя видны на берегу места, где стада гоняют. Видимо, на заливных лугах тоже пасут.

Сурск, Вик

Вот и повоевали, пора мирными делами заниматься и к зиме готовиться. Всё завершилось для нас, можно сказать, успешно, действительно получилась маленькая победоносная война. Враг уничтожен, потери восемь человек, неплохая добыча — кони и оружие, право торговли по Каме и всей территории Булгарии, и новый союзник. Да и свои войска приобрели боевой опыт.

После окончания последнего сражения я встречался с ханом Атагулом несколько раз. Он передал мне благодарность от хана Курташа за поддержку, его согласие на беспошлинную торговлю по всей территории Булгарии и по реке Кама, и обещал на следующий год дать проводников. Трофеи мы поделили пополам, это было предложение Атагула, я, конечно, отказываться не стал. Так что хотелось бы надеяться, что союзник у нас появился.

Насколько хороший и верный своим обязательствам — покажет время, а пока пора заниматься мирными делами, тем более, что их накопилось выше крыши. После окончания всех переговоров я оставил в Булгаре несколько отделений для охраны представительства и трофеев, а весь личный состав, загрузившись на все имеющиеся лодии, вернулся в Сурск.

А там было ликование с лёгким налётом грусти. Но большинство воинов выжило, и радовались этому от души. Как обычно, прошли праздничные мероприятия, награждение участников памятными знаками и народное гуляние. Все были радостны и счастливы, и я не стал ничего говорить о неоконченной войне, мы выиграли только одно сражение, да и то, надо честно признаться, благодаря неожиданности и хорошей подготовке.

Однако это не означало, что так будет всегда, а вот о будущих победах стоило подумать заранее и своевременно принять меры по её обеспечению. Именно об этом и начал я разговор после окончания празднования Победы с новым составом совета мастеров. И первый вопрос я задал военным, Жихарю и Азамату:

— Я понимаю, что мы победили, но хотел бы услышать вашу оценку прошедших боестолкновений. И спрашиваю я вас именно здесь, потому что нам всем вместе надо думать, как дальше развивать и укреплять нашу армию. Не забывайте, что может последовать удар по территории буртасов, и я думаю, что хазары так просто своё поражение не оставят. Надо будет ждать ещё, и возможного не одного, набега с их стороны. Жихарь, начинай.

— Думаю, мы воевали правильно. Заняли заранее разведанные позиции и встретили врага в удобном для нас месте. Понятно, что такое возможно не всегда, но использование минных полей и чеснока помогло избежать прямого столкновения с противником и использовать преимущество нашего оружия. Конечно, зрелище это не для слабонервных, но его последствия уже преодолены. Последнее сражение показало, что бойцы всё поняли и вели себя вполне правильно.

— Что ты скажешь, сорвиголова? — обратился я к Азамату.

— Нормально отвоевали. Всё, как положено — вели дистанционный бой и победили противника за счёт преимущества в оружии.

— Значит, по вашему мнению, всё хорошо?

— Ну почему же, — ответил Жихарь. — Бойцов учить надо, и думаю, надо больше внимания уделить конной подготовке.

— Да, это конечно правильно, но вот я буду задавать вопросы, а вы постарайтесь дать мне на них ответы. Итак, вопрос первый — как мы добирались до Булгара? Войска смогли перебросить за три захода, причём заблаговременно организовав для этого специальную базу. Это нормально?

— Да в общем-то, нет, — ответил Жихарь. Войска должны попадать на место сразу.

— Значит, один недостаток во всём произошедшем мы уже нашли. Пошли дальше. Для переброшенного батальона пришлось купить шестьсот лошадей. Вы думаете, у города слишком много денег или всегда в дальнейшем будет возможность где-то купить столько лошадей, сколько надо?

— Да, расходы получились большие, но другого выхода не было.

— А я и не ищу крайних. Просто рассуждаю, что надо сделать, чтобы такое не повторялось. А надо построить транспортные суда, способные за один раз принять на борт сто воинов с лошадьми и доставить их в нужное место по реке. Любой. И на каждую роту должно быть своё судно. А все бойцы должны быть конными. Изик, в первую очередь тебя касается, пока не найдём нового мастера, корабельщики тебе будут подчиняться. А вам, товарищи командиры, обеспечить обучение воинов, чтобы они чувствовали себя в седле как степняки. Понятно?

— Так точно.

— Теперь пошли дальше. Вы считали, сколько мы гранат выстрелили при первой атаке? Нет? А я посчитал. Несколько тысяч. И смогли уничтожить только пять тысяч врагов. Это правильно? По моим оценкам, там не должно было оставаться никого живого. Что это может означать? Либо гранаты оказались неэффективны, либо не сработали. Мышонок, оружейники — вам вопрос. Нужна более мощная взрывчатка и при взрыве должно образовываться больше осколков, и они должны быть большего размера. Пока я к такому выводу пришёл. Так что, работайте.

— Дальше. Почему мы ушли, когда враг был деморализован и не мог оказать нам сопротивления? Сработала привычка? А потом проявляли героизм и сражались с врагами чуть ли не врукопашную. Надо было идти в атаку и добить врага, не способного сопротивляться, как это было сделано под Пьянском. Почему никто об этом не подумал? Не хватило соображаловки или просто лень было подумать? Что скажешь, Жихарь?

— Прав ты, Вик. Добивать надо было.

— Ладно, пошли дальше. В последнем бою, когда стало ясно, что враг будет форсировать овраг любой ценой, почему не выдвинули хотя бы роту вперёд к месту боя, а ограничились одним заслоном. Так все и стояли на месте, смотрели, как Азамата и его бойцов убивают, своей очереди ждали?

— Мне нечего сказать, Вик, — ответил Жихарь. Освободи меня от командования, не справился я.

— А вот этого не надо! Кто их всех будет учить? Я что ли? Пусть не лучшим образом, но мы победили. А учиться надо всем. И воевать по-новому тоже надо учиться. Вот этим и будем заниматься, а что и как — поговорим потом отдельно. Есть у меня соображения.

— Ещё один вопрос, но теперь к производству. Сколько мы гранат и патронов сожгли?

— Почти половину, — ответили Сурдей.

— Так что, получается ещё одна такая война, и мы останемся безоружными?

— Похоже, что так.

— Хоть это победа, но она досталась нам очень дорогой ценой, вы не находите, мастера?

— Так что, сидеть на гранатах и ждать, когда нас начнут убивать? — спросил Азамат.

— Зачем же так просто рассуждать. Надо, во-первых, вести более рационально боевые действия, а во-вторых — наращивать производство боеприпасов. Что для этого нужно, жду от вас предложений, мастера. Пока на этом общее обсуждение закончим. Я ещё буду обговаривать со всеми отдельные вопросы, но вы и сами подумайте, что надо сделать, чтобы подобная ситуация не повторилась.

Сурск, Мстислав

А Вик точно выделил мне лодию с бойцами и товарами, да ещё загрузил мою. Хороший товар — спирт, бумага, светильники, мыло, свечи, жидкость для ламп, посуда, стекло. Самое главное — просил вернуться весной, привезти новых переселенцев и купцов. Как же не вернуться, тут такая торговля начинается!

Сурск, Галка

К победам Витёк уже всех приучил. И уже нет того щемящего, до дрожи в душе, счастья, что было в первые разы. Но всё равно при таких известиях становится очень приятно. И опять появляется чувство гордости за сделанное. Приятно, чёрт возьми, ощущать себя причастной к победителям.

А город просто ликовал. И хотя в этот раз прямой угрозы для нас не было, но все понимали, что потеря Булгара для нас будет тяжёлым ударом. Как и в наше время, геополитические дискуссии шли и тут. Отсутствие теледебатов не делало их менее острыми и напряжёнными. В итоге всех многочисленных споров, доходивших порой чуть ли не до рукоприкладства, обществом были приняты идеи, предложенные Виком: Волга — наша внутренняя река, и на ней нет места никому из врагов; дорога у нас лежит на Урал, хотя большинство и не знало, что это такое.

И эти основополагающие положения были дополнены, каюсь с моей подачи, чисто провокационным лозунгом «Даёшь Каму!». Несколько песен, переделанных на злобу дня, типа «Были сборы недолги, от Суры и от Волги, мы коней подымали в поход», а также «Дан приказ ему на Запад, ей в другую сторону, уходили ополченцы на хазарскую войну», исполненные в день Победы, произвели просто фурор. И теперь от желающих отправиться в новые места просто не было отбоя.

Хорошо бы это чувство общности и единства сохранилось дольше. Но хорошо уже, что оно возникло, значит, Сурск действительно стал для всех живущих родным.

Часть 3

Глава 17

О жизни, судьбе и войне

Сурск, Галка

— Ой горько-то как! Молодые, подсластите!

Ничего, тут вам свадьба, а не церковь или погост. Нечего из себя скромников строить! Как на лавочке почти всю ночь сидеть на виду у всего города, так ничего, а как поцеловаться — не принято. Ну и слава богу, хоть губами друг друга коснулись, а то сидят две статуи. Ну нет, так нельзя. На такой свадьбе и не погулять! Сколько там лет Могута сопротивлялся, а нашлась-таки сударушка, которая смогла подобрать ключики и к нему. Ой молодец, Милава!

А ну народ, расступись, жених с невестой танцевать будут! Ну что же ты, мастер, из железа верёвки вьёшь, а тут со своей ладой круг пройти не можешь? Во-от, молодец, ещё какой молодец! Говорила же, тебе понравится. А мы по-другому пройдёмся, эх держись каблуки. Раз, ещё раз, ещё много, много раз! А теперь дробь-чечетка! И прокружиться! Хорошо!

Самая ожидаемая и обсуждаемая свадьба города. Сколько все ждали, судили и рядили, дожмёт Милава Могуту или тот опять уйдёт от венца. Не ушёл. Да и хорошо, негоже одному маяться. Я понимаю, что у них между собой всё не так, как видится со стороны, но уж такова наша природа людская, всё на свой лад оценивать.

— Гуляй народ, Могута женится!

Сурск, Вик, ночное бдение и размышления

Вот и одиннадцатый год нашего попаданства заканчивается. Даже сам не ожидал, что так получится. Город, свадьбы, вон два дня назад отгуляли все, и это только первая из всего большого списка предстоящих. Что делать, осень — время свадеб, так уж издавна сложилось. Наверное, есть и недовольные подобным порядком, но большинство здешнюю жизнь одобряет. Если всё хорошо, то почему бы и не веселиться?

Однако и о делах забывать не стоит, а трудиться придётся ой как много. Кажется, пришла пора сделать большой скачок. Планов просто громадьё, и пока я их не воплощу, уходить мне отсюда нельзя. Слишком всё ещё шатко и зыбко. Хотя радует, что выросли самые первые дети, из тех, которых выкупали, собирали с окрестных поселений, спасали от голода и, можно сказать, дали жизнь и надежду.

Эти сомнений не знают, за город пойдут на всё, потому что он им всё и дал. Ничего, вырастить бы три-четыре таких поколения, и тогда город и Земство устоят, им ничего не сможет навредить. Преданность этих мальчишек и девчонок принятым ими идеалам выдержит всё, вот только надо им помочь и обеспечить нормальную поддержку.

Поэтому и задумал я так много сделать за эту зиму. Понимаю, что смогу далеко не всё, и часть только начну, но если не начну сейчас, потом будет поздно. Сейчас у меня превосходство в качестве оружия, но мне кажется, что это недолго будет определяющим фактором. Те же хазары инстинктивно нашли верное противодействие — ближний бой, как они рвались вперёд, если бы не передовое охранение Азамата, то нам пришлось бы тяжело.

Нет, уничтожить нас они бы не сумели, слишком их было мало. А вот если с самого начала пойдёт такая большая масса кавалерии на прорыв, то пожалуй, могут быть и неприятности при прямой атаке. И минные поля не помогут, просто трупами завалят. Ладно, по этому поводу тоже есть предложения, и обсуждать их буду на совете. Самое главное в сегодняшней ситуации даже не оружие, а обучение этих новых поколений, которые потом будут продолжать начатое.

Важен идеологический настрой, и в первую очередь детей. Почему-то в покинутом мною мире никто не стеснялся идеологической накачки своего населения и всячески выступал против таких же действий любой другой стороны, сразу заявляя о свободе выбора. Всё, что идёт на пользу твоему народу и стране — хорошо, если этого нет — то плохо. Вот и вся идеология. Армия у нас сейчас какая-никакая есть, того задела, что мы имеем, пока нам хватит.

А над совершенствованием оружия работу продолжим. Но важнее всего начать готовить будущих специалистов, в первую очередь нужны те, кто работает руками. Значит, надо создавать ремесленные училища. Пусть многие не знают всего, что требуется на уровне инженеров, но работать на станках и собирать моторы смогут все. И такой подход надо реализовывать во всём.

Другой задачей является расширение производства. Не хватает его уже на наши потребности. Надо строить новые мастерские и настоящие цеха, да и из тех, что есть, надо выжимать всё возможное. Мы пока берём только самое простое, а остальное выбрасываем или не используем. А ведь можем ещё получить метиловый спирт, уксусную кислоту, ацетон, формалин от той же лесопереработки, от этого недалеко и до пластмасс и искусственного шёлка. Он нам, допустим, пока не по силам, но смолу можно использовать для изоляции проводов.

Так, пиролиз торфа даст аммиак, он позволит получить азотку, ну а это бездымный порох и всяческие прочие плюшки. У меня много ещё задумок на эту зиму. Так что точно скучать не будем. А кроме всего этого я нашёл частичное решение мучавшей меня проблемы — кто будет выступать представителем Земства в новых поселениях. Среди раненых в последнем бою оказалось несколько воинов, непригодных к дальнейшему несению службы.

Вот им я и предложил во время своего посещения больницы эти должности, а также возможность стать приказчиками, и в дальнейшем купцами. Так что никто из отдавших своё здоровье городу не остался обиженным. Город своих не бросает и всегда обеспечит тех, кто пострадал, его защищая.

Окск, Яван

А хорошо погуляли на свадьбе у Могуты! Чувствуется, что её Галина использовала для рождения новых рассказов о могуществе города и Земства. Как же, побили десять тысяч хазар, теперь этот слух широко разошёлся по окрестностям, значит — увеличится число желающих жить под защитой Сурска, а если получится — то и сталь его жителем. И даже обязательная воинская служба никого не пугает, подумаешь, пять лет, ведь тебе нужно будет только учиться, а если придётся воевать, то войска города всегда побеждают, и без потерь. Так чего же бояться?

Кстати, Вик нашёл решение нашей проблемы. Если все хотят жить около поселения, но не входить в число его жителей, надо сделать так, чтобы это было выгодней, чем вести самостоятельное хозяйство. Может быть, и не для всех, хотя бы для тех, кто нам нужен. Как он говорит, если тебе нужны солдаты, плати им столько, что они не смогут сами заработать больше нигде. Например, за каждый год службы семья ушедшего на неё воина будет получать в два раза больший урожай, что они получают на своём поле.

Или дай один урожай и дополнительно скотину, могут быть разные варианты. И так будет всё время, пока человек будет служить. Вот только для этого отправляй его в другое место. Но давай отпуск, чтобы он мог приехать и сам увидеть, что ты его не обманываешь. Другой подход — если нужен, например, кузнец, дай ему больше, чем он может заработать сам, корми его семью и не бери налога. И он будет работать на тебя.

Вик обещал, что с зерном поможет. Точно так же поступай с ребятишками, пусть они своей учёбой обеспечивают хоть небольшую, но поддержку семьи. У всех должно быть сформировано одно убеждение — если ты с Земством, то тебя всегда поддержат. Неважно, что ты делаешь — работаешь по договору, учишься или служишь в армии, любым трудом, который нужен поселению и Земству, ты сможешь обеспечить безопасное и сытое существование себе и своей семье.

Кирск, Кирдяш

Хороший год получился, что жито, что картошка уродились. За это мы много железного инструмента получили, что бы потом ни случилось, жить будет легче. Можно говорить разное, но наш союз с городом пользу приносит. На стенах всегда есть воины, причём в достаточном количестве, способные защитить всех от серьёзного нападения. Если раньше время от времени появлялись в окрестностях какие-то подозрительные отряды и люди, то теперь таких давно уже нет.

Все ушли искать себе добычу полегче. Я специально всем рассказываю, что у нас на охране поселения стоят воины из Сурска, уже одного слуха об этом хватает, чтобы никто к нам не совался. И начали потихоньку готовиться к освоению новых ремёсел. Несколько девок в Сурске учились два месяца, как на прялке работать и такую же, как у них, нитку получать. Теперь вернулись и две прялки с собой привезли, а также всякие мялки, теребилки и чесалки. Конопли у нас достаточно, пусть всю зиму работают. К весне будут ткань делать.

А вот другие ученики пока не вернулись, им учиться дольше надо. Ничего, подождём.

Булгар, Вышеслав

Почти дошли, совсем немного осталось. Денёк простояли в поселении, профилактику моторам сделали, новости узнали и дальше пошли. Тут дела очень даже серьёзные были, как нам рассказали, Вик тут воевал, не щадя живота своего. Надо же, столько хазар положил. А мы через их земли спокойно прошли, никто нас и не пытался атаковать. Может, потому и не пытался, что поняли, чьи лодии идут?

Да и не важно это. Мы тоже своё дело сделали, хотя Маска и расстроился, узнав о прошедшей войне. Зато можно сказать, что новый торговый маршрут есть — в Баку, как его называет Вик. И хоть этот город не является самым лучшим местом для торговли, в стороне он как-то расположен, но можно и там торговать, во всяком случае, за наши товары в тех местах дают больше, чем в Булгаре.

Да и соль у них гораздо дешевле. Так что один раз в сезон можно будет туда лодии отправлять. Это будет маршрут не за прибылью, а за нужным сырьём. Далеко, правда, но тут уж делать нечего. Товара в Булгаре не брали, свой бы довезти.

Ярск, Яруска

А появляется дорожка понемногу. Не зря мы тут столько сил затратили, теперь не узенькая тропка, еле намеченная идёт, а по нашим меркам, так вообще раздолье. Во всяком случае, телега проехать может. В низинах гати устроили, где слишком вязко, мосты проложили, как было велено. И хоть на этом строительстве работало совсем немного народу, Вик честно расплатился с поселением.

Инструмента железного для всех хватило, зерно тоже в каждой семье пусть не в достатке, но будет. Вместе с рыбой, картошкой можно будет спокойно перезимовать. Да сейчас и сезон охоты начнётся, охотники ещё добычи набьют. Нет, хорошо перезимуем.

Белое озеро, Мстислав

Должен успеть дойти в Ладогу до зимы. Считай, теперь уже дорога вниз будет, легче должно быть. Хотя на моторах что не ходить, лодия идёт себе и идёт. Ничего, Вик обещал ещё сделать приспособления, чтобы волоки проходить, тогда можно будет на таких красавицах хоть куда забираться. Хорошую лодию Мирослав соорудил, груза много берёт, проходит по всей реке, да и по волоку можно тащить.

А нам осталось их всего пару преодолеть. Там дальше речки хоть каменистые и мелкие, но Вышеслав их проходил, так что, как это делается, знаем. Нам обязательно надо до ледостава дойти на место. А вот остальные планы потом будем строить.

Глава 18

В которой для всех находится работа и новые задачи

Сурск, Вик

Ну что, мастера, начнём наше заседание в новом составе. Сразу предупреждаю, это только вступительное слово и постановка общей задачи. Пока все здесь присутствуют, я расскажу, как понимаю всё происходящее, и мы должны будем уже совместно принять решение.

Итак, давайте по порядку. Мы только что помогли отбить попытку захвата Булгарии хазарами. Однако не думаю, что на этом всё закончится. Каганату сейчас просто некуда деваться, они проиграли войну арабам, и теперь им надо восстанавливаться. Для этого нужны рабы и добыча. Взять её каганат может только в двух местах — в Булгарии и у буртасов. Если они кого-то из них сумеют обобрать, то наше положение существенно ухудшится, непосредственно у наших границ появится сильный враг.

Кроме того, будут перекрыты торговля и дороги в новые места. И если дорога через буртасов для нас не так важна, мы пока контролируем Оку и всегда можем пройти по ней, то вот Кама нам нужна. Поэтому мы должны, как минимум, помочь соседям отбить набеги каганата. А они будут обязательно, как я говорил, это остались ближайшие источники выживания для хазар. И наиболее важным для них, по моим оценкам, является Булгария.

Это старый враг для хазар, и он должен быть уничтожен. Тем более, что на этом месте образовалось самостоятельное государство, и уходить куда-то в дальний набег, оставляя рядом сильного и серьёзного противника, будет неправильно. Поэтому если буртасов будут проверять относительно небольшими силами, то на Булгарию надо ждать нового нападения.

Если мы хотим сохранить своё независимое положение, то нам надо готовиться к новой войне, думаю, зимой придут к буртасам, а летом нападут на Булгарию большими силами. Вот исходная предпосылка всех моих дальнейших рассуждений. А значит, нам нужно готовить войска к новым походам, а промышленность к работе в усиленном режиме. Непосредственной угрозы нам нет, но при складывающихся условиях наше развитие может быть затруднено и ограничено.

Поэтому я буду настаивать на ускоренном создании новой промзоны. Причём ускоренная — не значит быстро и плохо. У нас, может, даже получится медленно, но главное — качественно. Надо выводить производство на новый уровень, мы не можем больше обходиться тем, что имеем. Один раз постреляли, и половины боезапаса нет. Такого быть не должно. Кроме того, нужно новое оружие, а это потребует новых станков, металла, досок, кирпича и много, много другого. Так что готовьтесь к напряжённой работе, и не на один день.

— А как это будет происходить? — спросил Житко.

Так же, как и всегда. Будем с тобой рисовать общую планировку, потом уточнять её с мастерами, для каждого будет предусмотрен свой участок, а потом начнём строить.

— А с чего начнём?

— Даже не знаю, мастер. Просто голова идёт кругом, столько надо сделать, а начать не решаюсь. Давай поступим так. Сейчас останутся Путята, ты, Могута, и мы начнём первое обсуждение новой промзоны. Все остальные свободны, основное вы знаете, а подробности будем обговаривать с каждым в отдельности, чтобы зря не тратить время. Каждый пусть думает, что он может сделать на своём рабочем месте.

После того, как все ушли, я пригласил оставшихся мастеров садиться ближе и начал обсуждение задач.

— Я сначала начну с того, что на мой взгляд потребуется в первую очередь, а потом можно будет коснуться конкретных проектов. Нужны трубы, кирпичи и специальные плитки.

— А кирпичи зачем? Их и так вон сколько запасено, — начал возмущаться Путята.

— Мало, очень мало. Будем строить новые печи для выплавки металла, выгонки смолы и получения новых веществ. Причём не только у нас, но и в других поселениях. Будем строить новые ямы-утилизаторы, газ нужен. Кирпич пойдёт и на строительство отдельных помещений, особенно тех, где возникает при работе высокая температура. Так что всё, что есть, уйдёт быстро. Тебе придётся строить несколько дополнительных печей для обжига кирпича и труб.

Помочь сможем только одним — дать тебе машины. Могута, давай ему сделаем мешалку. Сваришь вот такую емкость, сюда поставишь механизм, а привод от мотора. Ну, можно ещё, наверное, пресс соорудить, чтобы кирпичи прессовать. Так они прочней будут. Ручной, ручной, не пугайся. А вот тележки для перевозки глины и отштампованных кирпичей сделать надо обязательно. Но во вторую или третью очередь. Сначала надо моторами обеспечить производство пороха и корабли, потом на выплавку металла, а вот потом будем их ставить и на других рабочих местах.

— Понятно, такую мешалку сделать можно, вот только мотор какой для этого нужен? — спросил Могута.

— А ты Ведяша заставь считать, если что ему непонятно, пусть приходит ко мне. Ему полезно будет.

— Так и сделаю, — согласился Могута.

— А что за плитки нужны? И трубы — поинтересовался Путята.

— О, это не плитки, а песня. Вот смотрите, мастера — это эскиз трубчатой печи, — и я вытащил подготовленный эскиз. — Как видите, она сейчас совсем небольшая, длиной всего полтора метра. Получится эта — сделаем другие, большие по величине. Вот тут подводится мотор, он крутит эту трубу, в ней находится сырьё, отсюда подаётся топливо, газ, он горит внутри, обжигает сырьё, когда печка крутится, оно равномерно перемешивается. Отсюда выходит газ, полученный при обжиге. Ну это я потом буду обсуждать с Мышонком.

Вот эта печка внутри вся выложена плиткой из обожженной глины, причём не просто так положена, а закреплена вот на такой решётке и на ней удерживается при вращении. Эту печку тебе, Могута, ещё делать придётся, а тебе, Путята — плиткой выкладывать.

— Да-а-а, — только и смог выговорить Могута.

— Я уж боюсь про трубы спрашивать, — робко так заикнулся Путята.

— А ты не бойся, мастер. Труб надо много, разве что вместо них можно будет воздуховоды из кирпичей выкладывать?

— А зачем?

— Вот смотри, ты кирпичи, посуду обжигаешь, а горячий воздух куда уходит? На улицу? Нехорошо. Надо будет его собрать и отправить, например, в сушилки, лес или дрова сушить. Или что-то другое, например твои сырые кирпичи. И тогда нам меньше дров и угля понадобится. А то ведь скоро их нехватать будет даже на выплавку железа.

— Это хорошо и правильно, надо всё использовать.

— А это что за башня на твоём эскизе, Вик? — вмешался Житко.

— Водонапорная. В неё будет вода закачиваться с реки, и оттуда она по трубам самотёком будет уходить на производства.

— Здесь-то трубы обычные? — поинтересовался Путята.

— Обычные, но каждую надо уложить в траншею и защитить кирпичом.

— Да тут строить и строить, нам никак не успеть сделать всё за это время.

— Не волнуйся ты так, Житко, здесь показана только маленькая часть того, что надо строить.

— И как вообще можно подобное сделать?

— Как ты мне советовал? Ручками, ручками!

— Невозможно сделать такое быстро.

— А мы по частям это построим. Сначала печи, потом всё остальное. А Путята нам поможет, выделит кого-нибудь из своих мастеров, для лучшего понимания, что жизнь штука полосатая. И чтобы не забывали о том, как живут обычные люди.

— Да без проблем, помогу.

А вот на это ты не обратил внимания, Житко. Здесь стоит газгольдер, куда будут подвозить газ из утилизаторов. Так что, Могута, тебе ещё и краны придётся делать.

— Понятно, сделаем. А может, Молчуну поручить?

— Сам решишь, не маленький. А вообще-то, смотрите проект, изучайте и формируйте заявки, что кому надо. Потом продолжим обсуждение. Предупреждаю, это один из самых простых проектов, у Мышонка и на выплавке железа будет ещё интересней.

Оставив озадаченных мастеров изучать проект, пошёл рисовать предстоящее светлое будущее другим.

Сурск, Мышонок

— Здравствуй, Вик, я знал, что ты меня не забудешь.

— Куда же без тебя, ты мальчик взрослый, вроде бы понятливый, а всё норовишь куда-то сбежать, за тобой пригляд нужен.

— Да никуда я не бегу, наоборот, сижу и прорастаю на месте.

— Зря сидишь, движение — это жизнь. Так что смазал бы себе пятки скипидаром, быстрей бы бегал. Или я это сделаю, если самому не по силам.

— Это ты к чему, Вик?

— Я подготовил небольшой проект новой промзоны, в ней многое зависит от твоей работы. Мало того, что тебе придётся осваивать новое оборудование и доводить его до ума, так надо будет начинать новые проекты. Вот и хотел с тобой обсудить предстоящие работы.

— Ты же знаешь, что я всегда готов осваивать что-то новое.

— Этого мало, Мышонок. От успешной реализации задуманных проектов будет зависеть наше выживание. И нужна не готовность, а готовый результат. Поэтому слушай меня внимательно, пока я только изложу, как всё планирую сделать, а ты потом будешь задавать вопросы. Да, учеников набрал?

— Ага, десять человек отобрал из последнего выпуска.

— Маловато будет, но потом ещё наберёшь.

А после этого он меня буквально засыпал теми делами и проектами, которые запланировал. Трубчатые печи, увеличенный выпуск серной кислоты, получение соды, каустической соды, уксуса, ацетона, метилового спирта, полукокса, пиролиз торфа, получение аммиака и азотной кислоты, формалина, новых красок и красителей. Один только список проектов занимал целый лист, исписанный мелким почерком. В конце концов, я не выдержал:

— Вик, Вик, остановись, я уже не понимаю, о чём мы говорим.

— Я почему-то не удивлён. Странно, если бы было наоборот. Но это только общий список дел, естественно, что всё сразу сделать невозможно, часть работ можно поручить кому-то другому. Причем учти, по многим проектам придётся делать хорошие чертежи, часть производств потом придётся передавать в другие поселения, так что отнесись к этому внимательно.

— А с чего начать? Что тут самое главное?

— Начнём мы с трубчатых печей, пока сделаем опытные образцы, относительно небольшие, потом будем решать, как поступить дальше. Нужны будут как минимум две штуки — одна встанет на обжиг гипса и даст увеличение производства серной кислоты. Да, проверь ещё раз состав шихты с песком, мы с тобой как-то это делали, но потом отказались, известь была нужней. Сейчас надо возобновить тот состав, с ним мы получим цемент, он сейчас будет востребован.

Могута и Путята уже думают, как печи эти делать. Присоединяйся к ним. Второй задачей станет модернизация нашего скипидарного производства. Даже скорее всего не второй по списку, а по значимости, но тут можно долго рассуждать. Все производства будут сосредоточены на одном участке. Вот смотри планировку, видишь, отдельные корпуса стоят для получения соды, кислоты, скипидара и всего с ним связанного. Что и как тут происходит, объясню позже. Пока знакомься в общих чертах.

Да, вот тут новое производство — будем производить пиролиз торфа. Скорее всего, это окажется последней работой из намеченных в списке, но я бы начал с неё. Это очень важная работа, она поможет нам получить новую кислоту и новый порох. Кстати, те пороха, что я тебя просил сделать, готовы?

— Не просто готовы, а переданы оружейникам, и насколько я знаю, испытаны. Там очень неоднозначные результаты получились.

— Это хорошо, зайду к оружейникам.

Мы ещё достаточно долго обсуждали новые проекты и те вещества, для меня пока незнакомые, которые собирался получить Вик. Однако кроме новых производств и веществ он отдавал под моё начало почти всё — изготовление бумаги, стекла, скипидара, смолы и керосина. Сюда же добавилось изготовление свечей и мыла. Для каждого из товаров планировался свой цех. Это не считая зарезервированных площадей для новых проектов.

Пожалуй, я маловато набрал учеников. Причём, мне был продемонстрирован кулак и высказана угроза побить ногами, если я не сумею справиться с отходами и начну загрязнять реку и землю, а также отравлять воздух в городе. М-да, лучше бы я ловил рыбу или занимался электричеством.

Сурск, Изик

Мы как раз сидели с корабельщиками и обсуждали, какие нам могут понадобиться корабли, когда пришёл Вик со своей знаменитой сумкой. Как-то не обращал раньше на это внимания, а тут мне подсказали, что если Вик с ней, то жди новых проектов. Ему кожевенники сделали сумку по его заказу, как он сказал, командирскую планшетку, и он носит в ней множество своих эскизов. Так что теперь появилась примета — Вик пришёл с планшеткой — жди новой работы. В этот раз всё подтвердилось.

— Здорово, други корабельщики. И тебе, Изик, не кашлять.

— Будь здоров, Вик, — вразнобой раздались голоса всех присутствующих.

— Поди гадаете, что я вам тут принёс, — и он похлопал по своей знаменитой сумке.

— Есть такое дело, — не стал скрывать я общего интереса. — Сейчас, понимаю, ты нас будешь учить, как надо Родину любить.

— И откуда ты всё знаешь, ушкуйник?

— Работа такой.

— Не переживай, сейчас всё покажу, — и он достал эскизы нескольких лодий. — Смотри, какие красавицы!

И действительно, на выложенных им эскизах были нарисованы несколько непривычных для нас судов. Вик пригласил всех двигаться ближе и начал объяснения.

— Как показала практика, нам нужны самые разные корабли. Для перевозки конного батальона нужен один тип судна, для разведки новых мест — другой, для дальних торговых маршрутов — третий, для быстрой курьерской связи — четвёртый. Вот я и попытался изобразить такие корабли.

Самая большая — самоходная баржа, она способна перевозить сотню лошадей. Как видите, они располагаются в четыре ряда, общая длина судна получается пятьдесят метров, ширина — десять, мотор у Могуты сейчас доведён и может выдавать более сорока лошадиных сил. Это уже приличная мощность. Палуба съёмная, когда не надо перебрасывать войска, стойла для лошадей убираются, образуется много места, и можно возить груз, хоть камень, хоть лес, хоть товары.

Размеры я проставил, смотрите, оценивайте, сможет такое судно плавать или нет, как на ходу будет, не валким ли получится. Киль придётся составной делать, надо будет усиливать стыки железом. Детали не прорисовывал, тут у вас опыта больше, думайте. Таких судов надо будет десяток. Я исхожу из того, что возможно следующим летом нам опять придётся перебрасывать войска. Так что хорошо бы к этому сроку подготовить пять-шесть кораблей, а лучше больше.

— Да, очень интересная баржа — задумчиво произнёс один из корабельщиков.

— А вот катер для дальней разведки. Берёт десять человек, проходить должен почти везде, по моим расчетам, осадка не более полуметра, можно сделать ещё меньше, но тут вам карты в руки. Для дальних торговых маршрутов подойдёт судно типа Ладоги, её можно и через волоки перетащить, и по не очень широким рекам пройдёт. Посмотрим, что ещё скажет Мирослав про свою лодию, может быть и такую придётся строить.

Таких пока, думаю, больше пяти штук не потребуется, с учетом двух имеющихся у нас и тех, что ушли с Вышеславом, должно хватить. Они, думаю, будут ходить на Каму. А вот катеров хорошо бы сделать с десяток, слишком по многим местам надо им пробежаться.

— Это понятно, таких сделать будет не проблема.

— Вот ещё для пробы идея — курьерский катер. Небольшой, на трёх человек с хорошим мотором. Надо попробовать в двух вариантах — с водометом и как аэроглиссер. Запустите пока пару штук, оценим. Ну и новые аэросани, куда же без них, зима уже близко. Пару надо сделать дополнительно, таких же, что и раньше, конечно с нужными улучшениями, и пару побольше, на шесть человек, под новые моторы.

Немного помолчав, корабельщики переглянулись между собой, и один из них изложил свои сомнения.

— Посмотреть-то мы посмотрим, но вот досок нам не хватит.

— А лес-то есть? — поинтересовался Вик.

— Лес есть, сохнет уж два года, да вот как его пилить?

— Об этом не беспокойтесь. Могута вам сделает станок для этих целей. Так что считайте, какие доски нужны и давайте заявки. Пусть он знает, на какие размеры надо ориентироваться. Всё понятно? Отлично, Жду вопросов и надеюсь к следующему году иметь семь баржей, не меньше. А лучше — больше.

Сурск, Могута

Как я и думал, Вик пришёл и ко мне. И сразу попросил пригласить ещё Молчуна и Гойко, нашего металлурга, как его называет Вик.

— Значит так, самые главные металлисты. Могу сказать, что надо принимать срочные меры по увеличению выпуска железа и стали, — так он начал разговор.

— Можно, надо только новые печи поставить, но куда больше, уже восемь штук работают только на выплавку железа и три на сталь, — ответил Гойко. — Скоро угля будет не хватать.

— Вот поэтому нам надо отрабатывать новую технологическую цепочку. Предлагаю опробовать такой метод — в моём мире его называли метод прямого восстановления или руда-сталь. Всё достаточно просто — сначала проводится как обычно плавка в привычных для нас горнах, хотя можно подумать и сделать немного изменённую конструкцию, чтобы удобней было. Потом всё, крица и шлак вместе помещаются в другую печь, в неё вдувается уголь, воздух и известь.

Температура поднимается до полутора тысяч градусов, образуется жидкое железо и шлак, когда всё расплавится, жидкий металл перегружают в специальную печь, называемую конвертером, продувают металл воздухом и получают сталь. Но для этого нужны воздуходувные машины и специальные печи. Будем строить, получать железо и смотреть, что получается.

Эта работа займёт не один месяц, но без неё нам не получить сталь в достаточном количестве. И работать нам здесь придётся всем вместе. Вот эскизы такой печки, вот примерные эскизы воздуходувки.

Честно говоря, чего-то подобного я и ожидал. Нет, не конкретно сказанного, но когда речь зашла о промзоне и пошли разговоры о создании новых устройств и оборудования для новых производств, этого и следовало ждать. С другой стороны, глядя на эскизы Вика, становилось как-то не по себе. Это была не просто промзона, а новый город, по размерам больше Сурска. А где взять людей? Я так и спросил Вика.

— Где, где, я знаю точный адрес, мастер, ты его тоже знаешь, — ответил он. Работать надо не только днём, но и ночью. Это первое. Уже есть ученики, прошедшие обучение, и они должны оказать нам существенную помощь. Подобная работа займёт не один год, но завершить мы её должны как можно быстрее, иначе нам просто не выжить. А людей будем искать и учить. Нам с тобой это делать не впервой.

Но упор мы должны делать на машины. Только их применение позволит нам справиться с нашими задачами малыми силами. Поэтому я и говорю тебе — давай моторы. Они нам во многих случаях позволят заменить людей. И давай думать, как уменьшить наши расходы сырья. Местность у нас бедная, так что надо использовать всё, что есть. Вот смотри, предлагаю для топки печей в некоторых случаях применять газ. А часть готового металла сразу отправлять на прокат через вальцы. Прокат делать на машинах. Что ещё надо добавить, вы подскажете.

Я так считаю, Вик. Ты говоришь всё верно, и заниматься мы этим будем, жить-то всем хочется, но дай немного времени просто обдумать твои слова и, как ты говоришь, проникнуться идеей.

В общем-то, на этом мы и завершили первое общение. Хотя нет, мне ещё было поручено заняться разработкой пилорамы, различных лебёдок, подъёмного крана и тележки для перевозки кораблей через волоки. На всё Вик подготовил эскизы и сказал, что ждёт меня с предложениями. Вот и получается, давай, давай и ещё много раз давай.

Сурск, оружейники, Сурдей

— Ну что, стрелки, дошла и до вас очередь? — спросил Вик, входя в нашу лабораторию.

— Да в общем-то, мы и не убегали никуда.

— Мышонок сказал, что отдал вам новые пороха и взрывчатку. Испытали?

Ну что я могу на это ответить? Испытали, правда, результат неоднозначный. Вот взрывчатка, состав N3, хорошо подходит для гранат и мин, для неё можно делать более толстые корпуса, а значит, осколки будут крупнее. Хотя у меня нет уверенности, что это лучше. Усложняется технология и выпуск уменьшится. А вот с порохами не всё так просто. На некоторых составах разрывает стволы, особенно у станкачей.

— Я примерно этого и ожидал. Но не беда, ствол мы укрепим. Вот смотрите, как будем делать. Он у нас будет многослойный. Поверх существующего, его, кстати, надо сделать тоньше, наденем ещё один, немного покороче, а поверх него ещё один. Будет у нас три ствола, надетых друг на друга. Надевать будем в горячем состоянии, так что с этим проблем не будет. Каждый ствол можно будет сделать тоньше, а общий станет прочнее.

Я посмотрел на этот эскиз, и честно говоря, не совсем понял, зачем столько хлопот, о чём и спросил. На что Вик меня и подколол:

— Эх, Сурдей, Сурдей, Пиксай, наверное, уже всё понял. Так ведь, Пиксай?

— А чего тут непонятно? Общая толщина стала больше, значит, ствол стал прочнее.

— Все так, но не совсем так. При горении пороха основное давление образуется в казённой части, и уменьшается по длине ствола. Многослойный ствол будет прочнее, чем сплошной, причём упрочнять его надо больше в казённой части. Понятно?

— Это всё понятно, вот только зачем это нужно?

— Более прочный ствол позволит использовать мощные пороха или увеличить навеску, что даст повышенную дальность стрельбы. Кроме того, у меня для вас два новых проекта. Попробуйте снарядить патрон к станкачу картечью. Я думаю, такой выстрел перед собой всё пространство очистит. А заодно проверьте, как он будет стрелять пулей. Да и с длиной ствола поиграйте. Цель всех работ — перейти на один вариант ружья и один тип патронов, хотя это больше мечты. Я думаю, что такая картечь в том бою у оврага позволила бы Азамату справиться с врагами только своими силами.

Так, с этим понятно. Очень интересно, и мы обязательно займёмся такой работой. А что ещё?

— Надо придумать, как можно из станкачей верхом стрелять. Выстрела из обычного ружья лошади не боятся, а этот слишком громкий, проверить надо, не испугались бы. Да и отдача у станкача поболе будет, не каждый сможет с руки стрелять. Вот и подумайте, как помочь в этом случае. Да, и ещё вам вопрос для обдумывания. Попробуйте вместо сигнальной гранаты сделать сигнальный патрон. Для этого только и надо — уменьшить сигнальную часть. Зато будет гораздо удобней.

Сурск, Галка

Вот это я понимаю, ускорение так ускорение! Буквально весь город бегает, как наскипидаренный. Впрочем, почему как? Действительно Витёк всех наскипидарил. Он тут почти неделю с каждым из руководителей ведомств разбирался и расписывал им задачи. И самое интересное, что всё это так подал, что каждый считает происходящее чуть ли не собственным проектом и готов отстаивать его с пеной у рта.

Но как бы народ ни поднимал свою ценность, все понимают, что самое главное будет происходить у Мышонка и Могуты. Остальные станут выступать пусть и ответственными, но исполнителями, а эти — солисты. Кстати, после той разборки, что устроил Витёк, никто даже и не пискнул, особенно когда увидели, что предстоит делать. Наоборот, кто-то даже пошёл на курсы переподготовки.

Да, да, пришлось сделать и такие. Сейчас большинство, да в общем-то все, живущие в городе, имеют начальное образование. А всё, что задумал Витёк, требует большего. И началось это с Мышонка, он под свои проекты стал готовить учеников, но предварительно всем им стал устраивать обучение по своему профилю. И успешно его прошедших начинает натаскивать по конкретному проекту. Правда, тут Витьку приходится часто подключаться, но скажем так, на уровень ремесленного училища, или как у нас говорили — ремеслухи, спецов начинают натаскивать.

Видя такое дело, Витёк буквально через три дня преобразовал эти курсы именно в ремеслуху. И туда пошли все иногородние, которые прибывают на обучение, а читать специальности им стал ещё Ведяш. Ничего так, побывала я на паре его уроков, понимает электричество, конечно, на самом простом уровне, но работать с изделиями может и не смотрит на них как на чудо. Всё, что говорят Мышонок и Ведяш, изложено в учебниках физики и химии, написанных Витьком. Хотя это скорее общее описание и особых откровений там нет, но начальный толчок и какое-то понимание природы многих вещей они дают.

А что, вполне правильный метод. В наше время больше половины людей не знает того, чего делает, на всё один ответ — так программа работает. Вот и надо научить местных определённым действиям, пусть и у них «так программа работает». А потом самых талантливых и головастых учить дальше.

И всех будут прогонять через практические работы. Тут уж наготове Могута, Путята и все остальные. Кстати, всех выпускников начальной школы тоже прогоняют через практику, может не с химией и электричеством, но со смолокурением, обработкой древесины и многими другими работами они справляются. А вот после года практики пойдут на основную работу, в первую очередь по своему выбору, не смогут его сделать — пойдут куда пошлют.

Вот и получается, что Витёк всех сбил опять в одну упряжку, но при этом проводя обучение новым специальностям, никому не закрывает дорогу вверх. Овладевай новым мастерством, расти и развивайся — и всем от этого будет хорошо.

Глава 19

Отчёты, размышления и продолжение периода «большого скачка»

Сурск, Вышеслав

Добрались до города нормально, можно сказать, что остаток пути прошли, никак не напрягаясь. Встретили нас как положено — баня, торжественный обед и многочасовые расспросы. Правда, они были взаимные, мы войной интересовались, горожане — путешествием, дорогой и новыми местами. Так что за рассказами времени прошло много, и разошлись мы уже в полной темноте, когда оставалось только спать. Именно в этот момент, выйдя на улицу и увидев серебристую дорожку на реке, полную луну и вокруг привычные избы и запахи, почувствовал себя дома.

Словно почувствовав моё настроение, Мирослав хлопнул по плечу и сказал:

— А как ни интересны заморские места, и какие бы там красоты нас ни ожидали, дома-то лучше!

Самый полный отчёт я вместе с Маска и Мирославом давал на следующий день Вику и мастерам. Чудные дела творятся, однако, стоило уехать — а тут такие изменения, всех мастеров разжаловали и ввели какие-то ведомства.

— Значит так, Вик, дорога до этого моря достаточно простая. Особых трудностей при движении по Волге нет, практически везде можно плыть спокойно, порой даже и к берегу близко подходить не надо. Глубина позволяет идти почти везде по самой середине, с берега из луков достать не получится. Поселений на реке мы не заметили, можно догадаться, что где-то в стороне на притоках Волги они есть, но берега пусты.

Земли хорошие, несколько раз специально останавливались и смотрели, урожаи в тех местах можно выращивать добрые. Но степняки там шастают достаточно часто. Несколько раз замечали конных воинов, пасущиеся стада и огни в степи. Не думаю, что там можно спокойно жить, во всяком случае, пока всех кочевников не отогнать далеко за море и не поставить на границах остроги.

Посмотрели мы столицу этих хазар, увидели, как они живут, поговорили с местными. В общем-то, картина получается достаточно противоречивая. Этот ихний Итиль, который столица, хорош для самого кагана и его сильнейших беков. Они там проводят зимние месяцы, летом же все уходят жить в свои кочевья. Вот такая у них получается смешанная жизнь, и кто они — понять трудно. С одной стороны — кочевники, пасут свои стада и движутся за ними.

С другой стороны — достаточно много людей, живущих на одном месте и выращивающих зерно. Кочуют, по рассказам купцов, в основном самые сильные беки, имеющие свои войска и постоянные пастбища. Получается, что с одной стороны кочевники, причём самые богатые и сильные, с другой — пахари, к которым относятся самые бедные. Но есть и ещё один раскол. Старшие рода, каган и его ближние беки, приняли новую религию, иудаизм называется.

А вот все бедные, а также те, кто не принадлежит к сильнейшим родам и живёт в стороне от кагана, придерживаются старой веры. Так что всё у них основано на силе беков и войске кагана. Но и она начинает слабеть. Слишком много бойцов потеряли хазары во время арабских войн. Так что часто им приходится прибегать к помощи своих соседей — печенегов. Вот те настоящие кочевники, и ведут себя соответствующим образом. Их много, и пойти в набег большинство из них готово всегда, лишь бы добыча была хорошая, больше им ничего не надо.

Основная часть населения живёт как бы сама по себе, их не интересует каган с его новой религией, они занимаются своими делами. Хорошие купцы, за наши изделия, что я для проверки продавал, дают хорошую цену. У них товара немного: соль, рыба, правда самая разная и много, зерно. Можно найти заморские товары — ткани, шёлк, разные притирания, но в основном всё это от арабов, ромеев, или из страны Чин. По рекам и морям почти не плавают, предпочитают гонять караваны верблюдов.

По морю мы прошли безо всяких осложнений, несколько раз только поднимался довольно сильный ветер, но ничего страшного, лодии всё выдержали спокойно. В том городе, что ты назвал Баку, уже другие хозяева — арабы. Пожалуй, это самый лучший порт на море, очень удобная гавань, защищённая крепость и довольно много товаров. Хотя основные торговые пути проходят мимо, но небольшая часть караванов добирается и сюда. Товар можно найти разный, но в основном привозной, из своих только нефть, соль и рыба.

Других хороших портов нет, есть небольшие поселения с удобными стоянками, но в них в основном ловят рыбу. Торговые караваны оттуда отправлять бесполезно, самый лучший порт для этих целей — Баку.

Обошли мы сколько смогли мест на побережье, может, нам просто повезло, но никаких трудностей с плаванием в море мы не испытывали. Хороших мест для основания поселений не так уж много, но тут надо думать, слишком они далеко. Но вот о новой реке — она у нас на карте обозначена как Урал, мечтать пока не стоит. Очень трудно будет её осваивать, хотя заниматься этим придётся. Река богатая, во всяком случае, рыбы там много.

Вот плавать по ней трудно, много мелей и перекатов. Но судя по руслу реки, весной она разливается широко, да и скорость течения должна быть достаточно высокой, даже сейчас она доставляла порой трудности. Что касается сырья, сказать не могу, там надо его искать. Мы вот почти не отходили от реки, но обнаружили белую глину, что ты нас просил привезти.

Из товаров закупили нефть и соль, ну и эту глину накопали. Так что дорога несложная, проплыть там можно, если конечно хазары в Итиле не запрут, вот только насчёт торговли есть вопросы. Торговать лучше всего в Баку, за серебро.

— Отлично, Вышеслав, всё ясно и понятно, — первым на мой рассказ отреагировал Вик. — Нефть, соль — Мышонку, пусть начинает перегон, глину отдай Путяте. Ты, мастер — обратился Вик к нему, — обрати на неё особое внимание. Из неё ты и будешь делать те плитки и кирпичи, что нужны для новых печей. Кстати, попробуй получить из неё посуду, она должны быть самой лучшей из всего, что ты когда-нибудь видел. Только стенки пусть будут очень тонкими. И думаю, тебе для обжига этой глины придётся делать особую печь. Но об этом мы поговорим потом.

Ладога, Мстислав

Успели, добрались-таки вовремя. Теперь можно зимовать, торговать и готовиться к новому походу. Подарки я вручил Горомыслу и другим старейшинам, им понравилось, так что добро на торговлю и наём переселенцев я получил. Лодии вытащили на берег и поставили в хранилища, экипаж ушёл зимовать в бывшее подворье Вышеслава, а я остался со своей ладой до весны. Время есть, успеем наговориться о дальней дороге и новом месте.

Но и о делах забывать нельзя. Пустил слух среди купцов о своём товаре, а так же о найме переселенцев в новые края. И хотя лодии туда ходят достаточно часто, в год одна, но приходит, только вот слишком трудная дорога. А вот мы может за сезон туда и обратно сходить. Когда я рассказал купцам об этом, а заодно о предложении Вика дать лодию и охрану для торговли, многие задумались. Надеюсь, думать будут правильно.

Сурск, Шумат

Надо честно сказать, что победа пошла нам на пользу. Я сужу только по притоку новых людей. Весть об удивительной победе над сильным врагом и незначительных потерях при такой войне буквально сдёрнула с места тех, кто боялся вступать в армию Сурска. А теперь их это уже не пугает, как же, такая огромная армия уничтожена, и почти нет потерь среди солдат. Значит, в ней можно воевать, ну а потом можно и в город устроиться.

Все знают, что городские всегда сытые и одетые, у них постоянно праздники, театр работает и концерты показывают. Поэтому армию удалось чуть ли не удвоить. Но с этим всё понятно, через полгода будет ясно, что с ними делать и на что годятся эти люди. А пока пусть учатся грамоте и проходят курс молодого бойца. Но гораздо более интересным является другое событие — недавно ко мне подошли посланцы из одного маленького селища, расположенного выше по течению Волги в глубине лесов. Они просили нас принять их в город, но всех вместе и не разлучать.

Когда я рассказал Вику об этом предложении, он очень обрадовался и сказал:

— Вот видишь, Шумат, люди стали к нам тянуться, все хотят жить под защитой города. Я думаю, надо им пойти навстречу. Пусть живут, обустраивают поселения, как вокруг Окска, на договоре. Поселить, я думаю, их можно либо на горе, ниже устья Ветлуги, тогда там будет постоянный сторожевой пост, либо в устье Урги, на пригорке, место хорошее и никто за той стороной не присматривает, либо с этой стороны Суры немного выше по течению, там какая-то речка впадает, кажется, Выла называется.

Будут нести караульную службу, охотиться, рыбу ловить, лес вырубят — пусть картошку сажают. Детей обязательно на учёбу. Ну ты знаешь все правила. Сажай их на договор, помоги инструментом и питанием, с постройкой домов, стен. За службу пусть получают помощь от города. Мне почему-то больше нравится острог, стоящий на вершине горы, напротив устья Ветлуги.

Так и сделали, я передал такое пожелание, они посмотрели место и согласились. Теперь у нас появился ещё один острог на Волге. Назвали его Новый. Думаю, не последний.

Сурск, Жихарь

Ну что, теперь, пожалуй, можно и два батальона сформировать. И пожалуй, ещё рота ушкуйников будет. Но этим мы потом займёмся. А сейчас всех новичков прогоним через курс молодого бойца, КМБ. Только после этого их можно будет готовить к какой-то специализации. А сейчас есть и другие заботы. Самое главное — мы тут вместе с Виком посидели и придумали новую программу подготовки, с учётом новых особенностей ведения боевых действий.

Как говорит Вик, начали обкатывать пехоту танками, что это — не знаю, а он только смеётся. А всё выглядит просто, ставится отделение или два в чистом поле, и на него несётся конная сотня с копьями, стреляя из луков тупыми стрелами и размахивая саблями. А пехоте надо стоять и не бежать, только учебными гранатами и холостыми патронами отстреливаться. И ведь бежали вначале. Страшно.

Но теперь привыкли, сразу начинают отстреливаться. Так что при прорыве конницы пехоту уже так просто не возьмёшь. Отрабатываем ещё один манёвр. В нём пехота идёт в наступление, добивать врага после обстрела из засады. И отрабатываем стрельбу плутонгами и по отделениям. Вообще-то это и раньше делалось, но как-то подзабылось, даже командиры про такой манёвр не вспомнили.

Вот и приходится память тренировать, двухпудовый мешок и десять километров кросса — лучшее лекарство для этого. Ну и само собой, штыковой бой и верховая езда со стрельбой. Правильно вообще-то. Тренироваться надо дома, в бою всё должно получаться само. И ещё открыли школу сержантов. Собрали лучших опытных воинов, немного объяснили, как надо воевать, порядки и правила в городе и в армии, и поставили их командирами отделений среди новеньких.

Они их и гоняют. Потом из лучших сержантов выберем командиров. Армия растёт, пусть все учатся воевать. Посмотрим, как первый выпуск будет работать, а потом ещё будем набирать. Правда, часть бойцов приходится снимать на стройку. Новые казармы строить надо. Житко дал своих строителей, несколько человек, а в остальном бойцы помогают. На новом участке надо строить военный городок, все уже не помещаются в старом.

И хоть они недалеко друг от друга, но порознь. Каждый городок рассчитан на один батальон. Первому-то хорошо, у них всё есть, а вот второй торопится, зима скоро, а там ещё работы хватает. Правда, сейчас тут перерыв и так будет. Охота начинается. Пока птица на заготовку шла, так почти весь личный состав пришлось отправить дичь стрелять. А теперь можно оленей, лосей и кабанов добывать, снег будет — за мехами пойдут.

Сам понимаю, что надо, что все основные добытчики в армии, а учиться воевать когда? Нет, надо срочно заканчивать стройку, иначе скоро всех людей переморозим. Завтра сниму всех с учёбы, и пусть за два дня построят казармы и эту, как её, инстуктуру. И полигон, где потом будут отдыхать с двухпудовым мешком.

Сурск, Житко

Чего я ходил и к Вику приставал утвердить планировку? Такая спокойная жизнь была. Знай строй себе дома, а теперь непонятно, за что хвататься. Топор уже забыл, когда в руках держал! Вчера, что ли? Из одного конца города в другой чуть ли не бегом приходится носиться. То на промзону, то в военный городок, то на причалы, то в новые школы. Теперь решили целых две построить, одна начальная, одна ремесленная, да ещё интернат.

И столовые надо везде делать. А ещё несколько биостанций, утилизаторов надо. А под них газгольдеры. Не говоря про новые цеха. Хорошо, что ещё солдаты немного помогают. Иначе не знаю, как справлялся бы со всем этим. А ещё дома строить надо и много чего другого. Просто отлично, что пока леса хватает. Когда промзону расчищали, там много пришлось его вырубить, теперь на сушку заложили, а запасённый ранее приходится тратить.

Надо лошадь попросить, не успею иначе везде побывать. Ведь вокруг промзоны надо ещё блокпосты строить. А все места, что я для коровок и лошадок присмотрел, ушли под мастерские и цеха. Теперь опять придётся искать места для селищ, ведь сажать ту же картошку где-то надо. Одним железом и порохом сыт не будешь. Да и коровок чем-то кормить нужно.

С Виком поговорю, на Урге и на той стороне реки, в пойме, а также на высоком берегу, выше по течению Суры, буду ставить поселения, тогда хотя бы картошку сажать и коноплю там смогут, да скотину держать будет где. Летом можно пастись туда скотину отправлять. А то всё купим, купим, зачем покупать, земля есть, живи и работай.

Вот зимой в тех местах надо площадки для домов начинать расчищать. Вот только жить там некому, все в городе хотят работать, моторы делать или по морям плавать. А во всём планировка виновата, не утвердил бы её, всё осталось бы как раньше.

Сурск, Виряс

Посмотрю я на вас, как вы без сапог будете бегать! Как в баню идти, так ковшик и шайку деревянные надо, как на улицу отправляться, так сапоги кожаные надевают, как темно станет, так свечку или лампу зажигают все. А думать об этом я должен. И вспоминают про такие нужные вещи в последнюю очередь. Сначала давай-давай моторы и порох, а потом — ой, а штанов-то на всех не хватает. Руки, понимаешь ли, до самого нужного не доходят. А без штанов ты куда? Да никуда. И без сапог никуда. А в бане так вообще тебе делать нечего без шайки.

Хорошо хоть у меня руки доходят. Кожевенников своих не забываю, при первой возможности людей им подбрасываю. Вот хоть и небольшая мастерская, а работает хорошо, кожу добротную делают. Самое главное, успевают всё переработать. Ничего, скоро опять пойдёт добыча от охотников, тогда они и взвоют. А что? Нам всем нужна кожа. Да и остальные мастерские под моим приглядом — сапожники, бондари, кухарки и многое другое прочее.

Это хоть и выделили в какое-то ведомство промыслов, но всё — городское хозяйство, и никому я его не отдам. И кожу, и сапожников, прях, ткачих и бондарное производство. Всё в первую очередь в город идёт. Ну ладно, половину могу уступить воякам, и оставшееся лишнее на продажу. С любого производства половину надо на нужды города забирать. Каждый приходит и говорит — у меня срок пришёл, давай мне новые штаны. Или сапоги. А где я их возьму? А рыбаки? Они для города в первую очередь работают, и на его запасы, так кому они буду вопросы задавать, где лодки взять, и кто им сети даст. И бредни.

Мастеров нет, сырья нет, учиться никто не хочет, всем моторы надо делать и из ружья стрелять. А в столовую каждый идёт и хлебушка не по одному куску съедает. А сил на поддержание городского хозяйства никто не даёт. Кто только здесь не нужен? Даже дерьмо черпать и возить люди нужны. Нет, что-то тут Вик не додумал. Пожалуй, надо с ним на эту тему переговорить, а то всё ружья и гранаты, порох и корабли, а вот про картошку и сало только в столовой вспоминают, когда на тарелке увидят.

Рудник, Кугерге

Это хорошо, что я вовремя задумался о железе и отправил Эрнелата его искать. Нашёл он его, там же, где я и думал. Место то просто похожее на это. Железа, как мне кажется, в тех озёрах гораздо больше, чем здесь. Да и добраться от реки туда проще, немного выше устья Суры ручей вытекает с нашей стороны. Лодия там не пройдёт, но обычная лодка, что мы делаем, сможет доплыть до устья. По этому ручью можно прямо до этих озёр добраться. Вот и будет лодка от озера на берег руду возить. А на берегу причал надо сделать и домик-склад поставить.

Так что будем там новый рудник делать. Далековато, конечно, придётся туда народ отправлять на неделю, станут там жить и работать. Ничего, зато все сыты окажутся и при деле. Вот только сейчас, пока зима, туда надо завести всё нужное. Печи поставить, избы соорудить, инструмент припасти. Где-то год ещё мы тут сможем руду добывать, а потом придётся на новый рудник перебираться. Вот и надо его уже сейчас запускать. Так и сделаю.

Окск, Яван

А хорошей оказалась мысль о договоре. Так уже многие стали на нас работать. Поселение растёт потихоньку, но больше не численностью жителей, а увеличением числа подконтрольных селищ. Если Сурск растёт сам в первую очередь за счёт новых жителей, то у нас рост происходит из-за присоединения новых поселений. Просто у нас разная задача. Окск собирает всех с окрестных земель под своё влияние, а Сурск обеспечивает всех оружием и прочим инструментом, для чего ему люди и работники нужны.

Армию там готовят. Правда, и у нас этим занимаются. Пока я сам и старые командиры отделений гоняют молодняк, но по весне Жихарь обещал тройку-пятёрку сержантов прислать. Станет легче. Надо будет десяток человек просить, два острога хочу поставить, переход на Днепр взять под контроль. В каждом посадить по два отделения, как раз хватит. Чужаков не пустят, а если что, предупредить успеют.

К нам на службу сейчас хорошо идут. Как узнали о нашем оружии и плате за службу, так и пошли. Даже договора на десять лет согласны заключать. А что, я бы тоже, наверное, пошёл. Ведь тут как получается, поселение попало под защиту Окска и отдаёт ему десятину во всём за безопасность. И касается это каждого двора. А тут отдал одного молодого на службу, и всё, поселение тебе ещё доплачивать будет. А детей бабы нарожают. Так мало того, что за службу платят, так и за обучение в городе детей платить будут.

Мужики быстро смекнули свою выгоду, и теперь все у них учатся, а вдобавок служба в армии почётна и уважаема, доход семье идёт. А тут ещё Доляна моя что придумала. Выпросила у Виряса несколько прялок и отдала их бабам в местные селища. Теперь они там нитку крутят и сдают в Окск, опять же за денежку. Чувствую, скоро надо будет свой цех ткацкий ставить. Ничего, Волга станет, съезжу к Вирясу, поговорю. Думаю, он поможет.

Так что постепенно растёт Окск, в наших местах его, пожалуй, лучше Сурска знают.

Сурск, Галка

Суеты и неразберихи столько, что можно без волос остаться, если постоянно за голову хвататься. Ничего, это хорошо. Так бывает, когда брага бродит. Пену пускает, булькает, шумит, а когда кончит бродить и успокоится — глядишь, и готовый продукт получился. Так и здесь что-то похожее происходит. Все суетятся, колготятся, бегают, ругаются, а дело потихоньку идёт себе и идёт.

Новые школы поставили, интернат, столовую, дома стоят — растёт город. Стройка промзоны идёт чуть ли не круглосуточно. Каждый считает свое дело самым главным и требует себе всё в первую очередь. До Вика многие вопросы не доходят, ему некогда, он всем говорит, сами не маленькие, разберётесь. Так что приходится зачастую мне выступать в роли судьи. И тут такие патриоты своего дела появляются, я аж порой диву даюсь. Вон Виряс таким оказался — всё, что хоть краешком касается интересов города, никому не отдает и никого к этому не подпускает.

Молодец мужик, настоящий хозяин. Зато город какой у нас ухоженный, везде порядок, всё есть, в магазин заходи и бери, что по норме положено — получишь. Самое интересное — потихоньку и свободная торговля стала появляться. Кто-то дома мастерит, в каких-то производствах остаётся излишек, и его через магазины можно свободно продавать. Или на рынок отправлять на продажу. Благо, механизм для этого уже создан.

Пожалуй, пора задуматься о выпуске своих денег. Раньше всё на серебре и золоте держалось. Правда, есть мех, который вполне успешно выступает в роли заменителя драгметаллов. Но рано или поздно придётся задумываться о выпуске бумажных денег, так почему же не сделать это сейчас? Пока будут чисто городские деньги, например одна белка. Возьмём бумагу, нарисуем на ней белку и напишем цифру один. Вот и готова денежка стоимостью в одну белку.

Её можно будет обменять на шкурку белки, натуральную, или товар стоимостью в одну беличью шкурку, или на соответствующее количество серебра. Правда, придётся держать на складе обменный запас серебра и меха, но можно начинать потихоньку, пусть люди привыкают. Правда, как бы не получилось, что так выкачают постепенно весь золотой запас, но подумать об этом можно.

Глава 20

О текущем моменте и о сделанном

Сурск, Вик

Хороший праздник Новый Год, знаковый. Дело даже не в том веселье и сказке, ожиданиях чуда, что он дарит, а в том, что служит своеобразным рубежом, позволяющим оценить сделанное и наметить следующие цели.

Вот и сейчас наступил такой момент. Пожалуй, зима в этот раз оказалась даже полезной, позволила взять нужную паузу и понять, что же происходит. А ситуация начинает напоминать снежный ком, катящийся с вершины горы, когда он увеличивается в размерах с каждым своим оборотом. Вот только скатившись с горы, такой комок либо останавливается, либо по пути налетает на столб или камень и разваливается.

Земство расширилось, пусть несколько не так, как хотелось, но окрестные поселения, да и не только окрестные, уже попали под его влияние. Основной формой организации новых земель становится договор, или как его стали называть, Земский подряд. По такому пути пошли Окск, Пьянск, Ярск и несколько других поселений, присоединившихся к Земству. Точнее, в этом случае происходило присоединение не напрямую к Земству, а к образованному им поселению-острогу.

Таким образом, получилась своеобразная конфедерация, появляются отдельные области и земли во главе со своим поселением, являющимся частью Земства. И хотя на этих землях в основном действуют наши законы, но прямого воздействия у нас на них нет. Но пока этот механизм работает. Всем нужна безопасность, которую обеспечивает Земство, его продукция и предоставляемые им возможности заработка. В то же время благодаря системе заказов, в том числе и на урожай следующего года, имеется возможность влиять на поведение селищ.

Но всё это возможно, пока остаётся доминирующим положение Сурска, обеспеченное его промышленностью, армией и транспортом. Именно на трех этих компонентах, даже скорее на двух первых, держится Земство. Имеется в виду не завоевание новых территорий, а их защита, обеспечение спокойной и безопасной жизни на всей подконтрольной земле, в том числе и предотвращение внешнего вторжения.

А возможность содержать армию обеспечивается промышленностью, способной в нужном объёме изготовить требуемую продукцию, и торговлей, реализующей этот товар. На вырученные средства закупается всё недостающее для нормальной жизнедеятельности Земства — продукты, зерно, а также некоторые вещи. Жизнь получается достаточно простой, можно сказать аскетичной, но пока никто не требовал себе каких-то привилегий и не кичился своими заслугами.

Вот об этом я сейчас и размышлял, вернее о том, как долго это будет продолжаться. И получались у меня два различных вывода: пока промышленность Земства сможет обеспечивать в нужном количестве продукцию для торговли, или пока не появится кто-то, желающий прибрать всё это к своим рукам. И если с первым я как-то ещё мог бороться, создавая новые производственные мощности и внедряя новые технологии, то в качестве меры противодействия второму варианту развития событий приходили в голову только силовые и карательные способы воздействия.

Этот вопрос меня мучил уже давно, и какие-то подходы к его разрешению появлялись, но пока ничего, обеспечивающее приемлемое решение, не сложилось. А вот по росту производственных мощностей картина была куда лучше. И хотя запущенная программа модернизации ещё даже толком и не началась, но первые её результаты обнадёживали. Заработала первая туннельная печь, теперь производство серной кислоты и, как побочного продукта, извести и цемента, значительно выросло.

Сейчас готовилась вторая печка, на ней будет выпускаться сода. Были изготовлены пилорама, которая успешно работала у корабельщиков, а заодно обеспечивала потребности Житко, и бетономешалка, позволившая увеличить выпуск кирпича. Ну и постоянно появлялись и улучшались новые станки, росло производство моторов и различных вспомогательных механизмов. Так что можно было надеяться, что в ближайшие годы, после обустройства новой промзоны, Сурск сможет в полной мере обеспечить потребности как в оружии, так и в любых товарах.

Получалось, что фактически для сохранения всего уже созданного выбора не было — необходимо постоянно наращивать производственные мощности и увеличивать выпуск товаров. Как говорится, планы составлены, осталось только их реализовать.

Сурск, Вышеслав

Я давно ждал разговора, который должен был состояться у нас с Виком. Честно говоря, в какой-то степени догадывался о его теме — дальней разведке. Но что разговор повернётся таким образом, даже и предположить не мог. Но по порядку.

Вик пришёл не один, а с Маска, что подтверждало мои ожидания.

— Я специально собрал вас вместе, чтобы обсудить интересующие меня проблемы. Какие — вы, наверное, уже и сами догадались. В свете складывающегося положения — возможной войны с хазарами, думаю, у нас могут возникнуть некоторые проблемы с движением в устье Волги. Надеюсь, что они будут решены, но тем не менее, надо искать запасные варианты. И это при том, что необходимо начинать широкое исследование Камы и установление дружеских и торговых отношений с жителями тех мест.

К началу сезона должны быть готовы, во всяком случае, корабельщики ради этого работают почти непрерывно, пять или шесть разведывательных катеров. Каждый из них рассчитан на экипаж не более десяти человек. Что мне нужно — не менее трёх экипажей должны уйти на Каму и пройти по ней и её притокам столько, сколько получится. Меня интересует всё — где и какие поселения стоят, какое отношение к чужакам, чем можно торговать, что они продают и в чём нуждаются. Хорошо бы узнать возможные цены.

Но ещё меня волнует один вопрос — вы должны найти путь от Камы через её приток реку Белую на реку Урал. Её верховья начинаются где-то недалеко от Урала. Может быть, такого пути нет, но я об этом должен знать точно. Иначе нам придётся плавать через море, а это долго. Маска, это касается тебя, выдели на это дело один экипаж, причём он должен будет пройти не только по реке, но и по земле, в крайнем случае, подойдёт вариант сухопутной дороги, соединяющей обе этих реки.

Есть ещё одна дорога, по которой надо пройти, или найти — это путь с верховьев Ветлуги на Вятку. В прошлый раз карт Йоштурге говорил, что есть такая дорога. Найди её, Маска! По ней мы сможем сразу из наших земель попадать на Каму, минуя Булгар. Будешь искать дорогу, сразу ищи место для острога. А лучше всего, сразу определи для него одно место, чтобы он одновременно контролировал и защищал дорогу на север и на Каму.

— Так если Вятка приток Камы, то может быть этот экипаж и займётся её разведкой? — поинтересовался Маска.

Тут уж я, не дожидаясь ответа Вика, высказал своё мнение.

— Не стоит путать две задачи. Пусть каждый из экипажей занимается своим делом. А полученные сведения мы потом сравним.

— Совершенно верно, — добавил Вик. Кроме того, могу сказать — выход с Ветлуги на Вятку должен быть не в её верховьях, так что саму реку надо осмотреть до конца. Мы должны иметь полную и подробную карту, пусть не со всеми исследованными притоками, но основные пути знать надо.

— Я понял, Вик. Так и сделаем, — ответил Маска.

— Погоди, охотник, это ещё не всё. Один или два взвода должны уйти на север. Эти пойдут не на моторных катерах, а пусть берут обычные лодки и идут. Хорошо если сможешь за зиму дотащить их на санях до тех рек. Как я понимаю, там все эти ручьи впадают в реку Юг, она в Сухону, а та в Северную Двину. Так вот, время у вас есть, две лодки на санях успеете дотащить до тех мест, где на них можно будет плыть.

А как реки вскроются, то там предстоит та же самая работа, что и на Каме. Если сможешь, отправь три экипажа на север. Учти, им придётся работать в тех краях всё лето, возвращаться будут зимой. И там тоже надо присмотреть, где поставить острог. Та просека, что тянет Яруска, должна соединить два острога. Лодки оставите на выбранном месте, после зимовки придётся вернуться в те края и продолжить работу. Думаю, эта просека не самая оптимальная дорога на север, потом мы найдём и лучше и короче, но это будет потом.

— Да, понятно, — ответил Маска. — Как я понимаю, там теперь постоянно будет работать не один экипаж, а желательно два или три.

— Всё правильно, а после того, как будет готов острог, там будет идти разведка круглый год. Потом мы туда и моторные катера перебросим. Да, остроги старайся выбирать так, чтобы до них хотя бы лодки могли доплыть. Если можешь найти только такие, то придётся ставить ещё один острог, куда лодии смогут дойти. Понял?

— Всё ясно!

— Это не всё, не торопись, разведка. Есть ещё одна задумка. Посмотрел я тут карту, как дорога идёт в Гнездово, очень большой крюк получается. Так вот, берите этого Булгака и постарайтесь найти волок сразу на Днепр или какой-нибудь из его притоков, но в верховьях, так чтобы выйти на Гнездово, не заходя на юг. Очень уж много времени на такую дорогу тратится. Вот теперь всё, можешь идти, охотник, и готовиться к новым рейдам. По всем сказанным маршрутам я набросал примерные схемы, потом передам.

А мы тут с Вышеславом пошепчемся ещё. Да, чуть не забыл, ты тут все окрестности знаешь, подскажи Мышонку, где торф искать. Он тебе всё расскажет, что ему нужно.

После ухода Маска я выставил приготовленный чайник с отваром, мы немного посидели, я обдумывал услышанное, Вик переводил дыхание.

— Надеюсь, ты понимаешь, Вышеслав, что хоть я говорил всё Маска, но спрос и с тебя будет?

— С этим ясно и понятно, я буду отвечать за результаты, так что проверю и подготовку к походам, и подбор людей. Но судя по тебе, ты ещё что-то хотел сказать.

— Сам понимаешь, что разведка заключается не только в получении данных о новых местах, но и о людях, в них проживающих, и о том, что они хотят сделать. Вон благодаря разведке булгар, мы вовремя узнали о нападении хазар. Так вот, выбора у меня нет, принимай на себя создание разведки всего Земства.

От этого я даже оторопел и не смог сразу ничего ответить. А Вик продолжал:

— На первых порах будешь узнавать всё, что сможешь, просто при разговорах, кстати, предупреди этих охотников, чтобы меньше болтали и больше слушали, потом заведёшь своих людей на местах. Приказчиков обязательно используй. Пусть информацию собирают. Купцов к этому делу привлекай. Не тушуйся, я тоже не знаю, как это делать, но мы должны знать больше о том, что делает враг.

Да, используй Дугиню для внутренней разведки. Нам надо выявлять всех, кто к нам проник с той же целью от врагов или просто от соседей, хотя бы просто от ближнего поселения.

— Вик, я не могу, ты что? Я просто не справлюсь!

— Справишься, тут главное понимание. А не справишься, будет только хуже. А выбора нет ни у тебя, ни у меня. Я тоже много чего не знаю, но ведь делаю. Это надо городу, Вышеслав. Так что не страдай сомнениями, а начинай работать.

На такой поворот в разговоре возразить было нечего, так что кроме подготовки к очень даже непростому следующему сезону, пришлось думать и о проведении разведки. А судя по тому, что наметил для нас Вик, это только начало. И думаю, на тему предстоящих походов нам придётся ещё не один раз поговорить.

Сурск, Путята

Ну наконец-то получилось. Вот она, вся белоснежная и прозрачная чашка. Это что-то, Вик говорил, что из этой глины можно сделать какую-то необычную посуду. И я смог этого добиться. Ах ты какое чудо, прямо прозрачная вся и светится в руках! Не знаю, насколько это тот фарфор, о котором говорил Вик, такая чашка хороша сама по себе. Осталось расписать её. Только бы с этой глиной и работал, но ведь не дадут, отберут и будут в неё разное железо и химию лить. Тьфу на вас, всё равно заставлю ещё привезти.

Сурск, Мышонок

Я, конечно, не сомневался, что всё получится, но уж больно непривычным казалась эта трубчатая печь. Мне так и думалось, что придётся долго с ней возиться и разбираться, переделывать несколько раз, пока всё не заработает. Однако всё получилось достаточно просто, и при отладке всей печи пришлось только немного повозиться со стыковкой труб и вращающимися узлами и подводом газа. Кстати, нашёл я применение для отходов от бумажного производства, даже Вик меня похвалил.

После выварки щепы остаётся лигнин, и его скопилось достаточно много. Частично он уходит на топливо, частично используется вместо опилок, хотя с ними надо тоже что-то делать. Так вот, трубы у нас глиняные, и чтобы обеспечить их защиту, я предложил их обмазать смолой и обвалять этим лигнином или опилками. Получилось хорошо, особенно если сделать такую защиту в несколько слоёв. Конечно, трубы не стали особо прочными, но защита пошла им на пользу.

Путята остался очень доволен, я теперь у него лучший друг, как же, защитил его изделия. Он очень болезненно относится, когда что-то сделанное из глины ломается или разбивается. А труб нам надо много и разных. Ему даже пришлось специальных людей выделять и организовывать несколько рабочих мест по изготовлению труб. Он вообще сейчас злой и готов любого разорвать, когда узнал, что новая глина предназначена не ему, а мне и Могуте. Зря ему Вик про фарфор рассказал.

Он тут несколько месяцев возился, пока не получил первую посуду, а после этого всю глину спрятал и сказал, что никому не отдаст. Пришлось даже Вику идти разбираться. Но сейчас успокоился и начал делать специальную плитку и кирпич. Мне надо печи облицовывать, Могута каркас сварил, теперь туда надо плитки ставить и всё соединять, а потом сверху ещё листами железными обшивать. Это уже для соды будет печка.

Она почти такая же, как используется при получении кислоты. При производстве бертолетки остаётся много соли, Вик называет её глауберовой, вот эту соль в смеси с углём и мелом будем жарить и получать соду. Весь процесс проверили в лаборатории, всё проходит нормально, теперь пора повторить в промышленном масштабе. Я очень удивился, когда Вик рассказал, где это должно применяться.

Много времени пришлось потратить на создание очистных сооружений. Вик обещал посадить меня голым задом на ту трубу, откуда будут отходы идти. А все знают, он свои обещания выполняет. Так что у нас нет никаких вредоносных отходов, птички и мышки живут спокойно, проверили. Но пока сумели только установку по производству кислоты запустить. Сейчас над содой работаем, потом будем делать комплекс по переработке древесины.

Что хорошо, научились газ возить. Теперь есть специальные телеги-газовозки. Мало они, конечно, за один раз могут перевезти, но по-другому пока не получается. На телеге стоит емкость из кожи, пропитанной клеем и глиной. Закачивают газ в емкость, везут куда надо, а потом стравливают его там в газгольдеры. Таким образом получаем топливо для наших печек. Надо думать о трубопроводах, но пока нет такого количества газа. Ничего, скоро будет. А вот электричество уже по проводам гоняем. Около ферм стоят генераторы, работающие на газе, вырабатывают электроэнергию, и она по кабелям идёт на нужное место.

Сурск, Могута

Сегодня во время очередного посещения мастерской Вик меня немного удивил. То, что у него много идей, все давно привыкли, как и к его новым планам. Я как-то уже свыкся, что он все силы отдаёт оружию, технике для войны, транспорту и всему, что для этого нужно. Оно, конечно, потом тоже применяется в других областях, но чисто житейских вещей он давно уже не делает.

С чем это связано — сказать не могу. Наверное боится, что не успеет обеспечить защиту Земства, а вдруг опять молния ударит? Не знаю, а спорить не буду. Так вот, сегодня он попросил пригласить Молчуна, и когда тот пришёл, несколько замявшись, сказал:

— Я без твоего ведома распоряжаться не могу, но хотел бы дать Молчуну особое задание. Поэтому слушайте моё предложение — надо начать развивать технику для производства тканей. Мы всё на войну работаем, а надо о людях подумать. И начнём с самого простого — с изготовления тканей, потом будем делать оборудование для шитья, да и много чего надо сделать.

Вот я и предлагаю Молчуну выделить хорошего механика, а лучше двух-трёх, которые будут делать станки для изготовления тканей. Это только на первый взгляд всё так просто, там знаешь, сколько работы для настоящих механиков, гораздо больше, чем при изготовлении ружья. А пользы больше.

— Так там же дерево в основном, не металл — удивился Молчун.

— Дерево только потому, что металла на всё не хватает. Но дело даже не в этом. Там надо работать настоящему механику. Вот вы станки для металла делаете, сколько там хитростей и тонкостей?

— Много, не каждый и разберётся.

— Во-от, а тут надо делать станки для ниток, думаешь, будет легче? Уверяю, гораздо сложнее. И сделать надо так, чтобы бабам было понятно, и работать удобно. А ведь нитку надо прясть, чесать, теребить, ткань надо белить, выглаживать, красить, да много чего с ней делать надо.

— И что, это всё механик должен делать?

— Нет конечно, потом из самых бойких и сообразительных девчонок найдём мастериц, которые будут этим заниматься, а вот станки и прочее оборудование делать придётся механику. Причём надо иметь в виду, что такое оборудование потом пойдёт и по другим поселениям. Там ведь тоже бабы захотят ткать полотно. Так что тут, скорее всего, придётся делать полный комплекс оборудования для мастерской.

— А что конкретно надо делать?

— Вот это тебе и надо выяснить. Мы можем пройти вместе с тобой в мастерскую и поговорить с ткачихами. Кое-что я тебе подскажу, но много придётся делать самим. Так что, есть у тебя подходящие специалисты для такой работы, Молчун?

— Есть, как не быть. Кемай, Резан, давайте подходите сюда. Работа есть.

Я в общем-то не возражал, пусть и Молчуну достанется хорошее дело. А предложение Вика было великолепным, для настоящего механика работы выше крыши. Получив моё одобрение, они все вместе пошли в ткацкую мастерскую, изучать то, что есть.

Сурск, Шумат

Странное какое-то совещание собрал сегодня Вик. Ничего не говорит, ждёт, когда все соберутся. И состав непонятный — Жихарь, Дугиня, Азамат, Виряс, Галина, меня пригласили. Ну вот, кажется все собрались, сейчас всё и узнаю.

— Так, у нас с вами, товарищи руководители нашего общества, на повестке очень важный вопрос — физическое и патриотическое воспитание населения.

— А можно проще объяснить? — спросил Азамат.

— Можно. У нас ведь сейчас как получается — народ работает до упаду, потом или на войну идёт, либо на охоту. Ну, может иногда в театр удаётся попасть. А это, как мне кажется, неправильно. Надо нам ввести занятие спортом. Что это такое? Выполнение различных физических упражнений, причём в сравнении, кто сделает лучше. Помните марш-бросок Азамата и Избора — вот это и есть соревнование.

Только оно может происходить не только в таком виде. Это может быть и метание гранат на дальность, стрельба из лука, бег на разные дистанции, бег на лыжах, скачки с препятствиями, плавание, гребля на лодках, да и вообще всё что угодно. Есть специальные игры — футбол, волейбол, баскетбол, ну и другие.

— Ну а мы-то здесь причём? — удивился Виряс

— Я хочу провести демонстрационную спартакиаду Земства, и в этом мне нужна ваша помощь. Ты, Виряс, сошьешь нам мячи, я покажу, какие надо сделать, вы, товарищи командиры, а также те, кого выберете, примут участие в показательных выступлениях. Предлагаю несколько видов соревнований — метание гранат, стрельба из лука, бег на несколько дистанций, марш-бросок, только без стрельбы. И показательные выступления команд по футболу и волейболу.

Если людям понравится, эта забава, называемая спорт, пойдёт дальше, и тут тебе, Шумат, придётся постараться в её продвижении. Уверен, что все будут довольны, это развлечение ничем не уступит театру.

— А почему бы нет? — спросил Азамат. — Из каждой роты выделить по два человека, и пусть выступают.

— А команды нужно две, двадцать два человека в футбольную и двенадцать в волейбольную. Предлагаю провести эти соревнования после завершения посадки картошки. Тебе, Азамат, выбрать участников, но поговори, чтобы лишнего не болтали. Объясни, что к чему, и они могут начинать готовиться. А когда будут мячи, что сделает Виряс, начнём тренироваться в футбол. Спасибо за поддержку идеи.

Ладога, Мстислав.

Свои товары я распродал, а вот городские пока держу, пусть цена ещё поднимется. Скоро купцам на торговые маршруты уходить, а этот товар для них хороший, лучше трудно найти. Продать его будет просто и выгодно, так что поднимут купцы ещё цену. А если нет, то и по сложившейся продам, она меня тоже устраивает.

Нашлась пара купцов, готовых взяться за торговлю для города. У них неудачно сложилось дело, их лодии были разграблены, так что пришлось продать всё, что есть, чтобы закрыть долги. А купцы добрые, если возьмутся, то помощь от них может быть хорошая. Они долго не могли понять, что им предлагается. Пришлось повести их в лабаз, показать сложенный товар и сказать, что этот товар мне поручил продать город.

И он назвал мне цену, по которой это надо сделать. Если я продам ниже обозначенной цены, то должен буду заплатить из своих денег разницу, если по той, что нужна городу, то ничего не получу сам, а если продам выше цены города, то разницу разделим пополам. За товар в пути отвечает охрана, я сам за него ничего не плачу. При хорошем раскладе я могу получить прибыль, не тратя своих денег и ничем не рискуя.

Поняв наконец, в чём заключается суть предложения, купцы воспряли духом. Они получали возможность заняться торговлей, не имея на это своих средств. И как мне кажется, предложение примут. Для начала я им посоветовал совершить торговый маршрут из Сурска в Ладогу и обратно на следующий год. А там видно будет.

Сурск, Галка

Вот так вот — и у нас теперь будут соревнования. Бюджет, как на олимпиаде, пилить мы не будем, у нас он слишком неподходящий, для этого лесоповалом придётся заниматься, но я участие обязательно приму. Хотя бы в составе группы поддержки. Надо же научить местных, как болеть и как кричать «Судью на мыло». Как говорится, это вам стадион, а не театр.

Но до этого дожить ещё надо. Сегодня вечером, уже в сумерках, наблюдатель заметил два дыма — черный и зелёный со стороны Пьянска. По согласованной таблице, это сигнал, что хазары идут в буртасию. Но уже темно было, если с утра не повторят, то туда слетает Изик на саночках, а пока батальон готовится на выход. Проверяют снаряжение, готовят боеприпасы, оружие, сани, еду.

В этот раз всё обстоит спокойно, ещё один батальон остаётся охранять город и окрестности. А ведь надеялась, что спокойно зима пройдёт. Столько интересных дел начато. Тут и организация текстильной промышленности, наконец-то у мужиков соображаловки хватило понять, что штаны вещь тоже нужная, а не только порох и бомбы. Садики строятся, их постоянно не хватает, где на всех набрать воспитателей, не знаю, хорошо девчонки помогают, в это время если они старше десяти лет, то за хозяйством вполне успешно следят.

А хозяйство у всех уже в том или ином виде есть. Кто ограничился птичками, у кого и коровка есть, а лошадь так у всех желающих. Многие держат огород, сады стали сажать, привезли яблони, вишни, сливы, ягодные кусты сами из леса натащили. Заготовки делают, варенье варят, с мёдом. Потихоньку люди обживаются, и многие уже начинают жить своим хозяйством, продукты берут с города, а как же иначе, если весь день на работе, того же сена заготовить времени не хватит. Вот и берут. А я считаю, что это правильно, и только рада этому.

Люди остаются людьми и не превращаются в бессловесных роботов и пустых исполнителей, винтиков огромной машины. Свое хозяйство в человеке поддерживает его сущность. У женщины — инстинкты хомячка, всё в норку тащить, у мужика — чувство добытчика. А раз это сохраняется, значит, всё правильно идёт.

Кроме садиков-яслей Житко поставил несколько интернатов. Не только для приезжающих учиться, но и для сирот. Много их по окрестным землям остаётся, так Вик дал команду всех забирать и воспитывать. Говорит, не объедят они нас. И это правильно. А тут война! Подлая.

Глава 21

Вторая хазарская, зимняя

Сурск, Вик

Ночи на сборы нам хватило, даже поспать сумели. Вышли с утра, не дождавшись повторного сигнала. Изика на санях я всё-таки в разведку отправил, пусть долетит до Пьянска, уточнит сигнал. Нас вышло триста двадцать бойцов верхом, с каждым заводная лошадь, и в обозе шли пятьдесят саней с припасами и кормами. До места ставки бека Айдара было восемь дней неторопливого хода. Коней гнать мы не собирались, они нам ещё пригодятся, так что дней девять — десять дорога у нас должна занять.

Во второй половине дня вернулся Изик, подтвердив сообщение о хазарском набеге. Подробностей он не знал, сообщение пришло дымами со стороны буртасии. Так дальше мы и двигались, Изик на санях как передовой дозор, впереди батальона на небольшом удалении авангард, потом сам отряд, колонна сопровождения и арьергард. Шли спокойно, но нигде особо не задерживались и на девятый день дошли до ставки бека.

Наш приказчик сообщил известные ему подробности — хазары идут отрядом в шесть тысяч, уже успели разграбить три поселения в южных районах, уничтожить два отряда бека и сейчас, по сведениям разведки, направлялись в сторону ставки. Заодно он передал нам пожелание бека встретиться со мной, как только я появлюсь. Не стал я заставлять долго ждать такого «уважаемого» человека и отправился на встречу. Батальон остановился на ночёвку и отдых.

Этот приказчик оказался шустрым малым, услышав о вторжении хазар, оседлал лошадь и за полтора дня добрался до нашего карьера, там стоял пост, и оттуда подали сигнал.

Чувствую, нам предстоит долгий марш, надо привести в порядок лошадей и снаряжение, подготовить оружие, так что отдых будет самым лучшим решением в такой ситуации. В ставке меня уже ждали и сразу же провели к беку.

— Правитель Вик, ты пришёл мне на помощь, как своему верному другу? — спросил бек.

— Да, Могущественный.

— Огромными силами хазары напали на нас. Ничего не говорило о таком нападении. Мы выполнили все свои обязательства перед ними, отправили дань кагану, а тут пришли новые воины и требуют ещё одну дань. И спалили три поселения, жителей захватили и угнали в рабство, уничтожили два отряда моих воинов. И силы их просто безмерны. Сколько у тебя воинов, правитель Вик.

— Со мной те бойцы, что помогали хану Атагулу и разбили силы бека Булана.

— Это хорошо, может быть, у тебя получится прогнать этих грабителей.

— Дай мне своих разведчиков, что были с моими воинами в прошлый раз, и этого будет достаточно. Ну и если возможно, скажи своим слугам, пусть выдадут продукты моему отряду. Воинам надо много сил для борьбы с сильным противником.

— Рифат, распорядись предоставить в распоряжение правителя прежний десяток и пусть пригонят им сотню баранов для пропитания.

Да, жлоб ещё тот, решил отделаться от меня сотней баранов, — подумал я про себя. — Ничего, потом посчитаемся, ты мне ещё заплатишь.

Вернувшись в лагерь, я собрал срочное совещание и сообщил последние известия. Весь отряд решили оставить здесь, по крайней мере, пока не будет обнаружен противник, и отправить на его поиски разведку.

На территории противника, Азамат

— Эй, робяты, выпало нам в поле широком душу потешить и косточки размять! Пошли лошадушки, пошли, ходу, родимые, ходу!

И свистнуть знаменитым волжским посвитом с переливами, чтобы душонки у всех этих буртасиков в пятки ушли. И в галоп, пошли, пошли, не отставать никому, мимо ставки этого надутого индюка. И ещё раз свист. И ответный, сзади. Так и прошли мы галопом со свистом через ставку, нагнав на всех страху. Хорошо, что ещё стрелять не начали, а то точно меня бы заставили бегом бежать до дома.

Ну всё, всё, лошадушки, душу отвели, косточки размяли, теперь пора дело делать. Нам надо этих волков позорных найти и посчитаться с ними. Они мне задолжали, за руку свою я с них по полной спрошу.

Так говоришь, они должны быть в пяти днях пути в той стороне? Ну так и пошли туда.

А плохо в поле зимой. Ветер одёжку пробивает, видно на чистом снегу любое пятнышко, хорошо мы в маскхалатах, но лошадь не спрячешь. Были мы по весне в этих местах, совсем другое впечатление от них осталось. Почти и не узнаю ничего.

— Как думаешь, Изик, куда пойдут?

— Сюда и пойдут. Им долго гулять не хочется, хоть и тепло, но лучше в доме сидеть и девок мять, чем в поле скакать и судьбу свою искать. Поселений здесь нет, последнее, я думаю, впереди в трёх днях пути, и они должны были его уже захватить. Там хазары день постоят и пойдут на ставку, а ночевать будут в этой лощинке. Отсюда два дня пути, ветра внизу нет, топливо для костра есть, родник есть, корм для коней есть, переночуют и пойдут на штурм. Здесь их и брать надо.

— Всё правильно, брат, я тоже так думаю, Значит, надо убедиться, что хазары идут сюда и готовить засаду. Рисуй местность и отправляйся со своими к Жихарю.

— Нет, брат, нарисовать нарисую, отправить отправлю, но сам останусь. Ты один слишком безбашенный. Что я потом будут твоим детям говорить, если с тобой что-то случится? Вместе пойдём дальше хазар искать.

Изик упрямый, его не переспоришь. Отправили донесение и пошли дальше искать волков этих. Через два дня нашли, они из того, памятного нам поселения выходили и собирались двигаться по направлению к лощине. Оказалось их примерно тысяч пять, идти им туда предстояло дня два. Места для ночёвок у них на пути были хорошие, так что спешить им некуда. С новым донесением отправил ещё одно отделение, расписал, где нашли хазар, куда идут и где должны остановиться.

Остались мы вдвоём с Изиком, держимся вдалеке, изредка только проверяем, как и куда идут враги. Пока всё так и есть, как писали. И вот тут нас подловили. Зима ведь, следы не скроешь. Десяток хазар ушёл в сторону и вышел у нас за спиной, собирались нас гнать на основное войско и взять в плен. Переглянулись мы с Изиком и пошли на прорыв. Плохо, что снег в этом месте оказался глубокий, скорости нет, кони шагом идут еле-еле. Но и хазарам не легче.

Пришлось нам с коней слезть, на лыжи встали, вот теперь хорошо, по такому снегу я любую лошадь обгоню. Подошли мы на пятьсот метров и начали стрельбу из метателей. По два выстрела сделали, коней поранили, уйти не дали, а вот живые враги остались. Пришлось идти ближе и из ружья добивать. Да вот только близко подошли, один сумел встать и из лука выстрелить, так что Изику плечо пробил.

Добил я этого стрелка. И остальных тоже. А потом прошёлся с контрольным топором. Только тогда смог Изику помочь. Снял с него куртку, разрезал рубаху, засыпал смесью, что Пашай делала, замотал руку. Крови он видимо много потерял, пока я возился с врагами, совсем сомлел. Но до лошадей я его дотащил, усадил, привязал на всякий случай и отправился к своим.

Война, Жихарь

Эти два ухореза улетели как оглашенные, напугав всех, кого смогли. Вик только усмехнулся и пробормотал «Орлы мух не ловят». Мы же, простояв день на месте и подготовив всё, что считали нужным, двинулись потихоньку по их следам.

Зима не самое лучшее время для таких передвижений. Как-то не очень хорошо ночевать в чистом поле. Местность тут не совсем ровная, много небольших холмов, порой образующих хорошее укрытие от ветра. Так что более-менее подходящие места для ночёвки находились. Они были богаты кормом, и привыкшие к кочевой жизни лошадки спокойно находили себе питание под снегом. Хотя и с собой у нас был достаточный запас зерна.

Во многих случаях ночевали, просто завернувшись в шкуры, запас которых везли в санях. Для охотников, привыкших к таким ночёвкам, в этом не было ничего необычного, хотя имелось у нас несколько юрт и шатров, захваченных у противника в ходе предыдущих боёв. Да и свои палатки имелись, но на всех всё равно не хватало, здесь мы действительно промахнулись.

Первая весточка от разведчиков нашла нас в трёх днях пути от места предполагаемой битвы. Опыта у Азамата было предостаточно, так что мы отправились в ту сторону, и в дне пути от возможной ночёвки хазар стали лагерем, ожидая дальнейших уточнений. Затем пришло подтверждение о начале движения хазар и сроках их возможного прихода на место засады. А потом появился весь измученный Азамат, на ещё более измученной лошади, буквально на себе тащивший раненого Изика с его конём.

Получив последние известия от Азамата, отправили ещё несколько разведывательных групп, стараясь охватить как можно большую часть пути, по которой мог двигаться противник. Таким образом, постоянно уточняя его положение, батальон затаился в овраге, буквально в двух часах пути от возможной ночёвки хазар. Мы добились желаемого, разведка сообщила, что противник встал лагерем в ожидаемом месте.

Выждав полной темноты, двинулись в его сторону. Обоз и лошади были оставлены в овраге, а все пошли на лыжах. Маскхалаты и лёгкая позёмка скрывала нас от постороннего взгляда, так что где-то около полуночи мы добрались до вражеского лагеря. Там всё было спокойно, большая часть воинов улеглась спать возле костров, кони паслись в стороне, лагерь охраняли посты.

— Значит так, товарищи командиры. План атаки будет такой. Ты, Маска, со своими охотниками снимаешь часовых у табуна и отгоняешь его подальше в сторону, потом занимаешь холмы и не даёшь никому прорваться к лошадям. Когда отгонишь лошадей, дашь зелёную гранату, это будет сигнал начала атаки. Ты, Азамат, занимаешь другой фланг, не пускаешь никого в эту сторону и если что, будь готов ударить в тыл противнику. Себя без нужды не выдавай. Можешь вмешаться, когда будем чистить лагерь.

Я с основной частью войск иду прямо, с максимальной дистанции, позволяющей накрыть весь лагерь, открываю стрельбу из станкачей, потом оставляю их на месте продолжать стрельбу, двумя ротами идём вперед добивать врагов. Стрельбу ведём из метателей, в ближний бой никому не лезть. Если на нас пойдут в атаку, ударите им в тыл. Самое главное — не пропустите их к лошадям. Если побегут — пусть бегут, в степи без лошади и по снегу далеко не уйдут.

Мы все передвигаемся на лыжах.

— А что, часовых снимать не будем? — спросил Азамат.

— Да пусть себе стоят. Маска снимет тех, кто ему мешает, ты снимешь тех, кто тебе мешает, а остальные пусть стоят. Стрелять мы будем издалека, до нас не достанут, а когда начнут рваться гранаты, сами побегут. А если нет, достанем из ружей.

В общем, всё прошло по утверждённому плану. Выйдя на дистанцию восемьсот метров до лагеря, утоптали позиции, поставили станкачи и стали ждать сигнала от Маска. Как только увидели разорвавшуюся зелёную гранату, открыли огонь. В общем, картина оказалась довольно привычной — сплошной ковёр разрывов, накрывших спящий лагерь, поднявшаяся паника и попытки спастись бегством.

Заставила поволноваться одна группа, решительно пошедшая на прорыв к табуну. Но станкачи скорректировали огонь, свою лепту внесли наступающие пехотинцы, да и охотники Маска не стали ждать дальнейшего развития событий, быстро перестреляли атакующих. А в общем наш марш пехоты, идущей вперёд и заливающей всё перед собой гранатами и картечью, оказался успешным и подавил всякое намечавшееся сопротивление. Враги бежали в степь, где в снегу, пешком и без припасов у них вряд ли были шансы выжить.

Война, Маска

Ну что же, дело привычное, этим мы уже в Пьянске занимались. Так что часовых и табунщиков сняли быстро, потом с подветренной стороны развернули ненадолго волчью шкуру, табун заволновался и потихоньку стал перемещаться в сторону, при этом удаляясь от лагеря. Так, сворачивая и разворачивая шкуру, отогнали табун уже достаточно далеко, лучшие стрелки заняли место на холмах, остальные расположились на дороге от стоянки к лошадям.

Когда кто-то в лагере удивлённо вскрикнул, видимо заметив ушедший табун, я выстрелил зелёной гранатой. В ответ где-то в темноте раздались хлопки, и место ночёвки хазарского войска накрыли разрывы. И хоть я видел это не впервой, но каждый раз происходящее производило очень сильное впечатление. Картина просто страшная. Вот сижу я у костерка, кругом темнота, где-то рядом светится ещё один такой же, дальше за ним ещё и ещё, создавая чувство спокойствия и безопасности.

И вдруг где-то в темноте, в стороне, раздаются непонятные хлопки, и следом за этим вспышки и грохот начинаются рядом, и какая-то непонятная сила рвёт всех на куски. Только что кто-то сидел рядом с тобой и вы тихо беседовали о походе, добыче, вкусной еде, и вдруг ты видишь, что от твоего собеседника отваливается рука, а тебя ударяет что-то совершенно непонятное в грудь, и ты не можешь дышать.

Страшное зрелище, обстреливаемый ночной лагерь. Но и здесь находятся смельчаки, понимающие, как можно спастись. Вот собирается такая группа и пытается прорваться к лошадям. Но их вовремя заметили, и они получают очередную порцию гранат и пуль со всех сторон. Так продолжается сравнительно недолго, все кто мог шевелиться, уже не шевелятся, чувствуется, что пехота подошла на дистанцию прямого выстрела, что и подтверждает периодически возникающая стрельба по любому шевелению в разгромленном лагере.

Стрелки остаются в темноте, и постепенно всё замирает, прекращается шевеление, а мороз добивает выживших не хуже картечи. С утра приходят сани, начинается сбор трофеев: оружие, кое-какая амуниция, продукты питания и корм для лошадей. Часть разведчиков на лыжах уходит искать сбежавших от разгрома бандитов. Есть и такие, но их немного, и участь их незавидна. Хотя человек скотина живучая, может и удастся кому-то добраться до родных мест. Но таких, если они будут, окажется очень даже немного.

Глава 22

В которой продолжается мирное строительство и начинается подготовка к новой войне

Пьянск, Сурай

Вот это да! Я такого никогда не видел. Почти полдня мимо поселения шёл табун, захваченный Виком после разгрома хазар. И если на каждом коне сидел враг, получается, что их всех убили? Одно дело слышать об этом, совсем другое видеть своими глазами. Всё то время, что лошади и войска двигались по льду реки мимо поселения, на берегу молча стояла толпа жителей и смотрела на этот живой поток, струящийся мимо.

И только когда проезжающий мимо Вик крикнул «Слава Земству!», народ вышел из ступора, все закричали, засвистели и стали проявлять свои эмоции. Потом, когда войска прошли мимо, ко мне поодиночке стали подходить жители и интересоваться, не будет ли Сурск раздавать лишних лошадок, и нельзя ли при этом их получить нам? Вот тут-то я им и напомнил, как Вик просил об отправке детей на обучение, об организации новых производств и о помощи в создании войск.

Мне тогда с трудом удалось уговорить, и то не всех, отправить детей на учёбу в город, а остальные ответили, что пусть Сурск сам разбирается со своими делами, мол, они обязательства выполняют, а во всём остальном будут жить своим умом. Кто-то ничего не понял, кто-то согласился, что иногда надо давать, а не только просить и брать. В общем, думаю скоро в Сурске будет очередной праздник, там ситуация и прояснится.

Сурск, Вик

Ну вот, кажется, и ещё одну проблему разрешили. Причём кроме трофеев бек проявил со своей стороны дополнительную щедрость, видимо, сильно его набег напугал. Земство получило право свободного передвижения по всем подконтрольным землям буртасов и право беспошлинной торговли. Но и в дальнейшем обязалось оказывать помощь при набегах врагов.

Далеко я не загадываю, но сдаётся мне, что двух плюх хазарам будет мало. Летом надо ждать ещё одну орду, причём более многочисленную. И бить они будут по булгарам, как своему старому врагу. Время у нас ещё есть, пока февраль только, так что подготовиться должны успеть. А сейчас надо форсировать все запущенные проекты, не потому, что боюсь поражения, а просто момент благоприятный. На волне эйфории после победы гораздо проще будет добиться поставленных целей.

А целей я вижу несколько, самая главная — заложить основы нормального производства, пусть и кустарного, но обеспечивающего не только текущие потребности, но и возможность развития. Другой по номеру, а не по значимости задачей, скорее даже первой, будет формирование мировоззрения, отличного от обычного потребительского. Основы этого вроде бы появились, но именно что только намёки на это.

Ну и армия нужна, причём пора уже растаскивать её по разным местам, укреплять остроги и ставить новые. А ещё людей учить надо и специалистов готовить.

Что из этого является первоочередной задачей, определить невозможно. Они все вместе первые. Не будет выполнена одна из них — теряют смысл все остальные. Так что всё сейчас зависит от работы моих помощников, мастеров, а мне остаётся только им помогать, строить новые планы и проекты, проектировать мастерские и производства, писать учебники.

Дорога на север, Маска

Судя по следам, скоро догоним свой обоз. После разговора с Виком о новых задачах, мы с Вышеславом поделили маршруты. Он будет подниматься по Каме вверх и искать дорогу на Урал-реку, три отряда пойдут на лодках на север, искать место для острога и изучать новые земли, а я с одним отделением постараюсь найти дорогу с Ветлуги на Вятку. Надеюсь, что поможет мне в этом карт Йуштерге.

Так что ещё до начала войны ушёл обоз с четырьмя лодками вверх по Ветлуге. Лодки стояли на лыжах, помогали тащить их лошади, так что должны были успеть добраться до места, пока реки не вскроются, тем более, что шли на север, а там ледоход начинается позднее. Вот сейчас я и догонял обоз. Для нас начинался новый поход, и каким он будет и чем закончится — никому не известно. Новые земли, новые племена, как всё сложится — можно только гадать.

Сурск, оружейники, Сурдей

В общем, у нас получилось. Мы завершили две работы, которые нам в свое время поручил Вик. Первой была мина, он её называл монка. Обычный ящик, набитый взрывчаткой и поражающими элементами, но того и другого было много. И ставился он вертикально, в землю не закапывался. При взрыве этой мины кусты, которые находились перед ней, просто выкашивало. И заслуга тут была ещё и в новой взрывчатке.

Но мы сделали возможность подрыва её разными способами — дистанционно шнуром на расстоянии до двухсот метров (используя специальную систему прокладки шнура), был еще вариант, напоминающий растяжку, а также возможность подрыва бикфордовым шнуром. Сумели мы и его сделать, как Вик говорил, так и получилось.

В общем, на расстоянии пятидесяти метров перед такой миной не должно было остаться ничего живого. Мы показали действие этой монки Жихарю, Азамату, Вику, все остались очень довольны и просили сделать таких устройств побольше. В общем-то, это оказалось несложно — взрывчатка есть, поражающих элементов хватает, надо только ящики наделать.

Другой завершённой нами работой стал картечный патрон для станкача. Было сделано два типа патрона — один на существующую конструкцию и с меньшей мощностью, и второй — на новое ружьё и большую мощность. Новое ружьё вообще оказалось более прочным, и надо было полностью переходить на него. Новинка заключалась в многослойной конструкции ствола.

Благодаря этому можно было использовать более мощный патрон, что повышало дальность стрельбы и поражающий эффект. Но здесь всё определялось возможностями производства новых стволов и патронов. Но эффект от использования такого ружья был заметен, при выстреле картечью она летела на дальность более пятидесяти метров. Вик сказал, что это хороший результат и надо быстрее запускать и ружьё, и патрон.

Сурск, Жихарь

А эта война прошла гораздо спокойней, чем прежняя. То ли врагов было меньше, то ли новая тактика помогла, сказать не берусь. Но результат получился гораздо лучше. Всего оказалось, кроме Изика, пять раненых, некоторых охотников Маска и егерей Азамата немного зацепило осколками при обстреле лагеря.

Однако расслабляться нельзя. По оценкам Вика, которыми он с нами поделился, летом должен состояться ещё один набег на Булгарию, причём более крупными силами. Когда я спросил, почему он так считает, то получил полный анализ состояния каганата, причём многое из этого уже известно, но вот рассмотрение фактов под таким углом мне в голову не приходило.

— По наблюдениям Вышеслава и сведениям, полученным от хана Атагула, каганат переживает тяжёлые времена. Много воинов погибло в арабских войнах, возник раскол между родами после принятия новой религии, большие потери в людских ресурсах после захвата хазар в плен. Чтобы хоть как-то укрепить свои силы, приходится привлекать наёмников печенегов. Да и ещё в двух столкновениях с нами потеряно много воинов, что дополнительно ослабляет каганат.

А он не может быть слабым, иначе его задавят соседи, те же печенеги или арабы, или контролируемая им территория начнёт рассыпаться. Например, перестанут платить дань буртасы. Тогда каганат просто перестанет существовать. Поэтому для восстановления своего влияния ему нужна победа, желательно над сильным врагом. С арабами они не справятся, остаётся Булгария. Так что будут собраны максимальные силы, привлечены наёмники и будет сделана попытка её захвата.

Это требуется для восстановления хазарами своего влияния. Ну и добыча должна интересовать наёмников и беков, хочется свою гордость потешить. Но не надо считать хазар глупыми и не способными сделать выводы из произошедшего. Они уже два раза попали в одну ловушку — ночную атаку. Думаю, больше они этого не допустят. Я бы просто пустил дальние дозоры и ночные патрули, возможно и конные, на большом расстоянии от лагеря. Тогда так просто к ним не подойдёшь.

И думаю, они больше не будут рваться в лоб через овраги и идти по берегу реки. Поэтому, нам придётся с ними сражаться как-то по-другому. Думаю, надо готовиться отбивать прямую атаку превосходящих сил противника.

— А почему нельзя попытаться организовать засаду в подходящем месте, как в прошлый раз? — поинтересовался Азамат.

— Мне кажется, они уже знают, чем для них это чревато, и лучше пойдут далеко в обход, чем начнут атаку. Но исключать возможность этого не стоит. Подобные схемы ведения боевых действий — ночная атака и засада, нами отработаны достаточно хорошо, личный состав знает, что делать в таких ситуациях. А вот как сдержать прямую атаку, надо думать, и отрабатывать варианты защиты. Конечно, особенности рельефа местности использовать будем, но нужно что-то ещё.

После такой ясной и всем понятной постановки задачи началось её обсуждение. Причём оно продолжалось не один день. Рассказывать обо всех прозвучавших предложениях нет смысла, но в итоге мы решили создавать систему эшелонированной обороны, основанную на нескольких опорных пунктах, или как их ещё называли — редутов. Перед каждым из них было предусмотрено своё минное заграждение, не позволяющее подойти коннице на дистанцию стрельбы из луков.

Они должны были задержать наступающую кавалерию, а она в свою очередь попадала при этом под обстрел из станкачей, гранатами с других редутов и из глубины позиций, где располагались основные силы. При необходимости от них должны были выдвигаться взвода на поддержку редутов или встречной атаки прорвавшейся конницы.

Но такая организация обороны требовала использования значительного количества войск и их согласованных действий. Так что в будущей компании необходимо было принимать участие обоим батальонам, и они будут тренироваться всё оставшееся время.

Сурск, Азамат

Война войной, а назначенную спартакиаду никто не отменял, так что, найдя в лесу подходящую поляну, мы несколько раз в неделю проводили тренировки и осваивали новые игры, показанные Виком. Набрали две команды, одну из мастеров, другую из военных, и играли. Отличные игры. Правила мы поняли быстро, смысл тоже, и буквально со второго занятия все стали получать огромное удовольствие.

Ну а занятия по остальным видам проводились безо всякой тайны, те, кто был определён для участия в соревнованиях, отнеслись к делу достаточно серьёзно и тренировались добросовестно. Велась и подготовка судей, в этом качестве должны были выступить некоторые из командиров отделений. Слух о предстоящих соревнованиях уже распространился по всему городу, и многие ждали момента, когда можно будет увидеть это зрелище.

Окск, Яван

Скоро уже Волга-матушка вскроется, и тогда опять жизнь забурлит. А пока вокруг сонное оцепенение. Хотя и не везде, и не у всех. Охотники вон постоянно за добычей ходят, да мастера работают безостановочно. Правда, пока больше по дереву, посуду делают, бочки, ковши, вёдра, но без них в хозяйстве никак. Горшечник свой работает, тоже спросом товар пользуется. Да в школу ученики ходят, сейчас им самое время — забот по хозяйству меньше, чем летом.

Но народ весь при деле. Мы тут ополчение организовали, проводим тренировки, да ещё разведку наладили. По окрестным лесам походили, вроде бы железо нашли, но надо будет, чтобы от Кугерге кто-нибудь приехал, посмотрел, подсказал. Я письмо написал, но ответа от Вика пока нет. Это и понятно, война много времени занимает, даже до нас слух дошёл о новой победе Земства над хазарами. А как река вскроется, я отправлю десяток ставить острог на пути с Оки на Самодуровское болото, буду брать под контроль дорогу на Днепр.

И готовлю ещё два отряда для отправки по притокам Оки. Там тоже должны быть хорошие места для поселений. Нам тут уже становится тесно, приходится дома ставить за оградой. С близлежащих селищ, похоже, все желающие успели переселиться поближе к нам, но выше по течению ещё много разного народа проживает. Вот и буду их прибирать к рукам. Те, которые рядышком живут, уже ни о каком договоре не вспоминают, они просто подчиняются нашим решениям, будто часть Окска. Хотя по сути дела, так и есть.

Раз в две недели сани прибегают из Сурска, новости привозят, иногда книги или ещё что-то нужное, но лёгкое. Не получается пока сделать большие сани, так мне механики сказали. Сил и времени не хватает, лодии на лето готовят. Знать, опять оно беспокойным будет.

Сурск, Могута

Наши проекты потихоньку продвигаются, новая печка для железа почти готова. Хотя, что значит почти, там всё непривычно и порой непонятно, как оно будет работать. Но думаю, в скором времени можно начинать пробовать делать железо. Если получится, как говорит Вик, то железом мы себя обеспечим полностью. Тем более, от Кугерге тут прибегали, приносили руду с нового места. Хорошая руда, железо не хуже прежнего выходит.

Интересно получилось у Молчуна. Я его знаю, он сначала немного обиделся, когда его Вик станками этими бабскими попросил заняться, а сейчас и не оттащить от них. Очень там всё интересно получается. Вон уже первый сделали, испытывают. Что-то им Вик подсказывает, что-то ткачихи советуют. И так получилось, что моя Мирава среди них заводилой стала.

Постоянно что-то пробует, говорит, как удобней работать, и вообще даже с Мышонком стала пряжу обсуждать. Вик её уже мастером-технологом назвал. Она такая, если решит, что за ней правда — хоть режь её, от своего не отступит. Вот теперь и получается, что готовят они целый комплекс, начиная от обработки конопли, прядения нитки, получения ткани и её окраски. Но кажется, работа близится к завершению, уже Житко подключился, на промзоне начал им цех ставить. Так что скоро испытают. Молодцы у меня и Молчун и Мирава.

Ладно, пойду дальше посмотрю, что там у меня ребятишки начудили. Они собирают лебёдку с приводом от генератора и кран подъёмный. Ну и тележку для лодии, чтобы через волок её таскать можно было.

Сурск, Изик

А ничего новые баржи получаются. Хоть и широковаты немного, но для начала пойдёт. Что-то мне говорит, что по Волге они хорошо бегать будут. И груза берут много, надо же, сто лошадей помещается. Много, конечно, нового пришлось использовать. Киль делали наборным, укрепляли железом, никогда такого не было. Ладно, тут думать нечего, испытания покажут.

А вот с количеством пока сложности. Точно к ледоходу будет четыре готовы, ещё четыре подготовлены к обшивке, но это ещё месяц работы. А два батальона — это восемьсот человек и в два раза больше лошадей. Так что воинов с лошадьми перебросим, а вот что с заводными делать — пока не знаю. Столько мы барж точно не сделаем. Даже с таким количеством придётся воинов отдельно на лодиях везти.

Моторы Могута обещает, они уже почти по одной штуке каждый день делают. А вот с катерами дела обстоят нормально. На мой взгляд, они будут просто летать над водой. И десять штук к началу сезона точно сделаем. В этом очень помогла пилорама. Отличная вещь, сколько и каких надо, столько досок и пили. Главное, дерево иметь просушенное.

Сурск, Галка

То, что победа была ожидаемая, даже и говорить не надо. По-другому и быть не может. А вот такой добычи никто не ожидал. Я даже в первый момент испугалась, а что со всем этим делать? Столько лошадей, и чем их всех кормить? Но пускать под нож, а тем более раздавать просто так, жаба не позволила. В конце концов нашли для них место, зима уже на излёте, скоро весна, прикинули запасы, должно хватить на прокорм. Часть отдали горожанам, пусть в хозяйстве лошадь будет.

Отпраздновали победу по уже сложившемуся порядку — в ближайший выходной, пригласили ближних соседей, устроили, как обычно, настоящее гуляние. А дальше всё покатилось по наезженной колее. Но даже после праздника чувство расслабления не пришло. Видимо, сказывается близость будущей большой войны. Возникает давно забытое ощущение, чувство, чем-то похожее на то, что было в ожидании первого набега буртасов. Неприятно, даже вспоминать не хочется.

Часть 4

Глава 23

Сурск, Галка

Нет, я больше не могу на это смотреть! Ну куда ты бежишь, куда? Вон там свободное место. А ты чего смотришь по сторонам, дай пас ему в отрыв! Давай, давай, быстрей, что ты там копаешься. Что? Какое вне игры? Судью на мыло! Нет, он им точно подсуживает. Тут же чистый пенальти.

Уф, ну наконец-то, счет 2:1 в нашу пользу. Свисток, конец игры. Ура, мы выиграли!

Всё, пока можно посидеть. Вот так надо болеть за своих, если бы не мы, они и проиграть могли. А так выиграли.

Тяжёлая же эта работа, нести культуру в массы. Спартакиада началась, весь город и приглашённые с утра заняли места на своеобразном стадионе. Соревнование было по нескольким видам — метанию гранат, бегу на сто метров и километр, стрельба из лука, марш-бросок с пятью специальными рубежами на десять километров, это что-то напоминающее биатлон, только надо было гранаты кидать. Был ещё штыковой бой, перетягивание каната и бег с барьерами. Причём участие мог принять каждый желающий, а не только заявленные участники.

Ну а самым ожидаемым были новые игры, слух о которых уже давно просочился и гулял по городу, подогревая интерес к матчу. И игра оправдала ожидания. Пусть и несколько неумело, а порой и неуклюже, но играли все азартно, и болельщики, быстро поняв суть происходящего, не менее увлечённо поддерживали свои команды. Так что, судя по реакции зрителей, можно ожидать, что футбол и волейбол у нас приживутся.

Сурск, Вик

Вот и перезимовали, даже с первым караваном сходил в Булгар. Восстановил торговлю, замершую зимой, практически весь товар обменял на железные изделия, припасённые Каракузом за это время. Для меня сделка выгодная, часть продам, часть отдам в кредит, в любом случае, в накладе не останусь. Встретился с ханом Атагулом. Радует, что отношения у нас добрососедские, друзьями мы не стали и никогда ими не будем, у каждого из нас свои интересы.

Но и они общие. Мы хотим мира и процветания, и оба не боимся крови. Я уже столько здесь народу уничтожил, что мне бояться поздно, а он всегда на этом держался. И ведь всё не ради самой крови, а только при защите своих территорий. Чем ближе я знакомлюсь с этим ханом и народом, тем больше вся эта Булгария напоминает мне русские княжества. Разве что, пока не дошло до войны между отдельными родами.

Но здесь у Атагула появилась мощная поддержка в моём лице, косвенная, но не ставшая от этого менее значимой. Все уже знают о наших отношениях и совместной войне с хазарами, когда мы вдвоём уничтожили, по местным меркам, большое войско каганата. Так что на какое-то время Атагула опасаются и обходят стороной. А он и рад, укрепляет свой Булгар, наращивает силы и копит добро. Вообще, у меня складывается впечатление, что этот народ больше тяготеет к спокойной жизни и не устраивает, как правило, набегов на соседей.

Видимо, сказывается бурное прошлое, когда вырезали самых буйных, а теперь выжившие предпочитают спокойную жизнь и торговлю. Нет, их нельзя назвать трусами или робкими, они сильные и умелые воины, пусть и не все, но многие. И тем не менее, если ситуацию можно разрешить миром, они будут искать пути к такому решению, естественно не в ущерб своим интересам и имиджу.

Да и организация войск у них смахивает на русскую дружину. Основу составляет тяжёлая кавалерия, что как-то плохо вяжется с ордами легкой конницы кочевников. Конечно, есть не только такие войска, но и другие, однако основу составляют именно такие, с соответствующим оружием. Что-то меня в сторону повело, мыслью по древу растекаюсь. Так вот, обсудили мы с ним сложившееся положение, и наши выводы совпали — быть в этом году ещё одному набегу.

Хан очень интересовался нашим оружием и делал несколько подходов с желанием получить оное, но был вынужден отступить, получив ответ, что это оружие бога Электро и только он решает, кто будет им владеть и пользоваться. Но стоит иметь в виду, что подобные попытки могут быть предприняты с какой-нибудь другой стороны, вплоть до похищения специалистов. Пожалуй, если я не опоздал, надо запустить несколько баек о происхождении и пользовании таким оружием.

Но самое главное, Атагул обещал подключить все свои источники и постараться как можно раньше узнать о сроках нового набега. Для связи я оставлю в представительстве один скоростной катер, так что думаю, максимум через десять дней с получения им известий о хазарах, мои батальоны будут тут.

А всё остальное — в границах прежних договорённостей. Дали мне на всякий случай несколько ярлыков с выжженным знаком хана Курташа, да и Атагул пару своих добавил. Передам Вышеславу, ему может пригодиться. Он, кстати, из Булгар и пойдёт вверх по Каме, сюда с нами шёл, всё катера испытывал. А так никаких трений с местными у нас нет, купцы булгарские довольны, даже предлагают расширить нашу торговлю.

Но тут я пока только обещал купить у них зерно нового урожая, сколько сумею, всё просто не смогу. И любые продукты питания возьму, сыры, копчёное мясо, шерсть, масло, соль. Так что они обрадовались и пошли думать, когда, сколько и что смогут предложить. А мне стало интересно, куда они весь мой товар продают, в Итиле Вышеслав его не видел, хотя он там и знаком, в Баку тоже. Видимо, есть у них дорожка в Крым, и там они его ромеям и сбывают.

Но этим уже в следующем году заниматься будем. Сейчас на носу война и начатая промышленная революция.

Сурск, Изик

В общем-то, всё мы сделали. И баржи, и катера, и курьеров. А баржи себя на испытаниях хорошо показали. Устойчивые, осадка маленькая. Правда, загружены они были лёгким товаром. Могут взять больше. Но и с таким грузом идут бодренько, до Булгар дошли за семь дней. С ними пришлось повозиться. На свой страх и риск делали, не испытав ничего, заложили десяток, вот четыре готовы, на четырех заканчивают обшивку, и две уже с частично установленным набором на стапелях.

Что в них хорошо — съёмная палуба. Если надо, например, при перевозке лошадей, то она устанавливается, и тогда сверху трюм полностью закрыт. При перевозке же леса или любого другого подобного груза палуба снимается, не мешая погрузке и разгрузке. Правда, груз можно затянуть при необходимости дополнительно брезентом.

А страшно было, когда спускали. Боялся, что переломится баржа. Но ничего, всё оказалось нормально, нигде не течёт, управляется хорошо, волну держит отлично. Вот только для широких рек она, не место ей на малых. Да и на волоке её не протащишь. А вот катера оказались хороши. Птиц обгоняют. Правда, при полной нагрузке идут тяжеловато, но всё равно гораздо быстрее всех остальных. Но самая песня — это курьер.

Я как сел за руль, так до сих пор помню. Маленький какой-то, длинный и узкий. Сначала потихоньку пошёл, ничего так, хорошо крутится, волны не боится, устойчивый. А потом потихоньку начал разгоняться, так что в конце концов чуть из воды не выпрыгнул. Вик сказал, на редан вышел. Я и не вижу ничего, ветром слёзы из глаз выдавливает. Пришлось скорость сбросить и потихоньку обратно идти. Теперь все очками на этих курьерах пользуются.

Правда, там места только для моториста и рулевого, всё остальное занимает мотор. Но зато как курьер идёт! Вот один из них с экипажем оставляют здесь. Мы для него специальный сарай построили в представительстве, как только данные о хазарах будут, сразу к нам отправится.

А мы пока занимаемся достройкой и оснащением наших судов. На одной барже сумели разместить сто десять лошадей, так что хоть не для каждого бойца будет заводная лошадь, но у половины точно будет. Доделываем и оснащаем новые лодии, в этом году им придётся в основном ходить. Вик велел все суда для перевозки войск держать в Сурске в полной готовности.

Сурск, Могута

А знаете, мне происходящее по душе. Пусть порой и не получается, но рано или поздно решение будет найдено. Прав был Вик, новые ученики, прошедшие практику и работающие пусть и первый год, думают совсем по-другому. Если я ещё помню, как это делал раньше, то они уже сразу видят работу механизма в целом. Не все конечно, но есть такие. Я их уже приметил и начинаю потихоньку к серьёзным делам подключать. Жаль, мало таких пока. Но это настоящие механики.

Причём есть не только механики, но и в других областях специалисты. Вон взять того же Ведяша. Мальчишка, а как придёт с неработающим мотором разбираться, так смотреть любо-дорого. Сразу видно, что мастер своего дела работает. И что хорошо, среди новых учеников такие тоже появляются. Значит, правильно мы их учим, чем больше будет таких умельцев, тем лучше. А пока приходится их по одному в разные производства отправлять.

Вот Молчун у меня развернулся, оборудования на целую мастерскую настроил. Сейчас отладили первую из них. Там и треплют эту коноплю, и чешут, и разделяют по качеству. А потом нитки делают, верёвки вьют и ткань отличную ткут. Лучше заморской, точно. Им ещё Мышонок помог. Какие-то составы дал, ткань белая-белая получается.

И краски придумал, яркие такие, самые разные. А кроме цветных тканей научились узоры на них печатать. Красиво! Мне Мирава каждый день об этом рассказывает, а однажды затащила смотреть, как всё происходит. Ну я пришёл с инспекцией, думал Молчуна погонять, а оказалось, его хвалить надо. Сейчас всё готово, новый цех собирают, так за него уже несколько посёлков готово войну объявить друг другу. Явану он нужен, Сурай на него глаз положил, Яруска присматривается, Кирдяш ожидает, когда забрать можно будет.

А к новому цеху делают прялку для шерсти, будут и шерстяные ткани делать. Но мне, честно говоря, это конечно интересно, но хватает забот с металлом. Что-то у нас не так выходит. Процесс прямого восстановления работает, и стали много удаётся получать, но хуже она по качеству. Не намного, но хуже. Вик говорит, что это из-за продувки воздухом, он влияет на качество, надо подбирать режимы и состав шихты.

А вот томлёная сталь как и раньше выходит отличной. Я ведь по старинке проверяю, молотом и наковальней. Вот и сохраняем мы этот процесс, на стволы пускаю только томлёную. Вик рассказывал, на некоторые ответственные изделия у них варили специальную сталь. Так что ничего страшного, сварим и мы отличную сталь на ружья. Тем более, что сейчас сумели из прежних отходов железо получать.

Раньше половина железа в шлак уходило, а теперь из него при разогреве до высокой температуры в новой печке удаётся это железо выжать. Вот и переплавляем шлак, железо из него вытаскиваем. Хорошую печку Вик придумал. А кроме дел по железу новые машины нужны. Лебёдку сделали, от генератора с лодии берём электричество, а сама лебёдка далеко впереди на берегу стоит, или наоборот якорь туда специальный заносят.

Вот она и тащит лодию по волоку. Даже тележку сделали, из воды корабль вытаскиваем на тележку, а потом вперёд относишь лебёдку или якорь, и с их помощью можно лодию тащить. Мирослав как увидел такое, чуть не заплакал и давай меня обнимать. А я что, мне самому ведомо, сколько сил надо, чтобы лодию через волок протащить. Кран вот подъёмный сделали. Теперь грузы прямо с реки на высокий берег можно поднять.

И много насосов и вентиляторов приходится делать. Везде нужны. Газ качают, воду, у Мышонка так чуть ли не на каждом углу что-то чего-то гоняет. Но всё равно, главное, что с меня требуют — моторы и оружие. Вик каждый день ходит, и хоть в основном по делу, узнать, чем помочь или подсказать, но всё равно спросит об этом. Вот новые стволы научились делать, многослойные. Теперь их на ружья и станкачи ставим. Стрелять стали дальше. Война-то будет, Вик вон вернулся из Булгар, об этом и сказал. Так что-то я засиделся, пора дальше идти смотреть, что там мальчишки придумали.

Сурск, Мышонок

Столько всего делается, что порой и не знаю, за что хвататься. Два основных проекта уже работают, серную кислоту и соду стали изготавливать в достатке, думал, после их завершения будет легче, оказалось наоборот. Теперь с их получением в достаточном количестве началось освоение новых процессов, в той же переработке древесины задумано строить новый производственный комплекс, пока чисто испытательный, для отработки конструкции и технологии.

Сначала здесь построим, а вот потом более мощные придётся ставить в других местах, и желающих стать их обладателями полно. Будут перерабатывать древесину, и кроме угля и скипидара можно получать метиловый спирт, уксус, канифоль, таловое масло, формалин, какие-то эфиры, целлюлозу. В общем, по замыслам Вика, там можно будет выжать из обрабатываемой древесины почти всё. Он так и сказал:

— Ты, Мышонок, на это производство особо посматривай. Там много чего для нас интересного можно поиметь. И готовь специалистов для работы на этом комплексе. Тут так просто не получится, нужны грамотные специалисты, понимающие, что они делают. Хотя бы азы они должны знать. И постоянно их учи новому, заставляй думать и находить самостоятельно решения. Иначе без таких людей нас ничего хорошего не ждёт.

Вот и приходится сейчас дополнительно проводить обучение в ремеслухе. И честно говоря, нахожу даже полезным, многое сам стал понимать лучше, чем раньше. А пока все практикуются на кислоте и соде, а также проводят лабораторные работы. На них проверяется технология будущего производства. Вик со всех требует не только знания того, что ты делаешь, но и умения самому думать. И пинков не жалеет, фигурально говоря, конечно.

Так что все наши реакции и технологии, по возможности проверяются на лабораторном столе. Кстати, мы с Виком провели проверку получения азотной кислоты. Честно говоря, я не понял его радости, когда всё вышло, как задумано. Он тогда меня так по плечу похлопал и сказал:

— Мал ищо. Учи матчасть.

Я даже немного обиделся, но он потом рассказал, чего хочет добиться, я даже себя пожалел за лишнее любопытство. Ведь мне придётся всё это делать. А дел там много. Нам пришлось обшарить все местные болота, хорошо Маска потом подсказал, где искать, но нашли мы этот торф. Много натаскали, насушили, а потом провели его пиролиз. И долго-долго потом полученный газ чистили, сушили и мочили, но появилось у нас совсем немного этой кислоты. Правда, я так и не понял, чему Вик больше обрадовался, аммиаку или азотке. И хоть количества были маленькие, но он мне показал, что с их помощью можно сделать.

Сначала он изготовил чуть-чуть пороха, ничего так, горит и взрывается без дыма. А потом взял и сделал зеркало из обычного стекла. Очень даже впечатляет. Но не менее интересным были его опыты с аммиаком. Здесь процесс был немного более длительным. Сначала он получил раствор медного купороса, потом смешал его с содой и осадок просушил.

Затем добавил его в аммиак, и в этот раствор насыпал немного опилок. Из образовавшейся вязкой жидкости вытянул тонкую нить и говорит — вот тебе вискоза, из неё можно ткань делать, а заодно и провода обрабатывать. Так что теперь мы строим небольшую установку для получения этой кислоты и аммиака, а заодно думаем, как будем использовать образующийся при пиролизе газ и кокс. С коксом всё ясно, а ведь газ надо как-то возить. Вик тоже подумал и так задумчиво произнёс:

— Трубопровод, что ли построить?

Но пока, как обычно, ограничились строительством газгольдера. Мощности не те. Так что сейчас идёт строительство двух интереснейших объектов. И хоть разорвись, но надо везде успеть.

Окск, Яван

Нам из Сурска прислали лодию и два катера! Так что Окск теперь не просто так, а можно сказать, новый центр Земства. Так в письме Вик и писал.

— Извини, Яван, сам приехать не могу, война на носу, но тебя она затронуть не должна. Есть к тебе поручение. Начинай разведку местности и осваивай новые территории. К письму приложена примерная схема рек, так вот, у любого места, где сливаются две реки, ставь острог. В первую очередь иди вверх по Оке и поставь острог в устье Клязьмы (на карте нарисовано). Насколько я знаю, там хорошая гора, не хуже твоей, так что острог будет стоять в удобном месте.

Не мне тебя учить, как привлекать местное население. Сажай на договор, плати и перетягивай на свою сторону. Но не в убыток себе, иначе уважать перестанут. Чем сможем — поможем. Я всегда учитываю потребности Окска в наших заказах, ты только заявки не забывай присылать.

Ищи полезные ресурсы. В тех местах есть много месторождений белой глины, а так же обычной, но тугоплавкой. Они нам нужны, много их должно быть по реке Клязьме. Так же в тех местах есть хороший песок для изготовления стекла, оно получается прозрачное и чистое. Найдёшь — поможем поставить мастерские, да не одну, а на белой глине Путята научит вас делать новую посуду. Будет у вас уникальное производство.

Вот такие задачи ты должен решить в ближайшее время — осваивать новые места и строить остроги и рынки, привлекать людей и создавать производства. В помощь пришлю тебе Булгака с катером, но немного позже. Успехов, Яван.

Вот такое письмо прислал Вик. Я, в общем-то, тем же и планировал заниматься, но радовало, что при всех проблемах Сурска, Вик про нас не забывал. Так что, отложив все дела, мы с Прокошем занялись планированием экспедиций. Лодию оставили в городе, она нам ещё пригодится здесь, а вот катера отправим искать новые места и ресурсы. Кстати, железо наше оказалось хорошим, обещал приехать кто-то от Кугерге и посмотреть, что можно сделать, чтобы его начать добывать.

А если найдём ещё глину и песок, то у себя откроем новые производства.

Сурск, Жихарь

Освоение новой тактики ведения боя в основном отработали. В качестве защиты использовали мешки с песком, благо его всегда можно было найти на берегу. Впереди стояли три таких заграждения, или сколько потребуется, они должны были защищать в основном от осколков, по бокам от них стояло ещё по одному, охранявшие подступы с флангов. Пространство перед заграждениями было прикрыто монками, да не одним десятком, а в несколько рядов.

Подрыв их должен был производиться дистанционно, начиная от первого и постепенно приближаясь к заграждению. Позади этих заграждений на расстоянии ста метров стояло ещё два, а уж за ними располагались основные силы со станкачами, способными простреливать всё далеко впереди от выдвинутых укреплений. Их задача заключалась в том, чтобы не дать коннице прорваться в ближний бой, и помешать лучникам выйти на дистанцию стрельбы.

Вот в процессе обучения войска отрабатывали поведение в разных ситуациях, оказание помощи друг другу и перенос огня в нужное место по фронту и в глубину. Кроме того, осваивались разные схемы построения заграждений, вплоть до создания круговой обороны. И надо сказать, что действия всех подразделений стали полностью осмысленными, все поняли, что в одиночку не отбиться, и в любой момент готовы были прийти друг другу на помощь.

Надо отметить, что прекрасно показали себя сержанты, прошедшие нашу школу. Недавние новички под их пинками буквально за полгода обучения приобрели вполне приемлемые навыки. И хотя оно продолжается, но с такими бойцами уже можно идти в бой. Тем более, что подразделения были перемешаны, новичков разбавили опытными солдатами, прошедшими уже не одну схватку.

Так что пора было задумываться о следующем этапе — создании офицерской школы из наиболее толковых сержантов. А где ещё кадры брать?

Сурск, Мстислав

— Здравствуй, Вик, здравствуйте, друзья! Как, примете меня к себе обратно? А то я тут долго отсутствовал, вдруг не мил стал?

— Здравствуй, друже, заждались тебя. Не буду здесь на причале расспрашивать, проходите, устраивайтесь. Твой дом цел, веди туда свою красавицу и детей, знакомь с хозяйством, с разгрузкой лодий и размещением людей тебе помогут Виряс и Дугиня. Скажи им, что надо, они всё сделают. Отдохнёшь, устроишься — жду тебя вечером для разговора.

Объяснив переселенцам, что им следует делать и кого слушать, повёл свою ладу в дом. Там всё оказалось в порядке, вода свежая, припасы в погребе, вещи все на месте. Обедать мы сходили в столовую, и надо сказать, что моей Олеле всё понравилась. Она так и сказала:

— Ладно тут всё устроено и красиво, кругом узоры и роспись, цветы. Да и еда вкусная. Мне пока всё тут нравится.

— И дальше будет нравиться, познакомишься с местными, подруг найдёшь, занятие интересное выберешь. Тут люди по домам не сидят, я тебе рассказывал, тут жизнь совсем другая. Но ты не тушуйся, здесь не принято других обижать.

А вечером меня расспрашивал Вик о прошедшем плавании. Рассказал ему всё, о проданном и купленном товаре, о ценах, о дороге, о новых поселенцах и купцах, приказчиках, согласившихся переехать сюда. Последнее его очень обрадовало, он так и сказал:

— Запустил я тут немного торговлю, развернуть бы её по новой надо. И по окрестностям, и с булгарами. Займись, друже.

— А что насчёт каравана в Гнездово?

— В этом году у меня не получится, война очередная с хазарами у нас назревает. А караван бы туда отправить надо, но вот не знаю как. Сам там не был, а отправить некого. Если ты пойдёшь, то иди. Вот только я думал, что поможешь городу с местной торговлей разобраться. Но если решишь идти, возражать не буду.

— Наверное, отложу на следующий год, ты прав, сначала надо в доме порядок навести, а потом по гостям ходить.

— Ну и хорошо. А Булгака я всё равно отправлю новую дорогу искать, напрямую на Гнездово.

Сурск, Ведяш

Сегодня нам Вик показал очередное использование электричества. Мы давно уже научились делать электромоторы, на самую разную мощность, подключать их к разнообразным устройствам — вентиляторам, насосам, сваривать с его помощью металл. Научились преобразовывать переменный ток в постоянный, для чего изготавливали коллекторный выпрямитель — такой мы ставили на двигатели постоянного тока. Сделали мы и несколько штук таких, сейчас с ними работали, пытались понять, чем они лучше или хуже.

А вот сегодня Вик показал нам лампочки. Он принёс две различных конструкции, одну назвал свечой Яблочкова, другую лампочкой Лодыгина. Всё перед демонстрацией опыта дал нам внимательно осмотреть. Первая представляла собой два угольных стержня, разделённых тонким слоем глины, а вторая — два электрода, соединённых между собой угольным стержнем и помещённых в стеклянный колпак.

Когда он включил первую лампочку, через некоторое время к нам прибежали соседи с вёдрами тушить пожар, настолько ярким был полученный свет. Долго мы в тот вечер сидели и разбирались с этими лампочками, Вик объяснил, что с ними происходит, рассказал, как делал стержни, как их менять, и вообще, как обращаться с лампами. Всё было хорошо, но горели они слишком мало. Так что Вик оставил нам очередное задание по исследованию этих ламп и определению возможности их применения.

Глава 24

В которой продолжается мирная жизнь

Сурск, Вик

Лето пришло, а новостей о хазарах нет. В общем-то, с одной стороны хорошо, с другой постоянное ожидание неприятности — не самое лучшее состояние. Но пока мне пришлось оставаться в городе в ожидании начала войны, я невольно начал заниматься множеством текущих дел, до которых раньше просто не доходили руки. Одним из них стала отправка разведывательные экспедиции в ближние места, в поисках торфа и песка.

Качество получаемого сейчас стекла оставляло желать лучшего, цветное оно получалось, но здесь всё в основном определялось используемым песком. В конце концов нашёлся хороший песок, выше по Суре, почти у владений буртасов, пусть далеко, но зато качественный. Вот из него стекло получилось прозрачное, что спровоцировало появление крамольной мысли о создании бинокля или подзорной трубы. Но эту задачу я подкину Ведяшу, пусть учится.

Пришлось повозиться со стекольщиками. Сделали им новые большие тигли для плавки стекла, а также новые станы для его прокатки, причём использовали подогрев, позволяющий раскатывать стекло гораздо лучше. Так что теперь оно стали получать большего размера и лучше качеством. Честно говоря, стекольщики меня радовали. Уделял я им не слишком много времени, постоянно отвлекаясь на какие-то другие проблемы, но они успешно работали, творчески осваивая полученные от меня крупицы информации.

Много времени потратил на улучшение работы типографии. В конце концов сделали что-то вроде примитивнейшего печатного станка, но даже в таком виде печатать продукцию стало легче и быстрее. А спрос на книги увеличивается буквально лавинообразно. Так что приближалась ещё одна проблема. Я посоветовал печатникам, Федору и Фоме, подумать и записать что им надо, чтобы резко увеличить выпуск книг, а потом обещал подойти с механиками, чтобы озадачить их новой проблемой.

И такие затыки были везде. Так что на ближайшем собрании мастеров пришлось устроить всем небольшую выволочку, что они не могут помочь друг другу. Обиделись, посопели, поворчали, но согласились, что проблемы решать надо вместе. Но всё равно больше всего времени отбирала стройка. Радовало, что реализованные проекты работали успешно. Так, Путята обеспечивал строительство кирпичом в полном объёме, Мышонок давал цемент, а Житко вполне освоился с кладкой и больше не ворчал.

Могута с Гойко занимались кроме всего отработкой технологии получения стали. Честно говоря, моя помощь была больше символическая, а они работали в основном методом тыка. Но в любом случае, пусть сталь и была немного хуже, по словам Могуты, томлёной, но зато её было много и хватало на всё. Заодно переработали все шлаки, полученные раньше при производстве железа в сыродутных горнах.

Из этих шлаков выплавили весь металл, а сами их переработали на бетон и цемент, наделали плиток и выложили дорожки в городе. Потихоньку отрабатывались режимы и установки для пиролиза торфа. Установка уже была готова и вполне успешно работала, сейчас доделывались скрубберы для улавливания аммиака и циклоны для очистки полученного газа от посторонних частиц. На очереди были установки по концентрации аммиака.

Многое делалось только на основании общих соображений, что и неудивительно, опыта не было ни у кого, но в любом случае, пусть не самый лучший, но приемлемый результат должен получиться. Конечно, при более благоприятных условиях можно было достигнуть тех же целей с меньшими затратами, но местность у нас бедная на ресурсы, приходилось использовать всё, что валялось под ногами, но пока общий результат получался удовлетворительный.

И он должен стать ещё лучше при освоении новых мест, открывающих новые перспективы. Так что жаловаться было грех, а надо только работать. Вот я и занимался латанием дыр и трудился на перспективу. Рисовал новые механизмы, оценивал возможности получения пластмассы и создания нового оружия. Чувствую, что спокойная жизнь после выхода на новые места для нас закончится. А самое главное — учил по мере сил и возможностей мальчишек и девчонок, именно они должны были стать тем фундаментом, на котором будет стоять Земство.

Сурск, Могута

Можно порадоваться, новая мастерская уже запущена и выдала первую продукцию. Ткань получилась просто отличного качества, когда Мстислав её увидел, сразу побежал заказывать в неограниченном количестве, но тут горой встал Виряс. Пока, говорит, город и армию не обеспечим двумя комплектами одежды, ничего продавать не дам. Молчун ходит радостный и довольный, да и Мирава буквально светится — все увидели и оценили результаты их труда.

Теперь вокруг них с Молчуном хороводы водят — многие поселения хотят поставить у себя такие мастерские и просят сделать для них что-то подобное. Так что работа продолжается, уже готов второй комплект оборудования, и что-то мне подсказывает, что он уедет в Окск. Да там и следующие на подходе. Теперь Молчун передал всю работу своим специалистам, а сам так и смотрит по сторонам, что бы ещё настоящему механику сделать.

Вик ему уже предложил на выбор два изделия — швейную машинку и типографский станок. Но вот насчёт машинки я сомневаюсь, да и Молчун тоже, там очень точная должна быть механика. Но очень интересная работа, я видел, как у него глаза загорелись. А мы потихоньку работаем на войну и промышленность — гранаты, ружья, мины, ну и по мере возможностей какие-то устройства и механизмы для всего этого. А также моторы делаем.

Вот с этим, пожалуй, уже проблемы будут. При наших возможностях больше мощи из них мы выжать не сможем. Разве что на баржи ставить очень большие, тогда что-то и получится. Хотя, сделано много самых разных моторов, но больше сорока лошадиных сил получить не удаётся, хотя, как мне кажется, для обычных условий больше и не требуется. А вот для кораблей надо больше. Пожалуй, надо с Ведяшем переговорить, он у нас теперь эксперт в этих вопросах. Попробовать размеры увеличить. Пусть будет большой, но мощный, на баржу пойдёт.

А всё остальное у нас уже отработано, правда, станки новые делаем всё лучше и лучше. Даже специальное производство создали, и там работают несколько очень талантливых ребят. Да они в любом производстве есть. Тут Вик как-то заговорил о многозарядных и самозаряжающихся ружьях, так уже кто-то начал пытаться делать такие. Надо будет Вика подговорить, пусть расскажет ещё раз, да побольше. А то ведь эти умельцы скоро спать перестанут.

Сурск, Мстислав

Ничего, немного помотался по разным местам, но везде посадил своего приказчика. Теперь во всех поселениях, основанных городом или заключивших с ним договор, есть центр торговли. Отношения будут строиться не просто так, а на торговле. Теперь всё сосчитано, каждый куль зерна и любой топор. Есть, конечно, в такой организации отношений свои вопросы, но пока не до них, надо запустить хоть какой-то механизм расчёта.

Прежний учитывал просто факт расчёта, столько зерна отдали, столько топоров получили. Теперь же отношения становятся обязательными, мол, поселение обязано продать столько зерна, а если нет, то будет плохо. Нормально всё стало, как при обычном договоре. Причём благодаря приказчикам можно быстро новый товар подобрать и быть в курсе всех новостей. Лодии в каждое поселение раз в месяц приходят.

Довольно интересно прошло всё дело в этой буртасии. Когда пришла наша лодия, и мы стали ставить свой дом, сразу прибежали какие-то воины и потребовали плату за пребывание и строительство на этой земле. Однако стоило показать на флаг и попросить свистнуть егерей, то у этих бойцов сразу образовались срочные дела, требующие там немедленного их присутствия. Так что пришлось предупредить приказчика, чтобы учился свистеть, теперь здесь все знают, что так свистят только страшные земские.

А купцы, однако, здесь вполне понимающие. И очень обрадовались появлению представительства. Из товаров у них, правда, ничего особенного нет, зерно, скотина, меха, мёд. Но ещё один хороший источник продуктов нам не помешает. А меха у них хорошие — черные лисы. Но дорого берут. Правда, в других местах продать их можно самое малое вдвое дороже.

В основном нужны им инструменты и посуда. Есть, конечно, свои кузнецы и горшечники, и у них можно найти хороший товар, но маловато их. Чувствуется кочевое наследие, со скотиной хорошо обращаются, зерно выращивают, так их предки ещё этим занимались, а вот что-то другое делать — не получается, хотя народ и умелый. Ничего, если так дальше дело пойдёт, со временем мы их под себя подгребём. Сначала представительство торговое, потом острог, затем защиту обеспечим, а потом будет новая зерновая территория Земства.

Ветлуга, Маска

Всё-таки я решил поступить по-другому. И хоть караван догнал, но с ним не пойду. Надеюсь, что не ошибся. Просто я долго думал, что за дорогу мы открыли, какая-то она неправильная. Долго я искал, а потом разговаривал со старыми охотниками из разных родов. Никто ничего определённого мне сказать не мог. Ведь охотники в наших местах далеко не ходят, добыча обычно рядом бывает, да и тащить её потом домой надо.

Но вот один из стариков вспомнил, что люди раньше рассказывали, приходили, мол, откуда-то с полуночной стороны чужаки, а потом туда же и уходили. И приходили они в места, расположенные гораздо ближе к Волге, пожалуй, в районе Ярска. Вот это меня смутило. И хотя больше ни от кого я такого не слышал, но подобное совпадало с моими ощущениями правильной дороги. Тем более, когда Вик дал мне схему рек.

Когда я его спросил что это, он ответил, что у него сохранился атлас автодорог, вот оттуда он срисовал примерное расположение рек. Что такое атлас, я не знаю, а он уточнять не стал. Но вот глядя на схему рек, я понял, что должна быть другая дорога. Здесь достаточно близко протекают две больших реки — Ветлуга и Вятка. И в них должны впадать реки, берущие начало в местных болотах. Раз что-то отсюда течёт в Ветлугу, то должно что-то течь и в Вятку.

Вот это мне и надо найти, а самое подходящее место именно здесь — слева в Ветлугу впадает речка Уста, по схеме она идёт в ту сторону. А там рядом с ней протекают речки Вая, Пижма и Ошма. Так вот, Пижма и Ошма впадают в Вятку. Такая картина выглядит правильной, надо только найти дорогу к ним дорогу.

Вот и переждав ледоход в Ярске, мы отправились вверх по Усте. Река не слишком широкая, метров тридцать-сорок, не больше, и это летом. Сейчас половодье, и она пошире. Выглядит река как настоящая лесная, протекает среди смешанного леса, правый берег высокий, левый бывает и луговой, с хорошими берегами. Много стариц, чувствуется, что глубина гуляет, видно по застрявшим в реке деревьям, благодаря им угадываются перекаты.

Берега пусты, нет тут жителей, почему — не знаю, места хорошие, добычливые. Что же, будем искать волок на Пижму, правда, до этого ещё далеко.

Кама, Вышеслав

Пожалуй, задачка нам досталась более чем невыполнимая. Прошли-то всего ничего, а уже можно запутаться. Тут столько рек, речек и ручейков, что потеряться можно, не успев моргнуть глазом. Здесь ничего с наскоку не решишь и не найдёшь. Правда, Вик и не предлагал ничего такого, это я сам себе напридумывал. Он нам чётко поставил задачу — исследовать реку и определить удобные места для обустройства острогов.

Исходя из этого, как я понимаю, будет происходить постепенное освоение всех земель. Судя по тому, как Вик начал вести дела на Оке, так и будет. Если что-то найдётся из ресурсов, то можно будет прибрать. А пока надо найти дороги, по которым будет осуществляться, скажем так, постепенное проникновение в эти края. Судя по тому, что Вик рассказывал, торопиться не стоит, особенно при освоении новых земель. Тем более, что тут мы вступаем на территорию булгарских купцов. Всем известно, дружба дружбой, а денежки каждый сам считает.

А вот застолбить их за собой, поставить свою метку в виде острога, надо обязательно. И местное население пусть приучается к мысли, что мы друзья и всегда готовы прийти на помощь. Вот теперь у меня уложилась в голове моя задача. Поиск мест для острогов, организация торговли, привлечение местного населения и потом освоение полезных ископаемых. А вторая задача — найти дорогу на Урал-реку.

А Кама река интересная, трудно сказать, кто из них крупнее — она или Волга. У каждой из них своя красота и свои богатства. Вот только народ здесь какой-то другой. Немного мне с ними приходилось встречаться, в основном на рынке в Булгаре, но и то отличие заметно. Видимо, сказывается близкое проживание и влияние кочевников. Но я пока сужу по виденному и слышанному на рынке, а как оно там на самом деле, пока сказать не могу.

В любом случае, если и не найдём ресурсов, железа, глины, соли, то пушниной тут торговать можно.

Окск, Яван

Как и обещал, Вик нам первым прислал ткацкие станки. Теперь есть весь комплект — можно из конопли ткань делать и из шерсти. Так что пусть все бабы работают. Приехали станки ставить и учить на них работать Молчун и Мирава. Мы по их указке специально мастерскую построили — срубили длинную избу, там они сейчас и ставят станки. Они даже с собой небольшой запас ниток привезли. Но у Доляны и свои есть, припасла заранее. Она сейчас всю науку перенимает.

Давно к этому готовилась, даже уже молодок собрала, которые работать будут. Конечно, дело это многим знакомое, никто ведь голым не ходит, все в рубахах и штанах, а для них ткань всегда делать умели. Но у Молчуна получились новые станки, на которых можно делать хорошую ткань, годную на праздничные одежды, а не только на каждый день. И при этом ткать её можно много, гораздо больше, чем раньше.

А покупают её всегда, я помню, мы когда на торг выезжали, хорошую ткань и заморские купцы брали. Так что скоро будем её сами делать и продавать. А Мирава её ещё красить научилась, ей Мышонок специальные составы сделал, теперь ткани самые разные получаются. Или даже узорчатые, Молчун специальную печатающую машинку придумал, из неё ткань узорчатая выходит. Вот только механика придётся учить, пока для присмотра за станками оставят своего специалиста, но надо кого-то готовить для отправки в Сурск и освоения новой науки.

А кроме станков привезла лодия товаров железных, много. Народ уж волноваться начал, всё беспокоятся, не случилось ли чего, про войну все ведь знают. Но сейчас успокоились, инструмент выбирают. Как выберут, буду готовить лодию к походу по местным поселениям, торговать отправлю приказчика. За товар рассчитываться надо. Сейчас что-то отдали, потом что-то ещё отдадим. Долги у нас не копятся, всегда вовремя рассчитываемся.

А вместе с лодией пришёл ещё один катер и с ним Булгак. Он привёз карту-схему от Вика, с его пожеланиями и рекомендациями. Наш катер просил отправить на изучение реки Клязьмы, так у него на схеме написано, и там же указал место для нового поселения — как раз в устье реки, Клязьминск. Ну и посмотреть образцы ресурсов, песок там, глину. В небольших количествах, по мешку с различных мест с указанием, где взяли, прислать для пробы в Сурск. Ну и как положено, искать волоки. Повторил Вик всё, что раньше писал.

Так что нам досталась ближняя разведка. А вот Булгак отправляется далеко, искать новую дорогу на Днепр. Вик тоже дал ему схему, показал, где могут располагаться волоки, причём у него даже несколько возможных вариантов их нахождения, но всё надо определять по месту.

Ока, Булгак

Смотрю вокруг и сам себе не верю. Пару лет назад готовился умирать вместе с поселением, а теперь даже и мысли об этом не возникает. Наоборот, с каждым днём становится всё интересней и интересней. Вон теперь каким катером управляю, берега только мелькают по сторонам. И десяток бойцов защищает. Задание у нас наиважнейшее, как Вик сказал. Найти новую дорогу, короткую, в Гнездово.

Он схему примерную нарисовал и показал, где могут находиться волоки. Маршрут простой — идти до Москва-реки, потом по ней вверх, искать Вазузу, а с неё волок на Вязьму. Она впадает в Днепр, в верховьях, оттуда можно будет добраться до Гнездова. Есть и другая дорога, надо по Оке дойти до реки Угра, а оттуда тоже найти волок на Вязьму или сразу на Днепр. И ещё несколько запасных вариантов.

Для нас сейчас волоки не проблема. Могута соорудил специальную тележку, на которую можно поставить лодию, вытянув её из воды, и на которой стоит лебёдка. С её помощью всё это и передвигается. Затаскиваешь специальный якорь, да не один, вперёд, а потом мотор начинает работать и подтягивать к нему катер. Так без особых проблем проходятся любые волоки. Испытали на самых разных местах и лодках.

Кроме того, я сам себе поставил одну задачу — найти волок из Москва-реки в Клязьму. Так будет значительно короче. Насколько я понимаю, здесь территорию заселяет племя меря. Во всяком случае, так говорил Вик. Не знаю, что это за люди, но по рассказам Явана, жить в дружбе с ними можно. Да и знают нас теперь в этих местах, во всяком случае, наш флаг далеко известен. Хотя порой непонятно, что лучше.

Вот так и размечтался под спокойный ход катера. Идём достаточно быстро, на глиссирование он не выходит, слишком тяжёл, но скорость развивает вполне приличную. Места знакомые, русло тоже, так что можно и поторопиться. Слишком много дорог надо пройти и узнать.

Сурск, Галка

А мы тут, понимаешь, решили тоже кое-что вспомнить. Пионерии первый отряд организовали. В общем-то, для этого даже никаких усилий прилагать не потребовалось. Просто несколько историй рассказала с участием героев-пионеров, о том, как они всячески помогали отцам и братьям в борьбе с внешними врагами и крепили обороноспособность страны. А потом долго пришлось рассказывать и объяснять, кто такие пионеры.

В итоге нашлись лидеры, уговорили несколько десятков таких же увлечённых пацанов и девчонок, написали сами себе программы, каюсь, немного помогла и подредактировала. И теперь есть у нас свои пионеры, всё как положено, только галстуков нет, материя слишком ценится среди людей, и никто на такое баловство его тратить не будет. А вот специальные значки из дерева себе вырезали. Что-то типа щита, на котором вырезана звезда.

Задач себе много понаписали, детишки, что с них взять. Но одна из первых — готовиться защищать свою Родину, город и Земство. Другая — приносить максимальную пользу, для чего осваивать новые ремёсла и знания, чтобы потом применять их на благо отечества. И ведь выполняют, сорванцы эдакие. Теперь у них постоянно идёт военная подготовка, бегают, прыгают, гранаты кидают, в футбол гоняют. Девчонки в этом участвуют мало, они больше учатся у Пашай на санитарок.

Даже на дальние походы собираются, мне пришлось договориться с Азаматом, он обещал их сводить в недельный поход вокруг города, показать места и научить выживать в лесу. А то ведь совсем городские дети растут, учёба да работа. Пусть хоть на природу посмотрят. Но поход обещал устроить после войны, сейчас все в готовности N1.

Глава 25

В которой заканчивается мирная жизнь и начинается война

Сурск, Житко

Идёт потихоньку строительство, хорошо получается. Народу немного прибавилось, работать легче стало. И хоть новеньких привлекаю как помощников не на полное время, большую часть они под руководством Дугини и Азамата проходят КМБ, но всё равно, хоть какое-то облегчение есть. Такие поблажки имеют только те, кого отобрали специально, вот к последним поселенцам, доставленным Мстиславом, относятся именно так.

А вот к тем, которые приходят сами по себе, отношение гораздо строже. Их отправляют сначала на обучение воякам, а потом каждому предстоит прослужить не менее пяти лет. После этого могут стать жителями города. Но появляются и такие, которые устраиваются жить по соседству, как в Окске. Но к ним отношение совсем другое. В город их, конечно пускают, благами они пользуются, но в гораздо меньшем объёме и за свои средства.

А для житья им отводят места за рекой. Там на высоком берегу строятся дома и хозяйства. Занимаются они в основном выращиванием картошки и зерна, заготовкой сена и содержанием животных. Там же на заливных лугах пасутся коровки и лошадки, овечки и прочая живность. Работает паромная переправа, так что проблем с пересечением реки нет. Но уже чувствуется, что места для городского хозяйства становится мало, надо ставить новые пригородные селища.

Вот мне и кажется, что Виряс их присмотрел, он тут все окрестности наизусть знает и в последнее время что-то стал много рядом с городом земли осматривать. Выбирает, поди. А места есть, я уже давно определил, где можно будет ставить такие хозяйства. А пока застраиваю все свободные участки жилыми домами, школами и интернатами. Никому не кажется странным, что на одного взрослого приходится не менее десяти детишек. И не только своих, а много сирот, набранных со всех окрестностей и отдалённых земель.

Да и свои бабы рожают немало, только и успеваю строить садики и школы. А это мне гораздо приятней, чем строить казармы и блокпосты. Но я понимаю, что всё это, такая спокойная и безопасная жизнь возможна, пока есть сильная армия и работает промзона, обеспечивающая её оружием.

А и с ней у меня дела потихоньку движутся. Некоторые объекты уже полностью работают. Путята вон кирпичи и трубы гонит, едва успевает, у Могуты печка его железо чуть ли не непрерывно выдаёт, да и у Мышонка всегда кто-то работает. Только глубокой ночью работу прекращают, и то только, если это возможно. А так постоянно что-то шумит, трещит, гудит и бухает.

Но самую большую радость я испытал, когда Мирава показывала новую ткань. Ох и хороша из неё одёжка получается, ровная, гладкая, яркая да разноцветная, узорами украшенная! Виряс сразу сказал, что никому не даст, только для городских магазинов сначала. Так после того, как научились ткать такое чудо, все бабы чуть ли не поголовно собрались в ткачихи. А столько-то и не надо, там Молчун всё так сделал, что всего несколько человек справляются. Да и на любом из производств работает не так уж много людей. Вик всех механиков заставил думать, как можно одному человеку делать несколько различных дел, везде велит ставить механизмы.

Даже у меня работают мешалки и подъёмники. А ткацкую мастерскую я ещё буду строить, мало нам одной. Зато теперь Молчун знает, какие станки нужны, да и я знаю, как лучше построить такую мастерскую.

Сурск, Мышонок

Закончили почти весь комплекс по пиролизу торфа. По частям всё проверили, теперь запустили полный комплекс. Получили мы этот аммиак, горючий газ и полукокс. Так что теперь надо как-то перевозить его. Сколько газовозок уже бегает, порой даже путаться начинаю. И газ-то разный получается. Понятно, что природа у него почти одинаковая, но получается, у каждого места свой газгольдер стоит. Сколько там уже этих утилизаторов построили? Пять что ли, сбился со счёта. Теперь ещё и отсюда газ пойдёт.

А ведь всё сжигают в печках, так что его и мало порой оказывается. А вот скоро начнём производство этой азотной кислоты, вот тогда начнутся чудеса. Но установка пока не готова, так что ждать приходится. Хотя и других хлопот хватает. Вон стекольщики нашли новый песок и стали делать прозрачное стекло, а с новым станком и гораздо большего размера. Так что теперь забот прибавилось у Житко, новые рамы надо делать для таких стёкол. Но он, по-моему, от этого остался только доволен. Любит он мирные вещи и не терпит всё военное.

Краски и отбеливатели делаем, готовлю учеников, некоторые уже могут работать вполне самостоятельно. И на очереди новый проект из намеченных — комплексная переработка древесины. Это будет не просто печка, а настоящее производство, способное дать много новых веществ.

Сурск, Шумат

Растёт и крепнет Земство. Сильным стало, уже, пожалуй, никто и не одолеет. А вот что ещё хорошо, так это леса гораздо меньше рубить стали, и сейчас порой даже больше сажают, чем рубят. Вик давно всех предупредил — ищите замену дереву, леса все вырубите, реки пересохнут. А если не можете найти, то вместо срубленного дерева сажайте два. Лес и река — в них, говорит, наша сила.

Правильно сказал и правильно делает, что лес заставляет сажать. А то ведь у нас порой не думают ни о чем. Просто много разных людей, и не все воспитаны, как наши, когда с самого детства для тебя каждая веточка как привет от твоих предков. Но всё равно, Вик хоть порой и силой, но заставляет беречь лес и речку. Вон Мышонок сколько воздух чистит, пока обратно из своей печки выпустит. И воду точно также проверяет. Нет, это правильно Вик всех воспитывает.

Хоть и строго, но справедливо. Люди понимают, что без леса, реки и земли нам не прожить. Порой и ругаются, но делают. Жить-то в спокойствие и сытости все хотят. Вон всего недавно поставили острог Новый, а там уже откуда-то появились соседи и стали обустраиваться рядом. Все в окрестностях знают о наших правилах, вот и идут под защиту города. Про разбойников в наших землях давно все забыли, но защиту ищут.

Новые поселенцы приходят. Кто-то под городом готов поселиться, а кто-то принять на себя службу в остроге вдали, но идут и селятся в нужных местах. Но в любом случае, сначала ставится острог. И там встаёт десяток воинов и сержант. Вот только сейчас Вик запретил новые остроги ставить, говорит, начнёте всё делать, как хазар разобьём. Мне, говорит, бойцы нужны. А пока обходитесь своими силами.

Рудник, Кугерге

Вот ведь незадача, а? Яван железо нашёл, и хорошее место, много его там. Съездил у меня в те места Эрнелат, посмотрел. И ведь ничего не сделаешь, сами мы не справляемся с тем, сколько железа надо. Могута уже ворчать начинает. Да и Сурай железо нашёл, они, правда, его и раньше добывали, но теперь тоже будут поставлять в город. А как им не поможешь? Вик не поймёт. И с другой стороны, не будет железа, не будет оружия, и всё пропадёт. Придётся помогать.

Говорил я с Виком на эту тему. Он мне так сказал:

— Не беспокойся, старейшина. Мы возьмём железо у всех, и нам мало будет. Так что не переживай, хуже тебе не станет, наоборот, за то что научишь других поставлять руду, тебе положена премия. За каждые сто килограммов руды, поставленной теми, кого ты научишь, я тебе дополнительно засчитаю в поставку пять. Не понял? Смотри, Яван поставит мне сто килограммов руды, я ему заплачу за это как положено. Но ты его научил эту руду делать? Вот тебе будет дополнительная премия, равная стоимости пяти килограммов руды.

— Если ты так сделаешь, то я просто буду получать деньги, не поставляя руду? А как это возможно?

— Не мучайся, Кугерге. Мне это будет выгодно, выгодно тебе, выгодно Явану. Так что помоги ему справиться с этим делом. Но дорога туда дальняя, так что надо хороший концентрат от них возить. Берись за дело и не сомневайся, деньги ты получишь и за пять килограммов руды от Явана, и за пять килограммов от Сурая, так что твой доход только увеличится.

А ведь верно. Если так Вик будет считать, то для рода всё пойдёт только на пользу. Значит, надо мастеров отправлять в Окск, пусть там готовят всё нужное для получения руды.

Слышь, Эрнелат, а собирай-ка ты своих мастеров после того, как закончишь оборудовать рудник на новом месте, и отправляйся в Окск. Вик нам премию обещал, если Яван будет руду поставлять.

Сурск, Жихарь

Вот и дождались. Примчался курьер с сообщением, что хазары вышли из своей ставки, идут по левому берегу Волги, численность примерно двадцать тысяч. Срок подхода до границ Булгарии — четырнадцать дней. Больше половины бандитов составляют печенеги. Нам готовиться не надо, всё уже давно собрано, но время позднее было, так что выход назначили на утро.

Грузились всю ночь, пошли два батальона, всего семьсот человек и тысяча лошадей. С трудом, в тесноте, но разместились. Боезапас взяли приличный. Баржи просели, но не слишком, по оценке Изика, пройдут спокойно везде. С утра отправили курьера обратно с сообщением, что войска вышли, будут в Булгаре через семь дней.

Глава 26

Третья хазарская

Булгар, Вик

Дошли нормально, проблем в пути не было, вот только лошади устали. Бойцы как-то приноровились к тесноте, а вот кони измучились. Но Изик гнал корабли на максимальной скорости, по течению шёл караван без остановок и двигался почти до полной темноты. Впереди шли катера и проверяли фарватер, вставали только когда ничего не видно, и трогались в путь, едва можно было что-то разглядеть. Сам Изик вёл передовую баржу, остальные шли ему вслед на светящийся фонарь на корме.

Как он дорогу находил — никому не понятно. Но скорости не сбавлял, наверное, по чутью и интуиции, хотя он эту дорогу наизусть знает, и сдаётся мне, ночью с закрытыми глазами пройдёт. Думаю, если бы один шёл, он бы и в темноте продолжал движение, а так не было у него уверенности в кормщиках.

Во время движения мы неоднократно обсуждали сложившуюся ситуацию, меня в первую очередь интересовало, где будут находиться войска и где нам принять наш решительный, но не последний бой. По оценкам Азамата, подходящее место будет в пяти днях пути от Булгара. Там есть два возможных пути — долина, расположенная между двух холмов, и широкий проход вдоль берега, причём он позволял передвигаться далеко от воды. Всё остальное место занимал довольно-таки большой лес, тянувшийся вглубь на десятки километров. Обойти его было достаточно проблематично.

По мнению Азамата, долину можно было заминировать и направить наступающую орду в проход. Не желая попасть под удар с воды, они пойдут ближе к лесу, там в глубине прохода, почти у самого его конца, есть небольшой холм, вот на нём и можно держать оборону. Лес не даст подойти с флангов, корабли не пустят врага по берегу, иначе они попадут под перекрёстный огонь, и хазарам ничего не останется другого, кроме как атаковать в лоб.

Но как бы то ни было, к концу пятого дня мы были в Булгаре и сразу начали разгрузку. Надо сказать, что появление такой армады произвело впечатление — девять огромных барж и десять лодий. Город забегал, начали закрывать ворота, впервые на моей памяти. Пришлось выстрелить в воздух зелёной гранатой, после чего там сразу поняли, что это идут сурские войска, и паника прекратилась.

Вырвавшийся вперёд катер шустро долетел до города, передал подтверждение о нашем подходе и указал место, где будет производиться высадка. В городе и окрестностях всё было спокойно, о приближении врагов пока ничего не слышно, так что можно было особо не спешить. Первым делом начали выводить лошадей. Все воины, сошедшие с лодий, сразу отправлялись за своими скакунами, выводили их на берег, выхаживали, поили водой, мыли, давали им понять, что неприятности окончились.

На берегу, в стороне толпились местные жители, обсуждая коней и войска и оценивая наши шансы в предстоящем сражении. Ко мне сквозь толпу зевак пробрался сотник Иркен и сообщил, что меня ждёт Повелитель. По-другому и быть не могло. Видя, в каком измученном состоянии наши лошади, он быстро нашёл мне коня, и мы отправились на встречу. По пути он рассказал мне все известные новости о хазарах и месте их нахождении

— Долгих лет жизни тебе и здоровья, Повелитель, — поприветствовал я хана.

— Садись, правитель Вик, поговорим.

Да, значит ситуация серьёзная, раз меня пригласили сесть.

— Сколько воинов ты привёл?

— Вдвое против тех, что были в прошлый раз.

— Но и врагов больше.

— Это не имеет значения. Сколько бы их ни было, я всех уничтожу, с твоей конечно помощью, Повелитель.

— Ты так и будешь воевать, как в прошлый раз?

— Нет, Повелитель. На этот раз я дам одно сражение и сразу разобью врагов.

— И где ты будешь сражаться?

— Мне бы хотелось встретить их у длинного леса. Так, кажется, называется то место?

— Иркен?

— Да, есть такое место, Повелитель. Отсюда будет дней пять пути, хазарам идти до него, наверное, дольше.

— Будешь, как у буртасов, ночью нападать?

— Нет, так не получится, думаю, теперь хазары далеко разведчиков пускают.

— Иркен?

— Так и есть, Повелитель. Мы не можем близко подойти, только издали разведчики следят.

Я мысленно погладил себя по голове, умненький мальчик, сообразительный.

— А сможешь устоять против прямого удара, правитель Вик?

— Если сумею подготовиться, то устою. Но мне надо дать день отдыха лошадям, так что завтра я не тронусь, и день на подготовку места сражения.

— Ты опять хочешь первым вступить в бой.

— А ты сможешь, Повелитель, одолеть в прямой атаке такое войско?

— У меня будет три тысячи бойцов. И нам не удержать их. Мы сможем тебе помочь как в прошлый раз?

— Там лес, и для атаки вам придётся пройти через него. Через долину прохода не будет.

— Есть несколько тропинок, пройти можно, но не быстро.

— Тогда можно поступить как в прошлый раз. Мы начнём сражение, а вы пойдёте через лес. Когда будет можно атаковать, я дам сигнал. Только не перепутайте, зелёный сигнал

— Хорошо, так и сделаем.

— А хан Курташ войск не даст?

— Он опять собирает все силы, но мне разрешил сражаться вместе с тобой. Говорит, у вас хорошо получается, а если что, мы ваши ошибки исправим.

— Понятно, значит, виноваты во всём будем мы.

— Ты правильно понял, правитель Вик.

— Ну что же, Повелитель, нам с тобой не впервой помогать друг другу и защищать спину другому. Я буду на холме и встречу врагов лицом к лицу.

— Я обойду врага и помогу тебе его уничтожить.

После этого мне осталось только поклониться и отправиться в распоряжение своих войск. Иркен отправился со мной и должен был передавать все сведения, поступающие от разведчиков.

Булгария, Жихарь

Следующий день после высадки мы простояли на месте, давая лошадям возможность успокоиться и отдохнуть после такой дороги. Всё-таки слишком много мы их загрузили в баржи, при нормальной загрузке такого бы не случилось. Но тем не менее, за день лошади успокоились, им дали немного побегать, размяться, и на следующий день мы ушли из Булгара.

По донесениям разведки, хазары двигались прямо к выбранному нами месту. В общем-то, нам подходило любое, это было лучше других только тем, что не надо было ставить дополнительные блокпосты по флангам. А так мы были готовы принять бой где придётся. Я вовсе не самоуверен, я теперь просто знаю, на что способно это оружие, и надеюсь, научился хоть немного, его правильно применять.

Так что, двигаясь совсем неспешно, мы добрались до места примерно за два дня до подхода туда хазар. Этого времени хватило на минирование долины, позволяющей обойти нас с фланга, и обустройство нужных нам позиций. Весь свободный проход до Волги был перекрыт заграждениями, на холме, хотя какой это холм, так, небольшое возвышение, были оборудованы позиции для станкачей. Был поставлен и второй ряд заграждений на расстоянии пятидесяти метров от первого, прикрывающий его с тыла. Перед первым рядом заграждений были выставлены в десять рядов монки, причём каждый ряд взрывался своим шнуром.

Система управления минами была неоднократно проверена и всегда показала прекрасный результат. В случае необходимости бойцы со второго ряда заграждений могли прийти на помощь передовому отряду. Так же предусматривалась доставка боезапаса во время сражения. За каждым заграждением располагалось по два отделения, всего впереди было пять таких заграждений, во второй линии четыре. Стрелять из метателей могли все, из-за каждого блокпоста можно было обстреливать противника, но основной ударной силой выступали монки и станкачи, расположенные на расстоянии трёхсот метров позади.

Вот и получалось, что прорвать надо было полосу мин, да не одну, способных на расстоянии пятидесяти метров уничтожить перед собой всё живое. И при этом находясь под огнём трёх сотен станковых гранатомётов и такого же количества ручных. Каждая монка отправляла навстречу врагу семьсот поражающих элементов, а граната давала полторы сотни. И когда всё это начнёт рваться среди толпы народа, мне не хотелось бы там оказаться. А стрелять мы могли долго.

Кроме того, у противоположного берега Волги были замаскированы наши корабли, и в ходе сражения они должны были подойти с тыла и атаковать противника, если он будет в зоне досягаемости. А это как минимум ещё пятьдесят станкачей.

Так что я довольно спокойно относился к предстоящему сражению, если такое можно сказать о таком бое. В общем-то, всё шло, как и предполагалось. Выдвинутая разведка хазар заблаговременно обнаружила наш отряд, попыталась пройти через соседнюю долину, нарвалась на минное поле и отступила. Через некоторое время на расстоянии трёх километров от наших позиций собралось всё войско. Сначала они долго смотрели издалека, что это такое, а потом потихоньку начали искать возможность для атаки.

Честно говоря, я бы тоже не сомневался в победе, имея такое конное войско и видя перед собой всего несколько сот воинов противника. Но всё оказалось не так просто.

Булгария, Азамат

Я опять ушёл в передовой дозор, нечего мне там на холме делать. Там командовать надо, а я воевать сюда пришёл, да и стребовать должок требовалось. В прошлый раз мне так и не удалось поучаствовать в веселье. Зато сегодня оторвусь по полной. Так, мины сработали за лесом, первая плюха пошла.

Ага, вижу, собрались волки вонючие в толпу, жаль далековато. И чего ты там трётесь, давай сюда ближе. Во-от, первые пошли, маловато правда, опять разведка. Ничего, мы вас немного подразним. На всякий случай предупредить надо других:

Не стрелять никому, я сам!

Так, ближе, ближе, цып-цып-цып. На тебе, вонючка, гранату! Хорошо попал, вы думали оттуда из луков пострелять, стреляйте, только отойдите метров на сто назад. А я всё рано вас достану. Отошли. Пятерых положил, лошадей жалко, посекло всех, всегда вот так, самые невиноватые страдают. Так, ещё один свалился, остальные отправились назад.

Что дальше? Ага, сотню пустили вперёд. Ну, это ожидаемо.

Всем приготовиться, соседи тоже, стрелять после меня. Ближе, ближе, волки подлые. Ути-ути-ути. Огонь разом! Хорошо, не зря тренировал, три десятка гранат накрыли сотню на рубеже стрельбы. Ещё залп. Пока хватит. От сотни осталось не больше десятка. Это радует. Похоже, что провокация удалась. Они решили, что мы только так стрелять и можем Ага, разворачиваются в лаву. Ох, сколько же вас, полоса шириной в пятьсот метров. Так, начинают разгон.

Минёры, первый ряд разом взорвать по моей команде. Остальным в этот момент открыть огонь по толпе. Ждём, мать вашу! Помните про танки, зря что ли вас учили. Ближе, ближе. Огонь! Ух ты! Да ещё и станкачи добавили. Огонь гранатами! Нет, так не остановить, они сейчас через трупы переберутся и дальше пойдут. Это печенеги, они не знают ещё, что такое мины и гранаты, потому и смелые. Минёры, второй ряд по моей команде. Остальным огонь по толпе по готовности. Огонь!

Вот это да, выкосило три ряда. Сплошное месиво впереди, лошади не идут, а сзади напирают. Станкачи работают, метатели работают. Не спать, мать вашу в душу! Огонь, если жить хотите. Мамке потом в подол плакать будете. Огонь! Огонь! Минёры, третий ряд! Огонь. Смотреть куда стреляете, бей в толпу! Быстрей стрелять, ещё быстрее! Гранаты, где гранаты! Подносчики, убью всех! Гранаты давай!

Минёры, огонь! Да сколько вас там! Ага, наконец-то гранаты есть. Бегом, родимый, обратно, этого нам мало. Давай, давай, не спи. Минёры, огонь! Сколько ещё осталось полос? Пять? Значит, жить будем. Веселись, братва! Гранаты принесли, из метателей огонь!

Ах, волки, вас теперь так просто не взять, за трупами спрятались. Ну и сидите там. Из метателей, огонь! Ай хорошо станкачи работают. Всё в клочья. Что это? А, Изик пришёл. Ты вовремя, брат, и тебе веселья хватит. Так их с хвоста! Давай, брат, давай. Быстрее! Огонь из метателей! Огонь! Станкачи, давай быстрее! Гранаты давай! Есть гранаты! Чего они ждут? Не понимаю. А без разницы, огонь! Накрыли! Так и продолжать.

А ведь они бежать собираются. Быстрее стрелять, ещё быстрее! Уйдут ведь, волки вонючие. Где гранаты? Есть гранаты. Всё, повернули назад. Зелёная ракета, сейчас союзники ударят. Что ты говоришь? Посыльный? И что? Срочно к Вику? Так ребята, держись пока, сержант, ты старший, они вроде бы побежали, да и в хвост им сейчас конница ударит.

Так, вот и холм. Прибыл, товарищ командир. Так, всё понял! Взять две роты егерей, верхом преследовать, пока есть гранаты. Возьму двойной БК, всё равно мало будет. Сколько смогу, буду гнать. Разрешите выполнять? Коноводы, ко мне! Первая вторая рота на конь, БК двойной. Ходу орлы, ходу! И чтобы у них страх был. Давай со свистом, пошли, пошли!

Глава 27

В которой происходят только мирные события повседневной жизни

Сурск, Вик

Ну вот, лето перевалило за свою половину, август приближается. И хотя теплого времени ещё предостаточно, можно сказать, что всё уже закончилось. Ни войны не будет, ни каких-то других подобных эксцессов. Хотя от этого никто не застрахован. Мирной жизнь должна быть до следующего лета. Хазар мы научили не лезть в наши земли, для них потери очень даже существенны. Думаю, как минимум года три будут держаться от нас в стороне. Вот только что с устьем Волги делать? Ладно, потом посмотрим.

Вся война закончилась для нас практически без потерь, было несколько раненых во время погони. Её итогом для нас стало разрешение на строительство острога в устье Камы на землях хана Атагула. Я такое желание мотивировал — поставлю там гарнизон, который сможет прийти на помощь хану при необходимости. Почему так далеко и в стороне? Так чтобы не мешать обычной жизни города, торговать мы будем в Булгаре, а в остроге будут стоять только наши войска, чтобы быстро прийти на помощь.

Ну, а если кто-то будет селиться рядом, возражать не будем. Так что теперь надо строить новый острог. Место как раз то, что надо. Сам Булгар расположен километрах в тридцати от устья Камы, а я поставлю острог прямо в устье, прикрою и Каму, и Волгу. Так что, похоже, кости свои мы сохранили, теперь надо их мяском нарастить. Вот этим я сейчас и занимаюсь.

Промзона заработала, нельзя сказать, что в полном объёме, но большая часть основных производств работает. Железа хватает на всё, новые корпуса для моторного и электро производства готовы, и уже что-то даже делают. Приходится даже на отдельные особо ответственные участки вводить начальников, обрастать бюрократией. Без этого уже никуда.

А так основные дела пока связаны с завершением промышленной революции, созданием, если так можно сказать, мануфактурного производства, хотя оно больше похоже на крупное кустарное, разведки и расширением территорий. Задел на будущее нужен. Оно скоро придёт. Скоро появятся норманны с Рюриком, народится всякая шушера типа князей киевских, и начнётся, как всегда, истребление своего народа в междоусобицах. Грохнуть, что ли, Рюрика? Нет человека, нет проблем.

Сурск, Жихарь

Можно сказать, война нас даже нас не затронула, несколько раненых, и всё. Пожалуй, на учениях порой и труднее было, когда устраивали марш-броски, а в конце требовалась подготовка позиций и отражение конной атаки. Здесь же стояли на месте и стреляли. Даже боеприпаса истратили меньше, чем в прошлый раз. Честно говоря, выбранная тактика оказалась правильной. Да и последующее преследование помогло. Уйти сумела лишь небольшая часть, прорвавшаяся через конницу булгар. Там вообще получился очень интересный момент.

В тыл собравшимся бежать хазарам ударили булгары. Они только успели развернуться, как получили опять себе в зад удар от Азамата. Он в ближний бой не полез, а встал в стороне и давай расстреливать прямо с лошадей, до кого достанет. А тут ещё Изик вмешался, подобрался ближе, почти на берег вытащил корабли, но помог. В общем, от испуга какая-то часть сводного войска сумела прорваться через булгар и уйти.

Те, конечно, отправили погоню, кого-то добили, но отдельные ловкачи ушли. А мы потом с булгарами два дня стояли на месте и разбирали трофеи. Нам в общем-то ничего и не надо было, но принцип нарушать нельзя — военная добыча есть военная добыча. Хан остался доволен, он теперь дважды победитель хазаров. Так что получили мы свою долю трофеев, хорошие, между прочим, жаловаться на них не надо, и отправились домой.

Часть лошадей, трофеи, частично личный состав загрузили на корабли прямо на месте и отправили в Сурск. Остальные своим ходом пошли в Булгар, ждать возвращения кораблей. Перегружать их не стали, пусть лошади и люди не мучаются лишний раз, загрузились штатно. Поэтому и добрались до дома без больших мучений, не то что в прошлый раз. А дома был, как говорит Вик, разбор полётов и общая благодарность всему личному составу за грамотные и инициативные действия.

И там же Вик предложил провести частичную реорганизацию войск. Речь шла о создании резервной армии. Часть войск остаётся в том же виде, как и раньше, так называемые кадровые части, и желательно их численность только наращивать. Тем, кто отслужил контракт, а может быть два, предложить возможность выйти в запас и пополнить ряды ополченцев, ведя обычную жизнь и привлекаясь к службе при необходимости. Но им же предложить выбор — или выйти в запас или вступить в резерв. Что это такое?

Специальные резервные части, в которых опытные воины могут вести обычную жизнь, оставаясь при этом на службе. Они будут заниматься своим хозяйством, но при этом получать всё, что положено военнослужащему: обмундирование, продукты по нормам на питание солдата, и раз в неделю отдавать день воинской службе, проводя его как положено, обычному военнослужащему. При необходимости они могут быть призваны на службу в любой момент.

Из таких солдат комплектовать новые поселения, особенно на передовых землях. Там будут служить кадровые военные, а также жить вот такие резервисты. Вик назвал их казаками. Для них будет построены дома за счёт Земства, выделена земля, выдан бесплатно инструмент и скотина, зерно. При желании любой из них может пройти обучение ремеслу и основать там собственную мастерскую или кузню.

Но если ушедшие в запас могут жить где угодно, хоть в городе, то такие вот резервисты только в передовых поселениях. Оружие на дом не получат, оно будет храниться в казарме, но сами должны быть в постоянной готовности начать боевые действия. Пока это предложение прозвучало для обсуждения, но скорее всего, будет принято. Рабочие руки нужны, да и новые земли надо осваивать.

Пьянск, Мстислав

А в общем-то, неплохое развернул хозяйство Сурай. Распахано земли у него много, один он, конечно, обеспечить всех зерном не сможет, но несколько поселений накормит. И что у него хорошо, у каждого своё дело. Кто-то выращивает зерно и картошку, кто-то собирает в лесу мёд. Он, кстати, начал пчёл разводить, пересаживает их в ульи, и они живут на одном месте. Есть свой гончар, появился кузнец, правда железо берёт в городе, но это и неудивительно.

Вик никому изготовление стали не отдаёт, хотя руду из Пьянска и берёт. Вот в обмен на это и даёт железо. Но главное, что сумел сделать Сурай — поставил ткацкую мастерскую. Пусть она и не слишком большая, но ткани хватает для себя и на продажу остаётся. Такие мастерские и будут в дальнейшем стоять почти везде. Шерсть, конопля, крапива — всё идёт в дело, и если крапивную ткань обычно оставляют себе, то из конопли и шерсти отдают на продажу.

А это хороший товар, причём даёт отличный приработок в любом хозяйстве. Вот только для получения хорошего качества надо брать кое-какие материалы, красители, отбеливатели, клей у Мышонка, и строить специальные устройства для очистки отработанной воды. Надо сразу сказать, за любой вред лесу и реке Вик наказывает очень жёстко, вплоть до изгнания с территории Земства. Было несколько таких случаев, все про них знают, и никто с этим не шутит.

Много различных мастерских ставят в разных поселениях. Почти везде есть горшечник, во многих местах работает кузнец, очень много обработчиков древесины — делают посуду, большим уважением пользуется труд бондарей и плетение кулей. Этот товар всегда и всем нужен. Вот и приходится объезжать многие места и смотреть, где лучше поставить лавку. Чаще всего излишки товара вывозят на ближайший рынок, и там уж без лавки не обойтись.

А так хорошая намечается торговля. Она ещё только начинает появляться, но уже складываются места, где в скором времени товаров будет более чем достаточно.

Сурск, Могута

А Молчун всё-таки решился взяться за швейную машинку. Вик долго объяснял принцип её работы, рисовал эскизы и много рассказывал об устройстве. Рекомендовал сделать несколько макетов, посмотреть своими глазами, как это работает. Причём слушал его не только Молчун, но ещё несколько человек. Чувствуется, что успех ткацких станков заставил многих задуматься о том, что такое настоящий механик, и теперь все пытаются принять участие в создании нового чудесного механизма.

А Вик, видя такой интерес, особенно среди молодых, начал читать специальные лекции, он их назвал семинарами. Они были открытыми, прийти мог каждый, но обычно приходила достаточно большая группа техников и учеников, интересующихся механизмами. И тут Вик рассказывал о самых разных устройствах и тех чудесных вещах, что они могут делать. Обычно о дне такого семинара знали все задолго до его начала, а в момент проведения зал был заполнен.

Вик всех успокоил, сказав, что потом материалы нескольких семинаров будут объединены в отдельную книгу. Вот один был про швейную машинку, другой посвящён керамической плитке, как-то раз рассказал про оптику и бинокли. Много, очень много тем коснулся. И про технологию изготовления разных устройств, механизмов и приспособлений. У меня даже сложилось мнение, что специально немного поддразнивает всех, мол, попробуйте сделать такое.

Но был один семинар, на который никого лишних не пустили. Были только те, кто делает оружие. И здесь Вик рассказал о самозарядных ружьях, револьверах, патронах, вращающихся пулях, нарезных стволах, пушках и затворах. Очень много интересной информации сообщил, но предупредил, что знать о сказанном сторонним людям, да и многим из своих, не нужно. Рано или поздно до этого всё равно додумаются, но чем позже такое случится, тем лучше для нас.

В результате таких бесед зачастую образовывались группы энтузиастов, готовых заняться новым делом, но тут разговор происходил совсем другой. Никто никого от текущей работы не освобождал, и творить можно было только после смены или когда был готов опытный образец. Вот после этого такая работа могла войти в текущий план. Принцип простой — покажи, что ты умеешь, и сделай, что предлагаешь. А если всё действительно так, как ты говоришь, то мы тебе поможем.

Несколько таких групп в результате распались, но в то же время ряд проектов уже близился к завершению. Дело в том, что никто не собирался препятствовать таким устремлениям, а наоборот помогали, но не явно. Если дело шло, Вик постоянно разработчиков консультировал, подсказывал, выделял станки и помогал в испытаниях. Вон уже типографскую и бумагодельную машину группа ребят заканчивала. Ничего необычного, но судя по ожиданиям, бумаги она могла делать много, причём без значительного увеличения народа.

А для печати книг тоже придумали станок, сам листы будет переворачивать, подавать на печать, отправлять на сушку. Печатникам оставалось собрать книгу и сшить листы, готовый блок обрезать будут на станке. Ну и по другим направлениям работают. Новые прессы придумывают, станки, механизмы и приборы. Правда, такая вольность мне не совсем нравится, если быть точным, совсем не нравится. Но зачем-то Вик это делает. Вот только зачем?

Сурск, Галка

Ну, про празднование Победы мне говорить совсем нечего, оно стало уже несколько рутинным, потеряло первоначальную остроту впечатлений. Но праздник есть праздник, и это одна из наших традиций, и изменять мы ей не будем. А вот в остальном жизнь в городе какой-то другой стала. А вот какой — не могу понять. Стало как-то более суетно, мелко, что ли. Пока на войну работали, этого не было заметно, все были строги, собранны деловиты.

А сейчас такое впечатление, что почувствовали спокойную жизнь, конец, мол, всяческих испытаний и неприятностей, можно расслабиться, сидеть и курить до потери пульса. Мол, мы всё уже заслужили. Неправильно это, но пока ничего определённого сказать не могу. Нет у меня каких-то фактов, подтверждающих сомнения. Но внутренний голос говорит о приближающихся проблемах. Понять бы, что и откуда придёт.

Глава 28

О местах отдалённых и неизвестных

Река Вятка, Маска

Вот, кажется, и подтверждение моей правоты — река Вятка. Другой такой здесь быть не может. А всё-таки я немного сомневался. На последнем участке пути Уста стала сильно мелеть, плыть на лодке было ещё можно, но уже с трудом. Да и места были не самые пригодные для передвижения. Местность болотистая, глухие леса, но на наше счастье попалась небольшая грива. Там нашли самую высокую сосну, забрался на неё и осмотрел, куда мы попали.

Вывод один — кругом болото, даже скорее не обычное болото, заросшее мохом и во многих местах вполне проходимое, а низина, затопленная водой и усыпанная всяким коряжником. И только далеко на востоке можно разглядеть что-то, похожее на речку. Одно радовало — грива тянулась и дальше, позволяя двигаться по ней более-менее спокойно.

Мы решили разделиться, двоих воинов оставили здесь на месте, с лодкой и заданием разведать эту гриву. Может быть, она начинается гораздо раньше, и на неё можно выбраться в более удобном месте. Заодно пусть осмотрят окрестности, тут в этом болоте, похоже, начинаются и другие реки, особенно если судить по схеме Вика. Правда, это всё условно, но на то мы и разведка.

А я сам с двумя помощниками отправлюсь вперёд, изучать местность. Тем более, что грива пока идёт в нужном направлении, и двигаться можно спокойно. Идти было вполне удобно, растущие деревья, в основном сосны, изредка перемежающиеся березой и осиной, особых препятствий не представляли. Росли они не слишком близко, так что даже и продираться сквозь спутанные ветки не приходилось. Тёмная кора внизу показывала уровень, которого достигало половодье.

Чувствуется, что основным источником воды здесь был снег. Так мы и двигались до вечера, но видимо, близился момент расставания с такой удобной дорогой. Она начинала забирать на полночь, уводя нас с нужного пути. А может быть, показывала новую дорогу. Подходящая высокая сосна была рядом, так что завтра предстояло определиться, куда же мы идём.

Ночёвка оказалось вполне обычной, никто нас не беспокоил, так что с утра после еды я полез на сосну. И немало удивился открывшемуся мне зрелищу. Грива выходила на достаточно высокий твёрдый берег, где кончалось болото и начинался вполне обычный лес. Но странным было другое — впереди виднелись три реки, вернее угадывалось, что было удивительно, как на этом, относительно небольшом участке, начиналось несколько рек. Очень даже интересное место, и придётся его изучить более подробно.

Так что ещё несколько дней ушло на осмотр этой территории, и я понял, где мы находимся. Тут начинались реки Уста и Вая, впадавшие в Ветлугу, Пижма и Ошма, впадавшие в Вятку. Здесь проходил водораздел, о котором и говорил Вик. Одно хорошо, что во время этих поисков нашлась старая, давным-давно заброшенная тропа, которая соединяла Ваю и Ошму. Причём проходила тропа по сухим местам и выходила к рекам на удобных участках, с глубиной до полуметра.

Возвращались мы на стоянку три дня, расчищая при необходимости дорогу для обратного пути. Нам предстояло тащить лодку, и хоть она была облегчённой специально для такого случая, но назвать эту задачу простой было бы трудно. Во всяком случае, впятером мы дотащили её до Ошмы за пять дней. А дальше всё стало гораздо легче. По Ошме мы вышли в Пижму, а из неё попали на Вятку. Что и должны были сделать.

Пижма оказалась почти на всём протяжении, что мы прошли, достаточно полноводной, чтобы можно было свободно плыть. На всём этом пути мы не заметили следов пребывания человека, хотя в устье Пижмы были заметны следы проживания людей, но очень старые. Кстати, это место очень хорошо для обустройства острога. Там рядом ещё одна река впадает в Вятку, не зря же здесь когда-то жили люди.

После обнаружения ещё одной реки последние сомнения, о том, что мы вышли на Вятку, у меня отпали, но появились новые мысли. Нельзя сказать, что крамольные, но навеяны они были тем водоразделом, что мы обнаружили. Он уходил далеко на полночь, как удалось разглядеть с вершины очередной сосны, и не исключено, что где-то там было и устье Ветлуги. А это становилось уже интересным. И опять же совпадало со схемой Вика.

А другая была продолжением размышлений о водоразделе, но касалась уже самой Вятки. Она тут текла с севера, и не исключено, что там можно было найти более удобный путь в те края. В общем, я решил вернуться вверх по Пижме и поискать другую дорогу на Ветлугу. Время нам позволяло это сделать, а если будем не успевать, то вернёмся по старому пути. Отметив место своего пребывания на Вятке вбитым бревном, мы стали подниматься вверх по Пижме.

Большого труда это не составляло, течение было слабым, глубины достаточными для прохождения небольшой лодии, так что вскоре мы добрались до устья Ошмы и пошли дальше на полночь. А вот тут опять пришлось выбирать. Сама Пижма текла на заход, Но от неё отходили на полночь два притока, подходившие близко к рекам Малой и Большой Быстрой, слияние которых и образовывало Ветлугу. Но у истоков этих рек брала своё начало ещё одна речка, Большая Какша, впадающая уже сразу в Ветлугу ближе к её середине.

Там вообще было ещё несколько речек, но мне показалось, что лучше всего будет использовать именно этот путь. Так что мы стали подниматься по реке Сюзюм. Места в основном болотистые, левый берег низкий, правый высокий, иногда обрывистый. Река неширокая, десять-пятнадцать метров, но достаточно глубокая, на лодке можно плыть вполне спокойно. Несколько раз мерили глубину, чаще всего было где-то три метра, но на перекатах не более двадцати сантиметров.

Как обычно, пришлось взбираться на сосну и изучать местность. Мои предположения, можно сказать, подтвердились. Правда, это послужило только поводом для устройства лагеря и пешей разведки территории. Ушли две группы, одна к рекам, образующим при слиянии Ветлугу, в другая — в сторону Большой Какши. Леса в этих местах оказались вполне обычными, территория не заболоченная, болота были с противоположной стороны.

Видимо эта местность действительно являлась водоразделом Ветлуги и Вятки, как говорил Вик. И по-видимому, здесь же, но дальше на полночь, проходил водораздел северных рек. Так что тут можно было найти хорошие волоки, может быть и достаточно длинные, но сухие и без болот. А реки позволяли проходить обычным лодиям, хоть и с трудом.

Именно к таким выводам я пришёл после десятидневного исследования этих мест. Нашли мы путь и к самой Пижме, и к её притоку Сюзуму, и к Большой и малой Быстрой, истокам Ветлуги. Но самым удобным, с точки зрения волока, мне показался именно этот путь — по Большой Какше, затем волоком до Сюзюма, и дальше по Пижме к Вятке.

Так что осталось проверить последний участок, и мы честно потащили лодку к Большой Какше. Дотащили, конечно, а потом начали по ней сплав. Нормальная река, обычная лесная, шириной метров двадцать-тридцать, глубина метра два, извилистая, но плыть по ней совсем даже просто. Принимает в себя по пути много различных ручьёв, но сама не очень длинная. Так что совсем скоро мы вышли на Ветлугу, а значит, уже дома.

Кама, Вышеслав

Не могу я ничего сказать про эту реку. Прошли мы немного по ней, всё как обычно. Течение сильней, чем на Волге, берега такие же, особых отличий нет. Возможно, если выше подняться, то будут особенности, но в низовьях всё как всегда. А вот река Белая — это уже совсем другое дело. Правда, в низовьях тоже ничего особенного. Достаточно полноводная, берега в основном ровные, леса стоят лиственные, течение несильное.

Леса не везде, во многих местах к берегам подходит степь, много холмов, невысоких, но порой идут чередой, образуя какую-то волнистую поверхность. Течёт Белая, придерживаясь южного направления. В меру извилистая, речные долины самые разные, и такой характер она сохраняет достаточно долго. Вдалеке видны горы, с них приходит множество различных ручейков и речек. Но потом река делает поворот на восход, уходит в сторону гор и становится совсем другой.

Речные долины узкие, течение быстрое, если раньше берега были из обычного грунта, то теперь начинает преобладать камень. Плыть можно, но судя по происходящим изменениям, просто так там не пройти. Сориентировавшись по схеме Вика, устроили на месте поворота лагерь, вытащили катер на берег, оставили с ним одно отделение и пошли с другим пешком на разведку.

Дорога поднималась больше вверх, так что тащить сюда лодию — дело бесполезное. Несколько дней мы поднимались таким образом, но дошли до верха. Оттуда хорошо видно, что ниже начинается ручей, текущий в сторону Урал-реки. Судя по всему, с той стороны, откуда мы пришли, вода стекает в сторону Белой и в результате попадает в Каму. А с этой стороны она попадает в Урал-реку. Но то, что мы видели, представляло собой скорее ручеёк. Потом он, может быть, и превратится в реку, но нам от этого не легче.

Пешком по такому ручью пройти можно, но вот времени ходьба займёт много. Так что можно сказать, что пешеходный маршрут к реке есть, но вот пройти его у нас нет времени. Пришлось нам возвращаться. Самое обидное, никого из местных жителей встретить не удалось. Места глухие, люди живут в основном там, где скотину можно прокормить. Вот и надо искать их в степи. Поэтому хан и разрешил по реке торговать, что тут никого нет, не будет ущерба своим купцам.

Раз уж попали в эти места, прошли по тем притокам, где можно. Ничего с воды и с наскока увидеть не удалось, так что будем возвращаться. Может быть, другим больше повезёт.

Ока, Булгак

Я решил пройти по всем возможным путям, что наметил Вик. Поэтому сначала отправился вверх по Оке и там стал искать реку Угру. В общем-то, трудно найти то, что не знаешь. Ну и что она собой представляет и как её найти? Единственная примета — Угра впадает в Оку с левого берега, и затем Ока поворачивает на восход, а до этого текла с полудня. Так подобных мест каждое второе, которое не первое.

Но искать пришлось не слишком долго, да и выбора особого не было. Правда, далеко пришлось подниматься по Оке, но найденное место точно подходило под описание, и мы свернули на Угру. Вот тут пришлось поискать, где можно организовать волок. Но нашли, правда пришлось по деревьям полазить, рассматривая всё сверху, но это дело привычное. И место нашлось подходящее, луг, скорее даже низина или речная долина, с двух сторон которой на достаточно большом удалении стоят холмы. Грунт, правда, там немного мягковат, ну как всегда бывает на лугах, но катер выдержит.

Прошли по всему этому лугу пешком, как будто специально место для волока создано. Ровное, прямое, но километров тридцать катер тащить надо. Нам-то просто, а вот лодию выдержит ли, не знаю. Вытащили якорь для лебёдки, поставили лодку на тележку, и потащила она сама себя, знай только успевай заносить якорь вперёд. Но действительно для лодии мягковат будет грунт.

Так, без особых проблем дотащили катер до реки и отправились узнавать, куда это мы попали. Оказалось, куда надо, в Днепр. А вышли мы через день прямо к Гнездово. На этом можно было первое задание считать выполненным. Развернулись и пошли вверх по Днепру искать волок на Вазузу. Метод был отработан, да и схема, нарисованная Виком, помогла. Правда, пришлось встать на стоянку и устроить в течение нескольких дней пешеходное обследование местности и поиски лучшего варианта.

А то видится одно, а там оказывается не река, а лужа. Причём место нужно было не для катера, который в любой ложке может проплыть, а для лодии, которой хотя бы метр глубины нужен. Волок получался, правда, достаточно длинный и несколько извилистый, пришлось даже несколько деревьев на пути срубить, чтобы дорогу расчистить, но с реки лодию вытащить и обратно спустить было удобно. Так что за день мы переволокли катер с Днепра в Вазузу и пошли дальше.

А с Вазузы попали в Москва-реку, которая выводила нас прямо в Оку. Прошли мы эту дорожку, узнал я место, от него до Окска так же далеко, как через Самодурово болото до Гнездово. А судя по схеме, прямая дорога была по Клязьме. Так что оставалось найти только волок на неё с Москва-реки. Опять помогла схема, потом немного потыркались, полазили по деревьям, помахали топорами, расчищая дорогу, и вот мы на Клязьме.

Она река спокойная, на ней даже местами поселения стоят, не боятся люди жить на реке. Приставали мы к ним, разговаривали, узнавали новости, дорогу. Сначала они пугались, а потом, узнав, что мы Земские, успокаивались и становились разговорчивей. Так вот и шли по Клязьме до самой Оки, значительно срезав путь.

Глава 29

О самом разном в жизни города и Земства

Сурск, Вик

Кажется, действительно началась мирная жизнь. В первый раз не ожидаем никакого нападения, а в случае внезапного визита любых гостей есть чем их встретить. Так что сейчас пришла пора заняться наведением порядка в отношениях между поселениями, созданием технического задела на будущее и освоением новых территорий. Во всех этих вопросах проблем скопилось больше чем достаточно, их решение постоянно приходилось откладывать до лучших времён, и вот они, кажется, пришли.

Модернизации производства и техническое перевооружение шло полным ходом. И порой всё это принимало совсем неожиданные формы. Дело в том, что выросло уже первое и подрастало второе поколение ребятишек, полностью освоивших работу с инструментами, металлом, чертежами и имеющих какие-то начальные навыки. Если оставить всё так, как есть, то со временем подобное умение превратится в обычное мастерство, позволяющее сделать простейшие вещи типа ножа и лопаты.

Это, конечно, тоже хорошо и полезно, но такие возможности ограничены уровнем сегодняшнего дня. А вот дорасти для завтрашнего они должны сами, туда никого силком не затащишь. И мне пришлось бросить против них все соблазны и достижения цивилизации, уровень которой намного превосходил текущий. Удивительные машины, устройства, небывалые возможности, достигаемые с их помощью — всё было вылито на их головы и вызвало неудержимое желание увидеть своими глазами и самому сотворить или хотя бы подержать в руках подобные чудесные вещи и механизмы.

И слабые ребячьи души не выдержали такого соблазна. Ведь перед ними открывался невиданный и манящий мир техники, по сравнению с которым любые сказки кажутся серыми и блёклыми. Появилась цель, которую можно достичь своими руками и головой. И не важно, что будет в итоге — электрическая лампочка, швейная машинка, бинокль, ружьё или нитка, полученная из дерева. У них появилась суперцель, и вчерашние мальчишки и девчонки, взрослые по меркам этого мира, но оставшиеся в душе наивными и доверчивыми, попались на изощрённый маркетинговый приём.

И они пошли в манящий, волшебный мир техники будущего, ведя за собой следующие поколения и каждым своим достижением подтверждая досягаемость и реальность выбранной цели и правильность пути. А там уже совсем другие ценности — не сиюминутное потребление, не накопление серебра и драгоценностей, не получение удовольствия от власти над другими, а достижение высшего уровня самовыражения человека — творчество, как бы оно ни было выражено — в железе, дереве, книгах, красках и многом другом. Вот чего я пытался добиться, и кажется, у меня получилось.

Работать в этом направлении надо ещё много, а сделать ещё больше, но дорога уже была обозначена, и на ней появились первые путники.

Сурск, Мышонок

Закончили мы строительство всего комплекса пиролиза торфа и получили азотную кислоту. Теперь Вик сказал, что начнём новый цикл работ с получением новых веществ. Всех учеников, принимающих непосредственное участие в работах, просил разделить на три группы: специализирующихся непосредственно на пиролизе; получении синтетических волокон; и производстве пороха и зеркал. Последнее он назвал сопутствующим товаром, оставить в стороне такое выгодное производство он не мог, но всячески старался скрыть от любопытных взглядов существование и использование азотной кислоты.

Так что сейчас полным ходом шла заготовка торфа. Его возили с болота, сушили, используя горячий воздух с текущих производств, и сухой материал складировали. Работа с ним должна была начаться немного позже, сейчас требовалось запастись сырьём в достаточном количестве.

И началось строительство опытного производства по переработке древесины, Вик его называл деревянный завод. Пожалуй, это для нас был достаточно сложный и огромный проект, думаю, работа над ним окажется долгой и трудоёмкой. Но во всяком случае, нужные механизмы подготовлены, часть рабочих мест уже оснащена всем необходимым, и в скором времени можно начинать поэтапное испытание отдельных узлов.

Много времени занимало обучение в ремеслухе, но от этого никуда нельзя было деться. Для кого-то достаточно только основ, но отдельных учеников, которые потом станут работать на наших химических производствах, приходилось обучать по полной программе. Ничего, скоро они немного освоятся на производстве и пойдут с новыми вопросами не ко мне, а к Вику. Правда, я и его ответ уже знаю.

Идите и думайте, информации у вас достаточно, но вот обратите внимание на то, то, и вот это. Он совсем в последнее время перестал давать конкретные ответы, заставляет во всём разбираться самого и потом ещё и спрашивает о результатах.

Окск, Яван

Основали мы новое поселение, Клязьминск назвали. Расположилось оно в устье Клязьмы и оказалось достаточно защищённым — острог поставили на высокой горе, ниже Окской, но и её так просто не возьмёшь. Никаких споров с местными племенами не произошло, они уже поняли, что мы ничего худого им не несём и отнимать их угодья не собираемся.

Кроме того, прошли с экспедицией по самой реке, наметили ещё, где потом можно будет ставить остроги. Нашли несколько мест с подходящим по описанию песком и глиной, образцы отправили в Сурск. У них там Путята очень белую глину хочет получить, а стекольщики специальный песок. Вот пусть и смотрят.

Больше пока сил ни на что не хватает, но Вик обещает, что на следующий год или даже этой зимой найдёт воинов, согласных переселиться в новые места и основать остроги. Он говорит сейчас так — не надо никого принуждать и заставлять селиться, ты уже видел, сами придут и попросятся. Только поставь острог, рынок и торговую лавку. А вот тех, кто придёт, привлекать к своим делам тебя учить не надо, вон уже какой посёлок построил. Так и продолжай.

Вот я так и продолжаю. Тем более, что заработало наше текстильное производство. Теперь на рынке всегда можно купить отличный материал, все излишки забирает Мстислав, а местные присматриваются к посадкам конопли и разведению овец. Но наши овцы не очень, Доляна говорит, что их шерсть плохо прядётся. Ну и ладно, будет делать ткань из конопли и крапивы. А ещё Кугерге построил нам печи и обучил, как намывать руду. Тоже нам на пользу. Так что потихоньку растёт Окск.

Сурск, Азамат

Пришлось идти мне в поход с этими пионерами. А ничего, сходили. Хоть они в основном и не знакомы с лесом, но держались хорошо. Конечно, я в их годы уже мог в лесу жить сколько угодно и охотился вполне успешно, но они растут в других условиях. Прав был Вик, когда уговорил Маска сделать специальный отряд. Многие пацаны из нашего рода готовятся к вступлению в этот отряд и могут жить в лесу, как и наши предки. Многие, но не все.

А вот такие походы обучат таких неприспособленных хоть чему-то. Они ведь жить умеют только в нашем городе, в любом другом месте просто помрут. Плохо это. Надо будет такие походы сделать постоянными, пусть их ещё и другие учат, Изик, Маска, да хотя бы любой охотник. Иначе совсем беспомощные растут дети.

Поход получился хороший, отправилось в него десять детей и я. Сначала прошли вверх по Суре, потом ушли далеко на юг, свернули в сторону от реки и напрямую через лес вышли к острогу Новый. Восторгу у этих пионеров было — не передать. И каждая ночёвка в лесу превращалась для них в маленькое чудо — как же так, безо всего — и ночевать. А мы пошли в поход даже без запасов еды, соли немного взяли, посуду и спички. И из оружия были ножи, топоры и луки.

Стреляли птиц, я сумел добыть оленя, показал, как разделывать надо, как коптить и жарить на огне. Собирали грибы, ягоды, строили шалаши. В общем, по возвращению в город на следующий день была сотня желающих отправиться в поход, но уже оказалось поздно. Зато Галина запрягла меня читать всем этим пионерам курс выживания в лесу и проводить зачёты. По итогам года всем допущенным — поход на десять дней. Вот так всё это повернулось. Тут уже не до игрушек.

Сурск, Галка

А на день города у нас состоялся финал кубка по футболу. Встречались команды Ушкуйник и Егерь. Вот так сложилось, что два друга стали противниками. И именно это противостояние стало самым интересным в финальном матче. Оба оказались капитанами команд. Азамат — высокий, широкоплечий, настоящий лось, был постоянно на острие атаки, буквально разнося в клочья защиту соперника. А вот Изик — среднего роста, сухой, но крепко сбитый и обладающий феноменальной реакцией и ловкостью, играл в середине, полузащитником.

Их противоборство напоминало схватку медведя и собаки. Мишук гораздо сильнее, машет лапами и пытается достать это несносное животное, но не может. Причём медведь очень ловок и не похож на увальня из старинных сказок. Но ничего не может поделать, любой его удар приходится в пустоту, собака словно заранее знает, куда он будет бить, и вовремя успевает уйти.

Надо ли говорить, что на финал собралось всё население города и приглашённые, тем более, что эта игра уже начала распространяться среди соседних поселений. И не только футбол. Вся затея со спартакиадой оказалась очень удачной, и полным ходом шла подготовка к новой, намеченной на следующий год тоже после завершения весенних работ.

А футбол, как и ожидалось, оказался любим больше других. В него играли детишки и взрослые, проводились различные турниры и товарищеские встречи, но самым престижным считался кубок города, хотя разыгрывался в первый раз. Так что два друга сейчас стали противниками. Надо сказать, что их единоборство решило исход встречи. Как ни старались игроки, но игра закончилась вничью, и дело дошло до пенальти.

А здесь ловкость и реакция Изика обеспечили ему победу над силой и мощью Азамата. Изик заменил вратаря, когда бил Азамат, и отбил его удар, а потом сам забил мяч вратарю противника. Что творилось среди зрителей, просто невозможно передать. Но друзья обнялись, похлопали друг друга по плечу и пошли вместе, о чём-то мирно беседуя. И честно говоря, такая концовка матча доставила всем огромное удовольствие, о чем и объявил Виряс, вручая стеклянный кубок, изготовленный по его заказу.

— Друзья, продолжаем наш праздник. У нас впереди праздничный обед, вечером новый спектакль, а после его окончания — фейерверк, красочное и незабываемое зрелище. Праздник продолжается, и пусть он будет не последним в истории нашего города.

Приложение

Для тех, кому интересно, что и откуда взято, а также во избежание бессмысленных споров, что правильно, а что нет, предлагаю ознакомиться с некоторой частью технической литературы, просто для того, чтобы освежить свои знания.

Атрощенко — Технологии азотной кислоты

Измайлов — Вооружение и военное дело населения Волжской Булгарии X-начало XIII в.

Инжинер Мурин — Рождение пушки Техника молодёжи, 1938г

Кудрин — Теория и технология производства стали

Плечко — Старинные водные пути

Плетнева — Хазары

Ридер — Двигатели Стирлинга

Семенов — Сухая перегонка древесины

Цейтлин — Очерки истории текстильной техники

Физика и химия торфа

Энциклопедия вооружений

Ювенальев — Аэросани

Content

Скворцов Владимир Николаевич
Попаданец на рыбалке. Книга 5
Мы наш, мы новый…

Часть 1

Глава 1 В основном воспоминания о прошедшем

Глава 2 И опять воспоминания о былом

Глава 3 О том, как город будет жить дальше

Глава 4 У каждой Марфушки должны быть свои игрушки

Глава 5 Благополучие — это прежде всего учёт и контроль

Глава 6 Трудное это дело — инспекторская проверка

Глава 7 Продолжение инспекторской поездки

Глава 8 Все, что ни делается, к лучшему

Часть 2

Глава 9 Булгар, дела торговые

Глава 10 Дела военные и дипломатические

Глава 11 О подготовке запасного пути

Глава 12 Дороги и разные места

Глава 13 Про мирную жизнь и подготовку к войне

Глава 14 Война, Первая Хазарская

Глава 15 И война, и мир

Глава 16 Возращение в город и мирная жизнь

Часть 3

Глава 17 О жизни, судьбе и войне

Глава 18 В которой для всех находится работа и новые задачи

Глава 19 Отчёты, размышления и продолжение периода «большого скачка»

Глава 20 О текущем моменте и о сделанном

Глава 21 Вторая хазарская, зимняя

Глава 22 В которой продолжается мирное строительство и начинается подготовка к новой войне

Часть 4

Глава 23

Глава 24 В которой продолжается мирная жизнь

Глава 25 В которой заканчивается мирная жизнь и начинается война

Глава 26 Третья хазарская

Глава 27 В которой происходят только мирные события повседневной жизни

Глава 28 О местах отдалённых и неизвестных

Глава 29 О самом разном в жизни города и Земства

Приложение